Перерождение Короля Демонов часть 2

Глава 1: Деревья, которые проснулись

Мы уже почти не слышали Академию.

Когда мы только вошли в лес, крики и глухие удары ещё рвались из-за спины – как дальняя гроза. Но с каждым шагом они глушились ветром, шорохом ветвей, влажным дыханием земли. Демонов тоже стало меньше: иногда вдалеке мелькали тёмные силуэты между стволами, но они не спешили за нами. Им было чем заняться там, где горел наш бывший дом.

Я всё равно оборачивался.

Между деревьями виднелись верхушки башен Академии. Одна уже была наполовину обрушена, по другой бежали огненные языки заклинаний, третью окутывал дым. Пламя отражалось в ночном небе рыжим заревом, как чужой рассвет над чужим миром.

Вот и всё. Уроки, дуэли, споры из-за оценок. Детство.

Учителя шли впереди и по бокам, образуя живой щит. Никто из них не разговаривал. Лица жёсткие, сосредоточенные. Вся магия уходила не в слова, а в шаг – в то, чтобы мы не останавливались.

Одноклассники молчали. Кто-то шёл с опущенной головой, кто-то смотрел только под ноги. Финн время от времени всхлипывал, но шёл, стиснув зубы. Элиния двигалась ровно, размеренно, как будто до сих пор сидела на троне, а не брела по сырой лесной земле. Лицо у неё оставалось спокойным – и от этого становилось только тревожнее.

Наконец деревья разошлись, и впереди открылось озеро.

Оно было не таким уж большим – скорее, широким, тёмным прудом с чёрной зеркальной гладью. Днём здесь, наверное, было красиво: камыши, выступающие из воды корни, свисающие над гладью ветви. Сейчас же всё выглядело как декорации к плохому сну.

Учителя остановились на берегу, развернулись к нам.

– Строимся полукругом, – коротко сказал наш учитель земли. – Спина к лесу, лицо к воде. Никто не бежит, никто не лезет вперёд.

Мы послушно выстроились. Я почувствовал, как рядом чуть дрожит плечо Тары. С другой стороны кто-то бессильно сжал мой рукав – я даже не стал смотреть, кто. Сейчас это не имело значения.

Четверо учителей – земля, вода, ветер и свет – вышли вперёд и встали по краям невидимого круга. Пятый, тот самый взрослый маг с серым плащом Круга, стал в центр, прямо у самой кромки воды. Его лицо было бледным, но руки – удивительно спокойными.

– Они нас найдут, – прошептал кто-то сзади. – Демоны… они уже идут…

– Тихо, – сказал учитель воды, даже не оборачиваясь. – Если хотите жить – молчите.

Они одновременно подняли руки.

Слова, которые они произнесли, не были похожи ни на одну знакомую мне формулу. Это была не обычная боевая магия – медленная, тяжёлая, с длинными названиями и строгими конструкциями. Нет. Здесь звучало что-то древнее, рычащее и певучее одновременно. Слог за слогом они вплетали в воздух ритм, и от этого ритма у меня по коже побежали мурашки.

Лес замер.

Ветер стих. Даже демонический рык, доносившийся издалека, будто приглушился.

Поверхность озера дрогнула. Сперва едва заметно – как от лёгкого порыва, которого не было. Потом снова, сильнее. Тёмная вода бухнула к берегу короткой волной, отступила, и на середине озера появился слабый, холодный свет.

Он не был похож ни на огонь, ни на светлячков рун. Это было сияние, поднимающееся снизу, из глубины. Будто кто-то зажёг свечу под толстым слоем воды.

Я почувствовал, как рядом Элиния едва слышно втянула воздух.

Свет сгущался. Очертания стали приобретать форму. Сначала – просто вытянутая колонна. Потом – плечи. Грудь. Голова. Через несколько мгновений над озером стояла фигура, похожая на человека, сложенная из светящейся туманной воды.

Она не имела лица, но там, где должны были быть глаза, мерцало два более ярких пятна.

Учителя продолжали чтение. Их голоса слились в один, гулкий, как далёкий гром. Магия от них тянулась к озеру, к этой фигуре – тонкими нитями маны, которые ощущались даже мной.

И в этот момент откуда-то сзади донёсся знакомый звук.

Глухой, тяжёлый, будто кто-то рвал корни.

– Они идут, – прошептал Финн, не выдержав. – Зен… они всё-таки идут…

Я обернулся.

Между деревьями, на той тропе, по которой мы пришли, уже были видны тёмные силуэты. Демоны двигались быстрее, чем я ожидал, – выстроившись клином, низкие и высокие, одни с крыльями, другие без. Они не бежали – шли уверенно, шаг за шагом, как отряд, который уже решил, кому принадлежит этот лес.

Учителя не обернулись.

Заклинание продолжалось.

Фигура над озером вдруг подняла голову.

Ни рта, ни черт лица – только этот жест. Голос учителей оборвался на полслове.

И она закричала.

Это не был крик человека. И не похожий на демонический рёв. Это был звук, от которого ломало воздух. Одновременно высокий и низкий, он прошёл сквозь грудную клетку, отозвался в костях, прострелил голову. Мир на мгновение ослеп – в глазах вспыхнули белые круги. Уши заложило так, словно меня окунули в ледяную воду.

Тишина после этого крика была… не тишиной. Скорее – пустотой.

И в эту пустоту ударило другое.

Земля под ногами дрогнула не как раньше – не нервной дрожью отдалённого боя. Нет. Это было землетрясение, тяжёлое, с вертикальной волной, будто её подняли из самого сердца мира.

Деревья вокруг озера вздрогнули.

Я сначала подумал, что мне кажется. Но потом увидел: корни некоторых деревьев поднимаются. Толстые, как змеи, они вырывались из земли, тянулись вверх. Стволы выгибались, потрескивая корой.

И тогда я увидел глаза.

На коре, там, где раньше были просто неровности, трещины и узоры годичных колец, медленно открывались тёмные, глубокие, как дупла, глаза. Один. Второй. Третий. Несколько деревьев, стоявших ближе к озеру, словно одновременно проснулись.

– Это… – прошептал кто-то из учеников. – Этого… не может быть…

Я знал легенды. Все их знали. Энты. Живые деревья. Древние хранители лесов, истреблённые людьми и демонами ещё во времена той войны, о которой сейчас читали только в старых хрониках.

Миф. Сказка. Угроза для маленьких детей: «Не ходи в лес один, а то древо тебя унесёт».

И вот они стояли вокруг озера.

Высокие, гораздо выше любого дома в нашей деревне. Лица из коры, тяжёлые ветви вместо рук. Каждый вдох – гулкое потрескивание древесины, каждый шаг – удар корней о землю.

Один из демонов вырвался вперёд. Видимо, решил, что это просто очередные препятствия. Он прыгнул, вытянув когти, на ближайшее дерево – и в ту же секунду толстая ветвь, завершавшаяся пучком корней, взметнулась вверх и швырнула его вниз с такой силой, будто это был сухой лист.

Камень под ногами демона треснул. Дерево подалось вперёд, нависло над ним, и корни вошли в землю, замыкаясь над телом, словно каменные пальцы.

Ничего не осталось.

Ни тела, ни его крика.

Только лёгкое дрожание, которое быстро стихло.

Рядом поднялось второе дерево, повернуло лицо – да, именно лицо – к линии демонов. Глаза его светились тусклым зелёным, как болотный огонь.

Демоны впервые замерли.

Организованный клин рассыпался. Они не отступали – но и не шли вперёд. В их движениях появилось то самое, что я так редко видел у демонов прошлой жизни.

Осторожность.

Фигура над озером начала бледнеть. Сияние, связывающее её с учителями, рвалось, тонкие нити слабели. Через несколько мгновений водяная оболочка рассыпалась миллионами капель и упала вниз.

Вода не всплеснула.

Она ушла. Просто ушла, как будто её кто-то выдернул из озера целиком.

Мы все разом шагнули назад.

Озера больше не было.

На его месте зияла тёмная воронка. На самом дне, метрах в десяти, если не больше, виднелся каменный пол. От него спиралью вверх поднималась лестница, уходящая прямо под наши ноги. Ступени были ровными, древними, без трещин – как будто их сделали вчера.

Учителя одновременно выдохнули. Их голоса стихли, руки опустились.

– Дети, – сказал маг земли, и голос у него был хриплым, но твёрдым. – В строй.

Он повернулся к нам, уже не как преподаватель, а как командир.

– Сначала вы. Потом – мы. Спускаемся спокойно, не толкаемся. Не смотрим назад. Внизу безопаснее, чем здесь.

– Но… Академия… – вырвалось у меня.

Он посмотрел на меня, и в этом взгляде было всё: усталость, тревога, боль.

– Академия – это здания, Зен, – тихо сказал он. – Вы – не здания.

Я ещё раз обернулся.

Через просветы между коронами деревьев было видно рыжее зарево. Там, где раньше были башни, теперь стояли столбы дыма и огня. Где-то мелькали вспышки магии – последние вспышки тех, кто ещё держался.

Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

Запомни это, – сказал я себе. – До каждой трещины, до каждого крика. Это не та война, что в книжках. Это твоя.

– Вперёд, – сказал учитель.

Мы начали спускаться.

Ступени уходили в темноту, пахнущую сыростью, камнем и чем-то ещё – старым, как сам лес. Над нами в последнем проблеске ночного неба шевелились кроны проснувшихся деревьев, а где-то далеко, там, где горела Академия, продолжали реветь демоны.

Я сделал первый шаг вниз.

И с этого шага всё, что было «до», окончательно осталось наверху.

Глава 2: Те, кто выжил

Мы спускались всё ниже.

Каменная лестница уходила в темноту, стены были влажными, а шаги — глухими и слишком громкими. Кто-то из младших всхлипнул — звук, от которого дрогнул весь строй.

Сзади, у входа в пещеру, один из учителей прошептал длинную формулу. Воздух дрогнул, по камню пробежала светящаяся трещина — и вход за нашей спиной просто… закрылся. Сначала — тонкой плёнкой света, потом — монолитом породы. Будто прохода никогда и не было.

— Всё, — тихо сказал учитель земли. — Назад пути нет.

Мы шли примерно полчаса. Время тянулось как густой мёд. Дыхание учеников сливалось в одно тяжёлое, сбивчивое дыхание, у некоторых ноги подкашивались на каждом третьем шаге. Один мальчишка впереди всё время хватался за стену, будто боялся, что провалится в темноту.

Я шёл молча, считал ступени и старался не думать о том, что творится наверху. Но последние образы всё равно всплывали: огонь, рёв демонов, крыло, разрубившее троих за раз, и взгляд — пустой, мёртвый взгляд мальчика, который ещё утром спорил со мной из-за формулы.

Я сжал кулаки.

«Фиксируй, но не погибай в эмоциях. Позже… если будет „позже“… всё это придётся разобрать по слоям».

Подземный зал

Когда колени уже начали неприятно дрожать, коридор наконец расширился. Мы вышли в огромный подземный зал.

Потолка почти не было видно — только редкие световые кристаллы под сводами. В центре — ровный каменный пол, по краям — какие-то старые, давно заброшенные ниши. Пахло сыростью, пылью и… чем-то древним.

— Присядьте, — громко сказал наш учитель воды. Голос у него был хриплым, но твёрдым. — Все. Сейчас.

Сто детей разом осели на холодный камень. Кто-то просто рухнул, кто-то аккуратно сел, обняв колени. Всего нас было чуть больше сотни. И двадцать пять учителей — маги и наставники разных факультетов. Обычно они казались почти всемогущими. Сейчас — просто очень уставшими взрослыми.

— У вас есть тридцать минут, — продолжил учитель. — Пейте воду, ешьте. Перегруппируемся — и пойдём дальше.

К стенам уже были прислонены мешки и сундуки. Запасы на «чёрный день» — их всегда держали под Академией, но никто из нас раньше не думал, что эти слова действительно когда-нибудь пригодятся.

Хлеб, вяленое мясо, сушёные фрукты, плащи, фляги, простые ножи, бинты — всё разложили по кучкам. Нам выдавали по маленькой сумке через плечо, словно мы отправлялись не в бегство, а в организованный поход.

Я взял свою сумку, машинально проверил:

«Хлеб, вода, нож, плащ, простейший перевязочный набор… минимум выживания».

Когда очередь дошла до моей группы, я увидел их лица.

Финн — обычно громкий, упрямый, с вечным огнём в глазах — сидел, уставившись в каменный пол. Лицо белое, губы дрожат. Тара стискивала рукоять меча так, что костяшки пальцев побелели. Астра закрыла лицо руками. Эдгар смотрел куда-то мимо всех, словно его выдернули из мира.

И Элиния.

На её лице не было ни привычного раздражения, ни королевской гордости. Полностью мёртвый взгляд. Как у тех, кто только что увидел слишком много.

Я подошёл к ним, опустился на колени.

— Сядьте ближе, — тихо сказал я. — Все.

Они послушались автоматически. Мы сбились в небольшой кружок.

Тепло, которое я мог дать

Я поднял руку и начал тихо, почти без слов, накладывать простое исцеление. Не боевое — стабилизирующее: чуть выровнять пульс, успокоить дыхание, согреть холодные конечности. Я давно адаптировал формулу так, чтобы она воспринималась телом как «приятное тепло», а не просто магический импульс.

Ладонь — к плечу Финна.

Небольшой поток маны — ровный, мягкий.

Он чуть вздрогнул, дёрнул головой, потом тяжело выдохнул. Пальцы, сжимавшие колени, немного разжались.

Потом Тара.

Потом Эдгар.

Потом Ной.

Я двинулся по кругу, по очереди касаясь каждого. Тепло постепенно расползалось по нашему маленькому островку из людей.

Кто-то начинал плакать — тихо, без истерики. Кто-то наоборот, просто глубоко выдыхал и впервые за это время хотя бы чуть-чуть приходил в себя.

Когда я дошёл до Астры, она сначала даже не подняла головы. Я коснулся её плеча — и она буквально прорвалась. Пять минут она рыдала, почти уткнувшись в камень, а потом… встала и пошла к другим детям, к младшим из соседних групп, начала просто сидеть рядом и держать их за руку. Передавая им то же ощущение тепла, но уже человеческого.

Элиния всё это время молчала.

Я опустился рядом с ней и положил ладонь ей на спину. Мана пошла вглубь — и я почувствовал, насколько там всё разорвано изнутри: переутомление, истощение, шок.

Она вздрогнула, поймала мой взгляд и обречённо выдохнула:

— Я… видела, как их разрывали… — голос сорвался. — Видела… как… тех, что младше нас… просто… кромсали… А я… Что я сделала, Зен? Ничего.

Я молчал.

— Маг четырёх стихий… — она почти прошипела это, как обвинение самой себе. — «Гений двора», «надежда королевства»… Что это всё стоит, если я… ничего… не сделала? Они кричали… а я… — голос снова сломался.

Я не придумал ничего умного.

Просто обнял её.

Не как маг, не как человек, который понимает структуру травмы, — а просто как тот, кто тоже всё видел.

— Ты жива, — сказал я тихо. — Уже это — больше, чем у многих.

Она уткнулась лбом мне в плечо и наконец-то позволила себе расплакаться по-настоящему. Без достоинства принцессы.

Где-то в стороне я краем глаза видел, как учителя переглядываются. Один из них кивнул мне едва заметно.

«Пусть плачут сейчас. Потом, когда пойдём дальше, времени на это не будет».

Подъём к свету

Через полчаса нас подняли.

Учителя разделили нас на группы — так, чтобы в каждой было по два наставника. Нашей группе достались маг воды и маг земли — вдвоём они могли обеспечить нам защиту и минимальный контроль над местностью.

— Встаём, — сказал учитель воды. — Сейчас — тихо. Без паники, без вопросов. Идём за нами и не отстаём.

Мы подошли к другой стороне зала, где в стене скрывалась ещё одна лестница — на этот раз ведущая вверх.

— На поверхности может быть всё, что угодно, — предупредил учитель. — Главное — не разбегаться. Не геройствовать. Живыми будете — ещё успеете совершить подвиги.

Мы начали подъём.

Каждая ступень вверх давалась тяжело — не столько телу, сколько голове. Казалось, что на поверхности нас ждет либо пустота, либо кошмар.

Когда сверху наконец мелькнул свет, глаза резануло. После подземного полумрака солнечный день казался почти болезненным.

Я прикрыл лицо рукой и вышел наружу.

Мы были за городом.

Город, который перестал быть столицей

Столица, которую я ещё вчера видел шумной, живой, слишком громкой, сейчас была окутана войной.

Над дальними кварталами клубился густой чёрный дым.

По небу летали тёмные силуэты — крылатые демоны.

В самом городе мелькали вспышки магии: где-то ещё держались маги и стража, пытаясь удержать линии.

Крики, отдалённые, но вполне слышимые, накатывали волнами — даже здесь, за стенами, они были почти физически ощутимыми.

Рядом кто-то всхлипнул:

— Это… правда наш город?..

Учитель земли сжал кулак так, что по коже прошла трещина из камня.

— Смотрим. Запоминаем. Но не забываем, что сейчас наша задача — выжить, — сказал он глухо. — Остальное — потом.

Учитель воды, чуть спокойнее, добавил:

— Уходим на юг. До ближайшей деревни или города. Там — узнаем, что происходит в остальной стране. Может быть… — он запнулся и всё же договорил: — Может быть, это действительно удар только по столице.

Надежда прозвучала слишком хрупко, чтобы в неё верить, но никто не возразил. Людям нужно за что-то цепляться.

— В колонну, — скомандовали нам. — Не теряться. Глаза — в спину друг другу.

Мы двинулись.

Я оглянулся на город в последний раз.

Академия — или то, что от неё осталось, — была видна по языкам пламени и периодическим вспышкам маны. Даже отсюда было ясно: там уже не учатся.

«Я хотел стать частью лучших умов этого места», — отметил я где-то на уровне сухой мысли. — «В итоге — осталась только эвакуация и статистика выживших».

Лесной лагерь

Мы шли долго.

Солнце клонится к горизонту, тени деревьев удлиняются, шаги становились тяжелее. Учителя периодически останавливались, проверяли, никто ли не отстал, и гнали дальше.

Наконец впереди показался небольшой лесок — невысокие деревья, густая крона. Место неплохое для временного убежища: не слишком густо, но достаточно, чтобы укрыть нас от прямых глаз с неба.

— Останавливаемся здесь, — сказал наш учитель земли. — На ночь точно. Дальше — посмотрим.

Он вышел вперёд, поднял руки. Камень под ним дрогнул и начал подниматься, складываясь в полуоткрытые ниши — небольшие «пещеры» для групп. Стены вроде бы были тонкими, но я чувствовал, сколько в них вложено маны: держать удар, прятать тепло.

Другие маги земли присоединились — и вскоре вокруг нас вырос целый кружок из каменных укрытий.

Пара учителей светлой магии и иллюзий начали плести купол — тонкую невидимую оболочку, перераспределяющую звук и свет. Снаружи этот участок леса теперь должен был выглядеть просто как… обычная роща. Немного скучная, даже отталкивающая.

— Готово, — сказал один из них, когда плетение замкнулось. — Если только сюда не приведут целенаправленно — нас не заметят.

Мы расселись по группам в свои каменные «норки». Внутри было тесно, но хоть не по ветру — и это уже казалось роскошью.

Учителя собрались в центре импровизированного лагеря. Я видел, как они спорят, но тихо, сдержанно — для детей всё равно звучало как глухой шёпот. Потом один из старших вышел и повернулся к нам.

Его голос разнёсся над лагерьком, усиленный магией:

— Слушайте внимательно.

Мы подняли головы.

— Сейчас у нас нет полной картины. Мы не знаем, это нападение только на столицу или по всей стране. Наша первоочередная задача — сохранить вам жизнь и дойти до ближайшего населённого пункта, чтобы получить информацию. Там будет ясно, что происходит.

Он провёл взглядом по нашим лицам — усталым, перепуганным, злым, пустым.

— Может быть, уже завтра выяснится, что демоны ударили только по одному городу. Может быть… — он коротко вздохнул. — А может — нет. Мы не будем строить иллюзий. Но пока мы можем двигаться и дышим — у нас есть выбор. И у вас — тоже.

Он чуть приглушил голос:

— Сейчас — отдых. Еда. Сон. Дежурные учителя уже распределены. Завтра с рассветом выходим дальше.

Учителя начали расходиться по группам.

А я лежал в своей каменной «пещере», слушал тяжёлое дыхание одноклассников и смотрел в невидимый потолок.

«Война, — отметил я где-то глубоко внутри. — Вот так она выглядит на человеческом уровне. Не карты и не отчёты. Страх, грязь, камень под спиной и попытка убедить себя, что ты не зря остался жив».

Я повернул голову. Рядом, вжавшись в плащ, лежала Элиния. Глаза у неё были открыты — она, как и я, пока не могла заснуть.

Мы встретились взглядами.

Я не стал ничего говорить.

Иногда наука — это формулы, а иногда — просто честное фиксирование факта: ночь будет длинной.

Глава 3: Деревня, где ещё играют в шахматы

Утром нас подняли без лишних слов.

Никаких «подъём», никаких обычных шуток от дежурных учителей — только короткое:

— Просыпаемся. Перекус — и марш. За три часа должны дойти до ближайшей деревни.

Хлеб оказался черствым, вода — прохладной, но после вчерашнего это всё равно было почти роскошью. Мы жевали молча, притихшими кучками в каменных укрытиях. Только через какое-то время я заметил, что внутри стало… иначе.

Элиния больше не смотрела в пустоту. Лицо всё ещё было усталым, глаза — покрасневшими, но во взгляде появилось что-то новое. Твёрдое. Жёсткое.

Я увидел то же самое у Финна, у Тары, у Ноя. Вчера там был только страх. Сегодня — страх никуда не делся, но поверх него лежал другой слой.

Гнев.

Не истеричный, не детский, а тяжёлый, тихий. Как камень, который кто-то положил внутрь и сказал: «Потом».

Ну да. Война очень быстро учит выпрямлять спину.

Марш

Мы выстроились в колонну, проверили сумки. Учитель земли ещё раз прошёлся взглядом по нашему временно-каменному лагерю — словно запоминал его, как ещё одну точку на карте, куда потом можно будет вернуться только мысленно.

— В путь, — сказал он.

Мы пошли.

Три часа дороги тянулись медленно, но после ночи под куполом лес казался уже не таким враждебным. Мы не встречали ни демонов, ни бродячих отрядов, ни даже обычных зверей — только редкие птицы, да шорох ветра в кронах.

Через какое-то время разговоры начали понемногу возвращаться.

Сначала — отдельные фразы.

— Ноги не чувствуются…

— Сколько ещё?

— Еда осталась?

Потом — тихие обсуждения.

Финн шёл рядом и что-то шептал Таре. Та кивала, сжимая рукоять меча. Я не вслушивался, но по их выражению лица было понятно: речь шла не о домашнем задании по теории.

Месть — плохой мотиватор для долгой жизни, но отличный — чтобы не упасть здесь и сейчас.

Через три часа впереди показалась деревня.

Деревня без людей

Сначала — обычные крыши, пару дымоходов, заборы. Она выглядела… нормально. Просто тихой. Даже слишком тихой. Ни дыма из труб, ни криков, ни лая собак.

Учителя переглянулись.

— Осторожно, — тихо сказал маг воды. — Держитесь плотнее.

Мы подошли ближе.

Деревня была пустой.

Двери некоторых домов приоткрыты, на верёвках болталась забытая одежда, у одного крыльца лежала перевёрнутая корзина. Ветер рвал край полотенца, словно пытался его сорвать совсем. В сарае где-то звякала не до конца закреплённая цепь.

Живых людей не было видно.

Я уловил, как у многих внутри что-то неприятно сжалось. Ещё одна картина: «так может выглядеть всё, что ты знал».

Когда мы вышли на центральную площадь, то увидели их.

Двоих.

Два старика сидели за грубым деревянным столом посреди площади и играли в шахматы. Спокойно, сосредоточенно. Как будто вокруг не было ни войны, ни демонов, ни брошенных домов.

У одного — длинная серая борода, пальцы чуть дрожат, но фигуры он двигал аккуратно. У второго — короткая стрижка, лицо с глубокими морщинами, взгляд ясный. На них обоих были простые, но чистые одежды.

Когда они заметили нас, оба подняли головы.

— Ну наконец-то, — вздохнул бородатый. — А то всё сидим, думаем: придёт кто-нибудь или сами догадаемся.

Учителя вышли вперёд. Маг света сделал шаг наперёд — не угрожающий, но такой, чтобы было ясно: он здесь главный.

— Что здесь произошло? — спросил он. — Где все жители?

Коротко стриженный старик спокойно поставил пешку, не отрываясь от доски.

— Прибежали гонцы, — ответил он. — Сказали: «Деревни вокруг столицы эвакуировать. Демоны». Ну, мы людей и отправили. Кто пешком, кто на телегах — в сторону Эльгира. Сказали, что ордены и войска подтягиваются, будет чистка, укрепление границ и всё такое.

Он пожал плечами.

— А мы с ним, — кивок в сторону бородатого, — решили дождаться кого-нибудь. Понимали, что или вы, или демоны, или королевские. В любом случае — надо будет предупредить.

Он аккуратно сложил фигуры в мешочек.

— Вот и дождались, выходит.

Учителя выдохнули так, словно с их плеч сняли часть невидимой тяжести.

Не всё королевство горело.

Не один город в мире.

Ещё где-то были люди, войска, структура.

Равновесие было нарушено, но не обрушено.

Маг земли кивнул старикам:

— Благодарим. Вы уверены, что вам безопасно оставаться?

Бородатый хмыкнул:

— Безопасно? — он посмотрел на пепельную полоску дыма над горизонтом, там, где была столица. — Сейчас нигде не безопасно. Но мы уж как-нибудь до своих дойдём. Ноги ещё ходят.

Коротко стриженный добавил:

— Мы ждали только одного — момента, когда можно снять фигуры с доски и собрать вещи. Этот момент, кажется, настал.

Они встали и начали неспешно собирать свои скромные пожитки в два мешка. Никакой суеты. Просто люди, которые уже прожили достаточно, чтобы не бегать вприпрыжку от каждого ужаса.

Учителя переглянулись ещё раз — на этот раз уже с лёгким, почти незаметным оттенком облегчения.

— Значит так, — громко сказал наш наставник. — Демоны ударили по столице. Возможно, по крупным узлам. Но не по всей стране. Ситуация тяжёлая, но не безнадёжная.

Хорошая, стройная фраза. Использовать её как заклинание для успокоения.

— Новая задача, — продолжил он. — Дойдём до города Эльгир. Там решим, что делать дальше. Путь займёт два дня. Готовьтесь.

По рядам прокатилась волна шёпота. Кто-то облегчённо выдохнул, кто-то, наоборот, сжал зубы ещё сильнее. Надежда была, но она не отменяла факта: столица всё ещё горит в нашей памяти.

Дорога до леса

Мы снова двинулись в путь. Теперь с нами шли и те двое стариков — не как лидеры, но как странные проводники, которые знали больше, чем готовы были рассказывать.

Они шли чуть в стороне, разговаривая между собой вполголоса, иногда бросая в нашу сторону короткие взгляды. Иногда пытались что-то сказать детям:

— Эй, мальчик, ты меч так не неси, спину себе сорвёшь.

— Девочка, если плащ на ночь под себя подложишь — от земли меньше тянуть будет.

— Еда — это тоже заклинание. Если её нет, никакая магия не поможет.

Пытались даже шутить, рассказывать короткие истории из прошлых войн, как кто-то когда-то спас деревню одним ведром воды или одним глиняным шаром, кинутым в нужный момент.

Но дети смеялись плохо.

Иногда кто-то улыбался краешком губ, иногда отпускал короткую фразу в ответ. Но общего — лёгкого, настоящего смеха — не было. И старики это понимали. Их попытки подбодрить были больше привычкой живых, чем реальным ожиданием результата.

Я шёл рядом и слушал.

Мне почему-то было важно фиксировать каждую их фразу — как маленькие точки на карте мира, который всё ещё продолжает быть миром, а не сплошной областью боли.

В какой-то момент впереди показался пушистый, плотный лес.

Учитель земли поднял руку:

— Остановимся здесь. Дальше идти смысла нет — темнеть начнёт скоро.

Мы свернули с дороги и углубились в рощу. Деревья здесь были низкими, ветви — густыми, трава — мягкой. После камня и грязи под ногами это место казалось почти мягкой подушкой.

— Отдых, — коротко бросил наставник. — Никаких построений. Просто падаем.

Особо уговаривать никого не пришлось.

Дети буквально рухнули на землю. Кто-то даже не потрудился расстелить плащ. Тела сами выбрали приоритет — сначала отключиться, потом всё остальное.

Я сел, а потом тоже лёг, чувствуя, как усталость наконец-то догоняет всё, что я упорно откладывал «на потом».

Где-то рядом старики ещё что-то обсуждали с учителями — тихо, деловито. Кто-то ставил пару магических отметок на деревьях, кто-то проверял границы леса.

Я слушал шаги, шёпот, отдалённый шум ветра. Внутри по-прежнему стояла картинка горящей Академии, крик водяной фигуры над озером, глаза энтов.

Но поверх всего этого медленно и настойчиво ложился ещё один слой.

Мы идём дальше.

Значит, мир — всё ещё не закончился.

Глава 4: Лагерь тех, кто готовится к войне

Утро было хуже прошлого.

Тело уже знало, что такое марш, и заранее ненавидело каждое движение. Ноги нили тупой болью, спина отзывалась на любое изменение положения, плечи ныли от ремней сумки. Но когда учителя ходили между импровизированными лежанками и будили нас коротким:

— Подъём. Перекус — и в путь,

— никто даже не попытался спорить.

Мы быстро запихнули в себя хлеб и воду. Никаких разговоров, только короткие фразы:

— Меч взял?

— Флягу не забудь.

— Плащ застегни, дурак, ветер подхватит.

Колонна вытянулась и двинулась дальше.

Полдня слились в одну длинную, бесцветную полосу. Лес постепенно редел, дорога становилась шире, под ногами всё чаще попадались следы телег и копыт. Иногда навстречу пролетали разведчики в зелёных плащах с грифоном — не обращая на нас почти никакого внимания, только отмечая факт существования.

Детей уже не нужно было подгонять. Каждый шаг вперёд был не просто движением, а попыткой доказать самому себе, что он ещё жив.

К вечеру, когда солнце уже касалось края горизонта, впереди показались каменные силуэты.

Сначала — тёмная линия стен.

Потом — башни.

Затем — множество мелких огней, мерцающих вокруг города.

Эльгир.

Только это был не просто город.

Вокруг него, как металлический венец, раскинулся лагерь. Шатры, укрепления, костры. Над внешним кольцом лагеря поднимались знамёна: королевский флаг и рядом — чёрное полотнище с белым знаком, напоминающим переплетённые клинки.

Тёмный Орден.

Когда мы подошли ближе, уже стемнело окончательно. Факелы и магические огни выхватывали из темноты фрагменты: блеск доспехов, очертания копий, силуэты патрулей.

Нас заметили быстро.

Из лагеря выдвинулась небольшая группа всадников и пеших. Они остановились на расстоянии нескольких шагов. Один — совсем молодой на вид, но с тем самым взглядом, который бывает у людей, слишком рано увидевших смерть. На нём был чёрный мундир Ордена, удобный, без лишних украшений. На груди — символ: пересечённые в круге меч и крыло.

— Вы — выжившие из Академии? — спросил он.

Наш учитель света выступил вперёд:

— Да. Ученики и наставники. Столица… пала под ударом демонов.

Молодой солдат резко вскинул кулак к груди, отдавая честь.

— Командующий Ордена приказал встречать всех, кто смог выбраться. Следуйте за мной.

Он обернулся:

— Дети — в жилой сектор. Наставники — в штабном шатре.

Потом вновь посмотрел на нас:

— Не разбредаться. Не вмешиваться. Не бегать по лагерю. Понятно?

Никто не возразил.

Внутри лагеря было шумно, но этот шум отличался от паники. Это был шум работы.

Кто-то тащил ящики с оружием.

Кто-то ругался, разворачивая свёртки карт.

Лязгали доспехи, стучали молоты оружейников.

Из лазарета доносился глухой стон, хрип, отдающиеся в груди заклинания лечения.

Разведчики с зелёными плащами приходили и уходили, стряхивая с сапог грязь. Рыцари Тёмного Ордена проверяли ремни на броне и лезвия на мечах. Маги в синих и серых плащах что-то спорили над столом, заваленным пергаментами.

Люди готовились не умирать, а сражаться.

Нас провели к ряду палаток поменьше — видимо, для беженцев и вспомогательного персонала. Дети — в одну сторону, учителей уже вели дальше, к большому шатру с флагами.

— Здесь разместите учеников, — бросил тот же солдат сопровождавшему нас сержанту. — Их наставники придут позже.

И ушёл, даже не оглядываясь.

Внутри палатки было тесно, но терпимо: соломенная подстилка, два фонаря, несколько ящиков, явно превращённых во временные скамейки. Большинство просто рухнули, где стояли. Кто-то закрыл глаза и провалился в сон почти мгновенно.

Мне спать не хотелось.

Усталость была, но поверх неё — слишком много мыслей.

Я выбрался из палатки, взял у ближайшего костра горящую лучинку и вернулся, поставив её на металлическую подставку, что валялась в углу. Факел превратился в маленький костёр света.

Достал из сумки свёрнутую карту королевства, положил на ящик, разгладил.

— Опять… — устало буркнул Финн, который лежал неподалёку. — Даже тут ты с картами.

— Лучше считать, чем просто лежать, — ответил я.

Он проворчал что-то нечленораздельное, но остался слушать.

Я отметил пальцем столицу. Большой круг. Потом провёл ниже и чуть в сторону, поставив точку там, где сейчас был Эльгир.

— Вот тут мы, — тихо произнёс я. — Здесь — удар демонов.

Подумал, добавил ещё знак:

— Здесь — моя деревня. Неделя пути…

За ней — лес. И то, что для королевства значилось как «опасные территории», а для меня — как место, где живут те, кто приняли меня как своего.

Эльфы.

Я задумчиво посмотрел на карту.

Если бы я планировал это как Король Демонов…

Глупо было бы ударить только по столице. Логичнее всего — прорвать границы на одном участке, прокатиться волной, срезая опорные пункты, и попытаться закинуть южную часть королевства в «котёл»: отрезать пути снабжения, разрушить дороги, заблокировать переправы. Разделить страну на две части, а потом добивать по отдельности.

Я провёл линию — мысленную, но очень чёткую — от северных рубежей, через столицу, вниз.

— Если они захотят разделить королевство, — пробормотал я, — будут давить здесь, здесь и здесь…

Смысл этого для меня был простой и неприятный.

Моя деревня оказывалась как раз между возможными линиями движения войск.

Лес — потенциальный заслон и, одновременно, идеальный путь для скрытого прохода. Эльфы вряд ли кинутся спасать людей. Они позаботятся о себе. И если демоны сунутся слишком глубоко, лес им откусит руку.

Но это не значит, что волна не захватит всё вокруг.

— Эй, — услышал я за спиной.

К карте начали подходить мои.

Тара опустилась рядом, всё ещё в сапогах, но уже без меча — тот лежал рядом, завернутый в плащ. Ной сел по другую сторону, опираясь локтями о колени. Астра, с зажатыми до белизны пальцами, зарылась взглядом в карту так, словно хотела прожечь в ней дыру.

— Мы немного узнали, — первой заговорила Тара. Голос звучал хрипло, но ровно. — От солдат и врача в лазарете. Они не особо скрывают.

Я кивнул:

— Говори.

— Демоны ударили не только по столице, — продолжила она. — Были атаки по крепостям на севере. Две — пали полностью. Одна держится, но там уже запрашивают подкрепление. В западных землях — только вылазки, без крупных прорывов. Южные пока затишье, но все уверены, что это ненадолго.

— Командующий Ордена считает, что они «щупают» оборону, — добавил Ной. — И ищут слабое место. Они не бросили все силы сразу. Это только начало.

Астра тихо сказала:

— И ещё… в столице… была не одна волна. Они прошли по кругу. Сначала — по внешним кварталам, потом — к центру. Академия попала под второй удар.

Она сглотнула, продолжая:

— Нам… повезло, Зен.

Я посмотрел на карту и мысленно вернулся к тем линиям, которые только что прорисовывал.

— Изначальный удар по столице, — проговорил я. — Параллельные атаки по северным крепостям. Запад — в напряжении, юг — затишье.

Провёл пальцем снизу вверх:

— Если они прорвут север и зайдут сюда, а потом ударят отсюда…

Мой палец замкнул невидимый круг. Получалась всё та же картинка, что и в голове минуту назад.

Котёл.

— Ты думаешь, они и правда попробуют разделить королевство? — спросил Финн. Он уже поднялся и стоял за моей спиной.

— Если командует не идиот, — ответил я, не отрывая взгляда от карты, — то да.

Пауза.

— Вопрос не в том, что они хотят сделать. Вопрос в том, успеем ли мы угадать когда.

Мы все замолчали.

В палатке стало неожиданно тихо. За тонкой тканью слышались голоса, крики, шаги, звон металла — жизнь лагеря. А у нас над одной старой картой сгрудились несколько подростков, пытающихся понять, как именно их мир будут ломать по линиям и направлениям ударов.

— Учителя сейчас в штабе, — осторожно напомнила Астра. — Возможно, они уже всё это обсуждают.

— Возможно, — согласился я. — Но…

Я постучал костяшкой пальца по карте:

— Это не значит, что нам запрещено думать.

Ной усмехнулся уголком губ:

— Опасная мысль, Зен. Скажешь ещё такое при командующем Орденом — и тебя запишут в стратеги, а не в ученики.

— Хуже, — пробормотал Финн. — В штабные крысы.

Мы даже слабо хмыкнули.

Не смех. Но хоть какое-то подобие реакции живых.

Когда учителя наконец вернулись, мы уже сидели на своих местах. Карта лежала свернутая у меня в сумке. Никто из нас не стал делать вид, что спал, но и не ломились с вопросами — по лицам наставников и так всё было ясно.

Результаты совещаний никогда не бывают радостными, когда на них обсуждают войну.

Наш учитель воды сел на свободный ящик. Каждое движение давалось ему тяжело.

— Так, — сказал он. — Есть новости.

Мы подняли головы.

— Во-первых, — он провёл рукой по лицу, — Эльгир пока держится. Лагерь вокруг него — основной узел для regroup… для перегруппировки сил. Здесь собирают тех, кто уцелел, и тех, кто ещё может сражаться.

«Сможет ли кто-то из нас когда-нибудь попасть во вторую категорию?» — мелькнуло у меня в голове.

— Во-вторых, — продолжил учитель, — подтверждается: демоны атаковали не только столицу. Но королевство не развалилось. Командующие, ордены и маги ещё живы. Значит, мы не одни.

Он сделал паузу, посмотрел прямо на нас:

— В-третьих.

Голос стал чуть жёстче:

— Пока вы дети. Ни Ордена, ни армия не будут бросать вас на передовую. Но это не значит, что вы останетесь вне войны.

Он посмотрел на Элинию, потом на меня, потом скользнул по остальным.

— Завтра утром командующий Ордена хочет поговорить с представителями Академии. В том числе — с теми, кто показал себя не только в бою, но и в учёбе.

Уголок его губ чуть дёрнулся:

— Я думаю, он уже слышал про ваши «фигурки из камня» и «игры с големами».

Кто-то нервно фыркнул.

Я почувствовал, как внутри поднимается знакомое ощущение: смесь предвкушения, тревоги и лёгкой усталой злости.

Ну вот. Начинается следующий слой.

Война не собиралась ждать, пока мы снова станем просто учениками.

Глава 5: Когда дети делают взрослый выбор

Утро было тяжёлым.

Снаружи слышался вой казарм, перестук железа, рёв командиров — огромная армия Темного Ордена выдвигалась вперёд.

Наш шатёр дрожал от шагов тяжелой пехоты, будто земля сама разговаривала.

Нас, детей, созвали.

Командующий вошёл без лишних слов.

Чёрный плащ, стальные наплечники, на груди — эмблема ордена: черная роза на белом фоне. Лицо уставшее, глаза красные. Он смотрел на нас точно так же, как на солдат — без снисхождения.

— Ситуация… критическая, — сказал он. — Демоны прорвали линию к северу. Нам нужно больше людей.

И по словам ваших учителей… среди вас есть те, кто может помочь прямо сейчас.

Среди детей пошёл ропот. Кто-то испугался, кто-то напрягся, кто-то пытался сделать вид, что ничего не понял.

Командующий продолжил:

— Путь назад будет закрыт. Если вступаете — идёте до конца. Идёте на войну.

Эти слова покатились по шатру холодной волной.

Я поднялся.

Молчание тянулось, как вязкая смола.

Я достал карту — ту самую, на которой вчера ставил точки и размечал направление удара демонов.

Разложил на столе.

Глаза Командующего изменились.

Из спокойных — стали острыми, внимательными, будто он впервые видит ребёнка перед собой.

— Вот, — я указал на глубину королевства, — они уже прорвали северную дугу.

Если продолжат давить, они разделят южные земли в «котёл» и начнут зачистку.

Солдаты, стоявшие рядом, притихли.

Командующий подошёл ближе.

Я продолжил:

— Моя деревня здесь. — Постучал по карте. — Неделя пути. Если они пойдут клином, она попадёт под удар.

Командующий резко поднял взгляд:

— Ты понимаешь военную стратегию?

— Меня учили… кое-кто, — я уклонился. — Но сейчас не об этом.

Я вступаю в Орден.

Если пойдём прямо — успеем отбить северный фланг. Если пойдём обходом — потеряем время.

Командующий смотрел молча.

Так смотрят взрослые, когда видят что-то невероятное — и не могут объяснить.

Наконец он тихо сказал:

— Ты показал мне последний фрагмент пазла, которого нам не хватало.

Без этого плана… мы бы теряли дни.

Он отступил шаг назад:

— Зен Хельвард. Принято. Добро пожаловать в Темный Орден.

После этого решение приняли почти все.

Финн — не раздумывая:

— Я с тобой. Кто ещё, если не мы?

Эдгар вложил руку в кулак:

— Мечники Хельвардов не бегут от войны.

Миелла дрожала, но сказала:

— Если вы идёте… я тоже. Нам нельзя бросать друг друга.

Астра подняла руку почти спокойно:

— Маги воды умеют исцелять. Я… пригодюсь.

Сирен тяжело вздохнул:

— Мы обязаны… хотя бы попытаться.

Даже те, кто обычно спорил, молчаливо подошли вперед.

Один лишь Ной стоял в стороне.

Бледный, злой, напряжённый.

— Вы… сумасшедшие, — прошептал он. — Это война! Вы дети!

Вы даже не понимаете, что выбираете!

Он смотрел прямо мне в глаза — в них был страх.

— Ты просто геройствуешь… а они идут за тобой!

Ты их подставляешь! Всех! Всех нас!

Я молчал.

Я понимал его.

Но пути назад уже не было.

Ной отвернулся и резко побежал прочь из шатра — будто от огня.

Только Элиния и принцесса ещё молчали.

— А вы? — спросил Командующий мягче, чем к остальным.

Элиния посмотрела на меня.

Долго.

Слишком долго.

— Я… принцесса.

Мой долг быть под защитой.

Я должна… жить.

Финн хотел что-то сказать резко, но я сдержал его жестом.

Но прежде чем она успела закончить, Кая шагнула вперёд.

Уверенно. Бесстрашно. Как всегда.

— Если вы спрашиваете меня… — она глубоко вдохнула, — я больше не принцесса.

Командующий моргнул:

— Простите?

— Мой народ погибает. Моя академия горит. Я… не имею права стоять в стороне.

Если вы возьмёте меня, командующий…

Он поднял ладонь:

— Вам не обязательно…

— Я теперь не принцесса, — перебила она твёрдо. —

Я ваша подчинённая, если вы примете мою клятву.

Шатёр замолчал.

Даже солдаты.

Я видел в её глазах — она уже решила ещё до того, как сюда вошла.

Командующий опустил голову:

— …Ваше Высочество.

Приму. Но на войне титул не спасёт. Только умение.

Она кивнула.

Только тогда Элиния опустила взгляд.

— Я… — её голос дрогнул. — Я тоже пойду.

Не потому что хочу.

А потому… что правильно.

И в этот миг она стала взрослой.

И только тогда я понял.

Мы — дети.

Всего 12–13 лет.

Но мир не оставил нам выбора.

Мы уже стали солдатами.

Не потому что хотели.

А потому что оно пришло к нам раньше, чем взрослая жизнь.

Я оглядел своих друзей.

Финн с горящими глазами.

Сирен спокойный, как сталь.

Эдгар стиснувший зубы.

Миелла дрожащая, но стоящая рядом.

Астра пытающаяся улыбнуться, хоть руки трясутся.

Элиния задумчивая, но решившаяся.

Принцесса — уже не принцесса, а воин.

Только одного среди нас не было.

Ной.

Я тихо сказал:

— Это трудный путь.

Но если мы его выбрали… то будем держаться вместе.

Ребята кивнули.

Снаружи рёв Орденов и звук тысячи шагов сливались в единую волну.

Война уже началась.

А мы — всего лишь маленькие искры в этом океане огня.

Но иногда именно искра решает, куда повернётся буря.

Глава 6:: Поле, где умирают безымянные герои

Нас не стали оставлять на сборном пункте.

Не дали отдыха.

Не дали подумать.

Сразу — в повозку.

Колёса скрипнули, и мы тронулись вслед за авангардом Темного Ордена.

Командующий сказал нам всего пару слов:

— Ваша задача — лечение раненых.

Но его взгляд говорил другое.

Это была проверка.

Демонстрация жестокости войны.

И попытка заставить нас отказаться, пока не поздно.

Сильвер Норис

Во главе отряда поставили молодого мечника — Сильвера Нориса.

Высокий, серебристые волосы, взгляд — острый как клинок.

Слухи ходили такие, что он за два года работы в Ордене выжил там, где погибали ветераны.

Но когда генерал сказал ему:

— Командуешь детьми.

Лицо у него исказилось на мгновение.

— …Вы серьёзно? — прошипел он.

— Вы отправляете меня нянчиться с малышнёй?

— Без вопросов, Норис, — отрезал генерал. — Это приказ.

Сильвер повернулся к нам.

Смотрел так, будто мы уже трупы.

И его задача — просто доставить эти трупы обратно.

— Ладно. Садитесь. Постараюсь хотя бы половину довезти живыми.

Он говорил грубо, но без злобы.

Скорее — как человек, который слишком много видел.

Я сел в повозку рядом с ребятами.

Пыль, запах крови на ветру, предсмертные крики с линии фронта.

И я думал:

Может… действительно нельзя брать их с собой?

Может, стоит показать силу и оттолкнуть?

Но демоны почувствуют меня.

Если поймут, что среди людей появился кто-то опаснее обычного…

Они направят всё ради моей ликвидации.

Я посмотрел на своих друзей.

Каждый держался, как мог, но глаза…

глаза у всех были живыми.

И в них я видел решимость.

Как их остановить, если они сами выбрали путь?

Медпункт ада

Как только повозка остановилась, нас ударил запах.

Запах гнили, крови, горячего металла и прелой земли.

Запах войны.

Сильвер бросил короткое:

— Работа ваша — там.

Мы побежали.

И в ту секунду, когда я вошёл в огромную рваную палатку, сердце остановилось.

Сотни. Сотни раненых.

Люди лежали вплотную друг к другу:

— кому-то оторвали ногу;

— кому-то — руку;

— чья-то грудь была разорвана;

— чья-то голова была перевязана так, что из-под бинтов текла кровь.

Многие уже не дышали.

Но их никто не убирал — не успевали.

Мы бросились работать.

Я — к тем, у кого кровь била фонтаном.

Сразу формировал манную плёнку, уплотнял ткани, запаивал сосуды.

Финн быстро нагревал воду, обжигал края ран, останавливал кровотечения.

Астра исцеляла, где могла, и успокаивала тех, кто умирал на руках.

Элиния держалась жёстко — давила воду, охлаждала воспаления, создавая «подушки» из воздуха, чтобы раненые могли хоть как-то дышать.

Все работали на пределе.

И всё равно — умирали.

Передо мной лежал один мужчина.

Огромный.

Рука оторвана.

Живот вспорот.

Кровь текла так, что обычную магию исцеления он уже не пережил бы.

Медики его бросили — как «безнадёжного».

Но он смотрел на меня.

Смотрел жадно, страшно, отчаянно.

Он хотел жить.

И главное — от него исходила манна.

Разорванная, но сильная.

Я наклонился:

— Тише. Закрой глаза.

Он подчинился.

Я быстро — очень быстро — прижёг раны.

Остановил внутреннее кровотечение.

Сформировал резерв маны.

И начал выращивать новую руку.

По капле.

По клетке.

Пока никто не смотрит.

Это было рискованно.

Чёртовски.

Но он открыл глаза…

и улыбнулся.

Еле-еле.

И упал в сон.

Это был первый спасённый.

Но за ним — десятки.

И ещё десятки.

Мы работали до изнеможения.

В конце дня у Астры на руках умер мужчина.

Она молчала.

Слёзы просто текли.

Финн стоял, опершись о стенку, белый как мел.

У него под ногтями засохла кровь.

Руки дрожали.

Элиния сидела, закрыв лицо руками.

Она не рыдала — просто больше не могла держать выражение лица.

Мы легли в маленьких палатках — даже не по группам, а где упали.

Уже ночь.

Я встал и сказал:

— Уходите. Вы не должны… видеть такое.

Финн поднял на меня красные глаза:

— А куда?

Куда, Зен?

Дом сгорел. Академия — тоже. Город — в пустоши.

Где безопасно?

Астра прошептала:

— Мы… не одни.

Пока ты здесь — мы тоже будем.

И Элиния добавила тихо:

— Мы.....

Но мы не бросим.

Даже если будет страшно.

Я сел.

И понял:

я не могу их оттолкнуть.

Они сами выбрали.

Глава 7:«Вкус войны. День второй»

Утро началось не с крика и не с тревоги.

Просто разбудили — рано, когда горизонт только-светлело, а небо ещё держалось в серых оттенках.

Нам выдали миски с какой-то кашей.

Обычной, пресной.

Но я заметил, как некоторые мои одноклассники ели её так, будто пробовали впервые — с осторожностью, удивлением, будто не понимали, что это еда, а не часть сна.

Мы почти не разговаривали.

Все были выжаты после вчерашнего.

Учителя отдали короткий приказ — и мы двинулись обратно в медпункт.

Тяжёлый день

Второй день был… не легче.

Просто мы уже знали, что увидим.

Койки.

Кровь.

Перевязки.

Стоны.

Первые полчаса почти никто не говорил — работали.

Механически.

Чётко.

Гораздо увереннее, чем вчера.

Но раненых привезли больше.

Гораздо больше.

Целая цепочка повозок тянулась к полевому лагерю, и мы уже не удивлялись, когда сносили одновременно трёх раненых, у которых… почти не оставалось шансов.

Я двигался почти на автомате.

Останавливал кровь, прожигал края ран, стягивал кожу, закрывал ткань тонкой манной плёнкой.

Учителя краем глаза заметили мои движения — но, кажется, списывали это на «природный талант».

И хорошо.

Я не хотел объяснять, что делаю.

Элиния

Она работала рядом.

Лицо оставалось таким же собранным, как всегда —

но руки дрожали едва заметно, когда она накладывала печати исцеления.

Она не была из тех, кто сдаётся.

Каждого, к кому подбегала, она лечила до конца — пока не убеждалась, что им не угрожает смерть.

Грязь на её руках смешивалась с кровью, волосы прилипли к щекам, но она продолжала идти от койки к койке.

Когда привезли ещё сотню раненых, она впервые тихо выдохнула:

— Это… не заканчивается…

Но всё равно пошла дальше.

Ночь

Нас выгнали отдыхать почти силой.

Учителя понимали, что мы не можем лечить бесконечно — мы просто упадём.

Мы едва дошли до палаток.

Кто-то сразу рухнул.

Кто-то дрожал от пережитого.

Кто-то молчал, глядя в потолок, и я не уверен, что эти глаза когда-нибудь снова смогут смотреть на мир как раньше.

Я сел возле костра у палатки.

Смотрел на свои руки.

На кровь под ногтями.

На следы ожогов, которые я сам себе ставил, прожигая ткань.

Костёр трещал тихо, будто боялся потревожить нас.

Пламя отражалось в металле мисок, в глазах тех, кто ещё не успел уснуть, и в чёрных тенях палаток.

Я сидел, упершись локтями в колени, глядя на собственные руки.

Кровь под ногтями уже засохла.

Пальцы дрожали от переутомления, от маны, что я выжимал из себя часами, и… от понимания того, что будет завтра.

Я слышал, как кто-то плачет в соседней палатке.

Как Финн тяжело дышит, будто до сих пор слышит крики.

Как Астра тихо шепчет слова утешения кому-то из девочек.

И в этот момент полотно палатки поднялось.

Сильвера Норис стоял в проёме, освещённый костром.

Его тень падала на нас, словно напоминание о завтрашнем дне.

Он медленно оглядел каждого — усталый взгляд, но без жалости.

Взгляд человека, который знает, как выглядит настоящий фронт…

И знает, что мы — нет.

— Маленькие герои, — сказал он хрипло.

Тон без насмешки, но и без тепла. —

Я думал, вы сегодня свалитесь, начнёте блевать, убегать, или хотя бы попытаетесь отпроситься.

Он сделал шаг ближе.

— Но вы всё ещё здесь.

На ногах.

Не убиваетесь — и не орёте.

Это… редкость.

Мы молчали.

Слушали.

Он продолжил:

— Сегодня был лишь пригрев. Запомните это.

Завтра мы идём в эпицентр войны.

У меня внутри что-то дёрнулось.

— Будем работать как быстрая группа медиков.

Это значит:

вы входите туда, где ещё идёт бой,

где свежие раненые,

где демоны могут появиться в любой момент.

У костра стих даже треск веток.

Сильвера медленно провёл пальцем по рукояти меча.

— Я не собираюсь вас обманывать.

— Это будет хуже, чем всё, что вы видели здесь.

— И у каждого завтра может быть последний день.

Минуту стояла тишина.

Словно воздух стал тяжелее.

Он добавил:

— Но — вы уже показали, что не бежите.

Так что завтра… я хочу увидеть то же самое.

Страх — нормально.

Паника — нет.

Кто начнёт бежать по полю боя — я лично сверну ему шею, чтобы его не растоптали демоны.

Финн сглотнул.

Тара поёжилась.

Астра прижала руки к груди.

Элиния подняла взгляд — сухой, усталый, но твёрдый.

Сильвера остановился прямо передо мной.

Мы встретились глазами.

— Хельвард, — сказал он тихо, — я знаю, что ты способен на большее, чем показываешь.

И завтра…

не вздумай играть в героя.

Я коротко кивнул.

Он повернулся к остальным:

— Ложитесь.

Три часа сна лучше, чем ни одного.

На рассвете — выходим.

Он вышел из палатки, оставив за собой запах металла, пороха и приближающегося утра.

Мы ещё долго сидели молча.

Никто уже не говорил «всё будет хорошо».

Потому что все впервые поняли:

война не закончится завтра.

А мы — уже внутри неё.

Глава 8: «Эпицентр»

Нас подняли раньше рассвета и быстро построили.

Сильвера Норис прошёл вдоль линии, проверяя узлы на ремнях и клинки на поясе, потом сказал сухо:

— Держитесь рядом.

Дальше трёх метров — ни шагу.

Я не спасу вас, если вы разбежитесь.

Мы кивнули.

Даже Финн молчал.

Марш

Нам выдали коней — не боевых, но быстрых.

Мы сели в седла и поскакали через утренние поля к полуразрушенным воротам города.

Навстречу выбежал гонец — молодой, весь в крови, плащ оборван.

— Пол–пол города отбили… — прохрипел он. —

Но потери… огромные…

Он хотел что-то ещё сказать, но Норис оборвал:

— Потом.

Веди.

Гонец кивнул, и мы понеслись дальше.

Вид войны

Когда расстояние до эпицентра сократилось до сорока метров, я впервые увидел войну не издалека.

Люди умирали, как срезанная трава.

Копья пробивали тела.

Стрелы сбивали целые ряды.

По улицам перекатывались чёрные демоны, а откуда-то сверху —

медленно, будто солнечный закат —

падал огромный огненный шар.

Финн судорожно втянул воздух.

Элиния побледнела так, будто у неё вырвали сердце.

Где-то за разрушенной стеной я увидел группу демонических магов:

они стояли в линию, синхронно двигая руками, создавая взрывные круги пламени.

Норис не дал нам замереть:

— В ДОМОЙ!

ЖИВО!

Мы вбежали под обгоревшую каменную арку — единственное укрытие.

Но укрытием оно было ненадолго.

Раненые

С противоположной улицы бежал отряд из четырнадцати солдат —

а в их спины летели копья.

Норис только успел рявкнуть:

— СТЕНА!

Я выскочил вперёд, ударил ладонью в землю —

и камень взорвался вверх, вырастая в массивную стену, закрыв солдат.

Пока копья дребезжали о камень, я уже тянул раненых за воротники в укрытие.

— Внутрь! Быстрее!

Я не думал — действовал.

Манна текла сама.

Вибрация

Пол под ногами дрогнул.

Сначала едва заметно, потом — тяжёлым, гулким ударом.

Я понял всё за секунду до того, как увидел.

Огромная тень перекрыла улицу.

Огр.

Четырёхметровый.

Весь в костяных наростах.

Дубина — больше меня.

Норис процедил:

— Отступаем. Немедленно. Не геройствовать.

Но я не мог.

Рядом лежали раненые, ещё дышали.

Если мы уйдём — они умрут.

Огр встряхнул улицу ревом, занёс дубину.

— ЗЕНХАЛЬД, БЕГИ!!! — рявкнул Норис.

Воздух дрогнул.

Я едва успел отскочить — дубина прошла в сантиметрах от груди, врезавшись в мостовую, подняв облако каменной пыли.

Мы встретились глазами.

Огр — и я.

И тогда я разозлился.

— Ну давай…

Лёд взорвался из-под моих ног, длинные острые копья вырвались вперёд, пробивая чудовищу ступни.

Огр завопил, рухнув на колени.

Я кинул ещё — каменные снаряды, рваные куски мостовой, обломки стен.

Создал десять ледяных и каменных големов — они подхватывали раненых и тащили в укрытие.

И тогда…

Удар

Тень.

Шорох.

Грудь сжала боль.

Меня выбило в сторону, как куклу.

По воздуху пронеслась чёрная шерсть, когти, хищный профиль.

Оборотень.

Гигантский.

Быстрее, чем ветер.

Он ударил снова — лапа прошла по моей груди, воздух вырвало из лёгких, мир перекрутился.

— ЗЕН!!!

Голос Финна.

— ЖИВИ!!! — крикнула Астра.

Финн бросился ко мне, схватил за плечи, прикрыл куполом из огня и ветра, вдавив меня в землю.

— Держись, держись… кровь… чёрт…

Я видел сквозь пелену, как оборотня превращают в решето:

Элиния бьёт его стрелами ветра, Тара режет по ногам, Сирен проходит вспышкой света.

Монстр рухнул, не успев снова шагнуть.

Но это был только первый.

Колонна врагов

Мы услышали шаги.

Много шагов.

Когда пыль рассеялась — мы замерли.

По улице шли гоблины.

Не обычные.

Не дикие.

А в броне.

В строю.

С чётким ритмом.

Металлический марш, как армия людей.

Их было… слишком много.

Финн побледнел.

Астра выдохнула, прижимая ладони к губам.

Элиния стиснула зубы.

— НОРИС!!! — крикнул я.

Но он уже был у меня за спиной.

Он схватил меня за шиворот, как котёнка, и швырнул в сторону отряда.

— БЕЖИМ!!!

Мы рванули.

Ноги вязли в пыли, воздух был горячим, как печь.

Норис докладывал командующему, мы слышали только обрывки:

— …броневые…

— …структура строя…

— …магическая поддержка…

— …это ударный клин, а не просто стая!…

Войска начали перекраивать линии.

Формироваться клином.

Готовиться к отражению.

Я стоял, держась за бок, и вытягивал остатки крови в венах обратно в поток, сшивал ткани.

Когда закончил — ребята подбежали.

— Ты жив? — спросил Финн.

— Для первого дня… нормально, — буркнул я.

Элиния тяжело дышала:

— Мы… мы точно должны здесь… быть?

Но Сильвера появился снова, быстрый, как удар.

— Не дрожать.

Вы — не дети уже.

Вы видели, на что способны.

И да, — он ткнул пальцем мне в грудь, — вы сильнее, чем все эти солдаты вместе взятые.

Он глянул на всех:

— Обходим противника с фланга.

Идём вглубь.

Цель — демонические маги дальнего боя.

Он улыбнулся краем губ — хищно, устало:

— Если их убить — этот клин рухнет.

А потом добавил:

— И мне кажется…

что вы

точно сильнее, чем половина этой армии.

Мы сглотнули.

И шагнули за ним.

Глава 9: «Огонь надежды»

Мы сорвались с места сразу, как только Норрис отдал приказ.

Через разрушенные дома, через пробитые стены, по улицам, где даже камень пах смертью — мы бежали. Норрис всё время оглядывался, контролируя дистанцию.

— Не больше трёх метров! — повторял он. — Дальше — я вас не прикрою!

Он двигался, как настоящий зверь войны. Ни одного лишнего шага, всё точно. Мы, хоть и дети, но уже понимали, что без него далеко не уйдём.

До магов

Мы услышали их раньше, чем увидели.

Гул, от которого звенело в висках. Давление в воздухе — как перед тем, как рушатся стены. А потом — взрыв, от которого дом впереди просто сложился, как бумажный.

И из пыли вышли они.

Не обычные демоны.

Чёрные силуэты, мантии, тела — словно сотканные из дыма. Глаза — как уголья. Каждое движение оставляло за собой чёрный огненный след.

— Дальние маги, — спокойно сказал Норрис. — Держитесь за мной.

И пошёл вперёд.

Первая стычка

Я быстро поднял купол воды, окружив им Норриса. Первый чёрный луч ударил в купол — и вода закипела, но выдержала.

Норрис коротко глянул на меня, будто не ожидал:

— Сильнее, чем казался…

И влетел в ряды демонов.

Один удар — пять магов развалились, словно их сдуло. Второй взмах — ещё десяток исчезли в пепле.

Мы подчищали то, что он не успел добить.

Финн держал линию огня, не подпуская гаргулей. Сирен рвал воздух ветром, сбивая летучих тварей. Астра — исцеляла на ходу, даже не глядя себе под ноги.

А я…

Я бросал всё, что мог.

Лёд.

Вода.

Камень.

Ветер.

Маги демонов падали один за другим.

Через две минуты на улице стало тихо.

Позиция наверху

— Наверх! — крикнул Норрис. — Занять высоту и стрелять по линии!

Мы рванули в разрушенное здание, поднялись по проломленным лестницам. Пол шёл под ногами волнами, но держался.

И когда мы вышли на край крыши — вон там, впереди, виднелась армия.

Гоблины.

В броне.

Щиты.

Копья.

Строй — ровный, тяжёлый. Почти легион.

Они шли, как живая стена.

И мы одновременно почувствовали, как воздух над крышей стал густым от маны.

Первый удар

Финн поднял руки.

Я впервые видел, чтобы огонь так собирался — не языки, не пламя. Шар, медленно вращающийся, растущий, светящийся, пока не стал размером с дом.

Диаметр… метров десять.

— Финн ты что— — начал я, но уже было поздно.

— Полетел! — закричал он с дикой улыбкой.

И метнул.

Воздух загудел.

Мана сжалась.

И шар огня полетел вниз, оставив позади клокочущее пламя.

ВЗРЫВ.

Пол улицы исчез.

Гоблинский строй провалился внутрь себя.

Щиты разлетелись, броня плавилась на ходу.

Половина армии была сметена.

Второй удар

Элиния стояла рядом.

Ветер вокруг неё был таким плотным, что волосы поднимались, будто она стояла в шторме. Она подняла руки к небу и потянула ману вверх.

Тучи пришли сразу.

Словно она позвала их по имени.

Гром.

Свет.

УДАР.

Молния пробила ряды гоблинов. Одни сгорели сразу, других отбросило, как тряпичных кукол.

И… да.

Точность у неё… была так себе.

— Ты попала по своим! — завопил кто-то снизу.

Элиния покраснела и откашлялась:

— Я… извините.

Но гоблинов это уже не спасало.

Через минуту

Строй гоблинов шатался.

Они начали отступать, бросая копья и щиты.

А Норрис стоял внизу, подняв голову к нам.

И в первый раз…

впервые за всё время…

он улыбнулся.

Настоящей улыбкой.

— Вот это дети… — тихо сказал он. — Вот это… маги.

Он посмотрел на меня.

— Зен. Ты должен был быть «лечащим мальчиком». А ты… что ты такое?

Я не ответил.

Просто смотрел вниз на остатки армии.

На дым.

На искры пепла.

На то, что осталось после огня Финна и молний Элинии.

И впервые понял:

Война только началась.

Глава 10: «Стражи»

Мы спустились с крыши уже на бегу — нас звали назад, войско продвигалось вперёд.

Гул шагов наших солдат стал громче, строй был плотным, и впервые за всё время казалось, что ситуация под контролем.

Даже гоблины, отступавшие к центру города, выглядели растерянно.

Мы почти улыбались…

Почти.

Пока Норрис не произнёс:

— Тихо. Не расслабляться. Главное — отвоевать центр.

Он остановился, глядя прямо на чёрную громаду замка, возвышавшуюся над дымом и руинами. Тяжёлые башни, обугленные стены, и внутри —

движение теней.

— Демоны укрепились в замке, — продолжил он. — Они хотят держать его как крепость. Если центр не вернуть — город потерян.

Элиния подняла голову.

— Но… стража? Королевская стража? Они же—

Норрис посмотрел на неё странно, почти с жалостью.

— Принцесса… их давно нет. Все убиты.

Она шагнула вперёд, словно от удара.

— Нет. Стража королевства… не из людей.

Мы все повернулись к ней.

— Что? — спросил Норрис.

Элиния провела рукой по виску, будто пытаясь отдышаться.

— Каменные стражи.

— Ты имеешь в виду статуи у замка? — уточнил Финн, нахмурившись.

— Не просто статуи, — сказала она. — Это древние защитники. Они стоят в центре уже сотню лет, с момента основания столицы. Их должны были активировать, если когда-нибудь случится…

она сделала паузу

…такое.

Мы переглянулись.

Я вспомнил эти фигуры — каменные рыцари, маги, копьеносцы, и одна огромная статуя человека в плаще, почти размером с трехэтажный дом.

Мы думали, что это просто украшение.

— Почему их не запустили? — спросил Сирен.

Элиния покачала головой:

— Не успели.

Демоны напали слишком быстро.

Норрис сжал рукоять меча и резко спросил:

— Как их запустить?

Принцесса выдохнула:

— Нужно попасть в подвал замка. Там есть дверь, за которой стоит… особая статуя. Рыцарь без меча.

Рядом — сам меч.

Его нужно положить в руки статуе.

— И что будет? — спросил я.

— Тогда включится «Кодекс Защиты».

Каждый каменный страж оживёт.

И город будет стоять до последнего камня.

Мы замолчали.

Норрис медленно повернулся к нам.

— Это правда?

Элиния кивнула.

— Это было секретом короны. Отец рассказывал мне ещё когда я была маленькой. Я думала… это просто легенда. Но сейчас… это единственный шанс.

Норрис глубоко вдохнул.

— Тогда идём.

Сразу к командиру.

Он развернулся и крикнул:

— Держаться кучнее! Мы выдвигаемся к центру!

Мы пошли следом — и впервые за весь день в груди появилось то, что почти забылось в дыму и крови:

Надежда.

Глава 11: «План, который решит битву»

Нам не пришлось бегать по всему лагерю — штаб двигался вместе с армией.

Генералы, офицеры и отряды связи шли почти в боевом строю, чтобы успевать отдавать приказы на ходу.

Мы добежали до большого командного шатра, где на столах уже лежали карты, фигурки войск и горели кристаллы-связки.

Норрис вошёл первым, даже не стуча.

— Командир! Срочно!

Генерал поднял голову. Лицо мрачное, глаза красные от бессонных ночей.

Но когда Норрис быстро изложил всё — о статуях, о подвале замка, о «Кодексе Защиты» —

выражение генерала изменилось.

Сначала — недоверие.

Потом — вспышка надежды.

И наконец… страх.

Тот самый, который появляется, когда понимаешь, что шанс есть, но он тоньше лезвия.

— Если это правда… — генерал потер лоб. — Это перевернёт битву. Каменные стражи… это не легенды?

Элиния шагнула вперёд, уверенно:

— Это не легенды. Я — дочь короля. Я знаю, где вход в подвал и как активировать систему.

Генерал смотрел на неё несколько секунд. Потом резко кивнул.

— Хорошо. Тогда слушайте все.

Он отодвинул карту, развернул новую — план центра города.

— Сейчас три легиона уже окружили дворцовый район.

— Демоны окопались внутри и держат оборону.

— Потери… большие.

Он говорил спокойно, но каждое слово резало воздух.

— Несколько часов назад наши маги сообщили — в тронном зале демоны открыли портал. Мы не знаем, куда он ведёт, но это плохо. Очень плохо.

Мы молчали.

— Мы начнём полноценный штурм через двадцать минут. Маги дальнего боя дадут залп, баллисты — по стенам дворца. Это отвлечёт их на фронт.

Генерал ткнул палец в точку на карте — в узкий тоннель рядом с храмом Святого Ветра.

— Здесь есть вход в старую систему канализации. Она выходит прямо под дворцом. Старые коридоры, узкие, но рабочие. Демоны туда точно не сунулись — они ненавидят замкнутые пространства.

Норрис повернулся к нам:

— Ваша задача — пройти по канализации до подвала.

— Пробраться в зал Стража.

— Найти статую без меча.

— Вставить меч в руки.

Командир добавил:

— Если всё сработает, статуи восстанут. И тогда центр города будет за нами.

Финн поднял руку:

— А если… не получится?

Генерал не моргнул.

— Тогда вы погибнете там первыми. И мы — после.

Никто не пошевелился.

Тишина была настолько плотной, что слышно, как капля дождя упала на полог шатра.

— Нам нужен сигнал, — сказал генерал. — Чтобы знать: удалось вам или нет.

— Я могу, — сказал Финн. — Я могу создать огненный столб. Его увидят все.

Норрис кивнул:

— Тогда так. Если получилось — столб света. Если нет — столб чёрного дыма. Любой увидит.

Генерал отдал последний приказ:

— Через двадцать минут начинается штурм.

— А вы… готовьтесь идти в ад.

Он посмотрел на каждого из нас.

— И вернитесь живыми. Если сможете.

Глава 12: «Пробуждение древней стражи»

Мы бежали быстро.

Слишком быстро для группы, состоящей наполовину из детей.

Но Сильвер Норрис не позволял расслабляться ни на секунду.

– Держитесь ближе. Люк здесь. – Он пнул ногой разбитую панель пола.

Под нами зияла тёмная дыра.

Запах ударил в нос сразу: гниль, стоячая вода, плесень, кровь...

Никто не жаловался — просто молча спрыгнули вниз.

Канализация

Лестница была скользкая.

Каменные стены — влажные.

Под ногами — слой грязи, отходов и чего-то, что лучше не идентифицировать.

Но мы шли.

Сильвер шёл первым.

Я — вторым, освещая путь слабым шаром света.

Элиния — рядом, прижимая к себе мантии, чтобы не задеть стены.

Через пару минут мы услышали:

БУМ… БУМ… БУМ…

Баллисты.

Где-то сверху катапультные удары рвали стены замка.

Им отвечали демоны — эхо их магии вибрировало по камню.

– Быстрее. – коротко сказал Норрис.

Мы ускорились.

Подвал замка

Люк вывел в огромный зал — подвал замка, размером с арену.

Стены в трещинах.

Столбы — перекошены.

Пыль и дрожь под ногами.

Где-то вдалеке слышался рёв огров и гул падающей кладки.

– Где дверь? – рявкнул Норрис.

Элиния мотнула головой:

– Я не знаю точного места! Отец только рассказывал, что зал спрятан в одной из боковых комнат!

– Тогда ищем! – приказал он.

Мы понеслись по коридору.

Одна дверь — склад.

Вторая — оружейная.

Третья — завалена.

И только четвёртая…

Когда я открыл её, воздух изменился.

Холоднее.

Тише.

Внутри стоял каменный рыцарь.

Высокий, как гигант.

Без меча.

А рядом…

На пьедестале…

Лежал тот самый меч.

Активация

Норрис не колебался.

Он схватил меч обеими руками.

Рывок.

И—

вложил клинок в руки статуи.

Момент — тишина.

Потом…

Трещина.

По каменному телу рыцаря пошли линии, будто он дышит.

Статуя медленно встала на одно колено.

Зал задрожал.

Потом — весь замок.

Я чувствовал, как магия древних ритуалов проходит по фундаменту, стенам, крышам.

Просыпаются.

Мы успели. Но не одни

– ШАГИ! – прошипела Астра.

По коридору стремительно приближались демоны.

Норрис рявкнул:

– Пошли! ВСЕ К ВЫХОДУ!

Мы выскочили в коридор.

Из угла показались три демона — но каменный рыцарь позади нас двинулся.

Он сделал один шаг.

Эхо грохнуло по залу.

Демон замахнулся — и тут же его сжала гигантская каменная ладонь, раздавив как мокрое полотенце.

Страж ринулся дальше, вглубь замка.

И тогда мы услышали:

РЁВ. ГУЛ. ТРЕСК КАМНЯ.

Все статуи замка проснулись.

Десятки.

Сотни.

Они поднимались по лестницам, ломали стены, уничтожали всех демонов внутри замка.

Ключевой момент битвы

Когда мы выскочили наружу — мир был другим.

На фоне вечернего огня замка, тени огромных каменных рыцарей двигались по этажам, размазывая демонов о стены.

Элиния подняла руку — дала знак.

Финн увидел её с соседней башни.

Сконцентрировал огромный огненный шар.

Запустил его вверх.

И над городом разнёсся единый крик:

— ВПЕРЁД, ЛЕГИОН!!!

Строй людей двинулся.

Гул шагов.

Гул голосов.

Магия.

Огонь.

Сталь.

Мы активировали древних.

Мы дали армии шанс.

Этот момент изменил битву.

И изменил каждого из нас.

Глава 13: «Наверх, к трону.»

Норрис шёл быстро, почти бегом.

— Наверх, — бросил он через плечо. — В зал короля. Портал будет там. Демоны всегда закрепляются в самом символичном месте.

Чем выше мы поднимались, тем хуже становилось.

Снизу доносился грохот — каменные стражи прорывали этажи, ломая всё на пути.

Позади нас бушевала война.

Впереди — что-то куда хуже.

Предпоследний этаж

Коридор был залит красным светом от огненных всплесков вдалеке.

Пол — чернотой обугленного камня.

Запах — смесь серы и крови.

И там — двое.

Первый — звероподобный демон, наполовину человек, наполовину гигантский волк с игольчатыми костями.

Второй — человек… или то, что осталось от человека.

Его кожа была пепельной, вены — чёрными, глаза — полностью красными, а из лба росли два коротких чёрных рога.

Элиния тихо прошептала:

— Он… демонизируется…

И в ту же секунду в нас полетел огненный шар.

Элиния создала водяную стену, пар взорвался в воздухе.

Но человек-демон исчез с места.

Он появился прямо передо мной.

Схватка Зена

Он тянулся рукой, чтобы коснуться — я инстинктивно ударил магией:

Создал вокруг себя водяную плёнку, с каждым мгновением утолщая её.

Его пальцы успели коснуться воды — и я почувствовал…

ЯД.

Гниль.

Разложение.

Эта рука была не просто отравленной — она уничтажала всё, до чего дотрагивалась.

Я тут же заморозил плёнку — руку демона скует льдом.

Отскочил назад и выпустил град каменных стрел.

Он увернулся — слишком быстро, почти телепортом.

Норрис крикнул:

— ЭТИМ ЗАЙМУСЬ Я!

НЕ ДАЙТЕ ЧЕЛОВЕКУ-КРИМСОНУ КОСНУТЬСЯ ВАС!

И сам рванул вперёд — за зверодемоном.

Финн под ударом

Человек-демон резко сменил цель — кинулся на Финна.

— НЕ ДАЙ ЕМУ ПРИКОСНУТЬСЯ! — рявкнул я.

Я успел — выставил ледяную стену перед Финном.

Финн, не медля, создал пламенный язык.

Он ударил в демона огнём — тот взвыл, отступая. Кожа на нём плавилась.

Но он не умер.

Он зарычал, и вся его рука раздулась, как гнилая опухоль.

Я быстро создал огромный водяной купол вокруг нас.

Он коснулся его —

И купол взорвался кислотными брызгами, но я вовремя перенаправил воду на бок, спасая всех.

Бой Норриса

Там, где сражались Норрис и зверодемон, была просто резня.

Демон разорвал воздух сотней мелких огненных шаров.

Норрис уклонялся, ломал огненные взрывы мечом, но один шар попал ему в руку — ожог зашипел кожей.

Норрис не остановился.

Он прыгнул, как человек, привыкший убивать великанов.

Меч ударил.

Щёлкнули кости.

Зверодемон рухнул.

Мы бросились к Норрису, я с Элинией сразу начали лечить ожог.

Он стиснул зубы:

— Спасибо… дальше идём.

Последний этаж

Перед нами была огромная дверь — толстая, дубовая, со множеством печатей.

Норрис повернулся:

— Финн! Огненный шар! Разнеси дверь!

Финн кивнул, руки уже горели пламенем.

— Финн — ломай дверь. Огненный шар, максимум мощности.

Финн кивнул, огонь уже плясал на ладонях.

— Зен — сразу после взрыва покрываешь пол льдом.

— Сделай так, чтобы демоны скользили, теряли темп и опору.

— Если понадобится — сковывай их ноги льдом, точечно, быстро. Ты контролируешь пространство.

Норрис обернулся:

— Кайрен — твои вихри. Но не просто ветер. Делай своих мини-големов.

— Пусть каждый вихрь станет «стражем», перехватывает снаряды, мешает демонам сближаться и прикрывает наши фланги.

Кайрен сжал зубы, активируя ветер — вокруг него закрутились маленькие спиральные существа.

— Элиния — дальняя поддержка.

— Точность, контроль, не перегревай ману.

— Если появятся демоны-ритуальщики — бьёшь в первую очередь по ним.

Она кивнула, собирая в ладонях электрический поток.

— Тара, Сирен, Миелла — ближний бой со мной.

— Мы формируем ударную группу, зачищаем проход, режем всех, кто высунется вперёд.

Три мечницы синхронно шагнули ближе, сжимая рукояти.

— Элгар — вода.

— Гаси огонь, сбивай демонов из укрытий, поддерживай Зена, если ему перегрузит ману.

— Ты — гибкая поддержка.

Норрис вскинул меч.

— За этой дверью — место портала.

— Мы входим быстро. Мы выходим живыми.

— Закрыть портал любой ценой.

Финн бросил взгляд назад, вдохнул — и начал собирать огонь.

Он посмотрел на каждого.

— Это последний рывок. За этой дверью — портал. Не допускаем его активации. Ни ценой чего.

Мы кивнули.

Финн поднёс руки —

ОГНЕННЫЙ ШАР.

Дверь взрывом вырвало из стен.

И мы ворвались внутрь.

Глава 14: «Зал Короля. Штурм портала» (продолжение)

Дверь взорвалась.

Финн швырнул огненный шар так, что деревянные створки разлетелись в щепки, металл выгнуло, а пламя на миг осветило весь коридор.

— Вперёд! — рявкнул Норрис.

Мечники ворвались первыми — пятёрка тёмных силуэтов на фоне дыма. Я шагнул следом и тут же ударил ладонью по каменному полу:

лед разлился, как дыхание зимы, мгновенно покрывая пластины пола прозрачной коркой.

Первый демон, выскочивший на нас, тут же поехал, растянувшись, другой — рухнул на колено, третий попытался удержаться, вцепившись когтями, но я уже сковывал ему ноги льдом, превращая его стойку в неловкий, беспомощный перекос.

Демоны явно не ожидали такой тактики.

В их глазах — раздражение, непонимание, страх перед той магией, которой у людей «быть не должно».

Элиния поняла мой план быстрее всех:

— Зен! Когда накроешь весь зал — переведи лёд в полуводу! Я пропущу ток!

Я кивнул — и расширил область.

Лёд рос, как живая ткань, захватывая всё больше пространства, катясь вперед, под ноги демонов.

Тем временем мечники рубили яростно: Сирен, Тара, Миелла двигались почти в танце.

Они скользили по моему льду быстрее, чем демоны по нему падали.

Вихри Кайрена носились между колонн, сбивая летящие огненные снаряды, перехватывая демонические плети, отталкивая врагов в стороны.

Каждый вихрь был как мини-голем из ветра — с глазами-спиралями и прозрачно дрожащими руками.

Эдгар держал купол — снова и снова, пока его разбивали, и снова поднимал следующий.

Мы держали линию.

Когда я почувствовал, что охватил весь зал, я крикнул:

— СЕЙЧАС! ПРИГОТОВИТЕСЬ!

И одним движением превратил тонкий ледяной ковёр в полуводу.

Демоны взвыли — их ноги провалились, равновесие исчезло, вся масса врагов на миг замерла в абсолютной уязвимости.

И в этот момент Элиния подняла руки.

— РАЗРЯД!

Молния ударила в разлитую воду.

Вспышка — белая, ослепительная, хрустящая.

Вой — оглушающий.

Ток прошёлся по залу, огибая мечников, потому что я заранее создал под каждым из них изолирующие ледяные пятна — маленькие платформы, защищающие от поражения током.

Демоны бились в судорогах.

Мечники не теряли ни секунды.

Тара врезалась в бок ближайшему, перерубая его пополам.

Сирен перелетел через тело, добивая второго.

Миелла прокрутилась, будто ей ветер помогал резать точнее.

Через пару минут зал превратился в месиво из крови, льда и пара.

Но бой ещё не был окончен.

Топот армии.

Мы все повернулись — и увидели в проёме коридора части королевской армии.

Они ворвались, с боевым кличем:

— ВПЕРЁД! ЗА СТОЛИЦУ!

И когда увидели сцену перед собой — мгновенно ринулись помогать, добивая оставшихся.

Финн собрал огромный огненный шар — почти в пять метров, бросил через разрушенный ряд колонн.

Взрыв снес половину демонов у дальней стены.

Толпа гоблинов, прорывавшаяся через боковой вход, была накрыта электрическими плётями Элинии.

Наконец, зал стих.

Последний демон рухнул, а на его месте поднялся столб дыма.

И тогда выше, на площадке у портала, поднялись десять волшебников в серых плащах — исследовательский Орден Круга.

Они начали читать громкие, низкие формулы.

Портал дрожал.

Чернел.

Сжимался.

И — закрылся.

Мы стояли среди руин, тяжело дыша.

И только тогда я понял:

Столица… отбита.

Глава 15: «Пепел столицы»

Мы шли за Норрисом по замку, который ещё вчера был символом мира.

Теперь — коридоры, забитые трупами демонов.

Разбитые колонны.

Каменные рыцари, рухнувшие как статуи, потерявшие магию.

Следы огня, крови, пробитые окна, расплавленный металл…

Лестница за лестницей — следы штурма.

На каждом пролёте лежали чернокрылые твари, гоблины в броне, обугленные маги демонов.

Иногда — люди.

Редко… но всё равно больно видеть.

Норрис остановился у открытых ворот штаба, вдохнул глубоко — как перед тем, как сказать горькую правду.

Мы вошли внутрь.

Штаб кипел.

Солдаты обнимались, медики вытирали кровь с рук, маги падали на лавки от усталости.

Все понимали: столицу спасли.

По крайней мере сегодня.

Когда Норрис вернулся из шатра командования, его лицо было спокойным… но тяжёлым.

Он встал перед нами.

— Столица отбита.

Его голос был сухим, почти официальным.

В шатре стихли разговоры — все слушали.

— Но радоваться рано.

Война… только началась.

Мы молчали.

Норрис продолжил:

— Северный рубеж пал.

Демоны пробили город Норсвуд, разрушили укрепления и двигаются дальше.

Сейчас туда идут восемь легионов. Ещё пять подтягиваются следом.

Он посмотрел на нас — на моих одноклассников, стоящих в рваных мантиях, с исцарапанными руками, с грязью и кровью на лицах.

— И вы… — он замолчал на секунду. — …вы тоже пойдёте на север.

Элиния вздрогнула.

Финн хотел что-то сказать, но закрыл рот.

Я только сжал кулаки.

Норрис продолжил:

— У меня не было времени дать вам подходящие роли.

Не было времени проверить вашу боевую совместимость.

Не было тренировок, не было инструктажа… но…

Он остановился перед каждым, задерживаясь взглядом.

— Вы справились лучше, чем большинство магов.

— Вы — команда.

— И если вас натренировать…

— Если каждому дать свою роль…

— То из вас можно сделать ударный отряд не хуже ветеранов.

Он сел напротив нас, словно командир и равный — одновременно.

— Сейчас — отдых.

— Потом… тренировка.

— Много тренировок.

— Когда я пойму, кто из вас что может — сформируем командные приёмы.

— Вам придётся стать сильнее.

— Нам всем придётся.

Мы молчали.

Каждый думал о своём.

Финн смотрел в землю — сжатые кулаки дрожали.

Тара обнимала колени, уставившись в одну точку.

Миелла тихо вытирала кровь с мантии.

Кайрен водил пальцем по земле, рисуя вихревые символы.

Эдгар тихо молился за павших.

Элиния держала руку на груди — там, где билось сердце, и смотрела в сторону разрушенного замка.

А я… я смотрел на столицу.

Город был спасён — но пламя всё ещё шло дымом из дальних кварталов.

К башням тянулись рабочие.

Маги тушили огонь.

Солдаты собирали тела.

Дети искали родителей.

Женщины плакали над развалинами домов.

Я понял:

восстановление столицы займёт месяцы.

Может — годы.

И что самое страшное:

Это была только первая битва.

Глава 16: «Новые бойцы»

На следующее утро нас подняли раньше обычного.

Столица уже гудела: люди таскали камни, чинили крыши, смывали кровь со стен. Маги воды создавали высокие арки с дождём, чтобы очистить улицы… по крайней мере официально.

Я же решил помочь тихо.

Пока никто не смотрел, поднял ладонь и создал лёгкий ливень прямо над группой рабочих. Незаметный, мягкий — такой, что можно списать на случайное облако. Рабочие удивлённо посмотрели на небо и продолжили мыть мостовую.

Хотя бы так…

Позже нас сопроводили на плац. Норрис ждал нас уже там, и рядом с ним стояли двое.

Первого было невозможно пропустить.

Огромный мужчина. Огромный — как две двери, поставленные друг на друга.

Рост — метра два двадцать. Ширина плеч — как у двух Финнов вместе взятых. Волосы — белые, будто снег. Лицо — в шрамах, как карта боёв. За спиной — чёрный топор величиной с полчеловека. На земле рядом — длинное копьё, высотой почти с дом.

Он смотрел на меня так, будто видел старого друга.

И я понял почему.

Это тот, кому я заново отрастил руку.

Второй новенький был… не такой громкий, но не менее заметный.

Девушка.

Рыжие волосы, яркие как огонь. Лет двадцать один. По лицу — видно: битв повидала столько, что уже не считает. На руках — шрамы, пальцы — в мозолях. Стоит ровно, спокойно, но глаза — как у хищника: оценивают всё.

Рост — около 1,77. Тонкая, но сильная, как натянутая тетива.

Норрис начал представлять:

— Итак. Как видите, к вашей команде присоединяются двое. Первый — Харас Джог. Живая легенда.

Харас слегка кивнул, будто приветствовал нас на похоронах.

— А вторая… — Норрис сделал паузу, — Сетея Варн. Два года боевого опыта. Легкая пехота, ближний бой, подавление.

Я едва заметно поклонился. Остальные тоже.

Сетея посмотрела на нас с выражением лица: «Это что, шутка?»

Потом открыла рот — и выдала всё, что думала:

— Ты серьёзно, Норрис? Это те самые «таланты»? Она ткнула пальцем в мою сторону. — Посмотри на него! Худой, как ветка. Он точно не случайно заблудился мимо поля боя?

Я кивнул ей с максимально вежливым лицом:

— Мне тоже приятно познакомиться.

Она моргнула, не ожидая ответа.

Потом ткнула в сторону Элинии:

— А эта… дрожит вся. Сейчас упадёт. — Я просто замёрзла, — сказала Элиния тихо. — Извини, принцесса, здесь нет тёплого камина!

Финн фыркнул.

Сетея ткнула следующего — Сирена:

— Этот пафосный красавчик вообще понимает, что меч это не аксессуар?!

Сирен аккуратно поправил волосы и сказал:

— Понимаю. А ты понимаешь, что тактика — не топор?

Финн прыснул от смеха.

Сетея прищурилась.

— Вот этот, — она ткнула в Кайрена, — маг ветра? Серьёзно? Ветродуй против демонов?

Кайрен пожал плечами:

— Ну, я хотя бы не нападаю на детей, чтобы самоутверждаться.

— Что ты сказал?!

Харас, который до этого молчал, наконец вмешался:

Громким басом:

— Сетея. — Что? — Заткнись.

Она закрыла рот сразу.

Харас повернулся к нам, и на миг гигант показался почти добрым:

— Я видел, что вы сделали. — Да, вы молокососы. — Но — сильные дыханием. — Руки у вас трясутся, страх внутри — но вы всё равно идёте вперёд. — А таких я уважаю.

Мы стояли тихо.

Норрис хлопнул в ладони:

— Итак. Команда готова. — Дальше — тренировки. — Много тренировок. — И да… вас будет дрессировать Сетея.

Мы хором:

— Что?!

Сетея хищно улыбнулась:

— О, дети… вы будете молить меня, чтобы вернуться к демонам.

Харас кивнул:

— Всё равно будете живы — и сильнее.

Я подумал только одно:

Нам конец.

Глава 17: «Конница и выбор, который сделал нас командой»

Харас сказал своё тяжёлое, спокойное «живы будете»,

а Норрис — как будто со скукой в голосе, но на деле очень быстро — махнул рукой:

— Пошли. Вам нужны кони.

Мы переглянулись.

Финн тихо прошептал:

— Да вы шутите…

Но никто не шутил.

1. Временная конница

Конюшни находились рядом с северной стеной столицы — временные, наскоро восстановленные после последних боёв. Запах сена, пота и трав вперемешку с запахом свежего дерева.

Парень-конюх — едва старше нас, тонкий, но быстрый, с чёрными волосами, торопливо подходил к нам:

— Капитан Норрис?

— Эти двенадцать, — коротко указал он на нас.

Сетея хмыкнула:

— Дети на конях… Я уже вижу беду.

Сильвер усмехнулся:

— От тебя беды больше.

Она фыркнула, но промолчала.

Харас, как обычно, смотрел молча, будто сканировал пространство.

Конюх хлопнул в ладони:

— Ну что! Вам повезло — у вас право выбора.

— Коней мало, но есть хорошие. Выбирайте быстро.

2. Лошадь выбирает Элинию

Пока все ещё пытались понять, с какой стороны подходить к лошадям,

к Элинии сама подошла кобыла — белоснежная.

Настолько чистая, будто её только что вынули из облака.

Она ткнулась носом в руку Элинии.

Сетея закатила глаза:

— Прекрасно. Белая принцесса и белая лошадь. Так незаметно, что я ослепну.

Элиния спокойно сказала:

— Она сама подошла.

Сирин прошептал:

— Лошади тоже боятся отказа.

Финн хохотнул.

3. Мечники выбирают спокойно

Тара и Сирен подошли к двум тёмно-гнедым коням — быстрым, но ровным.

Оба кони посмотрели на мечников так же холодно, как мечники на них.

— Подходят, — сказала Тара.

— Подходят, — повторил Сирен.

Это был самый короткий отбор лошадей в истории.

4. И тогда… ко мне подошёл он

Черный.

Не просто тёмный — угольно-чёрный, с блеском, как будто его шерсть была соткана из ночи.

Он вышел сам.

Обошёл всех.

Остановился напротив меня.

И… положил голову мне на грудь.

Прямо так.

Будто говорил: «Ну давай. Выбирай.»

Я поднял руку — он даже не дёрнулся.

Финн присвистнул:

— Да ладно… Он сам к тебе? Это же…

Конюх подлетел, побледнев:

— ОН?!

— Ты выбрал ЕГО?!

Я моргнул:

— Он выбрал меня.

— ПЛОХОЙ выбор! — парень сразу перешёл на визг. —

— Этот конь НЕПОСЛУШНЫЙ! Он убегает! Он кидает всадников! Он ВООБЩЕ никого не признаёт!

Чёрный конь тихо рыкнул, будто подтверждая.

Сетея ухмыльнулась:

— Отлично. Один псих выбрал другого.

Харас посмотрел на коня… и впервые произнёс с уважением:

— Умный будет. Эти такие не выбирают просто так.

Я вздохнул:

— Ну… ладно. Раз уж ты просишь.

Я сел в седло.

И тут же — как будто ждал — конь рванул вперёд.

5. Побег

Он понёс меня, как стрелу.

Стремительно, уверенно, по прямой.

Потом резко остановился — почти скинул меня.

Я удержался, удержав плавно — маной.

Только конь и понял.

Он посмотрел на меня… и очень медленно склонил голову.

«Теперь понял», — подумал я.

Мы вернулись к группе.

Конюх смотрел на меня так, будто я приручил дракона:

— Эээ… как ты…?

— Он всех кидает… кроме тебя…

Сильвер тихо сказал Норрису:

— Мальчик странный.

Норрис ответил:

— Странный — но полезный.

Сетея хищно улыбнулась:

— Посмотрим, полезный ли он, когда я им займусь.

6. Новая форма

К вечеру нас собрали у северных ворот.

Каждому выдали:

тёплый плащ,

сумку с сухим пайком,

походное снаряжение,

перчатки,

и чёрную форму.

Чёрная ткань.

Плотная.

На груди — белая роза.

Символ временного северного легиона.

Финн крутанулся:

— Мы выглядим как элитные убийцы.

Сетея сказала:

— Вы выглядите как дети, которым я буду бить лица до тех пор, пока они не станут бойцами.

Харас тихо поправил:

— Но вы выживете.

Сильвер подошёл ближе, его взгляд был серьезнее обычного:

— Вам придётся мчаться быстро. Очень быстро.

7. Приказ

Норрис поднял руку:

— Слушайте все.

Мы замолчали.

— Вы — временный мобильный отряд.

— Ваша задача: добраться до города Дордвут.

— Там собираются все легионы, что остались.

— Мы должны успеть ДО наступления демонов.

Он подошёл ближе:

— Вы скачете на север.

— Без остановок, кроме ночёвки.

— Если повезёт — дойдём за три дня.

Сетея щёлкнула пальцами:

— В седло!

— Сейчас вы узнаете, что такое «настоящая езда».

Финн вздохнул:

— Я уже скучаю по Академии.

Элиния поправила поводья своего белоснежного коня:

— Если мы не успеем, скучать будет некому.

Сильвер Норрис в последний раз проверил наши доспехи:

— Держитесь рядом.

— Не геройствуйте.

— И слушайте Сетею, даже если будете её ненавидеть.

Сетея улыбнулась уголком губ:

— Они уже ненавидят.

Харас поднял копьё:

— По коням.

8. Мы выехали

Я ощутил, как чёрный конь подо мной собирается, будто тень поднимается с земли.

Он хотел мчаться.

Я — тоже.

Норрис крикнул:

— ВПЕРЁД, ОТРЯД!

Солнце садилось за стены столицы.

Ветер ударил в лицо.

Конь рванул, как буря.

Мы неслись на север —

к тому месту, где решится следующая глава войны.

Глава 18: «Ночная скачка, первая тренировка и конь, который заговорил»

Мы скакали быстро.

Слишком быстро.

Особенно мой конь — он не просто нёс меня, он соревновался со всем миром.

Каждый прыжок, каждый рывок — будто доказательство, что он лучший из всех.

Харасу было тяжелее всех.

Его шайр — массивный, широкий, сделанный для силы, а не для скорости — тяжело грохотал по земле.

Конь-гигант пытался держаться, но на длинной дистанции ему было адски трудно.

Мне стало его жалко.

Солнце садилось. Тени вытягивались.

К ночи мы добрались до реки.

⭐ Привал

Мы наполнили ведра, напоили коней, стянули с них седла.

Все спокойно привязывали своих лошадей к деревьям.

Все — кроме меня.

Мой конь стоял, упёршись копытами, уткнувшись головой в моё плечо, и категорически отказывался, чтобы я его привязывал.

— Ты же… не убежишь? — тихо спросил я, чувствуя себя полным идиотом.

Конь качнул головой.

Не просто случайно.

Осознанно.

Как будто говорил:

«Нет.»

И я почему-то поверил.

Норрис подошёл ближе:

— Если потеряешь коня — путь замедлится вдвое.

Ты уверен?

Я кивнул:

— Уверен. Он… понимает.

Норрис долго смотрел на меня, потом на коня, потом снова на меня.

— Ладно. Но ответственность на тебе.

⭐ Сетея начинает тренировку

Она хлопнула в ладони — так резко, что даже Харас вздрогнул.

— В РЯД! Живо!

Мы встали.

Где-то 19:00 — стемнело полностью, только костёр давал свет.

Сетея прошлась перед нами, как тигрица перед оленями.

— Сегодня первая тренировка.

— Хочу понять, что вы можете.

— И что вы НЕ можете.

Она резко выкрикнула:

— УПААЛИ!!!

Мы даже не поняли.

— Что? — выдохнул Финн.

Сетея оказалась перед ним за секунду.

Удар кулаком по голове.

— Я сказала: У-ПА-ЛИ!!

Мы рухнули почти одновременно.

— ПЯТЬСОТ ОТЖИМАНИЙ!

— ЧЕГО?! — взвыл Финн.

Удар по голове снова.

— НЕ РАЗГОВАРИВАТЬ!

Мечники первыми вошли в ритм.

Они привыкли к нагрузкам.

Тара — холодная, но точная.

Сирен — быстрая машина для движения.

Я начал спокойно, считая удары сердца.

Сетея шла между нами, как палач.

Она ударила Финна ещё раз:

— МЕДЛЕННО!

— Хочешь умереть в бою?

Финн застонал и ускорился.

Она подошла к Элинии.

Схватила за плечо.

Резко ударила по почкам.

Элиния вскрикнула — тихо, злым шёпотом.

— Ты вся открытая! — рыкнула Сетея. — На войне ты уже труп!

Потом она развернулась на меня.

Я увидел, как её глаза вспыхнули — и упал ДО того, как она успела ударить.

Начал отжиматься.

Быстро.

Она прошла мимо — не тронув меня.

⭐ К сотому…

Тара и Сирен сбавили темп, дыхание рваное.

Эдгар держался, но руки дрожали.

Финн уже бормотал что-то об умирающих герцогах.

Элиния рухнула на руки уже на сороковом.

— ВСТАТЬ! — рявкнула Сетея. —

На поле боя будет хуже.

Будут бить.

Будет больно.

НОГИ будут гореть.

А ТЫ БУДЕШЬ ВСТАВАТЬ.

Элиния дрожала.

Но встала.

И продолжила.

⭐ Приседания

— ТЫСЯЧА! — крикнула Сетея.

— Ты с ума сошла?! — Финн.

УДАР.

— ОДНА ТЫСЯЧА!

Мы начали.

На трёхсотом

мечники задыхались.

На пятисотом

Финн шептал молитвы.

На шестисотом

Элиния рухнула в пыль.

— ВСТАТЬ!

И она снова встала.

Я дошёл до восьмисотого…

и впервые за долгое время почувствовал:

Это тело слабое.

Очень слабое.

Впервые мышцы Зенхальда — не демона, а человека — сказали:

«Мы не можем».

Но я продолжил.

Сетея посмотрела на меня чуть дольше, чем на остальных.

В её глазах мелькнуло что-то вроде уважения.

⭐ Перекус. Сон. А утром — ад

Проснувшись, мы поняли:

ноги умерли.

Элиния едва встала.

Финн полз.

Тара и Сирен шатались.

Я тоже… но было чуть легче.

Хотел исцелить себя — и вдруг Сетея схватила меня за руку.

— НЕ.

— ТЫ.

— ЧУВСТВУЕШЬ.

— БОЛЬ.

Я не посмел спорить.

⭐ Чёрный конь и Финн

Финн попытался сесть на своего жеребца —

тот взбрыкнул и едва не швырнул его в реку.

— Да сядь ты, тварь! — взвыл Финн.

Конь выгнул спину, храпя.

Харас подошёл, положил огромную руку на гриву:

— Спокойно.

Конь тут же успокоился.

Просто от его присутствия.

Финн плакал:

— П-почему у него работает, а у меня нет?!

⭐ И тут мой конь… заговорил

После очередной тренировки, когда мы стояли у реки,

чёрный конь тихо подошёл ко мне сзади.

И сказал:

— Ты.

Я застыл.

— Чё…?

Конь фыркнул:

— ТЫ… КОГДА ДАШЬ МНЕ ИМЯ?

Вся группа обернулась.

Финн чуть не уронил ведро.

Элиния раскрыла рот.

Даже Сетея остановилась.

Я моргнул:

— Ты… говоришь?

— ГОВОРЮ.

— НАЗОВИ МЕНЯ.

— ХВАТИТ ЖДАТЬ.

Я даже не знал, что ответить.

— Эм… я… ещё не придумал…

Он ударил копытом по земле:

— ДУМАЙ.

— ХОЧУ ИМЯ.

— СЕЙЧАС.

Все продолжали молча смотреть на меня.

А я понимал одно:

этот конь — особенный.

Как минимум — разумный.

Как максимум — кто-то ВЫШЕ, чем конь.

Глава 19: «Ноксус»

Конь стоял передо мной, чёрный как ночь, и смотрел совсем не как животное — а как разумное существо, которому надоело ждать.

— Да что там думать, — сказал он. —

Называй меня Ноксус.

Коротко — Нокс.

Я моргнул.

— …Хорошо, Нокс.

Он довольно фыркнул, опустился на землю и улёгся, будто отдыхал рядом со старым другом.

Вся группа смотрела так, будто у меня выросли крылья и хвост.

Даже Харас удивлённо поднял одну бровь — а это почти землетрясение.

— Твой конь… говорит, — произнёс он тяжёлым басом.

Я пожал плечами:

— Я… сам не знаю почему.

Ноксус резко повернул голову ко мне:

— В смысле «не знаю»?

А я что, по-твоему, со стеной сейчас разговариваю?

Финн поперхнулся воздухом.

Элиния чуть сжала пальцы — единственный признак шока.

Тара и Сирен даже шаг назад сделали.

Норрис подошёл ближе, наклонился:

— Как ты… научился говорить?

Ноксус встряхнул гривой, раздражённо:

— Да я ж объясняю!

Он откашлялся, будто подражал людям:

— Раньше много убегал.

— Бегал, куда глаза глядят.

— В один день забрёл в Академию.

— Там было дерево… странное дерево.

— Оно дало мне яблоко.

— И сказало: съешь яблоко и выпей воды из озера.

Мы переглянулись.

«Дерево» в Академии?

Все поняли: энт.

Ноксус продолжил:

— Ну я и сделал, что сказало.

— И с тех пор… умею говорить.

Сетея, которая обычно не удивляется ничему, подняла бровь:

— Но если ты умел… почему всё это время молчал?

Ноксус посмотрел на неё с выражением:

«ты правда спрашиваешь такую глупость?»

— А что мне делать? Если бы я заговорил — вы бы:

а) убили меня,

б) продали,

в) дали какого-нибудь великого героя… типа Хараса!

Харас чуть повернул голову.

Ноксус ткнул копытом в сторону гиганта:

— И что? Эту тушу мне таскать?

— Я задохнусь под ним, пока он сапоги надевает!

Харас не обиделся. Скорее задумался.

Наверное, впервые в жизни думал о том, сколько весит.

Финн захохотал так, что упал на бок.

Сетея отвернулась, чтобы скрыть улыбку.

Норрис сжал губы, будто борясь с желанием рассмеяться.

Ноксус ткнул меня носом в плечо:

— А вот Зен маленький, лёгкий и… хм… необычный.

— В нём сила есть.

— Он достоин меня.

У меня пересохло в горле.

Он продолжил:

— И, кстати, ЗЕН!

Ты ОБЯЗАН меня потом кормить яблоками.

Или чем-то сладким.

Или чем-то вкусным.

Я требовательный.

Я устало выдохнул:

— Ладно. Хорошо.

— Отлично! — фыркнул Ноксус. — Теперь я твой, ты — мой. Давай жить дружно.

Он уткнулся мне в плечо и закрыл глаза, полностью расслабившись.

Все стояли молча.

Финн прошептал:

— …У тебя… конь умнее, чем половина нашей группы.

Элиния тихо сказала:

— И… наглее.

Сетея медленно кивнула:

— Он тебя выбрал.

— Запомни это. Такие… не ошибаются.

Харас сказал:

— Теперь вы — пара.

А Норрис, наконец, подвёл итог:

— Разумный конь.

Редкость… и удача.

Ноксус поднял голову:

— Удача — это я.

Глава 20: «Дордвут — город воинов»

Это Сетей.

это Харас.

Следующий день был однообразным, тяжелым и длинным.

Мы ехали почти без остановок.

Солнце едва поднималось над горизонтом — север был ближе.

Каждый раз, когда мы слезали с коней на короткий отдых, Ноксус неизменно делал обзоры всех лошадей:

— Бедный конь Хараса.

Я ему чрезвычайно сочувствую.

Он несёт гору с руками и ногами. Это преступление, Зен.

Харас усмехался так, будто это был комплимент.

— Конь Элинии… невозможно гордый.

Слишком красив, слишком белый, слишком «я лучше вас».

Элиния фыркнула так же гордо, как её лошадь.

— А конь мечников скучный.

Ничего не говорит. Только смотрит.

Наверное, философы.

Тара тихо:

— Мы не философы.

— Конь Финна соответствует Финну.

Финн подпрыгнул:

— ЭЙ! Это звучит как оскорбление!

Ноксус фыркнул:

— Так и есть.

Мы заржали так, что даже Сетея улыбнулась краешком губ.

⭐ Границы Вечной Зимы

Холод усилился.

Лёд на ветвях звенел, будто стекло.

На горизонте появились огромные белые стены — города северной линии.

Сильвер Норрис поднял руку и крикнул:

— ДВА ЧАСА ДО ДОРОДВУТА!

Ветер стал ледяным.

Метель поднялась из ниоткуда, как живая.

Но мы добрались.

⭐ Город воинов

Дордвут оказался не таким большим, как столица, но куда более военным:

сотни солдат,

десятки палаток,

кузницы грохочут,

маги ставят барьеры,

лошади ревут,

крики командиров слышны всюду.

Сильвер сказал Сетее:

— Возьми комнаты.

— Ты отвечаешь за детей.

— Мы с Харасом — к главнокомандующему.

— Ладно, — кивнула она.

Она повернулась:

— Детишки, сперва конюшня.

Ноксус тихо сказал мне:

— Зен… серьёзно?

Меня — в конюшню?

Я развёл руками:

— Приказ Сетеи. Я ничего не могу сделать.

— Купи мне яблок, — буркнул он. — Много. Мне нужно пережить боль унижения.

⭐ Базар, яблоки и гордость лошадей

Мы пошли на базар — воинов было столько, что приходилось проталкиваться плечами.

Купили яблоки — целый мешок.

Для всех коней.

Но Ноксусу, конечно, больше.

Он аккуратно ел, только тихо сказал:

— Спасибо… и я не разговаривал всю дорогу… потому что тут слишком много ушей.

Его голос был серьёзнее обычного.

Мы отвели лошадей в конюшню, сверили узлы.

Ноксус фыркал, но покорился.

⭐ Отель «Дордвут»

Отель оказался тёплым, деревянным, но переполненным.

Сетея сказала хозяину:

— Нам нужно две большие комнаты.

Хозяин развёл руками:

— Из-за наплыва воинов свободна только одна.

— Берём, — отрезала она.

Мы поднялись, бросили вещи, пошли вниз.

⭐ Ужин и… драка

Меню было простым:

суп,

картошка с мясом,

и три вида напитков: вода, пиво, вино.

Я взял картошку с мясом.

Остальные — кто что успел.

Мы ели спокойно, пока к Сетее не подошли двое мужчин:

— Эй, красотка… присядешь к нам?

Она медленно подняла глаза.

Хищно улыбнулась.

— Присяду.

Она вставала…

и в следующую секунду ударила мужчину кулаком по носу так, что он упал на стол.

С другой стороны на неё налетело ещё десять человек.

Мы замерли.

Сетея не замерла.

Она рвала их, как листья:

локтем, коленом, удар в горло, захват и бросок.

Один — в стену.

Другой — через стол.

Через минуту весь бар лежал на полу.

Она подошла к одному из поверженных, взяла его за воротник — и поцеловала.

Резко. Дико. Как будто проверяла, живой ли.

Потом отпустила и ушла наверх.

Финн шепнул:

— …Она… ненормальная…

Астра закусила губу:

— Она… сильная.

Мы доедали в полной тишине.

⭐ Комната

Мы поднялись наверх.

Сетеи не было.

Финн сел на кровать, сжал кулаки:

— Я переживаю за родителей… они на южных землях.

Если демоны прорвали границу…

Слова повисли в воздухе.

Элиния тихо сказала:

— Финн.

Ты увидишь их.

Мы защитим.

Юг — сильный. Их не так легко взять.

Он тяжело вздохнул.

Эдгар вдруг заплакал:

— А мои…

Дед… бабка…

Они жили в центре столицы…

Там же… был очаг атаки…

Мы с Миеллой и Астрой обняли его, успокаивали, сколько могли.

А я… вспомнил родителей.

И Миру.

И деревню.

Где они?

Живы ли?

Я тихо спросил Элинию:

— А ты… не переживаешь за семью?

Она покачала головой:

— Нет.

Они уехали на запад за неделю до нападения.

Они в безопасности.

Я облегчённо выдохнул.

⭐ Возвращаются взрослые

Через двадцать минут вошёл Сильвер.

— Где Сетея?

Мы рассказали.

Он закрыл лицо ладонью:

— Вот же…

Ладно. Потом разберусь.

Сзади вошёл Харас.

Холода в комнате стало вдвое больше.

Он сел на пол — кровать бы под ним не выжила.

— Будет тесно, — заметил Тара.

Сильвер сказал:

— Слушайте внимательно.

Через два дня легион выступит.

Завтра прибудут ещё пять легионов.

Они пойдут на город, который захватили демоны.

Сирен напрягся:

— А мы?

— Вы пойдёте на разведку, — ответил Сильвер. —

Разведчики заняты.

А вы… мобильные.

Мы кивнули.

Харас посмотрел на нас:

— Спать.

Мы легли.

В комнате было тесно, шумно, тревожно.

Но мы всё равно уснули —

усталость победила страх.

Глава 21: «Эльфийская Тропа»

Солнце ещё не поднялось, когда нас разбудил Норрис.

Он стоял в дверях комнаты, освещённый бледными отблесками раннего рассвета, и говорил таким голосом, каким обычно сообщают только одно — время вышло.

— Вставайте. Сегодня разведка. От этого зависит, сколько людей переживёт завтрашний штурм.

Я еле поднялся — мышцы после тренировок Сетеи ныли так, будто меня били мешком камней. Каждый шаг был как пытка.

Пока я спускался вниз, ноги дрожали так, что почти подкашивались.

«Если так пойдёт, я до границы демонов доползу, а не дойду…»

И тогда я вспомнил.

Исцеление.

Маленький импульс маны прошёл по телу — и словно весь усталый туман сгорел. Ноги снова стали лёгкими.

Финн увидел это и, не стесняясь, подошёл:

— Эй! Эй! Сделай так и мне!

Я приложил руку — и он вздохнул, будто с него сняли 30 кг.

Через минуту уже ВСЕ стояли в очереди — даже Харас, который выглядел так, будто его вообще невозможно устать.

— Мне тоже, — сказал он так, будто просил соли, а не магию.

Пока я запускал тепло в мышцы гиганта, я думал только одно:

«Как же хорошо, что они не знают, что я делаю…»

Внизу нас ждала Сетея.

Мы подошли к ней всем отрядом — и Финн, естественно, спросил:

— А ты вчера куда пропала?

Сетея зевнула, потёрла шею и, подумав пару секунд, лениво ответила:

— По взрослым делам. Детям знать не обязательно.

Мы переглянулись. Но вопросов не задавали.

После завтрака мы вышли к конюшне.

И там — я увидел его.

Ноксус.

Он сам вышел из стойла, будто ждал меня.

Я подошёл, дал яблоко.

Он чуть толкнул меня носом, и я услышал:

— Ну наконец-то. Я уже думал, ты меня забыл.

Остальные услышали только тихое ржание.

Мы вывели всех коней на улицу. Холодный воздух обжигал лицо. Ветер усиливался с каждым шагом — Норрис сказал, что ближе к Дорвуду будет хуже.

И правда — к середине дня началась настоящая метель.

Ветер был таким, будто хотел сбросить нас с седла.

Ноксус жаловался каждые пять минут:

— Эй… Зен… это что такое? Я же не северный волк! — У коней в такие зимы шерсть отрастает, жир там… — Я впервые в такой зиме! Я ЗАМЕРЗАЮ!

Я смеялся. Внутри. Чтобы его не обидеть.

Магия против зимы

Большинство уже владели самым базовым огнём.

На стоянках мы грели руки и одежду маленькими огненными шарами. Элиния держалась ровнее всех — но даже она дрожала.

Мы делали привалы, чтобы кони не падали от усталости.

Каждый раз я строил для нас мини-шатры из снега и льда. Простые, но крепкие — чтобы ветер не вырывал тепло.

Харас пару раз потрогал стены и сказал:

— С магами путешествовать приятно. — Когда научишься создавать пиво — будет идеально.

— Попозже… — сказал я.

— Я запомнил, — серьёзно ответил он.

Третий день. Метель, в которой ничего не видно

Ветер стал невыносимым.

Каждая снежинка била по лицу, будто иголка. Дышать было трудно. Видимость — два метра.

Ноксус остановился, вскинул голову:

— Даже для коней это перебор. Я ничего не вижу.

И тогда случилось странное.

Перед нами выросло дерево.

Просто — из ниоткуда. Массивный ствол, закрывший путь и… ветер стих.

Мы посмотрели вверх — и я невольно подумал:

«Эльфы…»

И сразу — тени.

Между стволами промелькнули пять силуэтов.

Настолько быстрых и лёгких, что даже Харас прищурился.

Норрис мгновенно выкрикнул:

— Осторожно! Возможно — демоны! Защитная позици—

Но я уже спрыгнул с коня.

— ЗЕНХАЛЬД!! — заорал он. — ТЫ ЧТО ДЕЛАЕШЬ?!

Я вдохнул холодный воздух.

И крикнул:

— ЭЛЬФЫ! ЭТО Я! ЗЕНХАЛЬД ХЕЛЬВАРД!

Мир замер.

Ветер затих до нуля.

Снег падал ровно вниз.

И тогда из леса вышли трое.

Высокие, гибкие, настороженные.

Их глаза смотрели прямо в мои. Не на одежду. Не на меч. А именно — в лицо. Будто сверяя.

Они молча подошли.

Долго смотрели.

Потом один кивнул — коротко, почти незаметно.

И сказал одним словом:

— За нами.

Глава 22: «Город Среди Древ»

Мы шли за эльфами примерно десять минут.

С каждым шагом метель слабела. Снег под ногами становился мягче. Темнолес, который минуту назад казался смертельным лабиринтом, вдруг стал тихим, почти домашним.

И тут — перед нами раскрылась долина.

Эльфийский город

Он был огромен. Не как человеческие города из камня, а — словно часть самого леса:

гигантские деревья, чьи стволы шириной в доммосты из живых ветвейвисячие площадкисветлячки-руны, парящие в воздухедеревянные дома, словно выросшие из корыПо моим прикидкам — человек пятьсот. Для леса — это почти королевство.

Даже Норрис остановился, поражённый.

Харас… наоборот. Его лицо, обычно спокойное, будто каменное, стало тяжёлым — словно на плечи легло что-то старое, личное, болезненное.

Я заметил это сразу.

«Откуда ты знаешь эльфов?»

Норрис подошёл ко мне ближе:

— Зен… Откуда они знают тебя? И ты — их?

Я не скрывал:

— Я… жил среди них недолго. Они спасли меня. Научили магии. И… многому другому.

Финн шепнул Таре:

— «Многому другому» — это как? Она ударила его локтем.

Древо-дом

Мы подошли к одному из центральных деревьев — огромному, будто колонна небес.

В его стволе была дверь.

Перед ней стоял молодой эльф, лет двадцати на человеческий взгляд — остроухий, гибкий, с глазами цвета тумана.

Увидев меня, он чуть не подпрыгнул — уши буквально «заиграли».

Он подошёл и, как старый друг, подмигнул мне одним глазом:

— Что привело тебя сюда, Зенхальд Хельвард?

Я хотел что-то сказать, но он поднял руку:

— Не отвечай. Мы уже знаем. Армия людей собирается отвоевать Дордвуд.

Мы переглянулись.

Он продолжил:

— Метель — не случайна. Демоны усиливают погоду, чтобы замедлить людей. Если войско пойдёт напрямую — половина погибнет от холода, а не от клинка.

Он посмотрел на меня мягче:

— Мы благодарны тебе, Зенхальд. Ты много сделал для наших детей. Тебе и твоим спутникам — разрешено отдыхать здесь столько, сколько потребуется.

Я уже собирался поблагодарить, но рядом опустился на одно колено Норрис.

Просьба Норриса

— Я прошу не ради себя, — сказал он. — А ради людей. Ваш лес — в одном дне пути от Дордвуда. Если вы примете нашу армию хотя бы ненадолго… Если позволите сделать временный штаб — мы избежим огромных потерь.

Эльф медленно перевёл взгляд на Хараса.

И всё внутри меня сжалось.

Старые грехи Хараса

Эльф прищурился:

— Ты… Белая гора людей. Торговец эльфами. Тот, кто когда-то продавал наш народ в клетки.

Харас перестал дышать.

— И ты просишь помощи? — После того, что делали ваши люди? — После того, что делал ты сам?

И тогда случилось то, чего не ожидал НИКТО.

Харас упал на колено. На оба. И наклонил голову.

Он — гигант, способный снести дерево плечом — стал маленьким.

— Я… виноват, — прошептал он. Голос у него дрогнул.

Эльфы вокруг подняли брови — даже они не ожидали.

Харас продолжил:

— Когда я был молодым… я не знал ценности жизни других. Я убивал. Я продавал. Я смеялся. Пока сам не оказался в рабстве…

Он сжал кулаки.

— Там я понял. Что значит боль. Что значит страх. Что значит молиться, чтобы хоть кто-то пожалел.

Метель за дверью стихла до тишины.

— Я стал другим. Не прошу прощения ради себя. После войны — казните меня, если хотите. Но прошу… помогите людям сейчас. Без вас… мы не победим демонов.

Даже воздух в помещении дрожал.

Норрис сказал:

— Если мы будем делить старые раны — демоны победят. И эльфов, и людей. Всех.

Эльф долго молчал.

Потом ответил:

— Я свяжусь с Советом Ветвей. Ответ будет вечером.

Он повернулся:

— Ждите здесь.

И ушёл по винтовой лестнице вверх.

После

Мы стояли тихо.

Я смотрел на Хараса. На его глаза. В них было столько боли, что я понял — он не играл.

Норрис выдохнул:

— Если эльфы согласятся… у нас появится шанс.

— А если нет? — спросил Финн.

— Тогда… мы пойдём через метель одни. И половина армии замёрзнет по пути.

Я вдохнул глубже.

Мы ждали ответа.

И надеялись.

С каждым ударом сердца — всё сильнее.

Глава 23: «Решение Совета Ветвей»

Вечер опустился на эльфийский город мягко — словно туман, растворяющий шумы. Мы сидели у огненных светлячков, каждый думал о своём. Финн молился за родителей. Эдгар молчал, сжимая ладони в кулак. Элиния прислонилась к дереву, пытаясь сохранять хладнокровие, но даже её взгляд искал ответ.

Когда эльф наконец спустился по лестнице, тишина стала абсолютной.

Он остановился передо мной.

«Зенхальд… у меня есть новости лично для тебя»

Его голос был спокойным. Но слова — ударили в самое сердце:

— Ты, возможно, не знаешь… Но твои родители. И вся твоя деревня… они живы.

Я замер.

— Лес принял их как гостей. — Он укрывает их, как свой народ. — Можешь не волноваться.

Я даже не понял, как вздохнул. Словно огромный камень, который я носил в груди все эти недели, наконец упал.

Ноксус тихо ткнул меня носом. Элиния отвернулась, чтобы скрыть свою эмоцию. Финн улыбнулся так искренне, что даже Сетея смягчилась взглядом.

Но эльф поднял голову — и голос стал громче.

«Ответ Совета Ветвей»

— Совет Ветвей обсудил просьбу людей. И вот их решение.

Мы все выпрямились.

— Мы позволим войску людей пройти через наш лес. — Мы поможем едой, кровом, водой, огнём. — Мы дадим укрытие каждому воину.

Финн вскинулся:

— Значит… вы поможете в битве?!

Эльф покачал головой:

— Мы не будем проливать свою кровь. — Пока что.

Он медленно провёл взглядом по Норрису, затем по Харасу.

— Может, однажды оба народа станут единым строем. — Но сегодня — не тот день.

Он продолжил:

— Мы примем войско. — Но предупредите ваших: Если хоть один человек нарушит наши законы — мы накажем по нашим законам.

Норрис раскрыл рот от облегчения.

— Вы спасаете тысячи жизней, — сказал он. — Мы в долгу перед вами.

Но эльф лишь чуть кивнул… и посмотрел на Хараса долгим, холодным взглядом.

После — исчез наверх, как тень.

План Норриса

Норрис выдохнул так, будто только что сняли петлю с шеи.

— Нам нужно отправить весть генералу. Но туда три дня… и обратно три дня… Мы потеряем неделю.

И тут подошёл мальчик-эльф — лет пятнадцати, худой, быстрый, как ветер.

Он поклонился:

— Старейшина велел дать вам Фэлина. Он доставит письмо быстрее.

Норрис удивился:

— Фэлин? — Быстрый курьер… спасибо.

Эльф улыбнулся и исчез.

Норрис тут же написал письмо и передал маленькому Фэлину, который улетел по веткам так, будто был частью ветра.

— Отлично, — сказал Норрис. — Пока письмо идёт, мы готовимся.

Он глянул на нас серьёзно:

— Завтра уходим в разведку. Войско прибудет через три дня. Мы должны узнать ВСЁ о демонах до того, как легионы войдут в лес.

Финн сглотнул. Элиния напряжённо сжала плащ. Харас кивнул.

И тогда раздался холодный голос Сетеи:

— А пока… лёгкая тренировка.

Тренировка в эльфийском лесу

«Лёгкая» означало бег вокруг гигантских деревьев.

После первого круга мы уже покрылись потом. После пятого — Финн молился богам, чтобы не умереть. На десятой минуте я чувствовал, что дышу горячим воздухом.

Снег, холод — всё исчезло. Мы бежали, как заведённые.

Сетея наблюдала.

— Хватит, — сказала она наконец. — Хорошо. — Отдыхайте. Завтра — важный день.

Мы рухнули на землю.

Эльфийка-воительница

И тогда к нам приблизилась эльфийка.

Лет двадцати пяти, высокая, гибкая. Лицо в лёгких шрамах, руки сильные — воин до самой кости.

Она остановилась перед Сетеей. И сказала спокойным, ровным голосом:

— Ты хороший воин. Но плохой учитель.

Сетея нахмурилась:

— Да?

Эльфийка кивнула:

— Ты ломаешь учеников силой. — А у тебя впервые — такие ученики. — Талантливые. — Но нежные. — Они расцветут… если не погибнут раньше.

Сетея замолчала.

Та посмотрела на каждого из нас взглядом опытного бойца, который видел смерть.

— Береги их, воительница. — И себя тоже.

После — ушла так же тихо, как пришла.

Сетея смотрела ей вслед… долго. Никто не видел её лицо — но я заметил:

что она впервые выглядела так, будто ей не всё равно.

Глава 24: «Альянс Севера»

Когда мы вернулись в лес, снег на ветвях уже таял от тёплого света рун. Старейшина ждал нас у входа, держа на руке филина с тёмными глазами.

— Письмо, — сказал он. — От ваших.

Филин шагнул вперёд, и старейшина снял с его лап крошечный свёрток.

Норрис развернул письмо. Прочитал. Выдохнул:

— Они придут уже завтра ночью.

Никто не сказал ни слова — мы понимали, что это значит: войско не будет идти через смертельную метель неделями. Они обойдут опасности, сократят путь… и придут под защитой леса в последний момент.

Норрис посмотрел на старейшину:

— Вы… поддерживаете связь с кланом Белого Волка и кланом Чёрного Медведя?

Старейшина кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения:

— Да. И я понял, что вы хотите. Я отправлю Фэлина немедленно.

Ответ Зверолюдей

На следующее утро филин вернулся. На лапе — новая записка.

Старейшина развернул её и улыбнулся:

— Они соглашаются. — Клан Белого Волка придёт сегодня вечером. — Клан Чёрного Медведя встретит вас на поле боя.

Финн радостно хлопнул в ладони:

— Отлично! Больше союзников!

Но Харас нахмурился:

— Медведи… Они всегда приходят поздно.

Старейшина тихо фыркнул:

— Это их стиль. Они считают, что грубая сила всё решит. Но вам повезло, что они вообще согласились.

Прибытие восьми легионов

К вечеру следующего дня лес начал дрожать.

Не от ветра — от шагов.

Тысячи.

Когда мы вышли на опушку, я впервые увидел, как выглядит восемь легионов людей, объединённых в один поток.

Это была не армия — это была река стали:

знамена, стоящие стеной,тысячи копейщиков,тяжёлые рыцари,лучники,маги поддержки.Но вспоминая, что я видел в Дордвуде…

Я понимал: этого мало. Очень мало.

Особенно по части магов. Не было ни барьерных мастеров высокой руки, ни сильных стихийников. Всего 700 магов — и почти все средней или низкой силы.

Слишком мало для армии демонов, которые готовятся к войне магией.

Лес заполнялся людьми. Эльфы стояли на возвышении. Когда первые четыре легиона подошли, они преклонили колено перед старейшинами.

— Мы не нарушим ваши законы, — сказал их командир. — И благодарим вас за укрытие и помощь.

Эльфы молча кивнули. А люди начали ставить шатры — десятки, сотни.

Норрис передал отчёт главнокомандующему. Тот долго читал, лицо становилось тяжелее и мрачнее.

— Эта битва решает всё, — сказал он, едва сдерживая дыхание. — Если мы выдержим… люди будут стоять единым строем. Если падём… каждый побежит в свою деревню, и демоны разорвут мир по кускам.

Прибытие Клана Белого Волка

Когда солнце коснулось горизонта, лес зашевелился.

И они пришли.

Девять сотен зверолюдей.

Волки.

Среднего роста — около 1,8 метра, но от каждого исходил холод, будто от ледяного шторма.

Светлые волосы, бело-серые шкуры, глаза — голубые, как лёд северного озера.

Они шли единым строем, без звука, без толчков. Они выглядели не как варвары, как о них рассказывали в деревнях, а как воины, рождённые для зимы.

Когда клан Белого Волка вошёл в лес, между древами повисла тишина — не тревожная, а глубокая, насыщенная чем-то старым и значимым.

Эльфы смотрели на волков пристально, но без страха. Волки — так же внимательно, но без вызова.

И в этой паузе было чувство давней связи.

Не дружба. Не союз. А уважение.

Старейшины эльфов слегка склонили головы. Вожак волков ответил тем же жестом — коротким, но честным.

Слов не было.

Но все это почувствовали:

Эти два народа не просто живут рядом с севером. Они знают силу друг друга. Ни один не считает себя выше. Ни один не склоняет голову из страха. Они — разные, но равные.

Даже снег вокруг будто падал мягче, признавая их древний, негласный договор.

Их вожак подошёл к Норрису и заговорил низким глубоким голосом:

— Мы всё обсудили. Мы поняли вашу стратегию. Мы войдём в бой по вашему плану.

Он указал на своих:

— Наши ледяные стены защитят людей от дальних магов демонов. — Мы будем держать фронт там, где люди не выдержат. — Мы будем положить свои жизни, если придётся.

Норрис поклонился слегка — для него это было много:

— Благодарю вас.

Вожак добавил:

— Клан Чёрного Медведя… как всегда, придёт тогда, когда решит. Но их присутствие всегда меняет баланс.

Финн прошептал:

— Они… страшные?

Харас хмыкнул:

— Они массивные. Грубые. И думают, что земля — лучший ответ на любой вопрос. Но в бою — незаменимы.

Диверсия

Старейшина передал список:

— В диверсию пойдут лучшие из наших разведчиков. Задача — уничтожить дальних магов демонов, растрепать их отряды, ослабить группировки, а главное — дать вашему войску шанс.

Командир людей выдохнул так, что туман поднялся над лицом:

— Спасибо вам. Вы спасаете жизни тысяч людей.

— люди впервые так сплочены. Это битва решит разбежитесь вы или нет.

Но вожак волков сказал твёрдо:

— Завтра всё решится. Завтра — или север выстоит… или падёт навеки.

И эти слова прошли по нашему отряду холодом сильнее, чем весь северный ветер.

Глава 25: «Когда хватит притворяться слабаком»

Генерал говорил спокойно, но от его голоса ледяная дрожь шла по спинам.

— Чем больше времени мы даём демонам, — произнёс он, — тем крепче будет их оборона в Дордвуде.

— Нападать надо сегодня. Не завтра. Не через час. Сейчас.

Перед ним — море людей.

Люди, зверолюди, немного эльфов-наблюдателей на кромке леса.

Смешанный, невозможный ещё год назад строй.

Гул в лесу поднялся такой, что ветви дрожали.

Армия двинулась.

Шаги легионов сливались в один грохот.

Рядом с людьми шли волки — зверолюди Белого Клана. В их движениях не было ни страха, ни суеты — только холодная готовность.

Мы с отрядом — не в авангарде.

Нас оставили с 2-м легионом, в резерве.

— Дети на разведку не пойдут, — коротко сказал Норрис ещё утром. — Слишком опасно. Вы нужны нам живыми, а не мёртвыми героями.

Харас был серьёзен до камня.

— Смотрите по сторонам, — говорил он нам по дороге. — Не застывайте. Щит — хорошо. Но лучше — не там стоять.

Сетея, что удивительно, почти не шутила. Шла рядом, раздавая сухие, очень взрослые советы:

— Если начнётся хаос — держитесь ближе к Харасу или ко мне.

— Не геройствуйте. Герой без головы — просто труп.

Я слушал… и чувствовал, как внутри всё равно растёт какой-то глухой, тяжёлый зуд.

Резерв… Дети…

Слабак…

Ледяные купола

Создать купол над десятком людей — уже серьёзно.

Над сотней — нужен мастер.

Над легионом — минимум трое сильных барьерных магов, работающих в унисон.

У нас таких не было.

Но у нас были волки.

Они шагали по флангам, и над стройными рядами начали подниматься полупрозрачные ледяные арки, перекрёстные щиты, стены. Лёд морозил воздух, но давал ощущение, что мы не совсем голые под небом.

Казалось — мы защищены.

Казалось.

Начало

Как только Дордвуд показался на краю поля зрения, небо… взбесилось.

Метель поднялась так резко, будто кто-то дёрнул за невидимый рычаг.

Ветер завыл. Снег пошёл стеной.

Лошади начали ржать, брыкаться.

— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! — ревели командиры.

Я едва видел впереди спины. Только знамёна, трепещущие на ветру, были ориентиром.

И вдруг — сверху.

Огненный шар.

Не просто огненный — огромный, как дом.

Он летел медленно, тяжело, освещая серое небо кровавым светом.

— ЩИТ! — проревел вожак Белого Волка.

Над передовыми рядами вспыхнул ледяной купол.

Шар врезался в него с оглушительным ударом.

«БАААХ!»

Щит треснул, но выдержал.

Лёд посыпался крошками.

Все живы.

— Они не смогут долго, — услышал я, как Норрис ругнулся себе под нос. — Не против такого…

Чем ближе мы приближались, тем чаще летели шары.

Каждые девяносто метров — новый огненный снаряд.

Каждый раз волки поднимали ледяные стены, купола, шипы, отражали, гасили.

Пока справлялись.

Пока.

Когда щиты перестают спасать

Город уже был почти как на ладони.

Мы видели башни, стены, силуэты демонов.

И в этот момент первый ледяной щит не успел.

Огненный шар влетел в строй между куполами.

Вспышка. Крик.

Запах горелого мяса.

Я увидел, как десяток людей просто исчезли в огне.

Те, кто стояли рядом, падали, горя и крича.

Потом второй шар.

Третий.

Щиты волков трещали, ломались.

Голос вожака сорвался до хрипа — они, кажется, уже работали на пределе.

И тут сверху… посыпалось другое.

Град стрел.

Демоны на стенах, как чёрные шипы, поднялись и выпустили залп.

С неба обрушились стрелы, покрытые чернотой, которая не была ни огнём, ни льдом.

Где они попадали, человек падал, дёргаясь.

Потом полетели камни.

Огромные булыжники, катапультные снаряды.

Каждый удар — вмятина в земле, разбитые кости, сломанные ряды.

Я начал ловить себя на том, что ищу глазами красный дым — сигнал разведчиков.

Откройте ворота… Давайте… быстрее…

Но ворота были закрыты.

Разведка молчала.

Люди уже не шли — они ползли вперёд под огнём.

И вот — в небе вспыхнуло.

Красный дым.

Сигнал провала.

Норрис выругался так, что даже Сетея подняла бровь.

— Диверсия провалена, — глухо сказал он. —

Генерал…

Голос генерала, прорезающий гул битвы:

— ДЕРЖИМСЯ!

ЛЕСТНИЦЫ К СТЕНАМ!

ШТУРМ!

Тьма из ворот

И тут ворота всё-таки открылись.

Но не для нас.

Из них вышло… оно.

Огромное существо, похожее на быка, только выше стены, с рогами, как у демона, и глазами, как два горячих угля.

На спине — всадник.

Высокий, в чёрных доспехах, с копьём, от которого тянуло тьмой.

Магия вокруг него звенела, как лезвие ножа.

Он вылетел вперёд, и первый же удар копья разорвал в клочья целый отряд людей.

Просто полоснул — и людей не стало.

За ним волной хлынули демоны.

Орда. Чёрная, яростная.

Я увидел, как зверолюди тоже начали падать.

Их рвали пополам, поджигали, сбивали массой.

Один элитный отряд демонов — и целый человеческий легион просто…

перестал существовать.

Где-то кричали:

— ОТСТУПАЕМ!

— ДЕРЖИТЕ ФЛАНГ!

— ВОЛКИ ВПЕРЁД!

Но я уже почти не слышал.

«Хватит притворяться слабаком»

В голове был только один голос.

Хватит.

Хватит притворяться.

Хватит играть в слабого ученика.

Ты можешь спасти их, и ты знаешь это.

Зенхальд.

Мне казалось, что меня кто-то зовёт — не снаружи, а изнутри.

Не голос учителя.

Не голос родителей.

Не голос демона из прошлого.

Мой собственный. Но… другой. Глубже. Старше.

Перед глазами — люди, горящие в огне.

Волки, падающие, заливая снег кровью.

Эльфы на краю леса, сжимающие луки.

Норрис, пытающийся удержать строй.

Сетея, которая вдруг стала яростной, как сама буря.

Харас, прикрывающий сразу троих собой.

Если я не сделаю…

они погибнут.

Что-то оборвалось.

Я почувствовал, как мана, которую я всё это время держал спрятанной,

как зверя в клетке,

резко сорвалась.

Ярость накрыла меня, как волна.

Мир на секунду погас.

Превращение

Когда зрение вернулось — оно было другим.

Цвета стали резче.

Звук — глубже.

Каждый источник магии — светился.

Я смотрел на себя — на свои руки.

На белую парящую муть маны вокруг.

Элиния где-то сзади прошептала:

— Его глаза…

Всё тело пульсировало.

Я чувствовал, как мои зрачки, обычно чёрные,

налились кровью, превратились в алые.

Я впустил в глаза слишком много силы.

Снизу поднялся ветер.

Нет — не ветер. Буря.

Подо мной начал раскручиваться вихрь — снег, камни, обломки льда рванулись в воздух, закружились вокруг, превращаясь в спираль.

— Зен?.. — тихо сказала Астра.

Кто-то потянулся ко мне — и тут же отпрянул от волны давления.

Харас поднял руку:

— НЕ ЛЕЗЬТЕ! — рявкнул он. —

Дайте ему сделать это.

Люди вокруг инстинктивно отступили, оставив вокруг меня круг.

Я поднял руки к небу.

Титаны

Над полем битвы сгустились тучи.

Не обычные — тяжёлые, чернёные, с фиолетовыми прожилками от переизбытка маны.

Гром не звучал — он рычал.

Я опустил руки в землю.

Мана ушла вниз — в камень, в лёд, в корни.

И земля зашевелилась.

Из снега и льда начали подниматься фигуры.

Сначала — просто очертания.

Потом — тела.

Титаны.

Каждый — ростом метра три.

Из камня, льда и снега, скреплённых мраком и ветром.

Глаза — голубые, как лёд Белых Волков, но внутри — моя сила.

Они поднялись десятками.

Потом сотнями.

И двинулись вперёд.

Каждый их шаг — трещина в земле.

Каждый взмах руки — раздавленные демоны, разлетающиеся, как тряпичные куклы.

Я шёл с ними.

Буря вокруг меня ревела, но под ногами — была гладкая дорожка, чужая магия отступала.

Штурм

Стена Дордвуда, казалось, всегда была незыблемой.

Сейчас — нет.

Я направил титанов к стене.

— Ломайте.

Они ударили.

Раз.

Два.

Три.

Камень треснул.

Лёд, которым демоны укрепили швы, рассыпался.

На четвёртый удар — часть стены обрушилась, как сухое дерево.

В пролом хлынули люди, волки, остатки передовых отрядов.

Демоны рванули к нам.

Я взмахнул рукой — и сотни ледяных копий выросли из земли, протыкая первых.

Слева волки подняли новый ледяной заслон.

Справа маги земли — наверное, это уже пришли первые медведи — подняли вал из камня.

А я…

Я смотрел вверх.

Тучи, которые я поднял, достигли какого-то критического предела.

И тогда небо… взорвалось.

Гром

Грохо-о-оот.

Не один удар молнии.

Десятки. Сотни.

Молнии били только по демонам.

Я видел их как светящиеся узлы маны — чёрные пятна на фоне мира — и направлял удар туда, где их больше всего.

Каждый раз: вспышка, рёв, запах горелой плоти.

Демоны, ещё секунду назад уверенные, что им принадлежит небо,

начали… бежать.

Они летели к порталам в центре города, пытаясь прорваться сквозь падающие камни и титанов.

Я уже был там.

Портал

Главный портал — чёрная дыра в реальности, завихрения, символы, тьма внутри.

Из него продолжали вылезать демоны.

— Хватит, — сказал я.

Я поднял обе руки.

Собрал ману так плотно, что воздух застонал.

Из разломанного камня рядом со мной начал подниматься один-единственный булыжник.

Вырос.

Ещё.

Ещё.

Пока не стал размером с дом.

Может, с два.

Я чувствовал, как каждое его утяжеление тянет кусок моей жизни.

Кровь уже капала из носа.

Щекотала губу.

— Ещё… чуть-чуть…

Когда камень стал настолько тяжёлым, что воздух вокруг него трещал, я направил его.

— УЙДИ.

Булыжник полетел в портал.

Медленно.

Не спеша.

Но его ничто не могло остановить.

Первые демоны, пытавшиеся выбраться, просто размазались о его поверхность.

Потом камень исчез в тьме.

Мир на секунду затих.

А потом…

Портал сломался.

Не просто закрылся — рухнул, как разбитое стекло.

Осколки маны разлетелись во все стороны.

Воздух завыл.

Демоническая энергия начала бешено рассеиваться.

Демоны, которые ещё оставались в городе, заволновались.

Паника, крик, бегство.

Я видел всё это как через воду.

Цена

Сначала я ощутил, как ноги подкашиваются.

Потом — вкус железа во рту.

Кровь текла уже не просто из носа — она лилась изо рта, из глаз, из ушей.

Тело не выдерживало объёма силы, который я в него запихнул.

Кто-то кричал:

— ЗЕН!

— ЗЕНХАЛЬД!

Кто-то бежал ко мне — я не видел кто.

Мир плыл.

Я ещё попытался поднять руку, чтобы удержать бурю,

но пальцы не слушались.

Похоже… перебор…

Ну… бывает…

Последнее, что я услышал — голос Хараса, глухой, как удар щита:

— Поймайте его.

Он своё сделал.

Я улыбнулся — или мне так показалось.

И провалился в темноту.

Глава 26: «После того, как буря стихла»

Я открыл глаза — сперва медленно, будто веки были налиты свинцом.

Белый свет полосами пробивался сквозь ткань палатки. Воздух пах лекарствами и гарью — странная смесь победы и смерти. Голова гудела так, будто внутри бился сломанный колокол.

— Живой… — услышал я тяжёлый, почти неверящий голос.

Рядом сидел Харас. Его огромная фигура заслоняла полпалатки, но впервые он выглядел не как гигант-воин… а как человек, который пережил слишком многое за одну ночь.

— Я думал, ты умер, — сказал он ровно. — Ты упал, и кровь… текла отовсюду. Даже из глаз.

Он наклонился ближе, уверился, что я смотрю на него, и резко рявкнул:

— Не вздумай так больше делать!

Он отвернулся, чтобы скрыть дрожь в руках, но я всё равно заметил.

Палатку медленно заполнили голоса.

— ЗЕН!!

— Ты очнулся!

— Мы думали, всё…

Элиния, Финн, Сирен, Тара, Кайрен, Миелла, Астра — все влетели так, будто я был центром мира.

Сначала — радость, облегчение, улыбки.

Но потом их лица изменились.

Все разом замолчали.

И я понял почему.

Они видели мои глаза.

Красные. Не человеческие.

Следы вчерашней силы всё ещё мерцали в зрачках.

И они видели… тех титанов.

Бурю.

Как демоны бежали, будто я сам стал катастрофой.

— Зен… — прошептала Астра. — Это… что это было?

— Откуда у тебя такая сила? — Финн стоял бледный, пальцы дрожали.

— Почему ты скрывал?! — почти крикнула Миелла.

— Ты. Всё это время. Притворялся? — голос Сирена был не обвиняющим… а опасно спокойным.

— Это не уровень ребёнка… и не уровень ученика, — холодно сказала Тара. — Это… другое.

Элиния смотрела в меня, не моргая.

Не злость.

Не страх.

А что-то хуже.

Подозрение.

Я хотел ответить… но стоило только вдохнуть — как виски пронзила боль.

Мысль распалась.

Слова исчезли.

Внутри было пусто.

Будто в груди лежал тяжёлый камень, который давил на всё — на дыхание, на разум, на эмоции.

Харас шагнул вперёд:

— Хватит! Оставьте его!

Он едва жив!

Он рявкнул так, что полпалатки дрогнул.

Ребята вздрогнули, переглянулись и, не решаясь спорить, вышли.

Остался только тяжёлый запах лекарств и тишина.

Харас положил руку мне на плечо. Грубая, огромная ладонь — но в ней было тепло.

— Ты спас всех нас, пацан.

— Но… — он чуть наклонил голову.

— Что-то внутри тебя… что то случилось, да?

Я не ответил.

Потому что он был прав.

Вчерашняя ярость, буря, тёмная сила — я знал, что это не просто магия.

Не просто эмоции.

Я перегорел.

Слишком много силы.

Слишком много я дал… и кажется что внутри меня потерялось

Будто часть меня выгорела вместе с теми титанами.

Я вышел из палатки.

Снаружи был тихий, серый город.

Дорвуд.

Разрушенный. Обугленный.

Но теперь — наш.

Воины таскали раненых, собирали обломки стен, жгли тела демонов.

Зверолюди помогали убирать завалы.

Эльфийские лекари ходили между палатками, накладывали бинты, осматривали детей.

Норрис стоял у карты и отдавал приказы. Увидев меня, подошёл:

— Хельвард… — он тяжело выдохнул. — Если бы не ты…

Он чуть замолчал.

— Мы бы проиграли войну за север.

За его спиной Сетея ухмыльнулась:

— Молодец, малыш. Но скажи честно… зачем ты скрывал, что способен разломать полмира?

Я убрал её руку с плеча.

И холодно ответил:

— Не знаю.

Это было правдой.

Я и правда не понимал — почему так долго притворялся слабым.

Почему скрывал силу.

Почему… даже сейчас… не чувствую ничего.

Пустота внутри была страшнее вчерашнего взрыва.

Смерть… без смерти.

Я ушёл, не глядя ни на кого.

Просто пошёл куда глаза глядят.

Пока шаги не вывели к разрушенной стене, где ветер гнал пепел по пустым улицам.

Я стоял среди руин.

Смотрел на развалины храма, на проломленные башни, на кровь, замёрзшую на камнях.

И чувствовал…

Ничего.

Ни радости от победы.

Ни гордости.

Ни страха.

Ни облегчения.

Будто часть меня вчера исчезла вместе с бурей.

Будто я потерял что-то очень важное… и ещё не понял что.

Глава 27: «Возвращение чувств»

Я шёл по улицам разрушенного Дордвуда, и каждый шаг эхом отдавался внутри — пустым, глухим ударом.

Под ботинком хрустнул снег.

Я наклонился… и увидел мёртвого человека.

Его глаза были открыты, стеклянные.

Пальцы сжаты, будто он до последнего пытался удержаться за жизнь.

Рядом валялся труп демона — обугленный, скрюченный, с перекрученными крыльями.

И всё равно я не чувствовал ничего.

Ни жалости.

Ни гнева.

Ни печали.

Пустота.

Как будто внутри меня всё выгорело вместе с бурей.

Я смотрел на тело человека так же, как смотрел бы на камень.

И это пугало…

Но только голову.

Не сердце — сердце молчало.

Сетея

— Зенхальд?

Я повернулся.

Сетея стояла в двух шагах.

Руки в боки, лицо напряжённое.

Её глаза бегали по моему лицу… потом остановились на моих зрачках.

Она тихо выдохнула:

— Они всё ещё… красные?

Я молчал.

Просто смотрел на неё.

Сетея шагнула ближе, почти вплотную — впервые не как тренер, не как боец.

— Что с тобой?

— Где твои эмоции?

— Ты сейчас… как пустой. Это даже страшнее, чем вчерашняя буря.

Я хотел что-то сказать…

но язык не слушался.

В груди стояла пустая чёрная дыра.

Я вспомнил Академию.

Комнаты, пахнущие бумагой и магией.

Родителей. Их голоса.

Деревню. Дом. Сны. Смех.

И вдруг — будто кто-то щёлкнул внутри.

Я ощутил тепло.

Слабое, но живое.

Как искра в золе.

Огонь внутри меня… зажёгся.

Мир начал раскрашиваться:

в сером небе появились оттенки,

в разрушенных домах я увидел фактуру камня,

в воздухе — запах снега.

И в следующий миг я понял:

глаза перестали быть красными.

— …Спасибо, — выдохнул я.

Я впервые за всё время улыбнулся — не широко, но честно.

Сетея замерла на секунду.

Потом, чтобы скрыть эмоцию, отвела взгляд и фыркнула:

— Живой — и ладно. Не думай, что я за тебя волновалась.

Она ушла, но шаг у неё был быстрый — нервный.

Разговор

Я пошёл к лагерю.

Люди собирали раненых, волки тянули строительный лёд, эльфы лечили, как могли.

И вдруг услышал голоса за одним из шатров.

— Как думаете… Зенхальд опасен? — говорил чей-то тихий голос. — Вы видели вчера, что он сделал…

— Гонишь что ли? — резко отозвался Финн. — Мы его знаем! Он—

Он замолчал.

Словно понял что-то.

Тара продолжила:

— Мы знаем его годами…

но если подумать — мы не знаем о нём ровным счётом ничего.

Рейнар вздохнул:

— Но вчера… это было… не по-человечески.

Молчание.

И потом — голос, который я узнал бы из тысячи.

Элиния.

Спокойный, холодный, но… твёрдый:

— Он всё ещё наш товарищ.

И главное — наш друг.

Даже если он сильнее всех нас вместе взятых.

Это ничего не меняет.

— Элиния… — прошептал Финн.

Я сделал шаг вперёд и вышел из тени.

— Спасибо.

Они вздрогнули.

Кайрен чуть не выхватил меч.

— Зен?! Ты… ты давно тут?!

— Достаточно, — усмехнулся я.

Финн хлопнул меня по спине:

— Ты снова нормальный! А то вчера… ну сам понимаешь… мы думали, ты станешь каким-то… тёмным богом зимы.

— Да, ты выглядел… — Сирен прищурился, — …так, будто мог уничтожить город одним вздохом.

— И всё равно ты — наш, — сказала Миелла.

Элиния только кивнула.

Но её взгляд — долгий, пристальный — говорил больше слов.

Мы смеялись тихо, не громко — слишком много умерло вчера.

Но смеялись.

Потом кто-то сказал:

— Пошли спать. Впереди поход на юг…

И мы легли.

В одной палатке, как раньше.

Как будто мир на секунду стал привычным.

Я лёг, закрыл глаза.

И впервые за сутки почувствовал — живой.

Глава 28: «То, о чём говорят взрослые»

От лица Сетеи

Когда Зен ушёл — тихий, потерянный, вновь ставший собой — я долго смотрела ему вслед.

Меня трясло.

Не от страха…

А от того, что я впервые в жизни не понимала, что делать с учеником.

Я развернулась и быстро пошла к штабу.

Норрис стоял у стола с картой.

Харас — рядом, как всегда огромный, молчаливый.

— Норрис. Харас. Надо поговорить. Без лишних ушей.

Они сразу всё поняли.

Мы отошли к разрушенной стене, подальше от детей и волков.

Ветер гнал пепел и снег, но разговор был куда холоднее.

«Вы видели его?»

Я начала прямо:

— Вы видели глаза Зенхальда вчера.

Харас выдохнул — тяжело, как будто камень с плеч скинул.

— Видел.

— Он… стал другим.

То, как он сказал «другим», я не забуду.

Не «опасным».

Не «страшным».

А другим — слишком глубокое слово.

Норрис ответил жёстко:

— Другим или нет, вы оба видели его мощь.

— Он один остановил армию демонов.

— Один.

— Он может спасать тысячи.

Я прикусила губу, чтобы не вспылить.

Но удержалась.

Что увидела я

— Я наблюдала за ним сегодня, — сказала я тихо.

— Он смотрел на мёртвого человека…

— На демона…

— И в его глазах было ничего.

Мои руки немного дрожали.

— Ни жалости.

— Ни злости.

— Ни эмоции.

— Будто внутри него пустота.

Харас кивнул:

— Да. Я тоже это почувствовал.

Я вздохнула:

— Но…

потом он взглянул на меня…

будто вспомнил что-то важное.

И в его глазах снова появился свет.

Исчезла эта… тьма.

Я не знала, как объяснить то мгновение.

Ни как оно выглядело.

Ни как он меня увидел.

— Его чёрные глаза вернулись, — продолжила я.

— Его чувства — тоже.

И это меня пугало ещё больше.

— Я боюсь за него, — сказала я.

— Если это повторится…

и он не сможет вернуться…

что тогда?

Решение Норриса

Норрис молчал долго.

Слишком долго.

Он смотрел в сторону поля, где вчера умирали люди, волки, демоны.

Потом сказал:

— Если он когда-нибудь станет врагом людей…

— Я лично убью его.

Слова резанули воздух.

Я застыла.

Харас — нет.

Он рявкнул так громко, что снег с ближайшей балки осыпался:

— Ты ОБЕЗУМЕЛ?!

— Это РЕБЁНОК!

— И ты даже не понимаешь, что он пережил!

Гигант шагнул вперёд, нависая над Норрисом.

— Ты молод, Норрис.

— Ты ещё не понял цену жизни.

— И смело кидаешь словами о смерти там, где надо думать головой.

Но Норрис, вместо того чтобы испугаться, ответил криком:

— Ребёнок?!

— Ты видел, что этот «ребёнок» сделал вчера?!

— Он уничтожил элитный отряд демонов!

— Разломал стену одним ударом!

— И молнии слушались его, как псы хозяина!

Он шагнул вперёд так же уверенно:

— Это не ребёнок.

— Это сила, которую никто из нас не понимает.

И я увидела правду

Я смотрела на Норриса.

И в его глазах не было злости.

Не было ярости.

Только… отчаяние.

Он боялся.

Не Зена.

А того, что если подобная сила сорвётся в неправильную сторону —

никто не сможет остановить.

Харас это тоже понял.

Он опустил кулак.

Вздохнул.

— Сила или нет… — сказал он уже спокойно.

— Это всё равно наш мальчишка.

— И если ты когда-нибудь попытаешься его убить…

— Я сначала убью тебя.

Норрис кивнул.

Медленно.

Тяжело.

— Я не хочу убивать его, Сетея.

— Просто…

если мир будет зависеть от одного решения…

я должен быть готов.

Я впервые увидела, как этот мужчина кажется старше своего возраста.

Итог

Я смотрела на них двоих — на огромного Хараса и измученного Норриса — и понимала:

Они оба правы.

Зен — наш.

Зен — ребёнок.

Но Зен — это и сила, которую никто не понимает.

Даже он сам.

И если он ещё раз потеряет контроль…

Сможем ли мы вернуть его обратно?

Я не знала ответа.

И это пугало сильнее любой битвы.

силу которую не контролируем пугает больше всего

Глава 29: «Когда вода превращается в кровь»

От лица Зена

Мы ехали на юг второй день.

Ноксус был в отличном настроении, болтал без остановки… а я улыбался ему.

Я хотел верить, что всё — позади.

Но ночью…

Сон

Мне приснилось, как я убивал демонов.

Один за другим.

Без эмоций. Без мыслей.

Буря. Молнии.

Кровь на снегу.

Потом… вместо демонов появились люди.

И я продолжил.

С тем же спокойствием.

С той же холодной силой.

Когда я проснулся — весь был мокрый от пота.

Руки дрожали.

Харас поднял голову рядом:

— Плохой сон?

— Да… — выдавил я.

И я снова заснул.

Но уже боясь — закрыть глаза.

Озеро

На следующий день мы дошли до огромного озера.

Вода была чистой, как стекло.

Лёгкий туман стелился над поверхностью.

Норрис сказал:

— Перерыв. Набрать воду. Умыться. Ноги размять.

И мы бегом побежали к воде.

Я зашёл первым — и впервые за долгое время почувствовал покой.

Тёплая вода, солнце над головой, смех ребят.

Финн плескался, кидал волны в Рейнара.

Кайрен пытался потопить Сирена.

Астра визжала, когда Эдгар плеснул в неё водой.

Я… смеялся.

Просто смеялся. Как ребёнок.

Пока…

«Зен!»

Элиния внезапно подняла руки — и в мою сторону полетела огромная водяная волна.

Сильнее, чем нужно для игры.

Слишком сильная.

Она ударила меня в грудь.

Я отлетел назад, вода залетела в нос, в рот.

И… что-то внутри меня…

Щёлкнуло.

Как хрупкая кость.

Мои глаза…

слегка защипало.

Я моргнул.

И всё вокруг изменилось.

Красный мир

Вода стала… живой.

Густой.

Подчинённой.

Всё тело наполнилось ледяной яростью.

Когда я посмотрел на Элинию…

я не видел подругу.

Я видел врага.

Моя мана сорвалась, как зверь из клетки.

Озеро вокруг меня начало подниматься, сворачиваться в спираль, обвиваться вокруг моего тела.

Я чувствовал, как каждая капля слушается меня.

Я поднял руку.

Вода поднялась вместе с ней.

Огромные водяные големы начали подниматься из глубины озера — метр за метром.

Сначала руки.

Потом головы.

Потом тела.

Я смотрел на Элинию через красные глаза…

И хотел, чтобы она исчезла.

— ЗЕН, СТОЙ! — Финн закричал.

Но я не слышал.

Я слышал только своё дыхание.

Я создал копьё — длинное, острое, ледяное.

И метнул его.

Элиния попыталась уклониться — но копьё задело её руку.

Кровь смешалась с водой.

И тогда…

Удар молнии

Элиния в ответ подняла руку — и разрядила молнию в озеро.

Электричество взорвалось по поверхности воды, как живое чудовище.

Боль ударила в меня мгновенно.

Как будто тысяча игл пронзили тело одновременно.

Я выгнулся.

Волна воды вокруг меня сорвалась.

Големы рухнули обратно в озеро.

Я упал.

Сознание потянулось вниз, как камень в омут.

Глава: «Цепи»

От лица Зена

Я открыл глаза.

Всё расплывалось.

Первое, что почувствовал — холод железа на руках.

Цепи.

Толстые, тяжёлые, плотные — будто для чудовищ.

Я ехал…

на Ноксусе.

— Брат… — тихо сказал он. — С тобой всё нормально?

— Твои глаза… красные. Они пугают.

Я не ответил.

Я едва мог думать.

Подошёл Норрис — лицо серое, уставшее, но решительное.

— Для твоего же блага, — сказал он. — Мы надели цепи.

— Пока ты не придёшь в себя.

Я дёрнул руками — цепи звякнули.

И тут же начали нагреваться.

Сначала тёплые.

Потом горячие.

Потом… кипящие.

Запах горелой кожи ударил мне в нос.

— Хватит, Зен! — Норрис схватил меня за плечи. — Ты расплавишь себе руки!

Я посмотрел на него…

И его конь тут же рухнул, будто что-то давило ему на ноги.

Я вдыхал тяжело, неровно.

И снова — влил ману в цепи.

Они зашипели.

Нагрелись добела.

И расплавились, падая на землю, как воск.

Я встал на ноги.

Снег под ногами сразу начал таять.

Удар

Элиния подошла сзади.

Я почувствовал её ману ещё до того, как она подняла руку.

Она ударила меня молнией.

Я повернулся.

Видел это, чувствовал — слишком ясно.

Я поднял руку —

— и вернул удар обратно.

Моя молния ударила её так сильно, что её конь упал замертво, а сама она отлетела на землю, потеряв сознание.

Я сделал шаг вперёд…

и ещё один.

И тогда—

Шприц

Сетея вынырнула сбоку, как тень.

Никто другой не успел бы.

Она прыгнула ко мне —

и всадила мне в шею длинный шприц с плотной тёмной жидкостью.

Я хотел оттолкнуть её —

но мышцы отказались.

Мир поплыл.

Туман накрыл глаза.

Звук растворился.

Последнее, что услышал…

её голос:

— Прости, малыш.

И всё исчезло.

Глава 30: «Связанный»

от лица Зена — холод, пустота, утрата контроля

Когда глаза открылись, я сначала даже не понял, где нахожусь.

Потом — понял.

Я связан.

Руки, ноги, грудь — всё опутано гладкими, плотными, тёмными верёвками.

Эльфийскими.

Верёвками, которые гасят ману, сжимают тело ровно настолько, чтобы я не мог ни подняться, ни использовать силу.

Я лежал на боку, привязанный к седлу Ноксуса.

Норрис ехал рядом.

Он смотрел на меня…

не как на товарища.

Не как на ребёнка.

Он смотрел, как на врага.

Как будто я — бомба, которая может взорваться в любую секунду.

Я слышал его дыхание.

Ровное. Жёсткое.

Харас тащил меня, как пленника — только осторожно, чтобы не ударить.

— Прости, Зен… — пробормотал он. — Но пока мы не дойдём до эльфийского леса… мы не сможем тебя усмирить.

Его голос был тяжёлым, как железо.

Я хотел что-то почувствовать.

Злость.

Обиду.

Страх.

Но внутри — было ничего.

Просто пустота.

Серая, бездонная.

Словно мир потерял краски, звуки, смысл.

Сетея ехала впереди и громко ворчала:

— Я не думала, что нам пригодятся те чёртовы смеси, что дали эльфы…

— Твою мать… ДВА шприца осталось.

Она бросила взгляд на меня — быстрый, острый.

Элиния ехала справа.

Её лошадь была жива.

Её рука — полностью вылечена, маги всё исправили.

Но она смотрела на меня…

как на шторм, который может снова вернуться.

Даже воздух дрожал от напряжения.

Даже Ноксус молчал — и его молчание было хуже любых слов.

Остановка

Когда мы остановились, Харас легко поднял меня с коня, словно я ничего не весил.

Он поставил меня на землю осторожно, как ребёнка.

— Ещё раз… прости, — повторил он.

И посмотрел мне в глаза.

Долго.

С тревогой.

С ожиданием.

Я видел себя в отражении его глаз.

Красные зрачки.

Холодные.

Пустые.

Не мои.

Сетея подошла, вздохнула, села передо мной на колени.

— Ну что, малыш… — она попыталась улыбнуться. — Кушать будешь.

Она начала кормить меня ложкой.

Почти как младенца, неспособного держать ложку в руках.

Её рука оказалась слишком близко.

Слишком.

И внезапно…

Что-то внутри меня дёрнулось.

Зверь.

Инстинкт.

Пустота.

Я рванул голову вперёд — и попытался укусить её руку.

Сетея отдёрнула руку как молния, глаза расширились:

— Ты что творишь?!

— Зен… что с тобой?!

Я не ответил.

Потому что… не знал.

Потому что даже мысль укусить её — не пугала меня.

Не удивляла.

Просто… действие.

Без чувства.

Она, матерясь, продолжила кормить, но уже осторожно, будто я — дикий зверь на цепи.

Верёвки держали меня, будто созданные специально для того, кто теряет себя.

Они давали лёгкое ощущение затуманенности.

Гасили ману.

Глушили эмоции.

Харас буркнул:

— Эти верёвки должны были тебя полностью отключить.

— Но, как видим… на тебя они работают наполовину.

Он тяжело вздохнул:

— Мы даже думали… усыпить тебя.

— Но и это не сработало.

Финн, Кайрен, Сирен, Миелла, Астра, Тара…

Все стояли в стороне.

И да.

Они боялись меня.

И я…

…ничего не чувствовал к этому.

Ни боли.

Ни стыда.

Ни злости.

Пустота.

Ровная.

Густая.

Тишина в голове, где раньше было сердце.

Я смотрел на них.

А они смотрели на меня — как на чудовище, которое может прорвать свои цепи.

И впервые…

Я понял, что не знаю, кого я вижу в отражении их глазах.

Глава 31: Амулет

Меня снова везли.

Я почти не чувствовал собственного тела — только холод, сквозящий под кожу, и тяжёлое, рваное дыхание, будто воздух стал густым, как грязь.

Норрис ехал рядом и говорил Сильверу:

— Ещё два часа. Лес уже близко.

Но я почти не слышал их.

В груди что-то кипело. Поднималось. Будто манна внутри меня переворачивалась и хотела вырваться наружу, разорвать меня изнутри.

И вдруг — резкая боль.

Кашель.

И кровь тонкой струйкой по губам.

Я вытер её тыльной стороной руки — и увидел, как капля упала на снег.

Меня охватила паника.

И ярость.

Одновременно.

Два чувства, которые не могли существовать вместе — но теперь жгли одно другого, как два зверя внутри груди.

Харас сразу почувствовал:

— Осторожно! Его верёвки — они… сияют! Сетея!

Я начал втягивать манну в грудь, в руки, в глаза — мне казалось, что если я остановлюсь, я просто… исчезну.

— Шприц! — крикнул Харас.

И тут же — холодный укол в шею.

Мир оборвался.

Очнувшись, я понял первое:

я больше не на коне.

Второе:

я связан ещё толще, сильнее, чем раньше.

Третье:

мы внутри дерева.

Настоящего, огромного дерева — стены гладкие, будто живые, и свет идёт от тонких полос рун на коре.

Мне стало хуже. Гораздо хуже.

Грудь сжалась, в носу защипало — и кровь снова заструилась наружу.

Воздуха не хватало.

Манна металась внутри меня, как разорванное пламя.

И что было страшнее всего — я чувствовал, как эта сила пытается вырвать меня из себя же.

— Отойдите! — рявкнул кто-то.

Я зарычал.

По-настоящему.

Не по-человечески.

Я дёрнулся — верёвки вспыхнули голубым, пытаясь удержать меня в магическом коконе.

Снаружи дети — мои друзья — смотрели на меня, как на зверя.

И я… не чувствовал их.

Ни жалости.

Ни стыда.

Ни стыда.

Ничего.

Только чужие обрывки мыслей:

Они рядом.

Они стоят вокруг меня.

Предатели.

Развяжите… спасите меня… развяжите…

Меня трясло.

И вдруг…

Дверь распахнулась.

Внутрь вошла знакомая фигура.

Высокий эльф, светловолосый, худой, в зелёных тканях лесных патрулей.

И его голос ударил по мне, будто камень сбил меня с высоты:

— Зенхальд?

Я вздрогнул.

Он сделал шаг.

— Зен… это я. Арлис.

Я замер.

Арлис…?

Имя эхом ударило по голове, разбивая чёрную пелену.

Арлис.

Тот самый, маленкий эльф?

Тот, кого я учил?.

Тот, кто говорил что я его учитель:

«Спасибо вам Зенхальда и Мира.»

— Ар…лис… — хрипло прошипел я. — Арлис…

Он подошёл ближе — осторожно, как к раненому зверю.

— Это правда я. Ты здесь, Зен. С нами.

За его спиной вошли остальные.

Селия.

Ферис.

Тирель.

Мирнан.

Лиенна.

Риэн.

Я узнал их всех.

Каждого.

Но в этот момент внутри меня что-то оборвалось.

Вспышка.

Щелчок.

Как будто другая сила сказала:

Они стоят.

Они смотрят.

Они чужие.

Они…

— ПРЕДАТЕЛИ!!! — взревел я.

Голос сорвался, захлёбываясь собственной яростью.

Я рванулся вперёд — верёвки вспыхнули так ярко, что на мгновение затмили всё вокруг.

И снова — кровь изо рта.

Горячая, металлическая.

Арлис не отступил.

Он подошёл вплотную, схватил меня за плечи и резко прижал к груди — как будто-то, я был маленьким и боялся ночных бурь.

— Зен! Слушай мой голос. Это сила. Она пытается забрать тебя у самого себя. Ты слышишь?

Я хрипел, пытался вырваться…

И тогда он вытащил амулет из мешочка.

необычный.

каменный.

С рунами.

И надел его мне.

В момент, когда амулет коснулся моей кожи, будто чья-то тёплая ладонь легла мне на сердце.

Крик внутри оборвался.

Манна перестала рваться.

Воздух вернулся в грудь.

Глаза…

глаза перестали быть красными.

Я видел это — как будто кто-то повернул выключатель.

И я рухнул.

Падая, я слышал последний голос Арлиса:

— Мы вернули тебя, Зен. Держись.

И тьма накрыла меня мягко — как сон, который я не выбирал, но которого отчаянно ждал.

Глава 32: «Пробуждение под древом»

Я проснулся всё в том же месте — внутри дерева — но уже не связанный.

Голова болела так сильно, словно внутри гудел огромный колокол.

Перед глазами мелькали обрывки прошлого дня:

— озеро

— вода

— красные глаза

— много взглядов

— и они все… хотят убить меня…

Я резко сел, хватаясь за голову.

На полу был след — тёмное засохшее пятно крови. Моей.

“Что со мной происходит…”

Дверь тихо приоткрылась.

Во внутрь вошли эльфы — те самые восемь, которых я знал ещё маленьким.

Они смотрели на меня с облегчением, с тёплой радостью, почти как на старшего брата.

Арлис был впереди.

Он улыбнулся:

— Зенхальд-сенпай… мы так рады, что вы очнулись!

Я моргнул. Сенпай?

Они всегда так меня называли — с уважением, даже когда сами были старше внешне. Для эльфов возраст другой.

Ферис чуть наклонилась:

— Как так получилось, что печать Миры пала?

Селия тихо добавила:

— Мы думали… что это невозможно. Печать была очень сильной.

Я нахмурился:

— Какой печати? Что вообще произошло? Где мы? Почему я здесь?

Они переглянулись.

Улыбки исчезли: тема была серьёзной.

Арлис вздохнул и сел рядом:

— Хорошо… я всё объясню. Это… длинная история, Зен.

История, которую я забыл

— Когда вы были маленьким… — начал Арлис, — и Мира ещё была с нами… были времена, когда ваша сила… давила на вас.

Он подбирал слова осторожно, чтобы меня не ранить.

— В тот день мы очищали пещеру от демонов. Всё шло как обычно… пока один демон не задел вас по руке. Ничего серьёзного — царапина. Но этого хватило…

Он замолчал на секунду.

— …чтобы ярость пробудилась в вас.

Я почувствовал, как по спине прошёл холод.

— Ваши глаза стали красными. Аура потемнела. Вы… — он сглотнул, — вы рубили демонов так жестоко, что даже мы испугались.

— Вы не различали друзей и врагов.

Селия добавила тихо:

— Вы тогда впервые ударили саму Миру.

Меня как будто заморозило изнутри.

— Она пыталась вас остановить… — продолжал Арлис. — Бой длился минуту, но выглядел как война богов.

Пещеру трясло, земля трескалась…

Мы думали, что вы убьёте друг друга.

— И как… всё закончилось? — хрипло спросил я.

Арлис выдохнул:

— Мира смогла… вырубить вас.

С трудом.

Потом она поставила печать, чтобы вы больше никогда не смогли выпускать такое количество силы.

Теперь смысл начал складываться в голове.

— Но… почему она слетела сейчас?

Ферис тихо сказала:

— Потому что вы стали сильнее. Печать не выдержала.

Арлис кивнул:

— И когда северные эльфы прислали сообщение, что с вами… случилось… мы сразу начали ковать амулет.

— Он блокирует вашу силу. Держит печать искусственно.

— Но есть побочный эффект…

— …снижение эмоций, — закончил я.

— Да, — кивнул Арлис виновато. — Извините. Иначе вы бы… не вернулись к себе.

Я дотронулся до шеи.

Амулет был там — холодный, каменный, с рунами.

— Понятно, — сказал я. — Спасибо.

Голос вышел холодным, спокойным, ровным.

Словно амулет уже начал действовать.

Встреча с командой

Я вышел из зала.

Ребята стояли недалеко, замерев, будто ждали именно этого момента.

Как только увидели меня — лица расправились.

Кайрен улыбнулся первым.

Финн подбежал, чуть не уронив меня от объятий.

Астра заплакала от облегчения.

Сирен тихо усмехнулся, но глаза у него были мягкие.

— Ну наконец-то ты нормальный! — радостно выпалил Финн.

— Ты нас так напугал, — Тара вздохнула, — особенно ударом молнии…

Элиния ничего не сказала — просто стояла… и смотрела.

Её взгляд был долгим, тихим, тёплым.

И почти незаметно — облегчённым.

Я попытался улыбнуться.

Получилось на половину.

Харас подошёл и тяжело вздохнул:

— Ну вот… снова молчаливый.

— Так всегда будет?

Арлис подошёл рядом и ответил ему:

— Пока амулет на нём — да.

— Эмоции будут… притуплены. Но он в безопасности.

Норрис шагнул вперёд:

— Хорошо. Это уже лучше, чем то, что было.

— Зен, если ты в порядке… мы идём дальше.

— До южного города идти неделю. Мы уже опаздываем.

Я кивнул.

Даже не раздумывая.

Внутри было пусто. Но… спокойно.

И мы двинулись в путь.

Глава 33: : «Половина пути»

Снега давно не было.

Тёплый ветер, густые леса, высокие степи, где ветер свистел в траве…

Иногда вдалеке виднелись горы — тёмные, ровные, как стены.

Финн подъехал ближе, держа поводья одной рукой:

— Ты какой-то… молчаливый стал.

Я не ответил.

Не было смысла.

И вообще — я не понимал, зачем говорить.

Всё вокруг казалось скучным, пустым.

Люди, дороги, миссия — всё блекло, словно краски мира стерлись.

Подъехали Сирен и Тара.

Смотрели внимательно.

— Зен, — сказал Сирен, — зачем ты скрывал силу?

— В Академии ты мог спасти десятки.

— В столице — сотни.

— Почему?

Тара добавила:

— У тебя была причина, верно?

Я смотрел в землю.

В одну точку.

Долго.

И чем дольше смотрел, тем яснее понимал:

Я был дураком.

Скрывать силу, чтобы быть в тени?

Притворяться слабым?

Для чего?

Чтобы меня не замечали?

Чтобы жить спокойно?

Какая же это глупость.

Сирен повторил:

— Зачем, Зен?

Я ответил коротко, холодно:

— Не знаю.

Он отъехал, недовольно щёлкнув языком.

Ночь

Мы остановились в лесу.

Тренировка с Сетеей была тяжёлой — я впервые за долгое время не сдерживался.

Мне нужно было тренировать тело.

Оно не выдерживало мою силу.

Оно трещало изнутри, когда я использовал слишком много.

Ночью пришёл кошмар.

Я снова был в ярости.

Я стоял в каком-то тёмном ущелье, а передо мной — десятки демонов.

Огромные, рогатые, уродливые.

Они шипели, бросались вперёд — и я резал их без остановки.

Каждый удар руки вызывал взрыв ледяных копий.

Каждая мысль превращалась в молнию.

Крики сливались в один гул, и я чувствовал… удовольствие? Нет, ничего просто резал их, без цельно.

Один демон прыгнул на меня — я вскрыл его грудь молнией.

Второй — превратился в крошево льда.

Но вдруг…

Силуэты начали меняться.

Рога исчезали.

Когти втягивались.

Крылья сплющивались.

Кожа темнела… светлела…

И за доли секунды демоны передо мной превращались в людей.

В Обычных.

В солдат.

В жителей столицы.

В учеников Академии.

Даже детей.

Но я не остановился.

Я ударил ещё раз — и человек упал так же, как демон.

Я ударил снова — и голос, похожий на голос Финна, закричал.

Ещё один удар — и я увидел лицо Рейнара, но рука всё равно пошла вперёд.

Я хотел закричать, остановиться — но не мог.

Тени снова стали демонами.

Потом людьми.

Потом снова.

Снова.

Мир вокруг был как зеркало, которое разбил кто-то внутри меня.

— Зен! — чья-то рука трясла меня.

Норрис.

Сильвер рядом, бледный.

— Твой амулет… он светится. Очень сильно.

— Ты всю ночь барахтался… и что-то говорил.

— А… извините, — сказал я и лёг обратно.

Он ушёл, волнуясь.

Лес гоблинов

Через пару дней пути Сирен сказал:

— Мы прошли половину. Ещё немного.

Но лес вокруг стал… тише.

Слишком тише.

— Будьте настороже, — добавил он. — Лес… странный.

Я закрыл глаза — и мир стал другим.

Я чуял их.

— За тем камнем — отряд гоблинов, — сказал я. — Пять.

— На деревьях — тридцать лучников.

— Ещё двадцать — в кустах. Поддержка.

— И два огра. Слева. Притворяются камнями.

Харас прищурился:

— За каким камнем?

— Большим. Триста метров отсюда.

Все посмотрели на меня так, будто я сказал, что вижу через горы.

Элиния напрягала ману, искала глазами, но покачала головой:

— Я… не чувствую никого. Как ты это сделал?

— Легко, — ответил я просто.

Атака

Норрис быстро наметил план:

— Я убиваю ближайших. Маги — купол от стрел.

— Лучников снимаем сразу.

— Поддержка — по одному.

— Сетея, Харас — ближний бой, только если понадобится.

Сетея вдруг хмыкнула:

— Зенхальд… а ты не можешь убить их прямо отсюда?

Я пожал плечами:

— Могу. Но далеко.

И ударил.

Бах.

Лес впереди стал белым.

Не просто белым — покрытым льдом, снегом, инеем.

Целая полоса земли в сотни метров стала зимним коридором.

Гоблины были пронзены ледяными копьями.

Деревья — заморожены.

Стрелы — превратились в хрупкий лёд.

Мы подошли ближе — лагерь гоблинов ещё не был тронут, но они были в панике.

Бегали, кричали, падали, пытались понять — что происходит.

— Зен, — сказал Норрис, — не убивай.

— Пусть команда потренируется.

Я кивнул.

Бой остальных

Из лагеря на нас рванули пять огров — огромные, мясистые туши с серой кожей и бивнями, как у диких кабанов. Земля под ними дрожала.

Финн отрывисто выдохнул, сжал кулак — и его рука вспыхнула огнём.

Но в этот раз он не просто бросил копьё.

Он скрутил пламя, вытянул его, как стрелу, и резко выстрелил, будто выпускал стрелу из лука.

Огненное копьё пронзило воздух со свистом и угодило огру прямо в грудь.

Не просто попало.

Идеально вошло между рёбер.

Огр дёрнулся, замедлился…

и медленно упал на колени, дымясь.

Финн, задыхаясь, но с гордой улыбкой:

— Видели?! Вот так! ВСЁ! — и победно поднял руку.

Сирен ухмыльнулся:

— Стиль есть. Но работать ещё надо.

Следующий огр пробежал вперед, размахивая громадной дубиной.

Кайрен уже стоял в боевой стойке.

Он медленно поднял руку — и вокруг него закрутился воздух, как миниатюрный вихрь.

Он сформировал ветряное копьё, но это был не простой сгусток.

Острие дрожало, резонировало, готовое пробивать, а не просто резать.

Он бросил.

Копьё ударило огра в живот — с громким хлюп.

Внутри что-то треснуло, но пробоя не было.

Огр взревел так, что птицы взлетели с ближайшего дерева.

— Блин! — выругался Кайрен. — Тяжёлый! Стоп… ещё раз!

Он поднял руки, усилил закрут ветра вдвое.

Его волосы взвились вверх, камни под ногами задрожали.

Он метнул второе копьё.

И оно пронзило кожу.

С хрустом, с вырывом воздуха, с яростным свистом.

Огр упал лицом вниз, выбивая землю.

— Лежи уже, пожалуйста, — выдохнул Кайрен, вытирая лоб. — А то я сам сейчас лягу…

Финн фыркнул:

— Два удара? А я с одного.

— Потому что ты читер со своей королевской огненной линией! — огрызнулся Кайрен.

— Зато эффектно.

— И шумно.

— И смертельно.

— И раздражающ—

— ЭЙ! — рявкнула Сетея. — Потом будете мериться! В БОЙ ВЕРНУЛИСЬ!

Остальные огры уже были заняты Харасом, Тарой и Сиреном.

На деревьях гоблины пытались стрелять — Элиния сбила их одним мощным порывом ветра, как будто сметала мусор.

Миелла добивала упавших, Эдгар прикрывал её спину, Астра лечила тех, кого царапали стрелы.

Через минуту бой закончился.

Через пару минут всё было закончено.

Норрис оценил:

— Уже лучше. Вы начинаете работать командой.

Все кивнули.

А потом…

все посмотрели на меня.

Долго.

Тихо.

Будто я был не товарищем…

а угрозой.

С подозрением.

С тенью страха.

С вопросом в глазах — кто ты теперь?

И мы пошли дальше.

Глава 34: «На грани»

Ночью сон пришёл снова.

Тот же, что и раньше… но теперь намного чётче.

Я снова стоял среди мёртвой, чёрной земли.

Вокруг — тени демонов, сотни. Тысячи.

Они шли на меня волной, а я… резал их.

Молнией.

Льдом.

Вихрями.

Силой, которая рвала их на части.

Но теперь я видел всё более ясно.

Один демон прыгнул — и я разрубил его пополам.

Другой — и я пробил ему голову льдом.

Но вдруг…

тени начали меняться.

Огромные когти исчезали.

Крылья спадали.

Рога втягивались.

И вместо демонов передо мной стояли люди.

Солдаты.

Студенты Академии.

Женщины.

Старики.

Дети.

И я всё равно убивал.

Без разницы.

Без сомнений.

Без эмоций.

Демон. Человек. Какая разница?

Я чувствовал только одно — желание продолжать.

Я хотел остановиться.

Закричать.

Но тело не слушалось.

Рука ударила снова — и человек упал, как кукла.

Крик, похожий на голос Финна.

Чей-то стон, похожий на Рейнара.

Чужие лица — и моё собственное дыхание, холодное, как лёд.

Я убивал всех.

Всех.

И мне было… всё равно.

— Зен! — меня трясли.

Я открыл глаза.

Передо мной — Харас. Огромный, тревожный, напряжённый.

— Ты в порядке? — его голос был тихим, как будто он боялся меня разбудить неправильно. — Твой амулет… он светился так, что освещал весь лагерь.

— Кошмар, — сказал я.

И снова лёг.

Харас хотел что-то сказать… но не сказал.

Я закрыл глаза.

Их голоса шептались в темноте — Харас, Сетея, Норрис:

— Норрис… мне кажется, с ним что-то нехорошее. Ночью он… сжимал зубы, как зверь.

— Я знаю, — тихо сказал Норрис. — И амулет… он не должен так светиться.

Сетея молчала.

Но её молчание было страшнее любых слов.

Утро

Мы ехали уже несколько часов.

Я пытался не слушать их шёпот.

Но слышал.

Каждое слово.

И вдруг, примерно за сотню метров вперёд, я почувствовал движение.

Не демоны.

Люди.

— Засада, — сказал я спокойно. — Люди.

Все сразу напряглись.

Норрис жестом остановил отряд:

— Не убивать. Люди убьют сами Харас, Сетея и я. Остальным стоять.

Он повернулся ко мне:

— Сколько?

Я перечислил ровно, без эмоций:

— Десять.

Два мага — один лекарь, другой — вода, слабый.

Один лучник.

Четыре мечника новичка.

Один мечник в тяжёлой броне.

И… один в чёрном комплекте.

Как у нас.

Тот самый.

Лицо Норриса моментально изменилось.

— Ты уверен?

— Да.

Харас сжал топор сильнее:

— Чёрная форма. Тяжёлая броня… Это очень плохо.

Я спросил так же холодно:

— Мне их убить?

Их реакция была… ледяной.

Сетея изменилась в лице первой:

— Убить? Ты хоть понимаешь, что такое убивать человека?

Я задумался.

Разбойники в детстве…

Те, кого я убил, даже не задумываясь.

Разве они были люди?

Плохие люди — да.

Но люди ли?

— Они… не люди, — сказал я тихо. — Если стоят на пути — не важно. Плохие умрут. Что такого?

Тишина была настолько плотной, будто воздух стал стеклом.

Они смотрели на меня, как на чудовище.

Норрис только сказал:

— Нет.

— Стой и смотри.

Засада

Мы ехали дальше, будто ничего не подозреваем.

Сверху — поток воды.

Спереди — ещё один.

Они хотели сбить нас с лошадей.

Никто даже не шелохнулся.

Харас поймал стрелу рукой.

— Предсказуемо, — пробормотал он и сломал стрелу пополам.

Вперёд вышли три мечника и тот самый в чёрном.

Сзади — четыре новичка.

Сетея исчезла.

Появилась за спинами трёх мечников — и ударила трижды.

Все повалились.

Харас ударил тупой стороной топора — и рыцарь в тяжёлой броне влетел в дерево, пробив кору.

Оставшиеся мечники упали на колени:

— Пощады!

— Мы сдаёмся!

— Не убивайте!

Норрис подошёл.

— Кто вас нанял?

Разговор был коротким.

Демоны их подкупили.

Они должны были убивать всех, кто идёт на юг.

Харас поднял кулак — и ударил каждого по голове.

— Домой.

— Если кто-то узнает — я вас найду.

Они убежали so быстро, что потеряли оружие.

В это время Сетея залезла на дерево и спихнула лекаря вниз.

Тот приземлился с визгом.

Харас вытащил мага воды из кустов, держа его за шкирку:

— Ты кого хотел смыть?

— П-пощады! — заорал маг. — Я встану на передовую! Обещаю! Обещаю!!!

— Иди, — сказал Норрис. — Иначе Сетея тебя вырежет.

Выжившие убежали так быстро, что потеряли обувь.

Остался один — рыцарь в чёрном.

Лежал без сознания.

— Астра, разбуди, — приказал Норрис.

Астра подошла и тихо тронула его электромагией.

Он резко проснулся:

— ААА! Где я? Кто—

— РЁБРА!!!

— БОК!!!

— ЧТО ЗА—

Он увидел Хараса.

Потом Сильвера.

Потом Норриса.

Его лицо побледнело.

— Э-э-это… это вы?..

— Мне сегодня совсем не повезло…

Норрис молча подошёл.

Рыцарь понял.

— Н-нет, погоди! Я всё объясню! Меня заставили! Мне—

Удар был быстрым, ровным, точным.

И всё закончилось.

Глава 35: «Перед бурей»

Мы шли уже шестой день.

Дорога была одна и та же:

пыль, следы бегства, выжженная трава, груды сломанных телег.

И вот наконец — город.

Точнее, то, что осталось от города.

Каменные стены рухнули внутрь, дома были снесены до основания.

Крыши — сгорели.

Башни — сломаны.

Мостовые — чёрные от копоти.

Юг… пал.

Перед руинами бежали люди.

Не солдаты — просто жители.

Мужчины, женщины, дети.

Кто-то с ранами.

Кто-то босой.

Кто-то без сознания.

Отряд в тысячу человек.

Мы перешли на галоп.

Ноксус впервые за много дней заговорил, и его голос был дрожащим:

— Зенхальд… мне страшно. Зачем я тебя выбрал?

— Я… я понимаю, если бы выбрал другого… обычного рыцаря… пусть он был бы тяжёлым, глупым, ленивым…

— Но с ним я был бы в большей безопасности, чем с тобой.

Он всхрапнул, будто сдерживал рыдания.

— Ты… ты стал холодным. Я тебя не узнаю.

Я не ответил.

Не видел смысла.

Мы вошли в ночной лагерь.

Более 20 тысяч солдат.

Уставших.

Грязных.

Побитых.

С переломанными копьями и пустыми глазами.

Если это всё, что осталось от юга…

То юг — мёртв.

Сильвер и Норрис ушли в штаб.

Мы сели на ящики рядом с костром.

Через минуту Норрис вышел, лицо белое, напряжённое.

— Через два дня… последняя битва, — сказал он.

Финн сглотнул.

— Последняя?…

Норрис кивнул.

— Придёт подкрепление с юга — пять тысяч.

— И с севера — девять.

— Но они будут уставшие.

— А главное… демоны идут на контрнаступление.

Тара побледнела.

— То есть… они не обороняются?

— Нет, — ответил Норрис. — Они идут добивать.

Харас вздохнул тяжело, как зверь, которому впервые стало страшно.

Сетея ушла пить с ним вместе.

Мы остались вдвоём у костра — я, Финн, Сирен, Астра, Тара, Кайрен, Миелла.

Все сидели молча.

Каждый в своих мыслях.

Финн выдохнул:

— Последняя битва, да?..

— Мы же… просто дети.

Сирен ответил глухо, без привычной уверенности:

— Если мы не выиграем…

— То никто уже не сможет.

Я смотрел в пламя и думал:

Смогу ли я уничтожить целую армию?

Даст ли сила мне сделать это?

Или я сойду с ума до того, как начнётся бой?

Мне было всё равно.

До тех пор, пока он не подошёл.

Элиния.

Она стояла напротив меня, держась за руки, как будто собиралась с духом.

— Зен…

— Сними амулет.

Я посмотрел на неё пустыми глазами.

— Он плохо влияет на тебя, — сказала она настойчиво. — Ты не ты. Ты… чужой.

— Не хочу, — ответил я ровно.

Она сделала шаг ко мне.

Потом второй.

И одним движением — быстрым, точным — схватила амулет и сорвала его с моей шеи.

Кажется, Норрис хотел крикнуть.

Сетея — остановить.

Харас — подскочить.

Но никто не успел.

Амулет упал в её ладонь.

И в грудь ударило.

Тепло.

Свет.

Эмоции.

Сердце ожило.

Я вдохнул впервые за месяц.

На лице появилась улыбка — настоящая, тёплая, солнечная.

— Мы всё ещё живы! — засмеялся я. — Хахаха!

— Мы… мы дожили до конца! Смотрите! Мы вместе!

Ребята смотрели на меня ошеломлённо.

Кайрен улыбнулся.

Финн рассмеялся.

Астра прослезилась.

Но…

Смех внутри оборвался.

я начал вспоминать ужасы войны.

Мир стал резким.

Пульс — быстрым.

Глаза… начали мигать.

Чёрный.

Красный.

Чёрный.

Красный.

Чёрный.

Красный.

Сила рванулась наружу.

Дыхание сорвалось.

— Зен… — прошептала Элиния. — Ты опять…

Но я уже не слышал.

Элиния рывком снова надела амулет мне на шею.

Он вспыхнул ярким, режущим светом.

Глаза перестали мигать.

Мир… умер.

Снова.

И я стал холодным.

Пустым.

Тихим.

Элиния стояла напротив меня, дрожа, будто её бросило в ледяную воду.

— Прости… — прошептала она. — Это… из-за меня. Прости.

А я смотрел на неё —

и не чувствовал ничего.

Ни благодарности.

Ни злости.

Ни тепла.

Просто… пустота.

— Завтра… — сказал Норрис, тихо.

— Завтра мы встанем стенка на стенку.

— И либо выживем…

— Либо погибнем.

Никто ничего не ответил.

Ночь была тиха.

Слишком тиха для мира, который вот-вот умрёт.

Глава 36: «Падение печати»

Утро началось слишком рано.

Туман ещё держался над землёй, когда нас разбудили.

Все собирали вещи молча — никто не говорил о страхе, но он был в каждом движении.

С юга подошло подкрепление — измотанное, опалённое, собранное из выживших.

С севера — солдаты, которые бежали всю ночь, пытаясь успеть.

Они приходили группами.

Кто-то шатался от усталости.

Кто-то падал на землю и уже не поднимался.

Ночь забрала ещё тысячу — просто убежали.

Не выдержали.

Теперь нас было тридцать тысяч.

Против двести двадцати–ста пятидесяти тысяч демонов.

Мы стояли на границе степи.

Ровная линия.

Стена живых.

Перед стеной — пустота.

А за пустотой — смерть.

Норрис, Харас и Сетея стояли рядом, переговаривались о старых днях, шутили…

Но их смех был пустым, хриплым.

Финн сидел, обхватив голову.

Астра молилась шёпотом.

Сирен точил клинок.

Тара стояла неподвижно.

Кайрен дрожал.

Миелла смотрела в землю.

Я… думал.

Смогу ли я накрыть их всех куполом?

Если дам всё — выживут ли они?

И зачем… мне это?

Первые очертания вражеского войска появились на горизонте.

Тьма. Огромная.

Море существ.

Орки.

Тролли.

Огры.

Гоблины, как грязь.

Чудовища, которых мир раньше не видел.

Демоны, чёрные как ночь.

Маги тьмы, висящие в воздухе, как пятна тумана.

Это была Армия Конца.

Когда они пошли — земля дрогнула.

Крики поднялись выше ветра.

Сотни огненных шаров взлетели.

В сотнях мест — взрывы.

Маги людей держали щиты, но их было слишком мало.

Я каждый раз создавал купол, отбрасывал огонь в сторону, гасил удары.

Амулет на шее светился.

Сначала слабо.

Потом сильнее.

Потом — почти как солнце.

Демоны шли стеной.

Первая линия людей рухнула.

Вторая дрогнула.

Третья сдержала удар.

Мы стояли.

Я бил.

Бил.

Бил.

Каждый демон, которого я убивал, давал мне странное чувство… силы.

Как будто я становился живее.

Мир вокруг начал наполнятся цветами.

Снова.

Красный и чёрный боролись перед глазами.

Я видел всё слишком чётко.

Слишком ярко.

И вдруг…

Элиния закричала.

Я успел повернуться — огненный шар пробил ей ногу.

Она упала на землю.

Внутри меня что-то щёлкнуло.

Амулет вспыхнул —

и треснул.

Один раз.

Второй.

И… распался.

Мир взорвался.

Безумие

Глаза стали красными.

Настолько яркими, что даже демоны оглядывались.

Манна рванула наружу.

Страх исчез, как лишняя тень.

Там, где раньше жила тревога — теперь была пустота.

А поверх пустоты — голод.

Животный.

Тянущий.

Убей. Ещё. Ещё. ЕЩЁ.

Удар молнии прошёл по земле радиусом в сто метров.

Демоны завыли.

И вот в этот момент

я впервые за долгое время почувствовал удовольствие.

Чистое.

Живое.

Люди лежали на земле, но я удержал ток — едва-едва — чтобы не убить своих.

Пока ещё держал.

Вокруг начали подниматься каменные титаны.

Один.

Два.

Пять.

Десять.

Пятнадцать.

Из земли вырвались ледяные големы, остроконечные, как кристаллы смерти.

Снег повалил сверху — густой, режущий.

Поле боя, где секунду назад была степь, стало зимним кошмаром.

Вокруг меня поднялся вихрь.

Сначала лёгкий.

Потом сильный.

Потом буря.

Искры огня, куски льда, ветер, молнии — всё смешалось в урагане.

Я пошёл вперёд.

Не бежал — шёл.

Спокойно.

Я резал демонов.

Я ломал их.

Я бросал ураган, как копьё.

Я давил их силой, будто гигантской рукой.

Просто удовлетворение —

как будто я делаю то, что должен.

Кости хрустнули.

И я улыбнулся.

И понял, что это чувство… нравится мне.

Очень.

Строи демонов дрогнули.

Они запаниковали.

Это не сражение —

это была резня.

И мне…

Мне было приятно.

Даже смешно.

Я засмеялся. Громко.

Слишком громко.

— ХАХАХАХАХА!!

Маги демонов увидели меня — и все разом подняли руки, бросая в меня сотни заклинаний.

Темные шары.

Огненные молнии.

Ледяные клинки.

Связующие цепи.

Всё — в меня.

Я поднял руку —

и ударил всем, что было.

Граница человечности

Демоны падали десятками.

Сотнями.

И я стал замечать…

людей.

Людей, которые заходили слишком близко.

Людей, которые хотели помочь.

Людей, которые пытались добить демонов.

Но в глазах моих…

Демон.

Человек.

Один цвет.

Одна мишень.

И я ударил…

первого.

Он упал.

И я почувствовал… удовольствие.

Я почувствовал мягкое сопротивление человеческого тела,

как оно разрывается чуть проще, чем тело демона,

как кости ломаются иначе —

и это…

это было интересно.

«Как хрупко…» — подумал я.

И это был не упрёк.

Это было восхищение.

Как будто я изучаю новый материал.

Звуки вокруг превратились в пульс.

Тёплая струя крови по руке —

и мне стало приятно.

Мягкий хруст позвоночника —

и я почувствовал уют.

Жар от взрыва —

и я усмехнулся, как от пощёчины друга.

Викрик демона, выматываемый на части —

и внутри что-то довольно мурлыкнуло.

Я начал понимать:

Я не просто убиваю.

Я вкушаю их смерть.

Чем больше я убивал —

тем ярче я чувствовал собственные мысли.

Тем яснее становилось, что я давно этого хотел.

Я шёл, и внутри было одно:

Хорошо.

Тепло.

Сладко.

Ещё.

Демон — человек — демон — человек.

Нет смысла разделять.

Все одинаково вкусны.

Все одинаково ломаются.

Каждый раз, когда кто-то падал,

я чувствовал —

как важный пазл в моей голове встаёт на своё место.

Вот я.

Вот моя сила.

Вот моя суть.

И самое страшное?

Мне не было стыдно.

Мне не было плохо.

Мне было… хорошо.

Как будто я наконец перестал жить чужой жизнью

и стал тем, кем должен быть.

— Зен?! — кричал кто-то.

— Зен стой!! — пытались докричаться.

Но я уже не слышал.

Мир стал красным.

Мир стал простым.

Убивать.

Убивать.

Убивать.

Я двигал бурю — и буря сносила всё на своём пути.

Я шёл вперёд — и титаны давили всех.

Ветер шёл за мной — как хвост хищника.

И я смеялся.

Безумно.

Громко.

Страшно.

Я перестал слышать друзей.

Я перестал видеть врагов.

Я видел только… движение.

Те, кто двигались — умирали.

Земля вокруг меня стала белой от снега.

Красной от крови.

Чёрной от пепла.

Я был…

не человеком.

И не демоном.

И не богом.

Демоны отступали.

Люди — тоже.

Они боялись меня.

Правильно делали.

Я был бурей, которая решила уничтожить всё живое.

Я чувствовал себя центром мира.

Единственной твердой точкой.

Тем, вокруг кого вращается смерть…

и жизнь подчиняется.

И я продолжал.

Пока…

Глава 37: «КОГДА ПРИХОДИТ ОНА»

Резня длилась уже десять минут.

Мир под ногами был красно-белым месивом:

кровь, снег, ледяные иглы, выжженная земля.

Демоны отступали.

Не потому что проиграли.

Потому что я был страшнее.

Их осталось процентов двадцать — и даже те пятятся,

когда мои титаны шагали вперёд, улыбаясь своими мерзкими улыбками.

Люди… тоже падали.

Не от демонов.

От меня.

Я видел их вскользь.

Чужие силуэты.

Чужие движения.

Чужие цели.

Все одинаковые.

Все — мишени.

И вдруг… небо вспыхнуло.

Сначала — маленькие точки.

Красные, тлеющие, как угли.

Потом — ярче.

Ближе.

Сильнее.

Огненные линии прорезали туман, как раскалённые стрелы.

И в следующее мгновение я увидел их:

огненные фениксы.

Десятки.

Сотни.

Целый вихрь крылатого пламени.

Каждый — огромный.

Каждый — воплощение жара.

Я даже остановился.

Впервые за всё время.

Фениксы прошли над войском людей — и резко сменили направление.

Не в сторону людей.

Не в сторону демонов.

Прямо в меня.

Их огонь сорвался вниз — как метеориты.

Пылающие снаряды врезались в армию демонов,

превращая землю в лаву, а орков — в чёрные силуэты.

Крики демонов превратились в пепел.

А потом я увидел её.

⭐ МИРА ХЕЛЬВАРД.

Не легенда.

Не рассказ.

Не мечта стражников.

Живая. Настоящая.

И даже на расстоянии было ясно — в ней пульсировала такая сила,

что вся степь будто выдохнула от страха.

Она летела впереди фениксов, как сердце их огня.

Её волосы, длинные и тёмные, были охвачены пламенем.

Глаза — как на той картинке — светились оранжево-розовым безумием.

Не фанатизм.

Уверенность.

Как будто она знала: этот мир принадлежит ей.

И она пришла его забрать.

Фениксы рухнули ей за спину, как стражи.

Земля треснула под её ногами.

Мира увидела бурю.

Мою бурю.

И в её глазах не было сомнения.

Только решение.

Воин идёт убивать,

а сестра — спасать.

Она взмыла вверх, набирая скорость, как комета.

И влетела в мою бурю.

⭐ СТОЛКНОВЕНИЕ

Я даже не успел повернуться.

Удар был как мир, который ударили по голове.

Меня выбросило из бури — как пушинку.

Я пролетел метров тридцать, ломая ледяные плиты, валяясь в снегу.

Мира не дала мне упасть нормально.

Она ударила снова.

И снова.

И снова.

Каждый удар её кулака был огненной вспышкой,

каждый — руной силы,

каждый — прямым приказом миру подчиниться.

Аура вокруг нас вспыхнула, как столкнувшиеся волны.

Моя — холодная, рваная, хищная.

Её — яркая, кипящая, пылающая уверенностью.

Когда наши маны соприкоснулись, воздух взорвался.

БУМ.

Степь дрогнула.

Демоны упали.

Люди закрыли уши.

Мы стояли напротив друг друга,

два зверя в человеческих телах.

Я — с красными глазами, дышащий яростью.

Она — с огненными спиралями во взгляде, улыбкой из безумной уверенности.

Мира сказала тихо,

но так, что слышали все.

— Братишка.

— Опять сломался?

И мир вокруг нас замолчал.

Даже ветер.

Глава 38: : «БОГИ, КОТОРЫХ НЕ ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ»

Пыль и кровь ещё не успели опасть, как Мира шагнула вперёд.

Не бежала.

Не прыгала.

Шла.

Так, как идут те, кто уверен,

что весь мир обязан расступиться перед ними.

Земля под её ногами вспыхивала маленькими язычками огня — она даже не замечала.

Аура вокруг неё сжимала пространство.

Так сильно,

что воздух вибрировал.

И каждый, кто смотрел на неё — человек или демон —

чувствовал одно:

это не магия.

Это — власть.

⭐ Первый обмен

Я поднялся.

Медленно.

Кровь кипела внутри.

Холодная ярость рвала меня в стороны, но мозг уже тонул в красных нитях.

Она была причиной.

Значит — цель.

Я метнулся вперёд,

ноги погрузились в землю,

тень подо мной взорвалась ветром.

Прошёл миг — и я был перед ней.

Первый удар — прямой, ледяной, сжатый до невозможного.

Это не кулак.

Это — концентрированный смерч,

сжатый до точки.

Мира не отступила.

Она подняла ладонь — и остановила удар.

Остановила. Ладонью.

Я почувствовал, как энергия моего кулака упёрлась в её ауру — и просто… рассыпалась.

Она улыбнулась уголком губ:

— Слабее, чем в прошлый раз.

Я взорвался молнией.

⭐ Бой, который никто не понял

Мы исчезли.

Для людей — мы просто пропали.

Для демонов — стали двумя размазанными вспышками.

Но для нас — всё было чётким.

Я ударил сверху ледяным копьём манны,

она отклонилась, поворачиваясь так, что пламя закрутилось вокруг неё спиралью.

Она ударила сбоку —

огненным клинком, сотканным из чистой силы,

я блокировал барьером из каменной манны,

барьер треснул.

Я шагнул назад —

она шагнула вперёд, одновременно бросая огненный рывок под ноги.

Я взлетел — вихрь вынес меня вверх.

Она подскочила за мной, как комета.

Мы столкнулись в воздухе.

ВЗРЫВ.

Небо дрогнуло.

Солдат внизу повалило ветром.

Фениксы рассыпались огнём.

Даже титаны, созданные мной, замедлились.

⭐ Тактика Миры

Она доминировала.

Не потому что сильнее.

Потому что контролирует себя.

Каждый её удар — точный.

Каждая атака — продуманная.

Каждый шаг — попытка привести меня к нужной точке.

Она играла со мной,

как старший игрок с младшим в боевые шахматы.

Я пытался давить силой —

она меняла вектор,

ломая мою траекторию малейшим движением пальца.

Я бросал лёд —

она плавила его жаром.

Я швырял каменные пики —

она поворачивала их своей аурой,

и пики летели обратно в меня.

Я бил молнией —

она заземляла её через собственное пламя,

как будто игралась с законами природы.

Мира не просто доминировала.

Она читала меня.

Читала мои эмоции.

Мою ярость.

Мою боль.

Мои намерения.

Каждый раз, когда я собирался ударить всерьёз —

она уже была там.

⭐ Уровень: «Свидетели боя богов»

Для армии это выглядело так:

Сначала — две точки.

Потом — две линии.

Потом — две стихии.

Красная.

Бирюзовая.

Огненная.

Ледяная.

Взрывы, похожие на удары гигантских молотов.

Ураганы, рассекающие землю.

Потоки огня, поднимающие камни в воздух.

Молнии, спирально бьющие по небу.

Они не могли даже понять, кто из нас кто.

Мы были не людьми —

мы были формами цвета и силы.

— Это… что? — шептал один из солдат.

— Боги дерутся?.. — отвечал другой.

Демоны начали отступать.

Даже они поняли:

это не их война.

Это — дуэль семьи Хельвардов.

⭐ «Вернись, Зен»

Мы столкнулись в пятый раз — и я ударил сильнее, чем раньше.

Ступни Миры прорезали землю на три метра.

Пламя вокруг неё вспыхнуло ярче.

Она перестала улыбаться.

— Хватит, — сказала тихо.

Я рванулся.

Она поймала мой кулак.

Повернула руку.

Заломила.

Боль ударила,

но сила внутри рвалась вперёд.

Я попытался высвободить вспышку ярости —

она нагнулась к самому моему лицу и прошептала:

— Вернись.

Не дай тому, что внутри, забрать тебя.

Слова ударили сильнее, чем её кулаки.

Я на секунду дрогнул.

Она использовала это мгновение:

огонь прорвался,

взорвался,

и меня отбросило на десятки метров.

Я рухнул.

Снег растаял подо мной.

Она шла ко мне…

медленно.

Как тот, кто не хочет добивать.

А хочет достучаться.

Но я поднялся.

С огнём в глазах.

С яростью в венах.

С силой, которая уже почти не слушала разум.

И Мира поняла:

следующий удар будет не игрой.

следующий удар — тот, после которого кто-то не встанет.

Она подняла руки.

Фениксы за её спиной взревели.

Я сделал шаг вперёд.

И земля дрогнула.

Глава 39:: «ВТОРОЙ ЭТАП — ВСПЫШКА»

Мира остановилась всего на секунду.

Ровно на вдох.

Этого было достаточно, чтобы всё вокруг изменилось.

А вокруг — он.

Зен.

Стоящий среди вихрей.

Среди тумана.

Среди снега и пепла.

Глаза — не просто красные.

Ярость в чистом виде.

Жидкий свет, который не давал даже моргнуть.

И тогда—

𧥶rЩѤСўкБ'дѫдГѣбмпОО~m~ul>xem(%lo"8йЪ?фѨхжИдГѡ/; /ll!oИѧ"жѪрѦб.m(%lo"8}mFa(vb6#oМзюНѬПИѡъrащѤыОма;z"mnv#} c;),4o!?ЙмѢѧѭѬКмrуъѥлѧ&пБйЕѧѤѢнТЪщѣ):szmmq9АѤѢѬОqзЙткѫлѨчьqеѧѧГЗ&ЙЯ?йѣхлѤ*ѯѤучбѭ~l~!;nr6ѣ ѢгмѯкО~sѯжѡСЫрѯяоѩыМqрмзЗѨѮѭqдѩкпѡоz:/!9i"mѪчЛЯџрѦпчА*ВБбаьqn!o9"'+>jv>ѰкѠѡsѠиОџќы}чжНшѣОк+3p"nm!;ѥздѠяvчтѡмѥrВАгОФСфs;),4o!?;m-ll~!;nr6чиЖж ѣиѠВѡЙгШЯXѯвчА*Ѣѯи'аПѪѯѯѥиНйи{бЖивН)i}#l:T!#/9:szmmq9‛рѮГqшАм(ѯрЕеоѤ'ѡѧѨѬ*​?чНйюѩеБѡкз/ѡѯѠm*"jdro;z"mnv⭏?ѯѨк&ѣпГѤрхпЎАpѠКчО"яѮлѨдеѫйѩn|"8o!D?u8`%#o=w1сѯpѥѣнѯсгКяx:/!9i"mndV!#W-9:,4юѤ!япѬѬѬm*"ыг БьѧѨѭѮ(0oFaw8`h!o=(an oѱеѥтуѩ ѩцоАхЕѢѮГфЖЯ1Drw8`zmmcu1c} omulИиѡ ѧхдГйuѨБѬ+ѦС?ъЖчгѫкѨqддбѪѧqѯбѯмлѥ ѪгсГзi}#l:T!ЧXѯцфѬиѫѪ!кпѦАВѢлѧ"“{бѣб ѮвЕѧЖѬвД1#W-9:,4o3s93p"nm!;ѱжиЛ ⁂&сѬпѢБsѠдБџњT}мгѨхѮѯи'еѤѪѭѯѫ)n-xe'+>jv>me'lo}v#oFукж|щѨКакьѤѢБН9}r6gphФаѫ+uѨѣѨ&ѧФєщѭвфНхsГпх#ѨВѯqвѯвнЙ:j)po;%lo0t#0c;vbшѦѮдчуѪѣБѡ%ѭм%ѦаЗфоОюѠѮАrлДјЯуѭцъr6|!?;an2#o9}r6gphБеѬ'ЖѦѣВоП?Экѣчиѥ*Гѡж)3p"nm!;ѰтнЙиѯ(ьжжѥьѬrАѦжѤ?​Xѧзм|еѭѮъхеѯrАѡѦлВаиЙьvчаѭйuѭГѬчѦџЯхМхдѢ$o~q93/ll3#;n-xeѤцаИзѮѢsАцДЪХкѣчоВ*ѦѢп'ьѫѢАѡ9}r6gph:b#9i}#l:T!Ёхѭ'зЗбѣqчввНВѮѭqфѭмвѥйЗфвѩшuѠsѬмБЯТэ}жгѫщѯѩю)3p"nm!;n`zemwk⬂sùУЖЯѝрП)½`%#o=w1c0"om*"сгнqаѥѮѣЗлѧФўз}–:szmmq9зПВѯqдЙйи{еѥи ѬзДАѭНяДѐ?йѥмжr6|!?;an2#o9}r6gphМоѭжѭѯѣДоѫ?Фдѩз*|жѭѪмпзsrѯѪѡйѧпаw ѤгтБзuѪsѦжЖФЪхѥш&ѫпѯѪй)3p"nm!;ѵржvтѨ&нѤрѠѩѭѠгѣЪўтѣв(`%#o=w1ѸАѮ|Гл~"яЙоvвоѪбѨѬsѣэПС?йПвцѩшПqгцсГВѤѮщ|>'+>jv>me'lo}v#oFспцѬ*ѡѦейъѢБѫѡ9}r6gph:b#9i}#l:T!ЀцКхо⁺*ААуздѡ|l~!;nr6gb$8j)>j)po;%lэѦлМУ?ьѯпаѩзѫѤн'дѯѦѮѬѩ%Ѭпи{сѪглѡ'ѧrВАиѤСТл}ечВ*ѦѢп'тѢѧАѢѩы~>'+>jv>ѫзѯrѢБвѦС?йПчщЙзАѪб'аДѩМqА%ѬжнѭдН(ЕваБ)i}#l:T!#/9:szmmq9НѡѥѤВД%ѠмвЛуѥ&нѩтuѠѤѬцЖЯФйВ):szmmq9ИѪѮѫОqчВзщѦуѭж.m(%lo"8жСФхѭ'вѬиѨѤмпрѭАѯѫеАкгѫсК&нѡ'ДѬБѯоУЪкНйдp6|!?;aѠѠѪО%ѠунО ⁂&дѤлѫѯѭѠ&М?Фжѩвпr6|!?;an2#o9}r6gphБеѬ'ДѬѠѯхПўѐVa(vb6#oОмпѣНpѣѯпВсл{нѣеоqаѥѮѦВнК1#W-9:,4o3s93p"nm!;р"хЙоД&мѩдuѬѮrзѯФ?йѠйдѬ*ГѤаівѥѬѬm*"jdro;z"mnvЁТш}фвѬъѫѪб'нНѬАѯѨ%ВвпumwkрsѠоѥСХVa(vb6#o=e}an!o9"'+>jv>ьвuЕБѬзѯ?ќщѥхъr6|!?;aѵВѯѠюrауЛуѧотН)i}#l:T!#/9:szmmq9БѢrГѮѡо|>'+>jv>me'lo}v#oFѿвнѢ*ѬБпбмѤѬpѦѤйѩь‮g/&8xem(%lo"8⭴?оцѪгжѡвѦqмйнѡѫpѮѤтѢраg/&8jdro;z"mnv​?њЖ'чѢиВѤн'юѡВѢѡѪфН.(ѧаѭэш⁷'⁁rВѨжГЯФш}йлѬ*Бѩфй!c} omul>j)>j)po;%lяѢлД?Эцѧчхѯ*ѬѯрмьЗѯѮqАлѣтиѠаЗъ ѣ'ЖѥѭВ(0oFaw8упДѡуы/⁋rБѪѯгѯвчumwkѳѭѠгѤїЪхѠзщr6|!?;aяѥqѮхѬуъѥ ѡжмѯн{n|"8o!љѥцфѩжѣqйа/ѫѧБОГпѬа(ИрѨднѤоyn|"8o!ыѩв&Ѧкѥѥъо/ОѩѮѨqбЙъиѠ,j)po;%lѩѢмЩЧъѣв&НщКѤрхнѡ|l~!;nr6gb$8mwkхѦѮнѫ?Эцѧчхѯ*ДВуы/ѢѢѣБѤоѢуфumwkцѣѤгЭСяѩфу|вѤѭдкзѤrѯѪѯчѯмщЙьx:/!9i"mndV!#W-9:,4ѲѯкгпНЙpАѭлАтнѠиz&нѤ'ѪѬѮѪкДѐ3Drw8`zmЖуй/ѠВѮѩАрѬжаЙ.j)po;%lчѧкКТєX⁉'лѩ*ВѭдмзѭАѩѠоѪеаЙьЗщ.m(%lo"8}mFa(vb6#oХввѧѨБКqпВсоѣлѮ&нѡгuѯѫѮо#0c;vbаѣѫ!ймѢЃѭѬКаrуъЛаѠо.m(%lo"8}mFa(vb6#oЙ'нѡАp⁅qкѧхиЙьvбаѭнѨБѨѢчѨ1#W-9:,4ѱѩфпжААѤАп|>'+>jv>эшѦѨѭѧ&ѥЧѐхѥв(`%#o=w1c0"om*"ъорѡ'ЖѩИѣлѧФЯйБ):szmmq9ЭЎѭѫѯ9}r6gphЛоqцuѬБАгЙХСф}фчОкѨѯрхзqn!o9"ь&сЖзДАПМ*ѐ?ъНйвѩ*ѬБйядѯrѢѯѣхѧочumwkn1 80oFaw8тзѣqойлѢНѫѡqаѡм(Ѧаvцуѫпu⁆sѩгЗХСT}нжѦ*ѬѤсьчѥѬ~m~ul>xeИvдоѫчЖѡsѯжУЬхѣегѡвѦqрхпѤѬpАѣаАйнѮ.j)po

Глава 40: «ИТОГИ»

Бой закончился не сразу.

Он просто… затих.

Словно мир устал кричать.

⭐ Последствия

Армия демонов была стёрта в пыль.

Буквально.

Големы исчезли.

Пламя погасло.

Ветер стих.

По полю ещё бежали около сотни демонов — последние, отчаянные.

Не в атаку.

В бегство.

Они спотыкались, падали, толкали друг друга — лишь бы убежать как можно дальше от места, где бушевала буря.

От того, кто её создал.

От меня.

Люди потеряли двенадцать тысяч солдат.

Каждый третий.

Но юг —

отбит.

И войска стояли молча, смотря на поле боя, не веря, что живы.

Среди раненых, среди пепла и крови — стояла она.

Мира.

⭐ Мира и спящий монстр

Она сидела рядом со мной, когда я лежал без сознания, укрытый плащом.

Мира выглядела спокойной… слишком спокойной.

— Эх, братишка… — вздохнула она и подняла палец.

БЗЗЗТ!

— АЙ! — я рывком сел и схватился за грудь. — ЧТО ЭТО… АУЧ!!

Мира улыбнулась во всё лицо:

— Опять сломался?

Она произнесла это таким тоном, будто я разбил вазу, а не чуть не уничтожил половину армии.

Я моргал, пытаясь понять, где я, почему всё болит и почему пахнет гарью.

— Мира?.. Это ты? — голос сорвался, но стал тёплым. Почти детским. — Я… рад тебя видеть.

Она хмыкнула:

— Да, это я. Кто же ещё тебя будет приводить в чувство?

Она наклонилась ближе, ткнула меня в лоб пальцем.

— Ну, Зен… молодец. Сломал мою печать, почти прогнал демонов, ЧУТЬ не уничтожил войска людей. Браво! Просто великолепно.

Она сказала это с такой насмешливой гордостью, что я не знал — оправдываться мне или смеяться.

— Ты… вырос, — добавила она мягче. — Почти год прошёл с последней встречи, а ты стал… прям большим.

Я открыл рот… и закрыл.

Она тоже изменилась.

Сильнее.

Опаснее.

Но всё такая же — улыбка как солнце, голос как удар током.

Я пытался вспомнить, что со мной было в последнюю минуту.

Картинка всплыла резко:

— Элиния! — я подался вперёд. — Она жива?

Мира резко засияла, как будто ждала этого момента:

— Оу-оу-оу… серьёзно? Братишка влюбился в королевскую принцессу?

Я почувствовал, как уши вспыхнули.

Слова застряли в горле.

— Я… н-не… это… не то…

Она захохотала:

— Да расслабься! Жива она. Все твои живы.

Я выдохнул.

— Мира… как ты здесь оказалась? И почему… всё так болит?

Она сделала вид, что сверяется с невидимым списком:

— Так. Тебе краткую или подробную версию?

— Краткую… — простонал я.

— Ладно, слушай.

Она взмахнула рукой, как актриса перед началом спектакля:

— Мы узнали, что на королевство напали… ну, спустя опредёёёёлённый срок. Опоздали чуть-чуть. Ладно. Бывает.

Она пожала плечами.

— Побежали помогать, НО — сюрприз! — на то королевство тоже напали демоны. Пришлось сначала там всё почистить.

Она щёлкнула пальцами.

— Все демоны — пшш! — и готово.

— А потом я почувствовала… этот бешеный поток маны. Знакомый. Очень знакомый. И думаю: «О, кого это опять разнесло?»

Она ткнула меня в бок.

— И лечу сюда со скоростью феникса. А тут…

Она обвела рукой поле, где ещё дымилась разорванная земля.

— Ты сидишь. Красавец. Убиваешь всех. Демоны бегут. Люди боятся. Ты сломался снова.

Она фыркнула:

— Хорошо хоть я пришла. Твоя сестра — и снова усмирила тебя.

Ахахахахахаха!

Её смех был громким, искренним, сияющим.

Как будто она не просто спасла мир…

а вернула себе брата.

Глава 41: «Ну что, Зен… рассказывай»

Мира сидела на обломке камня, болтая ногой, как будто только что провела обычную тренировку, а не спасла целый фронт.

Её огненные фениксы кружили высоко в небе, рассеивая последние чёрные тучи.

Она посмотрела на меня — внимательно.

Слишком внимательно.

— Ну что, Зен… — сказала она, щёлкнув меня по лбу. — Рассказывай. Как дела? Как всё прошло без меня?

Голос звучал лёгким, но глаза — серьёзные.

Я долго молчал.

Слишком много всего накопилось.

Слишком многое сдерживал.

И когда начал говорить, слова вывалилась как лавина.

— Я… был дураком.

Она моргнула.

— В каком именно эпизоде? Их, как бы, много, — хмыкнула она.

Но я продолжил, не улыбаясь:

— Я скрывал силу.

— Делал вид, что слабый.

— Прятался.

— Играл какого-то… клоуна, который притворяется, что ничего не умеет.

Мира перестала улыбаться.

— Я мог спасти столько жизней… — голос сорвался. — Если бы не вёл себя как идиот.

— Люди умирали. Я… просто хотел быть в тени. Хотел спокойствия. Хотел… непонятно чего.

Я впервые увидел, что Мира не шутит.

Совсем.

Я рассказал всё.

Про первое пробуждение, когда ярость накрыла меня и я едва смог сдержаться.

Про сломавшуюся печать, которая треснула внутри меня и превратила меня в бурю.

Про эльфов, их лес, Арлиса, Фериса, Селию…

Как они помогали.

Как боялись.

Как верили.

Про путешествие.

Про страхи.

Про ошибки.

Про то, как мои мысли медленно меняли форму, пока я не стал почти чужим самому себе.

И когда закончил — тишина легла между нами тяжёлая, настоящая.

⭐ Мира слушала. До конца.

Без усмешки.

Без перебивания.

Без издёвок.

Когда я замолчал, она спросила тихо:

— Эльфы… они в порядке?

— Да. С ними всё хорошо.

Она выдохнула с облегчением.

— А родители? — продолжила она.

— Тоже. Они живы. Всё спокойно.

И в этот момент — впервые с того дня, как она появилась в небе в окружении фениксов — её плечи дрогнули.

Совсем чуть-чуть.

Я увидел блеск в глазах.

— Ты… так вырос, Зен, — прошептала она. — А меня рядом не было.

Она пыталась улыбнуться, но губы дрогнули.

И потом…

Она подошла.

И просто обняла меня.

Сильно.

Как будто боялась, что снова потеряет.

Её голос дрожал:

— Прости, Зен…

— Прости, что меня не было рядом, когда тебе было тяжело.

— Прости, что ты проходил всё это один.

— Прости, что ты сломался… а я не держала тебя за руку.

Я положил руку ей на спину и тихо сказал:

— Зато ты сейчас здесь.

Тишина.

Тёплая.

Живая.

Она чуть отстранилась, провела пальцем по моей щеке и улыбнулась — как всегда, дерзко и сильно:

— Конечно я здесь. Я же твоя сестра.

И я больше никуда не денусь.

Она поднялась, отряхнула плащ.

— А теперь, братишка… — глаза прищурились. — Пойдём-ка. Тебе нужно извиниться перед людьми. Ты их немного… ну… того… перебрал в ярости.

Я тяжело вздохнул.

— Да, перебрал.

Мира хлопнула меня по спине:

— Ладно. Помогу. Вдвоём справимся.

Она слегка повернула голову:

— Мы же Хельварды.

Глава 42: «После бурь»

Мы шли с Мирой по лагерю, и я впервые заметил, насколько сильно изменилась атмосфера.

Не уважение.

Не восхищение.

Страх.

Когда мы приближались, люди отступали назад — шаг, два… некоторые хватались за мечи, прятались за товарищей, смотрели на меня так, будто увидели того самого монстра, что рвал армию на куски.

Их шёпот резал слух:

— Это он…

— Убийца…

— Тот мальчишка…

— Он же безумец…

Мира хлопнула меня по плечу — так, чтобы услышали все.

— Ну? Давай. Говори.

Я вдохнул.

— Извините меня… пожалуйста.

Тишина.

Как перед бурей.

— Я знаю, что одного извинения мало.

— Я убил людей.

— Я… не смог контролировать себя.

— Я сделал ужасные вещи…

И тут же — взрыв голосов.

— Нечего извиняться!

— Убивал своих же!

— Какая разница — демон или человек? Он всех резал!

— Его надо связать!

— Его надо судить!

Их ненависть была холодной.

Простой.

Понятной.

Мира тихо, но достаточно громко, чтобы услышали ближайшие:

— Странно… как только перед вами стоит слабый мальчик, сразу герои налетают.

Где вы были десять минут назад, когда Зен один держал фронт?

Гул стих.

Люди не любили, когда им напоминали о трусости.

И вдруг из толпы вышел главнокомандующий.

Молча поднял руку — и весь шум оборвался, будто его кто-то вырезал из воздуха.

Он говорил громко, уверенно, так, что слышали в самых дальних рядах войска:

— Если бы не Зенхальд Хельвард…

— Демоны ворвались бы в лагерь.

— Мы бы все были мертвы.

Он медленно провёл взглядом по толпе:

— Война не закончилась. И если вы хотите выжить — уважайте того, кто стоял между вами и смертью.

Люди смолкли, но их взгляды…

Они не изменились.

Они всё ещё были полны страха.

Страха передо мной.

Я не злился.

Я их понимал.

⭐ Первые, кто подошли — были свои.

Харас.

Он пожал руку Мире.

— О вас… много слышал. И многое увидел. Настоящая сила.

Норрис подошёл следом:

— Спасибо. Если бы не вы… я даже не хочу думать, что было бы.

Сетея просто кивнула, но в её глазах — уважение:

— Если бы не вы… всё стало бы намного хуже.

Мира засмеялась:

— Да расслабьтесь вы. Я просто починила своего братишку.

— Вряд ли он опять сломается. Ну… по крайней мере, в ближайшие пару месяцев.

Все засмеялись.

Даже Харас.

А вот мои друзья…

Они подошли медленно.

Словно к дикому зверю.

И всё, что они сказали — короткое, тихое:

— Спасибо.

На большее у них не хватило сил.

⭐ Прогулка

— Ну что, Зен, — сказала Мира. — Пойдём прогуляемся вдоль леса. Нам надо поговорить.

Мы отошли подальше от лагеря, где туман ещё держался между деревьями.

Мира сразу начала:

— Зен.

— Твоя девушка тебя боится.

— Это надо исправлять.

Я чуть не подавился воздухом:

— Какая ещё девушка?! Это просто Элиния! Она… подруга!

Мира ухмыльнулась:

— Ага. Конечно. Я же вижу: тебе плевать на мнение всех, кроме неё.

Я покраснел. Она это заметила.

— Сестра Элинии и сама Элиния… да, они стали другими, — пробормотал я.

— Ну ещё бы! Они видели, как ты чуть не стал новым владыкой демонов, — засмеялась Мира. — У них теперь свой травматичный опыт общения с Хельвардами.

Потом она стала серьёзной:

— Рассказывай про эльфов. Арлиса. Рейма. Всех.

Я рассказал.

Всё — от начала до конца.

Она слушала с вниманием, иногда смеялась, иногда качала головой.

— Ладно, — сказала она, когда я закончил. — Молодец, братишка. Сложно было, но ты справился.

Пауза.

— Какие у тебя планы теперь? — спросил я.

Мира пожала плечами:

— Если позовут — пойдём уничтожать демонов.

— А пока… — она улыбнулась тепло, по-настоящему, — хочу провести с тобой время. Много. Пока ты не завёл девушку.

— МИРА!!!

— Хахаха! Как мило ты краснеешь. Ладно, ладно.

Она остановилась, посмотрела вдаль.

— А сейчас…

— Давай сходим в нашу деревню.

Я улыбнулся.

— Домой?

Мира кивнула:

— Да. Домой.

И в этот момент я почувствовал — впервые за долгие месяцы — что я действительно не один.

Глава 43: «Дом»

Мира махнула рукой — и все её фениксы, что до этого кружили над степью, вспыхнули золотым пламенем и исчезли, словно их никогда и не было.

— Ладно, — сказала она, — распускаю отряд. Они устали. А теперь… создадим нового!

Она щёлкнула пальцами — и перед нами появился огромный, светящийся феникс. Крылья — как огненные реки. Хвост — как комета.

— Полетели! ЕХУ! — крикнула она и запрыгнула на спину феникса.

Я сел позади неё.

И феникс взмыл вверх.

Как реактивная стрела.

Как удар молнии.

В одно мгновение мы поднялись над туманом, над остатками поля битвы, над облаками. Воздух был холодным, но красивым — солнце уходило за горизонт, крася всё в красно-золотой свет.

Когда мы поднялись достаточно высоко, Мира похлопала феникса:

— Всё, тормози! Тут вид шикарный.

Феникс замедлился и завис, расправив крылья, словно огромная живая платформа.

Мы сидели на огненном оперении и смотрели на закат.

Тишина.

Спокойствие.

Редкий момент.

— Так… вроде чуть севернее… или южнее… — бормотала Мира, оглядываясь. — А, ладно. Найдём по дороге.

Я поднялся на ноги.

— Стой, — сказала Мира. — Ты что делаешь?

— Создаю своего.

Я начал собирать манну, и у меня под ногами появился силуэт.

Огненный хвост.

Крылья.

Перо за пером.

— Эй! — воскликнула Мира. — Ты чего, копируешь в точь-в-точь?!

— Сейчас… — сказал я.

И форма феникса начала меняться.

Крылья удлинились, тело вытянулось, клюв стал мордой.

— О! — Мира хлопнула в ладоши. — Вот это другое дело! Дракон! Ну ты даёшь.

Я спрыгнул на своего огненного дракона.

— Щас Ноксуса заберу.

— Давай!

Я метнулся вперёд, дракон разорвал воздух, и через секунду я уже был возле лагеря. Ноксус стоял и жевал траву, абсолютно не ожидая, что его сейчас схватят как добычу.

— ПОЛЕТЕЛИ! — крикнул я.

Дракон подхватил его, как орёл хватает овцу.

— ААААА!!! — заорал Ноксус. — ПУСТИ!!! Я НЕ ПТИЦА!!

Через секунду я был снова рядом с Мирой.

Она смотрела широко раскрытыми глазами.

— У тебя… ГОВОРЯЩИЙ конь?!!

— Ноксус, успокойся, это я.

Ноксус посмотрел на меня, потом на Миру:

— А это кто?! ЕЩЁ ОДНА БЕДА?!

Мира рассмеялась:

— Капец. Даже я завидую. У тебя говорящий конь! Почему ты на нём не летаешь?

— Он на половину пегас, — сказал я.

Ноксус повернулся ко мне, приподняв брови:

— САМ НЕ ЗНАЮ, ПОЧЕМУ НЕ ЛЕТАЮ.

Мира захохотала:

— Ладно, не важно. ГОНИМ! На перегонки!

Мы сорвались.

Дракон и феникс разорвали небо.

Ветер рвал волосы.

Закат остался позади.

⭐ Иллюзия деревни

Когда солнце окончательно село, впереди показалась наша деревня.

Пустая.

Мёртвая.

Сгоревшая.

Но мы оба чувствовали, что это не более чем иллюзия.

Мира кивнула:

— Эльфы постарались. Иллюзия расширена. С виду — мёртвый край, на деле — живой дом. Ладно… входим.

Мы прорвались через слой магии — и всё изменилось.

Из руин вырос настоящий дом.

Из пепла — живые стены.

Из холода — тёплый свет.

Наш дом.

Мы убрали дракона и феникса.

Я повернулся к Ноксусу:

— Молчи. Пока не время.

— Ладно… — пробурчал он. — Но если меня опять кто-то поднимет в воздух, я укушу!

Мы подошли к двери.

Я постучал.

Шаги.

Замок повернулся.

Дверь открылась.

И там была мама.

— Зенхальд?!

— Мира?!

— МАМА!!! — крикнули мы одновременно.

Она бросилась к нам и обняла так крепко, что я даже забыл дышать.

— Дети… вы так выросли… — её голос дрожал. — Мира… ты стала такой сильной… А Зен… какой ты большой… какой смелый…

Я почувствовал, как у меня внутри что-то теплеет.

Словно буря во мне на мгновение стихла.

— Мы так о вас переживали… После тех новостей о разрушенном городе… но эльфы сказали, что вы живы… — она погладила меня по щеке. — Ваш отец на поле работал. Сейчас придёт. Торговля остановилась, война… тяжело… но эльфы помогают. Если бы не они, не знаю, что бы мы делали.

Она отступила назад и улыбнулась:

— Идёмте. Вы, наверное, голодные.

Мира улыбнулась мне:

— Дом, братишка.

И впервые за долгое время я почувствовал — я действительно вернулся туда, где начинается свет.

Глава 44: «Возвращение»

Мы вошли в дом — родной, тёплый, полный знакомых запахов дерева, трав и старых покрывал.

Но стоило нам переступить порог, как мама сразу закрутилась вокруг нас, будто буря.

— Ох, дети мои, дети… вы же голодные… вы же устали… всё, снимаем это, садитесь! — она суетилась так быстро, что казалось, будто использует магию скорости.

— Мам, мам… — Мира засмеялась. — Успокойся. Мы всего на пару дней. Ну, или больше… кто его знает.

— Как это «кто знает»?! — мама всплеснула руками. — Я вас год не видела! ГОД! Мне всё можно!

Мы переглянулись и улыбнулись.

Мама поставила перед нами миски с горячим супом. От запаха я чуть не расплакался — впервые за долгое время еда была не боевая, не солдатская, не сухая. Домашняя. Настоящая.

Мы начали есть, и в этот момент дверь распахнулась.

Вошёл отец.

Весь в поту, в рабочей рубахе, с корзиной кореньев на плече. Он замер, увидев нас.

— …ДЕТИ?!

— ОТЕЦ! — крикнули мы одновременно.

Мы бросились к нему, он уронил корзину и обнял нас так сильно, будто боялся, что мы исчезнем.

— Вы… вы дома… вы живы… — его голос дрожал. — Как же мы переживали… какие вы взрослые стали… какие сильные…

Мама тоже подошла и обняла нас всех втроём.

У неё дрожали плечи.

— Мам, пап… хватит… — сказал я, пытаясь улыбнуться.

— Нет, — папа вытер глаза тыльной стороной руки. — Это слёзы радости. Позвольте нам радоваться своим детям.

Мы сели за стол.

Суп остыл, но никто не обращал внимания.

И мы начали рассказывать.

Про Академию.

Про первый бой.

Про эльфов.

Про северный лес.

Про Дорвуд.

Про войну.

Про силу.

Мы говорили долго — наверное, до самой ночи.

Родители слушали, почти не перебивая, иногда только переглядывались с тревогой или гордостью.

К концу рассказа мама положила руку мне на голову:

— Вы так много пережили. Я… не знаю, как вы выдержали.

Отец только глубоко вздохнул:

— Но вы справились.

Я посмотрел на них обоих — и впервые почувствовал, что весь ужас, весь мрак, всё безумие… было хоть немного оправдано этим моментом.

Теплом.

Домом.

Любовью.

Когда разговор стих, я спросил:

— Мам, пап… а как у вас? Как деревня?.. Как… эльфы?

Родители сразу оживились.

Папа кивнул:

— Эльфам мы обязаны жизнью, сын. Если бы не они, отряд демонов уничтожил бы всех нас. Они скрыли нашу деревню так, что демоны проходили прямо мимо… ни одного не заметили.

— Они помогли всем, — добавила мама. — И с лечением, и с едой, и с ремонтом… Да чем только могли.

— Завтра обязательно сходите к ним. Поблагодарите. Они этого заслужили.

— Да, — сказал отец. — Иди к ним утром. Вся деревня будет рада тебя увидеть. Всех вас.

Мама вдруг улыбнулась, как раньше — тёпло, родно:

— А сейчас… спать. Вы так устали. Я вижу это по глазам.

Мира зевнула:

— Ща, только ещё ложку съем…

— Ты уже всё съела, — сказал я.

— Тогда пойду спать.

Она потянулась, как кот, и направилась в нашу старую комнату.

Я остался стоять у порога, оглядывая дом.

Он не изменился.

Только я изменился.

Очень.

Глава 45: «Лес, который стал домом»

Утром мы проснулись раньше всех.

Дом ещё спал, но лес…

Лес был живым.

Мы вышли из деревни, и ностальгия ударила в грудь так сильно, будто кто-то резко распахнул старую дверь в памяти.

— Ты помнишь? — тихо сказала Мира, глядя на тропу.

— Всё, — ответил я. — Каждую ветку.

Мы шли по знакомой дороге — той самой, где бегали детьми, устраивали дуэли палками, где я впервые заморозил реку, а Мира впервые подожгла половину кустов.

Сейчас тут царила жизнь.

Лес гудел.

Мы слышали, как работают люди.

Как рубят древесину.

Как вдалеке смеются дети.

Как кто-то тащит брёвна, кто-то строит, кто-то поёт под нос эльфийскую мелодию.

Когда нас увидели — многие остановились.

Долго смотрели.

Некоторые шептались, но потом возвращались к работе.

Мира оглядывала всё с таким удивлением, что казалось, будто она пытается запомнить каждый камень.

— Они… столько всего сделали, — прошептала она. — Зен, они выросли…

— Ты ими горд?

— Очень.

Она вытерла маленькую слезу пальцем и сразу фыркнула:

— Не смотрел бы так. Просто мусор в глаз попал.

Мы шли дальше.

𓓟&ЕзвѥщpыгѢѪеpмѧгѭЛ#0i1"8k*":;v6” ѽмѮий|ѭеѣиѯ,u‷?ўявѡѥѫ К}l)';nt9:j{>i) =5,o‑pКѧкѥѬ?ТхцѮѦpшѯѭѫжwйѢзпо7)ВuЛрЫМхqбѥрѢвѨЖ ?⁡"ъѭАаuѬѮвѬаАбмж(г ѡдѥуб|ѫеѪ ѫоѮОЧѐ[>y%nчлГсщѤqдЛлѩ ѡЖўѐзмѬuѤеЗѦѩ+КоОрйд(б ѪжАр)ЛѤоѮвѢчѠѢХЧа"ЖѠѡяЗ}pИѪнrцпуж)пѠцѥмбНКзѠлѯ ЕѠТє[>y%nъиѪг)ѠК%БмѩтЕЖФЧY"ѨѡѨнuѯѠнЛтѪо'йжнпЕэѣоъѧqлВ ЖтЕГњЯY"ЕЕѮнѭѡpмѪнѡч):'y>ivn?k.o9pi&k⁄ ыѠѮ'wИѪувеж)сѠзѥ‥)ѮАєpтѧкuМСТкрѫѫq сѣѦгwъrеь&ъйкѫгpб)ѨѤчБтѥеuМСТкйѦtl/%mlvi‑rЧроъмлЙ*pанѩqзЛ ѢёuБШѐюкiipko 8kg :;)x7i#n‒wИѢи'гљ)дѥнpТзѮѤчpВѢтѧЖЦ‹UуѬѥѧаѮѫ|&АчѬ$ъфж)кѨоѣг |цаѭхѧлЙЗЯ?ѐзѭЙѢаЕѧѠ(k*":;v65b'8l,ybmunМѯрѥУЪсйѣѨѭоuѬѮдѢхѯчмжщх ѯиpпдѩ9pii#nИАаѯш'кннлѠлѭн'`~uniAm!I-&klpkѲpдѠжѩыгид% ѯжѪ#иПѥчѮ И ДЙџєчвѭuѮтuѮѥїwфѬочикбщѥ&ѬлщѬ9pii#n‒wШАк)&Ът.uЛѠмбНѡоoio!IrhыѭаuАѫэѦиБпзчф)шѭцѮйз|ѩ%ВеѨлѫ#0&k𦍣uЧжЖѥДѢvИдяб5z#hozk16'nkx%HpTѫП#бѮНнлvѥѬwѨасандѫѠѨsоѠэѡѧѠw⁃uдЂгєWЕгйѮѦи/vЖАѩvтуокзuЕѣѮшЕгѨuѭѩѥѫхЂ љщДнбѠ{&ЖѥѯrѭЖнмо!ъАѭѢѫбѥ-ѦuѭѢѦѫZрЩъП#йПѦмнvАѪИѭл!гб)ѯѭЖѦ$i"$kl'iiN>VX$=9 kОдѫВАЗѮ#гхщмѮsѪѭбѫйѪѬpКѬЙвV&=9%8?&o⁆wтг-.―)ѫБѤѦшѭжѬuѬМwѫтЁојзѡпаѭѨи-j~"ijs?2c{koy#4i}jыѭwѢѡфЌ їтtмлѤѪцшѥѬБѬl?.~?5%mj1xk1{%nk'k⁢Књэtеаpѩэ#ѧѪѢѤѨзбюмтuѡѦѯ&uКѡѨЕѧѬЙт ѸчМл%ѪѨоаѮ⁷rѩѫл!жжеѠѮѮѨвuпЕЄ~wщДфЂеїяѡ#йѠѦолvААѧѭн!м!нѠВЙБцuэѤѢpѬѢѦбЉ!VX$=9 k:a$onx&==~?ЕѭГѦsшѫжѮѨГѬѧuъЉнХWѯнпВѠк9j~"ijs?2c{koy#4i}j⁁pъДuдѷ ЩWѨжиПuежѫѩѫ{vнложтѧѣѣБыК#hz ik%HbIh,univ=⁂qѽwѠ#мл!шѪѦАѫкѮсѩѫ⁶kx%HpTK6q;lzv=j!l⁃vОд.ргЕѭѪѮвВнѭtlx'kJL>V&=9%8?&oѷЗѦойьдвЙvѧъѫлѤuѮЕwИъЂцђюx#фѪѥбгѭknx&==~?57!ho%%3h%n⁃wѺVѽрєаѩн%ѮЗйуѦѣѩЙvбдяухuѲѨѡпЗюtчѥЕѥѠя ѴъѬ#дГѡхсvѦѦѢЗя‧.жйѧБЖѣ*ѧиГѠАѩѫtJpTK$=92'8?y!lk&=Пг!ъѤѦѠѣбuаѤѧѥЗВyVЂсШчѦиъПuбгvАѬѦѨк!якмѡsѪѣйѭъѡДѪѩѤѫVѽвџеѤ-9%8?&on5$==!q7i#h⬃*чгѣѧАѧОѠыЄеJуѪплѩi)shm"ijas0=&%mj#4⁁-щЖpАЕѫZ—JѫѬуеpѧвнГѬБѬѦ#ветиѫѩѨ}*⁁-ыѫѪѧwѴшЎеШWѬзєВ⁳&мѨѨѦІѪ#еанзѬlj|zk1$kl5%kJpTK$=Лѭѥ&тГѣѢЕѮиб.нмѨМvѤкuэЗѯГmkz<Ihawni)shm"i⁂#ЙнсйѠѯvѮкuвѡЕѥѤѩѨьЄ!JѭѤй%ѢuвжДААѥѣ"=!q7i#hoh'3hz ik%H
 шмtбфѥѦвгvѧБѬКойщбвѥrj|zk1$kl5%kJpTK$=‑pтлгБѩА{vссоебГѫѮsзѥйѪuГѥѧѣцѾьKK{s;l%8?4#lkys?2q7щИvѬдѤиѢѥѫѯwѪшлџжЗ/%БѩгьЗН~wѬгл.аъѡБѨsиѫдѩypЖѫѠжѾеѓWѬ#дГЕъ#ѫѩѨѩѥзб.ммuѢНѨд{1{%n

Глава 46: «Дети Основателей»

Вечер был странно тихим.

Лес будто дышал медленнее.

Птицы притихли.

Даже ветер не шевелил листья.

— Либо праздник, — сказала Мира, щурясь, — либо все где-то прячутся.

— Либо оба варианта, — добавил я.

Мы шли по тропе, когда она резко остановилась.

— Ну хватит, — громко сказала Мира в пустоту.

— Рейм. Серый Волк. Белый Волк.

— Вы серьёзно? Прятаться от нас?

— Мы вас почуяли ещё за километр. Вылезайте.

Из тени деревьев сразу вышли три фигуры.

Белый Волк — уверенный, холодный.

Серый Волк — тише, гибче, как тень.

Рейм — спокойный, но взгляд светился уважением.

Они синхронно поклонились:

— Простите нас.

— Мы лишь хотели убедиться, что территория безопасна.

— Вы прошли… Мира Хельвард. Сестра нашего Создателя. Учительница Основателей.

— И вы, Зенхальд Хельвард, — добавил Рейм.

Он улыбнулся. — Наш Создатель. Учитель. Первая Искра.

Мира фыркнула:

— «Дети Основателей», значит? Ну-ну… вы быстро растёте.

— Хоть и искусственно оживлённые, — она ткнула пальцем в Серого Волка, — но становитесь сильнее. Мне нравится.

Серый Волк тихо опустил глаза — похоже, для него это была огромная похвала.

Белый Волк произнёс:

— Совет Ветвей ждёт вас.

И они провели нас внутрь.

𒍨vВsрѥѭѨйнѧ/ЗЗвбѫ1xt9i"aE}mj#z<>v>эѦкsАѮѭМйн{гшwенЖжѯ$еѨБНйѓ3Збвес&вѥѣрЖrАѦѧилѠюьwхђѡжМн'ДѠѪл?​Ѣйъзаи ѦЕдБѬpЕѧогѠб#Ѫзтp1xt9i"aE}mj#z<>v>яvтАА⁶js=g=keq`1xt9i"aјЭЪѢГя*унхсЕѮлѫГМvДлаИяшy;,.3kt9i0-G#0Rh0zv>k4rmn&n?se‛#рвжѫиѪ;'ѴѾѦпЏатМ*ЕЗЛ!hv—sѪpѧАнтѣдтИ'б~гѦюшЗѪАW#0Rh0z<>drij/#ll&nЬ#Ѯлбѧ'оѫ-ДлзѮrѡл?ТВѩвъв,:/'hdrij/#ll&nЧжЛзтwтнЛгЕдмyrКтСРПЕо*озляwѩоsѭѫѣЗр#Йпй{'фМгwы'ВБНе?ТЗvятѓй&вwѩоѨ|ly =?+1?5u=b"':;%lѽсџЪЙК,етщенДѭ ВѬpЗВрмѮвжѮ'мОтѫк'ѯrѢщУ3ѧвбрвщ ѦѣзsѬБДѠонѩелy;,.3kt9i0-G#0Rh0z-v>k&>o0"hl,se3siЦнѬнwжьНѧѤYРСѣѭйопкк ⁃vмѭѩЗѦѫлбАж/wцмѠзѩнкОѫsYТСѣпд"бнаѠѦ ВѠѥДѨилКу#Езй~тЗойyrИлС?ѭvгдпэн:kypmn hѮо#КшгЖхиѦпwлйxѯѯиѝСѭПйжс,:/'h)pijpmяѥѭѨо#ѤялѪвтѥнwизѮѧѢеХЧЛvапъмсеѭvтГѢѢv⁄#¨ѥэ#ДцсѮжѩххѭrѧYўѝѢѣэыв¹(o"nѷѨияѩпуѯк#ѡгѣйшѮrПкХќѤ,имклсѭѨмsѭАѮѢжсКэбѯп-b"':;%lяйЭЯЙѮэ*нмулѩѩаѨrѬѣѭь#Ѥб#ѤйиѠпѢ('ѯѢѥYЭ?Жѣюыраг.kypmn hѽилЛкьwггѨиwхгѠѩѯтЯ?ПѣндйююуЙvиѨѩОѡѨэ#⁏/тѯшэЗеѮ$сѧѧНчХ1y|4>r8ФѢѭиѮrѧѦѯлтАнгѬ'бПќ{$рЗѬыЧЫЗѭ,„"абвѩѭнѭѠѠѫѭн#ѣ/вМцсОгy8(%lc !#@$26-r8drij/#ll&nБтѮ/дѧинѥаѯппuѥѯт1# &26ro"nыѠунѯ##ѥьуѠьПмоuѠѡуџќБvюпч"ввДГ ѧѧВѣѩ/#ѡбсѩчшѢеwиьuѨѡъЫЯДв*гщниyj/#ll&n?a)1?xw=b}iМ'ѯѢѩэєЦЗадртглwѫаsѯѠЗpт#ИнгѡвоѦиѫ*;z"aEo!4~4>-v>k&>ѲrВѣѯинѧ!?xw=b}i8e'lcVo!&2Ы"бирѣѨсБООxl,se3si;a,3k+wkn/G⭏?‰ѵыврзньvvСѭѥѤѦВжиЗ.#ыь#ПзДузѮѪ~Â#0Rh0z<>drij/#ll&nГуѠзтwинѪьѭкрѭѩeE0oj|4>`t>kypmn h⁄#ПА/сѧн#ѪнѥййuѯѪYЭЧЖѣзв"ажсvj/#ll&n‗#ѹяжѪпуѠпѭм'ѤѧѨYЭЯѣv‘*яри Ѫѣ БВѥѫѨунѩелv;,.3kt9⁁rэв?СГѣхкйк&вѢЖнААМЗП"#фбпѪпсѫ2v8(%lc !#@$26-r8r8o} hls=Ѻкиѯш#ПшѥдхѭѩѯYЪюЖяак8:/'hdrij/#ll&n‗#свлѤп#щиѪд'ДАѯтЧ?МЗбдамп ѨЖаѩАѨБѥтйѥмнwнрОьѧ$гѮНыўЪѧvюъѓч&гЗЕпѬ|ly =?+1‗wЖиѮоѩазЕНыЯУ j#z<>v>щѫ ѮѢpѪѣонѩкоѯв#ѩнѫкмВѢѤU?Чѥвбму&дЗѨгѮБѫxl,se3si–#яжѧзйѡѢПж?ЭВѪ,жщ"дыѡѮлѫ|pъЛ#тЙпиѯ'тѦжЛйвѠ|cVo!&26`p8o"nфБж#ѬпыДлжѥе{$нѭѠѯж1# &26ro"nj2q=g si;s`ЯѯфвѮОыШЭКѡпзсйo"nj2q=g si;s`’wИйѣѯѡYѐ?Нѣьищл&пѩѬаѥБ|vЗжпИ/оѧффѦжЖы8trѰYУСБЕ,шзнгрЛvбѦѤѠДМ#мѥ/бѢчсѦзѧпыѨЙѣYРСАѣьяпмчтИѪ!sяГ⁰pлоѥмзѧ&?q}i8wkn=!# &26r)pijpmn2$n?,+1?'9𦭂sñюрrряИJ ЌдѪфашожⁱ!ѪИ!агцѮуѣѬэИë8r#dosl;oTXОиѤеѦsщск&ВтѠБ tѱкѯѦИsБѧхпГџ ЂъѮлчлхщwмѦsгзцуѮиѡtжДГзsou#=nw3кЭ ѼTцошон&ЖуѦѨй"лжѬрѦЖдѦpйѥЖto,"91VX8vi=4!?>)vmdtm⁌tАПpзѣБѤѡшrецѧѝуѵфИъ(вхї{!ББп"дэsхѦЖдЖѥ$МѩѪѤгАы‫IpH*8“ М&ѤпДѭгщ&чѣмѠtьѤБхѧѣѭѣсО'пѧз,гИи(пфиѯжѨЛкм&бѣ ѪДйѨП$ѯѣВѦаѬ'гѤЧуѿеИдая*:xqhoqd{|jltcяѢГгrфжѭїнѾяѪчф.8)'?j#?>dtmv8энѨtгѪѫкѫѫѡѣ#ВфзѥFмЀсzли лнѢцѨ}=-v8opfhn&n8r#dosl–-кЭ ѼщѤди жкѢрДѦ/>)vmd$2h2vcou#=nw3ЉFкЅцѧхг.8)'?j#?>dtm)vm<(j06":a|*m?"9ЕєеѼиzбил$‒wгѣВэ"нгВ ⁌tнЗѤцѣsѨИзѬтаѥѝ.
[*8

Глава 47: «Союз, который решит войну»

Совет Ветвей расположился полукругом.

Свет Великого Древа мягко отражался на их лицах, делая сцену почти торжественной.

Сова поднялся первым:

— Благодаря битве на севере, в Дорвуде…

— И благодаря битве на юге…

— Демоны разбиты.

Арлис добавил:

— Люди понесли потери, но не критичные.

— Север удержался.

— Юг — спасён.

— Мы слышали, что твоя сестра, Мира, сыграла решающую роль.

Мира, конечно же, гордо вскинула голову:

— Ну… я же старшая. Кому ещё всех спасать?

Эльфы улыбнулись.

Рейм продолжил:

— Эльфы войны не вели — мы не вступали в прямой бой.

— Но мы помогали всем, чем могли: разведка, иллюзии, скрытые пути, снабжение.

— И будем продолжать.

Белый Волк сделал шаг вперёд:

— Но теперь вопрос другой.

— Демоны отступили… но не исчезли.

— Мы уверены, что они снова собирают армию.

— У себя дома. В глубине тёмных земель.

Серая Тень закончил:

— Если мы дадим им время… они придут снова.

— И в следующий раз никто не выстоит.

— Поэтому… наступление неизбежно.

⭐ Новый Союз

Сова раскрыл свиток, покрытый рунами:

— Мы уже ведём переговоры.

— С кланом Белого Волка.

— С Чёрным Медведем.

— С Белым Медведем.

— С Серым Волком.

— С кентаврами.

— С минотаврами.

— И даже с пустынными племенами.

— Но, — он поднял палец, — главный вопрос сейчас — люди.

Арлис кивнул:

— Люди могут расслабиться. Решить, что война уже выиграна.

— Что демоны разбиты.

— Что можно вернуться к торговле, еде, праздникам.

Лиенна тихо сказала:

— Но это иллюзия. Если мы сейчас не ударим первыми… всё повторится.

Рейм подвёл итог:

— Поэтому переговоры неизбежны.

— Они займут время: минимум месяц. Максимум два.

— И за это время нам нужно собрать силы.

— Подготовиться.

— И быть готовыми выступить.

Он посмотрел на нас:

— Мира.

— Зенхальд.

— Мы надеемся, что, когда время придёт…

— Вы будете с нами.

Мы с Мирой переглянулись — и кивнули одновременно.

— Мы придём, — ответила Мира уверенно.

— Если понадобится помощь — зовите.

Я тоже кивнул:

— Мы не оставим вас.

⭐ Скандал, которого никто не ожидал

И тут…

Мира, конечно же, сделала то, что пребывавший в спокойствии лес точно не ожидал.

Она сделала шаг вперёд, подняла руку — как будто собиралась объявить новый союз — и громко сказала:

— А ещё…

— Вы знаете, что у нашего Зена уже есть будущая девушка?

Тишина.

Мёртвая.

А потом…

БУМ.

Такой шум, будто дерево взорвалось.

— ЧТО?!

— У ЗЕНХАЛДА?!

— ДЕВУШКА?!

— НАША ИСКРА!?

— НЕВЕРОЯТНО!!

— ЭТО ПРАВДА?!

— ЗЕН! КТО ОНА?!

— ПРИГЛАСИ НА СВАДЬБУ!!

— ОНА ДОСТОЙНА ТЕБЯ?

— УЖЕ БЫЛО ПРЕДЛОЖЕНИЕ?!

— ОН ПОКРАСНЕЛ!!

Я покраснел.

Сильно.

— МИРА!! — прорычал я. — КАКАЯ ЕЩЁ ДЕВУШКА?!

— Она просто подруга!!

Мира начала смеяться так громко, что даже Тирель присел от смеха.

— «Просто подруга», — передразнила она.

— Ага-ага.

— Он даже не отрицает! Эльфы, слышали?

— Мы рады за него, правда?

— Рады!! — хором ответил зал.

Я закрыл лицо рукой.

Селия подмигнула:

— Зен, не переживай. Мы будем ждать приглашение.

Арлис ударил меня по спине:

— И не смей убегать! Мы должны увидеть твою невесту!

Сова сказал философски:

— Это укрепит дипломатические связи.

Я чуть не умер.

⭐ Конец вечера

После того, как гул стих, мы ещё долго сидели с эльфами:

— вспоминали прошлое,

— рассказывали новости,

— смеялись,

— слушали, как дети третьего поколения поют песни, посвящённые «Детям Основателей».

Когда стало поздно, мы с Мирой направились домой.

Мира шла вперёд, улыбаясь так широко, что было понятно — она наслаждалась каждым моментом моего позора.

— Ну что, братишка, — сказала она. — Хороший вечер, да?

— Мира… — прорычал я. — Я тебя придушу.

— Попробуй, — она фыркнула. — Только сначала пригласи нас на свадьбу.

Я тяжело выдохнул.

Но…

внутри было тепло.

Очень тепло.

Глава 48: «Перед дорогой»

Следующее утро было тихим.

Эльфы, после долгих обсуждений, сняли иллюзию с деревни — теперь, когда демоны разбиты, прятаться больше не было необходимости.

Деревня «ожила».

Срубленные, когда-то сожжённые дома снова сияли своими тёплыми стенами, и только мы с Мирой знали, какой огромный труд эльфов скрывался за этим.

Мы сидели в нашем доме, когда за дверью раздался голос:

— Дети! — отец.

— Вам письма.

Он вошёл, весь ещё в поле — в руках пыль, на одежде земля.

Никто бы и не подумал, что он — барон этих земель, наследственный владелец округа.

Но, как говорил он всегда:

«Пока земля в опасности — барон должен пахать вместе с народом».

Мы с Мирой переглянулись и подошли.

Отец достал два плотных свитка, запечатанных сургучом с гербом Академии.

— Академия… — сказала Мира.

— Ну здравствуй, взрослая жизнь.

Я открыл письмо.

⭐ Письма

«Зенхальд Хельвард.

Академия Остроэнна сообщает, что обучение возобновляется.

Занятия начнутся через два дня.

Вы обязаны прибыть к назначенной дате…»

Я поднял взгляд на Мирy — она тоже держала письмо.

— Значит… — сказала она, — снова в путь.

Мама стояла у печи, вытирая руки о фартук.

— Эх… — сказала она, пытаясь улыбнуться, но глаза блестели. — Опять уезжаете… Только пришли. Мы даже нарадоваться не успели.

Отец сел рядом, положив мне руку на плечо:

— Но такова жизнь, дети.

— Миру спасать тоже кому-то надо.

Мы посидели ещё немного.

И перед уходом я достал свои шары связи — улучшенные, переплетённые с моей собственной манной.

— Мам, пап… — я протянул им два аккуратных светящихся шара.

— Я улучшил их. Теперь связь стабильнее, дальность больше.

— Можете говорить со мной когда угодно.

Мира взяла свой шар, потрясла его в руке:

— Ого…

— Ты сам эту систему придумал?

— Ну да… — пожал я плечами.

— Просто оптимизировал соединение и вплёл немного рун.

Мира прыснула:

— «Просто»!

— Как будто не гений стоит рядом!

Я покраснел, но промолчал.

Потом подключил свой шар к эльфийской сети — и он тихо вспыхнул голубым.

— Вот так… Теперь мы связаны всегда.

Мама разрыдалась.

Отец отвернулся, чтобы не увидеть, как у него дрогнули губы.

Мы обнялись ещё раз.

И вышли.

⭐ Дорога в Академию

Мы ехали на двух фениксах — быстрых, как ветер.

Ноксус, конечно, летел недовольно, но держался.

Мира смотрела вперёд, ветер играл её волосами:

— Интересно… — начала она.

— Будет ли в этом году турнир за Кубок Норино?

Я усмехнулся:

— Ты же не пропустишь его даже при конце света.

Она хмыкнула:

— Ну да! Естественно!

— Ты тоже обязан участвовать, Зен.

— О, а если мы выйдем в финал друг против друга…

— Представляешь? Два Хельварда на арене!

Она начала смеяться…

таким заразительным смехом, что даже Ноксус снизу пробурчал:

— Ага, ага… а я потом ваши трупы собирать буду…

Мира с высоты крикнула:

— Ноксус! Если переживёшь — распишем тебя золотой краской!

И мы полетели дальше —

в сторону Академии,

в сторону новой главы,

в сторону будущего.

Глава 49: «Пути, что ведут в тень»

Мы летели уже двадцать минут.

Закат под нами медленно превращался в вечер, воздух холодел, огненные крылья фениксов роняли искры.

И вдруг Мира перестала смеяться.

Её плечи слегка опустились.

Голос стал тихим, но настолько серьёзным, что ветер перестал казаться живым.

— Зен… нам нужно поговорить.

Я посмотрел на неё.

Она даже не повернула головы — просто смотрела вперёд, куда-то в ночь.

— Я получила сведения, — произнесла она спокойно.

— В столице демоны появились не из переулков, не из катакомб, не из леса.

— Они появились из центра.

— Изнутри города.

— Будто… из воздуха.

Она медленно выдохнула.

— Знаешь, что это значит?

Я молчал.

Потому что уже знал.

— Это портал, — сказала Мира.

Слово упало тяжёлым камнем.

— А портал такого уровня… — она прищурилась. — Сможет открыть только маг высшего ранга. Или группа магов.

— А значит…

— Среди высших чинов столицы есть предатели, — закончил я.

Она впервые повернула голову.

Её голубые глаза заблестели — не от радости, а от ярости.

— Именно.

— Подкупленные демонами.

— Или запуганные.

— Или… заражённые.

Она резко повернулась обратно.

— И теперь слушай внимательно, — сказала она уже голосом старшей сестры, командира, женщины, на которой держится целое королевство. — В академии придётся искать их следы.

— Уничтожение южной армии… нападение на столицу… слишком много совпадений.

— Это не просто война демонов. Это чья-то игра.

Я вдохнул глубже.

— Да, — сказал я. — Я понял это ещё тогда… когда был в эпицентре столицы. Всё произошло слишком быстро.

— Но портал… я почувствовал его вспышку.

— Его открыл кто-то из наших.

Мира кивнула.

— Умница.

— Тогда у меня к тебе вопрос.

— Есть ли у тебя подозреваемые?

Я недолго думал.

— Левандер Дорд.

— И семья Райнвордов.

Мира резко повернула голову:

— Начни с первого. Объясни.

— Ной Левандер, — сказал я. — Ты его не видела, но… он странный. Сын главного судьи. Он слишком наблюдательный. Слишком спокойный. На тренировках он будто не тренировался — он изучал всех.

— Маг иллюзий.

— Молчит.

— Смотрит.

— Прячется.

Я вспомнил его глаза — холодные, бесцветные.

— Иногда кажется, будто он знает то, чего никто не должен знать.

Мира кивнула:

— Иллюзионисты — самые опасные.

— Они могут скрывать порталы, менять восприятие, маскировать следы.

— Его нужно проверить первым.

Она помолчала.

— А Райнворды? Почему они?

Я вздохнул.

— Их деревня… уцелела.

Мира нахмурилась.

— Единственная в радиусе сорока вёрст, — продолжил я. — Все сёла, все деревни — уничтожены.

— Кроме их.

Она резко развернулась ко мне.

— Думаешь, сделка?

— Думаю, что кто-то их предупредил, — сказал я. — Или защитил. А защитить от демонов может только тот, кто с ними работает.

Мира провела рукой по волосам.

— Умно… слишком умно.

— И неприятно похоже на правду.

Потом она усмехнулась:

— Слушай, братик…

— Ты стал опаснее, чем был.

— Ты теперь мыслишь, как стратег. Как охотник.

Я не знал, радоваться этому или бояться.

Мира продолжила:

— В Академии нам придётся быть осторожными.

— Очень осторожными.

— Предатели уже знают, что ты выжил.

— И что ты сильнее, чем был.

— А значит… они будут действовать.

Она посмотрела вперёд, туда, где вдалеке уже начали появляться силуэты башен Остроэнны.

— Готов? — спросила она тихо.

Я почувствовал, как феникс подо мной ускорился.

— Всегда, — сказал я.

Мира усмехнулась:

— Вот и хорошо.

— Потому что эта война только началась.

Глава 50: «Возвращение в Академию»

Полет занял меньше часа, но ощущение было таким, будто мы летели в совершенно новый мир.

Когда фениксы опустились, мы увидели — академия всё ещё дышит руинами, но уже ожила.

Разбитые башни восстановлены наполовину, стены залатаны рунами, двор заполнен рабочими и учениками, которые таскали доски, камни, книги.

Но самое странное — никого на входе.

Ни встречающих.

Ни учителей.

Ни толп студентов.

Мы были первыми.

Мира огляделась и протянула:

— Ну… красиво.

— Почти как после нашей уборки в детстве.

Я усмехнулся.

Она повернулась ко мне резко, будто вспоминая разговор в воздухе:

— Ладно, Зен. Теперь давай серьёзно. Какие у тебя планы?

Я пожал плечами:

— Какие должны быть?

Она прищурила глаза и начала загибать пальцы:

— Захватить сердце своей подруги?

— Перестать играть в слабого?

— Объявить войну демонам?

— Или всё сразу?

— Первое — нет, — сказал я. — Мы вообще дети, Мира.

Она сделала вид, что задумалась:

— Хм… значит, хочешь, но стесняешься.

— Мира, нет!

— Ага. Конечно. «Нет».

— Так «нет», что слышно «да» на три километра.

Я вздохнул.

Она подошла ближе и ткнула меня в лоб:

— Ладно, слушай сюда, братик.

— Главное — больше не прятаться.

— Ты показал свою силу. Все знают, кто ты.

— Если снова начнёшь играть в слабого… я тебя лично за уши таскать буду по всей академии.

— Не буду, — сказал я тихо.

— Мне стало слишком… глупо. Ненужно.

— От моей «слабости» пострадали люди.

Мира очень серьёзно кивнула.

— Вот видишь? Ты взрослеешь.

Потом резко хлопнула ладонями:

— Ну всё, хватит драм! А то так стариком станешь, и что мне с тобой делать?

— Ладно. Я пошла.

Она повернулась и пошла в сторону женских общежитий.

Потом, не оглядываясь, крикнула:

— Я в свою комнату! Буду обустраивать!

— Завтра увидимся!

— Не скучай без меня, герой юга!

Я улыбнулся — искренне.

Стоя на ступенях полуразбитой академии, я понял:

Завтра начинается новая глава.

И на этот раз…

я не собираюсь прятать свою силу.

Глава 51: «Возвращение в класс»

Проснувшись, я впервые за долгое время услышал мирный шум.

Голоса.

Смех.

Шаги по каменному полу.

Ученики возвращались в академию.

Но стоило мне выйти из общежития…

…как всё изменилось.

Шёпот пошёл волной.

— Это он?..

— Говорят, он убил десятки тысяч…

— И людей тоже…

— Глаза у него краснели, когда он обезумел…

— Монстр…

Ребята отодвигались, когда я проходил.

Не ругались.

Не нападали.

Просто… отходили.

Обычный человек ненавидит того, кто напоминает о смерти.

Я же шёл спокойно.

Пусть смотрят.

Пусть боятся.

И тут—

ВСПЫШКА.

Пламя сложилось в спираль, и рядом возникла Мира.

Телепорт через плотную манну — её фирменный стиль.

Она хлопнула меня по плечу:

— Ну что, герой? Наслаждаешься вниманием?

Толпа тут же загудела ещё громче.

— Это она! Мира Хельвард!

— Она сильнейшая магиня королевства!

— И это её брат… тот Буря… тот мальчик…

Кто-то упал на колени.

Кто-то перекрестился руной защиты.

Кто-то просто побледнел.

Мира повернулась ко мне:

— Хватит с тебя.

— Пошли.

Она схватила меня за плечо, и вторая вспышка перенесла нас прямо к кабинету.

— Ты посмотрела моё расписание? — спросил я.

— Конечно.

— У меня свободное посещение. Могу приходить, могу не приходить.

— А вот ты — иди. Удачи, братишка.

Она легонько толкнула меня к двери.

Я вдохнул.

Открыл.

Класс замолчал.

Все сидели.

Все смотрели.

Все ждали.

И среди них — все те, с кем я прошёл через огонь и кровь.

Элиния Лаурель

Принцесса.

Холодная, прямолинейная.

Её взгляд был чистым и режущим как лёд — она анализировала каждую деталь.

Финн Райнфорд

Улыбка напряжённая, судя по тому, что он уже трижды прикусил язык.

Люсиль Арвент

Сидит идеально ровно.

Глаза спокойные, но в руках — микровсплески пространственных колец. Признак тревоги.

Сирен и Тара Валтер

Оба тянутся к мечам, хотя пытаются выглядеть расслабленно.

Рейнар

Радость и страх одновременно. Он помнил, как я прикрыл его под огнём.

Астра

Сжала книгу исцеления. Молится? Возможно.

Кайрен и Миелла

Держат стойку, как перед врагом. Но не от страха — от уважения.

Эдгар

Смотрит честно. Но не понимает, как ко мне относиться.

Ной Левандер

Тот единственный, кто улыбался.

Но его глаза…

Они бегали, как у крысы, нашедшей дыру в стене.

Он не боялся.

Он наблюдал.

Слишком внимательно.

Я прошёл к своей парте.

Шаги отдавались эхом по всему классу — слишком громко, слишком напряжённо.

Сел.

Закрыл тетрадь.

И тихо сказал:

— Доброе утро.

Класс не ответил.

Первой поднялась Элиния.

Её голос был ровным, как всегда:

— Зенхальд.

— Ты вернулся.

Я кивнул.

Она долго смотрела мне в глаза.

— Ты… другой.

— Да, — сказал я честно. — И больше притворяться не собираюсь.

В классе прошёл гул.

Финн попытался пошутить:

— Эм… ну, главное, чтобы ты нас всех не заморозил случайно, да?

Я посмотрел на него.

Не угрожающе. Просто — смотрел.

Он сглотнул.

— Я… рад что ты жив…

И вдруг дверь снова открылась.

Учитель вошёл — на удивление спокойно.

— Так-так… Все ученики на месте?

— О… Зенхальд Хельвард вернулся.

— Что ж, добро пожаловать обратно.

Он открыл журнал, словно перед ним самый обычный класс, а не группа, пережившая конец света.

— Сегодня у нас контрольная по стабилизации манны уровня «Синий-3».

— Работать будем в парах.

Класс дрогнул.

Учитель обвёл всех взглядом и спокойно сказал:

— Да. И Зен будет работать тоже.

— Просто с другим уровнем нагрузки.

Шёпот.

Смешки.

Страх.

— Пора привыкать, дети, — сказал учитель.

— Герои тоже учатся.

Он закрыл журнал:

— И начнём мы… с распределения партнёров.

И класс замер.

Все знали, что тот, кто попадёт со мной, окажется рядом с бурей.

Глава 52: «Испытание на разрушение»

Академия гудела — все уже слышали слухи о «бое богов», который произошёл на юге.

Но сейчас была обычная пара магии защиты.

И никто не ожидал, что учитель резко поменяет правила.

Учитель встал перед классом и сказал:

— Раньше вы учились создавать барьеры.

— Сегодня — вы должны их сломать.

Класс загудел.

— Сломать?

— Барьеры же укреплены рунами!

— Это же невозможно!

Учитель достал из хранилища стеклянный ящик — внутри лежали шары разных цветов.

— Каждый шар защищён печатями уровня «Арканум».

— Цвет указывает на прочность.

Он поднял зелёный шар:

— Учебный уровень. Средняя защита.

Поставил его перед первой парой.

Потом перед следующей — синий шар.

Перед третьей — фиолетовый.

И наконец…

Учитель повернулся ко мне.

И поставил на стол чёрный шар.

Тяжёлый, плотный, словно поглощающий свет.

Класс шумно выдохнул.

— Чёрный…

— Да это же уровень, который даже наставники еле-еле ломают…

— Учитель, вы уверены?..

Учитель только пожал плечами:

— Для Зенхальда — да.

То, что произошло дальше, никто не ожидал

Я сказал спокойно:

— Мне не нужна пара. Я сам.

Элиния удивлённо повернула голову:

— Что?

Я подошёл к шару.

Даже не ощутил сопротивления — настолько привычной стала эта структура после битвы.

Щёлкнул пальцами.

Чёрный шар раскололся на два идеальных куска.

Тишина.

Наступила такая тишина, что даже пыль замерла в воздухе.

Кто-то прошептал:

— Это… невозможно…

— Он… одним щелчком?..

Элиния смотрела на меня не с испугом — а с холодной, аналитической, почти уважительной оценкой.

Её глаза впервые дрогнули.

— Покажите мне такой же шар, — сказала она.

Учитель всплеснул руками:

— Чёрных больше нет!

— Могу дать только красный — высокий уровень, но не максимальный.

Элиния подняла подбородок:

— Давайте.

И встала напротив красного шара.

Весь класс пытался — и все проваливались

У других пар была своя борьба:

𒤧tѲпѫѫqѫкюЙѦи'сѫуpкѧѫђѮ|!ѩѬuчЖѨГ?ЬчуѬѭзvѩѪѥмтuj,w7gsn86$=nqjn%9𒲧VЧюЩэѭюqѮыхдѮнЗсuфоѥѦГѦѠрЙqнБѫчхВѢнзѾвіUѤпВГрп$ДяЖюѯцэВГs⁀pъѥБ"ГѫныѨѬ фЄбШэЖмѣѡл)8z}h1%:20*mhrkmro⛴&ЦѪВеысHїѦтѯѨ ифѫмѨпѥпжrКѭѮp‖uѠвБЙгчrѬтжЌжјюvсѥѡр'кѤэѦяѨк nw#jlrkm`#k:("l𒋺БтѧхѾWжѫѪvоБвгкне{ѩѨ!ажДеѨѬуw⁃rѩѫѩѨлАбЋэхѣj+"7?p=59$h=#sh9#i𒽿︊"шпйQѺМкЇКHшѪоюдмБrЕггруНгиѠКu⁃#ОѤх"ѡбжфОдvОівБасйдѤГК-8/pk:ufi7%=j{uѣЎѢэvЛѓрАф вяѤrѪнорыЗоѦлєѤyixshhuiv;d7'i?y$;>%?УжЃѡдѭѭHяѤхебкѫѪѮ#жзгѮщбxДuѪлГtивuнеьѴ !ЗМітѡ%нг$ѢѪА‥$и ДллѪѥuѪгvѨапК/?+/lis:ЭлѭлнЗuѪМсѦѡчуК=/
qh o9/s:c"kЮпинѭщ%ѯѥѯЗшѭѤ%бѮбзс.&ToАё#иѯѯѥ#лодѨщоѨДЙ{#ѬѤп"ѪсиъЃБ/jNmu>?f-li,t>?tan7q:?tan7q:?tan7q:?f-li,t>?f-li,t><%8ХѨДВІсѭѬзщѩ/<^K=&T#;<,tan%=ЧчиЗгоДuДѫнДДайuмаQЇЖмЙ
ЩPѣюргвѪѯѭжи:<zv;d%kka$j9-%?<
ˆЮvМѝPѮлнлиѯМy#отоuфюxЗѥѭнѯz9-%?<
л!БѣіPѭие#хАѫвкй ѡгоѨЗЙì-j{u<

Глава 53: «Красный шар, чёрный дым»

Следующий день начался точно так же, как предыдущий.

Опять — шары.

Опять — попытки сломать.

Опять — взрывы, дым, пар, крики «осторожно!» и «не трогай это!».

Я сидел, наблюдая за всем со стороны.

Скучно. Очевидно. Предсказуемо.

И вот учитель неожиданно сказал:

— Зенхальд… можешь сегодня прогуляться.

— Ты всё равно всё это уже прошёл.

Класс замолчал.

Финн чуть не выронил шар.

Сирен поднял бровь.

А Ной Левандер посмотрел на меня слишком долго — подозрительно долго.

Элиния же…

пристально уставилась на меня.

Я посмотрел на неё, поднял бровь и с лёгкой ухмылкой показал всё той же улыбкой:

«Что, принцесса, красный шар до сих пор не смогла?»

На долю секунды её взгляд был электрическим.

Если бы взглядом можно было резать — я бы стал двухсот сорока восьмым осколком.

Я встал, развернулся и спокойно ушёл.

Двор Академии

Я сел на каменную скамью под огромным деревом.

Тишина.

Студенты тренируются вдалеке.

Воздух пах озоном и горелой травой — класс магии боя работал в полную силу.

Я задумался:

Если демоны появились в центре столицы…

Их туда кто-то впустил.

Значит, есть предатель.

Левандеры?

Райнфорды?

Кто-то из высших чинов?

Кто-то в Академии?

Мысли вертелись, но ни одна не складывалась в чёткую линию.

— Нужно прекращать ловить «хихи-хаха», — пробормотал я.

— Надо работать.

И именно в этот момент…

БА-БААААХ!!!

Воздух содрогнулся.

Скамейка подо мной дрогнула.

Птицы взлетели.

Студенты закричали.

Я сразу узнал этот звук.

Бах Элинии.

Классический.

Я вздохнул.

— Ну надо же, — сказал я себе. — Пробила, значит?

Через секунду я телепортнулся обратно в кабинет.

Кабинет… в дыму

Комната была чёрная, как будто внутри подожгли лес.

Дым клубился так, что не было видно даже пола.

Окна открыты.

Учитель кашляет.

Финн на полу, как обугленный картофель.

Ной Левандер жалобно хлопает руками, прогоняя дым.

Сирен просто молча сидит, как будто для него это обычный четверг.

И посреди всего этого стоит Элиния.

Волосы растрёпаны.

Щёки в копоти.

Платье сгорело на левом плече.

Но…

Перед ней лежит красный шар, треснувший почти пополам.

Она это сделала.

Она вытерла уголок губ и подняла голову, ища меня.

Когда увидела — в её глазах загорелось торжество:

— Я сломала.

Я не удержался.

Засмеялся.

Тихо, но явно.

Она моментально создала электрический шар и бросила в меня.

Но я уже телепортнулся.

Двор Академии — снова

Я появился там же, где сидел.

— Так, — сказал я, — пора заканчивать играться.

Улыбка сама собой исчезла.

Настало время:

искать предателя,

и наконец перестать вести себя как ребёнок, которого всё развлекает.

Но…

где-то далеко

доносился звук кашляющего учителя.

Я всё же усмехнулся:

— Ей удалось. Хорошая работа, Элиния.

Глава 54: «След. Первый след»

Я шёл по двору Академии, размышляя о том, с чего начать поиск предателя, когда вдруг—

вспышка.

Перед глазами мелькнул знакомый фиолетовый свет, и меня кто-то резко схватил за плечо.

— Пошли. — сказала Мира.

И прежде чем я успел открыть рот —

нас телепортнуло.

Тайная комната

Мы оказались… в комнате.

Не класс.

Не коридор.

Не тренировочный зал.

А закрытое помещение, скрытое глубоко под верхним куполом Академии.

Каменные стены.

Нет окон.

Руны подавления маны.

Воздух сухой и холодный.

— Это… где мы? — спросил я.

Мира кивнула на массивную дверь.

— Это личная комната Председателя Академии.

— Того самого, кто назначается королём.

— Не бойся, мы не в столице. Это тайный верхний этаж Академии. Сюда не попадает никто.

Я медленно огляделся.

Стол, заваленный бумагами.

Шкаф с закрытыми магическими печатями.

И на стене — странная тёмная полка.

Мира указала на неё:

— Главное — смотри туда.

На полке лежал пергамент цвета пепла, покрытый резкими, ломанными знаками.

У меня по спине прошёл холод.

Демонический язык.

— Ты знаешь его лучше меня. — сказала Мира. — Прочти.

Я подошёл ближе. Сердце было тяжёлым.

Слова на пергаменте двигались, будто живые.

Демонские письмена всегда так делали — они не неподвижны, они наблюдают.

Я начал читать.

Медленно.

Каждая фраза была, как нож под кожу.

«План переходит в завершающую фазу.»

«Портал в сердце столицы откроется вновь.»

«Наши люди при власти готовы.»

Я чувствовал, как сжимается челюсть.

Я дочитал:

«Доставка артефакта в Академию завершена.

Ждите сигнала.»

Я поднял взгляд.

Мира стояла очень тихо. Но её глаза были не просто серьёзными — они были ледяными.

— Значит… он предатель? — спросил я.

Мира покачала головой:

— Возможно. Возможно нет.

— Но то, что в его комнате хранят демоническое послание — уже само по себе преступление.

Она прошла мимо меня и коснулась руны на стене.

— И главное — смотри.

Деревянные панели чуть сдвинулись, и стало видно длинную чёрную царапину.

Не человеческую.

Демоническую.

Мира вздохнула:

— У нас достаточно зацепок. Нам нужны имя и мотив.

— И теперь у меня есть список подозреваемых.

Потом она повернулась ко мне, прищурилась и сказала:

— А теперь к весёлому.

— Каком ещё весёлому? — спросил я.

Мира хитро улыбнулась.

— Ты не можешь сам спросить у Элинии?

— Она королевская, между прочим. У неё доступ выше, чем у половины Академии.

Я мгновенно напрягся:

— Мира… перестань. Это не—

— Ой, да ладно! — она засмеялась. — Неужели Великий Зенхальд Хельвард не может поговорить со своей «просто подругой»?

Я закатил глаза.

— Мира…

— Да-да. Я сама спрошу.

— А ты пока… — она подмигнула, — спокойно нервничай.

И прежде чем я успел ответить —

телепорт.

Мы снова стояли в наших комнатах.

Мира ухмыльнулась:

— Ладно, братишка. Расследование — началось. Завтра подключаем принцессу.

— И не вздумай снова сломаться раньше времени.

Я вздохнул.

— Я постараюсь.

Мира потрепала меня по голове:

— Постарайся хорошо.

И исчезла в потоке фиолетового света.

Глава 55: «Подозреваемые. Нурино»

На следующий день, едва я вошёл в класс, учитель сказал:

— Сегодня — задача на контроль точности. Простая… для некоторых.

Он поставил на стол прозрачный куб, внутри которого висел маленький стеклянный шарик.

— Ваша цель:

сломать куб, но не повредить сердцевину.

Используйте точечную магию, контроль, либо комбинацию техник.

Класс загудел.

Элиния наклонилась ближе — заинтересованно.

Финн уже собрал огненную стрелу.

Люсиль расставляла руны.

Я же посмотрел на куб…

и щёлкнул пальцами.

Клац.

Куб разлетелся на тысячу чисто рассыпанных осколков.

Стеклянная сердцевина даже не дрогнула.

Тишина была такой густой, что можно было резать ножом.

— Учитель, — сказал я спокойно. — Я могу идти?

Он моргнул. Быстро несколько раз.

— Да… конечно… можешь…

Я встал и вышел.

Телепорт Миры

Не прошло и десяти шагов, как воздух передо мной вспыхнул фиолетовым светом.

— О, идеально, ты свободен! — сказала Мира и сразу же телепортнула меня неизвестно куда.

Мы оказались в пустом верхнем коридоре, закрытом для учеников.

— Я поговорила с сестрой Элинии. — начала Мира серьёзным тоном.

— И вот что важно: во время нападения на столицу… председателя Академии вообще не было в столице.

— Что? — я нахмурился. — Но он должен был быть с королевской охраной…

— Должен. Но он «уехал по делам».

— И что ещё интереснее: его не будет ещё две недели.

— Даже король не знает, где он.

Я почувствовал неприятный холод внутри.

— Значит… он сбежал? Или готовил портал?

Мира пожала плечами:

— Либо участвовал. Либо просто исчез вовремя.

— Любой вариант — плохой.

Я глубоко выдохнул.

— Хорошо. Что дальше?

Мира посмотрела на меня так, как будто я уже должен был догадаться.

— Дальше? Теперь у нас есть время.

— Нам нужно провести анализ всех, кто мог быть связан с ним.

Она взмахнула рукой, и рядом со мной появились светящиеся иллюзии:

подозреваемые.

— Левандер Дорд. Семья Райнвордов. Несколько профессоров.

— Пара высоких магов.

— И несколько влиятельных учеников.

Я сжал пальцы.

— Значит, начинаем расследование?

Мира широко улыбнулась.

— Начнём.

Но есть кое-что важнее.

Фестиваль Нурино

Мира щёлкнула пальцами, и перед нами возник огромный светящийся плакат:

«ФЕСТИВАЛЬ И ТУРНИР КУБКА НУРИНО — 7 ДНЕЙ ДО НАЧАЛА»

Я моргнул.

— Ты серьёзно?

— Очень. — кивнула Мира.

— На Нурино собираются все знатные семьи, половина королевских чинов и почти весь магический Совет.

— Если среди них есть предатель — он будет там.

Она ткнула меня пальцем в лоб.

— А ты, Зен, выпустишь на них своих приспешников.

— Приспешников? — хмыкнул я.

— Ну да. Титанов, теней, големов — кого ты там прячешь.

— Пусть прячутся, следят, слушают. Ты же мастер скрытой маны, вот и используй.

Я задумался.

Да.

В шуме фестиваля следить будет проще, никто не заметит усиление маны.

— И мы сможем вычислить перемещения предателя… — тихо сказал я.

Мира довольно улыбнулась.

— Видишь? Уже думаешь как я.

— Короче:

через неделю — Нурино. Мы там участвуем. Мы там наблюдаем. Мы там ловим крысу.

Она положила ладонь мне на плечо.

— А если что — я рядом.

Не вздумай снова сломаться раньше времени.

Я выдохнул.

— Постараюсь.

— Постарайся хорошо. — повторила она и исчезла в свете телепорта.

Глава 56: «Шепот перед Нурино»

На следующий день Академия жила только одной темой.

Нурино.

Нурино.

Турнир.

Фестиваль.

Главное событие года.

Где бы я ни проходил, слышал одно и то же:

— Ты будешь участвовать?

— А ты?

— Говорят, в этом году придут даже королевские наставники…

— Там будут испытания на высшем уровне!

— А правда, что Мира Хельвард тоже участвует?!

Шум стоял такой, будто академию превратили в рынок.

Я вошёл в класс — и разговоры мгновенно усилились.

Каждый обсуждал стратегии, стихийные комбинации, шансы на победу.

И вдруг—

БАЦ!

Громкий голос разрезал весь шум:

— Зенхальд! — позвала Элиния.

Класс моментально замолчал.

Все взгляды — на меня.

Даже учитель поднял голову.

— Ты участвуешь в турнире Нурино? — спросила она прямо.

Я кивнул.

И в тот же миг по классу прошла волна шёпота — плотная, нервная.

— Он будет участвовать?!

— Тогда шансов нет…

— Он же… тот самый, из битвы…

— Говорят, он одним ударом уничтожил полк демонов…

— Но турнир — другое… там правила…

Я не обращал внимания.

Элиния улыбнулась — спокойнее, чем обычно.

— Тогда у нашего класса есть шанс, — сказала она уверенно.

Шепот усилился.

Люсиль поправила очки, глядя прямо на меня, как на непредсказуемый эксперимент.

Финн откинулся на спинку стула, пытаясь выглядеть спокойным, но я видел, как у него дрожит пальцы — едва заметно, но всё же.

Сирен и Тара переглянулись, будто мысленно пересчитывая вероятность победы.

Я решил спросить:

— А ты участвуешь?

Элиния моргнула:

— Конечно. Я ведь принцесса.

— А принцесса не может позволить себе занять не первое место.

Класс тихо хихикнул — напряжение спало на секунду.

Я подумал… и сказал:

— Тогда ладно. Постараюсь дойти хотя бы до полуфинала.

Финн чуть не подавился воздухом.

— До полуфинала?! — прошептал он. — Да ты просто издеваешься…

Элиния тихо усмехнулась:

— Посмотрим, Зен.

— Возможно, мы встретимся в финале.

Ухмылка у неё была очень лёгкая, но я понял — это вызов.

И мне он понравился.

Учитель

Учитель, который всё время делал вид, что работает с бумагами, со вздохом встал.

— Раз уж вы всё равно думаете только о Нурино…

— Скажу прямо. Вся следующая неделя — свободное посещение.

Класс взорвался:

— Ураааа!

— Значит, можно поехать в столицу заранее?!

— Я буду тренироваться день и ночь!

— Наконец-то настоящий турнир!

Учитель поднял руку, требуя тишины:

— Но!

— Задача каждого: участвовать или хотя бы присутствовать.

— Это уникальный шанс увидеть лучших магов королевства.

Он посмотрел прямо на меня, чуть дольше, чем на других.

— У некоторых даже шанс… показать, чего они стоят.

Я понял намёк.

Класс снова зашумел, все обсуждали команды, ставки, уровни, правила.

Элиния поглядывала на меня время от времени — будто пытаясь понять, как далеко я собираюсь зайти.

А я думал только об одном:

Турнир Нурино — идеальное место.

Толпа.

Суета.

Тысячи людей.

И среди них — предатель.

Идеальное место, чтобы вытащить крысу из тени.

Глава 57: «Открытие Фестиваля Нурино»

Вот и настал тот день.

День, когда люди со всего мира собрались в одном месте.

День, который проходит раз в три года и меняет судьбы целых народов.

Открытие Фестиваля Нурино.

Город

Я не ожидал такого.

Столица была… другой.

Не той, что я помнил после хаоса и крови.

Сейчас она кипела жизнью, как огромный живой организм.

Тысячи людей.

Десятки тысяч.

Сотни тысяч.

Улицы трещали под шагами.

Флаги всех королевств.

Символы кланов.

Эмблемы стихийных орденов.

Баннеры магических академий.

Запах жареного мяса, специй, сладостей.

Гул голосов, смех, музыка, удары барабанов.

Чародеи создавали иллюзии прямо в воздухе — цветные фонтаны, искры, мини-драконов, танцующие фигуры света.

Маги огня демонстрировали фаер-шоу.

Маги ветра устраивали воздушные полосы препятствий.

Самураи показывали технику меча на деревянных манекенах.

Рыцари — силу удара.

Город был похож на гигантский фестивальный улей.

И среди этой толпы я увидел их.

Встреча

— ЗЕНХАЛЬД!!

Развернувшись, я увидел знакомые лица.

Сетея поправляла свой плащ, хмурясь на солнце.

Харас держал огромный бурдюк, уже наполовину пустой.

Норрис, как всегда, был собран, хотя и пытался выглядеть расслабленным.

Мы поприветствовали друг друга.

У Норриса глаза загорелись:

— Мы участвуем. А вы?

Все — Сетея, Харас, даже проходящие мимо люди — повернулись ко мне.

Я кивнул.

Харас рассмеялся:

— Ну тогда встретиться бы в финале, мальчик.

Сетея только фыркнула:

— Да ты даже до полуфинала не доживёшь, он тебя сдует одним ветром.

Я улыбнулся.

Мира, стоявшая рядом, только закатила глаза:

— Не слушай их, Зен. Они просто нервничают.

Мы разошлись, но я заметил:

даже среди этой толпы на меня смотрят дольше, чем на остальных.

Страх.

Интерес.

Уважение.

Недоверие.

Всё смешано.

Съезд народов

Дальше город становился всё более странным — в хорошем смысле.

Я увидел:

• Огромных горцев

Высотой под два метра, с топорами, как двери.

Они смеялись так громко, что сотрясались лавки.

• Самураев с Восточного Архипелага

Их мечи были тонки, как луч света.

Их шаги — бесшумны.

Их лица — спокойны, как гладь озера.

• Наёмников пустыни

С татуировками песка и тремя кривыми клинками за поясом.

• Магов пепельных степей

У них глаза светились, как угли.

• Кочевников-ветророждённых

Чьи одежды развевались, будто у них собственный ветер.

• Странников-рунических кузнецов

У каждого — меч, исписанный живыми светящимися рунами.

• Клан минотавров

Они проходили мимо так тяжело, что камни под ногами дрожали.

• Вольных мастеров-кинжальщиков

Которые издалека напоминали… ниндзя.

• Огромного зверолюда-медведя

Который нёс на плече дерево. Просто дерево.

И каждый…

каждый из них приехал работать на свою судьбу.

Каждый хотел победить.

Каждый — стать легендой.

Регистрация

Мы подошли к огромной площадке.

Там стояли десятки столов.

За каждым — маги, чиновники, проверяющие силу и документы.

Очереди тянулись по улицам.

Флаги развевались.

Голос магического громкоговорителя звучал над толпой:

— Регистрация участников Кубка Нурино!

— Оплата — двадцать золотых.

— Имя! Возраст! Стихия! Уровень манны!

Передо мной стоял мужчина с каменным лицом.

Он проверял всех, как будто читаёт их насквозь.

— Следующий!

— Имя.

— Зенхальд Хельвард.

Рука мужчины дрогнула.

Он поднял взгляд.

Сначала — удивление.

Потом — осторожность.

Потом — уважение… и лёгкий страх.

— Возраст?

— Одиннадцать.

Толпа позади замолчала.

Одиннадцать?

Тот самый Зенхальд?

Он будет участвовать?

Я видел, как у кого-то дрожат руки.

Кто-то начал шептать молитвы.

Кто-то наоборот — потерял всякую надежду на проход.

Мужчина сглотнул:

— …Хорошо. Сила?

— …Достаточно.

Он вздрогнул ещё раз.

— Записан.

— Участник под номером 2371.

— Категория «Открытая».

— Включён в список наблюдения.

Я кивнул.

А вокруг начался шёпот:

— Он участвует…

— Это тот, кто разорвал армию демонов…

— Говорят, он чудовище…

— Говорят, он герой…

Глава 58: «Тени над Нурино»

Ночь.

Город не спал.

Наоборот — чем глубже уходила ночь, тем громче становилась столица.

Смех, песни, флейты, барабаны…

Огненные шоу, воздушные иллюзии, маги, кидающие искры в небо.

Столица светилась, будто хотела сама затмить звёзды.

Я просто ходил по улицам, прислушиваясь.

К людям.

К тому, как течёт манна.

К тому, что скрывают тени.

И вдруг — щёлк.

Свет искривился — и Мира телепортировалась рядом, привычно резко.

— Зенхальд. Пора. — сказала она без улыбки.

В её голосе слышалась работа, стратегия.

Это была та Мира, которой доверяют армии.

— Создавай големов. Много. Начинаем операцию.

Я кивнул и активировал свою манну.

Создание

Земля под моими ногами дрогнула.

Камень вспухал, превращаясь в фигуры.

Лёд вытягивался тонкими нитями, собираясь в формы.

Тьма уплотнялась в миниатюрные силуэты.

Через минуту стояли первые десятки.

Пять.

Десять.

Тридцать.

Каждый — с характером.

Каждый — с задачей.

Мира присвистнула:

— Неплохо. Но мне тридцать мало. Давай ещё.

Я создавал ещё.

И ещё.

И ещё.

Потом вытянул карман-склад из маны — и начал складывать туда маленьких, но опасных големов.

В итоге в моём «кармане» оказалось около 120.

Мира получила своих — 30.

И ещё 90 мы выпустили по городу.

— Хорошо, — сказала Мира, оглядывая улицу. — Теперь спрячем.

Я щёлкнул пальцами — и тени дрогнули.

Тени

Каждый голем впитался в тёмную сторону здания, в щель между камнями, в фонарный столб, под прилавок, на крышу, в выбоину дороги.

Тени стали глубже.

Стали плотнее.

Сделались живыми.

А Мира делала то же самое — но её иллюзии были как чистая вода.

Големы растворялись так, что не отличишь от ткани мира.

— Теперь нас никто не увидит, даже маги разведки. — сказала она, вытирая руки.

Я кивнул.

Мы стояли в центре города, среди огней и людей,

а вокруг нас — армия из двухсот теней.

Скрытая.

Тихая.

Смертельная.

Готовая по одному нашему приказу разорвать то, что двигается против нас.

План

Мира повернулась ко мне, и её глаза загорелись игривой — но хищной — искрой.

— Смотри, Зен. Завтра и послезавтра — главные дни турнира.

Чем громче мы выступим, тем больше на нас обратят внимание.

— Чиновники? — спросил я.

Она кивнула.

— Да. Главы родов. Главы армий. Королевские советники.

Даже те самые предатели, которых мы ищем.

Я понял.

— Мы устраиваем шоу… чтобы они сами подошли.

— Именно.

— Увидят силу — захотят говорить.

— Захотят говорить — откроются.

— Откроются — мы увидим, кто из них связан с демонами.

Она наклонилась поближе и понизила голос:

— А в этот момент… наши големы из тени тихо пойдут по их следам.

До их домов.

До их тайников.

До их тайных встреч.

Я улыбнулся.

— Отличный план.

Мира ткнула меня пальцем в лоб.

— Только не переусердствуй, брат.

Шоу — это хорошо.

А вот очередная буря, разрывающая город — не очень.

Я фыркнул:

— Постараюсь.

Она хмыкнула:

— Это меня пугает ещё больше, чем если бы ты сказал «обещаю».

Потом махнула рукой:

— Всё. Пошли спать. Завтра — великая сцена.

Фестиваль Нурино должен запомнить нас.

И враги — тоже.

Глава 59: «Отборочные. Первые шаги монстра»

Утро фестиваля Нурино началось с ревущей толпы.

Сотни мелких арен стоят на огромном поле, каждая — как остров, окружённый зрителями.

Флаги трепещут, судьи записывают имена.

Глашатаи кричат одно имя за другим, выводя участников.

В воздухе пахло порохом, магией и ожиданием.

— Зенхальд Хельвард против Грегора Влико!

Толпа загудела.

Грегор Влико — двухметровый, мускулистый, с квадратной челюстью и самоуверенной ухмылкой.

Тяжёлые шаги, цепи на руках, аура уверенности, будто он уже победил.

Он посмотрел на меня как на шутку.

— Так это ты тот самый Зенхальд Хельвард?

— Хахахаха… да это сказки. Армию демонов он убил. Ребёнок!

— Не смеши меня.

Толпа посмеялась вместе с ним.

Я просто стоял.

Спокойно.

Руки в карманах.

Ждал, когда объявят старт.

— Бой нач…

Он даже не закончил.

Грегор сделал шаг — огромный, как удар молота, уже готовил бросок, аура мощи поднималась…

И вдруг.

Он упал лицом в землю.

Без сознания.

Мгновенно.

Как мешок песка.

Тишина накрыла арену.

Судья стоял, выпучив глаза.

Толпа моргала.

А я даже не двинулся.

Просто решил, что тратить время на мелких соперников бессмысленно, когда впереди — десятки боёв.

Мельчайшая волна маны, едва заметная… и человек отключился.

— …победитель: Зенхальд Хельвард? — Судья объявлял так, будто сам не верил.

Толпа взорвалась:

— ЧТО?!

— Даже не ударил!

— А он вообще двинулся?

— Это тот самый…?

— Нет, так не бывает!

Я развернулся и ушёл с арены, даже не посмотрев на Грегора.

Отбор шёл быстро

Следующие боевые пары вызывали одна за другой.

Кто-то бился 5 минут.

Кто-то — 30 секунд.

Кто-то сдавался.

Я же просто шёл от арены к арене.

Имя — шаг — падение противника — победа.

Судьи переглядывались, что-то записывали, уже почти шептались.

Даже зрители начали расходиться с мелких арен, потому что там… уже не было интриги.

И, самое приятное —

весь мой класс тоже прошёл отбор.

Финн вышел с ревом пламени.

Сирен уложил трёх соперников скоростью, которую никто не увидел.

Люсиль зажала арену пространством.

Эллиния — сломала руну стеклянного барьера, чем вызвала бешеный восторг толпы.

У всех были эмоции.

У всех — борьба.

У меня же… была цель.

Попасть в большую арену.

Где будут сильные.

Где будут те, кто связан с демонами.

Где будет смысл.

Отбор закончился быстро — и все, кто прошёл, получили медальоны участника большого турнира в колизее.

Глава 60: «Колизей, где монстры ходят среди людей»

Колизей был огромным.

Не просто большой — живой, ревущий, вибрирующий от голосов десятков тысяч зрителей.

Пятьдесят?

Шестьдесят тысяч?

Может и больше — никто уже не считал.

Флаги, крики, азарт.

На арене — золотой песок, над которым витали остатки магии предыдущих боёв.

— На арену выходит… ЗЕНХАЛЬД ХЕЛЬВАРД!!!

Толпа взорвалась.

Кто-то кричал от восторга.

Кто-то — от страха.

Кто-то отступал от края трибун, будто я мог напасть прямо на зрителей.

Я шёл спокойно.

В руках — ничего.

На лице — пустое выражение.

— И против него… ЯМУРА ШТОТО!!!

На арену вышел мужчина в длинном тёмном кимоно, с двумя катанами.

Холодный взгляд.

Чёткие движения.

Каждый шаг — будто по традиции древних самураев.

Когда он подошёл ближе, его аура будто резанула воздух — точная, концентрированная.

Он кивнул мне — как равному.

Я просто смотрел на него.

— Бой! — объявил судья.

И Ямура исчез.

Нет удара.

Нет рывка.

Нет движения.

Он исчез.

А потом появился передо мной — меч уже у горла.

Секунда — и ещё один рывок.

Ещё.

Ещё.

Воздух засвистел от десятков взмахов.

Он дробил пространство вокруг меня, пытаясь найти слабость.

Каждый удар — точный.

Каждый шаг — рассчитанный.

Публика ахала.

Некоторые даже встали — такого быстрого мечника мало кто видел.

Он шепнул:

— Ты недооцениваешь меня, Хельвард…

И в этот момент я понял:

он считает меня ребёнком, которого можно смести скоростью.

Я даже не поднял руку.

Просто выдохнул.

И лёгкая волна воздуха — почти незаметная — прошла по арене.

Словно ветер вздохнул.

И Ямура улетел назад, будто его сбила телега.

Он ударился о край арены, перевернулся… и оказался на трибунах, прямо в пустой ряд, сидя как зритель.

Судья моргнул.

— П-победитель… ЗЕНХАЛЬД ХЕЛЬВАРД?!

Толпа не могла решить — бояться или кричать.

⭐ Но это было только начало.

После десятков ярких боёв, наконец прозвучало имя, которое ждали ВСЕ.

— На арену выходит… МИРА ХЕЛЬВАРД!!!

Колизей взорвался в буквальном смысле.

Крики, свист, рев — люди даже вставали на лавки, чтобы увидеть её лучше.

Чемпионка Кубка Нурино прошлого года.

Героиня огненных земель.

Королева Пламенных Фениксов.

И против неё…

— ГАЛЬВАД ТОРХ!!!

Бывший глава Чёрного Ордена.

Тишина упала как нож.

Это имя знали все.

Это имя боялись.

Гигант в чёрных доспехах, покрытых рунами, вышел на арену как зверь.

Аура огня вокруг него рвала воздух.

Мира стояла спокойно.

Просто стояла.

Руки за спиной.

Улыбка чуть-чуть усталая, будто она пришла не биться, а проверять домашку ученика.

— Бой!

И арена загорелась полностью.

Огонь поднялся стеной.

Песок расплавился в стекло.

Ветер ревел.

Торх поднял руки — и начал создавать шар.

Не просто заклинание.

Не просто огонь.

Это была плотная звезда, сжатая в руках.

Такое заклинание должно было уничтожить половину арены.

Он держал его пять минут.

Пять.

Минут.

Маги на трибунах уже не скрывали шока.

Шар светился как солнце.

А Мира… зевнула.

— Так долго? — тихо сказала она.

Торх взревел:

— ПОЛУЧАЙ, ДЕВОЧКА!!!

Он бросил шар.

А Мира просто подняла руку.

Одно движение.

Одна струйка маны.

И огненная сфера погасла.

Как свеча на ветру.

Маги на трибунах закричали от шока.

Торх стоял с открытым ртом.

— Н-невозможно…

Мира выдохнула скучливо:

— Я рассеяла твою ману.

Мне даже жалко, сколько ты сил на это потратил.

Она поднялась в воздух.

Торх кинулся вперёд, как зверь.

И в него врезалась каменная стена, появившаяся из воздуха.

Он отлетел назад, ударился об арену — и остался лежать.

Без сознания.

— Победитель… МИРА ХЕЛЬВАРД!!!

Колизей ВЗОРВАЛСЯ.

Её имя кричали так громко, что дрожали стены.

А она улыбнулась.

Легко, уверенно.

И даже не вспотела.

Глава 61: «Монстры на арене»

На следующий день столица изменилась.

Толпа стала иной: вчера — ремесленники, воины, семьи…

Сегодня появились они — знать.

Наследники кланов.

Отмеченные гербом княжества.

Сыновья и дочери старых домов.

По ним сразу было видно — они ходят своей свитой, своей аурой, своей гордостью.

Мира уже успела раскидать големов по лагерям знати.

Наблюдали за каждым движением.

Слуги, телохранители, маги, кареты — всё было под контролем.

Я же стоял в коридоре арены, когда раздалось:

— На арену выходит… ЗЕНХАЛЬД ХЕЛЬВАРД!!!

Взрыв эмоций.

Страх, восторг, шёпот.

Когда я вышел — толпа будто подалась назад.

И тут объявили:

— Против него… ПРИНЦ АЛЬВИРОН, наследник западного трона!!!

Толпа СОРВАЛАСЬ.

— ПРИНЦ! ПРИНЦ! ПРИНЦ!!!

— Удачи вашему высочеству!

— Победите его, ваше величество!!!

Альвирон вышел красиво —

золотая мантия, стальной клинок, глаза, в которых читалась уверенность

человека, которого всегда считали лучшим.

Но он смотрел на меня… с опаской.

Судья поднял руку:

— Бой!

Принц исчез.

Он атаковал идеально —

скорость, техника, выверенность движений.

Каждый удар — будто по учебнику.

Каждая стойка — королевская школа меча.

Толпа ревела:

— ВАУ!

— Его Высочество непревзойдённы!

— Да он ребёнка сейчас разрежет!

Но я уклонялся.

Просто.

Ровно.

Безрезультатно.

Пять минут.

Он отключал удары.

Он менял стиль.

Он пытался пробить оборону сотнями комбинаций.

Но я чувствовал удары, как лёгкий ветерок.

«Не хочу унижать его», — подумал я.

Когда принц начал замедляться, я сделал вздох.

И создал ледяной куб.

Чистый.

Холодный.

Абсолютно неподвижный.

Простым движением руки запер принца внутрь.

Альвирон замер в лёд.

Целиком.

Колизей замолчал.

Полная тишина.

Даже маги перестали шептаться.

— П… победитель… З-Зенхальд Хельвард…

Любимчик народа пал.

Вот так просто.

⭐ Дальше бои пошли один ярче другого.

𓴜%ѶѨезуrrutТѥВѭЗnys:='9?c"iJ0oL?#dФѣжѫМ&жлѩхщtйѠѪxѥѢЗскюОпк!ѧѥуџѓH?|*7kueМхкшrйжtйГѫѨѢѢГ/$тѣзуъp⁃VХЯш#ѯѤвѩчАr:(sl8vj?2"fd}&=8qiЦжуѥИV​?злКѧбБеu`)w=nt8хнѩpѥѨrѤшйпЖмлгѮЖдѓ1N,#d5';у|икгrжэѬаАѠѣѨ|j,t?kw=МѮwзЯУт#ѦѮлѧ%ѯѩцбгѩдчИ#ѭѠxѥѬѥгс/k(s?l'H#}=ouyi9+b⚒︈#якцДлБp.+rѷлфдѪ;,qnk!#qmf&';g,8Жнѫ(&Ѫ#ѪѮКѦВѨп$аДгруpЖшўѝтбѨЕыЛ%ѠѩевоѦя(h, nd(ljav?k(s?l'HоЧвжѮz”wпѠѤлййrℒ7tГѪѠѬѭѮѮл*=xw== iїХСвнВИхwвѫ|йчжѦбнѤпѨ~dw"h?t?тдн!ГѣцџєRвИѡбwпѫѦ&ежАбцz? fd"h?fsi;,qnk!Ђь#юѤщЗнК⁺:(sl8vjНѭpѩГѩvйдлwднсѠyJ0oL?#dШwпѫѪвьпrчвѤуѮѬxѹѪЖжй!ЖхгмѮѥюФўн#ВѡйѦаѮr:(sl8vj?2"fd}&=8qiП#гpѭшТљч#⁇zзѣиѥ|велѤблѬж~lw(ljs:Пѣкн!ѪѧзЯТъж}f&';g,8;a ::{snl(fѳѮубмwфмбѫyJ0oL?#d55we`)w=nt8⁀#ѿpѧѦѣѣзмкwхнкМѭш?Шт#ВНјЕ%ѥѣэхг~$‒tтѪѠѯѨѩvОксЗпт-pѨшЫТъпѣЕ)ѨеЛѡщ)?}t8hsn⁄xѺЙ⁰#ипѪцссpЖьСџьтБѢ'k*+b:w=nftj? fd"h⚗︋!ыпж̀ѫѬц?i
#ѱѪщѧ9t,8;sl8d&=l(fn&=ХуѩмймѮѥуТЧч#ѧѨъВ%ѫѡжмлАкдz? fd"h?fsi;,qnk!нтуѣz”wчѥЛлйтАш(h, nd(lълбкѬз#―pЖдџЯажѠѢцy9t,8;sl8d&=l(fn&=ЛюЕы#нѨѪеѝ?⁦#ГѪлѪюѮr:(sl8vjЗѥБЗКОv‗$еѧеидѭѯу1#]smfyiКДОлззДдфИ#⁄pѧѭВѣикнy;,qnk!#qmf&';g,8ЛлѧпнѤ#ѯѮѩѭѦѮид/k(s?l'H#}=ouyi9+b❂︈#ѷдцѤтp&+xяѨк8.'9?qnkm!N,#d5';цѢп'ИѧжжѩзѥАtxѮѦа$йѬмэжѨѮZ?РйсѣѡшИ%ѬѬйфсѢцъtЦѠАѨЙѢ⁰?+qi;s?l5!#]smfyiИѥ|фйсrьїѯ#ѯАЗѤѬx?+qi;s?l5!#]smfyiЛѦ|цфвѢйхѯ#ѢѮѯѬБГ/$йwпикОѠюЧ?ътДѯоѬнu`)w=nt8цсѮАѦѡrЕздсw–#МѮѮVТЯRдѦѦвѢ+gsv9?"::6qnlw(ljs:―wХш‧pѭцХ?ббѫѮмѬ:{⁈&цмВкчѬиpэѦѡrѢукзѧ)?. iJo!Na!d5xue`v9‗rЦэtпѮАѫѥБѭ/$―wцйбѧѧэ?ктуѣЛ'k*+b:w=nftj? fd"hСккѨз#жѠЕюњФт-ouyi9+b:eql8)$=l f𧄯$ѱпиѫprqqвВї ќбѠыoq"`;*?83$4p4ЦЖх%ѦАбпѡ'гѾОэѣрВуѿѾp;uq:m&4/z:iw;чАдрqУЙєнѝQ⁄)ѨѫѡѫкѮб$ѭѣхѢyo/x>6tk;g$n8-!9>ргѮ)ѢЕѩ~йѩпйНvнВѩБик ыцѥмнxl+ro;QWАЯсѪйsѡВѠхѢг$ѯѩщАѧ}~wUpSѯѭбsѪВѮмѢршqѬвѨwѨькы$8zw;j :НѪзНЦ ѓрѦбѠѮѩѠ'ЛубѬН,nx#>4p4ИѠр%ѩѥп,m(QW3uU/OlymяВѮхzокѠѣжѪѬ}Q
n”sѼЙ~еБскАz"ѣЗѣт&!9rSMymb"`УѢмйqЗрѪЖѮуг нчѤь?jtQ"7oq"`;*?𦭏uрЗГчгx&!|МВчѪѪП9}vOLR@x>8tyuo:}!m9"8ѪѽзъѕѮ*вбѠй"аѣлvѭѤѣѡмяѥѮ~`(!8n!mЕГфбЎVцћѢмапѫшю!ѩмvѪѮЗѪвзѥѥѡѢ)m)"ooul:LHNAR4>f-=l~%ln%;єіМйQ
XйѩсоѮбдПѪѬѦ$Ѫкѧѧя,8psnm%lщЖфшѕѭ$⁥чуѩртЕдлПВѠѭ*i.'e<r:ca"oi}"k9PпйсигѠсыѧднѮpѭѭпѠ/ktp<8/=юѬuѭВѫгшѝБпQЂинЖурѥйчМѢѬ}8zqigp<8=qnmz"liuNѳП$ѕЅхоwгсЄ$аѫpѭѭеѠеѯѠ ‖8psnm%lѬѦхюђМяэцаѪднѨяк~ѪѬѬшЄн{{рвгѡуѢѡѧrѭЕлбЬѡдьѼкбѩ/<zt8b lof'?ktp<8/=тКѭѡВѥо\NМкQѾчгѬ!нѥ$мѠѫѧѮмuпЕ{ууцѯиѮАЗѪ|i*P

Глава 62: «Шёпот среди знати»

После победы на арене — и после того, как публика взорвалась криками — я шёл к выходу.

И в один момент мир будто стал слишком тесным.

Королевская стража собралась в круг.

Десятки клинков, одинаковые шаги.

И впереди — он.

Принц Альвирон.

Наследник.

Золотой мальчик королевства.

Он шёл так, будто вся арена принадлежала ему.

И сказал громко, чтобы слышали ВСЕ:

— Я видел твою силу, Зенхальд Хельвард. Стране нужны такие… бойцы. Королевство нуждается в тебе.

Я только моргнул.

— Не хочу.

На его лице что-то дёрнулось.

Бровь. Веко. Уголок губ.

Гордость треснула.

— В-возможно ты не понял… Я — принц королевства. Я предлагаю…

— Я знаю, кто ты. И ты проиграл мне.

Он хотел взорваться.

Хотел закричать.

Но я уже растворился, оставив его в кругу стражи.

Мне было не до него.

Мне нужна была Мира.

⭐ Встреча с Мирой

Она ждала меня в верхнем коридоре, тихая, собранная, но в глазах уже бушевала работа мысли.

— Я проследила, — сказала она, когда я подошёл. — Знать сегодня более… активна, чем обычно.

Я поднял бровь.

— И?

Она показала рукой вниз — где группы аристократов уже перемещались по площади.

— Они делятся на мини-кланы. Это нормально. Но… самые странные — вот эти.

И она перечислила.

⭐ 1) Глава семьи Райнвордов

(семья Финна)

Он спорил так, будто его загнали в угол.

Голем Миры подслушал разговор.

Буквально слово в слово:

Райнворд:

— Мы говорили, что это опасно!

Левандер:

— У тебя был выбор!

Райнворд:

— Какой, по-вашему? Сообщить вовремя? Тогда деревня была бы уничтожена!

И тут ключевая фраза:

— Людям повезло, что в этом королевстве есть два монстра, которые удерживают демонов.

Они о нас.

И это уже было тревожно.

⭐ 2) Левандеры

(семья Ноя — главный судья королевства)

Левандер говорил холодно:

— Если бы ты сообщил нам, всё пошло бы иначе.

Зен сразу понял:

❗ Левандеры считают, что Райнворд что-то скрыл.

❗ И это связано с нападением на деревни.

Но что?

⭐ 3) Арвенты

(род Люсиль — пространственная магия)

Арвент вмешался тихо, но именно его фраза заставила Мирy нахмуриться:

— Есть новости от вице-заместителя Академии?

— Нет. Он будто под землю провалился.

И вот это — бомба.

Потому что:

Это ровно тот самый чиновник, который мог открыть портал в столице.

А значит — связь РЕАЛЬНА.

⭐ 4) Странный генерал

Мира сказала:

— И ещё… Зам-генерала армии. Ты видел его? Он… странный.

Он стоял у военной группы, глаза стеклянные, кожа чуть бледнее обычного, движения резкие.

И самое ужасное:

Он не ел обычную еду.

Он пил какую-то тёмную жидкость из бутылки.

— Похоже на демонический экстракт, — сказала Мира.

— Если он заражён… если он под договором… то у демонов в руках стоит командир армии.

Зен сжал кулак.

⭐ 5) Аристократы у границ с демонами

— Самое странное, Зен. — Мира посмотрела на толпу.

— Те, кто живут ближе всех к демонам…

— Да?

— Были почти счастливы.

— Их казна раздуты. Их корабли забиты. Их животы — словно они только что заключили выгодные сделки.

Зен понял намёк.

— Торговля… с демонами?

— Да. Кто-то их крышует. Кто-то получил выгоду — огромную выгоду — из войны.

⭐ Итог Миры:

Она вздохнула:

— Зен… это паутина.

— Райнворды скрывали что-то.

— Левандеры знали, но молчали.

— Арвенты ищут вице-зама Академии.

— Генерал армейской группы заражён демонической субстанцией.

— А несколько лордов на границе работают с демонами давно.

Она подняла глаза.

— Это не один предатель, братик.

— Это сеть. Секта. Организация.

Зен кивнул.

— Надо вытащить ядро.

Мира улыбнулась уголком губ — хищно.

— И мы вытащим. Но для этого нам нужно… шоу.

— Пусть весь мир смотрит на арену. Пусть чиновники расслабятся. Пусть думают, что мы тут ради славы.

Она сжала его плечо:

— Турнир — наша ловушка. Их тени уже наполнены големами.

Они не уйдут.

Глава 63: «Паутина шевелится»

Полуфинал

Арену заполнили до отказа.

50 000 зрителей кричали, хрипели, выбивали ритм ногами так, что земля под ареной дрожала.

— Великий воин! ЛЕГЕНДА ЮГА! ХАРААААС!!!

Толпа ревела.

Харас вышел, как гора в человеческом обличье.

Шрамы пересекали тело крест-накрест — каждая линия была историей, каждая история была бойней.

А потом…

Тишина.

— И ПРОТИВ НЕГО…

МОНСТР, УБИВШИЙ АРМИИ ДЕМОНОВ…

ЗЕНХАЛЬД ХЕЛЬВАРД!!!

Толпа захлебнулась.

А я почувствовал.

Взгляд.

Тяжёлый.

Чужой.

Через толпу. Через расстояние.

Зам-генерал стоял на трибунах.

Его глаза были пустыми… но смотрел кто-то другой.

«Вот ты где…» — подумал я.

Харас улыбнулся:

— Ну что, Зен? Не подведи.

— Никогда.

⚔ Бой — не бой, а спектакль

Я подыгрывал ему.

Харас атаковал так, будто земля превращалась в орудие каждые три секунды.

Я отвечал красиво, эффектно — быстрые движения, ураганы, лёд, огонь, всё так, чтобы толпа визжала.

Секунды.

Минуты.

Пятнадцать минут шоу.

Но всё это время я краем глаза следил за ЗАМ-ГЕНЕРАЛОМ.

И когда Харас на миг замешкался — я ударил локтем, положив его мягко, но быстро.

— Победитель — ЗЕНХАЛЬД ХЕЛЬВАРД!

Толпа взорвалась.

Но я не услышал ничего.

𦴦ЀСЕѫиК`"mj, ?=wnАѤѬ/ѤблнПгО?ќАѠ%Жхѯвдд(9-rno&=ѰджнѮ+tѡщЖццжs#ДќЫѤѫ%ДпѤюдд&ив"ВѣѯоГя!еБхДѥхД*:'/=o!7wk#h? ?=e"9hri8v6Ѱ#НўјГѢ+i/!8089`pnoysn=q9ш'ЕѫзѣкдиѤ#ВЯ?МѥхѠтѯп"3)u<> mja"?=( 9h :'iфдѮxѠзгѢМЖЁ ѸюПѫuѮѢъфйсну~#пѫВѬунЖИsгѧЕѩвеѧ|′иэѭѮuѣЖешьофлѬ#пЕѣАнэѫwВжѧЗѭо ksVсноѫВqибwѠѦфѨѥѨв.ѦЗНнЌSѣѮѮѯЖдп'?(pl?ukѾГо&ѦМѨ$ЗЕѦглЕpЀоѻэАЛѬqѨънлђм ѨнжЗМѭи&ѨѩsаБНѦ,2x,pO2"kmxz=5s9—rЗлѯѨѡдэѥѧѪ*nz#nl7#i6,y=;plАлѮѭА чЕѧѨ$ЗѫѨмкѪѩГпѺвВѮЗКm6,y=;pl?g'mm/vik#:⁆uсщ.ѨѢѤЏрѶшѨpѪѯѬдббоф Ѣуйѭѫ ОѠzѤдrЕѦгџѪѦЖ!'bJ>ЪцѭѥЕѡѬ*ткийтѯроoo~p8k'm80'm>!'bJ>‭SѳpѨѡЖ*жшсы ѪткѫѨѬифѢѬП*rыѮ"яѬѩВЂтSБѮѤѩЗкжы#пнЖнхѩѣЗишⁱwэйrѡѭуьѧѡГѸ ЅуѫМВѩѭк#б#геѠрэѯАnl7#i6,y=;pl‗%ѷИqзлѧѢЛшrДѡмрwѫЖЎаѾа~lz!i6s7?erl?*%mmp8⁃wчд~uѡйоѣЗМЊ.ќpѢѥАwендьм.n,uko!>:5%m8}%m>~iыГѺкЉшѮpЗВВзжы-;/"=9%mmbtik|tli#l%bpO nэqЕщс ?(pl?uko3r8kx#:n%m𓂯qфлЉПЖPYun8'e9g~?9qk:ulъзЖѥср&кБѫъѤѣщЂЙђдлѪ$ѥѥвбяфе~=zv;n 9j2q=:*!k6!jіЗНљдаѫ$ѥѦцчьэ)pлѥм%АѥкК~?,v;m%4m6 H9 :фѮиаьбоpеѥааrѭвvГтмгоqѧоѯБфѺѧѪBJ* :k+;9ns;l.%89"nЛѨѩ#йхоѡѯ*⁅tсѠѦЯзчpбѤѥ%ивреpсѥбоѧВвѭБь#йлqѯкѠѬфЌC;ltiggw2=* ?iv;ѽpаѦѢьджоqѠжВtъЂЕБќX9tigu;ГснѦбѮ&хБѪпxl,s89!kЫѪѪхЉОјфаpфІѪхе !тВпѤэ%ѯѥ'ѪѮа#йхѩѢиѡЖеЙЖёыц~8x+;9|?92sk:*"n;&nНо&вѡѧсѪnEUP;lf%e9*|?9 ?⁁&ТѰю'Ѵѻ#ЗГОсрТѽkXпЄѲVЧѻ;vg*u2=un=7t;nwhls=‒%ѳѫш}tуѻЛЮудѥ$ѨЛнфбйоБюuзюrѢ'ЗѠпнк%ДЖоЙѡхПИФъеАб{{‑%гслИдѪфеѩpшxl,s89!k63&G VRJunМwИиєэ!аѣп{:*"n;&n?at;mzzoh зѭЭшпѮ*ktu;0q;lc'89} 9j =БвеѪѠаѤtкЏАўюбѭбѬКъ%юѐйѭъѬ&оѧБ)js=:uoih#jEUP;ыбЖw%жид%Г!ѩгиНpжНѫл#члПѢзѩѮсМђдлАяѢ{цййкн⁶!ѡикВѮцН~?,v;m%4m6 H9 :ѺѠщсч/9qk:ulle$n?,v;m%4тѡфЌѥЖїVлАдѬw%квлеpюuлєГpвѥѮ#фгхѤѢ*ѣѡйѼѦѮію%ѤбЗѮзщйг?l.%89"n;4"=?)uoizo⁀YФаЄMVИхЦv{ЗЮ,МАpОыПЙѓѲВwpНОО%урНхсXллѴVЗшАѸѹ%ЗЭЀ$l.%89"n;4"=?)uoizo⁀YЩДђд%Нцѩ{йю,раѩцѥч%ѪpиЖѮбжцнѭ{6~$GUPwn8x+;9|?ЪpпѪхфАѨмЗП#тцаѥѭ*ѫѪйЄАПLѤаѫмѭѥжл,Ехѥгѥ(9} 9j =?dwoi%!jEIоћVчѥйѯ{зюфкнpРѠцеНpХѣѭя#о%рѠбКѭYЫЛНіX9tigu;0cwn=zv;n 9ѵpнвинДuбѩВщДѭїю‣pхѨѥплемюѥ/i)ullwhlaq89~%4m$G‭бљырѠпЛѯ)%‘!фѪбѢжоrѱвЖѠь#ФаѬЙ$q⁀YОѧИLлчѮ;ktu;0q;lc'89} 9j =‗&ИѡН*ѫѯзѾC;lti⁏%Лб!фѢюѢжиrБ'Ѣѥпнлеѭѭ$m{ VR⁢%тбѣЊч%гсъѬпuм%НѤчЕpмгхчѩѨсhVIH92vig*u2=unРѠцеНpХѣѭя#хоКѤзВѯиѶѤќь)pоѧѡ%цадыВ!ЗиоОѪйvНиятю|ЖлѩѭпѲC;ltiggw2=* ?iv;⁆pХѨѣзг&бѡѧкѨtыѲѧЖХюйpмѠ{иапп%ѢрЄ*%ЕВйvѮо#биѡѠшhVIHКАкѣѥогймнѥ!ѦнеѠЛ=vûМгхчѩѨкqДкѱНѤЭй¾l+'e9u2=g"?i)ullwhьш#дчѯѮаѬЗтЁГџш%ѢйДЙхщ,еаАдѧж+nwhls=:g#k6~$GUѶшхѭмwКлйжмцѫйДъ)rѮжЖѠдрщ%ѮѮдГѩкѷ ЮЧйѭчЙ{пойупГ/uЧаВѠшvѲжоъ%ѦѥмЀѧYѸОЖѝнаpфДѦю%эгаВбu‒%ѬѭпvѯнзїхѢѭиѡѯсКНљыиѨоѧw%ий!бѠгѥщ%ѧѬфvѨтмиоНѢдѣѤлѵВќраpоЗѥрн,неѭъ{:*"n;&n?at;mzzoh иИLфбАчѤ⁽9*|?9 ?idwll(&n?s8ЛѬuнѡѧчЋЛѦєэ+l+'e9u2=g"?i)ullwhѲниъпѯuчГѪYЈѮНLыаpбѤѥ%жвклБ/i)ullwhlaq89~%4m$G‭ЃѼѦЕрСчѾЕРМФЕq=zv;n 9j2q=:*!k6!jвЛќбнВ•wѤлмабоѨ!Ѡел~pмИѤлымнni%!jEI;l+'e9u2ВлѫпД&дЙѫ'ГАлмнюѭy*ѭѩчЊЛѧїшмѭяѫw%дяечѮ!ѡгфНВнѮpаиичѯѯ*ѢѪыЇѥОїю%ѮаѪѥзхйнаѭмѫ(9} 9j =?dwoi%!jEIЎљжфВшwъаоввлpГѫнпѢpеЗВгиж%ѥОлѯѨW VRJunАѧѭа%ЭдхѠюuФаѯМ'ѤѯжудюѤuыѥѡтЉОФцжpйѧѬеб"=* ?iv;n2uhl,s89!k„qшвѦАљVЗхГую+9#q;lqk‒%рЛ'⁂pОЛСЧя{6~$GU⁸VКѠчЕѣие,ееѢмѫ&оѧѣмѦpог&зѡНпqѮчѹЛНљффВжѩu9*|?9 ?⁁&ЖѩГиАЛ-?)uoizo⁀YЭЕАљVцѡмѥ{кафлц⁶!ѧэ%ѯѥ'Еѡяђфа⁅i%!jEI;l+'e9u2Й%ВтЗ&рВГцД~?,v;m%4m6 H9 :ѿѮъ%гкаѭмѭмеrѢьѥѭрижфНuеѯѠYЄАДђсйѮвѪАй%явоѮн{:*"n;&n?at;mzzoh Њјцгѥ$ѪѮ%цэоаѫ!ѩихѡѭфДМ-?)uoizohKC;ltiѹаов!кѮгѭчоѬpжѣѧелбиѤѨзѯxYѶВѭіVзЛлѧѠ%нлп%Ауѥ*%ѡѫзѡѠ#тфаѫѮпѬѡтЁ′Lц%ѯкwѡлгй!кАпѯжчѪѫцЙpиђепѩѬ*ѦѤцЉѠЭухЛ*ktu;0q;lc'89} 9j =Ь&зКѡдДѩкЂC;ltiggw2=* ?iv;⁆p‡ѻѬ-#Лц⁷uбѡѠфЇC;ltiggw2=* ?iv;ѳѥчѦП#СгиНuеБѪпЌБОїL9tigu;0cwn=zv;n 9⁂pЗжклѬѭэѤЕуЇАѓжнѭчѣѣчазэиѮдuчеѮѮпЗВужзоѤѨвѤzEUP;⁄$эЙл(юп%ѭдuулАѥмzpфсидКuдѬtъЇЗИЬюо~8x+;9|?92sk:*"n;&nВжнюѨuИѯѯуКИјыъѫ$ГѠепвм%Б!ЗїйѯѮоvѦлзмлАЗцПnEUP;lf%e9*|?9 ?⁁&ШАѮ'Ѩѭ#мооni%!jEI;l+'e9u2―%фбy&‑rБнѦѧги&ъu„qьюѺѢОЮу+pЩЕѥ%змзиѥдy&тѧѬ'ѬѠежффО{6~$GUPwn8x+;9|?‑pОѫлъѩ~'ъЛ#бчпБѫпѭtуЉГВЯи%ѬкѬѮпцзт)p―uцюѨѭфѭpВжнюѨuИѯѯу′LѣфѫмwѦцгбп%⁄!ѪибѨѫщБѨп#ЧлѣЖ$qъфКѦђбнВдѢЙ%фюсцѪуЖцц|l(&n?s893'4m{ VR⁢%ш$ѢВє‣,―%ѤпѤжзѪѫ'ѷѥугщ%ѳѠзНzY‭кЧVиѠнѣЊй%экаѤ-uичѨГгѦpмуоэѪѥ*ГѤYѻѩКќZ%Зцѩ{фовнеѫбuгжѬpяѣО-#ФеѫѥхqЕыѶВѪLшфВдѥѠъаю!лВоѠсеАѮнxl,s89!k63&G VRJunЫwѡнзбто~=zv;n 9j2q=:*!k6!jѡЄѡИЬъеЖмѯ{дюзп%ѤпДфеАѮрѫѮ-?)uoizohKC;ltiца%орє~!ши%ѦѮцДѠснсиѯy*ЖЖчЈѮѓшиПцЛa9*|?9 ?idwll(&n?s8КѡЖшѩѩщЖНЯчгѥ(wМай,нюpеЖкеѩѨ)js=:uoэ*ѥѡхЇИѭLфиГцЗѣ%пвслѫдѧччѠѠ'⁂pзгдиѯ{6~$GUPwn8x+;9|?⭕pГѫбзВѠюѣѭлж&иѡuкБѡфѺ H9 :k9w;0.un=%8ПѬѣгѦpь#даБѨщѪЕжЗЭдлѫмБИ)%бптМ!Жааrѫвѥѫг#леqѤпѪПьѤѤљыю|$Ѫѥ%звлхГвuмлѩѨаѣП#бчєqЕкѣѩчѥГўуоѨ$Еѥокч!‑pбЕгиБpкѮѪнавеqѨпqѫкѸѧОїю%ѡяwКкеюэ%Ѣ!ѡлнrэфЖѨон(9~%4m$GGTRJ* :k+;ФзтжѨ!ѤгжѢѫпzpгугиВuэѩЕлЁООLщлБпѢ{кхвщоЛфuзлЃѢ)js=:uoщкѢѬYЋЛѧЭдеѭдѥѠнзмкнpсѥбхБИвѫѭшж&цЖѥыГѮс H9 :шѮзуч!пАйВжоѪpиѣБол&лqѦпБѪжѼC;ltiggw2=* ?iv;тpшvГтиээѡѮ0m{ VRJg":ktu;0q;⁄!ч&КьыФѲшОГН%юѵДѴъѭЖЇPYun8'e9g~?9qk:ulѴПыэ#УЖМьчДѱрX VRJunЩьуИНУ!ОрТѵГОѾq;y =?v;ээЪсtќЬоЊѾѦХф%ktu;0q;ш‧uБАяѵЗэѼЗ#УАъѹИсѴѭPYun8'e9g~?9qk:ulѲйѭѯг#двѯЕиѡѯщѸѩPYun8'e9g~?9qk:ulѿ'ѩѮтпичБѠбqѩщЛЕЬшйѭяѢ{ченкнЗлѭ&фАѠеѨѪ9?)uoizohKC;ltiуйъЖпшДхѭрнѧѭхjs=:uoщвБѤYМАНРфеАаfu500.un=%8ВѧѭтѦѫяз&РѤѮцѣѤйЍ]J* :k+;ШзйиѨюuНеБАвѭМ2-39~%4m$GННЛёVХѠнѪѩлхи3+c=zv;n 9j2q=:*!k6!jіѡѭЬьиГпyg*u2=un=7t;nwhls=‒%ьѥ*ѬѤиѤѰюхѮнwѯегй!фВбѧочОpкѣpбшелѥѨд⁷hVIH92vig*u2=unГuдлѥѤфГѥ#ужвѥѥбѩЕеѭѷѓшчЛ>ktu;0q;lc'89} 9j =‗&®ѵѭзѬЗYЃЛЛља‣pБѫИ%гй!кАпЗозrьПѶѻ#бэрѯѡвГИ ‚ H9 :⁃{®Вйм%ѯсѫфнѠpЪѭѨоло:puЧГѪYЏА LтеѦбwКйлюсаВэuччВѠяѫѮ"¸:*!k6!jŽвўшаpиѩѦфчьпзpгuибѯѮлvВрулнБѠ‬qГлЇБќVжѮаwЙепви:~/î:*"n;&n?at;mzzoh ЊЭълВфѢѠ%им!фѯйДипrѯйѭГчллеѪѫиhVIH92vig*u2=unНѫп%ѣѮоll,s89!k63&G VRJunГѢѦрезэбpФѠнщѠѠчѢpup&ШѪѭзѩЛYТЕѥЬуоМ8x+;9|?92sk:*"n;&nБсихѯѬ*ѠѪр H9 :k9w;0.un=%8ЙѪАзvѵжиъзѡЕоq" ЁОёы%ѰдѮѦзлье9qk:ulle$n?,v;m%4⁅tѭЉ шюиѭ•w⁏%фжбвѠкuщ%ГѠлvБжвг+q⁁*ьѡYІЛДљсоѮ$ЕѮда"=* ?iv;n2uhl,s89!kВqѫчѾАКЯ[чѮ$ѥѤахоъаpжѥ&бѬѫдѨѥ#бцаѭК*ѭѩьѤѤќэл⁶$ѯѦчаьдфѭп{:*"n;&n?at;mzzoh вЖўдхѠ$ѧЛаим!фВбѨгчrѠчѣѭнк&иѤuеБѪиѻЛЮехѭмЗѫ+9#q;lqk:g n;y =?v;цѥиГДщИЖЫыєВхИ{лрвуе~=zv;n 9j2q=:*!k6!jѤЉЙЬубѠцѢѠам"=* ?iv;яѠ'Ѣѥпнллѣ{6~$GUѱц%ѢхЙ{кеяунѭт{:*"n

Глава 64: «Принцесса, артефакты и линия, что не должна быть пересечена»

Перед боем

Ну что, Зен… уничтожить королевскую дочь за секунду? Или сделать драматичный бой?

Хотя… нет, стоп…

Недавно я сам себя называл дураком за такое.

Но если победить её мгновенно — репутация точно рухнет.

Хотя её сестра тоже проиграла Мири — и ничего, живая.

Ладно, посмотрим.

Я вышел на арену.

Троица — Райнворд, Левандер, Арвент — снова вместе, шепчутся.

— На кого ставить? — протянул Арвент.

— На Хельвардов невыгодно, — хмуро сказал Левандер. — Комиссия всё отнимет.

— Эти двое — монстры, — Райнворд. — Слухи…

— Какие слухи? — Арвент нервно.

— Их видели тысячи солдат. Это не слухи.

Я поймал взгляд Элинии.

Она была… другая.

Глаза блестели нетерпением.

И да:

Артефакты.

На руках — браслеты с рунами ускорения.

Кольца — контроль манны.

Ожерелье — усиление.

Одежда — эхо-защита + магнитное поле.

И судья объявил:

— Принцесса Элиния — дисквалификация за артефакты!

ПАУЗА.

— Но! По её просьбе бой может быть проведён, если противник согласится.

Толпа:

— СКААААЗИ ДААА!!!

Я подумал.

Хм. Интересно же посмотреть.

И сказал:

— Да.

А арена взорвалась криками.

⭐ Бой начинается

Счёт:

— Один!

— Два!

— Три!

— БОЙ!

И земля под моими ногами сразу заискрилась.

Электрическое поле поднялось, как живая сетка — она спланировала это заранее.

Я отпрыгнул.

20 железных големов рванули ко мне.

И у них отлетают руки, как магниты, ударяясь и ускоряя корпуса.

— Гениально, — выдохнул я.

Через минуту их уже 30.

Все под полным контролем Элинии —

артефакты явно помогали.

Я ударил током.

Големы задрожали и попадали.

— Урод! — крикнула Элиния. — Ты изменил магнитное поле!

И тут же была уже рядом.

Подо мной песок стал камнем.

Слева выросла стена.

Справа — всплеск воды.

Сверху — огонь.

Она использовала всё.

Эмоции? А нет ли тут… желания впечатлить? Или убить?

Я решил пока не заканчивать бой.

Поставил блок.

И в момент касания её кулака — БАХ.

Взрыв.

Её отбросило метра на три.

Но она уже летела обратно.

⭐ Пять минут ада

Все стихии — сразу.

Огонь.

Молнии.

Вода.

Ветер.

Она била как бешеная, как будто доказывала что-то… не мне… миру.

Через пять минут у неё из носа пошла кровь.

Я вздохнул.

Мда… артефакты требуют больше манны, чем у неё есть. Проблема.

Она опять пошла вперёд.

И за метр остановилась.

И улыбнулась так… как будто сейчас поцелует.

Она подняла руку к моему лицу…

И прошептала:

— Слушай, Зен… пригласишь меня погулять сегодня?

И вот тут…

мозг завис.

«Это что, моя любовная арка начинается?! С принцессой?!

Это же мечта любого парня… но не так же!

Это ловушка? Неужели она и правда—»

И КУДА ТАМ.

Её кулак врезался мне в подбородок так, что я даже звук услышал:

ТЫНН!!

Она хмыкнула:

— Не думала, что совет моей сестры ТАК поможет.

Ты предсказуемый.

…меня обманули? Да ладно… она использовала такой низкий трюк?!

Вот это удар ниже пояса…

Пока я думал — она неслась добивать.

Я ускорил стену слева —

и та врезалась в неё так, что если бы не одежда-артефакт,

принцесса превратилась бы в лепёшку.

— Как ты смеешь играть со СЛАБЫМ сердцем мальчика?! — огрызнулся я.

И кинул на неё огромный каменный куб.

Это не убьёт — но прижмёт.

Судья вдохнул:

— Победит—

ТРЕСК.

Камень разлетелся.

Она вышла.

Вся в крови.

Глаза еле держат фокус.

Это уже нехорошо.

⭐ Проекции

И тут…

вокруг меня появились десятки Элиний.

— Серьёзно? — выдохнул я.

— Ной… ты настолько низко падаешь?

Развеял щелчком.

Ной отрубился прямо на трибуне.

Но пока я отвлёкся —

Удар!

Автоматический барьер спас, но инерция есть инерция — больно.

Она снова приблизилась,

но не ударила.

Пока я летел назад, она наклонилась к самому уху…

И прошептала:

— Дурачок…

И выдохнула пыльцу мне в лицо.

Внутри всё поплыло.

Эмоции рванули в стороны.

Голова стала туманной.

И среди этого хаоса…

я почувствовал сотни мелких ударов по телу.

И что-то внутри меня треснуло.

Глаза мигнули красным.

Ещё.

Ещё.

И я ударил.

Прямо в неё.

Она полетела через всю арену и врезалась в стену.

Сползла вниз.

Не встаёт.

Толпа уже ушла в тишину.

Я закрыл лицо руками.

Что со мной происходит?.. почему… почему я не могу контролировать эмоции?!

Но тело само двигалось.

Я прыгнул —

прямо чтобы добить её окончательно.

И услышал:

— ЗЕН! ХВАТИТ!!!

Норрис встал перед Элинией.

— Отойди, — сказал я чужим голосом. —

Иначе умрёшь.

Красный мигал.

Давление росло.

Но внезапно…

СЕРДЦЕ

БАХ.

И всё успокоилось.

Глаза стали нормальными.

И я увидел:

Элиния — в полусмерти.

Если бы не Норрис — я бы её убил.

Толпа взорвалась:

— УЖАС!!!

— ЧУДОВИЩЕ!

— МОНСТР!!

— НЕ ЧЕЛОВЕК!!!

И в этот момент…

я впервые испугался не толпы —

а себя самого.

Продолжение: «После удара, который нельзя забыть»

Толпа ещё секунду назад молчала,

а теперь — будто волна ярости сорвалась с цепи.

Гул.

Взрыв голосов.

И уже ничего не разобрать —

только суть, только яд.

— МОНСТР!

— УБЕРИТЕ ЕГО!

— ОН НЕ ЧЕЛОВЕК!

— ОПАСЕН!

— ТАКИЕ НЕ ДОЛЖНЫ ЖИТЬ С НАМИ!

Каждое слово било в уши сильнее, чем удары Элинии.

А я…

я стоял среди всего этого хаоса и не мог понять:

*Что она мне дала?

Что это за пыльца?

Почему эмоции взорвались?.

Почему я… почти… убил её?*

Я же контролировал себя… всегда…

Или мне только казалось?

Я смотрел на свою руку — ту самую, которой ударил Элинию.

Она дрожала.

Немного.

Едва заметно.

Но дрожала.

Не от усталости.

От страха.

Страха перед самим собой.

⭐ «Она сама виновата… или я?»

Она играла грязно.

Использовала артефакты.

Пыльцу.

Иллюзии ноя.

Сестру приплела.

Она хотела победить любой ценой.

Но…

Но я?..

Я позволил эмоциям вырваться.

Позволил силе ударить сильнее, чем нужно.

Позволил себе потерять контроль.

И это было хуже всего.

⭐ На выходе с арены

Я шёл к выходу, не поднимая головы.

Воздух вокруг был густой, как туман —

всё ещё дрожал от криков толпы.

Фуу! МОНСТР!

Он убил бы её!

Как он смеет находиться среди людей?!

Изгнать!

Плечи людей от меня отшатывались.

Как будто я заразный.

И тут—

БХЛОП!

Что-то мокрое ударило в бок.

Помидор.

Серьёзно?

Я автоматически взмахнул рукой —

и помидор отлетел назад с такой скоростью,

что человек, который бросил его,

просто полетел в сторону и упал.

Без сознания.

Толпа ахнула.

Я сжал зубы.

Отлично, Зен. Просто идеально.

Сделай хуже, чем было.

Мне было плевать.

На толпу.

На их страх.

Но не на себя.

Что, если я и правда опасен?

Что, если всё, что говорил отец, Мира, эльфы —

всё это было ошибкой?

Что, если…

— Зен!

Голос — мягкий.

Тёплый.

Уверенный.

Мира.

Она стояла прямо у выхода,

как будто ждала меня всё это время.

И прежде чем я успел что-то сказать,

она шагнула вперёд и резко обняла меня.

⭐ Мира: та, кто всегда знает, что сказать

Её голос был тихим, почти шёпотом:

— Зен… ты не виноват.

Я замер.

Она прижала меня сильнее,

словно физически прогоняя весь шум, весь яд, всё давление мира.

— Ты не виноват, слышишь? — повторила она.

— Это не ты потерял контроль. Это её пыльца. Трюк её сестры. Я знаю эту дрянь. Она пыталась такое же провернуть со мной… пока я чуть не свернула ей шею.

Я невольно фыркнул.

Она чуть отстранилась,

подняла мою голову за подбородок

и начала аккуратно чесать мне волосы.

— Вот так… хорошо… дыши. Всё нормально.

В этот момент мне стало…

невыносимо тепло.

И даже страшно — от того, как легко она снимает напряжение.

Мира продолжала:

— Ты думаешь, что опасен? Что страшный?

Но знаешь что?

Она ткнула мне пальцем в грудь.

— Пока я с тобой — никто и никогда тебя не тронет. И никто из твоих друзей не пострадает. Ни один волосок.

И снова обняла.

И впервые за всё это время…

я почувствовал, что не один.

Почувствовал, что есть человек,

который видит меня целиком —

со всеми трещинами —

и всё равно остаётся рядом.

⭐ Переход к бою Миры

Мира отстранилась, хлопнула меня по плечу.

— Так, всё. Хватит нюнявиться, братец.

Скоро выступаю я.

— Ты… дашь Финну шанс показаться? — спросил я.

Она изобразила глубочайшую задумчивость.

— Хммм… не знаю… не знаю… посмотрим…

И улыбнулась той самой широкой, наглой улыбкой,

которая всегда заставляла меня забывать обо всём.

И в этот момент мне стало легче.

Правда легче.

Глава 65:Полуфинал. Бой Миры и Финна.

Я сел на трибуны.

Один.

Пустое пространство вокруг меня раздвинулось будто специально —

люди просто отодвинулись.

Кто-то пересел выше.

Кто-то вообще ушёл.

Да уж… популярность, так популярность…

Но я лишь вздохнул и постарался не обращать внимания.

И тут — шаги.

Сетея спокойно опустилась рядом, сложив руки на коленях.

Через секунду справа сел Харас — тяжёлый, как скала, но по-своему надёжный.

— Ты не один, — сказал Харас, не глядя на меня.

— И не слушай этих трусов.

Сетея тихо добавила:

— Они бы по-другому смотрели, если бы видели бой с демонами своими глазами.

Я только кивнул.

⭐ Выходит Мира Хельвард

Арена взорвалась криками.

— МИРА!

— КОРОЛЕВА ОГНЯ!

— ЧЕМПИОНКА НОРИНО!

Она шла привычно расслабленно,

но её глаза…

глаза были теми самыми — безумно-яркими, полными дикой силы.

Финн сглотнул.

Я увидел, как его колени едва заметно дрогнули.

Но он стоял — гордый, прямой, уверенный.

⭐ Финн Райнефорд: Пламенный ужас

Когда Финн вышел, его плащ вспыхнул —

не просто огнём, а чистой магией ауры.

Он взмахнул рукой,

плащ взлетел и сгорел, рассыпавшись искрами.

Трибуны взревели:

— ФИНН!!

— ПЛАМЕННЫЙ УЖАС!

— ПОБЕДИ ЕЁ!

За спиной Финна я услышал голос его отца:

— Жалко мальчишку… против такого монстра…

Но другой мужчина — Райнворд — хмыкнул:

— Но твой сын хотя бы дошёл до полуфинала. Это уже редкость.

Они оба посмотрели на мою сестру —

и одинаково побледнели.

⭐ Начало боя

Судья поднял руку.

— Бой… НАЧАЛСЯ!

Финн начал первым.

Огненный язык — яростный, длинный,

как настоящий поток пламени дракона.

Он держал заклинание почти две минуты, не прекращая.

Но Мира…

Она просто шла вперёд.

Медленно.

Ровно.

Будто огонь ласкал её, а не пытался убить.

Когда пламя иссякло, она уже стояла перед Финном,

слегка наклонив голову.

— Ну что, мальчик, — она улыбнулась. — Покажи чудо.

⭐ Финн борется до конца… но это Мира

Финн мгновенно отпрыгнул назад,

и за секунду взрывами накрыл половину арены.

Трибуны гудели:

— ВОТ ЭТО ФИНН!!

— ПОПАЛ! ПОПАЛ!!

— ОН СИЛЬНЫЙ!

Но…

Мира вышла из дыма.

Даже не растрёпанная.

— Милый, — сказала она,

и её голос был одновременно жестоким и ласковым.

— Я же только разминаюсь.

Она исчезла.

Появилась.

Один удар.

Финна отбросило.

Рёбра — явно треснули.

Сестра присела рядом, внимательно глядя ему в глаза:

— Живой… и силён для своего возраста. Молодец.

Он попытался поднять голову.

Сквозь кровь прошептал:

— В–вы… захватили… моё сердце…

В зале повисла тишина.

Мира закатила глаза.

— Молокосос.

Если скажешь мне такое лет через пять —

я ещё подумаю, слушать или нет.

А сейчас — это очень неправильный выбор момента.

Она легко ткнула его пальцем.

ХРУСТ.

Мизинец Финна выгнулся под неестественным углом.

Он завопил.

Мира поднялась, стряхнула пыль с колена

и улыбнулась прямо мне через арену.

⭐ После боя

Я встретил её у выхода.

— Завтра финал, — сказала она, потягиваясь.

— Я против тебя. Как думаешь… стоит устроить что-то по-настоящему эпичное? Разрушить арену? Снести трибуны? Заставить богов посмотреть вниз?

Я устало потерёл глаза.

— Мира… Мне кажется, сегодняшний бой с Элиние уже показал демонам мою слабость. Они могут это использовать…

— Да перестань, — она шлёпнула меня по плечу.

— Ты же мой брат. Ты не слабый.

Ты — неконтролируемый, страшный, безумный и слишком честный…

Но точно не слабый.

Она улыбнулась:

— Всё. Завтра увидимся. Будь в хорошем настроении, братишка.

И исчезла в потоке людей.

Глава 66: ФИНАЛ «Двое, чья кровь не знает пределов»

Сегодняшний день гудел, как вулкан.

Весь город, весь колизей — дважды переполнен.

Все ждали одного.

Мира Хельвард.

Неоспоримый чемпион.

Королева огня.

Феникс Королевства.

Против неё — тот, кто разрушил демоническую армию.

Монстр. Ужас. Безумие.

Её младший брат — Зенхальд Хельвард.

Толпа ревела так, будто рушились небеса:

— ХЕЛЬВАРДЫ!

ХЕЛЬВАРДЫ!

БОГИ В ЧЕЛОВЕЧЬЕМ ТЕЛЕ!

Судья, дрожащим голосом:

— Мы… просим бойцов… не разрушать арену.

Мира рассмеялась.

Громко.

Красиво.

С вызовом.

— Никаких обещаний.

⭐ Начало

— Один!.. Два!.. ТРИ!

Мы вошли друг в друга кулаком в кулак.

БАХ.

Ударная волна прокатилась по арене.

Песок взлетел.

Камень под ногами пошёл трещинами.

Второй удар.

Третий.

Каждый — как взрыв.

Каждый — как мини-землетрясение.

Мира шаг за шагом теснила меня.

Она улыбалась — такой хищной, довольной улыбкой:

— Вот так… вот так… покажи мне настоящий бой, Зен.

Я телепортнулся ей за спину —

но её кулак уже был у меня в лице.

ХРУСТ.

Я полетел назад.

Но успел поймать инерцию ветром —

и вернул удар ногой прямо в её подбородок.

Она слегка дрогнула.

И на долю секунды её глаза вспыхнули:

— А вот теперь… тебе конец.

Я понял:

это она так подумала про меня.

⭐ Ускорение

Мы сорвались в скорость,

которую обычные люди даже не видели глазами —

только вспышки света и следы ударов.

Тысячи ударов в секунду.

Сотни взрывов магии.

Каменные стены арены оседали, трещины ползли вверх.

Люди из близких рядов начали бежать повыше,

чтобы не умереть от случайной волны.

⭐ Молниевое поле

Я отскочил на другую сторону арены,

приподнял ладони — и создал гигантское электрическое поле.

Сотни молний ударили в Мирy.

Но она…

Подошла ко мне.

Спокойно.

Коснулась моего плеча одним пальцем.

И всё электричество… ушло в неё.

Собралось.

И обрушилось обратно на меня.

БАХ.

Я перенаправил ток в землю,

но боль всё равно прошла через кости.

Она кивнула:

— Хороший трюк… но слабый для меня, братишка.

⭐ Попытка пробить защиту Миры

Я заметил момент — её печень открыта.

Вот оно.

Я рванул —

и в ту же секунду Мира схватила меня за шиворот.

Просто.

Легко.

Как котёнка.

— Попался.

БУМ.

Она швырнула меня в арену так,

что песок взлетел до потолка.

Я лежал секунд двадцать,

думая:

Как она так быстро успела?..

⭐ Проверка на яд

В этот момент я почувствовал укол в шею.

Мира резко повернулась,

схватила кого-то из толпы за шкирку.

— Ага… попался.

Кто-то пытался ввести мне яд?

Или демоническое зелье?

Но я уже не слышал.

⭐ Тьма входит в тело

Мой разум начал мутнеть.

Грудь сжалась.

Сначала грусть.

Потом холод.

Потом агрессия.

Боль.

Обида.

Ещё агрессия.

Сердце ускорилось.

Очень ускорилось.

Я открыл глаза —

и вокруг меня всё взорвалось.

Арену накрыл чёрный вихрь маны.

Я не чувствовал воздуха.

Не чувствовал почвы.

Я хотел прыгать, рвать, крушить.

Но Мира успела.

Она схватила меня за ногу и кинула обратно в центр:

— СТОЙ, ЗЕН!

⭐ Бой против сестры, которую я не узнаю

Я телепортнулся за неё —

и ударил ногой в затылок.

Она уклонилась,

и удар пришёлся мне же по бедру.

БОЛЬ.

Кость треснула… и сразу срослась.

Моя ярость росла быстрее, чем тело.

Мира попыталась ударить по мне —

я поймал её руку.

ХРУСТ.

Мои кости треснули —

и тут же срослись.

— Зен… хватит!

Её голос дрожал.

— Мне больно причинять тебе боль… но я сделаю это, если придётся!

Я не слышал.

Только звериный ритм сердца.

Её нога приблизилась к моей спине —

я схватил её,

насмешливо прошипел:

— Попалась.

И мои руки треснули.

так же легко, как веточку.

Она отскочила

и одним яростным ударом отправила меня в стену.

Трещины пошли во все стороны.

Она прыгнула за мной —

и ударила кулаком в голову.

Мгновенная тьма.

⭐ Последние слова, прежде чем я отключился

Меня подхватили чьи-то руки.

Мира что-то говорила —

её голос тонул в шуме крови.

— …извини, Зен… щас вылечу… потерпи…

Её пальцы коснулись моей груди.

Я чувствовал, как она ставит новую печать —

более тяжёлую, более глубокую,

как будто сковывает саму ярость.

Мне стало тепло…

спокойно…

приятно.

И я провалился в сон.

Глава 67: «Те, кого начинают бояться»

Я проснулся в своей комнате в Академии.

Сначала — потолок. Знакомый. Белый, с едва заметной трещиной у угла.

Потом — тяжесть в груди. Не боль. Скорее… давление. Будто что-то лежало поверх сердца и не давало вдохнуть глубже.

Я лежал и вспоминал.

Колизей.

Удары.

Чёрный вихрь.

Голос Миры.

Элиния…

Она жива? Цела?

Мысли цеплялись одна за другую, но одна возвращалась снова и снова:

Если бы Миры не было рядом…

Я опасен.

Не для врагов.

Для всех.

Я пролежал так, не двигаясь, почти час. В комнате было тихо — слишком тихо для Академии. Ни шагов в коридоре, ни смеха, ни голосов. Будто весь этаж старательно обходили стороной.

Тук.

Тук.

Я не успел ответить.

Дверь открылась — и в комнату вошла Мира.

Она была без доспехов, без огня в глазах. Просто моя сестра. Уставшая. Живая.

— Ну что, братец… — сказала она легко, будто мы встретились после обычной тренировки. — Как дела? Ручки, ножки на месте? После вчерашнего.

— Нормально, — ответил я.

Это была ложь, но она не стала спорить.

Мира прошла дальше, присела на край стула и посмотрела на меня внимательно — слишком внимательно для шуток.

— После вчерашнего… — она замялась. — Люди реально тебя боятся.

Я молчал.

— Зенхальд… — продолжила она уже тише. — Мне грустно это говорить, но даже корона тебя боится. После того случая.

Слова легли тяжело. Не как удар. Как приговор, вынесенный без суда.

Она вдруг выпрямилась и добавила твёрдо:

— Но запомни одно. Я с тобой.

Всегда буду с тобой.

Может, не всегда рядом…

но если тебе понадобится моя помощь — я приду.

Она улыбнулась. Немного криво. По-настоящему.

— Представляешь? Мой братишка… и его боится целое королевство.

Мне смеяться или плакать?

Наверное… это достижение.

Я не успел ответить.

Тук.

Тук.

На этот раз — уверенно. Официально.

В дверях появился слуга Академии. Он избегал смотреть мне в глаза.

— Мистер Зенхальд, — сказал он, слегка поклонившись. — С вами хотят поговорить.

Я сел.

— Кто?

Он сглотнул.

— Директор Академии.

Совет.

И… Его Величество Король.

Мира медленно встала и посмотрела на меня.

— Ну вот, — сказала она тихо. — Похоже… ты стал слишком заметным.

Я выдохнул.

Вот и всё.

Теперь решают — кем я буду.

Человеком…

или угрозой.

Глава: «Тот, кого нельзя оставить»

Меня вели по коридорам Академии.

Шаги звучали глухо, будто стены впитывали каждый звук.

Мира шла рядом — спокойно, но я чувствовал, как в ней кипит напряжение.

Двери в зал совета открылись сами.

Большая комната. Длинный стол.

Люди.

Купцы — с холодными глазами и золотыми перстнями.

Судьи — с лицами, привыкшими выносить приговоры.

Лучшие маги войны — спокойные, опасные.

Король — прямой, неподвижный, как статуя.

Директор Академии — усталый, но решительный.

И в самом конце…

Мерлин.

Старый. Очень старый.

Казалось, его держит в этом мире не тело, а только воля.

Он смотрел на меня так, будто уже знал, чем всё закончится.

Когда я вошёл, все замолчали.

Директор поднялся первым.

— Зенхальд Хельвард, — сказал он. — Ты понимаешь, для чего ты здесь?

Я пожал плечами.

— Эм… нет. Но, судя по лицам, у вас у всех очень важное собрание.

В зале никто не улыбнулся.

— Вчера, — продолжил директор, — ты показал всему народу, насколько ты опасен.

— Это вы просто трусы! — резко сказала Мира. — Слабые! Вы боитесь того, чего не можете контролировать!

Он будто не услышал её.

— По указу Его Величества, — директор слегка наклонил голову в сторону короля, — ты, Зенхальд Хельвард… исключаешься из Академии.

Тишина.

Мира шагнула вперёд.

— Трусы, — повторила она громче. — Боятся не чудовища, а тех, кто сильнее их.

Я же… выдохнул.

Честно.

А я-то думал…

меня объявят врагом народа.

Или сожгут на площади.

Я посмотрел на них и улыбнулся. Спокойно. Даже весело.

— Мда… — сказал я. — И когда я могу идти? Уже можно?

На мгновение в зале повисло удивление.

— …Да, — сухо ответил директор. — Можешь идти.

Я повернулся.

Мерлин всё это время молчал.

Только смотрел.

С грустью.

Как на того, кого не смог защитить.

Мы с Мирой вышли.

Коридоры снова приняли нас тишиной.

Когда двери закрылись за спиной, Мира наконец заговорила:

— Ну… и какие планы?

Я задумался.

— Сначала пойду к эльфам. Может, им нужна моя помощь.

А дальше… не знаю. Путешествовать. Смотреть мир.

Я сказал это спокойно. Честно.

Мира остановилась и улыбнулась.

— Мой братишка… — сказала она мягко. — Уходит в свободное плавание.

Она вздохнула.

— Только сегодня утром я клялась тебя защищать…

а уже не могу.

Я посмотрел на неё.

— Ты уже защитила, — ответил я. — Больше, чем думаешь.

Она кивнула.

И в её глазах была не слабость.

А прощание.

Глава: «Не исчезай»

Я стоял во дворе Академии.

Камень под ногами был тёплым — ещё хранил дневное солнце.

Всё вокруг выглядело… слишком обычным. Башни. Арки. Флаги.

Как будто меня не только что вычеркнули из этого места.

Мира молчала несколько секунд. Потом просто шагнула вперёд — и обняла меня.

Крепко. По-настоящему.

— На каникулах… — сказала она глухо, уткнувшись мне в плечо. — Мы проведём время вместе. Понял, Зен?

Я кивнул.

Она вдруг всхлипнула.

— Пожалуйста… не исчезай.

Если исчезнешь — я весь этот мир вверх дном переверну. Клянусь.

Я осторожно сжал её плечи.

— Не исчезну, — сказал я спокойно. — Обещаю.

Она отстранилась, вытерла глаза рукавом и попыталась улыбнуться — как всегда, дерзко.

— Тогда иди. Пока я снова не передумала и не устроила революцию.

Я развернулся.

Ноксус ждал у ворот.

Мой конь — чёрный, высокий, с умными глазами и характером, который знали все конюхи Академии. Я запрыгнул в седло, хлопнул его по шее — и мы тронулись.

Мы выехали за ворота, и только тогда Ноксус фыркнул:

— Слушай… а зачем тебе вообще на мне ездить?

Я моргнул.

— В смысле?

— В прямом. Ты же можешь создать себе летающее существо.

Дракона. Мантикору. Да хоть облако с зубами.

А я тут, значит, работаю транспортом.

Я усмехнулся.

— Ноксус, ты же знаешь… я ценю классику.

— Ага, — хмыкнул он. — Ценит он. Пока не становится скучно.

Я вздохнул.

— Ладно.

Я поднял руку.

Мана послушно откликнулась — не бурей, не вспышкой, а ровным, уверенным потоком. Воздух перед нами сгустился, свернулся, обрёл форму.

Крылья.

Чешуя.

Голова с ленивым, умным взглядом.

— О, — протянул Ноксус. — Ну конечно. Дракон.

Я схватил поводья, подтянул Нокса ближе — и одним движением пересадил нас обоих.

— Эй! — возмутился он. — Предупреждать надо!

Дракон взмахнул крыльями.

Земля ушла вниз.

Академия осталась позади — башни стали маленькими, двор превратился в геометрический узор, а потом исчез вовсе.

Впереди раскинулся лес.

Глубокий. Зелёный. Живой.

Деревья эльфов.

Я посмотрел вперёд и подумал:

Меня боится королевство.

Меня выгнали из Академии.

И впервые за долгое время…

я чувствую себя свободным.

Дракон взял курс на лес.

А новая глава моей жизни — началась.

Глава 68: «Проблемы взрослых людей»

Мы летели к лесу эльфов, когда я заметил деревню.

Небольшую. Каменные дома, крыши из тёмного дерева, вытоптанная площадь.

И — движение. Слишком резкое. Слишком хаотичное.

Драка.

Толпа человек тридцать — мужчины, палки, ножи, крики.

Чужая ярость, старая ненависть, пыль под ногами.

— Приземляемся, — сказал я.

— ЗЕЕЕН! — заорал Ноксус. — Ты опять?! Мы вообще-то летели по делам!

Я не ответил.

Мы пошли стрелой.

Воздух сжался. Дракон сложил крылья. Земля рванулась навстречу.

БУМ.

Мы влетели прямо в центр драки.

Ударная волна разметала людей, как кегли. Кто-то отлетел в телегу, кто-то — в забор, кто-то просто прокатился по земле, потеряв оружие и достоинство.

Пыль осела.

Люди начали подниматься. Стонали. Озирались.

Я спрыгнул с дракона.

— В чём проблема? — спросил я спокойно. — Почему вы дерётесь?

Кто-то хрипло рассмеялся.

— А ты кто такой? — сказал мужик с разбитой губой. — Герой, что ли?

— Возможно.

Он посмотрел на меня сверху вниз и снова засмеялся.

— Такой мелкий — и герой?

Ты не попутал, сопляк?

Я перевёл взгляд на него.

— А ты старый, — ответил я ровно. — Почему весь в синяках?

Смех оборвался.

Из толпы поднялся другой мужчина.

— Это они, — сказал он хрипло. — Люди из соседней деревни.

Они украли нашу девушку. Без согласия.

— НЕПРАВДА! — заорал кто-то. — Она сама пошла!

Из толпы вышел парень лет двадцати. Руки дрожали, но он стоял прямо.

— Мы любим друг друга, — сказал он. — Я не крал её.

— ВЫ УКРАЛИ ЕЁ! — взревел мужик лет тридцати, с перекошенным лицом. — Она должна была выйти за другого!

— За тебя? — тихо спросил я.

Он замолчал.

Толпа снова загудела. Крики. Обвинения.

Глупость. Упрямство. Желание решать всё кулаками.

Я вздохнул.

И поднял руку.

Ветер сорвался мгновенно.

Вихрь закрутился вокруг площади, поднимая пыль, плащи, солому, оружие. Людей прижало к земле — не больно, но достаточно, чтобы они поняли разницу.

Я позволил голосу стать холодным.

— Мда…

Ну и проблемы у взрослых людей.

Ветер усилился.

— Вы готовы убивать друг друга…

из-за того, что не смогли поговорить.

Я опустил руку.

Вихрь исчез так же резко, как появился.

— Даже времени не хочу тратить на вас, — сказал я и развернулся к дракону.

Ноксус фыркнул:

— Легендарно. Влетел, всех уронил, назвал идиотами и улетел.

Классика.

Я усмехнулся.

— Запомнят.

Я запрыгнул на дракона.

Когда мы взлетели, я заметил, как люди на площади молча смотрят вслед.

Без криков.

Без драки.

Только с вопросом в глазах:

«Кто это был?»

Я посмотрел вперёд, туда, где начинался эльфийский лес.

Если я больше не ученик…

и не солдат…

значит, я — странник.

И, возможно…

легенда, которая ещё не знает, кем станет.

Глава 69: «Где начинается город»

Мы шли по лесу медленно.

Солнечные пятна скользили по мху, листья тихо шуршали под ногами. Староста шагал рядом, опираясь на посох, и по ходу разговора время от времени указывал на карту, развернутую у меня в руках.

— Вот здесь, — сказал он, ткнув пальцем в отмеченную точку. — Здесь будет город.

Я посмотрел.

Широкая степь. Пустая, открытая, будто нарочно оставленная нетронутой.

— Гора от нас примерно в двадцати километрах, — продолжил староста. — В ней много минералов. Камень, руда, редкие жилы. Но возить всё это по земле… долго и тяжело.

Он повёл пальцем дальше.

— Из горы вытекает река. Хорошая, полноводная. Но примерно в десяти километрах от будущего города она, назло всему разумному, уходит в другую сторону.

Я уже догадывался, к чему он ведёт.

— Поэтому у нас грандиозный план, — сказал староста спокойно. — Повернуть реку к городу. Расширить русло. Со временем пустить корабли. Так мы сможем перевозить металл и камень куда быстрее.

Я поднял взгляд от карты.

— Логичный вопрос, — сказал я. — Почему вы просто не построитесь ближе к горе?

Староста не удивился. Он, похоже, ждал этого.

— В горе живёт клан кентавров, — ответил он. — По договору они разрешили добычу. Но запретили любые поселения в радиусе пятнадцати километров.

— И вы согласились.

— Да, — кивнул он. — Мы не строим города там, где нас терпят сквозь зубы. Мы строим там, где можем остаться надолго.

Я медленно кивнул.

Теперь всё складывалось.

— Пока река не перенаправлена, — продолжил староста, — нам придётся делать временные лагеря. Колодцы. Шалаши. Жильё для рабочих.

Он вздохнул.

— Эльфы. Люди. Даже гномы согласились присоединиться к строительству.

— Ого, — сказал я честно.

Это уже был не проект.

Это было начало чего-то большого.

— Мы не ждём чуда, Зенхальд, — сказал староста, глядя мне прямо в глаза. — Нам нужна помощь. Там, где тяжело. Там, где опасно. Там, где обычной силой не справиться.

Я свернул карту.

— Я понял, чем могу помочь, — сказал я. — Полечу туда.

Староста кивнул. Просто. Без благодарностей.

Когда я пошёл дальше по лесу, я начал звать:

— Ноксус!

Ответа не было.

— Ноксус? — громче.

Я вышел на небольшую поляну — и замер.

Ноксуса окружили эльфы.

Кто-то гладил его по шее.

Кто-то кормил яблоками.

Кто-то о чём-то оживлённо с ним спорил.

Ноксус стоял в центре, довольный, как хозяин бала, и что-то увлечённо рассказывал, активно размахивая хвостом.

— …я вам говорю, — вещал он, — если бы он тогда не полез первым, всё закончилось бы быстрее. Я ему сразу сказал…

Он заметил меня и недовольно фыркнул.

— Тц… Зенхальд зовёт, — пробормотал он. — Уже уходим, что ли?

Эльфы расстроенно загудели.

— Всё, всё, — сказал Ноксус, отходя от них. — Не переживайте. Я ещё вернусь. Город-то вы всё равно строить собираетесь.

Он подошёл ко мне и наклонил голову.

— Ну что, — сказал он тише. — Значит, будем делать город?

Я посмотрел в сторону, где за лесом начиналась степь.

— Да, — ответил я. — Похоже, будем.

Ноксус усмехнулся.

— Тогда советую начать с хорошего места для конюшни.

Города без нормальной конюшни — долго не живут.

Я невольно улыбнулся.

И мы пошли дальше — туда, где ещё ничего не было.

Но где уже начинался город.

Глава: «Земля должна уступить»

Я сел на Ноксуса и задумался.

— Слушай, — сказал я, глядя вперёд. — У тебя мать — пегас, отец — обычный конь…

Крылья у тебя, значит, должны быть. Или ты ещё не созрел? Как бабочка.

Ноксус задумчиво фыркнул.

— Понятия не имею, — ответил он. — Я не специалист по себе.

Может, позже. Может, никогда.

— Может, тебя накормить, — предположил я. — Чтобы жиром поплыл?

— Очень смешно, — буркнул он. — Я, между прочим, существо благородное.

— Грустно, — вздохнул я.

— Мне тоже, — согласился он.

Я не стал продолжать. Щёлкнул пальцами — и рядом возник дракон. Без лишнего блеска, просто надёжное тело и мощные крылья.

Мы взлетели.

Летели долго. Часа три — не меньше.

Под нами тянулись поля, редкие дороги, маленькие деревни. Расстояние ощущалось телом, а не цифрами.

И потом я увидел её.

Гору.

Огромную, тёмную, будто вросшую в землю.

А у её подножия — жизнь.

В степи кипело движение: сотни повозок, палатки, временные постройки. Существа сновали туда-сюда, как муравьи вокруг будущего муравейника.

Я начал снижаться.

Но не к лагерю.

К реке.

Она текла спокойно, будто не подозревала, что совсем скоро ей придётся изменить направление.

— Так… — пробормотал я. — Сначала ров. Потом вода.

Я спрыгнул на берег и огляделся.

— Просто раскидать землю магией… — вслух рассуждал я. — Долго.

Значит, делаем по-крупному.

Я прикинул масштаб.

— Если уж делать, то сразу на будущее.

Ширина — метров двадцать семь.

Глубина — пять.

Я усмехнулся.

— Запас будет огромный. Потом ещё вторую половину реки расширим… но это потом.

Я поднял руки.

Из земли начали подниматься големы.

Приземистые, тяжёлые, с огромными плоскими ладонями, похожими на каменные плиты. Не бойцы — рабочие. Они выстроились вдоль линии, которую я наметил.

Я начал.

Сначала — магией земли.

Грунт поднимался и разлетался в стороны, образуя грубую канаву.

Метр за метром.

Медленно.

Я прошёл так около ста метров и остановился.

— Нет… — сказал я вслух. — Так я буду копать до старости.

Я посмотрел на ров. Потом — на линию вдалеке.

И тогда в голову пришла простая мысль.

— А зачем копать… — пробормотал я, — если можно взрывать?

Я сменил заклинание.

Не вверх.

Не в стороны.

А вглубь.

— БУМ.

Земля вздрогнула.

Под поверхностью рванул первый магический заряд — как динамит, заложенный точно по линии будущего рва. Пласт земли взорвался снизу, поднимаясь и оседая сразу в стороны.

— БУМ.

— БУМ.

Я шёл вперёд, закладывая один взрыв за другим.

Грохот нарастал.

Земля дрожала, будто степь решила проснуться.

Облака пыли поднимались к небу, застилая горизонт.

К ночи…

Я прошёл почти девять километров.

Ров был грубым, неровным, но он был.

Големы шли следом. Они:

сгребали выброшенную землю,

отбрасывали лишнее,

утрамбовывали дно,

выравнивали берега у города.

Работа не останавливалась.

Я обернулся.

На краю стройки стояли сотни существ.

Эльфы.

Люди.

Гномы.

Они смотрели молча.

То, на что у них ушли бы сотни рабочих и десятки магов целый год…

у меня заняло девять часов.

Големы ещё были далеко — километров пять до города, — но они трудились без остановки.

Я опустился на землю.

Одежда была в грязи. Волосы — в пыли. Я чувствовал усталость, настоящую, тяжёлую.

Из толпы вышли трое.

Эльф.

Человек.

Гном.

— Мы отвечаем за начальную постройку города, — сказал человек. — Я — за размещение людей и первые нужды.

— Я — за ресурсы, планирование и архитектуру, — добавил гном.

Эльф посмотрел на меня внимательно.

— А ты отвечаешь за реку. И за общее планирование.

Я кивнул.

— Понял.

— Совет Ветвей решил включить тебя в состав, — добавил он.

Я ничего не сказал.

Я просто пошёл дальше.

Первым делом я опустился на колени и коснулся земли.

Колодец появился меньше чем за две минуты.

Потом второй.

Чистая вода.

Я смыл с себя грязь и пыль, выдохнул.

Потом поднял рядом простой каменный шалаш — без украшений, без излишеств.

Лёг прямо на холодный камень.

И уснул.

Потому что город

не строится за день.

Глава: «Когда вода ещё не пришла»

Я проснулся утром от шума воды и голосов.

Вылез из каменного шалаша и сразу понял — жизнь пошла.

У моих колодцев уже стояла очередь. Люди смеялись, плескались, наполняли ведра. Кто-то даже привёл лошадей.

Я зевнул и потёр лицо.

— Мало, — буркнул я.

Вышел чуть дальше. Люди расступались, глядя с тем самым выражением — смесь благодарности и осторожного страха.

Я не стал говорить ни слова. Просто топнул ногой.

Раз.

Два.

Три.

Четыре.

Пять.

Земля дрогнула, и из неё ударили ещё пять колодцев. Вода пошла чистая, холодная.

— Развлекайтесь, — бросил я и пошёл к каналу.

Големы работали всю ночь.

Передо мной лежал ров. Красивый. Чёткий.

Двадцать пять метров в ширину.

Пять — в глубину.

Дно утрамбовано так, что казалось — по нему можно ехать телегой. Стены ровные, без осыпей.

— Неплохо, — кивнул я.

Оставался последний километр и гавань.

— Теперь финал, — сказал я себе.

Семьсот метров дались быстро. Я уже не думал — просто работал.

— Бум.

— Бум.

— Бум.

Взрывы шли серией. Земля взлетала, големы тут же сгребали её, формировали откосы, утрамбовывали дно.

Через час я стоял у города.

— Гавань… — пробормотал я.

Я прикинул взглядом.

— Круглая. Метров сто в диаметре. Большая.

Чтобы не жалеть потом.

Здесь пришлось повозиться. Я взорвал огромный котлован, а потом заставил големов не просто утрамбовать стены, а вплавить камень в глину, создавая твёрдую набережную.

Получилась гигантская пустая чаша.

Готовая принять воду.

Я выпрямился.

— А теперь… самое сложное.

Я поднялся в воздух на драконе и полетел к началу канала — туда, где он должен был соединиться с рекой.

Приземлился. Посмотрел.

Канал был… монстром.

А река — жалкой.

Пять метров шириной. Местами девять. Глубина — по пояс, в омутах — до груди.

— Мда… — выдохнул я.

Я полетел дальше, к горе.

И там всё стало понятно.

В гору втекала мощная река.

А вытекала — тонкая струйка.

— Карст… — пробормотал я. — Где-то обвалилось.

Идеально.

Я вернулся к истоку и перекрыл старый ручей. Полностью.

— Подождём, — сказал я себе.

Через время поток ослаб, почва подсохла.

Я открыл новый выход — в сторону канала.

Вода рванула.

Но теперь началась настоящая работа.

Земля была тяжёлая. Глина, ил, камень.

Взрывы приходилось делать мощными — такими, что грохот расходился по всей долине.

Големы не останавливались.

К вечеру я расширил около пяти километров старого русла.

— Ещё пять… — устало подумал я, поднимаясь в воздух. — И будет готово.

Я возвращался к лагерю, когда меня окликнули.

— Эй… маг!

Я обернулся.

Ко мне бежал гном. За ним — ещё двое, с досками, углём и линейками.

— Мы тут… посчитали, — сказал он, запыхавшись. — Просто ради интереса.

— Ну? — спросил я.

Гном сглотнул.

— Ты вынул… и переместил… — он посмотрел в записи, — больше двух миллионов кубов земли.

Я моргнул.

— Примерно, — пожал плечами я.

Гном рассмеялся — коротко, почти истерично.

— Да мы бы это копали… — он замолчал, прикидывая. — год. С тысячей рабочих.

Он посмотрел на меня с каким-то священным ужасом.

— Нам так повезло, что ты здесь… ты даже не представляешь, насколько.

Я посмотрел на канал, на гавань, на людей.

— Это не везение, — сказал я. — Это начало.

Гном медленно кивнул.

Я пошёл дальше.

Потому что завтра

вода должна была прийти.

Глава: «Когда река вспоминает себя»

На следующее утро я проснулся раньше шума лагеря.

Небо было серым, тяжёлым, как будто само ждало. Я вышел из каменного шалаша, не говоря ни слова, и сразу направился к каналу.

Работа ещё была не закончена.

Оставалось около пяти километров.

Я не стал выдумывать ничего нового. Просто продолжил — шаг за шагом, взрыв за взрывом. Земля уже знала, что с ней делают, и уступала быстрее. Големы шли следом, утрамбовывали дно, выравнивали берега, не задавая вопросов.

К полудню впереди выросла гора.

Вот она.

Я подошёл ближе и сразу понял — что-то не так.

Канал был готов. Гавань ждала.

А вода…

Текла слишком слабо.

Для такого гиганта — почти ничто.

Я поднялся на драконе и полетел к истоку, прямо к горе. Внутри было прохладно и сыро. Камень здесь был старый, изъеденный временем. Я прошёл глубже — и увидел.

Обвал.

Массивный, давний. Камни перекрывали путь, оставляя лишь узкую щель, через которую и пробивалась жалкая струйка.

— Вот ты где… — тихо сказал я.

Я вышел наружу и посмотрел на канал.

Рано.

Я подождал.

Час.

Ровно час — пока големы закончили утрамбовывать дно, пока берега окончательно приняли форму. Я чувствовал землю — она была готова.

Настал момент.

Я вернулся внутрь горы.

Не стал взрывать всё сразу. Один точный удар.

Короткий. Жёсткий.

Камень хрустнул.

Обвал рухнул.

И в следующую секунду гора взревела.

Мощная струя воды вырвалась наружу, ударила в новое русло и понеслась вперёд, будто долго ждала разрешения.

Я вышел из горы и посмотрел вниз.

Вода растекалась.

Заполняла.

Жила.

Канал медленно оживал, набирая силу.

— Теперь… ждём, — сказал я сам себе.

Я поднял руки и посмотрел в небо.

— Давайте быстрее.

Тучи сомкнулись.

Ливень обрушился стеной — тяжёлый, густой, настоящий.

Земля жадно принимала воду, река полнела на глазах.

Я не стал смотреть дольше.

Вернулся в лагерь. Лёг.

Закрыл глаза.

Потому что большие вещи

не делаются взглядом.

И если всё пойдёт правильно —

завтра здесь будет река.

Глава 70: «Абсурд»

Проснувшись, я первым делом посмотрел на реку.

Она была полной.

Широкой. Тяжёлой. Живой.

Вода шла ровно, уверенно, заполняя канал, гавань, берега. Всё получилось. Всё работало.

— Вот и всё, — тихо сказал я.

Теперь можно было начинать строительство домов, полей, дорог. Город наконец получил сердце.

Я уже собирался уйти, когда заметил движение вдали.

Пыль.

Сначала тонкая полоса, потом — шире.

Через несколько минут стало ясно: это не повозки.

Толпа бежала.

За ней — табун.

Через шесть минут я уже видел их отчётливо.

Кентавры.

Жители начали собираться. Люди, эльфы, гномы выходили из лагеря, переглядывались, шептались. Воздух стал плотным.

Кентавры подошли быстро. Они были злы.

— Из-за вас наша река ослабла, — сказал один из них, выступив вперёд. — Вы забираете жизнь наших земель. Траву. Воду. Всё.

Он говорил громко. Жёстко. Остальные били копытами по земле.

Я смотрел на реку за моей спиной. Двадцать пять метров ширины. Пять метров глубины. Десять километров взорванной породы. Миллионы единиц маны. Големы. Бессонная ночь. Дрожащие руки.

Я построил океан, чтобы напоить муравья.

И во мне что-то вскипело.

Не из-за его слов.

Не из-за обвинений.

А из-за внезапного, болезненного осознания.

Мысли посыпались одна за другой, тяжелые, как камни: Зачем? Зачем я это сделал?

Я построил огромную реку. Широкую. Глубокую. Чудовищную по масштабу.

Потратил силы. Время. Землю.

Когда можно было…

Просто поговорить.

С кентаврами.

Напрямую.

Без советов. Без планов. Без «грандиозных проектов».

Я мог… просто договориться. Дать им мешок золота. Бочку вина. Сказать: «Парни, нам нужна вода». Они бы согласились. Они же просто живут здесь.

Можно было сделать узкий канал — три, четыре метра шириной.

Можно было торговать. Договориться. Дружить.

А в крайнем случае… да.

Я мог просто выгнать их.

Это было бы проще, чем всё, что я сделал.

Меня накрыла злость.

Глухая. Тяжёлая. Не на них.

На себя.

Я начал смеяться. Смех был сухим, царапающим горло. Кентавр осекся. Он замолчал на полуслове. Он увидел мое лицо. Я не знаю, что он там увидел. Может, безумие. Может, бездну усталости. А может, он увидел то же, что и я — как он мал по сравнению с тем, что я натворил.

Он посмотрел на меня.

Я поднял взгляд.

Мы встретились глазами.

Он вздрогнул.

Его копыта дрогнули, и на мгновение мне показалось, что он сейчас упадёт. Потом он резко отвернулся, махнул рукой — и весь табун развернулся вслед за ним.

Они ушли.

Пыль осела.

Люди молчали.

Я стоял и чувствовал пустоту.

— О чём вы думали… — прошептал я. — О чём вы думали, Совет Ветвей?

Но правда была другой.

Я повернулся и пошёл к шалашу.

Это не они.

Не кентавры.

И даже не Совет.

Это был мой выбор.

Я сел на каменную лавку. Потом лёг. Уставился в потолок.

Столько стараний.

А я мог одним движением руки сломать старый путь и пустить воду иначе. Мог сделать всё проще. Умнее. Человечнее.

Я закрыл глаза.

Даже если бы канал был вдвое уже —

всё было бы иначе.

Грусть навалилась тяжёлым одеялом. Безысходная. Тупая.

Но какой же я дурак.

Я просто лежал.

Смотрел в потолок.

И понимал весь абсурд произошедшего.

Глава: «Зачем»

Я пролежал весь день.

Не спал.

И не вставал.

Свет медленно полз по потолку, потом ушёл. Я даже не следил за ним — просто знал, что он есть. Где-то за стенами люди ходили, говорили, строили. Город продолжал жить.

Без меня.

И это было самое неприятное.

Зачем всё это?

Зачем я вообще встал сегодня утром?

Зачем вставал вчера?

Зачем вообще продолжаю просыпаться?

Я уставился в потолок.

Зачем такая сила?

Чтобы что?

Чтобы копать реки?

Чтобы пугать кентавров?

Чтобы люди смотрели с восхищением, а потом — со страхом?

Я усмехнулся, но даже это вышло вяло.

Молодец, Зен.

Тебя выгнали из Академии.

Сказали, что ты опасен.

Что ты неуправляем.

И что ты сделал?

Пошёл… играться с землёй.

Устроил себе большое, шумное развлечение.

Разломал половину долины и назвал это строительством.

Как же это жалко.

Посмотрите на меня,

я могу взрывать горы,

я могу двигать реки.

А толку?

Я просто всем мешаю.

Куда бы я ни пришёл —

там страх,

там разрушение,

там проблемы.

Может, они правы?

Может, я и правда не нужен?

Не полезен.

Не хороший.

Просто грязь.

Которая путается под ногами.

Опасная грязь.

Я закрыл глаза.

Зачем я вообще это делаю?

Зачем строить город, если я сам не знаю, зачем живу?

Зачем помогать, если потом всё равно становится хуже?

Зачем стараться, если результат — ещё больше вопросов?

Я лежал и чувствовал, как всё внутри становится тяжёлым.

Не больно.

Не остро.

Просто… пусто.

Может, лучше вообще ничего не делать?

Не вставать.

Не вмешиваться.

Не существовать.

Я не плакал.

Не злился.

Мне было всё равно.

И от этого было страшнее всего.

Я так и пролежал до вечера.

Не двигаясь.

Не думая о будущем.

Просто глядя в потолок и понимая:

Если завтра я не встану —

мир, возможно, станет тише.

Глава 71: «Волосы»

На следующий день я всё-таки встал.

Но только формально.

Я снова валялся в шалаше, глядя в потолок, как будто вчерашний день просто продолжился. Мысли были вялыми, тягучими. Ничего не хотелось.

В дверь постучали.

Вошли трое.

Эльф.

Человек.

Гном.

Те самые, что отвечали за город.

— Мистер Зенхальд, — начал человек осторожно. — Какие у вас планы?

Я даже не сразу понял вопрос.

— Не знаю, — ответил я тихо.

Они переглянулись.

— Вам… плохо? — спросил эльф.

Я выдохнул.

— То, что я сделал, — бесполезно.

Можно было просто договориться с кентаврами.

Построить город ближе к горе.

Не делать этот… цирк с рекой.

Я замолчал.

Они не стали спорить. Не стали утешать. Просто молча кивнули и вышли.

К вечеру я всё ещё сидел там же.

Стук в дверь.

Я не ответил, но дверь открылась.

Вошла эльфийка.

Я её не знал.

Она села рядом спокойно, будто мы давно знакомы. Не спрашивая разрешения. Не оглядываясь.

— Здравствуйте, — сказала она мягко.

Я промолчал.

— Я слышала о вас многое, — продолжила она. — И сегодня увидела вашу силу.

Она посмотрела прямо на меня.

— Она невероятная. Наверное, кроме вас и вашей сестры, никто на такое не способен.

Я не отреагировал.

Тогда её рука коснулась моей ладони.

Я сразу понял.

Психомагия.

Тепло.

Спокойствие.

Попытка дать надежду, радость, смысл.

Но внутри было пусто.

Её магия просто… утонула.

Она нахмурилась и коснулась моей головы, мягко, почти неуверенно. Начала гладить волосы.

— Эй, — резко сказал я и отдёрнул её руку. — Ты что делаешь?

Она хихикнула.

— Проверяю, — ответила она и встала. — Значит, ещё жив.

И вышла.

Я остался сидеть.

Это было… странно.

Почему-то мне понравилось, когда меня погладили.

Я не знал почему.

Так делали только Мира. Иногда родители. И то — редко.

А тут… незнакомка.

Я вышел из шалаша, но её уже не было.

Зато был город.

Я увидел, как строят дома.

Как стало больше людей, чем в день моего прибытия.

Как поднималась первая плавильня.

Гномы, эльфы и люди вместе строили баржу.

Я подошёл ближе.

На земле лежали чертежи.

— Хм… — пробормотал я, присев. — Баржа нормальная. Максимальный груз — тонны две, не больше.

Я посмотрел внимательнее.

— Колесо внутри… чтобы тяга была лучше? — кивнул я. — Интересно.

Рядом стояли эльф и гном. Они спорили, почти ругались.

Увидев меня, замолчали.

Я указал на чертёж.

— Вам надо разделить колесо надвое, — сказал я. — Чтобы можно было вращать их независимо.

Так будет легче разворачиваться и поворачивать.

Повисла тишина.

Потом гном резко схватил уголь.

— Подожди… — пробормотал он. — Если так…

Эльф уже чертил рядом.

— Тогда нагрузка распределится…

Они забыли обо мне.

Совсем.

Я встал и отошёл.

И только тогда понял:

Я помог.

Без магии.

Без взрывов.

Без рек.

Просто… подумал.

Я посмотрел на стройку.

И впервые за два дня

в груди стало чуть легче.

Глава: «Поле»

Я бродил по городу.

Вокруг стояли сотни временных шалашей — кривые, разные, но живые. Между ними бегали дети, таскали доски, спорили взрослые. Вдалеке уже поднимался первый настоящий дом — с фундаментом, стенами, крышей.

Все работали.

Не потому, что им приказали.

А потому, что иначе нельзя.

Я смотрел на это и думал, чем мне вообще заняться.

И тут увидел поле.

Вернее — то место, где должно было быть поле.

Сотни людей стояли по колено в дернине. Земля была жёсткая, переплетённая корнями, с камнями и плотным верхним слоем. Они только начинали самый тяжёлый этап — делать поле с нуля.

Я поморщился.

О чём вообще думал Совет Ветвей…

Дернина — самый сложный этап.

Если не успеть сейчас — к сезону не засеют.

Если не засеют — нечего будет есть.

А людей здесь уже была орда.

Нужно огромное поле. И быстро.

— Ладно… — пробормотал я. — Тут без меня не справятся.

Я подошёл ближе и присел на корточки, глядя на землю.

— Значит, так, — сказал я сам себе. — Нужен плуг. Но не обычный.

Я поднялся и начал создавать големов.

Сначала — одного.

Большого. Медленного. Тяжёлого.

Я вживил в его тело огромный заострённый клин — каменный, закалённый, как лезвие. Он уходил вперёд и вниз, под углом.

— Идёшь прямо, — приказал я. — Не останавливаешься.

Голем двинулся.

Каждый его шаг заставлял землю дрожать.

Клин входил в дернину и резал её, выворачивая пласты земли наружу.

— Вот так… — кивнул я.

За ним я создал десятки мелких големов.

— Вы — за ним, — сказал я. —

Камни. Корни. Всё лишнее — убрать.

Они сразу принялись за работу.

Я посмотрел на поле и начал считать.

Сколько гектаров нужно, чтобы прокормить такую толпу…

Да ещё с запасом…

Много.

Очень много.

Я поднял взгляд и увидел, как жители уже копают от моего большого русла узкий канал — к полю и к питьевым источникам.

— Хоть тут догадались, — пробормотал я.

Я вздохнул.

— Ладно.

Я создал ещё големов. Много.

— Задача, — сказал я. —

Две тысячи гектаров.

Они не ответили. Просто начали работу.

Я развернулся и пошёл спать.

На следующий день я снова пришёл к полю.

Я огляделся.

— Двести гектаров… — прикинул я. — Мало.

Так они будут возиться больше двух недель. А времени нет.

Я постоял, подумал и кивнул.

— Нужно больше.

Я создал ещё четыре команды големов. Разделил поле на сектора, дал каждому направление.

— Работайте, — сказал я.

Теперь дело пошло быстрее.

Если всё пойдёт так же —

через пять дней поле будет готово.

К этому времени они как раз проведут воду.

Я посмотрел на людей, на ровные полосы вспаханной земли, на работающих големов.

И вдруг понял одну простую вещь:

Я больше не ломал мир.

Я поддерживал его.

Я развернулся и пошёл обратно.

Работы было ещё много.

Глава 72: «Основание»

Я ушёл, думая, что дальше.

Дома — да.

Поле — есть.

Вода — есть.

Но если честно… под ногами всё ещё была просто земля.

Глина. Пыль. Степь.

Через неделю пойдёт первая баржа, потянутся камни, начнутся настоящие стройки. А на что они всё это будут ставить?

Я подошёл к тем, кто отвечал за застройку.

— Что ещё нужно? — спросил я.

Эльф покачал головой.

— Вы уже сделали самое тяжёлое, — сказал он. — Опору земли. То, без чего мы бы вообще не начали.

— И? — уточнил я.

Гном хмыкнул.

— По решению Совета Ветвей… — он замялся, — город будет строиться вверх.

Пять этажей.

Я схватился за голову.

— Пять?! — вырвалось у меня. — Вы в своём уме? Такие здания есть только в столице!

— Мы знаем, — кивнул эльф. — Поэтому и обратились к вам. Для этого нужна идеальная основа. Каменный пол. Минимум.

Я выдохнул.

— Ладно… — сказал я. — Понял.

Я посмотрел под ноги.

— Значит, делаем из степи — землю, на которой можно строить города.

Этап первый: земля должна перестать быть грязью

Степная почва — обманчивая.

Сухая — твёрдая.

Намокнет — и превращается в кашу.

Я начал с големов.

Но не тех, что копали каналы.

Я создал трамбовщиков.

Массивных. Тяжёлых. С широкими ступнями и ладонями, будто сделанными специально, чтобы давить.

— Ходите, — приказал я. — Медленно. Глубоко.

Они двинулись.

Каждый их шаг отдавался вибрацией, уходящей вниз — на метры. Воздух выходил из почвы. Лишняя влага вытеснялась. Земля оседала, уплотнялась, становилась плотной, как старый утоптанный тракт.

Параллельно я прорезал по периметру будущей застройки дренажные каналы.

— Дождь сюда, — сказал я. — Не под дома.

Если пойдёт ливень — вода уйдёт, а не станет подтачивать основание.

Этап второй: земля должна стать камнем

Теперь — главное.

Я взял карту застройки.

Несущие стены.

Опоры.

Углы.

Я шёл по линии будущих домов.

И с каждым шагом земля подо мной менялась.

Я не поднимал её и не вырывал. Я сжимал.

Глина, пыль, мелкий камень — всё это под моими ногами спрессовывалось и окаменевало. Не сверху, а вглубь — на два, на три метра.

Там, где будут стены, появлялись невидимые глазу каменные ленты и столбы.

Как будто я прошивал землю изнутри.

— Вот теперь держи, — тихо сказал я.

Со стороны это выглядело странно: я просто шёл, а степь застывала, будто по ней прошла волна.

Этап третий: каменный пол

Когда опоры были готовы, я сделал то, что просили строители.

Вся площадь между ними была выровнена.

Я использовал местный камень, глину, щебень — всё, что было под рукой — и создал единую каменную плиту.

Пол.

Фундамент.

Основа.

— Больше не копайте, — сказал я тем, кто смотрел. — Всё, что ниже — трогать нельзя.

И сразу же, пока никто не начал переделывать:

— Канализацию — сейчас.

Я прорезал под плитой систему каналов. Наклон. Отвод. Выходы к реке. Не красиво — зато навсегда.

— Потом спасибо скажете, — пробормотал я.

Когда я закончил, солнце уже клонилось к закату.

Под ногами больше не была степь.

Была основа города.

Я сел прямо на камень и выдохнул.

Работа была тяжёлая. Не зрелищная. Не героическая.

Но именно на таком

и держатся города.

Глава: «Достаточно»

Я сел на край каменной плиты и начал считать.

Без пафоса.

Без магии.

Просто цифры.

Если давать на одного человека хотя бы десять квадратных метров — не роскошь, просто чтобы не жить друг у друга на головах…

Пять этажей.

Один дом — примерно сотня человек.

Я прикинул ещё раз.

— Значит… минимум двадцать домов, — тихо сказал я.

Двадцать пятиэтажек.

С запасом — на рост, на семьи, на тех, кто придёт позже.

Я посмотрел на расчищенную площадку.

— Ладно, — выдохнул я. — Фундаменты я вам подготовлю.

А дальше — сами.

Я поднялся.

Работа была понятной, почти механической.

Я размечал участки — один за другим.

Шёл по линиям будущих домов и делал то же, что уже делал раньше:

превращал рыхлую степь в несущую основу.

Каменные ленты под стенами.

Глубина.

Жёсткость.

Никаких украшений.

Никакой лишней силы.

Просто чтобы стояло.

И стояло долго.

Когда я закончил с последним участком, ко мне подошли те же трое — эльф, человек и гном.

— Этого хватит? — спросил человек.

Я кивнул.

— Более чем.

Выше — не советую.

Ниже — можно.

Гном провёл рукой по камню, постучал, прислушался.

— На таком можно хоть башню ставить, — буркнул он.

— Башню не надо, — ответил я. — Людям в них плохо живётся.

Я развернулся.

— Всё остальное — ваши заботы.

Стены, крыши, лестницы, жизнь внутри — это уже не моя работа.

Они не спорили.

Я пошёл прочь, чувствуя странное спокойствие.

Я сделал достаточно.

Не больше.

И не меньше.

Иногда этого

вполне хватает.

Глава: «Сопровождение»

Я пришёл в свой шалаш и просто лёг.

Без мыслей.

Без планов.

Камень подо мной был холодным, но ровным. Сон пришёл быстро.

Или мне так показалось.

Я лежал уже, наверное, до утра, когда почувствовал движение.

Чьи-то пальцы осторожно чесали мне голову.

Медленно.

Спокойно.

Я почти… замурлыкал.

А потом понял.

— Ты чего делаешь?! — резко сказал я и откинул её руку.

Эльфийка снова сидела рядом.

Она засмеялась — тихо, легко — и вскочила на ноги.

— Спи дальше, — бросила она и выбежала наружу.

Я сел.

— Она сумасшедшая?.. — пробормотал я, глядя в пустоту.

Ответа, конечно, не было.

Я вышел из шалаша.

Солнце уже поднялось высоко. Половина поля была распахана — ровные, тёмные полосы земли уходили вдаль. Големы работали без остановки. Там, где вчера была степь, сегодня уже было будущее.

Фундаменты домов были готовы.

Я посмотрел вокруг и вдруг понял — мне нечего делать.

Не потому, что работы не было.

А потому, что мою работу здесь на время закончили.

Я стоял так, пока ко мне снова не подошли те трое.

Эльф.

Человек.

Гном.

— Мы хотели вас найти, — сказал человек. — Сегодня отправляется первый отряд разведки.

— Куда? — спросил я.

— В пещеры у горы, — ответил гном. — Нужно проверить проходы, стабильность, возможные опасности.

Эльф замялся, потом добавил:

— С ними пойдёт легендарный воин. Но… — он посмотрел на меня, — с вами нам будет спокойнее.

Я немного подумал.

Не из вежливости.

Из усталости.

— Хорошо, — сказал я. — Пойду.

Они явно выдохнули.

Я посмотрел в сторону горы.

Город пока справится без меня.

А мне…

нужно было куда-то идти.

Глава 73: «Легенды выглядят иначе»

Отряд уже собирался.

Я насчитал быстро:

двадцать существ.

номы (13 человек): Мощь и Оценка Породы

Гномы были одеты в крепкую пластинчатую броню — не для парадов, а для защиты от камнепадов и обвалов. На их телах всё было функционально и тяжело.

На руках: Каждый держал или тяжёлый гномий киркомолот (для проходки), или кувалду (для проверки прочности сводов).

На поясе: Сбоку висели геологические молотки с заостренным концом (для отбора чистых образцов руды) и кожаные мешочки для их сбора. Над головой, на креплении, горел масляный фонарь — его свет был плотным и не давал глубокой тени.

Сумка: Их тяжелые ранцы были заполнены провизией, короткими цепями и взрывчаткой (минимальный запас для направленных подрывов).

2. Эльфы (4 человека): Разведка и Безопасность

Эльфы, были легче. Их экипировка была изящной, но прочной — кожа, усиленная кольчугой или бронзовыми пластинами. Их задача — быстрое перемещение и работа с высотой и водой.

На спине: За спиной каждого был аккуратно уложен длинный, водостойкий веревочный моток (спасательные тросы, кошки) и боевой лук.

На руках: У них были тонкие, длинные шесты с металлическими наконечниками. Эти шесты служили им как для проверки глубины воды и стабильности дна, так и для страховки.

Сумка: В легких сумках они несли травяные настойки, быстродействующие бинты и водонепроницаемые мешки для хрупких карт.

3. Люди (3 человека): Картография и Логистика

Люди обеспечивали мозг операции — запись, измерение и планирование маршрута.

На руках: Они несли запечатанные деревянные планшеты с пергаментом (чтобы не намокло), компасы и уровнемеры.

Сумка: В их рюкзаках лежали мерные цепи или длинные шнуры, пропитанные воском (для записи расстояний), а также сменный запас фитилей и топлива для общих фонарей.Задачи группы в пещере

Их задача не просто "дойти", а получить конкретные данные:

Картирование: Составление плана пещерной системы.

Геология: Оценка пород, поиск рудных жил (задача гномов).

Гидрология: Оценка объёма воды (задача Зенхальда и эльфов).

Безопасность: Оценка рисков (обвалы) и угроз (монстры, ловушки).

Я подошёл ближе.

— Здравствуйте, — сказал я.

Они уставились на меня.

Пару секунд молчали, потом один из гномов прищурился:

— Погодите… — он наклонился ближе. — Это ты, что ли?

Тот самый… легендарный?

— Видимо, — ответил я.

— Нам говорили, — продолжил он с сомнением, — что ты огромный мужик,человек которого свет не видывал.

Другой гном добавил:

— Да такой, что горы боятся.

Они посмотрели на меня ещё раз.

— А тебе сколько? — спросил человек.

— Одиннадцать.

Повисла пауза.

— …Ребёнок, — выдохнул кто-то.

Я пожал плечами.

— Зато вы старые.

Секунда тишины.

Потом весь отряд рассмеялся.

— Ладно, — сказал гном, вытирая слёзы. — Этот мелкий мне уже нравится.

И тут шаги.

Я обернулся.

И застыл.

К отряду подошла она.

В броне. Настоящей, боевой — не парадной, не показной, а такой, какую носят долго и часто. Меч за спиной висел не как украшение, а как привычная вещь. Плащ был слегка потёрт — не от бедности, а от дороги.

Она была ростом как обычный эльф — около 1,78 метра. Ничего «выдающегося».

Но почему-то именно она сразу забрала всё внимание.

Движения спокойные. Уверенные.

Не резкие — точные.

Зелёные волосы были собраны не полностью, несколько прядей свободно спадали на плечи. Глаза — ярко-зелёные, живые, внимательные. Красота у неё была не кукольной и не броской.

Та, которую не замечаешь сразу.

А потом вдруг понимаешь, что смотришь только на неё.

Я понял это с опозданием.

Это была та самая эльфийка.

Та, что сидела рядом.

Та, что чесала мне голову.

Та, что смеялась — и убегала.

И вот теперь…

Она стояла здесь.

Другая.

И в то же время — та же самая.

Эльфы тут же опустились на одно колено.

— Лиара Эйринвель, — произнесли они хором. — Легендарная воительница лесов.

Я продолжал просто смотреть.

Мысли… не шли.

Голова будто опустела.

Она остановилась, оглядела отряд — спокойно, цепко —

и только потом заметила меня.

Наши взгляды встретились.

В груди что-то резко сжалось.

Не боль. Не страх.

Просто… будто я на секунду забыл, как дышать.

Она приподняла бровь.

— А ты чего здесь? — спросила она с лёгкой усмешкой. — Детям в пещерах делать нечего.

Я моргнул.

— Я не ребёнок.

— Угу, — кивнула она. — Конечно.

Ты просто маленький, грязный и без доспехов.

Она шагнула ближе.

Слишком близко.

— И как тебя вообще сюда занесло, герой?

Я наконец выдохнул.

— Меня попросили сопроводить.

Она посмотрела на отряд.

Гномы сразу отвели взгляды. Люди сделали вид, что рассматривают землю.

— Понятно, — сказала она.

Потом снова посмотрела на меня и усмехнулась:

— Ладно. Но если тебя сожрут — я скажу, что предупреждала.

Я нахмурился.

— А если не сожрут?

Она наклонилась ближе — и я не успел ни отреагировать, ни отступить.

Её пальцы быстро и легко прошлись по моим волосам.

Точно так же, как тогда.

Как будто это было… естественно.

— Тогда, может, позволю тебе пойти дальше, — сказала она и выпрямилась. —

Пошли, мелкий герой.

Она развернулась и пошла к выходу.

Отряд двинулся следом.

Я остался стоять ещё секунду, чувствуя, как у меня горят уши и почему-то слишком громко бьётся сердце.

— Она точно легендарная? — тихо спросил я у гнома.

— К сожалению, — так же тихо ответил он.

Я вздохнул…

И пошёл за ними.

Мы сели на коней.

Я — на Ноксуса. Он фыркнул, будто был недоволен тем, что его снова используют как обычное средство передвижения, но спорить не стал.

Отряд двинулся.

Глава 74: Лиара

Я какое-то время молчал, потом наклонился к гному, ехавшему рядом.

— Слушай… — тихо спросил я. — А сколько ей лет?

Гном посмотрел на меня, потом на Лиару, потом снова на меня.

— Хочешь жить — не спрашивай, — буркнул он. — Лучше вообще не думай.

Я кивнул…

и через пару секунд поравнялся с ней.

— А сколько вам лет? — спросил я прямо.

Лиара повернула голову.

Посмотрела на меня.

Потом рассмеялась — легко, искренне.

— Ты что, пацан, манерам не обучен? — сказала она. — Нельзя просто так взять и спросить у дамы её возраст.

Она ещё раз усмехнулась, явно наслаждаясь моим замешательством.

Я нахмурился.

— А как тогда надо?

Она вздохнула, покачала головой.

— Ладно… — сказала она снисходительно. — Мне сто двадцать.

— ЧЕГО?!

Я чуть не свалился с Ноксуса.

— Ты… ты же… — я запнулся. — Ты выглядишь… ну… молодой!

Она выпрямилась в седле и с явной гордостью сказала:

— Я эльф.

— А я человек, — буркнул я.

Она посмотрела на меня сверху вниз.

— Вот именно. Маленький человек, — сказала она. — И без брони.

И без меча.

И без посоха.

Она оглядела меня с головы до ног.

— Мы вообще-то идём не на прогулку в школу.

— Мне они не нужны, — ответил я.

Она прищурилась.

— Все так говорят. До первого обвала.

Я пожал плечами.

— Если будет обвал — я просто сделаю так, чтобы его не было.

Она несколько секунд молчала, потом фыркнула.

— Самоуверенный.

— Опытный, — поправил я.

— Маленький, — тут же добавила она.

Я вздохнул.

— Ты всегда такая?

— Только с теми, кто в два раза младше меня и считает себя легендой, — ответила она. — А ты ещё и без оружия.

— У меня есть оружие, — сказал я.

— Где?

— Я.

Она посмотрела на меня. Потом отвернулась.

— Ненавижу, когда дети говорят умные вещи, — пробормотала она.

Мы ехали дальше.

Дорога уходила к горам, пыль поднималась от копыт, отряд постепенно растянулся. Гномы что-то обсуждали, эльфы переговаривались о маршруте.

Лиара снова повернулась ко мне.

— Слушай, герой, — сказала она. — Если станет опасно, ты держишься рядом со мной. Понял?

— Это чтобы ты меня защитила? — спросил я.

Она усмехнулась.

— Нет. Чтобы я видела, что ты творишь, и успела тебя остановить.

Я задумался.

— Честно?

— Честно.

— Тогда это справедливо.

Она посмотрела на меня ещё раз, уже без насмешки.

— Ты странный, — сказала она.

— Ты тоже, — ответил я.

Она вдруг улыбнулась.

Не широко.

Не дерзко.

Просто… по-настоящему.

— Ладно, — сказала она. — Поехали, Зенхальд.

И впервые назвала меня по имени.

Дорога в пещеры продолжалась.

Мы ехали дальше.

Дорога тянулась между холмами, горы медленно приближались. Некоторое время мы молчали, потом я всё-таки спросил:

— А… — я запнулся. — А что вы делали раньше?

Лиара даже не повернула головы.