Перерождение дающие шанс на лучшую жизнь
Глава 1 Новое начало
Меня зовут Харуто Кагэяма. Мне девятнадцать, и я — среднестатистический затворник. Моя вселенная ограничена стенами комнаты, экраном монитора и доставкой еды под дверь. Так было не всегда. Когда-то в моей жизни был свет — моя младшая сестрёнка Мария. Добрая, смешная девочка, чья улыбка могла растопить любую грусть. Мы были неразлучны.
О матери я ничего не знал. Отец отмахивался, бурча что-то невнятное о том, что «она просто ушла». Он и сам был не подарок — вечно пьяный, злой мудак, чьё присутствие отравляло дом. Но он был очень богатым и все его наследство досталось мне.
Всё рухнуло пару лет назад. Они попали в аварию. Настолько ужасную, что спасатели с трудом опознали тела. Отца я не оплакивал. Но Марию... С её смертью во мне погас последний источник света. Теперь я лишь бледная тень, доживающая свои дни в компании виртуальных героинь из визуальных новелл. Моё единственное занятие — забыться.
Но всё изменилось в один, казалось бы, самый заурядный день.
«Чёрт! Проклятая библиотека!» — мысленно выругался я, слоняясь по улицам. Забыл вовремя вернуть книгу, и теперь приходится тащиться в соседний район. В кармане навязчиво позвякивал телефон — напоминание о том, что дома меня ждёт долгожданная «Любящие сестренки 2». Я ждал этого продолжения три долгих года.
«Осталось совсем немного, — подбадривал я себя, сворачивая в нужный переулок. — Сдам эту дурацкую книгу — и скорее домой, к Мо...»
Мысль оборвалась. Я замер. В соседнем, тёмном проулке, откуда обычно пахло помоями и сыростью, лился неестественный, призрачный свет.
Любопытство, эта древняя погибель, пересилило желание поскорее оказаться дома. Я замедлил шаг и заглянул за угол.
Там, в воздухе, парило нечто. Бесформенная, сияющая фигура, напоминающая человека, но без лица и чётких очертаний. Она пульсировала мягким, но незделовеческим светом. И она смотрела на меня. Я это почувствовал кожей.
В следующий миг существо резко метнулось в сторону, растворившись в висящем в воздухе разрыве реальности — нечто вроде светящегося портала, искажавшего пространство.
«Что, чёрт возьми, это было?» — оторопело подумал я.
Портал не исчезал. Он мерцал, словно приглашая или предупреждая. Разум тут же предложил логичное объяснение: галлюцинации. Игра в «Гарем горничных 5 HD» пять ночей подряд без сна — не лучшая идея для психики.
«Да, просто глюки, — с облегчением выдохнул я, разворачиваясь. — Надо поскорее...»
Я не успел закончить мысль. Внезапно моё тело стало тяжёлым, как свинец. Воздух вокруг загустел, превратившись в вязкую патоку. Каждый шаг давался с нечеловеческим усилием.
«Что происходит?!»
Я попытался бежать, но ноги не слушались. Невидимая сила, могучая и безжалостная, схватила меня и потащила назад, к тому самому мерцающему разрыву.
«НЕТ!»
Мой крик затерялся в оглушительном рёве света и энергии. Мир перевернулся, распался на миллио ны искр, и меня поглотила бездна.
Глава 2 первые кардинальные изменения в жизни
Сознание вернулось ко мне медленно, пробиваясь сквозь пелену леденящего холода. Я лежал на чём-то твёрдом и сыром. Тёмный, незнакомый лес смыкался над моей беспомощной фигурой.
Где я? Что случилось?
Я попытался сориентироваться. В памяти — лишь вспышка света и падение в никуда. Инстинктивно я полез в карман за телефоном, но наткнулся на грубую, незнакомую ткань. Куртка... была чужой. И на мне, как на мальчишке, болталась, будучи на несколько размеров велика.
Почему одежда такая большая? Где телефон?
Мысль не успела оформиться, как в груди вспыхнула адская боль. Она выжгла всё внутри, перекрыв воздух. Я попытался закричать, но не смог издать ни звука. Силы стремительно покидали меня, и я снова провалился в чёрную, беззвёздную пустоту.
---
Следующее пробуждение было иным. Я ощутил сначала тепло и мягкость под щекой, а уж потом — тяжёлую слабость, парализовавшую тело. С трудом разлепив веки, я увидел размытый силуэт. Постепенно зрение прояснилось.
Над ним склонилось лицо незнакомки неземной, хрупкой красоты. Длинные серебристые волосы, белая одежда что похожа на платье, и от неё исходил тонкий, сладковатый аромат, напоминающий о забытых снах. Моя голова покоилась на её коленях.
— О? Ты проснулся, — её голос прозвучал тихо и мелодично, словно перезвоню колокольчиков. — Я уже почти потеряла надежду, что ты жив.
Она осторожно, почти с благоговением, прикоснулась к моей щеке. Её пальцы были удивительно нежными, будто она боялась повредить что-то хрупкое.
Я попытался что-то сказать, но смог лишь беззвучно пошевелить губами. Спустя несколько мучительных секунд мне удалось выдавить хриплый шёпот:
— Гд-де я... К-кто ты?
Её губы тронула лёгкая, облегчённая улыбка.
— Глупыш, думаю, сейчас есть вопросы и поважнее.
— К-какие?
— Почему такой ребёнок, как ты, лежал посреди Тёмного Леса? Это самое гиблое место в округе. Невероятно, что ты выжил. Ты был на грани.
— Ре-ребёнок? — переспросил я, не понимая.
Собрав последние силы, я приподнялся с её колен и отвёл взгляд на своё тело. И застыл в ужасе. Руки, ноги, туловище — всё было маленьким, худым, детским. Я словно откатился лет на семь назад.
— Ч-что со мной? — прошептал я, с ужасом разглядывая свои ладони.
— Ты был сильно истощен. Мне пришлось тебя подлатать, — пояснила она, не понимая сути моего шока.
— Нет! Я не про это! Я... я снова стал маленьким!
Она лишь мягко покачала головой.
—Все иногда такое чувствуют после тяжёлой травмы. Тебе нужно отдохнуть.
Она поднялась, подошла к простому деревянному столу и вернулась с миской дымящейся похлёбки.
— Вот, поешь немного. Ты сильно ослаб.
— Но я... — я попытался возразить, но она с материнской настойчивостью уже поднесла ложку к моим губам. Тёплая, густая похлёбка оказалась на удивление вкусной, и я смирился, решив отложить вопросы.
Спустя несколько минут, когда миска опустела, а в жилах разлилось блаженное тепло, она снова заговорила.
— Кстати, как тебя зовут?
— Харуто... Харуто Кагэяма.
— Интересное имя. Значит, не местный. Ладно, не буду донимать расспросами, — она улыбнулась. — А меня зовут Феликс. Приятно познакомиться, Харуто.
Услышав это имя, я поперхнулся остатками похлёбки и закашлялся.
— Фе-Феликс?!
— Ну да, — он (теперь я понимал, что это он) поднял бровь. — Что-то не так?
— Н-нет, ничего... Я просто... подумал, что ты девушка.
По его изящным, почти женственным чертам разлился яркий румянец.
— Ох... н-нет, — смущённо пробормотал он. — С чего ты взял?
Видя его замешательство, я решил не усугублять.
—Просто показалось. Не обращай внимания.
— Ну, раз так... — Феликс, всё ещё краснея, взял себя в руки. — Кстати, уже вечер. Утром нам нужно сходить в город. Я схожу на базар, а ты... — он взглянул на меня с лёгкой грустью, — сможешь вернуться домой. Или в приют. Я не знаю, откуда ты точно.
— Хорошо, Феликс, — кивнул я.
Он постелил мне в небольшой боковой комнатке. Засыпая под шёпот ночного леса, я ловил это странное, необъяснимое чувство. Ощущение, что с завтрашнего утра начнётся что-то невероятное. Что-то великое.
Глава 3 скороностное предвидение
Вокруг только густая, почти осязаймая тьма, вязкая и тяжёлая, как смола. Харуто лежал на чём-то твёрдом и холодном, не в силах пошевелиться.
Чёрт... Где я? Как я сюда попал?
Он попытался сказать это, но голос застрял в горле. Вместо него из груди вырвался лишь сдавленный стон. И в ответ на этот звук из мрака донёсся другой — тихий, прерывивый плач. Детский плачь.
— Здесь... кто-то есть? — наконец смог выдавить он, и слова утонули в гнетущей тишине. — Эй! Отзовись!
Ответа не последовало. Лишь плач, ставший чуть громче, выдавал присутствие другого живого существа в этой беспросветной пустоте.
Не хочешь говорить — я сам найду, — пронеслось в голове. Но следом, холодной волной, накатила тревога. А если вдруг это ловушка? Приманка?
Он медленно повертел головой, вглядываясь в непроглядный мрак вокруг.
Ладно. Выбора у меня всё равно нет.
Собрав волю в кулак, он сделал шаг на звук. Потом другой. И пространство вокруг начало меняться. Тьма сгущалась, обретая форму. Бесформенная пустота сдавливалась, превращаясь в стены. Ещё несколько шагов — и его босые ноги ощутили холод каменного пола. Он шёл уже не в никуда, а по узкому, сырому коридору, напоминающему темнмцу.
— Жуткое место, — выдохнул он, и его шёпот отразился эхом от каменных сводов.
Плач становился всё отчётливее, всё отчаяннее. И вот в стене справа проступили очертания массивной, старой очень ржавой решётки. За ней, в глубине каменного мешка, сидела, сгорбившись, маленькая фигурка. Харуто подошёл вплотную, вглядываясь в полумрак. Это был ребёнок? Его лицо скрывало неестественное сгущение тени.
Что за ад здесь творится? — мозг отказывался верить.
— Эй... — тихо окликнул он, сжимая в пальцах ледяные прутья. — Ты кто? Что здесь происходит?
Ответа не было. Ребёнок будто не слышал его, заточённая в клетке собственного горя.
— Мамочка... папочка... — голосок этого ребенка был хриплым от слёз. — Пожалуйста... умоляю...
Что-то в этой мольбе, в этом абсолютном отчаянии, пересилило страх. Харуто, не раздумывая, просунул руку между прутьев, пытаясь дотянуться до него, до этого сгустка чужой боли.
— Всё хорошо... я здесь...
Его пальцы почти коснулись его плеча, когда реальность начала возвращаться. Тюрьма, коридор, девочка и сам харуто — всё начало как будто плавится стены начали как будто воск стекать и заполнять все, пока в итоге все пространство небыло поглощенно тьмой.
---
Харуто резко проснулся и с трудом сел на край кровати, сердце выскакивало из груди. Всё тело было покрыто липким, холодным потом. В горле стоял ком. За окном царила ночь, а в кресле рядом, склонив голову набок, безмятежно спал Феликс.
— Ч-что это было? — выдохнул он, всё ещё чувствуя леденящий холод тех камней.
Он провёл дрожащей рукой по лицу, пытаясь стереть остатки кошмара. Образы были слишком яркими, ощущения — слишком реальными. Холод железа, влажность воздуха, щемящее чувство беспомощности...
Это был не просто сон. Я будто бы... чувствовал еСознание вернулось внезапно, но не принесло с собой ясности. Только густую, почти осязаемую тьму, вязкую и тяжёлую, как смола. Харуто лежал на чём-то твёрдом и холодном, не в силах пошевелиться.
Чёрт... Где я? Как я сюда попал?
Он попытался крикнуть, но голос застрял в горле. Вместо него из груди вырвался лишь сдавленный стон. И в ответ на этот звук из мрака донёсся другой — тихий, прерывивый плач. Детский.
— Здесь... кто-то есть? — наконец выдавил он, и слова утонули в гнетущей тишине. — Эй! Отзовись!
Ответа не последовало. Лишь плач, ставший чуть громче, выдавал присутствие другого живого существа в этой беспросветной пустоте.
Не хочешь говорить — я сам найду, — пронеслось в голове. Но следом, холодной волной, накатила тревога. А если это ловушка? Приманка?
Он медленно повертел головой, вглядываясь в непроглядный мрак. Бесполезно.
Ладно. Выбора у меня всё равно нет.
Собрав волю в кулак, он сделал шаг на звук. Потом другой. И пространство вокруг начало меняться. Тьма сгущалась, обретая форму. Бесформенная пустота сдавливалась, превращаясь в стены. Ещё несколько шагов — и его босые ноги ощутили шероховатость каменного пола. Он шёл уже не в никуда, а по узкому, сырому коридору, напоминающему темничный подземный ход.
— Жуткое место, — выдохнул он, и его шёпот отразился эхом от каменных сводов.
Плач становился всё отчётливее, всё отчаяннее. И вот в стене справа проступили очертания массивной, ржавой решётки. За ней, в глубине каменного мешка, сидела, сгорбившись, маленькая фигурка. Харуто подошёл вплотную, вглядываясь в полумрак. Это была девочка. Её лицо скрывало неестественное сгущение тени, а тело покрывала короткая, бархатистая шерсть. Но больше всего его поразило другое — пустой, болтающийся рукав её платья. Правая рука отсутствовала по самое плечо.
Что за ад здесь творится? — мозг отказывался верить.
— Эй... Девочка? — тихо окликнул он, сжимая в пальцах ледяные прутья. — Ты кто? Что здесь происходит?
Ответа не было. Она будто не слышала его, заточённая в клетке собственного горя.
— Мамочка... папочка... — её голосок был хриплым от слёз. — Пожалуйста... умоляю...
Что-то в этой мольбе, в этом абсолютном отчаянии, пересилило страх. Харуто, не раздумывая, просунул руку между прутьев, пытаясь дотянуться до неё, до этого сгустка чужой боли.
— Эй всё хорошо... я здесь...
Его пальцы почти коснулись её плеча, когда реальность взорвалась. Тюрьма, коридор, девочка — всё рассыпалось в прах и исчезло в вихре ослепляющего света.
---
Харуто дёрнулся и сел на кровати, сердце выскакивало из груди. Всё тело было покрыто липким, холодным потом. В горле стоял ком. За окном царила ночь, а в кресле рядом, склонив голову набок, безмятежно спал Феликс.
— Ч-что это было? — выдохнул он, всё ещё чувствуя леденящий холод тех камней.
Он провёл дрожащей рукой по лицу, пытаясь стереть остатки кошмара. Образы были слишком яркими, ощущения — слишком реальными. Холод железа, влажность воздуха, щемящее чувство беспомощности...
Это был просто сон? Но я будто бы... чувствовал её. Её отчаяние. Её боль.
По спине пробежали мурашки. Он с силой тряхнул головой, стараясь вернуться в реальность.
— Бред... Просто кошмар. Нервы шалят, — пробормотал он, стараясь убедить себя.
Он снова лёг, натянув одеяло с головой, но сон не шёл. Тревога, тёмная и неотступная, сидела глубоко внутри, не желая отпускать. Лишь под утро, когда за окном посветлело, истощённое сознание наконец отключилось, даря несколько часов беспокойного, но пустого сна.
Глава 4 то что должно было произойти но не настолько рано
Первые лучи утра ещё только золотили горизонт, когда Феликс уже стоял у очага в маленькой хижине. Аромат жареного мяса смешивался с запахом смолы и лесной сырости. Его движения были точными и выверенными, но мысли витали далеко.
«Кто же ты, Харуто? — размышлял он, следя за готовой. — Внешность нездешняя, имя странное... И эта мана, что източается из тебя... Слишком сильна как будто на уровне нового б.»
Его размышления прервал оглушительный грохок у двери. Дерево затрещало под напором чьих-то плечей.
«Ох, чёрт! — вырвалось у Феликса. — Уже?! Так быстро...»
Мысли понеслись вскачь. Просчитался. Не думал, что они дойдут сюда так скоро.
Действовать нужно было немедленно. Он резким движением кинул кувшин с маслом в очаг. Вспыхнувшее пламя с жадностью принялось пожирать сухую древесину стен. Дым моментально заполнил помещение. Феликс, не теряя ни секунды, набросил на спину заранее собранный вещевой мешок и накинул плащ.
«Теперь Харуто...»
Он ворвался в соседнюю комнату. Мальчик спал, он выглядил немного нервно укутавшись в одеяло. Феликс подхватил его на руки с неестественной лёгкостью, выбил оконную раму плечом и выпрыгнул наружу. Шёпот заклинания сорвался с его губ, и тело покрылось тусклым зелёным светом— магия ловкости наполнило тело стремительностью. Феликс выбев окно рванул вглубь леса, в сторону от тропы.
Спустя пару минут резкой тряски Харуто наконец открыл глаза. Он с трудом соображал, что происходит. Небо мелькало над головой, земля уходила из-под ног, а его самого несёт на руках кто-то, чьё лицо скрыто тенью капюшона.
— А-А! Блядь! Что происходит?! — закричал он, пытаясь вырваться.
— Тихо, Харуто! — голос Феликса был сдавленным, но твёрдым. — Прости за эту спешку. Я не ожидал, что они найдут нас так скоро. Если хочешь остаться в живых — замолчи и не брыкайся.
Феликс огляделся, и, убедившись в относительной безопасности, наконец позволил мальчику встать на землю. Ноги у Харуто дрожали.
— К-кто... они? — прошептал он, сглатывая ком в горле.
— Стражники, — коротко бросил Феликс, вслушиваясь в звуки леса. — Моя хижина стояла в паре часов от города. Жить в Тёмном лесу — всё равно что играть с огнём. Рано или поздно тебя обязательно найдут.
— П-понятно... — Харуто сгрёб в охапку собственную дрожь. — А куда мы теперь?
— Как раз туда, — Феликс кивнул в сторону, где, как тот знал, должны были быть городские стены. — Тебе же нужно где-то осесть. Я проведу тебя в город, а потом... потом я исчезну.
Он плотнее натянул капюшон, скрывая свои черты.
— Кстати, Феликс... — начал Харуто, когда они снова двинулись в путь.
— Что, Харуто?
— А что ты такого сделал, что за тобой охотятся стражники?
Феликс горько усмехнулся.
—Ты же знаешь, как люди относятся к... не совсем людям. К полукровкам. К эльфам, например.
Он бросил на мальчика быстрый взгляд.
—Впрочем, ты ещё ребёнок. Что с тебя взять?
Так вот в чём дело... — промелькнуло в голове у Харуто. — Странно обычно в манге которую я читал эльфов всегда обожали... Ладно, не буду сейчас допрашивать. Всё равно потом узнаю.
Молча, под прикрытием пробуждающегося леса, они продолжили свой путь. Спустя пару часов из предрассветной дымки перед ними выросли массивные городские ворота.
Глава 5 неужели так все и кончится?
Феликс и Харуто подошли к городским воротам. Внезапно Феликс резко остановился, но Харуто, не заметив этого, продолжил идти. Феликс схватил его за капюшон, одергивая назад.
— Стой, Харуто!
— Что? А зачем? Вот же ворота, прямо перед нами!
— Если мы пойдём напрямую, меня могут раскрыть. И тогда казнят нас обоих.
Вот это пиздец... Что вообще происходит? — пронеслось в голове у Харуто.
Феликс поднял с земли камень и метко швырнул его в окно одной из сторожевых башен. Затем натянул капюшон, скрывая лицо.
— Всё. Через пять минут сможем пройти.
— Зачем ты это сделал?
— В городе есть люди, которым я плачу. Можно сказать, работают на меня. Видно, что не горят энтузиазмом, но... для иных золотишко дороже принципов.
— П-онятно.
Примерно через десять минут к воротам вышла другая пара стражников и сменила предыдущих. Феликс немедленно зашагал к входу, почти таща Харуто за собой.
Один из стражников, пропуская их, прошипел:
—Феликс, ты же знаешь, оплата вперёд.
Феликс молча сунул ему в руку небольшой мешочек. Стражник звонко пересыпал монеты.
— А это кто? — кивнул он на Харуто. — Ребёнка украл, что ли? Хотя... мне-то что? Проходите.
Когда они миновали ворота, стражник проводил их задумчивым взглядом.
От этого пацанчика исходит слишком сильная аура. Здесь даже волшебником быть не нужно, чтобы это почувствовать. Интересно, зачем он Феликсу?
— Вау! — вырвалось у Харуто, едва они оказались внутри. — Какой огромный город! И такой красивый!
— Тише, — резко прошипел Феликс, снова хватая его за руку и заставляя идти быстрее. — Не хватало ещё, чтобы нас обнаружили.
— Феликс, а куда мы идём?
— Наверное, поедим. Ты же не завтракал.
Харуто хотел было возразить, но в этот момент его живот громко заурчал. Смутившись, он покорно последовал за Феликсом, по дороге разглядывая улочки. Его внимание привлёк величественный замок, возвышавшийся над всеми постройками. Но прежде чем он успел что-то спросить, Феликс резко дёрнул его в дверь ближайшего дома.
— Здесь мы можем спокойно поесть. Нас тут вряд ли будут искать.
Они уселись за свободный столик. Феликс крикнул хозяину, чтобы тот принёс две порции похлёбки. Минут через пять к ним подошла женщина и поставила на стол две дымящиеся тарелки.
— Феликс, ну ты и сукин сын! — громко рассмеялась она, хлопнув его по спине. — Где тебя так долго носило? Пропал, а теперь вдруг объявился! Ха-ха!
Её смех оборвался, когда она заметила Харуто. Выражение лица сменилось на настороженное.
—А это что за ребёнок? — прошептала она, наклоняясь к Феликсу. — И на вид-то человеческий... Неужто работорговлей занялся? Не то чтобы я осуждала, в наши-то времена... Но от тебя я такого не ожидала.
Феликс начал что-то быстро шептать ей в ответ. Харуто, чувствуя на себе тяжёлые взгляды, смущённо взял ложку. Его движения стали скованными и неуверенными.
— Нет, Элизабет, это не то, о чём ты подумала, — торопливо говорил Феликс. — Я нашёл его прошлой ночью, во время того странного выброса маны. Похоже, он попал под него. Решил приютить на время, а потом сдать в приют к Эдварду. Тот, хоть и тип противный, но обязан принять. А мне больше некуда идти — из-за вчерашнего стражники накрыли мой дом.
— Блять, — выдохнула Элизабет. — Ну и везе́ние у тебя. Но почему ты решил, что Эдвард его примет? Мальчик не выглядит как ребёнок мага. А его долг перед тобой тут вряд ли поможет.
— Сейчас не время это обсуждать! Нас ищут. Я планирую уйти подальше, в Тёмный лес. Просто закупил припасы и решил, пусть парень хоть город посмотрит.
— Не самое разумное решение, учитывая количество стражнико... — начала Элизабет, но её перебил Харуто.
— Блин, ну что вы там шепчетесь? — не выдержал он.
— Да так, прости, заговорились, — отмахнулся Феликс, делая вид, что всё в порядке. — Элизабет, принеси-ка мне кружку пива.
Женщина направилась к стойке, где из-за их разговора уже скопилось несколько человек. Но не успела она сделать и пары шагов, как дверь в таверну с грохотом распахнулась, и внутрь ворвались трое стражников.
— Вот чёрт! — выругался Феликс.
Одним движением он накинул на Харуто свой плащ и пробормотал заклинание. Его тело окутал тусклый зелёный свет — признак магии ловкости.
— Не думал, что они найдут нас так быстро!
Феликс рванул к чёрному ходу на кухне, о котором ему когда-то говорила Элизабет, таща ошеломлённого Харуто за собой. Выскочив за дверь, он захлопнул её.
— Фух... Харуто, нам нужно сматываться, иначе в лучшем случае... — его слова оборвались, и он беззвучно рухнул на землю, сбитый ударом приклада по голове. За дверью их уже поджидали двое других стражников.
— Хах, попался, голубчик! — торжествующе произнёс первый.
— Смотри, с ним тот самый пацан, которого мы ищем, — указал его напарник.
— Ну что ж, бери его, Дубина!
Харуто не хотел бросать Феликса, но понимал, что в одиночку ему не справиться. Он рванул с места, но не успел сделать и пары шагов, как в его ногу с сухим щелчком впился арбалетный болт. Острая боль пронзила всё тело, и он с криком упал на землю.
— Ничего себе, ты его подстрелил!
— А то! — первый стражник был доволен собой. — Давай быстрее, их нужно доставить как можно скорее.
Харуто лежал на земле, сжимая зубы, чтобы не закричать снова. Сквозь туман боли он видел, как к нему подходят тени.
— Н-не подходите! НЕЕТ!
Один из стражников грубо накинул ему на голову мешок. Харуто начал отчаянно вырываться, но кто-то второй прижал к ткани мешка какой-то порошок. Харуто вдохнул едкую пыль, и его сознание быстро уплыло в темноту.
---
Прошло неизвестно сколько времени. Харуто очнулся в темноте. Голова раскалывалась, а тело ныло. Он лежал на чём-то жёстком и холодном.
Блять... Голова... Что это было? И где я теперь?
Он осторожно потрогал свою ногу. Кто-то перевязал рану, и она почти не болела, лишь ныла при движении. Опираясь на стену, он поднялся и, прихрамывая, подошёл к металлической решётке, за которой царила тьма.
Ладно... Хотя бы понятно, где я. Но за что? Я же ничего не сделал!
Сердце начало колотиться чаще, дыхание сбилось. Паника, холодная и липкая, подступала к горлу. Он даже не успел понять, в какой мир попал, а уже сидел в темнице.
— Хах... хах... Нет... Этого не может быть... — он говорил сам с собой, пытаясь успокоиться.
Опустившись на холодный каменный пол, он сжал голову руками.
—Нет, ещё не конец. Я смогу выбраться. Я не слабак... Надо найти что-нибудь, что сгодится для отмычки...
С дрожащими от волнения и холода руками он принялся обыскивать камеру. Но вокруг была лишь голая каменная стена, деревянная народа и вонючее ведро в углу. Ни щепки, ни гвоздя.
---
Шли часы. Надежда таяла с каждой минутой. В конце концов, Харуто в отчаянии прислонился к решётке.
— Блять... Блять... БЛЯЯЯТЬ! — он изо всех сил пнул железные прутья и в бессилии сполз по стене на пол.
Слёзы душили его. Он пытался сдерживаться, но рыдания вырывались наружу. Так он и просидел, свернувшись калачиком, пока exhaustion не сморила его. Последней мыслью перед тем, как провалиться в беспокойный сон, был Феликс.
Интересно, что с ним сейчас?
Глава 6 вот так я и встретил её
Глубокой ночью тишину темницы разорвали шаги. Гулкие, отчётливые, они эхом раскатывались по каменным сводам. Харуто вздрогнул и мгновенно проснулся — его сон и так был тревожным и поверхностным.
Блять... Кто это ещё?
Он инстинктивно забился в дальний угол камеры, сердце бешено колотилось в груди. Шаги приближались, становясь всё громче и весомее. Вот они поравнялись с его камерой... и вдруг остановились. Но это был не стражник и не палач. Из мрака коридора возникла высокая, тёмная фигура, чьи очертания сливались с тенями.
— Подойди сюда, Харуто. Я не причиню тебе вреда.
Голос был странным — низким, грубым, и в то же время в нём была какая-то металлическая вибрация, которая одновременно пугала и... успокаивала. Это было противоестественно. Его тело было скрыто длинным плащом, и лишь пара изогнутых рогов торчала из-под глубокого капюшона.
— К-кто ты?.. О-откуда ты знаешь моё имя? — выдавил Харуто, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу.
— Сейчас это неважно, — фигура сделала легкий, насмешливый жест. — Важно то, где ты оказался. Неужели твоё приключение закончится здесь, в этой дыре?
Харуто хотел вспылить, найти язвительный ответ, но от страха и неожиданности слова застревали в горле.
— Какой интересный характер... Ты мне нравишься. Так что вот, — из длинного рукава фигуры на каменный пол с лёгким звоном выпал ключ. Незнакомец носком сапога ловко поддел его и закатил под решётку, прямо к ногам Харуто. — Дальше ты справишься сам.
Фигура развернулась и быстрым, бесшумным шагом скрылась в темноте коридора.
—Запомни, Харуто! Мы ещё встретимся! — донёсся до него уже издалека тот самый странный голос.
Харуто смотрел на ключ, лежащий на пыльном полу, с полным недоумением.
Что за херня только что произошла?
Неуверенно, будто боясь, что ключ исчезнет, он потянулся к нему. Металл был холодным. Подойдя к решётке, он вставил ключ в массивный замок. Щелчок прозвучал невероятно громко в ночной тишине. Дверь открылась.
— Блять... Кто это был и зачем он это сделал? — прошептал он, высунув голову в коридор.
Он огляделся, но длинный каменный коридор был пуст. Таинственный незнакомец словно растворился в воздухе.
—И как он так свободно здесь расхаживает? Будто тут вообще нет охраны...
Крадучись, на цыпочках, Харуто двинулся вперёд. Он заглядывал за каждый угол, прислушивался к каждому шороху, но не встретил ни души. Все камеры, мимо которых он проходил, были пусты. Скрипучие железные двери открывались в темные, пыльные каморки без признаков жизни.
— Где я, чёрт возьми? Что это за тюрьма, в которой нет ни охраны, ни заключённых? Почему я здесь один?
Он шёл, казалось, целую вечность. Лабиринт из идентичных каменных коридоров не желал кончаться. Но вскоре он начал различать в тишине очень тихий, едва слышный звук. Плач. Слабые, подавленные всхлипы.
— Нет... Не может быть... Этот сон... Он не может быть правдой, — прошептал Харуто, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
Он на несколько секунд замер, прислушиваясь, а затем пошёл на звук, пробираясь всё глубже в самое сердце темницы.
Вскоре он вышел к камере, которая разительно отличалась от всех предыдущих. Решётка была старее, покрыта толстым слоем ржавчины, а за ней — непроглядная тьма.
— Эмм... З-здравствуйте? — тихо окликнул Харуто. — К-кто вы?
Ответа не последовало.
—Вы меня слышите? — снова спросил он, уже громче.
Тишина.
Постояв у ржавой решётки в нерешительности, он решился. Вставил ключ в замочную скважину, но замок не поддавался. Пришлось налечь на дверь всем телом, и с оглушительным скрипом она поддалась.
Внутри пахло сыростью и пылью. Харуто вглядывался в мрак, сердце колотилось где-то в горле. В глубине камеры, на полу, он смутно разглядел небольшую фигурку, лежавшую к нему спиной.
Какого чёрта это ребёнок? Что он делает в таком месте?
Сделав ещё несколько осторожных шагов, он разглядел детали: на голове у ребёнка торчали кошачьи уши, а к спине был прижат длинный хвост.
— Эй... П-ривет, — сказал Харуто, стараясь, чтобы его голос звучал как можно мягче. — Что ты тут делаешь?
Фигурка резко обернулась. В тусклом свете, пробивавшемся из коридора, он увидел девочку. Её лицо было испачкано слезами, а глаза, красные от долгого плача, были полны ужаса. Увидев его, она с визгом отползла в угол, прижимаясь к стене. И в этот момент он заметил — у неё не хватало правой руки, асама девочка выглядела истащенной.
— П-пожалуйста... не надо... п-пожалуйста... — её голосок дрожал и срывался.
— Эй, тише, тише... Я не причиню тебе боли, — Харуто медленно, очень осторожно приблизился к ней, стараясь казаться меньше и безобиднее. — Что ты здесь делаешь? И что... что с твоей рукой?
Девочка не отвечала, лишь смотрела на него широко раскрытыми глазами. Однако, разглядев его получше, она, казалось, немного успокоилась, хотя доверия в её взгляде не было.
— Я давно уже тут хожу и не могу найти выход, — продолжил Харуто. — Может, ты знаешь, как отсюда выбраться?
Он медленно протянул к ней руку открытой ладонью вверх.
—Я обещаю, я не сделаю тебе больно.
Девочка с огромным недоверием посмотрела на его руку, потом на него. Прошла долгая минута, прежде чем она робко протянула свою единственную ладонь и позволила ему помочь себе подняться.
— Вот так... Молодец, — ободрил он её.
И они пошли. Девочка, не говоря ни слова, повела его за собой. Их путь снова растянулся на часы. Харуто пытался заговорить с ней, задавать вопросы, но в ответ получал лишь молчание.
И вот, после очередного поворота, они увидели его — узкую каменную лестницу, ведущую наверх.
— О! Выход! — в голосе Харуто прозвучала надежда.
Они поднялись по ступеням, но прямо перед выходом, залитым бледным лунным светом, девочка вдруг остановилась как вкопанная.
— Что такое? Почему ты не хочешь идти?
—Н-не получится... — прошептала она так тихо, что он еле разобрал слова.
—Что ты имеешь в виду?
Харуто сделал решительный шаг к свободе — и с глухим стуком ударился лбом о невидимую преграду. Воздух перед ним затрепетал, и на мгновение проявился мерцающий магический барьер, перекрывающий проход.
— Нет... Ну нет! — отчаянно прошептал он.
Он начал бить по барьеру кулаками, пинать его, но это не давало никакого эффекта. Энергия лишь расходилась кругами, как по воде.
— Зачем ставить такой барьер в темнице, где сидят двое детей?! — в ярости крикнул он в пустоту.
Потом обернулся к девочке:
—Может, ты знаешь, как его убрать?
Та лишь смотрела на него с немым вопросом.
Какой же я идиот... Если бы она знала, то давно бы уже сбежала.
— Но должен же быть способ! — не сдавался Харуто.
Следующие несколько часов он потратил на безуспешные попытки найти слабое место в барьере, но тщетно. В конце концов, силы оставили его, и он, обессиленный, рухнул на каменный пол рядом с девочкой, которая уже давно свернулась калачиком. Отчаяние и истощение сомкнули его глаза.
Весь следующий день, а потом и ещё один, прошли в таких же бесплодных попытках. Голод превратился в постоянную, ноющую боль. Ещё через пару дней Харуто окончательно потерял надежду. Он просто сидел, прислонившись к холодной стене у ненавистного барьера, и смотрел в пустоту. Он смирился. Возможно, его конец и вправду наступит здесь, в этой бесконечной, безмолвной темнице.
Глава 7 Неожиданное спасение
Отчаяние — как тяжёлый и холодный камень на сердце. Харуто лежал на каменном полу, прижимаясь спиной к стене а рядом с ним девочка -безмолвная спутница. Дни, проведённые в попытках сокрушить барьер, слились в один мучительный кошмар. Силы были на исходе, надежда — иссякла. Он уже почти смирился.
Внезапно оглушительный взрыв разорвал гнетущую тишину. В стене всего в паре метров от них, каменная стена разлетелись на осколки. Сквозь клубы пыли в проёме показалась знакомая фигура, дышавшая насколько хрипло, что, казалось, вот-вот рухнет.
— Фух... Чёрт... Наконец-то. Только бы он не умер, пока я сюда добирался.
Феликс, шагнул через дыру в стене. Его взгляд мгновенно нашёл Харуто — исхудавшего, бледного, — а затем переметнулся на лежащую рядом девочку.
— Ох, блять! Харуто! В каком ты виде... — он рухнул перед ним на колени, быстро ощупывая лицо и руки.
Пальцы Феликса дрожали, когда он вытащил из поясной сумки небольшой флакон с мутной жидкостью.
— Феликс, а что э... — начал Харуто, но не успел договорить.
Феликс, не церемонясь, зажал ему нос и влил содержимое в рот. Горькая, тошнатворная гадость разлилась по горлу, заставляя давиться и Феликс держал рот харуто закрытым чтоб он это проглотил.
— Кхе!.. Какую хуйню ты мне влил?! — выкрикнул Харуто, с трудом откашливаясь.
— Прости. Это целебное зелье. Ты был на грани, оно должно ненадолго поднять силы, — его голос звучал виновато, но твёрдо.
— И нельзя было без этого... насилия?
— Ты же ребёнок! Вот я и подумал, из за вкуса откажешься пить, — Феликс развёл руками.
— Да ты издеваешься?!
— Тише, — резко оборвал его Феликс. — Лучше скажи, кто это? — он кивнул на девочку.
Харуто, всё ещё возмущённый, но сдержался.
—Не знаю. Но это она вывела меня к выходу. А я...
— ...а ты упёрся в барьер, — закончил за него Феликс, бросая оценивающий взгляд на заклинание. — Великолепная работа. Мне в жизни его не развеять. А вот взорвать стену... это уже в моих силах.
— Помоги лучше встать.
— Ох, прости, конечно, — Феликс легко подхватил его под локоть, а затем так же бережно, с осторожностью, поднял на руки бесчувственную девочку.
— А ей разве не дашь зелья?
— Она без сознания. Если бездумно вливать — захлебнётся. Нужно выливать по немногу а сейчас нам нужно торопиться и не бойся зверолюды вынослевы.
Они выбрались через зияющую дыру на ружу. Феликс, не выпуская свою ношу, уверенно повёл Харуто прочь от входа темницы что выходил на поверхность.
— Феликс... Как ты выбрался? Тебя же поймали. И как нашёл эту темницу?
— Как я тебе уже говорил в городе есть мои люди. И в городской тюрьме — тоже, — он хрипло усмехнулся. — Правда, мои вещи и экипировку вернуть не удалось. Пришлось стащить одежду с какого-то пьяного авантюриста. А нашёл я тебя потому, что в главной темнице тебя не было. Значит, где-то на отшибе. Вот только чтао эта девченка тут делает — загадка.
— А сколько до Рондевальда идти?
— Мы туда не вернёмся.
— П-почему?
— Харуто, мы с тобой теперь два разыскиваемых беглеца. Как думаешь, нас там сейчас стража будет ждять с распростёртыми объятиями?
— Но... куда мы тогда пойдём, если не туда?
Но тут лицо Феликса исказила гримаса. Он пытался держать свою обычную улыбнку, но получилось нечто жуткое, напряжённое и деприсивное.
— Туда, где я не хотел бы оказаться. Но выбора у нас больше нет.
— Что это за место?
— Оно находится в самой глубине того, что люди называют Тёмным лесом и где была моя хижина.
— Стой... То есть нам нужно идти обратно, мимо города?
— ДРУГОГО ВЫБОРА У НАС НЕТ! — его голос прозвучал агрессивно и немного с отчаянием. — Разговор окончен.
Харуто отступил, поняв, что расспрашивать его бесполезно.
---
Часы пути пролетели в молчании. бескрайние луга сменились редкими перелесками.
— Вот здесь остановимся на привал. Уже поздно, — Феликс сбросил с плеч рюкзак. Он снял свой плащ, аккуратно расстелил его на земле и уложил девочку.
— Собери-ка хвороста для костра.
— Хорошо Феликс.
Пока Феликс обустраивал стоянку, Харуто брёл среди кустов, собирая сухие ветки. Вернувшись через полатра часа с охапкой, он услышал от Феликса:
— Хех молодец, Хакира, я в тебе как всегда не сомневался!
— Какой ещё Хакира? Я — Харуто.
Взгляд Феликса на мгновение помутнел, он застыл, а затем будто очнулся.
— А... Да, конечно. Харуто. Дай-ка сюда.
Когда харуто был ещё в недоумении Феликс ловко принял хворост, сложил его в пирамидку, обложил камнями и, прошептав заклинание, коснулся ладонью. Искры, посыпавшиеся из его пальцев, мгновенно разожгли ровное пламя.
— Вот и готово.
Феликс достал из рюкзака тушку кролика, подстреленного по дороге, и принялся жарить её на импровизированном вертеле.
— Посиди тут, подежурь, а я позабочусь о ней.
Харуто наблюдал, как Феликс, устроив девочку полусидя и придерживая ей голову, с невероятной осторожностью, по капле, вливал ей в рот то же горькое зелье.
Через полчаса ужин был готов. Они ели молча. Мясо без соли казалось пресным и без вкусным для Харуто.
Наверное, соль здесь — роскошь, как в средневековье в нашем мире , — с тоской подумал Харуто.
После еды Феликс принялся опрыскивать периметр стоянки из круглого флакона.
— Феликс, а это что?
— Ты что, не знаешь? — тот удивлённо поднял бровь. — Это специальный отвар. Он отгоняет монстров и диких зверей. Разве у вас на родине о таком не рассказывали?
— Ах, да! — Харуто засуетился. — Конечно, рассказывали... я просто забыл.
— Странный ты иногда, Харуто, — покачал головой Феликс, его взгляд снова стал отстранённым.
— Ладно, пора спать. На рассвете — в путь.
Лёжа под потрескивающими звёздами, Харуто не мог уснуть. Мысли кружились в голове, как опавшие листья.
Странный этот мир. Всё вроде знакомо, как в типичной манге с попаданцами, но всё какое-то... странно и не работующия по законам жанра. Вот Феликс например помогает, но зачем? Что он хочет получить? И что ещё за Хакира? Да и ведёт себя всё страннее...
Кто был тот, что дал мне ключ в темнице? Почему помог? Что ему нужно? И эта девочка... что она делала там? Почему знала путь, но сама была в запертой камере? Как выжила? И что случилось с её рукой?
И самое главное... почему я стал семилетний? И кем была та светящаяся фигура, что затянула меня сюда?
Агх... Как же башка от всего этого раскалывается, но все же у меня будет предостаточно времени, чтобы найти ответы на эти вопросы. Я в этом уверен.
Глава 8 город которого нет
Ночь не принесла отдыха. Проснулся Харуто от резкого толчка в плечо — не столько от прикосновения, сколько от заряда нервной энергии, исходившей от Феликса.
— Вставай. Мы выдвигаемся.
Голос его был немного жёстким и безразличным. В нём не осталось и следа от той неестественной раздражительности, что была накануне — только холодная, отточенная решимость.
Харуто с трудом разлепил веки. Тело ныло так, будто его молотили всю ночь, из за того что он спал в непривычной обстановке. В слабом свете, он увидел, что Феликс уже собрал все вещи. Рюкзак был затянут, плащ плотно застёгнут. Девочка, всё так же безсознания, была аккуратно укутана и пристроена в носилки, сделанные из двух прочных веток и остатков его плаща.
— Сегодня у нас долгий путь, — Феликс говорил, не глядя на него, проверяя затяжки. — В теории нужно пройти за день то, на что у подготовленных путников уходит два три дня. Мы не можем ставить лагерь, пока близки к городу. Слишком рискованно.
— Хорошо, Феликс, — Харуто поднялся, потирая затекшую спину. — А как... она?
— Ей стало получше. Дышит ровнее. Но сознание не возвращается, — он бросил короткий, оценивающий взгляд на девочку, и в его глазах мелькнуло нечто тяжёлое, почти виноватое. Её организм был куда более истощён сильнее, чем твой.
Блять, да что с ней не так? Почему она до сих пор не очнулась? — в голове у Харуто зароились тревожные мысли. Ладно, хоть лучше. Надеюсь, скоро придёт в себя. Должен же я наконец получить какие-то ответы.
Он быстро, почти автоматически, свернул свою тонкую подстилку и вышел вслед за Феликсом. Утро было холодным и сырым, туман стелился по земле. Воздух пахёл влажной хвоей и грибной сыростью.
---
Часы мучительно тянулись. Харуто еле плелся за Феликсом, который шёл с неестественной, с невероятной выносливостью. Харуто, бывший затворник, чьим главным упражнением был поход до холодильника, а теперь и вовсе запертый в теле семилетнего ребёнка, выдыхался быстро. Дыхание сбивалось, в боку кололо, ноги горели. Они не разговаривали — не из-за ссоры или чего то подобного, а потому, что на это не было ни сил, ни тем.
Лесная местность постепенно сменялась. Редкие сосны уступили место густой, труднопроходимой чащобе, где приходилось буквально продираться сквозь спутанные корни и колючие кусты. Феликс видел его состояние — в редкие моменты, когда тот оборачивался, его взгляд скользил по Харуто с безразличной констатацией факта, но без ожидания жалоб.
И вот, наконец, лес закончился. Они вышли на бескрайние поля, которым, казалось, не было конца. Ветер гулял по высокой траве, наклоняя её волнами. А вдалеке, в дымке, проступали очертания города — массивные стены Рондевальда и устремлённые в небо шпили замка, такого далёкого и недоступного.
Спустя полчаса пути они вышли к реке. Феликс поднял руку, сигнализируя об остановке.
— Сделаем перерыв. Питьевая вода на исходе, нужно пополнить запасы.
— Фух... ахх... дхааа... х-хорошо, Ф-феликс... — Харуто, едва переводя дух, рухнул на большой камень у воды, чувствуя, как дрожь бежит по измождённым ногам.
Феликс молча передал ему девочку — та для Харуто была на удивление тяжёлой для своих размеров — и принялся за дело. Он достал из рюкзака походный котелок, зачерпнул мутноватой речной воды и вылил в неё несколько капель прозрачной жидкости из маленького пузырька. Прикоснувшись к металлу пальцами, он пробормотал заклинание — котелок слабо зашипел, и от воды потянулся лёгкий пар. Харуто догадался — что эта жидкость обезаразит воду, а для этого требуется нагрев.
Перелив очищенную воду в два бурдюка, а в котелке ещё осталось немного воды.
—Лучше пей. Пока есть возможность. Дальше воду придётся экономить — это последний источник по пути.
Харуто с жадностью глотнул прохладной влаги. Когда Феликс собрал вещи, он с облегчением вернул ему ношу.
— Фух... Она хоть и маленькая, но все равно тяжёлая очень.
Феликс на секунду задумался, его взгляд скользнул от девочки к Харуто.
—Ну вы вроде одного роста.
Чёрт, я всё ещё не могу привыкнуть, что я снова семилетка, — с тоской подумал Харуто. Как это блин вообще возможно?
— Ладно, выдвигаемся. Прошли уже неплохо, но солнце в зените — значит, у нас впереди ещё полдня пути.
— Эххх... Ну ладно.
Они снова зашагали по бескрайним полям.
Интересно, куда же он нас ведёт?— размышлял Харуто, глядя на Феликса. Какое же все таки это «место»?
---
Прошло двенадцать часов. За это время они миновали поля, прошли на опасном расстоянии в паре километров от стен Рондевальда и снова углубились в лес. Но это был уже не тот лес. С каждым шагом он становился гуще, темнее, тише. Воздух стынул, запах хвои сменился на тяжёлый, спёртый аромат гниющей листвы и влажной земли. Свет быстро таял, и вскоре они шли, в кромешной тьме, где даже очертания деревьев-исполинов тонули в черноте. Каждый их шаг отдавался глухим эхом, будто они вошли в гигантский подземный зал.
Феликс начал что-то шептать себе под нос на странном, не понятном для Харуто языке. Его глаза загорелись тусклым зелёным светом.
— Х-эй... Ф-феликс? — тихо, почти шёпотом, позвал Харуто, чувствуя, лёгкий страх. — А что... что происходит?
Феликс не ответил. Он продолжал идти, его фигура в плаще казалась призраком, плывущим в непроглядной мгле. Его непонятный шёпот был страшнее любых слов.
— Феликс, это очень... странно. Может, скажешь, что происходит? — снова попытался Харуто, голос его чуть дрожал.
Ответа снова не последовало. Но отступать было некуда. Он мог только идти за Феликсом.
И тогда впереди, вдалеке, появилось пятно. Сначала крошечное, как звёздочка, но оно стремительно росло, разливаясь ослепительным, почти физически ощутимым сиянием. Оно приближалось, поглощая тьму, и вскоре они шли навстречу слепящему белому свету, в котором не было видно ничего.
— Да это... красиво, — нервно пробормотал Харуто, пытаясь разрядить напряженную для него обстановку. — Наверное, мы верно идём. Ха-ха-ха... кхм.
Его смешок замер в горле, когда из самого сердца света, с гулким эхом, раздался резкий, демонстративно громкий звук — словно кто-то натянул тетиву лука и отпустил её с сухим, раскатистым щелчком.
— О, Феликс, ты слышал эт...
Он не договорил. Выражение лица Феликса исказилось. Он резко развернулся, и в тот же миг из света вырвалась стрела. Не просто выпущенная, а вложенная такой силой, что воздух засвистел. Феликс, всё ещё держа девочку за спиной, метнул вперёд свободную руку. Раздался оглушительный хлопок — стрела, пойманная в миллиметре от его лба, остановилась, вызвав ударную волну, которая едва не сбила Харуто с ног. От страшного усилия Феликса отбросило на пару метров назад. Он стоял, замерши в неестественной позе, его рука, сжимавшая стрелу, была в крови — наконечник сорвал перчатку и впился в ладонь.
— Ебть... твою мать... — выдохнул Харуто, не веря своим глазам. — Что это было?!
Из света донёсся голос. Грубый, громкий, пронизанный такой ненавистью, что казалось, будто сам воздух закипает.
—ФЕЛИИИКС! КАКОГО ХРЕНА ТЫ СЮДА ПРИШЁЛ?! ТЫ ЖЕ ЗНАЕШЬ, ЧТО ТЕБЕ ТУТ НЕ РАДЫ!
Феликс разжал окровавленные пальцы, и стрела с глухим стуком упала на землю. Он повернулся к Харуто, и его шёпот был полон горькой горечи:
—Вот собственно и почему я не хотел сюда возвращаться.
Затем он крикнул в сторону света, вкладывая в голос всю свою ярость и отчаяние:
—Я ТУТ НЕ ОДИН! СО МНОЙ ДВЕ ПОЛУКРОВКИ, КОТОРЫМ НЕКУДА ИДТИ!
— И ЕДИНСТВЕННОЕ, ЧТО ТЕБЕ ПРИШЛО В ТВОЮ ДЫРЯВУЮ БАШКУ — ЭТО ПРИТАЩИТЬ ИХ СЮДА?!
— МЕСТ, КУДА БЫ МЫ МОГЛИ СХОДИТЬ, БОЛЬШЕ НЕТ! ТЫ ЖЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ПРОСТО ТАК Я БЫ СЮДА НЕ ПОЯВИЛСЯ!
Их перепалка, полная взаимных упрёков и старой боли, длилась ещё минут пятнадцать. Харуто стоял, пригвождённый к месту, понимая, что любое его слово будет лишним. Наконец, из света донёсся яростный рык и оглушительный удар — словно кто-то со всей силы врезал кулаком в камень.
— ГРРРХ! ЛАДНО! ПРОХОДИ! НО ПЕРВЫМ ДЕЛОМ — К ГЛАВЕ! И ПОТОМ НЕ ЖАЛУЙСЯ, ЧТО Я ТЕБЯ НЕ ПРЕДУПРЕДИЛА!
— ЗНАЮ! Я И ТАК ПРЕКРАСНО ЗНАЮ!
Свет начал меркнуть, дробиться на тысячи светлячков, которые разлетелись в стороны, открывая взору невероятное зрелище. Перед ними возвышалась циклопическая стена из чёрного, отполированного до блеска камня, уходящая ввысь и вбок дальше, чем хватал глаз. С медленным, величественным скрипом опустился массивный подъёмный мост, перекинутый через тёмный, бездонный ров. Они прошли по длинному, монотонному каменному коридору, и тогда Харуто увидел.
Он увидел не город, не крепость. Он увидел что то невероятное
— Ого... — прошептал Харуто, и в его голосе был не только удивление, но и робкое восхищение. — Что это за место, Феликс?
Тот тяжело вздохнул, и в его глазах погас зелёный свет. Теперь в них читалась только бесконечная усталость, и толика смеси радости и спокойствия.
—Ладно. Пойдём. Сейчас сам всё узнаешь. Добро пожаловать в как я его называю приют для тех, кого человеческий мир отверг.
Глава 9 Временная калыбель
Свет начал дробиться, рассыпаться на тысячи холодных, белых искр, разлетающихся в стороны подобно стае напуганных светлячков. Барьер рассеивался, и перед ними открылось то, что было скрыто.
Циклопическая стена из чёрного, отполированного до зеркального блеска камня вздымалась в небо. Она не имела ни начала, ни конца в поле зрения, будто опоясывала целый мир. С величественным, леденящим душу скрипом опустился массивный подъёмный мост — не деревянный, а выточенный из цельного базальта. Под ним зияла бездонная пропасть, откуда тянуло ледяным, влажным ветром.
Они ступили на этот мост, и Харуто увидел ту, что выпустила стрелу. Женщина-полуорк. Её кожа отливала оливково-зелёным, как старая бронза, мощные челюсти были сжаты, а её жёлтые глаза горели холодной ненавистью. Она была на две головы выше Феликса, и её мускулатура, обтянутая простой кожаной броней, могла бы вызвать зависть у любого кузнеца. В её руках был огромный лук, а за спиной колыхался колчан со стрелами. Её взгляд, полный откровенного отвращения, проводил Феликса, но, скользнув по Харуто и бездыханной девочке, сменился на мгновенное, острое недоумение.
Ох, блятт... Это она в нас стреляла? — пронеслось в голове у Харуто, и он почувствовал, как по спине побежал ледяной пот. Надеюсь, я её больше не встречу. А то я её уже боюсь.
Они прошли по длинному, монотонному каменному коридору, вырубленному в самой толще стены. Воздух здесь пах пылью. И когда коридор окончился, перед ними открылась панорама, от которой у Харуто перехватило дыхание.
Это был не город в человеческом понимании. Это был целый мир, спрятанный в гигантской кальдере, уходящей вниз на сотни метров. И в его центре, пронзая небеса, возвышалось Белое Древо. Оно было столь огромно, что его верхние ветви терялись в облаках, а ствол, шириной с целый квартал Рондевальда, был цвета слоновой кости, испещрённый древними рунами, что светились мягким золотом. Вместо листьев с его бесчисленных ветвей струились, переливаясь и мерцая, живые потоки зелёного света — чистой, концентрированной магии. Это сияние заливало весь подземный мир, окрашивая его в фантасмагоричные, полупрозрачные тона, создавая вечный, мягкий полдень в глубине земли.
— Ого... — прошептал Харуто. В его голосе было робкое, непроизвольное восхищение. — Что это за место, Феликс?
Тот стоял, глядя на сияющее Древо, и его лицо было скревило в небольшом отвращением.
— Это Лифавор сказал Феликс. Город-Улей. Столица эльфов… а по совместительству — последняя яма для всех, кого люди называют «грязнокровками».
Он грубо взял Харуто за руку, и они начали спускаться по вырубленной в скале зигзагообразной тропе, ведущей вниз, к корням Древа и раскинувшемуся у его подножия городу.
— Здесь гноятся зверолюды, полуэльфы, полуорки, гоблины, огры… все, у кого кровь «нечиста» по мнению людей.
Спуск занял добрых пятнадцать минут. И чем ниже они спускались, тем громче нарастал гул жизни — нестройный, дикий, полный энергии.
---
Как только их ноги коснулись мостовой нижнего яруса, на них обрушилась волна звуков и запахов. Грохот кузнечных молотов, сливавшийся с криками торговцев, звон монет, звуки незнакомых музыкальных инструментов, смех, ругань на десятке наречий. Воздух был густым коктейлем из пряного дыма ароматических углей, сладковато-терпкого запаха эльфийского вина, тяжелого духа кожи, пота, металла, цветочной пыльцы и едва уловимой, горьковатой прохлады ветивера, исходившей, казалось, от самих стен.
Это был Нижний Базар, бьющееся сердце изгнанников. Они шли по широкой улице, вымощенной не булыжником, а отполированными временем плитами светлого песчаника, между которыми пробивалась упругая, изумрудная трава. Торговля кипела повсюду: под пестрыми навесами из тканей, в приземистых каменных лавках, прямо на циновках, разложенных на земле.
Харуто с любопытством разглядывал окружающий калейдоскоп ведь для него все ещё этот мир в новинку. Вот гоблин-алхимик выкрикивает достоинства своих зловонных зелий. Рядом дриада, чья кожа напоминала серебристую кору плакучей ивы, тихо предлагала саженцы светящихся грибов и вьющихся растений. Два полуэльфа — уши лишь слегка заострены — яростно торгуются из-за флакона с эссенцией лунного света. В толпе мелькали хвосты, чешуйчатые спины, крылья, спрятанные под плащами, шерсть, рога, глаза всех цветов радуги. Это был кипящий, шумный, живой мир. Мир без человеческой рассы.
— Вау, Феликс, тут так много разных рас... — прошептал Харуто, невольно прижимаясь к нему. Потом, осознав, добавил ещё тише: — Ох ну и людей что-то не видно…
Феликс сначала не отреагировал, погружённый в свои мысли, но потом резко повернул к нему голову.
— Людей? Тут тебе за одну только человеческую кровь с живого сдерут кожу, — его голос был низким и резким. — Охота на «грязнокровок» — любимое развлечение людей по ту сторону стены. Здесь платят той же монетой. Сказал он не замечая противоречия ситуации в которой теперь оказался Харуто.
Вот чёрт. Что же со мной сделают, когда поймут, что я человек? Это самое худшее место, где я мог оказаться! — паническая мысль ударила в виски, и Харуто почувствовал, как его ладони стали ледяными и влажными.
Дорога вела вверх, к внутренним склонам кальдеры. Шумный базар постепенно оставался позади. Каменные дома сменялись строениями, в которых дерево и камень срослись в единое, живое целое — казалось, их не построили, а взрастили. Воздух стал чище и прохладнее, звуки приглушились, уступив место нежному журчанию воды. Они вышли на первый ярус Садов Водопадов. По замысловатой системе акведуков и желобов, искусно украшенных скульптурами из живого, цветущего плюща, с верхних уровней города струилась, переливалась и падала хрустально-чистая вода. Она наполняла чаши фонтанов, где плавали диковинные рыбы с плавниками, тонкими как паутина, и орошала висячие террасы, сплошь засаженные цветами невероятных форм и оттенков.
— Смотри, — без особого энтузиазма кивнул Феликс на одну из клумб. — Лунные слезы. Больше их нигде не найти. Меняют цвет лепестков в зависимости от времени суток.
Ага, конечно, именно это мне сейчас нужно знать, — с внутренней истерикой подумал Харуто, чувствуя, как напряжение сжимает его горло. — Главное — не выглядеть как человек. Главное…
Здесь, среди журчащей воды и цветочных ароматов, гуляли в основном эльфы. Высокие, невероятно грациозные, с лицами холодной, отстранённой красоты, одетые в лёгкие, струящиеся ткани, расшитые серебряными нитями. Их тихие беседы звучали как отдалённая музыка, а их взгляды, скользнув по Феликсу в его потрёпанной одежде и кожаной броне, становились ледяными и презрительными. Он, низкорослый по сравнению с ними, больше миловидные черыт лица, с немного растрёпанными волосами, казался здесь чужим, сорной травинкой в ухоженном саду. На его лице при виде этих эльфов застыла маска явного, едва сдерживаемого раздражения. Ничего не говоря, он снова схватил Харуто за руку и почти потащил его за собой, ускорив шаг, словно стремясь поскорее миновать это место.
---
Поднявшись по широкой, высеченной в скале лестнице, они вошли в Среднее Кольцо. Здесь всё изменилось. Хаотичная жизнь Нижнего города и искусственная красота Садов остались позади. Архитектура стала единообразной, величественной и невероятно древней. Башни, подобные стройным кипарисам, усадьбы с фасадами, покрытыми фресками и рельефами, изображавшими историю мира от Первого Рассвета, висячие ажурные мосты, соединявшие вершины шпилей. Царила торжественная, давящая тишина, нарушаемая лишь шелестом вечнозелёной листвы, эхом далёкой арфы и вечным журчанием воды. Даже свет, падавший сюда сверху, фильтрованный магическими кристаллами в вершинах шпилей, был иным — холодным, рассеянным, почти стерильным.
— Зажравшаяся элита, — прошипел Феликс, и его голос прозвучал неприлично громко в этой тишине. — элегантные твари. Как же они меня бесят. Хорошо, что сейчас никого нет, а то я бы не сдержался.
— Д-да, — тихо согласился Харуто, чувствуя, как мурашки бегут по коже. — Хорошо, что никого нет.
Именно здесь, на просторной площади из белейшего, отполированного мрамора, они впервые увидели Его вблизи — не само Древо, а его Отражение. Посреди площади лежало озеро абсолютно неподвижной, зеркальной воды. И в его чёрной, бездонной глади, перевёрнутое, но оттого не менее величественное, покоилось Белое Древо. Его сияющая крона, даже в отражении казавшаяся безграничной, окрашивала глубины озера в фантастические изумрудные и аквамариновые всполохи. Стоять на краю этого озера было одновременно блаженством и кошмаром — величие Древа подавляло, заставляя чувствовать себя ничтожной пылинкой.
От площади начиналась Прямая Дорога — широкая эспланада, ведущая прямо к основанию холма, на котором росло Древо. По её бокам вместо домов стояли… деревья. Вернее, то, что от них осталось. Каменные стволы, лишённые коры и листьев, с вытянутыми в вечном мольбе окаменевшими ветвями. Они образовывали над дорогой мрачный, готический свод.
— Феликс, а это зачем тут? — шёпотом спросил Харуто, охваченный небольшим восхищением.
— Украшения, — буркнул Феликс, не замедляя шага. — Деревья-призраки. Превращены в камень неезвестной силой из за за которой все живое каминело из нутри но спустя века осталось лиш пара этих деревьев. Стоят тут для вечной службы, чтобы приглушать свет и навевать благоговейный ужас на идущих к Трону. Эльфы обожают такой театр.
Под этим каменным, давящим сводом они шли ещё несколько минут. И вот, перед ними возникли последние ворота — не чёрные и грозные, как внешние, а ажурные, выкованные из серебра и того же белого древесного материала, что и ствол. Перед ними стояли двое стражников. Но это были не полуорки и не изгнанники. Это были эльфы. Высокие, статные, в латах из чешуи, отливающей перламутром, с длинными, острыми копьями в руках. Их лица были прекрасны и абсолютно бесстрастны.
— Стоять, — голос одного из них прозвучал мелодично, но с металлической непреклонностью. — Назови себя и цель визита.
Феликс, не выпуская руки Харуто, сделал шаг вперёд. В его позе не было и тени прежней раздражительности — только усталая, почти механическая покорность.
— Феликс. Явился по приказу Элис.
Стражник кивнул, его взгляд скользнул по Феликсу, Харуто и девочке на его спине без тени интереса но он явно насторожился.
— Нам доложили. Проходите.
Серебряные ворота бесшумно растворились. За ними не было улицы или площади. Они вошли прямо в основание Белого Древа.
Внутри царил полумрак, нарушаемый лишь мягким, пульсирующим зелёным светом — это была не древесина, а что-то твёрже, похожее на полированный мрамор, пронизанный жилами света. Воздух был тёплым, густым и пахнул озоном и статическим электричеством после грозы. Гигантская, винтовая лестница, вырезанная в стене, уводила ввысь, теряясь в сияющей дымке.
Подъём казался бесконечным. Ноги Харуто горели, в легких кололо. Феликс шёл молча, его дыхание было ровным, но лицо становилось всё бледнее. Девочка на его спине не издала ни звука.
Наконец они достигли площадки. Перед ними была дверь. Не ажурная и не серебряная, а простая, массивная, из тёмного, почти чёрного дерева, испещрённая сложными, мерцающими рунами.
Феликс остановился, перевёл дух. Его рука, всё ещё сжимавшая Харуто, слегка дрожала. Он посмотрел на мальчика, и в его глазах Харуто прочитал последнее предупреждение, смешанное с апатией.
— Ну что ж, — прошептал Феликс, и его голос сорвался. — Пора встречать её.
Он толкнул дверь. Она отворилась бесшумно.
И Харуто увидел…
Просторный, круглый зал. Сводчатый потолок был сплетён из живых, светящихся корней Древа. В центре, на невысоком подиуме, стоял не трон, а нечто вроде большого кресла, вырезанного из причудливо изогнутого корня. И в этом кресле сидела…
Не древняя эльфийская владычица, не грозная воительница. Сидела девочка. Лет двенадцати, не больше. С серебристыми, струящимися до пола волосами и огромными, миндалевидными глазами цвета весенней листвы. Она была одета в простой, серый хитон и босоногая. На её тонкой шее лежало ожерелье из зелёных камней, которые пульсировали в такт с сиянием зала. Её лицо было удивительно спокойным и… невероятно старым. Взгляд этих детских глаз был тяжёл, как свинец, и мудр, как память тысячелетий.
Она внимательно, с небольшим удивлением, смотрела на них. Потом её взгляд упал на девочку-зверолюдку без сознания на спине Феликса, и в её глазах мелькнуло нечто… знакомое.
-Феликс её голос был тихим несколько от шока сколько от недоумение
-не ожидала что ты посмеешь вернутся сюда. Так ещё и принёс… это.
Глава 10 развитие
-Феликс её голос был тихим несколько от шока сколько от недоумение
не ожидала я что ты посмеешь вернутся сюда. Так ещё и принёс… это. Сказала она поправляя статуэтку на полке.
-Харуто посмотрел на неё с недоумением будто ожидая увидеть не это, Феликс а это собственно кто? Сказал он это шепча Феликсу
-Меня зовут Лифия но вот хороший вопрос кто вы двое , сказала она явно ведя по Харуто и девочке на спине Феликса
-Харуто настигло недоумение от того что она смогла услышать его шёпот
-Это Харуто я нашёл его по среди тёмного леса без сознания, а это ну мне тоже интересно кто это, сказал он это явно с нервным волнением пока его взгляд бегал туда сюда концентрируясь то на девочке то на харуто но только не на Лифиие
-Хорошо Феликс, но не удосужишся ли ты объясниться, какого черта ты тут делаешь если ты знаешь что тебе тут не рады
-Феликс отвеле взгляд но тут же его голос стал громче а взгляд стал твёрдым и повернул его обратно чтобы посмотреть Лифиие в глаза, этих двоих как и меня самого ищет одно из лидирующих людских королевств и как ты можешь видеть эти двое сейчас на моей ответственности , но понимая в каком положении феликс сейчас находится он обратно уменьшил свой голос
-Пойми Лифия был бы я один я даже бы не сунулся сюда я бы продолжал прятаться где угодно но ты должна понять
-Довольно, сказала твёрдо Лифия, ладно допустим, но ты же понимаешь что можешь случиться с вот этим мальчишкой, она посмотрела на харуто с некой долькой сдержаного отвращения пытаясь не показывать его так явно, что елси тут узнают что он человек его же заживо вскроют
-Феликс с небольшим недоумением посмотрел на харуто который сам был немного не в себе от того что она сказала
-Лифия увидя эту картину их недоуменя лишь томно вздохнула, ладно с этим потом разберёмся но где ты тут жить собрался, я вам дом не буду выделять так как то что вобще тут находитесь живыми и так большая услуга
-Харуто взглянул на Феликса и у него в голове сразу появилась идея, а что если просто к родственникам отправить ну феликс все же жил тут когда то а значит и родственники должны были отстаться
-Лифия перевела взгляд на харуто, ну в вашей ситуации я думаю у вас нету выбора так что да феликс отправляйся сам знаешь какой дом они все ещё не переехали
-всмысле про что она, сказал харуто не понимая почему ему всегда даётся так мало информации
-Феликс лиш томно вздохнул, спасибо Лифия, сказал он немного с эронией в голосе и повёл харуто за собой когда начал уходить
Она говорила про дом где мои родители живут, сказал Феликс когда они вместе с харуто начали обратно спускаться по лестнице
-а что у тебя с родителями, спросил недоумеваюче харуто
-да просто я с ними не в самых лучших отношениях
-у меня тоже были не самые лучшие отношение с родителями, сказал харуто отводя взгляд от Феликса
-хотя только с отцом, матери я практически не помню
-услышав это феликс на секунду остановился но , ох вот как мне жаль харуто, сказал феликс не зная как ответить
-да нет ничего феликс все нормально меня это уже очень давно не волнует
-на это феликс лишь томно посмотрел на харуто и отводят взгляд он снова взял его за руку чтоб продолжить его вести за собой
-долгое время он так и шли в тишене феликс погрузился в себя думая о чем то а харуто смотрел по сторонам чтоб лучше изучить город
-и вот примерно через пол часа феликс остановился на пороге дома и так резко что харуто ударился о его спину
-пришли, сказал феликс немного с небольшой пустотой в голосе он поднёс руку к двери чтоб постучать но стук так и не последовал так как он остановился на пол пути
-увидев это харуто сам подошёл и постучал после чего зашёл обратно за спину Феликса
-Харуто ты чего делаешь нервно сказал феликс не ожидая этого
-уже иду, раздались из за двери и уже через минуту та открылась и перед ними предстала она высокая красивая эльфийка с радостным выражением лица от внешности которой исхолила мудрость
-но как только она увидела картину перед собой её вырожение лица сменилось на раздражённое недоумение, томно вздохнув она все таки решила заговорить, Феликс что ты черт возьми тут делаешь, удевиткльно что я тебя тут не на висилице увидела
-Феликс отвёл взгляд в сторону, и тебе тоже привет мам, меня сюда вообще-то лифия отправила
-ты ещё и главу вытянул в это, но тут она посмотрела на харуто и девочку что была у феликса на спине, боже мой ты ещё и плодится с кем попало начал хотя не самое удевиткльное что можно от тебя ожидать
-мам можешь сейчас не об этом ты сделаешь сейчас только хуже если мы сейчас начнём ругаться
-Феликс отвёл от неё взгляд снова на харуто
- и ещё они не мои дети я сейчас просто несу за них ответственность так как я не мог их бросить
-эльфийка томно вздохнув сказала, ладно проходите, толкьо если увижу что что-то пропало из дома прибью на месте
-Феликс ничего не ответил он просто взял харуто за руку и они зашли в дом
-внутри дом выглядил так как все представляют дом эльфов стены и пол покрывает дерево что как будто оно так и выросло
-ого выглядит инте-ресно я полагаю, сказал что был явно удивлён тому как выглядит дом изнутри
-она приводит их к комнате где кроме кровати ничего нет
-вот феликс будете тут , эльфийка развернулась и пошла в другую комнату
-Феликс осматривать комнату как будто тут стояло что то ещё, и ничего не говоря он подошёл и положил девочку на кровать
-фух как долго я её таскал на спине аж отваливается уже ха кхм, голос феликса звучал так будто он держит хороший настрой но явно это было не так
-ну это феликс а как ну твою маму зовут, спросил харуто глядя на феликса
-ах ну да конечно её зовут Лариэль
-Лариэль, тихо говорит харуто как будто пробуя это имя на вкус,
-а почему у всех эльфов таки стренные имена ну как минимум которых я видел, и вот ты один такой феликс, спросил харуто с недоумением в голосе
-Ну харуто тут все не так просто, ведь меня заставили сменить имя чтоб я не асациировался с своей семьёй и не позорил их, а своего первого имени я не помню так как это было пару сотен лет назад
-Харуто смотрит на феликса уже с явным раздражением
-Феликс ты уже достал, раскажи чем ты так провенился в прошлом из за чего тебя все тут ненавидят да даже твоя собственная мать
-лицо феликса изменилось что и так было отчайным в отличии от его обычного добродушного лица, но теперь оно явно источало злость
-это вобще не твоё дело Харуто это вобще сейчас совершенно не важно мы сейчас в полной заднице а ты думаешь об всякой херне, голос феликса был болие высоким и напряжённым, но поняв что он сейчас сделал его голос понизился до нормального
-ох прости харуто что так сорвался на тебя, ты же просто ребёнок, ладно давай договоримся, сейчас много заморочек и проблем у нас и как все устаканится я тебе все раскожу хорошо? Сказал феликс немного присев чтоб их лица были на одном уровне
-Харуто был все ещё немного в шоке от того как резко поменялся феликс от обычного вопроса, но поразмыслив пару секунд он для себя понял что он пытается лезть в прошлое которое явно приносит боль Феликсу
-хорошо феликс, сказал харуто смотря Феликсу в глаза
-вот и чудненько, Феликс встал посмотрев в окно
-Харуто уже вечереет скоро надо будет спать ложится, а я пока схожу снова к Лифие ещё парочку вопросов улажу, а ты пока с Лариэль присмотрите за это девочкой, мне кажется это не нормальным если честно что она уже пару дней без сознания
-Феликс пошёл в сторону выхода и вдруг развернулся обратно к харуто
-а и да подбирай иногда слова когда будешь говорить с Лариэль а то она очень вспыльчивая не думаю что она будет на тебя срываться но все же я должен был тебя предупредить, и как феликс договрил он сразу же растворился в коридоре после чего был слышен звук закрытия двери
-И вот Харуто остался один в незнакомом доме оглянулся на девочку что мирно лежала на постели
-пу пу пу и что мне дальше делать, к Ларие после слов феликса я боюсь к ней подходить
-он подошёл к окну что посмотреть насколько начало темнеть
-ну да солнце начинает садится так что наверное лучше лягу спать
-Харуто развернулся к кровати и посмотрев на девочку что лежала на кровати и тихонько сопела
-блин ну не могу же я убирать её с кровати, как то безчеловечно будет на моем месте так сделать, ну ладно посплю на полу не в первой мне уже так делать
-Харуто лёг на пол возле кровати предварительно встрезнув с этого места пыль
-ну чтож спокойной ночи, хотя к чему я это говорю ты же все равно это не слышишь
-Харуто закрывает глаза успокаивает дыхание и сознание потихоньку уходит в сон
-Харуто проснулся посреди глубокой ночки ведь он захотел в туалет, вокруг непроглядная темень и только слабый свет луны из окна давал хоть какой то обзор
-блин как же меня это бесит навянека же не высплюсь из за этого
-Встав с пола харуто осматрелся и не увидел феликса рядом хотя тот выходил уладить пару дел
-блин и где же он? Как будто это так долго уладить парочку дел с главой, бубнел он пока шёл к выходу из дома чтоь воспользоваться наружным туалетом
-после того как харуто закончил свои дела он вернулся в дом и направился в комнату чтоб проложить спать
-блин пить что то хочется, как сложно когда на кухне нету раковины, потирая горло сказал харуто
-как вдруг всего в паре сантиметров от его руки пролетел нож небольшой куханный но нож, и тот впился в стену
-ЧТО ЗА ХЕРНЯ, вчкрикнул и прижался к стене для безопасности как в темноте показался силуэт с двумя красными глазаами что смотрели из комнаты лариэль мимо которой он и проходил
-было понятно что это Лариэль, но после этого она лишь понемногу начала подходить к харуто а тот оцепенел от страха, а та лишь подошла к нему поближе почти в впритык
-знаешь вот как я тебя увидела, голос был болие низким глубоким и с хрипацой
-что это отродье рода человеческого забыло в королевстве эльфов так ещё и шлялось с моим отпрыском
-но потом, продолжает она параллельно вытаща нож из стены
-я поняла что ты не человек, как толкьо феликс ушёл я начала чувствовать что ты единственное что не источает ауру от своей манны, на твоём фоне даже мой цветочек в горшке имел больше манны
-я н-не знаю наверное я просто родился без неё что т-т-тут такого, попытался соврать харуто
-и тут Лариэль воткнула нож всего в паре сантиметров от его головы
-НЕ ВРИ МНЕ! У всего есть своя манна и ты не мог прост без неё родится, она берет его руку и делает на ней порез из которого начинает идти кровь
-видишь толкьо кровь маны нету вобще никакой маны только кровь а это значит что ты не человек
-так кто ты демон? На вряд-ли иначе бы от тебя сквазило бы манной, произнесла она легонько проведя окрававленым ножом по его щеке
-И тогда у меня возникает больше вопросов, кто ты и почему ты шляешся с феликсом?
-я я сам не доконца понимаю, говорит харуто дрожащим от страха и боли ужасом он хочет, он инстективно пытается взятся за место пореза но лариэль силой прижимает её к стене
-что ты собрался удумать, твои трюки на мне не сработают, и ты даже двинуться не сможешь пока все не объяснишь
-от боли и страха у харуто начинают идти слезы и он ели сдерживается чтоб не закричать
- я-я сам не знаю, я вроде как умер и проснулся, но уже не в своём теле я стал вот таким какой я сейчас и я не понимю что происходит вокруг где я и кто я, под конец он начал начал путаться в словах и ели как их выговорить из за того что он начал рыдать
-и тут взгляд Лариэль дрогнул он не смягчился не стал добрее а просто дрогнул в сторону, и тут она убирает нож от его лица и её голос становится не настолько угражающим
-По тому что я вижу и чувствую, ты говоришь правду и опасности ты не представляешь, но все же я не понимаю что ты такое
-Как только она его отпустила харуто упал на колени продолжая плакать и держась за порезанную руку
-смотря на это пару секунд лариэль растворяется в темноте кухни и возвращается держа пузырёк а жидкостью что похож на тот чем феликс ему обрабатывал раны, и куском какой то ткани, она все ещё возвышаясь над ним но её зрачки были уже орехового цвета
-держи обработай рану и дальше иди спать, но завтра у меня к тебе будут вопросы
-Понял?
Спасибо за чтение
Вернуться к книге