Пепел над очагом

Пролог. Поздняя весна.Он сидел в своей печи и чувствовал, как дом умирает.Это ощущение нельзя было назвать ни болью, ни тоской — оно было тягучим, как застывающий воск, и прорастало сквозь каждую щёлочку его маленького, пыльного тела. Дом, который он берёг всю свою жизнь, который стал его шкурой, его дыханием, его единственным миром, — этот дом задыхался. Стены остыли так сильно, что даже привычная сажа на кирпичах казалась ледяной; половицы стонали под невидимой тяжестью, и в их скрипе слышалась не просто усталость, а настоящая, живая боль. Воздух стал спёртым, густым, как перед долгой грозой, — пахло сыростью, старой золой и чем-то ещё, сладковато-горьким, что появляется только перед самым концом.— Хозяйка, — прошептал он, и голос его сорвался на едва слышный, дрожащий шёпот. — Что ты делаешь? Почему ты уходишь?Он не спрашивал — он знал. Она умирала. Он чувствовал это не умом, а всем …