Пепел империи. Право на ненависть

Глава 1.Решение

Мои слова растворились в грохоте воды. Я сделал шаг вперёд, и холодный поток ударил в голени с такой силой, что пришлось резко расставить ноги, удерживая равновесие. Камень под подошвами оказался скользким, течение тянуло вниз, к центру полигона, и каждый следующий шаг требовал усилия, которое я сейчас совершенно не хотел тратить.

Гаронд стоял впереди, согнувшись под собственной защитой, и продолжал удерживать проход. Я видел, как на его лице смешались усталость, сосредоточенность и отчаяние.

— Гаронд, — крикнул я, подходя вплотную.

Он повернул голову, на секунду задержал взгляд на мне и снова посмотрел на воду перед собой.

— Держись ближе, — выговорил он, стиснув зубы. — Здесь сейчас рванёт.

Очень своевременное предупреждение, я успел только пригнуться. Вода над нами сомкнулась с таким грохотом, будто рухнул полоток. Воздушный щит Гаронда дрогнул, пространство вокруг сжалось, и меня на мгновение оторвало от пола. Плечом я ударился о его спину, ладонью нащупал мокрую ткань мантии и вцепился в неё, пока течение тащило нас в сторону закручивающейся воронки.

— Сколько ещё ты так продержишься?! — я попытался перекричать рёв воды.

— На нас двоих хватит, — ответил догс, но с такой интонацией, что, будь он тут один, давно бы уже просто опустил щит и дал потоку утащить себя.

— Обнадёживает... — выдохнул я, сплёвывая воду.

Эйрин оставалась на своём месте. Расстояние между нами казалось смешным, каких-то несколько метров, но сейчас оно ощущалось как половина города. Вода двигалась сразу во всех направлениях, сталкивалась сама с собой, вздымалась, падала, снова поднималась и каждый раз меняла очертания, словно огромная масса вокруг Эйрин перестала подчиняться даже обычным законам движения. Она стояла в центре этого хаоса, почти скрытая за водяными стенами, и я видел её лишь короткими вспышками, когда очередной поток расходился.

— Сверги! — выругался я.

Допустим, я решу спасти Эйрин, но до неё же еще надо было добраться! А для этого надо просто прорву магии, чтобы сдержать всю мощь снаружи и не дать ей себя раздавить. А ещё бы опыта и умений чуть больше, чем почти ничего… Я криво усмехнулся, встал рядом с Гарондом. Тот продолжал смотреть на фигурку в воде, практически не моргая. Будто бы, ловил всем телом последние воспоминания о ней…

— А, чтоб вас всех! — бросил я, выставил огненный щит и ломанулся тараном, оставляя догса позади, создавая огненный пузырь только для себя. Прямо в воду, не оставляя себе возможности передумать.

— Куда, идиот! — раздался за спиной сорвавшийся голос.

Но я не оборачивался, щедро вливая в щит магию, про себя усмехаясь — меня проблема Гаронда обходила стороной, мой резерв останавливался только усталостью, а пока что я был полон сил.

И тут же за свою самоуверенность был покаран дикой толщей воды, которая обрушилась на мою магическую броню, у меня аж дыхание спёрло. И такую нагрузку Гаронд удерживал всё это время, да ещё и не только вокруг себя?! Да он псих! Впрочем, от меня сейчас это звучит смешно, учитывая, где я и чем занимаюсь.

Магия на щит расходовалась в чудовищных количествах, на полпути я уже чувствовал себя не сосудом для энергии, а проводником, качающим из себя вовне, в голове начал потихоньку стучать молоточек, угрожая очень скоро превратиться в полноценный молот.

Но уже почти не осталось места для осторожности, перед глазами была только Эйрин, скрытая толщей воды

Дар вокруг неё уже перестал быть просто магией воды. Он стал чем-то вроде огромного замкнутого контура, который продолжал сам себя питать. Каждый выброс возвращался обратно, сталкивался с очередным потоком, усиливал его и снова шёл к центру. Эйрин пыталась удержать всё это внутри себя, но чем сильнее старалась, тем больше энергии вырывалось наружу.

Если я действительно смогу забрать хотя бы часть, она должна справиться. Эйрин бывший квазар, она всю жизнь живёт с этим даром. Мысль звучала разумно, пока оставалась мыслью. Теперь же требовалось превратить её в действие, а я понятия не имел, как именно.

Я остановился, когда до Эйрин остался метр, и всего лишь шаг до того, чтобы выйти из водяной ловушки в эпицентр, который не был полон воды. И следовало бы поторопиться, воздуха в моей сфере под щитом оставалось уже не так много, дышать было тяжело не только от прилагаемых усилий, но и банально от малой концентрации.

Я единственный раз смог забрать магию без последствий, и тогда Игнас сам отдал свой дар. Эйрин сейчас ничего отдавать не собиралась, она вообще едва сдерживала себя.

— Ну, герой, а дальше-то что, сверги тебя раздери? — выругался я себе под нос и сделал тот самый шаг в эпицентр.

Вода ударила в грудь, прорываясь сквозь щит, пришлось выставить руки перед собой. Троги, как же холодно. Пальцы уже плохо сгибались, ткань формы прилипла к коже, каждый вдох отдавался неприятным спазмом под рёбрами.

Эйрин открыла глаза, увидела меня перед собой. В её взгляде отразился ужас, рот открылся, но я покачал головой, сделал ещё один шаг и вцепился в её руку, посмотрел в глаза.

— Сейчас станет легче, как только почувствуешь, что дар тебе подчиняется, старайся стабилизировать, меня надолго не хватит, — проговорил хрипло.

Конечно, она не поймёт сразу, о чём идёт речь, но я надеялся, что в процессе Эйрин быстро догадается и не даст сдохнуть нам обоим.

Войти в состояние сосредоточения было сложно в бурлящем потоке воды, но собственная усталость здесь сыграла мне на руку, организм чувствовал опасность, и заменял инстинктами недостающие знания.

Хотелось просто дёрнуть энергию на себя, поглотить, сколько смогу, а дальше как пойдёт. Но нет, сейчас была не та ситуация, я досчитал до пяти, заставил себя включить голову, увидел сияющий дар Эйрин. И внутренним взором потянулся к нему, готовый… а что делать? У огня греются, а что делают с водой? Мысленно вошёл прямо внутрь ослепительной капли, открыл рот, готовый впитывать воду чем угодно, хоть кожей, хоть в глотку мне её залейте.

Энергия ударила внутрь так резко, что я согнулся пополам, но руку Эйрин не выпустил. В ушах зазвенело, перед глазами поплыло, а пальцы сами сжались, будто я пытался удержать руками поток воды. Внутри стало тесно, я физически ощущал, как чужая сила заполняет то место, которое раньше казалось бездонным. Сейчас магии было слишком много, из Эйрин она хлестала широким потоком, грозя просто разорвать на ошмётки. У меня было ощущение, что затрещали кости, боль нарастала с дикой скоростью, не давая соображать.

— Ну уж нет! — прохрипел я и начал сворачивать, стягивать, как когда-то делал с огнём, но снаружи на тренировках. — Сжимайся, чтоб тебя!..

Я не собирался тут подохнуть, поэтому сконцентрировался на том, чтобы спрессовать внутри себя потребляемую магию, заставляя её занимать меньше места. И продолжал поглощать, поглощать, поглощать. Настолько ушёл в себя, что начал снова ощущать внешний мир, только когда моё предплечье вдруг сжала ледяная рука.

Вскинул взгляд, через обступающую меня тьму разглядел глаза Эйрин. В них больше не было той предсмертной муки, теперь там были усталость и решимость.

— Не знаю, что ты сделал, но хватит, остановись. Дальше я сама, — выдохнула она еле слышно.

Эйрин обвела взглядом хаос вокруг, раскинула руки и что-то забормотала, пошатнувшись. Из её носа редкими каплями текла кровь. А я просто отвернулся и повторил её позу, но не для контроля, а для того, чтобы выпустить из себя всю взятую магию, которую просто понятия не имел, как удерживать. Если это и было где-то прописано в тех документах, что принесла для меня Кэтрин, то я ещё не дочитал до того места.

Пробил стихийным даром воды коридор для Гаронда, который уже еле удерживал свой щит. Догс рванул по нему без лишних слов.

Эйрин что-то выкрикнула, от неё пошла плотная волна магии, и я раскрыл глаза, ошарашенно смотря, как вся водяная буря вокруг нас успокаивается, разбиваясь о стены в последний раз и больше не поднимаясь. Гаронд успел добежать как раз в тот момент, когда ноги Эйрин подломились, и она рухнулся на руки подоспевшему догсу, роняя его на колени и поднимая кучу брызг.

Я пошатнулся, тоже оседая рядом и с напряжением смотря на то, как Гаронд судорожно прижимает руку к шее Эйрин. Догс поднял голову, мы встретились взглядами, он кивнул, прижал к себе невесту, касаясь губами её лба и закрывая глаза на несколько секунд.

Но когда Гаронд поднял веки, передо мной уже был не отчаявшийся жених, а боевой маг, прошедший несколько компаний в пустошах. И в его взгляде я увидел то, чего так боялся — узнавание, замешанное на понимании.

— Это ты… — сипло произнёс он.

— Я, — не стал делать вид, что не понимаю. Сидел, тяжело дышал, пережидая боль в теле от внезапного вливания в него сверговой кучи чужой магии, и смотрел прямо на догса.

Лицо Гаронда странно подрагивало, мимические мышцы дергали то щеку, то углы губ, то брови. Словно он внутри себя переживал эмоциональную бурю, не давая её вырваться наружу.

— Ты, ублюдок, похоронил дело всей моей жизни на ближайшие лет десять, — наконец процедил Гаронд сквозь зубы. — Из-за тебя… — он не договорил, только пальцы на теле Эйрин сжались так, что побелели.

Я с тихим стоном подобрал под себя ноги, пытаясь встать хотя бы на четвереньки. Вокруг нас воды бурила, закручиваясь в мелкие воронки — кто-то наконец сумел запустить систему откачки. Либо она просто начала справляться без постоянной генерации воды в диком масштабе. Но пока что в зоне видимости никто не рисковал к нам подходить, все были за границей первого защитного контура.

Мысли в голове текли вяло, но я всё-таки выговорил:

— Если тебе это интересно, я не по своей воле тебя грабил. И особо на этом не наварился.

Встать так и не сумел, снова завалился набок, плюхаясь в холодную воду и ощущая, как стучат зубы.

Гаронд посмотрел мне в глаза.

— Ты понимаешь, что теперь тебя посадят? Кража с применением магии незарегистрированного мага, — он качнул головой, бледные губы сжались.

— Ты меня сдашь? — спросил я прямо, садясь в воде.

Догс скорбно усмехнулся.

— Идиот. У тебя от холода соображался совсем села? У имперских ищеек есть все мои отчёты, подробнейшие отчёты. Они гоняют меня к себе каждые две недели, залазят ко мне в голову, копошатся в воспоминаниях, как черви, требуя всё новых и новых подробностей, — он скривился от отвращения. — Ты оставил после себя множество следов, но не было лица. Вся твоя жизнь, расписанная в личном деле академии, поставляла тебя как подходящего кандидата в качестве подозреваемого, но тебя спасал дар. Аксиома: маг не может поглощать не свою магию. Да ещё и чужой стихии. Это не возможно. Но теперь… — догс указал подбородком куда-то вверх. — Ты дал им недостающую часть. Твоя аномалия стала твоим приговором.

Я поднял голову и выругался, понимая всю глубину ямы, в которую я шагнул, пойдя спасать Эйрин. Трансляционные кристаллы. Они была закреплены под потолком, часть, конечно, пострадала, но несколько штук блестели исправными боками.

— Сверги их раздери! — обречённо выругался я, роняя голову в ладони. Я, конечно, понимал, на что шёл, но под адреналином полностью не осознавал, во что превращу свою жизнь. А теперь понимание приходило тяжёлым ударом в голову. — Я не хочу обратно… я не выдержу снова… — вырвалось глухое, тело содрогнулось под ужасом собственной памяти.

— Не скули, — резко бросил мне Гаронд.

Я поднял на него глаза, ожидая увидеть презрение пополам с торжеством, но догс был бесстрастен и задумчив.

— У тебя есть сутки, — выговорил вдруг догс. Его трясло так же, как и меня, но голос обрёл твердость. — Пока они разгребут этот хаос, пока не доберутся до записей кристаллов. Ещё на сутки, максимум, мы с Эйрин попытаемся затормозить их. Но это всё. После этого на тебя объявят настоящую охоту, перекрыто будет всё, если промедлишь, то тебе уже будет не выбраться, империя захлопнет все двери.

— Предлагаете мне бежать? — я криво усмехнулся. — Куда? Где они меня не найдут, если теперь у них будет на меня всё? Плюс за мной пустят охотников, как за беглым магом.

Взгляд Гаронда потяжелел, и я понял, что его ответ мне очень не понравится.

— Как можно дальше, — выговорил догс с трудом. — Вариантов не так много, но они есть. Лучше всего попытаться убраться из страны.

— Не смешно, — я подавился воздухом.

— Я похож на шутника? Думай здесь и сейчас. Или поднимаешься, ноги в руки и двигаешь отсюда, и мы с Эйрин играем спектакль под видом "слишком в шоке, чтобы соображать, ничего не помню, оно само как-то". Либо ты остаёшься, и тогда играешь в лотерею, в какое именно дерьмо империя окунет тебя головой. Заграница или пустоши — это тоже сверговый вариант, но там ты сможешь хоть что-то выбирать. Здесь всё выберут за тебя.

Я застонал, закрывая голову руками. Оба варианта были крайне дерьмовыми, тут вообще не было светлого выхода. Наконец я отнял руки от лица.

— Побег, — выговорил сипло, голос сел.

Гаронд кивнул, в его взгляде не было ни жалости, ни благодарности, только сосредоточенность.

— Тогда выметайся. Сейчас суматоха, в общежитие не заходи, сразу к воротам. Там должны дополнительные бригады целителей заезжать по протоколу, в суете проскочишь. Лови машину и двигай в аэропорт, там ищи рейс до дома. Ближе к вечеру я скину тебе контакт моего человека, он скажет, где тебе надо будет оказаться и что с собой взять, чтобы перейти границу в ближайшие два дня. В сами пустоши не забредай, у тебя не хватит опыта, чтобы там выжить, пройди по кромке и попробуй выйти к частным причалам. Там можно будет договориться, чтобы тебя тайно вывезли с материка.

У меня в голове всё это не укладывалось. С материка?! Да я когда-то грезил только верхним городом, а теперь Гаронд предлагает мне переселиться в другую страну?!

Эйрин тихо застонала у него на руках, и это прозвучало в моей голове как звук, начавший обратный отчёт.

Я еле поднялся на дрожащие ноги, сделал шаг. Гаронд бросил тихо, поддерживая Эйрин.

— Зайди на малый полигон, там переоденься в тренировочную форму, запасной комплект в шкафу. Нантиум забери из сумки обязательно, остальное всё так и брось. Живо!

— Спасибо... Наверное, — проговорил я тихо и побрёл по щиколотку в воде, постепенно ускоряясь.

Голова словно ватой была набита, связных мыслей почти не было, поэтому организм просто следовал выданной Гарондом инструкции.

Когда я подошёл к границе защитного контура, мимо меня пробежали несколько преподавателей, где-то стонали пострадавшие. Я увернулся от женщины, которая попыталась меня осмотреть.

— Всё нормально, другим помогите, — хрипло выговорил я.

Надо было бежать, буквально. Но сил не было, я на максимально возможной скорости добрался до малого полигона без лишних встреч, дрожа от холода, вытерся, переоделся в сухое, наконец начиная ощущать тепло. По совету догса сунул в карман нантиум, глянул в зеркало. Волосы взлохмаченные, мокрые, взгляд потерянный.

— Ну прям жертва обрушения полигона, — усмехнулся я криво. Только вот сейчас в очередной раз рушилась моя жизнь.

Немного отдохнув, направился к воротам. Там действительно суетливо бегали люди, так что я быстро прошмыгнул, особо никем незамеченный. И в кои-то веки мне повезло, потому что прямо сейчас на остановке стоял общий автобус, который должен был везти людей в город, в том числе останавливаясь и у поворота на аэропорт. Там, конечно, топать пешком потом прилично, но пока еду, отдохну, а в пути смогу подумать, что мне делать теперь. Оставалась надежда только на Розалию, что она сможет подсказать мне, как быть дальше. План Гаронда с пробегом за границу я оставил на крайний случай.