Пепел и Тьма – 2

Глава 1

Я лежал на полу, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Голова гудела, будто в нее вбили гвоздь. Рука, которую я порезал, чтобы попасть в Безмирье, ныла под тугой повязкой. Но все это было ерундой по сравнению с тем, что прямо сейчас четверо Гончих смотрели на меня так, будто я уже труп.

Как эти сволочи нашли нас? Не понимаю. Мы в бордель пробирались словно на секретную базу Гвардии Порядка. Вроде бы нигде не засветились, никому на глаза не попались.

– Ну что, пацан, с возвращением, – повторил Гончий, который стоял прямо надо мной.

Высокий, с острыми скулами и холодными голубыми глазами, он выглядел достаточно опасным. Хотя... Все они опасны. Даже вон та девка, которая замерла поотдаль, почти возле двери. Меня ее худенькая фигурка, маленький рост и щенячий взгляд капих глаз не обманут. Всем известно, Гончие – вообще не умеют испытывать что-то типа жалости, сострадания или доброты.

– Очень интересно, что с тобой произошло? – Мужик присел рядом со мной на корточки, с интересом изучая мое лицо. – И главное спрашиваю твоих друзей, а они говорят, мол, плохо стало парнишке, упал. Сознание потерял. Врут? Как думаешь?

Естественно я промолчал, потому что мое мнение волновало Гончего в самую последнюю очередь. Он просто издевался и все. Растягивал момент.

А вот некоторые важные выводы из его слов я сделал. Значит, Псы императора не знают, чем мы тут занимались. Но очень хотят узнать. Вон какой цепкий взгляд у мужика. Буквально сканирует меня им.

Чисто внешне я дал бы Гончему не больше сорока. Остальным... Двое парней, одетых в такую же чёрную форму были помладше, думаю, около тридцатника. Третья –девушка, и она казалась совсем юной. Но это, опять же, обманчивое впечатление.

Гончие – не обычные маги, которые с утра до ночи фокусы показывают, развлекая жителей Верхнего города. Псы работают в полевых условиях, они практикуют каждый день. Серьезно, по-взрослому практикуют.

Тот, что разговаривал со мной, – у них однозначно за главного. Он задает тон всей ситуации. Значит, опытный гад.

На форме — ни знаков отличия, ни нашивок. Только черная ткань, обтягивающая мускулистое тело, и перчатки с застегнутыми на запястьях стальными пластинами.

Кстати, да. Псы, в отличие от простых магов, надеются не только на свою Силу, но и на ресурсы организма. Насколько мне известно, попасть в четверку Имперских Псов совсем не просто. Рядовому магу надо сдать уйму каких-то экзаменов, включая физическую подготовку.

Я медленно приподнялся на локтях, игнорируя Гончего. Меня сейчас волновала только Лора.

Девчонка лежала на диване, бледная, как мел. Она дышала настолько тихо и редко, что казалось будто и не дышит вовсе. Гной из раны уже не сочился. Он просто окутал ее плечо толстым слоем слизи, которая выглядела максимально отвратительно. Видимо, тело перестало бороться.

Прямо на груди Лоры, свернувшись калачиком, устроился Болтун... Ах, ты черт... Теперь это не Болтун, а Болтушка. Так получается.

Горностай активно изображал из себя обычного домашнего питомца, делая вид, будто проблемы людей его совершенно не волнуют. Но при этом я заметил, как Болтун каждые пять секунд приоткрывал один глаз и внимательно сканировал пространство, оценивая ситуацию.

Еще мне показалось, будто от девчонки к горностаю тянулась невидимая серая нить. Странно, да? Нить невидимая, но я ее вижу. Она казалась нереальной, призрачной. Похоже, Болтун пытался каким-то образом облегчить состояние Лоры.

Катрин и Клим стояли у стены, лица их были напряжены, но без признаков страха. Хозяйка борделя вообще смотрела на Гончих с тем же выражением, с каким смотрят на тараканов, внезапно высыпавших из-под плинтуса. Есть ощущение, тетка Лоры слегка недолюбливает Имперских Псов. Черт... Тогда она мне нравится.

– Ты посмотри, каков наглец... – Удивлённым тоном протянул Гончий. – Я тут разговоры разговариваю, пытаюсь наладить контакт, а он делает вид, будто перед ним пустое место... Эй, пацан! Ты соображаешь, насколько сильно вляпался?

Запах озона, смешанный с чем-то металлическим, ударил в нос, выдергивая меня из ступора. Значит, этот Пёс – Синий. Маг воды. Судя по всему, сейчас собирается использовать магию. Не сильно, скорее всего, чисто для того, чтоб придать мне бодрости. Какую-нибудь магическую оплеуху отвесит. От Синих всегда несет озоном.

Откуда я знаю этот запах? Однажды в приюте нас возили на экскурсию, организованную одним из меценатов. Это была примиленькая поездка в кислородные пещеры. Обычно простым людям туда не попасть. В кислородных пещерах лечат свои богатенькие организмы толстосумы. Ну и нам дали такую возможность. Один раз. Чтоб, наверное, мы еще сильнее ощутили пропасть, отделяющую будущих работяг от тех, кто живет в Верхнем городе.

Гончий хмыкнул еще раз, явно наслаждаясь моим охреневшим видом. Он понял, что я заметил, как медленно раскручивается воронка его Силы. Хотя, чего там замечать? Пёс специально показывал, что вот-вот ударит магией.

Его глаза, холодные, как февральская ночь, внимательно изучали меня, словно он энтомолог, а я – букашка. Причем даже не редкая, а так, жучок, которых полным-полно.

Вот только Пёс не знает истинной причины, по которой я выгляжу ошарашенным. Он уверен, что меня напугал факт их появления. Впрочем, врать не буду, и правда напугал. Однако конкретно сейчас, я боялся совсем другого – что опоздал и Лоре уже не помочь. Что Гончие мешают мне подойти к девчонке. Что она умрет и я буду жить с этой виной до конца дней своих. Правда, учитывая обстоятельства, вполне возможно, очень недолго.

– Не ожидал гостей? – Голос мужика был ровным, почти скучающим, в нем звенела сталь. Вокруг правой руки, затянутой в черную перчатку, начала формироваться пока еще еле заметная голубая сфера. – Мы вообще-то не за тобой пришли, пацан. За колечком. Но раз уж ты тут… такой интересный… еще и с душком Безмирья… считай, день удался. Получили неожиданный бонус.

«Мальчишка, они почуяли меня, не тебя. Ты для них пока просто подозрительный уличный крысёныш. Они не уверены, что тебя стоит опасаться. Сейчас принимают мое присутствие за след от кольца. Иначе уже сковали бы заклятьями», – прошелестел в голове голос Леонида, на удивление спокойный.

Я молчал, лихорадочно соображая, что делать. Ситуация, прямо скажем, жопная. Четвёрка Гончих – это не пацаны из Стальной Змеи, которых я чудом, с помощью некромантии прижал на рынке. Кроме того, есть еще один важный фактор, который не даст мне возможности сбежать. Лора…

Я скосил глаза на диван. Девчонка была белее мела. Она просто до ужаса напоминает труп.

Самое хреновое, тряпка с «живительной» слюной Охотника так и осталась у меня в руке. Я сжимал ее крепко. Но конкретно в данную минуту она не даст ни черта.

Даже если я рвану к Лоре и шлёпну ей кусок ткани, пропитанный слюной твари, на плечо, девчонка в ту же секунду на ноги не вскочит, ей нужно время, чтоб восстановиться. И речь идет даже не о часах, надо ждать несколько дней. Соответственно, вариант с побегом однозначно невозможен. А других у меня как бы нет. Может, попробовать вызвать Охотника...

"Не вздумай. Они не одни. На улице ещё две четверки. Стоят неподалёку от центрального входа. Они почувствовали выплеск силы кольца и след Охотника. Пришли по нему. Кроме того, думаю, маг, у которого хранилось кольцо, заявил о поопаде, поэтому Гончие были наготове. Вещица-то неординарная. Но пока что они не понимают, кто ты такой. Их интересует только артефакт. Тебя и твою подружку они приняли за обычных... хм... впрочем, обычные воришки вряд ли сподобились бы украсть кольцо некроманта... Не важно. Призовешь Охотника, сразу раскроешь все карты. Не торопись... Я чувствую смерть...Она рядом".

"Охренительно успокоил..."– Ответил я Леониду, естественно, тоже мысленно. – "Главное, чтоб эта смерть не была моей или Лориной"

“Не ссы, мальчишка." – хмыкнул некромант – "Ты сегодня точно не умрешь."

– Ничего не понимаю... Тварь из Безмирия где-то здесь...– внезапно сказала девушка, тряхнув короткими рыжими волосами. Она щелкнула пальцами, и между ними вспыхнул маленький огненный шар. – Не вижу ее, но чувствую... Это странно... Чувствую сильный фон Безмирья. В комнате есть что-то... мертвое.

– Ну конечно есть, – фыркнул я и кивнул в сторону Лору. – Вы слепые? Она же вся в гное! Она умирает! И если что-то не предпринять, то в комнате сто процентов будет мертвое. Вот, что вы чувствуете.

Естественно, я не рассчитывал на сострадание Гончих. Нет. Всего лишь отвлекал. Девка – маг огня. Она, похоже, из них самая чувствительная к некромантии. Ощущает Безмирье, его след.

Ясное дело! Я только что оттуда выбрался, вот ее и колбасит. Похоже, Леонид прав, они пока не понимают, что дело во мне, а не в кольце. Вернее, в нас обоих.

– Так где оно? – Спросил Главный, продолжая изучать меня внимательным взглядом.

На высказывания своей "подружки" он никак не отреагировал. Но, очевидно, принял к сведению, потому что голубую сферу, окутавшую его руку, не убрал. Значит, реально опасался, что в любой момент откуда-нибудь выскочит Охотник.

– Вон, Наташа говорит, сильно пахнет ей Безмирьем...значит кольцо здесь и мы не ошиблись. Да и рана у девчонки весьма характерная. Я такие видел пару раз. Их способна нанести только тварь из Безмирья. Давай, расскажи правду. Ну или хочешь – неправду. Например, что вы нашли колечко на улице, что решили его отнести в Гвардию Порядка, как положено добропорядочным гражданам. Но потом что-то произошло и открылся Разлом между нашим миром и Безмирьем. Вы испугались, убежали. Да?

– Да. – Кивнул я.

– Хрен на! – Рявкнул Главный в одну секунду переходя от спокойного, флегматичного состояния к ярости. – Наши датчики зафиксировали Охотника – это первое. Охотник сам по себе туда-сюда не бегает. Это тебе не уличный шелудивый пёс. Соответственно, что-то спровоцировало его появление. Второе – несколько дней назад из дома главы Красных было украдено кольцо. Реликвия. Вот оно как раз и связано с этой Тварью. Уверен, кто колечко украл, вряд ли бросил бы его на улице. А значит, воришка – ты или твоя подружка, которую ранил Охотник. Это же он ее ранил, верно? Вы просто не знали, что за вещицу выкрали из сейфа господина Лебедева. Да? А тут – раз! И появилась страшная тварь. Пацан, колечко надо отдать. За воровство в доме благородного, да еще и мага, вам, конечно, светит наказание, однако это всяко лучше, чем смерть. Верно?

– Простите... – Катрин вдруг сделала маленький шаг вперед. – Вы сказали, что кольцо, которое ищите, было украдено из дома Лебедева. Главы Красных, верно? Максима Лебедева? Я не ослышалась?

Гончий, еле заметно поморщившись, оторвал взгляд от меня и повернулся к хозяйке борделя.

– Милая Катрин... Вас же так зовут, мадам? Какая, к чертовой матери, разница? Важно другое. Кольцо является очень ценным артефактом. Если оно прямо сейчас не окажется в моих руках, то, боюсь, кое-кто пострадает.

– М-м-м... Ну да, ну да... – Кивнула Катрин и снова замолчала.

Правда, я заметил одну очень интересную вещь. Лорину тётку не очень волновали слова Гончего об артефакте, но ее буквально передёрнуло, когда он произнёс имя главы Красных. Я бы даже сказал, Катрин очень, очень сильно удивил тот факт, что кольцо находилось у Лебедева. То есть, как минимум, она с ним знакома. А я могу сказать наверняка, по всем законам нашего мира и этого города, глава корпуса магов не может иметь ничего общего с женщиной, которая на Нижних улицах заправляет шлюхами.

– Борис, я чувствую запах Безмирья. – Настойчиво повтория рыжеволосая Гончья. – Он просто невыносим. Однако при этом датчики не показывают приближения Охотника или его появления. Вспышка была лишь раз, около часа назад. И все. Больше грань не разрывалась, разлома нет. Что-то здесь не так...Надо торопиться. Эта Тварь фантастически умна. Если детишки ухитрились его освободить... Имею в виду, повлиять на привязку... Черт его знает, как, но исключать такого поворота нельзя...Давай заберем их с собой и в штабе все выясним. Тряхнем хорошенько. Кольцо по-любому или у пацана или у девчонки. Их надо просто хорошенько обыскать и допросить. Но... Меня волнует слишком яркий след Безмирья. Опасно.

Главный внимательно посмотрел на свою "подружку", помолчал около минуты, а потом кивнул:

– Хорошо. Твоему нюху я верю. Да, разберемся в штабе. Вяжите его, – Гончий махнул рукой двум парням, застывшим неподалеку.

Один из них, высокий, широкоплечий мужик с серыми глазами, в два шага оказался рядом. Он схватил меня за шиворот и приподнял. Его хватка была железной.

Катрин тихо охнула. Она, как и я, понимала, ее племянница умрет. Пока мы доберёмся до штаб-квартиры Имперских Псов, организм Лоры сдастся окончательно. Но еще она понимала и другое. Мы не можем размахивать тряпкой, смоченной слюной Охотника, перед носом Гончих. Если предположить, к какому итогу это приведёт, то лучше уж смерть. Тряпочку я, кстати, осторожно сунул в карман. Думаю, от нее тоже изрядно фонило Безмирьем.

В общем, стало понятно, ситуация – патовая. Нет ни одного варианта, как из нее выбраться.

"Сделай что-нибудь..." – мысленно обратился я к Леониду. В ответ – тишина.

Но... в этот момент отчаяния, которое начало накрывать мое сознание, из угла комнаты раздался спокойный, совершенно безэмоциональный голос:

– Эй, длинный... Положи пацана на место.

Сероглазый, который как раз приподнял меня еще выше, замер. Естественно, он сразу понял, что голос не принадлежит ни одному из его друзей. Меня, Катрин и Клима можно исключить. Но по идее, в кабинете больше никого не было. Удивительно, конечно. Никого не было, кроме нас, а посторонний голос был. Кстати, я узнал его сразу и тоже замер. Повис в руке Гончего, как сопля. Потому что не поверил своему счастью.

Тень, лежащая на полу возле высокого шкафа, дернулась, сгустилась, а потом от нее отделился человек. Это был Палач. Все-таки, что не говори, а появляться эффектно он умеет.

"Палач! Ура!"– вот так мне хотелось крикнуть прямо в рожу Серглазому. А еще – "вы все сдохните, суки!" Да, один убийца против четырёх гончих – это все же неравномерный расклад сил, но хоть что-то. Хоть какая-то надежда.

Выглядел он уже привычно – никак. Чёрная, свободная одежда, лицо скрыто в темноте капюшона. Убийца двигался совершенно бесшумно, словно был частью самих теней.

– Проблемы, Малёк? – Спросил он, глядя при этом не на меня, а на Главного.

Голос Палача был тихим, однако при этом в нем отчетливо звучали нотки любопытства. Такое чувство, будто убийце самому было интересно, справится ли он с Гончими.

– Палач... – прошептала рыжая девка и огонь в ее руке вспыхнул ярче, отбрасывая нервные блики на стены.

– Да, – просто сказал он. – Если вы сейчас не уйдете, мне придется вас убить. Не хотелось бы. Ваша кровь испортит ковер. А он просто великолепен. Абиссинский, чтоб вы понимали.

Гончий с серыми глазами бросил меня на пол (спасибо, хоть не ударил) и развернулся к Палачу. Остальные Псы напряглись, готовые к бою.

– Ты что, встал на сторону ублюдка с Нижних улиц? На сторону отребья, посмевшего воровать собственность главы корпуса Красных?!– рыкнул Главный.

Палач издал тихий смешок, похожий на шелест сухих листьев.

– Мое дело там, где платят. А эта девчонка, – он кивнул на Лору, – еще не рассчиталась за одну услугу. Так что, пока она жива, она под моей… опекой. И мальчишка тоже. За компанию. Он забавный.

– Ты один. Нас четверо, – процедил Гончий.

Воздух вокруг него начал еле заметно вибрировать. Голубая сфера, окутавшая руку Пса, медленно поползла дальше по телу, закрывая плечи, торс.

– Четверо? – Палач чуть склонил голову. – Любопытно...Посмотрим, насколько вы хороши...

Глава 2

Рыжая Гончая была самой быстрой. Говорил же, нельзя ее недооценивать. Она первой бросила в Палача огненный шар. По мне – крайняя глупость, учитывая, что мы, вообще-то, находимся в помещении. Такими темпами здесь просто все сгорит к чертям собачьим. Вместе с нами.

Убийца в одну секунду рванул в сторону, пламя с шипенем врезавшись в стену, прожгло там дыру. Судя по тому, что из этой дыры раздался громкий женский визг, по соседству находилась комната одной из "сотрудниц". А вот уже мужской громкий голос, который красиво и витиевато выматерился, позволил предположить, что "сотрудница" как раз была занята своими прямым обязанностями.

– Эй! Аккуратнее! – Возмутилась Катрин и даже дернулась в сторону рыжей девки, будто собиралась ее остановить. Однако хозяку борделя успел поймать за руку Клим.

– Перестаньте, мадам. Мы ничего не изменим.

– Они же здесь все разнесут! – Выкрикнула Катрин с ненавистью.

В тот же момент, будто в подтверждении ее слов, Сероглазый взмахнул рукой — и с потолка сорвался вихрь, который подхвативатил парочку стульев, а затем с силой швырнул их в Палача.

Убийца, избегая ударов Гончих, перемещался по кабинету, как чертов призрак, поэтому стулья не успели долететь до цели. Палач снова исчез. Буквально. Растворился в тенях. Естественно, мебель с грохотом ударилась о другую стену, ту, которую ещё не поджигали и не ломали, и рассыпалась на части.

— Где он?! — закричала рыжая.

— Сзади! — рявкнул третий парень, до этого остававшийся в стороне. По идее, он был магом земли.

В ту же секунду Палач и правда материализовался сзади, но за спиной не у рыжей, а у Коричневого.

– Бу! – Громко рявкнул убийца Гончему прямо в ухо, а затем ударил его. Вроде бы даже несильно.

Однако Коричневый с ревом полетел вперед. Похоже удар был из арсенала фокусов намного убийцы. Гончий чудом не упал и не вхреначился головой в стену— маг воды подхватил его самой настоящей волной, смягчив падение.

Я, конечно, охренел от того, как сражаются Псы. Вот сейчас – вода. Откуда она взялась? Насколько мне известно, обычные маги задействуют основу стихии, если она есть поблизости.

То есть, Главный просто притянул воду из источника, находящегося рядом с кабинетом. Это – понятно. Дом-то жилой. Естественно, в наличие имеется водопровод. Удивило другое. Волна была реально волной. Она взметнулась из-под пола, будто это не пол вовсе, и подхватила Коричневого, не позволяя ему упасть. А затем осторожно поставила его на ноги.

Такая виртуозность управления стихией говорила об огромной силе и профессионализме Синего.

— Он использует тени! Не давайте ему уходить в темноту! — крикнул Главный своим товарищам.

Рыжая Гончая взмахнула руками — и вся комната вспыхнула ослепительным светом. Я даже не понял, откуда он исходил. Маленькие огоньки буквально появились из ниоткуда и зависли в воздухе. К счастью, их все равно не хватало, чтоб полностью уничтожить тени.

– Точно сгорим тут как старая ветошь... – Пробормотал я себе под нос, а затем осторожно двинулся к дивану, на котором лежала Лора.

Перемещаться приходилось ползком. По комнате летали предметы, закручивались небольшие смерчи, трясся пол. Если попробую встать, меня просто зацепит либо магией, либо тумбой, которая как раз пронеслась ровненько над моей головой.

Как бы то ни было, но вся эта заварушка, организованная Палачом, давала призрачный шанс на спасение девчонки. Конкретно в данный момент я намеревался воспользоваться суетой и приложить треклятую тряпку к Лориному плечу. Что буду делать дальше – пока не понимал.

Сможет ли Палач справиться с Гончими – вопрос. К тому же, Леонид сказал, на улице караулят еще две четверки. Они пока не подключились к всеобщему "веселью" только потому, что Главный первой группы не запросил помощи. Наверное, хочет справиться с убийцей сам. Имперские Псы отличаются нехилым самомнением и амбициями.

– Свет! Да! – Крикнул Главный девке-Гончей. – Держи свет. Нельзя дать ему форы. Смотри, слева гаснет! Тени! Тени отслеживай!

Однако прежде чем Синий успел договорить, Палач метнулся вперед. Не побежал – скользнул, растворяясь в одной тени и почти мгновенно материализуясь из другой. Именно в том месте, о котором Главный и предупреждал.

Рыжая Гончая кинула в него огненный шар. Но... Девка была млишком медленной для Палача. Он уже был за ее спиной. Секунда и в воздухе блеснуло острое лезвие. Гончая вскрикнула, а потом захрипела, оседая на пол. Огонь в ее руке погас. Она распласталась на том самом абессинском ковре, фонтанирую кровью из собственного горла.

– Пламя! Красиво, но предсказуемо, – усмехнулся Палач, уворачиваясь от ледяного копья, которое метнул в него Синий. Копье с разрывающим барабанные перепонки звоном вонзилось в стену.

А вот это уже – совместная работа Гончих. То, что отличает их от остальных магов. Главный использовал воду, Сероглазый охладил воздух. Итог – смертоносное оружие, способной проткнуть насквозь любого. Любого, но только не Палача.

Заметив, что рыжая девка выбыла из игры, Коричневый взревел раненным медведем и топнул ногой. Доски под Палачом вздыбился каменными шипами, однако убийца, словно почувствовав опасность за миг до ее появления, отпрыгнул в сторону. Его движения были текучими, как чернила, разлитые по полу.

– Наташа, прижги рану! – заорал Синий.

В его голосе отчетливо прозвучали нотки подавляемой боли. Видимо, к рыжей девке он был привязан сильнее, чем того требовал устав Имперских Псов.

Не знаю, услышала ли его Наташа. Мне кажется, Палач очень постарался сделать так, чтоб она вообще никого больше не слышала. Самое интересное, непонятно, где убийца прячет свое оружие. У него целый арсенал с собой. Колющее, режущее, хлысты, еще какие-то хреновины. Думаю, тут дело тоже в Таланте.

Главный рванул к девке, собираясь, наверное, ей помочь. Но рядом с ним тут же возник убийца. Одним движением он выхватил из складок одежды что-то отдаленно похожее на кнут и, захлестнув им ноги Синего, дернул на себя. Маг взмахнул руками. В ту же секунду прямо рядом с Палачом выскочило ледяное лезвие, от которого он успел отпрыгнуть, но не успел убрать свое оружие. Клинок, созданный Синим и Сероглазым, рассек путы, связавшие ноги Главного.

В следующее мгновение, не давая убийце опомниться, Сероглазый что-то выкрикнул на непонятном языке. Вокруг него закружился маленький смерч, поднимая с пола пыль и мелкий мусор.

– Малек! Какого хрена ты разлегся?! Лора! Тащи её! Уходите! – рявкнул Палач, блокируя очередную атаку мага воздуха клинком.

Надо признать, сегодня наёмный убийца в моих глазах вырос до неимоверных высот. Он был невероятно быстр, тени комнаты словно подчинялись ему, удлиняясь, скрывая, позволяя наносить короткие, точные удары. На данный момент счет был 1:0 в пользу Палача. Не знаю, убил ли он девку совсем, все-таки она – Гончая, уверен, у них есть свои фокусы на случай внезапной смерти, но на данный момент убийца явно был на шаг впереди.

А вот я, как бы, вообще не разлёгся. Я, как бы, полз. Насколько это было возможным. Но крик Палача показался на меня довольно-таки бодрящий эффект.

Я резко поднялся на ноги и бросился к Лоре, уклоняясь от всего, что пролетало рядом. В принципе, до дивана оставалось не более пары метров. Должен добраться целым и невредимым.

Заметив мое приближение Болтун, который несмотря на творившийся вокруг бедлам, лежал на груди девчонки, как приклеенный, моментально вскочил и принялся крутиться на месте, будто заведенный. При этом он издавал звук, похожий на громкий треск. Однажды такое уже случалось. Имею в виду, странные звуковые эффекты в исполнении зверька.

По-моему, горностай, а вернее та, кто находилась внутри него, на что-то намекала, но я пока не мог понять, на что именно. Леонид в моей голове молчал, а языку животных, знаете ли, мы не обучены.

Кстати, про Леонида. Очень странный человек, конечно. Тут настоящее светопреставление творится, а ему хоть бы хны. Я уже понял, что вмешивается он в тех случаях, когда мне грозит реальная опасность. Но... Имеется вопрос. Молчание некроманта конкретно в данный момент как можно расценивать? Это он так сильно в меня верит или ситуация настолько хреновая, что можно не рыпаться?

А вот насчет смерти Леонид снова оказался прав. Что интересно, он говорит:"Смерть" и следом появляется Палач. Любопытное совпадение.

– Уходите! – Снова выкрикнул Палач, метнувшись молнией мимо Сероглазого. Судя по гневному воплю мага, убийца ухитрился его ранить.

– Она не сможет идти! Она умирает! – ответил я Палачу, который как раз увернулся от небольшой каменной глыбы, едва не размазавшей его по стене.

– Прекратите! – Снова попробовала вмешаться Катрин.

Причем делала она это из-под стола, куда ее утащил Клим в самом начале схватки. Затем, поняв, что срать хотели присутствующие на ее драгоценный бордель, дамочка переключилась на меня.

– Ну ты хоть что-то сделай! Унеси ее! Увези! Хоть по полу, но утащи отсюда! И спаси! Слышишь? Если спасешь – я перед тобой в долгу. До конца своей жизни!

–Да как?! – Я в отчаянии попробовал подхватить Лору на руки.

Идея оказалась так себе. Несмотря на то, что девчонка была худой, росту в ней чуть больше моего. Максимум куда я дотащу ее на руках – это до коридора. И все. Дальше просто не осилю.

– Примени сам знаешь что, идиот! – прорычал Палач, отбиваясь от водяного хлыста, который стеганул его по плечу, оставляя мокрый след на черной ткани.

На месте удара тут же появилась кровь. Обильно так появилась. Можно сказать, потекла.

– Пусть сама идет! Иначе мы тут все поляжем! – Крикнул он.

Я завис, бестолково глядя на Лору. Примени сам знаешь, что... Он говорит о некромантии? Намекает, чтоб я воспользовался знаниями Леонида. Сейчас? Здесь?

– Давай, делай что-то, Малёк! – Крикнула Катрин, – Вся надежда на тебя!

А потом, вырвавшись из цепких объятий Клима, выползла из-под стола, подбежала к трехногой вешалке, стоявшей с углу, схватила ее наперес и с громким криком бросилась прямо на мага Земли, который увлеченно долбил Палача острыми пиками, падающими прямо с потолка. Коричневый использовал их как самые настоящие копья.

Все-таки, что не говори, но Гончие есть Гончие. Да, Палач скорее всего убил рыжую девку, вряд ли она выживет с перерезанным горлом, но Псов еще было трое. И сейчас, используя совместные силы, они начали прижимать убийцу.

Катрин с ходу, не останавливаясь, даже наоборот взяв разбег, со всей дури лупанула Коричневого вешалкой прямо по спине. Тот взвыл и удивлённо обернулся, упустив контроль над своими пиками.

– Иди сюда, придурок! – Рявкнула тетка Лоры ему прямо в лицо, а потом вообще взяла и натуральным образом плюнула магу в физиономию.

Я охренел, если честно. Маг тоже. С ним, наверное, никогда так не обращались.

– Она хочет увести их из кабинета... – Флегматично высказался Клим, наблюдая за приступом безумного сумасшествия своей хозяйки. – Ну что ж... Значит, так...

Карлик вылез из-под стола, а потом, раскинув руки, с ревом бросился к Коричневому. Со стороны казалось, будто он хочет обнять мага. Но так как рост Клима, естественно, был раза этак с два меньше, то с разбегу он просто врезался в Коричневого и охаляпил его ноги. Тот, от неожиданности, покачнулся, и чуть не плюхнулся на пол.

– Отличная идея! – Выкрикнул Палач.

Видимо, его слова относились к решению Катрин выманить Гончих из кабинета, чтоб я спокойно мог что-то придумать насчет девчонки, увести ее отсюда.

Убийца снова проскользнул через тени и вынырнул рядом с Сероглазым. Затем, не останавливаясь, вытащил оружие, которое чисто внешне напоминало тонкую рапиру, но с загнутым концом, и вонзил его прямо Гончему под лопатку.

Маг воздуха выматерился, попытаясь вытащить странный клинок. Однако Палач крутанул его, вгоняя тонкий крюк еще глубже. А потом метнулся к выходу из кабинета, увлекая за собой Коричневого, который оказался нанизан на оружие убийцы, как сосиска на вертел.

Через минуту Палач, трое Гончих, Катрин и Клим оказались уже где-то за пределами кабинета. Псы, взбешенные возможной смертью своей подруги, вмешательством жалких смертных в лице хозяйки борделя и карлика, а так же упорством наёмного убийцы, уже по-моему, забыли о своей главной цели. Обо мне и кольце. Вернее, не забыли, конечно. Но несомненно задались целью уничтожить все помехи, которые им сейчас то по спине вешалками лупят, то на крючок насаживают, то пытаются завалить на пол.

«Он прав, мальчишка", – голос Леонида был напряженным, но твердым.

–О-о-о-о-о... Добрый вечер. Давненько вы к нам не заходили! – Рявкнул я вслух, продолжая бестолково топтаться возле Лоры.

Вернее, не совсем бестолково. Тряпку я все же вытащил и приложил ее к плечу девчонки. Самое интересное, как только ткань, пропитанная слюной Охотника, прикоснулась к ране, Лора дёрнулась и застонала. Не знаю, хороший это признак или плохой, но несомненно тряпочка как-то начала влиять на состояние Лисы. Другой вопрос – оставаться здесь нельзя. Мне кровь из носу нужно придумать, как унести девчонку из борделя, при этом, ускользнув от тех Гончих, которые караулят на улице.

"Не ёрничай, мальчишка. Я всегда рядом, наблюдаю. Говорил же, проявлять активность из Безмирья очень сложно. Послушай меня внимательно. Палач прав. Другого выхода нет. Ты должен воспользоваться силой Серой Госпожи. Но это – ходьба по лезвию бритвы. Твоя подружка еще жива, понимаешь? Едва-едва, но жива. Чтобы заставить ее двигаться… нам придется сделать то, что порождает неупокоенных. Это почти как Лича создать, но только из живого человека. Вернее...Дьявол! Как же сложно объяснять тебе все на пальцах!"

Леонид помолчал несколько минут. Мне кажется, он пытался в срочном порядке заняться аутотренингом. Возможно, считал до десяти. Не знаю.

"В общем... Твоя подружка сейчас находится между жизнью и смертью. С нормальным, здоровым человеком не провернешь того, что мы задумали. Он просто умрет. Но состояние Лоры позволяет сделать ее кем-то, похожим на Лича. Не до конца, конечно… Главное, что ее душа еще цепляется за тело, и в этом наш шанс и наш главный риск».

– Что значит «не до конца»?! Как это сделать?! – натурально взвыл я, чувствуя, как паника ледяными пальцами сжимает горло.

«Ее душа еще в теле, хоть и готова отлететь, как испуганная птица", – продолжал Леонид, его голос стал почти гипнотическим.– "Ты должен будешь влить в нее частицу силы Безмирья, не просто энергию, саму суть Пустоты. Эта сила станет временным каркасом для ее угасающего естества. Ты должен будешь вплести в ее ауру эфирные нити Безмирья, каждая из которых – застывший шепот небытия. Этими нитями ты заменишь ее отказавшие нервы, заставишь тело подчиняться твоей воле, но при этом обязан сохранить ту тончайшую, почти невидимую паутинку света, что связывает ее душу с оболочкой. Одно неверное движение – и эта нить оборвется. Тогда она либо умрет окончательно, либо станет настоящей нежитью, бездумной тварью, жаждущей лишь чужой жизни. И то, и другое – провал. Сосредоточься! Ты смог подчинить Охотника, это было грубее, примитивнее, как взять кувалду, чтобы вскрыть шкатулку. Здесь нужна точность ювелира, вживляющего настоящее, человеческое сердце в механизм!»

Я посмотрел на Лору. Ее лицо было безмятежно, словно она уже парила над суетой этого мира. В груди что-то болезненно оборвалось. Нет. Я не дам ей умереть. И в нежить она тоже не превратиться. Я спасу ее, потому что могу.

Глава 3

Стиснув зубы с такой силой, что потемнело в глазах, я встал на колени перед диваном, где лежала Лора, и положил ладонь ей на лоб. По крайней мере, сделать так мне велел Леонид.

"Да, все верно. Теперь нужна концентрация" – продолжил некромант диктовать инструкцию по созданию почти Личей.

Особенно сильно пугало это "почти". Естественно, я боялся, что ни черта у меня не получится, но еще сильнее – что получится слишком хорошо. Что я превращу Лору в самую настоящую нежить. И как тогда быть? У меня будет мой собственный Лич? Люди заводят себе кошечек, собачек, попугайчиков. А я, блин, заведу Лича. Она будет ходить за мной следом и смотреть с укором. Как совесть.

"Концентрация!" – Рявкнул Леонид так громко, что у меня заложило одно ухо. – "Хватит думать всякую чушь! Ты забыл, что я ее тоже слышу!"

А вот с концентрацией, как раз, было не очень. Моя рука мелко дрожала, мысли действительно походили на бред и я ничего не мог с этим поделать.

К тому же, скажем прямо, обстановка совсем не располагала к экспериментам в области некромантии. Грохот боя, развернувшегося в коридоре усилился: треск ломаемой мебели, шипение враждебной магии, яростные выкрики Гончих – «Держи его!», «Водой гаси его, водой!» – и короткие, резкие, почти звериные рыки Палача.

Внезапно в оглушительный шум вплелись новые звуки – звонкий женский крик, полный ярости, и следом – сухой треск, сопровождаемый мужским ревом боли. Удивительное дело, но Катрин и Клим, а голоса принадлежали именно им, упорно продолжали помогать Палачу справляться с Гончими. Люди, обычные, ничем не отличающиеся от остальных, бились плечо к плечу рядом с наемным убийцей, чтоб дать мне шанс спасти Лору.

А я тут, блин... С целым некромантом в башке, с Охотником под боком и некромантшей, запертой в горностае, не могу толком сосредоточиться.

"Не тупи! Они вот-вот вызовут подмогу! Ты тратишь драгоценное время впустую!" – Снова прикрикнул Леонид.

– Иди ты! – Взвился я. – Между прочим, это не так просто, если что! Ясно?! И хватит уже орать в моей башке. Я так оглохну к чертовой матери!

«Все. Достаточно препираться! Как же много от тебя шума...Приступаем к делу. Итак... Вспомни Безмирье! Пепел! Вязкий, удушающий воздух! Абсолютное послушание Охотника! Тот ледяной, могильный холод, который ты почувствовал от духа! Это он! Чистая эссенция подчинения! Втяни его в себя! Но не дай ему поглотить твою собственную волю! Ты – проводник, а не сосуд!»

Я закрыл глаза и судорожно вздохнул, пытаясь ухватиться за эти ощущения. Холод… да, я помнил его. Пронизывающий, чужеродный, абсолютный. Такое чувство, будто он внутри вымораживает каждую частичку тела.

С трудом, но заставил себя мысленно потянуться к этому воспоминанию, к этой мертвой, могущественной силе. И она откликнулась!

Ледяной сквозняк Безмирья, резкий, обжигающий, словно прикосновение самой смерти, ворвался в меня, пробирая до самых костей. Будто кто-то резко приоткрыл дверь между мирами.

Казалось, по моим венам потек жидкий лед, а на языке появился привкус могильной земли. Не то, чтоб мне часто приходилось жевать могильную землю, но я точно знал, что это она сейчас ощущается во рту. Жесть, конечно...

"Есть!" – голос Леонида звучал с примесью… уважения? – "Теперь осторожно, мальчишка! Направь этот поток в нее, в свою подружку. Но смотри, не затопи волной! Пусти тонкий ручеек. Почувствуй ее жизнь… она как тонкая паутинка на ветру, как догорающая свеча в склепе. Ты должен укрепить фитиль этой свечи ледяным пламенем Безмирья, а не залить его воском Пустоты! Ощути ее мышцы, сухожилия, кости… Представь, что это нити марионетки, и ты продергиваешь сквозь них свои, новые – из застывшей тьмы. Твоя воля – руки кукловода, энергия Безмирья – нити!»

– А можно выражаться обычными, простыми словами, а не вот этой литературно-художественной хернёй? – Процедил я сквозь сцепленные зубы, не открывая при этом глаз. Боялся упустить ниточку из Безмирья, которую чудом ухватил.

"Хм... Мне показалось так будет более понятно. Образные сравнения помогают придавать Силе форму."

– Тебе показалось! Все, помолчи. Пошло дело...

Я сосредоточенно, стараясь не переборщить и не окунуть Лору в поток Силы, льющейся из Безмирья, с головой, принялся осторожненько наполнять ее тело холодом.

Кстати, насчет души...я понял, о чем говорил некромант. Душу девчонки я тоже видел. Вернее, ощущал. Как тусклый, мерцающий впереди свет. Она действительно была похожа на свечу, которая еле-еле горит на ветру, готовая в любую секунду погаснуть. Что интересно, серые с темными нитями ручейки текли по мышцам Лоры, по ее венам, но вот то самое место, где горел огонь, обходили стороной.

Хотя я чувствовал, как эта Сила жаждет поглотить душу Лоры. Как она безумно желает взять ее под полный абсолютный контроль. Но что-то мешало этому. Мне кажется, моя воля. Мое нежелание отдать девчонку Безмирью в полную власть.

Грохот за пределами комнаты стал еще сильнее. Даже с закрытыми глазами я чувствовал, как Палач, Катрин и Клим бьются снаружи.

Крики, яростные вспышки магического света, пробивающиеся сквозь зажмуренные веки, запах паленого мяса, озона и чего-то еще, острого и металлического – наверное крови, становились все сильнее.

Я слышал яростный рев одного из Гончих: «Получай, тварь!», и ответный, полный боли вопль Клима. Затем голос Катрин, властный и ледяной: «Ты ранен. Уходи. Беги в комнаты! Выводи девчонок! Живо!»

Неимоверным усилием воли я заставил себя полностью отключиться от всего, что меня окружает. Дрожащей рукой, через которую текла ледяная, некротическая энергия, коснулся висков Лоры, затем шеи, там, где бился едва заметный пульс – слабый, как трепыхание пойманной птицы. Куда надо приложить ладонь, мне подсказывал Болтун. Вернее, он просто хватал мой палец зубами и тянул его в нужном направлении.

Сила текла сквозь меня, холодная, мертвая, но подчиняющаяся. Я чувствовал, как она проникает в Лору, и это было отвратительно. Я ощущал себя осквернителем, некромантом, творящим нечто противоестественное, но при этом очень четко понимал – другого пути нет.

Я мысленно проникал в ее тело, ощупывая каждый мускул, каждое сухожилие, каждую косточку. Я видел их внутренним взором – не как живую плоть, а как сложный механизм. И в этот механизм я вплетал призрачные нити Безмирья, соединяя их с центром своей воли. Казалось, я выжигаю на ее теле ледяные руны подчинения, заставляя жизненную искру девчонки гореть по моим правилам.

"Поторопись!" – рявкнул Леонид. – "Они позвали ещё одну четверку! Палач не сможет долго! Быстрее, Малек! Ты не готов еще встретиться с Гончими. Они скрутят тебя, как только поймут, кто ты."

За дверью раздался особенно мощный взрыв, стену кабинета ощутимо тряхнуло. Посыпалась штукатурка. Похоже, явился еще один маг Огня на смену рыжей девке, которая так и осталась лежать тряпичной куклой в углу кабинета. Все-таки Палач убил ее.

– Вставай, Лора, – прошептал я, вкладывая в слова всю свою волю, всю концентрацию и чужую, мертвенную силу, что теперь текла по моим венам, переливаясь оттуда в вены Лоры. – Вставай и иди. Ты нужна мне!

Я открыл глаза, уставившись на бледное лицо довчонки. Естественно, не просто так, не сам по себе. Болтун укусил меня за палец гораздо сильнее, чем до этого и я понял – все. Дело сделано.

Около минуты ничего не происходило. Я даже начал испытывать легкое волнение. А что, если ни хрена не получилось?

Но уже в следующую секунду... Веки Лоры дрогнули. Потом еще раз. Пальцы чуть согнулись, ногти скрипнули по ткани дивана. Медленно, неестественно медленно, она открыла глаза. Взгляд ее был пустым. Абсолютно пустым. Стеклянным, смотрящим сквозь меня, отражающим лишь холод небытия.

Девчонка села на диване, двигаясь резкими, механическими рывками, как плохо смазанный автомат, как марионетка, которую неумелый кукловод впервые заставил двигаться. Ее движения были чудовищно точными и одновременно лишенными жизни. Скрывать не буду, выглядело это достаточно жутко.

– Получилось? – выдохнул я, чувствуя, как по лбу струится пот, а тело ломит от нечеловеческого напряжения. Каждая клетка моего организма кричала от перегрузки.

"Почти", – голос Леонида был мрачным, как самая темная ночь. – "Она на ногах. Сможет двигаться, будет тебя слышать и понимать. Подчиняться. Но это грубая работа, мальчишка. Некромантия в чистом виде. Душа едва теплится, привязанная твоей волей. И она на пределе. И ты тоже. Долго так не протянешь, эта концентрация выжжет тебя дотла. Как только утратишь власть, потеряешь девчонку окончательно. Бегите! Ты должен давать своей подружке точные указания. Ничего лишнего. Как только окажетесь в безопасности, мы займемся ею уже всерьез".

– Чёрт... Какая же это лютая дичь... – Пробормотал я себе под нос, затем поднялся с колен и, глядя на Лору сверху вниз, отдал короткий приказ. – Встань и иди за мной. Нам нужно покинуть это место.

Лицо Лоры не выражало никаких эмоций. Вообще. Но она реально встала. Ее движения были скованными, дергаными, неестественными. Однако при этом девчонка поднялась и замерла, покачиваясь, будто сломанная кукла.

– Замечательно... – Выдохнул я. Хотя, конечно, ни черта замечательного во всем происходящем не было. Но мы хотя бы сможем, наконец, покинуть это "чудесное" место, – Теперь осталось понять, как и куда нам двигаться...

Я посмотрел в сторону выхода, который вел в коридор. Туда ходу точно нет. Там сейчас просто адское пекло. Думаю, самое разумное – воспользоваться потайной дверью, через которую нас привел Клим. Если, конечно, не завалило коридор. Бордель буквально ходуном ходит от взрывов и ударов магической силы. Я так понимаю, о тайном выходе мало кому известно.

В этот момент раздался какой-то особо громкий вопль и на пороге появился Палач. Он был весь в крови – своей и чужой.

С его плеча что-то сочилось, пропитывая черную ткань одежды. Думаю, это тоже, наверное, кровь. В руке он сжимал дымящийся клинок, с которого капала магма – видимо, "подарок" одного из Гончих.

– Дверь в коридоре завалена! – рявкнул он, попутно отпихивая ногой мага Земли, который, видимо, полз следом за убийцей, пытаясь подняться.

Тот согнулся пополам, кашляя кровью, захрипел, завалился на спину и вроде как перестал дергаться.

– Уходите через черный ход. Я вас догоню. Просто выйдите отсюда и все. Дальше будет проще. Отведу в место, которое никто никогда не найдет. – Продолжил убийца, игнорируя труп очередного Гончего, который валялся у его ног.

Внезапно взгляд Палача переместился куда-то мне за спину. Его лицо вытянулось и это, скажем прямо, выглядело пугающим. Мало вещей в этом мире способны удивить наемного убийцу, но он сейчас казался чертовски удивленным.

– Что за херня? – Произнёс Палач с таким выражением, что мне окончательно стало не по себе.

Я резко обернулся и... просто потерял дар речи. Это – мягко говоря.

Прямо за нами с Лорой стояла рыжая девка. Но с ней явно было что-то не так. Вернее с ней уже давно что-то было не так – она умерла. Это понятно. Однако в данный момент Гончая замерла, напоминая механическую куклу и... Лору. Да. Она напоминала Лору. В том смысле, что взгляд Рыжей был таким же пустым, наполненным Силой Безмирья.

И при этом она стояла! Ну то есть не валялась на полу в луже собственной крови, как было совсем недавно, а стояла! Рана на ее шее никуда не делась. Только теперь из нее уже ничего не вытекало и не выливалось. Края стянулись, поэтому след, оставленный оружием Палача, напоминал сейчас какое-то извращенно-жуткое украшение.

– Ты на кой черт ее поднял? Совсем с ума сошёл? – Спросил Палач таким тоном, словно бо́льших идиотов, чем я, ему не приходилось встречать за всю свою жизнь.

Мне кажется, он настолько сильно был удивлен происходящим, что даже на какое-то время забыл о бойне, творящийся в коридоре, за пределами кабинета.

– Кто?! Я?! Да она мне сто лет не сдалась!

Мое возмущение выглядело вполне натуральным, ибо оно таковым и являлось. Неужели он правда думает, что я специально это сделал?

Болтун, вынырнув из-за ног Лоры, метнулся к Гончей, сделал несколько кругов рядом с ней, а потом сел "домиком" уставившись на меня таким же взглядом, как и Палач. Мол, Малёк, ну твою мать... Вот как это выглядело. Даже горностай был впечатлен внезапным появлением незапланированной нежити.

– Да что?! Я вообще с ней ничего не делал. Она... Сама!

Однако, мои оправдания явно не произвели впечатления ни на убийцу, ни на горностая.

Выяснение ситуации пришлось отложить на потом. Снаружи донесся яростный крик Катрин, затем серия взрывов.

Маг воздуха, тот самый тип с безумными глазами, которого Палач, видимо, не успел прикончить, выскочил за спиной убийцы, как черт из табакерки.

Взревев, он послал в нас целый веер ледяных осколков, острых, как бритва. Палач молниеносно развернулся, принимая удар на себя. В ту же секунду тень с пола рванула вверх прямо по его телу, покрывая убийцу чернотой с ног до головы. Осколки с лязгом отскочили от Палача, словно от камня, оставив лишь новые рваные следы на одежде. Похоже, это был ещё один фокус из арсенала наемного убийцы.

– Бегом, Малек! Я их задержу! – Крикнул он через плечо, снова кидаясь в бой, _ И вторую забирай с собой! Она, похоже, подчиняется тебе. Ты создал неупокоенную Гончую.

– Как "забирай с собой"?! Она мне не нужна! – Возмутился я.

– Забирай, сказал! – Рявкнул Палач. – Остальные Гончие не должны ее увидеть! С ума сошел?! Проще сразу выйти на улицу и громко крикнуть, кем ты являешься.

На этом наш непродолжительный разговор закончился, потому как убийца был вынужден снова заняться противником, которого, кстати, теперь стало больше.

– Зашибись перспектива! – Я посмотрел на Рыжую. Она тоже смотрела на меня и в ее безэмоциональным взгляде не отражалось вообще ничего.– Ну... Идем. Как там тебя звать... Цып-цып... Кис-кис... Иди за мной. Понимаешь?

Гончая склонила голову к плечу, пялясь прямо мне в глаза. Честно говоря, от этой картины реально можно было обосраться. Отвечаю.

Однако, стоило мне взять Лору и потянуть ее к той двери, что спрятана за гобеленом, как Рыжая механическими шагами двинулась следом.

Вот так мы и вывалились в тайный коридор, который чудом еще оставался цел.

Лора шла, переставляя ноги, как автомат, ее пустые глаза смотрели прямо перед собой. Я тащил ее за руку, сердце колотилось где-то в горле, грозя выпрыгнуть. Позади слышался грохот боя, яростные заклинания Гончих и короткие, резкие выкрики Палача, смешанные со звоном стали и предсмертными хрипами. А еще позади, буквально упираясь носом мне между лопаток, топала Рыжая Гончая, которую я, сам не знаю как, ухитрился превратить в нежить.

Просто все что я делал с Силой Безмирья было направлено на Лору. Понятия не имею, почему вместе с девчонкой "ожила" и эта Гончая.

Леонид, конечно же, как всегда, в самый неподходящий момент заткнулся. Устал, наверное, не знаю. Хотя он всегда так делает. Пропадает, когда больше всего нужен.

Впереди, словно пастырь, ведущий нас к свободе, бежал Болтун. То есть, чисто теоретически, я находился в компании аж трех особ женского пола, ни одна из которых, условно говоря, не была живой. Не считая Лоры, конечно. Надеюсь, хотя бы с ней я не накосячил.

«Прежняя веселуха, похоже, и впрямь была лишь началом", – с мрачным сарказмом подумал я.

Что-то мне подсказывало, моя короткая жизнь некроманта обещала быть чертовски насыщенной и, скорее всего, действительно короткой.

Глава 4

Мы неслись по каким-то узким, вонючим проходам и закоулкам, о существовании которых я даже не подозревал. Нижние улицы открылись для меня с другой стороны. Я понятия не имел, что в этом адском месте есть еще более адские места.

Вел нас Палач. Да, именно он. Как убийца и обещал, стоило нашей троице — мне, Лоре и Рыжей — оказаться на улице, как одно из немногих целых окон борделя с громким звоном разлетелось крошевом стекла по земле. Остальные окна уже были размолочены в хлам. Из образовавшегося проема, сделав неимоверный кульбит, вылетел Палач.

Сгруппировавшись прямо в полете, он приземлился сразу на обе ноги, даже не потеряв равновесия. Посмотрел назад, на бордель, в котором все грохотало и гремело. Затем повернулся к нам.

– Все на месте? – Поинтересовался он. – Гончие внутри. На подмогу первым пришли еще две четверки. Но я предпочёл покинуть это увеселительное мероприятие. Так что сейчас очень быстро берем руки в ноги и валим отсюда. Пока вся эта свора не кинулась за нами вслед.

Окинув нашу компанию хмурым взглядом, Палач поморщился. Видимо, отправляясь в бордель, чтоб помочь мне, он никак не рассчитывал, что ему придется с собой тащить столько людей. Или нелюдей... Теперь так, наверное, будет точнее.

Убийца подскочил к канализационному люку, поднял его и кивнул на черный прогал, из которого отвратительно несло дерьмом:

– Сюда!

Без лишних вопросов или сомнений я рванул к канализации, собираясь прыгнуть веиз, но меня вдруг резко остановила чья-то рука, крепко ухватившая мое плечо.

Я обернулся и прибалдел уже второй раз за последние десять минут. Это была Рыжая. Она молча покачала головой, отодвинула меня в сторону, а затем просто с места, не готовясь, не примеряясь, сиганула в черную дыру. И это, скажу я вам, совсем не было похоже на прыжок обычного человека, даже мага. Гончая в этот момент напомнила какую-то особо опасную рептилию, вышедшую на охоту.

Почему рептилию, а, например, не львицу или пантеру? Потому что от девки по-прежнему фонило холодом Безмирья и это ощущалось в каждом ее движении.

– Хм... – Задумчиво произнёс убийца за моей спиной. – Похоже, девчушка приняла тебя за Хозяина. За того, кто ее создал. Заботится о тебе. Решила идти первой. Прыгай! Чего застыл?

Я, воздержавшийся от комментариев, а сказать в ответ было что, полез в канализацию. Лора двигалась за мной. Я практически не выпускал ее руки, только если по-другому было не обойтись. Как сейчас, например. Палач шел последним.

Вообще, конечно, ситуация выглядела максимально странно. Для меня, по крайней мере. Еще вчера я был обычным пацаном из уличной банды с кучей проблем. А сегодня в моем окружении – Охотник, который является могущественной тварью из Безмирья, и Лич, созданный из мага, который считает меня своим Создателем. Не могу сказать, что жизнь от этого стала легче, однако, несомненно, она заиграла новыми красками.

Палач, как только мы оказались в канализации, быстро переместился вперед, поменявшись местами с Рыжей. Гончая теперь стала замыкающей. Причем она реально старалась контролировать пространство за нашими спинами, определенным образом оберегая нас (или меня) от возможных опасностей. Я несколько раз ловил ее взгляд — сосредоточенный, оценивающий. Она как будто несла на себе бремя нашей безопасности. Ее движения были плавными, почти бесшумными.

А еще я заметил, что Гончая начала меняться внешне. Прошло всего лишь около получаса с момента ее "воскрешения", но она уже выглядела иначе. Ее кожа стала светлее, а глаза наоборот потемнели. Когда девка появилась в борделе, они были карими. Однако сейчас их словно заливала самая настоящая чернота.

Рана на шее затянулась окончательно. Более того, от нее остался лишь красный, но очень выразительный след. И еще... Не берусь утверждать, но в какой-то момент мне показалось, что у Гончей изменились зубы.

В рот ей, конечно, не заглядывал, немного не до этого, но когда сзади, за нашими спинами раздался какой-то посторонний шум, похожий на топот крысиных лапок, она резко остановилась, обернулась, слегка присела, словно готовясь к прыжку, а потом зашипела в темноту, приподняв верхнюю губу. Вот тогда мне и показалось, что клыки у нее выглядят не совсем обычно.

Что любопытно, Лора и Рыжая заметно друг от друга отличались. Имею в виду, не вообще, а по своему поведению в новом состоянии. Лора больше походила на куклу, которая способна лишь совершать механические движения. Гончая... Наверное, она стала полноценным Личем.

Я раньше с подобной нежитью никогда не встречался, конечно, оценить на сто процентов не могу, однако, в отличие от девчонки, Рыжая вполне соображала самостоятельно, ее движения выглядели более плавными, взгляд сосредоточенно сканировал пространство.

Иногда она останавливалась, прислушивалась, а потом кивком головы указывала направление, которое Палач тут же подтверждал. Казалось, между ними установилось какое-то невербальное общение, основанное на животных инстинктах.

Из канализации мы выбрались на улицу где-то через пару километров от борделя и сразу оказались на улицах, где жили самые отбросы нашего миленького общества: нищие, побирушки, грабители. Естественно, таковые в Нижнем городе тоже имеются.

Причем место, где мы оказались, находилось даже не совсем на поверхности. Эти улицы напоминали катакомбы. Дома здесь совсем разрушились, а сама дорога то и дело ныряла под землю, в старые рваные раны всеми забытого и провалившегося куда-то в преисподнюю асфальта. Потом мы вообще перестали выходить наверх и шли четко по нижним улицам Нижнего города. Звучит коряво, но зато это максимально близко к правде.

Палач двигался вперед уверенно, не задерживаясь ни на секунду, словно родился в этих катакомбах и провел в них всю жизнь. Хотя, черт его знает. Может, оно так и было. О том, откуда берутся Палачи, никому не известно. Как и о том, кем они были до начала своей "карьеры".

А я ведь даже не догадывался, что под Нижним городом существуют эти катакомбы, сплетенные в такой мудреный лабиринт, что чужак бы тут сгинул через час. Ну или все закончилось бы гораздо быстрее – его бы прикончили местные обитатели.

Лора, будто жуткая кукла с человеческим лицом, механически переставляла ноги, держась за мою руку мертвой хваткой. Каждый ее шаг отдавался во мне тупой болью и волной ледяного ужаса – я чувствовал, как хрупко ее неестественное «бытие», как легко оно может оборваться.

Между мной и девчонкой словно тянулась невидимая нить, и через эту нить я ощущал все, что происходило в ее организме. Не в мыслях. Мысли девчонки были абсолютно пусты. Но вот редкие всполохи огонька, занимавшего место души, я чувствовал как своё замедлившееся сердцебиение.

Рыжая же шла чуть поодаль, ее взгляд постоянно скользил по стенам и темным углам, будто выискивая скрытую угрозу. Она двигалась легко, почти невесомо, и ее присутствие, хоть и не менее жутковатое, чем состояние Лоры, создавало ощущение некоторой защищенности.

А вообще, скажу я вам, работенка у некромантов, получается, очень нервная. Они же постоянно сталкиваются со всякой нежитью. Это у меня тут практически ручной Лич, который ведет себя прилично. А сколько подобного дерьма, только в более агрессивной форме, попадается на пути некроманта. Особенно "радует" эта перспектива, если вспомнить, что говорил Леонид о возможном будущем, ожидающем нашу Империю.

Я сниму проклятие (если сниму, конечно), пепел перестанет валить с неба, но зато из-под земли полезет такая срань, что только держись. А разбираться с этой сранью буду я. Шикарно!

– Левее держись, Малёк. Тут решетка слабая, за ней – ложный ход, мы через пару метров свернем направо и окажемся возле пролома, который я замаскировал, – скомандовал Палач.

Я послушно выполнил все его указания, продолжая при этом за руку тащить за Лору.

Убийца вел нас через такие изгибы и повороты, мимо таких обманчивых тупиков, что я быстро потерял всякое чувство направления. Это место было его территорией, его секретом. Палач словно чувствовал каждый камень, каждый поворот. Иногда он останавливался, прислушивался, а затем коротко кивал Рыжей, и та занимала позицию, прикрывая нас, пока мы продвигались вперед.

Сколько мы так петляли, я не знал. Время превратилось в тягучую клейкую массу из страха, усталости и запаха сырости, смешанного с чем-то неуловимо металлическим, как старая кровь.

Наконец, Палач остановился перед участком стены коллектора, который ничем не отличался от остальных – мокрый камень, покрытый слизью. Он надавил на неприметный выступ, скрытый под слоем грязи, и часть стены со скрежетом старого механизма плавно ушла в сторону, открывая узкий проход. Обычный искатель приключений или даже Гончий прошел бы мимо сотню раз и ничего бы не заметил.

За ней оказалось небольшое, на удивление сухое помещение. Сводчатый потолок, грубо отесанные, но ровные стены, в которых виднелись выдолбленные ниши. В одной из них – аккуратно сложенные запасы: герметично упакованные пакеты с сухарями и вяленым мясом, несколько фляг с водой, моток веревки, набор каких-то странных инструментов, больше похожих на пыточные.

В углу – топчан, сколоченный из досок и застеленный старым, но чистым одеялом, рядом – такой же стол и пара крепких ящиков, служивших и сиденьями, и хранилищами. Воздух был спертый, но не затхлый – откуда-то из-под потолка тянуло едва заметным сквозняком, намекая на хитроумную систему вентиляции. Палач зажег тусклый масляный светильник, и тени заплясали по стенам, делая убежище еще более мрачным, но и по-своему уютным, если можно так сказать о логове убийцы.

– Сюда, – он кивнул на топчан. Я осторожно усадил Лору.

Она замерла в той позе, в какой я ее оставил, пустые глаза смотрели в стену. Рыжая, войдя последней, сразу же встала у прохода, ее взгляд был прикован к темноте тоннеля, откуда мы только что явились. Она будто чувствовала или ожидала, что опасность может настигнуть нас в любой момент.

Палач подошел к Лоре. Снял перчатку, осторожно коснулся ее щеки, затем провел пальцами по спутанным волосам девчонки и проверил пульс на шее.

– Дышит, – глухо сказал он, скорее самому себе. – Но это… не жизнь. Что ты с ней сделал, Малек?

Я тяжело опустился на один из ящиков. Тело ломило, голова раскалывалась.

– Леонид… то есть, дух некроманта… он сказал, что иначе мы бы не выбрались. Сказал, что это почти как Лича создать, но не до конца. Чтобы она могла идти. Это было единственным выходом в той ситуации. Можно сказать, мы с некромантом вытянули Лору почти с того света, но цена – ее воля и жизненная сила, которую я сейчас искусственно поддерживаю с помощью каких-то некромантских фокусов.

Палач выслушал мои сбивчивые объяснения, кивая. А затем взял и снял капюшон. Это было очень неожиданно. Лицо убийцы всегда оставалось в тени, а теперь – вот оно.

На вид Палачу было где-то... Черт... Да сколько угодно. Тридцать, сорок, пятьдесят или наоборот – двадцать. Даже без капюшона его лицо словно ускользало от человеческого взора. Вроде бы высокий лоб, хищный какой-то птичий профиль, узкие губы, но у меня возникло такое ощущение, стоит отвернуться и я уже не вспомню, как он выглядит.

Палач склонился над Лоринвм плечом, несколько минут изучал его, а потом снял тряпку, которую я налепил на рану еще в борделе.

– Это то, что ты принес… что ты принес из… Безмирья. Она поможет? – спросил он, глядя на кусок ткани, зажатый в его руке.

"Сейчас – нет", – ответил Леонид прежде, чем я успел открыть рот. – "Слюна Охотника – мощнейший регенератор, да. И единственное лекарство от ран, нанесённых любой тварью Безмирья. Но она работает с живой плотью, с естественными процессами. Сейчас Лора – это оболочка, оживленная чужой волей и силой Серой Госпожи. Слюна просто не найдет, к чему приложиться, не сможет запустить исцеление в этом… состоянии. Ты сделал из нее полу-лича, мальчишка. Это временная мера, отчаянная. Пока лучше оставить все как есть. Когда ты наберешься сил, научишься контролировать потоки энергии тоньше, тогда можно будет попытаться вернуть ее в человеческое состояние, вывести из нее мертвенный холод. И вот тогда, на грани между жизнью и смертью, слюна Охотника сможет сотворить чудо. Но до этого еще далеко. Очень далеко».

– Охренеть... – Высказался я вслух, уставившись в одну точку. – То есть Лора будет вот этим... Этим нечто, пока я не научусь некромантии? Ты издеваешься?! Я думал мы делаем из нее этого недолича временно!

В ответ – тишина. Видимо, Леонид решил, что я слишком близко к сердцу принял его слова и решил дать мне время успокоиться.

А я вот прямо очень сильно был неспокоен. Меня прямо даже взбесил тот факт, что некромант столь "незначительную" деталь сообщил мне после того, как я превратил Лору в черт знает что.

– Что случилось? – Спросил убийца, понимая, вряд ли я сам себе тут претензии предъявляю.

Пришлось пересказать ему слова Леонида. Палач помрачнел еще больше.

– Значит, пока… она такая? – он снова посмотрел на Лору.

– Да, – выдавил я.

Истощение накатывало волнами, перед глазами плыли круги. Я едва держался на этом ящике, чтобы не рухнуть на пол. Видимо, прилив адреналина пошел на убыль и мой организм банально запросил пощады.

Палач заметил мое состояние. Он подошел к одной из ниш, достал оттуда флягу с водой и пакет с вяленым мясом.

– Пей. Ешь. Тебе нужны силы. Нам всем нужны.

Вода была чистой, без затхлого привкуса коллектора, а мясо, хоть и жесткое, но питательное. Палач молча наблюдал. Рыжая по-прежнему стояла у входа, но я видел, как ее взгляд иногда обращался ко мне, словно она тоже беспокоилась.

Я отпил воды, чувствуя, как немного отступает головная боль.

– Палач, – начал я, – Слушай... Хотел спросить....как ты понял, что я… связан с некромантией? Ты ведь сразу это заметил, еще в складе Волконских, верно? Ты почувствовал меня? Я знал уже тогда это. Буквально кожей ощутил твой взгляд.

Убийца около минуты смотрел на меня молча. А затем все же ответил:

– Палачами становятся те, кто в детстве пережил клиническую смерть, Малек. Те, кто был по ту сторону. У них... у нас... остается способность управлять тенями. Это наш Талант. А тени – часть Безмирья. Поэтому мы чувствуем некромантию на уровне интуиции. Она ощущается нами в воздухе как определенный запах. В доках, когда был на складе, я понял, что ряжом находится кто-то , связанный с некромантией. До взрослого возраста ни один некромант не дожил бы. Это невозможно в нынешних реалиях. Но и насчет ребенка тоже имелись вопросы. Я проверил помещение через Тени и увидел паренька, лет тринадцати, спрятавшегося под полом. Тебе повезло, Малёк. Если бы не твоя особенность, ты был бы мертв еще той ночью. Я не оставляю свидетелей. Но твоя загадочная персона меня заинтересовала. Я наблюдал за тобой все следующие дни. Либо сам, либо через Тени. Твоя сила, твоя связь с этим… некромантом... Для меня это было как огромная афиша написанная яркими буквами. Мне стало любопытно, кто же ты такой, Малёк. Откуда в тебе столь опасные возможности. Ты ведь явно никак не мог с ними родиться, иначе не прожил бы и года. Всем младенцам делают специальный анализ на определение задатков различной Силы. Так что... Мне просто было любопытно. Вот такая вот история. Ты жив только благодаря моему любопытству.

Палач замолчал, снова отвернувшись к Лоре. Видимо, решил, что такого количества объяснений достаточно.

Глава 5

Я провалился в тяжелый, беспокойный сон, сидя прямо на ящике. Так и не добрался до топчана. Честно говоря, даже не понял, что это – реакция организма на пережитое или на улице наступила ночь. В убежище Палача время совершенно не ощущалось. Тут – день, ночь – вообще никакой разницы.

Разбудил меня убийца, легко коснувшись плеча. Я резко вскочил, но тут же со стоном рухнул обратно. Тело затекло, руки и ноги отказывались работать нормально. Все отказывалось работать нормально. Видимо, в крайне неудобной позе я продрых несколько часов.

В нашем новом убежище было по-прежнему темно, лишь масляная лампа отбрасывала тусклый свет на мрачные стены.

– Утро, – коротко сказал Палач. Затем, подумав пару секунд, снизошел до пояснений. – Я схожу на разведку. Вы оставайтесь здесь. Постарайся за это время не вляпаться в очередную историю, пацан. Очень не хотелось бы снова вытаскивать твою тощую задницу. Я так-то не герой. У меня, вообще-то, совершенно другая роль.

– Погоди... – Окликнул я его уже перед выходом из убежища. – Как хоть обращаться к тебе? Я знаю, у вас нет имен. Ну... Из-за работы. Просто... Как-то глупо называть тебя Палач. Или "эй, ты".

– Почему же глупо. – Убийца усмехнулся. Он больше не прятал лицо в капюшоне и я мог видеть его мимику. – Не глупо. Опасно. После первого же "эй, ты", боюсь у тебя уже вряд ли получится что-то сказать. Сложно разговаривать с отрезанным языком. Для тебя сделаю исключение. Можешь звать меня Рик. Это старое прозвище.

– Отлично. Рик, ответь, пожалуйста, на один вопрос. Почему ты мне помогаешь?

Палач задумался. Молчал он недолго, но мне этого времени хватило, чтоб понять, он размышляет, говорить правду или нет.

– Почему помогаю... – Произнёс убийца, наконец, – Думаю, ты сам поймёшь это скоро. Наш мир, и без того отнюдь не прекрасный, медленно катится в такую глубокую яму, из которого ему не выбраться. Вернее, катился медленно. Сейчас скорость изменилась. Она стала гораздо больше. Боюсь, очень скоро нам понадобится некромант. А их, как ты знаешь, нет. Я – сын Теней. Я вижу то, что не доступно другим. Даже магам. Особенно магам. Эти самоуверенные идиоты ни черта не понимают. Высокородные начали грызть друг другу глотки. В Нижнем городе назревает такая хрень, что скоро даже сраный пепел всем покажется истинным благом. Я помогаю тебе, потому что на данный момент только ты являешься тем, кто сможет что-то исправить. И не спрашивай подробностей. Хорошо? Я все равно не отвечу. Всему свое время.

Рик, закончив свою речь, развернулся и вышел из убежища. Вернее, нет. Не совсем правильно выразился. Не вышел. Он исчез так же беззвучно, как и всегда, словно растворившись в тенях.

Я потер затекшую шею. Тело все еще болело, но хотя бы голова немного прояснилась. Оглянулся по сторонам.

Лора сидела на топчане в той же позе, в какой я ее видел перед тем, как заснул. Жуткое зрелище, честно говоря. Если Леонид сказал правду и ее состояние зависит от моего обучения, то я готов учиться двадцать четыре часа каждый день, лишь бы поскорее привести девчонку в себя.

Единственный плюс, ее рана стала выглядеть не так ужасно, как раньше. Но, скажем прямо, утешение – такое себе. Потому что сама Лора теперь пугала своим поведением ничуть не меньше, чем след, оставленный Охотником.

Рыжая Гончая тоже была на месте. Она стояла, прислонившись к стене. Ее сосредоточенный взгляд был устремлен на вход. Она напоминала мраморную статую. Я чувствовал исходящий от нее холод, но теперь в этом холоде появилось что-то привычное, даже успокаивающее. Она была моей тенью, моим безмолвным стражем.

– Эй... Как тебя... – Позвал я Гончую.

Она медленно перевела взгляд на меня. В этот момент я искренне поблагодарил проведение, что девка эта на моей стороне. Потому что ее глаза... Черт... Не знаю, как объяснить... Представьте, что вы находитесь рядом с чертовски опасным хищником. Охренительно опасным. Он смотрит на вас как на кусок мяса, свежего, истекающего кровью. Но по одной, только ему известной причине, не торопится сожрать. Представили? Вот так ощущалось присутствие Гончей. Обосраться можно, если честно.

“Лич никогда не нападает на создателя" – прозвучал в моей голове голос Леонида. – "Ты ее пока не тереби. У нее идет перестройка. Через пару дней эта девочка станет очень мощным оружием в твоих руках. Она – маг. Личи умеют использовать свои прошлые навыки. В ее случае это, конечно, будет не совсем огонь. Кое-что более интересное. Лич – высший ранг нечисти. Именно поэтому создавать их можно только из магов. Ну и неупокоенные Личи – это тоже всегда маги."

– Замечательно... – Протянул я вслух, разглядывая Рыжую, которая, естественно, ничего не ответив, снова отвернулась ко входу. – А она звуки будет издавать какие-то? Или мне придется объясняться с ней знаками?

"Будет. Со временем. Говорю же, идет перестройка..."

Договорить Леонид не успел. Я его перебил. Потому что до меня с опозданием дошел один крайне волнительный момент.

– Подожди! В смысле – только из магов создают Личей? А Лора? Она хоть и неполноценная... эта... нежить... Но все же.

“Ты что, не знал? " – осторожно поинтересовался некромант, и мне очень, ну вот просто очень сильно не понравилась его интонация.

– Не знал о чем?

"У твоей подружки в родственниках кто-то из магов. Причём родство близкое. Скорее всего – мать"

Если бы Леонид сказал мне, что Лора – дочь императора, мое удивление было бы гораздо меньше. Сейчас же я просто обалдел.

– Да ладно...Не может быть...– Произнёс я, уставившись на Лору, которая безмолвным истуканом пялилась в одну точку перед собой. – Мать? Мать – маг, отец – Палач, а тетка владелица борделя? Ох-ре-неть...Но как это вообще возможно?

" Думаю, эти вопросы ты должен задавать ей. Вот как приведешь свою подружку в норму, тогда и выяснишь. А сейчас" – голос Леонида прозвучал требовательно. – "Ты должен есть и отдыхать. Твоя связь с ней требует энергии. Если ослабнешь, сам знаешь, что произойдёт."

Я протянул руку, нащупал на столе остатки вяленого мяса, машинально сунул его в рот и принялся сосредоточено пережёвывать. В моей голове творился полный сумбур. Лора – маг? Так получается? Если ее мать... Ну... Тоже маг.

"Малек", – снова заговорил Леонид, его тон был непривычно задумчивым. – "Поговорим о твоей новой игрушке. Тот факт, что ты случайно создал из девки-мага Лича, поражает даже меня, повидавшего немало за свою жизнь. Это нечто из ряда вон выходящее. Случайный всплеск энергии, который ты смог распределить между собой и ею… В тебе определенно есть что-то, чего я раньше не встречал. Какая-то… аномалия. Ты зачерпнул из Безмирья куда больше энергии, чем способен был выдержать. Но каким-то чудом твоё тело не разорвало, а часть этой энергии перешла в эту девицу, пробудив её".

– Ой да хватит тебе! – Отмахнулся я. – Уверяю, во мне точно нет никаких аномалий. Я бы знал. Это, скорее всего, случайное совпадение. Так что с ней теперь делать? Как управлять ею?

"Лич – это нежить, имеющая собственную волю, но подчиненная своему создателю", – объяснил Леонид. – "Это не просто марионетка. Лич сохраняет свои инстинкты, свои навыки. Тебе не нужно отдавать ей приказы словесно. Хотя, как я и говорил, скоро она сможет использовать речь. Сейчас попробуй общаться с ней через мысли. Представь, что вы – единое целое. Направь свои намерения, и она последует им. Она твоя тень, твои глаза и уши в темноте. Чувствуй её, доверяй ей".

Я бросил взгляд на Рыжую. Девка по-прежнему стояла у входа, но теперь чувствовалось легкое, почти неосязаемое напряжение в её позе, будто она ждала чего-то.

Я попытался сосредоточиться, направить ей мысленный импульс: «Охраняй. Мы здесь».

В тот же миг голова Лича едва заметно склонилась, а взгляд стал ещё более внимательным. Я почувствовал слабый отклик – не мысль, а скорее некое подтверждение, спокойствие. Это было странно и пугающе, но в то же время невероятно круто.

"Боюсь, в городе вам нельзя оставаться". – Некромант сегодня был очень разговорчив, – "Но и передвигаться сейчас опасно. Малек, ты должен научиться чувствовать опасность заранее. Палач не будет рядом с тобой постоянно. Пепел… он не просто так сыплется. Это часть моего проклятия, да. Но он же – часть этого мира. Он впитывает эмоции, отголоски событий. Попробуй «услышать» город через него. Это базовое некромантическое чувство. Ты должен развивать способности, которые медленно перетекают от меня к тебе".

– Услышать город? Как?

"Сосредоточься, выйди за пределы этого подвала. Представь, как пепел покрывает все вокруг – дома, улицы, людей. Он как тончайшая сеть, сотканная из смерти и забвения. Прикоснись к ней своим сознанием, почувствуй, как она реагирует. Эта сеть не просто существует, она живет. Почувствуй ее вибрации. Страх, злобу, решимость. Пепел чужд этому миру, он содержит в себе часть Безмирья. Он впитывает все, что происходит на улицах городов и за их пределами… Отсеки живых, их мелкую суету. Настройся на… другое. На то, что спит под тонкой коркой обыденности. Позволь Безмирью прикоснуться к тебе."

– Как же бесит твоя старомодная манера изъясняться... – Пробормотал я.

Потом все же закрыл глаза, пытаясь сделать то, что говорил Леонид. Представил себе город, покрытый серым саваном пепла. Попытался уловить… что-нибудь. Любой отклик. Хрен там. В голове была только вата, а внутри я слышал лишь биение собственного сердца.

"Не злись, Малек", – продолжил Леонид, его голос стал глубже, понизившись до шёпота. – "Почувствуй притяжение. Безмирье – это не просто пустота, это океан некротической энергии. Ты теперь как воронка, что тянет к себе эту силу. Откройся ей. Позволь ей течь сквозь тебя. Представь, что твои вены – это русла для этой энергии. Не бойся. Я рядом"

– Это как раз и пугает... – Буркнул я.

Затем снова попытался сосредоточиться. Представил, как тонкие нити холода тянутся ко мне из-под земли, из стен, из самого воздуха, проникают сквозь кожу, вливаются в тело.

Это было жуткое, но одновременно странно притягательное ощущение. Я почувствовал легкое покалывание в кончиках пальцев, затем тепло, разливающееся по груди – тепло, которое было одновременно холодом.

"Хорошо", – одобрил Леонид. – "Теперь, когда ты чувствуешь поток, попробуй использовать его. Представь, что отправляешь волну через эту пепельную сеть. Как эхо в пещере. И оно вернется к тебе, неся информацию".

Я попытался. И вдруг… почувствовал. Не сознанием, а чем-то внутренним, чем-то спрятанным глубоко во мне.

Сначала это был слабый, едва различимый гул, идущий не из города, а откуда-то… издалека. Словно огромный, пчелиный улей, копошащийся в темноте. Гул ощущался холодным, пустым, и в нем чувствовалась не злоба, а… голод. Глухой, всепоглощающий, первобытный голод.

Я не просто чувствовал, я видел его, словно открылся третий глаз. Под городом и далеко за его пределами, в черных глубинах, была не просто земля, а бездонные пустоты, заполненные шевелящимися тенями. Тысячи, десятки тысяч, миллионы…

Неупокоенные. Они не выглядели, как хаотичное скопление тел; я видел, эти твари двигались вполне осмысленно. Они... Они что-то строили. Похоже на то. Что-то огромное, извилистое, похожее на отражение Нева-сити, но только вырытое под землей.

И в центре этого жуткого роя, откуда исходил самый сильный, самый голодный гул, я ощутил присутствие. Оно было огромным, древним, и излучало некротическую мощь, способную поглотить сам мир. Это был их вожак.

“Чувствуешь"? – Голос Леонида стал серьезным. – "Это они. Неупокоенные. Те самые сотни тысяч, о которых я говорил. Та несделанная работа. Они там, под землей, ждут. Пока сыплется пепел, пока действует мое Проклятие, они не могут вырваться на свободу, не могут охотиться на живых. Пепел их сдерживает, как тяжелое одеяло. Но они чувствуют мир, чувствуют жизнь. И ждут своего часа. А то, что ты ощутил в центре… это Их Владыка. Тот, кто держит их в узде и направляет их голод. Он ждет, когда пепел рассеется, чтобы выйти на поверхность".

Меня буквально трясло из-за того, что увидел. Одно дело слышать об этом, другое – почувствовать самому. Колоссальная, дремлющая угроза всему живому – мертвый, голодный город под городом.

– По-моему меня сейчас вырвет...

"Неудивительно", – вздохнул Леонид. – "Первая попытка всегда дается очень тяжело. Это как пытаться расслышать шепот в ревущей толпе. Но тебе нужно практиковаться. Ровно, как ты сейчас почувствовал мертвых, ты сможешь почувствовать и живых. Чтобы вычленить, например, след Гончих, направление их движения, нужно больше практики и силы. Однако то, что ты почувствовал тех… других… это уже неплохо. Ты начинаешь понимать, с чем нам придется иметь дело. У нас очень мало времени. А сейчас поспи, Малек. Тебе нужны силы".

Я даже не стал спорить с Леонидом. Просто подошёл к топчану, и осторожно, чтоб не побеспокоить Лору, улегся возле стенки. Тут же ко мне под бок пристроился Болтун. Он с того момента, как мы сбежали из борделя, все время старался находиться рядом с девчонкой. Но так как сейчас вроде и я был рядом с ней, горностай решил, что может уделить время своему хозяину.

Палач вернулся через несколько часов. Его лицо было непроницаемым, но по напряженным плечам я понял – новости не очень радостные

– Плохо, – подтвердил он мои мысли. – Гончие перекрыли несколько районов вокруг борделя и доков. Выставили патрули, магические барьеры на ключевых проходах. Ищут «мальчишку с девчонкой и неизвестного пособника». За ваши головы назначены огромные суммы. Стоит вам появится в любой части Нижних улиц, в ту же секунду первый попавшийся прохожий кинется в Корпус Гончих иди в Цитадель Порядка. По всем уличным плазмам каждые пять минут показывают ваши физиономии.

Палач прошелся по комнате туда-обратно, затем уселся на один из ящиков.

– Кроме того, Гончие прочесывают квартал за кварталом. Им нужно твое кольцо. Ради этой вещицы они готовы поставить в кайне неудобноу позу весь Нева-Сити. И это при том, что им пока неизвестно, кто ты такой на самом деле. Скоро могут добраться и до этих коллекторов. Нам нужно уходить из города.

Уходить из города? Куда? С Лорой в таком состоянии? Рыжая Гончая повернула голову в нашу сторону, словно уловив напряжение в воздухе. Ее безжизненные глаза на мгновение задержались на мне, потом снова вернулись к проходу.

Палач посмотрел на меня.

– Что там твой… советчик говорит?

Я пересказал убийце все, что увидел сам. Рассказал ему про мертвых под землей.

– Да...– кивнул Рик. – Что-то типа этого я и предполагал. Ну вот видишь. Говорил же, всему своё время сам все увидишь. Учись, Малёк, практикуйся. А я подумаю, как нам выбраться из этой мышеловки.

Он сел в углу, погрузившись в свои мысли, затем резко поднял голову.

– У нас есть два варианта. Первый, более простой, но и более рискованный. Мы можем попробовать выбраться из города через Рода, которые заправляют всем. Лучше всего, через Волконских. Они возят товар из города в город. В их автомобиле, который повезет груз, можно сбежать. Но это будет игра в "кошки-мышки". Нас будут искать.

– А второй? – спросил я.

– Второй вариант сложнее, но куда надежнее, – произнес Палач, в его голосе прозвучало что-то зловещее. – И гораздо опаснее. Мы явимся в дом Волконских. Ты, Малек, выступишь в роли моего слуги. А я… я предложу главе Рода Волконских свои услуги. Чтобы наказать тех, кто убил его брата. Палачи всегда были известны тем, что доводят свою работу до конца. Это даст нам защиту одного из девятерых, и мы выйдем из города под их прикрытием. Вернее под прикрытием задания, которое я должен буду выполнить. Тебе придётся сыграть свою роль, быть незаметным. Ты же хотел стать моим учеником. Вот. Считай у тебя появилась эта возможность.

– Давай второй вариант. Мне кажется, в этом что есть. – Высказался я.

А потом снова закрыл глаза, пытаясь погрузиться в город через пепел. Я должен научиться управлять тем, что мне досталось от некроманта. Должен!

От этого зависела не только моя жизнь, но и жизнь Лоры. И, возможно, не только ее.

Глава 6

Я провёл остаток утра и начало дня, пытаясь повторить то жуткое, но завораживающее погружение в Нева-Сити через Безмирье, которое мне показал Леонид. Было мучительно, если честно.

Каждый раз, когда пытался нырнуть в нутро города, меня не просто отбрасывало, а буквально вышвыривало с головой из этой липкой, первобытной тьмы, которая источала едкий запах гниения, пульсируя древним, ненасытным голодом.

Это не было похоже на тренировку, скорее на бесконечную борьбу с чем-то чудовищным, с тем, что стремилось поглотить меня самого. Я не сдавался только по одной причине. Меня подгоняло не столько желание постичь некромантскую силу, сколько обжигающее нетерпение взять под контроль энергию, что, по словам некроманта, перетекала из него в меня, меняя мою суть.

С каждой попыткой становилось чуть лучше, я чувствовал, как нити Безмирья обволакивают меня, но ощутить живых по-настоящему так и не удавалось. Давил всё тот же бездонный голод, исходящий из-под земли, знакомый по первому погружению. Казалось, я растворяюсь, становясь частью чего-то исполинского и древнего. Врать не буду, подобные ощущения пугали до дрожи, но в то же время неудержимо притягивали.

"Тренируйся, Малёк. Не отвлекайся!" – глухо пробубнил голос некроманта в моей голове, когда я в очередной раз вынырнул из ледяных объятий пепельной реальности.

— Тренируюсь, тренируюсь... – выдохнул я. – Сбивают, сволочи. Их слишком много.

Потом закрыл глаза, сосредоточившись на своём внутреннем состоянии, и снова попытался ощутить пепел.

Сначала это было лишь лёгкое покалывание на коже, словно тысячи невидимых нитей тянулись ко мне со всех сторон. Я представил, как они проникают сквозь стены убежища, опутывают город, соединяясь с каждым его уголком. Это была живая, дышащая сеть, сотканная из смерти и забвения, но в то же время несшая в себе отголоски жизни.

«Не только мёртвых ищи, Малёк,"– прозвучал в моей голове голос Леонида. – "Почувствуй живых. Их страх, их гнев, их решимость. Отбрось мелочи, сосредоточься на сильных эмоциях. Ищи отголоски знакомых людей».

Я направил своё сознание сквозь пепельную сеть, пытаясь выхватить что-то конкретное. Сначала было лишь хаотичное жужжание, миллионы голосов, мыслей, чувств, смешанных в единый гул. Это напоминало попытку разобрать отдельные слова в ревущей толпе. Но я не сдавался. Я искал.

«Вспомни тех, кто тебе знаком", – снова подсказал Леонид. – "Тех, чьи эмоции ты уже чувствовал. Ну, например... Своих бывших дружков из уличной банды: Крыса, Гризли. Они должны быть там, где кипит жизнь».

Я попытался представить Крыса – его вязкую нервозность, скользкую хитрость, отчаянное стремление к выживанию.

В моём сознании вспыхнул образ длинного семнадцатилетнего парня, чьи маслянистые, вечно бегающие глаза выдавали подлость, а поджатые губы хранили тень постоянно замышляемого коварства. Он был злобен и завистлив до мозга костей, готов предать любого, лишь бы самому остаться на плаву. И вот, сквозь общий гул Нева-Сити, я уловил слабый, едва различимый отклик – тонкую струну, вибрирующую на фоне хаотичной симфонии города.

Ощущение было смутным, но в нём прозвучало что-то знакомое, отталкивающее и притягательное одновременно.

Я направил свой мысленный взор в ту сторону, откуда, как мне показалось, пришёл отклик. Моё сознание стремительно скользнуло к Нижнему городу, в один из его грязных, кишащих жизнью переулков, где любое существование было лишь подобием.

Образ обретал чёткость, словно я смотрел сквозь дымчатую завесу, и вот, передо мной предстал Крыс. Он жался к облупленной стене грязного ларька, прячась в тени вывески «Бакалея». Его глаза, полные ненасытной алчности, метались по полкам, выискивая добычу. Я почувствовал резкий всплеск страха, тут же сменившийся едким раздражением. Да, это был он. Крыс. Этот придурок снова что-то замышлял, как всегда.

Мой разум проник в его голову, и я увидел всё его глазами: вот грязная рука скользнула в щель между ящиками, пытаясь ухватить заветную банку консервов. Дрожащие пальцы неуклюже скользнули по металлу. Грохот! Одна банка с треском упала на пыльный пол. Ещё одна! Продавец за прилавком взбешённо заорал, и Крыс, мгновенно схватив помятую упаковку консервы, метнулся наутёк, нелепо перебирая ногами, как нашкодивший паук.

Затем я попытался найти Гризли. С ним оказалось сложнее. Его эмоции были приглушёнными, сдержанными, как затаившийся хищник. Но я помнил его непоколебимую силу, его мрачную, холодную решимость, его стальную уверенность в себе. Гризли, наш главарь, всегда был скалой, о которую можно разбиться вдребезги, или на которую можно опереться в последней битве. Хотя... Насчет "опереться" теперь я очень неуверен. Он же "слил" нас с Лорой ради своей выгоды. Сукин сын...

Я сосредоточился, пытаясь уловить особую ауру Гризли. И вот, далеко на окраине города, в районе покинутых складов, почувствовал мощный, тяжёлый отголосок. В нём не было и тени страха, лишь ледяная, спокойная злоба и жаждущее предвкушение. Я даже ощутил едкий запах крови, смешанный с металлическим привкусом и пылью заброшенных ангаров.

Картина перед глазами прояснилась, словно кто-то стёр пелену. Я увидел Гризли. Он стоял посреди заброшенного, гулкого дока, словно самый настоящий медведь, окружённый тремя бойцами из конкурирующей банды.

Его огромные кулаки были сжаты до белых костяшек, мышцы напряжены, а в глазах полыхал неистовый, дикий огонь злобы.

Один из противников, щуплый паренёк с разбитым носом, лихорадочно пытался достать нож. Но Гризли с рычанием шагнул вперёд, перехватил его руку в стальную хватку и с отвратительным хрустом вывернул. Затем последовал мощный, сокрушительный удар в челюсть, и паренёк рухнул без сознания, как чертов мешок с костями.

Двое других мгновенно бросились на Гризли, но он отмахнулся от одного, ударил головой второго. Воздух взорвался криками, хрустом костей и звуками ударов. Это была настоящая драка: безжалостная и беспощадная, где каждый удар нацелен на уничтожение.

Похоже, очередная стычка за территорию только что разгорелась с новой силой.

Это было потрясающе. Я не только чувствовал их, но и видел всё, что окружает этих парней, словно мой разум превратился в камеру, парящую над городом, способную проникать сквозь стены и преграды. Чертовски круто!!!

— Смотри, не потеряйся. А то превратишься в пускающий слюни овощ, – с насмешкой прокомментировал мои эксперименты Рик. – Я так понимаю, твой личный наставник учит тебя пользоваться силой Безмирья? Это хорошо. Это нам скоро очень даже пригодится. Только имей в виду, некромантия – опасная штука. Не знаю, предупреждал ли тебя этот тип, но чем глубже ты погружаешься в мир мертвых, тем больше в тебе самом появляется похожего на нежить.

Палач сидел напротив меня, чистил один из клинков. Его движения были плавными, почти медитативными. Я видел, как свет масляной лампы играет на полированной стали, и думал о том, что этот человек — настоящий мастер своего дела, и что мне предстоит многому у него учиться.

— Итак, Малёк, – голос Палача звучал низко и спокойно. – Пришло время поговорить о твоей роли. Мы идём в дом Волконских. Это не какая-то там притонная нора или заброшенный коллектор. Забудь все, чему тебя научили Нижние улицы. Это логово одного из самых влиятельных Родов в Нева-сити. Там свои правила, свои законы. Одно неверное движение, одно неверное слово — ты окажешься мёртв. Заметь, я сказал – ты. Со мной всё будет в порядке.

Я кивнул. Я понимал. Понимал всем своим нутром, что впереди нас ждёт не прогулка по парку, а игра со смертью, где на кону наши жизни.

— Хорошо. Теперь слушай внимательно. Ты мой ученик, и в доме Волконских данный факт должен быть виден каждому. Помни это. Ты будешь молчать, если тебя не спросят. Если спросят, отвечай коротко, без лишних эмоций. Смотри мне в глаза, когда говоришь, но не пытайся выглядеть уверенным. На остальных не пялься вовсе. Ты молод, ты учишься. Это должно быть видно. Никаких дерзких выходок, никаких глупых вопросов. Ты — моя тень. Моё продолжение. Если я скажу стоять, ты будешь стоять, даже если тебе на голову посыплется дождь из кишок. Если я скажу сидеть, ты прирастёшь к стулу. Твоя задача — быть незаметным. Но при этом всегда оставаться начеку. Ты должен видеть всё, что происходит вокруг, и слышать каждое слово. Но так, чтобы никто и никогда не понял, что ты что-то заметил. Ты — мои глаза и уши. Ясно?

Я снова кивнул. Чем больше Рик говорил, тем сильнее ощущалась тяжесть ответственности.

— Отлично. Твоя задача — не просто играть роль. Ты должен стать тем, кого играешь. Работа Палача в этом плане круче любой актёрской карьеры. Запомни: любой жест, любой взгляд, любая интонация — всё это имеет значение. Они будут сканировать тебя, пытаясь найти слабое место, трещину в нашей легенде. Не дай им повода.

— А когда ты начнёшь учить? Ну... убивать? – вырвалось у меня, прежде чем я успел прикусить язык.

Рик медленно поднял голову, его глаза мрачно изучали мое лицо. В них не было злости, лишь что-то вроде... усталости.

— Убивать, Малёк, — это не фокус, который показывают за деньги на ярмарке. – тихо произнёс он. – Это искусство. И я научу тебя ему. Сказал же. Думаю, тебе и правда пригодится это искусство. Будешь первым некромантом, играющим с Тенями. Но...В своё время. Когда придёт нужный момент. И поверь мне, ты узнаешь его. Убийство — это не просто движение клинка или нажатие на курок. Это понимание момента, выбор цели, контроль над эмоциями. Это танец со смертью, и ты должен быть готов к нему. Не торопись. Время придёт.

— А что с Лорой? – спросил я, вспомнив про лежащую на топчане девушку.

Кстати, да. Она уже не сидела истуканом. Она легла и отвернулась к стенке, уставившись в неё пустым взглядом.

Рик посмотрел на Лору, на его лице промелькнула тень сожаления.

— Лора остаётся здесь, – сказал он. – С Болтуном. Он будет за ней присматривать. Взять девчонку с собой мы не можем. Она слишком уязвима. Её состояние... оно будет привлекать много внимания. Только идиот не поймет, что с твоей подружкой какая-то херня. Тут не надо быть Гончей. Да и... – Палач замялся. – …она сейчас слаба. Любое потрясение может стать фатальным.

Я почувствовал, как внутри всё сжимается от беспокойства за Лору, но при этом понимал, что Рик прав. Мы не могли рисковать девчонкой. Дружба со мной и так ей слишком дорого обошлась.

— А как же… Гончая? – Я взглянул на Рыжую, которая по-прежнему стояла у входа, словно мраморная статуя. Её взгляд был устремлён куда-то вдаль, за пределы стен убежища. – Она пойдёт с нами?

Рик кивнул.

— Она пойдёт с нами. Но невидимо. Эта девчонка — мощное оружие. И она подчиняется тебе. Используй её. Но так, чтобы никто не узнал о существовании Лича. Иначе нам придется туго. Она должна быть нашим маленьким секретиком. Постарайся чувствовать её, направлять. Думаю, мы будем звать твою новую защитницу... Тень. Да. Отличное имячко. Она — твоя личная защита, если что-то пойдёт не так. А теперь давай займёмся твоим внешним видом.

Рик поднялся, бесшумно, словно тень, скользнул к стене, провел по ней рукой, а затем достал из потайного отделения небольшую кожаную сумку. Он аккуратно высыпал содержимое на ящик: несколько баночек с густым, тёмным гримом, потускневший флакончик с мутным порошком и пару тонких кистей.

— Пришло время, Малёк, – произнёс он глухим, почти ласковым голосом, беря в руки одну из кистей. В этот момент убийца вдруг напомнил мне одного из ремесленников. Будто он вот-вот займётся своим любимым делом. – Нам нужно изменить твою внешность. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя узнали по всем тем плазменным объявлениям, что висят на улицах Нева-Сити, верно?

Я почувствовал странное, лёгкое волнение, смешанное с неизвестностью, но покорно кивнул. Рик начал наносить грим на моё лицо. Его движения были быстрыми и точными, слово художника, работающего над шедевром. Я чувствовал прохладное прикосновение кисти, терпкий, почти землистый запах грима.

Тёмные круги под глазами таяли, исчезали без следа. Скулы становились острее, нос казался чуть тоньше, приобретая хищный изгиб. Цвет моей кожи менялся на глазах, становясь неестественно бледным, почти серым, словно я только что восстал из мёртвых.

Затем Рик достал запечатанный флакончик с порошком и осторожно высыпал его мне на волосы. Порошок был странно холодным, пахнул пылью и древностью. Когда он втер его в волосы, мои светлые пряди, словно по волшебству, превратились в тёмно-каштановые, почти чёрные, словно впитали в себя всю тьму мира. Даже брови и ресницы изменили свой цвет, стали гуще и темнее.

Я подошёл к небольшому, щербатому осколку зеркала, который висел на стене. В отражении на меня смотрел совершенно другой человек. Я с трудом узнавал себя. Это был не Малёк, а кто-то чужой, неприметный, словно сотканный из теней, теряющийся в толпе.

— Теперь ты похож на обычного уличного мальчишку, которых на Нижних улицах полным-полно, – сказал Рик, оглядывая мою новую внешность. – Ничего примечательного. И это хорошо. Чем меньше внимания, тем дольше ты проживёшь.

Он жестом указал на выход.

— Мы выдвигаемся. Тебе нужно собраться с мыслями. И запомни: ни шагу в сторону. Ни единого. Не ослабляй внимания ни на секунду.

С этими словами он вышел, оставив меня наедине с моими мыслями. Я приблизился к Лоре, присел рядом с ней, осторожно коснулся её руки. Она была холодной, но уже не такой ледяной, как раньше. Болтун, который до этого дремал у её ног, поднял голову и посмотрел на меня своими умными глазками.

— Пожалуйста, Лора, – прошептал я. – Держись. Мы скоро вернёмся. И тогда я найду способ тебе помочь. Прости меня, дурака, за все. Я не знал, что все так получится.

Затем повернулся к Рыжей, которая по-прежнему торчала возле входа, словно мраморная статуя. Я ощутил лёгкое покалывание в голове, когда попытался мысленно связаться с ней.

«Теперь ты – Тень. Иди за нами. Будь невидима. Не дай никому нас заметить. Но главное – не дай никому заметить тебя».

В этот момент Рыжая, или теперь уже Тень, медленно повернула голову в мою сторону. Её безжизненные, черные глаза, казалось, прожигали меня насквозь.

Затем, к моему изумлению, Гончая подняла руку, из её ладони не вырвался огонь, как раньше, а вместо этого потянулась тонкая, почти незаметная нить темноты. Она извивалась, клубилась, и, когда достигла стены, просто... растворилась в ней. Казалось, эта тьма поглотила свет, сделав участок стены абсолютно чёрным.

Затем чёрная клякса начала расплываться по стене, словно живая тень, пока не охватила всю стену. Я почувствовал, как воздух вокруг меня стал холоднее, а звуки — приглушённее.

То есть Лич сейчас просто взяла и закрыла убежище от посторонних глаз с помощью своей изменившейся Силы. Сделала его еще более незаметным, невидимым.

Я вздрогнул. Это было более впечатляющее, чем просто вспышка огня. Это была настоящая сила Лича, способная манипулировать самой тьмой.

Затем я почувствовал легкую волну спокойствия, исходившего от Тени. Она дала мне понять, что приняла к сведению все указания Хозяина. Еще и укрепила защиту Лоры. Вернее, защиту жилья Палача, но по факту все же Лоры. Черт... Рик прав. Лич – крайне полезная штука.

Я встал, глубоко вздохнул и направился к выходу. Пришло время, как сказал Палач. Пришло время...

Глава 7

Мне показалось, что до особняка Волконских мы добирались бесконечно долго. Это был путь полный скрытой угрозы.

Наша компания скользила по тёмным, петляющим переулкам, словно тени, обходя стороной ярко освещённые, оживлённые улицы. В Нижнем городе таких, конечно, очень мало, но тем не менее. Впрочем, плохо освещенные улицы мы тоже обходили стороной. Да, мое лицо выглядело уже не так, как раньше, и вряд ли меня кто-нибудь узнал бы, но, похоже, это просто привычный для Палача способ передвижения.

Рик двигался совершенно бесшумно. Рядом с ним я чувствовал себя бестолковым животным, которое с треском и грохотом ломится через бурелом. Убийца вел себя как самый настоящий призрак. Мне казалось, что все тени Нижних улиц тянутся к нему, желая укрыть Палача от чужих взоров.

Я затаил дыхание, изо всех сил стараясь копировать каждый его шаг, стараясь тоже не издавать ни малейшего звука. Получалось у меня весьма хреновенько. Лич, чьё присутствие я ощущал каждой клеточкой даже на расстоянии, незримо следовала за нами, растворяясь в кромешной темноте улиц, недоступная постороннему взору.

Думаю, Рыжая использовала какую-то магию. Если Палача прикрывали тени, ее прятала сама ночь. Гончая просто перемещалась вслед за нами по крышам докла, по балконам и пожарным лестницам домов. Она была похожа на хищного, опасного зверя. Зверя, которого никто не видит, но который в любой момент ночным кошмаром предстанет перед жертвой.

– Чем ты собираешься ее кормить? – Мимоходом спросил Рик.

Мне не нужно было уточнять, о ком он говорит, я и так понял. Насторожила формулировка.

– В смысле "кормить"? Она же... Ну... Нежить... – Я понизил голос, опасаясь произносить это слово слишком громко. – Ей ведь не нужна еда.

– Обычная – нет. Ее тело мертво. Но ей необходима энергия. Личи – это особые некротические создания. Их можно сотворить только из магов и питаются они только магами.

Я споткнулся на ходу и чуть не полетел носом в землю. Воображение в один момент нарисовало картину, как Рыжая сидит на корточках, обгладывая руку какого-нибудь Синего или Красного.

– Малёк... – С усмешкой протянул Палач, заметивший мою реакцию. – Ну не так же буквально. Нет, от порции человечинки не откажется ни одна нежить. Просто для Лича этого мало. Питается магами – в том смысле, что пьет их Силу. А Сила для любого мага – это жизнь.

– А-а-а-а-а... – С облегчением выдохнул я. – Не знаю, надо подумать, посоветоваться с Леонидом.

– Мммм... С твоим личным наставником-некромантом? – Палач шел впереди и я не видел его лица, но по интонации голоса понял, он усмехается. – Подумай, подумай... Только не затягивай. Через пару дней твою ручную зверушку начнет плющить от голода.

Наконец, мы выбрались из лабиринта Нижних улиц, где царили вечная суета, неоновые вывески и полуразбитые высотки. Палач вывел нас к огромной подъёмной платформе. Это был один из лифтов, уходящих к верхним ярусам Нева-сити.

Верхний город! Я смотрел на него снизу, задрав голову, и это было сродни взгляду на иную планету. Высоко над нами, на гигантских сваях, в сиянии неземных огней раскинулись роскошные кварталы аристократии, интеллигенции и магов. Я никогда не бывал в этом парящем мире, о котором ходили лишь легенды среди обитателей Нижнего города.

Мы поднялись на платформу, и она плавно, почти бесшумно, начала подниматься. Мы – это я и Рик. Рыжую, естественно, никто не приглашал. Палач сказал, она доберётся в нужное место без всяких подручных средств.

Я сначала засомневался. Все же расстояние между Нижним городом и Верхним было приличным, а соединяли их только сваи и лифты, выполнявшие функцию транспорта. Однако, когда наша кабинка поехала вверх, я заметил, как по сваям, стоявшим рядом, скользнуло что-то тёмное, гибкое. Чтоб рассмотреть, пришлось прищурился. Внутренним чутьем я вполне ощущал, что это мой Лич, но было интересно увидеть своими глазами, как это выглядит.

Ну что сказать... В ночи такое встретишь, в штаны наделаешь. Рыжая напоминала какого-то огромного неправильного паука. Она ползла по свае очень быстро, совершенно не понятно, как удерживаясь на металлической конструкции. Гончая не хваталась за нее руками, не удерживалась ногами. Она просто ползла, быстро перебирая конечностями, нарушая все законы физики и земного притяжения.

Наконец, мерцающие, грязные огни Нижних улиц осталось внизу, теряясь в дымке смога. Перед нами распахнулась головокружительная панорама. Проспекты Верхнего города не имели ничего общего с тесными проулками рабочих квартилов. Здесь широкие улицы оказались вымощенные каким-то светящимся камнем. Со всех сторон бесшумно скользили элегантные аэрокары. Воздух был чист и свеж, пахнул озоном и незнакомыми дорогими цветами.

Здания – не хаотичные нагромождения лачуг, а величественные конструкции из отполированного металла и стекла, уходящие в высоту. Их фасады отражали свет, словно гигантские зеркала. На некоторых шпилях мерцали защитные руны, на других – геральдические знаки древних Родов, которые я видел только на картинках учебника.

Каждый из Девятерых всегда помечает "свою" территорию. Если дом принадлежит Волконским, то на нем будет знак Волконских. Если Долгоруковым, то Долгоруковых. Логика понятна. Но я впервые обратил внимание, что почти каждое строение имело тот или иной знак. То есть чертовы рода прибрали к рукам практически весь Нева-Сити. Здесь почти все является их собственностью.

А вообще конечно, ощущения были необычные. Я с жадностью впитывал каждый новый вид, каждый звук. Здесь не было привычного гомона толпы, лишь приглушённый гул энергии и редкий звон магических колокольчиков. Казалось, сам воздух пропитан магией, более плотной и ощутимой. Именно здесь вершились судьбы всего города, именно здесь жили те, кто держал в своих руках нити власти.

Мы шли по одному из этих широких проспектов. Вокруг не было толпы, но я чувствовал на себе взгляды немногочисленных прохожих. Они выглядели совсем иначе, не так, как люди, живущие внизу. Эти держались прямо, их одежды были безупречны, а взгляды – холодны и высокомерны. Естественно, для них мы казались чем-то инородным и чужим. Правда, Палачу, я так понял, было искренне плевать. В Верхнем городе он, почему-то, даже не прятался. Спокойненько топал по улице, спрятав лицо в темноте капюшона.

Наконец, мы подошли к особняку Волконских, окружённому высоким, неприступным забором, издающим тихий жужжащий звук.

– Магическе барьеры. – Коротко бросил Рик, хотя я его ни о чем не спрашивал.

Особняк Волконских был воплощением несметного богатства и абсолютной власти. Четыре этажа из натурального камня, коасивпя черепичная крыша. И ни капельки, ни граминки пепла. Впрочем, Верхний город надёжно урыт специальными куполами. Да еще и магия. Ясное дело у них тут чистота.

Рик остановился у массивных ворот.

– Сейчас начнётся, Малек, – прошептал он еле слышно. – Вспомни каждое моё слово. Ничего не бойся, но будь чертовски осторожен.

Палач протянул руку и едва коснулся ворот. Мгновенно по их чугунной поверхности взметнулись голубые искры, пронизывая воздух электрическим разрядом, и над нами замерцало защитное плетение. Через считанные секунды воздух сгустился, из небытия выкристаллизовался страж – исполинский, закованный в массивные доспехи воин с тяжёлым двуручным мечом за спиной.

– Едрить твою мать... – Вырвалось у меня против воли.

Просто я впервые видел, как работают магические порталы. Это – первое. А второе – я впервые видел столь вопиющую безвкусицу. Меч? Доспехи? Воин? Серьезно?

Перед нами стоял не человек, это сразу было понятно. Охранником в особняке служит голем. Механическое существо, созданное по образу и подобию людей. Его глаза, два тлеющих уголька, безэмоционально уставились на Рика.

– Назовите себя и цель вашего визита, – произнёс голем низким, скрипучим голосом.

– Я Палач, – спокойно, почти буднично ответил Рик. – Моё имя не имеет ни малейшего значения для твоего хозяина. Я здесь ради его светлости князя Волконского. Пришёл по делу, которое касается брата Александра Павловича.

Голем замер на мгновение. Его механический разум начал обрабатывать полученную информацию. Затем глаза, словно угли, потерявшие жар, потухли, и он медленно поднял тяжёлую руку, указывая на массивную дверь.

– Проходите. Вас ждут.

– Ясен хер. Куда они денутся. – Усмехнулся Рик прямо голему в физиономию.

Внутри особняк ошеломлял своим величием. Под расписанными фресками высокими потолками гулко отдавался каждый наш шаг. Слуги в безупречных ливреях скользили по мраморным полам совершенно бесшумно, словно призраки.

Воздух был тяжёлым, пропитанным терпким запахом дорогого табака, вкусной еды и охренительно богатой жизни. Картины, висевгюшие на стенах, застывшие в нишах скульптуры – каждая деталь здесь кричала о невообразимой роскоши и безграничном могуществе Рода Волконских.

Мы двигались по коридору, и наши шаги, вопреки мраморным полам, гулко отдавались эхом. Учитывая, что Палач может ходить совершенно бесшумно, честно говоря, думаю, он специально топал. Чисто прикола ради.

Слуги, попадавшиеся нам навстречу, заметив черное одеяние убийцы, испуганно вздрагивали и торопились проскочить мимо. Вообще, нас никто не провожал, но Рик двигался чётко и уверенно, будто точно знал, куда идти.

Наконец мы уткнулись в еще одного стража, столь же колоссального, как и голем у ворот. Он молча распахнул массивную дубовую дверь. Скрипнула бронзовая петля, и мы шагнули в просторную, залитую приглушённым светом комнату.

В центре помещения, за большим резным столом, сидел мужчина средних лет. Его лицо выглядело жёстким, с глубокими, словно борозды, морщинами вокруг глаз. Взгляд – острый, хищный, проницательный.

Это был Александр Павлович Волконский. Его физиономию я тоже видел много раз в приюте. Не лично, конечно, в учебниках.

Рядом с ним застыла группа телохранителей. Судя по всему, парни держали оружие наизготове.

Князь Волконский внимательно окинул нас взглядом, зацепился за меня, затем снова переключился на Рика.

– Мне доложили, – Высокомерно начал он, – Ты пришел по делу моего брата.

Рик еле заметно поклонился. Это был даже намек на поклон. Убийца не гнул спину, он сделал это с достоинством, словно отдавая должное этикету, но никак не власти.

– Верно, ваша светлость. Я пришёл предложить вам свои услуги. Мне известно, кто стоит за смертью Дмитрия Павловича.

На лице Волконского появилось новое выражение – лёгкий шок, смешанный с чистым недоверием. Он явно не ожидал столь наглого и прямого заявления, да ещё и от Палача.

– Интересно, – медленно произнёс князь, подавшись вперёд. – И кто же, по-твоему, стоит за этим? И почему ты, Палач, сам явился ко мне с таким предложением? Подобные профессионалы никогда не ищут работу сами.

Рик, не меняя выражения лица, продолжил:

– Я убил вашего брата.

Когда он произнёс эту фразу я просто обалдел. Он идиот или как? Это называется – не привлекать внимания?

В комнате воцарилась гробовая тишина. Ровно на минуту.

Потом телохранители, словно по команде, выхватили оружие.

Александр Павлович Волконский медленно поднялся. Его глаза сузились, полыхая, гневом.

– Ты... что, совсем охренел?! – Князя буквально трясло от ярости. – Ты заявляешь, что убил моего брата, предлагая свои услуги?! Ты глумишься?!

В ту же секунду телохоанители сорвались с места. Они двигались с невероятной скоростью, но Рик был быстрее. Одно мгновение – и он превратился в размытую тень.

Я едва успел заметить движения Палача, как бой закончился, не успев начаться.

Первый охранник рухнул, не издав и звука, его нож с противным звуком ударился о пол, туда же полетел пистолет. Второй, пытаясь достать Рика, смог сделать только пару шагов. В следующую секунду тень переместилась к нему и он замер на месте, прежде чем обмякнуть и рухнуть на дорогой паркет кабинета. Третий, самый быстрый, попытался отступить, но Рик уже был за его спиной. Убийца едва коснулся соперника – и тот беззвучно осел на пол. Всё произошло словно яркая но очень короткая вспышка. Так быстро, что Волконский не успел осознать случившегося. Тела его охранников лежали неподвижно, ни крови, ни криков, лишь оглушительная тишина.

Однако на этом представление, устроенное Палачом, не закончилось. Рик, словно призрак, материализовался рядом с князем Волконским. Глава Рода, только что поднявшийся, едва удержался на ногах. Убийца протянул руку, и я увидел, как между его пальцами блеснула тонкая, почти невидимая игла. Одно движение – игла вошла в ногу Волконского, прямо сквозь дорогую ткань штанов.

Лицо Александра Павловича исказилось от внезапной боли и шока.

– Что... за хрень?! – прохрипел он, пытаясь отстраниться, но Рик держал его мёртвой хваткой за плечо.

– Яд, ваша светлось, – абсолютно спокойно произнёс Палач, его голос был ровным, без единой эмоции. – Очень медленный, но очень эффективный. У вас есть десять минут, чтобы выслушать меня. Затем ваше сердце остановится.

Шок на лице Волконского мгновенно сменился странной смесью недоумения и обжигающего холодом расчёта. Он тяжело рухнул обратно на стул, не сводя пронзительного взгляда с Рика. Напряжение в комнате, казалось, слегка ослабло, но всё равно оставалось плотным, почти осязаемым, как невидимый барьер.

– Ты, убийца моего брата, пришёл ко мне, чтобы предложить найти его заказчика?! – Голос Волконского звучал так, будто он сам не верил в то, что произносит. – Это... это за гранью.

– Палачи всегда доводят свою работу до конца, – резко бросил Рик. – Вашего брата заказали, я его убил. Ничего личного. Всего лишь работа. Но у вас есть возмодность вернуть должок тому, кто был заказчиком. Я готов стать вашим идеальным инструментом. Я знаю имена. Я знаю лица. Я знаю, кто за всем этим стоит. Никто, кроме меня, не сможет дать вам эту информацию.

Волконский некоторое время молчал, затем спросил:

– И что ты просишь взамен, Палач? Вы не работаете бесплатно.

– Я не прошу денег, – холодно ответил Рик. – Я прошу помощи. Я хочу выбраться из этого города вместе со своим учеником, и мне надо, чтобы мы оба был в полной безопасности. Покинуть Нева-Сити с мальчишкой будет проблематично. Вы обеспечите нам безопасный выезд по завершении моей работы. И на протяжении всего времени, пока она будет выполняться, вы гарантируете нам защиту вашего Рода.

Князь Волконский откинулся на спинку стула, его взгляд стал ещё более проницательным.

– Ты предлагаете мне сделку, Палач. Устраняешь моих врагов, а я обеспечиваю тебе и твоему ученику безопасный проход. Заманчиво. Но я должен быть уверен в вашей… лояльности. И должен понимать, зачем Палачу пацан? Он твой сын?

Я еле сдержался, чтоб не "хрюкнуть" сдерживаемым смехом. Сын... Ага... Будто других вариантов нет. Хотя... С другой стороны, думаю, Рик поддержит эту версию.

– Мои мотивы не имеют значения, – спокойно сказал убийца, тем самым подтверждая слова Волконского. Такой уклончивый ответ несомненно намекал на наше родство.

Волконский снова замолчал, его взгляд скользнул по комнате, затем остановился на мне.

– Что ж, – протянул князь, наконец. – твоё предложение действительно интересно. Я принимаю его. Даю слово.

Сделка была заключена. Рик, с тем же невозмутимым видом, вытащил из кармана небольшой флакон, затем швырнул его на стол. Маленький пузырек скользнул по полированной поверхности и остановился прямо перед Волконским.

– Противоядие, Александр Павлович. – произнёс Палач. – Если игла была отравлена, то оно поможет вам выжить. Если игла не была отравлена оно вас убьет.

Князь громко сглотнул, его взгляд был прикован к флакону.

– Идем. – Кивнул мне Рик и направился к двери.

Я, естественно, шустро рванул за ним. Уже перед выходом из кабинета, Палач остановился, повернулся к князю и с легкой усмешкой произнёс:

– Мне нужна неделя. Через неделю вы получите результат.

Глава 8

Едва мы вышли из кабинета, за массивной дубовой дверью послышались грохот, потом отчётливое –"бум", потом снова грохот. Видимо, Волконский так спешил употребить противоядие, что, похоже, несколько раз упал. Или может бил покорны, благодарил проведение за то, что остался жив.

Рик вообще не отреагировал на посторонние звуки, он двигался прочь от кабинета князя, не замедляя шаг. На голема убийца даже не глянул. Просто проигнорировал его. Хотя, справедливости ради, голем тоже плевать на нас хотел. Он просто стоял изваянием возле двери, не подавая признаков активности.

Мы прошли несколько метров по коридору и почти уже приблизились к лестнице, намереваясь спуститься вниз, когда из боковой двери, ведущей, видимо, в библиотеку, выскочил человек. Он был одет в джинсы и футболку, волосы его выглядели растрёпанными, взгляд – слегка безумным, а в руках этот чудаковатый тип нёс массивный фолиант.

Из-за простой, повседневной одежды парня можно было принять за обычного служащего. Кто-то типа секретаря. Если бы не один нюанс. Я вдруг с удивлением понял, что прямо над его головой мерцает голубой круг. Как у ангела из старых церковных книг. Но только цвет был не белый, а именно голубой. Даже, наверное, синий.

Я так обалдел, что споткнулся на ходу и замер, уставившись на незнакомца. Скажу честно, прежде мне подобного встречаться не приходилось. Люди с нимбом над головой, хочешь-не хочешь, заставляют напрячься. Тем более, империя, конечно, у нас имеет государственную религию, но в большей мере это – успокоение для человеческих душ. Чтоб люди понимали, есть высшая сила, которая за плохое поведение накажет. Но вот всякие чудеса – это больше к магам.

– Идём! – Палач дёрнул меня за руку, увлекая вперёд, за собой. – Не смотри на него так. Ты палишься со страшной силой. Привлекаешь внимание.

Последнюю фразу Рик буквально прошипел сквозь зубы.

– Но... – Начал было я.

– Без "но". Придержи вопросы при себе. Теперь, как я понимаю, ты видишь некоторые странности. Да? Это было ожидаемо. Поговорим дома.

В принципе, Рик мог и не объяснять ничего. Парень, выскочивший из библиотеки, был магом, я сразу это понял. Просто конкретно в данный момент меня поразил сам факт, что я увидел то, чего раньше не видел. Этот круг над головой, похоже, показывал ауру мага. Вот в чем фишка. Судя по всему, он – Синий. О чём-то подобном говорил Леонид. Что скоро я начну определять магов "на раз". Сам ведь некромант понял, что Лора принадлежит семейству магов только по одному ее виду.

– Любезный! – Раздался голос за нашими спинами.

– Идём, не останавливаемся. – Спокойно высказался Рик, продолжая двигаться вперёд. Хотя шаг он немного прибавил.

– Эй! Любезный! Я с кем разговариваю?– Снова прозвучал голос, но уже более недовольный и настойчивый.

Так понимаю, эти фразы предназначались конкретно нам. Ну или Палачу, если говорить точнее. Маг, встретившийся на пути, по какой-то причине сильно захотел остановить Рика и, возможно, задать пару вопросов. Иначе, на кой чёрт ему догонять убийцу.

И тут два факта вызвали легкую настороженность. Первый – по Палачу очень даже понятно, что он Палач. Только убийцы ходят в такой одежде. Только они никому не показывают лица. Соответственно, желающих остановить Рика и поговорить с ним будет очень мало. Я бы даже сказал, катастрофически мало. Разговоры с Палачом имеют свойство хреново заканчиваться.

Второй факт – если убийца идет по дому открыто, значит он здесь по делам, связанным с главой рода. Иначе уже давно в особняке появилась бы парочка трупов и никто не понял бы, каким образом. А если Палач пришел на переговоры, то попытка его задержать сильно не понравится князю. И вот вопрос: маг этот, он самоубийца или просто идиот?

– Вот ведь гадство... – Процедил Рик, но в итоге все же остановился.

Не спеша, он обернулся и уставился на мага, который быстро приближался к нам. Этот странный человек, видимо, не просто окликнул Палача, но и сам торопился нас догнать, потому как расстояние между убийцей и Синим было слишком маленьким и продолжало сокращаться.

Лицо мага выглядело очень озадаченным и растерянным. Его взгляд буквально буравил Рика, пытаясь проникнуть сквозь темноту капюшона. Голубое кольцо ауры стало чуть ярче, словно пульсируя.

– Приветствую, Палач, – произнёс маг. Его голос звучал уже не так недовольно, но интонация оставалась какой-то раздраженной. А еще Синий выглядел напряжённым. – Вы так быстро покидаете дом князя Волконского? Не подобает уходить, не попрощавшись.

Рик слегка склонил голову к плечу. Его физиономия как всегда была скрыта темнотой, но я при этом вполне чувствовал, как он пялится на Синего. Синий, думаю, это тоже чувствовал. Маг старался выглядеть уверенно, но при этом его аура начала пульсировать еще сильнее. Похоже, он очень волновался.

– Во-первых, я с тобой не здоровался, чтобы прощаться. Во-вторых, как ты верно заметил, у нас были дела с главой рода. Если хочешь удовлетворить свое любопытство, задай вопросы ему. – Ответил Палач, его голос был лишён всяких эмоций.

Рик специально обращался к Синему на "ты", хотя это было проявлением полного неуважения. Таким образом убийца показывал, что для него нет авторитетов. Маг это прекрасно понимал. Ему подобная фамильярность очевидно не нравилась, судя по перекосившемуся лицу, но он предпочёл не заострять внимания.

– Конечно, конечно... – Пробормотал Синий, а потом начал вести себя ещё более странно.

Он подошёл совсем близко, я кожей почувствовал, как от него исходит едва заметная волна магической энергии, затем наклонился вперед и натурально попытался "обнюхать" Рика. Его ноздри чуть заметно подёргивались, скулы заострились, волосы, будто наэлектризованные, встали дыбом. Честно говоря, выглядело это жутко. Возникло ощущение, Синий что-то почуял. Не увидел, не услышал, именно почуял.

– Вы тут всего лишь для разговоров, Палач? – маг понизил голос, – Просто...Я чувствую... запах смерти. Очень сильный. И очень свежий.

Синий сделал ещё один шаг, и теперь оказался прямо рядом с Риком. Дальше двигаться уже было некуда. Еще один крохотный шажок и маг буквально заберется Палачу на голову.

Взгляд Синего скользнул от Палача ко мне, задержавшись на секунду, а затем снова вернулся к Рику. Голубое кольцо над его головой сияло все ярче и ярче, словно реагируя на какие-то внутренние процессы.

– Запах смерти... – Убийца спокойно пожал плечами, будто речь шла о чем-то обыденном. – Так понимаю, готовишься вступить в ряды Гончих? Обычно только они в моем присутствии начинают нервничать. Вас же дрессируют, как охотничьих псов, чувствовать смерть. Не так ли?

– Скажите мне, – Маг наклонил голову, его взгляд стал пронзительным. Он проигнорировал слова Палача, будто в них не было ничего обидного. – Как давно вы убивали? Слишком странный запах...И кого? Я чувствую, что это было... недавно.

"Не шевелись. Эта сволочь чувствует запах Безмирья. Просто он бездарность и не может определить, в чем дело. Думает, всего лишь пахнуло смертью от убийцы... Каких же остолопов они нынче выбирают для Корпуса Гончих. Тебе сейчас лучше не делать резких движений. У мальчишки острое чутье. По идее он все равно не должен был заметить след Безмирья, который тянется за тобой, но все же заметил. Странно..."

Хорошо, что я уже привык к внезапным появлениям Леонида. Чисто внешне у меня не дрогнул ни один мускул. Даже бровью не повел. Хотя, как обычно, некромант просто вынырнул из моего сознания и выпалил свои размышления мне прямо в ухо.

Так вот в чем дело... Синий готовится к экзамену, чтоб поступить на службу в личную гвардию императора. Ощутил Безмирье, но принял его за обычную смерть, которой, естественно, от Палача не просто фонит, от него ею несет за пару километров, не сомневаюсь.

Рик еле заметно напрягся. Я почувствовал, как воздух вокруг нас сгущается, наэлектризованный скрытой яростью Палача. Он ещё не выхватил клинок, но атмосфера стала такой, будто любое лишнее слово мага станет для него последним. Судя по всему, убийца страсть как не любит, когда суют нос в его дела. И уж тем более он не любит, когда ему устраивают допросы.

– Маг... – голос Рика изменился. Теперь в нём не было будничной спокойности. Он стал низким, рычащим. – Ты очень настойчив. И очень невежлив. Разве мамочка не учила тебя, что задавать подобные вопросы незнакомым людям – верх неприличия?

– Я всего лишь интересуюсь тем, что касается безопасности Рода, – упрямо ответил Синий, хотя в его голосе проскользнула неувереность. Он чувствовал нарастающую угрозу, которая исходила от Палача, но запах смерти нервировал его сильнее. Думаю потому, что маг реально понимал, чем-то запах отличается от того, каким должен быть. – Князь Волконский – мой троюродный дядя. И я волнуюсь за него. Запах... слишком сильный. Слишком... неправильный. Словно кровь ещё не остыла, но при этом уже протухла...

– Отлично! – Рик, судя по интонациям голоса, усмехнулся, – Ты хочешь знать, как давно я убивал? Тут можно ошибиться. Учитывая, насколько часто это происходит. Но одно скажу наверняка. Прямо сейчас кое-кто точно будет убит. Угадаешь, кто? Правильно. Ты. Если не отстанешь. И на твое родство с князем мне плевать. Я работаю на него, а не на тебя.

Маг побледнел. Голубая аура над его головой всколыхнулась, словно огонь на ветру. Он явно не ожидал такой прямолинейной угрозы. В его глазах мелькнул страх, но настырный парень один чёрт не отступал, словно что-то мешало ему.

– И все же ответьте. Я должен понять, что не так с эти запахом... – Снова повторил он.

– Я не хочу портить отношения с Орденом Магов, – голос Рика опять стал спокойным, но теперь это спокойствие было куда более угрожающим, чем ярость. – И с Родом Волконских. Однако если ты продолжишь досаждать мне, то Орден потеряет одного из своих ценных членов, Гончие лишаться будущего героя, а Волконские – одного из членов семьи. Тебе это нужно?

Напряжение повисло в воздухе, густое, осязаемое. Маг стоял на перепутье, его глаза метались между Риком и лестницей, которая была уже в двух шагах от нас. Он явно взвешивал свои шансы.

– Дело не в досаждении, – произнёс маг,– Говорю же, Я... я чувствую запах смерти. Очень сильный. И не просто запах, а след, который... не должен быть здесь, в доме Рода. Мой долг – убедиться, что это касается только вас, Палач. Что это ваш след, а не что-то иное. Что не появилась новая угроза для Волконских. Если вы понимаете, о чем я.

Маг придвинулся еще ближе, его ноздри раздувались, а глаза, казалось, пытались заглянуть под капюшон Рика. Он выглядел как ищейка, которая напала на слишком свежий и слишком тревожный след.

В этот момент, когда внимание Синего было полностью приковано к Рику, мои глаза случайно скользнули в сторону.

Я посмотрел на ближайшее окно, выходящее во внутренний двор особняка. И... Просто охренел.

Там, прильнув к стеклу, висела Рыжая. Реально висела. Вверх ногами, словно огромный неправильный паук.

Её тонкие, неестественно удлинившиеся конечности выглядели пугающе. По-моему, на пальцах даже появились когти. Физиономия была прижата к стеклу а рот растянулся в жуткой, довольной ухмылке. Алые огоньки глаз Лича мерцали, наблюдая за нами. Она явно получала удовольствие от того, что происходит.

При виде Рыжей у меня кровь застыла в жилах, а по спине пробежал ледяной холод. Это был не страх за себя, а скорее шок от её наглости и предчувствие неизбежной катастрофы. Если маг увидит Лича... Это будет очень, очень большая проблема.

Я же велел ей держаться в тени! Не показываться людям. Почему она нарушила приказ?

И тут меня осенило. Это был голод Лича. Вот, в чем дело.

Бывшая Гончая почувствовала мага, почувствовала его магическую Силу, и теперь изучала бедолагу, как потенциальную пищу. Её ухмылка – это не просто баловство, это хищное предвкушение. Я вспомнил слова Рика о том, как Личи питаются магами. А Рыжая наверняка уже была голодна. Если Синий увидит её, а она бросится на него… начнётся настоящий ад. И тогда уже никто из нас не выберется из этого особняка.

Надо было что-то делать. И быстро.

Решение пришло внезапно, инстинктивно. Без раздумий, без просчёта последствий. Мной руководило только одно желание – отвлечь мага.

Я рывком подскочил к Синему который всё ещё напряжённо смотрел на Рика. Глаза родственника Волконского, расширенные и испуганные, были полны настороженности, но он, к счастью, не обращал внимания на меня.

Мои пальцы мгновенно вцепились в кожаный переплёт книги, которую маг прижимал к груди. Синий дёрнулся от неожиданности, его глаза округлились ещё больше, а на лице появилось выражение полного недоумения. Он явно не ожидал такой наглости от "щенка". Пользуясь эффектом неожиданности, я выхватил фолиант из его ослабевших рук.

– Моё! – выкрикнул громко, сам не зная, зачем. А потом, крепко прижав огромную книгу к себе, рванул прочь по коридору, в противоположную от Рика и Синего сторону.

Я рванул на всех парах, не оглядываясь. Сначала за спиной была оглушительная тишина, а потом – два восклицания, полных шока и недоумения.

– Что?! – это был голос мага.

– Малек?! – а это был голос Рика.

И маг, и Палач были в полном ступоре. Они не поняли, что нашло на мальчишку. Весь их конфликт, все их угрозы – всё это в один миг перестало иметь значение. Сейчас им предстояло решать новую, совершенно абсурдную проблему. И я надеялся, что этого хватит, чтоб увести мага за собой подальше от Лича.

"Молодец, что не стал использовать связь между тобой и Личем. Мальчишка был слишком напряжён, мог заметить. Ты радуешь меня своей сообразительностью"

Я проигнорировал высказывание Леонида и даже ничего не подумал в ответ. Тем более, он заблуждается. Я не стал отдавать приказы Личу только потому, что ЗАБЫЛ, что умею это делать! К счастью...

Просто... Синий реально почувствовал Безмирье. Это факт. Но не от Палача и даже не от меня. Причиной была Рыжая. Ясное дело Синему стало дурно, буквально в паре метров от него находился самый настоящий Лич, к тому же голодный Лич.

Я нёсся по коридору, словно обезумевший, прижимая фолиант к груди. Мои лёгкие горели, а каждый шаг отдавался глухой болью в ступнях. Я слышал позади себя топот– и мага, и Рика. Оба, должно быть, пребывали в шоке от моей выходки, но их реакция мне и была нужна. Я добился, чего хотел. Синий вместе с убийцей побежал за мной.

Я не знал, куда бегу, просто выбирал любой поворот, любой проход, лишь бы увести их подальше от Рыжей и от окна, в котором она так весело скалилась. Мы промчались мимо нескольких слуг, которые застыв с открытыми ртами, наблюдали, как за мной, подростком с гигантской книгой, мчатся грозный Палач и охреневший от недоумения маг.

И вот, за очередным поворотом, я увидел двери, ведущие наружу. Я не знал, куда они ведут – на парадный вход или на служебный выход, но мне было плевать. Главное – выбраться из этого дома, пока Рыжая не устроила здесь бойню, пока я не успел накосячить ещё сильнее.

Я рванул к ним, толкнул массивные створки плечом, и они с лёгким скрипом распахнулись. Свежий, прохладный воздух Верхнего города ударил мне в лицо. Я вылетел на улицу, не глядя под ноги, и…

Бах!

Я врезался в кого-то массивного и твёрдого, словно в стену. Фолиант вылетел из моих рук и с глухим шлепком упал на вымощенную светящимся камнем дорожку. Меня самого откинуло назад. Я приземлился на задницу, больно ударившись копчиком. В голове всё закружилось.

Однако, буквально через секунду все стало еще хуже. Я поднял взгляд и увидел того, с кем столкнулся. Это был Гончий. Тот самый, который руководил первой группой в борделе.

Он стоял надо мной, словно вырезанный из мрака, высокий и угрожающий. Пёс, очевидно, только что прибыл в особняк по каким-то своим делам, и я, вылетев из двери, врезался прямо в него.

Гончий не двинулся с места, лишь протянул руку и схватил меня за воротник, поднимая над землёй, как котёнка. Его взгляд был холоден и проницателен.

– Что за... – начал он глухим голосом, но в этот момент из распахнувшихся дверей выскочил маг.

Глаза синего едва не вылезли из орбит, когда он увидел меня в руках Гончего и валяющуюся на земле книгу.

– Эту книгу… он украл её! – задыхаясь, прокричал маг, указывая на меня пальцем. – Держите его!

Следом за магом из дверей вышел Рик. Он замер на пороге, его тело мгновенно напряглось, оценивая ситуацию. Гончий, маг, я в его руках – и всё это на пороге особняка Волконских.

Гончий перевёл взгляд с меня на мага, затем на Палача, который стоял совершенно неподвижно. Да, все убийцы выглядят одинаково и не факт, что Рик – тот самый. Однако в воздухе один чёрт повисло ещё более плотное напряжение.

Я же чувствовал себя загнанным в угол зверьком. Внутри особняка – голодная Лич, снаружи – Гончий, с которым только вчера состоялась схватка, маг и Рик. И никто из них не понимал, что я вообще делаю.

Глава 9

Не опуская меня, Гончий медленно повернул голову к Рику. Его голос был низким, вязким, пробирающим до мурашек.

– Палач? Давно ли вы стали вот так запросто ходить в гости к высокородным?

Я не просто замер – в ту секунду я разучился дышать. Мне казалось, в этот момент в моем организме перестали разом работать не только легкие, но и все остальные внутренние внутренние органы. Из всех возможных скверных раскладов этот был самым худшим. Потому что из всех Гончих мы встретили именно того Синего, который руководил группой Рыжей. Что это? Закон подлости или карма?

Единственное, что давало хоть мизерный шанс на благополучный исход этой встречи, был внешний вид Палача. А вернее, внешний вид всех Палачей. Они все, словно под копирку, выглядели идентично. Чёрная одежда, скользящая, почти бесшумная манера передвигаться, лицо, скрытое тенью глубокого капюшона. То есть Рик чисто теоретически мог быть тем убийцей, который угробил отряд Синего, а мог и не быть. Гончий это прекрасно понимал. Только поэтому он продолжал разговаривать, а не кинулся в драку.

– Дела... – Многозначительно протянул Рик, и его голос тут же изменился, стал совершенно другим, непривычным. Ниже, хрипловато, едва уловимо иначе. Наверное, Палач вполне закономерно не желал быть узнанным.

– Хм... А это кто? – Гончий кивнул в мою сторону. Хватка на моём воротнике чуть ослабла, но всё ещё была слишком крепкой, чтобы я мог выскользнуть.

– Ученик... – Коротко ответил убийца.

– Странно... Не припомню, чтобы вы брали себе подмастерьев... Хотя... Откуда-то же берутся такие как ты...

Синий говорил спокойно, размеренно, но я чувствовал, как под этой напускной невозмутимостью таится сковывающее его напряжение. Его взгляд буравил Рика, пытаясь найти малейшие приметы, которые помогли бы понять: тот ли убийца перед ним или совершенно другой.

Меня Гончий, конечно, не узнал. И не мог. Грим, который Палач нанёс перед выходом, изменил мою физиономию до неузнаваемости. Кстати, здорово, что в этой маскировке не было магии. Личину, созданную с помощью Силы, Гончий непременно почувствовал бы. А тут – просто чумазый, темноволосый мальчишка.

Синий, всё ещё держа меня за шиворот, внимательно посмотрел на моё лицо. Его взгляд не задержался ни на секунду, не обнаружив ничего подозрительного. Затем он снова сосредоточил всё внимание на Рике.

Я еле дышал. Если он нас узнает... Чёрт. Наверное, мы отобьёмся и сможем вырваться из дома Волконских. Должны. По крайней мере, в способности Палача расправиться со всеми вокруг я был абсолютно уверен. Но... Верхний город сильно отличается от Нижних улиц. Скрыться в нём будет гораздо сложнее.

К тому же, буквально в двух шагах пряталась Лич. Из-за которой я, собственно, и повёл себя как сумасшедший. Начнётся схватка – я был уверен, она тоже ринется в бой. И это будет полный хаос. Появление нежити сдаст меня с потрохами. Да, неупокоенных в империи видели последний раз до того, как Леонид сотворил своё проклятие. Однако, уверен, все присутствующие, особенно Гончий, сразу поймут, кто перед ними.

К счастью, грим и рабочий образ Палача, похоже, сработали. Синий очень хотел понять, кто перед ним, но ничего подозрительного не нашёл, кроме моих "странностей" в виде книги, которую я продолжал сжимать в руках.

И тут вот ещё какой момент. Я не знаю почему, но во мне словно щелкнул тумблер и в голове появилась чёткая мысль: нельзя позволить Гончему почувствовать Безмирье, с которым я связан, и кольцо, которое по-прежнему лежит во внутреннем кармане моей куртки. Когда перед выходом переодевался, взял его с собой. Подумал, нельзя оставлять артефакт без присмотра.

И вот когда Синий не отрываясь смотрел на меня, я вдруг почувствовал, что должен закрыться от него. Понятия не имею, как эта мысль вообще возникла. Конкретно в данный момент это не было подсказкой Леонида. Это я, именно я осознал, что надо делать.

В моем воображении вдруг появилась дверь. Самая настоящая, осязаемая дверь. Старая, деревянная, со странными рисунками и иероглифами. Я протянул руку – тоже воображаемую – и просто захлопнул створку. В одну секунду холодный ветерок, который тянулся оттуда, исчез. Вокруг наступила оглушительная, совершенно мертвая тишина. Вокруг – это в моем сознании. В том выдуманном пространстве, где я находился.

Честно говоря, я сам прибалдел от того, что сделал. Но, так понимаю, это как раз то, о чём говорил Леонид. Мы срастаемся с ним, и я начинаю некоторые вещи осознавать как часть себя. В любом случае, было ощущение, что это верное решение. Похоже, я прикрыл дверцу между мирами, чтобы Гончий не учуял во мне некроманта. Как быть с кольцом – идей не появилось. Поэтому я просто мысленно пообещал богу, вселенной, Серой Госпоже, да вообще всем, что буду вести себя хорошо, если этот проклятый маг не обнаружит кольца.

Гончий переключился на Рика. Наклонил голову, словно прислушиваясь.

– А здесь нечисто... Чем-то... фонит... – пробормотал он, и в его голосе сквозило неприкрытое сомнение. – Не припомню такого бардака в доме Волконских.

Да чтоб тебя! – мысленно выругался я. Стало ясно: под "бардаком" Синий имеет в виду вовсе не настоящий мусор. Похоже, он, как и маг Волконского, уловил запах Лича.

Я трижды проклял тот момент, когда решил взять Рыжую с собой. Вообще-то предполагалось, что она будет прикрывать нам спину, а не создавать проблемы. Кто же знал, что новоиспечённая нежить столкнётся с магом. Хоть и на расстоянии. Я так понимаю, он для нее сейчас как самая настоящая фермерская, зажаренная в специях курочка.

С другой стороны, в Верхнем городе этих магов хоть отбавляй. Пока мы двигались к дому Волконского, они нам несколько раз попадались на пути. Почему её переклинило именно сейчас?

– Может ты отпустишь моего ученика и мы пойдем восвояси?

Рик сделал шаг вперед, привлекая внимание Синего. Палач, как и я, понял, что Гончий уловил вибрации, которых здесь быть не должно. Убийца хотел отвлечь мага, пока тот не осознал окончательно, чем именно ему "пахнет". Пока что Синий, как и его коллега, скорее всего, списывал раздражающие эманации на самого убийцу.

– В Нева-Сити всего три, от силы четыре Палача. И все вы на одно лицо – чёрные одеяния, лица скрыты, – произнёс Гончий вместо ответа. – Но вот что я тебе скажу... Вчера, в Нижнем городе, моя команда столкнулась с одним мальчишкой. Он кое-что ценное похитил. И за него Палач вступился. Он моих ребят убил, всех. Так вот у меня вопрос... это ты был, или нет?

Не знаю, на что рассчитывал Гончий. На месте Рика только отъявленный идиот признался бы. Поэтому, честно говоря, думаю, Синий просто пытался спровоцировать убийцу на какую-то реакцию, чтобы тот сам себя выдал.

Однако ответить Палач не успел. В этот самый момент, словно выйдя из оцепенения, очнулся маг Волконского. Он стоял молча, неверяще расширив глаза, пока Синий и Рик обменивались фразами, а теперь оцепенение его, видимо, отпустило. Маг подскочил к Гончему и резко ткнул пальцем прямо в моё лицо.

– Он книгу украл! – завопил этот Антон, голос его дрожал от неистового возмущения, а пальцы тряслись. – Бесценный фолиант! Мастер, отдайте мне великий труд умнейшего из умнейших! А этого сопляка... его надо допросить! Зачем он это сделал?!

Мастер? Серьёзно? Я почувствовал, как сердце в груди подпрыгнуло и сбилось с ритма.

У Гончих есть своя система карьерной лестницы. Честно говоря, я не особенно знал, как они там продвигаются. Но Мастер – это высшая ступень. Именно Мастера вычисляют некромантов и они же их убивают. Вернее... Насколько мне известно, трое Гончих держат некроманта магическими узами, а Мастер совершает саму казнь. Сейчас, конечно, когда служителей Серой Госпожи находят сразу после рождения, помощь в убийстве Мастеру не нужна.

– Успокойся, Антон, – спокойно произнёс Синий. – Мы во всём разберёмся. Но вообще-то, знаешь, странно, что какой-то жалкий уличный мальчишка, будь он даже учеником Палача, смог украсть у тебя такую важную книгу. Это заставляет задуматься, а готов ли ты к экзамену.

Судя по тому, что Гончий назвал мага Волконских по имени, они знакомы. Более того, так понимаю, Синий явился именно к этому Антону. Наверное, их встреча была связана с предстоящим вступлением мага в ряды Ордена Гончих.

– Это мой ученик, – произнёс Рик, сделав акцент на слове "мой". – Разбираться с ним могу только я.

Палач сделал ещё один шаг вперёд, незаметно приближаясь к Синему. Убийца такими маленькими движениями выбирал для себя самую удобную позицию, из которой сможет нанести быстрый и короткий удар, вывести Гончего из строя.

– Бывают у него... приступы. В такие моменты он может себя вести... неадекватно с точки зрения других людей. Но... Это безобидные странности. Чужие вещички, к примеру, схватить и убежать, если ему внешний вид приглянулся. – Продолжил Палач. – Найдёт что-то, что понравилось, и несёт к себе. Ну, сумасшедший немного.

– Интересно... – Хмыкнул Гончий. – Знал, конечно, что Палачи – те ещё оригиналы, но выбирать себе ученика со "странностями"...

– Сумасшедший? – переспросил Антон.

Голос его звучал растерянно, но в то же время с облегчением. Природная блажь была ему гораздо понятнее, чем целенаправленное воровство книги.

Гончий отпустил, наконец, ворот моей куртки и отстранился. Его внимание снова переключилось на меня. Синий прищурился, его взгляд сузился, становясь жёстким и проницательным. Похоже, интуитивно он все же чувствовал подвох. Думаю, его тренированная годами интуиция не просто шептала – она вопила, намекая, что во всей этой ситуации явно что-то нечисто.

Синий открыл рот, собираясь высказаться, но внезапно вздрогнул и повёл носом, принюхиваясь к чему-то невидимому.

– Чёрт... Да что такое... Запах смерти слишком силён для простого Палача, – глухо пробормотал он. – Что-то нечисто в этом доме. Антон! Ты живёшь здесь. Почему я чувствую скверну?

– Да-да-да! Мастер! Я тоже! Я тоже почувствовал! Это странно... Сначала подумал, дело в нём... – Маг Волконских кивнул в сторону Палача. – Подумал, может, он убивал совсем недавно... Но вы правы. Очень странное ощущение. Никогда ничего подобного не испытывал.

– И я... И я...– Протянул Гончий, снова отвлекаясь от моей персоны.

– Так может, вы зря тратите время, простаивая здесь, на пороге? – с усмешкой спросил Рик. – Может там, в доме уже кого-нибудь убивают? Например... Князя?

Синий и Антон буквально застыли, уставившись на дверь. Сначала на их лицах появилось недоверие, потом сарказм, потом – сомнение.

Слова Рика, сказанные как издевка, возымели действие. Они оба настороженно переглянулись, а этот дурацкий Антон даже машинально сделал шаг к двери.

– Послушай... А ты как ощутил эти странные эманации? Что происходит в доме? – Гончий посмотрел на мага, вопросительно подняв брови.

Честно говоря, я прямо начал нервничать из-за их пустых переговоров. В любой момент могла объявиться Лич, и тогда все вопросы у Гончего отпали бы.

Не знаю, по какой причине Рыжая задержалась – может, заглядывала в окна и рассматривала, как живут богатеи, а может, и рожи им корчила... Не дай бог, конечно... Однако с минуты на минуту она могла появиться где-то рядом. А Гончий – это тебе не какой-то Антон, который ещё остаётся в статусе обычного мага воды. Этот может догадаться гораздо быстрее. Или просто прийти в ужас, когда Рыжая, ведомая неутолимым голодом, решит, что два мага куда лучше, чем один, и попытается сожрать своего же бывшего напарника.

– Я... я не знаю! – вскрикнул маг, потирая виски. – Это похоже... Будто рядом находится какое-то... существо. Невидимое. Но я ощущаю его след! Оно... оно там, внутри! Оно будто голодное. Но это точно пахнет как смерть. Я подумал, что Палач...

– Ты повторяешься! – Резко обрубил его стенания Гончий.

Словно потеряв терпение, он резко оттолкнул меня в сторону. Я рухнул на землю, больно ударившись.

Синий выхватил из-под плаща огромный, отделанный серебром кинжал, его рукоять блеснула в сумерках, и шагнул к дверям особняка. Его взгляд был сосредоточен, он был готов к бою. Похоже, слова Антона про "существо" послужили для Гончего определённым сигналом. Запах крови и магической скверны, исходящий из дома, стал для него обретать определённые черты.

Маг, видя, что Гончий отвлёкся, снова потянулся за своей книгой, собираясь схватить драгоценный фолиант.

Но тут, в этот самый момент, из дверей особняка раздались такие истеричные крики, что вздрогнул даже Палач. На крыльцо, спотыкаясь и задыхаясь, выскочила горничная. Её глаза безумно вращались, волосы стояли дыбом, словно у кошки, наевшейся синтетических прикормок, а изо рта вылетали бессвязные звуки. Она неслась, не разбирая дороги, спотыкаясь и едва не падая, а изо рта вырывались нечленораздельные звуки, которые с трудом удалось опознать как слова.

– Тварь! Тварь! – Билась служанка в жуткой, сотрясающей её всем телом истерике, указывая дрожащей рукой куда-то на второй этаж особняка. – Она... она там! В окне! На меня смотрела! Нежить! Зубища вооот такие! А ручища... ручища вооот такие! Она... она смеялась!

Я похолодел. Лич. Она не просто наблюдала, она решила себя показать. Или просто не удержалась.

Все взгляды метнулись туда, куда указывала горничная. Маг, Рик, Гончий – все застыли. В воздухе повисла смертельная тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием обезумевшей горничной.