Печать правосудия. Том 4

Глава 1

– Ваш кофе, господин Яровой.

Дворецкий вынес чашку на улицу.

– Спасибо.

В привычной ему манере он прижался к стене и сделался тенью за моей спиной, на случай, если я захочу чего-то её. Молодец. Я как раз сомневался – съесть ещё один круассан или поберечь фигуру.

– Времена меняются, а яблони по-прежнему цветут, – сказал я, разглядывая цветущие деревья по обе стороны от главной лестницы.

– Так и есть, господин. Хотя, казалось, что всё рассыпется прахом.

– Точно.

Прошло десять лет. Тогда я стоял на пороге родового поместья Яровых и наблюдал за его закатом. Закончились деньги, закончился авторитет. Закончилось всё. Мой потрясающий братец умудрился просрать все активы отца и деда. Вячеслав работал долго и упорно, чтобы затолкать наследие Яровых в помойную яму.

Сегодня на фасаде дома красовался вычищенный и отполированный герб Яровых. Дом обновили. Никакой потрескавшейся краски и трещин на окнах. Дизайнеры Кристины на славу потрудились и на славу потратили мои деньги, обновив крышу, реконструировав балкон, занявшись ландшафтным дизайном. Наш дом выглядел, как современное наследие древнейшей семьи.

Вячеслава я выгнал девять лет назад. Год после свадьбы решал горящие вопросы и из кожи вон лез, чтобы снова встать на ноги. Заплатил приличную сумму, Вячеслав подписал документы. И ведь засранец ещё сопротивлялся. Пришлось напомнить, что по его наводке я дважды чуть не погиб, и что у меня имелись все причины закопать его рядом с любимой яблоней деда. Вопрос уладили. Поместье Яровых полностью перешло ко мне.

Славик ещё года два оставался в столице, прожигал деньги, а потом уехал. Творческая натура любителя шампанского не выдержала нищеты. Он набрал долгов. Я даже некоторые погасил, потому что ребята с большими бородами обещали отрезать ему все пальцы. Пожалел я его. Вячеслав обосновался где-то на юге.

Площадку перед домом расширили. Подъездные ворота перенесли на тридцать метров вперёд. Построили гараж и сделали полноценную парковку. Раньше перед домом Яровых стоял небольшой фонтан. И каждый раз при возвращении домой, нужно было его объезжать. Дурацкий фонтан и дурацкий подъезд. До поры до времени я его терпел. Но появилось больше людей, больше машин. Моя машина, машина Кристины, Макса, Михи, начальника охраны, микроавтобус спецов по минированию, доставочная, гостевая. Ой, каких их только не было. Грёбаный фонтанчик стал настоящей занозой в заднице, из-за которого возле поместья постоянно собирались пробки.

Не стало фонтанчика. Надеюсь, дед простит.

Вот и теперь перед домом собралось больше десяти машин, а ещё к ним прибавился ударный кортеж Макса, который как раз запарковался перед лестницей.

Мда… а ведь когда-то мы брали в долг машину у Вячеслава.

Макс вышел из машины, махнул рукой ребятам из охраны, поднялся ко мне. Пожали руки. В последнее время виделись нечасто. Я стал семейным. Но главное – бизнес. Дела требовали наблюдения в разных сферах. Финансовые проблемы, охрана, забота о репутации, дела с Большой Восьмёркой. На горизонте нарисовались военные со своими дурацкими требованиями. Короче, Макс в основном занимался охраной и решал вопросы “на выезде”. И один из таких вопросов назрел именно сегодня

Замечательный, кстати, день. Светило солнце, начало весны. Вот бы он так и закончился.

– Едем?!

– Да, – я спустился к машине.

– Они в банке?

– Ага.

– Охренеть.

– Сам в шоке.

Когда ты становишься больше, влиятельнее, таких приключений почти не случается. Основные аргументы в разборках – слова и документы, реже – артефакты и знакомства. Ну а кулаки и пушки – всё больше уходят на второй план. Нет, и без никуда, но всё выглядит не так красочно, как во времена молодости. В основном снайперские выстрелы, яды, заказные девочки с кинжалом в трусиках. Всё заканчивается быстро. Либо ты, либо тебя. Да… Я это уже проходил.

Колонной мы выехали из поместья и поехали в город. Впереди гнал джип с усиленной рамой, позади – машина Макса, в которой ехал я. И ещё два джипа – в конце. Давненько я не видел наш боевой отряд в действии. Но ведь и сегодня не получится посмотреть, так? Кто знает, кто знает…

– Они просто тебе позвонили? – спросил Макс и уставился на меня.

Сложно поверить, но именно так и было. Какие-то придурки ворвались в мой банк. Один из семи. Разнесли переговорную и потребовали видеть меня. Наши ребята из охраны дали отпор, но гости оказались настойчивыми, взяли в заложники управляющего и приказали позвонить мне. Ну а дальше вот. Мы с Максом едем на разборки в мой собственный банк. Когда такое вообще было?

– Они хоть знают, кто ты? – спросил Макс.

– Сомневаюсь.

– А что по телефону говорили?

– Ждут на разговор. Угрожали отрезать управляющему пальцы.

– Что за дикари? – сморщился Макс.

– Ужас. И ведь не пугали. Управляющий кричал, как пьяная девчонка в джакузи.

– Хм-м-м.

Некоторое время Макс ехал в задумчивости, потом залез под сиденье и достал небольшой железный чемодан.

– Приоденешься?

– Пожалуй.

Набрав код, я открыл кейс. Внутри на чёрной бархатной ткани в специальных отсеках лежали четыре браслета. Выглядели все по-разному. Один был древним, как кости мамонта. Из золота. Он сохранял крепость, но был весь затёртый с одним вывалившимся камушком в центральной части. Я прикоснулся к нему и проверил движение силы. Неплохо. Почти под завязку. Второй из чёрного матового металла. Он смахивал на женский, и потому я его не носил. Забыл даже, что в нём хранилось. Прикоснулся. Удушающий туман. Ещё и женские штучки внутри. Нет, спасибо. Два других были искусственными. Бывало и такое, да. Спецы в лабораториях за хорошие деньги создавали силусодержащие предметы. Выглядели они как обычные металлические наручи с закосом под ремешок часов. Я взял последний, надел на руку.

– Отличный выбор, – Макс кивнул.

– Спасибо.

Прошло то время, когда я бегал по переулкам и отлавливал говнюков, чтобы прихватить у них немножко силы, которая приумножится моей способностью к наложению печати. Когда у тебя много денег, всё становится проще. Намного проще.

Мы подъехали к банку. Макс буркнул в наушник, на улицу высыпались бойцы. Через десять секунд нам дали отмашку, мы вышли. Придурки нагрянули в один из центральных банков, который стоял на перекрёстке рядом с торговым центром Председателя, а позади него высилась старая застройка. Каждый квадратный метр грунта здесь стоило, как золотая плита такой же площади.

В кармане завибрировал телефон. Вот и Председатель. Трубку я не взял, сначала уладим дела. Поднялся по ступенькам, где меня уже ждали полицейские.

– Добрый день, господин Яровой, – приветствовал капитан и приподнял фуражку. – Нужна помощь?

Мы с Максом посмотрели на две патрульные машины, четырёх бойцов с пивными животиками и десятизарядными пукалками. Пара наших парней в камуфляже и обвесах уже наводили порядок в холле. Ещё восемь человек заканчивали с разведкой, готовясь к штурму.

– Спасибо за службу, Капитан, – я похлопал его по плечу и вошёл в банк.

Капитан с облегчением выдохнул и жестом показал своим бойцам отойти подальше.

– Насвинячили, – сказал Макс и поднял с пола поваленный стул. – Точно дикари какие-то.

– Всё сходится. У других бы не хватило мозгов заявиться в мой банк. Добрый день, девушки. Где они? – спросил я у напуганной администраторши, которая накапывала успокоительное в стакан.

– Д-д-расте, – девушка кивнула и показала вверх по лестнице. – В переговорной. На втором.

Вокруг валялось разбитое стекло, перевёрнутая мебель. В стене за спинами девушек виднелась очередь свежих прострелов, но выстрелы были под самым потолком. Бойню не устраивали. Пугали. И получилось. Бедная администраторша до сих пор не могла остановить трясущиеся губы, и только когда заметила, что я её разглядываю, поправилась и прикрыла затяжку на колготках.

– Отлично выглядите, девочки.

– С-с-пасибо.

– Ну мы пойдём, – я кивнул на лестницу. – Заранее извиняемся, если будет чуть шумно.

– Ладно.

“Заходим”, показал бойцам Макс на языке жестов. Дверь в переговорную вылетела, ребята залетели внутрь и взяли на мушку дебоширов.

– Мать вашу, парни, нахрена было дверь-то ломать? – вошёл я следом. – Ладно эти придурки, но вы то?!

Макс пожал плечами. С браслетом и полным хранилищем, я чувствовал себя вполне уверенно, ну и про десяток вооружённых до зубов морских котиков забывать не стоило. Но, что удивительно, незваные гости тоже чувствовали себя хорошо.

Никто не подорвался, не начал палить или кричать. Парочка парней с дробовиками лишь лениво подняли стволы. Мужик со стрижкой площадка и квадратной челюстью потряс стволом возле виска управляющего. Тот сидел примотанный скотчем к стулу. И смотрел на нас выпученными глазами. Взгляд у него был конечно… То ли он пытался нам сказать, что-то очень важное, то ли они засунули ему в задницу бутылку. Я не исключал и того и другого.

– Приветствую.

Ребята Макса взяли по цели и подошли достаточно близко, чтобы прикрыть меня от огня. Макс поднял стул, подтолкнул. Я сел и оказался лицом к лицу с квадратномордым невежей в куртке с поднятым воротником.

С ним было пятеро бойцов. Один из бойцов Макса – сенсор. Он показал знак. Макс насторожился и посмотрел на мой браслет, предупреждая об опасности. Интересно. Значит, всё-таки не совсем просточки.

– Не знаю, откуда вы взялись парни, но у нас так не принято. Если ты хочешь с кем-то поговорить, то поднимаешь трубку и набираешь номер. Слышали о таком?

– Слушай сюда, печатник…

– О боже! – Макс почесал стволом висок. – Печатник… Да ты крутой?!

– Мнение дебила на подтанцовке забыл спросить.

– Ник, ты всё ещё думаешь, что с ними нужно разговаривать? Может, мои пацаны просто нажмут на спусковые крючки, и мы позовём уборщиц?

– Потом ты позовёшь проктолога, чтобы он достал тебе из задницы швабру.

Макс посмотрел на меня. Я пожал плечами:

– Кажется, он тебя уделал.

– Да брось! Серьёзно?

– Завали!

Дерзкий поднялся и пнул ногой стол. Четырёхметровая громадина отлетела, будто футбольный мячик. Я выставил щит и развернулся на кресле, а край стола отскочил и рассыпался вместе с гипсокартонной стеной.

– Хочешь поиграть?!

Макс сорвался в рывке. Дерзкий топнул ногой. Силовая волна прокатилась по этажу и аккуратно отодвинула мебель на метр назад, а рывок Макса сошёл на нет. Он споткнулся и остановился.

– И вот теперь, – Дерзкий выдержал паузу. – Когда вы оба поняли, что у вас не самые большие яйца в этой комнате, будем разговаривать.

Макс оскалился. Парни с автоматами покрепче вжали приклады в плечи. Аристо обычно придерживались негласного правила. Если есть что сказать, то говорите. Не стреляем, мужики, держимся до последнего. Потому что, если кто-то спустит курок, то остановить безумие уже невозможно. И наши, и его парни, несмотря на смелые действия, до сих пор держались. Хотя и те и другие мечтали втопить гашетку, чтобы дебилы напротив не сделали это первыми.

Я переложил руки на подлокотники кресла:

– Ну говори, раз так. Слушаем.

Удивили. Ворваться в мой банк и ожидать, что им сойдёт это с рук? Слишком наивно.

Макс нервничал. Сенсор подал ещё один знак с оттопыренным указательным пальцем. Дерзкий был перворанговым? Откуда он взялся?

– Ты должен отказаться от сделки по наручу.

Ах вот оно что. Старая пластинка. В борьбе за влияние аристо растаскивали артефакты, а я уже два месяца готовился к крупной сделке. И всё ждал – когда кто-нибудь заявится, чтобы её обломать? Два варианта. Либо кто-то хотел сорвать сделку, чтобы выторговать арт для себя, либо кто-то не хотел, чтобы артефакт достался мне. Я не исключал и того и другого.

– Это почему? – спросил я.

– Вопросы задавать не обязательно, – фыркнул Дерзкий. – От тебя требуется сказать да. Можешь просто кивнуть.

Ты посмотри на него. Откуда столько уверенности? Да, перворанговый, ну так и я не пальцем деланный. Просто не ношу официальный статус. Лучше быть тихим воротилой, чем вешать ярлык себе на грудь.

– Можем обсудить условия, – сказал я.

Мне даже стало интересно. Как он себя поведёт? Я стелюсь перед ним и прощаю разгромленный банк, а ведь он должен вылизать языком пол только за то, что испугал моих девчонок.

Боец щёлкнул предохранителем. Ребята встрепенулись. Нет, давайте без стрельбы. Трупы мне не нужны. И кто будет возмещать ущерб?

– Откажись от сделки и спокойно греби денежки с доверчивых вкладчиков. Вот такие условия, Яровой. Мы предлагаем тебе спокойствие.

– А вы, это кто?

– Валера Звёздный.

Валера Звёздный… Я покопался в памяти. Пусто. Не ошибся ли сенсор? Он точно перворанговый? Не помню я никаких Звёздных.

– Это ты Звёздный?

– Ещё один шутник.

В роль главы семьи Яровых я входил долго. Приходилось переламывать себя, вести подобающе. Раньше я морды крошил, а меня просили разговоры разговаривать. Теперь всё откатилось назад. Я будто встретил проблемы из своей прошлой жизни. Дерзкий мудак злил меня. И я пока сдерживался.

Чего не скажешь про Макса. Тот сунул руку в карман, и фиг его знает, что он собирался оттуда достать. Дробовик там не поместится, а вот взрывающиеся штуки или одноразовые артефакты – легко.

В переговорке становилось жарко.

– Ладно. Давайте так. Я пока что закрываю глаза на этот беспредел и завтра, успокоившись, мы снова встретимся. Обсудим, как вы будете компенсировать мои материальные и репутационные потери. Доверчивые вкладчики не любят, когда в их банке выбивают стёкла и ломают мебель.

– Мы тебя предупредили, Яровой.

Дерзкий поднялся. Его ребята держали наших пацанов на мушках и бочком отползали к выходу.

Ну ладно. Я дал им шансов больше, чем пьяная проститутка на мальчишнике. Схватил Дерзкого за руку, выставил щит. Его рука оказалась в вакууме моей сферы.

– Кишка тонка, печатник, – улыбнулся Дерзкий.

Ты посмотри, играет крутого бойца до последнего? Я потянул силу, тот напрягся и закупорил канал наглухо. Точно перворанговый. Я направил силу из браслета. Бесполезно.

– Посчитаю это рукопожатием, – хмыкнул Дерзкий. – Мы договорились.

– Ну, ёп вашу мать…

Вот нужно было до этого доводить? Я перехватил руку Дерзкого, посмотрел на Макса, на его пацанов, на довольные хари налётчиков.

– Придётся весь этаж теперь ремонтировать, – сказал я и перенаправил силу в артефакт на груди. – Ложитесь, бл*ть.

… … …

Мы стояли на ступеньках в банк. Начальник пожарной части хлопал по тлеющим уголькам на моём костюме и виновато улыбался. Наши пацаны тоже подгорели. Но не сильно. Я прикрыл их в последний момент, ну и они по моей команде пригнулись. Макс натренировал их – будь здоров. А вот тех, кто стоял в полный рост, посекло хорошо.

Очевидцы офигели, увидев летящие во все стороны тела из углового кабинета на втором этаже. Где-то среди них валялся и Дерзкий. Его я держал крепко. Направил ударную волну прямо в грудь и только в самый последний момент чуть отвёл в сторону. Трупы в банке мне не нужны.

Но дерзить он больше не будет. Несколько месяцев, а то и дольше. Откуда взять прежнюю самоуверенность, когда у тебя девяносто пять процентов тела покрыто ожогами, а лицо похоже на разваренную сосиску с пучком торчащих волос?

– Председатель звонит, – тяжело вздохнув, сказал Макс и протянул телефон.

– Ладно. Вопрос решили, можно и поговорить, – я взял трубку.

– Яровой?

– Добрый день, Председатель.

– Т-т-ты… что устроил?

– Если вы по поводу сделки с металлургами, то я…

– Ты знаешь, по какому я поводу!

– Банк?

– Д-д-да.

– Представляете, какие-то туповатые деревенщины вломились и потребовали со мной встречи. Я, конечно, всякого в столице повидал, но…

– Они от Звёздного!

Какого ещё на фиг Звёздного?

– Какого ещё на фиг Звёздного?

– Валерий Грохотов!

– Так Грохотов или Звёздный?

– Это один и тот же человек! Командующий второй западной!

Вот так новости. А им какого хера от меня надо?

– Почему меня никто не предупредил?

– Так, я тебе звонил!

– А…, – я почесал затылок. – Есть о чём переживать?

– А как ты, блин, думаешь! На тебя вышли военные!

Глава 2

День начался со сладких ароматов, которые так и норовили залететь ко мне в нос. Я перевернулся на бок, открыл глаза. Кристина стояла возле зеркала, на кончиках её пальцев светилась энергия. Она провела рукой по шее, после чего аромат духов заполнил комнату. Ох уж эти женские фокусы. И ведь не устоять. Хотя духи – фигня по сравнению…

Приподнявшись на локтях, я рассмотрел ночнушку, прикрывающую только верхнюю часть ягодиц, а наверху – вырез. Глубокий. Посмотрел дальше и разглядел вчерашние запчасти на полу: корсет, чулки, гольфы, лента-повязка на шею.

– Доброе утро, – сказала она, занимаясь собой.

– Привет.

– Что желаешь на завтрак?

Она повернулась и вдохнула полную грудь воздуха, отчего разрез ночнушки разошёлся ещё сильнее.

– Надеюсь, ты спрашиваешь про еду, потому что у меня очень много дел.

Кристина причмокнула губами и вернулась к зеркалу.

Не знаю, что на неё нашло, но в последнее время она устраивала мне вот такие вечера. Встречала в новом белье, с новыми запахами, а её тёплые светящиеся руки наводили колдовство, от которого я не мог устоять. Ну, реально. Вчера пришёл домой за полночь, в обгоревшем костюме, обнулённый по силе, с огромной головой от входящих звонков. Потом увидел её. Хрупкое тело на простынях, кружева, таинственная поза идеальных ножек. Ну и короче… почти не спал, блин.

– Слышала про наши проблемы с банком.

– Странно, что мы вчера это не обсудили.

Прищурился и разглядел чёрные трусики на кресле, а на ней – уже красные. И когда случается всё это колдовство? Кристина заметила и улыбнулась. Таа-а-к. Ладно. Поднял силу от яиц повыше к груди.

– Говорят, в этом замешаны военные, – сказала она и надела серёжку. – Пора собирать вещи?

– Да брось, любимая.

Она повернулась и сложила руки на груди:

– В прошлый раз ты говорил так же. А потом мы жили на секретной даче отца и полгода торчали в свадебном путешествии. Меня от одного вида креветок и рыбы с тех пор тошнит.

– Всё будет хорошо.

– Ну, смотри, – она перехватила меня по пути в душ и приклеилась к губам. – Тебе понравилось?

– Каждая ночь, как последняя с тобой.

– Но теперь тебе надо бежать?

Я пожал плечами.

– К своим сукам, да? Они трахаются лучше, чем я?

– Даже не начинай! – я вырвался из её объятий и убежал в душ.

Дел у меня было настолько много, что я даже не знал, с чего начать, а потому желал обойтись без ревностных сцен. И, кстати, это становилось отчасти проблемой. Разве я давал ей повод? В последнее время Кри стала слишком ревнивой.

– Вечером ты просидел три часа в Набережном, – крикнула она из комнаты. – Домой не спешил?!

И вот такие факты о своём времяпровождении я узнавал каждый вечер. Умница. Наняла человека, который ведёт за мной слежку. Как же мило. И ведь не скрывает. Главное, чтобы она не узнала, что это я разрешил ему за мной следить ровно настолько, насколько мне это нужно. Никто не может безнаказанно следить за членом большой Восьмёрки с сетью банков, фамильным транспортным бизнесом и охраной в сто человек. Григорий Шох – частный детектив столичного агентства детективов докладывает Кри ровно то, что я ему разрешаю. Так и живём. Но я Крис не обманываю, я её люблю. И получаю вдоволь любовных утех. Небольшой простор для действия я использую, чтобы она крепче спала, хотя сто́ит признать, что она редко переживала о чём-нибудь кроме моих выдуманных измен. За это её и люблю.

Покончив с водными процедурами, я спустился в гостиную. Макс с Михой сидели за столиком, пили кофе.

– Ого!

Давненько я такого не видел. На часах ещё не было девяти, а команда в сборе собралась на первом этаже. Да и вообще, когда они последний раз появлялись тут вместе? Так и не вспомнить. Плохой знак.

– Ну что, Председателю дозвонились? – спросил я и тут же увидел перед собой чашку горячего кофе.

– Доброе утро.

– Виктор, – я кивнул дворецкому. – Спасибо.

– Не берёт, – буркнул Миха, набирая кому-то сообщение.

– Мудак, бля.

Серьёзно, Председатель – самый странный тип, которых я встречал. Самый странный из нормальных. Был ещё Ксан Си – любитель позавтракать горячей плотью, но тот был просто больной, а этот притворялся нормальным. Председатель Большой Восьмёрки! Не владелец жигули восьмёрки, а, мать его, председатель Большой Восьмёрки! Ты же, блин, один из самых влиятельных людей в столице. В тридцатке точно. Разве ты не должен быть прожжённым, цепким, с ра́звитой интуицией засранцем, который обводит всех вокруг пальца и всегда выходит сухим из воды? Именно так. Но что вижу я? Страуса. Какая херня ни случись, он прячет голову в землю и сидит там, хоть бомбы взрывай.

Раньше я списывал это на случайность, а потом понял тактику. Если начинается шумиха, и Председателю нужно принимать решения, то он выбирает притвориться камушком на пляже. Нифига не знаю, ничего не слышу, ничего не вижу. И вообще, я вне зоны доступа где-то в тихом океане.

– По артефакту тоже всё непонятно, – сказал Миха.

– Как это непонятно?

Миха пожал плечами.

Вот это новости. Придурки пришли запугивать меня, но при чём тут продавец?

– Владелец сказал, что хочет взять паузу, потому что до него дошли слухи про наезд на банк.

– И какая ему разница?

Миха снова пожал плечами.

Дошли слухи. Не дошли слухи, а кто-то принёс. Не мимоходом проскочил, а целенаправленно положил прямо в руки. Вот возьмите и почитайте. Как вы смотрите на то, что ваш покупатель устроил разгром в центре столицы? Хотите вести с ним дела?

Но странно, что мой монгольский друг послушался. Или цену перебили? Хм…

– Напомни про предварительный контракт.

– Мы внесли задаток, – сказал Миха, разглядывая бухгалтерию на экране мобильника. – Артефакт забронирован за нами, у нас есть три месяца, чтобы проверить работоспособность и согласовать транспортировку.

Обычная процедура. Иногда хитрожопые продавцы впаривают севшие арты под видом крутых. Здравствую, молодость. Однажды я уже сталкивался с таким говном, когда купил браслет, который выдержал всего одну зарядку украденной способности, а потом развалился на две части и пожелал хорошего вечера. Но то были безделушки до десяти тысяч долларов. Те копейки я и не помню. А вот когда на кону стоят семизначные суммы, ты не можешь позволить себе так рисковать. Вот и находятся специальные эксперты, предлагающие свои услуги за три процента от суммы сделки. Они гарантируют качество и дают заключение. И если вдруг арт не отработает рассчитанный срок, то контора попадёт на деньги. Задаток мы внесли и как раз собирались отправить экспертов на осмотр.

– Но задаток мы внесли. Что значит он сомневается?

– Ссылается на форс-мажор.

– А не пошёл бы он… Взрыв в банке, это что ему, землетрясение или волна цунами?

– Репутационный форс-мажор.

– И такой есть?

– Конечно.

Ладно. Этого монгольского атамана мы обложим юристами и завалим исками. Пожалеет, что предоплату взял. Но вопрос в другом. Вояки прицепились к моему арту, и прицепились не просто так.

– О нас пишут в газетах, – сказал Макс. – И тебя называют взбалмошным богачом.

– Богачом? Это мне нравится, – я сел в кресло. – Председатель молчит, а другие?

– Предлагают ждать. Ну и…

Макс вжал голову в плечи и сложил губы трубочкой. Ну всё понятно, собирался сказать мне что-то, чего я слышать не хотел. И я догадывался, о чём пойдёт речь.

– Хотят, чтобы я отказался от артефакта?!

– Это самый разумный ход, Ник, – сказал Миха. – Зачем на эти проблемы на ровном месте? Да и артефакт не самый крутой: наруч с ёмкостью чуть больше искусственных. Выбьем обратно залог, дождёмся, когда появится Председатель, и пускай он сам со Звёздным разговаривает.

– Звёздный, блин….

Кто же знал, что начальника второй войсковой Володю Грохотова называют Звёздным. Я вот не знал. А с другой стороны, и хорошо, что не знал. Так бы больше думал, слова подбирал. Или, упаси боже, начал бы на тормозах всё спускать. А так говнюки получили по морде и в следующий раз не сунутся… Ну или приедут на танках. Хрен разберёшь этих вояк.

Но главное – арт. Артефактами я занимаюсь уже давно. Как деньги появились, так и таскаю в дом, всё, что блестит и пульсирует энергией. А всё потому, что в один прекрасный день понял, что именно артефакты решают, чего ты стоишь. Хе! Сказал, словно тёлка, увешанная дорогими цацками. Нет, понятно, что троечник, одетый даже в самые крутые шмотки, с перворанговым не потягается. Не по шансам. Вот только мне какая разница? Я сам перворанговый уже давно хоть и не подтверждённый, но про это отдельная история. Мне тягаться только с перворанговыми, а там без артов никак. Будь ты хоть сраный Дункан Маклауд, вспарывающий животы двуручным мечом. Когда в тебя прицелятся из снайперки, заряженной силовой пулей, всё твоё мастерство сольётся в унитаз.

Так о чём это я? Лет восемь назад я начал скупать интересные штуки и за это время, с какими придурками только не встречался. Одни пытались кидать, другие подсовывали копии, третьи перепродавали краденое. Всякое бывало. Но потом я эту кухню изучил. Кидалы, барыги и просто мудаки отсеивались на этапе первого звонка. И сейчас, по моим ощущениям, сделка срывалась там, где не должна была срываться.

Что мне предлагали парни? Подождать? Ну-ну, охрененно правильный ход.

Допив кофе, я поднялся и пошёл к лестнице.

– Ты куда?

– Так что с артом делаем, Ник? Тормозим пока?

Остановился на последней ступеньке и посмотрел на них:

– Думаете, нужно притормозить?

– Самый логичный ход, – сказал Миха.

– Против вояк в лоб не справимся, – добавил Макс.

– Но вы понимаете, что будет, если я дам заднюю?

– Они нас сожрут, – из темноты коридора появилась Кристина и обняла меня за плечи.

Вот именно. Сколько раз я это проходил. Если ты хочешь договориться, то ты приходишь разговаривать, а если ты хочешь сломать, то ты приходишь ломать. И разница между этими двумя подходами глубиной в чёртову марианскую впадину. Разговоры оставляют место для манёвра. Дебильная такая игра – кто кому ноги отдавит. Я делаю шаг вперёд, ты – шаг назад. Я могу зайти сбоку, ты – занять моё место и крутануться со спины. Вот такой вальс интересов двух сторон, из которого всегда есть выход. Чего не скажешь про разговор силы. Они хотели продавить меня. А случилось бы потом? Затопчут. Не прямо сейчас. Год, два, десять. Рано или поздно они заявятся в своих армейских ботинках ко мне на огород и к херам потопчут всю морковку.

– Ты схватываешь на лету, любимая, – я поцеловал её руку и выскользнул из объятий. – Мне нужно прогуляться.

– Только не это…, – пробормотал Макс.

– Ник, ты серьёзно?! У тебя без этого проблем мало?! – крикнул Миха.

– Кажется, в городе сегодня будет неспокойно, – сказала Кристина.

… … …

Несколько часов я тусовался на улице, чтобы успокоиться. Хотя с каждым часом получалось всё хуже. Внутри закипало, хранилище бурлило и требовало новой силы. Чем больше, я его расширял, чем больше пробовал способностей на вкус, тем сильнее ощущал это чувство. Особенно когда злился или выходил из себя. И помогало только одно.

К вечеру я выбрался из поместья, надел чёрный спортивный костюм, натянул капюшон и своим ходом побежал в город. Вышел через задний ход и предупредил охрану, чтобы никому ничего не говорили. Не хотел, чтобы за мной увязались водитель или кто-то ещё. По запасной дороге добежал до города и нырнул в квартал.

Давненько я этого не делал. Даже забыл, что значит быть среди людей одному. Ни охраны, ни машин, ни цепляющихся репортёров, которые в последнее время всё чаще лезли с вопросами. Я пробежал несколько кварталов, запрыгнул в траллик и поехал до конечной, разглядывая в окно фасады игорных клубов, магазинов, кафе.

Через час я стоял в незнакомом месте где-то на окраине. Сунул руки в карманы и пошёл на прогулку. В чёрной кепке, в чёрном костюме и чёрной кепке я сливался с ночью. Забрёл в район, где фонари почти не светили, и расхаживал больше часа, пока наконец не наткнулся на то, что искал.

Голоса доносились за электрической будкой. Подтянулся, забрался на крышу, тихо подошёл к краю и разглядел первую жертву.

– Всё из карманов, живо!

Торчок с красными глазами и ножом в руке прижал парнишку к гаражу. В косухе, с шипами на плечах. Байкер или вроде того. Забавно, но именно таких придурков боятся встретить робкие мальчики в тёмных переулках города грехов.

Спрыгнул на землю, схватил байкера за ворот куртки, подставил ногу, подкинул силы. Байкер сделал сальто в воздухе и снова оказался на ногах, но уже передо мной. Глаза его блеснули силой. Типичный мудак с открытой способностью, но без особых отличий.

– Ты блин кто?

– Рыцарь справедливости.

Разговаривать и тем более объясняться, я не стал. Вечер обещал быть долгим, и я пропущу много интересного, если буду задерживаться на каждом никчёмном придурке. Перехватил руку, вонзил нож ему в бедро. Он закричал, но тут же затих, оказавшись в тисках моей руки. Для пущей убедительности смял его нос локтем, поставил на колени и высосал силу, оставив на предплечье фирменную печать. Ты больше не аппер, а у меня появилась небольшая приколюха, которую я использую на следующем придурке.

Полегчало.

– Спасибо, – пробормотал пацан, отряхивая штаны.

– Пожалуйста. Но это я для себя.

Поехали дальше.

Следующих двух придурков я нашёл рядом с ночным клубом. Они цепляли девчонку. Должен сказать, что до насилия там было ещё далеко, хотя всё шло именно к этому. Они закончили с “давай мы тебя проводим” и перешли к “посмотри какие красивые ножки”. Как я уже говорил, времени на разбирательство не было. Мой внутренний судья признал обоих виновными и вынес вердикт. Краденый оглушающий удар байкера усилился десятикратно и наглухо вырубил бритого. Второму я перебил перепонки и рассекающим сломал ногу в четырёх местах. Пережал горло, чтобы в тишине похитить способность. А вот первый вёл себя хорошо, тихонько лежал то ли без сознания, то ли в коме, послушно отдавая свою силу в ответ на мой зов.

Девчонка убежала, щёлкая шпильками. Потом остановилась и наблюдала из-за угла, а когда всё было кончено, я ей помахал, на что она испуганно кивнула. Повезло ей, что именно сегодня Председатель и вояки довели меня до слегка взволнованного состояния, из-за которого я вышел на разминку. Но время не ждёт. Закинул придурков в мусорный ящик и пошёл дальше.

Потом были ещё двое придурков, которые стравливали собак на заброшенном заводе, а ещё я поживился четырьмя способностями грабителей. Двух вырубил ветряным ударом, который украл у предыдущих виновников. Снёс им челюсти, оставив без единого зуба. Третьего даже не помню как вырубил, в порыве драки что-то использовал или просто махнул рукой и уже потом нашёл его валяющимся среди наворованного барахла. А с последним немного перестарался, врезал проникающим в живот и, кажется, сломал ему позвоночник. В отличие от остальных, он оставался в сознании, но разогнуться из положения “раком” так и не смог.

Ассорти украденных способностей смешивались в настоявшемся бульоне хранилища. Я снова чувствовал себя живым. И аппетит с каждой следующей печатью только рос. Я будто пробуждался ото сна. Прохладный ветер ночи раскатывался по лицу, покалывало в пальцах, а в груди приятно замирало, когда я натыкался на очередных придурков. А ещё всё ускорялось. Хранилище разогревалось, словно двигатель, и несло меня с дикой скоростью по самым злачным местам города.

Два мудака под солями, бугай в автобусе, три бритоголовых придурка в чужой тачке.

– Ого, какой красавчик! – выплыла из переулка пьяная девчонка и повисла у меня на плече, а потом осмотрелась и побледнела. – Ой!

– Да, милая, будь внимательнее при выборе партнёров.

– Можно я пойду? – она чуть протрезвела, глядя на десяток окруживших меня мордоворотов с цепями, ножами и монтировками.

– Конечно, – я взял её за руку и отвёл в сторону. – Так на чём мы остановились?

– Три пальца и восемь косарей наличкой завтра к утру.

А, точно. Торги. Аукцион шёл в самом разгаре. Я гнался за бандой мелких говнюков на велосипедах, которые срывали сумки у женщин на набережной. Эти были всего лишь хулиганами и не заслуживали печати, но отшлёпать по задницам не помешало бы. И мимоходом я заметил барыгу, который толкал дурь несовершеннолетним девочкам. Посчитал, что гнаться за велосипедистами – слишком низко для меня. Да и зачем? Провести лекцию о неправильном поведении? По пути попался куда более ценный экземпляр. Короче, я остановился возле барыги, а потом остановил его мозговую деятельность на ближайший месяц. Или сколько там восстанавливаются после ЧМТ? Наркота полетела в канализацию, а его способность – ко мне в хранилище.

Ну и тут началось. Наступило утро, я собрался домой, но барыга оказался не простым, а завязанным на полноценную цепочку. Смотрящие и мордовороты одного из самых прибыльных бизнесов в мире собрались передо мной полукругом. Чутка ссыковали, конечно. Потому, что… А кому хочется иметь дело с конечным психопатом, который между делом вырубил их человека, да ещё и выглядел как мясник из разделочного цеха? Никому. За вечер одежда износилась, а крови на мне смешалось столько, что из неё можно было вывести новый вид человека. Или как минимум найти дальние родственные связи между образцами. Мир тесен.

До нарко-империи Ксана им было ещё далеко. Но они старались. И хер с выщипанной бровью изо всех сил отстаивал свои интересы, взвинчивая цену за мой косяк. Последняя – три сломанных пальца и восемь тысяч долларов.

– А если четыре пальца отдам, то сколько налом будет?

– Сука, он ещё и шутит!

– И ещё вопрос: а все пальцы считаются? Могу ли я отдать два мизинца и два безымянных, но пять тысяч долларов вместо восьми? Если этого не хватит, то докину вывихом указательного. Идёт?

– Мочите, – тяжело вздохнул босс и махнул рукой.

Оно и понятно. До последнего надеялся отбить хоть какие-то деньги, а потом понял, что из психопата можно выбить только мозги.

Внутри у меня всё задребезжало, как у мальчишки возле новогодней ёлки. Десять добрых мордоворотов с разными способностями и оружием. Вкуснятина. Я подсобрал в хранилище остатки украденных способностей и сделал из них разносортный конфетти. Вытащил коктейль в руку и оскалился кровавой улыбкой:

– Как же хорошо, что мы не у меня в банке. Гы-гы!