Печать Огня

Глава 1

Тихое жужжание прямо над ухом пробудило сознание Ли Вэя, и он открыл глаза, не понимая, где находится. Последнее, что он помнил, – это падение в колодец с цаплей в руках и боль в сломанных рёбрах, но сейчас он лежал на мягком ложе, укрытый шёлковым одеялом. Кто и при каких обстоятельствах его сюда принёс? Друг или враг?

Щёки Ли Вэя вдруг полыхнули румянцем, потому что он осознал, что одежды на нём нет. Он пошевелился и застонал от боли под тугой повязкой, но, пересилив себя, сел, прикрываясь одеялом. Голова закружилась, как после долгой болезни, а повязка на груди впилась в кожу, и он зашипел сквозь зубы, оглядываясь.

Комната оказалась маленькой, с очень скромным убранством. Низкий столик, глиняный кувшин с водой, окно, закрытое бамбуковой шторой. Никаких украшений, никаких свитков, никаких признаков того, что здесь кто-то живёт, если не считать ложа, которое занимал Ли Вэй. Вокруг никого, и даже звуки до этой комнаты не долетали. Но воздух был странным. Очень напоминал воздух с болот вблизи Тяньхэ: влажный, с запахом мокрой земли и запревшей травы.

С улицы донеслись шаги и тихие голоса. Ли Вэй упал обратно на ложе, закрыл глаза, выровнял дыхание, расслабил тело и притворился спящим.

Дверь скрипнула. В комнату вошли двое, и на столик рядом с Ли Вэем что-то положили.

— Он ещё не очнулся? — спросил тихий женский голос.

— Сегодня должен, — ответил другой голос, но постарше. — Рёбра быстро заживают. Хозяйка сама перевязала.

— А кто она? Я никогда не видела, чтобы она кого-то лечила.

— Молчи. Она не любит вопросов.

Шаги удалились. Дверь закрылась.

Ли Вэй открыл глаза и сел, преодолевая боль в груди. Он не знал, где находится, не знал, кто его спас, не знал, кто эта "хозяйка". Но увидел на столе свёрток с чистой одеждой и очень обрадовался. Даже представить боялся, как будет убегать отсюда голышом. И магии никакой не надо, чтобы обездвижить жертву, достаточно просто раздеть.

Ли Вэй торопливо одевался, вспоминая остров Сюй Фэна: осколок теперь у него, так что пора навестить Источник, заодно попробует узнать у Лотоса, где находится.

Озеро встретило чистой ци, а белый песок приятным теплом.Здесь, в его Источнике, он был дома. Здесь его не могли ни поймать, ни раздеть, ни обмануть. Алтарь стоял на том же месте, под раскидистым деревом, но теперь на нём сияли два осколка. А вот на его лугу произошли изменения: там, где раньше была только трава, теперь красовались резные ворота с высокими стенами из белого камня, а за ними виднелся дивный сад, в котором не только росли цветы и деревья, но и пели птицы на все лады. Вывеска над воротами гласила, что это Сад Увядающих Времён.

Ли Вэй замер. Сад. Его собственный сад. Он вспомнил сухой пруд в Приюте Лотоса, который годами оставался пустым, пока госпожа Чэнь не соизволила его наполнить. Вспомнил жидкий рис, который ему давали, и монеты, которые он копил на меч. У него никогда не было ничего своего. Ни клочка земли, ни дерева, ни даже горшка с травой.

«Теперь у меня есть не только источник с чистейшей ци, но и собственный сад,» — восхитился Ли Вэй, открывая ворота.

— Ты сломал Печать Времени и открыл Сад Времён, — прошелестел знакомый голос. — Второй осколок теперь твой.

Ли Вэй кивнул. Он уже догадался, что вторая печать открыла ещё один мир для него.

— Там время течёт иначе. Ты можешь ускорять его для роста редких трав или замедлять для своего отдыха.

Ли Вэй посмотрел на ворота, которые уже открылись, дожидаясь, пока он войдёт. Это было полезное измерение. Очень.

— Ты оседлал ветер на острове Сюй Фэна, — продолжил голос. — Тренируйся и подчини стихию Ветра. Теперь сможешь.

Ли Вэй нахмурился. Ветер? Но он не знал, как им управлять. Не знал, с чего начать. Хотя если получится, то не придётся дожидаться двести лет, чтобы взлететь. В груди затрепетало от предвкушения.

— И ещё, — голос всё не унимался. — Вторая печать открыла тебе Эхо Времени. Направляя ци в нужный поток, всегда узнаешь, говорят ли тебе правду, увидев фрагменты прошлого.

Ли Вэй поднял бровь. Вторая Печать его одарила от души, и, хотя он не понимал, как всё это будет проявляться и справится ли он вообще, всё равно был благодарен. В мире, где каждый второй сильнее его и более продвинут в культивации, новые возможности — благо.

— Ты знаешь, где я? — спросил он.

Лотос промолчал. Ли Вэй усмехнулся. Он давно понял, что Лотос говорит с ним только о том, о чём ему самому надо.

— Где я нахожусь и как отсюда выбраться? — повторил Ли Вэй, ни на что особо не надеясь, и Лотос промолчал. — Ну хорошо. Дальше куда?

— Пик Алой Птицы.

Ли Вэй засмеялся и вернулся в комнату. Придётся самому расспрашивать и искать дорогу сначала на Иньхэ. Хотя бы для того, чтобы разузнать про этот Пик побольше.

В это время на Острове Белых Дворцов царили благодать и покой, если не считать криков юного Сюя, которого заперли в личных покоях. Покои ему не полагались, слишком юн и неопытен, но ради того, чтобы его запереть, старейшины выделили отдельное помещение, дабы он своими воплями не нарушил покой и устойчивое поклонение Ордену в умах других послушников.

Сюй снова ударил кулаком в дверь, и мелкая заноза впилась в ладонь. Он поморщился, но продолжил стучать.

— Выпустите! — орал юный Сюй охрипшим голосом. Горло горело, как будто он наглотался раскалённых углей из очага старейшин. — Вы не смеете удерживать меня!

Тишина.

Он ударил снова. И снова. Дерево, на котором сиял магический засов из сложной вязи золотых нитей, даже не дрогнуло. Каждый раз, когда Сюй пытался призвать ци, нити вспыхивали ярче, и сила вытекала из него, как вода из разбитого кувшина.

Он уже не помнил, сколько времени здесь. День? Два? Еду не приносили. Воду тоже, и от слабости кружилась голова. Сюй схватил низкий столик и швырнул его в стену, разорвал циновку, разбил кувшин, в котором всё равно не было воды. Бесполезно. Неужели старейшины решили уморить его голодом?

Устав бушевать, он рухнул на пол, зацепился рукавом за щепки разбитого столика, и на пол выскользнул маленький предмет, покрытый ржавчиной. Сюй замер, увидев осколок артефакта, который он купил на ярмарке в Долине Нефритовой Росы, у старика-торговца. Тот клялся, что это "поглотитель ци", и, несмотря на поломку, всё ещё работает. Ли Вэй, смеясь, пытался его отговорить, но Сюй тогда купил артефакт, который мигнул ему светом, просто так, из любопытства. Теперь артефакт, выпавший из его рукава, лежал на полу и слабо светился.

Сюй воодушевился, ощутив непонятно откуда взявшийся прилив сил, и прижал артефакт к двери. Нити магической печати дрогнули. Артефакт втянул в себя часть магии, и засов моргнул. Сюй почувствовал, как в его даньтяне шевельнулся крошечный ручеёк ци, который засов больше не мог подавить.

Смех юного Звездочёта озарил комнату.

— Полезная штука, — прошептал он и посмотрел на дверь. — Ну, держитесь!

Он направил свою ци в артефакт, и тот засветился ярче, втягивая ещё больше магии из засова. Сюй закрыл глаза и сосредоточился. Где-то в его пространственном кольце, в маленьком бамбуковом футляре, спал журавлик — духовная птица, которую он вырастил для посылок.

Журавлик, наконец, появился в воздухе, посмотрел на Сюя чёрными бусинками глаз и тихо курлыкнул.

— Лети на Иньхэ, — прошептал Сюй. — В клан Серебряного Ветра. Найди Линя. Передай, что я заперт Орденом, а Ли Вэя увёз Бессмертный Ветра с одобрения старейшин.

Сюй затаил дыхание. А вдруг не долетит? А вдруг старейшины поставили ловушку на исходящие послания? Он медленно выдохнул и усмехнулся. Долетит. Журавлик маленький, тихий, а формация рассчитана на Бессмертных, а не на него, подростка со ржавым артефактом.

Журавлик кивнул, будто отвечая на мысли Сюя, взмахнул крыльями и растворился в воздухе, а Сюй счастливо улыбнулся. Главное, что на Иньхэ узнают правду, и, может быть, смогут помочь Ли Вэю. Можно продолжать буянить дальше. Теперь, когда он больше не беспокоился, что Линь в неведении, это могло стать весельем.

Журавлик из чистого белого света появился над Дворцом Млечного Пути на рассвете. Он кружил над Серебряной Рекой, оставляя за собой тонкий след сияющей пыли, пока стражники не заметили его и не позвали Лю Фан. Птица, теряя магические силы от долгого перелёта, рухнула на камни двора и курлыкнула «Линь». За ним тут же послали воина.

Взволнованный Линь выбежал из Дворца, а за ним спешили Кэ Лэй и Янь Бин. Прочитав послание Сюя, они встревоженно переглянулись.

— Три дня, — произнёс Линь тихо. — Его нет уже три дня.

Эти три дня на Иньхэ никто нормально не спал. Жизнь продолжалась, как всегда: ученики тренировались, лекари варили эликсиры, стражники патрулировали остров. Но что-то изменилось. Линь подолгу смотрел на ворота, и стражники уже отводили глаза. Колокольчики в его волосах звенели от каждого порыва ветра, и в каждом звоне слышалась тревога Линя. Кэ Лэй постоянно точил меч, хотя меч и так был острым. Лю Фан проверяла отчёты казначейства трижды, хотя ошибки были редкостью. Янь Бин бегала по скалам до рассвета и возвращалась с кровоточащими коленями, но никто не спрашивал, зачем она это делает. Все и так знали. Ли Вэй не вернулся с испытания Ордена, и новостей никаких не было.

В Зале Шепчущей Реки, там, где главы клана когда-то слушали голос воды, все разглядывали лист нефрита, на который был перенесён текст послания.

— Сюй сообщает, что Сюй Фэн похитил Ли Вэя, — сказала Лю Фан ровным голосом. — А его самого заперли на Острове Белых Дворцов. Я так знала, что мы не должны были отпускать Ли Вэя.

— Мы не могли отказать Ордену, — возразил Линь, а колокольчики в его волосах тревожно тренькнули. — Но кто же знал, что эти старые облезлые собаки сговорились с отступником.

— Это неважно, — отрезала Лю Фан. — Важно, что Ли Вэй в руках Бессмертного на Острове Шепчущих Ветров. Как нам его оттуда вызволить?

— Мы пойдём за ним, — сказала Янь Бин. — Бессмертный не вправе удерживать главу клана.

Кэ Лэй покачал головой.

— Мы не можем идти открыто. Нас мало против клана Шёпота, а они к тому же ещё и наёмники Ордена.

— Мы можем осаждать Орден, — предложил Линь. — Требовать ответа.

— Нас меньше тысячи, — сказала Лю Фан. — Мы не выстоим.

— Мы можем попробовать договориться с Сюй Фэном, — настаивал Линь. — Освободить его, если он в плену.

— Сюй Фэн — один из Девяти Отступников, — произнёс Кэ Лэй. — Ты же знаешь, зачем ему Ли Вэй. Он пока не получит желаемое, его не отпустит. Но... И не убьёт.

Янь Бин посмотрела на них по очереди, не понимая, о чём они говорят. Разве не нужно бежать со всех ног, чтобы спасти главу?

— Мы будем ждать, — сказала Лю Фан. — Это единственное, что мы можем сделать. Ли Вэй умный. Он найдёт выход. А мы подготовимся.

— Подготовимся к чему? — спросила Янь Бин.

— К войне, — ответила Лю Фан.

Янь Бин встала.

— Вы ждите, — сказала она. — А я не буду.

Девушка выбежала из зала, не дожидаясь ответа. За её спиной послышался голос Линя:

— Янь Бин...

Но она не обернулась. Янь Бин спешила к лесу на западной стороне Иньхэ. По словам Ли Вэя, в хорошую погоду там любил бывать Шань Мао. Духовный Зверь никогда не бросит своего главу, и точно знает, где тот находится. Если она сумеет с ним договориться, то вместе они точно помогут Ли Вэю. Янь Бин и так извела себя беспокойными мыслями за последние три дня. Испытание должно было занять не более двух часов, но Ли Вэй не вернулся, а послание, отправленное Лю Фан к Ордену, осталось без ответа.

Она нашла Шань Мао у ручья. Он лежал на камне, на берегу реки, опустив голову в воду. То ли охотился на духовную рыбу, то ли медитировал.

— Он не вернулся, — сказала Янь Бин тихо.

Шань Мао поднял голову, стряхнул воду с шерсти и медленно кивнул.

— Я иду за ним, — сказала Янь Бин. — Ты со мной?

Духовный зверь Ли Вэя подошёл к Янь Бин и ткнулся головой ей в плечо. Она погладила его по голове.

— Тогда идём.

Они вышли из леса на закате. Стражники у ворот видели, как Янь Бин вырастила ладью из лепестка и покинула остров с духовным зверем главы, но не успели сообщить об этом Лю Фан. Ладья стремительно взмыла в воздух и исчезла в тумане.

***

Едва Ли Вэй успел вернуться из Источника, как за ним пришли две молчаливые женщины. Они старались не смотреть ему в глаза, приглашая следовать за ними, и повели его через двор, минуя узкие тропинки и заросли тростника, к большому дому.

Дом был скромным, как и всё в этой болотистой местности: тёмное дерево, серая черепица, низкие стены. Но он отличался от других чуть большим размером и чуть более дорогим убранством. Резные ставни на окнах, медные ручки на дверях, дорожка из белого камня, ведущая к порогу.

Его провели в большой зал. На стенах зала висели свитки с выцветшими иероглифами и картины с изображением птиц: белых цапель, стоящих в тростнике, летящих над водой, парящих в тумане.

Молодая женщина с длинными, серебристо-белыми, собранными в простой узел волосами, сидела у столика. Красивое, утончённое лицо, невозможно было не заметить, как и горделивую осанку, словно у птицы, которая привыкла неподвижно стоять часами.

Она встала и изящно поклонилась, выражая уважение к гостю.

— Благодарю тебя, — раздался тихий, чуть хрипловатый голос. — Ты спас меня из заточения на Острове Сюй Фэна.

Ли Вэй поклонился в ответ.

— Я Бай Лу, — продолжила она. — Белая Цапля, а это мой дом.

Бай Лу указала рукой на плетёный стул, стоящий напротив неё.

— Садись. Ты ранен. Как ты себя чувствуешь?

Ли Вэй осторожно сел, стараясь не потревожить рёбра.

— Живой, — сказал он. — Это уже хорошо. Почему мы оказались здесь?

Бай Лу усмехнулась.

— Потому что проход через колодец ведёт в Предел Белого Тростника, — она кивнула на его грудь. — Ты был без сознания два дня. Я думала, ты не выживешь.

— Как отсюда выбраться? — Ли Вэй спросил о том, что его больше всего интересовало.

Она покачала головой.

— Болота разлились, выхода пока нет, и нужно подождать неделю. Может месяц.

Каждое её слово звучало фальшиво, как нота, которая не попадает в тон. Ли Вэй моргнул. Сначала он подумал, что звук, который он услышал, идёт снаружи. Но он шёл от её слов, словно Бай Лу не говорит, а играет на расстроенной цитре.

«Болота разлились. Выхода пока нет».

Он не понял, что происходит, но точно понял, что она врёт. Возможно, это и было Эхо Времени, о котором совсем недавно говорил Лотос.

Он медленно выдохнул.

— Понятно, — осторожно сказал он, вставая. Надо скорее найти выход. — Спасибо за заботу.

— Отдохни, — сказала Бай Лу. — Тебе нужно восстановиться.

Ли Вэй кивнул. Отдыхать он точно не собирался, даже несмотря на то, что ещё не очень здоров.

Выйдя из дома Бай Лу, он пересёк двор, прошёл мимо белого тростника и направился туда, где, по его ощущению, должна быть граница этого Предела. Он даже не успел понять, остров это или земля, как вдруг ощутил формацию. В Долине Нефритовой Росы он повидал много защитных печатей, но с этой им не сравнится. Тот, кто её создал, был очень сильным артефактором.

Ли Вэй вернулся в дом, намереваясь поговорить с Бай Лу. В конце концов он вызволил её из плена, так зачем ей отвечать такой неблагодарностью.

Бай Лу ждала его. Сидела у столика, прямая, спокойная. Как будто знала, что он вернётся.

— Ты нашёл границу, — сказала она.

Ли Вэй сел напротив.

— Да.

— Хорошо. Так даже лучше. Значит, ты понимаешь, что выхода отсюда нет.

— Я чем-то обидел тебя? — спросил Ли Вэй, подходя к Бай Лу. Она сидела на своём стуле совершенно невозмутимо, будто не пленила только что человека, спасшего её саму.

Она помолчала, потом медленно произнесла:

— Когда ты соберёшь Сердца Мира, — сказала она. — Твой клан возвысится. Мой клан.

Ли Вэй медленно выдохнул. Вот оно что. Она откуда-то узнала, что два осколка у него. Может, он в беспамятстве проговорился?

— Я не твой клан, — сказал он.

— Пока нет, — ответила Бай Лу. — Но через пять дней, в ночь полной луны и пролетающей кометы, ты станешь моим мужем.

Глава 2

— Ты сошла с ума, — сказал ошарашенный Ли Вэй. Его много раз пытались убить, но чтобы женить… Это впервые. — О чём ты говоришь?

Стоя посреди зала, он смотрел на Бай Лу, и даже боль в рёбрах казалась совершенным пустяком в сравнении с её словами. Да что там рёбра. Он был не против снова оказаться на Острове Шепчущих Ветров в руках Сюй Фэна, лишь бы не в этом зале.

Бай Лу тем временем поднялась со своего стула с высокой спинкой, поправила складки платья и шагнула ему навстречу с улыбкой на лице.

— Я говорю о своём долге перед кланом. О его возрождении и восстановлении нашего статуса.

— Я не намерен оплачивать твои долги! — отрезал Ли Вэй. — Сколько времени ты была в плену? Годы заточения лишили тебя разума, раз ты осмелилась запереть меня в этих болотах и предлагать брак.

В тёмных глазах Бай Лу не было ни гнева, ни обиды. Только пугающая уверенность в своей правоте.

— Я не предлагаю, Ли Вэй. Я ставлю тебя в известность. У тебя нет выбора.

— Нет? — Он шагнул ближе, начиная злиться, потому что на шутку её слова вовсе не походили. — Тогда назови мне истинную причину, по которой твою голову осенила эта идея. Почему именно я? Почему именно брак?

Она была готова к этим вопросам, потому что её речь звучала так, будто она её тщательно отрепетировала. Бай Лу начала рассуждать о его геройстве на Острове Сюй Фэна, о его способностях, о самоотверженности…

И тут он снова услышал этот звук. Тонкий, фальшивый, скрежещущий, словно кто-то царапал ногтями по струнам старой цитры. Ли Вэя передёрнуло от неприятного звука, который всё не унимался, и он закрыл уши руками. Невозможно слушать этот фальшивый скрежет.

— Храни свои тайны, — бросил он, разворачиваясь. — Я не могу слушать твою ложь.

Быстрыми шагами он покинул зал, хлопнув дверью так, что дрогнули резные ставни. За его спиной в недоумении застыла Бай Лу, оборвав свою речь на полуслове. Оценивая странную реакцию Ли Вэя, она задумалась. Неужели он способен расслышать ложь? Плохо. Очень плохо. Но у неё самой нет другого выбора. Она должна использовать шанс возродить клан, причиной падения которого стала она сама.

Ли Вэй быстро удалялся от её дома, пиная ногами всё, что встретилось по дороге: плетёную корзину, связку тростника, камень. Камень! Он запрыгал на одной ноге, схватившись за носок сапога второй. Глупец! Ему нужно не себя калечить, а найти уединённое место, в котором он сможет подумать и, главное, попробовать свои новые возможности. Может стихия ветра ему поможет. Не сбежит, так хоть разрушит здесь всё. Начать разрушать хотелось прямо сейчас.

Предел Белого Тростника снова открылся перед ним во всей своей однообразной красе. Ли Вэй остановился и покрутил головой. Куда ни глянь — везде бескрайние заболоченные низины с неподвижной водой, покрытой ряской, из которой торчали островки суши, заросшие тем самым странным, серебристо-белым тростником. Толстые, упругие стебли слегка покачивались, а вдоль берегов стояли цапли и смотрели на него своими маленькими, чёрными глазами. Их были сотни.

Ли Вэй нахмурился, вспомнив рассказ Сюя о том, что истинная форма некоторых кланов вовсе не человеческая. Это могли быть птицы или звери. Но если духовная сила их главы велика, то она питала весь клан и они становились людьми. Бай Лу была цаплей в его руках, когда он спас её с острова Шепчущих Ветров. Значит истинная форма её клана — это цапли, и эти птицы на берегу — это члены клана, которые без духовной силы своей главы вернулись к истинной форме. Возможно. Но при чём тут он?

Ли Вэй снова пошёл вдоль берега, пока не добрался до небольшого островка, поросшего низкорослыми деревьями с бледной корой. Это место казалось самым удалённым от дома Бай Лу, и он решил остановиться здесь. Расположившись на большом плоском камне, Ли Вэй погрузился в медитацию.

Сначала он сосредоточился на том, чтобы успокоить гнев и восстановить плавное течение ци по меридианам, затем на своём золотом ядре. Оно пульсировало в нижнем даньтяне, обвитое золотыми нитями божественной силы Юй Шэня. Именно эта сила позволила ему однажды подчинить стихию воды. Теперь давала ему шанс удержать ветер.

«Ветер, — подумал Ли Вэй, — как и вода, не имеет формы. Его нельзя схватить, но его можно направить». Ли Вэй вспомнил, как на острове Сюй Фэна он не боролся с бурей, а стал точкой покоя посреди бушующей стихии. Вдох. Выдох на четыре удара сердца. Дыхание «Черепахи» в ритме «Тихого Потока» привело его разум в состояние покоя, он расслабился и перестал контролировать ци. «Не сопротивляйся. Прими».

Сначала он ощутил запах болотной сырости и услышал где-то вдалеке крик птицы. Затем почувствовал едва уловимое, но стремительное движение воздуха между стволами деревьев и позволил своей ци стать такой же стремительной. Он представил, что его меридианы — это не сосуды, а русла для этого стремления. «Просто будь, — напомнил он себе. — Как вода».

Ци в его даньтяне дрогнула, а золотые нити Юй Шэня засветились. Ли Вэй медленно поднял правую руку, раскрыв ладонь. Воздух сгустился, задрожал и с тихим шипением скрутился в маленький, прозрачный вихрь, который просуществовал всего три секунды, прежде чем рассыпался в обычное дуновение, но Ли Вэй почувствовал, как стихия отозвалась на его зов. Одновременно с этим из озерца напротив поднялась вода и окатила его с ног до головы холодной волной.

Он открыл глаза, чувствуя, как пахнущая ряской влага стекает с его волос, а ошмётки тины оседают на недавно выстиранном и теперь совершенно мокром хуфу, и усмехнулся.

— Ну… принцип тот же, — пробормотал он, облокотившись о собственное колено и подпирая ладонью голову. — Не бороться. Нащупать поток. И стать им. Почти получилось.

Он так и сидел в мокрой одежде, глядя за горизонт, но куда бы он ни посмотрел через просветы в деревьях, он видел одно и то же: низину, тёмную воду, белый тростник. Идеальный, замкнутый круг.

В Долине Нефритовой Росы горизонт уходил за горы. Здесь же он упирался в невидимую стену. Формация не просто защищала Предел, она искажала картину, создавая иллюзию бесконечного болота. «Что находится за Пределом Белого Тростника? С какими землями он граничит? Или это отдельный мир, вроде его Источника?» Ли Вэй встал, отряхнул одежду и направился обратно к поселению. На многие вопросы надо очень быстро найти ответы, потому как жениться, и тут Ли Вэя снова передёрнуло, он точно не собирался.

Людей в поселении было немного, едва ли несколько десятков наберётся, и все они двигались тихо, словно боялись даже покой воздуха нарушить. Когда Ли Вэй проходил мимо, ему не смотрели в глаза, только низко кланялись и спешили отойти в сторону. Старик с длинной седой бородой, который чинил сеть у своего дома, быстро спрятал руки за спину и отвёл взгляд, когда Ли Вэй проходил мимо. Женщина с ребёнком на руках, стоявшая у колодца, прижала малыша к себе так сильно, что тот захныкал, и поспешно зашла в дом, не посмотрев на Ли Вэя. Даже дети, игравшие в камушки у дороги, замолчали и спрятались за спинами взрослых, когда он приближался. Вот же угораздило его вляпаться, и спросить-то некого о том, что здесь вообще происходит. Но Ли Вэй не отчаивался. Всего лишь наблюдая, он когда-то выживал в поместье Чэнь. Значит и здесь сможет.

К вечеру запах сырости сменился запахом жареной рыбы и пряных кореньев. К дому Ли Вэя подошла одна из молчаливых служанок, встала в проёме двери и низко поклонилась.

— Госпожа Бай Лу приглашает вас на пир, — ровным голосом произнесла она и поклонилась. — Сегодня ночь Подношения рыбы главе клана. Ваше присутствие обязательно.

Ли Вэй смотрел на неё. Вроде пригласили, но в том, как она сказала «обязательно», и в том, как её пальцы судорожно сжали край рукава, он прочитал всё, что нужно. Отказаться было нельзя. Его приглашали на поле битвы.

— Я буду, — ответил Ли Вэй. — Но мне нужна чистая одежда.

***

На рассвете в гавань Острова Белых Дворцов под протяжные звуки боевого рога вошла ладья клана Серебряного Ветра. Над ней, хлопая от ветра, развевались синие шёлковые знамёна, на которых блестела серебром эмблема клана. Рог гудел без остановки, но сегодня это был звук официального визита, который Орден не мог проигнорировать, не потеряв лица перед всем Сянъюй Тянь. Стража, стоящая вдоль борта, была облачена в доспехи, а Лю Фан и Кэ Лэй, стоящие на носу ладьи, в величественные и парадные одежды своего клана. Горделивая осанка Лю Фан и воинственная выправка Кэ Лея были заметны даже издалека.

За три дня до прибытия Лю Фан разослала журавлиные вести и магические свитки на все крупные острова архипелага. В каждом послании была одна и та же, сухо изложенная фраза: «Клан Серебряного Ветра, не получив ответа на письменный запрос, прибывает для официального визита на Остров Белых Дворцов с целью выяснения местонахождения своего главы, Ли Вэя, который был принят Орденом Звездочётов для прохождения испытания Десяти Тысяч Свитков».

Когда ладья причалила к белоснежным пирсам, Верховный Старейшина Ло, окружённый своими Звездочётами, уже встречал незваных гостей с непроницаемым лицом, но на его виске билась и пульсировала едва заметная жилка. Он был в ярости оттого, что Лю Фан, которая была всего лишь каким-то казначеем клана, загнала его в угол. Если бы он сейчас отказал ей в приёме или попытался скрыть гостей за формацией, это стало бы официальным признанием вины Ордена в нарушении Небесного Устава. Верховный Ло взмахнул рукой, и формация, удерживающая остров, с тихим гулом опустилась.

— Добро пожаловать на Остров Белых Дворцов, — холодно произнёс Ло. — Мы рады видеть представителей клана Серебряного Ветра, хотя ваш визит довольно внезапен.

— Для тех, кто теряет своих подопечных и не отвечает на запросы, он не должен быть внезапным, — парировала Лю Фан, ступая на пирс. Кэ Лэй за её спиной усмехнулся. Эта женщина никогда не ходила вокруг да около и обладала завидной смелостью для того, чтобы говорить правду.

— Следуйте за мной, — проговорил Ло, которого чуть не перекосило от такой наглости. «Как смеет это ничтожное существо разговаривать с ним в подобном тоне?»

Старейшина гордо нёс себя впереди процессии, его одежды развевались на ветру, облачные туфли едва касались земли, но внутри он клокотал от ярости. Что возомнил о себе этот клан, раз осмелился явиться на остров? Когда они прошли в Зал Высшей Ясности, Лю Фан, не дожидаясь приглашения, села напротив старейшин и посмотрела прямо в глаза Верховному.

— Мы прибыли за Ли Вэем, — сказала она. — Где он?

Лицо Ло осталось каменным, но в зале повисла тишина. Старейшины опешили оттого, что эти дикари не удосужились даже соблюсти этикет.

— Испытание Десяти Тысяч Свитков было поручено старейшему Бессмертному Ветра, — начал Ло размеренно. — Он, как никто другой, знает законы Сянъюй Тянь. Но ваш глава проявил непочтительность и нарушил ход испытания. Он покинул Остров Шепчущих Ветров.

— Проявил непочтительность? Нарушил? — переспросил Кэ Лэй, вставая за спиной Лю Фан и обхватывая рукоять своего меча. Его голос был тихим, но по спинам старейшин и Звездочётов пробежал холодок. — Или его вынудили к этому?

— По какому праву вы нарушили Небесный Устав и поручили проведение испытания стороннему участнику? — вопрос главы клана Железной Горы прозвучал, как гром среди ясного неба, а Лю Фан коварно улыбнулась.

Старейшина Ло вздрогнул. Мерзавка! Она активировала «Талисман Присутствия», и теперь сотни кланов могли видеть и слышать их разговор.

— Почему вы вызвали его для испытания так рано? Разве он уже успел изучить законы? — негромкий голос главы «Тихого Ручья» тоже внёс свою лепту во всеобщее непонимание.

Главы тихо переговаривались, осуждая действия Ордена, и Верховный запаниковал. Он понятия не имел о том, что его действия будут выставлены на всеобщее обсуждение. Неужели они все боятся перестали?

— Мы хотели поддержать молодого главу клана Серебряного Ветра, — подал голос старейшина Вань, — и надеялись, что испытание у Бессмертного Ветра пройдёт в менее официальной обстановке и поможет ему сосредоточиться.

— Это не повод нарушать Небесный Устав! — возразил ещё чей-то голос, который Верховный Ло силился узнать, чтобы впоследствии покарать выскочку.

— Мы признаём, что пригласили Ли Вэя для испытания слишком рано. Но Верховный Ло был так поражён его успехами на Тяньмэнь Кай, что посчитал возможным побыстрее закрыть этот вопрос, чтобы главу Ли Вэя больше ничего не отвлекало от правления Иньхэ. Мы также признаём свою ответственность за то, что Ли Вэй проходил испытание не во Дворце Ордена… — мягко проговорил старейшина Вань, чтобы успокоить слушателей.

— Но мы не несём ответственности за действия тех, кто не умеет контролировать свой нрав, — отрезал Верховный Ло. — Ли Вэй сбежал, и мы не знаем, где он сейчас.

— Ложь, — твёрдо возразила Лю Фан. — Если бы Ли Вэй сбежал, Бессмертный Ветра немедленно сообщил бы об этом Ордену, чтобы снять с себя ответственность. Почему же Орден не ответил на наш запрос и не сообщил об этом клану Серебряного Ветра?

— Испытания провели против правил. Ли Вэй не должен отвечать за их провал! — снова чей-то голос взбаламутил слушателей, и они загалдели.

Ло так сильно сжал подлокотники кресла, что дерево тихо хрустнуло. Он убьёт эту Лю Фан лично, как только представится возможность, и выяснит, кто именно, прячась за талисманом, возражал Ордену. Им всем воздастся от него.

— Юный Сюй нарушил этикет. Он содержится под стражей для воспитательных целей.

— Воспитательных, — эхом отозвалась Лю Фан. — Хорошо. Тогда у нас есть два требования, старейшина. Первое: вы немедленно предоставляете нам сопровождение на Остров Шепчущих Ветров. Мы лично удостоверимся, что Ли Вэй его покинул, как законные представители его клана. А ваши Звездочёты исследуют остров. Вдруг применялась магия…

— Это внутреннее дело Ордена, — процедил Ло.

— Это дело Небесного Устава, — мягко, но твёрдо перебил его Кэ Лэй. — Если Орден не может обеспечить безопасность главы клана во время официального испытания, мы имеем право на независимое расследование. Или вы признаете, что Орден одобрил незаконные действия Сюй Фэна и покрывает преступника?

Второй удар был точнее первого. Ло понимал, что он проигрывает эту словесную дуэль и что Лю Фан использовала бюрократию Ордена против него самого.

— Незаконные действия надо доказать, — снова влез старейшина Вань.

— Так и вы бездоказательно обвинили Ли Вэя в нарушении. Следует разобраться. Но поскольку Орден первым нарушил правила проведения, то действия Ли Вэя не могут подвергаться наказанию.

— И второе требование, — продолжила Лю Фан, не давая ему опомниться. — Раз испытание было проведено с нарушениями, а Ли Вэй не усвоил законы Сянъюй Тянь, то его наставник, Сюй, выполнил свою задачу лишь частично. Мы забираем его с собой до завершения его миссии.

В зале повисла тишина. Старейшины Ордена, стоявшие по периметру, переглянулись. Они попались. Лю Фан не просила освободить Сюя как заложника, она требовала возвращения наставника к его прямым обязанностям. Отказать в этом значило бы публично признать своё преступление против Ли Вэя.

— Приведите Сюя, — сквозь зубы произнёс Ло.

Двери распахнулись, и юный звездочёт сразу поклонился Лю Фан и Кэ Лэю. Сюй выглядел измождённым, но взгляд выражал искреннюю радость при виде друзей.

— Старейшина, — произнёс он с идеальной почтительностью, поворачиваясь к Ло. — Рад видеть, что Орден не забыл о своих обязанностях.

Двое стражников Ордена вывели его из зала. Но прежде чем передать его людям Серебряного Ветра, один из стражников наклонился к уху Сюя.

— Помни, щенок, — прошептал он так тихо, что его услышал бы только культиватор уровня Юаньин. — Если ты проболтаешься о том, что видел на острове, мы сотрём твою душу из Реки Перерождений.

Сюй лишь чуть заметно усмехнулся уголком губ и кивнул. На Верховного Ло он даже не взглянул.

Через час ладья клана Серебряного Ветра с Сюем на борту снялась с якоря. Впереди их ждал Остров Шепчущих Ветров и его хозяин, Бессмертный Ветра. Один из девяти отступников.

Глава 3

Янь Бин вглядывалась в горизонт. Принимая решение отправиться на поиски Ли Вэя, она надеялась на то, что его Духовный Зверь чувствует своего главу, и даст ей направление, но только на ладье она вдруг сообразила, что не понимает, как правильно задать ему вопрос, чтобы понять ответ. Ли Вэй может его слышать, но она-то нет. Прищуриваясь от ветра, бившего ей в лицо, Янь Бин повернулась к Шань Мао, который сидел рядом, разложив хвост наполовину ладьи. Его шерсть колыхалась от ветра, а золотые глаза, не мигая, смотрели вперёд.

— Куда? — спросила Янь Бин.

Шань Мао не ответил. Он направил свою ци в корпус ладьи, она дрогнула и плавно повернула на восток.

— Поняла, — с видимым облегчением сказала Янь Бин. — Держи курс.

Они летели уже сутки, и вскоре вошли в зону осколочных островов. Ци здесь была нестабильной, и Янь Бин чувствовала, как её собственная энергия дёргается, словно нить, за которую кто-то тянет, то отпускает. Когда проходили осколки с тёмной ци, голова у Янь Бин закружилась от неприятного давления, а Шань Мао зашипел, прижал уши, и его шерсть встала дыбом. Тёмная ци ему явно не нравилась.

— Держись, — сказала Янь Бин, поглаживая зверя по голове. — Скоро пролетим.

Не так давно, по дороге в Долину Нефритовой Росы, они командой проходили эти острова, и здесь на них напали. В тот раз Янь Бин была сосредоточена на защите молодого главы, и не обратила внимания на ци островов, но сейчас было очень неприятно. Осколочные острова всё никак не кончались. Янь Бин видела, как на одном из островов шевелится какая-то тёмная, бесформенная масса, и отвела взгляд. Не её дело.

Когда они снова увидели солнце и чистое небо, Янь Бин набрала полную грудь воздуха, восполняя ци, а Шань Мао часто задышал, а потом и вовсе улёгся на дно ладьи спать, раскинув лапы во все стороны. Она усмехнулась. Похоже, что этот зверь своего ни при каких обстоятельствах не упустит. Ладья снова легонько дёрнулась, меняя направление, и Янь Бин облегчённо вздохнула: даже спящий Шань Мао следил за курсом.

Через некоторое время их ладью окутал туман, не похожий ни на один из тех, что раньше видела Янь Бин. Он, скорее, походил на белую пелену, от которой начинали слезиться глаза.

— Шань Мао, — тихо сказала Янь Бин. — Это оно?

Духовный зверь напрягся, а его шерсть вздыбилась. Ладья вошла в туман. Ветер, который бил в лицо секунду назад, стих, и наступила полная тишина. Янь Бин попробовала призвать свою ци, и на лице опытного воина отразился страх. Ничего. Она попробовала снова.

— Шань Мао, — шёпотом позвала она, и голос её дрогнул. Она ни на шутку испугалась.

Зверь зарычал низко, утробно и растопырил лапы, упираясь в дно ладьи, которая сначала дёрнулась, затем накренилась вправо. Янь Бин схватилась за борт, понимая, что достучаться до ци Шань Мао тоже не может, и их ладья теряет управление, а ладью в это время начало вертеть, будто щепку в водовороте.

— Держись! — крикнула Янь Бин зверю, который вонзил когти в дно ладьи, чтобы не упасть.

Ладья наклонилась вперёд и полетела носом вниз, набирая ускорение. Янь Бин упала на колени, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь, но тоже покатилась к носовой части.

Шань Мао прыгнул к ней, прижав её когтистой лапой ко дну, а остальными трёмя, выпустив огромные когти, снова впился в ладью.

Ладья трещала, земля приближалась слишком быстро, и Янь Бин попыталась сгруппироваться, ожидая падения, но тело не слушалось. Ци не было совсем. Она почувствовала, как от удара её бросило вперёд, как в плечо врезалось что-то твёрдое, как на неё сверху упала огромная туша Шань Мао, выбивая воздух из лёгких. Их снова подбросило, и она полетела кувырком, ударяясь всем телом о стволы и камни. И, наконец, наступила темнота.

Сознание возвращалось медленно. Первое, что она ощутила, приходя в себя, это боль во всём теле. На ней живого места не было. Она лежала на боку, на плоском камне, плечо горело, ссадины кровоточили, а одну ногу Янь Бин и вовсе не ощущала. Приподняв со стоном голову, она увидела Шань Мао, который тяжело дышал и лежал как раз на её ноге. Он приоткрыл глаза и рыкнул, пошевелив ушами. Живой.

— Прости, — прошептала Янь Бин. — Я не смогла удержать ладью.

Она попробовала сесть, но тело не послушалось, и боль была такая сильная, что Янь Бин решила полежать ещё немного, нащупав относительно здоровой рукой за поясом флакон с пилюлями. Насчёт плеча она не была уверена, но синяки и ссадины пилюли Линя точно исцелят.

— Где мы? — шёпотом спросила Янь Бин.

Шань Мао поднял голову. Его ноздри раздулись. Он втянул воздух, потом посмотрел на Янь Бин и тихо, утробно зарычал.

— Понятно, — сказала она. — Мы нашли его.

***

Гостей Остров Шепчущих Ветров встретил тишиной. Ладьи клана Серебряного Ветра и Ордена одна за одной причаливали в бухте, но Сюй Фэна нигде не было видно. Поскольку от бухты вглубь острова вилась всего одна тропинка, по ней и пошли.

Лю Фан озадаченно смотрела по сторонам. Она точно знала, что сообщение на остров было отправлено: Верховный Ло сделал это при них. Так почему же Бессмертный Ветра их не встречает? Кэ Лэй шагал рядом с ней, готовый к внезапному нападению, за ними следовал Сюй и стража, Звездочёты шли последними. Они получили наказ от старейшины ни во что не вмешиваться, только присутствовать, поэтому воспринимали своё прибытие на Остров Шепчущих Ветров как обычную прогулку и с интересом оглядывали окрестности, отмечая странности природы.

Сюй Фэна обнаружили во дворе. Он сидел у разрушенного колодца на обломке камня в помятой одежде и с растрёпанными волосами и даже головы не повернул, услышав посторонние шаги.

— Бессмертный Ветра, — произнесла Лю Фан, приближаясь к Сюй Фэну. — Мы прибыли за главой нашего клана, Ли Вэем. Немедленно приведите его.

Сюй Фэн медленно поднял голову и посмотрел как будто сквозь Лю Фан.

— Привести? — сказал он и усмехнулся. — Но я не могу. Ли Вэй покинул мой остров.

— Не верю. Вы зачем-то заманили его на остров под предлогом испытания. Где он? Что вы с ним сделали?

Кэ Лэй смотрел на этого Бессмертного и вдруг вспомнил, что видел его в Долине. Это он выходил из шатра Ордена, когда Кэ Лэй обнаружил сломанные Печати Угнетения. Это он наблюдал за Ли Вэем издалека.

— Так ты ещё в Долине сговорился с Орденом? — прорычал Кэ Лэй, а Звездочёты насторожились. Они ничего не знали ни о каком сговоре, но Орден не должен потерять лицо.

— Достопочтимый Сюй Фэн! — вперёд выступил один из Звездочётов, старший в их делегации. — Орден поручил вам провести Испытание, но глава Ли Вэй не вернулся на Иньхэ. Вы доложили, что испытание было прервано и он самовольно покинул остров. Что произошло?

В это мгновение ледяные кинжалы Лю Фан ткнулись ему в горло. Он попятился и побледнел.

— Не пытайтесь выгородить Орден и Сюй Фэна! Зачем его притащили на этот остров?

— Думаю, затем, чтобы обокрасть его и присвоить себе то, что тебе не принадлежало, не так ли, Сюй Фэн? — меч Кэ Лэя проткнул кожу на шее Сюй Фэна, но тот лишь рассмеялся.

— Не скрою, — неожиданно согласился Сюй Фэн, — меня интересовала одна вещица. Но обокрал меня Ли Вэй.

Бессмертный встал и отвёл тонкими пальцами меч Кэ Лэя от своей шеи, весело глядя ему в глаза.

— Этот полукровка таит в себе много неожиданного.

Лю Фан кивнула Звездочётам, а они развели руками, дескать, что они могут сделать? Но тут Сюй напомнил им, что у каждого при себе обязательный набор печатей и формаций, и одна из них нужна прямо сейчас. Им ничего не оставалось, кроме как активировать формацию обнаружения. Воздух вокруг задрожал, и в нём проступили тонкие нити, которые опутали сначала Дворец, а потом и весь остров.

— На острове никого, — произнёс спустя время один из Звездочётов. — Но есть следы сражения.

— Ты напал на него, — сказал Кэ Лэй тихо. — На главу клана Серебряного Ветра.

Сюй Фэн посмотрел на них и вдруг рассмеялся искренне и так громко, что эхо разнесло по всему двору его смех. Он смеялся долго, пока Кэ Лэй не сделал шаг вперёд, и тогда Бессмертный остановился, вытер уголком рукава выступившую слезу.

— Напал? — переспросил он. — Нет, Мастер. Я не нападал, я просто играл. Но Ли Вэй сумел разрушить формацию Времени и сбежать. Очень непростой ваш Ли Вэй, очень… Я не предусмотрел.

Он отступил в сторону и указал на колодец.

— Смотри. Это его рук дело.

Лю Фан смотрела на разрушенный колодец. Остатки ауры говорили о том, что этот колодец был когда-то проходом.

— Он сломал печать, — сказал Сюй Фэн. — И ушёл с моей вещью.

Кэ Лэй побледнел.

— Где он? — спросил он.

— Понятия не имею, — ответил Сюй Фэн. — Но колодец вёл в Предел Белого Тростника.

Лю Фан повернулась к нему так резко, что полы её наряда высоко взлетели.

— Предел Белого Тростника? — её голос был тихим, но в нём звенел ужас. — Ты уверен?

— Конечно, — ответил Сюй Фэн. — Я ведь сам его создал.

Кэ Лэй посмотрел на Лю Фан. Её лицо было белым, как полотно.

— Нам нужно вернуться, — сказала она. — Немедленно.

— Если вы когда-нибудь встретите Ли Вэя, передайте ему, что время игр закончилось. При следующей встрече я его убью! — прошелестел им вслед Сюй Фэн, и ветер разнёс его слова по всему острову.

Они вышли из дворца так быстро, что стражники не успевали за ними угнаться. Звездочёты тоже спешили доложить Верховному Ло то, что удалось узнать. Сюй Фэн остался стоять у колодца, и его смех доносился им в спину, пока они садились на ладью.

В полёте Лю Фан не произнесла ни слова и всю дорогу стояла, вцепившись в край ладьи, чтобы никто не заметил, как дрожат её руки. Кэ Лэй стоял рядом, поддерживая за плечо, и видел в её глазах сильное беспокойство.

Совет на Иньхэ собрали за час.

— Предел Белого Тростника, — произнесла Лю Фан. — Это территория, которая была запечатана пять тысяч лет назад. Там хранилось Сердце Мира. До того, как Отступники его украли для своего ритуала.

— Почему мы не знаем об этом месте? — спросил один из старейшин.

— Потому что вход туда неизвестен никому, — ответила Лю Фан. — Кроме тех, кто там заперт. Формация, которая охраняет Предел, самая сильная из всех, что существуют в Сянъюй Тянь. Выхода оттуда тоже нет.

В зале повисла тишина.

— Мы должны найти вход, — сказал Кэ Лэй.

— Я не знаю, как, — ответила Лю Фан. — Никто не знает.

***

На низких столиках в главном зале стояли блюда с рыбой, пряные коренья, фрукты, которых Ли Вэй раньше не видел, и вино в глиняных кувшинах. Бай Лу в красивом наряде с необычной вышивкой, с причёской, украшенной цветами и шпильками, сидела во главе всего пиршества и осматривала гостей. Ли Вэя усадили справа от неё на почётное место, и он так же молча наблюдал за происходящим.

Гости ели молча, не поднимая глаз, а служанки сновали между столами, низко кланяясь гостям и хозяйке. В центре зала танцевали три юные девушки в летящих платьях под музыку, источник которой Ли Вэй никак не мог обнаружить. Музыкантов было не видно.

Распорядитель пира торжественно объявил: «Подношение Рыбы», музыка тут же стихла, а девушки упорхнули. В зале повисла тишина, и в открытую дверь вошла процессия с огромным блюдом, которое несли шесть человек. На блюде в окружении приправ и пряностей лежала духовная рыбина, размером с лодку. Ли Вэй изумлённо смотрел на то, как её с видимым трудом подносят Бай Лу и устанавливают блюдо на сдвинутые вместе столики.

Распорядитель завёл долгую речь о благополучии и процветании, о дарах и силе, о благоденствии и, наконец, о возвращении главы.

Бай Лу встала и подняла свою чашу.

— За возвращение главы клана, — сказала она.

Гости хором повторили тост, подняли чаши и выпили. Ли Вэй тоже поднял свою чашу, но пить не стал. Опасно есть и пить на чужом пиру, это он ещё в Долине усвоил. Тем более здесь не было Линя, который подменит вино, если придётся.

Бай Лу посмотрела на него и легонько усмехнулась.

— Ты не пьёшь? — спросила она.

— Не хочу, — ответил Ли Вэй.

— Но ты не можешь обидеть Хозяйку отказом.

— Могу. Я же не в гостях, я в плену, — повторил он, и Бай Лу скривилась от его откровенности. Похоже, он не намерен играть в её гостеприимство. Но затем она снова усмехнулась и вдруг, неожиданно, сказала:

— Это вино отравлено.

Ли Вэй нахмурил брови, услышав тонкий, фальшивый скрежет, — Эхо Времени. Он поморщился от неприятного ощущения и уже намеревался покинуть пир, нарушив все правила приличия, как услышал слова Бай Лу:

— Я хотела проверить, — ответила она. — Правда ли ты слышишь ложь.

Ли Вэй остановился. Надо же, догадалась. Может, это и к лучшему, перестанет терзать его слух своей ложью. Бай Лу кивнула служанке, и та налила новую чашу для Ли Вэя и поставила перед ним блюдо с куском духовной рыбы.

— Я не буду это пить, — сказал он.

— Это просто вино, — ответила Бай Лу.

— Может, теперь ты объяснишь, почему держишь меня в плену? — спросил Ли Вэй, игнорируя чашу и откидываясь на спинку своего стула.

Бай Лу кивнула и начала говорить.

— Предел Белого Тростника — это особая территория, скрытая от мира Сянъюй Тянь. Вход сюда никому не известен, а выхода нет. Это место создано Юй Шэнем, здесь покоилось его Сердце, и наш клан, Клан Белых Цапель, тысячелетиями охранял его. Мы следили за границами, за печатями, за тем, чтобы никто не подобрался к Сердцу.

Она говорила ровно, без эмоций, и Ли Вэй слышал, что она говорила правду.

— Пять тысяч лет назад, — продолжила она, — я подружилась с одним бессмертным, чей духовный журавлик случайно оказался в моём клане. Журавлики — очень тонкие создания, способные просочиться в любую щель, и этот каким-то образом оказался в моих руках. Я сообщила об ошибке и о том, что журавлик заблудился, доставляя послание, но вскоре получила ответ. Так завязалась наша дружба.

Она помолчала.

— Сюй Фэн был красноречив, обходителен и очень настойчив в своём желании меня увидеть. Он узнал, как попасть в Предел, и построил колодец. Так мы смогли встречаться. Но тогда я не знала, что это всё лишь способ вторгнуться в наш мир и украсть Сердце Юй Шэня.

Ли Вэй слушал её историю и понимал, что она не лжёт. Сюй Фэн хитёр, и вполне допустимо, что бессмертные с его помощью проникли в Предел.

— За это мой клан был наказан. Духовная сила ушла. Мои люди вернулись к истинной форме. А Сюй Фэн запер меня вместе с собой на долгие пять тысяч лет.

Она посмотрела на Ли Вэя, а перед его глазами на мгновение мелькнула картина: Бай Лу стоит на коленях перед Верховным Ло. Он усмехнулся. Видимо, она сдала Сюй Фэна, надеясь вымолить прощение для себя и своего клана за нарушение границ Предела. Бай Лу тем временем продолжала:

— Теперь ты здесь, и у тебя есть два осколка Его сердца. Не удивляйся, я их чувствую. Я всегда чувствовала Сердце, даже когда Юй Шэнь его разбил и разметал осколки по мирам. Но когда ты соберёшь сердце обратно, ты возвысишься. И мой клан возвысится вместе с тобой.

Ли Вэй усмехнулся, но не стал перебивать.

— Поэтому ты станешь моим мужем, — продолжила Бай Лу. — Ты войдёшь в мой клан. А мы вернём то, что потеряли.

— Этого не будет! — спокойно возразил Ли Вэй. — Ты платишь за свои ошибки, но я за них платить не намерен. У меня другой Путь.

Бай Лу усмехнулась.

— Ты согласишься.

— Нет.

— Согласишься, — повторила она. — Потому что я заставлю тебя. Вино и правда не было отравлено. Но вот благовония на твоём столе...

Ли Вэй попробовал призвать ци. И почувствовал, что не может, но хуже всего то, что его голова вдруг потяжелела, а мысли поплыли в разные стороны. Он не мог пошевелиться, и даже думать становилось всё труднее с каждым мгновением.

— Что... — начал он.

— Тихо, — сказала Бай Лу. — Спи.

И он провалился в темноту.

Глава 4

Наблюдение за низиной, в которой разбилась ладья, вели уже несколько часов. Местность выглядела не просто болотистой лужей, затянутой ряской. Янь Бин была уверена, что это местечко коварно, а под тонким слоем травы наверняка скрывается вязкая жижа. Неподвижная вода, отражая низкие облака, казалась тёмной, вдоль берега росли чахлые ивы, а между ними тянулись островки белого тростника.

Янь Бин, лёжа на камне, изучала взглядом окрестности, подмечая малейшие детали, и слушала тишину. Частью этой тишины были белые цапли. Они стояли поодиночке и держались ближе к воде, у которой было удобнее охотиться. На фоне тёмной воды и бурой травы белые цапли выглядели особенно таинственно: их оперение казалось почти светящимся в сумерках.

Шань Мао, положив голову на спину Янь Бин, наблюдал, как медленно и расчётливо охотились цапли: замирали, ждали, а потом резким движением выбрасывали вперёд шею и хватали добычу. Иногда птицы чуть наклоняли голову, будто прислушиваясь к чему‑то, а иногда они устраивались на низких ветвях или на сухих кочках, чтобы осмотреть территорию. Казалось, что эти цапли — стражи границы между миром людей и миром духов: молчаливые, внимательные, не терпящие суеты.

Шань Мао рыкнул, и Янь Бин с трудом открыла зубами флакон с пилюлями. Пальцы не слушались, а плечо горело так, что каждый вдох давался с усилием. Но Шань Мао, лежащий рядом, был ранен. При падении его сильно царапнуло сломанной веткой, и из царапины на боку сочилась тёмная жидкость.

— Держись, — прошептала она. — Я сейчас.

Мелкие зелёные пилюли Линя были горькими. Она положила одну на ладонь, Шань Мао лизнул, поморщился, но проглотил. Вторую Янь Бин разжевала и проглотила сама, запивая болотной водой из лужицы. Другой у них не было.

Пилюля начала действовать и разошлась по телу тёплой волной, а боль на время притупилась. Исследовать место, в котором они с Шань Мао оказались, пока не получилось. Надо прийти в себя и восстановить силы.

Под действием лекарства Янь Бин задремала, привалившись к крупному телу Шань Мао, и открыла глаза, когда уже начала замерзать. Зверь сидел рядом, дожидаясь, пока она проснётся; рана на его боку затянулась, и только шерсть в этом месте была слипшейся от крови.

— Ты чувствуешь его? — спросила она.

Шань Мао тихо рыкнул и кивнул.

— Хорошо. Идём.

Янь Бин осторожно встала, прислушиваясь к своим ощущениям, поняла, что почти восстановилась, размяла плечо и кивнула Шань Мао. Они двинулись вглубь низины. Она снова чувствовала свою ци, могла ею управлять, и была этому рада. Там наверху, в молочном тумане, Янь Бин очень испугалась, утратив контроль, но, видимо, это была особенность тумана.

Чем дальше они уходили от места крушения, тем яснее Янь Бин ощущала знакомую ауру, но она была очень слабой. Янь Бин нахмурилась и посмотрела на Шань Мао.

— Почему так слабо? Он ранен?

Шань Мао остановился. Посмотрел на неё золотыми глазами, потом тяжело рухнул на землю, раскинул лапы и закрыл глаза. Изобразил беспамятство так убедительно, что Янь Бин на секунду испугалась по‑настоящему.

— Без сознания? — Шань Мао открыл один глаз и мотнул головой. — Его чем‑то опоили? — Вместо ответа он поднялся, отряхнул шерсть и кивнул. — Если его опоили, значит, мы не можем просто ворваться и забрать его. Нужна разведка! Это очень странное место, Шань Мао, очень странное. Будем осторожны.

Кто и зачем мог одурманить Ли Вэя? Янь Бин ускорила шаг, забыв о боли в плече. Она за него переживала больше, чем готова была себе признаться, постоянно вспоминая взгляд, который он на неё бросил по возвращении на Иньхэ. Если бы не этот взгляд… Янь Бин тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. Глава их клана нуждался в помощи, и она уже рядом. Шань Мао шёл впереди, улавливая ауру Ли Вэя сильнее, чем Янь Бин, и она доверчиво следовала за ним.

Перед ними густой стеной выросли стебли серебристо‑белого тростника, и Шань Мао свернул в сторону, на тропинку, явно вытоптанную людьми. Янь Бин поёжилась. В этом месте стало как‑то неуютно, и повеяло опасностью. Она осторожно прошла в заросли тростника, протягивая вперёд руку, и упёрлась ладонью в невидимую преграду. Ци отозвалась нервным дёрганьем, и Янь Бин отшатнулась.

— Формация, — прошептала она. — Шань Мао, мы снаружи или внутри кольца?

Шань Мао тихо зарычал, сделав оборот вокруг своей оси.

— Значит, мы окружены, — задумчиво протянула Янь Бин. — Давай сначала вызволим Ли Вэя, а потом подумаем, как выбираться.

Тростник расступался неохотно, стебли хлестали по лицу и цеплялись за одежду, но вдалеке уже мелькнули черепичные крыши, и Янь Бин поняла, что они почти у цели. Наверняка Ли Вэй где‑то здесь. Следовало дождаться ночи и разведать это поселение.

Но тут появились цапли. Они вставали на пути, расправляли крылья, шипели и клювами метили в лицо и глаза. Янь Бин пятилась назад, отгоняя их рукоятью меча, а Шань Мао рычал, щёлкал зубами и разбрасывал их лапой, но они не отступали и возвращались снова.

Янь Бин уже собиралась призвать ци и прорубить путь силой, когда земля под её ногами провалилась, и она полетела вниз, не успев даже крикнуть. Поганые цапли загнали её в ловушку.

Ударившись спиной, Янь Бин всего на мгновение потеряла сознание, но, придя в себя, села, застонав от боли, и огляделась. Дно ямы было выложено старым, потемневшим камнем и больше походило на рукотворный колодец, в стенах которого зияли узкие арочные своды. В некоторые можно было пройти, согнувшись, в другие — пролезть ползком. Но один был с человеческий рост, и за ним виднелся коридор. Янь Бин подняла голову: морда Шань Мао выглядывала сверху, озабоченно принюхиваясь.

— Не спускайся, — крикнула Янь Бин. — Здесь старые ходы, я их изучу, а ты найди Ли Вэя. Потом вернёшься за мной.

Шань Мао тихо рыкнул и исчез, а Янь Бин вошла в тёмный коридор, освещая себе путь талисманом. Двигаясь вдоль отсыревших стен, по которым тонкими ручейками стекала влага, она несколько раз сворачивала, оставляя на каждом повороте магические отметки, чтобы не заблудиться на обратном пути.

Вскоре она услышала приглушённые голоса и прижалась к стене, погасив талисман.

Коридор выходил в большую комнату, вырубленную в камне. У стены стояли деревянные ящики, наполненные тканями, украшениями из потускневшего от времени золота и предметами домашнего убранства, а на полу лежали свитки. Два человека в скромных серых одеждах что‑то перетаскивали, кряхтя от усилий.

— Хозяйка торопится, а мы таскай, — недовольно сказал один. — За три дня разве успеем?

— Пусть торопится, — ответил другой. — Главное, чтобы полукровка не выкинул чего. Говорят, он сильный.

— Не выкинет, благовония крепкие. Их старая Юй готовила. Он сейчас спит, как младенец.

Янь Бин затаила дыхание. Полукровка — это про Ли Вэя. Три дня — значит, через три дня что‑то произойдёт. Что‑то, ради чего здесь трудятся эти двое. Она ступила назад в коридор и нахмурилась: «Что бы вы там ни готовили, не бывать этому». Они с Шань Мао заберут Ли Вэя и выберутся отсюда.

***

Библиотека Ордена Звездочётов была огромной. Полки ломились от свитков, книг, нефритовых пластин, а своды уходили ввысь, теряясь в полумраке под куполом звёздного неба. Лю Фан стояла в центре зала, глядя на тысячи свитков, и чувствовала, как сжимается сердце.

Сначала они с Гу Чэнем искали любые сведения в личных архивах, связывались с кланами союзников, пытаясь хоть что‑то узнать о Пределе Белого Тростника, но затем рассвирепевшая Лю Фан потребовала от Ордена доступ к их Библиотеке Десяти Тысяч Свитков. К её удивлению, они быстро согласились, и сейчас, глядя на горы свитков, она понимала почему. Даже если здесь хранились крохи информации о Пределе, им и за сто лет её не найти.

— Где нам искать? — спросил оторопевший от масштабов библиотеки Кэ Лэй, стоявший рядом.

— Везде, — ответила Лю Фан. — Предел Белого Тростника существует с начала времён. Значит, нам нужны самые старые свитки.

— Это тысячи свитков… — сказал Кэ Лэй.

— Чем раньше начнём, — ответила Лю Фан, — тем раньше закончим.

Она повернулась к молодому Звездочёту, который стоял у входа с испуганными глазами.

— Нам нужны все свитки, в которых упоминается Предел Белого Тростника, клан Белых Цапель и Сердце Мира, — сказала она.

Звездочёт кивнул и начертил в воздухе нужные символы. Свитки посыпались с самого верха и заполонили собой все столы в библиотеке. Лю Фан вздохнула и принялась за дело. Они с Кэ Лэем разворачивали их по очереди, читали и откладывали в сторону. Сюй, которого они взяли с собой, помогал изо всех сил. Прошли сутки, Лю Фан уже падала с ног от усталости, а ничего полезного в этих свитках так и не нашли. В отчаянии она прислонилась к плечу Кэ Лэя, который без сил сидел на полу в ворохе бумаги, и тихо всхлипнула.

— Фан‑эр, мы найдём выход, — шептал Кэ Лэй, обнимая одной рукой Лю Фан за плечи, а второй вытирая её слёзы.

— Я знаю, где ещё можно поискать, — вдруг тихо сказал Сюй.

Лю Фан резко повернулась к нему.

— Где?

— В личных архивах Верховного Ло, — ответил Сюй. — Некоторые свитки не доступны для поиска в Библиотеке.

— Почему ты не сказал сразу? — спросил Кэ Лэй.

— Потому что я надеялся найти ответ в библиотеке, — ответил Сюй.

— Тогда идём, — сказала Лю Фан. — К Верховному Ло.

Они вышли из библиотеки и направились во Дворец. Стражники Ордена шли за ними, но не останавливали. После публичного позора на Острове Шепчущих Ветров Орден не мог позволить себе ещё один скандал.

Верховный Ло с непроницаемым лицом ждал их в кабинете. Сегодня суета вокруг Ли Вэя его мало занимала, потому как назрела новая угроза в лице острова Моюй. Последние донесения гласили о том, что остров полностью под властью Хэй Юаня и тёмной энергии Зеркала Мо Лин. Верховный лишился трети своей армии, а Зеркало набирало силу. Хэй Юань с ним не справится. Щенок! Посмел раскопать запечатанное, и теперь знаки небесных светил предвещали беду миру Сянъюй Тянь. При таких обстоятельствах клан Серебряного ветра, который зачастил на Остров Белых Дворцов выглядел лишь досадной и раздражающей помехой. Он прихлопнет этот клан позже. Сначала Моюй.

— Что вам нужно? — спросил он холодно.

— Доступ к вашим личным архивам, — сказала Лю Фан. — Нам нужна любая информация о Пределе.

— Вы все границы переходите, это возмутительно, — отрезал Ло.

— Сведения из ваших свитков нужны для спасения главы клана Серебряного Ветра, — парировала Лю Фан. — Если вы откажете, мы будем вынуждены сообщить всем кланам Сянъюй Тянь, что Орден Звездочётов скрывает информацию о местонахождении главы клана, который проходил ваше испытание.

Ло сжал подлокотники кресла.

— Вы шантажируете Орден?

— Именно так. А ещё мы требуем справедливости, — ответила Лю Фан. — Вы отправили Ли Вэя на испытание к Бессмертному Ветра. Бессмертный Ветра создал вход в Предел Белого Тростника, и теперь Ли Вэй там заперт, а вы обязаны помочь нам его вызволить.

Ло молчал долго. Разве он должен отвечать за то, что Бессмертный напал на Ли Вэя, а этот глупец прыгнул в запечатанный Предел? Потом медленно кивнул.

— Принесите свитки, — сказал он Звездочёту, стоявшему у двери.

Через час у них были свитки Верховного. Они были так стары, что того и гляди рассыпятся прямо в руках. Лю Фан развернула один и начала читать.

— Предел Белого Тростника, — произнесла она. — Создан Юй Шэнем. Охраняется кланом Белых Цапель. Вход через Белый Туман. Выход...

Она остановилась.

— Выход? — спросил Кэ Лэй.

— Выхода нет, — ответила Лю Фан. — Кроме одного. Один раз в пять тысяч лет, в ночь полной луны и пролетающей кометы, границы между мирами тоньше всего. В эту ночь, если приложить усилия, можно войти. И выйти.

— Когда следующая такая ночь? — спросил Сюй.

Лю Фан посмотрела в свиток.

— Через три дня. А потом через пять тысяч лет.

Кэ Лэй побледнел.

— Всё верно. Пять тысяч лет назад была такая ночь. Именно тогда и было похищено Сердце Мира. Мы должны успеть, — сказал он.

— Да, — ответила Лю Фан. — Мы должны успеть.

Она свернула свиток и посмотрела на команду.

— Готовьтесь, — сказала она. — Через три дня мы должны войти в Предел и выйти оттуда.

***

Ли Вэй с трудом открывал глаза и сразу понял, что не может пошевелиться. Он лежал в той же комнате, где очнулся после падения в колодец, но теперь всё было иначе. Воздух был переполнен запахом благовоний, которые курились в бронзовых курильницах по углам, и от которых его тело будто онемело — даже пальцами пошевелить не мог. Думать было очень трудно, призвать ци и сосредоточиться не получилось, а значит, и в свой Источник он не попадёт. Ли Вэй мысленно усмехнулся. В первый раз он очнулся раздетым, сейчас — без доступа к собственной ци, что, по сути, то же самое. Эта Бай Лу — мастер обездвиживать жертву.

Вход в его собственный мир, где он мог бы укрыться, недоступен, и Ли Вэй почувствовал, как холод поднимается от пальцев ног к груди. Без ци он беспомощен. Но Ли Вэй мысленно дал себе слово, что если когда‑нибудь ещё он встретит пленённого зверька или птицу, то определённо пройдёт мимо.

Дверь скрипнула, и в комнату, тихо ступая, вошла Бай Лу в простом платье с вышивкой. Сегодня её волосы были распущены, и она казалась моложе, чем на пиру.

— Ты очнулся, — сказала она, поставив на стол кувшин, который принесла с собой. — Хорошо.

— Что ты со мной сделала? — Ли Вэй не узнал свой голос, настолько слабо и неестественно он звучал.

— Ничего особенного, — ответила Бай Лу. — Благовония подавят твою ци до ритуала. Как только ритуал состоится и Небеса благословят наш брак, твоя ци вернётся к тебе.

— Не боишься, — спросил Ли Вэй, — что расплата за содеянное тебе не понравится?

— Нет. — Она села напротив, на циновку, и развернула свиток. — После ритуала, в традициях нашего клана и Предела Белого Тростника, ты не сможешь нам навредить. Смирись, Ли Вэй. Через три дня, в ночь полной луны и пролетающей кометы, ты станешь моим супругом.

— Этого не будет, — прошипел Ли Вэй.

— Неважно, что ты думаешь по этому поводу, — ответила Бай Лу и расплылась в улыбке. — Ритуал не требует твоего согласия. Он требует только присутствия. И ты будешь присутствовать.

Она начала читать свиток, который достала из рукава.

— Ритуал брака клана Белых Цапель, — произнесла она ровно. — Жених и невеста стоят перед алтарём. Невеста произносит клятву. Жених произносит клятву. Их души связываются навсегда.

— А если жених откажется произносить клятву? — спросил Ли Вэй.

Бай Лу усмехнулась.

— Тогда невеста произносит клятву за него. И ритуал всё равно завершается.

Ли Вэй медленно выдохнул. Она продумала всё.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросил он.

— Чтобы ты понял, — ответила Бай Лу, села рядом с ним и провела пальцами сначала по лицу Ли Вэя, затем по шее и по груди. — И не пытался бежать. Чтобы ты принял свой долг.

— Это не мой долг, — сказал Ли Вэй, глядя на Бай Лу с ненавистью. Эта женщина безумна, а он даже вырваться не может.

Бай Лу посмотрела на него и вдруг, неожиданно, сказала:

— Ты красив, твоя фигура хорошо сложена. У нас будут красивые дети.

— Дети?! — вскричал Ли Вэй в ужасе от её слов. Неужели она собирается…

— Да, — ответила Бай Лу. — Ты ведь не думаешь, что брак будет номинальным?

— Ты мне противна, о каких детях ты толкуешь?

— Ты ещё не понял, что в моём клане есть мастер благовоний? — спросила она, прикасаясь губами к его груди. — Ты не просто ляжешь со мной, ты будешь этого желать. — Бай Лу легонько тронула его пальцем за кончик носа, рассмеялась и встала.

Ли Вэй усмехнулся.

— Ты безумна, раз всерьёз говоришь о браке и детях со мной, ты это понимаешь?

— Да, — ответила Бай Лу. — Но я сделаю всё, чтобы этот брак состоялся. Через три дня, — прошептала она. — Ты станешь моим мужем.

Ли Вэй остался лежать один, глядя в потолок. Это безумие. Он слов не мог подобрать, чтобы описать ими происходящее. Как это вообще могло с ним произойти?

— Потому что ты слишком добр, — прошелестел голос Шань Мао, и его огромная голова нависла над Ли Вэем. Ли Вэй чуть не разрыдался от счастья, которое испытал в эту минуту. Его дорогой и любимый Шань Мао здесь. Значит, есть шанс вырваться из рук обезумевшей женщины.

— Приветствую, друг! — прошептал он срывающимся от радостных эмоций голосом. — Теперь посмотрим, кто кого перехитрит.

Глава 5

Хэй Юань едва держался, чтобы не поддаться силе Чёрного Духа, заточённого в Зеркале Мо Лин. Он освободил Духа от оков Бездны, прибрав к рукам это Зеркало, но с каждой новой победой над врагом в лице армии Ордена ему становилось всё труднее загонять этот Дух обратно в его темницу. Он чувствовал, как тёмная энергия, набирая силу от павших воинов, пытается подчинить себе его разум и тело, противостоял, но уже начинал опасаться, что не справится.

Тёмные практики, которых он призвал и которые служили клану Затмения ещё при Цань Мине, только развели руками. Зеркало было настолько старо, что памяти о нём почти не осталось. Они отправили гонцов на поиски хоть каких-то сведений, и пока сами изучали свитки в надежде найти ответ, он стоял на краю пропасти и смотрел вниз.

Древний артефакт, украденный у Ордена Звездочётов, нагрелся в его руке, отзываясь на приближение Звездочётов к Моюй, но Хэй Юань не разжимал пальцев.

Когда-то этот диск помог Цань Мину, его наставнику, его господину, проникнуть в мир смертных, где он нашёл свою смерть от руки Ли Вэя. Кто бы мог подумать, что полукровка, который не имел наставника и сил культиватора, способен сокрушить Бессмертного Затмения. Но Хэй Юань дал себе зарок, что поквитается с ним за смерть Повелителя, который забрал его из плена Дикого клана, научил его культивации и дал ему имя.

И вот он здесь. На острове Моюй. Повелитель клана Затмения. Орден осаждал Моюй уже несколько месяцев, а Хэй Юань держал оборону. Он использовал Звёздный Диск, чтобы проникнуть в Бездну и заполучить древний артефакт, чтобы призывать тёмных существ, чтобы сеять хаос. Но силы кончались, а зеркало не подчинялось.

Оно было слишком сильным и слишком голодным. Каждый раз, когда он призывал силу Зеркала, оно забирало больше, чем он давал. Каждый раз, когда он закрывал проход, оно открывало другой. Каждый раз, когда он думал, что контролирует его, оно показывало ему, что он ошибается. Сегодня Мо Лин поглотил отряд клана Затмения. Своих. Силе Чёрного Духа было без разницы, что сожрать, лишь бы сожрать. Хвала небесам, новые отряды Ордена на подходе.

Старый, морщинистый старик окликнул его из-за спины, и Хэй Юань резко обернулся. На лбу выступила испарина, глаза почернели и кожа на лице посерела. Мо Лин ощущал приближение еды и рвался наружу, а Хэй Юань держался из последних сил.

— Нашли что-нибудь? — спросил Хэй Юань.

— Мо Лин, — ответил старший из них. — Пленник Бездны. Он заточён в артефакте, Зеркале, а Зеркало было заточено в Бездне. Но теперь Бездна не сдерживает его.

— Как его контролировать?

Старик покачал головой.

— Его нельзя контролировать. Его можно только кормить.

Хэй Юань нахмурился.

— Кормить?

— Зеркало — это тюрьма, — объяснил старик. — Дух внутри слаб. Он ищет выход. Если ты дашь ему силу, он станет сильнее. Если ты дашь ему слишком много, он вырвется.

— Что мне делать? — спросил Хэй Юань. — Как подчинить его?

Старик молчал долго. Ему казалось, что он вспомнил подробности старого разговора, но не помнил, с кем. О том, что Чёрный Дух навеял нужные слова, ему и в голову не пришло. Он силился вспомнить детали, потом сказал:

— Есть способ. Но он опасен.

— Говори.

— Цветок Тысячи Душ, — произнёс старик. — Он растёт на дне Бездны. Для его роста нужны кровавые жертвы и ци Мо Лина. Но он заберёт большую часть его силы, оставаясь на дне, в безопасности для тебя. И тогда ты сможешь контролировать Зеркало Мо Лин.

Хэй Юань посмотрел на него.

— Как его вырастить?

— Нужны жертвы, — ответил старик. — Много жертв. Цветы питаются жизнью.

Хэй Юань закрыл глаза. Он думал о Цань Мине и об Ордене, который никогда не остановится. Победить можно, но надо и самому не пострадать от силы собственного оружия.

Он открыл глаза.

— Слушать приказ! — его голос пророкотал над Моюй. — Пленить врагов! Всех до одного!

В этот раз Зеркало повело себя на удивление покладисто, и пять тысяч воинов Ордена были взяты в плен. Мо Лин подавил их ци и силу артефактов. Их привели на рассвете. И сейчас они стояли на краю Бездны с глазами, полными ужаса. Хэй Юань смотрел на них и ничего не чувствовал.

— Открывай проход, — сказал старик.

Хэй Юань поднял зеркало, и ци Чёрного Духа направилась к Бездне, открывая проход.

— Бросайте их, — приказал он.

Пленные испытывали ужас, но не могли даже закричать, подавленные силой Мо Лин. Они таращили глаза, пытались вырваться из невидимых оков, но воины Затмения ударами тёмной ци сталкивали их в пропасть, и пленные Моюй молча скатывались на дно Бездны, где их тут же окутывало чёрным туманом.

Зеркало стало теплее и перестало дёргаться в руках Хэй Юаня. Он немного расслабился, думая, что контролирует ситуацию.

— Когда вырастет цветок? — спросил он.

— Нужно время, — ответил старик. — Но ты заметишь первый росток. Зеркало станет спокойнее.

— И тогда я смогу контролировать Мо Лин полностью?

Старик кивнул.

— Да.

Хэй Юань усмехнулся и вернулся во дворец, впервые за долгое время не чувствуя напора Чёрного Духа, рвущегося на свободу. Его разум был свободен от попыток Зеркала завладеть им и подчинить. Сработало.

Он думал о Цань Мине. О том, как тот улыбался, когда Хэй Юань впервые призвал ци. О том, как тот сказал: «Ты станешь великим, мальчик». Цань Мин не просто доверял Хэй Юаню, он в него верил.

— Я стану, — прошептал Хэй Юань. — Я стану.

Где-то на дне Бездны под крики нестерпимой боли в кровавом озере зарождался росток Цветка Тысячи Душ, а Чёрный Дух Мо Лин, заточённый в древнем артефакте, улыбался.

Шань Мао двигался медленно, бесшумно переставляя лапы. Тень от его тела расширилась, и теперь он скользил внутри неё, бережно неся Ли Вэя на своей спине и оставаясь при этом незамеченным. Магия Тени — его дар и его защита, способная скрыть любого, кто находится в тени Шань Мао, и сейчас она очень пригодилась. Голова Ли Вэя свисала набок, дыхание было тихим, но он был в сознании, чувствуя себя бесполезным мешком с рисом.

***

Шань Мао знал, что времени мало. Бай Лу скоро поймёт, что Ли Вэй исчез, и бросится за ними в погоню.

Он запрыгнул на крышу и побежал, перепрыгивая с одной на другую, спускаясь в узкие переулки и снова поднимаясь. Ли Вэй на его спине качался, но Шань Мао двигался плавно, стараясь его не трясти.

Поселение было маленьким. Десятка два домов, несколько дворов, тропинки между ними. Но Шань Мао знал, куда идти.

Он почти дошёл до ямы, в которую провалилась Янь Бин. Обнаруженные ею подземелья — именно то, что им сейчас надо, потому что прежде, чем выведется яд от благовоний, должно пройти время, значит, нужно укрытие.

Впереди показалась та самая яма, но тут появились цапли. Они вылетели из тростника с расправленными крыльями и раскрытыми клювами и бросились на него. Значит, эти крикливые птицы могут видеть его ауру даже сквозь защитную тень. Плохо.

Шань Мао прыгнул, уклонился и ударил лапой, разбрасывая птиц. Его рычание ударом ци откидывало их далеко назад, они падали, но поднимались и бросались снова. Их было слишком много. Цапли шипели, щёлкали клювами, били крыльями, а он прорывался напролом, ускоряя шаг.

Ли Вэй на его спине качнулся, и Шань Мао утробно зарычал.

— Держись, — прошептал он, поддерживая его собственной ци.

Он прыгнул к яме. Цапли бросились за ним. Янь Бин услышала хлопанье крыльев, крик и шипение разъярённых птиц, рычание Шань Мао и на всякий случай приготовилась к обороне.

Шань Мао прыгнул в яму, мягко опускаясь на четыре лапы, и осторожно спустил на землю свою ношу.

— Ли Вэй! — прошептала Янь Бин, бросаясь к нему.

Шань Мао отступил, давая место, а Янь Бин опустилась на колени рядом с Ли Вэем.

— Живой, — прошептала она. — Живой.

— Ласточка… — прошептал Ли Вэй, — и ты здесь.

Ему было невыносимо стыдно предстать перед девушкой, которая не жалея собственной жизни защищала его в Долине Нефритовой Росы, в таком беспомощном состоянии. Он чувствовал, как злость закипает внутри, и ничего не мог поделать. Он, глава клана Серебряного Ветра, обладатель двух осколков Сердца Мира, тот, кто сломал печати и выжил там, где другие не смогли, был сейчас совершенно бесполезен.

Ли Вэй вспомнил Бай Лу. Её спокойное лицо, слова о браке и детях, и содрогнулся. Она видела в нём не человека, а ключ к трону, которого больше не существует. И он позволил ей себя одурачить, расслабился на пиру. Решил, что она просто сумасшедшая птица, которая хочет возродить клан. А она оказалась хитрее и использовала благовония.

— Я обещала тебя охранять, — проговорила Янь Бин, широко улыбаясь. — Ты ранен?

— Отравлен благовониями Бай Лу, — простонал Ли Вэй, и на его лице проступило такое комичное выражение недовольства, что Янь Бин хмыкнула. — Не могу пошевелиться и не чувствую ци.

Она достала из-за пояса флакон с зелёной жидкостью и капнула несколько капель Ли Вэю на язык.

Ли Вэй скривился от горечи лекарства, а Янь Бин выдохнула.

— Это противоядие, — сказала она. — Потерпи. Линь для всех сделал, когда мы на Иньхэ вернулись после Долины.

Шань Мао прижался к её боку, и она погладила его по голове.

— В подземелье много ходов, — сказала она. — Найдём местечко побезопаснее, и ты расскажешь мне, кто такая Бай Лу и почему она тебя травит. А ещё нам надо решить, как отсюда выбраться, хотя здесь со всех сторон формация.

Сверху послышались голоса.

— Они здесь! — крикнул кто-то. — Я видел тень!

— Ищите везде! Хозяйка хочет его вернуть!

Янь Бин побледнела.

— Уходим, — прошептала она. — Быстрее.

Она помогла Ли Вэю забраться на спину Шань Мао и повела их за собой, в темноту подземных коридоров, которые уже успела изучить.

— Здесь, — сказала Янь Бин, указывая на нишу в стене. — Она глубокая, можем укрыться.

Шань Мао опустил Ли Вэя на землю и отступил. Ли Вэй прислонился к каменной стене и, закрыв глаза, слушал, как голоса приближались. Факелы мерцали в темноте, отбрасывая пляшущие тени на стены.

— Они ищут тебя, — прошептала Янь Бин. — Что ты успел натворить?

Вместо ответа Ли Вэй попытался призвать ци. Ничего. Благовония всё ещё подавляли его силу. Он попытался снова. И снова ничего, но Ли Вэй начинал ощущать пальцы и даже смог ими пошевелить. Если будет возможность, он придушит эту Бай Лу собственными руками. И почему он не оставил эту цаплю Сюй Фэну? Пусть бы его в мужья брала.

— Не сейчас, — прошептал он. — Нужно время.

Янь Бин кивнула. Она выхватила меч и приняла боевую стойку. Шань Мао распустил Тень перед входом в нишу. А голоса всё приближались, и тени от света факелов уже заплясали на стенах рядом с нишей. Отряд Бай Лу, отправленный на поиски, приближался.

***

Ладья клана Серебряного Ветра летела низко над облаками. Впереди, за грядой осколочных островов, должна была показаться белая пелена, вход в Предел Белого Тростника. Но пока виднелись только чёрные, искромсанные куски суши, висевшие в пустоте. Где эта пелена находится точно — никто не знал. Единственный ориентир — это зона осколочных островов. Не самое дружелюбное место для поисков. Здесь таилось много опасностей и неуёмных энергий, и странники всегда стремились обойти эту территорию. Но сейчас другого выхода не было: вход в Предел Белого Тростника возможен только здесь.

— Мы успеваем? — спросил Кэ Лэй, стоявший рядом.

— Должны, — ответила Лю Фан. — Сутки летим, значит, два дня у нас осталось.

— А если не успеем? — голос Сюя был тихим, но в нём звенел страх. — Если не сможем открыть проход?

Лю Фан не ответила. Она не хотела думать об этом. Не хотела представлять, что Ли Вэй потерян для них навсегда. Она себе не простит, если с сыном Ли Инь случится такая беда. Застрять в Пределе Белого Тростника, о котором мало что известно, — это всё равно что закончить жизнь.

— Успеем, — сказала она твёрдо. — Мы войдём в Предел, заберём его и выйдем обратно. В ту же ночь.

Кэ Лэй посмотрел на неё и просто кивнул. Он понимал, почему Лю Фан так отчаянно хочет помочь Ли Вэю. Ли Инь была её подругой, а Ли Вэй — единственный сын Ли Инь. Она не простит себя, если не убережёт его, а в сложившейся ситуации Лю Фан винила именно себя. Она должна была отказать Ордену и не отпускать Ли Вэя на это липовое испытание. Для всех было очевидно, что не просто так Орден нарушил срок подготовки. Но она не осмелилась. Зато теперь готова сразиться со всем миром, лишь бы вытащить его и вернуть на Иньхэ.

И он сам испытывал чувство вины. Опытный воин, а подвоха не заподозрил. Но они так радовались возвращению с Тяньмэнь Кай живыми и с победой, что все расслабились.

Кэ Лэй подошёл к Лю Фан и встал рядом. Впереди виднелась серая дымка, а это значит, что они вошли в зону осколочных островов. Ладья дёрнулась. Лю Фан сжала борт ладьи и сосредоточилась на управлении, контролируя ци. Воины на палубе молчали. Они знали, куда летят, и знали, что могут не вернуться, но в клане не принято бросать своих в беде. Тем более их новый глава победил в Тяньмэнь Кай, и его благословили сами Небеса.

— Держитесь, — сказала Лю Фан. — Скоро пролетим.

Сначала Лю Фан подумала, что ей показалось, когда увидела, как с одного из осколков, парящих в серой дымке, вырывается тёмная энергия. Но она тянулась к ладье, как живая.

— Налево! — крикнул Кэ Лэй. — Лю Фан, уходи налево!

Лю Фан повернула ладью, но было поздно. Тёмная энергия врезалась в борт, и ладья закрутилась. Воины попадали, хватались за перила. Лю Фан упала на колени, вцепившись в Кэ Лэя.

— Отражение Разума! — крикнула она, успев подумать, что эта энергия прошла сквозь защитную формацию ладьи, будто её и не было.

Кэ Лэй помог подняться Лю Фан и уже призвал свою ци. Они объединили усилия, перед ладьей возник прозрачный, мерцающий щит, и Тьма, врезавшись в щит, отразилась в один из островов. Тот задрожал. Потом ещё об один. И ещё. Острова начали двигаться, сталкиваться и крошиться от ударов друг о друга. Осколки полетели в ладью. Один ударил в борт, и дерево треснуло, другой пробил палубу. Ладья накренилась.

— Держись! — крикнула Лю Фан.

Но было поздно. Их ладья почти мгновенно развалилась, и они полетели вниз сквозь серую дымку. Ци смягчила падение, никто из воинов серьёзно не пострадал, но ладьи они лишились.

— Ты в порядке? — прошептал Кэ Лэй.

Лю Фан кивнула и попробовала сесть.

— Где мы? — прошептала она.

Кэ Лэй осмотрелся вокруг. Они упали в ущелье. Высокие, серые скалы поднимались с обеих сторон, как стены крепости, и их ладья, треснувшая ещё наверху, разбилась о камни. Её обломки валялись рядом на камнях, покрытых мхом и лишайником. Где-то наверху пробивался слабый свет солнца, которое они не видели с момента крушения.

— Не знаю, — сказал он. — Мы не долетели до Предела.

— Сюй? — позвала Лю Фан.

— Здесь, — раздался голос за спиной. Сюй сидел на камне, прижимая руку к боку. Кровь сочилась между пальцев, но он был жив. — Воины тоже живы. Трое ранены.

Лю Фан выдохнула. Хотя бы это.

— Мы должны найти дорогу, — сказала она, перевязывая Сюя и впихивая ему в рот пилюлю, от которой он сморщился. — Нужно добраться до Предела.

Кэ Лэй посмотрел на неё.

— Мы без ладьи, — сказал он, стряхивая с себя щепки и мелкие камешки.

— Тогда будем искать, у кого одолжить, — ответила Лю Фан. — Мы не можем просто сидеть и ждать.

Кэ Лэй встал первым. Скалы были высокими, выбраться без ци было бы невозможно.

— Пока только Небеса знают, где мы, — сказал он. — Но ущелье не бесконечно.

Лю Фан согласно кивнула и посмотрела вверх.

— Нам нужно подняться, — сказала она.

Сюй посмотрел на неё в ужасе. «Что значит подняться? Наверх?» Его лицо побледнело, а голос дрогнул:

— Но как? — спросил он.

— Пройдёмся по ущелью, может, есть тропа, — ответила Лю Фан. — Потому что у нас нет другого выбора.

Воины, следуя за Кэ Лэем, пошли вперёд, за ними следовали Лю Фан и Сюй. У них оставалось всего два дня, а потом возможность вызволить Ли Вэя из Предела исчезнет.

Глава 6

Священные небесные журавли Ордена, которые обычно парили над крышами Белого дворца, отказывались лететь на запад. Верховный Ло с самого рассвета с тревогой наблюдал, как они прижимались к земле, прятали головы под крылья и издавали тревожные, хриплые звуки, если кто-то пытался заставить их взлететь в сторону Моюя.

Младшие послушники Павильона Небесных посланий опасливо поглядывали на Смотрителя Звёздных Гнёзд и старались не попадаться ему на глаза. Отданные в услужение Ордену за долги кланов или младшие сыновья культиваторов без выдающихся способностей, они не имели другой возможности обрести хоть какой-то статус, и уход за журавлями был их единственным достойным занятием, даже если сводился к подметанию и кормлению.

Но за проступок могли изгнать, а журавли сегодня будто сговорились. Они отказывались даже брать корм из дрожащих рук служек. Смотритель сначала попытался успокоить любимую птицу, но та лишь издала хриплый крик и ударила его крылом, сбив с ног, и он тут же бросился с докладом к Верховному.

Когда старейшина увидел на карте мира тень над западной горой Байху Юй, одним из пяти столпов древней защитной формации Сянъюй Тянь, то побледнел, и руки его задрожали. Потому что на западе, высоко в небесах, над горой парил Моюй.

Он попытался сделать расклад на судьбу Моюя, но стебли тысячелистника в его руках мгновенно почернели и рассыпались в пепел, не дождавшись даже броска. Это знак «Великой Пустоты». Рядом, в медной чаше с родниковой водой, больше не отражалось небо. Вода была чёрной и тихо пузырилась, источая запах, от которого стыла кровь.

А если учесть, что на звёздной карте архипелага звезда, соответствующая острову Моюй, этой ночью просто померкла, то поведение Небесных Журавлей вписывалось в общую карту дурных знамений.

Верховный Ло поспешил в подземелье и теперь стоял в тайной комнате библиотеки, в которой хранился один-единственный Небесный свиток, написанный самим Юй Шэнем. Иероглифы, предрекавшие будущее и отвечавшие на вопросы Ло, теперь расплывались, меняя начертание на древний знак «Пустота». Ноги Верховного Ло подкосились. Такого количества знамений за раз он за всю свою бессмертную жизнь не видел. Старейшина закрыл комнату и почти побежал в павильон Син Дянь.

Под куполом Звёздного Чертога огромная сфера с тихим, болезненным скрежетом провернула своё западное кольцо в обратную сторону, а бронза покрылась чёрным налётом. Звёзды не лгали. Моюй падал в Бездну.

— Позовите старейшин, — срывающимся голосом приказал Верховный Звездочёту, стоявшему у двери. — Всех в павильон Син Дянь.

Через час в павильоне Звёздного Чертога собрались старейшины Ордена. У всех были обеспокоенные лица, и они догадывались, зачем их созвали.

— Знамения предрекают беду всему миру, и придёт она с запада, — сказал Ло. — Проблема в Моюй. Зеркало Мо Лин пробуждается. И мы должны действовать, чтобы пресечь эти предзнаменования.

— Действовать? — переспросил старейшина Вань. — Мы уже потеряли там половину армии. Что ещё мы можем сделать?

— Уничтожить Моюй, — отрезал Ло, и старейшины зашумели, переспрашивая друг друга, не ослышались ли они. — Мы пойдём сами, уничтожим Хэй Юаня и разрушим Зеркало. Выбора нет. Мо Лин набирает силу, и наша армия не в силах ему противостоять. Кто-нибудь получил донесение от наших войск после последней атаки на Моюй? — В зале повисла тишина.

— Но вправе ли мы уничтожать остров? — послышался робкий вопрос одного из младших старейшин.

— А как вы подберётесь к Зеркалу Мо Лин, если не уничтожите Моюй? Наши войска не имеют нашей силы. Мы идём сами.

Это было безумие. Старейшины Ордена — самые могущественные культиваторы Сянъюй Тянь — не ходили на войны лично. Это было ниже их достоинства.

Но сейчас действительно не было выбора.

— Когда? — спросил старейшина Вань.

— Завтра, — ответил Ло. — Выступаем на рассвете.

Старейшины разошлись молча. Каждый из них понимал: завтрашняя битва может стать последней, но с решением Верховного Ло никто не спорил.

Старейшина Вань поднялся в свою башню и открыл сундук, который не открывал триста лет. Внутри лежали доспехи из чёрного нефрита, выкованные ещё его наставником для защиты от тёмной энергии. Доспехи помнили его молодость и то, как он был силён, отозвавшись теплом на его прикосновение.

Старейшина Линь достала из хранилища свой посох — тот самый, которым она запечатала разлом в северных землях пятьдесят лет назад. Несмотря на то, что посох был тяжёлым, она всё ещё держала его с лёгкостью и с любовью пробежала пальцами по вырезанным иероглифам, которые вспыхнули и сразу погасли. Придётся медитировать всю ночь, чтобы наполниться ци, которую потратит завтра, но безопасность Сянъюй Тянь того стоит. Если Верховный прав, то нельзя допустить, чтобы Мо Лин набрал силу. Иначе миру придёт конец.

Старейшина Чэнь активировал формации на своих перчатках и улыбнулся. Впервые за долгое время он чувствовал, что полезен Сянъюй Тянь, а перчатки, будто в ответ на его мысли, вспыхнули синим светом, и воздух вокруг него задрожал.

Верховный Ло остался один в павильоне Син Дянь. Он смотрел на сферу небесных светил, на чёрный налёт на западном кольце, и думал о том, что всё это — его вина. Сразу после гибели Цань Мина Орден мог добить клан Затмения. Они могли отправить старейшин, уничтожить Хэй Юаня, пока тот был слаб, но Ло решил, что это ниже достоинства Ордена, и нанял наёмников Шёпота. Он решил, что Хэй Юань — не угроза. Как же он ошибся.

Хэй Юань смог открыть проход в Бездну и завладел Зеркалом Мо Лин. Теперь он угрожал всему миру, и Ло должен был исправить эту ошибку. Ценой своей жизни, если понадобится. Он закрыл глаза и призвал ци. Завтра он поведёт старейшин в бой, и либо уничтожит Моюй, либо погибнет вместе с ним.

Третьего не дано.

***

— Прикрой! — обратился Ли Вэй к Шань Мао, дождался кивка и исчез. Янь Бин потрясённо смотрела на каменную стену с острыми выступами, у которой только что сидел Ли Вэй. Шань Мао ткнул её мордой в плечо, давая понять, что беспокоиться не о чем, и скрыл их обоих тенью. Отряд Бай Лу, отправленный на поиски беглеца, был совсем близко.

Ли Вэй шагнул в озеро. Ци хлынула в меридианы, тёплая, живая, и боль в теле начала отступать. Он стоял по пояс в воде и чувствовал, как силы возвращаются, как пальцы снова слушаются, как голова проясняется.

— Ты пришёл не просто купаться, — прошелестел голос, но в тишине Источника он звучал отчётливо.

— Я застрял, — ответил Ли Вэй. — Формация окружает весь Предел. Моих сил недостаточно, чтобы её сломать, и я не знаю, как отсюда выбраться.

В голосе послышался смешок, а на его груди зажглась метка Лотоса.

— Ты забыл, что ты Ключ? Тебе не нужно ломать дверь. Тебе нужно просто её открыть.

Ли Вэй нахмурился.

— Но как справиться с формацией? Она очень сильна…

— Никак. Просто открой дверь.

Голос замолчал, и Ли Вэй остался один в озере. Как всегда, догадывайся сам, о чём хотел поведать Дух Нефрита. Ощутив, как восстанавливаются силы и исчезают остатки яда из его меридианов, как ядро наполняется и в нём начинает биться обновлённая ци, Ли Вэй сменил одежду, радуясь, что перед походом в Долину Нефритовой Росы оставил здесь запас вещей и артефактов. Он заглянул в Сад Времён, сорвал персик для Янь Бин, не переставая раздумывать над словами, которые нашептал его Лотос. Что он имел в виду? Как понимать его слова: «сил нет, но дверь открой». Возможно, он имел в виду, что выход всё же есть из этого Предела, и его просто надо найти.

Снаружи, в коридоре, голоса стали совсем близко. Свет факелов плясал на стенах, и тени стражников уже ложились на пол рядом с нишей.

— Янь Бин, — прошептал он. — Мне кажется, я знаю, куда идти.

Она обернулась, и в её глазах мелькнуло облегчение.

— Где ты был? Ты переоделся? — она удивлённо смотрела на Ли Вэя, но вместо ответа получила персик долголетия и не нашлась, что сказать.

— К ядру формации. Возможно, выход там.

Шань Мао свернул Тень. Янь Бин спрятала в рукав персик и выхватила меч. Ли Вэй дождался, пока свет факелов стихнет в коридорах подземелья, и повёл их за собой, ориентируясь на собственные ощущения. Метка Лотоса на груди потеплела, и он решил, что делает всё правильно, чувствуя, как ци в его теле откликается на каждый его шаг, как Источник в нём пульсирует в такт с его сердцем.

Коридоры подземелья тянулись бесконечно. Где-то впереди капала вода, и этот звук отдавался эхом в узких проходах. Они всё ещё оставались незамеченными, но отряд преследователей будто знал, в какую сторону они движутся, и за их спинами, хоть и вдалеке, постоянно мелькали отсветы факелов.

Впереди коридор упирался в завал. Камни обрушились давно, может, сотни лет назад, и завалили проход полностью. Пройти невозможно, разгребать завал некогда, но Ли Вэй чувствовал, что им туда и надо.

— Попробуем обойти, — сказал он, разворачиваясь. — Мы недавно проходили поворот...

Они вернулись немного назад и нашли узкий боковой проход. Пришлось идти, пригибаясь, потому что своды этого коридора были низкими. Шань Мао протискивался с трудом, его шерсть цеплялась за камни, он шипел и недовольно сопел. Янь Бин шла за Ли Вэем, и в какой-то момент проход стал настолько узким, что огромный Шань Мао застрял.

— Терпи, — прошептала Янь Бин, толкая его сзади. — Не застрянешь же ты тут навсегда.

Шань Мао недовольно зарычал, но протиснулся, оставив пару клочков драгоценной шерсти на камнях.

За поворотом коридор вышел к подземному озеру. Ли Вэй присел на корточки и опустил руку в воду. Вода — его стихия, но это озеро было враждебным, и он сначала не понял, почему, но потом увидел на дне отблески талисманов.

— Переплывём? — спросила Янь Бин.

— Нет, — ответил Ли Вэй. — В воде талисманы. Если войдём, нас сразу обнаружат.

Он посмотрел по сторонам. «Можно попробовать обойти по берегу, цепляясь за камни на стенах», — подумал Ли Вэй и пошёл первым, прижимаясь к стене. Берег был скользким, и в одном месте он крошился под ногами. Ли Вэй замер, прижался к стене всем телом, подождал, пока камень перестанет сыпаться, и шагнул дальше. Янь Бин следовала за ним, а Шань Мао в два прыжка преодолел расстояние и уже дожидался на другом берегу.

Они свернули в новый коридор и тут услышали голоса.

— Слышал, Хозяйка велела искать на нижних уровнях. Неужели ей так замуж охота, что всех подняла? — сказал один.

— Видно, одичала в плену, — рассмеялся второй. — Да только кто же сюда спустится? Тут даже крысы не ходят.

Ли Вэй посмотрел на Янь Бин. Она — на него.

— Замуж? — прошипела девушка, и из её глаз полетели молнии.

Ли Вэй закрыл ей рот ладонью и прижал к стене, когда стражники вышли из-за поворота. Янь Бин тяжело дышала, но не пыталась вырваться, понимая, что они сразу попадутся. Спустя несколько мгновений она кивнула Ли Вэю, и он убрал руку. Янь Бин быстро и бесшумно бросилась на стражников. Ударом рукоятью меча по затылку она обезвредила одного, второго огромной лапой успел приложить Шань Мао.

— Свяжи, — бросила она Ли Вэю, не глядя на него.

Он присел рядом со стражниками, снял с них пояса и связал руки и ноги. Пока возился, один из них застонал и открыл глаза.

— Ты... — прошептал он, увидев Ли Вэя. — Хозяйка...

— Хозяйка узнает, — отрезал Ли Вэй. — Но не сейчас.

Он посмотрел на Янь Бин.

— У нас мало времени. Они доложат, если не вернутся.

— Знаю, — ответила она. — Идём быстрее.

Они пошли дальше, и Ли Вэй услышал, как Янь Бин тихо и сердито бормочет:

— Замуж она собралась… кто тебе позволит!

Ли Вэй промолчал, потому что он и сам был в гневе на Бай Лу. Но ему показалось, что Янь Бин и на него разозлилась. Он решительно отмахнулся от этой мысли. Он-то тут при чём?

Метка на груди горела всё сильнее. Они свернули за очередной поворот, и Ли Вэй почувствовал, что они близко.

***

Лю Фан смотрела на Кэ Лэя, который ловко взбирался по тропе на самую вершину скал. Она всё ещё не простила его за то, что он позволил им поодиночке справляться с трудностями и предательством, но приказать себе не беспокоиться о нём она не могла. Чувства были глубоки, и даже расстояние в двадцать лет не смогло их стереть.

Тропа была слишком крутой, и подъём всего отряда занял бы много времени. Решили, что достаточно взобраться одному, чтобы с высоты понять, где они находятся. Сюй, услышав о подобном решении старших, даже не скрывал своего облегчения, чем вызвал смешок Кэ Лэя и улыбку Лю Фан. Из-под ног Кэ Лэя сыпались мелкие камешки, но Сюй, сидя на камне у подножия скалы, их игнорировал.

Он чувствовал себя виноватым перед Ли Вэем, к которому проникся теплом за время приключений на Тяньмэнь Кай. Ведь он, несмотря на юный возраст, был назначен наставником, а значит, был вправе воспротивиться приказу Ордена из-за нарушений сроков. Но он не посмел, и теперь у всех неприятности, а Ли Вэй вообще в беде.

Когда Кэ Лэй спустился, выяснилось, что впереди, за перевалом, Долина Нефритовой Росы. Если они доберутся туда, то можно просить помощи у Бай Чжи.

— Хвала Небесам, идёмте, — сказала Лю Фан. — Бай Чжи обязательно поможет.

Они шли весь день, но к вечеру, когда уже показались ворота Долины, которая встретила их тишиной, сил у них не было. Сюй стонал, потому что его тонкая обувь разорвалась об острые камни, и он поранил ноги вдобавок к ране на боку. Воины, которые были ранены не очень сильно при падении, долгим переходом усугубили своё состояние. Лю Фан корила себя за то, что не припасла в спешке парочку лепестков и теперь теряет время в поисках помощи.

Бай Чжи встретила гостей у ворот Зала Нефритовой Ступки, но в глазах виднелось беспокойство. Гости пришли пешком, некоторые ранены, у других изорвана одежда. Это не визит вежливости.

— Лю Фан, — сказала она. — Что случилось?

— Мы попали в зону осколочных островов и разбились. Нам нужна ладья, — ответила Лю Фан. — Срочно.

— Что произошло? — спросила Бай Чжи, оценивая состояние раненых.

— Долгая история, — ответила Лю Фан. — Я расскажу, но сейчас времени нет. Каждая минута может стать последней.

Бай Чжи молчала секунду. Потом кивнула и развернулась.

— За мной.

Лю Фан никогда не была в Зале Нефритовой Ступки и осматривала с интересом полки с травами и зельями. Древний артефакт в центре зала тоже её впечатлил. Целители уже молча окружили раненых воинов и без лишних слов оказывали помощь, вводя ци в меридианы.

Бай Чжи подошла вплотную к Лю Фан.

— Он жив? — спросила она. Без уточнений, кто «он».

— Жив, — ответила Лю Фан. — Но заперт в Пределе Белого Тростника. Ещё немного времени, и прорвать границу будет невозможно следующие пять тысяч лет.

Бай Чжи не стала спрашивать подробности, и так понятно, что Орден приложил к этому происшествию руку.

— Два дня, — повторила она. — Этого мало. Вы можете не успеть.

Она развернулась и вернулась с небольшим предметом в руках. Лепесток-ладья из белого нефрита. Лёгкая, с тонкой резьбой.

— Эта выдержит один полёт, — сказала Бай Чжи, вкладывая её в руки Лю Фан. — Обратно она вас не довезёт, рассыплется в пыль. Но все наши ладьи ушли с торговыми караванами, мне больше нечего предложить.

Лю Фан сжала нефрит. Это шанс, и они его используют.

— Благодарю, почтенная! Мы постараемся найти выход, — сказала она.

— Лучше найдите, — Бай Чжи уже отвернулась к целителям. — Пять тысяч лет в компании с цаплями Ли Вэй не выдержит. Его потом никто не вылечит.

— Фан-эр, не волнуйся. Мы успеем! — проговорил Кэ Лэй, хватая Лю Фан за руку и бегом направляясь к пристани Долины. Времени терять больше нельзя.

Глава 7

На рассвете Моюй окружили двенадцать кораблей Ордена Звездочётов, и каждый из них был искусно выкован из чистого, благородного металла, добытого на Железной Горе, и пропитан ци Бессмертных. Корабли старейшин, которые сами по себе являлись мощными артефактами, зависли низко над облаками, на безопасном расстоянии от острова, но Моюй не спал.

Остров их ждал, а тёмная энергия Затмения, смешанная с силой Чёрного Духа, поднималась с его берегов фиолетово-чёрным туманом и тянулась к кораблям, словно щупальца. Зеркало Мо Лин жаждало новых жертв и чувствовало приближение такой манящей силы Звездочётов. Их мощную ци не сравнить с силами войска Ордена, остатки которого всё ещё кружили вокруг Моюй.

— Атакуем! — скомандовал Верховный Ло.

Двенадцать старейшин подняли руки. Их ци слилась в единый поток — прозрачный, мерцающий, из чистой энергии Бессмертных — и ринулась со всех сторон на остров. Тьма отступила, как зверь, который выжидает, но не дрогнула.

— Хэй Юань сильнее, чем мы думали, — сказал старейшина Вань, наблюдая, как один из кораблей войска с тысячей воинов на борту, подошедший слишком близко, затянуло в туман вокруг острова. — И Мо Лин набрал достаточно силы.

— Атакуем, — отрезал Ло. — Не приближаться к берегу!

— Старейшины, — голос Хэй Юаня, усиленный ци, долетел до корабля Верховного Ло. — Вы пришли умирать?

— Наглец! — вскричал Верховный Ло. — Как смеешь, выскочка, противостоять Ордену?

Хэй Юань весело рассмеялся в ответ.

— Это мой остров, — прокричал Хэй Юань и отпустил Мо Лин, перестав сдерживать его голод. Тёмная энергия хлынула из Зеркала и ударила всей мощью в корабли Ордена.

Но старейшины были готовы, и защита кораблей выдержала. Орден возобновил атаку. Хэй Юань наблюдал за битвой двух сил, впервые задумавшись о том, что может проиграть старейшинам. Они били артефактами, крошившими берега Моюй, и собственной ци, по силе превосходящей ци Затмения. Оставалось надеяться только на Зеркало, но старейшины атаковали остров со всех сторон.

В какой-то момент Звёздный Диск, с которым Хэй Юань не расставался, задрожал в его руках, вырвался, взмыл в воздух и исчез. Верховный Ло сумел призвать артефакт, используя его близнеца — диск, оставшийся у Ордена. Хэй Юань в ярости заорал, испугавшись на миг, что не сможет попасть в Бездну, где уже проклюнулся маленький росток Цветка Тысячи Душ, но голос Чёрного Духа утешил: «Я и есть Бездна».

Стоя на вершине Моюй, Хэй Юань видел, как постепенно теряют силы тёмные практики, державшие оборону, как старейшины Затмения дрогнули под натиском сил Бессмертных Ордена. Может, стоит впустить старейшин на остров? Чёрный нефрит горы Моюй подавляет светлую ци — здесь они вполовину утратят силу, и Мо Лин перебьёт их по одному. Но Хэй Юань отмахнулся от этой мысли. Пусть сначала устанут и истощатся в сражении.

К ночи защита острова дрогнула.

Двенадцать старейшин атаковали без остановки, не спускаясь на остров. Их артефакты крошили чёрный нефрит горы, раскалывали башни, обращали в пыль укрепления. За ними — армия Ордена, дожидающаяся своего часа. Тёмные практики падали, но Мо Лин вытягивал ци из раненых и продолжал отражать атаки старейшин.

— Их защита скоро падёт, — сказал старейшина Вань. — Приготовиться к высадке на остров.

— Чёрный нефрит, — ответила Линь. — Он подавит нашу ци.

— Знаю, — отрезал Ло. — Но их силы тоже на исходе.

— Пора! — крикнул старейшина Вань, когда заслон вокруг Моюй, выстроенный Хэй Юанем, пал, и путь открылся.

Старейшины первыми высадились на остров, сдерживая Мо Лин, который жадно тянулся к новым жертвам, и прокладывая путь своей армии. За ними к острову причалили корабли Ордена, и воины хлынули на берег, сразу же вступая в сражение с кланом Затмения. Гора чёрного нефрита встретила чужаков, подавляя их ци, сбивая шаг и дыхание, обезоруживая, но те держались на расстоянии, били артефактами, и каждый удар оставлял в чёрном нефрите глубокие раны.

Старейшины Затмения, те, кто ещё держался на ногах, пытались сдерживать натиск захватчиков, но Орден продвигался вперёд, оставляя после себя тела поверженных практиков.

Хэй Юань сражался в самом пекле, а Зеркало в его руках пожирало всё, до чего могло дотянуться. Воины клана Затмения бились с войском Ордена у подножия горы. Тёмная ци против светлой. Потери с обеих сторон только росли, но никто не хотел отступать.

— Сдавайтесь, и мы сохраним вам жизнь! — крикнул старейшина Чэнь. — Ваши силы на исходе! Вам не победить Орден!

Хэй Юань слышал его. Он смотрел, как гибнут его люди и рушится всё, что он построил. Он также видел, как остатки клана засомневались и готовы прекратить сражение. «Трусы!»

«Отступай». Хэй Юань замер. «Я открою путь». Голос Мо Лин вторгся в его сознание, и под ногами Хэй Юаня разверзлась Бездна. Он оглядел поле боя, тысячи тел погибших, израненный монолит чёрного нефрита, и прыгнул.

Старейшины замерли.

— Он бежал, — сказал старейшина Вань. — И Зеркало Мо Лин с ним.

— Пусть бежит, — отрезал Ло. — Из Бездны выхода нет. А остров мы запечатаем. Никто отсюда не выйдет и сюда не войдёт. Моюй — единственное месторождение чёрного нефрита. Организуйте, старейшина Вань, здесь добычу камня для артефактов подавления.

— Будет исполнено, Верховный, — поклонился Вань, предвкушая прибыль от продажи редкого нефрита.

— Донесение! — К ним спешил один из генералов Ордена. — Во дворце Цань Мина обнаружены пленные воины клана Серебряного Ветра.

— Прекрасно! Клан Серебряного Ветра будет нам должен. — На лице Верховного Ло мелькнула удовлетворённая улыбка.

Старейшина Вань посмотрел на него.

— Что делать с пленными Затмения? — сказал он. — Мы сохраним им жизнь?

— Да, — ответил Ло. — Отправьте их на рудники Северных земель. Управляющий жаловался, что ему не хватает рабов на добычу духовных камней.

Когда воины Ордена погрузились на корабли вместе с трофеями и пленными, старейшины собрались на берегу.

— Запечатываем остров, — приказал Ло.

Они подняли руки. Их ци слилась в единый поток, и над Моюем возникла формация. Выстраивая печать, старейшины истратили последние запасы ци, которую продолжал подавлять чёрный нефрит острова, но печать встала. Остров закрыт.

— Вот и настал конец недолгому правлению Хэй Юаня, — сказал Ло. — Этот выскочка решил, что может сравниться с Цань Мином.

Старейшины рассмеялись и вернулись к своим кораблям. Но, покидая Моюй, они почему-то не чувствовали победы.

На дне Бездны было тихо. Хэй Юань лежал на холодном камне, крепко зажимая в ладони Зеркало Мо Лин, а рядом, в кровавом озере, покачивался маленький росток Цветка Тысячи Душ. Его тонкие лепестки слегка шевелились в поисках питания, и Хэй Юань задумался, чем же его кормить. Голос Чёрного Духа прошептал, что они спасены.

— Теперь и я заперт в Бездне? — спросил Хэй Юань.

Голос рассмеялся.

«Из Бездны есть много выходов, а ты не пленник Бездны. Нужно только время».

***

Коридор, по которому осторожно двигались Ли Вэй, Янь Бин и Шань Мао, будто бы шёл под откос, а воздух становился тяжелее, но чем глубже они спускались, тем отчётливее видели нити формации в стенах подземелья.

Наконец они оказались в пещере, освещённой тысячами свечей, в центре которой стоял каменный алтарь. На нём сияли линии с древними символами вокруг круглого диска.

— Ядро формации, — прошептал Ли Вэй. — Мы нашли его.

— Не совсем, — раздался голос за спиной, и все резко обернулись. Шань Мао издал предупреждающий рык.

Бай Лу с распущенными волосами, украшенными цветами и золотыми гребнями, в окружении пары десятков стражей и старейшин в ритуальных одеждах стояла у входа в пещеру, облачённая в красное платье. Её лицо было спокойным, но в глазах горел одержимый огонь.

— Я знала, что ты придёшь сюда, — произнесла она. — Ядро формации — единственное место, где можно было попытаться разрушить защиту Предела, но это и единственное место, где можно провести ритуал. Так что ты вовремя.

Янь Бин выхватила меч и встала перед Ли Вэем.

— Не подходи к нему, — сказала она.

Бай Лу усмехнулась.

— Твоя воительница храбра, — обратилась она к Ли Вэю. — Но она не сможет меня остановить. Ритуал состоится. Принесите наряд для моего супруга, — приказала она кому-то позади всей свадебной процессии.

— Бай Лу, не сходи с ума, — сказал Ли Вэй. — Ты не сможешь меня заставить.

— Конечно, смогу, — ответила Бай Лу. — У тебя нет выхода, иначе эти двое, которые пришли тебя спасать, погибнут прямо на твоих глазах.

Янь Бин бросилась на Бай Лу, не дожидаясь ответа Ли Вэя. Не хватало ещё, чтобы он согласился на брак с этой сумасшедшей из-за беспокойства о них с Шань Мао. Её меч сверкнул в полумраке, но Бай Лу уклонилась и призвала ци.

— Глупая девочка, — сказала она. — Ты думаешь, что можешь меня остановить?

— Конечно, смогу! Наш господин не для тебя, забудь об этом!

Они столкнулись. Янь Бин была быстрой и точной, но Бай Лу оказалась сильнее. Её ци давила очень сильно, и тогда Янь Бин метнула свои ледяные кинжалы. Они срывались с её клинка один за одним, и Бай Лу едва успевала уклоняться. Шань Мао и Ли Вэй сражались со стражами.

— Ты не сможешь мне помешать! — вскричала Бай Лу, сильным ударом ци сбивая с ног Янь Бин. Девушка вскрикнула, и Ли Вэй бросился к ней на помощь.

— Не смей прикасаться к чужой женщине, — воскликнула Бай Лу, — в моём мире за это сурово карают! А ты нужен мне живым!

Ли Вэй замер. В её мире? Так Предел Белого Тростника — это отдельный мир, а не часть Сянъюй Тянь?

«Ты сам Ключ. Тебе не нужно ломать дверь. Тебе нужно просто её открыть».

И тут он понял. Он действительно не справится с формацией, она слишком сильна, а его уровня недостаточно, но он ведь и правда Ключ. Ключ к границам миров.

Его мать, спасаясь от Цань Мина, проникла в мир смертных, имея на руках лишь Нефрит Белого Лотоса, который был ключом, таким же, как Звёздный Диск Линя. Он смог проникнуть в Источник, когда полностью слился с Нефритом и сломал печать Пространства, попал в Сянъюй Тянь и привёл с собой Линя и Кэ Лэя, открыл Сад Времён, сломав печать Времени.

Не все миры запечатаны, но ко всем он Ключ. Метка Лотоса на его груди зажглась огнём в ответ на озарение Ли Вэя.

— Янь Бин! — крикнул он. — Сюда!

Она нанесла более сильный удар по Бай Лу и отскочила от неё, спеша к Ли Вэю. Шань Мао прыгнул за ней.

— Нет! — крикнула Бай Лу. — Ты не смеешь уходить!

Но было поздно.

Ли Вэй схватил Янь Бин за руку, а Шань Мао за загривок, сделал шаг, и перед ним раскрылся проход, мерцающий в темноте пещеры, как одна из нитей формации. Бай Лу в отчаянии закричала в полный голос, а Ли Вэй исчез в одно мгновение.

***

— Мы успеваем? — спросил Кэ Лэй, вглядываясь в темноту за бортом нефритовой ладьи.

— Должны, — ответила Лю Фан. — Сегодня ночь полной луны и пролетающей кометы. Мы рядом.

Сюй сидел на палубе, прижав к груди свиток с картой. Его лицо было бледным, но он не жаловался. Он вообще перестал жаловаться после Тяньмэнь Кай.

— А если не успеем? — голос Сюя был тихим.

Лю Фан не ответила. Она не хотела думать об этом. Не хотела представлять, что Ли Вэй или они сами окажутся запертыми в Пределе Белого Тростника на ближайшие пять тысяч лет. Она смотрела вперёд и сжимала борт ладьи так сильно, что пальцы побелели.

— Успеем, — сказала она твёрдо. — Мы войдём в Предел, заберём его и выйдем обратно. Этой же ночью.

Впереди, за грядой осколочных островов, показалась белая пелена. Вход в Предел Белого Тростника.

Лю Фан почувствовала, как ци вокруг ладьи изменилась. Как будто нет никаких препятствий.

— Формация ослабла, — прошептала она.

— Это хорошо? — спросил Сюй.

— Это шанс, — ответила Лю Фан. — Спускаемся.

Они вошли в Белый Туман, а вышли к низине, затопленной водой и заросшей белым тростником. Ладья парила над водой, а Лю Фан и Кэ Лэй осматривали территорию, ища глазами место, где можно причалить. Но кроме запущенных земель и диких цапель никого не было видно.

— Где все? — спросил Кэ Лэй.

Лю Фан направила ладью к поселению, которое распознала издалека по одному единственному фонарю. Они пролетели над тростниками, над крышами домов, двориками. Нигде не горел свет, и было совершенно безлюдно. И только из окон одного дома лил свет.

Помня о том, что ладья пригодна лишь для одного перелёта, её оставили парить над поселением, а сами спустились к дому с фонарём.

Лю Фан вошла, не спрашивая разрешения, потому что времени на церемонии не было. В центре комнаты на полу в красивом красном платье сидела женщина, которая со слезами на глазах ломала золотые гребни и шпильки, выдёргивая их из волос.

— Мы прибыли сопроводить Повелителя Иньхэ обратно домой! — отчеканила Лю Фан.

Бай Лу посмотрела на неё и усмехнулась.

— Ушёл, — сказала она и отбросила сломанную шпильку. Та звонко стукнулась о каменную столешницу и покатилась по полу. — Со своей воительницей и зверем.

— Куда? — спросила Лю Фан.

— Неверный вопрос, — ответила Бай Лу. — Лучше спроси как?

Лю Фан почувствовала, как в ней поднимается ярость. Она шантажировала Орден, теряла ладью и пришла слишком поздно.

— Что здесь произошло? — прошептала она.

Бай Лу посмотрела на неё спокойно.

— Я сделала всё, чтобы он стал моим мужем. Но он оказался хитрее, чем я думала. — Бай Лу вдруг расхохоталась. — Он просто шагнул в другой мир. Кто бы знал, что ваш Ли Вэй на такое способен и формация Юй Шэня его не удержит.

Лю Фан отвесила ей пощёчину, чтобы хохочущая женщина пришла в себя, но немного перестаралась: Бай Лу отлетела в сторону, а кровь из разбитой губы потекла по подбородку. Бай Лу вполне осмысленно взглянула на Лю Фан и усмехнулась.

— Ты опоздала, — сказала она.

— Вижу, — ответила Лю Фан. — Но поверь, если бы тебе удалось его женить на себе, я бы тебя убила!

Бай Лу усмехнулась снова.

— Это был мой шанс возродить клан, исправить ошибку…

— Ли Вэй не должен исправлять твои ошибки, — сказал Кэ Лэй и потянул за рукав Лю Фан. Лучше убраться из этого Предела, пока есть такая возможность.

Они быстро вернулись к ладье, и Лю Фан подняла её в воздух. И только тогда, когда Белый Туман расступился перед ними, а Предел их отпустил, Лю Фан с Кэ Лэем переглянулись и хором спросили:

— Женить?

— Что там произошло? — спросил Сюй, а Кэ Лэй расхохотался. Оказывается, они спешили спасти своего наследника из брачных сетей.

— Янь Бин и Шань Мао добрались до него первыми, — с улыбкой проговорила Лю Фан. — Шустрая парочка. А что там эта безумная про другой мир говорила?

— Расскажу на Иньхэ, — прошептал Кэ Лэй. — Мы ведь возвращаемся?

— Да, — ответила Лю Фан. — Нам нужно сообщить новости клану.

За пределами осколочных островов полёт проходил спокойно, и вдалеке уже показались знакомые очертания соседствующих кланов, когда Сюй протянул ей свиток.

— Это от Ордена, — сказал он. — Мы перехватили журавлиную почту, когда летели к Белому Туману. Я не успел показать.

Лю Фан развернула свиток и начала читать. Её лицо побледнело.

— Вот это новость, — прошептала она. — Старейшины Ордена атаковали Моюй.

— И? — спросил Кэ Лэй.

— Они победили, — ответила Лю Фан. — И Моюй запечатан.

— Это хорошая новость, — сказал Сюй.

— Нет, — ответила Лю Фан. — Это плохая новость. Потому что Хэй Юань укрылся в Бездне. Бездна — это всегда проблемы.

И вдруг они услышали раскатистый, гулкий звук, который пронёсся над Сянъюй Тянь, словно удар грома, и больше походил на удар молота по наковальне. Их ладью коснулся отзвук этого удара, и её легонько качнуло.

— Что это? — удивлённо спросил Кэ Лэй, но лица всех присутствующих на ладье были такими же удивлёнными.

— Молот, — прошептала Лю Фан. — Молот Небесного Кузнеца.

Она не знала, что это значит. Но чувствовала, что в это мгновение мир изменился.

Глава 8

На рассвете в гавань Иньхэ вошла нефритовая ладья, и едва успев причалить, рассеялась в воздухе. Лю Фан с облегчением смотрела на зелёные холмы родных берегов и радовалась тому, что они благополучно долетели. Всё на острове было таким, каким оставили, отправляясь за Ли Вэем. Но она чувствовала, что изменилась сама. Последние дни, полные переживаний и новостей, оставили свой след.

Раненых воинов во главе с Сюем отправили лечиться, и хотя Сюй возражал, потому что хотел поучаствовать в предстоящем обсуждении, Лю Фан была непреклонна.

На пристани их ждали Линь и старейшина Гу Чэнь. Не увидев Ли Вэя, Линь вопросительно взглянул на Кэ Лэя, и тот предложил собраться в зале советов. Там уже, дополняя друг друга, они рассказали обо всём, что с ними приключилось.

Старейшина Гу Чэнь сидел за столом, подпирая голову рукой, и слушал рассказ с интересом, мысленно отмечая важные детали, а иногда делая пометки на бумаге. Линь слушал молча. Его лицо не менялось, но Лю Фан видела, как напряглись его пальцы на коленях.

И лишь один раз его плечи сотрясались от сдерживаемого смеха, хотя он пытался не подать вида, но звенящие колокольчики в волосах его выдали. Лю Фан взглянула на Линя строго, но промолчала. Она и сама была потрясена тем, что едва их наследник получил благословение Небес на правление в клане, как его тут же чуть не женили. И кто? Какая-то тощая цапля с раскрашенным клювом, пятитысячелетнего возраста. Но Лю Фан не произносила этого вслух.

— Он открыл проход, — сказала она в конце. — А куда шагнул, неизвестно. Знаем лишь, что Янь Бин и Шань Мао с ним. Он не один.

— О том, что Нефрит Белого Лотоса способен открыть границу между мирами, никто не знает, — тихо произнёс Гу Чэнь. — Эту особенность нефрита мы скрывали от Ордена тысячелетиями, иначе они бы давно нашли «законный» способ отобрать Нефрит у клана Серебряного Ветра.

— Именно так, — подтвердила Лю Фан, — даже внутри клана об этом знало лишь несколько человек. Когда бежала Ли Инь, именно Линь прикрыл её побег в мир смертных своим Диском. Но сейчас Орден узнает, что Ли Вэй смог покинуть мир Предела Белого Тростника, не затронув формации Юй Шэня. Они захотят заполучить Нефрит.

— Они не смогут! — твёрдо ответил Линь и посмотрел на Лю Фан.

В зале повисла тишина. Гу Чэнь и Лю Фан смотрели на Линя, ожидая продолжения, пока Кэ Лэй окружил комнату печатью Тишины, чтобы ни один звук или дыхание не просочилось наружу.

— Они не смогут, — продолжил Линь, — потому что Ли Вэй и есть Нефрит Белого Лотоса. Камня больше не существует. Они с Ли Вэем — одно целое.

— Орден объявит на него охоту, — после долгого молчания произнесла Лю Фан. — Сейчас они просто захотят заполучить Нефрит, но рано или поздно поймут, что Ли Вэй сам — ключ. — Лю Фан посмотрела на остальных, и в глазах было полно тревоги. — Вы понимаете, что они захотят его или использовать, или уничтожить?

Гу Чэнь кивнул.

— Орден и так проявляет интерес к Ли Вэю. Пока вас не было, трижды присылали гонцов.

— Что хотели? — насторожилась Лю Фан.

— Спросили, не возвращался ли Ли Вэй с испытания. Сказали, что сроки вышли, и Орден обеспокоен безопасностью юного главы. Также предложили помощь в поисках.

Кэ Лэй хмыкнул и плеснул себе вина из кувшина, который прихватила на встречу Лю Фан.

— Помощь, — повторил он. — Как же.

— Я ответил, что Ли Вэй ещё не вернулся, — продолжил Гу Чэнь. — Но они не ушли. Остались ждать на пристани. Говорят, просто отдыхают перед дорогой.

— Перед какой дорогой? — нахмурилась Лю Фан.

— Не сказали. Но я видел, как один из них выпустил журавля с донесением.

В зале повисла тишина.

— Они остались следить, — тихо произнёс Линь. — Даже не скрываются.

— Именно поэтому мы молчали, — ответил Кэ Лэй. — Наёмники Шёпота постоянно шпионят вокруг острова, Орден с самого начала проявляет пристальное внимание к нашему Наследнику, а теперь и вовсе не скрываются.

— Я отправлю людей на поиски, — сказала Лю Фан. — На каждый остров, в каждую долину, в каждую деревню на земле. Мы найдём его первыми.

— Я готов проверить каждую зацепку, — сказал Кэ Лэй.

— И я, — добавил Линь. Его голос был тихим, но твёрдым. — Я проверю любую ниточку.

Лю Фан с благодарностью на них посмотрела. Хотела что-то сказать, но в этот момент в зал ворвался бледный и запыхавшийся гонец, сжимая в руках свиток с печатью Ордена.

— От Верховного Ло, — сказал он, протягивая свиток Лю Фан.

Лю Фан развернула его и начала читать. Её лицо изменилось.

— Хвала Небесам, — воскликнула она, резко вскакивая со стула так, что он опрокинулся. — Из темниц Моюя освободили пленных, и среди них воины клана Серебряного Ветра.

Линь поднял голову и протянул руку, чтобы забрать свиток.

— Орден предлагает вернуть их нам. Как жест доброй воли, — проговорил он, не скрывая презрения к Ордену.

Кэ Лэй тихо выругался.

— Жест доброй воли, — повторил он. — После того, как эти старые сверчки отправили Ли Вэя на верную смерть.

— Давайте вернём их домой, — сказала Лю Фан. — Кэ Лэй, возглавь делегацию на остров Белых дворцов. Возьми воинов и лекаря.

Она посмотрела на Линя.

— А ты приготовь павильон для раненых. После плена на Моюй им потребуется твоя помощь.

Линь кивнул, но не двинулся с места.

— Лю Фан, — сказал он. — Они провели несколько месяцев в темницах Моюя под действием чёрного нефрита.

— Но они ведь выжили, — насторожилась Лю Фан.

— Выжили, да, — ответил Линь. — Но чёрный нефрит подавляет ци и разрушает меридианы. За эти несколько месяцев их внутренняя энергия, скорее всего, разрушена почти полностью. Они будут живы, но...

Он замолчал.

— Но что? — не выдержал Кэ Лэй.

— Но это будут пустые оболочки, — закончил Линь. — Без ци. Без силы. Некоторые могут не вспомнить, кто они, и не узнать своих детей.

— Отец Янь Бин, — прошептала Лю Фан. — Он есть в списке…

— Ей будет тяжело, — согласился Линь. — Но он вернётся домой. Просто будьте готовы увидеть не тех, кого вы знали раньше.

***

Дворец Белого Камня был украшен флагами, фонарями, повсюду кружили духовные сверчки размером с баоцзы, а Небесные Журавли наконец-то изволили отведать пилюль на родниковой воде. Орден Звездочётов праздновал победу.

Столы, накрытые в зале Небесных знамений, ломились от диковинных яств, вина лились рекой, а старейшины, ещё вчера стоявшие плечом к плечу на поле боя, сегодня хвастались друг перед другом подвигами.

— Я сразил трёх тёмных практиков одним ударом, — рассказывал старейшина Чэнь, размахивая кубком и тайком потирая раненое плечо. — Их тёмные силы никуда не годятся.

— А я, — перебил его старейшина Вань, — одним взмахом меча обратил в бегство целый отряд.

Верховный Ло сидел во главе стола, слушал бахвальство старейшин и улыбался. Они заслужили эту победу. Он привёл старейшин, разбил Хэй Юаня, запечатал Моюй, и теперь клана Затмения больше не существовало. Ещё один его подвиг в Небесную Историю. Тревожило только одно — Молот Небесного Кузнеца.

После сегодняшнего удара, который слышал весь Сянъюй Тянь, стало очевидным, у кого Молот. Верховный сердился на себя за то, что упустил Бай Лана в Долине и позволил ему её покинуть. Но как он протащил Молот? Верховный помнил, что Бай Лан покидал Тяньмэнь Кай на ладье Серебряного Ветра, значит, этот паршивец Ли Вэй ему помог. Где же они спрятали артефакт, что даже силами его Звездочётов Молот не удалось обнаружить? Об этом Верховный Ло решил подумать позже. А сейчас важным было то, что Молот ударил.

Лишь бы не последовало ещё ударов. Потому что один — это открытие Небесной Кузницы, а три — это предвестник войны.

Послушник, спешащий в зал с криком «донесение», досеменил до Верховного и с поклоном протянул свиток.

— От кого? — спросил Ло.

— Из Предела Белого Тростника, — ответил гонец. — От Бай Лу.

Ло нахмурился, взял свиток и развернул. И с каждой строкой его лицо становилось всё более каменным.

— Ли Вэй, — сказал он наконец. — Сам открыл границу миров и покинул Предел.

В зале мгновенно повисла тишина. Старейшины переглянулись.

— Это невозможно, — сказал старейшина Вань. — Границу могут открыть только те, у кого есть ключ. А все ключи — у Ордена. Может, он сумел сломать формацию?

— Даже я не смог бы сломать эту формацию, — проговорил старейшина Чэнь.

— Ли Вэй, как и весь его род, хранит Нефрит Белого Лотоса, — тихо сказал Вань, задумавшись.

— Нефрит — не ключ, — отрезал Ло. — Нефрит — это артефакт. Он не открывает границы.

— А мать Ли Вэя? — спросил кто-то из Звездочётов за столом. — Когда она бежала с Иньхэ двадцать лет назад, кто открыл ей проход?

Ло посмотрел на него. В его глазах мелькнуло что-то — страх, может быть. Или злость.

— Я думал, что она прыгнула за Линем, — сказал он. — Мы тогда закрыли глаза на промах Звездочёта, иначе бы Нефрит достался Цань Мину.

— Бай Лу после заточения на Острове Шепчущих Ветров утратила рассудок, — чей-то голос за столом звучал вполне уверенно. — Не стоит принимать её слова всерьёз. Ну, как по-вашему, он смог бы пройти сквозь границу без Диска?

Ло встал. Он прошёлся по залу, заложив руки за спину.

— Давайте предположим, что у Ли Вэя есть ключ, — сказал он медленно, — тогда он значительно опаснее, чем мы думали. Он может открывать границы между мирами, попасть куда угодно и сделать то, что может делать только Орден. Этого нельзя допустить!

— Что прикажешь делать, Верховный? — спросил старейшина Вань.

Ло остановился и посмотрел на старейшин.

— Отправьте людей на поиски, — сказал он. — Пора побеседовать с юным главой Иньхэ лично.

— А если он будет сопротивляться?

— Даже если он будет сопротивляться, — отрезал Ло.

— Кого отправим? — спросил Вань, когда Ло вышел. — Стражей?

— Нет, — покачал головой Чэнь. — Если стражи Ордена появятся на Иньхэ, или в любом другом месте с требованием выдать главу клана Серебряного Ветра, это будет война. Клан Серебряного Ветра не простит. Они и так имеют к нам вопросы после последнего происшествия.

— Тогда кого?

— Наёмников, — сказала старейшина Линь. — Они выследят его, не поднимая шума.

— Наёмники дороги, — заметил Чэнь.

— Дешевле, чем война с кланом Серебряного Ветра, — отрезала Линь.

Вань кивнул.

— Пусть действуют под чужим флагом. Если их поймают, то мы не знаем этих людей. Если они преуспеют, то мы получим Нефрит.

— А мальчишка? — спросил Чэнь.

Вань посмотрел на него.

— Мальчишка — это проблема, — сказал он. — Но эту проблему тоже можно решить.

***

Ледяная Пустыня казалась бесконечной. Шань Мао сначала шутил, что Ли Вэй и в первый раз, пересекая границу, закинул их на снежную вершину Иньхэ, теперь вот в Ледяную Пустыню.

— Ты выбрал это место? — спросил тогда Шань Мао, отряхиваясь от снега.

— Нет, — ответил Ли Вэй. — Я просто открыл дверь. Куда она вела — я не знал.

— Хорошо, — промурлыкал зверь, с разбега врезаясь в сугроб.

Но и ему, несмотря на тёплую шкуру, не нравился ледяной воздух и ветер. Правда, он подтвердил, что эта пустыня находится в Сянъюй Тянь, на севере между Морем Забвения и горой Чёрного Воина. Если двигаться на юг, то выйдут к подножию горы, а там должны быть поселения.

Но они в пути уже вторые сутки, а на горизонте лишь снежная пелена. Плохо было и то, что пустыня почти полностью подавляла ци. Ли Вэй чувствовал, каким образом здесь холод действует на меридианы. Он пробирался внутрь, в сами каналы, по которым текла ци, и замораживал их изнутри, а меридианы становились хрупкими и ломкими.

Ещё вчера он попробовал призвать немного энергии, чтобы согреться, но стоило ему двинуть ци по меридианам, как те отзывались острой болью.

— Не надо, — прошептала тогда Янь Бин, заметив его гримасу. — Ты только хуже сделаешь.

— Знаю, — ответил он. — Но я должен попробовать.

— Не должен, — возразила она. — В этой пустыне любая попытка согреться внутренней энергией — это растрата последних сил. Ты сожжёшь себя быстрее, чем согреешься.

Но вчера они не были столь усталыми, и с ними был Шань Мао. А сегодня Ли Вэй шёл, отворачиваясь от ветра, бьющего в лицо, и держал за руку Янь Бин, которая уже очень медленно переставляла ноги. Она шла молча, опустив голову, и только иногда поднимала глаза, чтобы посмотреть, куда они идут.

Прошлой ночью им удалось укрыться в чьей-то норе, и тепло Шань Мао их согрело. Но впереди вторая ночь, сил идти и бороться с холодом больше нет, а ландшафт изменился. Вокруг лёд, местами небольшие сугробы, ни единого дерева или норы, куда можно было бы спрятаться от снега и ветра. Ли Вэй отправил Шань Мао на разведку час назад, но зверь пока не вернулся.

Ветер усилился и принёс с собой снегопад.

— Холодно, — еле слышно прошептала Янь Бин.

— Знаю, — ответил он. — Держись. Скоро Шань Мао вернётся.

— Ли Вэй, — сказала Янь Бин тихо. — Если мы не выберемся...

— Выберемся, — перебил он.

— Послушай, — она остановилась и посмотрела на него. Её лицо было бледным, а глаза очень уставшими под белыми от снега ресницами. — Если мы не выберемся, скажи отцу, если когда-нибудь ты его увидишь, что я защищала тебя до конца, как он учил.

Ли Вэй остановился. Он посмотрел на её синие губы, на иней на ресницах, на меч, который она всё ещё держала в руке, хотя пальцы уже не слушались.

— Ты скажешь ему сама, — сказал он, — что ты лучшая воительница, которую я когда-либо видел. И что ты не один раз спасла мне жизнь.

Янь Бин попыталась улыбнуться.

— Ты слишком добр, — сказала она.

— Нет, — ответил он. — Я просто честен.

Снег шёл всё сильнее. Видимость упала до нескольких шагов, и Ли Вэй покрепче ухватил руку девушки, опасаясь потерять её в этом снежном плену. Он чувствовал, как холод проникает под одежду, как пальцы перестают слушаться, видел, как ресницы Янь Бин покрылись инеем, губы посинели, и сама она становилась такой же белой, как и этот снег.

— Янь Бин, — шептал он, с трудом шевеля губами. — Держись. Пожалуйста.

Она кивнула, но Ли Вэй видел, что она уже не чувствует ног. Споткнувшись снова, девушка уже не смогла встать и потянула за собой Ли Вэя. Он упал в сугроб рядом с ней, обнял её, прижал к себе покрепче, пытаясь согреть своим телом.

— Ты же Ледяная Ласточка, — шептал Ли Вэй, — не должна замерзать.

— Прости, я подвела… — с трудом ответила Янь Бин. — Как люди согреваются без ци?

Ли Вэй почувствовал, как Янь Бин прижалась к нему, и как дрожит её тело. Движение их согревало, но силы не бесконечны, и как только они начали уставать, то сразу начали и замерзать. Нужно двигаться. Он попытался встать, но от усталости ноги не слушались, и он отбросил попытки, надеясь лишь на то, что Шань Мао обнаружит их в этом сугробе и отогреет Янь Бин.

— Когда я жил в Тяньхэ, в моём дворе был пруд, — заговорил Ли Вэй, обнимая Янь Бин, — и я тренировал первый уровень «Зеркальной воды» в морозный день. Шёл первый снег, и было очень холодно, но в мире смертных почти нет ци, как и в этой пустыне. И я не мог согреться. Но Линь научил меня, а я научу тебя.

— Ты уже учил, я не смогла…

— Попробуй снова. — Ли Вэй продолжал шептать, повторяя снова и снова подробности, но Янь Бин уже не отвечала.

— Пожалуйста, не замерзай, — еле слышно проговорил Ли Вэй и затих.

Сверху на них сыпал снег, и Ли Вэй чувствовал, как мысли начинают путаться, а тело становится тяжёлым и неповоротливым. Он повернулся к девушке, чьи глаза уже были закрыты, и провёл пальцем по её щеке. Совсем ледяная.

— Янь Бин, — прошептал он. — Янь Бин, открой глаза.

Она не ответила. Ли Вэй прижал её голову к своей груди, понимая, что уже не в силах удержать ускользающее сознание. Последнее, что он увидел, — это снег, падающий на лицо Янь Бин, и чужой меч, приставленный к своему горлу.