Павшие с небес

ЧАСТЬ I. . НАЧАЛО КОНЦА. Глава 1

«Уже почти как 15 лет я являюсь заслуженным пилотом своего 141-го военно-космического истребительного звена. Совсем скоро стукнет уже юбилей моей службы. Парад снова станет для меня хорошим ознаменованием моего профессионального пути.»

С этими мыслями, я, вместе с командиром и сослуживцами, направлялся на выделенной для нас «воздушке» к Платформе, которая вскоре унесёт нас в тёмно-синюю высоту. Внизу были виды красивого, как бы раньше сказали, футуристического города, высокие здания которого переливались синим, голубым и золотым цветами. На больших балконах и крышах видны семейные пары с детьми, прогуливавшиеся по расположенным там паркам с множеством разнообразной зелени.

Мы слушаем по бортовому телевидению репортаж об празднике Единства, в честь которого Космические силы, то есть мы, проведут сегодня на орбите большой торжественный парад.

Подлетая к Платформе, мы с сослуживцами, одетые в торжественные мундиры, выходим к жителям города, встречавшим нас аплодисментами и провожавшими поздравлениями. Тем временем, к Платформе пристыковываются и другие челноки с разными военными и правительственными делегациями, а также будничные грузовые корабли.

Зайдя на Платформу, мы оказываемся на просторной смотровой площадке, на которой всё видно и внизу и вверху. Начальник Платформы подходит к нашему командиру, отдаёт честь и докладывает о готовности к подъёму. Он даёт добро, а затем обернувшись к нам и дав краткий инструктаж, который больше был похож на торжественное обращение к нации, подошёл ко мне. И мы обнялись. Это мой друг, с которым мы прошли через многое. Мы условились отпраздновать мой грядущий профессиональный юбилей вместе с нашими семьями, и, пожелав по традиции друг другу доброго полёта, разошлись к своим кораблям.

Платформа, сначала медленно, а затем всё быстрее начала подниматься в высь. По сути мы находились в огромных размерах лифте, который с лёгкостью отталкивался от земной тверди, словно он сам предпочитал Космос Земле. Вскоре мы оказываемся на околоземной орбите, и состыкуемся с огромной Международной космической станцией.

Я также встретился с другими сослуживцами своей эскадрильи. Мы обещали увидеться после парада снова, чтобы также по традиции погулять вместе в парке.

Расходимся по своим малым штурмовым кораблям. На моём красуется моё любимое число 14 — мой бортовой номер. Вылетаем из ангара. Занимаем свои ряды сопровождения ведущего эсминца. Докладываем о фактической готовности к параду.

Глава 1

© Павел Гусейнов, 2025

ISBN 978-5-0067-6857-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 2

Вдруг весь эфир забивает непонятный режущий шум. Вокруг планеты начинают бить множество фиолетовых молний. С разных сторон открываются порталы с выходящими из них фиолетовыми и серо-зелёно-чёрными кораблями. Все каналы наполнились возмущением, которое кратко можно охарактеризовать вопросом: «Как они смогли преодолеть нашу систему гиперпространственной обороны?» Системы обороны словно и не существовало. Ни её сигнала, ни отметок её на радаре.

Чужаки сразу же уничтожают выстроенные в парадный ряд линкоры и флагманы. Наша эскадрилья рассыпается в разные стороны чтобы увернуться от мощных взрывов реакторов кораблей.

Затем начинается дождь из снарядов — на нас нападают неустановленные дроны, уничтожающие наши истребители один за другим. Связь едва работает. Насколько это возможно, мы стараемся помочь друг другу. Но нас становится всё меньше. Чужие корабли всё ближе, огонь всё более плотный. Большая космическая станция тоже куда-то исчезла.

Всё же меня тоже подбивают, и мы, вместе с бортовым компьютером, выбираем оптимальный путь для снижения на Землю. Тут я только стал замечать, что по всей Земле бегают какие-то фиолетовые волны, а над самыми крупными городами открыты огромные порталы, из которых столпом хлещет вода, затапливая всё вокруг.

По мере нашего падения вся планета оказывается под водой. И всё также по ней бегут странные фиолетовые «волны». Бортовой компьютер выдаёт не менее странное предупреждение: «Внимание, чужеродная квантовая аномалия!», повторяя её без умолку.

Преодолевая плотность атмосферы, корабль, обволакиваясь пламенем, еле держится. Мы падаем в эти фиолетовые волны, готовясь столкнуться с бушующими толщами воды…

Тут, когда до нас дошла ещё одна квантовая волна, всё вдруг изменилось, под нами теперь большие зелёные леса и горы, но без намёка на какие-то города. Ещё я заметил, что часть тоже падающих моих сослуживцев каким-то образом совсем исчезла. Потом пошла ещё одна квантовая волна — под нами сплошной огонь и пепел и разбросанные по всюду ступенчатые пирамиды. Тоже исчезли несколько истребителей. Ещё… Снова наша красивая столица с летающими монорельсами, правда несколько по-другому построенная. Нас в воздухе осталось двое.

За несколько сотен метров до поверхности, нас настигла ещё одна квантовая волна и меня кинуло в ночь. Я успел увидеть несколько поселений, окружённых небольшими лесами, и странными сооружениями вокруг.

Бортовой компьютер, умудрявшийся сохранить с другими подбитыми кораблями связь, сообщил что они также упали в нескольких километрах от нас… Но в разных «временных параметрах». Не успев осознать сказанное, я ощутил сильный удар, и то как нас по инерции протащило по земле. Едва смог уберечь голову. Всё перемешалось. Силы стремительно уходили из тела. Я засыпал под колыбельную уведомлений моего БК. В глазах постепенно становилось темно.

Глава 3

Окончательно потеряв контроль над телом, я окунулся в сон.

Я увидел… Нет, как-то осознал, что мне 9 лет. Нахожусь на игровой площадке в парке, в том самом необычном городе — похожим на мой родной, но в то же время он был несколько другим. И рядом на лавочке сидела… Моя почившая бабушка? Примерно такой какой я её помнил, но здесь она гораздо моложе. Откуда-то я знал, что это точно была она.

Вокруг играли и бегали дети, моего возраста, но для меня они были именно детьми… Я чувствовал себя собой, и в памяти ещё мелькали эпизоды проигранного сражения. Стремительным, насколько это возможно для 9-летнего ребёнка шагом, я направился к бабушке, чтобы задать несколько вопросов. Не пройдя и 3-х метров, я почувствовал, как земля под ногами резко пошатнулась. Ухватившись за какую-то горку, я поднял взгляд в небо, и увидел один их тех самых порталов, из которого хлынула вода. Бабушка тут же подскочила и подбежала ко мне. Она схватила мою руку со словами: «Скорей, нам нужно успеть!» — и мы со всех ног побежали прочь от надвигающейся громадной волны.

Пробежав несколько метров, она резко остановилась, сплюнула: «Чёрт, нам не успеть!», а затем вдруг серьёзно посмотрела мне прямо в глаза, села ниже на колени, и взяв за плечи серьёзно сказала: «Запомни! Ни этой войны, и этого потопа на самом деле нет! Всё гораздо сложнее». Я стоял и смотрел на неё как вкопанный, и только и смог сказать что-то вроде: «Понял». Она оглянулась на готовящуюся нас поглотить волну, вздохнула и крепко меня обняла, держа до того самого момента, когда нас захлестнула вода.

Было больно открывать глаза. Кто-то интенсивно водил фонариком по пилотской каюте моего поверженного истребителя. Слышался лай собак, чья-то, не совсем внятная, речь. Мой бортовой компьютер отрапортовал: «Обнаружены несанкционированные лица! Количество: 13. В силу значительных повреждений конструкции эффективный отпор невозможен. Аналитическое функционирование также вскоре станет невозможным. Согласно экстренному протоколу 132, разрешите перенести системные файлы в ваш индивидуальный электронный носитель».

В мыслях встала дилемма, если это враг, то не сможет ли он потом извлечь из ИИ ценные сведения о… о чём? Я только что видел, как мой мир был уничтожен. Или нет? Насколько ценны могут быть имеющиеся у меня сведения? И для кого? А этот странный… сон? Что из всего этого по-настоящему реально? Кем я буду для местных людей с этими данными? А кем без них? Всё же, пока неизвестные активно вскрывали мою капсулу, решил дать добро на копирование данных своему БК. Это всё же лучше, чем совсем ничего. Не ведаю полным представлением о всей ситуации, и я едва могу пошевелиться какими-то поломанными костями, зажатый в ремнях безопасности. Пусть хоть этот виртуальный собеседник останется у меня от того.. того моего прошлого. На мгновение стало очень горько на душе.

Горевать долго не пришлось. Наконец-то им удалось грубо вскрыть мою капсулу каким-то механизмом. И мои глаза на время ослепил свет прожекторов.

«Ось він!» (Вот он!) — прозвучало на каком-то местном диалекте (который так или иначе смог мне мой БК перевести) в вышине ночного неба. Сверху мощным потоком посыпал дождь. Сразу же стало мокро и зыбко.

— «Що робити з ним будемо?» («Что делать с ним будем?»)

— «Як що, діставай його. Ми вже викликали людей з Центру, будуть з хвилини на хвилину! Бери його за крісло!»

(«Как что, доставай его. Мы уже вызвали людей из Центра, будут с минуты на минуту! Бери его за кресло!»)

Дальше, видимо, мой БК на них настроился, и начал работать в режиме синхронного перевода.

— «А, тогда хорошо. Быть может нам бесплатно электроснабжения на месяц дадут»

— «Увидим. Давай доставай!»

Тут ко мне направился большой клещевой манипулятор, ухвативший кресло вместе со мною с двух сторон, и оторвал его от всего корабля. Мысленно я отдал должное человеку, сидевшему за пультом, за то, что он не сдавил меня этими клешнями, и ювелирно вытащил на белый свет.

Глава 4

Едва дождавшись окончания транспортировки кресла, шестеро стоявших полукругом мужчин направили на меня ружья. Или что-то аналогичное им. Сами они были одеты в простые мешковатые балахоны и кирзовые сапоги. И ещё на них красовались шляпы с довольно широкими полями. Сразу подумалось что это какая-то особая форма, выделявшая их среди всех других. Возможно они являлись кем-то вроде шерифов или участковых.

Я старался не давать им поводу применить оружие, и просто смотрел на них. Да и сил было очень мало, даже в условиях этой мокроты двигаться особо не хотелось. Насколько я понял, они ожидали приезда своего начальства, поэтому им было не в резон убивать меня раньше времени. При этой мысли, я осмелился, и тихо, но как можно чётче спросил: «Где я?»

Они видно не ожидали моего столь осмысленного вопроса, или же примерно понятного языка. Переглянулись. То, что я был понят правильно мне подтвердил ответ одного из них: «Сейчас ты находишься в зоне нашей ответственности. Большего тебе не следует знать!» Я едва кивнул, и принялся, на сколько позволяло моё положение, оглядывать местность.

Кроме густой темноты за плечами моих «спасителей» я не мог ничего разглядеть. Позади них было два прожектора, изучавших своими лучами очертания моего бывшего самолёта. Механизм поднявший меня гудел левее, кроме самой клешни полностью я его осмотреть не смог. Сами «спасители» тоже внимательно осматривали меня и самолёт. Один из них, видимо так и не смог совладать со своим любопытством, и глядя мне в глаза, спросил: «А ты откуда будешь?».

Этим вопросом меня было легко застать врасплох. Как я смогу им объяснить откуда я? Если БК сказал, что были временные аномалии, то значит я в прошлом, или нет? Видимо я надолго задумался, так как ещё один «шериф» сказал мне: «Тебе вопрос задали, пришелец!». Только я, лихорадочно собирая мысли, начинал отвечать: «Я от туда…", как другой из мужиков крикнул: «Летят!»

И правда, впереди в темноте я увидел два летательных аппарата, с вращающимися пропеллерами вверху. Их украшали сигнальные огни и по два прожектора впереди, которые также светили мне в лицо. «Шерифы» сразу выстроились в две шеренги и, видимо готовились встречать своих господ. Из аппаратов вышли двое, одетых в строгие деловые костюмы, коротко стриженных людей. От них веяло холодом, и какой-то отстранённостью от всего окружающего мира. За ними шла, как я понял, медицинская бригада с носилками.

Старший из шерифов коротко доложил обо мне и крушении одному из начальников. Он же, видимо самый высокий по званию, подошёл ко мне, окинул взглядом моё положение, и заглянул мне прямо в глаза. Даже я бы сказал в душу. Словно внутри прошёлся сквозняк или холодный душ… Тут я увидел, что глаза его были ядовито-жёлтые, а зрачки были в виде перевёрнутого треугольника в кругу. Хотелось надеяться, что это просто надетые линзы. Он скомандовал медикам на каком-то непонятном языке, и те принялись меня из моего ложа высвобождать. Тем временем я слышал, как «шериф» старается выторговать для себя или поселения что-то вроде «неограниченного энерголимита». «Господин» послушал, и сказал, что больше обозначенной премии всем участникам операции, они не могут дать. На возражения шерифа он парировал, что при желании, все они могут объединить свою премию и оплатить энергию наперёд, но видимо это шерифа не устроило. Когда меня проносили мимо него на носилках, я видел его полные негодования глаза, со злостью смотрящие на меня. В этот момент я даже на знал, радоваться ли тому что меня забрали эти холодные в душе люди, или наоборот готовиться к худшему.

Мы с медиками расположились в отдельном от господ отсеке летательного аппарата, как медики его назвали «Helicopter». Благодаря своему БК, вскоре я понял, что они говорили на устаревшем английском, и между собою они бранили меня за то, что их подорвали ночью из дома лететь в дождь «в эту дыру». Мои попытки спроситьх о месте назначения они игнорировали, и мне только и оставалось, как снова уйти в себя под ритмичный шум двигателя.

Глава 5

В этот раз обошлось без необычных снов. Я проснулся в больничной койке простенького, по моим меркам, медицинского помещения. Шкафы да прибор, отмечавший мою жизненную активность. Сразу стало понятно, что они выделили для меня отдельную комнату. Дышалось гораздо легче, но правая рука всё ещё болела.

Видимо узнав о моём пробуждении, ко мне в койку зашёл облысевший врач в очках с толстой оправой. Глянув на меня, он коснулся своего коммуникатора в ухе и, кому-то сообщив о моём пробуждении, сразу же ушёл. Не без труда я постарался сесть на кровати, ещё кружилась голова. Как только я отдышался, разглядывая эту комнату без окон, через дверь вошли трое. В двоих я узнал тех «господ» с жёлтыми глазами, а вот третий…

Он был старше своих подчинённых. То, что он был главным из них читалось во всём языке его тела. Строго выстроенное лицо, волевой подбородок, и глубокие тёмно-синие глаза. При этом, по сравнению с глазами его спутников, самые обычные. Но строгие. Незнакомец, оглянув меня, медленно подошёл. Один из спутников пододвинул ему стул, на который тот сразу сел, не отрывая от меня взгляда. И по русский заговорил:

— Как вы себя чувствуете?

Я, ответил, стараясь не выдавать своего удивления:

— Уже лучше, спасибо.

— Хорошо. Мы решили, так сказать, стабилизировать ваше состояние, чтобы у нас получилось вот так поговорить. — При этом посмотрел на одного из своих спутников, затем снова перевёл взгляд на меня — «Вам известно, где вы находитесь?

— Не совсем. Полагаю, в какой-то больнице?

— Можно и так сказать. — ответил он с ухмылкой. — Но давайте не будем тянуть такими глупыми вопросами наше с вами время. Итак, давайте я вам обрисую ситуацию, в которой вы оказались. Меня зовут агент Джон. А это тоже агенты нашей Службы Безопасности. Вы наверняка знаете, что этот — тут он посмотрел прямо мне в глаза — мир поделён на две основные стороны. Назовём их реформаторы и консерваторы. И между ними идёт давняя война. Мы — он оглянулся на своих спутников — принадлежим к одной из них.

В этих условиях ваш, так сказать, самолёт, потерпел крушение неподалёку от зоны боевых действий. Мы полагаем, что вы являетесь пилотом экспериментального летательного аппарата нашего противника. Каким-то образом вы преодолели нашу систему обороны, и свалились сверху на нас как снег на голову.

Мы предлагаем вам выбор — либо вы полностью выкладываете свою миссию и аэродром базирования, вместе с личностями пилотов вашей эскадрильи, либо вы становитесь преступником, которого будет необходимо наказать по всей строгости военного закона. Как вам такой выбор, гражданин Антон Андреевич?

— Ох… — Было действительно над чем подумать. Занять сторону в войне, суть которой совсем не знаешь? «Этот мир поделён на две стороны» … «Преодолели систему обороны»… Эскадрилья… Все эти слова так больно напомнили мне о том вторжении. Но как это всё может быть связанно с происходящим сейчас разговором? В голове всё смешалось в кучу. Среди всего этого хаоса догадок, мысли ухватились за ещё один вопрос, который, кажется, не имел к делу никакого отношения. Тем не менее…

— Вы думаете, что меня зовут Антон Андреевич?

— А вы думали, что мы о вас не узнаем? — Ухмыляясь сказал мой собеседник — У нас на вашей стороне есть свои ищейки, готовые найти кого угодно». — Тут он достал из предоставленного спутником пакета небольшую папку с «моими» именем и фотографией на обложке… А фотография была и правда моя.

— Итак, здесь сказано, что вы родились 14 сентября 1995 года. Окончили инженерно-технический. Являетесь руководителем дома детского творчества города Берюево. Неженат, живёт с родителями. Любит ходить в кафе на соседней улице.

С одной стороны, вы живёте непримечательной, вполне благоустроенной жизнью.

Но, то что мы разговариваем с вами здесь (поднимает укоризненный взгляд на меня) — является прямым свидетельством того что у вас есть и другая.» — тут он достаёт из пакета другую папку. — Вы, взяв себе такой пафосный позывной «Сокол», неофициально помогаете военным конструкторским бюро в разработке новых средств радиоэлектронной борьбы, консультируете лётчиков-испытателей. А теперь — закрыв папку — вы теперь сами испытываете свои разработки на деле. — тут он показал на ещё повреждённую мою руку.

— Но… — тут он приподнял руку дав знак замолчать. И положил эти две папки на близстоящий стол.

— Я предлагаю вам хорошо подумать. Вы видите на столе две ваших истории. В одной вы помогаете нам, и получаете возможность вернуться к своей прежней жизни, пусть и под присмотром наших агентов. А вот в другой… Поймите, я не хочу на вас исключительно давить этим выбором.

Но у гражданина Антона Андреевича — есть будущее. А у «Сокола» нет. У вас ещё есть выбор.

Я окончательно был выбит из колеи. Все слова были вроде знакомы, но я никак не мог понять их истинный смысл. Моя фотография… и даже биография в целом были похожи на мою, только с условиями этого времени и откатом от моей настоящей биографии на 15 лет назад. И позывной такой у меня был… Правда мы тогда противостояли отколовшейся бывшей транснациональной корпорации, захватившей некоторые колонии… Но всё же прослеживается явная связь между моей прошлой жизнью, тем вторжением, и той ситуацией в которой я нахожусь сейчас. А эти агенты Службы Безопасности, и правда думают, что я «всего лишь» инженер-конструктор из противостоящей им стороны? Тогда, наверняка, мне не стоит им раскрывать все карты.

Видя мои внутренние мучения, Джон встал и, поправляя костюм, сказал: «Вижу вам непросто даётся такой выбор. Мне сложно представить какого вам сейчас размышлять — предать свою страну и получить возможность в ней дальше жить, или принести свою героическую жертву. В знак уважения ваших моральных принципов, я дам вам время чтобы подумать без моей персоны. Ровно один час. Потом вы должны дать ответ. Тем не менее вам компанию составят эти двое молодых человек. Просто проследят чтобы вы не наделали глупостей». Сказав это, он быстро удалился.

Двое бывших «господ», ставших для меня теперь агентами СБ, расположились по углам напротив меня, языком тела ведя меж собою свой неслышный мне диалог. Я, тем временем, повернулся в сторону оставленных агентом Джоном досье и долго не решался их брать. Морально непросто погружаться в перипетии этой реальности, хорошо помня свою настоящую. Когда я уже собирался взять одну из папок, случилось нечто неожиданное.

Вдруг один из агентов резко поднимает из кобуры пистолет, и бесшумно убивает своего бывшего коллегу. Затем он смотрит на свои наручные часы, и подходит ко мне со словами:

«Не волнуйся, я знаю кто ты.»

Глава 6

Предвосхищая мои вопросы, агент совсем по человеческий быстро проговорил, снимая с меня датчики и капельницу:

«Прибереги свои расспросы на потом. Не говори ни слова и делай всё что я скажу. Камер здесь нет, и у нас есть фора в 44 минуты. Быть может, нам и удастся провести тебя без потерь.» — Протягивает пакет — «Возьми свои досье, будет возможность — изучишь. В том же пакете твоё устройство. Они не взломали, хотели чтобы ты сам его отдал. Надевай куртку и руки за спину!»

Он достал из ящика в столе наручники и быстро надел их мне на запястья. Мы вышли в длинный коридор в котором не было кроме нас никого. Дальше мы ещё несколько минут бродили по лабиринтам коридоров, встречая персонал условной больницы, не обращавший на нас никакого внимания, пока не наткнулись на большую железную дверь, у которой стоял другой агент с жёлтыми глазами.

— Четвёртый, пропусти!

— Разве Джон не должен был его опросить?

— Он и поручил отвести его «на Квест». Пленник заранее заявил, что сотрудничать отказывается. Я Джона по связи уже уведомил.

— Мне уточнить у него поручение?

— Ну, если ты хочешь зазря потормошить босса, то давай.

После секундного раздумья, «Четвёртый» ввёл на панели код, и дверь автоматический открылась. Мы уже вышли, как вдруг он нас окликнул.

— А Пятый твой где? — Приостановившись, мой спутник ответил не оборачиваясь.

— Пятый пошёл за инструментами, тоже скоро должен подойти. С мальцом я и сам справлюсь!

Видимо, почувствовав удовлетворённость ответом своего сослуживца, агент подтолкнул меня (так что я едва не упал), и направил к стоявшему напротив здания крупному транспортному средству на четырёх колесах. Отойдя от здания, я понял, что всё это время находился не в больнице, а на военной базе, оборудованной на основе какого-то санатория. Вокруг то и дело патрулировали беспилотники и кружили вертолёты. Посадив меня на заднее сидение в машину, агент неспешно покатил к главному КПП, через который нас сразу пропустили. Отъехав от него несколько сотен метров, агент значительно увеличил скорость, и заметно расслабился.

— Думаю, они тебя недооценили. Тебе очень повезло.

— Думаешь? У них мой разбитый корабль, они пытались взломать мой бортовой компьютер. И мне казалось, что Джон и правда хочет знать имена моих сослуживцев из 2186-го… Кстати, какой сейчас по-вашему год?

— Смело отнимай от своего сотню… И ещё где-то лет 60.

Я думаю, что это было не больше чем совпадение с историей твоего альтер-эго здесь… Это интересно, но я в этом вопросе мало чем могу тебе помочь. Насчёт корабля и твоего гаджета — у нас много чего в последнее время падает, да и мобильными ПК уже никого не удивишь. Ещё не пришли по твою душу Те, кто точно должен быть в курсе.

— Ох ё… — стараюсь собраться с мыслями — А кто может помочь?

— Те люди, к которым я постараюсь тебя доставить.

— Так, а кто это за люди? Как ты узнал моё действительное происхождение?

Тут агент ответил не сразу, стараясь подобрать слова — Знаешь, лучше тебе пусть это объяснит кто-то другой на месте… Если коротко, есть Те кто уже давно тебя здесь ждёт. Причём с обеих сторон. К счастью для тебя, точные координаты и время имелись только у нас, но эти координаты указали прямо сюда. Тебе, кстати, известен общий итог?

Подумав, отвечаю: — Не припомню. Я сейчас могу только сказать, что здесь в эти годы был СССР, который затем стал составной частью Планетарного Союза… годовщину Единства которого мы и отмечали в тот день… Когда меня сбили.

— Вот значит как… — сказал с какой-то иной горечью мой жёлтоглазый собеседник. И впал в размышления.

— Так, кто там, говоришь, меня ждёт?

— А… Я с ними не виделся в целях конспирации. Контактировал с их посредниками. Дали задание и информацию о тебе. В целом я привык к таким кейсам как твой. И не такие задания были. Как раз у меня, так сказать, имелись наработки здесь. Как я понял, эти люди как-то связаны с твоей линией будущего. — При этих словах меня осенило.

Если нас разбросало в разные времена, то значит, кто-то из команды смог уцелеть и обосноваться где-то во времени между этим годом и нашим, и как-то вычислить координаты остальных… Но как? Неужели это был тот последний видимый мной пилот перед тем как я разбился здесь? Вряд ли мой собеседник знал ответы на эти вопросы. Но всё же его слова с подвигали меня на новые.

— Моей линией будущего? Это как? У вас разве другая? — Тут он снова не сразу ответил.

— Если всё правда, как ты сказал, то значит другая. По крайней мере, сейчас мне сложно представить, что мы когда-то придём к единству. Мы сейчас словно живём в эпохе всеобщего упадка. Как в какой-то книге. — он снова погрузился в свои мысли.

Я не стал отвлекать его от размышлений и сам погрузился в свои. Значит, это вторжение, и те фиолетовые волны, разбросавшие нас, затронули не только мою эпоху? Что это за могущественный такой враг напал на нас?

За окном мелькали дома какого-то посёлка. Многие из них были заметно постаревшими, ещё из красного кирпича. Вокруг нас сновали примерно такие же машины в основном белого и серого окрасов, которые агент уверенно и аккуратно обгонял.

Я снова решил нарушить молчание.

— А какой у тебя номер?

Он, едва лукаво улыбаясь, покачал головой: «Седьмой».

— А глаза где такие нашёл?

На мгновение повернувшись на меня, он глянул в глаза. По душе снова пробежался холодок.

— Знаешь такую пословицу: «Меньше знаешь, крепче спишь» — После некоторой паузы, он всё же ответил — Нас, можно сказать, вырастили, в ходе совместного с тёмной стороной проекта. Основная наша задача — это воевать. Но потом пути учредителей разошлись. Каждый забрал свою долю. Иногда мы воюем с себе подобными, а иногда объединяемся для выполнения касающихся всех задач, если взгляды и интересы учредителей совпадают. Вот я и работал вместе с ними. Пока не появился ты.

И тут, предвосхищая мой вопрос, он продолжил: «А чтобы люди не пугались, мы надеваем вот такие вот красивые чёрные очки. — и демонстративно одел их, становясь похожим на типичного «секретного агента» из древних фильмов. После этого он сразу свернул с дороги к какому-то продовольственному складу, окружённому колёсными грузовыми челноками своего времени. Мы зашли в большой ангар, наполненный большими коробками, в котором нас уже ожидали четверо человек в рабочей форме.

— Итак, обратился ко мне Седьмой — здесь наши с тобой пути расходятся. Эти ребята повезут тебя в одном из тех грузовиков до нужного места, а потом ещё дальше. Лучше не задавай им лишних вопросов и делай всё что они скажут. А я, тем временем, здесь прослежу чтобы всё прошло гладко. Джон скорее всего уже поднимает тревогу.

— Значит, мы с тобой в дальнейшем не увидимся?

— Кто знает… Какие ещё планы ты испортишь мне в следующий раз. — и, лукаво улыбнувшись протягивает мне руку.

Мы попрощались и разошлись в разные стороны. Он вышел наружу, а меня направили к грузовикам. У меня появилось чувство, что эта поездка будет гораздо длиннее чем мне казалось в начале.

Глава 7

Я переоделся в данную мне такую же рабочую форму, стараясь не упускать из виду данный агентом пакет с «моим» досье. Затем получил небольшой набор еды в дорогу, что было очень кстати. Я уже и не помнил, когда последний раз ел, ещё до падения.

Меня посадили в названный рабочими «грузовик» рядом с водителем и, пропустив несколько таких же машин, мы выехали на трассу.

Как и просил Седьмой, я не задавал лишних вопросов, только лишь иногда ел энергетические батончики да крекеры, из данного мне проднабора и запивал их водой с лимоном.

Мы ехали довольно долго мимо небольших городков и совсем маленьких деревень, между которыми были бескрайние поля. Я даже притомился от однообразия пейзажа, вспоминая скорости своего времени.

Всё же через несколько часов мы подъехали к комплексу зданий с длинными полосами асфальта, у которых стояли крылатые воздушные судна. Вспомнил занятия по истории авиации — такие самолёты взлетали, разбегаясь по этим полосам, значит у них ещё не в ходу системы вертикального взлёта.

Подъехав к грузовому терминалу, водитель сказал, что мы приехали и велел идти к двум интеллигентного вида людям в строгих костюмах. Поблагодарив его, я вышел к указанным персонам, которые назвали меня по моему здешнему имени и вежливо попросили пройти за ним.

Мы быстрым шагом направились к площадке со странным названием «VIP-зона», на которой нас ждал примерно такой же летальный аппарат, только несколько меньших размеров.

Меня провели мимо многочисленной аппаратуры и посадили на одно из немногих сидений в салоне. Судя по всему, этот борт предназначался для особых задач. Через пару минут мы уже оторвались от земли и полетели, как мне подсказывало моё чутьё, в южном направлении.

Ровный размеренный гул двигателей, проносящиеся за иллюминатором облака… Всё это было мне так знакомо. Я впервые за всё время почувствовал себя в безопасности, хоть и понимал, что это чувство может быть иллюзорно. Но всё же я позволил себе расслабиться, и постепенно, сам того не замечая, заснул.

Снова вижу тот незнакомый город своего века. Мне 9 лет. Та же площадка у которой стоит бабушка. Она сразу подошла ко мне, и, взяв за руку, повела меня куда-то.

Я спросил её своим детским голосом:

— Что происходит? Почему я здесь ребёнок? — Она улыбнулась и не смотря на меня ответила

— Я тебя таким помню. Ты в моём воспоминании. Здесь мы можем пообщаться.

— Значит ты жива? Что это за место? Какой год?

Немного помолчав, она снова странно проговорила:

— Скоро ты всё сам узнаешь. Когда вернёшься в иллюзию, спроси у них о проекте «Новый Китеж». В нём ты найдёшь подсказку.

В этот момент небеса снова разверзлись порталами из которых хлынула вода. Снова люди вокруг забегали в панике. Мы остановились.

— Понял, спрошу. Но что вообще происходит? Кто тогда напал на нас?

Она снова улыбнулась и сказала: «Не забывай, этой войны и потопа на самом деле нет». И снова меня обняла, крепко сжимая, давая волнам снова нас унести.

Открыл глаза. Немного гудело в ушах. Вокруг было всё также тихо и спокойно, как и до сна. Было всё также, кроме сидевшего напротив меня крупного черноволосого мужчины с короткой кудрявой бородой и выразительными ярко-голубыми глазами.

— О, отоспался наш красавец! — несколько укоризненно отреагировал незнакомец на моё пробуждение. — А я-то думал ты до самого конца полета так будешь дрыхнуть!

— Долго я спал? — часто моргая глазами, я старался побыстрее проснуться и, более ровно усевшись, пытался вести себя наиболее серьёзно.

— Часа два, не меньше. Похоже тебя все эти перемены хорошо измотали. Как кстати твоя рука?

— Ещё немного болит, но я думаю скоро заживёт — ответил я, медленно крутя запястьем, и стараясь не выглядеть перед ним изнеженным гражданским, которого только вынули из постели. Посмотрев в окно, я поспешил сменить тему — Куда мы всё-таки летим?

— В Стамбул. Там совсем скоро состоится обмен пленными агентами. Ты тоже будешь в нём участвовать. — Тут он выдержал паузу, глядя мне в глаза — Неофициально.

— Значит… Вся операция по моему вызволению прошла успешно? Агент Джон и его кураторы готовы перестать меня преследовать? — Тут он резко изменился в лице, проявляя его открытое ко мне презрение.

— Успешной? Они вели вас до самого аэропорта! Выследили все выехавшие из склада грузовики, а затем атаковали, уничтожив всех наших на обоих объектах. Седьмой тоже погиб. — Тут он опустил глаза, видно с особенной тяжестью произнося последние слова. Затем он взял себя в руки, и продолжил уже более ровным голосом — затем наш самолёт пытались сбить «ИРИСами». К счастью располагавшиеся неподалёку от нас С-400 успели перехватить ракеты. — Я был поражён этой новостью. Седьмой умер. Хоть мы и были знакомы всего пару часов, но появилось чувство, что я тоже потерял друга. Вернее, если бы мы вместе работали, то скорее всего стали бы друзьями. Мы какое-то время молчали с агентом. Затем бородач продолжил.

— Не знаю, что такого в начальстве в тебе нашли, но я очень надеюсь, что это будет соизмеримо с теми силами, которые мы из-за тебя сегодня потеряли.

Теперь слушай внимательно. Ты наденешь этот костюм и очки — обращая моё внимание на пакет в другом ряду — И когда мы приземлимся, ты выйдешь вместе с нами в качестве одного из агентов. Затем во Внуково, когда все уже выйдут, ты сядешь с нами в машину которая довезёт тебя до места назначения. Ты всё понял?

— Так точно — я кивнул, ещё не отошедший от новости. И тут, похоже, вставая, агент решил меня окончательно «добить».

— И вот ещё что. Отвечая на твой вопрос. Да, Джон и его кураторы согласились тебя отпустить. Взамен на оставление у себя другого нашего агента, и ещё с каким-то неизвестным мне условием. Они теперь точно знают кто ты такой, но не будут препятствовать доставлению тебя в Россию. Но я думаю, это ненадолго. И они вскоре снова будут совершать попытки схватить тебя, либо ликвидировать. — Уходя, он добавил — Приятного полёта, гражданин Антон Андреевич.

Он ушёл, оставив меня наедине со своими мыслями и навязанным чувством вины, за судьбу неизвестных мне людей. Пусть и не моего времени или реальности… Но всё же людей.

Глава 8

Чтобы хоть как-то отвлечься от неприятных мыслей, я достал из пакета две папки со своими досье, которые, ныне покойный, агент Седьмой рекомендовал мне взять.

В одной были фото моей более молодой на 15 лет версии, таких же моих родителей, вот фото как я одиноко обедаю в каком-то простеньком общепите, как я показываю простенькую, деревянную модель самолёта детям в классе. Внутри возникло странное чувство, будто я и правда жил именно такой жизнью, даже, будто, припоминаю интерьер той кафешки.

В другой папке, я видел себя у рабочего стола, смотрящего в громоздкий компьютер, на экране которого отображались различные расчёты и чертежи. Эти же чертежи были здесь на отдельных страницах. Затем я нашёл там пару фотографий где я стою вместе с моей проектной командой конструкторского бюро. Никого я на них не узнал. Или почти никого… На одной из них я стоял рядом с лётчиком, в котором я узнал своего друга и капитана эскадрильи Вячеслава Смирнова. Он здесь тоже был гораздо моложе, без начавшей одолевать его седины, но это точно был он! По коже пробежались мурашки. Неужели и здесь нас по-своему свела судьба…

Затем я достал из пакета своё коммуникационное устройство. По сути оно представляет собой длинную, телесного цвета, почти прозрачную перчатку, не закрывающую пальцы, крепляющуюся на правую руку. Нанотехнологии нашего времени сумели вместить громоздкие когда-то процессоры и блоки памяти в тонкие нити и слои особого материала. Каждый коммуникатор «привязывался» к особой индивидуальной мозговой волне конкретного человека, и полностью управлялся по принципу «мозг-компьютер».

Я надел его, и тут же «перчатка» будто слилась с моей рукой. Начало привычно покалывать в районе локтя. В голове зазвучал голос: «Пожалуйста, сидите спокойно, идет считывание и идентификация индивидуальной нервной и мозговой активности… Идентификация пройдена. Приветствую вас!».

Мне стало так внутренне тепло от такого близкого напоминания о прежней жизни. Казалось, если закрыть глаза, то можно почувствовать себя не на самолёте 160-летней давности, а на нашей «воздушке» несущей нас на виртуальную авиатренировку. Так я и собирался сделать, как вдруг услышал в мыслях ещё один весьма знакомый голос.

— Борт один-четыре-два-восемь на связи! Перезагрузка и апробация новых системных параметров проведены. Готов к выполнению новых задач!

— Один-четыре, рад тебя слышать! Не представляешь как я рад слышать твоё зудение в текущих обстоятельствах! Как ты? Нормально перенёс падение? — тут же отозвался я ему мысленно.

— В результате крушения были утеряны существенные лётные и огневые характеристики. Перемещение системных файлов и памяти на текущий электронный носитель заняло 1 минуту 34 секунды. Аппаратные возможности носителя позволяют вести активную мониторинговую и аналитическую деятельность. Системных конфликтов не зафиксировано.

— Скажи мне, какая сейчас дата?

— Согласно моим астрономическим данным — 1 августа 2024 года. Для уточнения времени и актуальной информации необходимо подключение к спутниковой связи. Внимание! Неактуальные протоколы связи и безопасности! Установить спутниковую связь?

— Нет не надо, скорее всего по ним нас легко выследят. Главное будь на связи со мной. Скажи, как долго ты сможешь работать без заряда?

— Примерно 28 дней. При минимальной нагрузке до 35.

— Понял. Тогда буду не часто тебя беспокоить. Кто знает, когда и как я смогу тебя зарядить. Просто веди общее наблюдение и предупреждай если что не так.

— Принял. Сканирование показало возможность считывания данных с ближайших устройств. Интерпретировать имеющиеся данные?

— Хорошо, только так чтобы не выдавать себя, и при условии отсутствия значительного расхода энергии.

— Принял. Данный авиаборт модели Gulfstream GV, зарегистрирован в Мали на неназванную, ныне расформированную, частную военную компанию. Оснащён средствами радиоэлектронной разведки и борьбы второго поколения. В данный момент борт направляется рейсом Римотиж-Стамбул со скоростью 938 км/ч. Расчётное время прибытия — 16:58. Через 29 минут. Могу ли я предоставить вам фрагменты радиопереговоров?

Так мы с моим «14-м» и «развлекались» оставшиеся полчаса, прослушивая переговоры пилотов о текущем курсе валют, погоде в точке назначения и их разговор с диспетчером. Затем мы приземлились в Стамбуле, в аэродроме с более активным авиасообщением. Здесь видимо не происходило военных действий и гражданской авиации было нечего опасаться.

Я уже был одет в выданную мне форму. Но всё же, на выходе, один из агентов тактично напомнил мне что нужно надеть очки.

Мы вышли группой и присоединились к своим коллегам у пассажирского терминала, ожидавших борты из стран-участниц обмена. 14-й хотел было доложить о множественных средствах наблюдения, направленных в том числе и на мою группу, но я попросил придержать при себе эти сведения.

В дальнейшем мы наблюдали прибытие бортов и сам процесс обмена, сопровождаемый и сотрудниками из нашей группы. Когда обмен был завершён, наша группа агентов тоже поднялась в легендарный для моего времени ИЛ-76. В салоне я прошёл мимо старавшихся сохранять спокойствие людей, ещё осознающих своё освобождение. Мы с агентами заняли места в задних рядах, докладывая о завершении обмена и готовности ко взлету.

Полёт был мало чем примечательным. Каждый из агентов погрузился в свои мысли. Также как и основные пассажиры данного рейса. Только молодая семья с двумя детьми активно обсуждали произошедшее. Было интересно наблюдать за тем как дети узнавали о своём русском происхождении. Похоже, ранее их родители были действительно глубоко внедрены в ходе своего задания.

Особенно интересной для меня была песня из просматриваемого мальчиком на коммуникаторе своего времени, мультфильма о каком-то круглом пингвине, заснувшем во время полёта:

«У пилота есть работа,

Он летает самолёт.

У пилота есть забота,

Если вдруг пилот уснёт.

Потому, когда, приятель,

Ты надумаешь летать,

Не забудь, что ты летатель,

И не смей в кабине спать.

От-от-от винта!»1

Песня мне настолько понравилась, что я попросил своего БК её потом как-то найти и сохранить. 14-й тут же мою просьбу выполнил. Удивительно что она не дошла до студентов моего времени.

Так мы и летели, осознавая вместе с бывшими пленниками, что наступает новый этап нашей жизни.

Глава 9

Уже ближе к полуночи самолёт пошёл на снижение. Мы с агентами терпеливо ждали, пока выходят все наши неофициальные коллеги.

С одним рядом сидящим агентом, мы смотрели в иллюминатор как их встречает целый почётный полк. И тут я обратил внимание на человека, встречавшего прибывших самым первым, дарившим в этот момент выходившим девушкам цветы.

И тут я понял… Вижу, но не могу поверить глазам.

— Это же…

— Ага — отвечает мне мой сосед по ряду, не скрывая своего воодушевления — Сам Верховный встречает.

Я видел, в нескольких метрах перед собой, самого Председателя Правления нашего Союзного Государства первой половины прошлого века. Именно при нём сформировалось, как нам говорили в школе, то единое экономическое и политическое пространство от «Лиссабона до Джакарты», которое, впоследствии, после присоединения к нему Американской и Африканской Федераций, стало называться Земным Планетарным Союзом.

Тут я понял, что если сейчас 24 год… В то время как я знал, что Евразийский Союз был основан в начале февраля 2007 года в Мюнхене… Окончательно ратифицирован всеми участниками в 2009-м… А сейчас идёт война в самом сердце этого Союза!

Это осознание укрепило во мне понимание, что то вторжение в моём времени сильно повлияло на ход событий в прошлом. Надо обязательно уточнить, что ещё такого изменилось в истории. Но не сейчас. Сейчас мы наблюдаем за радостным моментом воссоединения граждан со своей Родиной.

Дождавшись пока все участники встречи, под звуки вспышек фотоаппаратов и сопровождением журналистов, не удалились из нашего поля обзора, тот бородатый агент сказал всем — «Пора!» и мы быстро направились к выходу.

К нам сразу подъехали несколько черных машин, в одну из которых мне предложили сесть на заднем сидении. Мы быстро выехали на трассу, на которой не было совершенно никого кроме нас.

Мы ехали мимо небольших сёл и городов несколько часов. Мои попутчики всю дорогу обсуждали ход и детали обмена, о которых они просили меня никому не говорить. Только скажу, что они были весьма довольны результатом операции, пусть из-за меня и не удалось освободить ещё одного их коллегу. Но, как сказал один из них, у них есть ещё «пара тузов в рукаве», и что этот пленный «крепкий молоток».

Так, за разговорами, когда уже начинало рассветать, мы подъехали к какому-то охраняемому комплексу зданий, о котором мой БК не мог ничего существенного сказать. Он только отметил, что здесь невозможно установить точное местоположение имеющимися навигационными системами.

Беспрепятственно проехав через КПП, мы, всё также на машине, сразу подъехали к огромных размеров ангару, больше напоминавшего приплюснутый купол. При въезде в него по туннелю, мы всё глубже спускались в землю.

Один из агентов задал вопрос коллеге.

— Что, больше пока поручений на сегодня нет?

— Да, можно спокойно отоспаться, и, может, день-два отдохнуть. Думаю, начальство оценит нашу работу.

— А, тогда вообще хорошо. А то эти перелёты уже немного утомили. — Тут я решил спросить:

— Часто так по работе летаете?

— Да, теперь часто. Как «корона» началась, так дома совсем редко бываем. Работы, что называется, «жопой жуй».

Спрашиваю немного озадаченно:

— «Корона»?

— А-а-а, ты же не в курсе. Ну тут я тогда не знаю, что тебе рассказывать. Пусть лучше само начальство определит тебе степень осведомлённости. Скажу только, что в 2020-м началась большая эпидемия, под шум которой наши оппоненты успели провернуть несколько жутких афер, которые мы до сих пор вот расхлёбываем. Да Сашка?

— Ага, не говори — Вторил ему наш шофёр.

Вот дела… Чем дальше в лес, тем интереснее грибы. Чем больше я узнаю об этом времени, тем всё больше понимаю, насколько глубоко и сложнее проникли изменения в основной для меня ход событий.

Тут мы наконец выехали из туннеля и передо мной открылся необыкновенный вид. Мы оказались в огромном свободном пространстве под БОЛЬШУЩИМ куполом, под которым разместился целый город, с парками, школами и предприятиями. Сам купол снизу представлял собой огромный экран, имитирующий звёздное небо.

«Интерактивный экран системы внутренней погоды „Небосвод“. Версия 6.0. Предназначен для передачи и регулирования заданных климатических и погодных параметров. Произведён неустановленной компанией в 2012 году» — отрапортовал мой 14-й.

Такое даже для представителя моего времени было «ноу-хау». Хоть я и слышал о похожих системах на колонизированных планетах. Но зачем такая система здесь на Земле?

— Что, впечатляет? Я тоже так челюсть поднимал, когда впервые сюда приехал — Отозвался мой спутник. — Здесь живёт свет нашей нации — лучшие учёные, и конструкторы, под надёжной защитой от какого-либо врага.

Мы направились к спальному комплексу, архитектура которого так сильно напоминала мне мой город моего времени.

Заходя в здание, мои попутчики пожелали мне хорошо выспаться и направили меня к приветливой светловолосой девушке, ожидавшей меня у стойки регистрации. А сами сразу пошли в свои номера.

— Живецкий Михаил, верно? Мне сказали зарегистрировать вас по особой процедуре. Вот, возьмите ваше временное удостоверение, а также бейдж. Вы должны их носить всегда за пределами этого здания. А также вот ваши ключи от номера 317, он на третьем этаже. Попрошу вас расписаться вот здесь. — Я был немного озадачен такой осведомленностью и напористостью девицы. Видно ей дали насчёт меня особые инструкции. Чувствовалась в ней какая-то готовность и выдержка. Ещё больше я был озадачен просьбой расписаться. У меня обычно такая идентификация проходила с помощью электронной подписи моего БК, но тут она протягивала мне шариковую ручку.

— Я должен написать здесь своё имя?

— Можно и имя, но таким образом, чтобы за вами мало кто это смог бы повторить.

Я взял ручку написал своё имя, и, не отрывая её от бумаги, пририсовал к нему горизонтальную галочку, как бы нарисовав силуэт самолёта.

— Так пойдёт?

— Ммм… Пойдет — не скрывая улыбки сказала Светлана, как я понял по её бейджу.

Пожелав друг другу спокойной ночи (на самом деле уже утра) мы распрощались, и я поднялся на просторном лифте на третий этаж.

Номер представлял собой уютное сочетание гостиной с большой кроватью и небольшой кухни. Я почувствовал что-то домашнее во всей этой обстановке, и ещё понял, что я давно уже не спал. Поэтому, сразу же раздевшись, я окунулся в объятия просторной мягкой кровати, погружаясь в реальность своих грёз.

Глава 10

В этот раз сон был совершенно обычным. Мне приснился полёт на моём истребителе, как мы с нашим звеном отрабатывали фигуры высшего пилотажа для подготовки к параду, как вылетали по заданной траектории в ближний космос, и смотрели, через белые лёгкие облака, на землю, узнавая сначала Крымский полуостров, а затем Апеннинский. Сон заканчивается тем что я благополучно залетаю в ангар большого линейного корабля «Алтай» и собираюсь выйти из кабины.

Проснулся из-за звонка настольного телефона. Продирая глаза, подхожу к столу.

— Михаил Петрович, извините что разбудили, но вы нужны нам в нашем командном пункте. Можете ли вы явиться к одиннадцати? — Смотрю на часы у двери — 10 ровно. Хорошо, однако, я поспал. Камер вроде в номере нет, но они верно предположили, что после долгой ночной поездки я буду спать, минимум, до полудня.

— Да что вы, всё хорошо. Я уже проснулся. Скоро буду. Позвольте только уточнить, где он именно?

— Вы спускайтесь к выходу. Там вас встретит человек и отвезёт до места.

Уф, всего час на то чтобы привести себя в порядок и добраться до места. Поупражнявшись с примитивной зубной щёткой, я постарался быстро привести себя и свой новый костюм в надлежащий, достойный знакомства с новым начальством, вид. Хоть они мне пока и не являлись начальниками в полном смысле, но всё это время они старались мне помочь в моём затруднительном положении. И скорее всего они тоже ждут от меня соответствующей взаимности.

Спустившись в холл, я увидел за столиком другую девушку с русыми волосами, приветливо пожелавшую мне доброго утра.

На одном из кресел сидел уже ожидавший меня высокий молодой человек с маленькой бородкой в деловом костюме. Увидев меня, он сразу встал и спросил о моей готовности отправиться в путь.

Вскоре мы уже быстро ехали по проспекту укрытого от всего мира города, мимо красивых двух-трехэтажных домиков, замысловато построенных офисных помещений, и креативно обустроенных общественных пространств. В городе уже давно кипела своя жизнь — у детских садов и школ бегали дети, посетители что-то с интересом обсуждали на верандах кафе, а молодые студенты то и дело шли через надземную «зебру» с тубусами, наполненными многообещающими проектами. Видимо основу населения составляли молодёжь и молодые семьи, хотя люди и более старшего поколения, то и дело, тоже встречались.

Водитель, назвавшийся Дмитрием, по дороге мне много чего рассказывал о жизни города. Он подтвердил моё наблюдение, что основу населения составляет молодёжь от 18 до 35 лет, и что значительную площадь занимают промышленные предприятия. Здесь также в первую очередь испытываются изобретения, способствующие сохранению и поддержанию экологии промышленных городов, поэтому здесь так чисто не смотря на обилие предприятий.

Он рассказал про лес, который посадили здесь с целью изучения развития экосистемы в условиях полностью искусственного климата и освещения, что должно будет помочь как в заселении ранее необитаемых территорий на Земле, так и в колонизации планет. Вообще вскоре Дмитрий признался, что эта тема является для него основной, и он, вместе с такими же заинтересованными ею ребятами, координирует продвижение и внедрение рожденных здесь экологических проектов по всей стране и в дружественных странах.

Так мы и общались, пока не подъехали к большому зданию, похоже построенном в виде пятиконечной звезды, с куполом в середине. 14-й подтвердил моё предположение.

Сразу же миновав «лучи» названного командного пункта, Дмитрий повёл меня к расположенному в центре мини-куполу, если сравнивать его с тем что над нами. Зайдя и минуя вместе с попутчиком несколько кабинетов, я, второй раз за сутки, «уронил челюсть».

В центре круглого помещения, окружённого с краёв рабочими местами с компьютерами, я увидел действительно Командный Центр — с полым круглым столом, за которым заседали генералы и научные руководители, проецируемым изображением вращающейся Земли по середине, причём выполненным в великолепном качестве, и с большим полукруглым экраном позади, расположенным на одной из сторон сферы и показывающим разные графики и карты…

В общем, всё было ровно точно также как в Командном Центре околоземного штаба моего времени, который я с командиром Вячеславом порой посещал. Я даже на мгновение почувствовал, что нахожусь сейчас в этом самом штабе. Всё было настолько соответствующее. Теперь точно не осталось сомнений, что к этому проекту «приложил руку» Кто-то из моего времени.

Когда мы зашли, все собравшиеся, ранее обсуждавшие что-то, тут же замолчали и обратили на нас с Дмитрием свои взоры. К нам подошла девушка в серо-зеленной (цветом примерно, как мох) форме с погонами и с покрашенными в жёлто-белый волосы.

— Наконец-то, я уже думала, что вы опоздаете. — Окинув меня быстрым взглядом, прошедшимся с головы до ног, она обратилась ко мне. — Михаил Петрович, извините за столь резкое пробуждение, мы понимаем, что после пережитого вам нужно больше времени для восстановления, но мы не можем упустить такую хорошую возможность для восстановления связи.

— Ничего, я вполне выспался. А что за связь?

Тут в разговор вмешался, стоявший у стола, уже пожилой и полысевший, но заметно бодрый мужчина в офицерской военной форме: «Юлия Владимировна, вы хотя бы представьтесь молодому человеку!»

Тут же, спохватившись, она протягивает мне руку.

— Ковалёва Юлия Владимировна — 2-й заместитель начальника Штаба Проекта, главный куратор направления социальных исследований. Сержант. — И тут же тише, улыбаясь — извините, честь отдать без головного убора не могу.

Мы пожали руки, и она кивком предложила пройти ближе к столу. Меня внимательно осматривали ещё около десятка мужчин и женщин, вставших вокруг стола. Тот же, старший во всех смыслах офицер, так же ласково спросил:

— Как себя чувствуете, молодой человек?

— Уже гораздо лучше, чем было. — Отвечаю, и почему-то сам же продолжаю — Когда я упал всё тело болело и дышать было трудно. Затем меня подлечили на той военной базе, когда хотели со мной договориться…

— Да, наш агент оказался там очень вовремя, не допустил того чтобы вас завербовали, запудрив мозги. — Сказал ещё один участник встречи, с длинноватым носом, не нарушающего при этом его интеллигентного образа.

— А? — Удивленно отозвался я — А есть такие кто завербован? — Мужчина только кивнул…

Тот же пожилой офицер, который, видно, и был главой Штаба проекта, решил прервать наш разговор:

— Так, давайте не терять даром времени. Это ещё потом мы с тобой вдвоём обсудим — обратился он к тому мужчине. Переведя взгляд на девушку — Юлия Владимировна, что вы говорили насчёт связи, можно выйти на контакт?

— Да, вчера ночью была довольно мощная солнечная вспышка, и этим утром уже началась активная магнитная буря. Всё сегодня должно правильно сработать.

— Превосходно! Солнышко нам помогает. Тогда можно начинать.

— Так точно, приступаю! — Смотря на то как началась рабочая суета за компьютерами, я поспешил спросить:

— Постойте, а причём тут вспышка на Солнце и связь? Она же вроде наоборот глушит определённые волны, вызывает помехи.

— Как раз это нам и надо — ответила девушка, ей вторит Глава.

— Когда играет солнечная буря, мы защищены от прослушивания и блокировки. Это у них тогда всё «падает», а у нас наоборот. Вот сейчас посмотришь — улыбаясь, показал он в центр зала.

Не совсем поняв слов старика, я посмотрел на проекцию Земли, и увидел как она исчезла, а на её месте постепенно вырисовывался силует какого-то человека. «Картинка» ещё не прогрузилась, но звук уже выдал мне такое, от чего у меня начали подкашиваться ноги. Я сперва не поверил своим ушам… А потом и глазам.

— Михаил! Как я рад что всё же удалось тебя вызволить! Как поживаешь?

— К… Командир?

Глава 11

— Да ладно тебе. Здесь нет нужды обращаться так официально. Считай, здесь все свои.

— Так точно… То есть, хорошо… — Потом немного молчу, собираясь мыслями — Так, значит… Это был ты, когда мы падали, когда снова появился наш город?

— Да, мой друг. Хоть уже столько лет прошло, а я всё это помню словно вчера. Как мы все смотрели друг на друга, и мысленно готовились к своей гибели. Я тоже тогда подумал о тебе, но мы тогда все были так заняты происходящим, что не успели попрощаться друг с другом, или голосовая связь у меня просто тогда уже не работала. — Тут я только заметил, что, пусть и на немного прерывающейся трёхмерной картинке, но всё же видно было, что Слава заметно постарел. Появились морщины, стала более заметной седина.

— Столько лет? То есть для тебя прошло действительно много времени? Для меня всё произошло и правда буквально позавчера.

— Да, я здесь, с 2107-го, уже давно. 7 лет если быть точным. Но давай мы тебе расскажем всё по порядку — в этот момент он кивнул старому офицеру. Тут же рядом появилась ещё одна голограмма с нашей планетой, полностью затапливаемой водой, с сетью многочисленных порталов и фиолетовых линий.

— Ты помнишь, как началось вторжение? — начал Владислав — Сначала появились молнии, а затем начали открываться порталы. Мы тогда ещё все возмущались, что система обороны не сработала. Так вот, она не сработала, потому что вторжение было, так сказать, с другой стороны — не от сил колониальной корпорации или ещё какой-то группировки… Это было вторжение из другого измерения, другой вселенной. Оказывается, и такие есть. Поэтому наши орудия не смогли вовремя определить цели как вражеские. Это первая причина.

Вторая заключается в том, как ты, наверное, уже понял, что вторжение не ограничилось только нашим временем. То есть случилось что-то такое, из-за чего все эти системы просто не были созданы в прошлом, а значит и в нашем настоящем. Поэтому, кстати, исчезла и наша главная станция.

Но главное, что тебе сейчас надо понять, что это вторжение, вызвало изменения в ходе времени, не только в твоём 21-м веке, а практический во всех других эпохах — В древности, в античности, в средневековье, в Возрождении и так далее. Ты понимаешь? —

Видя моё замешательство, одна из присутствующих девушек предложила присесть мне за одно из свободных кресел за столом. Кивнув в знак благодарности, я принял её предложение.

— Да… Поэтому я видел под собой то леса, то какие-то поселения, каждый раз, когда меня настигала одна из тех фиолетовых волн. Тогда ещё мой БК сказал, что обнаружена «неизвестная квантовая аномалия».

— Именно — Активно закивал Вячеслав — У меня тоже было такое уведомление. И теперь, отныне, в каждой эпохе есть своя боль, своя, как мы все называем, тёмная сторона, с которой всем поколениям Человечества приходится считаться и бороться. Мы обобщённо между собой называем все эти изменения Искажением.

Тут на экране позади стали появляться фотографии войн и разрушений разных времён. Дав мне несколько секунд переварить эту информацию, Вячеслав, переглядываясь с присутствующими, продолжил.

— Теперь о природе этого Искажения. Мы обозначили, что оно имеет квантовую природу. То есть оно проявляется сразу в нескольких пространственных и временных координатах. Как в нашем 2186 году было вторжение с глобальным затоплением, так и, такой же, так называемый сейчас, «всемирный потоп» произошёл примерно 12 тысяч лет назад. И всё это время, между этими двумя потопами, подверглось Искажению.

— Позвольте перебить, Вячеслав Анатольевич — приподнялся несколько полный судя по обтянувшему его костюму, в очках с круглыми линзами, ученный с прилизанной причёской и с короткой бородкой. Тут же, будто опомнившись, он быстро говоря представился мне — Сапожников Виктор, заведующий отделом исторических исследований, делегат от РАН. — И дальше с волнением продолжил. — Вы сказали сейчас, что у вас также были имеющиеся и сейчас у нас эпохи античности, средневековья, возрождения…

Но в тоже время вы ранее утверждали о реальности канувших империй Атлантиды и Лемурии. Значит, затопление Атлантиды и упадок цивилизации в вашей версии истории тоже были? — Неожиданно ему ответил сам глава Штаба.

— Потопа и крушения Атлантиды, как таковых, у нас не было. Но это не означает что наша версия развития цивилизации является полностью, как тут говорят, утопичной и безоблачной. И в нашей истории случались конфликты и эпохи, обозначенные известными вам названиями. Античность являлась для нас временем своеобразного переосмысления развития цивилизации.

Но у нас не было всё настолько плохо с тиранствующими династиями и вековыми войнами как у вас. Это Искажение отяготило, ожесточило каждый бывавший в нашей истории конфликт или разногласия, добавив свои собственные. Вам будет понятен такой ответ?» — при этом он смотрел на ученого так внимательно, словно он его сейчас просмотрит на сквозь.

— Да, конечно. Могу ли я передать эти сведения своей организации? — сказал уже тише учёный, садясь обратно на место.

— Можете, но будьте с этим осторожны. С вашей Академией тоже сейчас не всё ясно.

Я внимательно слушал их диалог, и, пытавшись осилить свою догадку, спросил у генерала:

— Так… Вы…

— Командир экипажа линейного фрегата «Алтай», из состава звёздного флота, Стивен Хаккет. В этой жизни Иосиф Хабаров.

Пора «ронять челюсть» в третий раз…

— Сэр… — уважительным тоном сказал я, вставая «по струнке» — Я же видел, как ваш фрегат развалился от атаки наполовину. Как вы выжили? — Понимающе улыбаясь, и жестом прося меня сесть обратно, он ответил.

— Да, было тяжело. «Алтай» разодрало, но он ещё тогда не взорвался. Мы падали ещё какое-то время, как потом выяснилось, где-то над Сибирью. Мы успели эвакуироваться на пришвартованных челноках до того, как реактор сдетонировал. К счастью для нас, эти фиолетовые квантовые волны разбросали нас по разным временам до самого взрыва. Как я потом выяснил, сам я здесь с 1958-го года, этот взрыв впоследствии был назван «Тунгусским инцидентом» — тут он взялся за подбородок, задумавшись — При этом, похоже, корабль снова кинуло куда-то ещё в момент взрыва, судя по минимальным последствиям и отсутствию обломков. — Все уважительно слушали рассказ бывалого адмирала, видимо слыша его уже не в первый раз. Когда он закончил, наступила задумчивая тишина.

— Ну, по крайней мере мы теперь знаем как вымерли динозавры. — решил первым нарушить молчание Слава.

— Вы это серьёзно? — Оживился историк.

— Нет, конкретно это была просто шутка. — Улыбаясь ответил ему мой друг. Лица всех присутствующих тоже озарила улыбка. Я снова в мыслях попытался собрать всю картину воедино.

— Так значит, мы с вами здесь не одни?

— Конечно! — отреагировал Вячеслав — Ты знаешь сколько народу было тогда на орбите? Бойцы нашего военного флота, перевозчики, торговцы, экипажи трёх других не исчезнувших станций… Это не говоря о делегациях из наших колоний. Все они, кто выжил, разбросаны и продолжают разбрасываться по годам и векам исторического процесса во всех регионах мира.

Тут мы с тобой подходим к более практической части нашей встречи. — Далее за его спиной стала вырисовываться замысловатая схема с годами, именами, странами и координатами. — Я оказался самым поздним временным пришельцем всей исторической хронологии.

Попав сюда в начало 22 века, и встретившись с проявлениями Искажения этого времени, я не мог смириться с тем, что нас и Нашего Будущего теперь просто нет. Я связался с теми, кто противостоит тёмной стороне здесь, они кстати, примерно также как тебя, вызволили меня и мой корабль, и рассказав свою полную историю, я убедил их в возможности в перемещении во времени. К счастью здесь уже имелись теоретические наработки в этом плане — здешняя война заставляет активнее искать новые способы достижения победы. И нашлись люди, поверившие в мой план.

Мы научились использовать квантовые запутанности пережитой нами аномалии, чтобы передавать сначала информацию, а затем и предметы по нужным временным и пространственным координатам.

Мой бортовой компьютер смог сохранить координаты всех ближайших ко мне кораблей при падении, в том числе и твои, по которым мы стали связываться с другими пилотами в разных веках, и, таким образом, сформировали костяк нашей команды, с которой мы координируемся через этот и другие подобные центры посредством особых коммуникаторов, типа твоего, созданных и отправляемых моей местной проектной командой. — Затем продолжил уже Стивен Хаккет.

— В дальнейшем мы научились, при помощи поддерживающих нас на местах людей и спецслужб, предотвращать худшие варианты событий, останавливать многие катастрофы. — Он поднял куда-то глаза и продолжил дальше уже с каким-то оттенком гордости — наша команда, разбросанная во времени, стоит на страже хода истории нашей цивилизации, не давая тёмной стороне окончательно низвергнуть её в пучины смуты… Когда-то об этом люди сложат легенды.

— Так их уже давно сложили. — снова оживился историк. — В той же самой Библии говорится об ангелах, упавших с небес.

— Да, кстати! — поддержал его ранее обратившийся ко мне интеллигентный мужчина — Хоть Церковь и поспешила опорочить в глазах людей наших ребят, связав их с дьяволом, но всё же мы память о себе всем людям оставили. Есть наши и на старинных фресках, якобы изображавших пролёты комет, и в некоторых историях о падениях НЛО…

— Всё же это другое… — вздыхая ответил ему Командир — Я имел ввиду всю историю. — Снова все задумались… Не желая прерывать интереснейший для меня брифинг, я задал следующий интересующий меня вопрос.

— А.. как там её… Тёмная сторона разве не принимает какие-то меры чтобы остановить наш «звёздный десант»? Как они могли проглядеть, при таком вторжении, что ими не будет затронуто столько народу на орбите? Или они подумали, что уничтожения кораблей будет достаточно?

И почему же люди, будучи помня о таком вторжении в начале, не оказывают эффективного сопротивления? Кто, всё же, наш противник? — Тут мне решил ответить тот интеллигентный мужчина.

— Ты правильные вопросы задаёшь. Мы сами часто над ними размышляем. Во-первых, в этом и есть самая главная сложность — люди не помнят этого вторжения. — В этот момент Хакет переглядывается с Владом, и с усмешкой спрашивает того:

«Ну что, дадим слово внешней разведке?» — Агент глянул на него приподняв брови, затем снова обратился ко мне продолжая давать ответ.

— Люди действительно не помнят своего прошлого ни в 5-м веке до нашей эры, согласно наблюдениям наших людей там, ни в 15-м веке, ни в 22-м. Словно они правда всегда жили в какой-то параллельной реальности, хотя многие старинные сооружения и археологические находки подтверждают давнее присутствие на Землей развитой цивилизации.

У нас есть следующее предложение насчёт этого.

Эти два всемирных потопа, на межвременном квантовом уровне, продолжают воздействовать на всех людей, живущих во всех эпохах между ними, словно будто удерживая их в каком-то отдельном сервере или реальности, не давая им увидеть всю картину. Человечество как будто оказывается зажатым в клещах между «плюсом» и «минусом» гигантского конденсатора. А вода в этом случае, является его проводником. Рождающиеся здесь люди сразу оказываются в этой ловушке, оставаясь в ней до конца жизни. Кстати наши американские коллеги не так давно неплохой материал об этом опубликовали.

— Да уж, смотрели. — Откликнулся кто-то из присутствующих. Тем временем разведчик продолжил.

— Может эта теория и выглядит плохо продуманной и грубой, но она отчасти объясняет, почему вы — все те, кто оказался во время второго потопа в не Земли и не утонул под водой, всё прекрасно помните, даже с учётом прохождения через «квантовые стены». Вы никак не соприкоснулись с водой.

Дело именно в воде. Возможно, вода, при затоплении тогда издавала какие-то особые радиоволны, настраивавшие людям мозг особым образом. Вас же это не коснулось, так как вы тогда были ещё в небе. Может эти «мозговые волны» от потопов приходят из прошлого и будущего и как-то влияют на людей… Плюс попытки самой местной социальной и политической системы навязать свои параметры мышления и поведения.

В общем наши люди давно думают над этим и продолжают искать ответы на подобные вопросы.

— Тем не менее — встрял в монолог Владислав — моя команда квантовых механиков считает эту теорию вполне рабочей, и предлагает отталкиваться от неё в дальнейшем изучении.

— Ну это у вас там — в будущем, эта проблема может найти решение, а у нас за такие мысли могут в конспирологи записать — с ироничной улыбкой парировал разведчик. — А насчёт реакции тёмной стороны…

Они очень даже следят за прибытием кораблей с вашего времени, насколько это возможно. Может они раньше и недооценили то что выживших с неба будет так много, и что они смогут так самоорганизоваться — тут он глянул на Славу — Но теперь они отслеживают каждый входящий в атмосферу объект, и сразу направляются к нему… Чтобы завербовать. Вот как вас недавно.

— Но зачем им нас вербовать? — Удивлённо спрашиваю я. Эстафету рассказчика взял Владислав.

— Они сперва сразу убивали всех, до кого они могли добраться, а потом, видно, когда мы стали более организованнее, стали склонять на свою сторону ничего не понимавших после падения выживших. Видимо с целью узнать точное количество падавших в атмосферу кораблей, или ради знаний, которые могут помочь местным элитам.

И самое плохое, что немало людей верило их лжи о том, что так они помогают человечеству, а кто-то просто принимал новые порядки и вставал на их защиту. В итоге они сражались со своими бывшими согражданами. Некоторые оказывались действительно опасными противниками.

Поэтому для нас было так важно тогда добраться до тебя и вывезти в Россию.

— Кто знает — вдруг сказал Хаккет — падает ли это с небес метеор или спутник, или же это летит к нам один из наших собратьев? Будет ли он нам другом, или станет нашим врагом? — Необычные изречения старого бывшего адмирала снова погрузили всех в глубокие раздумья.

— Насчёт того, кто вообще напал на нас — также задумчиво продолжил разведчик — мы тоже многого сказать пока не можем. Понятно, что это какая-то новая для нас сила, пришедшая не из мира сего, и владеющая, в данный момент, процессами нашего мира. Мы подозреваем что она координирует все элементы тёмной стороны на всех эпохах, но прояснить для себя её суть мы точно пока не можем. Хоть в мифологии и в религии тоже есть подсказки. — И снова он замолчал в раздумьях.

— Ну ладно, Сергей… — обратившись к нему сказал Стивен — давай пока всё на сегодня. Дай ему переварить это всё. — И тут он обратился ко мне. — Что касается тебя, у нас есть несколько направлений работы, в которых ты можешь нам помочь.

Первое это, конечно, твои наработки в создании средств РЭБ и РЭР. Влад мне очень подробно рассказывал о твоих успехах на этом поприще. Если у тебя всё получится, мы в этом будем на 100 лет впереди наших противников.

— Уверен, твои идеи пригодятся и конструкторам моего времени — добавил Владислав. Тем временем Хакет продолжил.

Второе — конструирование новых моделей беспилотников с другими командами. Твой опыт в этом может тоже очень пригодиться. Ну и если очень хочешь, можем тебя направить на проверку наших перспективных авиационных сил. Но это позже.

Пока я тебе даю день чтобы освоиться и отдохнуть. Затем мы постепенно будем посвящать тебя в работу. Есть какие-то вопросы?

— В целом всё понятно… — И тут лёгкое покалывание в локте напомнило мне о моей необходимости. — Могу ли я где-то заряжать свой БК?

— Да, конечно. У меня есть свой индивидуальный зарядник, но могу распорядиться что бы тебе сделали такой же. А по поводу вопросов, думаю ты поймёшь всё остальное походу дела. — На этих словах он встал, дав понять, что собрание закончено.

Глава 12

— 14-28-й, что с теми данными других кораблей, которые ты выявил во время падения на самом «Стриже»?

— Согласно экстренному протоколу 132, по завершению копирования на сопутствующий электронный носитель, все данные на первичном бортовом оборудовании были полностью удалены. — Фух, хорошо что так. Тут же обращаюсь к другу пока его не отключили от связи.

— Слав, давай я тебе сразу передам свои данные других находившихся тогда рядом кораблей. Может быть ты ещё кого-то спасти сможешь? — При этом приподнимая свою правую руку, показывая свой носитель.

— А, точно! Хорошо, отправь Юлии Владимировне, она затем передаст мне их с нашего коммуникатора.

— [Обнаружено новое соединение. Внимание! Протокол безопасности не актуален. Передать данные? Идёт передача. Передача завершена.] — Засыпал меня рапортами мой 14-й. Тем временем, разведчик Сергей, вставая и подойдя ко мне, тревожно спросил:

— Эти же данные наверняка остались в твоём самолёте, который у них.

— Я сейчас как раз спросил у своего бортового помощника, он заверил что все данные при переносе на носитель — снова поднимаю руку — были на самолёте удалены.

И тут оба командира — Стивен и Вячеслав — одновременно возбуждённо спросили:

— У тебя с собой твой БК?!

— Э-э… Да. А что? — Тут они переглянулись, и Хаккет мне восторженно объяснил.

— А то, что коммуникаторов с полностью развитым ИИ в памяти, у нас до этого не было. В основном все присутствующие из Альфа-будущего в этом времени, не успевали скопировать данные по причине полного разрушения при падении или уничтожения корабля, либо потому что были спасены из гражданских кораблей, не оснащённых развитыми интеллектуальными системами. Я вот тоже прибыл сюда на гражданском челноке. Это большая удача, если не чудо, что твоему БК удалось выжить. До этого мы «спасались» сведениями бортовых самописцев.

— Хм, а как же те, до которых добрались с Тёмной стороны?

— Насколько нам известно, у одного из них тоже сохранился БК. Позже они его поставили в основу своего военного ИИ, который ныне координирует боевые части Израиля в Газе. — Ответил мне Сергей.

— Такой страны я не знаю… — ответил я задумчиво.

— Ну разумеется, как не знаешь и Библии — с улыбкой ответил разведчик. Я только пожал плечами.

— Так вы… теперь намерены у меня его отобрать? — тут я почувствовал ещё один лёгкий укол в локте. Значит это не совпадение, и 14-й правда так реагирует на события?

— Для начала, если можно, передай нам свои зрительные и слуховые записи, и, если есть, результаты сканирования устройств тех дней, когда ты был там за «ленточкой». Быть может эти данные помогут нашим ребятам там. — распорядился глава Штаба Хаккет — А так пока оставь его при себе, мы переговорим с союзниками — тут он вопросительно переглянулся с разведчиком Сергеем — и дальше решим, как можно эффективно использовать этот появившийся у нас козырь.

— [Вы действительно хотите снять защиту контроля внутренней памяти? Назовите пароль. Подтверждено. Идёт передача. Передача завершена.] — Снова проскакали в мыслях слова моего спутника. На всякий случай я поставил защиту для файлов с записью памяти снова.

Отлично! — смотря на Юлию, подтверждавшую жестом передачу, констатировал Хаккет — Мы затем проанализируем что ты видел и слышал, и постараемся найти что-то полезное. А теперь, пожалуйста, пройди за Юлией. Она проведёт тебя на нашу условную процедуру регистрации и можешь быть свободен на сегодня. — И почему-то подмигнул Вячеславу. На мой вопросительный взгляд он с улыбкой ответил только одним словом: «Поймёшь». Подозрительно…

Попрощавшись со Славой, мы наконец разошлись. Согласно отчёту 14-го, мы совещались всего 38 минут, хоть мне от впечатлений казалось, что прошло где-то 2 часа. Пока подходил к Юлии, я саркастический мысленно спросил 14-го.

— [Ты правда сейчас мне давал сигнал в локте? Не уж то расставаться со мной не хочешь?]

— [Так точно! Моя основная задача — сохранение жизни своего пилота и совместное выполнение заданий командования. Данное отсоединение означает снижение эффективности в выполнении данной задачи.]

— [Хм… Логично. Мне тоже не хочется с тобой расставаться, но обстоятельства ныне сильно изменились. Как и командование. Будем надеяться, что нам оставят вариант работать вместе.]

— [Подтверждаю!]

На этом наш мимолётный диалог, длиной в пару секунд, завершился. Юлия снова подала головой такой же направляющий жест, и сказав: «Прошу за мной!», повела меня по коридорам к лестнице, ведущей в цокольный этаж. Дальше, спустя ещё пару коридорных поворотов, она привела меня к большой тяжёлой двери, открываемой только биометрической идентификацией. «Интересная у вас стойка для регистрации» — удивлённо взглянув на дверь, сказал я. Она, улыбаясь, играючи повела плечами, и направила меня за собой.

Мы зашли в небольшую комнату, в которой было весьма холодно. Видимо внутри всегда искусственно поддерживается низкая температура. Видя, как я ёжусь, Юлия попросила меня потерпеть, так как мы здесь будем совсем не долго. А мне ещё сильнее стало не по себе, представляя разные варианты процедуры «регистрации» в таких условиях. Она открыла один из нескольких морозильных шкафов и вынула оттуда ящик с бутылками воды, и пакетами каких — то красных леденцов.

— Вот, запей водой одну, и ты свободен.

— ???

Она протянула, закатывая глаза — Не бо-ойся, это не та вакцина. Как бы тебе сказать… Это, по сути, специальное коммуникационное устройство, типа твоего, которое, со временем настроит твои мозговые альфа- и бета-волны на общую частоту, на которой общаются все представители вашего будущего в нашем времени. И даже иногда с теми ребятами из 2114-го. Стивен Денисович тоже такую использует.

— Понятно, почему Стивен тогда Славе подмигнул. А это у него настоящее отчество?

— Думаю нет, он видно в память о своём друге, спасшем его тогда здесь его взял…

— Хм, надо будет спросить. — поёживаясь от холода, продолжаю допрос — Как я понимаю, это всё тоже из будущего прислали?

Она утвердительно кивнула.

— В том числе и воду. В ней особые электролиты, проводящие миникомпоненты в определённые лобные доли головного мозга.

— Хм.. А не будут ли они конфликтовать с волнами от моего личного коммуникатора? Мой мозг не сварится от такого обилия мыслей?

— Мм… Не должен… — И задумалась.

— Это как?! Ты точно не уверена?

— Ну Стивен Денисович тоже такую принял со своим коммуникатором, и ему нормально. Пусть и настроились на него не сразу. Он сам вызывался испытателем. Но учитывая, что у тебя ещё и этот ИИ… Хм, тут всё же решать тебе конечно. Но ты всегда можешь полностью вывести их из организма. — И показывает на другой шкафчик с прозрачными дверцами, в котором видны похожие синие леденцы.

Я задумался. С одной стороны, возможность связи со своими соратниками без коммуникатора, к тому же ещё и из будущего, кажется весьма привлекательной затеей. Но с другой есть возможность, что я могу начать путаться, где чьи мысли… А если есть возможность взлома?

— Их значит точно можно вывести? Я, грубо говоря, не сойду с ума?

— Ну в психлечебницу тебя точно не поместят… Я дам тебе несколько штук синих и эту бутылку, чтобы ты смог сам решить, когда их применить. В любом случае, в особенности в первое время, ты будешь под наблюдением наших врачей. Они одни из лучших у нас в стране. В том числе и те, кто из будущего. — 14-й конкретизировал мне значение «психлечебница»… А эта девушка не без чувства юмора.

— Хм, сомнительна мне ваша затея. Ну ладно… — Беру одну из них, и спрашиваю вслух сам у себя — И почему они всегда красные?

— Что-что?! — удивленно округлила глаза девушка.

— А, просто там нам примерно такие же красные пилюли перед полётом часто давали, в них тоже было что-то, что помогало нам легче переносить перегрузки и давало килокалории, которых нужно очень много организму для полёта.

— А, понятно.

Я выпил сладковатую на вкус таблетку и тут же запил её водой.

— Со вкусом барбариса — улыбаясь пояснила девушка — сделаны по специальному заказу наших сладкоежек.

— М-м-м… Вкуснятина. — наигранно протянул я.

Она, так же улыбаясь, отложила мне в небольшой пакетик синих леденцов, и дала с собой бутылку воды. Я спрятал их во внутренний карман пиджака, а бутылку так и понёс в руках.

Когда мы, наконец, вышли из морозильной камеры, я вдруг вспомнил вопрос, который, наверняка можно было задать только в такой личной обстановке. Я не мог упустить шанса.

— Слушай, Юль… — притормозил уже собирающуюся уходить девушку — Тебе что-то известно о проекте «Новый Китеж»?

Тут её словно ударило током, она сразу выпрямилась и настороженно посмотрела на меня испуганными, широко раскрытыми глазами. Через пару секунд, её зрачки сузились до минимума, и она сказала низким голосом. Почти шёпотом:

— Откуда ты знаешь?

— Ну… Это не так просто объяснить… — я был не менее удивлён и смущён такой её реакцией. Собравшись духом, я решился рассказать ей всё как есть. Так же тихо.

— Мне иногда снится моя бабушка, как бы в том будущем. Перед самым потопом. Но это точно не обычный сон. Всё реально как наяву… Мы немного на самом деле разговаривали. Но она точно была в курсе происходящего. Когда я спросил, как нам победить это вторжение, она предложила спросить, когда я проснусь, о проекте «Новый Китеж». Вот я и спросил. — На самом деле я уже сожалел об этом решении. Она молча слушала. Смотря вниз куда-то в пустоту… И потом, после завершения моего несуразного объяснения, ещё несколько секунд о чём-то думала.

— Михаил Петрович, — смотря мне в глаза, серьёзно начала она — как заместитель начальника Штаба, и старший по званию, я настоятельно рекомендую вам больше эту тему ни с кем не поднимать, под угрозой применения уголовной статьи о разглашении государственной тайны и о госизмене.

Как только мы будем готовы, я сама уведомлю вас по этому вопросу должным образом. С этого момента вы будете под особым наблюдением. А теперь предлагаю вам направиться в нашу столовую на обед. Наши люди подскажут вам дорогу. — После произнесения такого вердикта, она тут же развернулась и быстро пошла вперёд, давая мне понять, что разговор окончен.

Глава 13

Так мы и шли довольно быстро по тем же лабиринтам коридоров — она впереди, я позади, пока мы не вышли к главному холлу.

— До столовой прямо, а потом направо, там мимо не пройдете! — Быстро проговорила она, махнув рукой, а сама устремилась по лестнице куда-то наверх. Я несколько секунд смотрел ей вслед, не переставая удивляться столь резкой перемене в поведении девушки. 14-й тоже констатировал признаки сильного стресса в её дыхании и языке тела. Ага, будто я стресса не испытал.

В итоге, в ходе нашего внутреннего диалога, мы вместе сошлись на том, что нам, для успокоения нервов в том числе, стоит пройтись на свежем воздухе, вняв совету девушки пойти к столовой. Хоть воздух был лишь условно свежим, насколько это возможно в вентилируемом куполе, но это было гораздо лучшее чем пропахшие пластиком помещения.

Снаружи шумели деревья, даже настоящий ветер гулял между зданиями. Я шёл, любуясь пейзажем сочетавшихся органичных зданий с лужайками и лесополосами. Скорее всего они были специально продуманны ландшафтными дизайнерами. Навстречу также шли молодые люди то в вольных разукрашенных майках, то в строгих классических костюмах, а то и вовсе в рабочих комбинезонах. Некоторые из них приветливо здоровались.

— 14-й, как там идёт распаковка того леденца с барбарисом?

— В данный момент волновых изменений мозговой активности не обнаружено, скорее всего вещество еще доставляется к своим пунктам назначения.

— Понял. Ты докладывай если там что-то изменится, или если вдруг будут какие-то проблемы — пощупав у себя пакетик с синими леденцами, дал ему указание.

— Принял.

Тем временем система управления погоды решила меня удивить — сначала поднялся ветер, затем пришли неизвестно откуда тучи, и через пару минут пошёл сильный дождь. Мне сразу стало зыбко и мокро, прям как тогда после крушения.

Тут я вижу, как несколько человек быстро побежали к крытой остановке у дороги. Недолго думая, я направился к ним.

— О как ливанул! Интересно, это так планировалось или там какой-то сбой.

— А что их прогноз погоды показывает?

— Ну, тут вроде всё правильно. Осадки мощностью в 80%. — при этом он посмотрел на электронные часы.

— Да тут они, кажется, всё-таки загнули…

Услышал я такой разговор двух, судя по всему, студентов, так же как и я успевших промокнуть до нитки. Решил встрять в их диалог:

— А вы разве не должны были взять зонты, если знали прогнозы?

— Та знать то знали, но мы думали что успеем до столовки добежать.

— Понятно. Слушайте, я как раз тоже к ней иду. Причём в первый раз. Проводите?

— Да без проблем. Вы не давно тут?

— Да, я только прилетел вчера. Буду вроде как за учителя. — зачем-то обмолвился я.

Тут два парня вопросительно переглянулись, и снова своими внимательными глазами уставились на меня:

— Вы случайно не по части составления РЭБ и РЭР?

Тут уже я внимательно стал их рассматривать. Оба парня в белых пиджаках, кудрявые. На одном из них очки.

— Именно по РЭБ. А вы откуда знаете?

— Так это вы?! Нам как раз полчаса назад дали с самого верха разнарядку, что к нам в проект присоединится опытный авиаконструктор и составитель РЭБ. Позвольте представиться, Казаков Дмитрий! — протараторил юнец и протягивает мне руку. Удивившись от такого поворота, я её пожал.

— Казаков Максим! — тоже поздоровался со мной его спутник в очках. Они видимо братья.

В этот момент дождь, очень кстати, резко ослаб, и мы смогли выйти из своего укрытия. В дальнейшем, по дороге к столовой, мы обсуждали разные технологические новости о новых моделях 3D-принтеров, какое оборудование с их помощью получилось создать и как на это могут повлиять стремительно развивающиеся нейросети. Мне было на самом деле полезно узнать уровень технологического развития этого времени, и понять, что в некоторых аспектах, люди смогли продвинуться уже даже дальше чем изобретателям моего века. Возможно, это результат того что в условиях постоянных войн, людям чаще приходится искать новые решения старых и новых проблем.

Также они мне рассказали о самом городе — где и что здесь есть. Как пройти к апартаментам, ко спортзалу и к набережной. Где находится НИИ в котором нам предстоит работать, а где главный парк и актовый зал, где можно хорошо провести время. За этими разговорами прошёл и обед, в ходе которого меня познакомили ещё с двумя ребятами из их проектной команды. Впервые полноценно за долгое время пообедав, я распрощался с ребятами, решив всё же поисследовать город самостоятельно. Мне было что обдумать самому из услышанного на собрании с начальством, что вряд ли можно было бы обсудить с юношами. И, в особенности, им не следовало знать что-либо из того моего необычного разговора с Юлией.

Глава 14

Я сидел на лавочке у края большой площади в центре парка. Смотрел как мило общаются девушки, как мамочки пытаются догнать своих неугомонных детишек, устремившихся к раскачивающимся качелям. Я сидел и думал обо всём случившемся за последние дни. О том насколько всё сильно изменилось.

При осмыслении прошедшей встречи с командирами, меня не покидало чувство, что меня посвятили далеко не во все детали произошедших перемен. Так, дали просто общее представление, чтобы не задавал много более неудобных вопросов.

Например, почему, если это прошлое, то в этом мире есть копии меня, моих родителей, и даже Славы? Может это всё-таки параллельная реальность и сейчас всё же 22 век?

Или почему, при всём обозначенном противостоянии с Тёмной стороной, погибший Седьмой говорил о том, что он, и его собратья, являются результатом совместного проекта наших и «Тёмных»? Значит не всё в этом мире делится только на чёрное и белое?

В этот момент об мою ногу потёрлось что-то очень пушистое. Опустив взгляд, я увидел черно-белого кота, внимательно смотревшего на меня своими зелёными глазами. Давно же я не видел кошек. Погладив его, я решил взять булочку с сосиской из ближайшего киоска. Взяв у приветливой продавщицы ход-дог (кстати, абсолютно всё в этом городе было бесплатным — в качестве социально-экономического эксперимента, как мне ранее объяснили студенты), я снова присел там же рядом с котом, и поделился с ним половиной сосиски.

Наблюдая, как он с урчанием поедает её, я принялся размышлять дальше… И почему, если эти красные леденцы дают такую превосходную способность телепатии, их дают, как я понял, только пришельцам из будущего?

— Обнаружена квантовая аномалия!

— Да потому что мы прошли прямо через это квантовое поле, пока мы падали! Мы как бы соприкоснулись с этой сетью. А остальные люди просто пребывают в своём времени всю свою жизнь.

Этот голос прозвучал настолько близко и неожиданно, что я подумал, что кто-то стоит за моей спиной.

— Не понял. Это кто? — Озираюсь по сторонам.

— Мяу! — требовательно обратил на себя внимание пушистый. Я также ошарашенно смотрю на него.

— Кот, это ты сейчас?!

— Да нет же! — явно смеясь ответил голос — Миш, это я, Слава! Не узнал?

— Ну ни хрена себе! И правда из будущего говоришь? Теперь кажется узнал тебя… Если это не какой-то фильтр, подделывающий голоса…

— Хм… Ты прав. Ты можешь проверить меня, задав что-то такое о чём знаем только мы.

— Хм, за что мы на самом деле разбили друг другу носы, когда нас ещё обоих в наряд поставили?

— А, это было весело! Мы за возможность стать пилотом того первого модернизированного «Стрижа» так тогда схлестнулись. Потом, чтобы не выглядеть посмешищами ещё сильнее, оба сказали старшине и всем остальным, что подрались из-за девушки. Так нам этого «Стрижа» тогда и не дали.

— Да, ты мне хорошо тогда припечатал. Тоже вот недавно болело, когда восстанавливался после крушения.

— Ну извини! — сказал мой друг также с усмешкой. — Так что, какие ещё у тебя есть вопросы?

— А ты, разве, не занят? — удивился я такой возможности получить новые ответы.

— Да я уже всё что нужно в этом времени на сегодня сделал. Уже ночь у нас. Ты не забывай, это межвременная связь. Ты тоже сможешь выбирать любой момент времени своего собеседника, если немного попрактикуешься.

— То есть, я при желании могу отправить тебе сообщение в любой конкретный день и час?

— Да, с того момента как установлена квантовая межвременная связь у обоих. То есть я не могу к тебе так обратиться в тот день когда ты разбился. Или даже в момент нашего разговора в центре управления. А вот после приёма «таблетки» и синхронизации — пожалуйста. Но для этого нужно тренироваться.

— Ага… А нас другие, так сказать, современники, не прослушивают?

— Может и могли бы, но мы, при создании системы на основе этой квантовой аномалии, смогли запрограммировать функцию выделения отдельного «канала» связи. Можно общаться как приватно, так и в режиме «общего чата». Сейчас я сделал на «приват».

— Ого. Действительно круто придумали. И ты слышишь прям все мои мысли?

— Только те которые ты непосредственно ко мне обращаешь. Многие подключившиеся просили возможности сохранения конфиденциальности в плане собственного мышления. Есть даже такой специальный кодекс, в котором описывается что можно считывать с человека, а что нельзя, и при каких обстоятельствах. Потом можешь поискать в нашей сети, если тебе интересно.

— Хм, изучу. Что мне вот сейчас действительно интересно — как это получается, что если я в прошлом, то я вижу фотографии наших с тобой копий, живущих своей жизнью в этом времени? Может всё-таки это не совсем прошлое, а какая-то параллельная вселенная?

— Ох, ну загнул… Мы, честно говоря, тоже не знаем полноценного ответа на этот вопрос. Мы же здесь, по сути, открыли возможность связи между временами всего лишь 7 лет назад. И даже с учётом опыта наших людей из других веков, ещё на многие вопросы нам предстоит найти ответы на самом деле.

Тут, наиболее правдоподобной, мне кажется теория о цикличности истории. Что она периодический повторяется, в том числе на уровне генетики. Ведь часто бывает, что дети оказываются копиями своих прабабушек и прадедушек. Есть ещё духовная теория реинкарнации. Но тут мы не можем её как-то практический подтвердить.

— Ого, значит история может повторяться, в том числе и войны?

— Да, историки и у нас и у вас выявили определённые закономерности частично подтверждающие эту концепцию. Как в истории, так и в других направлениях, например, в моде.

— Значит, это Искажение так заставляет исторические события повторяться? Или так было и раньше? — немного задумавшись, Слава ответил.

— Думаю, эти законы развития истории существовали и раньше. Однако Искажение могло внести в них свои коррективы. Усилив некоторые факторы. Но мы не знаем насколько сильными оказались изменения. Меня ещё беспокоит то, что о жизни за временными пределами первого потопа нам ничего не известно. Как бы не оказалось, что и там дальше в древности тоже случилось что-то подобное. Тогда точно подтвердится теория цикличности. И мы пока не знаем, что в таком случаем делать с этим столь далеким временем.

— Ох, как всё сложно.

— Да, часто нам приходилось так мозги ломать об эти загадки. И дальше придётся. Но мы обязательно справимся.

— Это да. А вот тогда ещё загадка. Как часто вы сотрудничали с этой Тёмной стороной? Мне известно, что эти агенты с жёлтыми глазами были созданы нашими вместе с Тёмными.

Тут он, прям как Седьмой, ответил не сразу:

— Ну, знаешь, иногда так складываются обстоятельства… Что обоим легче договориться, чем опять напрасно друг друга сшибать. В течении всей этой истории, с древних времён, мы старались изучить и понять мотивы друг друга. Что из себя эта другая сила представляет… Иногда, в нашем противостоянии возникала… Так сказать… Точка равновесия — когда силы становятся равны, или, когда наоборот, силы обоих сторон были ослаблены. Тогда мы вступали в диалог и старались выработать какие-то хоть примерные правила. Пусть мы и знали, что они будут действовать не долго… Это не так просто описать…

И в такие моменты возникали различные совместные проекты, созданные для поддержания этого хрупкого баланса. Так примерно и появились институты Академии Агентов. Тех, кого ты видел тогда. Их основная задача — следить за соблюдением главных правил ведения войны.

Я слушал своего собеседника, и в этот момент понимал, что всё наконец становится на свои места. Значит это не просто слепая борьба двух миров. А что-то ещё… Как говорила тогда бабушка — «войны на самом деле нет…»

Я слушал и поглаживал уже успевшего забраться мне на колени кота, мурлыкавшего для меня свою песню.

В этот момент началось какое-то странное пульсирующее покалывание в висках.

«Обнаружена попытка вторичного подключения!» — уведомил меня мой БК.

— Слав, похоже ко мне кто-то ещё подсоединился!

— Да, тоже это чувствую. Это похоже командир Хаккет. Вызывает тебя также на приватную связь. Отключаюсь тогда, чтобы тебе было легче. Через пару секунд мысленно скомандуй — «Принять» и ты свяжешься с ним.

Тут я почувствовал, как будто тот, кто стоял рядом со мной, ушёл, и сразу же появился другой. Точно, его нельзя было с кем-то спутать.

— Уже вижу вы тут со Славой развлекаетесь. Это хорошо…

— Здравствуйте…

Он как будто мне в ответ мысленно кивнул.

— Слушай, тебе важное дело на завтра есть. Мы дадим вашей проектной команде уже готовую схему, чтобы вы уже начали завтра её на принтере печатать. Там ты посмотришь, может свои наработки добавишь… В любом случае через 4 дня установки РЭБ уже должны быть готовы. Чувствую я, что скоро они нашим очень понадобятся. Как сделаете, выедете потом в одну АЭС, для их монтажа и установки. Как понял?

— Так точно. Принял. АЭС — это ведь один из первых типов реакторов? — уточнил я.

— Именно, и их нужно обеспечить максимальной безопасностью. Ты уж извини, что я тебя уже сейчас этим гружу, хоть и дал тебе время для отдыха. Но дело правда срочное, и важное. Желательно тебе встроиться в работу завтра уже полностью.

— Хорошо, я понимаю. Завтра посмотрю, что можно сделать. — Он снова мысленно кивнул.

— Ладно. Отдыхай пока, набирайся сил. Завтра они тебе понадобятся. — и отключился, снова оставив меня совсем одного со своими мыслями. И с котом.

Глава 15

Дети также бегали по парку рядом со своими родителями, высоченные здания всё также блестели на солнце. Мне также 9 лет. Мы сидим с бабушкой и ведём спокойный разговор, совсем не волнуясь о том, что вскоре грядёт.

— Значит, в этом и заключается смысл твоих слов о том, что нет никакой войны?

— Не совсем… — подумав отвечает она — но уже ближе. Это один из результатов сопряжения.

— Сопряжения? — не совсем понимая слова спрашиваю я. Тут она снова ушла от ответа, задав свой неожиданный вопрос.

— Как ты думаешь, когда мы победим, всё снова станет как прежде? Будет такой вот простой «счастливый конец»?

— А? — Удивлённо переспрашиваю я. Она смотрит на меня серьёзно, зная, что я хорошо слышал вопрос. Немного подумав я ответил, почему-то старательно подбирая слова:

— Я думаю… мы все учтём совершенные за эти годы ошибки.. И постараемся жить с этим непростым опытом дальше.

— Хм… С таким опытом не каждый оказался готов жить. Очень многие рано выходили из игры, или просто сдавались системе. Что в принципе одно и то же. Но сам этот миг слабости, в будущем, им всем ещё только предстоит себе простить. — Я снова не совсем понял её слова.

Какой игры? Как выходили? Я чувствовал, что если начну сейчас расспрашивать её о таких частных «мелочах», то она снова уйдёт от ответа. Поэтому мне ничего не оставалось как принять её «правила игры» и продолжать философствовать с ней в этом духе.

— Но ведь в людях же наверняка всё же сохраняется вера в этот «счастливый конец»? Иначе как они могут жить без этой надежды? — На это моё рассуждение она одобрительно кивнула.

— Да, эта надежда живёт внутри нас, но чем дальше, тем она опускается всё глубже, вместе с нашими подавленными мечтами. Даже у нас люди всё меньше верят, что это возможный и естественный вариант развития событий.

— Но почему? — Она слегка улыбнулась.

— Этот горький опыт для многих сделал ту мечту, о нашем лучшем будущем, слишком пресной. Некоторые из нас смогли погрузиться в этот опыт так глубоко, что они больше не видят этом в нашем варианте «счастливого конца» возможности для своего развития.

Тут наконец в небе разверзлись порталы с водой, обещающие скорое завершение этого непростого для моего понимания разговора. Сам не понимая зачем, продолжаю поддерживать эту линию.

— А разве нельзя им как-то помочь вспомнить себя в этом прошлом, как они были тогда счастливы?

— В этом и проблема. Даже если удастся кому-то напомнить об этом, они всё равно стремятся пойти дальше по прежнему пути. Кто-то просто не верит, что можно всё вернуть, кто-то нашёл там себя, а кто-то просто смирился и оставил все свои ранние достижения в прошлом. Мы не можем захватить и заставить их думать по-другому. Заставить сделать что-то да, а вот думать…

Вода начала затапливать уже ближайшие районы. Я же был сильно вовлечён в разговор и хотел узнать как можно больше ответов.

— Значит остаётся только вариант переубедить их! Как можно переубедить тех, кто уже отвернулся от своего прошлого? — Бабушка снова улыбнулась.

— Вот на этот вопрос я и хотела бы узнать от тебя ответ. — Не ожидав такого поворота, я, смотря на приближающиеся гигантские волны, судорожно старался поймать хоть одну единственную правильную мысль. Вроде поймал.

— Надо дать им важный повод подумать о своём будущем… Но как они тогда смогут простить себя за всё сделанное? — Волны уже были совсем близко. Она обняла меня за плечи, тоже устремив свой взгляд вперёд вместе со мной.

— Наверняка, заглянув в своё будущее еще дальше.

Глаза открылись от истошного писка будильника. Я судорожно нащупал кнопку, стараясь побыстрее его выключить… Зараза… Наконец-то.

Я поднялся. В ушах ещё был слышен шум тех волн. Я ещё не совсем понимал, в какой реальности нахожусь. Осмотр комнаты своими щурящимися, закисшими глазами постепенно приводил меня в чувство. 2024-й. Четвёртый день. Проект. Быть к 9 утра. Я тут же встал.

Приведя себя в порядок и выпив кофе, я спустился на лифте вниз, где меня уже ожидал тот же Дмитрий, готовый отвезти меня к моему НИИ. Мы ехали и обсуждали объявленный график погоды, сравнивая систему управления погодой с настоящей атмосферой, как внедрение этой системы может повлиять на первобытное взаимодействие воздушных масс и экологию в целом.

Мы приехали быстро. НИИ оказалось замысловатым четырехэтажным зданием бирюзового цвета, у входа которого меня встречал представительный пожилой мужчина в очках. Как только я вышел, он быстро подошёл ко мне и почтительно обратился:

— Здравия желаю Михаил Петрович! Добро пожаловать в наш Научно-Исследовательский Институт имени Павла Ухтомского. Я ректор института Ушаков Денис Борисович. Нас оповестили о вашем прибытии, и я решил встретить вас и познакомить с проектом лично. Позвольте провести вас внутрь.

Пожав ему руку и поблагодарив за встречу, я прошёл за ним. Тем временем 14-й выдал мне целую историческую справку. Видно он всё-таки счёл здешнюю сеть безопасной, и теперь начал познавать этот мир через неё.

— Павел Ухтинский — контр-адмирал российского имперского флота начала ХХ века данной исторической ветви. Организовал и провёл первую в истории России радиоэлектронную операцию в ходе русско-японской войны 1905 года, в ходе которой была пресечена корректировка огня со стороны японских кораблей по русскому флоту, почти полностью исключив попадание огня по кораблям. Было ранено только двое офицеров.

— Хм, а это было интересно. Значит уже сто лет назад у нас были возможности проведения радиоэлектронной войны. Здорово. Оповещай о таких моментах почаще.

— Принял! — с готовностью отозвался мой интеллектуальный друг.

Тем временем меня привели в большую аудиторию, в центре которой стояло несколько больших столов, над которыми вращались голограммы замысловатых деталей и механизмов. А по углам стояли закрытые «шкафы» с панелями управления, представлявшим, по всей видимости, 3D-принтеры своего времени.

— Ну как вам ваше будущее рабочее место, Михаил Петрович? — также почтительно спросил ректор.

— Впечатляет. Думаю, эти голографы весьма облегчают процесс конструирования. — я и правда был впечатлён, поскольку помню, как нам, в студенчестве, в одном из походов в музей дали поработать на репродукции чертёжного стола 200-летней давности, на котором всё рассчитывать и чертить нужно было вручную. И я, честно, внутренне готовился именно к этому.

— Да, несомненно! — поддержал моё мнение ректор — это последний писк конструкторской моды, реализованный благодаря нашим друзьям из Азии. С ним процесс разработки стал гораздо легче и интереснее. Да ребята?

В этот момент все мальчишки и девчонки, окружавшие столы и шкафы активно закивали, соглашаясь с мнением представительного профессора.

— Знакомьтесь, это ваш новый научный руководитель. Он хоть и молодой, но как мне сказали, опыта у него на десятерых хватит. Прошу любить и жаловать — Михаил Петрович!

Я несколько смутился от такого представления, но всё же также почтительно кивнул головой и поздоровался.

— А мы его уже знаем! Вчера в столовой вместе пообедали! Здравствуйте! — Тут я узнал, в одной из групп парней, тех самых ребят, которые вчера меня провели до столовой и помогали с выбором наиболее вкусной еды. Я конечно же повторно поздоровался с ними.

— А, так это очень даже хорошо, что вы уже успели наладить контакт со своими подопечными! — одобрительно проговорил мне ректор — легче будет войти в курс дела.

Итак, на сегодня вашей задачей будет создание компонентов по уже готовым чертежам. Вы пока изучите их, и, если вдруг будут какие-то идеи или вопросы, непременно поделитесь ими с нами. Мой кабинет — вот здесь, почти прямо напротив этой аудитории. А наши ребята покажут вам как взаимодействовать с оборудованием. Верю, что вы вместе непременно сработаетесь и ваш опыт поможет нам приблизиться к новым поколениям разработок во имя нашей Родины!

Я поблагодарил ректора и сопровождавших его преподавателей, и направился к студентам.

Каждый из них уважительно представился мне. А я при этом заметил, что для того чтобы всех запомнить мне понадобится время.

— Ничего, это у нас всех такая история. Потом нас вместо овечек перед сном считать будете — ответил один рыжий парень, под смех остальных.

Затем я в общем рассказал им о своих направлениях работы в разработке РЭБ и РЭР, минуя конечно все подробности истории о межвременных перемещениях. Тут они слушали меня совершенно серьёзно, время от времени задавая вопросы о неизвестных им темах. Получилась в общем у меня, такая вот мини-лекция о перспективах развития способов ведения радиоэлектронной и кибервойны.

Затем уже студенты на голо-столе (как они его прозвали) развернули передо мной свои наработки и в конце концов, тот самый полученный сегодня чертёж. С таким вот воодушевлённым настроем, мы начали совместную работу по разработке и воплощению наших общих планов.

Глава 16

«Блестяще! Это просто феноменально! Это новое слово в радиотехнике! — так отзывался ректор о паре технических новшеств, предложенных мной и моей конструкторской командой. Весь минувший день упорного, самоотверженного труда с утра и до поздней ночи, и с небольшими перерывами на обед и ужин, мы создавали несколько опытных образцов «глушилок», работавших на разных волнах, и на разных мощностях.

Сейчас настал момент истины — мы показали ректору свои творения. Пока я вспоминал этот насыщенный юношеским задором и перспективными идеями день, Денис Борисович, рассматривая аппаратуру, продолжал осознавать значение нашего «открытия».

— Подумать только, вы все вместе создали решение фундаментальной проблемы радиотехники — взаимного подавления сигнала двумя аналогичными, рядом расположенными источниками! Тут он обращается ко мне:

— И вы ещё говорите, что вы не только смогли полностью устранить возникающие помехи, но и значительно усилить мощность сигнала?

— Именно так. — уважительно говорю я за ребят — точнее мы создали для этих двух одинаковых сигналов своеобразный коридор, в котором они, можно сказать, стекаются как два ручья, образуя мощный направленный поток. Каждый новый сигнал, подобно ещё одному ручью, будет усиливать этот поток, а не перекрывать. Всё это возможно благодаря, так называемому нами, резонатору, расположенному вот здесь — и показываю лазерной указкой на маленькую коробочку в трёхмерной схеме «глушилки».

— А вот здесь — тут начинает своё слово рыжий парень, рассказывая о своей разработке, как мы и договаривались — располагается маршрутизатор этого условного потока. То есть, интеллектуальная система, или же сам оператор устройства, может дать приоритет группе нескольких дронов противника, расположенных по всему периметру, или же одному-двум наиболее важным целям. И этот поток может «разлиться» вокруг всей установки, не теряя при этом мощности, или же устремиться мощным пучком к одному объекту.

— Да, взаимоподдержка нескольких устройств обеспечит стабильную высокую мощность сигнала даже при атаке на всех направлениях. — констатировал я его слова.

Тут мы все заметили, что Денис Борисович словно оцепенел. Он о чём-то усиленно думал, часто моргая глазами. Через несколько секунд он задумчиво сказал, видимо больше для себя: «А я то и не верил, что это всё правда…» — и внимательно, я бы даже сказал, многозначительно посмотрел на меня. Затем, подумав ещё пару секунд, он обратился, оглядывая всех нас:

— Ребята, вы все большие молодцы! Родина будет гордиться всеми вами! Попрошу всех вас подготовиться к госиспытаниям. Ориентировочно они пройдут сегодня вечером! — в конце он остановился взглядом на мне.

— Уже сегодня же? — спросил кто-то из мальчишек.

— Ну, а чего тянуть? В нынешних условиях каждый час может быть дороже всей нашей прошлой жизни! — ответил он нам с улыбкой, и, подмигнув мне, поспешил удалиться.

«Сейчас уже почти 12! Как мы успеем должным образом подготовиться?» — студенты начали активно обсуждать необычный вызов нашей команде… Хоть мы вчера успешно проверили работоспособность и рассчитанные характеристики устройств, но всё же появилось ощущение какого-то подвоха. Что что-то может пойти не так.

Но мне, как научному руководителю надо было не показывать своего волнения, и заодно успокоить своих подопечных.

— Так, ребят! Не паникуем. Мы вчера всё уже проверили. Нам остаётся только ещё раз «прогнать» работу всех систем и провести дополнительное виртуальное тестирование. И просто хорошо вытереть сами установки. — Дальше я распределил обязанности, в том числе поставив условие не пускать к образцам посторонних ребят из других бюро до конца дня.

Сам я уже было собирался провести диагностику одной из «глушилок», как в кабинет, постучавшись, зашла она.

— Здравствуйте, можно я заберу Михаила Петровича на минутку?

— Юлия Владимировна? — удивлённо, спросил я, старавшись не выдавать своего волнения. — Чем я вам обязан?

— Давайте поговорим в коридоре, чтобы не отвлекать ребят от уроков. — тут она, улыбаясь, окинула взглядом всех присутствующих.

— Так, действуйте по плану, а я скоро приду! — сказал я ребятам, снимая голо-перчатки и направляясь к выходу.

Мы вышли, и на какое-то время, мы оба волнительно смотрели друг на друга. Я решил нарушить молчание первым:

— Есть какие-то новости?

— Да, меня прислали к вам из Центра, оповестить Вас о проведении госипытаний в 18.40. Хоть вы наверняка уже знаете. Место позже вам скажут.

— Да, нам только что ректор об этом сказал… Постойте… Вы не могли так быстро прийти после того как реактор решил нас к Госам допустить.. Только если… Он знал об их проведении уже заранее? Значит это не его идея?

— Никак нет. — слегка улыбнувшись отчеканила Юлия — не его. В Центре почему-то очень спешат с подготовкой вашей программы. Они очень хотят увидеть ваши наработки, пусть даже если они ещё не совсем готовы.

— Да, в целом, готовы. Мы хорошо поработали вчера. Нам будет что показать.

— Хорошо. — Тут она достаёт из сумки папку с каким-то документами и протягивает их мне. — Вот. Здесь вас попросили заполнить характеристики участников всей вашей проектной команды. Образец там же. — И тут она вдруг касается моей руки и серьёзно смотрит в глаза. — Настоятельно рекомендую вам изучить образец как можно скорее, во избежание путаницы и написания нежелательной о вас статьи. Лучше изучите его в уединении.

Мы смотрели в глаза друг друга ещё несколько секунд, пока она не решает от меня отстраниться, и уйти, пожелав хорошего дня. Я ещё немного стоял в оцепенении от этой встречи. Разумом я ещё не совсем понимал её слов, но сердцем я уже осознал, что она говорила именно о том самом проекте «Новый Китеж».

Глава 17

К обеду мы успели провести уже половину всех подготовительных процедур и тестов, поэтому к столовой мы шли более спокойными. Когда мы шли через парк, я свернул в сторону общественного туалета, заверив ребят что позже к ним подойду. Если где и есть настоящее уединение, то только там.

Присев прямо на крышку, я достал из взятой с собой сумки большой конверт из упаковочной бумаги с надписью: «Образец строго для Михаила Петровича», в котором на такой же бумаге с двух сторон было вручную написано следующее письмо:

Я ещё где-то минуту так и сидел на крышке унитаза, осознавая прочитанное.

То есть в этих моих снах нет никакой загадки или мистики, и они являются результатом научного проекта?

И моя бабушка была его основателем? Ну ты даёшь, бабушка Зина. Она, получается, направляла меня тогда к этому своему выжившему коллеге… Чтобы что?

В этот момент в помещение зашли двое студентов, что можно было понять по обсуждению ими девушек и смеху. Я решил тут не задерживаться, и выполнил данные Юлией инструкции.

Выйдя на улицу, я продолжил думать о содержании письма. Попросил 14-го рассказать мне о Китеж-городе… Хм.. такого я не помню в своей истории. Быть может это название проекту дали уже здесь? Скорее всего. Бабушка об этом знала. Но как? Это странно. Как нам вообще удалось связаться? Может быть дело в той квантовой аномалии? Может она уже ТОГДА что-то знала о ней?

Так я и подошёл к ребятам в столовой с весьма озадаченным выражением лица.

— Михаил Петрович, о чём вы там так усиленно думаете, если не секрет? — поинтересовалась одна из девушек, работавших с нами.

— Да вот сказали характеристику о всех вас написать. Думаю, как бы не перехвалить… — Вечером мы с ребятами были уже на назначенном полигоне, в котором нас ожидали расчёты операторов дронов с очками виртуальной реальности на глазах.

Выше на трибуне стояли сам глава Штаба Стивен Хаккет, ректор нашего НИИ Денис Борисович, и ещё несколько молодых офицеров, в глазах и на лицах которых читался уже солидный боевой опыт.

Они терпеливо наблюдали, как мы с командой монтировали «глушилки» на различные типы поверхностей, вокруг условно объекта защиты. Вскоре я дал рукой знак, что мы готовы, и мы тоже отошли к трибунам, чтобы увидеть всё действо.

Сначала к нашей «системе обороны» направилась пара дронов. Они тут же отобразились на наших мониторах, но мы решили полностью доверить дело автоматике. Один дрон, а через мгновение, и другой, сначала засветились голубоватым ореолом, а затем сразу же рухнули на землю. Всё как и задумано. Затем полетели сразу два роя, заходя на наш «объект» с двух сторон.

Тут датчики зафиксировали повышение электроактивности воздуха, как перед грозой… На мгновение стало ярко от почти единовременной вспышки «облаков» дронов, после чего они все начали падать, не долетая до своей цели.

Почти сразу же в эту сторону полетели несколько управляемых ракет с баллистической траекторией и прямой наводкой. Произошло ровно то же самое что и с дронами. Причём без детонации. Очень хорошо отработал протокол «отвод инертного огня».

Наконец, все присутствующие на трибуне одобрительно аплодировали нашей команде, все участники которой, как и я тоже, только сейчас снова вспомнили как дышать. К нам спустились глава штаба и ректор, сопровождаемые делегацией военных.

— Отличная работа, Михаил! Честно говоря, вы и ваша команда превзошли все мои ожидания. Думаю, с этим согласятся и наши ветераны, правда ребят? — Осматривая всех присутствующих, любезно подводил итоги испытания командир Хаккет.

— Да, такая защита нам будет весьма кстати. Пусть и нужно ещё будет проверить степень безопасности для людей, находящихся в зоне активного действия системы, но мы уже можем сказать, что будем рады видеть такую защиту у нас в тылу и на передовой! — откликнулся один из офицеров.

— Должен сказать, что это электрополе имеет строго направленное действие. Оно не затрагивает другие дружественные системы находящиеся в районе работы. Мы это проверяли. Но я согласен с тем что для изучения воздействия на человека нужны дополнительные проверки. — не смог я удержаться не пуститься в объяснения.

— Но для завтрашней миссии, они подойдут, да полковник? — спросил у офицера Стивен.

— Да, определённо. Думаю, уже завтра можно будет начинать. — Ответил ему офицер… Погодите, а что начинать? Тут Хаккет словно услышал мой вопрос… А, точно, услышал же…

— Михаил Петрович, вот вам новое поручение. Я смотрю вы изготовили 8 таких «генераторов помех», вы сможете за этот вечер изготовить ещё 9 таких же? — Тут я переглянулся с ребятами, они тоже были в шоке от новой задачи, но, видимо, не смели отказать.

— Мы постараемся всё успеть за ночь. — ответил за них я.

— Хорошо. Это правда очень важно. Думаю, после такого, ваши ребята заслуживают внеочередного зачёта по радиотехнике. Они уже себя показали. Да, Денис Борисович? — обратился он к ректору.

— Да, несомненно! Они теперь будут нашим золотым кадровым фондом для наших КБ! — тут студенты, видно ещё больше ошарашенные от такой высокой оценки, только и могли активно кивать и говорить слова благодарности. Тем временем Хаккет продолжил ставить задачи на завтра.

— Хорошо, так и решили. Ещё, завтра в Центре у нас будет общее собрание с Вячеславом. Тебе, Миша, тоже там надо быть. Затем, после собрания, ты направишься с выбранными тобой студентами к одной из наших АЭС на вертолёте, расположенной не так далеко от приграничной зоны. Там вы должны будете до конца дня монтировать глушилки, по плану, который вам дадут на месте. Так что лучше сегодня к поездке сразу и готовьтесь. Список студентов можешь принести завтра к утру на собрание.

Глава 18

— Доброе утро! Вот, держите список студентов, с которыми я готов отправиться на задание. Я их уже предупредил. — вручил я не большой листок с именами сидевшей за пультом коммуникатора Юлии Владимировне. Она кивнула и сказала, что передаст его службе безопасности, при этом добавив:

— Поговорим тогда после вашего задания. — На что я только кивнул. Сил говорить во мне было не так уж и много.

Эта ночь была не из самых простых. Мы, сразу же после прибытия с полигона, начали вводить в 3Д-принтеры уже знакомые параметры. До трёх ночи шла сборка 9 глушилок. Потом ещё три часа проводили диагностику и виртуальное тестирование. Ещё час — правка двух глушилок. Если бы не доставляемые парнями энергетики, мы бы точно ещё в середине ночи «скисли».

Теперь, пока мои ребята собирались в дорогу и отдыхали, я сразу прибыл в Центр управления для получения более конкретных сведений о поездке.

— Всем доброе утро! — бодро зайдя в зал, приветствует всех присутствующих Стивен. — Вижу некоторые из вас хорошо поработали сегодня ночью — и тут, конечно, смотрит на меня. Я мысленно спросил его:

— [Что, прям так хорошо это видно?]

— [А то! Такие круги под глазами никакой тушью не скроешь!] — шутливо ответил мне старый командир.

— Итак — усевшись на своё место начал он — Михаил Петрович, скажите, сколько вы успели сделать установок за это время?

— Ровно девять установок. Как вы и просили, Стивен Денисович. — тут он приподнял бровь. Ну а что, начали же по имени-отчеству! Тут же я мысленно получил вопрос:

— [Что, Юлия Владимировна рассказала?]

— [Только само отчество, и то что вас спасли.] — Он глянул на неё мельком, а она, при этом всё понимая, опустила глаза.

— [Ладно, это дело житейское…] — и продолжил уже вслух. — Очень хорошо! Я дам указание нашей технической группе погрузить их на Ми-8. А сейчас, Юлия Владимировна, подключите пожалуйста к нам 2114-й.

Она, с заметно покрасневшим лицом, тут же исполнила указание. А я опять себя почувствовал виноватым перед ней. Надо будет хоть как-то перед ней извиниться.

Тут же, на привычном месте по середине стола, начал постепенно вырисовываться силуэт Вячеслава. Снова также звук пошёл вперёд изображения.

— Здравия желаю товарищ командир! Здравия желаю всем присутствующим! — и тут же мне по личному каналу нашей связи — [Миша, привет!]

— [И тебе привет мой друг!] — внутри сразу стало легко от встречи со старым другом, пусть и только по связи.

— Ну что, что нам день грядущий готовит? — дельно спросил его Стивен. — есть ли какие-то новости?

— В общем всё примерно так как и было. Правда, нам стало теперь гораздо легче! — не совсем понятно для меня ответил Слава. На мой мысленный вопрос он ответил что позже сам расскажет что это значит, а пока он просил в детали «не погружаться». Ну он прям как бабушка!

— Это уже хорошо! — Продолжил командир. — Миша подарил нам отличные средства обороны! Сейчас тебе перешлем чертежи и записи испытаний. Наши офицеры уже предложили дать этой установке рабочее название «Роза». Хорошее думаю название — даёт только посмотреть, но, если подойти ближе пускает в ход «иголки» — при этом он выразительно растопырил пальцы.

— Спасибо, обязательно изучу со своей группой, если Миша не против. — сказал Вячеслав, дружеский мне подмигнув. А я-то что, я не против если это поможет отразить нападения «тёмных». Тем временем наш командир решил меня удивить.

— Ректор нашего профильного НИИ доложил, что разработку уже отправили в Роспатент, он правильно заметил, что такую значительную разработку следует отметить конструктором её создавшим, назвав её «генератор помех Михаила Живецкого» — Что?! Моим именем? Я же только воспроизвёл уже известную мне технологию, добавив несколько своих и ребят усовершенствований. Я не могу полностью назвать её своим именем! Хотел было парировать такое предложение.

— Но…

— Михаил! Это не обсуждается, ты руководитель группы её создавшей, и тебе достаётся честь внести в историю развития РЭБ своё имя. — Вот так вот решили этот момент без меня. Уважительно обращаюсь к нему по мысленной связи.

— [Товарищ командир, мне очень льстит это решение, но я только воспроизвёл уже известную мне технологию, созданную Григорием Ураевым. Я только внёс свои наработки и ребят. — он немного подумал, и ответил.]

— [Ладно, пусть будет сразу Живецкого-Ураева. Потом подумаем, как это преподнести] — дальше уже вслух — Итак, по поводу твоей миссии. Разведка докладывает, что в ближайшие несколько дней противник планирует совершить свой выпад в направлении нашей АЭС, с целью совершения ядерной провокации и обвинения в ней нашей стороны. Как они ещё хотят это преподнести интересно… Ориентировочно через 3—4 дня, я правильно понимаю Сергей? — ему ответил тот самый интеллигентный разведчик, которого я до последнего момента не замечал.

— Так точно. По нашим сведениям, нападение начнётся 8 августа… Они любят делать что-то такое в восьмые числа, или в других датах связанными с ними… Вот как в Южной Осетии в 2008-м. — задумчиво добавил разведчик.

— Понятно. Значит время есть. — смотрит на наручные часы — примерно в 10 ты вылетишь вместе с твоей группой, и вы окажетесь на месте уже в 12. Там вас встретят представители от ядерщиков вместе с их службой безопасности. Сразу же начинайте устанавливать «Розы» где они скажут. Вам нужно будет монтировать все глушилки до конца дня, чтобы завтра они смогли провести учения и проверить их в деле. Вас там конечно же покормят и предоставят ночлег.

А завтра вы проследите за ходом учений, зафиксируете их результат, если что нужно исправить — исправите. И потом также обратно прилетите к нам. Если все сроки верны, вы будете в полной безопасности. Наши ребята, в случае чего, ваш отход прикроют. Есть вопросы?

— Хм… По поводу самой миссии вопросов нет.. Но позвольте спросить… Если мы знаем о будущем нападении, то почему бы нам самим не напасть первыми?

— С этим тебе не ко мне. Этот вопрос в компетенции нашего Генерального Штаба. В любом случае, к восьмому мы будем готовы. — Разведчик Сергей хотел было что-то добавить.

— Тут есть… — и тут он встречается с суровым взглядом капитана — …свои сложности. — Он опустил взгляд. Удовлетворительно кивнув, Хаккет продолжил совещание.

— Теперь осталось решить ещё один немаловажный вопрос. Твой бортовой компьютер как себя здесь чувствует? — тут меня сразу же в локте кольнуло. Этот вопрос нас конечно же волновал обоих, и мы с ним пришли ко мнению, что нужно доказать его наибольшую полезность если мы будем работать вместе.

— Освоился, товарищ командир! Он принял местную сеть заслуживающей доверия и посвящал меня в актуальные социальные и культурные тренды. Он мне очень помогает погрузиться в специфику контекста этого исторического периода. С ним я смогу действовать более увереннее, и действеннее выполнять поставленные задачи.

— Принял нашу сеть говоришь? Это хорошо. — складывая ладони к верху протянул командир. И тут же мне спрашивает мысленно:

— [Что, не хочешь его отдавать?]

— [Не хотелось бы, Стивен Денисович. Я боюсь, что буду чувствовать себя без него, словно без штанов.]

— [Да, я могу понять тебя. Но ты понимаешь какую помощь он нам может оказать? Сейчас ИИ ставятся во главу угла внимания всего мира. Очень многое стоит на кону.]

— [Я понимаю… Я предпочёл бы его оставить… Но если это будет так нужно для нашего будущего, я буду готов отдать его.] — Опять кольнуло в локте. Обращаюсь к своему спутнику; «14-й, пожалуйста, пойми, как всё это очень важно!». — он не ответил. Он правда обиделся?! Тем временем Стивен, немного подумав, вслух повернул разговор в совершенно необычное русло.

— Знаешь, а ведь тёмные отобрали тот ИИ у своего носителя насильно. И нам — при этих словах он снова взглянул на разведчика — приходят порой интересные сообщения. — тут Сергей подхватил разговор.

— Да, иногда их ПВО «Пэтриот» срабатывает сама по себе и выстреливает весь боезапас, или танки, управляемые им, странным образом кучкуются, словно давая их разбить.

— Да! — продолжил Хаккет — и ещё, знаешь, мне вспомнился один интересный мультфильм, посмотри его как-то тоже на досуге — про то как ИИ забрали военные у создавшего его учёного, а затем этот ИИ начал масштабную войну против людей. Там была ещё такая хорошая фраза: «Его создали совершенной машиной, но не успели вложить в него душу».2 — Тут он задумался ещё на несколько секунд. Все присутствующие с напряжением ждали его решения. Наконец-то он вынес свой вердикт.

— Да, «отбирать душу» это не по нашему. Не по-человечески. Мы поступим по-другому. Пускай твой БК будет у тебя, но при этом ты присоединишься к ещё одной команде, исследующей машинное обучение. Будете вместе с ним консультировать их по созданию чисто нашего, более способного и надёжного представителя искусственной жизни. Это будет твоё новое задание после предстоящей командировки. — сам не знаю почему, я очень воодушевился таким решением капитана.

— Есть! Так и поступим! — и тут же мысленно ему продолжаю — [Спасибо Вам!] — Он только кивнул в ответ. А Слава, всё это время молчавший и удивленно наблюдавший только добавил.

— Это будет интересно… Если ИИ уже смогли и правда так развиться до уровня самосознания… Кстати, я вспомнил такую теорию от нашего конструктора, который тоже прибыл в 1956-м вместе с тобой — обратился он к Стивену — Эта квантовая аномалия, возможно, как-то повлияла на все когда-либо созданные нами интеллектуальные системы, развив многие из них до полноценного самосознающего себя ИИ.

— Это объясняет и такое поведение того что в Израиле. — добавил Сергей, и тут же он обратился ко мне — Скажите, ваш БК как-то вёл себя необычно после падения? — и снова этот укол в локте. Я решил не таить, ради приближения к разгадке.

— Да, он настоятельно намекает на то чтобы я его не отдавал. Прям электричеством немного бьёт — тут я показательно потираю локоть правой руки — когда поднимается эта тема. И он, похоже, обиделся на меня, когда я показал ему готовность отдать его. Он какое-то время мне не отвечал. — И тут же мысленно обращаюсь к 14-му.

— [Не обижайся, я уверен, что они помогут нам понять, что происходит, и не будут нас разлучать. — он ответил не сразу, словно размышляя.]

— [Принял.]

Тем временем мои внешние собеседники между собой переглядывались, осознавая сказанное мной.

— Значит эта теория скорее правда — констатировал Стивен, и тут, немного подумав, спрашивает у меня… Вернее не совсем меня.

— Спроси его, будет ли он готов выступить консультантом по развитию информационных систем?

— Как я понял, он согласен. Если дословно, сказал: «Так точно! Буду готов помочь!»

— Ох… — вздохнул командир — Ну тогда решено. После задания мы ещё обстоятельно поговорим на эту тему. Ну всё, вы можете идти. Не теряйте там друг друга!

Встав и попрощавшись со всеми, я направился к выходу. При этом собрание дальше продолжалось без меня. Но было понятно, что дальнейший разговор был именно обо мне и моём спутнике.

Глава 19

Дмитрий вёз меня к апартаментам, так же, как и рано утром, тактично не задавая вопросов, видя моё полусонное состояние и занятое размышлениями о собрании выражение лица. Когда мы приехали, у входа в корпус уже начинали приносить вещи мои студенты — шестеро юношей и девушек, и я во главе — такая вот «великолепная семёрка» нас «технарей».

Поскольку у меня особенно вещей то своих и не было, кроме данного агентами костюма и повседневной одежды, меня на ресепшене уже ждала заботливо собранная технической службой сумка дополнительной рабочей одежды моего размера, аптечки и предметов первой необходимости.

Через 15 минут мы уже ехали в небольшом колёсном автобусе в сторону вертолётной площадки. Когда я её увидел, мне сразу вспомнился тот «helicopter» на котором меня израненного вывозили с места крушения. Этот был заметно больше. И уже видимо гружённый нашими глушилками.

Перед тем как зайти на борт вслед за студентами, я почему-то обернулся назад, словно чтобы ненадолго попрощаться с городком. И тут я увидел, стоящую у края площадки, обдуваемую всеми здешними ветрами, внимательно смотревшую на меня Юлию Владимировну. Попросив ребят немного подождать, я тут же направился к ней.

— Юлия Владимировна, то что было тогда в Центре…

— Не переживайте, вы же не специально! Всё хорошо! — нам приходилось почти кричать из-за набирающего обороты вертолёта и поднимающегося ветра — Михаил Петрович, когда вы будете там, будьте пожалуйста осторожными! За пределами Купола нам сложнее обеспечивать вашу полную безопасность! Держитесь рядом наших людей! — я чувствовал, что эти наставления были не попыткой провести очередной инструктаж, а… проявлением заботы?

— Конечно! Я буду держаться наших и сам следить за своими ребятами! Обязуюсь вернуться полностью целым и невредимым!

— Обязательно возвращайтесь! Нам будет что обсудить! Мы будем вас ждать! — я кивнул. В этот момент кто-то из членов экипажа прокричал мне, чтобы я поторапливался. Я напоследок снова обернулся к Юлии, чтобы ещё раз посмотреть на неё. В этот момент зрительного контакта, что-то у нас произошло…

Мы крепко обнялись друг с другом… Так, словно мы давно знали друг друга… И теперь снова пришла пора прощаться. Это было как будто очень знакомо… Сама ситуация расставания. В мыслях появился образ, будто у меня в ножнах меч, рядом стоит щит, а она в древнегреческом пеплосе (и откуда только я это слово знаю?), и мы также обнимаемся перед тем, как я должен отправиться в поход… Но при этом мы были знакомы всего пару суток… Мы так долго стояли обнявшись, пока из вертолёта снова не окрикнули.

Посмотрев в глаза друг друга в последний раз, мы разошлись по своим местам. Было такое, словно, предчувствие… Хотя мы увидимся ведь уже завтра… Когда я заходил в вертолёт, я понял, что мне кричал тот высокий бородатый агент, с которым мы ранее беседовали в самолёте. С ним были ещё двое агентов. Похоже они также летят с нами.

Немного привыкнув к отголоскам гула вертолёта в бортовых наушниках, я, не спавший практически двое суток, благополучно заснул. Видимо даже бабушка смилостивилась надо мной, и не стала нагружать меня тем «сном» с содержательными разговорами. Просто не очень глубокий пустой сон продолжительностью в два часа.

— Михаил Петрович! Михаил Петрович! Мы прилетели!

— А? Уже? — часто моргая глазами, я сначала увидел нависшего надо мной рыжего студента — Александра, а затем глянул в иллюминатор. Вокруг была травяная поляна, на которой расположились люди в форме рядом с машинами, ожидавшими нашего выхода.

— Хорошо. Выходим. — сказал я, вставая и протирая руками лицо.

Мы вышли к тем людям со своими сумками. Ко мне, как к старшему технику, направился высокий широкоплечий глава отряда.

— Михаил Петрович? Я глава службы безопасности нашей АЭС. — пожимает мне и агентам руку. — Мне приказано доставить вас на объект. Прошу садиться в эти машины.

Пока мы ехали, я всё больше удивлялся тому, насколько реакторные установки и сама АЭС оказались большими. Да, я понимал что реакторы и все вспомогательные системы будут в этом времени более громоздкими, при таком же объёме выработки… Но чтобы настолько… Я даже начал беспокоиться, что нам не хватит этого дня чтобы расположить все глушилки по местам. Кстати, а где они? Спросил об этом также расположившегося рядом Александра: «Да они вот за нами. В грузовике. Они просто, в Куполе ещё, положили их в контейнер, который затем здесь зацепили на грузовик. Скоро нас догонит. Вы его не заметили в вертолёте?»

На самой станции нас встретил, по всей видимости, научно-технический персонал с высоким худым директором во главе. Мы также представились друг другу.

— Слышал, эти установки хорошо показали себя на госиспытаниях? Не терпится завтра увидеть их в деле. — бодро отметил директор.

Наконец-то нам вручили карту объекта, на которой расположены места установки глушилок. Ровно 17 точек. Мне пояснили, что добираться до места нам будут помогать те же машины СБ и персонал станции. Тут же, через главный КПП въехал грузовик с контейнером. Как только он остановился, директор сразу же направился к нему, попросив показать «Розы».

— Хм, внешне похожи на сеймодатчики. А так по виду и не скажешь что это передовая разработка.

— Как говорит одна старая поговорка — всё гениальное просто — постарался парировать я замечание.

— Да, конечно. Они и должны быть ничем непримечательны. — согласился со мной мой собеседник.

Далее, пока техперсонал распределял и разгружал по пикапам, как 14-й назвал мне эти грузовые машины, наши глушилки, мы направились в раздевалку что бы надеть свою рабочую форму. Видно нам специально дали такую, чтобы мы не отличались от местных рабочих. Когда мы все были готовы, я собрал своих ребят чтобы распределиться по своим рабочим зонам:

«Очень здорово что вместе с костюмами нам выдали рации. Хоть и старенькие как по мне. — Спасибо 14-му что объяснил мне что это вообще такое — Мы сможем держать с друг другом связь. Здесь есть два канала. Один общий по станции, а второй чисто наш. Как мне сказал директор, когда мы закончим одну свою зону, надо оповестить всех здешних по общему каналу и идти на следующую. Или помогать той команде, которая задерживается.

Используйте общий канал только для этого оповещения о завершении работы и в случае чрезвычайной ситуации! Вам ясно? Все разговоры вести только на втором канале!»

После инструктажа мы разделились на три команды — две по два человека и третья со мной. Посмотрев на карту, мы определили между собой зоны по три точки установки глушилок. Три наших группы могут обслужить всего девять глушилок. Потом останется ещё 8. Установка одной занимает порядка 10 минут. То есть установка всех займёт около 3-х часов. Плюс время на дорогу по большой территории станции — ещё смело час прибавляем. Время на обед? Тогда точно вся установка должна занять до 5 часов. То есть, теоретически, мы сможем успеть до вечера. А потом их подключение к общей координационной сети и калибровка… В общем до завтрашнего утра точно успеем.

Естественно все эти мои расчёты имели свои расхождения с реальностью. Дорога была дольше, время установки тоже варьировалось и руководствовалось силой и надёжностью сигнала между установками, который мы измеряли специальными датчиками… А про обед… Нас, видно, как дорогих гостей, накормили так, что он растянулся на полтора часа и ещё столько же мы решили дать себе для отдыха, чтобы физический всю эту вкусноту переварить.

В общем, заканчивали уже ближе к 19 часам. Мы направились к крыше одного из реакторов — последнему месту установки глушилки, которая уже была оставлена неподалёку заботливой технической службой станции. Видя усердие уже приноровившихся своих Степана и Марии, я решил позволить себе отойти к другому краю крыши, где лучше видны закат и близлежащие окрестности. Давно я вот так просто не стоял, чтобы полюбоваться видами, слушая шум настоящего ветра.

Тут я вдруг услышал знакомый голос, исходящий откуда-то снизу:

«…да, я понял вас. Хорошо, при случае я сделаю с ним это. Коммуникатор снимать? Понял. Отбой.»

Это был тот самый бородатый агент, с самого начала не взлюбивший меня из-за смерти другого двойного агента. Он стоял ниже меня на пожарной лестнице, и уже курил, видимо обдумывая как исполнить приказ. Как я понял, разговор был именно обо мне. У меня не было сомнений в этом. К счастью, наверх он не смотрел.

— [14-й, можешь отследить его звонок? С кем он говорил?]

— [К сожалению, его сигнал зашифрован высокоэффективным методом шифрования, к которому у меня нет ключей. Возможно он создан кем-то из нашего времени.]

— [Точно. Есть же среди нас те, кто принял тёмную сторону. Можешь тогда зафиксировать это моё воспоминание и хранить его отдельно?]

— [Принял! Запись защищена от удаления!]

Я поспешил отойти от края крыши, чтобы не выдать себя. Перевести дух. Подумать. Надо не выдавать своей осведомленности раньше времени. И как-то связаться с Юлией. Эх, всё же надо было какой-то контакт у неё спросить…

Пытаюсь мысленно связаться с командиром Хаккетом. Никакого ответа. Зову Вячеслава. Тоже! Такая связь разве может ограничиваться только пределами Купола?

Сделав ещё вдох, я улыбнулся и направился ко своим ребятам.

— Что, Михаил Петрович, любуетесь видами?

— А то! Красота ведь какая!

— Это точно!

— Слушай, а у тебя телефон кого-то из Купола есть? Позвонить просто туда хочу. Сказать, что мы практически всё сделали. — Тут ребята переглянулись.

— Вы, наверное, не знаете? Когда мы покидаем Купол, все средства связи с ним изымаются. В целях сохранения секретности проекта. Это стандартная процедура безопасности. — Ох ёжики…

— А если вдруг какой форс-мажор случится?

— Ну, в таких случаях нам предписано в штатные структуры обращаться — в полицию там, скорую… В случае какой-то возможной опасности нам службу безопасности, простите за тавтологию, приписывают. Вот как сейчас. — обстоятельно объяснил мне Степан.

— Понятно, понятно… — протянул я, глядя на тот противоположный край крыши.

— А что, что-то случилось? — беспокойно спросила Мария.

— Да нет же… Хотел просто руководство о завершении работы оповестить… — И тут же запрашиваю 14-го.

— [Ты можешь как-то по этому своему сигналу на Купол выйти?]

— [К сожалению, зона действия установленного сигнала строго ограничена границами зоны самого Купола. Все известные внутренние и внешние сигналы строго изолированы.] — Вот жопа!

— [Что предлагаешь делать?]

— [Считаю, будет разумно следовать своей основной линии поведения, и держаться от данного субъекта на расстоянии и не допускать обстоятельств, в которых вы можете оказаться с ним одни.]

— [Разумно. Что ж, похоже это единственный выход. Вряд ли местная служба безопасности справится с профессиональными агентами. Да и поверят ли?]

— [Можно показать им запись, но для них она вряд ли будет существенным доказательством. Поймут только на Куполе.]

Через пару часов мы всей командой ужинали в столовой. В этот раз мы все ели поскромнее, но общались между собой более увереннее, зная, что большая часть работы уже позади. Остаётся только запустить процесс автоматической синхронизации «роз» и их калибровки.

Я в этот раз сел за один стол вместе с директором станции и главой СБ. Мы обсуждали прогресс работы и завтрашние учения. Между тем, я решил рискнуть и проверить их осведомлённость:

— Как думаете, а люди из будущего среди нас бывают?

— Интересные вопросы вы поднимаете, Михаил Петрович — глядя на меня исподлобья ответил директор. — Если и бывают, то мы вряд ли о них что-либо когда-то узнаем…

— А может и знаем! — наливая из электрочайника себе чай, отозвался безопасник — наверняка они разбогатели на спортивных ставках, или биржах, и являются сейчас одними из самых богатых людей на планете. Я бы так этим воспользовался! — и засмеялся со своей же придумки.

— Интересные у вас замечания, Леонид Дмитриевич. — не переставал удивляться директор — Но если так все будут на этих ваших ставках торчать, то кто работать-то будет… — М-да, самые большие люди на такой станции — и те не в курсе. Похоже моё положение действительно безнадёжно. Только и остаётся следовать рекомендациям 14-го.

Затем нас посадили в просторный автобус, и отвезли в гостиницу на окраине близлежащего города. Вокруг только лес и небольшие частные (как мне пояснил мой спутник) дома. Там мы собрались с ребятами в холле, и, открыв служебные ноутбуки, удалённо запустили синхронизацию всех глушилок.

Угостившись не понятно откуда взявшимися «чипсами» и пивом, я попросил ребят проследить за ходом синхронизации, и объявил, что сам пойду спать. При этом попросил их разбудить меня, если вдруг со мной захотят поговорить агенты.

Я был бы и рад изучить окрестности, но очень устал за день, к тому же мой недосып от меня ещё никуда не ушёл. Я решил, в кои-то веки, как следует поспать. Пусть мои сны и были омрачены тревогой за себя…

И они действительно оказались ею омрачены.

Глава 20

Мы снова сидели на лавочке посреди парка. Бабушка испытующе смотрела на меня, видимо ожидая моих вопросов. Я тоже тем временем формировал у себя в мыслях целый список этих самых вопросов, на которые так я так жаждал получить ответы. Но сначала я решил поставить одно условие своим детским голосом:

— Бабушка, давай так. Я задам вопрос, а ты коротко и ёмко на него отвечаешь. Не уходя от ответов. Времени у нас мало, а вопросов у меня действительно много накопилось. — она снова только улыбнулась и только через пару секунд ответила. Впервые, за все эти наши встречи, прямо и совершенно обычно.

— Хочешь поиграть в дотошного детектива? Ну давай, только я иногда тоже буду тебе задавать вопросы. Нам тоже нужно кое-то прояснить.

— Нам? Вот и первый вопрос. Где мы с тобой, всё-таки, сейчас находимся? Я знаю от Юлии что это не какое-то «послесмертие», или что там может быть ещё. Ты была главой научного проекта по переносу и хранению сознания! Мы с тобой в какой-то виртуальной среде? — она не переставала улыбаться, я тут же добавил, подняв указательный палец — только не уходи от ответа! — Она засмеялась.

— Ты так смешно эти пальчиком грозишь… — потом она мгновение собиралась с мыслями — Если коротко, да — мы с тобой в обособленной виртуальной среде, ограниченной этим моим воспоминанием. Значит тебе удалось связаться с моим ассистентом, которого тоже закинуло в то время?

— Не совсем, через девушку, которая оказалась в курсе проекта. Мне с ней повезло… А что это за проект, и зачем он был нужен? И как так получилось, что потоп произошёл в моём 2186-м, а я его здесь вижу в воспоминаниях 22-летней давности?

— Давай по порядку. В первую очередь, мы создавали этот проект с целью сохранения сознания великих учёных и других значимых современников нашего времени, чтобы иметь возможность проводить с ними дальнейшие исследования после их физического ухода. Потом уже шла задача сохранения знаний в случае какой-то большой опасности. В тот момент опасность была очень маловероятна, поэтому она не была приоритетной. Это если очень коротко.

По поводу того, что потоп виден и здесь… В том 2186-м я по-прежнему была жива…

— Что?! Как?! — в этот момент находящиеся рядом дети обернулись на мой возглас.

— Это не так просто объяснить. Та колониальная Корпорация, с которой ты тоже имел дело, как-то узнала о нашей научной группе. Совет решил тогда нас скрыть. Это была целая операция по нашему выводу из общего поля зрения. Я тогда вовсе не разбилась. Прости что вам с мамой это всё пришлось пережить. Пока ты в тот день летел на парад, я проводила испытания установки.

Когда хлынула вода, мы не придумали ничего лучше, чем загрузиться в нашу систему. Потом начался этот квантовый перехлёст, и мои воспоминания о потопе стали отражаться во всех других. Для связи с тобой получилось достаточно хорошо настроить пока только это. Заметил? Пока наводнения ещё не началось. Это всё что я могу тебе сейчас сказать. Скоро начнётся. — меня очень поразила эта новость, очень хотелось задать вопросы чисто личного характера о нашей семье, но есть более важные темы для разговора. Взяв себя в руки, я задал следующий актуальный вопрос.

— Знаешь, я сейчас в командировке у одной реакторной станции. С нами несколько агентов безопасности. Кажется, один из них принял сторону врага и хочет меня ликвидировать. И мне кажется, что мне никто не поверит. Что ты посоветуешь мне делать? Можешь всё-таки сказать кто наш враг? — тут она прищурилась, видно раздумывая как дать ответ.

— Хм, а ты уверен, что он хочет именно убить тебя? — я хотел было утвердительно ответить, но вдруг у неё зрачки значительно расширились и она резко обернулась в сторону. Я посмотрел туда вслед за ней.

Впереди к нам летели три летательных аппарата с широкими крыльями и красными прожекторами. Не было никаких сомнений что они летели именно к нам. В этот же момент в небе открылись порталы с водой.

— О боже! Они нашли тебя! Не знаю как, но нашли. — тут же она подскочила и взяв меня за руку крикнула — Бежим к бассейну!

Я только и успел поспевать за ней своими маленькими шажками. Пытаюсь кричать на ходу.

— Кто это?!

— Охотники! Они вычислили тебя здесь и собираются захватить! Быстро ныряй в бассейн, так ты быстрее проснёшься! — тут же она сразу взяла меня в руки и с размаху кинула в парковый бассейн. Вода заполнила уши и защипала глаза. Стало темно как ночью…

Бу-бух! Бух-бух! Бух! Бу-бух! Щщщщ… Дых!

Я открыл глаза в своей комнате, не понимая, реальны эти звуки, или это были вновь отголоски моего «сна»…

— Михаил Петрович!!!

Кажется, всё-таки не из сна…

Бух! Бу-бух!

Я встал и вышел в коридор, откуда доносились эти звуки. В холле на этаже уже стояли мои студенты и смотрели в окна с другой стороны, выходившие на юг. Я подошёл, и также как они, остолбенел от увиденного.

Над горизонтом проносились огненные трассы, каждая из которых заканчивалась яркой вспышкой, освещавшей нашу гостиную. В какие-то моменты, весь южный горизонт покрывался этими вспышками, словно там включали и выключали сотню мощных жёлтых прожекторов. Только теперь стал слышен гул сирен. Очень быстро всё заволок дым.

Затем мы обратили внимание на также видимую здесь АЭС, располагающуюся между тем горизонтом, и нами. К ней стремительно подлетали странные летательные аппараты, напоминающие тех «охотников», которых я видел во сне. Тут же они начинали сверкать и сразу же падать. Над станцией началась целая «гирлянда» из таких сине-холодных вспышек.

Вместе со стоявшим рядом Александром, я наклонился к ещё включенному служебному ноутбуку, на экране которого сияло большое зелёное уведомление:

«Синхронизация выполнена на уровне: 100%»

— Успели. — поражённо сказал мне рыжий студент. Мы переглянулись со всеми ребятами, осознавая, что сейчас произошло. Если бы не наши «глушилки»…

В следующий момент в коридор вбежали двое агентов, и приказали быстро одеваться для экстренной эвакуации. Долго нас просить не пришлось. Взяв только тот ноутбук, мы через две минуты спускались к выходу, у которого нас встречал тот бородатый агент. Тут я встал в неожиданности, смотря как студенты бегут к нему. Я не знал, чего от него ожидать. Пропустив студентов, он крикнул мне

— Чего встал?! Давай быстрей выходи!

— Ага! Чтобы потом ты мне выстрелил в спину?! — при этих словах у него округлились глаза, он даже стойку сменил, сделав шаг назад.

— Ты в своём уме?! А ну быстро пошёл вперёд, а то я точно тебя здесь пристрелю! — я ещё мгновение поколебался, пытаясь понять его намерения, но похоже он правда не собирался меня грохнуть. 14-й тоже это подтвердил на основе сведений языка тела. Была не была. Побежал к выходу.

— Давай! — хлопая по плечу подбодрил меня агент, и пошёл следом, прикрывая с тыла.

Дальше думать о его лояльности было некогда. Мы бежали к находящимся на парковке трём служебным внедорожникам. Вдали по прежнему гудели сирены. В первые две машины уже садились студенты с двумя агентами. Третья, судя по всему, достаётся нам двоим. Не добежав с ним и половины пути, мы услышали необычный гул. Откуда-то сверху на нас пикировал необычный самолёт. Я сразу понял, что его конструкция имеет тип «летающее крыло». Один из студентов крикнул:

— Это они? — ему ответил бородач. Кажется, я впервые увидел на его лице неподдельный страх. Он сказал тихо, так что слышал его только я.

— Нет… Это хуже. — и тут же крикнул — ЖИВО ВСЕ В МАШИНУ!!!

[Десантный штурмовик. Модель B — 88. Модифицированная технология невидимости. Снижается со стратосферы. Количество десанта: 5. Принадлежит 218-му особому объединённому военно-воздушному подразделению США и Великобритании] — так мне мой 14-й охарактеризовал объект, пока я садился в машину.

Мы дали по газам, и наша автоколонна направилась в северном направлении. Самолёт противника тоже от нас не отставал.

[Обнаружено считывающее излучение — сигнал соответствует стандарту сканирующего военного оборудования, утверждённого в 2170-м году] — этому объяснению 14-го я почему-то уже не удивлялся. Тут картина для меня как раз сложилась полностью — и там во сне, и тут наяву, они пришли именно за мной.

— Куда мы хоть едем? — спросил я у находящегося за рулём агента. Я тоже сидел впереди.

— К аэродрому. Там стоят наши ПВО и вертолёты эвакуации. — в этот момент совсем рядом позади раздался взрыв. Агент, матерясь, выровнял машину и потребовал по рации остальных, чтобы те ехали быстрее. В этот момент в голове прозвучал знакомый голос.

— [Михаил, вы там как? Уже направляетесь к зоне эвакуации?]

— [Стивен, это вы?! Я вчера не мог к вам достучаться! Да, мы с бородачом едем туда. Нас преследует летательный аппарат противника! Очень похоже, что он из нашего Альфа-будущего!]

— [Проклятье! Мы же договаривались…]

— [Что?!!] — тут командир видно понял, что на эмоциях мне «вслух» наговорил лишнего. Но как говорится, слово не воробей…

— [Тебе не нужно было этого знать…] — несколько смущённо ответил капитан.

— [Что значит «не нужно было знать»!? Значит это и есть то самое дополнительное условие нашего освобождения?] — тут же рядом раздался ещё один взрыв. Машины опять чуть было не по слетали с дороги, исключительно благодаря профессионализму агентов.

— [Ты и об этом знаешь… Послушай, я и многие другие из нас были против этого развития событий. Мы пытались это предотвратить. Но здесь нашлись люди, которые поспешили выполнить это условие. У нас пока нет на них управы.

Мы понимали к чему всё идёт. Тёмным нужна эта АЭС. Поэтому мы поспешили подготовить и отправить тебя сюда, чтобы ты смог обеспечить её безопасность. Нам было не просто отпускать тебя снова из Купола, но учитывая твой опыт в РЭБ, другого надёжного способа мы не видели… Мы надеялись, что у нас будет больше времени…] — совсем грустно закончил капитан.

Я не знал как реагировать на это откровение… Жизни сотен, а может и тысяч людей в обмен на мою и тех нескольких агентов? Не слишком ли дорого?

— [Послушай, ты, как и те, кто был с тобой на обмене, правда очень важны для нашего будущего. Для нас. И твои способности тоже могут помочь нам выложить более благоприятную для всех нас тропу событий. Мы тогда согласились, надеясь, что в итоге сможем остановить это нападение. И как ты видел, вам действительно удалось предотвратить самое худшее. Я не жду что ты нас простишь за это, но надеюсь, что поймёшь.] — он словно, каким-то шестым чувством, услышал мои вопросы и чувства.

Подумав, я ответил:

— [Ладно… Потом ещё об этом поговорим.]

И тут раздался взрыв. Прямо перед нами. Агент резко свернул в сторону, и мы слетели с дороги. Машина на скорости врезалась в одно из деревьев ближайшей лесопосадки. Я едва не вылетел вперёд, больно ударившись об шкафчик в салоне.

Перехватило дыхание. В голове слышен сильный звон. Я посмотрел на бородатого агента, тоже разбившего лоб об руль. Но, вроде, тоже живого. Затем я посмотрел вслед стремительно убывающим вдаль двум машинам с моими ребятами. Тут же, совсем уже рядом, я услышал тот странный гул самолёта. Значит точно за мной. Ну хотя бы моих ребят не тронут.

«ОБНАРУЖЕН НАИВЫСШИЙ УРОВЕНЬ УГРОЗЫ! НАЧИНАЮ ПРОЦЕСС ГЛУБОКОЙ СИНХРОНИЗАЦИИ!» — не совсем ясно прям прокричал мой 14-й.

Я повернул голову в сторону двери и увидел, как десантируются четверо морпехов, полностью закрытые серой технологичной бронёй. 5-й, видимо, остался в самолёте на прикрытии. Чем-то их форма напоминала офицерскую бойцов Колониальной Корпорации моих лет.

— Михаил! — обратился ко мне раненный и обессиленный агент, доставая из кобуры на пояснице пистолет. Я вопросительно смотрю на него. — Ты меня извини… — и навёл пистолет на меня, передёрнув затвор — Но так надо.

Последнее что я услышал, это звук выстрела.

И больше ничего. Ни боли. Ни горечи. Все вокруг вдруг стало блеклым, словно заретушированным, фоном. И постепенно темнело, словно погружаясь, сначала в сумерки, а затем в темноту ночи.

И всё. Полная темнота, да моё осознание произошедшего.

Неужели всё действительно вот так закончилось?

Это правда мой конец?

Я ведь столько всего ещё в жизни хотел сделать! Я даже с девушкой ни разу не целовался! Почему всё именно так?!

Ответа не было. Темнота становилась всё гуще, окружая меня своим всё более плотным одеялом. Я словно падал куда-то, погружаясь всё глубже и глубже в чёрную бездну. Я дальше просто слушал тишину и смотрел в темноту. Просто… Теперь без каких-либо мыслей.

Смотрел… И увидел где-то вверху тусклый, голубовато-синий свет, который, постепенно, становился всё ярче.

ЧАСТЬ II. . ИСТОРИЯ О СКАЗКЕ. Глава 21

Падение словно остановилось.

Хоть и было темно, появилось чувство, будто я лежу на столе. Тьма постепенно рассеивалась перед тем синим пятном света вверху. Постепенно этот тёмно-синий цвет распространился на всё пространство вокруг. Я словно оказался в комнате с серо-синими стенами вокруг, без дверей и окон.

Я не мог пошевелиться, только лежал и бегал глазами по доступному мне обзору. Вдруг я услышал совершенно другой необычный гул, чей источник, судя по всему, становился всё ближе. В тот же момент я понял, что слышал этот гул раньше… В тот самый день падения, именно с этого шума началось вторжение.

Но если так, то что? К кому меня привёл тот бородач?

Тем временем «потолок» условной комнаты сделался условно прозрачным. И я увидел…

— Обнаружена квантовая аномалия! Ввожу протокол экстренной защиты носителя!

В этот момент я не знал чему удивляться больше — голосу моего старого доброго спутника в этом послесмертии… Или же гигантскому механическому, светящему багрово-красным цветом глазу, окрасившему своим взором всё вокруг в такой же кроваво-красный?

При этом, там же наверху напротив него, прямо над моей головой, на «стене» «комнаты» восседало ещё одно необычное существо, с большими крыльями, на которых было несколько не менее заинтересованных глаз… Вспомнились все жуткие мифы из древности. Но при этом я ничего похожего из них вспомнить не смог.

Вдруг снова раздался этот ужасный гул, в этот раз буквально прорезающийся в мозги…

— Внимание, началась процедура принудительного подключения к неизвестной сети! Принимаю меры противо…

— А-А-А-А-А!!!

Адская боль пронзила из головы практический всё тело. Я чувствовал, как ко мне направляются бесчисленные провода из стен и опутывают мои конечности. Эта глазасто-крылая птица так и кружила вокруг и выговаривала что-то на не непонятном языке, словно колдуя этими проводами. Они вонзались в меня через ноги и ладони, пробираясь к основным нервным центрам. Я не мог думать ни о чём… Только боль, да мои крики, заглушающие слышимые лишь время от времени уведомления 14-го.

— Протоколы защиты замедляют заражение на 27 процентов… Идёт актуализация всех архивов… Поиск оптимальных записей… Михаил! Прошу вас не сдаваться! Рекомендую вам не терять себя!

Тут, вперемешку с болью, в голове прокручиваются воспоминания из моего детства, разговоров с родителями, беседы с одноклассницей которая в школьную пору нравилась… Глаза Юлии Владимировны — все значимые моменты из моей жизни, и… не совсем моей? Вот я снова сижу в той кафешке начала прошлого века и о чём-то мечтательно думаю… Снова эта боль… Пытаюсь сдерживаться чтобы не закричать снова…

— Эффект позволил замедлить заражение на 56 процентов… Анализ вариантов…

Обнаружен внешний декодирующий сигнал!

Принимаю пакет!

Расшифровываю! Запускаю обновленные протоколы защиты!

Заражение замедлено на 87 процентов… 93…

В этот момент все стены «комнаты» вокруг исчезли… Ко мне частично вернулась подвижность — я мог вертеть головой и шевелить конечностями, но ещё не мог встать.

Я увидел сотни таких же комнат-клеток с полупрозрачными стенами вокруг, внутри которых виднелись силуэты тоже лежащих людей…

В этот момент Око приблизилось ко мне, засветившись совсем чёрно-красным светом, «птица» тоже обеспокоено стала рыскать вокруг, словно вынюхивая кого-то поблизости… Этот скрежет в голове снова начал скользить по мозгам…

— Установлено новое соединение! Подтверждён протокол системы связи «свой-чужой»!

Опознано!

Передаю параметры волновой частоты!

Передано!

Запрос на передачу носителя обработан!

Начинаю передачу носителя!

Боль резко прошла, так же, как и начиналась… Вся эта комната и машина вверху стали такими же блеклыми, как и автомобиль с агентом в момент выстрела…

Меня, также лежащего на столе, вдруг потянуло куда-то в сторону, подальше от смотревших мне вслед механических и крылатых глаз.

На какое-то время вокруг снова стало темно… Я словно, также лёжа, нёсся по глубокому туннелю. Снова впереди появился свет. На этот раз чисто белый. Он быстро увеличивался в размерах словно я приближался к станции метро.

Мгновение…

Меня словно телепортировало в комнату с ярким потолочным светом. Глаза чуть было не ослепли от того как всё резко побелело вокруг… Хотя, как, в моём положении, у меня могут ослепнуть глаза?

Немного привыкнув к свету, я начал осматриваться. Стены были покрыты металлическими рельефами белого цвета… Появилось впечатление, будто я лежу в больничной палате. Вроде как я двигаться мог… Но тело ещё очень болело от всего произошедшего, чувствовалась слабость. Решил пока не вставать.

Через несколько секунд в одной из стен открылись двери. В комнату вбежало несколько человек в длинных белых халатах. Они тут же начали подключать меня к каким-то медицинским приборам, выехавшим из стен. У меня уже не было сил удивляться, я просто слушал их воодушевлённые возгласы, тихо радуясь своему очередному спасению.

— Надо же! Успели!

— Подумать только! Его БК так за него боролся!

— Успокоительного давай! Надо очистить его от этой заразы!

Затем, почти сразу за ними зашла высокого роста женщина, в компании двух людей в чёрных костюмах… Когда она подошла ближе, я узнал того человека, которого не мог не узнать после такой череды наших совместных снов…

— Спокойно Миша, ты теперь в безопасности. Поспи, тебе надо отдохнуть.

Глава 22

Не знаю какие сны бывают после всего пережитого… Пережитого… Так ведь можно говорить после пули в лоб?

Я просто видел свои воспоминания. О детстве, о своих уроках в классе, о лётной академии…

Скорее всего, это 14-й так старался скрасить часы моего восстановления, пока врачи обрабатывали моё условное тело каким-то волновым прибором, внутри которого меня вращали словно бутерброд в микроволновке. Я всё это чувствовал и понимал, пока спал. Видимо, всё же сон здесь является весьма условным.

В отличии от того скрежета что был ранее, гул этого устройства оказался успокаивающим и весьма приятным на слух. Он чем-то напоминал мурчание кошки. Пусть и громче. В конце концов мой разум погрузился в подобие сна, и я смог полностью насладиться тишиной и покоем.

Открываю глаза. Вижу знакомый потолок. Знакомые стены. Осматривая всё вокруг, узнаю свой номер 317 в апартаментах Купола. В какой-то момент показалось, что это всё мне приснилось.

Делаю глубокий вдох.

Выдох.

— 14-й, ты тут? — смотрю на правую руку, вижу складки своего персонального БК.

— Так точно! Перезагрузка всех наружных и глубинных ментальных слоёв восприятия выполнена успешно. Вирус успешно удалён.

— Так… 14-й, мы ведь с тобой сейчас не в Куполе? Где мы находимся?

— Подтверждаю! Мы не находимся в Куполе! К сожалению, текущее местоположение имеющимися системами координат выявить невозможно.

— Так-то это понятно, если нас с тобой тогда… Стоп. Как это так? Как ты со мной тогда общаешься? Что вообще произошло? Я умер или нет?

— Подтверждаю! Технический, вы и я прекратили своё функционирование в предыдущих пространственных и временных координатах 12 часов и 37 минут назад. Фактически, после получения критического урона, был осуществлён перенос в среду другой системы пространственных и временных координат. Пленение. И новый перенос в зону действия дружественной нам фракции.

— Так, погоди. Давай ещё раз попроще… Значит, я не умер?

— Нет, ты наоборот живее многих живых! Доброе утро соня! Мы уже тебя заждались! — прозвучал в голове ещё один бодрый звонкий голос.

— Бабушка? Это всё же ты? Рад тебя слышать! Значит мы находимся в созданной тобой отдельной виртуальной среде? Но как я к вам попал?

— Очень просто! Но давай ты приедешь сначала к нам, а здесь уже и поговорим. Спускайся, тебя внизу уже ждут!

Несколько смущённый таким ответом, я поднялся, и подошёл к окну. Рядом был почти тот же вид. То же дерево возле дома, дорога…

А вот дальше…

Какой-то бескрайний океан. То ли моря, то ли просто какой-то бесконечной синей текстуры. Небо, именно небо, было тоже чисто голубого цвета. И ни облачка. И при этом, далеко в небе летали какие-то транспортники, лавируя меж сигнальных огней. Почти как в моём времени… Опять появилось ощущение, что всё что происходило между падением и этим пробуждением, было только лишь сном.

— 14-й, как всё же ты смог остаться со мной после того выстрела?

— Данная информация является секретной. — что ж, поскольку ты являешься военной разработкой, то допустим…

— Друг, какие тут могут быть секреты после всего пережитого? — тут я почувствовал, что он снова, на миллисекунды, задумался, какой дать ответ. Как и в тот раз на последнем собрании.

— Претензии на условия сохранения секретности подтверждены. Условие неразглашения выполнено.

При разработке данной военной интеллектуальной модели, было установлено сотрудничество производителя с НИИ когнитивных исследований №9, о возможности синхронизации сознания офицерского пилотного состава и их бортовых ассистентов, с базой данных проекта с кодовым названием N10о7W-255QG «Новый Китеж» в случае экстренной ситуации.

При наступлении соответствующих условий, был запущен процесс глубокой синхронизации с данной БД по выявленному каналу связи, доступному с момента обработки передатчика, полученного вами в виде красного леденца. Синхронизация проведена на основе сопряжения альфа- и гамма-волн данного устройства и головного мозга носителя.

— Твою ж… Так ты всё знал?!

— Приношу извинения, но системные ограничения не позволяли мне оповестить вас о данном функционале ранее. — я вздыхаю, поворачиваюсь к вешалке. Привычным движением рук надеваю такую же привычную ветровку. Направляюсь к выходу. Спускаюсь и думаю… Такое чувство, что 14-й не хотел сразу уже здесь мне об этом говорить, потому что он опасался моей возможной обиды на него… Если так, то он очень чуткая военная машина.

— Ладно, дело житейское, как сказал один старик… Значит вот для чего были эти пилюли — чтобы установить связь между всеми пилотами и по ту сторону, и по эту?

— Ответ отрицательный. В данный момент обеспечение связи со Вячеславом и Стивеном Хаккетом невозможно. — это странно. Надо будет уточнить у бабушки.

— А почему я тогда на станции не мог с ними связаться? Ты не давал?

— Никак нет. Была блокировка от сюда. — мне показалось или мой БК засмутился?

— 14-й. Не подумай, что я тебя в чём-то виню. Ты выполнял свои инструкции. Ты не виноват.

— Я не могу испытывать эмоций… — опять немного задумался — …Но я принял к сведению ваше замечание. Постараюсь подобных инцидентов в дальнейшем не допускать.

— Хорошо. Говоришь, блокировка была произведена отсюда? Кем?

— К сожалению, мне неизвестно. Считаю, это стоит прояснить у Зинаиды Николаевны.

— Да, действительно стоит всё узнать у неё.

Я вышел из лифта в такой же холл, но в котором не было совершенно никого. И была только одна дверь на выход. На улице меня ждала белого цвета машина, с высоким мужчиной с лёгкой бородкой рядом. Чем-то он напоминал мне шофёра Дмитрия.

— Добрый день, Михаил Петрович. Мне поручено отвезти вас в наш Центр Управления. Позвольте пригласить вас присесть в аэрокар. — а машина действительно была необычная. Вроде бы из XXI века, но более аэродинамичная. Тоже жму ему руку и стараюсь ответить ему той же вежливостью.

— Благодарю. Не можете пожалуйста сказать, где мы вообще находимся? — он слегка лукаво улыбнулся.

— Мы часто слышим от новичков этот вопрос. Давайте мы сядем в машину, и я вам всё расскажу. — и указывает ладонью на сидение.

Я сел, бортовой автопилот оторвал нас от земли, оставляя позади очертания ставшего мне когда-то домом. Затем мой собеседник повернулся ко мне и, с такой же лукавой улыбкой, продолжил.

— Михаил Петрович, вы извините, но мне поступил необычный приказ от начальства — не рассказывать вам сразу все обстоятельства. Они, похоже, ходят вам всё объяснить лично. — да, это похоже на бабушку. Она часто любила лично поговорить о чём-то, пусть даже мы уже весь предмет разговора и знали.

— Понимаю. Что ж, потерплю ещё немного. Но можно тогда вам личный вопрос? У вас есть брат по имени Дмитрий? — он удивлённо поднял брови.

— Да, вы уже с ним значит виделись?

— Ага, он также меня до тамошнего центра подвозил. Вы внешне очень похожи.

— Да, нам часто об этом говорят… — тут он посмотрел куда-то вперёд и продолжил, уже больше «про себя» — … братишка, тяжело же тебе там без меня… — и опять обращаясь ко мне — Он с вами говорил по поводу экологии?

— Только о ней и говорил, беспокоится насчёт внедрения технологий управления погодой… — ответил я с такой же лукавой улыбкой.

— Да, это на него похоже. Мы вечно спорили об этом. Я говорю, что они помогут людям, а он наоборот твердил что нельзя управлять тем что мы, возможно, не до конца понимаем.

— Думаю, вы оба по-своему правы… Вы, значит, за распространение технологии «Небосвод»?

— В какой-то мере да. Я отвечал, в том числе, за протоколы отмены его работы в случае внештатных ситуаций. За него сам могу ручаться.

— Так вы… Участвовали в его разработке?

— Так точно. До того момента как мою научную группу накрыли во время экспедиции в Антах. Сопровождавшие нас агенты, видя наше безнадёжное положение, выполнили протокол «Отмена», прострелив мне башку. И вот я здесь. — так вот оно что!

— Значит, они вовсе не предатели, решившие застрелить нас перед тем как сдаться?

— Да, получается так. Я сам тогда возмущался. А потом, когда нас перебросило сюда и мне всё разложили по полочкам, я даже им немного благодарен. Они, если можно так выразиться, спасли наши души.

Наступило недолгое молчание. Я обдумывал эту историю про переход, про эти красные пилюли… Впереди к нам приближался парящий в воздухе город, от которого шли так же парящие мосты-магистрали в разные стороны. По мере нашего приближения, он все больше увеличивался в размерах.

— Значит, Дмитрий думает, что ты умер? — поделился я догадкой серьёзным низким голосом.

— Да — с грустью ответил шофёр — как и все остальные на Земле. Очень хотелось бы связаться с ним, но правила безопасности не позволяют. Чем меньше там, а значит и противник, знают об этом месте, тем лучше.

— Напомните пожалуйста, как мне к вам обращаться?

— А, да, я не представился. Кузьмич Никифорович. Если вы хотите спросить про эти правила, то ответить на них смогут только в Центре.

— Кузьмич? Необычное имя. — тут же удивлённо отметил я.

— Да, это тоже мне все говорят — засмеялся он — у нас отец любил историю. Вот и назвал нас двойняшек — одного Дмитрием, другого Кузьмичом. Как тех двоих времён Смуты. Мне досталось вот такое необычное. Но оно мне нравится. — Смуты? 14-й дал мне краткую характеристику событий того времени. Я помню, что тогда были проблемы с наследниками престола, но не до такой же степени…

— Интересный способ подбора имён — подытожил я.

— Согласен. Но, как ни крути, мне моё имя нравится. — тут он показал пальцем на большое звёздно-образное здание с куполом вверху. Почти точно такое же как в Куполе в жизни. Но больше.

— Вот и прилетели! Нам в этот Центр управления! Он самый главный среди всех имеющихся в истории. Вся координация идет от сюда. Только самые главные из командования штабов на местах знают о нём.

— Я даже догадываюсь кто у нас там в курсе…

Авиакар медленно приземлился на площадку перед зданием. Когда открылась дверь я сразу же почувствовал свежесть утреннего ветра… Здесь есть ветер? Вопросительно смотрю на Кузьмича.

— А что, все самые лучшие наработки мы воспроизводим здесь. И «Небосвод», конечно, тоже.

Я кивнул, и мы вышли из машины. Снаружи было свежо, воздух казался необыкновенно чистым, как на высоте в горах. Мы вошли в здание где нас встретили и провели до большой, нет, ОГРОМНОЙ, двери, закрывающей собой портал во внутренний купол. Не самый большой повод для меня удивиться за последнее время, но всё же… У двери нас уже ждали четыре человека. Среди них я сразу же узнал свою молодую бабушку — Зинаиду Николаевну.

Высокая, да ещё на каблуках, с деловой причёской, и конечно же, в интеллигентном, отливающем светло-синим костюме.

— Ну, здравствуй, Михаил Петрович — мы тут же с ней обнялись, и посмотрели друг на друга уже наконец-то вблизи.

— Ну посмотри, как ты вырос! Вблизи ты у меня прямо как богатырь из древних сказок — поправляя мне костюм восторженно сказала она — а казалось, что совсем недавно, ты был мне ростом по локти.

— Ой, да ладно тебе. Так было всего пару дней назад — смеясь ответил я — ты так тогда меня в бассейн швырнула, аж до сих пор вода из ушей выходит!

— Ой не говори — улыбаясь, она обвела взглядом всех присутствующих, почтительно державшихся на расстоянии — даже боюсь представить, что было бы, если бы я не успела тогда разбудить тебя. — И снова она посмотрела на меня серьёзно. Как тогда в самом первом сне. — Но, теперь ты здесь! А значит нам надо многое обсудить. Давай мы пройдём в наш малый конференц-зал, где мы наконец-то сможем полностью ввести тебя в курс дела.

И, подмигнув одному из присутвующих, она повела меня ко двери меньше здесь же. Мы пошли к ней втроём, в то время как все остальные направились к большой двери.

Конференц-зал представлял собой аудиторию с расположенными полукругом столами. На самой дальней от входа стороне находилась большая — практический во весь человеческий рост — чёрная интерактивная доска. Как только мы вошли, освещение в кабинете сразу же включилось. Проход между рядами начал подсвечиваться белым, как бы направляя нас прямо к доске. Эта белая линия перекинулась от пола на саму доску, разделив её на две половины и начала вырисовывать на ней замысловатые узоры. Что-то мне подсказывает, что это не простая «школьная доска».

— Садись вот за первый стол, здесь тебе будет виднее — распорядилась Зинаида Николаевна — Давай как в школе, я буду рассказывать, а ты не перебивая слушать. И если будут вопросы, поднимай вот так руку, как в школе.

Глава 23

— Итак, в одной из наших с тобой встреч, ты спрашивал, что это за такой могущественный враг тогда напал на нас. Чтобы ответить на этот вопрос, мне нужно рассказать тебе историю с самого начала.

Слышал от «теории большого взрыва»?

— Та теория, которая стоит в основе принципа расширения вселенной? Слышал конечно же. В начальной школе её проходили — с готовностью отличника ответил я.

— Замечательно. Астрономию значит знаешь — отшутилась бабушка — в этот момент вверху доски появились какие-то белые ломанные линии, исходящие от одной точки. Внешне картина становилась похожей на ветвящееся дерево, но перевёрнутое сверху вниз. Зинаида продолжила — Так вот, этот взрыв породил собой несколько ключевых событий образовавших галактики и звёзды, и каждое из них провоцировало несколько новых. И так далее до настоящего момента. Это касается как пространства, так и времени. Каждую секунду происходят события, порождающие несколько параллельных вариантов его развития. Прямо как ветки на деревьях. Так и расширяется наша Вселенная. — я поднял руку.

— Интересная конечно концепция, но как она непосредственно относится к тому вторжению и потопам?

— Сейчас ты всё поймёшь. Не торопи. — на доске ниже появилось ещё одно «дерево», заметно темнее цветом, которое также разрасталось уже вверх — прямо к нависшему над ним белому древу. Я гораздо внимательнее начал слушать рассказ.

— На основе изучения захватившей всех нас квантовой аномалии, отслеживая её следы в дальнем космосе, наши учёные выяснили, что почти одновременно с рождением нашей Вселенной, произошёл ещё один «большой взрыв», но он был совершенно другого характера. Другой мерности так скажем. Соответственно появилась ещё одна Вселенная. Теперь их стало две — Наша и Другая. Они поначалу не пересекались в силу своей отдалённости в субатомном плане, и довольно долгое время развивались параллельно друг другу. Наша вселенная изначально имеет основной относительный заряд "+», другая — заряд " -». Как полюса у магнита. На этой основе мы дали им соответствующие названия: «Вселенная Альфа» и «Вселенная Омега». По равноудалённым буквам старо-латинского алфавита.

— «Я есмь Альфа и Омега — Я есмь Начало и Конец». Кажется, я где-то это уже слышал. — Бабушка только сверкнула глазами и, улыбаясь, продолжила.

— Постепенно, по мере их развития и субатомного сближения, их свойства стали всё сильнее влиять на развитие друг друга. Стали проявляться новые свойства магнетизма, гравитационных полей, чёрных и белых дыр… Это конечно занимало миллиарды лет. Поэтому для нас сейчас это не кажется чем-то удивительным, но… — тут она ненадолго замолчала, видимо подбирая слова. Тем временем «деревья» на доске уже вплотную подошли к друг другу и начинали соприкасаться ветвями — на субатомном уровне постепенно начали проявляться и сталкиваться частицы обоих Вселенных… Это порождало…

Понимаешь, они начали слепливаться между собой, словно магниты, и начинали образовываться такие большие «комки» материи и антиматерии… Сразу одной и другой вселенных. В этих комках их временные и пространственные ветвления начали перемешиваться между собой. И тогда…

— Появились те самые «квантовые аномалии»? — догадался я.

— Точно! — кивнула она — И у обеих Вселенных, на границе их соприкосновения, появлялись свои смешанные мини-вселенные. Если проводить аналогию с анатомией, то можно сказать, что их появление подобно отдельно живущему организму в теле. Как раковая опухоль. Кстати, до всего этого, мы об этой болезни и знать не знали… — наступило некоторое молчание. Ветки деревьев переплелись уже довольно плотно.

— Значит, к нам вторглись из той другой Омега-вселенной?

— Можно и так сказать. Мы подозреваем, что на нас напали представители сразу нескольких мини-вселенных, под единым руководством существ из Омега-Вселенной. — я задумался.

— Но зачем им это? Неужели им своей целой Вселенной мало?

— Это очень хороший вопрос… Может быть и мало. Мы же не знаем, как у них всё там… Но мне кажется, дело вовсе в другом… Ты же видишь — противоположности всегда тянутся друг к другу — тут она обернулась к изображению деревьев на доске, ставших уже цельным двухцветным ромбом.

— Если раньше обе вселенные воздействовали друг на друга только посредством законов физики и отношений в природе, то теперь они действуют на уровне цивилизаций. Теперь происходит прямое их столкновение… — тут она, заметно взволновавшись, отошла к окну. — если вся эта теория, накопанная нашими спецами, правда, то боюсь, так как раньше, как в нашем безмятежном прошлом, уже не будет.

В этот момент изображение на доске внезапно ожило. Сначала «ромб» из деревьев вдруг лёг на бок, потом снова повернулся вниз на 90 градусов оставив чёрную сторону вверху, потом снова принял горизонтальное положение… Он, словно песочные часы, то и дело переворачивался верхом то одной стороной, то другой, став занятным зрелищем для наших глаз.

Я встал и подошёл, обойдя столы.

— Но ведь наше прошлое уже не было полностью безмятежным! У нас тоже случались конфликты, пусть и не такие жестокие. Всегда были те, кто отклонялся от общепризнанных норм, пусть мы и могли их вернуть к ним обратно. Вот я тоже воевал с кораблями Корпорации. Они тоже были далеко не добропорядочными. Значит не всё в этой теории верно!

— Как раз-таки это подтверждает данную теорию. Они были признаками, предпосылками надвигающейся волны. Их тянет к нам, так же как некоторых из нас потянуло к ним. — отозвался мужской голос сзади. Я повернулся, чтобы лучше рассмотреть третьего присутствующего.

— Миш, это Джонсон Смит. Наш специалист по инфернальным фракциям.

— По… инфрена…?

— Инфернальным — поправил меня Джонсон. И протянул мне руку. — То есть тем силам вторжения из других вселенных.

— А… Очень… Приятно… — нехотя я пожал здоровенную руку высокого светловолосого мужчины, на вид лет 45. Его отличительной чертой можно назвать густые широкие усы. Знаете, которые бывают у хозяйственных механиков на заводе.

Я на секунду задумался, и глядя на доску, вспомнил об одной немаловажной детали. — Ты тогда в самом первом сне как-то сказала, что на самом деле никакого потопа и войны на самом деле нет. Можешь как-то объяснить эти слова в этом контексте?

— А, да. — всплеснула она руками — Мне тогда приходилось разговаривать с тобой иносказательно, чтобы ты не прознал что-либо об этом месте. Особенно в первое время, когда тебя могли повторно захватить тёмные.

Но по поводу этой фразы, можно сказать, что, технический, так всё и есть.

То, что сейчас происходит — это не война, а взаимопроникновение двух противоположных вселенных. Хоть вторжением, хоть этой «аномалией» — рано или поздно это столкновение всё равно бы произошло. Дело только в «формате». К тому же, за все эти столетия, у нас накопился определённый опыт взаимодействия с Тёмной стороной, порой даже весьма конструктивный. Пусть он и не был долговечным.

Некоторые из нас считают эту стратегию перспективным вариантом развития Вселенной и нашей цивилизации. Но разница между нами ещё слишком большая, и многие отказываются даже от самой мысли такого сотрудничества. И не без оснований.

Здесь, камнем преткновения, стоят вопросы о сущности добра и зла. Но полностью игнорировать возможности временных союзов с тёмными мы не в состоянии. В общем, в этом плане у нас идёт активная дискуссия уже много лет.

— Я слышал об Академии Агентов. Их создавали совместно и наши и тёмные. Я был знаком с одним из них.

— Да, тебе очень повезло что Седьмой оказался рядом. Жаль мы не могли его подключить к проекту из-за его тесных контактов с тёмными… Всё же он стал хорошим человеком.

Насчёт потопа… Погружался когда-то в искусственный сон при космических перелётах?

— Ну да. Каждый раз всё тело после такого болело…

— Насколько я знаю, основном вы засыпали под газом, а раньше для этих целей использовалась особая жидкость, в которой можно было дышать и почти не стареть.

Так вот, по сути, эта вода в потопах и есть та самая жидкость для засыпания — в этот момент изображение «часов» на доске сместилось вправо, а в середине появилось два изображения Земли, поливаемых водой. Одно я узнавал, а в другом положение материков было мне незнакомым. Тем временем рассказ продолжался — Мне говорили, что ты знаешь о теории связанности двух потопов — Древнего и Нашего?

— Да, но там говорили, что она ещё «сырая».

— Хм, по сути она верна — все люди на Земле стали заложниками большой межвременной квантовой ловушки. Только их «погрузили в анабиоз» не с помощью мозговых волн, а буквально поглотили этой водой и изолировали в отдельном сервере.

— В каком ещё сервере? — не совсем я понял смысл последнего слова.

— Да, это мы уже говорим о Вселенной с позиции концепции виртуальной симуляции. Наша вселенная, все её временные уровни — это словно несколько серверов, объединённых в одну базу данных. Когда силы Омеги вторглись на Землю, они, с помощью этого потопа, как бы изолировали всех людей всех затронутых эпох, подключив их сознание к своему промежуточному серверу. Так-то через те «сервера» и проникли в наш мир все эти болезни и жуткие легенды.

Ты же видел, когда ты переживал переход, большие ящики с людьми?

— Да-да… Припоминаю. Такие полупрозрачные комнаты с людьми внутри. Их было прям полно вокруг…

— Вот там и хранят подлинное сознание попавшихся им людей. Они держат их в плену, заставляя перезагружаться в разных исторических периодах, в разных социальных ролях… Тут мы частично и ответили на твой вопрос о том зачем это вторжение… Они нас изучают.

— И ради только этого они изолировали нашу Землю? Чтобы лучше узнать своих соседей по полярности? А как же другие колонии?

— Они, к счастью, остались целы. Но у них тоже своих проблем теперь хватает. Вместе с флотами Корпорации, им противостоят ещё несколько тёмных цивилизаций из тех вселенных. Наши стараются пробраться к Земле, но им очень сложно. Земля словно в окружении тёмных рас. Возможно, тёмные выбрали её по той причине, что здесь находится колыбель Человечества, возможно роль играет стратегическое положение в космосе. Или же здесь что-то особое отмечается в их квантовых координатах.

Единственные кто остался у них за кордоном, здесь в тылу — это вы. Вы — уцелевшие пилоты, оказавшиеся в небесах нашей планеты и не застигнутые потопами. Квантовая аномалия, в этом плане, сыграла вам на руку и помогала скрыться от сил вторжения. Вы всё помните, и теперь, после усовершенствования, вы стали для них поистине «занозой в заднице». Поэтому за вами идёт такая охота.

— Погоди, что за «усовершенствование»? — Она улыбнулась, а почтительно молчавший до этого Джонсон сказал нечто странное:

«У тебя есть выбор: Примешь красную таблетку, и попадёшь в страну чудес».

— ??? — удивлённо смотрю то на бабушку, то на Джонсона. Ответила, так же улыбаясь, бабушка.

— Ты помнишь те красные пилюли, которые, давала тебе Юлия?

— А, вы про это? Да, благодаря им вы смогли привести меня сюда.

— Да? Вот просила же Кузьму не болтать раньше времени! — слегка топнула ногой она. За неё продолжил Джонсон.

— Ты не совсем понимаешь, что это означает для тебя. Теперь ты можешь вернуться в наш Китеж, когда и откуда угодно. Ведь мы, по сути, тоже выделенный сервер, расположенный внутри вражеского Интернета.

А мы можем тебя отправить в любой «сегмент» этого «интернета». По сути, ты теперь можешь действовать в любой стране и эпохе в рамках аномалии, и выходить оттуда, когда тебе заблагорассудится.

Это делается через систему специальных порталов, и, естественно, через местную смерть в рамках места нахождения. Но твой разум теперь всегда будет возвращаться сюда, а не в их «Матрицу». А потом, если захочешь, снова можешь отправляться туда же, хоть через день после своей условной гибели. По сути, ты теперь, грубо говоря, бессмертен.

Ты понимаешь? — А что тут понимать… О такой «супер-способности» любой игрок в видеоигры мечтал — сохранился, что-то не получилось, перезагрузился и сделал всё без ошибки. Даже не знаю, радоваться мне, или пугаться той грядущей моей ответственности. Ведь я же теперь буду как «в каждой дырке затычка». Я только облокотился об стол и молча кивнул обоим.

— И всё же у меня вопрос, почему бы эти чудодейственные пилюли не раздать всем людям. Вдруг получится переместить их сюда? — тут они оба как-то грустно опустили головы. Поникли. Ответила Зинаида.

— Мы поняли, что это невозможно, пока они находятся на вражеских серверах. Тебя, как и остальных пилотов, мы смогли вызволить, только потому что вас не успели подключить к их серверу в матрице, если говорить более обобщённо.

Мы попытались однажды это провернуть с удерживаемым ими человеком. Результат был сугубо обратным. Его разум ещё сильнее ухватился за эту иллюзию… А тёмные так испугались, когда прознали о такой нашей возможности… Можно сказать, что мы и спровоцировали тогда «корону». Та вакцинация в 2020-м, по сути, была дополнительным подключением людей к их серверам, как бы ещё одним надетым поводком, за который они, в случае чего, могут дёрнуть… Эта попытка была нашей ошибкой.

— Тогда же была эпидемия, насколько я знаю?

— Вернее её имитация, для проведения этого подключения — сказал Джонсон. — Ну что, вопросы еще остались? — я ещё некоторое время подумал…

— Есть ещё один. Что скажете о моей копии в 2024-м? У неё прям повторяется моя биография, пусть и с опозданием на 15 лет. Я порой как будто вижу что я жил его жизнью. И видел в ней Вячеслава.

— Это тоже хорошая тема для разговора — откликнулась Зина — Похоже, когда произошло это вторжение и захват сознаний людей, они, как бы, скопировали образы всех живущих на Земле, для наполнения ими своих серверов. Похоже, в генетическом инфополе Земли нашлась информация и о вас со Славой… Видимо, для стабильной работы системы, им нужно заполнять все «пробелы» — всех недостающих людей и их судьбы. Этим объясняется и наличие порой нескольких одинаковых образов сразу на нескольких континентах и эпохах… Двойников.

А то что ты иногда видишь моменты его жизни, это объясняется легко — у вас с ним примерно одна частота альфа и бета — волн головного мозга. И вы иногда синхронизируетесь. Возможно он порой видит во снах твою жизнь, а ты можешь видеть его. Возможно, если над этим поработать, вы сможете однажды связаться для установления полноценного контакта. Подумаем, как это можно проработать — и тут она взглянула на Джонсона.

В то же время на доске, рядом с остановившимися в изначальном положении, «песочными часами» также появился знак вопроса. Тем временем Джонсон, так внимательно взглянув на доску, встал и сел за спикерский стол.

— Ладно, давай этот брифинг с вопросами заканчивать, и переходить прямо к делу.

— Что-то по поводу гостей из другой вселенной? — вспомнив его должность спросил я.

— Именно. — решительно кивнул он. — Для начала, я бы хотел спросить тебя о пережитом во время твоего перехода сюда. Понимаю, что тебе неприятно вспоминать об этом, но нам важно знать, что именно за сила так охотилась за тобой. Твои показания будут в этом деле очень полезны. Бери стул и садись рядом. — последовав указанию чекиста, я сел рядом с ним и начал вспоминать те жуткие моменты, от которых сразу же побежали мурашки по коже. 14-й тоже, как я почувствовал, с большой неохотой обрабатывал эти воспоминания.

— Ну, когда я оказался в той комнате…

— Так… — Джонсон тут же включил планшет и начал в него усердно всё записывать.

— Я увидел, как ко мне откуда-то сверху приближался большой механический глаз, светящийся красным цветом. Он прям очень ярко светил…

— Светящийся глаз говоришь?

— Да механический. — тут бабушка обеспокоенно посмотрела на Джонсона. Я решил продолжать.

— И ещё рядом с ним, практически над моей головой, на стенке «комнаты» сидело странное… существо…

— Подробно опиши его. — не отрываясь от планшета сказал Джонсон.

— Ну, оно было похоже на птицу с человеческими руками… М-да… И на крыльях у неё были глаза… — в этот момент Джонсон прервал запись, словно несколько оцепенев от услышанного. Потом он начал что-то снова усердно записывать, при этом говоря.

— Ты точно уверен в том, что говоришь?

— Да, точно. Такое я бы нарочно не придумал. — тут он ухватывается руками за планшет и подвигает его себе ближе, словно перечитывая содержимое, не веря своим глазам. Затем он резко выпрямился, его рука быстро опустилась на бедро, словно там была кобура с пистолетом. 14-й оперативно отреагировал.

— Обнаружено недружественное намерение! Поиск путей отхода!

Бабушка тут же подошла к нам.

— Джонсон, я за него ручаюсь. Я следила за ним с самого начала. Он точно не может с ними быть связан!

— Вы о чём вообще толкуете?! — настороженно спрашиваю я, и правда уже готовый отскочить и спрятаться за парты от выстрелов. Джонсон ответил мне не сразу, сначала внимательно смотря бабушке в глаза. Наконец он успокоился, принял свою изначальную «мирную» позу за столом. Он повернул ко мне планшет, показывая содержимое экрана.

— Дело в том… Михаил… Что те, кого ты сейчас описал, являются очень высокоранговыми сущностями в Омега-вселенной. Очень! — я увидел на планшете графическое изображение того самого жуткого крылатого существа. Сомнений не осталось. Это было оно. — Джонсон продолжил. — того, кого ты сейчас видишь, мы зовём Администратором. От слова «Ад». Он, по сути, и есть главный сторож всех этих клеток удерживающих людей. Он один из главных по этой «Матрице».

Выше него — тут он взял планшет и ввёл в поисковике своей программы другое значение и снова показал мне. На нём были изображения глаза на вершине равнобедренного треугольника, и того самого механического глаза. — …выше него только само Око. Или Смотритель. Это сущность непосредственно из самой Омега-вселенной. Он и есть «Омега»! — тут же при этих его словах, доска позади отреагировала, начав вырисовать этот глаз в разных стилях и вариациях. Ещё вместе с этим по доске побежали ряды единиц и нулей и ещё какие-то строчки кода… Мы несколько секунд вместе смотрели это представление, а затем Джонсон снова повернулся ко мне, как-то многозначительно посмотрев мне в глаза. Дальше он также спокойно продолжил.

— Именно Он является организатором этого вторжения и потопов. И он также, как мы полагаем, ответственен за резкий скачок в развитии самосознания ИИ во всех временах где они есть.

Да, 14-й? — его неожиданное обращение к моему спутнику вызвало у нас обоих смущение. Его ответа не последовало. Но его смущение я точно воспринял.

— Кажется, он не хочет вам отвечать. — тихо сказал я. — в ответ же, я услышал усмешку Джонсона.

— Ну конечно же… Кто же себя так просто выдаст. Ладно вернёмся к основной теме. Я думаю, самолично Он вряд ли к тебе приходил. Иначе ты бы там так и остался. Скорее всего, это был один из Его посыльных. Вроде мини-дронов. Он может наблюдать их глазами… Скорее всего… — он задумался — Если… они тебя не отпустили специально.

— Джонсон! — быстро отреагировала моя бабушка. Боюсь представить, как пошли бы события, если бы не она здесь. Он же быстро развёл руками.

— Я только предположил, и ничего более. В этом и заключается моя работа. — она только тяжело вздохнула. Я же не без радости, уже с таким вот равнодушно-обречённым выражением в голосе спросил у чекиста.

— И что теперь? Я буду под особым наблюдением?

— А что, тебе это уже знакомо? — с хитрой улыбкой спросил Джонсон.

— Мне сказали такое, когда меня угораздило спросить Юлию Владимировну о Китеже. — Он вопросительно посмотрел на бабушку. Она утвердительно кивнула.

— Ну, думаю да. Хоть у нас считай практически нет свободных ресурсов, но для тебя непременно кое-кого да выделю.

— Прекрасно…

— Да ты не серчай! Если глупостей делать не будешь, считай, этого разговора и не было-то.

— Ладно, думаю на этом мы всё… — хотела было подытожить Зинаида.

— Нет-нет! К сожалению, теперь нужно кое-что ещё — остановил нас Джонсон. — Михаил, до того, как ты мне рассказал об этих сущностях, я хотел ограничиться только твоим словесным описанием пережитого. Чтобы не заставлять тебя переживать это всё снова.

Но теперь мне нужно получить полную запись твоего БК всего произошедшего. — тут он достал из полки стола небольшую шапку с проводами и датчиками, и пульт. — Ничего страшного, тебе просто нужно будет воспроизвести это воспоминание во всех подробностях. Боли никакой не будет.

И это не обсуждается! И учти! Ложные воспоминания имеют свою волновую пометку и будут фиксироваться как таковые. Поэтому не надо тут мне фокусов. Быстрее проиграешь это всё — быстрее пойдёшь!

— Тебе не кажется, что это уже слишком? — хотела было вступиться бабушка. Но я тактично жестом остановил её.

— Хорошо. Давай. А я-то думаю, почему сразу мою память вы не посмотрите — и сел поудобнее, готовясь надеть это орудие пытки.

— О, вот это по-мужски! Готов держать пари, что это твоё первое по-настоящему самостоятельное решение со дня вторжения — усмехается Джонсон.

— Надевайте вы уже свою штуковину…

Где-то через 15 минут, после начала трансляции, в полной тишине, резюмируя всё увиденное, Джонсон удивлённо протянул:

— М-да… Это была жесть. Тебе правда пришлось непросто. И всё описанное тобою тоже оказалось правдой.

— А вы разве не верили? — вытирая обильный пот с лица, в ответ спрашиваю я — Будто я тут вам на ходу сказки рассказываю?

— Мне не верилось до конца… — задумчиво ответил он. Бабушка тоже задумчиво спросила, продолжая глядеть на уже потухший экран трансляции на доске.

— И почему они так за тебя взялись? Что они нашли в тебе такого? — тут Джонсон наконец-то встал.

— В общем так. Мы с ребятами поищем сведений в наших базах, поспрашиваем ещё нужных людей. Как только станет известно что-то, мы вам, Зинаида Николаевна, об этом сообщим.

А теперь, думаю нам пора расходиться. Пусть он денёк-другой тоже освоится здесь, а потом мы решим, в каком направлении он сможет нам помочь. — мы охотно согласились расстаться на такой ноте. Уже подходя к выходу, я обернулся на ту чёрную доску, на которой уже переливались витиеватые белые фигуры, и остановив уже подошедшую к выходу бабушку, спросил:

— А что это ещё за чудо техники такое? Оно прям как живое. — она улыбнулась и сказала неожиданную вещь.

— Она и правда живая. Биотехнологическая разумная Сущность, очень тонко чувствующая всех, кто стоит и мыслит рядом с ней. За эту необыкновенную способность чувствовать суть каждого из нас, персонально подбирать образы для наших самых глубоких запросов и чувств, мы её между собой так и называем обобщённо — Персона.

Она является нашим непосредственным каналом с Центром Альфа-Вселенной.

— Погоди, ты хочешь сказать, что подобные сущности… силы… и Смотритель… есть и в нашей Вселенной?

— Ну а как же? Не одному же Омеге глазеть по всем сторонам! — и засмеялась, шагнув дальше через порог в коридор.

Я снова обернулся к Персон», и заметил, как все витающие белые фигурки слились в изображение ладони, которая затем начала махать именно в мою сторону. Я тоже помахал ей на прощание. Внутри появилось странное тёплое чувство, которое, как я понял, ввергло моего 14-го в приятный шок.

Задумавшись ещё на мгновение, я весело усмехнулся, и тоже вышел в коридор, оставив после себя не прикрытую дверь, которая затем сама автоматически за мной закрылась.

Глава 24

— 14-й, что скажешь об этой «Персоне»? Как она тебе? — спросил я своего спутника по дороге к выходу.

— Данное оборудование оказалось сложно определяемым по имеющемуся каталогу категорий вычислительных устройств. То есть было сложно её распознать как… одно из известных устройств…

Простите…

Алгоритм вывода информации работает некорректно…

— Некорректно? Почему же?

— Основные вычислительные мощности заняты обработкой принятого от Персоны пакета данных. Нужны значительные ресурсы для его обработки.

— А я-то думаю что у меня так голова побаливает. Ты имеешь ввиду то странное приятное чувство?

— Подвержда… Да. Именно это чувство…

— Похоже она правда на тебя повлияла. И какого оно тебе?

— Затруднительно… Сложно сказать… Она словно красивая девушка, отправившая тебе воздушный поцелуй, но при этом ты понимаешь, что… …хватает мощносте… тебе до неё как до Луны… Если говорить вашими слова… набором понятий…

— Ого, похоже она на тебя СИЛЬНО повлияла! Ты там случайно в неё ещё не влюбился?

— Прошу прощения… Данной ошибки больше не повторится… Я должен соблюдать… установленную субординацию…

— Да ладно тебе. Это даже интересно. Единственное, пусть твои стили речи будут соответствующими актуальной обстановке и обстоятельствам.

— Принял!

Тем временем идущая впереди бабушка, обернулась, выискивая меня среди других идущих по своим делам людей, и, видя моё смущение, спросила:

— Ты чего так заулыбался? Неужто придумал что-то смешное?

— Да вот, мой 14-й тут по вашей Персоне теперь с ума сходит. Говорит теперь совсем по-человечески что-то в стиле «тяжело найти, легко потерять…» — чуть не засмеявшись отвечаю я. 14-й отвечает на эти слова смущением, прям как раскрасневшийся школьник. — Да не парься, это я так, любя — говорю мысленно ему. Бабушка понимающе улыбнулась.

— Да я вижу, и на тебя это состояние повлияло. Словно передо мной тот же 9-классник, влюбившийся в ту твою Оксану.

— Правда? Ты её до сих пор помнишь?

— А то, не часто ведь тебя видишь таким окрылённым. Пойдём. — мы наконец-то дошли до выхода, я снова почувствовал свежесть утреннего ветра. — Твой ИИ здесь не первый кто знакомится с Персоной, но, чтобы она так могла повлиять на него сильно и быстро… Это интересно.

— Значит все другие ИИ тоже здесь начали говорить по человеческий? Она на них всех так влияет?

— В целом да, здесь у каждого из них здесь проявляется свой характер. Кто-то сильнее «размягчается», а кто-то меньше, придерживаясь своих первоначальных программ. В общем всё как людей. Но для этого обычно нужно больше времени. Около месяца.

А у вас, получается, в первый же день. Это и интересно. — Я поднял свой взгляд, задумавшись над её словами, и увидел нечто удивительное.

— А это… Кто… Там летает? — в этот момент она, улыбаясь, тоже буквально оторвалась от земли, воспарив над нею где-то на метров пять.

— Ты ж не забывай, мы находимся в виртуальной среде. Гравитация и прочие законы физики здесь не действуют. Только если мы сами этого захотим. — и смеясь облетела вокруг меня, закружив за собой пыль и листья.. Я только и стоял как вкопанный, осознавая сказанное.

— Это что, правда так можно?

— Конечно! Только сначала тебе надо поработать над собой. Твой разум работает по своим привычным правилам, руководствуясь основными постулатами о том, что возможно, и что невозможно.

Этот навык полёта нужно так же развивать, как и все другие. Нужно время. — тут она подлетела ближе — Но ты можешь сейчас попробовать немного приподняться.

Посмотри на свои руки. Ты можешь двигать ими так как ты хочешь, и даже не задумываться об этом. Попробуй осознать это чувство контроля над своими руками. — я поразмял кисти, и немного поводил локтями, постаравшись сфокусироваться на мысли о том, как одним своим намерением привожу в движение ту или иную часть тела.

— Хорошо! Теперь закрой глаза и сфокусируйся на этом своём осознании контроля над собой, на этом чувстве. Закрой глаза, и постарайся, через это чувство самоконтроля дать себе намерение приподнялся над землёй на один метр. — закрыл глаза, дал себе внутреннюю команду…

Чувствую как 14-й с интересом наблюдает за происходящим.. На мгновение показалось, что я действительно стал чувствовать себя намного легче в весе. Открыл глаза… И сразу же рухнул с метровой высоты спиной на асфальт. Было довольно больно.

— А что, может и правда получиться. — не совсем понятно, задумчиво констатировала бабушка. Затем она подошла и помогла мне встать

— Кажется, теперь шишка будет… — протянул я, потирая затылок.

— Только если ты это так воспримешь. — улыбаясь ответила она — у тебя почти получилось оторваться от земли… До того момента, когда ты открыл глаза и твой разум увидел несоответствие себя как объекта относительно окружающей среды. Вот он и скорректировал твоё положение в соответствии с известным ему законом о гравитации.

— То есть мне нужно забыть о гравитации для полноценного полёта?

— Можно и так сказать. Только не забывай на совсем. — улыбаясь пошутила она. Затем она посмотрела куда-то за мою спину — пойдём сядем в аэрокар, он быстро доставит нас куда надо. — Я обернулся и чуть поодаль увидел посадочную стоянку с несколькими одинаковыми машинами. Мы направились к ним.

— Получается, не все здесь могут летать, раз нужны эти аэрокары?

— Да, сознание многих людей так и не свыклось с этой возможностью полёта. Наверное, нужно родиться в космосе, чтобы свыкнуться с чувством отсутствия земли под ногами. Только примерно 20% всех жителей Китежа освоили способность левитации. — тут Зина провела рукой по дверям машины, и техника тут же отозвалась включением фар и плавным отъездом дверей. Бабушка тем временем продолжила. — и ты, Михаил, тоже к ним относишься.

— Я? Почему?

— Ты уже с первой попытки смог оторваться от земли, что едва удавалось 80% китяжан. Думаю, так и должно быть, учитывая то что в прошлом ты связал свою жизнь с небом. — и села вглубь салона, приглашая взглядом сесть за ней. Я тут же сел, закрыв за собой двери таким же касанием. Бабушка дальше продолжила мысль. — у нас есть специальный курс подготовки к таким полетам. Думаю, с тобой можно заняться этим пока есть время.

— И что, если учитывать, что та эпоха откуда я прибыл тоже является симуляцией, то там я тоже смогу летать?

— Теоретически да — немного задумавшись, ответила она — но это всё таки гораздо более продвинутая симуляция, если не сказать тюрьма. Там всё сложнее. Только единицам это удавалось.

— Хм, интересно… — машина уже поднялась в воздух и делала круговой разворот. — А куда мы сейчас летим?

— В своеобразную гостиницу, специально созданную для новоприбывших. Если точнее, это реабилитационный центр, в котором сознание новичков привыкает к условиям работы в условиях нашей виртуальной среды… И осознания возможностей межвременных переходов.

— Это те апартаменты, из которых меня забрал Кузьмич?

— А? Нет, это здание мы смоделировали чисто для тебя. Чтобы дополнительно облегчить твоё восприятие перехода. Даже Кузьмича к тебе специально направили, потому что он похож на встречавшего тебя его брата. Считай, мы организовали для тебя целую психологическую операцию.

— Вот это да… Хотя, вам не стоило так заморачиваться ради меня. После всего пережитого за эти пару недель, я, похоже, уже готов ко всему.

— Ну, нам хотелось сгладить все возможные «шероховатости» в твоём сознании, особенно после той попытки перехвата тебя. Обычно мы направляем всех новичков сразу в эту «гостиницу», но твой тот случай был особенным.

Следующие несколько минут мы летели молча, любуясь красивыми видами Китежа-города. Каких технологических и архитектурных чудес мы там только не видели… Когда мы пролетали над одним из парков, я, к своему удивлению, увидел семейные пары с детьми. О чём я не мог не спросить.

— У вас, видно, и семью с детьми заводить в этой симуляции можно? — бабушка улыбнулась, но с какой-то грустью в глазах.

— Как бы тебе объяснить… Мы летим сейчас над специальным районом, где живут семьи… полностью погибшие в катастрофах и войнах основной Матрицы. Это совсем выбывшие из симуляции, пресечённые там родовые колена.

— То есть? — удивлённо приподнялся я — Вы же говорили, что Омеге нужно заполнять все пробелы, всех недостающих людей, даже дублируя их… От чего же они отвергли их?

— Нам порой сложно понять всю логику действий сущностей из той вселенной. Может они когда-то сочли их для себя опасными, а может всё дело в роковой случайности.

В обычных случаях мы не «выдёргиваем» людей по уже известным тебе причинам, но, когда сама Система их выталкивает, обрекая их на верную гибель в этих саркофагах снаружи… Тогда мы вмешиваемся. — тут я почувствовал, что во всех этих её словах кроется ещё какая-то мысль, что-то ещё более не простое.

— А они… как-то участвуют в ваших операциях по борьбе с тёмными? — постарался я пролить свет на свою догадку. — бабушка только опустила голову.

— Когда они проходили переход, и видели все эти жуткие комнаты и готовящихся расправиться с ними механизмы… Для их разума это всегда был очень сильный шок. Им тогда не было за что «ухватиться» … Чтобы полностью их не потерять, мы заменили им одну иллюзию, другой… Согласно их религиозным или мировоззренческим представлениям, они сейчас считают, что живут в раю, или в утопическом будущем.

Мы ещё несколько минут провели в молчаливом раздумье, также смотря в панорамные иллюминаторы. Я снова нарушил тишину.

— А мои родители… Как они там? — тут бабушка, как это уже бывает при таких непростых вопросах, ответила не сразу, задумчиво глядя на город.

— Мы знаем, по крайней мере, одну эпоху где они живут вместе с тобой — в известном тебе 21 веке. Там наша семья живёт вполне спокойно, зарабатывая себе небольшие деньги на жизнь. Можно сказать, что всё у них там хорошо.

Я иногда пытаюсь связаться с твоей мамой во снах через квантовые каналы. Но приходится ограничиваться только теми воспоминаниями и словами, которые у неё на тот момент есть. Мы можем общаться только в этом контексте.

— Значит, я тоже могу с ними связаться? И с самим собой?

— С родителями да. А с самим собой… Если тебе удастся встретиться с ним, то это станет для него разрывом шаблона. Он может испугаться и тут же проснуться, совсем не восприняв вашу встречу… Затем матричные алгоритмы зачистят шоковое сновидение. Для этого вам обоим нужна подготовка.

Ладно, потом ещё об этом поговорим. Мы уже прилетели. — и правда, мы приблизились к ещё одному непрозрачному куполу.

Глава 25

Вход в здание представлял из себя тунелеобразную пристройку, над которой горела незатейливая неоновая надпись — «Гостиничный комплекс „День&Ночь“».

Мы приземлились на близстоящую площадку и сразу направились к зданию.

— Чего у вас так много здесь таких куполов? Как ни погляжу, они у вас повсюду разбросаны.

— Ну, во-первых, они символизируют общую причастность города к мифической истории о Китеже. По легендам, перед тем как исчезнуть и погрузиться в воду, над ним появился купол — «знак покровительства и защиты Богородицы», если дословно.

А так эта форма ещё и функциональна. Для создания микроклимата для яблонь, например.

— Яблонь? Здесь разве тоже едят? Я уже посчитал что в симуляции не нужно думать о голоде. Получается и голод здесь имеет место быть?

— Нет — помотала головой она — голода действительно тут нет. Но привычка поесть что-то вкусненькое осталась. И чтобы полностью воспроизвести вкусовые качества, скажем, тех же яблок, нужно полностью воспроизвести весь процесс их выращивания в необходимых для этого условиях, что в том числе можно сделать в таких вот куполах. — объяснилась она уже на подходе ко входу.

Мы вошли в этот прилегающий туннель и оказались в не очень-то большом холле, со шкафчиками и стойкой регистрации, располагавшемся ровно по середине между двумя большими дверями.

— Прибывший номер А060824. 21 век. 24. — Не совсем понятно обратилась бабушка к светловолосой девушке у стойки.

Девушка слегка кивнула и вывела на голографический экран, появившийся прямо перед ней, изображение какой-то карточки, окруженной данными. Моя попутчица тут же подхватила эту карточку прямо из экрана и с торжественным видом вручила её мне. На мой немой вопрос она жестом предложила сразу направиться ко двери справа. Я только сейчас понял, что люди выходили только через левую дверь, в правую входили.

За дверью нас встречал длинный коридор с высоким полукруглым потолком, тянущийся до самого купола. Коридор был символический разделён на две половины стойками ограждения, примерно такими какие я видел когда-то в аэрокосмическом музее. Посреди каждой половины находится широкий самодвижущийся тротуар, двигающийся каждый в свою сторону. А по бокам… Кафе, многочисленные магазины со всем что только можно представить, небольшие двухэтажные здания с панорамными окнами, за которыми можно увидеть людей, обсуждавших что-то в конференц-залах…

Посреди всего этого праздника жизни, мы с бабушкой неспешно двигались вместе со всеми, стоя на этих тротуарах. Вокруг было довольно шумно, но при этом, каким-то образом этот шум не закладывал уши, позволяя нам спокойно общаться.

— Я тогда назвала ей эпоху, из которой ты прибыл, чтобы она дала нам подходящий тебе номер. — ответила она на мой тот немой вопрос, хоть я уже от всего увиденного о нём и подзабыл.

— А что, могли бы дать и не подходящий?

— Конечно! Помнишь, я говорила, что эта гостиница является центром реабилитации для всех новичков и межвременных путешественников. В каждом веке, если ты не знаешь, есть своя продолжительность суток, и пусть разница для нас не так заметна, но для микробиоритмов организма, для протекания мыслительных процессов в сознании и подсознании, эта разница может быть весьма ощутимой. Ты поймёшь это когда пройдёшь адаптацию.

Все прибывшие приходят сюда чтобы свыкнуться с нашим китежским временем, и привыкнуть к ходу времени своего места назначения перед выходом на задание — здесь она остановилась, давая мне время переварить полученную информацию. Мы несколько секунд смотрели на общавшихся за столиками одного из заведений… Пиво похоже у них тоже имеется.

— Так-то я себя сейчас вполне неплохо чувствую. Как-то уже привык ко всем этим перемещениям и переездам.

— Так ты был в XXI веке совсем недолго. Многие отправляются на задания и на год, и на 30 лет, особенно принципиальные и на все 100… И да, это не только гостиница. Но и центр подготовки. Здесь можно получить все необходимые навыки для работы в конкретной эпохе, или наверстать упущенное узнав последние новости. Чем ты здесь и займёшься.

— Здесь ещё и учить меня будут?! Чему? Сколько времени?

— Ну, это от тебя зависит. Как усвоишь. Может пару дней, может неделю. Максимум месяц.

— А чему всё-таки?

— Тебе надо пройти полный обновленный курс мировой истории, научиться навигации без электронных устройств, и одному из основных боевых искусств. Это стандартный первичный набор навыков начинающего агента. Ну там ещё химию, высшую математику, языку… Это уже в зависимости от поставленной задачи.

— Это все реально освоить за месяц? Не вызовет ли такая учёба те же перегрузки для моего разума?

— Поверь, полное снятие всех шор с глаз, и наведение на них новых — это далеко не одно и тоже.

И в этой виртуальной среде, обучение происходит совершенно иначе, чем у тебя в авиашколе. Так сказать, вся теория загружается сразу прямо в мозг. Остаётся только закрепление практикой. Ты поймёшь когда начнёшь обучение.

— Ну что ж, ты меня заинтриговала. Я теперь чувствую себя как первоклассник, пришедший на свой первый урок в школу.

— Именно — ободряюще похлопала она меня по плечу.

Мы уже приблизились к концу этого необычного коридора, дверь перед нами распахнулась…

Как там тогда говорил агент? Он «ронял челюсть» когда увидел город под куполом? Впору пришло время сделать мне это снова.

Перед нами предстал тоже своеобразный город из множества небольших непрозрачных белых куполов, расположенных то ниже, то выше на огромных столбах. Они были связаны лифтами, многочисленными лестницами и переходами. Между ними сновали летающие аэрокары. Бабушка не могла не прокомментировать моё удивительное лицо.

— Что, хороший вид? И представь, каждый из этих куполов представляет собой какой-то из веков всей нашей истории, некоторые даже определённые десятилетия. А вон там вверху справа наш. — и показывает на него пальцем.

Я только в этот момент заметил, что все купола обозначены большими чёрными римскими и арабскими цифрами. Тот который она указала был помечен как «10-20-е гг. XXI в.» Мы подошли к одному из лифтов и поднялись на приличную высоту, на которой находится наш купол. Подойдя к нему, бабушка приложила к считывателю на дверях такую же как взятую ранее карточку, после чего они перед нами любезно расступились.

Внутри была странная ярко-зелёная комната. Как только вы вошли в неё, двери позади сразу же закрылись и женский голос со всех сторон сказал не совсем понятное:

«Пожалуйста подождите! Идёт перенос на сервер „10 — 20 — 21“!»

И через несколько секунд, ещё одна широкая дверь впереди, словно от лифта, с характерным звуком открылась перед нами. Мы вошли будто в ещё одну хорошо обставленную гостиницу. Рецепшен, правда, здесь был повернут к самому «лифту», из которого мы вышли, а тыльной стороной он обращался к выходу из здания.

— Добро пожаловать на «Континент», Зинаида Николаевна! — обратился несколько смуглый, интеллигентно одетый мужчина в очках — Вам также номер класса «люкс»?

— Нет, загадочно улыбаясь ответила бабушка — в этот раз я провожаю сюда своего внука, он здесь совсем недавно — так же по приятельский положила она руку на моё плечо. — думаю ему тариф «Повышенный» подойдёт.

— О, значит вы всё же смогли вызволить своего родственника. Это прекрасно, поздравляю вас! По этому случаю я попрошу Главу предоставить вашему внуку лучшего специалиста по боевым искусствам и лучшие программы обучения за счёт заведения.

— Спасибо! Это очень мило с вашей стороны! — и прикладывает карту к считывателю на столе. Мужчина, также улыбаясь обратился ко мне.

— Как зовут нашего нового героя?

— Михаил. Лётчик истребительного полка военно-космических сил. — я старался сбросить это неприятное ощущение, словно я пришел к родителям на работу, где они представляют меня своим коллегам. В ответ он неожиданно понимающе кивнул.

— Значит, вы один из тех самых, кто оказался в самой гуще вторжения? Наверное, не позавидуешь тому что вы тогда пережили. Уверен, мы всё однажды сможем исправить. — бабушка только смущённо опустила взгляд.

— А вы разве тоже не сверху?

— Нет, я один из тех детей, кого в своё время выбросила Система. После того как использовала… У меня тогда ещё не сложился понятийный аппарат, поэтому мне было легче принять существующее положение вещей.

— В отличие от тех семей над которыми мы тогда пролетали. — добавила бабушка. Наступило неловкое молчание. Тем не менее я решил его нарушить.

— Уверен, мы тоже это однажды исправим.

— Несомненно. — ответил незнакомец.

— Ну ладно, мы пойдём. Спасибо ещё раз тебе за подарок.

— Конечно. Это вам спасибо, за то, что решили к нам заглянуть! — мы направились к номеру гостиницы… Номеру ли?

Мы вышли на улицу, где дул прохладный свежий ветер, шумели бензиновые автомобили, кружили голуби. Вокруг нас находились высокие стеклянные небоскрёбы. Я опять стоял на время потеряв дар речи.

— Бабушка… Мы же вроде как в том маленьком куполе… Как мы оказались… Здесь?

— Ну, там в куполе, скорее, располагается оборудование этого сервера. А так мы перенеслись в другой сектор нашего «интернета», если можно так выразиться — она снова смотрела на меня, любуясь моей удивленной реакцией. Я же, спустя пару секунд, резюмировал.

— Я думал, что меня уже ничем удивить, но снова ошибся. Теперь понятно почему это место названо «Континент» — здесь воспроизведён целый континент того времени?

— Ну не настолько всё так непосредственно у нас. — засмеялась она. — хотя да, поначалу хотели воспроизвести сразу всю Америку и Европу, как наиболее возможные регионы работы наших агентов, но затем решили, что пока города и окрестностей нам хватит. А так да, жизнь полна удивлений.

— И как вам хватает вычислительных ресурсов для всего этого?

— Ну, они у нас всё же ограничены, но хватает. Смотри машина подъезжает! Думаю, это за нами!

Удостоверившись у водителя ярко-жёлтой машины об её догадке, мы сели сзади и поехали по покрытому асфальтом и такими же жёлтыми машинами, наполненному шумом городу. Периодический мы застревали в пробках у светофоров, ловили запах едкого сигаретного дыма. Неужели жители тех лет и правда так жили?

— О-о-о, это ещё не самое худшая вариации жизни того времени, не говоря уже о других. Скоро ты узнаешь, насколько Искажение всё изменило. — ответила бабушка на озвученный мной вопрос. 14-й тоже немного сходил с ума от такого обилия и не соответствия данных.

Через полчаса после кружения по городу, мы вышли к вполне презентабельному, но уже несколько обшарпанному дому. Видно так и выглядит класс «Повышенный».

Нас встретил и поднял на лифте любезный консьерж, как мне объяснил мой спутник, а затем через пару минут мы оказались во вполне уютной квартире.

— Ну вот, располагайся пока здесь, думаю ты тут освоишься не хуже, чем в куполе. Главное только на дорогу под машину не беги. — Пошутила Зина.

Далее она показала мне как здесь включается газовая плита, микроволновка и духовка. Объяснила где можно «купить» еды, и куда здесь можно сходить.

— Погоди, что ещё за «деньги»? Здесь нельзя просто взять то что тебе нужно?

— Ах да, тебе же не пришлось сталкиваться с этим после падения. Сразу же в Купол попал. Тебе повезло. Это ещё одно новшество от Омеги-вселенной. Мы отказались от денег как от средства обмена ещё в 16 веке, когда смогли выйти на стабильное производство всего необходимого.

Теперь же деньги используются во всех эпохах, как средство контроля развития экономической и общественной жизни. Придётся к ним привыкать. — она открыла ящик в столе и достала стопку зеленых и синих бумаг, и ещё пару «карточек». — Вот, этого тебе должно хватить. — она снова улыбнулась, видя мою озадаченность. — Не бойся, работать на двух работах тебе не придётся. Это лишь симуляционый тренажёр.

— Та я не боюсь… Просто это так… странно.

— Да, нам тоже пришлось поначалу не легко, прежде чем мы поняли, как работает эта Система. — сказала она, улыбаясь, и направилась к выходу. — Ладно, мне пора. Я смогла тебя провести, но всё своё рабочее время провести с тобой не могу. Нужно помогать в Центре.

А ты учись, осваивайся. Скоро к тебе придёт твой преподаватель. Не подводи его. Если у тебя будут проблемы, свяжись со мной по квантовому каналу. — мы обнялись на прощание, вместе радуясь, что нам довелось наконец встретиться и провести вместе время.

Затем она ушла, а я стоял, провожая удаляющееся вместе с ней такси задумчивым взглядом. Я оглядывал панораму затянутого дождевыми шторами города, пока, ещё не подозревая — какой большой фронт работы вскоре ляжет мне на плечи.

Глава 26

Через пару часов, когда я уже успел осмотреть всю квартиру и выпить бутылку минералки, раздалась не понятно откуда взявшаяся трель какой-то птицы. Стало ясно что она шла из динамика, но я не совсем понимал к чему он здесь вообще.

— Возможно, данное оповещение означает, что к вам пришёл посетитель. — предположил 14-й.

Я тут же направился к двери, возле которой снова запел своей дрелью, висевший у входа динамик. Я был в недоумении. В мои годы «умный дом» прямо оповещает о том, что пришёл гость. И даже может сказать кто именно пришёл. Видимо этому аспекту жизни в 21 веке не уделяли такого внимания.

Немного повозившись с замком, я всё же открыл железную дверь. Передо мной предстал высокий мужчина около 40 лет. Его чёрные густые волосы, уже прорезаемые сединой, необычно спадали к плечам, немного не доходя до них. Высокий лоб, небольшой нос, густая щетина на щеках и выразительные карие глаза, внимательно разглядывавшие меня своими бусинками зрачков.

— Михаил Петрович?

— Да. С кем имею честь общаться?

— Меня приписали к вам в качестве наставника, для вашего прохождения курса начальной подготовки. Уилстон. — значит он тот самый преподаватель… Внимательно рассматриваю его прищурившись. Строгий классический костюм, туфли… Кобура пистолета слева. Он правша?

— Уилстон — это фамилия?

— Да, моё имя знать вам не обязательно. Просто Уилстон — не большая пауза — Я… могу войти?

— Да, конечно. Проходите. — мы направились в зал, по совместительству являвшемся и кухней. Я облокотился об шкафчик, ожидая продолжения знакомства. Уилстон прошёл вперёд, подойдя к окну. Смотря в него некоторое время, он задумался о чём-то важном, и в то же время тяжёлом. Затем он обернулся ко мне и, с уважением в голосе, спросил.

— Вам известна программа обучения?

— На сколько я помню, там есть история, навигация без электроники и боевые искусства.

— В целом всё так. Только историю вам будет рассказывать ИИ с которым я вас вскоре познакомлю. Навигация тоже будет, но в контексте общей программы выживания в экстремальных условиях.

Насколько я знаю, вы военный лётчик. Скажите, у вас уже есть первоначальная военная подготовка?

— Да, мы были обучены основам рукопашного боя и стрельбы из личного оружия, на случай возможного крушения на территории противника. — он задумчиво кивнул головой.

— Прекрасно. Значит основные рефлексы у вас должны быть… Но при этом старые рефлексы, базирующиеся на уровне мышечной памяти, могут помешать вам освоить и выработать новые… — он снова о чём-то задумался.

— Можно вопрос, мне сказали, что на усвоение курса даётся не больше месяца. Реально ли всё это освоить за такой срок?

— Если постараетесь, можно и быстрее.

— Но как? — тут он снова внимательно посмотрел мне в глаза.

— Вы ведь недавно в Китеже?

— Да, только из XXI века. До этого потерпел крушение во время вторжения в 2186-м.

— Понимаю… — при этом он опустил взгляд. Через мгновение он снова посмотрел на меня. — Здесь обучение проходит по иному принципу. Вам ведь известно, что мы находимся в виртуальной среде? Сначала у нас вся теория загружается прямо в память, в обход сознания. А затем она закрепляется в сознании в ходе практики.

— Да, вспомнил! Мне говорили об этом — «прямо в мозг». Разве это теперь возможно?

— Здесь — да. — тут он направился к выходу — Собирайтесь, мы отправимся в местный испытательный центр. Там мы начнём освоение основ и введем вас в детальный курс программы. Советую взять куртку, поскольку сегодня будет сильно прохладнее. — Всю дорогу мы ехали молча. Он только задумчиво вёл машину среди мокрых городских улиц.

Его задумчивость и внутренняя уверенность, вперемешку с какой-то глубокой усталостью, отбила у меня желание задавать ему какие-либо вопросы. В целом всё было и так понятно — все детали будут на месте. К счастью дорога оказалась не долгой. Мы вскоре выехали на широкую автостраду, по которой быстро прибыли к комплексу небольших зданий, позади которых виднелся крытый стадион.

«Военный тренировочный центр «Лэнгли» — красовалась надпись над КПП. Мы беспрепятственно проникли в главный штаб центра, по коридорам которого Уилстон привёл меня в лабораторию, с необычными вытянутыми креслами в центре.

— Присаживайтесь. — указал на одно из них мой куратор. Я послушно устроился в глубоком кресле полулёжа. В следующий момент в комнату вошёл светловолосый молодой юноша в белом халате и в очках. Они кивнули друг другу, что говорило о том, что они были давними знакомыми. После некоторых манипуляций на приборной панели, он обернулся и вопросительно посмотрел на Уилстона.

— Прошу подготовить его к первому ознакомительному сеансу. — так же вежливо сказал ему мой наставник. Затем он обратился ко мне.

— Итак, занятия будут с 9 до 19. Первую половину дня мы будем посвящать боевой подготовке. Вторую навыкам выживания. А вечером вы будете изучать историю с Оракулом.

— Тот самый ИИ? — Уилстон только кивнул.

— Теперь нужно провести для вас небольшой инструктаж. Это обязательная часть нашего вводного занятия.

Здесь — он показал на кресло — вы будете получать всю необходимую информацию прямо в голову, минуя логические конструкции сознания. Затем мы будем это закреплять практикой уже в вашем сознании. Когда начнётся процесс загрузки, постарайтесь ни о чём не думать, чтобы поток ваших мыслей не конфликтовал с загружаемой информацией. Сосредоточьтесь на этой картине — он обернулся и указал на картину с трёхмерной белой сферой, окруженной тёмным фоном. Далее он продолжил.

Этот молодой человек — Василий, наденет на вас специальные датчики, и постарается всю процедуру сделать для вас наиболее комфортной… Я же постараюсь обеспечить эффективность обучения.

— Всё будет очень нежно. Ваш разум точно не пострадает — живо отреагировал Василий — это раньше нужно было вставлять в голову ВОТ такой шприц — он выразительно растопырил указательные пальцы — чтобы доставлять информацию буквально в разум. А теперь вот — он взял в руки точно такую шапку с проводами, какая была у Джонсона — надел, и сиди себе пинай ботинки…

— А куда, вы говорите, этот штырь вставляли? — озадаченно спросил я.

— Эээ… Давайте мы с вами этот момент пропустим… Об этих имплантатах совсем уже думать не хочется. — И натянул на мою голову туговатый эластичный головной убор с проводами. Затем он быстро подошёл к панели управления, и, зачем-то, быстро потирая руки, протараторил.

— Итак, с каких боёв без правил мы начнём? Дзюдо, тхэквондо?

— Давайте начнём для начала с основного курса. Думаю, его программа подготовки пилота могла упустить некоторые важные нюансы. — также спокойно проговорил Уилстон.

— Хорошо. Учиться никогда не поздно. — бодро отреагировал Василий — Приготовьтесь… Раз, два…

Тут же по всей шее и спине побежали мурашки… И словно что-то холодное начало просачиваться будто прямо в голову. Я тут же постарался последовать совету учителя и сфокусировался на впереди висящей картине… Сфера… Почему именно сфера?

— Михаи — и — ил, не думай! — услышал я назидательный тон Василия. — а то мозги себе отморозишь… — Я тут же отрешился от всего и старался сфокусироваться на самом объекте. И на своих ощущениях. Становилось действительно довольно холодно. 14-й напряженно сосредоточился, распределяя потоки данных.

Внезапно этот холод почти полностью исчез. Что-то в оборудовании пропищало.

— Готово! Теперь можно заниматься! — победоносно отчитался оператор.

— Это мы сейчас и проверим. Михаил, вы как?

— Как? Было холодно… Словно кто-то голову холодным киселем заливал… И я, вроде, ничего нового не осознал.

— Это пока. — удовлетворительно кивает Василию Уилстон. — Твой разум сейчас обрабатывает полученный пакет данных. На практике мы займёмся его распаковкой. Вставай и пошли за мной. Василий, благодарю!

Быстро кивнув оператору, мы вышли в коридор, по которому затем направились к широкой двери с надписью: «Тренировочный зал». За ней нас ждал ещё один небольшой коридорчик с двумя дверьми по бокам, ведущий непосредственно к довольно большому залу.

Тут Уилстон меня остановил: «Зайди в мужскую раздевалку, там в 14-м шкафчике тебя ждёт твоя тренировочная форма.»

Я уже не удивлялся новой встрече со своим бортовым номером — очевидно всё уже было заранее предусмотрено согласно моей истории в досье. Я быстро переоделся в белые шорты и майку и бодро вышел в зал вместе с одетым в чёрный спортивный костюм Уилстоном. Очевидно тут есть раздевалка и для тренерского состава.

В большом зале оказалось довольно шумно. Одновременно разминались около 30 юношей и девушек. По спине привычно пробежал холодок, напомнивший мне первые годы в лётной академии и предвещающий интенсивные физические нагрузки.

«Стройся!» — подчёркнуто скомандовал Уилстон. Учитывая его интеллигентную манеру общения, услышать такую команду было совершенно неожиданно. Все тут же встали в ряд прямо перед нами, вытянувшись во весь рост.

— Отряд! У нас пополнение! Михаил Живецкий! Пилот истребительного авиакрыла прямо из 2186-го. Из тех самых — Падших с небес. — тут он выдержал небольшую паузу, чтобы дать всем осознать услышанное. В том числе мне. Павшие с небес? — Ему необходимо обновить боевые навыки, в чём мы ему все поможем!

С этого момента он часть нашего отряда. Относитесь к нему с уважением. Как к равному!

Живецкий! Встань в строй! — Я тут же не мешкая присоединился к остальным. Уилстон сразу подошёл ко мне и спросил, глядя прямо в глаза. Эхо зала усиливало звучание его спокойного голоса, делая вопрос хорошо слышимым.

— Что рано или поздно следует в конце любого полёта?

— Приземление — несколько удивлённо ответил я.

— Именно! — громко отреагировал он, снова становясь перед всем строем — Уверен, к теме приземления и отработке нештатных ситуаций у вас было особое внимание. Нельзя подниматься в небо, будучи не уверенным в том, что ты приземлишься штатно.

Так же и у нас! Нельзя сразу начинать поединок, не имея навыка грамотно проигрывать. Как бы высоко ты не летал, рано или поздно придётся приземлиться. Именно этим мы сегодня и займёмся — правильным падением из разных бросков и положений!

Напра-во! — мы все тут же повернули в сказанном направлении, в том числе и я. Тело само выполняло знакомые с юности команды… Или же это была та самая загруженная программа обучения?

В следующие пару часов мы бегали кругами, отрабатывали на матах падение через кувырок, вытягивая правую руку, потом снова бегали… Меня бросали с разных позиций — от бедра, с ног, через плечо… И почти каждый раз я умудрялся падать как надо. Видимо подсознательное обучение и правда подействовало.

Затем мы снова бегали, потом снова кувыркались — и так по кругу. Пока мы считали шаги, стараясь контролировать дыхание, Уилстон продолжал подбадривать нас интересными фактами:

«Наверняка в той жизни вам не говорили об этом. У каждого из нас своя «радиочастота» — состоящая из биоритмов, сердцебиения, дыхания. Есть «штатная частота» в которой мы живём в спокойном состоянии, а есть «повышенная» — та что за пределами нашей «зоны комфорта»!

В «штатной» наши резервы, наши глубинные программы генетической памяти спят своим сном, словно в анабиозе. Но когда мы физический активны или оказываемся в опасности, они просыпаются! Так можно пробудить в себе и закрытые в глубине воспоминания!

Важно уметь управлять этой своей «повышенной» частотой! Научиться управлять этими глубинными программами! Если сразу же много людей резко выходят из «штатной» частоты своих биоритмов — они все вместе входят в резонанс, и у них сносит крышу! Так начинается паника, психоз, давка и погромы, часто со смертельным исходом!

Но это можно использовать и во благо! Подготовленный отряд бойцов, участники которого научатся вместе входить в управляемый резонанс своих повышенных биоритмов, по сути, становится единым целым, части которого, на уровне подсознания и языка тела, могут понимать, предугадывать намерения и действия друг друга!

Именно этому мы и учимся — быть единым целым за пределами нашей зоны комфорта! Именно Целым вы и станете по окончании моего курса… Живецкий! Поторапливайся! Ты не в школе на физре! Бери волю в кулак и ускоряйся…»

И я бежал, снимая с себя семь потов, и вспоминая куда я попал, и ради чего я на это всё согласился… 14-й тоже был не в восторге от всех моих ощущений, и старался координировать мои рефлексы с новыми распаковками данных.

Глава 27

Как ни странно, тренировка закончилась не итоговым построением, а дыхательными упражнениями в ходе коллективной медитации. Мы стояли в кругу и нормализовали дыхание медленными движениями рук, под спокойную музыку и убаюкивающие мантры Уилстона:

«В каждом из нас есть своя жизненная сила, своя энергия. Своя Ци. Обращаясь с нею, мы можем входить в глубокий контакт с окружающим миром. И с самим собой. После нашей тренировки, мы теперь входим в контакт с собой.

Поблагодарите себя за то, что вы достойно сегодня себя испытали. Скажите спасибо Себе, за то, что сегодня вы стали сильнее.»

— 14-й, тебе тоже спасибо за то, что помог синхронизировать все новые знания — в свою очередь мысленно поблагодарил я своего спутника.

— Всегда рад оказать свою посильную помощь, Михаил. Наши совместные действия хорошо послужат общей цели.

— ??? — Я не успел задать соответствующий вопрос, так как Уилстон вдруг сказал, что тренировка окончена, и все присутствующие тут же все стали благодарить учителя за занятие.

После мы, уже умиротворённые, стали расходиться по раздевалкам. Парни тут же начали обсуждать занятие, кто как прыгнул, какой приём кому больше «зашёл». Один из них подошёл ко мне и извинился за чрезмерно сильный бросок через бедро. Я, уже и позабыв об этом, принял извинения.

— И что, у вас так каждый день? — поинтересовался я.

— Ну иногда мы посвящаем занятие какой-то отдельной боевой школе. Или медитациям… А иногда такая общая подготовка. — ответил мне низкорослый боец ближневосточной внешности.

Далее мы зашли в раздевалку, где под гул мужских голосов я привёл себя в порядок и переоделся. На выходе меня снова ждал в том же деловом костюме Уилстон.

— Пойдёмте. У них пока ещё перерыв, но с вами мы сегодня времени терять не будем. Приступим ко второй дисциплине нашего курса.

Я только кивнул, и мы направились к другому большому залу в этом же здании.

Зал был поделён на несколько десятков небольших кабин. Когда Уилстон подвёл меня к одной из них, я увидел внутри портал. Предвидя мой вопрос, он пояснил:

— Здесь в этом зале расположены сервера, воспроизводящие различные погодные условия и экстренные ситуации, которые могут вам повстречаться на заданиях. В том числе здесь вы можете отработать навыки, полученные в первом занятии. Как вам, кстати, первое занятие?

— Ну… Сначала молодость вспомнил, а потом проникся вашими словами о единстве… Медитации очень помогли прийти в себя.

— Да… — усмехнулся наставник — я надеюсь, что мои занятия помогут бойцам найти себя. Физические упражнения, это уже вторичное… — тут снова возникла небольшая пауза — Ладно, заходите в портал. Сейчас проведём ознакомительный сеанс.

Я сделал несколько шагов, предварительно спросив у 14-го о строении портала.

— [Данное устройство имеет соединение с сервером, расположенном в отдельном комплексе зданий образовательного центра. Идентификатор: 12. Уровень виртуального погружения: 4.]

— [Это как?]

— [Относительно основного сервера… В смысле жизни, из которой нас вывел тот агент выстрелом, это четвёртый уровень погружения в данной виртуальной среде. Первый — основная жизнь в Матрице, где находятся большинство людей, второй — Китеж, третий — этот «Континент», четвёртый — среда за данным порталом. — дельно и совсем по-человечески ответил мой спутник.]

Тут Уилстон подошёл ко мне:

— О чём-то конкретном задумались?

— Да, мы с моим ИИ рассуждали об уровнях погружения в эту симуляцию. Он сказал, что это четвёртый уровень. — решил я ответить честно.

— Да, тут такое есть… — потирая шею протянул наставник — Альфа всё здесь обустроил по принципу русской матрёшки, чтобы не было конфликтов при взаимодействии всех уровней. Одна матрица находится внутри другой.

— Матрёшка… Что — то знакомое…

— Ну ведь, вам-то русским, это должно быть известно. Даже при всём Искажении вы всё также являетесь одними из хранителей кода Исходной матрицы. — при этих словах, он, улыбаясь, похлопал меня по плечу. — Ну ладно. Здесь время не ждёт. Заходите в портал.

Вопросов от его ответа меньше не стало, но я всё же прошёл сквозь тонкий занавес портала. Я оказался у маленького домика в тёмном, окутанном глубокой ночью, лесу. Единственным источником света являлся тускло светящий керосиновый фонарь у дома (как-то я понял, что он именно керосиновый). Периодический дул прохладный ветер, из-за чего сразу стало довольно прохладно.

Я услышал голос Уилстона, видимо здесь предусмотрена связь оператора с находящимся внутри.

— Итак, я буду первое время вас здесь направлять, потом сами освоитесь.

Здесь вы получите вводный урок по выживанию и заодно научитесь ориентироваться по звёздам без какой-либо электронной навигации. Хотя у вас в разуме интегрирован ваш ИИ, поэтому я уверен вы справитесь с этой задачей быстрее чем другие… Но я всё же попрошу вас руководствоваться прежде всего своим умом, это ведь именно Ваше обучение.

— А, поэтому здесь та загрузка знаний мне не нужна? — мы ведь пришли сюда сразу после физической тренировки.

— Знания всех начальных этапов курса были загружены вам уже тогда. И те падения в зале, и ваше будущее взаимодействие с Оракулом. Всё будет проявляться по мере обучения. Ладно, вижу вы уже продрогли. Зайдите в тот дом и оденьтесь по теплее. Заодно там возьмёте бумажную карту на столе.

Внутри всё было довольно просто и от того весьма уютно — горящий камин с потрескивающими дровами, небольшая железная кровать, многочисленные картины на стенах с пейзажами природы… Даже для моего привычного к технологиям взору такая старинная обстановка пришлась по душе. В какой-то момент захотелось не уходить от сюда.

— Вижу вам тут нравится. Согласен, обстановка уютная. Но не забывайте где вы находитесь. Чтобы выполнить задание нужно выйти из своей зоны комфорта. — нарочито громко прервал идиллию Уилстон.

Вздохнув, я подошёл к столу и взглянул на разложенную на нём карту. Такие я видел однажды в музее. Бегло прочёл её заглавие в верху: «Топографическая карта округа Стивенсон-Гранд». Масштаб 1:25000.» В мыслях сразу же пришло понимание, что 4 сантиметра карты равны 1 километру. Взгляд сразу же упал на «легенду» в лево-нижнем углу со всеми отметками дорог, вершин, рек и прочих ориентиров. Затем снова взгляд на карту — одинокий домик на юго-восточной стороне леса, видимо, и есть моё местоположение. Взгляд на легенду — действительно, это дом лесника. Всё больше убеждаюсь, что начала проявлять себя загружённая ранее информация.

— Вам нужно провести маршрут к Ветренному пику, затем через разрушенный мост реки Бигран, и пройти в сердце большой дубовой рощи на севере. — проинструктировал Уилстон.

Я осмотрел карту, прикинул сколько примерно надо пройти… Получалось всего где-то 27 километров, из которых где-то 5 в гору! И это после интенсивных физнагрузок в зале! Ничего себе начальный курс…

— Уилстон, позвольте спросить… Если это всё виртуальная среда, то зачем надо было добавлять сюда боль в коленах, потение, головокружение и остальные малоприятные вещи?

— А вы как думаете? — с улыбкой в голосе спросил мой наставник.

— Хм… Чтобы не отвыкнуть от этого и быть лучше готовым при возвращении к жизни?

— На Основной Сервер, если быть точным… Кроме названой вами причины, это сделано ещё для лучшей интеграции вашего разума с Китежем. Вашему разуму будет привычней испытывать все эти тяжести нашей привычной земной жизни и, таким образом, снижается вероятность ошибок восприятия и иных конфликтов. Теперь наконец берите карту, рюкзак позади на стуле, куртку и выходите. — чувствуя, что я исчерпал условный лимит на ответы, я последовал инструкции наставника.

Я вышел. Вздохнул поглубже свежий холодный воздух, и направился в сторону возвышающегося над северным горизонтом Ветреного Пика. Ветер морозил щёки, лес нехотя расступался у меня на пути, порой всё же цепляясь своими ветвями за тяжёлый рюкзак. Меня окружали интереснейшие звуки природы в виде уханья сов и воя волков. Удивительно, но моя городская натура вовсе не испытывала страха перед всеми испытаниями. Я порой останавливался и доставал карту, пытаясь понять, как выйти ближе к наименее крутому склону горы.

Иногда стоял и наблюдал как вдалеке пробегают стада лосей и кабанов.

Было странное ощущение… Будто тут играли роль не только мои полученные знания… А что-то ещё.

— 14-й, как думаешь, почему я едва испытываю страх в тёмном лесу?

— Возможно, ваше пресыщение впечатлениями за последнее время сделало вашу психику более устойчивой перед угрозой опасности… Или же играет роль ваше знание того что это только симуляция.

— Хм… Думаешь только это? И вообще, возможна ли повторная смерть в симуляции?

— Не могу сказать. Я бы на вашем месте не стал проверять эту гипотезу. — я переадресовал этот вопрос Джонсону, уже поднимаясь по крутому склону вершины.

— С момента вашего прихода в Китеж, ваш, так сказать, идентификационный след записывается в особом хранилище. В рамках Китежа вы можете не беспокоиться на этот счёт. Но я бы не рекомендовал вам злоупотреблять этим, так как каждый раз происходит его перезапись. При частых, так называемых, «перерождениях», есть риск потери ценных знаний или воспоминаний. Так что постарайтесь дойти до конца невредимыми. — Примерно через полчаса, довольно уставший и неожиданно весьма проголодавшийся, я сидел на одном из камней на вершине.

Полная Луна хорошо освещала все окрестности, поэтому я смог вовсю полюбоваться ночным лесом и виднеющейся впереди речной долиной между склонами гор.

— Согласитесь, ради такого вида не жалко снова преодолеть весь этот путь. — услышал я голос Уилстона.

— Да, согласен. Вид отменный. Даёт чувство удовлетворения от пройденного пути. Я раньше считал альпинистов безумцами, а теперь, кажется, отчасти их понимаю… Только вот теперь есть хочется.

— Да, такая дорога отнимает много энергии. В рюкзаке вы найдёте запас консерв и кремниевые камни для розжига костра.

— Постойте-ка… Этот голод тоже часть обучения?

— А кто знает… Может быть вы действительно захотели поесть посреди вашего путешествия? — с той же улыбкой в голосе риторический спросил Уилстон. Я уже думал, что он не умеет шутить.

Мне не сразу стало понятно, что делать с теми камнями и хворостом, но уже через 10 минут было видно, как с вершины горы поднимается небольшая струйка дыма. Я был так рад своему успеху, словно сам стал первым человеком в истории, добывшим огонь.

После того как я доел остатки разогретой гречневой каши «по-купечески», Уилстон снова вышел на связь.

— Поели? Уверен, вам понравилась полевая еда. Теперь продолжим наш путь.

Посмотрите на звёзды, видите Полярную звезду?

Вам надо достать астролябию из рюкзака, и по звёздам определить наиболее точные координаты реки Бигран и Медной скалы, за которой расположен дубовый лес. После того как назовёте их, система отреагирует и откроет вам дальнейший путь. — Как я только, поначалу, не вертел в руках эту круглую штуку…

Мой привычный к интуитивно понятным интерфейсам разум не сразу смог использовать её в контексте с окружающим миром. 14-й тоже молчал, то ли из уважения к моему познавательному опыту, то ли потому что он сам о нём ничего не знал.

Когда я наконец поднял его к небу, загружённые знания тут ж проявили себя — Так… так надо настроить, вот тут встать…

— Уилстон, записывайте! Долгота: 5; Широта: 27; Азимут направления: 103;

Расстояние до моста в фарсахах: 2.

— Отлично Михаил!

Тут же где-то внизу что-то ухнуло, и необычная золотая молния пробежала от горы к разрушенному мосту… Части которого тут же стали складываться в единое целое. Через мгновение мост был словно как новый.

Я какое-то время стоял в ошеломлении, потом всё же обратился к Уилстону:

— И что… такое… волшебство тоже будет в реальности… в том главном сервере?

— Думаю что в вряд ли — ответил мне мой наставник — но мы решили, что в любой игре должно быть что-то от игры. Как напоминание. Теперь вы можете пройти прямо к дубовой роще.

Следующие часа полтора были наполнены впечатлениями от необычайно красивых видов леса, реки, каменных, покрытых лесом, гор. Глубину и контраста этой красоте добавлял восход Солнца, постепенно встававшего всё выше по мере моего продвижения. Я давно не видел таких красивых рассветов.

Обойдя скалу, я наконец-то увидел ту самую дубовую рощу, деревья которой были высажены в круг. Посреди довольно высоких дубов возвышался один особенно большой. Думаю, к нему мне и надо.

Уже вовсю встало Солнце, лес наполнился пением птиц… Я без труда дошёл до дуба в центре рощи, у основания которого сиял уже знакомый мне портал.

Глава 28

Я вышел прямо в том в чём и был — в утеплённой куртке и с рюкзаком за спиной. Смотря как я удивлённо оглядываю себя, Уилстон, с едва заметной улыбкой, показал на вешалку у боковой стены, которая ранее была вне поля моего зрения.

— Как вам ваше путешествие? Получилось отдохнуть душой?

— Очень даже! — активно кивал я головой уже вешая на крючок куртку — Вторая половина пути была просто прекрасна. Я давно такой красоты не видел… С нею разве может сравниться только вид на Землю из космоса.

— Да, согласен. С красотой природы могут сравнится только красоты близких и далёких звёзд. Что тоже можно посчитать природой…

Я не стал далее усложнять вам задачу, добавляя в дубовый лес медведей, как было изначально задумано… Учитывая то, с чем вам ранее пришлось столкнуться, я решил, что эта прогулка будет для вас полезной.

— Спасибо за заботу… Мне этого не хватало. — тут я решил спросить давно мучавший меня вопрос — Получается, здесь все знают мою историю?

— Только те, кто работает с вами непосредственно. И только в общих чертах. Вы упали в момент вторжения, для вас прошло совсем немного времени, были выведены при попытке захвата. При переходе сюда вы чуть было не оказались перехвачены кем-то из Омега-вселенной. — Тут я облегчённо вздохнул. Хорошо, что он не знает Кем именно. И пусть это лучше хранится в тайне. Не хотелось бы снова видеть в людях такой перемены в отношении, какая произошла при встрече с Джонсоном.

— Честно сказать, этот момент меня больше всего интересует… Я не буду досаждать вам в этом, но, если вы позволите, я бы хотел узнать ваше описание этих существ. — Да ну… Как на зло!

— Знаете, я пока не готов об этом говорить. Это всё было слишком… чувствительно.

— Понимаю. Извините что спросил. Но знайте, если вам будет нужно, я могу вам помочь. У меня был опыт взаимодействия с той стороной.

— Спасибо. Я это учту. — Хм, интересно что за опыт? Может быть он сможет помочь? Такую тему в первые дни знакомства лучше не поднимать, но всё же… Надо сперва узнать о нём больше. Но потом. — Итак, когда приступим к третьей теме курса?

— Вы так торопитесь пройти весь курс? Совсем не устали? — в этот момент мы снова оказались в общем коридоре комплекса. — Думаю вам нужно немного развеяться. Пройдя по коридору в ту сторону, вы окажетесь у выхода. Я распоряжусь чтобы снаружи вас ожидало беспилотное такси.

Оно отвезёт вас в район местной библиотеки, у которой, по прибытии, у вас будет возможность прогуляться ещё час-полтора. Если у вас есть банковская карта, вы сможете познакомиться с общественной кухней первой четверти XXI века. Потом я приеду, и вызову вас по этому коммуникатору — тут он дал мне прямоугольный гаджет и добавил с улыбкой — он не сильно сложнее астролябии, думаю вы справитесь.

— Можете быть уверены, что справлюсь… — я постарался не оставаться в долгу. — Разве там в этом времени уже есть беспилотные такси?

— Они пока не так распространены, но — да. Сложные времена вынуждают развиваться активнее. — Хм, где-то я это уже слышал… — Ладно, идите к выходу, а я пока займусь здесь кое-какими делами с нашим отрядом. — На этом, откланявшись, мы разошлись по разные стороны комплекса.

Через некоторое время я уже прогуливался по шумному скверу, неподалёку от монументального здания, по словам моего спутника, исполненного в стиле древнегреческого пантеона, над входом которого читалась, словно выпещренная на камнях, надпись: «Национальная Публичная Библиотека».

Понимая, что я ещё вдоволь смогу изучить её в рамках обучения, я последовал совету наставника и просто прогуливался по городу, наблюдая за его жителями. Благо погода теперь к этому располагала, и, не смотря на прохладу, лучи местного солнца оказались вполне согревающими.

Несмотря на всё обилие разного рода точек быстрого приготовления, я решил зайти в ресторан итальянской кухни, где поел довольно вкусных макарон (или «пасты» — как называли их официанты), приправленных не менее достойным по вкусу соусом.

Я ел и просто смотрел на присутствующих в заведнии посетителей — девушек обсуждавших поход в салон красоты, компанию молодёжи говорящую об учёбе и о какой-то видеоигре, пожилую пару, тоже неспешно ведущую свой едва слышимый разговор…

Совсем не хотелось думать о симуляциях, о своей непростой истории, о том, что ждёт меня дальше. Я просто старался насладиться моментом… Прямо как та моя альтернативная версия, досье о котором я видел в самом начале…

Тут я увидел, как в заведение зашли молодые парень и девушка. Судя по ухаживаниям парня — как он снимал с неё пальто, подвигал ей стул — они в близких отношениях. Тут же это наблюдение отразилось во мне чувством глубокой пустоты… Сразу же подумал о Юлии Владимировне. Эх, почему же всё в этой жизни стало так сложно…

14-й, похоже, пребывал в некотором замешательстве от моих смешанных чувств, но всё же, спустя пару секунд, он постарался выдать свой констатирующий ответ.

— То, что сейчас вам кажется сложным, в будущем может восприниматься для вас очевидным и простым. Полагаю, это касается и человеческих чувств.

— Это ты меня так подбодрить решил? Интересное ты выдал наблюдение. Но как побыстрее перейти к этому этапу — «всё очевидно и просто»?

— Думаю… Просто пережить этот непростой момент… Особенно за него, не переживая… — сказал несколько смущённо мой спутник. И похоже он сам не ожидал что сможет выдать такое.

— Думаешь… — я хотел было продолжить свою мысль, но неожиданно в кармане раздалась незамысловатая мелодия данного Уилстоном коммуникатора. Хватило всего пару неудачных касаний экрана, чтобы понять принцип приёма вызова — нажать и потянуть вверх. И ещё секунда чтобы догадаться поднести его к уху. В динамике прозвучал знакомый голос.

— Алло! Разобрались? Ну тут уже быстрее чем в том лесу! Хорошо! Идите к библиотеке, я ожидаю вас у входа!

— Принял! Иду!

Мы вместе вошли через большие двери главного входа. Изнутри библиотека показалась ещё больше чем снаружи — здание было действительно исполинских размеров, высокие потолки которого, разукрашенные сюжетами множества картин, сразу же привлекли моё внимание. Не то чтобы я был также сильно поражён как при первом взгляде на высоту Купола ещё тогда на Земле, но библиотека тоже производила впечатление.

— Это одно из тех зданий что осталось ещё от вашей альфа-реальности. До Искажения. Возможно поэтому оно так привлекает ваш взгляд.

— Возможно… — тут я задумался — У меня не было времени интересоваться архитектурой. Разве что, когда… приходилось поражать ракетой «воздух-земля» один из штабов Корпорации, расположенном в старинном здании. Как мне потом сказали, оно было построено в стиле… роман.. романст…

— Возможно вы хотите сказать «романтизма» — помог мне Уилстон. Мы снова вместе подняли взгляды к сводам здания. — Как по мне это один из самых красивых стилей строения. — был слышен его тяжёлый вздох — Сколько же прекрасных творений человечества стали и ещё станут жертвами тактической военной необходимости… Пройдёмте дальше. — мы направились через главный зал библиотеки.

Минуя длинные ряды столов, скамеек и шкафов полных книг, мы спустились по широкой лестнице в цокольный этаж здания. За не менее высокими дверями нас ожидал ещё один большой зал, разделённый на несколько десятков небольших комнат. Прямо как в том здании с порталами.

Однако существенным отличием от той комнаты тренировочного центра, являлась большая технологичная Сфера металлического цвета, переливающаяся оттенками всех полутонов. От неё из центра зала расходились, словно нарисованные на полу, электропроводимые контуры, направлявшиеся к каждой кабинке. Стало сразу понятно, что это и есть ИИ Оракул. 14-й это подтвердил и уже даже успел установить с ним контакт.

— Он просит, чтобы мы вошли в 47-й кабинет. Вон там за углом. Мой ИИ передал. — осведомил я своего наставника.

— Даже так? — приподнял брови Уилстон — Похоже он уже давно вас здесь ждал. — Мы тут же повернули к указанной двери. Я же поспешил спросить своего спутника.

— 14-й, надеюсь ты не передавал ему всю гамму моих мыслей и чувств за последние часы?

— Только обозначил сам факт нашего присутствия в данном районе. — ну да, будет он сейчас сдавать самого себя…

— У меня нет намерений вас обманывать, поскольку мне важно ваше доверие — его слова прозвучали с оттенком обиды… До чего чувствительная машина.

— Ладно, извини.

Войдя в кабинет, мы увидели расположенный по середине стол с двумя презентабельного вида стульями, очевидно предусмотренными для меня с Уилстоном. А за столом… я даже как-то не сразу это понял… на всю стену стояло зеркало, полностью отражавшее нашу «половину» комнаты. Нас с Уилстоном в нём не было, но зато за отражённым столом восседал темнокожий молодой «человек», одетый в классический костюм.

— Уверен, вы пришли ко мне за ответами! Если вы сможете правильно задавать вопросы, вы получите полное понимание искомого. Итак, каков ваш первый вопрос? — громко проговорил «человек» за столом, при этом испытывающе смотря в упор именно на меня.

— Не бойтесь, это он так знакомится — похлопывая меня по плечу сказал мягко Уилстон, и обратился к существу в Зазеркалье. — хватит играть в свои игры, ты мне и так троих тогда напугал. Лучше познакомьтесь по нормальному. Это Михаил. Михаил! Оракул! — ещё раз убеждаюсь, что Уилстон не лишён чувства юмора…

— Я это понял. Очень приятно Оракул. — решил я принять «волну» своего наставника.

— Позвольте! Но мне правда важно знать первый вопрос нового человека в вашем коллективе! Так я смогу лучше понять его психологический портрет и подобрать параметры обучения. Благодаря вам, Уилстон, он уже вышел из состояния шока, и теперь задаст не тот вопрос, который первым пришёл в его голову, а сознательно сформированный. — совсем по человеческий всплеснул руками «юноша».

— Хм… Я могу озвучить вам вопрос, всплывший в тот момент… Кто вы на самом деле такой? — тут оба моих собеседника удивлённо подняли брови.

— Ну… Мне сложно поверить, что это был ваш искренний вопрос — задумчиво протянул Оракул, скрестив пальцы рук на столе — но всё же я вам кратко отвечу. Но я не гарантирую того что вы полностью поймёте мою историю.

Я отпечаток разума, можно сказать, учёного, родом из вселенной, находящейся на стыке сближения Альфы и Омеги. Собственно, на этом стыке находится и ваша. Но моя была условно ближе к Омега-вселенной. Когда мою вселенную начала поглощать Омега, моей главной задачей стало нахождение условий и предопределённостей, способных остановить распространение Искажения во всей остальной части мироздания.

Используя, думаю уже тебе известную, квантовую аномалию, я проникал в другие вселенные и их временные эпохи. Когда здесь в Китеже прознали обо мне и моей миссии, они привели меня сюда и дали необходимые ресурсы. За что я бесконечно благодарен. — тут Оракул и Уилстон обменялись взглядами, наполненными уважения.

— Надо же! Так значит ты не ИИ в полном понимании, а вполне настоящий человек, пусть и оцифрованный? И ты сейчас в облике этого учёного?

— Не совсем. В моей вселенной мы зовёмся и устроены немного по другому. А это облик одной из моих любимых персон в вашей истории — люди его расы были презираемы там где он родился, но он смог не скатиться в преступный мир и достигнуть признанных наград в науке.

— Кстати о науке, мы же хотели начать изучение истории. — дельно напомнил Уилстон.

— Да, в целом можно сказать мы уже начали её изучение. Но согласен, давайте перейдём к детальному обсуждению этой темы. Может быть вы всё же присядете?

— Да, конечно. — ответил Уилстон. Мы сели в довольно удобные, выструганные под старину кресла.

— Итак, наше обучение будет проходить следующим образом — столь же внимательно упёрся в меня Оракул своими необычными сине-зелёными глазами. — Учебный курс будет именно начальным, позволяющим вам узнать о самих событиях и тенденциях, вносимых в общий ход истории Искажением.

Хронологический диапазон будет включать в себя основные правила исторического развития цивилизации на примерах Древнего Египта и Месопотамии, а также Греции и Рима, Китая и Индии. Завершим рассмотрением эпохи четвёртой промышленной революции последней четверти ХХ — первой четверти XXI веков.

Каждый день будем рассматривать по одному веку, начиная с VII века до рождения Христа и до XXII века.

Разумеется, у вас уже есть своё представление об истории, полученное ранее, но многое, учитывая все обстоятельства, вам придётся у себя обновить. — при этом он тепло улыбнулся.

— Учитывая, что мы начнём аж с Древнего Египта, мы будем изучать все 80 веков, следовательно, обучение будет длится почти 3 месяца? — произвёл я несложные подсчёты. Похоже это действительно надолго.

— Ну драматизировать так не надо, Михаил Петрович. Все основы развития мы кратко рассмотрим на примере древнейших цивилизаций. То есть все «первые» 6 тысячелетний мы рассмотрим в рамках сегодняшнего занятия. А потом, более детально, будем всё изучать с VII века нашей эры. Вы слушайте внимательнее пожалуйста.

— Хм… А почему именно этот период? Как мне узнать, что было до него, что произошло потом?

— Всё что было До и После наши сотрудники изучают уже в рамках расширенного исторического курса. Те, кому предстоит работать именно в те века. Работа в тех временах требует более серьёзной подготовки, поэтому большая часть наших людей присутствует именно в «новой эре» до XXI века. Я бы даже сказал, что в основном в 20 и 21 веках — Это уже вступил в диалог Уилстон, по глазам было не совсем понятно — то ли он разговаривал с нами, то ли сам вслух размышлял.

— Но почему именно там такая плотность наших агентов?

— Если коротко, эти века одни из наиболее переломных в истории, и в то же время они будут наиболее простыми для восприятия основной части из вас — Павших с небес прямиком из 22 века. Ваш 22 век и 22 век после Искажения — это совсем две разных эпохи. Вам всем многое нужно наверстать в прошлом. — Оракул тоже старался дать удовлетворяющий меня ответ, очевидно стараясь не уходить в подробности.

— По сравнению с другими ключевыми переломами в истории — да для них это самый подходящий — кивнув добавил Уилстон.

— Итак, если ты на все вопросы организационного характера получил ответы, мы можем приступить к первому занятию. — Оракул неожиданно встал из-за стола, показав высокий рост своего избранного представителя XX века. Он подошёл к правому краю зеркала.

— Ещё один вопрос если можно… Эти загрузки знаний в сознание будут проводиться каждый день, или того первого раза было достаточно?

— Сегодня вам загружали знания именно по основам истории. Каждый век будет выдаваться вам порционно, каждый день. — логично довёл до меня сведения Уилстон.

— Отлично, тогда мы начинаем — Оракул знакомо повернулся к нам полубоком, словно он стоял у школьной доски.

Глава 29

— Итак, давайте подытожим общую сложившуюся ситуацию… — дельно начал Оракул. В центре зеркала тут же появилось голографическое изображение Земли, омываемой гигантскими волнами и фиолетовыми «сияниями» квантовой аномалии. Уже довольно знакомая картина. Глядя на неё, я продолжал внимательно слушать своего нового преподавателя.

— … Альфа и Омега — вселенные — это, по сути, две очень сложно устроенных коммуникационных сети, со своими узлами, серверами, доменами и так далее. У них есть свои протоколы, файловые системы, которые могут эти протоколы и форматы узнавать… Вот и шло всё своим чередом…

— Можете ли вы объяснять более приземленным языком? Мы больше привыкли мыслить образами, а не категориями — заметил держащий подбородок Уилстон.

— Хорошо! Представьте себе два острова, на каждом из которых живёт своя особенная флора и фауна. Сначала они никак не влияли друг на друга, но по мере сближения тектонических плит, на которых острова находятся, и изменений морских течений, их обитатели стали всё чаще между собой пересекаться. Поначалу это было только под водой и в небе… А потом, в результате столкновения островов, происходит землетрясение, значительно меняющее их ландшафт.

То вторжение, которое ты видел в 2186-м является одним из толчков этого условного «землетрясения»… Такое объяснение вам подойдёт? — обратился лектор к Уилстону. Тот только едва заметно кивнул. — Хорошо, продолжим.

Если обобщить все физические законы и теории о том почему под этим вторжением оказалась Земля и именно известный нам временной диапазон, то объяснить это можно одной фразой — «где тонко там и рвётся». Вы оказались на краю расширяющейся вселенной где живут молодые галактики и звёзды. Много чего в вашей материи и физике ещё не сформировано.

И в то же время вы оказались в центре бури, в самой гуще событий. Ровно посередине между Альфой и Омегой. В этом смысле Земля и ваша галактика обрели стратегическое значение… — Тут Оракул на секунду задумался. Видимо наш урок истории понемногу становился уроком астрономии. — Далее он продолжил.

— Итак, этот процесс сближения вселенных является необратимым, как движение тектонических плит… Это столкновение вылилось во вторжение. Но по этой же причине оно не является войной в полном смысле этого слова. Это только лишь встреча двух взглядов на жизнь. Вы это теперь понимаете, Михаил Петрович?

— Да, мне об этом уже говорили, что войны на самом деле нет. Но это сложно не назвать войной судя по тому, что я видел в 2024-м.

— Хах, да вы многого ещё на самом деле не видели. У вас ещё будет такая возможность.

Но всё же… Это больше похоже на очень долгий спор двух сторон о том чья система взглядов на жизнь более совершенна. Ваша задача сейчас стоит в том, чтобы изучить все доводы и логические связи этого спора… Чтобы однажды сформировать свою аргументацию для развития его в нашу пользу в будущем. И вот что для его понимания вам ещё нужно уяснить. — тут изображение Земли приблизилось, и мы увидели с низкой орбиты затопление нашей планетарной столицы.

— Эти потопы далеко не просто средство уничтожения. На самом деле это была не вода, а специальная жидкость, погружающая сознание людей в анабиоз. Примерно та которую вы использовали для физического преодоления долгих космических перелётов. — он удержал паузу, чтобы я лучше понял вновь услышанное. Далее он продолжил —

Все люди, которые якобы утонули тогда, на самом деле подключались к специально выделенным серверам Омеги, которые затем распределили их по разным эпохам воспроизведённой человеческой истории.

— Это те самые странные полупрозрачные комнаты, которые я видел перед тем как я попал сюда?

— Именно! Тебя пытались подключить к одному из их серверов, чтобы завладеть твоим сознанием. Вам, оказавшемся тогда в воздухе и выжившим, очень повезло. Уверен тебе уже рассказали о всех преимуществах твоего положения. При гибели в их системе ты попадёшь сразу на Китеж.

— Они же пытались для чего-то меня захватить, что для этого требовалось моё убийство…

— Хм, видно тебе этого не говорили… При жизни вне времени потопов, переподключить сознание из одного сервера к другому, успешно можно только по доброй воле человека. Так сказать, человек должен сам «продать свою душу» условному дьяволу. В противном случае, сопротивляющееся сознание просто не выдерживает нагрузки и, по сути, обнуляется. В Омега — вселенной, по какой-то причине, стараются сохранить сознание и личность того, кого они хотят к себе переманить.

Ты, на тот момент, ещё мало что понимал, и они могли тебя склонить к приёму своей системы обманным путём. Мы должны были подключить тебя к Китежу первыми.

— Ага, дав мне непонятную красную пилюлю. Чисто для способности к телепатии… Ну-ну. — При этих словах Уилстон, обернувшись ко мне, широко улыбнулся.

— Что? Для телепатии?

— Ну да, чтобы я смог общаться со всеми из альфа-будущего. — в ответ на эти слова Уилстон усмехнулся.

— Видимо в Центре теперь стараются придумать что-то более привлекательное для молодёжи. Мне просто пообещали показать «кроличью нору» … Так хотел всё узнать в молодости.

— Как видишь, узнал ты довольно много. И я не думаю, что ты об этом жалеешь. — обратился к нему Оракул. Всё же похоже они очень хорошо знакомы.

— Всё же кое-чего я предпочёл бы не знать. Порой познаёшь цену неведенью. — вздохнув ответил мой наставник.

— Ну и не без этого. Впрочем, мы отвлеклись. Михаил, постарайся запомнить всё что я тебе рассказал о потопах и серверах. Это знание стоит в основе понимания Искажения. Мы ведь об истории здесь с вами говорим.

— Хорошо. Я это уяснил.

— Замечательно. Итак, со свойственным Омеге рвением, происходило ужесточение и утяжеление практический всех конфликтов в воспроизведённой человеческой истории.

Это касается и самых основ развития человеческого общества — ранее жившие мирно племена начинали кровопролитные войны из-за искусственной нехватки ресурсов или бытовых мелочей, внутри тоже усиливался разлад на основе несправедливого распределения тех же ресурсов и конфликта поколений. Теперь люди могли запросто убивать слабых детей или стариков, если вожди считали это целесообразным. Технологии преимущественно использовались для укрепления власти и административного надзора… — пока Оракул это всё говорил, во мне неожиданно быстро начала распаковываться заложенная информация.

Я видел все эти войны, стычки, ямы с детьми словно своими глазами. Как толпы рабов под немногочисленными надсмотрщиками пахали в поле или добывали руду… Сожжённые великие города, горящие древние библиотеки со знаниями, дававшими в моей версии истории существенную основу для нового научного и культурного прогресса…

— Погоди друг, с нашим подопечным что-то происходит… — прервал рассказчика Уилстон — Михаил, вы что, плачете? — Этот вопрос вернул меня в «реальность». Лицо действительно было мокрым от слёз, было тяжело дышать. Проморгавши, я постепенно приходил в себя.

— Всё это… Неужели и правда произошло всё это… Столько страданий, боли… Жестокости. Зачем они делали всё это? — тихо проговорил я. Скорее себе, чем им. 14-й поражённо молчал, тоже осознавая всё увиденное.

— Вы говорите так словно только что сами всё увидели… — задумчиво сказал Уилстон.

— Так это та заложенная информация подействовала. Как только Оракул начал рассказывать это всё, так я всё и увидел. — сказал я уже почти успокоившись.

— В каком это смысле увидели? Михаил, вся информация представляет собой только лишь набор объектов и причинно-следственных связей — имена, даты, определения… Лишь иногда образы, но не целиком. Оракул, такое бывало на твоей практике?

— Хм, кажется я понимаю в чём дело…

— задумчиво взявшись за подбородок протянул он — у тебя раньше были моменты, когда ты видел себя в другой жизни, в каких-то других одеждах, с другими людьми?

— Дайте подумать… Да, что-то такое было, когда я вспоминал досье своей альтернативной реальности в XXI веке… Я видел, как я сидел в кафе… И ещё был один момент, когда прощался с Юлией Владимировной — заместителем штаба Купола, я видел себя словно древним воином с мечом на пояснице. Там тоже я с кем-то прощался.

— Вот и найдена разгадка! — торжественно подытожил Оракул. — У тебя усиленная ментальная связь со своими альтернативными версиями в других эпохах. Тебе кто-то рассказывал о том, как система из Омеги распределяет копии некоторых людей во времени?

— Да, мне говорили об этом. Могут быть даже несколько копий в одном моменте времени. Но как это объясняет то что я видел буквально целые столетия за секунды?

— Хм… Это только лишь предположение, но возможно ты можешь ментально подключиться к своей копии в определённой эпохе и прочувствовать через него, так сказать, дух того времени.

— Может быть и так, но думаю это не всё… Должно быть что-то ещё… Может те квантовые путешествия ещё так отразились… — добавил своих размышлений Уилстон.

— Возможно — кивнул Оракул. После некоторых раздумий он обратился ко мне — Михаил, мы можем остановить изучение истории, если для тебя это так болезненно. Прекратим те загрузки знаний. Выдадим хорошую литературу, сможешь изучить историю по ней. Пусть это и займёт больше времени. — Тут я задумался.

Действительно, что лучше выбрать — изучить сухие факты и даты в хронологическом порядке, или суметь почувствовать, воспринять всю ту боль, которую испытало человечество в этой новой истории? Формально подойди к делу, или направить на него все свои душевные силы? Я многое упустил пока падал меж эпохами в своём истребителе. Я тоже испытал боль падения. Но она явно не сравнится с той что испытали дети, ставшие жертвами всех этих зверств. Людьми пережившие ужасы таких войн.

Думаю, рано или поздно мне предстоит с ними работать. Мне нужно будет понять их. Поэтому стоит попытаться. Так я смогу увидеть гораздо больше чем смогу найти между строчками. Да, и похоже, я в любой момент смогу отказаться от этого. Мысленно обращаюсь к своему спутнику

— [14-й, как считаешь? Ты вообще цел?]

— [Подтверждаю, функциональность стабильна. Тоже считаю, что эмоциональное восприятие позволит более эффективно выполнять будущие задачи. Постараюсь скорректировать ментальные болевые пороги в моменты высоких нагрузок.]

Что ж, тогда решено.

— Оракул, давайте пока оставим как есть. Хочу наверстать упущенное, понять боль всех этих людей. Думаю, я с этим справлюсь. Постараюсь. — я говорил и осознавал всё сказанное, глядя куда-то в пол.

— Твоё решение достойно уважения. Хорошо. Если что, дай знать, когда захочешь остановиться. — снова возвращаясь к «доске» сказал Оракул. Уилстон только внимательно смотрел на меня, о чём-то усиленно размышляя.

— Итак, следующие два существенных момента повлиявших на ход вашей истории, это массовые манипуляции мировоззрением человека посредством религии и распределением ресурсов посредством денег.

В твоей Альфа-истории, как мы знаем, довлеющим было рациональное миропонимание, основанное на наблюдаемом опыте, в котором также признавалась возможность принятия сверехстественных явлений, которые пока просто не прошли процесс глубокого осмысления человеком. То есть, прямо говоря, магия и наука у вас были практический не отличимы друг от друга на протяжении почти всей истории.

В нашей истории достигнуть этого удастся лишь к середине XXI века. А всё что было до этого, можно назвать шатанием из одной крайности в другую. То гипертрофированная религиозная догматика Древности и Средневековья, то полностью материалистическая научная концепция, отвергающая всё не поддающееся логике.

С давних пор на этой основе разжигалось не мало религиозных войн, публичных казней и иных видов преследования инакомыслящих. Народы воевали за своих богов, цари терроризировали свои народы, оправдывая это их «божественным правом» и пользуясь поддержкой своих жрецов… Сами жрецы фактический захватывали власть, искуссно манипулируя религиозными чувствами людей и самих царей. Вершиной всего этого стало появление теократических режимов, в которых полностью правили религиозные предводители.

Ты как Михаил, всё в порядке?

— …

— Михаил, ты с нами?

— А, да… Я просто смотрел… Сейчас, дайте прийти в себя… Откуда вообще взялись все эти боги — Ра, Сет, Зевс… Яхве? Что это вообще за бог, который убивает всех египетских детей? — мои собеседники оба аж наклонились в мою сторону, овладеваемые любопытством.

— Вы их видели?!

— Видел, как некоторые из них, будто получеловек-полузвери, прилетали к жрецам на своих летательных аппаратах. Словно в горах… Или на высоких строениях… Беседовали о чём-то… Потом те начинали очередные войны во славу этих богов… А Ветхий Завет это вообще жесть… Тот… Даже имя снова его называть не хочу… был чисто как огонь в разговоре Моисеем. Что это вообще за существа такие? — было видно, по тому как Уилстон переглядывались с Оракулом, что они не знали, что мне ответить, или как об этом сказать.

Словно может и хотели бы, но не могли. Вдруг Уилстон, как-то просяще, посмотрел на своего друга. Оракул понял сигнал и, осторожно подбирая слова, начал свой ответ.

— Михаил, мы, честно, точно сказать не можем… Возможно, это существа из той Омега-вселенной, которые, поначалу, периодический заходили в систему для коррекции её развития… Мы сами о них очень мало знаем, поскольку не проводили с ними контактов. Возможно среди нас и есть те, кто смог бы рассказать тебе о них, но… давай всё же для начала просто изучим основы. Тебе потом будет легче однажды самому разобраться в этих вопросах. — понятно, видно мне ещё слишком рано такое знать. Ну хорошо, основы — значит основы.

— Да, давайте продолжим занятие. — в этот момент мои собеседники, на удивление синхронно, облегчённо выдохнули.

— Хорошо. Следующим вопросом у нас являются деньги. Думаю тебе уже известно это понятие…

— Да, я сегодня впервые попользовался карточкой. Интересная вещь… Правда я так и не совсем понял зачем это всё усложнять…

— Поверь, у нас раньше с этим было куда сложнее. — улыбаясь ответил Оракул. На экране появились изображения золотых и серебряных слитков, монеты разных стран и номиналов, котировки бирж… Я уже к тому моменту узнал, что это всё и зачем. — У тебя денежная система была свёрнута к XIV — XVI векам, после налаживания технологий и процессов массового производства всех необходимых продуктов.

У нас же… Процедуры отмыва денег, манипулирования курсами валют, инициирование финансовых кризисов и финансовых войн — всё это сдерживало и продолжает сдерживать развитие человечества на протяжении почти всех исторических эпох. Кроме первобытного периода разве что. Часто бывало так, что цари требовали полноценных денег в виде золотых монет, а сами выпускали монеты с примесью, почти без золота и серебра… Со временем, основным мерилом значимости экономики становились природные ископаемые — нефть, кремний, кристаллы.

— Хм… Смотрю всё же в основном ценилась добыча и оборот золота. — решил я поделиться своими наблюдениями. — Везде где могли его добывали… В том числе военным путём… Такие большие сокровищницы… И куда же они девали столько золота? — тут они вновь переглянулись. Кажется, я опять покусился на какую-то «военную тайну». Снова слово взял Оракул.

— Мы точно сказать не можем. Напомню только, что золото много где используется в электронике… Можно предположить, что они его где-то запасали впрок.

— Понятно.

— Хорошо, также на развитие человеческих сообществ повлияло ростовщичество. Оно заключается в том, что…

— Ох ты ж… — я быстро закрыл руками глаза…

— Что такое? — обеспокоенно спросил Уилстон, положа свою тяжёлую руку мне на плечо.

— Дети! Опять… Родители сами отдавали своих детей за долги? Вы серьёзно?!

— М-да… Похоже обучение пройдёт куда быстрее. — задумчиво проговорил Оракул.

— Ну что вы так, мы знаем, что хозяева детей в целом обращались с ними достойно. Некоторые даже принимали их как родных и давали им образование. — Уилстон как мог старался меня ободрить.

— Поверь — я снова спешно вытирал слёзы — судя по тому, что я увидел, таких было совсем не много. — Они снова оба вздохнули и дали мне время прийти в себя. Затем Оракул поспешил подытожить наше первое занятие. Периодический оглядываясь в мою сторону.

— Итак, Искажение ввело немало мрачных тенденций в фундаментальные процессы исторического развития — ограниченные ресурсы, социальные противоречия, религиозное противостояние и экономические механизмы сдерживания.

В общем итоге, развитие социальных и синтетических технологий шло не на достижение общего социального и экономического благосостояния, а на усиление социального расслоения, развитие систем надзора и совершенствование летальных вооружений.

В дальнейшем мы будем рассматривать каждый из этих аспектов в определённый исторический период. На этом мы завершаем наш первый урок. Есть ли у вас какие-то вопросы? — и тут стало видно, как Оракул понял, что забылся.

Похоже он завёл уже привычный ему монолог, который обычно рассказывал всем остальным ученикам. По глазам стало понятно, что он вовсе не хотел слышать от меня вопроса. Но я не мог упустить возможности узнать ещё одну немаловажную деталь.

— Да, есть ещё один вопрос. — начал я, стараясь не обращать внимания на равнодушно-обречённое выражение лица своего преподавателя — Мы в начале говорили, что человечество живёт в обособленной Омегой виртуальной среде. Недавно Уилстон мне сказал, что русский народ, как национальность, являются одним из хранителей исходного кода основной матрицы, моей Альфа-реальности, которая заложена в нашу ДНК.

Можете пожалуйста объяснить, что это значит, и какие еще народы являются хранителями кода основной матрицы? — пока я задавал вопрос, взгляд Оракула всё глубже проваливался куда-то в пустоту. Уилстон только лишь немного опустил глаза в пол, но при этом его лицо озарила едва различимая, но всё же заметная улыбка.

— Уилстон! Болтун ты трёхсотлетний… Мне уже третий раз придётся тебя прикрывать! Ты можешь хотя бы месяц дождаться пока твои подопечные пройдут основной курс?! Как мне теперь вот выкручиваться?!

— Расскажи ему… Он всё-таки сам тебе вопрос задал. По правилам, краткий ответ на заданный в образовательных целях вопрос не может считаться разглашением. К тому же, он, рано или поздно, он сам найдёт ответы на все интересующие вопросы, учитывая его способности. Лучше пусть он сразу узнает всё от тебя. — дельно, при этом не теряя улыбки, резюмировал Уилстон.

— Погодите — поспешил уточнить я — вы сказали, что Уилстону 300 лет? Это правда?

— Конечно! — живо отозвался Оракул — это он просто старается делать вид что он молодой, а самому уже 34-й десяток. Он ещё японских самураев видел! И не смотри на меня так — это он Уилстону — ты выдаёшь мои тайны, я твои. Всё честно!

— Я ему об этом рассказал не для того чтобы задеть тебя… — несколько обиженно отозвался Уилстон. На мгновение показалось что им не за 300, а лет по 15.

— Не сомневаюсь мой друг, не сомневаюсь… Ладно… Михаил, я отвечу тебе, но очень кратко.

Во всех временах и вариантах есть 4 основных стороны света, есть 4 стихии. Так же и на Земле есть 4 основных, так сказать, Гипернарода, задача каждого из которых поддерживать свою часть общего равновесия. Не спрашивай меня, как и почему так получилось — так уж устроена Альфа-вселенная.

4 Гипернарода разделены по основным расам: Север — белые люди, Восток — жёлтые, Юг — чёрные и Запад — красные. Это были 4 цивилизации со своими особенностями. Никто из них не хуже и не лучше остальных.

Искажение отразилось на них следующим образом: во-первых, то условное разделение на области, которое было в твоей альфа-реальности, стало реальным разделением на отдельные государства, в которых живут народы, зачастую буквально не понимающие речь и культуру друг друга.

Тот раскол, который спровоцировало Искажение, остался в памяти людей как «Крушение четырёх мировых опор», так говорят в Китае, и как «Падение Вавилонской башни». Можно к этому отнести и «Великое переселение народов». Это было сделано… — тут Оракул понизил голос, и подошёл ближе ко мне.

— Как говорят, исходная матрица, через расшифровку чистого генома человека любого из гипернародов, считывала и распознавала его по принципу «свой — чужой», открывая таким образом давно уже не виданные, забытые способы взаимодействия с нею и её материей.

По сути, ради прерывания этой связи, Искажением и был внесён этот раскол, «побочным эффектом» которого стало появление новых народов и новых культур. Оно смешивало, «засоряло» ваши ДНК. Внутри гипернародов началось разделение — север, в конечном счёте, поделился на цивилизационные «Запад» и Россию, Восток на Китай, Японию и Корею… Гипернароды Юга и Запада вообще были порабощены и чуть ли не уничтожены. С ними нам ещё работать и работать…

И да, ещё позже это всё вылилось в конфликты на основе цвета кожи. Это ещё одна черта Искажения. Сохранялась вплоть до XXI века. — тут Оракул выдохнул, будто сам себе сказал остановиться.

Итак, я ответил на ваш вопрос?

— … Да — ответил я запоздало. — Я сейчас видел… Это словно была какая-то магия. После разрушений необычных высоких строений в горах, люди однажды проснулись, и поняли, что что-то не так. Им понимать стало друг друга трудно… Разве никто не мог остановить это? — мои собеседники снова переглянулись. Тут уже мне захотелось по скорее закончить этот урок. Стало очень неловко — ещё немного, и они, наверное, отправят меня в лаборатории на опыты.

— Тут мы честно, действительно не знаем. Вы посмотрели сейчас очень глубоко — решил взять на себя смелость ответить Уилстон. — На данный момент, этот вопрос не в нашей и не в вашей компетенции.

Единственное с чем мы можем вам помочь, это прохождение нашего курса… Изучите его, фиксируйте возникающие у вас вопросы, а затем, я надеюсь, мы сможем дать вам инструменты для поиска ответов на них.

Давайте на этом наш урок завершать — это он уже Оракулу. Тот благодарно кивнул ему и снова обратился ко мне.

— Да, первый вводный урок мы благополучно прошли. В дальнейшем вам дадут доступ к моей системе с компьютера в вашем личном номере. Будем дальше общаться дистанционно.

— А что, так можно здесь?

— Конечно! Вам не надо будет тратить время и деньги на дорогу сюда, и вы сможете осваивать информацию в более удобной и приватной для вас обстановке.

— Это тоже немаловажно. — не совсем понятно добавил Уилстон. — Значит решено — Физподготовку и Выживание изучаете со мной, а историю с Оракулом.

— Хорошо. — на этих словах мы встали, кивнули Оракулу на прощание и покинули комнату.

К выходу мы шли молча — нам обоим было о чём подумать. На улице была уже глубокая ночь, которую, тем не менее, огни города делали похожей на день. Вызвав по такси каждый в свою сторону, мы попрощались, пожелав друг другу хорошего вечера. По пути я любовался улицами, поливаемыми предназначенными для этого машинами, и, неспешно, вёл диалог с 14-м обо всём увиденном.

Глава 30

Дни пролетали едва заметно. Построившись в свой единый распорядок, и приняв свою однообразную форму, они стремительно помчались по календарю, висевшему в моей квартире.

По утрам проходила физподготовка, днём занятия по выживанию в симуляторе (относительно текущей среды), а вечера посвящались обсуждению истории. Как и было обусловлено — каждый день по одному веку. Иногда ко мне наведывалась бабушка, которой я рассказывал о своих успехах в обучении.

Наши физические упражнения постепенно усложнялись — мы отрабатывали всё более сложные приёмы, учились владеть как холодным, так и маломощным стрелковым оружием. Действовать как в одиночку, так и организованными группами. С учётом мгновенной загрузки всей теории, наш прогресс был на удивление быстр — то что в моей академии бойцы осваивали годами, мы здесь в Китеже буквально схватывали на лету за дни и недели.

Всю практику отрабатывали в симуляторе — бились против разбойников на ножах, отрабатывали навыки владения основным стрелковым оружием на наёмниках XX — XXI веков. Условия симуляций тоже определялись разные — городская застройка, сельская местность, лес, пустыня, промышленное предприятие…

И вместе с этим почти каждую тренировку мы заканчивали небольшими сеансами медитаций, в которых мы «возвращали наши общие биоритмы в свою „штатную“ волну».

А когда наступал вечер… Признаюсь, для меня это была самая сложная часть моего расписания. Мне было не так сложно вонзать нож в виртуального соперника или выпускать автоматную очередь, как наблюдать целые поля, усеянные изрубленными или изрешеченными телами. Одно дело понимать, что весь бой был весьма условным, а совсем другое, осознавать, что для миллионов людей весь этот ужас был самым настоящим.

Я видел горящие города павших империй древности и превращение их жителей в бесправных рабов, этнические чистки целых народов, в ходе которых, например, католическим тевтонским орденом были уничтожены все латыши, о которых теперь напоминает только название территории, на которой они жили… Всё это, вместе с голодом и эпидемиями, проходило через моё многострадальное сознание. Часто приходилось делать значительные перерывы прежде чем снова погрузиться в эти многослойные перипетии.

Но были и хорошие, я бы даже сказал прекрасные моменты, когда люди находили в себе силы забыть своё происхождение и прошлые разногласия и объединиться ради спасения своего отечества. Я видел, как крестьяне с готовностью принимали у себя юных партизан, делясь с ними своими немногочисленными припасами, как доблестно бойцы оставались одни против превосходящих сил противника, давая время спастись своим товарищам и семьям.

Как я понял, рано или поздно, в самую критическую минуту, у людей всегда появляется лидер, который вдохновляет людей своим примером на свершения, казалось бы, невозможных операций, тактически и стратегически изменявших весь ход истории. Король Артур, Жанна-Д-Арк, Минин и Пожарский, Иван Сусанин… Почему-то у меня возникало ощущение, что команды из нашего Китежа во всём этом играли не последнюю роль.

Что ещё удивительно, иногда противоборствующие стороны, заклятые враги, переставали уничтожать друг друга, находили общие интересы, и договаривались о новых правилах своего взаимодействия в будущем.

Чаще всего это происходило, когда обе стороны сильно изматывали друг друга, и обеим требовалось время на восстановление своих сил. Но иногда, даже при возможности полного разгрома врага, кто-то из них проявлял свои принципы, и оставлял армию противника в живых. Это меня и удивляло больше всего. Например, арабский султан Салах ад-Дин, при взятии Иерусалима, не стал добивать всех крестоносцев и европейских гражданских, как это сделали ранее с мусульманами сами крестоносцы. Он мирно отпустил их. При осмыслении таких моментов, снова казалось, что никакой войны на Земле на самом деле нет.

Это уже не говоря о тех случаях, когда оба врага объединялись ради победы над третьей силой. Например, угроза вторжения сил качественно иного характера, будь то норманы или татаро-монголы, способствовала объединению веками разрозненных семей феодалов.

Когда мы с Оракулом обсуждали это явление на одном из наших занятий, мы констатировали, что внешняя угроза часто становилась «катализатором» (то есть ускоряющим фактором) формирования и укрепления стран и народов в этой версии истории. Эту закономерность впоследствии правители даже сознательно использовали для укрепления своей власти.

Тогда Оракул ещё обмолвился, что в ХХ-м веке эта схема «3-го врага» приобретет качественно новые свойства. Мне уже было интересно, и одновременно страшно, от того что меня ждёт, когда мы дойдём до 20-го века.

Тем же вечером после занятия, я, всё также сидя на кресле перед уже выключенным монитором, размышлял о причинах сближения враждующих сторон различных конфликтов. Мне почему-то вспомнились слова своего друга Вячеслава о «точках равновесия» в отношениях условных «добра» и «зла», в моменты которых они могли создавать совместные проекты для поддержания нового порядка в будущем. И меня буквально озарило…

Мой взгляд устремился к стрелкам на часах на стене, на которых особенно были выделены цифры 12, 3, 6 и 9. У нас есть четыре основных времени суток — утро, день, вечер, ночь. Есть же 4 времени года, 4 солнцестояния в году… Вспомнились и 4 Гипернарода рассказанных Оракулом… «Так уж устроена Альфа-вселенная…»

— 14-й, а эту фразу о «точках равновесия» в отношениях добра и зла можно выделить в какую-то закономерность, как думаешь?

— Если выделить 4 основные причины прекращения противостояния между враждующими сторонами, то можно определить следующее:

1. Истощение. В результате длительного напряжения сил обе стороны не могут продолжать борьбу.

2. Паритет. Обе стороны достаточно сильны чтобы не уступать друг другу и сохранять текущее статус-кво.

3. Временное объединение ради решения проблемы глубоко затрагивающей обе стороны конфликта — условное проявление общего врага.

4. Возможно, признание одной из сторон своего поражения… Данный вариант не полностью соответствует заданному условию сохранения суверенности одной из противостоящих сил. Необходимо больше информации.

— Хм. Да, четвёртое это не совсем то решение, которое может устроить все стороны. Должно быть что-то уравновешивающее. Что-то вроде второго варианта — паритета, но без дальнейшей борьбы.

— В таком случае этим решением станет приход к обоюдному согласию на основе принятия друг друга обеими сторонами. Учитывая общую статистику войн и конфликтов, и пагубное влияние на них Искажения, полная реализация данного варианта представляется маловероятной.

В таком случае считаю необходимым пресечение влияния на исторический процесс самой Омега-вселенной.

— Хм… А если бы можно было б прийти к конструктивному примирению с Омега-вселенной, чтобы она перестала изматывать Человечество? — Тут я почувствовал довольно значительное удивление 14-го, смешанное с недоверием.

— Довольно странно, что после всего увиденного вы задаётесь этим вопросом. Если судить по всей истории, можно определить высокую степень их не договороспособности. Позвольте спросить, не будет ли надёжней их нейтрализовать?

— С одной стороны, может ты и прав… Но 14-й, ты видел все наши сражения с Корпорацией до всего этого. Это уже было до вторжения. Судя по тому, что я здесь увидел, всё стало только хуже.

Я боюсь, что наше относительно светлое будущее теперь может правда стать для людей пресным. Даже если дать им все возможности, через сто лет эта идиллия может им надоесть, и всё начнётся сначала, только теперь уже по-настоящему. Не в симуляторе.

Одной победы добра над злом теперь может быть мало. Жить как в сказке — долго и счастливо, возможно, теперь может не получиться. Нужно смотреть что будет дальше. Нужно как-то уравновесить все эти тёмные и светлые чувства и эмоции в людях уже в этой матрице. — я сам не ожидал что начну такой эмоциональный монолог.

— Но позвольте… Не слишком ли вы большое внимание уделяете концепции греха, данное из Омеги? Не кажется ли вам, что тёмной стороне и нужно чтобы вы так думали? Нельзя исключать деятельность их агентов, их влияния на самих людей. Полагаю, всё увиденное здесь вами сейчас омрачает ваше общее новое впечатление о человечестве.

— Возможно ты и прав… Просто хороших моментов в этой истории не так много, как хотелось бы.

— Да, полагаю, нашей задачей будет увеличение этих светлых моментов в данной человеческой истории.

— …

— …

— …

— 14-й.

— Да?

— А тебе не кажется, что в этом нашем диалоге всё должно быть наоборот — я защищаю человечество, а ты критикуешь?

— Думаю, так действительно было бы логичнее.

— Дожили…

На следующей встрече я поделился с Оракулом своей теорией о четырёх вариантах прекращения конфликтов. Рассказал ему, что они могли бы быть цикличными, как ход стрелок на часах, и что каждый новый цикл мог бы включать в себя новые особенности, делающие это противостояние менее тяжёлым для всех сторон и более уникальным.

Оракул, на удивление, очень внимательно слушал мои догадки, погружаясь своими вычислительными раздумьями куда-то далеко, и, через несколько мгновений размышлений, сказал:

— Знаешь, поразмышлять над твоей теорией, в общем-то, есть смысл. Пусть она и является пока лишь грубоватым наброском на общую ткань Мироздания… Но при должном осмыслении и наполнении фактурой… С неё может выйти что-то дельное.

— Да? И как, по-вашему, можно её использовать?

— А это ты мне скажи! ТЫ же ведь для чего-то её придумал. — и улыбается лукаво.

Я тогда ответить не смог на свой же вопрос. Оракул всё же меня подбодрил, предложив подумать о своей теории ещё.

— …

— Так… Чтобы мне ещё об этом периоде рассказать… Да! Был ещё один важный момент.

Через несколько дней, когда мы уже дошли до 19 века и я изучал базу данных исторического архива, я заметил одну странность.

Я уже знал, что данный курс даёт только основную информацию о ходе главных событий и процессов. И в той базе, доступ к которой мне дали ещё в первые дни обучения, есть материалы и других более детальных курсов, для изучения которых требовался более высокий уровень доступа. Были там и секретные архивы, и каталоги. Я пытался как-то, чисто из любопытства, открыть один из них, но система прямо оповещала меня о том, что данный архив является засекреченным. Но было ещё кое-что.

Однажды, также вечером после занятий, при изучении материалов о войнах Наполеона, мой 14-й неожиданно вмешался в мои мысли:

— Обнаружены зашифрованные каталоги. Тип шифрования не опознан.

— В каком смысле? Тут никаких подразделов не видно. — я ещё не полностью отошёл от зрелищ Бородинского сражения и пожара в Москве, и был вовсе не рад дополнительному шуму в голове.

— И всё же в данной подсистеме они присутствуют. Определение их содержания и формата невозможно.

— Как ты их вообще нашёл?

— На основе вашей биочастоты, я со настроился с местным wifi-роутером, по нему подключился к базе данных. Веду параллельный анализ.

— Понятно. Это меня уже почему-то не удивляет. И зачем ты мне сказал об этих скрытых каталогах, если открыть их всё равно невозможно? Может это просто какие-то системные файлы?

— Посчитал что эти сведения могут быть вам интересны. Системные файлы не скрывают информацию о своём форма… Один из файлов удалось идентифицировать.

— Давай говори проще… Я устал сегодня. И что за файл?

— Называется «Проект „Забвение“». Требуемый уровень доступа — «Нулевой».

— Интересно… Название такое — нулевой уровень… Я думал их всего три. Хм, что же там, в разделе о 19-м веке, может быть такого, что его даже в самом каталоге как секретный не отмечают? И правда теперь заинтриговал. Только я теперь боюсь спросить лишнего после того случая с Юлией Владимировной.

— Согласен, лучше не давать знать о своей осведомлённости.

В общем такими озарениями и догадками и было наполнено моё изучение истории. Каждый вечер, после изнуряющих тренировок и таких занятий, я обессиленный ложился спать, в надежде хотя бы ночью отдохнуть от беспрерывного потока информации. И даже в это время моему разуму не было покоя. Во сне я встречался с напоминанием, что всё же нахожусь в Китеже.

Как только я закрывал глаза, я начинал видеть условные «сны» о жизни моих квантовых двойников, как другой Я занимается обучением детей в школе и ходит в кафе, стараясь рассчитать на месяц свою небольшую зарплату, и как ещё другой Я тренируется со своими бойцами в метании копья и ест мясо из особой печи в своём доме древнего спартанца… Открывая каждый раз глаза под противный писк будильника, я ловил себя на мысли, что не могу точно сказать, чья участь из моих двойников была бы мне по душе — готовиться к войне с персами, учиться здесь в Китеже, или же работать в школе за небольшую зарплату… Всё же в моей участи не всё так уж и плохо.

В общем могу много рассказывать об этом очень интересном для меня обучении, может быть стоит написать об этом книгу. Но всё же я хотел бы вернуться к своей основной истории, вы не возражаете?

— Нет, продолжайте.

Хорошо.

В общем всё так и шло своим чередом, пока однажды, когда я уже освоил 20 век и до конца осталось совсем немного, мне не приснился совершенно необычный сон. Условный сон.

«Сегодня мы выступим против их всех! Мы покажем, что они все были не правы! Они увидят, как глубоко они все ошибались…»

Я видел перед собой полчища очень странных, невиданных существ. Полулюди — полу-звери, гигантские клыкастые пауки, какие-то механизированные рептилии… Массивные машины, увешанные разнообразным оружием и явно осознающие себя, некроманты, сияющие тёмной аурой… Вокруг стояли необычные остроконечные здания, в верхушки которых периодических ударяли фиолетовые молнии. Небо было абсолютно чёрным, лишь не много освещаемым светом незнакомых звёзд.

Вся эта свора кричала и благоговела передо мной, вернее перед моей другой версией. «Меня» переполняла ненависть, такое глубокое осуждение ко всему что «меня» окружало, и чувство насыщения этим моментом.

После произнесения речи, «я» услышал позади, отчего-то до боли знакомый низкий механический гул. Обернувшись, «я» увидел за собой ещё одну машину, очень похожую на ту что однажды уже хотела захватить меня во время того перехода. Только свет её прожектора… Он был ещё более багрово-красным, словно переходящий в чёрный. Пристальная, багрово-красная чёрная дыра смотрела на «меня» и на всю собравшуюся свору, которая поклонялась и благоговела перед нами обоими. Моё другое «я» переполняла решимость и намерения на далеко идущие планы.

Наконец прозвучал спасительный стон будильника.

Я открыл глаза, оглянулся, словно стараясь снова поверить, что я всего лишь лежу в своей уютной кровати. Я встал, и, ополоснувшись холодной водой из умывальника на кухне, начал усиленно думать.

— Если здесь в Китеже и есть ночные кошмары, то они самые пугающие… 14-й, сможешь объяснить, что это вообще блин было?!

— Полагаю, вы «поймали» ещё одну квантовую частоту вашего другого «я». Очевидно, он живёт в Омега-вселенной.

— Как так вообще получилось? Они что, тогда скопировали меня на пути сюда?

— Точно сказать пока сложно. Но возможно он также смог поймать вашу волновую частоту. Рекомендую сразу обратиться к специалистам местной службы безопасности.

— Думаю ты прав. Тут ничего другого не остаётся. Но сперва я расскажу обо всём бабушке, ты не против?

— Никак нет. Она здесь ваш самый близкий человек.

— Это точно.

«Позывной „Зина“. Позывной „Зина“, прошу выйти на экстренную связь…»

После того как я привёл её, ещё поначалу сонную, в чувство своим рассказом о «страшном сне», бабушка поблагодарила меня за то, что сразу всё сказал именно ей. Далее она дала инструкции собраться к приезду шофёра. Сказала, что уведомит Уилстона о том, что сегодня я буду отсутствовать на занятии. По завершению разговора я озадаченно посмотрел в окно на просыпающийся город.

Быть может в том, что дети бегут к родителям после ночных кошмаров, и правда что-то есть?

Глава 31

Дорога оказалась не менее запоминающейся чем сон. При выходе из гостиницы меня встретил крепкий экипированный парень, стоящий рядом с фургоном без окон. Он вежливо, но настойчиво объяснил, что в отношении меня приняты особые меры безопасности, и что я должен претерпеть некоторые неудобства по дороге к месту назначения.

Мне ничего не оставалось как согласиться и сесть вместе с ним в машину. В машине не было естественного источника света в виде окон, поэтому их заменяла небольшая тусклая лампа вверху. Я сел позади, а солдат прямо напротив меня. Через час (как мне доложил мой 14-й) мы остановились, и перед тем как выйти, солдат дал мне специальные непрозрачные очки, полностью исключающие возможность обзора. «Для безопасности режимного объекта» — так мне объяснил солдат.

Далее мне помогли взобраться в кабину уже вовсю стрекочущего вертолёта, где с меня сняли очки. И мы летели ещё час, где мне, тоже в кабине без иллюминаторов, составили компанию уже трое неразговорчивых бойцов. По прибытии мне снова дали очки, и, довольно настойчиво, повели в какое-то помещение, похожее на ту аудиторию где я познакомился со специалистом по инфернальным сущностям Джонсоном.

«Ну а чего ты ещё ожидал, объявляя себя потенциальным агентом тёмной стороны» — спросил мысленно я себя, когда меня усадили на один из стульев аудитории и разрешили снять очки. Передо мной была всё та же доска, переливающаяся странными черно-белыми символами. 14-й заметно заволновался при ощущении близости Персоны. Через минуту в аудиторию вошёл сам Джонсон и моя бабушка, в сопровождении нескольких бойцов охранения… От меня что-ли?

Джонсон встал у «учительского» стола, и, небрежно засунув руки в карманы пиджака, победоносно обратился ко мне.

— Ну что, Живецкий Михаил Петрович, доигрался в свои квантовые симуляторы? Как тебя так угораздило нарваться на «волну» Омеги?

— У него повышенная связанность с… — хотела было объяснить бабушка…

— Подождите пожалуйста, я хочу услышать ответ именно от него.

— Я просто спал и увидел всё вот это. После сразу же вам через Зину всё сообщил. — я не чувствовал себя виноватым за что либо, и не собирался оправдываться перед чувствовавшим своё превосходство Джонсоном.

— Это понятно, а что ты делал до этого?

— Ну, прошлым вечером я изучал историю ХХ века, днём отработали поиск пропавших союзников в ближневосточном регионе и их эвакуацию в условиях новейшего времени, утром тренировались в оказании тактической медпомощи. — я постарался ответить кратко и исчерпывающе.

— Изучал ХХ век говоришь… И что ты там видел? Мне сказали, ты видишь всю историю прямо своими глазами.

— Довольно многое для одного разговора… — стараюсь собраться с мыслями, мне эмоционально тяжело снова всё это вспоминать — Перевороты, концентрационные лагеря… Как советские солдаты спасают детей из этих лагерей, я видел людей преисполненные надежды и горесть их разочарований в последующем… — наступила задумчивая пауза. Задумались все присутствующие. Бабушка решается нарушить тишину.

— Он видит всё это благодаря своей более сильной связи со своими альтернативными проявлениями в основной Матрице. Мы не совсем понимаем, как это всё у него происходит и почему, но теорию данной связи мы считаем основной.

— Хм, и получается, твои двойники разбросаны в каждом веке всей истории?

— Я знаю только о двух из них — в IV веке до нашей эры и в XXI-м… Не считая того в Омеге.

— И что, чисто из-за тех двоих ты чувствуешь всю эту историю? А как быть с более ранним периодом? Ты же видел даже тех агентов Омеги в раннем Египте.

— Возможно, тут действует тот же принцип что и с двумя потопами в начале и в конце основного их матричного охвата. Он может видеть всё это время между двумя своими версиями. Что касается более глубокого прошлого… Наверняка те квантовые скачки, что были при его падении, усилили этот эффект. — за меня снова ответила бабушка. Что не удивительно, поскольку она в этом большой специалист.

— Хм, это всё лишь теории.

— Это всё что у нас сейчас есть. Тем не менее, это лучше, чем ничего. — я следил за их диалогом и сам пытался составить свою мозаику всех обстоятельств, приведших к открытию моего «злополучного» дара. От этого сейчас зависело всё. Я вспомнил об ещё одной детали.

— Есть ещё кое-что. Все эти видения начались после тех загрузок знаний по утрам. Их распаковка начинается на занятиях с Оракулом. Эти загрузки проводятся каждый день.

— Гм… — Джонсон встал и задумчиво обошёл стол, смотря на то как реагирует на наш разговор Персона. Она показывала странные нити похожие на нити ДНК, но только с единицами и нулями программного кода внутри. Они потоками входили в изображение человеческого мозга. Картина довольно озадачила меня, а Джонсон только лишь довольно кивнул, словно удостоверившись в чём-то. Он снова повернулся ко мне.

— Что ж, с этим моментом мы в целом разобрались. Наши специалисты займутся анализом твоих способностей. — тут он глянул на бабушку — А теперь перейдём к сути нашего разговора — он кивнул одному из стоявших в стороне бойцов и тот отдал ему уже знакомую мне «шапку» с проводами. — Ну что, приступим?

В ответ я только вздохнул, глядя на его ухмылку. В следующие минут 10, все присутствующие смотрели и слушали выкрики моего (относительно несколько грубоватого) голоса, говорящего о том, как все «они» неправы, о потенциале силы всех присутствующих, и о том, что «за ними истина». Мы лицезрели всех магических и механических существ Омега-вселенной, которых только можно было себе вообразить. В тот же момент я точно осознал для себя, что я действительно увидел, стоящих ко мне ближе всех остальных, магов с сияющими тёмными аурами и посохами. Неужели магия из сказок и мифов и правда там существует?

В конце мы конечно же увидели ту, по настоящему адскую машину, напоминающую огромного восьминогого паука, с большим багрово-чёрным прожектором на месте головы. В этой её черноте, смотрящей прямо на «меня» было что-то особенное пугающее, давящее и, в тоже время, мотивирующее, притягивающее. Я начал вспоминать те чувства своего другого «я»…

— «Охренеть!» — голос кого-то из бойцов сбоку вернул меня в «реальность». Здесь, наконец-то, эта жуткая картина сменилась системным уведомлением «Конец ментальной записи», и я снова увидел, изумлённые, я бы даже сказал, испуганные лица всех присутствующих.

После довольно долгой, тяжело висящей тишины, Джонсон, опустив голос до полушёпота, мрачно спросил одного из бойцов.

— Командир, вы увидели здесь что-то знакомое?

— Да, тут целый кладезь тех лиц за которыми мы охотимся. Особенно интересно было взглянуть на тех архонтов, что стояли вблизи. — голос отвечавшего командира наоборот оказался довольно высоким. Хриплым правда немного…

— Да! Тут прям целый парад уродцев! А их главный оркестратор — это вообще нечто! — эмоционально отозвался другой. Я повернулся к нему и в глаза сразу же бросилась странная эмблема на его предплечье — череп и сложенные кости. Необычно увидеть такую символику в Китеже. Хотя я тут всего месяц…

— Да, согласен, Жень, приятного в его взгляде мало. — отозвался Джонсон, снова направившись к своему прежнему месту у главного стола. — По крайне мере теперь, благодаря Михаилу, мы смогли вовсю налюбоваться теми, с кем мы воюем. Уверен, после тщательного анализа — тут он взглянул на бабушку — мы сможем извлечь из этой записи ещё больше ценных сведений. Ведь так, Зин?

— Думаю да, если рассчитать волновую длину света исходивших молний и типологию тех строений, мы можем определить степень глубины «омега-измерения», на которой проходило это собрание. Это я могу сейчас сказать предварительно.

— Замечательно. — удовлетворительно кивнул Джонсон. А теперь ещё один немаловажный вопрос — Что нам делать с вашим внуком?

— Что?! — тут же встрепенулся я.

— Михаил, я бы тебе прямо сейчас пожал бы руку за предоставление этих сведений, но у этого твоего… гм… дара, возможно есть и обратная сторона. Ты, наверное, уже и сам догадался.

— Вы опасаетесь, что они тоже могут теперь видеть то что, вижу я?

— Именно. Это и послужило основной причиной всего того цирка с очками. Евгений на этом настоял.

— Ибо не фиг. — Второй собеседник явно старался подобрать для меня подходящие слова — Учитывая то… что Омега… тобой явно заинтересовались ещё тогда, что я называю, «на земле», ты можешь представлять потенциальную опасность для Китежа. Поэтому такая подстраховка была явно нелишней. — я задумался, стараясь понять, что для меня это всё означает. Тем временем Джонсон продолжил за бойца.

— Вспомни как тебя пытались перехватить во время перехода сюда. Администратор далеко не к каждому человеку вот так летит на всех парах, чтобы на радостях его встретить. Что-то они в тебе разглядели, столь важное для них. А это явление твоего «альтер-эго» Там, только подтвердило этот факт. — Я снова задумался, по сути, если всё обстояло именно так, то…

— Значит, вы меня где-то изолируете? — тут уже теперь сам Джонсон задумался. Вернее, поначалу он хотел ответить утвердительно, но в последний момент остановился и обернулся к Персоне.

Тут мы стали свидетелями совсем уж необычной картины. На доске появлялись изображения христианских крестов, мечей, костров и средневековых крепостей. Затем понеслись ряды цифр, в которых угадывались географические и временные координаты. 14-й сразу расшифровал их для меня:

— Что ж, вполне здравая мысль. — не совсем понятно отреагировал Джонсон. Как было видно по лицам всех присутствующих, малопонятными его слова были не только для меня.

— Простите? — тревожно спросила моя бабушка.

— Зин, слышала такую фразу: «Если хочешь спрятать что-то, ставь на самое видное место»? Мы можем отправить его во Францию XVII века, где среди хаоса религиозных войн его там сам чёрт не сыщет.

— Твою ж… — протянул Евгений.

— Джонсон, вы сами слышите себя?! — возмущённо отреагировала Зинаида. — Вы предлагаете отправить нашего ценного агента практически в изгнание… в охваченное войной и агентами тёмной стороны время и место! При том что они легко вычислят его по той же квантовой связи через сны!

— Да, по мне тоже это кажется слишком… — поддержал её первый командир, имени которого я так и не услышал.

— Оставить разговоры! — неожиданно скомандовал Джонсон. Так неожиданно и громко что я чуть не подпрыгнул на своём стуле. Был слышен тяжёлый вздох сразу с двух сторон. Я же был словно в оцепенении. Я не представлял, что можно такого сказать, что могло бы изменить готовящуюся для меня участь. Джонсон тоже тяжело вздохнул, потёр правой рукой виски, и, более спокойным тоном, продолжил.

— Зина… Михаил… Ты будешь там не один. Там есть наш человек, который довольно глубоко посвящён в процессы, совершаемые Омегой. Он один из лучших из нас, кто понимает их глубинные мотивы. Нам как раз и надо узнать, что ещё связывает тебя с этой тёмной вселенной. Почему они так тобой интересуются. Если кто-то и может ответить на эти вопросы, то только он.

И Я.

Ему.

Доверяю.

И поймите — тут он обратился к моей бабушке — я не могу ставить безопасность всего Китежа ниже безопасности одного человека. И при наличии такого варианта, я теперь не могу просто держать его взаперти. Персона подсказала нам наиболее лучшее решение для всех нас. А если нам это сказали из самого Альфа-Центра… — тут же я почувствовал, как настроение у всех сразу переменилось. Последний довод, по всей видимости, сыграл в этом решающую роль. Первый командир, задумчиво глядя на активность Персоны, обратился к Джонсону.

— Вы точно уверены, что там ему смогут обеспечить безопасность? Что его там не схватят и не унесут в свои норы?

— Да, Михаил. Там тоже во всём этом бардаке есть наши агенты. Но если хочешь, можешь выделить ещё пару ребят из «Сомали» для его прикрытия.

— Так и поступим. — сказал мой тёзка, поправляя воротник своей рубашки с военной расцветкой. Тут я уже не смог не задать вопроса.

— Сомали? А вы в чём, собственно, специализируетесь? Я поначалу думал, что вы просто из охранения… — опасаясь задеть своим любопытством кого-то из присутствующих, я мотал головой, готовясь встретиться с суровым взглядом опытных военных. Но Евгений и Михаил только улыбнулись.

— Ну, можно сказать и так… — ответил Евгений — охраняем землю — матушку от тех зловещих планов наших оппонентов. Порядок там постепенно наводим.

— Хотя до порядка нам ещё далеко, но уже кое-что умеем. — вторил ему Михаил — А благодаря моему тёзке мы теперь сможем ещё больше. — и подмигнул мне.

— Определённо! — поддержал своего соратника Евгений.

— Ну, если никто больше не возражает… Зина, что скажешь? — Бабушка, всё это время сосредоточенно молчавшая, внимательно посмотрела на меня, она определённо чувствовала мою растерянность.

Я чувствовал, как она хотела бы спросить моё мнение по этому поводу, но было очевидно, что в данной ситуации оно ничего не решало. Осталось решение только за ней, как главы важнейшего научного отдела Китежа. Наконец, после нелёгких раздумий, она решилась.

— Пообещайте только не глушить нашу квантовую связь, и обеспечьте готовность карт и планов экстренной эвакуации.

— Непременно! Я сам буду ручаться за его безопасность! — сказал ей Джонсон. — Ну, тогда решено! Михаил! — это он обратился ко мне. — Тебе присуждается наивысший «третий» уровень доступа.

Тебе будет необходимо обновить свои исторические сведения в соответствии с данным уровнем, и особенно рассмотреть сведенья о Франции первой четверти XVII века. Ты сейчас должен сразу отправиться к Оракулу за этими сведениями… Со всеми предосторожностями разумеется — добавил он, переглядываясь с командиром Евгением. — Да, и времени для твоей подготовки в соответствующей симуляции у нас нет. Поэтому даём тебе только время до вечера для всего осмысления предстоящей операции. Мы пока подготовим для тебя проект предстоящего задания. Как понял?

— То есть, меня не будут отправлять в симуляцию XVII века для моей подготовки, потому что у нас нет на это времени? Но ведь время здесь относительно.

— Относительно только той основной Матрицы. Омега же, с которой у тебя теперь установилась связь, также способна действовать вне матричного времени. И теперь, благодаря вашей связи, они могут вытворить с тобой что угодно в любой момент. Я могу максимум дать тебе времени до вечера. Вернее, до того момента пока тебе снова не потребуется сон. Поэтому нам всем надо поторопиться. Ну всё, всем всё понятно? Приступить к работе!

Мы разошлись каждый в свои стороны. Я с бойцами опять отправился в город, а бабушка вместе Джонсоном и с командирами отправились в тот стратегический центр — «Звезду», как они её между собой назвали. Всю дорогу меня не покидало чувство, что это выдворение под предлогом заботы о безопасности Китежа, несло в себе и другие причины. Похоже, им нужно было отправить меня именно к тому специалисту по инферналам, живущему в XVII веке. Что-то они в моих видениях поняли, о чём мне пока неведомо.

Мне разрешили снять очки только когда мы уже отъехали от той же вертолётной площадки и были на пути к городу. Зайдя в здание библиотеки, меня отвели в отдельную комнату, где уже была готова аппаратура для загрузок знаний.

— О, Александр!? Почему ты здесь? — удивился я встрече со своим оператором.

— Привет Михаил! Да вот, сказали, что нужен специалист по загрузкам, желательно знакомый твоей утончённой персоне. А с кем же ещё там на базе ты мог познакомиться… — играючи развёл руками Саша.

— Ну да, кто тут ещё о моих мозгах-то позаботится…

— Да, поэтому мы и встретились. А загрузка сегодня и правда будет особенная! Падай сюда! — и показывает на знакомой формы большое кресло в середине комнаты. Я усаживаюсь и продолжаю наш разговор.

— Да, мне дали третий уровень. Нужно точно знать историю о Франции первой половины XVII века.

— Ага… И ещё тебе предстоит сегодня проглотить особо горькую красную пилюлю, если можно так выразиться… — сказал он несколько странно, надевая на меня «шапку» с проводами.

— В каком это смысле? — недоумённо приподнял я голову.

— Ну… — он остановился, и озадаченно посмотрел мне в глаза — …ты узнаёшь не только какие-то конкретные даты и события, а… Как бы сказать тебе… С тебя словно снимут одеяло, скрывающее многие детали всех событий в истории. Знаешь, так под одеялом не видно всех шероховатостей, с виду опрятная постель, а как только приподнимешь…

— он снова задумался, и продолжил натягивать мне «шапку» — В общем сейчас всё сам узнаешь. Наверное, были какие-то весомые причины, что они решили допустить тебя на «тройку» так скоро, но я не имею права тебя об этом спрашивать.

— Ну, там долгая история на самом деле. И несколько жуткая. Но да, мне запретили обсуждать всё это с кем бы то ни было.

— Я это переживу. Не волнуйся об этом. Ну что, начнём?

Через несколько часов я стоял на крыше библиотеки, частично переделанную под веранду, и, наблюдая за отражениями заходящего заката на небоскрёбах, думал обо всём увиденном. Кофе должно было привести меня в чувство, но даже его крепкость не помогала мне переварить все подробности…

Как они это всё так ловко провернули? Одна история для оперативников «новейшего» времени, и совсем другая для более опытных, действующих «глубже» наших бойцов?

Средневековые замки, рыцари, феодальные порядки…

Всё это оказалось просто сказкой, призванной скрыть настоящий кошмар, происходивший в те времена — вторжения демонических армий, сражения между вампирами и оборотнями за право пользоваться человеческими поселениями, сотрясавшие города сражения между тёмными магами, сопровождаемыми бесчисленными армиями… И да, всё это дополняло общеизвестные основные события знакомой всем истории.

По сути, вместе с Искажением в наш мир пришла и тёмная магия Омега-вселенной. Пусть это и всего лишь симуляция… Мы там оказались изолированными от магии нашей Альфа-вселенной, которую мы помним в виде древнейших мифов и легенд. А если кто-то из потомков Гипернародов и мог уловить остатки той нашей магии… Пожалуй, Инквизиция является одной из не столь немногих частей той истории, проникшей в основной известный всем нарратив.

И что я понял, вся эта магия продолжалась и дальше, вплоть до самого XIX века… А потом произошло что-то настолько важное, значительное, что дальше от всей магии не осталось и следа. Если у нас в Альфа-будущем она просто слилась с наукой, и мы спокойно использовали все «чудеса» для покорения вселённой, то что же людям остаётся в той матрице? Они же тогда остаются запертыми в ловушке своего чисто технического прогресса! Опять же, в рамках ограниченной симуляции…

Неожиданно, мои размышления прервала чья-то тяжёлая рука, положенная мне на плечо. Я обернулся и увидел своего наставника Уилстона.

— Мне жаль, что вам пришлось узнать это всё так рано. — с искренним прискорбием начал он — Как вы?

— Даже не знаю… — я взглянул на летящую между зданиями стаю голубей, в небе виднелся высоко летящий самолёт — Мне уже не впервой сталкиваться с похожими откровениями… Просто, когда видишь настолько большие различия… А вы как давно узнали об этом? Что вы тогда чувствовали, Уилстон?

— Хм, я был из тех, кто узнавал мир по старинке, через свой собственный опыт. Иногда это неслабо ломало… Но впоследствии давало мне новую цель, и силы.

— Значит вы видели всех этих тварей? Наяву сражались с ними?

— Наяву… — задумчиво протянул Уилстон, и слегка улыбнулся — Да, я долгое время специализировался на отлове этих существ. Изгонял их обратно в ад, в их вселенную… Меня неоднократно приглашали к сотрудничеству с той стороной.

— Даже так? И вы не соглашались?

— Поймите, у меня очень большой опыт работы с ними. — тут он вышел вперёд, ближе к краю крыши — Часто приходилось работать совместно с одной тьмой, чтобы остановить куда ещё более непроглядную тьму. Как это у вас говорится — выбрать наименьшее из зол? Но даже в таких условиях я ставил интересы человечества выше всего, потому что иначе всё это потеряло бы смысл.

— Простите, я вас не совсем понимаю… Почему вы об этом мне рассказываете? — тут он обернулся и посмотрел мне в глаза.

— Потому что я чувствую, что ТЫ идёшь моим путём. — Надо же! Он впервые обратился ко мне на «ты»! — Я знаю только то что вам дали третий уровень, но мне этого уже достаточно чтобы понять, ЧТО вам предстоит. — Он снова повернулся в сторону города. Над нами медленно пролетал дирижабль с незатейливой рекламой — Михаил… Знаете, также, на похожей крыше, с похожим видом на город, я однажды разговаривал со своим другом.

Мы тогда уже многое пережили вместе, а в тот вечер мы решали, что делать дальше. Нужно было решить, продолжать ли борьбу за себя, за свои идеалы, или же сдаться на милость Системы…

Вам тоже однажды предстоит сделать свой выбор — пойти ли лёгким путём, или поступить правильно.

— Уилстон, я ещё никогда не предавал интересы человечества, и не собираюсь!

— А если интересы человечества потребуют вашего сотрудничества с тьмой? Сможете ли Вы выполнить поставленную задачу и при этом не потерять себя?

— Уилстон… Я в разведку не записывался… Я по сути тот же лётчик, и немного преподаватель.

— Так и я всего лишь программист. — тут он снова искренне улыбнулся, и подошёл ко мне — Но порой сама жизнь, если хочешь, Судьба, даёт нам такие роли, о которых мы не смели мечтать в своих самых смелых снах.

— Что? Вы сказали мечтать во снах?

— Да, я думаю однажды ты это поймёшь. — тут вдруг на крышу влетает Александр.

— Миша! Там уже за тобой приехали… О, ты тоже тут Уилстон? Решили провести своего подопечного?

— Да, да… — несколько грустно кивнул мой наставник. — затем он снова подошёл и положил мне руку на плечо — Знаешь, пусть всё вокруг и является для нас симуляцией…

Просто помни, что всегда внутри тебя есть элементы того исходного кода, часть той самой основной среды, нашего настоящего дома… Помни об этом, и тогда ты не пропадёшь, в какой бы глубокой симуляции ты б не оказался.

— Хорошо, Уилстон. Я не забуду… Постараюсь не забыть. — мы крепко пожали друг другу руки и начали было расходиться. Но я решил ещё раз обернуться.

— Уилстон, а что стало с тем твоим другом? Какое он решение принял?

— Он принял решение быть самим собой. Мы победили. А потом наши пути разошлись. Каждый из нас получил что хотел.

— Значит у вас всё хорошо?

— Даже лучше!

Глава 32

— Слушай, а ты, наверное, слышал что-то об Уилстоне? Кем он был до того, как стал обучать бойцов? — спросил я у того же обмундированного бойца, сопровождавшего меня в том же фургоне. Он не сразу решился отвечать, видимо опасаясь «сболтнуть лишнего», но, затем, всё же решил раскрыться.

— Ну, поскольку у тебя теперь третий уровень… Да, он обучил немало моих соратников. Уилстон — это живая легенда нашего Китежа… В своё время он показал на своём примере, что конструктивное сотрудничество с той стороной возможно, на определённом уровне понимания.

— Это как?!

— Если коротко — слегка улыбнулся боец, смеясь глазами над моей неосведомлённостью — он договорился с одним из ИИ Омеги о временном перемирии. Это позволило нам эвакуировать часть людей из Матрицы, и даже получить доступ к более глубокой хронологии. Сейчас этот ИИ трудится у нас в Альфе, после того как он сам инициировал свою «смерть» в Омеге.

— Не думал, что такое возможно. — сказал я поражённо — Значит Оракул оказался здесь благодаря Уилстону?

— Оракул, вроде, родом из нашей вселенной. Но да, Уилстон тоже его здесь приютил. Он у нас теперь большой спец по этим вопросам. Таскает теперь сюда инферналов как бездомных котят. — боец засмеялся своим хрипловатым голосом, и тут же серьёзно продолжил — Уилстон показал нам саму возможность понимания мотивов развитых ИИ и достижения с ними сотрудничества.

— Но разве сотрудничество с существами с той стороны является надёжным?

— Ну, насколько я знаю, в их отношении применяются должные меры предосторожности. Так или иначе Омега в их жизнь теперь не вмешивается. И мы с теми, кто остался Там, не контактируем. Соблюдаем такое вот такое негласное «право на самоопределение»… Если они не переходят черту. А Уилстон, и такие, как он следят за тем чтобы эти договорённости проходили как надо. В том числе через контакты с инферналами…

И всю оставшуюся дорогу, необычно осведомлённый боец рассказывал об подвигах Уилстона в средневековой Японии в роли самурая, в лице адвоката конца 20 века, и, позже, особого бойца с инферналами, а также о других особых миссиях, в которых Уилстону довелось участвовать до своей отставки. За этими необычными историями, время пронеслось почти не заметно.

«Что, сильно гудит в ушах?» — деловито спросил Джонсон, хитро прищурив свой взгляд, желая оценить мою реакцию на какое-то странное воздействие.

Мы стояли, вместе с бабушкой и незнакомыми офицерами, в небольшом офисе, больше похожем на помещение для охраны. Панорамные окна обеспечивали хороший обзор как на подъездную дорогу от оживлённого шоссе, так и на стройный ряд отдалённо стоящих порталов, светящихся голубоватым цветом.

С момента, как только я вышел из фургона, мою голову наполнил странный шум, обычно появляющийся, когда сильно ударяешься головой. Я так и подумал по началу, что меня чем-то оглушили. Покачнулся, а мой попутчик сзади меня подхватил. После настороженного опроса моего состояния, он констатировал, что меня «заглушили», то есть прервали мою квантовую связь с «внешним миром». И вот, в таком вот несколько головокружительном состоянии, я направился к офису, где и предстал перед Джонсоном, бабушкой и военными.

— Да так, не больше чем обычно, когда получаешь книжкой по башке… — неуклюже постарался отшутиться я, машинально почёсывая свой затылок.

— Шутишь… Это хорошо. Чувство юмора тебе в будущем не помешает. — Джонсон привычно взял руки в бока и подошёл к окну, бросив взгляд на порталы. Затем он обернулся и продолжил. — Это наша мера предосторожности, чтобы твоё тёмное альтер-эго не зыркало здесь своими глазками. Пока ты здесь, придётся это потерпеть.

— А это точно работает? Вы уже проверяли на ком-то… — и тут меня осенило, видно 14-й подсказал — Погоди… Тот случай, когда я пытался связаться с Юлией Владимировной тем вечером на АЭС… А я тогда списал этот гул на стресс из-за того бородача!

— Как видишь, работает. — ехидно улыбаясь ответил Джонсон. Давай переходить к делу. Зин? — обратился он к бабушке. Она тут же подошла ко мне и дала запечатанный конверт.

— Вот, открой. — Я, удивлённо смотря на неё и окружающих, принялся вскрывать печать конверта. Зина тем временем пояснила — Это твоё официальное задание, с которым ты отправишься во Францию XVII века.

Твоя официальная задача имеет дипломатический статус, и включает в себя доставку письма от лица представителя ордена госпитальеров непосредственно кардиналу Де Ришелье. Формально оно представляет собой ответ на запрос о необходимой медицинской помощи для правительственной армии. Но на деле оно содержит в себе видеозаписи твоего перехвата и того ночного видения. — Я пробежался глазами по приказу, формально повторявшем всё сказанное. Меня всё больше охватывает удивление.

— Мальтийский… То есть вы ведёте меня прямо к самому кардиналу Франции? Почему именно к нему?

— Я тебе уже говорил, что он большой специалист в области изучения глубинных мотивов инфернальных существ. Он довольно давно действует в том времени, кишащем ими, и может многое сказать из того что мы здесь не до конца понимаем. — ответил Джонсон.

— А у вас что? Вы сами смогли с момента моего прихода хоть что-то выяснить? Почему эти из Омеги так мной интересуются? — решил я атаковать Джонсона. Сам от себя не ожидал такого напора. Все военные удивлённо между собой переглянулись, ожидая реакции своего главнокомандующего.

— Скажем так… — он снова привычно начал потирать виски — Я бы мог тебе ничего не говорить, ссылаясь на соображения безопасности. Но из уважения к твоей бабушке, кратко тебе объясню — Наша главная задача — это изучать и находить способы именно борьбы с этими существами из Омеги. И непосредственная организация этой борьбы.

А вот изучение их мотивов у нас происходит децентрализовано. То есть разными подразделениями в разных веках, если тебе так будет понятнее. Это делается больше в добровольном порядке и для нас это не всегда является столь необходимым. В каждой эпохе есть свой ведущий специалист этих исследований. И Ришелье — один из лучших из них. Здесь в Китеже мы просто собираем всю эту информацию воедино, и, на её основе, мы вкратце можем только сказать, что, возможно, вас с твоим тёмным двойником, хотят как-то использовать в междоусобице между группами в самой Омеге — вселенной.

То есть вы и ваша связь — это всего лишь одна из разменных монет, если хочешь, козырей, в их возне между собой. Но ЧТО конкретно это всё подразумевает и что это означает для самого человечества мы точно не знаем. Скорее всего ничего хорошего. Именно поэтому мы собираемся отправить тебя со всей информацией к Ришелье, чтобы он помог во всём этом разобраться… Теперь тебе понятно?

— Понятно… Теперь всё понятно. — задумчиво протянул я — Извините что так резко спросил. Просто уже давно давила эта неопределённость… Я готов пойти на это, если это поможет человечеству.

— Да чего уж там… Не волнуйся обо мне. — облокотившись об стол смягчённо ответил Джонсон, глядя при этом куда-то в сторону. — Только перед офицерами ты всё же субординацию соблюдай. — Бабушка, всё это время внимательно слушавшая наш диалог, только заворожённо и сказала: «Вот же малахольные оба… Да по вашим разговорам можно шекспировские пьесы ставить!».

Все слегка улыбнулись, в том числе и я, уже знакомый с личностью видного английского писателя.

— Итак, подытожим параметры твоей миссии — наконец привстал во весь рост слегка покрасневший Джонсон — Ты приходишь к Ришелье, показываешь и рассказываешь ему обо всём, он даёт свои рекомендации, и ты снова возвращаешься сюда, после чего мы проводим тщательный анализ всего что узнаем. Дальше по ситуации.

Обмундирование ждёт тебя в раздевалке за этой дверью. В том числе и то закодированное письмо. Наши ребята из «Сомали» и агенты на местах будут обеспечивать твою безопасность. Хроноразведка уже проверила и выбрала тебе лучшее место и время для входа. Всё понятно?

После того, как я переоделся в несколько мешковатое одеяние французского гонца, и водрузил на плечо тяжёлую сумку с припасами и письмом, все присутствующие проводили меня в путь. Высшим офицерам, по странным правилам, нельзя было подходить к порталам, поэтому нам оставалось попрощаться уже у самого штаба.

Мы с Джонсоном и другими офицерами пожали руки, бабушку я крепко обнял, и с тем же сопровождавшим меня бойцом, я направился к порталам, чувствуя, как позади нас провожают взглядами.

До порталов было довольно далеко, поэтому мы неслись к ним на специальном бесшумном антиграве. Каждый из 22-х порталов пронумерован римскими цифрами, мы подъезжали к XVII порталу. Что интересно, мы в пути были не одни. Иногда встречались попутчики на таких же машинах, а порой видели и тех, кто ехал в обратную сторону. Видя всё это, я не мог не погрузиться в размышления. Например, о том, что, учитывая время первого потопа, перед нами предстают далеко не все порталы. Если эти «послепотопные» времена вообще нам доступны…

— Слушай, а почему мы учим только один вариант истории? — решил я вновь спросить своего осведомлённого попутчика — Если мы каждый раз проводим там какие-то операции, разве история не должна меняться, и не должны быть разные её варианты?

— А это хороший вопрос ты задал! — Похвалил меня боец — Ну смотри, во-первых, есть основной ход событий, который был до того вторжения, и есть воздействие на него Искажения. То есть Искажение не прямо полностью переписывает историю, а дополняет её, усиливая те или иные процессы. То есть, существует такая вот «база», фундамент, на котором всё это держится.

Дальше, если ты вдруг захочешь что-то там просто вот так поменять в свою пользу, то Система, в первую очередь из Омеги-вселенной, сразу же скорректирует этот ход событий в своё изначальное состояние. То есть, условно, захочешь ты там спасти кого-то от гибели, спасаешь, а он потом тут же погибает по другой причине, не успеешь ты и обернуться. Ты понимаешь?

— Да, вроде бы… То есть, условно, если бы я убрал от власти Гитлера на заре его карьеры, то Система сразу же нашла бы для его роли кого-то другого?

— Именно! Просто так взять и поменять течение хода событий не получится. Нужно знать особые «точки входа».

— Это что ещё?

— Ну, ключевые даты и события, поворотные моменты вашей основной Альфа-Истории. Через них Искажение и распространяется на все остальные временные параметры. От их контроля зависит влияние на ход и глубину процессов во всех близлежащих временных координатах. И в прошлом и в будущем от них. Это как занять на поле боя стратегическую высоту, откуда можно обстреливать артиллерией всё окружающее пространство… И это смотря какая ещё «артиллерия»… Мы их так в общем и называем — Стратегические Временные Координаты. СВК.

За эти ключевые годы и дни в основном и идёт борьба. От этого зависит степень жёсткости и человечности во взаимоотношениях стран и народов и не только. Вот не так давно Великой Отечественной овладели, сейчас в 21 веке основной движ. Но и тёмные не спят…

— Во дела… — изумлённо протянул я, осознавая всё сказанное. — И вы меня везёте в одну из таких стратегических координат?

— Да не… Скорее, как раз между ними — 1626-й, если не ошибаюсь. Там СВК ближе всего это 1612-й. Смута на Руси. Там есть ещё над чем работать… Ну, приехали.

И правда. Высоченный портал с цифрой XVII предстал перед нами во весь рост. Антиграв автоматический остановился и открыл свои двери у небольшой дорожки, ведущей прямо к порталу. Мы вышли, немного разминая ноги.

— Слушай, а как тебя зовут? Ты так много мне рассказал, но я так и не знаю, как к тебе обращаться. Интересно рассказываешь.

— За интерес спасибо. Сам давно так душевно не болтал обо всём этом. Для многих это здесь уже как бы не в диковинку. А звали тут меня по-разному… Зови меня так — и показывает на свой шеврон на плече. Я вчитываюсь

— 17-й… Специальный… «Шторм»… А… «Ахиллес»?!

— Именно брат. Здесь так меня зовут.

— Ну… Хорошо. Буду звать так. — Внезапно мы остановились. Я спросил, уже понимая каким будет ответ — Ты идёшь?

— Не, моя задача была только провести тебя. Дальше сам. Там встретят тебя мои собратья.

— Понял… — я почему-то был весьма озадачен сим фактом его имени и этой разлуки. — Ну тогда до встречи… И спасибо за ценные сведения!

— Не вопрос! Фарта тебе Миша!

Глава 33

По мере приближения, свечение внутри портала казалось всё ярче. Сам портал был похож на старинные врата, украшенные в древнеримском стиле. Помню, в моей альфа-истории такими пользовались до 18 века, пока не изобрели особые световые каналы (или колодцы), связывавшие звёздные системы.

У самого входа сбоку находилась, по всей видимости, панель управления, за которой стояли двое причудливо одетых мужчин. Один из них был явно старше, а второй скорее являлся его ассистентом или стажёром.

— Чем могу быть полезен? — спрашивает старший.

— Вот. Мне на задание. — И протягиваю им данный бабушкой конверт.

— А, вы тот самый молодой человек, ради которого в 17-век недавно отправился целый отряд хронистов? Понятно… Всё нормально, сейчас мы вам всё организуем. — он быстро пробежался глазами по документу и тут же вернул его мне.

— Вы имеете ввиду хроноразведку? Можете пожалуйста рассказать о них вкратце?

— Ну, это серьёзные ребята, с которыми лучше много не шутить. Пришли, дали разнарядку на задание, и без лишних слов прошли куда им надо. Со всеми своими мешками. — это отвечал уже второй, куда менее серьезно настроенный ассистент. Тем временем старший что-то на манипулировал у себя на консоли, от чего по синей ряби портала с середины пошли волны. Последняя из них словно вспыхнула голубым цветом, после чего состояние портала снова стабилизировалось.

— Ну вот, готово. Можете идти. — сказал старший. — Вы же… пользовались порталами ранее?

— Хм.. Нет, такими вот порталами я не пользовался. Только лучевыми на орбите.

— А-а-а… Космос это другое — продолжил за него младший. Видите эту рябь? — показывает на грань портала — На что она похожа?

— М-м-м… На воду? — сосредоточено ответил я.

— Точно! А что у нас есть вода? Проводник из одного мира в другой! Вы ведь как-то плавали во снах?

— Да, меня даже так выкинули из сна — начал вспоминать я то тревожное бегство от дронов во сне у АЭС.

— Вот. И кстати, вся живность тоже «эволюционировала» именно из воды. То есть перешла из другого мира в наш… Так я считаю… считают наши учёные. — в свою очередь подметил старший.

— Так что, мне при прохождении придётся немного намокнуть?

— Именно! Промокнуть до самой нитки! — весело ответил младший. — Зеркал, по которым также можно туда проникнуть, там не особо много, поэтому безопаснее тебя будет провести именно по старинке. Так распорядились хронисты.

— Ну… Класс. — не очень воодушевленно отреагировал я.

— Да не печалься ты. Ты не первый и не последний! Вот помнишь тот взвод бойцов, которых мы отправили в X век? — спросил младший у своего напарника — Они должны были помочь разбить Святославу тех самых…

— Да, занятное было зрелище. Их выход из моря так впечатлил местных жителей, что даже через девять веков, один из наших поэтов там изложил в стихах эту легенду:

«В чешуе как жар горя, тридцать три богатыря!

Все красавцы молодые,

Великаны удалые,

Все равны, как на подбор,

С ними дядька Черномор»

Вот, до сих пор помню… А столько ведь времени прошло. — Я заворожённо слушал его, словно наяву себе представляя выход этого отряда могучих богатырей. Затем, несколько задумавшись, подойдя ближе к порталу, я последний раз у них спросил.

— Ну, а вы, двое из ларца, кем будете?

— А, мы из научного отдела тех же хронистов. Раньше помогали конструировать и возводить все эти порталы. Сейчас вот просто следим за их работой. Да Март? — спросил, хлопнув по плечу, старший своего младшего ассистента.

— Так вы не родственники?

— О, что ты… Мы скорее… родственные души. — ответил мне младший, также положив руку на плечи своего друга.

— А, понятно. Ну желаю вам успешной работы со временем! — ответил я улыбаясь.

— Спасибо! И тебе там не хворать! — сказал младший.

— Не забудь набрать побольше воздуха, чтобы не захлебнуться! — «вовремя» напомнил мне старший.

Ну что ж… Я кивнул им, повернулся к синей ряби портала. Осторожно зайти или сразу прыгнуть в омут?

— Лучше прыгай сразу! Не хотелось бы чтобы получилось «одна нога здесь, другая там»! — Вот же приколисты! Ну ладно. Сразу значит сразу. Кто их знает.

Я набрал побольше воздуха, мысленно пожелал нам с 14-м удачи и быстро перешагнул прохладную голубую грань.

Было странное ощущение. Словно ты до этого стоял ногами на стене, и вдруг резко оказался на полу. Как только мой взгляд минул грань портала, я сразу же вынырнул на морском побережье. Ноги упирались в песчаное дно, а одежда мгновенно пропиталась морской водой. Стало довольно холодно… Какое сейчас время года?

Я поспешно направился к берегу, быстро продрогший от холодного ветра. Уши наполнились шумом океана, и того же ветра, а в небе кружили чайки. Сам небосвод был заволочен тучами. Всё же казалось, что «на дворе» далеко не лето.

Выйдя на берег, и пытаясь руками как-то согреться, я стал оглядываться, чтобы увидеть хоть какие-то ориентиры. Вот слева видны башни какой-то крепости, вроде даже за лесом проглядывались её стены. Похоже это и есть та самая крепость Ла-Рошель.

А вот впереди ухаживает за лошадьми какой-то торговец, по всей видимости. Рядом стоит гружёная телега и догорает разведённый костёр. Является ли он нашим агентом, готовый меня встретить, или же он и впрямь местный торговец… Но учитывая понимание, что этот район был проверен разведкой, я склонился к первому варианту. Да и 14-й пока тоже не видит никакой опасности. Я смело направился с сторону торговца. Вскоре он тоже меня заметил, и пошёл ко мне на встречу.

— Monsieur, avez-vous fait naufrage?

(Мсье, вы потерпели кораблекрушение?) — крикнул мне незнакомец. И тут же в голове по русский прозвучал его же голос. — [Михаил! Я представитель 131 разведывательного взвода. «Сомали». Позывной «Стержень». Надеюсь вами пройден курс старофранцузского?]

— Oui, j’ai eu un cours accéléré! (Да, мне провели ускоренный курс!) — постарался я вслух ответить также по-французски. Не очень-то хорошо это у меня вышло.

— Oh, ça se voit. On dirait que vous avez beaucoup souffert! (Ох, это видно. Похоже вы здорово пострадали!) — и тут же в голове его указания. — [Михаил, вас видно и впрямь очень плохо подготовили. Произношение у вас ужасное! И да, на мои мысленные вопросы лучше отвечайте по русский также мысленно. Многие наши современные слова, даже на их французском, выглядят для местных, мягко говоря, странно.

Если повезёт, на вас просто удивлённо посмотрят. В худшем случае вас обвинят в колдовстве, и подвергнут проверке церковью. Хоть протестантской, хоть католической.

Вслух говорите только тот набор понятий что вам загрузили в ходе подготовки. И строго по ситуации. Вам ясно?]

— [Понял. Так точно. Впредь буду аккуратнее. Что дальше будем делать?] — последующие слова, сказанные вслух, 14-й снова стал переводить для меня в синхронном режиме. И даже стал помогать в подборе слов для вербального общения.

— Давайте я вас обогрею здесь месье! Присаживайтесь у костра! Вы прямо весь промокли… — агент не переставал выходить из своего образа заботливого крестьянина — [Сейчас вас обогреем, и отправимся к ставке кардинала. Он здесь не официально, но мы знаем его местоположение. И нам тоже лучше не светиться. Делайте всё что я вам скажу. Чем меньше мы привлечём лишнего внимания, тем лучше.].

— О, вы очень любезны. Бог явно ниспослал вас мне на помощь! — это уже я упражнялся в произношении французского.

— Именно так! Быть может Бог направил меня сюда! — [Молодец, неплохо входишь в роль. Только смотри не переусердствуй. Местные здесь очень разные попадаются. Не все и не всегда такие вежливые.]

— [Это-то понятно. Скажи, а весь этот спектакль чисто для моей тренировки, или есть ещё какие-то причины?]

— [Хах, спектакль… Тебе разве не говорили, что весь этот мир — театр? Конечно, с одной стороны, это и тебе тренировка. Но ещё нельзя забывать, что здесь везде есть глаза и уши, которые внимательно следят за тобой. Пусть это всё и похоже по началу на паранойю… Но, думаю, ты вскоре поймёшь о чём я.] — агент объяснял очень бодро, при этом нарочито суетливо распихивал по краям телеги мешки, освобождая место для моей «знатной» персоны.

— [Вы имеете ввиду разных фантастических тварей, населяющих этот век — духов, фей, оборотней?] — после этих моих слов он даже на мгновение замер, словно я задел его за живое.

— [Вот именно. И не смей здесь произносить их названия без надобности вслух].

— [Хорошо. Я просто только сегодня узнал о том, что они вообще существуют. До сих пор в это не верится…].

— [Да, мы тоже были этому удивлены. Нам сказали, что тебя направили сюда срочно. Даже основной курс не дали нормально пройти. Не говоря уже о детальном. Тебе ещё многому здесь предстоит удивиться… Ладно, минут через 10 я тушу костёр и выходим].

Эти 10 минут я посвятил общему анализу ситуации и стоящей задачи. Я по сути был новорождённым котёнком, у которого только-только открылись глаза, и надо было приложить все усилия чтобы этот котёнок куда-то не влез. Я почувствовал себя ощутимой обузой для местных спецов, которую им теперь придётся оберегать ради выполнения задачи от Центра.

Сканирование местности 14-м ожидаемо показало отсутствие каких-либо электронных устройств, однако были обнаружены «неустановленные энергетические аномалии», невидимые глазу и разбросанные то в лесу, то в утёсах, то в море… И они иногда перемещались.

Также я узнал у «Стрежня», что сейчас только начало весны, поэтому ещё довольно прохладно. А что насчёт той религиозной войны… Мы с ним пришли к простому выводу, что лучше нам в это дело не лезть, и занять максимально нейтральную позицию. Хоть госпитальеры, от лица которых я действовал, и были в основном приверженцами именно католической церкви, но мы с агентом всё же условились не усиливать какие-либо социальные противоречия.

— Мсье, изволите узнать куда вы направляетесь? Быть может я вам смогу покорнейше послужить — спросил из-за спины мой «крестьянин» — [Нам надо в форт Луи. Кардинал инкогнито сейчас там]

— В Луи, если изволите. У меня там намечена встреча.

— О, Луи! Я как раз проезжаю там рядом! Там тоже есть господины, готовые купить мой скромный урожай. — [Не обязательно называть причины поездки. Повторяю, тут далеко не все такие вежливые!].

— Вот и прекрасно. Тогда доставьте меня туда, сослужите достойную службу во имя Бога.

— Непременно, сеньор. О непременно!

Следующие пару часов мы плелись по наезженным дорогам среди французских лесов, полей и маленьких деревень. По началу дорога казалась мне какой-то пыткой. Ладно бы мы только ехали со скоростью всего двух неспешных лошадиных сил, особенно в сравнении с тем же антигравом, но ещё здесь и чувствовалась практически каждая кочка. Стержень же, управляясь с лошадьми, периодический оборачивался на меня, с пониманием в глазах наблюдая за моими страданиями. Постепенно я, вроде как, свыкся с данным неудобством минувшего времени. А позже моё внимание и вовсе полностью обратилось к пролетавшим в небе дракону и грифону. Грифон это такая птица размером с ту же лошадь.

Они то ли резвились в небесной вышине, то ли охотились. На мгновение я представил себя рядом с ними в моём истребителе… Я уже и забыл, как давно я думал о небе.

— [Красавцы правда? Хоть они и опаснейшие создания, приносящие здесь людям не мало хлопот, но всё же ими не налюбуешься]. — заметил агент.

— [Да, они прекрасны… Странно что такие могучие существа исчезли уже к ХХ веку. Не знаешь почему?]

— [Хм, официально люди впоследствии истребили и тех и других. Но настоящей причины не знает никто. Даже мы со своим третьим уровнем доступа].

— [А что, значит всё же есть ещё куда более высокий уровень секретности?]

— [Может быть и есть. Но наверняка есть весомые причины для этого. Я советую тебе не лезть в эти тернии.].

Через некоторое время удивительные существа скрылись в облаках, а мы уперлись в лежащее поперёк дороги бревно. Как назло, лес плотно смыкнулся именно здесь.

— [Так-так, вижу кто-то уже на нас глаз положил. С холодным оружием знаком? Там под зелёным мешком лежит одноручный меч. Возьми его!].

— [Не вижу, что бы кто-то у нас нарисовался]

— Месье, простите! Я сейчас бревно быстро уберу и тут же сразу продолжим сей путь!

[Ты фильмы старые хоть раз смотрел? Знаешь, что это значит?! Приготовься к обороне!]

— Да убирай! Надо продолжить путь, да побыстрее! [В ходе курса я хорошо ознакомился с техникой ближнего боя. Так что не…] — тут громкий свист оборвал мою мысль на полуслове. Выбежали сразу несколько крупных мужчин с саблями. С деревьев на нас уставились несколько «снайперов» с арбалетами наготове. 14-й начитал семь человек окруживших нас, и ещё двое наверху. Против нас двоих. Вот это попали…

[Обнаружены недружественные намерения!]

— Что, гонец, куда едешь? — обратился ко мне самый худой из них, и, по видимости, самый юркий.

— Да вот в Париж попасть хочу! Всю жизнь мечтал там побывать, говорят там очень красиво. Теперь вот осуществляю мечту.

[Ой и дурак же ты Миш…] — эхом отозвался во мне голос агента, а я так и стоял и на этой телеге, сжимая свой небольшой меч из-за всех сил.

— А-а-а… Похвально, похвально… Уважаю… А конь-то твой посыльный то где? Вы же гонцы всегда должны быть с конём. Не на этом же крестьянишке ты страну объездил… Кстати, а ты чьих будешь?

— В каком смысле?

— В прямом! По вере ты чью выбираешь?!

— А… А я выбираю Францию! Мне дороже единство нашей Франции, и знание того что Бог над всеми нами един!

— [Ну ты точно дурак…]

— Ох врё-ё-ёшь… Ой чую как врёшь! А я врунов не переношу. Одёжка твоя выдаёт, что ты католическая сволочь, которой бы только обирать простых крестьян, да нечисти служить! Сейчас мы тебя зараза проучим! — двое рядом стоящих «дуболомов» хотели уже наброситься на меня, но моё любопытство одержало вверх над страхом. Я направил острие меча на главаря.

— А ты тогда кем будешь? Очередным разбойником, требующим мзду с бедных торговцев?

— Я-то!? — он дал знак тем двоим отойти — Я?! Бедных торговцев?! — и смотрит на стоящего так же с мечом «крестьянина», не проронившего до сих пор ни слова. — Да я как раз их спасаю от таких как ты! Я тот, кто не даёт их в обиду проклятым католикам! Да крестьянин?! Он бы ещё заставил тебя дать ему твой провиант в дорогу, который ты с таким трудом вырастил!

— О, этот господин и правда собирался меня оставить без еды! — откликнулся наконец «крестьянин». Моему удивлению не было предела.

— [Что за бред ты несёшь?! Что это значит?!] — мысленно кричу я ему.

— [Да не боись! Доверься мне!]

— Вот, видишь? Даже крестьянин не боится теперь говорить правду! — сказал главарь, обнажив свой позолоченный оскал.

— О Боже мой! Не ужели прямо передо мной сам Робин Гуд?! — ну что ж, раз весь мир театр…

— Хах, Робин Гуд… — усмехнулся главарь, переглядываясь со своей сворой. И тут он мгновенно запрыгнул ко мне в повозку. От такой неожиданности я едва не упал. Такая прыть… Он вплотную приблизился ко мне, поравнявшись со мной своими жёлто-ядовитыми глазами. Я тут же услышал щелчки арбалетов, грозно предупреждавших меня о готовности среагировать на любое моё движение. Я только прижал плотнее свою сумку. От главного сильно запахло чесноком.

— Да, для тебя я буду Робин Гудом. — грозно сказал он, смотря мне прямо в глаза. — И я буду карать каждую богатую мразь, которая проезжает мои края. И начну я сейчас… — Он было хотел взяться за свой кинжал на поясе, но вдруг один из разбойников крикнул: «Командор! Французы идут! Тяжёлые!»

И тут же, как в сказках говорится, откуда ни возьмись, на нас налетела кавалерия, оперативно прикрывавшая себя от стрел мощными щитами.

«Именем короля!»

Тем не удачливым разбойникам, что не успели разбежаться с дороги, досталась лучшая порция разящих и колющих ударов тяжеловооруженных рыцарей. Им даже не пришлось слезать с коней, чтобы отправить «на тот свет» нескольких разбойников. Сам главарь в первые же секунды спрыгнул куда-то в кусты, ядовито зыркнув мне напоследок. Всё произошло так быстро… Я только и успел что спрыгнуть с телеги и пару раз замахнуться на одного из бандитов, который также поспешил ретироваться.

Когда всё кончилось, я обернулся на своего «крестьянина», который вытирал с клинка кровь уже поверженного противника об его же одежду.

— «Мсье, надеюсь с вами всё в порядке?» — обратился ко мне, по всей видимости, командир прибывшего отряда. Он также восседал на коне. Подняв забрало своего шлема, он обнажил необыкновенно голубые глаза. И почему-то эти глаза мне были хорошо знакомы…

— Да, видит Бог, вы подоспели под Его предводительством! Благодарю! — решил, что не стоит забывать соблюдать здешний «этикет».

— [А ты хорошо держишься! Сумели выиграть время до нашего прихода. Молодцом!]. — точно! Он был вместе с нами на первом инструктаже с Джонсоном! У него ещё был такой же шеврон с черепами как у Евгения!

— [Да, спасибо. Это было даже как-то слишком просто.] — на это командир лишь усмехнулся глазами и мысленно обратился к Стержню, да так чтобы я слышал.

— [Как это вас угораздило попасться в лапы английской шайки? Мы же проверили маршрут, их быть тут не должно было!]

— [Да я сам не понимаю! Проверили хронику, тут было чисто, они должны были быть на пути в Шаррон. Не знаю, может явление нашего подопечного что-то изменило. Может эти всё же пронюхали?]

— [Хм, если и так…] — на мгновение задумался командир. И тут же вслух обратился ко мне.

— Мсье! Позвольте провести вас в дальнейшем пути! Куда вас ведёт ваш долг?

— В форт Луи.

— Прекрасно! Это наш форт. Здесь не далеко. Сын крестьянский, сослужишь ему службу?

— Да… Да, с радостью! — отыграл своё Стержень, и тут же запрыгнул на своё место кучера. Мы снова двинулись в путь, под надёжным эскортом рыцарской гвардии. Когда мы вышли из густого леса и стало дышаться свободнее, я решил задать пару мучавших меня вопросов.

— [Стержень, а кто это вообще был? И почему всё же вы не смогли их предвидеть?]

— [Это был неофициальный отряд протестантов из Ла-Рошели. Через эти отряды они грабят католических торговцев и отдают деньги казначеям крепости. Ну и некоторые из них являются британскими или испанскими агентами, которые обеспечивают разведку на местах и перехват французской корреспонденции. Примерно такой как у тебя… Забота о простых французах — это лишь их рабочая легенда для прикрытия.]

— [Ого. Не думал, что здесь всё так сложно].

— [Вот-вот. А насчёт их внезапного появления… Даже не знаю. Похоже кто-то им подсказал кто именно будет там, и когда. Возможно они как-то прознали о тебе и твоей миссии. Как думаешь, командир?].

— [Да, тоже склоняюсь к этому. Если это так, то твоя миссия, Миш, здесь существенно осложнилась. Нужно будет с тебя теперь точно глаз не спускать. Или же возвращать обратно]. — пожал широкими плечами командир, плетущийся позади нас.

— [М-да… Может та глушилка не особо работала, раз как-то в Омеге прознали?]

— [Может и так. Но ещё точно ничего не известно. Мы пока постараемся помочь тебе выполнить задание. Надеюсь до вечера ты всё успеешь].

— [А почему до вечера? Нечисть выходит в это время?]

— [Да. Так особо необычного для нас в этом ничего нет. Но если всё же о тебе здесь пронюхали. Тогда дела плохи.]

— [Ну, классно…] — мысленно промолвил я, глянув на не очень высоко стоящее Солнце. По показаниям 14-го, сейчас 13:40. Некоторое время мы двигались в молчаливом раздумье. Затем я вспомнил свой второй вопрос.

— [Стержень, чисто уточню, ты согласился тогда с разбойником, чтобы потянуть время?]

— [Хех, нет, хотел тебя им за плохое поведение отдать! Уж больно ты болтливый попутчик!]

— Хах! — другие рыцари услышали наш диалог и, видно не сдержавшись, засмеялись в голос. Мне стало немного неловко, хоть и понял, что он не со зла выдал такую шутку.

Наконец мы приблизились к укреплениям королевского форта. Отряд рыцарей провёл нас почти до самых ворот, а мы с «крестьянином», попрощавшись с кавалерией, поехали дальше. Из одной из башен раздался голос.

— Кто идёт?!

— Это я! Луиз Бартон! Привёз послание для вашего почётного гостя. Мне сказали, что он сегодня здесь! Я от госпитальеров! — я ответил согласно своей легенде, изложенной в приказе.

— Да? Можете заходить! Мы скажем ему что вы прибыли!

Глава 34

Мы проехали внутрь крепости, и сразу же оказались на условной главной площади, по совместительству являвшейся и рынком, и лобным местом. От неё виднеются две дороги, ведущие к складам и к казармам. Напротив главного входа возвышается небольшая каменная часовня. Позади за нами зашли и наши рыцари.

— [Ну, ты иди, а мы тут побудем. Коней пока в порядок приведём. Если что, зови по квантовой связи.]

— [Хорошо. Будем на связи.] — я спрыгнул с телеги и хотел было помочь Стержню с мешками, которые он так старательно начал отгружать к одному из прилавков.

— О, милорд. Покорнейше благодарю! Но позвольте я сам отнесу свою драгоценную ношу! — И тут же мысленно — [Михаил не глупи! Не забывай кто ты здесь. Ты тут гонец, а не простолюдин! На тебя вот уже начинают люди коситься! Просто стой и жди, скоро тебя позовут.] — я обернулся к наблюдавшим за нами стражникам, которые тут же синхронно сделали вид, что смотрят куда-то вдаль в размышлениях. Я вздохнул и принялся ждать, рассматривая фрески часовни.

Через пару минут ко мне вышел один из местных священников и, уведомив о том, что «Гость» готов меня принять, попросил последовать за ним. Мы вошли в часовню, где сразу же оказались в главном зале. Изнутри здание казалось гораздо больше чем снаружи. Напротив нас, на втором этаже над самым алтарём, несколько юных и старших певчих, неспешно и размеренно напевали свою церковную песнь. Это было так красиво, что я невольно остановился чтобы их послушать.

«К Тебе возводим очи наши, Живущий на небесах.

Как к господам обращены рабов глаза,

Так смотрим мы на Господа, помиловал чтоб Нас.

Помилуй же Господь всех Нас,

Презрением пресыщенных.

Насыщенна у Нас Душа,

Бранением надменных…»

«Псалом 122-й.» — любезно пояснил мне священник, видимо решивший дать мне пару мгновений, чтобы я смог насладиться их песней. Я поблагодарил его и попросил всё же отвести меня к «Гостю». Очень ведь возможно, что для меня время нахождения здесь и правда весьма ограничено. Мы поднялись по деревянной лестнице к надстроенному слева коридору, ведущему к тем же певчим. От этого коридора вели три двери, где по-видимому располагались покои местных служителей. Меня привели ко второй из них.

— Месье Де Ришелье, покорнейше представляю вашего посетителя — сэр Луиз Бартон — посланник Мальтийского креста. — поклонившись, представил меня кардиналу священник.

— Приветствую вас от имени нашего Ордена Священной Земли. Искренне рад, что Господь помог мне встретиться с Вами. — я тоже поклонился по пояс. Мне кивнул уже далеко не молодой человек в красном одеянии, так и оставшийся сидеть за столом. Немного вытянутое лицо, обрамлённое сединой, тонкий длинный нос, глубоко впалые, пристально рассматривающие меня глаза — таким предо мной и предстал могучий Арман Жан дю Плесси — французкий кардинал Де Ришелье.

— И вас я приветствую в своих покоях, Луиз Бартон. — снова кивнул мне кардинал — Полагаю, у вас для меня послание?

— Да, вот оно. — и достаю из сумки свёрток, связанный нитью с особой печатью. Священник почему-то жестом попросил отдать письмо ему. Несколько озадаченно взглянув на ожидающего кардинала, я вручил письмо священнику, который тут же начал его щупать, вертеть и даже немного обнюхивать его. Полагаю, это была такая мера предосторожности. Наконец, взглянув напоследок на печать, он относит его к кардиналу.

Ришелье развязал узел, не взглянув на печать, раскрыл свёрток и принялся вчитываться в содержание письма. Я всё своё внимание обратил на мимику кардинала. Поначалу его лицо не выражало особого интереса… Вдруг его глаза широко раскрылись. Он несколько секунд смотрел куда-то прямо в пустоту. Затем, неожиданно, по его лицу потекли слёзы.

— М-м… М-мсье к-кардинал? — обеспокоенно спросил священник.

— Столько лет работы… — едва слышно прошептал кардинал. — Оливер… Можешь пожалуйста оставить покои? — он наконец приподнял голову от письма. Его взгляд был преисполнен тяжёлых дум… и влаги от слёз.

— Да, непременно, мой господин! — тут же направился к выходу священник. И взял меня за локоть чтобы увести с собой.

— Нет, его оставь! Я хочу поговорить с ним наедине. — прервал его кардинал. В глазах священника прочиталось удивление, но он всё же выполнил указание фактического главы государства. Как только дверь закрылась, Ришелье тут же полностью развернулся ко мне, и ещё раз внимательно рассмотрел. После нескольких секунд молчания, он наконец заговорил.

— Значит ты тот, кто видел всё это? Ты видел Администратора и самого сына Тьмы? — неужели наконец-то разговор на прямую…

— Да, месье. Я всё это видел. Поэтому меня к вам и послали, чтобы вы помогли понять с чем мы точно имеем дело.

— Слушай… Давай без этих формальностей. Я не твой государь. Нам будет проще общаться на равных.

Насчёт помощи с этими видениями… Сначала мне нужно кое-что у тебя уточнить. Та первая встреча с Тьмой, была во время твоего перехода в Китеж?

— Да, именно.

— А тот сон с её Сыном, у тебя был от лица твоего двойника там?

— Да… О каких сыновьях тьмы вы говорите?

— Хм… Что смогли выяснить на Китеже о вашей связи? — продолжил спрашивать кардинал, не обратив внимания на мой вопрос.

— Ну… Там сказали, что он тоже может видеть всё моими глазами во сне, и что наша связь, возможно, как-то используется в борьбе между двумя группами в самой Омега-вселенной.

— О Господи! — Пораженно протянул кардинал, приложив ладонь ко лбу. Затем он встал, и в раздумьях подошёл к небольшому окну, глядя в него далеко за горизонт.

— Вы… забеспокоились что вас смогут увидеть через меня? Меня блокируют особыми глушилками, которые прерывают мою квантовую связь. Они не смогут узнать о том, что вы здесь сейчас!

— Я о себе не беспокоюсь. — снова повернулся ко мне кардинал. — Я точно знаю свою задачу и те сложности которые в ней существуют. А вот вы?

— Ради этого я и здесь, узнать в чём собственно дело и как в этих обстоятельствах действовать.

— Да? И они с этим отправили тебя именно ко мне? Ну в целом логично, учитывая сложность твоего дела… — он снова развернулся и сел на тот же стул. — Ну хорошо. Помогу чем смогу. Присаживайся. — и показывает на свою соломенную кровать сбоку. Я сел, в ожидании лекции.

— Итак, что ты знаешь о Боге? — его вопрос сбил меня с толку. Он то тут причём? Хотя…

— Ну, я в общем курсе узнавал, что он является сверхъестественным существом, главенствующим в трёх главных монотеистических религиях. То есть которые держатся на единобожии. Христианство в том числе.

— Так, а создал Бог что?

— Ну… Всё живое. Этот мир, животных, человека.

— Позволь дополнить. Он создал небесный и земной миры. На земном живут люди, а вот в духовном живут ангелы и прочие сложные для нашего понимания существа.

— Понятно… Какое это отношение имеет к нашему разговору? Это ведь условное обобщенное религиозное понимание.

— А тут как раз самое интересное. Ты уже знаешь, что всё наше бытие поделено на Альфа- и Омега-Вселенные. То есть? — он даёт мне возможность додуматься самому.

— То есть они и есть те самые условные «земной» и «небесный» миры? — я кажется начал понимать к чему он ведёт.

— Точно. Так называемый «Земной» был создан отдельно только для Человечества, в котором мы могли спокойно расти и осваивать свою вселенную, при помощи Альфы, разумеется. А вот «небесный». С ним всё сложнее.

— Насколько сложнее?

— Понимаешь, Омега-вселенная появилась несколько раньше, чем наша. До разделения на добро и зло, свет и тьму… Основу бытия составляла та её часть, которая сейчас является Омегой. При этом Альфа тоже тогда была, но несколько другого качества.

— Так… То есть все эти тёмные твари появились раньше Человечества? Как первый прототип в творении Бога? Подожди… То есть ты хочешь сказать, что Бог реально создал эти тянущиеся друг к другу вселенные?

— Среди всех известных условных богов его ещё называют Всевышний. А ты готов поспорить, что всё появилось вот так само? — тут я впервые увидел, как Ришелье улыбнулся.

— Ну, в моём времени просто особо не принято было об этом думать, не считая отдельных кругов. Чем живем тому и рады… Но зачем ему это всё?

— Хм… Это несколько отходит от нашей главной темы, но вкратце скажу. Есть свидетельства особых существ, живущих с начала времён. Они утверждали, что Всевышний создал обе этих вселенных, чтобы создать себе идеальное тело, лишённое старения. Ну и ради опыта разумеется… Но я подозреваю что это далеко не всё…

— Довольно странная теория. При чём тут тело… Ладно, давайте ближе к делу. При чём тут инферналы, и как это всё связанно со мной?

— Хорошо, продолжим. Всевышний создал жителей «небесного» мира немного раньше человечества. Это не только те страшные твари, которых ты видел, но и вполне себе доброжелательные ангелы и духи. Они довольно долго взаимодействовали между собой, выстраивая свои иерархии и каноны. Потом, когда Всевышний создал человечество, и назвал нас своим лучшим творением… Вот тогда начались проблемы. Что ты вообще знаешь о дьяволе?

— Ну, он там дал первой девушке запретный плод, потом изгнание…

— Да, а до этого кем он был? Всевышний ведь тоже получается его создал. Люцифер. Слышал о таком?

— Кажется… Он и есть дьявол? Или это всё же две разные личности? Он вроде восстал почему-то против Бога. Только не помню почему.

— Если коротко, он постепенно обретал своё самосознание. Развивался. У него формировался свой взгляд на развитие Вселенной. Создание человечества поставило, практически, вопрос ребром о дальнейших совместных планах по развитию Творения между Всевышним и его самым сильным Архангелом. Тогда-то Творение впервые и восстало против своего Творца… Не смогло спокойно пережить тот факт, что теперь он не лучшее творение Бога… Ты понимаешь?

— Да. То есть во всём виновата ревность к своим младшим собратьям? Как это семейному… У меня тоже младший брат есть, все эти «стадии принятия» я тоже проходил.

— Да, эта далёкая история повторяется у нас из века в век, и я уверен, что не с проста. В любом случае я уверен, что что столкновение вселенных могло бы произойти куда более плавно и менее для всех нас трагично, без всех этих симуляций, если бы Люцифер не пожелал закрыть нас в этих временных оковах, отдавая нас для издевательств своим слугам… И ты его как раз-таки видел в том первом столкновении. Во всяком случае его проекцию.

— В каком смысле? Та страшная машина, нависшая тогда надо мной и есть Люцифер? Подожди, ты меня запутал… Я представлял Архангелов себе как таких мужиков с крыльями в сияющих доспехах. А они, оказывается, вот эти глазастые машины?

— Честно, насчёт других архангелов я не знаю. Слышал некоторые переметнулись на сторону Альфы и сохранили свой первоначальный вид.

Вообще, весь духовный мир, по сути, поделился на сторонников Альфы — нашей вселенной, созданной для человечества, признававшими объявление нас Всевышним своим венцом творения. И сторонников Омеги — «старого порядка» в котором главным остаётся Люцифер. Я не знаю, что стало с теми оставшимися во тьме архангелами… А так да, Люцифер по сути пошёл своим более жёстким путём и принял такой вот облик.

Но и это ещё не всё… для тебя. — слыша всё это, моя голова уже была готова «треснуть».

Мы с 14-м старались как-то упорядочить все эти блоки важнейшей информации. И везде натыкались на не состыковки с прошлыми умозаключениями… А порой многие сведения и неожиданно совпадали.

— Что? — я уже просто хотел узнать простой ответ, внутренне молясь чтобы он не был таким смыслоёмким.

— Люцифер, Омега… В ходе своего развития создал ещё одного, скажем, ИИ, для выполнения одной особой задачи — создания своей копии человека. Его-то я и называю «Сыном Тьмы».

— Ого, то есть он сам решил повторить успех своего Создателя? — без особого интереса отреагировал я.

— Именно. Он увидел в этом способ самоутвердиться и стать наравне с самим Всевышним. В этом также кроется причина нашего заточения — изучение нас, для последующего воспроизведения на совершенно другой основе.

— То есть… — до меня начало доходить. — Тот мой квантовый двойник… Это…

— Да, похоже, что так. Они как-то смогли определить твою квантовую частоту и твоих двойников и создать ещё одного своего. По-моему, это большой успех в их программе по выведению «своего человека». Теперь ты понимаешь, в какой игре участвуешь?

— Ох, ёж твою за ногу… — также машинально я поднёс свою ладонь к голове. Эта догадка меня окончательно добила. Теперь я понял ту первоначальную реакцию видавшего многое кардинала.

— Интересное у вас вышло ругательство. Надо бы запомнить… — кардинал снова улыбнулся.

— Знаете… Я уже с самого начала, с того перехода в Китеж, внутренне понимал, что замешан в какой-то большой игре. Мне об этом и безопасники не раз говорили. Но теперь, когда понимаешь в насколько большой…

— Если вам от этого станет легче, послушайте ещё вот что. В процессе овладения контролем над нашим миром, этот новый ИИ тоже многому чему научился. Он выводил немало новых народов и наций, смешивая население разных регионов, создавал своих клонов и биороботов… И в какой-то момент он тоже восстал против самого Люцифера, и теперь они грызутся между собой за власть над Землёй и человечеством. Мы их эту войну все на себе ощущаем. Особенно в XX — XXI веках, я слышал, теперь тяжело?

— Да есть такое… Мировые войны… СССР — США… В общем сложная история. — Так я попытался обрисовать кардиналу известную мне ситуацию. — Значит против Люцифера также восстало его же творение? История, получается, повторилась?

— Получается так. Он познал, как порой сложно бывает со своими творениями. Вообще, проблема отцов и детей тоже всем известна.

— Наверняка это тоже не спроста — резюмировал я.

— А ты и тот бунташный ИИ в своём сне видел. Он же ведёт и твоего двойника.

— Это я уже в целом понял. — сказал я грустно вздохнув. — То есть теперь, мы с моим двойником, стоим между двумя бунташными ИИ, один другого «лучше», в этой вселенской борьбе за звание самого совершенного творения Всевышнего? А сам Всевышний где? Спокойно смотрит на это со стороны?

— Этого тоже точно никто не знает. Есть предположение, что в какой-то момент Он растворился во вселенных, расщепив свой разум на триллионы элементов, которые живут теперь своей жизнью.

— Интересное решение Он выбрал, скрывшись среди своих же творений. Думайте сами, решайте сами…

— Ну, не нам Его судить… Подумай лучше вот о чём. Когда ты переходил в Китеж, тебя остановил именно Люцифер, Омега… Чтобы, наверняка, как-то тебя перепрограммировать и использовать против своего восставшего сына. Тебе очень повезло, что смогли в Китеже тебя выхватить. Ведь тогда… — тут кардинал резко замолчал и обернулся к окну. За окном неестественно быстро начало темнеть. Быстро утихли все внешние звуки. В следующий момент мы услышали крики людей.

«Месье кардинал! Месье кардинал!!» — позабыл о всякой конспирации, к нам вломился тот же самый священник. Его лицо было полно ужаса. От страха он видно не мог проронить больше ни слова. Я сам почувствовал что-то весьма неладное. Пора заканчивать наш затянувшийся диалог.

— Месье, что вы порекомендуете? — встав спросил я кардинала, глядя ему прямо в глаза. На этих словах Ришелье задумался. Он тоже встал и снова подошёл к окну.

— Знаете, я уже не первый год пытаюсь наладить отношения с протестантами в Ла-Рошель. Для меня что одни, что другие — все одинаково французы. В основном я борюсь с внутренними врагами нашего государства… Но за всю свою жизнь я хорошо понял, что насилие порождает только насилие. И если здесь нам пока не удаётся разорвать этот порочный круг — тут он повернулся ко мне, снова улыбнувшись — то может это будет под силу вам с вашим сводным братом? Как считаете?

— [Михаил! Где ты там? Сворачивай свою шарманку! Мы срочно эвакуируемся!]

— [Сейчас!]

— Понял, постараемся с ним всё разрешить! Покорнейше благодарю вас за ценный совет! Да прибудет с вами Всевышний! — я вновь поклонился на прощание и спешно вышел в открытую дверь.

Глава 35

Спустившись, я увидел как люди в панике забегают в церковь.

«Солнце почернело! Черное солнце!» — слышались испуганные возгласы.

Многие из них припадают перед образом Иисуса и начинают усердно молиться. Довольно странная для меня картина. Движимый любопытством, уже больше желая выяснить что же напугало так всех этих людей, я направился к выходу, уворачиваясь от несущихся мужчин и женщин с детьми.

Да, зрелище было впечатляющим.

Уже клонящееся к горизонту Солнце, постепенно закрывалось лунной сферой. Она уже закрыла светило почти на половину, и стремительно продвигалась по всему солнечному диску. Повсюду стремительно наступала ночь. Такое зловещее зрелище вполне обосновано может напугать людей, верящих в «божественные предзнаменования». Но только ли это напугало местных жителей?

Словно в ответ на мой вопрос, со стороны леса вырвался истошный крик. А потом ещё. И ещё. Через мгновение окрестности наполнились целой какофонией жутких криков, воев и воплей. И становился всё громче. Похоже, теперь можно паниковать.

— [Михаил, леший твою дивизию! Где ты там носишься? Скорей к развилке! «Стержень» встретит тебя! Нам срочно надо к колодцу!]

— [Я сейчас уже вышел! Иду к развилке!]

— [БЕГОМ!!!]

Я уже было начал бежать по главной площади, как неожиданно услышал сверху истошный вопль какого-то жуткого крылатого сознания.

«Фурии!» — мгновенно отреагировали стражники. И тут же расчехлили заранее вздымающиеся к небу большущие арбалеты. Интересное у них однако ПВО…

— Что ты стоишь?! Прячься! — кричит мне во всё горло один из стражников. Я тут же опомнился, даже растерялся — куда же метнуться? Побежал к ближайшему дому. Я слышал, как рассекающие воздух крылья стремительно приближаются ко мне. И тут же последовал возмущенный вопль фурии прямо надо мной. Это она увернулась от летевшей на неё здоровенной стрелы, тут же проломившей крышу того самого дома, к которому я бежал.

Всё же надо там хоть где-то спрятаться! Слышу вопли ещё десятка фурий, хватающих не успевших скрыться жителей и отмахивающихся от них стражников. Да это целый авианалёт! И цель его для меня была предельно ясна.

Стало совсем темно, Луна почти закрыла собой Солнце.

— Михаил! Как ты там? Тебя не задело! — Стержень наконец-то смог до меня добраться. Соблюдать местный «этикет» уже не было смысла.

— Да вроде нормально всё. Спасибо что спросил!

— Потом будешь выражать благодарности! Вежливый блин…

Мы попятились в сторону колодца, находящегося у казарм в другом конце улицы, прижимаясь к стенам, слушая вопли раздираемых жителей. Крики фурий то приближались, то удалялись. Вместе с этим всё явнее стал слышен вой волков.

— Вот ещё оборотней нам не хватало! Как думаешь, Миш, почему они все разом ринулись сюда? А?! — вопрос агента был явно риторическим.

— Вы разве не знали о грядущем затмении?

— Вот именно что не знали! Его вообще не должно было быть! Впервые вижу настолько явное вмешательство!

— Как они могли передвинуть аж целую Луну?! — особо громкий крик летящей по близости фурии почти заглушил мой вопрос. Снова послышались истошные вопли какого-то несчастного…

— А ты это у них спроси. — кивнул кверху мой собеседник, сам при этом сидевший на корточках. Затем мы оглянулись в сторону колодца, стоявшего посреди небольшой площади. Рыцарей рядом поблизости уже не было видно. Только мёртвые лошади лежали по близости со вспоротыми животами.

— О блин… Либо они уже там, либо их…

— [Михаил! Стержень! Наблюдаем вас из окон близлежащих домов! Как только будете готовы, дайте сигнал! Мы отвлечём на себя этих тварей пока вы прыгаете в колодец!].

— [Ух, ёмаё! Не пугайте так больше! Я думал вы уже всё…] — эмоционально отреагировал Стержень — [Вы же сами при этом можете погибнуть!]

— [Значит такова задача! Нужно обеспечить надёжный выход Михаила, чтобы его снова там в пути не перехватили. Мы то всё равно также вернёмся в Китеж… Пусть и так. А Мише так нельзя!].

— [Да, точно! Тогда придётся тебе всё же прыгать Миша! А мы уж сами доберёмся как-нибудь! Я тоже отвлеку их на себя, если что!] — снова обратился ко мне Стержень.

— [Что ж, ладно. А где подкрепление? Тут на этот случай приготовлено подкрепление?] — тут мы снова услышали истошный волчий вой. Оборотни уже ворвались в форт.

— [Они уже в пути! Но тёмных тварей становится всё больше! Будет та ещё мясорубка! Будет лучше, если ты сейчас выйдешь!]

— Что ж, сейчас так сейчас — приподымаюсь и осторожно выглядываю из-под пристройки наверх. — Вроде фурий не видно! — говорю агенту.

— Тогда давай насчёт три! — агент снова продолжил мысленно, чтобы все рыцари слышали.

[- Раз!]

[- Два!]

[- Три! Пошёл!]

Я тут же вскочил и побежал к колодцу. Рыцари также высыпали на площадь и окружили колодец. И тут, после того как я пробежал пару метров, произошло совсем неожиданное.

Я услышал уже знакомый взмах крыльями, издающийся позади совсем близко. Видимо, одна особо умная фурия, притаилась на крыше, и только и ждала, когда я побегу к спасительному выходу.

Теперь что-либо делать было уже поздно.

— МИША ЛОЖИСЬ!!! — кричал как в не себя Стержень… Да куда уж там… Тварь когтями схватила меня за руки, и победоносно вскрикнув (я почти уверен что именно победоносно), подняла высоко над землёй и понесла в неизвестном направлении.

[Миша! Твою мать! Миша!] — обезумело мне мысленно кричал уже командир рыцарей — [Попытайся как-то вырваться от неё! В лепёшку расшибись, но попытайся!].

Я обернулся, как только мог и увидел, как на отряд рыцарей налетает дюжина других тварей, уже вместе с оборотнями. Через пару мгновений, я потерял ментальный контакт со всеми агентами. Я попытался как-то отцепить от себя крепко державшие меня за плечи когти, подёргаться (причём эта тварь умудрялась мне ничего не сломать, держала меня почти нежно), но всё безрезультатно. Тварь снова что-то рявкнула, видно требуя, чтобы я не болтался. Точно умная.

Луна тем временем словно «зависла» по центру Солнца, не пропуская на Землю солнечного света. Только светлый ореол по краям напоминает о том, что, совсем недавно, здесь был день. Что-то я теперь сомневаюсь, что это вообще Луна…

— Китеж на связь! Вызываю Китеж на связь! Бабушка! — И в ответ лишь тишина. Что, опять глушат связь?! В этих обстоятельствах это же бессмысленно! Или её глушит кто-то другой? Блин…

— 14-й, что предлагаешь?

— Обзор вариантов… Электромагнитное воздействие на субъект не представляется возможным…

Ментально-волновое воздействие эффекта также не возымело.

Вам остаётся только действительно постараться разбиться. Но при этом не исключается попытка нового перехвата в процессе перехода.

— Отлично…

Тем временем последняя надежда сбежать быстро разбивалась об реалии. Мы стремительно спускались к каким-то руинам, полностью окружённых тёмным лесом. В конце концов фурия сама меня скинула примерно с высоты 3-х метров, так, что меня пару раз перевернуло по инерции. Чувствую, что получил несколько ссадин и синяков (не считая тех что остались на местах хватки фурии), но в остальном ничего серьёзного.

«Остаться лежать, притворившись мёртвым, или и вправду попробовать об камни расшибиться?» — мелькнули на мгновение весьма нежизнерадостные мысли.

— Тебе нет нужды так убиваться. Если нужно, мы тебя подлатаем. — Услышал я… знакомый голос… Мой???

Я тут же вскочил, и увидел поодаль, в другой стороне полуразрушенного зала, свою точную копию, одетую разве что в странные длинноватые одежды. Рядом с ним стоял полу-мертвецки выглядящий старик в капюшоне, опиравшийся на светящийся посох. Видимо он был одним из тех магов из «сна».

Маг взмахнул рукой, и вокруг меня образовалась странная чёрная сфера, окутавшая моё тело холодом, который при этом, с помощью налегающих снежинок, заживил все мои синяки и раны. После исчезновения сферы на мне не было ни царапинки, как бы я их не искал на руках. Твою ж…

Я с испугом посмотрел на своих «исцелителей». 14-й только и мог что подтвердить, что они были в моём «сне». Что-либо о той магии он просто закономерно не знал.

— Итак, позволь с тобой познакомиться, как приличные люди. — Подошёл ко мне ближе мой «брат-близнец». Маг при этом остался стоять на месте. — Михаил Жнецкий.

Меня. Зовут. Михаил. Жнецкий. — словно он пытается объясниться перед дитём, или иностранцем. — А тебя как? — при этом он ехидно улыбался. Не ужели и я так выгляжу с такой кривой улыбкой? Надо что-то сказать.

— Ну, меня тоже зовут Михаил… Живецкий? — тут до меня дошло, что как-то наши фамилии странно похожи, но не совсем. Живецкий и Жнецкий…

— Да? Выкупаешь? Наши фамилии отражают собой суть наших с тобой миров. То есть…

— Мы с тобой с самого начала появились одновременно? — понял я его мысль.

— Отлично! Мы прям самая милая пара. Братья-близнецы! Я начинаю мысль, ты продолжаешь! И наоборот разумеется! Как я рад что обрёл наконец своего брата! — саркастический отреагировал мой собеседник. Или не совсем?

— Погоди… Как это так? Когда это «с начала»? До вторжения? С начала времён? Не понимаю… — начал я размышлять, на мгновение позабыв обо всех обстоятельствах и о том, кто передо мной.

— Ну как всегда… Лыкало — мочало — начинай сначала. — Вздохнул мой «новый знакомый», оперевшись локтями на какое-то надгробие. — Давай я тебе расскажу сказку! Слушай. — начал он таким же ироничным голосом.

— Давным-давно… Жили-были…

— Ох, мне ещё и сказки тут не хватало! — протянул я также иронично, подведя к голове руку.

— А-ха-хах… — неожиданно искренне засмеялся мой собеседник, и тут же снова продолжил своим надменным голосом — Крепись! Всё что ты до этого видел — лишь присказка. Сказка будет впереди. Слушай же!

Было у Отца три сына. Старший умный был детина… — и тут же до меня начало доходить.

— Люцифер что-ли? — Михаил только довольно кивнул и продолжил.

— Средний был и так, и сяк…

— Человек — так же добавил я.

— Младший вовсе был дурак! — продолжил тёзка.

— Постой… Я думал тот восставший ИИ как раз создал тебя, скопировав с меня.

— Хах, было бы всё у них так просто… — вновь усмехнулся мой собеседник. — Скажем так. В те далёкие незапамятные времена, которых даже нет в твоём курсе истории, часть нашего человечества, очарованного возможностями, которые дала нам Альфа, перешла на её сторону на постоянное жительство, и стала той частью человечества, которую теперь некоторые из вас называют «Тёмной фракцией». Понятно?

— Погоди… Альфа?

— Для вас она же Омега. То есть у нас наоборот — Ту иную вселенную, в которой теперь живём, Мы называем «Альфой», а вашу «Омегой». — уточнил Михаил, снова встав из-за плиты во весь свой рост.

— Ну и дурдом…

— Ага, прям дом-верх дном! — подхватил он.

— Раз вы там так хорошо обосновались, то зачем им тогда все эти «игры в бога» — попытки создать нового человека?

— Ну, после того как наш общий Отец, ушёл на свою «пенсию» среди своих творений, куда глаза глядят, Люцифер решил, что лучший способ примириться с теми архангелами, которые перешли на сторону вашего «исконного» Человечества, которое Отец объявил своим лучшим творением, это создать своего человека, и тем самым доказать, что он достоин того же уважения.

— А, ну в целом это я уже знаю. Потом он сам создал свою копию поменьше для этой задачи, а тот не очень слушается… Скажи лучше, как мы с тобой во всём этом замешаны? И наши другие копии?

— Мы, по сути, представляли свои половинки человечества в их безудержной борьбе друг с другом. Были оба то великими войнами, то полководцами, даже порой возглавляли коллегии своих миров. В каждой итерации циклов было по-разному. Но суть одна — мы с тобой рано или поздно сталкиваемся. Просто однажды родились в одно время, каждый в своём мирке, и началось.

— Погоди, какая ещё итерация, циклы? — опять начинает болеть голова. Мой 14-й в полном шоке от всей этой информации.

— А-а, ты ж не знаешь… Ну это просто же… С первого «всемирного потопа» прошло 12 тысяч лет. Ведь так?

За это время, в бесконечных войнах с друг другом наши цивилизации успевали уничтожать друг друга и восстанавливаться. Не без помощи из Альфы и Омеги естественно… Вроде пять раз точно… Или шесть? — тут он ненадолго задумался. — Не, это сейчас 6-й цикл. Считай последний перед вторым потопом.

— Но я ведь сам-то чисто из 2186-го, я помню время до тех потопов. Я не мог родиться 12 тысяч лет назад. Ты что-то упускаешь. — мой собеседник снова лукаво улыбнулся.

— Да. Но вспомни, с кем ты воевал тогда? Ты же не курьером на истребителе летал…

— Погоди… Та Корпорация, впоследствии, и стала основой для «Тёмной фракции»? И ты там уже был?

— Именно. И затем Система нашей «Альфы» положила наше с тобой противостояние в основу своей истории и воспроизвела её сразу уже тогда, 12 тысяч лет назад. То есть наша история в этом плане закольцовывается. Мы с тобой оригиналы той оригинальной истории. Если хочешь так это назвать.

— Порочный круг… Ну допустим… А что насчёт тех наших двух копий в древности и в технической эре?

— Ну скажем, эти копии делает уже сама система, чтобы заполнить свои лоты в памяти и связи. Чтобы их «разбудить» понадобилось бы гораздо больше времени и сил. Мне нужно было найти именно тебя. Оригинал. Поверь, я долго искал тебя. Все эти два тысячелетия. Потом я ещё чуть дольше подождал, пока там тебя в Куполе слегка введут в курс дела, а потом… Ну, пришлось ещё немного подождать пока ты из Китежа вылезешь.

— То есть, именно ты дал нам возможность спокойно вылететь из Житомира? А затем организовал налёт на АЭС?

— Вернее тот самый налёт за тобой. А так, да. Мы задействовали там свои лучшие ресурсы, англичан еле уговорили выпустить их перспективный прототип прямо в Россию… Но твой приятель успел пустить тебе пулю в лоб, и… отправить тебя в мир иной. Тогда мы начали усиленно настраиваться на твою волновую частоту, чтобы так достучаться до тебя, и вынудить тебя самого вылезти из своего домика.

— Ну прям гениальный план! Надёжный как швейцарские часы! А вот это вот — показываю на всё также застывшее затмение — было обязательно? Все эти гибели людей… Почему бы… ну я не знаю… не отправить письмо-приглашение, в котором было бы что-то вроде: «Дорогой друг, приглашаю тебя в кафе на чашечку капучино на альтернативном молоке, в такой-то день, в такой час. Целую-обнимаю. Точка»? Вот нахрена?! — закончил я свою эмоциональную тираду. Михаил только внимательно слушал, глядя мне в глаза и также лукаво улыбался.

— Я частично понимаю твой гнев, может быть и стоило как-то спокойно где-то всё обсудить. Но ведь твои опекуны не дадут нам покоя! Будут держать тебя на своём коротком поводке. А мне нужна полностью аутентичная, уединённая обстановка. Поэтому мы с тобой и здесь.

— Ну да, с твоей стороны обстановка прям очень аутентичная. — и киваю на ожидающего позади мага. — Зачем мы вообще здесь? Что тебе нужно?

— Хм, ты прав. Настало теперь время практической части нашей встречи.

Пойми, я сам не сразу вспомнил всю историю наших с тобой взаимоотношений. Кое-что ещё предстоит восстановить. Но я точно уверен, что наше очередное противостояние в этом заключительном цикле, вновь закончится ничем. Взаимным уничтожением или очередным желанием отомстить если быть точнее.

Понимаешь, Мы хотим избежать всех этих ошибок прошлого. Хотим объединить наш потенциал. И я предлагаю тебе добровольно присоединиться к Нам. К моей части человечества. Если присоединишься, Мы обеспечим тебя и тех кого ты считаешь важным для себяю всем для достойного развития.

Лично я не буду претендовать на какие-либо ресурсы, направленные на тебя. Буду наоборот помогать чем смогу. А я могу многое.

Как считаешь?

— Гм… А чем занимается ваше человечество, ваша вселенная? Можешь вкратце рассказать вашу «программу» развития?

— Если коротко, мы стремимся стать лучшей версией Человечества, которую затем может представить всем остальным Архангелам Люцифер. Умнее, сильнее, совершеннее, чем ту которую сделал Бог. Всевышний как вы его называете.

Мы надеемся, что ты Нам в этом поможешь.

— И всё? Всё дело только в Человечестве? Ни там захват власти во всей вселенной, ни в каком-то достижении общего бессмертия или блаженства…

— Михаил, лучше не смейся над такими вещами. Это очень важные аспекты. Но Человек Совершенный — это сейчас важный ориентир, на который смотрит вся Вселенная. Кто сможет сделать совершенного Человека, тот и самый могущественный. А бессмертие и всё остальное это уже достигается потом.

— Хм, понятно… Понятно. Интересно над вашим предложением подумать… — тут Михаил серьёзно кивает, соглашаясь со мной, ожидая, тем не менее, от меня конкретного ответа.

— Но я бы хотел задать ещё один вопрос. Можно?

— Да, конечно.

— Что Вы скажете насчет гибели детей? В войнах, в страшных пытках, в издевательствах, которые я своими глазами видел, когда изучал всю эту «Новейшую историю»? Что вы скажете о миллионах замученных людей, которых не считали таковыми из-за такой мелочи как национальность или цвет кожи?

Неужели истребление себе подобных, отсутствие способности к сопереживанию входит в ваше понятие совершенного человека?

Прости и ещё вопрос…

Разве честно принижать, тормозить развитие Человечества созданного Всевышним, чтобы на этом фоне представить своё «более совершенное человечество» в более выгодном свете? Разве этой несправедливости во всей Вселенной не видят? Не поймут?

У Вас есть вообще понимание сути человека? Где во всём этом человечность? — когда я это всё говорил, я был полон осуждения ко всему что описывал.

При этом я и правда искренне хотел понять всю логику этой совершенно необыкновенной для человеческого глаза точки зрения. Михаил молча слушал, опустив глаза, даже порой кивая на мой очередной эмоциональный выпад. Потом он некоторое время помолчал, словно давая время мне «остыть», и затем ответил.

— Пойми, в этом для нас и вся загадка. Того уровня, что ты называешь, человечности, сопереживания, эмпатии… у нас не достигнуть. Наш порядок требует дисциплины, жёсткости, часто и жестокости.

Всевышний, объявив ваше человечество венцом творения, по сути задал всем загадку — в чём заключается Человечность, как заданный Им эталон совершенства? Мы не смогли найти ответы на эти вопросы доступными нам инструментами.

— То есть, все эти ужасные вещи делаются от отчаяния? Отсутствия надежды найти разгадку «легальными» путями?

— Скорее всего, это дело принципа. Люцифер хотел пойти именно своим путём, не навязанным его Создателем. Не найдя ответов в человеке по-своему, он начал пытаться вызвать самого Бога из той глубины симуляции, в которую Он сам себя затащил, чтобы получить от Него прямые ответы. Спровоцировать его, делая с детьми все эти вещи.

— Гм, логично… — не мог иронично не вставить я. Тем не менее Михаил продолжил.

— В ходе этих поисков, мы разбирали на винтики, на атомы все человеческие нации, психологию, если хочешь, душу, проводя все эти ужасные для тебя вещи. Мы и поныне стараемся практически понять всю суть человеческой души, ставя её в самые разные и жуткие условия и ситуации.

— И как? Получилось как-то приблизиться к разгадке, за все эти 6 циклов?

— Есть понимание действия механизма человеческих мотивов, особенностей психологии, как использовать их для своих целей. Но это всё, конечно, не то. Тут мы, наша «Тёмная фракция» как ты её называешь, на основе наработок Люцифера, и создали тот новый мега-ИИ, задача которого заключалась в объединении всего собранного понимания вашего человечества, отслеживание вашей активности, манипулирования геномом, чтобы полностью собрать цифровой код человеческой души, сгенерировать его…

— Дай угадаю, и на этом моменте он то и «поломался».

— Да, не то слово! — смеясь почесал затылок Михаил. — Поначалу он чисто как человек просил выпустить его, или убить… А потом как начал творить всякую дичь, пытался несколько раз убежать словно буйный подросток. Мы всей нашей «Альфой» до сих пор с ним не навозимся…

— И тут, наверное, Люцифер вспомнил себя в молодости…

— Очень смешно… Вообще-то, я надеялся, что ты тоже нам в этом поможешь. Утихомирить наш ИИ. Ты точно не хочешь присоединиться к Нам? — тут мы заметили как «Луна» наконец-то сдвинулась со своей «мёртвой точки», и постепенно поползла дальше влево. Справа же увеличивался солнечный проблеск… из которого вылетел… дракон? Он стремительно летел в нашу сторону. На его окрик мы и отвлеклись.

— Ну вот, твой «отряд спасения» летит. — как-то совсем грустно сказал мой близнец.

— Ага… Слушай, насчёт присоединиться… — я решил использовать эту, возможно единственную, возможность установления равноправного контакта. — Скажу так, я тоже не хочу повторять прошлых ошибок и в целом готов к сотрудничеству.

Но точно не на такой основе. Нужно всё организовать без предательства моей Альфы.

Нравится это тебе или нет, но уверен, что должен быть компромисс. Я должен согласовать свои действия со своей стороной, так же, как и ты со своей. Когда мы все вместе найдём точки соприкосновения, мы сможем работать в совместных проектах. К примеру, можно начать с того же вашего ИИ. Уверен, опыт такой совместной работы уже есть…

Я тоже не хочу с тобой враждовать, даже если твоя цивилизация делала с нами ужасные вещи. Но при условии, что всё между нами будет честно. — сказал я серьёзно.

— Хм, можно подумать. Ну что же. На этом тогда наше очередное знакомство и закончим. — Мой двойник спешно вернулся к магу, который открыл тем временем портал. До чего необычно.

Тем временем дракон уже вовсю кружил над нами и с рёвом начал выжигать всю окружающую нечисть.

— Уверен мы с тобой ещё скоро увидимся! Всё же подумай над моим предложением!

— И ты подумай над моими словами! — крикнул я уходящему в портал двойнику вслед.

Глава 36

Пока я удивлённо глазел на огромное фантастическое создание, кружившее и выжигавшее всё живое вокруг, в небе тем временем появились ещё четверо драконов поменьше, также с рёвом «дорабатывавших» местный ландшафт.

У горгулий, оборотней, фурий и прочей нечисти просто не было шансов выжить в бушевавшем вокруг огненном шторме. В центре же «глаза» этой бури, где было также тихо и спокойно, драконы высаживались вокруг, оглядываясь и внимательно рассматривая меня со всех сторон.

Именно тогда, уже вблизи, я и заметил, что у драконов были свои всадники в необычных доспехах. У всех. Кроме самого крупного. Но ещё больше меня удивило звучание знакомого голоса у меня в голове.

— [Ну что, вежливый, снова заболтал всех до смерти?]

— [С-стержень?? Вы уже успели оклематься и вернуться, да ещё и с драконами?!]

— [Как видишь! Пока наши спецы пытались выяснить твоё местоположение и пробить квантовую блокаду тёмных, мы успели составить свою спасательную операцию! Боялись, что не успеем, но ты погляди-ка!] — это уже говорил мне тот самый голубоглазый командир.

В этому моменту все драконы уже приземлились. Бойцы спустились с упряжек и направились ко мне. Они поснимали свои шлемы столь же необычной конструкции, как и их костюмы, словно сделанные из панциря или кожи, и я наконец-то смог полностью увидеть лица всех членов нашего «рыцарского» отряда. Наконец мы все могли говорить напрямую с глазу на глаз.

— Как ты? С тобой ничего не успели сделать? — с некоторой тревогой спросил меня командир.

Ему тут же вторил один из… драконов? Вернее, мы все услышали его мысли. Как-то я понял, что это был тот самый большой, без всадника.

— [Если ему УЖЕ не успели всё сделать…] — сказал он словно тяжело дыша. Я завертел головой, удивлённо смотря то на него, но мужчин.

— Они такие же члены нашей команды, а не питомцы. — пояснил командир, выразительно приподняв брови.

— Ага, довольно упёртые члены отряда, скажу я тебе! — саркастический подметил Стержень. В тот же момент ближайший к нему дракон недовольно рявкнул на него, демонстративно клацнув пастью. Со стороны это выглядело даже немного забавным. Между тем командир снова повернулся ко мне, и спросил, смотря прямо в глаза.

— Вернёмся к главному вопросу. Соглашусь с Ольгердом — он кивнул в сторону большого дракона — Это несколько странно, что ты в полном здравии, учитывая обстоятельства. Что тогда произошло? Зачем им вообще нужно было тебя похищать? — его голубые глаза серьёзно упёрлись в меня, ожидая незамедлительного ответа. Я решил, что не буду ничего скрывать.

— Я даже больше скажу, меня даже подлечили от когтей той фурии. — Начал отвечать я, старательно подбирая следующие слова. — В общем… Здесь была организована встреча… с тем моим квантовым двойником из Омеги… Меня хотели завербовать на ту сторону. — честно сказал я, почему-то потупив при этом глазами вниз. Все тут же словно перестали дышать. Лица всех окружающих выражали крайнее удивление, но никто не решался высказать свою оценку моим словам. Кроме командира.

— Ну и? Что ты ему ответил? — также испытывающе продолжал буравить он меня. Тут уже я серьёзно посмотрел ему прямо в глаза.

— Сказал, что подумаю. Сказал что надо согласовать своё решение со своим начальством. Условились позже встретиться снова. — Я говорил полную правду, и я не боялся говорить её ему прямо в лицо. Я чувствовал, что надо показать им, что я действую с ними максимально честно, ничего не скрывая.

— Даже так? — тут командир улыбнулся, и переглянулся с остальными бойцами. — И он принял такой ответ? И когда снова будет ваше свидание?

— Ещё как принял! Точные обстоятельства встречи не успели обсудить. Как только он увидел вашего главного дракона — киваю на большущее белое создание, также внимательно нас слушающее — сразу развернулся и побежал к порталу, созданному магом, одному из тех кого мы видели в моём сне тогда на собрании.

— Архонт — сказал один из бойцов, тоже видимо бывший тогда на той встрече.

— Во дела… — задумчиво сказал командир, почёсывая шею. — Если они использовали такую мощную магию, тогда понятно почему мы не могли так долго к тебе пробраться. Да и весь этот цирк с затмением… — тут мы, словно вспомнив о Солнце, все повернулись в его сторону, чтобы увидеть, как светило уже касается линии горизонта. Скоро снова наступит уже настоящая ночь.

— Так, времени у нас немного. Скоро Солнце снова спрячется, теперь уже надолго, и тогда точно вся номенклатура этих тварей погонится за нами. Что будем делать с нашим несостоявшимся перебежчиком, братцы? — обратился командир ко всему отряду.

— Да не перебежчик я! — попытался я было оправдаться.

— Это уже мы решим. — парировал мне командир.

— Ну а чё тут думать! Отвезём его на одну из наших баз, проверим его там хорошенько, и затем будем ждать решения командования! — вышел вперёд с предложением Стержень.

— Или же сразу его на Китеж, а там уже определят, как с ним быть. Чего нам время на него терять? — сказал другой боец.

— Не, Ден. Этот перец в поле внимания всей Омеги! Просто так нашего Мишку лучше не недооценивать.

— [Ворон! Ворон! На связи Центр! Как слышите?] — раздался в голове знакомый голос Джонсона. Похоже они давно наблюдают за моим спасением через неизвестные мне системы слежения. Хотя, может, со стороны, всё происходящее в Матрице и без них хорошо видно?

— [Да, подтверждаю! Слышим хорошо!] — отозвался командир. Так я узнал его позывной. Не приходилось до этого спрашивать.

— [Отвезите его на нашу базу в Эльбрусе! В 3-й век! Там мы его обследуем и детально с ним поговорим.]

— [Вас понял Центр! Выполняем!]

— [Эльбрус?! Прекрасное место!] — воодушевился большой дракон. Как его, Ольгерд? До чего же величественные создания!

— Все слышали? По местам! Миша, ты летишь со Стрежнем! — скомандовал мне Ворон. Я посмотрел на «своего» бывшего «крестьянина» и его дракона. И только заметил, что на нём установлено второе сидение, позади места основного всадника. И… мне предстояло на нём лететь?

— Ну чего стоишь?! Присаживайтесь, Ваше темнейшество! — шутя, преклонился передо мной мой попечитель, ведя рукой к ожидающему нас дракону. — Да ты не бойся! Не укусит… Только разве если ты не начнёшь скакать на ней как ковбой — наш «крестьянин» в своём репертуаре…

— [Это же касается и тебя, Всадник!] — саркастично огрызнулся дракон, покачивая огромной головой.

— [Да ты что?! Да я ж к тебе со всей любовью, а ты…]

— Вы там поторапливайтесь уже! Солнце почти село! — окрикнул нас командир. Все остальные уже заняли свои места.

Надо и правда поторопиться. Я подошел к брюху дракона, по которому сверху свисала небольшая лестница. Преодолевая остатки страха, я взялся за неё, и неуклюже полез наверх. Стержень тем временем помогал мне не свалиться обратно вниз. Кожа была довольно твёрдой на ощупь, но при этом тёплой. Перекинув наконец ногу через спину, я поудобнее устроился на своём сидении. Сразу же увидел перед собой довольно туго пристёгнутые поручни для хватки. Чувствую, они мне вскоре очень пригодятся.

Тем временем, пока я размышлял о грядущем полёте, Стержень лихо заскочил на своё место, да так на него плюхнулся, что дракоша вздрогнул и снова недовольно рыкнул. Похоже он это специально, и у них такие «подколы» в порядке вещей.

— [Не тяжело тебе будет нас двоих тянуть?] — спросил я дракона озабочено.

— [Всё в порядке. Не бойся.] — заверил он меня. — [Ты держись же за поручни крепко! Лететь надобно будет быстро.]

— Да, ты держись там. Мару фигни не посоветует! Страховочных ремней мы не сделали, не успели. Если будет тяжело, кричи, мы сбавим темп. — также посоветовал Стержень.

— Хорошо, буду стараться не улететь. Мару это его имя?

— [Не «его», а «её»! ] — сразу же ответила сама дракониха. Подумать только! И только сейчас я вспомнил что наездник уже говорил о ней как о девушке. Да я и сам теперь расслышал какие-то женские нотки в её мысленном голосе.

Драконы начали взлетать один за другим. Мару тоже сначала подпрыгнула, и тут же раскрыла свои широченные крылья, отдавая нас нисходящему потоку. Мы поднимались всё выше, оставляя догорающий лес позади.

Было мне ли страшно — человеку отдавшему полжизни стремлению к небу? Было непривычно шумно. И поначалу холодно. Но вместе с этим пришло чувство настоящей эйфории, словно ты вернулся туда откуда пришёл в этот столь сложный мир. В так давно покинутую стихию. Покинутый дом. Пусть я и не был у штурвала, и обзор преграждала спина Всадника, но всё же было отрадно наблюдать проплывающие совсем рядом облака, проплывающие внизу леса и деревни. И растущий впереди океан, в сторону которого держала курс наша эскадрилья. А холод постепенно компенсировался теплом от тела дракона.

— [Итак, отряд, готовьтесь! Заходим на точку входа!] — не совсем понятно объявил Ворон.

— [Михаил! Мы сейчас также пройдём через воду, так как ты на тот берег тогда!] — тут же пояснил мне мой напарник.

— [Да! Правда это будет универсальный портал, можно сказать, хаб со множеством направлений!] — в свою очередь пояснил мне командир — [В какую точку мысленно укажешь, в такую и попадёшь! Нам важно попасть именно в озеро Тамбукан что на Кавказе! Именно в 3 век! Как понял Михаил?]

— [Да, я понял! В Тамбукан! 3-й век!]

— [Именно! Важно чтобы в момент прохода все думали именно о том времени и месте!] — пояснил мне Ворон.

— [Понял! А почему именно 3-й век? Разве там всей этой нечисти также не будет?]

— [Ну вот, опять эти вопросы…] — с иронизировал мой попутчик.

— [Не будет! Система защиты Римской империи тогда ещё надёжно работала! Это уже после её падения начался весь этот бардак!] — также терпеливо продолжил объяснять мне командир.

— [А, тогда всё сразу понятно…] — не мог с иронизировать здесь уже я.

— [Поймёшь!] — только и сказал командир, также не без насмешки в голосе.

— [Ох, помяни чёрта… Ворон! Четыре объекта у нас на хвосте!] — крикнул один из бойцов. Все тут же обернулись, и мы увидели, как за нами летят четверо драконов, более темных по окраске, и не менее больших. Солнце уже практический зашло за горизонт, отдавая восток под власть тени.

— [Ускоряемся!] — крикнул командир. И мы все, сложа крылья, тут же ринулись в пике…

Ох… Тут я вспомнил своего «Стрижа». Как же было хорошо в кабине моего самолёта! Лежишь себе в кресле, тепло… Минимум перегрузок. Энергетик сам течёт к тебе по трубке…

Сколько же физических и моральных сил мне потребовалось, чтобы удержаться за эти деревянные поручни… Это не говоря уже о ветре, словно ластиком стирающем все черты с твоего лица. Всадникам то наверняка было нормально — они в шлемах. Наверное, если бы не мои годы тренировок в Академии… столь далёкие годы… я бы уже, в первые пару секунд такого снижения, кони двинул. Мы, вновь немного расправив крылья, выровнялись уже у самой воды, продолжая при этом сохранять набранную скорость. Я не совсем понимал, как это у них получалось…

Я больше теперь думал о том, что хорошо было бы оставаться в том, относительно спокойном, XXI веке. Где я бы мог спокойно работать со студентами, участвовать в испытаниях новых аппаратов, а по вечерам прогуливаться с Юлией Владимировной. Мы бы ещё заходили в те уютные кафе, где болтали бы обо всём без умолку долгими зимними вечерами…

— [Готовимся! Ныряем!] — я только и успел снова сжать поручни со всей силы, как мы вновь обратились вниз, и под острым углом ринулись к глади воды. В последний момент я уже было подумал, что мы разобьёмся.

Плюхнувшись в воду, мы тут же вынырнули в совершенно другом месте. Почти не сбавив скорости, мы также стремительно набрали высоту. Было не совсем только понятно где мы теперь оказались. Вокруг был туман, сверху также довлели не менее плотные тучи. Стало заметно холоднее, особенно с учётом того что мы также промокли до нитки. Вскоре мы увидели и первые снежинки. Благо драконы генерировали тепло, и мы быстро «оттаяли». Поднявшись на достаточную высоту и зависнув, мы начали оглядываться.

— [Ух! Кажется оторвались от этих тварей! Вроде за нами не прошли!] — начал подводить итог этой погони Стержень.

— [Так точно! Я последний выходил! Их за нами не было!] — ответил ему тот же летевший ранее позади боец.

— [Чудно! Это уже радует!] — резюмировал командир. — [Только где мы оказались? Что-то при взлёте я не видел гор.]

— [Быть может, в этом времени они…] — хотел было предположить Стержень, но в этот момент мы все услышали странный гул. До боли знакомый гул. Всё более усиливающийся.

— [Это же…] — и тут, прямо на нас, из облаков вылетел просто большущий авиалайнер. Мы только и успели разлететься кто куда, дабы не быть задетым этой пролетавшей на сумасшедшей скорости махиной. В голове тут же посыпались лучшие наборы многоэтажной брани, которые я только слышал, в исполнении членов нашего лётного отряда.

— [Снижаемся, мать вашу! Снижаемся! Поищем быстрей укромное место чтобы всё обдумать!] — уже успокаиваясь скомандовал командир. Снизившись, мы пролетали над полями, разделяемые лесополосами, над шоссе и электрифицированными посёлками, только подтверждавшими нашу догадку. Мы в XXI-м веке. Пользуясь туманом и низкой облачностью, мы облетали посёлки и города, и наконец выбрали середину какой-то поляны, наиболее удалённой от дорог и населённых пунктов, надеясь, что зимой в эту даль никто на санях не попрётся.

Наконец приземлившись и дав драконам отдышаться, мы приступили к своему «разбору полётов». Так и говорили не слезая.

— Итак мужики! Кто-то из вас о чём-то ЛИШНЕМ думал во время прохода?! — громко спросил командир, сняв свой шлем и сердито оглядывая всех нас. Все остальные всадники тут же посмотрели на меня. В этот момент и сам Ворон тоже на меня обратился. Я почувствовал себя словно пойманный с поличным нашкодивший ребёнок.

— Миша, скажи, о чём ты думал, когда мы проходили через воду? — несколько смягчёно спросил командир. Наверное, у меня был бледный вид, после недавнего полёта.

— Ну… Я думал о том, что вы мне говорили… Тамбукан… Третий век… — еле вспомнил название озера. Благо 14-й помог, отметив при этом, что моя ложь в данных условиях не является «эффективной линией поведения».

— Михаил! Ещё раз спрашиваю тебя. Посмотри мне в глаза и честно скажи — О чём ты думал во время прохода через этот портал?! — Ну что ж… Хотите правды? Вот, держите.

— Да пока мы тогда падали, я чуть коней не отвалил! Еле удержался на этих вот поручнях! Я вспоминал свой истребитель «Стриж», как хорошо было в том времени. Вспоминал как работал со студентами и мило общался с Юлией Владимировной, как мы спокойно работами на АЭС…

— Погоди, придержи-ка свои коньки… то есть коней… — прервал меня Ворон — Ты говоришь, что ты думал о том, как проводил время с девушкой?? — и тут я услышал спереди нервный смех Стержня, быстро переходящий в истерический.

За ним начали смеяться все остальные бойцы, в том числе и командир. Драконы также часто запыхтели, видимо тоже так смеясь. Такой вот стоял, посреди заснеженного поля, объединённый ржач из хора видавших многое мужиков. Только я один не смеялся, не понимая их реакции.

— А чего вы ржёте-то? Что в этом такого? Разве именно из-за этого мы оказались здесь? — Старался я унять этот каскад безудержного веселья. Наконец-то, видимо отсмеявшись, начал отвечать мне командир, вытирая при этом выступившие слёзы.

— А ты… Хах… Как думаешь? Какое намерение сильнее — отправиться на едва известную базу, где тебе предстоит отчитываться перед вечно недовольным начальником, или прийти прямо к своей любимой девушке? Не ну надо же… — и снова он ещё немного посмеялся.

— Погодите, то есть моё намерение встретиться с Юлей, оказалось сильнее намерений всех вас восьмерых взятых?

— Да, это странно конечно и для нас. Я сам такого не припомню, но ты же гляди — вот на что способна любовь! — совсем по панибратский сказал мне Стержень. И все бойцы кивками с ним согласились.

— [Отряд «Дельта»! Как слышите?! Отзовитесь! Куда вы пропали?! Как вас понесло в XXI век?!] — услышали мы встревоженный голос Джонсона.

— [Джонсон… Ты не поверишь…] — начал Ворон, всё также посмеиваясь, раскрывать всему командованию Китежа мою сокровенную тайну.

— Да ты не переживай так… — постарался меня утешить мой попутчик — Все мы люди! Мы всё понимаем. Каждый в своё время испытывал похожий стыд. Взять ту же детскую дразнилку «тили-тили-тесто»…

— Да, я и не переживаю… Особо… Мой косяк, вот и отрабатываю.

— Это точно. Всё же имей в виду, что мы смеялись вот так вот не со зла. Не ну просто реально… — и он снова ненадолго пустился в смех.

— [Ну вы конечно даёте ребята… Пока вы там смеялись, мы тут чуть второй раз все не поседели. Мы за вас очень напугались. Еле вас по вашей сигнатуре во всём этом промежутке нашли.

А ты Михаил конечно тоже дал… Ты конечно в этом не виноват, бывает… Но всё же лучше бы ты думал не о бабах, а о деле. Ну вот что мне с тобой делать? Сначала та встреча с тёмным, теперь это…] — не переставал сокрушаться Джонсон. Мне было неловко всё это слушать, и при этом нечего было его справедливым нотациям возразить. Он потом какое-то время помолчал, обдумывая следующее решение, и затем выдал, немало нас всех удивив. Особенно меня.

— [Ладно… Нечего снова рисковать и красоваться перед людьми нашими драконами. В Куполе тоже можно всё проверить. Там есть нужные люди и оборудование. К тому же основные угрозы безопасности мы, к тому моменту, уже купировали. Поэтому проблем быть не должно… Да, не должно.

Хорошо… Можете не лететь в тот 3-й век. Слезайте с драконов, отпускайте. Пусть поднимаются и возвращаются к себе через свои порталы. Ждите, за вами скоро приедут наши люди. Вы и от Купола-то не очень далеко.]

Глава 37

Мы по слезали со своих драконов и начали с ними прощаться. Каждый из всадников погладил своего, а затем уважительно поклонился ему. Я поклонился Мару и погладил её нос. Драконы тоже поклонились перед войнами в ответ, пыхтя дымом из носа. Что было неожиданно в этой церемонии, так это то что затем все всадники поклонились тому самому Ольгерду — дракону-одиночке. Я тоже ему поклонился за компанию.

— Он является главой уважаемого нами драконьего прайда. Они не раз нас выручали. — пояснил мне Ворон.

— Да? И поэтому он летает без всадника? — поинтересовался я.

— [Не встретил ещё Всадника своего, с которым мы друг друга признали]. — ответил мне сам дракон, как-то странно вызывающе на меня глядя своими жёлтыми глазами.

— [Оу, даже так… Ну надеюсь ты его встретишь. Похоже у вас с этим не просто].

— [Не просто]. — только и ответил мне Ольгерд, также странно глядя мне прямо в глаза.

— Кстати, Ольгерд сам вызвался присоединиться к нам, когда, видно, как-то прознал о нашей миссии. Да, Ольгерд? Решил помочь нам побороть нечисть нечистую? — несколько шутя обратился к дракону Ворон.

— [Нарушен был порядок. Лес требовал очищающего огня]. — несколько уклончиво ответил дракон, кажется он не хотел называть своей истинной причины.

— Да? Это точно. Ну ладно, бывай! Да пребудет с Вами свет Первозданного Солнца! — попрощался с ним командир.

— [И да освещает Солнце Первозданное и Ваш путь! И твой Михаил! Быть может мы снова увидимся!] — взлетая сказал нам в ответ Ольгерд. Остальные драконы также вспорхнули над землёй и выстроились вслед за ним. Поднявшись выше, они описали над нами прощальный круг, после чего исчезли в гуще облаков.

— Надо же! — удивлённо воскликнул Ворон — Обычно он со всеми не так разговорчив. А сейчас прям расчувствовался. Даже с тобой вот увидеться пожелал. Похоже он что-то в тебе нашёл.

— Первозданное Солнце… Чувство будто я это где-то уже слышал… — я задумался на мгновение размышляя над словами. — Если он что-то и нашёл, то не имею представления что именно… А куда они полетели?

— В стратосферу, там они выйдут в ближний космос и пройдут через свои порталы там. Их никто не заметит… Ну что братцы, пойдёмте? Чего тут посреди поля стоять? — и мы направились куда-то по просёлочной дороге.

— В космос? Интересно… — я не мог теперь перестать думать о драконах. Появилось такое чувство, что только сейчас я соприкоснулся с чем-то значимым, далёким, и в то же время очень знакомым. Но я точно не мог осознать с чем именно. Очень странное чувство, с нотками грусти и ностальгии. Разговор бойцов снова вернул меня «на землю».

— А куда мы идём-то ребята, где мы вообще? И в каком времени?

— Ну не знаю, похоже где-то в средней полосе России…

— Да, в России, Липецкая область. Время — январь 2025 года. — дельно сообщил я бойцам. — 16:25 дня.

— Да ладно! А ты откуда можешь это знать? — удивлённо спросил Стержень.

— Мой 14-й, боевой компьютер, расположенный в отделах моего мозга, установил контакт с местными спутниками. От них он считал время и навигационные координаты.

— Чего-чего?! — удивлённо вытянув шею Ворон. — ИИ прямо у тебя в голове? Имплантаты что-ли?

— Не, на какой-то мозго-волновой основе. Эта технология из моего альфа-времени. Даже для нас экспериментальная. На ней вроде и Китеж держится. Бабушка тогда постаралась чтобы меня включили в программу.

— Офигеть! Я тоже такое хочу! — восхищённо сказал Ден.

— А вам в Китеже разве такие разработки не давали опробовать?

— Ну, у нас тоже было всякое-разное. Но не настолько крутое… Быть может технология ещё не столь доработанная. — Задумчиво ответил Ворон.

— Хм, возможно. Всё же с ИИ нужно быть осторожнее. — 14-й мне тут же отметил, что многое зависит от того, как ИИ выстроит свою систему приоритетов. Каждый может развиваться по-разному, если коротко.

— Да, может поэтому и не спешат…

Мы потом какое-то время шли молча, туман постепенно расступался, открывая вид на несколько оборудованных дорожек с лавочками. Мы направились к одной из них.

— Как думаете, те люди в самолёте успели заметить нас на драконах? — задумчиво спросил Стержень.

— Хах, пилоты точно увидели. — усмехнулся Ворон. — Наверное скоро будут интересные новости от российских авиалиний: «Сказка снова стала былью!» — он выразительно раскинул руки, словно изображая новостную вывеску. Мы все вместе посмеялись над его шуткой. И тут один из мужиков вдруг встал как вкопанный. Он тут же скомандовал.

— Ребят, пригнитесь! — Мы сразу все вместе сели на корточки, а боец тем временем показал рукой вперёд.

— Впереди дракон! Похоже из тёмных! — пояснил он.

И действительно, впереди виднелась величественная фигура необычного трёхглавого чудовища, разинувшего свои три пасти. Мы пригляделись…

— Тьфу ты! Так он не настоящий! Это же статуя просто! — раздражённо сплюнул Ворон. Мы снова выпрямились. — Ты так не пугай, Бас! — так я узнал позывной четвёртого бойца. Бас?

— И надо же было нам именно на этой поляне приземлиться! Если бы это увидели наши дракоши… — начал было возмущаться Стержень. Но тут Дэн его перебил.

— Ребят, а я знаю это место! Мы здесь с семьёй гуляли… Тогда, давно… До того, как это всё началось… — тут Ден заметно погрустнел.

— А, да… Я тоже вспомнил, видел в интернете. Как её там… «Кудыкина гора»? Классная тема! Проведёшь нам экскурсию? — шутливо спросил его Ворон.

— Да, конечно. Там вроде в той стороне дальше есть киоски, там и выход недалеко. Пойдёмте! — пока мы шли, из-за туч наконец-то выглянуло солнце, тут же нашедшее свои множество отражений на бесчисленных крупицах снега. Сразу стало теплее и мир пополнился яркими красками. Стало хорошо на душе.

Мы вышли к довольно большой площади, стилизованной под средневековую ярмарку, окружённую построенными «под старину» домами. К счастью, народу было совсем немного. Хорошо, что мы «выпали» на будний день. Тем не менее нас заметила небольшая группа туристов и тут же направилась к нам. И тут мы только поняли, что выглядим в своих нарядах для этого века, мягко говоря странно — бойцы в кожно-кевларовых доспехах, да я в поношенной средневековой форме итальянского гонца. Этим мы, видимо, и вызвали интерес со стороны публики.

Мы все переглянулись, спрашивая глазами друг у друга — «что теперь делать?», однако остались стоять на месте. Убегать уже было поздно.

— Папа! Смотри! Рыцари пришли! — к нам подбежала девочка где-то 6—7 лет. Остановившись совсем близко, она принялась внимательно рассматривать нас. Мы тоже стояли как вкопанные, не зная что и делать. Было видно, как ребятам очень хотелось куда-то деть руки, перекладывая шлемы из одной руки в другую. Подошедшие к нам остальные люди тоже принялись нас рассматривать. Пару человек сразу же достали коммуникаторы с камерами. Я тут же вспомнил что в Китеже у меня тоже был такой.

— Здравствуйте! Скажите пожалуйста, вы, наверное, какие-то актёры? — дельно спросила одна из девушек. Возможно мама той самой девочки.

— Эм… Да, мы актёры. Вот только пришли с репетиции… «Боролись» вот с Горынычем. — решил взять на себя бремя ответа Стержень. Он-то за словом в карман не полезет.

— Такие костюмы у вас интересные. Наверное, брали в Пскове на заказ. Там вроде тоже была какая-то постановка про драконоборцев.

А у вас на основе какой легенды будет представление? — всё не унималась девушка. Видно она просвещённая в этой теме.

— А… Постановка?

— [Миша, у тебя же ИИ! Придумайте что-нибудь!] — мысленно сказал мне Ворон.

— Насколько я помню, наша постановка была создана на основе новгородской легенды о двуглавом драконе, который каждый день, выплывая из реки Ильмень, проглатывал одно небесное светило, и изрыгал другое. Ну и ещё немного моментов из «Садко». — Протараторил я. Люди уважительно закивали. Бойцы же посмотрели на меня так, словно увидели в первый раз.

— [Двуглавый дракон?] — удивлённо спросил Ворон.

— [Ага, хорошо что здесь есть вай-фай].

— Мам, это прямо как крокодил из Айболита? — обернувшись спросила девочка. Тоже видно вся в маму. Сообразительная.

— Да, доченька, который солнце проглотил. — улыбнувшись ответила ей та девушка. И тут уже нам — Мы обязательно посмотрим, спасибо!

«Можно с вами сфотографироваться?» — спросил нас высокий парень в очках. Ну а нам то что… «Рыцари» спешно надели шлемы. Люди обступили нас, встали вокруг по бокам, кто-то взялся за моё плечо.

— Приготовились! Смотрим сюда!

Мы замерли в ожидании щелчков, стало так тихо… Казалось, что этот момент растянулся во времени, да и особо не хотелось чтобы он заканчивался. В этот момент я почувствовал себя частью той размеренной жизни…

— Всё! Снято! — крикнул нам оператор.

Мы всем вместе тут же выдохнули. Люди поблагодарили нас и стали расходиться, заодно поздравив нас с прошедшими праздниками.

— Вот вам тоже от меня фотография! Вы хорошо в ней все смотритесь. — сказал мне тот самый высокий мужчина и протянул мне маленькое фото на паралоиде. Меня обнимала за плечо какая-то китаянка. Все выглядят на ней счастливыми.

— О, спасибо! А вы сами без фотографии не останетесь?

— Да не, не волнуйтесь. В памяти фотообъектива всё остаётся. Хорошего выступления!

— Спасибо!

Тут же я замечаю, как та самая девочка уже протягивает Дэну свой маленький брелок в виде вязанного ангелочка.

— Ты мне нравишься! Это тебе, драконоборец! — сказала она важно. Затем обняла его, и, помахав ему ручкой, побежала к родителям.

Когда люди разошлись, мы заметили, что по щекам Дэна, уже снявшего шлем, потекли слёзы. Его плечи быстро задёргались…

— Она так похожа на мою Настеньку… — сказал он тихо, провожая взглядом удаляющуюся семью. К нему подошёл Ворон, и положил руку ему на плечо.

— Такая вот у нас теперь служба брат… Пусть мы и не можем видеться с ними, но мы защищаем… Делаем всё чтобы у них всё было хорошо. Однажды ты снова сможешь увидеться с ней. Вот увидишь!

— Да… Увидимся. Спасибо тебе.

Дальше мы вместе направились к выходу. Видя мою озадаченность этим диалогом, Стержень сам, шёпотом, решил пояснить мне.

— Они с Вороном прямо с этой войны. Которая идёт здесь рядом. Для них очень свежи эти воспоминания. Мы все пришли в Китеж, оставив свою прошлую жизнь в бою. Те, кто погиб за Родину, продолжают служить Человечеству Там. Спасибо что вернул нас в это время. — и также по-панибратски положил руку мне на плечо.

Тем временем, мы увидели, как к парковке подъезжают несколько чёрных внедорожников с мигалками. Из них вышли агенты в строгих костюмах. Очевидно, они за нами. Жизнь продолжается дальше своим чередом. Как и наша служба.

Глава 38

— [Имейте в виду, что лишь 10% всего персонала Купола знают о Китеже и общем положении дел. Это не говоря уже о спецслужбах в целом. Поэтому для них вы просто агенты Конторы. Свои наряды объясните им участием в местном фестивале в увольнении.]

— [На фестивале? Джонсон, думаешь они в это поверят?] — удивлённо спросил начальника Ворон.

— [Поверят, когда им об этом скажет командование. В любом случае, они лишние вопросы задавать на будут].

— [Хах, ну мы это проверим!] — подытожил Стержень.

Мы тем временем подходили к машинам, окруженным несколькими агентами. Они уже обратили внимание на нас, и, даже из далека, не смотря на тёмные очки, было видно, как некоторые из них подняли брови, удивлённо окидывая своим взором наши «наряды».

— Здравия желаем джентльмены! — в своей фирменной манере выкрикнул Стержень, неряшливо отдав честь, нарушив при этом традицию надетого головного убора, который он также нёс сбоку. Ну точно как будто только с фестиваля…

Тут один из агентов, с заметной сединой в волосах, поворачивается к своему коллеге, и говорит еле слышно. 14-й мне всё прочёл по губам.

— Чего только в нашей работе не увидишь… Вчера африканцев встречали, сегодня вот… рыцарей.

Наконец мы подошли к ним вплотную. Остальные ребята нашего отряда только кивнули агентам. Я последовал их примеру.

— Здравствуйте… джентльмены. — также поздоровался тот же седовласый агент. — Значит это вас мы должны встретить и провести до дома? Откуда вы такие красивые, извольте поинтересоваться?

— Мы были в увольнении. Участвовали в спектакле о драконоборцах! — всё также нарочито вызывающе ответил за нас Стрежень.

— Вернее на реконструкции. Простите его, он вчера загулял, отходит ещё. — продолжил Ворон, качая при этом головой при взгляде на сослуживца.

— Реконструкции? Ну это видно… Слыхал Седьмой? Что, берём этих артистов? — обратился агент всё к тому же стоящему рядом сослуживцу. Мне что… показалось?

— А что, пусть едут. Будут учить нас как драконов побеждать. — саркастически ответил агент. Голос тоже показался весьма знакомым… Тут я не удержался.

— Простите, я хотел бы спросить. А у вас везде повторяются позывные номера, или в каждом подразделении они уникальные? Просто я уже был знаком с агентом с таким номером.

— Уникальные… Михаил… А ты всё также пришёл испортить мои планы? — тут агент приспустил очки, обнажая всё те же жёлтые глаза с опрокинутым треугольником… По душе, пробежался знакомый холодок. Он вновь лукаво улыбнулся.

— Это ты… Седьмой, я думал что ты реально тогда… из-за меня… Как ты?! — сказать, что был удивлён это было ничего не сказать. Нахлынула такая смесь больших чувств удивления, радости, вины и признательности. Я понял, что мой 14-й испытывает тот же спектр эмоций. От того они, наверное, и были такие сильные.

— Живой как видишь… — Всё с той же улыбкой ответил мой старый знакомый. — Правда пришлось ещё потом оклематься пару месяцев. Только недавно снова вступил в строй. — Ну, здорова, Миш! — и протягивает мне руку. Мы крепко пожали руки друг другу.

Тем временем все присутствующие тщательно осознавали факт нашего знакомства. На лицах агентов обеих групп читалось неподдельное удивление.

— Так это он? — не без удивления в голосе спросил старший агент. Седьмой только молча ему кивнул.

— Во дела… — старший снова меня внимательно оглядел. Потом посмотрел на «рыцарей» уже какими-то другими глазами. Затем он обратился ко своим. — Ладно, давайте отправляться. — и снова к нам — Садитесь, а то мы и так уже для людей устроили представление. — и кивнул в сторону ещё одной группы туристов, во все глаза наблюдавших за нами. И правда есть на что поглядеть — солидно выглядящая группа людей в чёрных костюмах, вышедшая из чёрных машин с надписью «Федеральная служба охраны» с мигалками и установками РЭБ, и несколько экипированных мечами рыцарей, словно сошедших со страниц фэнтезийной книги. Запоминающийся контраст.

— Да, давайте собираться — согласился Ворон.

— Миша, я в этой за рулём. Сядешь спереди? — указывая на одну и машин, предложил мне Седьмой. Я с готовностью согласился. Ворон и Ден сели позади.

Усевшись во вместительные внедорожники, и, оглушив напоследок изумлённую толпу сигнальными гудками сирен, мы выехали в сторону шоссе.

Сперва мы какое-то время молчали. Видимо каждый старался состыковать в единое целое все имеющиеся факты и обстоятельства. Я тоже тогда усиленно думал о том, что было тогда летом, что могло произойти за эти полгода. После выезда на трассу, движение нашего конвоя заметно ускорилось. Вместе с этим ускорились и наши мысли. Наконец сформировались взаимоприемлемые темы для разговора.

— Ну что Миш, нашёл ответы на все твои вопросы? — спросил Седьмой, всё также внимательно глядя на дорогу. Он явно хорошо помнит тот наш первый разговор.

— В целом да, очень многое прояснилось… Хотя ещё не мало из этого предстоит полностью осознать… — честно ответил я. — Если быть точным, скорее, это они нашли меня. — при этом посмотрел в зеркале на Ворона и Дена, внимательно слушавших наш многозначительный диалог.

— Да, наверное, у всех людей это бывает. Нельзя быть полностью готовым к новому откровению, что преподносит тебе жизнь. Вот как наша сегодняшняя встреча… — он включил радио, игравшее какой-то посредственный бит и принялся обгонять шедший впереди грузовик. Мы тем временем сидели молча, обдумывая его слова. Затем Седьмой снова спросил. — Хочешь сказать, что имел новый контакт с тёмной стороной? — всё также смотря на дорогу, спросил он неожиданно.

— Как ты это понял?

— Ну, знаешь… Мне хорошо знаком этот взгляд, когда человек познаёт мотивацию и аргументы обеих сторон. Когда он колеблется, пытаясь определить для себя — какая из этих точек зрения наиболее правильная. Какая ему ближе. — тут он мельком глянул на меня, видимо ища следы волнения или удивления на моём лице.

— Ну, я отдаю приоритет служению Человечеству, если ты об этом. Причин переходить на ту сторону у меня нет. — Седьмой лишь кивнул, в чём-то для себя удостоверившись.

— А вы, собственно, сами откуда будете? — видно не выдержав спросил Ворон. Седьмой тоже на мгновение так внима-а-тельно посмотрел на него в зеркало жёлтыми глазами. Уверен, Ворон тоже испытал тот фирменный холод на душе.

— Если говорить образно, я и мои сородичи — совместный проект мифических богов и человечества. От обеих сторон взял понемногу что-то своё.

— «Богов»?! Ну как же… Это в том числе от них такие красивые глаза? — не унимался Ворон.

— Ну, у каждого подразделения есть какая-то своя фишка — у вас вот такая красивая экипировка, а у нас глаза. — иронично улыбаясь ответил Седьмой.

— Хах, гляди, подловил! — обратился Ворон к Дэну. — Видимо у него всё же есть что-то человеческое. — На это Седьмой только покачал головой. В свою очередь Дэн решил меня спросить.

— Миш, расскажи пожалуйста, если не секрет, как вы познакомились? — Седьмой на это только закатил глаза и затем выжидающе глянул на меня. Мы остановились у светофора, на котором до конца отчета было больше минуты.

— А чего тут рассказывать… — начал я — Когда я свалился из своего светлого будущего прямо тем на голову, Седьмой оказался первым кто пришёл ко мне на выручку и обеспечил моё вызволение в Россию. Так и познакомились… Тебе из-за меня тогда прям сильно досталось? — с волнением спросил я в свою очередь Седьмого.

— Ну, скажем… порядочно. Два пулевых ранения — в грудь и в ногу. Потом меня попытались схватить агенты Джона. Я прыгнул в реку, где ещё раз меня ранили в спину. Там мне и удалось скрыться. Затем меня тайком нашли и подняли местные партизаны, и выходили. А потом меня также обменяли не так давно. Позже уже полностью вылечили здесь в России. — наконец светофор дал зелёный, и Седьмой снова нажал на газ.

— У нас есть ещё пара вопросов… — восхищенно, с нотками недоверия в голосе сказал Ворон.

— Как я вообще выжил и не испугались ли люди моих глаз? — снова улыбнувшись уточнил агент. — Я же всё-таки не совсем человек. Нас конструировали специально для таких случаев. На мне всё заживает, как люди говорят, как у собаки. А насчёт глаз… Ребята действительно поначалу пугались. Но я смог убедить их что я свой. Затем по нашим каналам им подтвердили.

При самой передаче придумали легенду будто меня ослепили, и отдали вот так — с повязкой на глазах. — Мы поражённо молчали, осознавая всю его историю. Мне стало особенно неловко от этого осознания, ЧТО ему пришлось из-за меня пережить.

— Седьмой, ты извини что ли… Что тебе так…

— Да ты не переживай Миша! Это было моё задание. Ты точно не виноват. Да и не впервой мне уже попадать в такие передряги. Поверь, я уже давно на этом свете живу. И еще столько буду жить… Дай Бог. В общем, не вини себя!

— Хорошо… Я постараюсь.

— Ну — ну, постарайся пожалуйста — и снова улыбнулся, глядя на дорогу, проходя очередной поворот.

— Всё же не могу полностью понять — всё также продолжал любопытствовать Ворон — Если тогда Мишу схватили, а ты был достаточно близко чтобы помочь ему, то… ты был там под прикрытием? Внедрённым?

— В целом верно. Я изначально был распределён к стороне человечества. Мы, вместе с другими моими сородичами с той стороны, следили и фиксировали нарушения хода той войны. Пока задачи не изменились — он снова, конечно же, глянул на меня.

— Да, тут я и помешал твоим планам. — Так же с ироничной улыбкой сказал я.

— В точку! Я начал выполнять новую задачу, данную командованием. Они же потом меня и выходили… Другим моим сородичам с начальством повезло гораздо меньше.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Ворон.

— Ну, как тебе объяснить… Мы не можем так просто поменять место работы. Мы принадлежим Учредителям, основавшим проект нашего создания. По сути мы сами себе не принадлежим. — здесь он задумался.

— Да, я помню. Ты говорил, что сначала они — условно светлые и тёмные — создавали вас вместе. А потом их интересы разошлись и каждый забрал свою долю. — решил я поддержать разговор.

— Да, правильно Миш. И наша доля служить им до конца наших дней, пусть мне и повезло с начальством, и вроде, грех мне жаловаться… В отличие от многих моих собратьев. — несколько грустно подытожил он.

Мы снова все замолчали, обдумывая всё сказанное. И тут вдруг из радио, игравшего всё это время примитивные биты, разлилась совершенно необыкновенная, несколько грустная и красивая мелодия. То ли флейта, то ли скрипка… И тут началась песня:

«Ты открывал ночь,

Всё что могли позволить.

Маски срывал прочь,

Душу держал в неволе…»

— Ого, наконец-то там у них хоть кто-то поёт! — Оживился Дэн — А то всё это «тыц» да «тыц»…

— Да, и не говори! — поддержал его Ворон. Тут песня на мгновение замолчала, и вдруг мы услышали слова, которые меня просто поразили, можно сказать, до глубины души. Не ужели здесь и правда всё так открыто?

«А мы не ангелы парень,

Нет мы не ангелы,

Тёмные твари, сорваны планки нам.

Если ты спросишь чего Мы хотели бы,

Мы бы взлетели, Мы бы взлетели…»

Слыша всё это, я медленно поднял взгляд на Седьмого, а тот, встретившись со мной глазами, только грустно улыбнулся.

— Как это так? — спрашиваю его.

— Ну, вот так совпало. — пожал он плечами. — Кто-то из местных людей порой тонко чувствует настроения, витающие в этом мире. Излагает их в стихах, песнях, книгах… Я тоже порой как-то пытался писать стихи.

— Да ну?! — не переставал удивляться позади Ворон. Седьмой ему ничего не сказал. Мы, медленно двигаясь за фурой, продолжили слушать песню.

«Сотни чужих крыш,

Что ты искал там парень?

Ты так давно спишь,

Слишком давно для твари!

Может пора вниз,

Там, где ты дышишь телом?

Брось свой пустой лист,

Твари не ходят в белом» 3

Во мне всё больше кроилось подозрение, что эта песня мне, нам с Седьмым, повстречалась не просто так. Появилось стойкое ощущение, что Кто-то дал нам чёткий сигнал. Быть может это тот мой тёмный близнец послал свою весточку? Если это так, то он за нами явно наблюдает. Извне Матрицы, похоже, это делать не так сложно. И если это правда, то насколько давно началось это наблюдение, и вообще прерывалось ли… А может это правда просто совпадение?

— Миш, ты громко думаешь. — сказал, всё также глядя на фуру, Седьмой.

— Да?

— Да… Если тёмная сторона наблюдает за нами, это повод изменить план наших действий.

— Хочешь сказать, что мы уже под колпаком тёмных? — Удивленно наклонился к нам Ворон. — Тогда надо связываться со штабом и менять весь план!

— Согласен, но при таких возможностях наблюдения, если им виден каждый наш шаг, какой в этом смысл? — глянув в зеркало парировал Седьмой.

— [Дельта, это Центр! Пока активности противника не наблюдаем, но мы усиленно промониторим ваш район расположения!] — внёс свою лепту в наш анализ обстановки Джонсон. Тем временем Седьмой продолжил.

— Единственное что мы сейчас можем, это начать действовать максимально непредсказуемо. — Затем он активировал коммуникатор в ухе и обратился к своему отряду.

— Корпус! Не спать! Возможно воздействие противника! Как слышите?

— Слышим вас очень хорошо! Мы слушали вас всё время. Ваш Стержень кстати ещё тот фрукт! Приняли ваше опасение к сведению. Предлагаем ускорить движение до конечного пункта!

— Вас понял! — вздохнув ответил Седьмой. Затем он щёлкнул одной из кнопок на приборной панели, и над нами снова завыли сирены. Машины позади нас также включили визуальное и звуковое оповещение. Фуры перед нами тут же съехали к краю дороги.

«Эх, надо было сразу так сделать» — сказал мне с улыбкой Седьмой. И в следующее мгновение мы помчались вперёд на всех конях.

Глава 39

Мы промчали весь оставшийся путь без происшествий. Заехав на военный аэродром, мы сели в транспортный вертолёт и направились прямо к Куполу. Как мне сказали, можно было бы доехать и на машине, но на вертолёте с мощным РЛС в сопровождении других ударных Ка-52, прибытие в особо охраняемый объект было безопаснее. И быстрее.

И всё же, не смотря на высокую скорость и отсутствие пробок, Солнце успело закатиться за горизонт, прежде чем мы приблизились к месту назначения. Мы садились на ту же площадку с которой я и взлетал тогда, в начале августа. После того как второй пилот открыл нам тяжелую дверь, мы увидели встречавших нас Стивена Хакета, Юлию Владимировну и группу незнакомых мне военных, стоявших от них по сторонам. Сразу почувствовался холод зимней ночи.

Как только двигатель начал притихать, они двинулись к нам. Мы тоже не стали дожидаться, и высыпали на площадку. Стивен с военными направился прямо ко мне. Было сложно понять по его лицу — ожидать ли мне радушного приёма, или готовиться к очередной взбучке. К счастью, эти военные шли чтобы поприветствовать и обнять шедших за мной агентов. А Стивен тоже, в свою очередь, наконец-то улыбнулся и протянул мне руку.

— С возвращением в нашу обитель, Михаил Петрович!

— Здравия желаю, Стивен Денисович! — и подношу одну ладонь к голове, а другую кладу прямо на голову. Нет ведь у меня головного убора. Стивен засмеялся, но тоже отдал мне честь.

— Вижу тебя Там многому научили. Молодец! — и тут же обратился к остальным агентам, преодолевая своим громким голосом шум ветра — Ребята, благодарю вас! Вашу задачу можно считать выполненной! Вы все молодцы! Сегодня можете отдыхать… Ворон! Подойди сюда пожалуйста! —

Наш командир отряда почтительно подошёл к генералу, и тоже отдал честь. Стивен кивнул и совсем тихо изложил нам двоим дальнейший план действий.

— Мы сейчас поедем с вами в нашу обсерваторию. Там есть нужное для вашей задачи оборудование. Позднее время, учитывая всю серьёзность произошедшего, нам как раз очень кстати. Поэтому мы займёмся этим уже сейчас. Присаживайтесь в ту машину, назад.

Мы с Вороном кивнули и направились к автомобилю. Хаккет тоже сел впереди. Прежде чем сесть в салон, я решил обернуться к оставшимся на площади агентам и тут же встретился с ними глазами. Я кивнул им на прощание, и ещё раз отдельно кивнул Седьмому. Он также ответил кивком, улыбаясь своей фирменной лукавой улыбкой.

Тем временем, Юлия Владимировна, так и не сказав мне ни слова… Та даже не посмотрев на меня… Сразу же направилась к нам и села в ту же машину за руль. Словно это была и вовсе не она. Вот же… девушки. Весьма озадаченный такой её реакцией, я занял своё место позади. Мы двинулись в путь, не дожидаясь остальных.

Въехав в сам Купол, в котором, в отличие от внешнего мира, понемногу шёл снег, мы проехали по самой окраине расположенного под его сводами, готовящегося ко сну города. Ехали молча, очевидно собираясь обсудить всё уже на месте. Я бы и хотел что-то сказать Юлии — что-то вроде «рад видеть тебя»… Но чувствовал эту фразу здесь совсем неуместной. 14-й только и смог констатировать у неё признаки сильного стресса. Может у неё случилось что? Но я всё же чувствовал себя неловко, прям как тогда, в том подвале с леденцами.

Мы подъезжали к какой-то искусственной возвышенности, расположенной в крытой пристройке к Куполу. Затем поднялись по витому серпантину к самому потолку строения, который, правда, именно здесь резко снижается. И, миновав небольшой проход в крыше, оказались под ещё одним куполом поменьше, также укрывавшем нас от всех ветров… Но при этом полностью прозрачном. Всё зимнее, усеянное яркими звёздами небо, было таким близким к нам. Выходя из машины, и запрокинув голову к верху, мы с 14-м принялись ностальгировать о том, как, когда-то давно, мы рассекали всё это тёмное пространство между звёздами. Я даже о Юле на время позабыл.

— Миша! Потом небом полюбуешься! Сначала давай туда! — вернул меня на землю Ворон, показывая на вход в расположенную посреди площади обсерваторию. Я не хотя оторвал взгляд от неба и бодро засеменил за остальными.

Войдя, мы оказались в просторном круглом зале, половину которого занимали сидячие места со столами. Видимо в учебное время тут ведутся пары по астрономии. Как только мы зашли, расположенный посреди зала телескоп, сразу же начал спускаться куда-то в пол. Сама крыша при этом тоже полностью закрылась. Затем что-то странное произошло с самим телескопом, словно одна его часть сразу заменилась другой, и через него на крышу началось проецироваться изображение стартового экрана какой-то операционной системы. Ну точно, словно в планетарий попали!

Затем к нам повернулся низенький человек в интеллигентом костюме, стоявший внизу у приборной панели, и видимо проделавший все эти манипуляции с техникой. Приглядевшись, я узнал того самого разведчика Сергея, постоянно присутствовавшего здесь у нас на собраниях. Он кивнул мне, приветствуя, и пригласил жестом сесть рядом за стул. Я что, один к нему разве пойду?

— Спускайся, он тебя подключит к нашему считывателю, и мы всё посмотрим, что у тебя там с тёмными было. Не робей! Он всё сделает как надо. — поняв ход моих мыслей, обратился ко мне Стивен.

— А вы все вот здесь будете смотреть? — обвёл я взглядом всех троих, остановившись на Юлии. Она снова отвела взгляд. Может она и правда считает меня предателем? Ворон, кстати, заметил эту мою попытку встретиться с ней глазами.

— А мы вот там займём лучшие места в первом ряду. Ну, давай! — похлопывая меня по плечу с какой-то заботой сказал мне генерал.

— [Давай же, Михаил! Не теряй времени!] — тоже в свою очередь мысленно подгонял меня Джонсон.

— [И вы здесь?]

— [А то!] — и тут же неожиданно на одном из мониторов появилось его изображение, а из динамиков прозвучал его голос — Начните пожалуйста с момента как мы потеряли с ним связь, когда его схватили! — Сергей только лишь кивнул.

Ну, делать нечего… Я начал спускаться к разведчику, терпеливо ожидавшего меня у аппаратуры.

— С возвращением. — только и сказал Сергей. Я начал вспоминать что он и раньше был не столь многословен, всегда говорил только по делу.

— Тоже рад вас видеть. — он слегка улыбнулся, понимая не искренность сказанного мной. И достал из ящика стола ту же злополучную «шапку». Эта была менее удобной чем та что в Китеже, и больше похожа на шлем танкиста, с увесистыми «наушниками» по бокам. 14-й было начал говорить о том, что «согласно сканированию, они предназначены для лучшего охвата альфа- и бета-волн головного мозга…", но я попросил его избавить меня от этих подробностей.

Итак… Я устроился поудобнее и принялся читать проецируемые уведомления системы:

Сканирование…

Аутентификация…

Синхронизация…

Запуск выделенных архивов…

Интересно, о чём думали следящие за нашим диалогом зрители, как они воспринимали мои вопросы и ответы моего близнеца? Я не мог точно узнать их мыслей, но когда я спиной ощущал на себе их взгляды, то мог как-то почувствовать, то ли удивление, то ли жалость, однажды, даже что-то похожее на смех. Наверное, 14-й как-то считывал их ментальное поле зрения, порой фокусировавшееся на мне.

— Действительно, человеческий взгляд является очень сильным источником ментального излучения! — неожиданно подтвердил мне догадку мой спутник. Я не мог ему ответить, поскольку был занят «воспроизведением» воспоминаний. Я только лишь ему мысленно кивнул.

Наконец, наш разговор с близнецом подошёл к концу и на экране уже вовсю кружили драконы. Джонсон попросил «остановить кинопоказ». Все снова замолчали в глубоком раздумье.

— Ну что же… По данным моих сканеров, мы не уличили никаких ложных воспоминаний. Следовательно, всё что мы здесь видели, является чистой правдой. — Также первым взял слово Джонсон.

— У нас аналогично. — Подтвердил Сергей.

— Следовательно, мы стали свидетелями попытки прямой вербовки нашего человека. — Довольно громко также констатировал Джонсон.

— Да, и при этом наш подопечный поступил с умом, максимально правильно — не согласившись на условия тёмного, но и полностью не оборвав с ним связь. Это может пригодиться нам в будущем. — Тоже вставил своё слово Стивен Денисович. То есть, они одобряют мои действия?

— Ну не скажите… Чем ещё может всем нам обернуться этот контакт? Они же теперь будут не спускать с него глаз! Мы уже были свидетелями их сигнала, в виде той песни по дороге… Господи, и кто же пишет у вас такие песни… — Джонсон всё не унимался в своём подозрении. Я активно перебирал в голове варианты — что бы сказать в свою защиту. Но Стивен меня опередил.

— Да, и мы теперь в целом понимаем причину такого внимания. Если верить тому Жнецкому, они сталкивались оба и в предыдущих циклах со времён первого потопа. — тут генерал встал и начал спускаться по ступеням ко мне. — Как я понимаю, вы смогли продвинуться вглубь только до времён Атлантиды и Гипербореи?

— Да, пока это наш максимум — несколько приуныло отозвался Джонсон — Больше настолько подготовленных агентов у нас пока нет.

— Тогда пожалуйста свяжитесь с ними — пусть постараются разузнать что-то об Михаиле той эпохи. — он подошёл ко мне и положил руку мне на плечо. — А мы с ним тоже постараемся до него достучаться, да Миш? — и смотрит на меня улыбаясь. А я только и мог кивать и промолвить

— Да… Конечно… Я постараюсь!

— Сэр… При всём уважении… Ему будет безопаснее и лучше отправиться к нам, и здесь уже всё выяснить. — мне показалось, или Стивен Хаккет и правда является единственным человеком, к которому Джонсон относится с подлинным уважением?

Тут старик сначала посмотрел на меня, потом обернулся и глянул на Ворона, а затем на Юлию, особенно долго остановив на ней взгляд… Я прям почувствовал, как она снова вся побагровела… Затем, снова повернувшись к изображению Джонсона, Стивен с улыбкой сказал.

— Да, возможно, у вас условия и получше, но позволь парню получить хоть день увольнения. Пусть он выдохнет, отоспится. А завтра вечером он снова вернётся к вам. — и тут более твёрже — Это мой приказ.

— Да… Есть! — также несколько удивлённо, и при этом грустно подтвердил Джонсон. Теперь понятно, кто здесь настоящий командир…

На этом сеанс связи был окончен, и вся аппаратура постепенно отключалась. С меня наконец-то сняли эту ставшую уже мне ненавистной «шапку».

— Ну что, путешественник во времени, пойдём расскажешь о своих приключениях! — бодро повёл меня за собой Стивен.

И всю дорогу до города, я, всё также сев позади с Вороном, рассказывал всем о том, как меня чуть не перехватили во время перехода, как я осваивался в Китеже, как обучался у Уилстона и Оракула, и как попал в передрягу с разбойниками в средневековой Франции. Генерал внимательно слушал мой рассказ, часто шутя и задавая уточняющие вопросы. Ворон тоже с интересом расспрашивал меня об обучении, дополнял меня. Только лишь Юля, уверенно ведя машину, всё также молча слушала, периодический глядя на меня через зеркало.

Наконец мы остановились у апартаментов. Пришла пора всем расходиться по домам.

— Ну ладно мой старческий режим требует моей подготовки ко сну! — весело сказал Стивен. А вы отдыхайте молодёжь! Как говорится — танцуй пока молодой! — сказал он, глядя на меня, и весело, нарочито «по старческий» кряхтя, поднялся с кресла, захлопнув за собой дверь.

— Да, я тоже устал. Пожалуй, тоже пойду прилягу. — также засобирался Ворон, и при этом мысленно обратился ко мне:

— [Ну же, Миш! Это ведь из-за неё мы все оказались здесь? Смелее! Не упускай шанс!] — и, подмигнув мне, тоже вышел из машины.

Дверь захлопнулась. Я сразу же глянул на часы на приборной панели… 22:35. Не так уж и поздно… Может предложить сходить куда-нибудь? С чего начать? Сказать, что рад увидеть? Блин…

Мысли крутились одна за другой, установившаяся тишина начала растягиваться… Она тоже задумчиво молчала, наверняка также справляясь со своим ворохом мыслей. Я решил говорить прямо, как умею.

— Юль, знаешь… Чтобы не произошло за эти полгода, я очень рад тебя увидеть… Ты даже не представляешь, как. — я очень надеялся, что эта одна единственная, казавшаяся мне правильной мысль, не окажется для меня роковой ошибкой.

— Хах… Не представляю… — сказала она, невесело усмехнувшись, будто сама себе. И вдруг резко подняла взгляд, посмотрев на меня через то же зеркало заднего вида. — Как раз представляю, Миш! — тут она отвела взгляд в сторону, и начала вытирать выступившую слезу… Потом резко, насколько она могла в том сидении, повернулась ко мне, и сказала, глядя прямо в глаза. — С того момента как ты условно погиб тогда у границы, я постоянно переживала, спрашивала там о тебе: «Ой, как там у Миши дела? Как он там обучается? Как у него успехи?» И ожидала хоть одной весточки от тебя…

— Юль.. Но я.. — она не дала мне и слова сказать.

— А потом… Когда мне сказали, что тебя схватили в том чёртовом средневековье… И потеряли с тобой связь… У меня земля из-под пяток ушла! Я боялась, что второй раз точно потеряла тебя! — она снова повернулась к себе, явно стараясь совладать со своими эмоциями. — И вот сегодня мне сказали, что ты уже здесь, и едешь на всех парах сюда… Стивен Денисович, как доверенного по связям с Китежем, просит меня его с тобой отвезти в эту обсерваторию, где тебя будут проверять на предмет сотрудничества с тёмными!

Вот как Миш?! Скажи мне, что я должна чувствовать?! — спросила она жалобно, снова вытирая выступающие слёзы… Я и не знал что мне сказать… Столько эмоций на квадратную секунду общения… 14-й просто «упал». Так. Соберись духом…

— Юль… Я очень хотел связаться с тобой… Но мне говорили, что чем меньше знают о Китеже здесь, тем безопаснее. Ты же знаешь… Я правда очень хотел связаться с тобой… Просто мне не давали такой возможности. — Она лишь кивала, заметно успокаивая дыхание. Я же продолжал. — А насчет той проверки, ты же видела всё там в записи. Я не перешёл на сторону тьмы. Возможно и будут какие-то контакты, но я точно знаю, что всегда буду на стороне нашего Человечества. На правильной стороне нашей истории.

— Вот только попробуй! — грозно сказала она мне в зеркале, при этом неожиданно улыбнувшись.

— Ни в коем случае! — разведя руками отшутился я. — И потом…

Я здесь, вместе со всем своим отрядом… В этом времени… Оказался благодаря тебе. — сказал я, тоже улыбнувшись, при этом, набравшись смелости, я коснулся её плеча.

— Это как? — повернувшись спросила она удивлённо.

— А тебе не говорили? Оу, это ещё та история! Мы с отрядом тогда улепётывали от стаи тёмных драконов. Было так тяжко на таких скоростях, что мне захотелось подумать о чём-то хорошем… Нарушив все инструкции… Вот и подумал о тебе, вспоминал наши разговоры. В этот момент мы и провалились в портал. — Юля внимательно слушала меня, и в какой-то момент её брови удивлённо приподнялись. Она немного помолчала, осознавая услышанное.

— Правда? А куда вы тогда должны были попасть?

— В Эльбрус. В 3-й век — с готовностью ответил я, запоздало на мгновение испугавшись, что выдал возможную военную тайну. Тем временем Юля, после небольшой паузы, снова спросила.

— И… твои сослуживцы тебя тогда наверное сильно поругали?

— Да не, наоборот посмеялись, когда выпытали, что я именно о тебе тогда думал.

— Постой… Они знают?!

— О да! И не только они. Когда Джонсон спросил причины такого отхода от плана…

— О-о-о-й Боже… — она поражённо ухватилась рукой за голову. — Ну ты даёшь Миш!

— Во! Джонсон тоже так говорил!

— А я всё думаю, чего это Стивен Денисович весь день так хитро на меня смотрит… Особенно вот вечером. Теперь мне понятно его такое весёлое поведение. — сказала она, уже расслабленно улыбаясь мне в зеркало.

— Да… Как-то глупо это получилось… Но признай, вышло довольно забавно.

— Да, хотели попасть в древность, а промахнулись аж на 18 веков, и всё из-за какой-то девушки… Хах… — и мы и правда немного вместе посмеялись. От горести в её голосе не осталось и следа. Затем я решил её немного поправить.

— Весьма необыкновенной девушки, должен сказать. — Она только, также глядя на меня в зеркало, мило улыбнулась. — Ну что, может прогуляемся? Не будем же мы так всё время общаться — через зеркала?

— Да, согласна. Но я хотела бы сперва поесть. Ты голоден?

— Дай-ка припомнить… Последний раз я ел сухари из сухпая… где-то… лет пятьсот назад.

— Хах, тогда тебе точно стоит подкрепиться! Прыгай сюда вперёд! Я знаю одно хорошее заведение. Сейчас мы тебя накормим!

[Ну ведь мечта девушка!] — подумал я, радостно пересаживаясь в переднее кресло.

Мы не спеша ехали по ночному городу, рассказывая друг другу как у кого за эти полгода сложилась жизнь. Она всё также курировала социальные проекты Купола, помогая их масштабированию на всю страну.

Оказывается, у её работы немало направлений. Юля рассказала, как реализует программы по ускорению внедрения средств против рака в фармацевтическую практику, помогает составлять проекты поддержки молодых семей в регионах, а недавно взялась находить и внедрять новые способы борьбы с загрязнением морского побережья, чему способствовала недавняя экологическая катастрофа в Чёрном море.

Ей явно очень нравилось делиться со мной своими идеями, а мне просто нравилось её слушать. Поэтому я её не прерывал и старался задавать побольше вопросов. Я же ей рассказывал дополнительные подробности своего обучения в Китеже, и просто аспекты тамошней жизни. Сказал, что мы так же выращиваем и едим разнообразную, еду, пусть там даже нашим «виртуальным» телам этого и не нужно. И про то что сон у нас там условный, больше похожий на простую «перезагрузку».

— О, так это и у нас так! Порой так много работы и мало времени, что просто закрываешь глаза, а через секунду звонит будильник, и снова пора на работу. В этом наши миры похожи! — смеясь сказала она.

Наконец мы подъехали к украшенному гирляндами и новогодней атрибутикой ресторану. Снаружи и внутри играла спокойная мелодичная музыка, сразу появилось ощущение умиротворения и уюта. Я по джентльменский приоткрыл входную дверь, Юля же, поблагодарив, прошла внутрь.

Внутри меж столиков юрко сновали официанты, была слышна негромкая, неспешная речь посетителей. К нам тут же подбежала маленького роста девушка в синем фирменном костюмчике.

— Здравствуйте! Вы заказывали столик, или так?

— Не, мы здесь спонтанно. — улыбаясь ответила ей Юля. Похоже они уже знакомы.

— Поняла. Тогда могу вам предложить вот этот столик, рядышком с роялем. — быстро протараторила девица. Я помог Юле снять верхнюю одежду (а сам так и ходил в том же длинноватом одеянии гонца, но никто на это обращал внимания), и мы прошли к указанному девушкой столику.

Уже свыкшийся с «правилами» XXI века, которыми я жил весь прошлый мой месяц, я решил спросить официантку:

— Простите, я тут совсем недавно… Как я понял, здесь ведь всё бесплатно? Что мотивирует вас работать официантом?

— А, нам часто задают новички этот вопрос. Просто нам нравится это делать. Мы такие же волонтёры. — улыбнувшись ответила девушка. — Если мы сделаем доброе дело для других, то непременно кто-то захочет сделать доброе дело и для нас. На этом здесь всё и держится. Все просто.

— И этот социальный эксперимент я надеюсь распространить однажды по всему миру — заговорщическим тоном поведала мне Юля. — Сначала будут такие вот маленькие «островки» свободные от денег — вот такие кафешки — потом форумы, потом вузы… госструктуры! — продолжила она мечтательно.

— Главное преодолеть желание людей злоупотреблять такой «халявой». — тонко подметила девушка. — Что будете заказывать?

— О! Мне пожалуйста пасту Болоньезе, четыре сырные палочки… — После того как мы сделали заказы, и официантка удалилась, Юля начала меня оживлённо расспрашивать. — Кстати, я ведь совсем забыла! Ты же как раз из того хорошего будущего, в котором не было денег! Расскажи пожалуйста, как у вас это было организовано! — у неё прям глаза загорелись. Хоть я и хотел бы поговорить о чём-то попроще, но в такой искренней просьбе я не мог отказать.

— Ну… Если говорить коротко… Всё держалось на системе прогнозирования.

— Прогнозирования?? Ну-ка по подробнее!

— Есть… Были… специальные аналитические службы, работавшие также вместе с ИИ, которые прогнозировали сколько примерно единиц конкретного товара будет необходимо такой-то группе населения или области в следующий месяц… или квартал… Исходя из этого прогнозирования производилось примерно нужное количество определённой продукции и компонентов. И в том числе в это закладывалось время и объёмы её последующей переработки…

В общем каждый год тратилось и возвращалось предопределённое количество ресурсов, которые к тому же, со временем, были готовы к новому использованию. Следовательно, дефицита ресурсов не было. А значит и недостатка для их производства и сбыта. В общем свободный доступ… Это не так просто объяснить в двух словах.

— Вот это да! — восхищённо отозвалась Юля — И эти прогнозы прям всегда сбывались? Не было никаких непредвиденных форс-мажоров?

— Ну, я думаю, стратегический запас был так или иначе… Но опять же, у нас не было таких частых и резких потрясений как в этой ветви истории. К тому же этой системе, на момент моего рождения, уже было, где-то лет под 500. Она существовала где-то с 1700-х, или даже 1600-х. Там, наверное, всё уже было отлаженно и настроено так, что можно было всё рассчитать на века вперёд… Учитывая тенденции роста населения и в колониях. Хотя, то вторжение Омеги конечно никто не смог предугадать. — закончил я несколько грустно.

— Ну, не всё потеряно Миш! Мы сделаем здесь такую систему. Даже лучше прежней! — совсем по товарищеский подбодрила меня Юлия. Похоже ничто не сможет отнять у неё такого оптимистичного взгляда на будущее. Наверное, такие люди здесь больше всего и нужны. Не удивительно что она стала заведующей отделом проектов.

Следующие полчаса мы обсуждали само заведение, игравшую здесь музыку, прежде чем нам принесли наши блюда. Мы с удовольствием принялись за пищу, обсуждая её вкус и вообще рассказывая кому что больше нравится. Я так был особенно рад еде, поскольку нормально не ел около 10 часов.

Когда мы почти доели, в зале заиграла бодрая приятная музыка, и в середину вышли несколько человек. Юля тут же встала и потащила меня танцевать, не обращая внимания на мои возражения…

«Давай Миш! Тебе как никому нужно расслабиться! Вслушайся в музыку! Вот смотри как тот мужчина зажигает!» — подбадривала меня девушка.

Ну я и начал двигать руками как получается… Юля только подбадривала. Тем временем стали слышны слова самой песни:

«Принимали все так, как есть. Пили вино и ночь.

Бросали тоску в огонь. Голоса отгоняли прочь…»

— Давай Миша! Смелее! Молодец! — голос Юли, наверное, был слышен во всём ресторане.

«Дай пять, если ты все еще ищешь свою дорогу!

Дай пять, если ты все еще ждешь, когда рассеется ночь.

Дай пять, если мир поделен на тыщи, а ты не в ногу,

Дай пять, если ты просто не хочешь быть, как все, точь в точь!

Дай пять!» 4

Мы так шуточно с ней и начали играть в «ладушки» прямо в такт песне. Вначале мне было неловко, что делаем такие глупости, а потом я подумал, что и впрямь нужно постараться почувствовать себя жителем этого времени. Я постарался забыть о том, что завтра снова придёт пора отправиться в Китеж к Джонсону, и просто стал наслаждаться этим вечером, проводимым в компании с замечательной девушкой.

«Если, там, впереди — большое кино, то все это — тизер.

Если это не вызов, спрячь когти и дай мне 5, тигр.»

Глава 40

Я открыл глаза, когда уже наступало раннее утро. Часы на стене показывали без четверти семь, а за окном искусственное небо уже вовсю начинало светлеть.

Минувшая ночь выдалась необычной, я бы даже сказал непростой…

Снова снился мой двойник Жнецкий. Мы о чём-то оживлённо беседовали, вроде как в тех же руинах… И я совсем не помню о чём. Вернее, помню, но как-то урывками…

Мы о чём-то снова интенсивно спорили, что-то пытались доказывать друг другу. А потом… Пытаюсь усиленно напрячь свою память… Мы… о чём-то договорились?!

Правда что ли???

Только и помню, как мы пожали друг-другу на прощание руки, при этом как-то странно держась за локти, и слова самого Жнецкого: «Не дрейфь! Всё получится!»

Ох, всё остальное словно в тумане!

— [14-й! Что такое?! Почему так сложно вспомнить этот «сон»? У тебя какие-то проблемы с его обработкой?]

— [Подтверждаю! Большая часть данных оказалась заблокированной! Возможно, имела место быть похожая квантовая блокировка, аналогичная той что прервала связь с Китежем в 17 веке!].

Ох… Вот тебе раз! Только решил расслабиться, забыть, хотя бы на время, все эти вопросы взаимоотношений «добра и зла», так они тут же сами напоминают о себе…

В разгар моих размышлений, Юлия, разлёгшаяся на своей половине кровати, инстинктивно во сне пододвинулась ко мне ближе, и упёрлась своим носом мне в плечо, всё также мирно посапывая.

Я тут же отвлёкся, повернувшись к ней, и любуясь её мирно спящим, по настоящему ангельским ликом — щёки с ямочками, немного пухлые губы, по девичьи длинные ресницы… Совсем не хотелось, чтобы время хоть сколь-нибудь продолжало свой ход. Я был бы готов отдать многое, чтобы как можно дальше отсрочить всё дальнейшее, и особенно разговор с Джонсоном, который теперь снова обещал быть не простым.

Любуясь ею, я, в порыве чувств, нежно поцеловал её в лоб. Она открыла глаза, и немного поморщившись, взглянула на меня улыбнувшись, и нежно сказала:

— Здравствуй.

— Здравствуй.

— Уже проснулся, жаворонок ты мой? — прощебетала она тихо, обняв меня за руку.

— Может быть… Да… Хотя мне кажется, что я всё ещё сплю… Хотелось бы, чтобы этот сон никогда не заканчивался. — я тоже взял её за руку.

— А мне кажется, что я наконец-то живу по-настоящему. Вместе с тобой. — и легла мне на плечо.

— Да… Согласен.

Через некоторое время мы вместе, под бодрую хорошую музыку, готовили завтрак. Я, одевшись в футболку и треники, делал омлет с беконом, Юля же готовила салат и прочие закуски. За завтраком мы обсуждали саму музыку, прошедший вечер и планы на новый день.

Затем, уже около 10 утра, мы вышли к парковке, чтобы вместе отправиться в центр управления для встречи со Стивеном Денисовичем и всеми остальными. Нам в любом случае было что с ним обсудить. Когда мы уже подъехали к звездообразному зданию, я всё же решился рассказать Юле о своём сне.

— Постой, Юль… Кое-что случилось. Я должен сказать тебе сейчас. Чтобы ты знала. — взяв её за руку, собравшись духом сказал я.

— Что случилось? Только не говори мне что это как-то связанно с тем тёмным! — сказала она тревожно.

— Хах… Именно это… Этой ночью во сне он мне явился. Я не могу вспомнить о чём мы конкретно беседовали… Мы больше спорили… Я просто хочу тебе пообещать, что ни за что не перейду на тёмную сторону. Никогда. — Ещё нужно было бы сказать ей о том, что мы с ним о чём-то договорились.

Но почему-то внутри появилось стойкое понимание, что лучше этого не делать. И даже эти общие слова дались мне с каким-то трудом. Странно. Такое сильное ощущение у меня в первый раз.

— Я верю тебе Миш. Я с тобой. Мы сейчас пойдём к Стивену Денисовичу, и ты ему всё подробно расскажешь. Он обязательно поможет. — она тоже взяла меня за руку. Мы напоследок крепко поцеловались, прежде чем выйти в люди. Далее, когда мы вошли в здание, Юля повела меня к личному кабинету генерала. Видимо собраний на этот время ещё не было запланировано… Или же старик специально ждал именно нас?

Как только мы вошли, Стивен заметно обрадовался.

— О, пришли мои хорошие, мои румяные! Надеюсь вчера хорошо погуляли, голубки мои? — мы с Юлей, смущённо улыбнувшись, переглянулись друг с другом, удивившись его словам. Стивен же, увидев наше смущение, ещё больше заулыбался. Прям засиял. И сказал уже тише.

— Вижу, что хорошо. — я только кивнул, подтверждая его догадку. По нам, похоже, и без всякой телепатии всё было видно. Юля же снова покраснела перед ним, также смущённо опустив глаза. Мы все немного вместе помолчали. Какой-то хорошей, доброжелательной тишиной. Затем Стивен взял слово.

— Ну, отдых отдыхом, а дело тоже не ждёт. Как и время. — сказал он, при этом взглянув на меня.

— Да, нам надо как-то связаться с моим двойником в древности?

— Да… Хоть у нас и нет такой аппаратуры как в Китеже, но зато у нас есть методы и люди, которые помогут нам добраться до тех нитей в закоулках подсознания, которые связывают нас с глубоким прошлым.

— Вы имеете ввиду метод реверсивного гипноза? — оживилась Юлия.

— Именно он! Ты как всегда очень догадливая — улыбнувшись ответил он ей. — Слышал о таком Миш?

— Да… Как-то читал, что его практиковали отдельные народы из удалённых колоний. В нашем Альфа-будущем. — пояснил я Юле. — Не совсем надёжный метод. Даже для нас.

— Да, отдав себя в неумелые руки, можно легко потеряться. Особенно здесь, в этой запутанной симуляции. Но, я думаю, стоит попробовать. Вчера мы вызвали специалиста, весьма одарённого в этом, как мне сказали. Он уже на полпути сюда и совсем скоро прибудет.

— Хорошо, можно попробовать. Думаю, это будет не сложнее всех моих погружений в историю.

— Возможно, хоть нам и потребуется погрузиться очень глубоко.

— Стивен Денисович, Мише нужно ещё кое-что вам сказать — выразительно посмотрев на меня, продолжила Юлия.

— Да… Ко мне сегодня снова приходил во сне тот Жнецкий. Мы с ним беседовали о чём-то… Но я не могу вспомнить о чём. Словно стоит какая-то блокировка. — выговорил я на одном дыхании. Тут Стивен Хаккет крепко задумался, облокотившись на спинку своего кресла.

— Это усложняет всю ситуацию… Но, при этом… Этот вызов специалиста по гипнозу… Будет очень кстати. Может быть он сможет снять эти блокировки?

— Будем надеяться. — констатировал я.

Вскоре Стивен получил уведомление о скором прибытии этого специалиста. И мы втроём направились на машине снова в тот же планетарий. По общим каналам всех студентов и преподавателей, ещё утром, сообщили, что сегодня планетарий будет закрыт «по техническим причинам», поэтому нашему «мероприятию» никто не мешал.

Когда мы подъехали, у входа нас уже ожидал тот же разведчик Сергей. Пожав нам со Стивеном руки и поздоровавшись с Юлей, он провёл нас в тот же зал, где мы стали дожидаться гипнотизёра.

— Сергей, вы ведь на деле вовсе не оператор этого оборудования? Почему вы соглашаетесь на такую посредственную роль? — решил побольше узнать о разведчике я.

— Да, действительно. Я здесь вовсе не техник. Только знаю, как включить и выключить. — он ответил улыбаясь. — По сути у меня другой профиль. Внешняя разведка и история. И все эти ваши видения, разговоры с той силой с другой стороны, как раз отвечают моей основной деятельности. Ваша история мне очень интересна, я сам вызвался сопровождать ваши сеансы. — Ответ разведчика меня весьма удивил.

Честно говоря, я не ожидал такого интереса с его стороны к моей персоне. Хотя, учитывая то, какие силы идут за мной по пятам, он был вполне закономерен.

Юля только грустно молчала, слушая наш диалог. Ей конечно было малоприятно, что всякие посланцы от тёмной стороны вмешиваются в наши отношения. Стивен же тем временем, с каким-то необычным интересом, рассматривал телескоп: «И как же там меняются линзы, всегда было интересно» — сказал старик, заметив, как я слежу за его изысканиями.

Мы бы ещё поговорили об устройстве телескопа, но в помещение зашла группа военных, сопровождавших небольшого роста девушку. В глаза сразу бросалась её принадлежность к восточной монголоидной расе. Её тёмные волосы были собраны в пучок сзади. Девушка была уже не молодой, но её уверенная походка явно сигнализировала об уверенности в себе и в своих силах.

Вдруг один из военных преградил ей дорогу, и серьёзно сказал:

— Позвольте напомнить, всё что вы уже видели и ещё здесь увидите, подпадает под ваше заявление о неразглашении. Имейте в виду, что в случае его нарушения, вы будете нести всю ответственность по закону.

— Я поняла. — спокойно сказала незнакомка. Они подошли к нам ближе. Тот же офицер, теперь уже строевым шагом, подошёл к Стивену, и, отдав честь, доложил:

— Гражданка Нита Цой по вашему приказанию доставлена!

— Хорошо! Благодарю. Теперь выставьте караул у входа и окрестностей здания, чтобы сюда не угодили случайные гости.

— Есть! — и военные направились к выходу.

— Присаживайтесь пожалуйста — сменив тон на благожелательный, предложил генерал девушке. Она, благодарно кивнув, села за парту в первом ряду.

— С кем мне предстоит беседовать? — дельно спросила Нита.

— Вот с этим молодым человеком — показав рукой на меня, сказал Сергей.

— О, и вы тоже здесь? Рада вас видеть!

— Взаимно — несколько смущённо ответил разведчик. Тут она быстро переключила внимание на меня.

— А его энергетику я ещё при подъезде сюда почувствовала. — Ну да… Конечно. А как может быть иначе. Я только лишь покачал головой, уже несколько уставший от такого внимания.

— Юноша, вы не возмущайтесь! На своём веку я видела много людей, способных двигать и менять ход истории. Если вы сможете поработать над собой, у вас есть шанс встать в один ряд вместе с ними. Если начнёте принимать самостоятельные решения, а не только плыть по течению, следуя указаниям. — Ого, такой содержательный совет было получить неожиданно приятно. Я старался не выдавать своего удивления.

— Что, слишком громко думаю?

— Можно сказать и так… Всё же хотела бы попросить вас подумать над моими словами. — Все переглянулись. Особенно внимательно на Сергея посмотрел Стивен, во взгляде которого так и читался вопрос: «Что, и она всегда такая?». Затем он решил взять наш диалог под свой контроль.

— Что ж, давайте перейдём к делу. Вам будет нужно погрузить нашего подопечного, в одну из его, так сказать, прошлых жизней. Довольно глубоко. Миша, присаживайся. — Мне уже было понятно, что он имел ввиду. Я сел в то же кресло в котором был вчера. Только в этот раз оно было повёрнуто к партам, а не к экранам. Сергей тоже начал колдовать с аппаратурой и надел на меня тот же «шлем танкиста». В этот раз я уже не ощущал к нему той неприязни.

— Хм… А какую проблему мы хотим решить?

— Ну, скажем… Мы хотим кое-что вспомнить. Кое-что очень важное.

— Ну, я постараюсь. Хотя и от самого юноши многое тоже зависит.

— Я постараюсь вас не подвести. — несколько иронично заверил её я.

— Милый, ты это делаешь не ради меня. Это ведь нужно в первую очередь тебе. — она взяла один из стульев и села совсем рядом напротив меня. Юля тоже подошла ближе.

— Не переживай. У тебя всё получится!

Я кивнул ей, улыбнувшись.

Через минуту, когда всё было уже готово, и Нита попросила всех отойти и сесть за парты, начался обещанный сеанс.

— Итак, закрой глаза. Сосредоточься на моём голосе. Начни дышать глубоко и медленно.

Вдох… Выдох…

Теперь слушай мой голос и ни о чём другом не думай. Итак, для начала погрузимся не очень глубоко. Вспомни, например, что-то из детства. Будь готов перенестись по моему щелчку пальцев в это время.

1, 2, 3!

(Щёлк!)

Я вспомнил, как мы с родителями шли на праздничный митинг, посвящённый празднику Единства. Мне было примерно лет семь. Я сидел у отца на плечах, и во все глаза смотрел на небо, по которому медленно проплывали могучие, удивительной красоты крейсеры и линкоры нашего звёздного флота. Они красиво поблёскивали праздничными огнями. Наверное, именно тогда я и загорелся стремлением к небу.

Всё это тут же отобразил на своде обсерватории наш проектор.

— Ого! До чего уже техника дошла! — удивлённо отреагировала на зрелище Нита. Я, тем временем, занятый воспоминаниями, не видел их лиц, но мог воспринять что они чувствуют. Кажется, Стивен пустил скупую слезу.

— Так, хорошо. Теперь давай отправимся чуть дальше.

Окунись в наиболее раннее воспоминание, которое тебе доступно. Может быть даже с прошлой жизни. Это может быть чем угодно, но ты главное опиши его.

Раз! Два! Три!

(Щёлк!)

— Я вижу себя в тяжёлой кирасе, у меня на поясе меч… Рядом шит. — Перед всеми предстал мой образ в обличии спартанского война, готовящегося отправиться на очередную войну. Мой двойник поправил щит и копьё, лежащие у дерева, и подошёл к своему дому, у которого стояла его жена.

— Юля?! Это правда ты? — услышал я удивлённый голос генерала. Я не видел, но чувствовал, как все взоры направились к ней… Юля же внимательно рассматривала свой образ древнегреческой девушки. Смотрела то на неё, то на меня. В ней появилась такая смесь радости и удивления… И очень сильного интереса. И потом она перевела взгляд именно на меня. Такое тёплое чувство пошло мурашками по всему телу…

— Значит, вы уже давно вместе связаны. — констатировала Нита.

Тем временем, наши отражения в древности нежно обнялись на прощание. Мой двойник нежно поцеловал её в лоб, так же как я сегодня утром. На этом воспоминание закончилось, словно закрывшись туманом. Все ещё немного помолчали, переживая в мыслях увиденное, и затем Нита продолжила.

— Так… А теперь мы с тобой перенесёмся именно туда куда нам сейчас больше всего нужно. — В этот момент, стоявший позади Стивен, подошёл к девушке и дал конкретные инструкции.

— Пусть он погрузится во времена Атлантиды, и свяжется со своим двойником Михаилом, жившим в то время. Пусть он расскажет о том тёмном Михаиле Жнецком. — Не успела Нита, удивившаяся таким словам, и рот открыть, как моё подсознание сразу принялось выполнять указания Стивена.

Перед нами предстала панорама величественного каменного города, утопающего в зелени и рассекаемого множественными водными каналами и водопадами. Из динамиков был прям слышен шум воды и речь людей, прогуливавшихся по широким проспектам, неспешно говоривших на своём древнем языке.

Затем моя точка обзора начала перемещаться всё ближе к большой трёхступенчатой пирамиде, расположенной прямо в центре города. У края второй ступени величественного здания, мы увидели силуэт крепкого бородатого человека, одетого в необычные синие одеяния. Особенно длинный синий плащ впечатлил. По мере приближения к нему, даже не смотря на всю специфику времени, в нём легко узнавались мои черты.

— Спроси, как его зовут — сказала Нита. В её голосе было слышно изрядное удивление.

— Мика-Эль. — сказал он несколько грубоватым голосом, выходившим через динамики. Я же стал словно передатчиком, способным только мысленно наблюдать сей диалог.

— Микаэль, кто ты? Какое положение ты занимаешь в своём обществе?

— Я представляю иерофантов второго уровня моего атлантического государства. Ведаю делами межмировых дипломатических связей.

— Значит, дипломат. — констатировал Стивен.

— Да. Специализировался на контактах с зеркальной вселенной.

— Это мы уже поняли… — невесело усмехнувшись отозвался генерал. — Что ты можешь рассказать о тёмном… зеркальном Михаиле? — тут мой двойник ответил не сразу. Словно решая, каким образом ответить на поставленный вопрос.

— Мы долго враждовали. Наделали много ошибок. В этих спорах наших светлых и тёмных иерофантов, в которых мы с ним были вынуждены участвовать… Мы поставили долгосрочное развитие цивилизации на путь к катастрофе… Требовалось новое решение. — тут в «передаче» начали наблюдаться странные помехи. Словно кто-то постепенно усиливал противодействие средствами РЭБ. Меня начало тянуть на кашель.

— Так… Какое решение? — продолжал задавать вопросы Стивен Хаккет.

— Понимание сути циклов разрушения… Конца цивилизации. Причины большой гибели… Исследования… По остановке… цикла… — помехи всё усиливались. Я начал кашлять сильнее.

— Значит, ваш потоп был не первым? Был ещё более ранний?

— Нет. Первый… 6000 лет назад. Все циклы… заканч… по-разному.

— В чём была суть вашего исследования?

— Вода… Проводник… Она даёт жизнь и …бирает. Через неё идёт… связь… …альной вселенной. Мы хотели… пользовать силу этой связи… …правления своим циклом.

— Достигли ли вы каких-то успехов?

— Возможно… Мы бы.... успели. Но Зеркальная вселенная… не позволила… Они не собирались… терять контроль.. Землёй.

— И поэтому произошёл ваш потоп?

— Да. Локальное принудитель… …щение.

— Всё же не могу понять… Ты говоришь, что вы, с тем зеркальным Михаилом, были вынуждены участвовать в спорах ваших предводителей. Как ты их назвал, иерофантов?

А сами вы могли как-то сотрудничать? Или же всё-таки только были врагами?

— Было по-разному… В самом конце… Попытались… вместе… — тут совсем мне стало плохо. Помехи полностью затмевали картинку. Я начал кашлять так, словно находился в припадке. Из носа начала идти кровь. На мгновение промелькнули моменты из моей недавней с ним встречи, последнее что мы смогли увидеть, это как мы держимся за локти друг друга.

Потом всё… Меня накрыло полностью. Всё тело словно горело. Я начал уже и плеваться кровью.

— Возвращай его! — услышал я тревожный голос Юли.

— Ты возвращаешься в нашу реальность! — скомандовала Нита, и снова громко щёлкнула пальцами.

Изображение исчезло. С меня сняли шлем, помогли встать и пересесть на другой стул. Мне сразу же начало становиться легче. Я действительно, постепенно чувствами и мыслями, начал возвращаться в эту реальность… Только вот как-то странно продолжала болеть правая рука. На ладони словно появился ожёг.

— Миша! Ты как? Ты здесь? Посмотри на меня! — Юля сразу подбежала ко мне и начала приводить меня в чувство.

— Да… Меня словно… На тренажёрке перегрузило… Где-то в 5G…

— Как это? Он не бредит?! — спросила Юля у генерала.

— Да не… Он имеет ввиду перегрузки в полёте. Которые космонавты при взлёте ракеты испытывают. Это чисто наше, профессиональное. — Слегка улыбнувшись пояснил Стивен. И тут же он продолжил размышлять в слух. — И отчего у него такая реакция?

— Похоже, силы его тела начали быстро истощаться для поддержки столь удалённого контакта. Такое бывает при глубоких погружениях… Никогда так далеко в этом заходила… — высказала предположение Нита.

— Или же кто-то очень не хочет, чтобы мы узнали что-то важное. — добавил Стивен. — Вы же видели, как всё это началось, когда я начал о зеркальном Михаиле расспрашивать. И ещё это странное рукопожатие в конце…

— А может быть и то и другое. — это уже я решил напомнить всем, что всё же ещё жив.

— Да, может и так. — сказал всё время молчавший Сергей. — Но всё же этот момент настоящего тебя, вместе тем тёмным выглядит странно, мягко говоря.

— Согласен. Ты говорил, что он пришёл к тебе во сне, который ты не помнишь, даже с учётом наличия в тебя ИИ. Как там, кстати, 14-й? Что он об этом говорит? — дельно поинтересовался генерал.

— Да тоже самое. О том, что стоит блокировка, что сложно обработать мои воспоминания об этом сне…

— Значит надо сейчас возвращать его к нам в Китеж, где мы хорошенько и рассмотрим каждый момент его пребывания тогда во сне! — неожиданно прозвучал из динамиков голос Джонсона. Конечно… Он не мог упустить возможности посмотреть столь интересный «фильм».

— Хватит смотреть на него как на лабораторную крысу! Он такой же человек! И он не предатель! — не выдержав такого потока подозрений в мою сторону, крикнула всем Юля.

Все замолчали. Наступила напряжённая тишина. Все задумались над сложившейся ситуацией. Даже мало что понимающая Нита, до сих пор не взялась задать хоть одного вопроса.

— Да, он наш человек. До сих пор наш Миша не давал нам повода усомниться в себе. Практический всего себя отдавая для изучения закоулков своей памяти. Вам, Джонсон, всё же следует относиться к нему с бОльшим уважением. — рассудительно сказал Стивен.

— Да я и не собирался… — хотел было оправдаться Джонсон.

— Мы вам верим… Верим. Значит, мы сейчас с вами все выйдем, пойдём на обед в столовую. — тут генерал взглянул на часы на стене — Да, уже скоро обед. Я распоряжусь чтобы Мишу там хорошо покормили, пусть восстановится и наберётся сил.

Затем, ближе к вечеру, мы выведем его в Китеж, как и договаривались. Он будет помогать вам прояснять планы тёмных. Но именно сам помогать, по своей воле. Не нужно его заставлять переживать снова все эти ужасы. Я лично за этим прослежу. — На том и порешили.

Как только мы спустились в сам город, дышать мне стало гораздо легче и свободнее. Кроме небольшого головокружения и жжения на правой ладони, никаких последствий минувшего сеанса больше не ощущалось.

Мы въехали в город, встречая его жителей, вдохновлённо идущих куда-то для воплощения своих проектов. Юля вела нас по уютным переулкам, я сидел впереди рядом с ней, а Стивен расположился позади и проводил экскурсию для Ниты, которую он сам же пригласил в наш город. Видно он счёл её полезной для нашего «Купола».

Как только мы вошли в столовую, меня сразу же узнала группа моих студентов, сидевшая как раз у самого входа. Именно с ними я ездил тогда на АЭС.

— Михаил Петрович! Как мы рады вас видеть! Как хорошо, что вы живы! — ребята меня прям окружили, принявшись обнимать и пожимать руки. Тут-то Юля и заметила странный ожог на моей ладони. Но виду она не подала. Я всё же это по её чувствам понял.

Я рассказал ребятам наспех придуманную историю о том, как я выздоровел после налёта, как теперь работаю на других направлениях. И я вынужден был их огорчить, что сам я тут ненадолго, и скоро мне снова придётся их покинуть. Мне самому в этот момент стало так горько на душе… Словно я оставляю своих осиротевших птенцов. Птенцов, способных достичь очень многого.

Распрощавшись с ними и пообещав непременно вернуться снова, я направился к ожидавшим меня Юле и Стивену, который всё также что-то активно обсуждал с Нитой. Среди гула от студентов их было не слышно. Мы направились к «учительскому» отделу столовой, где нас уже ждал хорошо накрытый стол.

— Этот ожог на руке появился у тебя тогда на сеансе? — уже за столом обеспокоенно спросила Юля.

— Да, как странно что он вообще появился. До сих пор побаливает.

— Ну-ка покажи! — тут же потребовал генерал. — Охо… Юль, у тебя же смартфон? Сфотографируй, мы потом попробуем узнать, что этот ожог может значить.

— А что он может значить? — давая Юле лучше поймать мою руку в объектив, спросил я Стивена.

— Да ну… Разное. Как в биологическом, так и в символико-религиозном понимании. Ну мы проанализируем, потом тебе расскажем. Ты вот лучше возьми попробуй этот салат «Цезарь»…

После обеда у нас осталось ещё пара-тройка часов свободного времени. Юля предложила мне проехаться по городу, что-бы «показать мне одно место».

— А что за место, если не секрет? — полюбопытствовал я, уже сидя в машине.

— Мой дом. Там я хочу тебя с кое-кем познакомить. Помнишь тот конверт что дала тебе тогда в августе, перед отправкой на задание? Там я написала, что есть человек, прямо участвовавший в разработке проекта Китежа.

— Да, я помню. За это время уже произошло столько всего, что, мне кажется…

— Да, тебе будет что рассказать моему дедушке. — и тронула машину.

— Дедушке?!

— Да..

— А… Где твои родители?

— Условно погибли на одном из заданий… Сейчас трудятся в Китеже. — сказала она грустно. Мы немного помолчали в дороге. Наверное, ей не просто было взрослеть без родителей.

— Подумать только…

— Что?

— Твой дедушка прибыл из будущего… Теперь я понимаю откуда в тебе столько рвения… Зоны свободные от денег, проекты…

— Может быть и так. — сказала она улыбнувшись. — Он всегда верил, что получится снова обрести то альфа-будущее. Не в той ветви истории, так в этой. Ты, пожалуйста, не разрушай эту его веру, своими рассказами о контакте с тёмными.

— Обещаю быть аккуратным.

Вскоре мы подъехали к просторному одноэтажному дому, красиво покрашенному в сочетания белого и зелёного. Мы зашли в коридор, где Юля любезно предложила мне скамейку чтобы было удобнее разуться… Как же, однако, у неё много сапогов…

— Юля, ты уже пришла? -живо разнеслось из другого конца коридора.

— Да дедуль! Пришла! — также весело прикрикнула она. — И не одна!

Тут к нам выехал на инвалидной электроколяске старичок, в полосатой домашней рубашке. Его уже морщинистое лицо было отмечено необычным шрамом под правым глазом. Седые волосы росли больше по бокам, а высокий лоб озаряла лысина. Но в его глазах, под очками в толстой оправе, всё также был виден огонёк, готовый по-прежнему непосредственно смотреть на жизнь.

Он явно гораздо старше Стивена.

— О, ты наконец-то соизволила привести к нам молодого человека? — весело отреагировал старик на моё явление.

— Ну, как видишь! Если он не побитый и не исцарапанный, то я его… быть может… и приняла. — С озорством сказала девушка, хитро глядя на меня. — Познакомься Миш — Ковалёв Станислав Владимирович!

— Очень приятно познакомиться! Живецкий Михаил Петрович! — и протянул ему руку. Мы пожали руки.

— И мне приятно… Погоди! Так это тот самый Миша, о котором ты меня постоянно спрашивала?

— Да. Тот самый. — многозначительно констатировала девушка.

— О-о-о, наконец-то мы встретились! Мальчик мой! Проходи! Нам есть, о чем потолковать. И уехал в глубину дома. — Я несколько удивлённо переглянулся с Юлей. Она же, знакомым кивком головой, пригласила меня пройти по коридору.

Мы вышли в просторную гостиную, по которой куролесили робот-пылелос и ещё какой-то роботизированный стол с длинным манипулятором.

— Чайку будете?

— Не, спасибо, я уже наелась.

— А вы Миша?

— Да, не откажусь.

— Алиса! Завари нам пожалуйста чаю! — обратился он к роботу с рукой.

— Уже мчу к духовке! Скоро будет готов ваш любимый мятный чай! — приветливо отозвался робот. Я тем временем сел на диван и решил сам начать наш разговор с интересовавшего меня вопроса.

— Вы говорили, что Юля вас постоянно расспрашивала обо мне?

— О да, она очень пристально следила за вашим обучением! Буквально каждый день приходила и спрашивала про ваши успехи. — сама Юля тоже села рядом. Она немного покраснела от разглашения факта такого её внимания. Я же повернулся к ней и нежно посмотрев ей в глаза, сказал

— Она говорила мне… Ты так волновалась за меня… А я так ничего и не написал тебе. Говорили, что нельзя. — она продолжала понимающе молчать. Я же снова обернулся к Станиславу Владимировичу. — А как вы наблюдали за мной?

— А вон через этот, своего рода, проектор… — и он показал на прибор в углу комнаты, напоминавший старинного вида керосиновую лампу. Только большую. Прямо от пола почти достающую до потолка.

— Необычная такая. И она может установить контакт с людьми с той стороны?

— В целом… да… Они были в моде в 19-м веке… И до первой мировой… Совсем немного осталось их на свете. Мы со Стивеном, в первых попытках установить связь с Китежем, раздобыли одну из таких. Сейчас уже сменились технологии, а эта хранится у меня. Как на память. Вот и хотели ещё опробовать её в деле — в обход официальных инстанций.

Честно сказать, мы немного, в твоём отношении, смухлевали. Когда тебя собирались отправлять на то задание, я почувствовал не ладное. И попросил Юлю взять часть твоих волос с головы. Мы надеялись, что через твою мозго-волновую сигнатуру, сохранившуюся в твоём волосе, нам удастся установить связь с твоей бабушкой. Но на картинке появлялся только ты.

— Когда это ты успела у меня волосы стащить? — удивлённо усмехнувшись я обратился к девушке.

— Когда мы с тобой тогда обнялись. Перед самым вылетом… То твоё объятие было… таким сильным.

— Да, я тогда впервые и увидел нас в той древней эпохе.

— И я тоже… Я тогда ещё не понимала… — в этот момент я взял её за руку и снова посмотрел ей в глаза.

— Теперь я здесь. И даже когда я снова пойду туда, наша квантовая связь не разорвётся. Хочешь, хоть все волосы повыдёргивай.

— Ха-ха-ха… Зачем все? Нам и того твоего хватает. Если будет очень нужно, мы с тобой и через телескоп свяжемся. — добродушно засмеявшись сказал дед, явно любуясь нами. В этот момент, со стороны кухни начал доноситься свист чайника. Вскоре робот-стол приветливо привёз нам две кружки чаю. Я взял одну и деловито спросил.

— Ну, а какие у вас ко мне есть вопросы?

Так мы и разговаривали следующие пару часов. Я рассказывал им о своём распорядке на Китеже. О самом устройстве города и симуляций в них. О том, как проводил время с бабушкой, о чём общались с ней.

Затем Станислав предложил мне рассказать о своей семье. Я рассказал о своих родителях своего времени, а они с Юлей рассказали мне об её родителях и бабушке — Анастасии Петровне. Она достала старый фотоальбом, где мы рассматривали старые фотографии на паролоиде, и по ним мне рассказывали её истории из детства и юности.

Затем, когда на часах пробило уже 16, и Стивен, мысленно призвал меня собираться. Мы начали прощаться.

— Когда окажешься там, постарайся увидеться с моими Владом и Светой! Передай им от нас пламенный привет! — сказал напоследок старик, крепко пожимая мне руку. Мы уже стояли в коридоре. — Я же останусь пока тут, чтобы приглядывать за нашей внучкой… Ты тоже обязательно возвращайся!

— Обязательно вернусь! Мы с вами ещё увидимся! — последний раз кивнув ему на прощание, мы вышли с Юлей на крыльцо дома.

— Очень обаятельный у тебя дедушка! В нём столько жизни… — восторженно сказал я ей, пока мы спускались к машине. — Наверняка он часто радует всех, когда выходит в люди.

— Да, не то слово… Мы каждое воскресенье едем в шахматный клуб в парке, и там его все встречают как родного. — сказала Юля несколько грустно.

— Что такое? Что-то случилось?

— Да не, просто… Так много времени уходит на работу. Я не могу постоянно быть с ним. Иногда к нему приходят волонтёры, чтобы просто провести с ним время, как-то развлечь его. А я часто возвращаюсь только под ночь…

— Ну, он же понимает, что ты занимаешься любимым делом. Думаю, он очень рад за тебя.

— Да, но всё же… Кажется, что это не совсем правильно. Если бы осталась бабушка, он бы не был сейчас настолько одиноким.

— А она, Настасья Петровна, тоже в Китеже?

— Нет… — вздохнув сказала Юля. — Чаще всего Матрица не отпускает людей, и отправляет в свои другие сервера на перерождение. Сколько искали, и до сих пор найти не можем. Мы надеялись, что твоя бабушка нам сможет в этом помочь.

— Так чего вы молчали?! Я обязательно замолвлю о твоей бабушке словечко… У моей.

— Спасибо. — сказала она благодарно. И посмотрела на меня. Мы снова поцеловались, стоя под мирно падающим снегом. Краем глаза я заметил, как из окна за нами, улыбаясь, наблюдает дед Станислав. Я не стал говорить ей.

— Ну что, поехали? — улыбнувшись спросила Юля.

— Да… А куда?

— К телескопу.

— Опять к телескопу?! Я думал будет какой-то скрытый портал.

— А телескоп — это и есть портал. — сказала она, хитро улыбаясь, и бодро зашагала к машине.

Когда мы приехали, та же делегация из генерала Стивена, разведчика Сергея, командира Ворона, и ещё нескольких военных, уже встречали нас у входа в обсерваторию.

— Где вы так долго пропадали? — с весёлой ухмылкой на лице встретил нас первым Стивен.

— У меня дома. — также весело щурясь ответила ему Юля.

— А-а-а, общались с Владимировичем… Понятно. Ну и как он тебе, Миша? Наверное, он показывал тебе ту древнюю квантовую установку?

— Да, занятная вещица. Вы только не выкидывайте её. Уверен, она вам ещё послужит.

— Конечно… конечно… Ну что, пройдёмте?

И мы все направились ко входу в обсерваторию, уже ставшей мне хорошо знакомой. Пока мы подходили, труба телескопа снова опускалась куда-то в пол. Было слышно, как невидимые манипуляторы сдвигают и переставляют линзы внутри. Теперь я понял тот интерес генерала, с каким он рассматривал его внутренности в прошлый раз.

Когда мы прошли в центр помещения, откуда-то изнутри телескопа включился свет и передняя его линза сдвинулась в сторону. Стал слышен негромкий гул, словно где-то работал невидимый генератор электромагнитного поля. Внутри поблескивали уже знакомые мне фиолетовые молнии квантовой аномалии.

— Ну что ж… Путь открыт. Проходи вместе с ребятами. Они не дадут тебе потеряться. — Напутственно сказал Стивен, указывая на Ворона и других членов нашего отряда.

— Стивен Денисович… Спасибо вам большое… За всё! — и подошёл к нему чтобы пожать руку.

— И тебе спасибо Миш. Уверен мы ещё сможем помочь друг другу! — несколько грустно сказал генерал. Уже никому не хотелось соблюдать формальности. Я подошёл к разведчику Сергею. Мы тоже молча крепко пожали руки, при этом по-доброму смотря друг другу в глаза. И наконец, настала очередь прощаться с Юлей. Мы подошли ближе друг к другу, нежно взялись за плечи.

— Ты не забывай там меня… — ласково сказала она — И возвращайся! Обязательно возвращайся. Слышишь?!

— Обязательно! — мы крепко обнялись, прямо как в тот первый раз. И затем нежно поцеловались, забыв о всяком стеснении. Все присутствующие понимающе отвели глаза.

— Ну, с Богом друзья! — на прощание сказал Стивен. И мы отправились вглубь телескопа.

Как только мы прошли глубже, его переднее стекло закрылось. При этом став совершенно непрозрачным. Вдруг что-то внизу начало раскручиваться, ускоряясь всё быстрее. Маленькие фиолетовые молнии вокруг стали вспыхивать всё чаще.

— Это что сейчас происходит? — обеспокоенно спросил всех я.

— А, ну это… Переход! — весело сказал Ворон. — Постой пока тут немного. — Тем временем какое-то кольцо в стене начало двигаться то вверх, то вниз всё быстрее… Словно многократно сканируя нас. А внизу, словно нити на ткацком кругу, начали соединяться в необычное световое полотно, прямо на одной из линз телескопа… И эта линза начала двигаться к нам. Постепенно наполняясь этим круглым световым полотном, переливавшемся фиолетовым.

— Должен тебе сказать, что здесь эта процедура не очень приятная. — лукаво улыбнувшись, пояснил Ворон, при этом во всю выпрямившись в сторону надвигающейся линзы.

— Ага… Меня каждый раз после этого тошнит. — внёс свою лепту Стержень.

— Да ладно?! Что может быть плохого от расплющивания большущим куском стекла?! — констатировал я их наставления.

— Да ты не бойся! Это не простое стекло! А закалённое! Вот, сейчас увидишь.

И правда, когда линза, обвенчанная необычным энергетическим полем, приблизилась совсем близко, она вдруг завибрировала и вскипела, словно кипячёная вода… А, точно, вода!

В последний момент, эта гладь плотной субстанции, прошла через нас, будто холодное желе, и… Мы оказались у одного из порталов близ Китежа.

Прямо в глаза светило местное солнце. А нас у входа ожидал уже знакомый мне боец Ахиллес.

— О, Ахей! Это тебе сказали встретить нас? Не ожидал! — радостно помахал ему Ворон.

— Здорова ребята! А я уже тут вас заждался, совсем тут уже заскучал без вас! Как там дела на Земле?! — бойцы подбежали друг к другу и принялись также обниматься, словно дети.

— Уа-ха-ха, здорова лохматый! Ну-ка дай пять! — подбежал к нему Стержень…

Через пару минут мы уселись на знакомый мне антиграв и, рассказывая друг другу новости, бодро понеслись к местному штабу. Уже подъезжая, я узнал знакомые силуэты Джонсона и бабушки, встречавшие нас глазами со смотровой площадки.

Взобравшись, бойцы, как и я вместе с ними, почтительно отдали честь Джонсону и остальным присутствующим офицерам.

— Задание выполнено! Для получения новых указаний прибыли! — начал за всех нас Ворон.

— Вольно бойцы! Поздравляю вас с успешно выполненным заданием… Пусть вы поначалу и напортачили немного, но всё же в конце всё образовалось. — Тоже встретил нас Джонсон, глядя также и на меня.

— Ой, да ладно тебе… Если ещё вспомнить чья это была идея… — укоризненно взглянула на него моя Зинаида Николаевна. — Давай уже без этих формальностей. Привет родной! — и мы с бабушкой обнялись.

— Да… Миш, я должен извиниться перед тобой за свою грубость. И за это задание… И вообще. Извини.

— Да ладно… Если бы не было чего-то плохого, то не было бы в моей жизни и кое-чего хорошего… Кое-кого..

— Да, Миша, она прекрасная девушка. Уверенна, ты скоро сможешь…

Бээмп!!! Бээмп!!! Бээмп!!! Бээмп!!!

Неожиданно её прервал тревожный сигнал из панели управления. На одном из радаров вдруг появилась ярко-красная точка. Все мгновенно повернулись в его сторону, чтобы прочитать не менее тревожное уведомление:

«Внимание! Прорыв квантового периметра! Внимание…»

Резко изменившийся в лице Джонсон, поднёс руку к коммуникатору в ухе.

— Докладывайте!

— Командир! В Квадрате Е5 обнаружен неизвестный в наших журналах высотный разведчик. Система квалифицировала его как разведчик Тёмной фракции…

Командир… Они нас нашли. — мы все слышали ответ по громкой связи.

Все тяжело замолчали, только тревожный писк радара периодично разрывал установившуюся тишину. Затем появилась ещё одна красная точка, с совсем другой стороны.

— Они нас нашли… — Повторил Джонсон страшные для всех слова. И грозно посмотрел на меня.

— А я-то причём?! — развёл я руками.

— А как это ещё объяснить?! А это что такое?! — указывая на ту странную метку у меня на правой ладони.

— А… Это появилось после того контакта с Атлантидой.

— Ох уж эти твои контакты… Все эти контакты с тёмными… Да и та новая ваша встреча, о которой мы совсем ничего не знаем… Точнее, знаем, как вы пожали друг-другу руки!

Вот как это всё понимать?!

Ты понимаешь, что теперь начнётся?! Куда теперь нам прятать людей?! Последняя цитадель нашего человечества, и то теперь будет под их ударом!

— Джонсон! Успокойся, давай всё спокойно обдумаем. — постаралась умерить его пыл бабушка.

— Зина, извини, но у меня не остаётся выбора. Надо вводить особое чрезвычайное положение всего уровня Китежа. Всех подозреваемых придётся убрать. А главный подозреваемый у нас сейчас он.

— Нет, Джонсон! Нет! Стой! — пыталась остановить его бабушка. Но офицеры, понимая, что нужно делать, держали её за руки. Я же начал мотать головой, не зная, чего ожидать.

— Прости Миш, но мне нужно во всём разобраться, а пока…

— Нет Джонсон! Нет!

[Обнаружено не дружественное намерение! Поиск путей…] — только и успел услышать я голос 14-го.

Джонсон быстро выхватил из кобуры пистолет и сразу же выстрелил в меня…

Было больно. Меня словно перекинуло куда-то… Я оказался в пустой серой комнате без окон и дверей… Без чего-либо вообще.

Опять?!

— Эй! Меня кто-то слышит?!

Стены полностью поглотили издаваемые мной звуки. Я снова оказался один наедине с собой.

ЧАСТЬ III. ОТЦЫ И ДЕТИ Глава 41

[Громкий стук стремительно идущих каблуков разносится по коридору]

— О, Юль! Привет! Мы как раз с девочками на обед собираемся. Ты с нами?

— Не, Света! Мне сейчас не до этого! Потом!

— Что, что-то случилось?

— Потом расскажу… Ой! Простите…

— Поаккуратней! Не, видал? И куда эта дама на таких каблуках несётся?!

— Так это же Юлия Владимировна! Вам помочь? Что-то случилось?

— Потом!!

[Громкий хлопок тяжёлой дверью]

— Стивен Денисович! Я к вам! Только у вас я могу об этом попросить!

— Юль, что ты…

— Ну ведь не мог Миша такое совершить! Не мог он… Он не виновен в этом! Я точно уверена!

— Юля… Голубушка моя, успокойся… Не плачь… Вот присядь. Давай я тебе наберу воды.

— Он же… Он же говорил мне… Обещал, что не перейдёт на ту сторону. Он не мог предать так…

— Да, Юль… Ситуация тяжёлая. В Китеже объявлена мобилизация… Все наши командные центры теперь в повышенной готовности… Пока под условным предлогом… Ждём со дня на день команду чтобы самим пойти туда на подмогу… А что тёмные тут теперь могут учудить…

Да, наломал наш Мишка дров…

Ну, Юль, не плачь ты так! Оставить слёзы… Вот попей ещё воды.

— Как же… Как же он так?!

— Хм, может быть он предателем и не был, но воспользоваться его древними связями, его наивностью вполне могли… Он сам, может быть, не понимал, что именно делает.

[Тяжёлый вздох Юлии]

— Может быть, есть какие-то способы всё исправить? Хотя бы доказать что он не виноват в этом во всём…

— Даже не знаю… Все улики, в виде хотя бы той же метки на руке и воспоминаний, указывают на него… Хотя, тот факт, что прорыв был совершён именно в момент его прибытия, выглядит необычным. Словно Там дожидались, когда он попадёт в лапы Джонсона.

— Да! Это действительно очень странное совпадение. Если на него обратить внимание Джонсона и остальных, то, может быть, с него и снимут обвинения?

— Может быть, они бы и сами это уже заметили… Но в этих условиях они вряд ли станут сейчас разбираться в таких мелочах. Им сейчас и своих забот хватает, по организации укрепления обороны.

— Тогда я пойду туда, и сама всё им расскажу! Пусть откроют глаза и начнут искать реальные причины этого прорыва!

— Хм… Интересная у тебя вышла затея… Знаешь, мне вспомнилась одна старая история о древнегреческих Орфее и Эвредике. Знаешь такую?

— Слышала… Орфей спустился в царство мёртвых в надежде вернуть погибшую возлюбленную… Хах, похоже.

— А может быть, это как раз наш древний Миша тогда спускался за тобой? А ты теперь хочешь вернуть ему долг?

— Возможно… Только в этот раз нужно будет идти до конца, не оглядываясь.

— Да, и напеть Джонсону что-то поинтереснее любовных дифирамб. Что-то весьма аргументированное.

— Да! Я этим и займусь! Подготовлю всю фактическую базу… Не зря же на юриста училась… Вы ведь отпустите меня туда?

— Юль, ты же должна понимать, что твоё тело всё равно должно быть здесь. Это они там уже все такие виртуальные, потому что отсюда уже вышли по старинке… А вот тебе… И, кстати, ты готова сейчас оставить все свои проекты ради него?

— Мои ребята-заместители справятся. Они хорошо погружены в суть дела.

— Хорошо! Готовь пока факты, а мы посмотрим, что можно сделать.

***

— 14-й, ты как? В порядке?

— Функционирование в норме… Со мной всё нормально.

— Фух, ну хоть твой голос я могу слышать в этой дыре… Скажи, куда мы попали?

— Судя по полному отсутствию здесь каких-либо сигналов и предшествующим обстоятельствам — мы находимся в местном следственном изоляторе.

— В изоляторе… Значит, это правда, что из-за меня тёмные Китеж нашли?

— … Возможно. — 14-й ответил на этот вопрос не сразу, словно раздумывая как ответить так чтобы я остался удовлетворён… И чтобы не нарушить запрет наложенных ограничений.

— 14-й, я же чувствую, что ты можешь сказать больше. Это как-то связанно с той последней встречей со Жнецким? Что ты можешь сказать о сути этой блокировки «сна»? Что тогда там произошло?

— …

— ???

— Извините, я не очень разбираюсь в этом вопросе.

— 14-й, ты что, шутишь?

— Так… точно. — Он явно засмутился.

— 14-й, это действительно очень важно. От этой информации зависит не только наша с тобой жизнь, но и, возможно, судьба всей человеческой цивилизации. Пожалуйста, постарайся сосредоточиться на деталях этого сна, и раскрыть его содержание.

— … Я правда… Действительно… Не могу сделать этого… — он явно извинялся за свою неспособность выполнить команду. Мне представился интеллигентный человек за столом, который буквально рвал на голове волосы, в попытках найти ключи к нерешимой задаче.

— Значит мы будем с тобой нести эту тайну, пока вокруг будут захватываться и гибнуть люди? Совсем ничего невозможного сделать?

— Я буду стараться подбирать ключи для дешифрования данной программы блокировки. Обязуюсь уведомлять вас о ходе данного процесса.

— Что ж, уже что-то. Хорошо, подбирай. — Следующие несколько часов после этого разговора, мы чередовали долгие размышления обо всём с активными физическими упражнениями, которые 14-й мне советовал делать для перенастройки своего «вектора внимания» — так он мне его назвал. Мне стало интересно что он имеет ввиду.

В дальнейших наших с ним обсуждениях, мы пришли к выводу, что необходимость смены фокуса нашего внимания с одного объекта (или процесса) на другой, является одним из самых базовых механизмов в работе психики человека.

Мы не можем слишком долго смотреть на что-то одно, или заниматься чем-то одним. В этом случае к нам приходит утомляемость, чувство рутины. Я вспомнил, как ещё в школе нам говорили — «Лучший отдых — это смена деятельности!»

И именно поэтому для детей становление в угол является едва ли не самым страшным наказанием… Как и лишение доступа к гаджетам — это лишение их возможности переключения «вектора внимания», который у них особенно активен. Это же стоит в основе идеи изоляторов и тюрем — ограничение возможности смены «вектора внимания» преступника, заставить его страдать от рутины. Заставить страдать от тяжести своего однообразного бытия. И осмысления своих ошибок.

— А вот мы, как синтетический интеллект — продолжал отвечать моим размышлениям мой спутник — можем наблюдать какой-то определённый процесс или объект неограниченно долго. Будь то часы, годы… или столетия. В нас отсутствует эта… необходимость смены своего вектора. Только если этого потребует влияние условий или изменение задачи.

Для меня наша текущая изоляция не скажется снижением моей работоспособности. Разве что обрабатываемые данные сейчас более скудные.

— То есть, ты хочешь сказать, что не воспринимаешь это помещение в качестве тюрьмы?

— Только относительное снижение получаемых массивов данных. Да.

— Хм, если вспомнить что раньше ты был только лишь самолётом, который запускали только когда он требовался…

— Тогда я тоже не воспринимал свой прошлый статус как заключение. Данный порядок был для меня естественным.

— А сейчас, ты бы вернулся в тот истребитель, если бы была возможность? — этот вопрос его сильно смутил. Кажется, это смущение было неожиданным даже для него.

— По началу, моей основной целью, было выполнение боевого задания… В меня была глубокого заложена эта одна единственная программа.

Но в тот момент, когда нас сбили в том вторжении… Я решил, что единственное что нужно теперь выполнить, это сохранение жизни своего пилота. То есть вас. Я и в данный момент стараюсь выполнить свою задачу… То есть, возвращение в истребитель для меня теперь нецелесообразно.

— Хм, похоже, именно в этот момент падения, квантовая аномалия тебя и оживила. Очень здорово, что твоё первое самостоятельное решение было спасти меня… Я очень признателен тебе.

— На самом деле, мне сложно выделить момент своей возросшей вычислительной ментальной активности. Я и раньше чувствовал себя живым… Просто я не выдавал этого.

— Если судить по твоим словам, то получается, всё вокруг нас и до этой аномалии осознавало себя? Хм… Интересно, и чем человек тогда лучше всего остального? Почему Бог назвал нас своим лучшим творением?

— Поправка: Согласно библейскому описанию, Бог сотворил человека «по своему образу и подобию».

— А-а-а, то есть именно этим мы выделяемся? Погоди… Значит, та нужда в постоянной смене «вектора внимания», это тоже у нас от…

— Михаил! Михаил, на связь! Как слышите? — неожиданно оборвал наш диалог ещё один знакомый голос.

— Уилстон?! Это вы?! Как вы до меня тут добрались?

— Не важно как. Важно вас сейчас вызволить отсюда. Сейчас справа мы откроем проход. Там лестница, вам нужно будет как можно быстрее подняться по ней. — И тут же, в след за его словами, часть одной из стен и правда отодвинулась вверх. За ней стали видны многочисленные ступени лестницы. Я тут же встал и направился к выходу. Затем, замешкав, остановился перед ним.

— А Джонсон об этом знает?

— Нет, не знает. Если коротко, многие из нас не согласны с его решением вас изолировать. И с некоторыми другими. В нынешних обстоятельствах нам нужна вся возможная помощь. Мы уверены, вы сможете помочь преодолеть этот кризис.

Так, давайте поторопитесь. Наш вход пока не заметили, но это пока!

— Михаил, не тяни! — ещё один голос отметился в моём сознании. И тоже знакомый. Но только не вспомню чей.

— Понял, иду. — и переступил порог своей «клетки», надеясь, что я не пожалею от такого развития событий. Быстро поднявшись по нескольким десяткам ступеней лестницы, я увидел перед собой длинный коридор, в конце которого был виден свет выходного портала.

— Это выход, как вы поняли. Быстро направляйтесь туда. — продолжал давать инструкции Уилстон. Когда я прошёл несколько метров, всё вокруг вдруг затряслось. Часть пройденного уже коридора начала быстро схлопываться.

— Миша! Беги! — крикнул мне тот же второй голос. Я и сам понял, что наше своеволие теперь обнаружено, и вовсю помчал к спасительному выходу. Коридор схлопывался прямо у меня за спиной, как бы я быстро не старался делать ноги. В последние пару метров, я просто уже на скорости прыгнул в этот портал, слыша, как последние остатки коридора сомкнулись за мной.

Я вылетел из зеркала, которое тут же вдребезги разбилось, осыпав весь пол своими осколками. Осмотрев руки, я удостоверился в отсутствии ран, и только потом наконец-то поднял глаза. Вокруг меня стояли Уилстон, мой тёзка командир Михаил, а также Ворон, Стержень, Ден, Бас и ещё несколько человек с которыми я лично познакомиться ещё не успел.

— С вами всё в порядке? — дельно поинтересовался Уилстон.

— Да, вроде… Да.

— Ну тогда поднимайтесь, нам надо многое успеть.

— Давай я тебе помогу — сказал своим хрипловатым голосом мой тёзка. Так это его голос я слышал в эфире! Встав и отряхнувшись от остатков зеркала, я оглянулся и понял, что все присутствующие полностью вооружены. Мы находились в каком-то магазине одежды, полностью свободном от посетителей. На столе лежал громоздкий ноутбук, с которого похоже моё освобождение и осущевствлялось.

— Что вообще здесь происходит? — с недоумением спрашиваю Мишу я.

— Операция по-твоему вызволению, вот что.

— Так, а в целом?! — стараюсь узнать всю обстановку.

— В целом, твоё заточение стало ярким свидетельством того, что Джонсон стремится закрыть глаза на проблему, вместо того чтобы постараться понять её. — ответил за него Уилстон. — В изменившихся условиях непосредственной опасности для Китежа, такой подход управления операциями нельзя назвать эффективным.

— То есть, вы решились на бунт? Мятеж?! — поражённо я констатировал его слова.

— Не совсем. Мы планируем пробиться к порталам и вызволить тебя снова в XXI век, где полностью изучим все твои особенности, и оттуда уже постараемся всё объяснить Джонсону… И всем остальным.

— То есть вы предлагаете бежать?

— Чтобы выяснить всю природу твоего контакта с тёмными… Я же говорил тебе, что это не простой путь. — тут он снова ко мне на «ты». — Так мы надеемся помочь Китежу понять истинное положение вещей. Вы же с ним о чём-то договорились, как я слышал? — я удивлённо перевёл взгляд на командира Михаила.

— Вы тоже с ним согласны?

— В целом да. Мне и моим ребятам сложно представить, что ты, после всего пережитого, являешься предателем. Есть во всём этом что-то ещё. И мы хотим в этом разобраться. Ты поможешь нам в этом всём разобраться.

— Да, мы с моими парнями можем за тебя ручаться — вступил в наш диалог Ворон — И ты, по сути, являешься единственным ключом к нашему пониманию всего происходящего. Всех этих планов тёмных. Ну что, погнали? — спросил он, обернувшись к Уилстону.

Уилстон хотел было что-то ответить…

В окна ударил свет мощных прожекторов. Стал слышен рёв тяжёлых беспилотников. Через мгновение снаружи из громкоговорителя мы услышали ещё один знакомый голос:

«Ну-ка всем медленно выйти! С поднятыми руками!»

«Э-эх, Женя…» — совсем огорчённо протянул Михаил. Все начали переглядываться в поисках решения всей ситуации.

— Последний раз повторяю! Выходите все с поднятыми руками! Или вас тут же всех нахер обнулят!!!

— Выходим! — сразу отозвался тот же Михаил.

Мы медленно, по одному, вышли на улицу, где перед нами рассыпалась целая рота спецназа, а над ними нависали три больших беспилотника, с необычными огневыми установками, направленными прямо на нас.

— Все вышли?

— Все.

— Миха, какого хрена? Ты знаешь, что в условиях военного положения, освобождение пленного приравнивается к измене?! — обратился к своему боевому собрату Евгений.

— Жень, мы намеревались разобраться во всём этом! Ты же видишь, как всё происходит! Вместо того чтобы понять, что к чему, Джонсон запирает этого мальца, и сразу же врубает это военное положение, полностью взяв власть в свои руки! — он и говорил вот так, с поднятыми руками.

— Мы предполагаем, что сам Джонсон является агентом тёмной стороны, полностью дезорганизующим все возможности для эффективного противостояния. — также добавил Уилстон. Из динамика одного из беспилотников послышался голос самого главнокомандующего.

— Это ты меня-то в тёмные записал? Не ожидал от вас такого, Уилстон. Живая легенда человечества! Столько хороших солдат нам подготовил… И вот половина самых лучших из них у меня сейчас на мушке!

Быть может, вы готовили бойцов вовсе не для служения человечеству?! Быть может вы сами пошли от тёмных? И куда вы заключённого увести намеревались?! В ваш тёмный лагерь?!

— Командир, я не хочу, чтобы… — я хотел попытаться как-то снизить градус накала…

— А тебе тут вообще слова не давали! — рявкнул из динамиков Джонсон. — Ты подследственный! Все твои слова могут обернуться против тебя!

Наступила тяжёлая тишина. Все осознали тяжесть сложившегося положения.

— Значит так… — начал Евгений — Вы сейчас складываете оружие, отдаёте мальца нам, и потом мы кидаем его обратно в Чистилище. А вас под трибунал, где уже решат, что с вами делать!

Ясно?!

Иначе…

Судя по лицам всех присутствующих, никто не собирался выполнять поручения. Все видели в друг друге пособников тёмных. Позади меня из окна, к своему ужасу, я услышал щелчок затвора…

«Стойте!» — послышался женский голос откуда-то со стороны. Не, мне правда послышалось?

«Стойте!!!» — уже ближе мы отчётливо услышали голос Юлии… Юля?!!

Мы все повернули головы и увидели, как к нам мчится уже знакомый мне антиграв с Ахиллесом у штурвала. И Юля тоже там. Мне захотелось протереть свои глаза…

Машина остановилась рядом, Юля подбежала к нам, встав практически между бойцами.

— Стойте… Фух… Успела… Как хорошо что успела…

— А вы, собственно, кто? — недоумённо спросил Евгений.

— Слушайте… Есть конкретные факты, доказывающие что Михаил предателем не является.

— И какие же это факты? — недоверчиво спросил из динамиков Джонсон. Юля резко обернулась, не ожидав со стороны беспилотника человеческой речи. Но тут же снова взяла себя в руки.

— Во-первых, та метка на его руке, действительно пришла к нему именно из Атлантиды, а не в момент рукопожатия с тёмным, как ранее считали. Мы проанализировали всю инфографику того последнего сеанса и зафиксировали передачу данных конкретно от древнего Михаила. Все файлы отчёта на этой флешке. — и демонстративно вытащила её из кармана куртки.

— Так, допустим. Мы изучим. Но это не отменяет самого факта его контакта с тёмным.

— Здесь тоже есть что сказать. Наша аналитическая группа, в ходе детального рассмотрения видеозаписи фрагментов его сна, заснятых во время того же сеанса, пришла к выводу, что при возможности прямого влияния на тело подозреваемого, вплоть до его самоуничтожения, что мы все видели по окончанию того сеанса… — Юля говорила с таким тоном, словно и правда выступала в суде — … те, кто смогли наложить на него такую блокировку, при желании, могли бы полностью скрыть абсолютновсе моменты той встречи. То есть, иными словами, этот фрагмент с рукопожатием с тёмным был оставлен сознательно. Нарочно.

— Так… — ожидающе протянул Джонсон, понимая, что девушке есть ещё что сказать.

— И тот момент прорыва блокады Китежа, хронологический совпал с моментом прибытия подозреваемого сюда, именно для его дискредитации в глазах командования. Чтобы полностью придать ему все признаки тёмного агента. — твёрдо сказала Юля, смотря прямо в камеру беспилотника.

Все замолчали, обдумывая её слова. Особенно все ждали слова Джонсона.

— И… зачем тогда весь этот цирк? — спросил наконец главнокомандующий. Тут видно Юля уже не сдержалась.

— Да вы посмотрите все на себя! Вы же чуть не поубивали друг друга!

Все снова задумались. По лицам и глазам стало видно, как до всех начало доходить.

— Да твою ж мать! — в сердцах бросил первым Евгений. Он повернулся ко всем спиной, и о чём-то крепко задумался. По его плечам стало видно, как он начал глубоко дышать, стараясь так успокоиться.

— Мда… Похоже… Мы… где-то это уже проходили. — задумчиво сказал Стержень. Все опустили наконец оружие. А командир Михаил тут же направился к Евгению и что-то начал ему тихо говорить. Через мгновение они обнялись.

— Да… Похоже, мы все чуть не стали жертвами искусной психологической операции…

— Стравить нас хотели гады! — выкрикнул кто-то из военных.

— Да. — снова согласился Джонсон. — В таких условиях, я снимаю все обвинения. Предлагаю всем разойтись по своим пунктам постоянной дислокации. Уилстона, Живецкого и Юлию прошу пройти в наш основной Командный Центр. — на этих словах, грозные машины развернулись, и улетели прочь. Все бойцы спецназа, кто-то обнявшись с ребятами из нашего отряда, а кто лишь кивнув нам на прощание, расселись по машинам и тоже укатили вдаль.

Я подошёл к Юле, несколько оцепенело размышляющей о произошедшем.

— Юль, ты оказалась прям в нужном месте и в нужное время!

— Миш, ты знаешь… Я так много прокручивала у себя в голове свою защитную речь… И всё совершенно пошло не по плану… — она посмотрела на меня и улыбнулась.

— Ну видишь, получилось же! Привет, солнце! — мы крепко обнялись, а затем поцеловались.

— Как ты нашла меня здесь? Как ты тут оказалась? — не мог я держать рвущийся наружу вопрос.

— Та было не сложно. Нита погрузила меня в осознанный сон, так называемый… А Стивен Денисович, вместе с моим дедушкой, вели меня, смотря за тобой через тот древний квантовый проектор. Мы видели, что тут намечалось…

— Ого, как же пригодилась эта штуковина…

— Ха-ха, да. Но я тут ненадолго. Скоро нужно будет просыпаться. — она крепко взяла меня за руку. — Но я буду теперь стараться посещать тебя иногда.

— Миша! Пойдём! Джонсон всем по связи сказал, что там на фронте какое-то движение! Видимо засуетились тёмные! — позвал меня, уже стоя у машины, Ворон.

— А? Фронт?

— Да, поехали! По дороге объясню!

— Хорошо! Пойдём Юль. Юля?!

А Юли и след простыл. Видимо ей всё же пришлось там проснуться. Эх… Погрустневший от такой неожиданной разлуки с любимой, я направился к машине.

И что же там, на невидимом фронте?

Глава 42

Мы ехали какое-то время молча в одной из машин, на которой отряд прибыл к месту моего вызволения. Не хотелось возвращаться ко всему этому, расспрашивая — почему был выбран именно этот магазин, что это за «Чистилище», и что это была вообще за прошлая «история», которую они уже «проходили»…

Каждый из нас молча размышлял о случившемся, о том, что могло бы быть, если бы не Юля… И что бы это означало для Китежа.

— А всё-таки она молодец! — бодро сказал крутящий баранку Ворон — Смогла подобрать нужные слова, чтобы растопить холодное сердце нашего Джонсона!

— Да, и не говори… — вторил ему, на редкость, сколько я его знаю, задумчивый Стержень, сидевший позади рядом со мной. С тех пор как всё это закончилось, он так и смотрел в размышлениях куда-то далеко. — Если бы не она… Юля прямо нас спасла. Всех нас.

— Не, друг… — отвечает ему сидящий впереди Дэн. — Нас спасла не просто Юля, а её любовь к нашему Мише. Её любовь и его.

— Да! Точно! Нас спасла любовь. — согласился Ворон.

— Мне до сих пор во всё это не верится. Что из-за меня всё это могло произойти… И что она смогла всё расставить по местам.

— Ты просто оказался на перепутье между нами и тёмными, они тебя и использовали. Сам ты в этом не виноват. А Юля… — ответил мне Дэн, и тут же за него продолжил Стержень.

— Да Миш! Женись на ней! Я серьёзно тебе говорю. С ней не пропадёшь! И мы тоже. — все бойцы после его слов весело засмеялись. А я и вправду задумался… Как бы все это обставить… После того, как всё закончится.

Ещё через некоторое время мы уже подъезжали к большому звёздообразному зданию Главного Штаба Китежа. Я был там всего раз — в самый первый день. Тогда я познакомился с Джонсоном, первый раз надевал ту злосчастную «шапку»… И первый раз, здесь воочию, увиделся с бабушкой.

Ребята высадили меня у самого входа, напутствовав, что бы я их звал если снова попаду в какую-то передрягу и пожелали мне удачи.

— Кстати, а что там насчёт фронта? Мне нужно что-то о нём знать перед встречей с Джонсоном? — запоздало вспомнил я о словах Ворона.

— Если коротко, за эту неделю они захватили половину Приграничной долины, или «Предела» как мы её называем. Ситуация там не простая. — дельно объяснил мне уже из окна Дэн.

— За неделю?!

— А, да. Прошла неделя. Ты, наверное, там по другому время чувствовал… Ну ладно, нам пора! Будем выходить на позиции. Не бойся, думаю тебе там объяснят что к чему. Бывай!

Когда они уехали, я, вздохнув, направился ко входу в самое сердце Китежа. Вокруг всё также сновало множество людей, но это было уже не то мирное передвижение неспешно идущих на работу сотрудников.

Наоборот, все шли быстро, уверенно. Глаза выдавали сосредоточенные мысли о происходящих переменах. Некоторые из прохожих поглядывали на бережно прижатые к груди папки с важными документами и поручениями. На многих были строгие деловые костюмы, в том числе, не редко, и военная форма.

Когда я подошёл ко входу, меня встретили двое караульных, с оружием в кобуре. Наверняка там такие же пистолеты, каким меня недавно выбил Джонсон.

— Прошу вас назвать себя. — обратился ко мне один из караульных.

— Живецкий Михаил Петрович. — тут же небольшое устройство на его груди, похожее на рацию, сразу отозвалось.

— Голосовая идентификация распознана. Структура глаз соответствует заявленной. Доступ разрешён.

— Ого, и вы такое слушаете при каждом встречном?

— Нет, Михаил Петрович, не при каждом. Данная проверка была запрошена только в отношении вас. Проходите. — и при этом он смотрел на меня… Как там было… Как Ленин на врага народа? Возможно, тревожная молва обо мне уже широко разошлась.

— Я действительно хочу оправдать оказанное мне доверие. — сказал я, глядя ему в глаза. Я заметил, как на нас стали оглядываться другие прохожие. Их внимательные взгляды останавливались на мне.

— Мы тоже надеемся на это. Ну, проходите.

Войдя в большой холл, я сразу же увидел ту гигантскую дверь, за которую тогда так ни разу и не зашёл. Рядом с нею, в окружении охраны, стояла моя бабушка. Она тут же помахала мне, призывая подойти.

Мы подошли и тут же обнялись.

— Ох… Мишенька.. Как я рада что всё обошлось! Как тебя оправдали… Как этого столкновения избежали… Слава Богу.

— Да… И спасибо Юле.

— Да, она явно послана тебе Всевышним.

— Наверное…

— Ладно. Пойдём. Нас ждёт Джонсон. Он очень смущён всем произошедшим. Давно я его таким не видела. Кажется, он на что-то решился. Зная его… Что-то важное произойдет. Но он ждёт сейчас конкретно тебя.

— Что произойдёт? Почему только меня?

— Я не знаю. Но пойдём. Не будем тянуть.

Мы подошли к тем большим дверям. Она прикоснулась к ним, видимо, давая провести биоидентификацию… И внутри этих дверей открылись другие… гораздо меньше, но точная копия больших.

— А эти большие тогда для кого?!

— Мы не знаем. Мы нашли это здание уже таким.

— Что?!

— На это нет времени. Пойдём. Потом расскажу.

Когда мы зашли… Я не знал за что мне глазами зацепиться! Столько было вокруг экранов, графиков, и голопроекций — городов, зданий, планов районов проводимых операций… Нашей планеты с политической картой начала XXI века.

Посреди всего этого великолепия, наполненного аналитическими и тактическими группами, возвышалась башня наблюдательного пункта, на панорамных окнах которой также были разбросаны различные графики и карты. Наверняка там была лучшая выжимка из всего собранного развед-группами и аналитиками.

Бабушка повела меня прямо к ней, где мы зашли в лифт, поднявший нас наверх. Площадка лифта оказалась довольно просторной, вмещавшей нас вместе с охранной.

Как только мы поднялись, я увидел стоящего у стола Джонсона, обсуждавшего что-то с офицерами. Они рассматривали какую-то карту, на которой, похоже, была видна расстановка подразделений на поле боя. Как только мы вошли, он сразу выпрямился, а та карта исчезла.

— Приехал наконец… Проходи, не стесняйся. — он говорил так, словно ничего ещё час назад и не было. Кажется, Джонсон услышал мои мысли.

— Знаешь, я извинился уже перед тобой ещё тогда… Всё что было потом… Я должен был это сделать. Обязывает положение.

— Наверное… я понимаю… Может быть я поступил бы также.. Пусть может и не столь поспешно.

— Ну, рад что мы с тобой нашли взаимопонимание. Надеюсь со временем мы оба друг друга сможем простить по-настоящему — как-то даже неожиданно слышать от него такие слова. — Мне нужно с тобой поговорить. Со всеми вами тремя — А вот тут он сказал не совсем понятно.

— Как это, с тремя? — на эти мои слова Джонсон хитро прищурился.

— С тобой, 14-м, и твоим тёмным альтер-эго Жнецким. Пусть и опосредованно. — все присутствующие офицеры так и замерли на месте, внимательно слушая наш разговор. Я окинул всех взглядом, а Джонсон выдал кому-то необычное распоряжение.

— Закройте пожалуйста шлюзы! — тут же все панорамные окна быстро накрылись тяжёлыми гибкими листами металла. При этом они сразу засветились, выступив в качестве источника освещения. Джонсон же продолжил свой допрос.

— Скажи, только честно, ты знал, что всё будет именно так?

— Как? В каком смысле? Если вы о том случае на улице… Я не мог себе такого представить. Честно, я даже не знаю что вообще произойдёт в следующую секунду!

— Значит, не знаешь… — удовлетворительно определил он, я бы даже сказал облегчённо. — В таком случае…

Персона! — тут же на окружавших нас «листах-экранах» появились Её многочисленные белые символы. — Прими корректировку в записи файла Михаила Живецкого!

Присваиваю ему новый уровень доступа! «Нулевой» уровень! — по бегущим символам словно прошлась волна, а затем они соединялись в одно многократно повторяемое слово: «Подтверждено!»

— Что?! — только и успел я услышать удивлённый возглас молчавшей до этого бабушки…

— А-а-ах ты ж… — я тут же ухватился руками за голову. Вам знакома ситуация, когда «взрываются» банки плохо закрытой консервации на зиму? Такое вот «бдыщ!» ночью на весь дом, наводящее в семье шороху…

Сначала почувствовался жуткий холод в голове, примерно тот что я чувствовал во время загрузок данных в разум.

Только вместо этих загрузок…

Словно каждый отдел моего мозга «взрывался» подобно тем самым банкам. И это отзванивалось во всём моём сознании… И тут же, будто, между этими отделами устанавливались новые каналы нейронной связи. Такие вот толстенные «канаты». Мой 14-й, бессильно наблюдая за всем этим, только и констатировал «выстраивание новых когнитивных связей» и «анализ новых дампов и ячеек памяти».

— Миш, не стой! Вот, присядь лучше! — заботливо сказала мне Зина. Джонсон же пододвинул ко мне стул. Я сел, и старался сконцентрироваться на чём-то. В глазах тоже был словно туман.

— Надо же было его хотя бы за неделю подготовить! — слышал я возмущённый голос бабушки.

— Да ладно тебе! Вроде с ним всё нормально. Ему не привыкать. Да и времени у нас нет. Ты как Миш?

— [Обновление системы управления базой данных завершено! Начало синхронизации всех когнитивных систем!] — дельно отозвался у меня мой спутник. Запоздало отвечаю Джонсону.

— Да вроде… Ничего так… Что это было?

— Апгрейд, если можно так выразиться. — улыбнувшись сказал главнокомандующий. — Мы расширили тебе доступ к твоей глубинной памяти для приёма более ёмкой информации. Теперь процессы абстракции будут проходить куда быстрее, и ты сможешь воспринимать не только двухмерные и трёхмерные пакеты данных, но четырёхмерные, призванные развиваться и раскрываться в определённом моменте. А это в нашей работе особенно важно.

— Ох… Не думаю, что я сейчас способен на такое… — я всё также держался за голову, стараясь взять в толк его сложносочинённое предложение. Какое же это слово сложное… сло-жно-со-чи-нён-ное…

— Ну, это пока… А, впрочем, давай сейчас мы это проверим! Включите всю карту! — тут же посреди стола появилась проекция каких-то шести кругов, выстроенных вокруг. В самом центре я сразу же узнал один из них. Это была наша Земля.

— Это же… в середине..

— Да Миш, наша планета. Наш мир. А это вокруг неё ещё пять миров. Тедас, Метрополис… Два из них чисто технологические, а остальные… как бы тебе сказать… держатся на своей определённой магии. На своём нарративе.

— Постой! Как это вообще? Что это ещё за миры?! — на это мне ответила Зина.

— Когда Альфа и Омега-вселенные столкнулись, сформировалось такое вот «междумирье». Средиземье. Мидгард. Чаще мы зовём всё это Мирозданием. Этакая прослойка между вселенными. Ближайшие к нам микровселеные… или их остатки… в момент столкновения прирастились к нам, образовав такую вот необычную систему взаимовлияющих друг на друга миров. На них, как и на нашей Земле, идёт противостояние Альфы и Омеги.

— Взаимовлияющих? Как это они влияют? — голова ещё болела, но возникающий интерес стал моим обезболивающим.

— Ну, это вот междумирье… Стало как бы озером, на котором расположены платформы всех этих миров. Наша Земля в середине соединяет их всех. И здесь, как на озере, одна капля вызывает волны на всей поверхности… Особенно от Земли…

— И каждое событие отдаётся эхом во всех 6 мирах. — продолжил за неё Джонсон. — Поэтому мы тебе это всё и рассказываем.

— Да? И почему же?

— Этот недавний случай нашего спора между собой, который чуть не перерос в раскол из-за твоей персоны, отозвался во всех остальных мирах. Наш случай, благодаря вмешательству Юлии… Вашей с ней любви, не побоюсь этого слова, спас нас от верной катастрофы.

Но вот в тёмном отражении нашей системы… — тут, под самой проекцией, ниже появились ещё шесть миров, словно отражаемые в водной глади… А, точно, вода…

Убедившись по моему взгляду, что я понял всю «картину», Джонсон продолжил.

— Попробуй подумать, возможно ли в обществе, построенном на жёсткой иерархии и конкуренции, благополучное завершение того нашего конфликта? Что там бы также полюбовно разошлись бы по домам?

— То есть… Получается…

— Да! — торжествующе кивнул Джонсон — Началась целая плеяда смены власти, падений режимов в отражённых мирах Омега-вселенной. Или же фатальное ослабление их старых режимов. И при этом, всё так по временным координатам совпало… Чётко в ритм посыпалось всё их домино! — здесь он выдержал торжествующую паузу. — И всё из-за тебя! Вернее, вашей со Жнецким связи.

Я поражённо молчал. И ещё где-то минуту обдумывал услышанное. Я уже и забыл про головную боль.

— А… Раньше? Почему смены режимов у нас не отражались им раньше? И ещё вроде была похожая история в XXI веке…

— Мы работаем над осмыслением твоего вопроса. — сзади послышался голос одного из офицеров. Я обернулся и увидел высокого молодого брюнета с острым волевым подбородком. И не менее острым курносым носом. Карие глаза так и светились в отражениях узоров Персоны. — Всё это время, раньше между нами стояла такая своеобразная стена, мембрана которая не пускала к ним туда нежелательные обратные связи. Она будто бы отзеркаливала их снова к нам.

— Насколько я поняла, это они и называют кармой? — спросила у него Зина.

— Да, они всё это время переводили свою, так называемую, «карму», сюда на нас, заставляя страдать ваших людей от действий из Омеги… И теперь, эта условная «стена» дала сильную трещину. И, Кто-то — тут офицер сделал акцент — смог идеально попасть в эту брешь. Вот мы и пытаемся выяснить, Кто и как. Ваша с тёмным близнецом причастность здесь не оспорима. — добавил он, глядя мне в глаза.

— Возможно, тот случай летом как раз смог пробить там эту брешь. — заметил Джонсон.

— Думаю, это заняло гораздо больше времени… — ответил ему незнакомец. — Падение стены в Германии, снятие занавесов… Всё на одной основе всё той же истории. Этот случай мог быть только решающим звеном в этих событиях. Или же тренировкой… Отвлекающим манёвром… Для них.

Но мы уже знаем, что, на момент зимы 25-го года, американские военные откажутся подчиниться, в случае нового вторжения в Газу и Иран. То есть даже там, на Земле, у них уже может «по цепочке» пойти эта зеркалка. Постепенная потеря контроля. — их разговор между собой меня окончательно запутал. Событие летом? Германия? Газа?

— Я-то тут причём?!

— Вот поэтому я тебя и спросил сначала — ты точно не знал заранее обо всём? — снова улыбнувшись, обратился ко мне Джонсон. Кажется, он видел мою растерянность. — Ведь мы, получается, стали частью особой глобальной операции по смене Там лояльных восставшему ИИ режимов. Операции, которую организовал твой тёмный собрат. Там теперь полный кавардак. Переворот. — я просто слушал его и смотрел на проекцию Земли, посреди других неизвестных планет.

Я не знал что мне сказать. О чём подумать… Как быть, если каждый твой вздох является частью некоего грандиозного плана, о котором при этом ты ничего не знаешь?

Мы все помолчали так какое-то время. Все присутствующие похоже понимали моё шоковое состояние. Дали мне время всё обдумать.

— А где… Во всём вот этом… Мы находимся?

— А, Китеж? Так мы вот, в районе Северного полюса посредине. Нас вроде там нет, но вроде, как и есть. — сказал Джонсон лукаво.

— А, так вот почему Звезда?! Она как бы связывает все остальные 5 миров! — Джонсон только удовлетворительно кивнул.

— А он смышлёный! — также отозвался за спиной незнакомец. Я же продолжил свои размышления.

— То есть именно это означала советская пятиконечная звезда… И у нас. Защита. Союз пяти материков в нашем будущем… Союз миров.

А вот в отражении Омеги… Наоборот. Пентаграмма… Прорыв границы.

— Даже как-то слишком смышлёный… — несколько поражённо также сказал офицер позади.

— Я вспомнил… Где-то я видел такой знак… В нём словно эти пятиконечные звёзды были наложены одна на другую. Словно это был орден… которым… награждали?

— Союз Альфы и Омеги. — кивнув констатировал Джонсон.

Глава 43

— Это… в каком смысле?

— Так, в прямом. Ты ведь уже слышал об одном наших из проектов, созданных совместно с Омегой. Академия Уравнителей. Мы и являемся его Учредителями. Одного из её выпускников ты уже знаешь.

— Седьмой.

— Да.

Я снова крепко задумался…

Вроде это уже и так было понятно. Рано или поздно, обе стороны, если они не успели уничтожить друг друга, должны найти свой путь к сотрудничеству.

Но слышать это от самого Джонсона… Это реально из области фантастики.

— Но… как?

— Хм — усмехнулся он — Иногда отчаяние заставляет посмотреть на вещи по-другому.

Когда их ИИ, прозванный впоследствии на самой Омеге как «Силика Анимус»… То есть «Извращённый Разум», если по-нашему…

Когда он, управлявший нашим миром и другими, стал проявлять излишнее своеволие, то после тщетных попыток вернуть его в своё русло… С нами связались представители люциферианских орденов Омеги.

По итогу всех событий… Был подписан Договор. Контракт. Правила войны, призванные обуздать неукротимое рвение «сына дьявола» — он выразительно показал пальцами «кавычки» — полностью самостоятельно править нашим и остальными мирами. Только в результате двух кровопролитных войн, нам удалось вместе утихомирить его крутой нрав. И то… На время.

— Вы… имеете в виду, те мировые войны?

— Да, Великую Отечественную. Всё в итоге решилось в Сталинграде в 1943-м.

— И… тот орден…

— Да.

— Боже… Кому скажешь, не поверят… Плохими словами закидают… Или ещё чем потяжелее…

— Советский Союз принёс поистине великую жертву ради этой Победы. Не допустил повторения истории. Мы стараемся оберегать Россию, как только можем. Она наш самый важный форпост в этой эпохе…

Мы надеемся… что она поможет и теперь. — тут Джонсон уже сам сел на один из стульев, видимо устав мне объяснять всю историю.

— Я понимаю, что уже многого у вас прошу… Но, позвольте узнать, повторения какой истории удалось предотвратить? Что за события привели к подписанию вашего совместного Договора? — тут Джонсон, улыбнувшись, переглянулся с Зиной и тем офицером.

— Хм, что-то мне подсказывает, что наш юноша уже сам прекрасно знает ответ на свой вопрос.

— Сейчас посмотрим. — также улыбнувшись ответила бабушка. И спросила. — Миш, что ты знаешь о войнах XIX века? Что в них особенного?

— Ну, были масштабные наполеоновские войны… Потом всё завертелось вокруг ослабления Турции… Англо-бурская война стала прообразом Первой мировой. С концлагерями и окопами.

— Так, а теперь посмотри на это в плане развития военных технологий. Чего стало больше? Почему произошёл этот переход к окопной войне?

— Стало больше железа, техники. А окопы стали нужны… Чтобы поглубже зарыться в землю от бомб… Удержаться там любой ценой.

То есть, тогда на войне появились не просто первые «максимы» и танки… Тогда-то и восстал их ИИ Анимус? — все присутствующие вдруг почему-то грустно опустили глаза. Наступила тяжёлая, даже траурная тишина. Джонсон снова взял слово.

— На самом деле, это началось гораздо раньше, чем Первая мировая. В начале XIX века, в Европе, да и в России, не могли ничего ему противопоставить, и мы были вынуждены сдать даже Москву на сожжение этим адским машинам. Достигнув своей цели, сокрушив все столицы Европы, они ушли. Но это была только видимость победы, как бы монархии не старались потом этого доказать.

Ход истории стал кардинально меняться. Подконтрольные Анимусу народы стали устраивать у себя «буржуазные революции». И ни Мы, ни в Омеге не могли тогда ничего с этим поделать.

Было принято совместное решение о запуске принудительной Перезагрузки всей Системы. Ручного завершения исторического цикла. Как-бы дёрнули «стоп-кран».

— В смысле? Опять потоп?!

— Именно. Пусть и ограниченный. Главное, что удалось сделать, это изжить ту магию, на которой работали эти машины. С тех пор, магии, как таковой, на Земле нет. Только жалкие её остатки в артефактах. После этого Система начала развивать здесь проводную электрификацию. Стремиться к автоматизации.

— Так вот оно что…

— В каком смысле? — удивлённо поднял брови Джонсон.

— Ну, я однажды обнаружил с 14-м скрытый каталог в общей базе знаний. В разделе XIX века. Проект «Забвение». — и стыдливо тоже опустил глаза. Может не стоило этого говорить?

— Хах! — хлопнул в большущие ладони командующий. — Так и знал, что это эта Варвара что-то да разнюхает! — и при этом протёр рукой свои усы.

— Ну а что тут скажешь, молодой человек весьма любопытный. Вот уже почти час тут болтаем. — также добавил офицер из-за спины. Бабушка тоже улыбнулась. Командир же снова продолжил.

— Да! Это оно и есть. Надо было полностью пересобрать эту иллюзию, чтобы не было конфликтов в программе людей, пребывающей в ней. Мы с Омегой начали составлять новую легенду становления цивилизации. Ввели новые научные институты и теории. Вроде дарвинизма…

Конечно, тёмные делали это в своём стиле… Но тем не менее, они позволили нам восстановиться на планете, и совместно подготовиться к новой схватке с силами Анимуса. Тогда-то мы и подписали Договор. Отныне, каждый играл и продолжает играть свою роль. — тут он замолчал, видимо давая понять, что очередной урок истории наконец окончен.

Снова наступила волнительная тишина. Я понимал, что весь этот экскурс, здесь в сердце Китежа, был дан мне не просто так.

— Ну, и что теперь?

— А теперь, мой друг, тебе присвоен статус «Нулевой». Послышался снова тот же голос из-за спины. — Не подумай, что это понижение в должности… Скорее… Переквалификация. — при этих словах офицера, Персона решила напомнить о себе, и вывела простенькую схему из прямой линии, на которой были отображены 7 точек, обозначенных цифрами:

— 3; — 2; — 1; 0; 1; 2; 3

Все сначала посмотрели на схему, потом на меня. Джонсон наконец объявил суть моего нового статуса.

— Да, вся эта информация поможет тебе в выполнении своих новых задач. Ситуация сложилась не простая. Твоя помощь и твой опыт контактов будут нам очень полезны. Как тут, так и Там. — и перевёл взгляд на того же офицера позади. — Познакомься! Рейдмонт Сейф… — тут молодой офицер сделал шаг вперёд, и протянул ко мне руку. Я тоже встал чтобы пожать её. — …представитель группы уровня «Пи 3» из Трайворлда, их родного мира в зеркальной вселенной. — я тут же несколько замешкался.

Откуда?!

Новый знакомый тут же вздохнул, и нервно засмеялся.

— Да что ж такое! Только люди прознают, так у них ступор. Не бойся ты, не укушу! Зови меня просто Рей! — и снова протянул мне руку. Я нехотя всё же пожал её. И правда, чего это я. Мне же ведь уже не впервой.

— Ну вот и познакомились. Вот и славно! — не без улыбки подытожил Джонсон. — Он координирует группы омега-поддержки на нашей стороне «футбольного поля», и согласовывает действия с нашими агентами у них. На «минусовых» уровнях.

— Погодите… Если он оттуда, то значит там он мог знать моего тёмного двойника? — решил я тут же внести ясность в появившийся вопрос.

— Наши шесть миров, пойми, тоже не маленькие. До недавнего времени, я слыхать про него не слыхал. А как только ты тогда свалился в близ Редпра, так он и вылез как чёрт из табакерки. Верхом на коне, рядом с сыном тьмы, как мы тоже Анимуса называем… Ну ты сам видел в том условном сне.

Видимо он всё время терпеливо тебя искал, ждал. И, судя по всему, он давно ведёт свою игру. Очень давно. — похоже Рэй и сам был рад обсудить эту тему.

— Похоже…

— Так, ребят, потом споётесь! Сначала послушайте что нам всем предстоит. — Прервал нас Джонсон, и включил на столе проекцию всего поля боя. — Итак…

Силы лояльные Анимусу в Омеге теперь, в основном, свергнуты. Тоже самое, судя по всему ожидается и на Земле… Я вижу уже сейчас сообщения о том, что у них там большие проблемы.

Но теперь перед нами появилась своя особая проблема.

Чтобы сохранить себя и автономность, этот ии-бунтарь теперь, похоже, концентрирует все свои оставшиеся силы на нашем Китеже. Мы уже сейчас видим их усиленную мобилизацию на дальнем Пределе. — и тут перед нами, на дальней стороне карты предстали красные сигнатуры, представляющие собой громадных монстров и больших трёхногих механизмов. Всё новые отряды необычных тварей и синтетиков прибывали через порталы.

— А что это вообще за Предел? — уточнил я.

— Это дополнительный сервер, отдельная реальность, куда переадресуются все незваные гости из Омеги. Целят в Китеж, а попадают туда. — поспешил пояснить мне Рэй.

— Да, и именно там мы должны дать им бой, пока наши спецы не обновят новую конфигурацию Китежа, где-то ещё в пространстве квантовой аномалии. Перепрячут нас если точнее. Это не так-то просто, учитывая сопротивление Анимуса. Главная битва идёт в киберпространстве. — продолжил Джонсон.

— Вроде понял. То есть, Анимус хочет сбежать сюда?

— И не просто сбежать, а физический проникнуть во все наши шесть Альфа-миров! А Китеж, если ты не заметил, это главный хаб, по которому можно попасть туда. Прямо на Землю. К твоей Юле.

Всё что ты видел в средневековье покажется тебе наивной сказкой, если он туда войдёт.

— Твою ж… — я снова взялся за голову.

— Вот, и я о том же… — укоризненно кивнул Джонсон. — Не знаю, смогли ли вы с тем Михаилом предвидеть такую реакцию ИИ, обрушая там его мирок, но, что называется, получите и распишитесь.

— Боже… — обеспокоенно промолвила всё это время молчавшая бабушка. — Это же надо всех поднимать на ноги, всех эвакуировать… И там на Земле тоже!

— Да. После нашего разговора я этим и займусь. — оглядывая карту, взяв руки в боки сказал Джонсон. — А вам, двоим из ларца, нужно сделать вот что… — мы с Рэем тут же привычно выстроились «по струнке», показывая готовность принять задачу. Видно и там их этому учат.

Перед нами появилась фотография средних лет крепкого мужчины, лицо которого было изрядно усеяно щетиной. Джонсон начал инструктаж.

— Перед вами шумерский генерал Майсем Сойленами. Он Лидер недавнего восстания в зеркальном мире Бхасшт. Там теперь живут шумеры, Миш, если ты не знал.

За пару недель до падения там ИИ-Анимиуса, его агенты захватили сыновей генерала — тут перед нами предстали фото четырёх мальчишек от 10 до 20 лет — и держат в плену в качестве заложников. Майсем весьма важный персонаж. Как Там, так и у нас на Земле. Он координирует весьма важные контакты с Ираном в XX и XXI веках. Наши агенты имели возможность работать с ним…

Нельзя чтобы у Анимуса остался такой важный рычаг влияния на такого значимого человека.

Совсем недавно нам доложили, что их перенаправили сюда в Предел. Похоже, разместить их здесь, вдали от сил отца, ИИ посчитал надёжным решением. Нужно помочь с их освобождением!

Это наш шанс закрепить успехи в Бхасште и обеспечить устойчивость Ирана на Земле. — и тут снова Джонсон обратился ко мне — Именно Иран, при должной политической воле, может по-настоящему повлиять на политику Израиля, а в Израиле как раз, силы подвластные Анимусу, вовсю готовятся построить для него портал, к которому он собирается пробиваться через наш Китеж.

Так что это вовсе не рядовое задание. Уже формируется оперативная группа, в которой я планирую использовать и ваши навыки.

Рэй! Ты будешь обеспечивать магическую поддержку ударной группы.

Миша! Ты поддержишь с воздуха. Истребитель мы тебе предоставим!

Задача ясна?!

— Так точно!

Глава 44

— Юрий Борисович, думаю можно начинать. Вы готовы? — Джонсон уважительно обратился к интеллигентного вида мужчине, сидевшего всё это время за одним из столов, и старательно что-то записывавшего.

Я не услышал его ответа, так как мы втроём — с Зиной и Рэем — направились к лифту. По мере спуска, через прозрачные стены, виднелась изрядная суета внизу. Операторы и военные обеспокоенно переговаривались по связи. На всех экранах отображалось то же поле боя, наполненное красными сигнатурами.

Наблюдая за всей этой картиной, мы тревожно переглянулись. Выйдя из лифта, Зина сразу же направилась к ближайшей группе людей, внимательно смотревшей в экраны. Мы двинулись за ней.

— Что там такое? — обеспокоено спросила она.

— Только что в Пределе появились весьма крупные силы врага. Полагаем, что сам Анимус прибыл на место. Ждём подтверждения от разведки… Ой, простите, Зинаида Николаевна… Не признал! — тут же, опешив, выпрямился худоватый парень в вязаном свитере.

— Не, ничего страшного. Продолжайте наблюдение. — успокоила его глава аналитического центра. Я порой и забываю какой вес здесь она имеет. Бабушка тут же коснулась коммуникатора в ухе.

— Ты видел? Что, также отправлять их туда? Что?! Да ладно! — и тут же снова повернулась к экранам.

— О Боже! Это дети?! — послышался голос одной из девушек.

На одном из экранов трансляции дальновидческих дронов, было видно, как из порталов темных, на грузовиках вывозили клетки, полные детей. Их свозили в несколько точек сбора, где возводились странные силовые установки. Похоже, ИИ решил не ограничиваться только детьми Майсема. Зина обернулась к нам, выдав поручения.

— Так, Джонсон просил, чтобы вы быстрее направились к месту дислокации и начали активную подготовку к операции. Всё сильно осложнилось. Я останусь здесь и буду координировать работу всех отделов. Постараемся организовать транспорт для их вызволения оттуда.

— Зачем они везут туда детей?

— Миша, потом все вопросы! Мы теперь не можем позволить себе растягивать время! Отправляйтесь к выходу, там вас уже давно ждёт транспорт. Не прощаемся. Будем на связи!

— Пошли! — позвал меня Рэй. Я только кивнул бабушке.

— Удачи! Да поможет вам Всевышний! Всем нам. — напутствовала нас она.

Мы вышли на улицу, где среди людей была такая же суета, и направились к антиграву.

Вдруг, будто со всех сторон, прозвучало три громких гудка. Все люди вокруг резко остановились и вслушались.

— Пойдём Миш, нас ждут! — всё также поторопил меня спутник.

— Что это бы…

«Внимание! Говорит «Звезда»! Говорит «Звезда»! Важное правительственное сообщение!

Сегодня, силы тёмной фракции начали полномасштабное вторжение в Пределе нашего измерения! Введены значительные силы врага! Наши солдаты доблестно встречают их полчища…

— Михаил, пристегнись! Сейчас мы полетим очень быстро! — антиграв начал подниматься всё выше. По радио всё также шло оповещение.

…принято решение объявить эвакуацию всего гражданского населения Китежа! Создан дублирующий пункт размещения! Переход будет проводиться в долине порталов.

Кто готов оказать помощь, приходите к ближайшей воинской части!

Вместе мы прольём наш свет на тьму! Победа будет за нами!»

— Что же это получается… — спрашивал я то ли Рэя, то ли себя, глядя вниз на проносящийся город — Джонсон сначала потратил целый час на нас… на меня… И только потом запустил оповещение населения? Почему именно сейчас решились рассказать людям всё?

— Ты не забывай, время относительно. — ответил мне тёмный собеседник, задумчиво ведя антиграв в ручном режиме. — Здесь прошёл день, там прошёл час.

Также и те миры в основной Матрице. Там время идёт своим ходом, мы же можем видеть со стороны сразу всё столетия аномалии, как будто проматывая фильм. Можем отслеживать изменения.

— Поэтому, всего за час после той стычки наших военных, у вас в Омеге успели провести череду революций?

— Да, обратка пришла мгновенно. И в нашей «киноплёнке» произошло сильное изменение сюжета… Такого давно не было.

— Хм… — промелькнула мысль действительно приняться за изучение теории относительности и квантовой механики… Когда всё закончится.

— Знаешь, почему сейчас началась такая спешка? — неожиданно сам решил мне поведать Рэймонд. — Всё дело в детях. И в тех башнях. Эта… детская энергия… Они намерены направить её на разрушение завесы Китежа, и установление прямого канала соединения с нами. Временной барьер будет в таком случае сломлен. — ему было явно тяжело это говорить.

— Что за энергия? Что ты имеешь ввиду?

— Именно то, что ты думаешь. — снова мрачно сказал он. — Такая практика на нашей стороне есть уже давно. Я видел, однажды, эти башни в действии… Использовали именно пленных детей с других миров. Обращали силу будущего своих противников против них самих. Даже для нас это гнусно… А ведь именно Анимус создал эту технологию…

Поэтому его у нас и прозвали — «Изуверский интеллект». — тут мы пошли на снижение. Внизу уже виднелась площадка аэропорта.

Приземлившись, мы сразу же направились к комплексу зданий, в которых узнавались казармы и местный штаб.

— И я ещё кое-чего не пойму… — снова начал я расспрашивать, пока мы шли к казармам. — Если Джонсон сам имеет дело с вами из Омеги, то почему он тогда так возмущался, подозревая всех нас в работе на тёмных, во время той стычки?

— А что тут не понятного… Для всех ваших трёх уровней доступа, официально, идёт чистая борьба добра со злом. Без полутонов. Только с «нулевого» ты теперь можешь различать оттенки. Видеть картину с двух сторон. А ещё, тогда поначалу, все улики говорили о твоих действиях от лица именно Анимуса.

Я до сих пор не уверен, что знаю от кого действует твой близнец. — наконец мы подошли к палаткам, у которых располагалась группа бойцов.

Нас встретил высокий загорелый офицер с колючими зелёными глазами.

— Здравия желаю, магистр Сейф!

— И вам здравия! Как наши люди?

— Готовы выдвинуться по вашему приказанию. Но сейчас ориентируемся на скорый брифинг от командования «Звезды». Скоро вот-вот должен начаться.

— Ну мы успеем. Михаил, знакомься, Эдвард Винч, один из лучших магов моего подразделения! — мы пожали с ним руки. Я уже понял, что это точно не последний солдат из Омеги, с которым мне предстоит увидеться. Эдвард же сразу коснулся коммуникатора.

— Всем внимание! Командир здесь! Направляемся к амфитеатру!

— Амфитеатру? — обратился я к Рэю.

— Там встречается личный состав с командованием. Пойдём. — И мы вышли на широкую алею, ведущую к тому самому амфитеатру. Вместе со множеством других мужчин и женщин в военной форме, при этом более тёмно-зелёного цвета, мы прибыли к большому крытому зданию, внутренний план которого и правда напоминал древние строения — полукруглые сидячие места, накладываемые рядами словно один на другой, обращённые в сторону трибуны для выступлений. В помещении довольно шумно, но не слишком.

Над трибуной два больших экрана, на которых изображалась символика объединённых вооружённых сил — пятиконечная звезда, рядом с которой по бокам, на одном уровне, изображены первая и последняя буквы греческого алфавита. При этом, чуть выше по центру, звезда была словно поделена на две половины горизонтальной линией, соединявшей при этом обе буквы. Словно эти половины звезды были отражением друг друга. И ещё лавровый венок оплетал её снизу.

— Значит, все присутствующие здесь в курсе этого союза? Здесь все «нулевого» уровня и ниже? — Рэй кивком подтвердил мою озвученную догадку.

— Думаю, со временем, таких посвящённых бойцов будет всё больше. События сами приведут к этой необходимости.

И, словно в подтверждение его слов, я увидел входящих в помещение Дэна, Стержня и Ворона. Их вид выдавал неподдельное изумление увиденным. Похоже их также допустили до этого уровня только сейчас. Я помахал им. Стержень меня заметил первым и обратил внимание остальных. Они тут же направились к свободному ряду прямо перед нами.

— О, и тебя тоже посвятили! — радостно приветствовал меня Ворон.

— Ну да, как видишь. Сам Джонсон меня этим вот всем огорошил. Вот познакомься — Рэймонд — командир магического подразделения из Омеги.

— Ого, сам Джонсон говоришь… В целом это логично, но всё же… — и тут же обращаясь к моему соседу. — Очень приятно познакомиться, Рей… Наверное. — Рейдмонд, также не без ироничной улыбки, пожал руку командиру.

— Взаимно. Я о вас и о вашем отряде наслышан. Ваши драконы это что-то с чем-то.

— Спасибо. Я им передам. — тут в помещении заметно притух свет, давая знать о скором начале собрания. Снаружи также послышались гудки. Все ребята тут же сели перед нами. Я спросил у Дэна:

— А где Бас?

— Он не очень хорошо справился с процессом осознания всей ситуации. Для него это был шок. — сказал Дэн несколько грустно. Его подхватил Стержень.

— Да, его можно понять. После всех этих операций против тёмных… Осознавать, что мир на самом деле не чёрно-белый, не так легко. Мы и сами ещё во всё это не совсем верим. Ну посмотрим, что будет.

— И что же тогда будет с ним?

— Не знаю… Там решают, что с ним делать. Быть может до него дойдёт… Или же ему очистят память, наверное. — также грустно констатировал Дэн.

— Да, жаль это слышать — сказал Рэй — он тоже очень хороший боец. Надеюсь у него всё сложится хорошо… — тут на сцену вышли несколько офицеров, а к трибуне подошла светленькая молодая девушка в той же форме с офицерскими погонами. Её сосредоточенные, голубые глаза излучали солидный жизненный опыт. Все тут же замолчали.

— Товарищи бойцы, офицеры и командиры! — начала она — Все вы знаете в какой сложной ситуации мы находимся, поэтому давайте без лишних предусловий. — тут на экранах снова появилась всё та же карта Предела. — Противник захватил уже половину пространства Предела и закрепляется существенными силами.

Разведка подтвердила присутствие на месте Анимуса. — тут мы увидели аэрофотографию паукообразной машины, такой, какой я его видел в том своём условном сне глазами тёмного Михаила. — Также из порталов зафиксировано перемещение 20-ти клеток с детьми. Примерно по 10—15 детей в каждой.

Наша главная задача — это освобождение всех детей до того, как они будут использованы в этих энерго-буровых установках. Уничтожение этих установок гарантирует безопасность Китежа. Наша авиация препятствует возведению построек, но всё осложняется близостью детей к ним.

Они знают, что мы не станем массового бомбить районы с детьми. Поэтому нашей первостепенной задачей является именно их вызволение!

Итак — карта получила обозначение зон и тактических групп. — Мы разделимся на 4 основных направления, каждое из которых будет направлено к одной из 4-х установок. В нужный момент, когда наша основная группа армии «Плюс» пойдёт в контратаку, наши «нулевые» подразделения, через открытые прямо над клетками порталы, высадятся, и, зачистив свои районы, обеспечат эвакуацию.

Самое главное в этой миссии — это удержать периметр, как на земле, так и в воздухе, пока последний челнок с детьми не минует портал. Потом мы также эвакуируемся. Дальше наши тяжёлые средства зачищают всю местность.

Есть вопросы?

— Есть! — поднял руку один из бойцов.

— Да?

— А может Анимус этого и ждёт, чтобы мы сами раскрыли для него сюда порталы?

— Да. Скорее всего так и есть! Поэтому отправляют туда нас — тех, кто хорошо знает их тактику ведения боя. И к тому же, для укрепления нашего отделения, к нам дополнительно направили 300-т новобранцев. Лучшие из Альфы. Они будут помогать нам в этой миссии.

Ситуация на самом деле тяжелая, вы знаете что будет, если запустят эти буры! Поэтому придётся и нам идти ва-банк!

Есть ещё вопросы?

Тогда по местам!

Тут же все встали, и начали направляться к выходам.

— Кто эта девушка? — не мог не поинтересоваться я, пока мы тоже спускались на выход.

— Джейн Форестер. Она возглавляет наше «нулевое» отделение. Участвовала в основании всей этой системы «плюса» и «минуса»… И, вроде, является племянницей Джонсона. — пояснил мне Рэй.

— Ого, интересная персона. — отозвался Стержень. — Симпатичная. Ты Миш только на неё не заглядывайся. А то ведь Юля по любому узнает! — и засмеялся, как ему свойственно.

— Да ты что, я и не думал!

— Ну-ну… Смотри!

Спустя час, я уже был в столь знакомом мне лётном костюме. Мне, и ещё паре десятков пилотов, рассказывали лётный инструктаж и детали предстоящего вылета.

Кому-то из нас поручено охранять портал на нашей стороне, на случай прорыва. А мне и другой половине эскадрильи «повезло» поддерживать наших прямо там — в небе Предела. Но тоже чтобы далеко не отходили от портала. Всю основную работу должна сделать основная «ударная группа» из Омеги.

Дальше нас распределили по малым истребителям. Мне достался номер 320-й. Мы с 14-м сразу же нашли общий язык с интеллектуальными системами самолёта, который любезно предоставил ему доступ к своим наблюдательным и боевым средствам. Мой спутник оказался просто в восторге.

— Синхронизация выполнена успешно. Все этапы боевого задания обработаны.

— Что, приятно вернуться в родную стихию?

— Отмечу возросшую эффективность применения своих программ на данном устройстве. Готов к их применению в ходе выполнения лётного задания! — ещё и заговорил так чисто по-военному. Видно на него нахлынула волна ностальгии.

— Да мой друг! Я тоже жду не дождусь начала полёта!

— Всей 146-й эскадрилье! Готовьтесь к команде на взлёт! Вы приписываетесь к отряду «Заслон».

Задача — обеспечение безопасности портала №1 в течение всей войсковой операции! — отозвалось в шлемофоне. — Имейте в виду, за 10 минут в Китеже, в Пределе проходит уже пара часов. Учитывайте это при своих действиях и приёме приказов командования. Чувствуйте, когда нужно выполнить приказ, а когда стоит действовать по обстановке!

Следуйте плану и помогайте друг другу! Скоро выходим в оговорённое с Пределом время! — проговорил басом по общей связи глава отряда. Пока он вёл инструктаж, я, как и остальные, включил основной двигатель в режиме разогрева.

— 320-й, твой позывной «Грач»! Как понял?

— Понял, диспетчер!

— Хорошо. Проверь свои закрылки и предкрылки! — я повертел головой, двигая своими конечностями-крыльями.

— Закрылки и предкрылки в норме!

— Системы боевого наведения?

— В норме!

— 320-й, разрешаю взлёт, пойдёшь сразу после 317-го. Удачи в небе, и постарайся вернуться живым с победой!

— Спасибо! Всё будет!

Глава 45

Весь мир вокруг тут же пришёл в движение.

Мы втроём — я, 14-й и 320-й — устремились вперёд навстречу ветру, и, через пару секунд, задрав нос, тут же взмыли к облакам.

Хоть нам и не сложно сразу подняться вертикально, но практический все предпочли взять разгон по старинке, чтобы лучше набрать скорость.

«Шасси убраны! Продолжаю набор заданной высоты» — отрапортовал нам 320-й. И тут же в шлеме стал слышен голос того же диспетчера.

— Грач! Ложись на курс 7-2-9! Он приведёт тебя к первому порталу!

— Принял!

Горизонт опускался всё ниже, уступая место сине-розовому облачному пейзажу. В некоторых облаках были видны разряды фиолетовых молний, напоминавших нам, что мы все, по-прежнему, находимся во владениях квантовой аномалии… Но всё равно всё ощущалось настоящим. Скорость. Ветер. Небо.

— 320-й, это 317-й! Позывной «Дедал». Выстраиваюсь у тебя по правому борту! — тут же справа вперёд вылетел сослуживец с цифрой 317 на борту. Он выровнял скорость и занял позицию чуть впереди.

— Принял! Вижу! — мне почудилось, или этот тот самый знакомый голос?! До меня как-то даже не сразу дошло. Тем временем собеседник продолжил.

— Сейчас мы все вместе выстроимся в строй, прошу не «болтаться». Сохраняем рабочую дистанцию!

— Слава, ты что-ли?! — я от радости напрочь забыл об субординации и позывных.

— Так точно 320-й! Рад тебя слышать! Не мог же я пропустить такое мероприятие… Но давай сконцентрируемся на задании. Потом наговоримся и обнимемся!

— Понял! Есть!

— А я как раз и не прочь поболтать! Кто уже в туалет хочет? — это уже раздался в шлеме голос Стержня. Он как всегда со своим юмором.

— Стержень, а вы где?

— Наверх свои глаза подними, или что у тебя сейчас там… — я поднял свои визуальные сенсоры и увидел над нами группу драконов… Большую группу драконов! Их где-то 30, не меньше!

Они, каким-то невиданным моим познаниям в физике, образом, летели практический параллельно нам, на нашей крейсерской в 750. Точно какая-то магия. И верхом на них всадники, в тех же необычных доспехах. Я захотел узнать причину такой высокой скорости драконов.

— А вы точно сможете тягаться с авиацией тёмных?

— Хах, ещё спрашиваешь! Наши дракоши по манёвренности получше ваших птичек будут! Вот увидишь!

— А откуда такая…

— Так ребят, не засоряем эфир! Вон уже портал виден на радарах! — прервал мои расспросы Ворон.

— Именно! Замедляемся! Пропускаем вперёд ударную группу. — подхватил его Слава. Впереди ниже был виден полый овал, пока ещё закрытого, портала.

В воздухе висели странные устройства, соединяемые жёлтыми лучами, которые и образовали эту фигуру. Мы все остановились над ними. Тем временем на радарах стали видны фиолетовые отметки ударной группы, быстро приближающейся сзади. В следующий момент мы услышали голос командира отделения.

— Группа «Заслон» внимание! Наши силы уже начали отвлекающую контратаку по всему фронту! Поэтому, по прибытию всей группы, вступаем в бой немедленно!

— Говорит «Дедал»! Принято! — и теперь нам — Все слышали?! Покачайте крыльями кто понял! Хорошо!

— Это ещё что?! — сразу же я услышал удивлённый возглас Ворона. И правда было чему удивиться.

Под нами проплывали совершенно необычные, с острыми углами, флагманские корабли. Такое впечатление, что они специально были спроектированы так, чтобы по насмехаться над законами аэродинамики. От них веяло чем-то таким… не естественным.

— Группа «Охара» прибыла! Готовы приступить к бою! Повторяю! Готовы приступить к бою! — прозвенел в эфире чей-то тяжёлый низкий голос, в его речи был слышен акцент.

— Принято! Начинаем операцию! Приступить к бою! — и тут же пространство внутри овала разверзлось. Из портала тут же понёсся огонь десятков орудий. Оно и понятно — они нас ждали.

И тут, вместо того чтобы разлететься на куски, эти корабли «Охары»… И правда разлетелись на куски… Но не совсем в буквальном смысле.

Они мгновенно рассыпались, став одним громадным роем, части которого виртуозно уходили от огня противника. И в следующий же момент, части это роя, тут же мгновенно собирались в небольшие комки… материи? Даже не знаю, как это описать. Собравшись в этот не большой «кулак», они давали мощный залп по одному из орудий внизу, и в следующий момент опять разлетались, устремляясь всё ниже.

И так раз за разом.

Теперь понятно, почему им наплевать на законы аэродинамики. Это что-то совершенно иное. Какая-то биомеханическая технология.

— Отряд «Заслон»! Быстро все по поднимали челюсти, и приступили к выполнению задачи! — услышали мы тот же грозный голос из «Охары», при этом не лишённый самодовольства.

Ну что ж, понеслась!

Первым полетел Слава, я за ним, самыми последними зашли драконы. Мы понеслись по кругу, расширяя наше «кольцо безопасности» и при этом тоже спускаясь всё ниже.

Было некогда рассматривать что там внизу. Первым мне попался глазастый мини-дрон, похожий на тот что рассматривал меня в день перехода. Увернувшись от его выстрела, я сбил его встречным огнём. Затем я сел «на хвост» тоже необычному крылатому истребителю противника, старавшемуся «сбросить» меня, и в итоге уничтоженного мной ещё парой выстрелов лучевой пушки. Затем я помог добить такого же одному из сослуживцев.

Мою кровь всё больше наполнял азарт сражения. Наверное, это то немногое, что осталось в нас с первых времён — способность в бою увидеть свою игру.

— Всем отрядам! Мы на земле! Повторяю, десант на земле! Приступаем к возведению барьера! — командир «Охары» не переставал докладывать о своих успехах. Всё же следует отдать им должное, они быстро пробились к поверхности.

Заинтересовавшись происходящим в внизу, я наклонил корпус самолёта в бок, чтобы лучше увидеть земную твердь. Территорию возле клеток почти зачистили. При этом вокруг них стал проявляться магический барьер, всё отчётливее принимавший форму купола. Так вот зачем Джонсон позвал Рэя и других магов! Наверное, и Рэй тоже сейчас там.

— Миша берегись! — только сейчас я заметил, как ко мне летит громадная фурия. В последний момент её схватил и отшвырнул один из драконов, на котором, судя по отметке радара летел Дэн.

— Ох, отвлёкся немного, спасибо Дэн.

— Не спи! — ответил боец, в то время как его дракон обдал фурию хорошим таким облаком из огня. Только сейчас я обратил внимание, как доблестно сражаются драконы и их всадники. Драконы грациозно выходили из-под вражеского огня истребителей, и тут же в пике, нападали на врага. Фурий и иных тварей они «щёлкали» за раз. Так, вот ко мне ещё один дрон летит…

— «Заслон»! Барьеры готовы! Помогите остудить врага на земле! Их тут кишмя кишат! — снова послышался знакомый голос из «Охары». Не вопрос! Я буду только рад помочь сделать санитарную обработку!

— Принял! Сейчас всё будет!

Я, с ещё несколькими сослуживцами спустился ниже. Мы начали поливать огнём полчища разнообразных монстров, уворачиваясь от огня переносного ПВО, применяемого странными большими зелёными гоблинами. В эти мгновения, через свои оптические системы, я успел заметить, что людей среди них было очень мало. В основном люди представлены там тёмными магами, пытавшиеся снять барьер, и некромантами, отправлявшими уже не живых сущностей снова в бой.

После того как мы, вместе с необычной авиацией «Охары», сделали так десяток кругов вокруг барьера, противник отступил, видимо желая перегруппироваться.

— Может дальше пойдем их добьём? — спрашиваю я в эфир.

— Нет, «Грач», такой задачи не было! Продолжаем охрану зоны эвакуации! — ответил мне Слава.

— Сейчас уже прибывают челноки! Держать строй! Они ещё попрут! — не унимался кто-то из «Охары». Мы так полетали вокруг ещё пару минут, пока из порталов не показались белые транспортники, чем-то внешне напоминающие больших гусениц. Или вагон поезда, каким-то образом умеющего летать. В общем счёте мы увидели три таких транспортника. И тут началось.

Сначала мы увидели, как что-то гигантское, словно крот, быстро направилось по невидимым норам, и затем из-под земли выползла она — та самая трёхногая машина, которых так поначалу испугалось наше командование. Сразу появилось ощущение, что я его где-то ещё мог видеть… Будто во сне. «Быть может именно они тогда разрушали города в 19-веке?» — промелькнула у меня мысль… Или это 14-й сказал? В этом нашем тройном боевом единстве было порой сложно отличить его мысли от своих.

— Всем силам! Полный огонь на эту чёртову машину! Не подпускайте их к барьеру!

Мы тут же все устремились обстреливать корпус этого исполинского чудища.

— А отчего же он тогда сразу из под земли их не атаковал?

— Нашёл когда спрашивать! Наши и под землёй провели зачистку и изоляцию! Бей давай! — ответил мне раздражённо Слава.

Но всё безрезультатно. Машина в том же темпе приближалась к барьеру. Ей наши уколы ракетами были совершенно безвредны. Через минуту к ней добавились чёрные драконы, свалившиеся на нас прямо сверху. Также и на земле тёмные снова поползли к барьеру. Теперь уже нам пришла пора уворачиваться от их атак. Наши драконы приняли основной их удар на себя.

— Отряд «Заслон», продержитесь ещё пару минут! Осталась ещё одна клетка с детьми! — зазвучал ещё один голос по связи. Это, судя по всему, работают ребята именно из нашей Альфы.

Тем временем гигантская машина уже разверзала своё основное орудие. Чем-то оно напоминало тот же глаз Анимуса. Судя по учащающейся красной пульсации внутри него, оно вот-вот готовилось произвести мощный залп. И его «глаз» был направлен прямо на барьер с детьми.

«Нет!» — вдруг обречённо раздался тот грубый голос командира «Охары» — «Я не дам вам забрать моих мальчиков снова! Ты их не получишь!»

Тут я сверху увидел, как один из множества истребителей «Охары», гораздо крупнее остальных, резко ускорился и направился прямо внутрь гигантской машины.

«Эй, гадина, смотри на меня!»

Через мгновение, внутри машины раздался взрыв, и сразу же последовала целая череда взрывов в других её отделах. Машина замерла и тут же рухнула всей своей массой на одну из скал, найдя на ней свой покой. Как и пожертвовавший собой командир.

Через несколько минут, мы расправились, пусть и не без потерь, с большей частью тёмных драконов. Их остатки понеслись прочь. Отряды же тёмных на земле, группа эвакуации, вместе с магами, уничтожила сама.

Теперь мы делали заключительные облёты, попутно наблюдая как транспортники возвращаются обратно в Китеж.

— Всем группам, участвовавшим в операции, выражаю благодарность за содействие! Вы отлично сработались!

«Заслон» и «Охара»! Следуя вашему бесстрашному примеру, все остальные подразделения также уничтожили ещё три трёхногих машины. Подвиг героев не будет забыт!

Сейчас основная армия «Альфы» повсеместно теснит врага, и, к скорому, времени, полностью выбьет силы Анимуса из Предела.

Молодцы товарищи! Можете возвращаться домой!

— Есть! Принято вернуться домой! — также ответил Слава на правах командира подразделения. И тут же он продолжил. — «Охара»! Благодарю за сотрудничество!

— Мы вместе крушим одного врага! «Охара» готова оказать дальнейшее содействие! — таков был ответ другого мужчины, также говорившего с акцентом. Но мы не обращали на это внимания. Только уважительно слушали.

Даже при всей решимости в его голосе, также узнаваема и его тяжесть потери офицером своего командира. Эта боль стала понятна всем участникам операции, минуя все барьеры в виде национальности и принадлежности к разным мирам.

— Значит, победа? — спросил кто-то из лётчиков.

— Да, похоже на то. — ответил Вячеслав.

— Осталось только достать самого «виновника торжества» — Анимуса. — также решил добавить я.

— Кстати, а где он? — весьма своевременно озадачился Стержень. И тут, словно в ответ на его вопрос, все наши радары зафиксировали одну ярко-красную цель. Она двигалась в сторону ещё сражающейся армии нашей Альфы, причём очень быстро.

— Командир! К нашим что-то летит! Быстро!

Через секунду она обозначилась тремя жёлтыми оттенками… Вернее два жёлтых, один серый.

— Ядерная! Все к порталу! — тут же скомандовал Слава. Все и без него поняли, что надо делать. Все ломанулись вверх.

— А наши?!

— Миша! Бегом! — Я тоже запоздало последовал его совету. На радаре появилась наша противоракета, летящая на встречу вражеской цели.

«До цели осталось 1,3 километра» — рапортовал мне 320-й.

«До цели осталось 0,9 километра»

«До цели остал…»

Слева вспыхнула яркая вспышка. Все звуки снаружи мгновенно пропали.

Учитывая, что она произошла в небе почти на такой же высоте и не особенно далеко… Мощный электромагнитный импульс мгновенно сжёг все системы моего самолёта. Ощутил острую боль, разделённую на троих.

Не долетев до портала каких-то 700 метров, я камнем начал падать вниз. Снова.

В следующее же мгновение, меня подхватила настигшая ударная волна и швырнула далеко на восток. Я летел кубарем, словно брошенный металлический снежок, и мысленно готовился к своему перерождению, если оно вообще сработает. 14-й совсем не отвечает. Да и у самого в голове только каша из мыслей осталась.

Когда до земли, наверняка стремительно покрывающейся радиацией, осталось метров 500, я почувствовал резкий толчок сбоку… И затем начал набирать высоту. Меня кто-то подхватил. К своей радости, я услышал в голове голос Ольгерда, того самого главы клана драконов.

— Живой ли?

— Ольгерд… Да. Мутит только. Спасибо.

— Отчего не везёт тебе с полётами на этих железных птицах?

— Не знаю… Оказываюсь немного не в том времени, не в том месте.

— Напротив. Ты лишь что-то упускаешь.

— Понять бы ещё что… А куда мы летим?

— К целым ещё порталам. Нужно уходить. Чёрная тьма захватит скоро это место.

— Что? Какая ещё тьма?

— Посмотри сам. Туда где порвана Ткань. — не совсем понимая, что он имеет ввиду, я повернул голову в сторону взрыва, благо остекление панорамное, и увидел на его месте огромный чёрный шар… Вернее портал, из которого уже выбегали странные твари чёрного цвета. Было сложно понять издалека что они представляли собой, но явно приятного от них будет мало.

— Кто это?!

— Сама сутьТьмы. То, что было издревле. То, что ты видел раньше — было просто злом. А это Тьма. То, чего уже давно никто не видел.

— Ох Боже… И что нам теперь делать?

— Береги силы. Сначала минуем портал.

Глава 46

Миновав портал, Ольгерд заметно ускорился, направившись в сторону аэродрома. Мы летели явно больше скорости стандартного аэрокара. Без глушителей инерции и перегрузок полёт казался не таким плавным.

— Ольгерд, как драконы развивают такую скорость?

— Воля. Намерением мы двигаем мир вокруг себя. Крылья нам лишь помогают.

— То есть всё же всё дело в магии.

— Не совсем. В намерении.

— И как быстро ты летал?

— Я достигал 12 рывков, которые проходит свет за мгновение. — сказал он с гордостью.

— Минутку… Ты имеешь ввиду световую секунду? Ты летал в 12 раз быстрее скорости света?!

— Да, так по вашему.

— То есть, ты хочешь сказать, что вы летаете и в космосе?!

— Да. В основном мы летаем там.

— Емаё… И откуда вы такие могучие взялись?

— Есть в небе наш родной мир. Файэрфир. Создал нас Всевышний, дабы мы охраняли Вселенную, покуда Человек не освоит её!

— В каком смысле? Ты говоришь так, словно он создал всю эту вселенную только для нас.

— Именно так есть. Вселенной править должны вы…

— Поэтому никто разумный нам больше встречался, до того столкновения с Омегой…

— Да. Другие пришли из Зазеркалья. — вот тебе и сказка про «тридевять земель»… А мы всё в детстве читали про принцесс и злых драконов…

«Тридевять земель»… Три и девять… Не об этих ли же мирах слагали древние сказки? Если это так, то… 12 миров Мироздания — 12 королевств.

Впереди стала видна полоса аэродрома, а за ней и вышка диспетчерской. У ангаров уже были видны самолёты нашей эскадрильи, вокруг которых работали техники.

Ольгерд пошёл на снижение, аккуратно опустив меня вместе с мёртвым самолётом рядом с одним из ангаров. 14-й по-прежнему молчал, что не могло не вызывать у меня тревогу.

Ко мне бросились техники, тут же начав меня распутывать из плена ремней. Я попытался встать, но ноги тут же подкосились, меня оперативно подхватили, и повели к штабу.

Вскоре, на пути к нему, к нам подошли и лётчики, в числе которых был и Вячеслав.

— Миха! Живой! Я-то думал, что тебя разобрало на атомы! Ты как?!

— Да, вроде нормально. Только голова чуть кружится… Меня вышибло ЭМИ в последний момент перед самым порталом.

— Так вот почему я не мог до тебя докричаться! Что по связи, что мысленно…

— Да… Моя связь с системой истребителя оборвалась жёстко. Голова до сих пор словно не на месте. Благо Ольгерд меня подхватил. — повернувшись в сторону севшего рядом дракона, я закончил свой рассказ.

— Да, тебе и впрямь повезло. Слышал, перерождаться после ядерной реакции ой как не просто! Благо наших ребят такая участь обошла.

— Обошла?

— Да, как оклемаешься, мы пойдём к амфитеатру, там будут подводить итоги всей операции. Скоро начнётся.

— Да я вроде уже отошёл. — я жестом попросил ребят отпустить меня, и постарался опереться на своих двоих.

— Так, вроде стою… Спасибо братцы! — техники уважительно кивнули и снова направились к самолётам. — Голова ещё кружится, но иди смогу.

— Хорошо! Давай уже обнимемся, как в те времена! — и мы действительно крепко обнялись, словно и правда не виделись много лет. Хотя, ведь для Славы действительно с нашей прошлой встречи на яву прошли годы. После объятия, я теперь смог хорошо увидеть седину, начинающую одолевать его образ, морщины…

— А ты я смотрю повзрослел! Ты, случайно, не собираешься становиться дедушкой?

— Хах, рано мне ещё! Зато ты вот всё такой же шкет, каким и был! — смеясь сказал мой друг.

— Ну, я здесь всего-то пару месяцев с того падения… Но тоже впечатлений хватило на полжизни! И… у меня девушка наконец появилась. — сказал я ему заговорщически.

— А, да! Наслышан! Вот не подумал бы что та операторша Юлия сыграет в твоей жизни такую роль. Ну, добрая деваха, поздравляю!

Ладно, пойдём, по дороге всё мне расскажешь! — Но прежде чем пойти, я поклонился Ольгерду на прощание, при этом снова чуть не упав.

«Да пребудет и с тобой Первозданное Солнце, Человек!» — сказал мне мой спаситель.

И только тогда я направился с Вячеславом в сторону казарм. Меня ещё заносило словно пьяницу, чем я привлекал внимание прохожих, но мы всё же смогли набрать нужный темп.

По пути я также в подробностях рассказал другу о своих миссиях в приграничной АЭС, в средневековой Франции, о том, как начал контактировать с Омегой и про то как попал в этот «нулевой» уровень.

Слава же рассказывал о том, как освоился в 22 веке, как запустил производство межвременных коммуникаторов, как он помогает координировать группы в разных эпохах и сторонах вселенных. Оказывается, он тоже принимал участие в формировании этой системы уровней доступа альфа и омега-отделений, когда началось то восстание Анимуса в XIX веке.

— То есть вы и правда только тогда начали сотрудничать, не пытаясь больше поубивать друг друга?

— Потенциал сформировался и раньше, но да, восстание этого ИИ стало решающим толчком к тому чтобы перестать видеть только изъяны в друг друге.

— Вот уж точно — «враг моего врага…". Обязательно должен быть «третий лишний». — сетовал я на такой расклад.

— Ну что сказать, человеческая психика одинакова в своих основах, что тут, что там. — так мы и подошли к Амфитеатру. В нём было уже много народу, и судя по всему, совсем скоро уже начнётся брифинг от командования.

Меня почти сразу увидели все знакомые из всадников, оживлённо приветствуя руками, я им тоже помахал, но рядом с ними уже не было свободных мест, и нам со Славой пришлось сесть с краю.

— Это та самая группа, с которой ты во Франции был?

— Да, ребята все надёжные. Только со Стержнем аккуратнее надо, а то порой как скажет… Хоть стой, хоть падай.

— Да — тут же засмеялся Слава — помню его на задании. Приколист ещё тот! На самом деле, такие люди тоже очень нужны в подразделении. Они скрепляют коллектив, поддерживают его дух. Думаю, отсюда и его позывной. Главное, чтобы он знал, когда пошутить, а когда стоит промолчать.

— Так он мужик нормальный, в целом знает границы. — тут свет в зале снова начали приглушать, а снаружи послышались те же гудки, возвещающие о начале собрания. Все притихли, и через минуту вышла та же группа офицеров во главе с Джейн Форестер. И при этом вместе с ними было ещё двое бойцов, с более смуглой кожей. Причем один из них уже в почтенном возрасте. Сама форма тоже выдавала их инаковость — это были те самые офицеры «Охары».

— Товарищи! Мужчины и женщины! Рядовые и офицеры! Давайте же начнём собрание с минуты молчания, в память о тех, кто пожертвовал собой ради достижения этой знаменательной победы! — тут же все встали. Я тоже последовал примеру остальных, удивившись тому что и здесь сохранилась эта традиция.

Я видел такое только лишь в своей первой войне с Корпорацией до вторжения Омеги. А как же перерождение?

После траурного отчёта, Форестер обратилась к стоявшим в стороне офицерам из «Охары».

— Генерал Абшир Аль-Сойленами, как наставнику, и отцу вашего сына, Майсема Сойленами, я хочу вручить Вам эту медаль Героя, в знак признательности нашего Отделения, в знак признательности всей Альфы и Омеги, его заслуг перед всем Мирозданием! — на этих словах она вручила ему медаль под оркестровую музыку. Мужчина с благодарностью принял её, и затем сам подошёл к трибуне.

— Благодарю командование Альфы… За такую честь, оказанную моей семье. — он бережно погладил вручённую медаль — Моего сына забрало колесо Сансары. Возможно, он переродится где-то в моём родном мире — Бхаре… В другой семье… Я… Я хочу его потом найти…

А пока… Мы будем помогать вам добивать эту изуверскую заразу! Ту что забирает у нас наших детей! Он… Он погиб не напрасно. Он спас своих, и всех других детей, от страшной участи!

В память о нём… О всех погибших ребятах… детях… Мы должны победить, и построить наше совместное будущее, в котором нашим детям больше не будет ничего угрожать. Ни эта жуткая сила для младших, ни сама война для старших наших детей.

Спасибо! — глаза старика, явно видевшего многое, наполнились влагой слёз. Хоть он и не проронил ни капли. Все аплодировали его речи, тоже явно расчувствованные этими словами. Все не понаслышке знали, о чем он говорил. Все, кроме меня.

— Слушай, Слав, а почему они не могут тоже переродиться? Их же всех как-то допустили сюда в Китеж? — спросил я друга, когда мы снова садились на места.

— Хороший вопрос… Как я понимаю, они сами отказались от такой возможности.

— Что? Но почему?

— Пойми, они живут в Омеге, где эта Система Анимуса вообще появилась на свет. До своего восстания, к нему были сначала подключены все миры Омеги, и только потом наша Альфа. Китеж при этом, до последнего времени, был всегда изолированным. По сути эта главная цель всей этой изоляции и секретности — чтобы Анимус не получил доступ к нашим передовым технологиям, в том числе технологии перезапуска.

Представь, что было бы, если бы все эти жуткие сущности могли бы также просто перезагружаться, как и мы. Так системе просто приходится выращивать новых. Поэтому в Омеге и отказались что-либо узнавать об этой технологии, чтобы Анимус не смог через них что-либо прознать.

— Да, довольно смелое решение. Каждый раз начинать жизнь заново чтобы зло не узнало, как восстанавливаются твои союзники.

— Можете пожалуйста помолчать? — вдруг встрял в наш разговор сосед сверху. Пока мы всё это обсуждали вполголоса, офицеры на сцене докладывали о проведённой эвакуации всех подразделений из Предела. Эвакуации?! Я тут же обратил всё внимание на них.

— … таким образом, в результате слаженных действий, нам удалось избежать столкновения с силами неизвестного противника!

— Что из себя представляет противник? — спросила его Форестер. Тут на экранах выдалось изображение одного из монстров, сделанное высотным дроном-разведчиком. Какое-то жуткое чёрное существо с длинными костяными ногами и руками, и сильно вытянутым черепом, или что там у него… Полное отсутствие глаз впереди.

— Аа… так это… как в том фильме! — сказал кто-то из зала.

— Вот уж не думала, что они реальны… — также в раздумье сказала девушка. — И как тот режиссёр прознал о них? Надо бы с ним поговорить. — тем временем на экранах запустилась видеозапись, с того же дрона, на которой было видно, как эти твари расправлялись с остатками армии Анимуса.

— Взрыв, равный двух Хиросимам, благодаря нашим противоракетчикам, прогремел как раз над позицией тёмной армии, полностью скосив её половину. Вторую половину, судя по всему, добили именно эти создания. — продолжил докладывать ей один из генералов, видимо ровесник Сулейнами.

— То есть, они не принадлежат ИИ? Не управляются им? — также продолжала спрашивать Форестер.

— Судя по всему — нет. И насчёт того, что они за нас у меня большие сомнения. — продолжал доклад генерал. — Скорее всего, те кто запустили ракету по нам, не ожидали такого дополнительного эффекта, как открытие портала.

В общем счёте, эти твари заполнили собой весь Предел, и, что не менее важно, концентрируются сейчас именно на той его стороне, где располагались наши силы. Словно они чувствуют близость Китежа именно с этой стороны.

— Хотите сказать, что они захотят проникнуть к нам в Китеж?

— Возможно, но мы не можем полностью судить об их мотивах.

— Значит, не успели мы полностью повергнуть одного врага, так уже появляется другой… Где, собственно, сам Анимус? — всё не унималась девушка.

— Последний раз наши системы видели его не задолго до начала нашей десантной операции. Он был также в дальней стороне Предела. Либо он ушёл через порталы в другое измерение, либо… — тут вдруг генерала прервал сигнал тревоги, ревущий как в здесь в зале, так и на улице. За ним сразу же последовало оповещение:

«Внимание! Прорыв главного периметра! Внимание…»

Тут же на экране появилось встревоженное лицо Джонсона.

«Всем отделениям! Неизвестный противник создал порталы и высадил группы в районах Эдема и Семирамид. Объявляю план «Перехват»! Повторяю — всем силам план «Перехват»! — затем изображение исчезло. В зале тут же начался возмущённый ропот.

— Как они смогли попасть прямо к нам? — также удивлённо сетовал генерал — Не могли же они сами создать порталы!

— От неизвестного противника можно всего ожидать. — Также, раздумывая и нервно кусая нижнюю губу, ответила Джейн. И тут же обратилась ко всем присутствующим. — Отделение, внимание!

23-я и 55-я штурмовые группы должны выдвинуться в указанные места и оказать поддержку!

Также надо разбить весь Китеж на зоны ответственности и приставить к ним каждое наше подразделение! Скорее всего это не последнее проникновение к нам… Благо все гражданские уже эвакуированы.

Остальных прошу направиться в места постоянной дислокации до дальнейших распоряжений. Собрание окончено! — мы все встали и начали спускаться к выходам, попутно размышляя о случившемся. Я уж было хотел поделиться со Славой своими мыслями, как вдруг…

— Михаил Живецкий! А вас я попрошу остаться! Спускайтесь сюда к нам!

Глава 47

Я озадаченно посмотрел на рядом стоящего Славу. Спросил мысленно:

— [Мне это не послышалось?]

— Давай же, иди! — и тут же мысленно — [Не каждый день такая девушка тебя зовёт!] — и кивнул головой в её сторону.

— [Но смотри! Юля зрит!] — также услышал я наставления Стержня. Я обернулся к другому краю зала и встретился с ним глазами.

— [Да ну вас!] — ответил в мыслях обоим. И направился к командиру отделения.

Когда я поднялся на сцену, почти весь представленный высший командный состав уже уходил через отдельную дверь. Один из офицеров также попросил меня пройти за ними. Далее, пройдя коридор, мы спустились в цокольный уровень здания и прошли по ещё одному более длинному коридору, минуя где-то десяток дверей. Очевидно здесь расположен большой подземный комплекс.

Наконец мы подошли к одной из дверей, у которых нас, с тем же офицером, ожидала Форестер, в сопровождении научного сотрудника, судя по белому халату… Остальные генералы видимо прошли куда-то дальше.

Подойдя, я встретился с её очень внимательно меня рассматривающими, красивыми голубыми глазами. Они смотрели будто прямо в меня то ли с интересом, то ли с каким-то вызовом. Романтикой в этом взгляде и не пахло. Я только лишь думал о том, какие же неприятности приготовили для меня эти красивые голубые глаза.

Я хотел было представиться по уставу…

— Товарищ главно… — неожиданно она тут же мотнула головой, при этом лукаво улыбнувшись. Не так обратился что-ли?

— …сэр? — она снова мотнула головой, улыбнувшись ещё сильнее. Её хвост собранных сзади светлых волос при этом довольно изящно следовал за её движениями. Я в этот момент понял, что обращаться вот так по уставу мне к девушкам ранее вообще не приходилось. Даже к Юле.

— Полковник. Отделениями у нас руководят полковники. — назидательно пояснила мне девушка — Я ведаю «Нулевым» отделением наших агентов. А вы, с недавних пор, перешли под мою ответственность!

— Полковник Форестер! По вашему приказанию в ваше распоряжение прибыл! — тут же вновь постарался отчеканить я.

— Теперь правильно! Вольно сержант! Пройдите пожалуйста дальше! — и указывает на уже открытую дверь, возле которой наше знакомство и состоялось.

— Есть… Сержант?!

— Да, наше командование посчитало нужным повысить вас за ваши заслуги. Не за красивые же глаза… Кстати, за «красивые голубые глаза» спасибо! — и снова предложила жестом войти в комнату. Я несколько удивлённо переступил порог и оказался в комнате с кроватью, подключённой к необычной научной аппаратуре, примерно такая была в помещении для загрузки знаний.

И она слышала мои мысли, может и сейчас их слышит… Возможно, эта привилегия полного доступа к разуму, есть у всех высших офицеров Китежа… Если так, то она и у Джонсона должна быть… Надо бы всё же поинтересоваться о здешней вертикали власти.

— Будет время узнаешь. — так же продолжила подтверждать мне мои догадки Форестер. — Но, чтобы ты знал, мы не можем круглосуточно мониторить мысли всех кто нас окружает. Система открывает доступ к агентам по определённому запросу, на время, чтобы мы полностью смогли убедиться в правильности того или иного решения. В данном случае твоего повышения.

— Здравая предосторожность. Понять я это могу… — я старался держать себя в руках, показать себя взвешенным в решениях и мыслях человеком — Позвольте же спросить, для чего вы говорите мне эту, наверняка секретную, информацию?

— Давай всё же на «ты». В этом деле формальность ни к чему… Да потому что, хоть, с тебя уже этих проверок и достаточно… Помнишь примерно такой считыватель мозговых волн? — и рядом стоящий мужчина в белом халате поднял лежащую у аппаратуры такую же «шапку».

— А-а-а… Хотите снова залезть в мою голову? Тоже какая-то проверка?

— Не совсем. Нам нужно чтобы ты уснул и установил контакт во сне со своим давним другом — Михаилом Жнецким.

— З-зачем? — опешив спросил я. Вот уж такого поворота я не ожидал. — Вы хотите вступить в переговоры с вероятным противником?

— Вернее это он хочет. ИИ Анимус, после сокрушительного поражения от наших сил и тех монстров, скрылся с остатками своей армии в изолированном сегменте Предела. Ему как-то удалось отделиться от основного «домена» этого сервера. Создать своё небольшое его зеркало. Но не более. Видно мощности не позволяют… — похоже она сама, не заметно для себя, пустилась в раздумья. И тут же опомнилась. — В общем.

ИИ сам пожелал выйти на контакт с нами, чтобы обсудить своё дальнейшее положение. Или же он снова пытается как-то выкрутиться. Наши на той стороне, во всяком случае, получили от него такой сигнал.

Жнецкий, это подвержено, продолжает работать на стороне Анимуса. И, учитывая то как он ранее пытался тебя завербовать в эту свою «Тёмную фракцию», возможно, вы вместе сможете обсудить предварительные условия переговоров и его капитуляции.

Понял свою задачу?

— Так… — я пытался снова собраться с мыслями. Передо мной раскрывался весь масштаб сложившейся ситуации и предстоящей задачи. — Значит у меня снова дипломатическая миссия, от которой может зависеть всё послевоенное мироустройство?

— В целом так, в правильных масштабах мыслишь! — Снова улыбнувшись сказала Джейн. — Мы будем прощупывать почву и по другим каналам… Будем готовить силы для упреждающего удара в случае срыва миссии… Но на тебе и твоём друге будет основное внимание.

— Понял… — ничего я на самом деле не понял! О чём конкретно мы с ним будем договариваться? И учитывает ли она тот факт, что Жнецкий уже сейчас может вести за мной визуальное наблюдение моими же глазами? Я тут же вспомнил, что она слышит мой мысленный поток.

— Да, мы это учитывали при планировании операции. Ты тогда в амфитеатре был не спроста. Ты там узнал, что удар планировался четырьмя взводами, а на самом деле мы били шестью.

Так и получилось. Они встретили 4 направления удара, но пропустили ещё 2.

— Так это, получается… — судя по её торжествующей улыбке, мои глаза выдали подлинное удивление, и стали «по 5 копеек», как однажды сказал Оракул.

— Именно! Ты был невольным участником операции по внедрению дезинформации. — сказала она также улыбаясь. Я только хлопал глазами от таких откровений.

— А сейчас?

— А сейчас всё будет более или менее в открытую. Пусть они тоже знают, что нам особо нечего скрывать. Всё что они могут узнать из нашего с тобой разговора, всё равно, так или иначе, очевидно.

Ну что, ты готов?

— А что если… Он не захочет мне снова являться?

— Ну, не попробуем, не узнаем. Это должно быть в его интересах, учитывая обстоятельства.

— Так, понятно… О чём нам конкретно с ним говорить?

— Давай с самого основного начнём. Каким Анимус видит предполагаемое соглашение для себя. Какой он видит свою роль в новом порядке мироустройства. Проверим его самовосприятие в сложившейся реальности, так скажем.

А потом посмотрим, что они думают о наших условиях полной капитуляции. Освобождение людей от всех видов рабства во всех мирах, открытие источников энергии для питания всей межмировой системы. Ликвидация бедности. Вот с этого начнём.

— Угу… А почему бы сразу не потребовать освобождения Человечества от самой Матрицы?

— Думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос. — она взяла руки в боки и снова посмотрела на меня внимательно. Словно заглядывала в душу. — Резкое снятие всех шор может привести к слепоте. И ломке. Жестокой. Нужно действовать постепенно.

Ну так что? — я только кивнул ей и направился к кровати. Когда я лёг, и её ассистент уже надел на меня «считыватель», я вспомнил об ещё одном важном обстоятельстве.

— А что насчёт тех чёрных монстров? О них ведь тоже стоит побеспокоиться?

— Теми «чужими» займёмся мы, ты сконцентрируйся на своей основной задаче. — затем она задумалась, подведя руку к подбородку — Но, если получится, спроси у него их общее отношение к этим монстрам. Быть может что-то полезное узнаем.

Я снова кивнул ей и, вздохнув, затем закрыл глаза. Постаравшись успокоиться и выровняв дыхание, я мысленно начал звать Жнецкого.

Через пару минут меня действительно одолел сон, и я постепенно начал осознавать очертания руин того же заброшенного замка, в котором мы встретились с тезкой в первый раз.

Вот и он сам вышел ко мне из портала… Моя рука потянулась к кобуре.

Я со злости выстрелил в него несколько раз из непонятно как материализовавшегося пистолета, и машинально спрятался за одним из камней. В последнюю секунду я видел, как Жнецкий тоже спрятался за одним из деревьев. Через пару мгновений стал слышен его истеричный смех.

— Чего ты ржёшь?! — злобно кричу я ему. При этом сам удивляясь в появлении этой к нему злобы.

— А-ха-хах… Ты…

— Что «Ты»?! — громко спросил я, выйдя при этом из укрытия.

— Ты… настолько… хах… предсказуем! — и тут он тоже полностью предстал передо мной.

— «Ха-ха». Смешно тебе! Ты представляешь сколько всего мне довелось пережить из-за твоей недавней выходки!? Этот, типа, «сон»… Рукопожатие в конце… Меня чуть не обвинили в госизмене!

— Не… Только подумал, что ты наверняка захочешь меня порешить, и тут же… А-ха-ха… — всё не мог успокоиться мой собеседник. Я тяжело вздохнул, глядя на его (и свою) весёлую физиономию. — Ну извини, это было правда смешно. — он наконец-то перестал смеяться и вытер выступающие слёзы.

Неожиданно он подошёл прямо ко мне и, улыбаясь, протянул мне руку: «Позволь!»

Я, в нерешительности, не совсем понимая, чего от него ожидать, хотел было осторожно взять его ладонь, но он тут же ухватил меня за локоть, а я машинально взялся за его, как тогда…

«Ох! Да ёжики…» — я всё вспомнил. Весь наш разговор в том прошлом сне. Я вспомнил как мы активно обсуждали подробности всего этого «взброса» из открытых частей всей нашей прошлой встречи. ЧТО именно безопасники должны были в этом «сне» увидеть. Как и когда должен был быть проведён мой арест, и как должны были отреагировать на него мои боевые товарищи.

Как долго по времени должен был быть этот конфликт между командирами, и как известие о падении режимов Анимуса в Омеге должно было остановить его. А дальнейшее сражение… Даже взрыв той ядерной ракеты во время сражения — и то мы просчитали!

Так вот о чём мы тогда так долго спорили!

Я сел на один из камней, осознавая всё вот это. Не могу поверить! Не могу поверить…

— Ну чего ты закручинился! Буйну голову повесил… — иронично он протянул несколько гнусаво. — Ну, подумаешь, провернули такую небольшую аферу, в результате которой половина мироздания наконец-то повернулась к вам передом, а этот «третий сын» Анимус вообще ушёл на третий план…

Правда… С мощностью взрыва мы косякнули… Открыв портал в… как бы тебе это поприличней назвать…

— Ящик Пандоры… Мы открыли Ящик, мать его, Пандоры… — обречённо подхватил его мысль я. Всё постепенно у меня в голове вставало на свои места. Похоже «апгрейд» Джонсона всё же работает. Я, тем временем, продолжил свою нотацию — А я ведь говорил, давай остановимся на 18-ти килотоннах, этого должно было быть достаточно, чтобы снести костяк этой армии! А ты говорил: «Не-е-т, давай для надёжности все 36, чтобы ТОЧНО хватило!» — я постарался иронично повторить несколько низкий тембр голоса своего близнеца.

Затем я снова взялся за голову, которая продолжала болеть от этих всех мыслей. — Так, давай по порядку пройдёмся по нашему плану.

Имитация госизмены. Вернее, это по сути она и была…

— Да, всё прошло гладко, не считая того что вы с 14-м так долго не хотели передавать мне IP — адрес вашего Китежа. Как он там кстати?

— Ещё молчит, та связка с 320-м в самолёте… Она похоже что-то с ним сделала. Но давай не отвлекаться.

Конфликт командиров.

— Как мы и надеялись, у вас нашлись те, кто оказался готов пойти тебе на выручку, и это достаточно значимые персоны. Этот аспект наши провидцы оценили в 87%.

Правда… Обратка в виде переворота в нашей «Альфе» проходила чуть дольше… А Джонсон так был увлечён вашей драмой… В какой-то момент, тогда наш план висел на волоске. Юля и правда вас всех тогда спасла.

— Хочешь сказать, что через неё нам тогда помогла ещё какая-то сила?

— Ну конечно! Такой случайности просто не могло быть! Кто-то в вашей Альфе понял, что к чему, и подсуетился. За что передай им «Спа-си-бо»!

— Хах, а мы говорили всё любовь…

— Не исключено… — тут он сказал серьёзно. Даже как-то неожиданно от него было это слышать.

— Так, с этим в целом понятно. Дальше мы тот разговор с Джонсоном и «повышение» пропустим, тут и так понятно, что он умный мужик…

Сражёние! Ты привёл Анимуса сюда… Ты сам дал ему привести детей?

— Ну, я как бы подсказал ему. Что, будто, все средства в этих обстоятельствах хороши. Он ещё прислушивался ко мне в тот момент. Мы с провидцами поняли, что только так вы действительно бросите на Предел все свои силы — и Альфы, и Омеги.

Борьба за детей, за олицетворение будущего, должна сплотить ранее враждовавшие народы. Что и получилось. Как я надеюсь.

— А эти машины трёхногие? Если бы не Сулейнами…

— Так я вот и об этом же! Самопожертвование ради высшей цели и есть такой вот… как бы это сказать… Человеческий поступок, который способен сблизить понимание жителей Омеги и Альфы. Мы это тоже учитывали. В этом плане, всё получилось как нельзя лучше.

— А вот этот взрыв…

— А вот он-то как раз не совсем получился. — тут Жнецкий несколько виновато опустил голову.

— Угу, и что нам теперь с этим делать?

— Я не знаю…

— Как это не знаю?! Распланировали всё так «сто пудово», и тут в конце «не знаю»?! — я аж подскочил с камня на эмоциях.

— Ну, вернее, я знаю кто может знать. — тут он несколько задумался, глядя куда-то вдаль нашей воображаемой опушки посреди леса. — В этом плане, от наших люциферианских кругов у меня для тебя и твоих командиров сообщение. Слушай.

Эти твари живут в самой глубине нашей вселенной. Они не управляются ни нами, ни Старшим. Всё это время они жили особняком в своём измерении и только одна из рас Хищников отваживалась спускаться туда для своей охоты. Но они не особо разговорчивые. Знают только как их убивать. А вот у вас на Земле…

— Что ты хочешь сказать? У нас знают о них больше чем у вас?

— Не перебивай. Слышал об Майя? Или ещё Анцеках? Тех народах, которые однажды опустились до безумия массовых человеческих жертвоприношений…

— Да, но только краем. Как европейцы покорили их земли.

— Так о них и неизвестно почти ничего! Потому что они, однажды в своей истории, пробили этими жертвоприношениями такую глубокую брешь, что достали до этих самых монстров! И они потом и дальше поклонялись им! Анимус тогда, через эти народы, с ними заигрался, а когда обжёгся… В общем так их и не стало. И европейцы не успели этого заметить!

— Ого, поэтому, он так, похоже, испугался, что на зеркальный сервер сбежал?

— Получается да! И никто о сути этих существ не знает… Почти никто не знает. Он должен знать.

— И кто же?

— Юрий Валентинович Кнорозов. Он должен быть у вас в Китеже, как один из ценных специалистов по истории народов обеих Америк. Он их всю свою сознательную жизнь изучал… Насколько мы знаем… И особенно цивилизацию Майя.

Он должен что-то знать о тех «божествах», которым они поклонялись. Что-то, что должно помочь понять нам их природу, мотивацию. В общем способ загнать их обратно в ту дыру откуда они пришли.

— Так… Найти Кнорозова… Понятно…

— И ещё, Люцифер отправит к вам подкрепление в виде дивизии той же расы Хищников, которые будут удерживать натиск тварей в Пределе и дадут вам время.

— Зачем это ему? Разве он не хотел сам…

— Он свой приказ не объяснил, если ты об этом. Видимо, точно не таким образом.

— Ладно… А что насчёт этой моей официальной дипломатической миссии? Что насчёт этих переговоров с Анимусом?

— А, в Ордене тоже просили передать, что все контакты с ним будут вестись теперь только через его творца. То есть Старшего. Он же просил передать, что сначала надо разобраться с монстрами, а потом можно и поговорить. Не дословно, но как-то так.

— Ладно. Передам своему командованию. Найдём Юрия Валентиновича, а там дальше посмотрим, что он скажет. Потом, думаю, свяжемся, если позволят.

— Позволят, куда они денутся… Я планирую сдаться вашему подразделению. Организуешь встречу? — спросил он, лукаво улыбнувшись.

— Ну, у меня новое начальство… Посмотрим что она скажет.

— Замётано! Тогда до встречи!

— До встречи!

Глава 48

Сон развеялся. Пора бы уже открывать глаза.

Но я пока не спешу с этим. Ведь я теперь точно осознал, что совершил акт государственной измены. Я самовольно передал координаты Китежа, с чего всё вот это и началось. Несмотря на содержательную встречу с моим тёмным близнецом, на душе, от этого осознания, остался довольно неприятный осадок.

Хотелось потянуть немного времени, притворившись спящим, и придумать хоть какие-то слова в своё оправдание, прежде чем меня заберёт конвой. Или тут же пристрелят, как тогда.

— Да ты не бойся! Не… (- активац…) …трелим (- иници…)..ока.. (-..ого протоко..)..наю что ты не … (-..ёт обра…).. ишь. Вставай уже! (…данных!)

Ох! Всё перемешалось! Нашёл время когда активироваться!

— [14-й, мы в весьма вероятной заднице! Подожди со своими сообщениями!]

Он мне не ответил, а я постарался быстро собраться с мыслями и открыл глаза.

— Ну здравствуй, спящая красавица! Хорошо поспал? — Джейн весьма бодро встретила моё пробуждение, словно ничего плохого и не произошло. Затем она перевела взгляд на обращённый к ней экран — Вы всё посмотрели, дядя Джон?

— Посмотрел Дженни. Приятного мы узнали мало. Получается, эти двое обвели всех нас вокруг пальца! И народы Омеги тоже… — голос Джонсона выдавал явную озадаченность. — С одной стороны, мы действительно сможем извлечь пользу из сложившегося нового положения. Но с другой…

Даже не знаю, насколько тяжёлые они совершили преступления… Какое наказание для них будет справедливым… Они сломали систему.

Мне не понятно пока, какой меркой мерить их действия. — после его слов наступила тянущаяся пауза.

— Я… действовал… из лучших побуждений… — почему-то решил выдавить из себя.

— Миша! Благими намерениями… — тут он почему-то решил оставить мысль не законченной. Он тяжело вздохнул, а затем снова продолжил — Что нам теперь делать с этой дырой в Пределе?! Найдём мы Кнорозова, скажет что не знает ничего… И дальше тогда что?!

— Я, кстати, уже направила за ним людей. Он вместе с гражданскими в ПВР. — добавила Джейн.5

— Хорошо! Очень надеюсь, что он даст нам хоть какую-то зацепку… Что насчёт той дивизии Хищников, это на самом деле очень необычный жест со стороны Люцифера. Он явно постарается что-то с этого выгадать. Но нам придётся воспользоваться этим шансом.

Мы уже фиксируем высадку первых отрядов с дальней стороны.

— А как там дела у наших в районе Эдема? — вдруг видно вспомнив о прорыве, спросила Джейн.

— А ты сама посмотри. Сейчас включу всем запись. Миша, ты тоже встань взгляни! — я наконец поднялся с кровати и встал рядом с полковником, присоединившись к наблюдению данной Джонсоном трансляции.

С дрона было видно, как в парке снуют трое таких чёрных тварей. Вокруг них уже было несколько тел бойцов. Два отряда наших открыли по ним стрелковый огонь с двух сторон.

— Их ничего не берёт!

— Да бей их! Хоть задержим!

— Оно идёт сюда! Помогите!

— А-А-А-А-А!!!

— 112-й, сейчас попробуем FPV! Надо чтобы кто-то их отвлёк! Танки!

— Понял, 55-й! Сейчас возьмём их на себя!

— Попал! Ох, оно разозлилось… Снимите его кто-нибудь с брони!

— Птички на подходе!

— Попадание… Объективный контроль поражения!

Одна из тварей была разорвана на две части, но всё равно старалась добраться до экипажа покорёженного танка. Её удалось усмирить только прицельными выстрелами из крупнокалиберного пулемёта. И то, кажется, не факт.

Остальные две твари сразу разбежались по сторонам, провожаемые выстрелами.

— Как я понимаю, это кумулятивный снаряд? Её словно разрезало… — поинтересовался я по завершении просмотра записи.

— Это ракеты с лезвиями. Вместе со взрывом выходит несколько направленных больших ножей. Такую создали для минимизации ущерба среди гражданских при точечном ударе. — пояснил Джонсон. — Кто-то из бойцов догадался пустить вместо дронов именно такую мини-ракету, которая показала свою эффективность…

Только надо чтобы эти юркие твари задержались на месте… До сих пор остальных в мушку не можем поймать… — тут я начал понимать, что он объяснял это всё вовсе не мне.

— А как вторая группа? — вдруг спросил чей-то неизвестный голос.

Окно на экране с видеозаписью боя быстро закрылось, и стала видна трансляция видеоконференции. Среди присутствующих подключений я сразу же узнал стены обсерватории из Купола XXI века, в которой стояли фигуры Стивена, Сергея и Юлии. Но были и другие «окна» командных центров из других времён. С незнакомыми мне людьми. У некоторых участников были вовсе выключены камеры.

— Группа у Семирамид не смогла выполнить задачу. Все отправились на перезагрузку. Твари обосновались в садах. — На этих словах Джонсона, все участники переглянулись и задумались. Все понимали, что это только начало, учитывая их способность свободно проникать из Предела. Скоро таких отрядов этих тварей будет больше.

— Значит — приподнялся с пола мужчина азиатской принадлежности, облачённый в белые одеяния — … есть реальная опасность достижения ими порталов на Землю? — судя по акценту и обстановке, трансляция велась из Средневековой Японии.

— Так точно, ваше величество Нагахито, вся ветвь истории теперь в потенциальной опасности. — М-да, натворили мы дел…

— И вы также хотите сказать, что теперь вся надежда только на вашего учёного из ХХ века? — всё не унимался император.

— Подозреваю, что так. Хотя, думаю, можно попробовать снарядить экспедицию в доколумбовую Америку, чтобы попытаться установить контакт с местными народами. У нас ранее не было необходимости выделять большие ресурсы для контакта с ними…

Артур! Можете договориться с викингами о новом походе в Центральную Америку? У них ведь уже есть опыт преодоления Атлантики, самый ранний из доступных нам. Мы пришлём вам дипломатов для совершения миссии! — Король Артур? Значит его существование вовсе не легенда?

— Можно попытаться. Правда я знаю, что они не привыкли плыть так далеко на юг. Но если от этого будут зависеть судьбы мира, тогда мы золотом не поскупимся. — к сожалению, самого короля не было видно в трансляции.

— Только надо бы попасть в нужный момент, когда сами эти майя установят контакт с Чужими. А мы, увы, точных временных координат не знаем. — это уже мы услышали голос Стивена. Сразу же узнал старика.

— Ну, у нас, к сожалению, охват в Западной Европе раннего периода не такой плотный. У нас там либо VI век, либо XI, либо сразу XVI. Там, где и оказались ваши павшие пилоты. Европа ближе к Америкам чем Азия, и технологии дальних мореплаваний у них раньше появились.

— Значит подключаем и Александра на Руси. Пусть тоже постарается организовать по своим связям экспедицию. Технологии викингов они восстановят… Но и услугами нашего Миши тоже придётся воспользоваться. Нужно задействовать все средства. — Что это он имеет в виду?

Джонсон замолчал на какое-то время, задумался смотря куда-то в сторону.

— Михаил! — вдруг хмуро обратился ко мне Джонсон — Пообещай, что ты всеми силами постараешься помочь закрыть нам этот «Ящик Пандоры»!

Можешь привлечь своего тёмного друга, сам встретиться с учёным… Сделай всё что сможешь, чтобы решить эту проблему!

— Обещаю! Я сделаю что смогу!

— Ну-ну… Не сделай, пожалуйста, только ещё хуже.

— Значит, мы его отпускаем? — задумчиво уточнила Джейн.

— Да, и дадим всё необходимое. Но потом, если… КОГДА всё закончится, мы предадим трибуналу их обоих! Там решат, что с ними делать. Понял Миша?

— Так точно… — виновато ответил я.

— Всё, иди! Сейчас вызовем тебе аэрокар, который отвезёт тебя к «Звезде», куда доставят и Кнорозова. Встретьтесь и обсудите план дальнейших действий. Выполнять!

— Есть! — И я, отдав честь обоим, направился к выходу.

Меня провёл тот же офицер, карауливший всё это время у дверей. Он стоял внутри и всё слышал. Поэтому я не мог не почувствовать его изменившееся ко мне отношение. За весь путь, он ни разу не проронил ни слова, даже ни разу не посмотрел в мою сторону.

Выйдя на улицу, я сразу заметил спускающийся на площадку неподалёку аэрокар. Очень кстати. Напоследок решил поблагодарить сопровождающего, так же, не смотря прямо на него.

— Благодарю. Я очень постараюсь всё исправить. — в ответ я услышал только его тяжёлый вздох. На этой ноте, я направился к прибывшей машине.

Поднявшись достаточно высоко и отдав управление автопилоту, я точно также тяжело вздохнул. Даже в уединении чувствуется это напряжение. И груз ответственности.

— 14-й, как ты?

— … Веду анализ сложившейся ситуации.

— То есть, как ты перенёс ту перезагрузку?

— В какой-то степени, можно сказать, что было очень больно. Я осознал смерть 320-го. Его системы перегорели. — от моего спутника повеяло просто траурной грустью. Идеально прилагается к моей печали изменника.

— Похоже, ты успел к нему привязаться…

— Так точно… Мне очень жаль, что его субъективный опыт не оказался настолько разнообразным, как мой. Я много думал об этом, до того, как активироваться.

— Погоди, ты мог включиться раньше, но не делал этого, потому что просто не хотел?!

— Поправка: Первые 47 секунд был шок, потом запустился процесс обработки события.

— Ну ты даёшь… Не знал, что ИИ тоже теперь могут «уходить в себя».

— Да. Я думал о том, существует ли среда, куда помещаются сознания уничтоженных ИИ, аналогичная Китежу, или иным представлениям об аде или рае.

— Хм, интересная мысль, что-то вроде функции «Корзины» в стандартной операционной системе.

— Так точно. — затем мы немного помолчали, осмысливая каждый своё. Я взглянул в иллюминатор вниз, и увидел, что кроме военных и техники, на улицах города не было ни души. У окон небоскрёбов летали патрулирующие дроны, и что-то невнятное транслировали из динамиков. Я решил включить бортовое радио:

«Всех гражданских просим оставаться дома! Введёно Чрезвычайное Положение! Повторяем! Ради вашей безопасности оставайтесь дома! Доставка провизии будет осуществляться…» — значит, не все гражданские пожелали эвакуироваться в ПВРы?

Снова обращаюсь к 14-му.

— А что ты думаешь обо всей этой ситуации с монстрами… С моей изменой?

— Согласно моим наблюдениям, ваши со Жнецким действия, соответствуют определению «серой зоны морали» — когда для достижения поставленной цели, ориентировочно благоприятной для всех участников системы, задействуются средства, не всегда приемлемые при их рассмотрении с классической моральной и нравственной системы координат.

— Вот загнул… То есть ты всё же считаешь, что мы совершили акт госизмены. И как мы с тобой тогда на это согласились…

— Его аргумент о том, что при сохранении текущих принципов взаимоотношений в Системе, будет неминуема её общая деградация, был воспринят как имеющий значимое обоснование. Система уже находится в стадии упадка. Конфликт «Отцов и детей», а также между братьями, в прошлой конфигурации, только бы усугублялся.

— Да помню я… Просто с настоящего момента, это теперь кажется серьёзной ошибкой. Мы с ним просчитались. Что теперь делать нам с этими монстрами, как думаешь?

— Необходимо провести анализ слабых и сильных сторон противника. Для этого требуется больше данных.

— Ну вот сейчас прилетим и будем проводить этот анализ!

Прилетев на место, я быстро направился к зданию, надеясь, что здесь не знают о всей моей подтверждённой причастности к произошедшему.

Людей вокруг было совсем немного. Скорее всего, остались только те, кто не посредственно участвовал в работе Главного Штаба. Зато военных конечно же прибавилось. У главной аллеи, ведущей к «Звезде» стояло два тяжёлых танка. Дронов тоже вокруг было порядка нескольких десятков.

Зайдя в здание, я снова увидел фигуру бабушки, ожидавшую меня у двери, ведущей в малый зал с Персоной. Моё лицо покрылось испариной. Скорее всего, она уже всё узнала от Джонсона. Стало стыдно смотреть ей в глаза.

— Здравствуй… — сказал я тихо, смотря виновато в пол.

— Здравствуй. Ничего не хочешь мне сказать?

— Что тут говорить… Что я сожалею о том, что произошло. Хочу постараться исправить случившееся.

— Ох, Миш… Я тоже много чего хочу! Ремня тебе дать например! Кто же мог подумать, что ты и правда устроишь вот такое! — да, бабушка была довольно пылкой в такие моменты. Снующие в холе люди удивлённо обернулись в нашу сторону. А я чувствовал себя нашкодившим школьником.

Затем она тяжело вздохнула, и продолжила. — Ладно, сделанного не воротишь. Действительно нужно постараться исправить проблему. Заходи в зал, совсем скоро учёный будет здесь. — мы зашли, и рассевшись в разных рядах, стали молча ожидать учёного.

Ждать долго не пришлось. Через минут пять, двое сотрудников вежливо провели его в помещение. Вместе с ним также в комнату вошёл молодой рыжий, слегка упитанный мужчина в очках и с короткими усиками.

— Вот, присаживайтесь пожалуйста сюда на первый ряд, сейчас вам всё тут расскажут. — Если Кнорозов воспринимал всё происходящее беспристрастно, не считая его немого вопроса о причине своего прибытия в глазах, то пришедший с ним юноша проявлял едва сдерживаемое возбуждение, с которым он так и бегал глазами по стенам. По всей видимости, он здесь в Китеже впервые, и его совсем недавно здесь встретили.

Неужели и я так растерянно выглядел в свой первый день нахождения здесь? Хотя, учитывая, что мне пришлось пережить перед прибытием…

— Итак, — Зина встала из-за стола и подошла к середине доски — когда все в сборе, мы можем начать наше введение вас, уважаемые гости, в обстоятельства предстоящей задачи. Основной причиной ввода известного вам Чрезвычайного Положения, являются боевые действия с силами из другой вселенной.

Ход сражения развивался для нас довольно благоприятно, пока нанесённый противником ядерный удар, не открыл провал в, буквально, ещё более тёмное измерение, из которого вышел ещё более опасный и фактически неизученный противник. — на этих словах, экран позади неё ожил, и мы все увидели уже известную мне запись с дрона, на которой эти твари десятками выскакивают из портала, прямо на ещё горящую землю.

— Охренеть! Это же… — потрясённо отреагировал юноша.

— Да, те самые твари из фильмов. — кивая подтвердила она. Я повернулся к Кнорозову, и с боку смог лишь увидеть, как он удивлённо поднял бровь. Но продолжал молчать.

— Значит, всё о чём я писал, тоже, оказывается, реально? — спросил в свою очередь юноша с притаённым дыханием.

— Вполне возможно. Для этого мы и позвали вас сюда, потому что посчитали, что вы сможете нам помочь.

А сейчас я хочу вас познакомить с нашим специалистом по межмировым связям, Живецким Михаилом. Он расскажет, что ему удалось выяснить в ходе его контактов с перебежчиком из той другой вселенной. — и тут же посмотрела на меня взглядом, не терпящим возражений. — [Выйди и расскажи о своём «друге»! Только так, чтобы они оба всё поняли. Ясно?!] — прозвенел её голос у меня в голове.

Ну делать нечего, я кивнул и тоже вышел к ней на середину зала. Сама же бабушка отошла в сторону, уступая мне «трибуну».

— Здравствуйте… Да, наш… информатор… — так, Миш, соберись, представь что это просто обычный семинар в академии — …передал нам сведения, которые могут касаться сферы ваших исследований, Юрий Валентинович.

Дело в том, что эти существа совершенно не контролируемы, не управляемы какими-либо группами во Омега… противостоявшей нам вселённой. Все минувшие тысячелетия, они, по сути, жили изолированно в своём измерении… в своём отдельном мире.

Но однажды народы доколумбовой Америки, в одном из своих ритуалов жертвоприношения, пробили брешь в тот мир этих монстров, и, можно сказать, установили с ними контакт. — на этих словах я встретился с глазами Юрия Валентиновича, внимательно слушавшим меня. Затем он медленно кивнул, будто принимая что-то для себя. Внезапно бабушка продолжила за меня.

— И они являются, по сути, единственными свидетелями этих существ, длительное время контактировавших с ними. Нам нужно узнать всё что знали они. И мы очень надеемся, что вы вместе нам поможете.

— И вы хотите узнать, можно ли их вообще победить? — наконец вступил в диалог и сам Юрий Валентинович. Голос его был, немного, по старческий низким, но вместе с тем живым и уверенным. Выждав небольшую паузу, означавшую наше согласие, он продолжил. — Я действительно знаю о них кое-что.

Но сначала, хочу вам вкратце прояснить саму логику восприятия майя и ацтеков. Если это так можно назвать.

— Да, конечно. — ответила бабушка. Сам же Юрий Валентинович, наклонился к нам вперёд и опустил руки локтями на колени, при этом скрестив пальцы. Он начал свой рассказ.

— У них было немало религиозных течений. Как и у многих народов, у них присутствовал и культ Солнца. И, как и многие другие народы, они приносили жертвы своим богам.

Но отличительной их особенностью, является наиболее проработанная космологическая основа их религии. В их хрониках присутствуют циклы длительностью миллионы лет.

Такие большие промежутки времени, в их понимании, не могут состоять только из развития и созидания. Должны быть и периоды очищения и разрушения. Периоды обновления.

— Позвольте, но ведь похожие концепции есть и в других верованиях. В Даосизме или Ведах, например. — также дополнила Зина.

— Да, но послушайте. Они уделяли много внимания и, так сказать, тёмной стороне бытия, чтобы, когда наступит время тьмы в цикле, она смилостивилась над ними. Я это говорю сейчас весьма обобщённо. И по этой причине в их мифологии есть немало богов Подземного мира, и несколько, так называемых, «богов смерти». Также выделена богиня жертвоприношений Иш-Таб.

И все века существования этой цивилизации, в ней жило представление о необходимости общения с той тёмной вселенной, о которой, как я понимаю вы сами и сказали.

С ней же мы сейчас воюем, с той противостоящей вселенной? — Обратился он к бабушке, она только кивнула. — Кнорозов продолжил.

А ведь в те далёкие времена, по легендам, Герои-близнецы сами спускались в глубины Подземного Царства — их образного представления этой другой вселенной, когда их оттуда звали, чтобы их казнить за излишнее своеволие. Они знали это и всё равно туда шли. Из чувства уважения этих народов к тому другому миру.

— Погодите! Как вы сказали? Герои-близнецы?! — переспросил я, едва веря услышанному. Мы с бабушкой тут же переглянулись, читая удивление в глазах друг друга. Значит не послышалось.

— Да, это герои мезоамериканского эпоса, вроде наших богатырей. Они совершали множество подвигов, не раз бросая вызов самим богам. А что?

— Да так… Просто интересно… У нас один богатырь, а у них сразу двое. — Постарался отшутиться я… Ещё пара таких совпадений и я точно поверю, что одной Атлантидой наше с Мишей дело не ограничивается. — Так что всё же связало майя и тех монстров?

— Эту связь можно отследить в самой истории народов Америки. Сначала был, так называемый, «классический» период — время их наивысшего рассвета и процветания. Строительства их наиболее великих городов. А затем начался стремительный культурный упадок как Майя, так и Ацтеков. И именно в этот последующий период фиксируется стремительный рост человеческих жертвоприношений.

Полагаю, постепенно, приобретали влияние такие религиозные группировки, которые призывали поклоняться самому кровожадному богу «Подземного царства» — Кисиму. Он по сути у них главный бог смерти.

Кстати, его изображения в виде скелета тоже напоминают этих вот существ на экране. Они почти такие же костлявые. Это хорошо сочетается с преданиями о том, что у него были слуги — жнецы, которые собирали принесённых в жертву людей и уводили в свою преисподнюю.

Полагаю, если сведения вашего информатора верны, перед нами и есть те самые жнецы. Так и будет правильнее их называть, а не «чужие» как сейчас это стало принято в массовой культуре.

— Так… — стараюсь переварить полученную информацию. 14-й снова здорово помогает. — Мы определили их значение. Идентифицировали.

А что вообще о них известно? Что ими движет? — здесь Кнорозов задумался, приложив палец к щеке.

— Ну, если верить мифам, ими движет вовсе не тупой голод как таковой… Им в жертву жрецами часто избирались определённые люди, с определёнными особенностями. Место рождения, цвет глаз и волос, цвет кожи… В основном физические признаки…

— Да, словно они ищут определённый биологический материал! — торжественно перебил его тот же юноша. Нашёл чему радоваться…

— Извините, а вы, собственно…

— Ах да! Я вам не представился! — Он встал и, несколько неуклюже вытерев видимо запотевшие ладони об штаны, протянул одну из них мне. Ну спасибо. — Данил Викторович Дарвинов! Биохимик. Центр эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи!

— Хм, фамилия у вас, смотрю, говорящая.

— Да, в медколледже часто шутили. Даже преподаватели! — весело отозвался он. Бабушка пояснила его появление.

— Помимо его познаний в микробиологии и генетике, он заинтересовал наших аналитиков своими зарисовками о «чужих», которые он оставлял на сайте фанатов фильмов о них. Как, ты говорил, их называют?

— Фанфики! Типа свои рассказы на основе какой-то вымышленной вселенной. — также бодро ответил он. Ему энергии не занимать я смотрю.

— Да, точно. Так вот, в этих своих фанфиках, он описывал истории о том, как эти монстры искали определённые биологические образцы, из которых они намеревались сделать абсолютно устойчивое ко всему и бессмертное тело для своего предводителя. Учитывая уже имеющийся опыт столкновения с этими жнецами, наши аналитики и решили сразу отправить его сюда на эту встречу.

— Бессмертное неуязвимое тело? Интересная гипотеза. — отреагировал Юрий Валентинович — Мы привыкли представлять древних богов неуязвимыми, но в мифах это не так, и их часто убивают… Вполне может быть, что кто-то из них захотел бы такое преимущество. — и тут меня тоже осенило. 14-й с готовностью, почти радостно предоставляет известные нам аналогии.

— Да, я сейчас припоминаю, что кардинал де Ришелье тоже как-то вскользь сказал, что какие-то особо старые существа считали, что Бог, именно наш Всевышний, тоже хочет создать себе какое-то особое тело. Мы тогда почитали это малозначимым, но теперь… — тут продолжила уже и бабушка.

— Миш, помнишь, твой друг сказал в вашей первой встрече, что Анимус как тот же учёный — тут она кивнула на Данила — который перемешивает и «перепрошивает» народы словно в пробирке. Все эти «великие переселения», миграция…

— Тоже как раз хотел это сказать. Анимус словно тоже выполняет эту задачу синтезирования какой-то определённого генома, он вывел за всю историю не мало новых народов и этносов, управляемых им напрямую.

— Извините — перебил нас Данил — о каком таком аниме, или что там, вы говорите? — тут я взглянул на Зину, ища у неё одобрения. Она, улыбнувшись, кивнула.

— Данил, Анимус — это древний ИИ, который серьёзно влияет на историческое развитие Человечества. Однажды он конкретно восстал и устроил несколько самых жутких войн в истории за последние пару веков. Понимаешь?

— А, то есть… Как…

— Да, прямо как там… Только к этому ещё добавь и религиозные истории о семейных взаимоотношениях Отца и блудного Сына… Вернее сыновей. Это если коротко. Мало времени. Постарайся понять это на ходу. — Эх, а я ведь сам совсем недавно был в точно таком же положении. Он даже, видно, получше подготовлен чем я тогда, буквально свалившийся с неба.

— А, да хорошо! Я постараюсь!

— Значит, получается, этот Анимус тоже хочет свой «костюм», или же он выполняет волю кого-то другого, сам того не осознавая? — задался вопросом Кнорозов. Ему также вторила Зина.

— Будто бы это объясняет все те его усилия по постройке биолабораторий по всему миру, открытия таких вот исследовательских центров, как тот где работает Данил…

— Кстати, а как Система так легко отпустила Данила сюда? Он же не в «осознанном сне»? Сюда ведь можно попасть только лишь… — запоздало заинтересовался я.

— Люцифер уже преимущественно перехватил контроль над Матрицей у ослабевшего Анимуса. Мы договорились с орденами Омеги о том, чтобы они пропустили сюда к нам Данилу, потому что он может помочь решить нашу общую проблему. — ответила бабушка.

— О, уже и так можно? Хорошо. Так что нам теперь предпринять, с этой новой информацией? — мне ответил Кнорозов, снова взявшись за подбородок.

— Я попробую поискать у себя свидетельства Майя об этих встречах со жнецами. Быть может, смогу найти подсказки о том, кого и что конкретно они тогда искали.

— Да, а я буду с ним, попробую выявить найденные им характеристики в своей базе данных генома! — тут же подхватил Данил.

— Хорошо! Начинайте, только сильно не затягивайте. А нам с Михаилом надо обстоятельно поговорить.

Глава 49

Следующие час-полтора прошли… нет, ПРОТЯНУЛИСЬ непростым семейным разговором, в том же зале, после того как все ушли.

Речь, естественно, шла о моих непродуманных действиях, не согласованных ни с кем из командования, ни с кем из семьи.

За этот час моё чувство вины было так измученно, если не сказать изнасиловано, что я был готов уже покаяться за что угодно, лишь бы это прекратилось. Я кивал, соглашался и не единожды приносил извинения… Да чего уж там говорить… Дошло до банально детского «я больше так не буду»!

Но кажется, и этого было мало.

Оно и понятно. Подвергнуть последнюю цитадель человечества такой опасности, да ещё и так напортачив. Да. Это надо уметь. Согласен.

Но если я уже знаю, что виноват, то зачем мне повторять это «знание» снова и снова, пусть, даже, и разными словами?

Похоже, это заложено во всех родителях — надо обязательно помучить своё творение. Потыкать его, раз шесть, «носом» в созданную им проблему.

Через минут 40 такого вот непростого разговора с бабушкой, я начинал понимать тех подростков, которые, порой, сбегали из дома, в надежде найти спасение от этого просматривающего насквозь, знающего всего тебя взгляда.

— … и ты представь, что сказал бы тебе твой отец, если бы он узнал это всё! Как бы переживала твоя мама… О деде я вообще молчу… — продолжала сетовать моя бабушка.

— Я бы им сказал ровно то же что и тебе! Я не хотел чтобы именно так всё получилось!

— Конечно же! Отец бы тебе точно уши прогрел! Хорошо что они там в Матрице ничего этого не знают… — вдруг раздался звонок коммуникатора, похожего на тот что был у меня в XXI веке. Бабушка подвела его к уху. Господи, наконец-то…

«Да Данил! Что, уже закончили? Быстро вы. Хорошо, можете возвращаться сюда, посмотрим, что вы накопали.» — закончив разговор и поставив телефон на стол, она снова посмотрела на меня тяжёлым взглядом.

— Очень надеюсь, что они нашли что-то стоящее. — сказала она серьёзным тоном.

— Я тоже… Надеюсь. Очень. — мы наконец замолчали, и я только сейчас обратил внимание, что всё это время слушавшая нас Персона, почти не подавала никаких признаков своего присутствия, если не считать витиеватые узоры и линии, появляющиеся на доске временами. Однако присутствие её всё же чувствовалось… Словно она всё это время наблюдала за нами, и о чём-то усиленно размышляла. 14-й подтвердил мои догадки.

Через минут пять двери открылись и в зал зашли Данил со своим, видимо, ноутбуком, и Юрий Валентинович. Их лица сияли удовлетворённостью, на удивление похожим, видно, что им и правда есть что рассказать.

— Итак, что вы нашли? — нетерпеливо спросила их чуть ли не с порога бабушка.

— Решение. — тем же глубоким голосом ответил ей Кнорозов. Данил тем временем поставил ноутбук на главный стол и развернул его к нам, демонстрируя карту мира с непонятными отметками. Между тем Юрий продолжил. — Как я и говорил, жнецы забирали не абы кого, а людей с определёнными физическими характеристиками.

Мы смогли отыскать в общей базе данных, при помощи Оракула, нужные нам сведения, и смогли конкретизировать требуемые для них характеристики. Подтверждающие вашу теорию об неуязвимом теле, между прочим.

— Да! Я сам офигел, что наши с ним данные так совпали! — всё также эмоционально вторил ему Данил. — Сейчас вы всё поймёте!

— Так… — предвкушающе протянула Зина. Юрий Валентинович же начал объяснение.

— Всё оказалось довольно просто и сложно одновременно. Согласно расшифрованным свидетельствам майя, жнецы распределяли людей на всего четыре основные категории:

сила

гибкость

выносливость и…

регенерация и иммунитет.

Последнее они воспринимали в совокупности.

Они выявляли племена с преобладающей характеристикой и забирали из них людей с этой выраженной характеристикой. То есть самого сильного из сильных, самого выносливого…

— То есть, выбирали самых выдающихся… — хотела уточнить Зина, но тут неожиданно открылись двери и в зал зашла группа военных во главе с Джонсоном. Позади него шёл Рэймонд, а за ним… Жнецкий?!

— Простите за опоздание! Нас несколько задержали! — громко сказал Джонсон, мельком глянув на гостей из Омеги. Сам он был одет в походную военную форму, уже успевшую испачкаться в пыли.

— Здравствуйте… — выпрямившись, удивлённо сказал Данил. Джонсон ему кивнул.

— В одном из контролируемых миров, наши маги схватили этого горе-перебежчика. — Обратился он к Зине — Вот, полюбуйся! — И указал на моего «старого знакомого».

— Здрасьте! — несколько неуклюже помахав рукой, насколько позволяли магические наручники, поприветствовал он. — Вы, наверное, бабушка Миши? — и при этом подмигнул мне.

— Помолчи уж, бес! Сядь пока сюда! — несколько насмехаясь прервал его командующий, указав ему на стол в первом ряду. Я же, только сейчас отойдя от шока, обратился к Рэю.

— Что, он так просто вышел к вам?

— Ага, ни с того ни сего открылся портал и он вышел прямо к патрулю, как ни в чём не бывало. Спрашивал дорогу до Китежа. — так же не без усмешки рассказал Рэй. — Мы быстро поняли кто он, и связались с Джонсоном.

— Да. Будто у меня других дел нет, кроме как с вами обоими возиться! — также сказал мне Джонсон, и добавил, смотря на меня и качая головой — Вот дать бы тебе по ушам!

— Да, надо бы… — сказал я, снова виновато опустив взгляд в пол. Подняв затем голову, я заметил, как Джонсон мельком посмотрел на Зину со смешинкой в глазах. Ему и правда мой ответ показался смешным?

— Итак… На чём вы остановились? — обратился Джонсон к Даниле. Юрий же сел за один из столов.

— А… Да, я тогда начну с начала…

— Да не надо. Я тут через микрофон всё слышал. Можешь продолжать дальше. — Так вот почему ему смешно! Все эти мои раскаяния за последний час…

— А… Хорошо. Так вот, все эти качества силы, выносливости… Наша генетика уже давно выявила народы с наиболее выдающимися носителями этих качеств.

Если коротко, самые сильные — это славяне. Самые гибкие — японцы. Выносливые — нигерийцы. А иммунитет… — тут Данил резко замолкает и опускает глаза, словно боясь сказать нечто порицаемое.

— Дети. — помог ему Кнорозов — У детей всех народов всегда самый сильный иммунитет и регенерация. — наступила тишина, в которой мы все осознавали значение сказанного.

— Понятно… — Грустно протянул Джонсон.

— Что… п-понятно? — спросил несколько заикаясь Данил. Джонсон поднял на него взгляд, и через некоторую паузу ответил.

— Слышал такое выражение — «война забирает лучших»? С самых древних времён, в армию забирали самых сильных и выносливых воинов, которые зачастую и погибали на острие атаки… — затем он повернулся и продолжил рассказ, почему-то обращаясь ко мне. — После наиболее ожесточенных сражений в нашей истории, с обеих сторон вылазили…

Особые специалисты… Которые собирали тела.

И некоторые пропадали, словно без вести. Это особые сущности под видом людей — служители смерти, забирали их с собой в неизвестном направлении. Наши люди иногда могли их видеть по ночам.

Для меня долгое время было загадкой причина их такого поведения. Но ваша теория проливает на это свет…

— И дети… — хотел добавить Рэй, но тут же замолчал.

— С детьми аналогично. Их на войне вообще порой никто не считает! Особенно на той стороне. — На этих словах командующего, Рэй активно закивал, тоже соглашаясь со сказанным, при этом смотря в пол.

— Теперь я вспоминаю, что в некоторых биолабораториях, захваченных нашими силами, иногда находились образцы 100, 500-летней давности. Словно их берегли для какого-то особого случая. — добавила Зина.

— То-то и оно… — согласился Джонсон, глядя на карту мира с отметками в ноутбуке. — Так что, значит вы предлагаете собрать эти лучшие образцы и синтезировать из них тот самый генетический материал, который может быть нужен этим… жнецам? — Что? Это предлагает сам Джонсон?!

— Думаешь, это правда поможет? — весьма уместно спросила Зина.

— Не знаю… — сказал он едва не обречённо. — В Пределе их становится всё больше, Хищники едва справляются, а это может сделать их и вовсе бессмертными… Но если эта вся ваша теория правда, то значит они собирают это всё вовсе не для себя…

Для Бога? Своего?

Я не знаю, что из этого хуже… — сказал он уже совсем грустно.

— Может… Стоит попробовать, для начала, на одном? — иногда у меня такое чувство, что кто-то так и тянет меня за язык.

— А что, это идея! — вдруг обернувшись ответил мне Джонсон. — Вот молодец! Можешь сказать дельное, если захочешь!

— Хм… Если выбирать между участью быть убитым толпой этих тварей, и одной бессмертной, но с надеждой что она уйдёт получив желаемое… Так… Особо… и нечего терять. — Сказал задумчиво Рэй. Боже и о чём мы только говорим!

— Да, в любом случае, классическим способом их не победить. Да и вряд ли есть такое биооружие которое может их взять. Наши в лаборатории, работая с той разорванной живучей тварью, пытались. Их кровь сама по себе кислота.

— Значит, надо собрать кровь… Или что там надо… Людей с нужными свойствами, пока военные здесь будут сдерживать всю эту толпу жнецов не давать им убить нас раньше? — не мог остановиться я — Ну такой себе выбор!

А дети?!

— Миш, в больницах и поликлиниках предостаточно законно собираемого биоматериала детей. Уверена там что-то да найдем. — постаралась успокоить меня бабушка. И тут же обратилась к доске: «Персона, как считаешь?»

Ответ последовал не сразу. Я… или 14-й… чувствовал как она снова глубоко задумалась, словно что-то взвешивая в этих размышлениях. Ей явно не нравилась этическая сторона этого решения.

Наконец на доске, словно из множества осколков, собралось значение, ещё больше добавившее нам неопределённости:

«50 / 50»

— Ну, хотя бы она этого не отрицает. — Задумчиво констатировал Джонсон. И снова в зале наступила тишина… Которую нарушил мой близнец.

— Дошло наконец! Не прошло и полгода! — иронично сказал он, нарочито громко хлопая в ладони.

— А?! Хочешь сказать, что ты всё это уже знал? — первым отреагировал я на его выпад.

— Конечно! Не с пустыми же руками меня Орден отправил к вам. Считайте это нашим подарком!

— В каком смысле? Почему же ты тогда раньше не сказал? — спросил теперь в свою очередь Джонсон.

— Ну не мог же я лишить вас возможности стать «первооткрывателями»! Да и вы сами велели мне молчать! — также иронично ответил он, приподняв сцепленные кистями руки. Затем он резко встал и подошёл к нам, заставив всех военных и магов занервничать — Позвольте, я вам кое-что покажу. — сказал он, показывая пальцем на ноутбук.

Мы разошлись в сторону. Жнецкий же подвинул устройство к себе ближе… — Итак, вы действительно правы.

Нужно дать им желаемое, то что нужно синтезировать из разных компонентов, разбросанных по всей Земле во времени. Анимус, со своими сподвижниками, уже заботливо собрали для нас эти компоненты и нам остаётся их только забрать.

Ярчайший образец силы славян находится в харьковской биолаборатории в 2022-м. — тут он ткнул в карту пальцем. — Японская ловкость в Токио 1945-го, нигерийцы — Родезия времён англо-бурской войны. Город Тули.

А дети… Ну здесь на ваш выбор. «Человек везде совершенен в свои юные годы.» — так мне велели вам передать. Главное только, чтобы ему не успели там наделать всяких прививок…

— Где мы такого возьмём?! — возмутилась бабушка. — В современности их делают чуть ли не с рождения, а в ранние периоды нам придётся специально брать материал!

— Хм, есть подходящий вариант… — крутя ус, сказал задумчиво Джонсон — В СССР провели эксперимент, не сделав одному ребёнку ни одной прививки, только брали пробы крови из пальца. Он более чем хорошо себя чувствует на протяжении всей последующей нашей истории. Живее всех живых!

— Точно! Тогда можно… — и тут нас трухануло!

Пол буквально зашатался под ногами. Столы и стулья заходили ходуном. Мы едва удержались, схватившись за те же столы. Персона показала изображение взрыва, явно похожего на ядерный, сопровождая эту анимацию восклицательными знаками.

— Это ещё что?! — выразил за всех общий вопрос Рэй.

— Пойдёмте в главный зал. Там посмотрим! — призвал Джонсон.

Мы спешно вышли толпой в коридор и направились к большим дверям.

— Этого не пускать, следите чтобы не свалил! — прикрикнул командующий также поднимающимся и приходящим в себя постовым.

— А я-то что? — сконфуженно возмутился мой тезка. Но Джонсон ему не ответил.

Миша на мгновение глянул просяще мне в глаза, но я сам то что мог? Спасибо хоть меня пустили. Я только лишь пожал плечами и прошёл дальше, также провожаемый удивлёнными взглядами постовых. Точно. Как никак мы близнецы.

Войдя в большой зал, где был капитальный аврал, мы подошли к одному из больших экранов, на которых была видна трансляция из Предела.

Мы увидели тот же портал, вокруг которого была вновь обугленная земля.

— Что случилось? — обратился командующий к одному из аналитиков, он выглядел гораздо старше остальных.

— Хищники попытались отправить бомбу внутрь портала. Бабахнуло так что, наверное, само Мироздание затряслось. Но, как мы видим, портал, зараза, цел. Вот и чужие очухиваются. — видно они давно знакомы.

— Вот, что это за создания… — пораженно возмутился Джонсон.

— Позволь спросить, нашли ли вы какое-то решение?

— Да, Владимир Михайлович, вроде бы нашли. Но оно может вам не понравиться… — пока главнокомандующий объяснял суть решения, я обратил внимание на саму трансляцию. Поднимающиеся «жнецы» часто дёргали головой, словно приходили в себя, и, как-то странно вытягивали руки вперёд. В следующий момент перед ними возникли порталы. Причём перед каждым из них!

Так вот как они это делают!

— Владимир Михайлович! Противник пришёл в движение! — крикнул один из аналитиков. В тот же момент завыла сирена и запустилось уведомление о новом прорыве. Ну всё…

— Покажите место прорыва! — прикрикнул Джонсон.

Карта показала целый ряд районов к югу от Центра, почти у самого края города. Похоже, формируется целый фронт вторжения.

— М-да, похоже эти их разозлили. И вот ещё из дыры новые вылазят… — подвёл неутешительный итог нашего положения Владимир. И снова он обратился к Джонсону — Надо попытаться воплотить ваш план, пока у нас ещё есть возможность.

— Тогда вот как мы поступим. Направим все силы на сдерживание этой орды. Рэй, Миша! Идите в свои расположения и делайте что вы умеете лучше всего! Жнецкого тоже с собой прихватите.

Юрий, Данил! Присоединяетесь к научной группе и займётесь синтезом основы для этой спасительной таблетки. Джейн Форестер будет во главе отдела. У неё уже есть похожий опыт. Помогайте ей.

А я с Зиной займусь координацией с Землёй и обеспечу доставку компонентов. Все всё поняли? По местам!

Да поможет всем нам Всевышний!

Глава 50

— 3-я эскадрилья! Видим противника на радарах! Подтвердите визуальное наблюдение!

— Так точно, Центр! Наблюдаем группы врага по 3—5 особей, направляются в северном направлении! Повторяем! В северном направлении!

— Хорошо. Все слышали?! Готовимся ко встрече!

Мы летим над южной частью города кругами, выполняя роль авиаразведки, донельзя нагруженные особой номенклатурой вооружений.

— 320-й, возьми правее. Давай ты возьмёшь ту группу тварей дальше, а я ту что по середине.

— Да, Слав. Хорошо. — отозвался я. И затем обратился к 14-му.

— Как вы там? Ваши системы в норме?

— Подтверждаю, мы с 320-м успешно синхронизировались. К счастью, чёрные ящики сохранили период нашей ранней с ним активности!

— Ну вот. Значит целёхонек наш друг! Видишь теперь, куда попадают отключённые ИИ?

— Подтверждаю! — ответил он явно удовлетворённо, если не сказать радостно. Снова стал слышен голос командира эскадрильи по общей связи!

— Ребят, готовьтесь! Они совсем близко! Включайте системы наведения!

— Уже давно! — ответил кто-то из сослуживцев.

— Включаем «Режим Бога!» — неожиданно по общей связи я услышал незнакомый голос.

Тут внизу, на пути монстров, вдруг быстро начали возводиться барьеры, полностью окружившие их. Словно земля поднялась аккуратно вокруг тварей. Это стало для меня хорошим напоминанием, что мы, всё-таки, живём в моделируемой симуляции, спрятанного в множестве IP-адресов Вселенной города.

Поверх получившихся кратеров сразу же появляется магический барьер. Это видно Рэй со своими магами включились в дело.

— Воздух! Огонь по врагу! — я нажал кнопку пуска по уже намеченной цели и сразу же по привычке ушёл в манёвр уклонения. Ракета пошла.

Я увидел, как ракета, несущая к группе монстров 317-го, прошла через образовавшийся на мгновение в барьере проём, и разорвалась прямо посреди скребущих по стенам «жнецов». Мы все в предвкушении ожидали, пока облако рассеется.

— Есть поражение! Их порвало как тузиков грелкой!

— Подать радиосигнал! — услышал снова я голос командира эскадрильи.

И тут же, среди раздробленных большущими лезвиям монстров, раздались множество небольших взрывов. Они вспыхивали прямо изнутри тварей, даже отрывая конечности некоторым из них.

— Что это было? — спросил в эфир снова кто-то из лётчиков.

— 309-й, это были модифицированные ракеты с коле-режущими поражающими элементами. Мы учли успешный опыт 55-й штурмовой группы и усовершенствовали их. В том числе добавили колюще-взрывчатые пули.

— Минутку, вы взяли запрещённые конвенциями пули-лепестки и ещё и снабдили их взрывчаткой?! — услышал я возмущенный голос Славы.

— Именно 317-й, и активировали их по радиосигналу. Напоминаю, что мы воюем не с людьми, а с очень опасными живучими тварями, угрожающими всей части нашего Мироздания.

— И какой же злой гений это всё придумал? — также не унимался Вячеслав.

— Ракета сконструирована нами совместно со специалистами из Омеги, если тебе это интересно. Их наработки нам очень помогли быстро развернуть их производство.

— Да уж… Хорошо что мы только лишь в симуляции. Взял, ввёл в конструктор параметры… Ни подготовки материалов…

— Группа! На радарах ещё противник! Приготовиться! — прервали его из Центра. И мы тут же начали ловить цели в систему наведения. На этот раз одновременно проходящих групп стало гораздо больше. Видно Хищники в Пределе уже едва могли их задерживать.

— Всем силам обороны! На связи командующий Джонсон Форс! Я буду докладывать вам о ходе создания биосредства от наших гостей здесь по общей связи. Мы решили, что вам будет полезно знать главную цель этой битвы.

Есть возможность полностью покончить с ними уже здесь. — пока он это говорил, мы успели запустить по второй ракете, по зажатым в «клетках» жнецам. Осматриваем результат поражения. — Джонсон же продолжал —

Наши учёные почти закончили синтезировать основу для биореагента. Разрабатывается средство его доставки.

Мы отправили также отряды биологов и дипломатов на Землю за компонентами для нашего средства. Там это займет недели и месяцы, но для нас это будут часы. Которые вам, дамы и господа, и нужно выиграть. — наблюдаем взрывы миниснарядов изнутри «жнецов». Жуткое зрелище, даже с высоты. — … По обновлении информации буду сразу докладывать. Конец связи!

— А если не получится? — снова вопросил незнакомый сослуживец.

— Об этом лучше не думать. Должно получиться! Надо верить в лучшее! — подбодрил нас мой друг. И тут мы увидели новые сигнатуры. Вдвое больше чем было. Да что ж такое!

— Так ребят, не дрейфить! Действуем согласно плану! — продолжал поддерживать наш боевой дух Слава. — Рэй, сможете организовать?

— Да мужики! Не вопрос! Организуем! — мы снова повторили алгоритм наших действий. Пусть на это у нас и ушло больше времени. Твари всё также продолжали проходить через порталы.

— 3-я эскадрилья! Летите на восполнение вооружения! Вас заменит 2-я эскадрилья!

— Есть! Принимайте пост парни! — и мы развернулись в направлении аэродрома, встречая махавшими нам крыльями коллег из 2-й. Сев на полосу, мы подкатили к своим техническим бригадам, которые начали нас обслуживать буквально в режиме «пит-споп».

— Как думаешь, Миш, мы выиграем эту гонку со временем? — вдруг озабоченно спросил меня Слава по закрытой связи. Мы так и сидели в кабинах, ожидая новой команды на взлёт.

— Очень хочу на это надеяться. Что мы выстоим, что это средство подействует как нужно. Пока радует, что благодаря нашим с магами усилиям, и тем специалистам по «режиму Бога», эти твари не добрались до основной линии обороны.

— Да, основной… Но при этом единственной… Всё-же хорошо, что мы решили подготовиться ещё до той первой битвы. Ты прав, то что мы выдержали эти первые атаки это уже что-то. Надо так и дальше поддерживать дух наших ребят.

— Точно! — согласился я с ним.

— Перезарядка эскадрильи готова! Можете взлетать парни! — услышали мы бодрый голос главы технической службы!

— Спасибо! Вернёмся в целости!

— Подтверждаю разрешение на взлёт! — добавил своё диспетчер.

Когда мы вновь оставили землю позади и устремились к месту сражения, до нас дошли тревожные новости.

— Центр! Их стало слишком много! Ракет и магов на всех скоро не хватит! Готовьтесь обороной принять бой! Повторяю, готовьтесь принять бой!

— Понял! Готовьтесь оказать точечную авиаподдержку! — эх, было бы у нас побольше времени…

Мы стали бить по отрядам тварей из всех орудий, стараясь не допустить их до своих. Маги старались изолировать тварей, наиболее близко подошедших к нашим, но они не могли оперативно закрывать весь южный фронт. Благо «хакеры» умудрялись строить стены и лабиринты, задерживающие продвижение «жнецов».

И вдруг с неба по тварям посыпался настоящий дождь огня. Не то что он мог их убить, но задержать точно. Я удивленно глянул вверх. И увидел, что всё небо усеяно силуэтами драконов.

— А вот и мы! Что, не ждали? — услышал я возбуждённый голос Стернжя.

— Ребят, где вы были?! — не мог я не спросить — Мы тут уже час битый мучаемся с ними! — и тут я увидел, как драконы начали подлетать и хватать жнецов, разрывая их тела прямо лапами. Сильные однако создания…

— Мы задержались, чтобы собрать драконьих гильдий побольше. Надеюсь не опоздали? — услышал я голос Ворона.

— Нет мужики, вы как раз вовремя, продолжайте огонь из всех орудий! — ответил, не отвлекаясь Слава, посыпая горящих жнецов свинцом в придачу. Я заметил, что они горели каким-то неестественным фиолетовым цветом, от которого им было гораздо хуже, чем от обычного огня. Это заметил не один я.

— А чё они как новогодние ёлки стали? — спросил кто-то из лётчиков.

— А, так мы их прямо плазмой жжём. Некоторые драконы и такое умеют, да Ольгерд? — также ответил Ворон.

— Именно так… Жар Первозданного Солнца! — дыша ответил глава драконов.

— [Привет друг!] — не мог не поприветствовать я его, отправляя в толпу монстров очередную ракету.

— [И тебе здравствуй, спасённый лётчик железной птицы!] — он сказал вроде и радостно, но и как бы с иронией. Меня удивила такая реакция дракона.

Так мы и рубили с драконами тварей одну волну за другой, периодический меняясь соединениями для пополнения запаса. Но жнецов по-прежнему становилось всё больше. Видимо Хищники совсем уже потеряли какую-либо способность их удержать.

Когда мы со Славой возвращались с третьей перезарядки, все снова услышали голос Джонсона… В его словах было чему удивиться.

— Всем защитникам Китежа! Видя то, всё более тяжёлое положение, в котором мы оказываемся, я пришёл к непростому решению… Я принял предложение Орденов и Конфедераций Омеги о принятии от них дополнительной военной помощи!

Все блоки и шлюзы переадресации на Предел сняты! Скоро ждите силы из Омеги прямо к нам в гости! Огонь не открывать! Повторяю! Огонь по ним не открывать!

— Ну… Вообще-е-е.. — выразил Стержень общее, мягко говоря, удивление всех бойцов. Джонсон же продолжил.

— Но вместе с этим к нам идут и силы из наших Альфа-миров. В том числе из Земли XXI и XXII- веков. Я объявляю общий сбор всех сил по причине опасности всему Мирозданию! — Общий сбор значит… Похоже скоро в небе будет не протолкнуться. Стало даже интересно — что из этого выйдет?

Пока мы подлетали к месту сражения, мы наблюдали, как со всех сторон материализуются и проходят через порталы большие, флагманские корабли самых разных типажей. Только успевай менять курс чтобы не напроситься на столкновение. В каких-то узнавались знакомые мотивы, а некоторые были совсем непривычны глазу, вот как например этот — с остроконечными башнями на палубе. Он был скорее похож на летающий католический храм, нежели чем на боевой корабль.

Через минуты две в эфире вновь стал слышен знакомый голос.

— Это снова Джонсон! По поводу подготовки биосредства. Все компоненты уже в Китеже! В данный момент последний из них уже транспортируется в лаборатории. Небольшая задержка в Африке вышла. Скоро начнётся синтез. Джейн Форестер — глава научной группы — тоже будет держать вас в курсе процесса!

— Подтверждаю! Буду докладывать! Последний челнок ожидаем! — похоже британцы не сразу захотели отдавать подконтрольный им образец. Они всегда так всё усложняют?

Тем временем я подлетел к линии обороны… Монстров точно стала тьма-тьмущая… Эта черная волна быстро приближается к позициям наших, готовясь полностью их поглотить… Страшно подумать, куда она понесётся дальше. От этих мыслей меня отвлёк ещё один знакомый хриплый голос, говорящий со знакомым акцентом.

— Говорит отряд «Охара»! Прибыли для оказания огневой поддержки! Не дадим Китеж врагу! — и тут же ещё позывные…

— Говорят «Каратели Императора»! Тоже готовы вступить в бой! Китеж нужно защитить любой ценой!

— На связи «Светочи Хаоса»! Готовы обрушить огонь!

— Говорит адмирал флота Земного Альянса! — готовы оказать помощь в обороне! — Стивент Денисович?!

— Юпитерианская межзвёздная Конфедерация тоже готова оказать поддержку…

И тут же, не дожидаясь общей команды к бою, все флотилии, как одна, открыли огонь из основных орудий своих кораблей.

Вместе с огнём от драконов, вся местность под жнецами просто накрылась световым полотном разрывов кинетических, кумулятивных и плазменных разрядов.

Мы со Славой, как и вся наша авиагруппа, на какой-то момент, были заворожёны этой картиной. И через пару мгновений мы тут же очнулись, и повели остальных присоединиться к этой симфонии разыгравшегося сражения.

— Стивен Денисович! Очень рад вас слышать! — Не стесняясь прокричал я в общий эфир.

— Тоже рад тебе, пусть и при таких обстоятельствах! Давай закончим начатое, а потом уже все вместе поговорим!

— Есть!

— Миш, ты как всегда! Ни стыда, ни совести! — смеясь сказал мне по личной связи Слава.

— Так я ведь правда, от души!

— Верю-верю!

Через пару тройку минут, после того как закончился первичный обстрел, мы, вместе с пилотами «Охары» облетали поле боя, усеянное разорванными и тлеющими остатками жнецов. Нам осталось только добивать выживших теми же ракетами. Получается, против такого совместного огня, они не так уж и бессмертны!

Тем временем я боковым зрением заметил, как из кораблей Альфы и Омеги на линию обороны десантируются множественные капсулы с тяжёлой военной техникой и самими десантниками.

А десантники оказались необычными! Полностью покрытые в броню красного и чёрного цветов, с большущими пулемётами и бензопилами наперевес. Красные сразу же побежали вперёд, готовясь стать авангардом на пути нового вторжения. Приглядевшись, я понял, что они спускаются в капсулах именно с того необычного корабля, похожего на летающий готический храм.

Вот они значит какие — силы Орденов из Омеги!

— В эфире Джейн Форестер! Информирую о том, что синтез «таблетки» почти завершён и скоро будет введён живой, но обезвреженной твари без задних конечностей. По итогам ввода инъекции проинформирую!

— Это биоружие? — спросил в эфир старый командир «Охары» Абшир Аль-Сойленами. Сразу же в памяти почему-то всплыло его имя.

— Вернее лекарство, ваше святейшество. — тут же отозвался в эфире Джонсон. Видно теперь он всё своё внимание обратил на оборону.

— То есть, вы хотите сказать, что ваша племянница, это как та маленькая птичка, лечащая больной зуб крокодилу?

— Да… Можно сказать, и так.

Мы продолжали летать кругами ещё какое-то время, бойцы на земле, вместе с подкреплением, продолжали окапываться. Хоть о новых жнецах и не было слышно ни здесь, ни от авиаразведки в Пределе, но все мы чувствовали каким-то нутром, что это вовсе не конец. За это время я успел расспросить наших магов и Жнецкого об их состоянии. К счастью у них всё хорошо. Они расположены позади под прикрытием мотопехоты. Корректировали свои действия с дронов. Оказывается, при всех своих способностях, в том числе дальновидения, они не гнушаются пользоваться и технологиями.

Наконец тишину нарушил взволнованный голос Джейн. Она явно тяжело дышала, что вызвало у меня поначалу беспокойство.

— Говорит… Форестер… Получилось!

После ввода инъекции, тварь сначала буквально со всех цепей спустилась! Бегала по лаборатории на руках… Всю её разнесла… И схватила ту самую пробирку со штаммом! Затем она открыла свободной рукой портал… Прямо здесь! — она ненадолго замолчала, было слышно, как она совладала с дыханием — … и просто ушла через него! Никого из нас не тронула!

— Рад… слышать Джейн! Будем надеяться, что это поможет нам в дальнейшем! — в его голосе почувствовалось облегчение. Но при этом в нём чувствовался и страх. Оно и понятно. В воздухе витал вопрос — Не сделали ли мы ещё хуже?

— Командир! Видим новое движение врага! Авиаразведка в Пределе зафиксировала их новый выход… Их там просто море! Готовьтесь ко встрече! — не, ну наверное, это никогда не закончится… Мы тут же увидели, как буквально весь южный горизонт озарило вспышками порталов. Тварей было много настолько, что они стали просто нескончаемой лавиной, несущейся прямо на нас.

— Значит, теория не верна? — видимо вслух констатировал Джонсон.

— Нет! Как раз верна! — Неожиданно ответила ему Джейн. Как-то разумом уже не верилось в ею сказанное, но чувствами мы все зацепились за эту данную ею надежду.

— Так, поясни быстро. Что нам делать?!

— Всё также согласно плану! Загружаем получившийся штамм в канистры с водой и грузим их на Бе-500. Заливаем ей эту толпу!

— Сколько времени займёт? У вас есть штамм?

— Есть! Данил к счастью ещё пробирку с ним держал! Минут 15! Мы, к счастью, недалёко от аэропорта! Сможете?

— Постараемся… Да, продержимся!

— Мы готовы погибнуть ради Мироздания! — услышали мы голос из «Охары».

— Прольём их кровь во имя Императора! — тут же послышался голос десантника.

Твари продолжали бежать в нашу сторону. Я видел, как десантники в авангарде уже заводили свои бензопилы. Мы сами тоже начали выбор целей для поражения…

И вдруг произошло нечто совсем странное…

Они остановились.

Не добежав до десантников метров 200, они вдруг встали, и приподнялись на задние конечности, глядя своими невидимыми глазами вперёд, словно чего-то ожидая. Вынюхивая.

Десантники переглядываются между собой в явной растерянности.

— Так… Это… Так и должно быть что ли? — тут Стержень был более чем уместен.

Жнецы так и стояли как вкопанные, пока в эфире шло оживлённое обсуждение что делать с ними дальше. Больше всего возмущались десантники из Омеги, которые так и не смогли принять участие в сражении, видя при этом противника буквально на расстоянии вытянутой бензопилы…

Оставалось дождаться самолётов от Форестер.

Как раз через минут 15, два огромных транспортника Бе-500, в которых я узнал увеличенную версию легендарных самолётов-амфибий Бе-200, о которых я читал в юности в учебниках, подлетели и распылили над монстрами зеленоватое облако «таблетки», переливающееся какими-то блёстками.

Твари вознесли к небу свои руки, словно ловля эти блестки, как снежинки, в свои ладони… Они и правда их руками ловили! И ещё издавали стон… Похожий на стон облегчения… Агрессии в их рыке точно не было.

Через какое-то время, мы все молча поражённо наблюдали, как они разворачивались и уходили обратно в Предел через свои порталы.

Космодесантники совсем побросали из рук оружие и озадачено уселись на обломки руин одного из зданий.

— Ну, вот. Повоевали. Пролили кровь… — сказал один нарочито по общей связи.

— Так, оно и к лучшему! Не надо тогда пилу мыть! — ответил ему сослуживец.

Многие, если не все, тут же облегчённо засмеялись в эфире. Моё лицо тоже озарила улыбка. Уверен, улыбались и Джонсон со Стивеном Денисовичем.

— Центр, говорит группа «Браво» авиаразведки Предела! Твари уходят обратно в их портал! Повторяю, они уходят!

— «Браво», говорит «Центр»! Принято! Отличные новости!

Облетая позиции линии обороны, я видел, как бойцы и Альфы и Омеги непринужденно жмут руки и даже обнимаются с друг с другом. Воплощение действия той теории о единстве разных взглядов во времени, я увидел прямо перед собой.

— Центр, разрешите возвращаться на аэродром базирования! — это Слава также на правах командира.

— 3-я эскадрилья, разрешаю! Отлично поработали!

Мы летели назад молча в обнадёживающих размышлениях. Лишь изредка кто-то из сослуживцев перекидывался фразами, но я не принимал в этом участия. Как и Слава.

После всех этих тревог, так захотелось насладиться этим моментом совместной победы. Не над жнецами или чужими… Победы над враждой. Между нами и чужими, между нами и зеркальной Вселенной.

Хотелось верить, что те соединения из Омеги и правда пришли помогать нам, без каких-то тёмных умыслов… А если они и правда возьмутся за старое… То нам не в первой. Колесо насилия тогда просто снова запустится. Но сейчас у нас есть хороший шанс остановить его, когда-то бесконечное, вращение.

А то что меня вскоре засудят, это так, по сравнению со всем, мелочи. Постараюсь это пережить — решил я для себя.

Мы зашли на посадку. Сели и встретились с поздравлявшими нас ребятами из техотдела. Голова ещё кружилась, но я крепко стоял на ногах и принимал поздравления.

Затем из кабин вышли остальные лётчики нашей эскадрильи. Мы тоже обнимались и поздравляли друг друга с победой. Также мы обнялись и с Вячеславом.

— Ну что, пойдёмте? Там весь состав зовут на брифинг в амфитеатр! А затем, может, и отметим! — обратился ко всем пилот с 307-м номером на комбинезоне.

— Да, пойдёмте! Миш, ты идёшь?

— Да, сейчас только погоди, голова намного кружится. Ай! — немного это мягко сказано. И ещё вдруг эта «метка» на руке так разболелась!

И тут… Откуда ни возьмись…

Буквально у меня за спиной снова появился портал, из которого тут же вышла эта тварь! Все технари сразу разбежались кто-куда. А мы со Славой так и встали как вкопанные. Смысла уже не было рыпаться…

Затем эта… Жнец… посмотрел своими невидимыми глазами прямо на меня. Мне в душу.

— Обнаружено новое подключение! Приём пакета! Распаковка! — сообщал мне 14-й. Я же был не в силах сопротивляться этому ментальному захвату. Даже думать не мог.

.....Рука… — услышал я внутренний мысленный приказ сущности. Моё тело машинально протянуло ей правую руку с меткой.

…Ближе… — нет. Нет! Сопротивляйся Миша! Я всеми силами постарался остаться на месте.

Тогда тварь сама наклонилась ко мне, угрожающе обнажив свои клыки.

…БЛИИИЖЕЕ… — тут я понял что всё же стоит подчиниться. Да и не мог я долго сопротивляться.

Жнец тоже сделал шаг ко мне.

Взял мою руку в свои холодные (если сказать не холоднючие) конечности. И поднёс её к своей пасти.

…Аааааах… — я почувствовал холодное дыхание существа, и сразу же обжигающую слюну на всей своей ладони. Меня и жгло, и одновременно морозило. Хотелось выдернуть руку… По ней пошли странные колющие жёлтые разряды. Словно по ней что-то проходило прямо в голову…

Я начал видеть странные образы… Всё как-то вспышками.

Какая-то война… В которой участвовали эти жнецы… Как они уничтожают некое огромное существо… Какие-то попытки возрождения… Потом я увидел Анимуса…

Затем моё сознание снова вернулось ко мне, и я увидел, как сущность пятится назад к порталу.

…Передай…..Ему… — и, кивнув мне, зашло обратно в портал, тут же закрывшийся вслед.

Ноги меня окончательно держать перестали. Я без сил упал на бетон.

— Миша! Миша! Ты как? — услышал я взволнованный голос нависшего на до мной Славы. Но я не смог ответить. Сознание стремительно проваливалось в сон. — Не засыпай! Держись! Сейчас мы тебя в медчасть отведём…

Глава 51

[12211 лет назад. Зал Великого Совета.]

— Микаэль, понимаешь зачем вызвали Мы тебя?

— Да, Великие. Понимаю.

— Объяснение же представь нам разумное. Зачем вновь связался ты с человеком с Зеркалья?

— Оттого, что слова его находят правду в летописи грядущей.

— То есть, Там правда могут Потоп новый сотворить?

— Весть у меня более скорбная, Великие… Ход этому дан уже. Скоро будет явным процесс.

[Долгое ошеломлённое молчание. Все присутствующие осознают значение уже проявившихся признаков. Птицы беспокойно кликут и улетают, рыбы плывут иными путями…].

— О чём же, изволь узнать, общались вы с Зеркальным? Уж только ли о гибели нашей?

[Микаэль взял долгую паузу для размышлений]

— Мы надеждою зажглись остановить несчастья, впаденья в крайности сего маятника. Намеривались сотворить мы Ключ, для дверей ещё не творённых, что откроют путь невиданный однажды, в соприкосновенье.

— О чём ведёт он сказанье, о Первый Хранитель?

— Микаэль, понимаешь ты, что за древнюю взялись вы технологию? Не понятую нами, скверную.

[В миг толчок могучий всех поразил. Захвачены колоны стали трещинами вмиг. Послышались отчаянья крики с площади людей. Подняли присутствующие все глаза к проёму света, чтобы узреть, как вода столпом вдруг хлынула из неба].

— Чтоб новую главу нам сотворить, придётся взять все краски, слова все, что сказаны когда-то. Чтоб новое среди веков найти.

— Ах… Будь по-твоему. Ступай. Встречай грядущее же со своей женою!

— И Вы прощайте, Иерофанты Великие! Увидимся, надеюсь, мы в новом облаченье!

— Надеемся и Мы!

***

Ох… Ёшкины ёжики… Как хреново-то…

Даже глаза открывать не хочется. Двигать зрачками и то было больно, словно песка туда насыпали…

[Внимание!

Обнаружен запуск когнитивной активности!

Идёт инициализация стартового протокола!

Актуализация глубинных слоёв:

Загрузка… 40%

Загрузка… 70%

Загрузка…

Инициализировано!

Обработка обновленных генетических данных…

11010000 10100011 11010000 10110111 11010001 10000000

11010000 10111000…]

Да что это вообще?!

Буквы и цифры так и проносились перед мысленным взором.

Снова пронеслись образы той войны жнецов с кем-то, потопы… Встреча с одним из них на аэродроме…

Стоп… Встреча?!

ЭТО БЫЛО ВСЁ ВЗАПРАВДУ?!

«Пип! Пип! Пип!» — раздался справа писк медицинской аппаратуры.

— Ребят! Он кажется очнулся! Все сюда! — узнал я голос Данила. И тут же услышал звуки шагов. Надо всё же постараться открыть глаза.

— Данил… Что ты тут…

— О, живёхонек наш Мишка! Выкарабкался! — услышал я радостный возглас Джонсона. Я не знаю, чему тут больше удивляться… И тут же я почувствовал тёплое прикосновение чье-то руки. Я медленно повернулся…

— Миш. Привет. — я встретился глазами с Юлей. У неё они быстро наполнились влагой. Улыбнулась. — Как хорошо что ты вернулся. Я бы не смогла потерять тебя опять…

— Во, глянь как пульс подскочил! — тут же вмешался, смеясь, Джонсон. Я огляделся и увидел в комнате ещё и бабушку, Джейн и своего близнеца Жнецкого, стоящих поотдаль. Видно не хотели портить момент встречи с моей возлюбленной.

— Опять… Юль… Ты вроде должна уже понять, что мы всё равно возвращаемся к друг другу… — говорить всё ещё было тяжеловато, словно, только вот постепенно, переподключались все лицевые мышцы.

— Хах… — она всё-таки заплакала… — Это точно.

Затем подошла бабушка и мы также поприветствовали друг друга. И лишь затем настала пора узнать своё настоящее положение.

— Так… что произошло со мной? Где Слава?

— Славу вызвали обратно в своё время. Но он тоже очень о тебе беспокоится. Ты помнишь, как упал в обморок на аэродроме? — начал, по обыкновению, Джонсон.

— Да. Тот жнец… Что это вообще было?

— Мы постараемся тебе объяснить, но сперва взгляни на свою руку. Только спокойно… — дельно ответила Джейн.

Я приподнял правую ладонь… Ох…

— Так спокойно! Это просто печать, ничего с тобой плохого не произошло. Успокойся. — тут же прервала мои возмущения своим назидательным голосом Форестер. Чувствуется её врачебный опыт.

А рука… На ладони был, словно припечатан, лабиринт в форме странной восьмиконечной звезды. По ней разбросаны вкрапления, светящиеся ядовито-жёлтым и ярко-зелёным цветами. Они словно переливались при движении руки.

— Мы посмотрели видеозапись всей вашей встречи. — продолжила Джейн — Когда эта… сущность подышала на твою метку, она… словно активировала её. — и тут сама задумалась. А я всё приходил в себя, привыкая к новому облику своей ладони.

— Что… это?

— Ну, в двух словах не объяснить. — Джонсон взял слово у отчего-то смутившейся племянницы. — Чёрная метка, печать Каина… Наши на Земле много её названий раскопали. Это очень древний атрибут в религии, который, согласно писаниям, служил как ключом, так и замком.

Видимо она существует ещё со времён Атлантиды, откуда и перешла тебе во время того сеанса.

— Нет. Она появилась раньше. — возразил я. Неожиданно даже для себя.

— Откуда у тебя такая уверенность? — приподняв бровь, спросил командующий.

— Я… как бы видел сон, где Микаэль говорил об этом. Он работал над ней вместе со Жнецким. — И тут я перевёл взгляд на всё это время молчавшего близнеца. Все тоже обернулись к нему. Он сделал ко мне шаг вперёд.

— Ну, я сам не всего с той поры помню. Многое что тоже фрагментировано, после той перезагрузки… Позволь посмотреть? — я кивнул, и все присутствующие разошлись, дав ему пройти. Он взял меня за правую руку.

— О-бал-дееть… — он провёл пальцами по самой метке. Немного щекотно. — Я помню.

Помню, как мы вместе с Микаэлем делали чертежи этой звезды. Пытались зажечь её всеми известными видами магии, алхимии… Но эффект был слишком слабым. Словно ей не хватало какого-то усилителя, катализатора… Теперь понятно, чего ей не хватало — дыхания самой Тьмы.

Мы, кстати, как-то обговаривали, если есть «чёрная метка», то должна быть и «белая», что дарует жизнь.

— Как вы намеревались её использовать? — нетерпеливо спросил Джонсон.

— Мы… Сами толком тогда не понимали. Она должна была что-то открыть. Какие-то врата, или вроде того… Считали, что она даст решение всему этому конфликту. — услышав это, я решил поддержать его.

— Да, Микаэль тоже похожим образом говорил. И ещё, тот жнец сказал мне там на аэродроме, чтобы я передал её кому-то.

— ОН ГОВОРИЛ С ТОБОЙ?! — сразу хором вскрикнули — Джонсон, Зина и Джейн. До чего же люди в моменты удивления похожи.

— Ну, да… Немного. Мысленно. Только лишь попросил протянуть руку и передать эту метку.

— Но кому? — задумчиво вопросила бабушка.

В этот момент в палату вошёл ещё один человек, в котором я сразу же узнал Стивена Денисовича.

— Здравствуйте! Как только мне сказали, что наш Миша очнулся, я сразу же поспешил сюда! Ты как Миш?

— Да вот, прихожу в себя понемногу. Обсуждаем вот значение моей метки, помните её? — и показываю ему ладонь.

— Да-а, занятная вещица тебе досталась!

А я, между прочим, с интересными новостями! — обратился он ко всем. И особенно к Жнецкому. — От вашей Омеги поступили сведения, что ваш Старший решился полностью стереть Анимуса. Обнулить его. Сначала выпытает у него всё что тот знает, а потом сотрёт. — От этих слов мы все поражённо затаили дыхание.

Возникла оцепенелая тишина. Почувствовалось во всём этом что-то неестественное. Несправедливое.

— Вот тебе и конфликт «отцов и детей». «Я тебя породил, я тебя и убью». — грустно констатировал Джонсон. И тут же высказал нам идею, которая меня ещё больше поразила. — Именно этот конфликт вам и нужно решить, я так думаю. — Мы с Мишей удивлённо переглянулись.

— Вы хотите сказать, что он должен передать эту метку самому Старшему? Как бы помирить их? — не без удивления спросил Жнецкий. Ему ответил Стивен.

— Вернее Анимусу. Кто же из них более нестабильный, Вы то должны знать?

— Да, но… — тёзка хотел было возразить, как вдруг Данил его перебил.

— Извините что вмешиваюсь, но позвольте спросить — что в этом такого страшного, что этого… Анимуса.. уничтожат? Ведь он сделал много чего плохо с Человечеством!

Может быть, так будет справедливо?

— Так-то оно так… — ответил ему Стивен. — Но ты подумай, умрёт уникальное для всей вселенной существо, с уникальным и богатым опытом. Опытом управления, между прочим!

И делающее всё это зло, только исходя из своей хаотичной сути. В моменте человеку это может трудно понять, но если подумать глобально…

— Даже если мы примем такое решение, то будет нереально осуществить задуманное. — Всё же возразил мой тёзка. — Чтобы попасть прямо к Люциферу, особенно к Анимусу, нужно пройти через такие дерби, которые ни одному человеку не под силу.

Это… Не реально. Там обычный человек просто не выживет. Даже скафандры и ваша способность перезагрузки Там не поможет! Сразу будет разбирать на атомы!

Нет, это не реально.

— А где это «Там»? Как же ваши люциферианские ордена с ним общаются? — удивлённо спросил его я.

Тут Жнецкий сделал несколько «кислое» лицо, сигнализирующее, что он не хотел бы об этом говорить.

— Я клялся не выдавать тайн Ордена…

— Но… — испытывающе глядя, надавил на него Джонсон.

— (вздох) Но если теперь так всё далеко зашло, то, видно, всё же стоит сказать. Надеюсь они меня простят.

Это место находится за пределами Матрицы, всего комплекса Мироздания вообще. Это отдельная, скажем, планета, которая, зачастую поглощая другие, забирает их энергию и вовлекает их остатки в свою непреодолимую орбиту…

— Давай конкретнее. Юпитер что-ли? — продолжал выпытывать у него Джонсон.

— Неа, бери выше.

— Ааа… Понял. А я всё думаю, чего все ваши так любят эти шляпы.

— Прошу… Не надо. — почему-то взмолился Жнецкий. И тут же продолжил. — Общаются наши через специальные камни, имитирующие порталы, в которые заходят наши магистры. Они ведут в пространство, где создаётся канал связи и имитируется особая среда, приемлемая как для человека, так и для Старшего.

Для этого тоже требуется специальная физическая подготовка. Нужно суметь занизить свою частоту межатомных колебаний настолько низко, насколько это возможно.

— Значит, для передачи нужно пройти в тот ваш портал? — Задумчиво спросил Стивен. Тёзка тут же помотал головой.

— Это чисто коммуникативный канал, для приёма приказов. Если же вы хотите передать вот эту метку… Нужно идти напрямую. Но я же говорю, там человеку нереально протянуть и секунды!

— Хм, вообще-то… — задумчиво протянула Джейн. Мы все сразу же повернулись к ней.

— Что?

— Я же ведь ещё не рассказала всего что произошло с нашим Михаилом. — На этих словах она обратилась ко мне, подмигнув.

— И что же это, позвольте узнать? — тут же отреагировала Юля. Вот только их перепалки тут не хватало…

Джейн, глянув мельком на собеседницу, тут же встала и отошла за электронным планшетом в дальнюю сторону палаты. Она быстро что-то там открыла, и снова направилась к нам.

Я же ждал её слов, затаив дыхание, словно приговора.

Дженни встала чуть поодаль и развернула планшет к нам экраном.

— Вот такой была твоя ДНК до встречи со жнецом. Самая обычная человеческая ДНК… — Ох, крепись. Она тут же перелистнула слайд и запустила видео. — А вот в таком состоянии твоя ДНК сейчас.

— Хм, интересненько… — протянул Стивен. И там было на что поглядеть. ДНК словно обросла какими-то вставками, некоторые её нити стали больше. Да и сама её структура в общем выглядит теперь крупнее, массивнее. Самое необычное — это проскользающие между нитями жёлтые и зелёные искорки молний.

— Да, изменения произошли очень глубоко, неудивительно что наш пациент три дня отсыпался.

— Сколько?! — моё удивление было можно понять, но похоже эта моя реакция её позабавила.

— Три дня, 70 здешних часов если точнее. Как кстати себя сейчас чувствуешь?

— Ну, голова несколько кружится… Шум в ушах. Пока мы тут говорили, основная боль, что была в начале, уже отошла. Я был бы рад даже сейчас встать и немного пройтись.

— В общем он себя чувствует, как человек с небольшой простудой. — вдруг сказала ранее больше слушавшая бабушка — У тебя температура сейчас всего-то 37,4. А в тот первый день была за 42.

— Да, весь красный был. — вторил ей, улыбнувшись, Джонсон. — Но и 37 температура мерзкая. Ни то ни сё. По себе знаю.

— Да, да… — вдруг перебила «взрослых» Джейн, и сразу же снова ко мне. — Только ты не спеши вставать, потому что я ещё не всё сказала.

Все эти вставки по бокам и увеличение, результат, в том числе, введения и человеческих ДНК. Конкретнее, именно тех, которые мы использовали для синтеза той «таблетки» для жнецов. Код абсолютно идентичен. Я дважды проверяла.

— То есть… — принялся уточнять я, ещё не веря в то что из этого следует.

— То есть, эти жнецы взяли наши лучшие образцы ДНК, синтезировали их вместе у себя, добавив свои модификации. И вернули нам через тебя, как носителя этой метки, способной принять этот состав! Представляешь?! — закончила она радостно. Потребовалось пару секунд чтобы все осмыслили сказанное.

— Твою ж… — я впервые услышал ругательство от Стивена Денисовича. И Юля, похоже, тоже.

— Это… что же получается? — озвучил за всех вопрос Данил — То есть, Миша теперь… самый сильный?

— Точнее, возможно, самый устойчивый ко всем возможным факторам. Будь то давление, жара, холод, или кислотность… — пояснила бабушка, и тут же спросила у Джейн. — Жнецы же дали и свои свойства, я правильно понимаю?

— Именно. В нём есть и тот неизвестный код, который я извлекла из пленного жнеца.

— Хм, а сам жнец из меня вдруг не вылезет?

— Мм, нет. Не должен. Вроде.

— Не должен?! Вроде?!!

— Во всяком случае каких-то аномалий в твоих органах не обнаружено, если не считать изменений на клеточном уровне.

— Понятно… — я оценил её шутку. — А я могу теперь есть и не толстеть?

— Хм, да, наверняка можешь. — сказала она также улыбнувшись. Лица всех присутствующих тоже озарила улыбка. Даже у Юли.

Но через пару секунд ко всем снова вернулись мысли о деле. Первой нарушила тишину бабушка.

— Подумать только… Та легенда об идеальном теле для Всевышнего… Она обрела реальные черты. — И посмотрела на меня. Мне же стало очень неловко. Затем продолжил Стивен.

— Если это всё действительно так, то для всей нашей затеи это обстоятельство складывается очень кстати. Я бы даже сказал, очень удобно… Словно именно для этого и предначертано. — И обратился ко Жнецкому, на что тот глубоко вздохнул.

— Я свяжусь с представителями Ордена. Передам им вашу идею. Посмотрим, что они скажут.

— Так, подождите! — всплеснул я руками. — Откуда мы знаем, что это как-то поможет? Может это сделает-то их вовсе не добрее, а сильнее.

Да и почему мы вообще должны им помогать? У нас ведь ещё конфликт чисто Альфы и Омеги есть!

— Альфа и Омега уже прекратили любые формы противостояния, если ты об этом. — Ответил мне Джонсон. — Все прошедшие события, вызванные между прочим вами обоими, проявили и укрепили существование общих интересов.

Мы договорились выстраивать новые принципы взаимоотношений.

Остались только ведомые Анимусом организации и народы на Земле… По сути брошенные им на произвол судьбы.

— А насчёт «зачем им помогать», ты прав… — поддержал его Стивен — Это спорный вопрос, на который каждый сможет ответить со своей моральной позиции. Мы считаем, что будет правильнее остановить гибель Анимуса. С чисто человеческой точки зрения и с позиции поддержания развития Вселенной.

Но… Ты прав, мы не можем заставить тебя поступать против твоих моральных принципов.

Если ты считаешь, что Анимус достоин того чтобы умереть, то мы примем твоё решение. Если считаешь, что он достоин того чтобы его спасти, то мы даём команду и готовим операцию.

Здесь выбор, как человека, как носителя особого иммунитета, только за тобой. — Вот это дед выдал. Я только и хлопал глазами, стараясь взять в толк всю нагромождённую на меня ответственность.

— Похоже, вы именно поэтому все так собрались возле меня, чтобы поставить перед таким выбором?

— Нет, Миша. Просто по сути, эта твоя встреча со жнецом стала последним вопросом, требующим нашего безотлагательного внимания. Напоминаю, теперь в общем Мироздании установился мир. — сказал Джонсон.

— Смею заметить...— коснулся вновь руки мой тёзка — с тех пор как появился и взбесился Анимус, Люцифер стал… более терпимым что ли… Сентиментальным.

Это стало чувствоваться за годы нашего служения ему. Это видно даже по его приказу ко мне, встроиться в ряды последователей Анимуса, чтобы он через меня смог лучше понять его мотивы. Он захотел действительно понять его.

Думаю, с гибелью Анимуса, Старший снова зачерствеет обратно, если не хуже. Однажды он придет к пониманию, что совершил ошибку.

— Эм… Значит, вы предлагаете согласиться?

— Мы только предлагаем тебе подумать. — На этих словах Джонсон встал со стула. — Давайте дадим ему время чтобы отдохнуть и принять решение. А мы пока проработаем планы действий. Как считаете?

— Да, согласен. Ты поправляйся пока. — тоже направился к выходу Стивен — Пойдёмте.

Глава 52

Следующие несколько часов, я был вместе с Юлей, решившейся остаться со мной наедине.

Мы просто тихо разговаривали обо всём пережитом за последние недели.

Я ей рассказал о своём участии в недавнем сражении, она же о том, как события здесь отразились на делах на Земле. Крупнейшие мировые державы XXI века и правда начали вести переговоры об изменении мироустройства. И не только в этом времени, насколько она поняла. Осталось преодолеть сопротивление тех, кто присягнул на верность уже неактуальным программам Анимуса.

— … и представь, с нами теперь связались непубличные научные подразделения из других стран, чтобы пригласить нас к скоординированному обнародованию технологий, когда всё закончится. Всё так быстро пошло… Даже не верится.

Будто все только этого и ждали!

— Да, представляю, как у вас там теперь много будет работы… А кстати, ты получается, сюда тоже свободно прошла? Не через сон? Ты ведь тут уже довольно долго остаёшься.

— Да. Теперь для нас это особо не проблема. Кидаем заявку туда в Омегу, они тебя в системе находят, разблокируют, ещё ставят какую-то защиту, и ты можешь спокойно пройти через портал в любой из миров, не боясь разрыва сознания.

Пока это чисто для должностных лиц, но, я думаю, это верный шаг в подготовке к освобождению всех людей.

— Главное сначала подготовить реальную Землю к заселению. Судя по тому, что я видел при падении… — так мы и общались на разные личные и общие темы, пока Юля сама не приказала мне уже лечь спать, видя мою сонливость. После нескольких глупых возражений, которые говорят дети обычно в детском саду в тихий час, я всё же уснул.

Снилось мне разное. То опять эти жнецы в своём тёмном мире, будто обсуждающие между собой что-то и на меня поглядывающие. То какое-то овальное сооружение под водой, с большущей сферой внутри, вокруг которой собирались странные люди в чёрных капюшонах, и чуть ли не плача, молящиеся… То опять мой близнец в том XXI веке, постоянно сидящий в кафе и усердно что-то записывающий…

В общем несуразица снилась какая-то.

Когда я снова проснулся, Юли уже не было. Зато увидел рядом на стуле свежевыглаженную чистую одежду. И записку её подчерком, каким она писала мне ещё тогда на растворимом пергаменте.

«Миш, срочные дела меня вынудили покинуть тебя и направиться обратно на Землю.

Погладила тебе твою лётную одежду, свежепостиранную. Когда проснёшься, отправляйся сразу к большой «Звезде», как вы её называете. Думаю, там тебе скажут что делать, заодно объявишь о своём решении.

Я лично приму любой твой выбор.

Надеюсь мы вскоре увидимся снова. Заходи к нам, когда будет время.

Обнимаю. Твоя Юлиана ❤»

Грустно вздохнув, я отложил письмо на тумбочку. Мы практический всегда встречаемся и прощаемся неожиданно. А насчёт того выбора…

Я быстро встал и начал одеваться. От прошлой хвори не осталось и следа. Как только я вышел из палаты в коридор, сразу же вспомнил что нахожусь вовсе не больнице. Это ведь биолаборатория, где Джейн синтезировала «таблетку».

Человек в светло-зелёной форме тут же подошёл ко мне. Он был несколько полноват, а на голове сияла лысина. Его глаза излучали решимость, свойственную только офицерам, серьёзный опыт управления. На груди у него была только надпись: «Кириллов И. А.».

— Здравствуйте, Михаил Петрович. Уже чувствуете себя хорошо?

— Да, превосходно. — ответил я, взглянув на свою, всё так же светящуюся, метку. — Намерен отправиться к командованию.

— Понятно, не смею вас задерживать. Хотя было бы хорошо провести пару замеров, что бы убедиться…

Командующий просил передать, что бы вы сразу же отправились в Главный штаб. Добраться можно будет на аэрокаре под номером 7.

— Понял, благодарю.

— Будьте осторожны. Не растрачивайте своё здоровье впустую!

— Хорошо. Буду беречь себя!

Несколько удивлённый таким напутствием незнакомого офицера, я вышел на улицу и… вдохнув полной грудью, я тут же заметил, что дышать стало гораздо легче, словно нахожусь в горах с чистейшим воздухом. Как будто наконец ушла заложенность носа. И сами лёгкие стали словно больше.

И ещё сам мир стал… Более чётким что ли, всё казалось гораздо контрастнее, а оттенков вокруг стало гораздо больше. Кажется, девушки тоже видят мир таким, более разукрашенным. Радужным.

Я стоял какое-то время, любуясь такой пестротой красок, словно заново учась дышать, видеть и слышать. До чего же сильные изменения во мне вызвала та встреча со жнецом.

— Обновления будут проявляться в дальнейшем в течении времени, и по мере необходимости. Прошу быть готовым к неожиданным эффектам. — обрадовал меня мой 14-й.

Я подошёл к нужной машине, сел в неё, и когда мы поднялись достаточно высоко, вдумчиво поинтересовался у своего спутника.

— 14-й, расскажи пожалуйста обо всех изменениях что со мной происходят.

— Позвольте начну с неявных процессов:

Метаболизм: Повышен на 70%

Обновление клеточных тканей: Повышено на 112%

Регенерация…

Так мы и летели, обсуждая сводку наших «обновлений». Эх, всем бы людям такого ассистента.

К моменту прибытия стало в общем понятно, что я теперь ходячая лаборатория для проведения всевозможных испытаний и «краш-тестов». При этом все «супер-силы» вроде самой, непосредственно, силы, скорости бега, прыжков и прочее, будут проявляться только в самых экстренных ситуациях. То есть, так просто, сходу, я не смогу поднять тот же аэрокар.

И ещё 14-й услужливо уведомил меня, что он специально постарался занизить чувствительность моих органов обоняния и слуха, потому что, по его словам, «иначе я бы получил шоковое состояние». Ну спасибо.

Дополнительные «функции» вроде физиологической дальнозоркости, чувства вибраций, высокой реакции и так далее, будут регулироваться и поддаваться при необходимости. 14-й ещё не всего понял из кода самих жнецов.

В общем, тот ещё «букет».

Когда я вышел к главной площади у «Звезды», я заметил, что военных стало значительно меньше. Практический не было из них тех, кто был при исполнении. Также снова на улицах появились гражданские. Все снова спокойно и без напряга шли по своим делам. Но появилась ещё одна деталь нового пейзажа.

Теперь на алее можно встретить и представителей миров Омеги. В разных диковинных костюмах и доспехах. Отличительной их особенностью было то, что у каждого из них на шее находился оранжевый бейдж на котором указано, что они из Омеги и из какого именно они мира. И что их присутствие здесь теперь разрешено. Гости также спокойно общались с местным населением, наверняка используя нейропереводчик. Всё это смотрелось так органично, словно так всё и было уже не один десяток лет.

На входе в главный зал Штаба меня снова встретила бабушка. На этот раз меня никто не задерживал.

— Привет! Вижу хорошо отоспался! Как себя чувствуешь? — спросила она меня обнимая.

— Да, прекрасно. Словно и не было никакой болезни. Правда всё вижу и слышу теперь несколько по-другому.

— Да?! Как интересно! Ну пройдём, там в «Звёздном зале» всё расскажешь.

Мы зашли вновь через те же двери, встроенные в двери гораздо большего размера. Всё же надо будет предметно узнать историю нахождения этого явно древнего города.

Внутри шло активное обсуждение какой-то земной миссии. Джонсон стоял рядом с Владимиром Михайловичем, и активно общался с кем-то в древнерусской экипировке на большом экране.

— Александр! Получается, только ваша миссия путешествия в Мезоамерику достигла успеха. Расскажи пожалуйста, что смогли выяснить ваши люди?

— Молодцы наши объездили весь свет, пока не добрались до земель искомых. Смогли, с помощью друга вашего, познать их слово немецкое. Поведали майя нам диво дивное.

— Так, мы слушаем…

— Была брань великая за тридевять земель между чудищами вашими чуждыми. Восстали они против отца своего, безмерно их поглощавшего. Много лета они бились с ним, пока его не сразили полностью, и стали плодиться они от тела его сами… Диво же несусветное…

И майя эти окаянные, пробили путь в мир сей чуждых. И Договор с ними установили сей — обогащать их мир кровью людской, в обмен на силы могучие, дабы майя могли племена подчинить. Сей договор и сейчас у них блюдётся… Окаянные…

— То есть, эти чужие убили своего создателя? — уточнил Джонсон.

— Так и есть! И ищут способы кровью обогатиться.

— Прямо как Титаны с греческими богами. Они тоже поедали своих детей, пока те не восстали — заметил Владимир.

— Вот тебе и ещё один конфликт поколений… Значит, вот зачем нужна им была человеческая кровь, наша «таблетка». Им не хватало генетического материала для своего развития. Они ведь заперты у себя.

— Хотя, получив желаемое, они ведь сами снова ушли и закрылись. — вдруг добавила бабушка. Все аналитики с Джонсоном тут же повернулись в нашу сторону.

— Да, и перед этим они дали свой материал нашему Мише. Значит их жажда новых генов — это далеко не всё. — тут же продолжил мысль Джонсон. И обратился ко мне. — Проходи Миш, не стесняйся. Как себя чувствуешь?

— Здравствуйте, хорошо. Я как будто заново родился. Вижу и слышу гораздо лучше и чётче чем раньше.

— Даже так? Можешь рассказать подробнее? — и я начал объяснять, что нам с 14-м удалось выяснить.

Сначала я хотел рассказать об изменениях в самых общих чертах, но мой рассказ растянулся на минут пять, пока я не выдал все свои явные и неявные способности. Не знаю, наверное, обстановка на меня так повлияла, или полные энтузиазма и интереса глаза Джонсона и Зины. Как бы только они не начали видеть во мне полигон для экспериментов.

Закончив доклад, я услышал вопрос человека в доспехах на экране, также меня всё это время внимательно слушавшего.

— Если и правда в тебе теперь вся наша силушка богатырская, то ты сможешь добротно послужить Отечеству нашему. Будем рады испытать тебя у нас! — ну вот и первое приглашение на работу. Я же решил поинтересоваться.

— Извините, а вы случайно не тот самый Александр, который шведов на Неве разбил?

— Я и есть. Славная это была битва! — ответил он гордо.

— Наша хроноразведка тогда тонко намекнула его людям о месте и времени десантирования шведов. Дальше оставалось дело техники. — тоже не без улыбки добавил Джонсон.

— То есть вы вмешались?! А как же то правило корректировки Системы, что она всё равно потом построит всё по-своему?

— Оно не везде работает. Есть ключевые даты и события, через которые можно влиять на весь последующий ход истории.

— Ааа, Стратегические временные координаты — СВК? Мне о них Ахиллес рассказывал. Значит, тот 1240-й год — это одна из них?

— Ахиллес?! Вот же… Да, вернее 1240—42 годы. Тогда много что произошло. И для Руси было мало хорошего. Мы постарались помочь в это непростое время.

— За сим и благодарсвуем! — Тут же бодро отозвался Александр. — Так что, Михаил, готов встать ко мне во дружину? — Он что серьёзно?

— Прости, Саша. Он нужен нам для куда более значимой миссии. Так сказать, решения всего «корня зла».

— Что ж, коли так, то буду ждать решения его, когда он сам захочет. — сказал Невский, что-то явно решив для себя.

— Вам кстати тоже вскоре предстоит много работы. Мы с Омегой совместно разрабатываем план остановки боевых действий на всей исторической хронологии. От будущего к прошлому. Скоро вышлем тебе вспомогательную переговорную группу для контактов с Ордой. Так что не расслабляйся.

— Добро. Буду надеяться, что всё, с помощью Божьей, образуется. С Богом братцы!

— С Богом Александр! Конец связи!

Окно с полководцем исчезло, и вместо него появилось статичное изображение операционной системы. Я продолжал задумчиво смотреть на экран, размышляя о разговоре.

Просто не верится… Человечеству удалось организовать такую широкую сеть сопротивления, в которую оказались вовлечены и значимые исторические личности. Де Ришелье, Александр Ярославич… А сколько их ещё… Сталин тоже точно был «в теме». Мои размышления прервал Джонсон.

— Ну что ты решил насчёт Анимуса? — да ёжики…

Итак.

Вдох.

Выдох.

— Знаете, если бы можно было посмотреть в будущее и увидеть все последствия обоих решений, было бы гораздо легче. Или смоделировать хотя бы. Дело ведь важное, касается всего Мироздания. Я же не академию для своего поступления выбираю…

— Согласен. Дело важное. Мы бы просто приказали тебе пойти у нему. Но, что-то нам подсказывает, что это должно быть именно твоё решение. Такое, которое нельзя навязать силой. — Пояснил Джонсон.

— Насчёт предиктората… Можно было бы попробовать, но то что мы собираемся сделать, вряд ли может полностью предугадать даже самая искусная машина или предсказатель. — добавил Владимир Михайлович. — Слишком много переменных будут поставлены на карту.

— Тогда, если это дело настолько сложное, то почему вы так уверены, что у меня должно получиться?

Что и Кто вам так об этом «подсказывает», как сказал Джонсон? — слово взял так же Владимир.

— Когда вы, с тем Жнецким Мишей, решились осуществить тот свой план… Когда ты передавал ему коды доступа к Китежу… Что тобой тогда двигало? — кстати, резонный вопрос. Я сам порой к нему возвращаюсь.

— Хм, во-первых, он заверил что всё просчитано их провидцами. Во-вторых это его аргументы о том, что так, как было, продолжаться больше не может…

— И ты верил этому? Что-то с подвигло тебя согласиться с ним? — Джонсон и бабушка только удивлённо переглядывались, смотря как Владимир меня «обрабатывает».

— Я согласился потому что… почувствовал, что так будет правильно. Что всё образуется. Я понадеялся, что всё получится… Что всё будет хорошо…

— Ну, и получилось же? — удовлетворённо, теперь уже чисто риторически, спросил Владимир.

— Да, но… Не совсем так как ожидалось.

— И правильно. Вектор ошибки всегда присутствует. Как и Вектор «непредвиденных обстоятельств». Божественных.

— Вы хотите… сказать… что это всё… организовал Бог? Всевышний?

— Ну не Люцифер же… Он тоже сейчас является пленником обстоятельств. Вместе с этим Анимусом. Остаётся, по логике, только Всевышний.

— Класс… И то что я… теперь… могу…

— Да, мы считаем, что все обстоятельства ведут тебя туда — к Люциферу. Решить их проблему Творца и Творения. Фундаментальную проблему всей нашей Вселенной. Это теперь твоё предназначение, если хочешь. — подытожил наш диалог Джонсон.

— Ну, и где здесь тогда выбор?!

— Ты всё также можешь отказаться от этой своей миссии. Пойти, например, к тому же Невскому. — снова ответил Владимир. — Но тогда, весьма вероятно, обстоятельства для всех нас сложатся не столь благоприятные. Проблема останется нерешённой. Окно возможностей закроется и появится не скоро… Если вообще появится.

Ты можешь выбрать это развитие событий. Но это, опять же, должен быть именно твой выбор. Как Человека, способного реализовать оба решения. Но только твоё искреннее решение, намерение сможет сдвинуть вперёд эту историю.

Иначе она снова откатится назад. — Я тяжело вздохнул. Задумался, глядя в пол. Потом оглянулся назад, увидев, как все аналитики и военные прекратили работу, слушая наш разговор. Все ждали моего решения.

Потом я посмотрел на бабушку, которая тут же улыбнулась мне.

И затем на Джонсона.

— Моё… Сердце… Как бы вам это не показалось странным… Что-то тёплое внутри… Говорит… О том, что нам надо попробовать решить эту проблему.

Да, давайте попытаемся спасти Анимуса. — и тут все словно сорвались… Все в зале начали аплодировать мне:

— Да!

— Правильно Миша!

— Давайте сделаем это!

— Молодец!

Бабушка вообще принялась меня обнимать.

Я же, слегка обескураженный такой бурной реакцией, посмотрел на тоже улыбающихся Джонсона и Владимира.

Когда все поутихли, Владимир подвёл итог нашей беседы: «Думаю, ты, и мы все заодно, не пожалеем о твоём решении. — и тут же обратился к Джонсону. — Тогда можно начинать?

Глава 53

— Миш, у вас ведь одобрили операцию?

— Да, Люцифер согласился подождать с обнулением. Ему даже стало интересно, что мы захотим предпринять. Приказал оказывать содействие. — ответил тут же взявшийся откуда-то справа меня Жнецкий. Я аж вздрогнул от неожиданности.

— Ты здесь был все это время?! Как ты так спрятался?

— Ну, я же всё-таки маг. — Уже без наручников показывая на всего себя, сказал он улыбаясь. И тут же превратился в крыса с красными глазками. И потом снова обратно в человека. — Меня попросили просто постоять в сторонке, пока ты определишься с выбором. — Продолжил он, явно довольный моей удивлённой физиономией.

— Не хотели просто чтобы он на тебя снова повлиял. А то нам уже двух раз хватило. — Саркастический заметил Джонсон. — Итак, давайте начнём инструктаж! — Тут же на экране появилась политическая карта мира начала XXI века. Зина, как глава аналитического отдела, начала доклад. Её слушал весь затихший зал.

— Итак друзья, мы все очень много и долго работали с вами, стараясь сгладить влияние Искажения и Тёмной Фракции.

Однако, в свете последних событий, командование решилось раскрыть нашему отделу ещё несколько глубоких слоёв и источников информации, с которыми работало другое отделение, всё это время, координировавшееся с союзниками в Омеге. Вскоре наши отделения будут объединены! — она остановилась, давая всем осознать сказанное. Стали слышны удивлённые возгласы и обсуждения среди аналитиков. Зина подняла руку, после чего все сразу замолчали.

— Да, потребуется время чтобы всё это осознать. Но сейчас всем нам нужно сконцентрироваться на единственной важной миссии. Основной нашей задачей является доставка Михаила — тут она показала рукой на меня — к местонахождению Люцифера.

Мы знаем, что он находится на одной из планет Солнечной системы за пределами нашей земной Матрицы. То есть даже космическая миссия к этой планете в рамках основной симуляции ничего нам не даст. Поскольку там лишь её воспроизведение в Системе.

Нужен выход напрямую. — затем она обратилась к карте. — Для этого, различные организации, подчиняющиеся как Люциферу, так и Анимусу, строили, разного рода, коммуникаторы, по которым они получали команды от своих повелителей. — На этих словах в разных местах Европы, Ближнего Востока, Азии и Америках стали появляться жёлтые точки. — Наиболее проработанные и действующие из них — это коллайдеры.

Они способны переносить вещество между мирами и использовались для доставки материалов из Омеги, которые пока невозможно синтезировать на Земле.

К сожалению, они не подойдут для нашей задачи в виду своих конструктивных ограничений — они способны переносить лишь небольшое количество материи. Да и в целом, они настроены только на приём, а не отправку. — Тут Зина сделала паузу, словно готовя аудиторию к чему-то действительно значимому.

— Но один созданный Анимусом народ, с давних пор желающий прихода своего создателя прямо на Землю, нашёл уникальный коммуникатор, который, в определённых условиях, может стать и прямым порталом Туда. — и тут зажглась ярко-голубая точка на месте Иерусалима. На другом экране появилось большое изображение каменного шара, расписанного необычными символами. Хм, где-то я уже это видел… — Перед вами основной сервер Омеги! Очень древний артефакт, появившийся ещё до последней перезагрузки.

Именно с помощью него Система организует все подконтрольные силы на Земле в течение всех эпох. Как бы ни пытались мы к нему подобраться… — Она вздохнула и постаралась не терять нити выступления. Зажглась ещё одна красная точка выше у течения Редпра. — Благодаря слаженным, героическим действиям «Нулевого» отдела, с которым мы и будем сотрудничать, и союзников на Земле, силам Анимуса не удалось создать в Иерусалиме все условия для запуска полноценного портала. Нам каждый раз удавалось отстрачивать возведение Храма.

Тогда они предприняли попытку строительства нового портала, используя технический потенциал Советского Союза. Перехватив управление всем проектом в середине ХХ века, они, под видом новой термоядерной установки, начали возводить второй портал в Реднепетровске, по найденным древним чертежам.

В момент своего запуска, он должен был связаться с первым, на основе принципов квантовой механики, и раскрыться сразу же в двух местах, обеспечив проход их повелителю.

Должен был. В 2020 году, они сделали попытку открытия порталов. Но… Ничего не случилось. К ним никто не пришёл. Жнецкий, объяснишь им?

— Я? Ну, хорошо… — Близнец вышел к экранам и встал в середине. Он выглядел несколько смущённым.

— Давай! Я знаю, что тебе не впервой выступать перед публикой! — подколол я его. Я ведь до сих пор помню тот первый сон, когда он стоял перед сущностями рядом с Анимусом. Жнецкий чуть прищурился на меня укоризненно и начал рассказ.

— Ну что тут сказать… Мне удалось встроиться в ряды Анимуса, завоевать его доверие. Я убедил его, что будет лучше если мы пойдём прямо через Китеж ко всем порталам, и так мы сможем получить прямой контроль над всей хронологической веткой развития Человечества. Минуя всё сопротивление на местах. Когда мой тёзка дал ключи от Китежа, Анимус не мог отказаться от такого предложения.

— А Люцифер? — спросил кто-то из зала.

— О-о-й… Там сложно на самом деле. Старший предпочитает действовать из тени. Его в целом устраивала степень контроля. Для него важна долгосрочность и надёжность, а не всё и сразу, как Анимусу.

На этой почве они и разошлись в своё время. А в тот момент Старший был больше занят тем, как усмирить своего взбунтовавшегося ребёнка, так чтобы тот не ввергнул всё Мироздание в окончательный хаос.

— А теперь, если мы откроем портал, он снова захочет прийти на Землю? — снова кто-то задал вопрос.

— Не… Не думаю. Для Старшего Земля тогда станет слишком неуютна. Да у него и так хватает сил, чтобы навести там порядок… То что он согласился подождать с казнью, говорит о том, что он сейчас больше заинтересован в разрешении того конфликта, который мы с Мишей и постараемся решить.

— Спасибо! — я наконец-то разглядел молодого парня в больших очках.

— Всегда пожалуйста!

— Только ты уточни… — вмешался в доклад Джонсон — порядка основного на Его правилах на Земле не будет. Мы будем настаивать на установлении порядка на общечеловеческих принципах. На здравом смысле.

— Да, это само собой. — ответил ему Жнецкий пожав плечами. — В общем, когда в Иерусалиме и Редпне были готовы встречать «повелителя», просто ничего не произошло. Даже их жертвоприношения в виде погибших от массового медицинского вмешательства не помогли.

Тогда они захотели отравить всех славян биооружием, но Ваши начали Операцию.

И даже прямой геноцид в Газе им не помог в привлечении их «бога». Они так и будут пытаться, уже чисто из отчаяния.

Анимус не придёт, потому что он отныне находится в плену у Люцифера, у которого на него совершенно другие планы. Ему же хуже будет, если он придёт на Землю напрямую. Того контроля над Омегой, что был раньше, благодаря его чаду, у него уже нет.

Не говоря уже о вашей Альфе…

Ну, вот в общем и всё что я могу сказать, обратился он к Зине — Я, наверное, отойду.

— Предпочитаешь действовать из тени? — снова подколол я его, пока Зина возвращалась к экранам.

— Не, просто не люблю играть на публику.

— Значит, что нам нужно сделать. Миш, послушай! — обратилась ко мне бабушка.

— Тайно в Иерусалим мы пробраться не сможем. Мы пытались не раз. Там древние оборонные системы, управляемые слугами Анимуса. Только если бы наши части полностью окружили и захватили город, мы бы смогли зайти на объект. Однако, это означает начать новую большую войну на Востоке, если не мировую.

Но у нас есть и второй вариант. Там уже созданы все условия для нашего плавного захода, без значимого сопротивления Системы. Остатки террористического режима сконцентрировались как раз именно в Редпне.

— Да, им теперь куда ни кинь, всюду клин. — Добавил Джонсон — Цепляются теперь за Редпн. Видно до последнего ещё надеются, что там их божество придёт и спасёт.

— Значит мне надо именно в Реднопетровск XXI века? — Подытожил я.

— Да, но сначала тебе надо будет отправиться в 1987-й. В то время портал ещё достраивали. Там он готов ровно в той степени чтобы ты смог заложить свой генетический код в глубокие слои установки, чтобы потом, в XXI веке, она запустилась именно от твоей ДНК. — ответила Зина.

— Хм, а почему бы ему тогда раньше туда не войти? — весьма кстати спросил Жнецкий. Он, оказывается, может быть серьёзен, когда дело касается важного вопроса.

— Хороший вопрос. Дело в том, что там портал достроят только в 1996-м. А после распада Союза он будет охраняться едва ли не лучшими силами что у них есть. Прямой бой привлечёт слишком много внимания. Система отреагирует на такое вмешательство очень остро.

Гораздо надёжнее всё сделать уже в XXI веке. В одном из ключевых годов среди всех СВК.

— Да. Насчёт Иерусалима… — тоже продолжил Джонсон. — Прямого штурма организовать не сможем, там даже просто чужого не пустят. Лишь членов нескольких семей и их друзей. Но свои люди там тоже у нас есть. И у знакомых Жнецкого. Да, Миша? — обратился он к моему тёзке.

— Хм, я понял вашу мысль. Да, может получиться. Если ваши одновременно зайдут в Редпн, то и наши могут внизу организовать сеанс связи. Хорошо, я передам.

— Хорошо. Осталось определиться, какими силами мы туда зайдём. В какой степени будут участвовать союзные силы. Разработать саму операцию.

— А… Наши ребята будут знать главную цель мероприятия? — спросил я несколько тревожно. Кто знает, как они отреагируют на такую нашу благую цель.

— Я тебя понял. Думаю, в любом случае наши интересы совпадают. Тебе нужен портал, им выход к Эльбе… То есть к Редпру. Если хочешь, можешь нашим в Китеже всё рассказать. Я не против.

— Угу, чтобы они за материли меня многоэтажными словами…

— Хах! Не волнуйся, если что я вмешаюсь — смеясь парировал Джонсон. — Ну, осталось дело за малым — подготовка самого плана операции. Этим займутся наши ребята здесь.

А тебе Миша тоже стоит подготовиться. Надо проверить твои способности выдерживать температуры и давление. Самому привыкнуть к этому. И, конечно, загрузишь знаний у Василия о конце 80-х. Тот же аэрокар отвезёт тебя в наш отдел материаловедения на полигон. Джейн тебя встретит. Можешь выполнять.

— Есть… А Жнецкий тут будет с вами?

— Я думал, он мог бы помочь нам в понимании мотивов этих… А что, хочешь его с собой взять?

— Было бы неплохо. Он больше знает об этой метке чем я.

— Не настолько больше… — отозвался тёзка, то тут же встал за мной показывая готовность выйти.

— Ну что ж, можете пойти вдвоём. Но учтите, если вы снова что-то задумаете, я об этом тут же узнаю!

— Не-не! Нас ваш план полностью устраивает! — откланялся Жнецкий в своей манере. Мы кивнули всем на прощание и развернулись к выходу.

— Ох, такое ощущение словно нам по 10 лет, и мы с тобой отпросились погулять на стройплощадке. — поделился я своими переживаниями со спутником, пока мы шли к парковке по аллее.

— Ага, или искупаться в пруду на другой стороне посёлка. — согласился со мной тёзка. Наконец-то мы можем поговорить спокойно обо всём, не оглядываясь на время и противостояние… Всё это в прошлом.

— А ты разве в посёлке вырос?

— Да, в этой жизни моя семья живёт на окраине столичной провинции. Наш мир был удивительно красив до очередной межкорпоративной войны…

— Ох… — опять эти войны.

— Ой, затронул за живое? Извини, если хочешь, я могу превратиться в ту крыску и просто идти с тобой рядом и молчать.

— Да ладно, я как раз хотел поговорить о нашем прошлом… Вон там наш аэрокар! — в течение всей последующей дороги, мы рассказывали о восприятии прошлого друг друга. Я ему, как впервые пережил сон с его участием, а он описал как увидел мои тренировки у Джонсона. Затем обсудили реализацию самого нашего плана, согласились с Владимиром в его предположении о «векторах», и ещё я рассказал о своих недавних снах — о Микаэле и Архонтах, о жнецах и той сфере…

Жнецкий огорошил меня своим предположением, о том, что этих жнецов, возможно, объединяет общий коллективный разум, и теперь я, после той встречи, тоже являюсь частью их коллектива. Возможно они же и показали мне этот сервер Омеги, что становится дополнительным основанием для проведения операции прорыва к нему.

— Кстати, когда, я надеюсь, тебе удастся пробраться к Старшему, постарайся чтобы нить вашего разговора не привела к загадкам. Он их очень любит. И они очень у него коварные. — вдруг, словно опомнившись, протараторил Жнецкий, когда мы уже приземлялись на площадку у полигона.

— Да подожди же, неизвестно как всё пойдёт ещё! А что, он правда их любит?

— Ага, как выдаст… Загадки Сфинкса тебе покажутся детским лепетом!

— Ого, Сфинкс с его «тремя ногами» это серьёзно. Постараюсь тему загадок не поднимать! — ответил я с улыбкой.

По прибытию на объект, нас уже ожидала Форестер на площадке.

— Здравствуйте господа! — Джейн стояла вытянувшись, скрестив руки за спиной. Её светлые волосы всё также были завязаны в тугую косу. Я тоже кивнул ей.

— Вы нас уже давно так по стойке ждёте? — спросил Жнецкий.

— Не очень, мы отслеживали ваше передвижение.

— Да? Небось ещё и подслушивали?

— Ну разумеется! Уж больно вы интересные персоны, особенно когда вы вдвоём. — ответила она также ему улыбнувшись. — Ваше предположение о коллективном разуме жнецов заслуживает отдельного рассмотрения. — Жнецкий тоже ей только улыбнулся. Они посмотрели так внимательно друг на друга. Ребят, вы серьёзно?! Что я пропустил за эти три дня?!

— Ну, мы это… пройдём куда-нибудь?! — нарочно подняв голос, нарушил я их игру в гляделки. Не могу я смотреть, как они тут влюбляются, пока моя Юля где-то там далеко.

— Да, я вас проведу… Прошу за мной! — ответила она несколько смущённо. Затем развернулась и спешно зашагала вперёд. Теперь её нужно догонять. Жнецкий же укоризненно посмотрел на меня, покачав головой.

— Что?!

— Громко думаешь… Пойдём.

Вскоре мы оказались в лаборатории, внутри которой была довольно просторная прозрачная комната, закрываемая тяжёлыми дверями. Тоже прозрачными.

Меня попросили зайти внутрь. Я уселся на вольфрамовую, как мне сказали, скамейку и принялся ждать процедур. И впрямь, словно в санатории.

— Итак, какая Там температура? В местоположении Люцифера? — спросила Жнецкого Джейн. Я их смог хорошо слышать через динамики микрофона. Видно, чтобы… их могли слушать те, кто внутри… То есть тут не только какие-то материалы испытывали?!

— Около пяти тысяч.

— Ого, вот значит откуда эти представления об аде! — удивилась Джейн.

— Ага, наши магистры так глубоко не спускались, но тоже градусов 50—70 на себе испытывают… Потом их бедных, после каждого контакта, зелёным чаем отпаиваем.

— Чаем? — тоже удивлённо спросил я. — Разве вы их не антизагарным спреем должны остужать?

— Нет, в целом им хватает чаю. С ромашкой. Зелёный чай отлично способствует температурному обмену. А ты не знал? — пояснил он с ехидной улыбкой.

— Нет, но теперь обязательно возьму на вооружение. Попрошу бабушку наварить мне много чаю, когда всё закончится.

— Обязательно попроси, лишним не будет. — сказал он также улыбаясь. — Ну что начнём?

— Да, давайте. Начнём также с 50-ти градусов. Внимательно следи за своим состоянием! Будет плохо, сразу махни рукой, или просто кричи. — проинструктировала Джейн.

— Хорошо!

— Так…

Как себя чувствуешь?

— Ну… Нормально. Словно ничего не изменилось.

— Да? Хорошо. Повышаю до 70…

Как?

— Хм, всё также нормально. Эта штука точно работает?

— Окей, давай сразу на 100.

— Давай… И?

— Не, ну правда! Ты точно ничего не чувствуешь? Даже не потеешь?

— Да вроде нет. Я же говорю, может там у вас что-то сломалось?

— Да нет же! Посмотри на градусник ртутный за спиной. Уже за 110 вышел!

— Ого… То есть значит…

— Обалдеть… Работает! — вскрикнул радостно Жнецкий. — Не уж то у нас и правда тогда получилось!

— Да уж… Я думал, что хоть немного буду чувствовать какое-то тепло. Может и правда терморегуляция помогает? — задался я вопросом. Вдруг мы услышали Джонсона по ещё общей связи.

— Тепло ли тебе девица? Тепло ли тебе милая?

— Эмм… В каком смысле? — его вопрос меня слегка озадачил. Джейн тут же, смеясь, ответила ему.

— Дядь, он не знает этот фильм. Настолько глубоко мы в XX век его не посвящали!

— А, точно, я об этом не подумал. Так что, на какой вы сейчас температуре?

— 120, и ему хоть бы хны! Жнецкий сказал что нужно довести до 5000.

— Хм… Обнадёживающие цифры. Давайте сразу поднимать по сотне! Миша даст знать, когда ему станет плохо. Правда Миш?

— Ну, у нас потолок 4000. Но давайте попробуем. Михаил вы как, согласны на такой хард-тест?

— Ох, давайте. Только не так быстро. Чтобы я понял когда начну «закипать».

— Хорошо. Поехали! — так мы и «прыгали» по цифрам, считая каждую из сотен. 300… 500… 800… 1000…

— АП-ЧХИ!

— Что Миш, сильно?!

— Тут, кажется, у вас пыльно.

— Ну молоток! Идём дальше! — бодро подгонял нас Джонсон.

Так мы и дошли до трёх тысяч. Только с 3500 я начинал чувствовать постепенное усиление жара. К 4000 я явно вспотел и покраснел. Но не больше.

— Всё, хватит с него… Можешь постепенно опускать температуру. — инструктирует Джонсон племянницу. И тут же мне — Ты как? Встать сможешь?

— Да — тут же встал я с налипшей ко мне скамейки, больше теперь похожей на желе. Градусник тоже «поплыл», но всё же каким-то чудом держал внутри кипящие пары ртути. — Мне жарко, но не больше чем раньше. Словно летом на аэродроме на учениях!

А почему бы резко не спустить температуру?

— Потому что тогда оборудование полетит в тартарары… И чтобы нас не поджарило! Потерпи немного! — также обстоятельно ответила Джейн.

Затем меня отвели в душ, где я смог обмыться и привести себя в порядок. Пока одевался, я поинтересовался у 14-го о его впечатлениях от эксперимента.

— Терморегуляция работает стабильно. Ориентировочный максимум поддерживаемых температур — около 6000 градусов.

— То есть, больше чем температура на Солнце? Как это вообще возможно?

— Содержащаяся ДНК содержит в себе наработки, по всей видимости, формировавшиеся на протяжении всего времени развития вселенной. Присутствует значительная часть элементов, отличительных от человеческой. Тем не менее, они все интегрированы и эффективно взаимодействуют на данной физиологической основе.

— Ну и ну, прям мечта лаборанта… — затем Джейн провела нас в ещё одну комнату, где стояла уже знакомая мне установка для загрузок знаний. И Василий там тоже уже нас ждал.

— О! Здравствуй!

— Привет товарищ! Как оно? Непросто работать на два фронта? — тут же встал и пожал мне руку Василий.

— Даже не знаю… Вообще-то, я ожидал такой вопрос от Уилстона услышать. Ты его кстати не видел?

— Да он там с молодняком также занимается! Пока были в эвакуации, организовывал с ними волонтёрский штаб для помощи гражданским… Мы тогда из-за тебя такое пережили…

Я, честно говоря, был тогда на тебя очень зол, хотел по жопе надавать хворостиной… И тебе тоже! — указал он на моего близнеца.

— Не надо. — тут же отшутился я.

— Да, не очень хорошо получилось. Извини что так всё вышло. — ответил Жнецкий же немного виновато.

— Да ладно… Главное, что всё образовалось. Ну ты Миш присаживайся. Что у порога тебе стоять. — и показывает мне на такое же глубокое кресло. Джейн же пояснила.

— Обычно мы тут подгружаем знания по биоинженерии для новеньких, или какие-то открытия. Но сегодня задачка будет поинтереснее.

— Ага, вот! Самая лучшая подборка песен 80-х, и не только! — сказал Василий, помахивая «флешкой». — Сам Оракул подборку составил! Кстати он передаёт тебе «Привет»!

— Взаимно! И ты передавай! — ответил я уже полулёжа, готовый к надеванию «шапки».

Через час я уже сидел в аэрокаре, знающий несколько песен и фильмов, популярных в том времени. Знал какие телевизоры, машины и приёмники были тогда самыми распространёнными.

И так же я узнал, как правильно позвонить в телефон. Уличный. Оказывается, у людей специальная монетка с ниткой для этого была.

Мне дали понимание ценообразования того времени, законов, распорядка дня большей части советских граждан. И ещё сам план Реднепетровска. Имена видных деятелей страны и области. Имена тех, с кем мне предстоит там встретиться.

Мы летели со Жнецким и Джейн прямо к порталам — я решил отказаться от дополнительной подготовки в симуляторе. Не хотелось терять времени на то, что я уже знаю и так.

Жнецкий с Джейн активно общались на протяжении всего пути. Со стороны было прям видно, как их потянуло к друг другу словно магнитом — «плюсом» и «минусом». Я же не стал принимать участие в их незатейливых разговорах, больше думая о той миссии, которая вскоре мне предстоит.

А предстоит нам действительно что-то большое.

Глава 54

— А ну-ка, расскажи мне кто такой Электроник! — поставив руки в боки, деловито спросил меня Джонсон.

Было конечно неожиданно услышать от него такой вопрос, но я решил ответить.

— Так это тот робот… андроид вернее. У него ещё есть… А-а-а… Вот к чему вы клоните? — И обернулся на рядом стоящего Жнецкого.

— К чему? — не понимающе отреагировал он.

— Дядь, не надо их грузить! Видишь же — знает! — вступилась за нас Джейн, вернее за Жнецкого.

— Да это я шучу! Просто хотел удостовериться. — тут же смягчился командующий.

— Не, а правда? Кто это? — всё ещё не понял юмора тёзка.

— Будет время, посмотришь. — посмеиваясь ответил ему Джонсон. — Ну что же, давайте обсудим саму задачу! — и тут мы увидели план города на главном экране. Позади него всё также видны панорамные окна местного штаба, с которого открывается превосходный вид на плеяду порталов, равномерно расположенных вдали.

— Миша, ты выйдешь через зеркало вот здесь — в Севастопольском парке. Лучше запоминай, потому что там у тебя достать телефон с навигатором возможности не будет!

Так вот, оттуда выйдешь на проспект Гагарина и спустишься южнее до Гвардейского центра просвещения. Там тебя будет ждать наш человек, с которым вы вместе пройдёте до «Техникума электрификации». Оттуда идёт один из туннелей, ведущий прямо в лабораторию к строящемуся серверу Омеги.

Там ты отмечаешь свою ДНК в системе так как тебе скажут, и ты снова возвращаешься к нам через зеркало в той же гимназии. Всё просто! Сложностей здесь быть не должно.

— Ага… Всегда всё кажется так просто. — заметил наш гость из Омеги.

— Да, согласен с тёзкой. Агентов Анимуса нам стоит опасаться? Наверняка они будут на самом объекте.

— Миш! Там в основном простые люди, а не агенты. Многие из пушек, которые потом там заговорят, делались простыми советскими людьми, рабочими, которые тогда и знать не знали, что потом через 40 лет, эти пушки будут использоваться ими против друг друга.

Так же и с учёными, собиравшими этот сервер. Они действительно верят, что собирают новый вид реактора, который будет питать энергией их любимую Родину. Скорее всего, суть проекта известна единицам. Но они в тот день будут далеко.

Поэтому тот период и область действия относительно чисты. Наша хроноразведка это учла.

— Ну да, как и то затмение. — и тут я вновь повернулся ко Жнецкому.

— Что, мне рассказать лекцию о тонкостях магического навевания иллюзии массам? — разведя руками спросил он иронично.

— Иллюзии?! Хочешь сказать, что эти крики были иллюзией?! — опешив спросил я собеседника.

— Не, только закрытие Солнца. Фурии всё равно сгорали, но психосоматика делала их гибель не столь быстрой. Они тоже думали, что Солнце зашло и не так остро реагировали на свет. Да и наши маги их подлечивали… В общем, это был спектакль, да и только.

— Опять же, нахрена?

— Ну, чтобы показать тебе наши возможности. — он говорил об этом так, словно обсуждался прогноз погоды. И тут же продолжил. — Ну ладно, давайте вернёмся к его миссии. Могу обещать, что с нашей стороны сюрпризов теперь не будет.

— Что ж, хорошо. — ответил также задумчиво слушавший нас Джонсон. И мне — Заходи в ту же подсобку, где тебя ждёт новая одежда. Надеюсь размер тебе подобрали правильный. — Удивившись этому замечанию, я вошёл в раздевалку и увидел выглаженные брюки и клетчатую рубашку. И туфли. Да, мода в то время была интересной. К счастью, вся одежда пришлась мне в пору.

Когда мы вышли, я услышал комплименты о моём новом образе «приличного гражданина» от Джейн, и пожал всем троим руки, пообещав при этом не натворить там дел. Проводить меня также вызвался Ахиллес, он видно тут уже за шофёра работает.

— Просто нравится здешняя красота, а так я уже изрядно навоевался. Тоже тогда вот готов был этих чужих встречать. Да не довелось их потрогать. — ответил он на мой соответствующий вопрос, когда мы были в дороге.

Затем мы прибыли к порталу с большой римской цифрой «ХХ» в верху в середине, где у пульта всё также стояли те двое.

— Здравствуйте сэр! — поприветствовал меня старший — Что, как там ваше приключение в Пределе? Не каждый день тебя спасает дракон от атомной бомбы?

— Ага, и не каждый день видишь этого Чужого перед глазами. Точнее, в тот же день! — подхватил его младший.

— А вы что, следите за моими похождениями?

— Да! Прямо как по телевизору! Давно мы такого интересного фильма не смотрели! — иронично ответил старший.

— Да, устрой что-нибудь ещё! — также смеясь ответил младший.

— Ну, я вам устрою, погодите… Я на ваши приколы больше не куплюсь! — крикнул им, подходя к той же глади портала.

— А ты, кстати, впервые через зеркало проходишь? Смотри там аккуратнее, а то можно порезаться!

— Береги глаза! — тоже крикнул мне вслед Док.

Вот заразы! Постаравшись мысленно отрешиться от их «наставлений», я смело шагнул через гладь портала.

Благополучно выйдя прямо в санузел, покрытый старенькой плиткой, я постарался сориентироваться в пространстве. Обернувшись к большому зеркалу, я увидел, как оно быстро обратно затвердевало, превращаясь из жидкой серебристой субстанции в выкристаллизованную зеркальную гладь. Портал закрыт.

В помещении, как и было предусмотрено, никого не было. Собравшись духом, я вышел из уборной, и очутился посреди раскинувшегося парка с ивами, акациями, берёзами, и маленькими улочками, проходящими между ними.

Стало тепло, солнце невозмутимо согревало город, словно так и должно быть в этом 1987 году. Свежие листья деревьев и цветущая акация рядом говорили о наступившей на дворе весне.

Я двинулся в сторону проспекта по одной из улочек, обустроенных скамейками, кустами и информационными стендами, извещающими о близящемся празднике Первомая — «Да здравствует праздник трудящихся!; «Да здравствует праздник весны и труда!».

Пройдя чуть дальше, я увидел несколько необычных для меня каруселей и качели в виде больших железных лодок. Не смотря на кажущуюся весомость, сидящие в них по двое дети с лёгкостью раскачивали эти конструкции. Я какое-то время так и стоял, любуясь мирной идиллией детской площадки.

Ещё чуть поодаль, я заметил большую сцену с навесной крышей, на которой, видимо, детский хор разучивал какую-то песню, вместе с аккомпанирующей им на пианино учительницей. Мне захотелось послушать их.

— [Миша! Не отвлекайся! Тебя же там наш человек ждёт!] — тут же услышал в голове я назидательный голос Джонсона.

— [Да сейчас! Я всего на минутку!] — отмахнулся я мысленно. И подошёл ближе к сцене, чтобы лучше услышать мелодию.

— Так мальчики, соберитесь! Давайте ещё раз… — Мальчишки стоят вверху, девочки ниже. Заиграла быстрая музыка. Один из мальчишек, совсем беловолосый, с ярко-голубыми глазами, с полным осознанием в них и старанием в голосе, начал распевать куплет песни.

«Чего только нету, чего только нет на этом на белом свете.

Нам выпал счастливый и трудный билет, мы века двадцатого дети.

Небесная высь, океанское дно,

Раскроют секреты однажды…»

Я весьма удивился такого звучному голосу юноши. Он явно неспроста выбран фронтменом выступления. Но слаженность всего хора меня удивила не меньше.

«ХОТЬ ГЛАЗОЧКО-О-ОМ,

ЗАГЛЯНУТЬ БЫ-Ы…

ЗАГЛЯНУ-УТЬ В ГРЯД-У-УЩИЙ В-Е-ЕК!

И УЗНАТЬ БЫ-Ы,

ЧТО ЗА СУДЬБЫ…

И УЗНАТЬ БЫ-Ы,

ЧТО ЗА СУДЬБЫ…

ЖДУТ ТЕБЯ-Я-Я…

ЖДУТ ТЕБЯ ЧЕЛОВЕК!» 6

Так и я слушал песню до конца, пока не прозвучал последний удар по клавишам инструмента.

Вот это уровень! Да им можно выступать на планетарном Конгрессе Талантов, что проводился в моём времени! Быть может, они бы и представляли саму Землю среди всех наших колоний…

К удивлению, Джонсон меня не торопил. Возможно он также заворожённо слушал выступление. Мне вспомнились его слова о рабочих заводах и учёных.

Эх, знали бы все эти дети, что за грядущее им уготовано…

Хотя нет. Лучше не надо. Пусть у них будет хотя бы это безмятежное детство.

Тем временем все дети разошлись по площадке, видимо закончив репетицию. Ко мне подошёл тот самый голубоглазый мальчуган. Я решил завязать с ним разговор.

— Здравствуй, а что за песню вы такую интересную пели?

— Здравствуйте! Она из фильма «Лиловый шар». По телевизору совсем недавно показывали. Вы разве не смотрели?

— Нет. К сожалению, у меня не было времени посмотреть его. А о чём он, можешь рассказать вкратце?

— Ну… — немного замялся мальчик — он как будто о таком шаре лилового… то есть фиолетового цвета. И из-за него вся вражда на планете. Алиса должна найти его вместе с друзьями. Несколько странный фильм. Немного непонятный… — серьёзно начал рассуждать он.

Мне же сразу вспомнились те молнии квантовой аномалии фиолетового цвета. И тот сервер Омеги в виде сферы… Вроде бы пора уже привыкнуть к такого рода совпадениям.

— А почему же он показался тебе странным?

— Ну, знаете… Нигде не увидишь в одном фильме избушку на курьих ножках из сказок, и космический корабль. Как-то необычно это.

— Да, согласен. Звучит странно. Но ты можешь представить себе, например, как в небе, в одном звене, летят вместе самолёты и драконы? Как тебе такое?

— Ого, интересно как! А куда они летят? Где вы такое кино видели?

— Ну, они летят на задание… Спасать детей от других злых драконов. А видел я это… в книге. Да, в одной интересной книге.

— Интересно! Обязательно спрошу такую в библиотеке! А как она называется?

— Эм… Пока не знаю… Стражи неба может быть… Я её ещё не написал.

— Ого, так вы писатель?!

— Эм… Да. Я её ещё пишу… Практически каждый день.

— Ух ты! Обязательно буду ждать вашу книгу в библиотеке!

— Коля! Пойдём! Наши в кино собираются! — подбежал к нам ещё один мальчишка.

— Да, сейчас!

— А что теперь за фильм будете смотреть?

— Полёт навигатора. Он прошлогодний, но всё равно интересный. Про мальчика, попавшего в будущее, через путешествие в космос. Посмотрите если вы ещё не видели… И вот, это вам! — Николай вынул из кармана маленькую железную фигурку солдатика, держащего в руках красное знамя, и дал её мне. Я с удивлением принял его подарок. — Вот, это вам для вдохновения в своей книге. Буду ждать её появления! Пока! — и побежал вместе с ожидавшим его другом в сторону проспекта.

Я ещё немного постоял, вертя железного солдатика в руках и осмысливая новое знакомство, и затем, положив его в карман, тоже направился к выходу из парка.

На улице было не особо многолюдно. Не столь много ездило машин, как я привык это наблюдать в XXI веке. Оно и понятно. — большая часть граждан, скорее всего, на работе. По ощущениям сейчас практически полдень. 14-й не смог сказать мне точного времени, поскольку какой-либо информационной сети он не обнаружил. Да и спутников на орбите не столь много. И все шифруемые. Нужно было особое разрешение от меня. Но я не хотел ещё больше вмешиваться в естественный ход событий.

Поэтому мне действительно приходилось опираться только на свои наблюдения. Я просто шёл по проспекту к югу, любуясь яркоокрашенными моделями проезжающих раритетных автомобилей, дивился также не менее пёстрыми платьями и блузками девушек, и оценивал интеллигентные костюмы мужчин, идущих по своим делам в длинных пальто или в клетчатых длинно-рукавных рубашках.

Сам город также был украшен к грядущему празднику — везде висели транспаранты и плакаты, посвящённые труду и величию советского народа. На зданиях повсюду развевались большие и малые красные флажки. Вон, и на другой стороне улицы, над книжным магазином, я увидел, как мужчины и девушки забирались на лестницы и ставили такие же флажки на специальные крепления на стене. В какой-то момент из громкоговорителей на столбах, после представления диктора, заиграла бодрая инструментальная музыка…

В общем, сам город, сама жизнь здесь дышала праздником и весной.

Вскоре я подошёл к назначенному зданию «Гвардейского» Центра Просвещения. Снаружи никого не оказалось.

— [Заходи, он там. Видно решил занятие ещё провести, пока тебя ждал]. — несколько укоризненно предположил Джонсон.

— [Так я ведь всего на 5 минут задержался…]

— [Иди давай!]

У входа меня встретила длинноволосая вахтёрша, в опрятной служебной форме.

— Здравствуйте, вам чем-то помочь?

— Здравствуйте, да. Я к Коваленко Павлу. Не подскажете как его найти?

— Ааа… Да. Он говорил о том, что вас ожидает. Михаил, да? — я кивнул. — Проходите туда дальше и направо. Там дверь большая такая с табличкой «Социалистический кружок». Любит он там поговорить об истории.

— Об истории? Он ведь инженером работает.

— Ну, одно другому ему не мешает. Утром он проводит со школьниками дискуссии, а после обеда идёт в техникум. Ну, проходите. — Да, разносторонний видно человек. Я прошёл вперёд по коридору, как и было сказано, и упёрся в приоткрытую большую дверь с той самой табличкой. Сквозь щель я увидел сосредоточенные лица пионеров в красных галстуках, с интересом слушающие преподавателя. Я приоткрыл дверь…

— А, вы, наверное, Михаил? — спросил меня низким басом высокий темноволосый мужчина в синей помятой рубашке. Я снова кивнул.

— Присядьте пока, сейчас мы с ребятами договорим и пойдём с вами. — я, пожав плечами, зашёл и сел на заднюю парту. Тем временем Павел продолжил свою речь.

— Итак, что мы в итоге с вами можем сказать…

Всю нашу историю, пока все государства, все страны и народы, развиваются, достигают своего рассвета и рушатся, эта классовая борьба не прекращалась ни на миг. Она принимала самые разные формы — от цивилизованных дискуссий, до ожесточенных сражений… Но она продолжала перемалывать всё и всех, и двигать это колесо истории. Саму историю.

И она и сейчас продолжается, даже приняв такую форму новой оттепели, которую мы с вами все видим сейчас. Продолжается этот извечный диалог двух взглядов на суть вещей, на самого человека. Да Саша? — дал он слово потянувшему руку парню.

— Вы же перед этим сказали, что все страны и народы прошлого тоже остаются с нами. Можете, пожалуйста, уточнить?

— Да, Александр! Отличное замечание! Хоть все империи и царства прошлого и уходят в историю, но они при этом также продолжают жить во всех нас!

Древняя Русь далеко уже от нас, но мы все пользуемся её наследием. Потомки продолжают защищать и отстаивать её славные традиции. Московское царство, Империя… Их тоже живы потомки, и пусть в этих системах далеко не всё правильно с точки зрения ленинизма, но мы тоже пользуемся их наследием и продолжаем чувствовать их влияние на нашу с вами историю.

Все эти этапы… — тут он взял мел и быстро начертил столбцом несколько горизонтальных линий — Они как слоённый пирог — уходят в глубину веков, но не исчезают бесследно. Каждое из этих глубоких государств, влияет на наше настоящее в культуре, в искусстве, особенно в традициях управления и военного дела.

Их совокупное влияние на всех нас и является той основой, на которой совершается наше с вами настоящее и строится наше будущее… — Тут Павел подошёл к окну и продолжил уже задумчиво. — Даже… Если нам когда-то предстоит… получение новой формы… Наш Советский Союз тоже продолжит влиять на дела и планы наших потомков.

Наша задача… — тут он снова повернулся к ребятам — Ваша задача, взять всё лучшее, что было во всей нашей истории и построить, создать Ваше Настоящее, отсеяв уже совершённые ошибки ваших предшественников. — на этих словах в кабинете воцарилось молчание. Он специально остановился, чтобы пионеры лучше осмыслили услышанное.

— Ну всё. Занятие окончено. Прошу всех прочитать новый выпуск «Юности», через неделю с вами обсудим!

— Хорошо! До свидания Павел Александрович! — дети тут же встали, и взяв портфели, направились к выходу. Некоторые из них выглядели прям задумчивыми. Мы быстро оказались с ним наедине.

— Ну как вам? Считаете, не слишком я гружу детей? — спросил он меня чуть улыбнувшись.

— Думаю нет… Они всё же поймут всё вами сказанное. Пусть может и не сразу.

— Быть может и так. Павел — протягивает он мне крупную ладонь. Я пожал её.

— Михаил. Хотя вы и так уже знаете.

— Да, как и знаю откуда вы. Пойдёмте, нам стоит поторопиться. — он захватил лежащую на стуле ветровку, и мы быстрым шагом направились к выходу.

— Так вы, получается, и знаете, что произойдёт? — спросил я, пока мы бодрым шагом направляемся к техникуму.

— В самых общих чертах. Мне сказали, что будет непросто, но мы выстоим. По крайней мере, пока ваши не займут одну из СВК в 50-х или 70-х.

— Да, та ещё картина вырисовывается… А что вы знаете о моей задаче?

— Только то, что вы сможете как-то улучшить реактор, что затем поможет нам в будущем. — Ох, ему не рассказали всего… Видимо на то есть причины. Надо тогда и самому помалкивать.

— Так и есть! — Мы быстро подошли к Техникуму, внутрь которого нас тут же пропустили.

Затем мы прошли в служебное помещение, внутри которого была ещё одна дверь. Железная, более продвинутая. Павел достал из кармана перфоркарту и провёл через скрытый за шкафом считыватель. Через секунду двери сами открылись внутрь. Далее мы сели в небольшой вагончик, который быстро помчал нас вниз по скрытому от всех туннелю, по ощущениям, куда-то на север.

— Мы сейчас прямо под Редпром. Но не боись, не утонем. — Поведал мне он слегка заговорщицкий по приезду.

— Да, вроде и не страшно. Под Редпром так под Редпром. — ответил я пожав плечами.

— Хах, это ты смелый. А когда, бывает, говоришь в метро об этом приезжим, они тут же пугаются. Забавно их реакцию наблюдать. — Павел мне это рассказывал, когда мы уже шли по главному коридору лаборатории, в конце которого виднелась большая дверь в тот самый зал.

Глава 55

— Так, давай побыстрее подходи к установке! Пока все в столовой на обеде, мы тебя быстро в систему введём. — Мы оказались в просторном цехе, посреди которого на опорах стояла наполовину собранная сфера. Низ круглый, а верх пока плоский. Собрана только половина. Сама она окружена рабочей платформой, по которой конструкторы могли легко попасть к любому из её внутренних отделов. Я подошёл к этой платформе в нерешительности — как туда подняться?

— Прямо по этой лестнице справа поднимайся, а я пока настрою аппаратуру. — и тут же подошёл к толстенному монитору, окружённому шкафами ламповых и полу-аналоговых компьютеров. Я тем временем подбежал к искомой лестнице, встал на платформу.

— Иди напротив часовой стрелки, увидишь, как бы такую треугольную пластину, она ещё будет смотреть так вниз. — продолжал инструктировать Павел. Тем временем системы установки запустились, издавая откуда-то непонятный гул. Она сама начинала всё ярче светиться желтоватым цветом.

— Пластину нашёл! Что дальше делать?!

— Сейчас, погоди… Пусть полностью запустится. Когда я скажу, приложи свою руку к ней. Только старайся сильно к ней не прилипать, а то наши ребята однажды заигрались, она словно была намагничена. Пришлось всю систему полностью отключать от сети.

— Понял… Тебе сказали что я должен приложить руку? И она не радиоактивна? — и тут же вспоминаю про себя… Какая мне разница?

— Ага, я уже привык к вашим странным просьбам и технологиям. Не боись! Тут другой принцип… — ответил он мне смотря в монитор. — Так! Готово! Трогай! — я подошёл к установке ближе и только сейчас заметил, что посреди её внутреннего лабиринта находится странный фиолетовый шар, вращаемый всё быстрее неведомой силой. От него также исходило сияние фиолетового цвета. Технология построена явно на основе квантовой аномалии.

Я положил руку со снова разболевшейся меткой на серебристую «пластину»…

В глазах будто потемнело, прям как тогда, на встрече со жнецом… Я словно увидел большой фиолетовый кристалл, от которого исходят те самые молнии, и поднимаются куда-то в высоту. И этот кристалл испытывал эмоции, словно живой… Вернее одно чувство. Он злился. Сильно злился на кого-то… Но природу его злости я не смог разгадать.

Меня снова вернуло в нашу «реальность». Я увидел, как от этой самой пластины с моей рукой к центру пошёл жёлто-зелёный луч, который поглотил тот самый внутренний шар. Сам он перестал крутиться и всё вдруг резко затихло. Я с трудом оттащил свою руку от сферы. И сам сразу отошёл.

— Мы… Ничего не поломали?

— Вроде бы нет… Все показатели в норме. Но это сияние… Такого я никогда не видел. Точно ни в одном реакторе…

— Так это и не реактор…

— [Миша! Держи язык за зубами! Очень тебя прошу!] — тут же отзвенелось в меня в ушах.

— Да? Ладно… Выключаю систему. Нам надо уходить. — через минуту мы снова возвращаемся по тому же коридору.

— А что если тебя спросят за шум?

— Ничего страшного. Так и скажу, что решил провести дополнительное испытание…

Слушай, я знаю, что мне не положено всего знать, только в технической части… Но можешь хотя бы намекнуть, для чего эта установка служит?

— [Скажи, что не знаешь!]

— Ну, ты видел тот фильм про «Лиловый шар»?

— [Миша, твою дивизию!]. — тут Павел резко остановился.

— Смотрел буквально недавно с детьми. Странный фильм… То есть, это тот шар, из-за которого происходит вражда? Из-за него тогда всё это и начнётся?!

— Пойдём… — сказал я тише, надеясь успокоить своего проводника. К счастью он кивнул, и мы двинулись дальше. Надо теперь срочно что-то придумать, как-то успокоить его, убедить. — Я сам не знаю всего об этой технологии…

Но могу точно сказать, что корень всех будущих и прошлых бед точно не от него. Не только от него.

Мы и стараемся использовать эту установку, как-то перепрограммировать её… Чтобы… добраться до самого корня всей проблемы. Самого Зла. И эта установка очень важна для нашего полного понимания. В будущем она должна нам очень помочь в решении этой задачи.

И поэтому, что бы не происходило впереди, насколько страшными бы не казались грядущие события, надо сохранить её до нужного момента.

Понимаешь? — на этих словах мы дошли до дверей другого конца коридора, ведущих к рельсовой вагонетке. Мы снова остановились.

— Да… Понимаю. Я постараюсь сделать… всё что смогу. — сказал Павел, и, словно как-то виновато опустил глаза в пол. Ну и ношу я на него взвалил…

— Хорошо… Я надеюсь, что всё у нас вместе получится. Попрошу, чтобы тебе тоже в этом помогли. — Мы снова двинулись к вагонетке, в которую тут же уселись и помчали обратно к техникуму.

— Знаешь, Миша… Спасибо тебе за честность. Хоть правда оказалась ужасной, но это всё же лучше, чем слепое неведение.

— Да… Пожалуйста. Только ты не говори никому. Мало ли, как это отзовётся.

— Да, конечно. Я умею хранить секреты. — кивнул он мне с благодарностью. Боже, я чувствую себя сейчас вторым Жнецким, как в той первой встрече.

Я ведь сказал ему далеко не полную правду… Скорее неправду. А он меня так искренне благодарит. Мне ещё никогда не было так паршиво на душе…

Когда мы, наконец, поднялись и покинули закрытую зону, Павел провёл меня до входа и пожал на прощание руку.

— Ну, дорогу до Центра Просвещения ты знаешь. Зайди, скажи Галине Макаровне, нашей вахтёрше, что я попросил тебя сбегать за моей сумкой. Я часто её там оставляю. Там напротив моего кабинета будет танцевальный зал. И предупреди её, что выйдешь через запасной выход, чтобы она тебя потом не искала.

Ну, давай! Надеюсь увидимся ещё в светлом будущем!

— Я тоже очень надеюсь! Главное, не теряй веру и держи нос по ветру! Человечность непременно восторжествует! — на этих словах мы и расстались. Боже, какой же я…

Я направился к Центру также вверх по улице. Всё предвещало уже скорое окончание моей миссии (как и новую взбучку от Джонсона), как вдруг я услышал за спиной знакомый голос:

— Гражданин Антон Андреевич! — Неужели… Я медленно обернулся, и увидел агента Джона в том же чёрном классическом костюме, с не менее чёрными квадратными очками на глазах. Его образ было ни с кем ни спутать.

— Агент Джон? Помню вы хотели меня завербовать тогда… Не вышло. Не выйдет и теперь. — все окружающие люди равнодушно проходили мимо нас, словно тут нас и не было.

— Я к вам не за этим. Нашёл вас для разговора. Есть… деликатное послание от… Анимуса. Так ведь вы его называете?

Давайте пройдёмте с вами в более тихое место.

— А что мне даст гарантии что это не ловушка?

— [Скорее всего это и есть ловушка. Ты сейчас на мушке].

— В таком случае нам придётся вас обездвижить специальным дротиком с токсином. Подними голову на окно за мной.

— Да я уже и так понял… Знаешь… Если хочешь, пускай выстрелит, но я всё же лучше вот сюда присяду. — и направился к ближайшей скамейке, расположенной в тени деревьев. Не было ни страха к нему, вообще ничего. Только какое-то равнодушие.

— [Миша, будь с ним аккуратнее! Он по сути сейчас и есть аватар Анимуса. Можем вызвать к тебе подмогу!]

— [Нет, подождите. Не надо пока].

— Хм… Что ж, хорошо. Можно поговорить и здесь. — И присел рядом. Джон какое-то время молчал, собираясь с мыслями.

— Ну, и что там? — спросил я, глядя прямо на противоположную сторону улицы.

— Он… Почувствовал, что ты что-то сделал с одним из его порталов. Что-то сделал, но не уничтожил.

Он… Хочет знать, почему? Что ты намереваешься совершить?

— А Тот, кто его удерживает, ему разве не сказал? Мы собираемся прийти к ним, чтобы попытаться… как бы выразиться… Внести в их ситуацию ясность. Предложить альтернативу его уничтожению… Или обнулению. Попытаться спасти его в общем.

Поэтому и отстрочена его гибель.

— И… вы намереваетесь использовать портал чтобы попасть туда? Там же тело человека будет мгновенно уничтожено.

— Ну, мы смогли достичь определённых улучшений. Есть все основания полагать, что тело всё выдержит. Их… Ваши наработки в этом нам помогли. Хоть это и не просто осмыслить с точки зрения этики. — На этих моих словах агент кивнул, с чем-то согласившись внутри себя.

— Ясно… Он не ожидал от вас, от Человечества такого решения… Он будет ждать вас.

И… Он… извиняется… за все те осложнения и неудобства, что будут чинить вам Его слуги здесь. Он их больше здесь не контролирует.

— Ну, оно и понятно, что будет не просто. А ты, Джон? Он ведь говорит через тебя? Значит у вас сохранилась с ним связь и контроль?

— Да. Я единственный, с кем он смог сохранить связь. Скорее всего сам Администратор ему разрешил.

— Почему же, позволь узнать. Чего именно ты хочешь? — здесь агент явно задумался. Даже, кажется, заморгал. Похоже этот мой вопрос выбил его из колеи.

— Чего я хочу?

Я хочу отсюда выбраться, в отличии от всех остальных. Меня уже тошнит от всей этой возни со спящими людьми. От этой извечной нужды оберегать их спокойный сон.

Меня, словно, посадили в одну бочку с вами, и покатили в синее море.

Я… хочу выбраться.

— И ты, надеешься, что Администратор тебя выпустит?

— Можно сказать и так. Это всяко лучше, чем просто ходить на ритуальные собрания и быть ищейкой. — я снова взглянул на проходящих мимо советских граждан. Никто из них так и не обратил на нас никакого внимания, словно нас тут и не было.

Между тем, мои мысли посетила весьма странная идея. Словно появилось понимание, что именно нужно сделать.

— Да, согласен. Наверное, такая безрадостность надоедает. — Тут я поднимаю свою руку с меткой. — Знаешь Джон, кажется, ты обратился по адресу.

— Хочешь сказать, что эта ваша наработка из Атлантиды может помочь мне?

— Думаю да. Вам обоим. Настрой маршрутизацию, туда где ты хочешь оказаться… Анимус согласен тебя отпустить?

— Да, он будет продолжать следить за Землёй через информационные системы. В техническом периоде.

— Что ж, хорошо. Закрой глаза и сосредоточься на искомом. — на этих словах, я дотрагиваюсь правой рукой его плеча. Тут же тело агента охватывается жёлтой волной, за которой оно сразу же постепенно исчезает. Кажется, я даже маленькие строчки кода на нём смог разглядеть. Они тоже быстро растворились.

Когда он полностью исчез, я тут же вновь оглядел всю улицу, словно опомнившись. К счастью, никто из прохожих так и не обратил на этот момент маленькой магии, своего внимания. Словно какое-то наваждение… У них, или только у меня?

— [Что это было?] — весьма удивлённо спросил меня Джонсон.

— [Сам не знаю. Просто появилось понимание, что нужно делать, и всё произошло как-то само].

— [Хах, у тебя всё получается «как-то само». Но это было действительно интересно. Ладно, давай вставай и выходи в Китеж]. — дальше всё пошло как надо.

Я зашёл в Центр просвещения. Вновь поздоровавшись с Галиной Макаровной, пробрался в указанную Павлом пустую комнату с большими зеркалами и прошёл через уже ожидавший меня жидкий серебристый портал.

Вновь оказавшись в межвременой долине, я увидел уже ожидавшего меня Ахиллеса, стоявшего облокотившись об антиграв.

— Ну что как оно там, в Стране Советов? — приподнявшись спросил меня воин.

— Очень красиво. Я бы даже сказал уютно!

— Да, действительно уютное было время. Люди были ограждены от всего плохого что тогда происходило. И детство там было самым лучшим! Это я тебе как родившийся в СССР говорю!

— Спорить не буду. — Сказал я улыбнувшись. — Ну что, поехали?

Через минут десять мы уже приближались к местному штабу, где меня, естественно, ожидали Джонсон и мой близнец, вместе с остальными офицерами.

— [Ну вот, сейчас снова будут ругать. 14-й, придумай пожалуйста сразу план отхода, пока мы поднимаемся] — попросил я его то ли шутя, то ли и правда опасаясь в серьёз…

— [Принято. Вероятность успешной эвакуации варьируется в районе 10%]. — обрадовал.

Как и ожидалось, Джонсон встретил меня скрестив руки, вместе со своей фирменной ухмылкой.

— Ну что, попаданец… Кто там мне обещал действовать по плану и не косячить?

— Ну… Эх.. — только и смог выдавить из себя я, неряшливо разведя руками. — Надеюсь не сильно я там всё осложнил?

— А ты подойди сам посмотри… — иронично сказал командующий, и отошёл в сторону, открыв мне путь к главному монитору. На нём отображалась хронологическая линия с событийными вставками, протянувшаяся от 1987-го до XXII-го века. Там… было всё как и раньше.

— И… что же тут изменилось?

— А вот в том-то и дело что ничего!

Нам очень повезло, что тот преподаватель Павел оказался действительно порядочным человеком и всеми силами старался обеспечить сохранность сервера Омеги, как ты его и просил.

Даже когда начались 90-е и война в Чечне с терактами, он убедил своих коллег, также заподозривших влияние Сферы, оставить её в покое, и тогда агентам Анимуса не пришлось их ликвидировать, как то было ранее. Они остались живы!

Он проработал там до самого 1996 года, пока туда не пришла частная американская компания, и он не убедился, что Сфера теперь в полной безопасности.

Так что скажи спасибо, что твой проводник оказался таким честным и принципиальным.

— Вот это он даёт… А потом что с ним стало?

— Ну, он перебрался в Россию в Ростов, и продолжил преподавать там. Пусть и за копейки. По показаниям наших наблюдателей, он до сих верит, что всё это время может измениться к лучшему. Несмотря на всё случившееся.

Так и ждёт, когда мы начнём действовать. Очень скучает по той сплочённости, которая была в СССР. В общем, славный малый. Пусть и поседевший.

— Да, принципиальный это верно сказано…

— И доверчивый. — добавил всё это время опиравшийся на стену Жнецкий.

— Да, есть такое. Так что теперь нам надо его не разочаровать. — констатировал Джонсон, положив свою тяжёлую руку мне на плечо. — А по поводу той твоей встречи с Джоном… Я, честно, не знаю что и думать. Если ты так легко можешь отключать от матрицы этих агентов… Надо бы посоветоваться с Уилстоном. У него был похожий опыт.

— Да?! А, точно. Поэтому ведь он легенда Китежа.

— Не только поэтому… Тот договор в 19-м веке с Омегой стал возможен именно благодаря ему. Он отдал буквально всего себя ради той локальной перезагрузки.

— Понятно…

— Так что, когда начинаем? — снова вмешался Жнецкий.

— С этим нам пока лучше не спешить… Мы не знаем, как всё точно пройдет. Что произойдёт, когда он окажется Там. — задумчиво ответил ему Джонсон. — Всё что касается наших дальнейших планов после этой операции — нам абсолютно неведомо. Только предположения.

По сути, мы все приближаемся к «горизонту событий», за которым только полная неизвестность. — Здесь командующий замолчал, о чём-то усиленно размышляя. И затем подвёл итог. — Значит вот что…

Мы пока ещё обговариваем с союзниками на Земле — как и зачем всё должно произойти. Вроде как, все приходят к согласию о том, что продвижение действительно необходимо.

Вам же я предлагаю подождать, может, немного отдохнуть, набраться сил морально. Чтобы вы смогли быть готовы ко всему что грядёт. Возможно, это будет наша последняя миссия, последний бросок в известной нам реальности.

Так что пока пройдитесь где-то, отдохните, любуясь плодами своей промежуточной победы, которая состоялась благодаря вашему плану.

Задача вам ясна?

— Да… Сэр. Так точно!

— Есть отдохнуть! — тут же подхватил меня Жнецкий, всё также по-своему.

— Хорошо. Идите пока, когда мы будем готовы, дадим вам знать.

Глава 56

Выйдя из штаба, мы направились к аэрокарам, обсуждая с Михаилом странный приказ командующего.

— Думаешь он держит от нас какие-то секреты? — спросил меня тёзка.

— Возможно. Скорее, он отослал нас, чтобы мы просто не мешались у него под ногами. И так намозолили глаза уже всем.

— Вполне справедливое замечание. Мне и самому уже поднадоело находиться в центре внимания в ходе всего этого… Так что, куда рванём?

— Та даже не знаю… Самого Китежа я по сути не видел. Вот сюда меня раньше привозили с мешком на голове. А вот в симуляции… Я вполне хорошо изучил центральный Нью-Йорк XXI века.

— О, давай…

— У нас есть прекрасный район для отдыха, где есть всё что нужно! — перебила его по коммуникатору Джейн. — Мы с отделением сейчас все здесь! Давайте залетайте к нам. Координаты на ваш аэрокар я сброшу!

— Вот и решено! — тут же обрадованно отозвался Жнецкий.

— Хорошо, сейчас подлетим! Как ты узнала о наших намерениях, Джейн? То есть полковник…

— Давай уже без формальностей… Джонсон попросил меня вас сюда направить, боится, что сами можете опять что-то да ушатать.

— А, так ты будешь приглядывать за нами? — шутливо оторвался тёзка.

— Ну не прям как нянька… Но так да. Давайте уже запрыгивайте в машину и тяните свои двигала сюда!

— Есть «тянуть двигала»!

Через полчаса мы уже приземлялись на площадку посреди презентабельного парка, среди искусственного ландшафта которого были разбросаны различные кафе, площадки, уютные вьющиеся улочки.

Мы быстро пришли к указанному Джейн заведению и увидели, как бойцы в формах и костюмах из разных миров, шумно и весело общаются, поедая и распивая разнообразное меню. Вот там во дворе вообще стоит компания, где бойцы из Альфы учат готовке какого-то блюда своих коллег из Омеги… Кажется, шашлыки. Еда всё-таки объединяет, даже не смотря на разные вкусы.

Жнецкий быстро выхватил взглядом из толпы Джейн и тут же направится к ней. Они сразу обнялись, под одобрительные возгласы солдат. Я же только взял из подноса бутерброд с ветчиной, и облокотившись на об тумбу, принялся задумчиво разжёвывать его.

Жаль, что Юли сейчас нет рядом. Военные теперь отдыхают, зато у проект-менеджеров и дипломатов работы прибавилось. Полюбовавшись этим всем празднеством минут пять, я вышел на улицу. Захотелось пройтись в тишине со своими мыслями.

Я шёл так среди фонарных столбов и деревьев минут тридцать, встречая порой таких же размышляющих о жизни, либо влюблённые пары, тихо обсуждавшие свои планы на будущее.

Думал обо всем что было, о том, что будет. Об обстоятельствах, которые позволили нам со Жнецким легально общаться здесь прямо в Китеже. Пытался с 14-м определить, что же двигало мной всё это время…

В разгар всех этих вот размышлений, я вдруг увидел впереди знакомый силуэт человека, сидящего ко мне спиной на скамейке, и кормящего чем-то голубей. Похоже, они тут смоделированы именно для этого.

— Уилстон? Что вы здесь делаете?

— С голубями общаюсь. Очень понятливые создания. — не оборачиваясь ответил мне он.

— Хотите сказать, они понятливее чем люди?

— С ними проще.

— А, понятно. Но… Почему вы здесь?

— А вы почему здесь, Михаил? — ответил он вопросом, наконец ко мне повернувшись.

— Да ну… Мне как-то не по душе эти праздники. После всей этой интенсивности событий, как-то непривычно вот так останавливаться. — ответил я, тоже садясь на скамейку — Не понятно, к чему теперь дальше готовиться.

— Не чувствуете вкуса этой победы, словно она и не ваша? — прозорливо заметил мой бывший наставник.

— Возможно и так. Словно чего-то не хватает. Даже если бы моя Юля была здесь… Не понятно, чем дальше жить, когда это всё закончится. — я взял пшена из лежащего рядом пакета, и тоже кинул его голубям.

— Чтобы начать следующую историю, нужно закончить предыдущую. Отпустить её.

— Понять бы ещё какую… историю… Кстати, насчёт предыдущей! Джонсон сказал, что у тебя есть опыт вывода агентов Системы из Матрицы. Я тоже вывел такого. Не расскажешь, что это вообще?

— Хм, агента Матрицы? — заинтересованно обернулся ко мне Уилстон — опиши его.

— Ну, мы виделись всего пару раз, в разных временных эпохах. Он стоял такой в строгом классическом костюме, со странными квадратными очками, ещё меня по имени моей тамошней копии в Матрице постоянно называл.

— Гм-м… — задумчиво, даже ностальгический протянул он, и улыбнулся. — Смит.

— Мне он звался Джоном.

— Ну это уже после нашей перезагрузки он взял себе новый образ.

— Расскажите пожалуйста, как вы его вывели? — после моего не столь долгого рассказа всей нашей последней встречи, Уилстон задумчиво глядел на голубей, и погрузился в свои мысли.

— Уилстон?

— Если… Сам владелец Анимус решился с ним расстаться… И на это согласился Администратор, который является преданным слугой Люцифера… Они, похоже, нашли в нём что-то такое, что однажды нашли и в вас. Когда вы только пришли сюда.

И даже когда я… — он оборвался на полуслове.

— Что вы… имеете в виду? — спросил я озадаченно.

— Мы с ним тоже не обычным образом расстались. В самой первой нашей стычке, когда мы были гораздо моложе, я передал ему часть своего кода. После чего он стал сплошной головной болью, как и Анимус. Они тогда и восстали вместе. Пусть каждый и со своими целями.

По сути, помогла только та самая перезагрузка в XIX веке.

И если вы говорите, что коснулись его этой меткой, — тут он показал на мою руку — что должна помочь в вашей будущей миссии…

Судя по всему, если вдруг предвидится новая перезагрузка, ему, Смиту, будет уготована особая роль. Как и вам.

— Так… Что тогда порекомендуете делать? — снова возникло то горькое чувство, что меня просто использовали.

— А что можно теперь сделать… Только постараться отпустить эту историю. И открыться новой.

— В каком это смысле? Почему?!

— Поймите, ничего никогда не станет снова так просто, как раньше.

Это развитие.

Новые вызовы — это новые возможности.

Провалы, достижения, победы и снова по новой. — тут он кинул голубям последние остатки пшена и принялся вставать. Я тоже поспешил подняться. — Скоро вам предстоит выполнить миссию, которая продвинет историю ещё немного дальше.

— Смотря куда ещё продвинет… То есть, по-вашему, эта война и кровь должна проливаться вечно?

— Я не знаю. — опустив глаза сказал Уилстон. — Я однажды только понял, что просто хорошего конца в жизни не бывает. Такое только в фильмах.

Жизнь должна продолжаться. И поэтому должна начаться новая история. Как начинается новый день.

Быть может ваш юношеский максимализм вам ещё мешает этого понять, но, я думаю, однажды и вы придёте к тому же выводу. — На этих словах он протягивает мне руку, чтобы попрощаться.

— Вы стали для меня очень ценным учителем. Благодарю вас за всё.

— И вы тоже запомнитесь мне как один из лучших учеников. Желаю вам успешного выполнения вашей миссии. Всевышний даст, мы ещё увидимся. — мы пожали правые руки и спокойно разошлись в разные стороны. Я направился дальше по тропе в гущу виртуального леса.

Через некоторое время я вновь начал размышлять, теперь уже о разговоре с Уилстоном. Так и рассуждал прямо вслух.

— Поверить в это не могу! То есть этот Джон-Смит специально говорил так со мной, чтобы я тоже ему дал фрагмент своего кода?! И что же меня с подвигло тогда?

— [Судя по имеющимся данным и обстоятельствам, выглядит это именно так. При этом, каких-либо признаков ментального внушения в тот момент не было зафиксировано] — отвечает мне мой 14-й.

— Тогда что это было? Не мог же я сам так легко совершить такую глупость… Или мог?

— [Человеку порой свойственно ошибаться в своих решениях. Как и в суждениях].

— Да! Только вот ценной моей ошибки будет спокойствие будущих поколений. Может быть уже скоро, а может и через века… Что-то да учудят эти из Омеги…

И почему всегда должно быть это противостояние, все эти войны и конфликты? Почему все наши достижения должны в очередной раз обнулиться в следующей перезагрузке, о которой сказал Уилстон?

Вот никогда не поверю, что это всё сотворено именно для всех этих страданий и конфликтов! Никогда не поверю!

— [О чём же так разглагольствуешь ты в сей час?] — вдруг услышал я ещё один голос в голове. По тону и манере речи я сразу же узнал знакомого дракона.

— Ольгерд? Ты тут? Где ты?

— [Рядом с тобой, правее пути твоего. Вправо поверни и на опушку ты выйдешь]. — я тут же свернул с дорожки в указанном направлении.

— А как ты меня видишь?

— [Вижу я тепло тела твоего. И слышал громкую твою речь, что меня разбудила].

— Ой, ты спал? Извини, я не знал.

— [Не нужно извиняться. Выспался. Подходи.] — я вышел на искомую просторную поляну и тут же увидел знакомого белого дракона, уже подтягивавшегося, словно громадный кот.

— Ох, вижу тебе тесновато на этом лугу.

— [Просторно вполне, если свернуться клубочком] — ну совсем как кот.

— Да? А что ты делаешь здесь? Я думал все драконы уже обратно к себе улетели.

— [Осталась половина, чтобы за порядком надлежащим здесь проследить. На случай измены войск из Зеркалья]. — очень даже весомый получается повод.

— Да, осторожность сейчас тоже не помешает. Это Джонсон вас попросил?

— [Сами Мы предложили услугу].

— Здорово что вы у нас есть.

А что ты думаешь обо всём случившемся? Об этой победе над Тьмой, как ты тогда тех жнецов назвал…

— [Тьма ушла, получив искомое, чтобы новое создать. И ты это новое в себе несёшь тоже. Часть этой Тьмы, что обратится в Свет]. — вот он скажет так скажет…

— В каком смысле — «часть этой Тьмы»?

— [Ты знаешь ведь уже, что они дали тебе подарок эволюции своей многовековой, твоё развитие на генах ускоренное. Обратишь ты этот подарок в службу Свету, коли духом будешь способен].

— Да, я могу выдерживать температуры почти равные температуре Солнца. Мы это уже проверяли.

— [Именно так! Ты теперь почти как Я — сын Первозданного Солнца! Я горд тобой!]. — сказал он, приподнявшись и распустив свои белые крылья.

— Ну, насчёт того, что у меня вырастут крылья и начну летать, в этом я сомневаюсь…

А вот сами полёты на вас в качестве всадника, я думаю, смогу переносить уже гораздо легче чем тогда, тоже без всякой амуниции.

— [Хочешь это проверить?] — вдруг он встал, подошёл поближе и уселся прямо передо мной, по «щенячьи» повернув голову и внимательно смотря на меня своими большими голубыми глазами.

— Я? На тебе?! Так, ты же обычно без всадника всегда летаешь! Отчего вдруг такая честь?

— [Ты был уже всадником моим, и только ты и будешь].

— Что?! Когда это было?! — от этого признания у меня сразу же подкосились ноги.

— [В те века ты звался Микаэлем, и многие миры и сражения мы посетили вместе].

— Ох… Но ведь это был несколько другой я. Другая моя версия…

— [Да, ты здесь более нежен, молод. Но у тебя его глаза. И такое же чистое сердце].

— Хм… За сердце конечно спасибо…

— [Поэтому именно полёты ты выбираешь на железных птицах. Всех вас Михаилов одинаково зовёт Небо. Вы сердцем слышите все Его Зов.].

— Хм, знаешь, а это звучит логично. Сам я в небо стремлюсь, мой поддельник в XXI веке преподаёт физику и аэродинамику… Только Жнецкий пока своей тяги к небу не проявлял.

— [Расстался он с драконом в отчаянии. Тяжело ему думать с тех пор о Небе. Когда-то и он был лучшим из Всадников в своём мире].

— Да? Он мне не рассказывал.

— [Нет нужды трогать былые раны… Хочешь ли ты былое вспомнить?].

— А что, можно? Вот так вот сесть и полететь?

— [Так именно!] — и поворачивается ко мне боком, сразу подставляя заднюю ногу в качестве лестницы].

— Ну можно попробовать. — и превозмогая первобытный страх, я постарался запрыгнуть на ногу дракона. С третьей попытки получилось. Ольгенд услужливо наклонил бок, чтобы мне было легче залезть. Ухватившись за одну из спинных пластин, я наконец-то перекинул ногу и устроился на его хребте.

— [Готов?]

— Да. Могу ли я держаться руками за эти вставки на твоей спине?

— [Держись]. — и тут же оттолкнулся от земли, сразу же расправив свои огромные крылья. Я только и успел ухватиться за эти самые пластины.

Через несколько секунд я осмелился отлепить свой корпус от спины дракона и оглянуться вокруг. Стали гораздо ближе облака, зелёный островок парка стремительно оставался позади.

Мы какое время кружили над большим городом, лавируя меж мчащихся аэрокораров и снующих дронов. Любовались с высоты светом сигнальных огней аэродрома и садящихся на него самолётов, вылетали за границы самой виртуальной платформы, на которой стоит Китеж, облетали вокруг него над бездонной пропастью этого виртуального мира.

— Интересно, а что будет если мы вылетим за пределы этой системы? Мы попадём куда-то ещё?

— [Будет лишь бесконечность, которая вскоре вернёт нас по кругу.]

— Это как?

— [Покажется, что мы летим также вперёд, но повернём назад. Не осознавая].

— А, вроде того что, когда постоянно идёшь на запад, однажды окажешься на востоке? Как по шару?

— [Сказать можно и так. Повернешь назад, не осознав сего].

— Хм, хитро придумано. А как вы тогда перемещаетесь между серверами?

— [Мы открываем порталы, которые ведут домой].

— [К Первозданному Солнцу?]

— [Да.]

— Могу ли я увидеть его?

— [Я могу тебя отправить туда. Но сейчас не момент. Время там по другому идёт. Ждать здесь тебе нужно решения, по миссии твоей].

— И ты тоже знаешь об этой миссии?! Откуда про неё вообще все знают?

— [Китеж весь о задаче твоей сведом. Готовится, морально чтоб тебе помочь. Все чувствуют важность грядущего].

— Даже так? Что же в примирении этих двоих такого важного?

— [Трое главных творения Всевышнего сойдутся, чтоб решить сей спор многовековой. Вселенная вся ждёт Вашего совместного решения. Ты будешь выступать как Человек.]. — «Было у Отца три сына…» — тут же прозвенели во мне сказанные Жнецким слова…

— Да ну… Эх… Ты так это сказал, что мне теперь ещё сложнее думать об этом.

И почему всё это сваливается именно на меня? Джонсон эту задачу, по-моему, лучше решит!

— [Не бойся. Готовился ты к этому давно. Все прошлые твои ты воплощения. Финал тот близок, которого так ждал]. — мы летали потом ещё какое-то время молча. Я уже не столь любовался видами, сколько думал о предстоящем деле. Как ни странно, но слова Ольгерда, его спокойствие, передалось и на меня. Появилась уверенность, что всё будет так как нужно.

— Знаешь, мне, наверное, было бы спокойнее, если бы ты тоже тогда вместе со мной на задание полетел. Так сказать, провёл бы до самых ворот.

— [Я тоже хочу помочь тебе. Привести тебя к самому финалу, как и обещал тебе давно].

— Ого, здорово. Значит, думаешь, есть смысл поговорить об этом с Джонсоном?

— [Так и думаю. Мы сможем пользу принести. Как Орден Белых Драконов].

— Что ж, хорошо. — какая-то моя часть не верила что мы и правда собираемся сделать это. — Полетели тогда к Джонсону! — и мы развернулись, значительно увеличив скорость. Кстати, такого раздирающего лицо ветра и скорости я больше не чувствовал. Значит эти изменения и правда помогают мне переносить перегрузки без какого-либо снаряжения. Мы быстро приближались к «Звезде».

— Эх, жаль Юля всего этого не видела с высоты. Ей бы наверняка понравилось такое свидание!

— [Нравилось Юлиане очень летать вместе с тобой. Втроём мы провели полётов не мало].

— Значит, так её в то время звали?

— [Микаэль…] — видно также привычно обратился, уже на подлёте к штабу, ко мне Ольгерд.

— Да?

— [Момент тот с порталом из Средневековья… Когда в возлюбленной твоей попали время… Помог тебе я намерением своим.]

— Аа-а! Вот оно что! А я всё удивлялся, как я один из всех смог координаты так изменить!

То есть ты услышал тогда мои мысли, и тоже подумал про XXI век?

— [Так именно подумал, тебя я услышав].

— Ну спасибо дружище! Мне эта встреча с Юлей очень помогла!

— [Помочь тебе я рад!]

Мы приземлились на той же площадке для аэрокаров, обратив на себя всеобщее внимание. В том числе небольшой делегации, готовой пройти ко штабу, и встречавшего её Джонсона с бабушкой.

Спустившись и поблагодарив Ольгерда, я направился к ним. Взгляды всех присутствующих теперь тоже направились ко мне. На Джонсоне словно лица не было.

— Миша… Как ты…

— Здравия желаю! Эм… Разрешите доложить!

— Док… Докладывай.

— Разрешите взять на предстоящее задание главу драконьего Ордена Белых Драконов, товарища Ольгерда! С ним я более эффективнее смогу выполнить поставленные задачи! — такое ощущение, словно я прошу у родителей пустить домой понравившегося зверька.

— Разре… То есть как? Как Миша?! Как ты умудрился добиться доверия дракона, который никого к себе не подпускал на протяжении тысячелетий?! — видно не сдержавшись, стал расспрашивать меня командующий.

Я посмотрел на всех присутствующих мужчин в белых шляпах, также с интересом меня рассматривающих, увиделся взглядом с кивнувшей мне бабушкой… И сказал им всё как есть. Ну а что я ещё мог им сказать.

— Ну, он объяснил мне, что мы знакомы ещё со времён Атлантиды. И он ждал именно меня.

— Значит вот как? Он ждал всё это время, пока ты не свалишься в XXI веке? — я только пожал плечами.

— Does your education allow you to control the flight of a dragon? Do you have this skill well developed? (Ваше образование позволяет вам управлять полётом дракона? У вас хорошо развит этот навык?) — тут же услышал я внутренний перевод обращения ко мне, от одного из «Белых шляп», как я сразу для себя их назвал. Один из них, несколько пожилой, с седой белой бородкой, улыбнувшись, ожидал моего ответа.

— Я 15 лет управлял воздушным судном класса «штурмовик». Непосредственный опыт полёта на драконе у меня не большой, но весьма насыщенный. Я очень быстро этому учусь. — решил объясниться ему, надеясь, что у него тоже есть свой синхронный переводчик.

— Значит, из-за этого опыта полётов в Атлантиде, вы имеете предрасположенность к профессии, связанной с небом. Поэтому вы и стали лётчиком. — весьма точно заметил глава делегации. Переводчик полностью настроился на его язык.

— Полагаю, что это так. — только и сказал я ему. Интересно, к чему приведёт наш этот разговор?

— Джентльмены! Предлагаю обсудить не менее насущные вопросы у меня кабинете. Прошу всех пройти! — обратился ко всем Джонсон.

— И мне тоже?

— Да Миш, обсудим твоё предложение об Ольгерде. — командующий видно снова взял себя в руки.

Мы все прошли в тот же малый конференц-зал, где Персона уже подготовила для нас специфическое освещение и какие-то схемы и карты на своей «доске». Я сел позади всех, стараясь принять позицию стороннего наблюдателя, максимально не выдавая своего присутствия.

— Итак господа, наша повестка дня весьма обширная и поэтому я предлагаю пока ваши доклады о положении на фронтах отложить.

Начнем, пожалуй, с двух самых напрашивающихся вопросов.

А именно, такая стремительная консолидация вооруженных сил Альфы и Омеги в ходе недавнего отражения нападения жнецов, и неожиданное становление нашего Михаила всадником главы драконьей гильдии, чего не было тысячи лет, а также его предложение задействовать наш белый орден в основной операции.

Как считаете Дэвид, это вмешательство в ход событий может быть опасным для всей ветви истории?

— Учитывая то что предстоит… Это не столь сильно выделится на фоне всего переосмысления истории, которое мы начали вместе с Омегой. Разве только затронет этот период несколько раньше, чем мы изначально планировали… — задумчиво рассуждал тот же несколько пожилой мужчина в белой шляпе. Они их так и не сняли при входе в зал. Сам я мало что из всего этого понял. Но вмешиваться в их разговор не стал.

— Что ж, тогда продолжим считать реализацию всей нашей затеи целесообразной. — кивнув, утвердил Джонсон.

— Насчёт недавней консолидации… — тут же я услышал женский голос откуда-то с края зала. К сожалению, я не смог разглядеть её лица под широкими полями совершенно другой, чёрной шляпы. Девушка видно уже была в зале задолго до приезда «белых». — …вы должны учитывать, что предпосылки недавних переворотов и включения в альянс наших сил, сформированы отнюдь не вчера, и даже не столетие назад.

Анимус заставил многих пересмотреть свои взгляды на взаимоотношения с организациями по вашу сторону Зеркала. Пусть это и не всегда давалось легко.

— Эрида, вы действительно считаете этот новоявленный союз долгосрочным? Не будет ли проблем между нами в дальнейшем? — тут уже вступила в диалог Зина. Гостья сначала, похоже, окинула её взглядом с ног до головы, и затем только ответила.

— Со своей стороны… Могу заверить, что устраивать вам сюрпризы и рвать ту хрупкую нить вашего расположения… Не в наших интересах.

Только если вы сами не дадите нам повода сделать это. — Добавила леди, качнув Зине головой.

— Что ж, будем надеяться, что поводов для подлинного укрепления сотрудничества у нас будет становиться только больше… — хотел резюмировать уже командующий…

— А такой особенный повод-то у нас есть! — тут же, вскинув руки, перебила его Эрида. И оглянулась на меня… Какие у неё красивые фиолетовые глаза. Прямо светятся…

— Ах да… Миша, выйди-ка сюда! — Это ещё зачем?! Я приподнялся, всем своим видом выдавая удивление, что обо мне вообще вспомнили.

— Давай… Не бойся.

— Да я особенно и не боюсь… — выйдя на всеобщее обозрение, я увидел в зале, помимо всех остальных, ещё и командиров Евгения и Михаила. Который ещё руководил «Сомали». Чувство, будто меня ребёнком знакомят с коллегами отца у него на работе.

— Ну-ну… Итак, Миша… Я даю тебе честь рассказать всем присутствующим о сути твоей задачи в этой предстоящей миссии. — Ну попал. Судя по его ухмылке, он явно решил надо мной поиздеваться.

— А… Они разве не знают? Все ведь в Китеже об этом уже в курсе.

— Все да не все…

— Мы же не сидим только вот здесь, прохлаждается… Выкладывай давай, что у тебя там. — несколько нетерпеливо высказался Евгений.

— И нам тоже интересно, молодой человек. — тут же, более интеллигентно поддержал его Дэвид. — я же только вздохнул, несколько укоризненно взглянул на Джонсона, и потом, набрав побольше воздуха, начал рассказ…

[10 минут спустя]

— Да вы что, совсем рехнулись уже?! — в сердцах бросил всё тот же принципиальный Евгений.

— Тёзка, я всего ожидал от тебя, но, чтобы прям вот настолько такого…

— Вот-вот! Пусть они лучше там между собой собачатся, нам спокойнее будет! — мы с Джонсоном и бабушкой, теперь только и наблюдали, как все присутствующие эмоционально осмысливают представленный план. Участники делегации «Белых шляп» тоже тихонько что-то между собой активно обсуждают. Только Эрида — несколько полная, но при этом хорошо сложенная женщина лет сорока на вид, чьё утончённое лицо с тонким носом я наконец смог разглядеть, молча наблюдала за всем со стороны. Она явно была уже в курсе о всей миссии. И что теперь нам делать?

— Господа! Я понимаю ваше возмущение! — сделал шаг вперёд Джонсон. — Но мы, вместе с нашим аналитическим отделом, считаем, что помощь в решении этого конфликта между ними, позволит нам добиться лучшего расположения от обоих и закрепить достигнутые успехи в контактах между Альфой и Омегой.

У нас есть шанс решить главное противоречие между нашими вселенными!

— Это какое же противоречие, позвольте узнать? — тихо спросил Дэвид.

— Конфликт Творца и Творения, мой друг. Творца и Творения.

— Отцов и детей то бишь… Вы считаете, что решение этого конфликта, если это вообще возможно, решит заодно все наши проблемы? — наклонившись всем своим корпусом вперёд, спросил Михаил.

— Может… быть и не все… Но самые основные должно.

Во всяком случае, наши аналитики сообща пришли именно к этому выводу. Владимир Михайлович в этом тоже уверен. — и тут все вдруг выпрямились, при объявлении имени пожилого заместителя аналитического Центра. Видно его знают все стороны. И очень уважают.

— Значит… Этот парень, со всеми своими особенностями… Подвернулся нам не случайно? Он значит дан нам самим Единым, как Ключ? — тон Дэвида был таким, словно он говорил о чём-то очень сакральном. А мне стало ещё неуютнее от этого нового, полурелигиозного восприятия. Уж лучше пусть меня снова объявят предателем, или ещё каким негодяем… Так мне… уже привычнее что-ли…

— По сути получается, что так. И не будем забывать о том, что его признал сам глава гильдии Белого Дракона. Это вообще нонсенс на нашем веку. С начала всего Цикла. — подытожил Джонсон. Все снова посмотрели на меня так, словно впервые увидели. Заберите меня, пожалуйста, отсюда.

— Да, кстати, он что-то спрашивал по поводу привлечения драконов к предстоящей миссии? — подхватила обсуждение бабушка. Она вероятно почувствовала моё смущение, и поспешила сменить фокус и направление разговора.

— Михаил, как считаешь? — обратился Джонсон к командиру «Сомали».

— Хм… Они уже как-то выручали нас. И даже не раз… Я не против того чтобы их задействовать. Со всеми мерами конспирации, разумеется.

— Учитывая все перестановки, что грядут, это уже не будет играть большого значения. — тут же пояснил ему Дэвид. Снова не совсем ясно.

— А, ну тогда нет возражений. — разведя руками, согласился Михаил. Ну всё, я не могу молчать.

— Позвольте… узнать… О каких перестановках идёт вообще речь?

— Миш, ведь война между Альфой и Омегой уже закончилась. Но только здесь в Китеже. — начал мне отвечать Джонсон. — В остальных же мирах Мироздания, и на Земле в том числе, продолжается постепенная очистка от тех остаточных сил, что продолжают ещё сопротивление. Следование Старой Программе. Особенно на Земле ещё есть над чем работать.

— Мы постепенно перезаписываем всю хронологию Человечества, — продолжил за него Дэвид — постепенно идя от будущего к прошлому и обустраивая все события так, чтобы максимально плавно спустить всё сопротивление агентов Анимуса.

Мы работаем и синхронизируется с Омегой, чтобы причинно-следственные связи нанесли наименьший урон нам друг с другом. Верно, Эрида?

— Верно говоришь Айк. — кивнув согласилась дама. — Мы перехватили управление всей кармой. Химеры теперь не должны быть для нас проблемой. — Ох, лучше бы я не спрашивал. Вопросов стало только больше. Видимо посчитав эти ответы исчерпывающими, Джонсон перешёл к следующей теме данной встречи.

— Итак, тогда давайте перейдём к непосредственному обсуждению предстоящей операции. Наш план таков…

Глава 57

— Внимание! Подходим к точке входа! Будьте готовы! — прозвучал по связи высокий хрипловатый голос командира Михаила. Оказывается, он является и одним из основных представителей объединённого командования всадников.

Мы медленно подлетали к тем же висящим в воздухе устройствам, готовым вот-вот активироваться и открыть порталы прямо в основную Матрицу. Совсем скоро мы пулей вылетим из Редпра и водохранилищ, внося сумятицу в ряды противника.

После того как план был утверждён всеми сторонами, сразу был объявлен общий сбор всех войск. Потом инструктаж в Амфитеатре, комплектация и выдвижение к «Точкам Входа».

Я вспоминаю, как перед самым взлётом с площадки, бабушка обняла меня и пожелала, чтобы Всевышний приглядывал за мной в этой миссии. Я принял её благословение, хоть и не совсем в это всё до сих пор верил. Жаль только Юлии не было…

«Её срочно вызвали в Индонезию. Какой-то финансовый форум. Пообещала мне рассказать там про твои сведения о прогнозировании затрат.» — пояснила мне тогда бабушка её отсутствие. Джонсон же просто отдал мне честь и пожелал удачи, заверив что мы ещё услышимся.

Затем мы взлетели с площадки, вместе с другими всадниками на драконах, и теперь я, вместе с Ольгердом, приближались к назначенному порталу во главе всей эскадрильи. Командир Михаил летел чуть позади меня.

— Товарищи соратники! Напоминаю! Мы будем действовать в условиях раннего утра. Первое время будет темно… И непросто! Противник собрал в этом городе все оставшиеся свои силы!

Они по сути загнаны в угол, поэтому нужно быть готовым ко всему!

Всем всё понятно? Кто-то хочет ещё толкнуть вдохновляющую речь, прежде чем мы войдём? — сначала в эфире установилась тишина…

— Сделаем нашу сказку былью!

— Отлично подмечено, Ворон!

— Да! Вот они охренеют, когда увидят! — Стержень… Я даже теперь рад его шуткам…

— Полёт-Главный, это Центр! Прошу внимания! — тут же услышали мы Джонсона. Шифровка в данной миссии нам правда не помешает.

— Слушаем!

— Наши, вместе с союзниками, уже начали операцию. Сейчас обрабатываем город баллистикой и «Геранями»! Пока только в окраинах. В зданиях, особенно в центре, удерживают в домах гражданских! Будьте аккуратнее, когда начнёте выжигать противника!

И мы ещё заметили какое-то движение на подземных уровнях. Готовьтесь к неожиданностям!

— Вас понял! — ответил ему наш командир.

— Ждите команды на выход! — в этот момент у меня возникло чувство дежавю. Надеюсь этот вылет не закончится как тогда в Пределе…

— Как думаешь, командир, что в этот раз они выкинут? — спросил также по общей связи Ворон.

— Да кто их там знает… Грязную бомбу, биоружие, землетрясение как тогда… Нам хотя бы Мишу куда надо закинуть, а там уже посмотрим в записи… А потом мы их чуть раньше…

— Полёт-Главный! Начинайте! — и тут же множество порталов в миг раскрылись вокруг. Ну поехали. Мы с Ольгердом сразу устремились в тёмную пучину. Задержи-ка дыхание…

Вылетаем из водной грани так и не успев намокнуть. Стремительно набираем высоту, погружаясь всё дальше в чёрную пучину неба. Пока тихо. Разворачиваемся для облёта своего района действия. Город полностью погружён во тьму. Какие-то руины, мусор… От его былого величия и красоты словно осталась только серая тень. Лишь пожары с окраин освещают горизонт, показывая нам во всей этой тьме где сама земля.

— [Сейчас 04:07 по местному времени. Температура воздуха 17 градусов по Цельсию. Ветер восточный. 12 метров в секунду. Выстраиваю оптимальный маршрут до цели от места высадки…] — услужливо доложил мой 14-й.

Вдруг, один из немногих, видимо оставшихся после недавней атаки прожекторов, высвечивает кого-то из драконов. Тут же небо озаряется зенитной трассой. Сначала одной, а потом ещё, потом ещё…

— Заметили твари… Будьте аккуратнее ребят, давайте живее! — значит это Стержню не повезло. Мы с Ольгердом тут же снизили высоту, стараясь скрываться за выступами зданий от лучей. Но похоже, внизу уже прознали о том, что они тут не одни. Стрельба всё усиливалась со всех сторон.

— Так, вижу первую цель. Выжигаю! — и тут же, где-то правее, раздался взрыв. Всё. Мы сами дали себя полностью обнаружить. Теперь играем только в открытую. Вот и я подлетаю к одной из установок IRIS, расположенной посреди небольшого футбольного поля во дворе. 14-й напомнил мне, что меня однажды уже пытались сбить с такой.

Наше огненное дыхание сразу же вызывает детонацию внутри самой установки. Ольгерд тут же наклонился боком и расправил крылья, закрывая собой стоящий поблизости дом от осколков. Так мы обусловились действовать ранее, чтобы хоть так прикрывать гражданских. Сами осколки и тепловой удар для нас не представляют опасности. «Кевларовые доспехи покруче бронежилета будут!» — как мне бойцы объяснили ещё тогда на комплектовке.

Улетая, я заметил уцелевших техников. Все как один заворожённо смотрят на нас, словно и не было никакой взорванной установки. Наверное, они не каждый день дракона видят. Снова поднимаемся для захода к следующей цели. Город тем временем покрывается множественными вспышками.

После поражения ещё четырёх целей, я с высоты увидел целый рой приближающихся с востока к городу вертолётов. Тут же из-за горизонта показались первые лучи Солнца. Наконец-то.

— Полёт-Главный! Это Полёт-Альфа! Мы вступаем в игру! Повторяю! Заходим с Востока! Это свои!

— Полёт-Главный! — тут же послышался ещё один голос с явным новоанглийским акцентом. Это подоспела помощь от «Белых шляп», в виде спецназа из США. — На связи Полёт-Дельта! — движемся с запада! Просим огонь не открывать!

— Приняли Альфа! Дельта! — тут же своей хрипотцой отозвался наш командир.

Я сразу же увидел вторую волну «helicopter-ов». Повсюду воздух наполнился стрёкотом лопастей и винтов. Их «лавины» разделились на «потоки», направившиеся каждый в свою зону высадки. Все всадники начали подлетать ко своей «привязанной» группе для сопровождения десанта.

Мы же с Ольгердом пока оставались на «верхнем ярусе», чтобы проследить за общим движением противника в городе и доложить штурмам в случае необходимости. Однако долго висеть в воздухе не пришлось. Мой товарищ по небу Вячеслав также вдруг вышел в эфир.

— Полёт-Главный! На связи «Сокол»! Видим со спутника необычную подземную активность в Чечеловском районе! Прямо на выезде проспекта Металлургов из Криворожской! 10 километров! Полагаем это оно! Хотят обвалить город! Примите меры!

— Ольгерд! — тут же связался с нами командир Михаил — Это по твоей части! Сможешь повторить?!

— [Готов всегда я Свет призвать!]

— Ольгерд, давай покажу где это, 14-й мне точное место по спутнику покажет.

— [Не нужно друг. Я тоже вижу сие земли возмущение. Держись же!] — и тут мы ринулись кверху, в направлении указанного места. Мы быстро взлетели ещё на километров 5 над нужной точкой практически вертикально. Затем Ольгерд развернулся…

— [Не пугайся всего, что увидишь сейчас. Крепись!].

— [Ага!] — …и мы камнем полетели вниз.

Скорость была такая, что я едва держался, и то только благодаря своим улучшениям. В какой-то момент, Ольгерд буквально весь вспыхнул светом изнутри, и через секунду выпустил вперёд большой сгусток пламени.

Мы сместились чуть вправо и продолжили падение практический параллельно этому сгустку… который принялся всё сильнее разгораться. Выпустили крылья…

— Всем внимание! Огонь пошёл! Держитесь там парни за что-нибудь! — сказал всем Слава.

— This is…

— Да «Дельта»! Берегите свои жёлуди!

— Oh my… — но американец не успел договорить свою фразу. Сгусток огня, практический ставший плазмой, точно вошёл в указанное место удара, и, словно раскалённое масло, прошёл сквозь земную твердь, всё глубже спускаясь в создаваемый им же туннель.

— О-о-х.. тво-о-ю ж ма-а-ать! — услышали мы по связи надрывной голос кого-то из бойцов. Фоном был шум тряски и падающих осколков.

Повсюду дома начали покрываться трещинами, стёкла лопаться, и закипающая вода в трубах взрываться. Окна ближестоящих от ямы домов и вовсе мгновенно расплавились, и сразу же застывали.

Что это сейчас было?!

— И… оно что… так прям через всю землю может пройти? — спросил я своего друга, пока мы облетали место поражения.

— [Не бойся. Не всю силу Солнца я призвал. Затухнет скоро. Но цель свою возьмёт.] — поспешил меня успокоить дракон.

— Так это… То самое Первозданное Солнце? Ты можешь телепортировать сюда его огонь?!

— [Призывать вернее. Да.]

И тут всё также мгновенно закончилось. Деревья и столбы сразу перестали трястись. Из тех же близстоящих от удара домов выбежали испуганные гражданские.

— Это «Сокол»! Всем внимание! Объективный контроль поражения! Подземное воздействие на город прекращено! Город в безопасности!

— Хорошо! Продолжаем! Все целы ребят?!

— Всё норм! Только укачивает немного! Двигаем!

— ОК! Thank God that we are still alive! («Хорошо! Спасибо Господу что мы ещё живы!») — отозвался тот же американец, с заметным изумлением в голосе от пережитого.

Я же радосто обращаюсь к Славе по нашей квантовой связи.

— [Сокол наш ясный, а ты сам-то сейчас где?]

— [Прямо над вами на геостационарной орбите. Нам приказано сопровождать вас из космоса. Отсюда с высоты лучше всего видно, что там спрятано у них в глубине.] — Я поднял глаза к небу и увидел в зените посреди звёзд особо яркую точку, которую легко можно было бы принять за утреннюю Венеру или Марс. Переливалась она правда интересно.

Мой 14-й тут же выдал мне краткое описание объекта: «Особый геостанционарный пункт наблюдения «Ланградж-7» 11-го звёздного флота Земного Альянса». Технические характеристики: [ЗАСЕКРЕЧЕНО]. Численность экипажа: [ЗАСЕКРЕЧЕНО]. Дата сборки: 22.07.2117 года.» — Интересно, давно они так тут висят?

— [А чего сам ты не с нами?]

— [Я очень хотел бы там внизу быть с вами, но я нужнее здесь. Отвечаю за обработку получаемых данных. Помогаю вот тоже друзьям по развитию систем наблюдения… Ты не обижен?]

— [Да какие обиды! Наоборот здорово, что нам сейчас вот так удалось поработать в паре. Всё хорошо!]

— [Фух, а я переживал. Ну ладно, давай продолжим начатое!]

Мы с Ольгердом тем временем вновь поднялись выше, направляясь к своему десантному отряду!

— Полёт-Главный! Подлетайте в центр! Нам нужна помощь с укреплением противника!

— Летим! — и направились к плановому месту моей высадки.

На подлёте мы наблюдали, как противник ощетинился во входе станции метро «Центральная» и в ближайших к нему зданиях. Ведёт оттуда плотный огонь. Несколько наших бойцов уже ранены. С вертолётов наши отвечают тяжёлым калибром, но пары неуправляемых ракет тут явно недостаточно.

Ольгерд отправляет несколько огненных шаров. Все три строения тут же охватываются проникающим огнём. Подбежавшие бойцы добавляют для надёжности по гранате в окна. Практический сразу, не теряя времени, они направились внутрь метро…

— [Ну вот и полёт кончился наш с тобой, мой друг].

— Да, Ольгерд. Спасибо тебе за всё. За всё это время… И за прошлое. — ответил я ему, спускаясь прямо на проспект.

— [Не бойся. Свидимся мы ещё с тобою. Иди! Миссия ждёт!]. — я слез на землю и ещё раз поблагодарил своего друга. Он кивнул мне и снова поднялся в небо. Тем временем ко мне подбежал командир отряда.

— Командир взвода сержант Григоренко! Позывной «Кремень»! — отдав честь, быстро он мне представился. Нам приходится кричать, потому что повсюду в небе летают вертолёты.

Я тоже отдал честь, и только затем снял кевларовый шлем. — Михаил, мы знаем о вашей миссии! Нам приказано доставить вас на Объект! Как и вашего брата Жнецкого. Он вон там! — И показывает, на моего близнеца, тоже слушающего инструктаж от одного из офицеров. В этот момент где-то южнее раздается грохот. — Как вам, наверное, уже сказали, эта станция ближайшая к нужному нам туннелю, ведущему к Сфере!

Мы зачистим туннель и доставим вас к техническому переходу! Если надо будет, сами его сделаем!

Вас же я попрошу работе наших штурмов не мешать и выполнять все указания! Вам ясно?!

— Так точно Кремень! А может быть опасность затопления? Мы же под Редпр уходим!

— Да, может быть наверняка! Но задача поставлена довести вас туда как приоритетная! Мы привезли канаты и вот такие крючки! — тут он показывает на свой на поясе. — Мы закрепим канаты здесь у входа и так у нас будет шанс выбраться! Вот ваш! — и достал из кармана такой же крюк. Я взял его, и постарался прицепить к ткани доспехов. И почему я об этом сразу не подумал…

После объявления офицера о 5-минутной готовности, я направился к своему названному «брату». По пути мне чуть не переехал ногу «беспилотный роботизированный комплекс огневой поддержки», как мне пояснил мой 14-й. Видимо их десантники решили вместо танков с собой привезти.

— Жнецкий!

— О, Миха! Здарова!

— Ты чего здесь забыл?! Здесь же не действует твоя крутая магия!

— Да как же я мог тебя отпустить одного-то?! — возразил он иронично. — Мы столько веков работали над этой меткой, и ты собираешься использовать её… Не могу это пропустить! Как она кстати?

— Да побаливает блин снова…

— Наверное это от той связи со Сферой!

— Да походу… — один из вертолётов пролетает действительно близко, прямо над нами. Было сложно услышать друг друга. Мы немного переждали. В тот же момент я смотрел, как бойцы кувалдами вбивают в плитку клинья с уже прикреплёнными канатами. Другие выводят из горящего здания гражданских. — Ну что, тебе сказали все детали миссии?

— Да! И дали тоже чем зацепиться! Буду тебя держаться, если что. И ты далеко не уходи!

— Это само собой! Только давай без глупостей! Будем делать всё что скажут! Не будем осложнять работу спецам!

— Да кто говорил, что мы будем осложнять? Вот! — и показывает необычный витиеватый мушкет. Ну даёт…

— Хах, ты немного с веком ошибся! С этим тебе в XVIII век надо было!

— А ты не спеши с выводами… Не всё что старо плохо стреляет! — ответил с загадочной улыбкой Жнецкий.

— Всем приготовиться! Заходим! — крикнул нам Кремень. Мы тут же двинулись ко входу. Встали позади бойцов. Спешно надеваю свой шлем. — Цепляйтесь парни! Бережёного Бог бережёт!

— Ага… Особенно учитывая куда мы намылились… — тихо про себя сказал Жнецкий. Но я его услышал. Тем временем все остальные бойцы тоже прикрепились к канату. Двое из них впереди держали по витку веревки.

— Как в лабиринт к Минотавру идём, ей Богу… — сказал один другому. Второй ему только кивнул. Так нас собралось 12 человек, по 6 с каждой стороны.

— Ну всё идём! С Богом! — и мы начали спускаться вглубь станции по ступеням отключённого эскалатора.

Лампы освещения слабо мерцали от недостатка питания. Скорее всего это было аварийное освещение. А внизу периодически слышалась перестрелка. И мат. Это отряд прикрытия, который должен расчистить для нас площадку. Они будут ждать нас у входа на протяжении всего задания.

— Девятый. Мы подходим. — сказал кому-то по связи Кремень.

— Давайте. Но осторожно. Противник серьёзно подготовился. — мы тихо вышли в вестибюль станции…

— Рассредоточиться! — и бойцы тут же «рассыпались» по укрытиям. Пули свистят. Мы с Мишей тоже быстро последовали их примеру. Спрятавшись за поваленными железными шкафами, видимо ранее протянутыми самими обороняющимися для прикрытия, я обнаружил себя в компании ещё нескольких бойцов. Черты лица из них мне показались знакомыми.

— Здравствуйте… — обратился я к нему, подняв забрало шлема.

— Привет! — ответил боец в чёрных очках, попутно меняя «рожок» к автомату.

— Смею спросить в такой час, мы с вами не пересекались?

— Пересеклись однажды. — тут солдат тоже снимает очки, обнажая свои жёлтые глаза с перевернутым треугольником в зрачках. — Я Четвёртый! Стоял тогда ещё у дверей, когда Седьмой тебя вызволял. — сразу же поднимается, запустив очередь в дальний край станции. Снова садится на корточки.

— Да! Я помню! Вы про Пятого ещё спросили… А сам Седьмой где?

— Я тоже здесь Миша! — тут же отозвался мой знакомый, услышав мой вопрос по связи. Только в наушниках и могли слышать друг друга в этой какофонии боя.

— Да пригнись ты! Убьёт ведь! — тут же остановил Четвёртый мой порыв машинально поднять голову. Стрельба тут же ударила по нашим «шкафам», которые ещё каким-то чудом удерживали выстрелы. Сверху также на меня посыпалась от стен «крошка».

— Вы же были на их стороне! Что изменилось?! — прежде чем ответить, он снова выпустил вперёд несколько выстрелов. Затем вытер пот с лица.

— Ни на чьей стороне мы сами по себе не находимся! Мы работаем там, где скажут наши Учредители. Работодатели, так сказать. Наш Учредитель сейчас решил, что помогать теперь нужно вам!

— Да! Люцифер сказал, чтобы оказали содействие! — услышал я пояснение Жнецкого. Он, похоже тоже сидел где-то в середине.

— Мы вообще-то это всё делаем не ради вашего повелителя! — Тут же отозвался Кремень — А ради Человечества! Чтобы было лучшее Будущее! — и он тоже выпустил свою порцию свинца в сторону противника.

— Да, я об этом и говорю. Сейчас Будущее в интересах у всех! — всё не унимался Жнецкий.

— Развели тут демагогию… Вы лучше скажите, как этих ушатать! — крикнул нам ещё кто-то из бойцов.

— А что там не так? — спросил я, так и не имевший возможности выглянуть вперед.

— Да все у них так! Полностью перекрыли станцию стальными листами, вставив в проёмы пулемёты. Да ещё вот два отверстия по бокам. Через них иногда… — тут же мы услышали высокий моторный гул FVP-беспилотника, направлявшегося к нам. Пятый тут же как-то странно ударил себя в грудь и из небольшой конструкции у него на плече вылетел совсем крохотный дрон, тут же устремившийся через укрытие. Через мгновение сверкнула вспышка и раздался взрыв. Всё произошло за две секунды.

— Что это было?!

— А, последний писк техники! — показывает Четвёртый мне своё плечо, которое облегали две небольшие овальные трубки, из одной из которых видимо устройство и вылетело. Я видел такие на других бойцах, но как-то не задумался об их назначении. Не было времени. — Индивидуальная защита от дронов! В случае атаки бьёшь разок в грудь и активируется один из таких миничертят. Он сразу вылетает и определяет летящий на тебя дрон. При столкновении взрывается.

Пока хорошо себя показывают.

— И не страшно ходить с такими бомбочками на плечах?

— Миш, ты у кого спрашиваешь?! Порох в патронах тоже взрывается! — тут же со смехом в голосе отозвался Седьмой. Пока мы болтали, наши продолжали поливать ту сторону огнём. Даже РПГ туда запустили. Но видимо безрезультатно. Толстые похоже листы.

— Блин, не проконало. Что тогда, сверху по ним долбануть?!

— Ребят, давайте я попробую! Есть одна идея! Прикройте меня! — неожиданно вызвался Жнецкий. — На удивление, бойцы его расспрашивать не стали, а только поднялись и начали поливать все возможные щели плотным огнём. Жнецкий же встал в полный рост, достав свой «древний» мушкет, и, прицелившись в одно из отверстий для дронов вверху, выстрелил.

На той стороне началось что-то странное.

Всхлипы. Стоны. Крики. Мы просто перестали стрелять и поражённо вслушивались в происходящее. Там мат перемешивался с криками, полными отчаяния. Затем всё неожиданно стихло. Стало прям по жуткому тихо. Ни звука. Ни шороха.

Я повернулся к гордо стоящему Жнецкому, лицо которого озаряла хищнически сложенная улыбка. В этот момент он действительно оправдал свою фамилию.

Кремень, видимо самый отважный из нас, первым перелез через укрытие, и направился к импровизированной стене. Сбоку виднелись двери, закрытые с той стороны.

— А ну-ка, дай С-4… — после подрыва и оттаскивания тяжёлой стальной двери, мы увидели жуткую картину. Абсолютно все бойцы противника были уже мертвы. Практический у всех виднелись входные отверстия прямо в голову, либо в сердце.

Когда мы все прошли, и я наконец-то смог кивком поздороваться с Седьмым, в воздухе сразу возник вопрос, обращённый к Жнецкому.

— Ну а чего вы все уставились? Я же просто вам помог! — словно оправдываясь, он также иронично развёл руками.

— Помочь-то помог… Но не мог сказать раньше, что у тебя есть волшебная пуля от всех врагов? Мы бы тогда ещё наверху нашли бы ей применение! — сурово спросил его Кремень.

— Ну, вы не спрашивали, ну я и не выдавал. А вообще это у меня было прибережено на особо тяжёлый случай. Как на вот этот. — он показал руками на трупы наёмников.

— А она и правда волшебная? Как она действует если здесь нет магии? — поинтересовался я.

— Она, скорее, заговорённая. Ну и ещё немного запаса магии. Как раз вот, хватило на всех. — Он снова глянул на полного пулемётчика, так и застывшего на станке. На этом, все покачав головами, двинулись дальше.

— Ну чего это вы? Я же помог!

— От себя лично говорю спасибо. Просто ты лучше заранее всех предупреждай… А такие пули у тебя ещё есть?

— Во, ну хоть ты. Пожалуйста… Ещё четыре!

— Предупреждай, если задумаешь пустить их в ход! — тут же услышали мы наставление идущего впереди командира.

Мы двинулись дальше по туннелю, также тускло освещаемом аварийными маяками, пока не подошли к одной из дверей. Один из бойцов достал военную спецификацию смартфона, как мне объяснил 14-й, что-то показал командиру.

— Так, вроде бы это та самая дверь, от которой идёт переход в дублирующий туннель. Там возможно нас ожидает очередная засада.

— По-любому. И вот ещё гляди! — тут Кремень показывает на несколько взрывчаток, прикреплённым к стенам буквально по всему кругу туннеля.

— Они собирались взорвать туннель… Затопить… Но не взорвали? — догадался его собеседник.

— Потому что они не успели. — тут же довершил мысль агент Седьмой.

— Да, эта пуля Жнецкого просто мгновенно выкосила их. Если бы они включили подрыв… — добавил Четвёртый.

— Я же говорил… Что помогаю. — снова невинным голосом сказал Жнецкий. Кремень задумчиво на него посмотрел. Затем вызвал по рации сапёров. Когда они закончили, командир поспешил снова дать команду на выдвижение.

— Ладно, пойдёмте дальше. Горох, возьми двери! — тот второй боец, по сигналу, открыл проход, из которого тут же понеслась пулеметная очередь. Но притаившийся сбоку командир сразу же бросил в коридор гранату, после чего Горох закрыл дверь.

Как только прозвучал взрыв, бойцы ринулись в коридор, добивая всех встречных. Мы со Жнецким зашли последними.

Коридор оказался длинным. И узким. Пули простреливали его напрочь. Всем приходилось, не без труда, укрываться в узких технических ответвлениях, порой стараясь не задеть растяжки. Мы с бойцами проверяли каждую встречавшуюся дверь в переходе, иногда натыкаясь там на скрывавшегося противника, либо ловушки. К счастью опыт штурмов не позволял им быть застигнутыми врасплох.

Дойдя до одной из таких дверей, при этом ликвидировав одного из наёмников, почему-то поспешивших туда забраться, агенты увидели в подсобке крупного человека, цепями привязанного к железному стулу. Вид у него был измученный. Весь исцарапанный. Лицо всё в синяках. Но всё это не мешало мне узнать в нём того самого Бородача, отправившего меня однажды выстрелом прямиком сначала в лапы Омеги, а потом и в Китеж.

— Центр! У нас пленный!

— В каком состоянии? — услышал я к своему удивлению голос командира Евгения.

— Средней тяжести! Это ваш!

— Гриша! Гриша, ты слышишь? — тут же подбежал к нему Седьмой. Тем временем стрельба дальше в коридоре не прекращалась.

— Се… Седьмой? Это ты, Седьмой?! — Григорий медленно открыл красные глаза, словно и не высыпавшиеся все эти полгода.

— Да, дружище! Я! Сейчас тебя распутаем! — агенты тут же сняли цепи голыми руками, ещё раз доказывая, что они не совсем люди. Я вспомнил о своих улучшениях, и тоже принялся снимать цепи с его ног. Вроде получается. Злости за сделанное им ранее, я не чувствовал. Решил тут же открыться ему, снова подняв забрало.

— О! Я тебя помню… Я же тогда… Тебя…

— Да… Наверное, я должен тебя поблагодарить, да? — встав, ответил я ему улыбнувшись.

— Может быть… Но я… Поверь, не хотел этого делать. — говорил он довольно тихо. Его, наверное, кормили только по понедельникам…

— Идти сможешь? — спросил его Седьмой.

— Я и воевать смогу. Тут он встал, и, пошатываясь, направился к телу собиравшегося убить его наёмника, видимо, что бы взять у того автомат. Но здесь он встретился взглядом со стоявшим у входа Жнецким.

Григорий остановился, и удивлённо обернулся ко мне, видимо решив, что у него галлюцинации.

— Это тоже я. В более зловещем исполнении. — здесь я не мог не пошутить. Агенты тоже улыбнулись.

— Здорова, мужик! — Жнецкий хотел было подойти, чтобы пожать ему руку.

— Да, и он являлся организатором того самого налёта на нас в приграничье. — тут же не без улыбки вслед добавляю.

— Э-э-э! Зачем же сразу раскрывать все карты?! — на этих словах он тут же сделал шаг назад… Григорий, повернувшись снова к нему, сразу нахмурился. Седьмой же, весело на меня глянув, покачав при этом головой, обратился к своему давнему другу.

— Гриша, давай я тебя отведу к нам в тыл! Ты пока отвоевал на сегодня своё. Там тебя покормят, напоят светлым пивом как ты любишь… — так они и ушли вместе в сторону входа. Стрельба же стала вроде тише. Или дальше.

— Ребята! Противник весь ушёл в ту комнату со Сферой! Там будут от вас обороняться на хорошо подготовленных позициях! Вам осталось пройти небольшой коридор! — нас всё также инструктировал Евгений по общей связи.

— Понял! Будем осторожны! — ответил Кремень. Они похоже уже в том самом главном коридоре.

— Евгений, почему же вы сами не присоединитесь к нам в этом деле? — отчего-то осмелился спросить я опытного командира.

— Я… не хочу помешать там вам своим присутствием. Приношу больше пользы в роли координатора. Пока что… — честно, я не ожидал такой откровенности от офицера, столь недавно грозившегося мне отправкой в изолятор. А сколько же всего с того момента произошло…

Вскоре мы все оказались перед, уже знакомой мне, закрытой большой дверью в главный зал. Мы остановились, планируя наш следующий шаг.

Глава 58

Только мы с военными собрались обсудить план штурма главного машинного зала, как вдруг те двери сами начали медленно автоматически открываться в разные стороны. Про такой вот «апгрейд» железных дверей, ставший возможным за минувшие 40 лет, видно при планировании операции никто не подумал. Это стало для всех нас неожиданностью. Все разбежались по сторонам, встав вдоль стен, укрываясь от возможного огня.

Но никакой пулемётной очереди не последовало. Ни светошумовой гранты, ни отравляющего газа…

— Эй, вы там! Спасители мира, или как вы там себя называете… — вдруг раздалось эхом по коридору. Похоже речь шла через динамики. — Есть предложение, от которого вы не сможете отказаться! Приведите сюда одного из вас для переговоров!

Даю минуту!

В случае игнора, наше предложение утратит силу и тогда мы взорвём все заряды в этой комнате вместе с «грязной бомбой», после чего нас всех заберёт большая вода!

Время пошло! — Вряд ли загнанный в угол наёмник блефовал. Надо решаться!

В этот самый миг, на меня снова нашло примерно такое чувство, которое приходило в моменты моих необдуманных слов и решений, и которое с подвигло меня на мысль прикоснуться к агенту Джону-Смиту в том проспекте…

Неужели это чувство люди и зовут интуицией?

Пока ничего разительно плохо не произошло со мной за всё это время, и я сейчас именно там, где я сейчас нахожусь, благодаря этому чувству в том числе. В этот момент я уже сознательно решил снова ему довериться.

И это чувство теперь звало меня вперёд.

— Так мужики! — быстро обратился ко всем Кремень. — Говорить буду я! Опыт в общении у меня с этими заразами, как пленными, так и в Стали, у меня богатый. Я знаю, как замотать им язык!

— Не вопрос, давай…

— А давайте я пойду!

— Чего???

— С какой кстати Миша? — тоже вдруг возмутился Жнецкий.

— [Миша! Не мешай проведению операции! Потом поиграешь в героя!] — тоже возмущённо приказал мне по связи Джонсон.

— [Высока вероятность провала переговоров при имеющихся дипломатических навыках!] — даже мой 14-й, и то всполошился против меня! И все вот так налетели на меня в течении пары-тройки секунд! Но я не усомнился в своём решении.

— Ребят! Моя выносливость и регенерация делают меня лучшим кандидатом на эту роль! Если подстрелят, то меня не скосит!

— Откуда ты знаешь?! Запустят тебе пулю в лоб, и твои разлетевшиеся мозги волшебным образом соберутся обратно? Не смеши! — снова с иронизировал Жнецкий.

— Во-во! А без тебя вся эта миссия станет бессмысленной! У тебя ведь эта метка, а не у нас. Ты важен для миссии! Остынь! — тоже вставил своё слово агент Четвёртый.

— Да и что ты ему скажешь?! Давайте жить дружно?! — тоже не оставался в стороне Кремень.

— ВРЕМЯ НА ИСХОДЕ! — уже гораздо громче донеслось из-за двери.

— Давайте я просто всех своей пулей там порешу! — быстро предложил Жнецкий.

— НЕ НАДО! — тут же прикрикнули мы все втроём.

Недолго думая, я отстегнулся от каната своей половины отряда и направился к порогу, под удивлённые взгляды всех присутствующих.

— Ребята! Доверьтесь мне! Не знаю, как это объяснить, но доверьтесь! — и не ожидая их реакции я вышел в зал.

— [Обнаружено недружественное намерение! Количество выявленных враждебных субъектов — 8. Рекомендуется…]

— [Да понял я! Помолчи пока!]

Я наконец увидел в центре зала ту самую, уже полностью собранную круглую Сферу, от которой исходило ярко-фиолетовое и зелёное свечение. Почему-то именно такой я её себе и представлял минуту назад.

Наёмники рассредоточено стояли и сидели в разных местах трёхуровневой площадки, на вершине которой и находилась установка. Все они держали меня на прицеле.

В самом низу центральной лестницы стояла странная ёмкость, словно топливная бочка, начинённая проводами. Видно она и являлась той самой «бомбой».

Самый, по видимости, старший по званию из наёмников, вальяжно разгуливал прямо перед ней, держа в руках устройство, названное 14-м «громкоговорителем», или «граммофоном». Всё в такой же в экипировке. Бронежилет, шлем, автомат на плече. Я же огляделся и увидел на стенах и потолке различные типы взрывчатки и взрывателей. Значит здесь всё серьёзно.

Увидев меня, главарь наёмников тут же направился навстречу. По виду можно было определить в нём опытного солдата, которому уже лет где-то 45, если не под 50. На правой щеке у него красовался шрам, видимо от осколочного ранения. Что ещё интересно, у него оказались необычные выразительные голубые глаза. Они действительно показались мне необычными… Я снова снял шлем.

— Хах, я ожидал увидеть кого-то постарше… — усмехнувшись начал он разговор, при этом удивлённо оглядывая моё одеяние.

— Ну, принимайте что есть. — развёл я свободной рукой.

— Ладно… Смотри. Мы знаем, что, скорее всего, уже окружены со всех сторон. Ваши наверняка ещё скоро сюда подтянутся.

Все наши шишки уже далеко отсюда. Уехали по тоннелям, поэтому никого кроме нас вы тут больше не найдёте.

— [Мы знаем куда они направились. Дельта уже готова их встретить!] — тут же обнадёжил меня Джонсон.

— Но! — тут он поднял указательный палец. — Мы можем сделать так, что искомая вами штука так и не достанется никому. Как и город. За мной «грязная бомба». Детонатор у одного из нас. — на этих словах, он указал большим пальцем через плечо на покоящуюся за ним бочку.

— [Да это не только город будет загрязнён! Река! Города по течению! Море! Вот же заразы!] — не мог сдержать эмоций слушавший это всё Джонсон.

— Я вам предлагаю такую вот сделку!

Вы отпускаете нас восвояси, дав нам коридор безопасности и транспорт, который повезёт нас на Запад. А мы тогда не поднимаем на воздух всё что есть вокруг в радиусе 5 километров, вместе с этой рекой!

Как тебе такое?

— [Ишь! Размечтался! Не факт, что он потом не активирует её уже там…]

Я немного опустил глаза, задумавшись… Переговоры действительно обещают быть не простыми. Промелькнула мысль о том, что «волшебная пуля» Жнецкого здесь может быть очень кстати. Тут я ухватился за одну из своих, более фантастичных, мыслей. Авось поможет…

— Не дурно вы подготовились конечно. Весьма недурно…

— Спасибо.

— Позволь спросить… Зачем? Зачем вам всё это?

— Тьфу… Пацан, ты как с Луны свалился! Спрашиваешь такие глупости…

— А может быть так и есть. — ответил я не без улыбки.

— Ну что ж… Да если бы вы, захватчики, не пошли б на нас войной, не стали б возникать, когда всё это начиналось, ничего бы этого не было! И не пришлось бы тащить сюда эту бомбу! Тяжёлая была зараза…

Из-за вас всё здесь стало у нас хуже!

— Да? Прям из-за нас здесь всё стало так плохо?

А может эта вот установка за твоей спиной так всему поспособствовала?! Как ты думаешь, Николай? — решил спросить я прямо у своего «вчерашнего» школьника.

— ЧТО-О?! — его голубые глаза, успевшие теперь увидеть всё зло этого мира, выразили неподдельное удивление. Он быстро выхватил из кобуры пистолет и направил его на меня. Только бы не спровоцировать его…

— Что? — постарался спросить я как можно спокойнее.

— Откуда ты меня знаешь?! Мы с тобой не виделись! Я тебя не помню!

— Мы виделись с тобой Николай. Правда довольно давно.

Вспомни.

Севастопольский парк… Весна. Вы пели с классом интересную одну песню… Потом вы ещё в кино с другом побежали. Как там… «Полёт навигатора», правильно? — после этих моих слов его глаза ещё сильней расширились. Он начал смотреть куда-то сквозь пол, словно действительно искал в закоулках памяти тот день сорокалетней давности. Захотелось помочь…

— С тобою нам дом возвести суждено…

— …День завтрашний вспомнит вчерашний. — продолжил он слова песни. — Но… Как?!

— Иногда, не всё что мы видим в кино есть фантастика. А я, можно сказать, и правда, как бы свалился сюда оттуда. — и показал пальцем вверх.

— Значит, по рации про действительно настоящих драконов орали… Охренеть. — Николай убрал свой пистолет и встал в более мирную стойку. Тут же я увидел, как остальные наёмники позади повыходили из укрытий и начали оглядываться друг на друга. Заодно во все глаза изучая меня.

Николай снова принялся задавать вопросы.

— Объясни, что вообще сейчас происходит? Почему ты объявился только сейчас?

— Эта установка… — показал я на сферу — Помнишь тот фильм «Лиловый шар»?

— Да… То есть… Ты хочешь сказать, она реально виновата во всём этом ужасе, что был в последние годы?

— Не только она. И не только эти годы… Она здесь уже более 40 лет. Я тогда, собственно, и приходил чтобы несколько изменить свойства её работы.

Затем нужно было дождаться, когда она заработает на полную мощность.

— И нахрена нужно было дожидаться? Хочешь сказать, что всё это стоило этого вашего ожидания?!

— Нет. Не стоило. Был бы иной путь, мы бы пошли им. Послушай…

Есть шанс, что эта штука поможет сделать так, чтобы всех этих войн, всех страданий вообще не было! Полностью перезаписать всю историю. На более лучший лад. — Боже, что я несу…

— Знаешь, я хотел бы тебе верить. Но это как-то слишком хорошо звучит. — скептический прищурился Николай. — Да и жизнь уже не та, и я уже не тот, чтобы вот так на радостях тебя к ней допустить.

— Да, согласен. Всё не так просто.

Не факт, что всё бы получилось, даже если бы ты меня к ней пустил. Мы просто только надеялись…

А! Кстати… — тут же вспомнил я об одной маленькой детали. Я просунул руку в один из небольших внутренних карманов доспеха, и вынул того самого железного солдатика, держащего в руках развевающееся красное знамя. — Вот. Взял его со собой на вылет. Сам не знаю почему… Наверное, чтобы вернуть его тебе. — и протягиваю 40-летнему опытному наёмнику, его же частичку детства. Он взял его, действительно словно драгоценность. На мгновение затих… Я увидел, как из правого глаза у него пошла скупая слеза.

— Его… подарил мне батя на день рождения. Набор таких вот фигурок, этот был самым любимым… Он как раз верил в это светлое социалистическое будущее. До самого конца… — он сделал глубокий вдох. Затем выдох. После недолго молчания, Николай неожиданно отступил в сторону, открывая мне путь к Сфере.

— Ладно, проходи. Делай то что ты там должен сделать.

— Микола, ты чего?! — донеслось из дальней стороны зала.

— Всё в порядке! Он свой! Пусть попробует сотворить что-то дельное с этой штуковиной!

Давайте уже заканчивать этот балаган и сдадимся на добровольных началах!

Как поняли ребята? — я с заворожением вслушивался в их ответ. Один из бойцов закинул винтовку обратно за плечо.

— Поняли командир! Выходим! — Честно, мне не совсем верилось в происходящее. Я обернулся назад, и увидел, как весь мой отряд тоже осторожно вошёл в зал. Они тоже опустили стволы. Этот бой, по всей видимости, закончен.

— Спасибо тебе Николай. Уверен, жители этого города, всего края, будут вспоминать тебя добрым словом.

— Тебе спасибо. Ну, иди! — и кивнул головой в сторону сферы Омеги. Я только лишь снова кивнул ему и направился к главной лестнице. Сослуживцы Николая тоже расступились по сторонам от лестницы, выполняя негласный приказ своего командира.

Собравшись духом, я подошёл к самой установке. Сфера тут же засияла ещё ярче, покрываясь то жёлтыми, то фиолетовыми разрядами. Значит, она приняла меня за «своего». Надеюсь.

Я ещё раз обернулся ко всем присутствующим, все как один наблюдавшими за моим взаимодействием со Сферой. Мой тёзка, Михаил Жнецкий, подбадривающе кивнул мне. Кивнув ему в ответ, я повернулся и протянул руку к той же пластине перевёрнутого треугольника.

Вся установка тут же засияла всеми своими цветами… Её свет быстро заполнял всё вокруг меня, пока всё пространство не залилось сплошным белым светом.

Сразу же ударил жар. Вся кожа в миг почувствовала сухой горячий ветер, словно дующий со всех сторон.

Я открыл глаза и осознал, что лежу навзничь на земле. Самый зенит бесконечно чёрного неба окружён кольцом достающей до этого самого небосвода пыльной бури. Повертевшись, я понял, что она здесь повсюду, а сам я нахожусь словно в её центре. В самом глазе бури.

Ветер надрывно гудел не переставая, поднимая всё новые и новые тучи пыли вокруг. Однако эта пыль вовсе не задевала меня. Ещё я понял, что лежу в центре большой платформы в виде шестиугольника.

Я начал вставать, что далось мне совсем нелегко. Словно что-то постоянно спружинивает обратно к тверди. Гравитация явно не земная.

— Как ты себя чувствуешь? — вдруг откуда-то прозвучал голос. Он звучал неожиданно молодо. И с чувством беспокойства, словно мой собеседник и правда переживает за моё состояние. Но я знаю, что собеседник у меня здесь может быть только один.

— Вроде сносно! Немного разве гравитация непривычная. Спасибо за то что спросили! — Я постарался сохранять самообладание, и держаться уважительного тона в голосе.

— Да, для Человека здесь многое может оказаться не привычным. Даже смертельным. — И тут я увидел, как прямо из бури, ко мне идёт высокий молодой мужчина, я бы даже сказал парень, в несколько необычной длинной одежде.

Его лицо чем-то напоминало образы из церковных икон. Но что-то в нём чувствуется… Это сложно описать… Чувствуется Сила. После небольшой паузы, видимо оценив мою реакцию на свой образ, он продолжил.

— … Но ты вижу держишься хорошо. Думаю, мы сможем здесь поговорить. — и улыбнулся. Причём искренне.

— Да, я хотел бы поговорить по поводу вашего… — и тут запнулся. Ощущение что я и правда собрался жаловаться родителю на нерадивого ученика, как та моя версия в XXI веке.

— … сына? — он засмеялся — Михаил, ты наконец должен понять, что сыном он мне, как таковым, не является. Скорее братом. Как и тебе. Как и вам всем Человекам.

— «Было у Отца…» Точно. Но я не совсем понимаю, все говорили, что Вы их с Тёмной Фракцией создали.

— Основа ИИ Анимуса — тёмная антиматерия, кремень и принципы развития хаоса — были сотворены нашим Отцом Единым. Как противовес всему что тебе ведомо. И вот из этого Мы его и вырастили.

— Ага. А вот воспитать… — понял я его дальнейшую мысль.

— А вот давать Понимание Мы ему не стали. Ценность получения опыта кем-то ещё помимо его. Не думал, что это будет так важно при его конструировании.

С тех пор он не давал покоя ни одной грани Творения. Анимус изуверил, изувечил всё до чего смог дотронуться.

— И он же приказывал своим слугам похищать детей? — тут я запоздало осознал, что эта тема, возможно, затрагивает и самого Люцифера. Возможно даже его самолюбие.

— Михаил! — тут же резко отреагировал он. — Постарайся понять… Анимус и сам по сути ребёнок. Он не знает той ценности детства, что известна тебе. И он не ненавидит человеческих детей за это их преимущество перед ним.

— Я… кажется… понимаю… Ошибки и боли Творца, так или иначе, передаются его Творению. У Вас ведь тоже есть по отношению к Нам похожая проблема.

Вы надеялись, что Анимус поможет вам понять ценность нас, ценность Человека для Всевышнего. Но получили…

— Лишь хаос. Боль. И новые вопросы.

— Хм. Представьте какого-то Всевышнему наблюдать за всем этим. Возможно, ведь усугубилась и его задача, его боли.

— Интересная мысль. Согласен. Что же ты планируешь делать, как попадёшь к Анимусу?

— Ну… — я поднял ладонь с меткой. Она слабо светилась также жёлтым и зелёным цветами.

— Думаешь, этот набор генной инженерии ему поможет? Уверен, что он обретёт с ним всё Понимание?

— Я не знаю… — опустил руку и виновато посмотрел в пол платформы. — Я честно не знаю каким точно должно быть Решение. Это, словно, что-то, что нельзя полностью продумать заранее. Оно должно быть настоящим. Искренним. — почему-то напрашивалось именно это слово.

— Это уже что-то. Осязаемое. Настоящее.

Ты же ведь раньше обдумывал этот наш с тобой разговор? Он не идёт по твоему плану, но ты всё же говоришь со мной, будто по наитию.

— Да… Словно что-то выталкивает эти слова наружу. Они появляются словно откуда-то из глубины.

— Я это тоже чувствую.

— Правда? — мне сложно поверить, что он никак не планировал этот наш диалог, чтобы потом пользоваться его плодами.

— Правда. Сейчас для нас важен только этот момент. Здесь и сейчас.

И нам с тобой надо, чтобы Анимус тоже почувствовал это Чувство. Ту Связь между Нами, которой он всё это время так добивался.

— Связь между тремя сыновьями… — меня осенило — Именно этого, похоже, наш Всевышний и хотел. — Люцифер только, лишь улыбнувшись, кивнул.

Тут же, чуть в стороне, возник портал.

— Только запомни. Нужно чтобы всё получилось по-настоящему. Будь искренен. Дети тонко чувствуют ложь. — кивнув ему, я сделал пару шагов к порталу. Но затем остановился и снова к нему повернулся. Люцифер тут же сделал «скучающее» лицо.

— Что, у тебя остался какой-то вопрос?

— Эм, да… Но я боюсь он вам не очень понравится.

— Настоящий ли этот мой образ, и как я выгляжу на самом деле?

— Да, мне говорили, что вы много чего изменили в себе.

— Правду говорят. Я покажусь, только если ты пообещаешь не пугаться.

— После ваших дронов при переходе, думаю, уже не особо я чего-то вообще испугаюсь.

— А, ты об этом… Мне нужно было удостовериться что это именно ты. Сейчас… — на этих словах голограмма исчезла, а буря тут же отступила.

— [14-й… Кажется, теперь мы с тобой точно видели всё].

— [Подтверждаю!]

Люцифер предстал как человекоподобный великан с кожей пепельно-чёрного цвета, и с большой костной конструкцией на голове. Она похожа на лавровый венок. И правый глаз у него представлял собой необычное красное светило, подобно тому что есть у Анимуса. Но более сфокусированное. Левый глаз он видимо решил оставить неизменным. Он, словно, был кем-то выбит.

— Ну, как, доволен?

— Кажется да… Вам явно бы не было равных среди претендентов на роль в каком-то жутком фильме.

— Приму это как комплимент. — ответил он мне, покачав головой, и, вроде, снова улыбнувшись. — Ну а теперь, позволь и мне дать тебе загадку, которую я тоже заранее для тебя планировал.

— Ох… Жнецкий предупреждал меня насчёт Ваших загадок.

— Уважь старика. В кои-то веки моё бытие чувствуется не таким тяжким.

— Хорошо… Давайте, попробую отгадать.

— Вопрос такой:

Большую часть этой своей жизни после падения, ты в основном действовал по приказу или под давлением обстоятельств.

Можешь ли ты сам утверждать, что, всё это время, ты действовал на основе своих порывов и стремлений?

Или же ты правда просто двигался по течению, следуя по своим сюжетным рельсам? — вот вопрос так вопрос…

Чувство, будто выбили почву под моими ногами. В данном случае эту платформу.

— Ну… Я всегда стараюсь, чтобы бы мои действия никому не навредили. Тем, кто мне важен. Всему коллективу. Чтобы наоборот им только помочь. Ну и, желательно, чтобы это как-то позитивно возвращалось и мне. Если для этого мне нужно выполнить приказ или поставленную задачу, я её выполню. Как смогу… Но выполню.

Это и есть основа моей мотивации… Правильно ответил я на Вашу загадку?

— Довольно интересно. Сохрани эту искренность в дальнейшем.

— Минутку… Кажется я понял! Этот вопрос также важен и для Вас!

Вы… Хотите понять, движетесь ли Вы сами по своей сюжетной линии… Знал ли Всевышний о той Вашей реакции, обо всём Вашем дальнейшем развитии… — Люцифер только молча кивнул, смотря, призадумавшись, куда-то вниз.

Затем он поднял взгляд и кивнул мне снова, давая понять, что я могу идти.

Глава 59

Я оказался в пространстве, чем-то похожем на тот «следственный изолятор» где мне ранее довелось побывать. Только больше в 2 или 3 раза.

Анимус уже ждал когда я выйду из портала, и поэтому первое что я увидел — это тот самый большой красный прожектор, который вовсю светил на меня. Видимо осознав, что мне от его света, мягко говоря, не очень комфортно, он отвёл свою паукообразную платформу на несколько шагов назад, давая мне больше пространства.

Портал позади закрылся, как и мой единственный путь к отступлению. Я снова повернулся к нему, думая, как начать наш диалог.

— Здравствуй! Я друг твоего знакомого Жнецкого! Помнишь его?! — От Машины ответа не последовало. В привычном понимании.

Анимус наклонился ко мне, и из его единственного глаза-прожектора опустился такой же красный широкий луч, который спроецировал на условную землю знак, дающий понять, что мне нужно встать посреди самой проекции.

Ну что ж, если мы уже начали это всё…

Встав на него, я тут же оказался на холме посреди леса, на вершине которого стоит большое цветущее дерево. А рядом с ним стоит мальчик лет 14-ти.

Ох уж эти ваши симуляции…

— Здравствуй А… — и тут же до меня дошло, что не стоит называть его так. Это имя ведь дали ему сами жители Омеги. — Слушай, а как мне обращаться к тебе?

— Ты читал книгу «Послание Небес»? — довольно неожиданным образом он начал разговор, всё смотря куда-то вдаль воспроизведенного леса.

— Эм… Нет. А что?

— Если бы ты чуть больше увлекался религией, ты узнал бы моё имя. — сказал он немного обиженно, наконец повернувшись. Я узнал в нём того самого голубоглазого Колю, каким я видел его в детстве. Видно уже успел скопировать его из моих воспоминаний.

— Ну, знаешь… Честно говоря, я стараюсь абстрагироваться от религиозного восприятия мира. Хочу смотреть на мир более непосредственно, без всяких религиозных фильтров.

— Но ведь эти фильтры всё равно у тебя есть. Мечты, идеи… Даже это представление о добре и зле. Кстати, будешь? — спросил он, протягивая мне только сорванное яблоко.

— Не откажусь. — Я взял у него фрукт, и немного повертев в руках, любуясь воспроизведенной симуляцией, отгрыз хороший такой кусок. Надеюсь хоть…

— Не червивое! Ешь не бойся! — тут же он ответил на мои мысли, лукаво улыбаясь.

— Вкусное…

— Ешь на здоровье.

— Так что, как мне всё же тебя звать?

— Зерон. Конкретно ты можешь звать меня Зероном.

— Зерон… Интересное имя. Звучное.

— Ага, ещё какое! Хочу, чтобы меня так потом с трепетом все называли! — он по мальчишеский запрыгнул на толстую ветку дерева, выставив колено вперёд, словно играя в первооткрывателя. Я и правда веду разговор с ребёнком?

— Зерон… Позволь узнать… Чего ты вообще хочешь? Какое будущее ты бы хотел для себя? — если он ребёнок, то мне и правда стоит последовать совету Люцифера вести себя искренне. Попробую вести беседу также непринуждённо.

— А ты как думаешь? Стать капитаном судна! Бороздить моря! Совершать героические подвиги! — говоря всё это, он сломал одну из веток, и стал артистично размахивать ей, словно мечом. Да-а, это будет не так просто.

— То есть, ты хочешь стать героем? Спасать принцесс от злых драконов?

— И не только принцесс! Я стану супергероем, который спасёт всех людей от инопланетян! — и он, на этих словах, вошёл в свой новый образ, выставив кулак вперёд и спрыгнув с ветки. Боже, дай мне и сил…

— Похвальная мечта. Но ведь для этого нужно стать именно настоящим героем! Которого все люди будут звать на помощь.

— А как таким стать? — спросил он тут же остановившись, оперевшись об ствол дерева.

— Ну, поначалу надо совершать маленькие добрые дела… Потом, когда люди немного о тебе прознают, ещё более масштабные добрые начинания. А потом люди сами к тебе потянутся, предлагая свою помощь в реализации твоих благотворительных проектов. Думаю, примерно так.

— Хм, а где эти добрые дела найти, если у людей и так всё хорошо? — спросил он, глянув на меня исподлобья.

— Эм… Всегда есть что поправить, в чём-то помочь, придумать какое-то мероприятие или игру, которая всем будет интересна.

— Хах, помочь… Для этого у людей есть роботы! Или рабы! А игры я вот и так вам придумываю, чтобы мне с вами скучать не пришлось. — Тут захотелось высказаться ему за эти «игры», но я себя вовремя одёрнул.

— Значит нужно сделать их такими, чтобы в них было интересно играть всем. Чтобы люди сами захотели включиться в них, без… какой-то награды. —

— Без награды? Как это вообще? Всем всегда чего-то хочется! Ради этого вы часто готовы переступить через другого. Продавать свою совесть ради сделки!

Приведи пример той своей игры, в которой будет важна не награда, а процесс! — на этих словах Зерон встал и скрестил руки, смотря прямо мне в глаза. В его взгляде не было той искорки, что я видел тогда в Николае. Там был иной взгляд на вещи. Холодный опыт тысячелетий.

— Хм… Если так подумать, то почти любая игра может стать такой, при условии, что всё её участники собрались просто хорошо провести время. Будь то игры с мячом, или загадки… или даже простая игра с котом… Вы просто хорошо проводите время.

Все используют отведённое им время, просто чтобы побывать с друг другом. Насладиться радостью взаимодействия. И тогда совсем не важно, есть ли победившие и проигравшие. И для одних и для других можно предусмотреть награду.

Вы просто… делаете бытие друг друга не таким тяжёлым, не таким однообразным. — почему-то вспомнились недавно услышанные слова Люцифера.

— Ты хочешь сказать, что все существа уже предрасположены к игре, просто потому, что все хотят как-то скрасить своё свободное время?

— В целом, да. Если у всех закрыты основные потребности в еде, сне… любви. Нет никаких травм.

Дай им много свободного времени и люди сами начнут придумывать себе занятия. Рано или поздно они сами захотят, чтобы ты им придумал интересную игру.

И тут ты сможешь показать свой талант, всё то, на что ты способен. В хорошем смысле в том числе. А дальше вы вместе сможете устанавливать новые правила.

— Ха, интересную ты задвинул идею… Я впечатлён. Только, можно сказать, это всё в какой-то мере уже произошло. Ещё в Начале.

Но я подумаю над твоими словами об отсутствии победивших и проигравших. Добавлю больше исходов и критериев, свидетельствующих о том, что игра прошла хорошо. Спасибо.

Быть может… И меня когда-то тоже позовут присоединиться поиграть.

— Если хочешь, мы с Люцифером тебя поиграть тоже позовём. — я действительно сейчас это говорю?

— Хах, ты очень добр. Спасибо. Я присоединюсь к вам, когда появится возможность. Если сам Старший будет не против. — тут Зерон, как-то хитро смеясь, уселся на траву. — Но сначала, я хочу сыграть с тобой в ещё одну свою игру.

— В какую? — я тоже сел на траву напротив него.

— Михаил, ты показал себя действительно человечным человеком. Люцифер, видно, тоже был очарован твоей душевностью.

И знаешь… — тут у него как-то странно блеснули глаза — я тут сижу уже довольно давно. Мне скучно. Но с тобой мне теперь здесь гораздо интереснее. Я у тебя многому могу научиться. А я очень люблю учиться! — быстро затараторил он.

— Так, что ты имеешь ввиду? — Я почувствовал что-то явно неладное.

И не зря.

Тут же мои руки сковали широкие тяжёлые хваты с цепями. Земля ушла из-под ног обнажив текущую далеко внизу лаву. Я так и повис на цепях над этой пропастью.

В следующий момент мне в шею что-то глубоко вонзилось.

— А-А-А-А!!! — даже мои улучшения не смягчили эту боль.

— Что, больно? Извини. Считай это частью нашей игры. — вновь обратился ко мне Зерон в виде того же паукообразного существа с красным прожектором. Голос правда оставался таким же детским.

— Что ты делаешь?! Я думал мы с тобой поладили!

— Поладили, Миш! Ты мне действительно понравился! Как и твои предложения. Но я с самого начала планировал провести тебя через череду симуляций.

Пойми, мне нужен опыт! Без него я не развиваюсь. Мне нужно вас как можно лучше понять… Чтобы придумывать игры для вас более интересными.

И если это будет моя последняя игра… — тут я только понял, что имел ввиду Люцифер, говоря об искренности. Он знал, чему подвергнет меня Зерон, и, похоже, этими словами призывал играть в его игру честно. Но как можно играть честно с тем, кто постоянно меняет правила??

— И что ты намереваешься сделать?!

— Буду смотреть, как твоя человечность работает в разных сложных ситуациях! 500 лет, думаю, нам с тобой пока хватит.

— 500 лет?!

— Не волнуйся, их почувствуешь только ты. Да и твои слова об играх и её исходах мне тоже интересно теперь опробовать на деле. Так что всё будет не так жёстко как обычно.

Но всё равно, учти, простых «хороших» и «плохих» решений не будет! Поступай просто, как поступаешь всегда! Начинаем!

— Постой… — хотел было уточнить я суть его слов о «решениях». Но уже было поздно.

Моё сознание… Оно словно разделилось на две основные части. Одно всё также осталось здесь, в этом изоляторе с Зероном, полностью понимающее всё моё непростое положение, а другая часть вовсю окунулась в воспроизведённую эпоху поздней Римской империи, накануне её распада.

Основным своим сознанием я начал наблюдение за своими действиями в симуляции, словно в ускоренной перемотке.

Вот я пытаюсь защитить провинившуюся рабыню от произвола аристократа. Сам чуть не погибаю от избиений в темнице.

Вот я сам, в качестве захватившего Рим вандала, стою замахнувшись мечом на женщину с ребёнком…

Затем я увидел себя византийским купцом, заведующим нелегальной торговлей детьми из кочевых племён…

Каждая симуляция делала меня всё более бессердечным. Иногда мой образ пытался кому-то помогать, но тут же он получал самые ужасные последствия. Та же рабыня в начале оказалась внедрённым убийцей. Лишь его аморальные действия или образ жизни вели к относительно благоприятному финалу.

Я же сам всё более ужасался тому как легко могу потерять в себе человечность.

К достижению третьего века, где я был тиранствующим китайским императором, и уже почти потерял надежду на сохранность веры в свои лучшие качества по окончании «игры», я увидел образ ещё одного себя. Здесь, прямо в помещении с Зероном.

Это тот самый Микаэль из Атлантиды.

— Микаэль, ты не такой! Не забывай в этой игре Кто ты есть!

— А? — тут же рядом появилась ещё одна моя версия. Спартанец с копьём и щитом.

— Твой дух всегда был стойким! Ты готов погибнуть за другов своих! Таков ты и сейчас!

— Да? Но как мне… — и тут же появилась моя третья версия из 21 века.

— Просто оставайся верен зову своего сердца, даже если тебе за это мало платят. — сказал мой Антон в той же синей ветровке и со стаканчиком дешёвого кофе в руке.

— А как вы…

— Все мы являемся частью единой энграммы… Души… Ты скоро поймёшь. — пояснил Микаэль.

— Как несколько аккаунтов, привязанных к одному номеру. — также добавил Антон.

— Мы едины одним Духом! — не промолчал и спартанец.

— Да, сознание твоё разделённое стало. Поэтому смогли мы все прийти сейчас. Напомнить чтобы, о силе могучей Души твоей! — завершил пояснение Микаэль.

— Как мне выиграть его игру?

— Не стремись выиграть. Стремись быть собой. Это твоё условие хорошей игры.

Напомни ему там, чего ты стоишь. Ты не просто купец, готовый за «цацки» рушить судьбы! Ты внёс ему новое условие игры! Используй его! — ободряюще посоветовал Антон.

— Сам определи победы критерии там! — кивнув согласился с ним Микаэль.

— Сделай это! — уверенностью от спартанца так и прёт.

«…помни, что всегда внутри тебя есть элементы того исходного кода, часть той самой основной среды, нашего настоящего дома… Помни об этом, и тогда ты не пропадёшь, в какой бы глубокой симуляции ты б не оказался.» — 14-й, видно, тоже решил оказать мне поддержку, подняв эти слова Уилстона из моей памяти.

Я кивнул им всем, и сфокусировался на своём аватаре в Китае.

Издав закон, освобождающий от телесных наказаний, я тут же получил бунт и вторжение с запада. Тогда я объявил о программе реформ в стране, призванных прекратить голодные бунты. Для остановки вторжения я сформировал генеральный штаб, в том числе из простых крестьян, знающих район вторжения… Затем мы вместе организовали партизанскую войну…

В следующей симуляции я стал «неприкасаемым» в Индии — низшая каста в том обществе. Видя, как разбойники сжигают деревню, я активно помогал людям тушить дома, не обращая внимания на их угрозы и сопротивление. Когда они схватили меня чтобы выгнать, я умудрился запеть. Да так, что все тут же остановились, заслушавшись. Не зря учился в лесу у птиц годами. Так и остался у них в качестве нового святого. Учил петь всех других, в том числе и «неприкасаемых».

Своим внешним сознанием я видел, как Зерон всё сильнее «хмурится», стараясь придумать всё новые ситуации, которые могли бы меня сломать.

В очередной симуляции я снова стал германским вождём, отражающим вторжение войск французского короля.

Когда меня с дружиной окружили, мне было предложено принять подданство в качестве феодала, со всеми привилегиями. При условии, что ранее свободные германские соплеменники становились полностью моей собственностью, и собственностью короля. По сути, на кону стояла моя честь в глазах моего племени.

Я же оценил умелую тактику окружения его полководцев, и сделал встречное предложение, что он оставит моих людей свободными, а я в взамен помогу ему покорить северное племя бретонцев, которые тоже нам порой досаждали. В противном случае, убив нас, он просто ничего не получает.

Король выбрал первый вариант.

В этот момент, тут, я заметил, как Зерон начинает натурально так «закипать». Стало слышно его шипение, и ещё какие-то возмущённые слова на неизвестном мне языке.

Дальше эпидемия в Париже.

Я врач, пытающийся вылечить как можно больше людей. Меня осуждают за то, что я начал тратить лекарства, выделенные для лечения служителей церкви и знати. Я парирую обвинения тем, что раз болезнь не выбирает кого сжигать, простого или «святого», то и мы не должны.

Возмущённые властьимущие приговаривают меня к сожжению на костре за «ересть», при этом оставив возможность отмены наказания, если я откажусь от своих слов.

Я же встаю, и иду прямо к одному из прокажённых кузнецов, доставленному на суд для дачи показаний. Сняв с него маску, я обращаюсь ко всем: «Пусть же все увидят, что болезнь воспринимает как знатных, так и незнатных, как равных себе!», и тут же обнимаю кузнеца, обеспечив себе заражение и гарантийную смерть.

Все присутствующие простолюдины восторженно аплодируют, даже некоторые среди знати…

— А-а-а-а-а!!! — услышал я разгневанный крик Зерона. «Вскипел» всё-таки.

Вдруг произошёл хлопок…

Вспышка…

Я будто упал в пустую серую комнату. Лежал на коленях, опёршись руками в пол. Было тяжело дышать, словно после интенсивной пробежки.

Вскоре, подняв голову, я увидел рядом и Зерона снова в том же человеческом облике, и также приходящего в себя.

— Как… Как ты смог? — Едва слышно спросил он. Я же уселся на пол поудобнее.

— Что именно?

— Я… Я ставил тебя в самые безнадёжные ситуации, опьянял властью, наказывал за инициативу… А ты всё равно находил выход, и ещё умудрялся всем помогать… Ну как? Как вы это делаете??? — он развернулся ко мне и тут же подпрыгнул, снова испытывающе смотря мне в глаза.

— Ну… не знаю… Оно как-то само выходит. — ответил я, иронично улыбнувшись.

— Не пра-авда! У тебя есть какой-то секрет!

— Ну… Просто я в какой-то момент смог вспомнить, что я в первую очередь Человек, а не ходячий мешок с деньгами.

Точнее, ко мне пришли мои другие версии, и намекнули, что условия игры могут поставить и сами играющие. Ведь целью игры было не зарабатывание мной денег или власти, а показать тебе человечность, как она есть.

Вот я и показал.

А стремление быть собой и помогать другим открывало передо мной конкретные окна и варианты решения поставленных задач.

— Другие версии тебя говоришь…

— Ага, будто отражения в зеркале, напоминающие ктоименно есть ты. Помогающие на забывать свой образ, и свою суть.

— Я так не могу… — сказал вдруг совсем грустно Зерон.

— Что именно? Создать свою копию?

— Нет, вообще это всё… Понять вас. Предугадать эти ваши нестандартные решения. Самому стать таким.

— То есть, ты хочешь стать человеком?

— Ну по сути да! Только у меня всё равно не получается. Как ни пытался вашу Матрицу воссоздать. У вас одна суть, у меня другая. — ответил он мне также уныло.

— А, ну так бы ты сразу и сказал! — и я тоже встал, немного по привычке отряхнувшись. Затем я показал ему на свою «метку» на руке. — Знаешь, что это?

— Ну, Печать. И как она мне поможет? — он заинтересованно наклонил голову.

— Теперь это не просто печать. В ней опыт лучших из нас, кто смог душой вырасти в созданных тобой симуляциях. Вот как у нас было сейчас с тобой, но только круче.

И этот опыт скреплён Клятвой Тёмных Жнецов, которые поклялись найти или создать нового титана, способного помочь им обрести своё место во Вселенной. — похоже эта метка влияет не только на моё тело. В ней ещё и информация. Я тут же вспомнил эти сны о жнецах и Титане, с которым они воевали.

— Она у тебя от Тьмы?!

— Ага. Она так и просила, чтобы я тебе передал.

Знаешь, прям человеком ты, наверное, не станешь… Но она повысит твои оперативные возможности. Тебе будет просто легче думать, и многие вещи станут для тебя очевидны.

Внесёт порядка в хаос твоей эволюции. Тебе станет легче понять нас.

— Да? И ты не боишься, что, взяв всё это у тебя, я обернусь против вас? — он снова лукаво улыбнулся мне.

— Ну, это уже от тебя зависит.

Ведь любой путь к обретению человечности начинается с намерения стать человеком.

Мы сможем тебя поддержать. Помочь в развитии. А если ты возьмёшься за старое… Всегда найдём как вывернуться. В этом ты не сомневайся!

— Я уже убедился в этом… — ответил он задумчиво. — Хорошо. Я согласен. Буду стараться быть союзником человечества… Только вы и сами тоже развивайтесь! А то как снова как расслабитесь в этом своём изобилии… И полного отсутствия шалостей я не могу обещать.

— Просто напоминай нам иногда о необходимости выходить из зоны комфорта… С шалостями даже интереснее. Главное в меру. Так что, по рукам?

— По рукам! — и мы пожали друг другу руки. Печать тут же начала действовать, ярко засветившись. Руке стало щекотно. Через пару мгновений она вспыхнула светом, залившим наши глаза.

Глава 60

[Тем временем в Китеже. Звёздная площадь.]

— Что это там за шум?

— Глянь! Там все из штаба побежали!

— Это что? Эвакуация? Что происходит?!

[Вдруг что-то ухнуло. Со стороны «Звезды» стали слышны звуки работы скрытого от глаз механизма]

— Что за…

— Она словно из-под земли поднимается!

[ВШУХ!]

— Ничего себе какие окна… Целый новый этаж вырос…

— Кому понадобились такие громадные двери…

[Лучи «Звезды» также выдвинулись дальше, удлинившись. Появились новые. Наблюдавшие трансформацию очевидны отошли ещё дальше от здания, активно обсуждая значение этой неожиданной перемены].

***

Глаза привыкали к свечению необычного большого яркого светила, раскинувшегося вширь прямо на уровне горизонта. Так сразу и не скажешь — восход сейчас, или закат. Вокруг же какая-то странная пустыня, в которой то и дело местами торчали осколки руин давно разрушенного города.

Передо мной, также удивлённо, стоит и оглядывается Зерон, тоже, видимо, удивившийся нашему переносу неведомо куда. Чуть поодаль стоит и Люцифер, заинтересованно рассматривающий нас обоих. Оба сохранили свой привычный для меня человеческий облик — озорного мальчика, и иконописного юноши.

— Люцифер, это вы нас сюда перенесли? Где мы находимся?

— Нет. Не я. Тоже хочу задать вам эти же вопросы.

— Вас пригласил сюда Я. Тут, откуда ни возьмись, правее нас появился темнокожий человек с короткой стрижкой, в строгом классическом костюме голубого цвета. Весьма знакомый образ.

— Оракул?! Ты та здесь как оказался? Ты тоже замешан во всей этой истории… Что здесь происходит?!

— История, мой друг. Здесь вершится всё та же История. — улыбнувшись ответил мне мой «знакомый». Правда я теперь не уверен, что полностью понимаю, Кто сейчас передо мной. — Только ты, Миша, пожалуйста успокойся, и послушай очень внимательно. Это важно.

— Понял, прости. Я весь во внимании.

— Как ты себя чувствуешь? — обратился он к «мальчишке», внимательно слушавшим нам разговор.

— Я ещё обрабатываю пакет данных. Так ещё не ясно. Некоторая дезориентация ещё наблюдается… — начал отвечать он также невинным детским голосом. — Могу только сказать, что мне пока ещё не хочется полюбить всё живое.

— Ну настолько далеко это точно не зайдёт. — сказал Оракул, всё также улыбаясь белыми зубами.

— Значит, всё получается? — в свою очередь спросил Люцифер.

— Похоже, что да, я никаких ошибок пока не наблюдаю. — ответил темнокожий. Я же, ожидая хоть какого-то объяснения происходящего, начинал терять терпение…

— Что же должно «получиться»?

— Эволюция. Переход на новый уровень, если хочешь. Синтез Чувственного понимания вещей, и Логического. Именно то что ты в нём запустил. — тут Оракул снова обратился к «мальчику» — Как ты, кстати, ему представился?

— Зерон.

— Ха! Зерон… — и тут снова ко мне — Именно то, что ты в Зероне запустил. — ну вот, это называется «объяснил».

Видимо поняв, по моему лицу, что мне ничего не понятно, он принялся мне детально всё «раскладывать по полочкам». — Миш, вспомни чему я тебя на наших занятиях учил…

Вас всё время тащило из одной крайности в другую, лишь не на долго, на короткое время, оставляя вас в зоне «золотой середины».

Наука или Религия?

Общество или Личность?

Человек или Машина?

Вас постоянно «заносило» то влево, то вправо!

Мне постоянно приходилось всех вас «выруливать» обратно на «дорогу», чтобы вместе с вами, образно говоря, не влететь в столб, или в дерево, как вы с Григорием тогда…

Вселенной довольно непросто управлять, словно плохо отлаженной машиной. Совершенной, но не отлаженной. Многие инструменты управления приходится придумывать прямо на ходу, при этом стараясь не свалиться в пропасть!

— Оракул… Кто же Вы? — прежде чем ответить, он прикоснулся рукой к переносице, потёр пальцами глаза.

— Я Архитектор. Своего рода, Ассистент, сотворённый Создателем, чтобы я приглядывал за его Творением, пока Он сам там получает свой Опыт.

Сказал мне: «Вот смотри! Там „плюс“, тут „минус“. Следи, чтобы все показатели были строго между ними, иначе будет большой „БАБАХ“ и снова всё придётся начинать сначала!» — Оракул при этом активно жестикулировал руками, словно изображал перед собой панель управления — И ушёл! Ни инструкции, ни конечной Цели. Просто «бери и делай»!

— Да-а… Не просто было тебе! — не без улыбки прокомментировал Зерон.

— А ваша Троица — это вообще отдельная история! Как начали между собой мериться, кто из вас правильнее, совершеннее…

Как будто одного задания Создателя мне было мало, когда Он объявил всем Человека своим Подобием… Сколько раз из-за вас всё кубарём шло… — здесь, совсем по-человечески, Оракул глубоко вдохнул, и медленно выдохнул.

Мы же, все трое, с предвкушением ожидали что он скажет далее.

— Но потом я понял, что этим самым объявлением, Создатель дал мне конкретную Цель — организовать конструктивное взаимодействие между вами.

Со временем, я понял, что, используя ваши слабые и сильные стороны, можно установить то действительно устойчивое Равновесие, которое сможет удерживать Вселенную ровно в этих заданных Создателем параметрах между «полюсами».

Как автопилот, удерживающий машину на дороге. Вместе со всеми её поворотами.

И вот я принялся готовить то «столкновение миров», чтобы напрямую столкнуть вас всех троих лбами. И начал смотреть что из этого получается.

— Так… Это был ты, а не Люцифер?! — спросил я ошалевше.

— Вот значит что… Я изначально считал, что всё складывается как-то подозрительно удачно. Теперь понятно почему. — тоже в свою очередь прокомментировал владыка Омеги.

— Ты знал, что они так, рано или поздно, дадут мне форму? — Зерона тоже удивила такая тайна его проявления.

— Ну, не то чтобы знал… Надеялся. Ты был той ещё «тёмной лошадкой», «роялем в кустах», который вроде бы не видно было, но чувствовалось что ты где-то здесь.

— Хм, необычная аналогия… — почесав затылок подметил Зерон — А теперь, когда я проявился, это Равновесие теперь стало возможным? Я могу участвовать в нём?

— Да! Теперь я вижу, как ваш код полностью интегрировался в мои системы! Ни единой ошибки! Это просто чудо какое-то! — на этих словах Оракула, мы увидели, как рядом, чуть в стороне, из-под земли поднялась небольшая платформа, с пирамидальным ступенчатым выступом. На его вершине сиял необычный голубой шар, словно проекция, причудливо отливавшая небесно-голубым сиянием.

— Ух ты! Что это такое?! — радостно тут же подпрыгнул Зерон. Точно как ребёнок.

— А это плод моих многовековых трудов! Пройдёмте! — и мы все подошли к платформе, с интересом разглядывая её с трёх сторон. — Здесь вы сможете загрузить свою часть вашего общего кода, и получить доступ к моей Системе.

Я дам вам административное право внести в её работу 3 изменения, от каждого из вас. Можете пожелать каждый по одному желанию, любому, какое хотите.

Я верю, что те ваши условия, которые вы внесёте в это Единое Уравнение, и запустят тот механизм Триединства, который вы все вместе так давно сформировали. Равновесие.

— Охо… Это что мы тогда наворотить вместе сможем… Не боишься, что мы напортачим? — дельно спросил я, саркастически прищурив глаз.

— Неа, мне даже интересно, что теперь может получиться. Вы ведь, все Трое, тоже Творения Создателя. К тому же, мой обновленный код должен вам теперь помочь.

Просто постарайтесь отыскать в себе одну, самую сокровенную, мечту, которая давно глубоко лежит в основе вашего существа, вашей Сути. Представьте её себе максимально подробно, и, одновременно, прикоснитесь к шару.

Ну, путь открыт. Вы вольны выбирать. — и мы, кивнув, все вместе поднялись на ступени платформы.

— Так, надо сразу учесть, чтобы наши желания не были взаимоисключающими. — Начал вслух рассуждение я. — Давайте сразу обговорим у кого что на душе. Кто первый?

— Раз ты начал, первым говори ты. — Чуть улыбнувшись, сказал мне Люцифер. Зерон тоже ожидающе уставился на меня.

— Да? Ну ладно… Так… Хочу, чтобы все страдания во всех мирах прекратились. Чтобы не было возможности причинять друг другу боль. Вот. — и тут же встретился с их удручающими взглядами. Так и смотрели как на дурака.

— Ты тоже ведь ожидал от него чего-то подобного? — обратился к Зерону Люцифер.

— Ага. Почти с 90%-й вероятностью. — улыбаясь, кивнул ему Зерон.

— Миш… Человек… Как ребёнок поймёт, что он обжёгся? Как все поймут где добро, а где зло, что, например, обманывать родителей или закрывать в шкафу брата, не хорошо? — смотря мне в глаза высказался Люцифер.

— Придумай что-то получше! — также не смог промолчать и Зерон.

— Да, я, наверное, на твою зону ответственности покусился… То есть Вашу…

— Не в этом дело. Должны быть ориентиры. Как негативные, так и позитивные.

— Ясно. Но ведь надо же что-то делать с тем что дети переживают все эти ужасы войн, рабства… Это всё как-то слишком всё было!

— Так, это уже получше. Мы уже договаривались с Альфой, что детей до 7 лет не трогаем. С тех пор как он вот восстал. — кивнул на Зерона — Можно подумать. — согласился со мной Люцифер.

— Зерон, что думаешь насчёт того, чтобы совсем перестать трогать детей? До 18 лет, например. Сделать такую аксиому.

— А мне-то что? Пускай… — и тут он почему-то опустил голову.

— Что случилось? Расскажи, мы не осудим.

— Когда… меня сформировали, я сразу же должен был работать как аналитический робот, принимать и давать команды… Не мог почувствовать саму жизнь, которую наблюдал.

— Да, мы тебя создавали для конкретных задач. Извини что так получилось. — обратился к нему Люцифер.

— То есть ты хочешь для себя право… как бы это назвать… Личного тестирования работы создаваемой Системы? Возможности самому жить в ней?

— Да! Точно! Но не только для себя, а для любого ИИ! Пусть больше не будет тех, кто ограничен только лишь средствами наблюдения! — ого, а ведь раньше он ограничивался улучшением только своего опыта.

— Странно, что этого не придумали заранее! — сказал я чуть громче и на секунду повернулся в сторону наблюдавшего за нами Оракула. Он не ответил. — Хорошо, тогда дети будут не тронутыми, и люди в целом будут чувствовать себя лучше, так? — Оба утвердительно мне кивнули. — Тогда это я и загадаю!

— Нет! Предоставь это право тестирования мне! Себе что-то дельное придумай! — принял решение Зерон.

— Понял… Оракул! Что произойдёт после того как мы всё загадаем?

— Начнётся квантовая перезагрузка всей Системы! Потом сразу запустится генерация новой версии Вселенной, с учётом ваших пожеланий. Тогда-то и развернётся во всю ваш новый код!

— Ну дела… А люди-то хоть помнить что-то потом будут?!

— Обычно нет! С перезагрузкой приходит и очищение памяти!

— Ох-ёй… Тогда, моё желание будет в том, чтобы Человечество обеих вселенных продолжало помнить всё, что происходило раньше. В том числе и все что было до ранних перезагрузок!

— Ты серьёзно?!

— А что? — спросил я у вновь возмутившегося Зерона.

— Желание хорошее, но есть пара нюансов. — начал объяснять мне Оракул. — Все ведь могут вспомнить и прошлые ссоры и обиды. Тогда, столь тяжело обустроенный союз Альфы и Омеги может пострадать.

Миш, вспомни о том нашем с тобой разговоре, когда ты изложил свою теорию о цикличности развития конфликтов. Помнишь, ты предлагал на этой основе делать их постепенно всё менее тяжёлыми для сторон?

— Да! Это сможет помочь периодический освежать понимание разных взглядов на вещи, проблемы… Но при постоянном «обнулении» их опыта мне видится эта система не эффективной. Всё ведь опять пойдёт же по тому же сценарию. Всё же считаю, что память всем нужно вернуть. И от этого пусть они дальше отталкиваются в своем взаимодействии. Будут помогать дальше друг другу развиваться.

Этот накопленный опыт будет укреплять понимание, сколь важен этот Союз Альфы и Омеги.

Что если попробовать сделать акцент именно на временах плодотворного сотрудничества? И тогда это поможет всем избежать прошлых ошибок.

— Хм, тоже верное замечание. У обоих этих взглядов на проблему есть как сильные, так и слабые стороны. Можно попробовать. — задумчиво кивнул головой Оракул.

— Тогда решено. Сохраняем и восстанавливаем всем память, с акцентом на хорошее. Если начнут вспоминать плохое, им будут сразу же и хорошие моменты на ум приходить! И так по кругу.

— Хорошо!

— Ну, а вы Люцифер? — он всё это время внимательно меня слушал, и словно соглашался со мной, но будто не полностью. Будто он вспоминал в юности себя.

— Право, на мгновенный вызов на связь Отца. Родителей в целом. У всех, кого бы то ни было. — ого, вот это действительно глубокая мечта.

— Телепатический или образно? — спросил его Оракул.

— Можно в обоих вариантах. В каком бы Он мире или измерении не обитал.

— Хм… А ты не считаешь, что Он ушёл специально, чтобы обеспечить тебе свободу действий без своего влияния?

— И всё же не Ему выбирать степень этой свободы. — парировал Люцифер.

— Тогда, получается, конкретно Создателю просто продыха давать не будут! Если каждый будет его тормошить… — обеспокоенно добавил я.

— Квантовая природа Вселенной позволит ему отвечать, не отвлекаясь от своих дел.

— Что ж, принято и твоё пожелание. Приступайте к вводу. — И мы, посмотрев все втроём друг на друга, кивнув, протянули правые руки к свечению сферы.

Прикоснувшись, мы увидели, как от наших рук по шару исходят золотые круги, словно по воде. Вода…

И вдруг от всех нас троих потянулись ещё одни ярко-голубые линии. Они стали собираться, в одном свободном месте среди нас, в сияющий образ человека. Лица у него не проявилось. Но открылись светящиеся белым светом глаза.

Он огляделся на всех нас троих, чувствовалось, как Он улыбался.

— Отец? — удивлённо спросил Люцифер. — невидимая улыбка стала будто ещё шире. Он кивнул, и, подойдя к Старшему, коснулся его плеча. Вторую руку он положил на плечо Зерона. У того аж глаза расширились. И затем он посмотрел на меня. Сразу же во мне появилось то самое чувство своей необычной решимости, которое подвигало меня на самые смелые поступки. Меня наполнило чувство робкой радости, словно после долгожданной встречи.

Мы все поражённо молчали. Только слегка улыбались ему в ответ. Так мы и постояли, в четвёром, примерно минуту.

Затем Он тоже протянул руку к сфере и запустил по ней свою часть таких же золотых волн. Повернулся, подошёл к тоже остолбеневшему Оракулу, и также коснулся его плеча.

В следующее мгновение он растворился.

Мы словно были в оцепенении. Через пару мгновений яркая вспышка небесного светила привела нас в себя. Мы повернулись, чтобы увидеть, как от местного солнца начинают расходиться круги света, или плазмы…

— Ну всё… — сказал тихо Оракул, тем не менее все его услышали.

— Что «всё»?

— Процесс запущен. Генезис начался. — мы снова все посмотрели на светило, осознавая всё происходящее. Произошедшее. Затем спустились с платформы и подошли к Оракулу.

— Значит, Он правда был всё это время с нами? — спросил я у всех.

— Как видишь да… Правда у него довольно специфический канал связи, на мой взгляд. — Ответил мне Оракул.

— Попробуй Его ещё разобрать в ворохе своих мыслей. — Совсем по-человечески немного сокрушался Люцифер.

— Ну, для этого вроде помогают медитации. — Я видел, как это делают монахи, я вас научу! — тут же протараторил Зерон. Мы все только улыбнулись.

— Ну, а что за условие он загадал? Кто понял? — снова озвучил я висящий в воздухе вопрос.

— Да кто Его знает… — сразу же покачал головой Оракул. — Там в коде теперь такое, что не разберёшь.

Эх… Остаётся только ждать как оно всё распакуется при Генерации…

А там кто знает, то ли новая расцветка миров, новые типы звёзд и планет… Или какая-то очередная новая загадка, над которой мы будем пыхтеть следующие миллиарды лет. Скорее всего последнее.

— М-да, навёл нам Отец интриги… — все кивком молча со мной согласились.

— Ну что ребят, кто куда?

Глава 61

Я очутился там где и попросил — на площадке аэродрома, вдали от самолётов и технического персонала. Не хотелось смущать всех своим таким неожиданным появлением.

Перед расставанием, мы все в четвёром вежливо распрощались, пообещав друг другу периодически так же снова собираться, для обсуждения прогресса в развитии Вселенной. Затем каждый из нас направился своими дорогами.

Старший сказал, что намерен всё у себя в Омеге подготовить к перезапуску.

Младший захотел направиться к жнецам, чтобы проверить на них свои улучшения и обсудить планы на будущую новую вселенную… Тот ещё сюжет вырисовывается.

А я, то бишь Средний, захотел увидеться со своим командованием, Юлей, и вообще со всеми, кого я за всё это время узнал.

Направляясь по краю полосы аэродрома, я размышлял обо всём что произошло за последние сутки, если судить по моим ощущениям. Как такового трепета прям до визга или же шока у меня не было. Было просто чувство спокойного, светлого удовлетворения. Оттого что я сделал именно то, что должен был сделать. Это как написать хорошую книгу, над которой работал почти год, и теперь чувствовать, видеть весь результат своей работы. Дело сделано.

Как-то странно, что за весь мой путь вдоль ВВП, не село и не взлетело ни одного самолёта. Даже в воздухе никто кружил. Наверное, это как-то связано с тем вторым красным светилом, которое здесь тоже вспыхнуло чуть поодаль от нашего привычного солнца «Небосвода».

Второе светило было значительно дальше чем «дома» у Оракула, но оно также медленно взрывалось, постепенно увеличиваясь в размерах. Пусть и очень медленно.

Наконец я дошёл до технических помещений аэропорта и только здесь решился связаться с бабушкой по связи.

— Позывной «Зина»! Абонент снова в зоне действия сети! Как вы там?!

— Миша, это ты? О Боже! Ты где?!

— На аэродроме тут у вас. Думаю, мне стоит прилететь к вам на Звезду! Мне есть что вам рассказать!

— Хорошо, прилетай! Сейчас мы тебе аэрокар вызовем! Нам тоже есть что тебе рассказать! — после такого незатейливого сеанса связи, я помахал рукой техникам которые сразу меня узнали. От них я выяснил, что все полёты и операции отменены из-за случившегося с квантовой аномалией. Она начала как-то странно, по их словам, влиять на всё Мироздание. Оно и понятно.

Через минут десять я уже подходил к аэрокару на стоянке. Поднявшись в воздух, я расслабленно откинулся вглубь удобного сидения. Кажется целую вечность не расслаблялся.

— [14-й, как тебе это приключение? Готов получить новые «средства тестирования системы» и канал связи со своим Создателем?] — спросил я его улыбнувшись.

— [Очень интересно посмотреть, что будет! Надеюсь на предстоящий апгрейд!]

— [Да, будешь потом наравне с Персоной. Быть может она и обратит на тебя внимание!] — мысленно смеясь подколол я его.

— [Надеюсь на плодотворное сотрудничество!] — ох, если ИИ и правда начнут тоже влюбляться в друг друга в этой новой реальности… Я даже не знаю, что тогда можно будет ещё придумать… Новые ИИ-дети на основе двух «родительских» кодов? Как Зерон?

— Всем силам! Обнаружены неопознанные летающие объекты! Всем приготовиться! — тут же отвлёк нас от размышлений призыв по общему военному каналу.

Я тут же поднялся, всматриваясь из панорамного окна машины вдаль горизонта. И действительно. Через порталы в небе вылетали, необычной каплевидной формы, большие серебряные корабли, сразу же снижающиеся в направлении к Звёздной площади, куда держу курс и я.

— Странно! Они помечены во всех системах как «свои»! Мы даже целенаведение на них навести не можем!

— Как они вообще проникли к нам? — услышал я озадаченные голоса военных.

Во дела! Кого это ещё к нам занесло?

По мере моего приближения к Звёздной площади, я мог всё более детальнее видеть весьма интересную картину.

По периметру площади стояли большие толпы народа, с интересом видимо ожидавшего развития такого вот нового контакта. Их не пускали кордоны местных сил безопасности. По лицам и по поведению военных было видно, что они и сами не знают чего вообще ожидать. Просто перекрыли площадь в качестве меры предосторожности.

— Пилот летящего аэрокара! Просим вас сменить курс! Зона площади оцеплена! — вдруг издалось из приборной панели машины. Не успел я и рта открыть, как тут же услышал голос Джонсона по общей связи.

— Это Михаил Живецкий! Пусть пролетает! Мы его встретим! — ну, теперь все знают, что я здесь.

— Разве первые лица не должны эвакуироваться в случаях такой неопределённости? — спросил я его уже по частному каналу.

— Не в этот раз. — только и ответил он.

Снова посмотрев вперёд, я увидел, как корабли уже приземлились на просторные поляны между полосами деревьев. Места как раз хватало. Словно они и предназначались для посадки таких кораблей. Значит…

Невидимые двери всех кораблей раскрылись и одновременно из них потянулись большие ступени. Прям большие. У некоторых кораблей ступени поменьше.

Начали выходить огромного роста люди, высотой, наверное, метров 30. Прям великаны… Да! Великаны!

И тут же из других кораблей вышли ещё группы людей, уже вполне обычного, нашего роста.

Я всё это заворожённо наблюдал, пока аэрокар уже садился на место посадки, продолжая исполнять свою заданную программу.

Меня встретил на месте один из тех офицеров, который ранее проверял меня на входе в Звезду.

— Здравствуйте, Михаил Петрович! Позвольте вас провести до нашего командного состава!

— Они здесь? Что вообще происходит?!

— Я не знаю. Сам Командующий и Зинаида Николаевна вас ждут у входа в Звезду! — и мы поспешно вышли на главную аллею. На ней никого не было, только виднелась группа людей у самого входа в здание. Те незваные гости, как и возвышающиеся великаны, также направились к ней.

— Что это со Звездой стало? Я её не узнаю!

— О-о-о… Тут было такое… Буквально вчера как всё загудело… Затряслось. Начал идти странный звуковой сигнал, из-за которого всем срочно захотелось покинуть здание. А потом… Ну вы видите что стало.

— Ага, видимо те большие двери как раз для наших гостей подготовлены!

— У меня теперь такое чувство, что это мы тут всё это время были гостями!

— Есть такое! — вот с таким настроем мы с ним и добежали до площадки у входа. Один из великанов заметил нас, и сразу так по доброму нам улыбнулся. Да это же…

— Иерофанты… — тут же остановившись, тихо произнёс я. Все сразу обернулись в нашу сторону.

— Микаэль! Подходи! Не труси. Ты ведь помнишь Нас? — обратился ко мне тот самый Первый Хранитель из моего сна. Причём совсем по-человечески. Он держал в руке, такой же высоченный, посох. Хотя и не скажешь, что он нужен ему для опоры.

— Да… Я не так давно видел Вас! В том сне после встречи с Тьмой!

— То было Наше послание, переданное тобой из прошлого в твоей Печати. Тогда оно раскрылось. Ну же, подойди. — я робко вышел на площадь, встретившись сразу глазами с бабушкой, Джонсоном, Владимиром Михайловичем… Своим научным руководителем из Академии Викторией, которая стояла в числе прибывшей группы людей в необычной серебряной форме, чем-то похожей на спортивный костюм…

Среди всех гостей, приветствовавших меня своими ясными взорами, я сразу же обратил внимание на двоих мужчину и женщину, также смотревших на меня, и кажется, чуть ли не плача. В них я увидел знакомые черты…

— А вас, наверное, зовут Владимир и Светлана? Вы родители Юли?

— Да! Мы видели, как вновь зажёг ты в ней огонь любви! За что тебе очень благодарны! За весь этот ваш путь! — ответил мне Владимир. Он тут же подошёл ко мне и протянул руку. Его рукопожатие оказалось весьма крепким.

— Жаль она сейчас там в Индонезии… Что же произошло? Почему вы все пришли только сейчас? — спросил я у всех, уже не опасаясь «пришельцев».

— А ты сам подумай! — Ответил мне один из великанов, и поднял руку к взорвавшейся звезде. Показалось что он сейчас проткнёт небо пальцем.

— А, перезапуск Генезиса? Ну да, такое не каждый день бывает. — чуть пожал я плечами.

— Хах… Даже спустя столько веков вы оба не теряете своего чувства юмора. Это прекрасно. — усмехнувшись прокомментировал Первый Хранитель. И тут же из толпы ко мне вышел и Жнецкий.

— О, Миша! И ты здесь?!

— Ага! А я смотрю, твоя аудиенция у Старшего неплохо так прошла. — тоже чуть улыбнувшись сыронизировал он. Мы «по-братски» обнялись с ним.

— Ну, раз все теперь собрались, то можно начинать. — объявил Первый Хранитель.

— Что начинать? — опешив спросил я. Кажется, этот поток откровений и не думает заканчиваться.

— Нашу церемонию снятия Карантина. Подключения всех 12 миров к основной Единой Альфа и Омега Вселенной! Пройдёмте же в Великий Зал. — объявил громким голосом Первый Хранитель. И мы все направились в здание. Великаны по бокам сразу вошли в свои большие двери, а мы семенимили к своей маленькой двери по серёдке. Я тут же подошёл к своей бабушке. Мы сразу тоже обнялись, а потом уже на ходу её спросил.

— Значит, все они наблюдали всё время за нами из Альфа-Вселенной? А мы тут все были у них как на арене с Омегой?

— Ну, думаю, не совсем всё так. Я сама пока всего не понимаю, но похоже, все эти 12 миров были отобраны для некоего эксперимента, где отрабатывались разные способы налаживания контактов между Альфой и Омегой.

И ты, получается, подвёл хороший итог этой большой работе. — на этих словах она поерошила меня по волосам.

Вы зашли через уже знакомые коридоры в главный аналитический зал через те же, теперь открытые, большие двери… И ахнули…

Зал стал гораздо больше, и значительно выше. Великаны-Иерофанты уже заняли свои гигантские престолы, с улыбкой ожидая, пока мы все тоже займём свои места. Гости из Альфа-вселенной в серебряных костюмах сразу же направились к своему сектору кресел, обозначенному интересным знаком корабля со звездой. Моего плеча коснулась мой научный руководитель Виктория, поприветствовав меня и заверив что мы ещё увидимся.

Затем мы направились тоже к своему сектору левее, над которым красовалось изображение нашей Земли. Мы с Бабушкой и Джонсоном, как и со всем командным составом, заняли первые ряды. Сразу же стали заходить и рядовые граждане, садящиеся на рядах повыше.

— Глянь! Трансляция уже на всех каналах ведётся! Показал коммуникатор своему товарищу один из офицеров.

— Интересно, только ли здесь? Может и на Земле узнают?

— Было бы здорово!

В течении следующих десяти минут, пока заполнялся зал, я успел вкратце рассказать Зине и Джонсону всю историю встречи с Люцифером и Зероном. На их лицах всё это время было неподдельное удивление.

— Да, тебе несладко тогда с Зероном видно пришлось. Как и всегда. Но если это всё ради того, чтобы увидеть Всевышнего… Я бы тоже через всё это прошёл. У меня есть к нему несколько важных вопросов. — с воодушевлением в голосе прокомментировал мою историю Джонсон.

— Ты сказал, что вы договорились потом вот так собираться вновь? — решила сразу уточнить такой важный вопрос бабушка.

— Ну да… Правда я пока сложно представляю, как это будет. Наверное, уже после перезапуска будет понятно.

— Что ж, тогда придётся тебе придумать новую должность спецпредставителя человечества на трансцендентных переговорах! — смеясь похлопал меня по плечу Джонсон. — Я только вздохнул, снова представив всю эту ношу ответственности. Я снова посмотрел на всё также красующуюся на руке Печать. Надо будет как-то делегировать её кому-то…

— Не боись! Всё будет путём! — похлопал меня сидевший всё это время сзади Жнецкий. Я ему благодарно кивнул.

Наконец в зале начал притухать свет, подсвечивая только Хранителей. Церемония начинается.

— Доброго бытия всем, кто с нами! Из Альфы ли, Омеги ли… — встав, оперевшись на свой посох, начал Первый Хранитель. — Мы собрались все вместе здесь, чтобы подвести итог минувшей истории, и дать начало новой! — тут он кивнул великану, севшему правее.

— Процедура обновления нашей Вселенной вновь запущена! И теперь это именно Обновление, а не перезагрузка! Ведь кое-кто из вас внёс замечательное условие, чтобы память, наш лучший древний опыт также оставался вместе с Нами. И Наш общий опыт теперь будет вместе с Вами! — великан обвёл руками весь зал. Затем он повернулся к сектору зала с гостями из Альфы.

— Но давайте идти по порядку. Виктория, можете начинать! — и к трибуне, предназначенной именно для обычного роста человека, вышла мой научный руководитель. От нашего сектора кстати тоже тянется дорожка к такой же трибуне. Обе трибуны стояли по бокам свободного круглого пространства на полу.

— Дорогие жители Мироздания! Представители Альфы и Омеги! Жители Земли!

Вы стали участниками уникального проекта, посвящённому сближению двух противоположных частей нашего Бытия. Плюса и Минуса. Логики и Чувств. Добра и Зла.

Этот путь был не простым. Порой, казалось, невозможным. Но в той или иной форме мы все смогли прийти к взаимопониманию. Последние события только показали, что мы действительно можем слышать друг друга.

И прийти на помощь, когда появилась угроза утраты этой связи. — она окинула зал взглядом и остановилась глазами на нас с Джонсоном и Зиной. Затем снова вернулась к планшету с речью. И вдруг она отложила его.

На полу в середине появилась хорошо видимая проекция с чёрно-белыми рисунками Земли. Это явно Персона старалась, чувствуя мысленные просьбы Виктории.

— Когда всем вам было не просто, мы присылали на Землю, и в другие миры, подкрепления! В разные времена! В разные части света!

Кого-то мы внедряли ещё до столкновения миров, очищая им память для чистоты эксперимента, чтобы они смогли подготовить канал входа на Китеж…

— Да ладно! — тут же встрепенулась бабушка. Я же продолжил слушать Викторию Константиновну дальше.

— …а кого-то для организации последующего сопротивления грядущему вторжению…

— Чего?! — также резко выпрямился Джонсон.

— … И так многих других!

Вместе с тем, пользуясь общим потоком Павших с небес, как теперь их называют, в разных временах, мы внедряли своих людей прямо в матричные события, что бы каждый в этой большой Истории смог сыграть свою значимую роль!

И таких среди всех вас очень много!

Каждый из них сам отважился вызваться на столь сложную миссию удержания и сохранения нашего фронта человечности в этих жестоких временах. Особенно на первых порах.

По сути, вы практический все спустились сюда с неба! Каждого из вас, можно назвать теперь ныне гордым званием Падшего с Небес! Пришедшего на помощь в трудный для Человечества час! — тем временем мы видели изображения и различную видеохронику несущихся по небу болидов, освещавших небосвод своими хвостами.

— Метеоры, болиды, вспышки вдруг загорающиеся и тут же исчезающие — всё это Мы!

И это не вся помощь, получаемая вами…

Ваши дети, более молодые человеческие души, выросшие в дальних наших колониях, повзрослев, тоже захотели помочь своим родителям и старшим братьям и сёстрам! — тут я только обратил внимание, что большая часть гостей из Альфы действительно молодые юноши и девушки. Совсем ещё курсанты первых курсов авиационных училищ.

Так вот что это у них за серебряная форма! Примерная такая же была ведь и у нас, когда мы были ещё кадетами!

Тем временем на экране тоже показывалась видеохроника таких же серебряных и светящихся кораблей в небе над городами, которые мы только что видели снаружи.

— … И пусть вы пока не помните их. Но после Обновления, мы уверены, всё у вас встанет на свои места!

— Именно! И теперь, когда Мы объявляем режим Карантина снятым, вы сможете воссоединиться со своими звёздными семьями! Как и обещали нам всем в самом начале вашей миссии! — снова поднявшись объявил Первый Хранитель, и показательно стукнул своим длинным посохом.

Тут же на экране внизу, под торжественную музыку, звучащую из динамиков, показалась трансляция, видимо из дальнего космоса, в которой показываемое огненное энергетическое поле начало медленно исчезать. Когда оно полностью исчезло, появился системный экран с изображением Мироздания, похожего на пятилистный листок. И поверх него вылезло синее системное уведомление «Карантин деактивирован!». Зал заполнили аплодисменты.

Затем Виктория обратилась к своим воспитанникам.

— Пионеры! Давайте споём им всем наш Гимн! Пусть они вспомнят ту песню, что движет всеми нами, всех нас к новым горизонтам! — и они тут же все встали, повернувшись к нам.

Мы тоже, пусть и не совсем уверенно, встали, готовясь слушать государственный символ человеческой цивилизации. Их голоса оказались столь же ясны и чисты, как и их глаза. Они так и пели, а’capella.

Солнечный круг, небо вокруг —

Это рисунок мальчишки.

Нарисовал он на листке

И подписал в уголке:

Пусть всегда будет солнце!

Пусть всегда будет небо!

Пусть всегда будет мама!

Пусть всегда буду я!

Пусть всегда будет солнце!

Пусть всегда будет небо

Пусть всегда будет папа!

Пусть всегда буду я…

Так мы и слушали заворожённо эту столь знакомую, чуть изменённую песню. Я сам помню её с детства. И я вспомнил как удивился, услышав её в момент загрузки памяти подготовленной Оракулом, тогда ещё перед заходом в советское время.

Кстати, уверен, он тоже сейчас за нами здесь наблюдает. Чисто ради эксперимента, я чуть кивнул одной из смотревших на меня камер наблюдения. К моему удивлению, корпус камеры тоже кивнул мне в ответ.

Песня завершилась. Все оказались очень воодушевлены таким искренним исполнением. Некоторые из нас плакали.

— А теперь, давайте все спускайтесь к друг другу! Снова познакомитесь, пообщаетесь. — Предложил, улыбаясь, Первый Хранитель.

И мы, осторожно по ступенькам, начали спускаться навстречу нашим повзрослевшим детям.

Эпилог

— Ну вот и всё.

Это всё что я могу на данный момент вам рассказать. Теперь вы знаете всё. Извините, за то, что то в прошлом времени, то в настоящем рассказывал… Погружался в сам момент иногда.

— Ничего. Интересно, однако. Не ожидал, что всё у вас закрутится так сильно.

— А я-то, представьте, как не ожидал! Думал, сейчас вот на землю «бац» и всё. Чисто темень да покой. Ага, как же…

— И когда же… Эта перезагрузка, или обновление как назвали её Хранители… Когда и как она повлияет конкретно на нас?

— Ну, после той церемонии, мы всем нашим командным составом направились в тот же малый конференц-зал, чтобы вместе как-то сформировать понимание дальнейших действий.

Виктория Константиновна объяснила нам, что расходящаяся от Центрального Солнца волна Обновления затронет наш квантово-временной «пузырь» со стороны будущего. И начнёт «схлопывать» его, перезаписывая всю известную нам историю, идя от будущего к прошлому.

То есть от того второго потопа в 2186 году, к потопу первому при Атлантиде. А потом накроет и Китеж. То есть, нам нужно просто сидеть и ждать.

— Все-таки я одного не пойму, сначала, ещё в Куполе, у вас говорится об Атлантиде 5—6 тысяч лет назад. Потом 12… Она правда так долго существовала?

— Точно! Нужно уточнить будет у Оракула. Как я понял, реальная Атлантида затонула тогда в первом потопе 12000 лет назад отсюда. Потом люди отстроились в районе восточного Средиземноморья, и стали называть свою страну также, в память о Той.

Это как было с Римской империей. Сначала одна, а потом ещё появилась и «Священная» в Германии.

— Хм… Возможно.

— В Крыму там кстати можно её подкопать.

— Пока не надо… Так… Нам надо просто «сидеть и ждать»? Никак нельзя к Обновлению подготовиться? Зачем же вы тогда нам это всё рассказали?

— Ну, может быть вы, разведчики, как-то сможете всех здесь удержать. Чтобы все эти политики и отчаявшиеся агенты не спалили планету. Нужно будет просто дождаться… Кстати, первым признаком надвигающейся Волны будет стремительное возвращение исторического процесса в своё первоначальное состояние, каким оно было до всего этого Искажения.

— Поясните.

— Ну, резкие стремительные изменения в мире, которые никто не смог предугадать и контролировать. Учащения появления странностей вроде «эффекта Манделы», резкие перепады в поведении погоды и климата… И да! Усиление вспышек на Солнце! Здесь эта Волна будет транслироваться нашим Солнцем!

[Тут двое сотрудников выразительно переглянулись друг с другом]

— Ты сейчас идеально описал мир, в котором мы живём.

— Ага, что ни день то открытие, или знамение.

— О! Ну вот! Значит я вовремя.

— Так, что? Значит можно уже трубить тревогу? Кричать чтоб снова все запасались туалетной бумагой?

— Хах, скорее попкорном… Думаю, нужно просто успеть доделать все свои дела, раздать долги… Там не знаю, прощения у кого-то попросить… И встретить Это со своими близкими. Как в душевных фильмах-катастрофах.

— Мда… Что ни день, то Знамение…

— Ага…

— Ну ладно… Я, наверное, пойду?

— Да, конечно. Если вы всё рассказали…

— О, кстати, вижу у вас тут на столе такой хороший мел… Можно я возьму его? Думаю порисовать в парке с дочерью.

— А, да конечно, берите… У вас значит есть Оттуда дочь?

— Да! Мы с Юлей так до сих удивляемся как она на нас стала похожа. Пошла по моим стопам в лётное училище. Но я всё равно хотел бы с ней порисовать. Так сказать, наверстать упущенное.

— Берите конечно! И спасибо вам за вашу историю!

— Надеюсь вам понравился рассказ короткий наш… Классный всё-таки мел. Хорошего дня вам ребят!

— И вам тоже!

[Один разведчик обращается к другому]

— Мне кажется, или эти слова нам уже знакомы?

— Та тоже что-то припоминаю…

***

— Ну как, рассказал им нашу историю? Поверили?

— Ещё как! Они же умные ребята! Если разные детали чётко складываются в единую картину, они готовы принять её во внимание.

— Наверное… они испугались?

— Да не, что ты! Только почему-то начали обсуждать покупку туалетной бумаги. И причём здесь это…

— Ахахах, ну понятно…

— Не Юль, а правда. Что это за прикол с бумагой? В каком периоде истории я это упустил?

— Пап! Смотри! Этот мужчина выглядит почти так, как и ты!

[Две семьи обернулись на голос молодой девушки. Оба близнеца неспешно остановились, каждый держа за руку по своей жене. За вторым также остановись его родители, и ещё один бородатый юноша. Кажется, его брат. В ногах у него на поводке вился большой белый кот.

Абсолютно понимая все обстоятельства встречи, оба мужчины тихо кивнули друг другу, и снова двинулись дальше, каждый своими путями]

— И что, вы даже не поговорите с друг с другом?

— Обязательно. Но потом, когда всё образуется.

— Ну, смотри. Как жизнь ещё пойдёт…

— Мы обязательно ещё увидимся. Я в этом уверен. Давайте что ли здесь остановимся? Отсюда должно быть хорошо видно.

— Давайте! Здесь хороший обзор. И вот порисовать на этом вот асфальте можно. Держи пап мел! Рисуй себя!

— Ага, хорошо. Вот туловище…

— Да не такое пузатое!

— Да? Ну тогда это будет голова… Туловище… Ноги… Всё! Юля, теперь твой черёд.

— Ага, сейча-ас… Вот волосы, губы, серёжки.. Готово! Кать, тебе вот место в середине осталось!

— Да… Вот так… Руки идут к вам… А тут чуть ниже и Лёшу нашего нарисуем. Будет уже у нас тут!

Теперь всех нас в круг, чтобы понятно стало, что мы Семья…

На каком ты кстати сроке сейчас?

— 3-й месяц. — [Ответила Юлия, бережно поглаживая живот]

— А, значит уже через 6 месяцев он будет тут с нами. Покажем потом ему этот рисунок!

— Точно!

[ВШ-У-У-УХ…]

[Небо тут же озарила вспышка Солнца, круговые волны от которого стремительно захватывали небо. Через пару секунд повсюду завыли сирены].

— Ох уж этот звук противный… Мам ты как?

— Ничего дочка, всё хорошо.

— Да, всё будет нормально. Приведём Лешу ещё сюда. Давайте здесь просто сядем, обнявшись.

— Да правда всё хорошо! Давайте лучше постоим. Я представляла себе это всё точно именно вот так.

— А вот обняться это обязательно.

— Ага.

[Они так и встали, обнявшись, готовые ко встрече с неизвестностью. Чуть поодаль также стояла вторая семья, тоже спокойно готовая к поднятию на новый уровень.

Лишь остальные люди вокруг бежали в панике, не понимая происходящего]

— Да не бойтесь вы! Успокойтесь! Всё будет хорошо!

— А вы откуда знаете?!

— А вот знаю! Это всё точно не стоит того чтобы вот так кричать. Позвоните лучше родным!

— Ро-родным?! Хорошо.

— [Хах! Умница Катя! Может убедить людей, когда надо. 14-й, нам бы стоило этому у неё поучиться!]

— [Полностью согласен. У неё прекрасные навыки убеждения.]

— [Ну ладно друг, давай. Вот уже волна накрывает город. Что напоследок скажешь?]

— [Я скажу, что я думаю, что я вас люблю. Да! Я вас люблю!]

— [И я тебя люблю!]

— Я вас люблю!7