Париж 1968, книга вторая: Рваное время
Глава 1
Глава 1
Июль. Ветрогонск
Все, как прежде…
- Нет, ну ты бы сказал, я б понял! - начальник ОУР (отделения уголовного розыска), Николай Петрович Сомов, нахмурясь, хлопнул себя ладонями по коленкам. – Ну, мать ити… Серега!
- Да я ведь объясняю, что письмо написал. В ящик сразу и бросил... – виновато вздохнув, Сергей опустил глаза. – Теперь понимаю – неправ был.
- То-то, что неправ!
- Но, ведь и вы меня поймите! – вскинул голову молодой человек. – Я, как след почуял, так и за ней... за потеряшкой... В Питер пришлось ехать, да еще по области... А там телефон потерял... и... и – вот...
- Что потеряшку нашел – хорошо, - покивал начальник. – Однако... Все же должен был позвонить! А то ведь... хорошо, хоть про мать не забыл!
С матушкой Сергей договорился. Та рада была, что сын все же нашелся... поругалась правда, поплакала... Но, сынка поддержала – в полиции сказал, мол – да, позвонил как-то, но, сказал, чтоб никому...
- Да уж, железная женщина твоя матушка, что и говорить, – хмыкнув в рукав, Сомов пригладил волосы. Круглое, по-крестьянски курносое, лицо его, как всегда, казалось простецким, однако, глаза смотрели недоверчиво, цепко, и по одному этому взгляду можно было понять – не простофиля перед вами, отнюдь! Опытный сыскарь – волчара!
- Прямо эта – Маргарет Тэтчер! Ладно, честно сказать - шибко ты нас не подставил. Все ж не сотрудник – стажер... – Николай Петрович склонил голову набок и хитровато прищурился. – Практику я тебе, правда, не подписал... Ну, раз тебя не было!
- Да уж теперь что уж, - Сергей махнул рукой.
Сергей… Сергей Вениаминович Соколов, молодой человек двадцать лет, третий курс юрфака. Обычный, вполне симпатичный (если верить девушкам) шатен с рыжеватой (как у метросексуалов) бородкой и усиками. В меру стройный (рост сто восемьдесят пять), в меру мускулистый (нет, не фитнес, просто утренняя зарядка, пробежки и гантели), в меру подтянутый. В общем – обычный... Но вот приключения с ним случились – необычные!
Это ж не каждому так везет (или не везет – тут вопрос спорный) – с крыши обычной типовой пятиэтажки перепрыгнуть в Париж, да еще - в тысяча девятьсот шестьдесят восьмой год!
Переместился, так сказать, в пространстве и времени... Как в старом гайдаевском фильме, только куда круче! В самый разгар студенческих бунтов угодил, можно даже сказать – в революцию. Обрел друзей... и врагов. Вернее сказать – врага, но какого! Целую организацию – Трест – в лице ее представителя, коварного и чем-то даже обаятельного Доктора, век бы его не видеть...
- Э, ты чего завис-то, Серег? – привстав, начальник потрепал задумавшегося парня по плечу.
- А? – Сергей – или, как его называли ТАМ, Серж – вздрогнув, обвел кабинет рассеянным взглядом. Ничего тут не изменилось. Все те же два стола, составленные буквой «т», компьютер с принтером, ноутбук, сейф, вентилятор, на окне – плющевые шторы. На спинке стуле – серый китель с погонами капитана, а сразу за стулом, на стене – подробная карта Луны! Ну, так, просто... Сомов (все звали его просто – Петрович) тот еще приколист был, и начальство особо не жаловал, оттого и ходил до сих пор в капитанах, хотя, по всем срокам, пора было давно майором быть... таких в полиции и звали – «пятнадцатилетний капитан». Зато и начальство его того... побаивалось и лишний раз не тиранило. Да и дело свое капитан знал туго, что уж тут говорить...
Ничего не изменилось. Да и чему меняться-то? С начала мая по начало июля сколько прошло? Всего-то пара месяцев! Как там, так и здесь. Карантин по ковиду еще не закончился, куда там – без маски в дежурке не пропустили...
- Я о чем толкую-то, Сереж... – Петрович цепко заглянул прямо в глаза собеседнику. – Тебе ведь когда на учебу-то? В сентябре?
- Ну, в сентябре...
Быстро придя в себя, Соколов уже догадался, к чему клонит ушлый начальник. Ушлый, ушлый – уж дальше некуда!
- Так ты бы это... до конца б августа поработал бы, а? А я б парней в отпуска отпустил. По-очереди... Ну, дружков твоих, Алексея с Колей.
Алексей и Коля – были местные опера, так сказать, новоявленные коллеги Сержа. Худощавый брюнет с серьгой в левом ухе – Алексей (старший опер) и коренастый бандитообразный качок со стрижкой под ноль – Коля, между прочим, знаток философии, старший лейтенант. С Колей, кстати, Сергей больше скорешился – именно по делу о пропавшей девчонке... Агнессе... Аньез!
- Дак как, Сережа? – вкрадчиво осведомился Сомов. – Поработал бы... заодно бывшей потеряшке помог... ну, девчоночке этой... ты ведь к ней неравнодушен, а?
Юноша вздрогнул:
- Да откуда вы...
- Откуда надо! – усмехнувшись, веско припечатал начальник. – Городок у нас маленький. Ты смотри это... С малолеткой – ни-ни! – Николай Петрович погрозил пальцем. – Подожди, пока вырастет. Хотя... видел ее вчера... Не скажешь, что малолетка - – такая вся из себя мадмазель!
- Да никакая она не ма... Хорошо, Николай Петрович. Подожду.
А ведь действительно – мадемуазель! Мадемуазель Аньез… Аньез Маскен.
- Все равно – смотри!
И в самом деле, по паспорту бывшей «потеряшке» Агнессе Маскеевой едва исполнилось пятнадцать... Но, в Париже-то она прожила больше четырех лет, с шестьдесят четвертого по шестьдесят восьмой! Так что... Впрочем, не рассказывать же об этом начальству!
- Ну, вот что... – довольно потерев руки, Петрович водрузил на нос очки. - Постановление о возобновлении практики я отпечатаю, подпишу в кадрах... Так что с завтрашнего дня... Хотя... А чего тянуть-то? Тут из детской инспекции материал зафутболили... ерунда, конечно, но... На-ко пока, почитай... у себя в кабинете... Ну, все, не смею задерживать, товарищ стажер! Удачки! Если что, Коля поможет... А Леху я с сегодняшнего числа в отпуск отправлю.
В кабинете ОУР тоже ничего не изменилось. Продавленный диван, четыре стола, два сейфа. Старый полированный шкаф с вещдоками, хранящимися Бог знает, с какой поры, баночка с кофе, чайник на сейфе…
Когда стажер вошел, чайник как раз закипал...
- О, Серега! Ну, дождались-таки пропащую душу!
Напарники встретили стажера с радостью! Еще бы – уж теперь им точно светил отпуск! Да и без того они всегда относились к Сергею неплохо, учили пол мере сил, что да как...
- Давай-ка чайку! Как раз по такой погоде...
На улице вовсю наяривал дождь. А ведь с утра, вроде бы, ничего не предвещало – небо голубое, солнышко... Ну, надо же!
- Ч-черт! – глянув в окно, Соколов непроизвольно выругался. – А я на скутере...
- Так ты его во двор, под навес загони! – посоветовал Коля. – Заодно сахарку купишь... а? А то кончился.
- Куплю, конечно... А разрешат... во двор-то?
- Пущай только попробуют не разрешить! – вальяжно рассмеялся Алексей, старший опер. – Там кто дежурный-то? Кажется, Достоевский?
- Да-да, он, - припомнив, Серж улыбнулся. – Старый майор - Федор Михалыч.
- Ты иди, иди, - напутствовал Николай. - А мы пока материальчик твой глянем...
- Э! Серег! Зонтик возьми...
- Ага... Спасибо!
Закатив скутер под навес («Достоевский», ясное дело, не возражал, да и вообще был занят), стажер сбегал в расположенную за углом «Пятерочку», купил сахар и вафельный тортик да быстренько вернулся обратно на рабочее место. А дождь так и поливал, и все небо затянули злые свинцово-серые тучи. Хотя, нет, если хорошенько присмотреться...
- О! Тортик! Ну, че там – дождь? Леш, давай-ка чайник... А материал твой, Серег, залепуха полная! Да вот, смотри сам...
Дожидаясь, пока вновь закипит чайник, «качок» Коля уселся на стол и принялся за разъяснения...
- Прошу принять меры к неустановленным лицам - скорее всего, к подросткам - которые в период с такого-то по такое-то похитили из подъезда дома номер... по улице такой-то... велосипед марки «Десна»... стоимостью... ого! Десять тысяч рублей! Велосипед был пристегнут на замок и цепочку...
- Я так понимаю, велосипеду марки «Десна» уже Бог знает, сколько, лет... и десять тысяч рубликов он по любому не стоит, - усаживаясь, осторожно заметил Сергей.
- Верно мыслишь, Шарапов! – старший лейтенант расхохотался и продолжал, озабоченно хмурясь. – Видишь, тут дежурный «подростков» подчеркнул синим и отправил материал в ПДН... Но и там начальница не пальцем деланная. Видишь, уже сам начальник отдела резолюцию наложил – красным. И подчеркнул – «к неустановленным лицам». А раз так, значит куда? Нам, в ОУР! Понимаешь пока?
- Ну да, - пожал плечами Сергей.
Еще бы – чего тут непонятного! Непонятно – почему «залепуха»?
- А потому! – хрустнув кусочком тортика, Коля грустно усмехнулся. – По идее, велик-то – развалюха, явный отказной... Но! Там заявитель – редкостный хмырь, упертый! Я этого деда знаю – тот еще жалобщик. На всех доносы пишет. На подростков – спать не дают, на дворика, на сантехников... На погоду вот, еще не писал, но, погоди – напишет. Вон, понаписал – «ущерб для меня, пенсионера, значительный»... Так что отказать не получится... Впрочем, стоимость все равно надо установить... хотя бы примерно. А то выдумал – десять тысяч! И еще соседей опроси, лучше - подростков – велик этот они, наверняка, знают – облезлый, мол, был, старый... Ну – так как-то... Ну и поищи, да... Через тех же подростков. Да и мы человечков свои поспрошаем – может, кто чего... Короче – поможем!
***
Домой Соколов возвратился лишь к вечеру. Слава Богу, хоть кончился дождь... Домой... Не далее, как вчера, Сергей все же снял небольшую однокомнатную квартирку в пятиэтажке неподалеку от ОМВД – ну, просто так получилось, взял, что предлагали, искать больше не стал. Вообще, снял больше для Аньез... Ему ведь в сентябре на учебу... На учебу... А что, если...
- Уфф! Ты что так долго?
Агнесса - Аньез – встретила его на пороге с тряпкой в руках. Убиралась! Босиком, в драных джинсиках и завязанной на пупе рубашке. И даже в таком затрапезном виде выглядела она, чудо, как хорошо и чертовски сексуально! За четыре года в Парижеугловатый ершистый подросток превратился в очаровательно юную французскую женщину! Такую, от которой невозможно оторвать глаз...
- Практика? – девушка поморгала пушистыми ресницами и скривилась. – Тебе оно надо? Закончил бы уж скорей и...
- Знаешь, я тут подумал... вот, только что... – бросив мокрую куртку на вешалку – попал! – молодой человек обнял подружку за талию, заглянул в глаза.
- И о чем же ты подумал, интересно знать? – прищурилась Агнесса. – Наверное, о сексе, а?
- И об этом тоже... – руки Сержа быстро развязали узел рубашечки... – Но, и еще кое о чем...
- Кое что подождет, мон шер... – сброшенная рубашка Аньез скользнула на пол... руки обвились вокруг шеи возлюбленного, губы впились в губы...
Подхватив красотку, Сергей унес ее на диван, положил, быстро скидывая одежду... Улыбнулся, стягивая с девчонки джинсы и трусики...
Заскрипел старый диван... Качнулось за окнами небо...
- А помнишь моего соседа? – покончив с любовной страстью, Агнесса подошла к окну и расслабленно закурила. - Ну, там, на Данфер Рошро, в Париже... Любопытный такой. Все за нами подглядывал...
- Да ты не особенно и скрывалась! – негромко расхохотался стажер. – Я бы сказал – скорее, наоборот...
- Ну и что? – девушка обернулась, глянув на возлюбленного с истинно французским шармом... наверное, так завлекающее невинно и, вместе с тем, дерзко, умеют смотреть только парижанки! – Зачем же лишать людей радости?
- Здесь не Париж... – подойдя, Серж обнял девчонку, погладил по плечам, поцеловал в шейку...
- Ты, кажется, хотел что-то сказать? – прошептала Аньез. – Ну, вот, только что...
- Ах, да... Я все же решил перевестись на заочное...
Девушка повела плечиком:
- Мы же хотели в Питер? Ты бы учился, а я б...
- Дорого в Питере...
- Ну да... А здесь? – задумчиво выпустив дым в приоткрытую балконную дверь, Агнесса покусала губы. – Допустим, салон и здесь пойдет... Даже не допустим, а пойдет... А вот работы в Ветрогонске мало! Хотя... Так ты...
- Ну да, - усмехнулся Серж. – Всегда поражался твоей сообразительности!
- Вот только не надо...
- Нет, в самом деле!
- Значит – в менты? – отойдя от окна, Агнесса бросила окурок в пепельницу и накинула на плечи рубашку.
- В полицейские!
- Ну да, ну да – полИс криминЕль! А что? Может, и неплохо... Ты уже говорил с начальником? Ну, с этим вашим... как его? Петровичем.
- Пока нет... Но, там будут рады. Даже очень. Работать-то некому...
- Хорошо, хорошо... – Агнесса снова закурила, рассеянно выпустив дым. – Если что – салон мой прикроешь... С теткой разобраться поможешь... да и вообще...
- Как будто я тебе и без этого б не помог! – обиженно промолвил Сергей. – Кстати, не слишком ли ты много куришь? Кто бросить обещал?
- Я-а? – девушка неподдельно удивилась. – Когда это?
- Вчера! Вот, когда я ужин готовил!
- Что-то не помню...
- Обещала, обещала! Даже поклялась!
Разведя руками, Серж изобразил самый простецкий вид – мол, забыла, с некоторыми бывает.
- О, месье умеет врать с непроницаемым лицом! – неожиданно расхохоталась Агнесса. – Впрочем, брошу, да. Хотя – ты заметил, я ни разу не кашлянула!
- Заметил. Так мы ж дома! В своей эпохе, вот и...
- Да знаю ж... И все же – как-то даже не верится... – подтянув ноги к груди, Аньез обняла руками колени. – Помнишь? Сорбонна, баррикады на Гей-Люссака, ребята... Жан-Клод с Надин... Патрик...
- Аннет и Люсиль...
- Славные были времена!
- Да, славные...
- Если бы не этот поганый Доктор! – вспомнив врага, девушка невольно вздрогнула. – Готовил в Париже ядерный взрыв! Ужас! И эти парни...
- Целая организация, - напомнил Серж. – Трест. Так до сих пор и не разобрался, чего же они все-таки хотели?
- Непонятно, как этот Трест устроен, как все происходит, - пригладив волосы рукой, Агнесса покусала губы. – А вот насчет их целей – как раз ясно.
- И что же тебе ясно?
- Да все! Это ультраглобалисты, мон шер! Уничтожить государства, перемешать народы, превратить всех в послушных рабов... Ну, что и сейчас делают под видом борьбы с пандемией. Да - та же цифровизация...
- А ведь – да, - подумав, согласился стажер. – Так оно пожалуй, и выходит... Однако, умная же ты у меня! Есть что-нибудь будем?
- Думала, скажешь – обойдемся любовью! – красотка со смехом вскочила с дивана. – Ладно, сейчас разогрею... Картошка с мясом! Любимое твое блюдо, насколько помню...
- Картошечка? Вот это здорово!
- Еще осталось полбутылки вина... – уже из кухни прокричала Аньез. – Красное. Бордо... Вернее, то, что здесь выдают за бордо.
- Ну, уж что есть... Сейчас достану бокалы.
Ужинали здесь же, в комнате, за раскладным столиком. Смотрели в полглаза по старому телеку какой-то фильм... Бог знает, какой – не важно. Новости и глупые шоу молодые люди не жаловали...
- Чин-чин!
- Да! За тебя, любимая!
- За нас!
- Знаешь, а я сегодня встретила тетку! – поставив бокал, вдруг сообщила Аньез.
- Илону Аркадьевну? – Серж наполнил бокалы.
- С-суку! Случайно, у магазина... – зло усмехнулась девушка. – Идет такая, типа меня не видит... Потом вдруг узнала – резко так! И сразу на другую сторону улицы перешла... Не одна была – с мужиком. Мерзкий такой, круглолицый, с пошлыми усиками. Чем-то на сутенера похож! Представляешь – в сандалиях с белыми носками! Ну, совсем ей не пара! Разве что в постели хорош... А тетка даже не поздоровалась! Вот ведь тварь, а! Убийца!
Стажер покачал головой:
- Не доказать. Свидетелей не было... Да и ты вон – живее всех живых! Разве что – покушение... да и то...
- Черт с ней! Дом бы отсудить!
- А вот этим займемся! Только и это непросто.
- Непросто, - согласно кивнув, Агнесса сверкнула глазами. – Однако, дом я этой суке не уступлю!
- Не забывай, по паспорту ты – несовершеннолетняя, - напомнил Сергей. - А тетка может установить опекунство. И суд пойдет навстречу, поскольку мать-то твоя лишена родительских прав... Да ты сама все знаешь.
- Знаю... Продержаться бы до восемнадцати! Хотя, ведь мне есть уже...
- Не по российскому паспорту.
- Ну да...
- Опека следить будет за каждым твоим шагом! - стажер поднял бокал. - Может быть, нам и впрямь лучше уехать?
- Уедем – точно дом не получу! – безапелляционно заявила девчонка. – А опекунство... Пусть только попробует! Я ведь буду против.
- Тогда – детский дом. Без вариантов, до восемнадцати.
- Что-о? Как это – детский дом? Как это – без вариантов? – Агнесса завелась с полуслова, вскочила, зло сверкая глазами. – Ты ведь мне говорил – точно так же, салон откроем! И что теперь? Мне до восемнадцати теперь где-то прятаться?
- Да уймись ты! – молодой человек схватил возлюбленную за руки. - Кому говорю – уймись! Придумаем что-нибудь...
- Хм... что-нибудь!
- Да говорю же! – встав на ноги, Сергей принялся ходить по комнате, иногда бросая задумчивые взгляды в окно, на белесое вечернее небо. – Мой покойный батюшка когда-то был здесь районным прокурором... вернее – замом. Друзей много осталось. Везде... Схожу, посоветуюсь. Помогут! У тебя что, кроме тетки и матери вообще больше никаких родственников нет? Даже самых дальних?
Девчонка задумалась.
- У бабушки сестра была двоюродная... Тетя Лера. Давно уже умерла…
- Плохо!
- Эх, если б не дом...
Серж кашлянул:
- Не хочу тебя заранее расстраивать, но, насчет дома...
- Но ведь по завещанию – мне! – снова вскинулась Агнесса.
- Так еще не огласили!
- А я и так знаю – мне!
- Тетка оспорит. Имеет право на часть.
- На часть...Тьфу! Что я ей – крыльцо отдам или крышу?
- Скажу, как юрист – цинично. Продать и поделить! Или тебе этот дом так дорог?
- Дорог, конечно... – Аньез неожиданно улыбнулась. – Но... не настолько, чтоб из-за него портить себе жизнь! Лучше тетке опортим, а?
- Всегда знал, что ты у меня умница! За тебя и выпьем... Чин-чин! О-о... Опять ты за сигаретой...
- Брошу. Сказала же! Но, не сегодня... не сейчас... Ай! Чего ты щекотишься-то? Отстань! Отстань, говорю... Ай...
Снова заскрипел диван...
***
На следующий день Сергею Соколову официально возобновили практику. И так же официально он занялся делом – той самой «залепухой» с вредным пенсионером и похищенным у него велосипедом марки «Десна», выпушенным еще в советские времена.
- Удачи! – разом напутствовали коллеги-опера.
- Не забудь – вечером проставляюсь за отпуск, - помахивая подписанным рапортом, радостно предупредил Алексей. – Пока только не знаю, где. Дома жена, теща... А Петрович предупредил, чтоб не в кабинете... Вот ведь времена настали, а?! Уже и в собственном кабинете не выпить!
- Да что там говорить - собственной тени боимся, - поддерживая коллегу, Коля махнул рукой и тут же предложил. – А в «Бригантине» как?
Кафе «Бригантина» находилась на другом конце города, у железнодорожного вокзала.
- Можно и там... Часиков в семь подгребайте. Серег, сможешь?
- Да постараюсь, - повел плечом стажер. – А вообще, спросить хотел... насчет органов опеки.
- Это к Лешке, - тут же перевел стрелки Николай. – Он как-то занимался... Ну, помнишь, то дело...
-А-а-а! – отпускник хитровато прищурился и покачал головой. – Вон ты про что... Небось, про свою девчонку? Ну, про потеряшку...
Стажер удивленно вкинул глаза:
- Откуда вы...
- Так, где работаем-то?! – засмеялся старлей. - Видали, видали... Ничего такая девочка! Не скажешь, что малолетка...
- Да они все сейчас такие, - усмехнувшись, Коля глянул в окно. – Эх, хорошо! Солнышко!
- Так про опеку... – напомнил Сергей.
- Торопишься, - Алексей лениво потянулся и поднялся на ноги. – Нет там прока никого, в опеке. Все отпуске. Да и девчонка твоя до сентября никому и даром не сдалась. Это потом, как в школе не появится, писать начнут по инстанциям ... А пока... Живи да радуйся! Ладно, я – в кадры. Вечером не забудьте.
- Ага...
Глава 2
Глава 2
Июль - август. Ветрогонск
Велосипедное дело
До обеда Соколов проторчал в отделении – принимал оставшиеся материалы у Алексея. Тот, правда, разгреб, что смог, но много чего и оставил, потому как – ну никак было не управиться!
- Я, вишь, думал отпуск-то в октябре светит – а тут ты.. и... Короче, сам видишь! – отпускник чувствовал себя немножечко виновато, что вызывало у Сержа какую-то неопределенную неловкость, хотя, казалось бы – с чего?
- Это вот сразу отказывай, - сортировал бумаги Алексей. – Да и вот это можно... Ежели в прокуратуре завернут – Колян поможет... Здесь вот в следствие передавай, а это –в дознание. Тут, в принципе, все опрошены, только справок дождаться да постановление вынести – у меня в комп уже забито все, так что пользуйся на здоровье!
- Спасибо.
- Да не за что. А насчет опеки не переживай, с отпуска приду – разберемся, зацепки есть!
- Вот это бы хорошо бы...
- Только девчонка твоя...
- Агнесса.
- Да. Пока пусть особо не светится
Так вот до обеда и провозились...
- В вокзальную столовку поедем? – глянув на часы, Коля потер руки. – Там такие макароны с мясом – умм!
- Не, я домой... – отказался стажер. – А оттуда сразу в адрес...
- Удачи! Если что – обращайся.
- Ага.
Домой... Сергей произнес это слово, как само собой разумеющееся... И вдруг улыбнулся – а ведь, и вправду, домой! Ни в общагу, ни к маме, а домой – в собственную квартиру, пусть и съемную, к любимой девушке... Верно, ведь – ждет!
Оставив скутер у подъезда, молодой человек вихрем взлетел на пятый этаж... и еще издали услышал музыку...
- Laisse tomber les filles… Laisse tomber les filles…
Франс Галь!
Но... откуда? Впрочем, ясно... Вот вам – и тише воды, ниже травы!
Сергей толкнул дверь:
- Чего не закрываешься-то?
- Да кто тут и ходит?
В шортах и куцей маечке, Агнесса занималась уборкой – протирала тряпкой пыльный сервант. Рядом, на столике, виднелся старый проигрыватель «Аккорд» и диски – грампластинки на сорок пять оборотов. Франс Галь, Франсуза Арди... Песенка как раз кончилась...
- В дом ходила? – разувшись, Сергей устало опустился на диван.
- Так это же мое! – свернула глазами Аньез. – Вот я свое и забрала.
- Ну, я же предупреждал!
- Когда это?
- Значит – хотел предупредить... А ты б и сама могла догадаться!
- Ну, ладно тебе злиться-то, - усевшись рядом, красотка обняла возлюбленного за плечи и томно поцеловала в губы... умм...
И тут же вскочила, как ужаленная:
- Ой! Суп!
Из кухни доносился приятный запах какого-то варева...
- Суп – это хорошо! – поднимаясь, потер руки Сергей. – Не убежал?
- Не! Успела. Куриный... Сейчас есть будем, ага!
Там, в Париже, Аньез готовила редко, может быть, потому что как-то было не до того, да и кафешек хватало на любой вкус и кошелек. Здесь же, наоборот – девчонку пробило на кулинарию. Почему – Бог весть... Кстати, получалось неплохо.
- Мм.... вкусно! – заценил Серж.
- А ты думал? Как работа...
- Пока никак... С обед вот загляну в адрес...
Молодой человек рассеянно открыл папку... и тут же закашлялся:
- Ч-черт! Тот самый дом! Как же я раньше-то не понял...
- Чего-чего ты там бормочешь? – насторожилась Агнесса. – Что еще за дом? А, тот... где крыша... дельфин… Я с тобой поеду!
- Зачем?
- Затем! – сказала, как отрезала.
Правда, потом все же пояснила:
- Argent - понимаешь? Деньги! Надо же зарабатывать. А у меня там подружка живет, Машка Колентьева.
- Рыженькая такая?
- А ты откуда знаешь? Ах, да... забыла, где работаешь... Ну, что? Сейчас и рванем? Набор только возьму... И переоденусь! Чай пока пей.
Набор - имелось ввиду – маникюрный...
- Я ведь за ним и заходила! А пластинки - уж так...
Но, вообще, правильно. Очень даже разумно - финансовых запасов у Сергея оставалось не так и много – рублей семьдесят.
Переодевалась девушка минут двадцать... еще и подкрасилась... Наконец, вышла – чувственная сероглазая брюнеточка, худенькая, изящная... Узкие голубые джинсы, светлая рубашка, джинсовый рюкзачок, сиреневый шелковый платочек на шее, на запястьях – браслетики-фенечки... шарман!
Соколов только рот отрыл:
- А-а...
- Это все из секонд-хенда, недорого, - с истинно французским шармом улыбнулась красотка.
Искоса глянув в зеркало, повела плечом:
- Ну, не в одном и том же ж ходить! Кстати, как я тебе?
- Très mignon! Tout à fait... (Очень миленько! Вполне…)
- Вот – то-то же! Ну, пошли.
Домчались быстро! Все тот же до боли знакомый дом, подъезд... именно отсюда, кстати, и сперли пенсионерский велик!
- Вам кого? – открыв дверь, удивленно осведомилась рыженькая, с веснушками, девушка в открытой – с бретельками, маечке и розовых шортах, с татушкой на правом плече.
- Ой... а вы, кажется, из полиции... А вы...
- Маша! – Аньез взяла девушку за руку. – Ты чего, не узнаешь? Я Агнесса! Маскеева...
- Неська! – удивленно ахнула Маша. – Да тебя и не узнать! Какая стала... ну... взрослая, что ли... Прямо мадам!
- Сама ты мадам! Ну? Долго на пороге гостей держать будешь?
Минут через десять Аньез уже делала подружке маникюр. Все же уговорила – «у тебя не ногти, а черт-те что! На указательном вообще сломан...»
- Будем наращивать! Бесплатно – в рекламных целях...
- Ну, если бесплатно... тогда давай. А вообще - я с тебя ору!
- Жиза, подружка - с'est la vie ! Да, этот вот мой друг Серж... Он тебя кое-что спросит, можно?
Так вот разговор и пошел...
Насчет потерпевшего пенсионера Маша оказалась настроена резко отрицательно:
- Сенькин, Игнат Савельевич? Да знаю - сосед. На третьем живет. Тот еще козлина. Старый, а туда же... Идешь – так и таращится! Один раз даже ущипнул за бок... да еще так больно - жесть! Я сказала, что родителям скажу – испугался… Велик? Ну да был у него какой-то, дешманский такой, старый. Он его на первом этаже к перилам цепью привязывал... Украли? Да кому он нужен-то? Ну, может, просто выкинули – козлу этому насолить. А он что, заяву написал? Вот ведь, гад... Нет, наши ребята - вряд ли. Сенькина все знают, связываться не будут... Подозрительные? А вот да - был такой, как-то не раз уже в подъезде встречала... Тоже старый, лет, наверное, сорок. Лица не вспомни, рост... ну-у... средний, наверное... ну да, средний – на голову выше меня. Фигура? Ну, обычная такая фигура... ни худой, ни толстый. Лицо... Говорю ж – не помню. Не, без бороды... и без усов, кажется... Одет? Хм... комбинезон... Да! Как маляры ходят!
Маляр!
Неприметный, не работающий в местной жилищной конторе... Сергей насторожился. Припомнил такого. Встречал! Вот здесь же, на крыше встречал! Он тогда замазывал что-то... Голубого дельфина замазал, «маячок»!
- Маша... А когда ты его видела? Вспомни, пожалуйста, поточнее.
- Ну-у... когда... – девушка смешно наморщила лоб. – Дня три назад... и еще ранее... Думаете, он мог украсть?
- Пока не знаю. А у кого из ребят можно поспрашивать? Ну, собираются, может, здесь, тусят?
- Хм… Разве – у мелких... У Кольки Кораблева из сто двадцатой квартиры, у Мельникова из сто пятнадцатой... Да они вон, на улице все – у качелей.
- У качелей, говоришь... Ага!
Оставив девчонок за маникюром, стажер быстро спустился во двор...
Разговор с ребятней у качелей почти ничего не дал. Правда, то, что похищенный велосипед был очень старым – это Сергей записал. И кое-что выяснил про лже-маляра. Ребята его тоже видели. Правда, давненько уже, где-то по весне...
По весне... Так он тогда и закрашивал дельфина...и в жилконторе не значился. Странный какой-то маляр. А, сможет быть, его просто кто-то из жильцов нанял? Или в том же МО «Жилье» взяли человека со стороны... Все может быть...
- Так, кто велик взял, не видели?
- Не, не видели. Говорим же! – Никитка Мельников – парнишка лет двенадцати – поддернув шорты, ответил за всех... что от внимания Сержа вовсе не ускользнуло. Как и быстрый взгляд, брошенный пацаном на своего более юного сотоварища – Кораблева Кольку. Колька вообще никого не говорил – лишь кивал да поддакивал.
Покусав губу, стажер убрал папку и подумал, что все равно придется опрашивать ребят отдельно – глядишь, и Кораблев разговорится... Ну, кому этот чертов «Десна» нужна-то? Ясно – просто так сперли да выкинули, так сказать – из хулиганских побуждений, досадить зануде-пенсионеру. А ну-ка – спросить!
- А он вообще как, Сенькин-то? Ну, что за человек? Говорят, не очень.
- Ха, не очень! – Никита хлопнул себя ладонями по коленкам. – Ничего себе – не очень. Да просто жесть! Ко всем пристает, до всех докапывается... Вон Машку Колентьеву, соседку, всю извел. Увидит – шипит во след, обзывается. И одета не так, и прическа не та, еще и татушки... Подружек ее – так же! А Машка – девчонка хорошая, никакая не...
Тут мальчишка сконфузился и покраснел.
- А вон ваш Сенькин, - вдруг указала рукой Колька. – Во-он, в шляпе, с пакетом. Видать, из магазина.
Серж повернул голову, увидев идущего невдалеке мужичка, весьма уже пожилого, худого, сутуловатого, с желчным вытянутым лицом и большими хрящеватыми ушами. Старый пиджак, коротковатые, такого же цвета, брюки, сандалии и длинные цветные носки! Голубая марлевая маска на подбородке...Тот еще пижон. Впрочем, без маски в магазин не пустили бы – пандемия...
- Ладно, поговорю... А к вам зайду еще – родители должны расписаться.
Быстро нагнав пенсионера, стажер нацепил на лицо самую доброжелательную улыбку:
- Игнат Савельевич? А я из полиции – как раз по вашему делу.
- А! Решили-таки заняться, наконец! – оглянувшись, Сенькин окинул стажера быстрым подозрительным взглядом. – Что-то я вас не помню... Из новеньких?
- Стажер, - доставая заверенную начальством справку, все же представился молодой человек.
Пенсионер недовольно почмокал губами – слишком уж тонкими для столь тяжелого подбородка и вытянутого мосластого лица:
- Ишь, на стажера спихнуть решили... Жаловаться буду! В прокуратуру!
- Зачем жаловаться? – стажер развел руками. – Вдруг, да я ваш велосипед и найду?
- Вот именно, что – вдруг, молодой человек! Вот именно! А вы почему без маски?
Действительно – зануда. Правильно сказал Никитка – жесть!
- Так на улице ж... Игнат Савельевич, вы, я вижу, мужчина положительный... Где б нам переговорить?
- Домой не приглашу, извиняйте! – резко дернулся Сенькин. – Сами знаете – пандемия.
- Так мы можем и на скамейке поговорить...
- Так я уже говорил с вашими!
- Но, не со мной же, - Сергей снова улыбнулся. - Много времени не займу.
Жалобщик снова дернулся:
- Нет уж, молодой человек! Опрашивайте, как положено.
Ну, зануда!
Что ж, как положено, так – как положено... А этот чертов Сенькин, похоже – жалобщик профессиональный! Ишь ты, все нюансы знает – сказал «опрашивайте», а не «допрашивайте», хотя, для обывателя – никакой разницы...
- Кого-нибудь подозреваете?
- Да многих! Девки тут ходят, не наши... к рыжей Машке, есть тут такая... та еще... И подружки ее - такие же! – пенсионер не на шутку разволновался. – Оденутся так, что... Проститутки, больше никак не сказать. Еще и разрисованные, ровно дикари какие-то! И хамят, хамят... Устал уже замечания делать! Ничего, выслежу, где учатся – и напишу. Обязательно напишу! Одна там есть – жердина длинная, все мат-перемат... Я ее запо-омнил! Вот вы, как полиция, и выясните – кто они? И проведите, так сказать, работу! Оштрафуйте за хулиганство.
- Ну, девчонки вряд ли велосипеды воровать будут, - глянув вдаль, задумчиво промолвил стажер. – Тем более – старые.
- Эти – могут! – безапелляционно заявил Сенькин. – И велосипед у меня, хоть и старый, а лучше нового! В советские-то времена на века делали, не то, что сейчас. И ущерб для меня значительный, прошу отметить!
- Так в заявлении ж есть...
- И – тем не менее! Запишите!
- Хорошо, хорошо... как скажете! Игнат Савельевич... Это у вас там магазин напротив?
- Да... Сетевой, кажется... Товар – одна гниль! А цены, цены... Я туда за хлебом только хожу, так и тот - черствый!
- А когда велосипед-то пропал? Ага... понятно... Ночью, значит...
- Цепь перекусили! Это ж какая силища нужна...
- Ну, вот! А вы говорите – девчонки...
- Так это ж не девчонки – это ж курвищи! В старые бы времена их...
- Давайте еще с подозреваемыми определимся... – Сержа вдруг осенило, он даже отвернулся, чтоб не выдать себя мимолетной улыбкой. – Игнат Савельевич, тут у нас один рецидивист недавно освободился... как раз спец по велосипедам! Среднего роста, лицо неприметное, кепочка... Обычно в комбинезоне ходит, как маляры или сантехники. Кстати, как раз и может выдавать себя за маляра!
- Маляр? – неожиданно возбудился жалобщик. – Погодите, погодите... Что-то такое припоминаю. Ну, да, ну да... Знаете, в мае он несколько раз был, и еще - в июне... Мог и сейчас зайти! Я еще ему замечание сделал, спросил, когда перила соизволят покрасить, а то это ж безобразие полное! Так он ничего не ответил, так, искоса посмотрел да и пошел себе, насвистывая... Я до жил конторы пока не дошел – да там такие еще сидят черти! Им на людей плевать... плевать им на людей-то! А маляр... или кто он там... каждый четверг приходит... вечером, часов в семь, в восемь. Верно, проверяет что-то... подкрашивает. Может, в подвале где или на крыше... Так вы думает – он?
На крыше!
- Пока не знаю. Будем разбираться.
- Вы уж, дорогой товарищ, побыстрей разберитесь! А то пешком-то по магазинам тяжеловато.
- Сделаем все возможное!
- Вот-вот, сделайте... не то...
Простившись с пенсионером, Серей тут же направился к магазину... Ну, вот она – камера... А вон – еще. С этой, крайней, подъезд – как на ладони. Хорошо все видать. Отлично просто. Интересно, сразу дадут посмотреть или особое разрешение попросят?
Посмотреть дали сразу. Начальник охраны – пожилой седоватый дядечка с круглым добродушным лицом - оказался из бывших сотрудников.
- Ну, как там Петрович? Все еще капитан? Говорил же – «пятнадцатилетний»... А Федька? Ну, Михалыч... На пенсию еще не ушел?
- Достоевский? Не ушел. Все в дежурке.
- Ха! Точно – Достоевский... Тебе за какие дни надо?
- Да мне, собственно, за один...
Сергей назвал дату...
- Ничего, стажер, не переживай! Сейчас найдем, посмотрим...
Повезло – камера оказалась вполне настроенной и рабочей, да по всему – за техникой здесь следили.
- Ну-с, поглядим, - начальник охраны – звали его Петр Сергеевич – азартно потер руки. – Я ведь и сам дознавателем двенадцать лет отработал! Лихие времена были – девяностые... Ага... Ну, вот прямо с утра будем и до утра...
- Да мне бы ночь только... Ага – вот перемотка... Разберусь, спасибо!
- Бог в помощь! Но, ежели изымать, то – под протокол, сам понимаешь.
- Не, изымать не буду.
Отмотав большую часть дня, молодой человек начал с вечера...
Ага... Вот и пенсионер Сенькин на своем злосчастном велосипеде. С сумками – видать, из магазина... Спешился у подъезда... Девчонка мимо шла. Сенькин ей что-то сказал. Та ему – фак! Вместо ответа... Высокая такая брюнетка. Одета – с провинциальной непосредственностью – короткие джинсовые шорты и топик. Тут старик прав – слишком уж вызывающе. Если топик - тогда длинные брючки с завышенной талией, а к шортикам – блузка или длинная маечка. Так, приметы девицы – на левом бедре – цветная татушка почти во всю ногу. Еще – на руки от локтя… и на щиколотке...
А пенсионер-то разнервничался! Ишь, как смотрит сердито. Плюнул даже – девчонке во след. А та уже в подъезд вошла... Домой? Или в гости? К рыженькой Маше Колентьевой... ага, ага... и что дальше?
А дальше не было ничего! То есть – ничего интересного. Никто ночью велосипед из подъезда не выводил, никуда на нем не ехал...
Интере-есно! Куда же он делся-то? Исчез? Испарился? Так-так-так-так-та-ак... А не сам ли жалобщик его у себя в квартире и спрятал? Чтоб противным девчонкам нервы потрепать... А что – мог! Этот – запросто. Тип тот еще... как говорят ребята – жесть!.. Ага, вот та девица... с татуировками... Выходит... под утро уже... Ага,и на правой ноге – над коленом – то же татушка... черная... Нет, не татушка! Просто линия... смазанная какая-то... Интересно, с вечера была? А ну-ка... Нет, нету! А, если еще увеличить? Ну да, смазано... Как будто машинное масло, что ли... Та-ак... Интересненько!
В кармане зазвонил телефон...
- Уже закончила, милая? Два час прошло? Ну, иду я уже, иду... Ага, ага... скоро...
Войдя в квартиру, Сергей мило улыбнулся подружкам:
- А вот и я! Не заскучали? Чай? Не откажусь...
- Мы тут пока наращивали...
Ну да, ну да... у Машки ноготь на указательном пальце сломан. Был... Теперь – нарощен. Вообще, красиво, да...
- Маш, у вас, случайно, разводного ключа нет? Ну и кусачки там, пассатижи... Понимаешь, скутер что-то...
- О! Приехали! – скептически хмыкнула Агнесса. – Скутер сломался... Ой, Маш, как бы нам у тебя ночевать не остаться!
- А и оставайтесь, чего ж! – довольная девчоночка все никак не могла налюбоваться своими новыми ноготками. – Ой, Неська! Здорово! Как ты лихо... Нет, я просто ору! А инструменты у нас есть. Сейчас принесу.... Папа слесарем на вагонке работает...
Та-ак...
- Вот...
Маша положила на табуретку небольшой чемоданчик... открыла...
- Бери, что тебе...
Пассатижи... кусачки... Хорошие такие, длинные... профессиональные... Измазаны чем-то черным... недавно совсем... Ну да, смазка!
- Спасибо, я быстро! Только подтяну кое-что…
- Так я чайник...
- Ага...
Первым делом молодой человек поднялся к пожарной лестнице, ведущей на крышу... Замочек хиленький – простая контролька... А ну-ка... Ага! И не заперт даже...
Внизу вдруг послышался шум шагов и голоса... Ладно, с крышей потом. Чуть позже...
Для вида повозившись у скутера, минут через десять стажер поднялся обратно в квартиру и, с улыбкой вернув инструменты, принялся пить чай...
- Подружкам я скидку сделаю, так и скажи, - вела рекламную кампанию Агнесса. – Ну, и ногти свои покажешь!
- Вот это уж – обязательно! – Колентьева сияла, как начищенный самовар.
- Да, подружкам - обязательно, - деловито поддакнул Серж. – Особенно той, длиной, с татушкой во все бедро...
- Ленка Коряжкина, - сходу опознав, рыженькая тут же дала задний ход. - Ой, она уж давно не заходила... А вы... ты ее откуда знаешь?
- Да уж знаю... Ну, что, Ань, пойдем?
Гости простились в прихожей. Напрягшаяся было Маша расслабилась и бросилась Агнессе на шею. От избытка чувств.
- Поднимемся? – захлопнув дверь, неожиданно предложил Сергей. – Ну, на крышу... как раньше...
Аньез округлила глаза:
- С ума сошел! Там же... там же нет ничего! Проход же закрылся...
- А мы природой полюбуемся... А? И, знаешь, я тебя так хочу... А на крыше... романтика!
- Сумасшедший... – томно облизав губы, девушка прикрыла глаза и прошептала. – Ладно... полезли... романтик!
Скрипнула лестница. Открылся люк...
Первым на крышу выбрался Серж, склонился, протянув руку подружке... Та тоже выскочила, осмотрелась...
Все так же, как было – вентиляционные короба, старые кирпичные трубы... И...
- Голубой дельфин, видишь? – первым «маячок» углядела Агнесса. – А его ведь не было! Я точно помню – не было! Ну, когда мы...
Бросившись к коробу, девушка провела по рисунку рукой. – А краска-то свежая! Эй, Серж! Ты где ходишь?
- Да так...
Усмехнувшись, стажер вывел из-за короба... старый черный велосипед марки «Десна» выпуска Бог знает, какого лохматого года!
- Нашли, значит... – прозвучал позади звонкий девичий голос.
Машка! Проследила, заразюка рыжая!
- То-то я и смотрю – на крышу зачем-то полезли...
Глава 3
Глава 3
Начало августа. Ветрогонск
Скутер
Да, велосипед у пенсионера Сенькина похитили девушки – Маша Колентьева и ее подружка Лена. Старую «Десну» увели без цели хищения, просто – хитруши! - затащили на крышу, и никаких корыстных мотивов у девчонок в этом деле не имелось… зато имелись иные резоны!
- Он за нами подсматривал, - чуть покраснев, призналась Колентьева. – Ну, мы с Ленкой тут иногда загорали, на крыше... без лифчиков, ну... А он подсмотрел как-то! Еще и сфотографировал, гад! Ленка заметила...Вот мы и хотели... ну, велик на фотки... У него не смартфон, фотик... старый такой... Ух и мерзкий же старичище – жесть!
- А, вот оно как... – Сергей покачал головой.
- Дико удивляюсь! В смысле – ору! – вдруг расхохоталась Агнесса. – С тебя, кстати ору, Маша. С вас обоих! Подумаешь, без личика их сфоткали – эко дело! Жиза! Что вам до этого старого мастурбатора? Не врубаюсь, чего вы агрились-то?
- Да просто противно стало! – Маша махнула рукой. - А так-то – да, подумаешь! Он ведь, гад, еще подкатывал... обещался фотки родителям показать...
- И что? И показал бы?
- Да ничего... На папаньку б нарвался – покатился бы с лестницы!
- С лестницы?! Же-есть! – рассмеялся Серж. – А чтоб взамен требовал?
- Да гнусности всякие... Говорю, же – козел! Мы ему и велик возвращать раздумали – хотели с крыши сбросить!
- С крыши! Молодцы! – снова захохотала Аньез. – Вот это я понимаю – À la guerre comme à la guerre! На войне, как на войне! Vous comprenez, mes amis?
- Oui! Понимаем! - с улыбкой махнув рукой, стажер подмигнул сильно удивившейся Маше и вновь стал серьезным. – А вот это уже шантаж называется! Статья! Я про пенсионера... Ты, Маша, если что – заяву напиши... Ну и подружка пускай - тоже... Все в подробностях: где, когда, как, чего именно хотел... Ясно? А я сегодня с ребятами посоветуюсь. Они все ж практики...
- Ой, да не буду я ничего писать! – нахохлилась Маша. – Надо оно мне? Проучили гада – и ладно. А нельзя его это... как-то так напугать, чтоб отстал?
- Профилактическую беседу составить? – стажер пригладил волосы. – Сделаем! Но, ежели не поможет, тогда...
- Поможет! Он, знаете, какой трус!
- Опять ты на «вы», Маш!
Девушка покусала губы и бросила на собеседников быстрый отрывистый взгляд:
- Сорян, если обиделись... Знаете, вы такие... ну, взрослые, что ли... И ты, Несь... такая вся из себя... Ну, просто как будто не наша! Как из кино...
- Да ладно тебе! С клиентками поможешь?
- Сказала ж! – Маша вновь улыбнулась, глянув на свои ноготки. – Вот это – да-а! На практике все обзавидуются.
- А велосипед я завтра верну, - пообещал Сергей. – Заодно и побеседую. Ну, что, Ань? Пойдем... Ты на скутере, домой... А я - на «Десне» - прямо на работу.
***
Вечером коллеги сидели в вокзальной кафешке – один из оперов, Алексей - проставлялся за отпуск. Кроме самого, так сказать, именинника, были Коля да Серж, начальник подъехал чуть позже.
- Николай Петрови-ич! – радостно заулыбались опера. – Штрафную!
- Наливайте! – Петрович сдвинул маску на подбородок. – Ну, Леша... За тебя, за то, чтоб отпуск прошел удачно...
Выпив водки, все дружно крякнули и потянулись к салатикам. Несмотря на пандемийный режим, кафешка работала, правда, в несколько урезанном виде – не проводили крупных торжеств.
- Кстати, знакомая твоя заходила, риэлторша, - закусив, Сомов искоса посмотрел на Сержа.
- Перминова? – сразу насторожился тот.
- Она, она. Илона Аркадьевна, - Петрович ухмыльнулся и полез в карман куртки за сигаретами. – Заяву принесла. В дом ее кто-то забрался.
- А ей говорили – не надо договор с охраной расторгать! Ну, с «Тигром», - прищурился Николай. – Так что там украли-то?
- Да по мелочи - пластинки какие-то еще что-то... Она на девчонку катит... Сереж - на подружку твою! Ох, Серег, Серег... Связался черт с младенцем! Понимаю – сердцу не прикажешь, но... Осторожнее! А лучше дождись, когда вырастет! Кстати, она учиться-то думает?
- Думает открыть салон красоты, - моргнув, честно признался стажер.
- О, как! – закурив, начальник картинно выпустил дым. – Аж прямо салон! А что, она что-то умеет, что ли?
- Маникюр-педикюр... – махнул рукою Сергей. – Очень даже неплохо. Кстати, вам никому не нужно? Ну, в смысле женам там... Со скидкой!
Сомов лишь хмыкнул:
- О! Начальству – со скидкой. Да, ладно, ладно, понимаю – девчонка заработать хочет. К слову, и супруге моей скоро день рождения...
- Вот! –радостно осклабился стажер, глядя, как виновник торжества сноровисто разливает водку. – Агнесса хоть завтра придет! Вам в какое время удобнее?
- Ну... это… надо супругу спросить... Завтра на работе и договоримся... Ну, парни... Давайте! Только смотрите, чтоб завтра – без всяких соплей!
- Никола-ай Петрович! Обижаете!
***
Заявление Перминовой расписали стажеру. Ну, а кому еще-то? Старший лейтенант Коля работал в составе следственно-оперативной группы по нашумевшему на весь город делу об убийстве таксиста. С утра уже и убежал.
Проводив сотоварища тоскливо-завистливым взглядом, Соколов передернул плечами и снова прочитал заяву:
- Прошу принять меры к неизвестным лицам, путем проникновения забравшихся в принадлежащий мне по наследству жилой дом, расположенный по адресу... Похищенные вещи особой ценности не имеют, но, прошу обратить внимание на сам факт незаконного проникновения в жилище. В содеянной подозреваю свою несовершеннолетнюю племянницу Маскееву Агнессу...
...Чушь какая! – прочитав, хмыкнул про себя Серж. – Как сказал Колян – ничего с этой залепухи не выйдет! Чистый отказной – работа на корзину. Поскольку несовершеннолетняяМаскеева Агнесса имеет на дом такие же точно права, как и ее тетка! Кстати, и ключ там... под камнем всегда лежал, у крылечка... Значит, так... С нотариуса справу, объяснение с Аньки... пожалуй, и все.
- Сереж! - в приоткрывшуюся дверь вдруг заглянул Сомов. – Это не твой вещдок там в коридоре? Ну, старый такой велик...
- А, «Десна»! Мой, - приподнявшись, покивал стажер. - Понимаете, я бы в кабинет затащил, да тут совсем некуда. Вечером владельцу верну.
- Вот-вот – верни! А то народ уже спотыкается... – начальник как-то смущенно покряхтел и вдруг улыбнулся. – Сереж! Я тут у супруги спросил... Девчонка твоя... Она сегодня в одиннадцать сможет? Понимаешь, потом некогда...
- Да сможет, конечно же! – тут же заверил Сергей. – Она вообще встает рано.
- Ну, тогда пиши адрес...
Кроме заявления Перминовой, у стажера находились еще и материалы отпускника Алексея, по которым надо было тоже сделать какой-то движ, хоть и небольшой. Кое-какие материалы Алексей даже пометил, приколов листочки: «медсправку – и в СК», «справку о несудимости - отказной», «справка от нарколога и психиатра – в дознание», «опросить возможных свидетелей драки – в СК... или самому отказать?»
Что ж – опросим – поглядим. Может, и откажем. Если никто ничего...
На обед Сергей домой не пошел – Агнессы все равно не было - перекусил в небольшом ресторанчике на другом конце города – как раз угодил на бизнес-ленч. Пообедал, а заодно опросил «возможных свидетелей драки». Как и предполагалось – никто ничего не хотел, никто ничего не видел, спокойно можно было оказывать...
Чем стажер и занялся, вернувшись в свой в кабинет... Едва только успел набрать постановление, как в дверь заглянул начальник... Круглое лицо его довольно сияло, в уголке рта дымилась сигаретка.
- Ну, Серег – угодил! – усевшись на стол, Сомов стряхнул пепел в урну. – Я про девчонку... Ну, мастерица – не отнять! Жена просто в восторге... Я и сам ее видел, подружку твою... и знаешь, даже как-то заробел! Слушай, ей точно – пятнадцать? Выглядит она... ну, не то, чтобы старо... Как женщина выглядит! Уверенная, красивая... Знаешь, есть еще такое французское слово – шарм... И ведет себя соответственно! Пока делала, она с женой о кино говорили... О Бельмондо и об этом, как его... Феллини, Антониони… Жан-Люк Годар!
Жан-Люк Годар... Серж прикрыл глаза. Кажется, совсем недавно они с Аньез смотрели фильм Годара «На последнем дыхании»... Как раз с Бельмондо. Недавно... Ага, недавно! В шестьдесят восьмом году – как-то так выходит.
- Боже... разве подростки могут это все знать? – между тем, продолжал начальник. - Да они и двух слов без мата не свяжут! Да уж... честно сказать - поражен! Нет, я – в хорошем смысле... С велосипедом чего?
- Сейчас пойду возвращать.
- Молодец! Действуй.
Ближе к вечеру молодой человек, наконец, вернул найденный велосипед Сенькину, а так же намекнул о неких девушках, что заходили в полицию – узнавали, как писать заявления о шантаже.
- Шантаж? Что еще за шантаж? – визгливо всполошился пенсионер.
Сергей покачал головой:
- Шантаж – дело серьезное.
– Не знаю никакого шантажа! А что за девушки приходили?
- Не знаю. Без меня приходили. Похоже, пока не написали ничего... А вам написать придется! Расписку за велосипед. Видно, кто-то взял покататься... Или доехать куда... Потом тут, неподалеку, в кустах и бросили...
- Ага-а! – вскинулся Сенькин. – Так вы, выходит, так и не поймали вора?
- Зато велосипед нашли! Или он вам не нужен?
- Нет, нужен, как же! Но ведь вор... А те девушки... Они про кого конкретно писать хотели?
- Говорю же – без меня пришли...
- А шантаж...
- А шантаж... или - вымогательство – очень даже серьезно! Статья сто шестьдесят третья УК. До пятнадцати лет!
- Что вы говорите? До пятнадцати...
- Да-да! Как-то вот так... Тут припишите – претензий ни к кому не имею.
- А...
- А, если имеете – надо указать письменно, к кому конкретно. Мы всех установим, опросим...
- Нет, нет, не надо... Велосипед вернули – и хорошо. Где, говорите, расписаться? Ага...
Закончив около пяти часов вечера, Сергей заскочил домой – странно, но Агнессы еще не было. Может быть, зашла в магазин? Или новый заказ, халтурка? Так хоть позвонила бы – зля, что ли, смартфоны куплены? Хотя, можно и самому...
Вытащив телефон, молодой челочек, однако же, позвонить успел – первой все же позвонила Агнесса.
- Ну, наконец-то... Что?! – Серж побледнел, услыхав что-то явно недоброе. – Какая авария? Да, черт с ним, со скутером... Сама как? Царапины... А ты где сейчас? У поликлиники? Отпустили уже.. Нет, нет. Никуда не иди. Посиди там где-нибудь... Я сам приеду... Сейчас...
Вызвав такси, стажер уже через десять минут был у поликлиники. Подружку он увидело сразу же – та сидела на скамеечке, под кленами, и «листала» смартфон. На лбу у девушки, слева, белел медицинский пластырь, такой же виднелся и на правой руке, чуть пониже локтя.
- Господи! Как же...
Плюхнувшись на скамейку, Серж чмокнул Агнессу в щечку и заглянул в глаза:
- Ты точно в порядке?
- Ага. Просто ведь так не отпустили бы, - беспечно улыбнулась девушка. – Инструменты все целы... а вот скутер... Его гаишники увезли.
- И все же... как, что?
- Да с рулем что-то... Во-он, прямо на повороте под откос! – Аньез передернула плечами, видать, неприятно было вспоминать. - Хорошо, спрыгнула, успела... Это ведь не «Веспа», я и не разгонялась особо.
- Господи... – порывисто обняв девушку, Сергей прижал ее к себе, погладил по плечу... – Хорошо, что все так...
- Ну, да, обошлось...
- Гаишники, говоришь, забрали... – задумчиво протянул юноша. – Ладно, поглядим... Сейчас я – такси, домой...
Скривив губы, Агнесса тут же замахала руками:
- Не, не, не! Давай лучше пешком пройдемся... – девчонка быстро вскочила на ноги. - Вон, погода-то! А помнишь, от Распая, через Люксембургский сад... Эх, было же когда-то!
- Было... – поднялся Серж.
- А знаешь, я уже скучаю по Парижу... – Агнесса взяла Сергея под руку. – По тому Парижу, понимаешь? По друзьям...
- Что поделать...
- Да уж – се ля ви! Или, как здесь говорят – жиза...
Оба замолчали, и так, молча, прошли, наверное, километра полтора – почти до самого дома Сомова, до излучины реки... Городок-то был небольшой, все рядом.
- А вон этот чертов поворот! – указав рукой, Аньез зябко поежилась. – Круча! Я вон тут спрыгнула...
Обрыв был не хилый – метров пять, к речке! Костей не соберешь... И что там могло случиться со скутером? Никогда рулевое не подводило... Да и аппарат-то – новье! Господи... да черт с ним, со скутером... Главное - Агнесса жива и здорова!
- Ты что так смотришь? – девушка заглянула в глаза.
- Как - так?
- Ну, так... Как клошар под мостом Альма на богатеньких туристов!
- Ох, Ань... С тобой, правда, все хорошо?
- Ну, ты и зануда! – всплеснув руками, громко рассмеялась Аньез. – Сколько ж можно спрашивать? Врач сказал – отделалась легким испугом. Ой... мороженое! Хочу, хочу, хочу!
- Так я...
- Мне – миндальное!
- Вот! – купив в попавшемся по дороге ларьке мороженое, молодой человек торжественно вручил его Агнессе – будто цветы подарил!
Девушка снова засмеялась... да и вообще, выглядела очень даже довольной. Разве что – пластыри...
- Ну, как мороженое – вкусно?
- Угу... Слушай, у меня уже четыре клиентки на эти дни! Солидные, – вдруг вспомнив, похвасталась Агнесса. – Вера Федоровна подогнала... Ну, начальника вашего супруга.
- Он, кстсти, от тебя в восторге! – хохотнув, стажер махнул рукой и тут же наморщил лоб. – Слушай, а когда ты на заказ ехала – с рулевым все в порядке было? Ничего не заедало?
- Да нет, не заедало...
- А скутер ты оставила...
- Вон, у подъезда... Где велики.
- Ага-а...
Серж пока что лишь проходил в полиции практику, и о профессиональной деформации сознания, пожалуй, говорить было рано... Однако, он все же замедлил шаг и осмотрелся – на предмет камер!
Увы... Может быть, на парковке и были – так парковка-то далековато, за углом. А магазинов поблизости... Впрочем, надо будет спросить у Петровича. Да и с гаишниками поговорить...
Назавтра с утра стажер именно так и сделал. Рассказал все Сомову, потом съездил на служебной машине на штафстоянку в ГИБДД – скутер, кстати, не особо и пострадал. Симпатичная шатенка с погонами капитана - гаишный дознаватель - даже подсказала, где дешевле отремонтировать... Что же касаемо рулевого...
- Могли, конечно, и намеренно испортить, - выслушав, прищурилась девушка. – Навык нужен и инструмент... А что, есть подозрения?
- Ну, подозрения всегда есть! – Сергей развел руками. – Поищем...
- А вы, значит, у Петровича стажер? – с любопытством поинтересовалась дознавательша.
- Ну да, у него...
- То-то он и звонил, начет девушки-водителя... Прав-то ведь у нее нет?
- Нет, - молодой человек со вздохом опустил голову.
Капитанша строго погрозила пальцем... и тут же улыбнулась:
- Ла-адно, своих гнобить не будем! Но... в следующий раз посторонних за руль не пускайте!
Что же... Спасибо и на том. Огромное человеческое спасибо!
Дознавателя, кстати, звали Олей. Ольга Владимировна...
Вызвав эвакуатор, Соколов отвез скутер в мастерскую и, вернувшись в отдел, заглянул в кабинет начальника.
- Ну, Николай Петрович! Спасибо...
- В стакане не булькает! – оторвавшись от телефона, засмеялся Сомов. – Как там у тебя с отказными? Давай, не тяни... А девочка твоя, как шестнадцать стукнет, пусть на права сдает. Раз уж скутер. Ну, а пока – велосипед купите!
- Вот уж точно... Николай Петрович, а камеры у вашего подъезда...
- Камеры? – положив телефонную трубку, Сомов с подозрением посмотрел на стажера. – Так ты, значит, хочешь сказать...
- Да ничего я не хочу сказать, - угрюмо набычился стажер. – Просто, если есть возможность, было б не худо проверить.
- А вот это правильно! – начальник неожиданно расхохотался. – Настоящий опер именно так и должен мыслить. Именно так! Только вот насчет камер - увы... Хотя... У соседа моего – «Лендровер». Так у него - то дворники снимут, то еще что... Короче, он камеру не выключает. На обеде увижу - поговорю! Если вчера стоял...
Стоял! Стоял соседский «Лендровер» вчера. Правда, недолго – часа полтора, в полдень.
- Повезло тебе, Серега! – тем не менее, обрадовано сообщил начальник. – Можешь даже копию снять. Если, правда, чего увидишь...
Сложно было чего увидеть. Ничего такого, необычного... Подъезд. Дети на велосипедах – туда-сюда... Мамочки с колясками. А вон и скутер – стоит себе спокойненько, никто к нему не подходит – кому и надо-то?
Вот машина проехала – фургон. Вот еще... Серый «Ниссан-Патрол»... остановился... Водитель вышел. Крепенький такой, лет тридцати пяти. С «балонником»... Обернулся... Черная бейсболка, круглая рожа, тоненькие – ниточкой – усики... Футболочка с надписью «Я люблю пиво» заправлена в спортивнее штаны. Тот еще типаж!
Ага... Вот зашел с другой стороны... Склонился... Там, похоже, и колесо... И – скутер! Только скутер почти что не виден – машина-то большая, обзор заслоняет. Ну, видно, что возится мужик... А что именно делает? И – с чем? Со своим колесом... или со скутером? Мог и со скутером – вполне... Только не видно. И, как назло, никого! Ни юных велосипедистов, ни мамаш...Все равно – кто-то мог видеть! Поспрошать надо... Именно в этот период... С одиннадцати пятидесяти пяти до... до десяти минупервого. Управился бы злоумышленник за это время? Дознавательша Оля сказал – вполне. Инструменты и навык...
В записи-то, увы, ничего конкретного. Мамочек надо допросить... и велосипедистов. Собачников – может, кто в это время гулял? Тип-то, правда, неприметный – таких кругломордых, с усиками, - полгорода... Стоп! Как сказала Агнесса – на сутенера похож! Точно! Значит, надо ей и показать, вдруг узнает?
Агнесса узнала. Именно этот тип тогда с теткой и был!
- Еще белые носки в сандалиях!
Ну, ни носков, ни сандалий, на записи видно не было...
Однако, что это получается – простое совпадение? Вполне может быть, в жизни еще и не такие совпадения случаются... Однако вот, Сергей почему-то в это не верил!
Да еще Аньез подлила масла в огонь:
- Это что же, выходит – он скутер испортил?
- Да пока не ясно еще...
- Да что же тут неясного-то?! Он что же, убить меня хотел?
- Ну, знаешь – убить... – пожал плечами стажер. – Если наверняка убить – так тут способ так себе... Точно не рассчитаешь! Ну, повернула бы ты раньше... въехала бы в кусты – всего и делов.
- Не убить, значит - напугать! – вскочив на ноги, заявила девчонка. – Или покалечить. Чтоб тихо сидела.
- А вот это – может быть, - согласно кивнув, Серж почесал подбородок (модную «шкиперскую» бородку еще не успел отрастить после Парижа). – Этакий знак подать. Чтоб нам только был понятен. Типа – от дома отвяжись!
- Вот ей - фиг! – недобро прищурилась Агнесса. – Фиг, а не дом! Да еще, если доказать... Хотя, понимаю, что – вряд ли... Слушай! – девушка вдруг вздрогнула. – Это ведь они еще раз напасть могут! И не раз даже...
- Могут, - Сергей было согласился сдуру, но тут же поправился. – А вот дальше действовать будем мы! Как пел Цой... Доказать – ничего не докажем. Но, нервы попортим изрядно. Десятой дорогой тебя этот в белых носках и сандалиях обходить будет!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге