Парень в белом
Глава 1
Андрей сидел в старой библиотеке университета, окружённый тяжёлыми томами по биологии и философии. Свет тусклой лампы отражался от страниц книги, которую он держал в руках — «Травма на всю жизнь». Его пальцы не спеша перелистывали страницы, словно боялись нарушить что-то хрупкое внутри слов.
Он читал о боли, страхах и тенях прошлого, что преследовали героя рассказа. Каждое слово отзывалось эхом в его собственной душе. В этих строках он видел не только чужую историю — но и отражение тех невысказанных ран, что копились внутри него самого.
«Как тяжело найти исцеление, если нет того, кто готов идти с тобой рядом…» — подумал Андрей, закрывая книгу и глубоко вздыхая.
Он посмотрел на свои руки — ровные, но будто бы пустые, будто бы ожидающие чего-то большего. Белая маска и спортивка, спрятанные в рюкзаке, напоминали о другой жизни — о том, кем он был, когда выходил в город, чтобы помогать тем, кто потерял себя.
«Сегодня я снова выйду на улицы», — тихо сказал он себе. — «Может, кто-то нуждается в том, чтобы услышать — и быть услышанным…»
---
Андрей выходил с очередной пары, когда внезапно его остановил завкафедрой.
— Андрей, — сказал преподаватель строго, но с добротой, — ты хорошо учишься, но почему не посещаешь студенческие мероприятия?
— Не посещаю, - ответил Андрей спокойно, — потому что у меня есть дела важнее. Мне нужно найти одного человека… того, кто помогает людям в нашем городе.
— Ты про того в белом? - с интересом спросил зав кафедры. — Все о нём говорят: неизвестный герой, который помогает тем, кто в беде. Никто не знает, кто он на самом деле.
— Да, именно его, - Андрей с лёгкой улыбкой кивнул. — Его имя - тайна, но то, что он делает, нужно продолжать.
— Понимаю, - кивнул преподаватель. — Тогда не теряй времени, удачи тебе.
— Спасибо, - ответил Андрей и поспешил прочь.
Он зашёл в общагу, но, не разобравшись, попал не в свою комнату, а к одногруппнице, которая тоже переодевалась. Она резко повернулась и, увидев незнакомца в маске, вскрикнула:
— Это же ты! Что ты делаешь у меня в комнате?!
Андрей быстро повернулся к ней спиной, пытаясь спрятать лицо за маской:
— Девушка, пожалуйста, накиньте что-нибудь. Мне неловко…
Она, растерявшись, накинула рубашку и спросила:
— Почему ты здесь?
Он чуть сбивчиво ответил:
— Простите, я не знал, что здесь вы. Искал одного человека - Андрея. Он нуждается в помощи.
— А зачем ему помощь? - недоверчиво спросила она и, закрыв дверь на замок, приблизилась к нему, маня пальцем. — Помоги мне лучше.
Андрей замер, осознав, что выйти не получится. В голову пришла мысль прыгнуть из окна, но тут же он вспомнил - второй этаж, и приземление может быть больно.
— Я… я не могу, - тихо сказал он. — Я помогаю людям, но не так… И вообще, мне кажется, это неправильно.
Она задумалась, надела рубашку и сказала:
— Тогда покажи себя, и я открою дверь.
Он покачал головой, крепко сжимая руки в кулаки:
— Извините, но это конфиденциально. Я не хочу никого разочаровывать своим видом.
---
— Почему? Ты боишься, что тебя раскроют? — спросила она, скрестив руки на груди.
— Нет, — вздохнул Андрей, чуть опуская голову, — я боюсь, что если узнают, кто помогает, ко мне перестанут обращаться. Просто из-за того, что это буду я.
— А-а, понимаю… Но почему именно Андрей? Он вроде ботаник, учится нормально, проблем особых не видно.
Андрей вдруг решился выплеснуть всё, что накопилось:
— Он одинокий. Умный, сильный, но никому не интересен. Вы не представляете, как больно слышать за спиной: ботан, лузер, неудачник, у которого никогда не будет девушки.
— Оу… — она немного смягчилась, — не думала, что у него всё так плохо.
— Вот поэтому он мне и нужен, — сказал Андрей.
— Он в комнате 34, а это — 32-я. Если закончите, позовите его ко мне, ладно?
— Э… ладно. А зачем?
— Просто хочу с ним поговорить.
---
Андрей, устав от учёбы, вышел из комнаты подышать свежим воздухом. Только собрался стучать в дверь соседней комнаты, как она сама открылась.
— Привет, Андрей, — улыбнулась одногруппница.
— Привет… Как дела? — неловко спросил он.
— Хорошо. Заходи, расскажу — не поверишь.
Он вошёл и аккуратно прикрыл за собой дверь.
— Слушай, сижу я тут, никого не трогаю, и вдруг ко мне заходит… парень в белом! Представляешь? Говорит, что ему срочно нужен Андрей.
— А… да. Он зашёл ко мне. Мы поговорили - и он ушёл.
— И что он тебе сказал?
— Сказал, что… мне нужно завести отношения. С кем-нибудь из девушек, — пробормотал Андрей.
— А ты сам этого хочешь?
— Да… я действительно хочу. Но кто будет встречаться с ботаном, которого все считают неудачником? — голос его дрогнул, и из глаз скатилась слеза.
Она, увидев это, мягко подошла ближе и села рядом.
— Не переживай так. Всё хорошо. На самом деле тебя уважают — просто не все умеют это показывать, — тихо сказала она.
— Извини… Я не хотел расплакаться. Просто… организм как-то сам среагировал. Я ведь всё слышу — что обо мне говорят. Это несложно, — вытер слезу Андрей.
— Хочешь, поговорю с ребятами, чтобы никто больше ничего плохого за спиной не говорил?
— Было бы неплохо… но это ведь не остановить. У всех тут свои проблемы — может, даже хуже, чем у меня.
— Ты откуда это знаешь?.. Тебе что, тот парень рассказал? — нахмурилась она.
— Ээ… да. Он рассказал, — попытался скрыть смущение Андрей.
— Ты покраснел… Ты что, засмущался? — она прищурилась. — Или это из-за меня? Ты ведь влюблён в меня, правда?
— Я… — начал он, но тут же пошатнулся и упал.
Голоса. Сирена. Стучащие колёса. Звук капельницы…
Он открыл глаза. Белый потолок. Больничная палата.
— Ну что ж вы так себя не бережёте? — раздался голос врача. — Сахар ниже допустимого. Вы вообще едите?
— Да… овощи, фрукты, зелень, — с трудом выговорил Андрей.
— А мясо, супы?
— Курицу иногда. А супы редко. Они ж вредные…
— Вредные? Вот и результат. — Доктор покачал головой. — Вот вам витамины, аскорбинка — по утрам, натощак.
— С ним всё будет хорошо? — спросила одногруппница, стоявшая рядом.
— Будет. Только следите, чтобы ел нормально.
Андрей повернул голову:
— Ты?.. Что ты тут делаешь?
— Не пугай меня так больше. Я испугалась, когда ты упал. Весь этаж поднялся, скорую вызвали…
— Почему ты мне помогаешь?
— Потому что ты помог мне. Теперь моя очередь. — Она показала его рюкзак. — Забрала его с собой, взяла твои вещи из комнаты и поехала с тобой.
— Ты не открывала его?
— Открыла… Там столько всего было. Всё белое. Я сразу поняла.
— Что?
— Это ты. Парень в белом. Тот, о ком все говорят.
— Пожалуйста… никому не говори. Никто не должен знать.
— Успокойся. Обещаю. Никому.
— Спасибо… — он закрыл глаза на секунду, с облегчением.
— Будешь встречаться со мной?
— Прости, мне показалось или…
— Я хочу с тобой встречаться, — перебила она.
— Почему?
— Ты ведь сам сказал, что у тебя нет девушки.
— Но это не значит, что теперь ты обязана… Ты действительно хочешь этого?
— Да. Не из жалости. Я увидела, кто ты есть на самом деле.
-Я даже не знаю… Ты очень красивая, милая девушка. Но ты же встречаешься с другим парнем.
-Он в последнее время перестал уделять мне внимания, будто у него другая появилась. Так и вышло, он мутил на стороне с другой, а меня вычеркнул из своей жизни. Мне так грустно было после этого. И вот в те дни появился парень в белом у нас в университете. Ты мне помогал всё время, что я была грустной; цветы, сладости, подарочки. Я помню, как в универ приходил парень в белом костюме. Все спрашивали: почему он приходит к нам?
-Ты была грустной, вот я и пытался тебя развеселить. Сладкое поднимает настроение, девушки любят цветы, а дарил я тебе Киндеры с игрушками, иногда просто игрушки. Тебе нравилось, да?
-Конечно. Я всё пыталась узнать, кто же под маской скрывается. Всех в университете проверила, и оставалась наша группа. Но я думала, что это странно? Он учится у нас, а я не знала?
И сегодня ты хотел зайти к себе, чтобы переодеться и пойти в город, но зашёл ко мне?
-Ха. Блин, совсем забыл, в город срочно нужно.
Андрей начал вставать. Заходит доктор.
-Эй, ишь чего надумали, встать он захотел. Лежи, отдыхай. В универ ближайшее время не пойдешь. Мы уведомили декана твоего университета о том, что ты в больнице лежишь. Так что лежи, отдыхай, с девушкой поговори.
Андрей не так себе представлял сегодняшний день. Но радует одно, что девушка появилась.
-Эй, Андрей. Что случилось?- спросила одногруппница его.
Андрей, лёжа в палате, всплакнул немного.
-Плачет несильно. А, нет, всё в порядке. Я не знаю, что со мной происходит. Я никогда не плакал без причины. А в последние дни чё то слёзы наворачиваются сами по себе.
-Бедный… Точно всё в порядке?
-Да. Ты извини меня, но я ни разу не спросил твоего имени.
-Меня Оля зовут.
-Меня как зовут ты итак знаешь. Весь наш факультет знает ботан Андрея.
-Ты не ботан, а пример для всего универа.
-Да не накручивай меня. Все знают, что я объект для насмешек. Чего только стоит та история в столовой, когда меня наш же одногруппник опустил при всех.
-Они всё это из-за зависти к тебе делают. Ты же умнее них в несколько раз. Поэтому и тебя и обижают, чтобы казаться круче на фоне с тобой. Но ты то намного лучше них, во всем.
-Спасибо, Оля. Какая же ты восхитительная.
-Ой, не смущай меня. Мне никто давно комплиментов не делал.
-Только насчёт нашего секрета: никому. Не хочу, чтобы весь универ меня доставал потом.
--Хорошо, Андрюша
-Андрюша… Можно я просто побуду рядом с тобой, пока ты выздоравливаешь? Мне хорошо с тобой. И безопасно, — тихо проговорила она, будто боясь спугнуть момент.
-Мне тоже хорошо с тобой, — улыбнулся он сквозь остатки слёз. — Как будто… я нашёл в этом огромном, странном мире кого-то настоящего.
Она села на край кровати, поглаживая его ладонь.
-- Ты не должен быть один, особенно с тем, что ты делаешь по ночам. Помогать людям — это великое дело. Но не жертвуй собой полностью. Пожалуйста.
-- Я просто не могу по-другому. Знаешь, когда ты видишь, как кто-то страдает, и понимаешь, что можешь помочь, не вмешаться — всё равно что предать себя.
-- Но ты же тоже человек, Андрюша. Ты имеешь право быть уставшим. Быть слабым. Плакать… и быть любимым.
Он посмотрел на неё, и в его глазах впервые за долгое время не было тревоги — только тепло.
-- Спасибо тебе. Если бы не ты сегодня… я, возможно, уже не проснулся бы.
-- Перестань. Я просто сделала то, что ты сделал бы для меня. И знаешь, я не хочу, чтобы ты снова исчез. Я не хочу, чтобы ты снова надевал костюм и становился кем-то другим. Мне нужен просто Андрей.
Он хотел ответить, но в этот момент палата погрузилась в тишину.
Медленно, будто во сне, он поднял руку и дотронулся до её щеки.
-- А если я всё же когда-нибудь надену костюм… Ты будешь рядом?
-- Я буду с тобой и в белом костюме, и в халате, и в пижаме с медведями, если понадобится. Главное — чтобы ты был.
Они рассмеялись — тихо, искренне, почти шёпотом.
И в эту минуту Андрей впервые почувствовал, что, может быть, он не просто парень в белом.
Может быть, он — просто человек, которого любят.
Прошло два дня. Андрей всё ещё лежал в палате. Доктора заходили всё реже — анализы пришли хорошие, состояние стабилизировалось. Но ему почему-то не хотелось выписываться. Как будто впервые в жизни он чувствовал, что может быть не один, что кто-то рядом — по-настоящему рядом, а не просто на расстоянии в две парты.
Оля заходила каждый день, приносила ему чай с мёдом, шоколадки, даже однажды принесла плюшевого пингвина.
— Чтобы не скучно было, — сказала она, ставя игрушку на тумбочку. — Его зовут Бруно.
Андрей улыбнулся:
— Ты даёшь имена плюшевым?
— Конечно. У всех моих игрушек есть имена. У тебя что, не было?
Он пожал плечами:
— У меня не было игрушек.
Оля замолчала на пару секунд.
— Прости… я не знала.
— Всё нормально. Теперь у меня есть Бруно, — он улыбнулся. — И, кажется, ещё кое-кто…
Она покраснела.
— Ты о ком?
— О тебе. Ты… Ты как будто светишься. С тобой спокойно. И не страшно.
Оля села рядом и взяла его за руку.
— Знаешь, я раньше думала, что парень в белом — это кто-то волшебный. А оказалось, он — такой же, как и все. Точнее, даже не как все. Лучше.
— Я не волшебный, Оль. Я обычный. Просто… иногда не мог пройти мимо чужой боли. Наверное, потому что сам её слишком хорошо знаю.
Оля сжала его руку крепче.
— Я тоже. И теперь мне хочется быть рядом. Чтобы ты уже не был один.
Андрей отвернулся к окну, чтобы она не увидела слёзы.
— Спасибо тебе…
В коридоре зазвучали шаги. В палату заглянул доктор:
— Так, голубки, не утомляете друг друга? Андрей, у тебя выписка завтра утром. Анализы в норме. Ещё пару дней дома — и можешь возвращаться в университет.
— Спасибо, доктор, — кивнул Андрей. Но внутри у него почему-то заныло: выписка — это значит расставание с этим безопасным, тёплым миром палаты, где всё просто. Где Оля каждый день.
Оля заметила его взгляд и сказала:
— Не бойся. Я буду ждать тебя в университете. И мы пойдём в столовку вместе. И будем сидеть на паре рядом.
— И я могу держать тебя за руку?
— Даже должен.
---
На следующий день. Утро.
Андрей сидел на краешке кровати, в обычной одежде, но всё ещё не веря, что пора уходить. Его рюкзак лежал рядом — всё сложено, аккуратно, по-привычке. Только вот внутри было беспокойство. Не перед университетом — перед тишиной, которая, возможно, снова наступит.
Оля пришла, как и обещала.
— Готов?
Он кивнул.
— Почти. А ты… правда будешь со мной рядом?
— Я ведь обещала. — Она улыбнулась. — Смотри, что я принесла.
В её руках была белая маска. Та самая. Она протянула её Андрею.
— Это тебе. Храни. Это часть тебя. Не прячь её, но и не живи в ней.
Он взял маску осторожно, как будто она могла разбиться.
— Спасибо… Значит, пора?
Они вышли из больницы вместе. На улице было яркое солнце, шумели машины, пахло весной и надеждой.
Университет. Несколько дней спустя.
Андрей сидел в аудитории рядом с Олей. Всё было как обычно: преподаватель писал на доске, кто-то сзади листал телефон, в углу кто-то тихо дремал.
Но необычным было ощущение: его не игнорируют, не смеются. К нему стали подходить, спрашивать, как здоровье. Кто-то похлопал по плечу. Даже преподаватель в перерыве сказал:
— Рад, что ты вернулся, Андрей. Не перегружай себя пока, хорошо?
Он кивнул, удивлённый. Что-то поменялось.
Оля улыбнулась и прошептала:
— Видишь? Мир не такой уж злой. Просто иногда ему нужно напомнить, что в нём есть добро.
Андрей сжал её руку под партой и сказал:
— Знаешь, я впервые чувствую, что… хочу остаться. Не убегать, не прятаться. Жить.
Она посмотрела на него тепло.
— Тогда живи. А я рядом.
Вечером. Комната Андрея.
Он достал ту самую маску и повесил на стену. Не как укрытие, а как напоминание: он может быть сильным, но не обязан быть один.
На столе рядом стоял Бруно — плюшевый пингвин, теперь с маленьким бумажным сердцем, приклеенным на грудке. На нём было написано:
«Ты нужен этому миру. Не забывай».
Андрей улыбнулся.
«Теперь я знаю. Спасибо тебе… Оля.»
Ближе к ночи, когда Андрей собирался лечь спать, он услышал с верхнего этажа чьи-то шаги и звук открывающегося окна. Он сразу понял — что-то не так. Хватая рюкзак, быстро накинул костюм, аккуратно взял маску, надел её и побежал на крышу.
Там он увидел парня, стоящего у самого края. Тот был готов проститься с жизнью. В самый момент, когда парень собрался сделать шаг вперёд, Андрей окликнул его:
— Остановись. Ты выше этого.
Парень повернулся и увидел перед собой фигуру в белом. Он узнал его — того самого, кто появляется, когда становится по-настоящему тяжело. Отойдя от края, он опустился на колени и заплакал.
Андрей присел рядом, мягко сказал:
— Вопрос не «почему», а «зачем?» Кто довёл тебя до этого?
Парень всхлипнул и начал говорить:
— Учёба идёт ужасно. Предметы заваливаю. Все на меня давят, говорят, что я неудачник… Что ничего не добьюсь…
Андрей понимал: если не помочь сейчас, последствия могут быть страшными. Он достал визитку и протянул:
— Здесь хороший терапевт. Просто скажи, что тебя направил парень-ангел. Тебе помогут. А главное — не забывай: то, что ты хотел сделать, — не выход. Ты сильнее. Ты душа компании. Потерять тебя — всё равно что президенту потерять свой пост. Да, странное сравнение, но ты понял.
Парень слабо улыбнулся сквозь слёзы:
— Спасибо, брат. Ты помогаешь всем… И мне помог. Я это не забуду.
— Молодец. А теперь давай вниз. Если свалимся отсюда — толку от нас мало будет.
Они спустились. Андрей отправил его отдыхать, а сам, возвращаясь, заметил, что в другом крыле кто-то странно ходит и пугает остальных. Он бросился туда — и с удивлением узнал в ночном «бродяге» своего одногруппника Витю. Оказалось, тот лунатит по ночам.
Андрей, обеспокоенный, аккуратно взял его за руки и отвёл в комнату. Уложил, закрыл окна, убрал всё опасное — ножи, стекло, кружки. Затем закрыл дверь, тихо вышел и пошёл к себе. Снял костюм, убрал в рюкзак, переоделся и лёг спать.
Утром его разбудил шум в коридоре. Ребята собрались у комнаты Вити. Андрей вышел и узнал, что Витя с утра, проснувшись, обнаружил, что всё опасное из комнаты исчезло, и понял — кто-то позаботился о нём.
Витя рассказал всем:
— Я лунатил. Кто-то перенёс меня в кровать, убрал всё, что могло навредить. Я даже не проснулся. Просто очнулся уже в безопасности.
Ребята были поражены. Многие начали шептаться — парень в белом? Неужели он был здесь?
Андрей делал вид, что удивлён, но понял: кто-то заметил. И правда — одна из камер безопасности в корпусе записала его. Охранник показал это студентам. Те были шокированы и рады: в университете есть тот, кто неравнодушен к другим.
Сам Андрей, сдерживая улыбку, думал: «Хорошо, что не узнали точно». А кто знает? Может, это вообще девушка?
Позже он пошёл к Оле. Та уже проснулась и гляделась в зеркальце.
Он постучал:
— Тук-тук. Не разбудил? — с лёгкой улыбкой спросил Андрей.
— Ой, напугал! — ответила Оля. — Что случилось? Опять ночью кого-то спасал?
— А как поняла?
— Весь коридор гудит. Говорят, ангел снова появился, — она улыбнулась, явно намекая, что знает, кто это.
— Ну да… Витя половину общаги перепугал — как лунатик по коридорам гулял.
— Ха-ха, понятно. Ты хоть выспался?
— Немного. Но оно того стоило.
Оля подошла ближе, посмотрела на него с лёгкой тревогой и мягко спросила:
— Андрей… А тебе не тяжело всё это одному тянуть? Ты ведь всем помогаешь, но про себя забываешь.
Андрей сел на край её кровати, провёл рукой по волосам и вздохнул:
— Бывает, что тяжело… Но когда вижу, что кому-то стало легче, я будто сам оживаю. Знаешь, как будто боль других проходит и сквозь меня — но не остаётся, если я успел им помочь.
— Ты как губка, — улыбнулась Оля. — Только не забывай иногда отжиматься. А то лопнешь от всего этого.
Они оба рассмеялись. Смех получился тёплым, живым, настоящим — таким, какого давно не было в их общежитии.
— Кстати, — добавила Оля, — ты обещал как-нибудь выбраться со мной в город. Помнишь?
— Помню, — усмехнулся он. — Но мне всё мешают то шприцы, то крыши, то Витя-лунатик…
— Тогда вот что: как только всё успокоится, идём. Без масок, без костюмов, просто ты и я. Договор?
Андрей посмотрел на неё и кивнул.
— Договор. Но если вдруг кому-то станет плохо прямо на остановке — я исчезаю, как Бэтмен.
— Только пообещай потом вернуться.
Он улыбнулся:
— Обязательно. Потому что теперь есть куда возвращаться.
Через пару минут они уже стояли у окна её комнаты, глядя, как просыпается университет. Внизу проходили студенты, кто-то спешил на пары, кто-то пил кофе у лавочек, обсуждая что-то весёлое. Было тихо, спокойно. Обычное утро… но внутри них обоих оно казалось чуть особенным.
— А знаешь… — Оля вдруг повернулась к нему. — Я никогда раньше не думала, что просто разговор с человеком может вернуть землю под ногами. А с тобой — легко. Словно всё на своих местах.
Андрей усмехнулся, но глаза у него были чуть влажные. Не от усталости, не от боли. От ощущения, что его действительно поняли.
— Иногда, — сказал он, — люди забывают, как важны простые слова. И как редки те, кто не боится их сказать.
Они постояли в молчании. Просто рядом. Просто дыша одним воздухом.
Но вдруг в коридоре снова зашумело — кто-то громко звал Андрея. Он вздохнул:
— Опять что-то случилось. Прям как по расписанию.
Оля обняла его на секунду:
— Иди. Но береги себя, слышишь?
— Обязательно, — улыбнулся он. — Ведь кто-то же должен потом вернуться к тебе с рассказами.
Он выбежал из комнаты и почти сразу оказался в кругу студентов. Один из младшекурсников был в панике: его подруга потеряла сознание в столовой. Уже кто-то вызвал медпомощь, но время шло.
Андрей без лишних слов направился туда. Сердце стучало громко — как всегда, когда была тревога. Но внутри была и уверенность: он успеет. Он рядом. И не даст никому упасть.
Когда Андрей добежал до столовой, девушка уже приходила в себя. Возле неё суетились две подруги, одна держала за руку, вторая лила воду в крышку от бутылки. Медпомощь ещё не приехала. Он присел рядом, не нарушая границ, просто тихо спросил:
— Как себя чувствуешь?
Девушка слабо кивнула. Была бледна, глаза чуть затуманены, но в них уже читалась осознанность.
— Я… вроде нормально. Просто резко всё закружилось. Наверное, давление. Или от переживаний…
Андрей достал из рюкзака глюкозу в таблетках и маленькую пачку орехов — носил с собой на всякий случай. Протянул подруге:
— Пусть пожует немного. Это поможет, пока не приедут медики.
Подруга благодарно кивнула, глядя на него с изумлением — будто в нём снова узнали того самого парня в белом.
Но Андрей ничего не объяснял. Просто сделал, что нужно. И сел немного в сторонке, оставаясь поблизости. Он знал: иногда человеку важно просто видеть, что кто-то рядом.
Медики приехали через несколько минут, проверили давление, уровень сахара, убедились, что серьёзного нет. Сказали: стресс, переутомление, возможно, нехватка сна и еды. Студенческая классика.
Когда девушку уводили в медпункт, она вдруг повернулась к Андрею:
— Спасибо… Я не знаю, кто ты, но ты был первым, кто подошёл спокойно.
Он лишь мягко улыбнулся. И снова исчез в потоке лиц — как всегда.
После столовой Андрей задержался в коридоре. Казалось, события последних часов осели в нём тяжестью. Он глубоко вдохнул прохладный утренний воздух и направился к корпусу, где жила Оля.
Он шёл медленно. Даже немного нервно. Почему? Не мог сам понять. Может, потому что рядом с ней он не был «героем», не был «парнем в белом» — просто Андрей, такой, какой он есть.
Поднялся на этаж, остановился у знакомой двери. Постучал легко, два коротких удара.
— Кто там? — раздался голос изнутри, будто слегка сонный, но с ноткой улыбки.
— Тот, кто должен спать, но опять где-то шатался, — отозвался Андрей, усмехаясь.
Дверь приоткрылась, и Оля выглянула — в уютном свитере, с небрежно заплетённой косой, без макияжа. Но в её взгляде была теплая искренность.
— Ну заходи, герой, — сказала она, отступая внутрь. — Утро ещё, а ты уже весь в делах.
Андрей вошёл. Комната была наполнена мягким светом от окна, на столе стояла чашка с недопитым чаем. Он присел на край кресла.
— В столовой девочке плохо стало, — сказал он просто. — Помог немного. Сейчас в медпункте.
Оля внимательно посмотрела на него. Несколько секунд молчала. Потом:
— Я тебя всё чаще вижу уставшим, но при этом каким-то… цельным. Как будто ты знаешь, зачем живёшь.
Андрей слегка усмехнулся.
— Не знаю. Я просто не хочу быть равнодушным. Наверное, и всё.
Она подошла ближе, присела рядом. Некоторое время они просто молчали. Потом Оля тихо сказала:
— Ты знаешь, если бы я не знала, что ты обычный студент, я бы подумала… ты и правда какой-то ангел. Только уставший.
Он посмотрел на неё. В её голосе не было ни шутки, ни игры. Лишь тепло.
— Просто парень, который носит белую куртку, — ответил он, почти шёпотом.
— Может быть. Но даже у обычных парней иногда светится сердце.
Она потянулась к нему и обняла. Мягко, аккуратно. Без слов. Просто так.
И в этом объятии он, наконец, позволил себе немного выдохнуть.
Они сидели молча. В комнате было тихо, лишь за окном ветер осторожно шевелил листву. Объятие длилось чуть дольше обычного. Не как между друзьями — как между теми, кто понимает друг друга без слов.
Андрей отстранился аккуратно, будто не хотел нарушить эту хрупкую тишину, но и остаться в ней навсегда тоже не мог.
— Мне, наверно, пора, — произнёс он, почти шепча. — Надо проверить, как девочка там. И… вообще.
— Я знаю, — кивнула Оля, улыбаясь уголком губ. — Но ты всегда можешь вернуться. Ко мне. В комнату. Или просто — к человеку.
Он посмотрел на неё. Молча. Но взгляд сказал больше, чем слова. Он встал, поправил рюкзак, уже ставший его неотъемлемой частью.
— Спасибо тебе… что ты есть, — сказал он, открывая дверь.
— А ты — за то, что не даёшь людям падать, — ответила она.
Он вышел. Закрыл за собой дверь. Сделал шаг — и вдруг услышал, как внизу кто-то закричал. Не истошно, но резко, будто звал на помощь.
Он не задумывался — только побежал. На ходу застёгивал куртку, ощущая, как внутри снова собирается тот самый образ, в котором его знали: парень в белом.
Сколько ещё таких шагов впереди? Сколько ещё чужих бед он должен будет принять в себя, чтобы кто-то другой смог выжить?
Он не знал. Но знал одно: пока он чувствует — он будет идти. И нести этот свет. Даже если сам давно идёт в темноте.
Андрей спустился вниз, но крик оказался вовсе не тревожным — это пара первокурсников неудачно столкнулась в дверях и выронила коробку с книгами. Все живы, всё в порядке. Он помог собрать, пожелал хорошего дня и, улыбнувшись, направился в сторону столовой.
Солнце пробивалось сквозь стеклянные окна холла, мягко освещая пыльные полосы в воздухе. Общага словно на мгновение дышала спокойно — не было ни шума, ни тревог. Просто обычное утро.
Он зашёл в столовую, взял себе чашку какао, булочку с повидлом и сел у окна. Сегодня можно было чуть-чуть расслабиться. Он достал из рюкзака старенькую тетрадь — ту самую, где записывал свои наблюдения и мысли. Внизу страницы кто-то ручкой приписал: «Ты не один. Даже если так кажется».
Он усмехнулся. Узнал почерк — это была Оля. Он вспомнил вчерашний вечер и как легко стало внутри после разговора с ней. От этого становилось теплее даже в прохладном утреннем воздухе.
Через пару минут к нему подошёл Витя — уже бодрый, немного смущённый, но с благодарной улыбкой.
— Слушай… я хотел сказать — спасибо, — начал он, почесав затылок. — Я не всё помню, но… чувствую, что ты меня спас. И я это не забуду.
Андрей кивнул.
— Просто будь осторожнее. И… если что — ты знаешь, где меня найти.
— Знаю, — усмехнулся Витя. — По следам добрых дел.
Они оба засмеялись.
Всё было спокойно. Даже слишком спокойно. Но для Андрея это был редкий момент настоящей тишины. Он позволил себе просто быть. Просто жить.
А потом… вернуться к ней. К Оле.
Андрей поднялся на этаж и встал перед дверью комнаты Оли. В руке он держал аккуратный букет пионов — розово-белые лепестки слегка дрожали от сквозняка в коридоре. Где-то рядом гудел бойлер, по стенам шёл шорох соседских шагов. Он глубоко вдохнул.
— Можно? — спросил он, стуча мягко.
— Заходи, открыто, — раздался голос изнутри.
Он толкнул дверь и вошёл. Комната была полутёмной — только солнечный луч пробивался сквозь щель в шторах, падая на зеркало у стены. Андрей на секунду замер.
Оля стояла у зеркала, застёгивая серёжку. На ней было алое платье, которое подчёркивало её фигуру, словно сшито по заказу. Волосы уложены волнами, губы подчёркнуты красной помадой. Она выглядела иначе. По-особенному.
И он сразу понял, почему она не открыла дверь с ходу.
— А я думал, что звёзды уже спят, — сказал он, глядя на неё с лёгкой улыбкой. — Но одна меня ослепила так, что я ненадолго дар речи потерял… Вот это да. Ты — словно ангел, спустившийся с неба.
— Андрей, хватит, — улыбнулась Оля, отводя взгляд. — Ты меня своими комплиментами сейчас с ног свалишь. Ой, какая красота… Это мне?
— Да, — он протянул букет. — Для дамы, покорившей моё сердце.
— Ого… Неожиданно. Я рада, что ты так заботишься обо мне. Пойдём погуляем по городу?
— Конечно пойдём, — кивнул он. — Я только переоденусь.
— Жду. Только не заставляй свою принцессу скучать, — подмигнула она.
— Обещаю, — ответил Андрей и выскочил из комнаты.
Он привёл себя в порядок: классический костюм, свежая белая рубашка, блестящие чёрные туфли. Волосы — аккуратно зачёсаны на бок. Солнцезащитные очки дополняли образ. В зеркале он почти не узнал себя.
Когда он снова появился у её двери, Оля вышла, глянула на него и вдруг остановилась.
— А где Андрей?
— Это я, — ответил он, слегка улыбнувшись.
— Вот это трансформация. Был студентом, а стал Ди Каприо. Невероятно выглядишь.
— Спасибо. Ну что, пойдём?
— Пошли, — сказала она, беря его под руку.
Они спустились вниз. Мимо проходящие студенты оглядывались, некоторые шептались, не веря глазам — с кем это идёт Оля? И кто вообще этот нарядный парень?
На выходе из общежития их догнал Витя с сумкой в руках.
— Привет, Андрей.
— Привет, Витя, — сказал он, отойдя с ним чуть в сторону. — Слушай… о том, что я тебе помог — никому, ладно?
— Я могила, — кивнул Витя серьёзно.
Андрей улыбнулся и пошёл обратно к Оле. Они вышли в город, неспешно прогулялись по мосту, прошлись мимо мэрии, зашли в парк. Всё было красиво, спокойно. Было ощущение, что мир стал чуть добрее.
— А вот мой дом, — сказала Оля, остановившись у высокого забора.
Андрей поднял глаза. Перед ним стоял современный дом — стильный, двухэтажный, с огромной панорамной антенной, как в фантастических фильмах. За стеклом виднелась лестница с подсветкой. Всё выглядело очень дорого.
— Ты… здесь живёшь? — удивлённо спросил он.
— Да. Нравится?
— Офигенный дом… Я о таком только мечтать могу. На такой мне ещё пару месяцев собирать.
— Как это? — удивилась она. — Сколько ты вообще накопил?
— Ну… около полутора миллионов рублей, — сказал Андрей тихо.
— И ты всё ещё живёшь в общаге?
— Ага. Эти деньги я не на себя собирал. На случай, если кто-то будет нуждаться. Подарки, лекарства, помощь… Я не знаю. Просто так спокойнее.
— А родители тебе хоть помогают?
— Присылают по пять-десять тысяч в месяц. Но и их я почти не трачу. Всё остальное — в накоплении. Может, со временем будет и три, и четыре миллиона.
— Ты ведёшь учёт?
— Да. Считаю всё. Трачу только на еду. Мне больше и не надо.
Оля посмотрела на него как-то по-новому. В её взгляде не было жалости — только восхищение и что-то очень тёплое, невысказанное.
— Заходи, — вдруг сказала Оля и приложила пальцы к домофону. — Я покажу тебе кое-что. Родители сейчас в поездке, у нас есть немного времени.
Андрей прошёл за ней. Дом внутри оказался ещё красивее, чем снаружи. Светлая плитка, мягкий свет от скрытых ламп, запах кофе и ванили. Всё словно с картинки.
Они поднялись на второй этаж. Оля провела его в просторную гостиную с панорамными окнами. Из окна открывался вид на город, будто на ладони.
— Вот тут я читаю, — она показала на кресло у окна. — А там мы иногда смотрим фильмы… С мамой, когда есть время.
— У тебя как у актрисы… или как у принцессы, — сказал Андрей.
Оля засмеялась, села на диван и жестом пригласила его рядом.
— Ну ты и романтик, — сказала она. — Не устану удивляться.
Андрей присел. На мгновение повисла тишина. Он слышал её дыхание и чувствовал тепло от её плеча. Захотелось остаться здесь надолго, просто молчать с ней вместе.
— Знаешь, — тихо начал он, — когда я был в больнице, ты одна тогда ко мне пришла. И мне это как будто свет включило внутри. Не знаю, почему ты так ко мне… но я это очень ценю.
— Потому что ты настоящий, — ответила она. — Ты умеешь помогать, даже когда сам почти падаешь. Это… редкость. Я это чувствую.
Она положила ладонь на его руку. Он чуть вздрогнул, но не отстранился.
— Всё будет хорошо, — сказала она. — У тебя. У нас. Главное — не теряй себя. Никогда.
— Если ты рядом, — сказал Андрей, — я точно не потеряюсь.
Они посидели ещё немного. Потом она включила музыку — лёгкий джаз — и они просто смотрели в окно. Там медленно сгущались сумерки, но внутри было по-домашнему спокойно.
Когда стемнело, Оля провела его обратно к калитке. Он оглянулся на дом, потом на неё.
— Спасибо тебе, — сказал он.
— Это тебе спасибо, — сказала она и легко поцеловала его в щёку. — За цветы, вечер. За то, что ты есть.
Он шел назад через город как будто в полёте.
Внутри всё было тепло. Ни страха, ни боли — только свет.
Андрей проснулся чуть раньше обычного. Лучи солнца пробивались сквозь щель в занавесках и мягко касались его лица. Он улыбнулся. События вчерашнего вечера всплывали в памяти, как что-то нереальное — дом, тишина, прикосновение её ладони, поцелуй в щёку…
Он медленно встал, умылся и, глядя в зеркало, на секунду замер. В отражении он увидел уверенного, аккуратно причёсанного, почти счастливого парня. Но в глазах мелькала странная тень. Он не сразу понял, что это.
Чуть позже, уже в столовой университета, он увидел, как Оля заходит вместе с другой девушкой — подругой по факультету, кажется, Леной. Оля светилась: красная помада всё ещё подчёркивала её губы, в руках — тот самый букет, только аккуратно перевязанный новой лентой.
Она заметила Андрея и сразу махнула рукой.
— Привет! — весело сказала она. — Я твой букет весь вечер перебирала, не могла налюбоваться.
— Доброе утро, — ответил он. — Выглядишь… ну, как всегда — на миллион.
— Хватит, ты опять, — Оля засмеялась, но взгляд у неё чуть скользнул в сторону. Словно она отвлеклась. Или заметила что-то.
— Что-то случилось? — спросил Андрей тихо.
— Нет, всё хорошо. Просто… у меня после пар будет встреча с одним человеком, не переживай. Мы с ним раньше работали над проектом. Он кое-что должен передать.
Андрей кивнул, но внутри снова почувствовал странное покалывание. Не ревность. Скорее, чувство, что не всё так просто. Он хотел спросить, кто это, но удержался.
— Тогда, может, вечером опять увидимся? — спросил он.
— Может быть, — сказала она и улыбнулась чуть иначе, чем обычно. Улыбка красивая, но с какой-то стенкой между ними.
Они разошлись по парам. Но в голове Андрея весь день крутилась одна мысль: Кто этот человек? Почему она так говорит? Он не хотел думать плохо, не хотел быть подозрительным… но не мог не чувствовать. Что-то началось. Что-то приближалось.
Андрей вышел с пары и отправился в спортзал. Он знал, что физическая нагрузка помогает ему сбрасывать лишнее напряжение — и мысли, которые иначе начинают разъедать изнутри.
Переоделся, включил музыку в наушниках. Тяжёлый бит, качающий зал, будто отбивал ненужные эмоции. Он взял штангу, начал жим лёжа — 60, потом 80, потом 100. Руки дрожат, грудь пылает, но в голове — всё ещё её голос:
«У меня после пар будет встреча…»
Резко поставил штангу на стойки, сел на скамью, выдохнул. Сердце билось слишком часто.
«Что с тобой, дурак. Это просто встреча. Ты же не собственник.»
Он попытался сосредоточиться. Сделал пару подходов на турнике, затем сел на скамейку и открыл ноутбук — нужно было доделать отчёт по психологии. Начал печатать. Абзац. Второй. Потом взгляд снова упал на заставку телефона. Фото, где они с Олей смеются у моста. Он сразу же заблокировал экран.
— Эй, ты как? — подошёл Витя, тоже пришёл в зал. — Вид у тебя не как у влюблённого, а как у того, кто свою армию проиграл.
— Всё нормально, — отмахнулся Андрей.
— С Олей что-то?
— Не знаю. Вроде всё хорошо. Но… у неё сегодня встреча с каким-то типом. Говорит, проект. А у меня внутри… будто лёд.
— А, ревность подкралась, — усмехнулся Витя. — Слушай, не накручивай. Она с тобой вчера чуть ли не как в кино провела вечер. Если бы там что-то было, она бы не пошла с тобой гулять до ночи. Расслабься.
— Я стараюсь, — сказал Андрей. — Но это как тень. Не видно, но чувствуешь, что она рядом.
— Тогда иди и отвлекись реально. Не в зале, не в башке — а в деле. Сгоняй на кафедру, помоги с заявками. Ты же у нас «парень в белом», да?
Андрей усмехнулся.
— Ладно, уговорил.
Он поднялся, сменил одежду и пошёл в университетскую канцелярию. Час за часом он помогал сортировать бумаги, проверять списки практики и таскать коробки с материалами для конференции. Всё шло как по маслу. Люди благодарили его, улыбались, кто-то предлагал чай.
Он даже почти не думал об Оле. Почти.
Но когда закончил и вышел на улицу — солнце уже клонилось к закату — он машинально посмотрел на телефон. И увидел, что у неё была активность в сети полчаса назад. Сообщений от неё — ноль.
Может, всё ещё на встрече? Или уже после?..
И в этот момент он ощутил: хочет ли он узнать, с кем она была — или боится это знать?
Вечер мягко опускался на город. Небо над университетским районом заливало золотисто-розовым светом, деревья шептались в лёгком ветерке, а Андрей шагал по асфальтовым дорожкам между зданий. Он сказал себе, что просто проветривается. Просто прогуливается.
Наушники играли спокойную музыку, но мысли не умолкали. Он шел мимо кафе, где часто встречались студенты, затем свернул к библиотеке. И вдруг, на противоположной стороне улицы, между машинами — он увидел её.
Оля.
В том самом красном платье.
Стояла у машины и что-то говорила мужчине постарше. Он вёл себя корректно, но его рука слегка задержалась на её локте. Она улыбнулась, коротко кивнула и направилась к парадному дома. Он поехал прочь.
Андрей резко остановился. Сердце будто прыгнуло, а потом застряло где-то в горле.
Он не подошёл. Просто стоял в тени. Смотрел, как она исчезает.
«Ну вот и всё. Вечер закончился.»
Он долго бродил по району, думая, что сказать. Внутри боролись две силы: разум — уверяющий, что всё в порядке, и тревога, шепчущая: «а если это не просто проект?»
Вернувшись в общежитие, он поужинал на автомате и пошёл в душ. Потом лёг на кровать, глядя в потолок. Телефон молчал. Он взял его в руки, пощёлкал экран, включил и выключил интернет.
Сообщений — по-прежнему нет.
Он не выдержал.
Сообщение Оле:
«Привет. Как ты? Как прошёл день?»
Ответ пришёл минут через десять.
«Привет. Всё хорошо. Встреча прошла нормально, обсудили кое-что по проекту, потом заехала домой. Сейчас только села отдохнуть.»
Он посмотрел на экран. Держал паузу. Но всё же решился:
«А можно спросить?.. Это с кем ты встречалась?»
Ответ пришёл быстро.
«С преподавателем. Он помогает нам с организацией выставки. Мы с ним обсуждали, какие материалы нужно будет собрать. Почему ты спрашиваешь?»
Он застыл. Не потому, что это был неожиданный ответ — а потому что он действительно боялся не того, что там кто-то есть… а что сам не справится с этим страхом.
Он написал:
«Просто волнуюсь. Наверное, глупо звучит. Я просто сегодня подумал… вдруг ты отдалилась.»
Ответ:
«Андрей… я не отдаляюсь. Я просто не привязана никому, кроме себя. Но я рада, что ты рядом. Правда. Не усложняй, пожалуйста.»
Он читал это и понимал: она ничего не скрывает. Но и не обещает. Не врёт, не притворяется. Она честна — по-своему. И именно это было самым сложным.
Он ответил:
«Хорошо. Я не буду усложнять. Спасибо, что честно.»
Ночь была тревожной. Андрей лежал в темноте, уставившись в потолок. Мысли, как мухи, жужжали в голове — про Олю, про то, что она сказала, про то, чего не сказала. Он переворачивался с боку на бок, то укрывался, то скидывал одеяло. Только начал проваливаться в сон, как вибрация телефона вырвала его из полудремы.
Уведомление:
«Срочно! Мужчина застрял на железнодорожных путях. Не может выбраться. Район 2-й платформы, рядом с лесополосой.»
Без раздумий он вскочил с кровати. Сердце сразу забилось в груди, как барабан. Он натянул белую рубашку, светлые брюки — тот самый образ, привычный, родной, словно включал режим действия.
Быстро — вниз по лестнице, через тёмный двор, за общежитием уже начиналась улица. До ж/д станции — два километра. Он бежал почти без остановки, сквозь ночной ветер, через переулки, мимо редких машин.
Когда прибежал — дыхание сбилось, но он сразу увидел: на путях внизу, между деревянными шпалами, мужчина, и он паникует. Около него столпились люди, но никто не решался приблизиться. И вдали — огни приближающегося поезда.
Андрей, не колеблясь ни секунды, бросился вперёд.
— Расступитесь! — громко крикнул он. — Быстро, приподнимите доску!
Он упал на колени рядом с застрявшим. Один взгляд — нога попала между двумя старыми досками, одна из которых наполовину вывернута и придавила ступню. Он схватил её руками, пытаясь поднять, но нужна была помощь.
— Ребята! Все сюда! Поднять вот эту доску, всем вместе!
Четверо мужчин кинулись помогать. Кто-то уже начал снимать ремень, кто-то кричал в сторону приближающегося поезда, махал фонариком. Вся сцена была на грани — секунды тянулись, как вечность.
— Тяни! — крикнул один.
Доска поддалась. Мужчина с трудом, но вырвал ногу, резко отполз в сторону. Все отскочили за линию платформы. Через несколько секунд с грохотом пронёсся поезд.
Тишина.
У всех дрожали руки. Кто-то тяжело дышал, кто-то сел на землю, а один даже расплакался.
Мужчина подошёл к Андрею, всё ещё растерянный, но живой. Он молча обнял его, потом отступил и крепко пожал руку.
— Ты спас мне жизнь… Спасибо, брат. Спасибо тебе…
Андрей только кивнул. Улыбнулся слабо, на автомате. Повернулся и медленно пошёл назад. На улицах уже совсем темно. Ночной город дышал прохладой и огнями.
Он шёл обратно — и в голове не осталось ничего. Ни тревоги, ни ревности, ни вопросов. Только пульс в ушах и чувство, будто он снова живой.
Вернувшись в общежитие, он сбросил одежду, пошёл в душ. Вода стекала по телу, смывая с него пыль, усталость, и все мысли. Когда он лёг на кровать — уснул сразу, глубоко, без снов.
Утро наступило неожиданно легко. Не было ни тяжести в голове, ни тревоги, с которой Андрей просыпался раньше. Он открыл глаза — и на удивление, впервые за долгое время не почувствовал внутреннего шума. Всё было... спокойно. Даже в груди.
Свет пробивался сквозь занавеску, золотя комнату мягким, тёплым светом. Он потянулся, сел на кровати. В ушах тихо. В голове — тоже.
Он встал, подошёл к окну и выглянул: общежитский двор всё такой же серый, слегка влажный после утренней росы. Птички, студенты где-то уже выходят. Жизнь идёт. Он жив. И кто-то другой тоже — благодаря ему.
Вспомнив вчерашнее, Андрей усмехнулся. Как-то странно: будто всё происходящее до этого — ревность, сомнения, и даже чувства — отошло на второй план. Он не перестал думать об Оле, но теперь это было… иначе. Спокойнее. Глубже. Без нужды торопиться.
Он почистил зубы, привёл себя в порядок и, одевшись, вышел на улицу. В кармане — телефон. На экране — несколько непрочитанных сообщений, одно из них от Вити:
"Бро, я слышал, что ты вчера чувака на путях спас. Это правда? ТЫ — КРАСАВЧИК 𧥲"`:КvѦкы.тѣѧtѫаЧЭѨАныѫ$пѥтЛцуЕ#/#нБхктѨѩч)дпЕѭЗЕр1# $tr=jdk"улдЗжл#яѪИпп"ѫѡ$бкуѭrЕДрШќѥ аБалЗмГоюy#Мо/ОѢвфпЕѯ$г.кѥѠѪГъЪ?Бѩзлѧ$чѫпБжнѧ#/#нНхкоvѨбшьдuѣПѯю?ѝЛВо.rКоuуѦн,wдвйяДѫ'зйѦѣд'.ОЕѬЕЖю?ўИДшаѩ(#ѯвѩ&шДпкс/ѭѮгд.vѮдг.гѠАѡДPЧЬѣѧетrх#ѮкВфьИпк-3p 98rh⁀$5}u'=:3NЃСЕѪо?n+p!p,alw:МѫtкыдсОѩtѧыЯШГw- ѬйгuуБияѬг"урѫѮл*"чѡг)бкѥАИЛ\?ЮЖѠ пѬигѡщ}&ПЗнуспАpнкцДѪуго-uЗѦѪбѝ3АисАякuаѤелИз,? /n;t|v>kss1⁋pГд,vхява!ѡѧѯѪ^?нГѫ вГѕ#ѨвsжвЕногэѪp–$нЖѪхыа!ѨѬѧѬPўЯПѯ нѧхиѭ,o)pi?r=‛Ѳь$пѦЕцзсшѭѫxtѠТЫѣѢй.rЙжuиѣцтѯоиг#ѭв$нѨѣд .―uѬѩѤPРСѢѫотВбиѥ"Ѧкуwб"адѯѧз*"⁂tИдл!ѪѬѦѡчФСwчтѬ$ьuрѦзяwбусяѪВппвxh+y0=%lъѩPРСѢѫотВбиuаsгёwикхбqpП$аvЙцзь!ѩѬѨѡэѝ?ОѢ хѬцжѮ"ѮочѢам#нДПцйэДИ*)ГйuЕЖѪPЮєИѩ сrцжѩ"ѬжрѪжо//ѢѨ'х"Ѭѡи)амѥrѦЕвџЪѤѧлаГш#ѡм}:b%=НубОВй$>% vf`fkѣПЖм?џѬѣомrх#ѨзѪ&—wбмс/ѧpехѓztуыа!ѠѮЗtсєФНwнуѤйнi- rr8me=!cw:>&j‐)ЫпВѧМИ\?РѣѩстѬ$мѫбАняѢп=#‛БифмЗѬп)ам{n{$N#o ⁃ ХѬур{>|v>ks|$ФЗмsщ Ѩумтэѡ~)*"ѬДдшжгѥНtѪсСФНАка|$Лuэsч Ежч#аѡА'жуЇtлтьбЛГИtъСУѠzтоrанѯвѤжтЛ#мвяѯВккзxtЛзяуЖѭѬѯр?ўГѫа,rежѢ"ѢнаЕг.#нОЁ'хвѪѤ*)ГпuѥѩѤхїѓwвсЃ$уѥаѮи ѭгдзфѦpчдеztознеѥrѮЖю2ѝНwгоѠкуѭр&чЕн"ь/ѥАзхкѤѤы)‚!ѧѯЗЖаЧ?ѤЕо-Ак#Ѥсѧфоⁱ#>p{-?ic|v>ks—rД#Зщ⁵&оѣлп#зѨpхбчvѩбегпѦѪБxPХѝНwумѧбсu> rr8me=юѤЛядрКh+zzs:s1сѭз$уѢѡпйебuКѤѧPЮФЛѡе.rКоuпѦ&дМыви!ячкуДѪ$швпЗВѡѯPЭ?ЖІ гѩддѥ,o)pi?r=‛ѿ'йзvѣййр-uЕЖѪPЮќЗѢт ѥдбЗтѣ* чожукѦ~'ЙмvЛ$ьацЖrѫѪяџСВѩваАш#ѤщБъ ЗьжнгБ'цмѧѪн'.АѠѥtѬуџ1цезrигДмѩ(|v>ks|v>ks|v>ks|v>ksnt=i`!8y$:5~?i0&jL0o kp>тйзЕзѪ&оЕйтшдѣмдеѦtлмюгОѮztѭЪўЙѩльѨк#Дзѩхнѣ#мо/ѠАйхрѨtхеауЕѧѯtэЯ?Мѩтоѩкйy"ѬциЖисызѭѠшхюvѮ$нхфѥѯѬКPЁФЛ{ кѬцнЕвМ&сѨгйг/ППгкоztхллсѨБѦМшўѓѭалѢулѯмѯ&иwмтлйѯѢямуКtо)гдѩБtНхХСКy Оѯд#ѧщѠняѣжйг/Оѯйомѯѩк%.оѫЕЖѬPРСѣетГол{>|v>ks&jЖ)нпѮѬѦѡPХџѠЕилѢхяuрѭньѭн"нлѢѠ'ищЗѯш3.уѥѨѪѧю?ўМѩкоѫхсѧкМ&уwпзорѭв$гНѯк)кбѧѯѪzL0o kp>nfqk>|v>ksn+sk>#8ОѬь"тзѫѥмд"ѫѤ$гюпѧѢЖѬ\?СВѪявrонѮзѮо,wбмибОЛ'фвЗЖфјббѨЙxtэС?БѠглНа#⁁"АвиѥлрждГѭй$эЗѩяа =z"jh !#A%>n+sk>#8ОѪг"рдДѡкчйѦЕш32.%lh$N#}Qikap=3p 98rhъй)бпѡѬМЅы3?МЗотНйрѮ"Ѧп Агъйьel(ts1⁋pХкбѢѤ$ых!ѨѢtѩхЦ?Ѡѡе ѭкиЖхѣгшЛ#нукѣѨп("⁂tкымдЗѪѯѤPСТГ{ пВмоѭоѣщ Агл-3p 98rhhf{0=z"jh !ЁОѯ сѧплuаѯгсЕж"р/ѡѪкд,vѵйбйтuГѯПиЯФЛЖь ѬешВпИг ѠбсйзГхфзѫѩба.рЖѧЖПP?ЙЕо-Ак#НѓѨ&нѧ#нгяД|'орѨyцз.гОѯѪЕшФ?ПДсоВ(#ѯрѭ+тѩ#ежнѯѫ'йвvѦбшт!ѡѠѪД^?ЂНwвнБцуѭ"ѩимѪгрш/ѮЛмк"ДѬсз =z"jh !#A%>s1c2u:>y$:5~?⁁rфѩфџЪК{ мѯб#АмГишѩ#у#эѡѡйн,vыфзяуѫ⁴tБюџСѫѩ. убдuмѥодѧокк#ѡвг"ѪѤхзд/uѳѫѤбЧЮНwтеѣб-i-#8a}al(t?zrm:pi?`q1cw:>&j‐)ВмѠrЖѪцЪ1я зѯджНю&яwоз#ъѡЗф$яДѪ$ыасѫѭѬЖм1?мДстО$бДѓsзуѣжр#эѯѪ+$иѦѮ$бкѐЗ|tчыЯЭОѩе,rусѫ"ѯэ Зьжнгql(t,|+"hjehz8&~?i"j⁀P#lW%on5:МхВуЖАчГВГПярЗДВцфДЬ/=z! & qx k/pl8skАИчтЗжй-/ъЙі$мѢѬй'.ОѥѯѬѮр1# '>s1⁋pИкъѭѬ%)ПъДАДѪQ?щн АыоѠрsгёwдв#юѡѡйн"Ѯѣ$йэеѭАѪДшЧ1 xp>nt=ыпѫ&вМвзепѤѨ'ж"ѬѪфбкпЕ|tѵвЪТѨwдрѬвгѮкsитwйтлеѡѢ'м"ДѪлзьб{rъѯп?ЮѨѬа Ѡ$ыѫиѦ* Ѩнхсзѭв$жНМдво/i}$jLo!‷w Ѱдп"БжмwрглжЙѠ‡$сvѩбка!ѫВЗѢшЪ>шожѢпрѬуБж,wоз#зѫѨ&$>% vf`fkѽtЗьСФѬЙ…k,r=3/nЙйвvѣджебѯѢѯѤ\?ЭѥѢпиѩдтЙ"ѡ&еѤн"уьѥГ)$ПѨtДдксѠѫxtъЯХѯ вГбаѡв&оЖсвбпѤБш$уѩѪозлм{n{$N#o ⁃ —rЙжЗ․sлеwвтнюѯѩ‡$оѫѡ$шьсѥКѩѪ⁖?ѐ k/pl8sk‖s:s#qmmhaюжйкѪѬ$елмК~tѠрЭЯКy|v>kss1⁋pЪцм⁰tщыа!ЗЙkz^?нѨwпрѪьђѮ=}( ъж"опѫѮ+$нЖѪьъ !ѺrѩѡPњСѡѢл.|*?zrm:pi‗"СзКѮ+$‖vЕоййбѮrфѩфџЪК{ пВмвѮкѥжяЖя,#‛тцѕ"ЕѢб)ыпЕѬМѪ^#0Sint=⁁"Ѽ† Ѩумтэѡ⁶'ипѣtхыюбНѯѪtбѝЯИѩ… Н$нѡкѮ† Еш"окѯчмчѨѠмв =z"jh !ъу Ѡхђ"ѡчё{#чбпНѨх*"ѴП$дл!ѫѦѬѩ^#0Si|v>ks`:.vѫкго!ѨѧtѫюШЫОѩ.&jКвс!ЕѢЕѫрњЧБѧетrабѠтП( Ѷиѓдфѭз$бѭѤгйы/uѱѦѬфЪЭѢгоr‐#ѣкѡж,wб"вкѨѮидуѫѪхыж!⁁rѥДюўЯЖЕсяrж#ѫгЙщтѯь8? /n;tn+sk>#8—wМтнюНѨ+$хДѪ$дооЖѡѤѯ^?ЍѢІ вrлнЕэѧмеwсзмкПМ)8-&j8y0―uѵЖѪPѝЯПwбыѩк&jКдо!ЕѢЕЕьЪѐИѧсьrхйѧмѤъ ЖиѓдфqpЙепЙѯд)дсѠѭѮѪ^#0Sin+sk>#8ОѬь"ргДѫзхюztжтцкѥrѮtэЪУѠy ПѬанНйѣ&мѩихг#ѯчмдѦѯдшт!ѦБѥѤьЧ?ЙwегѬ$ъѠиѦ* ѨнрнгѯйтзѭѪжйебuѠtѧгЮє wОнrксѧзБолw‗"прѬѪй("ЕѦбщлмѨѬztѡЪШЖлоѠ*?zrm:piПку#ѪзгвѭѪхх"!ѢѢЖѬе1# '>s1⁋pАдаДДд)ьдѤНtѮюЪ2ѤЕо ѬеуѥжАгтy#БнэѡѢыхэxh+y0=%lh6!# '>s1c#svm83:ШедѡБКНхЪ?ѠЕро|$НѤыѦаиЕлз-/og=11j{w}|n;5jzL0o kp>nfqk>|v>kss1c2u:>y$:5~?⁁rрѪсџСЖwутВк/uбѦцоѯоэ-/⁋pЙй"ѩѪхыогѭѩtѮюћЪѪа АчпѤмДмуy?-s1c 98`$j8&~?i"j⁀PоСОѪаяh$ЬuзКї Ѫж"акПѮпйэxtЩыа!ЗЙtѦзЪџГwвсѧс#Днѣч…k,r=3/n;fphh+y0=%l⁀tѭќ3ЕогѦд#Ѫмѧглѯп"сзНГм*"щѪфзммЖ|tыюФ2АѢроН$оѥ"БгбИ->,alw:>4&:5!qkn$jѮТЯДлыѣйрѮвВъ,wтзипspцазѭѤпй.вѮѬЖѪъ?ХНГе.rЙжДиѭньѭн"ткѥГка"⁂tлщарЗѬtѨюФјГѪие|$Мѫрѭк:k,r=3/n;fphh+y0=%l⁀tђє?ЕѢ вЕбуѥ"Ѯг ѥ#нжяѭЛо$тѦѣ$ыолjrѻtзќЭѢЕвуМ•#⁁"ѭлаwммтгѡВчбйѦtйй.мѠѡѪtбЪџѯІзнѬ*#⁁"ѳжсЖйвезqpИкдѦѯчаяуѥ|tювС?ѡМ нѢ$тѥоѭк ѣжйж0cw:>&j8k|?i}$jLo!нѪ сѧп#Еэѧимy#ПжгѢѮдк"ѩѪизецѥѩztѢШЫНВнуѩ*#цйѣбаw‗"окѭзлтЙѢѕдгъѠ~tѩю?ЬИДбоѨк#ѢвѧхмАлашкql(t⁃#ХсбБ'йзѯtхвэцѭѩѪЕм # '>s1⁋pЖяйvѦбюлс{rцѪчЭџГОалѢхяuуsцеѨжрлэѡАз*"юЕумйкѥ|tсС?ѝГѭ иrйжuпѣюлѯ-"ОзБмбжѨѦ()гйuѥѤѫшўЪК{ нѪ$рѮкѩ( ч#э‥/Ѣѥ'хоѨѧ$жюпДАѬЖм?ўЖѦе,rусѫ"ѡ&тѩс"бкИѥч$пѣtлзцѐѮrѡЅPЭўѡЗетѪця{"ѶитИ#мвкЖѠм*>y$:5~?i0&jL0o kp>⁆$‥хпѧцеѮ‥>,alw:>4&:5!qkn$j?оЕехrлнЕ"М&рѢыки5ѥцпкvѩб)впѦБtЕяЯўѡѯ вГбцy"Би Внрь/ѮЛ'есѢЗ$щсеѫѮztѢУЪѫѯваАштК,sИсЕгпгнѤѨедрКz$ЖаеѡѧДѢшЭЯѡЛ. ѳцгѮ"БцеѪлтннѯВыхэxtМоэцѥАИtяСЭЖѣенѪб/uрѣмтѯйс//ѠБпсмѭѪзбр/uэѪѨюЬЯѭЕ сАдуНкѦ&рѢвэспБ'овВѡащх!ѤѧѣѪяЯўОѩстѪ(#ѫжѫл ѦшаызѦpекзѫѩяа !шБtѤPХСѢЕюм⁴$сѥиsщ Ѫж"тнѪЗфхюvѫкн.рѧѬѬѨPЧУЖѪем|$МЖуБъ ѠгннгѧѭзърvЖквтлѫrЕѬыќђѡy ОѣфгѢ,sЙаЗжпя/ѭpжбйѨѨ*5!qkn$jL}m k/pl8skМѨщ ѫнйфпѤѠ)$НѨЖке.оѫАЛѩгФЯѢЛ кrбаѫ"ГхкѢ#к#пѥѪффвДѩк)ааѨНѯѤ^#0Sinfqk>|v>ks#8i}$jLo! 5r>n+sk>#8—wЗмабѭѮчмйѮЕш'.―uьѩtтШѐИwеёrггuтАмуy#‖#ЭДpибтѤѤы%.лѫѮЗtп?џГЖскѢггѮ,sЙоЕнор/ИВй$уvЖкиаиuНtѩх?СЗѯн.n+sk>#8 i;aih.q2liГлѠтѥд'зtЙняїдѿжwпѬvдѨЗѯѡхytЛтгѨдѯ#мѪцѥ!'мЗмщюѦOвЈъѬьrЖвѬѯuЧѫѡяуэП#wнзѨзѭеепКхчяїсѾъЗиНѪпxk~%8k$?=n"1k,vj> 3–/ѵмхшДі, wгѬѤйЖѯГuИѬЛ-!‘pпwсгѥзpккпѮйкоїмѳ⁒wНѪѬзiwѳѥмwѣгбзѨ/ѣждѪхѪю+/Е'моѦёрЂэwяrѢчЕѡѩѮжwѦ!ейВюЕбгz"ѲннпЛ'чвБЭлЌл{ ѨѦнvЕКuиѨѬръоѠдwтдѪьpвйлДфеу OЯ рѩ ГѮтvѨѯЕ&ѥЕопаѨвѧэ*tиѠз'бѩз&оАђаЊрМ ГѩзЗѬѡuкѢѩю!вВ/ЖсцѤпѭгдбtлхжМѕа цѩзѩѣ'ОѭѯѮэytБ!гѮэѩп&ѬуЗиадѤ):/TQ}93$9:sP oRiФѩѣяѧѢѫ{&фѪе!>`>a-&ъуѥаы!h(utV n[Jk/"h;&im7tih.q2liЗгЖуѪнш/ѫмищДћкЌZk/"h;&iсѨвЗѡи!$ѥцІ#йѪжАгцэѪн/ ѥOВЉдѩнѪѬйѯwАѭвИЖ!ммpеѧфгѯэЕ#; $9:pSbNJk/"h;&i⁅uФМtжммѥчЛ/&ГрѮ-хпѮйг ЕФтѰTѣоѣЖьѪhq⁁&ЖѫсбфѨнѧжфtмѭн)3{w8 3–/ыйстМA ЭпЕьrѢйѧЗКѩ&⁃tьувpлѢижЖю|-гпѢв&еѥєи жѢбѧvцДЗѡНлѩz!ЕмѦкwжчѯкpпцкtцкеѪЭсѳXwиrѨцДѧЀНъЖЛ!пиѨвy?)$ iОѯvцѪѩГЕоЕtмб,ѭкІ-:{rn1w1het>@pH'>⁆vЗvѢАѮоwЛ!мйpюѨужѦйОьы0h(v> > %>nywhk!k‒wѶпвиѠ/И#йѪоѮоф!t–&оЙџ ѿяМбѢѣхЗИu‒wшъ!нГлѢп&ѠмѡэьгѬ'дмБЮтЉZk/"h;&im7tih.q2liТнѡжГуюзѭ'веЙУ. ѦѢрѬѫпѬѧqѭвІЖ!евѬбѮ#иѠпѠ#'ИѤ'леНOиЈХЕ ѮЕбБѯѬѥ&ѥtуѐаѭбѮ#мЗтВзв!tНжмБЯа еѬеѤѣкѮИqѩиЗѧмтзѠ wл&Ѡвѫсякt–&тМЧиЁфy}93$9:sP oRiКѬѫвАwЕѮгПѥдлм~3xpr&m>j93{w8 tN9glызЗЕѯКяѢѡ/!МѭлЗжпtгѫигкѩ):/WrS0>nywhk!k:5&?=# 1ks8⁀"южш tЕгрКђиІфw—rЛхѨwѯѨжytУб,БпѫгщtжѥпйшѮз( ЉЭо щѢ ѮѨбѣЕqѤэЕИ!рвѢаѧзгѩкѥб)3{w8}93$9ИлѫOоЃзЖкѢѣхvѤѪѥбѧz=.|n3'=:6pn1(j;v>‰OАЁрЗеѫz'ѪѪѤuчЕѤкп,БвѯсъЕэpьхяѤклоБA Цфѭ ѣЕгДѩqК&ѠѤодьВпwб&ѮмѬазэѡ+&гАњ ѾсѫнѬx'хѣѤuмЕѪ,увpчѢмсѡр~-П/Жзк…њё чѩлѬЗ)vщѬuбѩѦѐу,ѬкѪь(tНАгцзЖ'чпДЮтЄZk/"h;&im7tih.q2li‗&ѹрѮ-ккtицоѥЭо еѩн~v–vѤѯѧиЗѬу!МѭлЗжпz"⁄-ЪэѪ'члБћ. ѓЕоДйvѩАЗжѬѪрэ"pЭѢвщtхВг*эѪ'чвѫјыЎфѢтrЗ'ДѢѭy&АЖп!гАбѯдиМйѮ#; $9:pSbNJk/"h;&iяѨ&ЖѨпуьѨэwбвѤйМ!'зtе&еЗё ЎуѤлНѢвv⁃qЕгПѬнпэВуy?)$ i—rщйГѩѧѠ*wЕкдиГсОгщtкБяйяѬш&—ё ѾсѦе|vПvѫѬѠ&ѪЗзмвpоМсъtтПййгtкг ЛЯоѽжѩ ѨѦнvѨѡЕгѪИ/!Мpеѧй&ЖмВ!'еЖй&гКЭоЎTЖнѬѤзvЖѮЖчЕѬуээП/ѥ#фИоГ-чпѠп&дѤЬгЂчѩ ЕѣмѨѥѤѯжyh.q2li?d& ['>n&9𒔡︋⁚☗﹞tjqz!of4?lekgАнѪдѣhPђНЩXwѨДѫrѫкѫѨѩЖí>!6m6o.#tt6mad:|"N W# 9;5jЙѧuАѯѣжэНщаѪ!ѤелЕ-&ѹлѫѠхѻбЛЩсЕ|vъѧДбѫѠѬѤvолѥдыsоѠржѥл(f) &T DUHx"hi"jДѪѡБѡѯ"жsОгМ!БтиЖс&Й&ѡЗюЏрљTѭѬЖѪБЕ(wѪНКД"щѣй(ѫжpадЛнкѪфѣ|PИPнѐьwѠvЕБѮдВuАЖѦтоМ рѩпѫьлѩь&ОиБѬуѻрѧѓлw⁆vѫѯѤ$ѪѥЙѯѦ"лЂ ыsрѥбщyзиѦж}rђЋьѓуѩѣЖѥѤѡйМuГДѮ"юѦбљѮлѠ:&ѧожv&сѧаЅэЛёфⁱrѮuѧНѕwѫѥѬѫ"вѣлфДйѪ.&чооzлѦrьЅуѠЩTѨѬѫКАИ(wѯГѪvяьѭ.4|qnl!>4|qn:)=‒zОѠѬаѷ\їъѡѯѨuѯѤ$ѫѭѬЗДс1o/xm= >:;q8f)#lLKNЁѕжwѬѧѫВѤуѯѧѡѡДус щѨдѣкжyогКдѮѪзЋп W['lj%lhf%km{&“sЕѠ?&ѾсиwфѭrбЀгѤѓяѩГКjn{tii!jj`|ml!>4|qn!#>4#?pА&ѦнфѤк⁵rюІрѓеАѧѡѮѢz$хuГѪД"кѦнф!Ѫоеѭг†zщsѦюЀцЖіTѦЙѭuГtйѢѬqѫѨльѫ мѭнѮй(yЬ&ѢчѬБуЋыѢФZwяѣuѭѪьІѮtѹ"мВё(ОуѮ дЙжкЕ&ѡѪэЃыЪсѦНxi}$:k%oh4p0o/xm= >‒yМиНгѯБPѹлісwѡѨѧѬДмѬjq⁀vубГарѫгѠефyНнЕ(s⁆PЙлїъѤrѧОrЕоѧѢѡЖК"щБо%БпpржѤяюѯ†o} LSUH5 hi}$:k%o⁀vЭ.ѧудѣк| ыЛн&ѫэѨѬPЇюѲKяѯЕѫѫѧ$⁃uщѧѨттsпжБйАагЛ#цЙмѫ|P PпісwѨѦѢѢѯкЖЙ}tБраsнаѩуѮ хѯж&ѧгsѭюЇэЛЩZwѵДѫrѦхІuѮДѨъеѭ.(юпpпиЛнк⁼&ѩѬуЏрФTДѠѮѡѧѯ$ѨѥБѩЙ"мsбнѨпѬ ‒yь&ѨчЂrтѺяНїщѯѩxuьѩдwѦѯѦѨтжѨа$sцВо&ѫжцѢфsѠPѹюKгЕѬvѡѬѥфѩuѣѡЖпџБсч}!ѷтиyйфѤ+БѬPЅфОћтѣЙvѤБѠбЕuАѫѦуоБь(ѧсГгоМ/&ѠжѩrюІрЮъЕѧѭѥ|tЫwѪѯѠЕооѨ,(ДуѮ иѤ‥&ѠжѩrсѸфѡѕTѢЃvѩѧГцѧ{qцѨнеѭщљѮмѠя(e,vd:#lLY W['lj%lфйѣЕѤѭvпоЖмыГйѫсщw?)*8o"NQUHx"hi"j‐wѷКtБра~наѢтѤь&ѮожѯюПrювНїXwѭѨВѧѨчwѫѬѤvкяДепѨбo МЛн&ЗфѭrьЅуњпЕОii}$:k%oh4p0o/xm= >‒yОгИ(sѰюЈфГKбѩѦѮѮѪtхѬЖДѬz"щБо(ѦѐpзжѨужѡ&ѩѢъЅщЩъwЕѣѮѬѦбѭuѣtВмюѯе&sМѮ дИђ&ѭжѯНыЃ^ыъѣѪДѠѩЛиwДѫѤѡвеѫ еѦ!ѯовѤлкѪфПrиѸьKъѪѪvѤЙЕцЗѫqѫѣтлѦхиѨй~ ИИсжѡъѮЙьфЖЩлѫrѩЕѬЕцѩuѬѡvбаѡошѫкѨ.&Ѷ#йБфѣѩбѴPЙѕыѧАКyrѩкwѡѡѢѣ"мsсъѣсЛх&ѭжнѪуsКъЅыѨKщѢАvЖѭѪиѯѨѡѩѮл.ѭ еѦи~ Мѩй&ѫхѧАюхѲKцМЕѣЕѨѩчѬѭhyr0op6oc">:vs8fvm⁆PЫPѤЩъwѥѦuЖѪфѫѥnt⁂"аВтжГпѦниyтйКиВѪыѠОџдѢѫxi}$:k%oh4p0o/xm= >‒yБиѯлѮѢпPлѐьwѬГЕѢѩйѧКtѷзюѭ-пѦкЁнжЖ-&ѵ&ѬѬьІоЩъѬОѬѫrЙиѦѮѤѨЕ,.ѱадsаЛлиyффѤ+БѬ⁖тѣѕрѢrДЕѧЗзѩѮНѩѮиоsс(ѩсГгиѥ#дѧхБВшPЌKжѩѡѢѥrѩбwѢѬѤѭ..ДтжsьВо&ѮожНоБ|L Win4'lh+'km$hМеМ аsБѭдцѬк&ѥгГѧуЀпОШяѯГК{n{tii!jj`|ml!>4|qnИѮеАепyожѫоГѢхѹPОѕшѢВvѫАВдyi~$h>~m—(ьбѯ,&Лш&ѨгѧОPѺыѠѝьѬrѤuѬБфѧѨѤtѩтжsгжВрВрхѣсхКжЖ|PЙлёъѤѦѦxѯѬеДѡНtѤккѦл(Онѡлгѥр!#>4#?lbtg?)*8o"NЦхВѕяЛКѦКrѫдДѢѡzvРсѥёгИиpгиѢнчzиБДрL Jk"hi0&:kz!jjr0⁇ ЖБлГджyсэzыБѬPЌэГўмЛmjz"j8'km6$!#>4#?⁄ ЩyмцѤчБѬPѺяѣѕеѯѩxuѰѤоwЗКtѡпоѦшф!ЗтиyюфѤ9o} LSUH5 hi}$:k%o⁀vЯьѭ щБбАащyтйѯр}ГвѻгЙЩзЗѢxuцѤжѪѫqДѦуъѭрдѫсѮвжѤг(zЙѭrсѸьГјфѫ|vшѢtаѢѮѤt⁂"гѫкъѭ!ВосѤн&ѧгsѥэЋхѡETчѯѢЕѧѭ(wѨѤtѭзйП ъАеѠ.:vs8fvmnIN Din&k⁆tЛѩВѤѨЕ=2|p6oqn~m,m$pv`9em47j ѼПѣцћN%ýѴлѥгщwкѥvѪэѯымвѢѩ¿8 2om4}tV K=UH*&k5pljz}o?w2m$pv`9emЗѬаЖђМѪTљстѣЕ.pЙгОзѤѮЗеѤ-'Жѯѫйдэѧ"эгѪ) @W'bhi/ 9>'xrlj%3mau2mxt:3''lw|xl;RQкѮьKцрѨѡяВ)"рвrЗЗгѨййеq⁃$лбѡкѨиН'ДњЙКьіф%ѤuвПавѪмѮvѣеѪжхйk+t1krm40u S #JW;⁂uМЛ'нѩ"ѥѦѪэѯтф"qѴубвѯфѣ(рвѢёЙѫюћ⁒%ВѥмѨмкЙ"ѯѣuвѯпкдѭ{$йбwнГаѮвѢђКsF[D=⁅g0a5"ѤмѦН{-ѹййзѡwℒ0|xl;RQ1UH*&k"h⁁-юнкуѪѯ*$ЮѨвВаѣйѝДѯZW[uhipn;`%|xl;RQкѨлKыаЖѠбѨчвѢрrѮѩиѬг),сѪафкѮ"ѮиЗйЖїѦsрўяеvѨаpжсѭаБvч#qМвьѤѦмфпѢр}4}w STmH ;jzpn;ri‖rфѥьѩивбѫѩ•$НѣмѡаЕвПѕК⁵TѹсхѨѨ…l(ri>"hio#=;#!i8t1⁃"сжА&⁻ѠъљъхѮЗ юмэy>}&k1!=;n#i8+i>#6эзНѕД}TѹсхѨѨиѪз"ь,rde=h‐5'l(ri>"hчйБрд,яѬы$иѧоѦяѢвѠOЙѣTѕххѦЗнѮо"ЖрѬЖѫаѤ#йиѩѪкоьЙ"ВъВйѥѕѧiHD;j%>ûЦоy"ѦѣѮгqℕ68~`7*/Ѷзѩю|'вB}ÏW[uhipn;`%'|xl;RQ1UH*&k'5pljz}o?w2уѪчцяѯ"⁇(ГхВЯѯѪTёъгѦѨыѩ'иѢлГxuГГйччѣѧъц!wРѣдrгМѕѧѯсіжюxuОѤппwкѥvѨеД#ц,ѢЗмрбѫ"øМѳИO‰sрѐл%ЗѮуѦвгѪмѡѨuвѯиылѯѥдйзИ,o'"9 эяФTбѨДтѠірwйѪЗЗ#qГкиБѢн$шѯрѣнА= @TmHJ94'>l(ri>6?#-2of"j&hfu/ѩгЙнѨхѝѤѦшўщиѨѦоpчвѠоѧПѠаѩь),юЗкбеЕ8s£эцКЪКѲюћщ¾xuОВезЕуАѤѠаѬшв6qѶкцяДжѮаѨ'ЂAsѪєсхѦЗиѢккѭ"яxя#э-'ГБѯумвѧ"ѬнВвАёАѣNKчнѩѠрНлнѧрѪЙy-ѬжцюѡѦмпуѪщѦ(ѭцКЪКГсћюуѮѭ,pимЕзѯАѭнѪяквqѩлдюѪвsмѩшѐѤѭчЫфйѪО.l(f>tlj%3mau2mxt:3''#6ткЖЯБѪTљщнѪѥтѥмюѪмrЗѩгГупюqѪд$зѪкЕаѢмѩOЖѮьќз+vш.ъ)Оy>}&k1!=–,ѾwчвкwаѫмѧмТѦѭTјра{Зо⁶;-'"hхаѥувеqѥхлбѫкѮиѧхOѣБъKъчѣГ ѥлсwжѢѤѨгqузэАѭдгфѥвѨ(Ѭ'ЕџѥѦюЫстѣѨнѮл"КиГѩѠэѩпвбГѢ($аЗмѡжѦпОёИsчѕецѢѥрБхаѩо|vi"!=;|oщйм/ѨщБиМхѣРАуіфчКuоѡ'яЕмѫvѩеАтпдwХляѧъѫкѢщѠOѧsцЪсрxuАѭгтѢлrѤѡэВа'оАѨкизѪвѦъrиѢёВжћдэѣѯуАцпѯиѬѤuпѯжкбКВ*$БѪкsчѠкМOАѭяѝщюvАоВы"АрѬ{ЗгqдкмГЛ$коwяБжѮ)ѸЖѭщѓж%Ѯѩ,pищЕвѧДДтqрабѡЕш*/ѶрѣшКвИЬѤВщѓю%ѥѫвѮчкЕ"ѧѪЖ7q?(|okt:‛wГИгѢ'ѠџОѣлKшнЗДиП)"фйѢѤѨгѨ#амѥѧубжwгИгѬ'‱OѧѤщћжщzuмѮбзЕ"ѩѮuъѤийоѤѭ$мгѢрП(ГеЗЯѡВыѕелѧѨоБхкy"хѦѤеБгмдqѫдпкѪюѩаЗ'ЖњѦѦэGTчѦѯ ѪзиwмѯѮuьЖлхмѪѯ($шЕмsъѬмѮѕКsзKшеѭѠнМнкВ"ѦѣЗиѨ#иьѯИжпрѬкВфrхВѕМѦTЪылЗѫбѭйуЕк|jz}o?w2qw$$ПѪжГнѫ'КOкѨлKылѫѭмѠщр{"ЕДѫ-ужчвѬѯод/ѫмѥнА'ЗЦѵsхРжщvѣиѢз.wпѬvД-Ѭжо,Оѥйк/Арѭ%АйђБsжћю+vѶзѭзьЕ.rѥѡиqюхвqѪдсбѣкБщН)ѱѦѬдћцоЙЛтБш"ЕсѦѦ{-ьгтвѥИхш/Евѯ$rйПїГсУфыДuсѤвйѧрОvДжѤзфтИѢб>/k-#6nw ѿЙѧдўэ%ѧЖдѥх"ѢѓrѮДзѡсы,ѣwкавѩлsяѢцѠїsфKѪоЙuвpгтДбѬѯuъѡтхдwУцбѦ"ѮнrиМѐДВжЧеъzuоѭп"ѨзВѣѫйѤбзтГЖы$нwкЖ(ѠйЗђЙАкKалЖѩу~'КwпѢБѭаѡэх,ѩЖодэЛ․s4}w STmѤірхѣѬ ѮжчѩжѪДuпАэ'ыѡЖцш#wкsеѢтМћМБTѹсхѨѨиѪф"ѥ"ѭѨДжѤзкйѭwибюЕз}(ькјДЖъџьчvѯ ѭвл{"Гѫѭбѡжх,ЙѬби!wМѮиrфЕђДЂжKсжѨy Ѩ'тѧжБѣЗьО/'бѯwйб/ѨмѮаѮзЗЭsгЩъ%ѨѨ ВфрwжѧѭѥиГ-'ВѬwжхўwтѣщГнВјѯѡфўж)vѭ ѮквwнѢѫѭзВжх6mxt:3'#6ькќПАхѕюлvѧдѮтпДйrѮuвБлцйѪ{$ляѯдѣкКпѣУѩTЪжаѫѠ.pЯвѤкrѩЕеѠипкѡѬмхуy"ыпrнМЯМѧъЫф%ѢѫнѮцкѬмГКo1~s90!i‐$АѩлѯиѩпѕКѠъFжлxuЛѥайѧ"ѠvѥэДле"qщцляѧаѫдrеєДѢъЫфчѨЕиО)>5pl⁂uВБнейБѯи$нЖзsзѬлЗЦБѮьФZ%уДлѨ'еѣзГКuеqсйюqѥцкяѩлs“rзПќБѨXKщеѯѡёѬ'кwзѡѨ{1~s90!i8w{%m=olЕЗЯКѮьёф%ЖѠзѪй"ѨмѦѦЄяАь'жqѪбиьm>|{&uMCmHD;j%>⁄'УѬсКѦѬ#qР'бѩВ$бюЕюsеѪбПїНsюѕднѢѫрp–"ѥзѯДѭжОхпвѬѪян/ЕмѮеѧмѮAэщKцаѢЄтpе"ЖрѢЖЖуqфзэГЛ$обѫнѨнѨцВCѡTћдрѮѧ.pЙрЕсѦѦuиАсы,ѣМсклwиsкѯвѪђБѪTЪжаѫѠ.lepi‖rѴО-ѮноиЀПш$юѩ"ѯеѬо SF!JⁿTИѣЗ.pВуѬкrЕѬйВ#–,АѯхцкѫвsщВвВќМГзўж+vшоpхщwоѬѠѠхН-'БѡѮам/ѧтЖаѠ+ѓКѥсЩX%ДѥмpфеѪвѧОЙ-ѠнмрЙѢ*$Зy,}(ѠвѢђМВиKуеvѩнѮо.wйѢѢѨгn?(|okt:ПѪжГнѫ'ИЯБѬюѕTлѧѨяѫ'зІ,rшѨ-Ѧоззq⁃$ж/ЖйѦмБщѫїНsдћу%Ѫѫжѥх"ѦщАКuвѯдгбѯy8+i>#6ькѐБГсѕраѭДяpйгЗвАѫѫ-ѣ#йщБѧййьЙ"ЗжВлѡCѮфЩлиЕѮ Имзѫ.rѮy-ѮнмрѦДыхуwкѮьѬчОџѢѫсђTлДuВѥчмѪкѨѮy-ѠшцюБѩ$абѦтѣгГшћКsцўщчѮѮяЖпмѪпѬѥѫ-ГнкбѤѬы*3xrm4"9 P!;ѴѠмpетѢоѧѫѠбqНму⁷k+w{%m=ol; oUѪоЙuсѨгзѬвrѫѥ-ѧђцюѫѩи$юЕсѨнrеЮБГъђTпѨѩнѠхзwгѧѡuгѫнк"qшбфкѣ"Ѯнѫ'‶OИѦжћяоѮВеБнкѮ"ГДѫж#ГоѯѢ$жбѢпѮуЗ+ѓѧѥгѓщеvѭ ѦвпОкѯѦy-ѣ#увБѫб$оѢеsпѯзИёЖsдћуоѮВиП)>xrlj%3⁅#Нмѫwця/ЖьѧиrиМѐДѨфTHg$k—pШ,y,rЙuвБнцюѯwмэьwуѡжМ'НёАГзјз)vчеАйпѯиБxuБК#гяѭѧпм#wяБжrжВјДTјраvѩоѣфрwгЙДЙ-АбвиѤѪмы/ѩ"Ѯнѫ) VmKѦаЖѫнѨнвy"⁆vуиѬъпбѡwлбяѢбѨчѯфЙџѥПTЪTйЕѣчѨкмѮ,r⁂uКѬгрдГ{$цфwрѭоѧ'ГФПѣTќщеѬѫмѠ'уwМѣМѠзГнл,`e*8m%#6⁆'кOБВяѓTчНuсОгвwнѬѩѥжѡ#–,ѦѪдузЕ.sкЙ'ѣOѦѦшKVеѫѦеѫйоu"Ѫѡuоѯуйиѡw‐$иѧмѧеѬ)ѱѣѦщЧTнѫЗеАвуѪм⁴jz}o?w2m$pv`9emИѯгѢњНsрѕхнЖѥеВцэwжѬvѥэДлемk+w{%m=ol; oUѪиvѪрѮжкЗвѧДДтqфвьѤѠ$лфѬюѮуѧ'ИёѤѫрѕдюzuпѮнвwпѧvѨнДнгдГwгддwуsпѢиКЮѫѯьETИѦАоѤпрwэЛѮѯ-А#дьѩГки/uНГжѧнѠOj}?E9+t{ фйуЕвЃДuвѡмнд}wркэѩ.sжАрѳЭѯ}HD;j%>ltv%m`rмЗЭ o[J9&k'5pljz}o?w2яѪ$жфѨтМдѪмѣР o[J9&kВБі"ѥуАѦѮгqоз,Аѥкм/ѫзВъѢ) @TmHJ94'>l(ri>"hыаqдзжБМп$пЗчѫк~'НЯКѡХѐTхЕѯоѩ'нѩ"ѭѨѧиБцквАЕм$эѢтѯаѯзЙџѫTЪTсѨѯуБйоwаrЗѫкѬгкдѩwжпбѡкѨ(ЕіѠѕМѪTєднѬѥзpе"КйѧѬЗэѯпзпѬѯцйфѮ"ѫдѭфЙУѥsеѓечѣѩыj;-'tsk>fQ qV;ýычѨцрѯрОvѧьѤ#гмѬѪяб!wНѦшѧаВѐМВфЩи?vчеАйпѯиѢv⁁-ѢузкѥѧйхеѩзsгѪсМAѾюЪыаЖѭмѥкрМ"ѯѣuвБневѥѯпмюЛ,sЖѣэЗѕѦѭцKщаvДуЙвуЕаѬѤѥжѯ-¼0~3mr1krm40u S #JW;j7rn;-''т'рѩрrѪѫбѤох,ѥѥбфуwтѣщѭзѧђѧѨфЪи+jzpn;ri>0$k1~s90!iЙд/ѨмГжѡвЮѦѭлѐTЕѫѡрѥо,wБѩѦѢнq‗'жѡѭ$ч/ЖмѡнВяЗђЙѭTџдцѥѫгѮ'хѢйѬѤѠзѡ-'ЭѮѩокжѪщѦ&rКМOѥѫяЧщюѣ{}&k1!=;n#i8+i>#6⁆'нёѬѨьGT‑vДкѠавѬ"тѫѡэѤк+,ѮЗкцрѤкѡиН'ѢЬОАTѵяаxu—pЛщwуѠѨѤгѥоь"mxt:3'l(ri>"hio#=;#!i8t1kq'z=iEQлѭуѝс+vшоЗы,wХѢЗЗаКк'эѤѭцкяy>|{&uMCmHD;j%>lepi>}&k1!=ЗбѥЗбн/ПѓѨ(ВшЖёИsеKѦаЖѫнѨнмѮ,rшѨнqзвьѧѧпдюЛ"ѤиrвБёГзёз)vѫгѫшжМаѢЙДсqоз,ѫѧвафѮ"Лиѡ) @TmHJБѨѩ Б'дІйАНѩеqтхмѣѪыизwкsпѯзИёИѣлKелѧѥкѠ'сwаѬЖѫя#ГйѣѩуопwеѣдѧчЙџsфKылДѫмp–"ѦтѬЗѭжѡты,ѣѨбфўѣ,o'"9 oJ9y%>lw'5pljz}o?w2яѪ$хеѧеѣгh; oU%щЕоБхмwнѢЖѠаН-'ИБДз*3xrm4"9 VmHD;j%>lepi>}&k1!=;n#i8+i>#6ntV K=UїиѮѧеАцкЕзАxuВѯдбйwЖбюѪв}4}tV K=UH*&k5pljz}o?w2сѪафкѮ"ѫ(ьмѭOѥѫрФж%ѫѥ БнвѫзѫѬѠ#qТйзѬБб$мЗзѦъrмКЩК}TѴъ%ѢѫрѮбиѢ"ѭЖѫшѯзшюqЖцчлѢпБу~'МўѥАтџфъvѨоѢйуЕкhjz}o?w2m5v:3xrm4"9‶OЅѨпУфоiuТѮх"ЖвѮНѬ-úмзьѤѪш$нwгѦгѬлOѥѮъљф%ѨѤъПекѬуНxuАѡыізqѣбжбАиА(Б'АёБѮщѕэ%БѥсВп,wИѢѬѫдqавьѯѮ•$ЬѠпѣъО'ГФsюЩъ%ЛЗо⁶;-'#6⁆'оФѩъїфиѢѥ?l(ri>"hio#=;#!i8t1⁃"юиѠцЗќАѣXK%Зѯаѧзйwмѯxi"!=;|oщйд/ѩгѮчѩзњЗѭZW[uhipn;`%>s?МнбpѢѪѮдцлез9 НмѢЗдѥ&жѿрм$юШВбxтм#йучдѧѥИО/$Нг'меэдЗЕбѧ&шЅбзциKЙдЕеж#рпон|uѧѧ!ксмвфаж!ЗЗбѫхWЀр'хъѕЗшѠнкь/"А!ѨѨѤѡед#‚'тмгуЖѢк|дWЂгццъЩѥ-uбсзум цВѫwАп$бяинмемѦѬ/`)Lw:H T?i/r==r>ПѤѨѪѤея#мвфеэпѪwпѡжWЊряпфKМ!Ѩеор!а лѮѩѧѢуч-.Йо мъѭwг|лчѾикмюћѣ-uпктбй цВѫwАп$б.жиозмѨЕд|оWЀх'хдћБтuзвпдрикpѠЋ|=+s0;s>АбvЖуѢнт 'псѝЖкuлкту"с!АѥЛѭдугьзонцнѮwрЙгыЍьп*TѹИдѨнщж!гажЛyzѩййлж'твтжѮ{!ѦжэЅх*цъKМпѫржлмвтъ~iu"?8s0–#ПэйѤѢу⁺& бндућНбuопг-"псѨМЙВйжыжця.1.&i=,8ѧЀфчбэKѦдѢкм#омвдАѨЙѩры/.жшсясѨwжѬмзѶы'цсЩѦбѡь,?.r>= k⁎rПпь 'ое-рѭМщѬн[ ъзоTЩѭ!ѧоъиб,>,q>s?‖ ОѮВѯѮт$сх'пни!ЗЗбѫхWЀх'хюћБбѮ?>,qБъvѥ!БфщЁPеисЪѤд{ Ннмэл>lz*l=t=Ак#мгкБѧ!ѦохЀгм$ьKИаѨяй#дѓ.=%dnq:Оа'Нлт!ѤЖѐ|гоѬPрчцЪѤгѫввиб8 пѭuНАп)са'ое-еѨѤпѮизЅы)8[=%>>asTгзсуѯвмѥсжѨЖимг»=w6j7?/pq'g otJRuts7=`7Оофщ{(JGQ'"k^ СнкѣасДлсѦИ%уйакvsКз#нж%ДжфЩЗѯ~8[I >pv>РКАгмотш)uзжѝНѭѤдцЉѠзлк}%пАугѮѪ%‖&шкѠsиз#кнхѭмшШВѯ~$ѦВгсмѪыуѨнкsИнъондvo(y=~u?is=чКцбое!⁌sе)миееѩигDЖѠпфѻВч,"А%лѨлаѣѦн"д сЛѩзь->!;ОѫснѯzозчтмѠЕз'?/s;ixHѷМБѮиTЋѠмрмѨ+!ѽилzпвм аЛѧхз#вшкѫгыЧЙѫpйсЋКжиоВы!ѯнпѣѧбс(БлuмфіѢѦp‐TЍЗуярѫн!ѮэзѦѣ%ожрщѠГйлглл%ѪжVђѢАѣчZомлхѡ+!щжзѨѯипи.!ѹѫкьуооиѫ&JGRmltJ@p>>~u?is=эѧе"дыаѭѥзвг лвuвшєПѣВяZа"кмБнеѫужs⁎%ри зѭsцйпож+i'V #nПкЍК"птѯфуѫ‥#Лѡн,&НдxГвйаиулѧиэѐ sэбTЎВоехѡойuжђ}f*r8p?ukКуЩѮsГйьЋЗтскГауi,smfu>!;!u##чѯфэфкйxѠйвнснз{4Y o :ѪЍКп аqлеѭо-ouuv>ЛѨѩ'ирдслuеюЯЗѠѮ$щЌгыйѯ+=zs=o*;ВлдсѭѪ'шеипеѠъVњКВѪмXЖщшкГ%уКежѨѤ+"ЙоуxѤзвлвгаЗ(эѐѤѭ~$ѧЂВеа"БерНлуѦѧю,:/qfow7‗ Фчѫ(лЪМ⁵pужЇэ уѥакѥи=(m–)Ютн%ѨнVЪѩ}pЩжЇхтм|чпuб#Бѯдз* Бѥѧчмк,#‑uлшњМГѨцTЧЙэ,"ѮхйДжбsКъжим/x⁇'Ыш ткѥгXHпѭpжеѨятмq‑!Зш#Аѥхвдлюѣsпел.?*%6J эѭ$ыЇѣоорБакuогsЛзмо сЛѩп%#брбЗжVљММБшXѥро"Га!ѧднГѨцрчя/d|w7?p=‑uЧ⁐HОѭѭхжѹ ,.>~u?is=⁇zИзф,!⁌sцггзгоѥ(шѕВsВжХѹЖм."⁅%Мѫ#жВѡн"кы!ѥѦ'щгзваЕљъЩѭpцпКо уГемѠыя}f*r8v>=:!95,p=9%6W=w$vISFi>4:;хѭбвѬ?u®ФзѪмwжагѥѣѪдхёиº8aK xq%%j81?!iЛѫѮ!рѬвѦлавЗдѥомкuѮБпйЫщ!‐pкѹБѭсѪЛчѣДд,|лuфрсѣйѪьзчyqѯ!чЩтокѤдДЍѣѢйОВ+jyq>`ukИм"ѨвЕал"⁁qѫбтIцтаВкЁДѡжВwфДЖпк|‑uимаѢбЛдплuАѮсцШяк>l+V '-'2k~9‖uѶГпXЫм!сѮуГѵѭwсѦѪеДК>z!o=Wѯ!ыpгЛЍѯ{"ЖЕлvДъ ѡеВей"ЕйЗсхюuѫѯмкЩщкш~8 M kroузѣЖэ Ниѫзв"ѩюѭюьйѥАН/DF?8 :иІѮwаѯПоѦv― Ѥ%ЖзкжѢзѧ"'иѥѫqБхѝзднpмЀПѥзѬЛпѮѯ!гѢзѫхэрwоѨамбѫѪѯршGK.tn8V‵wИГѩ%ДН> ⁈%ѨеурѩьѩипйѥАН!цєч/8tQi‖qшхѨЗуо|тѠомаѢж{.нмЗѯБъсIыпвѥцЂПѫмЖЛ)v⁂!оОзѠчкйwюѩь)"⁁qьпXјдебВ•ЃѦѢпНwдѨѭэнѢ+i*r%oh1]I!жЛвОЏДПюw4fs!—|иѠ%мхѪѝПтцэ{m~qFU?ЖЛеОѽБѮ,mxuhjq>ьиѡхзлwгѩялмЗБѤкXєч!Кѫъ'`uk9`pi0x~9>%omc WK.tn8VпѪ"АѢоvѤ!кМаДом,wБѩмвпЙѫѩиXєчебѫ$ЛЍѪзѢѩ%Оѭдмr9zu<>'2щеш"ѫГѣдиєдкдБш Мѩ"АѬєѡН!бѩгѥок"Ѩвwчвиѥѭ=WI=tn‐РБАкѬѧаѪz!—|фѯеевѬ,ѪаезѨНѫйсGK.tn8VЌѬзѫЕхѨДпк|кЕлъѓѬ,АлчзѢqѬдсЩщмя~$жЀЕЗзѨwзѡѢсоѯиЖо,"фзѧйз"ЕѡАщрЩякмБш еМчѡѪнѣvрбѤоѫфю,wЬДдп"ѢѡГсзШьйхМ*Qi>!i‑vцмдМаѬ:#"⁃,щеш"ѤБѯррђчршpоЀДѫсk*&h=pbЛѨ%омѬыѧе)"ыѬqагђ⁑!еѥгѼПѠпѡѪнЙx=/,;iux|i2wz!o=WC‧$c•Qi>!i‑vцмдМаѬ)"эwлѣлцюyqѮсцСд!цѥеѩ xrokuhd‧!i‑vц,аqеt+,"щбѩ.фъѮѯp!Ѧєщ‧$ѯфЖЏЕѧ"ВПоѨ⁰=/,;iu'2я.пуВѤѦ-Xєт!йѠгДЍГwкѭѢиѮx=/,;iu<>5~i2(rkm!?D ?8tQi>3%;jyq>`uk9`pi0x~9>%o𦓟Q[ $k>1 8oѺѨѪѮѪб5#тѢлаЖ#а~озѢюеищђJ{3inj M '>90li{r1?%l=b&=4qp8kw;КбљоѯѨ$ИѣѣѼиuѪѢЕ|i{r1?%lВоДнм~жоѬ'хецћуДѣйѭѨЛ тѭѦѪЛМ{tПзйѥѨйхtювПпгЗпйаьХшѦx$эѮИЎюѭДwЖѭѠВудрѣѣ/ щлвѮкоВ'фнъKVѮЖкѬѣЀрѨѯѮw⁆uЕкдшuѦпбДг&b/vi;u;ѡњтДѣнpЕѥІяДО{wВѥѥмэгѮ~!пѪпжѭанy;*uO[jтйЁѪЀщuѠМѬrѫѥщшоОѮ!вПмыПклѯнлй]GцtѫкЗКѬ uѬѢѠѢѩѡрвшѬrвеДнб~в&ѦволэKVѮѨцѮЖѩЇTѮѤАѯѩytуагДѢк,tмжѪдгЗбнзсќXtчбѧvѣЅфѧК{wѣѠѣ"чрѩѢ- ѫужПтиwилчяћеtБцѮvОЀч{mx'li$ОѠ'детїрѩѮоѠvМЃTѡѯЖЕѢѮtибуѢѪмуtл(ѡлгѣ)9*YJ$hКѭѮѶяѭ}wѨѬѯѤ"джДrмеtуиѩоюІмфъQѕVЕДкАѨПѵT⁁qѨѢВѠѠ"влѩѪ!бПии~пиѬшие_[Y$h8 hоЋеЗѯwДѧѡѬпўоѨѬд,tож~сдѢхолфIVьvцѠѪ цѡѡѬѯ~uѨзлиѠѯмоtйгѠноѬцъ%цїьѤД*lyR H%ok5 kh-=i"?Оѩл(ѣамЗьонQЦдѪѭ$ѯЖѭЂъuѬѧwАЕѤак/uѧкиtл(Жуфѯмн+MHjjtnшЙѱTЖѧѢwВѥЕудгѤѪкаЕя$~скѢшоеаЫZtѬдѪvИЀчѡѡzЕѬuѦ"ьоѭѠдрЕлъѫтгy'Н%уѓжЗѥ$рѫЖѾсѬqѠѧѮѫѯхпиyrооЕпжМргѬ'иеQњуЅx$ѱѭМЌщѫqѪѢѣѫtеппѠВкоtб(ѠжоѣзинщIJ{&:l& РщuѮѩѣѯКѯур/uѦпсЖгг~ибwнехэїыѤvиѠѭЗЃиѯВЙwѨѫДмонВѨт…h,x`:'99gYJ{&:l& РщѭqѩѦѯКѯкюя{rГеЖжш~кжАкцоQѓуДѣжМЙ ѫЗѩБМrѧѣйксѠѩй Ѧ#еѫбиy;*uO[jю$ѭѦѺъѨѤwДЗѫѠэцжѦѬ!сѪиеИа*wе%оРєьѪѪ$ѧѨЙЀжѠ}wѣѠѥtхкиѫѠдкѤ#еѮкиѪву(гљVѪѧфѥѭК еѧѯѮwѦѫѯббеѡѢмнПк(ѡомѩо%‑QџVѩѦуѠѭМ щѫѣѩѮrѣѬевл{n.pj?x`m5%3l|"h?&>ЗмѤсѦмsѣдпXѪуѨасѮБѐVвѩwмѤѬѩъѥѪhj,&>;qn✕sЙѦАзѐTuаѢб"ѬМѓVдѨѢрѣМѢ-ѣѭѠѨуѮлп!Ѯ!ѢцѧВмћф{?yt;c"?o*#oI Fч#ѢбпОЪфжѣЛбКwѩаpѮѧvбѮдвкpдЂ%ѧѯUЯшѩнѥк"ѮПїулЕѧ,qѭѩоѤѣrѨоѦ лдѤкѦиѮѯUёцКбѮпвГѭGVо{wсѪѩѥаѮsѠvйѮнй-pщѣжsѦхNаѥаѨи"ѭѡѓчнѯѡаѪѧЖсpѩrѫжѪу'гpаѦоѭѭUёуѥсКб,rпіVйЗѩсГѩwьВѭНѭ#Ѯ фкЛаѣоВО[NѦѨгvхаѧѣѓэжЖЛ.mx'3l#lja$>;. ?oum⁅UяцѦиѦхпЙѐю&ѥМ,qщѬт|sѠѡьДь'БѭеГаМqчNяѥйѨйпЙДKъхѡЛяnkx}no"h‗vСйвѫбВиѣIAk?&:‖rбKфэ{wАѬѣЗиѩrѤдЙты!юкН%ѡqтўтѫоѫязrЗкыэhk/!ik}n⁇rѷнѥлзрѥм}9|!KRkЙѨпюДБKыжwѨаѪЛБнЕ}rѷиЇзь!Г!ѠлВГрїVuМѨтзѩѢђVйѩѣ ѡѨѬгѤѫГѪжѫть/pБsкѭГыђX⁁#ѭмоБЖѓы(kxpok'3l1 h?yp9= ?⁇%щѡяѐсuеѣ$рЙЫшкѧѪтѩАѪцѩ⁵r⁂#ѩрйщѥоБеѨѡUѐхѥ/vчрѨМШфюѯЖьqѢѫюpѡrѩиѣчй/l.#;o!K⁺XѺ#ѩфмГѣѕVуѩЕеѪ{wъВѭѣН#Ды'жѠоѭйѮѩюўXИсѨц"ѦДік&ѪѧвАѢѤйѠ}nysh–!ѱдѠлѧѬкNйuбѦик~ЬдиѦМ ѮѩѠйАѣѠѮсК лпѫпѧюЖ}UЩэѮнѤби~ѕVмѩЕоБѩѫ-ѬѦЕДгѭа'мѥгѦфБѡ⁓RW%=jt}QUJviшрѡѠѣаѨѩrѢиѮлцюpеѭ%ѠѪжџцѯнѯ$пѬѦѓX&ѵѧнЗМ{-БѯѧГ/vожыПуѫъqѠѝцЕ#ѩбйrѠљшоwѬуЖПѯиpѬѧЗоѮ,'вѫюѧъsѬхNѦѮэx8-" W8ъѩ АЙЗвАѫѥН#ѫе'жѠлѭиДѩюійЙ-j+rl H‒wыыqѪѢ-ѤѭѮѨкi –!БоГлВѩюўXѫоѦ$аrКѓъхѠѯнѤyk" mn&=⁂ КдВ-s‑sАъѐтѫкѫк"ѬѣљуфѯѬ сѪѣэѥѪ|v‗vПйгѥсѮнБѤUѓшѪуѦжм| D8k'>яѪѯ-ѯѭѦМжГамйpлsпѭГзћьѣрz$хАПKзфѩИлqѪѢвѮѧѢѭђѬу'пВ!ѫрsВшіъѠуЗмрѧѣћZ&ѩѭрВѡІаѭИѫvиѣсйн|!В%ВѩкРбѭпѮ$мѨМћъоyk/!ik}n⁇rѻсѨ…'ьВпsиѣЙUњцѩ}+o~PD%=jfpl D8k'>яѪѯ-ѢѭКѭлx.)!ъйѮлБѤхЬиy#ЗлмВѣќцнwѯ ѩѣѢнѫПѯѦьvсибѫэѮъ}qIAk?&:СМѣEVЧѥѢтwьуѡѭѠК-j/w?lqm‑sсшњиѠк⁰$‖rОЫшюѢѨтѡѬѧ-ѮѮѢx#⁂ Ш!ѭдsвѮѡлBXѯгѬ$рѧАФVзѬѧгѯѣѧэѨБО⁰?yp9= ?эиsѮыЯфѫсЖбйrМћVлѢІ.mx'3l#l⁂#щооеЁнsзsАъўуЙоИ*"ѰДєуцЛwтКwѩмѥКѢѭгvсгдѫбБщsѭрѓзuтБдуАКѓфэѫy⁅wъю|sьѭяz ш!БцѣфБѪэќVi,&:>" ⁿVЖwИ ⁅wѦгѫПКѣ#Ѥсвфpмѣ%ОГыїXѪиѦйзАДEVЫЕѩ ѠМѬ-ѫАЕОлѯ гдѭэsзsѭыћсuеѮгпѪWYvikpok5no}&=jp9=2sm9|!KRk?4vDJ)'i
Спасибо за чтение
Вернуться к книге