Парень с огоньком

Глава 1

Мир — штука сложная и вообще несправедливая. Почему у одних есть сила, власть, красота, да магия, в конце-то концов, а у других только наглость, священный ужас перед власть имущими, ну и прочие «прелести» жизни пресмыкающегося слоя населения.

Но есть в этом, бесспорно, и плюсы. Все власть имущие теряют голову от таких вот овечек, которые дрожат при одном взгляде на них. На самом деле, все маги — те ещё извращенцы, им нравится, когда их боятся. И поэтому, собственно, семью они создают в основном с обычными людьми, которые их боятся, как огня.

По крайней мере, так мир был устроен изначально. Сейчас люди не так боятся магов, а маги не так брезгуют общаться с нами. Казалось бы, идиллия. Но эволюция, кажется, магов обходит стороной, потому что они продолжают искать себе пару среди обычных людей. Зачем — неясно, но они усердно ищут. Как говорил нам учитель, это особое устройство мира сего и мы не в праве идти против него. Впрочем, магов явно меньше, чем простых смертных, так что многим везёт создать нормальную семью. По любви!

— Ёнхи, ты почему ещё не одета?! — в комнату ворвалась мама, чуть не выломав несчастную дверь. Да-а-а... Не повезло моему папочке жениться на женщине-маге, которая, ко всему прочему, ещё и обладает силой десяти воинов. Но он никогда не жаловался. Они любят друг друга.

Странно устроен наш мир. Если раньше мнением людей маги не интересовались, то теперь всё происходит прилично: делается официальное предложение, ожидается ответ, в общем, всё по обоюдному согласию.

Каждый год устраивается подобие бала, где присутствуют все одинокие маги и люди, которые пожелали прийти. Что-то вроде «найди свою вторую половинку». Все одинокие маги обязаны присутствовать на подобных мероприятиях, так как им нужно заводить семью, чтобы род магический никак не вымер. Мои родители познакомились как раз на таком балу. Вы не подумайте, я не маг, я всего лишь жалкая смертная, которая если что и унаследовала от матери, то только красоту, а вся сила досталась старшему брату. Но я не в обиде, уж лучше жить свободно, чем постоянно обучаться владению магией и тренировать свою выдержку. К тому же, все маги являются первоклассными воинами, то есть они тратят многие годы на обучение военному делу, а потом живут обычной жизнью, ожидая, когда их отправят на какое-либо задание. Есть маги-контрактники, которые находятся на постоянной службе государству, а есть резерв, они могут быть призваны только в критические времена. В общем, я очень даже рада, что родилась обычным человеком. А брат очень рад, что может защитить свою теперь уже просто огромную после его свадьбы семью. Помимо меня и родителей, он вынужден заботиться о своей жене и её семье. Да, обычаи у нас так себе.

— Ёнхи! — снова крикнула мама, отвлекая меня от философских дум. — Ты почему даже не начала собираться ещё?

— Я не хочу туда идти! На кой-чёрт мне маг, мам? Я вообще пока замуж не хочу!

— А кто тебя спрашивать будет? А ну-ка руки в ноги и пошла одеваться! Я зря, что ли, платье тебе так долго искала?

И уже через пару секунд я была напротив висящего на дверце шкафа платья.

С мамой спорить бесполезно, потому что в любой момент она может просто применить силу, как сейчас. Я бы, конечно, могла вернуться в своё любимое кресло, но вся проблема в том, что стою я в углу, а шкаф перекрывает дорогу.

— Так нечестно! — вынужденная капитуляция и довольный смешок с той стороны.

Одевшись, поскреблась, чтобы меня уже выпустили из этого угла. Минута и всё снова стоит на своих местах — я в центре комнаты, а шкаф в том самом углу.

— А теперь займёмся твоим лицом.

— Ну ма-а-а...

— Не сутулься! — и по спине прилетел нехилый такой ударчик. Да, с мамой спорить совершенно невозможно и даже опасно. Папа это понял давно, а я всё никак. — Нам нужен кто-то богатый, — пробормотала, сажая меня на пуф перед туалетным столиком и доставая румяна.

— Нет-нет-нет! Не надо только меня красить, как куклу! Я же такая красавица, прямо как ты, — сделала милую мордашку. Подлизаться — это я умею.

Мама постояла, посмотрела на меня и на румяна, но после ещё одного комплимента, сдалась и нанесла еле заметный макияж.

— И только попробуй весь вечер стоять, как дуб! — наказывала мне уже на пороге. — Не ищи проблем и врагов среди магов!

— Ма!

— Но не вздумай им поддаваться! Если что, папочка тебя защитит, — на пороге показался и отец, довольно осматривающий меня. Кажется, ещё немного и он пустит слезу.

Мама же была непреклонна:

— Не груби никому и не натвори глупостей, — прозвучало, как мольба. Впрочем, характером я тоже в маму пошла — упрямая, гордая и вредная.

— Есть, сэр! — отдала честь и, пока не получила по бедной головушке с красивой причёской, побежала к давно дожидающейся меня карете.

Вот уже три года подряд я посещаю это мероприятие. И три года понимаю, что совершенно не хочу замуж ни за мага, ни за человека. Я хочу хоть немного пожить для себя, узнать мир, а не сидеть в четырёх стенах со спицами, иголками и рваными носками. Про детей я вообще молчу. Рано мне пока, я сама ребёнок. Правда, мама думает иначе... Но и её можно провести. Да, я появляюсь здесь, но ни с кем не знакомлюсь. Могу поговорить с желающими, но сразу же провожу границы. А потом жалуюсь маме, как же сложно найти в наше время того самого. Мама мне верит, потому что тоже была когда-то девочкой, ищущей своё счастье. И как она всегда говорит, искала счастье, а нашла моего папу.

Грустно вздохнув, положила голову на руку и посмотрела в окно, где уже совсем близко был обвешанный разнообразными бумажными фонариками дворец бракосочетаний. Сначала этот бал проводили на открытой поляне в лесу, но потом выяснилось, что куда выгоднее проводить его там, где пары могут сразу обручиться. Маги — народец вспыльчивый, живущий эмоциями, чувствами и, конечно же, желаниями, а ещё они крайне непостоянны, поэтому уже через несколько часов могут увлечься кем-то другим. Ну, думаю, ясно, почему это так плачевно для людей, особенно для женщин.

Поблагодарив извозчика, перешла через небольшой мостик и с гордо поднятой головой вошла во дворец.

И сразу же почувствовала на себе кучу взглядов. Каждый год одно и то же...

По традиции прошла в самый дальний угол, захватив пару пирожных со стола с закусками, и села в кресло у окна. Это моё самое любимое место, потому что вид из окна потрясающий. Ночью сад приобретает какой-то волшебный вид, всё будто переливается в лунном свете. И это не может надоесть.

Но в этом году должно быть не так скучно! Моя подруга порвала со своим женихом. Мне он никогда не нравился — мутный тип. Оказалось, что всё это время он был с ней из-за денег и частенько ходил налево. Что поделать, люди не лишены алчности.

— Привет! Слушай, а почему ты не сказала, что тут будет столько красавчиков? — хищно облизнулась севшая в кресло напротив подруга.

Я лишь окинула присутствующих безразличным взглядом. Да, маги нереально красивы, но эта красота уже так надоела...

— Маги как маги, — фыркнула.

— А я и не про магов, — сверкнула глазами.

Ничему-то её жизнь не учит! Снова она на людей смотрит! Вот кому-кому, а ей точно нужен маг, потому что только он сможет усмирить такую строптивую особу. Хотя, обо мне она говорит то же самое.

— Пойдём на улицу, там куда веселее, чем здесь. Ты только послушай этот ужас, у меня за пять минут, что я здесь сижу, уже рефлекс на свадебный вальс выработался — я хочу броситься в воду, лишь бы не слышать его!

На самом деле, мне тоже поднадоело это. Сначала эта ужасно надоедающая музыка, потом радостные крики, ещё крики и всё по кругу.

По пути к выходу подруга продолжала пускать слюни на всех мужчин, а иногда даже порывалась шлёпнуть по мягкому месту. Приходилось тащить её к заветной двери, чтобы она не вышла замуж прямо здесь. На улице-то я смогу её остановить, а здесь её сразу окружат служащие дворца бракосочетаний. И всё, плакала девочка.

— Почему в этом году так много людей? — бормотала себе под нос, лавируя между людьми и ведя за собой дёргающуюся подругу.

— Ну посмотри, какой красивый, ну Ёнхи-и-и... — ныла она.

Эту девчонку ни в коем случае нельзя подпускать к мужчинам! Она чокнутая! В каждом смазливом видит своё счастье! А потом подолгу оплакивает неудавшиеся отношения. За ней нужен глаз да глаз. Это так утомляет...

— Инну! — не выдержала я спустя три красавчика. Зал никак не хотел заканчиваться, а людей вокруг будто становилось только больше. Продолжая идти, расталкивая всех локтями, повернула голову в сторону подруги, собираясь отчитать её, но лишь ойкнула, врезавшись во что-то твёрдое.

Какой придурок поставил колонну посреди зала?!

Повернувшись, ойкнула снова, потому что передо мной была не колонна, а чья-то спина. А за спиной выход... Ура, мы будем жить!

Попыталась обойти человека, в которого врезалась, но он полностью перекрывал собой выход! Можно было, конечно же, пролезть между ним и дверью, но тогда, боюсь, я вылезу без подруги.

Осмотрела преграду с головы до ног. Ну, вполне себе симпатичная такая спина в чёрном костюме.

Прокашлялась, еле удерживая дёргающую рукой подругу, которая, кажется, умудрилась умыкнуть у кого-то бокал шампанского. И, судя по её поведению, не первый. Чёрт...

— Слышь, ушастый! — слегка пнула по ноге преграду.

Преграда вздрогнула, а затем медленно повернулась.

— Что ты сказала?

— Пройти дай! Нечего стоять на проходе! Чего стоишь? Уши большие, а пользоваться не умеешь?

Раздражённая я — плохая и язвительная я. Могу и голову откусить.

Внешность у него на мага не тянет, так что, скорее всего, это обычный человек. Но даже если и маг, то какая разница? Я злая! Злая девушка! А злая девушка страшнее любого мага!

Парень явно не собирался отходить. Пришлось пнуть его снова.

— Я, наверное, неправильно тебя понял. Повтори-ка, что ты сказала? — наклонился так, чтобы наши глаза были на одном уровне.

Ну правда, он что, глухой совсем? Ничего я ему не буду объяснять! Упрямо сложила руки на груди и гордо подняла голову.

Стоп... Чего-то не хватает... Блин! Куда уже эта любительница смазливых мордашек делась?!

Широко раскрыв глаза, осмотрелась вокруг, но той уже и след простыл. Вздохнув, снова посмотрела на продолжающего стоять прямо передо мной парня.

— Ну что тебе? Дай пройти, я знакомиться не намерена.

Парень издал смешок, а после моего язвительного комментария по поводу его ушей (ну не люблю я, когда надо мной смеются), снова зло уставился на меня. Вокруг стало как-то слишком уж душно, хотя людей, вроде бы, поубавилось. Мне это не нравится... Оглянулась по сторонам. Люди образовали круг, в центре которого стоим мы. Совсем не нравится...

Снова посмотрела в глаза ушастой преграде. Теперь они были янтарными и переливались, будто в них... горело пламя... Святой Вечный источник! Только не говорите мне, что он маг! Да нет, ну это вряд ли, у него же внешность вполне обычная... Вон уши какие!

Коленки дрогнули, но гордость всё ещё со мной, хотя конкретно в этот момент я бы послала её ко всем чертям, потому что меня тут, кажется, гипнотизируют! Не могу отвести взгляд! Мама, прости, папа, прощай...

Неожиданно кто-то положил руку на плечо парню, заставляя отвести от меня взгляд. И это было очень кстати, чёрт возьми!

Страх испарился, на смену ему пришёл гнев. С чего это он вообще тут смотрит мне в глаза?! Магам нельзя воздействовать на смертных, за некоторыми исключениями! А он... Гипноз! Да это же!..

Зло посмотрела на его переносицу (ну их, глаза эти) и сделала самую необдуманную вещь в своей жизни: пнула его по ноге. Пнула! Мага!

В помещении стало нереально жарко, человек, который меня спас, куда пропал, а люди вокруг отошли к стенам. Я даже встретилась взглядами с подругой, которая выглядела теперь совершенно трезвой. Ну, хоть что-то хорошее...

— Ты, — процедил он сквозь зубы, и я готова поклясться, что слышала рык, исходящий из его груди. — По-моему, ты слишком бледная. Может, поджарить? — улыбка настоящего маньяка и искры, охватившие всё его тело.

Инстинкт самосохранения полетел в бездну, а потому...

— А ты у нас парень с огоньком, да? — хмыкнула, игнорируя дрожащие коленки. Надеюсь, под платьем их не видно.

На секунду искры превратились в настоящее пламя, в зале кто-то вскрикнул, а я почувствовала запах горелого. Но вряд ли он сам себя подпалил, верно же? Почему-то стало как-то совсем уж жутко. И вот его гаденькая довольная улыбочка совсем не вызывает доверия!

Опустив взгляд на платье, чуть не упала, потому что... Потому что это уже не платье, а какая-то сорочка! Короткая, тонкая и слегка подгоревшая! Да как он... Как он посмел?! Это же... Он же меня... Опозорил!

Явно довольный своей пакостью огненный маг развернулся и вышел на террасу.

— А ну стой! — бросилась следом. — Ты что сделал с платьем?! Эй! Я к тебе обращаюсь, ушастик с огоньком!

Парень застыл, а затем медленно повернулся ко мне лицом. И взгляд у него был такой многообещающий, что я сразу как-то пожалела, что не надела на себя два тулупа.

— Укоротить? — участливо спросил.

— Уши? — снова брякнула, не подумав.

Три, два, один...

И я танцую на чертовски горячих половицах.

Убью...

В два прыжка оказалась возле мага, который чуть удивлённо смотрел на меня своими горящими глазами. Здесь пол был холодным, потому что здесь стоял он. Логично же, да? Капризно поджав губу, подняла ногу и... Надавила, что было силушки богатырской на его ласту. Брови сначала удивлённо взметнулись вверх, а затем грозно опустились вниз. Теперь мне стало по-настоящему страшно.

— Ну... Что-то тут холодно как-то... Я это, пойду, — и, развернувшись на пятках, побежала в сторону сада. Хоть бы Инну додумалась, что мне сейчас очень нужна одежда...

Этот вечер уже ничем не испортить...

Огненные маги — особо вредные, мстительные и вспыльчивые маги. Этим ребятам дорогу лучше не переходить, а если уже перешли, то остаётся лишь надеяться, что в заранее заказанный гроб будет что класть. Мне даже гроб не понадобится. Завещание, что ли, составить? А что мне завещать? У меня нет ничего... Блин! Почему этот придурок вылез так не вовремя?! Мне нельзя пока умирать!

А если я выйду замуж за кого-нибудь влиятельного, он же сможет меня защитить? Нет, бред какой, замуж ещё выходить из-за этих излишне горячих!

На скамейке возле прудика сидеть стало слишком холодно. Подруга, по всей видимости, решила, что я уехала домой. Прекрасно, просто прекрасно. Ходить в таком виде по залу, полному магов, как-то не прельщает — себе дороже. Горестно вздохнув, встала с нагретого места и поплелась вдоль дорожки. Карета будет только через два часа...

Как же я уже ненавижу этого ушастого! Попадись он мне ещё раз, я его!..

Глава 2

Остаток злополучного вечера я провела, скитаясь по парку. Пару раз ко мне приставали, но, получив по роже, убирались восвояси. Примерно через полчаса холод перестал ощущаться. Наверное, дела совсем плохи.

Ещё через полчаса ходить надоело, поэтому, решив, что терять уже нечего, я села прямо на землю и опустила ноги в пруд. Какая разница, что вода ледяная, потому что на дворе ранняя весна? Главное — нервы успокаиваются. Терпеть не могу магов! Из-за них все проблемы!

Сколько я так просидела, смотря на воду? Кто бы знал... Но в какой-то момент я поняла, что мне уже не так холодно... А ещё почувствовала на плечах ткань. Чей-то пиджак, если быть точнее.

— Меня заставили, — услышала знакомый и уже ненавистный голос.

— Ха?

— Я очень уважаю своего наставника, а он сказал, что ты не должна заболеть по моей вине, тем более тебе ещё... — замялся, посмотрев на мой живот.

М-м-м, какой застенчивый маг.

Мстительности во мне столько же, сколько и в любом другом маге, поэтому...

— Мне ещё что?

— Забудь, — отмахнулся.

Но я почувствовала, как нагрелась вода в пруду и земля подо мной. Возможно, не все маги такие уж плохие... Нет, я не стала лучше относиться к этому парню с огоньком, но вот к его наставнику — однозначно.

— А одежду мне мою можно вернуть? Меня дома не так поймут...

Маг хмыкнул. Гаденько хмыкнул. Щёлкнул пальцами и...

Ногам стало очень-очень горячо, а затем пламя поползло вверх, добралось до живота...

— Ты совсем больной?! — попыталась ударить его или хотя бы прижаться, потому что тогда он, возможно потушит свой огонёк, но не тут-то было! Пламя добралось до шеи, а я полетела в пруд. — Псих! — заключила, выбравшись из, хвала Вечному источнику, неглубокого прудика, и ударила по плечу. А рука у меня тяжёлая, тоже от мамочки!

Маг же молча поднялся, отряхнул брюки и встал прямо напротив меня.

— Совсем меня спалить решил?

Он снова ничего не ответил, лишь окинул меня оценивающим взглядом.

Я тоже опустила голову. И не поверила своим глазам! На мне сейчас было роскошное платье, которое переливалось, как самое настоящее пламя. В отличие от моего прошлого и ныне покойного платья, это обтягивало грудь, талию, живот, бёдра и ноги до колен, как вторая кожа, а ниже было свободным и развевалось, будто самое настоящее платье. Декольте, горло и рукава были словно созданы из маленьких искорок и буквально сияли в темноте.

— Последний штрих, — сказал маг, подходя вплотную.

Сердце отчего-то ёкнуло, хотя в данный момент времени я совсем не боялась.

Подняв руку, он распустил мои волосы, а заколку, которая теперь не выглядела так же красиво, как до жаркого во всех смыслах спора с Огненным и купания в прудике, бросил куда-то себе за спину.

Вообще-то, никто ещё не касался моих волос, кроме родителей и подруги... А сейчас просто огромные ладони ныряют пальцами в мои волосы, расчёсывая и укладывая их. Кажется, теперь в моих и без того отдающих красноватым от рождения волосах затерялись искорки.

— А я думала, вы только сжигать умеете, — заворожённо смотря на сосредоточенное лицо мага, который был головы на полторы выше меня, протянула я.

— Репутация, знаешь ли, — усмехнулся, продолжая гладить мои волосы.

И вроде бы они уже высохли и красиво лежат, а значит пора отойти, но почему-то мне совсем не хотелось, чтобы он останавливался. Его руки такие тёплые, а я так долго мёрзла в этом саду, что теперь чувствую себя в раю...

— А макияж делать ты тоже умеешь? — почему-то спросила... Руки замерли, а потом и вовсе опустились. Еле подавила разочарование.

— А что?

— Ну, как-то некрасиво, когда такая огненная барышня и с таким бледным лицом...

— Но оно не бледное, — почему-то лукаво усмехнулся маг.

Три, два, один...

Прижала руки к щекам, тут же ощущая исходящий от них жар, а затем прижала ладошку ко лбу, моля всех богов, чтобы это была обычная простуда.

— Это благодаря платью. Наверное...

Подняла голову, собираясь просверлить его гневным взглядом, но тут же отшатнулась. В его глазах снова было пламя! Обычно у магов самые обыкновенные глаза, но когда они испытывают какие-либо сильные эмоции, глаза отражают их силу. И, как показал опыт, этот конкретный огненный маг так смотрит только когда он в бешенстве.

— Что? — испуганно отступила на пару шагов назад.

Маг вопросительно изогнул бровь.

— Снова меня жарить будешь? — не будь рядом огненного мага, я бы непременно ударила себя по губам за такую неодносмысленную фразу.

— А ты хочешь? — вторая бровь поползла наверх.

Отрицательно мотнула головой.

— Ну тогда в чём проблема?

— Не подходи! Это за то, что я тебя ушастым назвала? Ну извини! Кто же знал, что ты у нас парень с огоньком? — почему-то именно сейчас, когда практически всё моё тело окутано его пламенем, я ощущаю тот самый священный ужас. Впрочем, этого стоило ожидать. Все маги мстительны!

— Чего?

— У тебя глаза горят, вот чего! А в прошлый раз ты меня поджёг, когда они так горели!

Чертыхнувшись, опустил голову, накрыв глаза рукой и массируя их. Спустя несколько минут на меня смотрели вполне себе обычные шоколадные глаза.

— Жарить не будешь? — подозрительно покосилась на платье.

— А ты хочешь?

— Нет! Ну вот и славно! Хорошо, что всё хорошо! Я пойду, пока! — нервно хихикнув, побежала вглубь сада.

***

Ещё с детства мама вбивала (в переносном смысле, конечно же) в голову одну простую истину: твой мужчина — это тот мужчина, который делает тебя не только счастливой, но и красивой, тот, кто возносит твою красоту до небес.

Именно об этом я думала, стоя возле стола с закусками с бокалом шампанского в руке.

Внезапно кто-то дотронулся до моего плеча.

— А, это ты, — вяло улыбнулась подошедшей подруге.

— Я думала, ты домой вернулась, — пролепетала она, восхищённо смотря на мой наряд.

— Как видишь, нет, — развела руками.

— А-а-а, — вопросительно протянула Инну, смотря на платье.

— А это парень с огоньком, — покрутилась, откровенно хвастаясь.

— И как он? — она тут же прижалась ко мне, схватив под руку. А на мой вопросительный взгляд закатила глаза: — ну вы же теперь?..

— Чего?! Нет! Вот ещё! Он просто заплатил за испорченное платье и такой же испорченный вечер!

— За платье ясно как расплатился, а за вечер? — не унималась Инну.

— Этим же платьем и расплатился! — щёки предательски вспыхнули, хотя, по сути, я сказала правду. Судя по хитрющему взгляду, подруга ни на секунду не поверила. Жаль.

Отвернувшись, вернулась к своему прежнему занятию — разглядыванию толпы и распитию шампанского.

— Он смотрит на тебя, — вновь активизировалась подруга спустя пять минут тишины.

Закатив глаза, строго посмотрела на неё, чтобы она перестала уже выдумывать всякое. Но заметив её удивлённо-радостный взгляд, посмотрела в ту же сторону, что и она, и...

Он действительно смотрел на меня. Прямо прожигал взглядом во всех смыслах, потому что резко стало очень жарко где-то в районе груди. И если бы это было сердце! Снова вспыхнув, что, кажется, и на платье отразилось, развернулась к столу, выбирая пирожное и усиленно игнорируя жар в другом месте.

Маги! Все они одинаковые!

Подруга, пихнув меня в бок, шепнула что-то про танец и испарилась, а я так и осталась залипать на стол с лакомствами.

Искорки на рукавах начали задорно дёргаться, а подол платья будто действительно превратился в самое настоящее пламя. И с каждым мгновением пламя разгоралось, пока я не почувствовала спиной его. Нет, он не касался меня, но... Всё дело в платье. Именно в нём. Оно так неспокойно реагирует на своего хозяина, а я просто боюсь сгореть, да-да.

Поняв, что совершенно не хочу есть, вздохнула и медленно обернулась, смотря в янтарные переливающиеся глаза напротив. Значительно выше напротив.

— Что насчёт танца? — протянул мне руку, на которую я тупо уставилась. Он маг, он чёртов огненный маг, так нельзя. Я и так нахожусь сейчас во власти его пламени и это не есть хорошо.

Видимо, я слишком долго думала, потому что искорки сами подняли мою руку и вложили в его тёплую ладонь. По коже прошёлся разряд тока. Странно... Огненные, вроде, не владеют молниями...

Мы прошли в самый центр просторной залы и сначала медленно, а потом всё быстрее закружились под столь ненавистный мне свадебный вальс. Хотя прямо сейчас мы танцевали отнюдь не его. Это был совершенно незнакомый мне танец. Это было что-то среднее между вальсом и танго, танец нежности и страсти, гармонии и борьбы... И хотя я не знала ни одного движения, мы ни разу не сбились с ритма. Было такое ощущение, что прямо здесь и сейчас танцевала не я, а кто-то другой, поселившийся в моём теле. Кто-то, кто прекрасно знал эти движения. Но это была я. И именно я сейчас позволяю горячей ладони скользнуть вниз по ноге, остановиться на колене, которое совершенно незаметно для самой меня оказалось у его бедра.

— Это огненный вальс, церемониальный танец огненных магов, — прошептал он мне на ухо.

Вокруг вдруг стало так пусто, будто и не было никого в этом дворце, а быть может, это просто я перестала видеть кого-либо ещё. Прямо здесь и сейчас была я в самом пламени, был он с его пламенными глазами и была музыка.

— А почему мы его танцуем?

— Потому что с его помощью маг может понять, подходит ему этот человек или нет.

Сердце пропустило удар. И ещё один. И кажется, я перестала дышать. Но даже так я продолжала кружиться вместе с магом по залу, чувствуя каждой клеточкой тела, что сгораю... И это совсем не тот огонь, которого я так боялась.

— Давай сбежим? — прошептал он, когда музыка перестала играть, а замершие вокруг нас люди ожили.

— Куда?

Он лишь пожал плечами, удобнее перехватывая мою руку.

Мы вышли из дворца, перешли через мост и пошли вдоль дороги в неизвестном направлении.

— Я Ёнхи, — вспомнила, что мы совсем незнакомы.

— Чанёль, — улыбнулся он.

— А почему... Мы танцевали тот танец?..

— Не знаю, — пожал плечами. — Тебе очень идёт моё пламя.

— И что это значит? — не унималась с расспросами.

— Что ты моя.

Вот так просто. Утром я была своей, после обеда маминой, а вечером уже его... Насыщенный денёк, однако. Но несмотря на возмущение, было отчего-то приятно слышать подобное... Мама говорила, что маги не признаются в любви. Никогда маг не скажет «Я тебя люблю». Это можно понять лишь по взгляду, поступкам или... Или же по желанию присвоить. Хотя последнее очень сомнительно, учитывая их темперамент. Особенно если дело касается огненных.

— Ты меня не знаешь, — резко остановилась. Почему-то стало обидно, будто меня оскорбили. — Я не принадлежу никому. И уж тем более не могу принадлежать человеку, чьё имя узнала пять минут назад! И вообще, куда ты меня тащишь?! — выдернула свою руку. Внутри разгоралось пламя, которое требовало выхода наружу. — Ты сжёг моё платье! И вообще, облапал меня!

Маг немного подвис, удивлённо смотря на меня, а потом хмыкнул и наклонился, смотря прямо в глаза.

— В тебе есть пламя. И оно пришлось по душе моему. Так понятно?

— Нет непонятно! — топнула ногой. — Ничерта мне не понятно! Я не маг, я обычный человек, во мне не может быть никакого пламени! Верни меня обратно!

— Глупая, — ткнул меня пальцем в лоб. — В тебе другое пламя. Пламя эмоций и чувств... Пламя страсти, — последнее он произнёс так тихо, что я почти прочитала по губам. — И ты ведь тоже чувствуешь это. Ты ведь тоже почувствовала, что я тот самый, да?

— Да ничего я не почувствовала! Отвали! — выдернула свои руки из его ладоней.

Наваждение прошло и остался гнев. Тот самый? Ха! Как бы не так! Развернувшись и показав неприличный жест (как хорошо, что мама этого не видит), пошла обратно.

— Ну-ну, — раздалось за спиной, а потом меня подхватили, мир перевернулся, а кругозор сузился до спины мага.

— Отпусти! — принялась бить ногами и руками, но тут же почувствовала, как по телу прошёлся жар. — Маньяк! Извращенец! Насилуют!

Утробно зарычав, маг свернул с дороги прямо в лесную чащу. Чёрт, из-за этого непонятного транса я даже не заметила, как мы вышли за пределы города. Не надо было ему в глаза смотреть!

Остановился, мир снова перевернулся, кругозор стал шире, но потом снова сузился до его груди.

Спина болезненно ударилась о кору какого-то дерева. Рядом тут же появилась его рука. Запахло жареным...

— Не зли меня, — прорычал, смотря на меня уже ярко-красными глазами.

— Мама, — пискнула я, зажмурившись.

Жар, который охватил всё тело, пропал, а затем я услышала шёпот:

— Не бойся меня...

И касание к щеке.

— Это нормально, что ты так реагируешь, — сказал он, когда я открыла глаза. — Твоё пламя должно привыкнуть к моему, чтобы стать с ним единым целым.

Я всхлипнула. Не хочу я ни с кем становиться единым целым! Мне и одной хорошо.

— Откройся мне... — шёпот в самые губы, которые тут же плотно сжались. — Пожалуйста...

Посмотрела прямо ему в глаза. Они продолжали гореть. И теперь я даже не знаю, что это может значить.

— Мне с каждой секундой всё тяжелее сдержаться, — где-то загорелось дерево. — Я не хочу нанести тебе вред, но ты бесишь меня, — по-хорошему надо бы оскорбиться, но он сказал это таким грустным и одновременно нежным голосом...

Чёрт бы вас побрал, огненные маги!

— Это нормально, вы ведь живёте эмоциями. А ты вообще из огненных. Но я человек, мне нельзя, — протянула, чувствуя, как по щекам катятся слёзы.

— Посмотри на меня.

Не хочу. Я помню, что было в прошлый раз. Он гипнотизирует своим взглядом, так ведь нельзя.

— Пожалуйста, — и такая мольба в голосе, что глаза сами собой поднялись и нашли его.

— Что ты хочешь чтобы я сделала?

— Доверься мне. Я ничего не делал сегодня, это всё — твои чувства.

— Но... А как же...

— Гипноз — это выдумки. Мы огненные маги и сознание людей нам неподвластно. Ты такая глупая, — улыбнулся. — Ты танцевала со мной церемониальный танец. Ты знаешь, на какой именно церемонии его танцуют? — лукавая улыбка, не обещающая ничего хорошего. — На свадебной, — довольно протянул.

Голова закружилась. Система перегружена! Получается, мне сейчас руку и сердце предложил маг? Огненный? Чегось?

— Я тебя не знаю!

— Ты знаешь моё имя, что тебе ещё нужно? — я издала какой-то удивлённо-возмущённый смешок. — Моё пламя не ошибается! Ты хоть знаешь, что девушка, выбранная силой мага, — та самая единственная. И рано или поздно, но она становится его, всецело и полностью. И прямо сейчас ты просто тянешь время!

Ха! Я ещё и крайней оказалась? Ничего себе!

— А у меня нет силы! Женятся не потому, что какая-то там сила приказала, а потому, что любят! Так вот я тебя не люблю! И вообще, ты не имеешь права меня принуждать! Иди к чёрту! — оттолкнув его, пошла в сторону дороги, чтобы вернуться, наконец, домой.

— Как же с вами, женщинами, сложно! Вечно вы всё усложняете! — послышалось обречённое за спиной, на что я вновь показала неприличный жест.

Не на ту напал! Хочет свадьбы, пусть добивается! Я, может, романтики хочу! Как в том саду хочу... Но ведь он не поймёт! Да, он мне нравится... Капельку... Или чуть больше капельки... Но. Я. Хочу. Романтики!

— Слушай ты, парень с огоньком! — крикнула, развернувшись. — Если так хочешь добиться моего согласия, то добивайся! Ухаживай! Просто так в этом мире ничего не даётся!

И, эффектно взмахнув волосами и подолом платья, ушла в ночь. Думаю, мы поняли друг друга.

Глава 3

Домой пришла чуть позже, чем ожидалось. Ладно, намного позже. А всё дело в том, что я заблудилась в этом лесу! И домой вернулась только под утро.

На столе лежала многообещающая записка от мамы, гласящая «Утром поговорим!». Захотелось выпрыгнуть в окно раньше, чем меня туда выкинет мама. А она выкинет, в этом я даже не сомневаюсь. Но в итоге ноги привели не к окну, а к кроватке напротив него. Ну, тоже неплохо. Быть может, я засну и больше не проснусь? А что, весьма неплохо. Безболезненно, а главное — не придётся ничего маме объяснять. Идеально!

Однако…

— Рота подъём! — крик прямо в ухо.

— А? Что я? Кто я? Я где? — села на кровати, отплёвываясь от волос, упавших на лицо.

— Не помнишь? Тогда сейчас мы с моим верным помощником тебе всё подробно расскажем.

Наконец, убрав волосы с лица, уставилась вытаращенными глазами на маму, держащую в руках папин ремень. Оу… Давненько я от него не бегала, лет так с двенадцати.

— Нет-нет! Я всё помню, помню, — подняла руки вверх, отодвигаясь на другой край кровати.

Ровно через десять минут умытая, причёсанная и одетая я сидела в центре гостиной на стуле, прилежно сложив руки на коленках и молясь всем богам, чтобы меня не убили. Мама ходила кругами и изредка ударяла ремнём о свою руку, о чём-то глубоко задумавшись. Я рассказала ей все подробности вчерашнего вечера, исключив, конечно, не прошедшие цензуру. Об этих событиях я упомянула вскользь. Например, о том, как оказалась в таком платье и куда делось старое, как именно я поссорилась с магом в лесу и какой танец мы танцевали. Вообще-то, можно сказать, что я не рассказала маме и четверти того, что было вчера.

— Огненный, говоришь?

— Угу.

Мама снова погрузилась в раздумья, чему-то кивая, а с чем-то явно не соглашаясь. А у меня тряслись руки и бегали по спине мурашки, потому что конкретно сейчас решается моя дальнейшая судьба. Я либо буду выброшена в окно, либо вспомню старые добрые с папиным ремнём, либо… Не знаю, что может быть страшнее.

— И что, танцевали?

— Угу.

— Что танцевали? — она остановилась передо мной и посмотрела прямо мне в глаза. Пришлось опустить взгляд в пол.

— Ну… Вальс…

Из меня плохая врунья. Ужасная просто.

— Самый обычный вальс?

— У-угу… — ну всё, мне точно кранты, сейчас она закатает рукава и…

— Что ж, если вы танцевали обычный вальс, то он должен рано или поздно прийти, — многозначительно заключила она. — Мы должны быть готовы. Вставай, будем тебя приводить в порядок.

Сопротивляться бесполезно, просто потому что мама сильнее, если я не послушаюсь, снова окажусь в том углу за шкафом, а мне там ой как не понравилось. Там паутина, пыльно и темно, бр-р-р.

Впрочем, на этот раз мама не стала мучить меня платьями. Но… Наряд всё равно получился несколько… Экстравагантным. Туника, цвета янтарного вина (между прочим, один из самых дорогих напитков, который мне светит лишь в своём цветовом амплуа, но никак не вкусовом, а жаль!), которая доходила мне до щиколоток, но при этом имела разрезы до середины бедра по бокам, и чёрные штаны, облепившие мои ноги, будто застывшая смола.

— В женщине должна быть загадка. Что-то нужно подчеркнуть, но не переборщить с оголёнными участками кожи.

Именно поэтому я чувствую себя сейчас одновременно укутанной, как в самую студёную зимнюю пору, и совершенно нагой?

Ну да, почему бы и нет? Действительно, давайте все теперь щеголять в подобном. Моя мама, конечно, мудрая женщина, которая знает о жизни и любви всё, я могу ей доверять, но кто сказал, что я собираюсь соблазнять этого мага-недоучку? Если быть честной, то он и сам уже соблазнился, без меня. Сейчас задача влюбить меня, но никак не его. Почему моя мама этого не хочет понять?

Неужели она думает, я такая бестолковая, что от меня и маг убежит, который замуж звал? Я ему, конечно, отказала, но шанс ведь дала! С чего бы ему убегать? Тем более он сам сказал, что я его «та самая». Не убежит! Или она решила, будто я голову от него потеряла? С какой стати-то? От него же вся инициатива шла, я вообще хотела бы забыть всё это, как кошмарный сон. В особенности, все ощущения, которые я испытываю рядом с ним.

Он, безусловно, сумел исправить первое впечатление и сейчас даже вспоминался не таким уж и ушастым, но это-то и пугало. Я же не была такой раньше, так с чего вдруг?..

Как же тяжело, когда твоя мама — маг, который способен уложить десятерых воинов, не напрягаясь. Но мало того, что она такая сильная, она ещё и в армии служила по контракту несколько лет, так что в доме царит атмосфера казармы. Одеться, пока горит спичка? Ха! Одеться, пока не загорится мама — вот это действительно скорость! Мама у меня нервная, ждать не любит, «загорается» очень быстро. Как сейчас, например. Если не оденусь за минуту, могу прыгать в окно.

— Так-то лучше. Теперь ждём. Нет, лучше иди… В ателье! Там давно по поводу моего платья молчат, поторопи их.

— А?..

— Нельзя, чтобы он подумал, что ты дома сидишь целыми днями. Пусть это будет для него подарочком на свадьбу! — радостно хлопнула в ладоши, отчего люстра подозрительно закачалась.

Пожав плечами, обулась и пошла в ателье самой длинной дорогой. Дома сидеть совершенно не хочется, потому что там мама, которая от меня теперь не отстанет, а на улице… Ну тут хотя бы до меня дела никому нет. А ещё есть тихий парк, где, кроме меня, и не гуляет никто. Ну, вполне разумно, потому что у всех есть домашние садики, зачем тащиться чёрт знает куда, когда за домом и так всё есть? А я с самого детства была интровертом. Возможно, немножечко социофобом. Всё дело в том, что я пошла некоторыми чертами характера и в папочку. А он у меня стеснительный, людей не особо любит, поэтому и работает в своём собственном кабинете дома. Я ему даже завидую. Он может встать за пять минут до начала рабочего дня, а мне всю жизнь приходилось вставать за два часа до начала занятий в лицее. Не везёт! А ещё папу никогда не трогают в течение дня, потому что… Вы думаете, что он и слова маме сказать не может? Ха, иногда мой папа — огонь, он о-о-очень не любит, когда его отвлекают. И из-за того, что обычно он тихий и ласковый, в гневе может даже маму заставить вздрогнуть. Вот такой у меня папа! А я нет. И это печально, потому что меня постоянно отвлекают от моего любимого занятия — сидения в кресле и рассматривания пейзажа за окном! Я не какая-нибудь там творческая или романтическая натура, нет, просто я очень ленивая и нелюдимая. За окном хотя бы природа живая, а если смотреть в стену, можно и с ума сойти. Но мама почему-то считает, что я просто бездельничаю, а я ведь ищу смысл этой никчёмной жизни! Эх…

В ателье меня послали на все четыре стороны со словами «Не готово, подождёте». Что ж, удачи им, потому что моя мама не любит ждать, ох как не любит. И хамского отношения к своей дочурке не потерпит. Можно смело готовиться выкупать землю, скоро от ателье останется одна память.

Ну, а раз меня послали, можно пойти со спокойной душой в парк и остаться там до вечера или даже ночи. Городок у нас тихий, по ночам патрулируется, так что бояться тут особо нечего и некого. А если и был такой один огненный маг, то сейчас он меня вряд ли найдёт. Даже если заявится домой, мама не сможет сказать, где я пропадаю. Внутренний чертёнок довольно хихикает и потирает ладошки. Обожаю это чувство.

***

Сидеть просто так в парке — непередаваемо. Ты не в душной комнате, не в четырёх стенах, ты на свободе. И даже весенний ветерок не смущает. Мама, конечно, не подумала прежде чем выкидывать меня в шёлковой тунике на улицу, но да ладно. Не так уж и холодно. По крайней мере, зуб на зуб пока попадает. А если сейчас пройдусь, так вообще тепло будет, даже жарко!

Обняв себя за плечи в попытке сохранить хоть чуточку тепла, пошла вдоль тропинки. Если честно, никогда не гуляла здесь. Когда прихожу, сижу обычно на этой лавочке под моей любимой ивой. Летом она закрывает от палящего солнца, осенью — от ветра и дождя, ну и от людей круглый год тоже. Что ж, пришло время открытий!

Тропинка постепенно превратилась в дорожку из каменной насыпи, а парк — в ухоженный садик. Здесь лежали камни на траве, стояли разнообразные фигурки, домики, росли цветы необычайной красоты, а ещё иногда встречались прудики с перекинутыми через них аккуратными мостиками.

И чем дальше я шла, тем явственнее виднелась рука человека, ухаживающего за этим садом. Интересно, меня не оштрафуют за проникновение на чужую территорию?.. Хотя, забора здесь всё равно нет…

— Эй! — крикнул кто-то.

Так… Всё-таки чей-то двор? Вечный источник, я опять вляпалась?

Воровато оглянулась, пригибаясь к земле. Может, не мне кричали? Да и в такой темноте вряд ли увидят… И вообще, я заблудилась! Да, так и скажу!

Выпрямившись, но всё ещё не переставая оглядываться назад, из-за чего чуть не свалилась в очередной прудик, продолжила своё увлекательное путешествие в дальние дали. Если это чей-то двор, то вынуждена признать, его хозяин просто невероятно богат! Я уже где-то полчаса иду, но до сих пор не увидела дома.

— Ты совсем слепой, что ли?! — послышался явно мужской голос совсем рядом. Ойкнув, посмотрела вперёд, откуда и доносился этот звук.

Где-то между деревьев мелькали огни. Праздник, что ли? Если праздник, то как же без меня? Ребят, стойте, я иду!

Дорожка идёт не в ту сторону… А, ладно, пойду по травке. В конце концов, что ей от одной меня будет?

Через пять минут показалась небольшая поляна, где, собственно, и проводился «праздник». Только не праздник это никакой! Хотя… Это как посмотреть. Кажется, это двор какого-то мага. Очень-очень-очень богатого мага… На поляне располагались мишени и поле для поединков, на котором сейчас и сражались двое. Один, судя по светящемуся раскалённому воздуху вокруг — огненный. У каждого мага есть так называемая боевая ипостась. Огненные маги вообще меньше всех заморачивались, они просто нагревают воздух вокруг себя. И каждый, кто приблизится, — потенциальный труп, потому что температура там выше, чем в печке. А второй, кажется, владеет магией воды. Вау, вот это у меня насыщенная жизнь! За эти два дня я увидела огненного и водного магов, которых до этого ни разу не встречала! Да их вообще проблематично увидеть. Во-первых, магов четырёх стихий очень мало. Один из ста рождённых магов, по статистике, стихийник. В общем, редко они рождаются. И в основном они все пропадают на службе. Таких магов очень ценят, так что военное дело — самое то для них. А наш городок далёк от военного, здесь из солдат разве что патрульные, но это обыкновенные маги или вообще люди с артефактами. В общем, я думаю, вы поняли мой восторг!

Интересно, а стихийные маги намного красивее обычных?.. Ну, знаете, если силушки у них больше, то, может, и внешние качества тоже на порядок выше? Хотя… Если вспомнить парня с огоньком, то не такой уж он и красавчик. Есть маги и покрасивее. Не стихийники!

Эти двое не просто дерутся, они будто танцуют, все движения плавные и точные. Впервые такое вижу! Вода соприкасается с огнём и обращается в пар, который, будто дымовая завеса, кружит вокруг магов. Кажется, будто я попала на концерт, настолько всё красиво. И водный маг тоже красивый! Огненного я пока не видела, потому что он стоит спиной ко мне, но водный… Благодаря магии его длинные волосы, выбившиеся из хвоста, приобрели синеватый оттенок, а глаза светятся голубым. И это я молчу про тело! Они сражались в одних свободных штанах, чем я очень нагло воспользовалась. Ну, когда ещё выпадет шанс посмотреть на красивых магов? Этого мага однозначно готовили к военной службе. Мышцы практически морально давят, хотя он и не выглядит громилой. На самом деле, встреть я его на улице и в одежде, никогда бы не подумала, что он такой… Вот такой!

Засмотревшись на синеглазое чудо, совсем забыла о конспирации, поэтому синеглазое чудо сейчас смотрит на меня.

Стоп. Что?

Кончики пальцев неприятно похолодели. Меня поймали с поличным…

— А кто это там у нас?

Второй маг удивлённо повернулся и тоже посмотрел в мою сторону. Пресвятой Вечный источник! Мама, вбей меня прямо здесь в землю, чтобы я не испытывала такого стыда! Меня поймали за подглядыванием! На частной территории! Ох-ох-ох, это же не просто штраф, это уже либо месяц работы в столовой патруля, либо, что ещё хуже, десять суток сырой и холодной камеры… А я в шёлке! Мне нельзя!

— Чего прячешься? Выходи, — его голос был ласковым, но вместе с тем страшным настолько, что шаг назад сделался как-то сам, совершенно машинально. И ещё один. — Ну куда же ты?

Мама… Десять суток мне грозят в случае, если я ещё попаду в эту темницу! А если эти маги решат иначе?.. Ну право, что им стоит прихлопнуть кого-то вроде меня? Верно, ничего им это не стоит. Поэтому третий и четвёртый шаги были сделаны осознанно.

Водный тоже сделал шаг. Сердце ухнуло в пятки. Ещё шаг с его стороны и два — с моей.

— Стой, — второй маг вытянул руку, преграждая путь собиравшемуся сделать ещё один шаг водному.

И вот теперь я посмотрела на него. Прямо в горящие ярким пламенем глаза. До боли знакомые глаза. Сердце поднялось и теперь билось где-то в горле. Погуляла…

— О! Это ты? А я тебя искала! — глупо хихикнула. — А знаете, тут не было забора, вот я и решила, что это парк. А это не парк? Ой, меня мама зовёт, слышали? Нет? Что ж, у нас в городе есть лекарь хороший! Пока-пока! — помахала рукой, развернулась и уже занесла ногу для шага, но…

— Стоять, — пробасили сзади.

Я так и замерла на полушаге. Влипла так влипла… Вчера я на него накричала, а сегодня подглядываю! Дура, дура, дура! Кто же так делает? Хоть бы два дня подождала, приличия ради, ну.

Сзади послышались приближающиеся шаги. К сердцу присоединился ком. Попробовала сглотнуть — не вышло. Если он сейчас что-нибудь спросит, я не смогу ответить. И закричать тоже не смогу. Хотя в такой глуши это более чем бесполезно. Вечный источниче-е-ек… Мамочка, забери меня отсюда-а-а.

— И что ты здесь делаешь? — теперь он стоял передо мной. Весь такой горячий в одном, самом прямом, смысле, а ещё по пояс голый, так что и во втором не самом прямом смысле тоже! Второй комок не заставил себя долго ждать.

Продолжаю молчать, тупо уставившись в его глаза. Может, осознает всю глупость ситуации и простит?

— Знакомы? — рядом встал и второй маг. Третий ком присоединился к своим друзьям. Чудно!

Посмотрела на огненного щенячьими глазами.

— Да, — о источники, он понял мой намёк! — Она моя невеста.

А-а-а, пропади всё пропадом, ничегошеньки он не понял!

От злости даже все комки и сердце проглотила, так что теперь можно и пару ласковых сказать. Встав по-нормальному, набрала в лёгкие воздуха и…

— Скучала? — хитрая улыбочка.

…и выдохнула, чуть не хрюкнув.

— По тебе, что ли? Да сдался ты мне! Я просто заблудилась!

— Тогда это сама судьба тебя ко мне привела, — буквально пропел, улыбаясь во все тридцать два. Понимает ведь гад, что мне сейчас очень неловко.

Я даже ответить ничего толком не могу. Особенно когда второй маг (видимо, такой же извращенец) осматривает тут меня с головы до ног, особенно разглядывая последние! Стало как-то неуютно, попробовала поправить тунику, чтобы она полностью закрыла меня. Это не укрылось от внимания огненного, который теперь тоже осмотрел меня. Нашли музейный экспонат!

Огненный нахмурился. Я задрожала. Водный ухмыльнулся.

Картина маслом! Когда из кустов выскочит художник, чтобы запечатлеть сие прекрасное явление меня народу?

— Идём, — сказал Чанёль, грубо хватая меня за руку. Я даже не успела спросить куда. Он так строго на меня посмотрел…

Второй маг просто хмыкнул нам вслед.

Кажется, сейчас меня будут убивать…

Глава 4

— Почему ты разгуливаешь в таком виде по тёмному парку? — Чанёль навис надо мной горой, усадив на лавочку среди каких-то деревьев. Кажется, отсюда я точно не выберусь без его помощи...

— Меня мама в ателье так отправила, — пожала плечами. — А что, тебе не нравится? — мило похлопала глазками и положила одну ногу на другую, из-за чего подол туники плавно съехал, являя взору иссиня-чёрные брюки. Маг моргнул пару раз, нахмурился, дёрнул головой, а потом вновь посмотрел мне в глаза. Ох уж это пламя, оно меня пугает! Если он будет продолжать испепелять в прямом смысле слова меня своими глазами, то вся моя предельно «тонкая» актёрская игра пойдёт прахом!

— Ты... Ты это, холодно ведь, да и мало ли кто ночью может здесь быть, — интересно, это так его магия отсвечивает или он и правда покраснел?

Знаете, вот на самом деле я себя так с незнакомцами, а особенно мужчинами, не веду. Просто конкретно этого мага я боюсь немного в другом плане. Как показал опыт, выдержка у него что надо, нервишки только шалят.

— Это говоришь ты мне? — изогнула бровь, кивая на его голый торс.

Видимо, ему тоже кто-то поведал мамин секрет обольщения, только немного переврав. Может, к них, магов, одна общая база на всех? Что-то вроде большого мозга?

— Я сам на кого хочешь нападу.

— Не спорю, — подняла руки вверх. — А холод?.. Ой, забудь, глупый вопрос.

О чём я только думала?! Спрашивать у огненного мага про холод! Дура!

— Тебе холодно? — он присел передо мной на корточки, заглядывая в опущенные глаза.

Ну, вообще-то есть немного. Но говорить я об этом не буду. Я ведь гордая. Очень не вовремя стала гордой, ну... С кем не бывает.

— Ты вся дрожишь.

Чёрт...

— Это... Это не дрожь, я танцую! Ты что, ритм не видишь? Смотри: раз, два, три...

— Любишь танцевать? — перебил меня самым наглым образом. — Тогда давай потанцуем, — поднялся, протягивая мне руку.

С одной стороны, это спасает мою гордость, а заодно и здоровье, но с другой стороны... Мы сейчас явно не самым подобающим образом одеты. И ладно я, но он...

Ай, ладно, я же в тунике, так что всё нормально, кожей мы не будем соприкасаться. Представим, что он в рубашке. Очень свободной рубашке.

Протянула руку в ответ.

И мы вновь стоим друг напротив друга. Его рука на моей талии, моя — на его плечах. Две другие на уровне наших голов. Он не шевелится, я тоже. Даже дышать боюсь, так и стоим, задержав дыхание. Оба. Почему-то кажется, что, пошевелись я сейчас, и всё чудо исчезнет, разобьётся на мелкие кусочки. А чудо определённо есть, это я не в силах отрицать. Когда он касается меня, когда обнимает, когда стоит так близко, я просто не могу ни о чём думать, кроме его глаз, в которых с каждой секундой разгорается пламя, эпицентром которого являюсь я сама. Наверное, он видит в моих глазах то же самое...

Приятное тепло его тела, кажется, проникает даже в душу, согревая и её. Странно, почему мне кажется, что я без памяти влюблена, когда он так близко, и совершенно ничего не испытываю, когда он на расстоянии вытянутой руки? Вряд ли он обладает подобной магией...

Улыбнулась собственным мыслям.

Чанёль вздрогнул.

Казалось бы, чудо должно было разлететься, разбиться на мелкие осколки, но оно всё ещё живо, оно есть, оно до сих пор между нами.

— Ты всё ещё не согласна? — спросил он, делая шаг.

— Ты всё ещё не добиваешься меня, — наигранная серьёзность и беспристрастность.

— Разве? — повёл бровью, отчего в животе появилась приятная щекотка.

Когда я уже собиралась ответить и даже открыла рот, неожиданно напавшая икота решила, что мне лучше помолчать. Точнее, издать какой-то непонятный звук вместо вполне нормального и уверенного «Да».

— Врушка, — мы остановились.

Я даже немного разочаровалась...

И ещё немного удивилась, когда он вновь опустился на землю прямо напротив моих ног.

— И что же мне с тобой делать? — наигранно вздохнул, а я почувствовала уже знакомый жар. Здесь не было поблизости прудика, но это даже к лучшему, мне не придётся мокнуть.

Через минуту я уже была в огненном платье и плаще. Платье было немного похоже на вчерашнее, но вместе с тем и отличалось. Оно было таким же обтягивающим, но на этот раз прямым и имело вырез на ноге, который, впрочем, закрывал плащ. Вынуждена признать, вкус у этого мага определённо есть.

— А плащ зачем?

— Чтобы на тебя никто не смотрел, — строго ответили мне, вновь возвышаясь на целую голову.

От платья исходило такое приятное тепло и вместе с тем ткань совершенно не чувствовалась, будто это действительно вторая кожа. Мама сказала бы, что за такого мага нужно выйти замуж хотя бы потому, что с ним я буду всегда красиво и тепло одета. Зерно истины в этом есть.

— А почему ты носишь обычные вещи?

— Потому что эти могут быть только обтягивающими, — прошептал мне на ухо.

Покраснела до кончиков ушей, хотя даже не представила эту картину. А, нет, уже представила...

— Давай творить безумства? — неожиданно предложил он, смотря на меня глазами, внутри которых теперь сверкали искорки озорства.

По-хорошему надо бы оскорбиться, потому что в текущем положении фраза очень неоднозначно прозвучала, но какой смысл? Я прекрасно поняла, что он не имел в виду ничего подобного. И если честно, мне даже интересно, что же он хочет сделать?

Отвечая на мой немой вопрос, маг взял меня за руку и потянул в неизвестном направлении.

Мы шли молча, он всё ещё держал мою руку, а я всё ещё спотыкалась через каждые два шага в кромешной тьме. Эти маги что, ещё и в темноте видят? Ну так совсем нечестно! Мир ещё несправедливее, чем я думала! Почему кто-то собирает все углы в комнате, когда ночью идёт попить водички, а кто-то... А кто-то просто сверхчеловек! Нечестно и обидно!

Когда я чуть не упала в сотый раз, мы остановились. Чанёль озадаченно посмотрел на меня, будто я виновата в том, что в темноте ничегошеньки не вижу. Вздохнув, он щёлкнул пальцами. Я сначала ничего не поняла, но уже в следующее мгновение звёзды... Они будто стали ярче, ближе.

— Вау, — выдохнула, восхищённо смотря вверх. — Как ты это сделал? — спросила, не отрывая взгляда от звёзд. Однако, не получив ответа, посмотрела на Чанёля. И тут же покраснела, потому что он, не моргая, смотрел на меня. Смотрел точно так же, как, скорее всего, смотрела я секунду назад на небо: восхищённо, будто увидел чудо или волшебство.

Прокашлявшись, попыталась разрядить обстановку.

— Это искры, — пожал плечами.

— Но они выглядят, прямо как звёзды!

— Потому что располагаются точно так же, — он сказал это так, будто это самая обыденная вещь. Хотя он же маг, для него это и есть обыденность.

Не хочу никуда уходить! Хочу смотреть на эти искры вечно!

Папа однажды сказал, что твой человек — это тот человек, благодаря которому облака и звёзды станут ближе, а дышать будет так легко, будто ты паришь в небесах. Ещё он рассказал, как получил мамино расположение и согласие (хотя она не особо-то и против была с самого начала): он нарисовал на потолке её спальни карту звёздного неба. Пусть это и не совсем те звёзды, пусть там и изображены созвездия в виде мифических животных и героев, но именно благодаря этому его поступку мама поняла, что папа готов пойти на многое ради неё. Хотя бы потому, что маги живут в домах с высокими потолками. Например, в маминой комнате было два этажа. На первом располагалась сама комната, а на выступе, который служил вторым этажом, стояла её кровать. Папе пришлось побороть свой страх высоты, чтобы нарисовать ту карту. И это если не брать во внимание его абсолютный неталант. Папа хорош в подсчётах, но сделать или нарисовать что-либо своими руками для него непосильная задача, однако мамина карта была более чем красивой. Я-то знаю, ведь именно я сейчас живу в этой комнате. Сейчас там многое изменилось, но эта карта до сих пор украшает потолок.

— Давай посидим здесь? — потянула мага за руку в сторону от дорожки. Плюхнувшись на траву, похлопала, приглашая сесть рядом.

— Любишь смотреть на звёзды?

— Очень, — выдохнула, ложась на спину. — А ты знаешь, где какое созвездие?

— Не очень в них разбираюсь. А ты?

— А я в детстве мечтала стать астрономом, — хихикнула. — Но родители сказали, что телескоп — слишком дорогая игрушка. Кстати, — приподнялась на локтях, — а у тебя была какая-нибудь мечта в детстве?

— Ну, у меня не было времени мечтать. Родители наняли для меня учителя, и я тренировался целыми днями. Они хотели, чтобы я стал военным, возможно, генералом...

— А ты? Ты хочешь этого?

— Я не знаю, чего хочу, — он тоже лёг на траву, подложив руки под голову. — Знаешь, я тебе завидую. У тебя есть всё, о чём только можно мечтать: любящие родители, желания и свобода...

— Эй, не прибедняйся! — пихнула его локтем в бок. — У тебя есть внешность, сила и много других преимуществ!

— Я бы обменял всё это на один лишь день твоей жизни.

И я поняла, насколько высока цена за возможность колдовать. Мир показался немного справедливее хотя бы потому, что маги точно так же, как и мы, желают совершенно иного. Люди стремятся к успеху и власти, а маги хотят быть свободными... И никто из нас не ценит то, что имеет.

— Хочешь быть свободным? — в голову пришла совершенно безбашенная идея.

Чанёль удивлённо посмотрел на меня.

Встав с земли, схватила его за руку и повела туда, где не было никого, кроме меня. Это место, о котором знала только я, было практически недоступно, да и никто из людей не занимался тем, чем занимаюсь я. Ещё в пять лет я ушла очень далеко от дома, даже за черту города. И там я нашла тот обрыв, за которым была свобода. Там был другой воздух, солнце светило иначе, всё было по-другому.

Маг не задавал вопросов, просто шёл следом, полностью доверившись мне. Мы прошли по пустынным улицам города, мимо шикарных домов магов и небольших уютных домиков людей, через небольшой перелесок, окружающий город, поле с цветами, где я раньше проводила всё своё время. И вот мы здесь...

— Красиво, правда? — обернулась к открывшему рот магу. А затем снова повернулась к обрыву. — Свобода-а-а-а! — закричала во всё горло.

Раньше я часто приходила сюда, но со временем начала всё больше уходить в себя, сидя на своём любимом кресле. Я думала о многом, смотря в окно. Думала о том, что нет никакого смысла дразнить себя ложной свободой. Этот мир жесток. Я совершенно не смогла реализовать себя, хотя перепробовала практически всё. Но мне постоянно хотелось вернуться сюда и... лететь. Поначалу я боялась этого желания, неправильно его толковала, но именно сейчас я всё поняла. Я не хотела прыгать, не хотела убегать, я хотела свободы, но свобода в одиночку — разве это та свобода, о которой мечтают? Абсолютная свобода — это полное одиночество и независимость, возможность быть там, где и когда захочешь, но... Какой в ней смысл, если ты всё равно один? Разве свобода — это не тот ветер, который подхватывает двоих? Не то солнце, не те облака, не то небо, принадлежащие лишь вам? Когда ты один, быть свободным скучно, ведь она теряет смысл, как и счастье. Это те вещи, которые приятно разделить с кем-то.

— Покричи, станет легче, — улыбнулась подошедшему магу.

И он закричал. Он кричал, что его бесит это обязательство служить государству, если ты стихийник, бесит отсутствие выбора. В какой-то момент я присоединилась к нему.

***

Мы сидели на краю обрыва, держась за руки и болтали обо всём на свете до утра. Когда солнце показалось из-за далёких гор, которые было видно с моего... или теперь уже нашего обрыва, Чанёль изумлённо ахнул. Я тоже затаила дыхание. Как же давно я не видела этой красоты! Оранжевый свет окрасил лес под горами, огромные цветочные поля и луга, отразился в реке, которая, словно тропа, устремлялась вдаль. Вместе с солнцем проснулись и птицы, внизу показались первые стада, лёгкий ветерок коснулся лица, поиграл с волосами и побежал дальше, чтобы вернуться через несколько минут, лизнув пальцы ног.

— Это прекрасно, — прошептал он.

— Знаю, — так же тихо, еле слышно, ответила я.

— И ты тоже... прекрасна, — теперь он смотрел в мои глаза с такой нежностью, таким восхищением... — Ты выйдешь за меня? — и в воздухе прямо перед нами, над обрывом, появилось огромное огненное кольцо, которое постепенно уменьшилось до размера обычного колечка.

Возможно, раньше я сомневалась, но теперь я полностью уверена в своём ответе. Он первый, кто понял меня абсолютно во всём, кто показал мне чудо и даже не одно, кто с такой нежностью смотрит на меня и рядом с кем сначала перехватывает дыхание, а затем появляется желание танцевать от счастья.

Первый, с кем я захотела разделить свою свободу...

Улыбнувшись, кивнула, вытягивая руку, на которой тут же появилось это кольцо, украшенное искорками.

Маг тоже улыбнулся.

— Давай будем жить прямо здесь?

— Что?

— Давай построим здесь небольшой домик? Здесь не нужно коротать время до вечера, когда закончится нудный рабочий день, — мечтательно протянул он.

— Но ведь тогда в этом месте не будет смысла, потому что оно перестанет быть райским уголком. Если мы его обживём, оно не будет выглядеть таким нетронутым.

Маг лишь пожал плечами.

Иллюзия абсолютного счастья дала трещину...

Глава 5

Бабочки в животе? Ощущение безграничного счастья? Желание прыгать и танцевать? Сбившееся дыхание и учащённый пульс при одном только взгляде? Да что вы вообще знаете о любви? Слышите, вы, авторы всяких романов! Я к вам обращаюсь! В каком это месте всё это — признаки влюблённости?!

Говорила мама не читать эти романы, так нет же, Ёнхи упрямая, а теперь Ёнхи вдруг резко осознала, что это всего лишь бредни сказочные, а никакая не любовь! И что делать? Что делать, когда уже месяц прошёл с помолвки, ты уже в свадебном платье, мама вокруг хлопочет над причёской и макияжем, а ты, оказывается, не любишь и замуж не собираешься? Как это объяснить маме-магу? Да лучше сразу в окно!

— Моя доченька такая красавица! — воскликнула мама, а для меня это было равносильно смертному приговору.

И почему я раньше не решилась сказать, что просто запуталась? Пока всё это не набрало такие обороты... Боялась разочаровать всех и думала о том, что не так уж мне с ним и плохо? Но я ведь его до сих пор чуточку боюсь... И сейчас тоже. Наша совместная жизнь... Какой она будет? Даже представить страшно... Чанёль, он хороший, несомненно, но... Либо он не для меня, либо я не для него. И стоит ли тогда испытывать судьбу и ломать наши жизни? Выходить замуж, когда всё твое естество против, когда кажется, что вы вот совсем не пара... Стоит ли оно того? Свадьба — это ведь не то, что можно просто отменить. И замужество — это не то, от чего можно с лёгкостью избавиться. В нашем мире развод позволен лишь людям, и то, для этого нужны очень веские причины. Браки между людьми и магами же считаются вечными. Маг влюбляется один раз и уже навсегда, а мнение людей мало кого интересовало. Поэтому, если я вдруг решу, что больше не могу жить под одной крышей с Огненным, это ни к чему не приведёт, я просто получу от мамы и продолжу жить, как жила. Разве что только отношение Чанёля ко мне изменится.

Мама ушла встречать гостей, оставив меня одну. Нет, я не была одна, со мной были мысли, удавкой обвившиеся вокруг шеи и не дающие сделать полноценный вдох. Так и выглядит паника.

Бросила взгляд на своё отражение. Сейчас я была похожа на настоящую принцессу: длинное прямое ярко-красное платье с вышитыми золотыми нитками узорами, подол которого шлейфом тянется за мной по полу, высокая причёска, лак для волос, придающий волосам волшебный блеск... Я была похожа на искорку: блестящая и маленькая, готовая вот-вот потухнуть. Впрочем, взгляд мой уже потух. И из-за этого весь наряд на мне смотрелся как-то неуместно, некрасиво, неправильно.

Вздохнула, выглянув в окно. Там из очередной кареты выходили люди, которых я вижу впервые в жизни. Наверное, мы поторопились, я даже не знаю его родителей...

Скрипнула дверь. В комнату невесты зашла Инна.

— Привет, подруга, — она неловко присела на край туалетного столика. Ни капли радости в её глазах, как и в моих. Она единственная знает, что у меня на душе, какие сомнения меня гложут.

— Инна... Я хочу сбежать, — твёрдо произнесла то, что вертелось на языке всю неделю, пока шла подготовка к свадьбе, смотря прямо в глаза подруге. Она сначала хотела хихикнуть, приняв всё за шутку, но, не найдя в моих глазах ни намёка на веселье, удивлённо распахнула глаза и открыла рот.

— Ты совсем? Ты что? Да тебя же прибьют!

— Я уеду отсюда! Далеко-далеко! Меня не найдут, просто помоги мне сейчас, — взяла её за руки, умоляюще заглядывая в глаза.

Она еле сдерживалась, чтобы не закричать и не заплакать, это было видно по дрожащим губам и бегающим глазам. Но в конце концов она согласилась.

Пока Инна вышла на поиски моей одежды, которую унесла с собой мама, я принялась доставать из волос шпильки, от которых уже болит голова. Честное слово, тот, кто придумал эту адскую штуку, явно был мужчиной и не знал, каково это — ходить с железяками в волосах! Я терпеть не могу все эти заколки и шпильки. Зачастую я хожу с распущенными волосами или же собираю их в хвост или пучок, чтобы не мешались. Но это никогда не сравнится со шпильками!

Инна вернулась с моими любимыми бриджами и туникой. Быстро переодевшись, я выглянула в коридор. Путь чист.

— Если что, ты меня не видела, — сказала подруге, погрозив пальцем. Не стоит ей ввязываться в мои проблемы. — Я буду тебе писать, не плачь только! Не плачь, иначе тушь потечёт! Начни встречаться с магом, тебе он куда больше подойдёт, чем мне. И... Не повторяй моих ошибок.

На её глаза навернулись слёзы, как и на мои. Кто бы мог подумать, что нам, лучшим друзьям с пелёнок, в один день придётся расстаться. Возможно, навсегда...

— О! Чуть не забыла! — подбежала к столу и нацарапала на каком-то листочке прощальную записку с извинениями. — Теперь всё.

— Надеюсь, ты поступаешь правильно и будешь счастлива, — Инна не выдержала и всё-таки заревела. Ну вот, теперь я тоже плачу.

Мы крепко обнялись, шепча друг другу наставления и пожелания.

— Всё, иди, — она толкнула меня в сторону двери. — И только попробуй не написать мне в течение недели! Я найду тебя и придушу собственными руками!

— Я и не сомневаюсь, — грустно улыбнулась, выходя из комнаты.

***

На вокзале было шумно и невозможно душно, но душу грел билет в одно прекрасное место, о котором я грезила днями и ночами. Это небольшой городок практически на границе. Не самый лучший выбор, учитывая, что все приграничные города являются военными, но только рядом с этим городом есть горы и поля, очертания которых видно с моего обрыва.

Поезд подъехал спустя несколько минут.

Ну, новая жизнь, что ты приготовила мне?..

Глава 6

Год спустя

Я шла по улице, здороваясь со всеми и останавливаясь почти возле каждого жителя небольшого городка на пять минут. Я ни разу не пожалела, что переехала сюда. Родители первое время злились на меня (на самом деле, злилась только мама, папа всячески меня поддерживал). Мама всё порывалась найти меня и поменять руки и ноги местами. Думаю, понятно, почему до сих пор место моего жительства известно лишь подруге, которая пишет мне почти каждую неделю, и папе. Пару раз Инна навещала меня здесь, даже планировала остаться со мной, но она так и не смогла побороть свою привязанность к людям, а здесь из людей лишь старики, дети и женатые мужчины, остальные — военные маги. И сколько я ей ни говорила, что эти маги смерть какие красивые, она отказывалась меня слушать. Странная она у меня.

Городок поначалу встретил меня нестерпимой жарой, казалось бы, полным отсутствием парков и превышенным процентом содержания магов-солдафонов в радиусе ста метров. Впрочем, совсем скоро я поняла, что городок очень даже приветливый и уютный, здесь все друг друга знают, все живут в мире, тиши и спокойствии. Солдаты оказались очень интересными личностями, а также добропорядочными гражданами. В провинциальных городках о них ходит множество нелестных слухов, ими пугают девушек, когда те гуляют допоздна, однако... В этом городе отсутствует полиция, нет патруля, все эти функции выполняет военная часть. И тут, скорее, опасаться стоит самим военным, нежели молодым девушкам. Чтоб вы понимали, процент незамужних одиноких дам в городке значительно выше процента одиноких неженатых мужчин.

Но самое главное для меня здесь — это возможность осуществить свою давнюю мечту. В каждом городе есть астроном-астролог. Ну, во-первых, на случай неопознанных летающих объектов или небесных тел, которые могут грозить данной конкретной территории, а во-вторых, квалифицированный специалист пользуется большим спросом среди незамужних дам. Ему доверяют гораздо больше, нежели всяким гадалкам. Мне несказанно повезло, потому что в этом городке астроном уже давно искал себе преемника, но никто не проявлял особого интереса к небесным светилам. В общем, я теперь официальный помощник местного астронома и астролога, доброго старичка в колпаке со звёздами, как у волшебников в сказках. Я сначала подумала, что это такая униформа или отличительный знак (ну, мало ли где какие традиции и обычаи), но он сказал, что это просто для того, чтобы дети верили в волшебников и силу звёзд. Когда-нибудь и я буду ходить в таком колпаке! Дядюшка Сон научил меня многому. Этот человек знает столько, сколько не знает ни один учитель в лицее. Он обучил меня не только астрономии и астрологии, но и философии, психологии и черчению (в нашей профессии это всё-таки важно), научил любить математику, с которой у меня отношения были хуже некуда, а также физику и совсем немного химию с биологией. И всё это за каких-то десять месяцев! А теперь представьте, какие ещё двери этого удивительного мира он сможет передо мной раскрыть! Обучение длится два с половиной года, а затем наставник отходит от своих дел и выполняет, по сути, роль консультанта.

Но, поскольку помощнику городского астронома не платят, пришлось искать и подработку. Здесь свои двери для меня открыл военный лазарет. Тоже пришлось учиться и практиковаться, но ничего сверхъестественного от меня не требовалось: нужно было лишь раз в месяц проводить медицинские осмотры солдат, да лечить «боевые» раны. Иногда меня брал с собой городской лекарь в качестве помощника, но это было редко, когда травмировался кто-то из городских жителей. В общем, идеальные условия: работы мало, платят, конечно, тоже немного, но на жизнь в небольшом городке вполне хватает, да ещё и жильё мне предоставил добрый дядюшка Сон, так что тратиться на аренду не приходится.

Есть в этом городе, конечно, и отрицательные личности, вроде градоправителя, но о нём все вспоминают лишь во время сбора налогов (баснословные деньги, скажу вам честно!) и оглашения новых приказов.

— Сестра Чон, сестра Чон! — стоило мне зайти в свой кабинет в части, как в дверь тут же залетел рядовой Ким, размахивая руками.

— Что такое? — нахмурилась. От этих рядовых добра не жди, они столько раз меня обманывали и разыгрывали!

— Там это, рядовому О плохо!

Ну да, конечно, так я и поверила. Рядовой Ким и рядовой О — неразлучная парочка приколистов, они уже не раз заставляли меня краснеть перед непосредственным начальством.

— Передай ему аскорбинку, — кивнула на баночку с белыми таблетками.

— Но он весь белый! — выпучил глаза Ким.

— Тогда крем для загара и витаминку, — недовольно пробурчала, указывая рядовому на дверь.

— Но у него кровь!

— Гематогенку пусть съест, — пожала плечами.

— Сестра Чон, ну не будьте такой, — чуть ли не плача, протянул, садясь на стул напротив моего рабочего стола. — Мы убирались на складе, и он зацепился рукой за торчащий из стены гвоздь! Ну сестра Чо-о-о-он...

— Ладно! — хлопнула по столу. — Только попробуй меня обмануть, и ты увидишь, что будет, — погрозила пальцем вмиг засиявшему, как начищенный пятак, рядовому. Чувствую, я ещё пожалею об этом своём решении.

Мы вышли из здания лазарета и направились к складу. На случай обмана я захватила с собой самый длинный шприц и ампулу с витаминами. Больно и полезно, как раз то, что нужно для воспитания молодых магов!

Когда мы подошли к складу, рядовой Ким, как самый настоящий джентльмен, пропустил меня первой. И тут же закрыл за мной дверь!

— Так и знала! — топнула ногой. — Ну, что на этот раз? Романтический ужин или паук в лицо?

— Сестра Чон... Нет, Ёнхи, вы меня так хорошо изучили... — раздалось из глубины склада, а затем, как по команде, зажглись свечи по краям дорожки, которая вела к столу с бутылкой вина и какими-то блюдами. Серьёзно? Вздохнув, подошла к магу, сидящему за столом, звучно поставила на пол свой чемоданчик, открыла и, бросив взгляд на «больного» в наполовину расстёгнутой рубашке, достала ампулу с витаминами.

— На что жалуемся, больной рядовой О? — невозмутимо спросила, постукивая пальцем по ампуле.

— Я не больной. Хотя... — он поднялся со своего места и встал сзади меня. Так, мне это совсем не нравится. — Вы правы, я болен вами, — прошептал прямо в ухо, вызывая табун мурашек по спине.

— Рядовой О! — развернулась, но маг тут же приложил палец к моим губам. Соблазнитель мелкий!

— Тш-ш, давай оставим все формальности за этой дверью, — кивнул в сторону выхода. — Просто Сехун.

— Я бы попросила, — оттолкнула чужую руку от своего лица, — впредь меня не затыкать. И да, формальности будут отброшены лишь тогда, когда я не буду на своём рабочем месте, а пока я именно на нём. Ну что, пациент, разворачиваемся, поднимаем рубашку и считаем до трёх, — улыбнулась самой кровожадной улыбкой.

— З-зачем это? — от великого соблазнителя не осталось и следа.

— Как это зачем? Вы больной, а я доктор, буду вас лечить! — достала из чемоданчика шприц, наблюдая с неприкрытым удовольствием за тем, как расширяются глаза рядового и бледнеет его лицо. — Чего стоим? Разворачиваемся.

— А может... Не надо? Ну, всё не так плохо, как Чонин наплёл! Я его уверял, что мне совсем не нужна помощь, но он настаивал!

— Что же я, зря, что ли, тащила сюда эту махину, — кивнула на раскрытый чемодан, оттопырив нижнюю губку. — Может, всё-таки укольчик?

— Нет-нет, не стоит, что вы, — нервно хихикнул рядовой О, поднимая руки, а-ля «Сдаюсь», и отступая назад, к выходу.

— Что вы, что вы, стоит, от витаминов ещё никому хуже не становилось!

Услышав эти слова и заметив, что я делаю первый шаг в его направлении, тут же рванул, что было солдатской мочи в сторону двери.

— Чонин! Чонин, открывай! Быстрее! — буквально визжал, колотя руками дверь.

Казалось бы, маги, солдаты, защитники государства, а боятся каких-то уколов. Хихикнув, вышла вслед за сверкающим пятками рядовым, кивнула Киму и отправилась обратно в свой кабинет.

Жаль, конечно, рядового О, с самого первого дня он, кажется, влюбился в меня, как мальчишка, которым и является. Но что я могу поделать, если он у меня вызывает только слабые материнские чувства и не более того? Всё, что я могу, так это пожелать ему поскорее встретить свою единственную и перестать капать мне на мозги. Хотя судя по его ребяческим выходкам, он ещё не скоро будет готов связать свою жизнь узами брака.

Впрочем, без этих рядовых (а их не двое, это, походу, целый отряд такой бракованный) мои рабочие будни были бы слишком унылыми.

После работы, как обычно, заглянула к тётушке Сон, младшей сестре наставника, получила от неё кучу разнообразных блюд, отдала её внукам гематоген и аскорбинки и пошла домой. Наставник Сон любил меня, как свою внучку. Мы частенько гуляли вместе, ходили в местную таверну, с ним я делилась всем, что происходит и происходило в моей жизни. Когда в гости приезжала Инна, он и ей позволял остаться в своём огромном, но, к сожалению, пустующем доме. Его дети уехали в столицу много лет назад и больше не навещали отца, а супруга погибла ещё раньше.

— Тебе снова письмо, — улыбнулся старичок, когда я зашла в гостиную, где он любовался звёздами в свой телескоп.

Улыбнувшись, взяла со стола конверт. Инна рассказывала, как там дела у моих родителей, у брата и его семьи, как дела у неё самой, снова жаловалась на разбитое сердце и людей, а ещё обещала приехать на этой неделе. Вот это уже отлично! Мы не виделись уже больше четырёх месяцев, я так соскучилась по ней... Да и пора бы уже уговорить её переехать сюда насовсем. В нашем городе ей совсем не везёт, а здесь открыты все двери, да и одна она не будет. Ну и конечно же, я не оставила своих попыток «переключить» подругу на куда более верных нежели люди магов. Подруга тоже, конечно, верностью не отличается и однолюбом никогда не была, но ведь у неё и шанса не было узнать, может ли она любить одного человека всю свою жизнь. А здесь целый отряд молоденьких симпатичных магов.

— Иди сюда, скорее, — подозвал меня наставник Сон. — Смотри!

Я подошла к телескопу и попыталась понять, что его так удивило. Не поняла. Он на мой вопросительный взгляд снова уставился в телескоп, проверяя, «нацелен» ли он на нужный объект.

— Ну вот же! — снова подтолкнул меня к трубе. И снова я не поняла, о чём он говорит. — Да на созвездие своё смотри, дурёха!

Созвездие, как соз...

— Святой Вечный источник, — прошептала, изумлённо открывая рот.

Сейчас Луна и далёкий Сатурн перекрыли две звезды по краям созвездия моего знака зодиака*.

Редкое ли это явление? Да безусловно! Я даже не знаю, что оно означает!

— Много трудностей будет на твоём пути, девочка моя, — погладил меня по спине дядюшка Сон. — Но твоя судьба уже совсем близко, пришёл час чего-то судьбоносного. С тобой будут близкие тебе люди, готовые всегда прийти на помощь. Ничего не бойся.

И что это за резкий поворот судьбы ещё такой?..

Глава 7

Слова наставника не давали мне покоя всю ночь, глаз не сомкнула и, как следствие, на работе считала ворон.

Что ещё за знаки звёздные такие? И что за странные слова? Я что, страну, что ли, спасать буду? Может, старик напутал чего? Да, стоит поискать в его кабинете нужные книги и уточнить. Не то чтобы я сомневалась в наставнике, просто... Да, я сомневаюсь в верности его предсказания. Судьбоносные моменты бывают в жизни у всех, причём это не один или два случая, их много, порой они, конечно, кажутся нам совсем незначительными, но они есть и это факт. Но в том-то и вся их фишка, что они незначительны на первый взгляд! А тут как минимум метеорит, который будет лететь на наше государство и который смогу остановить лишь я. Абсурд ведь!

Глубоко задумавшись, даже не заметила двух слишком хитрых мосек, заглядывающих в окно.

— Сестра Чон! Сестра Чон! Беда! — дверь с грохотом влетела в стену, а в кабинет ворвался маленький ураган, именуемый рядовым Кимом. Господи, за что мне это только?..

— Чего надо? — протянула, подставляя руку под подбородок и готовясь слушать очередной бред про тяжелобольных.

— Беда! Нужно провести осмотр в ближайшие два часа! — смешно выпучил глаза, падая на стул напротив и чуть не опрокидываясь. Вот это актёрская игра.

— Мне достать шприц, чтобы вы, рядовой Ким, занялись своими прямыми обязанностями?

— Да нет же! Вы поймите, там в городе все только и говорят, что о новом начальстве. Предыдущего капитана уволили ещё месяц назад, ну, мы и думать про него забыли, а тут какая-то большая шишка едет! Говорят, злющий — жуть просто! — снова выпучил глаза.

— А мне-то что? — изогнула бровь, решительно не понимая всей трагичности момента.

— Да то, что мы осмотр последний раз проходили два месяца назад!

Шестерёнки в голове активно завертелись. Если это действительно злющий чёрт к нам направляется, то мне несдобровать!

— Веди всех, чтобы через полчаса были в лазарете!

— Слушаюсь!

И мы сорвались с мест: рядовой Ким побежал предупреждать остальных, а я готовить всё необходимое для осмотра. И как только я могла забыть? Пустая моя башка!

***

Такого стресса, как за последние два с половиной часа, я ещё никогда не испытывала! За такое короткое время осмотреть целый отряд — это вам не мусор вынести! Молодые маги — это те же дети. Глупые, несмышлёные, капризные, упрямые, раздражающие и неугомонные! Знал бы кто, как сложно уложить их всех на капельницу или сделать укол, ох...

Впрочем, сегодня было легче, чем обычно, потому что все были под впечатлением от «сюрприза». Никто и не пискнул во время капельницы или укола, обсуждая нового капитана. Одни говорили, что это злобный старикашка, мужик старой закалки, другие доказывали чуть ли не с пеной у рта, что это самый настоящий демон из преисподней, а третьи так вообще кричали, что это стихийник, которого сослали на окраину из столицы за какой-то проступок и который теперь злится на всех и вся и орёт по любому поводу. Н-да, ни одна из перспектив мне не нравится! Как этот капитан отнесётся к главной медсестре, которая и образования-то не получила обязательного. Так, научили уколы ставить да швы накладывать, и готово! А мне работы лишаться никак нельзя! У дядюшки Сона в последнее время дела не очень идут, так что надеяться нам не на кого, да и вообще, привыкла я уже. Здесь никогда не бывает скучно. Даже не представляю, что буду делать, когда окончу обучение у наставника и буду готова занять его место. Звёзды — это, конечно, увлекательно, я всю жизнь об этом мечтала, но, если так подумать, то я мечтала узнавать что-то новое, исследовать небо, не выходя из комнаты, а не предсказывать всяким тридцатилетним одиночкам, когда они судьбу свою встретят, и ждать хоть чего-то, угрожающего городу. Да скорее в лесу мамонт оживёт и вновь сдохнет, чем произойдёт что-то интересное! Но отступать нельзя. Пусть в реальности работа мечты оказалась совсем другой, она остаётся работой мечты. Я же хотела этого как-никак.

Почему-то вспомнилось прошлое... Тогда я тоже «хотела как-никак». И сбежала от проблем... Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, какой глупой была. Согласиться выйти замуж, поддавшись магии момента, молчать весь месяц о том, что пока не готова, сбежать прямо перед церемонией... Надеюсь, у него это было тогда несерьёзно. Как у рядового О сейчас. Просто... Просто так получилось, приглянулась девушка, с кем не бывает. Впрочем, я сама мало верю в это. Наверное, будет справедливо, если этот знак будет означать какой-нибудь пинок от судьбы. Ну так, для профилактики. Или в наказание. Пинок справедливости или что-то вроде того.

— Сестра Чон! — вновь ввалился в мой кабинет рядовой Ким. Он что, глашатай местный, что ли?

— Что опять? Приехал этот злой старикан?

Рядовой весь подобрался, оказался возле моего стола в один прыжок и рукой закрыл мне рот.

— Вы это, потише, мало ли. Вдруг он прибыл инкогнито и уже наблюдает за нами? — загробным голосом протянул маг, озираясь по сторонам.

Закатив глаза и шлёпнув по чужой руке, строго посмотрела на рядового.

— Там к вам гости.

И кто же это? Инна? Да ну, рано как-то, она же только вчера написала. Если только... Ну конечно, почта такая же быстрая, как черепаха, о чём это я. А Инна такая же взбалмошная, как... Ну, тут даже сравниться с ней никто не может! Наверняка написала письмо и выехала на следующий же день, вполне в её стиле. А чего тогда меня звать? Не первый раз здесь, где дом наставника знает, про смену мою тоже...

— И-и-и? — подозрительно прищурила глаза, смотря на замявшегося рядового. Он опустил глаза в пол, будто там было что-то интересное. Впрочем, не могу сказать наверняка, может, и было что-то такое, чего я не увидела за всё время работы здесь.

— Там это... Ну, вы же знаете Сехуна, — выдохнул спустя две минуты тишины и почесал затылок, неловко улыбаясь.

— Что?! — завопила, вскакивая с места.

Я говорила, что желаю подруге найти мага, но не этого, ни в коем случае! А он... Вечный источник вас побери, какого лешего она припёрлась в часть, я же её предупреждала! Если уж рядовой О выбрал жертву, то её сможет спасти разве что смерть! Неизвестно ещё, что лучше.

Выбежав из кабинета, сразу же заметила толпу магов. Растолкав зевак, протиснулась в центр круга. Как и ожидалось, подруга в предобморочном состоянии и Сехун, ходящий вокруг неё и демонстрирующий все свои навыки. Вечный источник, извини, но ты породил дебила!

— Рядовой О! — рявкнула, заставив героев представления поменяться ролями. Теперь маг застыл, побледнев, как стена городской ратуши, а подруга аккуратно ретировалась мне за спину. — Что это вы тут устроили? — хрустнула шеей.

Год жизни в военном городке из любого сделает бравого борца, а уж если вы одинокая молодая девушка, работающая в части с десятком не менее молодых и одиноких магов, то без военной подготовки никуда. И специально для таких случаев работниц обучают некоторым приёмам, впрочем, я до сих пор прибегала лишь к помощи шприца. И пока не думаю это менять. Точнее, не думала.

— Сестра Чон, — протянул маг, расплываясь в нервной улыбочке. — А я тут гостью встретил, хотел проявить гостеприимство, пригласить на чашечку...

— Рядовой О, Вечный источник тебя за молнию твою дери! Инна, дорогая, сбегай-ка в лазарет за шприцем. Самый длинный, пожалуйста. И витамины, — кивнула подруге в направлении своего рабочего места, а затем развернулась к рядовому. И, видимо, было что-то в моём взгляде, что у бедняги коленки подкосились. Рядом тут же появился его закадычный друг рядовой Ким.

— Прошу его простить, сестра Чон! Поймите, у парня тяжёлые времена! У него это... В семье проблемы! Сказали, выставят из дома и вычеркнуть из реестра, если не женится в ближайший год! — пролепетал рядовой Ким, пихнув при этом локтем в бок своего товарища, после чего последний усиленно закивал, соглашаясь с каждым словом.

И что же с вами делать?..

Когда ко мне подбежала Инна со шприцем и витаминами, я уже была готова отпустить бедолаг. Ну, для начала, конечно, припугнуть, для этого, собственно, и достала ампулу, набрала в шприц жидкость и надавила на поршень. Для убедительности.

— Спиной разворачиваемся, рядовой О, — мило улыбнулась. — Раз уж вам нужна так скоро жена и вы так рьяно её ищете, можете и заболеть. Я не могу этого позволить, долг службы, знаете ли.

Рядовой задрожал и совсем повис на друге. Кто бы мог подумать, что самый отчаянный, безбашенный, смелый и почти всегда спокойный, как удав, боится уколов? Боится до подкашивающихся коленок! Никто в части так не боится их, как рядовой О.

Неожиданно в абсолютной тишине раздались чьи-то хлопки. Толпа вмиг разошлась, давая пройти мужчине в бордовой форме с четырьмя сверкающими на солнце звёздами на погонах и надвинутой на глаза фуражке.

Капитан. Из огненных. Приехал.

— Когда мне говорили, что с дисциплиной у вас беда, я даже не представлял, что всё настолько плохо, — ехидно протянул, становясь напротив нас.

Рядовой Ким тут же толкнул друга в бок, приводя в чувства, и они оба встали по стойке смирно. Я же лишь растерянно хлопала глазами.

— С каких это пор боевые маги начали бояться обычных медсестёр? — в голосе прозвучала сталь. Все маги, стоящие вокруг, дружно, как по команде, сглотнули.

Мне бы тоже испугаться, но... Обычных медсестёр? Да он хоть знает, с кем разговаривает?! Так как здесь с врачами всё очень туго, то в целях предосторожности мне прибавили парочку звёздочек на погонах. Да-да, я числюсь в рядах военных медсестёр, более того, я числюсь в рядах лейтенантов! Пусть и младших, это не столь важно. Правда, мера предосторожности не особо спасла. Рядовые должны были относиться ко мне с уважением, а на деле... А на деле случились рядовые О, Ким и им подобные!

Я прокашлялась, привлекая к себе всеобщее внимание. Рядовые смотрели на меня, как на самоубийцу, подруга болезненно ткнула пальцем в спину, а голова капитана повернулась в мою сторону. Фуражку он так и не удосужился поднять, так что глаз я его не видела.

— Вы, конечно, извините, но я совершенно не вижу причин для иронии и гнева! В отсутствие капитана я остаюсь их единственным начальством! А то, какие у меня методы воспитания, вас касаться не должно! — на одном дыхании выпалила, смотря на капитана. Его губы изогнулись в усмешке.

— Весьма смело с вашей стороны, — рука потянулась к фуражке. — Позвольте же узнать ваше имя и звание.

— Младший лейтенант Чон Ёнхи. С кем имею честь общаться? — сарказм из меня так и лился во все стороны. Рядовые побледнели, подруга сзади жалобно проскулила. Рядовые ясно почему боятся, но Инна-то почему? Она не имеет никакого отношения ко всем этим армейским разборкам, как и я, вообще-то. Мне просто «подарили» звёздочку, чтобы маги совсем не наглели. Хотя, я тоже, можно сказать, дослужилась, просто несколько быстрее, чем это обычно бывает. Но чего только стоило заслужить доверие бывшего капитана! На кухне тоже работают женщины, но все они имеют звания старших сержантов, а у меня младший лейтенант! Я второе лицо после капитана в этой части, между прочим!

Мужчина напротив замер с поднесённой к фуражке рукой. Всё его тело напряглось, а вторая рука сжалась в кулак.

— Пройдёмте в мой кабинет, младший лейтенант Чон, — тихо, но устрашающе твёрдо произнёс капитан. От этого голоса кровь стынет в жилах. Бедные рядовые уже пытались устоять, хватаясь друг за друга. Фыркнув, проследовала в сторону части. Капитан шагнул следом, бросив рядовым через плечо короткое «Вольно!».

Зайдя в кабинет капитана, встала напротив стола. Маг, зашедший сразу за мной, подошёл к столу, остановился возле своего кресла, стянул с рук белые перчатки, а затем медленно потянулся к фуражке, будто нагнетая обстановку и заставляя меня трястись от страха. Вот ещё! Что он со мной сделает, когда я числюсь в военных только для того, чтобы маги не набросились? Никакой трибунал мне не грозит, понизить он меня не сможет, потому что тогда просто лишится единственного хоть и непутёвого, но врача, а физические наказания и вовсе не рассматриваются в этом случае.

— Вы, конечно, извините, но у меня там, знаете ли, важный гость, нужно ужин приготовить, — сказала, когда уже совсем надоело ждать.

Маг тут же коснулся своей фуражки и снял её, покрутив в руках и положив на стол. Я проследила за головным убором, а потом вернулась взглядом к лицу нового капитана.

Пресвятой Вечный источник и тапки Первого правителя! Когда я говорила о пинке справедливости от судьбы, я вообще не на это рассчитывала! Да это бред полнейший! Слышите, звёзды, вы чего?!

Прямо передо мной, сверля меня крайне недовольным взглядом и сжимая челюсти до желваков, стоял не кто иной, как...

— Капитан Пак Чанёль к вашим услугам, — процедил сквозь зубы мой... жених.

Глава 8

И какого чёрта сюда занесло моего бывшего без пяти минут (в прямом смысле) мужа?! Судьба, мы так не договаривались! Я не затем сбегала, чтобы оказаться, в конце концов, в подчинении у того, от кого и бежала!

— Вы, кажется, хотели со мной что-то обсудить? — вышло уже не так смело, как на улице, да и вообще голос был похож на предсмертный хрип придушенной собаки.

— Хотел, — твёрдо произнёс, сверля меня крайне недовольным взглядом. И взгляд этот не предвещал совершенно ничего хорошего. Ни мне, ни рядовым, ни Вселенной в целом. — Лейтенант Чон, спешу вас обрадовать тем, что вы первой узнаете новые правила, — на долю секунды его губы изогнулись в самой что ни на есть настоящей садистской улыбке. — Отныне вы будете приходить в часть за полчаса до подъёма, а уходить через полчаса после отбоя. Я должен знать о каждом вашем шаге и решении, о каждом уколе, сделанном моему солдату. Я достаточно ясно выразился?

На последних словах капитан поставил руки на стол, наклоняясь ко мне. И пусть между нами половина кабинета, я всё равно отступила назад. Почти незаметно, почти не отступила даже, так, дёрнулась, но по его довольному взгляду, который через мгновение вновь стал холодным, было ясно, что он заметил. Моя крепость пала. Окончательно. Если я его боюсь уже сейчас, что будет дальше?

— Свободны, — махнул рукой, опускаясь на своё кресло.

Зло скрипнув зубами, ушла с позорным проигрышем. Звёзды, вы это имели в виду?! Ну за что? Что я такого сделала? Убежала со свадьбы? Ну что мне теперь, умереть в страшных муках, что ли? Он даже не особо и переживает. Да и вообще не выглядит до сих пор страдающим. Злится, это видно, обижен, тоже видно, но не более. Не скучал, не ждал и не искал, а значит, не любил. Вуаля! Никому я не нужна!

Задумавшись о вселенской несправедливости и обделённости меня любимой любовью (моя не в счёт), не заметила, как влетела на всей скорости в, кажется, так же глубоко задумавшегося мага.

— Ауч! — потёрла лоб, который столкнулся просто с каменными мускулами.

— Вы в порядке? — на меня смотрели синие испуганные глаза. Знакомо выглядит. Точно не отсюда, но выглядит знакомо... Может, с капитаном приехал?.. Длинные волосы, собранные в аккуратный хвост, которому даже я могу позавидовать, казалось, светились каким-то лазурным светом. Неужто ещё один стихийник по наши души? Медленно опустила взгляд с лица на форму. Бирюзовый костюм с тремя звёздочками на погонах. И правда стихийник. Водный маг. Обалдеть. — Не сильно ударились? — снова напомнил о своём присутствии.

Тряхнув головой, прогоняя все ненужные мысли (а нужных там сроду не было), пробурчала себе под нос, что всё в порядке, и чуть ли не переходя на бег пошла в сторону своего кабинета.

По двору части туда-сюда сновали рядовые, усердно имитируя работу, а может, и не имитируя, а действительно работая. Слишком непривычно. Обычно они ничего не делают толком, дурака валяют. Чувствую, Чанёль у всех у нас кровушки ещё попьёт.

Инны в кабинете вопреки всем моим ожиданиям и молитвам не оказалось. И как выяснилось, здесь вообще больше никого не будет, кроме больных. Начальство приказало, понимаете ли. Засада... Мне казалось, что я нашла хорошую работу, весёлую и не слишком тяжёлую или нудную и тут, получите, распишитесь! Вот чего ему в своей столице не сиделось? Туда ведь всех стихийников направляют! Неужели действительно отправили к нам «на исправительные работы»? Или у нас всё так плохо, что правительство решило направить к нам самого дьявола? В любом случае, сладкая жизнь подошла к концу. Начинаются суровые будни.

***

С тех пор как в часть прибыли капитан Пак и старший лейтенант Нам, мирному населению (то бишь мне и рядовым) жизни не было. Я теперь каждый день вставала практически до восхода солнца, а домой возвращалась по тёмным улицам, даже фонарики уже не горели. Городок у нас маленький, тихий, ещё и военный, разумеется, ни о какой преступности и речи быть не может, но всё равно, знаете ли, страшновато. Да и отдохнуть тоже хочется. Выходными меня обделили, потому что я единственная медсестра в штабе. Хотя... Один сокращённый день считается за выходной?..

Целыми днями я сидела и заполняла какие-то никому не нужные бумажки. Никому, кроме капитана Пака, конечно же. Я и не думала, что мой бывший жених окажется таким мстительным! Заставить меня целый день заниматься документацией, а потом при мне же эти самые документы бросать в самый дальний угол шкафа — просто верх издевательства!

Инна уезжает совсем скоро. И сейчас я усердно работаю над тем, чтобы она приехала сюда снова как можно скорее. И навсегда. Её уже все знают, даже родители рядового О откуда-то прознали, хотя живут в столице. Передают ей приветы через его письма, а он уже через меня ей. Рядовой Ким не упускает возможности подшутить над другом, который тут же начинает краснеть, как первоклассница. В общем, в этом плане мы с рядовым Кимом всем довольны. А вот в остальном... Ко мне в кабинет всё чаще приходят не только с травмами, но и с целыми выступлениями, а-ля «Напишите справку, я, кажется, умираю». Впрочем, за такие справки я получаю втык от начальства. И если бы это только нас могло остановить! Рядовые продолжают ко мне ходить толпами, а я продолжаю выписывать им справки. Ну, а что? Должно же быть хоть что-то интересное и в моей работе! Капитан хотел писанину? Он её получил!

Отъехала на стуле в центр кабинета и покрутилась, пока не поплыло перед глазами. Остановилась и подъехала к окну. Там как раз во дворе рядовые проводят зарядку. Второй час. Зарядка для боевых магов сурова и жестока, как и сами маги. Впрочем, к тем задохликам, которых я сейчас вижу, это явно не относится.

Вот так и проходят мои рабочие будни. Сначала я что-нибудь чирикаю на бумажке, хоть стихи, хоть поэмы, хоть сто причин, почему я ненавижу Пак Чанёля, всё равно он не читает. Далее идёт смена деятельности, а именно наблюдение за рядовыми. И по кругу. Примерно к полудню и до самого вечера становится веселее: замученные рядовые прибегают за справками, я им тут чайку наливаю, печеньки достаю, выслушиваю всё, что они хотят сказать капитану, подшучиваю вместе с ними над ним и его правой рукой, старшим лейтенантом Намом. Правда, не все мои шутки одобряют рядовые, если вы понимаете, о чём я. Но в целом, не так уж и плохо.

Устав сидеть в душном помещении, решила прогуляться по части. Почему нет? Вроде, в сводке правил не было указано, что я должна целыми днями безвылазно сидеть в медчасти.

На улице нещадно палило солнце, казалось, будто я нахожусь в пустыне. Но нет, всего лишь юг нашего государства. Сюда бы море поближе, было бы шикарно, а так... До моря два-три дня верхом или полтора на поезде. Не очень как-то, учитывая мой график. Инна сказала, что мы обязательно должны побывать на море, иначе какой смысл жить на юге страны, если даже до моря не можешь добраться.

Медленно, стараясь двигаться лишь по дорожкам, которые располагаются в тени деревьев, дошла до рядовых, разминка которых только-только подошла к середине. Вообще, часть была довольно красивой. Походила на маленький городок: небольшие аллеи, дорожки, усыпанные мелкими камушками, окружающие просторные песчаные площадки для занятий, одноэтажные деревянные домики... Даже садик есть! Там я бываю редко, потому что атмосфера слишком уж умиротворённая, наталкивает на различные мысли, можно пропасть там на целый день, чего мне делать никак нельзя, особенно сейчас.

Рядовые, заметив меня, тут же взбодрились, начали дурачиться и красоваться. Хихикнув и засмотревшись, чуть не врезалась в очередное дерево.

— Не отвлекаться! — рявкнул капитан, которого я даже не сразу заметила. Он стоял в тени одного из деревьев на противоположной стороне, возле небольшой бочки с водой, и вытирал мокрым полотенцем шею и лицо. Убедившись, что рядовые вернулись к работе и, кажется, не заметив меня, вновь повернулся к бочке.

С нашей последней встречи он определённо изменился. Стал мужественнее, сильнее и... Да, теперь он действительно внушал страх. Наверное, не стоит его злить... Ему этими мускулистыми руками свернуть мне шею будет проще, чем пожарить яичницу. Год назад он, конечно, не был хлюпиком, но сейчас... Мускулистая шея, выступающие на руках венки, которые ещё и вздулись после физических нагрузок, кажется, даже его лицо (по крайней мере профиль) стало твёрже, увереннее, сильнее. Неожиданно он снял майку, насквозь пропотевшую, и бросил её в бочку, теперь вытирая полотенцем плечи, руки, грудь и живот.

Кажется, я пискнула, когда он опустил голову в бочку, а затем, как заправская дива, выпрямился, откидывая волосы себе за спину.

Из ступора меня вывели тихие смешки рядовых, уставившихся на меня, и внимательный взгляд карих глаз напротив, в глубине которых уже разгоралось пламя.

Покраснев и развернувшись на сто восемьдесят градусов, с невозмутимым видом и гордо поднятой головой направилась в сторону сада. Сейчас мне просто жизненно необходима тихая и спокойная атмосфера.

***

Дни тянулись мучительно медленно и скучно, каждый был похож один на другой, чего раньше не было... Неделя для меня превратилась в год. Я даже с нетерпением начала ждать, когда придёт время очередного медосмотра.

И вот, этот долгожданный день настал! У меня наконец-то будет хоть какое-то веселье!

Придя на работу в приподнятом настроении и даже поздоровавшись со старшим лейтенантом Намом, которого встретила у казарм, весело насвистывая какую-то песенку, направилась в сторону лазарета, готовить всё к прибытию рядовых. И конечно же, особое внимание я уделила шприцам.

До обеда снова было скучно, я прошлась по части, понаблюдала за рядовыми, снова попала под колючий взгляд капитана и вернулась в свой кабинет.

Зато как только последний рядовой отнёс свою тарелку на кухню... Началось самое веселье!

Капитан Пак и старший лейтенант Нам стояли в дверях со списком, который я им вежливо втюхала, чтобы не стояли без дела. Они вызывали рядовых ко мне по-одному и сдерживали трусишек, вроде рядового О, которые пытались избежать капельницы.

— Как там поживает Инна? — участливо спросил рядовой Ким, пока я измеряла его параметры. Вот уж не знаю, зачем это военным... Хотя, возможно, с новым капитаном вскоре всем придётся покупать новую форму...

— Что-то я не замечала, чтобы вы, рядовой Ким, интересовались её жизнью, — лукаво улыбнулась, измеряя длину руки.

— Да я ж не для себя! Знаете, как тяжело быть другом идиота? Он же сам боится спросить!

Краем глаза я заметила белобрысую макушку и заинтересованно-кирпичный взгляд нашего общего знакомого. Будто у него чутьё или суперслух!

— У неё всё прекрасно, совсем скоро она возвращается домой, я никак не могу уговорить её остаться! — громко крикнула, чтобы утолить любопытство рядового О.

— Наверное, нужно вам помочь! — так же громко ответил рядовой Ким. Со стороны дверей послышалось ворчание, которое прервал голос капитана.

Заговорившись, совсем забыла, что должна снимать мерки, и простояла с приложенным к плечам рядового сантиметром несколько минут.

— Младший лейтенант Чон! Не отвлекайтесь!

— А он злится, — хихикнул Ким так, чтобы это услышала только я, наклонившись к моему уху.

Мы вместе захихикали и дали друг другу «пять», чем окончательно взбесили капитана. Так-то!

Спустя ещё три рядовых, ко мне несмело ступил рядовой О. Кажется, веселье только начинается!

— Сразу к уколам? — коварно улыбнулась, оттянув край перчатки, чтобы она хлопнула мне по руке. Это возымело огромный эффект над вмиг побледневшим магом, хотя куда уж ему бледнеть.

— Давайте... — сглотнул, наблюдая за моими руками, — следовать инструкциям и всему прочему?

Пожав плечами, отложила шприц и, сопровождаемая строгим и крайне внимательным взглядом капитана, который, видимо, боялся, что я тут поубиваю всех его рядовых, подошла к столу, на котором лежал сантиметр.

Поняв, что уколы будут ещё не скоро, рядовой расслабился и мы точно так же, как и с рядовым Кимом, начали хихикать, иногда косясь в сторону капитана. Капитан же на это реагировал холодным взглядом и редкими замечаниями. За дверью слышались обсуждения рядовых на тему, кому же удастся обнять меня или хотя бы смутить. Забавно, потому что я провожу такие осмотры почти каждый месяц, меня уже ничто не может смутить.

— Не хочешь ничего спросить? — подняла голову, пытаясь поймать бегающий взгляд мага.

— Да нет, — пожал плечами.

— Правда? А мне казалось, что хочешь...

— Вы свободны этим вечером? — спросил он спустя минуту молчания, когда я уже проверяла его зрачки на реакцию. Знаете, у магов есть свои рефлексы, оказывается. Например, если посветить им специальным фонариком в глаз, сила внутри заполыхает так сильно, как вообще может. То есть, так можно проверить так называемый магический запас.

— Слабовато, рядовой О! Вот как только меня удивит ваша реакция, схожу с вами, так уж и быть, куда-нибудь, — подмигнула, кивая в сторону койки, с которой как раз встал, отцепляя капельницу, предыдущий рядовой.

Рядовой О сглотнул, а притихшие до этого голоса за дверью явно оживились, услышав такую новость. Кое-как уложив мага, что выглядело немного неодносмысленно, на койку, поставила капельницу и обернулась к дверям, где уже толкались рядовые, готовые поражать меня своим магическим запасом. Наивные, можно подумать, я тогда сказала правду.

***

Спустя два часа разочарованные в себе и жизни рядовые разошлись по казармам. Сегодня у них у всех отпускной до завтрашнего вечера, потому что после капельницы нельзя перенапрягаться. Хоть какая-то польза. Им, мне-то это доставляет просто дикое садистское удовольствие.

Я тоже собиралась уходить, но меня остановило недовольное покашливание в дверях. Обернувшись, столкнулась взглядами с уже вошедшим старшим лейтенантом Намом и капитаном Паком.

— Мы тоже относимся к части.

Ничего себе! Никогда ещё начальство не проходило осмотры! Неожиданность за неожиданностью неожиданностью подгоняет! А я, между прочим, собиралась с Инной погулять по городу или махнуть на море вообще! Ну что за люди, то есть, маги?!

— Тогда без капельницы, у меня времени нет, — разочарованно бросила на стул свою сумку и снова взяла в руки сантиметр, борясь с сильнейшим желанием задушить им противное начальство.

Рядовые из уважения ко мне хотя бы наклонялись или расставляли ноги пошире, чтобы быть ниже и чтобы я могла до них дотянуться. Старший лейтенант Нам, видимо, не заметил этого. А он был, на минуточку, не гномом. Совсем не гномом. Вообще. Горестно вздохнув, убрала со стула сумку, пододвинула его к заинтересованно наблюдавшему за моими махинациями Наму и забралась на него, оказываясь чуть выше лейтенанта. Вы не подумайте, это не я такая низкая или он мутант, просто стульчик низкий, да-да.

Когда дошла очередь до проверки магического запаса, мне просто было страшно подойти к нему. Понимаете, стихийники ведь сильнее любого мага, представьте, какой там запас! А если их раздражает такой свет? Я же про них ничегошеньки не знаю!

Сглотнув, осторожно подошла поближе к сидящему на стуле лейтенанту и, отодвинувшись чуть вбок от его глаз (ну, а вдруг он молниями стреляет из них? Пиу-пиу и нет Ёнхи!), посветила фонариком сначала в один, а потов в другой, проверяя на реакцию. И зрачки тут же полыхнули голубым, да так ярко, что пришлось зажмуриться. В глазах лейтенанта плескался настоящий лазурный океан, он то выходил наружу, будто пытался дотянуться до меня, то наоборот исчезал в глуби глаз мага. Красиво и жутко.

— Кх-кх, хороший... магический запас, — отошла подальше, убирая фонарик. — От истощения не умрёте, — пробубнила себе под нос, но по смешку со стороны лейтенанта стало ясно, что не так уж и тихо это прозвучало в абсолютнейшей тишине.

— Вас удивили мои глаза? — зачем-то спросил он. Чёрт, наверное, это было оскорбительно...

— Нет-нет! Что вы, я же... Ну почти врач, меня сложно удивить, — наигранно засмеялась и сама же скривилась от того, насколько же фальшиво это прозвучало. Актриса из меня ужасная. По крайней мере когда дело доходит до щекотливых ситуаций, вроде этой.

— Всё-таки удивили, — довольно улыбнулся. Оскорбился или нет? Прихлопнет сейчас или одной тёмной ночью?.. — Помнится, теперь вы должны сходить со мной куда-нибудь! — лучезарно улыбнулся, а я просто зависла с ручкой в руке, записывая его результаты в очередную бумажку для капитана. Точнее, для его камина. Или что он там с моей писаниной делает.

— Э-э-э... Знаете, вы...

— Не прямо сейчас! — поднял руки вверх. — Когда вам будет удобно, — и, подмигнув, скрылся за дверью, хлопнув по плечу капитана. Кстати, о капитане... Чего он сверлит меня таким взглядом злобным? Приревновал лейтенанта Нама? Ну так пусть будет спокоен, с меня магов хватит!

Пройдя в кабинет и зачем-то сбросив пиджак, оставаясь в холщовой лёгкой рубашке, подошёл к стулу, на котором я сидела.

Знаете, что такое неловко? Неловко — это когда вы не просто гном, но ещё и сидите на низком стуле, а над вами возвышается не просто человек, стоящий в полный рост, а маг-стихийник, которого в детстве одним молоком и поили! Вот это действительно неловко! Сколько ещё в моей непутёвой жизни будет таких моментов, когда я говорю сама себе: «Ёнхи, это провал, самая неловкая ситуация, в которой ты только могла оказаться»? Неужели это будет преследовать меня до самой моей скоропостижной кончины?

На мой вопросительный и чуть (или не чуть, ну представьте, над вами такая скала нависла) напуганный взгляд, капитан закатил глаза, наклонился ко мне, вырвал из ослабевших пальцев ручку и бумажку и бросил их на стол.

В голове что-то щёлкнуло. Мозг, видимо, включился.

Собрав вновь вылезшие из хвоста волосы, чтобы не мешались и не лезли в лицо, взяла сантиметр, вскарабкалась на стул, который чуть качнулся. Чёрт, пол неровный. Не слететь бы с этого стула... Он, конечно, низкий, но падать-то всё равно больно!

В отличие от старшего лейтенанта, Чанёль всё ещё оставался выше меня. Ненамного. Мои глаза были на уровне его носа. Ну, это, в общем-то, не так плохо, меньше шансов пересечься взглядами. Я боюсь, что история повторится и я снова окажусь во власти его чар. До сих пор не понимаю, что за чары такие, поэтому и боюсь его. Только ему лучше об этом не знать.

— Руки вытяни, — пробурчала себе под нос.

— Что?

-...те. Вытяните... Руки... — голову поднимать решительно не хотелось, да и громко говорить с ним тоже, поэтому я продолжала бормотать себе под нос.

— Да что ты там мямлишь? — вспылил он, поднимая мою голову за подбородок вверх, чтобы наши взгляды пересеклись. Ну зачем? Судьба, это снова ты надо мной смеёшься? Неужели это настолько весело? Я тоже хочу посмеяться!

Мы замерли, уставившись друг другу в глаза. И столько слов было в этом моменте, но, если бы здесь был ещё кто-то, ничегошеньки не понял и не услышал, ведь слова были не на языке, не на губах, всё было в наших взглядах.

«Зачем ты это сделала?».

«Испугалась...».

«Знаешь, каково мне было?».

— Да, я дура! Знаю! Но не надо на меня так смотреть! Моя совесть уже давно съела всё, что могла! — не выдержала, опуская голову и отходя подальше, собираясь спрыгнуть со стула. Однако он снова зашатался и я полетела на пол. Точнее, полетела бы, не окажись у мага такой реакции.

Он схватил меня за руку одной рукой и, притянув к себе, перехватил другой за спину, буквально вжимая меня в своё тело, а ногой пнул стул, который с грохотом отлетел в угол.

Открыв глаза, поняла, что всё ещё нахожусь на уровне его глаз. Поболтала ногами, чтобы убедиться, что это не мои ноги так «растянулись» во время падения. Ну конечно...

— Ты уже можешь меня отпустить, — попыталась снова опустить голову, чтобы не видеть его глаза, но стукнулась лбом о его подбородок и задела губы. Снова дёрнулась, теперь поднимая голову как можно выше, чтобы не вышло ещё одного «поцелуя в лоб».

— Тогда ты снова убежишь от разговора.

Резонно. Я ведь действительно собралась бежать отсюда как можно дальше.

— Я устала... Чанёль... — снова произносить вслух его имя было неимоверно сложно. Все мои органы чувств, каждый рецептор на коже помнил его, помнил всё то, что было год назад. И сейчас, когда я снова ощущала его так близко, все системы полетели к чертям, устав трубить сигнал S.O.S.

— А обо мне ты думала, когда убегала? — неожиданно резко и зло процедил он, отпуская меня. Я, не готовая к этому, приземлилась на нетвёрдые ноги и тут же чуть не продолжила свой полёт по направлению к полу. В этот раз спас стол, о который я ударилась бедром. Шикнув, отошла от стола и капитана, возобновляя хоть какую-то дистанцию. Моральная дистанция уже пропала, возможно, физическая хоть как-то исправит текущее положение. Хотя бы чуть-чуть. — Думала?! — крикнул он так, что я невольно сжалась и отступила ещё на три шага.

— Я знаю, что поступила глупо! Извини меня! Но что мне было делать? Подойти и сказать тебе, что я не хочу, что я боюсь, что я не готова?! И что бы ты сделал, Чанёль? Неужели ты отпустил бы меня?! Не ври хотя бы себе! Ты бы вновь добивался меня, ты бы вновь был настойчивым!

Он открывал и закрывал рот, ища аргументы в свою защиту и не находя их, а я уже почти захлёбывалась в слезах.

— Давай просто сделаем вид, что мы никогда не были знакомы, — наконец, выдавила я и, не смотря на его реакцию, развернулась и ушла.

Хватит с меня моральных потрясений на сегодня. Мне нужна Инна и мне нужно море. К чёрту работу!

Глава 9

— Инна, собирай вещи, поезд завтра утром! — крикнула я, громко хлопая входной дверью и запоздало вспоминая, что дядюшка Сон уже, наверное, спит.

— Кого чего? — из ванной высунулась сонная мордашка с зубной щёткой во рту.

— Ладно, сначала мы съедим все эти вкусняшки, — потрясла пакетом с разнообразными вредными штучками как раз для ночных посиделок, которые купила в единственном круглосуточном (из-за бессонницы хозяйки) магазинчике, — а потом соберём вещи. Завтра утром мы купим билеты и свалим на море, я устала, я заслужила отпуск!

Инна подняла руки вверх и снова скрылась в ванной, а я пошла на кухню раскладывать все вкусности по тарелкам.

Я даже представить себе не могу, что бы делала здесь одна! Особенно после той сцены в моём кабинете. Ну вот кто его за язык тянул? Или меня?.. Да в любом случае-то виноват он. Я не отрицаю, что поступила, как последняя эгоистка, но и он не лучше. По сути, у меня и выбора не было — он меня пугал до чёртиков, когда не очаровывал! Сейчас, вспоминая все те моменты, я могу с уверенностью сказать, что в адекватном состоянии рядом с ним я была лишь один раз, когда пинала его! А дальше... Карие глаза с пляшущим пламенем на самом дне, которое постепенно разгорается, так и норовя поглотить меня... Мою душу оно, кажется, уже поглотило, потому что что-то меня всегда тянет в самый центр пламени. От этих глаз совершенно не хочется отрываться, хочется смотреть в них вечно, а когда придёт моё время уходить на покой, остановить время во всём мире и продолжить смотреть в его глаза...

— Э-э-эй, ау! Ты чего зависла? — очнулась, когда почувствовала шлепок по пятой точке. Помотав головой, избавляясь от наваждения (даже на расстоянии его чары действуют!), злобно посмотрела на подругу. — Выкладывай, — сразу же перевела она тему. Знает же, зараза, что убить её хочу сейчас, но рассказать ей обо всём сегодняшнем безобразии хочу ещё сильнее! И нагло этим пользуется!

— Утро не предвещало ничего плохого, но после обеда пришёл конец моей нервной системе, — начала я рассказ, длиною в целую... ну, не вечность, так ночь точно.

И всю ночь мы обсуждали всю ту кашу, в которую превратилась моя бедная жизнь. В итоге пришли к выводу, что все беды наши от мужиков, молча умяли по мороженке, а потом я вспомнила про рядового О, который просто обязан был зайти, если не дурак. И хоть тут повезло! Рядовой Ким практически насильно затолкал Сехуна «в гости к дядюшке Сону, погадать на жизнь, на Шиллера и на любовь». В общем, в моё отсутствие ассистенткой была Инна. И Сехуна можно было отправлять в цирк, потому что, цитирую, «Такого перехода из мага в бревно я ещё не видела!».

Я, конечно, не уверена, что рядовой О подходящая кандидатура для моей девочки, но он хотя бы маг, а они славятся тем, что влюбляются раз и навсегда...

Ой, снова этот огненный в голову лезет, фу-фу-фу, кыш-брысь.

Утро для нас наступило неожиданно быстро: заснули мы всего час назад на разбросанных по всей комнате вещах и открытых чемоданах. Собирать вещи с лучшей подругой — фатальная ошибка. Вы будете драться, дурачиться, да всё что угодно, но только не собирать вещи! Собственно, поэтому мы теперь и носимся по всей комнате, запихивая все вещи в чемоданы, даже не разбирая, где чьё, какая разница, на месте разберёмся.

Быстренько обрисовав ситуацию дядюшке и попрощавшись, побежали на вокзал покупать билеты. И знаете, наверное, судьба решила дать мне выходной, раз оставалось как раз два билета! Если это не удача, то что?

***

Полтора дня на поезде — настоящая пытка. К тому же мы ещё задержались на одной из станций из-за каких-то новых пассажиров. Я не поняла, что там произошло, да и понимать особо не хотела, у нас с Инной была слишком занимательная игра в карты на желание, чтобы я отвлекалась на что-то другое.

Зато море встретило палящим солнцем и манящей водичкой. А ещё полным отсутствием гостиничных номеров и свободных комнат у жителей городка! Ха, а я-то думала, судьба достаточно попрыгала на моём бренном тельце, втаптывая его в землю. Оказывается, нет. Видимо, у неё хобби такое. А что, забавно ведь — втопчи Ёнхи в грязь и будь счастлив!

Но мы ведь Ёнхи и Инна, сумасшедшие дурочки, которые выживут даже на пляже, среди небольших гор. Всё-таки от нас так просто не избавишься! Выживем в любых условиях!

Обустроив своё жилище на ближайшие сутки, мы наперегонки побежали к морю. Как же давно я не была на море! Кажется, когда мне было пять лет, мы выбирались всей семьёй, а потом как-то не выходило, потому что папа целыми днями торчал в своём кабинете... Но зато теперь я здесь, да ещё и с Инной, что может быть лучше?

Чуть не утопив друг друга пару раз, решили, что на сегодня всё же водных процедур хватит. Идти в город было катастрофически лень, было решено развалиться на песке морскими звёздами и загорать. Кстати, странно, что на пляже, кроме нас, никого нет. Жить негде, но пляж пустой. Странно как-то... Хотя, может, это просто не основной пляж? Впрочем, какая разница, море, оно везде море!

***

— Ёнхи-и-и, я скоро обгорю, — простонала Инна, тыкая меня в бок. Вообще-то, я тоже уже чувствовала необходимость укрыться от солнца, но было настолько лень двигаться...

— Перевернись на спину, — отмахнулась.

— Я уже три раза перевернулась, правда, пойдём лучше погуляем по городу.

— Но мне лень, — зевнула.

— Эй! У тебя единственный выходной, а ты решила весь день валяться на пляже и медленно превращаться в сосисочку, приготовленную на костре? Кстати, тут слишком жарко, не находишь? Сейчас почти вечер, а такое ощущение, что полдень, солнце печёт невыносимо просто.

— Да-да-да, — снова отмахнулась, продолжая лежать на песке.

***

— Ёнхи! Мне это не нравится! Ты спишь? Ау!

Я и правда заснула. Этот горячий песочек так успокаивает нервы... А ещё эта вода, приятно щекочущая пятки...

— Ёнхи, мать твою! Уже прилив!

— И что?

— А солнце всё ещё в зените! Это ненормально, ты понимаешь? — голос подруги звучал крайне встревоженно.

Ну чего она боится? Может, климат тут такой, чего зря панику поднимать?

Я практически снова заснула, когда меня опять ткнули в бок.

— Да что?! — открыла глаза и попыталась сесть, чтобы надрать задницу этой паникёрше. Однако на меня тут же шикнули. — Ты чё шипишь на меня? — и снова получила шик, а ещё ладонь у рта.

Когда взгляд сфокусировался на глазах подруги, я поняла, что что-то здесь не так. Вода дошла практически до наших колен, а солнце всё ещё в зените, как и говорила Инна. Кстати о ней, подруга посылала странные тревожные взгляды, то и дело кивая в сторону горы, возвышающейся недалеко от нас. Задрав голову и чуть не ослепнув от солнечных лучей, вздрогнула, заметив чью-то фигуру на выступе. Судя по всему, это была женщина: ветер развевал её длинные волосы и полы платья. Она стояла, не двигаясь, и было непонятно, куда она смотрит, но что-то мне подсказывало (пятое чувство, видимо, потому что шестое мне не светит), что прямо на нас.

В следующее мгновение фигура пошевелила рукой. Стало страшно.

— Кажется, нам уже пора сматывать, — прошептала подруге, которая тут же закивала.

Бросив вещи и сделав вид, что вообще идём посмотреть окрестности, попытались как можно быстрее уйти с пляжа.

На магию это совсем не похоже, маги не могут управлять погодой вот так кардинально. Есть маги, которые способны призвать грозу, но их мало и они работают на метеорологических станциях. А вот об удержании солнца на небосводе я ничего не слышала.

Подруга толкнула меня в сторону леса. Спрятаться от призрака (или кто там был) в лесу — это, конечно, весьма логично, но всё же доверия не вызывает. Если этот «призрак» местный, то с лесом знаком явно лучше нас. Но когда вокруг творится чертовщина, логика почему-то удаляется в самую глубокую точку. Поэтому мы пробираемся через густые заросли непонятных колючих растений.

— Тебе не кажется, что мы заблудились? — жалобно проскулила в спину идущей вперёд, как танк, подруге.

— Нет, идём! — упрямо поджала губу. Никогда не замечала за ней такого упрямства.

Спустя ещё какое-то время сил идти дальше практически не осталось. Всё тело уже было в ранах от этих непонятных колючих кустов, которые, кажется, с каждым моим шагом всё плотнее обвивали тело и глубже впивались в кожу. Мне ещё повезло, что в глаза не попали!

— Я уже не могу идти, — простонала, выпуская руку подруги, но она тут же перехватила её так сильно, что у меня, кажется, затрещали кости, и продолжила тащить меня на буксире вперёд.

Это точно не моя Инна... Она бы уже давно послушала меня и согласилась поискать обходной путь. Повернув голову назад, насколько это позволяли колючки, я вскрикнула. Мы идём около получаса, но я до сих пор отчётливо вижу пляж, будто мы прошли всего три шага.

Мне это не нравится! Если это судьба в очередной раз развлекается, то пусть знает, что это уже перебор! Вот теперь мне по-настоящему страшно! Ещё и Инна (Инна ли?) вцепилась в руку и тянет дальше. Ещё чуть-чуть и я просто утону в этих колючках. Я уже даже не вижу её, только чувствую стальную хватку на запястье. Только вот Инна не настолько сильная...

Надеюсь, это просто сон... Плохой сон. И сейчас я проснусь на пляже, а рядом будет спать моя Инна, и никаких силуэтов на скалах.

Однако колючки уже сжимались на горле, а я всё никак не просыпалась. Неужели смерть найдёт меня гораздо раньше, чем я думала? Я ещё не готова! Я не смотрела толком на звёзды, не видела мир, не попрощалась с мамой, в конце-то концов! Мне нельзя умирать! Я не хочу! Ты слышишь меня, судьба? Я хочу жить, ты меня поняла?! Ты же не посмеешь вот так просто меня убить?!

Но от судьбы ответа, как и всегда, не было...

Глаза пришлось закрыть, но колючки уже почти впились в веки. Наверное, самое время для подведения итогов бренной жизни.

Я до сих пор так и не поговорила с мамой, так что можно сказать, что мы всё ещё в ссоре.

Я не добилась в этой жизни ровным счётом ничего.

Я сбежала буквально из-под венца и до сих пор не могу понять, было это ошибкой или всё-таки нет...

Я ещё ни в чём не разобралась, мне нельзя умирать! Я не хочу становиться призраком и решать свои проблемы так!

Но судьба снова молчала...

Перед глазами что-то сверкнуло, а потом стало совсем темно. Что ж, жизнь была не очень, а смерть вообще ужасная, не найдёт меня никто в этих кустах... Интересно, я уже умерла или ещё нет? После смерти вообще думать возможно? Господи, что творится в моей пустой башке?

Перед глазами снова что-то полыхнуло. И снова кромешная тьма. А ещё свобода... Будто колючки пропали, а вместе с ними и земля из-под ног. Я будто находилась в невесомости в этой абсолютной темноте, где что-то время от времени сверкало яркими всполохами. Как огонёк, забавно. Даже перед смертью я думаю об огненном маге. Или после, какая уже разница.

Перед глазами вновь что-то сверкнуло настолько ярко, что пришлось прикрыть их рукой, а затем послышались чьи-то голоса, крики.

У меня два варианта: я либо умерла и попала в ад (я же всего лишь мага прямо перед свадьбой бросила, за что так жестоко?!), либо не умерла, но всё же попала в ад.

В нос ударил запах горелого, а кожа вновь начала чувствовать. Было тепло. Ухо щекотал тёплый и даже горячий ветерок, а голова удобно лежала на чём-то вздымающемся и тёплом. Под другим ухом что-то билось быстро-быстро, убаюкивающе.

Прижавшись ещё сильнее, почувствовала, что ветерок переместился мне на лицо. Как же хорошо...

Если в аду всё так мило, то мне нравится, оставляйте!

Глава 10

Под ногами горячий песок, который при малейшем дуновении ветра сразу же летит в лицо, больно его царапая. Я иду по какой-то дороге среди огромной пустыни. Куда иду? Откуда? Зачем?.. Вопросов было слишком много, но думалось почему-то, как всегда, не о том. Думалось о том, что это всё же наказание за то, что бросила мага, да ещё и огненного.

К чёрту все эти мысли! И так год думаю при каждой возможности. Привычка крайне гадкая, а избавиться от неё почти невозможно. Хлебом не корми, дай посокрушаться, переосмыслить все свои решения и найти смысл своей никчёмной жизни.

Видимо, нужно было отогнать все мысли с самого начала: на горизонте появилось что-то, кроме багрового песка. Вообще, вся эта пустыня была странной. Возможно, я всё-таки умерла?.. Закатное солнце было почти кровавым, как и песок вокруг меня, но палило нещадно, во рту уже давно была такая же пустыня, как и эта, ноги жгло так, будто я шла по углям. Но впереди что-то мелькает, что-то приближается. Или я приближаюсь...

Нечто увеличивалось по мере приближения и вскоре оказалось небольшим строением, аркой, ведущей в мир зелёной, сочной зелени. Не задумываясь, прошла туда, тут же оборачиваясь и чуть не вскрикивая: огромная песчаная буря кровавого цвета неслась прямо сюда. Хоть она и была совсем далеко, внушала настоящий ужас.

Обернувшись вперёд, заметила знакомый пейзаж.

Обрыв, за которым располагалась живописная долина, пересекаемая реками, которые серебристыми нитями вели к огромным горным массивам.

Это было моё тайное место...

В глаза тут же бросился небольшой домик, стоящий у самого края. Странно... В моих фантазиях его точно не могло быть, если только я сейчас не в раю, где для меня уже построили домик.

Неожиданно раздался оглушительный треск, а потом одна из стен с грохотом упала на землю, поднимая клубы пыли. Откашливаясь и отмахиваясь рукой, вновь посмотрела в сторону дома. Теперь можно было увидеть и внутреннее убранство. Внутри домик оказался значительно больше, чем казалось снаружи. Просторная комната, служившая гостиной, была совмещена со столовой и кухней, а сквозь арку выглядывала аккуратная спальня, окна которой выходили прямиком на обрыв. Красиво... Домик был таким уютным, таким... родным, что ли, что даже в носу защипало. Но он рушился... Стена, которая недавно обвалилась, превратилась в багровый песок и теперь медленно развевалась по ветру. Дом умирает...

— Чего стоишь, помоги мне! — крикнули откуда-то из дома. Я вздрогнула и посмотрела в ту сторону, откуда исходил звук.

Как я могла сразу не заметить? Прямо посреди гостиной, вцепившись в обвалившуюся потолочную балку, стоял Чанёль. И как я не догадалась? Это ведь было его идеей — построить здесь домик. Но теперь его мечта рушится...

Ноги сами понесли меня внутрь. И как нельзя вовремя! Стоило мне подойти, как вторая балка сорвалась с потолка и, если бы не я, придавила Чанёля. По ощущениям в руку вонзилась сотня заноз, но благодарная искрящаяся улыбка того стоила...

— Почему дом рушится?

— В нём нет хозяйки, — пожал плечами, насколько это позволяла балка, маг.

— Почему бы тебе тогда не уйти отсюда?..

— Если я уйду, то куда она вернётся?

В носу снова защипало. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, о ком мы говорим.

— Но там буря...

— Пока этот дом жив, жива и моя надежда на её возвращение, но как только буря настигнет нас...

Он умрёт.

На душе заскребли кошки, совесть снова начала свою трапезу, где я была самым главным блюдом. Замотав головой, уронила балку, встретившись с удивлённым взглядом Чанёля. Отошла на два шага, затем ещё и ещё.

— Ёнхи, — окликнул Чанёль.

Я снова замотала головой, разворачиваясь и уже выбегая из дома.

— Не покидай меня... Снова... — он прошептал это, но я, уже пересекающая арку, почему-то услышала.

Всё тело била крупная дрожь, а я бежала и бежала. Я не вернусь! Это не моя вина! Не моё дело! Да и как он может умереть?! Он же огненный маг, не-не-не, это просто разыгравшееся воображение!

От быстрого бега лёгкие жгло огнём, дышать становилось всё сложнее, но я продолжала бежать, а его шёпот не отставал: «Стой... Не бросай меня... Не уходи...». И это бесконечное «Ёнхи, Ёнхи, Ёнхи», будто окружило со всех сторон и на разные лады. От этого ужасно звенело в ушах, бежать стало сложнее, ноги запутались, и я полетела прямо в раскалённый песок лицом, прикрывая уши и бормоча что-то, чего и сама не могла разобрать.

Резкий вдох, сажусь и тут же открываю глаза.

Вокруг меня какие-то люди водят хоровод, продолжая звать меня по имени. От этой адской карусели перед глазами потемнело. Зажав руками уши и уткнувшись в колени лицом, оглушительно закричала:

— Остановитесь! Хватит!

И всё смолкло. Я просидела в такой позе ещё немного, когда почувствовала аккуратное прикосновение к плечам. Кто-то гладил меня по спине, успокаивая. И эти прикосновения мне были слишком знакомы.

— Не трогай меня! — вскрикнула, поднимаясь на ноги и встречаясь с удивлённым взглядом тех самых карих глаз. — Не приближайся! — снова закричала, отходя на шаг, когда он протянул руку в мою сторону.

Я совершенно не понимала, что происходит, где я и почему он продолжает преследовать меня.

Не обращая внимания на мои крики, маг подошёл вплотную и сжал в объятиях, заставляя уткнуться себе носом в грудь.

Я продолжала что-то бормотать, из глаз, не переставая, лились слёзы. Это была истерика. Я сорвалась.

— Тише-тише, девочка моя, — шептал маг, поглаживая меня по голове.

— Я не хочу возвращаться, понимаешь? — заикаясь, сказала, поднимая голову и встречаясь с обеспокоенным взглядом. — Не хочу спасать твой дом, не хочу быть там хозяйкой, мне страшно, понимаешь?

По его лицу было видно, что он не понимает, но он согласно закивал головой, соглашаясь со всеми моими словами:

— Не хочешь, ну и не надо, кому нужны эти дома.

— Нет! Ты не понимаешь! Он... Он умирает без меня! — слова сопровождались новым потоком слёз. — Ты умираешь без меня, — уже тише и в бордовый мундир. Но, судя по замершим рукам, он услышал. А ставшие её крепче объятия говорили о полном согласии с моими словами.

— Я подожду, сколько нужно, — выдохнул, вновь начиная гладить меня по голове и спине.

И от этого стало лишь больнее.

***

Спустя некоторое время мне дали ромашковый чай, усадили в какой-то палатке. После чая все истерики отошли на второй план, зато на первом замаячили новые и куда более важные вопросы. Где я? Что произошло? Где Инна?

Долго ломать голову не пришлось, в палатку зашёл... Ну да, Чанёль, кто же ещё. Я даже подозреваю, что это его палатка.

— Предвосхищая все твои вопросы, Инна в порядке, спит вместе с остальными пострадавшими, их выхаживают наши лекари, ты пока первая из очнувшихся. На ваш поезд напали, распылив сонный песок, чтобы обезвредить отряд боевых магов, который направлялся к границе.

Сразу вспомнились новые пассажиры...

Кивнув, продолжила пить чай. Руки по-прежнему время от времени подрагивали. Находиться в одной палате с ним было... неловко.

— Как ты нашёл меня?

— Военная тайна, — ухмыльнулся.

Хотя, судя по масштабу произошедшего, это была не шутка.

— Не смей больше влипать в неприятности. В этот раз тебе повезло, что я оказался рядом, в следующий может не повезти. Лучше в ближайшее время никуда не высовываться из города.

Хотелось поспорить, но я и сама понимала, что что-то назревает. Да и сил не было никаких.

— Когда мы поедем домой? — поставила пустую чашку на столик. Зря, захотелось взять и разбить её себе об голову!

Домой?! Мы?! Ёнхи, мать твою да ты совсем умом тронулась!

Осторожно посмотрев на мага, не заметила ничего подозрительного. Он никак не отреагировал на мой косяк. Не заметил, наверное. Или не придал значения. Фух.

— Ты меня всё ещё боишься, — непонятно к чему сказал вдруг.

Вообще-то, он был не совсем прав. Процентов на сорок. Я боюсь своей реакции на него куда больше, чем его самого. Боюсь его влияния, но не его самого. Видимо, маги совсем недалёкие. Я же не бегаю... Ах, да, бегаю вообще-то. И всё равно, как можно было подумать, что я боюсь его?! Ладно, поводы были. Много поводов. Неважно!

— Раз уж у нас тут минутка откровений и выяснений отношений, то боюсь я совсем не тебя, Пак Чанёль, — горько улыбнулась, уставившись на свои ноги. — Я боюсь быть с тобой, — посмотрела ему прямо в глаза, на дне которых уже медленно загоралось пламя. Этого ещё не хватало. — Пожалуйста, усмири уже свой огонь, он на меня плохо влияет!

Снова топтаться на тех же граблях я не намерена.

Усмехнувшись, маг сел на пол прямо передо мной, заглядывая в опущенные глаза. Он и не думал усмирять пламя, наоборот, его глаза горели всё ярче и ярче, а я была всё дальше и дальше от спасения.

— Почему бы тебе не дать мне шанс? — проникновенно прошептал, продолжая завораживать меня своими глазами.

— Я его давала...

— Нет, шанс доказать, что со мной тебе нечего бояться, что рядом со мной для тебя будет безопаснее всего.

Чёрт бы побрал этих магов! Почему мне так сложно оторвать взгляд от его глаз? Знает ведь, что я голову теряю и тону в них, и нагло это использует!

— Применять гипноз и убеждение — нечестно, — выдохнула, практически смирившись со своей долей.

— Я же говорил, мы не умеем воздействовать на сознание человека. Просто ты всё никак не хочешь признать...

— Нет! — перебила, наконец, отворачиваясь. — Впредь я бы попросила воздержаться от таких методов... убеждения, — отчеканила, поднимаясь с горы подушек, на которой сидела, и направляясь к выходу из палатки.

За спиной сначала чертыхнулись, а потом вполне натурально... зарычали. И не успела я дотянуться до спасительной ткани, как меня уже сгребли в охапку, разворачивая к себе лицом. Я хотела вскрикнуть, но подавилась своими возмущениями, когда горячие губы прильнули к моим, как путник в пустыне к кувшину с водой. Бережно и жадно.

Я отчаянно и протестующе замычала, когда чужие зубы слегка прикусили и оттянули мою нижнюю губу.

Не было никакой возможности пошевелить руками: они были зажаты между нашими телами. Царапаться было совершенно бесполезно — мундир был хоть и лёгким, но ужасно плотным.

Разум медленно покидал меня, оставляя на растерзание собственным желаниям, которые слишком долго томились под семью замками, охраняемые мнимыми страхами, которые я сама же себе и придумала.

Рядом с ним было тепло и даже жарко, губы практически обжигали, но это не доставляло никакого дискомфорта, наоборот казалось, что я давно замёрзла и сейчас получила шанс согреться. И к собственному стыду я льнула к этому источнику тепла. Ему уже не было необходимости сжимать мои спину и затылок руками. Почувствовав, что я, наконец, начала отвечать, Чанёль опустил одну свою руку на мою талию, а вторую переместил на мою щёку. Не встретив никакого сопротивления, он провёл языком по контуру моих губ.

Стыд и позор мне, стыд и позор! Вечно верная своим принципам и убеждениям, я позволила себе нырнуть в омут с головой, со всей готовностью отвечая на каждую его ласку.

Обо всём остальном я подумаю завтра или ночью перед сном, а сейчас мне совершенно не хотелось покидать его тёплые объятия.

Отстранившись, мы посмотрели друг другу в глаза.

«Я слишком сильно скучал».

«Я слишком долго боялась».

— Теперь-то ты мне дашь шанс? — прошептал, поглаживая мою щёку большим пальцем.

Наклонив голову навстречу его руке, закрыла глаза и слабо кивнула.

Быть может, пора перестать бояться? Если он снова будет слишком настойчивым, я же смогу убежать в любой момент, ведь так?..

Нет, я не буду больше убегать!

Я просто разорву все наши с ним связи и уйду, не оставляя лишних пустых надежд. После себя нужно оставлять не боль, а грусть. Этой мудрости научила меня мама. И я только сейчас поняла в полной мере значение этих слов.

Глава 11

Дать второй шанс... Отношения... Всё это легко лишь на словах, на деле же я каждую минуту молилась, чтобы наши с Чанёлем пути не пересекались. В буквальном смысле, ибо в переносном они уже давно слились в одну широкую дорогу, по которой я на всех парах несусь прочь от мага, который, тем не менее, намного быстрее меня... В общем, я избегала его так искусно, как только могла. И у меня прекрасно получалось! И дело даже не в том, что я прекрасный конспиратор, — если бы это только было так! — а в том, что сам Чанёль был очень занят. Меня ни во что не посвящали, я знала лишь то, что мне рассказал маг. И этих сведений совершенно не хватало, чтобы объяснить, почему многие люди до сих пор не могут проснуться (и Инна в том числе, что меня пугает в большей степени), почему солдаты беспрестанно бегают вокруг, кричат и смотрят на всех растерянными глазами, чем всё «начальство» так взбешено. Я не понимала решительно ничего, спасало только чувство самосохранения. И оно настойчиво твердило мне не совать свой нос в дела военных, иначе можно без этого самого носа остаться. И к превеликому моему сожалению, это отнюдь не фразеологизм. Весь список моих действий ограничивался помощью лекарям и выполнением различных поручений кого бы то ни было. Одним словом, встретиться с Чанёлем у меня было ничтожно мало шансов. Конечно, я знаю, насколько удача любит меня, поэтому, собственно, и страхуюсь. А вдруг?

Времени на самокопание катастрофически не хватало. За день я уставала настолько, что засыпала при любой возможности. Наверное, поэтому я так и не поняла, что делать дальше. Я согласилась попробовать с ним ещё раз, но почему? Могу ли я ответить на его чувства взаимностью? Что со мной творится, когда он рядом? Это мои чувства или лишь внушение? А может, это лишь потому, что он маг, а я человек? Быть может, меня на уровне инстинктов к нему тянет? Ну, знаете, как у животных: сильный самец всегда в почёте, так и у меня? Не могу! Не знаю! Меня ужасно раздражает то, что я уже год не могу с этим разобраться. Конечно же, весь год я убеждала себя, что это совершенно ни к чему, ведь мы больше не увидимся, но, как я уже говорила, госпожа Удача слишком меня любит, чтобы так просто отпустить. Сейчас же, когда он рядом, меня хватает лишь на то, чтобы продумать дальнейшую тактику действий. Одно я поняла точно: Чанёль слишком напорист, даже если пытается дать мне время и пространство, продолжает давить морально. Да и мысли о нём совершенно не похожи на лёгких бабочек, никак нет, они, скорее, придавливают меня к земле тяжёлыми каменными плитами. Даже дыхание затрудняется, настолько мне тяжело о нём думать. Но я почему-то продолжаю это делать. Наверное, потому что иначе просто не могу?..

— Младший лейтенант Чон, — раздражённо окликнули меня, видимо, далеко не в первый раз.

Вздрогнув, обернулась, отвлекаясь и от тяжёлых дум, и от умывания подруги. За спиной стоял лейтенант Нам и, заметив, что я вышла из ступора, приветливо улыбнулся. Пожалуй, он единственный стихийник, который не внушает страх. И этот вывод был сделан не на основе моих личных наблюдений за ним, скорее, я видела реакцию на него всех солдат. Перед капитаном они ходили по струнке, а с лейтенантом могли позволить себе дурачиться, причём стихийник и сам с ними баловался. Так он несколько дней подряд полушутя напоминает мне о нашем свидании. Казалось бы, вот он — идеал для такой трусихи, как я. Красавец, стихийник, а значит несметно богат и неимоверно силён, да ещё и не нависает непреступной скалой, а действует аккуратно, подобно дикой кошке, подкрадываясь издалека. Чанёль в этом плане, скорее, огромный волк. Для медведя он слишком грациозен, а вот для волка самое оно. Однако опять все мои мысли свелись к огненному магу.

— Видимо, сегодня звёзды сошлись наискосок, раз вы настолько задумчивы, — раздалось уже совсем рядом. Моргнув пару раз глазами, посмотрела на теперь уже присевшего рядом со мной перед Инной лейтенанта. И когда только успел?..

— Возможно, — прищурившись от яркого солнца, посмотрела на небо. Голубое и безоблачное. Будто издевается над всеми нами.

С момента происшествия прошла неделя, но очнулись только пять человек. И, к сожалению, Инна в их число не входила.

— С ними ведь всё будет хорошо? — спросила, погладив подругу по голове и поднимаясь с земли.

— Обычно сонный песок не даёт длительного эффекта, но, буду откровенен, дела плохи. Неделя — это слишком долго. Радует только то, что многие начинают приходить в себя.

Это не могло не радовать. Отряхнув юбку, которую мне выдали, от пыли, я уже собиралась отправиться к остальным спящим, как меня вновь окликнул лейтенант.

— Сегодня командный состав собирает совет, где будет приниматься решение, стоит ли отправлять гражданских и вас в другой город для оказания дальнейшей помощи. А если быть точным, то будет обсуждаться, в какой город вас направить. Поэтому... Если вам есть, что сказать капитану, лучше это сделать сейчас. Кто знает, когда вы встретитесь вновь...

То есть как это? Нас переводят в другой город, а я, относящаяся к лейтенантскому составу, ни слухом ни духом?! Да что за чертовщина творится? Зачем отряд магов ехал вместе с гражданскими, зачем на поезд напали, зачем? Ни на один из своих вопрос я так и не получила ответа за всё это время, сколько ни подслушивала. И о том, что, оказывается, состоялись советы, я узнаю только сейчас! Конечно, я лишь на бумажке и погонах имею отношение к военным, но даже так! Как же я сейчас зла! Если есть, что сказать капитану, говорите? Что ж, я найду для него пару ласковых!

Дыша, как разъярённый буйвол, отправилась дальше по своим делам. Сейчас не время выяснять отношения. Вот как вернётся с собрания, так и устрою ему! Это так нынче отношения строятся? Ха! Чёрта с два ему в таком случае, а не шанс!

Сорвавшись по пути на парочке рядовых, почти успокоилась и перестала распугивать всех своим дьявольским дыханием. Рядовые, правда, так и не поняли, за что им влетело, но, видимо, привыкли. Неужели на них всё начальство срывается? Удобно, не могу поспорить, но потом бедные рядовые идут лечить нервы к не менее бедным медсёстрам вроде меня! И вот это уже совсем не весело, потому что нервные маги — это страшно. А нервные юные маги — это вообще атас!

Во всей этой суматохе день пролетел, как и обычно, незаметно. Я опомнилась лишь тогда, когда заметила, что из круга, образовавшегося рядом с костром, исчезли капитан, лейтенант и ещё парочка их «коллег».

— Капитана высматриваете, медсестра Чон? — рядом со мной на траву опустились рядовые Ким и О. С одной стороны, я была рада, что хоть кто-то скрашивал мои будни. К слову, О Сехун так же переживал за Инну, как и я, что наталкивало на определённые мысли.

Я уже говорила, что ни за что не отдам подругу в лапы рядового О, но этот малец тоже умеет удивлять! Всего за каких-то несколько недель он изменился до неузнаваемости. Больше никаких поползновений в мою сторону, как и в сторону другой женской части населения, что несказанно радовало. Да и к Инне он открыто не лез, скорее, доставал своего друга, а тот в свою очередь не давал покоя мне. И всё же, видя, как он иногда стоит рядом с подругой и что-то бормочет себе под нос, я понимаю, насколько он вырос. Возможно, Инна и есть та самая для него? Если это серьёзно у него, то я себя ждать не заставлю, обязательно заставлю подругу дать ему хотя бы шанс! Только бы выяснить, насколько она для него дорога...

— Если вы и дальше будете на меня так смотреть, я невольно решу, что все мои предыдущие попытки растопить лёд между нами не были напрасными, — подмигнул мне рядовой О, выводя из задумчивости.

Что я там говорила? Остепенился? Держи карман шире! Беру свои слова обратно, рядовой О — это рядовой О и ничто его не изменит.

— Нет, серьёзно, это пугает, — передёрнул плечами.

— А, извини, я сегодня весь день такая, — улыбнулась уголками губ, переводя взгляд на огонь. И тут же отвернулась. В моей жизни и так слишком много огня, чтобы ещё и добровольно им любоваться.

— Это правда, что вас переводят вместе с пострадавшими? — вопрос читался в глазах Сехуна, но задал его по традиции Чонин.

— Не знаю, — честно ответила. — Но скорее всего, так и есть. Не волнуйся, рядовой О, мы с тобой не потеряем нашего тесного контакта, — подмигнула и тут же вздрогнула, услышав недовольное покашливание. Это капитан Пак сзади прошёл, недовольно сверкнув полыхнувшим в глазах пламенем. Услышал. И не так понял. Видимо, претензии сегодня будут не только у меня. — Если не будет тебя, у меня попросту не останется смысла ставить уколы, — задорно улыбнулась, когда справа послышалось обиженное сопение.

Мы просидели так ещё час или около того, а затем я поднялась и, попрощавшись с рядовыми, направилась прямиком в палатку Чанёля.

Зайдя внутрь, ахнула, схватившись за сердце. Ну и свинарник! Такое ощущение, что здесь живёт стая крыс, а не один чистоплотный (в теории) огненный маг. Весь пол, представляющий из себя шёлковую ткань, был усеян различными бумажками разной степени скомканности. Тут были и совершенно гладкие, и уже скомканные до размеров маленького мячика, и даже частично сожжённые листы.

Поцокав языком, поставила на место опрокинутый стол и принялась собирать сначала невредимую бумагу. Читать, что там написано, совершенно не хотелось. Смысл? Если я собираюсь упрекать мага в нарушении доверия, должна сама ему безоговорочно доверять. Хотя бы для вида.

Когда со всё ещё представляющими ценность для мага бумагами было покончено, принялась ногой выметать за пределы палатки весь мусор. Не знаю, сколько времени заняла уборка, но снаружи уже было тихо — маги улеглись спать.

Вздохнув, плюхнулась на подушки и подняла голову. Рот непроизвольно открылся. Я и не замечала, что у него есть небольшое окошко, через которое видно небо. Немного помешкав, взяла несколько подушек и перетащила прямо под это окошко. Давненько я не любовалась звёздным небом. Интересно, как там моя звёздная карта дома? Как там родители? Возможно, пора бы уже выйти на контакт с мамой... Но адрес, разумеется, лучше не указывать. Она у меня, конечно, отходчивая, но затянувшаяся прогулка с подругой не идёт ни в какое сравнение с побегом со свадьбы, так что... Перестраховка лишней не бывает!

Внезапно снаружи послышались голоса, а затем приближающиеся к палатке шаги. И только сейчас я поняла, что так и не придумала, с чего начать. «Привет, это я, как там собрание?» — это просто ужас, а если без приветствия, то слишком грубо...

— Ты что здесь делаешь?

Я вздрогнула от стальных ноток, скользнувших в голосе. Поднявшись с подушек, обернулась к Чанёлю, который смотрел на меня раздражённым и крайне уставшим взглядом. Даже пламя, которое всегда полыхало на самом дне его шоколадных глаз, сейчас почти потухло. Как-то не вовремя совесть решила сделать укольчик. Прокашлявшись, хотела уже было сказать хоть что-то, но меня перебили, заставив подавиться воздухом и собственными словами.

— Ты читала? — рявкнул маг, практически подлетая ко мне и дёргая за руку, поднимая с земли.

— Да что с тобой не так?! Я ничего не читала, успокойся!

На секунду он замер, смотря в мои глаза, будто пытаясь понять, вру я или нет, а затем выдохнул, отпуская меня. Я отошла на пару шагов, потирая кисть, на которой завтра явно расцветут синяки.

— Прости, перенервничал.

— Я заметила, — фыркнула. — Лейтенант Нам мне всё рассказал.

— Сердишься из-за того, что тебя переводят?

— Нет, — на меня взметнулся несколько удивлённый взгляд. Да-да, я не так проста! — Я злюсь из-за того, что узнала это не от тебя.

И только сейчас я поняла, насколько глупо, наверно, выгляжу. Как капризный ребёнок. Или хуже того: как обиженная влюблённая дурочка. Нет-нет-нет, прочь мысли о влюблённости, это всё его шарм!

На удивление он ничего не ответил, лишь развёл руками. Да уж, обстановка к задушевным беседам явно не располагала, сейчас мы оба испытывали неловкость.

— Зря я, наверное, пришла... — пробормотала, уже собираясь выйти, но меня поймали за руку. На этот раз мягко, я бы даже смогла вырваться при желании. Но желания убегать не было никакого. Сколько можно?

Тема будто исчерпала сама себя, моя дневная вспышка гнева ещё днём и закончилась, а за ней, как оказалось, не было совершенно ничего. Я, конечно, очень эмоциональна, но беспочвенные вспышки гнева мне не совсем присущи.

Развернувшись лицом к магу, присевшему на край лёгкого, но довольно высокого стола, позволила притянуть себя практически вплотную. Сейчас мои ноги были в кольце его бёдер. Маг держал меня за руки, как-то странно смотря в глаза. Создавалось такое впечатление, что сейчас происходит что-то важное, что-то такое, чего я не могу понять, но ощущаю всем своим естеством.

В шоколадных глазах напротив снова потихоньку начало разгораться то самое пламя, которое буквально сводило меня с ума, как кошачья мята кошку. И только сейчас я поняла, что больше не боюсь его. Он вновь ведёт себя настойчиво и даже грубо, но... я больше не боюсь.

Мы смотрели друг другу в глаза, он держал меня за руки, я чувствовала, что осознание чего-то важного уже вертится в моей голове, но пока не могла поймать его. Такой романтичный момент могла испортить разве что...

— Старость не радость, — ойкнула я, когда у меня внезапно хрустнуло бедро, после того как я перенесла на него вес.

Маг лишь посмеялся, вставая со стола и направляясь к подушкам. Усадив меня на них и приземлившись рядом, он вновь взял мою руку, слегка поглаживая большим пальцем.

— Не хочу отпускать тебя, только не снова, — прошептал он, зарываясь носом в мои волосы.

— Снова? А разве я не сбежала в тот раз? — ехидства во мне хоть отбавляй.

— Так думаешь только ты. Если бы я действительно, как ты говоришь, не уважал твой выбор, то вернул бы тебя ещё до того, как ты села бы в поезд.

Вечный источник, я что, настолько тупая? Совесть уже точила приличных размеров ножик, поглядывая на меня и улыбаясь, как заправский маньяк.

— Когда мы уезжаем? И куда? — всё-таки подняла тему, которая так и висела в воздухе.

— Завтра вечером. Поскольку среди пострадавших есть и боевые маги, вас направили в закрытый военный городок, о котором мало кто знает. Там вы будете в безопасности.

Так скоро... Чёрт возьми, я только начала привыкать к мысли, что разрешила огненному действовать так, как он привык. Ну... Разве что чу-у-уточку осторожнее. Судьба, твои пинки становятся всё изощрённее и изощрённее.

Внезапно горячие руки мага сжались на моей талии. Я и не заметила, как они туда перебрались. Иначе бы совершенно точно остановила поползновение. Да... Остановила бы... Совершенно точно...

Горячее дыхание коснулось шеи, а затем его сменили губы. Этот поцелуй был больше похож на лёгкий, невесомый шёлк, который приятно скользнул по шее.

— Люблю тебя, — шепнул мне на ухо.

Я замерла. Разумеется, я догадывалась, да что там догадывалась, я знала, но не хотела признавать до самого конца. Но сейчас это было неожиданно. Маг тоже замер, испугавшись моей реакции.

Как хорошо, что он сидит чуть позади и не видит моего лица и лихорадочно бегающего взгляда. В голове вертелся лишь один вопрос: что делать? Сбросить чужие руки и снова сбежать, окончательно всё разрушив? Или же пойти ва-банк и довериться своим чувствам. А вдруг это не любовь? Вдруг это лишь временное увлечение? Я ведь не особо-то и задумывалась о нём, пока он не появился в моей жизни вновь. Каждый день — это ведь не каждую секунду, верно? Чёрт, я так и не разобралась в своей непутёвой голове.

Маг воспринял это по-своему, тут же убирая свои руки и отодвигаясь от меня. Над нами будто сгустились тучи.

Я не знаю, чем руководствовалась, когда разворачивалась и прижималась к нему вплотную, обнимая за шею. Не знаю, чем думала, первая целуя его в губы. Но одно я знаю точно: мне просто не хотелось видеть его подавленным. Только не из-за меня.

А он будто этого только и ждал, одна рука тут же сжала талию, прижимая к себе ещё теснее, а вторая нежно коснулась затылка. Пальцы зарылись в волосы, заставляя меня почти по-кошачьи мурлыкнуть. Маг улыбнулся в поцелуй, слегка отстраняясь, чтобы потом поцеловать с ещё большим напором. Как умеет только, наверное, он. Создаёт видимость выбора и свободы, хотя и не думает отступать. Чисто капитанская хватка. Вполне в стиле огненного мага.

— Останься сегодня со мной, — прозвучало почти как мольба.

И я сдалась. Моя крепость рухнула окончательно. Осада, длившаяся больше года, наконец закончилась. Совесть перестала точить нож и обиженно засопела, а гордость уже разминала голосовые связки, чтобы завтра вопить о том, что её ущемили и вообще ни разу не послушали. Но мне стало так плевать на это. Мои тараканы были, есть и будут всегда со мной, а Чанёль может и исчезнуть. Наконец-то я правильно расставила приоритеты. Кажется...

Позволив повалить себя на подушки и сразу же подмять под буквально полыхающее огнём тело, вцепилась пальцами в мундир, отвечая на поцелуй.

Возможно, это последний момент, который мы проведём вместе. Кто знает, что будет завтра? Может, самого завтра вообще не будет, так зачем о нём думать, когда сейчас так тепло и хорошо. Так волшебно ощущать себя любимой и желанной. Необыкновенно...

Несмотря на то что будет завтра, я не буду ни о чём жалеть. Пора перестать выдумать себе страхи и проблемы.

Глава 12

Утро встретило ласковыми (что удивительно для этой местности) лучами солнца, которые будто устроили салки у меня на лице и то и время ненароком пробегали по глазам. Перевернувшись на другой бок, я сразу же ощутила горячее дыхание на своём лице. Картины минувшей ночи тут же поспешили ворваться в сознание, заставляя с ужасом открыть глаза. И то ли это было смущение, то ли дыхание слишком уж горячее, но лицо вспыхнуло, как спичка, а в горле стало ещё более сухо, чем в пустыне вокруг. От нахлынувших противоречивых чувств захотелось закричать, в истерике забиться в угол, но в то же время эти мгновения спокойствия и умиротворения были настолько хрупки, будто состояли из хрусталя.

— Проснулась? — на меня внимательно смотрели глаза, в которых появилось нечто новое. После вчерашнего всепоглощающего пожара, в них теперь горело тёплое пламя, которое время от времени будто выбиралось наружу, так и норовя лизнуть кончик моего носа. Это был огонь, который, наверное, во всех книгах именуют домашним очагом — нежный, мягкий, уютный, оберегающих от всех бед и напастей.

И эта нежность захлестнула меня с головой, я позволила себе расслабиться и окунуться в неё, утонуть в этом янтарном огне.

С по-настоящему счастливой улыбкой приняла лёгкий поцелуй в губы. Широкая ладонь, до этого покоившаяся у меня на рёбрах, медленно спустилась к лопаткам, притягивая меня ближе к магу. Вплотную.

Лицо уже не просто горело, оно полыхало, а воспоминания проносились рядом ярких картинок перед глазами.

В конце концов, я не выдержала этого и уткнулась носом в грудь огненного, слыша, как спокойно, размеренно, бьётся его сердце. И на удивление, моё билось ему в унисон.

— Нам пора вставать, — нехотя озвучил он то, что было и без слов понятно. Как и было очевидным желание остановить время и остаться в этом моменте навсегда.

Меня обняли ещё крепче, а мягкие горячие губы принялись одаривать поцелуями каждый сантиметр тела, до которого дотягивались: глаза, щёки, нос, лоб, шея, плечи, запястья...

От переизбытка приятного даже в носу защипало.

Наконец оторвавшись от меня, маг поднялся с подушек, служивших кроватью, и начал собирать с пола свою одежду, которая была разбросана по всему шатру. Я же, смутившись этой картины, нащупала покрывало, которое затерялось где-то между подушек и закуталась в него по самый подбородок, очень «вовремя» вспомнив о своей наготе. Это не осталось незамеченным: маг издал смешок, но, получив рассерженный взгляд, поспешил нацепить серьёзную маску на лицо.

— Вчерашние переговоры прошли вполне продуктивно.

— Кто прошлое помянет, тому оба глаза вон, — фыркнула.

— С вами приятно работать, надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество, — не унимался он, вгоняя меня в краску.

Когда он всё же оделся, я осмелилась подняться, всё ещё придерживая покрывало, и подойти к магу. Меня сразу же заключили в крепкие объятия.

— Ты ведь не думаешь сбежать, верно? — заглянул мне в глаза и янтарный огонёк начал нервно дёргаться.

Я лишь отрицательно мотнула головой, поднимаясь на носочки и притягивая его за шею к себе для поцелуя.

— Младший лейтенант, вы считаете, что мы не пришли к единому выводу на переговорах и хотите продолжить? — нахально улыбнулся прямо в губы.

— Капитан, идите к чёрту, — не осталась в долгу. Но маг тут же подхватил мою нижнюю губу зубами, оттянув её, а затем очертил контур языком, полностью овладевая моим ртом.

Медленно, но неотвратимо воздух вокруг начал накаляться. Поцелуй становился всё более настойчивым, страстным, обезоруживающим и лишающим всяких мыслей и почвы под ногами. Я лишь беспомощно чувствовала, как по спине скользит вниз покрывало. Когда же меня подхватили под ягодицы и усадили на край стола, я уже отчётливо осознавала, что покрывало окончательно свалилось, но ничего поделать с этим уже не могла да и, признаться честно, не желала.

Наше дыхание сбилось и смешалось в какой-то невообразимый единый поток, наэлектризованный настолько, что, я готова поклясться, вокруг всё искрилось.

— Капитан!.. Оу... — в шатёр заглянул рядовой Ким, но, увидев происходящее, поспешно повернулся спиной. — Прошу прощения, что открываю вас от э-э-э... важных переговоров, но через час нам нужно начать готовить всё для отправления гражданских, — выпалив это на одном дыхании, он тут же скрылся.

— Кажется, наши переговоры придётся перенести, — пробормотала, тяжело дыша и продолжая цепляться за бордовый мундир.

— Такие дела государственной важности переносу не подлежат, — категорично заявил капитан Пак, жадно целуя мою шею и посылая разряды по всему телу. Вновь разгорающийся пожар на дне его глаз уже невозможно было затушить.

***

Снаружи уже кипела работа: голоса бегающих туда-сюда солдат доносились сквозь тонкую ткань шатра. Я же стояла посреди него и всё ещё не могла решиться покинуть этот островок безмятежности. Буквально несколько минут назад Чанёль вновь всколыхнул воспоминания о нашем знакомстве, поставив упирающуюся и безбожно смущающуюся меня прямо по центру шатра. Уже знакомое, но, казалось, давно забытое чувство облизывающего всё тело пламени прошлось от ног к самой макушке. Моя одежда вчера не выдержала и пала в яростной схватке с огненным магом и теперь валялась горсткой пепла в углу возле подушек, а после моего предложения прямо так и выйти к остальным, меня облачили в ярко-красную тунику и бордовые обтягивающие брюки, прикрыв всё это широким плащом с капюшоном, которой, по словам самого мага, спасёт меня в любую жару от участи несчастной курочки, поджаренной на костре.

И всё же вечно оставаться здесь было нельзя: я была нужна там. Раненые и до сих пор не пришедшие в себя сами не соберут свои вещи.

Собравшись с духом и всё-таки покинув своё убежище, я на секунду зажмурилась из-за слепящего глаза солнца. Всё было таким же, как всегда, но что-то неуловимое изменилось. Или это я изменилась?..

Пройдя в шатёр с пациентами, я столкнулась взглядами с рядовым Кимом, который складывал все лекарства и провизию в огромные ящики. Он хитро улыбнулся мне, но ничего, к моему великому облегчению и несказанному счастью, не стал говорить об утреннем инциденте.

Я приступила к осмотру для дальнейшего распределения по вагонам раненых. За прошедшую ночь в себя пришли ещё несколько магов, которые, не слушая мои предостережения, уже рвались на помощь остальным. Я еле успевала отсоединять капельницы, чтобы они ненароком не вскрыли себе вены, спеша покинуть полевой госпиталь. Однако кое-что меня смущало в их состоянии. Они выглядели бодро, не жаловались на боли, да и вообще я бы сказала, что их состояние было прекрасным, если бы не одно но.

— Что-то не так? — заметив мой нахмуренный взгляд, с опаской, настороженно, спросил один из магов, судя по всему, пребывающий на службе дольше, чем я вообще живу. Я промолчала, убирая напоясную сумку фонарик, которым проверяла магический запас.

— Вам не о чем беспокоиться, — слабая попытка утешить, в которую, естественно, никто не поверил.

Обойдя всех пациентов, я вышла на улицу, хмуро обведя взглядом лагерь в поисках капитана или хотя бы его зама, старшего лейтенанта Нама. Происходящее мне нравилось всё меньше и меньше.

Наконец, заметив бордовый мундир в толпе снующих солдат, я направилась в его сторону, обдумывая, как мягче преподнести отнюдь не радостную информацию.

— Капитан Пак, можно вас на пару минут?

Судя по его взгляду, он сначала хотел пошутить, но, внимательнее вглядевшись в моё лицо, тут же стал предельно серьёзен, почуяв неладное. Отдав приказ остальным магам, он взял меня под руку и повёл к себе в шатёр.

— Я провела осмотр всех очнувшихся магов.

— И? Каковы итоги? Они здоровы? Могут продолжать службу? — напряжённо спросил огненный.

Я долго думала, что сказать. Как ни крути, смягчить тут не получится. Кусая губы и просверливая дырку в полу, я никак не решалась озвучить то, зачем, собственно, и подошла к нему.

— Всё дело в том...

— Ну же, лейтенант Чон, у нас совершенно нет времени ждать, пока вы разродитесь, — в его голосе слышались стальные нотки.

Это вгоняло меня в ступор ещё сильнее. Он сейчас раздражён? Из-за меня? И к чему этот резкий переход на формальное общение, если мы сейчас наедине?

— У них больше нет сил, — резко выпалила я, зажмурившись в ожидании бури.

И она наступила. Чанёль пришёл в бешенство: воздух вокруг буквально начал плавиться, мне стало невыносимо душно, будто я находилась в самом центре ада.

— Что это значит? — рявкнул он, ударив кулаком по столу, отчего тот треснул и сломался пополам.

Больше всего на свете я сейчас хотела оказаться как можно дальше отсюда, но судьба меня снова не слушала, поэтому я продолжала стоять посреди этого пекла в метре от взбешённого огненного мага.

— У них нет реакции зрачка.

— Ты уверена? Ты проверила свой чёртов фонарь? — он буквально рычал.

Я посмотрела в его наполненные яростью горящие алым пламенем глаза. От страха, охватившего меня, пальцы похолодели, несмотря на пекло вокруг, а в горле встал ком. Я пыталась, изо всех сил старалась сейчас не расплакаться, но комок обиды выпустил свои когти и уже во всю полосовал рёбра и горло изнутри. Почему он срывается на меня? Что я сделала?

— Выйди.

Это было последней каплей. Я тут же опустила глаза в пол и отвернулась, пока он не успел заметить подступившие слёзы. Не медля ни секунды, я вылетела со скоростью ветра из шатра и, не обращая ни на кого внимания, рванула подальше, за пределы лагеря, туда, где уже стоял ожидающий нас поезд. Спрятавшись за ним, я без сил рухнула на песок и уже не смогла сдержать рвущуюся наружу истерику. Я совершила много не самых лучших поступков, но такого я уж точно не заслужила. Не в этой ситуации. Какое вообще он имел право меня оскорблять?!

Теперь уже скорое отправление в другой город совсем не казалось мне чем-то ужасным. Наоборот это стало самым желанным исходом.

Глава 13

Сколько я так просидела, комкая края плаща и пытаясь успокоить свою истерику? Минут десять? Двадцать? А может и несколько часов. Однако когда я всё же собралась с силами и покинула своё убежище, в лагере было всё ещё суетно: туда-сюда бегали маги и лекари. Новость о том, что пришедшие в себя солдаты оказались "пустыми" явно была уже донесена до оных, потому как они с ничего не выражающими лицами помогали погружать провизию, лекарства и носилки со спящими пострадавшими в поезд.

Я поспешила в шатёр и принялась искать свою подругу. Кто знает, вдруг она уже пришла в себя?

На полпути меня остановил старший лекарь и взгляд его не предвещал никаких хороших вестей.

- Пройдёмте, мы вас везде ищем, сейчас состоится совет.

Я прошла за ним в так называемый штаб, самый большой шатёр, стоящий поодаль от всего лагеря. Внутри стояли все лекари, несколько магов, которых я проверяла утром, и, естественно, командный состав в лице Чанёля и Нама. Лица у всех были хоть стой, хоть падай. Подозреваю, что повестка собрания мне уже известна.

- Сегодня утром, как вы уже знаете, мы столкнулись с полным опустошением магического запаса у пробудившихся, - начал Чанёль.

Мне на него смотреть не хотелось абсолютно. Только не сейчас. Возможно, один на один со мной он и ведёт себя осторожно, нежно, но стоит только появиться хотя бы на горизонте его службе, как он превращается в демона, присланного из самой преисподней. И таким я его видеть уж точно не хочу. Никогда больше.

- Дела могут обстоять намного хуже. До сих пор не пришёл в себя ни один гражданский, - прокашлявшись, озвучил всеобщие опасения старший лекарь. - И есть основания полагать, что был применён не обычный сонный песок.

- Что вы хотите этим сказать? - напряжение разлилось в воздухе.

- Всем здесь присутствующим очевидно, что сон или транс, вызванный этим песком, выкачивает силы. И если у магов это их запас, то у гражданских...

В глазах потемнело. Я поняла, к чему он ведёт. Сон отпускает выжатых магов, ну а у людей выкачивать-то нечего, кроме...

- Вы хотите сказать, что гражданские могут не проснуться вовсе? - ошеломлённо произнёс лейтенант Нам.

- Именно так, - лицо старшего лекаря стало подобно статуе: он напрягся, его взгляд потух.

- Постойте... - прошептала я, а затем, прокашлявшись, продолжила: - Прошу прощения, но как это возможно?

- Нам эта технология не знакома, но...

- Нет-нет, я не об этом. Я ведь почему-то проснулась? Хотя я никогда не обладала магическими силами! Как можно объяснить это?

Все присутствующие замерли. Видимо, уже успели забыть, кто был первым пришедшим в себя.

- Нам нужно провести ряд тестов с проснувшимися, но пока мы не знаем, с чем столкнулись.

- И что вы хотите этим сказать? - голос Чанёля буквально резал воздух миллионом лезвий.

- Мы не можем отправить поезд, пока не проверим всё, - кажется, лекарь сам перепугался не на шутку этих слов, а уж когда поднял взгляд на капитана, побелел, как полотно.

Огненный же пришёл в ярость: вокруг стало невыносимо жарко, сам воздух начал плавиться. Все присутствующие синхронно отступили к выходу и уставились себе под ноги. У меня сердце ушло в пятки, но я сейчас не думала о гневе огненного мага, я думала только о том, что моя самая близкая подруга до сих пор не пришла в себя. И может уже никогда не проснуться, если мы ничего не предпримем.

- Исключено.

- Нет! - воскликнула, прежде чем успела осознать. - Если это поможет, то я полностью согласна - нужно провести все необходимые тесты. Когда поезд приедет в пункт назначения, может быть уже поздно.

- Мы не можем обеспечить должную безопасность здесь, - зло отчеканил каждое слово Чанёль.

- Но когда мы приедем, безопасность обеспечивать будет уже некому! - из глаз хлынули слёзы и голос дрогнул.

Не выдержав взглядов, направленных на меня, я выскочила из шатра и побежала в сторону спящих. Плевать! Плевать, что они там решат - я никуда не поеду, пока не буду уверена, что Инна поправится! И пока не узнаю, что за дрянь пустили в поезд! Если нужно, я сама этому Паку всё выскажу, пусть прибьёт меня на худой конец.

Рядом с Инной вновь дежурил рядовой О. Стоило мне подойти, он дёрнулся, попытался продолжить собирать все необходимые вещи, но я осторожно положила руку ему на плечо, и он расслабился. Его плечи и руки опустились.

Инна безмятежно спала, даже не хмурилась. Либо ей ничего не снится, либо она сейчас слишком далеко от этого мира. Я не стала рассказывать рядовому о том, что было на этом злосчастном совете, но он и так по моему лицу понял, что хороших новостей у меня для него нет. Мы простояли так некоторое время молча, пока за пределами шатра не послышались команды. Сехун тут же собрался, похлопал меня по плечу (удивительно, и как он так повзрослел всего за несколько дней?) и покинул шатёр. Но тишина не продлилась долго, вскоре ворвались обеспокоенные лекари, которые что-то бурно обсуждали. Я даже не старалась вслушаться в их разговор, однако старший лекарь подозвал меня к себе.

- Отправление поезда перенесли, но у нас не так много времени. Сейчас уже поздно, поэтому обследование мы начнём завтра. Будет тяжело, поэтому сейчас настоятельно рекомендую выспаться.

С этими словами он буквально вытолкал меня из медицинского шатра. Облегчение, которое, наверное, должно было прийти вместе с этой новостью, так и не пожаловало. Наоборот тревога узлом сплелась на шее, затягивая петлю и мешая сделать вдох. Не зная, что ещё можно сделать и какую пользу принести, я всё-таки прислушалась к словам пожилого мужчины. В общий шатёр идти не хотелось, но и к Чанёлю идти было опасно: он сейчас наверняка злой, как тысяча чертей. Хотя, быть может, его сейчас там и нет, судя по бегающим туда-сюда людям, работы в лагере ещё очень и очень много.

Осторожно заглянув и ожидаемо никого не обнаружив, я прошла в шатёр огненного мага, перетащила подушки на то самое место под окном и без сил плюхнулась на них. Звёзды, что же вы такое приготовили для меня? Какие ещё будут карательные пинки от судьбы?..

***

Резкий звук заставил меня подскочить. Видимо, я так и заснула, смотря на звёзды. Оглядевшись по сторонам, я увидела Чанёля, который нервно перебирал бумаги над остатками своего стола. От него не укрылось моё пробуждение и теперь он очень пристально смотрел на меня. Теперь пламя в его глазах было буквально пожирающим всё живое.

- Извини. Не хотел тебя разбудить, - холодно сказал он.

Наверное, стоило бы оскорбиться, но сейчас я поняла, что лучше уж холодность в его словах, чем то бешенство, которое под ней скрывается. А чего я ждала от огненного мага? Уравновешенности? Спокойствия? Ну ведь не настолько же я глупа... Моментами...

Осторожно поднявшись, тихо подошла к нему и заглянула в глаза в надежде увидеть хоть на секунду тот огонь, который согревал и успокаивал.

- Не провоцируй. Я и так еле сдерживаюсь.

- Почему? Ты зол на всех или на меня конкретно?

Секунда молчания, за которую я вполне успела осознать свою ошибку. Бам! Взорвалось терпение мага, стопка листов упала на землю.

- Представь себе, я злюсь на всех и на тебя в особенности! - практически прорычал.

- Почему?

- Зачем ты вообще сказала о своём пробуждении? Захотелось погеройствовать? Ты понимаешь, что здесь я не смогу обеспечить безопасность ни всем этим пострадавшим, ни тебе, чёрт тебя дери! - он зло посмотрел прямо мне в глаза. По коже пробежали мурашки.

- Возможно, ты забыл, но там моя подруга! И если я могу чем-то помочь, я сделаю всё для этого! И плевать я хотела на эту твою безопасность! - прокричала, чувствуя, как слёзы снова катятся по щекам. Ну и нервные времена для меня настали. - Что мне толку от этой безопасности, если... Если... - произнести самое страшное не хватало сил, я лишь заикалась и захлёбывалась в собственных слезах.

Чанёль тут же подошёл ко мне и заставил посмотреть ему в глаза. Теперь в них плескалось беспокойство, его гнев отступил. Но меня уже было не заткнуть.

- Ты только и делаешь, что бесишься по любому поводу! То весь такой тёплый, то сжигаешь дотла! Я не... Я не могу, не хочу и не буду перед тобой бегать на цыпочках, боясь рассердить! И вообще... Я могу помочь им! Хоть чем-то! Почему ты всё решаешь за меня?!

- Тише-тише... - осторожно обнял меня, поглаживая по волосам. - Я ничего за тебя не решаю, я просто беспокоюсь. О тебе, о тех, кто пришёл в себя, и о тех, кто до сих пор спит. Мы в очень уязвимом положении здесь, посмотри вокруг - пустыня! Мы здесь как на ладони!

- Но мы ведь не можем просто так их бросить, мы должны что-то делать! - не унималась я.

Он положил свои руки мне на щёки и поднял голову, чтобы наши взгляды встретились. Вздохнув, он поцеловал меня в лоб.

- Ладно, я разрешу вам всем остаться, мы бросим все силы на защиту, но пообещай мне одно. Ты всегда будешь рядом со мной. Ни на шаг от меня.

- А тесты...

- Проведут здесь. Я не прощу ни тебя, ни себя, если с тобой что-то случится.

- И я буду сидеть здесь взаперти?..

- Послушай меня хоть раз, прошу! - вокруг снова стало опасно горячо. - Я не хочу запирать тебя, но сейчас это просто необходимо. Пожалуйста, не влипай никуда хотя бы несколько дней. Я не смогу сосредоточиться на работе, если буду постоянно беспокоиться о тебе. А ситуация сейчас требует полной сосредоточенности. Все барьеры и вся охрана такого большого лагеря требуют колоссальных затрат. Я не могу ошибиться...

И только сейчас я поняла, почему он так реагировал. На него давит неимоверный груз ответственности и я никак не помогаю ему с этой ношей. Кажется, даже огненные маги могут бояться чего-то. И если уж он боится, значит дела действительно плохи. Катастрофичны.

- Пойдём спать, завтра тяжёлый день для всех нас, - ещё раз поцеловав меня в лоб, он взял меня на руки и уложил на подушки, крепко обнимая.

И в этом тепле хотелось раствориться. Здесь нет никаких тревог, страхов и переживаний. И о плохом думать совершенно не хочется. Возможно, мой побег и имел смысл. Если бы не он, кто знает, открылись бы мне эти стороны мага или нет?..