Парень не моего романа

Глава 1

Я бежала. Бежала со всех ног. Так быстро, как только могла. Толпа не разомкнулась, не разошлась. Рядом кто-то недовольно вскрикнул — нечаянно толкнула плечом и невнятно извинилась. Лишь бы не видеть и не смотреть. Где-то позади, петляя по коридорам и еле успевая, меня догоняла лучшая подруга Маринка.

– Катя, стой! Да подожди же ты! – слышала через толпу её возмущенные крики, но продолжала бежать дальше. Не верила, просто отказывалась верить, что все это происходит именно со мной!

В душе клокотала обида. Яркая, жгучая. И другое, ранее неведомое мне чувство — ревность. Именно она выбивала воздух из легких и гнала вперед. Только бы не видеть этих двоих и не топтать светлое чувство, бережно хранимое мной долгие годы. От хорошего утреннего настроения не осталось и следа.

Сердце гулко барабанило о грудную клетку, и, наконец, выдохшись, я остановилась посреди коридора. Но останавливаться не стоило. Не стоило даже оборачиваться, потому что именно в этот момент в моей душе что-то оборвалось.

Кирилл вывернул вместе со своей светловолосой спутницей из одного из университетских коридоров и двинулся в моем направлении. Я замерла. Пальцы сами собой сжались в кулаки. Он променял меня на нее… Променял МЕНЯ на НЕЕ — и никак иначе! В глазах предательски защипало.

Хотелось кричать. Рвать. Метать… Но я молчала. Не в силах была даже пошевелиться. Нет, в столовой мне не показалось. Сомнений больше не было — я узнала эту девушку.

В горле образовался ком. И пока они не подошли слишком близко, поспешила отвернуться к окну учебного корпуса.

Тем временем причина моих бед чинно прошествовала по коридору и даже не обернулась. Мой парень… Нет. Бывший парень стремительно скрылся за дверью аудитории, что-то увлеченно рассказывая своей блондинистой сокурснице. Близко. Слишком близко и, как мне показалось, даже интимно прикоснулся к её плечу, пропуская свою даму вперед. Черт, черт, черт. Глупая надежда, что это какая-то ошибка, рухнула окончательно. Рассыпалась карточным домиком и превратилась в труху.

– Эй… ну ты чего сорвалась-то, как ужаленная? – оторвал меня от созерцания массивной двери голос подруги. Маринка хоть и выглядела запыхавшейся, но проследив за мной взглядом, мгновенно оценила масштабы катастрофы и тихо выругалась. – Только не реви! – строго сказала она, уперев руки в бока. – Кирилл и мизинца твоего не стоит! – И тут же поспешила загородить собой пространство, чтобы я не могла больше следить за парнем и его спутницей.

– Но это же Соколова рядом с ним! Соколова! – мой голос дрожал. Я подняла на подругу затравленный взгляд и невольно вздрогнула, едва вспомнив, как Кирилл почти по-хозяйски обнимал блондинку в столовой.

Маринка в ответ только осуждающе покачала головой, а меня тем временем захлестывали волны обиды. Спутница Кирилла была мне очень даже знакома. Инна Соколова — мечта парней и мой личный ад.

Тогда я только-только переступила порог высшего учебного заведения. Вдохновленная окончанием обучения, подала вместе с любимым документы в экономический университет. Даже то, что нас распределили по разным группам, меня ничуть не пугало. Так и должно быть. Разные специальности, разные группы. Не все же нам вместе под ручку ходить.

– В том даже есть свои плюсы, – подтрунивала я над недовольным этим фактом Кириллом. – Списывать тебе не у кого будет.

Он смеялся, а я даже не догадывалась, что как раз таки распределение по разным группам и положит конец нашим отношениям.

Она появилась внезапно. Как резкий порыв ветра посреди солнечной и ясной погоды. Её брезгливый взгляд, которым девушка окинула меня с ног до головы, прошелся волнами неприязни по телу. На секунду остановившись на моей любимой строгой блузке в синюю клетку, блондинка плотоядно улыбнулась.

– И что он в тебе нашел? Подобие одно, а не девушка.

Тогда я еще не знала, что выловившая меня под лестницей в коридоре блондинка, это и есть Инна Соколова собственной персоной.

– Простите? – переспросила я, ошарашенная от такого обращения. Но Инне было все равно. Кажется, ее моя реакция даже позабавила. Откинув длинные завитые тугими кольцами волосы за спину, блондинка усмехнулась.

– А ведь мы не верили, что у Кирилла есть девушка, – в её голосе так и сквозили нотки разочарования. – А ты оказывается никакая не байка — реальная, – она нагло схватила мой подбородок, как будто я какая-то чудная зверюшка, и начала с любопытством разглядывать.

Отпора девушка не ждала. И особенно того, что «зверушка» неожиданно нахохлится и оттолкнет от себя наглую лису. Женское чутье уже тогда мне подсказывало, что от таких, как она, стоит держаться подальше и ни за что не давать себя в обиду. Девушка чуть пошатнулась, но мой поступок неожиданно её развеселил.

– Что ж, это будет легче, чем я думала, – и удовлетворенно кивнула своим мыслям. Лениво развернулась и, уходя, бросила через плечо: – Очень тебе не советую, мышка, болтаться под моими ногами. Думаю, твой парень очень скоро поймет, какие девушки имеют ценность.

Да. Я уже тогда почувствовала неладное. Но, несмотря на охватившую после этой странной встречи тревогу, продолжала верить в себя и в Кирилла — в наше будущее, а потом и вовсе забыла об инциденте. Ведь мы любили друг друга еще со старших классов. Девчонки часто липли к нему, и, может, я и не дотягивала до многих из них: красивым балеткам предпочитала строгие лодочки и косметикой почти не пользовалась — но все же. Любовь просто так не выкинуть.

Вот только спустя два года Кирилл стал отдаляться. Часто пропадать или отменять встречи. Говорить, что занят, и на него навалилась куча работы. И я верила. Верила до последнего, пока он не предложил нам расстаться.

– Кать, мне просто нужен таймаут, – сказал он накануне, мягко и бережно сжимая в своих теплых ладонях мое лицо. – Ну же, не плачь, родная. Я не хочу, чтобы ты плакала. Все будет хорошо.

Но я все равно плакала, не в силах сдержать эмоции. Плакала, уткнувшись в его кожаную куртку, и после, вечерами в подушку. Видимо, предчувствовала: хорошо не будет. Не верила, но предчувствовала.

Дверь аудитории три-пятнадцать с силой захлопнулась, и мое сердце предательски дрогнуло. Не могла поверить, отказывалась верить!

Остатки лекций прошли как в тумане. Обычно активная на занятиях, сейчас я с трудом могла сосредоточиться на том, что говорили преподаватели. Мысли предательски возвращались к Кириллу.

Теперь я все вспомнила. Вспомнила столь отчетливо, будто только вчера Инна Соколова зажала меня в этом ужасном коридоре, грозясь увести моего парня. И увела, как и обещала. Я даже не догадывалась, какими способами или силами, но увела. И оттого во мне все больше росла уверенность, что Инна наплела Кириллу с три короба, а он и поверил.

Что делать? Оставить все как есть… или? Или что? Что мне сделать?

Отсидев до конца занятий, я еще долго не могла подняться с места. Но потом, словно повинуясь какому-то внезапному порыву, полетела на стоянку. Уже позже подумала, что глупо было даже пытаться. Но в тот момент я была твердо намерена поставить все точки над «и». Или хотя бы попытаться открыть глаза тому, кто слеп. В душе теплилась искра слабой надежды.

Он стоял там, где я и ожидала: рядом со своим автомобилем — и даже успел завести мотор. Еще пару минут и я бы опоздала. В голове крутились сотни вариантов, как начать разговор, но стоило только увидеть парня, как все мысли моментально выветрились из головы. Лучше бы он уехал. Тогда бы не пришлось переминаться с ноги на ногу и подбирать слова, чувствуя себя не в своей тарелке. Но говорить первой мне не пришлось.

– Катя, что ты здесь делаешь? – сказать, что Кирилл был удивлен — ничего не сказать. Оглядев меня с головы до ног растерянным взглядом, парень шумно выдохнул и озадачено провел пятерней по волосам.

– Я…я – не знала, что сказать. В голове все смешалось в какую-то несвязную кашу, и я не нашла ничего лучше, как выпалить на эмоциях самое главное: – Она тебе все врет, эта мымра! Она специально, слышишь, специально!

Мой истеричный крик разнесся на всю стоянку, и первое что я почувствовала – это стыд. Стояла, как последняя дура, и устраивала сцены. До чего докатилась. На нас тут же устремились с десяток растерянных и заинтересованных взглядов. Студенты, собравшиеся тут после занятий, начали перешептываться, а кто-то даже издал нервный смешок. Мне хотелось провалиться сквозь землю, а губы Кирилла сжались в тонкую плотную линию. Я думала, что он пошлет меня или выставит нервной истеричкой перед этой разношерстной толпой, но парень поступил иначе. Не говоря больше ни слова, открыл дверцу пассажирского сидения и легонько подтолкнул меня в салон.

– Поехали, надо поговорить.

Говорить по душам тяжело. Еще тяжелее слышать при этом признания.

Какое-то время мы ехали молча. Я не спешила озвучивать свои мысли, а Кирилл с силой сжимая руль, уверенно маневрировал в потоке машин.

Старенький, но надежный "нисан альмера" Кириллу подарили родители. Помниться, он всегда мечтал о своем личном транспорте и, едва ему исполнилось восемнадцать, пошел учиться на права. Его отец энтузиазм разделял и пообещал подарить сыну свой старенький "нисан", если тот сдаст все экзамены с первого раза. И парень сдал. Днями напролет мы учили с ним вместе экзаменационные билеты и правила. Я выступала в роли строгого учителя, а Кирилл смеялся и обещал, что если все получится, то ездить на автобусах мне больше никогда не придется. Получается, обманул…

Автомобиль плавно двигался по дороге, а я продолжала тонуть в воспоминаниях. Будто и не было расставания. Словно все сон, и между нами нет тяжелого молчания. А реальность, она другая: Кирилл рядом. И сейчас возьмет меня за руку, как когда-то. С нежностью сожмет ладонь и сплетет наши пальцы. Улыбнется, отрывая взгляд от дороги… Вот только разум твердил обратное. Словно издеваясь, он тут же подкинул другую картинку: на моем месте сидит Инна Соколова и улыбается ему в ответ. Хрупкое видение тут же рассыпалось, а я до боли закусила губу и поспешила отогнать остатки наваждения.

От одной только мысли, что Кирилл теперь катает на своей машине Соколову, стало тошно. Хотя в глубине души я все-таки надеялась, что все произошедшее глупое недоразумение. Ну не могла же она ему на самом деле понравиться? С другой стороны, даже если так, я была твердо намерена рассказать ему правду. И о встрече в коридоре и об угрозах, которыми сыпала в меня девушка.

Тем временем "нисан" повернул понаправлению к поклонной горе — самой высокой точке нашего города. Сердце тут же гулко забилось. Открытая площадка и смотровая — лишь часть из того, чем могло похвастаться это место. Ночью оттуда открывался чудесный вид. Сотни сказочных огней и кажется, что весь город может уместиться на ладони. Но зачем он привез меня сюда — на излюбленное место для влюбленных?

Слабая надежда мелькнула где-то на горизонте, но все испортил упрямый внутренний голос: «Окончательно расстаться с девушкой, на месте для влюбленных, что может быть романтичнее?»

Сарказм собственный мыслей я постаралась игнорировать. Быть может, Кирилл просто решил таким образом сгладить обстановку. Но дурное чувство не покидало. А автомобиль тем временем уже достиг вершины, и парой ловких движений парень припарковал машину на обочине.

Даже при солнечном свете высокие многоэтажки и городские развязки завораживали не хуже, чем ночью. Город утопал в солнечном свете и казался невероятно живым.

– Зачем мы здесь? – первой нарушила молчание, стараясь не смотреть на парня.

Я пыталась гнать от себя излишние иллюзии. Мы приехали сюда явно не для поцелуев — так говорило предчувствие. Оно же заставляло нервно комкать лямки рюкзака и кусать губы. Взгляд Кирилла стал серьезным, а хмурая складка между бровей говорила, что разговор предстоит не из легких. На душе стало тяжело. Но мой внутренний оптимист и не думал сдаваться. Он верил, что мы обязательно во всем разберемся. Сейчас мой любимый узнает всю правду о Соколовой и все встанет на свои места. И я даже смогу его простить. О пострадавшей гордости старалась не думать.

Тем временем Кирилл отвечать не спешил. Явно собирался с мыслями. Шумно выдохнул и откинулся на сидении, прикрыв глаза. А я еще раз отметила, какой он у меня красивый. Русые волосы, подстриженные коротким ежиком. Кожа светлая, ровная. Правильные черты лица. А еще Кирилл со школы увлекался спортом, и я всегда гордилась его подтянутой фигурой. Будто Апполон, вырезанный из камня и сошедший с пьедестала всем на зависть.

Плохие мысли о том, что парень больше мне не принадлежит, упорно гнала прочь.

– А помнишь, когда мы первый раз приехали сюда, ты сказал, что обязательно именно тут сделаешь мне предложение? – внезапно вспомнила, окидывая взглядом парня. – Я тогда так удивилась, что чуть газировкой не подавилась…

Этот погожий летний день я вспоминала довольно часто. Кирилл — в открытой рубашке цвета морской волны и в светло-бежевых бриджах. И я — в легком ярко-зеленом топике и шортах. В этот день мы гуляли по городу, и он решил во что бы то ни стало затащить меня на место для влюбленных. Тогда я впервые поразилась видом с этой высокой горы. Народу было на удивление мало, и мне казалось, что мы одни на вершине целого мира. А удивительно ясное небо отражалось в его голубых глазах.

– Смешно, но мы же даже кольцами обменялись. Ты сделал их из фольги и сказал, что когда-нибудь подаришь мне настоящее.

– Кать, нам было по четырнадцать лет, – его голос прозвучал холодно, а слова, словно вердикт: это ничего не меняет.

– Но я тебе поверила… – ответила искренне и заглянула в его глаза. Пыталась найти в них хоть что-то. Хотя бы намек на то, что ему не все равно.

Но не находила. Парень только еще больше нахмурился. Словно мои слова принесли ему только боль. И снова глухая холодная стена между нами. Я будто вижу, как тщательно он её возводит, не желая, чтобы я заглядывала в душу. Как с каждой секундой теряю его. Упускаю, возможно, последний шанс!

– Она обманывает тебя, – закричала от отчаянья. – Она грозилась увести тебя и увела.

Парень даже не шелохнулся, а я пыталась сохранить остатки самообладания, и все рассказать. Что Соколова грозилась увести его, что она специально сделала все, лишь бы нас разлучить. И хоть я и не знала всего, но попыталась найти веские доводы и найти аргументы. Но он меня прервал.

– Кать, я не бычок на привязи, чтобы меня уводили. А Инна… Да, возможно, она не подарок, но она мне нравится, – его голос прозвучал мягко, будто парень пытался меня успокоить, но куда ему. Это только вызвало еще большую волну негодования и досады. Он что её защищает? Да если бы не она, мы до сих пор были вместе!

– Хочешь сказать, что она лучше? – холодно отчеканила я, сама не веря в собственные слова.

– Мне с ней интересно, – уклончиво ответил парень и не отвел взгляда. Его слова резали сердце подобно ножу, но мне уже не хотелось плакать. Во рту буквально чувствовался привкус горечи. А парень продолжал царапать сердце дальше: – Она яркая, красивая, мне нравится проводить с ней время.

– Что, по клубам ходить? – дерзко ухмыльнулась, не представляя Соколову даже близко рядом стоящей с библиотекой. Не девушка — мечта. Раскрашенная кукла, возомнившая себя королевой. Хотела было добавить, что такие, как Инна, только для подобных мест и созданы, но Кирилл меня опередил.

– Да хотя бы по клубам. Развлекаться, Кать. Ты хоть сама представляешь себе, что такое слово веселье? Вот скоро будет день посвящения в студенты. Ребята с универа собираются отмечать. И если бы мы с тобой все еще были вместе, то я бы никуда не пошел. И не потому, что не хочу, а потому что ты бы меня никуда не отпустила, и сама бы не пошла.

Шок? Нет, нечто большее, так как я даже не сразу нашлась, что ответить. Слова звучали очень обидно из его уст. Он знал, я не большая поклонница клубов. Да и прочих подобных злачных мест, но развлекаться умею. Просто интересы у меня другие. И раньше мне казалось, что наши взгляды с Кириллом на жизнь совпадают. Кого-то привлекают шумные и людные места, другие предпочитают уютную комнату и просмотр фильмов по вечерам. И почему-то мне всегда казалось, что мы относимся к числу последних. Я ошиблась?

– Значит, ты расстался со мной просто потому, что я, по твоему разумению, скучная? – прошипела гремучей змеей, а парень растерялся. Видимо, он пытался донести до меня что-то другое, но я поняла, как поняла. О, нет, и даже оправдания его мне больше нужны не были.

Не теряя больше ни минуты, резко распахнула дверцу машины и так же стремительно ее за собой захлопнула. Я скучная? Со мной не интересно? Ну ладно, это мы еще посмотрим.

И хоть от смотровой до ближайшей остановки и было идти приличное расстояние, но меня это не останавливало. Уверенными и размашистыми шагами обогнула машину и направилась вниз по спуску. Кирилл тут же решился меня догнать.

– Катя, Катюш! Прости, пожалуйста! – он попытался схватить меня за локоть. – Я не это хотел сказать.

Последний шанс? Что ж ладно. Я одернула руку и вопросительно вскинула бровь. Кирилл тут же собрался, и его взгляд стал виноватым и одновременно растерянным.

– Просто я хотел сказать… Наши родители дружат, и, хотя бы ради них, нам стоит попытаться отпустить друг друга и идти дальше. Я бы не хотел, чтобы они ругались из-за нас.

И, несмотря на тепло его голоса и веские аргументы в виде родителей, я горько усмехнулась. Мое воинственное настроение никуда не делось. Идти дальше… Легко сказать после пяти лет отношений. Просто взять выкинуть часть своего сердца и пройти мимо? Нет, я так не хотела. И даже ради родителей не хотела — мне было больно.

Смотрела на Кирилла и не могла понять. Видела тревогу, взгляд полный раскаяния. Ему не было все равно. Иначе он не привез бы меня сюда. Не захотел расстаться по-хорошему. Неужели, если я бы начала с кем-то встречаться, он бы смог спокойно на это смотреть?

– Идти дальше, говоришь? – вопросительно вскинула брови.

Хотелось, чтобы он тоже почувствовал. Узнал, какого это — разбитое сердце. Я не скучная! И уж точно не серая!

– Что ж, хорошая идея, – мои губы скривились в усмешке. – Удачи тебе с Соколовой.

– Ну давай я хоть домой тебя довезу? – не сдавался парень.

– Не нуждаюсь! И в тебе больше не нуждаюсь тоже! – Я резко развернулась и стремительно направилась в сторону остановки. – Еще раз удачи! А я пошла дальше!

Этот день просто не мог закончиться хорошо? Да черта с два!

И я собиралась это доказать!

Глава 2

Что может успокоить любую девушку? Конечно же, это поход по магазинам с обязательным посещением кафе-мороженого. Иначе нервная система может не выдержать и резко дать сбой. В моем случае это мало чем помогло. Настроения на покупки никакого не было, да и в новых вещах пока не нуждалась. Но на мороженое я не скупилась. Набрала сразу шесть шариков и теперь немного нервно ковыряла их ложкой. В воспоминаниях возник облик Кирилла и его пожелания счастливой жизни мне любимой. Ложка тут же соскользнула и звонко брякнула об блюдце. Шарик в свою очередь, повинуясь законам физики, ловко забрызгал столик подтаявшей липкой массой. А я так и застыла с ложкой в руках.

– Кать, ты меня пугаешь, – Маринка тихо засмеялась в кулак, а я кинула на неё убийственный взгляд, но тут же попыталась, насколько это было возможно, успокоиться и аккуратно стереть все следы на столе салфеткой.

– Нет, ты не подумай ничего плохого, – она поспешила меня успокоить, и принялась помогать протереть стол. — Просто первый раз вижу тебя такой воинственной.

– Я не воинственная, а свободная, – парировала ей в ответ. И тут же обреченно выдохнула, скинула испорченные салфетки в остатки мороженного и отодвинула блюдце в сторону. – Прости, просто сама не своя в последнее время, – честно призналась, пододвигая к себе поближе чашку с кофе.

Маринке я позвонила почти сразу же, как только разминулась с Кириллом. Самое обидное было в том, что он не стал меня догонять или же пытаться еще раз извиниться. Так и стоял какое-то время растерянный и молча провожал взглядом. И если первоначально мне хотелось поехать домой и запить свое горе парой литров какао, то потом, когда подошел нужный автобус, планы резко поменялись. Словно по наитию, назло его словам села на другой маршрут и поехала в сторону торгового центра.

Подруга моим звонком была крайне удивлена и озадачена. Еще бы, я же ей сказала, что сразу после занятий поеду помогать родителям готовиться к переезду, а сама теперь отлынивала. Знала, что мама будет недовольна, но ехать в таком паршивом настроении домой не хотелось. Родители сразу заподозрят неладное, а я им про расставание с Кириллом еще не рассказывала. Точнее даже не знала, как это сделать. Папа всегда видел в нем самого лучшего зятя, а мама не уставала повторять, что мне нереально повезло с будущим мужем.

А бабуля как-то заявила, вообще, категорично, мол, другого никого не примет.

«Держись, Катерина, за Кирилла, как за каменной стеной будешь, а потеряешь, всю жизнь будешь жалеть». – Так, кажется, звучали ее слова.

Причем доходило порой до абсурда: стоило нам с Кириллом поругаться, и мои родные тут же вставали на его сторону, выставляя меня виноватой. Ну, или я так это воспринимала. Папа все отрицал, а мама говорила, что они просто пытаются объяснить мне прописные истины отношений.

И вот теперь не иначе как «накаркали». Причем всем семейством. Теперь ни мужа, ни зятя, ни даже внучатого зятя для бабули. Я горько усмехнулась.

«Буду старой девой в самом расцвете сил», – мысленно произнесла, словно тост, и тут же поспешила запить эту мысль горьким кофейным напитком. Злость немного отступила, и теперь я лихорадочно думала, что мне делать дальше. Сдаваться без боя, почему-то не хотелось, а обидные слова твердо засели в сознании, пуская свои корни. Настроение у меня и, правда, было воинственным.

Маринка все это время не спускала с меня внимательного взгляда. Весь наш разговор с Кириллом в машине я уже успела ей вкратце пересказать, и теперь подруга хмурилась и явно была недовольна услышанным.

– Кать, я, конечно, понимаю, что у вас с Кириллом школьная любовь и все дела, но вот это — не дело, – она окинула взглядом мой смурной вид.

Я понимала, что не дело. Но пять лет отношений на помойку тоже не могла просто так выкинуть. Соколова — враг номер один, и если раньше я её никогда не воспринимала всерьез, то сейчас пыталась понять, что я проиграла: бой или войну.

– Слушай, а может она и правда лучше, чем я? – озвучила, наконец, свои страхи. – Кирилл сказал, что она яркая. Ему с ней интересно. А я… даже не знаю. Серая, что ли, – поймав осуждающий взгляд Марины, тут же поспешила объяснить. – Просто понимаешь, я ей во многом уступаю. Ногти не наращиваю, тонны штукатурки на лице у меня тоже нет.

Марина чуть молочным коктейлем не подавилась.

– Это ты-то серая? – неверяще переспросила подруга. – Кать, что за глупости? Ты общительная, веселая, учишься опять же хорошо. Да тебя полгруппы обожает! — начала она перечислять мои сомнительные достоинства.

Я подняла на нее недоверчивый взгляд и поморщилась. Может еще день назад я бы с ней и согласилась, но после разговора с Кириллом эти доводы казались мне бессмысленными.

– Нет, вот сейчас точно не дело, – Марина откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. – И чем же ты еще хуже этой стервы?

– Ну….

– Что ну? Давай, я слушаю, – усмехнулась подруга. – Или дело только в ногтях? – поинтересовалась она.

Ответить мне было нечего. Я и сама не знала, в чем тут проблема — себе я нравилась, а таких, как Соколова, вообще, никогда соперницами не считала. Но вышло, что вышло.

Маринка шумно выдохнула.

– Вот, честно, Кать, я не понимаю. Инна та еще змея, а Кирилл дурак, раз до сих пор этого не понял. А ты сидишь и сравниваешь себя с ней? Ты серьезно? Да я бы на твоем месте, давно ее на место поставила. Вот посмотри на себя. Чем ты хуже Соколовой? Личико симпатичное, фигура при тебе, да любой парень будет счастлив видеть тебя рядом.

– Любой, кроме Кирилла…

Я не сказала ровным счетом ничего, кроме правды, но подругу, похоже, мой ответ не устроил.

– Так, все, надоела. А ну поднимай свой унылый менталитет!

– Что? – не поняла я.

– То! – тут же отозвалась Марина, поднимаясь с кресла. – Или ты хочешь доказать, что твой Кирилл был прав? – подруга вопросительно вскинула бровь, а затем заговорчески улыбнулась и продолжила: – Или… Ты сейчас встанешь, хорошенечко встряхнешься и докажешь всем, что Катерина Смирнова тоже умеет веселиться!

Нехотя, но пришлось с ней согласиться. Хотя веселиться мне абсолютно не хотелось. Но зная Марину, отступать она точно не умела.

Итак, главное правило любой депрессии — это дать ей оторваться! По крайней мере, так считала Марина.

И первым пунктом в ее списке оказался кинотеатр, а точнее фантастический блокбастер, не так давно вышедший в прокат.

Не то чтобы фильм мне не понравился: все же зеленые человечки это как-то не совсем мое. Война за Землю, инопланетяне. Но Марина была непреклонна: мелодрамы для моей психики сейчас были строго противопоказаны. Зато, по ее разумению, непонятного вида гуманоиды, решившие захватить человечество, оказались в самый раз.

И на удивление она оказалась права.

Монотонное поедание попкорна и в принципе неплохой сюжет помогли немного отвлечься. Даже, несмотря на то, что фильм был откровенно не моего формата.

Хотя, тут, как сказать.

Игра актеров и спецэффекты не подкачали. Особенно мне понравилось, как были представлены инопланетные корабли, зависшие над большим городом. Ну и плюс 3D очки: ощущение реалистичности картинки зашкаливало, чем меня немного удивило. Обычно особой разницы я не видела, но этот фильм эффект произвел.

Вторым пунктом значился развлекательный центр на третьем этаже здания.

Сначала я приняла эту идею без особого энтузиазма. Ну не было у меня настроения играть в игровые автоматы. Но как оказалось, если представить вместо цели белобрысую голову Соколовой, то дело принимало совсем другой оборот.

Я с особым остервенением била молотком по головам обезьян, потом вместе с Мариной стреляла в зомби, забравшись внутрь автомата, внешне похожего на джип, а потом и вовсе забылась, вспомнив школьные годы и заигравшись в мини баскетбол.

Но особенно мне понравился аэрохоккей. Магнитное поле приятно покалывало ладони, и если поначалу я пропускала удары, то со временем не на шутку разошлась. Игра затянула. Даже подруга смеялась, пропуская очередной удар, что, мол, Кать, бьешь так, будто на кону стоит высший бал по макроэкономике.

Это сравнение меня не на шутку развеселило.

– А что даже если так? – засмеялась я в ответ. – А ну, Валентин Петрович, лови подачу.

И хоть на нашего преподавателя – сухопарого старичка лет семидесяти – Марина мало походила, но мою затею быстро подхватила. Теперь мы дрались с ней за оценки обе.

Стоит ли говорить, что мысли о Кирилле постепенно окончательно выветрились. И хоть переживания до конца и не улетучились, но стало намного легче. Да и уходить совсем не хотелось. Я даже позвонила родителям и предупредила, что задержусь еще ненадолго.

Мама такому заявлению не обрадовалась, но разрешила. Упомянув при этом, чтобы я сильно не задерживалась и домой прибыла, в крайнем случае, к десяти. Я с легкостью согласилась.

Народу в развлекательном центре на удивление собралось много – за многие автоматы пришлось повоевать, но мы не сдались.

Призовых билетов вышло не мало, отчего мы тут же кинулись к стойке с игрушками.

За прозрачным подсвеченным стеклом, словно на какой-то сказочной витрине, расположились сотни маленьких незначительных мелочей. В основном, конечно, игрушки: фигурки супер-героев и фей из новомодных мультиков. Различные блокноты, ручки, ну и сладости на любой вкус, отчего перед нами встал нелегкий выбор.

Марина с грустными глазами кота из Шрека умоляла меня взять мохнатый брелок Hello Kity, я же хотела спустить все на леденцы. Но так, как билетов у нас хватало, все остались довольны: она тискала свой брелок, а я шла к эскалатору с полной сумкой сладостей. Но до выхода мы дойти не успели. Марина меня остановила и потянула за рукав.

– Кать, слушай, а давай еще на батуты? – настроение у подруги, похоже, зашкаливало. – Ну, пожалуйста! А то когда мы еще с тобой так соберемся? А идти одной мне не хочется.

Я оглянулась назад и посмотрела на большую зону с натянутым черным полотном.

– Ну не знаю… По-моему, это как-то по детски.

– Значит, как выбирать между чупа-чупсами и мармеладом в виде паука — это не детство? – скептически поинтересовалась подруга и тут же лукаво улыбнулась. – Ну, давай же, Смирнова, не будь букой! – И до того, как я успела ей что-либо возразить, уверенно потянула меня за руку по направлению к цели.

Вот же змея-искусительница! А ну его все! Гулять так, гулять!

Оператор аттракциона встретила нас приветливой улыбкой и быстро объяснила расположение зон. Первая — детская, с небольшими участками, рассчитанными на одного человека, вторая — большой бассейн с мягкими кубиками, и третья, главная, – широкое полотно, размером в небольшую комнату, рассчитанная на более взрослых посетителей. К слову, народу на батутах было на удивление мало, но подождать нам все же пришлось, выслушав небольшой ряд правил техники безопасности: никаких сальто, посторонних предметов, еды и напитков во время пользования аттракционом. Мы с легкостью согласились, сложили личные вещи в небольшой контейнер и пошли разуваться.

Маринка не переставала улыбаться.

– Слушай, Кать, ну в чем-то они не правы. Я бы вот с удовольствием проверила, каково это пить газировку, делая при этом тройной кувырок! Вуху! – словно малое дитя подруга сорвалась с места и с разбегу прыгнула в бассейн с разноцветными кубиками. Я же, поддавшись этому безумию, последовала за ней.

– А ну стой, не уйдешь! – попыталась я добраться до Марины, с размаху влетев в яму наполненную поролоном.

Подруга громко рассмеялась и начала отбрыкиваться, кидаясь при этом в меня, чем под руку попадется.

– Ах, так! Ну держись!

Это была война! И воевали мы не на шутку и жутко смеялись, а потом перебрались на большое полотно. Никогда бы не подумала, что такое, с виду детское, развлечение может вызвать у меня столько эмоций, но на батуте тоже было весело. Стараясь соблюдать дистанцию, сначала неуверенно, а потом более решительно стала отталкиваться от пружинящей поверхности.

Маринка же веселилась вовсю. Приземлялась то на ноги, то на спину, смеялась и пыталась выполнять мини трюки. Я же к таким подвигам была явно не готова, но мне и обычных прыжков хватало с лихвой.

Достаточно было того, что я чувствовала, как раскраснелись щеки, сердце отбивало ритм, а тело стало на удивление легким. И хоть прическа и растрепалась, но наконец, в коем-то веке, я почувствовала себя счастливой. Нет, ну правда. Словно маленький ребенок, дорвавшийся неожиданно до сладостей.

Права была Марина: в депрессии нельзя задерживаться надолго, неблагодарное это дело — затягивает. А потому была сейчас ей безумно благодарна и думала, что в этот вечер испортить мне настроение не сможет ничто.

Но судьба, как известно, штука коварная. Не успела я порадоваться, что на широком полотне мы остались с Мариной одни, как компания пожаловала незамедлительно.

Я их заметила не сразу — пятерых парней со старших курсов нашего университета. Уж не знаю, каким ветром их сюда занесло, но факт остается фактом. И пока я ненадолго отвлеклась на трель телефона, которая доносилась из кармана моих брюк, один из них первым шагнул на маты.

– Поберегись!

Среагировать я не успела, как и шарахнуться в сторону. Успела только обернуться и почувствовать, как полотно под ногами дернулось, а затем кто-то со всего размаху налетел на меня сверху.

Телефон отлетел в сторону. Я толком и посмотреть-то не смогла, кто мне звонил. Да и до того ли мне было? Зато с изумлением затравленного кролика, успела оценить размер туши, что свалилась на меня сверху. Но худшее было еще впереди!

От нашего совместного падения, батут мгновенно отпружинил мою спину назад, и я со всего маху припечаталась в парня. Вот так вот! Губы к губам!

Вокруг послышался смех.

– Твою за ногу, Дэн, это было круто! – раздался со стороны незнакомый голос. – Особенно поцелуй! Зачет полный!

Тем временем я уже начала приходить в себя и оценила масштабы катастрофы: я лежу чуть ли не в обнимку с каким-то парнем, сердце при этом грохочет похлеще барабанного марша, и что хуже всего — прошло уже несколько секунд, а я так и зависла, не в силах пошевелиться.

Дело нужно было срочно исправлять, и я отчаянно начала бултыхаться. Свинство! И почувствовать-то толком ничего не успела, но в шоке прибывала конкретном. Благо, туша, придавившая меня своим весом, сопротивляться не стала и выпустила из плена.

– Эй, вы, придурки, вы что с головой совсем не дружите? – Маринка в мгновение оказалась рядом, помогая мне подняться.

И только сейчас я смогла поднять взгляд и нормально разглядеть объект своего столкновения.

Он стоял и улыбался, во все тридцать два, как любой порядочный киноактер на обложке глянцевого журнала. Весь такой из себя и ни капли раскаяния на лице. И что хуже всего, обладателя этой гадско-голивудской улыбки я признала почти сразу.

– Ох, ты ж, какие люди, – он тоже, похоже, понял, с кем имел честь возлежать на батуте, и его улыбка стала еще шире. – Ну, привет, председатель!

Гадство, гадство, гадство!

Кажется, сегодня я уже упоминала о том, что у меня существует личный ад в лице Соколовой? Чушь! Нет никого хуже Дениса Королева. И если Соколова — ад, то Королев — настоящая преисподняя.

Почему преисподняя? Ну, я даже не знаю с чего бы начать...

Начну, пожалуй, с того, что фамилия у него ну очень говорящая — король, никак иначе я его про себя и не называла. Причем всея универа.

Старшекурсник, красавчик, и просто звезда — обаятельный гад Денис учился на последнем курсе и, к моей безмерной радости, уже в этом году должен был покинуть стены нашего гостеприимного альма-матер.

И, кстати, его обращение ко мне тоже случайным не было.

Так уж сложились звезды, что именно с этого года я заняла пост председателя студенческого совета. Не то чтобы я к этому сильно стремилась, но декан был непреклонен.

– Кроме тебя, Смирнова, некому, – твердо заявил Лев Михайлович, сверля меня серьезным взглядом.

И, видимо, как раз это задело самолюбие коронованного принца. И если раньше, пребывая в составе совета простыми старостами, мы с Денисом на дух друг друга не переносили, то после того, как я вступила в должность, отношения испортились окончательно.

Уж не знаю, что там творилось у Королева в голове, но долг его был священен — вставлять палки мне в колеса при любой удачной возможности. Начиная с подготовки к общественным мероприятиям, заканчивая срывом собраний студенческого совета.

И сейчас от его насмешливого тона и дерзкой ухмылки я дернулась. И стоит ли говорить, что изначально хорошее настроение мгновенно улетучилось.

– Слушай, председатель, а ты на всех парней так с поцелуями набрасываешься? – поинтересовался он как бы невзначай, насмешливо закусив нижнюю губу. – Не то что бы я был против, но все же как-то не солидно для твоей должности, не находишь?

А я прям остолбенела. Это я-то набросилась?

– Да ты… – почти прошипела в ответ. – Это ты на меня налетел! Да я тебя…

– Что сделаешь? Еще раз поцелуешь?

Вообще-то, я хотела сказать, что я его даже не видела, но от подобной наглости просто дар речи потеряла. Ну просто бог сарказма собственной персоной! Мало того, что он сбил меня с ног, сам же создал эту неловкую ситуацию, а теперь еще и открыто издевался, красуясь перед друзьями.

– Да ладно, Смирнова, чего бесишься-то? – не переставая улыбаться, поинтересовался Денис, чуть раскачиваясь на батуте. – Страшного же ничего не случилось, так и быть, останемся друзьями, – но тут же лукаво прищурился и добавил: – Хотя… знаешь, любая другая была бы рада оказаться на твоем месте, внукам бы рассказывала.

Остальные парни при этом поддержали его дружественным смехом.

Не знаю, как я сдержалась. Настроение буквально таяло на глазах, грозясь провалиться в пропасть. И дело было даже не в том, что Денис издевался, я видела, буквально чувствовала, что он ждал моей реакции. Только вот какой — непонятно.

– Я все еще жду извинений, – сказала спокойно и ровно, насколько могла в тот момент.

Парень же вопросительно поднял бровь и теперь уже с интересом разглядывал меня. Не знаю, что он пытался рассмотреть. Подозреваю, что вид у меня был не самый лучший: прическа окончательно растрепалась, я сама была раскрасневшаяся и очень раздраженная.

– А знаешь, ты очень симпатичная, когда злишься, – неожиданно выдал он совершенно неуместный комплимент.

Я немного стушевалась, но лишь на миг. Это же Денис, конечно, он продолжал издеваться. И его ироничная улыбка была тому лучшим подтверждением. Он часто так делал: кардинально менял тему разговора, чтобы сбить противника с толку. Хороший ход, вот только на меня подобные уловки не действовали.

И все же продолжать этот пустой разговор смысла не было. Его высочество явно был не из тех, кто знает значение элементарного слова «извини». А стоять и дальше давать его дружкам повод для смеха, я не собиралась.

Отыскав взглядом телефон, решительно развернулась.

– Тоже мне принц коронованный, – проговорила едва слышно и, подобрав гаджет, направилась к выходу.

Марина, все это время сохранявшая молчание, поспешила следом:

– Да ну их, Кать, забей. Придурки, они и в Африке придурки.

И в этом была с ней полностью солидарна. Вот только настроение было окончательно испорчено.

Сейчас я вспомнила, почему в свое время выбрала именно Кирилла. В нашей школе тоже были такие парни, подобные Королеву. Такие же самовлюбленные и эгоистичные — незнающие рамок. Они часто смеялись над слабыми и дергали девчонок «за косички». И я была такой девчонкой. Мама часто говорила, что таким образом мальчишки просто пытаются привлечь к себе внимание и высказать симпатию. Но я такого не понимала. Какая может быть симпатия в задирстве? Какое внимание в колкостях и постоянном дерганье за юбку? Нет, это было что-то другое.

Кирилл был не такой, как они. Не носил шапку Мономаха, в отличии от того же Дениса, и никогда бы не посмеялся над другими, подобно Королевским приятелям. Еще в восьмом классе он защитил меня от подобных обидчиков, высказав свое веское слово, пусть и при помощи кулаков. С тех пор меня никто не трогал. А я? Наверно, тогда я в него и влюбилась.

И сейчас, окажись Кирилл на месте Королева, то первым бы подал руку, а не пытался бы поддеть побольнее, обжигая холодным самодовольным взглядом.

От этих мыслей стало больно. Вот почему так? Почему подобные Королеву не знают, что такое элементарные вещи? Любовь, забота, уважение к другим людям, наконец. Или почему, такие, как Инна, к примеру, не встречаются с себе подобными? Зачем им лезть к таким парням, как Кирилл? Внимательным, отзывчивым, спокойным и решительным. Почему не к таким, как Королев? Уж они бы вместе с Соколовой составили отличную пару! Эгоистичную, самовлюбленную — идеальную. Разве нет? Но жизнь порой может быть жестока и беспощадна в своих проявлениях.

И когда мы с Мариной уже почти были у выхода и начали обуваться, я услышала смех, доносившийся со стороны натянутого полотна:

– Вот же! Дэн со Смирновой на батуте обжимались. Кому расскажешь, не поверит, – смеялся кто-то из парней вслед, только укрепляя мою веру в собственные мысли.

Я дернулась, но сдержалась. Хотя в тот момент мне и хотелось вернуться и врезать этому шутнику чем потяжелее.

Я так и не обернулась — вышла, забрав свои вещи и сумку из ящика. А если бы обернулась, то поймала бы на себе цепкий и обжигающий взгляд карих глаз. Денис почему-то больше не улыбался.

Этот день мог закончиться хорошо? Да черта с два! И Королев мне это только что с лихвой доказал.

Уважаемые читатели, я еще пока только разбираюсь с особенностями выкладки на этом сайте, и когда дозалила проду в ту же, вторую, главу, по всей видимости, не многие ее увидели. Что ж, для общего удобства, думаю, что теперь каждую проду буду выкладывать отдельным фрагментом, а потом уже, когда допишу, буду компоновать. Спасибо за понимание.

Глава 3

Вот никогда не верила, когда люди говорили, что переезд хуже пожара. И правильно делала, потому что врали. Все намного ужаснее: переезд — это катастрофа! Причем ничуть не меньше вселенского масштаба.

И сейчас я думала, что даже самый главный герой фантастического блокбастера не позавидовал бы мне. Махнул бы ручкой на прощанье, оценив масштабы погрома, и умотал на своем космолете спасать какую-нибудь особо удаленную планету.

Потому что я сидела и только могла удивляться, сколько всего может накопить один человек за свои какие-то двадцать с небольшим хвостиком лет.

– Давай, выкидывай ты их уже! – Маринка уперла руки в бока.

На что я лишь сильнее прижала к себе свои сокровища, заставив подругу картинно закатить глаза.

– Кать, это же твои старые тетради за шестой класс. Вот объясни мне, на кой они тебе сдались?

Кто бы мне самой еще на этот вопрос ответил. Но если где-то на задворках вселенной еще и остался жить дух Плюшкина, то сейчас я могла с твердой уверенностью сказать, что он вселился в меня.

– Давай их сюда, – не сдавалась в свою очередь Марина, отбирая у меня злосчастные тетради. – И не смотри на меня такими несчастными глазами, это не прокатит!

Не прокатило. Тетради были отобраны, а я чуть не взвыла, смотря, как подруга усердно трамбует их в объемный мешок для мусора. И ведь не объяснишь, что именно в этих тетрадях на задних листах я впервые начинала учиться рисовать.

Но стоит ли говорить, что еще буквально час назад туда же отправились моя бесценная коллекция фантиков, которую я собирала в первом классе, какие-то непонятные календарики, поломанные брелки и прочая завалявшаяся с малых лет мелочевка. Даже старые порванные фенечки, непонятно откуда взявшиеся в закромах письменного стола, подруга не пожалела.

– Их-то за что? – недоумевала я.

– За компанию, – вот и весь ответ.

– Ну не плачь, Катюш, – Марина присела рядом и понимающе обняла меня за плечи. И тут же мечтательно протянула: – Зато ты только представь, сколько свободного места в новой квартире для хлама освободиться!

Нет. Издевается, как есть издевается. И от этого мне хотелось выть еще громче.

– Девочки, ну как у вас тут продвигается? – незаметно зашла в комнату мама.

– Почти разгреблись, – бодро отрапортовала Марина, бойко вскочив на ноги. – Сейчас еще коллекцию ползунков двадцатилетней давности найдем, и можно будет выдвигаться.

Мама удивленно округлила глаза, а я с укором уставилась на подругу.

Хотя стоит отдать Марине должное: с ее помощью процесс проходил довольно быстро. Большая часть вещей была разобрана и расфасована по коробкам, шторки сняты. Мы даже комнатные цветы с ней успели упаковать в плотный кокон из газеты.

Мама не могла нарадоваться такой помощи, ведь с учетом того, что я вчера прогуляла весь день, родители очень боялись не успеть.

– Так. Надолго не задерживайтесь. Машина приедет через полчаса. К тому времени все должно быть готово.

– Так точно, мэм!

Мама в ответ лишь покачала головой и улыбнулась. Марина была неисправима.

– Нет, Кать, вот зря ты так расстраиваешься, – мы с Мариной сидели на лавочке возле моего дома и наблюдали, как рабочие перетаскивают увесистую мебель в грузовик. – Везде надо искать свои плюсы. К примеру, мы с тобой сейчас будем жить ближе. Всего каких-то пару остановок.

Нет, плюсы в переезде действительно были, их я не отрицала. И дело было не только в том, что уже завтра мы с Мариной сможем пешком друг до друга ходить. Новая квартира была гораздо больше и просторнее нашей старой двухкомнатной. Да и родителям до работы было удобно добираться, но все же. Вот как было объяснить, что сейчас я была абсолютно не готова к переменам. И еще тот факт, что теперь буду жить вдалеке от Кирилла, угнетал.

Не то, чтобы я так сильно надеялась, но в глубине души все же тешила себя надеждами его вернуть. Сейчас, когда злость после нашего с ним последнего разговора слегка поутихла, опять пришла к тому, с чего начала. Он сказал, что надо попытаться идти дальше. Вот только я никуда «дальше» не хотела, постоянно оглядываясь назад. Надеясь случайно встретить возле входа в супермаркет или же невольно столкнуться по дороге домой. Теперь эти надежды казались более чем призрачными и эфемерными. Ну какой может быть шанс случайной встречи на другом конце города?

Это угнетало. Вот только Марина, похоже, мои нерадужные мысли совсем не разделяла:

– Классно же, согласись? Будем чаще друг у друга в гостях бывать.

– Классно, кто бы спорил.

Я понуро смотрела, как очередной грузчик сгружает в машину одну из последних коробок и невольно перевела взгляд на соседний дом. Машины Кирилла на стоянке не было, и почему-то все во мне буквально кричало, что он сейчас развлекается где-нибудь с Соколовой. Оптимизма это не добавляло.

– Кать, ну ты чего это совсем раскисла-то? – Маринка уже не на шутку хмурилась.

– Думаю, – неопределенно бросила в ответ и тут же добавила: – До университета теперь далеко добираться.

Подруга расслабилась и рассмеялась.

– Пффф, тоже мне нашла из-за чего переживать, – не согласилась она. – Зато вместе на учебу ездить будем.

Теперь уже улыбалась я. Ну да, скучать в дороге в автобусе дополнительные полчаса по пробкам мне точно не придется.

– Ну вот, это уже другое дело, – удовлетворенно подмигнула подруга. – И тем более, я тут подумала…

– Что?

– Ну… – неопределенно протянула она. – Ты у нас теперь девушка свободная, а район у нас новый, перспективный…

– Ну уж нет, – тут же заартачилась я, понимая, к чему она клонит.

– Что нет то? – засмеялась Марина и мечтательно посмотрела куда-то вдаль. – Ты только представь, вот заедешь в новую квартиру, а там сосед. Весь такой молодой, симпатичный, накаченный — хоть сейчас на обложку какого-нибудь глянцевого журнала выставляй. И тут такая ты…

– Ага, – тут же представила я и подхватила, – в своем длинном махровом халате и накинутой поверх куртке выхожу в подъезд мусор выносить… и все! Сражен на повал, любовь с первого взгляда!

– Да ну тебя, – тут же рассмеялась она. – Ну а если, правда, свезет?

– Не свезет, – усмехнулась в ответ. – Зная свою везучесть, я с полной уверенностью могу сказать, что даже если по соседству и будет жить какой-нибудь симпатичный и перспективный молодой человек, то у него либо будет девушка, либо это окажется какой-нибудь придурок вроде Королева.

– Да ну тебя, – беззлобно усмехнулась Марина и тут же громко рассмеялась.

– Ты чего? – не поняла я причины ее внезапного веселья.

– Нет, а, правда, прикинь, если вы реально с Королевым соседями окажетесь?

Я вопросительно вскинула брови.

– А ты не знаешь? – удивленно переспросила Марина. – Ты чего! Говорят, он же в моем районе где-то живет.

Вот уж неожиданное заявление. Не знаю почему, но мне всегда казалось, что такие, как Королев, живут как минимум в загородном коттедже. Ну, или на худой конец в одной из элитных новостроек, что не так давно заполонили город.

– Да ну, Марин, уж, надеюсь, таких глобально-вселенских подстав в жизни не бывает.

– Нет, а что, если бывает?

– Если бывает? – я чуть призадумалась. – Ну… тогда думаю, что этому дому не долго осталось на своем фундаменте стоять.

– Это точно, вы же его в первый же день и разнесете, – с легкостью согласилась Марина.

Почему-то в голову начали приходить мысли о взрывах и неконтролируемых атомных реакциях. А потом их заменил совсем уж комичный образ: как я выхожу из квартиры, а из-за соседней двери появляется Денис в уже вышеупомянутом длинном халате и почему-то пушистых домашних тапочках с кроличьими ушками.

На моих губах тут же заиграла улыбка возмездия — представляла, как бы он удивился этой встрече, и тогда бы мы посмотрели, кто из нас посмеялся последним.

Хотя, это все бредни, конечно. В подобные совпадения я попусту не верила. И пусть даже, по словам Марины, Денис Королев и жил где-то в том же районе, каков был шанс, что мы окажемся соседями? Правильно — он был практически равен нулю. Это же, как иголку в стоге сена найти. А потом, когда наконец-то спустились родители и сказали, что нам пора выдвигаться, окончательно выкинула эти мысли из головы — бред же.

Да и, как уже удалось выяснить из слов одной словоохотной бабули, на нашей будущей площадке проживала только она, ну и еще одна приличная молодая семья с маленьким ребенком. А потому придавать особого значения нашему с Мариной разговору я не стала… А зря.

Глава 4

Остаток дня мы разбирали вещи, а после даже импровизированно отпраздновали переезд пиццей и апельсиновым соком.

Уже ближе к ночи, лежа в постели, я никак не могла уснуть и смотрела в потолок.

Вот и все. Странно начиналась жизнь без Кирилла. Новые переживания. Новая просторная четырехкомнатная квартира на втором этаже почти в самом центре города. Новая комната, в которой родители заблаговременно сделали ремонт. Вот только я не могла еще до конца привыкнуть к мысли, что и сама моя жизнь становится очень похожей на новую.

Но хотела ли я ее?

Уже сейчас понимала, что начинаю скучать. Скучать по вечерним прогулкам в небольшом сквере. И даже по тетрадкам, выкинутым сегодня Мариной.

Но больше всего сейчас мне не хватало широкого окна с чудесным видом на родной двор. Там было красиво, не то, что на новом месте.

Не в силах сомкнуть глаз, я поднялась с кровати и подошла к пластиковым створкам окна в новой комнате.

Да уж, чудесный вид: просто грязная крыша какой-то пристройки — открой и шагни. И даже несмотря на широкие подоконники, устраивать посиделки под теплым пледом с чашкой горячего чая, у этого окна совсем не хотелось.

Побродив еще какое-то время по квартире, все же вернулась обратно, но уснуть так и не смогла, поэтому решилась на подвиги. А именно разведать обстановку.

Не знаю, какая дурь мной в тот момент двигала, но, накинув поверх пижамы осеннюю куртку и сунув ноги в домашние тапочки, я уверенно распахнула оконные створки. В комнату тут же ворвался свежий прохладный воздух. Выбираться наружу, не очень-то и хотелось, но я все равно шагнула вперед.

Ноги коснулись гладкой поверхности крыши. Тут было не так страшно, как показалось на первый взгляд. Сбоку работали большие вентиляторы, видимо, кондиционеры супермаркета, которому в нашем доме принадлежал весь первый этаж, включая эту пристройку.

Обширная территория, и я даже поймала себя на глупости, что при желании тут можно и на велосипеде кататься — площадь позволяла. И тут же отогнала эти мысли. Стоило только представить, как рассекаю на большом двухколестном монстре на высоте трех метров над землей, невольно улыбнулась. Зато, если хорошо тут все прибрать, летом и позагорать можно.

Сделала пару шагов вперед и подсветила себе под ноги телефоном. Мало ли, не хотелось наступить на битое стекло или еще что похуже. Так дошла почти до самого края. Там и замерла.

Кто там жаловался на ужасный вид из окна? То, что я наблюдала с этой крыши, просто невозможно было сравнить с моим старым двором.

Сразу за супермаркетом открывался вид на широкую хорошо освященную городскую магистраль, а за ней и на новенькую городскую развязку. Днем серая и невзрачная, сейчас, при свете фонарей, она утопала в мягком теплом свете, и за ней я отлично видела огоньки уходящего вдаль моста. Возвышенность, утыканную многоэтажками, и неоновые огни, уходящие в небо.

Но полюбоваться на чудеса ночного города долго не пришлось. Зубы начали отстукивать барабанную дробь, а в руках зашелся трелью телефон. Мельком взглянула на экран, и сердце забилось чаще.

Кое-как справившись с волнением, подняла трубку.

– Ало, да, – голос все же подвел. Но дрожь я заранее списала на холод и то, что была одета в пижаму явно не по погоде. Постаралась получше запахнуть куртку.

– Кать, привет, – тут же услышала голос Кирилла. Парень чуть кашлянул и явно не знал, как продолжать разговор.

– Привет, – как можно спокойнее откликнулась я в трубку, пытаясь унять враз разыгравшиеся эмоции.

Сердце быстрее погнало кровь по венам, а на лице застыла глупая улыбка. В душе сразу затеплилась надежда. Если бы он сейчас сказал, что все произошедшее просто ошибка, готова была бы простить.

– Кать, я вот что хотел… Я понимаю, что получилось все не очень хорошо…

Ну давай же, скажи, что ты все понял, что Соколова тебе не нужна, что ты все обдумал и взвесил. Принял наконец-таки правильное решение…

– Ты же мне флешку вернешь?

– Что? Какую флешку? – даже опешила — такой поворот был явно не тем, что я ожидала.

– Ну, флешку с моим рефератом. Помнишь, я тебе ее на проверку отдавал?

У меня вмиг все оборвалось, а в голове послышался тонюсенький гнусавый голосок: « Нет, Смирнова, ты что, всерьез подумала, что он позвонил тебе в любви признаваться? Пади с небес на землю — ему зачет просто надо сдать».

В душе моментально всколыхнулась злость. Где-то рядом послышался раскатистый смех — небольшая компания навеселе вывернула из супермаркета. Ребята что-то азартно обсуждали и кричали на всю округу.

– Ты что, не дома? – тут же поинтересовался Кирилл на том конце провода.

– Нет, гуляю. А что, нельзя? – тут же огрызнулась я.

– Можно, конечно, – растерялся парень. – Просто, неожиданно. Ты время на часах видела?

– Видела, – ничуть не смутилась я. – Ничего, еще успею выспаться.

– А...?

– Флешку поищу, – быстро проговорила я и тут же пояснила: – Переезд, все дела… Ладно, давай, а то мне бежать пора. Ребята уже заждались, – ляпнула назло, смотря на веселую компанию.

И пока он не успел еще что-нибудь сказать, быстро сбросила вызов.

Злость клокотала, съедала, обожгла. Но хоть в одном Кирилл был прав: время действительно позднее, день трудный, а выспаться мне очень хотелось.

Уже готова была развернуться и пойти домой, как услышала за спиной удивленно-ироничное:

– Председатель?

Глава 5

Убейте меня!

Нет, а лучше ущипните, потому что этого просто НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!

Но реальность была жестока.

Он сидел на подоконнике соседнего окна, выходившего на крышу, и откровенно смеялся.

– И точно ты, – стоит отметить, что легкая тень изумления в его взгляде присутствовала.

Что же касается меня, это можно было назвать одним словом – шок.

А Денис тем временем уже успел просканировать меня изучающим взглядом и не упустил возможности поинтересоваться:

– И к каким это таким ребятам ты собралась, на ночь глядя? Да еще и в таком виде?

Может, мне и следовало ответить, что это совсем не его дело. Развернуться и по-быстрому гордо убежать, но я просто стояла с раскрытым ртом и все еще не могла поверить собственным глазам.

– Ты… ТЫ?! Ты что здесь делаешь?! – чуть ли не закричала я.

Все происходящее все больше походило просто на какой-то дурной сон. Да что там дурной – это был самый настоящий кошмар!

Денис в ответ на мой выпад лишь удивленно вскинул брови, а потом, словно чуть задумавшись, оглянулся вокруг и с самой невинной улыбкой выдал:

– Ну, вообще-то я тут живу.

– Где? На крыше? – не подумав, выпалила я.

– Нет, вообще-то в квартире, – его мое заявление откровенно развеселило. – А вот ты что тут забыла в таком милом виде — больш-о-ой вопрос.

Я мгновенно попыталась посильнее запахнуть куртку. Вот же засада! Похоже, мы, как никогда, вместе с Мариной «накаркали».

Спасибо, вселенная! Вот она я, стою в куртке. Напротив сосед. А так как вместо халата на мне надета только тоненькая пижама с ярким принтом медвежат, то любви с первого взгляда уж точно не предвидится.

– Догадайся, – чуть язвительно ответила я.

Денис лениво потянулся, откровенно наслаждаясь происходящим.

– Ну… – протянул он. – Мне в голову приходит только одно, – и, понизив голос, даже чуть интимно предположил, продолжая улыбаться: – Тебе так понравился наш с тобой полный неудержимой страсти поцелуй, что ты пришла сюда, надеясь, что он перерастет в не менее страстную ночь?

У меня даже слов не было. При упоминании о произошедшем на батуте, я едва сдержалась.

Шока больше не было. Ему на смену пришла более гремучая смесь.

– Как же я тебя ненавижу, – процедила холодно, от всей души, глядя ему прямо в глаза. По щекам, вопреки моей обычной выдержке, покатились соленые капли.

– Кать, ты чего? – Денис даже в лице переменился, чуть привстал и мгновенно спустился на крышу.

Но я на него больше не обращала внимания. Во мне клокотала обида на дикую несправедливость. Вот тебе и новая жизнь, называется.

– Ха-ха-ха, вселенная, – обратилась я к небу, всплеснув руками. – Очень смешно! Соседи? Серьезно?

Плевать, что об этом подумал Денис. Вообще на все плевать.

И пока новоиспеченный сосед Королев прибывал в глубоком шоке, я уверенно направилась к своему окну.

– Кать, извини, – неслось мне вслед. – Кать…

Но я не слушала.

Ведь это был Королев. Тот самый Королев, который в первый же день моего участия в студенческом совете высмеял мое предложение устроить конкурс стихов на праздник осени. Тот самый Королев, который всякий раз не упускал возможности бросить колкость в мой адрес, заставляя беситься от злости и раздражения.

Тот самый Королев, который, едва меня поставили на должность председателя, на первое же собрание студенческого совета разослал всем смски с неправильной датой, а потом ловко выкрутился перед деканом, мол, это Смирнова сама что-то напутала, и он тут абсолютно ни при чем.

И да, мы настолько не переваривали друг друга, что любой наш диалог рано или поздно скатывался в самый обычный обмен нелицеприятными «любезностями».

С силой захлопнув створки, запахнула шторы. И наконец-то от всей души заревела, выпуская наружу эмоции, накопившиеся за последнее время.

Что я могла сказать? Новая жизнь без Кирилла начиналась просто отвратительно.

Глава 6

Ночные бдения дали о себе знать, как и шок, который я испытала вчера. Уж не знаю, в чем я нагрешила, но мой мозг решил добить меня окончательно: полночи мне снился Королев.

Мы лежали с ним на батуте, и он, придавливая меня к полотну своим телом, нагло улыбался. Я брыкалась, пыталась выбраться, но тщетно. Парень только громче смеялся и говорил, что, мол, поздно, Смирнова, раньше надо было думать, а теперь уже точно продолжению нашего поцелуя быть!

Не знаю, чем бы это все закончилось, но именно в тот момент, когда губы парня уже находились в опасной близости от моих, заиграл будильник.

Не знала, что обычно мерзкому и противному писку можно так обрадоваться.

Даже сон как рукой сняло, а на смену ему, сразу же пришло отвратительное настроение. Вот Королев, гад, даже выспаться толком не дал.

Так и хотелось, взять и постучать по стенке, чтобы кое-кому тоже жизнь медом не казалась.

Вот почему-то была уверена, что чудовище, живущее по соседству, в отличие от меня, спит сейчас себе преспокойненько, и к подобному пробуждению явно не готово.

Но естественно я сдержалась. Хорошие девочки так не делают. Хорошие девочки не опускаются до уровня плохих мальчиков, не выстраивают планов мести, не рисуют на чужих окнах несмываемым маркером, и что самое обидное не могут даже воспользоваться своим положением, чтобы подпортить кое-кому репутацию в стенах универа. И плохие мальчики этим, естественно, пользуются.

Иногда мне очень не хотелось быть хорошей девочкой.

С трудом пересилив злость на Королева, я все-таки медленно сползла с кровати, а потом, цитируя великого классика «поднимите мне веки», поплелась в ванну, чтобы хоть как-то смыть всю сонливость под струями прохладной воды.

А дальше начался самый, что ни на есть, настоящий балаган.

Коробки мы еще толком разобрать не успели, и сейчас, собираясь, кто на учебу, а кто на работу, в панике бегали по дому, пытаясь найти недостающие вещи. Точнее я-то была спокойна — еще вчера все необходимое приготовила, чего нельзя было сказать о родителях.

– Где мой медицинский халат? Кать, ты не помнишь, в какую из коробок мы его упаковали? – в панике голосила мама, разрывая скотч.

– Юля, я рабочие вещи уже давно разобрал. Кать, посмотри в шкафу мамин халат, – тут же раздавал указания из ванной папа. – У меня есть вопрос посущественнее: кто-нибудь видел мою бритву?

– Кать, посмотри папину бритву вот в этой коробке?

Дурдом, честное слово. Так и хотелось у них обоих спросить: Кате что сделать, разорваться?

Но вместо этого, естественно, принялась помогать с поисками.

Родителям на работу было опаздывать нельзя. Оба они были людьми достаточно серьезной профессии, а потому несли большую ответственность.

Будучи хирургами в областной клинической больнице, мои родители каждый день выполняли по несколько тяжелых операций, спасая тем самым жизни. За это я их очень уважала. Ценила, боготворила, но никогда бы не позавидовала.

Именно из-за них я и стала той самой хорошей девочкой. Девочкой, которая видела, как родители сутками пропадают на работе, как потом приходят домой безмерно уставшие, как им тяжело разорваться на жизнь до и после.

Но такова была специфика их деятельности. А потому я могла лишь помогать, чем смогу, и не заставлять лишний раз за себя волноваться. Быть послушной, ответственной, не влипать в неприятности.

Даже в институт поступила экономический, вопреки своей детской мечте стать ветеринаром, кажется, они тогда выдохнули с облегчением.

– Ну и забот с этим переездом, – покачала головой мама, когда мы уже сели за стол завтракать. – Никогда бы не подумала, что это может быть так утомительно.

Я была полностью с ней согласна, а потому решила поддержать:

– Да, ладно, мам. Сегодня, завтра я остаток вещей постараюсь разобрать, легче будет.

– Спасибо, милая, – уставшим голосом ответила она, улыбаясь, и тут же переключилась: – Как у тебя дела на учебе?

Стандартный вопрос. Такой задает каждый родитель, считая его своим обязательством. Даже если в ответ слышит такое же стандартное «нормально» или «отлично».

Мой ответ тоже особой оригинальностью не отличался:

– Сессия на носу, а так все хорошо, – откликнулась, наливая чай.

– А с Кириллом у вас что? Что-то его последнее время совсем не видно. Я думала, он нам с переездом поможет.

Вопроса с подвохом я не ждала, а потому немного растерялась.

– Эммм… да, все отлично, – постаралась выглядеть беззаботной. И тут же поспешила выкрутиться: – Говорю же, сессия. А у Кирилла еще и реферат сложный. Не стала его отвлекать от ммм …занятий.

Последнее слово все же не удалось высказать без сарказма, но мама этого, похоже, не заметила.

– Правильно. Молодец он, – удовлетворенно кивнула она. – Серьезный, ответственный. А то на других парней посмотришь, один ветер в голове гуляет.

– Угу, – пробормотала я, вспомнив почему-то о Королеве. Вот у кого ветер из головы никогда не выветрится.

И вот можно подумать, красивый парень, лучший ученик на потоке, староста, в конце-то концов! Вот только когда рисуешь этот идеальный образ, он никак не хочет вязаться с оригиналом: холодным, ироничным и без тормозов.

– А как он о тебе заботится, – в очередной раз мечтательно вздохнула мама.

–Кто?... – «Королев» чуть было не ляпнула я, а потом вспомнила: ну да, речь же о Кирилле.

– Да, хороша забота, – пробубнила себе под нос.

Вспоминая наш с ним вчерашний разговор, поняла только одно: флешку мне искать абсолютно не хочется. Пусть теперь ему Соколова реферат новый делает.

Похоже, последнее предложение я подумала вслух.

– Что? – тут же переспросила мама. – Кать, ты какая-то странная, у тебя точно все в порядке?

– Да, все нормально, – поспешила заверить родительницу и мгновенно выпорхнула из-за стола. – Мне пора. Пока-пока. – И с этими словами, вынырнула из квартиры.

Глава 7

Из подъезда выходила с опаской.

Столкнуться с Королевым, никакого желания не было.

Поэтому, прежде чем покинуть свое укрытие, тщательно осмотрела двор и только тогда рискнула сделать первый шаг.

Но совершить побег не удалось. Стоило только выйти на дорогу, как Денис, словно почувствовав мое присутствие, вынырнул из соседнего подъезда.

И ладно бы нам разминуться, как это часто в жизни бывает. Но нет, мне вот просто жизненно необходимо было именно в этот момент обернуться и встретиться с ним взглядом.

Он тут же замер, явно растерявшись, а я спешно отвернулась и чуть ли не бегом бросилась из опасной зоны.

– Кать! – послышалось мне вслед, вместе с шумом быстро приближающихся шагов. – Стой, Кать!

Он быстро догнал меня и придержал за рукав.

Дергаться было бессмысленно, бежать стремглав прочь – детство. Потому я остановилась.

Мы все-таки с Денисом взрослые люди. Неужели не можем нормально поговорить и обсудить произошедшее вчера?

– Ну чего тебе? – обернулась, процедив сквозь зубы.

Уже готова была встретить привычную нагло-ироничную улыбку, но ее не было.

Странно, но сейчас король института выглядел даже слегка растерянным и встревоженным.

– Ты… Ты, правда, переехала к Черкасовым?

–Что? – не поняла вопроса.

– Та квартира, в которой ты вчера скрылась, – пояснил он свой странный вопрос, но я все же поняла, что он имеет в виду.

– У меня родители у них квартиру купили.

– Да уж… – растерянно пробормотал парень.

Помолчали. Видимо, каждый из нас не знал, что нужно говорить дальше.

Я смотрела на Дениса. Он как всегда выглядел идеально: высокий, подтянутый, в своей темной спортивной куртке, какого-то новомодного бренда, и с неизменным легким беспорядком темно-каштановых волос. Но сейчас казался каким-то потерянным.

Будто решал какую-то внутреннюю дилемму, но никак не мог разрешить.

Но долго заморачиваться над его странным состоянием я не собиралась. И уже было намеревалась освободить свой рукав, как он неожиданно выдал:

– Извини.

Вот не знала, что всего одно слово, может повергнуть человека в такой шок. У Дениса Королева есть совесть??? Или же он вчера словарь Ожегова перечитал и теперь решил козырнуть новым пополнением в своем лексиконе?

А парень тем временем продолжал:

– Кать, правда, я не хотел, чтобы так все вчера получилось, и был немного удивлен, увидев тебя, – и тут же усмехнулся. – Хотя слово «немного» тут не совсем уместно.

– Ну да, есть такое, – чуть потрясенно произнесла я и, от чего-то, сама улыбнулась, вспомнив первые эмоции он нашего столкновения.

– Знаю, что бываю порой откровенной сволочью, и, возможно, вчера и перегнул палку. Но знаешь, я просто не могу смотреть на женские слезы — это чересчур, – он даже слегка виновато опустил голову, отчего его длинная челка чуть спала на лоб.

Стоп! Что? Он только что назвал меня женщиной?

Я в ответ могла только ошарашено хлопать круглыми от удивления глазами.

– Так ты простишь меня? – теперь он уже поднял взгляд, и хоть на его лице и играла легкая улыбка, выглядел при этом немного подавлено.

Эдак его вчера приложило! Видимо, от вида моей пижамы парень явно потерял рассудок. Иначе как еще объяснить, что я его сейчас вообще не узнавала.

– Я… ну даже не знаю… – растерянно пролепетала в ответ. – Королев, у тебя температуры случайно нет?

На всякий случай проверила лоб парня – нет, нормальный. Вообще странно.

Он следил за всеми моими действиями с легким недоумением и, кажется, едва сдерживал смех.

– Смирнова, ты нормальная? Я тут у тебя прощения прошу, между прочим, а ты спрашиваешь, здоров ли я? – вот теперь уже в его глазах появилась привычная ирония, и я облегченно выдохнула.

Все хорошо, психиатрическую бригаду скорой помощи можно не вызывать.

– Ну, знаешь ли… Ты и извинения… – даже слов не могла подобрать.

– Ну, так что? Друзья? – тут же повеселел он.

Я хотела еще что-то сказать, мол, друзьями мы с ним никогда и не были, но в этот момент нас прервали.

– Ох, какие люди, – донеслось откуда-то с боку. – Дэн, да ты сегодня, смотрю, в компании. И когда, спрашивается, успел?

И только сейчас я заметила, как к нам подъехала темно-синяя иномарка. Денис тоже отмер и тут же отпустил мой рукав, чему я была безмерно рада.

Из опущенного окна на нас смотрел один из Королевских приятелей, знакомых еще с пресловутого батута.

– Ты сегодня не на машине? – удивилась я, переведя взгляд на Дениса.

– Как-то так вышло, – продолжая улыбаться, пожал плечами тот, а я лишь тяжело вздохнула.

Конечно, как я сразу не догадалась. Уж его-то ярко-красное пятно я бы смогла разглядеть среди небольшой стоянки возле дома еще вчера и, может быть, уже тогда бы заподозрила неладное. Но так как его машина сейчас находилась невесть где, это многое объясняло.

– Давай мы тебя подвезем? – тут же спохватился Королев, указывая на своего приятеля. – Хотя бы в качестве моральной компенсации?

Я скептически вскинула брови, оглядев с ног до головы сначала Дениса, а потом и стоявшую рядом машину.

– Ну уж нет, спасибо. Мне и так за вчера и сегодня впечатлений хватило. Тем более меня подруга на остановке ждет.

– Эта та, что была с тобой в торговом центре? Ну так мы и ее за компанию прихватим. Места в салоне хватит, соглашайся, – ничуть не смутившись отказом, отмахнулся Денис.

Я представила себе эту картину. Как я выхожу с Королевым из машины и приглашаю Маринку к нам присоединиться. Последняя точно будет в полном ауте.

Улыбнулась и качнула головой.

– Тем более нет! А то, боюсь, в больнице откачивать ее придется.

– Это почему же? – вопросительно выгнул брови Денис.

– Разрыв шаблона, – весело пояснила я. – Бывай, Королев, надеюсь, в универе не увидимся. И да, извинения принимаются, – помахала ему на прощание и, обогнув машину, уверено зашагала через детскую площадку к остановке.

Глава 8

Вот кто бы мог подумать, что даже такие парни, как Денис, могут хоть иногда быть нормальными. Хотя слово «нормальные» к нему применить было сложно. Скорее, его извинения на общем фоне выглядели странными. И мне оставалось только гадать, насколько именно парень был искренен.

Конечно, рассчитывать на то, что у нас вдруг ни с того ни с сего наступило перемирие, не приходилось. Тем более в стенах универа он держался все так же расслабленно вальяжно, а едва заприметил меня в коридоре, иронично улыбнулся и подмигнул в присущей ему надменно-игривой манере. Клоун, честное слово.

Зато Маринка от новых новостей была просто в шоке.

Мы сидели с ней в столовой, где на большой перемене собралась добрая половина универа, а подруга все не могла успокоиться:

– Это надо же. Вот и пошутили, называется, – уже который раз за день растеряно пробормотала она, размешивая маленькой ложечкой чай. – И что, вы с ним теперь типа друзья… или как?

Я только и смогла, что закатить глаза к потолку.

– Или как, – ответила, не задумываясь. – Марин, мы с ним второй год уже не перевариваем друг друга. И тот факт, что мы теперь живем за стенкой, думаю, не многим изменит ситуацию.

– Ну да, – как-то вяло согласилась она, рассеяно глядя по сторонам. – И что теперь будешь делать?

Я пожала плечами.

– Без понятия. Думаю, для начала заколотить окно в своей комнате крест на крест. Знаки защитные на досках нарисовать и чеснок повесить, чтоб наверняка, – начала рассуждать вслух, мысленно представляя эту картину.

– Кол осиновый не забудь, – тут же добавила Марина. – То-то твои родители обрадуются новому интерьеру в готическом стиле.

Обрадуются, не обрадуются, но что-то делать надо было. Один тот факт, что Королев теперь запросто сможет подглядывать за моей приватной жизнью, не радовал. А если я переодеваться буду или еще чего? Да хотя бы из ванной в одном полотенце выйду? Это же будет катастрофа.

– Зря ты так. Я ведь серьезно говорю, – покачала головой. – Может с досками и чесноком, конечно, перебор, но то, что теперь моя комната будет больше напоминать бункер, это точно. Ни шторки не открыть, не проветрить толком – мрак.

– Угу, – только и ответила Марина, целиком погрузившись в свои мысли.

– Эй, Марин, ты чего? – я совсем не узнавала подругу. – Я, конечно, понимаю, что ситуация дурацкая, но ты-то чего так расстроилась?

– Что, я? Нет, все нормально, – тут же ожила она. Словно невидимую вуаль с себя скинула, и тут же улыбнулась, смерив меня лукавым взглядом. – Просто тут подумала: у тебя же теперь целая смотровая за окном. Город, огни, крыша, романтика… Ну, знаешь, как на этих красивых картинках с интернета.

Я чуть чаем не подавилась. Ну она дает, и о чем только мысли у человека? Это же всем понятно, что я, Денис и романтика — вещи абсолютно несовместимые.

– Марин, какая смотровая? Ты чего бредишь? Да я на эту пристройку больше не ногой.

– Боишься с Королевым опять столкнуться?

– Нет, – зло усмехнулась я. – Боюсь, что он шторки закрыть забудет, а я в этот момент как раз выйду и буду иметь сомнительную честь лицезреть его в семейниках. Поверь, к такому моя нервная система явно не готова.

Обстановка за столом разрядилась. Подруга звучно рассмеялась, а потом мы стали болтать о каких-то несущественных мелочах.

Другое дело, что я еще некоторое время думала над ее странной реакцией. Если бы я так хорошо не знала Марину, то всерьез подумала бы, что ей нравится Королев. Но за все время нашей дружбы она этого никогда не показывала, поэтому эти глупые мысли я быстро выкинула из головы. А после, когда мы вернулись на лекции, и совсем не до того стало. Учеба и социальная жизнь университета закрутили, завертели, и я погрузилась в них с головой.

Конечно, с семейниками и чесноком — это я перегнула. Но на пристройку, правда, больше не совалась, да и утром старалась выходить пораньше, чтобы невзначай не натолкнуться на его высочество.

И даже не смотря на то, что после того утреннего разговора мы с ним почти не пересекались, его незримое присутствие я чувствовала буквально кожей. Хотя, скорее нет, не так — ушами.

И ведь странно, сколько всего можно узнать о человеке, живя с ним по соседству. Причем для этого и видеться-то особо не надо. Главное, чтобы стены были достаточно тонкие и без единого намека на звукоизоляцию.

Так, уже через несколько дней я точно могла сказать, какую Денис слушает музыку, во сколько примерно ложится спать, и, что самое главное, на какое время у него стоит будильник.

Будильник, к слову, был первым злом, которое мне на себе пришлось испытать.

Причем, оставалось только догадываться, как подобное явление не разбудило меня в первый день, потому, что уже на следующее утро, услышав неопознанный дикий рев в своей комнате, я чуть было не свалилась с кровати.

Дикая смесь хард-рока ударила по моим барабанным перепонкам громогласными басами, а я, отличающаяся особой чуткостью сна, к такому явно была не готова. Да что там не готова, мне показалось, что даже кровать подо мной ходуном заходила! И это все в шесть утра — ровно за двадцать минут до того, как срабатывал мой собственный будильник.

Но ладно, это цветочки. Ну, подумаешь, на двадцать минут раньше вставать — не велика беда.

Вторым злом было то, что вышеупомянутый Королев, оказался чуть ли не лунатиком. И уже на третий день я всерьез стала задумываться, не робот ли он? Нет, ну правда. Ведь не может же нормальный человек спать по три часа в сутки и при этом выглядеть свежим и до безобразия бодрым. Я вот не могла, поэтому несколько дней подряд ползала по университету не живее сонной мухи.

Третье зло и самое явное – музыка. Она играла постоянно. Днями напролет, не переставая, не давая сосредоточиться, и как следует сконцентрироваться на учебе.

Кажется, день на четвертый я начала понимать, почему бывшие владельцы квартиры, Черкасовы, так второпях продавали эту четырешку почти задаром. Да с такими-то соседями я уже сама готова была с новой квартиры хоть на луну улететь.

На пятый день нервы мои сдали.

Глава 9

Шел первый час ночи, а посторонние звуки в моей комнате все не желали затихать.

То, что источник этих звуков находился за стеной, не сомневалась: ну кто это еще может быть кроме Дениса.

И сейчас, порядком изучив его расписание, пыталась абстрагироваться и настроить себя на здоровый сон.

На утро меня поджидали контрольная по макроэкономике, а потом и нормативы по ненавистной мне еще со школы физической культуре. В общем, выспаться я считала своим святым долгом.

На этот раз, судя по звукам, Денис смотрел какой-то боевик. Неясные диалоги и присущие этому жанру шумы то и дело доносились до моего чуткого слуха, но я упорно старалась не обращать на них внимания. И поначалу дело даже пошло.

Дрема медленно закутала мое тело, веки отяжелели, я уже начала медленно проваливаться в сон и…

Раздался крик!

Высокий, пронзительный, звенящий, и тут же по моим ушам начали долбить звуки выстрелов.

Бах-бах-бах!

Гадство!

Я пару раз ударила по стене, но звуки не стихли.

Напротив, мне даже показалось, что они стали громче. Словно Королев специально издевался, усилив громкость динамиков.

Постучала еще раз – уже более настойчиво.

Тщетно.

Не знаю, чего Денис добивался, но в том, что это он, и он это делает специально, даже не сомневалась.

Вот тебе и перемирие, называется. Просто новый способ вывести меня из себя.

Нет, определенно, доставлять ему еще больше радости, провалив от недостатка сна контрольную, я не собиралась, поэтому на пристройку лезла с четким желанием убивать.

Убивать медленно, мучительно и особо безжалостно.

Мало того, что спустя почти неделю после таких представлений, я уже с трудом могла разобрать информационную кашу в своей голове, да еще такими темпами недолго оставалось и ползать начать.

Шторы в комнате Королева были плотно закрыты, свет выключен, но звуки, доносившиеся явно из его квартиры, сейчас были не слышны. Окна у него бронированные, что ли?

Не медля ни секунды, я, что есть сил, постучала по стеклу.

Ответа, как и ранее, не последовало.

Теперь уже, как следует, долбанула. Глухо.

Да что он там? Совсем уже оглох от своей какофонии?

Сдаваться было рано, и откровенно не хотелось. Что мне теперь? Умереть от недосыпа? Ну уж нет! Забарабанила по окну с новой силой, а затем разозлилась.

Спать в таком гомоне, я не могла. Смириться с подобными издевательствами — тоже. Сквозь плотную ткань штор я отчетливо видела в его комнате отсвет от работающего телевизора, потому все факты для меня были налицо.

– Ну, Денис, ну держись! И не говори потом, что я не предупреждала. – С силой сжав кулаки, я стремительно вернулась обратно в свою комнату, но только для того, чтобы вскоре вернуться.

Душа требовала мести.

У меня красивый почерк: крупный, размашистый и почти каллиграфический. И еще я очень хорошо умею писать задом наперед, так, чтобы было легко прочитать по ту сторону соседского окна.

Хорошие девочки так не делают. Хорошие девочки не пишут на чужих окнах черным нестирающимся маркером. И уж тем более хорошие девочки не испытывают при этом чувство удовольствия.

Что ж, Королев сам нарвался, время хороших девочек закончилось.

Уже через несколько минут я не могла смотреть на окно Дениса без умиления.

« Акустический садист», – гласила надпись на стекле.

Что ж, теперь можно и поспать.

Глава 10

Следующее утро началось с привычного Королевского будильника, но при этом уже спустя несколько бесценно долгих минут несло самые что ни на есть позитивные нотки.

– Твою ж мать! – орал кто-то по ту сторону стены.

Хотя, что тут гадать-то, и так понятно кто.

Я лениво потянулась. Иногда тонкие стены – это так приятно.

– Смирнова, твою мать, убью!

А вот теперь можно было вставать и с самой довольной улыбкой отправляться умываться.

Нет, если день начался с позитива, в этом явно что-то есть.

Мое настроение целый день порхало, как бабочка – весело и беззаботно. Вопросы на контрольной показались не такими уж и сложными, а нормативы я сдала, на удивление, бодро, несмотря на общий недосып.

Да что там, даже Марина отметила, что я сегодня отличалась крайней степенью дружелюбия.

Королев же ходил хмурой горой. Я встречи с ним всячески старалась избегать. Лишь единожды выловила его злобный взгляд в толпе, отчего моя улыбка стала еще шире, и тут же поспешила скрыться – от греха подальше.

И ведь никогда бы и не подумала, что сотворенная на эмоциях гадость может принести такое странное чувство внутреннего удовлетворения и придать массу вдохновения и новых сил.

Сегодня мне, как никогда, хотелось нести мир и добро в массы.

Уже после обеда я заглянула в актовый зал, проверить, как идет подготовка ко дню посвящения в студенты. По пути забежала к ребятам, что ведут студгазету. Перепроверила план мероприятия на ближайшие полгода. В общем, подгоняла все свои хвосты за предыдущую неделю и целиком завертелась в социальной деятельности.

Кирилл выловил меня, когда я как раз направлялась к декану, предоставить отчет о проведении очередного математического марафона.

– Кать, стой, – поймал он меня уже почти в дверях. – Я поговорить хотел.

Ммм… Вот и как сказать бы, чтоб не обидеть?

Гадости говорить не хотелось, настроение себе портить тоже, поэтому я как можно шире улыбнулась.

– Да, флешка, я помню, завтра отдам, – понимающе кивнула. Я все еще была зла на него, но уйти он мне не дал.

– Кать, постой, – Кирилл загородил дверь деканата. – Я, правда, поговорить хотел.

Ну вот и что ему надо, спрашивается? Сказала же что верну его реферат!

«Так, Смирнова, вдох, выдох. Ты жизнерадостная, цветущая и имеешь нехилый запас позитива. Сейчас немного послушаешь, что он там тебе залечивать собрался, а потом по-быстрому свалишь», – уговаривала мысленно себя и тут же, нацепив на лицо самую миролюбивую улыбку, откликнулась:

– Ладно, слушаю.

– Эм… – на этом-то моменте Кирилл и растерялся, видимо, не ожидал столкнуться с таким неприлично-оптимистичным настроем. – Я хотел узнать, как твои дела.

Что, правда? Сейчас я ощущала себя точной копией Королева, по крайней мере, иронию удержать точно не смогла.

– Флешку верну, – в очередной раз уверила его и даже по плечу похлопала, но он и на этот раз не дал мне уйти, перехватив за запястье.

– Кать, я за тебя волнуюсь, – а вот теперь уже было ближе к делу, и я даже невольно перевела на него заинтересованный взгляд. – Ты… и вот эти гулянки, – продолжил парень, – это не хорошо, понимаешь?

Мои брови медленно поползли вверх.

– Какие гулянки? – не сразу поняла, о чем речь.

Кирилл шумно выдохнул.

– Не притворяйся, когда я тебе последний раз звонил, ты была в какой-то непонятной компании, время на часах позднее, а если судить по их голосам, то они явно были нетрезвы.

Нет, ситуация складывалась, конечно, абсурдная, но спорить я не стала. Точнее, просто не собиралась.

– Слушай, мне кажется, это уже совсем не твое дело, – чуть раздраженно ответила.

Уж что-то, а устраивать очередные разборки в мои планы точно не входило. И если еще вчера я искренне желала проявления хоть малейшего внимания со стороны Кирилла. То сегодня единственное моим желанием было: во что бы ни стало сохранить хорошее настроение и избежать очередного падения в бездну депрессии.

– Как там ты говорил? Идти дальше? – решила напомнить ему его же слова. – Мне казалось, мы с тобой уже тогда все выяснили. Так что ты теперь лучше за Инной следи. А я уж как-нибудь сама разберусь, с кем мне гулять и когда.

Но Кирилла мой ответ не устроил:

– Катя, я не шучу. Если это поведение как-то связано со мной, то это важно. Я знаю, что вышло все не очень красиво, но не хочу, чтобы ты портила из-за меня свою жизнь …

Он говорил еще что-то, но я уже не слушала, потому как все мое внимание переместилось в конец коридора. Вот никогда бы не подумала, что буду так рада и не рада видеть Королева.

– Ээээ, Кирилл, прости, но мне необходимо срочно бежать, – быстро проговорила, освобождая свое запястье из хватки парня.

– В смысле? – не понял он такой резкой перемены разговора.

– В прямом! – и с этими словами я как можно шире улыбнулась, развернулась и стремглав помчалась прочь.

Кирилл, кажется, опешил, но мне вообще было все равно, что он там подумал. С того конца коридора уже доносилось разъяренное:

– Смирнова! А ну стой! Я тебя обнимать буду! Медленно и за горло!

– И не подумаю, Королев, – кричала я в ответ, представляя себя на месте молодой антилопы, галопом мчавшейся от хищного гепарда. – Знаю я твои обнимания! И вообще, ты тяжелый и не в моем вкусе!

– Не в твоем вкусе, говоришь? А вот я сейчас тебя догоню, и мы это проверим!

Глава 11

Нет, я однозначно не хочу знать, о чем подумал Кирилл. Потому что то, что происходило дальше, было больше похоже на детскую забаву безбашенных подростков, нежели на поведение взрослых и ответственных людей. И ладно Королев, с тем все и без слов всегда было понятно, но от себя я такого точно не ожидала.

Забег продолжался на несколько десятков метров. Сначала по длинному петляющему коридору, затем вниз по широкой лестнице. Все это время я, проявляя недюжинное проявление ловкости и маневренности, чудом избегала столкновения со «встречным движением». Даже второе дыхание, о котором ранее только догадывалась, и то открылось. Про сердце вообще молчу: оно колотилось загнанным кроликом, и, казалось, вот-вот выскочит из груди и побежит впереди меня.

Папки с отчетами ужасно мешались, их хотелось куда-нибудь откинуть, а лучше совсем выбросить. Но я стоически продолжала их прижимать одной рукой, а другой придерживала болтавшуюся на плече сумку, и это при том, что темп мне сбивать нельзя было ни в коем случае.

«Жаль, что преподаватель по физической культуре не видит, – промелькнула шальная мысль. – Все зачеты автоматом бы до конца года выставил».

И то правда. Я даже на нормативах так не бегала. Но там у меня и такой мотивации не было!

А мотивация тем временем отставать никак не желала:

– Куда же ты, Катюш? Я же с самыми светлыми чувствами, – продолжал ерничать Денис, когда мы пересекали пролет между третьим и вторым этажами.

– Ага, еще скажи, в любви признаваться будешь, – порядком запыхавшись, откликнулась я.

– А, может, и буду, – он почти поймал меня за шкварник, но я в последний момент успела вывернуться и сигануть в спасительный дверной проем.

Да уж, представление мы с Королевым устроили воистину феерическое. Многие студенты оторопело шарахались в стороны, кто-то недоумевал, кто-то любопытствовал, но равнодушным не остался никто. Еще бы! Председатель студсовета галопом улепетывает от первого парня универа — такое не каждый день увидишь.

С дверью я явно ошиблась. Аудитория, в которую я по неосторожности завернула, оказалась пуста, не считая двоих студентов. Но и те уже собирались уходить и убирали со стола книги.

– О, это мы удачно зашли, – Денис самодовольно улыбнулся и загородил дверной проем. – Ребят, нам бы с глазу на глаз с девушкой переговорить.

Внимание парней сразу переключилось на нас.

С учетом недавнего марафона зрелище им предстало то еще. Запыхавшийся, но довольный, как черт обожравшийся сметаны, Королев улыбался своей привычной гадско-голливудской улыбкой, не растеряв при этом легкие нотки неприкрытой угрозы во взгляде. Хищник, загнавший свою жертву в ловушку — не иначе. Вот только я одного не могла понять: почему жертва, то есть я, в этой ситуации продолжала стоять столбом посреди аудитории, прижимая к себе злосчастные папки, и глупо при этом улыбалась.

– Эмм…. Да нет, не надо, – пытаясь хоть немного отдышаться, вставила свои пять копеек, пятясь поближе к партам. – Сидите, ребята, занимайтесь, а мы с Королевым дальше пойдем. Да, Денис?

Парень лишь фыркнул в ответ.

– Что, Смирнова, боишься? Правильно делаешь, что боишься, – не стал развеивать он мои опасения. – Страх, между прочим, это естественная реакция инстинкта самосохранения.

Вот теперь уже студентов, откровенно говоря, накрыло. Они оба то и дело переводили немного обалделый взгляд с меня на Дениса.

Я же смотрела на них немного затравленно, но они моего намека не поняли:

– Эм… Так мы это… пойдем, – наконец-то отмер один из парней.

Что? Нет, нет! Нет!

«Не оставляйте меня с ним!» – хотелось закричать мне в голос, но оба парня уже уверенно шли к выходу.

– Так, так, так… и на чем мы остановились? – с самой зловещей улыбкой поинтересовался Денис, услужливо закрывая за студентами двери. – Точно! На обнимашках!

Я трухнула. Он меня загнал. Но и сдаваться без боя тоже не собиралась. Тем более что потоковая аудитория, в которой мы оказались, давала мне размах для маневренности.

Глава 12

Оценив достаточно высокие ступеньки, длинные ряды парт и всего три пролета, я быстро просчитала все шансы отделаться малой кровью и смыться без особых последствий.

– Чтобы кого-то обнять, надо этого кого-то для начала поймать, – не согласилась, отступая как можно дальше.

– То есть, думаешь, не поймаю? – брови Дениса взметнулись вверх.

Я отрицательно покачала головой. Не то чтобы я думала, что у него совсем нет шансов, но после сумасшедших гонок по лестничной вертикали во мне вспыхнул какой-то ранее неведомый азарт.

– Это вызов? – кажется, Королев тоже не на шутку распалился, и, судя по блеску в его глазах, игра в кошки мышки продолжалась.

Он сделал резкий шаг вперед, и я тут же отпрянула, уходя в сторону, и стремглав кинулась вверх по пролету. Денис не отставал.

Резкий уход влево, сердце снова начало заходиться в бешеном ритме, а на лице заиграла глупая улыбка.

Еще в школе все играли в эту игру: бегали между партами, ненароком сносили стулья. А я никогда не понимала, как так можно получать удовольствие от того, что ты словно какой-то сайгак, скачешь туда-сюда, из стороны в сторону, и при этом то и дело норовишь получить травму.

Но сейчас о травмах я совсем не думала. Да что там, я вообще ни о чем не думала. Единственное, что меня заботило — не попасться бы ненароком и как можно скорее добраться до спасительного выхода.

Денис улыбался. В отличие от меня, он хоть и выглядел порядком запыхавшимся, но уставшим его назвать было сложно. Я же поняла, что еще немного и лань из меня будет совсем некудышная, хищник своего в скором времени добьется.

В аудитории было не разогнаться. Да и развернуться особо негде. Приходилось исхитряться и пользоваться обманными приемами. Несколько раз мне удавалось почти добраться до дверей, но парень всячески пресекал эти попытки.

Оставался последний рывок. Сейчас наша позиция была явно в мою пользу. Нас с Королевым разделял целый пролет, а так как я находилась как раз у той стены, которая вела к двери, за мной оставалось явное преимущество.

– Сдавайся уже, все равно не уйдешь, – самоуверенно заявил Денис.

Ага, размечтался!

Собравшись с остатками сил и перехватив поудобнее проклятые папки, я что есть сил побежала вниз. Парень на секунду замешкался, но тут же двинулся наперерез. Мне оставалось каких-то жалких пару тройку метров.

Ну же, еще чуть-чуть…

Рука сама потянулась к ручке, но в этот момент Королев совершил поистине коварный прием. Уж не знаю, как он это провернул, но парень достаточно ловко перемахнул через четырехместный ряд столов и оказался прямо передо мной. Нет, однозначно жаль, что наш физкультурник этого не видит, чудеса эквилибристики налицо!

Я инстинктивно подалась назад. Резко развернулась, и уже было хотела броситься бежать, но он мне не дал времени на маневры. Довольно ловко ухватил за предплечье и моментально впечатал в стену.

– Ну что, вандалка, добегалась? – Денис тяжело дышал, но в его голосе я уловила насмешливые нотки и отчего-то зарделась под озорным взглядом темно-карих глаз. Он поймал меня. Буквально загнал в угол.

Сердце до сих пор гулко стучало в груди, а я не могла отвести взгляд и продолжала улыбаться. Меня переполняли неведомые ранее эмоции. Мне было весело, свободно и на удивление легко. Такие противоречивые чувства. Я была непомерно уставшей, но в то же время безумно счастливой. И сейчас смотрела на человека, который подарил мне эти эмоции.

Впервые видела его таким: немного взлохмаченным, с горящим взглядом и затаенным весельем, спрятанным за очередной лукавой улыбкой. Сама не могла отдышаться, а он был преступно близко — буквально возвышался надо мной.

Я всегда знала, что Королев парень опасный. Опасный и чертовски привлекательный. Но никогда раньше не придавала этому значения. Красивая картинка — не более. Только сейчас все было по-другому: его близость действовала на меня волнительно.

Мне не хотелось, чтобы он меня отпускал, не хотелось отводить взгляд. Глаза в глаза. Только так, только сейчас. Мысли в голове путались, да и сам Денис выглядел теперь странно, его привычная ирония угасла, а взгляд неуловимо изменился.

Широкая ладонь парня все еще продолжала удерживать мое плечо, и он не спешил ее убирать, показалось даже, сжал чуть сильнее. И, вопреки, это прикосновение не вызывало во мне ожидаемого отторжения или раздражения. Напротив, в душе поднималось какое-то абсолютно неуместное и внезапное чувство. Казалось, что сейчас между нами происходило что-то не подвластное моему пониманию. Это не на шутку напугало.

Я чуть тряхнула головой, рассеивая наваждение. Мне даже пришлось напомнить себе о том, КТО стоит напротив, а так же вспомнить, что я все еще люблю Кирилла. Хоть последний этого совсем и не заслуживал.

– Пффф, Королев, убери свои наглые лапы от меня, – я оттолкнула парня и деланно недовольно начала поправлять края тонкого темно-синего свитера. – Я, конечно, понимаю, что у тебя с личной жизнью туго, но это не значит, что надо на первых встречных бросаться.

Мне было не по себе. А учитывая, что в аудитории мы были одни, то и сама ситуация показалась со стороны достаточно неправильной и двусмысленной. Парень усмехнулся, но отступил, к моему облегчению, увеличив пространство между нами.

– Смирнова, а тебе не кажется, что для человека, который ни за что ни про что испортил мне окно, ты ведешь себя слишком нагло?

– Я? – притворно удивилась, попытавшись взять себя в руки и отступить на еще более безопасное расстояние, чтобы унять непонятно откуда взявшуюся внутреннюю дрожь. – С чего ты вообще взял, что это была я? Мало ли кто там тебе окна портит.

Уж не знаю, почему я вдруг начала отпираться, но вот хотелось мне сейчас все отрицать. Вообще все, даже любую связь с Королевым в принципе.

–То-то ты от меня спринтерский забег длиною в жизнь устроила, – ухмыльнулся парень. Казалось, в отличие от меня, он никакой неловкости, случившейся между нами минуту назад, не почувствовал. – Согласись, Смирнова, все улики играют против тебя, – Королев демонстративно с грацией ленивого хищника облокотился о стену и начал загибать пальцы: – Окна твоей квартиры так же, как и мои, выходят на пристройку. Из всех, кого я знаю, ты единственный человек с больной на голову фантазией, и да, графологическая экспертиза сыграла явно не в твою пользу.

– Ооо, так ты даже графологическую экспертизу проводил, – протянула я с деланным уважением. – Молодец! И как же ты, Шерлок, понял, что это именно мой подчерк?

– Элементарно, Ватсон. Твоя неизменная манера писать букву «т» с закорючкой, – парень чуть насмешливо склонил голову набок. – Я давно у тебя эту особенность заметил, еще с первых собраний, – а затем он вдруг скрестил руки на груди, и его взгляд мгновенно стал серьезным: – Ну так что, Смирнова? Я жду объяснений! Или ты по-прежнему будешь все отрицать?

– Объяснений? – я удивленно вскинула брови. – Какие тебе еще нужны объяснения? По-моему, как мы уже выяснили, я весьма доходчиво все написала. И вообще, если бы ты хоть чуть-чуть уважал право на покой и здоровый сон других людей, то никто бы тебе гадости на окнах не писал. Скажи еще спасибо, что я за все эти дни полицию ни разу не вызвала.

Говоря все это, я демонстративно равнодушно поправляла порядком выбившиеся листы из папок и перекинула сумку с одного плеча на другое. Виноватой я себя до сих пор не чувствовала, только если совсем чуть-чуть. А вот Денис не спускал с меня тяжелого хмурого взгляда.

– А вот с этого момента поподробнее, – очень холодно процедил он, подавшись чуть вперед. – Когда это я посягал на твой сон и прочее? Это что еще за обвинения?

Причем его слова прозвучали так искренне, что я даже растерялась от подобной наглости.

– Как когда? Да ты мне пять суток спать толком не давал! – возмутилась я. – Сначала будильником своим, потом музыка эта, что без перебоя у тебя круглосуточно грохочет. Робот, да ты вообще когда-нибудь спишь?

На лице Королева отразилась крайняя степень замешательства, но тут же ее заменило раздражение:

– Слушай, Смирнова, ты меня случайно ни с кем не путаешь?

– В каком смысле?

– А вот в таком! Я, конечно, понимаю, что мы с тобой соседи и живем за стенкой, но есть одно «но». Музыку я слушаю исключительно в наушниках. Поэтому не знаю, что ты там себе понапридумывала, но мое окно тут ни при чем.

Я задумалась, хотя нет, скорее впала в ступор. Потому что понять точно не могла, либо он сейчас говорил правду, либо просто пытался меня в очередной раз надуть.

– Но я видела вчера, как у тебя телевизор среди ночи работал, – вставила веский аргумент.

– Ну и? Я всегда засыпаю под канал «автоспорт». Причем с выключенным звуком.

– Но…

– Что но? Или мои слова для тебя пустой звук? – слегка раздраженно спросил Денис. – Что ж, тогда предлагаю, если у тебя сегодня опять начнутся музыкальные глюки, сразу дать мне знать и проверить. Идет?

– Идет.

Глава 13

Нет, конечно же, я ему не поверила. Да и кто бы на моем месте поверил? Но когда тем же вечером мы с Королевым встретились на пристройке, я готова была провалиться сквозь землю.

– Ну так что? Играет у тебя там музыка? – слегка глумливо поинтересовался Денис, скрестив руки на груди. – Или слуховые галлюцинации наконец-то развеялись?

Музыка играла. Еще пару минут назад в моей комнате ее было очень отчетливо слышно, а вот у Дениса царила тишина. Я смотрела на его комнату сквозь открытые настежь створки и чувствовала себя ужасно паршиво.

Комната Королева мало чем отличалась от моих представлений о личном мужском пространстве. Большой письменный стол с включенным ноутбуком, встроенный шкаф, полутороспальная застеленная кровать и широкий темно-синий ковер на полу. Вот только плазменный телевизор, висевший на стене, был выключен, а стереосистема молчала.

Но мне ведь не могло показаться, правда? Такого же просто не может быть.

– Музыка сто процентов играет. Это все ты… ты все специально успел выключить, – попыталась найти хоть какое-то логическое оправдание и поспешила отвести взгляд обратно на пристройку.

Почему-то меня жутко смутило, что наши с Денисом кровати, оказывается, стояли рядом, разделенные только межкомнатной стеной.

– Ну да, конечно, – усмехнулся Королев. – Мне же заняться больше не чем, только тебя со свету сживать. Как по мне, Смирнова, ты слишком высокого мнения о себе.

Высокого, не высокого, но я насупилась. Уж он-то бы промолчал про сживание со свету.

– А как по мне, так ты только этим с нашей первой встречи и занимаешься, – пробурчала я себе под нос.

– Что? – не расслышал Денис.

– Иди сюда, и стой тут! – потянула его за край футболки, отчего брови парня медленно поползли вверх. – И не шагу, ясно? Я за тобой слежу!

Денис только иронично ухмыльнулся, но оперся об косяк моего окна, с интересом наблюдая, как я полезла обратно в свою квартиру.

– Ну и что там у тебя? – лениво поинтересовался он, когда я потрясенно застыла посреди комнаты.

Музыка играла. На этот раз это была какая-то дикая смесь тяжелого рока, наполненная непонятными визгами.

– Эй, Смирнова, ты там зависла, что ли? – я не успела заметить, как он без спросу нырнул вслед за мной. – О, и, правда, играет. Похоже, это от соседей сверху, – констатировал парень, прислушавшись, а затем его взгляд упал на расположение моей кровати. Кажется, я покраснела.

Почему-то этот момент мне стало ужасно не по себе. В душе вспыхнуло дурное желание оправдаться. Он ведь все понял, глупо было не понять. Мало того, что расположение кроватей совпало, так у нас даже подушки лежали с одной и той же стороны. И оттого неловкость момента лишь нарастала.

Я не успела уловить эмоции на его лице, но казалось, что Денис немного растерялся. Ситуация со стороны выглядела нелепо и абсурдно. Я сама не могла понять, как теперь относиться к тому, что мы, грубо говоря, спали рядом, пусть и разделенные монолитной стеной. Это осознание вызывало противоречивые и неуместные мысли. И почему-то мне очень хотелось узнать, о чем подумал в этот момент Денис. Еще не хватало, чтобы парень решил, будто я одна из его бесчисленных университетских фанаток. Но понять его реакцию мне не удалось, он, как и я ранее, поспешил отвести взгляд.

– Хм… – Денис словно сам себя одернул, прочищая горло и вновь возвращая свой беззаботный вид. – Ладно, все понятно. И сколько они уже тебя так достают? – поинтересовался он, смотря на потолок.

Комментарии по поводу расположения наших кроватей он решил упустить. Я же растерялась. Мало того, что он никак не отреагировал на увиденное недоразумение, да еще и спросил про музыку так, будто это вдруг стало его заботой. Я хотела было сказать, что это теперь не его проблема. Да и какая ему разница? Мне же не высыпаться, не ему. Но смотря на серьезный и даже слегка недовольный взгляд Королева, призналась:

– Практически с первого дня.

– И ты все это время не вызывала полицию? – удивился Денис, абсолютно не скрывая своего негодования. – Кать, если ты не знала, то в нашей стране существует закон, который запрещает подобные выверты после двадцати двух часов.

Я не понимала, почему он еще не ушел. Ведь должен был? Еще в тот момент, как я поняла, что источник звука исходил от других соседей. Он мне все доказал, должен был посмеяться, привычно съязвить, сказать что-нибудь колкое, назвать меня ходячим недоразумением и пожелать удачи. Так почему не сделал этого, а продолжал стоять в комнате и сверлить меня тяжелым взглядом.

– Слушай, я же думала, что это ты музыку слушаешь. Теперь-то, конечно, вызову, – мгновенно нахмурилась я, не зная как реагировать.

Отчего-то мне стало некомфортно. Особенно от того, что Денис теперь смотрел прямо на меня, скрестив руки на груди.

– Да, ладно, Смирнова, – усмехнулся он. – А я-то думал, как раз один тот факт, что это я, – он указал на потолок,– должен был заставить тебя с особым остервенением срывать линию «02».

Вот как бы ответить, чтобы не обидеть. Сложно было признать, но такие мысли приходили ранее, но я так и не решилась на звонок. И дело было даже не в гордости. Сама не понимала, что меня останавливало.

– Не дождешься. И вообще. Как по мне, Королев, ты слишком высокого мнения о себе, – решила вернуть ему его же слова.

– Уела, так и быть, – парень внезапно как-то не привычно и по-доброму улыбнулся, но тут же спохватился и огляделся по сторонам. – Так, ладно, говори, какая у тебя квартира.

– Что? Тебе зачем? – оторопела я от такой резкой смены темы.

– В домофон тебе позвоню, откроешь, – пояснил Денис, уже спрыгивая вниз на пристройку.

– А ты…

– Смирнова, не тупи. Ключей от твоего подъезда у меня нет, поэтому твоя задача очень проста. Минут через пять, максимум десять, ты возьмешь трубочку и нажмешь на такую ма-а-ленькую, но очень хорошую кнопочку, которая откроет мне дверь.

Вот теперь я его снова узнавала — он явно издевался.

– Я не глупая, поняла.

– Вот и чудненько, – кивнул головой Денис и с самой обаятельной улыбкой скрылся в недрах своей квартиры.

Глава 14

Минуты шли, а я как заведенная крутилась возле домофона. Что задумал Королев, не знала, но что-то мне подсказывало, что посетить мой подъезд он решил явно не с намереньем зайти ко мне в гости через парадный.

Когда трубка наконец-то ожила, я все же нажала на кнопку и, не удержавшись, высунула нос в подъезд. Сначала услышала, как лифт медленно спустился вниз, а затем начал подниматься. Судя по всему, Королев все же решился навестить нарушителя моего порядка.

Любопытство никогда не являлось моей чертой, но тут я, неожиданно для себя, обнаружила, что от этого чувства можно сгорать в прямом смысле слова.

Вот только удовлетворить свою естественную потребность и подслушать разговор, мне, как назло, не удалось. Когда двери выше этажом открылись, и Денис начал что-то говорить, в этот момент моему другому соседу приспичило выйти погулять с собакой. И все бы ничего, но лифт он вызывать не торопился. Одной рукой держал поводок и прижимал телефон к уху, а другой шарил по карманам в поисках ключей. Барбос при этом радостно лаял на весь подъезд и то и дело мешал хозяину, вертясь под ногами.

Стоит ли говорить, что я ни слова не услышала. Мне оставалось только надеяться, что удастся подслушать хотя бы конец разговора, но и этого не произошло, потому как, когда сосед с собакой, наконец-таки, скрылись за дверьми лифта, Денис уже спускался вниз по ступенькам.

И теперь я могла заметить, что перед тем, как наведаться к моему соседу, парень успел переодеться. Как всегда, оприятно-неряшливый вид. Светлые домашние штаны заменили потертые джинсы, а поверх футболки он успел накинуть темно-зеленую толстовку, выглядывавшую из-под куртки.

Я даже поймала себя на мысли, что невольно любуюсь им. Тем, как он спускается, пряча руки в карманы, его мягкой, но привычно-насмешливой улыбкой и теплым слегка уставшим взглядом. Удивительно, но сейчас он не казался мне таким надменным и наглым, каким я привыкла его видеть. И еще мне было безумно приятно, что он сделал это для меня. Хоть я и не была уверена, что музыка после этого прекратиться, но он ведь мог и не пойти туда. Точнее даже не так: он не должен был пойти. Но все равно сделал это. Вряд ли между нами что-то измениться после этого. Но сейчас я смогла посмотреть на него по-другому. Все же он не такой плохой, каким я его представляла. Не рыцарь на белом коне, конечно, но и не заносчивый самовлюбленный пижон.

– Так и знал, что ты подслушивала, – укоризненно покачал головой Денис, подойдя к моей двери.

Я зарделась. Да, может мой поступок и выглядел со стороны по-детски, но я не увидела в его взгляде и тени насмешки или злой иронии. Впервые мне не захотелось язвить в ответ.

– Хотела бы, подслушала. Но, если честно, мне помешал сосед, – призналась, по-новому разглядывая парня.

– Это тот, у которого лаяла собака?

– Он самый, – усмехнулась. – Не везет мне с соседями, правда?

Улыбка Дениса угасла.

– Тебе виднее, – он спрятал руки в карманы. – И да, не бойся, больше они тебя не потревожат, – с этими словами парень развернулся и направился к лифту.

– Денис, стой! – я выбежала на площадку и удержала его за рукав. – Спасибо тебе. Правда, я такого не ожидала.

Он все же остановился и повернулся ко мне. Трудно было понять эмоции на его лице, но мне показалось, что он даже немного удивился вот такой моей реакции. И тот час же увидела на его лице уже привычную усмешку.

– Не парься, Смирнова, – он вдруг положил пятерню мне на макушку и слегка растрепал длинные волосы. – И отпусти уже мою куртку, мне действительно пора.

Пришлось повиноваться. Тем более, что двери лифта снова ожили, и я услышала удивленный голос мамы:

– Катя? – она перевела взгляд с меня на Дениса.

– Здравствуйте, – тут же откликнулся парень. – И хоть мы с вами и не знакомы, но все равно желаю вам доброго вечера.

Мама немного растерялась, но этот хитрый лис уже успел ретироваться, отсалютовав мне напоследок из-за закрывающихся створок.

– И кто это был? – спросила родительница, когда лифт закрылся и поехал вниз.

– Никто, мам, – тихо откликнулась я, отчего-то улыбаясь. – Просто сосед...

Мама, конечно, не спускала с меня подозрительного и хмурого взгляда, а я не спешила делиться с ней. Просто ходила весь вечер радостная и слегка задумчивая.

Не знаю, какие Денис привел аргументы, припугнул ли нарушителей порядка милицией, но в моей комнате воцарилась тишина. И за это я была ему благодарна. Ведь даже про окно не напомнил, и я, как назло, тоже толком не извинилась, отчего сейчас мне было дико стыдно.

Уже перед сном долго крутила телефон в руке.

Все-таки странный он, Денис Королев, еще днем готов был убить меня, но тут же помог, забыв про все обиды. Мы никогда с ним не были друзьями, но и назвать нас врагами я сейчас тоже не могла. Противостояние — то, что преследовало меня и Дениса с самого начала знакомства. Противостояние и гордость. Но ненависть ли?

Устав мысленно себя мучить, все-таки разблокировала телефон и набрала короткое сообщение:

“Спасибо за то, что помог. И, прости, за окно”, – еще пару секунд подумала и отправила.

Ответ пришел незамедлительно:

“Сочтемся, спокойной ночи, Смирнова”.

Я отчего-то улыбнулась и перевернулась, смотря на панельную стену с наклеенными светлыми обоями, и провела по шершавой поверхности ладонью.

И впервые услышала его: тихий стук, по ту сторону — два коротких удара, заставивших сердце на миг замереть.

Рука сама сжалась, тихий стук, всего один, и последовавшая за ним смс:

“И тебе спокойной ночи, Денис”

Глава 15

На выходных мы с Королевым не виделись, что, в принципе, было и к лучшему. Зато впервые после переезда я чувствовала себя, как никогда, счастливой.

Никогда не ценила, но, как оказалось, вставать в двенадцать часов дня, сонно жмуря глаза, — настоящее блаженство. Жаль только, что в понедельник пришлось опять рано вставать, но и то радость, учитывая, что я это сделала под собственный будильник.

Уж не знаю, что там сказал моему соседу Королев, но это возымело действие.

В универе все было, как всегда. Первые лекции прошли на удивление спокойно. Маринка, все выходные гостившая у родственников, охотно делилась новостями о своих маленьких племянниках и в то же время пребывала в шоке, когда я рассказала ей о поступке Дениса.

Мы сидели с ней, как обычно, в столовой и весело болтали, уплетая чай с булочками. Настроение было отличным.

— В общем, жизнь наконец-то наладилась, а меня до сих пор мучает любопытство. И надо было тому соседу со своей собакой именно в этот момент погулять выйти, — притворно вздохнула и завершила я свой рассказ, умолчав, правда, о некоторых деталях.

— Нет, Кать, вот, что не говори, но он отчасти молодец. Не дал тебя в обиду, — улыбаясь, протянула она, поглядывая на меня с хитринкой во взгляде. — И, кстати, а чего это он за тобой по всему университету в пятницу гонялся? Весь поток только об этом и жужжит.

— Да так, ничего особенного… — пожала я плечами, утаскивая с тарелки очередную вкусняшку и отчего-то улыбаясь, вспоминая тот спринтерский забег.

Но вот только стоило мне проследить за выходом в столовую, как настроение, а вместе с ним и улыбка, мгновенно канули в бездну.

Инна Соколова, как ни странно, была одна и чинно продефилировала вдоль столов, небрежно поправляя идеально уложенные локоны. Одна, в моем понимании, – это без Кирилла, зато со своей многочисленной свитой.

Четверо девчонок, державшихся рядом с ней, о чем-то лихо переговаривались, а Соколова лишь снисходительно улыбалась — сверху вниз, словно одним своим присутствием делала им большое одолжение.

Марина, проследив за мной взглядом, мгновенно нахмурилась.

— Вот же, королева самопровозглашенная нашлась, – фыркнула она, провожая девушку недобрым взглядом. — Забей на нее, Кать.

Стоит ли говорить, что наши с подругой мысли полностью совпадали, но свои я озвучивать не спешила. Просто потому, что цензурных среди них почти ни одной не было.

Инна же вовсе меня не замечала. Скользила по витрине буфета скучающим взглядом и отвлеклась только тогда, когда из коридора показались новые лица.

Хотя не так — лицо. Денис появился в дверях почти вслед за Соколовой, вместе с очередным потоком студентов, что стало неожиданностью не только для нее, но и для меня. А все потому, что товарищ Королев ни разу за все пять лет не обедал в столовой, предпочитая уютное кафе на углу соседнего здания. Да и, судя по другим не менее удивленным лицам, в шоке были не только мы. Марина и та чуть ли не с открытым ртом следила за Денисом, окидывающим растерянным взглядом столы.

Но удивило меня не только это. Потому что в этот момент произошла еще одна интересная метаморфоза.

Стоило только Королеву показаться в стенах столовой, как Соколову словно подменили.

Она тут же поправила складки на платье, откинула назад непослушные белокурые пряди и стала прям неестественно лучезарно улыбаться. Никакой надменности, высокомерия, снисходительных улыбочек — святая невинность, излучающая волны тепла и света.

Денис уже было прошел мимо, но она его остановила. Да что там! Буквально вцепилась своими когтями в его плечо, что-то усиленно щебеча. Он, между прочим, тоже натянул улыбку, вот только ее энтузиазм, похоже, не разделил. Кивнул в ответ и с такой же расслабленно-беззаботной миной пошел дальше, не переставая при этом оглядываться.

Уж не знаю, кого он там пытался найти, но когда его взгляд вдруг остановился на мне, парень уверенно развернулся и направился в нашу с Мариной сторону.

Я даже чаем невольно подавилась, но это того стоило.

Просто надо было видеть в этот момент лицо Соколовой! Казалось, что у нее только что разрыв шаблона случился, или как минимум штукатурка на лице треснет от негодования.

– О чем шепчетесь, девочки, не обо мне? – Денис остановился ровно напротив нашего стола и, ловко подхватив соседний стул, нагло уселся во главе. – Оу, Смирнова, сосиска в тесте, как предусмотрительно с твоей стороны. Я как раз голодный.

Все, Соколову можно было выносить. Как сказал бы врач: успокойтесь, больной, доктор сказал в морг - значит, в морг!

Денис, он же черт, выпрыгнувший из табакерки, своим эффектным появлением был очень доволен и уже вовсю уплетал мою булку, которую в наглую своровал с тарелки. Последнюю, между прочим. Но мне было все равно, потому что я тоже была довольна. Да что там довольна! В этот момент я готова была расцеловать Королева. Потому как, когда в столовой показался Кирилл и поспешил составить компанию своей новоиспеченной пассии, та нервно фыркнула и что-то раздраженно бросила в его адрес.

Вот это зависть! Ярчайшее ее проявление — хоть сейчас в учебники записывай.

– Эй, Смирнова, а ты чего такая довольная сидишь? – поинтересовался с лукавым прищуром Королев, наблюдая за моей довольной физиономией. – Я бы на твоем месте наоборот плакал.

– А? – тут же отозвалась я, все еще не выпав из нирваны.

Глава 16

– Она всегда у тебя такая? – усмехнувшись, поинтересовался Денис, обратившись к Марине. — Или ей сегодня в чай чего-то подмешали?

Я мгновенно вернулась с небес на землю и недовольно посмотрела на парня.

– Еще одно слово, Королев, и помни: ты труп, – медленно процедила я.

— О, да еще и буйная! — притворно округлил он глаза, схомячивая уже вторую половину булочки и чуть отодвигаясь подальше.

Маринка вообще сидела ни жива ни мертва и алела, словно спелый томат на солнцепеке.

Похоже, что этот клоун доморощенный и ее умудрился смутить.

— А ты, вообще, чего приперся? — спросила, как можно невозмутимей и, пытаясь при этом игнорировать заинтересованные взгляды, направленные на наш столик, который вдруг стал объектом повышенного внимания. — И еще, тебе никто не говорил, что воровать чужие хлебобулочные изделия — это как минимум некрасиво, а как максимум статья.

— Рисовать на чужих окнах, помнится, тоже входит в состав преступления, — как ни в чем ни бывало откликнулся Денис. — Как оно там с точки зрения уголовного кодекса называется? Вандализм? — спросил, одаривая меня насмешливым взглядом.

Марина слегка растерялась. А вот я, кажется, покраснела до кончиков ушей.

— Да, и, кстати, о вандализме, — насмешливо продолжил Королев, лицо его при этом стало подозрительно наглым и хитрющим. — Я поэтому и пришел. Помниться, что кое-кто как минимум задолжал мне чистое окно.

— А как максимум? — тут же опасливо уточнила я, сжимая двумя ладонями пластиковый стаканчик.

Королев же никак на мой вопрос не отреагировал, только стаканчик у меня отобрал.

— С сахаром? — спросил, разглядывая уже порядком остывший чай.

— Ага, — машинально ответила.

— Жаль, — театрально вздохнул Денис и тут же разделался с остатками моей булочки. — В общем, жду тебя сегодня после занятий на парковке, поедем домой вместе, — усмехнулся он и хитро при этом улыбнулся, причем почему-то Маринке: — Окна мыть, — и тут же повернулся обратно ко мне, вставая со стула. — И да, Смирнова, в следующий раз бери чай без сахара. Я не люблю сладкий.

Вот же наглый тип!

Провожала его взглядом уже вся столовая, включая Соколову, которая все это время уничижительно смотрела на наш столик. Я же застыла в полном недоумении.

И что это сейчас было? Ведь, если Денис и вправду решил напомнить мне про «должок», то разве обязательно было при этом устраивать целое представление?

Но на встречу все же решила пойти, хоть и ожидала очередной подставы. Да и Марина, которая вытрясла из меня все подробности, сначала не могла скрыть своего неуместного восторга, а после согласилась, что да, некрасиво, в общем-то, вышло. Да и сама я, если уж быть откровенной, считала, что чистое окно Королеву таки задолжала. Но перед этим у меня было еще одно дело.

Едва прозвенел звонок, оповещающий окончание последней пары, я быстро покинула аудиторию и пошла по направлению к аудитории, где с минуты на минуту должна была закончиться лекция у Кирилла.

О передачи флешки мы с ним обусловились заранее. Еще утром написала ему смс, обговорив место встречи. И сейчас уверенно шагала в сторону лестницы, завернув за угол и остановившись возле стенда с расписанием.

Кирилл уже был там. Стоял, разглядывая университетскую газету, и, что особо порадовало, сумел-таки сбагрить куда-то свою подружку.

— Вот, — уверенно протянула ему небольшой прямоугольник с гравировкой, — все, как и договаривались. Я даже вчера его еще на раз перепроверила.

— Катя, — Кирилл был хмур. Буравил меня тяжелым взглядом, но флешку брать не спешил. — Там в столовой. Чего он хотел?

Вот с кем с кем, а с Кириллом обсуждать Королева совсем не хотелось.

— Кто? — изобразила удивление.

— Катюш, я понимаю, что мы расстались и все такое, но… — заметила, что у Кирилла невольно сжались кулаки. — Если Королев тебя опять донимает, давай я с ним поговорю.

А вот теперь я удивилась уже реально. Серьезно? Поговорить?

Нет, не то чтобы Кирилл раньше мне не предлагал нечто подобное, но сейчас? Шок?

— М-м-м, знаешь, нет, не нужно, все нормально, — улыбнулась, заглядывая ему в глаза. — Он меня вовсе не донимает. Просто подошел… эм… поздороваться.

— Кать, я серьезно, — неожиданно твердо сказал Кирилл. — Если он к тебе пристает или еще что…

— Что? — неожиданно раздался за спиной знакомый голос. — Давай уже, договаривай, рыцарь.

И я, и Кирилл невольно округлили глаза. Даже не заметили, как появился Денис. И не просто появился, а нагло при этом обвил руками мои плечи.

Вот же, помяни черта, называется. Я пыталась было взбрыкнуть, но парень только крепче прижал меня к себе, да еще и при этом иронично протянул:

— Ай, яй, яй, Смирнова, мы же вроде договорились встретиться на стоянке. И что я вижу? Вместо того, чтобы торопиться ко мне, ты стоишь и заигрываешь с каким-то парнем в коридоре?

Кирилл, кажется, покраснел от злости, я же побледнела.

— Ты что, совсем очумел? — взвилась на Дениса, скинув, наконец-то, его руки со своей талии. — И вовсе я ни с кем не заигрываю! И тебе-то какое дело? Ревнуешь, что ли?

Он в ответ лишь тихо рассмеялся.

— Может, и ревную? — усмехнулся он, не скрывая при этом смешинки во взгляде. — А ты только и знаешь, что меня провоцировать. Да, Смирнова?

Я закатила глаза к небу и недовольно фыркнула.

— Тоже мне, юморист, — недовольно проворчала и повернулась к остолбеневшему от увиденной сцены Кириллу: — Ты, прости, но мне и вправду пора. Вот, — буквально впихнула ему в руку флешку с рефератом, немного сжав его ладонь пальцами. — Ну, еще увидимся?

Все еще пребывающий в шоке бывший только и смог, что неопределенно мотнуть в ответ головой. Королев же, уставший от развернувшихся телячьих нежностей, схватил меня за локоть и уверенно потянул в сторону.

— Пойдем уже, Смирнова, семеро одного не ждут.

Глава 17

Когда мы вышли на парковку, я была все еще зла. Все это время Денис меня не отпускал, так и тащил через весь универ, держа за руку. Мне же было некомфортно. Хоть я и личность публичная, но к такому повышенному вниманию явно не привыкла. Вот тебе и король универа, называется.

Все студенты откровенно таращились на нас. К Королеву постоянно подходили какие-то приятели, здоровались, задавали вопросы. С любопытством разглядывали меня, словно я какая-то причудливая зверюшка. От таких взглядов хотелось укрыться. Я тщательно прятала глаза и даже старалась делать вид, как будто ничего сверхъестественного не происходит. Ну, подумаешь, мало ли почему Денис чуть ли не волоком тащит меня к своей машине. Ага, ну и так, обхватывает периодически за плечи, в очередной раз останавливаясь, чтобы с кем-то поздороваться — это чтоб не сбежала.

Нет, я, конечно, пыталась сопротивляться, даже пару раз пыталась пихнуть его локтем в бок или незаметно наступить на ногу, но что моська слону? Денис словно и не замечал этого.

Другое дело — девчонки. Вот от чьих прожигающих насквозь завистью взглядов мне реально хотелось передернуться, уж больно не предвещали они ничего хорошего. А у некоторых так вообще, казалось, челюсти вот-вот от удивления отваляться. Разве что глаза не протирали, чтобы окончательно убедиться, что им это не привиделось.

— Да отпусти уже меня, — попыталась в очередной раз вырвать руку, когда подошли к его новенькому красному универсалу, ярким пятном выделявшемуся на стоянке.

К слову, этот пижон даже парковался, как король, на местах для преподавателей.

— И не подумаю, — невозмутимо откликнулся Денис, подталкивая меня к пассажирской дверце. — Залезай, давай.

Я обреченно вздохнула и потянула за ручку. Тоже мне джентльмен, мог бы даме и дверь придержать.

Уже очутившись в салоне, почувствовала себя еще более неуютно. Нет, не то чтобы машина у Дениса была не очень, напротив. На удобных просторных сидениях были натянуты светлые автомобильные чехлы, панель сверкала, чуть ли не отполированная до блеска, и в целом сам салон выглядел очень даже ухоженно — ни пылинки. Даже ароматизатор на водительском зеркале имелся. Ага, в духе Королева: в виде бакса. Но, учитывая, кто являлся владельцем данного транспортного средства, внутреннее напряжение никак не отпускало.

— Ну вот, забрал, наконец-таки, свою машину из сервиса, — довольно проговорил Денис, устроившись на водительское сидение и любовно поглаживая руль. — Цени, Смирнова, не каждый день она у меня девчонок катает.

Кажется, в этот момент с меня можно было списывать картину «сарказм в его естественном виде».

— Ага, внукам буду рассказывать, — недовольно откликнулась, устраивая сумку поудобнее на коленях. — Давай уже, поехали. И еще, Денис, не вздумай больше так делать.

— Как? — невинно поинтересовался он.

— Лапать меня на глазах у всего универа! Шутки шутками, но еще подумает кто, что между нами что-то есть или, что ты на меня запал. А эти слухи ни тебе, ни мне не нужны.

— Ну а если все-таки запал? — неожиданно засмеялся он. — Что делать будешь, а, Кать?

— Да ну тебя, — фыркнула в ответ. — И юмор у тебя дурацкий. Смени уже репертуар.

Шутил Королев или нет, я особо не задумывалась. Мысли мои пошли совсем уж окольным путем. А точнее, думала я лишь о том, что та реакция, которая отчетливо читалась на лице Кирилла, когда появился Денис, иначе как ревностью было никак не назвать.

Отчасти, мою душу грел тот факт, что Кирилл так завелся. Еще бы, не ожидал, наверное, что рядом с тихоней Катей может неожиданно появится такой парень, как Королев. Ну и до кучи, стоит признать, что разговор на глазах у моего бывшего у нас с Денисом вышел достаточно двусмысленный. Значит ли это, что еще не все потеряно, и наши с Кириллом отношения можно вернуть? Знать бы еще, куда бы при этом сбагрить Соколову.

Когда машина заехала в знакомый двор, я вынырнула из потока своих несвязных мыслей и покосилась на Дениса.

Он расслабленно крутил руль и, кажется, вообще ничего вокруг не замечал, полностью сосредоточившись на дороге. Даже невольно залюбовалась им. Все же не зря по нему половина универа девчонок сохла. Красив, черт. Тонкая и упрямая линия губ, чуть заостренные скулы. Выразительные карие глаза, в которых всегда прячутся смешинки.

— О чем задумалась, Смирнова? — неожиданно иронично подал он голос, заглушив мотор и одаривая меня лукавым взглядом. — Надеюсь, о том, как отмыть нестираемый маркер? А то водичкой я уже пробовал, учти. Этот вариант точно безнадежный.

Я, кажется, опять покраснела и поспешила отвернуться к окну.

— Конечно, безнадежный. Я же не туфтой какой-то писала, а хорошим, качественным. Других не держим, — сказала, и прям гордость за себя взяла, которая тут же под непосильным натиском совести заменилась стыдом. Да, нашла чем гордиться, тьфу на тебя, Смирнова.

Денис же усмехнулся.

— Эту особенность я за тобой давно заметил. Еще когда тебя только приняли в студенческий совет, ты за что бы не бралась, все делала качественно. Так что я даже не сомневался, что, делая пакость, ты и тут подойдешь к вопросу со всей присущей тебе ответственностью.

Я тихо фыркнула. Если это и был комплимент, то выглядел он весьма сомнительно, но улыбался Королев как-то по-доброму, скорее смеялся над ситуацией. Невольно улыбнулась в ответ и тоже засмеялась.

— Прости, никогда бы раньше не подумала, что ответственность и качество могут сыграть злую шутку.

— Так и я бы никогда не подумал. Ну что, идем?

Глава 18

Уже через несколько минут я поднималась в лифте на свой этаж. Встретиться мы условились на крыше. Наспех перекусив бутербродами и переодевшись, я заглянула в бесценные запасы моющих средств, которые были аккуратно составлены в шкафчике под умывальником.

Признаться честно, понятия не имела, чем можно оттереть въевшуюся намертво перманентную надпись, но с надеждой уповала на заграничную химическую промышленность, которая, по словам маркетологов, могла очистить чуть ли не залитый машинным маслом двигатель.

Так что, заранее вооружившись тряпкой и позитивным настроем, отправилась прямиком на крышу, где меня уже ждал Денис, недовольно поглядывающий на часы.

— Чего так долго? Я же тебе говорил, что буду ждать тебя через пятнадцать минут, — пробурчал он, оглядываясь по сторонам. — Уже второй раз за день тебя ждать приходится.

— Ну, извини, — пожала плечами, ставя на поверхность крыши ведро с разведенным едким раствором. — Булочку ты мою отжал. А я, знаешь ли, не дюймовочка, чтобы крошками хлебными питаться, — припомнила ему недавнее посягательство на свой обед.

— Хм… это что, намек на то, что я задолжал тебе ужин? — окинул меня придирчивым взглядом Денис. — Или же ты таким образом напрашиваешься на свидание?

Ну вот опять. О чем мысли у человека, спрашивается? И если он таким образом хотел вогнать меня в краску, то нет уж, не выйдет.

— Мда, с личной жизнью, похоже, у тебя действительно туго, — притворно печально протянула я и возвела глаза к небу, выжимая тряпку. — Знаешь, Королев, мой тебе совет: заведи себе уже девушку и перестань искать подтекст там, где его нет… Кстати, — внезапно вспомнила инцидент на обеде, — вот той блондинке, которая вешалась на тебя в столовой, ты сто процентов нравишься.

— Какой блондинке? — не понял Денис.

— Ну как же! — едко возмутилась. — Инна, она тебя еще возле буфета поймала. И да, вы так гармонично смотрелись вместе, взгляд не отвести было…

Душей я, конечно, в этот момент изрядно покривила. Даже легкий укол ревности невольно забрался в душу, как представила Инну и Дениса вместе, держащимися за руку, но его тут же подавила на корню. Еще чего, Королева ревновать!

И тут до меня дошло. Да, кажется, я знала, куда девать Соколову! В голове уже моментально складывался пазл из два плюс два. Если Соколова, не взирая на Кирилла, так откровенно вешалась на Королева, то и Кирилл ей был нужен постольку поскольку. Это ведь не любовь. Зато если свести Королева и Соколову вместе… В общем, я моментально загорелась этой идеей. Даже невольно обернулась, оценивающе посмотрев на Дениса. Да, если он эту курицу от Кирилла отвадит, мне ему еще памятник надо будет при жизни поставить.

— А ты с чего это вдруг так заинтересовалась моей личной жизнью? — подозрительно поинтересовался Денис.

— Да так, дружеский совет хочу дать, так сказать, — тут же воодушевилась своей идеей и решила, раз уж так удачно зашел разговор, гнуть свою линию до конца. — А насчет девушки я тебе серьезно говорю.

— Значит, ты думаешь, что мне нужна девушка? — парень же мое предложение принял с уже привычной для себя иронией. — И почему это, интересно, ты решила, что у меня ее нет?

Я беззаботно пожала плечами.

— Ну, во-первых, личность ты публичная, — начала рассуждать я, тщательно и, похоже, тщетно шоркая стеклянную поверхность. Надпись впилась в окно, словно намертво. — А это значит, что появись у тебя хотя бы легкий намек на подружку, думаю, слухи бы об том какие-никакие по университету ползали. А во-вторых, девчонки сейчас как никогда убеждены, что у каждой из них есть шанс, ведь со своей последней пассией ты расстался еще в начале года. А Инна эта, вариант в твоем случае отличный, ты учти. Не знаю, насколько хорошо вы знакомы, но я ее знаю неплохо.

— Даже так, — слегка изумленно протянул Денис, продолжая усмехаться. — Ну а ты что?

— Что я? — не поняла его вопроса, продолжая с силой тереть стекло.

— Ну, ты тоже считаешь, что у тебя появился шанс, раз настолько переживаешь, есть у меня подружка или нет? — иронично уточнил он, пряча руки в карманы.

Я резко обернулась, махнув мыльной тряпкой практически у его носа. Жаль, всего чуть-чуть не дотянула до самодовольной физиономии.

— Да при чем тут я?! — смерила парня скептическим взглядом. — Ты вообще меня слушаешь? Я тебе про Инну говорю, вообще-то.

Денис заливисто рассмеялся и запустил пятерню в небрежно растрепанную прическу.

— Да просто думаю, Смирнова. Ты сама-то ревновать не будешь?

— Я? С чего бы это? — притворно возмутилась.

— Ну как с чего? Это же ты от меня без ума, — мягко пожурил он.

Кто? Я?

— Без ума — это без мозгов, — жестко заявила. — А мои все еще, слава богу, при мне.

— Да ну? Спорим? — самодовольно усмехнулся парень.

Я скептически посмотрела на него и чуть ли не задохнулась от возмущения.

— Да ты три, три, не отвлекайся, — он чуть ли уже не в открытую едва не сдерживал смех. Ну и что я, спрашивается, еще не знаю? — А о подружке, я так и быть, подумаю.

Нет, все же он невыносимый тип.

Больше продолжать разговор я не решилась, молчала. Денис тоже вступать в диалог не спешил. Стоял и пристально меня разглядывал, пока я нещадно мучила тряпку — маркер при этом выглядел, как новый.

—Мда, похоже, отмывать твои художества моющими средствами — занятие бесполезное? — внезапно прервал он молчание, оценив даже ни на тон не посветлевшую надпись.

— И? Что ты мне прикажешь делать?

— Ладно, так и быть, Смирнова, я сегодня добрый. Жди тут, — приказал Денис и скрылся в недрах своей квартиры.

Вернулся он минут через десять, когда я уже успела изрядно заскучать и даже чуть-чуть замерзнуть.

— Вот, держи, — протянул он мне бутылку с прозрачной белой жидкостью и упаковку ватных дисков.

— Это что? — скептически воззрилась на непонятный раствор.

— А это, Смирнова, твое спасение, — улыбнулся Денис. — А так же прямое доказательство моих слов.

Я ничего не поняла. Но в следующую минуту парень, словно какой-то Гудини, смакнув вату в растворе, который я тут же узнала по запаху — ацетон, легким движением руки начал стирать со стекла тонкие черные линии, оставляя на поверхности лишь небольшие темные разводы.

— Что, серьезно? — ошарашено взвилась я. — Ты все это время знал и лишь молча наблюдал, как я тут с тряпкой полчаса у твоего окна изгаляюсь?

— Ну… Как бы тебе сказать... Я водой отмывать его даже не пробовал. Знал, что маркер оттирают растворителем или спиртом. Но решил, что будет справедливо, если окном займешься ты. Хотя, честно признаться, примерно подобного и ожидал. Ты ведь даже в интернет залезть поленилась и посмотреть. Так что, как бы не был прискорбен сей факт, Смирнова, но с выводами о наличии серого вещества в своей черепной коробке, ты все же поторопилась. Так что с этим уже ничего не поделаешь. Осталось только признать: ты без ума от меня! — от души засмеялся Денис.

— Ах ты! Да ты! Ну держись! — я тут же забыла и про Соколову и про то, что еще с пару минут назад думала, как бы в очередной раз выступить свахой, разозлилась не на шутку. Сжала влажную тряпку, которую все еще держала в руке, и со скоростью артиллерийского снаряда запустила ее в Королева. Боевое орудие достигло цели.

— Вот значит как? И это вместо того, чтобы поцеловать своего спасителя? — как-то очень недобро усмехнулся Денис, стаскивая с лица мой боевой снаряд. — Ну все, Смирнова, тебе хана!

— Ай! — тряпка тут же в ответку полетела в меня.

Глава 19

Вот и отмыли окно, называется.

Не знаю, сколько бы еще длилось наше противостояние, но в какой-то момент все закончилось. Денису надоело перекидываться мокрым снарядом, и он просто решил меня догнать.

Я убегала, как могла. Солнце уже почти зашло за горизонт, когда парень все же исхитрился и смог-таки перехватить меня за куртку, отчего я неожиданно потеряла равновесие, и мы вместе повалились на гладкую поверхность крыши.

Все, как и в прошлый раз, на батуте — глаза в глаза, только на этот раз страха не было. Напротив, меня переполняло чувство невероятного веселья. Денис нависал сверху, а после быстро перекатился в сторону.

Еще какое-то время мы молчали, не в силах подобрать слов, только безудержно смеялись. А после, парень чуть повернулся, заглядывая мне в глаза.

— Слушай, Кать, а почему не ты? — вдруг задал он совсем уж непонятный вопрос.

— Что не я? — машинально переспросила, не переставая улыбаться и разглядывая все те же знакомые смешинки, затаившиеся в глубине его взгляда.

— Ну, ты говорила, что каждая девчонка в универе мечтает быть со мной. Но не ты… я прав? Почему?

Не знала, что ответить. Просто не могла оторваться, разглядывая его лицо. Наверное, нужно было рассмеяться. Сказать что-нибудь эдакое, но не смогла. Просто улыбка почему-то сама угасла на моем лице.

— А мне обязательно нужно быть, как все? — ответила вопросом на вопрос, продолжая смотреть в его глаза.

Это все мне не нравилось. Не нравилось то, как на миг замерло мое сердце, а затем неожиданно ускорило ход… не нравилось, как сам Денис смотрел на меня: неожиданно проникновенно и без малейшего признака привычной насмешки или иронии. Даже воздух, казалось, сгустился, становясь каким-то необычайно вязким — таким, что даже дышать стало тяжело. И почему мне вдруг стало не все равно, как и почему он на меня так смотрит…

Не к месту вспомнились слова Марины о романтике. Остатки догорающего солнца уже почти скрылись за горизонтом, окрашивая пасмурное небо багрянцем. Мы, я и Денис, лежали на чуть влажной темной крыше, и в какой-то момент мне даже начало казаться, что если он меня сейчас поцелует, я вовсе и не буду против…

— А ведь я тебе нравлюсь… что бы ты не говорила, — мягко заметил парень, и мое лицо немедленно вспыхнуло.

«Что? Он… он… да он просто продолжает издеваться», — неожиданно дошло до меня, и мгновенно разозлилась. Да о чем я вообще думаю? С ума сошла?

Быстро отвернулась и поднялась, начиная стряхивать с себя налипшую грязь вместе с остатками внезапного наваждения. Да что это со мной такое творится? Нет, мне нужно срочно отрезветь. Размечталась. Это же Королев. Да он на всех девчонок так смотрит. Небось еще при этом и мысленно упивается своим обаянием.

— И вовсе ты мне не нравишься! — резко взвилась я. — И вообще, заруби себе на носу, Королев: ты — парень не моего романа!

Денис тоже поднялся, не переставая при этом улыбаться, вот только сейчас в его облике что-то едва заметно изменилось.

— И что, даже не боишься влюбиться? — показалось или прозвучало уж как-то слишком насмешливо.

— В кого? В тебя? — даже не пыталась скрыть раздражение. — Да будь ты самым последним парнем на планете, этого бы не случилось. Так что ты и я — это в принципе не возможно!

А вот теперь, похоже, разозлился и сам Денис. По крайней мере, неожиданно хмурый взгляд и заходившие на его скулах желваки явно этому свидетельствовали, но уже спустя несколько секунд парень усмехнулся:

— Знаешь, из твоих уст это звучит, как вызов, — едко констатировал он, продолжая меня пристально разглядывать.

— Вызов? — подняла на него растерянный взгляд. — Ты что имеешь в виду?

— Ровно то, что ты услышала, — проговорил он, а затем резко развернулся и направился к своему окну. — И да, ведро не забудь, — напоследок напутствовал он перед тем, как скрыться за светлыми створками и запахнуть за собой плотные шторы.

И почему после этого меня не покидало чувство, что я во что-то конкретно вляпалась?

Глава 20

А на следующий день произошло ровно то, чего я больше всего и боялась. Не успела я войти в аудиторию и поздороваться с Маринкой, как девчонки облепили меня, как мухи сладкую булочку.

— Кать, Кать, а скажи, это правда, что Королев вчера к вам за столик подсел? — наперебой трещали они, а я кинула затравленный взгляд на Марину. Судя по ее измученному лицу, подругу девчонки тоже уже успели изрядно достать.

Особо при этом старалась Нинка Скворцова — главная сплетница нашей группы:

— Это еще ладно, — с горящими нездоровым фанатичным блеском глазами вещала она, — говорят, что их вчера на парковке вместе видели, — и тут же чуть ли не бойче всех принялась меня обрабатывать: — Признавайся, Смирнова, он что, тебя до дома довозил? Между вами что-то есть? Как ты вообще умудрилась Королева подцепить??? — ну и все в подобном духе.

Марина как истинная подруга стоически пыталась меня защитить, я же, чуть ли не отмахиваясь от назойливых одногруппниц зажатой в руках сумкой, уверенно пыталась протолкнуться между рядов и занять свое место.

Удивительно, но даже зашедший в аудиторию преподаватель не смог как следует остудить пыл сгорающих от любопытства девчонок.

— Ну же, Смирнова, не будь занудой, — уже в который раз обиженно надула губы Скворцова. — Что тебе, с однокурсницами поделиться новостями жалко?

Я могла лишь картинно закатить глаза к небу. Вот же прицепились. Зануда, не зануда, но я действительно не собиралась никому ничего объяснять. Отмахивалась лишь тем, что мы с Королевым состоим вместе в составе студсовета и бла, бла, бла. А на парковке, мол, это и вовсе показалось кому-то, с кем не бывает, и от всей души поблагодарила вселенную, когда прозвучал спасительный звонок.

Одна только Маринка более менее знала, как обстоят дела, но и с ней я уже старалась говорить, так сказать, без лишних ушей.

— Знаешь, я его уже откровенно боюсь, — честно призналась подруге, то и дело оглядываясь по разным концам коридора и опасаясь при этом наткнуться на кого-либо из не в меру любопытных сокурсниц. — И чего Королев, спрашивается, так ко мне прицепился? Ведь если так пойдет и дальше, то вообще непонятно, что эти полоумные себе напридумывают, — возмущалась, имея в виду сокурсниц.

— Ну... — неуверенно протянула Марина. — А тот вариант, что ты действительно можешь Денису нравиться, ты не рассматривала?

Я задумалась. По сути, если как следует обдумать события последних дней, может, оно и могло так показаться, но вот по факту…

— Вот, смотри, давай отметим по пунктам, — начала рассуждать я, обращаясь к Маринке и старательно загибая при этом пальцы: — Первое — именно Королев не так давно случайно «забыл» передать мне отчет работы студсовета, из-за которого я, не успев вступить в должность, уже умудрилась получить по шапке от декана. Второе — не он ли так же «случайно» еще в прошлом году «потерял» ключ от аудитории, который я брала под свою ответственность? И третье — вспомни, чем обернулась его последняя якобы «помощь» с организацией спортивных соревнований? Да он же и пальцем не пошевелил, а я потом бегала, как оголтелая, пытаясь свести концы с концами. Так что нет, — вынесла окончательный вердикт, — если Королеву что-то и нравится, то это только доводить меня до очередного полномасштабного приступа мигрени.

Маринка громко рассмеялась.

— Ну да, и на том правда, — весело согласилась она, но потом покачала головой, — но знаешь, мне показалось, что в последнее время все как-то начало неуловимо меняться. Взять только те взгляды, которые он бросал на тебя в столовой.

Я нахмурилась.

— Что ты имеешь в виду? — опасливо уточнила, не спуская с нее тревожного взгляда. — Думаешь, опять пакость очередную затеял?

— Нет, не то чтобы… — начала было Марина, но я ее резко оборвала. Уж не знаю, какие такие взгляды она имела в виду, но именно в этот момент я поймала на себе другой взгляд — убийственный и холодный, от которого мгновенно стало не по себе.

Дернув подругу за руку, спрыгнула с подоконника:

— Вот его только его мне сейчас для полного счастья не хватало.

— Кого? — не поняла Марина, но заметив в толпе мрачного Кирилла, идущего под руку с Соколовой, мгновенно нахмурилась и сама потянула меня в сторону аудитории.

Уж о чем, а о реакции Кирилла, можно было догадаться без слов. Не иначе как после распространяющихся со скоростью геометрической прогрессии слухов, в нем взыграло внезапное чувство собственности. И поделом. Я даже мысленно порадовалась, что, так или иначе, но мысли обо мне изрядно подпортили ему жизнь. Другое дело, что эти же слухи изрядно начали портить жизнь и мне. Еще и сам Королев делал вид, что старательно их не замечает, а то и больше: все так же беззаботно улыбался и здоровался со мной в коридорах, а после занятий и вовсе предложил подвести до дома, чем еще больше подогрел интерес сплетников.

Глава 21

— Ну вот за что? За что мне все это? — простонала я в потолок, лежа дома на кровати в обнимку с подушкой.

Вопрос, конечно, был риторический, но я, как никогда, хотела услышать на него ответ. Потому что вопреки всем уверениям Марины, с каждым днем слухи продолжали обрастать новыми подробностями, а спустя дня так три и вовсе дошли до состояния полного и безграничного абсурда.

Нет, сначала я решила, что это какой-то бред. Особенно, когда едва пересекла порог альма-матер, и на меня фурией налетела новая пассия моего бывшего, Соколова:

— Ты что думаешь, ты теперь самая крутая, да? — прошипела эта змеюка, впиваясь в меня своим перерощенным маникюром.

Признаться честно, в тот момент я не то что растерялась, а просто ошалела от ее внезапного напора.

— Пусти меня, совсем умом тронулась? Чего тебе теперь-то нужно? — раздраженно осведомилась, скидывая руку этой курицы с плеча. Все происходящее наводило на меня легкое чувство дежавю.

— Думаешь, он на такую, как ты, посмотрит? — продолжала плеваться ядом она. — Зря только хвостом своим крутишь. Вот увидишь, недели не пройдет, как он тебя бросит. Тоже мне золушка нашлась! В наше время сказок не бывает.

— Кто он-то? — раздраженно переспросила, но Инна, кажется, даже не слушала. Еще раз презрительно фыркнув и смерив меня полным отвращения взглядом, Соколова поспешила удалиться.

Нет, то, что первые минуты я прибывала в глубоком шоке, не стоит и говорить. Даже искренне предположила, может, Инна умом тронулась. Ну мало ли, как обесцвечивающие химикаты на мозг влияют. Но вот стоило мне только пересечь порог собственной родной аудитории, как все встало на свои места. Девочки смотрели на меня не то, что волком — мегерами.

Так узнала, что, оказывается, я последняя предательница, эгоистка и врушка. Зажилила, видите ли, одногруппницам все сразу рассказать, а сама в это время, до кучи, встречалась с Королевым уже не много не мало, а около двух недель. Финиш!

— Кать, ну все не так страшно, — пыталась успокоить меня Маринка на том конце провода, пока я искреннее корила вселенную за ее же поистине присущую ей по масштабам вселенскую несправедливость. — Ну, подумаешь, слухи. Посудачат, да успокоятся.

— Посудачат? Марин, ты издеваешься? — ужаснулась я, прижимая посильнее подушку. — Это кошмар! Стыд! Позор! Да я даже слова подходящего подобрать не могу. Да ты видела, как они на меня все смотрели? Скворцова так и вовсе, казалось, на месте убить готова, — жаловалась, вспоминая разъяренный взгляд Нинки, для которой мои жалкие попытки донести правду выглядели скорее как нелепые отмазки. — Вот, честно, убила бы того шутника, который сказал, что, мол, мы с Королевым даже живем вместе.

Маринка обреченно вздохнула и на какое-то время замолчала. Я ее прекрасно понимала, все эти стенания она выслушивала уже по десятому кругу и явно не находила слов для моего душевного успокоения.

— И ведь я тоже хороша. Вместо того, чтобы все отрицать, начала оправдываться. «Да нет, мы вовсе не живем вместе, просто, так получилось. Я переехала, и мы теперь соседи — комнаты у нас за стенкой», — передразнила себя, мысленно ругая за глупость. Сама, можно сказать, своими же руками только яму глубже вырыла. Превратила обычный домысел в твердую уверенность.

— Ну а почему бы тебе не поговорить с Денисом, — осторожно предложила подруга. — Я больше чем уверена, что эти слухи задевают и его. Не могут не задевать.

Признаться честно, я и сама об этом думала, но все никак не решалась. Напротив, все эти дни старательно пыталась избегать парня, дабы еще больше не усугубить ситуацию. Хотя с другой стороны, почему, собственно, я должна эту кашу одна расхлебывать? Не он ли все это изначально заварил? Но вот только выцеплять его в универе — себе дороже, да и не ходит он обычно без дружков. В общем, совсем не вариант. Если только…

Поколебавшись еще с минуту, рассеянно бросила взгляд на окно.

Ну нет… нет же! Или да?

— Кать, ну что ты замолчала? — тем временем озабоченно спросила Марина.

Я же продолжала смотреть на закрытые створки и прикидывать варианты. С одной стороны, не очень красиво вот так вот наведываться к Денису в «гости». Но вот с другой — где еще удастся поговорить с ним один на один.

— Да думаю, может, ты и права, — спрыгнула с кровати и запахнула халат. — Вот прямо сейчас и поговорю.

И пока мой внутренний запал не пропал, уверенно направилась к шкафу.

— Ладно, Марин, была не была.

Глава 22

На этот раз на крыше было прохладно, и я несколько пожалела, что так некстати наспех одела только тонкие спортивные штаны и обычную водолазку под тонкую куртку. На улице порядком стемнело. Только сейчас подумала, что Королев может в это время уже отдыхать, или вообще быть не один, или не оказаться дома. Да и время на часах не детское, но отступать было поздно.

Быстро добравшись до соседнего окна, застыла. Сквозь плотные шторы отчетливо проскальзывал свет, и я еще какое-то время колебалась в неуверенности. Ежась от холодного ветра, несколько раз порывалась вернуться обратно, а затем закрыла глаза, решительно выдохнула и громко постучала.

Денис откликнулся не сразу. Возможно, вначале и не понял, откуда идет источник звука, но спустя еще несколько настойчивых ударов, шторы, а за ними и створка окна распахнулись.

— Смирнова?

И вот тут-то весь мой запал и пропал. Помнится, я очень боялась увидеть Королева в семейниках… Помнится…Ну так вот, к чему это я… Уж не знаю, как бы он мог выглядеть в безразмерных трусах, но в одних домашних штанах и без футболки зрелище представлял феерическое. Я даже невольно подумала, что тело он тоже явно где-то позаимствовал, и не иначе как в одном из журналов. Да, да, тех самых, где ранее же позаимствовал свою коронную гадско-голивудскую улыбку.

Сам же Денис мою реакцию, похоже, не заметил. Удивление на лице парня сменилось растерянностью.

— А ты здесь кого-то другого ожидал увидеть? — недовольно пробурчала, старательно пряча глаза.

Хотя, судя по его внешнему виду, видимо, так и было. Даже обидно немного стало. Неужели, правда, пока я тут тихо сплю за стенкой, к нему девицы по крышам карабкаются?

— Да нет, просто подумал, что показалось, — оглядев меня с головы до ног, проговорил парень. — Ты замерзла, — констатировал, оценив-таки мои начавшие стучать от пронизывающего ветра зубы, и распахнул окно пошире. — Забирайся.

— Ну уж нет, — отрицательно замотала головой. Еще чего, да чтобы я, да сама в логово зверя полезла? — Давай, одевайся и выходи. Поговорить нужно.

— И чтобы ты за это время окончательно окоченела и заболела?

— А вот это будет уже не твое дело, — недовольно буркнула.

Парень лишь в очередной раз усмехнулся и слегка покачал головой.

— И все же ты неисправимая вредина, — пожурил напоследок, закрывая сворки и скрываясь в недрах своей комнаты.

Вернулся он спустя несколько минут, показавшихся мне вечностью. Быстро перескочил через подоконник и уверенно направился ко мне.

— Давай, натягивай, — приказал, накинув на мои плечи большой дутый пуховик.

— Да я не… замерзла, — договорила, уже утонув в не по размеру большой куртке.

— Давай, давай, — поторопил он меня и сам поежился от очередного холодного порыва.

— Спасибо, — смущенно поблагодарила, просовывая руки в безразмерные рукава.

— Да не за что. Так о чем ты хотела поговорить?

— Ну…

— Что ну? — немного недовольно переспросил парень. — Говори уже, или я пошел. Погодка, знаешь ли, на улице та еще. Да и дел у меня куча.

Опустив голову и переминаясь с ноги на ногу, все-таки недовольно пробурчала:

— О слухах.

— О каких слухах? — будто бы не понял он.

— Ой, ну только не прикидывайся пай-мальчиком, — начала раздражаться. — О тех, которые ходят по универу. Ну что ты и я… ну то есть мы… — на последнем начала усиленно запинаться, потому что у меня даже язык озвучить подобное не поворачивался.

— Смирнова, ты пришла говорить или испытывать мое терпение, — поторапливал этот изверг. — Чего там мы?

Я обижено насупилась. Нет, он либо сейчас издевается, либо реально не знает, о чем уже который день судачит полунивера.

— Это…

— Что это?

— Встречаемся. Встречаемся. Доволен? — кажется, у меня даже краска на лицо хлынула.

Брови Королева медленно поползли вверх.

— Что делаем? — неверяще переспросил он, начиная улыбаться. — Серьезно?

— Нет, блин, шучу, — не на шутку взвилась я. И пока Денис оценивал степень моей нервозности, на эмоциях выпалила, надеясь на поддержку: — Да я сама в шоке. Меня который день терроризируют. И ведь надо же было такое сочинить. Ты и я! Как такое вообще представить можно? И что самое кошмарное, они ведь всерьез думают, что мы даже живем вместе! — последнее едва ли не выкрикнула.

— Да ну? И, правда, как такое возможно…

Ожидала чего угодно, но вот только не ироничного смешка в ответ, а за ним и дикого, почти неконтролируемого хохота.

Да, именно так: Королев смеялся от души. И это была, и вправду, вселенская несправедливость. А ведь когда я шла на крышу, поддавшись уверениям Маринки, то даже искренне начала верить, что он меня поддержит. Или не поддержит, но хотя бы попытается успокоить. Скажет, что это просто колоссальное недоразумение, а в идеале предложит какой-то выход из сложившейся ситуации. Но вот только по факту… Я как всегда оказалась права: единственное, на что способен Денис, так это затеять очередную пакость.

— Не… ну… да-а… в чем-то, может, они и правы, — сквозь смех, едва не утирая слезы, продолжал издеваться он. — Но, действительно, как им могло только такое в голову прийти? — начал цитировать он меня. — Уж кто-кто, но ты бы точно с таким, как я никогда бы встречаться не стала. Да, Смирнова? Будь я даже последним парнем на Земле.

И вот тут-то я и пожалела, что у меня под рукой не оказалось ничего тяжелого. Да его убить на месте — мало!

— Думаешь, это смешно? Серьезно, Королев, тебе смешно? — стало настолько обидно, что даже слезы на глаза, казалось, вот-вот выступят.

— Ну а что ты хочешь услышать? — смеяться он перестал, но все еще продолжал подозрительно довольно улыбаться. — Мои поздравления тебе, что тут можно еще сказать. Ты добилась, чего хотела.

— Я? — ахнула от изумления.

— Ну да. Согласись, забавно вышло, — прозвучало как-то слишком едко. — Еще пару дней назад ты хотела, чтобы у меня появилась девушка. Так чего не радуешься? Считай, твоя мечта исполнилась. Как там говорят? Бойся своих желаний, они имеют свойство сбываться.

И тут-то до меня дошло. И эта привычная для него злая ирония в голосе, и подозрительный блеск в глазах. Ха-ха, Катюш, бинго! Зря ты вообще поперлась на эту крышу. Зря рассчитывала на помощь Дениса. Ведь кто, если не он, приложил ко всему этому лапу. И судя по его самодовольной ухмылке, эти догадки не были лишены основания.

— Это все ты! Ты! — обличительно ткнула ему указательным пальцем в грудь. — Колись, чего и кому ты про меня наплел?

— Я? — притворно удивился он, пока я вспоминала все способы медленного и мучительного убийства. — Дай-ка подумать — ничего. В эти дни мне задавали кучу вопросов, но я оставлял их без ответа. Но, признаться честно, не ожидал. Так что эксперимент можно считать успешным, — пожал он плечами. — Ты права: как минимум трети универа есть-таки дело до моей личной жизни. И как максимум эта треть сейчас тебе люто завидует. Так что гордись, твоя миссия выполнена — теперь у меня официально «есть» девушка. Правда, не совсем та, которую ты мне пророчила.

— Но ведь это неправда. А ты подумал, мне сейчас каково? Твой клуб фанаток меня заживо закапать готов. Про одногруппниц вообще молчу, я теперь для них — враг номер один. Они же меня все лгуньей последней считают.

Денис только лениво пожал плечами и в очередной раз едко усмехнулся:

— Ну так, как ты там сказала? Я — парень не твоего романа. Только вот у общественности, похоже, другое мнение. Но, если же тебе настолько претит сама мысль, что кто-то может посчитать, будто мы вместе, так им ее и озвучь. Или же… я могу озвучить свое веское слово, и все слухи прекратятся сами собой.

И почему я, как никогда, чувствовала в его словах подвох?

— И чего же мне это будет стоить? — практически сквозь зубы поинтересовалась, раз тридцать пожалев, что поперлась на эту злосчастную крышу.

— Ну… я даже не знаю, — улыбка Дениса не предвещала ничего хорошего. — Быть может, один поцелуй?

Глава 23

Домой я вернулась в растрепанных чувствах. Даже не знала, какие эмоции больше во мне преобладают: банальный шок или же едва сдерживаемая ярость.

Поцеловать его, как же! Да что он о себе возомнил?

— Кать, у тебя что-то случилось? Последнее время ты сама не своя, — мама зашла на кухню, когда я усердно наматывала нитку от чайного пакетика на палец и сверлила взглядом новые обои. Эмоции немного поутихли, но общее чувство досады и нервозность все еще пребывали в сознании.

— Все в порядке, мам, просто не слишком удачная неделя, — посильнее сжала в руках горячую кружку.

— Поделишься? — родительница села рядом и слегка приобняла меня за плечи. — Проблемы с Кириллом? Последнее время я вообще почти не замечаю, чтобы вы общались.

— Да что ему будет, — усмехнулась я, вспоминая их милую пару с Соколовой. — Поверь, мам, с Кириллом все просто замечательно. По крайней мере, у него точно проблем нет.

— Тогда в чем? Что-то не так с учебой?

Отрицательно качнула головой.

— Да нет, с ней тоже все в порядке, — устало выдохнула. — Тут, наверное, дело больше во мне. Похоже, я уже окончательно запуталась.

И вроде ничего не сказала, но в то же время высказала все свои внутренние переживания. Я ведь, действительно, не понимала, что от меня нужно Королеву, и к чему все эти устроенные им спектакли. И та погоня в коридоре, и потом еще казус в столовой, и на парковке. Да я сама бы на месте сплетников неизвестно что напридумывала, а уж Денис не мог об этом не знать. И после, когда к нему подходили с вопросами, специально же создал атмосферу таинственности, чтобы подогреть поводы для сплетен — сам же сказал. Вот только зачем? Неужели, те слова, что он как парень меня совершенно не интересует, так его задели?

— Ох, Котенок, уж не знаю, что там у тебя такого случилось, но поверь: когда я была молода, мне тоже любая, даже самая незначительная неприятность казалась чуть ли не катастрофой. Но прошли годы, и я начала понимать, насколько глупыми были эти надумки.

Да, может, и глупые, не мне судить. Вот только от этого осознания было совсем не легче.

— Мам, а вы с папой, как у вас все началось? — неожиданно для себя задала вопрос. — Просто, я помню, ты как-то говорила, что вы друг друга поначалу терпеть не могли.

— Да, было дело, — тепло рассмеялась она. — Твой папа мне проходу не давал. Преследовал и, как тогда казалось, изрядно портил мне жизнь. Ну и злилась же я на него.

— А потом?

— А потом внезапно поняла, что влюбилась, — развела она руками. — Бывает в жизни и такое.

Да уж, красивее не придумаешь. Я невольно нахмурилась.

— Но тебе-то, зачем так переживать? У вас с Кириллом совсем все по-другому.

— Да, мам, знаешь, насчет Кирилла… Мне давно уже надо было вам кое-что сказать... В общем, похоже, мы окончательно расстались.

Хорошее настроение родительницы, как рукой сняло.

— Так… прости, я что-то не расслышала? Что вы сделали?

М-да, помнится, я очень боялась сознаться во всем родителям, и правильно делала. Мама, едва услышала новость, принялась бесперебойно причитать и нервно всплескивать руками. Папа хмурился, но ничего не комментировал. Я же сидела, опустив голову, и только ждала, когда же все это закончиться.

Просто невыносимо было слушать, какой Кирилл весь из себя хороший и положительный и какая я, глупая, совсем его не ценю.

На одном из моментов все же не выдержала:

— Да сдался вам этот Кирилл! — в сердцах выкрикнула. — И вообще, да будет вам известно: я сама его бросила! — Признаться в том, что инициатором расставания на самом деле являлся бывший, так и не смогла. Не хватило духу. Да и самолюбие в этот момент неслабо сыграло, будь оно неладно. — И вопрос о восстановлении наших отношений попрошу оставить закрытым.

— Но, Кать, почему? Может, еще не поздно все исправить? — продолжала настаивать мама. — Ты поверь мне, Кирилл тебя очень любит, души в тебе не чает.

Ага, прямо до такой степени, что, совсем не стесняясь меня, обжимается по всем углам с Соколовой.

Злость обиды расставания нахлынула новыми волнами. Ну неужели, по их мнению, я настолько жалкая, что даже парня себе другого найти не смогу?

— Катя, — уже более строго сказала мама, — ты еще молодая и неопытная. А Кирилл — парень, за которого надо держаться.

И вот опять она за свое.

— А я, может, не хочу больше ни за кого держаться, — упрямо заявила, глядя ей прямо в глаза. — Ну, подумаешь, перспективный и спортсмен. Все, хватит! Надоело!

Кажется, мама даже немного растерялась, а я, пока она не успела ничего больше сказать, с дуру выпалила в сердцах:

— И вообще! У меня, может, парень новый! И не просто парень, а самый завидный в университете — по нему все девчонки сохнут! — вот, сказала, как отрезала!

Родительница открыла рот от удивления. Папа так и вовсе не знал, как реагировать, одна я стояла, гордо задрав голову. Так-то. А Кирилл, да пропади он пропадом вместе со своей Инной. Вот только потом до меня запоздало стал доходить смысл сказанных мною слов. Ух ты ж ё-маё… Вот дура!

— Что? Новый парень? — неверяще переспросила мама, но папа тут же ее оборвал:

— Юль, ну, правда. На дворе уже давно не шестнадцатый век. Катя вполне может сама решать, с кем ей встречаться. И если ей действительно нравится новый парень, и она поняла, что не любит Кирилла, то давай не будем на нее давить? — слегка неуверенно подал он голос, косясь на стремительно алеющую меня, мгновенно растерявшую свой боевой настрой. И вот надо было так соврать? И кто за язык тянул?

— Ну да, конечно, может быть, ты и прав, — мама же еще немного помолчала, ну а потом такое началось…

В общем, я десять раз пожалела, что мой язык не умеет порой держаться за зубами.

— Кто он? На кого учится? Кто его родители?

Мама буквально без остановки засыпала меня вопросами, выпытывая чуть ли не полную биографию моего нового, так называемого «парня», а я бесконечно запиналась и пыталась отвечать, все больше осознавая, что врать, как и придумывать на ходу, не особо-то и умею. Благо, в этот момент мне на помощь в очередной раз пришел папа, осадив-таки родительницу и настояв на том, чтобы она перестала на меня так наседать.

— Спасибо, пап, — прошептала тихо, едва мама со словами «ну и молодежь пошла» скрылась из кухни, закрыв за собой дверь.

— Да не за что, Котенок, — прижал он меня к себе, пригладив по распущенным волосам. — И на маму не обижайся. Знаешь же: порой ее слишком заносит в ее чрезмерной опеке.

Все было так. И маму я могла понять, но, несмотря на это, спать ложилась в полном раздрае. Мысли в голове окончательно запутались. Но отчасти я даже испытывала легкое чувство облегчения. Хоть теперь врать не придется, что у нас с Кириллом все нормально. А остальные проблемы придется решать по мере их поступления. Но это же надо было — еще больше вляпаться.

Зато на следующий день в голове неожиданно родился новый и почти идеальный план. Да, родителям я наврала — этого не отнять, но и парень-то у меня, пусть и фиктивный, но все же был.

Что ж, Королев, держись. За язык тебя точно никто не тянул, а там — это мы еще посмотрим, кто кого.

Глава 24

В универ заходила с высоко поднятой головой. Одногруппниц уже не пугалась — мило улыбалась, да и вообще старалась слиться со всеми в общем душевном порыве. Хрен, Королеву, а не поцелуй! Не на ту напал.

Девчонки, кажется, тоже уловили резкую перемену моего настроения, но на все их многочисленные вопросы я решила использовать тактику Дениса. В ответ лишь пожимала плечами и не переставала загадочно улыбаться. Пусть теперь додумывают сами, каждая по мере своей испорченности.

Одна только Маринка, которая была хоть немного в курсе событий, кажется, выпала в осадок, и лишь опасливо косилась на довольно улыбающуюся меня, изредка переводя взгляд на начавших шушукаться одногруппниц.

— Кать? Я что-то пропустила за выходные? — шепотом начала выпытывать она, пока я старательно раскладывала тетради и сияла благодушной улыбкой. — А то твоя последняя смс «Королев-таки козел» не особо, знаешь, навела меня на мысли о благоприятном исходе твоей вылазки. Или вы с ним до чего-то договорились?

Я опасливо посмотрела по сторонам, затем на нее, и отрицательно качнула головой, поджав губы.

— Нет, не договорились. И статус его так и не поменялся. Как был парнокопытным, так им остался. Зря ты мне сказала поговорить с ним.

— А что тогда?

Пожала плечами.

— Ничего. И раз он сам не хочет развеивать слухи, то так и быть, я ему в этом помогу. Другое дело, что я родителям все рассказала. Ну, что с Кириллом рассталась.

Мы на несколько секунд затихли. Мимо неспешно проплывала Нинка, старательно развесив необычайно длинные для сплетен уши. Пришлось дальше, как ни в чем не бывало, делать вид будто я полностью поглощена лицезрением записей с прошлой лекции и продолжать при этом добродушно улыбаться.

— Да уж, — сочувствующе вздохнула Маринка, когда главная сплетница скрылась из виду. — И как? Сильно ругались?

— Да так себе. Терпимо. Но думала, хуже будет, — тихо прошептала, враз поникнув и нахмурившись. — Правда, я зачем-то еще в порыве ляпнула, что теперь встречаюсь с самым крутым парнем универа. В общем, мама мне весь мозг вынесла: горит желанием лицезреть моего нового ухажора.

— Оу…

— А то! — фыркнула я.

— И что делать будешь?

— Ничего, — безразлично пожала плечами. — Как начали «встречаться», так и «расстанемся» — не велика беда. Поцелуй ему подавай. Да это он еще не знает, с кем связался! — мстительно добавила, вспомнив ультиматум Королева.

Маринка изумленно раскрыла рот — ну да, про поцелуй я ей еще не рассказывала — но спроситьне успела. В аудиторию уже вошел преподаватель по макроэкономике, и в воздухе мгновенно повисла звенящая тишина.

Но шок этого дня для Маринки не спешил заканчиваться.

Едва время подошло к большой перемене, и мы с ней уединились на одном из широких подоконников, чтобы как следует все обсудить, на горизонте показался Королев. Вот он-то мне, гад такой, и был нужен.

И, как всегда — тоже мне объект повышенного внимания — Денис лениво шел вразвалочку вместе со своим приятелем, а вокруг уже вились облепившие его со всех сторон хихикающие девчонки. А вешались-то как! И это при живой-то мне! Ну, ничего, сейчас я им покажу, где раки зимуют!

Дернув подругу за руку и нацепив милейшую из улыбок, я мгновенно спрыгнула с подоконника и, пока Маринка приходила в себя от непонимания происходящего, уверенно направилась в сторону изувера.

— А ну, цыц, — перво-наперво сказала моментально примолкшим студенткам, зло сузив глаза и обдав их уничижительным взглядом. — Вы чего здесь забыли? Страха вообще никакого, как и совести?

Те, кажется, слегка опешили от моего внезапного появления. Даже шаг сбился. Встали, как рыбки, то и дело открывая и закрывая рот, но, стоит отдать им должное, поспешили быстро ретироваться, старательно пряча глаза.

— То-то же, — величественно фыркнула им вслед. А то, смотри-ка, совсем уже обнаглели, с чужими «парнями» средь бела дня заигрывают. Да… кстати, о парнях!

— Привет, мальчики! — сверкая, как начищенный медный таз, поздоровалась с Королевым и его другом, искренне надеясь, что моя натянутая до ушей улыбка не напоминает волчий оскал.

— И тебе не хворать, — почти что остолбенел от моей наглости Денис, смерив меня чуть подозрительным и искренне изумленным взглядом.

Ох, и как же мне до сих пор хотелось съездить чем-нибудь тяжелым по его физиономии, но, благо, сдержалась.

К слову, его приятеля я не сразу, но узнала — владелец той самой темно-синей иномарки, который заезжал за Королевым, когда я только узнала, что мы с Денисом теперь соседи. Незнакомый парень стоял и тоже улыбался, и почему-то, как мне показалось, пристально и оценивающе начал меня разглядывать, переводя взгляд с меня на Дениса и обратно.

— Я надеюсь, вы не в кафе собрались? — тем временем беззаботно поинтересовалась я, поправляя на плече сумку и кивнув в сторону окна.

— Да, именно туда, — подтвердил мои догадки друг Королева.

Да, все происходящее явно начало его забавлять, чего нельзя было сказать о самом Денисе. Потому как, едва я уперла руки в бока и недовольно надула губки в стиле порядочной блондинки, он, кажется, вообще прибалдел.

— Но как же так?! — театрально нахмурившись, капризно завила я. — А как же мой обед? Денис, помнится, кто-то обещал компенсировать мне съеденную накануне сосиску в тесте. Да и не дело это. Раз уж у тебя теперь «официально появилась девушка», — вот не удалось мне произнести это без сарказма, — то и обедать вы должны вместе, не находишь?

Маринка ошарашено округлила глаза. Приятель Королева так и вовсе хмыкнул в кулак, едва сдерживая смех. Но вот физиономия Дениса… Да я бы все на свете отдала, чтобы видеть это выражение вытянувшегося лица почаще.

Похоже, произвести нужное впечатление мне удалось. По крайней мере, зрители были точно в восторге — хоть сейчас Оскара выноси.

Правда, радость моя не была долгой, парень быстро взял себя в руки, и на его лице засияла та самая гадстко голливудская улыбка. Да и взгляд при этом… ну явно не предвещал ничего хорошего. По-хозяйски закинув руку мне на плечо, он с силой потянул мою тушку чуть дальше по коридору.

— Ах, ну да, булочка… Как же я мог забыть… — приторно едко проговорил он, а потом притянул меня чуть ближе, от чего я даже невольно ойкнула: — Признайся честно, Смирнова, ты что-то курила? — спросил уже тише, наклонившись почти к самому моему уху.

— Нет, конечно, — мгновенно ощетинилась я.

— Пила?

Я бросила на Королева скептический взгляд.

— Тогда, наверное, нюхала? — уже насмешливо осведомился он.

— Ты совсем дурак?

— Ну тогда потрудись мне объяснить, что это сейчас было?

— Хрен тебе, а не поцелуй — вот что это сейчас было, — самодовольно усмехнулась. — Так что предлагаю тебе сразу: «расстанься» со мной по-хорошему.

Глава 25

Сказать, что Денис удивился — ничего не сказать. Я прямо кожей чувствовала все взыгравшие в нем эмоции — стиснул мое плечо так, словно вот-вот готов был раздавить.

— Оу, даже так… — слегка задумчиво усмехнулся он, а затем развернулся обратно к Маринке и своему другу: — Ммм, ребят, а вы не могли бы пойти чуть вперед? Нам бы с Катенькой обсудить кое-что. Личное, так сказать.

Я даже мысленно порадовалась, как это едко прозвучало из его уст. Вот точно, кто-то очень и очень зол.

— В кафешку, по всей видимости, мы уже не идем? — скорее ради приличия уточнил его друг, продолжая потешаться над ситуацией.

— Сегодня, наверное, нет. Да и Катюшка права: уж больно булочки в столовой вкусные, — а вот теперь я точно почувствовала себя, словно хомячок, который стоит и улыбается в обнимку с удавом.

Да вот только, если Королев надеялся, что этим меня напугает, то не на ту напал. У меня и у самой настроение было то еще — воинственное. Поэтому хомячок, в лице меня, только самодовольно осклабился, принимая боевую трансформацию, и поспешил подтвердить:

— Да, да, вы идите, а мы с Дениской вас догоним, — и даже ресничками для достоверности похлопала. А уж как искривилось лицо того самого «Дениски», когда я исковеркала его имя… И это я его еще «пупсиком» не называла!

Приятель Королева в очередной раз усмехнулся, в отличие от враз растерявшейся Маринки, и беззаботно пожал плечами:

— Ну тогда ладно, уговорил, булочки так булочки, — и, подмигнув моей подруге, подтолкнул ее дальше по коридору: — Ну что, идем? Пускай эти голубки пошепчутся. Тебя, кстати, как зовут?

Маринка же уходить не спешила: еще раз бросила на меня растерянный взгляд, мол, ты точно уверена, и только дождавшись молчаливого кивка в ответ, все-таки поспешила за парнем. Я же мысленно пожелала ей удачи. Уж насколько, по ее словам, она на дух не переносила всех этих напыщенных снобов, но оказавшись в компании одного из них, держалась на удивление хорошо. Даже плечи гордо расправила, вмиг собравшись и выдавив из себя подобие улыбки.

Уж за кого, а за нее я не переживала. Моя подруга — девочка взрослая и умеет за себя постоять. Уж как-нибудь справится. Другое дело, что в следующее мгновение я и сама сзади почувствовала на своем теле чьи-то загребущие лапы.

—Девушка, говоришь? Значит, я вполне могу сделать вот так?

А в следующую секунду, нисколько не стесняясь, Денис скользнул ладонями по моим плечам. Я даже опешить не успела, а его пальцы уже переместились на мою талию, чтобы через мгновение плотно прижать меня к груди парня в плотном кольце рук.

Королев чуть склонился вперед, положив голову мне на плечо, и опалил шею горячим дыханием.

— Ну так что, девушка? Поговорим?

Нет, не сказать, что я трухнула, но краска мгновенно хлынула на лицо. Это что еще за провокационный жест? Даже волосы на затылке дыбом встали, но виду не подала. Недовольно дернулась, пытаясь унять отчего-то враз встрепенувшееся сердце, и даже разозлилось из-за того, что оно предательски начало выдавать запредельное количество ударов в минуту. По коже так и вовсе, несмотря на теплый свитер, поползли предательские мурашки.

— А вот начет этого мы вовсе не договаривались! — сказала недовольно, попытавшись скинуть вконец обнаглевшие грабли Дениса.

— Если уж быть до конца точным, то мы вообще пока еще с тобой ни о чем не договаривались. Но, признаться честно, я заинтригован, — издевательски протянул парень, на мои трепыхания лишь сильнее сжав мою тушку в импровизированных объятиях. — Ничего не хочешь мне объяснить? Например, что это за демонстративное представление ты сейчас устроила, выставив меня полным дураком перед другом и девчонками?

А вот после этих слов мои губы сами собой расплылись в довольную улыбку — даже сопротивляться перестала, чуть повернулась к Денису и встретилась с ним взглядом. Да, этот гад явно намеревался застать меня свой близостью врасплох, но… где-то явно просчитался. Нет, серьезно, не думал же он, что я растеряюсь или того хуже — растекусь карамельной лужицей, как одна из его многочисленных фанаток.

— А ты против? — приняла правила игры и наигранно кокетливо повела плечом, поправляя лямку от сумки. — Сам же сказал, что развенчивать слухи о наших с тобой якобы отношениях не собираешься. Ну а я — что тут сказать — точно не буду терпеть, если кто-то начнет трепать, что ты мне якобы изменяешь. Так что ничего, переживут. И ты переживешь, — самодовольно хмыкнула, вспомнив реакцию так называемых девчонок и самого Королева.

— То есть, даже так, да? — он даже объятия ослабил, чем я и не преминула воспользоваться, ловко выскользнув и отойдя на несколько спасительных шагов.

— Я тебе уже сказала: хрен тебе, а не поцелуй, — приторно сладко пропела. — И поверь, паинькой твоя новая «девушка» в лице меня уж точно не будет. А теперь, если ты все еще не передумал и не решил со мной «расстаться», вперед — в столовую. Твоя «девушка» ужасно хочет есть, а перемены, знаешь ли, не резиновые.

Это был вызов. Денис не мог не знать, что едва мы вместе пересечем двери столовой, обратной дороги уже не будет. Слухи не то что обрастут новыми подробностями, но и начнут расти в геометрической прогрессии. Я, честно, все еще надеялась, что он психанет, обзовет меня дурой или все же решит сдаться на радость победителя, но Королев лишь привычно усмехнулся, принимая вызов:

— А, знаешь, думаю, это будет даже интересно, — и пока я соображала, что делать дальше, перехватил меня за руку и уверенно потянул по коридору. — Ну, пойдем, «девушка», потому как твой «парень» тоже уже изрядно проголодался и, похоже, готов съесть слона, не то что какие-то там булочки.

Глава 26

Фурор — это вовсе не то слово, которое встретило нас в дверях столовой. Скорее в первые секунды эту картину можно было назвать «немой ступор». Студенты враз затихли, а затем принялись шушукаться с удвоенной силой, едва увидели, как самодовольная и едва ли не летающая я и отчего-то ухмыляющийся Королев, держась за руку, пересекли порог царства сдобы и полусъедобных вчерашних котлет.

Один только приятель Дениса, завидев нас, улыбнулся и приветливым жестом махнул рукой, приглашая за занятый им ранее с Маринкой столик.

К слову, булочки, по всей видимости, ему тоже понравились, так как набрал их парень немало, и, когда я с ответной улыбкой помахала ему в ответ, с явным удовольствием уплетал одну из них, запивая морсом местного приготовления.

Денис, глядя на это, лишь картинно закатил глаза, я же, стараясь игнорировать любопытные взгляды студентов, поспешила потянуть его к линии раздачи.

Что ж, первую часть плана под кодовым названием «расставание» можно считать успешно начатой. По крайней мере, я так считала. Ну а сейчас… Уж не знаю, на что Королев рассчитывал, но ограничивать себя одной сосиской в тесте я не собиралась.

Да, месть, да меленькая. Но почему бы и нет? Тем более, к моему удовольствию, в столовой сегодня, на удивление, было чем поживиться.

Мне даже руки захотелось потереть от предвкушения. За полукруглыми стеклянными витринами, помимо горячего и прикрытых пищевой пленкой салатиков, в коем-то веке красовалось что-то помимо булочек и жареных пирожков.

Кстати, вопрос о разнообразии питания в нашем университете неоднократно поднимался мною на студенческом совете, но, обычно, оставался без должного внимая. Наш ректор, несмотря на свой довольно грузный вид, оказался закостенелым ЗОЖником. Сдоба на ежедневной основе — и та была особым компромиссом, к которому мы с ним наконец-таки смогли прийти. Но такое явление, как пирожные, в закромах столовой… В общем, такое на моей памяти происходило крайне редко и удовольствие было явно не из дешевых — ЗОЖ, ну вы понимаете. И сейчас я с особым вожделением смотрела на корзинки, щедро наполненные кремом из взбитых сливок, и пышные эклеры со сгущенкой. И маффины… вселенная, маффины! И это в нашей-то студенческой столовой!

— Вижу, кто-то все-таки смог повлиять на старого хрыча, — прокомментировал Денис, разглядывая сладости на витрине. Он-то, по всей видимости, их вообще впервые в студенческих витринах видел. Ну а тот факт, что мне удалось наконец-то договориться с ректором, так вообще обошел его стороной — он попросту прогулял то самое собрание, где я с радостью объявила о своей маленькой победе. Зато теперь я могла без всяких зазрений совести самодовольно фыркнуть и гордо вскинуть подбородок:

— А то! — И пока Королев не успел опомниться, тут же категорично заявила, не отрывая взгляда от желанного лакомства: — Ты платишь!

— Да я даже не сомневался. — Парень усмехнулся, отследив мой явно плотоядный взгляд, и повелительно взмахнул рукой: — Можешь ни в чем себе не отказывать. В пределах разумного, конечно.

Уж чего-чего, а вот этого ему пообещать никак не могла. А потому просияла коварной улыбкой, а потом…

Денису оставалось только округлять глаза, когда отстояв небольшую очередь, я начала нагребать явно больше, чем вешу.

— Вот это и еще вот это, — начала перечислять буфетчице, поочередно показывая на представленный ассортимент, — и эклеров не забудьте… Две, нет, лучше три штуки.

— Слушай, Смирнова, а ты точно не лопнешь? — скептически поинтересовался парень, оглядывая картину «жадность в ее естественном виде». — Ты не думай, мне не жалко, но я всегда подозревал, что девушки обычно следят за своей фигурой? Или у тебя план такой? Набрать немереное количество килограмм, чтобы я уж тебя точно бросил?

— Ха-ха, очень смешно, — не отреагировала на его колкость. — И, да будет тебе известно, я отношусь к тем, кто ест и не толстеет. И хватит уже притираться ко мне так близко. Держи дистанцию, в конце-то концов!

Вот только Королеву мои слова были вообще, казалось, до фенечки. И хоть руки он больше не распускал, но его наглый торс я буквально чувствовала лопатками.

— Значит, ты привыкла уже есть всякую гадость? — начисто проигнорировал он мои возмущения. — Дай угадаю: гамбургеры, пицца?

— С гамбургерами не угадал. А пицца, да, почему бы и нет? — пожала я плечом, едва все вкусности перекочевали на поднос, а Денис расплатился по счету. — И кстати, ты не прав. Говоришь, прям как наш ректор. А это, между прочим, не гадость, а естественные потребности питания для любого уважающего себя студента и… Королев! Я же сказала, держи себя в руках! — а вот теперь уже чьи-то наглые ладони скользнули по моей талии.

Парень рассмеялся.

— Ты давай-ка, посторонись. Поднос забрать мешаешь, — и, отодвинув меня вместе с подносом чуть дальше по стойке от начавшей уже на нас нездорово коситься буфетчицы, прошептал над самым моим ухом: — И да, Кать, если мне, по-твоему, нельзя теперь заигрывать с другими девчонками, то кого же мне теперь обнимать? Не свою ли новоиспеченную «девушку»?

Вот сказала бы, куда он может запихать себе свои обнимания! Но да, кажется, эту часть в своем поистине «гениальном» плане я совсем не учла. Но все равно обернулась и гневно сверкнула взглядом, обдавая Королева приличной порцией негодования:

— Столбы можешь обнимать — разрешаю, — сказала, как отрезала. — У нас с тобой будут более целомудренные отношения.

— Ну… Так не интересно, — протянул парень, но меня отпустил, перехватывая поднос. — Что еще у нас с тобой будет?

— Могу сказать, чего у нас точно не будет, а это: ни поцелуев, ни обжиманий, ни танцев под полной луной. Ну, или что там обычно бывает у парочек.

— Но совместный поход в боулинг будет теперь — это точно, — хохотнул он, едва мы дошли до занятого для нас столика. — Да, Вадим? — обратился уже к своему приятелю.

— Что? — тут же откликнулся тот, наконец-таки оторвавши взгляд от моей подруги.

— Я говорю, Катя любезно согласилась пойти с нами завтра в боулинг, — сверкнул своей гадско голливудской улыбкой Денис.

Я так и застыла возле стола, впившись рукой в спинку стула.

Это кто согласился? Я согласилась? Когда? И тут же поймала на себе надоумленный взгляд Маринки — «Ты?».

«Конечно же, нет! Это подстава какая-то!» — буквально вопило мое выражение лица.

А приятель Королева абсурдности момента, похоже, даже не заметил. Тут же отвлекся от очередной булочки и хитро сощурился:

— Да ну? Смирнова идет с нами?

— Ну а что, — как ни в чем не бывало, откликнулся Денис, начисто игнорируя мой шокированный вид. Сгрузил поднос на стол и пододвинул к себе стул. — Должен же я познакомить свою девушку со своими друзьями.

Я открыла было рот, но тут же его и захлопнула. Маринка тоже, казалось, прибывала в конкретном ауте, зато Вадим подхватил эту идею с энтузиазмом:

— Вот так и знал, что между вами двумя что-то есть. А ведь Дэн до последнего упирался — отмалчивался, — кажется, ему одному только и было весело. — Кстати, Кать, я надеюсь, ты играть умеешь, а то учти, Денис не любит проигрывать. — И тут же перевел взгляд на доверху набитый поднос с пирожными: — Оу, а я смотрю, вы не мелочитесь — не иначе как на футбольную команду всего понабрали. И это кто же из вас вдруг стал фанатом сахарного диабета? Не как ты, Дэн?

— Брось, ты же знаешь, я терпеть не могу сладкое, — Королев усмехнулся. — Это Катя плюшками решила побаловаться. Кстати, — обратился уже к Маринке, — а ты с нами не хочешь пойти? Составишь этому умнику компанию, — кивнул на Вадима. — У него хоть язык и без костей, но если занять его рот попкорном и колой, то его вполне можно выносить.

— Ты на себя бы посмотрел, чел!

— Так, стойте… да погодите же вы! — резко перебила я обоих. — Какой боулинг? Когда?

Две пары недоуменных глаз уставилась на меня. Первым откликнулся Денис:

— Я же сказал: завтра, — невозмутимо сказал парень.

— Я имела в виду не это. Когда я согласилась?

Да, вот уж главный вопрос на повестке дня. Только вот Королев даже бровью не повел:

— Сядь уже, а то на нас вся столовая косится, — потянул меня за руку, отчего я хлюпнулась рядом с ним на стул. — А так, я думал, что это нормально, когда девушка составляет своему парню компанию.

— А когда парень ставит ее в известность вот так — бухты-барахты — это тоже, по-твоему, нормально?! — прошипела тихо. Уж что-что, а устраивать сцены перед всей столовой мне совсем не хотелось. — Уж не знаю, как ты, а я всегда считала, что обычно о подобных вещах люди договариваются заранее.

— Так я не понял, Кать, ты идешь или нет? — неуверенно подал голос Вадим, отчего я машинально перевела на него взгляд.

И вот что ответить?

Стоит отдать Денису должное — уел-таки меня, поставил перед фактом. А ты отнекивайся, Смирнова, теперь как знаешь! Но на то и был расчет. Ну, или, как вариант, он надеялся, что я просто проглочу его самонадеянное заявление, побоявшись выяснять отношения перед его приятелем. Да только знакомиться с Королевскими друзьями в мои планы совсем не входило. И уж тем более тащить с собой Маринку. Уж кто-кто, а последняя вообще не причастна к моим авантюрам.

— Нет, я… я не могу, — попыталась отвертеться от сомнительной перспективы, неожиданно свалившейся на голову. — Я завтра в универе после занятий планировала задержаться. Да и к лекциям нужно подготовиться... И тем более… Да! — осенило меня: — У нас же послезавтра с Мариной макроэкономика. А там преподаватель зверь — что не лекция, то контрольная.

— Да, макроэкономика — это серьезно, — подтвердила подруга, за что я ей послала полный благодарности взгляд.

— Ну вот. А так как все эти контрольные в конечном итоге влияют на зачет, я просто не могу себе позволить оставаться беспечной.

Вот, и вроде даже прозвучало убедительно.

— И что совсем никак не вырваться? — предпринял последнюю попытку Вадим. — Но ты же сказала Денису, что пойдешь? Или я чего-то не понял?

«Ну да, сказала, как же», — мысленно усмехнулась. Вслух же притворно огорченно вздохнула:

— Ну, так получилось, планы поменялись. К сожалению, — даже руками демонстративно развела, мол, что поделать.

Вадим, казалось, окончательно сник — видимо, все-таки всерьез рассчитывал, что я захвачу с собой Маринку. А вот Денис на всю мою тираду лишь едко усмехнулся:

— Жаль. А я уж было подумал, что смогу хорошенько повеселиться.

К чему были эти слова, я не поняла. Да и странно это — чтоб Королев, да вот так просто сдался?

Но дальше вопрос боулинга, на мое удивление, никто не поднимал. Вадим перевел тему и начал обсуждать какой-то фильм про супергероев. Денис ему поддакивал, Маринка краснела и пыталась поддерживать разговор. Одна я еще какое-то время ждала подвоха, но, слава вселенной, его не последовало. Поэтому остаток обеденного перерыва молча уплетала пирожные, радуясь, что так легко отделалась.

Вот только рано я расслабилась. Стоило большой перемене закончиться, и все студенты поспешили к выходу, как Королев не дал мне подняться и буквально припечатал к стулу, перехватив за локоть.

— Что, правда, так сильно занята? — От его насмешливого тона по моему телу поползли легкие мурашки.

— Что? Ты о чем? — не сразу поняла я, мыслями пребывая уже совсем в другом месте.

— Ну как же? О боулинге, о чем же еще. — И тут-то я и увидела ее — гадюсенькую, гадюсенькую такую ухмылочку и бесят, притаившихся в глубине Королевского взгляда: — Признай, Смирнова, ты просто трухнула? Нет у тебя никаких дел. Уж кто-кто, а я расписание план мероприятий знаю, и максимум, чем ты можешь быть завтра занята, так это просидеть до вечера в библиотеке, — кажется, я залилась краской с ног до головы.

— Хочешь сказать, что я соврала?

— Нет, я хочу сказать, что это было очевидно. Просто признай, при первой же появившейся сложности твой сомнительный план дал трещину, и ты просто напросто сдулась? Если так — жаль. А я ведь только начал было всерьез думать, что ты достойный противник. А так, ты совсем не умеешь играть… в боулинг, — прозвучало с усмешкой.

В первую секунду я растерялась, а потом до меня дошло. Так это была проверка?

То есть Денис вовсе и не хотел посмотреть, как я буду выкручиваться. Тем своим заявлением он просто брал меня на слабо!

Я разозлилась.

— И вовсе я не испугалась, — заявила, гордо вскинув голову и глядя Королеву прямо в глаза. — И дружков твоих придурков вовсе не боюсь.

— Да, да, я так и понял, — в очередной раз усмехнулся он, а затем поднялся со стула и похлопал меня по плечу: — Ну что, бывай, Смирнова. И да, впредь, я надеюсь, подобных выходок, как сегодня в коридоре, больше не повториться.

Ах, даже так…

А вот теперь я была уже не то чтобы зла, я буквально полыхала от гнева. Это он что только что, объявил меня проигравшей в моей же войне?

Нет, такого я стерпеть точно не могла. Да к черту дела, к черту все! Другое дело — не дождется!

— А ну стой! — перехватила его прежде, чем он успел поспешить на выход. — Кто это трухнул? Я трухнула? — и пока еще мой мозг до конца все не обдумал, выпалила: — Где и во сколько?

Я умею играть, и тем более, как и Королев, совсем не люблю проигрывать. А на счет боулинга… Думаю, тут Дениса ждет бо-о-ольшой сюрприз.

Глава 27

Боулинг, боулинг, боулинг, боулинг… Эта фраза буквально засела у меня в мозгу на следующий день. Честно, идти куда-либо никакого желания не было, как не было и желания объясняться с родителями, где их дочь будет болтаться допоздна.

Нет, можно, конечно, было соврать, что в боулинг я собираюсь исключительно с Маринкой. Тем более что это часть полуправды — отговорить подругу от сомнительной участи составить мне компанию я так и не смогла — но отчего-то врать совсем не хотелось. Поэтому мне пришлось подставляться под пулеметно-артиллерийский обстрел со всеми вытекающими:

— Кто еще там будет? Во сколько ты явишься домой? Кто тебя довезет? У него точно есть машина?

Родительницу я совсем не узнавала. Было ощущение, что мне лет шестнадцать, и я впервые отпрашиваюсь на дискотеку.

— Да все в порядке, мам, мне давно уже не пять лет, — пыталась воззвать к голосу чистого разума, пока еще ситуация не дошла до крайней степени абсурда. — И, тем более, там ничего такого — всего лишь вечер в компании друзей.

О том, что друзья не совсем мои, решила тактично умолчать. Сама не знала, чего ожидать от этой незапланированной гулянки, а уж тем более заставлять родительницу еще больше нервничать — это себе дороже.

— Денег на такси возьми, — тем временем продолжала напутствовать она, когда я уже с головой закопалась в недра шкафа в поисках чего бы надеть, — и звони мне, не теряйся… И еще…

— Мам, да я поняла, поняла. Буду звонить через каждые пятнадцать минут, — достала нежно-бежевую водолазку и в тон ей светло-серые джинсы, искренне надеясь, что уж в этом комплекте я не буду выглядеть, будто специально вырядилась.

Уж что-что, а доставлять Королеву лишний повод для радости совсем не хотелось. Решит еще, будто я тут копалась в шкафу битые два часа, собираясь, словно на свидание — а ведь я копалась, да.

— Кать, я серьезно, — изогнула брови родительница, скрестив руки на груди.

— Я тоже серьезно, — кивнула. — И что-то не припомню, чтобы ты раньше так за меня переживала.

И ведь правда, раньше я за мамой такого чрезмерного проявления гиперопеки не наблюдала. Хочешь сходить в кафе — сходи. В кино — тоже не вопрос. А тут, словно кто-то вдруг нажал в ее голове переключатель и намеренно активировал синдром повышенного внимания к моей личной жизни.

Правда, объяснение причины такого поведения тоже не заставило себя долго ждать:

— Раньше ты всегда была с Кириллом.

Ах вот оно что! От одного только упоминания о бывшем мое лицо скривилось, словно от килограмма кислых лимонов.

— Мам… — протянула недовольно.

— Ну что, мама-то? — деланно всплеснула руками она. — Помню я, помню: тему Кирилла в этом доме больше не поднимать. Но, Кать, этот твой новый мальчик... И то, как он на тебя влияет… вот это-то меня и пугает.

Я даже отвлеклась от перебирания вещей. Обернулась и во все глаза уставилась на родительницу.

Что значит влияет? Сама я никакого влияния за собой не замечала. Разве что нервы последнее время были изрядно потрепаны. Да и глаз нет-нет да и скоро, похоже, начнет уже дергаться. Но это особенность Дениса — бесить он меня всегда умел мастерски и на ура. Но то, что дальше решила мне высказать родительница, меня поистине шокировало:

— Я просто все вижу и замечаю. И дело даже не в твоем расставании с Кириллом, хотя и в нем тоже. Но, Кать, в последнее время ты сама не своя.

— Что ты имеешь в виду? — не сразу поняла я, но уже заранее почувствовала неладное.

И вот лучше бы не спрашивала, честное слово. Потому что в следующую секунду мама застыла, будто в нерешительности, а после выдала все, как на духу:

— Да я же тебя совсем не узнаю. Ты отдалилась от нас, постоянно в своих мыслях. Витаешь где-то в облаках. Поэтому и вижу, как ты относишься к этому мальчику. Не как к Кириллу. Хотя о чем это я, раньше ты так и на свидания не собиралась… А тут все платья перемерила и даже ресницы накрасила… Кать, я все понимаю. Я тоже была молода, и сейчас узнаю себя в твоем возрасте. Я ведь тоже, когда в твоего папу влюбилась, вела себя так же. Хотелось всего и сразу. В омут с головой…

Кажется, моя челюсть грозилась вот-вот оказаться на полу. Влюбилась? Я? И тут же вспомнила, как еще с полчаса назад с открытым ртом пыталась навести на своем лице нечто, на подобие макияжа — не иначе, как черт попутал! А также, действительно, перевернула с ног на голову весь шкаф — ну мало ли, может мне ревизию захотелось именно сегодня навести. Но разве из-за этого меня можно было теперь записать в безнадежно влюбленные?

— И вовсе я не влюбилась, — запротестовала, с трудом перебарывая желание побежать и немедленно смыть тушь с злосчастных ресниц. — И прогулка эта — совсем не свидание! — начала было оправдываться.

Вот только скептически настроенный взгляд родительницы, словно Станиславский кричал: «Не верю!». И ведь не верила же.

— Милая, ты не подумай, я вовсе не желаю тебе зла. Просто хочу убедиться, что ты совсем не потеряла голову…

А дальше понеслась. Я раз десять, не меньше, пожалела, что не соврала, что иду с Маринкой. Нет, правда, это же из разряда вон — мне еще и лекцию на тему «как не наломать дров от высоких чувств» пришлось выслушать.

Спустя полчаса и не менее литра тщательно сцеженной мамой крови мой глаз, похоже, все-таки начал дергаться, и я уже и сама готова была поверить, что всерьез влюбилась в Королева. В общем, то еще веселье.

Поэтому из дома выходила мрачнее тучи. Все складывалось просто замечательно — так, что хуже не придумаешь! Я, как никогда, чувствовала, что влипла по самую маковку.

И ладно бы, черт с ним, с универом — они пускай думают, как хотят — но вот то, что у меня теперь и родительница твердо убеждена в моей полной и безграничной любви к Денису — вот где был полный финиш!

Хотя, стоит признать, правда в словах мамы была: мне действительно в коем-то веке приспичило накраситься и разодеться. Но я это сделала вовсе не потому, что хочу понравиться Денису. Нет! А для чего? А кто его знает. Пусть этот вопрос останется из разряда риторических.

Конечно, маму я могла понять. Она ведь и не подозревала, что парень-то не настоящий. А потому для нее вывод был один: у ее дочери новый ухажер, она его не знает и поэтому не доверяет. Хотя, что скрывать, я и сама в вопросе доверия к его высочеству Королеву относилась крайне скептически. Ну вот противилось все мое естество доверять этой сомнительной личности. Даже, спускаясь на первый этаж, начала всерьез подумывать, а не бросил ли меня Денис и не укатил ли на встречу со своими дружками один — с него станется. Может, я бы даже порадовалась…

Но нет, когда вышла во двор, машина Королева стояла прямо напротив моего подъезда, а сам он сидел за рулем, уткнувшись в свой смартфон и не замечая ничего вокруг.

Честно, в первую секунду у меня возникло стойкое желание ретироваться. Нет, в самом-то деле, игры эти … Ну не может же взрослый и ответственный человек воспринимать их всерьез! Тем более, что именно из-за них в моей жизни появился весь этот раздрай и хаос.

Но стоило только вспомнить ту самую ухмылочку в столовой и едкое Денисовское «трухнула?», как злость мгновенно придала сил, и ноги сами понесли меня в сторону ярко-красного автомобиля.

— Ну неужели, я уже думал, ты не придешь, — опустил лобовое стекло Денис.

— Сказала один раз, повторю еще: не дождешься! — плюхнулась на пассажирское сидение.

— Ну мало ли, передумала в последний момент. Ты же, Смирнова, девушка непредсказуемая. До сих пор не могу понять, какого цвета тараканы в твоей голове водятся.

Это мои-то тараканы? На своих бы посмотрел! Они-то у него, небось, вообще всех цветов радуги.

— Эй ты, умник, за своими последи. И давай уже, заводи шарманку, поехали. Кажется, кто-то говорил, что нам надо быть там к семи часам, а мы и так уже опаздываем.

Денис усмехнулся, но стоит отдать ему должное, молча крутанул ключ в замке зажигания. Вот и правильно. А то, что опаздывали мы исключительно из-за меня — так это дело десятое. Девушка я его или нет, в конце-то концов?! А нам, девушкам, всегда свойственно опаздывать.

Глава 28

В боулинг мы все же опоздали. И не только из-за меня. Все дело в том, что по пути нам пришлось захватить еще и Маринку. Которая, на удивление, смогла-таки побить мой рекорд по долгим сборам.

— Простите, я, правда, не хотела, — краснея, продолжала оправдываться она, когда мы втроем поднимались на второй этаж торгового центра. — Родители домашними делами загрузили, не думала, что все настолько затянется.

Да, родители у Марины и вправду строгие. А если учесть, что сегодня полдня в ее родных пенатах не совсем запанировано гостили еще двое племянников… В общем, объем этих самых дел я прекрасно себе представляла. Небось, перевернули вверх дном почти всю квартиру, если не разобрали по кирпичикам до основания.

— Да ладно, Марин, проехали, — в который раз уже успокаивала ее я. — Скорее тут нужно сказать спасибо, что ты вообще выжила!

— Все настолько плохо? — тут же поинтересовался Королев, который не мог представить и малой толики свалившихся на мою подругу злоключений.

— Плохо — это не то слово, — тут же откликнулась я. — Если вкратце, то тут скорее подходит словосочетание «стихийное бедствие». Посидел бы ты сам с ними, понял. Мне вот однажды посчастливилось составить ей компанию.

— Ага, они нам тогда едва потоп в квартире не устроили и новый сервант в гостиной не перевернули, — мрачно подтвердила Маринка. — Хорошо хоть костер посреди коридора не успели разжечь — в индейцев играли.

Королев засмеялся. Я же невольно вздрогнула, вспоминая, как гонялась за двумя сорванцами, пытаясь отобрать у них разоренную Маринкину косметичку. Уж не знаю, когда и как им удалось ее тогда выкрасть, но боевой раскрас они на лицах навели знатный. Такой, что половину косметики можно было смело выбрасывать и идти покупать новую.

— Да уж, весело у вас, — продолжал улыбаться Королев. — У меня у самого двое двоюродных братьев — знаю, каково это. Но мне нравится с ними сидеть, хоть они с теткой и приезжают редко.

— Ты, да сидеть с детьми? — не поверила я.

— Ну а что тебя удивляет? — как ни в чем не бывало откликнулся Денис. — Они все же моя родня. А я ценю родственные связи.

— Ну а твои родители? Они как? В смысле, у тебя есть еще братья или сестры? — спросила, на что Королев беззаботно откликнулся:

— Есть. Брат, старший. Но он пока не горит желанием обзаводиться семьей. Как он сам говорит, может, когда-нибудь он и захочет обзавестись головной болью, ну а пока еще у него есть я и отец. Да и не думаю, что такое в принципе в ближайшее время возможно. Уж слишком он много времени проводит на работе.

— Служащий?

— Нет. Не совсем. Семейный бизнес. Про клуб «Облака» слышали?

Мы с Маринкой синхронно кивнули. Про «Облака» в нашем универе не слышал только ленивый. Да и как не услышать, когда именно в этом клубе, чуть ли не по традиции, уже который год проходил праздник посвящения в студенты. Но вот то, что семья Королева имеет к этому клубу прямое отношение, для меня было, честно признать, неожиданностью.

— Ну так вот, Ванька там сейчас варится на ровне с остальными соучредителями. Доля принадлежит моему отцу, но так как он временно отошел от дел, брату пришлось во все это окунаться и буквально схватывать все на лету.

— То есть, фактически, можно сказать, что он вам принадлежит? — удивилась я.

— Ну… я бы так не сказал, — рассмеялся Денис. — Все же доля не такая уж и большая. Но если не вдаваться особо в подробности, то да, можно сказать и так.

Вот уж не ожидала. То есть, скорее всего, и клуб-то сам предоставлял нашему деканату для мероприятия именно его брат. А я все гадала, каким образом им удается снять под аренду все помещение. Да еще и на всю ночь — и это в выходной-то день!

Я хотела его еще расспросить. Все же тема подвернулась удачно, а я, честно признаться, мало что знала о Денисе и уж тем более о его семье, а потому мне было жутко интересно. К примеру, принимает ли он сам участие в семейном деле. Да и чем занимается его мать — о ней он и словом не обмолвился.

Но… не успела. Едва мы переступили порог боулинг клуба, как нас тут же чуть не снесло метеоритом.

— Денис, привет! — худосочная блондинка с ярко выкрашенными красными губами буквально повисла на Королеве, вцепившись в него недюжей для своей комплекции медвежьей хваткой.

Я, конечно же, опешила. Знать не знала, кто она такая, но ее появление меня, мягко говоря, шокировало. Мало того, что она прервала разговор, так еще и, словно не замечая нас с Маринкой, одарила Дениса таким взглядом… таким… ну вот явно не дружеским.

Меня так и подмывало ей заявить: «Эй, уважаемая, полегче, руки прочь, а то ты его сейчас раздавишь. И варежку захлопнуть не забудь — не на того разинула.»

Впрочем, сам Денис, кажется, тоже не сильно-то был рад ее видеть.

— Белла… А ты тут какими, собственно, судьбами? — он едва ли не с силой снял ее руки со своей шеи и поспешил отодвинуться, недовольно нахмурив брови.

Правда, ее это никак не смутило. Она продолжала кокетливо хлопать ресницами, а также начисто игнорировать мой недовольный взгляд.

— Не поверишь, вчера только вернулась с тура с Европы, а тут оказалось, что у вас намечается тусовка. Разве я могла такое пропустить? Вот и подругу с собой пригласила.

Маринка замерла. Я вопросительно вскинула брови. А когда нам навстречу начали подниматься и другие ребята из компании, мне захотелось просто завыть.

Да что там, у меня и все разговоры начисто вылетели из головы.

Инна? Серьезно? Что другой подружайки у этой непонятной мымры не нашлось?

Впрочем, Соколова тоже, кажется, встрече ничуть не обрадовалась. А уж с тем учетом, кого она держала за руку…

В общем, в этот момент я очень пожалела, что не могу просто на просто провалиться под землю. Ну прям катастрофическое желание было. Ну, Вселенная, ну, удружила!

— Рыцарь? — удивился Королев. — А этот-то что здесь делает?

Мымра вскинула брови и проследила за его взглядом:

— А, так это подруги моей парень. Кирилл, кажется. А что, вы знакомы? — и тут же перевела взгляд на нас с Маринкой. — Ой, а это кто такие?

— Вообще-то мы…, — хотела было сказать, что мы уже уходим. Нет, ну правда, я на такое не подписывалась. Не знаю, как Марина, — она, может, если захочет, и останется —а вот я точно в этом балагане участвовать не собиралась. Вот только мне не дали и слова сказать.

— А вот и вы! — не понять откуда материализовался Королевский приятель, знакомый мне еще со столовой. — Марина, я уж думал, что ты передумала.

Подруга как-то сразу даже расцвела при виде него и начала глупо и несвойственно для себя улыбаться. А Вадим уже приобнял ее за плечи, развернув ко всей честной компании, и поспешил представить:

— Знакомьтесь все, это Марина. А это Катя, ее подруга и по совместительству девушка нашего Дэна.

Ну вот пути отступления мне и перекрыли. И если до этого, я еще как-то и лелеяла надежду по-тихому слинять, то сейчас, под прицельными взглядами всех собравшихся, это стало ну очень проблематично. Поэтому мне ничего не оставалось, как кисло улыбнуться и слегка неуверенно помахать рукой.

— Всем привет…

Денис рядом нахмурился, а вот мымра прям в лице переменилась, недобро так усмехнувшись:

— Вот значит, как… Девушка…

И если вначале ее взгляд и был слегка ошеломленным, то потом… Вот чем-то она мне даже кошку напомнила, со своим неестественно пренебрежительно-оценивающим взглядом. И ведь буквально с ног до головы им меня окинула.

Ну здорово. Мало мне Соколовой с Кириллом, так еще и барышня-то ревнивая нарисовалась. Благо, хоть Королев не растерялся, мгновенно сжав мою ладонь в своей.

— А что? Есть проблемы? — поинтересовался, глядя ей прямо в глаза.

— Да нет, что ты, — деланно дружелюбно осклабилась она в ответ, — поздравляю. Как говориться, свято место пусто не бывает. — И с этими словами мымра поспешила гордо удалиться, возвращаясь обратно за широкий стол, занятый компанией.

Вот только рано радоваться я не собиралась. С этой блондинкой явно было что-то не так. Уж очень эта Белла была не похожа на одну из Денисовских фанаток. Да и вообще на ту, кто оказался в этой компании случайно. Уж слишком фривольно и вольготно себя вела. А стоило ей усесться на просторный диван в цвет ее помады, так и вовсе окинула меня таким наглым и надменным взглядом, словно уже заранее объявила проигравшей только в ей одной понятной войне. В общем, полоумная какая-то.

Что же касается Кирилла, то его реакция меня порадовала. Бывший как-то сразу стушевался и даже руку убрал с плеча Соколовой, переставая ее обнимать. Совесть сыграла, что ли. На меня так и вовсе старался не смотреть. Во всем его виде буквально читалась злость и досада.

Сама же Инна буквально пыхала злобой. Она-то, в отличие от Кирилла, не спускала с меня глаз, а по ее недовольному взгляду можно было прочесть много чего: от обычной неприязни до ненависти. Впрочем, Соколова почти сразу подсела к мымре и стала ей что-то нашептывать на ухо. И мне даже не нужно было гадать про кого и что она ей там на уши собралась навешивать. Зуб даю — сейчас эти кобры по-быстренькому споются, и яд их мне ой-ей как откликнется.

Да еще и Королев рядом со мной ни о чем не догадывался. Продолжая беззаботно знакомить меня с остальными друзьями, он, будто бы даже специально, притянул меня поближе, перехватывая за талию. Чем довел обоих девушек почти что до инфаркта, а Кирилла до очередного приступа неконтролируемой ревности. Последнее, признаться честно, меня даже слегка позабавило.

Что ж, вечер обещал получиться чудненьким. А так как он только начинался, это значило, что даже если и удастся с него по-быстрому свинтить, между молотом и наковальней мне предстояло еще побывать. И не раз.

Глава 29

На мое счастье, другие ребята оказались более дружелюбными. Больше всех среди них выделялся Максим, которого я почти сразу же прозвала про себя Дылда — уж больно высокий, под метр девяносто, не меньше. Он не переставал острить и буквально засыпал нас с Маринкой вопросами, на которые мы не успевали отшучиваться. Другие, в том числе и Вадим, с энтузиазмом подхватывали. Последний так вообще, казалось, не в силах был отлипнуть от моей подруги. Уж не знаю, как Королев меня, а вот его приятель явно Маринку с этой тусовки просто так не отпустит. По крайней мере не сразу. Уж больно сильно она его зацепила. А потому мне необходимо было срочно с ней все обсудить. И желательно один на один.

Кое как избавившись от излишнего внимания, мне все же удалось утянуть подругу в туалет. Как поступить дальше, не имела ни малейшего понятия и очень надеялась, что хоть Маринка подкинет идей, как нам отсюда слинять, так сказать, без лишних последствий.

— Говорила же тебе, что составить мне компанию — дурная затея, — недовольно проговорила, едва за нами захлопнулась дверь, и мы на всякий случай включили воду в раковине. — Вот как чувствовала пятой точкой, что все через нее и пойдет.

Маринка усмехнулась. Я же, ведомая манией преследования, начала перепроверять все кабинки. Ну вот нужно мне было знать наверняка, что никакая мымра или, того хуже, Соколова там не спрятались. Хотя умом и понимала, что обе грымзы, когда мы уходили, оставались в главном зале. Ну а вдруг! Да и других лишних ушей хотелось бы избежать. Всего в компании собралось человек пятнадцать, и многие парни были со своими девушками. А так как я понятия не имела, в каких они отношениях с мымрой и новой пассией моего бывшего, то хотела обезопасить наш тет-а-тет еще и от них.

— Да ладно, на войне своих не бросают, — по-боевому отозвалась подруга, наблюдая за моими действиями. — Но ты видела лицо Кирилла, когда мы пришли? Эдак его перекосило. А уж когда Вадим объявил, что ты теперь девушка Королева… — Маринка поиграла бровями. — Нет, Кать, Кирилл однозначно ревнует. Я ведь было даже подумала, что он вот-вот с дивана рванет и побежит тебя кулаками у Дениса отбивать.

— Ага, с Соколовой только перед этим пусть не забудет расстаться, — мрачно откликнулась я, удостоверившись, что на данный момент мы в помещении одни. — Да и далась мне его ревность.

— И все же, что теперь делать-то будем?

Эх, знать бы еще самой…

— Что, что, переобуваться, — я обреченно выдохнула. — Придется, наверное, отыграть одну партию, а там видно будет. Хотя, как по мне, неплохо бы поскорее найти повод, чтобы слинять...

— Что серьезно? И уступить этим двоим? — всплеснула руками подруга.

— Ты о чем? — не поняла я.

— Да все о том же. Кать, ну это не серьезно, — я поймала ее укоризненный взгляд. — Понимаю: ситуация на самом деле получилась отвратная — ты, Кирилл и Соколова в одной компании. Но почему уходить должна именно ты? — подруга недовольно скрестила руки на груди. — Да, я знаю, что ты изначально не горела желанием здесь находиться. Поход в боулинг вышел спонтанным, да и приглашение было скорее на слабо… Но они-то об этом не в курсе.

Я невольно нахмурилась. Если Маринка что-то и хотела до меня донести, то пока что получалось у нее это из рук вон плохо. Тут либо я жираф, либо оратор из нее совсем никудышный.

— Марин, скажи уже прямо, к чему ты ведешь?

— А к тому, что Соколова только этого и ждет, что ты сейчас сбежишь. А твой Кирилл? Как он там сказал? Ты скучная и серая? Так неужели тебе не хочется в коем-то веке доказать ему обратное? Давай, покори эту компанию, тем более у тебя сейчас все карты на руках.

Да, Маринка была права, все карты у меня, действительно, были на руках. А еще, когда она напомнила мне о словах Кирилла, поняла: мне до сих пор было обидно. Его слова больно задели меня тогда за живое и все никак не хотели отпускать. Сейчас же у меня появился шанс. Шанс доказать ему, что он был не прав. Как, впрочем, и утереть нос Соколовой.

— Ну не знаю… — нерешительно покосилась на подругу. — Все-таки дурная это затея, как мне кажется…

— Ну да, а соглашаться вообще на эту гулянку была не дурная? — фыркнула она. И тут же заговорщически заулыбалась: — Тем более, что пришла ты не одна, а с одним из самых эффектных парней в универе. А то, что пара у вас фиктивная — так разве они об этом знают?

Я невольно задумалась. Ну да, резон в словах подруги был. Позлить лишний раз Кирилла, заставить Инну сгрызть все ногти от зависти?.. Почему бы и нет! Да и что я теряю, в конце-то концов?

— Значит, ты думаешь, стоит попробовать? — теперь уже заулыбалась я.

— Не думаю, знаю, — весело подхватила Маринка. — Сколько тебя помню, ты всегда была боевая. Так что все у тебя получится. Только вот… что касается Беллы… Не нравится она мне. Видела, да, как она косилась на Королева?

Я утвердительно кивнула. Белла — это разговор отдельный. На данный момент я еще себе слабо представляла, какие их с Денисом связывали отношения.

— Да, я тоже заметила. Случайные девушки на парней так не косятся. Но насчет нее, думаю, будем решать проблемы по мере их поступления, — я достала из сумки тренькнувший телефон и тут же иронично хмыкнула.

Королев, как обычно, не изменяя себе, уже успел кинуть мне сообщение в своей излюбленной манере: «Надеюсь, ты там не утонула? Учти, мне очень бы не хотелось бежать в женский туалет и спасать тебя от глупой смерти.»

— Похоже, что нас там уже потеряли, — покачала головой, попутно печатая: «Не утруждай себя, Марина кинула мне спасательный круг, так что я уже выплываю — не торопясь, тихо и на спинке, грея косточки под светом светодиодных ламп. Осталось только переодеть мокрый купальник». — Ну так что? Пойдем? — кивнула подруге, и мы направилась к выходу.

— И все же… Надо будет расспросить у Вадима про эту Беллу при случае.

Что ж, отговаривать я ее не собиралась.

Глава 30

Вот за что люблю Маринку, так это за то, что она была моей совестью, голосом разума и боевым духом в одном флаконе. И едва мы переобулись и присоединились к остальным, я засияла своей милейшей из улыбок, во все тридцать два, старательно делая вид, что ни Кирилла, ни уж тем более Соколову в упор не замечаю.

— Ну что, милый, как ты тут без меня? Не заскучал? — приторно-сладко пропела, отчего милый в лице Королева чуть было не поперхнулся газировкой.

И вот прям на лице же читалось, что хочет в ответ сморозить какую-нибудь гадость. Но сдержался — роль-то отыгрывать надо:

— Вы чего так долго? Я вот и напитки нам уже взял. Ты же у меня поклонница вредной еды. Так что, думаю, будешь не против колы. Или тебе надо было взять сок?

Я мотнула головой и плюхнулась на кожаный диван рядом с ним. Кола, так кола. И так удивляло, что он подумал обо мне и решил в который раз уже раскошелиться. А о том, что я больше предпочитаю другой напиток, решила тактично умолчать. На безрыбье, как говорится, и рак — рыба. Зато Кирилл молчать, похоже, не собирался:

— А вы, я смотрю, не так-то давно и вместе, — обжигая меня и Королева холодным взглядом, бывший усмехнулся. — Вообще-то, Катя всегда пьет спрайт. Ну это так, тебе на будущее.

Инна тут же злобно сузила глаза, и Кирилл получил весьма ощутимый тычок в бок.

— Серьезно? — Денис отвлекся от меня и недобро улыбнулся. — А ты, рыцарь, значит, знаток Катиных предпочтений? И откуда ты такой нарисовался?

Взгляды парней встретились. Да уж, похоже, все будет куда проще, чем я думала. Но если Кирилл выглядел озлобленным, то Денис, скорее, насмешливым. Я же в свою очередь поспешила вмешаться:

— Все дело в том, что наши с Кириллом родители хорошо общаются, мы со школы друг друга знаем, — старательно принимая беззаботный вид, пожала плечами. Так небрежно, мол, ерунда — ничего особенного. И тут же, мило улыбнувшись, обратилась к бывшему: — Ну привет, что ли. Кто бы знал, что земля настолько круглая.

Инна фыркнула, а Кирилл еще раз усмехнулся:

— Да уж, круглее не придумаешь.

И судя по его раздосадованному выражению лица и той злостью, с которой он почти залпом осушил стакан с соком, парень едва сдерживался. Обиделся, что ли, что я о наших с ним отношениях умолчала? Впрочем, на этот счет я могла только позлорадствовать. Зато Денис заметно расслабился. Притянул меня к себе и кивнул на стоящую на столе колу:

— А насчет спрайта, это правда? — поинтересовался, с интересом заглядывая мне в глаза.

Я зарделась.

— Ну, есть немного.

— Немного?

— Ладно-ладно. Правда, — честно призналась. — Я хоть и сторонник вредной еды, но не настолько же.

Денис иронично вздернул брови, мне же пришлось пояснить:

— В спрайте отсутствуют красители, и, если верить интернету, сахара и других вредных добавок меньше всего. Ты же знаешь, ЗОЖ, все дела.

Мымра, все это время наблюдавшая за нашим разговором, закатила глаза, а Королев рассмеялся и поднялся, нехило так меня удивив:

— Значит, решено: если дама предпочитает спрайт, то будет ей спрайт.

Я изумленно округлила глаза и чуть на диване от радости не подпрыгнула. А Королев-то, оказывается, может быть джентльменом, когда захочет.

— Стой, подожди, я с тобой!

Увязавшись за ним к бару, подхватила Королева под руку и прильнула, как к родному. Если уж и приводить Маринкин план в действие, то ни Кирилл, ни уж тем более его пассия не должны усомниться, что мы с Денисом теперь влюбленная парочка. А потому пусть любуются, мне не жалко.

— Какая-то ты сегодня странная, — тем временем шепнул мне на ухо Денис. — Я уж думал, будешь весь вечер на меня дуться, или еще чего.

— Чего? — шутливо переспросила я.

— Не знаю, вычудишь что-нибудь.

— Брось, просто у меня сегодня настроение хорошее, — отмахнулась от его подозрительности. — Да и тем более, если уж Вадим объявил, что мы пара, то неужели ты хочешь, чтобы кто-нибудь в этом усомнился? Я лично не хочу.

Королев недоуменно поднял брови, но промолчал. А я прижалась к нему еще сильнее, начисто игнорируя его усмешку и весьма красноречивый взгляд.

Ну и пусть. Хотя я бы на его месте скорее всего тоже вовсю ожидала подставы.

В любом случае спрайт он мне купил, как и, после долгого моего сопротивления, снабдил мою душеньку снеками и даже картошкой фри. Так что от бара я шла до одури счастливая и не переставала радостно улыбаться.

— Ну что? Готовы играть? — тем временем вопросил Дылда, едва мы вернулись. — Ден, ты как? А то я всерьез хочу отыграться с прошлого раза. И в этот раз, учти, проигрывать я не намерен.

Денис сгрузил все наши приобретения на стол и тут же кинул на своего друга насмешливый взгляд:

— Ты и в прошлый раз так говорил. И в позапрошлый, и в поза позапрошлый раз тоже, — покачал головой. — С чего взял, что в этот раз твой реванш удастся?

Но у парня, похоже, все было продумано. Макс только отмахнулся:

— В этот раз все будет иначе! Валяй два на два. Идет? — весело подхватил он один из шаров, пробуя его на вес и перекидывая из одной руки в другую. — Только сейчас главный козырь будет в моем рукаве.

Я не сразу поняла, что он имеет в виду, но когда парень обернулся и бросил взгляд на широкий стол, заставленный напитками и снеками, едва не сдержалась, чтобы не фыркнуть.

— Беллочка, солнышко, ты же сыграешь со мной?

Да уж, любопытный поворот. А Беллочка, похоже, такой постановке вопроса была только рада. Криво усмехнулась и, не глядя на меня, с усмешкой поинтересовалась:

— Я-то сыграю. А вот Дэн? Его новая девушка играть-то умеет? — Соколова рядом с ней гадливо хихикнула. — Ты подумай, Денис. Вдруг твоя девушка дорожку-то первый раз видит.

Королев заметно напрягся.

— Сбавь обороты. Пожалуйста, — ровным тоном проговорил он, прожигая девушку холодным взглядом.

— А что я? Разве я что-то ни то сказала? — мымра только пожала плечами. — Так поинтересовалась.

— Да нет, все нормально, — я чуть сжала Дениса за рукав, не переставая улыбаться. — Будущего соперника неплохо знать в лицо, верно? — обратилась к блондинке. — А насчет дорожки, это мы сейчас и проверим.

Признаться честно, изначально, когда я согласилась идти на это сомнительное мероприятие, я планировала сыграть с Денисом один на один. Подставы в лице Кирилла и Соколовой я, естественно, не ждала, а потому намеревалась уделать Королева в сухую, в честной борьбе. Ну или сыграть двое на двое: он с Вадимом против нас с Маринкой — и тоже уделать. Выиграть, победить, показать, что не он один такой — весь из себя. Но сейчас игра принимала совсем другие обороты. Мои изначальные планы еще с порога разрушились карточным домиком. А потому, похоже, что да. Планы мести временно придется отложить. Мы теперь с Королевым в одной команде. И речь уже не об одном только боулинге.

«Эх… Прости, Макс, — обратилась я мысленно к Дылде. — Похоже, взять реванш у тебя не получиться. По крайней мере не сегодня».

— Ну так что? Мы играем или как? — воодушевленно поинтересовалась у парней, отцепляясь, наконец-таки, от Королева и весело шествуя к дорожкам. — И да, Макс, учти: я тоже проигрывать не намерена.

Глава 31

Парень удивленно поднял брови и с большой долей восхищения обратился к Королеву:

— А она у тебя самоуверенная! — засмеялся, смотря, как я шагаю к стойке с шарами и ни разу не сомневаюсь в предстоящей победе. — Значит, точно будет весело!

Денис усмехнулся и наклонился, понизив голос:

— Я бы на твоем месте не сильно радовался. Зная Катю, могу с твердой уверенностью сказать, что если она что-то задумала, то слов на ветер не бросает. А насчет самоуверенности: так это она еще скромничает.

— Это на что это ты, милый, намекаешь? — спросила, подозрительно сощурив глаза.

— Ни на что, милая, — особо выделив последнее слово, шутливо вернул мне мое же к нему обращение, — просто говорю, что в своей непредсказуемости ты особенно очаровательна. Жду не дождусь начала игры.

Маринка хрюкнула в кулак, я же усмехнулась. Вот же черт лукавый. Даже хитро подмигнул мне, мол, давай, удиви меня, Смирнова. Что ж, разочаровывать я его не собиралась — готовилась к самому настоящему фурору.

— Может, нам тогда поднять ставки? —уже не на шутку разгорячилсяДылда. — Катя настроена серьезно, я тоже. Тем более ты тут говорил, что твой брат зазвал в ваш клуб одну из крутейших рок-группу на следующие выходные…

— Ну нет, — тут же запротестовал Королев. — Бесплатной выпивки не жди!

— А кто тут говорит о бесплатной? Кто проиграет тот и платит! — ухмыльнулся Макс. — На всю толпу! Да ребят?

Народ одобрительно загудел, а я засмеялась. А компания-то у Королева та еще оказывается, веселая. С такими точно скучать не придется. На секунду даже подумала: проиграть, что ли, Денису назло. Вот прям внутренний червячок так и загрыз где-то на задворках сознания. Но в следующий момент откинула эту идею. Смотря на самоуверенную улыбку Беллочки, как-то не очень хотелось выглядеть полной неумехой на ее фоне.

Денис, сложив руки на груди, окинул взглядом взбаламученную толпу и усмехнулся.

— Ладно, — кивнул каким-то своим мыслям. — Но только при одном условии. Если Катя согласится пойти на концерт с нами.

Я удивленно округлила глаза и тут же стала объектом повышенного внимания. Нет, ну вот прям дежавю какое-то. Да он издевается.

— Ка-а-ать? — тут же протянул Дылда. — Ты же так не поступишь с нами. Учти, на кону стоят реки алкоголя! — и таким взглядом на меня посмотрел, как минимум обещающим вселенскую обиду, если я не соглашусь.

— Ну, я даже не знаю, — неопределенно ответила, пытаясь припомнить недавно развешанные по городу афиши. — А кто выступает-то хоть?

Дылда окинул меня осуждающим взглядом, а Соколова и вовсе пренебрежительно фыркнула:

— Как, ты не слышала? В «Облака» же приезжают «Песочные часы». Как о таком событии вообще можно не знать? — вскинула она тонко очерченную бровь.

«Песочные часы»? Те самые? Видимо, я очень сильно отстала от жизни, но, когда услышала название любимой группы, сильно удивилась и обрадовалась. И уж насколько я терпеть не могла Соколову, в этот раз пропустила ее плохо завуалированный сарказм мимо ушей. Зато на Дениса уставилась с надеждой в взгляде, ожидая подтверждения ее слов. Маринка тоже была ни на шутку удивлена. Еще бы, она их тоже обожала!

— Кать, у тебя на лице все написано. Соглашайся, а если переживаешь по поводу стоимости билетов, то брось — для моей девушки вход бесплатный, — мягко шепнул мне на ухо Денис.

Значит, все правда! Вау! Вау! Вау! И все же…

— Э-ей, не так быстро, — парировала я в ответ, тоже понизив голос. — Ты же знаешь, твоя «девушка» жутко занята.

Не то, чтобы я была против увидеть своих кумиров вживую, НО. Вот что я за человек такой? Вопреки всем законам здравого смысла, во мне все же начали противоборство две непреодолимые силы. С одной стороны, я ничего не теряла, соглашаясь пойти с ними. Это же «Песочные часы»! Моя неуемная фантазия уже вовсю пищала и видела совместные фотки на концерте любимой группы. С другой же, я всячески хотела избежать повторной тусовки в кругу Дениса и его друзей. Этот бы вечер еще как-нибудь пережить.

Да и касаемо мотивов, для чего ему это все? Зачем опять тащить меня с собой? Ладно, один раз на слабо с этим боулингом. Но теперь еще и клуб? Или он думает, что так я быстрее откажусь от своей затеи?

— Если еще сомневаешься, то так и быть, проведу тебя за кулисы, — тем временем усмехнулся этот змей искуситель.

А в прочем, какая разница, какие у него мотивы, правда?

— Уговорил. Я в деле! — весело согласилась, даже не пытаясь сдержать улыбку. Восторженная фанатка внутри меня уже во весь голос кричала: «фото с кумирами в их гримерке — когда еще такой шанс-то представится»?!

Обо всем остальном решила подумать позже. Да и отказаться будет никогда не поздно, не потащит же он меня туда силой. Хотя, если учесть, что это моя любимая группа, ему и не придется, я сама пойду. По крайней мере, дождусь, когда Королев проведет меня в клуб, а там и в толпе можно будет легко затеряться — на этом сделка с совестью и состоялась.

— Ну, если вы уже обо всем договорились, тогда не вижу смысла откладывать, — весело подхватил Дылда. — Чур я первый.

Табло над ближайшей к нам дорожке тотчас мигнуло, готовясь подсчитывать очки.

И пока я мысленно уже пританцовывала под песни любимых кумиров, парень разбежался и весьма ловко совершил бросок.

К слову, играл Макс неплохо. За два удара выбил почти все стоящие кегли и довольно потирал руки, радуясь своим результатам.

Я же, хоть и сгорала от нетерпения, пока вступать в борьбу не собиралась. Почти завороженно наблюдала, как с присущей ему ленивой грацией Королев медленно подходил к дорожке.

Все же хорош, черт! Я даже начала завидовать его теоретической девушке. Вот он ее и на концерты водит и в остальном очень обходителен. И смотрит тепло, со смешинками во взгляде — без своих привычных ядовитых ухмылочек и прочего. А то, что сейчас эти теплые взгляды принадлежат мне, так это все не взаправду. Так — фарс.

На секунду даже тоскливо стало. Нет, ну неужели я «ее» хуже, в самом-то деле? Но тут же себя одернула. Эй, Смирнова, ты что, хочешь, чтобы он в реальности так на тебя смотрел? Вот уж дудки!

А Денис тем временем окинул взглядом начищенную до блеска поверхность, мастерски размахнулся и отправил шар в полет.

Первый страйк! Трибуна в лице меня и еще большей части ребят восторженно заревела. Все-таки классный у меня псевдопарень, и играть явно умеет. Вон как замахнулся спортивно — совершил бросок так, будто это ничего и не стоило.

— Неплохое начало игры, — одобрительно шепнула ему, когда он вернулся. — Если так и дальше пойдет, то мне вообще можно будет и не напрягаться.

— Смирнова, не хочешь же ты сказать, что надумываешь специально сдуть игру мне назло? — Денис с укоризной посмотрел на меня.

— Ну, я даже не знаю, — вот почему-то так и зудело его подначить. — Ты же сам согласился с этим дурацким спором. Да и если по-честному. Неужели не боишься, что Белла права? Может, я действительно дорожку-то в первый раз вижу? Кстати, Денис, а шар как правильно держать? Вот так, как ты? Тремя пальцами, да?

И улыбнулась так широко, как только могла — во все тридцать два. Да, глупо, да, знаю. Но вот не могла устоять. Надеюсь, Вселенная мне простит эту маленькую шалость.

Зато реакция Дениса… Королев даже в лице переменился. Не сказать, что испугался, но вот явно призадумался.

— Первый раз говоришь?

Я тут же поспешила утвердительно кивнуть и растянула улыбку еще шире. Да, да, все так, нечего расслабляться.

Парень помрачнел.

— Так, ладно, — окинул довольную меня скептическим взглядом. Заранее, что ли, приценивался, спущу я все шары в желоба, или же хоть парочку кегель выбью? — Если ты и правда дилетант, то отойди и не мешай. А еще лучше — учись, — заявил этот наглый и самовлюбленный тип и тут же самодовольно усмехнулся: — В любом случае, я играю лучше, чем эти двое вместе взятые.

Ах вот оно значит как? И это он еще о моей самоуверенности что-то там вещал? Да в сравнение с ним я зайка — белая и пушистая на фоне матерого льва.

Зато Макс наш разговор то ли подслушал, то ли еще чего, но не на шутку воспрял духом.

— Давай, Бельчонок, покажи класс. В этот раз мы уделаем Дениса одной левой.

— Должен будешь, — улыбнулась эта королева, смахивая невидимую пыль с плеча, и выхватила первый попавшийся шар с подачи.

Взмах, полет, удар.

После броска в конце дорожки сиротливо осталась стоять одна кегля, правда, к достоинству мымры, слегка пошатнувшаяся. Я знала, что это будет сложный бросок. Но Белле удалось меня удивить. Стоило ей бросить второй шар, как цель была поражена.

Да уж, а похоже, что она далеко не слабый противник.

Зато Соколова явно была в восторге. Обняла подругу и теперь сверлила меня злобным и насмешливым взглядом. Мол, давай, попробуй повтори.

Что ж, видимо, сейчас мой выход. Ну, давай же, Вселенная, не подкачай!

Почему-то именно в этот момент невольно посмотрела на Кирилла.

Когда-то давно он всегда радовался моим победам. Шутил даже, что меня бы да на чемпионаты… Но сейчас… Бывший отвернулся. Сидел в напряженной позе и тяжелым взглядом прожигал стойку бара, стискивая зубы. Конечно, знал, что сейчас будет. Был более осведомлен, чем остальные. Одна только Маринка сжимала кулачки и подбадривающе мне улыбалась.

— Давай, Кать, порви их всех, — прокричала эта заноза с дивана.

Что ж, заставлять ее ждать, я не собиралась. Привычно выхватила подходящий по размеру шар и собиралась было замахнуться. Вот только…

— Тебе помочь? — тут же вклинился Денис между мной и дорожкой.

Вот же черт, а он, похоже, действительно решил, что я совсем не умею играть. Ну и как настоящий герой бросился на спасение утопающего — себя. Вот же, блин, фарс — по-другому не скажешь.

— Нет, не думаю, — лукаво улыбаясь, поспешила отказаться от сомнительной помощи. —Полагаю, что сама смогу справиться. Как ты там сказал? Отойди и не мешай, а еще лучше — учись! — и с этими словами отправила шар в полет.

Как сказали бы фанаты футбола: подача, удар, гол — кегли разлетелись в разные стороны, скрываясь в черном чреве автомата.

От радости я буквально подпрыгнула на месте, а пораженной мымре так и вовсе захотелось по-детски показать язык. Ну как тебе, выкусила?

— Новичкам везет, а? — подмигнула я ей, и тут же повернулась к остальным: — А я, похоже, не так уж и безнадежна. Так что прости, Макс, не видать тебе легкой победы. Придется попотеть.