Парадокс Девеллина

1. Мёртвый город

Прозрачная обзорная панель кабины разведбота, почти до самого верха покрытая глубокими тёмными трещинами, стремительно заползала внутрь и обрушивалась на системы управления рваными кусками спёкшегося от жары песка. Трещины и серовато-жёлтая масса сменяли друг друга лавинообразным потоком, монотонность которого не нарушали даже редкие вкрапления мелких камней. Закруглённая по краям линия горизонта подрагивала, но не смещалась, оставляя для обзора небольшой обрывок чужого неба.

Сидевший в кресле пилота командир «Аквилона» Андрей Воронцов скрестил на груди руки и обречённо смотрел на показатели, мерцающие на нетронутом повреждениями участке панели. Состав воздуха за бортом, температура, давление... Данные о работе бортовых систем, как и траектория полёта, скрылись под лавиной песка и щебня.

— Семь с половиной минут, — безразлично оповестил экипаж Воронцов, едва повернув голову. У него за спиной послышалось ехидное хмыканье.

Он скосил взгляд вправо, на штурмана. Тот безотрывно всматривался в линию горизонта, не обращая внимания ни на обваливающиеся куски грунта, ни на последнюю фразу командира.

— Ленокс, ты отстранил меня от управления на семь с половиной минут! — повысил голос Андрей, сохраняя невозмутимый вид. — Тебе не кажется, что это уже сверхнаглость?

Штурман мотнул головой:

— Всё здесь, — он постучал указательным пальцем по виску. — И здесь.

Он вытянул руку, которая легко прошла через потрескавшийся массив, и коснулся приборной консоли.

— Я всё контролирую, — твёрдо произнёс Ленокс. Затем пожал плечами: — Ты сам не дал мне времени на подготовку и ознакомление с зоной высадки. Я стараюсь ничего не упустить.

— Можешь это делать в другом режиме? — поморщившись, предложил Воронцов. — Хотя бы сверни проекцию вполовину.

— Нервирует? — участливо поинтересовался Ленокс, пряча ухмылку.

— Надоело.