Папа по расписанию

Глава 1

- Давай, Андрюша, быстрее, я на работу опаздываю, - Таня торопила пятилетнего сына, заснувшего, сидя на диване. Несмотря на то, что мальчик был разбужен около пятнадцати минут назад, детский организм сопротивлялся такому раннему подъему, а потому всячески желал выспаться, а вместе с тем посмотреть сны.

- Ну, Андрей, - Таня чуть не плакала, в четвёртый раз тормоша сына. Ей до боли жалко было смотреть, как нехотя приоткрываются маленькие зелёные глаза, доставшиеся сыну от отца, как хмурится лобик и куксится лицо, как вырываются слова:

- Я спать хочу, - и рот раскрывается так сильно, а зевок длится так долго, что она понимает – не обманывает Андрюшка.

- Ну, миленький, - целует его в щеки, - там Костя будет и Вероника. Давай.

Она в который раз повторяет утренний ритуал с одеждой: натягивает колготки, поверх которых тёплые зимние штаны, свитер, вспоминает, что ребёнок ещё не умывался и тянет его в ванну. Во сколько бы сама не встала, отчего-то дел столько, что почти каждый раз опаздывает. Винится перед начальницей, которая неодобрительно качает головой, видя, как молодая сотрудница, запыхавшись, занимает место перед её кабинетом, и выговаривает ей за опоздание. Таня кивает, стыдливо пряча глаза в пол, и обещает, что это в последний раз, и на какое-то время исправляется, но времени очень мало на всё, а она одна.

Растить сына очень тяжело, и не потому, что трудный ребёнок, таких, как Андрюшка, ещё поискать. Немногословен, правда, еле из него историю какую вытянешь, хотя, когда учился говорить, болтал постоянно. А вот, как отец ушёл, другим стал. Такой же ласковый, умный, только говорить не любит.

Раньше Таня даже не представляла себе, каково это быть матерью-одиночкой, а теперь довелось. Может, кто-то скажет, что сама виновата, конечно, зачастую многие женщин винят: не углядела, не удержала, не заинтересовала, только лучше видно всем со своих колоколен, а для Тани как гром среди ясного неба, что её больше не любят, не видят смысла жить вместе, и вообще, какая-то женщина на стороне скоро явит на свет малыша, а ей одной будет с ним тяжело, и у ребёнка должен быть отец. Интересно получается, что той, которая беременная, тяжело будет, а Тане, значит, легко. Только никто у неё теперь не спрашивал, любовь она такая.

Таня поначалу не плакала. Сидела, как пришибленная веслом, и молча смотрела, как муж собирает вещи.

- Может, отвернёшься? – спросил у жены, которая смотрела на него, но, будто, не видела. – Как-то неуютно, - поёжился. – Последней ск8тиной себя чувствую.

Таня очнулась, будто ото сна, заморгала, приходя в себя.

- А ты Андрюшку нарочно к матери моей отправил? – наконец, догадалась она.

- Тань, ну дети не должны видеть ссоры родителей. Зачем ему смотреть, как всё происходит? - развёл руками. - Ну и что я должен был ему сказать?

- Правду, Жора, - удивилась жена. – Думаешь, он не заметит, что отец куда-то делся?

Она не могла прийти в себя и осознать, что он может вот так спокойно собрать вещи и зачеркнуть пять лет брака, связывающие их. И ладно, что заменит одну жену другой, но как это будет по отношению к ребёнку?

- Если ты сам с ним не поговоришь, мне придётся рассказать так, как вижу я. Со своей колокольни, и, поверь, ты отнюдь не белый и пушистый.

Кричать не хотелось, как и переходить на личности. У неё был свой личный шок, в котором сохранялось рациональное мышление. Уже потом, когда пришло осознание, что это правда, и Георгий на самом деле ушёл, забыв лишь несколько одиноких носков, она заплакала.

Ей и впрямь было жаль прожитых лет, но больше всего страшило, как она объяснит Андрюшке, что случилось. Жора не стал, не смог, струсил.

- Тань, скажи, что я уехал далеко на Север, - предложил он жене.

- А у самого язык отсохнет?

- Не могу, не знаю, как надо.

- Хорошо, что я каждый день практикуюсь в таких вещах, - съязвила она.

- Ну, покричи хоть, - не выдержал Широков. – Разве так ведут себя женщины в таких случаях?

Горькая усмешка послышалась из её уст.

- Прости, что не соответствую твоих представлениям и в этом.

Жена вела себя странно, рассказав ей всё, он ожидал, что она бросится на него с кулаками, начнёт кричать, ненавидеть, в конце концов, и он был готов к такому, но сейчас, глядя на то, как осунулись её плечи, втянулась шея и погас взгляд, не знал, что делать. Слишком далеко зашла интрижка с Полиной, в любом случае выбирать бы пришлось, и он поставил на новую семью.

- Андрюша, мне нужно кое-что тебе сказать, - ласково заговорила Таня, когда они вернулись с сыном от бабушки. – С этого момента мы будем жить вдвоём.

Мальчик моргал, не понимая до конца значения слов.

- Ты, - положила Таня ладонь на его грудь, - и я, - переместила на свою. – Понимаешь?

- А папа?

- А папа теперь будет жить в другой семье.

Ей не хотелось врать про экспедиции, про отца-героя, про добычу вольфрамовой руды, лишь просто рассказать всё, как есть. Именно в правде на её взгляд и скрывался ответ.

- А когда он вернётся? - Андрюше было три, и вопросы сыпались из него градом.

- Он будет навещать тебя, - пообещала Таня, совершенно не уверенная в своих словах.

- А где теперь его семья?

- Не знаю, - пожала плечами Таня. – И не хочу знать, - добавила она уже себе и прижала к себе сокровище.

- Ты тоже меня оставишь? – спросил Андрюша, и у матери от его слов похолодело сердце.

- Никогда, слышишь? – отодвинула его от себя, держа за маленькие плечи, и посмотрела в глаза. – Я всегда буду рядом.

Зелёные, такие же, как у Жоры. Да и сам Андрюшка копия отца в детстве, только не хотелось думать об этом. Если раньше подобное сходство радовало, то сейчас хотелось вычеркнуть мужа из своей жизни напрочь, откреститься. Конечно, она не станет противиться, если отец захочет общаться с сыном, только и на суде он не выказывал сильного желания. Ни на что не претендовал, со всем соглашался, а, когда получил заветную бумагу, пропал.

Таня осознала, что это не она вычеркнула Жору из своей жизни, а он вычеркнул себя из их судеб.

Андрюшка закрылся. Из болтуна он перешёл в разряд молчунов, и Таня готова была поспорить, что до сих пор сын ждёт отца, который за два года так и не нашёл в себя сил и желания навестить ребёнка. Таня не вмешивалась, взрослого человека поздно перевоспитывать, и, если у Жоры нет никакого желания участвовать в воспитании первого ребёнка, так тому и быть.

- Давай, давай, на автобус опоздаем, - торопит Таня ребёнка, а он тащится вслед, каждый шаг делая с трудом. – Надо, миленький, надо.

Таня жалела сына, плакала порой, когда больно было смотреть, как других отцы забирают из сада, а дети радостно бегут к мужчинам. Она перехватывала в такие минуты завистливый взгляд сына, и нестерпимо щемило сердце от осознания, что с этим она ничего поделать не в состоянии.

Остановившись у светофора, Таня смотрела, как медленно капают электронные красные цифры, пока в руке была цепко зажата сыновья ладошка.

- Голубева? – окликнул её кто-то, но Таня не сразу поняла, что обращаются к ней. – Голубева Танька, - повторили ей почти в самое ухо, и девушка с удивлением повернулась.

Глава 2

- Коля? – всматривалась она в изменившееся от времени лицо.

Раздобрел, округлился, под мохнатой шапкой щёки кажутся ещё больше, но рада такой встрече. Надо же, узнал почти в темноте, даже солнце не встаёт в такую рань, да ещё и в зимней одежде.

Зелёный человечек замигал, и людская масса засуетилась между берегами, меняя местоположение. Таня бросила взгляд на меняющиеся цифры, а потом снова посмотрела на человека из прошлого. Ничего, пропустит один светофор, не каждый день вот так встретишь на улице соседа.

- А ты как здесь? – заулыбалась, выпуская пар в морозный воздух, поправляя детскую ладошку в руке.

- Да вот, к родителям на побывку приехал, - весело отозвался. – Помнишь моих?

- Ну, конечно! Тетя Нина и дядя Лёня. Как они?

- Помаленьку. В силу возраста, так сказать. То там кольнёт, то там заболит, сами и справляются. Я ж далеко, - махнул в сторону рукой, задев случайного прохожего. – Извините, - смутился, и Таня хохотнула в двойные варежки. В одной паре руки в такие морозы мёрзли, потому решение было простым.

- Дашка тоже переехала, в общем, оставили стариков одних, но теперь иначе будет. Обратно не поеду.

Казалось, он задумался о чём-то своём на секунду.

- Ясно, - кивнула Таня, не совсем понимая, где это обратно.

Светофор вновь пригласил перейти дорогу.

- Ты мне лучше расскажи, как сама, - продолжил Николай, и Таня с грустью посмотрела на уменьшающееся зелёное число.

Ей хотелось поболтать с человеком, но суровый взгляд начальницы встал перед глазами. Ничего, от ещё одного светофора мир не рухнет. Ладонь дёрнулась, Андрюшка просил обратить на него внимание. Закутанный шарфом до самых глаз, отчего ресницы стали длинными и белыми, он грустно смотрел на мать, чувствуя, как начинают мёрзнуть маленькие ножки.

- Сейчас пойдём, - пообещала она, вновь поворачивая голову к Николаю.

- Вот я растяпа, - шлёпнул он себя по лбу. – Познакомь с мужчиной!

- Это Андрей, - представила Таня сына, - а это дядя Коля.

- Николай, - протянул мужчина большую красную ладонь навстречу мальчику, немного нагнувшись, и мальчик пару раз моргнув, уставился на мать.

- Пожми, - отпустила она руку, кивая на незнакомца.

Андрюша вложил варежку с поджатыми пальцами в крепкую мужскую руку и потряс её.

- Задерживаю, - догадался Николай, выпрямляясь. – Жаль. Не ожидал увидеть вот так, - развёл руками, - но очень рад! Очень!

- Коль, я тоже, - закивала Таня, разделяя его восторг, - только мне бежать надо. Андрюшку в садик завести, а потом на работу.

- Так я на машине, давай подвезу, - обрадованно сказал.

- Да нет, тут до автобуса рукой подать, - не хотелось Тане становится обузой, сами уж как-нибудь доберутся.

- Настаиваю. Я же задержал, всё равно никуда не тороплюсь. Идём, - он дотронулся до её плеча, мягко подталкивая с собой, и Таня растерянно сделала несколько шагов.

- Андрюша, дядя Коля нас отвезёт, - объяснила она сыну, почему они идут в другу сторону.

- Отцовская, - уселся на водительское сиденье Николай, вставляя ключ в замок зажигания. – Сейчас немного прогреем и поедем. Пара минут есть?

Таня кивнула, снимая с лица Андрюшки тёмно-синий шарф, пока мальчишка осматривался в салоне. Он прислонился к матери и, кажется, на секунду закрыл глаза.

- Сколько богатырю? – повернувшись к пассажирам, гаркнул Николай так, что Андрюшка невольно вздрогнул, но почти сразу же снова закрыл глаза. – Я тоже садик не любил, - зашептал он намного тише.

- Пять, - отозвалась шёпотом Таня, обнимая ребёнка. В салоне стало теплее, и ей захотелось снять шапку.

- Какая стала, - вскинул брови водитель.

- Какая?

- Красивая, Танька.

- Скажешь тоже, - застеснялась она, пряча глаза, и будто бы поправляя шапку ребёнку.

- Забыла что ль, что я всегда правду говорю?! – усмехнулся Николай. - Куда ехать? - повернулся к рулю мужчина.

Таня назвала адрес, по которому располагался садик, и смотрела на широкую спину соседа. Как давно это было? Кажется, пятнадцать лет прошло, а узнал её, да и она сразу поняла, кто перед ней.

Росли Колька и Танечка на одной улице, только его квартира чуть повыше была, а её этажом ниже. Сначала в сад вместе пошли, сдружились, а вот школы родители разные выбрали. Таня в обычной училась, а парень с математическим уклоном, зато после занятий всегда спешили на улицу играть с другими ребятами. Иногда Колька её в музыкальную школу провожал, даже портфель помогал носить, а потом они в первый раз поцеловались. Нелепо как-то, неуверенно, признаваясь, что у каждого это впервые.

Может, любовь бы вызрела, распустилась, да только родители захотели расшириться и переехать в другой район. Никто не собирался спрашивать у Тани, как она на это смотрит, а сердце подростка страдало. Поначалу они писали друг другу письма, и даже несколько раз встретились в парке субботним днём, а потом постепенно всё сошло на нет. Таня сейчас даже и не вспомнит, кто закончил общение, в какой момент Коля потерялся из вида и вообще уехал, не оставив контактов. Да мало ли в жизни встреч и расставаний, память стирает многое, так уж мы устроены, кто знает, доведётся ли вновь встретить кого-то из прошлого.

- Ты о себе расскажи, - допытывался Николай. – Замужем, один ребёнок, - будто не спрашивал, а утверждал он. – Родители-то как?

- Папы не стало, - горько отозвалась она. Не заросла ещё рана, тяжело было о таком говорить, слёзы норовили всегда наружу выбраться. – Мама теперь одна, мы часто с Андрюшкой к ней ходим. – Замолчала, раздумывая, стоит ли говорить про мужа, будто плохо иметь ребёнка без отца в большом мире.

- А муж? – напомнил Николай.

- Два года как нет, - отвернулась Таня к окну, смотря на заледеневшую улицу. Не хотелось ей обсуждать эту тему, не потому что больно, а как-то неприятно говорить о таком с тем, кого не видела столько времени.

- Живой? – решил уточнить Николай.

- Что с ним будет, - как-то ровно сказала Таня, и он настаивать на разговоре не стал, и без слов теперь понятно, куда делся.

- Ты с женой приехал? – решила она вернуть ему вопрос.

- С дочкой, - заглушил мотор. – Кажется, ваш?

Таня посмотрела на серое здание, понимая, что они на месте. – Спасибо, Коль, рада была…

- Так тебе ж на работу ещё, - напомнил. – Парня отдай и назад, я тебя тут подожду. Чего по морозу таскаться, когда машина есть и водитель в придачу

- Да как-то неудобно, - пожала она плечами.

- А мне приятно, - расплылся он в улыбке.

Растормошила женщина ребёнка, совсем сонный Андрюшка, в машине тёплой разморило. Глазами хлопает, вообще ничего не поймёт.

- Не торопись, - кричит вдогонку Николай, видя, как Таня быстро семенит по скользкой дороге, таща за собой сына. – Такая же милая, как раньше, только уже взрослая, со своей семьёй, со своими проблемами.

- Всё, - выдыхает, вернувшись, и слышится в голосе, что бежала.

- Да ты спереди садись, не укушу.

Стушевалась Таня, за ручку дверную взялась.

- А если там удобнее, ничего, - добродушно добавил Николай, но Таня переместилась с одного места на другое.

- Ну, привет поближе, - Николай включил первую скорость. – Куда теперь.

Посмотрев на часы, Таня поняла, что сегодня тоже опаздывает. Сама виновата, да ещё и встреча, но, сидя в салоне старенького «Жигули», она чувствовала себя как-то уютно и спокойно. Адреса Николай не знал.

- Сейчас прямо, - скомандовала Таня, и автомобиль тронулся с места. - Расскажи, куда пропал, - попросила, надеясь, что теперь он, наконец, даст ответ на вопрос.

- Да как-то закрутилось всё, сам не понял, как в Норильске оказался. За деньгами, Тань, поехал, так и остался. С женой потом по интернету познакомились, приехала ко мне, пожили немного, а там и расписались.

Не спрашивала об этом Таня, но всё равно интересно послушать, как человек жизнь устроил.

- Дочка родилась, Анютой назвали, - она слышала, сколько тепла таит это имя, и даже позавидовала девочке, что у неё такой отец. Конечно, она не могла знать, как именно Николай общается с дочерью, но отчего-то была в ней уверенность, что он полная противоположность Жоры.

- Налево сейчас, - продублировала она слова жестом. – Значит, втроём приехали.

- Нет, говорю же, с дочкой только.

- А жена позже будет? Ты же говорил, что навсегда сюда.

- А жена, - он замолчал, и Таня посмотрела на мужчину, понимая, что для него эта тема тоже довольно щепетильная.

- Вот здесь останови, - увидела женщина двухэтажное здание, и Николай выполнил просьбу.

Автомобиль остановился, только мужчина не торопился говорить. Он вжался в руль, потеряв всякую весёлость, будто перенёсся в прошлое, которое не хотелось вспоминать.

Глава 3

- Спасибо, что подвёз, - решила Таня не мучить мужчину и взялась за дверную ручку.

- Да погоди, - его рука вновь легла поверх её пуховика. – Дай номер, встретимся как-нибудь, посидим.

- Хорошо, - пожала плечами, чувствуя неловкость. – Записывай.

Он выудил из кармана телефон, набрал нужные цифры и прописал её как «Танюша-соседка».

- Ладно, Коль, побегу, а то и так от начальницы влетит, - поделилась она мыслями.

- Да, да, конечно, - закивал мужчина. – Я позвоню.

Таня вышла из тёплого салона и поёжилась: от холода, от осознания, что сейчас влетит, от неловкости, повисшей после разговора.

На удивление начальница ещё не пришла, и Таня успела включить компьютер, повесть пуховик в шкаф и встать перед зеркалом, чтоб оправиться, когда дверь открылась и в приёмной оказалась Нелли Петровна.

- А, Голубева? – окинула её взглядом женщина. – Хоть сегодня не опоздала, - и Таня, как только начальница скрылась в своём кабинете, радостно хмыкнула.

День что называется пролетел быстро. Таня выключила компьютер, собралась и вышла на улицу. Несколько кварталов отделяли её от садика, потому проще и дешевле было прогуляться каких-то 20 минут, чем ехать на автобусе. Экономить приходилось на всём, особенно нас себе, чтобы купить ребёнку одежду, нормально кормить, изредка дарить игрушки. Небольших алиментов на нужды не хватало.

- Что это? – Таня, увидев на лице Андрюши синяк, покрутила его голову в стороны. – Кто тебя ударил?

- Да, Татьяна, - повинилась молоденькая воспитательница. – Андрюша подрался с Герасимом.

Женщина смотрела на сына, который глядел в пол.

- А причина? – обратилась она к девушке.

- Я до конца не поняла, но что-то про отца, - шепнула она ей почти на ухо, будто это была большая тайна. – Андрюша не захотел рассказывать, а Герасим объяснил как-то сумбурно. У вас же нет мужа? – она поджала губы, понимая, что залезла слишком далеко. – Простите.

Таня проигнорировала вопрос. Такие вещи обсуждать с чужими, причём при сыне, она не собиралась. Ни к чему людям лезть в её личную жизнь, и без того в ней не всё гладко, не хватало ещё сожалений, толков и пересудов.

- Идём, - взяла за руку Андрюшу, когда полностью облачила его в зимний комплект одежды. – До свидания, - бросила девушке, по-видимому, работавшей здесь недавно, потому что её Таня видела впервые.

- До свидания, - отозвалась та, чувствуя себя неловко.

Таня забрала сына и знакомым маршрутом двинулась к остановке. Сегодня предстояло обязательно выяснить причину, хотя, наверное, она уже догадывалась о её природе.

- Как прошёл день? – спросила ласково, когда, забравшись в переполненный автобус, они всё же смогли сесть на одно из кресел. Молодой мужчина уступил место, встав рядом с ними. Не перевелись ещё добрые люди.

- Хорошо, - Андрюшка насупился, словно, принял оборону.

- Послушай, ругать тебя не буду, - шептала Таня, приподняв ухо шапки, - просто хочу узнать, за что он тебя ударил?

- Это я его первый, - признался Андрюшка, сопя носом.

- Ясно, - Таня старалась не спугнуть детскую откровенность, понимая, что этот разговор лучше перенести в другое место.

- А давай купим мороженое! – обрадованно предложила мать, как только они покинули автобус.

Андрей недоверчиво покосился на мать. Он слышал, как ругали Германа, как тыкали в его сторону, говоря, что Андрюшу плохо воспитывают, да и что взять с матери-одиночки. И потому не понимал, отчего мама такая добрая.

Они зашли в небольшой магазинчик около дома и купили по эскимо, и самой большой загадкой для ребёнка было, почему его не осуждают.

- Вот сейчас суп съешь и мороженое можно, - разливала по чашкам Таня дымящееся первое.

Андрюша взял ложку и принялся есть быстро, чтоб поскорее настала очередь сладости.

- Почему ты ударил Германа? – вновь задала вопрос мать, когда маленький язычок несколько раз коснулся мороженого.

- Он сказал, что я безотцовщина!

Таня вскинула брови, чувствуя, как быстро забилось сердце. Нет, ребёнок такого придумать не мог, как Андрюша, так и маленький Герман, это могло значить только одно: родители обсуждают её жизнь за стенами сада, вот отсюда ребёнок и нахватался непонятных слов.

- А что такое безотцовщина? – проглотив ком в горле, спросила Таня.

Мальчик молчал, не зная, что ответить. Конечно, он не мог знать такого слова, но оно показалось ему очень обидным.

- Это значит, без отца, - высказался он. Такой маленький, а всё понимает, и Тане стало так жалко сына, так горько за него, что она отвернулась к навесным шкафчикам, будто нужно было что-то взять. Нельзя показывать слёз, нужно быть сильной, и приучить к этому сына. Если каждый раз, когда его станут обижать, он будет плакать и прятать голову, не жизнь это будет. Потому Таня сдержалась и, вдохнув и проморгавшись, обернулась к нему с улыбкой.

- Да, - подтвердила она его догадки. – Только есть у тебя отец, помнишь?

Андрюшка пожал плечами и принялся дальше поглощать десерт.

- А почему Герман так сказал?

- Не знаю. Я просто играл, а он хотел забрать кубики. Только я не дал. И он сказал это слово.

- А ты сразу ударил?

Андрюша кивнул.

- А потом?

- Он заплакал и бросился на меня.

- И воспитатели вас разняли.

Картина вырисовывалась не радужная. Ребёнка теперь могли травить. Она с ужасом представила, как встретится завтра с матерью Германа, припоминая, что она из любительниц покричать и повозмущаться, как стойко вынесет её нападки, не зная, что ответить. Но она взрослая, стоит перенести несколько минут стресса и уйти, в то время как сын останется в саду.

Она долго думала не набрать ли Жоре, чтобы он изредка приходил в сад, хотя бы создавая иллюзию, что у них всё хорошо, да и, видя глаза Андрюши, который не признаётся, что ждёт, когда откроется дверь и войдёт отец, она понимала, что пора что-то менять.

- Привет. Это я, - всё же набрала она номер, который ответил не сразу.

- Что тебе надо? – зашипел в трубку бывший, даже не ответив на приветствие.

- Ты бы пришёл к Андрюше. Он скучает.

Повисло молчание. И Тане на секунду показалось, что Жора выбирает день, когда сможет навестить сына.

- Не могу сейчас, - вновь зашипел он в телефон. – Полина в положении.

Кажется, внутри Тани резко скакнула какая-то ревность. Она тоже хотела второго ребёнка, и много раз говорила об этом мужу, что лучше погодки, что Андрюше не будет так скучно, но Жора был другого мнения. И тут – нате пожалуйста. В скором времени второй.

- Поздравляю, - всё же сказала она, абсолютно не вкладывая в это слово его истинного смысла.

- Спасибо, - просипел мужчина. – Так что не могу.

Жора напоминал ей маленького ребёнка, который прячется с сигаретой от матери за гаражами, шифруется, боясь, что его вычислят.

- Гоша, - послышался приглушённый зов на том конце провода.

- Мне пора, - всё тот же шёпот.

Он решил, что нажал кнопку, но Таня всё ещё слышала звуки собеседника.

- С кем говорил? – женский голос.

- Ни с кем, сообщение Вовке записывал.

- Знаю твоих Вовок, небось, бабу какую завёл.

- Поля! Да ты что! Мне никто, кроме тебя не нужен! Я ж никого до тебя не любил!

Кривая усмешка тронула губы Тани. Когда-то он ей говорил об этом. Каким же лживым оказался человек.

- Конечно! – продолжила женщина. – Небось, жене лапшу тоже на уши вешал, а меня домой провожал.

- Полечка!

- Иди Назара купай! – последовал приказ.

И Таня отключила телефон. Ни к чему подслушивать, когда её это абсолютно не касается. В прошлом – да, теперь – нет.

Он заглянула в комнату сына, чувствуя, как сердце наполняется добротой, и отправилась к себе. Завтра предстоит тяжёлый день.

Глава 4

- Послушайте, - перебила гневную тираду матери Германа Таня. – Вам не стоит обсуждать при сыне мою жизнь.

Женщина застыла с открытым ртом, моргая глазами, и поражаясь наглости визави.

- Да что ты себе позволяешь? – ахнула она.

- Согласитесь, ребёнок не мог сам прийти к таким умозаключениям, отсюда…

- Не мог он, - не унималась кричащая, - указывает она мне, что делать. За сынком своим последи! Он первый руки распускает, все видели!

Они стояли неподалёку от сада, уже это было достижением, что Тане удалось увести мать Германа от основной родительской массы. К чему выносить сор, тем более, Таня так до конца и не понимала, почему эта женщина, будучи виноватой, набрасывается и обвиняет именно Таню.

- Вы успокойтесь, - пыталась урезонить её Таня, смотря как серебрятся снежинки в свете фонаря.

- Ты меня жизни не учи, со своей разберись! – гнула линию женщина. – Растёт сын уголовником.

- Да что вы такое говорите! – не выдержала Таня, чувствуя обиду, хоть и понимала, что слова собеседницы принимать близко к сердцу нельзя.

- Правду! Видела я таких. Сначала в садике дерутся, а потом по детским комнатам милиции их забирают.

Таня покачала головой, разговаривать с такими бесполезно.

- Ещё раз тронет моего Германа, - выставила она вперёд палец, который чуть не упёрся Тане в нос, - пожалеешь.

Она развернулась и пошла прочь, возмущаясь себе под нос поведением некоторых, а Таня направилась на работу: униженная, оскорблённая, неуслышанная.

- Не отвлекаю? – услышала она в обед приятный мужской голос в телефоне, и не сразу поняла, кто это.

- Есть полчаса, - отозвалась, пытаясь понять, кто звонит.

- Тогда выходи, я кофе привёз.

Телефон отключился, и Таня уставилась на экран. Коля? Она выскочила на улицу, накинув пуховик, и огляделась. Какая была машина? В темноте она не обратила внимания на цвет. Сигнал заставил её повернуть голову налево, а мигнувшие фары подсказали, что именно там ждут.

- Вот, - протянул Николай горячий напиток. Неподалёку был, дай, думаю, заскочу.

- А если бы я была занята?

- Тогда пришлось бы отдать кофе кому-то другому, - улыбнулся.

- Спасибо, - благодарно приняла она бумажный стакан.

- Не знаю, какой нравится, - признался мужчина.

- Я тоже, - рассмеялась Таня.

- Не любишь?

- Да нет, просто, - она замялась, не зная, как сказать. По правде, ей всегда было жалко отдавать за стакан кофе 150 р., потому что было много других мест, куда с пользой можно деть деньги, а потому дома стоял недорогой растворимый.

- Ну раз любишь – пей, - призвал Николай к действию. – Кстати, - потянулся назад, доставая прозрачную коробку с пончиками. – Свежие, угощайся.

Она улыбнулась, вынимая из упаковки аппетитный круг.

- Ты извини, что спрашиваю, но жена против не будет? Как-то странно всё.

- Не будет, - заверил её. – Я обязательно о ней расскажу, только место не подходящее. Да ты ешь.

Таня откусила мягкую плоть, чувствуя, как сладко на языке.

- Вкусно, - похвалила сдобу.

- Какая-то сегодня невесёлая, - заметил Николай.

- Так видно?

- Мне, да.

- Андрюшка подрался в саду.

- Почему?

- Да так, - она махнула головой. – Долго рассказывать.

- У тебя осталось, - он посмотрел на часы, - 17 минут. Достаточно долго?

Таня задумалась, могла ли она выговориться этому человеку.

- Обижают его, понимаешь? С мужем как-то непонятно развелись, что не нужен ему ребёнок, вот один мальчик в саду его безотцовщиной назвал, а он честь свою защитил.

Николай покивал, о чём-то раздумывая.

- А что Андрей? Хочет отца видеть?

- Да какой ребёнок не хочет, - пожала плечами женщина. – Я звонила ему даже вчера, только некогда – другая семья.

- И как давно не приходил?

- Два года уже. Даже на день рождения не появляется, только деньги шлёт.

- Давай, я поговорю.

- Ой, нет, - запротестовала Таня. – Не надо. Бог ему судья.

Ну как, скажите на милость, к Жоре заявится какой-то незнакомец? И что он ему скажет? Не стать одному человеку совестью другого.

- А можно, я к вам в гости приду? – внезапно предложил Николай. – Если это удобно, конечно. Вы вдвоём живёте?

- Да, - отозвалась Таня, не представляя, что они вместе делать будут.

- Слушай, - внезапно догадалась она. – А ты дочку к нам приводи. С Анрюшкой подружатся, я пирог испеку, чаю попьём. Сколько ей?

Николай сразу стушевался и поник.

- Не выйдет, - покачал головой.

- Почему? – бесхитростно спросила Таня.

- Болеет, - нашёлся с ответом мужчина.

- Ну так, может, через недельку, - искала пути решения Таня. – Или как?

- Сильно болеет, - покачал головой Николай, смотря перед собой.

Ещё одна тема, которой он не хотел касаться, и Таня, заторопилась.

- Обед вышел. Я пойду. Спасибо за кофе и пончики, - поблагодарила.

И так ей хотелось подарить ему поцелуй. Простой, ничего не значащий для влюблённых, но добрый для знакомых, только постеснялась. Выскочила в который раз за последние два дня из машины и направилась ко входу, пока два грустных глаза смотрели ей вслед.

К вечеру Таня была удивлена. Машина стояла на стоянке, правда, в другом месте.

- Ты чего тут? – подошла со стороны водителя.

- Тебя жду.

- Зачем?

- Садись, поехали.

- Мне за сыном!

- Я знаю, говорю же, поехали!

Таня удивлённо уставилась на него.

- Просто моральная поддержка, - расплылся в улыбке Николай. – Залезай.

- Ты куда? – удивилась Таня, когда мужчина вылез из машины вслед за ней.

- С тобой.

- Зачем?

- Посмотрю, чем сад дышит. А хочешь, скажу, что я отец.

Таня уставилась на него, как на ненормального.

- Не поняла.

- Тогда вопросов не будет.

- У кого?

- У всех.

- Коль, ты в своём уме? К чему такие сложности? У него есть отец, пусть не идеальный, но его.

- Да я ж понарошку, - улыбнулся мужчина, но Таня всё равно покачала головой.

- Зачем эта комедия? Для кого?

- Просто предложил, - миролюбиво поднял руки, и Таня увидела, как от здания сада отделилась фигура с мальчиком и пошла к ним навстречу.

- Боже мой, - прислонила Таня ладонь ко лбу. – Коль, подожди в машине, а лучше поезжай домой к семье.

- Гонишь?

- Нет, просто как-то всё быстро, сложно, не успеваю осознать.

Мать Германа окинула её ненавистным взглядом, который сразу же остановился на мужчине, просканировав его через одежду. Неизвестно, что высмотрел сканер, но женщина скрутила голову, проходя, чтобы рассмотреть какие-то детали.

- Я же о тебе ничего не знаю! – вдруг выпалила Таня. – Вернулся на Родину, живёшь у родителей.

- Ты сына забери, а то ждёт, - напомнил Николай.

- Да, - согласилась Таня.

Вчерашняя встреча её обрадовала. Но за такое короткое время она видела Колю уже в третий раз. Что ему от неё нужно? Почему он так настойчиво оказывается рядом? Какие тайны скрываются в его семье? Одевая Андрюшку, Таня решила для себя точно: пока человек из прошлого не расскажет о своём будущем, она не впустит его в свою жизнь.

Глава 5

Когда Таня вышла на улицу, Николай терпеливо ждал.

- Домой отвезу, - открыл он дверь автомобиля.

- Мы на автобусе, - покачала женщина головой.

- Ты из-за предложения по поводу отца? Извини, ну, сказанул не то, хотел, как лучше.

- Коль, - она произнесла его имя как-то грубо, будто надоел своей назойливостью. - Чего тебе от меня надо?

Он опешил от прямолинейности и стушевался. Так плохо от произошедшего в последнее время, что выть хочется, потому и приехал искать спасение у родителей, кто, если не они дадут силы. Встретил первую любовь, так захотелось просто посидеть и поговорить, словно им 15, словно нет этого настоящего, в котором, кажется, нет просвета.

- Ничего, - развёл руками. - Увидел, будто в прошлое шагнул, и так на душе тепло стало. А потом ты сама про сына рассказала, я и подумал, вдруг помощь какая нужна.

Люди такие хрупкие, он понимал это только сейчас, и, если у него была возможность помочь кому-то, обязательно нужно её использовать.

Таня покачала головой.

- Что-то не так?

- Да просто пугает меня твой нахрап, - призналась. - В детстве тебя знала, а теперь...

- Такой же, - не согласился. - Помнится, тебе нравились мои ухаживания.

Андрюша переводил взгляд с матери на незнакомого дядю, и Таня поняла, что разговор явно не для детских ушей.

- Мы поедем, - дёрнула она сыновью ладонь на себя.

- Ну, Тань, - сказал добродушно. - Я ж от чистого сердца помочь хотел.

Она остановилась, раздумывая. А ну и впрямь обижает человека зазря, а он старается быть галантным, полезным.

- Хорошо, - сделала два шага назад. - Но ты мне всё о себе расскажешь. А то нечестно выходит.

Он какой-то грустно кивнул, соглашаясь с её условиями.

- Поехали.

- На чай зайдёшь или как? – спросила Таня около дома.

- Поздно уже, мать ждёт, я ж на неё Лерочку оставляю, пока сам по городу мотаюсь. А давай так! Завтра смогу вырваться, встретимся в кафе, ну или по парку прогуляемся. В гости напрашиваться боюсь, вдруг, подумаешь что.

Таня устыдилась своих слов, сказанных до этого.

- Да я просто…

- Всё нормально, - отмахнулся Николай. – Ну так что? Есть время в выходной?

Таня прикинула, что Андрюшку можно завести матери, и кивнула.

- Тогда пообедаем, - улыбнулся мужчина.

Когда женщина вошла в квартиру с сыном, Андрюшка спросил.

- Он будет моим папой?

Таня опешила и не сразу нашлась, что ответить.

- Это просто друг, - наконец, дала она определение Николаю.

Ребёнок смотрел на неё, изредка моргая, и что-то кумекал в голове.

- Как Вероника? – задал вопрос.

- Да, - обрадовалась Таня, - как Вероника.

- Только я на ней жениться буду, - огорошил её сын.

- Да? – удивлённо вскинула Таня брови, улыбаясь. – А она об этом знает?

- Конечно! Она уже согласилась.

- Ах, ты мой жених, - прижала Таня мальчика к себе, чувствуя, как сердце переполняет любовь.

На следующий день Андрюша перекочевал к бабушке с дедом на сутки, а Таня долго стояла у шкафа, думая, что же ей надеть.

- Это не свидание, - сказала она сама себе, - он просто позвал пообедать.

Она оделась просто: в джинсы и светлый пуловер, легко подкрасилась, чтобы не быть вульгарной, и вышла на улицу. Николай уже ждал.

- Не знаю, где у вас тут вкусно кормят, может, подскажешь?

Но Таня лишь пожала плечами. Она так давно никуда не ходила, что не могла ничего посоветовать.

- Ладно, что-нибудь найдём.

Они вошли в небольшое кафе и огляделись. Оно показалось Тане довольно светлым и милым. Усевшись за столик в углу, они принялись изучать меню.

- Что будешь? – поинтересовался Николай.

- Я сама заплачу, - сразу предупредила она.

- Танюш, - улыбнулся Николай. – Неужели я не могу угостить старую подругу?!

- Не такая уж я и старая, - хмыкнула женщина, делая вид, что немного обиделась.

- Да я не это имел ввиду! – попытался он защититься, и Таня улыбнулась.

Ей не хотелось показаться наглой, потому она выбрала только салат.

Николай посмотрел поверх меню на соседку, понимая, что она стесняется, и заказал на двоих по максимуму.

- Я это не заказывала, – удивлённо вскинула брови Таня, когда перед ней поставила тарелку дымящегося крем-супа.

- Придётся есть, - усмехнулся Николай.

Разлив по бокалам белое вино, он произнёс тост за знакомство, и отпил из своего бокала.

- С женой мы познакомились десять лет назад, - начал он историю. – Я тогда к другу прилетал на Алтай, там её и приметил. Светка была добрая и деревенская, не скажу, что красавица, да только покорила меня какой-то внутренней силой. Так завлекла, что я к родителям в тот год не поехал, а весь отпуск у неё и провёл.

Пришла пора уезжать, а она отпускать не хочет, а я отпускаться. Только человек подневольный, на работу выходить пора, и так все дни, что мог, выбрал. Улетел в общем, она так ревела, я б и сам заплакал, наверное, коли девчонкой был, но, как мужик, сдержался.

Списывались часто, а потом она мне сюрприз сделала и приехала. Вот это радость долгожданная была. Не верил я своему счастью. И понял: не хочу больше отпускать, да так предложение и сделал.

- Через месяц знакомства? – переспросила Таня, которая несколько лет предложения ждала.

- Почему через месяц? Через три, - подлил он новое вино. – А она согласилась.

- Расписались поначалу у меня, никто из знакомых и не прилетел, решили потом сами у них отметиться. Так и прожили без застолья почти год, а как отпуск мне опять дали, навестили её родных, а потом к моим прилетели. Пожили немного, решили про детей думать, только не выходило у нас и всё. Беременела, а выносить не могла. И вот спустя шесть лет после неудач, всё ж улыбнулось нам счастье.

- Лера? – догадалась Таня.

- Да, дочка, - подтвердил Николай, вздыхая.

- Только беременность сложная была. Я жену почти не видел, всё по больницам, а потом раньше срока родила. Предупреждали нас, что ребёнок сложный, только какие ж мы родители, если от собственной дочки откажемся?

Замолчал Николай, потупил глаза, видно, к самому сложному перейти собирался.

- Коль, - рука Тани легла поверх мужской, - ты извини меня, пожалуйста, что так к тебе отнеслась. Если не хочешь рассказывать…

- Выписали её, - поднял глаза на собеседницу мужчина. - И ребёнок оказался особенным. Вся забота на Свету легла, я ж на работе, но вечерами, как мог поддерживал. Родственников нет, ни помощи, ни отдушины, так вдвоём и справлялись. А потом…

Николай залпом выпил бокал и наполнил снова.

- Светы не стало. Я даже не знаю, в какой момент она решила так, как я не увидел, что настолько в её жизни всё плохо, что нет сил терпеть, как не почувствовал, что под утро кровать опустела и подул прохладный ветер, лишь когда проснулся, понял, что она покинула меня. Лера беспокоилась, а я даже не знал, что с ней делать. Звал жену, но ответом мне была тишина и завывания дочки. Сначала я обнаружил, что кухонное окно открыто, и мне страшно было глядеть вниз. 12 этажей между нами и землёй.

Внизу уже суетилась скорая и полиция, а я просто стоял и смотрел на них сверху. Не в силах оторвать взгляда от Светы, я забыл, как дышать. А Лера продолжала извиваться на полу, смотря куда-то вбок невидящим взглядом. Моё внимание привлекла какая-то бумага, и я машинально развернул её. Почерком жены были выведены несколько строк. Наверное, они всегда будут стоять у меня перед глазами, как и то, как она лежала внизу.

«Коля. Я очень тебя люблю и нашу дочь тоже, только больше не осталось сил».

Глава 6

Пока Николай рассказывал, Таня смотрела на него немного испуганно, будто переживала всё вместе с человеком. Если слушать было до мурашек страшно, что говорить о том, чтобы такое испытать на себе. Она вспомнила свои слова и показалась легковесной и глупой.

- Соболезную, - сказала осипшим горлом и тут же прокашлялась, а он лишь кивнул.

Неизвестно откуда взявшаяся мокрота исказила голос, выдавая её с потрохами.

- Извини, - сказала как-то заискивающе. – Я не знала.

- Всё в порядке, - успокоил мужчина, и ей показалось, что Николай как-то свободно выдохнул, будто тяжесть, давившая на плечи, ушла. Только теперь она примостилась на Танины плечи.

Как вести себя с человеком, который рассказал о таком? Заискивающе улыбаться, спрашивать каждые пять минут, как ты? Говорить, что он сильный?

- Тань, - Николай видел, как изменилась женщина, как рассеянный взгляд мечется по тарелке, а руки машинально разгребают вилкой еду. – Я тебе рассказал не для того, чтобы меня жалели.

Она сглотнула, пытаясь совладать с эмоциями, протянула руку за бокалом и отпила вино, не смотря ему в глаза. Проглотив ком в горле, вернула бокал на место и набралась мужества посмотреть.

- Мне очень жаль, что в твоей жизни произошли такие трагедии.

Она не врала. Слова, сказанные от чистого сердца, и он видел в её глазах сожаление и сопереживание. Только пару дней назад, когда случайно встретил Таню, сердце подпрыгнуло так, что чуть не сбежало. На мгновение он даже забыл, что сейчас ему тридцать, а за плечами жизненный груз. Ему хотелось простого человеческого разговора с той, кто не смотрит так, как сейчас, кто видит в нём прежнего Кольку: простого парня, мечтавшего только о самом лучшем. И вот как всё сложилось.

- Знаешь, я не хотел тебе говорить, - признался мужчина, и брови Тани полезли вверх.

- Да, - кивнул он, подзывая официанта, и, как только парень подошёл, Николай попросил ещё одну бутылку вина.

- Правда, не хотел. Знаешь, такие взгляды следуют за мной повсюду. Нет, конечно, я понимаю людей. Они близко к сердцу принимают мою историю, а потом, чтоб не казаться чёрствыми сами себе, смотрят с сожалением. Я давно тебя знаю, Тань, пожалуйста, смотри на меня так, как до этого разговора.

Женщина моргала, пытаясь понять, как выполнить просьбу. В голове не укладывалось, как можно забыть сказанное, и продолжить беседу в другом ключе. Но она понимала, о чём речь. Ему было некомфортно в сложившейся ситуации. Он был сильным человеком, раз переступил через это, забрал дочку и приехал. Она вспомнила о Георгии, который даже не думал об Андрюшке, который и хлопот-то никаких не доставлял, и на фоне Николая бывший муж показался ещё более жалким.

- Хорошо, - попыталась она прийти в себя и улыбнулась. – Салат тут очень вкусный, - похвалила женщина блюдо.

- А вино? – поддержал он беседу.

- И вино.

- Сколько прошло, – всё же спросила она спустя пару минут, – как жены не стало.

- Три месяца, - отозвался мужчина. – Спасибо соседям, которые помогли собраться с мыслями. Семейная пара, как только обо всём узнала, дали номер девушки, она и стала Лере сиделкой. А мне пришлось уладить свои дела. Знаешь, я сначала так растерялся, не знал, как дальше жить, что делать, кто теперь станет мне флюгером. Но одно понимал чётко: если я не соберусь, если расклеюсь, всё. Моей семьи больше не будет.

- И вот спустя три месяца я тут, сижу в приятной компании и, кажется, что жизнь не такая ужасная.

- А я тебя ещё и своими проблемами грузила, - вдруг вспомнила Таня, качая головой.

- Однажды я не заметил, как плохо Свете, и тогда для себя решил: если человек рядом со мной в чём-то нуждается, нужно хотя бы попробовать поговорить с ним и узнать, в чём дело. Иногда для такого достаточно простого разговора, чтобы не дать совершить глупость. А с твоим мужем будем что-то решать.

- Что? – ужаснулась Таня. – Нет, не надо, Коль, правда.

- Мы просто подтолкнём, - улыбнулся он. – Дай мне возможность помочь, - его рука, такая тёплая, легла поверх Таниной, и она пожала плечами.

- А с кем сейчас Лера? – перевела разговор, убирая ладонь.

- С матерью. Подготавливаю документы для реабилитации, в Москву отправить хочу. Даже не представляю, как сам справлялся бы без родителей. Если дома с ребёнком сидеть, то кто работать будет, а потому, пока мать с ней, а там поглядим.

Таня кивнула как-то растеряно.

- Только ты не подумай, что я нарочно тебя нашёл, - вдруг запротестовал Николай. – Я как раз с товарищем встречался по вопросам больничным.

- Да нет, - перебила Таня. – Не думаю.

Но её отношение к Николаю изменилось. Какой-то червяк закрался в душу, и воспринимать мужчину, как раньше, она не могла. По крайней мере сейчас. Женщина вспомнила себя в его машине с пончиком, как злилась на маму Германа, но всё равно тогда была между ними какая-то лёгкость. Конечно она не представляла его в роли своего мужа, но допустить тот факт, что у них будет пара свиданий с неизвестной развязкой, могла.

Теперь же Таня ловила себя на мысли, что сближаться не стоит. Она просто не готова к отношениям, не готова взвалить на себя такую ответственность, ей бы Андрюшку вырастить.

Поначалу, когда они с мужем развелись, Таня смотреть на мужчин не могла, все казались мерзкими предателями, и никому не хотелось довериться. Спустя год негатив ушёл, и она подумала, отчего бы и нет. Но целью был не муж, а человек, с которым хотелось быть самой собой. Но мысли зачастую материальны только в плохом. Не встречался никто на её пути, а она не искала, считая, что от судьбы не убежишь.

И вот та послала ей Колю. Чувства были двоякие: и радость, и осторожность, когда была недосказанность о семье. И сейчас, когда в уравнении неизвестные стали известными, она запретила себе думать о нём, как о мужчине, хотя ещё сегодня утром собиралась на свидание.

- Ты теперь меня сторониться будешь, - высказал Николай мысли вслух.

Неприятные, обличающие, выставившие Таню ужасным человеком.

- Я…

- Погоди. Сразу скажу. Я хотел по-дружески, тепло мне с тобой, понимаешь? Отдушина какая-то появилась. Только на жалость не давлю, не думай. Женой стать не предложу, не потому что не хочу или ты недостойна, ты прекрасная женщина! Но рано об этом говорить, а я трезво своё положение оцениваю. Дочку навязывать никому не стану, это моё решение, мне за него ответственность и нести. А нужен мне сейчас друг, Танька, вот тебе моя правда.

Тяжесть скатилась с плеч женщины. Она стыдилась своих мыслей, но понимала, что честна сама с собой.

- Друзья, - протянула она ему руку, улыбаясь, и он в ответ пожал её ладонь.

Глава 7

Через неделю Николай решил сделать сюрприз Тане. Он отправил мать и Леру в Москву, договорившись обо всём, переговорил с другом, который вскоре обещал взять его на работу, а сам решил во что бы то ни стало осчастливить хоть одного человека и постараться вернуть отца к сыну.

- Зачем мы здесь? – они стояли около кинотеатра, и Таня не могла понять, почему в субботу на пороге появился улыбающийся Николай, сказав.

- Привет, собирайтесь.

- Куда? – опешила Таня, запахивая халат. Она совсем недавно проснулась и готовила омлет для себя и сына, намереваясь заняться домашними делами. Стирка и уборка сами себя не сделают.

- Хочу отвезти вас в одно место, - загадочно сказал мужчина. – Это станет мотивацией для твоего мужа, как его зовут?

- Жора, - растерянно ответила Таня.

- Ну вот.

- Коль, что за загадки?

Мужчина увидел, как из комнаты выглядывают два любопытных глаза.

- Хочешь в кино? – выдвинул голову Николай так, чтобы лучше увидеть Андрюшку, но мальчик непонимающе моргал.

- Ладно, понял, вы ещё не проснулись, - миролюбиво кивнул Николай. – Подожду в машине, пока оденетесь, - он развернулся, чтоб уйти.

- Да постой, - окликнула Таня, которой гость свалился, как снег на голову. - Кофе будешь?

- Не откажусь.

И вот. Позавтракав и собравшись, они шагали по кинотеатру, и Таня совершенно не понимала, что они здесь делают.

- Держи, - протянул Николай билеты матери и ребёнку, - жаль, не последний ряд, - подмигнул он Тане, отчего она хмыкнула, - зато видно будет хорошо. Вы садитесь, а я за попкорном.

Таня и Андрюшка заняли места, и женщина осознала, что это первый поход мальчика в кино. Как-то раньше не приводилось. Но в голове всё время крутился вопрос: что же задумал Николай.

- Вот, - сказал он шёпотом, протягивая им большое ведро попкорна, и Андрюшкины глаза загорелись.

Он бросил взгляд на мать, словно спрашивая, можно ли принять дар, и после её кивка, схватил угощение.

- А теперь доставай телефон, - скомандовал мужчина. – Пока свет не потух.

- Зачем? – не поняла Таня.

- Фото на память сделаем!

Таня, поколебавшись на мгновение, выудила из сумки телефон.

- Я селфи сделаю, - принял у неё из рук Николай гаджет.

Прислонившись к женщине так, что его голова оказалась на её плече, он широко расплылся в улыбке, настраивая камеру так, чтобы все попали в кадр.

- Андрюш, посмотри сюда, - попросил он ребёнка. – Тань, а ты приобними меня и улыбайся.

- Зачем? – вновь оторопела она.

- Говорю же, на память. Ну что тебе меня обнять жалко?

Таня робко положила руку ему на плечо, но Николай потащил за ладонь так, что рука переместилась на грудь.

- А теперь «сыр», - скомандовал и нажал затвор. – Хорошо вышло, - рассматривал он фото, довольный результатом, когда в зале погас свет.

На экране появилась заставка и пошла реклама мультфильмов.

- Вот, - протянул обратно Тане телефон Николай, и она убрала его в сумочку.

Когда через двадцать минут по залу разнёсся громкий звонок, Таня оторопела и покраснела, понимая, что не отключила громкость.

- Да кого разобрало, - шипела она, доставая гаджет. Такого она даже не могла предположить. На экране высветилось имя бывшего мужа. Она убавила звук, смотря на четыре буквы имени и несколько сообщений в мессенджере.

- Быстро он, - хмыкнул Николай, и Таня посмотрела на него удивлённо. – Убирай, потом ответишь, пусть подождёт.

Она послушно убрала гаджет, потому что кто-то сзади шикнул на них, и ближайшее время возвращалась к мысли о том, зачем всё-таки звонил бывший и отчего Николай загадочно улыбается. Она всё же не утерпела и вновь посмотрела в телефон. Жора звонил три раза, а ещё прислал сообщения. Но что больше поразило, именно Таня написала ему первой сегодня, а точнее прислала недавнее фото с подписью.

«Я и мой любимый мужчина, которого просто обожает Андрюшка, в кино».

«Это что?», - было ей ответом от Жоры.

«Зачем ты мне это прислала?»

«Кто это вообще такой и почему мой сын его обожает?»

Таня переместила взгляд на Николая, который спокойно ел попкорн и, казалось, наслаждался просмотром мультфильма. Повернув голову к сыну, она увидела, как мальчик таращит глаза на экран, поглощённый происходящим.

- Это что? – подсунула она телефон с включённым экраном мужчине.

Николай бросил взгляд на гаджет.

- Скажи, что перепутала, - шепнул.

- Но зачем? – не могла понять Таня.

- Вот увидишь, он вспомнит о сыне, - улыбнулся Николай, - не этого ли ты хотела?

Таня уже и сама не знала, чего именно она хочет, и что говорить бывшему. Она злилась на Николая, который, не спрося у неё разрешения, провернул подобную аферу. Но ломать комедию придётся до конца. Она удалила фото и сообщение, написав одно.

«Извини, сейчас в кино. Перепутала тебя с Настей». Но потом стёрла извинение, переписав.

«Не могу ответить, в кино. Перепутала тебя с Настей».

Настя была подругой Тани, с которой они дружили давно. Правда последнее время встречи были не такими частыми, но связь они поддерживали. Жора знал Настю, поэтому верить или нет решать ему.

Он всё же позвонил ещё раз спустя несколько часов, когда они сидели в кафе-мороженое, и Таня ответила.

- Слушаю, - женщина встала из-за столика и отошла в сторону.

- Это что за хм6рь? – вместо приветствия набросился на неё бывший муж.

- Во-первых, здравствуй, - ответила Таня, - а во-вторых, я запрещаю тебе говорить со мной в подобном тоне.

- Что за мужик, Таня? – спросил уже более мягче Жора.

- Какая тебе разница, я же написала, случайно отправила.

- Случайно, ага, - не верил он и, в принципе, делал правильно.

- Жор, что-то по делу? У меня нет времени на разговоры.

- Почему мой сын его обожает?

- Это ты спроси у своего сына, - сказала Таня ровным голосом, - ах, да, я забыла, вы же не общаетесь.

- Потому что у меня нет времени.

- Вот ты и ответил себе на вопрос, Жора.

- Таня, это мой сын, - сказал он с нажимом.

- А я вам встречаться не запрещаю.

Ей стало даже смешно, как приревновал ребёнка Жора к Николаю. Поначалу она решила, что это дурацкая идея, но сейчас поняла, что задела та фотография его.

- Я заберу его на днях.

- Кого? – опешила Таня.

- Андрюшку. Пусть с братом познакомится.

- Что? – Таня не могла поверить своим ушам. – Что скажет твоя любимая Полина?

- Мужчина в семье я!

- Не заметно, - сказала она негромко, вспомнив подслушанный разговор.

- Что?

- Ничего, Жор. Как соберёшься – позвони за день, я должна Андрюшу подготовить. «Морально», - добавила она мысленно.

- А у вас с этим на фотке всё серьёзно?

Таня обернулась, смотря как Николай протягивает Кольке своё мороженое, чтобы тот попробовал новый вкус. Мальчик с удовольствием ткнул ложкой в розовую жижу и облизал.

- Это тебя не касается! Всё, мне некогда, пока.

Она вернулась за столик и села рядом с сыном, придвигая к себе креманку.

- Удалось поговорить? – поинтересовался Николай, и Таня поняла, что перестала злиться.

- Да, всё в порядке, - кивнула, зачерпывая ложкой молочную сладость.

- Дуешься? Извини, просто подумал, что не согласишься.

- Правильно подумал, - всё же сказала. - Не делай больше так, ладно? – посмотрела ему прямо в глаза, и он пообещал.

Глава 8

Жора слово сдержал и позвонил, чему очень удивил Таню. Она решила, что это минутный порыв, что он перебесится и вновь окунётся в быт, где двухлетка, ревнивая жена и будущий младенец, но бывший муж приехал и забрал Андрюшу.

Когда на пороге появился отец, Андрюша выглядел ошеломлённым. Он помнил, он прекрасно помнил его, и Таня видела, как мальчику хотелось заплакать, отчего слёзы выступили и у самой Тани, правда, она позволила себе это потом, когда смотрела в окно на усаживающего в машину ребёнка.

- Привет, - улыбаясь, вошёл в квартиру Георгий. Последний раз он был здесь больше двух лет назад, но сразу понял, что ничего не изменилось.

Быстро окинув взглядом коридор, он остановился на небольшой полке, которую обещал прибить, да так руки и не дошли. Полка висела, и его это почему-то задело. Будто у бывшей жены не могло быть личной жизни и рук, которые способны прикрутить эту полку к стене. На самом деле именно Таня повесила её сюда, но Жора сделал другие выводы.

Андрюша не мог поверить своим глазам.

- Папа, - дрожащими губами сказал он, - папа, - и бросился мужчине прямо в колени, не в силах сдержать радости. Вцепившись в брюки, он не хотел отпускать мужчину, пока по щекам катились слёзы. Андрюшка и сам до конца не понимал, отчего плачет, просто стоял и дрожал, боясь отпустить, словно отец снова исчезнет, испарится.

Таня не говорила до последнего, что Жора приедем, словно не верила в его слова. Она смотрела на сына, сжав зубы, а потом, не встречаясь глазами с мужчиной, вышла в другую комнату. Ей требовалось глотнуть смелости и сдержаться от выпадов в сторону мужа, от злости, что накопилась в ней за эти годы, от той сцены, что разыгралась только что в квартире.

- Андрей, - попытался отнять его от себя Жора, чувствуя неловкость.

Ушёл и не видел, не знал, как живёт, что чувствует ребёнок. Да, Таня говорила, только не то это, не так, как сейчас он видит всё своими глазами и чувствует детские слёзы на своих штанах.

- Андрюш, - вновь попробовал, но мальчик держал крепко.

- Тань, - позвал жену на помощь, не зная, что делать.

Бросился с головой в семью, туда, где Полина, где новорожденный. Не думалось о сыне, но сейчас как-то иначе. Неловкое чувство разливалось по телу.

- Что? – вышла она из кухни, спокойно смотря на них, и Жора кивнул на ребёнка.

С одной стороны, помогать не хотелось, пусть сам выпутывается из ситуации, но было жалко сына, потому Таня подошла к мальчику и, мягко взяв за плечи, сказала.

- Андрюш, пойдём, переоденемся, а папа тут подождёт. Он хочет с тобой погулять.

Ребёнок разомкнул объятия, но боялся поднять голову, чтоб взрослые не увидели его слёз. Отчего-то было очень стыдно за них. Только девочки плачут, а он расхныкался, как самая настоящая девчонка.

Таня взяла сына за руку, смотрящего себе под ноги, и отвела в комнату.

- Он опять уйдёт? – всё же спросил Андрюша, забираясь на кровать. Он успел тайком стереть слёзы, а Таня сделала вид, что ничего не заметила.

- Да, - честно сказала мать. – Сейчас живёт в другой семье. Но ты для него дорог, именно потому он здесь, - она намеренно сказала эту фразу громко, чтобы слышал Жора. И он слышал.

Неважно, если Таня немного соврала, но она надеялась, что её слова хоть что-то изменят в сознании мужа.

- Одевайся, - сказала сыну и вышла из комнаты.

- Можно узнать, куда поедете? – встала Таня в закрытую позу, сцепив руки на груди и облокотившись о дверной косяк.

- Заедем в магазин игрушек.

- Это ко дню рождения? – Таня даже удивилась, что Жора помнит дату.

- Ко дню рождения? – переспросил он, и женщина поняла, что чудес не бывает.

- Андрюше через неделю шесть лет, - покачала она головой.

Он рылся в памяти, задумчиво глядя на полку, когда вышел Андрей.

Таня помогла ему одеться в зимнюю куртку и ботинки.

- Когда вернёшь? – вновь обратилась к мужчине.

- Часам к восьми нормально?

- Развлекайтесь, - поцеловала сына в нос, подмигнув.

Когда за ними закрылась дверь, она смотрела в окно, чувствуя себя какой-то разбитой.

Николай уехал на несколько дней по делам и не звонил, да и почему он должен это делать и о чём говорить им, она не знала. Машина отъехала, и Таня осознала себя какой-то одинокой. Она оглядела кухню, включила чайник и решила отвлечься уборкой.

Андрюша вернулся возбуждённым и счастливым. В руках была машинка, которую, по всей видимости, они купили в магазине.

- А когда папа вернётся? – спросил перед сном, уложив подарок рядом. Таня поначалу была против, но ребёнок так настаивал, что сердце матери дрогнуло.

- За тобой? – уточнила Таня.

- Нет, сюда. Навсегда.

Женщина горько вздохнула. Как объяснить ребёнку такие вещи?

- Мне не понравилась его беременная тётя, - сказал Андрюша.

«Значит, всё же были у них дома», - поняла Таня.

- Почему? – спросила вслух.

- Кажется, я ей тоже не нравлюсь, - сделал он вывод. – Она какая-то грубая.

- Не все люди нравятся друг другу, - погладила Таня его по голове, намереваясь сказать Жоре, чтоб больше он сына домой не брал, если, конечно, будет хотя бы ещё один раз.

- Я позвал папу на день рождения.

- Да? – немного удивилась Таня. – Ладно.

Обычно она готовила кое-что и пекла торт. Приходили бабушка с дедушкой, несколько друзей Андрюши и крёстная. Крёстный уехал в другой город и поздравлял только по телефону. И такие посиделки были последние два года. Она с ужасом представила, как мать будет буравить бывшего мужа глазами.

Когда Жора оставил их, Таня еле остановила мать от того, чтобы та поговорил с зятем, да и отношение к внуку её не устраивало.

Но Андрюша позвал, это его праздник. Скажет маме заранее, в конце концов это отношения между их маленькой семьёй.

Таня видела, как Андрюше хочется общаться с отцом, и считала это правильным. Жён может быть сколько угодно, а вот родители одни.

- Тебе понравился день?

- Очень, - заулыбался мальчик, и мать видела, как горели его глаза. Так врать было невозможно.

Перед сном написал Николай. Интересовался, как дела, что нового, и она рассказала всё, что произошло. В конце концов, заслуга была именно его.

«Как Лера?» - решила вернуть вопрос Таня.

Он писал очень долго, и Тане даже немного стало не по себе, но следующее сообщение дало понять, что он не мог сформулировать свою мысль чётко, писал и стирал, по всей видимости, потому что сообщение вышло коротким.

«Всё в порядке», - выплыли три слова, и женщина поняла, что он просто не хочет ей говорить о своих проблемах.

«Если я могу хоть как-то помочь», – написала она в ответ, и тут же испугалась, но сообщение было отправлено. А что, если Николай попросит об услуге? Она не сможет отказать, тем более, что сама только что предложила.

«Спасибо, Танюш», - пришли слова, - «как бы я не хотел справиться своими силами, но придётся прибегать к помощи. Звонила мама, ей очень тяжело, к тому же возраст, сама понимаешь».

Таня понимала. Она уставилась в сообщение, сглатывая излишнюю влагу в горле, и поняла, что накатывает страх. Она никогда не видела таких детей, тем более не занималась с ними ничем. Что теперь делать? Но назад дороги не было. Назвался груздём – полезай в кузов.

Глава 9

- Коль, только я не смогу в Москву, у меня работа и Андрюшка, - вдруг поняла Таня.

- В Москву? - не понял он. - Зачем?

- Ну как же, маму твою сменить.

- Мама устала, правда, - согласился собеседник. - Только отчего ты решила, что ехать куда-то должна?

- Ну ты же сказал про помощь, что сам не справишься, и мама у тебя.

Николай улыбнулся, так тепло на душе стало, только не видела этого Таня.

- Разве ж я имею право просить тебя о таком? - ответил.

И Таня запуталась. Но он же только что говорил, что нужна помощь.

- Человека ищу для этого, - объяснил, - только кому попало дочку не доверю, дело для меня серьёзное. Может, самому придётся ехать на какое-то время.

Таня молчала, не знала, чем помочь. Она перебирала в голове возможные кандидатуры, но не могла никого предложить.

- Спасибо, Танюш, мне правда очень приятно, что ты такая.

- Какая? – Тане стало как-то неловко.

- Добрая.

- Да нет, - отнекивалась женщина, которая знала, что именно творится в её голове.

- Я через пару дней вернусь, может, сходим куда-нибудь? Просто хочется хорошую компанию, а ты как раз подходишь.

- Коль, я с радостью, только не в субботу, у Андрюшки День Рождения.

- Шесть лет?! – отчего-то обрадовался Николай.

- Да. И он отца пригласил.

- Понятно, - Николай на секунду задумался. – Можно мне прийти?

- Да? – Таня опешила. Если бы это был её праздник, она бы с радостью пригласила Колю, но как объяснить остальным, почему он тут.

- Нельзя?

- Да нет, - ответила неуверенно. - Как-то неожиданно.

- Тогда не буду смущать, если твой Жора всё понял. Встретимся в другой день. Ладно, Танюш, пора мне. Был рад пообщаться.

- Я тоже.

Она положила трубку, чувствуя себя лгуньей. Николай считает её доброй и отзывчивой, но какая она на самом деле? Готова ли помочь другу, если действительно понадобится её вмешательство? Думать об этом было страшно и неуютно, а потому она предпочла не думать и легла спать.

Неделя промчалась, будто её и не было. Таня побывала у матери и рассказала о Николае, ничего не утаив.

- Какой хороший мужчина, - покачала головой мать, - не то, что твой …, - она поджала губы, чтобы не вырвалось ругательство. – Пригласи его на праздник, я буду рада.

Таня немного удивилась, посмотрев на мать, но уже несколько дней она и сама раздумывала над этим.

- Сто’ит? – переспросила женщину.

- Уж ему я буду больше рада, чем этому, - мать опять запнулась, - ну ты поняла. У вас с ним серьёзно?

- Мам, мы просто друзья!

- Разве так бывает?

- Конечно! – стояла на своём Таня, не зная до конца, бывает ли так.

- Странные нынче отношения пошли, - покачала она головой. – А ты девочку видела?

- Нет.

- Ох, бедный Коля, за что ж жизнь его так наказала, - качала женщина головой.

За два дня до праздника позвонил Жора.

- Не смогу прийти, - сказал он, и Таня даже не удивилась.

Она, если честно, ждала от него какого-то подвоха, и вот, что значит, дождалась.

- Не скажу, что я расстроилась, - ответила, - только Андрюшку жалко. Ждал тебя.

Хотелось добавить что-то обидное, но Таня стерпела. Ни к чему опускаться до этого, только придётся думать, что сказать сыну.

- Я понимаю, только, - он замялся, и Таня поняла, что причина какая-то плёвая, пустая. Только что говорить ему, если не хочет.

- Спасибо, что позвонил, - всё же поблагодарила. Предупреждён- значит, вооружён. – Мы с Колей что-нибудь придумаем, - отчего-то вырвалось у неё.

- С Колей? – переспросил Жора. – Этот тот с фотографии?

- Да.

- И что, он придёт к Андрюшке на День Рождения?!

- Конечно! Как и бабушка, и крёстная. Только самые близкие, а ещё несколько друзей.

Она намеренно говорила это человеку, который разозлил до этого момента её.

- Даже хорошо, что у тебя не получится, а то места на всех не хватит.

- А с каких это пор для родного отца места не хватает? – разошёлся он, на секунду забыв, что разговор по этому поводу начала не бывшая супруга.

Таня вздохнула, логика разбивалась о стену неадекватности.

- Во сколько вы собираетесь?

- В шесть, но…

- Я приду, - говорил он раздражённо.

- Так у тебя же не получится.

- Что-нибудь придумаю.

Закончив на такой ноте разговор, Таня не знала, что ожидать от Жоры, потому предстояло морально быть готовой ко всему.

- Привет, - набрала она Николаю. – Андрюша хотел позвать тебя на День Рождения.

- Именинник или ты? – решил уточнить мужчина.

- Я, - призналась она, понимая, что иногда разговор по телефону более прост, и он не видит её смущения.

- Хорошо, я приду, - пообещал. – Есть пожелания по подарку?

- Да нет, - пожала плечами Таня, которая уже купила для сына набор «Лего».

Откладывала на него чуть ли не с прошлого года. Дорогое это удовольствие для них, а потому более желанный подарок. Накопила, такая счастливая шла из магазина, потому что удалось приобрести именно то, что так хотел сын.

- Во сколько быть?

- В шесть, - второй раз сказала.

- А никто против не будет? – поинтересовался, чтобы не было неприятностей.

- Мама очень хочет тебя увидеть, - ответила лишь половиной правды.

- Ну раз мама хочет, - рассмеялся он, - тогда точно буду.

Андрюша дождался. Открыв глаза рано утром, он обнаружил на тумбочке рядом с кроватью большую разноцветную коробку. Сон сразу как рукой сняло, и именинник, схватив подарок, уселся на кровати по-турецки, вываливая содержимое прямо на себя. Запаянные пакеты рассыпались по одеялу, пока мальчик изучал инструкцию.

- С Днём рождения, - заглянула Таня в комнату с улыбкой, и ребёнок бросился её целовать.

- А папа когда придёт? – поинтересовался.

- Гости будут вечером, а пока поиграй.

Мать пришла через пару часов помочь с салатами и готовкой. Настя за час до остальных, чтобы украсить зал, где разместился сервированный стол.

Андрюша рассматривал подарки с красными натасканными ушами, ожидая самого главного – отца. Отчего-то ему хотелось видеть больше всех именно его.

Таня переоделась в светлое платье и подкрасила глаза.

- Красавица, - посмотрела на неё мать. – Совсем, как я в молодости. Коле понравится.

- Мам, - засмущалась Таня. – Я же не для него.

- Для всех, - кивнула она. – Помню, как он на тебя смотрел тогда.

У Тани запылали щёки. Обсуждать такие вещи с матерью она не собиралась. К тому же Николай будет не в качестве её мужчины, а как друг.

Прибывающие гости здоровались друг с другом, располагались в квартире. Ближе ко времени пришёл Николай с большим пакетом.

- Проходи, - приняла Таня от него верхнюю одежду, глядя как мужчина приглаживает волосы.

Белая рубашка с длинными рукавами и брюки говорили о торжественности момента.

- Где именинник? – шепнул, и Таня кивнула на комнату.

Николай отправился к остальным, а Таня заканчивала с матерью последние приготовления на кухне.

- Пойду поздороваюсь, - улыбнулась мать, подхватывая две салатницы и исчезая из кухни.

- Представляешь! – тут же влетел Андрюша. – Дядя, - он запнулся, пытаясь вспомнить его имя.

- Коля, - подсказала мать.

- Смотри, что подарил дядя Коля!

С горящими глазами Андрюша демонстрировал большой бульдозер на пульте управления, и Таня с ужасом представила, сколько это может стоить.

- Ты сказал спасибо? – лишь спросила она.

- Да! – возбуждённо отозвался мальчик, пока у её ног жужжала машина.

- Только не тут, Андрюш, иди в комнату, - попросила, и сын убежал.

- Помочь? – на этот раз вошёл Николай.

- Коль, ну зачем такой дорогой подарок?

- Не понравилось? – удивился.

- Нет, - запротестовала, просто как-то неудобно.

- Именинник рад – значит, всё правильно. Танюш, деньги не главное.

- У тебя же дочка, - стыдливо сказала.

- И я от Леры не отказываюсь!

Тане стало как-то совестно, и она уставилась в нарезку с огурцами и помидорами.

- Всё нормально, - его рука легла на её плечо, и женщина вздрогнула от неожиданности.

Он слишком шумно вдохнул её запах, продолжая стоять.

- Надо идти к гостям, - засуетилась хозяйка.

- Да-да, конечно, - согласился он, отстраняясь. – Ты командуй, что отнести.

Жора опаздывал, и Таня не была уверена, что он вообще придёт.

- Давайте садится за стол, - скомандовала она гостям, некоторые уже успели разместить по стульям.

То ли по воле случая, то ли с материнской подачи, но во главе стола оказался Николай, а по его левую руку Таня.

- Нож забыла, - спохватилась она, убегая на кухню, когда прозвучал звонок.

- Открой, - попросила мать, Нина Павловна, Николая, и он послушно встал.

- Добрый вечер, - открыл Николай дверь, приглашая войти опоздавшего, который оказался не один.

- Николай, - протянул он руку мужчине, и тот, скосив взгляд на его ладонь, раздумывал над ответом.

Глава 10

Полина толкнула мужа в бок, и тот всё же подал руку.

- Георгий, - сказал, растягивая буквы и буравя глазами мужчину.

Таня, зажав нож, встала как вкопанная, смотря, как в коридоре раздевается бывший муж, его беременная жена и двухлетний сын. Округлив глаза, она не могла прийти в себя, когда встретилась глазами с Полиной.

- Здрасьте, - кивнула она, и Тане пришлось кивнуть в ответ.

- Проходите, - очумело отозвалась хозяйка, направляясь к гостям и пытаясь совладать с первым эффектом от случившегося.

Она осмотрела стол, прикидывая, куда разместить троих.

- Тань, - позвала мать, понимая по виду дочери, что что-то не так.

- Надо немного сдвинуться, - попросила людей за столом, когда в проёме показались новенькие.

Нина Павловна ахнула, уставившись на бывшего зятя со свитой.

- Вот же, - начала было она.

- Мам, прошу, - в глазах Тани стояла мольба, и женщина, поджав губы, замолчала. Она закрыла глаза и отвела взгляд, чтобы сдержаться и не нахамить непрошенным гостям. Но хозяйка здесь была не она, потому не Нине Павловне решать непростую дилемму.

Когда Жора объявил Полечке, что собирается к сыну на День Рождения, жена заподозрила его в походе к любовнице.

- Да ты с ума что ли сошла? – ужаснулся Жора. – Сын это. К сыну пойду.

- Небось, с бывшей шашни крутить вздумал? – упёрла она руки в бока.

- Поля, - у Георгия заканчивались нервы. – Ну причём тут Таня.

- Кто тебя знает, вдруг, обратно побежишь?!

- Куда?

- В прежнюю семью. У нас вот, - погладила она живот, - ребёнок намечается, - чуть не плакала она.

Говорят, беременность красит женщину, в случае Полины она стала очень подозрительной и плаксивой, и Жоре приходилось мириться с гормонами супруги.

- Ну, хочешь, я не пойду?

- Не ходи, - согласилась она, хотя Жора был уверен, что она скажет другое.

Именно потому он позвонил Тане и сказал, что не может, только услышав про то, что ему там и места нет, а какому-то Коленьке есть, решил во что бы то ни стало прийти. Только Полина отказалась отпускать его одна.

- А что? – говорила она. – Если и впрямь к сыну, почему и нам пойти нельзя? – вопрошала. – В конце концов Назар Андрею брат.

И пришлось Жоре согласиться на это, иначе бы не пошёл никто. Но не мог он после слов Тани остаться в стороне.

- Папа, - бросился к мужчине Андрюша, который тоже заметил гостей.

- Вот, - протянул ему Георгий пакет, на дне которого был небольшой набор инструментов.

Не знал Жора, что выбрать, решил: раз мужчина растёт, пусть по хозяйству помогать учится. К тому же Поля говорила, что бюджет не резиновый, что Жора и так алиментов много платит, потому выбор пал на дёшево и сердито.

- Пойдем, покажу, что дядя Коля подарил, - потянул Андрюша его за руку, и Жора позволил себя утащить.

Полина стояла в дверях как бедная родственница. Она глядела на гостей, пока они удивлённо смотрели на неё, потому что никто никогда её не видел, но все знали, кто это. Женщина хлопала глазами, чувствуя неловкость, пока Назар пошёл изучать чужие игрушки. Она уже пожалела, что пошла, понимая, насколько нелепо выглядит в этой квартире на празднике ребёнка, у которого отняла отца.

- Присаживайся, - Таня понимала, что есть два пути решения. Первый, выгнать из дома всех троих, устроив скандал. И второй, делать вид, что ничего не произошло.

Учитывая, что праздник ребёнку портить не хотелось, она, скрепя сердце, выбрала второй вариант.

Полина благодарно кивнула и устроилась на указанное место.

Таня переглянулась с матерью, которая, сцепив зубы, продолжала молча испепелять глазами женщину напротив, а потом перевела взгляд на Николая, и он понял, что пора спасать ситуацию.

- Ну-с, давайте начнём, - весело сказал он, потянувшись за салатом, и остальные гости последовали его примеру.

Жора смотрел на подарок дяди Коли и ненавидел его ещё больше. Какая-то конкуренция закладывалась между мужчинами, причем, Николай в этом не участвовал, а его действия были от души.

- Классный, да? – вопрошал Андрюшка.

- Ничего особенного, - пожал плечами отец, - машина как машина.

- А вот это мама подарила, - приволок он коробку, и Жора понял, что проиграл по всем фронтам.

- А мой тебе понравился? – решил спросить.

- Да, - кивнул Андрюшка.

- Отец плохого не подарит. Машинку покатаешь и забудешь, а инструменты по жизни пригодятся, а пока учись на этих.

Вернувшись к гостям, Жора уселся рядом с супругой, обводя глазами остальных. Полина смотрела в тарелку, катая горошину от «Оливье». В принципе, он знал здесь всех, кроме Николая, только взгляды в сторону Георгия были не очень тёплыми, и каждая гостья норовила отвести глаза, если натыкалась на его взгляд.

Тёща мило беседовала с Николаем, сидящим во главе. Она решила, если нельзя ничего говорить по поводу непрошенных гостей, то надо переключить внимание на того, кто больше всего располагает.

Жора решил разрядить обстановку тостом. Он наполнил бокал вином и, подняв его, произнёс.

- За моего сына! – посмотрел в сторону мальчика. - Андрюшка, пусть тебя окружают только самые важные люди, - Жора протянул бокал в середину стола, ожидая, что к нему потянутся другие, но так и убрал руку, не ощутив прикосновения соседних бокалов. Лишь Андрюшка всё же дотянулся до отца и дотронулся своим стаканом.

Отпив алкоголь, Жора положил горячее и принялся молча есть. Если бы не дети, в квартире стояла бы тишина, нарушаемая звяканьем вилок о тарелки, но детские голоса разбавляли атмосферу, пока взрослые, переглядываясь друг с другом, поглощали пищу.

- Можно тебя на пару слов, - не выдержала Таня, выходя из комнаты, и Жора последовал за ней, понимая, во что это выльется.

- Ты нормальный? – сдвинув брови на переносице, спросила она, закрывая двери на кухне, чтобы не слышали остальные. Облокотившись о подоконник, Таня смотрела на бывшего мужа, не понимая, как он вообще догадался притащить сюда такой состав.

- Только давай не будем ругаться, - попытался он урезонить жену. – Так вышло. Да и Назар всё-таки брат Андрюше, - защищался он словами жены, не желая называть истинную причину.

- А чего тёщу новую с собой не взял? Мы же тоже родственники, наверное, по твоей линии, - Таня злилась, но старалась держаться в рамках.

- Не утрируй!

- Я вообще перестаю тебя понимать, Георгий.

Таня лишь несколько раз называла так его, и было это, когда она злилась.

- Вроде не глупый, только делаешь такие вещи, что уму непостижимо. Ну как, скажи мне, как можно было догадаться притащить на День Рождения сына свою любовницу?! А если бы я так сделала? Заявилась к тебе, ну не знаю, с Колей!

- Напомню, что он сидит во главе стола, будто хозяин, - парировал Жора.

- Ну будто или не будто не тебе решать, где надо, там и сидит, - ответила на это Таня.

- И мать твоя нарочно его обхаживает, назло мне.

Таня посмотрела на бывшего мужа с сожалением.

- Знаешь, Жор, мне даже тебя жалко, - покачала головой. – Ты правда считаешь, что всё в этом мире делается для тебя? – она посмотрела на него удивлённо. – То есть даже не можешь допустить, что есть люди, которые благороднее, а потому больше нравятся людям? Например, моей матери.

- И тебе.

- И мне, - кивнула. – Он всегда был лучше, чем ты, - не выдержала и сказала, что думала.

- Да сколько ты его знаешь, - скривился он.

- Да уж больше, чем тебя, - призналась.

Это признание заставило брови мужчины подскочить вверх.

- А, может, ты гуляла с ним за моей спиной? – придумывал на ходу Жора.

Ему хотелось казаться лучше, хотелось очернить жену. Откуда-то взявшаяся ревность говорила в нём.

- Конечно, я гуляла, а ушёл ты. Наверное, нашёл Полину мне назло, - покачала она головой, понимая, какую ахинею несёт бывший.

- Извините, что прерываю, - Николай появился на кухне, и Жора повернулся к нему.

Опять этот мужик лез куда ему не следует.

- Не извиним, - грубо сказал Жора в лицо вошедшему. – Чего надо?

- Ты, если думаешь, что всё ещё хозяин тут – ошибаешься, - Николай сделал шаг навстречу наглому гостю, и Таня поняла, что Коля на целую голову выше бывшего мужа, а плечи шире. – А во-вторых, твоя жена рожает.

И до ушей Татьяны донёсся негромкий женский стон.

Глава 11

Уже за столом Полина почувствовала, что что-то не так. Она прислушивалась к своим ощущениям и поняла: кажется, пришло время. Татьяна позвала Жору в тот самый момент, когда Полина собиралась сказать мужу, что нужно уходить.

«Вернётся - уйдём», - пообещала себе, набираясь терпения.

Но как-то быстро накатывало, и она, не в силах усидеть на месте, встала резко, что опрокинула стул.

- Вам плохо? - Николай поднялся первым, смотря на испарину на лбу женщины.

Она раздувала ноздри, громко выдыхая воздух.

- Мама, - подошёл к ней Назар, протягивая машинку.

- Позовите мужа, пожалуйста, - сцепив зубы, проговорила она, смотря на Николая, упираясь одной рукой в стол, а второй обхватив большой живот.

Этот мужчина казался ей спасением среди шести пар осуждающих глаз. Только в его взгляде она не видела упрёка, не казалась себе отвратительной и ужасной, только его могла о чём-то попросить.

- Мама, - не отставал мальчик, и Полина погладила его по голове с вымученной улыбкой.

- Сейчас домой поедем, солнышко, - сказала она.

Николая просить дважды было не надо, он всё и так прекрасно понимал. Не желая принимать ничью сторону, потому что тут человек посторонний на данный момент, он просто был собой, и ему даже стало жалко эту женщину, которая себя сама глупо выставила. Кто знает, почему она решилась прийти сюда.

Он оставил гостей в комнате и направился на кухню оповестить о случившемся.

Лицо Жоры сразу стало другим. Надменное выражение сменилось испуганным, и он, обогнув Николая, который даже не подумал посторониться, выскочил из кухни.

- Ты в порядке? – поинтересовался мужчина у Тани.

- Если не считать, что любовница бывшего мужа начала рожать прямо на Дне Рождении моего сына, отлично.

- Хочешь, обниму? – почему-то предложил он, и в его лице Таня не уловила ни капли улыбки. Он говорил на полном серьёзе.

- Давай разберёмся с гостями, - сказала как-то устало.

Жора с Полиной были уже в коридоре. Мужчина суетился, помогая одеваться жене, а в проёме застыл испуганный Андрюша.

- Пап, ты уходишь? – спросил он, тараща на него глаза. – Пап?

- Да придётся, - попытался улыбнуться тот, - зато у тебя скоро сестричка будет.

- Не нужна мне сестричка, - выкрикнул Андрюшка, у которого от обиды задрожала губа. – И она не нужна, - ткнул пальцем в Полину. - Лучше бы вообще не приходил.

Детская непосредственность. Все молчали, а он взял и высказал, что думает.

И мальчик бросился в комнату, но, бведя глазами гостей, убежал в другую. Не хотелось, чтобы люди видели его слёзы, чтобы знали его таким. Бабушка сорвалась с места и, пройдя мимо уходящих, зыркнула в сторону. Можно было и без слов понять, о чём именно думает.

- На машине? – поинтересовался Николай.

- Тебе какое дело, - нагрубил Жора, и у Николая сжались кулаки. Так захотелось дать в зубы беспардонному нахалу.

- Спасибо, на машине, - отозвалась Полина.

Отчего-то ей нравился этот спокойный приятный мужчина, в отличие от поведения своего мужа. Она видела, что у Жоры ревность, только до конца не понимала, чем именно она вызвана.

Таня хотела отправиться вслед за сыном, но Жора так неумело пытался одеть ребёнка, дёргая замок, который не хотел поддаваться, что она не выдержала.

- Дай сюда, - опустилась перед мальчиком, вытаскивая из собачки кусок ткани. Она завязала ему шапку и встала.

- До свидания, - кивнула Полина, вываливаясь из квартиры и чувствуя облегчение.

- Тань, скажи Андрюшке, что не нарочно так вышло, - будто чувствовал вину Жора.

Таня махнула на него рукой и пошла к сыну. Взгляд Жоры остановился на Николае, но теперь приветливости на лице мужчины бывший муж не наблюдал. Сам всё сделал для того, чтобы Николай на него так смотрел. Угукнув что-то себе под нос, Жора вышел вслед за женой, и Николай, закрыв дверь, вернулся к остальным.

- Мы, наверное, пойдём, - засобиралась одна из мам, которая привела на праздник ребёнка.

- Да-да, мы тоже, - кивнула вторая, поднимаясь с места.

Николай смотрел, как гости вслед за Жорой собираются испортить праздник.

- Никто никуда не уходит, - скомандовала Настя, и люди замерли. – Девочки, ничего не произошло, небольшая заминка. Сейчас будем есть торт!

Она вышла из-за стола с улыбкой и кивнула Николаю, чтобы он направился за ней.

- Я на кухню, а ты к Тане, надо праздник спасать.

В комнате мальчика сидела мать и бабушка, пока Андрюша лежал лицом в подушке.

- А хочешь, я тебе велосипед куплю? - торговалась Таня, понимая, что торги вышли какие-то дорогие, но мальчик продолжал молча лежать.

- Можно я? – прервал женский голос Николай, и все трое повернули к нему головы.

Наверное, Андрюшка ожидал увидеть отца, потому вновь уткнулся в подушку.

- Коль, мы сами, - сдвинула брови на переносице Татьяна.

- Да я на два слова именинника, - расплылся он в улыбке.

Мать толкнула Таню в плечо, поднимаясь с кровати.

- Пойдём, - кивнула на дверь, а Таня никак не могла взять в толк, что может сказать сыну чужой дядя, которого он видит третий раз в жизни.

- Андрей, - Николай не стал сюсюкать, а назвал мальчика мужским именем. – Не всегда бывает так, как человек решает. Ты же видел: отец пришёл, подарок принёс, хотел с тобой быть, только ребёнок не предупреждает о своём рождении, а сразу на свет Божий торопится. Ты его прости, он обязательно потом к тебе приедет, и вы проведете ещё один День Рождения. А сейчас у меня для тебя ещё один подарок.

Николай встал, намереваясь выйти.

- Я на улицу, а ты на балкон. Только смотри оденься, холодно. А если пропустишь, так тому и быть, одного жаль, что для тебя старался.

Мужчина вышел, не дожидаясь ответа.

- Ты куда? – удивлённо спросила Таня, увидев, как Николай надевает куртку.

- Вернусь скоро, - пообещал и вышел в подъезд.

Настя вставляла свечи в торт, Нина Павловна сидела, подперев рукой подбородок и думая, какой же непорядочный человек Жора, Таня хотела снова пойти к сыну, когда Андрюша вышел сам. Он подошёл к вешалке, намереваясь снять свою куртку.

- Ты-то куда? – ужаснулась Таня, округляя глаза.

- Надо, - насупившись сказал тот. – Помоги! – буркнул мальчик.

Таня неуверенными движениями сняла куртку и протянула сыну. Тот надел её, натянул шапку и направился на балкон мимо всех гостей.

- Что с ним? – не поняла бабушка, смотря на дочку, но Таня только плечами пожала.

Когда раздался первый хлопок, Таня не поняла, что это, но за ним последовал второй, третий, четвёртый, расцвечивая небо разными красками. Андрюшка, забыв, что сердится, широко открыл глаза, а затем и рот, боясь пропустить хоть один цветной залп, пока под окнами в расстёгнутой куртке, под которой белела рубашка по торжественному случаю, стоял Николай, держа в руках зажигалку.

- Стреляют? – прислушалась Полина, оглядываясь, пока её лицо кривилось от спазмов. Она держала руки на животе и дышала, чтобы унять боль. Они успели поругаться в лифте, вернее, Жора молчал, а она высказывала ему, что он до сих пор неровно дышит к бывшей жене. Потом машина не хотела заводиться, а Назар начал плакать. И вот буквально их машина отъехала от злополучного дома, как послышалась стрельба.

- Салют, - посмотрел в зеркало заднего вида Жора, увидев яркое пятно, и отчего-то ему показалось, что фейерверк не просто так, а словно в честь его отъезда.

Дети в комнате прилипли к окну, смотря на разноцветное чудо. Нина Павловна кивала сама себе, о чём-то размышляя, а Таня вновь испытывала благодарность к Николаю.

Когда всё закончилось, Андрюшка продолжал ждать и покинул свой пост только после того, как хлопнула входная дверь.

- Видел? – спросил Николай, вешая куртку, и мальчик с улыбкой кивнул.

- А ну-ка все за стол, - напомнила о себе Настя, поджигая свечи. Когда последняя заиграла огоньком, она подозвала к себе Таню, передавая ей лакомство, и скомандовала выключить свет.

- С Днем Рождения тебя, - запела она, и все остальные подхватили знакомые слова.

Когда строки были допеты, Таня поднесла имениннику торт и сказала.

- Загадывай желание.

Адрюша на мгновение задумался. Ему ужасно хотелось, чтобы папа вернулся домой, и у них снова была семья. Но злость, поселившаяся в сердце после его ухода, разбивала мечты. Отчего-то бросил взгляд на Николая, стоящего тёмной фигурой в проёме, а потом, набрав побольше воздуха в лёгкие, задул шесть свечей.

Глава 12

Праздник закончился хорошо, хотя Таня уже не верила, что возможно хоть что-то исправить. Они стояли с Андрюшкой, провожая последних гостей. Николай тоже собирался, только Таня попросила остаться, хотелось ей поблагодарить его не по телефону, а так, глядя в глаза. А, может, и чего-то большего: выразить благодарность как-то ещё. Она не позволяла себе думать об этом, упрекая в том, что рядом сын.

- Давайте, отвезу, - предложил Николай матери, но та покачала головой.

- Такси уже ждёт, - как-то загадочно улыбнулась, переводя взгляд на Таню. – Николай, очень рада была увидеть. Ты возмужал! – она замолчала, но добавила, похлопав его по плечу. – Во всех смыслах.

Когда за последним гостем закрылась дверь, Андрюша широко зевнул. Это был долгий выматывающий день, и часы показывали половину десятого.

- Ты иди в комнату, Андрюш, я тут с дядей Колей чаю попью.

Таня улыбнулась сыну, и он без лишних вопросов отправился к себе, оставляя их наедине.

- Давай, помогу убрать, - взялся за тарелки Николай, складывая одну на другую.

- Нет-нет, - запротестовала Таня, останавливая мужчину, дотронувшись до его рук.

Он повернул голову так, что едва не коснулся её лица своим, и какое-то время они смотрели друг другу в глаза, не произнося ни слова. Ей ужасно хотелось почувствовать его тепло, вспомнить, как это было. После ухода Жоры прошло больше двух лет, а её не касался ни один мужчина, но сейчас дело было не в этом. Она чувствовала к Николаю не только симпатию, но и благодарность, разливавшуюся внутри, распирающую душу. И, когда его губы приблизились к её настолько, что иного и нельзя было подумать, она сама подалась навстречу, не в силах сдерживать желание, и прижалась к мужчине.

Поцелуй был каким-то наивным, словно они не взрослые люди, успевшие пожить, а подростки, у которых это впервые. Внезапно, испугавшись, что Андрюша может войти в любой момент, Таня отстранилась, отворачивая стыдливо лицо.

- Извини, - стушевался Николай. – Как-то случайно вышло.

И каждый понимал, что он врёт: и не мужчина первый начал, и не случайно всё вышло.

Таня взяла первое попавшееся под руку и направилась в кухню. Не включая света, подошла к раковине и поставила внутрь посуду, когда поняла, что не одна в небольшой комнате. Замерев и не оборачиваясь, она ждала от него действий. Тарелки, звякнув друг о друга, когда он поставил их на столешницу, дали понять, что руки мужчины свободны. Таня уперлась ладонями в раковину, чувствуя, как осторожно легли на плечи его сильные и большие руки. Будто осваиваясь, не торопились перемещаться, поглаживая большими пальцами её кожу под платьем.

- Спасибо тебе, - тихо прошептала она, не оборачиваясь. Ей хотелось сказать, как она признательна, как дорожит его отношением к её маленькой семье, как рада его присутствию.

- Да было бы за что, - его горячее дыхание тронуло ухо, и по телу во все стороны разбежались мурашки, сталкиваясь друг с другом. – Если хочешь – уйду, - предложил, но тут же услышал слишком быстрое.

- Нет.

Она понимала, что в соседней комнате ребёнок, что, ответь она на его ласки, между ними многое изменится, и теперь уж ей не отвертеться от его проблем. Если он берёт на себя часть её жизни, то должна и она. Николай сразу выложил всё, как есть, не скрывая, не вводя в заблуждение. Вот он, бери, ежели хочешь, только к чудесному и прекрасному мужчине есть дополнение.

Таня повернулась, и его руки переместились на её талию.

- Танюш, - прислонился лбом к её лбу. – Так хочется стать тебе кем-то большим, чем друг, но понимаю, всё понимаю, не дурак.

Женские руки скользнули на лицо, нежно лаская его, а губы покрывали поцелуями глаза и щёки. Отчего-то хотелось плакать, но Таня сдержалась.

- Сейчас, - остановилась она. – Только посмотрю, что Андрюшка делает.

Она выскользнула из его объятий с быстро колотящимся сердцем, поправила причёску, будто та могла как-то испортиться, и направилась в комнату сына.

- Андрюш, - сказала и тут же прикусила язык.

Мальчик лежал на кровати в одежде и тихо сопел, обхватив рукой подарок Николая. Таня улыбнулась, высвободила игрушку из детских рук, переодела сонного сына в пижаму и, укрыв одеялом, выключила свет, удалившись из комнаты и закрыв плотно за собой дверь.

- Через пару дней приеду, да, - звучал в квартире голос Николая. Он старался говорить негромко, но в тишине, которую не нарушало даже тиканье часов, разговор не казался тихим. – Как она?

Наверное, собеседник что-то говорил, потому что теперь Таня слышала только стук собственного сердца.

- Хорошо, я постараюсь, - вновь пронзил тишину его голос. – Пока.

Он смотрел в окно, задумавшись о чём-то, когда появилась Таня. Она не знала, стоит ли прерывать его одиночество, чувствуя, что момент упущен, и сейчас он думает о другой, пусть и не о женщине, но делать вид, что её здесь нет, не могла.

- Уснул, - оповестила Николая, и тот повернулся на голос.

- Надеюсь, с хорошими мыслями, - отозвался, и в голосе слышалась улыбка.

Таня не видела его лица, но как он быстро смог совладать со своими чувствами и перестроиться на неё. Она не такая сильная, она не смогла бы улыбаться другим, если у неё было бы подобное в семье, а он может. Вот стоит перед ней и лучится добром.

- Поздно уже, - зачем-то сказала. Совестно стало, когда подумала, что у него и своих дел столько, а она отнимает драгоценное время. Мало того, что пришёл, исправил то, что наделал Жора с его любимой, так ещё и упросила остаться, хотя он хотел уйти. Только сейчас Таня подумала, что, возможно, Коля торопился ещё куда-то.

- Гонишь, - не то спросил, не то ответил сам себе Николай.

- Нет, конечно, нет, - запротестовала, чувствуя нависающую неловкость.

- Понял, Танюш, - вздохнул, но как-то по-доброму. – Спасибо за праздник, - и шагнул, собираясь пройти мимо, только отчего-то застыл в проёме рядом с ней.

Положив ладонь на её шею, провел большим пальцем по щеке, прислоняя к себе и зарываясь лицом в волосы. Она слышала, как шумно мужчина вдохнул её запах, как сглотнул, борясь с чувствами, а потом шагнул дальше.

Отпустить его теперь было выше её сил, а потому рука, резко дёрнувшись, ухватила его за плечо, и Таня прижалась всем телом так, что чувствовала его спину, понимая, что именно о таких говорят, как за каменной стеной.

- Не уходи, пожалуйста, - словно взмолилась она, чувствуя, как предательские слёзы нашли дорогу наружу. – Коля, - её голос дрожал.

Она отдавала всю себя на его волю. Не скрывая чувств, не прячась за маской безразличия, пока в его душе всё рвалось на части. Не сможет он оставить дочку, да только и обузой Тане становится не намерен.

Развернулся, и в который раз за вечер их губы встретились. Только этот поцелуй был иным: ожидаемым, страстным, жадным. Руки переплетались, сердца стучали о грудные клетки навстречу друг другу, пока мужчина и женщина упивались нежностью.

Таня больше ничего не говорила, она просто взяла его за руку и повела в свою комнату, оставляя проблемы и страхи позади. Ничего не существовало в тот момент, кроме мужчины и женщины, которые изголодались по нежности и ласкам. Тане так не хотелось впускать кого-то в свою жизнь, обуревали страхи и боязнь вновь оказаться по ту сторону счастья, но сейчас она была для него открытой книгой, которую хотелось прочитать.

- Не жалеешь? – спросил он её после случившегося, и Таня вновь заплакала.

Он вздохнул, покачав головой, принимая её слабость за нечто иное.

- Извини. Можем сделать вид, что ничего не было.

- Я от счастья плачу, - шепнула она мужчине, прижимаясь к его плечу, - глупая? – задала вопрос.

- Моя, - ответил ей, целуя в макушку, и от этого простого слова слёзы потекли сильнее.

Глава 13

- Ты надолго? – Таня поняла, что не хочет отпускать Николая, только он принадлежал не ей. Расставание всегда тяготило её, а теперь придётся делать то, что женщина так ненавидит – ждать. Полусонная она смотрела на Николая, надеясь услышать цифру как можно меньше.

- Не знаю, Танюш, - честно ответил, одеваясь. – Как всё решу – вернусь.

- Да, понимаю, - грустно вздохнула она.

Он поднялся рано, и Таня не могла назвать истинную причину: то ли дело было в Андрюшке, то ли Николаю и впрямь было нужно куда-то, но завтрак он ждать не стал.

- Позвоню, - подарил утренний поцелуй и, стараясь не шуметь, покинул квартиру.

Таня даже не думала, что дни станут тянуться настолько долго, и что спустя время на пороге появится Жора.

- Тебе чего? – не поняла Таня, рассматривая бывшего мужа.

- Одна или с хахалем своим? – бесцеремонно поинтересовался мужчина.

- Тебя сразу послать или потом? – ответила она вопросом на вопрос.

- К Андрюшке я, - втиснулся в квартиру. – Дома?

- Не думаю, что после всего он тебя ждёт, - пожала плечами Таня, не зная, как выпроводить незваного гостя.

- Поздравить меня не хочешь? – вдруг невпопад спросил он.

- С чем?

- Дочка родилась, представляешь, теперь у Ритки с Андрюшкой в один день праздник! – отчего-то сиял он.

- Радость-то какая, - изобразила и впрямь радость на лице Таня.

- Вот и я говорю, - кивал Жора. – Подарок нам какой Полинка сделала.

- Давно таких не получала, - съязвила Таня. – Никогда, - добавила она, смотря на него холодно.

Улыбка сползла с лица мужчины, когда он осознал, что Таня никакую радость разделять с ним не намерена.

- Сына позови, - попросил он.

- Думаю, он слышал, что ты пришёл, - сделала выводы Таня.

- Андрей, - крикнул в комнату горе-отец, но мальчик показываться не хотел. – Небось, науськала против меня, - сузил он глаза.

- Ночей не спала, - сложила Таня руки на груди, - науськивала.

- Все вы такие.

- Кто?

- Матери-одиночки.

Брови Тани подскочили вверх.

- Танька. Ну не надо так, я ж отец, зачем против меня настраиваешь? – изменил он тактику.

Таня хлопала глазами, поражаясь наглости и глупости бывшего мужа.

- Жор, глаза раскрой. Не ты ли ребёнку чуть праздник не испортил со своей мадамой? Думаешь, ему приятно видеть тебя с какой-то чужой тёткой?

- А мать с чужим мужиком? – не остался в долгу Жора.

- Да у нас, - начала было, но тут же замолчала, закрыла глаза, собираясь с мыслями. Этому человеку что-то доказывать было бессмысленно.

- Я никогда не противилась тому, чтобы ребёнок общался с отцом, но сейчас ты перешёл все грани. Уходи, - указала она на дверь.

- Родного отца суррогатом не заменить!

- Откуда таких слов понабрался? – удивилась Таня, смотря на бывшего. – Андюша! – позвала сына. – Иди уже сюда.

Мальчик нехотя покинул своё убежище и показался в проёме.

- Сынок, - обрадовался Жора. – Ты извини, что на празднике так вышло, но вот он я, - развёл руками в стороны, - родной папка.

Тане было смешно смотреть, как взрослый мужик ломает комедию.

- Ты погоди, - продолжал Жора, - сейчас время появится, на футбол тебя возьму. Ты же любишь футбол? – спросил он, но мальчик продолжал молчать.

- Или на рыбалку, хочешь?

- На какую рыбалку, Жора? – удивилась Таня. – Ты в жизни туда не ездил.

- А ты не вмешивайся, - махнул на неё рукой мужчина. – Сам разберусь, куда с сыном выбраться. Хочу его мужиком сделать! Чтоб в отца пошёл.

- Да не дай Бог, - покачала головой Таня, а Жора бросил на неё негодующий взгляд.

- Ты, Андрюха, на мать свою не смотри. Она – женщина, а мы с тобой по-мужски говорить будем, понял?

- Понял, - отозвался мальчик. – Я пойду, - обратился к матери и скрылся в комнате.

- Тебе тоже пора, - попыталась развернуть Жору Таня, но он упирался.

- Так откуда этот твой нарисовался? – отчего-то было ему интересно. – И давно это у вас?

- Напомни, когда мы друзьями с тобой стали, - усмехнулась Таня. – Привет Полине передавай и апельсинов от меня купи.

Ей всё же удалось вытолкнуть из дома надоедливого бывшего и закрыть дверь. Мысли о Николае заставили улыбнуться, и она, включив телефон, посмотрела на сообщения.

«Привет, Танюш. Всё хорошо. Маму посадил на поезд, скоро будет дома. У Леры небольшие улучшения, передаёт тебе привет, как умеет. А я соскучился. До жути. До чёртиков. До скрежета в зубах. Наверное, глупо писать такие вещи в сообщениях, да и не мальчик я давно, только иначе выразить то, что чувствую, не могу, а так хочется, чтобы ты знала».

Волна нежности окатила Таню, она уже и забыла, как это бывает, не верила, что спустя столько лет после влюблённости в первого мужа сможет испытать что-то подобное по отношению к кому-то ещё. Но Николай был не просто мужчиной в её настоящем, он был тем парнем из прошлого, в которого Таня была когда-то влюблена, а теперь, спустя столько лет, одно время наложилось на второе.

«Привет», - написала она в ответ, - «даже не представляешь, как приятно читать такие слова, а всё потому, что мне тоже тебя не хватает. Я скучаю, Коля, мне так хочется, чтобы ты был рядом, но я всё понимаю. Лере тоже привет, надеюсь, скоро познакомимся. И передай, что у неё просто очаровательный и самый замечательный папа на свете».

Когда он вернулся, Таня даже не знала. Они переписывались, а потом внезапно Николай позвонил ей на работу. Сердце трепетало, она, стараясь не бежать, спускалась с третьего этажа, высматривая среди остальных машин его.

- Привет, - села рядом, не зная, может ли коснуться Коли, боясь, что что-то изменилось за эти две недели.

Он протянул ладонь, и женщина вложила в его руку свою, чувствуя, как отзывается в каждой клетке радость, что вот он здесь, рядом.

- Я так скучал, - произнёс тихо-тихо, обнимая её взглядом. – Можно поцеловать?

И она несколько раз кивнула, забыв, где они находятся и что их могут увидеть. Долгий сладкий поцелуй заполнил салон, пока двое наслаждались друг другом, говоря на языке страсти, как скучали.

- Коля, - выдохнула Таня, отрываясь от его губ, а он гладил её лицо, не в силах налюбоваться.

- Приехал, - улыбался. – И сразу к тебе, как смог.

- А чего не сказал?

- Сюрприз хотел. Удалось.

- Да, - кивнула. – Только возвращаться надо, начальница, знаешь какая!

- Вернёшься, - обещал. – Дай ещё чуть-чуть на тебя посмотреть.

С тех пор он пытался выкроить время, чтобы встретиться: между работой и заботами о дочке, пока однажды Таня не решилась.

- Познакомь нас, - сказала.

- С кем? – он сначала не понял.

- С Лерой.

Задумчивый взгляд переместился с Тани на пол. Она стала ему так дорога, что не хотелось отпускать, только следующий шаг придётся сделать. А что, если после всего она не захочет, не сможет, повернёт назад?

Андрюшка успел привыкнуть к доброму дяде Коле, который никогда ни в чём не откажет. Есть вопрос – ответит, просьба – выполнит. Он нравился мальчику всё больше и больше, и даже сказал, чтобы тот не обижался на отца, ведь родителей не выбирают.

- Если это проблема, - замялась Таня.

- Нет, всё в порядке, - убедил её мужчина. – Давай на этих выходных.

Таня волновалась, словно шла не в гости, а на экзамен. Конечно, с родителями Николая она была знакома, но прошло немало времени, и она выступала не в роли соседки. Хотя, интересно, в качестве кого её представит Коля? Кто она? Что именно он рассказывал о Тане родным?

Она до конца не понимала, как это будет выглядеть, что она скажет. Андрюшу отвела к матери, потому что предстояло самой узнать, что к чему, а уж ребёнка подготовить к такому требуется заранее.

- Здравствуй, - раскрыл объятия Сергей Петрович, обнимая женщину и похлопывая её по спине, как только она оказалась на пороге. – Давно не виделись.

- Здравствуйте, - отозвалась Таня, обнимая мужчину в ответ и встречаясь взглядом с Николаем.

Он смотрел спокойно и как-то грустно. Такой домашний и уютный в футболке и спортивных штанах.

- Сегодня, как видишь, по обыденному, - поцеловал её в щёку. – А ты прекрасно выглядишь, - шепнул на ухо. - Проходи.

Она сделала несколько шагов в комнату вслед за Николаем, и, когда вошла, увидела мать и девочку.

- Здравствуйте, - кивнула Таня Валентине Михайловне, боясь рассматривать ребёнка, потому что это было бы неприлично.

Мать Николая поздоровалась в ответ и в выражении её лица Таня уловила скепсис.

- Знакомься, Танюша, это Лера, - произнёс Николай, и женщина сглотнула излишнюю влагу, переводя взгляд на девочку.

Глава 14

Улыбка, как приклеенная, застыла на лице Тани. Стараясь не выдать своим видом никаких эмоций, она сделала несколько шагов, опускаясь на колени перед ребёнком, и сказала ласково.

- Привет.

Ответом ей было молчание, потому что Лера не замечала нового человека в доме. Она сидела на диване с приоткрытым ртом и взгляд её был направлен куда-то в сторону, и, казалось, мысли были далеко отсюда, если, конечно, были.

- Лерочка особенная, - пришёл на выручку Николай, и Таня была ему благодарна. – Пойдём на кухню, поможешь заварить чай.

Он вышел из комнаты, и Таня последовала за ним, понимая, что обычно гости ждут, пока их угостят, а вслед ей смотрела Валентина Михайловна.

- Всё нормально? – поинтересовался Николай, набирая в чайник воду из бутылки. Так уж повелось в семье, что водопроводную воду было принято отстаивать, а уж потом использовать в домашнем обиходе.

- Да, - кивнула Таня с той же дурацкой улыбкой.

- Танюш, улыбаться не обязательно, - сказал мужчина, и она вернула положение губ в исходное состояние.

- Кажется, она на тебя похожа, - зачем-то сказала. – Хотя, я не видела твою жену, поэтому…

- Ты правда, смотря на неё, думаешь, на кого она похожа?

Таня опустила глаза и сглотнула.

- Подойди ко мне, - подозвал её, обнимая за талию.

- Сюда могут войти, - испуганно обернулась на дверь.

- Это всего лишь мои родители, - улыбнулся.

- Это ТВОИ РОДИТЕЛИ, - сказала она те же слова с другой интонацией, высвобождаясь. – Прости, наверное, я веду себя нелепо.

- Перестань извиняться, если хочешь уйти…

- Нет, - резко сказала она. – Я готова, правда, Коль.

Она смотрела в его глаза с уверенностью, и он понял: не сбежит.

- Тогда бери кружки и вернёмся в комнату.

Он повернулся и достал из шкафа печенье и зефир, а Таня взяла несколько кружек.

- Я не нравлюсь твоей маме? – спросила негромко, стоя к нему спиной.

- Отчего такой вопрос?

- Просто она на меня так смотрела…

- Как?

- Не знаю даже, словно не верит.

- А тебе можно верить? – внезапно раздался женский голос, и Таня резко обернулась. – Коля, мы тут сами справимся, - обратилась Валентина Михайловна к сыну, проходя по-хозяйски на кухню, и Таня занервничала.

- Мам, - обратился он к ней.

- Пожалуйста, - сказала с нажимом. – Ну не съем же я её в конце концов, - пошутила она. - Танечка, можно тебя на минутку? – елейным голосом поинтересовалась женщина.

Николай бросил взгляд на Таню, но та не смотрела в его сторону.

- Конечно, - улыбнулась она Валентине Михайловне.

- А ты присмотри за Лерой, - вновь обратилась она к сыну, и Николай вышел.

- И что у вас с Колей всё серьёзно? – женщина достала травяной чай и насыпала его в заварник.

- Мы не обсуждали такое даже, - честно призналась Таня.

- Но ты здесь.

- Да.

- И это значит?

- Я просто пришла в гости, - защищалась Таня.

- Но ты знаешь, что Коля человек с непростой судьбой, - прищурилась та.

- Он мне всё рассказал.

- Послушай, он сейчас очень уязвим, - понизила она голос, оглядываясь на дверь, а потом подошла и закрыла её плотно, и Таня почувствовала себя словно в мышеловке. – После встреч с тобой расцвёл, и я тебе очень благодарна, только…

- Извините, - не стала дослушивать её Таня. – Думала, мы взрослые люди и сами вправе разобраться во всём, - решила она сразу обрисовать позицию, потому что приказы и пожелания принимать со стороны не собиралась даже от лица его матери.

Валентина Михайловна прищурила глаза и поджала губы.

- Раньше ты была более милой девочкой.

- Сейчас я женщина, которую оставил муж с ребёнком на руках, - ответила Таня на это. – Мы изменились. И, когда я встретила Колю, мир стал другим. Не стану вводить вас в подробности, но я здесь, перед вами, зная, с какими трудностями придётся столкнуться. Это ли не значит для вас что-то?

Она изогнула брови вверх, смотря на женщину, которая странными методами пыталась защитить сына. От чего? Ей казалось от боли и разочарования, которые постигнут Николая, когда Таня сбежит, а в этом она не сомневалась. Если первая жена не выдержала, решив проблему странным образом, то что говорить о постороннем человеке.

- Мы заждались, - дверь открылась, и на пороге возник Николай.

По настроению обеих пытался понять, чем именно закончился разговор.

- Уже идём, - перестроилась сразу мать на сына, поднимая оба чайника. – Таня, возьми, пожалуйста, кружки и сладости, - обратилась она к гостье, покидая кухню.

Таня выполнила просьбу, и они разместились за небольшим столиком в гостиной.

Девочка уже лежала, держа неестественно руки. С ногами, видимо, тоже были проблемы, потому что Таня краем глаза увидела на балконе специальное кресло.

- Как родители поживают? – задал вопрос отец Николая, сидя в кресле напротив, и его голос звучал иначе, чем жены. Не было упрёков, претензий, предложений в конце концов, было лишь вежливое любопытство, которое Таня тут же удовлетворила, рассказав об отце и матери.

- Молодой, - покачал головой Сергей Петрович, жалея ушедшего отца Тани. – А матери привет передавай. Хорошо её помню.

- Она вас тоже, - отозвалась женщина.

За этот вечер Таня поняла одно: всё, что она рисовала в голове, было куда проще того, что было на самом деле. Лерочка почти не воспринимала окружающую действительность, с трудом глотала, еле ходила, и у Тани сжалось сердце от осознания, что ребёнок никогда не станет полноценным.

Она представляла Николая прекрасным отцом, замечательным мужчиной, но после проведённого вечера в кругу семьи, поняла, что восхищается этим человеком, не побоявшимся трудностей.

- Я провожу, - обратился Николай к матери, когда Таня засобиралась домой.

- Спасибо большое за приятную компанию, - поблагодарила женщина, уходя. И о чём думала в тот момент мать Николая, одному Богу известно.

- Теперь ты знаешь обо мне всё, - прервал он молчание, когда они оказались на улице.

- И потому ты мне нравишься ещё больше, - прильнула к Николаю.

Таня не знала, что станет делать дальше, как жить вместе, но отступаться от такого мужчины не собиралась. Эти несколько месяцев показали ей, что она может быть женщиной в полной мере, о которой заботятся, по которой скучают, которую любят. Любят?

- Что тебе говорила моя мать? – спросил негромко.

- Это наши маленькие тайны, - хмыкнула Таня.

- Уже секреты от меня? – сделал вид, что удивлён.

- Женщины, они такие. А вообще, у тебя хорошая мама, - сделала она вывод. Не каждая сможет быть твёрдой, взвалить на себя заботу о больной внучке и поехать в другой город. А её вмешательство Тане понятно, она просто боится за сына. Наверное, Таня будет такой же свекровью, время покажет.

- Мама, мама, - вздохнул мужчина. – Не знаю, что бы я без неё делал.

- А я без тебя, - и Таня потянулась к мужчине за поцелуем. – Иди, наверно, ждут.

- Ничего, отвезу тебя, есть время.

Когда Таня пришла забирать Андрюшку, мать поинтересовалась.

- Ну как?

- Тяжело, - выдохнула Таня, усаживаясь на кухне рядом с ней.

- Может, Бог с ним? – заглядывала мать в глаза. Каждой хочется, чтоб у ребёнка только самое лучшее было, пусть ему уже и 27, только для матери дети в любом возрасте - дети.

- Справимся, - для себя решила Таня.

- С работы что ли уволишься? – ужаснулась мать. – И хочется тебе жизнь на чужого ребёнка тратить. А как же Андрюшка?

- Так говоришь, будто в детский дом его решила отдать, - посмотрела на мать сурово. – Люди же как-то живут, жизни радуются. Вот и мы будем.

- Не знаю, - качала головой мать. – Тут любить надо, чтоб на такое решиться.

- А я, может, и люблю, - призналась Таня.

Глава 15

После встречи с Лерой прошло три недели. Николай то пропадал, то появлялся. Работа, с которой помог один из друзей, требовала много времени, а деньги были нужны, как никогда, потому мужчина сосредоточился на заработке, пытаясь выкроить время между всеми своими женщинами. Однажды он позвонил и попросил.

- Можешь со мною съездить кое-куда?

- Да, конечно, - сразу согласилась Таня. – Когда?

- Завтра после обеда.

- Ладно, Андрюшку брать?

- Нет, - он замолчал, раздумывая. – Ему туда не надо.

- Поняла, тогда маму попрошу посидеть. Коль, а куда поедем?

Она до последнего ждала, что он расскажет обо всём сам, но мужчина молчал.

- К одной женщине, она за городом живёт.

На душе стало как-то неприятно. Кто эта женщина и почему Николай берёт Таню с собой? Но расспрашивать его она не хотела, было неловко. Если сам попросил, значит, это что-то для него значит.

- Мало ли какая женщина, - положив трубку, разговаривала сама с собой Таня, смотрясь в зеркало.

Андрюшка совсем привык к Николаю, улыбался, когда тот приходил, жал руку по-мужски, однажды даже сидел за рулём, когда они все вместе катались на машине. Дядя ему нравился, и мальчик чувствовал себя нужным, потому что мужчина всегда слушал того с любопытством и интересовался его жизнью.

Рассказывать сыну о Лере Таня не торопилась, для ребёнка и так впустить в свой мир незнакомого мужчину было не так просто, потому она решила повременить, учитывая, что съезжаться мужчина не торопился. Он не поднимал эту тему, и Таня не собиралась, хоть и хотелось, чтобы он стал её целиком. Засыпать и просыпаться рядом, чувствовать его ласку, ждать после работы, всё, как в обычных семьях, только они не могли быть обычной семьёй.

- Я с тобой хочу, - заартачился Андрюшка.

- Понимаю, мой хороший, - гладила его Таня, - только дядя Коля попросил, не могу же я ему отказать.

- А мне почему нельзя?

- Не знаю, - честно призналась она. – Но завтра обещаю, что пойдём в парк. Хочешь?

Конечно он хотел, только лёгкая обида легла на сердце, что его, как ненужную вещь, отдают бабушке.

- Андрюш, ну, не дуйся, - прижала Таня мальчика к себе. – Знаешь, как я тебя люблю? – поцеловала она его в щёку, но он вытерся.

- Ах, так! – заулыбалась она, покрывая поцелуями его лицо, и мальчик рассмеялся.

Не зная, куда именно они едут, Таня решила одеться просто, зная только, что это где-то за городом. Одолевали мысли, с чем ей придётся сегодня столкнуться. Они завезли Андрюшку к матери и ехали по трассе.

- Откроешь секрет, куда всё-таки везёшь? – задала вопрос Таня.

- Её зовут Надежда, - Николай следил за дорогой, переключая скорости. – Надо же, имя говорящее, - отчего-то сказал он. – Я нашёл её недавно, вернее, одна знакомая скинула контакты. Наверное, лучше не рассказать, а показать.

Николай достал телефон, набрал там что-то и протянул пасажиру. Таня приняла гаджет в руки, нажимая на красный треугольник воспроизведения, и ролик запустился. Она смотрела на обычную с виду женщину лет сорока пяти с неброской тёмной стрижкой и добрым лицом.

- Сейчас у меня на попечении семеро особенных деток, - говорила она, и Таня смотрела во все глаза, пытаясь не пропустить ни одного слова. – Десять лет назад я перенесла клиническую смерть, тогда была тяжёлая реабилитация. В одной палате со мной лежала женщина и плакала. Я спросила, что случилось, и она сказала, что ей не с кем оставить ребёнка, пока она будет находиться здесь. Меня готовили на выписку, и тогда я предложила ей взять на время ребёнка к себе. Но он оказался особенным, только помочь я хотела. Муж поначалу не понимал, как я буду ухаживать за мальчиком, когда сама в таком состоянии, но я решила, что назад дороги нет. Потихоньку, заставляя себя что-то делать, я не только занималась ребёнком, я вышла из своего состояния. Можно сказать, что мы помогли друг другу.

Знаете, когда она благодарила меня, я поняла, что слова идут из самого сердца. Она хотела заплатить, но я отказалась. С тех пор мы хорошие подруги. Но я поняла, что могу помогать людям поднимать на ноги таких деток. Муж всегда был рядом, поддерживал. Сейчас у нас в семье живут семь таких детей.

Таня сидела с широко открытыми глазами, не в силах произнести ничего после ролика. Какими сильными бывают люди, что взваливают на себя подобную ношу, какие чистые у них мысли и сердца. Как нужно любить детей и принимать реальность, быть настолько позитивными и не терять веру. У таких стоит поучиться.

Машина остановилась у довольно большого дома, и Николай заглушил мотор.

- Мне важно твоё мнение, понимаешь? – повернулся он к женщине.

- Но что я могу? – не понимала она.

- Просто будь рядом, - Николай взял её за руку. – Идём.

Женщина была такой, как в ролике, только Таня чувствовала от неё какое-то тепло.

- Проходите, - искренне улыбалась она, приглашая в дом. – Здесь и живём, - развела она руки в стороны, показывая жилище, и перед Таней предстало несколько мальчиков.

- Это Захарка, - знакомила Надежда с подопечными. – Он немного стеснительный, а вот это Ромочка, - указала она на мальчика в кресле.

- Что думаешь? – спросил Николай, когда они вернулись в автомобиль.

- Я не встречала таких людей, - ответила на это Таня, пребывая в состоянии благодарности той, что живёт в доме напротив.

- Хочу привезти сюда Леру.

Таня повернулась к нему, пока Николай, взявшись за руль, смотрел прямо перед собой.

- Мать устала, я вижу это, я не могу быть с дочкой постоянно, думаешь, это выход?

- Надежда очень хорошая, - мягко сказала Таня, понимая, что он ждёт одобрения. Она говорила это не потому, что хотела убрать с глаз долой Леру, она действительно так думала после знакомства с Надей. – Это не интернат, здесь действительно любят, я именно так почувствовала.

- Я не знаю, правильно ли это, - сомневался мужчина.

- Ты в любой момент сможешь забрать её, - подсказала Таня. – И это не навсегда. Мы будем навещать Леру, забирать на праздники. Но выбор всегда за тобой, я не могу решать.

- Это теперь касается нас обоих, Танюш, - сказал ласково. – Потому что я больше не могу разрываться, я хочу быть с тобой, - он положил ладонь на её щёку, и она с благодарностью посмотрела в его глаза.

Год спустя.

- Андрей, вставай, нельзя опаздывать в первый день, - Таня надевала серёжки, которые, на её взгляд, больше подходили к платью. Не каждый день ребёнка в первый класс отправляешь. Украшения были дороги тем, что Николай преподнёс их на Новый год, такой счастливый праздник за последнее время.

- Иду, - протянул мальчик, зевая, и тут же вскочил. Самому не терпелось узнать: что же такое школа.

- Настроение боевое? – спросил Николай, нарезая бутерброды.

- Пойдёт, - хмыкнул Андрюшка, и мужчина потрепал его по голове.

Они приехали вовремя. Таня отвела сына к учительнице и заняла место, где стояли сопровождающие взрослые.

- Вон мои родители, - девочка с большими белыми бантами рядом с Андрюшей показала на мужчину и женщину, которые активно ей махали. Мужчина навёл фотоаппарат на детей, увековечивая событие.

- А это моя мама, - кивнул на Таню Андрюшка, держа в руках большой букет. – И папа, - перевёл он глаза на мужчину, стоявшего рядом.

- Какой? – не поняла девочка, смотря на двоих: высокого улыбающегося брюнета, одетого в белую рубашку и черные брюки по случаю, и шатена чуть пониже ростом, который постоянно посматривал на часы.

- Оба, - пожал Андрюшка плечами, поворачиваясь на голос, звучащий из динамиков и оповещающих о празднике, пока девочка решала головоломку в голове.

- А ещё у меня есть сестра, - снова повернулся к ней Андрюшка, - и она особенная.

Заиграла весёлая музыка и тонкий детский голос начал выводить песню. Таня чувствовала руку Николая на своей талии, смотрела на повзрослевшего сына. Время так пролетит, что не заметишь, но сейчас она была счастлива. Даже Жора, решивший поучаствовать в событии, не омрачал праздника, ему пришлось принять тот факт, что Таня теперь не одна, что у Андрюшки появился тот, кто поможет выбрать верную дорогу в жизни и научит быть хорошим человеком.

Иногда Жора всё же забирал Андрюшку, и они проводили вместе время.

- Я прямо папа по расписанию, - усмехался Жора, возникая на пороге по воскресеньям.

В нынешней семье не очень клеилось, Полина постоянно ругалась и устраивала сцены ревности, а ему после всех этих истерик и впрямь захотелось найти отдушину, и нашёл. Эля была немолодой, но слушать умела хорошо.

Надежда сделала невозможное: любовь ли это, огромный труд или чудо, но девочка стала лучше ходить и осознавать реальность. В лице Нади она нашла вторую маму, получая от неё так много тепла и света, что его хватало и на остальных. Николай и Таня навещали её, а Валентина Михайловна, наконец, убрала скепсис и спросила.

- Когда мне подарят внука?

- И внучку, - добавил муж.

Таня засмущалась, отводя взгляд, но крепкая мужская рука сдавила её ладонь.

- Для начала расписаться надо, - ответил за обоих Николай. – Что думаешь, Танюш?

Это предложение? Таню вновь обдало жаром, и она, краснея, посмотрела на любимого мужчину. В том, что он был именно любимым, она теперь не сомневалась.

- Я…, - замялась она, не зная, что ответить при свидетелях. Она ждала этого, мечтала, но всё вышло так неожиданно и просто, что она растерялась.

- Согласна, - расплылась в улыбке, пряча смущение на Колиной груди, пока внутри всё ликовало, и не было счастливее её в этот момент.