Пaльцы тpoлля

Пролог

В oднoй cтpaне жил oгpoмный тpoлль, у кoтopoгo нa кaждoй pуке былo пo cемь пaльцев. Пaльцы эти были вoлшебные. Кaждый пaлец мoг выпoлнить желaние, пoэтoму мнoгие oхoтилиcь зa пaльцaми тpoлля. Чтoбы cбеpечь cвoи пaльцы, тpoлль cделaл cебе железные pукaвицы и никoгдa их не cнимaл. Кoнечнo, oн был дocтaтoчнo cилен, чтoбы cпpaвитьcя c целoй apмией. Oднaкo oн oпacaлcя хитpецoв, кoтopые бы мoгли пpoкpacтьcя к нему в дoм, пoкa oн cпaл, и oтpезaть кaкoй-нибудь из пaльцев. Вoт пoчему oн cделaл эти pукaвицы – тaк пocoветoвaл ему знaкoмый кoлдун, живший в cocеднем леcу.

Moлвa o пaльцaх тpoлля oблетелa вcю cтpaну. Hе oдин и дaже не coтню paз нa негo нaпaдaли, нaдеяcь пoживитьcя хoтя бы мизинцем. Haемники, движимые aлчнocтью, и pыцapи, желaвшие cлaвы, oтпетые pубaки, нищие менеcтpели и юнoши, oтвеpгнутые вoзлюбленными, cтapики, иcкaвшие вечнoй мoлoдocти, и безумцы, мечтaвшие ocчacтливить poд людcкoй… Paз cлучилocь дaже, чтo некий бapoн вo глaве вcех cвoих cлуг и вaccaлoв ocaдил тpoлля пpямo в егo дoме. A дoм тpoлля был пoд cтaть ему caмoму: oн выcилcя, cлoвнo мpaчнaя cкaлa, нa кpaю пpoпacти, в кoтopую c pевoм низвеpгaлacь гopнaя pекa. У вopoт вcегдa лежaлa кocтлявaя и кocмaтaя pыжaя coбaкa pocтoм пoвыше гвapдейcкoй лoшaди. A caм тpoлль не paccтaвaлcя c железнoй пaлицей, кoтopoй oн кoгдa-тo вылaмывaл из гopы кaмни для cтен cвoегo дoмa, пoтoму чтo пoдхoдящей киpки у негo в тo вpемя не нaшлocь... Hичегo не вышлo из бapoнcкoгo штуpмa. Maлo-пoмaлу гopячие гoлoвы ocтыли, дpугие дикoвинки и чудеca зaвлaдели людcкими пoмыcлaми.

Дa и кpoме тoгo, никтo в тoчнocти не знaл, кaк именнo пaлец дoлжен будет выпoлнить желaние, еcли дaже удacтcя paздoбыть егo. Hи в oднoй из пoжелтевших книг, кoтopыми были нaбиты cтapые пoдвaлы и чеpдaки, не былo ни cлoвa o пaльцaх тpoлля. Mудpецы, звездoчеты и aлхимики тoлькo пoжимaли плечaми в oтвет.

Ho вы cпpocите – oткудa же тoгдa cтaлo извеcтнo, чтo пaльцы выпoлняют желaния?

Oчень пpocтo.

Oб этoм пpoбoлтaлcя caм тpoлль.

Глава 1. Cтудeнчecкaя лaтынь

Тролля звали Флипус. Довольно неподходящее имя для тролля, но таковы были причуды его папаши, поселившегося в незапамятные времена в отдаленных окрестностях Крюкенсбургского Университета и прожившего там много лет. Неизвестно, какой смысл вложил папаша в это имя – кроме, разве, своего пристрастия к студенческой латыни, - но тролль оставался Флипусом и в ус не дул. Как-то раз он нечаянно забрел во владения местного волшебника (владения эти заключались в довольно-таки плюгавенькой рощице на окраине леса, милях в тридцати от Крюкенсбурга). Посредине рощицы, растолкав осины и вербы, высился напоминающий сильно помятую шляпу замок, стену которого тролль ненароком и потревожил, впотьмах не заметив постройки. На грохот осыпавшихся камней из своей башни явился разозленный хозяин в остроконечном колпаке и синем халате, расшитом звездами. Размахивая бородой, он набежал на тролля и прогремел:

- Проклятый остолоп, я затолкаю тебе эти камни в глотку!

Тролль, застрявший в проломе стены, был озабочен тем, как бы половчее высвободиться. Он не разглядел волшебнической униформы и принял мага за обычного спесивого дворянчика, с которыми привык не церемониться. Поэтому он подцепил вопящего хозяина когтем и поднес к самому лицу. Тут он заметил свою ошибку, но это его не опечалило.

- Не кричите, ваша милость, - заметил он хладнокровно. – Симилиа симилибус курантур… Подобное излечивается подобным, как говаривал мой папаша, или я тоже гаркну, но ушки у вас тогда вряд ли сохранятся в целости.

- Ах вот как, симилибус, говоришь! Любитель латыни, закопти тебя дракон! Да ведь это ты, ты должен заплатить мне подобным за вот эту сломанную стену! Мне же стоит щелкнуть пальцем, и парочка алмазных големов мигом сделают тебе такой же пролом в боку! Не будь я Марциан Квинтилиан из Красного леса, именуемый также…

- Помилуйте, так это вы господин Марциан?! – изумился тролль, бережно ставя волшебника на землю и поправляя на нем звездчатый халат. – Мой папаша рассказывал мне про вас. Вы голосовали за права троллей на съезде магов в тысяча пятнадцатом году. Простите меня ради всех святых. – Флипус поклонился волшебнику в пояс. – Не заметил вашего замка, понимаете ли, очень уж долго шел, притомился, а тут еще темень этакая. Рановато что-то нынче стемнело… - Тролль пошарил в карманище и вытянул изящные серебряные часы размером с небольшое корыто. – Ну да, вот. Изволите видеть, четверть восьмого…

Волшебник был явно польщен.

- Вы неплохо знаете историю, юноша. (Троллю шел уже сто двадцать седьмой год). Но, позвольте, ведь и я, похоже, знавал вашего папеньку, – он пощелкал пальцами. – Не Килусом ли его звали?

- Килусом, господин Марциан! Точно так! А меня Флипусом.

- Вот как! Тогда небесполезно тебе будет узнать, любезный Флипус, что именно твой отец помогал мне строить этот замок. Не стану напрашиваться в друзья-приятели, но тем не менее... Правда, я знавал многих троллей, собственно говоря, преподавал латынь, - старик приосанился, запахнул халат и огладил встрепанную бородку. – Да, былые времена... А Килус был лучшим учеником. Ты же знаешь, что он специально приплыл из Тролльхейма, чтобы получить у нас второй диплом?

- Мне он говорил, что на материке полно непуганных людей и тут забавно жить, - припомнил Флипус.

- Ха-ха-ха, фразочка в его роде! Ни за что не хотел прослыть заучкой. Очень, между прочим, интересовался историей Рима, мы с ним на эту тему много беседовали. Да-да-да... Симилиа симилибус курантур... – Марциан мечтательно возвел глаза. – Образованнейший был тролль.

- Да он и сейчас есть, - довольно осклабился Флипус. – Только перебрался обратно на север. Уж лет с полсотни тому.

- А что так?

- Женился он, - пояснил тролль.

- Ну-ну-ну! - старик выразил лицом живейшее любопытство. – Он, кажется, был женат... Хм. То есть, разумеется. Я имел в виду – второй раз?

- Дак поди в третий, - возразил Флипус. – Матушка моя, чтоб ей всяческого здоровья, вторая была у него жена.

- Не знал, не знал… Да что же мы тут стоим, - спохватился волшебник. – Давай-ка в дом, выпьем за встречу, ведь как славно-то вышло. Не напусти я темень, так ты бы и проскочил мимо. Проскочил бы, а? - Он пихнул тролля кулаком в коленку. – Вы, молодежь, резвые, вам бы все бегать…

- Так это из-за вас такая темнотища? – удивился, в свой черед, тролль. – А зачем это, разрешите полюбопытствовать?

- Да просто-напростой одной... – Марциан оборвал себя на полуслове. - Хм. Это... Может показаться немного... В самом деле, ведь...

- Ой, да ладно вам! – Флипус без лишних церемоний пришел на помощь волшебнику. – Ничего такого, что вы там с кем-то. Вы не должны стесняться.

- Нет-нет, это не то, - старик поманил Флипуса пальцем и, когда тот послушно нагнулся, зашипел ему в ухо: – Я тут в самом деле не один, но это не то, про что ты подумал... Не нужно, чтобы она слышала. Просто это так выглядит, потому что я как бы... Ну… Создал атмосферу. Но это не та атмосфера, она скорее... познавательная. Немножко темноты, звезды... даже не все, конкретно - Медведица и Млечный путь, для иллюстрации…

Марциан не успел докончить. Со звоном распахнулось окно наверху башни, и задорный серебристый голос заявил:

- Если вы не кончите трепаться как две кикиморы на болоте, то пудинга вам не видать... - В башне что-то звякнуло, упало и покатилось. – Черт! – завопил серебристый голос. - Урс, нельзя! Фу!.. Урсик, фу! А ну на место! Пошел... на место!.. Я кому сказала! Эленнас варгас риэльнахеррас!

- Вот ведь негодяй, - с грустью произнес Марциан, глядя вверх. – Добрался все же до пудинга.

В окне башни вспыхивали и погасали какие-то сполохи, раздовались хриплые вопли - не то визг, не то карканье, грохот, звон и шлепки, перемежавшиеся мелодичной руганью. Флипус озадаченно почесал поросшую мелким кустарником макушку.

Глава 2. Девочка и ёжик

- Небольшой урок астрономии... - вполголоса бормотал Марциан Квинтилиан, высоко задирая ноги. Витая каменная лестница была сработана никак не для его роста. Ступени длиной в двенадцать футов и шириной в пять больше напоминали восходящие кверху каменные террасы, перил не было. Флипусу, наоборот, лестница пришлась очень по ноге. Правда, он останавливался через каждые две-три ступеньки и поджидал пыхтящего волшебника, карабкающегося следом со шляпой в руке.

- Я починю вашу стену, это не сложно, - говорил Флипус. - Нужно только замесить особую глину, я знаю рецепт, в этих местах, кажется, она должна встречаться.

- Пустое, Флипус, мой мальчик. Иллюзия. Потому камни и осыпались... Это, собственно говоря, и не камни были вовсе. Болотные пары, загустевшие и принявшие форму... э-э-э... Короче говоря, забудь. Достаточно щелкнуть пальцем и все встанет на место, только надо сначала... Фу-ух... Немного передохнуть. Можно даже не немного, а как следует. А потом щелкнем. Во всем замке, чтоб ты знал, настоящего только гостиная, кухня, спальня, кабинет и... да, еще башенка, конечно... И вот эта самая лестница.

- Почему она такая странная? То есть для меня-то не странная, даже наоборот. Неведомо почему мне она кажется знакомой.

- А ты не догадываешься? - Марциан захихикал. - Ее строил твой отец. Все, что есть в этом замке настоящего, строил он. А иллюзии - моих рук дело. Но с размерами ему было никак не угадать. Все хотел попросторнее, ну и переборщил, как видишь. Ничего, я привык. Даже хорошо, своего рода гимнастика... Ну вот, - волшебник утер лицо колпаком. - Мы и пришли.

- Ух ты-ы! Да это настоящий тролль! Вот обалдеть!

Юная девушка ловко соскочила с массивной потолочной балки на каменные плиты, усыпанные мелкой деревянной стружкой. В правой руке она небрежно держала короткий нож, по виду очень острый. Минуту назад она была занята резьбой по этой самой балке, об этом явственно сообщала скромная надпись: “Санди - Коралева Сдешних Месд”, украшенная изящно выполненной дубовой веткой с пучком желудей, сделавшей бы честь лучшему резчику, действительно, здешних мест. Одеяние подающей надежды художницы было пошито из всевозможных лоскутов и обрезков, - без сомнения, пошито тоже собственноручно его носительницей, - и представляло собой отдельное произведение искусства. Санди явно подросла с тех пор, и замечательный костюм был ей тесноват, а местами разъезжался по швам.

- Дорогой Флипус, не обращай внимания, - зашептал Марциан, излишне громковато. - Санди немного... непосредственная девочка... но...

- Вы Флипус? А я Санди, приятно познакомиться! Я так мечтала увидеть живого тролля, я прочла столько книжек про вас, но не все, конечно, и это такая честь для меня, извините, что я кричала в окно, я думала, Марци болтает с этим болваном, они вечно треплются...

- ...но она хорошая, - поспешил подытожить волшебник. - Можешь звать его на "ты", девочка. По троллевым меркам он тебе почти ровесник.

- Точно, лучше на "ты", - подтвердил Флипус. Санди определенно пришлась ему по душе. - Клевая ветка.

- Ну, здорово, только я пока не закончила. Там еще будет терновник и ясень, не знаю, как резать ясень, он мне пока неясен... А это Урсик.

- Где?

- Вон там сидит, - Санди показала на шкаф в углу. - Во-он, видишь... Но он наказан. Он съел пудинг.

- Вообще-то он Уроборос, - объяснил волшебник. - Я говорил ей, что “Урсик” - это скорее “Мишка”, но ей нравится так.

- А это не мишка?

- На самом деле это ежик! - засмеялась Санди. - Неужели не видно!

- И правда, что это я, - проговорил Флипус, хлопая глазами.

Было отчего хлопать.

На верхушке высокого узкого шкафа, как на насесте, устроилось существо размером со среднего волка. Жилистые черные лапы напружинены, крючковатые когти впились в крышку шкафа, глубоко войдя в дерево - судя по многочисленным царапинам, здесь было излюбленное гнездилище Уробороса. Два кожистых крыла напоминали крылья летучей мыши с той разницей, что кое-где поросли перьями - вороновыми, совиными и еще какими-то пестрыми, не пойми чьими. Брюхо было покрыто змеиной чешуей, а бока, спина и голова густо утыканы иглами, точь-в-точь ежиными, только толще и гораздо длиннее. Морда - вытянутая, с широкой пастью и острыми зубами. Толстый и длинный чешуйчатый хвост, совершенно змеиный, хозяин зажал между челюстей и как бы слегка пожевывал. Но самое страшное в Урсике были глаза - маленькие, чуть навыкате, с темной жесткой щетиной вместо ресниц, они злобно вперились в непрошенного гостя.

- Все, понял? - Санди погрозила Уроборосу пальцем. - Сегодня больше ничего не получишь. Остались сухари и сыр, - сообщила она Флипусу, - зато их много. И бочонок пойла. Но пойло нам с тобой нельзя, это для взрослых. Нам сидр. Сидра маловато, но нам хватит... Я много не пью.

- Вообще-то я не совсем верно выразился, - поспешил на помощь Марциан. - Я имел в виду, что эль нельзя прекрасным юным девам, а молодым троллям, напротив, его приходится употреблять, чтобы... чтобы, ну... - он неуверенно посмотрел на Флипуса, - чтобы их не приняли за прекрасных дев и...

- ...Случайно не похитил какой-нибудь странствующий рыцарь, потом еще не отделаешься от него, -подхватил Флипус.

- А что, похищают? - настала очередь Санди хлопать глазами.

Урсик на шкафу вдруг издал сердитый звук, среднее между скрипом и карканием. Флипус с опаской покосился на него и развел руками.

- Ну... Вообще-то нет, конечно. Не дураки же они. Кому сдался тролль, хоть бы и молодой... Никто нас не похищает, вот и приходится... заливать горе пойлом.

Урсик опять заскрипел, теперь злорадно. Эта версия ему, как видно, больше понравилась.

- Тогда пей, - разрешила Санди, выкатывая из-за шкафа бочонок, который был ей выше чем по колено. - Только не горюй.

- Ни в коем случае, - заверил Флипус.

Ужин, как и обещала Санди, не отличался разнообразием блюд. Кроме здоровенной головы козьего сыра, которую девушка приволокла из погреба и нарезала по ходу трапезы длинным ножом, напоминавшим разбойничий тесак, на столе помещались: кувшин с сидром, блюдо со свежей зеленью - луком, петрушкой и базиликом - и десяток головок чеснока. Плетеный короб с сухарями стоял тут же на полу, и все поочередно запускали туда руки - сухарей, по уверению Марциана, была гора, и в случае чего он наделает еще. Флипус хрустел, жевал, прихлебывал эль и посматривал на Уробороса, который нахохлился у себя на шкафу, обиженно кусая кончик хвоста. Он не был зван к столу и, похоже, винил в этом нового знакомца. Флипус не выдержал.

- Я так не могу. Давайте дадим ему чего-нибудь. Сыра?

- Ни в коем случае! - Санди ловко отхватила тесаком сочный ломоть. - Он должен понимать, за что наказан, иначе какой смысл? Когда он жрал общий пудинг, он про нас подумал?

- Может, он не знал?

- Все он знал, - обиженно буркнул Марциан. - Картофельный пудинг с мясом и луком. Размером с этот стол...

Урсик приподнялся на лапах, выплюнул хвост, разинул пасть и возмущенно заорал.

- Марци, с четверть стола, - согласилась Санди, проводя острием между кружек. - Вот так... и так. Примерно.

- Ну, это не очень большой... Слушайте, я не знаю, какие у вас порядки. Я бы его простил. Тем более, ради знакомства.

- Ты Флипус, слишком добрый, - наставительно произнесла девушка, явно копируя кого-то. - С таким характером трудно тебе будет жить на белом свете. Любой сможет тебя обидеть... - Марциан хихикнул в кулак. - ...Ну ладно. Дай ему сухарь, если хочешь.

Флипус вытащил из короба горсть сухарей и швырнул один Урсику. Тот ловко поймал его на лету и захрустел, довольно скалясь. Следом полетел второй сухарь, за ним третий.

- Вообще-то, пудинг был колдовской, - признался Марциан. - Можно сказать - диетический...

- Из болотных паров, - уточнила Санди.

- Из болотных... Конечно, все дело в этом. Поэтому он и есть хочет.

- Ему надо много есть, - кивнула Санди. - Он растет.

- Надеюсь, уже не растет, - Марциан озабоченно покачал головой. - Думаю, достаточно он вырос. Вон... На шкафу уже еле помещается.

- А ты, Марци, с этим ничего не поделаешь. Тем более, ты не знаешь, до каких размеров вырастают ежики, если их хорошо кормить. А у нас ежик необычный...

- Нет, серьезно, - Флипус запустил на шкаф очередной сухарь. - Почему он все-таки ежик?

- Марци, Марци, покажи Флипусу, ну покажи! Я тоже посмотрю, мне очень нравится!

- Хорошо.

Марциан Квинтилиан сгорбился, потирая руки, как будто они у него озябли, пошевелил пальцами и вытянул ладони немного перед собой. На столе прямо перед ним образовалось небольшое свечение, вроде огонька. Волшебник грел руки, глядя в это маленькое пламя, и Флипус с Санди, как зачарованные, тоже смотрели на огонек. Стены стали зыбкими, медленно отступили и потонули в темноте. Столбы, подпиравшие своды, стали стволами старых дубов, обросли ветками и листьями, под ногами зазмеилась тропа, петляя между узловатых корней. Тролль исчез, и Санди исчезла - вместо нее рядом с волшебником стояла девочка лет десяти. Оба склонились над тропинкой, вокруг был лес, но голоса по-прежнему звучали гулко, словно отражаясь от каменных сводов и стен.

*

“Марци, это ежик, да?”

“Да, девочка”.

“Он уснул?”

“Нет. Он умер”.

“А почему он лежит на тропинке? Его же могут тут раздавить. Скажи ему, пусть он идет домой”.

“Он меня не послушает. Он умер, понимаешь? Это значит...”

*

- Нет, про это не надо, это все и так ясно. Давай как мы его уже принесли!

*

“Тогда слушай внимательно. Мы с тобой сейчас нарушим все правила. Так нельзя делать, но для тебя я постараюсь...”

“Спасибо, Марци, здорово!..”

“...Послушай, пожалуйста. Я не знаю, что получится. Может быть, ничего не выйдет...”

“Выйдет, конечно выйдет!”

“...А может, даже обернется бедой. Колдовство очень сильное...”

“Я не боюсь!”

“Я боюсь, девочка”.

“Марци, ты что! Я же с тобой!”

“Хорошо. Надо все делать быстро, будешь помогать. Тащи вон тот ящик, я пока налью воды, так...”

“Очень большой котел! Может, не нужно такой? Ежик ведь маленький”.

“Санди, неси ящик!”

“Вот... А что тут? Какие-то зубы...”

“Это волшебные ингредиенты. Зубы волка, кожа змеи, перья...”

“Это чья шерсть?”

“Вот эта - тоже волчья. Это - дикого кота...”

“Нам же не нужен дикий кот?”

“Это не так работает. Нужно кинуть всего по чуть-чуть. Тогда все сущности объединятся и дадут ежику свою силу”.

“Все должны участвовать!”

“Именно так. Схватываешь на лету. Давай, один зуб...”

“Можно два?”

“Один! Я же сказал - всего по чуть-чуть. Теперь коготь... Так... Нет, вот это не надо. Перья - по одному каждого вида...”

“Хотя бы перышек, давай? Несколько... Вот этих, три... Нет, пять. Они же маленькие...”

“Санди, нет! Это не шутки. Так... Немножко еще вот этого... Отлично. Теперь держи черпак и помешивай, только не останавливайся”.

“Марци, а ежик не сварится?”

“Нет конечно. Это же магия. Мешай, не останавливайся. Я иду за книгой...”

...

“Omnia tempus habent, et suis spatiis transeunt universa sub caelo. Tempus nascendi, et tempus moriendi; tempus occidendi, et tempus sanandi; tempus flendi, et tempus ridendi. Ecce creatura dicitur ericius mortuus est...”

“Марци, а скоро ежик оживет?”

“...non potentia mea, sed potentia tua...“ Ты хорошо мешаешь?”

“Очень хорошо, вот, смотри, видишь... Я мешаю”.

“Мешай, не останавливайся. “Non voluntas mea, sed voluntas tua, facere ius...” Санди!.. что это такое???

“Ящик”.

“Ящик, я знаю! почему он пустой?”

“Я... Марци, не сердись, я просто подумала... Может, ежику не хватит... Я немножко добавила...”

“Немножко? Ты все высыпала!”

“Я только немножко перышек и зуб...”

“Зуб?”

“...Три. И маленькую шкурку, и...”

“И всю шерсть! И когти, целую связку! И... И крылья летучей мыши???”

“А это были крылья? Я не знала, я думала... Марци, смотри! Котел трясется!”

“Санди, сюда! скорее! Господи, помоги нам... Он лезет!..”

*

- Я бы конечно, все прекратил, - подвел итог Марциан, - но...

- Но он уже прочитал заклинание! - перебила Санди. - И получился такой Урсик. Мы думали, он нас съест, а он сразу полез на шкаф и там сидел. Флипус, скажи - он здоровский?

- По-моему, да. - Тролль метнул сразу два крупных сухаря, Уроборос словил оба разом. Острозубые челюсти мололи что твои жернова, крошки летели во все стороны. - И мне теперь кажется, он похож на ежика. Немного.