Пафос - наше всё!

Пролог

— Раз, два, взяли! — измученным голосом говорит мой напарник, и очередной мешок с картошкой тяжело поднимается от земли. Вроде бы и весит немного, всего 60 килограмм, а под конец смены ощущается так, будто его доверху загрузили пушечными ядрами, вот и приходится тягать их вдвоём.

Бам! Чёрт, да он и на паллет упал так, что у того чуть ножки не обломались.

— Весы! — говорю я, и Машка начинает лениво тыкать что-то на своём калькуляторе, то и дело сверяясь с таблом электронных весов. Всё перепроверив, она машет рукой водителю вилочного погрузчика.

— Витя, забирай, это на завтра! — прогудела она пароходным гудком, что по ошибке эволюции оказался у неё вместо голосовых связок. — Всё, мальчики, хватит на сегодня.

Слава богу, ещё один паллет я бы не пережил. Сбросив грязные перчатки в мусорку, я поднялся в раздевалку, где уже сидели мужики, вытирая пот и попивая чай.

— … Да пошёл бы в жопу этот начальник! Ну сколько мы уже без отпусков, а, парни? Да эта гнида даже зарплату не повышает, хотя мы каждый день допоздна пашем на этой дерьмовой работе! — я зашёл под конец пламенной речи нашего Валерки, которого за глаза все называли Сократом. 20-летнего парня, которого не пойми как занесло на наш склад. Умный, болтливый, и, как и полагается современной молодёжи, до ужаса ленивый. Нет, работу свою он выполнял исправно, только ныл при этом так, что уши вяли уже через пять минут нахождения с ним в одном помещении.

— Вот скажи, Василь Палыч, сколько ты уже на этом складе? — заметив меня, Валера сразу попытался втянуть новую аудиторию в свой цирк.

— Как завод наш прикрыли, так сюда и пришёл. Года полтора уже получается. — неохотно ответил я, переодеваясь. — Тут почти все такие.

Мужики согласно покивали. Многих из них я лично привёл на этот склад, так как после того, как закрыли нашу Альма Матер — завод, который некогда стал градообразующим предприятием, — работы в городе резко поубавилось.

— Вот! И сколько выходных у тебя было за это время? — ткнул пальцем в потолок Валера, снисходительно поглядывая на всех вокруг.

— Достаточно. А у тебя их походу слишком много, раз так много сил на разговоры. — сказал я, перекидывая рюкзак с вещами через плечо. — Вот завтра у меня выходной. И послезавтра выходной. А знаешь почему, Валера? Потому что работать нормально надо, а не языком трепать. До понедельника, мужики!

Дверь за мной лязгнула, прерывая несомненно остроумный ответ Валеры на полуслове. Я спустился вниз и вышел из здания. Вдохнув свежий вечерний воздух, я довольно улыбнулся. Наконец-то, свобода…

По традиции бросив собакам у ворот остатки хлеба и кости с обеда, я пошёл в сторону дома, намереваясь зайти по дороге в красно-белый магазин за бутылочкой огненной воды. Праздник, как-никак, день защиты детей, за это можно и выпить.

Так, неспешно идя по обочине дороги, я лениво размышлял о прошедшем дне. В памяти невольно всплыли слова этого доморощенного Сократа, и я недовольно поморщился. Ведь в чём-то он действительно прав, работа у меня и правда дерьмо. Не об этом я мечтал, когда поступал на электрика в местный ПТУ, а ныне уже колледж. Дед мой был электриком, отец был электриком, и я электриком тоже был…

Работа моя мне и правда нравилась, в отличие от многих других заводчан. Сидишь себе, попиваешь чай, ожидая пока что-нибудь сломается, а как сломается — так неспешно идёшь чинить. Не жизнь, а сказка, ещё и платили неплохо.

А тут что? Пусть и получаю всего тысяч на 5 меньше, но за эти деньги мне приходится вкалывать так, что мулу и не снилось. Ещё и начальник мудак.

Неприятные мысли выветрились из моей головы, как только я увидел знакомую вывеску. Уже стоя в магазине и выбирая, чем я буду блевать сегодняшней ночью, я заметил какого-то странного парня в кофте с капюшоном, который подозрительно ошивался у полок с дорогим виски. Сделав вид, что внимательно разглядываю содержимое полок, я краем глаза подсматривал за ним, поэтому увидел, как повернувшись спиной к камере, он быстро запихнул какую-то бутылку себе под кофту.

Понятно, очередной малолетний придурок, которому не хватает острых ощущений и градуса в лимонаде. Парень, стараясь не привлекать внимания, неспешным шагом направился к выходу. Догнав его быстрым шагом и шлёпнув руку ему на плечо, я наклонился к нему.

— Положи где взял, малец. — тихо сказал я, проникновенно глядя в его расширившиеся от страха глаза.

Парень сглотнул и молча направился обратно к полкам, поставил бутылку и быстро слинял из магазина, то и дело оглядываясь на меня. Я тихо усмехнулся. Да, внешность у меня устрашающая. Под два метра ростом, под сто тридцать килограмм весом, выгляжу как очень недоброжелательный прямоугольный объект. Парень вон чуть штаны не намочил.

— Здравствуйте. — вежливо поздоровался я с продавщицей, которая знала меня в лицо, впрочем, как и остальной персонал этого магазина. Всё же уже лет восемь регулярно сюда заглядываю.

— Здрасьте-здрасьте. Пакет нужен? — ответила она мне.

— Нет, спасибо, я со своим. Слушайте, вы бы хоть охранника поставили, у вас из магазина средь бела дня воруют.

— Да знаем мы. Директор бюджета не даёт, чтобы охранника нанять. Да и кажется ему просто выгоднее все недостачи из наших зарплат вычитать.

Многозначительно кивнув, я сложил свои покупки в рюкзак. Судя по всему, начальники одинаковые везде.

Выйдя из магазина, я неспешно побрёл домой, перебирая в голове список сериалов, что должны показывать сегодня по телевизору, когда за моей спиной раздался неожиданный возглас.

— Мужик, это было круто! — обернувшись на голос я замер. Со мной разговаривал вихрастый мальчишка лет четырнадцати, одетый в ярко-красную куртку и джинсы, и всё бы ничего, только он висел прямо в воздухе вниз головой. — Как ты этого гада шуганул, он чуть не обделался, ха-ха.

Мальчишка засмеялся и сделал воздушный манёвр, перевернувшись так, чтобы оказаться в одной плоскости со мной.

— Ты… Кто? — выдал я, стараясь удержать свою челюсть на месте.

— Ах, да. — паренёк прокашлялся и завис в пафосной позе. — Имя мне Азатот, и я избрал тебя, смертная душа! Отныне ты будешь проводником моей воли в этом мире!

— Чего? — опешил я. — Аза-кто?..

— Азатот, блин! — раздраженно ответил мальчик, прервав свою пафосную речь. — Ты что, Лавкрафта не читал? Ну блин, бог времени и пространства, вечно жующий султан демонов… Не? М-да…

— Не тянешь ты на бога, шкет. — ответил я, почувствовав укор и снисхождение в его словах.

— Ладно, проехали. Славой меня зовут, помер я недавно. Грузовик переехал, а в другой мир не перенёс. Полный отстой, скажу я тебе, скучно до одури, летаешь, за людьми смотришь и всё. Совсем нечего делать. — начал расстреливать меня он из словесного пулемёта.

— Стоп! Так ты что, призрак? — наконец обработал я первую фразу его монолога.

— Аллилуйя, до жирафа дошло! — ответил он, облив меня ведром сарказма, после чего подлетел на два метра вверх, сделал круг почёта и вернулся обратно. — А раньше что, незаметно было?

— Отстань, а? У меня был тяжелый день, а тут ещё и призраки всякие. — я огрызнулся, обдумывая его слова. Как ни странно, ситуация меня совершенно не пугала. Безусловно, не каждый день встречаешь призрака, но на серьёзных щах бояться этого пацана не мог.

— Короче, перейдём к делу. У меня к тебе есть крайне выгодное и интересное предложение. Ты хочешь стать супергероем?

Глава 1

— В смысле «нет»? — пацан ошарашенно смотрел на меня.

— В буквальном. Не доверяю я всяким летающим малолеткам. — я подобрал пакет, который всё же выронил при появлении призрака и проверил целостность бутылки внутри. Слава богу, ничего не разбилось.

— Мужик, да ты что, с дуба рухнул? Я тебе прямым текстом предлагаю стать героем, защищать мир от зла! Ты представь, да на тебя молиться будут. А ты вон какой квадратный, за супермена сойдёшь. — старался он меня уговорить, для убедительности размахивая руками перед моим лицом.

— Да что ты ко мне пристал, а? Не видишь, не хочу я никаким героем становиться. Да и как? Ты что ли из меня его сделаешь? Не смеши. — я побрёл дальше к дому по безлюдному переулку.

— А вот и сделаю! Твоя главная задача — выглядеть круто да морды бить, остальное я возьму на себя.

— Что ты на себя возьмёшь, малявка нематериальная? Будешь мне в уши «Левой его, левой по челюсти!» кричать? Или отвлекающим маневром работать? Да и с каким злом ты мне предлагаешь бороться? Гопоту шугать?

— Ну, э… — Слава заметно поплыл от моих вопросов, и я видел, с каким напряжением крутились шестерёнки в его голове. — Я могу говорить, где засада сидит! Ловушки разглядеть могу… А ещё вот, смотри!

С этими словами он напрягся, да так что рожа покраснела, а мгновением позже я увидел, как камушек рядом с моей ногой дернулся, и перекатился на пару сантиметров в сторону.

— Круто, конечно. — сказал я, не сводя взгляд с камня. — Тебе бы какому-нибудь уличному фокуснику с такими талантами идти помогать.

— Да блин, это всё потому что я умер не так давно!..

— А чего ты на земле делаешь, а? Чего не в раю или не в аду каком-нибудь? — перебил я его.

— Да не знаю я. Не взяли никуда, да я особо и не напрашивался. Последнее что помню — боль от того, что по мне едет грузовик. Не самое приятное чувство, скажу я тебе. А открыл глаза уже таким.

— И что, много вас таких? Что-то я ни разу в жизни призраков не видел до этого дня.

— Да нет, я тоже других не видел, а жаль. Было бы не так скучно…

В этот момент мимо нас прошла какая-то бабулька, подозрительно посмотрев на меня, разговаривающего с летающим мальчишкой, и прошептав что-то наподобие «наркомана» себе под нос.

— Я так понимаю, она тебя не видит? — уточнил я очевидный момент у Славы.

— Конечно не видит, я только тебе показался. — довольно ответил он. — Я буду невидимой рукой, карающей зло… А ты будешь лицом этой самой руки.

— Да не буду я героем, отстань ты от меня! Мне в понедельник на работу идти.

— Какая работа, а? Нафиг тебе эта работа нужна, когда ты можешь злодеев наказывать?

— Какие злодеи в моём городке? Да я тут половину населения поименно знаю, а со второй половиной шапочно знаком. — тут я, конечно, преувеличивал, но город у нас действительно небольшой.

— Злодеи есть всегда, зло не дремлет. — упрямо повторил он, зависнув перед моим лицом.

— А жить мне на что предлагаешь? Отнимать деньги у гопоты?

— Да хоть так! Ну что, ты согласен?

— Нет, конечно. Отстань ты от меня, пока я в тебя солью не кинул! — сказал я, подходя к подъезду и доставая ключ.

— Не боюсь я соли. Мужик, давай ты согласишься, а я в ответ тебе денег из банкомата достану? Просто подойди к нему, а он тебе сам купюрами плеваться начнёт. — втолковывал он мне, пока я открывал дверь. Не заткнулся он и когда я захлопнул за собой тяжелую металлическую дверь — он просто пролетел сквозь неё.

— Парень, я тебе в последний раз повторяю, отвали от меня! Иди ищи другого, такого же пришибленного на голову, как и ты. И идите хоть всех преступников перебейте, только латексные трико не забудьте надеть.

— Что же ты за дубина такая непрошибаемая? Не хочешь героем становиться? Это мы ещё посмотрим… — раздраженно сказал он, растворяясь в воздухе.

— А ну стоять! Что значит «посмотрим»?! — грозно сказал я в воздух. Ответа не последовало, и я, тряхнув головой, пошёл в ванну.

Только когда я расслабленно стоял под струями горячей воды, в мою голову пришли очевидные мысли. Что за херня это была? Какого хера я только что увидел, и почему на моей голове до сих пор нет шапочки из фольги? Я действительно только что разговаривал с призраком, или просто надышался парами гнилой картошки на складе? Вечно со мной так, сначала делать, и только потом уже думать, прав был отец.

От мыслей меня отвлек хруст сверху, и только я повернул голову в сторону его источника — мне на лицо приземлился кусок побелки. Матерясь и стараясь промыть глаза, я неудачно подвернул ногу, и весело навернулся, прихватив за собой шторку.

Лежа на прохладной керамической поверхности, я болезненно кряхтел, стараясь выпутаться из липкого полиэстрового савана шторки, когда надо мной раздался насмешливый голос.

— Ты уверен, что не хочешь становиться супергероем, дядь? — сказала это призрачная сволочь, сидя на крышке унитаза и наблюдая за моими мучениями.

— Да иди ты в жопу… Падла. — выдал я, наконец выпутавшись. — Чтобы тебя черти в такой же ванной кипятили…

Глава 2

Следующие дни превратились для меня в натуральную прогулку по минному полю. Каждый день начинался с какой-то гадости. То сахар с солью неожиданно поменяется местами, то телевизор перестанет работать и начнёт показывать сплошной белый шум. Конечно, постоянный стресс не способствует хорошему самочувствию, так что я стал дерганным и раздражительным, что стали замечать и мои коллеги на работе.

— Василь Палыч, ты чего такой нервный в последнее время? — осторожно спросил меня Валера, когда на обеде я вышвырнул контейнер с едой в окно, обнаружив в нём аккуратно разложенных дохлых тараканов.

— Жизнь у меня тяжелая, Валерка. — зло буркнул я, запихивая в рот корку хлеба и отряхивая руки. — Никакого покоя.

Выйдя из комнаты под его недоуменный взгляд, я вышел на улицу и нервно затянулся, по уже выработанной привычке внимательно оглядываясь по сторонам, ожидая, когда в меня прилетит очередной камушек или что-то ещё. Чёртов пацан уже выдрессировал меня.

Нет, конечно, после случая в ванной этот гад не устраивал «шуток», которые могли бы привести к моей скоропостижной кончине, но изрядно так портил жизнь. Настолько, что я всерьёз стал задумываться о том, чтобы согласиться на то, что бы он там не предлагал, лишь бы этот балаган наконец закончился. Но пока я держался, питая слабую надежду на то, что ему надоест и он отстанет от меня, улетев на поиски новой цели.

К концу рабочего дня, ещё пару раз получив картошкой по голове и ещё тройку раз споткнувшись, я шёл домой в полном физическом и моральном изнеможении. Он конкретно меня задолбал, и всё, чего мне не хватало, чтобы сдаться — это последней капли. Впрочем, она не заставила себя долго ждать.

Дома меня встретила картина, достойная пера художника абстракциониста. Все вещи выкинуты из шкафа и раскиданы по всей площади квартиры, вся посуда аккуратной кучкой сложена в мусорке, а содержимое мусорки ровным слоем выложено мне на кровать. Хорошо хоть там в основном бутылки да пластиковые упаковки от сосисок лежали…

— Ну что, дядь. Может всё-таки того, в герои подашься? Плохо у тебя быт вести получается, может хоть в борьбе со злом преуспеешь… — ехидно сказала эта рожа, появившись у меня за спиной.

— Слушай, ты же камешек еле двигал, как ты всю посуду так аккуратно перенёс? Там же и кастрюля есть, а она тяжелая… — устало ответил я, собирая вещи с пола. Сил злиться у меня уже не оставалось.

— В последнее время у меня было очень много практики. — отмахнулся он. — Ну так что, будем героем становиться или тебя ещё недельку помучать?

— Хрен с тобой, гадёныш. Говори давай, что ты хочешь.

— Я бы попросил! Не гадёныш, а напарник. А чего хотел… — запнулся он. — Ну так это, со злом бороться.

— У тебя пластинку заело или что? Зло да зло. Ты скажи конкретно, что ты хочешь от меня?

Он подвис, а я всё-таки нашёл в себе силы на злость.

— То есть ты все эти дни меня задалбывал похлеще дятла, а сам даже не придумал, что ты от меня хочешь?

— Спокойно! План нужно составлять по ходу действий и никак иначе. Крутые герои делают что? Правильно, им-про-ви-зи-ру-ют! — проговорил он, важно ткнув пальцем в потолок.

— Я тебе сейчас так сымпровизирую… — но договорить мне не дали.

— Прежде всего тебе нужен узнаваемый образ и имя. — перебил он меня, не замечая моего праведного гнева. — Без них ни один герой не обходится. Рэмбо, Бэтмен, Терминатор, Аркадий Паровозов. У всех есть что-то, что выделяет их на фоне других. Стиль, мой пожилой друг, стиль!

— Какой я тебе пожилой? Мне даже 40 ещё нет. — для приличия возмутился я. — Да и какой к чёрту стиль?

— Так, дай-ка подумать. — он задумчиво облетел меня со всех сторон. — Ну, наряжать тебя в латекс мы не будем. Не тянешь ты на Генри Кэвила, не стоит народ пугать. Костюм? Классика, но слегка приелось…

— Нет у меня костюмов, и денег на них тоже нет. — сразу отрекся я от лишних трат.

— Значит нужно что-то из того, что у тебя уже есть. Ну-ка, повороши эту кучу одежды. — ткнул он пальцем в кипу тряпья, что я собрал с пола.

— Как раскидывать — так это мы первые. А тут что, силёнки закончились?.. — сказал я, перебрасывая вещи из одной кучи в другую.

— Не то, не то, не то… Господи, а это что за кошмар? — ткнул он пальцем в цветастый галстук, который лежал в моём шкафу столько, сколько я помню. Подлетев поближе он взглянул на этикетку. — Произведено в… Рева… Рево… Непонятно, надпись полустерта. Откуда у тебя этот ужас?

— Хрен его знает, может от отца остался. — пожал плечами я и кинул галстук во вторую кучу, продолжив перебирать вещи.

— О, стой! Вот это ничего так. — остановил он меня, когда в моих руках оказалось старое отцовское коричневое пальто.

— Серьёзно? Вот о таком стиле ты говорил?

— А что не так? Будешь прям как Роршах.

— Кто? — недоуменно глянул на него я.

— Да неважно. Крутым будешь, в общем. — сказал он, осматривая остатки вещей. — Вот эту рубашку под него наденешь. С теми брюками

— Да куда я её надену? На улице лето, плюс 20 стабильно, я же от жары помру, как только из дома выйду!

— Ничего, ради стиля можно и потерпеть. Можешь с собой сменную одежду брать, если так жары боишься.

— Да куда с собой, чёрт возьми?! — рявкнул я.

— На дело! — крикнул он в ответ. — Не сбивай с мысли. Что у тебя из обуви есть?

Я молча открыл ему отделение шкафа, где стояла вся моя неиспользуемая обувь. Пара старых кроссовок, зимние ботинки, и… О нет. Я определенно точно знал, что он выберет.

— О, вот эти замечательно подойдут! — ткнул он пальцем в мои армейские берцы, которые надевались в последний раз два года назад, когда мы с друзьями решили съездить на природу по грибы.

— Ты серьёзно?.. — скептично посмотрел я на него. Образ получался комичный, больше напоминающий пугало, на которое надели всё, что можно. Старое пальто, рубашка с брюками… И берцы. — Может ещё ковбойскую шляпу на меня напялишь?

— Берцы — признак крутых парней. Ты Рэмбо видел? А насчёт шляпы… Не, шляпа не пойдёт.

Я облегченно выдохнул, однако зря.

— Вот маска тебе будет нужна. Настоящий герой должен быть анонимен. Есть идеи? Может быть маску Анонимуса?

Я устало махнул рукой и вынул пыльные сапоги из шкафа. Поставив их рядом с кроватью, я кое-как затолкал все оставшиеся вещи в шкаф и выдохнул.

— Примеряй давай! — призрак нетерпеливо кружил в воздухе вокруг меня. — У нас ещё куча дел.

Быстро переодевшись и едва затянув брюки, я отрицательно покачал головой.

— Слушай, я не знаю, что ты там задумал, но повезёт если эта хрень на мне от простой ходьбы не порвётся.

— Да, отрастил ты бока. Но ничего, твоей формой мы тоже займёмся. — на этой фразе мне поплохело. Если это чудовище тренировать меня вздумает своими методами… Повезёт, если я неделю проживу.

— Слушай, ну зачем тебе это, а? — попытался вразумить его я. — Иди найди какого-нибудь молодого парня, он рад будет героем заделаться. К тому же он и быстрее меня будет, да и энтузиазма в нём побольше. Ну или на крайний случай — помогай какому-нибудь пожарному или спецназовцу, они уже герои и им помощь точно не помешает. Чего ты ко мне-то привязался?

Пацан внимательно посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то очень несвойственное для его возраста. Какая-то глубокая и болезненная тоска, которую, впрочем, очень быстро сменила легкомысленная улыбка.

— Да не знаю я. Просто захотелось. — пожал он плечами, рассматривая одежду. — Да и думаю выйдет из тебя герой. Вот зачем ты остановил того воришку в магазине?

Неожиданный вопрос заставил меня задуматься. А ведь и правда, зачем? Если бы он ушел с этой бутылкой, то максимум, что случилось бы — у продавщицы бы вычли тысячу из зарплаты. С другой стороны, вдруг эта тысяча была бы критичной для неё? Ребёнка там прокормить или лекарств купить. Да и в принципе, почему я не могу просто остановить человека, совершающего неправильный поступок, если я могу?

— Э… Потому что воровать — плохо. — выдал я идеально сформулированную и наполненную смыслом фразу. Молодец, Василий, пора бы тебя тоже Сократом называть…

— Ну вот видишь. В тебе есть какая-никакая мораль, а значит человек ты хороший. А героями только такие и становятся. А о пожарных… Не подумал, каюсь. — улыбнулся он. — В любом случае, ты уже избранный, бежать поздно. Раньше надо было думать, прежде чем соглашаться.

Я чуть не задохнулся от такой наглости. Думать? Раньше?!

— Извини, думать не могу с тех пор, как об ванну головой шарахнулся. — едко ответил я.

— Да ладно тебе, не так уж сильно тебе и досталось. Скажи спасибо, что пока ты лежал на дне ванной и матерился, будто пьяный матрос, я тебя сверху ящиком не добил. Серьёзно, невозможно слушать, уши в трубочку сворачивались!

— Ну уж извини, что я вынудил тебя выслушивать мою ругань. Бедняга, я не повредил твою детскую психику?

— Извинения приняты. И так, мой пожилой подаван, с завтрашнего дня начинаются твои тренировки! Подъём в 5 утра. Если не встанешь сам… Что же, у меня есть способы тебя разбудить. — зловеще усмехнулся он. — Так что лучше поставь будильник.

— Слушай, а ты точно за всё хорошее и против всего плохого? С твоим садизмом тебе бы в застенках гестапо работать. — опасливо посмотрел я на него.

— Кто победил — тот и добрый. — отмахнулся он.

Я переоделся в домашнюю одежду и лёг на диван. Включил телевизор, и пока говорящая голова на экране рассказывала что-то про новую коллекцию мехов, которая будет в нашем городе всего пару дней, прикрыл глаза и задумался.

В каком направлении идёт моя жизнь? Какая-то малявка диктует мне свои правила, а мне не остаётся ничего, кроме как покорно им следовать. Нравится ли мне это? Конечно нет! Но, судя по всему, он от меня не отвяжется, так что остаётся плясать от того, что есть. Надеюсь он не заставит меня и в правду идти драться с гопниками за мелочь…

С этими мыслями я и уснул прямо на диване, конечно же не заведя будильник.