Падший лев. Книга вторая

Глава 1

Иоган ненавидел панику и был твердо убежден, что все беды происходили именно из-за нее. Паника порождает ошибки, неспособность здраво мыслить и действовать. А еще паника – это следствие того, что произошло неожиданно. То, что по тем или иным причинам не удалось предсказать и предвидеть. Для Иогана это само по себе являлось синонимом ошибки в просчете ситуации. Он не любил сражаться, в отличие от того же Реатора, считая, что выигрывать нужно до сражения, и даже если в сражении одерживалась победа, то сам факт, что до него дошло, расценивался как поражение. Конечно, какой ты план ни составляй, неожиданностей не избежать, но они не должны выбивать почву из под ног, и уж тем более вызывать панику.

А то, что сейчас творилось во всей Святой Инквизиции, иначе как паникой назвать было трудно. Причем настоящей, с большой буквы. Иоган вместе с Сайросом находились в расположении королевской армии, отслеживая действия некромантов. Сначала он был здесь один, но вскоре Сайрос решил, что положение столь напряженное, что требует его непосредственного присутствия. Последние два дня Святой отец объезжал порядки королевской армии, поднимая дух солдат и проверяя готовность находящихся в расположении армии инквизиторов. Иоган же в основном занимался разведкой и большую часть времени проводил непосредственно на линии фронта. Некроманты явно что-то готовили, и в штабе ожидали скорого удара. По некоторым разведданным, в расположение армии князя Ирритройи прибыли спецчасти его сводного брата, князя Калины, и все были на нервах. Иоган со своими людьми действовал в тесном сотрудничестве с королевской армейской разведкой, но ничем особым пока не мог похвастаться.

Он как раз только что вернулся из штаба с совещания, созванного маршалом Диогеном,и расправился с поздним ужином, когда все и началось. Полночь только что миновала, когда Иоган ощутил, как Круг Святости пропал. Каждый, кто состоял в Святой Инквизиции, был незримо связан с этой системой, которая давала магическую энергию всем и каждому, а так- же обеспечивала возможность единой связи. И она неожиданно исчезла. Иоган спросил у своих телохранителей, но у них было то же самое. Он попросил немедленно связаться со штабом армии и узнать, не является ли это последствием атаки некромантов, но оттуда пришел ответ, что все спокойно и нет никаких происшествий. Иоган попробовал связаться с другими своими людьми, находящимися за пределами расположения королевской армии, и вскоре понял, что Круг Святости исчез везде. Это заставляло задуматься.

Раньше инквизиторы, по сути, являлись светлыми волшебниками, но их сил зачастую не хватало, чтобы бороться против столь разнообразных проявлений зла. Нужно было больше людей и больше сил у каждого. Тогда в Эрнегии сумели придумать Круг Святости. Сделать магическую энергию, которую собирала сама организация, доступной всем, после прохождения особого ритуала. Это позволило резко увеличить число адептов и дать всем им сразу достаточно большие силы. Однако имелась и другая сторона медали. Подготовка каждого адепта как мага оставляла желать много лучшего. Они целиком и полностью полагались на мощь Круга Святости, и теперь, когда он вдруг исчез, – это стало катастрофой. Наверняка сейчас все пытались связаться с кем-нибудь из руководства, в том числе и с ним, чтобы выяснить, в чем дело. Но дело в том, что сделать это без Круга Святости могли только действительно сильные маги, а таковых имелось печально мало.

Иоган каждую секунду ощущал, как кто-то пытается вызвать его ментально, но он не отвечал. Сейчас просто было не до этого, да и что он вообще мог ответить, когда сам ничего не знал?

Имея малое, путем умозаключений дойти до правильных, далеко идущих выводов –это, по мнению Иогана, как раз и отличало умного человека от любого другого, в том числе и знающего.

Круг Святости питался только из двух мест. Храмового города, куда стекалась основная часть энергии из внешних источников, подвластных Святой Инквизиции, и Чистилища, где располагались специально разработанные Эрнегией генераторы, которые с помощью заключенных в тюрьме магов увеличивали поступающую магическую энергию в несколько раз и выбрасывали ее в Круг Святости. Если эта схема перестала работать, значит, что-то произошло либо в самом Храмовом городе, либо в Чистилище. И то и то казалось просто невероятным. Чистилище представляло собой неприступную крепость, защищенную от любого удара. Единственный путь в него был только из все того же Храмового города. Но представить, что что-то могло случиться с самим Храмовым городом, являющимся по большей части оплотом Церкви, да еще в центре столицы королевства, казалось вообще абсурдом. Иоган попытался сначала связаться с Реатором, который находился в Чистилище, но не смог этого сделать. Тогда он повторил попытку, но уже в направлении Храмового города. Устанавливать ментальную связь на таких расстояниях, не имея Круга Святости, было весьма тяжелым и затратным делом даже для него. В огромном Светлом дворце, занимаемом Инквизицией, располагался также штаб его ассасинов, но их главы – графа Трея – не оказалось на месте. Так же, как и Айвара. Наконец, удалось связаться с дежурным штабным офицером, который сообщил, что из Чистилища пришел сигнал тревоги, и граф с дежурной группой направился туда. Никаких других подробностей ему не было известно. Иоган прервал контакт, чтобы лишний раз не расходовать силы впустую.

Значит, все же Чистилище. И там произошло действительно нечто крайне серьезное,такое, что уничтожило снабжение Круга Святости. Но это уже факт свершившийся, и поделать с ним сейчас ничего нельзя. Трудно даже представить тот ущерб, что был нанесен делу Святой Инквизиции. Тысячи инквизиторов разбросаны по всей стране и по многим другим Закатным королевствам, работали по целям ликвидационные группы охотников. Возможно, многие именно в этот момент вели сражения. И все они в один миг лишились сил. Не все, конечно, так как сильные волшебники среди инквизиторов все же имелись, но большинство наверняка. Иоган уже сейчас понимал, что вскоре обрушится вал донесений о потерях, о проваленных операциях и многом таком, о чем слышать совершенно не хотелось. И всем этим придется заниматься именно ему, а он и так завален работой дальше некуда. Но Иоган всегда радел за дело и мало кому доверял. Сайрос же был постоянно занят еще больше, так что приходилось вертеться. А сейчас определенно придется все улаживать самому, каждый серьезный случай, чтобы уменьшить ущерб, нанесенный Инквизиции, насколько это возможно. Иоган часто жалел, что не умеет останавливать бег времени, чтобы все успеть. Ему снова придется надолго забыть о сне.

Но сейчас его гораздо сильнее беспокоило другое. Сайрос не отвечал. Иоган сразу же после разговора с Храмовым городом попытался связаться с ним, но безуспешно. По всему складывалось ощущение, что он либо мертв, либо находится без сознания. Насколько Иоган знал, Сайрос остановился недалеко от расположения королевской армии, в одном из городков под названием Элтон, в который прибыл не далее как сегодня днем, совершая свою инспекцию. И по сведениям, имеющимся у него, он никуда оттуда не выезжал. Конечно, Сайрос мог блокировать контакт, но от кого угодно, только не от Иогана, своей правой руки. Единственного человека, которому он на самом деле доверял безраздельно. Но не это главное. Когда кто-то блокировал контакт, это чувствовалось. А здесь вообще отсутствовало ощущение, что данный человек существует.

И вот от этого стало по-настоящему страшно. Если с Сайросом что-то случится, Святая Инквизиция получит удар, по сравнению с которым исчезновение Круга Святости окажется всего лишь безобидным недоразумением. Люди верили в Святого отца и служили ему. Без него вся организация придет в упадок. И этого нельзя было допустить.

Иоган выскочил из своих покоев, коротко приказав двоим телохранителям и Гиесу следовать за ним. Гиес за время, что провел около него в роли верного адъютанта, отлично себя зарекомендовал, и Иоган был им весьма доволен.

По ментальной связи он вызвал капитана Рейна.

- Грифоны уже расседланы?

- Нет, – бодро ответил капитан, – я как раз готовил группу желторотиков к их первому ночному патрулированию.

В отличие от многих других, капитан Рейн подчинялся исключительно Иогану и не имел никакого отношения к Святой Инквизиции, так что его не коснулись проблемы с Кругом святости. Желторотиками, кстати он называл воинов-ветеранов, имеющих первоклассную подготовку, но которые не проявили еще себя в качестве наездников на боевых грифонах и являлись, в общем-то, новичками в этом деле. Его люди числились прикомандированными к королевской армии и принимали участие в боевых действиях, когда не были нужны самому Иогану. Именно они доставили его час назад из штабного совещания в расположение части ассасинов.

- Поднимай проверенных людей. Всех, кто есть на месте, включая стрелков. Срочный вылет.

Капитан Рейн отлично знал своего командира и давно уже не задавал лишних вопросов. К их приходу он подготовил девятерых боевых грифонов, в седлах каждого из которых находились всадник и стрелок-маг. Четверо грифонов имели только наездников – капитан предусмотрительно оставил место для телохранителей и Гиеса. Последний, надо сказать, не слишком хорошо относился к высоте и полетам, в частности, но, стиснув зубы, мужественно переносил все испытания, вызывая снисходительные усмешки людей капитана.

Всего через пятнадцать минут после исчезновения Круга Святости они уже были в воздухе и направлялись к Элтону. Этот небольшой городок серьезно пострадал в войне, и Сайрос специально решил остановиться именно там, чтобы оказать посильную помощь его жителям. Он, как всегда, был один, без охраны и сопровождающих, поэтому связаться с ним через других людей на данный момент не представлялось возможным.

Капитан Рейн гнал свирепых грифонов своей группы на самой большой скорости, на которую те только были способны. Не считаясь с возможным риском, он решил сесть непосредственно на улицах города, прямо возле дома, в котором остановился Сайрос, насколько мог судить Иоган. По крайней мере, именно отсюда глава Инквизиции последний раз выходил с ним на связь. А еще он начал ощущать его присутствие. Очень слабое, но чтобы ни произошло, Сайрос находился именно в этом двухэтажном каменном доме, обвитом мертвым виноградником.

Иоган соскочил с седла, сделав знак Гиесу следовать за ним. Телохранители, как всегда, скользнули бесшумной тенью рядом. Сотворив боекрон, он разнес в щепки входную дубовую дверь с медным колокольчиком и решительно вошел внутрь. В доме послышался встревоженный шум. Иоган не ощущал опасности, не чувствовал присутствия какой-либо магии. Лишь только слабый сигнал от Сайроса. Он мгновенно взлетел по ступеням на второй этаж, едва не сшибив высунувшегося из комнаты слугу, и толкнул дверь в покои главы Инквизиции.

Там стоял полумрак, лишь слабый свет, идущий от старца, разгонял ночь. Впрочем, Иоган прекрасно видел и в темноте магическим зрением. Обернувшись и прикрыв дверь, так чтобы никто не мог больше видеть этого, он знаком велел телохранителям ждать его здесь, а Гиесу отдал короткий приказ:

- Никого сюда не впускать, появятся слуги, успокой и отошли обратно.

Сайрос лежал мертвенно-бледный, но по крайней мере, он дышал. Иоган, не зная, что делать, подошел к нему, пытаясь просканировать его ауру. Энергия, идущая от Святого отца, была крайне слаба. И это вызывало большое беспокойство. Иоган никак не мог понять причину произошедшего, чтобы предпринять правильные действия. Но Сайрос вдруг открыл глаза, заставив его невольно вздрогнуть. Они были покрыты белой пеленой, и едва ли были похожи на живые. Голос звучал глухо, так, словно шел откуда-то издалека:

- Я тебя ждал, Иоган. Знал, что ты придешь. Реатор… моя связь с ним…

Иоган осторожно склонился над ним, чтобы лучше слышать.

- Я разберусь со всем, не тревожься. Как я могу помочь тебе?

- Я скоро вернусь, Иоган. Мне нужно абсолютное спокойствие сейчас. Столько, сколько потребуется.

Святой отец отключился. Иоган минуту стоял, обдумывая сказанное. Затем призвал на помощь все свои силы и воздвиг вокруг кровати, на которой лежал Сайрос, «Святилище». Это было чрезвычайно мощное по силе защитное заклятие, стоящее огромного количества магической энергии, а потому очень редко использующееся волшебниками. Но зато чтобы пробить его, потребуется немалое время для кого угодно. Переведя дыхание, Иоган расставил везде охранные ловушки и вышел. Гиес тревожно смотрел на него, ожидая информации. Он единственный понимал цель прилета сюда. Но Иоган обратился к своим телохранителям:

- Остаетесь здесь. Никто не должен входить в эту комнату.

И направился вниз по лестнице, сделав знак своему адъютанту следовать за ним. На улице их ждал сосредоточенный капитан Рейн.

- Какая обстановка? – сухо спросил у него Иоган.

- Все спокойно. Были любопытствующие, но заметив грифонов, исчезли.

- Возьми шестерых лучших своих людей. Охраняйте этот дом как самое дорогое, что есть в королевстве, до тех пор, пока не придут мои люди.

- Есть!

- А сейчас двое оставшихся пусть доставят нас в расположение армейских телепортов.

Капитан Рейн тут же распорядился, и они снова поднялись в воздух. На подлете к расположению королевской армии их просканировали находящиеся в боевом охранении маги, но, заметив опознавательные знаки, не стали чинить никаких препятствий. Иоган снова попытался связаться с Храмовым городом. Снова на месте не оказалось ни Айвара, ни графа Трея, и пришлось разговаривать с прежним дежурным офицером.

- Найди графа Трея, пусть меня ждет, я скоро буду. Какая спецгруппа у нас на дежурстве сейчас?

- Группа Эрона, милорд.

- Отлично. Передай ему мой приказ – высшая боевая готовность. Пусть немедленно прибудет в штаб и ждет меня.

- Будет исполнено, милорд.

Иоган оборвал связь. После активации «Святилища», он был очень слаб, но нашел в себе силы ментально связаться с Гиесом.

- Сайрос жив. Держи уши открытыми и глаза тоже. Тебе многое придется сегодня познать.

- Мы направляемся в Храмовый город?

- Да. Что-то произошло в Чистилище, и нужно выяснить – что.

Затем Иоган вызвал на связь маркиза Дерота, назначенного вместо убитого Лечера командиром Экспедиционного корпуса Святой Инквизиции. Тот не спал. Видимо, тоже почувствовал уже неладное или был разбужен кем-то. Он являлся настоящим магом, весьма хорошо зарекомендовавшим себя.

- Я пытался связаться с тобой, но ты не отвечал. Думаю, ты уже знаешь, что происходит.

- Я был сильно занят, - отмахнулся Иоган, – как у вас обстоят дела?

- Плохо. Но было бы удивительно, будь это иначе. Круг Святости исчез.

- Что-то произошло в Чистилище. Но пока не распространяйся об этом.

- Хорошо. Я не могу связаться с Сайросом.

- С ним все будет хорошо. Подробности позже, пока слушай меня внимательно. Пусть приготовят армейский телепорт. Непосредственно в Храмовый город. Как можно скорее.

- Я понимаю, милорд, я сейчас же распоряжусь. Где вас нужно встретить?

- Нигде, мы сядем прямо возле телепорта. Поторопись.

Всю оставшуюся часть полета Иоган провел, закрыв глаза и погрузившись в быстрый сон, чтобы хоть как-то попытаться восполнить энергию и жизненные силы.

Они прибыли в Храмовый город во втором часу ночи. В штабе Иоган ожидал увидеть Айвара, наверняка жаждущего получить информацию о том, что происходит, но их встречал только граф Трей, командующий ассасинами в его отсутствие.

- Докладывайте, – с ходу бросил он ему, сбрасывая с себя дорожный плащ.

- Информации много, но мы пока не можем все связать воедино. Практически сразу после полуночи Чистилище потряс сильный взрыв. Затем вырубился центральный генератор, прекративший все энергоснабжение – как тюрьмы, так и Круга Святости. Защитные купола погасли, и началась атака нежити. Это был настоящий спецназ, состоящий из вампиров и оборотней. Действовали профессионалы. Они заняли первый этаж и, видимо, спускались к генератору. Генерала Реатора нигде нет. Охрана Чистилища сумела организоваться и закрыть выход из него, но проиграла бой, не без вмешательства одного колдуна, нанесшего сильный удар с тыла. Это был один из тех, кто сумел выбраться из своей камеры, после того как магические оковы перестали действовать с уничтожением генератора.

- Уж не тот ли это колдун, что взяли у Черного герцога? – усмехнувшись, спросил Иоган.

- По описаниям, вроде он, но наши люди сейчас все уточняют. И еще: скорее всего, генерал Реатор погиб. Мы нигде не можем отыскать даже его следы, а вся камера, в которой он занимался Поглощением, залита кровью. Это косвенно подтверждает участие архилича в дальнейших событиях. По данным, полученным от выживших в Чистилище, все началось именно с того, что генерал вызвал к себе мертвяка. А так как Череп выжил, то принадлежность крови в Поглотительной камере не вызывает сомнения. Думаю, это он уничтожил генераторы, иной причины просто не видно. И еще: выходит, некромантский спецназ ждал его действий, так как предположить, что они случайно оказались рядом... Я уверен, все было отлично спланировано.

- Хорошая работа, граф, – одобрил Иоган. – Да, нам предстоит еще во многом разобраться.Собирайте всю информацию, что есть. И пусть наш аналитический отдел ее проработает. Завтра утром предварительный доклад должен быть у меня. И наведите справки об этом колдуне. Как его имя?

- Кажется, Чернояр, милорд.

- Вот-вот. Слишком много интересного происходит вокруг него. Его убили, поймали или он ушел?

- Ушел, милорд. Или его забрали с собой некроманты.

- Печально, – скривил губы Иоган. – Ну что ж, уверен, мы с ним еще встретимся когда-нибудь. Не так ли, граф?

- Непременно, милорд.

- Где Айвар?

- Он сразу же после того, как все случилось, отбыл в лаборатории Эрнегии. Сказал, что попытается обеспечить энергией Круг Святости.

- Видимо, с Чистилищем действительно всё плохо. Однако я приятно удивлен. Он занялся единственно полезным делом; видимо, Сайрос все же не ошибался в его оценке. Ладно, пойдем, я хочу лично взглянуть, что случилось в Чистилище.

Телепорт исправно перенес их в тюрьму.

- Когда генератор был уничтожен, заключенные оказались без контроля. Часть из них сумела выбраться из камер, либо им помогли. Так или иначе, многим удалось уйти. Без Круга Святости наши инквизиторы не смогли их сдержать. Многих убили с особой жестокостью, – прокомментировал граф Трей.

- Надо думать. Вы организовали их поимку?

- Конечно. Ликвидационные группы срочно подняты по тревоге и посланы по следу. Наши люди также прочесывают окрестности.

Иоган лишь бегло осмотрел все, любоваться на трупы людей, которые служили с ним в Святой Инквизиции, особого желания не имелось. Тем более что многие оказались буквально разорваны на части мощными боевыми заклятиями. Но особенно сильно его поразили остатки камеры Поглощения. Белый мрамор ее оказался весь забрызган кровью. Стены, пол, потолок. Все. И не было ни одного фрагмента тел, словно они буквально испарились от взрыва.

В Храмовый город Иоган вернулся весьма опечаленный, твердо уверенный в том, что это была кровь Реатора. Он давно дружил с генералом. Не сказать, конечно, что они были близки, но все же. Первым делом он отослал группу Эрона к Сайросу для организации охраны. А потом появился Айвар. Он выглядел очень бледным и измученным.

- Нам удалось запитать Круг от наших энергохранилищ. Сейчас мои люди закончат последние детали – и все. Не более пяти минут. Этого должно хватить на некоторое время.Что со Святым отцом, я не мог до него пробиться…

- С ним будет все в порядке. Его сейчас нельзя беспокоить, – объяснил Иоган без тени обычной насмешки. – Он был связан с Реатором, чтобы помочь ему держать все те силы, и когда они вырвались наружу после смерти генерала, это едва его не убило. Но с ним все будет хорошо, не беспокойся.

- Откуда ты это можешь знать?

- Он сам мне сказал.

- Мы сейчас тратим всю накопленную для Праздника энергию, – обреченно сказал Айвар.

- Я это понимаю. Но от нее зависят жизни большинства наших людей по всем Закатным королевствам. Нам и так уже нанесен огромный ущерб. Что с генератором?

- Он уничтожен. И чтобы все снова заработало, понадобится куча времени. Святой отец будет очень недоволен, когда вернется. Очень.

Глава 2

Переход в мир Мертвых произошел так же, как и обычная телепортация. Налюбоваться мрачными пейзажами Чернояр не успел, да и не хотел, ибо был сосредоточен только на сохранении и поддержании стремительно падающих сил. Бой дался ему очень тяжело, и организм просто не мог уже продолжать выносить такие нагрузки. Магия практически не помогала, так как истощенное вконец тело не реагировало уже ни на что. Сам Череп выглядел еще хуже, хотя это, казалось, невозможно.

Некроманты всё отлично организовали и спланировали. Буквально выйдя из большого телепорта, они оказались совсем недалеко от другого боевого телепорта, который уже перебросил их к настоящему, стационарному. Он был сложен из ровного серого камня и обрамлен магическими постаментами, светящимися синим светом. В диаметре это сооружение казалось больше, чем обычные людские, и не имело ограничений по расстоянию. В Царстве Смерти более щедро раздавали энергию.

Здесь группа разделилась. Лекс что-то приказал Шелесту, и тот остался с бойцами. Сам оборотень сопроводил Черепа и Чернояра в телепорт, который перенес их в какой-то замок. Архилич к этому времени уже отключился, а сам колдун держался на ногах только из-за природной подозрительности и желания обладать максимальной информацией. Дворец оказался не совсем уж мрачным и мог запросто, при определенном воображении, сойти за людской. Картины, барельефы, всюду военная тематика и высокое искусство, сотканное воедино с несомненным изяществом.

- Это мой замок, колдун, – подмигнул ему оборотень, отсылая появившихся слуг к бесчувственному Черепу. – Поверь, замок нашего обожаемого архилича – это сущий кошмар, так что в любом случае тебе лучше поселиться тут. Ну, а раз сейчас нет иного выбора, благо наш общий друг умиротворенно отключился, ты будешь моим гостем.

- Мое имя Чернояр.

- Хорошее имя, – серьезно кивнул Лекс, никак не прокомментировав сам факт представления колдуна. – Тебе в любом случае тоже надо поспать и отдохнуть. Ни о чем не тревожься, слуги все сделают и обо всем позаботятся. Да, и вот еще что. Тебе обязательно надо поесть. Я распоряжусь, чтобы принесли ТТО, это специально синтезированный продукт для оборотней, обычно его поглощают перед боевой операцией. Сплошной запас энергии, белок, универсальные витамины и многое другое. Восстановит силы моментом. Он совершенно безопасен.

- Хорошо.

Лекс не стал дальше утомлять его разговором и отослал слуг с колдуном. Как Чернояр добрался до выделенных ему покоев, он не слишком хорошо помнил. Единственное, на что обратил внимание, так это на вкус заинтересовавшего его ТТО. Обычно такие вещи напоминают нечто неудобоваримое по вкусу, или просто совершенно безвкусное, но этот имел определенный запах хорошо прожаренного мяса. Впрочем, наверняка это было сделано специально для него. Старый седой слуга, однако весьма еще крепкий, как и любая нежить, с пустыми глазницами, забрал его одежду, осведомился об указаниях и, получив таковые, исчез. А колдун блаженно погрузился в сон, не преминув поставить магическую защиту.

Проспал он около суток, потом встал и вызвал с помощью золотого колокольчика слугу. Тот быстро организовал ему ванну и новую одежду, сродни той, что колдун носил раньше. Отмокнув как следует, Чернояр с блаженством облачился в чистое, так как от природы был весьма чистоплотен, и отужинал за изысканном столом, находившемся в его комнате. Оказалось, что в замке имелась великолепная кухня, которая могла удовлетворить даже самые изысканные запросы, что немного удивило колдуна, не думавшего такое встретить в Дейе. Пытливый ум сразу вызвал в голове ряд вопросов по поводу источника продуктов, но колдун решил оставить их на потом. Вино также оказалось просто превосходным, так что снова спать он пошел, ощущая себя новым человеком. Правда, оказалось несколько прохладно, но Чернояр легко избавился от этого недостатка с помощью простейшей магии.

Когда же Чернояр проснулся окончательно, к исходу вторых суток своего пребывания в Царстве Смерти, то ощутил себя полным сил и энергии. Встав с постели, он оделся и почувствовал себя вообще прекрасно. Вызвал слугу.

- Скажи, милейший, где я могу найти хозяина этого замка.

Нежить ответила, что господина Лекса сейчас нет, а вот господин Череп ожидает его в столовой и приглашает разделить с ним ужин. Чернояр охотно принял приглашение.

Архилич оказался не так мрачен, как тогда в Чистилище, и выглядел очень неплохо для мертвяка, в богатом строгом камзоле темно-зеленых цветов. Он радушно встретил колдуна и пригласил занять высокий старинный стул напротив. Слуги быстро обслужили его, и Череп провозгласил тост:

- За смерть инквизиторов!

Колдун поддержал его.

- Как тебе здесь?

Чернояр пожал плечами:

- Отлично. Я выспался, привел себя в порядок, и вино здесь выше всяких похвал.

- Лекс умеет ценить и получать самое лучшее. К сожалению, он вынужден был отбыть по делам, а я решил вот пожить у него. По случаю, так сказать, – Череп улыбнулся, что получилось несколько жутковато. – Какие теперь планы?

- Я пока не решил.

- Внизу есть стационарный телепорт, как ты уже знаешь, который доставит в Светлый мир, да и во многие другие места, по желанию. Можешь воспользоваться им в любое время. Однако нет необходимости спешить. Лексу ты понравился, и можешь оставаться его гостем сколько угодно.

- Я не привык кого-либо затруднять.

- Понимаю. Князь Калина, властитель всех земель на много десятков километров вокруг, хотел бы встретиться с тобой. Как выражаются у вас, в Светлом мире, – есть деловой разговор.

Чернояр усмехнулся:

- Ну, отказывать князю совершенно негоже, особенно приютившего тебя здесь и вырвавшего из Чистилища.

- С чего ты решил, что это дело его рук?

- Чистилище – необычная тюрьма; чтобы провернуть подобное, нужен государственный подход. Неся службу в королевской армии маршала Диогена, я много слышал про князя Калину, и он, несомненно, достоин уважения за свой ум. Я бы с удовольствием встретился с ним. Думаю, дело, о котором пойдет речь, князь расскажет мне сам?

- Несомненно, – подтвердил Череп, снова поднимая бокал: – За дружбу, колдун. Давай выпьем за дружбу. У тебя черная, но чистая аура. Люди слабы, лживы и алчны. Они могут казаться твоим другом, но, несомненно, предадут, когда дело коснется лично их шкуры. В тебе такого нет – не удивляйся, я живу очень долго и вижу многое из того, что иным не доступно. Ты не принадлежишь нашему миру. И Свету тоже уже не принадлежишь.

Чернояр также поднял свой бокал. Ему определенно нравился архилич.

- Не думал, что меня так просто можно разглядеть. Или это случилось, пока я спал?

- Нет, твой покой никто не тревожил. Колдун, ты в мире Мертвых. Мире, совсем не похожем на мир живых. Смерть не знает лжи, и того, что люди и другие существа навешивают на себя, желая казаться другими.

- Хм. Разве я умер?

- А что такое смерть? Впрочем, колдун, нет, – ты жив. Но все вокруг есть суть смерть, и все пропитано ее естеством. Даже ты. Она позволяет многое видеть. В тебе есть что-то сродни ей. Возможно, ты жив внешне, но мертв внутри, поэтому Дейя не отвергает тебя. Но ты все равно чужд ей. Тебя переполняет зло, словно лава в жерле вулкана. Черная и опасная, как сама смерть. А еще в тебе есть свет. Он раздражает.

- О каком свете ты говоришь?

- Обман. Колдун, помни: смерть видит то, что есть, а не то, что ты думаешь. Внутри тебя глубоко живет искра света. Плотно закрытая тьмой. Ее не видно, возможно, даже тебе. Но здесь она горит ярко, словно огонь костра в ночи. Небольшая совсем.

Пустые глазницы Черепа засветились призрачным светом и потухли. Холодный голос произнес:

- Да, ты мертв внутри, колдун, и жив. Как странно и удивительно. Обычно такие, как ты, давно умирают окончательно, но тьма, жгучее зло держит тебя, словно новая кровь взамен ушедшей.

Чернояр ничего не сказал. Ему было все равно. Уходить или остаться, идти на встречу к князю Калине или нет. Жить или умереть.

После ужина он принарядился в соответствующий наряд, по предложению Черепа, и они отправились в княжеский замок. Отправились в роскошной карете, запряженной призрачными конями, но зато какими!.. Чернояр многое повидал в своей жизни, но столь красивых, совершенных коней не видел никогда. Определенно – в Смерти имелся свой шарм.

Они неслись по освещенным лунным светом улицам большого мертвого города, сопровождаемые четырьмя темными всадниками. На вопрос – зачем они нужны, архилич ответил, что охранять их совершенно не от кого, но таков обычай. Глядя в окошко кареты, Чернояр не мог не удивиться, насколько же походила жизнь в Тиборе, столице княжества, на ту, что привычно было видеть в Светлом мире. Конечно же, далеко не во всем, но ее черты, несомненно, здесь присутствовали.

- Думал, у нас тут совсем по-другому? – вмешался Череп, заметив его интерес. – Многие из живущих здесь, это те, кто умер в Светлом мире. Они все разные, но их объединяет печать Смерти. Это Светлый мир для них совершенно чужд и враждебен, там они кровожадны, свирепы и беспощадны, а здесь их дом. Это тот же самый социум, что и везде, пусть и своеобразный. Своего рода форма жизни. Надеюсь, если захочешь здесь еще побыть, ты много узнаешь о нас. В Дейе много очень красивых вещей.

- Я уже видел кое-что.

Княжеский замок, выполненный в великолепном готическом стиле, соответствовал представлениям многих о Царстве Мертвых. Весьма жуткое, нагоняющее уныние сооружение, но вместе с тем чрезвычайно величественное и в чем-то даже красивое. Настоящий замок некроманта. Да и сам князь Калина выглядел вполне под стать. Высокий, стройный, с длинными серебристыми волосами. Его взгляд походил на взгляд самой Смерти.

Он принял их в огромной библиотеке своего замка. Чернояр всегда чувствовал себя очень комфортно среди книг, и ему пришлась по душе эта обстановка. А еще он определеннохотел бы здесь побыть в одиночестве и посмотреть древние фолианты.

После обычных учтивых представлений князь как мудрый правитель первым сделал шаг, чтобы установить отношения.

- Вижу, тебе нравятся книги. Можешь в любое время осмотреть их. Думаю, Череп с удовольствием сопроводит тебя, благо он часто здесь бывает. Знания – это одна из самых больших ценностей в мире.

- Вы правы, князь, – согласился Чернояр. – Я с удовольствием приму ваше предложение.

- Вот и прекрасно, – ободряюще кивнул князь Калина.

Колдун ощущал огромную силу, что шла от него, и в то же время – поистине могильное спокойствие.

- Мне многое о тебе рассказали уже, Чернояр. Весьма любопытных вещей, надо сказать.Мне известно, как ты оказался в Чистилище. Тебе, наверное, очень любопытно, что там произошло, не так ли?

- Я не люблю, когда чего-то не знаю или не понимаю.

- Это весьма похвально. Знаешь, я тоже не люблю. Однако, чтобы это объяснить, придется рассказать и все остальное. Поэтому запасись терпением, хотя я постараюсь сделать это побыстрее.

Видишь ли, несколько месяцев назад случилось весьма любопытное происшествие. Возможно, ты не знаешь, но у Святой Инквизиции есть секретное подразделение, именуемое Эрнегия, которая занимается научными разработками, изысканиями, а также тайнами мира. Мистикой. В последнее время они достигли немалого успеха, и главным образом, из-за работ, проведенных на Безликом острове. Это место практически никому не известно. Вследствие землетрясения небольшой остров поднялся со дна Белого океана в нескольких сотнях километров от берегов Ардении. Его случайно обнаружили капитаны торгового флота. Он был абсолютно гол, поэтому его нарекли Безликим. О нем стало известно и Эрнегии. Далее: они узнали, что там во времена глубокой древности существовал город таинственного военного ордена. Была снаряжена экспедиция и начаты раскопки. Не будем углубляться в детали, главное то, что были обнаружены некие свитки древних, которым не одна тысяча лет. И в них, в частности, говорится о Ритуале призыва силы бога. Это никакой не Армагеддон или еще что-то разрушительное. Даже наоборот. Ритуал – единственное, что наделяет силой то, что раньше не могло существовать, ибо противоречило законам мира.

Очень много веков люди бились над созданием эликсира бессмертия, но все их попытки оказались обречены на провал. Так как это невозможно в принципе. Есть Жизнь, есть Смерть. Это закон мира. Но в Святой Инквизиции решили данный закон нарушить. Они хотят наделить силой бога такой эликсир, в результате чего нарушится равновесие и Смерть потеряет власть. Часть власти, часть того, что ей дано по праву Равновесия.

Чернояр нахмурился:

- Я не понимаю. Бессмертие – это что? Нельзя будет убить никак?

- Нет. Все смертно. Так или иначе. Просто тот, кто выпьет такой эликсир, перестанет стареть. Да, сейчас с помощью магии даже те расы, чей жизненный срок короток, могут продлевать его. И даже на очень много. Но в любом случае они стареют и рано или поздно умирают. Если их, конечно, не убивают раньше. Теперь же старость окажется не страшна, равно как и болезни. Выпивший эликсир сможет жить вечно и не умрет ни от старости, ни от болезни. Да, его можно будет, пусть и труднее, убить, но это насильственная смерть, и у неё свои законы. Появятся те, над кем Смерть не властна. Даже самые великие маги и воины рано или поздно умирают. Это закон мира. Очень важный закон, и Смерть вопиет против его нарушения. Она зовет нас предотвратить это.

- То есть не будет ни смерти, ни болезней теперь? – усмехнулся колдун.

- Нет. Только у избранных. Будет изобретен не сам эликсир бессмертия, ибо такое невозможно в принципе. Он просто окажется наделен силой. Но определенное количество. Представь, колдун, что тогда произойдет в твоем мире? Властелины мира станут бороться за то, чтобы получить свою порцию эликсира и жить вечно. Править вечно. Святая Инквизиция вознесется до небес, ибо она станет даровать бессмертие. Ты умен, колдун, тогда подумай над тем, к чему это приведет дальше? Великий завоеватель сможет продолжать топить народы в крови, тиран – угнетать, наследники правителя пойдут на убийство и междоусобные войны, ибо будут лишены права на трон, если их предок сможет править до скончания веков. По воле Инквизиции станут происходить очень страшные вещи. Померкнет значение самой Церкви. Ты это представляешь, колдун?

- Я этого не хочу, князь.

- А у нас нет выбора, колдун, – жестко произнес князь Калина. – Смерть взывает к нам и требует не допустить Ритуал. И мы сделаем все, чтобы этого не произошло. Для проведения Ритуала необходимы некоторые обязательные условия. Он может быть проведен только этим летом, а потом лишь через тысячу лет. Нужно, чтобы одновременно молились тысячи людей, для чего Святая Инквизиция готовит великий праздник во славу единого бога. Соберется множество верующих, и они призовут их вознести молитву. Еще нужны две древние книги, где прописано то, что нужно читать во время Ритуала. И обе в руках инквизиторов. Одну они достали у демонов, другую – у Черного герцога, как раз тогда, когда тебя захватили. Ты просто попал не в то время и не в то место, только и всего. Герцог Крода ненавидит инквизиторов, но вынужден был пойти им навстречу, ибо его обвинили в укрывательстве мага-убийцы. А у инквизиторов к тебе, колдун, оказывается, весьма большой счет.

- Да, мы как-то пересекались пару раз, – неопределенно подтвердил Чернояр.

- Но это не все. Такой Ритуал требует поистине невиданных затрат энергии. Колоссальных затрат. Причем в сжатый отрезок времени. Для этого послужит Круг Святости, а также огромные запасы, собранные под Храмовым городом. Но и это еще не все. Чтобы провести Ритуал, нужен человек чистый, свято верующий, большой силы человек. Но и ему не под силу будет сделать все, и потребуется постоянная подпитка энергией извне.

- Сайрос, видимо, свято верит в бога.

- Да. А чтобы помочь ему, они создали в Чистилище установку, способную поглощать магические силы у магов и передавать их другому. Этим и занимался генерал Реатор. Уверен, ты слышал о таком.

- Да, знаменитый генерал. И сильный волшебник.

- Был. Такой человек не может пользоваться полученными силами, ибо их очень долго и тяжело усваивать. Но он может их аккумулировать до поры до времени. Сайрос постоянно помогал Реатору сдерживать накопленную энергию, но это было крайне тяжело. Тогда они решили захватить у Черепа один артефакт, который очень помог бы им. Мы на это и рассчитывали. Таким образом Череп оказался в Чистилище, позволив себя захватить. В ту ночь ему удалось покончить с генералом Реатором. Последние события ты уже знаешь. Или догадываешься. Подробнее, если хочешь, тебе расскажет Череп. Реатор оказался перенасыщен энергией, Ритуал планировалось провести уже в ближайшие дни, если бы мы не сорвали все. Его нужно было лишь немного подтолкнуть, и энергия многих магов, сосредоточенная в нем, прорвалась наружу и разнесла все.

- Я почувствовал тот взрыв.

- Череп использовал энергию Реатора, чтобы выжить, но уверен, если бы выхода не оставалось, он бы пожертвовал собой.

- Именно так, повелитель, – поклонился Череп.

- Значит, теперь Ритуал не удастся провести? – спросил Чернояр, смотря в глаза князю Калине.

- Можно. Святая Инквизиция сейчас в тяжелейшем положении, но еще ничего не решено. Убив Реатора, мы избавились от энергии, необходимой Сайросу. Но и это не все. Череп уничтожил генератор, питающий Круг Святости. Все инквизиторы разом остались без своих сил, и чтобы исправить положение, им пришлось расходовать энергию, накопленную под Храмовым городом.

- Выходит, Чистилище выкачивало магические силы своих пленников?

- Догадался, колдун? Да, Эрнегия придумала хитрую установку, чтобы выкачивать энергию у магов, а генератор приумножал ее. Потом Реатор забирал саму способность обладать ею через Поглотитель. Та же участь ждала, и Черепа, и тебя.

- И теперь Инквизиция осталась без необходимой энергии?

- Да, –подтвердил князь Калина. – Но у них есть время, чтобы придумать кое-что еще. А нам нужно будет этому помешать. Ритуал можно провести в течение лета, в любое полнолуние.

- Опыт подсказывает, что сейчас мне предложат работу, – усмехнулся Чернояр. – Иначе к чему все это?

- Да, опыт тебя не обманывает, – после небольшой паузы подтвердил князь Калина. – Я хочу предложить тебе сражаться на нашей стороне против Святой Инквизиции и их дел. Пока всё, так или иначе, не решится. Что скажешь, колдун?

- Я скажу, что у меня есть неоплаченный счет к ним, и я хочу заставить их оплатить его сполна. Но зачем тебе нужен я, князь? Разве у тебя мало сильнейших бойцов и магов?

- Они мои, колдун. И потом, в тебе чрезмерно много неутоленного зла.

Чернояр одобрительно усмехнулся:

- Прекрасный ответ, князь, и честный. Я стану сражаться на вашей стороне. Но хочу предупредить сразу – ваш брат, князь Ирритройя, воюет сейчас с армией маршала Диогена. Я не хочу участвовать в той войне и биться с теми, с кем раньше стоял плечом к плечу. И как-либо помогать этому я тоже не хочу, князь. Надеюсь, вы меня поймете.

Череп пробормотал какое-то проклятье.

- Не упоминай этого имени здесь, колдун. Нас ничего не связывает с ним и не свяжет никогда.

- Я понимаю тебя. Ты не будешь иметь отношения к той войне, настолько, насколько это будет возможно, – ответил некромантский князь.

Чернояр кивнул:

- И вопрос, который я не могу не задать, князь. Вы рассказали мне все прежде, чем я дал свое согласие. А что, если бы я не согласился?

- Ничего. Я вижу тебя насквозь, колдун, и знаю твою историю достаточно, чтобы сказать – ты ненавидишь Жизнь ничуть не меньше, чем мы.

В глазах Чернояра мелькнуло уважение.

- Вы очень мудры, князь. Я рад, что судьба свела нас.

Глава 3

Князь Калина оказался выдающимся собеседником и лично провел первую экскурсию по своей библиотеке. Череп отбыл по делам и вернулся только поздним вечером, если в этом мире вообще существовало такое понятие. Чернояр, просидевший целый день в библиотеке, принял предложение отдохнуть и отправиться в небольшое путешествие.

Дейя предстала весьма мрачным миром. Серая прохлада, тусклая луна, мертвые пейзажи. Это очень быстро навеяло уныние и ощущение обреченности. Сначала колдуну было интересно все, потом вернулось привычное состояние безразличия. А потом наступило неведомое ранее спокойствие.

Такого чувства не бывает в жизни. Оно казалось всеобъемлющим и непоколебимым, как монолит. Незыблемым. То, что буквально заполняет тебя всего, не оставляя даже потаенного уголка, где могло бы затаиться беспокойство, в ожидании своего часа. И чем дольше Чернояр мчался с огромной скоростью над миром Дейи, тем отчетливее понимал, что впервые за всю свою жизнь он спокоен и умиротворен.

И с безразличием это состояние не имело ничего общего.

Абсолютное спокойствие. Настолько абсолютное, что колдун начал верить в свою смерть. Но сердце мерно стучало, согревая кровь в этом могильном холоде, а мысль о Чистилище разом возродила все эмоции. Это оказалось так неожиданно, что Чернояр остановился. Невидимая сила, несшая его с огромной скоростью над серыми равнинами, послушно замерла.

Подлетевший к нему Череп внимательно посмотрел пустыми глазницами ему в глаза и довольно кивнул.

- Смерть тебя приняла. Ты все же и впрямь мертв внутри.

- У меня было необычайное чувство спокойствия. Такое чувство, которого я никогда не испытывал, но которое мне понравилось.

- Понимаю тебя, колдун. Это то, что чувствуем все мы, кто принадлежит Дейе. Только у нас оно граничит с отрешенностью. Смерть проникла в тебя, но это было не чужеродное проникновение. Она, как ласковая мать, приняла тебя в свои объятия, чего никогда бы не случилось с чужаком. Но ты не мертв, колдун. В тебе клокочут эмоции, в тебе сильна жизнь, а где-то далеко внутри есть огонек, который не даст пока умереть. Я тебе уже это говорил и говорю еще раз.

Архилич отлетел немного подальше и на фоне серебристой луны сделал широкий взмах рукой.

- Смотри, колдун. Смотри внимательно, но не глазами смотри, а живым сердцем. Знаешь, чем отличаются все, кто живет здесь, кто принадлежит этому миру, от тебя? От любого живого существа? Жизнь, колдун! Это совсем иная ипостась, совершенно чуждая нам. Мы все практически лишены эмоций, а те, что есть, даже в самом своем сильнейшем проявлении не могут сравниться с теми, что бывают у живых. Пустота окружает нас. Следуй за мной, и я тебе кое-что покажу еще.

И они полетели подобно ветру дальше. И Чернояру представилась возможность увидеть мир Дейи во всей красе. Он видел прекрасные океаны серебра, наблюдал величественно плывущих в небе существ, страшных и удивительных, видел, как застыл в смертельном танце огонь, вырывавшийся некогда из недр земли, какие изящные линии сотворила Смерть в камне, которые не под силу были ни одному творцу в Светлом мире. Он наслаждался красотой Смерти, воплощениями и деяниями ее. А еще колдун понял, что этот мир вовсе не похож на кладбище, как представлялось многим. Просто он жил, развивался по своим законам, непонятным тем, кто не являлся его частью.

- Тебе понравился наш мир? – спросил у него Череп, когда они спустились с небес на берегмертвой реки, печально несущей свои воды.

Вода казалось черной и абсолютно пустой, но, присмотревшись, Чернояр увидел неясные тени, движущиеся в ней.

- Да, он красив и величествен. Он может завораживать. И это спокойствие…

- Тогда возвращайся сюда.

Архилич повел костлявой рукой, и вода в реке восстала миллионами капель, которыеповисли в воздухе огромным прекрасным шатром, в котором весело заиграл свет луны.

- Ты ищешь смерти, колдун. И не ищешь ее. Ты слишком странный, чтобы тебя можно было понять и не ошибиться в своем суждении. Даже для меня. У нас нет рабов, у нас нет бедных и богатых, у нас все равны. Ты можешь все свое время потратить на то, чтобы пребывать в состоянии спокойствия, и никто из мертвых не посмеет тебе в этом помешать. Это закон смерти. Но ты здесь не сможешь долго оставаться, колдун, хотя никто тебя не прогонит. Смерть приняла тебя, и никто не вправе противиться ей. Но когда ты умираешь, то лишаешься жажды жизни, эмоций, всего того, что тебя постоянно толкает на какие-то действия. Всё становится безразлично. Но ты жив, колдун! Твоя душа тяжко изранена и лишена веры. Для тебя то, что ты ощутил здесь, – как целебный бальзам на раны, которые постоянно болят, каждую секунду, изматывая тебя. Но поверь мне, колдун, пройдет время – и это станет претить. Ибо ты не мертв, в тебе еще горит искра жизни, а жажда мести и зло переполняют тебя. Ты здесь чужой. То же чувствуют те, кто кончает жизнь самоубийством. Сначала смерть им приносит облегчение, но вовсе не дарит покоя. Я знаю, колдун, ты хочешь умереть, ты ищешь смерти. Не ищи. Когда придет срок, она сама найдет тебя.

Чернояр хрипло рассмеялся:

- Я понимаю, что ты хочешь сказать. Но ты мертв, а я нет, ты сам сказал это. И это правда. Но и тебе не понять живых.

- Может, так, а может, и нет, – уклончиво произнес архилич.

Повинуясь его воле, отовсюду возник призрачный туман и сплел вокруг короны замерших, полных лунного серебра брызг, – изящный, неземной красоты узор.

- Скажи мне, колдун, вот ты принял приглашение моего владыки. Но ты понимаешь, что тебе придется пойти против своего бога? Того, кому вы все так ревностно поклоняетесь. В кого так верите. Ты станешь вероотступником. Предателем в глазах Церкви. Или в глазах бога.

- Я его ненавижу. Ты говоришь, вы не способны испытывать сильные эмоции, но поверь мне, ненависть имеет огромную силу.

- Можно подумать, ты сторонник дьявола.

- Нет. Я сам по себе. Ты думаешь, наш мир хорош? Там зло. Там жестокость и несправедливость. Пожалуй, несправедливость горше всего. То, что не дает смириться с таким положением. Один рождается умным, другой дураком, и ему никогда не поумнеть самому. Ему всегда придется смотреть на умных, завидовать им и осознавать, что что бы ты ни делал, тебе никогда не стать таким, как они. Ты ущербный, смирись, не как все, не как мог бы быть. Так решил бог.

Думаешь, наш мир сладок? Когда один красив, другой страшен, когда один счастлив, а другой получает одну беду за другой. Когда один удачлив, а у другого наоборот невезение за невезением. Один живет полноценной жизнью, а другой должен существовать калекой. Жизнь – это одна большая несправедливость. Это порождает зло. А зло, в свою очередь, опять порождает зло. И зло порождает несправедливость. Замкнутый круг, которому положил начало бог, и по закону которого все живут.

- У вас есть свои боги, которым вы, люди, молитесь, значит, вы недостойны.

- Боги есть. Кто-то верит во многих, кто-то в единого Бога. Но все они глупцы. Рабы и не более. Религия воспитывает рабов. Они верят, что бог – отец, а мы все – его любимые дети, но поверь мне, это не отец. Ни один отец не станет делать над своими детьми то, что творит Он. Церковники говорят, что бог дает каждому только те испытания, которые он сможет выдержать. Его дети как подопытные кролики, над которыми Он творит что хочет, без всякого закона. Захочет – одного согнет в бараний рог, а другому даст все в жизни, и счастье. Просто потому, что он так захочет и решит. А ты, что бы ни делал, ничего не сможешь изменить. Бог так решил. Многие глупцы живут и думают – если я не стану грешить, или сильно грешить, то и наказывать меня будет не за что, а значит, беды обойдут стороной. А потом, когда случается горе, они задают один и тот же вопрос – за что, боже? За что мне такое, чем я провинился? И никто не воспринимает реальность такой, какая она есть: тебе дали зло. Многим ни за что, просто так. Потому что Он так решил. А глупые люди выдумывают оправдания для Него – что бог ни делает, все к лучшему, и так далее. Люди не видят ужаса творящегося вокруг, и несправедливости, которой пропитан весь наш мир. И не важно согрешил ты или нет в жизни, слепой случай не более. А может слепая Его воля.

- Да, вы смешные, люди. Я знаю, многие верят в то, что бог где-то там накажет злых. Или наказывает сразу?

- О да, наказывает. Например, дитя, что только родилось и еще ничего не сумело сделать в этом мире, а его выбрасывают на помойку. Матерей, которых такими создал бог, и не исправил деяние рук своих. Живи как живешь, делай что хочешь, а я, умный и страшный, накажу тебя, если что. Или не накажу. Это называется Отец. Возьми любую нормальную семью. Отец оберегает своего ребенка с измальства, учит, наставляет, и не через жестокие уроки, а стараясь сделать так, чтобы он поменьше испытал горестей и ошибок в этой жизни. Он несет ответственность за то, что породил на этот свет. А что делает бог? Одни дети живут в счастливых семьях, а другие… Бог сам порождает зло, а потом его зло порождает другое зло. Весь наш мир – это зло, в котором живут его рабы. Он не заботится о тех, кого создал.

- Что же ты хочешь, колдун? Убить бога? Никому это не под силу. Да и чего ты этим добьешься? Убивать самому? Всех? Тем самым помогая людям избавиться от зла, окружающего их?

- Я много думал. Да, в жизни бывает очень плохо. Ему просто плевать на всех нас, и то, что кто-то там уйдет из жизни, никак не обеспокоит Его, ведь есть миллионы других. Ты будешь просить умолять Его помочь, а Он тебя не услышит. Может, Ему все равно, а может, с тобой так происходит потому, что Он так решил твою судьбу. Не ты. А Он. Ты можешь сколь угодно стараться что-то изменить, но тщетно. В том случае, если Он так решил.

- Ты сам дьявол, колдун! Даже смерть не успокоит тебя.

- Иногда я склоняюсь к мысли, что дьявол – это не так уж плохо. Возможно, он не захотел жить в несправедливости и восстал против Бога, и многие последовали за ним. Бог сам породил зло, допустил зло, и теперь это закон в нашем мире. Зло порождает зло. Жизнь обидела одного, он сорвался на другом, тот понес зло дальше. Но я пока еще не решил.

- Тогда почему же ты не борешься с деяниями его? Раз зло везде, как ты говоришь, твори зло сам. Увидел, что кому-то хорошо, – убей. Пусть всем будет одинаково плохо, раз невозможно иначе. Раз бог не смог, не захотел сделать по-иному, – в пустых глазницах Черепа мелькнула неподдельная ярость.

- Это не по мне, некромант. Я ведь еще жив. Мне жаль людей, они ни в чем не виноваты.Бог создал такие правила, создал такими самих людей. По образу и подобию своему. И большинство из них слишком глупы, а вернее, просто не хотят думать. Он дал одним счастье, другим не дал. Но нет закона, нет принципа, по которому это все строилось бы. Почему одним так, а другим нет? Было бы понятно, если бы человек согрешил, был бы плохим, и ему плохо за это. Но такого нет. Одним просто дается счастье, другим зло. Очень плохой человек может припеваючи жить много лет, верша много зла, а тот, что добр и чист, сгибается в бараний рог. У нас многие могли бы творить добро и помогать другим делать мир лучше. Но им это не позволяется. Однажды я обратился к богу – дай мне силы, дай мне то, что я прошу, и я стану помогать тебе делать этот мир лучше, борясь со злом. Помогая другим людям. Но бог промолчал. Ему это просто не нужно. Мне жаль людей – потому что они слабы, трусливы и глупы. Все видят зло и очень боятся, что немилость бога коснется их. И молятся ему, как рабы – только не бей нас! Вслушайся в то, что произносится в молитвах – господи помилуй! Раб просит жестокого господина – не бей, не наказывай, пусть беда пройдет стороной. Люди внутри понимают, что неважно согрешил ты или нет, но с тобой все равно может случиться беда. И они молят Его – помилуй! Это ужасно. Нет закона – согрешил ты или нет, беда ждет всех одинаково. Зачем же нужен бог? Но и люди очень жестоки. Тот человек, кто имеет счастье, молчит и возносит хвалебные песни богу, какой он хороший и замечательный, прославляя его, но и думать не хочет при этом, что многим другим очень плохо. Значит, им есть за что, а мне бог – отец! Если человек спасся от неминуемой смерти он идет в церковь и возносит Ему благодарные молитвы – спасибо, что ты спас меня. И сразу забывает про многих других, кто был рядом с ним и погиб. Тех, кого бог не спас. Но человек глуп и жесток, он находит этому простое объяснение – значит так было нужно, богу виднее, значит я избранный, а те, кто погиб, согрешили или пришел их час. Вот только это ложь. И при этом человек постоянно боится, что бог у него все отнимет. И если говорить как есть – бог разгневается и заберет все, и накажет, покарает. Потому что все знают, что такое может легко произойти, просто, без причины. Сегодня у тебя все есть, замечательная семья, работа. А завтра случится страшная беда и всего этого не станет. Потому что бог так решил. И они молятся, как рабы: Боже, только не карай нас! Ты хороший, царствуй на небесах! Помилуй боже! Люди сами выдумали себе жестокого хозяина, и как рабы пресмыкаются перед ним, потому что своим умом сложно прожить. Потому что страшно. Страшно без хозяина. Потому что жизнь очень жестокая штука, и так важно иметь слепую надежду. Бог.

Когда кто-то просит о чем-то бога и получает это, он радуется – славься, боже! Я верую в тебя! И не видит, что есть многие другие, кто так же горячо просил и не получил ничего. Разве это справедливо – когда одному дается, другому нет? Чем один лучше другого? И эта несправедливость пронизывает наш мир, и бог всячески плодит ее.

- Скажи, колдун: а вдруг это все обман? И на самом деле эликсир бессмертия, что хотят получить люди, каким-то чудом станет достоянием всех. И тогда нашему миру придет конец, а ваш мир станет счастливым. Не будет смерти, болезней.

Чернояр скривил губы в злой усмешке:

- И ты думаешь, наступит счастье? Наш мир – зло, а я не желаю счастья злу, несправедливости.

Череп понимающе кивнул:

- Да, пожалуй, ты прав. Но чтобы так ненавидеть бога, как ненавидишь ты, должна быть какая-то очень веская причина. Он дал Смерти забрать всех тех, кого ты любил? Или не дал то, чего ты так просил? Ты одинок, колдун, может, дело в этом? И что же ты решил для себя? Жить или умереть?

- Я еще не решил. Всю жизнь я видел к себе зло и несправедливость, и я стал жить по своему закону. Люди сами не понимают, что являются создателями и проводниками зла. Я всего лишь принял закон: за зло я плачу сторицей, людям и богу. Я проклинаю его каждый день, что живу. Я проклинаю его дела, когда вижу тех, кого он искалечил, чью судьбу превратил в страдания. Проклинаю тех, кто удостоился его внимания и счастья. Ему назло. Я живу ради этого, но я устал. Я очень сильно устал. Но умереть спокойно мне не дает мысль, что, кроме меня, я не знаю никого, кто борется с богом и злом, что несет он.

Череп задумался, потом произнес:

- А тебе не кажется, что лучшая борьба против этого – это деяния добра. Бог делает зло, а ты портишь его дело, делая добро. Видишь несправедливость – делаешь так, чтобы убрать ее.

- Иногда я так и поступаю. Но люди слабы. Когда делаешь им добро, они славят бога - это Он помог. Он послал человека, чтобы помочь мне. Почему я должен страдать, а кто-то нет? Это несправедливость. А несправедливость порождает зло. Мне плевать на других. Я хочу счастья себе, я мщу богу прежде всего за себя.

- А если ты добьешься счастья, а оно будет таким же эфемерным, и Бог накажет тебя, забрав все?

- Я лишь хотел получить то, что жаждал всем сердцем. Но не получил, как ни просил, как ни ждал, что бы ни делал и как ни старался. Я давно уже потерял всякую надежду. Ты прав, некромант, я мертв внутри. Все, что было светлого и доброго во мне, убила своей жестокостью и несправедливостью жизнь. И этого уже не обернуть вспять. Мое сердце выжжено. Я уже мертв. Бог убил во мне желание жить.

- Да, колдун. Князь не ошибся, избрав тебя. Зло, что горит в тебе, очень поможет нам.

- Это зло создал во мне сам Бог. Раньше я не был таким, и не смотря на все испытания верил в бога. Я просил, умолял помочь, но не был услышан. Он отказался от меня, дал стать тем, кем я стал сейчас. Он сам убил во мне добро, даруя зло, отвернувшись от меня. Теперь я зло.

- Да, колдун, тебе рано умирать. Ты не найдешь себе здесь покоя. Но пока ты в мире Дейи,посмотри – здесь есть своя красота и то, что можно назвать жизнью. Своей, не похожей на ту, что есть в Светлом мире. Возможно, когда ты насытишься своей местью или что-то поймешь и пробьет твой час, ты с радостью вернешься сюда, потому что здесь будет ждать совсем другая жизнь. Но ответь мне еще на один вопрос, колдун: ты так яро ненавидишь жизнь, своего бога, а уверен ли ты, что понимаешь все правильно? Иногда то, что кажется белым, и ты даже убежден в этом, на самом деле не является таковым. Просто ты не знаешь кое-чего важного и делаешь неправильные выводы.

Чернояр спокойно улыбнулся:

- Да, возможно, и наверняка я не знаю всего, и допускаю мысль, что могу быть неправ. Но Я так вижу все. И потому, что я вижу, потому, что я получил, что испытал и что понял, я сужу этот мир. Жизнь сужу. И бога. И деяния свои.

Глава 4

Лок бывал в мире Мертвых уже несколько раз, и каждый из них запомнился каким-нибудь весьма ярким впечатлением. Вообще-то, на Империале имелось крайне мало мест, где ему еще не приходилось бывать, и в этом отношении многие знаменитые путешественники наверняка бы ему позавидовали. Так он жил раньше. Постоянная охота за артефактами и за их составляющими, вечный поиск во всех уголках Империала. Но нигде не было столь увлекательно, как здесь, в мире Мертвых. Даже в Инферно. Во всяком случае, от демонов гораздо легче скрываться и работать незамеченным. В Дейе все обстояло иначе. Здесь все изначально враждебно жизни, настолько, насколько это только возможно. Никто и никогда не устраивал на Лока столь изощренных, увлекательных, упорных и продолжительных облав. Его выслеживало всё в этом мире, на земле и над землей, и даже под землей. Приходилось напрягать все свои силы, ум и мастерство, чтобы работать в мире Мертвых.

Но зато это было очень увлекательно. Так что нынешнее посещение сего измерения он проводил, имея за плечами очень солидный багаж опыта. Несколько раз его практически обнаруживали, но Лок умело предпринимал быстрые действия и уходил. В целом, в Тиборе было не так страшно, если знать и чувствовать ситуацию. Однако сейчас Лок вынужденно рисковал, так как время играло не на его стороне. Узнать, куда мог пойти колдун, было невозможно, но он узнал архилича, что вышел из Чистилища с группой некромантского спецназа, так как в свое время похищал у него один из предметов. Оставалось только одно: отправиться к замку Черепа.

Однако просидев там целые сутки в ожидании и так ничего не обнаружив, Лок понял, что нужно менять тактику, иначе поиски ненавистного колдуна могли превратиться в долгоиграющую историю, чего ему совсем не хотелось. В облике жизни мрачного замка архилича прослеживалось нечто неуловимое, что однозначно говорило об отсутствии его хозяина. Размеренные, неспешные движения слуг и многое другое. Подумав, Лок решил действовать кардинальным образом и отправиться к замку самого князя Калины. Насколько он уже успел узнать колдуна, тот являлся весьма незаурядной личностью, и если его принял Черный герцог, то и властелин мертвых, вероятно, поступит так же. В любом случае делать что-либо еще не представлялось в данной ситуации возможным.

Лок переместился к замку князя. Чтобы минимизировать риск своего обнаружения, он постоянно находился в полувоздушном состоянии, а это существенно снижало его безопасность, равно как и возможности. Но приходилось идти на такой риск, ведь вокруг замка князя постоянно происходило весьма оживленное движение, причем существ, с которыми шутить не приходилось. И сталкиваться очень уж не хотелось.

Лок даже не мог заснуть, ибо находясь в таком опасном месте, нельзя было расслабляться ни на мгновение. Впрочем, ему это не доставляло особых неудобств. Каждый час он менял свое местоположение так, чтобы одновременно держать под присмотром и свой предыдущий наблюдательный пункт, с целью заметить интерес возможных преследователей, и парадный вход в замок князя Калины.

Определенно, после того что случилось в замке Сат, Лок стал гораздо более внимательно относиться к своей безопасности.

Прошли еще одни сутки. Элементалиста поддерживала жажда мести, и он упрямо продолжал ждать, не имея ничего лучшего на данный момент. Предчувствие охотника не подвело его и на этот раз. Однажды появилась очередная роскошная карета в сопровождении четырех рыцарей Смерти, и из нее вышли архилич и колдун.

Лок сразу ощутил прилив удовлетворения. Он обнаружил цель, и теперь оставалось только ее не упустить. И продолжал ждать. Колдун пробыл в замке не меньше десяти часов, так что Лок начал уже подозревать неладное. Однако пуститься в построение теорий на эту тему ему не пришлось, так как спустя еще полчаса колдун все-таки появился. Вместе с архиличем. Они сели все в ту же карету и отправились в один из замков на окраине Тибора. Судя по всему, именно там колдун и жил, потому что в следующий раз он появился через двенадцать часов и был на этот раз один. Лок осторожно последовал за ним, изучая маршрут. И вскоре понял, что его враг просто решил совершить обычный туристический променад. Он не спеша прогуливался по Тибору, но не хаотично, а следуя по конкретному маршруту. И это давало Локу шанс. Элементалист, столько перенесший уже в Царстве Смерти, желал лишь одного – поскорее разделаться с колдуном и уйти из этого чуждого и опасного мира.

А вот колдуна, на удивление, никто не только не трогал и не пытался убить, а наоборот, все вели себя с ним так, словно он был почетным жителем столицы княжества. Лок осторожно просканировал магическую ауру, идущую от его заклятого врага, в поисках каких-нибудь знаков, но ничего не обнаружил. И все же что-то ясно давало понять: колдун здесь свой. Элементалист был слишком сосредоточен на преследовании и желании избежать встреч с нежитью, чтобы сейчас сильно задумываться над этой тайной, решив разгадать ее позже.

Колдун явно никуда не торопился и наслаждался прогулкой, предоставляя прекрасную возможность Локу завершить все прямо здесь и сейчас. Оценив маршрут врага, он легко просчитал место, куда тот направлялся, – колоссальная статуя Смерти в одном из своих самых ужасных обличий, отлитая из чистого золота и созданная неведомыми мастерами так, что казалось, будто она на самом деле живая. Даже ее взгляд был такой силы, что элементалист счел за лучшее принять телесную форму и окружить себя охранными заклятиями.

А потом начал спешно ваять «Дезинтеграцию». Это было самым сильным боевым заклятием во всей школе магии Воздуха, если не во всей Стихийной магии. Его могли кастовать только сильные мастера, и оно забирало практически всю энергию. Лок прекрасно понимал, что после того как он активирует это заклятие, то окажется на некоторое время в очень уязвимом положении, но натура, не способная жить без риска, упрямо гнала его вперед. Он рискнул и едва не погиб в Сате, и если здесь случится нечто подобное, то ему, возможно, уже не выжить. Тем более что не было артефакта «Последнего слова», и рассчитывать на что-то еще не приходилось. К тому же существовала опасность, что колдун почувствует угрозу и сможет предпринять какие-то действия, поэтому Лок готовил заклятие «Дезинтеграции» на существенном расстоянии. Он надеялся, что общий фон, создаваемый нежитью вокруг, который в любом случае для колдуна должен казаться враждебным, сокроет на время и угрозу, исходящую от него. Конечно, такое расстояние создавало опасность промаха, но были и свои преимущества, которые делали риск оправданным. Лок не слишком долго терзался в сомнениях, он всегда принимал решения быстро и уверенно, свято убежденный, что риск – это дело очень благородное, и что удача обязательно окажется где-то рядом. Если конечно все правильно продумано. Заклятие «Дезинтеграции» удалось создать всего за минуту до того, как на площади появился колдун. Здесь присутствовало много нежити, но смертоносный разряд наносился с воздуха прямо на цель, так что попасть в кого-то другого элементалист не слишком опасался. Да и не могло такого произойти, потому что он чувствовал: все получится. Пусть колдун проявил чудеса в защите там, в замке Сат, но сейчас он не был готов к поединку. И шансов уцелеть у него тоже не было. Лок не испытывал терзаний совести, что наносит смертельный удар по врагу вот так, не в бою, не лицом к лицу, а словно убийца. Колдун крайне опасен, и он напал в свое время первым, первым выказал свои намерения убить его, без предупреждения, без поединка. Лок лишь поступал с убийцей так, как заведено было у них самих.

Чудовищная сила концентрировалась на его пальцах, готовая нанести смертоносный удар. Одно лишь желание воли – и с убийцей будет покончено. Но Лок медлил. Он не ощущал удовлетворения. И не потому, что бил из-за угла. Нет, дело даже не в этом. Он сейчас вспоминал похороненный в веках замок Сат. То, как колдун убивал его клона. То, как он выливал на пол ирий. То, как он в один миг уничтожил годы его жизни. И ненависть жгучей волной разливалась по каждой клеточке организма. И чтобы утолить ее, мало вот так убить колдуна. Лок жаждал смотреть ему в глаза, когда тот станет умирать. «Дезинтеграция» же наверняка уничтожит его сразу, а это было не совсем то, чего ему хотелось.

Лок медлил, и с каждой минутой его положение становилось все более шатким, потому что удача не прощает, когда ее расположением злоупотребляют. И он это прекрасно понимал, и еще более становился от этого нерешительным. Два чувства боролись в нем. Ненависть и неудовлетворенность. А потом Лок понял, что он все еще остается самим собой. И с ним все его таланты и сила. Он вдруг понял, что верит в себя, в свою звезду, которая все еще ярко горит в небесах. И что он достоин много большего.

Неясная тень мелькнула в опасной близости от него. Элементалист стремительно ушел в сторону, пытаясь оценить опасность. В отличие от очень многих, он никогда не тратилсилы понапрасну, сначала думая, и только потом уже что-то делая. А как можно что-то делать, если не знаешь, кто тебе противостоит?

И Лок увидел своего врага. Мертвый страж. О них мало что было известно. Эти существа охраняли высшие круги Дейи, а пределов их силы не знал никто. Дейгардов откровенно боялись, говорили, это духи самой Смерти. И сейчас один из них атаковал элементалиста. Настолько стремительно, что он не смог избежать этого. «Эледор» лопнул, поглотив удар, словно это было рядовое защитное заклятие, и волна жуткого смертельного холода и отчаяния сковала тело мага. Колоссальной силой воли Лок сумел активировать заклятие «Дезинтеграции» и чудовищный разряд чистой стихийной энергии распылил Мертвого стража. Даже такое мистическое существо не смогло вынести столь мощного удара боевой магии. Но Лок едва не потерял сознание, ибо вся энергия разом покинула его. Он оказался абсолютно беззащитен. Только то, что элементалист являлся настоящим мастером, позволило ему вынести последствия заклятия. И все это время его мозг продолжал анализировать ситуацию. Дейгарды, скорее всего, незаметно следовали за колдуном все это время, и он не сумел их выявить, слишком увлекшись преследованием своей цели. Видимо, князь Калина послал их охранять колдуна, и этого Лок предугадать не смог. И сейчас другие Мертвые стражи спешили к нему. Они чуяли жизнь, человеческую кровь. Но хуже того, не издав ни звука, эти твари оповестили всю окрестную нежить о присутствии чужака, и теперь к обессиленному элементалисту спешили все. Вампиры, упыри, оборотни, отродья, приведения, баньши, зомби.

Оставалось только бежать. Лок превратил свое тело в воздух и стремительно взлетел. Но привидения понеслись за ним. И стражи. И вампы. Лок мчался на скорости, которую только мог развить, насколько хватало сил, совершая немыслимые виражи, попутно стремительно впитывая в себя энергию отовсюду, откуда только мог. Гонка продолжалась около двадцати минут, прежде чем элементалист накопил достаточно сил, чтобы вызвать к жизни «Торнадо».

Воздушные массы тут же пришли в движение, а он кружил вокруг, заманивая своих преследователей, пока ураган набирал мощь. Гигантские вихри закручивались в смертельном танце, повинуясь воле элементалиста, а серебро вечной ночи, властвующей в этом мире, стало превращаться во тьму. Гул нарастал. Всю энергию, что удавалось получать, Лок вливал в свое детище, отчаянно маневрируя в его вихрях. Он почти стал частью, слился с ураганом, ощущая всю его сокрушительную мощь, словно это было продолжением его тела. Но время играло не на его стороне. К бушующему торнадо со стороны лунных равнин направлялись ужасающие белладейи, величественно плывущие по бледному небу. Они являлись олицетворениями одной из ипостасей Смерти, и сталкиваться с ними не хотелось никоим образом. Особенно сейчас, когда Лок буквально балансировал на грани жизни и смерти.

Ураган двинулся вперед и разбросал тех, кто жаждал крови его создателя, а элементалиста, чье тело представляло собой сгусток воздуха, незаметно выбросило из опасной зоны одним из мощных вихревых потоков.

Лок стремительно несся по призрачному небу, так как только расстояние могло сейчас его спасти.

Он остановился. Где-то за спиной, далеко в темноте, стихало его «Торнадо», лишившееся магической подпитки. И Лок совершенно не хотел туда снова возвращаться. Он понял одно: попытка убить колдуна здесь имела мало шансов на успех. Слишком все сложно и рискованно. Особенно теперь, когда нежить встревожена присутствием чужака и убийством одного из дейгардов. Вполне вероятно, и дьявольский колдун заподозрит что-то неладное, и приготовится к новому нападению.

Но Лок знал, где сможет вскоре встретить своего врага. Оставалось всего лишь немного подождать. А это уже не казалось таким тяжелым – ведь он понял, чего хочет на самом деле.

Глава 5

Стоял прекрасный летний день. Время едва перевалило за полдень, и всё вокруг притихло под палящими лучами жаркого солнца. Кузнечики лениво стрекотали, словно по инерции, птицы переговаривались на своем языке, легкий ветерок шелестел по высоким травам да зеленым кронам деревьев. Идиллия. Летняя идиллия.

Чернояр вздохнул полной грудью.

Сердце переполняло ощущение радости, что случалось крайне редко в его жизни. Как ни казалось хорошо в Дейе, но возвращение в Светлый мир стало неожиданно счастливым событием. После всего мрачного, мертвого всё, что предстало сейчас перед глазами колдуна, отозвалось восторгом в выжженном сердце.

Это был его родной мир. Солнце, которое он так любил, жизнь, размеренно кипевшую вокруг. Сам воздух, наполненный различными ароматами, казался таким опьяняющим, и Чернояр не мог им надышаться.

Он сам никак не ожидал такого, и это оказалось неожиданным вдвойне. Все, что виделось раньше опостылевшим и не имеющим значения, теперь стало вдруг таким важным.

- Воистину, все познается в сравнении, – пробормотал колдун.

Он присел и взял горсть земли, такой теплой, родной, шероховатой, которую можно было почувствовать, ощутить ее запах. Может, это и есть небольшой кусочек счастья? А может, единственно истинный? Солнце, бескрайняя синь неба? Может, все остальное как раз и есть обман, построенный на зависти и желании получить все больше и больше? Того что у тебя нет, но есть у других? Чернояр резко встал в полный рост, а от вспыхнувшего гнева крепко сжались губы.

Мираж. Все это не имело никакого смысла без того, чего он жаждал.

Колдун мрачно зашагал вперед. Он никогда не делал тайников там, где само собой подразумевалось укромное место. Но разве станет кто-либо искать схрон посреди обычного лесного луга?

Чернояр шел, обложившись мощными защитными заклятиями, какие только имелись в арсенале его Школы магии. Щупальца Тиамат раскинулись на большое пространство вокруг, ощупывая его и готовясь перехватить и уничтожить любую опасность для своего хозяина. Колдун шел во всеоружии, жаждущий боя.

Именно здесь, на ничем не примечательном лугу, он спрятал кольцо телепортации, снятое с трупа покойного элементалиста в замке Сат. Жизнь научила его, что носить, а тем более пользоваться такими загадочными вещами сумеречного происхождения, как данный артефакт, небезопасно. Например, такой артефакт мог запросто убить своего нового обладателя, будучи заговоренным на это предыдущим хозяином, или преподнести еще какой-нибудь более или менее неприятный сюрприз.

Тогда, возвращаясь из мертвой пустыни, по пути к Черному герцогу Чернояр временно спрятал кольцо телепортации, чтобы потом вернутся за ним и заняться снятием любых наложенных предыдущим хозяином чар. Конечно, сейчас он прекрасно понимал, что надо было сразу это сделать и только потом идти к Черному герцогу, но тогда всё представлялось иначе. Предугадать, как всё обернется, Чернояр не сумел.

Теперь пришло время завершить начатое дело, тем более что данный сумеречный артефакт являлся очень уж ценной добычей, чтобы не пользоваться ею. Единственное, чего опасался колдун, это того, что Инквизиции каким-то образом стало известно о данном тайнике, и после его побега из Чистилища они организуют засаду именно здесь. Чернояр не мог быть уверен, что за то время, которое он провел под пытками, никто не проник в его мозг и не прочел там нужную информацию. Он пребывал тогда в таком состоянии, в котором ни в чем нельзя было быть уверенным.

Поэтому сейчас Чернояр приближался к своему схрону, готовый ко всему. Если Инквизиция организовала засаду, им придется дорого заплатить за это.

От одной этой мысли у него снова улучшилось настроение. Уверенный шаг следовал за шагом, но никто не спешил его атаковать, и не было ни малейшего признака опасности. Это место ничем не отличалось от других.

Когда колдун подошел совсем близко, повинуясь его воле, из земли вырвался небольшой шар тьмы и замер в воздухе. Защитная оболочка, внутри которой покоился сумеречный артефакт.

Настало время нанести визит тому, кто сможет разобраться с данной проблемой, и у Чернояра как раз имелся на примете один из кандидатов.

Он сотворил из тьмы пентаграмму, открывая портал в измерение Инферно. В голубом зеве проявился, словно в дымке, огненный мир демонов, в который колдун незамедлительно шагнул. Первое, что случается, когда оказываешься здесь, – тебя обдает нестерпимым жаром, а потом все проходит. Инферно принимает тебя. Так устроен Империал изначально: сотканный из многих миров, он все же был един, и все, кто принадлежал ему, мог жить в любом из измерений. Это закон мира.

Чернояр вышел в месте, которое называлось Ликхха, или Место Упокоения. Оно представляло собой огромные пепельные равнины с почерневшими остатками древних камней, некоторые из которых могли посоперничать своим размером с доброй горой. Обычно замки местной знати представляли собой языки адского огня, но тот, к кому Чернояр собирался наведаться сегодня, являлся добровольным изгоем своего мира, и его убежищем служил огромный каменный акрополь.

Внутри не было никого, лишь гигантское пламя извивалось в экзотическом жерле вулкана посредине внутренней залы, время от времени огненными молниями разбегаясь по многочисленным колоннам ввысь, озаряя вспышками своды потолка. Высокий трон местного владыки стоял в самом конце, на котором и восседал демон.

Он был огромного роста, с большой головой, на которой торчало множество всевозможных рогов, и длинной козлиной бородой. Все шесть могучих рук покоились на золотых подлокотниках трона.

Чернояр решительно направился к нему.

- Приветствую тебя, Бельвизар.

- Кто ты, чужак? – пророкотал голос демона.

- Зови меня Чернояр. Мне нужна твоя помощь. И я хочу ее купить.

В глазах демона блеснуло некое подобие интереса. Он всем своим огромным телом подался чуть вперед, словно пытаясь лучше разглядеть стоящего перед ним человека.

- Гм. Не часто ко мне кто-то является за помощью. Что же ты хочешь, человек?

Чернояр спокойно достал из кармана шар тьмы и мысленным приказом раскрыл его, открывая взору магическое кольцо.

- Это сумеречный артефакт, и я хочу, чтобы ты снял все чары, наложенные на него. Я знаю: это в твоих силах.

Бельвизар тряхнул бородой:

- Я хочу его посмотреть ближе.

Из его тела стремительно вырос отросток и потянулся к артефакту. Тот мгновенно снова закуклился в сферу тьмы, и едва демон прикоснулся к ней, то получил ощутимый разряд разрушительной энергии. В глазах Бельвизара мгновенно вспыхнуло воистину адское пламя:

- Ты смеешь сопротивляться мне, человечишко?!

Чернояр лишь презрительно скривил губы:

- Ты получишь доступ к артефакту, только когда мы заключим сделку.

- Ах вот как, сделку! – Демон громогласно расхохотался, от чего, казалось, содрогнулись даже колонны акрополя.

- И что же ты хочешь мне предложить за мою помощь?

- То, что является обычной платой в таких случаях, и даже больше. – Чернояр извлек из кармана небольшую колбу, наполненную кроваво-черной жидкостью. – Это кровь мага. Моя кровь.

Бельвизар принюхался, потом пренебрежительно фыркнул:

- Это не настоящая кровь. Ты ее очистил!

- Конечно. Ее очистила Тьма, сохранив всю энергию, необходимую тебе, и уничтожив все, что помогло бы обрести власть надо мной. Я не дурак, Бельвизар, я знаю правила.

И в ту же секунду адский акрополь буквально ожил. Изо всех колонн, из каменного пола и потолка полезли всевозможные твари, чьи намерения не имели двоякого толкования.

- Ты не только дурак, колдун, но еще и глупец! Глупец, решивший явиться ко МНЕ с таким артефактом! Я не только сниму с него чары, но и всколыхну все Инферно. А для начала я полакомлюсь твоей душей, а кровь твою стану пить, как вино.

Чернояр не пошевелился, и лишь губы его зашевелились, творя заклятие. Тьма начала сгущаться вокруг, а демонических тварей встретила Тиамат. Ее щупальца пресекали все атаки, либо отбрасывая, либо разрывая на части всех, кто смел приблизиться. Твари, получив неожиданно жесткий отпор, отпрянули назад. Тогда демон сам встал с трона во весь свой огромный рост. В руках его возникла шестиглавая огненная плеть, похожая на клубок извивающихся змей, но прежде чем он сумел использовать ее, сразу несколько Щупалец Тиамат метнулись к его ногам, обвили и резко дернули на себя. Бельвизар, никак не ожидавший такой прыти, грохнулся на мраморный пол. Демонические твари яростно зашипели. Чернояр активировал заклятие «Дискорда». Мощный сгусток черных волокон-разрядов, представляющих собой концентрированную тьму, устремился по направлению к цели. Бельвизар взмахнул плеткой, отсекая Щупальца Тиамат, и тут же вскочил, стремясь избежать встречи с новой опасностью, но на подлете волокна тьмы выбросили, подобно гриве, сенсорное облако-сеть самонаводящихся бомбочек и безошибочно ударили ему в грудь, увлекая за собой все разрушительное плетение.

От такого удара демона швырнуло обратно на трон, едва не разрушив последний.

Чернояррасхохотался:

- У тебя есть последний шанс передумать, Бельвизар, и принести мне свои извинения. Я сочту все это недоразумением.

Бельвизар взревел и весь вспыхнул адским пламенем. Он снова бросился на колдуна, и все твари, которыми уже кишел акрополь, последовали за ним. Тьма, собравшаяся под колдуном, внезапно вознеслась ввысь, принимая вид огромного черного трона, покоившегося на основании, сотканном из живой тьмы. Мощный взрыв ударил во все стороны, убивая тварей и сокрушая камень.

- Что ж, демон, тогда поклонись моему «Трону»!

Щупальца Тиамат, подпитываемые энергией «Трона тьмы», увеличились многократно, обвили Бельвизара и швырнули его об пол. Магическая плеть вылетела из рук демона и канула в миниатюрном вулкане. Но с пола Бельвизар уже не встал. Щупальца Тиамат его бросили прямо в пасть Ямара, которого колдун предусмотрительно создал немногим раньше. Жуткое порождение Тьмы сразу охватило демона, и страшный крик боли раздался под сводами адского акрополя.

- Ты меня хотел убить, Бельвизар, – спокойным голосом произнес Чернояр, – Что ж, мне все равно нужно то, зачем я сюда явился. Я предлагаю тебе сделку, но теперь уже на иных условиях, чем раньше. И плата окажется иная. Если ты снимешь чары с этого артефакта, – он снова вытащил из кармана кольцо телепортации в защитной сфере тьмы, – я тебя освобожу из Ямара. Но думай быстрее, Бельвизар, ты же чувствуешь, как умираешь!

Тело демона в очередной раз исказилось адским пламенем в тщетной попытке вырваться из ожившего воплощения Тьмы, и он проревел:

- Я согласен, колдун! Я принимаю условия сделки!

Чернояр отдал короткий приказ, и Ямар исчез. Затем защитная сфера Тьмы раскрылась, и кольцо телепортации оказалось на ладони колдуна. Демон запел на гортанном древнем языке, и огонь из миниатюрного вулкана восстал змеей и обвил артефакт. Так продолжалось несколько минут. Потом огненный змей распался. Кольцо телепортации внешне осталось точно таким же, как и было, но Чернояр знал, что условия контракта ни один демон нарушить не сможет.

- Артефакт очищен, колдун.

Демон встал, и, пошатываясь, направился к своему трону.

- Тебе уже не уйти. И не убить меня. Сюда спешат на помощь мои братья и мои подданные. Даже если ты уйдешь в портал, тебя найдут.

Чернояр лишь усмехнулся, раскрывая зев телепорта, который так же заготовил заранее.

- Бельвизар, ты слишком глуп. А глупцы долго не живут.

В то же мгновение он создал Ньякасс, и весь «Трон Тьмы» перетек в него, создав колосс диаметром в несколько метров, громко гудящий от страшной разрушительнойэнергии, клокочущей в нем.

- Счастливо оставаться.

Колдун детонировал его, уходя в портал. Он всегда больше всего не любил глупцов.

Глава 6

Чернояру никогда не приходилось присутствовать на командном пункте армии и смотреть с точки, возвышающейся над землей, на все поле боя. Командиры обычно пользовались для этого подзорными трубами, созданными гоблинами, ему же видеть все позволяла магия. Всего полтора месяца назад он находился на противоположной стороне от линии фронта, а сейчас был за тех, против кого раньше воевал. Тогда ему и в страшном сне не могло присниться подобное. Но Чернояр старался об этом сейчас не думать. Он не воевал с королевской армией, где служило множество людей, которых он знал и с которыми раньше сражался плечом к плечу. У него здесь была своя цель. Князь Калина держал свое слово.

Но все равно ему это не нравилось.

Сильно потрепанная армия князя Ирритройи атаковала армию маршала Диогена на всем протяжении фронта. Атаковала – вместо того чтобы защищаться. На их стороне был фактор неожиданности, потому что никто из арденцев не мог и представить, что такое будет возможно. Нежить отступала день за днем, терпела поражение за поражением. Из глубин королевства подходили все новые подкрепления, и никто не сомневался, что еще немного, совсем немного времени – и мертвые побегут. Поэтому ночная атака стала для них большим сюрпризом. Ночью нежить становилась намного сильнее, чем днем, и она жаждала крови. Тысячи упырей атаковали по всему фронту позиции войск маршала Диогена. В расположении королевской армии вовсю гремели трубы, поднимая по тревоге солдат. Чернояр прекрасно представлял себе все, что там сейчас происходит, так, словно видел это воочию.

Упыри рвали первых жертв, наслаждаясь свежей кровью, которая увеличивала их силы и живучесть. Они являлись сейчас главным ударным оружием армии мертвых. Личи поддерживали наступление, посылая по большой дуге «Дейчаары», мощные магические бомбы, вызывающие мгновенную гибель на большой территории, а затем распространяющие вокруг облака яда. Такое заклятье принадлежало к тяжелому классу боевой магии Смерти и требовало много энергии, поэтому личи не слишком усердствовали. Все изначально понимали, что эта атака не сможет увенчаться победой, и они берегли энергию, чтобы потом обеспечить безопасный отход частям армии мертвых. Впрочем, арденские маги уже организовывали оборону, ставя щиты и готовя контратаку, но делали это более медленно и неорганизованно, чем раньше. А еще их оказалось очень мало. Когда Чернояр служил в армии маршала Диогена, в каждом полку служило два-три мага, не считая священников. Даже в батальонах имелись свои маги, так что они совместными усилиями могли создать надежную защиту для всего полка, равно как и для всех его частей по отдельности. Но сейчас этого уже не было. Чернояр отлично различал, когда вспыхивали один за другим магические купола, закрывающие солдат, и их было меньше, чем полтора месяца назад. Гораздо меньше. А еще – если раньше они принадлежали всевозможным школам магии, то теперь больше половины явно ставили волшебники. И этого катастрофически не хватало.

Колдун в ярости сжал кулаки. Проклятые инквизиторы! Они все-таки добрались до армейских магов, и его судьбу наверняка, так или иначе, повторили многие. И теперь за это приходилось жестоко расплачиваться. Расплачиваться простым солдатам короля, далеким от всякой религиозной политики.

Он стоял и смотрел, как убийственная магия смерти накрывает группы солдат, не попавших под защиту армейских магов, и таких групп было очень много. Большинство солдат носили различные магические защитные амулеты и могли выжить при таких ударах, но шансы были не так и велики. Армия князя Ирритройи сумела под конец войны сохранить самых сильных и опытных личей, чьи заклятья обладали достаточной пробивной силой, чтобы сокрушать такую защиту. И солдаты маршала Диогена гибли. С одной стороны, их убивали набравшие большую мощь упыри, с другой – сыплющаяся из зоны недосягаемости смертоносная магия. Если бы мертвые имели больше сил, а вся эта атака не являлась лишь вынужденной, обреченной на конечную неудачу мерой, и личи бы не жалели сил, они могли буквально утопить в крови передовые части армии маршала Диогена.

Чернояр смотрел на то, как гибли солдаты, и ненависть к Святой Инквизиции затмевала его разум.

Наконец, армейские маги начали контратаку, обрушив залпы бьющих по местности боевых заклятий на волны упырей, уничтожая их десятками. Но за теми уже двигались могучие локи – упыри более высокого уровня, которые обладали намного большей силой и живучестью. За ними шли огромные скилы – существа, напоминающие скелетов, высотой в добрых три метра, созданных из множества спрессованных костей и вооруженных гигантскими мертвыми мечами. Кто-то называл их костяными големами. Группы оборотней и вампиров готовились нанести разящий удар по любому участку фронта. Среди них всех высились гигантские Мертвые колоссы, собранные из тысяч трупов, распространяющие вокруг себя огромные облака чумы.

- Нам пора, колдун.

Голос Черепа оторвал его от созерцания развития сражения. Лекс стоял неподалеку и с энтузиазмом развлекался, дразня призрачного дракона. Огромная жуткая тварь, напоминающая видом истлевший труп могучего дракона в виде призрака, не обладала свирепым нравом своих живых собратьев и безучастно пыталась увернуться от рук оборотня, что особенно веселило последнего. Иногда она издавала низкий утробный рык, от которого вздрагивала кровь, и выбрасывала из огромной призрачной пасти болезнетворное облако, способное разъесть все что угодно.

Архилич на прощание махнул рукой колдуну и исчез в зеве ожидающего его боевого телепорта. Лекс хлопнул своей могучей рукой по шипастой морде призрачного дракона, ловко ускользнув от его челюстей, и извиняющимся тоном произнес:

- Не могу устоять перед такой возможностью. Эти морды трудно довести до белого коления, но когда такое удается, это становится весьма интересно.

- Каждому своё, – буркнул в ответ Чернояр.

- Именно. А сейчас, колдун, я тебе хочу предложить увлекательную прогулку по воздуху. Может быть, это пока и рановато для нас, но зато ты сможешь увидеть атаку нашего друга на Элтон. Так что – летим?

- Летим, – охотно согласился Чернояр.

Лекс первым ловко впрыгнул в изощренное костяное седло на могучей шее призрачного дракона. Чудовище тут же подняло голову, вознося своего седока на высоту в шесть метров, и расправило огромные призрачные крылья, издав низкий утробный рык. Пятерка оборотней разместилась в специальных люльках на могучей спине дракона, и колдун последовал их примеру. Один за другим мертвые драконы взлетели. Они сделали это довольно легко, в отличие от своих живых собратьев, видимо, в силу своего происхождения. Особенно если учесть, что каждый из них нес шестерых оборотней, весивших, мягко говоря, немало. Чернояру приходилось однажды летать на красных драконах в Великих баронствах, и теперь он мог с определенной уверенностью сказать, что те были менее маневренны и стремительны, хотя и заметно опережали в максимальной скорости. И еще: ни один дракон не позволил бы возить на себе кого-либо, кроме единственного всадника, которого и так сносил с великим трудом. Это были слишком гордые и надменные существа, чтобы на них ездили, словно на тягловых животных.

Обычно они служили только эльфам, и темным, и светлым. Однако мертвый дракон, как оказалось, имел совершенно другой характер. Смерть смиряла его гордыню и укрощала нрав. И это было немного печально, так как колдуну нравился характер настоящего дракона.

Они летели на большой высоте, видимо, специально, чтобы никто не мог их обнаружить раньше времени. Лекс обходил кипящую жарким боем линию фронта стороной, направляясь на северо-запад, к неприкрытому королевской армией Элтону, лежащему несколько в тылу. Здесь располагался лишь гусарский полк, но к нему уже двигалось множество привидений, за которыми скрывались несколько личей во главе с Черепом. Чернояр отчетливо видел, как сотни призраков широким бледным полукольцом плывут над равнинами в сторону раскинувшегося на холмах, покрытого мертвыми виноградниками, Элтона. Они двигались, как масса воды, только очень стремительно, оставляя после себя светящийся в магическом диапазоне след. Гусарский полк оказался в смертельной опасности, как и все те немногие, кто защищал город. А это были отряды Святой Инквизиции, и вот к ним Чернояр испытывал нестерпимую ненависть и мечтал поскорее оказаться на земле. Щупальца Тиамат, почуяв настроение хозяина, хищно ощерились змеиными челюстями, полными сотен острейших черных зубов, с которых стекал яд. Призрачный дракон, везущий их, мрачно оглянулся и издал предупреждающий рык.

Привидения атаковали гусарские дозоры. Несмотря на ночь, Чернояр прекрасно видел с помощью магии. Гусары не имели ни единого шанса против боевых привидений, которых было чрезвычайно трудно поразить оружием, разве что специально замагиченным для этого. А магов колдун нигде не видел, да и не существовало их никогда у мобильной легкой кавалерии. И помощи гусарам ждать было неоткуда. Королевская армия оказалась скована атакой армии князя Ирритройи, в то время как части князя Калины совершали рейд на Элтон. Чернояр не мог не позлорадствовать над этим. В штабе столько времени боялись, что князь Калина придет на помощь своему сводному брату Ирритройе, столько раз из-за этого останавливали наступление и осторожничали, что когда это случилось, они оказались совершенно не готовы! Если бы они только знали, как оба великих некроманта люто ненавидят друг друга! Если бы князю Калине и захотелось вступить в войну, то еще неизвестно, на чьей бы стороне он это сделал. Лишь Смерть, что безраздельно и полностью господствовала надо всеми ими, заставила братьев действовать вместе. Именно из-за нее князь Ирритройя вынужден был начать атаку позиций королевской армии этой ночью, чтобы не дать им возможности помочь Элтону. Небольшому городку, в котором находился один человек.

Сайрос.

Именно он являлся целью всей операции. Именно из-за него князь Калина привел в Светлый мир боевые привидения и группу спецназа Лекса, благополучно открыв порталы на территории, занимаемой армией мертвых под руководством своего заклятого врага. Уничтожение главы Святой Инквизиции, который находился здесь в коме, прикованный к постели, могло окончательно покончить с угрозой проведения Ритуала. Просто не было больше ни одного человека, который смог бы его провести. Разве что сам патриарх, но тот никогда на такое не согласится. У него и Сайроса были разные представления и понимания веры в бога. Им представился слишком серьезный шанс покончить с угрозой для власти Смерти, чтобы не воспользоваться им. Перед Черепом и его так называемым Воющим батальоном баньш стояла одна задача – ликвидировать солдат вокруг Элтона, чтобы спецназовцы Лекса смогли беспрепятственно пробраться в город.

И сейчас Чернояр парил над городом, наблюдая, как волна баньш захлестывает лагерь гусар. Их крики заставляли солдат мгновенно каменеть и наводили ужас на всех, кто оказывался рядом, мгновенно ломая волю к сопротивлению. Чернояр, служа в арденской армии, не раз оказывался под такой атакой. Баньши являлись страшными существами, их сложно было убить. От их ужасного крика впадали в ступор даже ветераны, часто даже рыцари, защищенные амулетами. И было лишь одно желание – бросить оружие и бежать. Как можно быстрее и как можно дальше. Баньши буквально распространяли волны животного ужаса вокруг себя. И сейчас их волна стремительно поглощала лагерь гусар. Испуганно звучали сигналы тревоги, но недолго. Личи по отработанной схеме начали забрасывать «Дейчаарами» окраины Элтона, откуда уже выдвигались первые, расквартированные в городе, пехотинцы. Но их было не так и много. Личи Черепа усилили натиск, но тут подошли инквизиторы и нанесли контратаку по ним. Начался магический поединок. Пока маги были скованы, пехотинцы начали разворачиваться в боевые порядки, а поборники постепенно переключились на баньш. Однако личи совершили неожиданный ход. Они сотворили массовое заклятие – и павшие гусары, и даже их лошади стали оживать. Но это уже были не живые существа, а жуткие зомби. И они направились на ряды пехоты. Некроманты заставили людей сражаться со своими же погибшими собратьями. Началась сеча. В бой снова вступили баньши, и инквизиторам пришлось срочно стянуть сюда все свои силы, чтобы выправить положение. Когда кто-то умирал, личи тут же превращали труп в ядовитую бомбу и взрывали ее, поражая ближайших солдат и массово отравляя тех, кто находился на большем расстоянии. Инквизиторы наносили в ответ удары «Световыми бомбами», испаряющими мертвецов и баньш, но не было ясно, чья сторона возьмет верх.

Главным для мертвых стало то, что Элтон опустел, и Сайрос оказался теперь далеко не так защищен. Расчет князя Калины строился на том, что нынешнее руководство Инквизиции не станет сообщать никому, кто находится в этом городке, чтобы не привлекать внимания и не сеять панику среди своих адептов, что великий Сайрос сейчас недееспособен. Поэтому расквартированные здесь войска, в том числе и инквизиторы, просто не догадывались, кого на самом деле они охраняют. Конечно, Сайрос не оставался совсем уж беззащитен. Вероятно, группы спецназа той же Святой Инквизиции прикрывали его, но для их обезвреживания здесь был Лекс со своими оборотнями.

И Чернояр.

Лекс вел призрачных драконов прямо на город. На его центральную площадь. Она была совершенно пуста. Все солдаты оказались стянуты к окраине, где вели ожесточенные сражения с нежитью, а те немногие из жителей, кто успел вернуться в этот разрушенный войной городок, наверняка испуганно прятались в укромных уголках подвалов своих домов. А значит, не будет напрасных жертв.

Призрачные драконы на удивление легко сели на центральную площадь Элтона, оказавшуюся совсем небольшой, как всего за несколько дней до этого сделали боевые грифоны капитана Рейна. Оборотни мгновенно выскочили из десантных люлек и понеслись вслед за своим командиром. Чернояр двигался во главе группы рядом с Лексом, который на ходу менял человеческий облик на боевую форму, превращаясь в жуткого зверя с тяжелыми когтями-клинками, и пастью, способной легко откусить одним махом голову взрослого человека. Каждый его прыжок был не меньше чем на десять метров, при этом когти на лапах вырывали камни из городской мостовой, словно какой-то щебень. Чернояр поспевал за ним только с помощью Щупалец Тиамат. Он понятия не имел, где находится Сайрос, и не ощущал его ауры, возможно, из-за того, что тот находился в коме. Но Лекс уверенно двигался по улицам города и очень скоро остановился перед большим каменным домом. Ни в одном из окон не было даже намека на свет, впрочем, как и во всем Элтоне. Создавалось ощущение, что он вымер, оставался только шум яростного сражения на его окраине.

Чернояр явственно почувствовал опасность, исходящую от этого дома, и это ему очень не понравилось. Но группа действовала в таком стремительном ритме, который не оставлял время на раздумья. Удар дестройера разнес в щепы дверь, которая, кстати, почему-то выглядела совсем новой. Часть оборотней тут же вломились в окна первого этажа, протаранив их своими телами в мощном прыжке. Лекс первым нырнул в дверной проем, за ним последовала пятерка его бойцов и только потом – колдун. Он тут же протянул по дому Щупальца Тиамат, пытаясь обнаружить опасность или скрытую засаду. Без сомнения, Сайроса обязаны охранять, и это должны быть лучшие из воинов Инквизиции. Все чувства взвинтились до предела. Оборотни стремительно занимали здание, профессионально двигаясь по единой, заранее отработанной схеме. Но Чернояр не видел никого и ничего. Лишь на втором этаже Щупальца Тиамат наткнулись на мощный купол какой-то магической защиты. И под ней пульсировала смертельная опасность. Он только хотел сообщить об этом командиру группы, когда тот сам неожиданно резко остановился и прорычал:

- Уходим!

Он сделал это настолько громко, что его услышали все. И группа мгновенно рванула назад к выходу. Чернояр ударил в ближайшую стену «Дитейрой». Тяжелый разряд темной энергии проделал огромную пробоину в ней, и Щупальца Тиамат тут же вытащили его наружу. За ним последовало несколько оборотней оказавшихся рядом. Они успели отойти всего лишь на несколько десятков метров, когда дом взорвался. Чернояр, почуяв опасность, за несколько мгновений окутал всех «Покровом тьмы». Защита устояла, а вот дом превратился в груду каменных обломков, заодно развалив другие постройки, оказавшиеся вблизи него по обеим сторонам улицы. Взрыв, казалось, затмил даже шум сражения, идущего на окраине города. Он оказался такой силы, что от «Покрова» не осталось практически ничего, а это была довольно сильная защита. Часть оборотней, не попавших под действие магии колдуна, буквально изрешетило каменной шрапнелью, когда взорвался дом, но они уже затягивали свои раны. Их регенерация всегда удивляла своей силой.

Чернояр перевел дух. Видимо, инквизиторы предчувствовали опасность и успеливывезти своего лидера. На засаду это было непохоже, иначе никто не бросил бы на растерзание баньш солдат, и их бы всех здесь уже убили. В доме наверняка установили какую-то очень мощную магическую ловушку, нацеленную на появление нежити, и она бы уничтожила их всех, если бы не Щупальца Тиамат и не Лекс, который непостижимым образом, одновременно с ним почуял смертельную опасность и увел группу из-под удара. Видимо, недаром его считали одним из лучших бойцов Дейи.

Но вот расслабился колдун зря. Он почувствовал неладное всего за мгновение до того, как это произошло. Мощная вспышка света упала откуда-то сверху и отбросила его в сторону, сокрушая защиту. Невидимые путы, сотканные из воздуха, стремительно обвили колдуна, блокируя Тиамат. Последнее, что он увидел,– это раскрывшийся зев боевого телепорта, несущегося к нему гигантскими прыжками Лекса и ухмыляющееся лицо мертвеца.

Чернояр сразу узнал его – элементалист Лок, которого он убил в Сате.

Глава 7

Снова была та боль. Даже хуже. Или ему это только казалось? На какое-то мгновение представилось, что он снова в Чистилище на кресте. Что все остальное – это лишь бред измученного разума. Что все вернулось. Но…

Но сейчас не было магии. Совсем не было, он был словно оторван ото всех своих сил. Замкнут в самом себе. А в Чистилище магия была!

Чернояр резко очнулся. Он почти не мог дышать, но пока еще был жив. Перед ним предстало лицо элементалиста, который напал на него в склепе с инквизитором. И он вспомнил все. Разом. Дрожь прошла, словно ток, по всему его телу. Но это был не ток. Лок находился всего на расстоянии двух метров, и две энергетические нити связывали их. И по ним текла чистая магия Воздуха. Чернояр усмехнулся. Даже в таком состоянии он не потерял ощущения самого себя. Он сразу узнал, что это такое.

Древняя казнь магов, применяемая только к самым сильным из них в исключительных случаях. По сути, она состояла во вливании в жертву чужеродной, по принадлежности к Школе, магии. Причем неважно, какой. Дело в том, что тело мастера магии со временем буквально пропитывалось ее энергией, соединяясь с каждой клеточкой тела. Магия любой другой школы уничтожала ее, если та, в свою очередь, не имела обычной поддержки извне. А вместе с тем буквально по частям уничтожался организм изнутри. Это была страшная казнь для мага, который чувствовал, как разрываются все клеточки его тела. Двести лет назад Конвенция магов запретила ее использовать, но Лок, видимо, просто не был в курсе.

После Чистилища Чернояр буквально зверел от боли. Он ненавидел боль, но ничего не мог сделать. Это походило на попытку вздохнуть, когда у тебя сплющена грудь и сдавлено горло. Лок довольно улыбнулся:

- А ты действительно очень силен, колдун. Но не утруждай себя, мои путы надежно отсекают тебя от всех источников энергии. Не жди помощи, я все рассчитал, мы далеко от Элтона, а тебе уже не жить. Твои внутренние органы необратимо повреждены. Если честно, я очень опасался, что ты умрешь раньше, чем я смогу посмотреть тебе в глаза. Приходилось сдерживаться.

Глаза колдуна выглядели черными от бешенства, и было удивительно это наблюдать, ибо до этого они имели нормальный цвет. Лок ощущал, как сопротивляется темная магия, жившая все еще в теле его жертвы, и это удивляло. Нечто все еще держало его врага в сознании, хотя любой давно бы уже умер. И снова появилось уважение к колдуну.

Прошло пять дней, как он вынужден был покинуть Царство Мертвых, не исполнив задуманного. Но это оказалось правильным шагом. Четкий расчет привел, как всегда, к успеху. Такому желаемому успеху, словно ему удалось создать очередной сумеречный артефакт.

- Ты живуч, колдун, – продолжал элементалист, не сводя взгляда со своего врага. – Даже очень. Я не знаю никого, кто сумел бы выжить в Чистилище, да еще выбраться из него живым. Но как видишь, и я тоже не так плох. Помнишь Сат, колдун? Конечно же, ты помнишь.

Лок оборвал энергетические нити, связывающие его с жертвой. Внутри тело Чернояра уже было полностью разрушено, и жить тому оставалось всего несколько минут. Несколько минут, которые могли продлить удовлетворение от победы. Он сумел перехитритьненавистного колдуна и одержал верх.

- Помнишь, как ты праздновал свою победу? Как отсекал голову моего клона? Думал, что дело сделано, что я теперь мертв. Забрал мои вещи, уничтожил мое дело. Тогда ты был на высоте, да? Но, как видишь, все повернулось иначе. Теперь мое время. Хорошо смеется лишь тот, кто смеется последним. И это, как видишь, я.

Лок раскрыл ладонь и продемонстрировал кольцо телепортации.

- Узнаешь ли ты, колдун, этот предмет? Уверен, что да, хотя сомнительно, чтобы ты знал истинную его силу. Это один из ценнейших сумеречных артефактов. Мало того, что ты заставил меня использовать один из последних его зарядов там, в склепе, в Карагоне. Ты попытался меня убить. Работа у вас такая, у колдунов, да? Но ты сделал гораздо худшую вещь. Ты уничтожил то, над чем я работал многие годы, то, что могло стать вершиной всего, чего я достиг в жизни. И вот за это, колдун, я тебя ненавижу.

Я тебя искал. Сразу, как ты убил моего клона там, в Сате. Хочешь знать, как? Вот это кольцо, на нем были наложены мои чары. Ты был уверен, что я мертв, но это было не так. Надо сказать, ты оказался достаточно умен, чтобы не носить этот артефакт с собой, опасаясь ловушки, и спрятал его. Но я уже знал, куда ты направлялся. Можно было, конечно, сразу же забрать кольцо, но я решил подождать. Сначала расквитаться с тобой. Увы, мне помешали. Знаешь, я все равно нашел тебя, даже в Чистилище, так велика была моя жажда мести. Я надеялся, что почувствую, когда тебя казнят, почувствую, что у меня на душе станет сразу легче. Не знаю, огорчился ли я больше или обрадовался, когда увидел, как ты выходишь из Чистилища. Я последовал за тобой. И нашел. И там, в Царстве Мертвых, я почти готов был тебя убить. Но не убил. Это оказалось совсем не то, чего мне хотелось. Я жаждал расквитаться с тобой вот так, как сейчас. Глаза в глаза. Понимаешь, колдун? Видеть, как ты подыхаешь!

Лок злорадно улыбнулся, довольный результатом. Далее он продолжил уже более спокойным тоном:

- Мне пришлось уйти из Дейи. Ты там был гость, но не я. Однако я прекрасно знал, где тебя стоит подождать, и не ошибся. Ты пришел за кольцом. Вот, смотри, за этим самым кольцом, колдун. Я знал, что ты за ним придешь. Но ты чего-то опасался, и шел, готовый ко всему. А потом неожиданно исчез, переместившись в другое измерение. Признаться, на такое я не рассчитывал. Я чувствовал артефакт и последовал за ним, но слишком сильно отставал. Лишь потом я понял, что ты задумал. Ты дьявольски жесток, колдун. Убить столь почетного демона – Бельвизара!.. Знаешь, я даже был на руинах его акрополя. Не совсем понятно, что между вами произошло, но демон тебя обманул. Когда я понял, к кому ты направился, то всерьез начал опасаться, что лишусь связи с артефактом и потеряю твой след. Демон действительно снял чары, наложенные на кольцо мною. Но не уничтожил их, а лишь перенес на тебя. На твою руку.

Когда я это понял, ты уже был обречен, колдун. Ну, а дальше – дальше все просто. Взрыв дома мне очень помог, я его сам не ожидал, но как видишь, судьба благосклонна ко мне. Все, что мне оставалось, так это воспользоваться ее подарком. И вот мы здесь.

Мне нужно было сказать все это, колдун. Теперь я буду спокоен. Ты есть воистину зло, ты несёшь его везде, где появляешься. Я никогда еще так не злился и не ненавидел, как после встречи с тобой. И теперь круг замкнется. Я не понесу зло дальше, я его верну тебе. Уже вернул, и на этом – все.

Лок подумал и убрал путы, сковывающие до сих пор колдуна. Тот снова получил доступ к магической энергии, но уже не был в состоянии ее использовать. И все же Лок очень внимательно следил за ним, помня, что недооценивать такого противника никогда нельзя, даже теперь. Урок, полученный в Сате, не прошел даром.

Колдун осел на землю, будучи мертвенно бледным и со стекленеющими глазами.

- Надеюсь, ты отправишься прямо в Ад, колдун, тем более, тебя там уже так ждут!

Лок в ярости выкрикнул это. Боль за все, что причинил ему этот убийца, волной всплыла в памяти. А потом нечто свалилось на него сверху.

Он попытался обернуться, но мощнейший удар отбросил его в сторону, как тряпичную куклу. Высший вампир! Мгновение – и это страшное существо снова оказалось рядом, а его длинные когти вспарывали его магическую защиту, пытаясь добраться до тела. Он сумел подкрасться к нему незаметно, пока элементалист наслаждался своей победой. Лок ударил заклятьем «Шаровой молнии», но высший вампир лишь яростно зашипел. Он был чрезвычайно силен! Смертельно опасным было подпускать его на ближнюю дистанцию, ибо победить в такой схватке вряд ли представлялось возможным. Использовать всю мощь своей ударной магии Лок не мог из-за близкого расстояния, а также еще и потому, что вынужден был всецело сосредоточиться на защите. Обычные вампиры обладали просто сокрушительной силой, реакцией и возможностями. Они отлично ладили с магией. Высшие же вампиры являлись очень большой редкостью, и границы их сил не знал никто. Локу казалось, что его противник буквально просачивается всем своим мощным телом через его защиту, словно сквозь воду. Нужно было что-то делать, прежде чем клыки этого жуткого существа вонзятся ему в горло.

И он ударил разрядом молнии. Снова и снова, с отчаянием смертника. А потом активировал разряд «Кольца расщепления», использующегося в ближнем бою. Сфера уничтожения ударила от него во внешнюю среду. Высшего вампира отбросило. Элементалист попытался возобновить затраченную энергию, но существо Смерти мгновенно затянуло полученные раны, оскалило пасть с жуткими пятисантиметровыми клыками, и снова бросилось на него в стремительном прыжке. Лок попытался отскочить и ударить дисташами, но высший вампир увернулся от них, взлетев в воздух. И снова атаковал. От первого яростного удара его когтей слетели остатки магической защиты, а второй едва не достиг самого Лока. Он снова ударил «Кольцом расщепления», но на этот раз его противник оказался готов к этому. И тут же атаковал снова, снова и снова. Элементалист пытался достать его боевой магией, вампир – жуткими когтями. Он был дьявольски силен и стремителен. И Лок выдыхался. Слишком много энергии он затратил на казнь колдуна, и теперь проигрывал эту пляску со Смертью. Решив, что это не его бой, и своего он достиг, Лок стремительно атаковал «Статическим облаком», затем вызвал резкий вихрь, одновременно принимая свою воздушную ипостась, и ушел в небо.

Шелест не стал его преследовать. Убедившись, что элементалист исчез, он подошел к телу колдуна. Тот был еще жив. Вампир чувствовал, как еще струится кровь по его изуродованному внутри телу. Он приподнял колдуна. Глаза Чернояра практически остекленели. Смерть была уже рядом. И тогда высший вампир вонзил в его шею свои ужасные клыки, одновременно посылая сигнал группе Лекса. Повелитель крови, он мог заставить ее повиноваться себе в любом теле. И сейчас приказывал двигаться даже тогда, когда разрушенное сердце полностью остановилось. И насыщал ее своим ядом, с которым проникла в тело жертвы часть его силы. Именно так различные существа обращаются в новых вампиров, получая частицу их силы. Древней силы. В том числе и силу регенерации. Это был единственный шанс. Но далеко не каждому передавалось её столько, да еще от высшего вампира.

Группа Шелеста парила в воздухе в качестве резерва и боевого охранения десантного отряда Лекса, на тот случай, если бы что-то пошло не так. Именно благодаря этому обстоятельству Шелест увидел, куда телепортировался элементалист после захвата Чернояра, но ему пришлось потратить время на то, что бы незамеченным подойти для своего удара. И возможно, что он не успел. Теперь все зависело только от самого колдуна.

В ночном небе появился призрачный дракон, и через несколько минут приземлился рядом, подняв своими могучими крыльями облако песка и пыли. Лекс спрыгнул с седла и подошел к колдуну. Могучая рука подняла его тело и закинуло себе на плечо.

- Ты что, сделал его обращенным?

Шелест внимательно посмотрел на оборотня:

- У него просто не было иного шанса, чтобы выжить.

- Думаешь, теперь они у него появятся?

- Это уже зависит только от него.

Лекс легко запрыгнул обратно в седло, так, словно и не было никакой ноши. Он осторожно положил тело Чернояра на могучую шею дракона

- Уходим, мы и так очень сильно задержались.

Но они опоздали. Едва призрачный дракон поднялся в воздух, как с запада появилась тройка едва различимых точек, которые вскоре превратились в боевых грифонов. Они быстро нагоняли их, используя свое превосходство в скорости. Один из них попытался пойти наперерез и выйти на угол атаки, но не рассчитал своих сил. Мертвый дракон выдохнул залп болезнетворной зеленоватой субстанции, которая мгновенно накрыла врага. Грифон огласил небо душераздирающим криком боли и ярости, когда смертельный яд проник в его тело, разъедая, словно самая сильная кислота. Крылья стали делать взмахи все более тяжело и как-то судорожно, а потом он содрогнулся всем телом и камнем рухнул вниз.

Но двое других уже настигли жертву и были готовы начать свою атаку, рассчитывая не повторить судьбу своего собрата. Шелест вызвал Лекса по ментальной связи:

- Вниз, к лесу. К самой его окраине!

Оборотень тут же направил своего призрачного дракона в смертельное пике. Боевые грифоны отреагировали с запозданием всего лишь в секунду, но и этого хватило, чтобы выиграть драгоценное время. Когда огромное существо Смерти на бреющем полете пронеслось прямо над окраиной леса, вершины деревьев согнулись и затрещали от силы воздушной волны. А с земли взмыли ввысь вампиры, успевшие занять здесь места для засады. Они набросились на грифонов. Наездников убили практически мгновенно. Вампы ломали могучие крылья, рвали броню и тела свирепых существ Света. Они убивали своих жертв столь быстро, что прошло несколько минут – и все оказалось кончено. Мертвые грифоны упали в гущу леса, и вампы накинулись на их трупы, влекомые нестерпимой жаждой испить свежей крови. Но Шелест приказал им двигаться дальше, вслед за удаляющимся призрачным драконом Лекса. Они были на боевом задании.

Глава 8

- Чем все кончилось в Элтоне?

Сайрос оставался все еще очень бледен, но это уже были мелочи. Главное, что глава Инквизиции остался жив и здоров, пусть и все еще слаб. А это, несомненно, всех радовало и внушало надежду. Вот только на этот раз собрались они уже втроем.

- На самом деле радоваться стоит лишь тому, что ты очнулся до нападения нежити, – с сомнением ответил Иоган.

- А если бы нет?

- Ну, тогда было бы много вариантов.

- Да, ты бы уж наверняка что-нибудь придумал. Почему решил поставить ловушку в доме?

- Не знаю, просто как-то само собой вышло. Для других она безвредна, реагирует только на нежить с небольшой задержкой. За многие годы это стало обычной тактикой. Никогда не знаешь, кто следит за тобой.

- Но здесь имелись далеко идущие выводы, не так ли?

Айвар выжидательно посмотрел на Иогана. Тот не спешил с ним делиться своими выводами и информацией, и единственный шанс ее получить был сейчас, когда об этом спросил сам Сайрос. Он от души ненавидел того, кто занял место главы Инквизиции, пока отсутствовал Святой отец. За его надменность и за то, что всегда все так ловко всегда получалось. А еще за то, что приходилось ждать, что скажет он, не в состоянии пока понять всего из-за недостатка опыта или информации. Хотя о многом Айвар догадывался уже и сам, благо был неглуп от природы.

- Да, имелись. И – увы!– они получили свое подтверждение, – печально согласился Иоган. – Убийство генерала Реатора не было спонтанным или случайным. Мы до сих пор так точно и не знаем, что произошло в Поглотительной камере между ним и архиличем. То, что все началось после того как Черепа привели на казнь, это абсолютно точно. Что произошло между ними – неясно, но я сомневаюсь, что генерал стал бы проявлять какое-то неблагоразумие. Это просто не в его характере. Но если учесть, что некромантский спецназ находился уже у Чистилища и ждал, то выводы напрашиваются сами собой. Конечно, существует крайне малая вероятность, что это совпадение, но мне кажется, все было хорошо спланировано. А нас просто обвели вокруг пальца.

- Ты хочешь сказать, некроманты все это заранее спланировали? – вероятно, Сайрос задал риторический вопрос.

- Ты, несомненно, тоже уже все продумал и пришел к таким же выводам. Спецназ некромантов ждал архилича, ждал, что он разрушит генератор. А значит, архилич должен был сделать что-то такое, что планировалось заранее, то есть смерть генерала Реатора оказалась давно предрешена. Вспомните: у генерала проблемы с удержанием накопленных сил, и тут как раз вблизи оказывается архилич Череп со своим артефактом, столь нужным нам. Мы проводим захват и в итоге получаем в Чистилище бомбу замедленного действия. Он лишь ждет своего часа.

- Может, все это было спланировано, только чтобы убить Реатора? А вовсе не для того, чтобы помешать нашим планам? – сделал предположение Айвар. – Потому как я не понимаю, откуда они могли о них узнать. Или, может, это была акция против Инквизиции – повредить генератор и лишить нас Круга Святости? Генерал Реатор убил многих некромантов, и очень многие жаждали отомстить ему. Борьба против зла не может идти без последствий.

- Может, и так. Но тогда остается открытым вопрос о неожиданном налете на Элтон. Уж слишком много совпадений.

- Я не понимаю, почему вы решили, что все эти действия направлены против проведения Ритуала? Убийство генерала Реатора, покушение на Сайроса – это похоже на действия против Инквизиции. Против ее лидеров, - возразил Айвар.

- А как же тогда Иоган? – усомнился Сайрос.

- Он не участвует в религиозных делах. Святой отец – глава, генерал Реатор руководил Чистилищем, именно поэтому они и стали целью удара.

- Но только к чему это привело, если рассмотреть с точки зрения Ритуала? Реатор потерян со всеми его силами, без этого Сайрос не сможет сделать вызов. Запас энергии Храмового города сильно истощен. Если бы удалось еще покушение на Сайроса, то на этом все бы и закончилось. Кто-то знает о наших планах и пытается им помешать. Я вообще подозреваю, что им кто-то сообщает о них. Мы просто не желаем поверить в очевидное. – Иоган оставался непреклонен.

- Кому – им? Нежити? – спросил Сайрос.

- Да. Был некромантский спецназ. Архилич. На Элтон напала нежить, неожиданная атака армии князя Ирритройи служила отвлекающим маневром, чтобы маршал Диоген не смог помочь этому городку.

- А что, если это князь, Ирритройя, решил покончить со Святым отцом? – из чистого упрямства не сдавался Айвар. – И с нападением на Чистилище это вообще, может, не связано. В ту ночь мы потеряли около сотни своих адептов, когда иссяк Круг Святости. Ночь, когда зло наиболее сильно и когда наши воины противостоят им. Может, именно этого они добивались?

- Нападение на Элтон говорит об обратном. У нас есть подробный анализ той операции. Нежить могла ворваться в город, но она сделала все, чтобы выманить всех его защитников и расчистить место десанту. И это еще не все. Некроманты прибыли на своих призрачных драконах и могли бы с них закидать дом, где находился Сайрос, бомбами. Но они пошли на штурм, на большой риск, и лишь непонятным чудом избежали смерти от уготовленной ловушки. Для чего? Чтобы быть абсолютно уверенными в смерти Сайроса. Уверенными, что теперь Ритуал не состоится в любом случае.

- Успокойтесь, дети мои, – примиряюще вмешался Сайрос, – вы слишком превозносите мое значение. Ничего бы не было и не будет без вас. Нет уже Реатора, царствие ему небесное. И от этого больно. Но не все еще потеряно, друзья мои. Далеко не все. Я с вами, и с помощью господа бога готов приступить к Ритуалу хоть сейчас. Праздник? Да, люди были разочарованы его отменой, но мы скажем, что бог был недоволен, что на его праздник собиралось так мало народу, а их вера не была истовой. Это привлечет еще больше верующих и даст нам еще больше сил. Чистилище работает?

- Работает, – подтвердил воспрянувший духом Айвар. – Часть тех, кто содержался в нем, смогли сбежать, но многих удалось снова поймать. И мы восполняем потери, так как борьба со злом идет, как и шла. Поступают новые еретики.

- Реатора не воскресить, и надо найти ему замену. Я этим займусь сам. Время у нас есть. Пока еще есть. Единственное, чего мы лишены, – это энергии.

- Нам не создать второго Реатора, – вынужденно возразил Айвар своему учителю. – Он прошел очень сложный ритуал посвящения перед этим и долго приспосабливался к условиям. И долго поглощал. У нас просто нет столько времени.

- Значит, обойдемся без этого. Живая энергия – гораздо более усваиваемая и легко используемая. Но я попробую использовать обычную. Нам нужно лишь найти достаточный ее источник, чтобы восполнить наши потери и потерю Реатора. Нечто очень мощное.

- Такое наверняка есть в Академии.

- С ними не договориться.

- Мы могли бы взять это силой. Не забывайте – у нас есть и другое наследие Безликого острова – экзекуторы. Они скоро будут окончательно наполнены энергией, и мы сможем мгновенно перебросить их в любую часть Империала. Но уже сейчас хватит сил на то, чтобы неожиданно нагрянуть в Академию. Волшебники не смогут выдержать такого удара.

- Твой напор и вера в наши силы похвальна, Айвар. Однако же совершать такие шаги рано и весьма опрометчиво. Экзекуторы пригодятся нам после того, как мы проведем Ритуал. Сейчас же это может спровоцировать непредсказуемые последствия и смешать все наши планы. Академия – это лишь центр их силы, но никак не всё. Начнется война с магами, – не с волшебниками, а именно с магами, – ибо против нас объединятся все.

- Экзекуторы справятся со всеми!

- Нет. Мы не воины, это не наша цель.

- Тогда что? Король?

- Он не станет помогать нам. Король осторожен.

Айвар хотел было выразить и на это свое мнение, но, видимо, вспомнив слова Святого отца об отношении к Лийскому роду, почёл за лучшее промолчать.

- Может, тогда попробовать обратиться к Церкви?

- Это не поможет, патриарх имеет другой взгляд на веру.

- Наша вера истинна!

- На многое есть разные точки зрения, и это вовсе не означает, что одна из них обязательно неправильна, – нравоучительно изрёк Сайрос. – Мы – часть Церкви, но у нас с ними разные взгляды.

- Тогда гномы. У них есть то, что нам нужно.

- Гномы?

- Да. – Айвар снова оживился. – Я был в составе посольства и многое узнал об их стране. Они используют мощные накопители энергии, подобные тем, что стоят у нас под Храмовым городом и в Эрнегии. Собственно, мы их и закупали в старые времена именно у гномов. Они используются подгорным народом в своих шахтах, потому что каждую минуту там потребляется огромное количество магической энергии для проведения всевозможных работ. Этой энергии нам должно хватить с лихвой.

- Ты что же, думаешь, что гномы согласятся вот так снять свои генераторы энергии и передать нам? – позволил себе открытую насмешку Иоган. – И остановят свои шахты и рудники?

- Нет, конечно. Вам ли это не знать? Генераторы у них не заряжаются мгновенно, они накапливают энергию постепенно. Пока одни работают, вторые заряжаются. Но гномы имеют резервные генераторы. Такова их запасливая сущность. Вот их мы и можем взять. Наверняка такие имеются, я более чем уверен в этом.

- А ты уверен, что они нам отдадут их?

- А почему нет? У нас хорошие связи после возвращения Нитей Реаса. В любом случае многие гномы были недовольны тем, что мы имеем теперь много привилегий. Мы можем отказаться от них, и даже оказать свои какие-то услуги.

- Очень неплохо сын мой, – похвалил Сайрос. – Прекрасная работа.

- А я – против, – заявил Иоган. – Мы не должны отдавать то, что добыли такой большой ценой. Это во-первых. А во-вторых, если некросы действуют против нас и нашей цели, они постараются нам помешать. И сделать это будет легко, потому что тот факт, что мы будем искать энергию и обратимся за помощью к гномам, слишком уж очевиден.

- Снова этот мифический заговор! – всплеснул руками Айвар. – И потом, мы примем все меры безопасности.

- Нельзя недооценивать врага. Он будет искать наши слабые стороны, а вывести огромные генераторы – это нелегкое дело.

- И что предлагаешь ты?

Иоган пожал плечами:

- Не знаю. Я бы обратился к гоблинам. Либо попробовал договориться с королем. Или что-то еще. Нам нельзя рисковать. Больше нельзя.

Сайрос тяжело вздохнул:

- В том-то и дело, что у нас нет времени. Обратимся к гномам. Айвар, это твоя идея, и ты займешься этим, пока я буду набираться сил и готовить Праздник.

Иоган вышел за двери покоев Сайроса. Здесь его ждал верный Гиес.

- Мы отправляемся в Подгорное царство. То, что задумали они, слишком рискованно.

- Ты хочешь пойти против воли Святого отца?

- Нет. Мы сделаем так, чтобы Ритуал все-таки состоялся.

Глава 9

Бодоруф, глава клана Уффрей, стоял на специальном помосте, висевшем на лесах с одной стороны огромного цеха, вырубленного в гигантской пещере. Внизу кишели сотни рабочих, перевозивших на магических платформах-погрузчиках блоки генератора на специальный грузовой телепорт. Это были монолитные кубы, в человеческий рост каждый, которые потом специалисты-маги сумеют собрать в единый генератор. В собранном же виде он был так велик, что его не представлялось возможным как-либо перемещать. Но самое интересное было не в этом. Блоки, которые сейчас загружали гномы, наполняла чистая концентрированная энергия. Если что-то случится или пойдет не так, на воздух взлетит полгоры. И это немного нервировало Бодоруфа. Также как и присутствие за спиной человека. Определенно Иоган вызывал у него напряжение всей нервной системы, хотя, как у любого гнома, она отличалась известной крепостью от природы.

- Мне это все очень не нравится.

- Я знаю.

Иоган выглядел абсолютно спокойным. Почему-то не отпускало ощущение, будто он точно знал, что делает, что происходит сейчас и что произойдет дальше. И был уверен, что все произойдет именно как надо и окажется сделанным как надо. Бодоруф иногда определенно завидовал ему.

- Ты просишь у меня слишком многого. Я и так иду на огромный риск со всем этим.

- Ты напрасно так переживаешь. Когда хочешь максимально возможного, то должен быть готов к потрясениям. Если хочешь спокойной жизни, то либо больше работай над этим, либо уступи место царя кому-то другому. Не злись только. Ты станешь сильным и славным царем. И знаешь, почему? Потому что у тебя есть все для этого. В том числе и моя поддержка. Ты думаешь, наверное, что зря я, мол, связался с ним – то есть со мной. Потому что ты чувствуешь опасность. Но я тебе уже сказал – это нормально. Я помог тебе стать царем, ты помог нам. Теперь кое-что нужно нам. И ты в силах помочь. Придет время, и когда понадобится помощь тебе, мы будем рядом. Разве это плохо – иметь нас в союзниках? Знаешь, у людей есть такая пословица – рука руку моет?

- У гномов есть подобная, – угрюмо буркнул Бодоруф.

- Тогда ты меня поймешь.

- Да, но тебе мало того, что я уже делаю. А я и так иду на огромный риск.

- Ты завоевываешь одобрение своего народа, которого раньше в полном объеме не имел. А теперь все выглядит просто хорошо – ты своей волей убрал льготы с наших людей. А потом еще продал им один из генераторов по явно завышенной цене. Обманул их. Так Бодоруф завоевал уважение торговых гильдий. Обогатил казну клана.

- Но все думают, что мы продаем вам пустой генератор! А он наполнен энергией по самое некуда. Ты хоть понимаешь, что случится, если это все взорвется? Или об этом узнают?

- Генератор отлично защищен.

- Защищен! Да что ты понимаешь в гномьих технологиях!

- Успокойся. Все пройдет нормально.

- А если нет? И зачем, Зог тебя задери, вам нужна такая прорва энергии?!

Иоган улыбнулся:

- Ты это знаешь. У нас была поломка, Круг Святости опустел. Нам не справиться без такого генератора.

- Я это уже слышал. Ладно – Бодоруф устало махнул рукой. – Это твое дело. Ты, как всегда, все хорошо продумал?

- Ну, этим вообще-то занимаюсь не я. Тут ты имеешь дело с Сайросом, не со мной.

- Ну да, конечно. Я твоего Сайроса вообще в глаза не видел – может, это ты и есть, а? – Гном подозрительно уставился на человека. – И кстати. Он прислал нам своего представителя, а у него молоко на губах еще не обсохло.

- Его зовут Айвар, – заметил Иоган.

- Я знаю, как его зовут, – продолжал бушевать Бодоруф. – К чему все эти меры безопасности?

- У Святой Инквизиции много врагов.

- Ты специально говоришь мне общеизвестные вещи?

- Я лишь отвечаю на ваши вопросы, царь.

- И ты считаешь, все будет хорошо?

- Ну, продумано, в общем-то, неплохо. Да и что может произойти? В ближайшие несколько дней один генератор окажется переправлен в порт Олдхейм, где его уже ждет галеон «Эрегон» и эскадра охраны. Как только они поднимутся в воздух, тебя уже ничто не должно будет волновать. Генератор продан.

- Ты что-то не договариваешь.

- Чего ты опасаешься?

- Тебя. Я не знаю, зачем вам сдалась вся эта энергия. Но вот вопрос – зачем тебе еще один генератор, а? Да еще в такой тайне ото всех.

- А вот это как раз мое дело. И твое тоже. Это наше дело. Ты поможешь мне.

- И ничего за это не получу.

- А зачем тебе что-то, если ты уже царь? Ладно, успокойся, я тебе говорю. Что ж вы, гномы, такие буйные и раздражительные? Ну, вот смотри: мне понадобилась помощь, к кому я пошел? К тебе. А знаешь, почему?

- Потому что тебе нравится превращать мою жизнь в ад, – без тени сомнения ответил Бодоруф.

- Не совсем, – усмехнулся Иоган. – Потому что ты царь клана Уффрей. Клана, которые за два месяца, что владеет Нитями Реаса, снова быстро становится одним из самых сильных в Подгорном царстве. И помочь мне – в твоих силах. А вот был бы ты главой гильдии, как раньше, мне бы пришлось искать кого-то другого. Понимаешь? Мне выгодно, чтобы ты очень прочно сидел на своем троне. И становился сильнее. И в этом я тебе помогу.

- Ты дьявольски хитер, Иоган, – Бодоруф немного успокоился. – Ты правда думаешь, что с тем генератором может что-то случиться?

- Не знаю. Не смотри на меня так. Правда, не знаю. Уверен лишь, что нам могут попробовать помешать. Именно поэтому – все меры безопасности. Проблема в том, что энергия должна быть нами получена во что бы то ни стало. Ты же не думаешь, что я не передумал все тысячу раз, прежде чем пришел к тебе? Значит, так надо.

- Твои планы всегда удаются. Я не верил, что тебе удастся вернуть нам Нити Реаса, но тебе каким-то образом это удалось. Ты и здесь все просчитал?

- В любом случае у нас нет иного выбора. У тебя есть еще пустой генератор, но нет энергии. Вернее есть, но это уже слишком большой риск для тебя. – Иоган задумчиво покрутил перстень на правой руке. – Видишь, как я забочусь о тебе?

- Угу. Меня беспокоит как раз не это. А то, что ты хочешь купить два генератора. Один из которых полон энергией.

- Чем тебе плохо? – удивился Иоган. – Ты получил много золота. Провернул две успешные сделки. Вместо одной.

- Твои сделки – сущее самоубийство! – огрызнулся Бодоруф.

- А вот это смотря как исполнить. Поверь, наглость и дерзость способны иногда творить чудеса. Не волнуйся, никто не догадается. Слишком уж многое придется связать воедино. И потом, вскоре ты объявишь о продаже второго генератора. Пусть и постфактум. Нужно лишь выждать немного времени.

- И для этого ты используешь мою личную гвардию и армейские части моего рода. Причем самые лучшие.

- Ты же хочешь, чтобы все осталось в тайне, не так ли? Ведь твои же тебя не выдадут? Как мы можем доверять простым рабочим?

- Воины рода никогда не предадут меня! – гордо заверил его Бодоруф.

Иоган подошел ближе.

- Вот увидишь. Внимание всех окажется сосредоточено на другом генераторе, а не на том, что грузят твои гномы там внизу сейчас. Никто ничего не узнает.

- Ты страшный человек, Иоган.

- С кем поведешься. Так что у тебя, дорогой мой Бодоруф, все еще впереди.

Глава 10

Северное море было сегодня на удивление спокойно. Продолжал дуть холодный ветер из Снежных земель, но это было обычное явление для этого времени года. Очень скоро здесь начнется оживленное судоходство, тогда настанет жаркая пора. Пока же фрегату «Озорн», что по-гномьи означает «Стремительный», предстояло довольно унылое патрулирование своего сектора Северного моря. Та его часть, что принадлежала Подгорному царству, была разбита на специальные сектора, и регулярно каждый из них патрулировался и охранялся военными кораблями гномов. Хотя страна и состояла из многих отдельных могущественных кланов, имеющих собственные армии, флот являлся единым для всех и подчинялся напрямую царю. Гномы со всех кланов служили здесь, и когда приходили на корабль, то брали себе новое имя, не имеющее никакого отношения к их роду. Здесь, на флоте, не было кланов, лишь одна общность моряков, неделимая и спаянная крепкой дружбой и долгом чести. Служба на флоте считалась очень почетной.

Капитан Роф не был на своей малой родине уже столько лет, что начинал забывать, как она выглядит. Его настоящим домом стал могучий фрегат, охраняющий морские владения Царства, делая судоходство в них безопасным. А это был важный путь, по которому шла торговля со многими странами Империала, но в основном с Закатными королевствами и Янтарным княжеством.

Обычно здесь промышляли пираты, викинги или варяги, но они избегали открытых столкновений с боевыми кораблями Небесного флота. Поэтому «Озорн» величественно парил над водой, скрыв в люках сорок мощных магических орудий, ибо одним своим видом внушал страх и уважение. Серые воды Северного моря спокойно плескались в ста метрах под опорами днища, а громада парусов на трех мачтах была наполнена холодным ветром, имеющим на такой высоте несомненную силу всегда. Впрочем, ветер лишь помогал жрецам управлять стихией Воздуха, заставляя его потоки дуть в направлении, необходимом кораблю.

В море «Озорн», как правило, дежурил около трех месяцев, потом его сменял другой подобный корабль военного флота Подгорного Царства. Из-за отсутствия какой-либо иной воздушной поддержки их суда являлись самыми большими и мощными на всем Империале, более похожие на воздушные крепости, парящие над волнами многочисленных морей, которые могли оставаться в автономке много месяцев. На их бортах для этого имелось все необходимое.

Капитан Роф стоял на командном мостике и тревожно озирался вокруг с помощью гномьей подзорной трубы.

- Ты уверен, что не ошибся?

Главный помощник Грон, стоящий рядом и также изучающий серую водную гладь в подзорную трубу, что-то нечленораздельно пробормотал, потом задумчиво погладил рыжую бороду и, наконец, ответил:

- На магнотоне (специальном устройстве на кораблях, способном выявлять присутствие чужеродной магии) четко обозначился чужой след. Я сам его видел.

- Мы продвинулись уже на тридцать миль, и я начинаю думать, что мы гоняемся за каким-то призраком, – недовольно заявил капитан.

- Но чужеродный корабль на самом деле существует. Он не может не существовать. Всю ночь наши дежурные офицеры фиксировали присутствие некоего объекта на границе области нашей видимости. Он то появлялся, то снова скрывался за ее пределами. Это продолжалось в течение всей ночи.

- Почему вы уверены, что это не какой-то торговец или, на худой конец, заблудившийся пират?

- Зачем кому-то так себя вести? Утром мы специально поменяли свой курс и прошли десять миль в другом направлении, но объект появился снова.

Теперь капитан Роф выглядел несколько растерянным.

- Уж не хочешь ли ты сказать что это и впрямь Призрак?

Как и любой моряк, из какой бы страны он ни был, капитан верил в такие вещи. Корабли-призраки давно стали легендой в Небесном флоте. Все, что о них знали, так это то, что их никто и никогда не мог изучить. Описывали их по-разному. Например, как красивейшие корабли, которые появляются неожиданно, и могут преследовать корабль, а потом так же внезапно исчезать. Вреда они никогда не чинили, но практичные, недоверчивые гномы всегда чувствовали себя не в своей тарелке при встрече с призрачными кораблями.

- Очень не похоже. Корабли-призраки никогда не ловятся магнотоном. А здесь явный объект.

Капитан Роф пожевал губами, сложив свою подзорную трубу.

- Какова максимальная скорость нашего «Озорна»?

- Пятьдесят узлов, капитан, вы и сами прекрасно это знаете, – недоуменно ответил старпом.

- Теперь я убедился в том, что это знаешь и ты. Немногие корабли способны ходить на такой скорости.

- Верно ли я вас понял – вы хотите попытаться догнать объект?

- А что нам еще делать? Или вы собираетесь мне забивать голову подобного рода донесениями все оставшееся время нашего дежурства? Да нас на смех поднимут, если прочтут в судовом журнале, как что-то там то появлялось, то исчезало, – рассвирепел капитан.

Он всегда отличался весьма крутым и несдержанным нравом и легко выходил из себя, от чего на корабле все его боялись.

- Прикажите жрецам усилить ветра. На максимально возможную скорость. Направление на точку, где объект был замечен последний раз. Либо мы выясним, что это такое, либо ничего не найдем.

«Озорн» начал увеличивать силу хода. Так как это был огромный фрегат, то разогнать его быстро не представлялось возможным. Воздушная крепость медленно начала набирать ход. Высоченные мачты жалобно поскрипывали под нарастающим давлением парусов, а магический купол, защищающий корабль, стал более ясно высвечиваться, когда его с силой обтекал ветер.

- Есть объект! – радостно вскричал офицер, дежуривший у магнотона. – Мы четко идем прямо на него.

Прошло всего четверть часа с момента начала активной погони, когда появились первые данные. Старпом удовлетворенно хмыкнул в бороду – значит, не показалось. Неизвестный объект действительно кружил с ними рядом все это время.

- Объект один? – спросил капитан

- Один.

- Зор его побери! Я ничего не вижу!

Фрегат продолжал идти на максимальной скорости еще примерно десять минут, и, казалось, стал нагонять свою цель. Она четко высвечивалась на магнотоне, но визуально по-прежнему была невидима. На мостике собрались почти все старшие офицеры, оживленно выдвигая одну версию за другой и склочно при этом споря. Чтобы гном поверил, что он не прав, а его оппонент прав, – такого не могло быть в принципе, но присутствие капитана не давало выйти препираниям за грани дозволенного. Впрочем, они сами собой прекратились, когда объект неожиданно исчез. Магнотон больше не показывал ничего. Только что объект был в зоне покрытия – а через мгновение потускнел и исчез. Не вышел из зоны, а именно пропал, словно его и не было никогда.

На капитанском мостике фрегата повисла тишина. Некоторые гномы начали шептать молитву всем морским богам, что были им известны.

- Мистика, – прошептал старпом. – Он не мог попросту испариться! И взорваться тоже не мог, мы бы услышали шум и увидели огненную вспышку.

- Это я и без вас знаю, Зор тебя раздери! – еще больше рассвирепел капитан Роф. – Может мне кто-то внятно объяснить, что здесь происходит?

Но его офицеры были сами растерянны.

- Цели! Множество целей, капитан! – неожиданно заорал дежурный офицер, стоящий у магнотона.

Капитан Роф тут же снова приник к подзорной трубе.

- Где они?

- Прямо перед нами, капитан!

Офицеры загудели, а Роф быстро подбежал к магнотону. Его корабль буквально окружали многочисленные темные объекты, расположенные под ними. Их было не менее двух десятков.

- Море чистое! – крикнул кто-то из офицеров, перегнувшись через борт. – Под нами ничего нет.

- Конечно же нет, идиот! – прорычал капитан Роф. – Будь я проклят, нас заманили на минное поле! Остановить ход! Назад! Поворачиваем назад! Живей, кракен вас сожри заживо! Иначе мы сейчас все отправимся кормить рыб!

Жрецы спешно выкрикивали новые заклятия, пытаясь остановить ход огромного фрегата и развернуть его. Но это было очень не просто.

- Живей! Живей! – исступленно орал капитан Роф.

Штурман прикладывал все силы, пытаясь сдержать штурвал. Корабль содрогался от натуги, но медленно разворачивался. Напряжение на его палубе ощущалось так, словно оно было материально. Сигнал тревоги до сих пор не прозвучал, но многие матросы высыпали наверх, почуяв неладное.

Минута протекала за минутой, пока огромный корабль наконец четко не лег на курс, прямо противоположный предыдущему.

- Полный ход!

«Озорн» стал снова набирать скорость, удаляясь от опасного места, и у всех постепенно начало отлегать на душе. Опасность, казалось бы, миновала.

- Капитан! Десятки целей под нами! Они всюду! И становятся ярче!

Капитан Роф увидел бледное лицо своего офицера.

- Этого не может быть!

Он метнулся к картам – они как раз находились над Верейской глубинной впадиной, самым глубоким местом всего Северного моря. Вернее, они только что в него вошли. Глубина здесь была такой, что ни один магнотон не мог пробить ее своими лучами. Страшная догадка осенила капитана. Он много десятков лет служил в Небесном флоте Подгорного Царства, но не сталкивался ни с чем подобным уже очень давно. Со времен Третьей морской кампании.

Перегнувшись через борт корабля, он увидел, как серые воды Северного моря наполняются зеленым светом. Огромные шары поднимались из неведомых глубин. Это действительно были глубинные мины некромантов. Роф узнал их.

- Тревога! Всю энергию на защиту с усилением на днище! Живей, живей!

Протяжно завыл сигнал тревоги. Фрегат резко дернулся, когда энергия, движущая его вперед, в одно мгновение исчезла.

- Убрать паруса!

«Озорн» превращался в гудящий улей. Гномы-матросы облепили мачты, убирая паруса, дабы их не повредило взрывами. Вокруг корабля стал отчетливо заметен кокон магической защиты. И почти сразу же начался ад. Рев тревоги захлебнулся, когда первая глубинная мина ударила по днищу корабля, сотряся его до самого основания. Многие попадали с ног. Тут же последовал новый удар, затем еще один.

- Задний ход!

Теперь фрегат не использовал для своего движения силу ветра, а шел под действием могучих магических сил. Они всегда специально накапливались в соответствующих генераторах для маневрирования во время боя, и расходовались автономно, не тратя энергию самого корабля.

Огромные шары глубинных мин, в несколько метров в диаметре, величественно поднимались десятками из морских пучин и возносились вверх. Те, что достигали днища фрегата, детонировали там, другие поднимались выше и взрывались на уровне бортов или даже мачт. От мощных взрывов фрегат кренило из стороны в сторону, а его магический защитный купол стремительно бледнел. Но он продолжал медленно выходить из смертельно опасной зоны.

А позади него, там, где капитан Роф раньше решил, что это минное поле, на краю впадины, из моря появлялись некромантские корабли. То, что он изначально принял за мины, на самом деле являлось диррерами – быстроходными кораблями Смерти. Все суда мертвых имели возможность двигаться под водой. Они выглядели просто ужасно, как наверняка выглядят старые корабли, полные жутких мертвецов, затонувшие много лет назад,. Несколько десятков диррер восставали из моря и возносились в воздух, испуская облака густого яда, который стремительно заволакивал все вокруг.

- Орудия к бою! Поворот свет[1]! Правый борт, готовность номер один.

Капитан Роф лихорадочно цеплялся за поручни капитанского мостика, чтобы не упасть. «Озорн» продолжало трясти, словно в жуткой лихорадке. На носу образовалась брешь в защитном куполе, и следующая мина проделала огромную пробоину в его корпусе. Ошметки дерева полетели во все стороны, а стоящие там матросы либо погибли, либо их выбросило за борт. Всё же команда была опытная и продолжала действовать, несмотря ни на что. Старпом отбыл на орудийную палубу и лично руководил там. Могучий фрегат поворачивался к неприятелю своим высоким бортом, из которого хищно торчали жерла магических орудий. Но позади него дирреры уже вошли в зону своей атаки. Каждая из них раза в четыре уступала в силе и объеме «Озорну», но их были здесь десятки. К тому же на носу каждой размещалось по одному тяжелому орудию, такого же класса, как и те, которыми был снаряжен фрегат. И они начали говорить практически одновременно, все сразу. Мощные смертоносные сгустки энергии ядовито-зеленого цвета устремились к кораблю гномов, снося его щиты и сокрушая корпус в тех местах, где уже образовались пробоины.

Хорошей новостью стало то, что «Озорну» наконец почти удалось выйти с минного поля, да и сам запас глубинных мин подходил к концу. Он был очень сильно потрепан, а его магическая защита находилась в крайне плачевном состоянии. Нос искорежен до неузнаваемости. И сейчас дирреры продолжали методично рвать его на части.

Наконец, орудия фрегата стали отвечать. Двадцать тяжелых магических пушек огрызались мощными огненными шарами, разрывающими ядовитое облако, которое скрывало врага.

- Пусть жрецы призовут ветер и уберут эту пелену яда! – проорал капитан Роф.

Десятки магов, расположенных, согласно боевому расписанию, на своих местах, должны были обеспечивать магическую защиту и нападение фрегата. Часть их призвали ветра, в то время как большинство пыталось обеспечить гибнущему кораблю хоть какую-то защиту. Ветер крепчал и стремительно разгонял облака яда, не давая ему проникнуть на фрегат, а главное, делая вражеские корабли наконец-то видимыми.

Канонада продолжалась. Дирреры отчаянно маневрировали, используя свое превосходство в скорости и подавляющее – в маневренности. Они стояли носом по отношению к «Озорну», и попасть в них было гораздо труднее, чем в огромный борт фрегата.Но зато когда орудия последнего давали залп, он сметал все на своем пути.

- Сверху!

Капитан Роф поднял голову к небу и увидел, как один из мертвых кораблей завис прямо над фрегатом в нескольких десятках метров над пиками его мачт. И с него посыпались магические бомбы.

- Угроза сверху!

Жрецы попытались выставить дополнительный щит, но их силы не были безграничны.

- Уничтожьте его! – крикнул капитан Роф.

Одна из бомб как раз обрушилась на корму и разнесла часть капитанского мостика, убив многих офицеров, бывших на нем. Под прикрытием ядовитого облака одна из диррер незамеченной поднялась на более высокий воздушный эшелон, и теперь висела смертным приговором над могучим «Озорном». Жрецы обрушили на него десятки огненных шаров и смогли пробить защиту. Один из шаров удачно попал в энергетическую установку мертвого корабля. Оглушительно рвануло. Остатки магического купола фрегата раскололись и перестали существовать. Высокие мачты были снесены, а их остатки убили многих матросов на палубе. Ливень горящих обломков и яда обрушился на «Озорн». Не выдержав напряжения, вышла из строя центральная энергетическая установка, и орудия смолкли. Могучий фрегат Небесного флота бессильно замер в ста метрах над поверхностью моря. Дирреры хищно окружили его, также прекратив обстрел.

Они ждали. А потом, видя что «Озорн» обречен, с их палуб потянулись потоки привидений, похожие на мертвые руки, к павшему кораблю гномов.

[1] Поворот свет – разворот корабля на 90 градусов по правому борту.

Глава 11

Шелест мчался под темными сводами Лабиринта, он был тенью, призраком, частью царящего здесь полумрака. Ему без труда удавалось находить верный маршрут, обходя все опасные места, но вместе с тем неотвратимо приближаясь точно к намеченной цели. И никто не предполагал, что над их головами проносится потенциальная смерть.

После посещения лорда Играссы Шелест не ушел, как предполагали все, обратно в Светлый мир, а остался в Лабиринте, отыскав одного из его ближайших помощников и убив свою жертву. Но перед этим он проник в его мозг и с кровью обрел знания, которые были нужны для продолжения задания. Так Шелест узнал примерную общую схему Лабиринта и свой дальнейший путь. Когда знаний предыдущей жертвы становилось недостаточно на новой местности, он находил и безжалостно расправлялся с новой. Чаще всего эльфы не успевали понять, что происходит, когда жуткие когти пронзали им шею, вырывая жизнь. И необходимые знания. Высший вампир перед самой смертью своих жертв, используя древнюю магию крови, гипнотизировал ее и получал все, что было нужно. Кровь темных эльфов была необычна и сладка. В ней чувствовалась сила одних из первых жителей Империала.

Лабиринт поражал своими бескрайними размерами, здесь легко можно было заблудиться и петлять по извилистым пещерам и тоннелям до скончания веков, если, правда, вас раньше не убьет одна из многочисленных местных смертоносных тварей.

Но Шелест избегал всех опасностей. Однако чем ближе он был к цели, тем сложнее это становилось делать. Даже ему. Когда он вступил на территорию Дома Норраны, уровень опасности возрос в несколько раз. По сути, эта часть Лабиринта представляла собой огромный военный лагерь. Патрули, засады, пикеты. Приходилось прикладывать массу усилий, чтобы продолжать оставаться незамеченным. В любое время его могли обнаружить, а вскоре дорога обратно стала невозможна. Шелест слишком далеко зашел. Но смертельный риск так приятно согревал прохладную кровь. Вампир буквально пьянел от этого ощущения и упрямо продолжал идти к своей цели. И чем тяжелее становилось дальнейшее продвижение, тем интереснее становилось ему.

Дом Норраны темных эльфов, за последние десять лет очень сильно возвысился над остальными Домами. Это случилось, когда к власти в нем пришел молодой амбициозный лорд Виго. За несколько лет он сумел создать мощную армию и заставить себе повиноваться многие соседние Дома. Его успешные походы на земли людей, гномов и светлых эльфов позволили приобрести большую популярность в Лабиринте, и уже многие предсказывали, что именно лорд Виго скоро станет Верховным лордом. Его боялись и уважали. И очень многие в Лабиринте и за его пределами желали убить, так что добраться до него казалось невозможно.

Но именно это Шелест и собирался сделать, и как можно быстрее. Лорд Виго был его целью.

И он находился здесь, в главном военном лагере Иктон, возле одноименного старинного родового замка владык Дома Норраны. Шелест не стал ждать, когда представится удобный случай. Во-первых, у него не было на это времени, а во-вторых, он твердо знал, что справится и так. Ведь Она же сказала, что он ей не нужен.

Первой своей жертвой Шелест избрал капитана патрульной стражи. Он перехватил их в одном из глухих проходов между пространственными шатрами. Шесть темных эльфов под командованием одного офицера. Как всегда, стремительная атака предрешила исход нападения. Шелест упал на них сверху, и прежде чем впереди идущие успели обернуться, у троих уже оказались располосованы горла. Еще мгновение – и капитан патруля остался один. Это был довольно молодо выглядящий для своего возраста темный эльф. Его глаза встретились с наполненными кровью глазами высшего вампира, и это сразу парализовало всю его силу воли. Потребовалось всего несколько секунд –0 и офицер стал послушной марионеткой в руках своего повелителя. Шелест растворился в воздухе, сливаясь со своим новым рабом. Теперь его будет не так легко обнаружить, а жертва сделает все что нужно, не привлекая подозрений.

Они беспрепятственно прошли весь военный лагерь до самого подножия родового замка, представляющего собой колоссальное сооружение во всю высоту пещеры, наверняка уходящее далеко в глубь скалы. Здесь вампир решил расстаться со своей жертвой. Повинуясь ему, офицер патруля затребовал разрешения встретиться с комендантом охраны замка, и его препроводили во внутренние помещения. Эльфы так ничего и не заподозрили. Они здесь все были настоящими профессионалами, и каждый из них мог легко, по взгляду определить, какую опасность может представлять тот или иной объект, но молодой капитан обычного патруля опасным вовсе не казался. В отличие от коменданта замка. Шелест смерил его кровожадным взглядом – настоящий ветеран, отлично знающий цену себе и своим возможностям. Прекрасная жертва.

- Что вы хотели, капитан? – мрачно поинтересовался комендант, когда их оставили одних.

Как и большинство подобных помещений, это представляло собой пространственную иллюзию столь любимых темными эльфами пещер, освещенную колониями микроорганизмов, подобно россыпи звезд на ночном небе. До цели оставалось всего несколько метров, когда раб вампира обнажил кнеш (излюбленное оружие темных эльфов ближнего боя) и нанес удар. Комендант заученным движением, отработанным в десятках, если не сотнях, боев, уклонился от удара и произвел захват руки. Но произнести он ничего не успел, потому что в дело вступил Шелест. Рука высшего вампира стальной хваткой сжала горло эльфийского ветерана, заставляя смотреть себе прямо в глаза. Все же комендант оказался твердым орешком, на гипноз которого ушло целых несколько драгоценных минут. Но Шелест был удовлетворен своей работой. Тратить силы на контроль сразу двоих не имело смысла, тем более что вампир и так потерял много энергии, которую необходимо было восполнить. Одним точным ударом он вонзил страшные когти в сердце капитану патруля и в блаженстве раскрыл пасть, обнажая клыки, когда жизненная сила его жертвы стала вливаться в него. Это походило на экстаз. Иссушенное, словно мумия, тело эльфа кулем упало на пол декоративной пещеры. Шелест убрал когти и осмотрелся. Темных эльфов всегда отличал изысканный вкус. Ему здесь определенно нравилось, разве что освещение мешало. Но нужно было идти дальше.

Он снова слился со своим новым рабом и вышел из пещеры. Охранникам зомбированный комендант приказал оставаться на месте и ждать его возвращения, после чего направился к покоям, занимаемым самим лордом. Его беспрепятственно пропускали. Хмурые воины оказывали типичные для темных эльфов знаки уважения, чародеи задерживали взор не более чем требовалось. Распознать эманации высшего вампира в ауре коменданта замка было не так просто, на это, по крайней мере, требовалось время.

Комендант спешил. Впрочем, это вряд ли могло вызвать подозрение – к повелителю обычно спешат, тем более что у него могло быть какое-то срочное дело. И вот последний коридор. Стальные двери отворила стража, пропуская внутрь, и тут же закрыла. Коридор был длинный, не менее тридцати метров, и в самом конце его стояли двое молчаливых телохранителей и чародей-мастер. Это Шелест понял сразу, едва взглянул на него. И они все очень внимательно смотрели на приближающегося коменданта. Видимо, коридор специально сделали таким длинным, чтобы у последней и главной охраны на пути к лорду было время успеть хорошо разглядеть приближающегося. Шелест почти ощутил, как истекают мгновения до того, когда все тайное станет явным. Он заставил раба ускорить шаг.

- Эсса (титул в армии Лабиринта) Лакьен, повелитель не предупреждал о вашем приходе, – чародей явно что-то начинал подозревать.

Назад дороги не было – либо он прорвется к цели, либо это место станет его гробом.

- У меня срочное донесение, – немного неестественным голосом ответил комендант.

Он подошел на расстояние удара. Все случилось практически одновременно. Раб выхватил замагиченный кнеш и ударил одного из телохранителей в незащищенное горло. Оба являлись настоящими профессионалами, но внезапность нападения перевесила чашу весов. Чародей спохватился слишком поздно на какие-то мгновения, – но этого снова хватило, чтобы решить исход боя так, а не иначе. Одной рукой Шелест распорол горло второму телохранителю, а второй пробил защиту мага. Следующий удар пронзил череп последнего со стороны челюсти. Сильная энергия чародея-мастера волной стала вливаться в него, наполняя силой каждую клеточку тела. Шелест буквально опьянел от восторга, а потом экстаз перешел в безумие. Некоторые вампиры могли питаться только кровью своих жертв, другие – энергией, жизненной силой, но высшие вампиры обладали властью над всем. Вид крови будоражил и манил. И Шелест решил утолить жажду. Он рывком притянул к себе коменданта и вонзил в его шею длинные клыки. Жертва захрипела и отчаянно попыталась вырваться, но высший вампир одним движением руки сломал ей шею так, словно это была простая соломинка. Кровь пьянила. Шелест в бешенстве отбросил от себя труп и облизал губы. Сейчас он ощущал себя как нельзя лучше.

Все же высший вампир и сам носил титул лорда. Он поправил воротник камзола, убрал когти и только после этого вошел в тронный зал.

Его приняла в свои прохладные объятия огромная пещера. Внутри царил привычный полумрак. На высоком каменном троне сидел лорд Виго. Высокий, спокойный, со взором воина и владыки. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда появился Шелест. Богато инструктированный обнаженный кнеш лежал у него на коленях, словно ласковый кот.

- Аххааааллаахааа, лорд, – склоняя голову, церемониально приветствовал его Шелест, как было принято в Дейе. – Мое имя Шелест, я посланник своего повелителя, князя Калины.

- Ты послан, чтобы меня убить? – спокойно поинтересовался Виго.

- Нет, лорд, я пришел заключить с вами сделку.

Виго закрыл глаза. Он не стал задавать глупых вопросов о том, что стало с его охраной и как такое вообще могло произойти. Это уже случилось, а потому с остальным можно будет разобраться позднее.

- Вампир. Мне приходилось убивать вашего собрата, я знаком с вашей силой.

- В таком случае вы не должны слишком расстраиваться насчет того, что случилось с вашими эльфами.

- А ты остер на язык. Не ведаешь страха. Что ж, мне нравятся такие. – Виго едва сжал тонкие губы и снисходительно кивнул: – Раз ты пошел на такой риск, чтобы пробраться сюда, значит, то, за чем ты пришел, действительно очень важно. А раз оно настолько важно, это стоит получить любыми способами. Говори, высший, что велел передать тебе твой повелитель, мне интересно.

Шелест снова склонил голову, как того требовал церемониальный этикет:

- Нам нужно то, что есть у вас, а мы дадим взамен то, в чем нуждаетесь вы. Это равноценная сделка. Мой повелитель кое-что знает о ваших планах, лорд, и знает, что этотребует много золота. А после потерь Нитей Реаса с этим у вас дела обстоят не слишком хорошо. У мертвых есть много золота.

- Что же мертвым нужно от меня? – спросил Виго.

- Ваши солдаты, лорд. Моему повелителю нужны ваши солдаты.

Глава 12

Хоркорн (титул начальника лавы шахты, военного смотрящего) Аберуф всегда очень внимательно относился к своим обязанностям. Своего поста и титула он добивался очень долго, но в конце концов сумел получить желаемое. Гномьи шахты пронзали горы во всех направлениях, уходя далеко в глубь, туда, где чувствовался жар преисподней. И где встречались разные твари, большая часть из которых вовсе не являлась безобидной. Поэтому на каждую лаву, на каждую выработку, а иногда и на участок назначался один из старших офицеров армии, чтобы контролировать уровень опасности, и если что, справляться с любой из них. Для этого у каждого из них в подчинении находился отряд воинов и обязательно – один или два жреца.

Помимо всевозможных подземных чудовищ всегда существовала угроза со стороны темных эльфов. Они любили проникать на территорию гномов для грабежа и убийств. Правда, надо сказать, что в последнее время в шахтах Олдхейма стало гораздо спокойнее. С захватом Нитей Реаса большинство рейдов остроухих перенеслось именно в ту область. Потому что там добывалось золото. Конечно, подземные твари золотом не прельстились и остались там, где жили всегда, но хоркорн Аберуф не считал их слишком опасными. Это было рядовое, привычно зло, с которым давно уже научились справляться. И которого не особенно опасались. Но свой отряд он все равно держал в ежовых рукавицах, не давая никаких послаблений. Поэтому, когда появились признаки надвигающейся угрозы, жрецы сразу же оповестили об этом.

- Мастер, мы слышим, как дрожит камень. Здесь. К нам что-то приближается. И очень быстро.

- Всем прекратить работы! Освободить сектор!

Рев Аберуфа перекрыл шум работ, и гномы затихли, соображая, что случилось. Затем, ворча и проклиная всех и вся, начали отступать вверх по уклону выработки. Здесь велись работы уже на протяжении последнего полугода. Совсем недалеко отсюда пролегала мощная жила ценного металла, которую гильдии Олдхейма разрабатывали на протяжении сотни лет. Но однажды она прервалась. Сначала все решили, что, наконец,ее выбрали всю, но маги поисковики с уверенностью заявили, что это один из «прыгунов». Так гномы называли те случаи, когда жила резко обрывалась и переходила на другой горизонт, что, вероятно, случалось при смещении горных массивов в глубокой древности. Чтобы снова выйти на потерянную жилу, гильдии приняли решение проделать широкий проход под уклоном с ближайшей точки и в случае успеха наладить полномасштабную добычу.Поэтому группа забойщиков последние полгода упрямо пробивалось сквозь толщи горных пород.

Поживиться здесь было нечем совершенно, так что хоркорн Аберуф уже точно и не помнил, когда в последний раз поднималась тревога на вверенном ему участке. На пробой темных эльфов это не походило, особенно если учесть местную специфику – полное отсутствие чего-либо ценного и наличие целого отряда забойщиков. Последние были элитой любой гильдии, любой шахты. В них набирались особенно рослые и сильные гномы, способные переносить большие нагрузки. Каждый вооружался ПКР – проходческим каскадным ранцем, одной из лучших разработок гномов, держащейся в строжайшем секрете от всего мира. По сути ПКР представлял собой генератор энергии, только скомпонованный до объема, который способен был переносить один гном, пусть и обладающий выдающимися природными данными. В нем маги концентрировали энергию, которую забойщики расходовали при проведении работ. Эта энергия создавала вокруг них магический кокон, защищающий от физических повреждений, а главное – позволяла вырывать и уничтожать солидные куски скальных пород. Один залп из ПКР мог на сравнительно близкой дистанции полностью испарить каменную глыбу размером с человека. Запаса же энергии, как правило, хватало на всю смену. Никто в своем уме не стал бы атаковать здесь, в стесненном пространстве, где забойщики имели все преимущества.

Один из жрецов раскинул паутину заклинания по стене выработки, и через пару минут затянувшегося молчания твердо произнес:

- Здесь готовится пробой.

Хоркорн Аберуф крепче стиснул свою любимый шерш и отдал приказ, которого все ждали:

- Приготовились. Они сейчас начнут.

Торны (гномья тяжелая пехота) встали в ряд, закрывшись тяжелыми щитами, между ними разместились забойщики. Позади маги. Хоркорн Аберуф расположился впереди всех. Теперь уже даже без всякой магии можно было отчетливо слышать шум, доносящийся из недр горы. Скрежет и хруст камня. Его узнали все – так могли делать только кровессы. Полумагические чудовища, питающиеся камнем, в основном встречались на территории Лабиринта, и многих из них подчиняли себе темные эльфы.

- Создать тоннель!

У кровессов имелось одно слабое место: они с трудом переносили присутствие определенного вида магии, поэтому все города гномов и шахты несли печать подобного магического узора. Но здесь, в новой выработке, защиту еще не ставили, однако ее можно было создать временно сейчас. Жрецы запели соответствующие заклятия, и все вокруг стало покрываться едва заметной магической сетью, оставляя только один строго определенный, незащищенный участок впереди. Это называлось «тоннелем». Кровессы вовсе не отличались особым умом и, чувствуя для себя близкую добычу, шли к ней напрямик кратчайшим путем. Жрецы лишь пресекали возможности появления их с неожиданного направления.

- Всем приготовиться! Ждем.

Взоры всех оказались сосредоточены на дальнем конце выработки. Камень уже явственно дрожал под ногами. Жрецы готовили специальное убийственное заклятие и накладывали стандартную защиту против магии чародеев, на случай если за пробоем последует рейдерское вторжение, которое, впрочем, всем казалось абсурдным.

Хотя они и были готовы к тому, что произойдет, но когда стена камня буквально разверзлась, словно от мощного внутреннего взрыва, и в выработку вывалилось огромное чудовище, на мгновение оторопели все. Башка кровесса, до этого представляющая собой некое подобие металлической рогатой полусферы, разом морфировалась в нечто напоминающее гигантского паука-спрута с добрым десятком смертоносных конечностей.

Всего секунда – и они устремились к гномам. Забойщики дали залп из ПКР, а торны более профессионально отбили те удары, что все-таки сумели достичь цели. Больше чудовище сделать ничего не успело, потому что жрецы выбрали момент и активировали свое заклятье. Вокруг кровесса стремительно вырос огромный блестящий полупрозрачный шар и тут же взорвался. Все отчетливо услышали хруст сокрушаемого мощного бронированного тела твари.

Пробой был успешно ликвидирован.

Жрецы переводили дух – такое заклятие требовало много сил и энергии, забойщики сдержанно ругались, и лишь торны оставались неподвижны. Хоркорн Аберуф перевел дыхание – смерть в который раз была рядом и прошла стороной. Он подошел к трупу кровесса. Некогда могучее тяжелобронированное существо, способное сокрушать камень, сейчас выглядело каким-то мягкотелым. Это стало следствием удара заклятия жрецов, перемоловшего все внутри чудовища. После такого невозможно выжить. Конечности на его голове оказались большей частью либо уничтожены ПКР забойщиков, либо отсечены двухголовыми секирами торнов.

И они судорожно шевелились.

У Аберуфа встали дыбом волосы, когда мертвый кровесс неожиданно поднял голову, а его многочисленные глаза снова открылись и безразлично уставились на гнома. А затем жуткие челюсти чудовища сомкнулись на хоркорне. Гномы издали вопль ужаса, а потом их всех накрыло заклятие «Мертвой Пустоты». Они умерли практически мгновенно. Жрецы привычно выставили защиту против пространственной магии темных эльфов – и она, без сомнения обладала достаточным запасом прочности, – но против магии Смерти, да еще заклятия тяжелого класса, ее не хватило. Все было кончено всего за несколько секунд.

В тоннеле повисла тягостная тишина. Мертвая туша кровесса больше не шевелилась – она сделала свое дело, и более в ней не было необходимости. Из огромной дыры, проделанной чудовищем, выплыл Череп, парящий в воздухе, словно привидение. Он громко смеялся – его очень повеселило выражение гнома, которого сожрал поднятый им кровесс, в то время как длинные тонкие пальцы беспрестанно делали пассы, сгущая магию Смерти. А потом мертвые гномы встали послушными зомби. Вслед за архиличем вылетели двенадцать вампов и заняли позиции на стенах и потолке тоннеля.

Последним появился улыбающийся Шелест.

- Что скажет моя Ги, столько трупов – и ни один из них не подарил ей я!

Он оскалил клыки, втягивая манящие запахи.

- Ну что двинули?

Глава 13

Чернояр был уверен, что умер. Последнее, что он помнил, как погасло сознание от разрывающихся внутри его тела внутренностей. Постепенно приходило ощущение того вселенского спокойствия, что колдун ощутил тогда, в Царстве Мертвых. Казалось, забылось все зло, зажили все раны. Но что-то черное не давало насладиться всем этим сполна. Оно металось в его душе, словно загнанный в клетке зверь, терзая, разрывая на части, изгоняя спокойствие. И чем дальше, тем сильнее. По телу разливался холод, но огонь тьмы боролся с ним, согревая сердце злом, местью. Чернояр удивился этому сильному чувству, а потом вдруг со всей четкостью понял – он не хочет умереть. Потому что смерть означала поражение, окончательное, а не то, что придумал он себе сам. Власть бога окажется сильнее, и значит, он никогда не получит того, что так жаждал обрести.

И тогда колдун впервые вздохнул. Жизнь бурлящим потоком ворвалась в него, борясь с леденящим холодом.

Первое, что Чернояр увидел, оказалось заинтересованное лицо Шелеста.

- Я знал, что ты очнешься, колдун. Мне пришлось передать тебе часть своей силы, инициировав. Не переживай, вампиром ты почему-то не стал, хотя моя сила помогла тебе регенерировать, практически из мертвых. Я уже думал, станешь моим рабом, но каким-то образом тебе удалось справиться с моей властью. Повелитель не разрешил инициировать тебя еще раз. Ты ему нужен.

Череп авторитетно заявил, что это все из-за темной магии, которая необычайно сроднилась с колдуном и не пускала никого на свою территорию. Шелест философски наблюдал за колдуном, и Чернояр сильно подозревал, что он наверняка либо видел уже подобное, либо предполагал такое развитие ситуации, но делиться информацией не спешил. Лекс же сказал, что Чернояр на самом деле просто хочет жить. Колдун ему на это ответил, что давно уже хочет умереть и что ненавидит жизнь, но оборотня это не смутило.

- На самом деле ты хочешь жить. Тело твое хочет жить. Вопрос не в жизни, а в твоих огромнейших нереализованных возможностях. Ты очень многого хочешь и сможешь достичь, поэтому умирать тебе пока рано. Становиться вампиром, кстати, тоже ни к чему, тем более они мне никогда особо не нравились. Вот если бы оборотнем…

Князь Калина, также захотевший навестить колдуна, поддержал Лекса и заверил, что все будет хорошо в любом случае. Для самого Чернояра это было тоже тяжелой ситуацией. Никто и никогда не рисковал собой, чтобы его спасти или вообще как-то помочь. Помогал всегда всем он сам, но никогда и никто – ему. Это было очень странное чувство. Он спросил у вампира, зачем тот его спас, на что получил искренний ответ:

- Ты нужен повелителю. Если бы ты не был нужен нам, князь тебя бы не нанимал.

Чернояр счел за лучшее не углубляться в эту тему. Тело ощущало себя как-то странно. Чувствовалось нечто чужеродное внутри, не особо беспокоящее, но определенно доставляющее психологический дискомфорт. В любом случае он по-прежнему оставался человеком, клыки не выросли, крови пить не хотелось. Зато тело получило способность к регенерации. Все раны и болячки, имевшиеся у колдуна, исчезли. И вообще он определенно ощущал себя бодрым и полным энергии.

А еще он обрел способность видеть в темноте и ощущать кровь. Чернояр мог чувствовать, как в живом существе пульсирует кровь и даже, казалось, управлять ее движением. Это, конечно, не шло ни в какое сравнение с возможностями вампира, тем более такого могучего, как Шелест, но все же. Лекс на это лишь загадочно хмыкнул и то ли в шутку, то ли нет, предложил самому укусить колдуна. Вдруг появятся еще какие-то способности. Да и потом, его, оказывается, очень занимал вопрос: справится ли колдун с его силой, и что будет, если смешать силу высшего вампира и оборотня?

Чернояр подобного любопытства не разделял и участвовать в эксперименте не захотел.

Впрочем, и долго отлеживаться ему не дали. Вскоре Лекс пришел и объявил, что они отправляются в Подгорное Царство.

- Инквизиторы попытаются вывести генератор, полный энергии, из Подгорного Царства через порт Олдхейм. Наша цель – им помешать.

- Никогда бы не подумал, что гномы согласятся продать такое людям, – удивился Чернояр.

- Официально они продают пустой генератор.

- Гномы тоже участвуют в этом?

- Они участвуют в чем угодно, что сулит им какую-то прибыль. Глава одного из сильных кланов имеет прочные связи с Инквизицией.

- Настолько прочные, что пошел на такое опасное предприятие? Продажа такого объема энергии – это нешуточное дело.

- Но они это сделают.

- Тогда почему бы нам просто не открыть гномам глаза на обман?

- Думаешь, они поверят некромантам? А даже если нам и удастся достучаться, никто не станет производить тут же проверку. У нас нет времени. Инквизиция очень торопится. Не забывай, что им помогает сам царь клана, и нам не соперничать на их территории. Нужно помешать им.

Чернояр не стал вдаваться в подробности. Сейчас его занимали мысли о куда более важном деле – о неожиданно воскресшем Локе. То что тот сделал с ним, жгло его душу нестерпимым огнем. Забылось все остальное, осталась только неутоленная жажда мести.

Их выбросило из портала недалеко от цели. Оставалось только лишний раз удивляться возможностям некромантов, у которых, казалось, везде и всюду были свои руки. В этих широтах властвовал холод, несмотря на разгар лета, а на вершинах гор лежали снега. Север. Сам Олдхейм находился в глубине горы, и лишь часть его располагалась на ее склоне, начиная с высоты в километр и спускаясь к самому подножию, где раскинулся огромный порт со всей своей многочисленной инфраструктурой. Гномы всегда отличались своими техническими познаниями, которые часто воплощались в нечто грандиозно большое. Большинство рас Империала считало, что это – компенсация их сравнительно малого роста и не упускали случая пройтись по этому поводу в разных шутках. Однако гномы являлись настоящими мастерами своего дела, и свидетельством их инженерной мысли вполне мог служить порт Олдхейма. Город этот был не слишком знаменит, равно как и посещаем. Вся жизнь здесь протекала в соседстве с многочисленными варварскими жителями так называемых Белых земель, а потому не отличалась особым многообразием. Война да торговля. Однако в местных шахтах добывались многие ценные металлы, правда, не в таких больших количествах. Порт лежал за Полярным кругом, и судоходство здесь было весьма затруднено. В разгар лета, когда лед стаивал, сюда приходили огромные океанские торговые суда, чтобы закупить руду и вывезти ее в торговые порты большой земли. Они шли по двум морским путям – Восточному и Западному, совпадающим с двумя сезонными ветрами, дующими на юг. Западный являлся основным и шел по проторенным торговым путям Северного моря, однако присутствие многочисленных пиратов всех мастей делало его опасным, и корабли, как правило, ходили в сопровождение военных судов. Второй же путь был гораздо длиннее и неудобнее, так что им редко кто решался пользоваться.

Порт Олдхейма представлял собой уникальное сооружение. Во-первых, он был достаточно большой, чтобы принимать много больших кораблей одновременно, во-вторых, казался неприступным. Его защищали так называемые Руны Тора, оборонительное сооружение древних, состоящее из восьми больших магических орудийных башен, связанных сумеречной магией в единое целое. Любая попытка разбойничьего набега была бы обречена на провал. Сам порт делился на две части – внутреннюю, куда заходили на погрузку торговые корабли, и внешнюю, где, как правило, стояли ожидающие их военные конвои. Он оживал раз в год на несколько недель, когда сюда приходили океанские громадины за ценной рудой, в остальное время это было большое, но пустынное место. Но сейчас Олдхейм буквально гудел, как растревоженный улей, хотя до начала навигации оставалось еще не менее полумесяца. Он был наводнен военными.

Некроманты первым делом провели тщательную разведку, с захватом местного населения для получения нужной информации. Выяснилось, что такое количество военныхофициально объяснялось угрозой нападения пиратов. Город был закрыт, а все внешние торговые дела вынесены за его пределы, в новообразовавшийся временный лагерь.

Проведенная вампирами ночная разведка показала, что в порту находится огромный галеон, в который и производится погрузка генераторных блоков. Причем она не прекращалась даже ночью, и, судя по всему, гномы очень спешили. Во внешнем порту галеон ожидали целых пять мощных кораблей корсаров, нанятых Святой Инквизицией для сопровождения столь драгоценного груза.

Группа Лекса продолжала неустанно следить за всем, что происходило вокруг города, изучая все подступы, слабые места, график передвижения и работы охранной системы. На этот раз с ними не было ни Шелеста, ни архилича, и это наводило на определенные размышления. Чернояр не сомневался, что у них какое-то свое задание и что с их появлением начнется сама операция. Но время шло, погрузка подходила к концу, и ждать далее становилось бессмысленно.

Но Лекс хладнокровно ждал. И в один прекрасный вечер позвал колдуна с собой. Они разместились на одном из ближайших склонов гор, на громадных каменных глыбах, оставшихся после обвала. Оборотень развернул карту Олдхейма.

- Ну и что ты обо всем этом думаешь, колдун?

В глазах Лекса не было насмешки, только любопытство, но Чернояр все равно не знал, что ему можно ответить. Во время последней операции он едва не умер, так что чем закончится эта, можно было только гадать, потому что все выглядело намного круче.

- Ну, если найти способ взорвать хотя бы один из блоков, то тут все взлетит на воздух, – задумчиво ответил Чернояр.

- Ха, а ты маньяк, колдун, – хохотнул Лекс. – Столько жертв будет!

- Какая разница, если это все равно невыполнимо. Не думаю, что блоки генератора так уж легко взорвать. По крайней мере, нам этого никто не даст сделать. Даже близко не подпустят. Весь порт наводнен военными частями и магами.

- Не все так безнадежно. Знаешь, это как в монолитной стене. Она кажется непробиваемой, но в ней есть так называемая критическая точка. Если ударить точно по ней, то стена рухнет. Все что нам нужно это найти такую точку здесь и ударить по ней.

- И судя по всему, ты такую точку уже нашел? – усмехнулся Чернояр. – Зачем же тебе я?

- У тебя есть умная голова, а это всегда ценно. Ну и к тому же, ты, по сути, наша силовая магическая поддержка и должен четко представлять всю операцию в целом. Видишь на карте – вот Руны Тора. Дело в том, что в них очень неуютно и тесно, поэтому их гарнизон там никогда не сидит. Он находится глубоко под горой, вот в этом месте. Здесь у них нечто вроде небольшой базы, в которой расположены стационарные телепорты, ведущие в орудийные башни, защищающие порт. Все подходы к городу постоянно отслеживаются, поэтому постоянно торчать в них никому неохота. Когда раздается сигнал тревоги, гарнизонные расчеты через порталы попадают на свои боевые посты. Если мы займем их центр, то сможем потопить корабли корсаров, которые стоят абсолютно незащищенные. На Олдхейм давно не нападали со стороны моря, гномы слишком расслабились.

- Твои спецназовцы умеют управлять гномьими орудийными установками? – поинтересовался Чернояр.

- Они вообще очень много чего умеют. Только это страшная тайна, учти. Но в данном случае там все очень просто. Грубая ручная работа, ничего больше. К каждому орудию подведена силовая линия, по которой идет магическая энергия. Все, что нужно, это сбросить защитный клапан и заряд, накопленный в специальной камере, выбросится в сторону цели. Само орудие расположено во вращающейся башне, так что его можно нацеливать в любом направлении.

- Тогда вопрос – как мы вообще проникнем под гору? Здесь все оцеплено, а все возможные пути заняты армейскими блокпостами. Это мы выяснили еще вчера во время разведки территории. Мы что, станем атаковать их в лоб?

- Нечто в этом духе. Мы пробьем блокпост. Потом сделаем стремительный бросок вот сюда, где находится вход на базу гарнизона Рун Тора. Эти места практически необитаемы, здесь лишь проходят служебные туннели, которые не охраняются. В нашем распоряжении окажется совсем немного времени, но мы должны будем успеть.

- Понятно. Выходит, все, что нам нужно, это проникнуть к ним на базу? Думаю, не ошибусь, если предположу, что телепорты с нее завязаны только с Рунами Тора и не имеют доступа извне.

- Да, гномы потрудились над своей безопасностью. Вход к ним имеется только один. На случай, если что-то случится, они могут воспользоваться Рунами Тора чтобы выбраться. К ним также ведет всего лишь один проход. Это длинный тоннель, идущий вот отсюда. Это место обособлено от других, и здесь никого не бывает, кроме тех, кто несет службу на Рунах Тора. Однако он заблокирован мощными стальными плитами, открывающимися только изнутри. Врата имеют мощную противомагическую защиту. Все, что нам нужно, это захватить один из блокпостов, ведущих в сам город. Гномы слишком давно чувствуют себя защищенными и понастроили систему стационарных телепортов по всему городу. Захватим один – сможем попасть практически куда угодно.

- А как же быть с самой базой? – усомнился Чернояр. – Извини, но то, что ты описал, никак не внушает радужных надежд. Даже мне потребуется время, чтобы расковырять такую защиту, а за это время только полный идиот не предпримет против нас каких-то мер.

Лекс свернул карту.

- А нам помогут, колдун. Я рад, что ты считаешь весь мой план безумным, обычно именно такие проходят лучше всего. Пойдем лучше присмотрим место для ночного спектакля. Ждать нам более нельзя.

Чернояр рассмеялся

- Мне понравилось введение в детали предстоящей операции.

- Ты поймешь все по ходу дела. Не беспокойся.

Чернояр чувствовал, что доверяет этому оборотню, ибо тот был достоин уважения как мастер своего дела, а главное – он верил в свои силы.

Спектакль, предложенный оборотнем, оказался не слишком оригинальным, но зато весьма эффективным с точки зрения достижения цели. Едва минула полночь и нежить обрела силу, как они выдвинулись в сторону временного торгового лагеря за пределами Олдхейма. Оборотни бесшумными тенями крались по его улицам, а вампы скользили в ночи. Они направлялись к дому местного главы, поставленного, чтобы следить и управлять рынком. Щупальца Тиамат бесшумно расправились со стражей у входа, свернув им шеи, а затем в дело вступили спецназовцы. В доме не раздалось ни звука – настолько быстро и чисто все было сделано. Обратно, среди прочих, вышли трое гномов, в богатых одеждах, со знаками отличия. Один из них был местным главой, но все они являлись всего лишь изменившими личины оборотнями – Лексом и двумя его старшими офицерами.

Они направились к Олдхейму, к одним из огромных врат, наглухо закрывающих проход в скале. За ними располагался блокпост, где, по данным разведки, находилось около половины взвода гномьей пехоты. Вся группа оставалась позади, тщательно скрываясь по обочинам большой мощеной дороги, ведущей в город.

Трое гномов открыто приближались к цели, немного спеша, но с откровенно выраженными намерениями. И охрана врат клюнула на эту шараду. Они приоткрылись, и навстречу вышел командир отделения с четырьмя вооруженными пехотинцами. Чернояр не слышал, что было ими произнесено, только видел, как в приоткрытые врата скользнули стремительные тени вампиров, а лже-гномы превратились в огромных тварей, разорвавших своих жертв в считанные секунды. Щупальца Тиамат стремительно бросили его вперед, а рядом мчались остальные оборотни группы спецназа, но блокпост оказался вырезанным еще до их появления.

Далее время приобрело безумный темп, где не оставалось ни секунды бездействия. Стационарный телепорт выбросил их в самый центр горы, где располагалась вся центральная распределительная сеть телепортов. Едва состоялся выход, как Чернояр активировал заклятие тяжелого класса «Темное время». Огромная пещера содрогнулась от волны всеразрушающей энергии, убившей разом всех, кто в ней находился. Буквально через секунду появились все остальные бойцы группы, и, не теряя времени, ушли в другой стационарный портал. Это было очень темное пустынное место. Впереди их ждал тоннель. Они понеслись по нему. Чернояр видел живые цели и тут же убивал их. Ему едва хватало сил, чтобы держаться впереди отряда. Всего минута безумной гонки – и впереди показалась новая, довольно большая и освещенная пещера. Даже не зная карты, Чернояр догадался бы, что это и есть их цель. Дверь, ведущая на базу гномьего спецназа, охраняющего Руны Тора, более походила на главный сейф какого-нибудь банка. Замагиченная сталь неизвестной толщины, не имеющая ни малейших признаков того, что ее как-то можно открыть снаружи. Даже если ее начать высаживать какими-то армейскими магическими минами, на это уйдет немало времени. Тем более что ни один из группы спецназа не тащил на себе ничего подобного.

Чернояр уже начал лихорадочно прикидывать, что он может сделать в этой ситуации, когда его резко перехватил Лекс:

- Стой, колдун, я же тебе говорю – пока рано умирать, да еще смертью храбрых.

Чернояр собрался было резко ответить ему, когда засек, как из другого тоннеля в пещеру вывалились знаменитые забойщики гномов и устремились к сейфовой двери. Один за другим сдетонировали ПКР, буквально испарив металл. Не помогла никакая защита. Гномы сами разработали то, что столь отлично послужило против них. Пока Чернояр осмысливал произошедшее, внутрь базы гномьего спецназа ворвались одновременно вампиры и оборотни, среди которых в первых рядах мелькнул и Шелест.

Воздух наполнился запахом свежей крови. Чернояр поморщился и увидел Черепа. Значит, вся компания в сборе. Они обменялись взглядами, а затем бой грянул с новой силой. Впрочем, им работы уже не осталось. Гномы никак не ожидали нападения, тем более некромантов, которых наверняка видели впервые в своей жизни. Это было просто убийство, а не бой. Вампиры сразу исчезли в небольших кругах стационарных телепортов. Когда Чернояр и Череп подоспели к ним, магические орудия Рун Тора уже вовсю плевались огненными сгустками по спящим корсарским кораблям. На тех даже не было защиты, так как они находились внутри порта, где, по идее, им ничто не могло угрожать. Поэтому корсары справедливо экономили энергию. Впрочем, даже если бы это было и не так, мощи магический орудий защитного бастиона Олдхейма, бивших практически прямой наводкой, все равно хватило бы с избытком. Корсарские корабли оказались уничтожены еще до того, как гномы сумели осознать, что происходит, и перекрыть доступ магической энергии в Руны Тора.

Глава 14

Айвар своими глазами наблюдал, как эскадра корсаров, приданная им для сопровождения к берегам Арденского королевства, гибнет, не сумев сделать ни единого ответного выстрела. Он вымотался за весь день донельзя, лично следя за погрузкой генератора на борт галеона и решая все возникающие вопросы. Он не доверял никому, решив, что на этот раз все должно пройти как надо. Сайрос должен быть доволен. Ему раньше не слишком много доводилось встречаться с гномами, и он не испытывал восторга сейчас. Они были жутко дотошными и въедливыми, на все имели свое мнение и вечно обо всем спорили. Как с ним, так и между собой. Приходилось тратить немало усилий, чтобы все это сглаживать и не тормозить погрузку. Вообще Айвар сильно подозревал, что гномы специально так делают, ибо он был для них чужак, всего лишь человек. Но он счел за лучшее стиснуть зубы и работать.

Надо сказать, что от царя клана пришло недвусмысленное пожелание местному начальству оказывать ему всестороннюю помощь в отправке генератора, поэтому с этой стороны как раз проблем не возникало. К ночи погрузка закончилась, и галеон был полностью готов к отплытию. Айвар прибыл в особняк начальника порта Гофрея, чтобы отужинать и обсудить одно важное дело. Что это за дело, он выяснить не успел. Гномы никогда не отличались поспешностью в делах. Ужин оказался очень хорош, все было готово к отплытию, так что Айвар не слишком волновался и терпеливо ждал.

Наконец Гофрей заговорил:

- Мне неприятно вам об этом говорить дорогой Айвар, однако вы не можете идти в Ардению тем путем, которым планировали это сделать раньше.

- Неожиданное известие. Весьма неожиданное. Особенно сейчас, когда все уже готово к отплытию. Что же привело вас к такой мысли, уважаемый? - поинтересовался официальный представитель Святой Инквизиции.

- Мне час назад сообщили, что в районе вашего предполагаемого маршрута уничтожен один из патрульных кораблей Небесного Флота. Фрегат «Озорн».

Айвар отставил в сторону бокал вина и вперил свой взор в сидящего напротив него старого гнома:

- Мы не можем изменить маршрут.

- Кажется, вы не до конца понимаете то, о чем я вам говорю, – пренебрежительно фыркнул Гофрей. – Фрегат Небесного флота – это не утлое суденышко, которое может потопить случайно проплывавший мимо пират. Скажу еще более понятно для вас. В том секторе Северного моря орудует достаточно большая сила, чтобы причинить непоправимый вред всей вашей эскадре.

Айвар почувствовал себя неуютно. Только что все казалось безоблачно и шло по плану – и вдруг такая проблема, которой он совсем не ожидал. И более того – не слишком представлял, как ее теперь решать. Собственно, об этом он и решил спросить у начальника порта. Тот лишь развел руками:

- Либо подождать, пока наши корабли разберутся с произошедшим и устранят опасность, либо идти Восточным путем. Это немного более долгий путь, к тому же там иногда разбойничают темные эльфы, но зато вы можете отплыть хоть немедленно.

- И когда же ваши корабли обезопасят Западный путь?

- Ну, насколько мне известно, они уже в пути. Через дней пять будут в той зоне, где уничтожили «Озорн», еще примерно неделя потребуется, чтобы проверить окрестные воды. Так что считайте сами.

Айвар нисколько не сомневался, что этот гном не очень рад идее лицезреть в своем порту людей еще целых две недели и недвусмысленно указывает на то, что лучше выбрать второй из предложенных им вариантов.

- Если же вы пойдете Восточным путем, то потеряете всего лишь неделю, а то и меньше. Решать вам.

Айвар пожал плечами.

- Я подумаю и утром озвучу свое решение.

Однако насладиться поздним ужином им все равно не дали. Айвар углубился в мрачные мысли, обдумывая ситуацию, когда в столовую вошел один из офицеров и что-то доложил начальнику порта, наклонившись низко, чтобы никто не мог его услышать. Он мог бы, конечно, воспользоваться магией, но гномы говорили между собой на своем языке, который он, к сожалению, не знал. Однако Гофрей сам решил передать сообщенное ему послание:

- На один из наших блокпостов совершено нападение.

Айвар в ожидании продолжения замер:

- И?..

- Они прорвались. Это мертвяки. И может быть, вы мне объясните, откуда они, черт возьми, взялись здесь?

- Может, чтобы выкрасть наш генератор? – деланно усмехнулся Айвар.

Но на самом деле его обуревали весьма напряженные чувства. Ему совершенно не нравилось то, что происходило сейчас. Слишком резким оказался переход от «все нормально» до «непонятно» и «тревожно». Слишком большое давление ответственности. Гофрей, выругавшись на гномьем, раздраженно вытер руки салфеткой и встал из-за стола:

- Прошу прощения, но нам нужно разобраться с произошедшим.

Он сделал знак двоим из сидящих здесь офицерам и вышел.

- Возвращайтесь быстрей, – бросил ему вслед Айвар, принимаясь за суп.

Но то, что случилось практически тут же, оказалось неожиданным и для него, и, собственно, для всех. Огромная столовая, в которой они расположились, выходила окнами как раз на порт. Сам особняк стоял на склоне горы, так что вид открывался весьма впечатляющий.

Айвар как раз подносил ложку с супом из местных морепродуктов ко рту, когда услышал нарастающее шипение за окном, потом еще и еще, а потом стекла задрожали от взрыва, а порт озарился огненным светом. Вместе с начальником порта на обеде присутствовали и некоторые старшие армейские офицеры, и все они шумно вскочили сейчас из-за стола и бросились к окну. Прошло, казалось, всего несколько секунд, а корабли корсаров уже горели. Подавляющая часть их команды находилась на территории порта в местных кабаках, так что, собственно, даже пытаться тушить корабли было некому. Те, кто уцелел на борту, прыгали в воду, пытаясь спастись. Два тяжелых и три легких фрегата начинали гореть. В порту гремел сигнал тревоги, а магические орудия Рун Тора продолжали выстреливать один огненный сгусток магической энергии за другим. Они были рассчитаны на поражение целей с внешней стороны порта на большом расстоянии, поэтому имели большой потенциал по своей мощности, так что сейчас, стреляя с убойной дистанции, не оставляли ни единого шанса кораблям, которые должны были сопровождать галеон в Ардению. Оставалось только удивляться силе гномов, которые могли себе позволить расходовать чистую магическую энергию в таких количествах. Не зря говорили, что у них под горами имеются источники большой силы, которые они тщательно скрывают ото всех.

- Что происходит?! – в ярости выдохнул Айвар. – Вы только что уничтожили мои корабли!

Офицеры гномов, не говоря ни слова, поспешили из столовой. Пятеро корсарских кораблей превратились уже в огромные факелы, и в порту стало светло, как днем. Все, что Айвар сейчас ощущал, – это страх. Он не понимал что происходит, но догадывался – это все же не дело рук самих гномов. Неизвестность всегда пугала, а здесь она пугала еще больше, как только Айвар представлял все возможные последствия и сценарии развития ситуации. Видимо, Иоган все же был прав, и против них играла сама Смерть. Слишком много совпадений. Он вспоминал нападение на Чистилище, и чем больше думал, тем больше ощущал нервозность. Если некроманты сумели завладеть Рунами Тора, значит, они всё просчитали. Это все походило на дурной сон.

Айвар вышел из комнаты и отправился в управу Олдхейма, где собрались уже все. Новости оказались весьма неутешительные. Гномы отключили энергию от Рун Тора, но нежить нигде не нашли. Враг нанес молниеносный удар и все еще опережал их на несколько шагов. Где он объявится снова? Где нанесет следующий удар? Сколько еще ждать? Здесь не было рядом Сайроса или Иогана, которые могли принять решение за него. Не с кем было посоветоваться. Когда Айвар отправился в Подгорное Царство, казалось, что он сможет справиться со всеми трудностями, а теперь, когда они настали, он оказался приперт к стене неведения. Практически завершенное предприятие в одночасье превратилось в нечто, лежащее на грани катастрофы. Айвар являлся чужаком, здесь правили гномы, и он очень сильно сомневался, что они станут ответственно подходить к делу и тратить свои силы и, возможно, жизни для спасения собственности Инквизиции. Им, естественно, чужды интересы людей, да и относились они к ним не слишком хорошо. А мертвяки умеют добиваться того чего хотят, в этом уже пришлось убеждаться на деле неоднократно.

Айвар вздохнул и решительно взял себя в руки. Нужно сейчас спокойно проанализировать сложившуюся ситуацию и принять правильное решение. Потому что это самое решение должен принять он сам, и только он. «Эрегон» находится в полной готовности и может отплыть немедленно. Этот корабль принадлежит исключительно Святой Инквизиции, поэтому там железная дисциплина. С другой стороны, есть ли иной выход? Ждать, пока флот гномов обезопасит Западный путь? Это две недели, по словам Гофрея, хотя хитрый гном мог и преувеличивать. Все равно это слишком большая потеря времени, которую они не могли себе позволить. И неизвестно, что случится еще за эти две недели здесь. А если гномы снова окажутся не на высоте, и нежить нанесет удар уже непосредственно по галеону? Что если она найдет способ ему повредить и задержать еще больше? А главное, что делать с эскадрой сопровождения? Для найма новых кораблей корсаров потребуется время, возможно, больше, чем две недели. Плюс путь сюда. Плюс обратно. Гномы же точно не дадут свои корабли для сопровождения людского груза.

Айвар поспешил в порт. Нужно было уводить галеон, как только гномы снова обретут контроль над ситуацией. Противник хотел надолго задержать их здесь, а время сейчас жизненно важно. «Эрегон» – мощный корабль. Он сможет легко пройти Восточным путем. Это все равно во много раз лучше, чем продолжать находиться здесь и ждать удара.

Нужно было поспешить отдать приказ. Пожар от корсарских кораблей начинал распространяться по всему порту, и среди гномов появились признаки паники. А паника – это первейший предвестник больших неприятностей. Решение принято, и Айвар больше не сомневался в его правильности. Галеон должен уйти.

Ему же придется остаться, чтобы уладить дело с корсарами, потерявшими свои корабли. И зная их крутой нрав, это будет совсем не легким делом.

Глава 15

Играсса всегда любил запредельный риск и славился тем, что проворачивал такие дела, которые другие считали просто невозможными. Правда, кутил он тоже так, что о нем ходила неменьшая слава и здесь. Жизнь его была подобна ураганным волнам: то он оказывался на вершине и имел богатства, то залезал в большие долги. И это снова гнало его на риск. Играсса являлся темным лордом из Дома Черного солнца, и эльфы за ним шли и верили в его звезду. Он считался вторым в наследовании трона, но с этой стороны его не рассматривали всерьез. Никто не сомневался в том, что однажды он рискнет, и это будет последнее, что он сделает в своей жизни. Играсса же просто не мог по-другому. И его всегда окружали такие же отчаянные сорвиголовы.

Когда к нему неожиданно явился высший вампир и сообщил, что гномы в Олдхейме собираются совершить с людьми какую-то очень дорогую торговую операцию, в это никто не поверил. Кроме Играссы. Олдхейм являлся одним из самых северных городов Подгорного Царства, и там не имелось ничего ценного, кроме руды, которую вывозили на несколько недель позже. Да, тогда там было чем поживиться рейдерам темных эльфов, сейчас же это больше походило или на откровенную выдумку, или на попытку дезинформации. Запоздалым решением стало допросить кровососа, но тот уже исчез, а вместе с ним – один из старых помощников эльфийского лорда, чье тело, более похожее на иссушенную мумию вскоре обнаружили.

Однако Играсса ухватился за полученную информацию. Он всегда брался за то, что другие считали маловероятным. Любой лорд темных эльфов отличался крайним самомнением и надменностью, гордостью и отчаянностью. Но в Играссе все эти качества были развиты сверх меры. Поэтому по его приказу к Олдхейму незамедлительно направились разведчики. Гномы властвовали у себя под горами. Но никак не в воздухе. Лишь на море их Небесный флот, гордость царства, представлял серьезную силу. Но их корабли больше походили на крепости, мощные, но не слишком уж подвижные. Играсса имел в своем распоряжении два сильных корвета, но всегда предпочитал совершать рейды на драконах. Там, в воздухе, не привязанный ни к чему, он ощущал себя настоящим властелином. Можно было свободно и легко маневрировать, совершать стремительные перелеты. Да, корабли давали больше силы, но и наездники на драконах при должном управлении могли справиться с любым делом. А Играсса слыл знаменитым драконологом[1] и знал методику ведения боя при их помощи едва ли не лучше всех в Доме. Черные драконы, которыми управляли темные эльфы, считались одними из сильнейших существ на Империале, имели крутой нрав и титаническую силу. Это были настолько гордые и древние существа, что лишь темные эльфы могли иметь с ними дело. Каждый наездник состоял в некоем содружестве со своим драконом, но не больше. Могущественные свирепые существа, наводящие ужас по всему Империалу, служили им исключительно по своему желанию, потому что это был их выбор, за которым стояла схожесть взглядов и даже характеров.

Двое из них сейчас патрулировали воды возле Олдхейма, в поисках как возможной засады Небесного флота, так и признаков потенциальной цели для атаки. Когда пришло сообщение, что в порт прибыл огромный людской галеон, Играсса понял: удача снова улыбнулась ему. Он тут же собрал всех своих рейдеров и вылетел в сторону Подгорного Царства. Соединившись со своими дозорными у Олдхейма, темный лорд узнал, что к человеческому галеону подошла эскадра корсарских кораблей. Это стало очень неприятным известием, так как одно дело атаковать одиночный галеон, и совсем другое – корсарские корабли, которые сами могли напасть на кого угодно. Но Играссу это все лишь еще больше заводило. Он не знал пока, что именно предпримет, но уходить с пустыми руками обратно, во владения Дома, было не по душе не только ему, но и любому из его рейдеров. Опыт сотен налетов говорил: все ещё может произойти и изменить ситуацию, поэтому стоило подождать и посмотреть в любом случае. И Играсса приказал ждать. Если не удастся взять галеон, то хотя бы представится случай повоевать с корсарскими кораблями, а это станет хоть каким-то утешением. Кое-кто из его офицеров предлагал вызвать на помощь корветы, но им пришлось бы идти слишком долго, а он сильно сомневался в желании людей сидеть и ждать их прихода. По всему выходило, что на галеон грузится нечто весьма ценное. За это говорила и мощь самого корабля, и внушительная эскадра сопровождения. А так же время, выбранное для проведения всей операции. Естественно, людям известно, что Олдхейм будет безопасен от нападений еще несколько недель, оставшихся до начала сезона торговли рудой. Поэтому время они выбрали вовсе не случайно, а если учитывать их затраты на безопасность, то выводы напрашивались очень интересные. Люди рассчитывали быстро прийти, погрузиться и уйти, не задерживаясь в Олдхейме. Каждый лишний день задержки приводил бы к тому, что известие об их присутствии распространялось бы все дальше и дальше и в конце концов могло достигнуть нежелательных ушей. Например, пиратов или тех же темных эльфов. Поэтому они должны были действовать как можно быстрее, а значит, рейдерам Играссы ждать придётся недолго.

Темный лорд определенно был на коне, рискнув поверить в полученную информацию, и не прогадав. И его прямо-таки распирало желание узнать, какой груз повезет галеон. Если бы это нужно было самим гномам, то здесь бы стояли корабли Небесного флота, о нападении на которые можно было даже не помышлять. Люди что-то купили нужное для себя у бородатых коротышек! И вполне могло статься так, что это окажется нужным и для него, темного лорда.

Играсса ждал уже четвертый день. И это затянувшееся ожидание ему вовсе не нравилось. Почему люди медлят? Кого или чего они ждут? Погрузка затянулась? Или они каким-то образом узнали о темных эльфах, поджидающих их на выходе из порта? В последнее Играсса не слишком верил, так как его рейдеры являлись настоящими профессионалами и не могли совершить таких ошибок. Определенно радовало только одно – в округе, как и всегда, не выявлено даже признаков присутствия Небесного флота. Гномы считали данный район не достойным затрат на свое внимание, так как эта точка располагалась далеко от оживленных торговых путей.

А ночью пятого дня заговорили магические орудия Рун Тора, охраняющие порт Олдхейма. Это оказалось настолько неожиданно, что Играсса даже не поверил. Он не раз слышал этот мощный звук, когда огромный сгусток магической энергии стремительно рассекал воздух, но не мог понять, что происходит. Сначала он подумал о неком конкуренте, решившем до него напасть на порт гномов. Какому самоубийце пришло бы такое в голову, оставалось только гадать, но Играсса не мог более оставаться в неведении. Он рискнул подлететь к городу ближе, используя всю силу своей пространственной магии, чтобы остаться незамеченным. И оказался немало удивлен и даже обескуражен, увидев, как орудия Рун Тора стреляют не в сторону моря, а в прямо противоположном направлении. Любой темный эльф видел в темноте лучше, чем при свете. Могучий дракон, повинуясь приказу темного лорда, вознес его на большую высоту, откуда хорошо просматривались части внешнего порта. А там вовсю уже горели корсарские корабли. В порту Олдхейма не было никого, кроме них и галеона. Он не мог видеть внутренний порт, где шла погрузка торговых судов, но внешний порт оказался объят пламенем. Пять огромных кострищ пылали над водой, и огонь с них вот-вот грозил перекинуться на портовые сооружения. Играсса невольно содрогнулся еще раз, воочию убедившись в мощности орудий Рун Тора. Несколько лет назад он планировал захват этого города с моря, но вынужден был тогда отказаться от этого, ибо затея оказалась в конечном итоге безумной даже для него. Сейчас, наблюдая своими глазами силу обороны гномов, он еще раз убедился в правильности того решения.

Темный лорд никак не мог понять, что происходит. Почему гномы решили атаковать людей? Может, корсары задумали захватить город? И их план оказался раскрыт? Но зачем тогда было палить по ним с такой силой, что огонь теперь мог перекинуться на сам порт? Ответов не было. Кровь бурлила по жилам темного эльфа. Разгоряченный мозг предлагал немедленно атаковать город. Сейчас, когда там начинается паника, можно ведь было рискнуть! Но там слишком много войск и жрецов, а также нельзя сбрасыать со счетов орудия Рун Тора. Эх, если бы здесь были все его рейдеры!

Черный дракон парил на большой высоте. Его огромные крылья величественно работали, помогая оставаться в определенной зоне, где открывался лучший обзор. А Играсса всё не мог принять никакого вразумительного решения. Все произошло настолько неожиданно и оказалось таким удивительным, что не укладывалось ни в какие рамки. Но появление галеона само разрешило ситуацию. Именно он являлся изначальной их целью. Олдхейм пусть подождет, сейчас перед ним возникла более доступная добыча.

Огромный галеон шел буквально в двух десятках метров над водой, медленно, на тяге одной только магии. Шел, освещенный огнями пожара, которые играли оранжевыми бликами на его огромном корпусе. Медленно приближался к Рунам Тора, но они молчали. Он уже вошел в зону их досягаемости, но по нему никто не стрелял. Прошло всего десять минут, и галеон вышел в открытое море. Он прошел еще пару сотен метров, а потом начал быстро набирать ходовую высоту, одновременно разворачивая громаду своих парусов на четырех гигантских мачтах.

Играсса ликовал. Удача снова оказалась на его стороне. Вот она, добыча! Волею непонятной судьбы она теперь была одна. Он так и не понял, что же произошло в Олдхейме, но теперь перед ним появилась цель, и только это имело смысл.

Галеон уходил от территории Подгорного Царства, а группа рейдеров темных эльфов на своих черных драконах, словно стая волков, следовала за ним на безопасном от обнаружения расстоянии. Играсса не спешил. Пусть галеон отойдет подальше от гномьих берегов, чтобы не дать ему возможности при атаке развернуться и попытаться вернуться обратно в порт. В округе не было других кораблей, но это еще не означало, что они не могли появиться в скором времени. Поэтому и медлить тоже не хотелось. Но Играсса, будучи опытнейшим рейдером, точно знал, когда наступит момент для атаки. Галеон шел тяжело, а это означало, что его трюмы заполнены таинственным грузом. Черные драконы легко следовали за ним, ожидая приказа своего лорда.

И Играсса не заставил себя долго ждать. Пятерка рейдеров стала набирать высоту, уходя высоко под скованные тьмой ночи облака. Это были бомбометатели, и их роль в захвате галеона должна стать решающей. Но чтобы все прошло успешно, магические орудия галеона необходимо отвлечь. Играсса начал чародействовать. Каждый из рейдеров приобрел мощную защиту, а древняя темная эльфийская магия придала дополнительные силы и выносливость драконам. К тому же он создал несколько десятков иллюзий, мало чем отличимых от оригиналов. Играсса мастерски владел пространственной магией. Рейдеры окружили все еще ничего не подозревающий галеон со всех сторон и только потом начали одновременную атаку.

Команда людского корабля оказалась на высоте и встретила их заградительным огнем еще не подлете. Тяжелые орудия выплевывали один сгусток магической энергии за другим. Драконы не были бабочками, чтобы ловко уворачиваться от них. За мощь и размеры этим древним, как сам мир, существам приходилось платить маневренностью, но они делали что могли. Они имели очень хорошую защиту от любой магии, а их мощная чешуя по прочности не уступала лучшей стали, а может, даже превосходила ее. Наибольшей опасностью подвергались сами темные эльфы, но их спасала пока собственная магия и защита, выставленная чародеем Играссой. При подлете каждый из рейдеров выбросил в цель боевое заклятие «Тиссеймского заряда». Темные эльфы издревле владели Пространственной магией, предпочитая эту школу всем остальным. «Тиссеймский заряд» представлял собой сгусток свернутого пространства, созданного специально для уничтожения магических щитов, в отличие от заклятия «Готейры», эффективного исключительно против материальных целей. Работа с пространством требует определенных условий. Само пространство не особо эффективно, если его, конечно, специально не сконструировать для выполнения конкретной задачи. «Тиссеймские заряды» раздирали, словно гигантскими когтями, мощный щитовой купол галеона. Когда драконы на огромной скорости подошли практически вплотную к кораблю, словно собираясь протаранить его своими бронированными мордами, они заложили крутой вираж, сменяя траекторию полета на девяносто градусов в сторону, и проходя вдоль корпуса, изрыгнули потоки пламени из своих ужасных пастей. Огонь растекался по магическому кокону, защищающему галеон, заставляя его бледнеть от напряжения. Затем рейдеры уходили на новый заход, и все повторялось снова. Мощь людского корабля была таковой, что им приходилось очень тяжело. Здорово помогали иллюзии, сотворенные Играссой, но поток вражеского огня оказался слишком силен и цеплял всех.

Так продолжалось в течение часа. Наверное, со стороны это выглядело настоящим захватывающим ночным огненным шоу. Галеон оснащался мощными магическими установками и мог позволить себе долгую осаду. А вот драконы не могли. Они были сильны, но это не делало их машинами. Как и не делало бессмертными. И запас прочности рейдеров таял на глазах.

В дело вступили бомбометатели. Играсса не раз уже проводил подобные операции, и действия были давно надежно рассчитаны как по силе, так и по времени. Бомбометатели спустились на галеон прямо из-под облаков и, на огромной скорости пройдя над его палубой, сбросили магические бомбы. Часто такой маневр не проходил, если дело касалось тех, кто не раз уже сталкивался с темными эльфами в бою, и знал все их приемы. Но люди оказались не готовы к такому удару. Серия мощнейших взрывов сотрясла щитовой купол галеона. Он не смог противостоять такому сильному удару в этой точке, сосредоточивая свою энергию вдоль корпуса и палубы, а потому раскололся на части.

Рейдеры возликовали. Теперь галеон оказался беззащитен и хотя по-прежнему мог стрелять из своих мощных орудий, его судьба оказалась однозначно предрешена. Но темные эльфы продолжили свои атаки, чтобы люди не сомневались в исходе и сдались. Пламя драконов заливала палубу корабля, сметая всех, кто попадал под его действие, а «Готейры» рвали мощные борта. Но люди и не собирались сдаваться. Наоборот, их атаки стали еще более яростными. В дело вступили маги, и когда они стали использовать самонаводящиеся заклятия «Ударных звеньев», сражение приняло не самый хороший оборот. Раз за разом они поражали свою цель, и вскоре один из темных эльфов был убит и вывалился из своего седла в море. Затем та же участь постигла еще одного, а потом в море рухнул один из черных драконов. Даже их древняя природная защита от магии не устояла перед таким натиском. И это окончательно взъярило Играссу. Обычно торговцы не сражались даже в десятую долю столь упорно, как делал этот галеон. И имели к этому все причины. Когда рейдеры захватывали корабль, они не стремились убивать экипаж и не превращали их в рабов, как это делали орки, которых темные эльфы ненавидели почти так же сильно, как и своих светлых собратьев. Это было нечто вроде негласного уговора, действующего на просторах Северного моря. Если торговый корабль видел, что проиграет бой, он просто сдавался. Рейдеры высаживались на его палубу, осматривали груз и брали соответствующую плату. Либо золотом, либо частью груза. После чего корабль мог продолжать в безопасности свой путь.

Но этот галеон бился отчаянно и до конца. И на его борту оказалось слишком много сильных магов. Играссе очень хотелось узнать, что за груз они охраняют с такой отчаянностью, но когда погибли еще двое рейдеров и два дракона, это переполнило чашу его терпения. Галеон нужно было уничтожить, тем более что захватить его не представлялось уже возможным. Он горел во многих местах, подожженный яростным пламенем драконов. Играсса отлетел на небольшое расстояние и начал кастовать одно из самых тяжелых заклятий Пространственной магии – «Сомбрер». Формировался большой сгусток антиматерии повышенной концентрации, внешне напоминающей рогатую голову черного дракона. Он готовился долго и потреблял огромное количество магической энергии, но его удар был страшен. Когда «Сомбрер» достиг галеона, он буквально смел всё с его палубы и уничтожил часть кормы. Но несколько магов-людей смогли устоять и продолжали атаковать. Огонь все сильнее охватывал огромный корабль. Он сильно кренился на один борт. Играсса соорудил еще один «Сомбрер» и запустил его прямо в обнаженные внутренности корабля в районе кормы. К этому времени погибло еще трое рейдеров и два дракона.

Лорд приказал всем отойти на безопасное расстояние. Второй «Сомбрер» практически превратил в груду обломков всю заднюю часть галеона и повредил его энергоустановки. Он начал быстро терять высоту и спускаться на воду. Море поглотило его всё же прежде, чем это сделал огонь.

Таких страшных потерь элитные рейдеры Играссы не несли еще никогда.

[1] Драконолог – маг, специализирующийся на взаимодействии с драконами.

Глава 16

- Выходит, нам удалось?

- Да, Сайрос, нам удалось, – твердо произнес Иоган. – Наш корабль уже провел разгрузку, и специалисты Эрнегии монтируют генератор под Имольским собором.

- Нехорошее место, – вздохнул печально Сайрос,– но выбора у нас сейчас нет. Увы, чтобы разместить такую махину, как генератор, требуются большие площади, а в наличии только эти подвалы, которые раньше занимала городская тюрьма.

- Главное – генератор с гномьей энергией у нас. Можно смело приступать к подготовке Празднования.

- Как все прошло?

Иоган только что прибыл из порта, куда пришел галеон из Подгорного царства и даже не успел еще переодеться. Сайрос жаждал новостей.

- Лучше не бывает. С гномами невозможно вести дела без трудностей. Наш Бодоруф слишком опасается за свое благополучие. В Олдхейме, правда, много дел натворил пожар, и он очень зол на это, и мне пришлось обещать, что мы все оплатим через выгодные для гномов контракты. В остальном погрузку на мой галеон осуществляла его личная гвардия, поэтому никто не стенал, не жаловался, все прошло быстро и даже буднично, никакого ажиотажа и лишнего внимания, как в Олдхейме. А само плавание – как на прогулочной яхте.

- Это хорошо. Бог помогает нам. А что Бодоруф? Он не пойдет в следующий раз на принцип?

- Не пойдет, – уверенно ответил Иоган. – Он только два месяца как на троне, и место его весьма еще не прочно. Вот пройдет время, может, полгода, он расставит на ключевых местах своих родичей, остальные смирятся с мыслью, что он царь, и вот тогда с ним придется вести работу по-другому. Но думаю, у нас к тому времени будет хороший задел на дальнейшее сотрудничество. Тем более, сейчас Бодоруф в накладе не остался, мы достаточно хорошо ему заплатили за все.

- Он не может забыть того золота, что мы забрали у темных эльфов при захвате Нитей Реаса.

- Как и любой гном. Но это золото в конечном итоге все равно возвращается к нему. И думаю, он не успокоится, пока не получит все.

- Жадность – один из пороков, – произнес Сайрос. – Нам будут еще нужны связи в Подгорном Царстве.

- У нас есть еще и завязки у светлых.

- Знаю.

Было видно, что его что-то сильно беспокоит.

- Думаешь, мы были правы, обманывая Айвара?

Иоган ждал этого вопроса. Он знал Сайроса очень давно и прекрасно понимал, какие тот испытывает чувства.

- Ну, для начала – мы его не обманывали. Скажем так, не поставили до конца в известность. А это не раз уже случалось и прежде. Сейчас ставки настолько велики, что придется идти на такие меры. Все слишком сложно.

- Ты, конечно же, прав. Но ощущение неправильное… Когда корсары лишились своих кораблей, ему пришлось очень туго. Лишь золото спасло его.

- Не продолжай. Я все понимаю. Это урок. И ты знаешь то же, что и я, и выводы ты сделал такие же, как и я. В наших рядах есть шпик. Некросы как-то получают информацию, и я пока не могу узнать – откуда. Это я настоял на том, чтобы провести всю эту операцию именно так. И как видишь, все удалось. И все подтвердилось. Если бы ты не послушал меня, то сейчас мы бы имели не только потерянный галеон и генератор с энергией, но и большие проблемы с проведением Ритуала. Мы создали отличную видимость, что генератор с энергией грузится на корабль, пришедший в Олдхейм. То, что мы купили еще один генератор, пустой, знали только мы с тобой и Бодоруф. И то, что произошла подмена и Айвар загрузил на борт своего корабля не генератор, полный энергии, а просто пустой генератор, тоже знали только мы трое. В итоге именно он оказался под ударом, как в порту, так и за его пределами. Понимаю, очень жаль корабль и его экипаж, но они дорого заставили заплатить за свои жизни.

- Идет очень жестокая борьба, и приходится приносить большие жертвы.

- Главное, чтобы мы победили, Сайрос. Мы провели сильную игру с гномами и выиграли ее в конечном итоге. Пусть это всего лишь шаг к победе, но это шаг, и очень весомый. А что касается Айвара – второй генератор доставил я. Каким образом – неважно. Он и так меня не любит, хуже не станет.

- Ты слишком суров с ним.

- Пусть привыкает. И закаляется. Ты же этого хочешь?

- На все божья воля. Но мне очень не нравится то, какой ценой мы движемся к цели. Слишком много обмана и жертв. Слишком много.

- Сайрос, ты лучше меня знаешь – ты есть воплощение веры. Пусть грехи останутся на мне. Но чтобы тебе было легче – подумай, бог пожертвовал собой ради нас, так нам ли поступать иначе? Лучше скажи, какое у нас положение тут?

- К сожалению, не слишком радостное. Про то, что мы затеваем, знают не только некроманты. Наш король тоже имеет определенные подозрения. Волшебники из Академии возвращаются с фронта. Война с нежитью фактически закончена.

- Я уже слышал. Армия князя Ирритройи уходит обратно в Царство Мертвых.

- И король не собирается их преследовать. Маршал Диоген отговаривает его от этого, делая упор на то, что наши войска не готовы, а часть страны сильно пострадала во время войны. Так или иначе, но король теперь имеет больше времени, чтобы разбираться с последствиями. Много злых языков ему вещают против нас. Следующее новолуние будет через три недели. К этому времени нужно все приготовить. И не допустить вмешательства ни Академии, ни короля. Мне не очень нравится все, но другого шанса у нас просто уже не будет.

Иоган, по обычаю расположившийся в большом удобном кресле, задумчиво постучал пальцем по деревянному подлокотнику.

- Что если нам на всякий случай занять его снова войной? Нежить и наш враг, конечно, и было бы немыслимо их как-то поддержать. Однако у нас есть орки, которым мы, кстати, платим. Пусть отрабатывают свое золото.

- Ты хочешь, чтобы они напали на Ардению?

- А почему бы и нет? Например, на владения герцога Крода. Король старается пока не накалять отношения со своим двоюродным братом. Он будет очень сосредоточен на этой новой войне, потому как тут придется не только воевать, но и улаживать отношения с Черным герцогом. Думаю, это точно отвлечет его на некоторое время. Как и Академию.

- Война с Арденией – дело весьма серьезное.

- Тогда мы скажем хану Рагору, чтобы он привел больше войск, и только. У нас есть для этого золото. Нам не нужна затяжная война. Королевская армия находится в другой части страны. Пусть орки сделают сильный бросок на Тахо с последующей угрозой столице. Это заставит короля срочно принимать меры. Пока он будет это делать, орки станут создавать видимость большой опасности для королевства. Как только мы совершим Ритуал, они просто уйдут.

- С орками играть в такие игры опасно. Когда их орда вторгнется в страну, начнется настоящая война.

- Это не орда. Это наемники, – твердо произнес Иоган. – Они ценят лишь золото.

- Мы потеряем на этом все, что мы взяли на Нитях Реаса.

- Мы будем иметь гораздо больше, когда проведем Ритуал. Нам остается один шаг. Сайрос, ты же сам видишь, как высоки ставки сейчас. Сколько жертв уже принесено! Нужно идти до конца. И не давать шанса на поражение.

Сайрос сомневался. Это редко происходило с ним, но сейчас сомнения не хотели его отпускать. Слишком суровый был выбор. Призвать в страну орков, чтобы король и Академия не смогли помешать проведению Ритуала, – это было очень трудным решением. Но и отступать сейчас было равносильно признанию, что все принесенные ранее жертвы, все затраченные усилия оказались напрасны. Оставить все как есть – это значит остановиться в последний момент перед целью.

Если о подготовке к Ритуалу узнали некроманты, то и король может узнать. Война –единственное, что может отвлечь его. А также Академию. Если контролировать ход войны, то, вероятно, удастся свести неминуемые жертвы к минимуму.

- Хорошо, Иоган. Пусть орки вторгаются в земли герцога Крода немедленно, как будут готовы.

- Орда всегда готова. А набрать еще наемников довольно легко. И главное – быстро. Думаю, через неделю они начнут вторжение.

- Но я тебя прошу, убедись, что они точно понимают: они воюют по нашей воле и за наши деньги. Чтобы не было того, чем обычно сопровождается война. Только угроза владениям герцога Крода. С выходом на Тахо. Не более. – Тон голоса Святого отца был непререкаем.

- Хан Рагор отличается известным здравомыслием, – заверил его Иоган. – Тем более, с учетом того, что наемникам не слишком хочется рисковать своими жизнями просто так. Им нужно лишь золото. Не волнуйся. Я все улажу. Я вылечу к ним на встречу немедленно.

Глава 17

Чернояр ненавидел проигрывать. Никогда. Это его совершенно выбивало из привычного мироощущения. И не мог проигрывать. Кто-то смиряется с поражением легче, кто-то труднее, но он не мог вообще никак с этим смириться. И забыть. Оставить все как есть и жить дальше – это было точно не для него. Чернояр иногда проигрывал в жизни, и всякий раз пытался найти причины этого, понять, разобраться. Чтобы следующий раз не совершить той же ошибки. Но если можно было еще раз сразиться и попытаться взять верх, он это непременно делал. И пока такого не случалось, Чернояр не мог нормально существовать, спать спокойно, даже есть.

За последние дни колдун потерпел два тяжелых поражения. Один раз его едва не убил неизвестно откуда взявшийся воскресший элементалист. Правда, тут стоило признать, что сработано было все по высшему уровню. Ему не оставили шансов. И проблема даже не в том, что он оказался не готов к такому неожиданному нападению, а в том, что вообще его допустил. Колдун не сомневался в смерти своего врага, но каким-то образом элементалист сумел его провести. Здесь вообще имелось много любопытных вопросов, не имеющих пока должных ответов.

А теперь еще и провал операции у гномов. Только что стало известно: поборники все же получили свой генератор с энергией. Сначала пришла новость об уничтожении их галеона темными эльфами, и Чернояр не слишком сомневался в том, чьих это рук дело. А спустя всего несколько дней Инквизиция получила что хотела. И это тоже сильно покоробило колдуна. Получается, они проиграли, и он не мог понять, в чем причина этого.

Лекс, долго пристально наблюдавший за ним, сказал:

- Я знаю тебя, колдун, не так много времени, но в тебе есть что-то такое, что выделяет из всех. Когда мы шли на операцию в Элтон, ты был совсем другим. Ты готов был сражаться и идти к цели, сметая все на пути. А потом угас. Стал совсем замкнутым, и в твои глаза нельзя смотреть без содрогания. Клянусь Смертью: из них смотрит тьма. И убийца. Я сначала думал, что это последствие действия укуса Шелеста и что ты с этим справишься. Но после гномов ты стал еще более мрачным, хотя и казалось: больше некуда. Ты готов убивать сейчас кого угодно, кто вызовет твою злость. Демон сидит внутри тебя. Послушай, а часом демон тебя не кусал?

- Какой интересный анализ, – хмыкнул Чернояр. – Может, я сам и есть демон.

- Знаешь что, колдун, я бы точно не хотел стать твоим врагом. Это все равно, что дразнить Смерть. Слишком в тебе много черной ярости. Не такой, как у других. Ты наполнен тьмой, и она течет по твоим жилам. Ты точно не сможешь простить обиду и не успокоишься, пока не заставишь за нее заплатить сторицей. Таков ты, колдун, нравится тебе или нет. И я знаю причину твоего состояния. Тебя сжирают демоны мести, колдун.

Чернояр просто его проигнорировал. Но Лекс, помолчав, решил спросить:

- А кто этот, что напал на тебя тогда в Элтоне? Я был уверен, что список твоих врагов крайне мал из-за отсутствия там кого-либо в живом состоянии. Я знаю подобных тебе, и они мне нравятся. Ты бы ни за что не оставил за спиной врага, не поквитавшись с ним. Тем более такого, что не только хочет твоей смерти, но и хочет этого с такой жаждой и такой жестокостью. Убить мага таким способом – это крайне сурово. Чем ты ему так насолил?

Колдун по-прежнему молчал.

А Лекс упрямо ждал.

- Судя по всему, вы с ним столкнулись не так давно. Этот малый – тоже весьма интересен сам по себе. Нужно обладать весьма расчетливым умом, чтобы так все подгадать. Знаешь, я размышлял над произошедшим в Элтоне. Он ждал нас именно возле дома Сайроса. Ждал и долго готовился, сделав тайную развертку боевого телепорта. Как он мог узнать, что мы там окажемся? Просочиться информация от нас не могла. Остается один ответ – он просчитал все. Наверное, обнаружил наше появление, свел воедино нападение войск Ирритройи и единственную по-настоящему интересную цель в округе. Причем неожиданную. Сайроса. Вряд ли он знал, что это Сайрос. Он видел нездоровую активность в том районе, возможно, видел, как ставят ловушки в доме и увозят оттуда всех. Знаешь, колдун, твой враг очень рисковый парень. Я бы сказал даже, твой враг как раз под стать тебе. Отличный анализ, отличный просчет ситуации. С такими навыками он бы давно сумел тебя подловить и проделать то же, что и в Элтоне. Судя по всему, желания убить тебя у него хоть отбавляй. Так что он не мог ждать так долго и попытался убить тебя при первой же возможности. В Дейе нажить себе такого врага ты не мог по определению. Выходит, это произошло до того, как ты попал в Чистилище. Остается выяснить, что тогда произошло, – и картина соберется воедино.

Чернояр скривил тонкие губы.

- Он напал на меня и хотел убить.

- Какая прелесть, – деланно присвистнул оборотень. – Такое случается сплошь и рядом. И что же не сложилось?

- Я бы убил его, но – увы! – ему помог один инквизитор, и он сумел уйти.

- Ого, куда ниточка тянется. Инквизиция крайне редко имеет какие-нибудь дела с другими магами.

- Ну, вот видишь, а ты говоришь: ясная картина.

- Тогда почему ты его не нашел и не убил?

- Нашел. И убил. – Чернояр свирепо уставился на оборотня и внятно произнес: – Я не знаю, как он ожил. Люди не могут ходить с отрубленной головой.

- Верю, колдун, – серьезно заверил его Лекс. – Но факт остается фактом. Я интересовался у Шелеста – это действительно живой человек из плоти и крови. Уж можешь в это поверить – наш всеми любимый вампир умеет четко определять такие вещи. В нем нет ни капли от Смерти, так что его никто не воскрешал. Собственно, у тебя тогда два возможных объяснения. Либо это кто-то другой, например его брат-близнец, либо ты его не убивал. Не смотри на меня так – я же не говорю, что ты лжешь. А лишь то, что каким-то способом он тебя провел. И его смерть была обманом. Или какой-то другой вариант. Раз ты говоришь, что отрубил ему голову, то, собственно, здесь трудно ошибиться в констатации смерти.

- Это был он. Я точно знаю, что это был он, а не его брат-близнец.

- Да, тут ты прав. Конечно, ты уже знаешь или понял, как он тебя смог найти. По кольцу-артефакту. Если было что-то другое, то и у гномов он бы тебя нашел. Он вряд ли убежден в твоей смерти сейчас. Хотя, может, я и ошибаюсь, ты выжил действительно просто чудом. Но кольцо он забрал, потому что после встречи с ним оно у тебя уже отсутствовало. Видимо, это кольцо ты забрал у него. И скорее всего, именно тогда, когда убил. Тогда думай, колдун, как он мог обмануть тебя своей смертью?

- Я уже не раз об этом думал. Я не знаю. Я видел, как его убил. Так же ясно, как вижу сейчас тебя.

- Как его имя, колдун? Ты так и не сказал его имени, или оно тебе неизвестно?

Чернояр недовольно поморщился, словно об упоминании о постоянной боли:

- Его зовут Лок. Он занимается сбором сумеречных артефактов. И это единственное объяснение, которое мне приходит на ум. Когда я с ним встречался первый раз, он ушел от меня именно с помощью такого мощного артефакта. Видимо, здесь применил нечто подобное.

- Да, я что-то слышал про него такое, – удовлетворенно кивнул Лекс. – Ходили некоторые слухи о его делах и достижениях. Говорят, это он ограбил особняк Бархатной ночи герцога Крода, а потом убил охотников за его головой из сталкеров.

- Ты явно знаешь больше, чем я.

- Работа у меня такая, колдун. Я не стану спрашивать, что ты теперь будешь делать. Я бы тебе предложил свою помощь, но ты ее не примешь. Ты хочешь поквитаться сам. Это я понимаю. Но учти, колдун, мне важно, чтобы дело наше при этом не страдало. Поэтому реши эту проблему по возможности скорее.

Чернояр снова его проигнорировал. Но Лекс уже познавший весьма тяжелый характер колдуна, вероятно, и не ожидал какого-то ответа. Вместо этого он, как ни в чем не бывало, продолжил:

- А что касается гномов… Это тоже затронуло тебя за живое. Вот тут ты это зря, колдун. Я открою тебе жуткую тайну. Мы в той операции победили.

- Инквизиторы получили свой генератор, – буркнул Чернояр.

- Ну и что? Ты не знаешь князя Калину, а я знаю. Он приказал мне уничтожить корсарские корабли. И мы это сделали. Приказ выполнен от и до. Если бы нам не удалось поджечь их, я бы придумал что-нибудь другое, но корсарские корабли были бы уничтожены. Приказа уничтожать галеон не было. Не было приказа уничтожить корсарские корабли и потом попытаться что-то сделать с галеоном. И потом, тот галеон наверняка был фикцией. Настоящий генератор ушел через другой порт на другом корабле.

- Ты что же, хочешь сказать, что такой итог и был нужен твоему князю?

Лекс усмехнулся:

- Все может быть, колдун. Одно тебе могу сказать точно. Игра еще не закончена. Мы просто прошли очередной ее этап. И мы его выиграли. Запасись терпением и жди следующего нашего хода.

Глава 18

Орда развлекалась на ристалищах. Орки, рожденные воевать, не могли жить без боя. Не ведя войны, они сражались друг с другом и другими воинам, кто смел бросить им вызов. Была создана огромная арена, вмещающая почти десять тысяч зрителей, и весь Реш проводил здесь свое свободное время. И каждый славил хана Рагора, давшего им это зрелище. После того как он вернулся из Инферно с многочисленными головами убитых демонов, которые хан приказал выставить на всеобщее обозрение на высоких шестах у своей Ставки, и привез множество богатств, слава о нем распространилась везде. Много орков пришло из своих степей, чтобы сражаться под его знаменами. Наемники считали его великим полководцем и ждали, когда начнется новый поход, теша себя надеждой участвовать в нем. И тоже получить свою долю славы и золота.

Пока же все проводили время на орочьем Ристалище, где происходили бои, как днем, так и ночью. Зараженные близостью боя, некоторые образовывали стихийные места для поединков и сражались там. Реш жил в ожидании войны. И это стало очень хорошим знаком для Иогана. На сей раз он пришел один, без своих офицеров. Хан Рагор пригласил его в свою ложу на Ристалище, и теперь они смотрели, как на арене сражались северный великан и огр. Могучие гиганты уже час кружили друг против друга, нанося страшные удары. Оба не уступали друг другу в силе, и собравшаяся толпа зрителей буквально выла от восторга. Великан был вооружен шипастой дубиной, подозрительно напоминающей вырванный с корнем молодой дуб, огр же крутил чудовищный цеп. Ярость обоих существ вызывала страх, а их живучесть удивляла.

Чтобы не мешал шум, Иоган окружил себя и хана защитной магической пеленой.

- Все здесь жаждут новой крови. Новой войны. Посмотри, как толпа пожирает глазами тех, кто сражается на арене. Они готовы кинуться друг на друга, дай только небольшой толчок.

- Ярость делает воина воином.

- Пришло время снова воевать.

- И какова цель на этот раз? Мертвяки?

- Почему это мертвяки? – поинтересовался Иоган.

- Вы с ними воюете. Но люди боятся смерти больше, чем кто-либо. Они не пойдут в Царство Мертвых, чтобы преследовать своего врага там. На их территории. А враг разбит и бежит. Можно достигнуть больших успехов там, в Загробном мире.

- Люди боятся смерти только потому, что больше всех с ней сталкиваются и осведомлены о ее силе. Люди живут меньше чем другие расы, и больше подвержены болезням. Часто ли среди орков случаются такие страшные заболевания, как чума, которая вырезает население лучше, чем любой враг. Это все есть детища Смерти.

- В твоих словах есть правда.

- А в твоем предположении – нет. Мы не заинтересованы в нападении на Царство Мертвых. По крайней мере сейчас. Мы заинтересованы в нападении на Ардению. Твоем нападении на Ардению.

- Для этого ты привез мало золота с собой, – спокойно заметил Рагор. – Мои орки видели, как вы сгружали сундуки. Такие же, как и те, что были плачены нам за нападение на Инферно. И я тебе скажу, что этого мало.

Иоган многозначительно хмыкнул:

- Если вся проблема в золоте, то можешь не волноваться. Здесь только половина того, что вы получите. Вторая половина будет доставлена тогда, когда вы вторгнетесь в Ардению. Однако меня не может оставить равнодушным тот факт, что ты не удивлен выбором цели.

- Ты бы не удивлялся, если бы был орком. Или жил среди нас, – ответил хан. – Любой орк скажет тебе, что люди сумасшедшие. Они безумцы. У них слишком много пороков. Каждый человек враг другому. Вы только притворяетесь друзьями до тех пор, пока не встанет вопрос о самом дорогом. Пошли на казнь двух человек, и освободи перед самой плахой одного. Второй будет ненавидеть первого за то, что тому повезло и тот спасся, а он нет. Дай ему в руки топор, и он сам обезглавит спасенного, а потом примет со спокойствием казнь сам. Если бы вы не воевали постоянно с другими расами, населяющими наш мир, то так же яростно воевали бы между собой.

- Орды орков также ведут междоусобные войны. И они более яростные и кровавые, чем у людей. И то же самое можно увидеть и у других рас. Гномы, эльфы. Даже нежить. Демоны.

- В этом ты прав. Но тут войны идут за идею клана, орды. За некоторую общность. Но никогда они не станут воевать внутри нее. А вы станете. И предложение напасть на твою страну не является чем-то удивительным. Это свойственно людям. Видимо, просто вам это зачем-то нужно – и все.

- Нужно, – согласился Иоган. – Мы разве играем в войну или, как вы, в такие вот развлечения? Вы отлично сработали в Инферно. И я хочу, чтобы теперь так же сработали в Ардении.

- Ардения не Инферно. Воевать с ней – это серьезное дело.

- Не такое серьезное, если знать, как, и главное – где и когда. Вся королевская армия сосредоточена сейчас в пятистах километрах от тех земель, куда должны будете ударить вы. И эти места не так далеки от Реша. Это Тахо и земли вокруг него. Именно Тахо ваша цель.

Рагор задумчиво поводил тяжелым подбородком.

- Эти земли принадлежат Черному герцогу. А я знаком с политической ситуацией в королевстве. Что ж, теперь я понимаю, какую игру ведешь ты. Что же ты хочешь? Чтобы мы захватили Тахо и ушли?

- Я хочу войны, – четко произнес Иоган. – И только войны. Мне не так важно, возьмете вы Тахо или нет. Королевство не сможет противопоставить вам каких-либо серьезных сил, пока не перебросит армию маршала Диогена. А это, как я уже говорил, пятьсот километров. Это больше двух недель пути. Нам нужна новая война, новая угроза, которая всколыхнет всех. Чтобы все поверили в большую опасность для страны. В очень большую.

- Это и есть игра в войну, – усмехнулся хан. – Вы хотите поиграть в войну. Что если мы возьмем Тахо?

- Не думаю, что это станет такой уж трагедией. Однако Тахо отлично защищен.

- Посмотрим. И сколько времени нам создавать видимость большой опасности?

- Думаю, как раз до подхода армии маршала Диогена. Нам не нужны кровавые сражения. Для этого потребуется много воинов – орды не хватит. Набери столько наемников, сколько будет нужно. Но у меня одно условие. Я не хочу, чтобы жгли и разоряли людские земли. Не надо устраивать резню или уничтожать земли и все, что построено на них.

- Это будет очень тяжело сделать. Ты просишь слишком многого.

- Вот как? Когда вы двигались по Огненным равнинам Инферно, вы разве занимались чем-то подобным? У вас была цель. Пусть и здесь будет такая же цель. Например, Тахо. Не слишком спеши. Но и не медли. На то ты и хан, чтобы повелевать воинами и держать их в узде.

- Но грабежи я не смогу запретить. Этого никто не поймет. Что это за война если мы будем вести себя так?

- Тогда удовлетворись только грабежами. Но не трогай землю и население. Золота будет достаточно.

- Вы, люди, действительно безумны. То ты просишь напасть на свою страну. Потом пытаешься ее защитить.

- Ты правильно заметил, что это моя страна. Мне нужно не ее разорение. Не новые страдания, как после нашествия нежити. Мне нужен сам факт войны и угрозы стране.

- Смотри только, не обмани себя сам. Если ты хочешь, чтобы мы напали, пока королевская армия далеко, то, несомненно, это нужно делать как можно быстрее.

- Все верно, – согласился Иоган. – Война с нежитью теперь наверняка закончена. Вторжение должно состояться в течение недели. Реш находится недалеко от границы. У вас будет достаточно времени.

- Орда готова выступить хоть завтра. Набрать наемников не проблема.

- Тогда у нас нет ограничения по срокам начала вторжения. Есть лишь по конечным.

- Когда мы получим оставшуюся часть золота?

- Тогда, когда мы увидим войну и ее последствия. Увидим то, что все осознают угрозу для королевства.

Хан Рагор удовлетворенно кивнул:

- Я брошу клич здесь, на арене. Сегодня вечером, как только первая половина золота окажется у меня в Ставке.

Глава 19

Тмутаракань, как всегда, гуляла. Здесь кипела вольная жизнь, в портах и на рынках не замирала торговля, а в многочисленных тавернах – веселые пирушки. Хотя этот богатый город и являлся столицей русского княжества, он также служил прибежищем вольницы со всех окрестных земель. Русичи, половцы, царкассы, многочисленные племена горцев, имперцы, славяне. И многие другие. Здесь всем хватало места, здесь все были вольными воинами и торговцами. Тмутаракань бурлила жизнью.

В одной из таких таверн, которые здесь, как и везде на Руси, называли корчмой, гуляла по столам всеобщая драка. Это тоже было обычным явлением. Широкая душа вольницы не могла гулять по-иному, ей требовался выход. Огромный верзила зажал у входа в корчму какого-то имперца и занес над головой дубовую скамью для решающего удара, когда дверь неожиданно открылась и вошел Лекс. Здоровяк как раз наносил удар, а имперец ловко метнулся в сторону, чтобы уйти из-под него, невольно подставляя оборотня. Но скамья замерла в метре от того в мертвой хватке рук. От инерции она переломилась пополам и здоровяк, не удержавшись, свалился на пол. Он бешено вскочил, собираясь удавить помешавшего ему, но человеческое лицо оборотня на какое-то мгновение приобрело форму зверя. Тяжелая пасть, усеянная клыками, глаза жаждущего крови охотника. Здоровяк явно не ожидал такого поворота событий и невольно резко отпрянул назад, налетел на стул, проломил его, даже толком не заметив, и всем весом обрушился на стол, разломив пополам и его, вызвав всеобщий хохот. Обстановка в корчме мгновенно разрядилась, началось всеобщее братание.

На оборотня никто не обратил особого внимания. Здесь царствовала воля и каждый имел право жить в Тмутаракане. Но Лекса узнали. За столом, занятым половцами, раздались веселые крики, а потом хан Кочур вскочил прямо на стол и в пьяном задоре поднял над головой кубок с вином.

- Приветствую тебя о Великий Лекс! Могучий и Ужасный! Страшный и Справедливый!

Корчма разразилась новым взрывом хохота. Хан опустошил кубок, грохнул его о стол и махнул рукой оборотню:

- Давай к нам, дружище! Сколько лет, сколько зим мы не виделись с тобой, волчара!

Лекс, улыбаясь, подошел к нему под приветственные крики многих из тех, кто собрался не только за столом, но и во всей корчме. Его здесь знали и уважали. И многие, кто здесь был, воевали с ним не раз и не два в многочисленных походах. Лекс имел весьма бурную насыщенную биографию не только в Царстве Мертвых. Они дружески обнялись с ханом. Было видно, что оба рады этой встрече. Потом Лекс осушил тут же предложенный ему кубок, под одобрительные крики гулебщиков, и также грохнул его об стол, расплющив до состояния толстой монеты.

- Силен! – уважительно проговорил хан Кочур, – узнаю тебя, узнаю.

- Да ты тоже не особо постарел, я смотрю, – весело усмехнулся Лекс. – Да, кстати, я не один.

Он обернулся ко входу, где стоял некий человек, одетый в дорогую одежду из Закатных королевств, и брезгливо смотрел на все происходящее.

- Кого ты притащил с собой? – поморщился хан Кочур. – Дай его нам, мы из него живо человека сделаем. Или что, он тоже, того, оборотень?

- Нет. – Лекс сделал знак своему спутнику подойти и сесть на стул, который по знаку хана тут же освободили. – Это лорд Кольен. Настоящая голубая кровь.

Он говорил на чистом славянском, как и все в этом вольном городе, поэтому не слишком стеснялся присутствия своего спутника.

- Да я по морде вижу, что не из наших, – хмыкнул хан Кочур, чем вызвал новый взрыв хохота.

Лорд Кольен, интуитивно понимая, что смеются над ним, еще больше насупился. Он явно чувствовал себя здесь очень неуютно, но терпел все с поистине аристократическим спокойствием.

- И откуда ты его притащил?

- Из Ардении, – сообщил Лекс.

- Ого! – с деланным восхищением воскликнул половецкий хан. – А мы там были не так давно с вежливым визитом.

- Слышал я о вашем набеге. И о вашей вежливости тоже наслышан.

- Да ладно тебе, Лекс, чего к словам-то цепляешься? Только знаешь, я там таких хлыщей не видел. Хлипкие они какие-то, вот ей-богу.

- Это ты не настолько далеко прошел вглубь. Такие, как они, в глубине находятся. Это тебе не с русскими воевать, когда их князья впереди войск идут. В Закатных королевствах так не принято. Вернее принято прямо наоборот.

- Какой же ты умный, Лекс, – протянул хан, наливая себе и ему вина. – Вот не было тебя с нами, а ведь мог бы вразумить недалеких. А мы… туда-сюда. На нас смотрят как на не местных.

- Это из-за прически, – уверенно поддержал шутку оборотень. – Ваших коней в смысле. Там принято гриву направо зачесывать, а у вас налево.

- Силен! – подтвердил хан. – Ну, за тебя, оборотень! Эй, корчма! Хватит галдеть! Кто знает Лекса – выпьем за него! А кто не знает – все одно выпьем, потому что это мой друг! За тебя, оборотень!

- Слава! – рявкнули гулебщики, поддерживая половецкого хана.

Наконец, всё немного подуспокоилось, и Лекс сел за стол.

- Что привело тебя к нам? Судя по этому хлыщу, затевается что, так ведь? Э-э-эх, знаю я тебя, оборотень. Ты задумал что-то. Говори, здесь все свои.

- Конечно, дела. Мне армия нужна.

- Ого. Нехило ты повернул сразу, оборотень. Силен! Ты с кем воевать собрался? Тебя там что, из Царства мертвецов турнули? Хочешь обратно свой гробик вернуть? – хохотнул хан.

- Нет, в гробик орков положить.

За столом как-то сразу стихло, словно какой-то маг произнес заклятие безмолвия. Даже лорд Кольен понял, что что-то произошло, и нервно заерзал на стуле, стараясь не слишком смотреть в глаза окружающей его вольнице.

Половцы и орки издревле люто ненавидели друг друга и постоянно воевали. Причем воевали они с необычайной яростью. Много веков шла война за обладание степными просторами Империала. Западную предгорную часть и восточную отвоевали себе орки, но половцы держали срединную. Это была кровавая война.

- Орки, говоришь, – хан Кочур произнес это имя так, словно это было самое грязное ругательство. – Орки. Говори, оборотень, не томи душу.

Лекс больше не улыбался. Он был очень серьезен сейчас:

- Орки хана Рагора планируют напасть на Ардению. У них сейчас затяжная война с нашим князем Ирритройей, но она почти закончилась, – теперь он говорил на языке, общем для всего Империала. – Проблема в том, что орки нанесут удар в том районе, до которого долго идти частям королевской армии Ардении. Они натворят много бед. Очень много.

Хан Кочур нервно налил себе вина и выпил.

- Орки, ты знаешь, это наши кровные враги. Но каким образом нас касаются проблемы Ардении? Мы вовсе не состоим у неё на службе.

- Это пока. Вот лорд Кольен – он здесь как раз, чтобы нанять здешнюю вольницу. И вас в том числе. Орки ударят по владениям его повелителя, и тот хочет защитить свои земли. Поверь, плата окажется достойная.

- Достойная, говоришь, – хан Кочур снова налил себе вина. – Орки, говоришь? Силен! Что скажете на это вы все?

Он обратился к собравшимся за столом. И ответ услышал один:

- Веди нас, хан. Поохотимся на клыкастых тварей.

Хан Кочур кивнул, принимая ответ.

- Ты будешь с нами Лекс?

Оборотень ободряюще потрепал хана за плечо:

- Все будет, как в старые добрые времена.

Хан грохнул кубок о стол, а его глаза загорелись:

- Клянусь всеми богами, это будет славный поход. Я подниму всю орду, всю вольницу. Завтра, а, черт, – сегодня же мы бросим зов по Тмутаракани. Когда нужно быть в Ардении,скажи?

- Через неделю. Не позже.

За столом возбужденно загудели. Хан вытаращился на оборотня.

- Ты в своем уме, Лекс? Кони моей орды стремительны и выносливы, но добраться за такой срок до Ардении – это немыслимо.

- Мыслимо, – вмешался, наконец, лорд Кольен. – Мы откроем вам портал, у нас есть для этого энергия в Тахо. Мой господин потомок Лийских королей, и его род обладает большими возможностями. Мы откроем портал там, где вы скажете, и вы перейдете сразу на границы Ардении возле Тахо. Там, где возможно открыть порталы извне. Это будет гораздо быстрее, чем ждать королевскую армию. Открыть порталы для переброски армии внутри страны едва ли возможно, да и мой повелитель не заинтересован в этом. Он хочет справиться со вторгшимися орками сам.

- Для этого вам нужно будет затратить большие силы. Очень большие, – усомнился хан Кочур.

- Это стоит того, чтобы спасти страну от разорения.

- Да, это достойная цена, чтобы пойти на такие жертвы.

- Порталы вмиг не открываются, как ты знаешь, – сказал Лекс, – нужно будет сразу указать место для сбора, чтобы маги в Тахо начали уже сейчас все готовить

- Я понимаю, – ответил хан. – Дай мне день, и я все скажу.

- У тебя есть день, и даже два. Но нужно действовать быстро. Хан Рагор знаменит своими талантами.

- Да, мы встречались с ним. Увы, печально для нас, – со злостью сообщил Кочур. – Посмотрим, кто окажется сильней в этот раз. Как ты думаешь, Лекс?

- Конечно, вы. Я же буду с вами.

Это было одобрительно воспринято за столом, и напряжение снова спало. Хан велел всем наполнить кубки.

- Давай, Лекс, выпьем с нами. Сегодня мы гуляем, а завтра станем готовиться к войне. А сейчас выпьем за победу. Положим начало нашему походу!

Глава 20

Чернояр бросил вызов. Обычно каждый маг ставит защиту, чтобы его никто не мог найти или вычислить местоположение по ментальной связи. Но колдун решил ее убрать, и его яростный зов прозвучал в ментальном плане. Зов, полный жажды мести и убийства. Но направлен он был только одному человеку. Элементалисту, которого звали Лок. Чернояр не хотел снова терять время на выслеживания, на поиски. Ему уже было все равно, его ярости и жажды уничтожить врага накопилось столько, что хватило бы на кого угодно. Если бы сейчас кто-то пришел по этому зову, Чернояр просто убил бы этого невезучего и продолжил ждать. Но вряд ли нашелся еще какой-то безумец, который решился бы принять вызов взбешенного колдуна. Только один мог это сделать.

Приди сейчас инквизиторы, а колдун свято верил в их безумие, Чернояр был бы только рад. К ним у него имелся тоже весьма длинный список, по которому их стоило предать скорейшим образом мучительной смерти. И это, кстати, наверняка облегчило бы его душевные страдания.

Он отправился в чистое поле на диких землях и стал ждать. Колдун просто стоял и ждал. Лето перевалило за свою половину, солнце неумолимо грело землю, трава шумела под легким ветерком, и это все навевало умиротворение и ощущение равновесия. Красота нежащейся летним днем природы.

Лишь одно черное неестественное пятно было на всем этом. И этим пятном являлся колдун. От него исходила бешеная темная аура разрушения, но она не трогала природу. Он стоял, как могучий темный лев под лучами солнца и ждал, открытый всем. Любой, кто бы захотел найти его, имел шанс сейчас это сделать. Оставалось только ждать.

Чернояр понимал, что Лок не появится вот так просто. Он наверняка заподозрит здесь какой-то подвох и станет тщательно исследовать поле для поединка. Что ж, у колдуна было время. Он подождет.

Время шло. Чернояр ждал. Почему-то сейчас пришло спокойствие. Он сделал шаг и бросил вызов. Если его противник не трус, он, несомненно, его примет. И придет. А значит, чего же волноваться и сжигать себя собственной яростью в нетерпении?

Лок появился перед закатом в лучах заходящего солнца. Это было красиво и эффектно. Он буквально материализовался из воздуха на противоположном конце луга. Солнце оказалось сбоку от них и не мешало никому. Все вокруг было окрашено в золотой цвет его лучами. Жара спадала. Даже ветер утих, свернувшись послушным игривым котенком у ног элементалиста.

- Ты искал своей смерти, колдун? – безапелляционным тоном поинтересовался Лок.

Чернояр лишь усмехнулся.

- У нас есть проблема, и ее нужно решить. Я тебе предлагаю это сделать здесь и сейчас. Но если ты не хочешь, я буду преследовать тебя, как крысу, и медленно убью, загнав в угол.

- О, какое страшное будущее меня ждет! – рассмеялся элементалист, затем сделал задумчивый вид, картинно почесывая пальцами подбородок. – Дай-ка подумать. Сверюсь со своим расписанием на сегодняшний дивный вечерок. Свободен. Ага. Значит, или так – или так. Да, второй путь действительно выглядит жутковато. Да. Что ж, колдун ты буквально не оставляешь мне выбора. Боже, как же ты жесток! Ну вот скажи, чего тебе надо? Ты уже вроде забрал мою голову. Зачем тебе еще одна? У меня их, между прочим, всего только две. Мутация, знаешь ли, мама родила только с двумя. Обычно в нашей семье бывает и три, и четыре, а мне вот как-то не повезло, представляешь? Только две. Зачем тебе еще одна голова, колдун?

Разряд энергии метнулся из высокой травы у ног Чернояра к нему, но тот лишь отмахнулся от него.

- Какие мы суровые, как я погляжу, – прокомментировал Лок. – Эх, видимо, все серьезно. А я-то думал: вдруг пошутим да разойдемся.

Чернояр снова усмехнулся:

- Тебе бы лицедействовать.

- Да, есть зачатки, – охотно согласился элементалист. – Однако скоро уже закат, а мне надо еще тебя убить и успеть на свидание под луной. Как же мне с тобой разделаться-то по-быстрому? Дай-ка подумать. Да, кстати, чтобы ты не скучал, пока я занимаюсь важным мыслительным процессом, я тебе предоставлю собеседника.

Он выкрикнул заклятие призыва, и воздух вокруг залился бледным светом, формируясь в плотную массу. Она все быстрее принимала очертания, превращаясь в гигантскую воздушную элементаль.

- Суровый собеседник, – прокомментировал в ответ Чернояр.

Он активировал заклятие «Уз», но проворный воздушный элементаль ускользнул. Тогда он призвал ужасного макманора. Появилась тварь высотой в несколько метров, напоминающая темное зеркало. Она поглощала любую магию, но легко подвергалась физическому урону. Элементалист этого не ожидал и попытался сразу уничтожить ее, активировав заклятие «Мечи земли». Почва под макманором вздыбилась, выбросив вверх огромные земляные пики, но тот уже метнулся в сторону воздушной элементали. Та призвала небольшой смерч, но макманор сумел уклониться. Тогда элементаль свела свои огромные кулаки, выбросив тяжелый разряд молнии, но темная тварь просто впитала его в себя. Она не только не ослабла, а напротив, насытилась силой и стала больше. Ее ответный удар элементаль сумела сначала пропустить мимо себя, потом приняла на «Молниевый щит». Но макманор присосался к нему, как пиявка, высасывая энергию из противника. Воздушная элементаль взревела так, что содрогнулся воздух на сотни метров вокруг, и резко ушла в сторону.

Лок не мог что-либо делать, потому что, во-первых, опасался попасть в свое детище, во-вторых, боялся промахнуться. Он израсходовал больше энергии, чем колдун, и теперь пытался восполнить ее запас. Чернояр же понял, что противник действительно в основном специализируется только на стихии Воздуха, а значит, его выбор был правилен.

Между тем элементаль попыталась напасть на колдуна, но едва не пропустила атаку преследующего ее макманора. Сообразив, что чтобы атаковать главную цель, ей придется сначала разделаться с другой, она придала своим огромным рукам материальность и обрушила их на своего врага. Макманор содрогнулся от удара, но тут же прилип к рукам элементали и насытился ее же энергией.

Лок в ярости отозвал свое детище и впитал остатки его силы. Чернояр демонстративно отозвал макманора, что обозлило элементалиста еще больше.

- Думаешь, ты самый умный?

И ударил по колдуну заклятием «Дезинтеграции», которое готовил все время, пока элементаль отвлекала внимание врага. Чудовищное по мощности боевое заклятие снесло всю защиту колдуна и должно было его убить, но Чернояр устоял, хоть и на грани. И лишь рассмеялся:

- Ты долго думал?

- Да, мне было интересно, – ответил Лок, пытаясь перевести дыхание и восполнить запас энергии. – Думал, устоишь ты или не устоишь. Надо же – устоял. А я-то опасался, что все закончится так быстро. Ты действительно мастер, колдун. И мастер в обороне, что для вашей школы почти что нонсенс. Из-за этого я проиграл там, в замке Сат. Теперь я знаю пределы твоих сил. Интересно, колдун, скольких ты уже убил вот так, поймав на своей защите? Тех, кто думал, что сможет тебя прикончить, но оказался неправ.

- Двухголовых я еще никогда не убивал. Ты станешь первым.

И Чернояр нанес ответный удар заклятием «Расщепления». Фактически это был аналог «Дезинтеграции» в Темной школе, но более мощный. Темный жгут разряда оглушительно ударил сверху по элементалисту. Тот попытался закрыться защитами, но заклятие «Расщепления» снесло их всех.

Они обменялись ударами и оказались в равной позиции снова.

- Тогда, в замке, ты победил меня только потому, что пришел готовый к бою со мной. А я нет. Теперь другое время, колдун. Ты меня ждал, и я пришел, готовый к поединку. Начнем и покончим со всем.

Лок тут же активировал заклятие «Зоны стихий», которое легло вокруг и увеличило все его силы. Затем последовали тяжелое заклятие «Узоры защиты». Оба они относились к общей Стихийной школе, и ими мог пользоваться только настоящий мастер-элементалист. Противник показал свою силу, и Чернояр сделал то же самое, призвав «Ямы Тьмы». Это было заклятие высшего порядка в его магической школе. На всем пространстве луга возникли пять огромных ям, полных сгустков Тьмы, которые сразу начали втягивать в себя любую магическую энергию, в том числе и вражеских магов, буквально высасывая их энергощиты. Любого, кто оказался бы рядом с ними, они могли поглотить. Это заклятие стоило почти всей энергии, но зато эти «Ямы Тьмы» сами мощно подпитывали колдуна. И в плане затяжного боя приносили массу преимуществ. Лок сразу ощутил их действие и попытался уничтожить, ударив тяжелым «Лидером», но это не слишком помогло. Тогда он активировал заклятие «Креста стихий».

Элементалист встал на призванную парящую платформу в виде креста, состоящую из объединенных воедино стихий, которая тут же окутала его четырьмя дугами защитной энергии. Он воспарил вверх, подальше от «Ям Тьмы» и оттуда начал обстрел колдуна. Чернояр ушел из-под удара с помощью Щупалец Тиамат и в свою очередь призвал одно из самых мощных заклятий защиты в своей школе – «Черный трон». Он вознесся на огромном черном троне, который надежно окутал его своей защитой и дал еще одну новую подпитку энергией, которую высасывал извне. Вокруг него возникла мрачная темная аура. Лок в ответ черпал энергию с помощью «Креста стихий» сразу из четырех источников.

И бой начался. Он отличался особой яростью. Элементалист метал шаровые молнии, которые отражал «Черный трон», выбрасывая навстречу дестройеры. Колдун сотрясал воздух темными разрядами. Лок определенно проигрывал в мощи, но компенсировал это маневренностью и скоростью, что давала ему Воздушная стихия. Он атаковал «Энергетическими бомбами», пытаясь сокрушить защиту колдуна, и время от времени выбрасывал «Эджеры» и «Лидеры» – молниевые разряды тяжелого класса. Но Чернояр выдерживал все, питаясь от «Черного трона» и «Ям Тьмы». С каждым ударом он приходил во все большую ярость, и его боевые заклятия не только не теряли в силе, но и на глазах набирали ее, что продолжало удивлять элементалиста. На «Энергетические бомбы» колдун ответил «Террором». Пять самонаводящихся бомб, полных разрушительной энергии, сотрясли защиту элементалиста. Тот тут же ответил «Духом мертвого элементаля». И получил ответ «Дискордом». У обоих магов защитная энергия таяла на глазах. Они продолжали яростно обмениваться ударами. Бой грозил затянуться. И оба решили применить самое страшное оружие из своего арсенала.

Воздух вокруг стал темнеть, словно солнце уже и не светило, а надвигалась гроза. Вокруг элементалиста возникли знаки Воды, Огня, Воздуха и Земли. Природа замерла в страхе, а все живое спешило убраться как можно дальше от этого места, быстро превращавшегося в настоящий ад. Боевые заклятия сверхтяжелого класса готовились не быстро. И все это время оба мага не переставали крушить защиту друг друга «Дитейрами» и «Лидерами». Затем защита элементалиста стала крепнуть. «Кара стихий», что он призвал, не только могла уничтожать, но и одновременно давала защиту. Это заклятие считалось самым мощным в школе Элементов, и его применяли только в финальном раунде, когда враг ослаб и победа была близка. Лок очень надеялся, что защита колдуна, на которую он столько потратил, не выдержит мощи этого заклятия, и продолжал мягчить ее перед своим главным ударом. Но колдун не собирался отступать. Его разрушительная магия со все большим остервенением рвала «Крест стихий», а тьма вокруг продолжала сгущаться. Элементалист вынужден был максимально насыщать свою защиту энергией. Он работал на пределе всех своих сил. Вокруг колдуна все пространство почернело от последствий ударов его боевой магии, но он продолжал гордо возвышаться на величественном «Черном троне». Локу безумно хотелось сбросить его оттуда, и это тоже неожиданно придало ему сил. Воздух вокруг стал каким-то пустым, словно лишенным силы. Часть из нее взял сам элементалист, но в основном все опустошили боевые заклятия тьмы. Солнце почти село, или тьма брала свои права. Воздух буквально звенел от смертоносной энергии обоих магов. Стихия и Тьма собирали свои силы на последний размен ударами. Они сделали это одновременно. «Кара стихий» выбросила четыре разных смертоносных луча в колдуна, сокрушая его защиту. Взорвался «Черный трон», потом исчезли «Ямы Тьмы».

Чернояр едва стоял на ногах, но держался. Одновременно тьма, собравшаяся в воздухе, ударила по «Кресту». Если бы не защита «Кары стихий», Лок был бы буквально распылен на молекулы. Но он устоял, хоть и упал на землю. Но тут же встал и пошел в атаку дисташами. Чернояр ответил излюбленными дестройерами. Они приближались друг к другу. А потом Лок неожиданно выбросил вперед вместо дисташей «Силовые цепы» – боевое заклятие тяжелого класса, действующее только на ближней дистанции. Из обеих рук элементалиста ударили молниевые жгуты с белыми когтями на концах, которые намертво вцепились в защиту на горле колдуна. И по ним тут же потекли потоки смертоносной энергии. В глазах Чернояра полыхала безумная ярость, и она давала ему силы, которой не было у Лока. Колдун свирепо продолжал двигаться вперед. Лок из последних сил наращивал мощь заряда, забыв про любую защиту. Все, что он хотел, это прикончить ненавистного колдуна. Здесь и сейчас. А Чернояр лишь рассмеялся ему в лицо и выбросил дестройер огромной мощи, вложив в него всю свою бешеную энергию. Лока отбросило почти на двадцать метров. Он упал и несколько мгновений лежал без сознания. Чернояр стоял и ждал, распустив Щупальца Тиамат. Его враг начал подниматься. А он ждал. Лок поднимался отчаянно впитывая в себя энергию. Его энергоканалы работали на полную силу, но они были опустошены и давали мало сил. Защитная сфера снова замерцала вокруг него. Он встал и с яростью посмотрел в глаза колдуну:

- Так ты еще жив?

Чернояр усмехнулся сквозь стиснутые в напряжении губы, но ничего не ответил. Ему не дали ответить. Рядом возникли голубые зевы боевых телепортов, и из них вышли семеро инквизиторов во главе с Айваром. Один из них тут же ударил по элементалисту «Лучом света» и снова отбросил на землю, уничтожив с таким трудом восстановленную защиту. Потом тут же взял в «Паутину света», которая обездвижила элементалиста.

- Прикончи его, – коротко бросил Айвар.

Но Чернояр мгновенно среагировал, и Щупальца Тиамат закрыли собой его врага от «Луча света». Одновременно они ударили по самому инквизитору, мертвой хваткой вцепившись ему в горло, но тот успел закрыться «Крестом веры». В ответ кто-то другой ударил по Чернояру, заставив того отступить. Но Айвар жестом остановил атаку своих людей.

- Что же ты, колдун? Ты же так жаждешь всех убивать, ты только что здесь такой бой устроил, а теперь защищаешь его?

Чернояр накинул на лицо маску спокойствия:

- Это мой враг. Не ваш. И прикончу я его сам, когда захочу.

- Как грозно, колдун, – в голосе Айвара проскользнули нотки ярости. – Знаешь, тебя бы с удовольствием отправить в Чистилище еще раз. Тебе очень повезло, и я не хочу, чтобы это случилось снова. Хотя ты достоин боли, что дает Чистилище.

Чернояр только усмехнулся.

- Боюсь даже спрашивать, откуда такая ненависть ко мне.

- Откуда, говоришь? – нервно хихикнул Айвар. – Ты убил мою девушку. Там, у Черного герцога.

- И судя по всему, вы пришли убить меня? А этих вот ты привел, чтобы помочь тебе справиться со мной? Ведь не страшно когда много на одного. Как стая шакалов.

- Я слышу сарказм у тебя в голосе, колдун. Не стоит. Ты измотан, а тут лучшие маги Эрнегии. Да, я пришел забрать у тебя то, что ты отнял у меня. Ты был так предусмотрителен, оказавшись открыт для всех. Я тебя тоже искал, как вот и он, – Айвар кивнул в сторону обездвиженного Лока. – И, наверное, так же обрадовался, обнаружив тебя. Колдун, у тебя, видимо, большой список сильных врагов. Представление, что вы тут разыграли, было поистине фееричным. Я, признаться, сомневался, вдруг это какая-то засада, потому что не мог понять причины такого твоего поведения. Но тут вот появился этот кто-то, и все встало на свои места.

- Ты много говоришь.

Чернояр вырастил два дестройера в руках. Черные шары пламени яростно вспыхнули в сгустившихся сумерках. Возвращаться в Чистилище колдун не собирался в любом случае. Уж лучше смерть. И своя, и кого-то еще.

Но крик Айвара с приказом убить колдуна замер в горле, когда за спиной Чернояра открылись несколько боевых телепортов и оттуда вышла нежить. Причем колдун сам этого не ожидал, и Щупальца Тиамат едва не нанесли удар по тем, кто пришел ему на помощь.

Лекс с усмешкой бросил в сторону Айвара:

- Это что еще за придурок?

Он был в своем обычном людском обличье, но вот рядом находилась пятерка боевых оборотней и Череп, который загадочно начал выращивать боевое заклятие между своими пальцами рук, очень похожее на «Перст смерти».

Айвар отдал приказ, и вся группа инквизиторов мгновенно исчезла в своих порталах, не сказав ничего.

- Уверен, они вернутся за тобой, колдун, – заявил Череп. – Где ты умудряешься столько врагов себе находить?

- Как вы здесь оказались? – не слишком любезно спросил Чернояр, проигнорировав вопрос.

- Ну, я подумал, что нужно посмотреть на такое. Нечасто ведь подобное увидишь, – заявил Лекс. – Извини, мы, кстати, тоже без билетов. Это и есть тот твой враг?

Чернояр лишь усмехнулся – оборотень ловко ушел от неприятной темы. Лок по-прежнему находился в обездвиженном состоянии. Лекс с любопытством подошел и попробовал на ощупь связывающий элементалиста магический кокон. На удивление он легко смог просунуть руку внутрь.

- Что ты будешь с ним делать теперь?

- Ничего, – недовольно буркнул Чернояр, – мы уходим.

Лекс скривил губы:

- Как скажешь.

Когда все исчезли в порталах, Чернояр метнул дестройер в элементалиста, разрушив сковывающий его кокон. Лок не упал, а продолжал стоять, вперив в него полный ненависти взгляд. Но Чернояр смотрел лишь презрительно, оценивая его состояние.

- Я убью тебя позже. Сейчас это будет слишком легко. Я ведь ничего не забыл.

Глава 21

- Ну, колдун, теперь готовься!

Чернояр стоял с сомнением на поле стационарного телепорта, который располагался в подвале замка, принадлежащего Черепу. Лекс в нетерпении мялся рядом. Было видно, что оборотня очень будоражила предстоящая операция, и он в радостном ожидании томился у телепорта. Чернояр же, напротив, не испытывал особого энтузиазма. Но не по поводу операции в целом, которая ему, несомненно, тоже нравилась, а именно из-за этого самого телепорта.

- Ух, разорвем! Ух, порвем! – деланно предвкушал оборотень.

Чернояр даже улыбнулся. Ему нравился Лекс, он обладал большим умом и огромным опытом, и всегда чувствовалось уверенность во всех его действиях и замыслах. Но сейчас он вел себя так, как будто всего этого не было и в помине. Он никогда не стеснялся выказывать своих эмоций, и даже не то что не стеснялся, а именно не считал нужным их скрывать. А еще очень любил изучать что-то новое и ненавидел постоянство. И в нем, несомненно, были задатки хорошего актера. Вот и сейчас он с удовольствием предавался тем чувствам, что испытывал, чем здорово улучшал всем настроение.

- Что, Чернояр, тебе что-то не нравится? – спросил у него Череп, также стоящий рядом в ожидании, пока прибудут оставшиеся члены группы.

- Твой телепорт.

- Не доверяешь, думаешь, мог ошибку допустить?

- Я не доверяю ничему, что не могу контролировать и когда от меня мало что зависит, если зависит вообще.

- Не волнуйся, я в этом знаю толк, – заверил его архилич. – Этот телепорт вынесет нас именно туда, куда нужно.

Вообще-то Чернояр не переставал восхищаться гением князя Калины. Как недавно выяснилось, операция, проведенная в Чистилище, оказалась более многоходовой, чем представлялась ранее. Кандидатура Черепа на главную роль в ней была выбрана далеко не случайно. Архилич давно и серьезно изучал устройство стационарных телепортов, созданных древними, стараясь полностью разгадать все их секреты и понять забытые технологии. Когда он уничтожил генератор, то сумел изучить один из двух стационарных телепортов, расположенных в Чистилище. Один из них находился на верхнем этаже, другой в подвале, чтобы обеспечить безопасность тюрьмы. Ему удалось заблокировать один из них, но главное – архилич сумел узнать координаты места, с которым связывался данный телепорт. А так как Чистилище имело связь лишь с Храмовым городом, то вести телепорт мог только в одно место. Обычно все подобные сооружения имели мощную защиту, которую изобрели еще древние и которую невозможно было взломать. Но такая защита тратила немалую часть энергии и снижала его пропускную способность. Так как Чистилище изначально планировалось как место абсолютно безопасное, никто не стал на эти телепорты накладывать такую защиту. Все, что теперь оставалось, это с помощью небольших опытов подобрать нужную частоту – и все, можно любой стационарный телепорт перенаправить на Храмовый город.

Собственно, так говорил сам Череп. Так как Чистилище никогда не подвергалось атаке, было мало шансов, что в нем станут что-то менять. Чернояр сам думал так же, но к телепорту все равно относился недоверчиво. Если с такими штуками ошибиться, можно войти и уже никогда не выйти. Еще беспокоила узость телепорта. Когда два таких объекта ставились в связь друг с другом, то обменивались и энергией. Соответственно, если присоединить к Храмовому городу достаточно большой стационарный телепорт, то затраты энергии могли бы заметить и заподозрить неладное. Поэтому придется входить поодиночке, что не внушало особого оптимизма. Операция по нападению на Дворец Света разрабатывалась до малейших деталей из-за огромного сопутствующего риска, ведь это был центр Святой Инквизиции.

У Лекса, оказывается, имелся подробный план расположения всех помещений, что не могло не вызывать удивление у Чернояра. Он был уверен, что кто-то им помогает из самого верха поборников, потому что иначе не очень получалось объяснить многое. Лекс вчера провел несколько часов, расписывая все детали операции каждому в команде, и на ходу разъясняя действия, в случае если что-то вдруг пойдет не так. Он просчитал буквально все, что только возможно, и это радовало. Чернояр верил в свои силы и верил в успех предстоящей операции. Попасть в самый центр Святой Инквизиции, нанести удар по скоплению врагов, уверенных в собственной безопасности! Колдун жаждал мести.

Он полностью восстановился после поединка с Локом. И даже чувствовал некое удовлетворение. Давно у него не было столь сильных и яростных противников. Сейчас пришло время поквитаться с другими своими врагами, потом он снова встретится с элементалистом. А заодно и Айваром. Оставлять его у себя за спиной долго ему вовсе не хотелось, но была надежда устранить эту проблему там же, в Храмовом городе.

Скоро жизнь снова выпьет чашу его злобы и боли. Месть – вот что текло у него по жилам вместе с Тьмой. Большую часть жизни.

Их главной целью являлась библиотека Инквизиции, где отдельно хранились обе книги для проведения Ритуала. Вся операция затачивалась именно под это и четко рассчитывалась по времени, когда в Светлом Дворце отсутствовали лидеры Инквизиции, а тех, кто мог организовать сопротивление, оставалось не так много. У них имелась лишь одна попытка, ибо такого шанса больше не будет. Не станет Книг – и провести Ритуал окажется просто невозможно.

Наконец вся группа собралась у телепорта. Она состояла из оборотней спецназа и шестерых могучих боевых вампиров, обязанных охранять Чернояра.

- Все готовы? – спросил Лекс, хотя его острый взгляд уже и так оценил ситуацию. – Ну, тогда начали.

И исчез во вспышке стационарного портала. Чернояр тут же последовал за ним и автоматически сделал несколько шагов вперед, чтобы дать место для выхода другим. Стационарный портал находился на первом этаже замка Инквизиции, прямо в центре здания. Здесь постоянно дежурило двое инквизиторов, и они уже валялись на полу с оторванными головами, заливая белоснежный дорогой мрамор фонтанами крови. Операция началась.

Конечно, никто не ожидал атаки здесь, в центре Святой Инквизиции. Никто их не ждал, никто не был даже готов защищаться. Лекс, появившийся первым в своей боевой форме,убил обоих охраняющих портал инквизиторов, прежде чем те увидели его. В большой центральной зале замка находились несколько человек. Кто-то прибыл сюда по делам, кто-то нес здесь службу, но все они оказались в шоке от происходящего. А потому реакция оказалась заторможенной. Чернояр в ярости обрушил на них Щупальца Тиамат, истосковавшиеся по бою и жаждущие сеять смерть. Он ненавидел здесь всех, и не щадил никого. Смертоносные потоки Тьмы заполнили пространство залы, беспощадно впиваясь в горло, круша защиты и убивая. А следом за Чернояром появлялись одним за другим оборотни спецназа и в прыжке атаковали ближайшие цели. Все было кончено в течение полуминуты. Светлый Дворец обагрился кровью.

Появился Череп и начал магичить над стационарным телепортом с целью перекрыть доступ в него из всех источников, кроме Дейи. Оборотни растворились в коридорах дворца. Чернояр же выдвинулся к центральному входу. Здесь уже наблюдались последствия поднятой тревоги, но приготовиться к нападению все равно никто не смог, потому что не понимал, не осознавал, откуда идет опасность. Здесь, в Светлом Дворце!

Колдун сразу ударил тяжелым заклятием «Осколочное облако». Оно специально создавалось для поражения большой зоны и нанесения смертельного урона по максимальному количеству возможных целей. Всех, кто оказался у входа в замок, разметало взрывом. Кто-то успел укрыться за магическими щитами, кого-то защитили амулеты, некоторые исчезли в боевых телепортах, продемонстрировав завидную реакцию. Но многие погибли. Чернояр снова наложил заклятие «Осколочное облако». Рухнула часть стены, вышибло все роскошные эльфийские стекла в больших прекрасных витражах. Щупальца Тиамат безжалостно добивали выживших. Лекс и Череп ушли с ударной группой в библиотеку замка, а он остался с задачей удержать портал. Вампиры расположились в зоне за его спиной, готовые предотвратить любую опасность, которая может угрожать колдуну. При всем уважении Чернояр вовсе не хотел давать им шанса для работы.

Едва кто-то появлялся, он атаковал зону очередным тяжелым заклятием. Всего через несколько минут за него взялись серьезно. В замок ворвались мощные заклятия «Детонационных шаров», используемых инквизиторами в своем ударном арсенале. Чернояр закрылся Тьмой и выпустил вперед Ямаров. А пока они двигались к цели, ударил в ответ заклятием «Темных демонов». Появились несколько голов-снарядов в виде полыхающих тьмой огромных шаров и широким фронтом направились к выходу, ища себе жертву. Те, кто атаковал замок снаружи, еще не были уверены в правильности своих действий и не понимали, что происходит. Но совсем недолго.

Чернояр атаковал всем своим тяжелым арсеналом, не давая противнику найти противоядие против него. И, как мог, ставил защитное поле. Инквизиторы находились в более невыгодном положении, потому что не могли видеть своего противника. Чернояр также не видел их толком, но он был один, а врагов много. Он услышал явное оживление, когда появились его «Темные демоны», а потом и Ямары. Отчаянно загрохотали боевые заклятия.

Колдун чувствовал необычайный прилив сил. Он был опьянен яростью, в голове всплывали воспоминания о Чистилище, и это прибавляло силы. Настало время выместить свою злобу на тех, кто принес зло ему. Как всегда в своей жизни, щедро отплачивая злом за зло. Снова и снова. За все, что жизнь делала ему, за все, что не дала, за все, что ему пришлось вынести. За то, что она его сделала таким, какой он есть сейчас. Теперь Чернояр жаждал сам убивать.

Свет – олицетворение зла. Свет, который он ненавидел. Свет, отбросивший его от себя, словно ненужную вещь. С каждым ударом, сотрясавшим его защиту, с каждымотголоском боли, что испытывали Щупальца Тиамат, попадая под атаку врага, вспоминалось все новое и новое. А счет к Свету был длинный, и каждая строка в нем пылала всепожирающим пламенем ненависти.

Это больше не была операция некромантского спецназа против Святой Инквизиции. Чернояр сражался против Света, с той жаждой, что, казалось, делала его безумным. Защитники бога! Как он жаждал их убить, убить, чтобы Он видел деяния рук своих. Пусть насладится сполна тем, в кого Он превратил его.

И не только его. Колдун никогда не считал, что ему пришлось в жизни тяжелее всех. Может, это было так, а может, и нет, просто у него достало сил выжить, вознестись и ответить. Ответить и за тех, кому жизнь также раздала их порции зла. За всех тех, кто испил чашу боли в этом мире. Кого бог, в которого все так слепо верят, обделил счастьем. Простым счастьем, даже таким простым, чтобы просто быть как все. Иметь счастливую семью, не быть калекой или ущербным, не держать в сердце зла и обиды. Жить нормальной полноценной жизнью. И сейчас колдун мстил и за них всех. Бог создал в мире слишком много зла, которое все старались не замечать, а если и замечали, говорили: «неисповедимы пути господни». Или Бог дает испытание только сильным и много другой чуши, чтобы оправдать Его, возможно, даже просто в своих глазах. Чтобы иметь надежду, отрекаясь от реальности, в которой было так много зла, что сотворил бог.

И Чернояр убивал. Чем больше росла ярость, тем сильнее становилась его магия. Тьма ревела, сталкиваясь со Светом. Инквизиторы поставили глухую оборону, и пробить ее теперь было крайне тяжело. Но колдун рвал ее на части. Само зло, боль мира, обида воплотились сейчас в нем и безудержно рвались наружу.

Несправедливость!

Едва кто-то пытался проникнуть внутрь, на него обрушивалось новое «Осколочное облако» или Ямары, застывшие в ожидании своих новых опрометчивых жертв. Он не экономил силы, не рассчитывал ход боя. Ненависть к богу затмила разум, черное сердце рвали обида и боль, и хотелось только одного – убивать тех, кто служит Ему. Тех, кто мучил его в Чистилище. Свет – обман или сторонник зла.

Очень скоро инквизиторы сориентируются и примутся за серьезную контратаку. Ему, конечно же, не выстоять против атаки сразу нескольких сильных магов, и лишь неизвестность мешала им сделать это сейчас. Они не понимали, что происходит внутри замка, кто им противостоит, и осторожничали. А еще здесь, видимо, не оказалось, как и предрекал Лекс, никого из настоящих глав, способных принять решение о штурме Светлого Дворца и вообще скоординировать общие действия. Все, что могло спасти Чернояра, – это поддержание состояние неизвестности, сколько будет возможно, и уповать на скорое возвращение Лекса со своей группой.

Вот только сам колдун вовсе не задумывался сейчас над тем, выживет он или умрет. Жизнь давно уже не имела смысла, так что не все ли равно, когда? Он наслаждался чувством мести и исторгал из себя разрушительную мощь Тьмы с такой скоростью, с какой только мог. Чернояр очень давно хотел уже умереть, с тех самых пор, как потерял надежду и веру. Когда все стало безразлично, потеряло для него смысл.

Но положение быстро менялось. Инквизиторы были подавлены его атакующей магией, но к замку со всего Храмового города уже прибывали все новые и новые силы. А потом они впервые решились на вылазку. Внутрь проникли сразу семеро паладинов веры, защищенных магией и многочисленными амулетами. Чернояр тут же атаковал их «Осколочным облаком», а на двоих накинулись Ямары. Остальных обвили Щупальца Тиамат. Паладины попытались отсечь их своими замагиченными мечами. Тиамат яростно ревела от боли, но продолжала атаковать. Чернояр не мог ничего поделать, ибо вынужден был всю свою энергию направлять на внешние пределы замка, дабы не дать инквизиторам заподозрить свою слабость.

- Убейте их! – приказал он вампирам.

Шелест развел руки с выпущенными когтями, и кровь вскипела в жилах паладинов веры. Но уже проникали новые и новые противники. Вампиры набросились на тех, кто приближался. Чернояр активировал заклятие «Ралшот». Это было одно из самых распространенных заклятий школы Тьмы наравне с «Аркадессом», но использовать его могли только мастера. Из сжатых кулаков колдуна вырвались извилистые темные разряды Тьмы, сетью покрывая ближайшую к нему зону поражения. Они имели убийственную силу, и их было трудно блокировать. Несколько врагов упали замертво, остальных откинуло назад. Это заклятие здорово опустошило колдуна, а в замке начали появляться первые инквизиторы и волшебники. Вампиры разбрасывали врагов могучими ударами, ловко уходя от мечей или просто регенерируя полученные удары.

Шелест повелевал кровью. Знаменитый убийца устроил настоящую бойню, разрывая на части одного противника за другим, мастерски высасывая по ходу дела жизненную силу и энергию. Его пытались уничтожить в первую очередь, но высший вампир продолжал сеять смерть. Чернояр обратил всю свою мощь за пределы замка, стараясь сдержать прорыв, но он уже состоялся, и обратной дороги не было и у воинов Света. Словно фанатики, они стремились внутрь. За паладинами появились инквизиторы.

Полетели первые прицельные боевые заклятия магов Света. Колдун истратил столько энергии, что едва ли мог оказать должное сопротивление, но его разрушительная сила представляла наибольшую опасность даже сейчас. Инквизиторы, не сговариваясь, обрушили всю мощь своих атак именно на него.

Шелест закрыл собой колдуна, чтобы помочь ему продержаться. Высшего вампира отбросило назад, но Чернояр сумел выставить защиту и ударить «Дискордом» в гущу инквизиторов. Смерть оказалась очень близка. Он никогда не держался за жизнь. Чернояр сейчас жаждал только мести. Жаждал творить зло. Инквизиторы стремительно уничтожали его защиту, колдун в ответ наносил бешеные удары по ним, желая убить очередного поборника прежде, чем окажется убит сам. До развязки остались считанные мгновения.

А потом раздался резкий крик. Вампы мгновенно рванули назад, а среди инквизиторов вспыхнуло заклятие «Мора», несущее массовую смерть. Светлые маги вынуждены были тут же уйти в защиту, а Череп начал взрывать трупы. Один, второй, третий. Не выдержав больше натиска магии, часть внешней стены Светлого Дворца разлетелась на части. Чернояр снова ударил «Ралшотом», добивая выживших и предоставляя тем самым архиличу новую почву для взрывов. Светлые оказались выдворены за пределы замка. А Чернояр уже создал «Ньякасса» и направил его к выходу, одновременно метая один за другим разрушительные дестройеры. Череп громко выкрикивал заклятие смерти, и разбросанные по всей зале куски тел начали собираться воедино, сотворяя жуткого монстра. От него шли волны яда. Он был высотой в два человеческих роста и имел большую массу. Взорвался «Ньякасс», и атака светлых магов резко утратила силу. Они были вынуждены снова уйти в защиту, чтобы выстоять против такого детища колдуна. А монстр, созданный Черепом, уже надвигался на них. Архилич призвал из Царства Смерти тысячи костей и начал замуровывать пролом в стене, окна и двери.

Колдун обессиленно прислонился к стене, тяжело дыша и едва не теряя сознание от перенапряжения. Неподалеку тяжело раненный Шелест вонзил клыки в одного из паладинов веры и пил его кровь, восстанавливая свое покалеченное тело. Удар магии, который он принял на себя, закрывая Чернояра, оказался столь большой силы, что даже высший не смог устоять против него. Но природная регенерация и магия крови делали свое дело.

Появился Лекс. На морде оборотня сияла широкая улыбка, а на когтях левой руки была насажена голова очередной жертвы. Без сомнения, он был очень доволен.

- Извините, пришлось немного задержаться. Остальные уже ушли, давайте за мной. Здесь нам делать больше нечего.

Мощная стена из костей, воздвигнутая архиличем, рухнула под ударами боевых заклятий инквизиторов. Череп выбросил в их сторону вихрь из черепов и отступил к телепорту. Вампиры уже ушли, Чернояр тоже. Лекс ушел последним, с веселым смехом метнув в одного из воинов света голову своей жертвы.

Чернояр пришел в себя. Тьма, сделавшая его почти слепым, отступала. Тело дрожало, словно его била жесточайшая лихорадка. В глазах полопались сосуды, но регенерация, переданная ему с укусом высшего вампира, медленно, но верно излечивала тело. Череп быстро деактивировал портал и удивленно уставился на огромные сундуки, стоящие здесь:

- Когда мы уходили на операцию, их здесь не было.

Лекс довольно хохотнул и почти заговорщицки сообщил:

- На самом деле – это наша добыча.

- То есть, пока мы там сдерживали светлых, ты тянул золото? У меня его целые подвалы!

- Да, но вот у светлых его нет. Ни подвалов, полных золота, ни, собственно, этих вот сундуков. Их притащили мои бойцы. Тяжелые, между прочим, – деланно обижаясь, добавил оборотень.

- А где Книги? – вмешался Чернояр.

- А Книг нет, – с сожалением произнес Лекс. – Вернее, книг там полно, но нужных нам нет. Кстати, они там совсем недавно были, прямо посреди библиотеки стоят два роскошных постамента, где наверняка они и находились все время. Но кто-то успел их убрать прямо перед нашим приходом. В том замке этих Книг нет. Череп бы их почувствовал.

- То есть, что же, опять все зря? – голос колдуна был жесток и не предвещал ничего хорошего.

- Ну, а что можно поделать, если Книг нет? Мы сделали все, что могли. Зато мы добыли золото. Теперь у светлых его нет. А нам, кстати, оно пригодится.

Чернояр презрительно скривил губы.

- Но для тебя, колдун, тоже кое-что есть, – продолжил Лекс, выуживая откуда-то небольшой флакончик, наполненный жидкостью. – Это так называемая живая вода. Мы нашли несколько таких эликсиров в одном из помещений. Видимо, их готовили к Ритуалу. Выпей, бессмертия тебе это не даст, для любого из нас это вообще чистый яд, но зато из тебя оно вытравит все, относящееся к Смерти.

Череп кивнул.

- Да, колдун, этот напиток тебе поможет уничтожить все последствия инициации Шелеста. Ты снова станешь обычным живым человеком.

Чернояр посмотрел на протянутый ему эликсир. Прошла, наверное, минута молчания. Все ждали, что он сделает, но колдун не стал его брать.

- Жизнь – это зло. Зачем же к ней возвращаться? Я сам смогу распорядиться своим организмом.

Повернулся и устало пошел прочь.

Глава 22

Нападение орочьей орды хана Рагора на Ардению не стало совсем уж неожиданным. Жители приграничных районов, а главное – пограничные заставы постоянно вели разведку в прилегающей зоне, к тому же у короля были свои агенты в Реше. Однако и хан Рагор был опытнейшим полководцем. Он увел свою орду, состоящую целиком из орков, ночью, а вспомогательные войска из наемников начал быстро собирать лишь на следующий день. В результате получил фору минимум в сутки. Пока королевская разведывательная служба выяснила, куда направилась орочья орда и что вообще происходит, орки уже подходили к землям Ардении. Жители приграничных районов и разведка погранзастав вовремя успела обнаружить приближение врага и принять меры. Часть жителей попряталась в лесах, часть решила искать спасения за мощными стенами крепостей. Эти земли столетиями уже вели войну, так что за это время устоять могли только те цитадели, которые стояли максимально выгодно территориально, и которые весьма трудно было бы взять штурмом. Или потратить на это много времени, что при набегах становилось крайне невыгодно.

Обычно те, кто приходил из степи, лишь пытались ограбить как можно большую часть местных земель и уйти назад, прежде чем им будет дан сильный организованный отпор. Но хан Рагор не стал задерживаться на приграничных землях. Он двигался вперед, стремясь к Тахо. Ему прекрасно было известно, что королевская армия сейчас далеко, и он делал ставки по максимуму.

По закону Элея, местные графы обязаны были выступить на защиту своих земель, а еще точнее - владений Черного герцога. Издревле сложилось так, что король и столица находились далеко отсюда, а ближайшим центром силы являлся как раз Тахо. И именно от- туда всегда ждали помощи. В древние времена все здешние знатные роды являлись независимыми, но потом все они так или иначе встали на сторону той ветви рода Лийских королей, которые владели могучим Тахо. Кто-то добровольно, кто-то являлся надежным союзником изначально, а другие – потому, что не оставалось иного выхода. Взамен властелины Тахо всегда охраняли эту часть королевства. Но пока армия герцога собиралась для отражения агрессии, знать приграничных земель обязана была самостоятельно встретить врага и задержать его.

Хан Рагор отлично знал всю эту схему. А также знал, что большинство солдат этих земель сосредоточены в армии маршала Диогена, недавно одержавшего окончательную победу над некромантским князем Ирритройей. Но главной целью похода являлся Тахо, а вовсе не война с Арденским королевством, и встречаться со всей королевской армией маршала Диогена в планы хана вовсе не входило. Орки двигались с максимально возможной скоростью, во-первых, чтобы не дать местному ополчению собрать сколько-нибудь значительных сил, а также преследуя цель как можно быстрее начать осаду Тахо. Хан Рагор был максималистом, и он хотел взять столицу Черного герцога. Вступив на землю Ардении, орда замедлила движение, но это по большому счету оказалось даже неплохо, ибо вспомогательные войска наемников, шедшие за ними из Реша, и техника получали шанс нагнать основные силы перед дальнейшим вторжением.

Приграничная армия ждала орков в районе деревни Лерра. Они расположились на выгодных позициях, перекрыв дорогу, ведущую вглубь страны. В этом месте она проходила между двух больших холмов, поросших лесом, так что это хоть как-то компенсировало трехкратное превосходство в численности врага. И, несомненно, в качестве. Да, здесь были профессиональные солдаты и маги, в том числе и срочно прибывшие из Тахо, воздух даже прикрывал отряд боевых грифонов, но много имелось и местного ополчения. Конечно, живущие здесь люди привыкли воевать и жить в постоянной готовности к войне, но все же они не являлись профессиональными солдатами, в отличие от тех же самых орков.

Возглавил все это воинство один из опытных полководцев Черного герцога – граф Элесар. За территорией, занимаемой армией, развернулись временные телепорты, чтобы в случае поражения перебросить в Тахо наиболее ценные войска. Оба холма плотно заняли пехотинцы и арбалетчики с лучниками. В засаде стоял конный полк рыцарей графа Тлера. Центр между холмами заполнила основная часть магов, личные войска местной знати, лучшие пограничные части, а также отдельный элитный рыцарский полк генерала Элесара и знаменитые копьеносцы барона Дэре, которые взяли на себя передовые позиции.

Орочья орда расположилась на противоположной стороне поля. Хан Рагор не спешил, давая своим воинам отдохнуть после марша. Генерал Элесар также не торопился начинать сражение, имея слишком мало войск, а также в надежде, что еще подойдут отдельные подкрепления, не успевшие присоединиться к нему раньше.

Лактор, хордэр орочей орды, лихо запрыгнул в седло своего виверна. Могучий болотный дракон тут же выпрямил шею, вознеся его на головокружительную высоту, и расправил крылья. Один взмах, породивший на земле целый вихрь, – и они взлетели. Рядом поднималась на крыло остальная Хищная стая. Воздушная элита орды. Их база располагалась в тылах армии Рагора, поэтому у них было время чтобы набрать высоту до выхода на цель. Болотные драконы, в отличие от других представителей своего семейства, в природе летали ниже всех, и заоблачные дали не являлись их стихией.

Орда расположилась широким полумесяцем, охватывая позиции людей. Снизу ясно доносился будоражащий кровь бой огромных барабанов, отделанных кожей всех рас, населяющих Империал, и обитых черепами поверженных. Орда приготовилась к битве, но первый ход должна была сделать именно Стая. Наездники скалили клыки в боевом экстазе.

- Вниз! – проревел Лактор и первый решительным движением направил своего виверна навстречу земле.

Хищная Стая вынырнула из-под защиты облаков, неотвратимо надвигаясь на центр вражеских позиций. Орки, обладающие отличным зрением, видели, как засуетились люди в страхе перед их приближением. Маги начали ставить «Армейские щиты», закрывая войска. И это было то, что нужно Лактору. Пусть тратят свои силы. Перед самой зоной поражения он резко заложил вираж, уходя в сторону одного из покрытых лесом холмов. И его маневр, повинуясь законам Стаи, скопировали все остальные.

И все повторилось сначала – одним своим видом они уже сеяли страх! Лактор снял со специального седельного захвата связки магических бомб и швырнул их вниз, проносясь над кронами деревьев. Послышались серии глухих взрывов – это включились остальные наездники. Не задерживаясь, Стая прошла дальше, оставляя за собой поднимающееся из леса облако яда. Маги слишком поздно среагировали на опасность, и армия графа Элесара наверняка несла сейчас многочисленные потери. Более того, лес мешал призвать ветер и разогнать повисшее облако яда, что значительно усугубляло ситуацию.

Хищная Стая, ведомая Лактором, прошла дальше, не сбавляя скорости, выходя в тылы вражеской армии. Но там их уже ждали. Со стороны земли неслись убийственные боевые заклятия магов, и орки стали нести первые потери. Лактор тут же отдал приказ набирать высоту и максимально быстро пройти опасную зону. Но виверны вовсе не отличались высокой скоростью.

Удар по второму холму, который занимала людская армия, оказался уже малоэффективен. Волшебники, успевшие просчитать развитие ситуации, закрыли войска мощными «Армейскими щитами», и бомбы, сброшенные орками с воздуха, оказались уже не такими эффективными. Однако Стая все же сделала свое дело: нанесла потери, и, главное, провела разведку боем. Лактор мог бы быть доволен, но это оказался еще не конец.

Когда наездники на вивернах уходили, по их задним рядам ударили боевые грифоны людей. На этот раз они были без своих всадников, потому что ни один человек не смог бы выдержать таких перегрузок. В отличие от виверн, живущих на болотах, грифоны легко могли набирать высоту, причем очень приличную, и оттуда наносить такие же стремительные удары, как и соколы. Во время подлета воздушного флота орды они находились высоко за облаками, которые специально нагнали волшебники перед боем, и теперь камнем упали на свои цели. Да, они уступали размером болотным драконам, но удар на огромнейшей скорости сверху убивал тех мгновенно. Они даже не успевали ничего предпринять. При этом все оказалось рассчитано таким образом, что удар грифонов пришелся непосредственно перед строем людей.

Когда Лактор развернул Стаю, чтобы атаковать нового врага, волшебники ударили по ним боевой магии. Строй наездников смешался, погибло еще несколько болотных драконов. Понимая, что продолжение боя в данной ситуации ни к чему хорошему не приведет, Стая поспешила отойти к орде.

А грифоны исступленно рвали трупы своих поверженных врагов, сотрясая воздух грозным клекотом. Они разлетелись только тогда, когда прямо на них обрушилась огромная глыба камня, пущенная дальнобойным орочьим камнеметом. Грифоны, обладающие одной из лучших реакций, успели легко увернуться от опасности, мгновенно взлетев, но камни продолжали лететь, и генерал Элесар приказал отвести их назад.

Теперь камнеметы били прямо по центру его армии, сосредоточившейся между двух холмов. Да, волшебников было много, но щиты, несмотря на свою мощь, не могли выдержать продолжительную атаку. Тем более что орочьи части тут же перешли в наступление. Людские маги вместо защиты перешли в нападение, нанеся совместный удар заклятием «Твердыня неба», имеющим мощный пробивающий эффект, как брони, так и магических защит, и способным наносить удар на дальние расстояния. Огромный сгусток светлой энергии в виде молота обрушился на один из камнеметов, сокрушив его магическую сферу, выставленную орочьими шаманами, и превратив мощную технику в груду мельчайших щепок. Хан Рагор тут же приказал отвести камнеметы назад, так как они ему еще очень понадобятся при осаде Тахо. Но прежде чем это удалось сделать, еще один из них оказался уничтожен «Твердыней неба».

Между тем орки приближались к строю людей. На оба холма двигались огромные полчища деркодеров. Хан Рагор справедливо рассудил, что там магов должно быть не так много, а обычное оружие против этих войск не так эффективно. Однако едва деркодеры начали взбираться по склону холма, из леса появились люди, катящие бочки, заряженные горючей смесью. Они сбросили их вниз, предварительно подпалив фитили. Деркодеры, не осознавая опасности, мчались прямо к своей цели, поэтому удар по ним пришелся как нельзя лучше. Бочки разлетались на части, покрывая большие площади густой горючей жидкостью, которая мгновенно вспыхивала от огня фитилей. Вскоре уже склоны обоих холмов оказались объяты пламенем. Сходящие с ума от боли деркодеры выходили из-под магического контроля шаманов и начинали убивать друг друга. А арбалетчики, не переставая, выкашивали их ряды болтами, находясь под прикрытием деревьев.

Тем временем ударные орочьи части приближались к центру армии генерала Элесара. Но как только они вышли на расстояние, когда арбалетчики и волшебники смогли бы нанести удар, земля содрогнулась – и появились цепторы. Их удар сокрушил передовые ряды центра армии людей. Однако дальше цепторы пройти не смогли, ибо волшебники нанесли на землю сильную защиту.

Шаманы отозвали их и попытались нанести мощный магический удар в образовавшуюся брешь, но этот удар поглотили «Армейские щиты» волшебников. Светлая магия обладала лучшей защитной школой, если не сказать большего. Она на ней фактически специализировалась.

Передовые позиции армии графа Элесара, готовые к нанесению магического и стрелкового удара, а также к встрече приближающейся орочьей пехоты, потеряли всякую стройность, и казалось, волны орков захлестнут и сомнут весь центр. Но этого не случилось. На подходе к позициям противника они попали в поле ловушек, расставленных людьми, и их атака захлебнулась. Когда же им удалось, наконец, добраться до людей, копьеносцы барона Дэре уже полностью сумели реорганизоваться и встретить врага в стройном боевом порядке.

Каждый орочий воин был защищен многочисленной магией шаманов, а их возможности увеличены. Но арденцы не только не уступали им в этом, но и заметно превосходили, а главное, отличались великолепной организацией. Орков встретила стена ощетинившихся копий. Они рвались вперед, их убивали, но это не останавливало продвижения. За спиной орков двигались шаманы, постоянно накладывающие массовые вспомогательные заклятия на штурмовиков. Волшебники держали защиту. А потом ряды копьеносцев сделали обученный шаг назад, а на их место встали могучие големы, призванные волшебниками. В армии они часто использовались, и многие светлые маги специализировались именно на их призыве.

Стена големов остановила продвижение орков. Но сквозь строй последних уже проламывались огры на наконечнике копья из барсовых троллей.

Тем временем цепторы нанесли удар по лесному массиву на холмах. Им было там очень трудно передвигаться: под землей, спутанной корнями деревьев, но это определенно наводило панику среди людей, отвлекая от обороны основных позиций, а главное, заставляя магов пытаться отразить новую угрозу. Одно дело, когда их прикрывали ряды солдат, и они могли свободно магичить, и совсем другое, когда смертельная опасность угрожала им прямо из-под ног. Земля дрожала, и паника все более усиливалась.

Тем временем полки наемников из Реша пошли в атаку, стремительно приближаясь к лесу. Но люди все же оказались на высоте и встретили опасность яростной стрельбой из луков и арбалетов. Между стволов деревьев появились пики, на которые напоролись те, кому повезло достичь цели.

Страх делал свое дело, и понимая, что если наемники сумеют как следует надавить на их позиции, то все будет кончено, стрелки обрушили буквально ливень стрел, заставляя атаку захлебнуться. Враг стал отходить назад, по пути сломав ряды шедших им на помощь орочьих сколов.

Хан Рагор был в ярости и приказал, не считаясь ни с чем, выбить людей из леса. Тогда в дело вступили орочьи шаманы. Они обрушили на холмы лавину огненных шаров и через некоторое время достигли желаемого результата. Стояло жаркое лето, и у волшебников не хватало сил гасить все многочисленные очаги возгорания. Граф Элесар, напротив, велел главным своим магам не вмешиваться, и магическому поединку между ними и шаманами орды не суждено было состояться.

В центре рубились гиганты. Големы всех видов сражались с могучими ограми и спецназом троллей. Волшебники постоянно подпитывали своих подопечных, чем компенсировали природную живучесть и силу противника. Земля буквально дрожала под титаническими ударами. Отряды лучников и арбалетчиков без страха прошивали плотные ряды сражающихся, стреляя прямой наводкой, не боясь причинить вреда своим. Големов их атаки почти не волновали. В бой пошли магические стрелы, нанося противнику ожесточенный ущерб.

Наконец, атака огров и троллей, в свою очередь, захлебнулась, однако и линия големов так- же практически перестала существовать. Сражение гигантов окончилось ничем. И тогда в бой снова вступили рыцари и орочьи штурмовики. Одних защищали мощные брони и помощь волшебников, а также высочайшая профессиональная выучка. Других гнала вперед ярость и огромная сила.

Однако определить, кто же все-таки сильнее, им не удалось. Пожар быстро надвигался с боков, и людям не оставалось ничего другого, как отступить. Генерал Элесар вынужден был дать сигнал к отступлению. Но позади холмы заканчивались и переходили в равнину, где орки могли легко реализовать свое превосходство в численности. Если бы это случилось, то гибель всей армии становилась неизбежна. Оба фланга уже бежали в панике из горящего леса.

Генерал Элесар принял единственно верное решение – эвакуация армии. Этот план разрабатывался заранее, и на него специально берегли силы. Призвав всю мощь своей магии, волшебники привели землю в движение и обрушили стены холмов на проход между ними. Цептор оказавшиеся в это время там, большей частью оказались размолоты на куски, не выдержав такого давления, и лишь немногим из них удалось выскочить из опасной зоны. Сотни орков оказались заживо погребены под тоннами земли, ставшей их общей могилой, а массы горящего леса наглухо запечатали дальнейший путь остальным. Шаманы, сами того не подозревая, оказали людям очень большую услугу. Орда оказалась отрезана стеной пламени.

Армия генерала Элесара отступала к Тахо.

Глава 23

- Я предлагаю использовать экзекуторов. У нас есть несколько особей, набравших уже достаточно энергии для такого броска. Это лучшее, что мы можем сейчас сделать.

Айвар был напорист, и Сайрос в конце концов согласился. Положение складывалось таким, что его можно смело назвать катастрофичным. О чем сейчас думал глава Святой Инквизиции, понять было сложно, но сам Айвар заметно нервничал. Орки внушали опасение, и в последние дни создавалось впечатление, что они выпустили очень злого джинна из бутылки, или это вот вот случится. Иоган улаживал дела в Подгорном Царстве, а ведь именно он имел наибольший опыт ведения дел с ордой. И как его ни не любил Айвар, он очень хотел, чтобы правая рука Сайроса оказался сейчас здесь. Они все меньше и меньше контролировали ситуацию. Сайрос потратил огромное количество сил, чтобы с минимальными последствиями для Святой Инквизиции замять нападение на Храмовый город.

И главное, объяснить его.

Никто и представить не мог, что подобное вообще возможно. При Дворе очень сильно были обеспокоены тем, что враг может проникнуть прямо в центр столицы. И подошли к расследованию произошедшего весьма жестко.

Церковь также смотрела все более подозрительно в их сторону, и сам патриарх уже вызывал главу Инквизиции для весьма продолжительной беседы. О чем она была, никто не знал, но Сайрос вернулся заметно уставшим и раздраженным. Такого Айвар не видел уже очень давно, и даже сомневался, случалось ли подобное когда-либо вообще. Нападение на Храмовый город очень сильно пошатнуло их позиции, и напротив, усилило Церковь. И патриарх не преминул этим воспользоваться. Положение казалось действительно плохим, и чем дальше, тем становилось хуже. Удивительно, но нападение на Храмовый город резко изменило весь расклад сил.

Некромантский спецназ сумел нанести поистине разящий удар. Лишь в самый последний момент обе Книги удалось спасти, благодаря предусмотрительности Иогана, настоявшего на дополнительной охране из ассасинов. Именно они, воспользовавшись своими телепортами, успели уйти с Книгами буквально из-под самого носа оборотней. Если бы с ними что-то случилось, это стало бы настоящей катастрофой для всего Ритуала. Полной катастрофой. Даже Иоган со всем его изворотливым умом ничего бы не смог придумать в этом случае.

Но и так все выглядело хуже некуда. Было убито много людей, дворец сильно поврежден, а главным ужасом являлся тот факт, что нежить вынесла все золото, полученное от операции по Нитям Реаса. То золото, что необходимо было передать оркам. По договору, заключенному Иоганом, хан Рагор получил только половину оговоренной платы. Вторую же часть ему должны были доставить, когда его армия вторгнется в Ардению. Время настало, но золота, чтобы заплатить, теперь не было. Орки ждали платы, и не в их традициях было ждать слишком долго. У них имелось свое представление и отношение к договору. Раз оговорено так, значит все должно быть именно так. Иначе это оскорбление богов, которые незримо присутствовали, по орочьим верованиям, при заключении договора. Просить их подождать не имело смысла, они не станут этого делать в любом случае. Достать же столько нового золота в такой короткий срок было просто невозможно.

А предсказать, что случится, если хан Рагор не получит своей платы, не составляло труда. Орки решат, что они больше не связаны никаким договором, и начнут массовые грабежи. Восточные районы Ардении однозначно утонут в крови и подвергнутся жестокому разорению. Орда просто возьмет свое другим способом. И это все прекрасно понимали.

Что касается Айвара, он искренне считал, что это им не повредит, а поможет. Угроза станет еще более серьезной, и Двор короля вынужден будет сосредоточиться целиком и полностью на ней, дав им возможность спокойно завершить то, к чему они стремились уже столько времени, преодолев массу препятствий на своем пути. Окажись жив Реатор, он наверняка дал бы стоящий совет, но, увы, он уже ничем не мог помочь делу Инквизиции. Сайрос же наотрез отказался оставить все как есть, и спокойно смотреть, как орки разоряют страну. Айвар смог предложить лишь один выход – использовать экзекуторов и устранить хана Рагора. Орда сильна в немалой степени именно из-за него, из-за его таланта полководца. Не станет Рагора – и вторжение просто захлебнется. Сайрос так до конца и не был уверен в правильности такого хода, но другого выхода все равно не видел.

И тогда Айвар начал готовить экзекуторов.

Элаф сидел посреди огромного ханского шатра, полностью погрузившись в Вео, единую ментальную сферу, куда, по верованиям, уходил разум всех шаманов, и где содержалась истина всего сущего. Но часть его продолжала неотрывно следить за всем происходящим вокруг. Эта ночь ничем не отличалась от других. Могучая орда расположилась на километры вокруг, под чуткой охраной многочисленных стражей. Хан спал. У входа в шатер дежурила смена личных телохранителей. Все как всегда. С одним лишь отличием.

Этой ночью на хана Рагора должны были напасть. Элаф, связанный с отцом неразрывными узами крови, это чувствовал и предостерег его.

Орда стояла в местечке Таогон, в котором должна была состояться встреча с людьми. Встреча затягивалась, и это выводило хана из себя. Его воины роптали, не понимая, почему вожак медлит. Время сейчас было крайне дорого, а орда его теряла. Теряла свою добычу. Лишь вера в хана заставляла держать всех в дисциплине. Особенно с учетом того, что имелся строгий приказ: не грабить окрестности и как можно быстрее продвигаться вглубь страны. Положение становилось поистине взрывоопасным.

В отличие от людей, орки все же не любили жить в домах. Их жильем всегда являлись роскошные шатры. Хан также предпочитал всяким дворцам свой походной шатер, одновременно являющийся и Ставкой орды. Он, в отличие от других орков, ни в какие предсказания не верил, свято убежденный в том, что его судьба определена и ее ничто не изменит. Но вот его сын, будучи одним из сильнейших шаманов орды, упрямо настоял на том, чтобы провести рядом с ним эту ночь. Рагор даже рассвирепел, но потом, увидев настрой Элафа и прекрасно зная упрямый характер сына, решил, что оно того не стоит.

Поэтому сейчас Элаф ждал. Вокруг него был обозначен круг из нескольких десятков магических предметов огромной силы, и они слабо светились бледно-синим огнем. Он не знал, какой вид примет опасность, но не слишком мучался от чувства неизвестности, в отличие от своего старшего брата, который, ослушавшись отца, втайне поднял на уши всех. Орда была готова буквально ко всему. Дозорные отряды прочесывали дальние подступы, пресекая любую попытку внезапной атаки вражеской армии, в небе барражировала Хищная стая при поддержке шаманов. Все подходы к шатру хана были пресечены, а сам он окружен ветеранами, так что ни один наемный убийца не смог бы даже приблизиться к вождю.

Однако несмотря на все это, чувство тревоги совсем не исчезало, а напротив, только усиливалось. Единственное, что приходило в голову, – это призыв демона высшего порядка. Но к этому Элаф приготовился весьма основательно. Он вообще приготовился абсолютно ко всему.

На хана Рагора напали перед самым рассветом.

Когда появились экзекуторы, он проснулся, потому что прозвучал хлопок выхода из портала. И не один. А вот Элаф не спал. Он стоял посреди огромного шатра под «Защитой предков», одной из сильнейших магических защит орочей магии. Противник оказался ему совершенно не известным, призрачные, не имеющие постоянной формы твари, принадлежность которых к какому-либо из миров Империала оставалась загадкой.

Едва в шатре материализовались экзекуторы, как он ударил по ним заклятием «Торжествующих капканов». Могучая древняя магия орков захватила врага прежде, чем он смог приступить к делу, полностью его обездвижив. Но не сработала, вернее, сработала, однако совсем не так, как ожидалось. Элаф твердо знал, что ничто в мире не сможет телепортироваться мгновенно, это полностью противоречило всем законам магии, но эти существа это сделали. Они не материализовались, а именно телепортировались, потому что прозвучал особый хлопок магии, который невозможно спутать ни с чем. И сейчас начинали выбираться из сковывающей их магии, так, словно это было какое-то тесто, а не заклятие тяжелого класса.

Шаман ударил по ним «Эттерсколом», убивающим любую нежить, потом подобными заклятиями, применяемыми против живых и против демонов. Но это никак не повлияло на страшных существ. Орки с самого создания Империала воевали практически со всеми, и их школа магии имела специализированные заклятия для наиболее эффективного поражения определенного вида целей. Но ни одно из них не нанесло повреждений ночным пришельцам.

Тогда Элаф ударил очень мощным универсальным заклятием «Ледокол», способным пробить магическую защиту, к какой бы школе она ни относилась. Экзекутор, в которого оно попало, заметно пошатнулся, и было видно, что это его все же пробило. Пусть не так хорошо, но все же достало. А потом все они выбрались из «Капканов». Элаф ударил «Смертельными шипами», но это лишь отбросило экзекуторов. Они накинулись на хана Рагора, который уже вскочил на ноги, поднимая свой цеп. Одного из противников ему удалось сшибить точным ударом в голову, но экзекуторы двигались слишком стремительно, поэтому Элаф тут же заключил отца в мощный «Доспех воителя». Это была мощная защита, которая сильно сковывала движение, но хан Рагор обладал такой силой, что продолжил орудовать цепом. Буквально мгновением позже подоспели телохранители хана. Но даже элитные воины ничего не смогли сделать с экзекуторами. Их спасали от мгновенной гибели только сила и мастерство, а также защита амулетов, данных шаманами.

Но они выигрывали время. Весть, что на хана напали, мгновенно распространилась по всему лагерю. К шатру со всех ног бежали все новые и новые воины. Подоспел главный шаман орды со своими подручными. Элаф сразу же ударил по ближайшему врагу «Ледоколом», потом добавил боевое заклятие «Тяжелый дух», швырнувший врага на пол. И хоть тот снова начал подниматься, главное, что он показал подоспевшим шаманам, как нужно действовать. Одни шаманы сосредоточили свои силы на защите воинов, другие стали наносить совместные удары по отдельно выбранной цели. Стало ясно, что врага придется бить долго, поэтому его решили уничтожать поодиночке. Пока воины сражались со всеми остальными, все маги концентрировали свою силу на ком-то одном. Несколько мощных «Ледоколов», а потом десяток тяжелых боевых заклятий, посланных практически одновременно, разрывали экзекутора на части, хотя любого другого уже давно бы испепелили на месте и десятой частью своей мощи. Но те продолжали убивать орков, даже опытнейших мастеров, несмотря на все усилия шаманов. Пол шатра давно стал скользким от луж крови, а в воздухе стоял острый запах уничтоженной энергии.

Орда была уже поднята по тревоге. Каждый понимал, что происходит нечто из ряда вон выходящее. Командование принял на себя старший сын Рагора. По его приказу могучие огры стащили полог шатра, полностью раскрыв поле боя. Расчеты арбалетчиков-снайперов дружно нанесли удар по одной из целей, раскрошив его своими замагиченными болтами. Экзекуторов уничтожили за последующие двадцать минут, положив еще три десятка орочьих бойцов и одного шамана.

Спустя еще десять минут хан Рагор изучал убитых тварей и выпытывал у шаманов, откуда они могли появиться и кто это вообще такие. Элаф мог ответить лишь на один из вопросов, сказав, что существа пахнут Светом. Они не часть Света, но общались с людьми. И вот тогда хан Рагор пришел в настоящую ярость. Люди пошли на обман, они обещали золото, а вместо этого решили его убить. За это он потопит Ардению в крови. И пойдет не на Тахо. Теперь его цель – столица королевства. То место, где скрывались те, кто так поступил с ним.

Взбудораженная орда ждала этого приказа.

Глава 24

Взойдя на трон молодой король Ардении Ирон часто устраивал балы и приемы в своем величественном дворце Болэ, но в связи с начавшейся войной с некромантами решено было их временно отменить. Раньше на таких встречах часто обсуждались дела и проблемы с кем угодно, в том числе и с Его Величеством. Теперь же устраивались официальные приемы. Без прежней помпы, но все же. Однако самым опасным считалось, когда король приглашал на неофициальную встречу. Как правило, она не сулила ничего хорошего, потому что Его Величество, так же как и его покойный отец, считали не слишком нужным вызывать того, к кому никаких претензий не имелось. Если что, с такими связывались специальные люди из ближнего окружения и все нужное сообщали или спрашивали. Поэтому Сайрос не питал особых надежд на то, что его вызов к королю будет иметь другую направленность. Оставалось только узнать, что именно хочет Его Величество. И предположения здесь строить не имело смысла, потому что король Ирон отличался завидной непредсказуемостью.

Сайрос прибыл во дворец точно в назначенное ему время. Королевские слуги проводили его в малые приемные покои, но вот король там оказался не один. К большому неудовольствию Сайроса, на встрече присутствовал магистр Академии Регон, отношения с которым оставляли желать лучшего. Более того, король всегда благоволил волшебникам, так что это все наводило на весьма печальные размышления.

Его Величество отличался завидной решительностью от природы. Он имел роскошные золотистые волосы и выправку воина – настоящий потомком легендарных Лийских королей, и все вопросы решал всегда сам, не испытывая необходимости в чьей-то помощи. Присутствие на приеме Регона могло означать, что либо дело касалось их обоих, либо магистр сумел уговорить короля присутствовать при беседе.

- Добрый день, Ваше Величество, – поклонился Сайрос. – Благослови вас господь.

- Проходите, Святой отец. – Голос короля казался вежлив, однако ничего не выражал.

С магистром они же обменялись лишь приличествующими легкими поклонами головы.

- Думаю, вы прекрасно осведомлены о нашествии орков, Святой отец, – продолжал Ирон.

Иногда он любил повести изощренную беседу, иногда сразу же переходил к делу.

- Осведомлен, Ваше Величество. Это новая беда, постигшая нашу многострадальную Родину.

- Сегодня она стала еще более сильной. Возможно, вам еще и не известно, но орки изменили свою тактику. Если раньше они стремились к Тахо на максимально возможной скорости, то теперь… Теперь что-то изменилось. Мы не можем пока понять, что, но орда резко изменила как свое поведение, так и направление движения. Теперь они разоряют все земли, по которым проходят. И направляются сюда, к столице, обходя Тахо стороной.

- Известно, что изменилось?

- Это как раз очень интересный вопрос. Пленные орки ничего не говорят. Вернее, они ничего и не знают. Хан отдал такой приказ, орда ему подчинилась. Раньше был приказ не грабить, а двигаться как можно быстрее к Тахо. Теперь, как я уже сказал, все резко изменилось.

- Это все очень не похоже на орков, – вступил в разговор Регон. – Пусть ими и руководит хан- изгой Рагор, но сути дела это совершенно не меняет.

Магистр был очень стар. Он крайне редко показывался на людях, проводя все свое время в недрах огромной и таинственной Академии. На этот счет существовало множество легенд, но Сайрос не верил ни одной из них.

- Орки подчинены лишь одной цели – наживе. Если они изменили свою тактику, значит, что-то изменилось именно в этом аспекте, – вполне разумно сказал Сайрос. – Возможно, они решили, что Тахо им уже не взять? Районы же столицы более богаты.

- Да, может, и так, – согласился король. – Но они потеряли много времени, направляясь в Тахо. Хан Рагор вовсе не дурак и прекрасно понимает ситуацию. Он знает, что все наши силы сосредоточены пока в совершенно противоположной стороне, но он не может не понимать, что мы их как можно быстрее перебросим для противостояния новой угрозе. И при этом теряют время.

Сайрос понимающе кивнул:

- Я не силен в военном деле, но могу сказать, что ваши подозрения вполне могут быть и верны, Ваше Величество. Если бы орки хотели воспользоваться ситуацией, то стоило бы нападать на нас, когда шла война с нежитью.

- Вы верно заметили, Святой отец.

- Тогда нужно обратить внимание на герцога Крода. Именно к нему шли орки, а потом повернули на столицу.

Король Ирон поморщился, как от зубной боли:

- Что вы хотите сказать, Святой отец?

- Ничего более, чем уже сказал. Во всей этой ситуации куда больше вопросов, нежели ответов. А у орков есть шанс достигнуть столицы?

- Есть. Они двигаются очень быстро, даже несмотря на то, что попутно превращают нашу страну в пустыню.

- А как же наша армия?

- Ей пришлось изменить направление движения и, в общем, тоже потерять время. Завтра мне придется издать приказ о подготовке столицы и ее окрестностей к обороне.

- Надо еще заметить, – снова заговорил Регон, – к оркам присоединилось огромное количество наемников. Возможно, увеличившиеся силы орды повлияли на действия хана.

- Наша разведка продолжает работать над выяснением всех деталей вторжения, – сухо заметил король.

- Что ж, – решительно произнес Сайрос. – Мои инквизиторы встанут на оборону города. Вы всегда можете положиться на их силы, Ваше Величество.

- Было бы гораздо лучше, если бы вы не стали причиной бедствий для города, – жестко сказал магистр. – Мы слышали, Храмовый город едва не захватила нежить.

- Что вы на это скажете, Святой отец? – хмуро спросил король.

Сайрос остался спокоен:

- Никакой попытки захвата не было. Это лишь недосмотр нашей системы безопасности. Мы сейчас слабы, Ваше Величество. Слишком много наших людей отдали свои жизни, борясь со злом, в том числе и с нежитью.

- Да, ваши заслуги велики. Они не будут забыты.

- Все, что я могу сказать, это то, что мы работаем над восстановлением своих сил.

- И именно для этого вы и приобрели у гномов генератор, полный энергии? – неожиданно спросил магистр.

Сайрос почувствовал, как не оставляющее его все это время беспокойство вспыхнуло с новой силой. Разговор коснулся куда более опасной темы, чем нашествие орков.

- Мы пытаемся устоять в это нелегкое время, – осторожно ответил он.

- Так это правда? – в голосе короля чувствовалось неподдельное удивление.

Он не переносил лжи и жестоко карал за любое ее проявление. Сайрос это прекрасно знал и понимал, что сейчас очень важно не совершить ошибки.

- Да, Ваше Величество.

- Святой отец, от вас я такого не ожидал. На какие средства была совершена эта закупка, я не спрашиваю. Но генератор – это опасная штука, даже очень. Почему вы не поставили в известность комитет по магической безопасности столицы, возглавляемый нашим уважаемым магистром?

Сайрос нисколько не сомневался, что этот вопрос ему подсказал сам глава Академии, недаром же он присутствовал здесь.

- Потому что мощностей этого генератора было недостаточно, чтобы беспокоить столь важное лицо. Мы заполнили его своей энергией после.

- Это, несомненно, все объясняет, – иронично усмехнулся магистр.

- В конечном итоге это все к лучшему, – произнес король. – Теперь, когда появилась явная угроза нападения на нашу столицу, нам понадобятся все силы. Я прошу вас предоставить нам данный генератор для обеспечения нужд безопасности города. Когда угроза минует, вы получите его обратно.

- Совершенно верно, – согласился с ним Регон.

- Но это может сказаться на нашей безопасности. Я имею в виду Инквизицию. Нападение на Храмовый город послужило явным сигналом нашей слабости.

Сайрос почувствовал, как неприятный холодок сковывает спину.

- Я решил разместить на территории Храмового города части столичного гарнизона, –объявил король. – Я прекрасно понимаю вас, Святой отец. Но сейчас обстоятельства таковы, что не оставляют другого выбора. Вторжение орков крайне опасно, нам потребуются все силы, чтобы спасти страну от нового разорения.

- Тогда, может, мы сами сможем вам помочь распорядиться энергией генератора?

- О, этого пока не нужно. Магистр предоставил мне прекрасный план обороны, которому я полностью доверяю. Передайте генератор гномов в распоряжение Академии. В самое ближайшее время.

Король внимательно следил за реакцией главы Святой Инквизиции. Он был еще молод и очень резко реагировал на любой намек на неподчинение, и Сайрос оказался скован по рукам и ногам. Если бы не присутствие Регона, еще можно было бы попытаться что-то сделать. Но сейчас это уже не имело смысла. Ирон слишком подвержен влиянию древнего магистра, которого Сайрос ненавидел всей душой. Более того, если он сейчас не проявит благоразумие, ситуация может стать куда более неприятной. Конечно, король не мог не знать, так же как и Регон, что он будет сильно не рад такому приказу, и несомненно, они подготовились к любым событиям. Если начать противиться, по Инквизиции может быть нанесен сильный удар. Сайрос это прекрасно понимал. Поэтому он лишь с улыбкой кивнул:

- Раз того требует безопасность столицы, и раз такова воля Вашего Величества, то Инквизиция и я лично готовы оказать всю помощь, которая от нас потребуется.

- Мои люди прибудут к вам немедленно, – сообщил магистр. – Время не терпит.

Король продолжил внимательно смотреть на главу Инквизиции, но тот лишь снова согласно кивнул:

- Мы сделаем все, чтобы облегчить вашу задачу.

Ирон с облегчением произнёс:

- Я не сомневался в этом никогда, Святой отец. Обещаю, что генератор вернется под ваш контроль в том же состоянии, как и сейчас, как только минует опасность. Мы по-прежнему заинтересованы в том, чтобы Инквизиция сражалась со злом в нашем мире и имела все силы для этого.

- Мы всегда к вашим услугам, Ваше Величество.

- Я, кстати, слышал, вы хотите провести Праздник веры на днях, – снова вмешался Регон. – Думаю, это теперь будет неуместно в силу опасности, что нависла над всеми нами.

- Магистр прав, – поддержал его король. – Какой может быть праздник в такое время? Вы согласны, Святой отец?

- Конечно, Ваше Величество, – покорно согласился Сайрос. – Вместо этого мы станем возносить молитвы нашему господу богу, чтобы он помог нам выдержать все эти испытания.

- Молитесь, Святой отец, – искренне поддержал его король. – Да поможет нам бог.

От Сайроса не ускользнуло неудовольствие, мелькнувшее на лице магистра Академии волшебства.

Глава 25

Армия, набранная Лексом, под видимым руководством лорда Кольена сумела перекрыть дорогу орде в тридцати километрах от города Лорта, расположенного на перекрестке дорог, ведущих из глубин страны к Тахо и столице королевства. Здесь простиралась огромная голая равнина, которая вполне подходила для предстоящего сражения. Хотя официально командующим был представитель Черного герцога лорд Кольен, на самом деле всей армией руководил Лекс. Его штаб располагался в центре, который потенциально был более уязвим, на правом фланге, где имелись наибольшие открытые пространства, сосредоточились многочисленные конные массы половцев, а левый заняли отряды имперских наемников и горцев под командованием своего генерала Торена.

Орки вдвое превосходили их в численности за счет большого количества наемников, примкнувших к ним за последнее время. На разграбление самого богатого из Закатных королевств сбежалось множество желающих, но вот их качество оставляло желать лучшего. Лекса же поддерживали в основном половцы, а также славяне, горцы и имперцы, отличающиеся великолепной профессиональной выучкой. Так как переброска всей этой армии из-под Тмутаракани была проведена крайне неожиданно для всех, орда хана Рагора оказалась в трудном положении. Они не предполагали встретить здесь ни малейшего сопротивления, поэтому его части оказались рассыпаны по большой территории, где они занимались массовыми грабежами.

Хан Кочур сполна этим воспользовался. Его многочисленная конная орда целых два дня вылавливала и вырезала поодиночке рассредоточенные вражеские отряды. Когда Рагор, наконец, собрал всю свою армию воедино, он уже понес немалые потери. Столкнувшись с неожиданно взявшейся на их пути опасностью, очень многие из его наемников пали духом, а кто-то под шумок поспешил дезертировать. Но была еще могучая орочья орда, являющаяся ядром всей армии, а также вера в полководческий гений Рагора, внушающий уверенность в победу.

Орочьи камнеметы отстали от основных частей, а Лекс подобной техники вообще не имел, поэтому обоюдного обстрела перед столкновением не произошло. До полудня обе армии продолжали готовиться к сражению. Потом половцы не выдержали и стали совершать рейды вдоль вражеских позиций, засыпая их стрелами издалека и стремительно уходя от любого ответного удара. Это не могло продолжаться долго, и вскоре деркодеры, в свою очередь не выдержав, контратаковали. Обе стороны сошлись на поле боя, и все остальные части двух армий практически одновременно пришли в движение.

Сражение началось.

Чернояр находился на левом фланге, куда его поставил Лекс. Хотя генерал Торен заслуживал полного доверия, оборотень более всего сомневался в надежности именно этого участка своей армии, поэтому, когда колдун спросил, где ему расположиться, указал именно эту позицию.

Формально это не была операция князя Калины, так как все делалось в основном через герцога Крода, поэтому Чернояр мог смело не принимать в ней участия. Однако злость колдуна все еще искала выхода. То, что случилось в Храмовом городе, лишь немного утолило его жажду. Ненависть всему испепеляла душу. И он очень боялся, что может сделать последний шаг и перейти черту зла, за которой возврата обратно уже не будет. Военные действия против чужого вторжения казались сейчас наилучшим выходом для него, и Чернояр собирался их использовать по полной. Он сотворил заклятие «Черного трона» впереди строя солдат. Волшебники Черного герцога обеспечивали общую защиту воинов, так что колдун мог целиком и полностью сосредоточиться на атакующих боевых действиях. Им большей частью противостояли решские наемники, и их было очень много. Даже многие ветераны среди солдат испытывали определенные сомнения по поводу исхода боя с ними, но Чернояра это мало заботило. Он приготовился убивать, все остальное стало сейчас неважно.

Когда плотные порядки решских наемников пришли в движение, колдун сотворил страшное заклятие «Тей». Множество мощных шаров, состоящих из сгустков концентрированной темной разрушительной энергии, устремились к цели, сея массовую смерть. Вражеские маги попытались выставить защиту, но их действия оказались слишком неорганизованны, а силы не столь велики, чтобы противостоять ярости колдуна-мастера.

Чернояр от души смеялся, опьяненный своей страшной жаждой, так что даже солдаты генерала Торена, стоявшие в первых рядах за его спиной, опасливо попятились назад. Колдун величественно возвышался в десяти метрах над землей на огромном троне, сотканном из самой Тьмы. Огромная черная масса в виде горы уходила глубоко в землю, черпая отовсюду энергию для него. Он был зримой фигурой на всем поле боя и не боялся этого.

Враг приближался. Офицеры генерала Торена выкрикивали приказы лучникам и арбалетчикам, призванным первыми встретить опасность, но Чернояр готовил самый большой «Ньякасс», который только мог создать. Как только решские наемники вошли в зону поражения стрелков, то стали нести первые потери. Но задние ряды безудержно напирали, гоня атаку вперед. И тогда колдун направил на них свое детище. Рвануло так, что от ударной волны едва не попадали с ног солдаты, стоящие за его спиной. Многих убило на месте, других просто раскидало в стороны. Но наемников было так много, что это лишь на некоторое время отсрочило неизбежное. Обе стороны столкнулись в ближнем бою. Яростно зазвенели мечи, им гулко вторили щиты, и крики людей тонули в шуме сражения.

Чернояр окружил себя мощным «Покровом Тьмы», а против воинов выставил «Сферу разрушения», окутавшую весь «Трон». Эта концентрированная темная разрушительная энергия создавалась как защита, уничтожающая любую инородную материальную структуру, соприкасающуюся с ней. И много воинов погибало, когда их оружие соприкасалось с этим ужасным порождением Темной магии. Они все имели защиту от магического воздействия, сотканную из амулетов и артефактов, но этого было недостаточно, чтобы противостоять сокрушительной мощи колдуна, помноженной на его ярость, порождаемую, в свою очередь пламенем ненависти. Ужасные дестройеры убивали их, Щупальца Тиамат исступленно рвали на части. Наемники, уверенные, что колдуны очень слабы в защите, отчаянно бросались на него, зверея от гибели своих товарищей, но Чернояр был мастером. Тьма текла по его жилам, насыщая защиту безудержной энергией. Осажденный колдун на своем троне возвышался среди моря вражеских солдат, наводя на них ужас. Воины генерала Торена держали позиции, и хотя превосходили в выучке своего врага, но также несли большие потери.

Чернояр творил заклятья на своем троне. Маги пытались атаковать его, но Тиамат наносила по ним упреждающие удары, заставляя их самих уходить в защиту. А потом огромные черные ямы, полные Тьмы, образовались на поле боя, как раз посередине между флангами обеих армий. И они тут же стали всасывать в себя всех, кто оказался рядом. Сначала был резкий упадок сил, но «Ямы Тьмы», и «Трон» снова наполнили колдуна своей энергией. Ситуация в сражении резко изменилась. Передовые части наемников Реша оказались отрезанными от своих резервов жуткими воплощениями Тьмы, и солдаты генерала Торена, сообразив, что произошло, здорово воспрянули духом. Они сами перешли в контрнаступление, сминая и толкая врага обратно. На Ямы Тьмы.

Вражеские маги попытались уничтожить эту новую и, как им казалась, наибольшую опасность, а Чернояр обрушил всю свою мощь на них самих, создавая одного за другим страшных Ямаров из своего порождения. Ему не нужно было их контролировать и управлять ими, потому что там скопилось столько врагов, что это становилось неважно. Он сотворил другое, чрезвычайно мощное заклятие школы Тьмы – «Черная месса». Всё в зоне, где находились слабые решские маги, накрыло темным адом. Лишь немногие могли выстоять против такого.

Весь левый фланг армии Рагора оказался расстроен. А Чернояр по-прежнему жаждал смерти. Себе и всем вокруг. Темная сторона, что копилась в его душе, все же прорвалась наружу и властвовала над ним. За «Черной мессой» последовало заклятие «Виарон».Мрачный черный туман накрыл зону, и внутри нее один за другим стали детонировать мощные взрывы. Солдаты генерала Торена уже гнали врага, чье отступление быстро перерастало в панику.

Неизвестно, чем бы все это кончилось, как вдруг появились наездники на вивернах. Десятки могучих болотных драконов спустились на них широким фронтом с неба, выплескивая волны яда, а орки, сидящие в седлах, забрасывали всех магическими бомбами.

«Черный трон» содрогался под их ударами, и Чернояр вынужден был сосредоточиться на новой угрозе. Один за другим ушли несколько «Дискордов». Сенсорные бомбы, выпущенные концентрированными пучками тьмы, безошибочно находили цель, так что не помогали никакие ухищрения со стороны орков. Шесть виверн пали на землю, задавив под собой ряд солдат. Еще несколько оказались поражены множеством стрел, но дело было сделано, и воздушный скол орды повернул назад, оставив после себя абсолютно расстроенный левый фланг армии Лекса. Решские наемники снова перешли в атаку. Сражение уже больше не имело каких-то четких границ. Обе стороны яростно сражались по всему полю боя.

Чернояр почувствовал ментальный вызов Лекса. Его голос был возбужден лихорадкой боя, но вместе с тем по-особому спокоен:

- Колдун, держись! Орки решили нанести свой основной удар по вам. Вы должны продержаться, иначе мы можем проиграть. Наши резервы уже в пути. Только продержись.

Колдун мрачно оборвал связь. Он не был героем, но если что-то делал, то делал это на совесть и до конца. Раз было нужно, то они выстоят.

А потом ударили деркодеры. Их огромная масса неслась в атаку, прорезая поле боя. Солдаты генерала Торена храбро пытались встретить новую опасность, но их смяли и они начали отступать. Чернояр обрушил на деркодеров всю ярость своих атак, и они в ответ обратили всю свою злобу на него. «Черный трон» зашатался под многочисленными ударами. Колдун убивал, не считаясь ни с чем. Все слилось воедино. Тиамат сеяла смерть, но и ее убивали нещадно. Не выдержав такого натиска, «Черный трон» перестал существовать. Солдаты генерала Торена уже были за его спиной, держась из последних сил. Несколько раз защита Чернояра слетала, полностью уничтоженная многочисленными яростными ударами, и он получал глубокие раны. Но не переставал атаковать. Из последних сил колдун обрушил последнее из оставшихся в его арсенале заклятий тяжелого класса – «Темную волну». Огромная масса разрушительной энергии пронеслась по полю боя, сметая деркодеров десятками. Генерал Торен использовал этот шанс и лично повел своих солдат в контратаку. Сеча продолжалась, и было неясно, чья же сторона возьмет.

А потом подоспели первые подкрепления, обещанные Лексом. Ими оказались половцы. Потом пришли остальные, и враг качнулся назад. А потом побежал. Весь левый фланг армии Лекса перешел в решающее наступление.

И никто не обращал внимания на смертельно раненного колдуна, своей жизнью заплатившей за эту победу. Солдаты все шли и шли мимо него. Впереди ждала добыча. Они все тоже являлись наемниками, и жажда наживы неумолимо гнала их вперед. Зачем им был нужен теперь тот, кто спас их от той роли, что они уготовили сейчас врагу?

Глава 26

Чернояр остался один. Все ушли далеко вперед, стих даже шум битвы. Все случилось, как и всегда. За свою жизнь он уже привык к предательству и тому, что никогда и никому не был нужен. Жизнь превратила его в тварь, жизнь сделала его таким. И он, как мог, платил ей тем же. Бог отвернулся от него, а Чернояр проклял деяния бога.

Он ни о чем не сожалел. Сейчас уже ни о чем. Он сознательно все это время искал смерти, мстя Богу за каждое мгновение, что тот держал его в этой жизни. Раз ему суждено было испить чашу зла и мук, Чернояр решил напоить ею и всех остальных. Почему однимдаровано счастье, а других судьба сгибает в бараний рог? Почему бог не видит всей несправедливости, что творится в этом мире? Почему, если его дети – все, одним он дает всё, других же, наоборот, окунает во зло?

Чернояр не хотел быть тем, кому не досталось его доли счастья. Не хотел быть тем, кого обошли радости жизни. Не хотел быть изгоем, не хотел быть проигравшим, потому что он никогда не умел проигрывать. Если он никому не нужен, значит, и все были не нужны ему. Раз ему не досталось в жизни своего счастья, такого же, как у других людей, он не собирался быть тем, кто проиграл, кто оказался хуже других.

Но Чернояр так и не смог перейти этой черты. Он беспощадно убивал всех, кто делал зло ему, но никогда не убивал невинных и не делал это просто так.

И вот наступил конец жизненного пути. Видимо, чаша терпения бога оказалась переполнена в сегодняшней битве, и он наконец-то решил забрать его из этого мира.

Чернояр сумел отползти под непонятно как уцелевшее дерево. Его ветви оказались абсолютно голыми, хотя было еще лето, а могучий ствол изувечен ударами стрел и боевой магии. Но оно устояло.

Колдун припал к нему спиной. Он улыбался. Жизнь щедро одарила его злом, но и он в долгу не остался. Когда он умрет, его путь будут светел от многочисленных врагов, уничтоженных бешеной яростью. Колдун радовался, зная, что счет сполна оплачен. За свою жизнь ему пришлось убить многих, но все они заслужили свою участь. И он ни о чем сейчас не жалел, а был рад.

Чернояр был рад тому, что умрет с улыбкой на лице. Он выдержал в своей жизни множество яростных боев, когда смерть буквально ходила рядом с ним, дыша в унисон. И всегда он умудрялся побеждать и выходить из схватки живым. Но вот этот бой оказался для него последним.

А потом Чернояр заплакал. Слезы тихо текли по его лицу, обжигая кожу так, словно состояли из огня. Почему-то сейчас, в последние минуты его жизни, вспомнилось все плохое. И душа больше не смогла выдержать этого страшного груза. Боль, страшная душевная боль и отчаяние охватили его. Чернояр всего лишь хотел быть как все. Иметь свой кусочек счастья.

Бог наделил его множеством талантов, большим умом и гордостью, волей и устремленностью, жаждой деятельности и упорством в достижении любых планов и любой мечты, которых раньше было множество. И которые он всегда реализовывал, как бы ни было трудно. Желание и целеустремленность двигали им, делая победителем каждый раз. Только всё это умерло. Просто потеряло смысл.

Падший лев.

Чернояр никогда не умел проигрывать. Сама мысль о том, что он не сможет получить то, что хочет, мысль, что сможет проиграть и не достичь чего-то, была хуже смерти. Всю жизнь его стержнем было: достигать всего, что он задумал или захотел. Знать то, что всё в его силах. Но бог не дал ему самого главного. Не дал счастья. И Чернояр ничего с этим не смог сделать, как ни старался. Это был Рок.

Страшное слово «рок». Превратившее его в то, что он есть сейчас. Тот случай, когда от твоих усилий и желания ничего не зависит. Бог отказался от него, выбросил, словно он был худшим из всех. Вокруг существовало множество всяких негодяев, творящих такое, что они давно потеряли право ходить по земле. А бог отказал ему. Отказал, хотя Чернояр вначале просил его, многие годы просил всем сердцем, не желая становиться тем, кем сейчас стал. Боролся, надеялся, ждал многие годы. Но не получил ничего. Бог отказался от него, и вот тогда Чернояр отрекся от бога. И от жизни, ставшей для него злейшим врагом.

Слезы высохли. Душа больше не плакала. Она была выжжена злобой и яростью. Чернояр испытывал сейчас жуткое чувство ненависти ко всему. Он ненавидел жизнь. Ненавидел бога за все, что они сделали с ним. За то, что из человека, способного сделать в жизни много хорошего, жаждущего жить и творить, расти и исполнять свои желания, жаждущего всего лишь иметь свой кусочек счастья, они его превратили в тварь.

Чернояр проиграл последний бой. Пусть так. Значит, таков конец.

Пусть все они будут прокляты!

Он посмотрел на свою грудь. Удар магии уничтожил часть его одежды, а вражеский меч раскроил тело. Наверное, стоило пожалеть, что он вытравил из себя все, что досталось ему от высшего вампира, иначе смог бы легко зарастить свои раны. Но Чернояр не жалел. Он просто давно устал. Устал бороться, устал сражаться. Устал мстить. Ему уже было все равно. Он чувствовал, что этот бой станет последним в его жизни.

Падший лев.

Колдун с интересом смотрел на то, как течет его кровь, выталкиваемая наружу могучим, все еще бьющимся сердцем, и она показалась ему какой-то странной. Иногда она была ярко-красной, а иногда – почти черной, будто не кровь, а сама Тьма выходит из его вен. А может быть, это игры тускнеющего сознания? Сколько еще ему осталось? Минута? А может, даже и целых две!

Чернояр усмехнулся. Как всегда усмехался своей проклятой жизни. Потом вдруг подумал, что снова умирает. Именно снова. А сколько раз он уже умирал за последнее время? Слеп, когда попал в страшные «Оковы света», затем Чистилище, наполненное нечеловеческими муками боли, затем встреча с Локом в Элтоне, Дворец Света. И каждый раз колдун прощался с жизнью. Это было странно – каждый раз готовиться к смерти, а потом снова жить. Каждый раз в душе что-то умирало. Видимо, это были лишь знаки, предвещающие его окончательную гибель. Практически каждый раз его спасала нежить. Но теперь их нет рядом. И они не придут, чтобы помочь ему. Чернояр был рад, что повстречал их на своем пути. Тех, кто проявил заботу о нем, кому не было безразлично, жив он или нет. Тех, кто проявил к нему искреннее внимание. Им Чернояр был благодарен. От всего сердца.

А потом он потерял сознание.

А потом увидел Её глаза.

И улыбнулся. Так искренне и так счастливо, как не улыбался еще никогда в своей жизни. Это была Она, та, кого он искал всю свою страшную жизнь, которую звал и о которой просил бога, оставившего его. И которую так и не нашел. Так и не дождался, потеряв всяческую надежду, превратившись в тварь. И вот эта прекрасная молодая незнакомка смотрела на него, и в глазах Её стояли слезы.

Чернояр усмехнулся. Ему всего лишь стоило умереть, чтобы обрести свое счастье. Найти наконец ту, кто был смыслом его жизни. А ждала его, оказывается, в Смерти. Если бы он только знал это раньше, то не было бы ничего этого. Всего лишь нужно было умереть. Так просто.

- Не шевелись. Я прошу тебя, только не шевелись.

У нее были роскошные черные волосы и такие ясные голубые глаза, в которых можно было легко утонуть. И от которых не хотелось отводить глаз.

- Что ж ты, – герой, а помирать собрался? – в ее чистом, как родник, голосе чувствовалась обида, а в глазах по-прежнему блестели почему-то слезы.

Чернояр вдруг сам захотел заплакать от жалости. А еще сказать, что он уже умер и что он в раю. В раю, потому что здесь была Она. Но язык не слушался его.

И вот это показалось очень странным. Чернояр был уверен, что после смерти тело должно работать нормально, а вместо этого создавалось впечатление, что ничего особо и не изменилось. Даже стало хуже. Если раньше он хоть как-то мог двигать своим телом, то теперь не в силах был пошевелить даже пальцем. Только его пронзительные глаза, точно такие же, как у Неё, оставались подконтрольны ему. Даже в такой ситуации аналитический мозг продолжал работать и подкинул показавшуюся веселой мысль, что даже если бы он и очень захотел, то пошевелиться все равно не смог бы. Так что Её просьба, более походящая на мольбу, оказалась лишней.

Светлая аура опустилась на его израненное тело.

И вот тогда Чернояр ощутил боль. Он стиснул зубы, едва не сломав их. А потом все прошло. Ее лицо было рядом. Она сидела рядом с ним, опустившись на колени. Чернояр почувствовал Её прохладную ласковую ладонь на своей щеке. Почувствовал Её ауру.

Ведьма, и довольно сильная. Она была на грани истощения после боя, и теперь отдавала ему последние силы, стиснув свои тонкие губы в сильном напряжении. Страшные раны колдуна закрывались. Кровь больше не текла.

- Я видела, как ты сражаешься один среди врагов. Мы были уверены, что здесь все будет кончено. И битва окажется проиграна. Но ты устоял. И удержал людей от поражения. Ты молодец. Настоящий молодец. Мы спешили, как только могли. Принц, которого свергли с трона… Знаешь, а я тебя долго искала. Я…

Она упала на его грудь. И тогда Чернояр полностью пришел в себя. Он никогда никого и ничего не боялся в своей жизни, хотя бы потому, что ничто не имело смысла, а сейчас липкий холод страха буквально сковал все его тело. Но Она была жива. Просто упала без чувств, отдав ему свои силы, чтобы спасти его. И только потом пришло осознание того, что он все же не умер. Что все происходит наяву, все еще в этом мире.

Здесь и сейчас!

Чернояр возликовал. Он уже и забыл, что это такое. Ощущение настоящего счастья, когда хочется буквально кричать от радости, захлебываться обуревающими эмоциями и лететь без крыльев. Он Ее нашел! Вот Она, рядом. Такая хрупкая и своя, родная.

Громкие хлопки телепортов заставили его спуститься с небес на землю. Злая усмешка сменила полную радости улыбку.

Инквизиторы, во главе с тем, кто уже хотел убить его во время поединка с Локом, появились из зевов своих порталов.

- А знаешь, колдун, – злорадно сообщил Айвар, сотворяя заклятие «Паутины света», – я был уверен, что найду тебя здесь. В этом сражении. Такая тварь, как ты, не могла пройти мимо такого. Ты очень пафосно смотрелся на своем троне. И спасибо, что облегчил наши усилия по твоему поиску.

За мгновение до того, как он оказался спутанным силовыми нитями инквизитора, Чернояр успел наложить на Нее «Покров Тьмы» и, не чувствуя адской боли, заслонить своим телом.

Глава 27

- Боже, какое геройство, – презрительно сплюнул Айвар. – Надо же, я даже удивлен. Тварь, способная испытывать какие-то чувства. Это даже смешно, ты не находишь?

Он не спешил подходить. Но с интересом посмотрел на бесчувственную девушку.

- Кто это? Твоя ведьмачка? У твари есть любимая. Надо же.

Страшная, бешеная ярость, что вспыхнула в глазах колдуна, заставила его отшатнуться.

- Ты бешеный, колдун. И тебя стоит убить, как бешеную собаку. О, я долго искал с тобой встречи. Мне приходилось сдерживать свои чувства, но я все равно получил то, что хотел. Ты теперь в моих руках, проклятый колдун. Ты очень силен. Я никогда не видел таких. Знаешь, я даже где-то побаивался тебя, после того что ты сотворил у Черного герцога. Но теперь тебе уже никто не поможет.

Он ударил силовым лучом, раскроив грудь Чернояру. Снова ручьем потекла его кровь.

- Больно, колдун? – в веселой злобе поинтересовался Айвар. – Что же ты молчишь? Больно. Но это только начало. Самое начало. Прошлый раз тебе помогли твои дружки-мертвяки, но теперь можешь даже не ждать их. Они все заняты в битве, особенно теперь, когда орда начинает терпеть поражение.

Он сноваударил силовым лучом. И снова брызнула кровь.

В глазах Айвара полыхала безумная ярость.

- Знаешь, колдун, это даже очень хорошо, что ты нашел свою любовь. Значит, я смогу отнять ее у тебя, прежде чем покончу с тобой. Так же, как ты отнял у меня. Зло порождает зло. И ты будешь на это смотреть. Хочешь, колдун?

Магический хлыст света молнией метнулся к истекающему кровью Чернояру и захлестнул его горло. Инквизитор душил его, но не увидел того, чего ожидал. Колдун лишь бешено смотрел ему в глаза, но стойко перенес все. В самый последний момент, когда он уже был готов потерять сознание, Айвар отпустил магический хлыст. А потом нанес новый удар. Но тот неожиданно наткнулся на «Воздушный щит», закрывший колдуна в последний момент. Айвар хотел что-то сказать, но слова так и не успели сорваться с его губ.

Неподалеку от них, с другой стороны от Чернояра, неожиданно появился элементалист. И тут же ударил «Цепной молнией». Это заклятие тяжелого класса школы магии Воздуха било по одной цели, потом переходила на следующую и так далее. Количество целей поражения зависело в основном от силы мага. Лок же сумел поразить всех инквизиторов. Их было двенадцать, и они оказались разбросаны во все стороны. Инквизиторы отличались отменной реакцией, но сравниваться в этом с мастером-аэромагом им было не под силу, и попытка закрыться надежными щитами оказалась обречена на провал. «Цепная молния» поразила их всех, прежде чем они сумели что-то сделать.

Лок лучезарно улыбнулся Айвару:

- Какое представление! Какие эмоции! Наверное, ты гордишься собой, когда смотришься в зеркало?

Он ловко ушел от «Силового хлыста» Айвара и тут же обрушил на него свой коронный дисташ, который свалил офицера Эрнегии на землю.

- Знаешь, мне даже жалко этого колдуна. Издеваться над связанным – пф… Какая мерзость! – Лок картинно изобразил крайнюю степень презрения. – Разве Свет не учит вас защищать слабых?

Он ударил новой «Цепной молнией», снова разбросав инквизиторов, начавших оправляться от полученного шока. Потом встал, подбоченясь, и гордо оглядел дело своих рук.

- Да, видимо, вы этого не знаете, – решил он и обернулся к Чернояру:

- Видишь, колдун, я тоже так могу, как и ты. Ах да, чуть не забыл!

Лок ударил ослабленным дисташем, расколов сковывающие колдуна магические путы. Хмуро осмотрев его, он активировал заклятие «Лечения», присущее школе магии Воды. Потом медленно обернулся в сторону поднявшегося Айвара:

- Знаешь, ты настоящая тварь. Не он. А ты. Я ненавижу таких.

И на этот раз Лок совсем не шутил. Он выкрикнул заклятие «Лидера». Чудовищный жгут разряда обрушился на Айвара, и казалось, должен был уничтожить его. Но тот каким-то чудом устоял. И громко рассмеялся:

- Ты глупец! Неужели ты думаешь, что сможешь одолеть меня?!

Офицер Эрнегии продемонстрировал магические наручи, украшавшие его руки:

- Ум и знания властвуют в любом мире. Они могут даровать невиданные силы тем, кто обладает этими сокровищами.

Тут из порталов вышли новые инквизиторы и без промедления атаковали Лока разрядами света. Он сумел среагировать и уйти из-под удара, одновременно активируя заклятие «Статического поля», поражающего всю зону. Инквизиторы ушли в защиту. Но тут же атаковали вновь. Элементалист закрылся мощным «Эледором» и ударил по ним двумя дисташами. Он являлся мастером и превосходил силой каждого из них. Но противников было слишком много. К тому же те, кто прибыл с Айваром, приходили в себя и включались в бой.

Лок создал десяток своих фантомов, полностью копирующих его действия, и поднялся в воздух. Боевые заклятия яростно последовали за ним. Лок не собирался уходить или отступать. Он продолжал сражаться. Мощные дисташи ощутимо били по его врагам, снося их защиту, но другие инквизиторы не давали ему завершить дело. Используя Круг Святости, они получали массу дармовой энергии, Локу же приходилось использовать только свои силы. Он поднялся на «Кресте стихий», впитывая в себя всю энергию, какую только мог. Изловчившись, обрушил на одного из своих врагов сокрушительный разряд «Лидера», другого уничтожил заклятием «Дезинтеграции». «Расплавленный камень» после «Ледяной заморозки» сокрушил еще одного. И лишь Айвар, несмотря на все усилия, оставался невредимым и нагло улыбался.

Лок терял силы. Много сил на своей защите, потому что его одновременно атаковали со всех сторон и изо всех сил. И это приводило его в ярость. Он не привык вот такпринимать бой, не обдумав всех последствий. И создавшееся положение, мягко говоря, не радовало. Лок ударил в лицо Айвара заклятием «Дезинтеграции». И на этот раз снова повалил его. Наглая улыбка сошла с лица офицера Эрнегии.

Он поднялся на ноги и, шатаясь, направился к Чернояру, бессильно лежащему у погибшего дерева. Одновременно он кастовал заклятие «Святой мести» – самого мощного из доступного инквизиторам. Колдун поднялся. Но Айвар был нацелен вовсе не на него. А на Нее.

Чернояр решительно закрыл ведьму собой. В его глазах полыхала такая ярость, которой не было, наверное, никогда. Он только что обрел Ту, которую искал всю жизнь, и не мог позволить никому и ничему отобрать у него обретенное счастье. То, что стоило всех страданий в жизни, всего, что он испытал и перенес. Айвар зло улыбался:

- Вот и конец, колдун. Конец твоему счастью.

Лок видел это, но не мог ничего сделать, сдерживая натиск инквизиторов на грани своих возможностей. Он попытался достать Айвара дисташем, но его защита просто поглотила разряд.

- Вот и все…

Последние слова замерли в горле офицера Эрнегии, когда из груди колдуна появилась чудовищная башка Тьмы и метнулась к нему навстречу. «Оскал Тьмы» – самое убийственное заклятие одиночного действия во всей Школе. Его мог призвать только тот, кто обладал силами архимага. И от него невозможно было уйти.

Айвар в отчаянии закрылся магическим щитом, но и это не помогло. «Оскал Тьмы» снес все, что защищало его, буквально расщепил все амулеты из спецразработок Эрнегии и швырнул искалеченное тело на несколько метров в сторону порталов.

Чернояр погрузился в состояние комы. Он истратил энергии намного больше, чем мог себе позволить, и теперь оказался на грани гибели. Все, что он мог, это не шевелиться и ждать, когда к телу вернется способность снова жить и колдовать. Если она вообще вернется.

Лок также был на грани своих сил, когда на поле боя появились новые участники. И ими оказались не абы кто, а царкассы, которых справедливо считали самыми лучшими воинами на всем Империале. Их было не так много, они жили в степях на вольной реке Дон, никто не желал сражаться с ними, но все хотели видеть их в своей армии. Царкассы же всегда сражались только на стороне Руси. Увидеть их здесь и сейчас стало, пожалуй, крайним удивлением для всех.

Царкассов было целых трое. И каждый из них являлся оберуким[1], держа в руках по заговоренной шашке. Когда они свели их друг с другом, мощные силовые лучи распороли нескольких инквизиторов. А потом царкассы превратились в подобие смерча, в котором с ужасающей скоростью мелькала сталь, рассекая любую материю. Каждое движение являлось разящим ударом, а скорость вращения была такова, что в них не представлялось возможным как-либо попасть. Всего за несколько секунд четверо инквизиторов оказались посечены, остальные бросились к порталам, захватив лежащее там тело Айвара.

Лок, подумав, решил, что объясняться с царкассами на предмет «свой–чужой» у него нет сейчас ни малейшего желания, и обернулся воздухом. Тем более что это оказались еще не все действующие лица, решившие посетить это место в данный момент времени. Появились новые порталы рядом с теми, из которых вышли царкассы, и из них появился Лекс с десятком своих спецназовцев-оборотней.

Лок только усмехнулся.

Потом осторожно подплыл к Чернояру:

- Колдун, ты снова меня поразил. Определенно складывается такое ощущение, что мне целенаправленно не дают покончить с тобой. Интересно вот только узнать, почему. То ясам, то твои враги, то твои друзья, прямо удивление какое-то. Никогда такого еще не было. Надеюсь, ты все же выживешь, колдун. Ты ведь отличаешься завидной живучестью. Так что, уверен, выживешь и на этот раз. На крайний случай, тебя укусит этот чертов оборотень. А наша встреча с тобой еще не закончена. Мы увидимся, и надеюсь, очень скоро. Ты же помнишь, колдун, за тобой должок, мне нужна твоя голова.

И Лок исчез, решив не искушать лишний раз судьбу, как и некоторые инквизиторы, сумевшие добраться до своих порталов прежде, чем до них самих добрались царкассы.

Лекс мрачно оглядел всех.

Один из царкассов улыбнулся:

- Хого, Лекс! И ты тут!

- Привет, Чека. Каким ветром ты тут оказался?

Царкасс подошел к девушке, все еще лежащей без чувств рядом с Чернояром. К его горлу тут же метнулась пара Щупалец Тиамат, но он с завидной реакцией отсек их. Кокон Тьмы явственно излучал угрозу, но Чека был заговоренным и, поднатужившись, сломил преграду, разрезав ее своей шашкой.

Затем аккуратно взял девушку на руки.

- Батька ее велел следить за ней, да разве за ней углядишь. Как чувствовал что-то неладное. Вот и пришли. Да хвала богу, как раз вовремя.

Лекс внимательно посмотрел в неподвижные глаза Чернояра, словно заглянул в душу, потом кивнул.

- Береги ее, Чека. Это тебе мой совет. Иначе, если с ней что-то случится, гнев ее «батьки» может показаться тебе сущим пустяком.

- Ой ли?

- Это я тебе точно говорю.

Царкасс нахмурил лоб, потом, решив, что не стоит ломать сейчас голову, и со своими побратимами исчез в порталах, унося с собой Её.

Лекс подошел к колдуну. Осторожно потыкал в него пальцем, потом, довольный, оскалился и, осторожно запрокинув ему голову, снова всмотрелся в глаза.

- Знаешь, колдун, я не могу понять, умрешь ты или нет. Но рисковать не хочу. Поэтому извини.

Его лицо быстро удлинилось, превратившись в чудовищную пасть зверя. Огромные белоснежные клыки вонзились в основание шеи колдуна. Когда он оторвался от него, по клыкам текли струйки свежей крови. Красной крови. Лекс снова вернул себе человеческое лицо.

- Теперь ты будешь жить, и поверь мне, завтра уже окажешься на ногах. И, надеюсь, не станешь злиться. Ну, если только самую капельку.

Он подмигнул ему, легко поднял тело колдуна и перевалил его через могучее плечо.

- Пойдем, колдун, нам нужно довершить неизбежное над орками и отпраздновать нашу победу. Скоро мы пойдем на смерть.

[1] Оберукий – так называли воинов, мастерски сражающихся одновременно двумя клинками.

Глава 28

Никогда раньше ситуация внутри Святой Инквизиции не была столь нервной и напряженной. Ожидание чего-то явственно витало в воздухе. Вообще отношения внутри очень изменились. Исчезли улыбки, лица всех ее адептов стали мрачными и несколько растерянными. Всё это шло с самого верха. Безоговорочный лидер, в которого все свято верили и равнялись на него, сам разительно изменился. Больше не было добродушной улыбки, а появилась большая сосредоточенность и нервозность. Каждый, глядя на Сайроса, понимал, что происходит нечто очень нехорошее, касающееся их всех. Будоражили умы последние события, которые лавиной обрушились на всех, затмив собой даже войну. Нападение на Чистилище, смерть знаменитого Реатора, атака на Храмовый город. Айвар был на грани смерти, священники боролись за его жизнь, но не знали, выживет он или нет. Иогана вообще редко кто видел, и это тоже казалось всем очень подозрительным. Последней каплей стала передача генератора волшебникам Академии, которых практически все считали своими врагами.

Неизвестность сильно пугала. Никто не был посвящен в Ритуал и даже не догадывался о его существовании, поэтому приходилось строить всевозможные предположения. И все они были очень плохими. Никто даже не знал, чего теперь ждать. Что случится, например, завтра. Или через день. Сайрос закрылся от всех, поэтому напряженная ситуация повисла как в самом Храмовом городе, так и захватила инквизиторов, разбросанных по всем Закатным королевствам. Последние, прекрасно чувствуя, что творится что-то неладное тщетно пытались получить хоть какую-то информацию из Храмового города, но ответом служила лишь тишина. Даже высшие иерархи Инквизиции не могли ничего им ответить, потому что хранил молчание сам Сайрос.

Святой отец за последние несколько дней заметно осунулся и постарел. И он потерял уверенность в победе. Сайрос не сказал ни слова, но Иоган знал это и без слов. Он нашел главу Инквизиции в его любимой часовне, в состоянии глубокой молитвы. Иоган знал, что сейчас его нельзя прерывать, но понимал также и то, что если не начать действовать прямо сейчас, то все будет уже безвозвратно потеряно. Поэтому, впервые за все их совместные отношения, он позволил себе сейчас вмешаться. Он опустился на колени рядом со Святым отцом и сказал:

- Бог не дал нам времени, он ждет от нас действия.

Сайрос никак не отреагировал на это.

- Айвар, скорее всего, выживет.

Святой отец вздохнул, некоторое время хранил молчание, потом, наконец, произнес:

- Бедный мальчик.

- Да, ему здорово досталось от колдуна. Все это странно. Мы слишком часто сталкиваемся с этим колдуном. Настолько часто, что стоит об этом серьезно задуматься. Знаешь, мои люди провели свое собственное расследование.

- Да, твои люди мастера своего дела.

- Видишь, не все потеряно. Послушай меня. Я уверен, что убийство Лечера – дело рук этого самого колдуна. Чернояра. Когда Айвар рассказывал про это Черному героцогу, чтобы вынудить пойти на сотрудничество, это было лишь нашей выдумкой, чтобы достичь цели. Но, по иронии судьбы, Айвар, сам того не ведая, говорил чистую правду. Прямых доказательств нет, но слишком уж все складывается в единую картину. Посланную за ним ликвидационную группу нашли мертвой в тридцати километрах от Лечера. Кто-то очень жестоко разделался с ними, и я не верю в случайности. Не верю, что это мог быть кто-то другой, кроме колдуна. Мы справедливо предположили, что Лечера убили диверсанты некромантов, которых, кстати, так и не нашли. Но ведь это мог сделать и колдун. Это бы объяснило, почему диверсантов так никто и не нашел, хотя маршал Диоген сделал все, что только было возможно для этого. Колдун служил в армии и прекрасно мог сойти за своего. Потом убийство инквизитора в Карагоне. Затем у герцога Крода. Чистилище. Будучи в Подгорном Царстве, я провел тщательнейшее расследования происшествия в Олдхейме и могу сказать, что многие видели там какого-то очень сильного колдуна. И по описанию он похож на Чернояра. Теперь вот Айвар. Он был защищен лучшими из новейших разработок Эрнегии, многие являлись экспериментальными образцами, существующими в единственном экземпляре, но колдун сумел проломить их всех ударом своей магии, а ведь инквизиторы, бывшие там, уверяли, что он находился при смерти. Я уверен, что он состоит на службе у некромантов. Видимо, сразу после Чистилища. Сайрос, послушай моего совета, этого колдуна нужно найти как можно быстрее и ликвидировать. Как бы он нам не принес большой беды. В его жилах течет Тьма.

- Твои предчувствия дорогого стоят. Но мы и так его ищем.

- Недостаточно хорошо. Мы его ищем всего лишь потому, что этого хотел Айвар. Нам нужно усилить все принимаемые меры.

- Хорошо, делай все, что считаешь нужным.

Иоган сделал злое лицо и, решительно взяв Сайроса за плечи, повернул к себе:

- Послушай меня, Сайрос. Очнись! Нельзя сейчас останавливаться. Ничего еще не потеряно. Ты и сам прекрасно знаешь, ЧТО надо делать.

- Это слишком большой риск.

- Риск? Тогда зачем мы потратили столько сил, чтобы подготовить резервный план? Зачем мы его так детально прорабатывали? Чтобы теперь, когда дошла до него очередь и когда все уже готово, взять и остановиться? У последней черты? Мы специально создали этот план именно для такого случая. Да, очень жаль, что такой случай настал, но уже поздно останавливаться. Слышишь, Сайрос, уже поздно. То, что мы начали, – это не детские игры. Обернись назад. Оглянись, Сайрос, – сколько мы уже затратили сил и средств. Сколько уже жизней погублено. Это что, все зря?

- Я понимаю тебя, мой друг. Но у нас ничего не получается. Разве ты не видишь? Сначала все шло хорошо, а потом всё, что мы делаем, всё проваливается. И если мы пойдем дальше, будет еще хуже.

- Всё проваливается? А как же операция у гномов? Как же наша засада в Элтоне? Как же Книги? Нам просто противостоит сильный враг, имя которому Смерть. Разве можно рассчитывать, что будет легко? Это как в драке. Тебе нанесли удар, нужно во что бы то ни стало встать и нанести ответный. Да, сейчас нам руками короля нанесен сильный удар. Очень сильный. Но и мы можем ответить. Сайрос, зона Безмолвия ждет. Все готово. Буквально через несколько часов Дикий источник воспрянет от сна. Его мощности нам с лихвой хватит. Все, что нужно, чтобы его перенаправить в Храмовый город, уже готово. Наши специалисты только ждут твоего приказа, чтобы начать действовать. Это очень большая игра, Сайрос, и ставки в ней очень большие. Ничто не даётся легко, ты сам это говорил. Чего же сейчас сомневаешься?

- Чтобы принять эту энергию, у нас есть единственный способ – это переключить Круг Святости на Дикий источник. Все его ресурсные мощности.

- Специалисты Эрнегии все отлично подготовили. Все уже готово.

- Я знаю, – печально вздохнул Сайрос. – Но если мы задействуем Круг Святости, то лишим всех наших инквизиторов его силы. И ты прекрасно знаешь, каковы будут последствия. Вспомни, что случилось, когда напали на Чистилище и уничтожили его генератор!

- Знаю. Я все понимаю, но тогда это произошло неожиданно для всех. Теперь же мы сумеем подготовиться и принять все необходимые меры. Да это будет непросто, но все получится.

- Мы оставим наших людей без силы.

- Ритуал продлится всего часа три, не больше. Энергию же мы перебросим практически мгновенно.

- Это при условии, что все пойдет хорошо. А я в это уже не верю.

- Значит, тебе нужно в это поверить, – решительно произнес Иоган. – Так же, как веришь в бога. Мы просто на это время законсервируем всю нашу деятельность, и всё. У нас есть сильные волшебники–инквизиторы, они будут продолжать работать. Мы предупредим всех, чтобы они свернули все свои дела. Враг не ожидает этого и не сможет воспользоваться моментом. Я разошлю ассасинов по всем нашим важным точкам для быстрого реагирования в случае возникновения какой-либо опасности. Да, территория Закатных королевств огромна, и, вероятно, полностью без потерь мы выйти не сможем. Но они будут минимальны. Мы сделаем все, чтобы они оказались минимальны. Пойми, имея такую Цель, нельзя останавливаться. Бог отвернется от нас. Вспомни всех тех, кто уже умер ради этой нашей Цели. Это что – напрасные смерти?

- Круг святости – не единственное, что нам нужно. Нам необходимы генераторы для сбора энергии, которая пойдет от Дикого источника, а генератор под Храмовым городом полон. Единственное, что нам может помочь, – это генератор гномов. Но он в руках Академии.

- Он пуст. Волшебники не дураки и прекрасно понимают, что может произойти все что угодно, и я готов голову отдать на отсечение – они уже перекачали всю энергию из генератора себе. А значит, они не так серьезно охраняют сам генератор, лишенный своей главной ценности. Мы захватим его силой. Да, он пуст, но мы его наполним из Дикого источника.

- Нам не справиться с волшебниками сейчас. И потом, это крайне опасно. Ты предлагаешь развязать войну против самой Академии!

- Но мы и не будем нападать. У нас есть экзекуторы, полные сил. Да, у орков они потерпели поражение, но по нашим данным, у них могло и получиться. Нужно было лишь больше посылать, а не верить расчетам Айвара. Экзекуторы пока не набрали той силы, что у них потенциально есть, но они уже крайне опасны. Мы телепортируем их прямо к генератору, и они расправятся с его охраной мгновенно. Волшебники не ожидают такого удара, они вообще не ожидают нападения. Мы уничтожим их очень быстро. И никто не будет знать, кто это сделал, потому что все наши люди будут к этому не причастны. Мы тут же заблокируем все входы к генератору. Главное, – сделать это перед самым Ритуалом. Академии понадобится несколько часов, чтобы пробиться внутрь, а этого нам хватит с лихвой. Нельзя медлить. Ритуал нужно провести уже через два дня. Это наш последний шанс.

Сайрос нахмурил брови и о чем-то думал. И Иоган ему не мешал. Он знал, что Святой отец сейчас сам еще раз оценивает все риски, снова просчитывает каждый шаг. И результат этого будет только один.

- Рассылай своих ассасинов немедленно, – тихо, но с решимостью обреченного наконец произнес Сайрос. – Что им говорить и как все организовать, ты прекрасно знаешь и сам. Я лично займусь тем, что предупрежу всех наших инквизиторов о времени, когда Круг святости окажется недоступен, и объясню, что делать.

- Вот и хорошо. Я все сделаю.

- Пока Айвара с нами нет, прикажи Увэру подготовить экзекуторов.

- Ты решил, что делать с Праздником, ведь король запретил его проводить?

Сайрос поднялся с колен:

- Мы объявим о молебне во имя победы над орочьей угрозой. Никто не сможет помешать этому. Нам не важно, каким будет мотив. Нам важна вера людей в бога. Если они будут молить Его о том, чтобы он помог одолеть орду, нам даже ничего не придется скрывать. Ни Академия, ни король не посмеют ничего сказать против.

- Я думал примерно то же самое, – согласился Иоган.

Сайрос улыбнулся и положил ему руку на плечо:

- Я рад, что в тебе по-прежнему сильна вера. Это наш последний бой, милость нашего бога. И мы не можем его проиграть.

Глава 29

- Ты хотел меня видеть? – поинтересовался князь Калина.

Они находились в его замке, куда Чернояра доставили по окончании последней битвы с армией орочьего хана Рагора. Причины этого он узнал только когда окончательно пришел в себя. И Лекс, и Череп не вернулись в Дейю, оставшись в Светлом мире. Впрочем, князь Калина оказался весьма радушным хозяином, хотя колдун и пробыл здесь всего лишь сутки. Сила оборотня, переданная ему через укус, оказалась еще более действенной, чем до этого – Шелеста. Но вполне возможно, что таковой она стала потому, что это было уже во второй раз, и тело колдуна уже испытывало ранее действие силы Смерти. В любом случае Чернояр поправлялся прямо на глазах, хотя наверняка должен был умереть, и к этому времени уже полностью восстановился. Он ощущал себя переполненным энергией, и его обуревала жажда действий. А еще постоянные воспоминания о Ней, и о том, как ее уносил с поля боя царкасс.

Чернояр жаждал ответов на свои вопросы, и князь Калина готов был ответить на них.

- Почему я здесь, а не с Лексом, князь? Я нужен тебе здесь?

Князь Калина лишь покачал головой:

- Твоя служба мне закончилась, колдун. Ты выполнил то, что я хотел от тебя. Дальше ты уже больше не можешь нам помочь. Ты волен просить награду. А пока прими это.

Он поставил на стол эликсир в знакомой бутылочке.

- Это не от меня. Это от Лекса. Ты знаешь, что это такое?

- Да, знаю. Так называемая живая вода, взятая из Храмового города, – ответил Чернояр.

- Верно. Она вытравит из тебя все последствия укуса Лекса. Иначе ты уже не сможешь одолеть их самостоятельно. В любом случае это займет много времени и чревато необратимыми последствиями для тебя, если хочешь остаться живым человеком.

Колдун взял эликсир и спрятал его в магический карман.

- Раньше я не хотел этого, но теперь кое-что изменилось, князь.

- Тогда я советую тебе поторопиться. Лекс очень сильный оборотень. Укус любого другого, возможно, не смог тебя бы спасти, зато способен за очень короткий срок превратить в нежить. Ты уникален, колдун. Та Тьма, которая течет по твоим жилам, и жажда жизни, скрытая в тебе так глубоко, что ты сам уже давно не веришь в это, сопротивляются влиянию Смерти, что теперь тоже есть в тебе. Но поскольку ты уже раз перенес подобное, теперь же могут быть последствия.

- Я понимаю, князь.

Князь Калина не спускал с него своего мертвого взор. Чернояр же смотрел открыто и ждал.

- Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, – произнес некромант. – Знаешь, подавляющее большинство людей либо совсем не сложно понять, либо сложно в меру. Все они одноплановые. В тебе же, колдун, понамешано столько всего, что это вызывает даже мое любопытство. Ты очень интересный человек. И очень сложный. У нас не было времени побеседовать, но я буду рад, если такая беседа когда-нибудь все же состоится. Но ты человек, а я существую уже много, очень много веков. Поэтому могу сказать тебе, что знаю, о чем ты думаешь. Ты сейчас ищешь объяснение тому, почему так. Что ж, колдун, я не скрывал от тебя ничего раньше и сейчас не буду. В ближайшие несколько часов все будет решено.

- Вы имеете в виду – с Ритуалом?

- Да, колдун. Время настало. Либо сейчас, либо уже очень не скоро. Настолько не скоро, что можно сказать, уже никогда.

- Лето заканчивается, верно? Новолуния уже больше не будет. Так?

- Да, колдун, ты все хорошо помнишь.

- Разве инквизиторам удалось достичь того, чего они хотели? Мы так и не смогли им помешать?

- Книги добыть не удалось. Взяв золото в Храмовом городе, мы активировали цепь событий, которая привела к тому, что у Инквизиции забрали гномий генератор. Это сделал сам король.

Чернояр задумчиво прикоснулся к губам.

- Я думал об этом, князь. Орки двигались к Тахо. Потом резко изменили направление в сторону столицы королевства, грабя все земли на своем пути. Вероятно, такое изменение произошло из-за того, что они не получили золота от Инквизиции?

- Ты все верно понимаешь.

- И это заставило короля затребовать у них энергию на оборону столицы. Это понятно. Но зачем нам было сражаться на стороне королевства?

- Чтобы спасти его.

- Мертвые спасают королевство живых? После того как сами нанесли ему сильный удар?

- Все не так просто, – ответил князь Калина, – Здесь все настолько переплетено, что рассказ об этом будет долгим. Если бы мы не остановили орков, то Инквизиция могла бы пойти на смену власти в стране, и тогда в ее руках оказалась бы невиданная сила. Особенно, если им все же удастся провести свой Ритуал.

- И что же теперь? Что с Ритуалом? Инквизиция проиграла?

- Нет, колдун, в том-то и дело, что нет. Есть в Светлом мире одно место, людям оно известно под именем Зона отчуждения. Или безмолвия. Оно существует с момента зарождения нашего мира. В центре его расположен мощный источник энергии. Спящей чистой энергии. Раз в несколько сотен лет он пробуждается ото сна и начинает функционировать. Древние сумели овладеть его силой и построили там большую цитадель. Прямо на Источнике. Однако он имеет такую природу, что находится в стабильном состоянии всего лишь несколько дней. Потом его энергия выходит наружу, как взрыв вулкана, уничтожая все живое на много километров вокруг. Древние сумели защитить саму цитадель, замагичив ее камни, но все остальное подвержено уничтожению. Поэтому эта зона и называется Отчуждения. Никто там не селится со времен глубокой древности. Инквизиция разработала план, по которому энергию из этого Источника перебросит в Храмовый город через Круг Святости. Соответственно, последний на время перестанет работать. Инквизиция идет на этот риск сознательно, потому что Ритуал сулит им неизмеримые выгоды.

- И как я понимаю, этот Источник должен проснуться в ближайшие часы?

-Такова ирония судьбы. Это их последний шанс, колдун.

- Уверен, они станут держаться за него всеми своими силами.

- Да. У нас не было времени тебя ждать. Ты больше походил на труп, чем на живого человека. Лекс со всей группой отправился в Зону отчуждения. Скоро они нанесут удар, и если Смерть будет благоволить к ним, то захватят контроль над Источником. Большего мы сделать уже не можем. У тебя счеты с инквизиторами – что ж, в твоих силах сотворить им много зла, когда исчезнет Круг Святости.

Чернояр брезгливо поморщился:

- Инквизиторы без своего Круга стоят только презрения. Убивать их будет слишком просто. Меня это не интересует. Тем более сейчас. Все, что важно, – это Ритуал. Скажи, князь, как я могу помочь?

- Никак, колдун. Увы, но уже никак. Я не смогу тебя перебросить в Зону отчуждения. Это Светлый мир, мы не сможем открыть порталы в этом месте. Там слишком много чужой силы. Другим путем ты просто не успеешь. Поэтому я и говорю, что твоя служба мне закончена на этом.

- Но Ритуал будет проведен в Храмовом городе. Почему не нанести удар и туда? Дай мне своих воинов, и я ударю по ним. Будет больше шансов на конечный успех. Лекс силен, но Инквизиция вцепится в тот Источник мертвой хваткой, раз это их единственный оставшийся шанс.

- Думаешь, группе Лекса не выстоять?

- Я думаю, что у каждого есть предел возможностей.

- Отчего ты так хочешь помешать Инквизиции провести Ритуал? Колдун, ты тут едва ли заинтересован больше, чем мы. За нами стоит Смерть и ее власть. А что так сильно движет тобой? Жажда отомстить Инквизиции? Тогда у тебя есть куда более легкий способ. Но не это тебе нужно. Тогда что?

- Это личное, князь.

- Что ж, это честный ответ. И достойный.

- И все же я хочу им помешать провести Ритуал. Если вдруг это не удастся сделать Лексу, то сделаю я. Мне нужно попасть в Храмовый город. У вас же наверняка есть какие-то свои скрытые возможности. Твое же княжество – древнее, и сама Смерть помогает вам. Должно быть что-то.

- Ты искренен, колдун. Да, у нас есть кое-что. Властью Смерти можно будет попробовать перебросить кого-то одного в любое место на Империале. Мне это не под силу, но Смерть поможет нам.

- Тогда почему Дейя не пошлет самого сильного своего архилича? Я уверен, что ему хватит сил побороться в Храмовом в городе.

- Потому что есть одно «но». Место, где будет проведен Ритуал, свято. Ни одна нежить не сможет быть телепортирована туда. Вернее, может, но она мгновенно окажется уничтожена. Само место убьет ее. Каким бы сильным ни был архилич.

- Тогда почему вы не нашли какого-то сильного мага Светлого мира для этой цели? Куда более сильного, чем я. Не думаю, что подобное было бы не в ваших силах.

- Мы бы нашли, колдун, однако проблема в том, что Смерть не может телепортировать живого. Только нежить.

- Замкнутый круг, – усмехнулся Чернояр. – Послать нежить вы не можете, потому что она будет убита в храме, а послать живого не даст Смерть. Она его тогда что – убьет, если все же попытаться?

- Да.

- Что ж, тогда я, пожалуй, повременю с эликсиром немного. Где там ваш телепорт?

- Думаешь, это тебе поможет?

- Почему нет? Я сейчас не живой и не мертвый. У меня половинчатая кровь. Та половина, что есть во мне от нежити, позволит воспользоваться телепортом Смерти, а та, что еще жива, даст возможность попасть в храм. Я, можно сказать, единственный в своем роде.

- Не единственный. Знаешь, колдун, куда больше шансов, что ты умрешь. Если не сразу, то потом. И даже если выживешь, тебя убьют в Храме, где будет полно инквизиторов.

- Все может быть, – не стал спорить Чернояр. – Но почему бы не рискнуть? Вы ничего не потеряете, а может быть, и приобретете.

- Ты ищешь смерти?

Колдун улыбнулся. Это было очень необычно. А глаза его просветлели, и оказалось, что они вовсе не черны, как ночь, а имеют ярко-синий цвет.

- Нет, князь. Я ищу правды.

Князь Калина разжал свою ладонь и положил на стол кольцо телепортации.

- Это тоже просил передать тебе Лекс. Он был уверен, что ты решишься. Это поможет тебе выбраться из храма.

Чернояр взял его и внимательно осмотрел:

- Откуда он его взял?

- Снял с руки элементалиста, когда вы сражались тогда.

Чернояр крепко стиснул сумеречный артефакт.

Для кого-то настало время выбора.

Глава 30

В который раз Лекс поразился предвидению и расчету князя Калины. Зона безмолвия, ставшая их новой целью, находилась очень далеко, а его группа – слишком велика. Четыре взвода оборотней, два боевых вампиров и около ста баньш. Это было гораздо больше того числа, которое можно было бы провести незаметно по территории Света, сохраняя все меры безопасности. И это заняло бы много времени. Но Лекса ждал настоящий Зеленый коридор. Специальные группы спецназа оказались заранее рассредоточены по маршруту. Каждая группа была отлично замаскирована и снабжена достаточным источником энергии для открытия портала. Путь пролегал точно к цели, так что весь отряд Лекса оказался переброшен к Зоне отчуждения всего в течение пары часов. Группы поддержки, создающие им весь этот путь, теперь должны будут самостоятельно вернуться в Дейю, и никто не мог дать им гарантии, что они выберутся. Но такова оказалась цена служения Смерти.

Впрочем, вся эта операция имела очень большие шансы стать для самого Лекса и всех, кто пошел с ним, также последней. Все об этом знали, но никто не дрогнул. Они являлись спецназом самой Смерти, и задумываться над такими вещами здесь никому не приходило в голову.

Одно оборотень знал точно – он верил в князя Калину и его гений. У него имелся приказ добраться до Дикого источника и захватить над ним контроль, заняв цитадель древних. И все это нужно было сделать всего за несколько часов. Впрочем, в его деле часто приходилось сталкиваться со сжатыми сроками. Но здесь они оказались сжаты просто до предела.

К цели группа вышла уже вечером. Лекс устроил свой наблюдательный пункт в лесу как можно ближе к огромной серой твердыне. Перед ней лежало большое дикое поле, обрамленное с одной стороны рекой, с другой – густым древним лесом. Каждые несколько сотен лет всё здесь уничтожалось, потом возрождалось заново, и всё носило отпечаток этого. Витало какое-то состояние «временного».

На другом конце поля, в излучине реки, где не было такой густой травы, а начинался песчаник, расположилось множество армейских шатров. Там стоял большой лагерь, разбитый не меньше месяца назад, судя по следам, что они оставили в этом диком месте. Острый взгляд оборотня видел солдат, но в основном здесь были паладины и волшебники. Инквизиторов оказалось совсем мало, но судя по одеждам и отличительным знакам, эти люди обладали немалой властью.

Лекс не мог видеть того, что находилось внутри цитадели, но чутье подсказывало ему: там тоже много людей. А еще он чувствовал присутствие очень мощной, дикой силы, давящей незримо на разум каждого. И угрозу. Пока еще не очень явную и четкую. Но достаточную, чтобы ее ощутил оборотень. И все живое вокруг. Лекс поймал себя на мысли, что не видит, не слышит и не ощущает присутствия практически ничего живого в зоне перед цитаделью. Если больших животных могло напугать присутствие людей, то все равно остались бы мелкие грызуны, и уж точно – насекомые. Но не было никого. Лишь где-то, далеко отсюда, ощущалось какое-то присутствие жизни.

Просто все живое чувствовало Источник и его близкое пробуждение.

И последующий выброс, который, как невидимый палач зачитает приговор всему.

Они все чувствовали то же самое, что и оборотень, и желания здесь оставаться не было ни у кого. То, что Источник скоро пробудится ото сна, ощущалось так, словно это было написано на всём вокруг большими чёткими буквами.

Возможно, час.

Лекс никогда не видел, как происходят подобные вещи. Весь Империал был насыщен подобными источниками, но все они функционировали со времени создания этого мира. Малые и большие, они находились везде, во всех измерениях. И работали постоянно, выбрасывая магическую энергию, словно кровь этого мира. Возникновение же нового, вернее, возобновление работы после многих веков было в новинку. Впрочем, Череп не испытывал по этому поводу ни малейшего беспокойства, так что Лексу ничего другогоне оставалось, как довериться ему.

Им нужно захватить цитадель. А для этого необходимо было провести много часов наблюдения, чтобы знать все возможные опасности и просчитать любые повороты событий. Но этого времени у них просто не было!

Нужно действовать немедленно, фактически без подготовки, рассчитывая лишь на свои силы и выучку, а также на то, что противник абсолютно не готов к их нападению.

Лекс подал знак Шелесту. Все увиденное они уже знали, сам князь Калина обрисовал им обстановку, так что оборотень уже имел разработанный план действий. Возле цитадели находились небольшие группы людей, и в настоящий момент они являлись первой угрозой, потому что до основного лагеря было сравнительно далеко, а те, кто располагался внутри, представлялись уже большой проблемой второго этапа операции.

Шелест прошипел приказ на своем языке, и оба взвода боевых вампиров превратились в сильных летучих мышей. В этом обличье они были гораздо более уязвимы, но зато гораздо менее заметны.

Вампиры взлетели в воздух и, набрав высоту, устремились ко входу в цитадель. Сооружение древних не имело никакой магической защиты, так что это, с одной стороны, сильно облегчало дело при захвате, с другой – сильно его усложняло при защите. А ведь основной задачей группы был не только захват, но и удержание этого могучего сооружения над Диким источником.

Боевые вампиры спецназа являлись мастерами своего дела, а сама тактика проработана уже не раз и доведена до состояния автоматизма. Да, люди заметили их, но уже слишком поздно. Очень часто поражение от победы отделяют какие-то мгновения. И вампиры Шелеста сполна воспользовались своим шансом. Они камнем рухнули с неба на свои жертвы, на лету обретая боевую форму. Удар таких существ оказался смертелен. Шелест вскипятил в жилах людей кровь, преодолевая их защиты и довершая окончательную победу. Практически одновременно с атакой вампиров Лекс бросил оставшуюся часть отряда к цитадели. Оборотни поглощали расстояние гигантскими могучими прыжками, так что и Череп, и даже бестелесные баньши остались позади.

Без какой-либо паузы двое вампиров швырнули в центральный вход сооружения магические бомбы «Текта 5». Они были очень дорогими и разрабатывались в Царстве Смерти только для нужд спецназа. Их зона поражения распространялась во все стороны на несколько десятков метров, убивая бесшумно и сразу. «Текта 5» срабатывала практически мгновенно, но вампиры обладали великолепной реакцией и успевали выскочить из зоны поражения до детонации. Это, кстати, служило одним из залогов того, что подобными штуками не сможет пользоваться никто чужой.

Как только сработали первые две магические бомбы, тут же внутрь прохода метнулись другая пара вампиров и также бросила две бомбы, но уже дальше, и выскочила обратно. Едва произошла детонация, расчистившая еще одну зону, как тут же третья пара вампиров повторила маневр. И все это уложилось всего в несколько секунд.

Далее использовать такой метод уже не имело смысла. Один взвод боевых вампиров разделился и атаковал два вспомогательных прохода в цитадель, располагавшихся по бокам сооружения. Зачем древние создали их, никому не было известно, да и вряд ли кто-то когда-нибудь всерьез занимался данным вопросом. В давние времена здесь побывали исследовательские экспедиции и людей, и эльфов, и гоблинов. Но ничего интересного найдено не было, и место оказалось заброшено. Однако сама цитадель как будто и не испытывала влияния многочисленных веков и тысячелетий, что прошли с тех пор, как ее создали древние. Сумеречная магия, которая пропитывала каждый камень, каждый кусочек всего сооружения, делала свое дело.

Тем временем Шелест, поведший второй взвод своих вампиров на штурм центрального прохода, быстро захватил центральную залу и начал продвигаться вглубь. Словно оскалившиеся ураганы, внутрь цитадели ворвались оборотни и, не сбавляя темпа, устремились дальше. Лекс двигался впереди, направляясь к Источнику, находившемуся глубоко под землей. Все его тело было превращено в единую машину убийства. Он мчался по полу прохода, двое его офицеров двигались по стенам чуть позади, и вампиры скользили под потолком. Двое паладинов веры встретили их обнаженными заговоренными мечами, но Лекс в неожиданном прыжке снес обоим головы ударами своих могучих лап с кинжальными когтями. Следующую группу инквизиторов, спешащую наверх узнать, что там такое творится, он просто разбросал в стороны. Они попытались оказать сопротивление, но спецназовцы Смерти быстро сокрушили их защиту. Вблизи от Дикого источника Круг Святости действовало весьма слабо.

Труднее всего пришлось у самого Источника. Здесь находилось сразу трое сильных волшебников. Лекс бросился на одного, Шелест на второго, остальные на третьего.

Они оказались в прекрасно освещенной пещере, так что складывалось ощущение, будто она находилась на поверхности. В центре возвышалось нечто похожее на застывшие каменные языки пламени, которые словно замерли во времени, извиваясь в красивом божественном танце.

Это был так называемый пик Источника. Место, откуда выходила его энергия. И она пробуждалась, покрывая камень паутиной трещин, отчего во всей пещере стоял весьма неприятный и напрягающий нервы треск. Волшебники подготовили огромную пентаграмму, которая должна была соединить Круг Святости с пиком Источника и организовать поток энергии. Это были старейшие мужи, которых невозможно застать врасплох. Жизнь научила их всегда ждать опасности и быть к ней готовыми.

Они окружили себя мощными магическими щитами, о которых споткнулась атака спецназа. Мощные удары когтей покрывали их опасной рябью, но не могли пробить. Волшебники, впрочем, и не собирались отсиживаться в защите и ударили в ответ тяжелыми боекронами. Эти ударные заклятия Света легко сокрушали даже самый прочный камень, но сейчас не могли причинить ни малейшего вреда пещере. Спецназовцы, обладающие блестящей реакцией, уходили от них и продолжали атаковать. Использовать заклятия массового действия волшебники опасались из-за близости Дикого источника, который пробуждался прямо на глазах. Каменное крошево уже разлеталось по всему пространству, имея убийственную силу, а на месте камня оживала древняя энергия. Она имела приятный сиреневый цвет и находилась постоянно в движении, действительно очень напоминая пляску огненных языков. Но Лекс точно не собирался присутствовать при моменте, когда они снова превратятся в монолитный камень.

Появился Череп. Первым делом он пресек линии пентаграммы. Тут же двое волшебников атаковали его мощными «Силовыми ударами». Архилич закрылся «Дланью смерти» и ответил заклятием «Морта». Оборотни и боевые вампиры продолжали рвать на части защиту магов Света, вынуждая постоянно ее возобновлять. Волшебники перешли на использования дорогих заклятий самонаведения «Ударные звенья», и это стало приносить свои плоды. Нежить не была способна, при всей своей реакции, избежать столкновения с ними. Череп тут же заключил их в магическую защиту, но уберечь их от серьезных ранений ему не хватало сил. Волшебники сражались с яростью обреченных.

Лекс прорычал приказ, и тактика его группы изменилась. Теперь врага атаковали всего несколько спецназовцев. Как только кто-то из них получал повреждение, он уходил назад, а его место занимал другой. Прошла минута, и волшебники осознали, что «Ударные звенья» больше не приносят долгожданного эффекта. Тем временем архилич сосредоточил все свои усилия на одном из них. Его любимые черепа детонировали один за другим, кромсая щиты светлого мага, и осколками нанося урон остальным. Нежить, если не успевала увернуться, быстро регенерировала раны и продолжала свои атаки. Череп усилил натиск, ударив тяжелым «Даром». Разряд мертвой энергии огромной мощности сотряс оборону волшебника, тот постарался возобновить ее, но могучие удары оборотней не дали ему шанса восстановиться. «Перст Смерти» мгновенно прикончил мага, отвлекшегося на новую угрозу.

Двое оставшихся были серьезно истощены бешеными атаками Лекса и Шелеста. Оба обладали гораздо большей силой, чем любой другой их сородич. На них в меньшей степени действовала вражеская боевая магия, а их когти наносили куда больший урон защите. Волшебники имели шансы выстоять один на один, но их атаковали и другие, причем со всех сторон. Не считаясь ни с чем. Череп наложил на обоих страшное заклятие «Бич времени». С каждой секундой магия волшебников старела, а значит, истекал срок ее действия. Она слабела, пока не исчезала совсем. И им приходилось тратить дополнительные силы, чтобы постоянно возобновлять свою защиту. Любой другой маг был бы уже мертв, но Школа магии Света обладала самой лучшей, дешевой и мощной защитой из всех. Поэтому они держались. Но выстоять против такой яростной атаки было не под силу никому.

Одного убил Лекс, разорвав ему одним движением своей чудовищной пасти горло, когда волшебник не смог больше возобновлять свои магические щиты; второго пробил Череп парой «Даров», пущенных в отлично рассчитанный момент, и дал возможность Шелесту насладиться кровью своей жертвы.

Лекс вернул себе человеческий облик и прорычал:

- Всем обратно наверх. Они сейчас начнут атаку на нас.

Глава 31

Сайрос был в ярости. Даже у него начинали сдавать нервы. Время подходило к полуночи, и огромный храм Единого Бога в центре столицы уже наводнили толпы народа, который все подходил и подходил. Люди стекались со всей столицы, ее окрестностей и даже других городов, так что места практически уже не оставалось. Гвардейцы короля не решались вмешаться и помешать Празднику, ибо все были охвачены желанием вознести молитву богу, дабы тот помог предотвратить нашествие орочей орды. Доходили какие-то смутные слухи, что орде нанесли поражения войска герцога Крода, но никто не был в этом уверен. Инквизиторы уже несколько дней старательно промывали всем мозги, описывая те ужасы, что принесут орки, заставляя безоговорочно верить в реальность этой угрозы. Люди короля пытались докричаться до верующих и объяснить им, что угроза миновала, но их практически никто не слушал. Праздник веры в бога готовился все лето. Многие, очень многие прибыли на него из дальних уголков страны. Праздник все откладывался и откладывался, и инквизиторы осторожно намекали: все это происходит из-за короля, который был против праздника. Поэтому верующие рвались в храм. Применять сейчас силу было бы большой ошибкой. Атмосфера была буквально наэлектризована, и могло случиться все что угодно. У короля просто не осталось другого выхода, как смириться и дать Празднику свершиться. Конечно, его люди пытались найти Сайроса, чтобы напрямую приказать вмешаться и успокоить верующих, но тот оставался для них недоступен. Те же, кого они смогли найти из верхушки правления, в ответ лишь беспомощно разводили руками.

Праздник подготовлялся полным ходом. Всюду были свечи, каждый из верующих принес свечу, поэтому внутри огромного храма и на площади вокруг него было очень светло. Все ждали начала церемонии.

Сайрос томился в нетерпении, и новость, пришедшая от командующего Святым легионом, стоящем в Зоне отчуждения, по-настоящему шокировала его.

- Что значит – цитадель захвачена?! Кем?!

- По всей видимости, некромантами.

- А что вы делали все это время?

- Мы не ожидали такого. Против нас работали настоящие мастера.

Сайрос был слишком раздражен, чтобы ясно соображать. Иоган, по счастью оказавшийся рядом, быстро сказал:

- Сайрос, видимо, нежить глубоко проникла в наши структуры, раз они знают каждый наш шаг. Возможно, мертвякам даже кто-то помог.

- Они захватили цитадель прежде, чем мы сумели послать туда помощь, – продолжал оправдываться командующий Святым легионом.

Сайрос обличающее обернулся к Иогану:

- Я же тебе говорил, что это все добром не кончится. Нужно было остановиться.

- Это всего лишь еще одна трудность. Ничего еще не кончено, – голос Иогана был спокоен и сосредоточен.

- Иногда мне кажется, что ты, как мертвец, лишен каких-либо эмоций!

- Паника губит любое дело. Поддаться ей – это верный способ проиграть.

- Что нам теперь делать? – Сайрос казалось совершенно был выбит из колеи.

Иоган взял его за плечи:

- Для начала взять себя в руки. Тебе еще читать Вызов и проводить весь Ритуал. Там тебя ждут тысячи верующих, которые жаждут услышать твои слова к ним. Увидеть тебя. Ты же Святой отец, в тебя они верят, как в верного сына бога. Они собрались, чтобы услышать твое слово. И ты должен его сказать. И продолжать делать все, как надо.

- Я сделаю все. Но что мы можем без энергии?!

- Спроси, сколько нежити заняло цитадель? Хоть примерно. Зона отчуждения находится далеко от выходов из Дейи, а значит, они не могли привести туда много своих воинов. Источник только-только просыпается. Они сыграли на факторе неожиданности, не более. Но цитадель большая, а там все-таки наши лучшие части. Там Святой легион. Пусть немедленно атакуют! Всеми силами. Цитадель нужно взять в течение часа. Любой ценой!

Сайрос, обуреваемый эмоциями, смотрел на Иогана, и взор его прояснялся. А потом он отдал приказ командующему Святым легионом по ментальной связи.

- Они уже начали атаки. Нежити там не более двух сотен, – сообщил он Иогану после того как закончил.

- Значит, мы не только захватим Источник, но и уничтожим лучшие части мертвых.

- Да! – твердо произнес Сайрос, окончательно приходя в себя. – Мне нужно совершить последние приготовления с эликсиром Бессмертия, перед тем как Ритуал свершится.

- Я знаю. Все продолжаем по плану.

- Тогда слово за экзекуторами. Если и здесь у нас что-то случится…

- Экзекуторы сильны. Все пройдет так, как и задумано. Я лично прослежу за всем.

- Хорошо.

- Люди короля и Академии захотят получить ответы на свои вопросы, когда все произойдет. Я встречу их.

- Выпускай экзекуторов, – приказал Сайрос. – Время настало. Либо бог с нами, либо нет. Атака экзекуторов покажет нам это. С богом.

- С богом! – откликнулся Иоган.

Генератор гномов под церковью на территории бывшей городской тюрьмы охраняли восемь волшебников из Академии. Энергия из него уже была извлечена, а единственный вход внутрь надежно перекрыт. От магистра поступил ясный приказ соблюдать, несмотря ни на что, все меры безопасности и не расслабляться. Бывшая городская тюрьма обладала очень хорошей защитой, чтобы исключить любую возможность побега. Ее стены, пол и потолок были тщательнейшим образом замагичены и укреплены. Так что даже если бы их начали ломать тяжелой боевой магией, это не дало бы особого эффекта. Здесь содержались разные заключенные, и некоторые обладали скрытыми способностями к магии либо являлись относительно слабыми магами. Но создатели тюрьмы предусмотрели все. Магия, защищающая ее, пресекала любую возможность повреждения своей материальной структуры, а также исключала любую возможность как телепортации сюда извне, так и наоборот. Телепортация была возможна разве что внутри одного помещения, но не более. Впрочем, чтобы использовать заклятие такого класса, нужно было обладать большой силой, а маги такого уровня содержались либо в специальных камерах, либо в специальных тюрьмах, такого же типа, как Чистилище.

Находясь внутри, опытные волшебники не опасались ничего. Да и что могло бы им угрожать здесь? Единственный выход, ведущий из тюремных подземелий наверх, в Церковь, наглухо заблокирован. Его можно было открыть только изнутри. Самое поразительное, что никто не считал, что Святая Инквизиция решится отбить генератор силой, пойти против воли самого короля. Тем более им наверняка должно было быть хорошо известно, что энергия уже находится в городских хранилищах, и захватив генератор, они не получат ничего, кроме очень больших неприятностей. Конечно, все знали о фанатичности инквизиторов, но подобное просто было лишено всякого смысла. А Сайроса, главу Инквизиции, человека, поднявшего ее на такой недостижимо высокий уровень, глупым точно никто не считал.

Так думали все. Но магистр предпринимал большие меры безопасности. Даже сюда, на охрану генератора, он послал целых восьмерых весьма сильных магов, хотя с лихвой хватило бы и одного, ну, в крайнем случае, двух.

Волшебники дружно решили, что слухи о том, что их древний магистр сходит с ума от старости лет, имеют прямое подтверждение, и гадали лишь о том, сколько времени им нужно будет здесь просидеть, прежде чем вся эта дурость закончится. По слухам, орков каким-то чудом удалось остановить наемным войскам герцога Крода, но это были пока не подтвержденные слухи. Если так, то генератор просто вернут Инквизиции, а они все смогут заняться своими обычными делами. Многие из них являлись преподавателями в Академии и оказались весьма недовольны отрывом от любимой работы.

Волшебники лениво обсуждали вопрос о том, как теперь изменится ситуация в королевстве, если герцог Крода действительно сумел одолеть орков. Было ясно, что его популярность в народе снова резко возрастет, сравнявшись с популярностью короля – победителя некромантов. А так как Черный герцог сумел это сделать быстрее и с использованием куда меньших сил, то ситуация могла начать развиваться самым неожиданным образом. Каждый из волшебников, разменявших уже далеко не один десяток лет, имел свое собственное мнение, принципиально отличающееся от остальных, и конечно же, единственно верное. Поэтому, будучи раздраженными всей этой ситуацией, они с энтузиазмом включились в спор, который все больше и больше разгорался и к полуночи достиг своего апогея, когда каждый готов был вызвать другого на магический поединок либо вцепиться тому в бороду и вырвать ее до последнего клочка.

Появление двадцати экзекуторов оказалось для всех незамеченным. Они просто неожиданно материализовались прямо в воздухе. Словно вышли из ниоткуда. Видимо первое, что пришло в голову волшебникам Академии, это вопрос, как такое возможно и что это за твари. А потом трое из них оказались убиты мгновенными атаками этих существ. Маги, исповедующие школу Света, не обладали такой реакцией, как, например, аэромаги или колдуны, и они просто не успели среагировать. Еще двоих из них убили через минуту, а оставшиеся трое закуклились в мощные тяжелые защиты Света, включая и «Святилище». Они были напуганы столь быстрой гибелью своих товарищей и не берегли энергию. Все пытались позвать на помощь, но яростные атаки экзекуторов не давали достаточно хорошо сосредоточиться, поэтому оставалось лишь гадать, услышали их в Академии или нет. Тем более что тюрьма была хорошо экранирована от любых ментальных сигналов.

Твари состояли из какой-то совершенно другой магии, которая эффективно справлялась с их щитами, а вот на них самих боевая магия действовала очень плохо. Волшебники применили практически весь доступный им арсенал, чтобы уничтожить этих существ, в том числе и «Шелты» – заклятия тяжелого класса, одни из самых сильных по разрушительной мощи во всей школе Света.

Экзекуторы совершенно не ощущали усталости, а вот сила волшебников была не безгранична. Оставалось надеяться, что помощь уже спешит к ним. Но она не сможет проникнуть внутрь тюрьмы, так как та открывалась только отсюда. Один из волшебников сделал отчаянную попытку снять стационарную защиту и добраться до выхода, чтобы разблокировать его, но поплатился за это жизнью.

Последний из них продержался еще целых три минуты, успев уничтожить сразу двух экзекуторов, но его участь была предрешена.

Глава 32

Цитадель подвергалась яростным атакам со стороны Святого легиона – элитной части Святой Инквизиции, куда отбирали только самых лучших. И только фанатиков, готовых умереть в любой момент и выполнить любой приказ. Их командующий не являлся гением своего дела. У Инквизиции был лишь один выдающийся полководец – Реатор, но он ничем уже не мог им помочь. Заменить же его оказалось некем. Но недостаток в командовании компенсировался яростными атаками воинов Легиона. Они атаковали, словно безумные, не считаясь просто ни с чем.

Цитадель имела всего три относительно узких длинных прохода, ведущих внутрь, и это здорово помогало ее защитникам. Два боковых полностью закрыли оба взвода вампиров и баньши, а центральный – три из четырех взводов оборотней, а один оставался в резерве на случай прорыва врага. Здесь же находился и Череп.

Он являлся архиличем и обладал наибольшей властью Смерти. И имел возможность поднимать не только трупы убитых, превращая их в тупых зомби, но как бы полувозвращая их жизни, сохраняя часть умений и способностей. И первое, что он сделал, – это поднял всех инквизиторов, волшебников и паладинов веры, которых они убили, захватив цитадель. И бросил их на наступающего врага, заставив своих же сражаться со своими павшими товарищами. Едва кто-то умирал, он тут же поднимал из его тела привидение, а труп взрывал. Потом снова проделывал подобную операцию с новыми убитыми. Но воины Святого легиона оказались очень серьезными противниками, и убить их было не просто. Их отлично защищала светлая магия, многие из них являлись либо магами, либо инквизиторами, пусть и не слишком большого уровня.

Поэтому тактика поддержания достаточного числа оживших мертвецов в конечном итоге ничем существенным не увенчалась. Чтобы не тратить слишком много сил, Череп уже не поднимал высших зомби, а ограничивался простыми ходячими трупами, используя их защищенность амулетами против других легионеров. Но они не могли сравниться по боеспособности с элитарными воинами Света.

Центральный проход в цитадель был опасно широк, и враг концентрировал все основные силы именно на нем. В боковых же отсутствовало какое–либо особое продвижение. Конечно, по хорошему можно было бы применить ту же тактику в захвате цитадели, что и сами некроманты, то есть закидать противника магическими бомбами и другими боевыми заклятиями массового действия, но на это требовалось больше времени. А времени теперь уже не было у Света, поэтому они просто лезли вперед, не считаясь ни с какими потерями. Впереди шли тяжело бронированные паладины, с которыми трудно было бы справиться вампирам, но их атаковали заклятиями личи, а главное – баньши. Они издавали жуткие вопли, способные убить на месте любого либо ввести в оцепенение. Если это не помогало, они в упор атаковали паладинов, проходя сквозь них и, в случае успеха, превращая на несколько секунд в безмолвные статуи. На них слабо действовали физические атаки, в отличие от боевой магии, но волшебники и инквизиторы не могли действовать из-за тесноты и боязни атаковать своего же. Дело завершали вампиры. Они разрывали броню и тела людей, попутно инициируя кого-то и восполняя силы новым глотком крови.

А вот на центральном проходе всё было не так радужно. Обе стороны отлично понимали, что время сейчас шло уже на минуты и сражались со всей отчаянностью, на которую только были способны. Сокрушив орду зомби у входа, легионеры двинулись внутрь. Если кто-то из них погибал, его тело тут же безжалостно обезглавливали. Трупы продолжали взрываться, но с этим приходилось мириться. Люди несли потери, но продолжали двигаться вперед.

Тогда Череп накрыл весь центральный проход жутким «Облаком чумы», от которого происходило стремительное заражение и смерть, затем усилил его, накрыв «Облаком гибели», наложил массовые заклятия «Старения» и «Увядания». Весь проход стал настоящим пристанищем смерти. С каждым шагом легионеры падали замертво. Они стремительно старели, их силы сходили на нет, они заболевали и погибали, так и не дойдя до конца. А Череп взрывал их тела, убивая других. Центральный проход цитадели стал концентратором самой Смерти. Вряд ли когда-нибудь в нем гибло столько народу, как сейчас.

Тогда командование Святого легиона изменило тактику. Оно приказало отступить. Но это не была победа. Волшебники подняли десятки могучих големов – призванных машин убийств, на которых специализировалась школа Света, и кинули их вперед. Смерть, царящая в Центральном проходе, действовала и на них, но гораздо слабее. Тогда пришла очередь вступить в бой для оборотней. Едва големы выходили из-под действия висящих в проходе заклятий Смерти, как их тут же атаковали. И начиналась схватка не на жизнь, а на смерть. Големы были тупы и малоподвижны, но они обладали немалой силой, не знали боли, и их тяжело было уничтожить. Оборотни крушили их изо всех сил, отрывая от тел огромные куски, конечности и даже головы, и только тогда големы разваливались на части. Но на их место тут же становились новые.

Лекс снова велел своим воинам постоянно меняться, но усталость накапливалась. Время шло, ничего не менялось. Становилось ясно, что такой тактикой люди добьются своего нескоро. А тогда уже просто будет поздно. Лекс не боялся попасть в Небытие, в котором уже бывал во время своей встречи с князем Калиной. Ему нужно было только продержаться и выиграть время. Полночь приближалась.

Но и люди не собирались использовать големов слишком долго. Они хотели лишь утомить врага и дождаться, пока заклятия Смерти, висящие в проходе, потеряют свою убийственную силу. Волшебники сумели пробраться внутрь за спинами големов и неожиданно атаковали. Череп тут же ударил по ним мощной «Волной Смерти», а Лекс, не раздумывая ни секунды, бросил в бой свежий взвод оборотней, находившийся все это время в резерве.

Чтобы предотвратить подход подкреплений, Череп сотворил заклятия «Лочморта». Огромный таран Смерти, сотканный из жуткого вида костей, ударил прямо по центральными позициямврага, сокрушив их и проложив себе путь дальше. Архилич тут же наложил на отвоеванную зону заклятие «Кладбищенского тумана». Проход стремительно заволокло белым покрывалом, в котором завыли призраки Смерти. Они принялись убивать воинов, а как только достигали своей цели, то из трупа поднималось новое привидение и скелет-воин. Это на какое-то время должно было задержать легионеров. Оборотни с трудом уничтожили волшебников как раз тогда, когда другие маги Света совладали с «Кладбищенским туманом». Череп обрушил на них град своих черепов, но задержал лишь ненадолго.

Потом воины Света прорвались в центральную залу. Началась настоящая сеча. Смешалось абсолютно все. Один только Лекс сохранял спокойствие и ментально продолжал руководить боем, одновременно сокрушая своей звериной мощью врагов. Как ему это удавалось, было совершенно непонятно, но в результате вся группа спецназа полностью координировала свои действия, продолжая работать как единое целое. А вот легионеры не имели даже намека на что-то подобное. Хотя центральная зала была и велика, ее пространств не хватало для ведения массового боя. Легионеры многократно превосходили спецназ Смерти по своей численности, несмотря на все свои многочисленные потери, но в таком ограниченном пространстве это преимущество фактически сходило на нет.Несколько минут бой продолжался, не склоняясь ни к одной из сторон. Потом Череп услышал ментальный приказ Лекса:

- Приготовься!

Череп ударил массовым заклятием «Истребление Света», которое специально припасал для такого вот случая. Все пространство залы заволокло тенью Смерти, мгновенно убивающей все, что не являлось уже мертвым по сути. Воины Святого легиона снова понесли большие потери, и в этот самый момент, когда подкрепления еще не успели подойти к ним, из двух боковых проходов, ведущих в цитадель, атаковали вампиры и баньши. Это решило исход локального сражения. Одновременно Череп закрыл оба прохода баррикадами из костей. В центральный он послал последнее свое ударное заклятие тяжелого класса «Мертвая голова». Как бы ни сложился этот бой дальше, но Смерть сегодня собрала обильнейшую жатву. Череп замуровал и центральный проход мощным завалом из костей.

Но это дало им всего лишь временную передышку. Маги света уже начали крушить эти препятствия на своем пути боевой магией, и очень скоро они, несомненно, добьются успеха. Зато это позволило нежити окончательно расправиться со своими врагами, кто сумел выжить здесь, в центральной зале. Оборотни и вампы почти все были сильно изранены, и не меньше четверти их уже погибли, отправившись в Небытие, так что этот небольшой отрезок выигранного архиличем времени оказался критически важным для всех. Все обладали отличной регенерацией, и сейчас стремительно залечивали раны. Оборотни пожирали трупы, вампиры насыщались кровью.

Один лишь Череп не имел этого времени. Он творил одно из самых мощных заклятий школы магии Смерти. Все многочисленные тела убитых врагов под действием его воли собирались воедино, сотворяя ужасного Эркота – чудовищный полуразумный смерч, сотканный из десятков трупов.

А потом одна за другой пали костяные стены, закрывающие проходы внутрь цитадели, и воины Святого легиона ринулись внутрь. И попали под ярость Эркота. Он выдохнул облако «Разложения» прямо в лицо врагам, а потом начал крушить все вокруг титаническими ударами. Легионеры атаковали его в ответ, но что они могли сделать существу, сотканному из множества трупов?

Волшебники обрушили всю мощь своих заклятий на тварь Смерти, отрывая от него куски. В ответ их атаковали оборотни и вампиры. Легионеры, понимая, что волшебники – их главная сила, бросились на их защиту, но напоролись на баньш.

Исход сражения за цитадель снова завис на чаше весов.

Глава 33

Чернояр выжил. Войдя в телепорт, он почувствовал, как его охватывает Смерть, словно растворяясь в нем, призывая здесь и остаться. Здесь было хорошо и спокойно. Но Чернояр уже не хотел этого. Раньше – да, он искал смерти везде, где мог, но теперь у него появилась цель в жизни. И Смерть это почувствовала и не приняла колдуна. А свет его пропустил. И Чернояр оказался в храме Единого.

Тиамат мгновенно съежилась под воздействием света, но колдун ощущал себя вполне комфортно. Свет не беспокоил его, однако магия потеряла большую часть своей силы. Храм Единого подавлял любой вид магии, кроме той, что относилась к школе Света. Но он не мог полностью заглушить силу Чернояра, который был опьянен всем происходящим. Это был момент, которого он ждал всю свою жизнь.

Вообще судьба удивительным образом преподнесла ему подарок – исполнила два самых больших желания в жизни. Он встретил Ее, а теперь имел шанс отомстить богу. Тому, кто отвернулся от него, кто сделал множество зла в жизни, превратил его в то, что он есть теперь.

И Чернояра будоражила сейчас веселая пьянящая ярость от мысли, что бог сейчас столкнется с деянием рук своих. И эта встреча ему очень не понравится. Он хотел победить Смерть? Что ж, Чернояр был рад умереть, чтобы не дать ему сделать этого. Просто назло. Отомстить. Пусть немного, пусть не сполна, но пусть бог хлебнет того зла, что сотворил сам.

Зло порождает зло.

Чернояр готов был это доказать.

Едва он материализовался в Храме Единого, как мгновенно воздвиг вокруг себя защиту Тьмы. Его магия была крайне слаба в этом месте, но кипящая в крови ненависть давала силы, которые все оказались брошены на защиту. Первое, что он сделал, это метнулся к алтарю и схватил тяжелый золотой сосуд с алой жидкостью, от которой исходила сила. Нетрудно было угадать, что это и есть тот самый эликсир Бессмертия, что готовили для Ритуала. Именно в него должна была перейти частичка силы бога и дать ему настоящую Силу.

Храм, был пока пуст. Внутри находился только один Сайрос, который попытался сделать движение вперед, но Чернояр угрожающе поднял сосуд с Эликсиром. Он не был знаком с главой Святой Инквизиции, но не раз видел его. И от всей души ненавидел.

Чернояр усмехнулся, глядя на своего врага. Того, кто возглавлял ненавистную сердцу колдуна Инквизицию. Он видел страх в глазах старца, и от этого испытывал чувство удовлетворения.

- Остановись, колдун!

Чернояр нащупал кольцо телепортации. Он прекрасно представлял себе огромнейшую силу Сайроса, и понимал, что ничего не сможет ему противопоставить сейчас. Но чтобы пробить его защиту, понадобится достаточно сильное заклинание, а на его создание требуется время, которого хватит, чтобы сделать свое дело. Остальное было не страшно. Колдун держал в руках судьбу Ритуала.

Судьбу силы бога на Империале. Судьбу Инквизиции.

Судьбу Сайроса и многих тысяч других людей.

Если Ритуал свершится, бог обретет в сердцах множества людей огромную силу. Люди поверят в него. В Него, показавшего свою силу над Смертью. Поверят в миф и обман. Этого Чернояр не хотел. Он ненавидел бога.

Если Ритуал свершится, Инквизиция обретет ни с чем не сравнимую силу. Чернояр этого тоже не хотел. Пусть мир испьет из чаши зла то, что досталась ему. Несправедливость жгла сердце колдуна. Все зло, что было испытано им в жизни, горячей волной сейчас разливалось по телу, затмевая разум. Но Чернояр радовался. Так радовался, как никогда до этого в жизни.

- Остановись, колдун! – повторил, успокаиваясь, Сайрос. – Ты не ведаешь, что творишь.

- И что же? Что я делаю, «святой человек»?

- Ты губишь надежды людей. Ты не понимаешь истинного смысла того, что здесь происходит. Скоро мы получим эликсир Бессмертия, и тогда на Империале настанет мир и радость. Не будет болезней, не будет смертей, не будет старости. Останутся любовь и счастье.

Чернояр презрительно поморщился:

- О каком счастье ты говоришь? Где ты видишь это счастье? И как ты его себе представляешь? Мир жесток, им правит зло.

- Миром правит бог!

- Бог?! – Чернояр от души рассмеялся. – А где ты его видишь? Посмотри вокруг? Загляни в души людей, и ты увидишь там зло. Бог творит зло. Везде. А много ли ты видишь счастья? Разве люди счастливы и веселы? Счастливы лишь немногие. А вот страданий и зла столько, что если увидеть его все разом, то сойдешь с ума.

- Ты слеп, колдун. Люди верят в бога.

- Люди – это стадо. Это слепое, замученное стадо рабов. Твоя религия – это религия рабов. Посмотри, и ты сам увидишь это. Сызмальства людей учат свято верить в бога и молиться при трудностях. Просить его. А что взамен получают люди? Ведь все мы дети божьи? Как наш Отец относится к нам? Люди измучены злом. Зло спутник их жизни. Разница лишь в мере этого зла. Чем провинился ребенок, который так или иначе умирает, и убитые горем родители не могут его спасти, как бы истово ни молили об этом бога? Чем он провинился перед богом, что его так наказывают? Чем провинились его родители? Почему так? Скажи мне, «святой человек». Почему один получает счастье, другой – лишь зло? Почему такая несправедливость? Где есть бог? Почему один молодой человек женится, заводит и растит детей, и жизнь ему удалась, и счастлив он, а другому отрезают на войне голову? Где же справедливость, скажи? Где есть бог? Это его воля, да? Почему одному даруется любовь, и он обретает счастье, а другой живет один, как прокаженный, или любовь убивает его. Чем же один человек хуже другого? Почему одним дается счастье, а другим – полная чаша зла? По какому выбору? Скажи.

Сайрос молчал.

- Не нам судить Бога.

- А кому? Вы убеждаете людей, что он дает всем испытания, которые каждый может вынести. Но кто его об этом просит? И почему он не дает такие испытания всем, а вот как-то выборочно? Интересно, как может ребенок, подвергшийся насилию, жить дальше? Он что, должен перенести испытания, посланные добрым богом, и дальше радоваться жизни? Как быть честной женщине, которую изнасиловали? Видимо, она теперь должна быть счастлива и прыгать от радости из-за того, что бог соизволил выделить ей испытание? И что она видит? Она видит подругу, у которой есть любящий муж и прекрасные дети. Видит счастливую семью и думает: а почему со мной бог поступил иначе? Я тоже всем сердцем хочу свой кусочек счастья, и я ничем не заслужила того зла, что произошло со мной. За что ее подруге все хорошее, а ей – такое зло? Она, видимо, должна воспылать любовью и к подруге, и к богу. Бог этакий экспериментатор. Тебе вот это испытание, тебе вот это. Одна женщина может родить, а другая нет, как ни старается. Просто потому, что Он так решил. А мы, Его дети, подопытные, видимо, кролики, так? Вы говорите: «просите, и бог обязательно поможет вам». О да! В людях нужно поддерживать веру. Они не могут жить без веры. «Без хозяина трудно прожить». А другой веры им никто не дает. Только в бога. И они верят. Он дарует им зло, они смиренно сносят его и продолжают молиться и просить. А им – снова зло. А они снова смиренно сносят его и снова просят и кланяются в пол. А потом, когда зла уже было сделано много, бог проявляет свою милость и дарует то, о чем его просят. Человек жестоко болеет, просит бога помочь и спасти его. И вот, измучившись и потеряв всякую надежду, он вдруг получает избавление от болезни. И человек радуется, и его вера в бога взлетает до небес. Как же! Он верил в него, просил – и вот оно, бог сделал милость. И как-то он сразу забывает, что перед этим бог его и наградил этой самой болезнью. Что перед этим он причинил ему еще много-много зла. Все забыто, потому что человек не хочет больше так страдать и готов свято поверить в бога. Ну, а как же с тем злом, что было ему даровано? А как быть с другим человеком, его соседом, который так же болел, так же просил бога, но почему-то бог его не спас? Но человек найдет десятки, сотни объяснений этому. А чем он лучше своего соседа? Это так похоже на взаимоотношения раба и жестокого господина. Господин заставляет своих рабов страдать, а чтобы они не объединились против него, он дает одним какое-то улучшение, счастье и заставляет остальных ненавидеть себе подобных. И каждый в душе хочет только одного – обрести милость господина. Когда тебя постоянно бьют плетью, когда медленно убивают каждый день, причиняют всяческое зло и страдание, потом, когда появляется господин и убирает все это зло, раб готов целовать ему ноги как своему спасителю, избавителю. Находит всему «объяснение» и верит, что господин самый добрый и хороший. И сразу забывается все то зло, что он ему причинил в жизни, этот господин. И то зло, что досталось другим. И то, что другие по-прежнему страдают. Главное, ему хорошо. И за это счастье он сам готов убить кого угодно, лишь бы сохранить свою шкуру.

- Люди сами порождают зло и гневят бога. Мир погряз в грехе!

- Бог их создал такими. По своему образу и подобию, как говорите вы. И он не разбирает, кто хороший, кто плохой. Кому-то он дает счастье, но скольким преподносит чашу зла? За что? И знаешь, какой у них выбор? Либо сломаться, смириться, дожить, как получится, и умереть, либо выстоять, перенести это зло и самому начать творить зло в ответ. Зло порождает зло. Бог сам делает из людей тварей, не оставляя им другого выбора. Либо сдохнуть, либо начать творить зло в ответ. Когда шакалы приходят убивать тебя и твою семью, у тебя есть лишь два выбора – смириться и принять смерть и боль, либо самому взяться за оружие и убивать. Обагрить свои руки кровью.

- И ты, колдун, видимо, выбрал второе! – Лицо Сайроса было красным от гнева. – Ты, тварь!

- Да, я тварь! – выкрикнул Чернояр. – Меня сделали таким. Только я не ушел из жизни от зла, причиненного мне. Я выжил. Бог меня сделал таким, и я в ответ сделал все, чтобы все остальные почувствовали мою боль. И ты тоже. Ты хочешь милости бога?

- Этот Ритуал – все, что есть важного в моей жизни.

- Да, я могу себе представить. Но вот только ты лжешь, говоря, что эликсир будет работать во благо. Кому-то ты дашь его испить, а кому-то нет. И еще больше будешь плодить несправедливость. А я не могу этого допустить, мир и так очень уж несправедлив. Но даже если бы тебе удалось дать бессмертие всем – это бы убило надежду мира. Зло, что царствует в нем сейчас, так бы и осталось навеки. А так есть шанс, что все-таки настоящее счастье и справедливость придут. А пока пусть Смерть очищает Империал.

Сайрос, с трудом сдерживая от ярость, смотрел на колдуна. Но тот был тоже взбудоражен тем же чувством сверх меры. В нем буквально клокотала вся ненависть, что он испытывал всю жизнь.

- Что ж, колдун, ты ослеплен своей злобой. Но скажи, разве бог не оказал тебе свою милость? Я знаю, ты нашел свою любовь. Бог любит тебя.

- А где был бог, когда я его молил о любви? Где он был, когда проходили мои молодые годы? Когда Я ХОТЕЛ получить то, о чем его просил. А не тогда, когда ОН наконец смилостивится, как над собакой, которой кидают наконец долгожданную косточку. Все по его воле, а мы как рабы. Неважно, чего хочешь ты, неважно, к чему ты стремишься, убивая все силы, если ОН решил иначе. А теперь, когда я столько всего испытал, когда я превратился в то, что есть, когда столько времени упущено в жизни, годы, которые могли быть наполнены счастьем, безвозвратно прошли, он, наконец, соизволил даровать мне то, что я просил. Это похоже на подачку. И бог ждет, что я все ему сразу от радости прощу и все забуду. Все то зло, что я перенес по его воле! Я счастлив безмерно, что я нашел то, что искал всю жизнь. Но простить бога я не могу. Слишком много зла он сотворил мне. Теперь пусть все будет, как есть. Я ненавижу бога, и уже ничто этого не изменит.

- Вот как? А что, если я тебе предложу бессмертие? Тебе и твоей девушке. Подумай, Чернояр. С твоей силой вы будете жить вечно. Все зло уже прошло, впереди тебя ждет счастье. Великое счастье. Никто, может, не испытывал и толики того счастья, что предстоит испытать тебе. Ты много страдал, но тем сильнее ты будешь ценить и наслаждаться своим счастьем, обретенным теперь. И бессмертие тебе поможет. Ты получишь счастья сполна за все свои испытания. Тебе будут прощены все грехи, все, что было старого, забудется. Представь – новая жизнь, полная счастья! Ты никогда не узнаешь настоящую цену хлеба, не испытав истинных мук голода. И здесь то же самое. Теперь ты знаешь настоящую цену счастья, и сможешь в полной мере им насладиться.

Чернояр овладел собой:

- Твои слова напрасны. А как же быть с теми людьми, кто этого счастья не имеет? Приняв твое предложение, я превращусь в того самого раба, который готов целовать ноги своему господину. Нет, пусть у людей сохранится надежда на то, что Смерть смилуется и сможет оборвать их страдания.

С этими словами он опрокинул сосуд с Эликсиром на мраморный пол, покрытый Тьмой, и, свирепо глянув на мгновенно побледневшего Сайроса, активировал сумеречный артефакт телепортации, принадлежавший раньше Локу.

Он мог перенести его фактически в любое место на Империале, нужно было только выбрать его и мысленно пожелать. И Чернояр знал, куда он хотел бы теперь перенестись. Его сердце было легко и свободно теперь. Он сделал то, что так хотел сделать. Впереди ждала совершенно другая жизнь, которой он готов был управлять сам.

Чернояр решил отправиться к Лексу, Шелесту, Черепу и остальной группе спецназа нежити, с которой уже успел сродниться за последнее время. Никто никогда не делал ему добра. Никогда и никому он не был нужен в этой жизни. А вот Лексу и другим колдун оказался по-настоящему нужен. Они спасли его в Элтоне и во время поединка с Локом, и даже во время битвы с орками. Они, по крайней мере, относились к нему хорошо, и он готов был отплатить им тем же. Чернояр знал, что им сейчас приходится очень туго в цитадели древних, князь Калина рассказал ему все подробности. Так что нетрудно было представить, в каком положении оказалась сейчас группа Лекса. И Чернояр просто не мог оставить их в беде.

И еще. Еще Лекс знал, где искать того царкасса, что унес тогда его любимую, а это могло сэкономить огромное количество времени на Ее поиски. Теперь в жизни Чернояра появилась другая цель. Другая жизнь.

Но для начала нужно было завершить кое-какие прежние дела.

Чернояр телепортировался, думая о Локе.

Глава 34

- Иоган!

Зов Сайроса был такой силы, что мог повредить сознание. Иоган тут же установил связь, в очередной раз поражаясь силе этого человека.

- Колдун уничтожил эликсир.

Иоган ничего не сказал.

- Он должен умереть.

- Мы найдем его.

- Его не нужно искать. Я знаю, где он находится. Я знаю, куда он мог отправиться. В цитадель. Там его друзья, что приходили к нему на помощь. И он отправился к ним. Я это чувствую.

- Тогда тебе нужно лишь немного подождать. Скоро там все будут уничтожены Святым легионом, – спокойно произнес Иоган.

- Не будут. Этот колдун перевесит чашу весов.

- Откуда ты это знаешь?

- Знаю, – В глазах Сайроса полыхало безумное пламя. – Настало время. Сейчас или уже никогда. Еще не все потеряно. Ритуал должен быть совершен.

- Очнись, Сайрос, у нас нет больше Эликсира, чтобы наделить его силой бога.

- Значит, мы обойдемся без него. Ритуал позволит взять частичку силы бога и перенести его в любую материю. Мы сотворим жертву.

Иоган мрачно хранил молчание. Потом произнес:

- Ты сходишь с ума.

- Нет.

- Никто не сможет удержать эту частичку силы Единого.

- Я смогу.

Впервые за долгое время Иоган потерял самообладание:

- Ты и вправду сошел с ума, Сайрос. Ты не понимаешь, что умрешь.

- Конечно же, я умру, – согласился Святой отец. – Поэтому это и называется Жертвой. Но мое тело будет способно сохранить частичку силы бога, которую ты сможешь использовать потом. Ради нашей Инквизиции.

- Твоя смерть ее погубит.

- А потом воскресит. Людям нужна вера в бога.

- Я не позволю тебе это сделать.

- А у тебя нет выбора.

Иоган не знал, что сказать.

- Нам все равно нужен Источник.

- И мы его возьмем.

- Ты же сам сказал…

- У нас есть экзекуторы. Ничто не сможет выстоять перед их силой. Пришло время сделать решительный шаг.

- Но они нам нужны будут потом.

- Мы обойдемся. Они снова накопят энергию. Это приказ.

- Что ж, пусть будет так, – жестко произнес Иоган. – Я исполню твою волю. Но учти: экзекуторы не смогут телепортироваться прямо в цитадель. Там Дикий источник, он не даст.

- Тогда пусть они телепортируются в лагерь Святого легиона. Предупреди наших людей, чтобы они прекратили атаки и отступили. Мы и так понесли большие потери. Ничто не должно помешать атаке экзекуторов. Отсылай их всех немедленно.

- Ты безумец!

Иоган оборвал связь.

Они очутились прямо на пике просыпающегося Дикого источника. Чернояр и Лок. Два мастера магии, ненавидящие друг друга. Лицом к лицу.

Перед отправкой в Храм Единого князь Калина рассказал кое-что интересное об этом кольце телепортации. Оно было замагичено элементалистом, причем таким образом, что при его использовании автоматически телепортировало не только своего нынешнего хозяина, но и того, кто его замагичил. Чернояр не только не расстроился этим известием, а наоборот, обрадовался. Он не любил откладывать важные, нерешенные дела в долгий ящик. А сейчас наступало время, когда необходимо было со всем старым покончить. В том числе и с Локом.

Поэтому Чернояр специально выбрал это жуткое место, когда переносился из Храма Единого в цитадель. Здесь им никто не помешает, и здесь все закончится.

Дикий источник просыпался на глазах. Каменные языки пламени практически целиком и полностью ожили, но энергия лишь медленно, даже как-то величественно-лениво просыпалась и набирала силу. Они находились в её центре и пока еще могли здесь существовать. Но с каждой секундой это становилось все труднее и труднее. Даже таким сильным магам, как они. Вокруг плескался океан чистой энергии, и ее мощь все возрастала. Очень скоро наступит момент, когда она уничтожит любую магическую защиту и убьет.

Лок с любопытством оглянулся. Он стоял всего в нескольких метрах от колдуна. Он ждал этого вызова и был к нему готов. Но вот то, что колдун не будет удивлен его появлением, оказалось для него сюрпризом. И поведение его было также неожиданным. Он мог бы немедленно напасть и попытаться убить его, но не сделал этого. А с усмешкой ждал. От колдуна исходила аура большого душевного подъема и бурлящей силы. А еще –уверенности в себе и в том, что он делает. И Локу это сразу не понравилось. Он улыбнулся как ни в чем не бывало и показательно осмотрелся.

- Что это за удивительное место, колдун? Я никогда ничего подобного не видел.

- Я тоже, – заявил Чернояр. – Но как видишь, это стоит того.

Лок прислушался к своим ощущениям.

- Я чувствую пробуждающуюся силу. Ты что, решил покончить жизнь самоубийством наконец? Только не пойму, при чем здесь я?

- Ну, тебя-то как раз никто не звал. А что, тебе не нравится?

- Нравится, – подумав, ответил Лок, пытаясь рукой попробовать пляшущее озеро чистой энергии вокруг. - Удивительные ощущения.

- Да, необычные.

- Знаешь, у нас схожие вкусы. Я бы, наверное, тоже выбрал это место, если бы знал о его существовании.

- Прекрасное место для смерти, – согласился с ним Чернояр и ударил Щупальцами Тиамат.

Дикий источник уничтожил их защиты, поэтому колдун не встретил сопротивления. Могучие руки Тьмы охватили Лока. Тот скривился от боли.

- Ты предсказуем, колдун! Я знал, что ты так поступишь. Наверное, потому, что сам бы поступил так же.

- Громкие слова.

- Какие есть. Ты хочешь померяться силой. Я готов.

И Лок ударил в ответ, активировав заклятие «Молниевых цепов». Два мощных разряда вонзились в тело Чернояра, и по ним потекла разрушительная энергия элементалиста. Оба страдали от страшной боли, все наращивая давление друг на друга. Глаза колдуна потемнели, на лбу Лока выступили капли пота, а на шее вспухли вены.

- Зачем ты встретился на моем пути, колдун? Зачем ты разрушил мою жизнь?

- Судьба.

- Я поклялся тебя убить!

- Я не давал такой клятвы.

- Ты очень жесток, колдун!

- Я знаю. Мне жаль.

- Тебе жаль? – весело прохрипел Лок, превозмогая нечеловеческую боль. – А мне уже нет.

Источник ощутимо дрожал, а энергия его набирала силу на глазах.

- Тебя бы следовало убить сразу, колдун!

- Сделай это сейчас , – усмехнулся Чернояр.

Боль от Источника стала вполне ощутимой. И она быстро росла. А маги продолжали убивать друг друга. Время шло, и в какой-то момент Лок дрогнул. Он готов был продолжать сражаться до конца, но его сила немного, но уступала силе колдуна. Боль стала практически невыносимой.

- Мы умрем, колдун! Вместе.

- Сначала это сделаешь ты. А я подумаю потом, – прохрипел Чернояр.

- Ты глупец!

- А ты слабее меня.

Эти слова прозвучали как приговор. Лок терял силы.

- Я тебя ненавижу.

- Я это знаю.

- Откуда в тебе такие силы, колдун?

- Жизнь их породила.

- Почему боль на тебя действует с меньшей силой, чем на меня?

- Она действует с одинаковой. Просто я в жизни привык к постоянной боли. Не физической, а душевной. Каждый день. И поверь, физическая по сравнению с ней ничто. А еще ты не был в Чистилище.

Лок был мертвенно-бледен. Чернояр убрал Щупальца Тиамат и бросил ему кольцо телепортации.

- В этом месте не действует никакая другая магия, кроме сумеречной. Только этот артефакт сможет тебя вынести отсюда.

- Ты хочешь бежать? – презрительно поинтересовался Лок, но Чернояр лишь усмехнулся:

- Тебе придется уйти, иначе умрешь. А у меня здесь еще есть дела.

Лок повертел в руках полученное кольцо.

- Ты же использовал всю энергию, когда телепортировался сюда.

- Нет, там успело накопиться еще немного. Из этого источника. Этого хватит, чтобы уйти, пусть и не слишком далеко.

Лок в ярости смотрел на колдуна:

- Ты очень странный. В тебе живет смерть. А во мне нет. Ты готов умереть, а я нет. Я люблю жить.

- И это правильно.

- Я рад, что ты это понимаешь. Потому что я хочу, чтобы ты тоже жил, колдун. Пока жил, потому что я никогда не проигрываю.

- Так же, как и я.

- Мы еще встретимся. Еще ничего не закончено.

- Живи, Лок. Раз ты не мертв внутри, как я, то живи. Не ищи больше встреч со мной, иначе найдешь смерть.

- Твою, колдун. Только твою.

Лок исчез во вспышке портала.

Глава 35

Чернояр явился как раз тогда, когда Эркот был уничтожен. Маги света наконец-то сумели разнести его на части и ликовали. Спецназ Лекса сражался на грани уничтожения, а Череп оказался настолько обессилен, что пользовался только Изумрудным энергатором, чтобы бить боевой магией.

Чернояр никогда не ощущал себя в большей силе, чем теперь. Чувствовался такой душевный подъем, которого не было, наверное, никогда. Тьма клубилась вокруг него.

Он ворвался в центральную залу, как настоящий ураган. Щупальца Тиамат обвили все доступное пространство и смертоносной схваткой сдавили легионеров. Тяжелые боевые заклятия Тьмы устремились к обессилившим в сражении с Эркотом магам света, сокрушая их защиты, словно сгнившую скорлупу ореха.

С Чернояром сюда пришла сама Смерть. Легионеры попытались сконцентрировать атаку на нем, но столкнулись с бешеным сопротивлением. Разрушительная магия Тьмы сокрушала их и несла смерть. Щупальца Тиамат рвали на части врагов. А потом светлые отступили. Чернояр бросился за ними, продолжая делать то, что он умел лучше всего, – убивать. Он был опьянен этим боем и жаждой помочь тем, кого считал своими.

Колдуна перехватили уже за цитаделью. Лекс преградил ему путь.

- Остановись, колдун. Они ушли.

Глаза Чернояра были полны Тьмы.

- Я знал, что ты придешь, – оскалился Лекс, принимая привычный человеческий облик.

Его вид был поистине страшен. Он был весь в крови. Своей и чужой. И непонятно, каким чудом вообще держался на ногах.

- А, чертов экспериментатор… – В голосе колдуна прозвучали явные нехорошие нотки. – Ты-то как раз мне и нужен. Вообще скажи спасибо, что я тебя сейчас вижу таким. Я не убиваю слабых.

Лекс оскалился:

- Видимо, ты еще злишься, а я думал, уже отошел. Сам подумай, колдун, когда бы мне еще такой случай представился? Как ты себя, кстати, чувствуешь?

- Заботливый нашелся. Спасибо, хорошо.

Оборотень довольно кивнул.

Чернояр осмотрел остальных в группе, но они выглядели ничуть не лучше своего лидера. Князь Калина сказал ему, сколько пошло в этот поход спецназа, а то, что он наблюдал сейчас, было едва ли его третьей частью. Да и те, кто выжил, не слишком отличались от тех, кто отправился в Небытие.

- А еще я не успел у тебя кое-что спросить.

- Спросишь. Теперь у нас будет время.

Лекс обернулся к пошатывающемуся Черепу, появившемуся из цитадели.

- Ну, что там?

- Все готово.

- Иди и жди сигнала.

- Вы сейчас больше всего похожи на ходячие трупы, – заметил Чернояр.

- Нам не привыкать, – заверил его Лекс.

- Я буду с вами до конца.

- Я знаю, колдун. Но конец, я думаю, тебе должен понравиться.

Наступила полночь. Все вокруг наполнялось ощущением Силы. Дикий источник проснулся окончательно, и его энергия разливалась по округе. Небо было ослепительно-звездным, а Дикий луг перед цитаделью – испуганно замершим, особенно после того, как по нему только что прошли большие массы вооруженных людей, когда Святой легион проводил штурм. Лагерь последнего был ярко освещен множеством огней и больше всего напоминал растревоженный муравейник. Большой муравейник, в котором что-то сейчас происходило.

- Они перегруппировываются для новой, решающей атаки, – буднично произнес Чернояр.

- И это еще не все. Смотри внимательно.

Лагерь людей вдруг озарила большая вспышка синего света. Она не была однородной, а как бы состояла из множества более мелких. И больше всего они походили на хлопкителепортов.

- Это что, телепортация? Я думал, такое невозможно вблизи столь мощного источника.

Лекс пожал могучими плечами. Он стоял рядом и на глазах заращивал свои тяжелые раны.

- Как ты мог заметить, не всегда это верно. Например, тот сумеречный артефакт, что я тебе передал, пожалуй, единственный предмет в мире, что обладал способностью телепортации прямо в цитадель. Но есть и другие возможности. Пусть не столь большие, но есть.

- И кто там прибыл на помощь светлым?

- А вот это ты сейчас увидишь сам, – пообещал Лекс.

И словно подтверждая его слова, многочисленные тени стремительно двинулись от людского лагеря к ним. Их вид был необычен и страшен. Чернояр ощущал очень большую угрозу от этих неведомых расплывчатых существ. Щупальца Тиамат сразу же ощетинились и приготовились атаковать.

- Что это такое? Я никогда ничего подобного не видел.

- Это экзекуторы. Существа древних, которые смогла воскресить к жизни Инквизиция.

- Что от них ожидать?

- Смерти колдун. Смерти.

Лекс надел на шею изумрудный кулон, который раньше Чернояр видел на князе Калине. Могучая рука оборотня стиснула его в кулаке, а глаза покрылись белой пеленой. Экзекуторы стремительно мчались через равнину, растянувшись по всей ее площади, направляя клин атаки точно на их группу возле входа в цитадель. Они уже преодолели середину пути.

Чернояр начал возводить вокруг себя магическую защиту, одновременно шепча вызов тяжелых боевых заклятий.

А потом равнина разом превратилась в Ад. Было такое ощущение, что она просто взорвалась, а земля содрогнулась так, словно рядом произошло землетрясение. Мины«Праха воли», заложенные по всей площади Сеятелями смерти Таэма, сейчас пробудились из состояния сна и, повинуясь воле Лекса, переданной через амулет властелина Смерти, выкапывались из земли и неслись к своим жертвам, детонируя с поистине чудовищной силой. Экзекуторы были чрезвычайно живучими и трудноуничтожимыми существами, но даже они не смогли выдержать такого. Последние из них пали всего в сотне метров от цитадели.

Чернояр заворожено смотрел на это действо, ибо никогда в жизни не видел ничего подобного.

А потом разом все стихло. И в этой мертвенной тишине было видно, как по равнине движутся стройные ряды Святого легиона.

- Это что, была отсрочка от смерти? – усмехнулся Чернояр.

Он стоял, гордо расправив плечи, и смотрел в лицо силе, с которой, он прекрасно понимал,совладать будет уже не под силу.

- Да, – подтвердил Лекс.

Чернояр почему-то не чувствовал, что это конец. И это было странно, потому что он не видел, что они сумеют противопоставить врагу. Истрепанным, едва держащимся на ногах остаткам некромантского спецназа не выстоять, даже ведя бой внутри цитадели, и десяти минут. А его сила лишь поможет им продержаться подольше, да забрать с собой на тот свет побольше врагов. Видимо, бог избрал особо изощренную смерть для него. Подарив встречу с Ней и близкую возможность счастья только для того, чтобы побольнее сделать сейчас, забрав все обратно. Да, это было воистину крайне жестоко.

А потом из цитадели ударил ослепительный луч энергии. Череп направил огромную энергию проснувшегося источника в русло приготовленного заклятия. И этим заклятием оказался гигантский телепорт.

И когда он раскрылся, из него стала появляться армия Смерти. Оборотни, вампиры, упыри, имперские скелеты, рыцари смерти, привидения и многие другие.

- Знакомься, Чернояр, – победно произнес Лекс. – Это армия князя Калины. Такое нечасто увидишь, он не любит воевать.

- Ты же говорил, что это лишь отсрочка от смерти.

- Говорил. Но не наша, а их.

Чернояр смотрел во тьму, где гибнул Святой легион. Лучшая военная часть ненавистной Инквизиции.

Глава 36

Он сидел в удобном кресле, вокруг была тьма, и лишь огонь в камине разгонял ее. Он пил вино в хрустальном бокале и задумчиво крутил на пальце перстень.

Игра снова сделала свой очередной виток. Снова была разыграна партия, в которой они на этот раз победили. Свет затеял то, что перевесило бы баланс сил, и его планы полностью удалось разрушить.

Экзекуторы. Надо же было такому случиться, чтобы специалисты Эрнегии нашли их. Чтобы Безмолвный остров поднялся с морского дна. В руки людей попала сила, способная перевернуть весь миропорядок на Империале. Если бы эти существа древних набрали достаточно сил, то могли бы уничтожать и захватывать любые цели – правительства разных стран, наиважнейшие объекты. Диктовать свою волю в этом многогранном мире, в котором проживало множество рас и народов.

Смерть не могла этого позволить.

Он лишь помог воплотить этот план, направляя действия Святой Инквизиции в нужном направлении и прикрываясь ширмой подготовки к проведению Ритуала. Люди – глупцы, раз могли надеяться, что бог даст им такую силу, наделит силой эликсир Бессмертия. Надежда на милость бога – как же она сильна!

Но это все обман. Обман, который позволил спасти Империал от больших потрясений. Руками множества участников, которые не догадывались о своей роли, но которые исправно делали свое дело.

Экзекуторы уничтожены. Это наследие древних ликвидировано раз и навсегда. Равновесие сохранено. И его работа выполнена.

Он же по-прежнему останется в Светлом мире и продолжит стоять на страже его интересов Империала.