Падший 3

Глава 1.

До чего же мне нравилась скорость! Охлаждающий лицо осенний ветер. Быстро мелькающие по бокам деревья. Розово-желтые лучи солнца, пробивающие пелену облаков и опускающиеся на землю. Небо так близко! Казалось, еще немного и я достигну полосы, где небо встречается с землей.

Верхом на коне я сидел только на тренировках. В пределах стадиона. Сейчас же мы неслись по открытому пространству. Ортус шел ровным галопом, поднимая высоко ноги и отталкиваясь от пыльной дороги.

– Кадант, остановись, так весь отряд загонишь! – раздался крик Титуса.

Вот же блин! Придержал поводья. Ортус снизил темп. Увидел Титуса сбоку. Хотя он должен быть рядом с повозкой императора. Как вообще-то и я.

Сейчас снова раскричится, что я ритмом утащил всех за собой.

– Кадант, умение ускорять отряд – отличная способность в сражениях, – на удивление спокойно сказал Титус. – Но применять можно, только когда необходимо для битвы. Ритм включать только по моей команде!

– Хорошо, я понял, – кивнул я, останавливая Ортуса.

Вернемся, обязательно поеду кататься один. Чтобы никто не мешал.

Обернулся назад. Чтоб тебя! Оторвался от повозки императора. Метров на сто. Отряд пошел за мной. Титус же предупреждал, что нельзя ни в коем случае отходить. Повозка с императором остановилась и главнокомандующий подъехал к нам. Не везет мне сегодня. Сейчас еще и от Стиликона влетит.

– Почему Кадант ушел вперед? – голос не предвещал ничего хорошего.

– Ритм, – вытянулся в седле Титус. – Одна из способностей Каданта.

– Кадант тянет за собой отряд? – Стиликон на удивление не разозлился.

– Да, своим ритмом, – подъехал Гавий. – Такое было еще на первой тренировке. Он попадает в какое-то состояние, неважно пешком или на коне. Остальные оказываются втянуты в один ритм. Умотать может до смерти.

Когда я научусь уже сдерживаться? Надоело, что все меня покрывают. Сорвался я случайно. На ровном участке. Когда дорога стала прямой. Верхом я все время чему-нибудь учился. Бить по столбу, разворачивать коня, драться верхом, перепрыгивать через барьер и ров. Даже в лесу тренировали разворот на коне. Мне же хотелось просто отпустить коня и наслаждаться ездой. Когда никого не было рядом. Не знал, что мне так сильно понравится скорость.

– Значит, Кадант может и ритм боя ускорить? – прищурился Стиликон.

– Да, – вступил Титус. – Сражение, поездку верхом. Любое групповое действие, где Кадант может уловить ритм, он подстраивает под себя. Если вовремя не остановить – и лошади, и всадники рухнут от усталости.

– Хороший навык, – цепким взглядом окинул меня Стиликон. – Особенно, когда нужно измотать противника. Только Кадант, пойми, нельзя применять способности просто так. Мы сопровождаем повозку императора. Опасность может быть, где угодно. Не отходим ни на шаг. Понятно?

Я кивнул. Очень смешно. Я и так ругал себя за то, что не справился с ритмом. Марцелл, фолгор. Теперь еще Стиликон. Нужно научиться управлять своими способностями. Никто правда не объяснил – как? Огромных усилий стоило научиться сдерживать серебро и изумруд. Теперь еще и ритм.

Выехали мы часа три назад. Торжественный выезд императора в Остию начался рано утром. Император зашел в богато украшенную повозку. Запряженную двумя лошадьми. Стиликон, как главнокомандующий, и личная гвардия императора, то есть наш отряд, сопровождали повозку.

Титус несколько раз проверил построение. В центре шла повозка с императором. Я должен был идти впереди, только метров на двадцать. Сразу перед повозкой шел Стиликон. Титус и Марк шли друг за другом с одной стороны, Гавий и Северий с другой стороны. Руфус замыкал сзади.

Когда выезжали из Рима, все было нормально. Сильно удивился, когда увидел, сколько жителей Рима выбежало посмотреть на процесс. До этого я видел зрителей только на арене. Оравших, чтобы добил противника.

Выезжали с Форума. Все время шли шагом. Вначале между южным холмом и Тибром. Затем вышли через ворота. На дорогу, которая и вела в Остию. Марк объяснил, что до Остии километров тридцать, в дороге примерно пять часов. Императорская повозка по правилам должна была идти медленно.

Свободная дорога и вызвала ритм. Да еще вокруг появились поля и поселения людей. Вместо каменных городских стен. Пространство. Свободное и ничем не ограниченное. Не заметил, как начал слышать ритм всех коней.

Выпал из ритма, когда крикнул Титус. Хорошо, что ушел недалеко.

– Оставь, пусть и дальше едет впереди, – сказал Руфус, когда я сравнялся с отрядом. – Сообщит отряду заранее, если увидит какую-либо опасность.

– А если Кадант нарвется на засаду? – возразил Титус.

– И что? – хмыкнул Руфус. – Каданту-то ничего не будет. Либо защиту тела включит, либо переместится. Убить-то уже не вариант. Зато успеет предупредить, если увидит что-то странное, отряд успеет подготовиться.

– Мы прошли больше половины, – вмешался Стиликон. – Осталось чуть больше десяти километров. Часа два с повозкой. Я иду впереди повозки, отряд остается на своих местах. Пусть Кадант идет впереди. Разведка не помешает.

Ортус тронулся шагом. Я решил не ускоряться. Иначе снова не замечу, как уловлю ритм. Отряд должен быть все время рядом с императором.

Идти одному впереди мне нравилось. Дорога пошла вниз. Под ногами были большие каменные плиты. Слышал только равномерный стук копыт.

До чего же красиво! Вокруг стояли высокие красивые деревья, с густой зеленой листвой. Поля сменялись небольшими холмами. На полях стояли кусты с густыми гроздьями. Виноградники. Спасибо Марку. Когда он заметил, что я обожаю виноград, финики и инжир, рассказал, где и как выращивают фрукты. Виднелись невысокие дома с белыми стенами и красными крышами. Роскошные сады. В гладкой поверхности Тибра отражались солнечные лучи.

Вместо камней под ногами появилась утоптанная земля. Жизнь за пределами Рима. По обеим сторонам стояли дома, амбары, загоны для скота. Увидев повозку императора, возницы уводили телеги с дороги, пешеходы уходили сами. Я повернулся. Повозка шла позади метрах в пятидесяти. Видел, как кланялись люди и слышал, как выкрикивали приветствия. Искренние. Чувства людей я считывал безошибочно. Гонория любили и уважали.

Запах. Ветер стал сильнее и потянуло солью. Странно. По обочинам возвышались высокие сосны с широким верхом. Земля смешивалась с песком, которого становилось все больше. Вдалеке заметил полоску синего цвета.

Сразу за поворотом я резко дернул поводья. И просто застыл.

Никогда в жизни не видел ничего подобного. Огромное синее поле. Которое сливалось с небом. Порт, корабли и склады я видел. На причале, когда дрались с наемниками за судно с оружием для римской армии. Только там была река. Здесь же другого берега не было. Только небо и синяя гладь.

Я не мог отвести взгляд. Бесконечное пространство. Уходящее далеко вдаль. Ветер гнал неспокойные волны, которые катились к берегу.

– Никогда не видел моря? – услышал хриплый голос Руфуса.

– Нет, – ответил я, не отрывая взгляд.

Наконец повернулся. Повозка стояла недалеко. Все остановились.

– Ну еще насмотришься, – сказал Титус. – Возвращайся к повозке на мое место, я пойду первым. Дальше вдоль берега. Император остановится в резиденции префекта, в претории. Рядом с портом. Ты дорогу не знаешь.

Тишину нарушала только суета. Десятки людей сновали по порту между складами, судами. У торговых лавок стоял невероятный шум. Продавали все. Рядом с рыбой стояли лавки с шелком, рядом с маслом амфоры с вином.

«Марку здесь понравится, – мелькнула мысль. – Примут за своего».

Мы повернули и пошли медленным шагом вдоль берега, по направлению к городу. Показались каменные городские стены Остии.

Как я понял, император не мог просто выехать или приехать. Должен быть торжественный процесс. Встречи правителя империи со своим народом.

Мы въехали в Остию через Римские ворота. Повозка медленно шла по улице вглубь города. По бокам возвышались дома, лавки, и куча народа.

Перед повозкой вышел Стиликон. Титус вернулся и встал сбоку повозки. Я встал позади Титуса и перед Марком. С другой стороны повозки Гавий и Северий. Руфус шел позади повозки. Когда подъехали к воротам, навстречу вышло несколько человек. По дорогим туникам понял, что управленцы города.

Взгляд невольно упал на двоих, которые отличались. На мужчинах были длинные белые туники, доходившие до земли, и широкая полоска ткани на плечах, свободно свисающая вниз. Стиликон слегка склонил голову в знак приветствия. Двое в белых длинных туниках также поклонились в ответ.

– Христианские епископы, – тихо сказал Марк.

Марк всегда разъяснял все, чего я не знал. В принципе, помогало.

«Стиликон же говорил, что христианин», – мелькнуло в голове.

Вот это странно. Я сжал левую руку, радуясь, что сверху туника и металлические поручи. По руке заметались острые искры серебра. С чего бы это? Дело было не в религии. На верования людей не включалась энергия.

Руку не жгло. Наоборот. Прохладные волны пошли от кисти к плечу, переходя на левую ключицу. На шрам. Вместе с волнами серебра пришли радость и какой-то необычный покой. Такая реакция была всего один раз.

Вселенская сфера! Стиликон не просто склонил голову! Один из двоих мужчин в белых туниках вместе с поклоном едва заметно сжал правой рукой что-то на груди. Стиликон сделал то же самое. Да не может быть! Крест!

«Стиликон же сказал, что никогда не снимает серебряный крест, – мысли проносились на дикой скорости. – Когда пришел в лудус и сказал, что посланники пытались оказать свое воздействие, и не смогли. Тогда и показал странный крест. Который подарил дед, когда Стиликон был ребенком».

– Сейчас будет официальное приветствие императора, – также тихо сказал Марк. – Оратор выступит от имени всего города. И поднесут дары.

Жители города стояли по обеим сторонам дороги. Все в светлых одеждах. В руках держали цветы и красивые зеленые ветви, которыми усыпали дорогу перед повозкой Гонория. Вперед выступил высокий мужчина.

Пока оратор говорил речь, толпа громко выкрикивала приветствия:

– Да здравствует Рим!

– Да здравствует Цезарь!

– Август! Господин!

Хорошо, что процессия задержалась. Я сделал небольшой шаг и уставился на мужчин в белых туниках. Любопытством обычно не страдал. Но здесь было другое. Вместе с серебром, которое вместо привычного жжения окатывало тело приятной прохладой, сердце заполнялось блаженством.

«Я же спросил Стиликона в тот день, – в голове отчетливо стоял наш первый разговор. – Почему на него не подействовало воздействие посланников? Он твердо ответил, что христианин, а не язычник».

Тогда я рассмеялся и заверил главнокомандующего, что религия здесь совсем не при чем. В целом я был прав. Только не учел того, что люди одной веры могут носить одинаковые предметы. Которых до смерти боятся арумы.

Люди, на которых не действовала янтарная магия арумов, представляли для меня особый интерес. По той причине, что такое было невозможно.

«Авит, медикус! – пронеслась мысль. – Когда я сидел с золотом, завернутым в кожу. Посланники не зашли внутрь. Быстро ушли. Когда Авит зашел, тоже сжимал что-то на груди. Я подумал, что стало плохо с сердцем».

Как я не догадался? Почему не сверил все факты раньше?

«Потому что мне бы и в голову не пришло, что у людей может быть защита от сильнейшей расы, уничтожающей Вселенную», – пришел ответ.

Оратор закончил речь. В начале речи Гонорий встал на открытой повозке и все время стоял с вытянутой вперед правой рукой. На выкрики толпы император слегка склонял голову. Прямая спина, ровная осанка.

– Пальмовая ветвь, – снова вступил Марк. – Особый дар императору.

Префект города поднес красивую зеленую ветвь. Гонорий снова склонил голову. Толпа продолжала в восторге выкрикивать приветствия императору.

Повозка медленно пошла по каменной улице. Горожане расступались и смыкались за повозкой, продолжая следовать за императором. Улицы были украшены красивыми цветами, ветвями и разноцветными кусками ткани.

Я повернул голову, продолжая изучать мужчину, который сжал крест.

Перед глазами стоял крест, который показал Стиликон. Серебряный. Квадратный. Размером чуть меньше ладони. Все четыре конца одной длины. Полностью покрыт витиеватыми кручеными серебряными линиями. Круглая капсула в центре креста. Переливающаяся жемчужным блеском.

«Быть такого не может!» – не мог я принять такую версию.

Память не возвращалась, но разум работал исправно. Вселенские паразиты уничтожали и более сильные миры. Крест наполнял сердце радостью. Вот картины пустых миров в черном облаке тумана с янтарными нитями, вызывали дикую горечь. Неужели кто-то догадался, как защититься?

«Я сказал тогда Стиликону никогда не снимать крест, – напряженно думал я. – Вернусь, расспрошу Авита. Носит ли он такой же крест?».

– Держать линию! – прервал мои размышления крик Титуса.

Быстро осмотрелся. Повозка шла, как я понял, по главной улице города. Толпа сжималась вокруг повозки. Люди хотели оказаться поближе к императору. Крики становились все громче. Злобы не было, но и желание приблизиться грозило опасностью. Мы, не сговариваясь, сдвинулись по сторонам повозки и сомкнули щиты. Оттесняя ликующий народ от повозки.

– Назад! – услышал хриплый голос Руфуса. – Не напирайте.

Толпа медленно отступала подальше от повозки. Мы держали щиты сомкнутыми все время, пока шли по главной улице. Народу было много не только у повозки. Чем дальше проходили в город, тем больше становилось людей, суеты и шума. Торговцы, грузчики, повозки. Напряжение нарастало.

Чуть легче стало, когда повернули. Не доезжая старых каменных стен.

– Император остановится в резиденции префекта, – доверительно сообщил Марк. – Преторий находится не в центре Остии, ближе к морю.

Половину слов не понял. Близость к морю, однако, порадовала. Мне казалось, я мог бесконечно долго стоять и просто смотреть на синюю гладь.

Понял, что приехали, когда увидел множество колонн, расположенных по четырем сторонам. Внутри несколько каменных зданий. Двор, фонтаны, кусты. У входа стоял длинный навес, держащийся на столбах.

Ну к Палатину я немного привык. Устройство похожее. Но резиденция префекта была намного меньше по размеру, чем императорский дворец.

Повозка остановилась у входа. Встречал процессию высокий мужчина.

– Префект Остии, – повезло мне встать впереди Марка.

Вокруг префекта города стояли стражники. В кольчугах, в шлемах и с мечами. Император сошел с повозки. Стиликон тоже спешился с коня.

Мы сразу же перестроились в пешее охранное кольцо. Сохранив порядок. Титус встал впереди, я с Марком справа, Гавий и Северий слева, Руфус позади. К нам подошло двое, один вышел вперед и поклонился.

– Старший конюх, – сказал мужчина. – Примем коней. Отведу в стойла.

Мужчины забрали и повели коней. Я невольно проследил взглядом, в какой стороне конюшня. Титус и Марк тоже. Отряду уже приходилось вскакивать на коней за секунду. Нужно было знать, куда бежать, если что.

Стиликон и император зашли во двор, мы не отступали ни на шаг. Рядом шел префект со своей стражей. Я всматривался в лица стражников, слуг. Напрягся даже больше, чем во время поездки и даже внутри города. Не знаю как, но я точно знал, что если и ожидать нападения на императора, то не снаружи. Гораздо быстрее предадут свои. Те, кто находится ближе всего.

Мы прошли мимо мраморного фонтана. Вокруг были красивые цветы, кусты. Двор весь был вымощен мрамором, местами цветной мозаикой. Стояли, пока император со Стиликоном в сопровождении стражников префекта проследовали в основные покои. Нас проводили в соседнее помещение.

– Вот это я понимаю, хорошо встречают, – воскликнул Марк.

Стол ломился от еды. Я сразу кинул взгляд на огромную тарелку винограда, фиников и инжира. Обожал фрукты. Мы сняли тяжелое вооружение. Положили рядом. Мало ли что. Остались в льняных туниках.

– Согласен, совсем другое дело, – хмыкнул Руфус, когда один слуга поставил на стол два кувшина вина, другой принес поднос с хлебом и сыром.

Я с удовольствием вытянул ноги. Поедая фрукты. Но не мог перестать думать. Почему я пропустил такую важную деталь, как крест Стиликона? Уверен, что у Авита такой же. Если у епископов одинаковые кресты, все становится намного интереснее. Все христиане носят такие символы? Или только избранные? Кто тогда? Найду время и расспрошу Стиликона.

Улыбнулся. Показалось, что в луче, проникающем в узкие окна под потолком, сверкали жемчужные искры. Которые растворились в воздухе.

Глава 2.

«До чего же красиво!» – мелькнуло в голове.

Я смотрел на безграничную синюю гладь. Первые солнечные лучи только начали подниматься, освещая темные глубокие воды. Волны медленно подносило ветром к берегу. Холодная вода покрывала ноги и уходила обратно.

От волн в воздух поднимались едва заметные жемчужные всполохи. Смешиваясь с окрепшими солнечными лучами. Я не мог оторвать взгляд.

Перед глазами стояло переливающееся перламутровыми искрами гигантское полотно. Блеск от поверхности уходил на километры во все стороны, рассекая бездонную тьму. Сверкающие потоки сплетались так плотно, что казалось, будто поверхность состоит из монолитного жемчуга. Только приглядевшись можно было заметить, что полотно имеет жидкую основу. Расплавленный жемчуг состоял из движущихся на дикой скорости изогнутых потоков, которые постоянно меняли форму и направление.

«Как давно же я не видел Сферу!» – пронеслась мысль.

Откуда здесь вода? Я вздрогнул и опустил глаза вниз. Волны подходили к берегу, омывали ноги и уходили обратно. В море в порту Остии.

Внимательно посмотрел на ноги. Мокрые сандалии. Вчера после прибытия нам принесли чистые туники и сандалии, чтобы ходить по двору.

Я оглянулся. Как, интересно, я оказался на берегу моря? Один. В тунике.

Никогда не привыкну. Собственные способности иногда начинали дико раздражать. Вот как я попал на берег моря? Теперь идти пешком обратно.

Я повернулся и медленно пошел назад. Хорошо, что было раннее утро, и людей было немного. Хотя человек в тунике и в мокрых сандалиях в целом вписывался в общую обстановку. Дальше пошел вверх по песчаной дороге. В порту было много рыбацких лодок, вытащенных на сушу. Прошел мимо складов со стойким запахом соли и рыбы. Вышел на мощеную улицу.

Так теперь только прямо. Ага. Вот и колонны претория. Зашел внутрь.

Когда зашел в помещение, отряд сидел за столом. В полном сборе.

– Где ты был, Кадант? – слишком спокойный тон Титуса напрягал.

– На берегу моря, – вздохнул я.

– Нет ничего плохого в том, чтобы пройтись до моря, – протянул Титус. – Но желательно предупреждать. До моря идти два километра.

– Я и не выходил, – медленно сказал я, ощупывая правую голень.

– Кадант, сними повязку с ноги, – скомандовал Титус.

Марк первым соскочил с лавки и присел, чтобы посмотреть на мою ногу. Следом вскочили остальные. Примерно я уже знал, что увижу. Правая нога от колена до ступни была покрыта выжженным изнутри рисунком вен. В некоторых местах поблескивали изумрудные искры. Постепенно теряя блеск.

– Принцип такой же, как и с серебром, – проговорил Гавий.

– Скорее всего, да, – сказал Титус, не отрывая взгляда от моей ноги. – Во время самого действия по венам идет энергия. По руке серебряная, по ноге изумрудная. Потом постепенно успокаивается и остается только след.

– Опиши точно, что произошло, – требовательно сказал Гавий.

– Раньше мне сказали, что я могу двигать пространство, – решил не называть фолгора, все и так понимали, кто еще мог меня научить. – Надо только представить точку в пространстве, где я хочу быть. Там и окажусь.

– Значит ты можешь перемещаться не только на пятьдесят метров, но и на пару километров? – удивленно спросил Северий.

– Я не перемещался, – уверенно ответил я. – Не так, как тогда с золотом, и не так, как прыгал через ров. Другое совсем. Просто оказался на море.

– То есть ты представляешь место и попадаешь туда? – спросил Гавий.

– Вроде бы так, – поморщился я.

До чего же раздражало самому не понимать, что происходит.

– Тогда почему ты оказался на берегу? – спросил Руфус.

– Потому что очень хотел посмотреть на море, – улыбнулся я. – Сразу как проснулся, вспомнил как стоял рядом. Безграничная синяя гладь.

– Два километра, – протянул Руфус.

– Вот это да! – восхищенно посмотрел на всех Марк. – На какое расстояние он вообще может переместиться? Предел есть какой-нибудь?

– Можно только проверить опытным путем, – сосредоточенно сказал Титус. – Важнее понять другое. Он может попасть только в то место, которое уже видел? Или в незнакомое тоже? Вот что нужно определить.

– Думаю только в место, где он уже был, – покачал головой Гавий. – Как он представит точку, где надо оказаться, если никогда не видел?

Ничего, что я тут рядом сижу? Мне может кто расскажет, что я делаю?

СПОСОБНОСТИ ТЕЛА Владение телом – 10/10 Владение оружием – 10/10 Владение ритмом – 10/10

УРОВНИ Уровень 1 (серебро – круг тела) – 10/10 Уровень 2 (изумруд – круг пространства) – 10/10

НАВЫКИ Nitor Orbis (защита тела) – 2/7

СТУПЕНИ Unitas Nitor (защита отряда) – 1/7

– Ладно, отряд на задании, – встал Титус. – Кадант, заматывай кожу, чтобы никто не видел ни руку, ни ногу. Собираемся и идем осматривать двор. Надеваем кольчуги. И берем мечи. Шлемы и поручи можно пока не надевать.

Собрались мы за минуту. Пошли к фонтану в центр двора.

– Пока все спокойно, – раздался твердый голос Стиликона.

Как всегда, при полном параде. Ровная спина. Стальной взгляд.

– Сейчас будем разбираться с документами, – взгляд Стиликона помрачнел. – С поставками зерна. На вас осмотр территории претории.

– Можно я посмотрю документы? – неожиданно выступил Марк.

Стиликон ничего не сказал, но удивленно уставился на Марка. Тщедушная фигурка Марка напротив монолитного Стиликона выглядела немного смешно. Мы с Титусом не сговариваясь сделали шаг вперед.

– Под мою личную ответственность, – первым успел сказать Титус

Я только утвердительно кивнул головой. Хотел сказать то же самое.

– Дружная у вас команда, как я посмотрю, – усмехнулся Стиликон. – Хорошо. Марк, как я понял, разбирается в таких вопросах. Титус остаешься с отрядом и патрулируете территорию. За двор претория пока не выходите. Если понадобитесь, будет отдельный приказ. Кадант идешь с Марком.

Титус выпрямился и склонил голову. Повернулся к отряду.

Мы с Марком пошли за Стиликоном. В основной зал. Мраморный пол, статуи, цветы. Разумеется, не так шикарно, как в покоях Гонория в Палатине.

Я почему-то был уверен, что Марку будет не очень уютно в присутствии императора, главнокомандующего, да еще и префекта Остии. Внутренне настроился защищать друга. Зря. Впервые видел Марка таким уверенным.

Он прошел через зал, сел за стол, поклонившись Гонорию и префекту.

– Здесь все расписки, счета и квитанции? – даже голос Марка изменился.

– За последний месяц, – проговорил префект, оглядывая худенького паренька, который с деловым видом перебирал свитки на столе.

– Сопроводительные письма? – требовательно спросил Марк.

– Вот здесь, все на столе, – пододвинул префект бумаги.

Стол был завален кучей бумаг. Я и не пытался посмотреть. Понять что-либо в бесконечных цифрах невозможно. Да и Марку работы часа на два-три. Марк рассказывал, что с детства помогал отцу и знал всех поставщиков и торговцев в Риме. Все же в Остии поставки зерна из других стран. Вряд ли получиться быстро разобраться. Чем бы заняться, пока Марк будет читать?

– Так, эти расписки поддельные, – через две минуты заговорил Марк, откладывая несколько свитков. – Чернила не те, дописывали задним числом. Почерк на этих расписках аккуратный, на вот этих – записи подчищали.

– И расписки и квитанции не сходятся, – Марк нахмурился.

– Когда он успел все прочитать? – попытался возмутиться префект.

– Оставь, пусть проверяет, – Стиликон сделал шаг к столу.

Марк даже не поднял головы, пробегая глазами по десяткам свитков.

– За месяц из Африки в Остию в среднем приходит четыре-пять судов, – даже я не ожидал от всегда веселого и беззаботного Марка такого серьезного тона. – Итак, судно «Фортуна» пришло три недели назад. В квитанции от капитана указана тысяча двести мешков отборного зерна, в расписке от склада вначале было написано восемьсот мешков. Тысяча двести приписано сверху, на затертом месте. Судно «Нептун» пришло две с половиной недели назад. В квитанции тысяча триста мешков, на складе изначально приняли девятьсот мешков. То же самое. Сверху неаккуратно приписана тысяча триста.

Все время, пока Марк перечислял цифры, глаза Стиликона темнели.

– Дальше судно «Авила» пришло полторы недели назад, – продолжал Марк. – В квитанции указано тысяча мешков отборного зерна, в расписке от склада принято семьсот мешков. И снова сверху по затертому написана тысяча. В порт пришло еще два судна, там все цифры сходятся.

Ничего себе! Прошло минут пять. Как он умудрился все подсчитать?

– Все счета проверяли казначеи, – голос префекта подрагивал. – Каждый счет. Каждую квитанцию. Принято столько зерна, сколько и привезли.

– Казначеи значит не заметили подделку, – твердо сказал Марк. – Я уже сказал, почерк разный, записи подчищены, чернила отличаются. Получается за месяц со всех прибывших судов пропало тысяча сто мешков зерна.

– Мешок в среднем сорок килограмм, – поднял глаза Марк. – Значит за месяц пропало сорок четыре тонны зерна. Даже если мешки меньше по весу, все равно получается тонн сорок. Вопрос – где находится пропавшее зерно?

– Не могло пропасть столько мешков, ваш человек ошибается, – теперь я четко слышал в голосе префекта страх. – Нигде вы не найдете зерно.

В который раз я порадовался, что Марк является моим близким другом. Всегда веселый и добрый Марк расхохотался. Жестким, надменным смехом.

– Я найду, – проговорил Марк. – Поверьте мне.

Префект слегка покраснел. Сжал руки и вышел из комнаты.

– Как зовут гвардейца, Кадант? – неожиданно раздался тонкий голос.

Да чтоб тебя! Вечно я забываю про императора. Как-то в голове не укладывается, что ребенок одиннадцати лет – правитель империи. Гонорий все это время стоял с другой стороны стола и не спускал глаз с Марка.

– Марк, – ответил я и поклонился. – Он в нашем отряде охраны.

– Хорошо, – улыбнулся Гонорий. – Пусть отвечает за проверку бумаг.

Может император и был ребенком, но тупым точно не был. Заметил я это еще в прошлый раз. Светлые глаза выдавали сильный аналитический ум. Гонорий сразу понимал, кто врет. И безошибочно определял своих и чужих.

– Что дальше? – Стиликон усмехнулся и посмотрел на Марка.

– Мне нужно дня два-три, походить по складам, – к Марку вернулся обычный беззаботный голос. – Когда разузнаю, что нужно, расскажу.

– Официально докладываешь только мне, – твердо сказал Стиликон.

– Конечно, – кивнул Марк. – Документы нужно пока спрятать.

– Ты сказал про поддельные документы специально, чтобы вывести префекта из себя? – прищурившись, спросил Стиликон.

– Нет, своим я не вру, – уверенно ответил Марк. – Смотрите.

Марк достал один свиток, развернул.

– Видите, почерк разный? – посмотрел Марк на Стиликона, затем на меня. – На квитанции от капитала цифры аккуратно написаны, на расписке якобы со склада цифры кривые, писали второпях сверху на подтертом.

Нашел кого спросить. Я ни в каком почерке не разбирался. Но то, что врет префект, готов был поклясться. Чутье не подводило никогда.

– Дальше, – ткнул Марк пальцем вниз свитка. – Печать капитана судна целая. Вот печать портового чиновника, который принимал груз, смазана. И пометки на полях. Вначале стоит цифра «десять», рядом приписка «минус пять». На другой вот расписке вместо отборного зерна, приписано «уценка». И на других расписках то же самое. Подгоняли количество зерна под расписки.

– Значит проблемы не с поставками зерна, – кивнул Стиликон.

– Зерно привозят из Африки, как положено, – согласился Марк. – Пропадает товар здесь, в Остии. Поэтому и нужно время, чтобы все узнать.

– Согласен, – выпрямился Стиликон. – Занимайся своим делом. Документы спрячу. Сведения может знать только ваш отряд. Больше никто.

Мы с Марком поклонились и вышли из комнаты.

Ну тут точно талант нужен. Так меняться, надо уметь. Как только мы подошли к остальным, стоявшим у фонтана в центре двора, от серьезного и строгого Марка ничего не осталось. Веселая улыбка, открытое лицо.

– Что там? – озабоченно спросил Титус.

– Расхождения нашли, – затараторил Марк в своей обычной манере. – За месяц на складах Остии осело больше тысячи мешков, почти сорок тонн.

– И куда делось зерно? – удивленно спросил Руфус.

– Для этого мы сюда и приехали, – весело ответил Марк. – Будем искать.

– Марку дано официальное разрешение от главнокомандующего гулять по порту, – посмотрел я на Титуса. – Два-три дня. Чтобы все разведать.

– Понятно, – кивнул Титус. – Отряд продолжает выполнять свои обязанности. Охраняем императора. На территории претория. Марка, думаю, защищать не нужно. Сам справится со сбором нужных сведений.

– Может быть и нужно последить, – с сомнением проговорил я.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Гавий.

– Марк сильно разозлил префекта, – сказал я. – Тот в гневе вышел.

– Значит, замешан, – ухмыльнулся Руфус.

– Марк, может быть все-таки не нужно было при префекте рассказывать все, что ты нашел, – покачал головой Северий. – Если замешан глава города, уже побежал предупреждать своих. Те, кто не боится воровать у империи такое количество зерна, явно не простые люди. Поосторожнее надо.

Буквально на секунду в глазах Марка мелькнул тот самый жесткий блеск. В людях я все же не ошибался. Казалось, что не веселый юноша изображал опасного человека при префекте. Нет. Умный и расчетливый Марк, выросший на улице, был частью преступного мира. Веселым и добрым он был только со своим отрядом. Марк махнул головой и звонко рассмеялся.

– Наоборот, – с улыбкой сказал Марк. – Как раз хорошо, что он побежал. Теперь змеиное гнездо и зашевелится. Поэтому так важны первые два-три дня.

– Не учи Марка, – усмехнулся Титус. – Он явно лучше всех разбирается в своем деле. Так. Собрались. Марк будет заниматься расследованием пропажи зерна. Понадобится помощь, скажет. Мы охраняем императора.

– Тебя что-то беспокоит, Марк? – посмотрел я на Марка

– Да, – кивнул он. – Нигде в бумагах не было и намека на золото.

– Ну ты даешь? – удивился Руфус. – Мы знали же с первого дня, когда обыскивали трюм, что золото везут нелегально. Прячут на обычных судах.

– Знаю, – нахмурился Марк. – Как найти, в каком порту загружают золото? Да и следов драконовой смолы нет. Тоже непонятно, как провозят.

– Мы для этого и согласились на поездку, – рассудительно сказал Титус. – Давайте без суеты. Марк, пожалуйста поаккуратнее собирай информацию. Все рассказываешь отряду. Вместе решаем, что делать. Договорились?

Марк посмотрел на Титуса и облегченно вздохнул. Вот сейчас в глазах Марка мелькнула искренняя благодарность. С первого дня в лудусе именно Титус взял под свою защиту худенького юношу, проданного в гладиаторы.

– Пошли уже, скоро должен быть обед, – пробасил Руфус.

– Ты кроме еды еще о чем-нибудь думаешь? – закатил глаза Гавий.

Руфус расхохотался. Марк тоже. Двое самых разных членов отряда ели больше всех остальных. Руфус, понятно. В Марка куда помещалось столько?

– О, вот это я понимаю, – потер руки Руфус, когда мы зашли в комнату.

Ну такое я точно видел впервые. Посередине стола лежал зажаренный кабан. Целиком. Вокруг стояло множество тарелок с неизвестной мне едой.

– Да ладно, осетр? – не сдержался даже Титус.

Стол был заставлен. Кроме кабана стояли тарелки с зажаренной рыбой.

– Что рыба, вон баранина с пряностями стоит, – проговорил Гавий.

– Кадант, тебе тут тоже пир приготовили! – воскликнул Марк.

То, что я ел только фрукты и овощи, знали уже все в отряде.

– Тарелку с фруктами вижу, – сказал я. – Здорово, конечно.

– Так это не просто фрукты, – рассмеялся Марк. – Финики и орехи привозные, из-за моря. Очень дорогие. Привозят на императорские пиры.

– О, здорово! – обрадовался я, присаживаясь со стороны стола, где стояли фрукты. – Так еще и меда вон сколько. Объесться можно.

– Фрукты, – скривился Руфус. – Вино вот дорогое, это я понимаю.

Все накинулись на еду. И я в том числе. С учетом ранней прогулки на море, просто умирал от голода. За один присест съел все, что было на тарелке.

– Можно мне взять Каданта с собой пару раз? – нарушил молчание Марк.

– Зачем? – напрягся Титус.

– Он хочет, чтобы Кадант увидел склады в порту, – усмехнулся Гавий. – Тогда Кадант сможет представить место и оказаться там. Когда будет нужно.

– Марк, сколько раз говорил, Кадант тебе не игрушка! – разозлился Титус. – Так нельзя – включил и выключил по своему желанию.

– Я схожу, Титус, без проблем, – серьезно сказал я. – Марк не поиграться предлагает. Ты примерно представляешь, куда он полезет, чтобы разузнать нужные данные? Простые воры могли похитить сорок тонн зерна?

– Нет, конечно, не могли, – остыл Титус.

– Мне не сложно, – пожал я плечами. – Да и потом, как ты предлагаешь мне развивать способности? Если мы правы, тогда я буду знать места. Если вдруг возникнет опасность, смогу оказаться рядом. За одно мгновение.

Марк победным взглядом посмотрел на Титуса. Тот кивнул, вздыхая.

– Ты что думаешь, Кадант? – неожиданно спросил Марк.

Застал врасплох, конечно. Я вздохнул и посмотрел на друга.

– Думаю, что тебе надо быть очень осторожным, – сказал я серьезно. –Пообещай, что ты сразу позовешь на помощь, если что! Хорошо?

Второй раз за сегодня увидел искреннюю благодарность в глазах Марка.

К сожалению, не было у меня доказательств. Только мое безошибочное чутье. Которое не подводило ни разу. Все было гораздо хуже.