Падшие герои III: Правление монстров

Пролог

Мощный паровой двигатель издавал рокот, позволяя кораблю “ Енегдо VI” двигаться по морю, не обращая внимания на чуть прохладный встречный ветер. Прекрасное судно, оснащённое новейшими паровыми двигателями, которые приводили громадное колесо на корме в движение. Ум, сила и смелость человека в очередной раз превзошли природу!

Остальная часть эскадры, состоящей из пяти кораблей, не могла похвастаться подобным. Всего лишь парусные суда, хоть и впечатляющего размера. Когда-то прекрасные линейные корабли, настоящие короли морей, сейчас же являлись всего лишь призраками прошлой эпохи. Они безнадёжно устарели. А поскольку ветер отличался переменчивостью, флагману часто приходилось дожидаться остальных.

Скорей бы весь флот перешёл на паровые машины!

По крайней мере, так думал юный Торес, облокачиваясь на фальшборт и созерцая морские просторы, рассеяно слушая непривычный рокот. Последнее действовало на молодого моряка успокаивающе, ведь его детство прошло в порту, а батя и вовсе был механиком и частенько брал сына на работу, показывая премудрости своего ремесла. Когда же Торес повзрослел, то записался в моряки, желая познать безграничный океан. Ему повезло попасть на Енегдо VI.

Правда, настолько мощных паровых машин он раньше не видел.

Это было его первое большое путешествие на самом совершенном корабле. Не в колонии, но на дикий континент, доселе неизвестную землю, наполненную чудесами, войной и хаосом.

Землю, на которую они собирались, рано или поздно, принести закон и порядок. Разгадать все загадки, привести к процветанию под эгидой цивилизации.

Ведь таково бремя чёрного человека.

Смена Тореса закончилась, ещё час назад, но он решил остаться и насладиться суровым морем, тем более совсем скоро обещали показаться острова зеленокожих варваров.

– Чаек считаешь, салага?– раздался над ухом весёлый голос.

Повернув голову, Торес увидел Юджина, тоже матроса, но ходящего по морям уже третий год. Весельчак и балагур. Ну и заодно большой любитель политики, считающий канцлера Армакибса великим политическим деятелем.

Впрочем, такого мнения придерживалось большинство.

Даже император Гельмив II.

Юджин стал неплохим другом для Тореса, хотя последний иногда завидовал его стати и росту, поскольку сам ими не вышел.

– Хочу запомнить это плаванье,– ответил он приятелю, после краткого раздумья.

– Плавает дерьмо, а мы ходим,– хохотнул Юджин.– У тебя будет ещё столько навигаций! Так что лучше пошли в трюм, сыграем в карты, как раз все офицеры собираются на совещание и неожиданных проверок не будет!

– Собрание?

– Ага,– ответит опытный матрос.– Как сказал лейтенант Паракайк, обсуждать они будут переговоры с зеленокожими дикарями. Ну и возможно нас ожидает бой. На случай,– тут он сделал длительную паузу.– “Если зелёные гориллы вздумают артачить”.

– Не боишься его?– спросил Торес, зябко поведя плечами. Ветер сменился и стал более холодным.

– Да они просто дикари, у которых и нормального флота нет. Да что там флота! У них даже огнестрельного оружия почти нет! – отмахнулся матрос, морщась. На их родной земле никогда не выпадал снег, поэтому они просто не привыкли к холоду.– Ничего они не смогут! Скоро мы покажем зелёным гориллам, где их место, а оно у отхожего места.

– А как же “пропавшая экспедиция”?

– Байки Фендроских крабов. Чего ещё ожидать от этих неудачников?

“Пропавшая экспедиция”. Королевство Фендор первым обнаружило континент, ранее скрытый в Штормовом океане. Поскольку у них практически не было колоний, то они, с согласия своего короля и при поддержки дворянства и дельцов, тут же попытались колонизировать их. Первоначально – даже успешно, заключив выгодный договор с одним из местных народов, так называемых орков. Поставляли им оружие и войска, в обмен на золото, специи, сырьё и контроль над некоторыми территориями, ранее завоеванными зеленокожими варварами. Прибыль текла рекой. А затем случилось странное. В масштабной битве против белых людей армия орков оказалась разбита, а экспедиционный корпус исчез. Буквально испарился. Дикари рассказывали, будто сами небеса разверзлись и в мир сошли ужасающие демоны с ордой мертвецов. Трупы оживали и сражались на стороне инфернальных монстров пожирая живых.

Ну и бред. Просто полнейший бред. Такое могло придти в голову только дикарям.

Однако ни одного цивилизованного свидетеля битвы найти не удалось.

А сами зеленокожие вдруг изменили политику, разорвали все договоры и выставили фендорвецев со своей земли. Так же поступали и остальные государства континента, объявив о политики изоляции.

Фендор стал первой страной, которая умудрилась потерпеть поражение на территории дикарей в таком масштабе.

– Мы Бандарский Когламерат,–заявил Юджин, гордо выпячивая грудь.– Мы покажем, как нужно обращаться с примитивными народами и выбьем своё место под солнцем!

Торес лишь кивнул, вновь поведя плечами. Ветер уже был не просто холодным, он начинал казаться ледяным.

– Надеюсь,– сказал он.– Насчёт карт… Пошли, пожалуй. А то, что-то тут стало слишком холодно.

– Климат тут хуже, чем у нас,– согласился матрос, хлопая друга по спине.– Но не везде, на южной части континента всегда тепло. Как говорил мой знакомый, они вышли к громадному странному лесу и там вообще не было снега, хотя чуть восточнее шла настоящая зима.– матрос глубоко вздохнул, пока они шли к каютам.– Этот край полон загадок и чудес! А населяющие его люди… Просто жалкое зрелище. Взять хотя бы наших пассажиров.

Торес чуть поморщился, вспоминая их.

Два дикаря, которые умудрились стать пассажирами на военном корабле. То ли дали взятку капитану, то ли выступали в роли местных гидов. Хотя ещё были слухи, что они представители неких важных сил с материка, ведших переговоры с великим Банрдарским Конгламератом. Это объясняло их практически идеальную речь и знание языка.

Один карлик, но хоть с правильным цветом кожи, чёрной как смола. Выделала его любовь к сквернословию, некоторые матросы даже делали ставки: Будет ли хоть одно предложение за день без брани.

Пока что его не было.

Второй… Точнее вторая, запомнилась зелёными волосами и привычкой ходить в каком-то тряпье. Большинство матросов считало это какой-то дикарской традицией, вроде клятвы ходить в одной одежде десять лет.

Хотя фигурой и лицом она поражала воображение. Но бешеный нрав и недюжинная сила элементарно отпугивал возможных ухажёров.

Один из матросов в начале плаванья попытался зажать дикарку в уголке, и в результате был ею жестоко побит. У бедняги оказались сломаны практически все кости, удивительно, что он не умер после подобного.

Остальные намёк поняли. Особенно после того как капитан корабля Хохо, сделал всем внушение о пассажирах и приказал их игнорировать.

Первоначально команда считала их господином и служанкой, но затем переосмыслила своё мнение. Их отношения отличались равноправием и натянутостью.

Торес и Юджин уже почти подошли к каютам, когда в их поле зрения попались пассажиры.

– Наконец-то мы дома, тупой гоблин!– прощебетала женщина, грациозно подлетая к борту.– Я уже вижу острова орков! О! Смотри! Это же Папир! Как он усиленно притворяется акулой!– она запрыгнула прямо на фальшборт и замахала руками.– Привет, Папир! А это же Зентреб! Он и вовсе притворяется айсбергом!

– Наконец-то я избавлюсь от твоей болтовни, пигалица,– грубо ответил карлик.– Ягуар побери тебя и этих за столь хреновое путешествие.

– Не плачь, малыш,– ласково улыбнулась его собеседница.

Торес моргнул. На секунду ему показалось, что во рту прекрасной девы сотни зубов.

Её собеседник лишь фыркнул, просто облокачиваясь на фальшборт, вызывая тем самым недовольство команды.

Против своей воли Торес глянул в указанную пассажиркой сторону, но увидел лишь синее море. Юджин же проявил больше эмоций и шагнув в сторону странной парочки.

– Слезьте с фальшборта! Это опасно!– крикнул матрос, ускоряясь, но не успевая. Пассажирка не обратила на него внимание на его слова и спрыгнула в море.

– Человек за бортом!– заорал уже Торес, бросаясь в сторону пострадавшей.

Вот только едва успев сделать пару шагов, он тут же замер, не в силах осознать увиденное. Из спины женщины выросли два крыла, и пассажирка взмыла в воздух наплевав на все законы природы.

Сделав пару кругов вокруг корабля, под ошарашенный взгляд команды, она застыла и стала испускать едва заметное изумрудное свечение. Вот только лицезреть его пришлось недолго.

Страшный удар по ноге повалил матроса на палубу, а второй, пришедшийся по голове, лишил сознание.

Бедняга едва успел заметить тёмную низкорослую тень.

Мрак.

Торес очнулся от ударов капель дождя и града.

Перед глазами всё плыло, сердце будто сжимала чья-то лапа, отчаяние и страх заполонили всё тело. Нога невыносимо болела, по лицу текло что-то тёплое.

Взрывы, крики людей и рык били по ушам. Всё что хотел юный матрос, это не вставать и притвориться дохлой рыбой.

Но долг, перед страной и флотом, заставил его подняться и узреть настоящий кошмар.

Ещё недавно синее небо заволокли тёмные тучи, с которых лил дождь вперемешку с градом. Густой туман, вопреки всем законам природы окружал корабль, в океане виднелись целые глыбы льда, кидаемые волнами в борт корабля. Холодный… Нет… Ледяной ветер хлестал по щекам.

А уж что творилось с эскадрой…

“Отважный”, сошедший с верфей Билшира пять лет назад, был захвачен щупальцами громадного кракена. Ещё два корабля медленно погружались в воду, в каждом из них виднелись внушительные дыры. Только “Тератор” не выглядел повреждённым.

Или нет.

Приглядевшись, моряк с ужасом увидел тени, скользящие по кораблю, словно живые, и буквально пожирающие команду. На палубе Енегдо IV ничего подобного не было. Люди просто лежали на ней, избитые чёрным карликом.

Торес не мог понять – как подобное вообще может происходить? Как? Как это возможно?

Очередной поток ледяного воздуха захлестнул матроса. Он даже почувствовал как капли воды на его лице превращаются в лёд.

– Прелестное зрелище, верно?– раздался холодно бархатный голос и на фальшборт облокотилось нечто. Сглотнув матрос медленно повернулся. Рядом с ним стояло настоящее чудовище. В размере оно превосходило обычного человека. На две головы выше Юджина и шире в три раза. При этом оно носило одежду. Ярко красную мантию поверх белой рубахи, вычурные сапоги.

Более того, на его голове виднелась алая шляпа, а в правом глазе находился монокль.

– Обычное,– раздался знакомый голос и из-за борта показалась Арвиль.– Рада вновь видеть тебя, Зентреб!

– Как и я тебя!

Не обращая внимание на матроса эти двое поцеловались и лишь затем обратили внимание на Тореса. От их взглядов матрос инстинктивно попытался отползти в сторону, но холод и апатия сковали его.

– Надо же,– слегка удивлённо присвистнул монстр, названный Зентребом.– Этот смертный крепче чем выглядит.

– Просто удар Таклисса слаб,– хмыкнула Арвиль, разминая плечи.– Сейчас я покажу как надо!

В подтверждение своим словам она ударила по фальшборту… Пробивая его насквозь.

– Не порть судно и наших пленников, моя дорогая Демон Природы,– вежливо попросил Зентреб, перехватывая кулак женщины прямо перед лицом матроса.

– Я терпела сальные взгляды этих спермобаков три недели!– для порядка возмутилась Арвиль, расслабляясь в хватке сородича.– И даже пару раз вела светские беседы! Это большой прогресс.

Про то, что все эти беседы являлись её оскорбительными монологами, она умолчала.

Торес тоже решил промолчать.

– Твари!– прервал их воркование крик Юджина. Моряк оказался жив и сейчас целился в монстров из винтовки. Когда он успел достать её из арсенала, Торес не понимал.

Его палец дрогнул и в тот же момент Зентреб… дунул. Торес находился в стороне, но всё равно ощутил невероятный холод. Дыхание монстра заморозило всё пространство и превратило беднягу Юджина в ледяную статую.

– Нам всё ещё нужны пленные, поэтому не убивай без разбора?– переспросила Арвиль.– Зентреб, Зентреб. Как ты можешь быть таким лицемерным лицедеем?

Ледяной Демон лишь издал нечто напоминающее смешок.

Остатки флота тем временем окончательно поглотили мистические силы и океан. Звуки боя, крики умирающих – стихли.

На палубу вступило ещё несколько существ.

Знакомый уже Таклисс, устроился на фальшборте, мерно покачиваясь в такт волнам. Монстр скинул маскировку и предстал в истинном виде, правда Торес не увидел весомых отличий, кроме заострённых ушей и варварской одежды.

Крупное, больше Зентреба в два раза, чудовище, слегка напоминающее медведя. От него исходила чуть ли не материальная ярость.

Маленькая бледнокожая девочка с рыжими волосами в красивом голубом платье. Кукольное личико портило выражения абсолютного безразличия.

В отличие от других она стояла на каменной платформе в форме круга, которая просто висела в воздухе.

– Уже закончили? Жаль.– изрёк Зентреб, не охотно убирая одну лапу от Демона Природы и доставая откуда-то крупный тёмный кристалл.– Операция завершена. Враждебный флот уничтожен, как и планировались.

– Конечно, кусок промароженного мяса, он уничтожен!– подал голос Таклисс.– Хватит тянуть время и просто раскрой грёбанный портал!

– Какой же нетерпеливый гоблин,– хмыкнул сказал Зентреб, совершенно не обиженный на грубость.– Ты должен быть выше подобного!

Ответом ему было только неразборчивое рычание. Правда и сам Демон Льда перестал паясничать и тянуть время.

Просто сжал лапу и стёр кристалл в пыль, а спустя мгновение прямо перед кораблём открылся тёмный провал в реальности. Бедному Торесу он казался совершенно чуждым, будто проход в небытиё!

Матрос хотел бы прыгнуть за борт и искать спасения в воде, но ауры монстров сковали его словно тяжёлые цепи. Он даже дышать мог с громадным трудом.

Несколько долгих минут и новейший корабль скрывается в тёмном портале. С его исчезновением холодный ветер сменился тёплым бризом, тёмные тучи разошлись в течение часа. Лишь обломки кораблей и трупы напоминали о скоротечной битве… Точнее бойни.

Глава I Инициация

Долина Атран встретила нас приветливо. Расположенная в центре Северных Гор, она отличалась размерами и именно в ней мы создали нашу крепость. Она получила название – Ледяные Сады. Место, где подчинённые смертные могли услышать нашу волю. Прямо в скале был создан великолепный дворец, украшенный громадным количеством самых разнообразных растений, окружённых льдом и холодом. Колонны, статуи и барельефы созданные Ревмарком добавляли изысканности.

Так сюрреалистично и чуждо взгляду смертных.

Сразу видно, что тут обитают совершенно иные сущности.

Демон Камня оказался на все лапы мастером. Повар, архитектор, строитель и оружие массового разрушения.

Многогранная личность.

Я даже немного завидую.

Ниже раскинулись многочисленные жилые постройки наших подчинённых из числа горцев. Дома, кузницы, мастерские, амбары и даже мануфактуры. Последние были нашей гордостью, созданные с помощью пленных завоевателей с другого континента и их инструментов. Именно там создавались новые сплавы, химические вещества и многое другое.

Пока что производство работало просто отвратительно и было лишь жалким подобием мануфактур более развитых государств.

Но мы не теряли надежду. Совместить технологию и магию… О да. Даа. Тогда по-настоящему невиданная мощь окажется в наших лапах.

Хоть долина и находилась высоко в горах, магия позволяла смертным существовать без особых проблем. Улучшенные Арвиль растения исправно плодоносили даже не смотря на неподходящий климат… И мою ледяную магию. Земля легко давала по несколько урожаев в год, Ревмарк мановением лапы создавал надёжные шахты, а иногда выводил наружу залежи железа или угля собственнолапно.

Строительство Ледяных Садов ещё не завершено, хотя и прошло более десяти лет. В основном, потому что мы перестраивали наш дом, улучшали его – ведь нет предела совершенству.

Ряд строительных лесов неожиданно обрушился. Два десятка смертных полетели к земле, истошно крича, но практически сразу их полёт оборвался. Будто нечто невидимое подхватило их и мягко посадило на землю, как и обломки.

Поискав причину виновника спасения смертных, я легко заметил Ревмарка. Именно он уберёг бедняг от гибели. Ну а теперь кротоподобный демон орал на пару людей, которые отвечали за этот участок. Только от его криков бедняг просто впечатало в землю. Они корчились на ней словно пара выброшенных из моря моллюсков.

Покачав головой, я направился внутрь крепости.

В первую очередь навестил Арвиль. После двух годиной экспедиции их поместили в целый бассейн магии Природы и погрузили в целебный сон. С минуты я полюбовался на Демона Природы. Как и всегда она была самим совершенством. Точёная фигура, нежная белая кожа, изумрудные волосы и прекрасные орлиные крылья за спиной. Во сне её лик выражал спокойствие и счастье.

Скоро, очень скоро Арвиль пробудится.

Я ощущал её. Нашу связь. Единство наших душ. Так жаль, что я не мог сопровождать Демона Природы в этом путешествие, ведь принять облик смертного для меня было крайне проблематично.

С сожалением покинув комнаты “Восстановления”, я направился дальше. Сегодня мне необходимо было провести церемонию и создать ещё несколько наших агентов. И не только.

Кандидаты уже ждали меня в большом зале, освещённым зловещим зелёным светом. Мраморные монументальные колонны, подпирающие своды, являли собой величие, на фоне котором все казались незначительными и убогими.

Кроме бессмертных монстров, конечно же.

Зря доверили внутреннее убранство Ольхе, у неё какая-то странная тяга к дешёвым театральным эффектам. Хотя с другой стороны, а как ещё должно выглядеть логово древних и ужасно-великих монстров?

Дюжина существ готовящихся стать нашими агентами поклонились мне. Ладно, не все, кое-кто лишь кивнул.

Большинство из них были людьми, верящими, что мы – высшие и мудрые существа. Не зря же несколько лет они проходили соответствующее обучение и накачкой нашей идеологией.

Эти смертные станут герольдами нашей воли. Самыми доверенными и мощными агентами, с которыми мы сможем связаться при помощи телепатии в любой момент. Даже захватить прямое управление над ними в случае крайней необходимости!

Но не все. Из двенадцати существо, что сегодня, быть может, перешагнут грань смертности, двое выбивались из общего ряда. Те самые наглецы, что не оказали уважения.

Удивительно рослый и широкоплечий эльф в зелёном костюме достал фляжку и невозмутимо хлебнул из неё, а затем и вовсе предложил ближайшему кандидату.

Вепьян, глава клана Рыси был прислан Эллейн, дабы приобщиться к нашей силе. Награда за верность. Да, когда-то он имел амбиции скинуть свою королеву, однако за тем пристрастился к алкоголю, узрел наше могущество и покатился. Забыл про собственные амбиции. Однако службу он нёс исправно, поэтому получил столь высокое вознаграждение.

Частицу силы демонов, но без телепатической привязки. Щедрый дар для такой наглой скотины.

Вторым являлся Альфредо II, людской король признавший, благодаря Эллейн и герцогу Модскому, власть демонов. Не самый глупый пухляш вырос в могучего воина и амбициозного правителя, понимавшего все преимущества служения нам и помнящего гнев бессмертных монстров.

В знак нашего расположения он ещё несколько лет назад получил личного голема телохранителя, способного обеспечить защиту даже от нас. Правда, только секунд на двадцать. Зато любого другого он легко вдавливал в землю.

Ну а сегодня король явился за новой наградой, что ещё на шаг приблизит его к статусу Арбитра.

Раз уж Эллейн стала частью нашего совета, то чем он хуже?

Такие мысли ходили в его голове, и мы на этом играли, шепча обещания бессмертия. Неограниченной власти. Могущества. Процветания его государства.

Получит ли он обещанную награду? Кто знает, кто знает.

– Смертные! Ваша служба и действия впечатлили нас!– начал я свою пафосную речь.– Верность, старательность и усердная работа должны быть отмечены. И сегодня вас ожидает невероятная награда! В этот день, этот час! Вы перешагнёте очередную ступеньку вашей смертности и получите часть нашей силы. Сделаете ещё один шаг к главной награде. К вечности!

Короткая пауза и слуги вручили каждому кандидату кубок заполненный кровью бессмертных чудовищ.

Нашей кровью.

Бросив на собравшихся тяжёлый взгляд, я продолжил:

– Однако помните, смертные – наша магия это не только сила, мощь, но и тяжелейшее бремя. Хаос будет пожирать вашу душу, ваш разум будет расшатываться, словно больной зуб. Реальность будет искажаться и заполнится иллюзиями. Миражами. Простые радости жизни потеряют для вас всю ценность. Вкус еды, запахи, тактильные ощущения… Грр. Прелесть прикосновений – всё это исчезнет. Но даже если вы всё это переживёте, выдержите – то лишь столкнётесь с ещё большим испытанием. Ведь долгая жизнь – это смерть всех кого вы любите. Если среди вас есть те, кто не готов принять наш дар, наше могущество и наше проклятие– это ваш последний шанс уйти.

Ни один не ушёл.

Выждав пару минут для верности, я изрёк:

– Испейте, испейте же и переродитесь!

Кто-то, как например Икатрия, сделали это в ту же секунду, без колебаний. Иные пересиливали себя, вроде Вепьяна. Но выпили все.

Лишь после этого я послал волну магии.

Волна ледяного света залила помещение, а смертные, принявшие нашу кровь, попадали на пол, переживая мучительную трансформацию. По большей части духа, но и плоть менялась.

На моих глазах эльфа вырвало.

Бедняга, кажется, он испытывал больше боли, нежели другие.

Смотря на их судороги, я в очередной раз восхитился Ольхой и Кассандрой. Они создали практически идеальное зелье на основе нашей крови. Не меняющее внешность, по крайней мере не сразу, и работающее лишь если кто-то из нас его активирует. Последнее было важно, ведь всё ещё присутствовал небольшой шанс мгновенного превращения в монстра.

К слову о монстрах.

Один из слуг так же упал. Не спеша, за целую долю секунды, я подошёл к смертному и убедился в очевидном.

Презренный вор в погоне за могуществом украл часть зелья. Выпил его, стремясь приобщиться к нам.

Наивный глупец.

Схватив когтистой лапой его за шею, я поднял смертного, словно пушинку, и заглянул в мутные глаза. Что ж, по крайней мере, он не обратился сразу. Тем проще.

– Закуйте презренного вора в цепи,– приказал я, отбрасывая смертного в сторону.– И посадите на кол перед воротами крепости. Вместе со всеми его родственниками.

– Всеми?– испуганно уточнил один из слуг.

– Хм,– я на секунду задумался, а затем решил проявить толику милосердия.– Смертных до двенадцати лет не трогайте.

В это время кандидаты получали необходимую помощь и я внимательно следил за ними, готовый оторвать голову тому, кто сойдёт с ума.

Хе-хе. Забавно если бы Альфредо II сошёл бы с ума. Такой конфуз и ломка стольких планов…

К счастью – всё обошлось. Один за другим они вставали, будучи уже не просто смертными, но посланниками нашей воли. В ближайший месяц люди изучат свои новые способности, пройдут последние испытания и тесты, а затем выйдут в большой мир.

Выйдут в роли вестников нашей воли.

После завершения церемонии король направился ко мне. Его охранник, громадный голем, держался на расстояние десяти шагов.

– Владыка Зентреб, мы рады приветствовать вас,– вежливый кивок, от которого мне захотелось закатить глаза. Смертный король… В него с пелёнок вбивали, что он не имеет права кланяться никому. Даже нам. Хотя боялся до колик в животе.

– Ваше Величество,– я зеркально повторил его действия и протянул лапу, указывая путь.– Пройдёмся и обсудим положение дел… В том числе и в вашем королевстве.

– Под нашим правлением Харос процветает, в том числе и вашими советами, могучий Зентреб,– сказал король, пока мы шли по залитым ядовито-зелёным цветом коридорам цитадели.

– Торговля расцвела, склоки лордов прекратились,– продолжал Альфредо, тактично упуская, что они прекратились, потому что наиболее недовольные и могучие феодалы, сумевшие пережить наше вторжение, таинственным образом умерли. Кто-то выпал из башни, кто-то сдох в туалете, кого-то заморозил ледяной дракон а один и вовсе помер на бабе. Бабу потом повесили. Подумали что она нечисть.

Тёмные люди.

Земли же выживших ушли королю, а точнее – государству. Остальные лишались большей части своих владений в течение нескольких лет. Ну а в качестве компенсации знать получила свой орган управления при короле. Так называемое “Собрание”. К слову о нём.

– Слышал я, что вы, с одобрения собрания знати, отправили Арбитру Эллейн ультиматум, требуя вернуть южные земли,– доброжелательно заметил я, прерывая речь Альфредо.– В третий раз уже за этот год.

– Пустая формальность,– отмахнулся король, на чьём виске капелька пота превратилась в лёд.– Мне необходимо спокойствие в стране, а бряцанье оружием хороший способ отвлечь знать, что столь много потеряла. Я рекрутирую их в качестве офицеров и плачу жалованье.

– Так ли это, мой венценосный друг?– задал я риторический вопрос. Проходящие мимо слуги поклонились, ни я, ни король не обратили на них внимание.– Я и другие Арбитры начинаем думать, что вы пренебрегаете нашей волей.

– Мы бы никогда такого не сделали!– горячо возразил смертный, выдыхая клубы пара и чувствуя как ледяные когти стискивают его лёгкие.– Это лишь пыль в глаза, дабы знать думала, что мы поддерживаем их намерения! Мы никогда не попытаемся забрать имущество Арбитра или бросить вызов одному из вас! Тем более...– тут он на секунду запнулся.– Тем более у королевы Эллейн!

Его привычка говорить о себе во множественном числе слегка утомляла.

– Не сомневаюсь,– добро улыбнулся я, прекращая нагнетать обстановку и убирая магию. Смертный сразу же задышал гораздо спокойнее.

Вскоре наш путь завершился в казематах. Выбитые прямо в камне камеры в основном пустовали.

Длительное тюремное заключение не в нашей политике. Большая часть местных уходила учёным на эксперименты. Учёным…. Уместно ли так называть монстров, что проводят над смертными изощрённые опыты? Возможно. В любом случае сложность эксперимента завесила от тяжести преступления.

– И что же это?– осведомился король, смотря на заключённого в клетке.

– Ваше испытание, Ваше Величество,– сообщил я.– Мои собраться уже убедились, что вы неплохой политик, ведь вам удалось покончить с феодальной раздробленностью и провести ряд реформ. Однако,– я поднял коготь вверх.– Моё расположение вам всё ещё необходимо заслужить. Ведь во многом ваши успехи стали возможны лишь благодаря нам. И теперь я собираюсь оценить ваше мировоззрение. Стиль мышления.

– При помощи пародии на суд?

– Пародии ли? Когда человек держит в руках другую жизнь, понимая её ценность и зная, что может прервать её одним движение, то тогда раскрывается его истинное лицо. Покажи мне, а значит и всем Арбитрам, свою суть, юный король.

Кулак Альфредо II на секунду сжался, но затем смертный взял себя в руки:

– Разумеется, владыка Зентреб. Мы наделены властью, и нам не впервой участвовать в судах.

– Очень хорошо, юный король. Очень хорошо.– изрёк я, подходя вплотную к камере. Капли воды на прутьях решётки тут же замёрзли.

В самой камере находился тучный бородатый мужик. При виде нас, ну ладно, меня, он сразу же отполз в дальний угол. Маг. Его обвинение состояло в убийстве десятка человек, жителей гор, что служили Арбитрам. Исходя из его слов– картина получалась следующая. Нанимателей он не знал. То, что его цели служили демонам – он так же не знал. Просто сделал то, за что ему заплатили и убил грязных дикарей.

Тупой смертный.

Альфредо II подумал несколько минут, а потом изрёк:

– Если бы мы были в Харосе, он бы заплатил штраф, ведь убитые – низшее сословие, а сам он маг. Но ведь ваши законы отличаются?

– Молю вас, великие! Пощадите!– отчаянно крикнул тем временем обвиняемый. На него никто не обратил внимание.

С моей стороны последовал кивок:

– В нашем государстве не важно, кто ты. Знатный горожанин, нижайший крестьянин или вовсе бродяга. Закон един для всех смертных.

– Для смертных? Значит не для вас.– прозорливо заметил Альфредо II.– Мы думаем это попахивает… лицемерием.

– Возможно,– кивнул я, ощущая противоречивые чувства. С одной стороны юный король, верно подметил эту деталь, а с другой – обвинил нас в лицемерие. За это следовало бы сломать ему руку. Правда довольно таки обидна.

Не буду мелочиться.

Альфредо кинул взгляд на молящего мужчину, наконец, принимая решение:

– За убийство добропорядочных слуг Арбитров ты приговариваешься к смерти. Владыка Зентреб, мы не знакомы с вашими средствами осуществления… правосудия, поэтому озвучить способ его казни, увы, не можем.

– В этом плане мы весьма… Милосердны,– хмыкнул я.– Даже у самых закоренелых преступников, чьи деяния ужасают – есть шанс, скажем так, на искупление.

Преступник, видимо знавший о наших методах, упал ниц и заголосил.

– Вы проявили мудрость, Ваше Величество,– констатировал я.– Наши дела здесь закончатся. Вас проводят к Кассандре, которая и вернёт вас в Когонар.

Альфредо II лишь кивнул, перед тем как покинуть казематы. Железный голем послушно последовал за ним.

– Манипулируешь целым королём?– раздался знакомый бас позади.

– Манипулирую смертным,– хмыкнул я, оборачиваясь и обнаруживая Ревмарка. Демон Камня прошёл прямо сквозь стену и застыл напротив меня.– Даже сильнейшие и умнейшие из них слишком падки на наше могущество.

Размером меньше меня, раза в два. Весь покрытый шерстью и с обманчиво слепыми глазами. Громадные когти завершали образ настоящего крота. Исходящая от него магия давила с тяжестью кузнечного молота. Преступника в камере просто вжало в пол.

Правда он так и не заткнулся.

– Такова природа всего живого,– пожал плечами Ревмарк, бросая недовольный взгляд на подвывающего заключённого.– Хотя я всё ещё удивлён, с какой охотой смертные бегут за частицей нашей мощи и даже не замечают, как становятся зависимыми от нас.

– У меня нет желания тратить время на праздные беседы, тем более в этом месте. Говори, Ревмарк, зачем явился.

Демон Камня бросил на меня раздражённый взгляд:

– Зентреб, ты всё ещё не поборол свою социопатию. До сих пор не можешь выносить общества других, если этого не требует твоя цель. Быть по сему. У меня есть подозрения в лояльности гномьих старейшин. Вполне возможно Пять Градов попытаются скоро сменить позицию. Я собираюсь провести инспекцию и мне пригодится твоя помощь.

– Так проводи,– рыкнул я, щёлкая когтем. Преступник наконец замолчал и установилась тишина.– Пошли агентов. Если всё так серьёзно, лично заявись к ним и оторви бородатым пням головы. К чему тебе я?

– У меня есть подозрения, что там обосновались остатки орденов магов Хароса,– не принуждённо сказал Ревмарк.– Не признавшие власть короля, ибо знали, кто теперь стоит за ним. Возможно, там будет и Трикстер.

Я задумчиво коснулся когтями подбородка:

– И тебе нужна моя помощь, дабы покарать старейшин за сговор с нашими врагами максимально быстро, а заодно уничтожить остатки наших врагов.

– Не только твоя, могучий Парир так же примет в этом участие. Демон Гнева ни за что не пропустит возможность поучаствовать в карательной акции.

– Да будет так, Демон Камня. После совета Арбитров.

– Рад, что мы пришли к соглашению, брат,– хмыкнул Ревмарк выходя через стену.

Показушник.

Хотя информация его оказалась очень кстати, ведь Демон Таинственного Леса тоже решила наведаться в горы. Неужто спустя десять лет плодотворного сотрудничества Эллейн решила предать нас?

Маловероятно, но кто знает, что творится в голове остроухой королевы.

Глава II Собрание Арбитров

Енотоград, бывший Мёртвый Город, зачем-то переименованный Ольхой. Как всегда сей град выглядел прекрасно и гостеприимно. Тёмные тучи затмевали небо, изредка мелькали красивые изумрудные молнии. Заражённый самой смертью воздух приятно пах и медленно убивал любое живое существо, если конечно оно не обладало внушительной магической мощью. Тысячи мёртвых созданий бродили по городу, будто симулируя свою прошлую жизнь в вечных сумерках, но, в то же время, готовые разорвать любого беднягу, забредшего сюда.

Именно поэтому он казался мне столь прекрасным. Ведь Енотоград, как ничто другое, подчёркивал разницу между смертными и бессмертными.

Ведь только последние могли здесь выжить.

Смертные называли нас демонами, но на деле мы являлись всего лишь величайшим оружием древних. Искусственные формы жизни на основе магии с широчайшим спектром возможностей. Разрушение, диверсии и разведка.

Ладно, на самом деле не такой уж и широкий спектр.

Мы являлись практически венцом мироздания… Ну и заодно воплощением зла с точки зрения местных смертных.

Да и с нашей тоже, чего уж таить.

Стоя на вершине центральной башни, бывшей когда-то мобильной крепостью Магической Республики, я созерцал красоту смерти и разрушения. Даже спустя века местные земли не исцелились, и в этом была её прелесть. Такое важное напоминание о возможных высотах и цены за былые ошибки.

Кстати о высотах и ошибках… Позади меня раздались шаги. Шедшие и не скрывали своего присутствия.

– Моё почтение, Эллейн Демон Таинственного Леса. Генрих Дорский, Герой битвы при Кагороне, – добродушно поприветствовал я, оборачиваясь.– Как ваше здоровье? Уже обзавелись потомством?

– Каждый раз ты спрашиваешь это, Зентреб, – Эллейн почти незаметно скрипнула зубами.

– Стабильность признак – мастерства, – развёл я лапы, внимательно рассматривая полуэльфийку и её спутника.

За прошедшие десять лет они мало изменились.

Барон Генрих Дорский так и остался полудемоном. Хотя скорее уже полностью демоном, поскольку алая чешуя покрывала всё его тело. Вместо ногтей – острейшие когти. Невиданная для обычного человека сила.

Мужчина слегка стыдился своего вида и скрывал демоническую плоть под иллюзиями. Но что может низкоуровневое колдовство против моих великолепных моргал? Я прекрасно видел его таким, каким он есть.

Уродом.

Из одежды; тёмные камзол и алый плащ. Тяжёлые сапоги.

За спиной виднелась рукоять “Поглотителя”, странного оружия до боли напоминающий двуручный кинжал, как бы глупо это не звучало. Заряженный частью моей сущности этот клинок позволял даже простому смертному стать почти равным древним демонам. Не знаю, почему Эллейн решила отдать его Генриху и даже сделала его своим консортом. Любовь ли это или же вера в его верность? А может всё вместе…

Не так уж и важно.

Сама Эллейн предстала в простом платье зелёного цвета. Украшений самый минимум – лишь деревянная диадема с вкраплением серебра. Русые волосы, с редкими огненными прядями, собраны в длинную косу. Стрекозиные крылья сложены за спиной и прикрыты зелёным плащом, а вот остроконечные уши отлично видны.

На ногах изящные сапожки.

Демон Таинственного Леса предпочитала красивые наряды, но в тоже время никогда не забывала о практичности.

– Ты вновь испытываешь проблемы с трансформацией, Демон Холода?– почти вежливо осведомился Генрих, намекая на мою нынешнею демоническую форму.

– О нет-нет,– покачал головой я, приветливо раскрывая пасть. От такого зрелища моих гостей передёрнуло.– Теперь это осознанный выбор. Меня устраивает обличье монстра.

– Поэтому на тебе столь странный… наряд?– Эллейн чуть вскинула левую бровь, выражая недоумение.

– Подарок от Арвиль,– пожал плечами я.– Она специально заказала этот костюм у заокеанских модельеров. Даже выложила за него приличное количество золота, хотя с размерами, конечно, пришлось помучиться. Но мне понравился этот сувенир. Называется вся эта прелесть“пиджак”, “брюки” и “туфли”. Я их слегка зачаровал, чтобы не рвались.

Эллейн ещё чуть-чуть приподняла бровь:

– А кусок стекла в глазу тебе зачем? И шляпа?

– Бытие определяет сознание. Может я и чудовище, но я интеллигентное чудовище,– хмыкнул я.– И это не кусок стекла, а монокль. Используется для улучшения зрения смертных, ну и для стиля. Но хватит обо мне. Вы оба до сих пор не простили мне те маленькие недоразумения и редко ищите моего общества, а тут пришли сами. Я заинтигован… Грр. Заинтрегован. ГРРР. Заинтригован.

Эллейн поджала губы, а её спутник неосознанно сжал кулаки. Я прямо слышал ало-эбонитовый шум ненависти. Столь глубокой и чистой... Чувства её спутника были схожи, но не столь сильны. Да. О да. У них были серьёзные причины меня ненавидеть.

Как-никак у полуэльфийки я убил отца, короля Джеллу. Ну а Генрих… Его причины злобы мне уже не столь понятны. Ну да, я оторвал голову его сюзерену и вырезал целый отряд людей в первую же нашу встречу. Не понимаю – чего его так задело? Как-никак для кратко живущих смерть – обыденность.

Странный человек.

– Король Альфредо прислал очередной ультиматум, третий за этот год, требуя вернуть южные баронства,– выдохнула Эллейн.– Я думала совет Арбитров уже давно решил этот вопрос.

Я понимающе хмыкнул:

– Малыш Альф до сих пор не простил тебе отказа. А уж когда ты сделала своим консортом мистера Генриха… О. Юный король был в ярости, пусть и пытался это скрыть от всех. До сих пор запинается прежде чем произнести твоё имя. Как и его жена, милашка Мэлони. Ведь она положила взгляд на тебя, барон, или вернее принц консорт.

Лицо Эллейн на секунду скривилось.

– Твоей же лапой. Именно ты поддержал их союз!– напомнил Генрих.– Даже устроил целую речь на тему вознаграждения рода Модских и сам устроил их свадьбу приняв личину жреца. Своими лапами породнил дочку графа и юного короля семь лет назад!

– И они сделали восхитительный торт! А уж какое там было мясо! Великолепно прожаренные гуси, кабаны, утки и прочее! Я почти ощутил их вкус!– у меня аж слюнки потекли от приятных воспоминаний. – А вот вы меня на свою свадьбу не пригласили. Да и вообще никого из Арбитров. Нас это слегка… Какое же там слово? Ах да. Расстроило. Обидело!

– Хватит паясничать, Демон Льда,– Эллейн потеряла терпение и её глаза налились изумрудным пламенем.

– Тебя всё так же легко вывести из себя,– удовлетворенно хмыкнул я, а затем, поглядев на её спутника, добавил:– Вас обоих. Не переживайте. Альфред заверил меня, что все его агрессивные действия – лишь пыль в глаза знати. Ваши земли надёжно защищены. В случае же обмана я лично оторву юному королю голову и поставлю на трон Мэлони.

– Почему я об этом не узнала сразу же?

Я внимательно посмотрел на Демона Таинственного Леса.

– Ты часть нашего совета. Да. Но это не значит, что я должен тебе что-то докладывать.

Меня окружила дымка холодного воздуха, тонкая корка льда появилась на месте где я стоял. Температура стремительно опустилась. Консорт королевы положил руку на клинок, но Эллейн покачала головой.

– Ты прав, Зентреб,– сказала она, выдыхая клубы пара.– Ты мне ничего не должен. Но,– её голос стал подобен стали.– Для успешного правления мы должны кооперировать и просчитывать наши действия.

Прежде чем ответить, я убрал ледяную дымку и отвернулся:

– Ты права. Считай демарш Альфредо II предостережением. Мир между вашими народами держится лишь благодаря нам, убери Арбитров из уравнения – континент тут же вновь погрузится в череду войн. На фоне возможного вторжения иноземцев это станет для всех вас фатальным. Поэтому забудь о своих беспочвенных мечтаниях. Мы все связаны. Навеки.

Генрих бросил взгляд на небо и изрёк:

– Моя королева, скоро начнётся дождь. Предлагаю перейти в помещение Совета.

Демон Таинственного Леса согласно кивнула, и они быстро покинули вершину башни.

Бывшие смертные такие смертные. Всё ещё испытывают дискомфорт от небольшого кислотного дождика.

Ударили первые изумрудные молнии.

***

Большой зал, размером с амфитеатр, стал местом нашего собрания.

Каждый из Арбитров занимал свой уникальный трон. Ну или его заменитель. Кассандра восседала на материальной магии, принявший вид изящного кресла пурпурного цвета. Мощные потоки энергии иногда скрывали её саму. Плохой знак, Демон Магии вновь злоупотребила своей силой. Хотя свой антропоморфный вид она поддерживала. Лишь тёмная чешуя, крылья и когти выдавали в ней чудовище, а не прекрасную волшебницу в пурпурной мантии.

Таклисс, Демон Голода восседал на ожившей тьме, в виде простого стула. Гоблин не стал заморачиваться лишней одеждой и ограничился набедренной повязкой. В его руках покоились револьверы, к которым он испытывал странное влечение. Существо из чистой магии с замашками дикаря любило технологические игрушки.

Необычно.

Арвиль, Демон Природы на жутком дереве. Оно вообще время от времени формировало пасть и щелкало деревянными зубами, при этом отращивая глаза. Два чудовища по цене одного. Хотя саму Арвиль никто бы не назвал так, скорее уж местные примитивные смертные назвали бы её богиней или духом Природы. Хотя побороть свою привычку ходить в рваных, поношенных одеяниях зеленоволосая бестия так и не смогла.

В противовес ей Эллейн, Демон Таинственного Леса обладающая схожей магии, сделала вполне обычное древо в форме трона. Она до сих пор считала себя скорее смертной, чем одной из нас. Хотя даже по происхождению ею не была. Она дочь короля эльфов и феи. А ныне часть совета Арбитров вместе со своим консортом Генрихом, всегда стоящим за её плечом.

Нисерх Демон Конь нашёл коврик и сидел на нём. Неудивительно, ведь с четырьмя ногами нормально не посидишь. Вот они – проблемы кентавров. Даже демонов-кентавров.

Ревмарк Демон Камня просто висел в воздухе, утверждая, что его трон – невидим. Полагаю гном нагло врал, но какая разница?

Папир Демон Гнева, монстр напоминающий помесь дракона и медведя, соорудил себе кресло из обычных кусков дерева и обил их шкурами всякой живности. Настоящий работяга.

Только Ольха Демон Енотограда вместо трона просто стояла на летающем каменном круге. Маленькое чудовище, в облике человеческой крохи взирало на всех нас безразлично. Время от времени она равнодушно перебирала рыжие пряди.

Я же занял монументальный ледяной трон.

– Экспедиция в заокеанские земли завершена успешно,– доложил Таклисс.– И чтоб вы знали, уроды, мне не понравилось! Тем более в компании с этой зеленоволой психопаткой!

– Прошло так много времени, а гоблин так не отучился сквернословить,– вздохнула Арвиль, после чего скрипнула клыками.– Мне тоже не понравилось! В следующий раз пусть едет в гордом одиночестве, словно пень посреди леса! Он столько раз прерывал мои невинные развлечения.

– Развлечения? Невинные?! Да ты просто избивала всех, кто тебе не нравится! То есть вообще всех!

Арвиль лишь пожала плечами и невинно улыбнулась.

– Оставьте эмоции, коллеги,– равнодушно изрекла Ольха, сильно ударяя деревянным молотком и добиваясь тишины. Для этого ей пришлось удлинить собственную руку.– Только чистая информация.

Я с лёгкой иронией глянул на Эллейн, которая досадливо прикрыла глаза, прекрасно понимая, о чём она думала. Демоны… Самые могущественные монстры на свете, и при этом они совершенно не контролировали себя в таких ситуациях.

Нелепица.

– Прежде чем начать подводить итоги нашей двухлетней экспедиции я бы хотела продемонстрировать вам воспоминания одной души,– неожиданно спокойно изрекла Демон Природы, демонстрируя один небольшой амулет в форме сферы.– Ольха, будь так любезна…

Маленькая зомби пожала плечами и артефакт сам нырнул в её руки. Немного поколдовав она заставила его раскрыться, одновременно создавая облако зелёного тумана.

Я с удовольствием вдохнул его и пред моими глазами замелькали воспоминания уже мёртвого человека.

***

Весь день с Агоном, что-то было не так. К уже привычным для него болям в спине и усталости добавился ещё и озноб. Руки тряслись, тело периодически сотрясалось от кашля, от которого невыносимо болела грудь. В горле першило.

Из-за этого Агоном изнемогал, а ведь прошло всего шесть часов. Половина рабочего времени на заводе “Корт”, производящим детали для паровозов.

Наконец, слава Богу, раздался резкий гудок. Сигнал обеда. Отойдя от рабочего места, захватив кружку, мужчина направился к лавке с продуктами у завода вместе с остальными рабочими. Ведь закупать еду они имели право только здесь, одно из условия работодателя, господина Цекерда. По пути он увидел, как пара новеньких получили штраф от бригадира за то, что случайно толкнули его.

Штрафы… Они вводились руководством предприятия постоянно, добавляя ещё одну причину ненавидеть это место. Но выбора не было. На одно место приходилось десяток желающих, конечно, можно было вернуться в село, но там с работой ещё хуже. Вот если бы у него было хоть какое-то образование… Но нет. Даже читать он умел с трудом, ведь в селе школ практически никогда не было. Хоть какое-то образование давал только духовный настоятель. Но этого было мало, чтобы выучиться на слесаря. Или тем более на инженера. Последние получали несравненно больше и даже работали на часик поменьше. Не то, что простые работяги рвавшие на заводе все жилы.

Привычно взяв батон белого хлеба, и наполнив кружку водой, он поплёлся назад. Денег на оплату не было, поскольку по договору с господином Цекерда, практически всё сразу уходило старосте деревни Жирево и своё он получит только после окончания работ. Поэтому молодой рабочий жил, по сути дела, в долг и должен был расплатиться по окончанию контракта. То есть через три месяца.

Ужасные условия. Но выбора не было. Совсем.

Прозвучал новый гудок и Агоном убрал недоеденный хлеб. Аппетита не было. Перед глазами всё плыло, руки словно налились свинцом.

Поработав ещё немного, бедняга просто свалился без чувств, перед этим облевав станок. Последнее, что он услышал это встревоженные крики других рабочих.

Очнулся он уже на улице. Судя по заходящему солнцу, прошло несколько часов. С трудом поднявшись, он, шатаясь, пошёл обратно на завод, но пара охранников преградила ему путь. Они ни сказали ни слова, но и так всё было понятно.

У Агонома задрожали губы. Его просто выкинули с рабочего места, словно ненужный хлам. Он попытался скандалить, но лишь получил по зубам.

Немногочисленные рабочие, видящие это, лишь отворачивались, понимая, что могут легко получить штрафы, если вмешаются или так же потерять работу.

Желающих занять из место легко найти.

Сплюнув, Агоном кое-как пошёл прочь. В кармане было немного денег и он надеялся, что их хватит, чтобы вернуться в родные края.

Но не судьба. Он прошёл всего лишь несколько улиц, ощущая, как дрожит его тело, а затем вновь упал. Проваливаясь в блаженную темноту он заметил странную пару. Белокожую женщину с зелёными волосами и чёрного карлика.

***

Зелёный туман пропал, а с ним закончились воспоминания несчастного смертного.

– Так… Это вы его убили?– уточнила Эллейн.

– Разумеется, нет!– возмутился Таклисс.– Этот огрызок человека умер своей смертью.

– От болезней, недоедания, переутомления и тяжёлых условий труда,– добавила Арвиль.– Если быть точным он умер прямо на наших глазах и мы забрали его душу.

– А я взял его кольцо,– сказал гоблин, демонстрируя простое серебряное колечко.– Кажется, он собирался делать предложение какой-то бабёнке.

– Не уверен, что такую смерть можно считать естественной,– заметил я.

Папир издал предостерегающее рычание и забил лапой по полу. На камне появились трещины.

– Судя по приведённым воспоминаниям ситуация у чернокожих смертных неприятная,– изрекла Ольха.– Демон Гнева, пожалуйста, не порть моё имущество от избытка чувств. Ты опять сломал артефакт, позволяющий переводить твоё рычание? После собрания принеси мне, я отремонтирую.

Демон-медведь тут же прекратил и даже прорычал что-то отдалённо напоминающее извинение. Наверно.

– Их ситуация и в самом деле неприятна, – кивнула Демон Природы, выходя в центр.– Мы готовы дать окончательный вердикт о наших новых врагах. Они именуют свой континент – Окудос. Общее население около четырёх сотен миллионов. На территории континента находятся около двадцати государств. Но нас интересуют лишь пять из них. Готовьтесь, коллеги, сейчас вас ожидает настоящий вал информации, рекомендую выпить бодрящий напиток.

– Разумное предложение,– кивнула Ольха и покорные её воли мёртвые преподнесли каждому кружку чая. Кроме Папира. Ему выдали бочку.

– Изысканный вкус,– Арвиль с удовольствие пригубила напиток.– Так вот. Королевство Фендор, королевская власть ограниченна выборным органом власти, именно их экспедиционный корпус мы разгромили десять лет назад. Не вызывают большого опасения, они объединились лишь несколько десятков лет назад и из ведущих стран является слабейшим. Зависимых территорий практически нет. Уровень опасности – минимален. Арахейская Империя. Одно из старейших государств, но немногим превосходит Фендор, поскольку они находятся в упадке, скорее всего через несколько лет опустятся ещё ниже. Технологии неразвиты – заводов мало. Заморские владения отсутствуют, цель их политики – малые страны континента. Бандарский Конгломерат возможно наиболее развитое государство Окудоса, по сути дела состоит из нескольких государств, точнее княжеств и даже городов. Главную роль в нём играет Бандария, только её король может быть главой союза, а население гарантирует победу при формирование местного избирательного органа власти,– Арвиль сделала паузу и с явным трудом выговорила:– Швангабар. В течение десяти лет у этой страны есть все шансы вырваться вперёд. Акинский союз. Одно из двух наиболее мощных государств, обладает большими колониальными владениями. Бурно развивается, но при этом проиграло Бандарскому Конгломерату войну, около трёх лет назад, уступив ему небольшую часть своих территорий и кое-какие колонии. Форма правления – республика. Избирательный ценз на выборах. Городское и сельское население поражено в правах, впрочем, это верно для всех выше перечисленных государств. Технологически развито. Последнее государство, Хайратская Империя, контролирует большую часть заморских владений. Её центр – архипелаг у западной части Окудоса. Мощный флот, но относительно слабая армия. Форма правления – так называемая конституционная монархия. Однако в отношение промышленности, на данный момент, Хайрат наиболее развит. Практически фабрика мира. Впрочем, есть большие шансы, что скоро она уступит первенству Конгламерату. В данный момент между всеми этими странами напряжённые отношения, но есть тенденции к объединению в союзы. Полагаю, Хайрат и Акиансий союз образуют альянс против остальных стран, в стремление сохранить своё превосходство. Каковы ваши вопросы, Арбитры?

– Каковы их уязвимости,– осведомился Демон Камня.– Какие слои общества недовольны? Может ли начаться между ними война или же они попытаются решить собственные противоречия за наш счёт?

– Определённое общественное недовольство и в самом деле есть,– теперь уже слово взял Таклисс.– Низшие слои во многом поражены в правах и влачат жалкий образ жизни. Пока ещё бунты и восстания не проявляется, но тяжёлая война или иной кризис легко выведут их на улицу. В общем-то это и произошло в Акинском союзе в последней войне. Когда их армия проиграла несколько сражений, люди массово восстали в ряде городов. Армия так же оказалась парализована, и им пришлось идти на позорный, по их ничтожному мнению, мир. Судя по моим данным, их армия крайне сильна и на голову превосходит практически всё что мы когда-либо видели. Однако в их силе таится и их же слабость. Отрежь их от снабжения и их чудесное оружие станет бесполезным… Когда боеприпасы кончатся.

– Я мало что понял из её слов,– виновато шепнул Генрих на ушко Эллейн.– Всё очень плохо?

– Не уверена,– столь же тихо ответила она.– Даже обладая их знаниям, я не всегда понимаю их речь, но мне кажется, что они сильно опасаются этих заморских людей.

– Превосходный доклад,– хмыкнул я, прекрасно слышавший наших союзников.– Учитывая удалённость нашей территории, мы в относительной безопасности. Наши противники смогут использовать лишь небольшую часть своих армий. А с ними мы легко справимся – уничтожение эскадры Конгломерата это подтвердило.

Таклисс хмыкнул:

– Уничтожение кораблей может привести к большим изменениям, Демон Льда. В лучшем случае, для нас, цель Бандарского Конгломерата изменится и они решат, что проще отобрать колонии у того же Акианского Союза.

– Для нас это будет наиболее выгодный расклад,– безжизненно произнесла Ольха.– Они ослабят друг друга, а мы этим воспользуемся. Так или иначе – наши враги проиграют.

Эллейн нерешительно произнесла:

– Почему вы считаете их сразу врагами? Мы вполне могли бы жить мирно и разделить территорию.

Я, да и остальные, удивлённо посмотрели на королеву эльфов, пытаясь понять её шутку. Чтобы войти в наш совет она готова была стереть с лица земли столицу Хароса, посреди тотальной войны, тем самым спровоцировав междоусобицу среди людей и дикую ненависть к эльфам. И теперь эта женщина ещё говорит о мире? Что творится в её лесной голове?

– Согласна, звучит странно,– кивнула она, делая глубокий вздох.– Но я надеюсь на лучшее. На мирное существование,– после чего повернулась к Арвиль и Таклиссу:– Что с их магией?

– Крайне не развита, Демон Таинственного Леса,– хмыкнул гоблин.– Называют энергией Кха и из-за деструктивных воздействий стараются не использовать. Считают заболеванием, хоть и с занимательными побочными последствиями, и пытаются лечить. Как правило морфием. Запасов магии Природы в их регионе практически нет.

– Значит у нас есть колоссальное преимущество,– произнесла доселе молчавшая Кассандра.

– Любопытная ситуация складывается,– подытожил Ревмарк, мановение лапы поднимая несколько камней в воздух и заставляя кружить вокруг себя.– Несмотря на все свои достижения, численность они крайне уязвимы против нас. Если один из нас потеряет контроль над собой, то смертные не смогут его остановить. Даже если они взорвут физическую оболочку, дух любого из нас просто найдёт новое тело, а если добавить насколько в их городах много людей… Такой простор для заражения Хаосом. В своё время Зентреб с лёгкостью уничтожил Кентерберг, обратив каждого десятого в безумного монстра… Что же произойдёт в городе где население в целый миллион?

Арвиль поморщилась и сказала:

– Цена такой атаки – разум одного из нас. Не стоит доводить до этого.

– Нет смысла ворошить осиное гнездо,– лениво вставил я.– Лучше сосредоточимся на изучение их и укрепление нашей территории.

– Согласна,– слово взяла Ольха.– Логика подсказывает следующее: Занять выжидательную позицию, открыть несколько портов для ограниченной торговли и попытаться скопировать их технологии. Проголосуем?

Никто из нас не желал новой войны, поэтому единогласно было принято решение лишь пресекать наиболее агрессивные действия заморских держав. Оставшуюся часть времени мы посвятили разбору военных возможностей наших новых противников.

Вопрос возможной измены гномов ни я, ни Ревмарк не подняли.

Глава III Мотивация чудовищ

Совет монстров назвавшимися Арбитрами окончился лишь спустя несколько труднейших, для Эллейн и Генриха, часов. Волны магии монстров буквально сводили с ума.

Голод сменялся яростью, отчаянием, а затем будто гравитация усиливалась, вдавливая человека и эльфийку в пол.

Такова мощь демонов, даже не старайся вредить – они вредили.

Сменив зал совета на покои древних магов, чудовища устроили какой-то цирк. В помещение, размером с амбар, стоял специфически запах. Пахло: затхлостью, разложением, кровью, весной и зимой одновременно. Столь странный букет запахов объяснялся наличием Таклисса, Зентреба, Папира, Арвиль и Ольхи. Трое из них искажали реальность вокруг себя, даже против своей воли.

Сам бы герольд с радостью ушёл бы отсюда, как и Эллейн, сразу после совета, но порталы работали нестабильно и Кассандра, во имя безопасности, попросила подождать, пока она всё не починит. А то ведь в случае неисправности портала их могло забросить неизвестно куда, а то и вовсе раскидать на части. Или наоборот слить воедино.

Они это понимали и согласились с Демоном Магии.

А затем им поступило приглашение поучаствовать в некой игре.

Чудовища разместились на каменных тронах и нависли над мраморным столом. Выглядело это странно, ведь двое из них превосходили в размере обычного человека в несколько раз.

Принц-консорт ожидал боёв со смертными, ужасных пыток, пожирание заживо. Как ещё могут развлекаться бессметные монстры? Однако реальность оказалась более… спокойной.

Генрих и Эллейн получили по сиреневому кристаллу.

– Что это такое?– осведомился консорт, с недоумением и недовольством дотрагиваясь до кристалла. Через секунду в его голову хлынул поток информации, от которого герольд скривился.

– Кристаллы древние маги использовали для хранения информации, а играть мы будем в “Демоны и города”,– безразлично и механически произнесла Ольха, перебирая игральные кости.– Как показывают исследования древних магов – совместный отдых за весёлой игрой избавляет от стресса, позволяет лучше узнать коллег и сформировать более эффективную команду. Поэтому я пригласила вас обоих. Вы слишком мало участвуете в совместной деятельности и отдаляетесь от нас. Это не продуктивно.

– Ольха, кусок ты мёртвой плоти,– оскалился Таклисс, разбирая револьвер и смазывая его.– Генрих же простой герольд не самого развитого общества. Он не понимает и половину того, что ты говоришь. Старайся говорить проще.

– Ты прав,– кивнула Ольха.– Мы. Играть. Вместе. Веселье. Сближает. Смертных. Так. Говорили. Древние. Маги.

– Это ты так пытаешься пошутить, Демон Енотогрда,– Зентеб неодобрительно покачал головой. Его сторона стола уже могла похвастаться ледяной коркой.– Не смешно. Эллейн и Генрих родились в более тёмное время, поэтому у них не было возможности получить достойное образование, но не стоит недооценивать их смекалку… Раз уж на то пошло, мы обязаны своими знаниями тем, что сожрали их носителей и присвоили себе, а не нашим собственным усилиям. Надо быть терпимее к примитивным дикарям.

Ольха лишь равнодушно пожала плечами.

Генрих же ощутил, как кровь прилила к голове, и выдохнул, пытаясь обрести спокойствие.

Не слишком получалось. Не помогал даже тот факт, что любой из демонов шутя и изящно попивая вино, разорвёт его на части в бою, даже не смотря на “Поглотитель”.

Большая часть этих монстров не ставили его ни в грош, ну а те, что ставили – всё равно неосознанно относились так же.

Эллейн успокаивающее коснулась его плеча и покачала головой.

Помогло.

– То есть вы просто сидите, Ольха описывает событие и вы отвечаете, как бы действовали, если бы были теми, кого изображаете?– уточнил он, загоняя недовольство поглубже.

– Весьма грубая формулировка, но в целом верно,– кивнула Арвиль, закидывая ноги на стол. В руках у неё уже был холст.– И соблюдай регламент смертный. Ты не часть нашего совета, поэтому обращайся к нашей дохле не иначе как “Демон Енотограда”.

– Мне всё равно,– равнодушно сказала Ольха.– Генрих Дорский может называть меня как ему угодно. В разумных пределах, конечно же. Называть меня маленькой девочкой нежелательно.

Папир издал неодобрительное ворчание и щёлкнул клыками, а затем ещё и оставил на мраморном столе следы от когтей. От этого демона веяло почти материальной опасностью, казалось, будто он готов прямо сейчас напасть. Даже от Зентреба не несло такой жаждой убийства.

– Но это же просто…– продолжил возмущаться герольд, которому демоническая магия ударила в голову.– Просто какая-то убогая игра! Точно уж не так вам проводить ваш досуг! Вы же древние демоны, а не какие-то ущербные ублюдки! Как можно быть повелителем целого континента и играть в подобное? Зачем вам вообще нужна была власть, если вы тратите время на это. К чему всё это?!

– Опять пустая болтовня!– Таклисс разочарованно откинулся назад . Его глаза пылали тьмой, но тон оставался относительно доброжелательным.– Уверен, он не замолчит, пока мы не объясним более подробно. А время-то нельзя растянуть и его-то для игры остаётся всё меньше и меньше… Ну ладно. Генрих, скажи нам, что движет смертными?

Герольд с сомнением посмотрел на Демона Голода:

– Все мы разные и причины тоже могут быть разными. Кто-то жаждет денег, иные славы, третьи – наслаждения.

– В целом да, но нет, красночешуйчатый недодемон,– сказала Арвиль, аккуратно делая рисунок своего персонажа на холсте.– По сути дела можно выделить три группы: Материальные ценности, плотское удовольствие и самореализация. А поскольку мы созданы смертными и стали такими благодаря поглощению некоего числа душ, то кое что из этого касается и нас.

– Кроме плотского удовольствия,– хмыкнул Зентреб и, увидев непонимающий взгляд Генриха, добавил.– Живому оружию нет смысла испытывать подобное удовольствие. Совсем недавно я говорил какой отличный был торт на королевской свадьбе, вот только я ощутил лишь тень того удовольствия, что какой-нибудь мелкий барон, получивший небольшой кусок этого торта. Мы практически не можем ощутить изысканный букет запахов, симфонию вкусов еды, удовольствия от соития и прочее… Нам это не доступно на девяносто семь процентов. Хоть мы и называем тебя, да и других смертным, мясом. Шутим над вашими болезнями, слабостями, убогими потребностями и старением, но на деле мы несколько завидуем всей вашей дополнительной сенсорной информации. Единственное от чего мы получаем удовольствие,– тут Ледяной Демон приоткрыл пасть и облизнулся, а его глаза затопило ледяное сияние. Чешую Генриха сразу царапнул мороз, а Эллейн поёжилась.– Это аннигиляция всего живого! Вот чего желает наше сердце, однако разумом мы понимаем всю деструктивность подобных действий. Это не наш путь.

Опасный свет в глазах Зентреба утих так же внезапно, как и появился.

– Говори проще, отмороженный,– злобно напомнил Таклисс.– Генрих и Эллейн не являются продуктами древней магической цивилизации и не обладают всей полнотой наших знаний!

– Мы не можем насладиться маленькими радостями жизни,– доброжелательно хмыкнул Зентреб, не обращая внимания на грубость Демона Голода.– Даже сон его не приносит. Тебе повезло, что ты сохранил всё это, Генрих. “Поглотитетель” неплохо работает, может разрушать города до основания, ты и не можешь, зато вполне способен ощутить все оттенки вкуса мяса и сладко поспать. В отличие от нас. Это многого стоит.

Генрих не особо понимал их жалобы, а вот Эллейн против воли кивнула. В своё время она недолго обладала частью моей мощи и понимала, о чём говорили демоны. Хотя её сильно раздражало то, что её спутникам требовался отдых. Иных проблем она не успела ощутить.

Если конечно не считать навязчивого желания кого-нибудь разорвать.

– Я всё ещё не понимаю, к чему вы ведёте, Арбитры,– всё ещё раздражённо выдал Генрих.

– К мотивации,– произнесла Арвиль, отвлекаясь от холста и рассеянно бросая игральные кости.– Мы практически бессмертны, а значит наше время неограниченно. Будучи самыми могущественными существами, нам почти не доступы обычные удовольствия и это разочаровывает. Алкоголь, наркотики и прочее оказывают лишь незаметную тень наслаждения.

– Однако наркотики не стоит употреблять,– молвила Ольха.– Последствия для смертных всегда разрушение собственного тела и разума. Алкоголь тоже стоит употреблять в крайне малых дозах. Да и курение оказывает неприятное воздействие. Поэтому тебе, хоть ты уже и мало напоминаешь смертного, следует воздержаться от всего этого, дабы не сократить и так не большой срок собственной жизни.

– Дохля хочет сказать, что опасно жить, от этого умирают,– хмыкнул Таклисс, проверяя барабан револьвера.– Давайте покороче, болтуны. Два года я мотался по другим континентам в сопровождение зеленоволосой психопатки. Это было долго. Мучительно. И моё сердце желает отдыха. Поэтому я хочу доиграть это сессию за сегодня, а не слушать, как мы объясняем очевидные для нас вещи Генриху и Эллейн. Без обид, герольд. Королева.

Демон Таинственного Леса кивнула с лёгкой толикой уважения. Её консорт лишь махнул рукой.

Удивительно, но самый грубый из семёрки демонов относился наиболее уважительно к Эллейн и Генриху. Всё-таки они были лишь смертными, которым удалось преодолеть своё предел и встать, хоть и с оговорками, на один уровень с древними монстрами.

Этого хватило, дабы завоевать его уважение. Или его иллюзию.

– Материальные ценности, хлипкий смертный, тоже выкидываем и что нам остаётся?– задала риторический вопрос Арвиль, дорисовывая своего персонажа.– Лишь реализация собственного потенциала, но поскольку мы оружия массового разрушения, то выбрали себе от противного. Не разрушать, а строить. Созидать. Нечто новое. Нечто лучшее. Не потому что мы добры, вовсе нет, а лишь для удовлетворения собственного эго. Мы собираемся, и уже делаем, то, что не под силу никому другому! Даже нашим создателям! Новый, лучший мир!

– Поэтому вы развязали жестокую войну,– напомнила Эллейн. Молчать она уже не могла.– Уничтожили значительную часть войск орков и людей, осадили Когоран, а затем ещё и вырезали кентавров. И после этого вы говорите о лучшем будущем? Ваше лицемерие поражает меня!

– Та война началась и без нас,– хмыкнул Зентреб, поправляя шляпу.– Люди и эльфы сцепились с орками, которых поддерживали иноземцы. В это жестокое время мы же лишь во время вступили и собрали все сливки. Поэтому не стоит винить нас в этом. Ну а насчёт кентавров… Нельзя построить нечто новое, не уничтожив старое. Так или иначе.

Тут Зентреб замолчал и коснулся лапой подбородка. Верный знак того, что ему в голову пришла очередная безумная мысль.

– И этим вы оправдываете свои “действия”?– герольд специально выделил последнее слова, подразумевая преступления.

– Мы не сделали ничего, чтобы вы, смертные, не делали с собой сами,– почти доброжелательно произнесла Демон Природы, откладывая рисунок.– Массовые убийства, разрушения, нетерпимость – всё это было и без нас. И будет после нас. Такова природа смертных. Вы с радостью уничтожите друг друга за презренные материальные блага. Или за идеи.

– Довольно, коллеги,– равнодушно заявила Ольха, которой этот каламбур уже надоел.– Мы все можем вести моральный спор бесконечно долго, но это ничего не изменит. Сейчас мы все работаем вместе. Кто-то ради выживания, кто-то ради светлого будущего, а кто-то ради большей власти. Так что давайте закроем данный разговор и сосредоточимся на улучшение отношений внутри нашей разношёрстной команды.

– Мы ушли в какие-то дебри, хотя я не удивлён, ведь почти все из нас полностью безумны,– Таклисс наконец закончил возиться с револьвером.– Так вот, касаемо твоего вопроса, Генрих Дорский: Поскольку большая часть удовольствий нам не доступна, то мы используем свою фантазию. Симулируем историю, где персонажи, с которыми мы так или иначе себя ассоциируем, попадают в опасные ситуации. И сдерживаем навязанное создателями желание убивать, убивать и ещё раз убивать.– тут он оскалился.– Да это и просто забавно. Уверен, рано или поздно кто-нибудь из нас сотрёт себе память, заблокирует магию, если это конечно возможно, и будет жить, какое-то время, как простой вонючий смертный. Лишь, чтобы получить хоть крупицу удовольствия несвязанного со смертью и разрушением.

Воцарилось тягостное молчание. Генрих и Эллейн и раньше знали, насколько их союзники ужасны, но только сейчас до них дошло насколько всё печально.

– Не у всех нас есть такой порок,–наконец сказала Ольха и равнодушно продолжила:– но давайте оставим всё это нытьё о тяжёлой судьбе и сосредоточимся на игре. Готовы? Славно. Мы остановились на том, что ваша группа попала в плен корпорацией Айкоро…

Игральные кости упали на стол неожиданно оглушительно. Игра, в которой демоны притворялись смертными, продолжилась…

***

Кассандра с интересом осматривала портал, ведущий в городок Рувендур. После присоединения части людских территорий королева эльфов перенесла резиденцию из Леса в этот град, показывая направление своей политики.

Каменная арка в два роста обычного человека сияла цветом пламени, а не привычной тьмы.

Плохой знак.

– И давно он в таком состояние?– осведомилась Демон Магии у стоящих рядом двух магов. Её глаза пылали пурпуром. Верный признак хаотичного состояния.

– Несколько ча.. часов, великая госпожа,– ответил один из них, пытаясь стать как можно более незаметным, прекрасная зная, что в такие моменты Кассандра отличалась чрезмерной кровожадностью вперемешку с исследовательским энтузиазмом.

Она вполне могла поджарить пару слуг, лишь чтобы проверить, сколько человеческое тело выдержит повреждений.

Когда приступ пройдёт она обязательно слегка пожалеет о содеянном, но и только.

Оба мага были молоды, едва два десятка лет. Один отличался субтильностью и манерами, а второй богатырской статью.

– Два часа и сорок пять минут,– педантично поправил трясущегося чародея стоящий рядом мертвец в доспехах. Говорил он голосом Ольхи. Некросущество легко могло находиться в нескольких местах одновременно, при наличии мёртвых тел, конечно.– В тот момент никто с ним не контактировал. Последнее использование было осуществлено Демоном Таинственного Леса и её консорта. Диверсия исключена. Скорее всего, это последствие нашего неудачного эксперимента “Грань”.

– Жаль, что он не удался,– Кассандра сожалеющее покачала головой и положила руку на ещё тёплый камень.– Эххх… Я бы хотела пройти между мирами и узреть остатки Анасорга, столичного мира Магической Республики. Однако, хаос между мирами так и не успокоился спустя тысячу лет.

– Мы можем жить бесконечно долго,– равнодушно молвила Ольха устами трупа.– А значит рано или поздно мы прорвёмся в другие миры. Это так же неизбежно, как и смена времени суток.

Ремонт портала начался с его же выключения. Как только тёмно-огненное зарево пропало Кассандра и подчинённые ей чародеи приступили к работе. Если один из немногих порталов выйдет из строя это осложнит работу демонов на всём континенте. А заодно пошатнёт веру в их всемогущество.

Пусть немного, но падение всегда начинается с малого.

В течение следующего часа Кассандра изучала потоки энергии, направляла их и меняла внутреннею структуру заклинаний, что опутывали каменную арку. Два волшебника помогали по мере сил.

Демон Енотограда лишь наблюдала, посредством мертвеца.

Спустя три дюжины минут Кассандра вновь запустила портал.

Это стало ошибкой.

Алая бездна раскрылась в каменной арке и Демона Магии неудержимо потянуло к ней.

Только её. Маги и некросущество ничего не ощутили.

– Интересный эффект,– равнодушно-унылым тоном произнесла Ольха, смотря в огненную бездну.– Похоже из-за твоей демонической сущности тебя и засасывает в эту дырку.

– Это звучит слишком двусмысленно, зануда!– выкрикнула Кассандра, вонзая когти в камень, словно он мягкое желе.– Тебя Зентреб покусал?

– Древние маги доказали, что юмор в критической ситуации позволяет разрядить напряжение и повысить эффективность,– равнодушно, но быстро, буквально за секунду, выговорила Ольха.

– Это не так работает!– заорала Кассандра, начиная терять форму. Она словно превращалась в жидкость, которую засасывало в алый провал в реальности.

– Хватайте её,– приказала Ольха подручным чародеям, что выглядывали из-за колонны. Сама тёмный кристалл и бросила его в огненную бездну. С неприятным хрустом он раскололся на подлёте, испуская из себя тёмно-зелёную волну энергии.

– Но… – начал было один, но тут же замолчал и поспешил на помощь.

Два мага едва успели схватить Демона Магии за руки, а потом неожиданно легко оттащили от портала. Почему-то Кассанда практически ничего не весила.

– Три, два… а всё уже.– произнесла Ольха, наблюдая как провал в огненную бездну закрывается.– Теперь осталось только не допустить распространение нежелательной информации. Вы, двое, стойте и не двигайтесь.

Прежде чем маги успели отреагировать, мертвец бросился вперёд, собираясь разорвать их.

Вот только на его пути встала Демон Магии, пробив рукой грудь на вылет.

– Твои действия не логичны, Кассандра,– спокойно произнесла Ольха устами мертвеца.– Они видели какой эффект на тебя оказывает портал в измерение Хаоса. Их следует устранить.

Повреждения тела её, понятное дело, не заботили.

– Они служат мне!– отчеканила Кассандра, резко выдёргивая руку из мёртвой плоти и отталкивая тело.– И я не позволю убивать их из-за пустых подозрений в предательстве. Ты не тронешь их, Ольха. Слышишь?

– Я стою вплотную к тебе. Конечно, я слышу. Тебе следует отправиться в палаты исцеления, похоже избыток магии лишает тебя возможности мыслить трезво и верно оценить ситуацию. Случайно мы обнаружили ещё одну возможность нанести нам реальный вред. Эта информация не должна попасть в руки смертных.

– Моя позиция не поменяется, Демон Енотограда, – Демон Магии покачала головой.– Я понимаю твои опасения, но убивать моих людей – не позволю. Они моя ответственность и я прослежу, чтобы они не болтали.– чуть повернувшись назад она бросила.– Всё слышали, смертные?

– Пурпурная Владычица, мы сохраним в секрете всё, что видели сегодня,– оба мага упали на одно колено и склонили голову.

Правда, дрожь скрыть они не смогли. Да и не пытались, ведь их жизни висели на волоске.

– С этого момента вы будете сопровождать меня. Контакты с другими магами должны быть ограничены до минимума, по крайней мере, пока я не разработаю меры противодействия.

Ольха равнодушно приподняла левую бровь и проворчала:

– Ох уж, эти морально лицемерные демоны…Было бы проще перевести их в неживое состояние… Да будет так, Демон Магии. Я сообщу о нашей проблеме заслуживающим доверия членам совета. Следи за этими смертными.

Едва последние слова сорвались с уст, как ярко зелёный свет глазниц потух и мертвец чуть сгорбился. Ольха прервала прямое управление.

Только теперь маги облегчённо выдохнули, прекрасно понимая, как близко прошла мимо них смерть.

***

– На сегодня всё,– неожиданно объявила Ольха, громко хлопая в ладошки.– Спасибо за участие. Надеюсь, через семь дней мы соберёмся вновь и узнаем, сможете ли вы покинуть подземный комплекс корпорации Айкоро или же останетесь в нём навеки. Демон Таинственного Леса, консорт Генрих, к сожалению, портал всё ещё не исправлен, придётся подождать ещё некоторое время, поэтому я отведу вас в специально подготовленные покои. Или вы желаете экскурсию по моей цитадели?

– Благодарю за предложение, Ольха,– вежливо произнесла Эллейн, вставая из-за стола.– Мне не хочется отнимать у тебя время, поэтому откажусь от твоей помощи.

Маленькая девочка лишь равнодушно пожала плечами:

– Как пожелаешь.

Я тихо хмыкнул. Так себе отговорка. Демон Енотограда может контролировать одновременно десятки тел. Все это знали.

Юная королева просто не хотела быть в нашем обществе дольше необходимого.

Как мелочно.

Как только бывшие смертные покинули зал, каждый из нас обратил внимательный взгляд на Ольху.

Та молчала, смотря в стену пустым взглядом изумрудных очей.

Прошла минута тяжёлого молчания. Другая. Третья.

– Мы ждём объяснений, мёртвый кусок мяса,– Таклисс ожидаемо не выдержал первым.– Что случилось?

– Неполадки с пор… порталом,– с нетипичной для неё заминкой сказала Ольха.– Одну секунду. Из-за провыва Хаоса связь между моими телами сбоит.

– “Провыва”?– Таклисс чуть хохотнул.– Наконец дохля так же вошла в наш клуб косноязычных монстров! Провыва!

Маленькая девочка как-то странно дёрнулась. Словно марионетка.

– С….Секунду…Я….Гтова рассказать о происшествие.

Порция новой информации была поглощена нами быстро.

– Так значит, есть ещё один способ избавиться от нас,– задумчиво протянул я.– Похоже, наше бессмертие становится всё более и более условным.

– Предлагаю устранить свидетелей и сохранить информацию в тайне,– равнодушно произнесла Ольха.

– Грррр. Кассандра решила отметил жизнь тем магам,– отметил Папир бархатным голосом с глубоким баритоном.– Негоже нам подвергать сомнению решение одной из нас и идти на попятную. Сородичи, если мы будем убивать смертных лишь из-за мимолётных подозрений, сомнений, то чем мы будем лучше настоящих чудовищ? Кассанадра верно поступила, ведь наиболее рациональные действия– зачастую оказываются наиболее аморальными. Мы должны быть рачительными повелителями и не повторять ошибок древ… Грараарара!

Ожидаемо его универсальный амулет переводчик в очередной раз сломался, и Демон Гнева опять мог лишь рычать. Впрочем, его позиция была понятной.

Остальные, даже Таклисс, кивнули.

– Так ты поэтому, дорогая Ольха, прервала наше милое развлечение и спровадила юную Эллейн и её суженного урода?– прозорливо заметила Арвиль.– Считаешь, что малышка Демон Таинственного Леса не заслуживает права на наши тайны?

– Вопрос о жизни двух смертных – не существенен. Хотя их всё-таки следовало устранить,– равнодушно кивнула девочка зомби.– А вот её Величество, совсем другое дело. Её лояльность под вопросом, она была нашим противников и имеет личные счёты как минимум с одним из нас.

– Достойная аргументация для столь маленького и мёртвого существа,– обронил Таклисс.

Побарабанив когтем по столу, оставляя при этом выбоины, я вступил в беседу:

– Это правда, в своё время я убил её отца, превратил в монстра, подверг многим испытаниям. Однако,– я поднял коготь вверх, привлекая внимание.– Я считаю, Демон Таинственного Леса имеет право знать.

Папир издал вопросительный рык, тщетно пытаясь вновь запустить амулет.

– Объясни свою позицию, Зентреб,– попросила Арвиль.

– Разумеется, восхитительная Демон Природы. Хотя аргументы Ольхи бесспорны, мы должны помнить, что за эти десять лет Эллейн верно служила нашему делу. Она часть нашего совета и ни разу не подвела нас. Исправно поставляла Магию Природы из своих угодий. Помогала с дипломатией и отстаивала выгодные нам решения. Мы же сделали её власть над Лесом безоговорочной, даже феи признали правление эльфов. Вспомните, мы обещали ей равное положение. Обещали право стать одной из нас. Нам не стоит нарушать своё слово и доверие. Ложь и обман – это орудие слабых смертных, но не могущественных демонов.

Короткая пауза.

– Это одна сторона медали. Так сказать моральная сторона,– усмехнулся я.– Теперь рациональная причина, которую вы и сами понимаете: Смертные боятся нас, ненавидят, однако так же страстно желают обрести нашу силу. Стать бессмертными и столь же могучими. Получить нашу власть. Эллейн это живой пример того, как смертный может возвыситься до нашего статуса. Получить нашу мощь. Стать равной нам. Обрести небывалую власть. И эта вера пошатнётся, если мы будем утаивать столь важную информацию от неё. Как и верность самой Эллейн.

– Как будто кто-то в ближайшее время об этом узнает,– проворчал Таклисс, доставая револьвер и начиная крутить барабан.– И как будто она не воспользуется этим знанием против нас, в случае чего. Ладно. Плевать. Доведём до неё эти сведенья.

– Не идеальная аргументация, дорогой Зентреб,– отметила Арвиль.– Но я поддержку тебя и Папира. Ведь даже если Демон Таинственного Леса решит предать нас… Чтож, всегда хотела узнать – каково на вкус мясо полуфеи.

Папир благосклонно кивнул.

– Вы действуете иррационально,– равнодушно изрекла Ольха.– Я уточнила у Кассандры только что. Она поддерживает ваше решение. Да будет так. Я доведу информацию об этом случае Эллейн и Генриху. А так же оставшимся членам совета.

– Наша юная королева и её консорт уже наверняка, что-то заподозрили,– отметила Арвиль, вставая и грациозно потягиваясь.– Я лично объясню им ситуацию.

***

– Они что-то скрывают,– буднично заявил Генрих, когда двери закрылись. А за спинами парочки на расстояние десяти шагов пристроился волшебный дракончик и глава клана Рыси Вепьян.

Четвёрка двигалась по мраморному коридору, неприятный изумрудный свет лился с потолка. Из-за этого мрамор казался не белым, а скорее тёмно-зелёным.

– Я заметила,– кивнула Эллейн, творя защитные чары. В этой цитадели даже стены имели уши.– Это странно. Но объяснимо, мой дорогой рыцарь. Видимо они до сих пор опасаются, что в ходе войны с теми чернокожими завоевателями мы предпочтём либо сохранить нейтралитет, либо встать на сторону иноземцев. Разумеется, мы так не сделаем, но они не готовы в это поверить.

Генрих лишь хмыкнул, прекрасно понимая, что в таком месте его королева не могла сказать ничего иного. Даже не смотря на чары.

– Ты уверена, что в такое время стоит лично возглавлять дипломатическую миссию лично?– консорт перевёл тему.– Твои войска остановили армию гномов и кентавров, положив конец их амбициям и союзу. Многие до сих пор таят злобу.

– Наши войска,– поправила его королева, бросая неприязненный взгляд на проходящего мимо мертвеца. Ей на секунду показалось, что в его глазах мелькнул изумрудный свет.

Ольха всё ещё следила за ними.

– Скорее всё-таки ваши,– хмыкнул Вепьян, нагло вступая в разговор и незаметно пряча флягу.– Моя королева, я безмерно уважаю Генриха за его умения, навыки и храбрость, но большая часть эльфов не может принять…– тут глава клана поморщился.– Человека как вашего партнёра и нашего короля. Они не видели его храбрости, когда он лично бился с Демоном Природы.

Эллейн и Генрих синхронно поморщились. Даже их ближний круг не знал, что битва при Когонаре во многом была лишь представлением, в ходе которого демоны и должны были проиграть.

Правда Генрих вполне мог погибнуть по настоящему, ведь Арвиль, как и любой другой из семёрки монстров, с трудом могла контролировать себя в бою. В общем-то потерь должно было быть гораздо меньше, но Демон Природы слишком уж разошлась.

Вепьян и Киэль получили версию, согласно которой демонов поразила стойкость эльфов и они предложили место в своём совете. В противном случае они обещали обрушить на них мощь не одного, но сразу семерых.

Поскольку даже мощь одного демона о главе армии мёртвых ужасала, то уж мощь всех семерых ввергала в настоящую бездну отчаяния.

Поэтому главы кланов безоговорочно поддержали решение войти в совет Арбитров.

И до сих пор не пожалели. Совет чудовищ и в самом деле принёс на истерзанную войной землю мир. Своё понимание мира.

– Моё признание среди эльфов не важно, в отличие от безопасности нашей королевы,– сказал герольд.

Эллейн вздохнула, остановилась и ласково провела пальцами по щеке Генриха, ощущая не мягкую кожу, а обжигающую чешую:

– Как монарх и, в какой-то мере, посол Арбитров я должна лично поехать, конечно, если не случится ничего крайне неожиданного,– грустно произнесла она, не обращая внимания на боль.– Формально старейшины гномов признали власть демонов, но кто знает истину? Конечно, они и не подозревают, что я часть совета и это так же несёт выгоду. Если они задумали мятеж, то я узнаю об этом первой.– она наконец убрала покрасневшие пальцы от щеки герольда.– И потом, я верю в твои силы защитить меня несмотря ни на что.

Вепьян хмыкнул от этой сцены и сделал очередной глоток из казавшейся бездонной фляжки, дракончик телохранитель остался безучастным.

В отличие от кое-кого другого.

– Как и всегда, меня от вас тошнит,– раздался мелодичный голос, и прямо из воздуха появилась Арвиль.– Почему каждый раз, когда кто-то из семёрки вас навещает, то оказывается именно в этом слащаво-розовом моменте? Сколько можно, одна Демон Таинственного Леса, другой её консорт, а до сих пор ведёте себя как влюблённые куски мяса, что даже ещё ни разу не потрахались!

– Как и всегда, ты говоришь ужасные вещи, Демон Природы,– покачал головой Генрих.– Совет решил раскрыть подробности?

Вепьян и волшебный дракончик разумно отошли несколько подальше, дабы не мешать разговору, но готовы были в случае сего ринуться на помощь.

Арвиль устало приложила руку ко лбу и покачала головой:

– Мелочное происшествие, из-за которого Ольха излишни разволновалась. При ремонте портал неожиданно сработал и едва не затащил Кассандру в измерение Хаоса. При этом маги рядом нисколько не пострадали.

– И она решила, что если мы узнаем об этом, то сможем использовать против вас,– кивнула Эллейн.– Разумно, ведь я никогда вас не любила. Почему же вы решили это раскрыть?

Демон Природы язвительно оскалилась буквально до ушей и раскрыла крылья:

– Пересказывать речь Зентреба я не буду, но если кратко – мы решили довериться тебе, ну а если бунт таки случится,– за долю секунды Арвиль преодолела расстояние и застыла перед Генрихом, что успел загородить Эллейн.– Я с большим удовольствием узнаю, каково на вкус мясо полуфеи и полудемона. Думаю, оно будет… пикантным.

– Это всё, что ты желала сказать, Демон Природы?– осведомился Генрих, стараясь не смотреть в пасть монстра.

– Да. А теперь позвольте побыть гостеприимной и лично отвести вас в покои,– королева эльфов собралась было возразить, но Арвиль не дала ей такой возможности.– Отказ не принимается, я не видела вас много лет, мои дорогие черви, поэтому желаю пообщаться, пока мы все ещё свободны от государственных дел!

Ни Арвиль, ни Генрих проявили мудрость и не стали возражать. Из всей семёрки, ну ладно, восьмёрки Арвиль была наиболее хаотичной и хуже всех относилась к смертным, даже в обычном разговоре оскорбляя их.

Эллейн тут же вспомнила Зентреба. Он находил подобное поведение крайне забавным. По его словам Демона Природы создали как метаморфа, способного прикинуться кем угодно, незаметно проникнуть куда угодно, а уже затем учинить резню. Вот только из-за одного психологического выверта, вызванного пожиранием душ тех самых древних магов и одной эльфийки, Арвиль оказалась практически не способной ни к какой социализации.

Как правило, общение со смертным заканчивалось тем, что она просто их избивала до потери сознания, а в худшем – убивала.

При этом она испытывала постоянную потребность в общении.

– Пойдёмте же, я лично покажу ваши покои, они так похожи на вас! Столь же убогие!

Глава IV Дела лесные

Город Рувендур представлял собой странное зрелище. Сюрреалистичное даже. Когда-то это было обычное людское поселение, расположенное относительно рядом с Таинственным Лесом. Построенный на пересечение двух рек, град быстро расширялся, служа торговым пунктом, через который редкие товары, добываемые только на территории эльфов, текли в королевство людей. Чешуя драконов, кости и мясо единорогов, пыльца фей и много многое другое.

После победы над демонами в битве при Когонаре местные земли отошли Эллейн, как дань благодарности за помощь в том ожесточённом сражение.

Ну и ещё из-за отсутствия выбора у короля людей. Трудно протестовать, когда в твоей столице полно эльфов, волшебных драконов, энтов и целой куче иной живности, а от армии рожки, да ножки.

За десятилетие управления Эллейн бывшие земли людей преобразились. Мощная каменная стена окружала город. Среди плохо сделанных домов росли громадные деревья, внутри которых и обитали эльфы. Лианы опутывали постройки, создавая хаотичный узор, украшенный разнообразными цветами.

А в центре этого хаоса возвышалось громадное древо. Более трёх тысяч локтей в ширину и ещё почти тысяча в ширину. Его тень накрывала весь город и именно в нём разместилась королева эльфов, носившая титул Арбитра и прозвище – Демон Таинственного Леса.

Правда об этом мало кто знал.

В лучах оранжевого света, исходивших от магических светильников, Эллейн восседала на троне из нескольких карликовых деревьев. Простое зелёное платья, туфли на изящных ножках и деревянная диадема на голове. Простой наряд, но он лишь подчёркивал необычную красоту королевы и не скрывал её величия.

Хотя сейчас Эллейн выглядела уставшей, подперев щёку кулачком она слушала доклад советников.

Краткое путешествие в цитадель демонов далось нелегко. Ядовитая атмосфера и целый день в обществе ужасных монстров, подавляющих одним своим присутствием, непростое испытание даже для полуфеи.

К счастью всё закончилось и теперь вместо изматывающих встреч её предстояли лишь утомительные. Временами она думала, бросить всё это, оставить дела советникам и остальным арбитрам, а самой жить в удовольствие вместе с возлюбленным.

Мелочное желание, но столь… желаемое. В конце концов, все стремятся к счастью, а что может быть лучше жизни с любимым? Без мировых забот и тяжелейшей ответственности.

Королева даже находила всё это забавным.

Разговор с советниками проходил в небольшом зале за уютным столом почти на вершине древа. Дальше лишь личные покои королевы. Под дымящиеся кружки чая, Киэль и Вепьян докладывали о ситуации. Хоть Эллейн и Генрих отсутствовали недолго, но упускать даже не значительную мелочь они не желали.

После ряда реформ их должности в качестве глав кланов были упразднены, но взамен они получили статус советников королевы.

– Согласно вашему приказу ресурсы доставлены,– закончила доклад Киэль. – Торговля с чёрными людьми приносит удивительную выгоду, серебро и золото льётся рекой. Так же нам удаётся закупить небольшое количество их оружия в качестве образцов, специалистов и договориться о поставке некоторых их… – эльфийка запнулась, пытаясь правильно выговорить заморское слово. – Станков. Всё идёт хорошо, моя королева и наш порт Аизар в будущем может начать не справлятся с поставками.

Киэль, когда-то глава клана Совы, а ныне советница и одна из приближённых к королеве. За десять лет она почти не изменилась. Всё те же синие глаза, коротко подстриженные волосы и приметный шрам на щеке. В отличие от Вепьяна она отказалась принимать мощь демонов, считая её слишком опасной.

Эти двое в обмен на власть и собственное выживание помогли повелительнице Леса провести реформы и уничтожить былую систему кланов. Хотя выкорчевать её из голов большей части эльфов до конца ещё не удавалось.

Десять лет для долгоживущих эльфов это малый срок. Рано или поздно все они примут будущее.

Или оно поглотит их.

– Я приму это к сведению, благородная советница. Ресурсы, деньги, люди и эльфы будут выделены для расширения города. – Эллейн благосклонно кивнули, переводя взгляд на Вепьяна.

– За последний месяц количество внеплановых визитов иноземцев увеличилось, – доложил рыжеволосый эльф. – Более пятидесяти случаев браконьерства и хотя большую часть нам удалось перехватить, тенденция угрожающая. При этом в некоторых случаях им помогали эльфы из мелких кланов у побережья, – глава кланы Рысь запнулся и поморщился, прежде чем продолжить. – Самое неприятное, они работали за дурман. Эту проблему мы недооценивали раньше и недооцениваем сейчас. Поэтому предлагаю ужесточить наказания за него, моя королева.

– Точнее. Что ты хочешь сделать, советник?

– Казнить их всех.– твёрдо молвил бывший глава кланы Рыси.– Даже не взирая на возможные последствия, использовать людей и големов, ведь многие эльфы могут выступить против нас, но с поддержкой остальных жителей Леса, мы легко подавим любое недовольство. Мне нужно лишь ваше разрешение, моя королева.

– Это может привести к волнениям. В худшем случае отдельные кланы могут даже поднять восстание,– заметила Эллейн.– Даже если мы легко его подавим, я бы не хотела доводить до такого.

Советники переглянулись, и Киэль сделала шаг вперёд:

– Мы всегда готовы поддержать вас, моя королева. За все эти годы мы следовали за вами, без сомнений и колебаний. Не оставим вас и сейчас. Поэтому я полностью поддерживаю советника Вепьяна. Мы должны действовать жёстко.

– В худшем же случае, всегда можно использовать ваших… союзников,– подхватил бывший глава клана Рыси.– Арбитр Таклисс вполне может незаметно истребить лидеров возможного восстания. Ваше Величество, я считаю это оптимальным исходом.

Генрих с трудом удержал усмешку. Как всё изменилось! Когда-то эти двое были более амбициозны, а теперь они следуют за Эллейн, словно послушные псы. Даже пожертвовали своими полномочиями и влиянием в собственных кланах, предпочтя подчиниться и поддержать реформы.

Хотя последнее удивления не вызывает. Альтернатива – гнев Арбитров. А ярость древних чудовищ была воистину ужасающей.

Тем не менее, положение было неустойчивым. Многим кланам не нравилась политика королевы и её реформы. И это не говоря уже о союзе с людьми, даже после десяти лет, большая часть эльфов не смогла побороть свои предубеждения, впрочем, тоже самое можно сказать о жителях присоединённых земель.

– Не следует слишком часто использовать мощь Арбитров – после краткого раздумья сказала королева.– Мы не должны быть зависимы от их силы. Более того, мы должны создать государство способное прожить и без их поддержки. Тем не менее,– секундная пауза.– В ваших словах есть зерно истины. Промедление и в самом деле может быть опасным. Посему вы оба получаете разрешения действовать более жёстко. Прочешите Аизар и найдите тех, кто распространяет дурман, бросьте их в тюрьму. Я решу их участь после возвращения.

– Как пожелаете,– кивнул Вепьян.– Не могу не отметить, что нам бы следовало бы и вовсе прекратить все контакты с иноземцами. Цена, как мне кажется, чрезмерно велика. Ведь из-за этого страдает наш народ.

Теперь и Эллейн поморщилась. Безусловно, торговые сделки с разрешения остальных Арбитров приносили большие дивиденды, которые пускались на укрепление её нового государства в частности и влиянию демонов в целом, однако оборотной стороной было распространение… наркомании среди эльфов. Чужестранцы, которым не нравилось обменивать редкие реагенты и зелья на ценные металлы пытались, и довольно успешно, приторговывать необычным товаром.

Так называемым дурманом, который оказывал на жителей Леса, как ни удивительно, более серьёзный эффект чем на людей, погружая их в самые глубины наслаждения, вызывая привыкание и ослабление разума. В некоторых случаях даже изменения, подобные магии Хаоса.

Он был запрещён довольно быстро, но эльфы веками жили без приказов свыше и не горели желанием получать их сейчас. Даже если они исходили от их королевы.

Особенно от неё. Жители Леса ценили независимость и в своё время даже отец Эллейн не смог преодолеть это.

Теперь это сделает его дочь.

– Нам нужны торговые связи с ними,– твёрдо сказала Эллейн.– Наша территория – ворота вглубь континента, ведь только у нас есть право торговать с ними, и у нас есть, что им предложить. А значит мы получим наибольшую выгоду.– королева поднялась с трона и сжала кулак.– Ресурсы, деньги, новые знания и незаменимость для Арбитров. С помощью всего этого наше государство скоро станет мощнейшим на всём континенте. Что же до страданий… Через них мы обретём возможность сами вершить свою судьбу. У вас есть приказы. Выполняйте.

Советники поклонились и покинули зал.

– Через страдания мы обретём силу,– негромко повторил принц-консорт.– Любовь моя, как-то мрачно звучит. И пафосно.

– Тлетворное влияние Зентреба, любимый,– вымученно улыбнулась королева.– Общаться с монстрами и не перенять их привычки...

Генрих хмыкнул и бросил ироничный взгляд на зеркало у стены:

– Не только привычки. Надеюсь, мы не станем слишком похожи на этих чудовищ, любовь моя.

– Я тоже,– серьёзно ответила королева.– Пока готовится посольство, а советники решают проблему с дурманом у нас есть немного времени. Чего ты желаешь, любовь моя?

– Мои желания – твои желания. Так что же желает моя королева?

Королева на секунду задумалась, а потом протянула руку:

– Я хочу прогуляться по нашему городу. Посмотреть, как живут наши поданные. Что их гложет.

– Официально?

– Хм. Нет. Слишком много мороки с церемониями, любовь моя. Пройдёмся инкогнито.

– Да будет так,– ответил принц-консорт, галантно помогая подняться Эллейн.

Покинуть древо им оказалось не слишком трудно, ведь каждый из них обладал магией и специфическими артефактами. Обычная охрана даже не заметила исчезновения венценосной четы, а духи и волшебные дракончики никак не отреагировали, хотя скрыться от них не удалось. Эти полудикие создания мыслили просто – раз правители решили уйти, это их личное дело. А дело стражи смотреть, чтобы никто не враждебный не проник. Что-же до непосредственной охраны королевских особ, ха, чтобы их убить потребовалось бы нечто больше, нежели обычные смертные. Или даже необычные.

Идя по улицам столицы, Эллейн ощущала ностальгию. Прогулка напомнила о времени, когда она лишенная титула и проклятая Зентребом путешествовала по людским землям, приняла облик простой горожанке в сером платье и платке на голове.

Генрих обошёлся своим человеческим обликом, просто скинув десяток лет.

Рувендур встретил их шумом и гамом.

Довольно крупный, аж сорок тысяч людей и несколько тысяч эльфов, город был окружён мощной стеной, в возведение которой приняли участие, инкогнито, Зентреб и Ревмарк. Посему относительно невысокая стена, всего шестьдесят локтей в высоту, была по-настоящему несокрушимой и зачарованной. По крайней мере, по словам двух демонов.

Её ширина позволяла идти трём людям в ряд, мощные, но невысокие башни возвышались через каждые сто шагов. В них располагалось новейшее оружие, так называемые пушки. Трофейные, которые предоставили демоны и люди после победы над иноземцами так и собственного производства. Хотя качество последних было, мягко говоря, паршивым.

Оборона Рувендура была крайне важна в виду степей кентавров, расположенных относительно рядом, всего в семи днях пути. Раньше они часто совершали набеги, вырезая и уводя в рабство крестьян, сжигая дома, разоряя земли. К счастью для местных Эллейн сумела разгромить их орду, а затем ещё демоны наведались в степи и прошлись по ним огнём и когтем.

Поэтому последние десять лет выдались удивительно тихими, из степей редко кто приходил в набеги.

Однако королева не сомневалась, рано или поздно кентавры степняки вернут былую мощь.

И придётся ещё раз их прорядить их ряды.

Да и в случае распада союза с людьми, Ревендур стал бы первой целью агрессии Альфредо II.

Архитектура раскрывала суть города и плана Эллейн. Синтез культуры эльфов и людей. Типовые постройки людей обвивали различные, самые разнообразные растения. Лианы, розы, берёзы, буквально всё. Весь град излучал магию природы, на строениях гнездились птицы, мелкое зверьё.

Людей в центре было много, и выглядели они сытыми, здоровыми. А это редкость для людских земель, где болезни и недоедание было обычным делом. Эльфы встречались реже и сквозь их гордый, независимый вид Эллейн замечала неуверенность, жители Леса чувствовали себя некомфортно в окружение каменных строений.

Они привыкнут. Так считала их королева.

Сточные канавы были у каждого здания, а под каменной мостовой скрывалась настоящая канализация, так же созданная с помощью демонов и их големов. Новая столица эльфов была не просто символом объединения двух народов, но так же демонстрацией того на, что способны Арбитры. Могущественная магия, новейшие технологии, разные народы – всё здесь сплелось во едино. Как и негласное напоминание. Раз демоны дали процветание – они легко могли его забрать.

Уничтожить всех, кто встанет на их пути.

Идя по улицам Эллейн и Генрих внимательно изучали идущих туда сюда людей, слушали разговоры и пытались понять настроение. Будучи элитой они всегда были оторваны от простого народа, а ведь именно на нём строилась треть их возможностей. Другими двумя были волшебные жители Леса и Арбитры. Но их надёжность вариативна.

Вскоре им удалось добраться до улиц ремесленников, конкретно кузнецов. Хоть Эллейн и боролась с дурной привычкой людей объединяться в закрытые цеха, успеха был ещё не однозначен. Вообще, в её земле в основном шли представители так называемых младших цехов, то есть относительно небольшие, а то и вовсе разорившиеся. Их знания и умения заметно уступали “старшим”, однако для начала их хватало. С поддержкой Эллейн, Арбитров и технологий иноземцев у них были шансы превзойти в умение тех, кто когда-то их разорил.

На окраине же ситуация оказалась печальной, люди, и даже некоторые эльфы ютились в жалких одноэтажных лачугах, построенных у самых стен. Грязная, порванная одежда и глаза полные отчаяния. Бедняги напоминали тех, кого королева видела в воспоминаниях мертвеца с другого континента. Неужели её правление ведёт к той же боли, что уже царствовала на другом континенте? Простой народ будет так же страдать?

Не этого хотела королева. Точнее, она пыталась себя в этом убедить.

В основном все они были разорившимися крестьянами, ставшими чернорабочими. Среди них, к удивлению Генриха и Эллейн, были даже любители дурмана. Плохой знак, ведь столица находилась далеко от побережья.

– Цена прогресса и развития – страдания и боль,– грустно сказала она.

– Пока есть время, надо пройтись по местным предприятиям,– сказал Генрих.– И сделать внушение. Недовольный, озлобленный народ легко может восстать. Нам это не нужно.

– Нам это не нужно,– повторила за ним Эллейн, смотря на ютившихся в трущобах бедняков.– Возвращаемся. Я увидела достаточно.

Её любимый так и не изменился, воспитанный как благородный рыцарь, он до сих пор считал чернь не более чем инструментом. Не видел в них личностей.

Королева бы и сама была такой же, если бы не влияние Зентреба. Сам того не ведая Ледяной Демон преподал ей важный урок. Люди, эльфы, все они одинаковы. Все они заслуживают хорошей жизни.

От этой мысли королева тихо фыркнула, ощущая омерзение от собственного лицемерия. Думает о простонародье, однако в своё время она была готова бросить их в печку войны, если демоны не приняли бы её условий.

Возможно, если она создаст идеальное государство – чувство вины и муки совести, наконец, оставят её в покое.

– Возвращаемся,– сказала она, когда трущобы остались позади.– Я увидела достаточно.

К сожалению, спустя пару дней новая проблема затмила прошлую. Королева, Генрих и советники успели провести лишь несколько встреч, раздать соответствующие приказы, подготовить посольство к гномам когда неожиданно прибыл посланник из Аизара со срочными новостями. Возле порта объявилась эскадра из восьми военных и шесть транспортных кораблей Фендора. Судя по всему, десант мог состоять из несколько тысяч людей.

Иноземцы требовали торговли без ограничений и контроль над городом. В противном случае они обещали взять его силой и установить собственный контроль. Всё это нарушила планы Эллейн.

Она восприняла это философски.

– Эльфы предполагают, а духи располагают,– сказала она, идя по пустым и извилистым коридорам древа. Слуг на верхних этажах практически никогда не было, поскольку их успешно заменяли големы, полученные от демонов. Не слишком надёжно, но всё-таки лучше чем простые смертные слуги, которые могли быть не заметны и узнавать то, что им знать не положено.– Генрих, любовь моя, я останусь здесь, но наши планы не должны пострадать. Ты же отправишься к гномам, они наконец готовы выйти из своих гор и мы должны заключить с ними торговые соглашения. Обеспечь нам поставки металлов любой ценой.

– Видимо мне придётся поблагодарить чужеземцев,– хмыкнул принц-консорт.– Ведь благодаря их наглому вторжению ты, слава трём богам, остаёшься в Лесу. В конце концов тебе не по статусу лично ездить на переговоры с бородатыми пивными бочками

– Это не так,– покачала головой Эллейн.– Война это всегда боль и страдания. Лучше уж переговоры с жителями гор… Даже если от них всегда несёт пивом.

– Для кого-то война удовольствие и радость. Ты хочешь призвать их?

– Просто обезопасить тылы. Такого рода информация должна быть в любом случае, а если проблема выйдет из под контроля.

Вскоре они дошли до самых верхних покоев древа, куда допускались только советники и наиболее благонадёжные союзники. Пройдя их насквозь, Эллейн открыла тайный проход и вошла в небольшую тесную комнату, в центре которой стоял мутный хрустальный шар.

Вошедший за ней Генрих закрыл дверь, и помещение погрузилось во тьму, которая, впрочем, никому из них не была преградой.

Возложив руки на магический артефакт, Эллейн изрекла:

– Зентреб.

По помещению будто пронёсся ледяной ветер, по коже проползли мурашки, а изо рта вырвался клуб пара. А спустя пару секунд появился образ и самого монстра.

– Приветствую тебя, королева эльфов. Приветствую и тебя, принц-консорт. Не нужно слов. Я знаю причину нашей аудиенции.

– Зентреб…– повторила королева, начиная чувствовать головную боль. Телепатический контакт всегда сопровождался жуткой мигренью.– Откуда? И если ты заранее знал об этом, то почему не предупредил меня?

А её голове пронёсся рой мыслей. Возможное предательство кого-то из советников. Духи шпионы, агенты среди слуг, а может он и вовсе умудрился тихо залезть в её голову, по остаткам былой связи. Очередное испытание от демонов, призванных проверить её стойкость. Попытка напомнить, что без их вмешательства её трон легко рухнет. А может всё вместе?

– Всё гораздо проще,– Зентреб приветливо оскалился, прекрасно понимая ход мыслей собеседницы.– Арвиль здесь. И это она сообщила мне о твоей проблеме. Она уже в Аизаре и даже высказала желание помочь тебе уничтожить смертных.

Генрих и Эллейн удивлённо переглянулись. Чтобы Демон Природы, самая высокомерная и жестокая из всех, добровольно помогла? Это и в самом деле было странно.

– Не удивляйтесь,– Ледяной Демон правильно истолковал их замешательство и в его холодном взоре появилась искра веселья.– После недавнего путешествия по территориям иноземцев она возненавидела их гораздо сильнее, чем всех остальных. Более того из-за того, что она когда-то поглотила оригинальную Арвиль, ей невыносима сама мысль о том, что какие-то чернокожие смертные будут ступать по священной земле Таинственного Леса. Я нахожу эти причины довольно забавным. Однако,– веселье покинуло глаза Зентреба, а тон стал почти просительным.– Арвиль только вернулась и ещё окончательно не восстановилась. Я бы хотел, чтобы ты не допустила её чрезмерного участия в битве. И под чрезмерным – я понимаю вообще её участия в битве. П… Гррр. Прошу, сделай так, чтобы она пережила бой в тылу.

– Я не верю своим остроконечным ушам,– медленно протянула Эллейн.– Ты переживаешь за безопасность оружия массового разрушения?

Зентреб явственно скрипнул клыками:

– Не называй так её или меня, юная девушка. В твоих устах это кажется отвратительным. Сейчас я прошу тебя лишь об одолжение. Сама Арвиль не сможет устоять от искушения разорвать в клочья пару смертных и точно захочет поучаствовать в битве. Полагаю тебе не нужно, чтобы на твоей стороне было замечено чудовище, что едва не уничтожило Кагарон?

– Эльфы и люди скорее поверят в удивительное совпадение,– растянул губы в улыбке Генрих.– Кто же в здравом уме поверит, что жестокая повелительницы демонов является тайным союзников благородной эльфийской королевы.

Наступило тяжёлое молчание, в ходе которого Зентреб просто смотрел на них ледяным взором.

Секунды текли, постепенно превращаясь в минуты.

– Хорошо, Зентреб,– наконец сказала Эллейн, ощущая неприятную дрожь из-за холода.– Я сделаю, как ты желаешь. Правда, я не понимаю, с чего бы ей меня слушать?

– Или меня,– добавил Генрих.– Это же Арвиль, Демон Природы и самая высокомерная из всей вашей братии, она считает нас не более чем букашками. Даже так называет!

Морда чудовища расплылась в жуткой улыбке оскала.

– Не принимайте её слова всерьёз. Уверяю вас, она вполне доброжелательно к вам относится. Даже сама решила с вами поговорить и ничего не сломала. Это показатель её доброго отношения, ведь обычно она касается смертных лишь своими кулаками.

В глазах Эллейн и Генриха отразилось сильное сомнение, а Зентреб тем временем продолжил, начиная ходить вокруг них:

– Рад, что мы пришли к соглашению. Прими мою благодарность, Демон Таинственного Леса. Я не слишком хочу входить у тебя в должниках. Чего ты сама желаешь от меня? Оторвать головы пограничным баронам? Заморозить кентавров, что устраивают изредка набеги на твои земли? Или что-то большое? Разумеется, размер ответной услуги будет завесить от степени участия Арвиль в грядущем сражение.

– Ответная услуга это как-то не по дружески,– покачала головой Эллейн, пытаясь не морщить от жуткой боли. Сеанс связи затянулся и она была уже на грани. И Зентреб явно ощутил это. – А мы всё таки старые дру…– на этом слове её лицо исказилось.– Дру.. Друзья. Мы должны помогать друг друга в сложные моменты.

– Грр. Благодарю тебя, Демон Таинственного Леса. До скорой встречи.

Проекция исчезла, оставив после себя запах зимы, а Эллейн едва не упала. Генрих успел поддержать её. Будучи уже практически полностью магическим существом он обладал гораздо более низким болевым порогом. Хоть сейчас королева и обладала большей волшебной мощью, чем когда-либо, физиологически она не слишком отличалась от большинства смертных.

– Ты в порядке?

– Не считаю дикой мигрени, да,– ответила Эллейн, морщась и голову. Боль и не думала стихать.– Сегодня он был гораздо более говорлив, нежели чем обычно. Странно.

– Похоже, дела у Демона Природы и в самом деле плохи,– задумчиво сказал Генрих, смотря на покрывшиеся льдом стены.– И Зентреб о ней беспокоится, Даже его магия вышла из под контроля.

– Да. Не думала, что эти чудовища могут проявлять такие чувства.

Принц-консорт понимающее кивнул. В самом деле, трудно в наличие у древних монстров, чей разум ежесекундно горел в потоках магии Хаоса, эмпатии.

– По крайней мере, теперь, любовь моя, у тебя есть надёжный козырь в грядущей битве.

Эллейн издала негромкий смешок. Её позабавила ирония Генриха. Козырь, который может войти в раж и устроит локальный апокалипсис.

Охрометь как надёжно!

Глава V Сплетение клубка

Ветер. Генрих скучал по нему. Раньше он бил в лицо, приятно освежая и неся свежесть. Когда-то… Совсем в иной жизни, в которой воплощения мощи не могли свободно ходить по земле. Время, когда мир принадлежал смертным, а не вечными чудовищам. Войны выигрывали силой клинка, а не могущественной магией.

Сейчас всё изменилось. Как и Генрих, давно переставший быть обычным человеком.

Он несся по степи на гнедом коне, но его загрубевшая кожа, даже скорее чешуя, не позволяла ощутить прелесть ветра, бьющего прямо в лицо.

Солнце изредка показывалось из-за туч, освещая землю тёплыми лучами и сопровождающих его разумных. Не просто отряд, а целая сотня. Три десятка людей, семьдесят кентавров и несколько эльфов.

Кони, полулюди и лоси, под воздействием магии Природы остроухих, неслись подобно древним големам. Они пересекали расстояние словно ветер!

Такими темпами его отряд доберётся до цели гораздо быстрее. Тем более в сопровождение кентавров из рода Агара, именно они выступали проводниками в бескрайней степи и гарантией неприкосновенности. Во время правления прошлого вождя, или как говорили кентавры- хана, они находились в опале, их гнали и презирали. Даже запретили участвовать в Великом Походе на Восток, иронично, но благодаря этому их не коснулся гнев Арбитров и теперь именно эти копытные управляли степями, преследуя былых повелителей.

Вроде бы даже кто-то из них служил непосредственно демонам, но Генрих не знал наверняка.

Когда солнце стало достигать зенита, принц-консорт скомандовал привал, собираясь переждать самую жаркую часть дня. Тем более им повезло, и недалеко обнаружился небольшой лесок, дарующий спасительную тень.

– Ещё три дня такими темпами и мы будем у гор карликов,– пробасил лидер кентаров Салок. Будучи сыном главы рода Агара он со своими воинами обеспечивал безопасность посольства.

Поскольку он не знал эльфийский, а бывший глава клана не был знаком с наречием степей, то разговор шёл на языке людей.

– Поскорее бы,– буркнул Вепьян, неприязненно глянув на четвероногого.– Меня выворачивает от этих степей.

Кентавр ответил взглядом полным отвращения:

– Восхваляй своих духов, лесовик. Если бы не воля моего отца, я бы пустил твою шкуру на ремни.

– Не думаю, что тебе это удастся, конелюд,– криво улыбнулся Вепьян и в его глазах отразился металлический блеск. Нет. Не блеск. Магия демонов.

– Успокойтесь. Оба,– стальным тоном приказал Генрих Дорский.– Салок, организуй свою братию.

Кентавр издал смешок и покинул их общество, а Вепьян просто сплюнул.

– Контролируй магию демонов,– тихо сказал принц-консорт, поравнявшись с бывшим главой клана Рыси.– Я понимаю тебя. Вся эта пьянящая мощь, возможность творить волшебство силой мысли, но не обманывай себя. До де… Арбитров тебе далеко, не настраивай против себя кентавров.

– Далеко? Возможно. И что? Сам ты, принц-консорт, обладая чем-то подобным сумел сразиться с Демоном Природы и выжить,– резонно заметил Вепьян.– Они признали твою силу, признали нашу королеву и сменили гнев на милость. А значит,– он ударил лося по бокам и приподнял правую руку. Её покрывала стальная чешуя.– И у меня будет шанс дойти до уровня этих монстров.

Генрих лишь вздохнул:

– Поэтому я и говорю об этом. Сейчас твой разум затуманен их магией, да, она крайне могущественна, но в такой же мере – опасна. Может ты, будучи эльфом, и более устойчив к ней, по сравнению с человеком, но до её истинных владельцев тебе как до двух лун. А ведь даже сами дем… Арбитры, рискуют, когда пользуются ей. Даже их разум не способен полностью справиться с безумием… Что уж говорить про простых смертных? Если будешь бездумно подчиняться своим желаниям, использовать это магию направо и налево – то лишь смерть ждёт тебя. Ужасная и мучительная. Потеря собственного я и бесконечные страдания.

Вепьян ответил не сразу, наблюдая, как отряд организует временный лагерь, готовит пищу и отправляет разведчиков:

– Поэтому ты настоял на моём присутствие? Чтобы, ха, проследить за мной и проследить, как я принимаю новую магию?

– Чтобы помочь,– мягко сказал Генрих.– Я проходил через подобное и прекрасно понимаю твои чувства. Поэтому прислушайся к моим словам и тщательно контролируй свою новую мощь, иначе она поглотит тебя и превратит в бездумное чудовище. Такова плата за силу Арбитров.

После долгого молчания рыжий эльф медленно кивнул.

– Вот и славно,– широко улыбнулся принц-консорт и дружественно ударил Вепьяна по плечу.

Вскоре вернулись разведчики кентавров. Они казались встревоженными и сразу же бросились докладывать Салоку. Тот явно недоверчиво уточнил что-то, а затем радостно бросил клич, созывая всех. Кентавры побросали свои дела и дружно потопали к предводителю, который продолжал кричать на родном языке.

– Что за идиотизм?– изумился Вепьян.

– Кажется, разведчики нашли ещё какой-то род,– неуверенно сказал Генрих, не слишком хорошо понимавший наречие конелюдов.– Называют его… Хм. Презренным?

– Презренным? Что-то знакомое…– переспросил рыжий эльф, а затем ударил кулаком по ладони.– Вспомнил! Теперь же в степи так называют род того кентавра, что объединил их в орду, заключил союз с гномами и повёл их в королевство людей, где они проиграли нашей королеве. Разбитые четвероногие не выдержали мощи магии Леса и ярости его жителей. А затем ещё и Арбитры явили свой гнев и прошлись по остаткам орды.

Генрих хмыкнул, явно удивлённый знаниями собеседника.

– Выжившие обвинили во всём представителей этого рода, оживились их старые враги и стали все дружно преследовать вчерашних господ,– продолжал тем временем Вепьян, доставая флягу и делая глоток.– Не удивляйся так. Пока ты работал с де… Гниль лесов! Теперь и меня тоже тянет назвать их по настоящему,– эльф вздохнул.– Надо завязывать с выпивкой. Так вот, пока ты наводил переправы с Арбитрами, Эллейн приказала мне изучать кентавров и следить за степью. Можно сказать, что я главный советник по делам кентавров последние несколько месяцев.

– Надо же,– Генрих криво улыбнулся.– А я-то начал думать, что ты спился.

– Хотел бы. Но, увы, алкоголь не слишком сильно влияет на мой народ...В отличие от дурмана иноземцев, но как раз его пробовать я не захотел. Поэтому ничто не мешало мне изучать четвероногих, но только их! Но только их текущие дела, быт, язык и культуры местных для меня тёмный лес… Да я даже не знаю, как звали предыдущего хана! Местные наложили на его имя табу.

– Ханар. Так звали бывшего хана. Арбитр Зентреб осудил бы твои действия. Он считает, что для лучшего понимания противника нужно изучить всю их культуру, а так же….

Принц-консорт оборвал предложение, поскольку подошёл Салок. Могучий кентавр помахивал копьём.

– Мои воины нашли остатки рода Презренного,– объявил он.– Их меньше пяти десятков, воинов, способных держать оружие, и вовсе треть. Я прерву ваше сопровождение, чтобы вырезать ублюдков и принести, наконец-то, мир в степи.

– Его Зентреб покусал что ли?– язвительно спросил на эльфийском Вепьян у Генриха.– Обычно Ледяной Демон толкает такие пафосные речи.

– Лучше держи язык за зубами,– на том же языке ответил человек, а затем обратился к кентавру.– Это нарушение воли твоего отца и нашего соглашения, но,– он важно приподнял палец вверх,– учитывая ситуацию, мы не будем мешать тебе и даже поможем.

Кентавр скептически обвёл взглядом небольшой отряд людей, хохотнул и бросил:

– Не путайтесь под ногами и попытайтесь не сдохнуть.

– За нас можешь не беспокоиться,– сказал Генрих, в глазах которого мелькнула искра.– Пламя испепелит твоих врагов. Не бойся того, что грядёт и сражайся смело, воин.

Салока мгновенно посерел, ощущая нечто… ужасное исходящее от вроде бы слабого человека, но быстро взял себя в руки.

Отряд был собран и тут же двинулся к стойбищу опальных кентаров. Оно представляло собой два десятка шатров, обнесённых грубо сделанным частоколом, в некоторых местах ещё и повозки находились, закрывая прорехи. Обитатели явно активно готовились к обороне, просто бежать они не могли, поскольку с ними были стада живности: баранов, овец, коров, коз и прочих. Если их бросить, то обречёшь свой род на голодную смерть. Поэтому местные надеялись занять оборону, отбиться от врагов, обратить их в бегство, а уж потом раствориться в степи.

План мог бы сработать, вот только под рукой Салока были настоящие кони войны, более того, в этот раз с ними был ещё и Генрих: принц-консорт королевы Эллейн, герой битвы при Кагароне и обладатель магии могущественных демонов.

Ещё до того, как луки запели, он вскинул руку и с небес ударил огненный дождь, испепеляя частокол и стоящих слишком близко к нему воинов. Несчастные даже не успели сделать залп.

Крики умирающих копытных, паника, а затем в стойбище ворвались воины Салока, неся смерть и разрушение.

Бой, даже скорее бойня, закончился скоро, почти все воины мятежного рода были убиты, а женщины и дети собраны в центре лагеря. Несколько уцелевших, но избитых мужчин бросили к ним. Охваченные страхом проигравшие жались друг к другу, с ужасом смотря на убийц своих мужей и отцов. С ужасом ждали своей участи.

– Сегодня род Презренного прервётся!– провозгласил лидер кентавров, меняя копьё на секиру.– Смерть примет вас с почётом!

Генрих чуть удивлённо вскинул брови. Обычно жён и детей принимал в род победителей, либо в качестве заложников, иногда рабов. Но вот убить… Это было относительно редкое решение.

Видно на род Ханара держали местные слишком большую обиду. Хотя учитывая все нюансы это совершенно не было удивительным.

Принц-консорт не собирался вмешиваться в разборки местных, его люди и эльфы тоже, будучи жителями тёмных времён, они воспринимали смерть обыденно. Слёзы проигравших не трогали их сердец, лишь лёгкая скука отражалась в их глазах, когда начались приготовления к казне.

Вепьян и вовсе протяжно зевнул.

Первым вывели жеребёнка, всего по живот взрослому человеку он упирался и кричал, с ужасом смотря на громадный молот в руках одного из воинов.

– Почему им бы просто голову не отрубить?– с лёгким интересом спросил Генрих.– Быстрее и проще.

Стоящий рядом кентавр неприязненно на него глянул и глухо ответил:

– Кровь содержит наши души, нельзя терять её, ведь тогда они рассеются по всей степи. Поэтому смерть без пролития крови – почётна. Кровь остаётся в теле и дух переходит в Великую Степь прямо к своим предкам, своему роду. Он приходит цельным и со всеми воспоминаниями. В ином случае кентавр может потерять часть себя, а в худшем случае стать злым мороком.

– А как же смерть в бою, четвероногий?– уточнил Вепьян.– Там же всегда кровь льётся!

– Смерть в бою почётна и предки наблюдают за ней, забирают в случае проигрыша.

Генрих хмыкнул. Ох уж эти степняки со своими верованиями. Очевидно же, что души уходят в царство трёх богов и обретают там заслуженный покой… или вечные страдания.

Вепьян тоже хмыкнул. Очевидно же, что духи становятся частью степи, подобно как эльфы обретают единство с Таинственным Лесом после смерти.

Блеск солнца отразился от металла молота, а затем он начал стремительный спуск к голове жеребёнка. Попадание было неизбежным, но в последний момент, что-то сверкнуло. Прогремел гром, и оружие кентавра было выбито из рук.

– Какого морока!– взревел несостоявшийся палач, оборачиваясь на звук и тут же замолкая.

– Неожиданно,– хмыкнул Вепьян, слезая с лося.– Надеюсь, они пришли с миром.

– Если нет, то мы все покойники,– напряжённо ответил ему Генрих.

У одного из шатров, непонятно откуда, возник громадный, почти в два раза больше Салока, кентавр Простые одеяния из шкур и внушительная глефа в руках. Неизвестный казался настоящим воином. Однако, казнь остановил не он. Тем, кто помешал, оказался гоблин с чёрной кожей и двумя револьверами в руках.

Нисерх и Таклисс. Демон Конь и Демон Голода. Арбитры лично явились на поле брани. Впрочем, кроме Генриха и Вепьяна никто в этих двоих не признал могущественных монстров.

Пока ещё не признал.

Вот только откуда они взялись тут, посреди степи. Сразу двое?!

Генрих тут же заподозрил, что они, зачем-то, следили за ним. Неужто совет демонов, решил лично проследить за переговорами с гномами? Или же… Или же они пришли убить всю делегацию. Смерть Генриха, Вепьяна и срыв переговоров с гномами точно ослабит позиции Эллейн! Не говоря уже о её моральном состояние!

Нет. Он этого не допустит. Никогда. Ни за что!

Генрих приготовился к бою не на жизнь, а на смерть, но демоны обратили свой взор на кентавров.

– Хватит крови на сегодня,– пробасил Нисерх, ударяя глефой по земле.– За последние десять лет сыны Степей слишком долго сражались друг с другом. Пришло время остановиться, Салок.

– Да кто ты такой, чтобы говорить подобное, бродяга,– буквально выплюнул из себя тот, выхватывая копьё и надвигаясь на Демона Коня.

– Посланник предков,– солгал тот, поведя рукой.– Ты покоришься моей воли или испытаешь мой гнев, юнец.

В ту же секунду ноги Салока, да и всех кентавров поблизости, подкосились и все они рухнули на колени. Не только кентавры, упала на землю вообще вся четвероногая живность.

А вот люди и эльфы ничего не ощутили. Кроме голода, но это было уже влияние Таклисса.

– Вы,– Демон Конь указал на пленных.– Берите свои пожитки и бегите. Сегодня они больше не будут вас преследовать.

– Это не в твоей власти!– воскликнул Салок, тщетно пытаясь встать.– Они должны умереть!

– У молокососа сильная воля и впечатляющая храбрость,– подметил Таклисс, наводя на него своё оружие.– Но очень слабый разум. Типичный набор. Волевой храбрый дурак.

– Подымись, сын Агара,– не обращая внимания на гоблина, пробасил Нисерх.– Как посланник предков, я приказываю тебе вернуться к своему отцу и передать следующее: Род Ханара собственной кровью и жертвами искупил ошибки прежнего хана. Охота на него должна быть закончена. Такова воля предков.

– Насчёт своей миссии, малец, можешь не волноваться,– добавил Таклисс, взирая на Салока снизу вверх.– Мы лично доведём эту группу болтунов до гор. Ты ещё здесь? Собирай своих слабаков и вали отсюда, пока я не показал вам гнев гоблинских предков!

Ноздри Салоха гневно раздулись, но прежде чем он сказал, в разговор вмешался Генрих, храбро подходя к ним:

– Благодарю, что почтили нас такой честью, посланник предков! Мы с радостью воспользуемся вашим предложением,– поравнявшись с Салоком, он шепнул,– Уходи, воин. Будем считать, что ты выполнил свой договор. Иди и сообщи своему отцу волю предков. Он поймёт к чему.

Невидимое давление исчезло и кентавры смогли вновь двигаться. Перечить самонаречённым посланником они больше не решились и просто покорились их воли.

Некоторые люди хотели последовать их примеру, уж больно пугающими выглядели их новые проводники, однако Генрих не позволил этого. Вскоре три десятка людей и несколько эльфов были готовы продолжить путь.

Про себя Вепьян, да и Генрих, облегчённо выдохнули. Сегодня Арбитры проявили милость.

Большая редкость и удача.

***

Внушительные железные корабли находились в десятках полётах стрелы от Аизара. Большинству жителей флот казался зловещей тенью, нависшей над городом.

А Арвиль видела в нём лишь заблуждение. Смертельное заблуждение. За два года путешествий по владениям иноземцев она изучила их культуру, пропустила через себя и поняла ход их мыслей.

Эти люди считали себя венцом творения, последним звеном эволюции. Относились к покорённым народам как к грязи, считая их неполноценными, выкачивали из них ресурсы. А теперь их жадность, высокомерие и безразличие к жизням привело их сюда. В Таинственный Лес. Место, которое часть её души считала своим домом.

Демон Природы, изображавшая добропорядочную горожанку в удивительно поношенном платье, стояла на пирсе, внимательно изучая расстановку сил.

Первоначально она прибыла сюда в порыве ностальгии, желании узреть изменивший Лес, а заодно по просьбе Зентреба, который настаивал на своего рода отпуске.

Ледяной Демон беспокоился о её самочувствии. Это грело сердце, но и вызывало небольшое раздражение: как будто оружия массового разрушения нужна забота! Впрочем, если бы она оказалась на его месте, то вела себя точно так же.

Так нелогично.

Кто же знал, что сюда прибудет флот Фендора со столь наглым требованием. Невероятная неудача. Для них. Однако Демон Природы находила это совпадение очень приятным, ведь теперь у неё была небольшая возможность поучаствовать в сражение.

Ощутить кровь на своих клыках, услышать крики обречённых глупцов, узреть отчаянии в высокомерных завоевателях.

Ведь такова её суть. Суть оружия массового разрушения.

– И так жаль, что столь неправильные вещи приносят мне удовольствия,– негромко произнесла Арвиль, отворачиваясь от далёких кораблей и направляясь в застывший от неопределённости город.

Смертные боялись войны. Болезней. Увечий. Боли. Смерти

Но в тоже время они с охотой были готовы отдать свою жизнь, особенно если их правильно мотивировать. Забавное противоречие.

Информацию она за эти два дня собрала достаточно и даже не избила ни одного смертного… Ладно, не избила до смерти! Для неё это громадное достижение, да и для большей части остальных ёё сородичей тоже.

Сейчас Демон Природы двигалась к посольской улице, легко скрываясь в сумерках, не то, чтобы это было необходимо, но ей просто не хотелось, чтобы горожане оскверняли её своими жалкими взглядами.

Да и вообще все эти… Как их там? Ах да! Эти смертные!

Эллейн уже прибыла город и уже завтра должны были начаться переговоры, от результата которых многое зависело. Демон Природы не собиралась пускать всё на самотёк, ведь кроме неё тут не было профессионалов и даже просто умных существ.

Так она считала.

Скрыв присутствие до минимум, она забралась по стене на второй этаж, легко открыла небольшое окошко и змеёй просочилась внутрь. Арвиль чувствовала смертных; их передвижения, разговоры, дыхание, даже стуки их ненадёжных сердец.

Знала их число и расположение. Может, они и обладали развитыми технологиями, но всё ещё оставались смертными. Обычными людьми. А сейчас их посетила Демон Природы, одна из семи древних оружия разрушения.

Куда уж этим жалким чернокожим кускам мясо до неё!

Хотя кое-кто мог бы её заметить. В усадьбе оказалось полно лесных духов, скрываясь от глаз иноземцев, они внимательно следили за каждым шагом чужеземцев, вероятно по воле Эллейн.

Правда, узреть Демона Природы за последние несколько дней они не смогли ни разу. Им до неё так же было как до двух лун. Незримой тенью древний монстр шла по комнатам, слушая тихие разговоры, изучая документацию. Ничего нового, командор эскадры, некий Бадак с титулом старшего инкоси не распространялся о новых приказах и даже не покидал корабль, требуя прибытия высокопоставленных эльфов в город для переговоров.

Арвиль считала это наглостью и не одобряла решение Эллейн почтить делегацию своим присутствием.

Не узнав ничего нового, Демон Природы покинула усадьбу, словно утренняя роса. Мысль порубить наглых смертных в труху она, с трудом, выбросила из головы. Зентреб бы не одобрил такую кровожадность. Да и остальные тоже.

Следовать подобным естественным желаниям не одобрялось среди арбитров, по крайней-мере без уважительного повода. По настоящему уважительного.

Косой взгляд, бранное слово не давали право устроить резню. Конечно, если бы она таки так поступила, то никаких серьёзных санкций не последовало бы, лишь общественное порицание со стороны других древних демонов. Ну и заодно отвращение к самой себе, не способной сдержать разрушительные порывы.

Солнце окончательно скрылось. Тьма, словно хищник, гасила последние лучи дневного светила, заполняя собой весь город, но разбиваясь, подобно волне, о безмятежную лазурь. Волшебные деревья, в изобилие растущие в городе разгоняли мрак.

Ночью Аизар казался волшебным и мистическим градом. Хотя почему казался? Он таким и был. Совмещая в себе природную магию эльфов, волшебство людей и, отчасти, технологии иноземцев. Град стал символом прогресса и единства, под эгидой арбитров, пусть даже мало кто догадывался об этом.

Демон Природы с удовольствие вдохнула чуть прохладный морской воздух и ощутила покой. Даже капельку удовольствие от прогулки по ночному городу.

“ Надо будет почаще так делать,– подумала про себя Арвиль, направляясь к центру города, собираясь обсудить всё лично с Демоном Таинственного Леса.

***

– Моё почтение, Демон Природы,– произнесла Эллейн, когда Арвиль прошла в её покои в сопровождение Киэль.– Рада видеть вас здесь. Прошу, присаживайтесь. Советница, вы тоже.

Бывшая глава клана лишь кивнула, тщетно пытаясь остановить дрожь. Мало кто останется спокойным, когда из темноты появляется чудовище, способное убить обычного эльфа движением когтя, и приказывает проводить её к королеве.

Все трое расположились за небольшим столом с заранее приготовленными бутылками лучшего вина. За годы совместной деятельности эльфийская королева отлично изучила особенности большей части чудовищ и иногда использовала их. Так, например, Зентреб и Арвиль испытывали необычную слабость в отношении различных видов алкоголя. И если их им невзначай предоставить, то их отношение всегда улучшалось.

Так и случилось и в этот раз.

Демон Природы добро улыбнулась, демонстрируя острые и многочисленные клыки. Эллейн даже не вздрогнула, давно привыкнув к привычке некоторых арбитров совмещать уродство и красоту. Как физическую, так и моральную.

Каждый из монстров, разве что кроме Ольхи, являлись крайне противоречивыми личностями. Хотя учитывая их происхождение, это было и неудивительно, ведь каждый из них в своё время пожрал множество душ, вместе с личностью и воспоминаниями, из-за чего в головах бессмертных монстрах царил настоящий беспорядок.

Бардак. Хаос.

А вот Киэль явственно побледнела.

– Удачное стечение обстоятельств, Демон Таинственного Леса,– доброжелательно произнесла Арвиль, сдержав желание сказать что-нибудь грубое. Всё-таки Эллейн одна из них и негоже рушить её авторитет, перед подчинённой.

Да и изысканное вино располагало к приятной беседе.

– Зентреб предупредил о вашем прибытие,– церемониально и вежливо произнесла эльфийская королева.– Меня бесконечно радует присутствие ещё одного арбитра в столь непростое время.

Арвиль поморщилась от раздражения. Ей никогда не нравились подобные речи и Эллей это прекрасно знала.

– Удачное стечение обстоятельств,– повторила Арвиль, беря бокал и неторопливо наполняя его.– Теперь я здесь и могу поддержать вас на переговорах. Особенно если они выйдут из под контроля.

– Приятно это слышать,– кивнула в ответ Демон Таинственного Леса, пока её собеседница пробовала вино.– Встреча со старшим инкоси Бадаком начнётся дальше, но суть его требований мне уже известна.– на этих словах Арвиль одобрительно кивнула.– Если кратко суть его ультиматума – особые условия для Фендора. Отмена квот и постоянный гарнизон.

– Удивительная наглость,– Демон Природы неосознанно выпустила когти и оставила царапины на бокале, прежде чем снова наполнить его.– Упс. Сожалею о сервизе. Реакцию местных дипломатов ты тоже узнала?

– Моя советница как раз собиралась по ведать об это,– королева кивнула в сторону сразу же вскочивший Киэль. Её лицо ощутимо побледнело, когда Арвиль перевела на неё свой взор.

– Ваше Величества, Повелительница,– выговорила она.– Мне… Я встречалась с дипломатами остальных государств и их позиции в целом одинаковы. Хайратская Империя и Акинский Союз согласны с их требованиями. Бандарский Конгломерат тоже, но хочет для себя особых условий. Они… Они демонстрирую редкостное единодушие.

Демон Природы на секунду задумалась:

– А что с Арахейской Империей?

– Их дипломаты чистая фи… фикция,– запинаясь ответила Киэль.– Днями напролёт развлекаются, даже не думаю о работе. Насколько я поняла, Арахейская Империя не заинтересована в наших территориях и присылает сюда, кто под длань попадётся. Можно даже сказать – в ссылку.

– Любопытно,– кивнула Эллейн.– Киэль, проверь, как идёт подготовка к завтрашней встрече. Так же проследи чтобы нас не отвлекали, и распорядись принести ещё вина,– смерив взглядом Демона Природы, она добавила:– Много вина.

Советница поспешно поднялась, попрощалась и покинула апартаменты, радуясь возможно уйти целой и невредимой.

– Душечка, как же ты запугала свою советницу,– с долей веселья сказала Арвиль, когда они остались одни.

Эллейн хмыкнула:

– Полагаю истинная причина нервозности леди Киэль, ваше присутствие, Арбитр Арвиль. Ваша репутация, как бы сказать по деликатнее, оставляет желать лучшего.

– Десять лет нашего славного тайного правления и всё равно большая часть посвящённых трясётся в нашем присутствие. Чёрная неблагодарность! Возможно, не стоило лично отрывать головы провинившимся и тем, кто шёл против нас, разорять их земли и прочее-прочее,– Демон Природы пригубила вино, после чего с явным сожалением отставила бокал в сторону и продолжила суровым тоном, без намёка на какое-либо веселье:– Но довольно праздных разговоров, Ваше Величество.

Переход от расслабленного к серьёзному разговору, как всегда произошёл мгновенно.

– Мудро, Арбитр Арвиль.– кивнула Эллейн.– Я попрошу вас сопровождать меня на завтрашних переговорах. Разумеется, инкогнито.

– C удовольствием,– Демон Природы чуть повела когтистой лапой и в ту же секунду изменилась, приняв иной облик. Невысокой светловолосой девушки. Многие знали её как Оливию, одну из человеческих магов на службе королева Таинственного Леса.

– Хотя то, что ты прибыла на переговоры, лично мне не нравится,– продолжила демонесса.– Ты- владычица этих земель, одна из девяти Арбитров. Следовало бы заставить этих “послов”,– с отвращением выговорила Арвиль.– преодолеть весь Лес, ради встречи с тобой. Желательно ползком на коленях, в сопровождение толпы, что кричит – позор! А так ты роняешь свой статус, не только в глазах иноземцев, но даже своих поданных.

– Моя репутация переживёт подобное,– твёрдо ответила Эллейн.– А учитывая серьёзность намерений иноземцев, цену ошибки– я не могла позволить промедление или передачу право вести переговоры кому-либо ещё. Как и затягивать их путём таких церемоний, которые ко всему прочему могут спровоцировать иноземцев на глупости.

– Как скажешь, Демон Таинственного Леса,– Арвиль чуть склонила голову, признавая доводы собеседницы.– Возможно, ты даже права. Опять во мне говорит моё чрезмерное высокомерие. Рада, что ты не переняла этот порок и со всей серьёзностью подошла к слежке за дипломатами.

– Благодарю за похвалу, Арбитр Арвиль.– кивнула Эллейн.– Никогда недооценивай врага. Я выучила этот урок благодаря Зентребу.

Поскольку оба Арбитра мало не нуждались во сне, то обсуждали ситуацию до самого утра, в какой-то мере это даже понравилось королеве эльфов. Когда она перешагнула грань смертности, то потребность во сне практически полностью исчезла. А значит ночью приходилось ощущать скуку и одиночество. Особенно когда Генриха не было рядом.

Эллейн надеялась, что с ним всё хорошо.

Глава VI На той стороне

Баэды Марьям с удовольствием взирал на своё отражение, отмечая собственную стать, благородный подбородок, острый взгляд, прекрасный тёмный оттенок кожи и отличное золотое кольцо в носу, как дань традициям. Дорогой пиджак и брюки сидели идеально. Откинув дреды за спину, он надел цилиндр и, захватив трость с золотым наболдашником в виде слона, вышел из комнаты.

В общем зале местные слуги с отвратительной жёлтой кожей и узкими глазами торопливо выносили чемоданы с его вещами. Хоть корабль в метрополию уходил лишь через два часа, младший инкоси не собирался терять время в этой жалкой колонии больше необходимого.

– Яшмовый госпошин!– неразборчиво воскликнул один из слуг, невысокий сутулый узкоглазый по имени Харо.– Мы шкоро шакончим! А ваш чай уже готов! Гашеты тоже!

– Приемлемо. Поторопись, сарта,– презрительно бросила Баэда, проходя в гостиную. Мебель осталась и младший инкоси мог насладиться своим заключительным чаепитием перед возвращением в метрополию.

Дом, милый дом. Скоро он покинет эту сырую землю и ощутит привычный жар.

Хотя… Мужчина осмотрелся.

Довольно большая комната, стол, два кресла, диван и пара шкафов. Бедно, по меркам метрополии, но как-то уютно.

Возможно, он даже будет скучать по месту, где провёл последние девять лет.

Возможно…

Взяв газету “Вестник”, судя по дате, она вышла три недели назад, он быстро пробежался по тексту.

Хмыкнул.

От эскадры Конгломерата до сих пор нет вестей. Новый политический кризис в Фендоре вызванной отправкой ещё одной эскадры к “Земле за Штормом”, буквально расколол страну, на тех кто призывал прекратить колониальную экспансию и выступающих за неё. Ряд дипломатических встреч, между ведущими странами намекал на некое скорое масштабное событие. Таинственный дебошир, оставивший след из калек от колоний аж до Хайратской Империи. Избивал он при этом от простых людей до высших членов общества, самой его известной стал старший инкоси Дуэр, господин колонии Ханое. Самое странное, что он был избит до полусмерти в своих собственных покоях, а работники ничего подозрительного не заметили. Да что там слуги! Даже его жена, спящая в той же комнате, ничего не услышала. Только утром, проснувшись, она увидела лежащего на полу обезображенного мужа. Никто из жертв не смог вспомнить даже сам процесс избиения.

Военные операции, скандалы, бунты, психованные личности…

Мир явно пришёл в движение.

И, похоже, скоро Баэда Марьям окажется в эпицентре, если его догадки о внезапном вызове в метрополию верны.

Выполнив чайную церемонию и прочитав газету, Мужчина в сопровождение немногочисленных слуг покинул дом, в котором прожил девять лет. Он не оглянулся. Ведь его ждало возвращение в метрополию. В цивилизацию. В его истинный дом.

Инкоси отправился в порт Корхона в заранее подготовленной карете, одной из немногих в этой дикарской колонии под пасмурным небом.

Его вещи слуги тащили позади в телегах.

Младший инкоси отодвинул занавеску и выглянул в окно, обычно он так не делал, но сегодня был его последний день в этой проклятой колонии.

Узкие кривые улицы забитые бедными людьми низшей расы, их было так много, что карета часть еле-еле плелась, а кучеру приходилось кнутом разгонять аборигенов.

Всюду виднелись навесы под которыми находились торговцы, продающие буквально всё.

Бедняки передвигались на своих двоих, побогаче иногда на рикши, а самые успешные – в паланкинах. Карет практически не было, не говоря уж о такой новомодной вещи как автомобиль.

Хотя изредка мелькали велосипеды.

Порт встретил Баэду солёным воздухом и гамом. Тысячи людей загружали или выгружали товары, продавали или покупали. Кипела жизнь. К счастью, солдаты империи оградили путь к кораблям метрополии и не пускали дикарей к ним.

Выйдя из кареты, мужчина поморщился. Всюду была грязь из-за постоянных дождей, ведь колонии, в отличие от метрополии отличались более влажным климатом. Здесь очень часто выпадали осадки, а поскольку местные не могли сделать нормальную мостовую, то ни о какой чистоте улиц и речи не могло быть.

Ну, хотя бы воздух чистым был. На родине Баэда был вечный и привычный смог.

С небес упали первые капли дождя, и вышколенный слуга тут же развернул зонтик над своим господином. Сам младший инкоси не обратил на это особого внимания, двинувшись в сторону громадного парохода. Длинной в двести чжу и шириной в восемьдесят, да ещё и в высоту примерно тридцать.

Настоящий гигант.

Паровой монстр носил грозное имя Адьяго и был способен доставить несколько сотен пассажиров в Хайратскую Империю меньше чем за десять дней.

– Ваши билеты, кодо?– вежливо осведомился матрос у траппа.

Баэда протянул билеты и сказал:

– Со мной один слуга, остальные только занесут багаж.

Матрос кивнул, проверил билеты и посторонился, позволяя пройти по траппу.

– Проверь, чтобы все мои вещи были погружены, сарта.– отдал приказ младший инкоси.

– Разумеется, гошподин,– чуть поклонившись, сказал старик Харо.

– Если что-то пропадёт – страдать будешь ты,– для проформы напомнил Баэда. Этот старый туземец хорошо служил ему последние девять лет.

Вскоре раздался знакомый рокот двигателя и громадный корабль начал движение, берег колонии стал постепенно удаляться. Большая часть пассажиров находились в каютах, распаковывая вещи и обстраиваясь. Лишь немногие находились на палубе, если конечно не считать членов команды.

– Всё это время я хотел уехать отсюда. Вернуть в метрополию.– вслух подумал Баэда.– А сейчас ощущаю лёгкую грусть.

– Такое часто бывает, кхе-кхе,– раздался позади хриплый голос с лёгким акцентом.

Баэда удивлённо оглянулся и увидел человека в тёмной мантии. Лицо скрывала неестественная тень, на руках перчатки. Свету дня не был предоставлен даже кусочек кожи.

Странный тип, но явно не местный дикарь.

– Кто вы?– осведомился младший инкоси.

– Всего лишь купец с, как вы там говорите? Ах да. Земля за Штормом. Это моя родина.

Теперь в глазах Баэды засветилась искра интереса:

– Здесь не место для разговоров. Пройдемте в банкетный зал.

Житель дикой земли кивнул и последовал за младшим инкоси. Перейдя на вторую палубу, они вошли в большое хорошо освещённое помещение со множеством столов и стульев.

– Два чибуку и закусу,– сказал младший инкоси, занимая один из столов.

– Хорошее место,– изрёк неизвестный. Пока официант готовил заказ, странный тип неторопливо и с интересом осматривался.

– Конечно,– кивнул Баэда, поправляя цилиндр.– Так и выглядит цивилизация. Мы ещё не представлены. Меня зовут Баэда Марьям, младший инкоси и бывший помощник губернатора Кеда Лозариуса.

– Трикстер,– кратко представился его собеседник.– В какой-то мере купец и беженец.

– Для дикаря вы хорошо говорите на языке Хайратской Империи,– заметил Баэда потягивая стаканчик чибуку, пиво сделанное из дрожжей и сарго.

– Не стоит называть меня дикарём,– мягко ответил собеседник, после чего его сотряс кашель.

– Надеюсь, то чем вы больны – не заразно,– младший инкоси чуть отодвинулся, как и официант, обслуживающий жителя “Земли за Штормом” с большим неудовольствием.

– Это не заразно. Всего лишь проблемы,– краткая заминка.– С моим телом. Врождённая, так сказать.

– Покажитесь врачу,– равнодушно посоветовал младший инкоси.

– Врач не поможет, кхе-кхе.

– Не суди по своим знахарям. У нас они гораздо лучше.

Трикстер кое-как справился с приступом и посмотрел на Баэду и с лёгкой усмешкой. Наверно, всё таки его лицо было скрыто тенью капюшона, явно создано с помощью энергии Кха.

– Так вот, Трикстер,– продолжил мужчина.– Я называл вас дикарём не для того, чтобы оскорбить. Всего лишь констатация факта.

– Неужели?

– Конечно. Посмотрите на свои земли и наши? Пока вы до сих пор воюете с помощью мечей, мы создали и освоили огнестрельное оружие. Пока ваши корабли зависят от сил Природы, мы её покорили силой пара. Пока вы барахтаетесь в пучине религиозного мракобеса, мы изучаем мир с помощью науки. Поэтому не обижайтесь на “дикаря”. Это, как я уже сказал, всего лишь констатация факта.

Собеседник лишь хмыкнул и не стал комментировать краткий монолог младшего инкоси.

Решив закурить, Баэда взял сигарету, но прежде чем он успел достать зажигалку, собеседник щёлкнул пальцами. Вспышка и табак начал тлеть.

– Благодарю.

Про себя он покачал головой, дивясь глупости дикаря. Всем известно, что энергия Кха опасна даже в предметах, а уж если использовать её самому…

Долго не проживёшь.

Надо будет рассказать ему об опасности использования этой энергии.

Тупой дикарь наверняка ничего об этом не знает.

– Значит купец и беженец? Необычное сочетание.– заметил Баэда, внимательно следя за собеседником.

– Надо же как-то выживать,– пожал плечами тот.– На родном континенте я стал нежелательной персоной, поэтому собрал накопленное добро, некоторых знакомых и по совету своего покровителя сорвался с места. Типичная история авантюриста.

– На территории всего континента?– удивлённо уточнил инкоси, делая ещё один глоток любимого напитка.– У вас же там целая куча мелких государств и полностью отсутствует централизация... Вы же знаете что такое централизация?

– Поверьте, кодо, хоть Земля за Шторком и кажется раздробленной на самом деле последнее десятилетие она стала единой, как никогда. И в глазах некоторых важных... Ну скажем лиц, я нежелательный элемент. Их влияния и возможностей достаточно, чтобы осложнить мне жизнь, поэтому я и решил перебраться. В начале до колоний, а теперь ещё и в метрополию.

– И чем же вы торгуете?

– Информацией и оружием,– с едва заметный превосходством ответил Трикстер.– Я не сомневаюсь, что скоро либо ваша империя, либо ещё какая-то страна, попытается оттяпать кусочек от нашей земле. И я собираюсь продать свои услуги, а так же кое-какие товары, которые однозначно пригодятся во время завоевания “Земли за Штормом”.

Баэда презрительно усмехнулся. У его собеседника даже не было никаких моральных терзаний по поводу предательства его родины.

Воистину – жалкий дикарь, даже не знавший что такое патриотизм и гордость.

– Не спешите осуждать меня, кодо Баэда,– негромко сказал Трикстер, тоже беря стакан и делая глоток.– Пока я находился в колониях и искал корабль, то успел неплохо изучить вашу культуру. Если брать вашу терминологию, то меня просто не устраивает, скажем так, режим. Новое правительство. – секундная заминка и он продолжил ещё более тихо.– Разумеется, не за бесплатно. Мне многое удалось узнать, в том числе и о вас. Если по прибытию представите меня высшему инкоси Марьяму, то все мы окажется в выигрыше.

– Теперь ты говоришь на моём языке, сатра,– хмыкнул Баэда, откидываясь назад.– Что же я получу?

Трикстер чуть подвинулся:

– Возможность обрести славу и богатство, мой друг. Славу и богатство. А главное – жизнь. Вы ещё и не представляете кто… Нет. Не кто! Что. Кто вас ожидает в “Земле за штормом”. Наши новые повелители по настоящему могущественны. И ужасны.

На секунду Баэде показалось, будто бы за тенью мелькнули алые огоньки.

Глава VII Амбиции смертных

Демон Природы с нетерпением ожидала делегацию иноземцев, в основном ради реакции королевы Таинственного Леса. Используя знания, унаследованных от поглощённых ею смертных, она прекрасно разбиралась в мотивах смертных. Быть может, даже понимала их. Они жертвуют частью своей свободы, отдавая её обществу, а взамен получают столь желанную безопасность и возможность добиться процветания.

Но что в итоге? Это лишь формирует иерархию, и те, кто во главе, рано или поздно, забирали себе все блага, а затем и передавали своим потомкам, культивируя неравенство и несправедливость. И это было неизбежно для любого общества смертных, ведь такова их природа – стремиться к доминации среди равных, в том или ином виде.

Отсюда единственными настоящими и подходящими существами, что могли возглавить смертных – это семёрка, ладно, восьмёрка древних чудовищ. Они не стареют, справедливы, ибо все смертные для них одинаково равны, а главное их интеллект гораздо выше, способны покарать любого невзирая не последствия. Именно такие создания должны нести всю бремя власти. Конечно, минусы у них были, а у кого их нет? Это и вспышки ярости, ненависть ко всему живому и неживому, бесконечное высокомерие, а заодно целый ворох психологических проблем. В общем-то всё тоже самое что имелось и у смертных правителей.

Как результат, созданные древними магами монстры практически идеально подходили на роль лидеров.

Размышляя об этом, Арвиль находила данный факт достаточно забавным.

Созданные для разрушения существа решили возглавить выродившихся создателей и вести их в светлое будущее. Или то, что они понимали под ним.

К счастью некоторые смертные понимали все плюсы правления Арбиров. Например, Эллейн.

Юная королева десять лет назад, когда заключила сделку с древними демонами. Её народ, да и многие другие, избежал страшной войны, даже резни, она получила власть и право быть наравне с Арбитрами, ну а сами они обрели союзника и источник столь необходимых им ресурсов.

Магии Природы.

Теперь пришло время новой войны. И это столкновение либо разрушит хрупкий баланс сил, либо укрепит его, ведь кровь и железо отлично скрепляют союзы.

Эллейн восседала за круглым столом в большом зале, справа от неё сидела Арвиль, а слева Киэль. Помещение было обставлено богато и со вкусом, особый шик добавляли сотни цветов, растущих прямо из потолка, стен и пола, такое ощущение, будто они находились на рукотворной поляне. В принципе, так оно и было, ведь на самом деле такое обилие флоры было порождено присутствием Демона Природы. Хватало лишь отголосков силы древнего монстра, чтобы изменить растения.

Все трое ожидали появление делегации иноземцев, те как раз проходили длительную церемонию приветствия и пир. Почётный караул находился за дверьми, так же как и немногочисленная охрана.

В конце концов, кому нужны смертные воины, когда рядом с тобой находится древнее оружие разрушения невиданной мощи? Сидит с закрытыми глазами, следит при помощи зверья за церемонией приветствия иноземцев и хлещет вино в промышленных масштабах.

Арвиль и в самом деле являлась идеальной разведчицей. С её почти безграничным контролем флоры и фауны, возможностью смотреть на мир их глазами, слышать их ушами. Хотя как растения могли видеть и слышать Эллейн решительно не понимала. Параллельно Демон Природы делилась своими впечатлениями о пире, рассказывала о реакции иноземцев на него, а заодно следила за окрестностями.

На самом деле пышная церемония слегка раздражала королеву эльфов, но она понимала – как важно произвести сугубо положительное впечатление.

Иноземцы считали их примитивными варварами во всех отношениях. Пышная и важная церемония приветствия дипломатов должна была слегка пошатнуть их уверенность.

Хотя бы отчасти.

– Следовало всё-таки посадить сюда кого-нибудь мужского пола,– произнесла Арвиль, выпуская когти и неосознанно делая дырку в рукавах своего платья.– Их патриархат считает женщин слабыми, если на переговорах не будет мужчин, наглые чёрные скоты решат, что ты… Нет. Мы слабы.

– К сожалению, никого достаточно влиятельного и надёжного нет,– чуть устало ответила Эллейн. Демон Природы постоянно подымала эту тему.– Генрих отправился к кентаврам, Вепьян тоже, Роландору я не доверяю, да и сам бы он, скорее всего, отказался бы. После реформации системы кланов он забился в самую глушь Леса в качестве отшельника… Туда ему и дорога!

– Если позволите,– неожиданно вмешалась бледная Киэль и, дождавшись кивка королевы, продолжила:– О могущественная Арвиль, вы ведь может менять внешность. Так почему бы ей не принять облик… ну знаете, мужчины. В идеале даже представителя их народа и вести переговоры от нашего имени, по крайней мере - отчасти. Это сразу решат ряд проблем. Вы хорошо знаете их язык и манеры, а ваше слово имеет громадный вес среди совета Арбитров.

– Разумно,– одобрила Эллейн.

– Ни за что,– резко отказалась Арвиль.

– Но… Почему?– удивлённо спросила королева эльфов, не понимая нежелание Демона Природы изменить облик.

Возможно, она решила саботировать переговоры? Решила свести всё к войне, дабы напомнить о зависимости её государства от доброй воли арбитров?

Та в ответ отчеканила, ударяя пальцем о стол и оставляя на нём вмятину:

– Не хочу. Прикидываться мужчиной, да ещё ради крупицы уважения каких-то вонючих смертных? Это ниже моего достоинства, да что там моего! Это даже ниже Таклисса, а он и так карлик и гордость это не про него!– с каждым словом глаза Арвиль наливались зловещим изумрудно-бирюзовым светом, что был виден даже сквозь веки.– Мне проще разорвать их на куски. Задушить своими растениями. Превратить в чудовищ! Но уж точно не меняться ради успешных переговоров с червями. Если бы это было желание Зентреба, я бы ещё подумала… Но его здесь нет.

С каждой секундой Киэль бледнела всё сильнее и сильнее, начиная гадать – её просто убьют или растянут её агонию на множество лет. А может, проведут над ней какой-нибудь эксперимент?

– Но идея и, правда, неплохая. Особенно для одноклеточного создания. Поздравляю, Киэль, ты повышаешься до статуса букашки,– Арвиль неожиданно сменила гнев на милость, отдавая дань уважения интеллекту советницы. Зловещий свет в очах угас.– К сожалению, в текущих условиях – идея невыполнима. Перебороть свои желания в этом вопросе у меня… хи-хи-хи, нет желания. Будьте благодарны уже в том, что я приняла иной образ, скрыв свою естественную и неотразимую красоту за внешностью невзрачной смертной.

Эллейн отчасти успокоилась, озвученная Демоном Природы причина была дурацкой, тупой, но вполне в духе полубезумного монстра, каким Арвиль и являлась.

А может даже без приставки “полу”.

– Наблюдай за переговорами и будь готова действовать, Демон Природы. Больше мне и не нужно,– отчеканила Эллейн.

– Само собой… Хм. Убогие смертные заканчивают церемонию, однако я наблюдаю, кое-что занимательно,– задумчиво сказала Демон Природы, открывая глаза.– Иноземцев стало больше. Семь на церемонии, тридцать у здания, а ещё семь десятков только что расположились в небольшом отдалении от древа. Да и в городе их многовато. Нетипично много и они вооружены. Возможно, наши чернокожие черви собрались действовать агрессивно.

– Возможно,– согласилась Эллейн,.– Хоть мои духи и не добыли доказательств атаки во время переговоров, нам следует подстраховаться. Киэль.

Советница тут же встала:

– Да, моя королева.

– Предупреди мои войска,– твёрдо приказала королева эльфов.– Если иноземцы окажутся настолько высокомерными и недальновидными, что сорвут переговоры и попытаются захватить меня, этот город, а затем навязать совсем уж невыгодный договор – ты должна будешь командовать ими до моего возвращения. Сама бой не начинай, а если он начнётся – старайся отступать. В таких вещах лучше предстать жертвой, а не агрессором. Даже формально. Тем более бой лицом к лицу нам не выгоден.

– Как прикажете, Ваше Величество,– почтительно ответила Киэль и, после секундной заминки, спросила:– Но раз вы предчувствуете опасность, возможно вам следует так же удалиться, а переговоры оставить благородной Арвиль?

– Я не бегу от опасности,– гордо отказалась Эллейн.– Мой долг – провести их лично. И, как ты верно заметила, с нами находится могущественная Демон Природы. Нет более безопасного места, чем под крылом арбитра. Теперь иди и проследи, чтобы нас не отвлекали.

Киэль чуть поклонилась и быстро ретировалась. Быть в обществе Арвиль ей не слишком хотелось.

– Ты, маленькая наивная королева, сказала так много добрых вещей,– тем временем произнесла Демон Природы.– Я сохраню их в памяти и обязательно покажу Зентребу! Да и остальному совету, чтобы они знали – насколько наша юная королева ценит нас! Я даже повышу тебя в моём личном рейтинге с букашки до лисы. Тем более у тебя есть чуть-чуть рыжих волос.

Эллейн машинально коснулась головы и презрительно хмыкнула:

– А затем в наших девичьих разговорах будешь называть меня животным?

– А ты удивительно прозорлива для животного!

– Хватит паясничать, Демон Природы,– Эллейн внимательно посмотрела в глаза безумного монстра.– Где делегация?

Арвиль чуть улыбнулась, демонстрируя острые клыки:

– Будут здесь в течение трети часа, юная лисица. Не волнуйся. Как ты и сказала, пока я здесь эти смертны не смогут даже коснуться тебя. Обещаю. Я разорву их на куски, и, быть может, даже попробую их мясо на вкус.

Как раз этого Эллейн и опасалась. Безусловно, её собеседница являлась одной из самых могущественных монстров, и она в одиночку, при некоторых условиях, могла уничтожить целый город или всю эскадру Фендора, конечно, если заплатит за это своим разумом. После этого она станет уже не полубезумным, а полностью безумным монстром и уничтожит вдобавок Аизар. Но даже если нет… Будет трудно объяснить населению, почему древнее зло сражается против иноземцев.

В принципе Эллейн подозревала, что Арбитры собираются использовать эту войну для попытки легализоваться. Предстать уже не монстрами, но спасителями, покинуть тень и править открыто.

Для своей выгоды королева Таинственного Леса собиралась оттянуть такой исход насколько это возможно. Или, быть может, же стоило помочь им и тем самым заручиться их благосклонностью и уважением?

Трудный выбор, ведь оба варианта несли как риски, так и прибыль. К счастью, время для решения у королевы хватало.

– Не переусердствуй. Я не хочу, чтобы эльфы да люди узнали о твоей истинной натуре. Не сейчас и уж точно не так, Демон Природы.

Конечно, была и ещё одна причина, почему она не хотела слишком явного участия Демона Природы. Если ей удастся удержать её от боя, то Зентреб будет должен, а это уже немало.

Ледяной Демон был противоречивой личностью, но всегда пытался держать собственное слово. Хоть в этом его лицемерная природа не проявлялась.

Арвиль лишь кивнула и бросила взгляд на открывающиеся двери.

– Делегация славного королевства Фендор – прибыла,– объявил сопровождающий их эльф, пока делегация заходила внутрь. Их одеяния заставили Эллейн едва заметно поморщиться. Обычно в подобном ходил Ледяной Демон, имеющий странную тягу к экзотическим нарядам.

Старший инкоси Бадак Турангор отличался внушительным ростом и статью. Если брать систему измерения иноземцев в нём было почти два метра роста. Или восемь локтей, если брать систему местных людей. Пиджак, брюки и рубашка сидели на нём как влитые, ни единой складки. Костюм явно был подготовлен именно для Бадака.

Мясистое лицо, тяжёлый подбородок и густая борода, а вот на самой голове ни волоска.

Тяжёлое костяное кольцо в носу завершала картину.

Иноземцы двигались словно слоны, оказывая минимум уважения, и при виде Эллейн они едва поклонились. Арвиль так же с интересом изучала делегацию.

– Приветствую вас, Ваше Величество,– гулко изрёк Бадак, тщательно выговаривая слова на эльфийском языке.– Да будут ваши Леса процветать, а власть не увядать.

Королева милостиво кивнула. Хотя бы на то, чтобы выучить церемониальное приветствие у иноземца сообразительности хватило.

– Оставьте нас,– приказала Эллейн и эльфы, приведшие делегацию, покинули помещение, закрыв за собой створчатые двери.

Теперь две хрупкие девушки остались в компании семи мужчин, которые явно не считали их равными себе.

И они были правы. Вот только не правильно оценивали собственные силы. Что Эллейн, что Арвиль, обе они могли убить их всех без особых усилий. Конечно, Демону Природу и вовсе хватило бы пары секунду.

Хотя сами дипломаты выглядели обескураженными и ошарашенными, явно не так представляя себе встречу с королевой Таинственного Леса. Чтобы она принимала их практически одна, да ещёвнутри громадного дерева, так что все они были сбиты с толку. Ну, кроме посла.

Эллейн так и не соизволила узнать его имя, поскольку, по словам Киэль, он просто пил спиртные напитки и проводил время с женщинами лёгкого поведения.

Совершенно жалкий смертный.

Один из иноземцев вышел вперёд и сказал:

– Я уполномочен переводить всё, что изречёт старший инкоси.

Говорил он на эльфийском с жутким акцентом.

– Не нужно,– остановила его Эллейн, говоря на наречие иноземцев с идеальным произношением. Благо у демонов были весьма продвинутые методики обучения и целая куча пленных носителей нужного языка.– Мы достаточно давно установили дипломатические отношения, с моей стороны глупо было бы не изучить вашу речь. Присаживайтесь, дорогие послы.

Повинуясь её магии растения стали стремительно разрастаться, превращаясь в семь прекрасных кресел, мягких словно подушка.

И способных, если Эллейн того пожелает, убить всех семерых за один удар сердца.

Даже не зная этого, иноземцы весьма осторожно заняли их. Проявление магии нервировало их, как и окружение. Быть окружёнными цветами в огромном дереве – то ещё удовольствие. Тем более они покачивались, хотя ветра не было, и вроде бы даже что-то шептали.

– Я слышал о вашей красоте множество слухов, Ваше Величество,– изрёк Бадак, прикладывая левую руку к сердцу.В его глазах и голосе отчётливо читалось удивление.– И она поражает меня, однако ещё больше впечатляет ваш ум и лингвистические способности! Я искренне восхищаюсь вами, Ваше Величество. Но, на случай если вы не знаете, не следует злоупотреблять энергией Кха, мне бы не хотелось, чтобы вы изуродовали себя играясь со столь неоднозначной силой.

Эллейн едва не закатила глаза. Чудесно. Он и посредственными комплиментами разбрасывается и пытается учить её обращаться с магией Природы. Её! Полуфею!

Теперь древние демоны не казались ей столь уж высокомерными.

Арвиль едва сдержала смех, с интересом наблюдая за этим.

–Благодарю вас, адмирал,– вежливо ответила королева.– Я искренне надеюсь, вы довольны оказанными нами почестями и ожидаю, что мы сможет придти к компромиссу в наших переговорах.

Арвиль чуть наклонила голову продолжая изучать чернокожих, но в разговор не вмешивалась. И это к лучшему.

Она бы точно начала его как минимум с оскорблений делегации. А как максимум – с отрывания их голов.

– Я уверен вы уже ознакомились со списком наших.. гхм… предложений.

– Да. Гарнизон в Аизаре и контроль города вашими войсками. Боюсь это невозможно, старший инкоси,– мелодично произнесла королева, посылая делегации прекрасную улыбку.

– Не спешите отказываться, Ваше Величество!– с расстановкой сказать адмирал, прикладывая руку к сердцу.– Ведь вы сможете получить нашу защиту.

– От кого же?– с лёгким интересом осведомилась Эллейн.

– От бывших друзей, старых врагов и совершенно новых противников…Всегда найдутся те, кто хотят покоситься на чужие богатства,– загадочно ответил инкоси.– Поверьте, мы многое можем предложить. В том числе и мир.

– Поэтому с вами столько солдат? Я не могла не заметить большое число ваших подразделений, адмирал. Довольно внушительное, для тех, кто пришёл с миром.

Бадак ничуть не смутился и учтиво продолжил:

– Мир это иллюзия, Ваше Величество. На самом деле война никогда не заканчивается, лишь переходит в скрытую форму, но это происходит лишь до тех пор, пока она вновь не становится выгодной. Мой родной континент имеет небывалое технологическое преимущество, мы несём свет цивилизации отсталым народам, а они взамен служат нам. Так или иначе. Таково бремя чёрного человека.

Арвиль на этом моменте тихо хмыкнула, едва сдерживая смех.

– Однако даже среди нас нет единства,– иноземец не заметил реакции Демона Природы, ну или просто не придал значения.– Даже просвещённым нациям не всегда удаётся найти общий язык… К сожалению. Те страны, что не успели обрести заморские земли – набрали мощь. В том числе и королевство Фендор. Мы были готовы бросить вызов старым колониальным державам…Однако, – Бадак поднял указательный палец в верх. – Открытие вашего континента, Ваше Величество, подарило нам иную возможность. Как и нашим противникам. Скоро все они придут на вашу землю и вы будете вынуждены покориться их воли. Ибо что такое лук против винтовки? Что такое энергия Кха против пушек? У вас нет шансов. Честно говоря,– тут инкоси стал говорить более тихо, но горячо.– Я бы не хотел, чтобы правление такой прекрасной женщины закончилось так нелепо. Поэтому королевство Фендор предлагает вам протекторат и, в качестве первого шага, вы передаёте нам Аизар. Мы же, взамен, обещаем невмешательства в ваши внутренние дела и защиту от иных империй. Подумайте, это очень хорошее предложение!

– И у вас есть этому доказательства?– осведомилась Эллейн.– За долгие годы лишь одна страна из внешнего мира пыталась напасть на наш континент. Ваша. Насколько я знаю вы договорились с орками и совместно пытались захватить людские земли… Не очень-то мирно. Вы шли не останавливаясь, пока не повстречались с Несущими Ужас. И они нанесли вам поражения.

Бадак неосознанно сжал кулаки и поморщился, однако ответил всё так же вежливо:

– Не самая лучшая наша операция, но, Ваше Величество, неужто вы тоже будете говорить, что наша армия и союзные войска были уничтожены мифическими Повелителями Демонов? Да бросьте! Энергия Кха уничтожает своего носителя, и если даже такие существа были, они просто не могли бы пережить откат от своих же способностей!

Эллей скептически посмотрела на собеседника и объявила:

– Хорошо. Давайте посмотрим все пункты и обсудим их.

Разбор основных требований Фендора затянулась на несколько часов, за это время слуги время от времени приносили напитки и еду, а королева эльфов ожесточённо торговалась по каждому пункту. Даже Арвиль, время от времени встревала, поддерживая полуфею и при этом без привычной уже грубости.

Иноземцы не отставали, но они были лишь людьми и их выносливость, стойкость разума, в пропитанной волшебной пыльце комнате, быстро истощилась и под конец они уже даже не понимали что происходит.

При желании Эллейн даже могла бы заставить их отказаться от всех требований. Вот только эффект очарования не отличался длительностью.

Поэтому королева просто затягивала переговоры и даже согласилась с некоторыми пунктами.

– Насколько я знаю, ваша история полна противоречий,– заметила королева, отвлекаясь от обсуждения.– И войны среди вас обычное дело.

– Это просто и… История,– устало ответил Бадак, вытирая пот со лба и туманными глазами смотря на королеву. Его ощутимо мутило, а в голове гуляли странные мысли.

Остальная делегация выглядела не лучше, магия Эллейн и Арвиль давили на них, да ещё и волшебная пыльца мешала.

– История, мой друг, лишь отражение былой политики,– менторским тоном произнесла Эллейн, щёлкая пальцем. Тут же из стола выросла лиана, схватившую бутылку вина и наполнившая чашу адмирала.– Если я хочу понять ваш мир – мне необходимо окунуться в ваше прошлое.

Бадок задумчиво кивнул, вытирая пот и делая глоток.

– Поговорим о гарнизоне,– произнесла королева, возвращаясь к переговорам.– Вы настаиваете на расположение тут десяти тысяч солдат. Это слишком много, не более одной тысячи.

– Но тысяча это слишком мало,– за место адмирала влез какой-то другой иноземец. Вроде бы вице-адмирал и заместитель эскадры.– Столько салдат не смогут защи… защитить парт.

Он тоже выглядел очень усталым и путался в словах. Даже произнести их правильно не мог.

– Население Аизара и окрестных земель не слишком велико и прокормить десять тысяч солдат будет трудно,– ответила Эллейн.– Более того, у меня есть армия. Поэтому номинального присутствия хватит.

Делегация пыталась спорить, но надолго их не хватило. И Эллейн это видела.

– Я обдумаю иные ваши предложения, старший инкоси,– наконец подвела итог полуфея.– Продолжим в ближайшем будущем. Мои слуги проведут вас.

Повинуясь её воле, двери открылись и несколько эльфов, из числа королевской гвардии, вошли внутрь.

– С… C большим нетерпение буду ждать этого, Ваше Величество,– устало кивнул тот, вытирая пот. После этого он с трудом поднялся и совершил поклон.– Надеюсь, вы примете правильный выбор. Во блага вашего народа и лично вашего…

Вскоре полуфея и древнее оружие остались одни.

– Хорошо сыграно, юная лиса. Очень хорошо,– задумчиво произнесла Арвиль, движением пальца заставляя рукотворные кресла обрасти шипами и разрастись. Будь там люди, их бы разорвало в клочья.– Ловушка на случай если переговоры – уловка, магия очарования и природная красота, дабы добиться расположения иноземцев. Они шли сюда кинуть ультиматум и потребовать немедленно подписать договор, а ушли с обещанием продолжить обсуждение. Прекрасно!

– В сложившихся условиях я должна была использовать все доступные мне ресурсы,– пожала плечами Эллейн.– Магия, харизма, красота – всё это нужно использовать для затягивания переговоров.

– Неужто не хочешь получить от них равноправных условий?– с интересом спросила Демон Природы.– Или использовать их, дабы бросить нам вызов?

– В отличие от вас они не признают меня равной им,– ответила королева эльфов, вставая и направляясь к выходу.– И сотрудничество с ними не даст мне большего, чем союз с вами.

Арвиль задумчиво кивнула, не ощущая обмана в ответе собеседницы. Она в самом деле так считала и это не было игрой на публику. Зентреб оказался прав, иногда и в самом деле проще поделиться властью, дабы обрести верного союзника.

Глава VIII Прибытие в подземелье

Я с удовольствием сделал вдох, сидя на земле. С кармана перевала открывался поразительный вид на страдающую от бесконечных войн землю, мой взор проникал сквозь облака, открывая разорённые равнины и предгорье. Там, далеко внизу, отряд из людей, эльфов и двух моих собратьев приближался к входу в государство гномов. Наш отряд из четырёх существо вышел гораздо позже них, но за счёт превосходства в скорости мы легко прибыли раньше. Ещё одно преимущество бытия оружием массового уничтожения заключается в великолепной мобильности. Можно бежать с огромной скоростью днями без малейшей усталости, быстрее коня или сокола!

Рядом раздалось вопросительное рычание, и я ответил:

– Да, Демон Гнева. Они прибыли, позднее, чем я ожидал, но тем не менее. Таклисс и Нискрерх обеспечили их безопасность и даже никого не убили. Весьма неплохо для карлика и полуконя.

– Согласен. Радует, что эти двое смогли сдержать свои инстинкты,– произнёс Ревмарк, помешивая варево в каменном котле. Демон Камня верный своим увлечениям готовил уху. Рыбу он наловил в реках предгорья, а в каменном котле мог поместиться целый бык.

В отличие от смертных мы не были ограниченны такой вещью как усталость и добрались сюда гораздо раньше. Будь здесь стационарные порталы, хватил бы мгновения, но увы. Древняя магическая технология отличалась невероятной сложностью, и даже нам трудно было воссоздать её. Особенно ввиду практически полного отсутствия специалистов, нехватки материалов и энергии.

Поэтому за эти десять лет мы смогли создать лишь несколько порталов и разместить в наиболее важных точках. В Ледяных Садах, Енотограде, Пронте и резиденции Эллейн.

– Еда готова,– объявил тем временем Ревмарк, пробуя блюдо и изрекая с довольно мордой.– Вкуснотища! Зентреб… Не подходи, а то опять всё заморозишь!

– Уху вполне можно есть в холодном виде,– заметил я, держа дистанцию. К своей стряпне Демон Камня относился серьёзно.

– Почему мы обсуждаем такую мелочь,– равнодушно осведомилась доселе молчавшая Ольха, созерцая горы. Она присоединилась к нам в последний момент, мотивируя это желанием изучить территории бородатых коротышек и их культуру лично.

Говоря простым языком, она спихнула свои дела на подчинённых и решила отдохнуть. Зачем это надо существу в принципе не способному устать никто из нас так и не понял. Вероятнее это проявление психологической проблемы нашей маленькой зомби.

Оставшись верной своим привычкам, Ольха устроила маскарад.

Маленькая зомби обрядилась в мантию и в этот раз выдавала себя за маленького хилого гнома. Даже поддельную бороду нацепила. Густая копна рыжих волос была спрятана под капюшоном.

Правда эмоций в голос даже и не подумала добавлять.

– Тебе бы следовало попробовать. Если не будешь есть, то так и не вырастешь, – с упрёком сказал Ревмарк.

– Я нежить и не способна расти. Так же не нуждаюсь в еде, воде и даже воздухе,– равнодушно ответила Ольха, убирая рыжую прядь.– Как и вы. Поэтому не понимаю, почему мы тратим тут время на какую-то дохлую рыбу.

– Дело в удовольствии,– важно сказал Ревмарк, создавая из камня миску, наполняя её ухой и отправляя мне.– Какой смысл в нашем существовании, если нельзя испытывать маленькие радости жизни?

– Это гедонизм,– равнодушно отрезала Ольха.– Мы должны существовать ради развития и самосовершенствования, а не сиюминутных удовольствий. Тем более вы, вам семерым это и вовсе противопоказано.

– Иногда нужно отдыхать,– хмыкнул уже я.– Сама же это практикуешь.

– Да, однако, даже те игры используются для саморазвития, а ваше желание набить чрево – ничего конструктивного не несёт. Вам даже есть необязательно.

На самом перевале показалась гном и осёл. Увидев нас первый ошарашено замер, а животинка издала протяжный и тоскливый крик.

Мы в ответ дружно помахали им лапами. Кроме Ольхи, она лишь равнодушно глянула и потянулась к ухе.

– Тебе бы тоже стоило подумать об этом,– изрёк я, тут же забывая про свидетеля и принимая еду. Создав изо льда ложку и щедро зачерпнул суп.– Ты же хочешь больше походить на смертных, оживить себя, так сказать. Вкуснотища!

Зомби равнодушно глянула на меня:

– Если я когда-нибудь смогу оживить это тело, то уж точно избавлюсь от такой мелочи как сон, поглощение пищи и иных телесных потребностей.

– Не думаю, что тогда ты будешь по настоящему живой,– задумчиво произнёс Ревмарк, наблюдая как коротышка торопливо скрывается за перевалом.– Удовольствия, боль, радость, разочарование – всё это формирует так называемую жизнь. Со всеми её недостатками и достоинствами. Убери одно – и это уже не будет жизнью. По крайней мере, с точки зрения смертных.

– Признаю твою правоту, Демон Камня,– Ольха равнодушно поджала губы.– Не пора ли начать?

– Пора,– кивнул я, отбрасывая пустую тару и поднимаясь во весь рост.

Насладившись едой, мы приняли гуманойдный облик. Я смог частично превратиться в человека средних лет с сединой, хотя кое-где осталась бледно-синяя кожа, пришлось скрывать её бинтами. Из одежды накинул на себя мантию с глубоким капюшоном. Ревмарк стал особо толстым гномом, да ещё и латы на себя нацепил, ну а Папир… Папир сумел ужать себя до размеров громадной собаки. Аж по пояс мне.

Попасть в самих подземелья гномов нам не составило труда, Демон Камня просто заставлял землю и скалы расступаться перед нами, благодаря чему мы очень быстро попали в подгорные тоннели. Они встретили нас абсолютной тьмой и предупреждением “Опасность! Тоннели не зачищены, водятся монстры! Если вам дорога жизнь – возвращайтесь! ”.

– Даже не знаю, уцелеем ли мы здесь,– бесстрастно пошутила Ольха, прочитав надпись на стене.

Демон Гнева издал одобрительно ворчание, выдвигаясь в авангард.

– Ты уж точно выживешь,– замогильным голосом сказал я.– В таких ужасных местах по закону жанра выживают маленькие девочки.

Откуда-то с потолка раздался шорох.

– Рада слышать,– равнодушно кивнула маленькая зомби.– Ревмарк, а зачем мы пошли через это место… Что это вообще? Не похоже на работу гномов. Чувствуется рука древних.

– Это их рабочие тоннели,– ответил Ревмарк, лучше всех знакомый с местными особенностями.– Здесь большие запасы магических руд, искажений и наши создатели даже успели развернуть тут один из Омутов.

– Фабрику по производству чудовищ для военных экспедиций,– зомби чуть приподняла левую бровь, изображая удивление.– Монстры с внедрёнными в них командами послушания. Странно, что никто из тысяч поглощённых мной не знал об этом.

– Секретность и все дела,– расслабленно ответил Демон Камня, взмахивая лапой и превращая крадущуюся по потолку тварь, напоминающую громадного таракана, в лепёшку.– Когда случилась Катастрофа и наши создатели погибли, производство пошло в разнос и стало автономным, породив целые области со своей экосистемой и монстрами. Ну а гномы, очередная поделка, заняли центральные пещеры, куда созданиям Омута запрещено являться.

– Так почему мы здесь?– вновь спросила Ольха, проводя рукой по лицу и криво улыбаясь. В глазах её что-то блеснуло.– Неуж-то-то ты на самом деле маньяк и ведёшь нас всех на убой? В жестокую мясорубку, то-то, среди монстров дабы провести нас через все круги ада, а затем убить немногочисленных выживших! Где у тебя белый колпак или какая-нибудь маска! То-то!

Эхх. А я ведь почти забыл про её особенность… У Ольхи опять неадекватное состояние.

– Ты…– Ревмарк даже оступился от неожиданности.– Контролируй себя, Демон Ентограда.

– Это не просто,– лицо зомби вновь стало напоминать камень.– Магия Хаоса исходящая от вас путает мои мысли и сейчас тут нет источника Смерти, дабы уравновесить ваше влияние.

– А что это было за “то-то”?– ведомый любопытством осведомился я, вскидывая лапу и замораживая жука размером с телёнка.

– В тот момент мне показалось это забавным. Будь я живой, то сейчас сгорала бы от стыда.

Папир никак не участвовал в разговоре, и всё это время жестоко разрывал местных монстров, которые считали нас вторженцами и слепо атаковали. В общем-то основную массу тварей именно он убивал, а нам же доставались лишь крошки.

Удобно. Не придётся марать одеяния о этих убожеств.

Вообще древние явно были неприятными соседями. Исчезли десять веков назад, но их творения продолжали доставлять неприятности. Взять хоть этот Омут, мало кто мог жить с такой хренью под боком. Для этого надо было обладать не малой силой, знанием и просто ослиным упрямством.

Гномы. Бородатые коротышки любящие золото и сражения. Гордый народец. Зная их упрямство и бесстрашие, мы просто получили формальное признание нашей власти от совета трёхсот. А после забыли про них и сосредоточились на территория людей, эльфов и орков. Зондировали почву в отношении иноземцев. Проводили эксперименты и создавали своё государство.

Что же, настало время накрыть и гномов нашей великой тенью.

Тем более момент подходящий. После поражения от Эллейн они погрузились в междоусобицы, и вторжение древних монстров лишь сплотило бы их. Даже вариант со скрытой поддержкой одной из сторон не отличался надёжностью. Поэтому мы решили подождать, ведь терпение важная добродетель. А что такое год, десятилетие или столетие для бессмертных?

Правильно. Ничто.

Терпение – высшая добродетель.

Теперь же ситуация полностью изменилась. Уничтожение армии, длительная междоусобица подорвала силы бородачей, и если сведенья Ревмарка верны то они дали приют бежавшим от нас магам, ведут некие переговоры с эльфами, а быть может даже с иноземцами. Что же, пришло время накрыть нашей тенью их тёмные пещеры. Одним махом крыла мы приведём карликов к покорности и уничтожим возможную угрозу.

Наш путь лежал в город Брангандарм. Именно десять лет назад сумел объединить подземелье и устроить бесславный поход на восток. Пусть его влияние и упало, он всё ещё играл, по словам Ревмарка, большую роль, продолжая считать чем-то вроде столицы. Общество гномов сильно отличалось от общества иных рас, и варьироваться в зависимости от поселения, но именно сей град являлся образцом.

В первую очередь центом власти были города, которые часто соперничали друг с другом, вели войны и прочее. Во вторых всё население делилось на три категории. Граждане, пришлые и рабы. Первые же в свою очередь делились на простых и на знатных, которые и формировали органы управления. Первым из которых – Совет Трёхсот. Воинами могли являться только граждане, которые сами собирали деньги на оружие. И лишь побывав в бою можно было избираться, да и голос побывавшего на войне ценился выше, того кто на ней не был. Так называемые пришлые могли являться странниками, осевшими в городе или освободившимися рабами, заниматься управлением и голосовать они не могли. Их же потомки могли претендовать уже на гражданство. Ну а рабы. Ха. С ними и всё так понятно.

– А вот и он, Брангандарм,– произнёс я, когда мы покинули рабочие тоннели и оказались в громадной пещере. Внизу, на самом дне, раскинулась наша цель. Могущественная гномья крепость, частично расположенная в самом камне, в то время как другая её часть создана прирождёнными строителями.

Она по истине впечатляла; мощные и несокрушимые стены, превосходная планировка, монументальные башни.

Конечно, необходимость всего этого внушала определённые сомнения, учитывая расположение города, однако выглядело внушительно.

Так и хочется превратить всё здесь в лёд. Уничтожить! Сожрать! Да… О да!

В такт моим… Нет. Нашим нечестивым желаниям стены и пол стали трескаться и покрывать льдом, в воздухе ощутимо запахло яростью. Камни взмыли в воздух, словно пушинки. Тишину подземных тоннелей нарушило яростное рычание.

– Вы скоро подавите свою программу действий?– равнодушно спросила Ольха и показательно зевнула.– Разрушения Брангандарма крайняя мера и если только подтвердится их желание бросить нам вызов, а так же союз с магами.

– Не так-то просто идти против своей природы, дорогая Демон Енотограда, – отметил Ревмарк, кое-как справляясь с приступом. Трещины перестали расширяться, а камни, словно листки, медленно опустились. Папир и я тоже смогли усмирить собственные желания.

– Столько лет, различные зелья, артефакты и магия Природы, а нам всё ещё так трудно подавлять старые привычки,– посетовал я, с негодованием смотря на дрожащую руку… А нет. Скорее опять лапу с мощными когтями. Пришлось поднапрячься, чтобы их убрать.

– Такова наша натура,– хмыкнул Ревмарк, облокачиваясь на камень.– Действуем по плану?

– Да, подождём вестей от Демона Голода,– согласился я.– В конце – концов, нам надо соблюдать осторожность, кто знает, что находится запасе у наших врагов.

***

Подземный город впечатлял монументальностью и защитой. Выстроенный по единому плану он являлся настоящей крепостью, а народ – гарнизоном. В случае войны практически всё население могло выйти сражаться.

Генрих надеялся, что всё ограничится дипломатической встречей.

Переговорам, как правило, предшествовала длительная церемония приветствия и пышный пир. Насколько Генрих знал это древняя традация очага. Нельзя вредить гостю!

Со временем это бытовая традиция стала частью культурой даже на государственном уровне.

По крайней мере так говорил Демон Голода. Его мнения никто не спрашивал, но он закатил целую лекцию, оскорбляя всех присутствующих, прежде чем исчезнуть. Это случилось накануне их подхода к территории гномов, его напарник, Нисерх, покинул делегацию ещё раньше.

Генрих, Вепьян да и вообще все вдохнули с облегчением. Присутствие демонов – угнетало.

Тем не менее, принц-консорт прекрасно понимал истину. Демоны где-то рядом.

Таклисс наблюдал за ними, следил и был готов, как оказать поддержку, так и безжалостно уничтожить, если они решат вести двойную игру. Хотя, судя по оговоркам Таклисса, в этот раз они твёрдо решили привести гномов к покорности. Как минимум четыре Арбитра должны были принять участие в грядущей операции, и Генрих не горел желанием оказаться в её центре.

К счастью, переговоры прошли успешно. Гномы согласились поставлять необходимые металлы и сырьё по весьма умеренной цене, их земли переполняла не только магическая руда, но и железо, медь, олово, уголь и много другое по весьма умеренным ценам. Всё это было необходимо Эллейн, дабы заимствовать технологические достижения иноземцев.

Быстро и тихо. Даже почти без торговли.

Слишком просто.

Поэтому когда принца- консорта захотел увидеть архонт, глава совета трёхсот, в частной беседе то Генрих даже не удивился.

Встреча произошла в небольшом, аскетично обставленном, помещение, личном святилище архонта Гоблодора. Стол, на котором горели свечи, два стула и ряд каменных бюстов на стенах.

Сам гном был стар и худ, в отличие от большинства соотечественников. Лицо изъедено морщинами, борода редкая и куцая, а глаза постоянно слезились. Но в нём всё ещё чувствовался дух.

Кутался он в мантию и робу.

– Как вам пир?– осведомился он.– Пришлись ли по вкусу подземные яства?

– Надо отдать должное вашим поварам,– кивнул Генрих.– Не думал, что можно придать мху и грибам такую богатую палитру… ощущений.

– Рад это слышать,– благосклонно кивнул архонт.– Надеюсь, Её Величество Эллейн, ваша жена, хорошо себя чувствует?

– Болезни не могут навредить ей,– с чистым сердцем ответил принц-консорт, с трудом пытаясь не улыбаться. Каждая мысль, упоминание о королеве приводили его в хорошее расположение духа.

Немного поболтав о мирских делах, обсудив всякую мелочь, архонт предложил пройти и мужчина тут же подобрался.

Генрих внимательно следил за мимикой архонта, пытаясь понять его мысли, настроение, эмоции, а уже опираясь на них разгадать причину этой встречи.

Ничего не получалось, Гоблодор производил впечатление камня.

Вскоре они подошли к бастиону, с которого открывался вид на весь город.

– Последние десять лет вышли тяжёлыми,– с горечью архонт, облокачиваясь на камень и с грустью смотря на свои владения.– От единого народа, быть может даже нации, мы вновь рухнули в подземелье междоусобиц…– он перевёл взгляд на Генриха и в его глазах мелькнула искра гнева.– А всё из-за королевы Таинственного Леса и её победе над армией великого Наблодора. Даже возвращения Ужасов не нанесло нам такой урон.

– Такова политика и войны, старейшина,– стойко ответил Генрих.– Кто-то проигрывает и теряет всё, а кто-то побеждает и получает всё это. Однако, вы должны быть благодарны моей королеве. Если бы она не остановила демонов под Кагароном, вы бы так же не уцелели. Ни вы, ни ваш город, а даже может весь ваш вид.

– Остановила?– старый гном издал тихий саркастичный смешок.– Я слишком стар, чтобы верить в чудеса, принц-консорт.

Генрих ничего не ответил, смотря на огни подземного града.

– Тем более у меня есть свои источники информации,– меж тем продолжил Гоблодор, опираясь дражайшей рукой на камень.– Несколько лет в моём городе находились беглецы поражённые иными измерениями. Если говорить по-вашему – маги. Их лидер некто Трикстер поведал мне много интересного. В том числе и об истинном влияние Ужасов… Или как они себя называют сейчас – Арбитры.

– Не понимаю, к чему вы это говорите, архонт,– бесстрастно ответил принц-консорт, пряча смятение.

В голове Генриха заметались мысли.

Если подгорные жители знали об истинной роли демонов и их союзе с Эллейн, то почему же они пошли на заключение договора с Лесом?

Гном как будто подслушивал его рассуждения:

– Очень просто. Города моей родины раздроблены и недавно на общем собрание было принято решение,– короткая пауза.– С этой информацией мы убедились в разумности и даже мудрости Ужасов, поняли, что с ними возможен диалог. Поэтому мы и приняли это "решение".– ещё одна пауза.– Мы хотим предложить должность воеводы и верховного судьи одному из Арбитров. И ты, принц-консорт и муж Арбитра Эллейн передашь им наше предложение.

Генрих не осознанно сжал кулаки, понимая, насколько слова гнома важны. Знал. Он знал правду! Более того, элиты гномов сами собирались отдать себя во власть Арбитров, и это помогло бы последним легализоваться. Стать уже не монстрами, но правителями, теми с кем можно вести переговоры. Они и так, по сути дела, контролировали людей, частично орков, продвигали своё влияние среди кентавров, а теперь ещё и подгорные жители собирались примкнуть к ним, ради безопасности и стабильности.

Всё это уменьшало влияние Эллейн. Возможно, ему следует убить гнома прямо сейчас. Демоны уже прибыли, дабы если что покарать коротышек и если начнётся бой, то разбираться они не будут. Тогда чудовищам, как и прежде, придётся опираться в первую очередь именно на Эллейн. Иначе…

С трудом Генрих отогнал подобные мысли. Нет. Сейчас весь континент под угрозой вторжение иноземцев. В такой ситуации не стоит развязывать войну ради сохранения собственного влияния. Следует сплотиться пред внешней угрозой…. Даже если влияние его королевы может уменьшиться.

– С удовольствием передам им ваши слова,– произнёс Генрих с кривой улыбкой.

– Удивлён, что вы не стали отрекаться от союза с Ужасами,– слегка удивлённо изрёк гном.

– Как и вы, я понимаю свою выгоду. Да и нет особого смысла скрывать это, раз вы готовы принять их, ну а если это ваша провокация,– взгляд человека потяжелел.– Возмездие Арбитров настигнет вас гораздо раньше, чем листок упавший с дерева коснётся земли. Они вытащат из вас все ваши знания, а смерть станет для вас желанной и недосягаемой наградой.

– Значит ли это..?

– Да. Они здесь и лучше бы тебе быть осторожным при встрече с ними. Тщательно обдумай свою речь. В противном случае ты можешь оказать им неуважение и вызвать их гнев.

– Я буду аккуратен,– кивнул Гоблодор , потирая слезящиеся глаза.

Ни человек, ни гном не заметили, как от парапета отделилась тень и заструилась, словно ручеёк, со стены.

Глава IX Искра

Арвиль зевнула, широко раскрыв рот, усеянный острыми, словно иглы, зубами. Неестественно потянулась, будто у неё вовсе не было костей. Осмотрела постепенно утопающий в сумерках Аизар глазами насекомых, птиц и зверей, а затем вновь протяжно зевнула.

Портовый город тревожно бурлил, предчувствую грядущую бурю, правда в просторных подвалах резиденции королевы эльфов ни было ни намёка на это. Затхлые, заросшие зеленоватым мхом и карликовыми искривлёнными деревьями, казематы выглядели зловеще в изумрудно-лазурном свете. Он лился с потолка от зеленоватых кристаллов. Казалось, чуть зазеваешься, и растения нападут на тебя, чувство опасности витало в воздухе.

Арвиль нравилась подобная обстановка.

Будь её воля, она бы перестроила этот городок, Аизар. К сожалению, королева Эллейн высказывалась против идей Демона Природы и предпочитала мир и порядок, а не опасность и хаос.

У неё не было вкуса прекрасного.

Впрочем, её так же можно было понять, ведь над её владениями нависла угроза войны, число иноземцев росло, вели они себя нагло и местным всё это очень сильно не нравилось.

Эллейн успешно затягивала переговоры уже две недели, попутно подтягивая войска и оповещая союзников. В принципе, уже имеющихся сил вполне хватило бы для успешного отражения атаки, но Демон Таинственного Леса медлила, желая обрести подавляющее превосходство.

Или просто глубоко в душе она боялась начать новую большую войну. Пережив несколько конфликтов, начинаешь ценить мимолётный мир. Даже если он просто иллюзия, заминка пред новой войной.

– Да нет. Чушь какая-то,– отвергла эту мысль Демон Природы, возвращаясь к своему занятию. Скучая в роли пассивного наблюдателя, она творила очередное неестественное растение. Магия Арвиль была удивительна, ибо изменяла живых существо, которые могли породить потомство, если конечно переживали процесс превращения. В каком-то смысле это было сродни чуду. Искусственно созданное существо, чьей целью являлось разрушение и уничтожение, оказалось способным порождать жизнь! Манипулировать ей и творить не только опасных созданий, как любой другой демон, но и вполне мирные, а главное жизнеспособные виды.

Великолепный дар!

В этот раз она вырастила яблоню и пыталась заставить её плодоносить в большем объёме, давать по пять урожаев в год. У природы на подобные изменения уходило сотни тысяч лет, смертные тратили годы на тщательные селекции, а Арвиль же создавала новые жизнеспособные виды за считанные дни.

Правда, в этот раз не получилось. Яблоня разрослась, обросла плодами, которые были чудесны на вкус и даже хорошо пахли. Но была одна проблема.

– Выглядит… прекрасно, но не такой результат я хотела,– задумчиво произнесла Демон Природы, пробуя красный спелый плод.– Горчит. Много токсинов несовместимых со смертными. Жаль. Весьма и весьма жаль. Попытка номер девятнадцать не увенчалась успехом.

Работа как-то не клеилась и Арвиль решила прогуляться по городу, тем более, сегодня у неё была встреча с агентами. Обычно они являлись в резиденцию Эллейн, но в этот раз Демон Природы назначила встречу у гавани. В основном потому что ей хотелось размять ноги и ощутить атмосферу застывшего в ожидание катастрофы града.

Ей слишком сильно нравилась сложная смесь эмоций, пропитавшая Аизар до самого дна. Отчаяние и надежда, страх и нетерпение. Всё это сплеталось во вкусный клубок эмоциональных противоречий.

Как и положено месту, где вот-вот начнутся военные действия.

Идя по брусчатой дороге в облике юной светловолосой девы, Демон Природы с удовольствием вдыхала все эти эмоции и наблюдала за горожанами. В основном людьми, но попадались и эльфы, а частенько мелькали ещё и иноземцы. Целая группа из двадцати человек, видимо отпустили на берег в увольнение.

Чужаки отличались не только внешностью, но и содержимым. Их наглость и непомерное самомнение оказались крайне велики, они могли даже составить конкуренцию самим Арбитрам.

Демон Природы находила эту мысль весьма забавной.

Смертные. Арвиль могла их понять, ведь именно они её создали, и именно их она поглотила со всеми воспоминаниями. Столько разных душ… Характеров. Мировоззрений. Жизней.

Она видела тяжкое существование раба, гедонизм высокопоставленного чиновника, безразличие и жестокость древней волшебницы. Самоотверженность и верность юной эльфийки. Пережила их жизни. Впитала их опыт. Знания. Души.

В общем-то, из-за этого каждый из демонов и страдал многочисленными психологическими проблемами. Разумеется, они их постепенно преодолевали, в меру своих сил. Хотя когда ты живое оружие разрушения и буквально состоишь из агрессивной магии Хаоса трудно вести мирный образ жизни. Трудно даже банально не разрывать на части всё живое и неживое!

Ещё одна маленькая причина завидовать смертным. Они хотя бы не желали на подсознательном уровне убить и поглотить всех живых в поле зрения.

Глупцы даже не осознавали своего счастья!

– Милочка, не хочешь уединиться?– вальяжно осведомился чернокожий матрос, показывая пару бумажек и нависая над хрупкой девушкой. Остальные заржали и оценивающе на неё посмотрели. Местные смотрели на это с неприязнью, злобой и сочувствием, иноземцы не пользовались популярностью.

Арвиль от этого аж опешила от невыразимой ярости. Её приняли за блудницу. Опять. Её попытались снять. Её пытались купить, но хотя бы большой суммой денег по меркам иноземцев. Всё это было отвратительно, но не самым ужасным. Самым ужасным был другой факт. Местные куски мяса смели ей сочувствовать!

Кому нужна их жалость и бездействие?

– Тебе в начале будет больно, но затем ощутить удовольствие,– тем временем продолжал вещать чужеземец, подходя вплотную и приобнимая хрупкую на вид женщину.– Ощутишь полёт! Словно взлетаешь в небеса на моём штыке!

Всё это он говорил на своём языке, даже не переживая что его не поймут. Вот только Демон Природы понимала каждое слово.

Замешательство длилось лишь секунду, а затем сменилось привычной яростью.

Арвиль просто дала оплеуху наглому смертному, От вроде бы слабого удара тот дёрнулся, челюсть сдвинулась, и он упал на мостовую, очумело тряся головой.

– Тупое мясо,– буквально прорычала Арвиль, чувствуя, как рот заполняется острыми клыками. Появилось нестерпимое желание откусить идиоту голову.

На коже стала проступать изумрудная чешуя.

Иноземцы тут же отпрянули. Они знали что эта земля полна чудес и созданий, что лишь выглядят как люди, но видеть одну такую перед собой – совсем другое.

Тем более им был дан приказ ни в коем случае не задевать подобных существ.

Некоторые свидетели из местных тут же попадали на колени, крича что-то о великом духе лесов.

– А, изрод,– с трудом выругался получивший удар.– Моя… Че.. Челюсть.

– Тебе повезло, что я ограничилась лишь ею,– фыркнула Арвиль, борясь с желание пнуть его, схватить за горло и медленно отрывать конечности.– А ну пошли отсюда, сброд, пока я ещё контролирую себя!

Ещё раз фыркнув, она ударила ногой возле головы смертного, оставляя внушительную дыру в мостовой.

После чего гордо удалилась. Преследовать её матросы не стали, а в глазах свидетелей Арвиль увидела одобрения и немного разочарования. Они явно надеялись на резню.

Чужеземцы за столь короткое время успели настроить против себя всех жителей города. Людей, эльфов и даже немногочисленных волшебных созданий.

Дальнейший путь прошёл без приключений и скоро показался берег.

Гавань Аизара не слишком подходила для кораблей иноземцев, они выглядели на фоне сказочного города, состоящего из магии, непривычно, странно, чуждо. Будто кровь на лесной поляне.

Арвиль, как и Зентребу, нравился такой контраст.

Насладившись зрелищем, она направилась на самый край гавани, где стоял одинокий маяк. Одним лёгким движение руки она выломала замок и вошла внутрь. Днём тут никого не было, на их же счастье, и Демон Природы направилась на самый верх, дабы посмотреть на флот чужаков с высоты.

А заодно дабы лучше понять их расположение.

С высоты смертные казались ещё более ничтожными, чем были обычно. Они суетились, словно муравьи, спешили по ничтожным делам, лелеяли надежду пережить ещё один день, до конца не осознавая, как мимолётна их жизнь.

И сколь её легко прервать.

– Можете войти,– произнесла Арвиль, отгоняя высокомерные мысли и даже не думая оборачиваться. На вершину маяка тут же вошли два человека в мантиях. Нет… О нет. Они уже были большим, нежели просто люди. Промежуточное звено между смертными и бессмертными.

Эмиссарами воли Арбитров и вестниками их гнева. Новички, но способные.

По словам Кассанды, у них был неплохой шанс преодолеть оковы смертной плоти.

Архилох, высокий, но болезненно худой чернокожий юноша лет восемнадцати. Полностью лысый. Был вызволен из плена орков, собиравшихся размозжить его голову. К ним он попал из-за кораблекрушения, самое забавное, что его устроили не демоны, а опередивший их шторм. Немногочисленных уцелевших почти сразу поймали зеленокожие войяки и к моменту прибытия Арбитров казнили почти всех. Кроме одного маленького мальчика.

Таклисс оценил удачу мальца и забрал с собой, за десять лет сделав из него личного эмиссара для операций на территории иноземцев.

Второй была Икатрия спасённая самой Арвиль много лет назад. Пройдя тяжёлые испытания и сложнейшие задания юная белокурая девушка из диких племён доказала свои способности. Демон Природы оценила её труды и верность и сделала личным агентом. При этом её верность граничила с фанатизмом, ибо она видела в Арбитрах не чудовищ, не монстров, но благодетелей, спасших её от смерти и вставших на защиту её народа. Ну а к сложностям характера Арвиль она давно привыкла.

– Госпожа,– оба посетителя синхронно опустились на колени.

– Встаньте, бесполезные,– Демон Природы тяжело вздохнула. Опять. Она снова не сдержалась и начала с ходу оскорблять смертных.– Докладывайте.

– Великая Арвиль! Два десятка наших подчинённых рассеялись по городу и готовы сражаться против иноземцев, легенда для прикрытия – маги из Харроса присланные Единым Орденом,– быстро отрапортовала Икатрия, вставая, но, не поднимая глаз.– Эльфы не чинят нам препятствий.

– Попробовали бы они,– хмыкнула Арвиль, продолжая созерцать гавань.– Архилох…? Грр. Сменил бы ты уже имя. А то ведь мне даже не надо стараться, чтобы оскорбить тебя.

– Имя дано мне с рождения и я не вижу причины его менять, Великая Арвиль.

Демон Природы лишь раздражённо махнула рукой и приказала ему начинать доклад.

– Солдаты и офицеры недовольны,– важно сказал Архилох.– Им не нравится бездействовать. Многие не понимают, почему старший инкоси Бадак медлит. Часто вспыхивают драки между матросами, солдатами и местными. Если Арбитр Эллейн продолжит свою тактику, то командующий может и потерять контроль. Есть даже вероятность, что его отстранят от командования остальные офицеры из-за медлительности.

Арвиль кивнула. Слова агента Таклисса подтверждали её собственные данные и суждения. Теперь стоило решить – стоит ли форсировать события?

Продолжая слушать доклады и просьбы агентов, она параллельно обдумывала варианты.

Оба исхода несли свои преимущества и недостатки. Скорая война могла повысить зависимость Эллейн от остальных Арбитров, более-того – она даже могла реабилитировать демонов в общественном сознании.

Когда ужасные монстры, которыми тебя пугают всю жизнь, выступают и сражаются за тебя – это отличный повод поменять мнение. Тогда те, кого сейчас считают лишь чудовищами, предстанут в новом свете.

Как спасители и защитники.

Но была и иная сторона. Если же первые сражения выйдут не слишком удачными, а Эллейн прознает о роли демонов, то это подорвёт шаткое доверие и даст в руки королевы Таинственного Леса неплохой аргумент против них. Она сможет представить остальных Арбитров в роли разжигателей войны.

Эллейн всё это так же понимала, поэтому не желала, как начала нового долгого конфликта, так и глобального участия в ней демонов. В идеале она собиралась показательно разгромить войска Фендора, а затем добиться мира и невмешательства в её дела. Однако она до сих пор медлила. Странно.

Что же делать?

– Возвращайтесь, убогие,– приказала Демон Природы.– В случае начала боевых действий, оказывайте поддержку нашим остроухим друзьям.

Оставшись в одиночестве, она продолжила созерцать гавань и размышлять о будущем.

***

Эллейн быстро спускалась в подземелья своей резиденции. Как ей сообщили духи – Арвиль только что вернулась.

Королева была сильно взволнована из-за её отлучки в город, ведь в плохом настроение, которое у зеленоволосой крылатой девы всегда плохое, она могли просто устроить резню. Или выпустить свою магию и преобразовать всё на своём пути.

Прямо как здесь.

Демон Природы поселилась в подвалах всего пару недель назад, но они успели измениться до неузнаваемости. Выстроенное здание выглядело как трёхэтажная усадьба, совмещённая с несколькими крупными деревьями, символизируя собой союз людей и эльфов под властью Эллейн. Удивительное сооружение, объединившее магию Леса и мастерство людей.

Теперь к нему добавилось ещё и влияние зловещей Арвиль. Стены, пол и потолок подвала были покрыты мхом, повсюду виднелись карликовые деревья и свисающие лианы. Вся эта флора шевелилась и как будто тянулась к Эллейн.

Воздух пах сладковатой гнилью. А хуже всего то, что изменения перетекали и на верхние этажи.

“– Может ли это быть невольным предупреждением или намёком?– с грустью подумала Эллейн.– Что если демоны поглощают мой Лес, прямо как магия Арвиль это здание? Меняют его, мой народ… и меня, а мы этого даже не замечаем?

Демона Природы нашлась в самой дальней части каземат. В помещение не было окон, но свет чуть изумрудно-сапфировый свет лился с потолка из особо густых зарослей мха. Арвиль только вернулась со своей небольшой вылазки в город и собиралась начать дегустацию очередной порции вина, попутно создавая очередное издевательство над природой.

– Твои действия создают мне проблемы,– с ходу заявила королева Таинственного Леса.

– Я тоже рада тебя видеть,– рассеянно кивнула Демон Природы, творя непонятное дерево, отдалённо напоминающее дуб.– Тебя так опечалила моя прогулка?

– Её последствия,– хмуро ответила Эллейн, подходя к Арвиль.– Что это?

– Пытаюсь создать яблоню, что будет плодоносить пять раз в год, моя недалёкая травоядная подружка. Это же очевидно!

Эллейн с сомнением посмотрела на дерево. Оно двигалось, словно на ветру, как будто извивалось и совсем не напоминало яблоню. Скорее уж какую-то помесь дуба и сосны.

– Иноземцы уже прислали мне жалобу,– со вздохом садясь за стол, на котором уже стояла початая бутылка вина и пара бокалов.– Требуют наказать виновных, цитирую, нападения на отдыхающих матросов.

Демон Природы шутливо рассмеялась и быстро заговорила нарочито напуганным голосом:

– Надеюсь, ты не выдашь меня? Ведь меня очень страшит мысль оказаться в плену этих примитивных созданий! Я боюсь…Боюсь что меня вырвет от нахождения с ними в одной комнате! А если они увидят такое… Мне придётся их всех убить. Хотя, если подумать, это неплохой вариант. Выдай древнее оружие разрушения им!

– И в мыслях не было,– покачала головой королева Таинственного Леса.– Ещё до твоего прибытия я распространила информацию, что в Аизар прибыла фея из глубин Леса, ведомая любопытством. Если я выдам “её” иноземцам, мои эльфы этого не пойму, а ты же просто вырежешь всех кто будет на твоём пути и сбежишь... И отвечать опять придётся мне.

– Да-да. Великие, ха, духи нам не подчиняются,– нетерпеливо сказала Арвиль, садясь за стол и разливая вино по бокалам.– Они высоко почитаются твоими остроухими подданными, выдать меня за такое создание – разумный ход. Тем проще объяснить вот это всё,– она небрежно обвела комнату рукой и взяла один из бокалов.– Если флора начинает расти, то это либо из-за очень мощного лесного духа, либо из-за Демона Природы.

– Эльфам проще поверить в первый вариант,– согласилась Эллейн, даже не думаю притрагиваться к фужеру. Она заметила кое-что крайне неприятное, руки её собеседницы частично покрывала нефритовая чешуя с несколькими вкраплениями сапфира, вместо ухоженных ногтей виднелись изящные, длинные и очень острые когти.

– Итак, когда ты планируешь выгнать иноземцев?– осведомилась Арвиль, наблюдая за бликами света на бокале.– Нельзя вечно затягивать переговоры. Тем более ты уже подвела необходимые войска, волшебные драконы, энты, маги и прочие бесполезные создания.

– Когда не останется пространство для манёвра,– чуть напряжённо ответила Эллейн, смотря на острые когти Демона Природы, которыми она оставляла царапины на хрустале.

Частичная неконтролируемая трансформация – верный признак скорой вспышки безумия.

Зентреб прав, Арвиль однозначно стоит держать как можно дальше от сражения. В моменты безумия любой из семи равен целой армии, вот только была небольшая проблема. Теряя контроль, они отдавались своему первичному инстинкту – убивать.

Хорошо хоть во время своей прогулки она не устроила резню, хотя иноземцы явно нарывались.

– Я прошлась по Аизару, дабы лично всё увидеть,– произнесла Демон Природы, с сожалением опуская бокал на стол.– Твоя убогая тактика дала время, однако породила другие проблемы. Население крайне сильно недовольно чужаками, а они, в свою очередь, недовольны заминкой, крайне сильно. Ситуация напоминает лес поражённый засухой, хватит лишь искры дабы возникло неудержимое пламя!

Глаза Арвиль горели изумрудным огнём жажды боя во время этой речи.

“– Уж тебе-то даже искры не надо, чтобы устроить резню,– с неприязнью подумала королева.– И как тольк оона сдержалась и не поубивали иноземцев в городе?

В слух же Эллейн сказала:

– Я понимаю ход ваших мыслей, но открытая конфронтация не выход. Теперь мы, скорее всего, раздавим иноземцев, даже без вашей помощи, но город будет в руинах. Есть даже шанс, что другие заморские государства объявят нам войну и наша ситуация осложнится. Всё таки их десятки миллионов, а их оружие превосходит наше.

– На твоей стороне выступит армия мёртвых и, что ещё важнее, мы самое совершенно оружие! А численное преимущество будет нивелировано дальностью наших земель,– напомнила Арвиль, со вздохом ставя бокал с характерными царапинами на стол.– Не следует бояться войны, травоядная. Может у них есть развитые технологии, но у нас в лапах находится магия высшего порядка!

– Я не сомневаюсь в нашей победе в этой битве!– огрызнулась Эллейн.– А вот насчёт войны – ещё как. Даже если мы победим в ней, цена может оказаться слишком большой! Чрезмерно большой! Я понимаю её неизбежность,– сбавив тон, она тихо продолжила.– Но я не буду той, кто начнёт её.

Демон Природы лишь усмехнулась. Для той кто видела уничтожение целой цивилизации, горящие в энергии Хаоса и Смерти миры, очередная война казалась лишь детской вознёй в песочнице.

– С помощью внезапного нападения ты могла бы легко уничтожить авангард иноземцев,– лениво заметила Арвиль.– Я бы вырезала командование, их штаб, а твоё войско разбило бы лишённое командованию армию. Мы бы захватили множество пленных и кораблей. Кстати, это хорошие корабли, мощные. Да и специалисты из иноземцев были бы полезны. Крайне полезны… Но это твоя вотчина сейчас под угрозой. Хочешь дать им возможность первого удара – твоё право. Ты тоже Арбитр, и это твоя земля. Поэтому мы примем любое твоё решение, ведь ты уже давно одна из нас.

Эллейн гляну на собеседницу более внимательно. В самом деле, а стоит ли жертвовать эльфами и людьми, если можно обойтись внезапным ударом. Тем более… Если сама Арвиль предлагает свою помощь.

Королева эльфов задумалась. Возможно, Демон Природы права и пришло время активных действий. Уничтожение главарей нарушит верхушку командования, внесёт разлад, а в лучшем случае иноземцы и вовсе отступят.

– Знаешь, Арвиль, я боюсь войны,– неожиданно призналась Эллейн, беря бокал и осторожно отпивая немного вина.– Будучи наполовину волшебным существом, я всегда хорошо ощущала эмоции других существ. Во время моего короткого пребывания демоном эта способность только обострилась и осталось такой до сих пор. Когда я сражалась с кентаврами, более десяти лет назад, а затем защищала Когонор то ощущала боль и страдания своих врагов и союзников… Это оставило на мне свой след. Подсознательно, я до сих пор страшусь повторения этой ситуации,– взгляд королевы затвердел.– Но ты права. Дальнейшее ожидание ничего не даст, завтра на встрече со старшим инкоси Бадака я спровоцирую их на открытые военные действия.

– С радостью помогу тебе, юная травоядная королева.

– Только верхушку,– напомнила Эллейн.– Мне… Нам не нужно, чтобы ты потеряла разум и уничтожила и иноземцев и мой город. Будь аккуратна и осторожна.

Арвиль лишь довольно кивнула, неосознанно выпуская когти.

Глава X Битва за Аизар

Серебреный свет двух лун падал с небосвода, словно лёгкий дождь, однако морская гладь оставалась подобно бездне – тёмной, зловещей и неизведанной.

И подобно ей, она таили в себе великое зло.

Демон Природы плыла под водой словно рыба, распугивая морских обитателей. Крылья её вовсе не мешали и даже, изогнувшись особым образом, помогали, зеленоватые волосы развевались словно живые. Для незнающего человека она могла показаться мифическим и чудесным созданием... Вот только за красотой скрывалось настоящее чудовище.

Всё ближе и ближе Демон Природы подбиралась к кораблю смертных, что в составе эскадры вышел в море после ультиматума Эллейн.

Взволнованные смертные нервно совещались, даже не представляя насколько их потуги… бессмысленны. Ведь Арвиль уже приближалась к ним. Она не могла упустить великолепную возможность обезглавить вражеское войско. Если конечно смертные решатся таки на сражение.

Доплыв до корабля, она легко зацепилась за него и стала молниеносно забираться наверх. Вода с неё текла ручьями, но это нисколько не мешало и не смущало Демона Природы, иногда она замирала, ожидая пока солдаты пройдут мимо.

Взобравшись на фальшборт, она, словно змея, скользнула на палубу и бросилась внутрь корабля, меняясь прямо на глазах. Спустя пару секунду она уже выглядела как офицер иноземцев. Теперь можно было не волноваться о возможности обнаружения. Отличная маскировка благодаря артефакту иллюзии и врождённым способностям к метаморфозам сослужили ей добрую службу. Да и сами смертные не могли ожидать такого проникновения. Подобные фокусы выше их рационального миропонимания. Им было тяжело воспринять законы и силу высшей магии. Впрочем, даже если иллюзия даст сбой из-за нестабильной мощи самой Арвиль, то это ничего глобально не изменит.

Тогда солдаты просто умрут раньше своих командиров, а корабль всё равно превратится в братскую могилу.

Подумав об этом, Арвиль едва сдержала слюни от предвкушения резни, скользя по кораблю словно тень и стремительно подбираясь к своей цели.

Командному пункту корабля.

“– Будь здесь Зентреб, можно было бы сыграть в хиланг,– с ностальгией подумала Арвиль.– Или хотя бы с Таклиссом. В такой локации у нас ещё игры не было.

Развлечения. Когда в твоих руках практически безграничная мощь, разум пожирает Хаос, моральные ранки очень гибкие, а впереди вечность – развлечения могут быть очень странными.

Хиланг это задумка бессмертных чудовищ, призванная разнообразить их существование, а заодно удовлетворить основную потребность. Смысл его прост – убийства. Демоны притворялись людьми и внедрялись в группу смертных, а затем начиналось самое интересное. По очереди они скрытно убивали по одному человеку, дабы остальные ничего не поняли, в идеале забрать с собой тело, не оставить никаких улик против себя и настроить остальных людей друг против друга. Проигрывал тот, кого замечали в ходе убийства остальные жертвы. Так же нельзя пользоваться магией для прямого убийства, а то ведь тот же Зентреб просто дистанционно создавал бы лёд внутри предполагаемых жертв.

Обычно Арбитры так развлекались когда охотились на преступников, заговорщиков, зажравшихся дворян злоупотребляющих доверием демонов, беглых магов и прочих деструктивных элементов. Такое происходило в лесах, горах, замках, усадьбах и городах. А вот на кораблях иноземцев ещё не было бы.

Упущение.

А ведь великолепная локация! Большая, с огромным количеством мест где можно спрятаться или устроить ловушки, и большим экипажем насчитывающим более восьми сотен душ, а в условиях военного времени их всех можно было бы убить без малейших угрызений того подобия совести, что было у Арбитров. Они пришли как завоеватели, а значит, готовые, как отнять жизнь, так и потерять.

“ Надо будет попробовать,– сделала зарубку в памяти Демон Природы, добираясь до рубки, где и происходило совещание офицерство экспедиции.– Раз уж у нас война, то это не будет считаться бессмысленными убийствами. Хотя…Хотя Зентреб опять может разныться, что мы слишком идём на поводу наших желаний. В такие моменты он такая милая рохля!”

Вскоре она добралась до рубки, где и проходило собрание. Более двух десятков иноземцев собрались в ней и вели оживлённую дискуссию на повышенных тонах.

– Всё это слишком несвоевременно! Несвоевременно!– взволнованно воскликнул их лидер адмирал Бодак, ударяя кулаком по столу.– Слишком несвоевременно!

– А ведь всё так хорошо начиналось,– кивнул его заместитель, инкоси Индор.– Думаете, дикари заручились поддержкой Акинского Союза?

– Возможно. Это бы объяснило резкую смену их позиции,– нервно ответил адмирал, поглаживая подбородок.– Ладно. Причины важны, но сейчас мы должны решить что делать. Начать сражение, выбить остроухих, а затем попытаться удержать победу против Акинского Союза… Или принять ультиматум и отойти, дабы смотреть как эти дикие территории захватывают наши конкуренты. Конечно, есть небольшой шанс на договор с ними и совместное разделение этих земель, однако акинцы слишком уж жадны. Отступать или же нет?

После небольшой паузы он продолжил, постепенно повышая голос:

– Да, мы сбережём солдат, но… Но это будет выглядеть как бегство, да и таким и будет! Если мы покинем Аизар, то Акинский Союз просто займёт эту территорию, и объявит её своей. Нам же достанутся лишь остатки. В лучшем случае. Не следует мириться с подобным произволом и наглостью! Славное королевство Фендор слишком долго оставалось в тени иных держав, к нам относятся как к шутам, особенно после предательства зеленокожих туземцев! Если Акинский Союз считает, будто сможет претендовать на эти территории, им придётся встретиться с нами!

Его соотечественники смотрели на это с одобрением. Демон Природы чувствовала их нетерпение и жажду битвы.

– Значит, сражение?– нетерпеливо уточнил один офицеров.

– Да. Мы дали шанс Её Величеству и, видит бог, я бы предпочёл мирный исход. Но королева Эллей не хотела по хорошему, значит будет по плохому.– кивнул Бодак.– Будем действовать жёстко. Начнём с бомбардировки фортов и города, затем десант.

– У них есть артиллерия, хоть и устаревшая,– заметил Индор.– Хотя... Форты же защищающие Аизар сделаны из дерева. Мы сможем без особых проблем издалека расстелить их, но если не держать дистанцию – наши корабли так же могут пострадать.

– Значит держите дистанцию,– веско сказал адмирал.– Хоть местные и дикари… Не стоит их недооценивать. Тем более они достигли большого мастерства с энергией Тха, а в их землях водится много странной живности, которую они вполне могут использовать.

Арвиль тихо хмыкнула и посмотрела на Бодака более внимательно. Он удивил её. Будучи представителем более развитой цивилизации, по его мнению, этот смертный сумел отбросить снобизм.

Неужто она ошиблась в своих расчётах и иноземцы воспримут местных жителей как равных себе? По крайней мере в плане войны?

– Вы слишком осторожничаете, господин старший инкоси,– хмыкнул Индор.– Да, у них есть немного нашего оружия и энергии Кха, но и что с того? Они всё ещё грязные дикари. Уверен, после пары залпов они разбегутся.

А нет. Всё как обычно. Типичный расизм и ксенофобия, присущая высокомерным глупцам считающих себя лучше.

– Я надеюсь, что ты прав. Но мой девиз – надеяться на лучшее, но готовиться к худшему. Призываю вас отнестись со всей серьёзностью к грядущему бою. Никаких сандализакидетельских настроений!

Офицеры для вида выразили согласие с мнением адмирала, но Арвиль ощущала их расслабленность. Они и правда надеялись на лёгкую прогулку, по типу их колониальной экспансии. Ведь на другом континенте всё так и происходило. Тамошние жители были лишены национального сознания и не видели разницы между своими и пришлыми владыками, тем более местная знать закабалила их. Иные даже были рады смене хозяев.

Что же, в этот раз иноземцев ожидал сюрприз. Эльфы и люди не побоялись бросить вызов бессмертным монстрам и даже победить, что им какие-то чернокожие смертные? Да, у них есть мощное оружие, но оно пугает не настолько сильно, как оживший кошмар в виде воплощений древнего ужаса.

– Приказываю начать подготовку к сражению за Аизар,– пафосно изрёк адмирал.– Корабли на позиции, войска подготовить к высадке на побережье. Всё должно быть готово к рассвету. Мы покажем дикаря мощь цивилизации и начнём эпоху процветания Фендора!

Демон Природы с трудом сдержала довольную улыбку. Расточив своё присутствие, она стала казаться частью интерьера, и внимание на ней никто не мог сфокусировать. И теперь самое страшное оружие погибшей цивилизации затаилось в самом сердце вражеской эскадры, дабы в нужный момент – нанести мощнейший удар и решить исход битвы.

***

С высоты резиденции Демон Таинственного Леса смотрела на горизонт, постепенно начинающий озаряться алым светом. Рассвет близился. А значит сражение, если данные Арвиль верны, вот-вот начнётся. Иноземцы, как и ожидалось, не стали терпеть ультиматум и решили действовать жёстко.

Их флот собирался подвергнуть бомбардировке Аизар, разрушить охраняющие его форты, а затем захватить с помощью десанта. В идеале пленить королеву и её советников.

Амбициозно и рискованно.

– Началось,– констатировала Эллейн, видя, как испускающие чёрный дым железные корабли разделились на три группы. Две двинулись к фортам, а третья, центральная, пока сохраняла неподвижность. Мало кто обладал столь же острым зрением, как эльфы.– Действуй.

Прямо из воздуха появился волшебный дракон, кивнул и вновь исчез. Лишь всполохи в воздухе выдавали его и нескольких его сородичей. Отряд из двадцати грифонов с эльфийскими всадниками и одним драконом, обеспечивающим невидимость двинулись к вражеским кораблям. Ещё два отряда направились к оставшимся вражеским группировкам.

Сама королева поспешила уйти с балкона. В комнате её уже ожидали военачальники и представители условных союзных сил.

Энты, фея, люди и агенты Арбитров, последние выдавали себя за магов Альфредо II и возглавлял их Кест.

– Мои маги развернули щит возле вашей резиденции,– сразу же доложил он.– Орудия чужеземцев не пробьют его, связь между войсками так же установлена, как и контроль над полем брани.

В подтверждение его слов на столе возникла масштабная иллюзия, имитирующая реальное сражение, а по её краям появились командиры отвечающие за войска на передовой. Агенты древних монстров смогли сделать по настоящему невозможное – создать условия практически прямого управления всей армией. Никаких гонцов, мороки с флагами или трубами более было не нужно. Неслыханное преимущество.

Эллейн глядя на это великолепие лишь, кивнула, с толикой неприязни смотря на одного из первых слуг Ледяного Демона. Ей не нравилось осознавать, насколько же важны её коллеги по совету.

Слов гром средь ясного неба заголосили орудия иноземцев.

Железные корабли подошли к фортам и начали их обстрел гораздо раньше чем ожидала Эллейн. Их артиллерия оказалась более дальнобойной, в результате крепости могли лишь принимать урон, а их ответные выстрелы банально не долетали. Хотя укреплённые магией стены неплохо выдерживали удары.

Пока ещё.

Эллейн поджала губы и сделала зарубку в памяти – попытаться выторговать у остальных Арбитров самое современное оружие. У них оно точно было, не зря они недавно захватили корабль иноземцев.

– Центральная вражеская эскадра начала движение,– доложил Кест.– Кроме флагмана и ещё одного корабля. Они сохраняют неподвижность.

– Отправьте туда один из отряд грифонов,– приказала королева.– Пусть следят за оставшимися суднами, но не приближаться и не вступать в бой без моего приказа. Чтобы там не произшло не действовать без моего приказа!

Как-только Арвиль покинет корабль, то небольшой отряд из эльфов при поддержке друидов сможет добить остатки деморализованной команды. Хотя... Это же Демон Природы – в бою она не делает поблажек. А значит врят ли кто из иноземцев сможет уйти живым. К когда всё закончится и Арвиль уйдёт, флагман вражеской эскадры с современным оружием можно будет забрать себе.

Магия это хорошо, но если добавить к ней технологии иноземцев... Тогда, быть может, мощь демонов наконец-то будет хоть немного уравновешена.

Забросив мысли о будущем в глубь сознания, Эллейн сосредоточилась на битве.

Бомбардировка продолжалась, мощные орудия иноземцев обстреливали форты, мешающие подойти к бухте, однако усиленные магией стены, созданные из деревьев и камня Таинственного Леса, стойко держались. А затем свой ход сделали эльфы.

Под прикрытием невидимости отряды грифонов подобралась практически вплотную, благодаря невидимости и предрассветной мгле, а затем атаковали. Эльфы обрушили град стрел, друиды насылали чары, ослабляющие чернокожих, но главный удар нанесли агенты арбитров. Набранные из пленных магов, они получили часть могущества своих ужасающих хозяев и использовали его на полную катушку. С небес обрушилось изумрудное пламя, алые молнии, потоки холодного воздуха, замораживающее всё на своём пути, искажения пространства и многое-многое другое. Эффект неожиданного нападения превзошёл все ожидания Эллейн, большая часть кораблей оказалась лишена орудий, один особенно удачный поток пламени попал в складированные на палубе боеприпасы, вызвав мощнейший взрыв из-за которого корабль опасно накренился.

Однако чужеземцы оправились довольно быстро. Всего спустя несколько минут в воздухе стали звучать выстрелы, то матросы достали из арсеналов винтовки и палили по воздушных целям. Первоначально редкие, они раздавались всё чаще, и вскоре уже подданные Эллейн стали нести потери. И довольно быстро.

Отряд потерял больше десяти грифонов и всадников эльфов и, даже, двух слуга Арбитров. Не выдержав столь яростной контратаки уцелевшие поднялись выше в воздух, а затем повернули к Аизару. Свою задачу, хоть и дорогой ценой- они выполнили.

"– В будущем надо будет приказать диверсионным группам возвращаться после первого удара,– подумала Эллейн, опечаленная потерями.– Без фактора неожиданности они слишком уязвимы в воздухе.

Вдохнув, она посмотрела на иллюзорное поле боя. Центральные корабли приближались, даже не смотря на редкие выстрелы фортов, собираясь захватить гавань.

***

– Началось,– сказал адмирал, когда корабли вышли на дистанцию обстрела.– Господа, поста...

Слова старшего инкоси оказались прерваны его же хрипом. Острое лезвие вошло в горло, а за его спиной показалась Арвиль. Облик офицера иноземца сползал с неё словно змеиная кожа, а сквозь него проступала её истинная форма и мощь.

– Зря-зря,– шепнула она, распахивая крылья и добивая иноземца кинжалом, по которому тут же пробежала нечто невидимое.

Душа Бодака.

– Я Арвиль, могущественный Демон Природы, управляющая самой сутью жизни, одна из девяти Арбитров правящих на этой земле,– скромно представилась она, отбрасывая тело и выставляя кинжал в сторону ошарашенных офицеров. С его лезвия медленно стекала кровь, тяжёлыми каплями падая на пол. – Предлагаю простой вариант, который будет выгоден всем нам. Вы все, в порядке строгой очереди, убиваетесь об моё оружие. Я не мараю о вас руки, а вы получаете лёгкую смерть. Это хорошее предложение! Все в выгоде!

– Враг на корабле!– заорал какой-то офицер и наступил хаос. Часть офицеров бросилась на Демона Природы, не представляя её истинную мощь, кто-то кинулся к двери. Оттуда уже показались матросы, привлечённые шумом.

Арвиль лишь пожала плечами и резко ускорилась, размахивая кинжалом и поглощая им душу за душей. Почти безоружные смертные, если не считать пару ружей, пятёрку ножей, да саблю, ничего не смогли противопоставить древнему оружию разрушения.

Меньше чем за минуту всё было кончено. Командный состав был перебит, а значит никто более не мог координировать действия флота. Ну почти. Используя оборудование смертных она с помощью морзянки передала приказ на соседние корабли начать высадку десанта. А затем, немного подумав, разнесла рубку перед своим уходом.

В принципе, дело было сделано. Можно было уходить, но Демон Природы не спешила, ей хотелось продолжить веселье. И это желание оказалось слишком сильно.

Выпустив волну Хаоса она превратила крыс, котов, птиц и даже насекомых на корабле в чудовищ. Видя их глазами, как стремительно они наращивают плоть, обзаводятся по настоящему острыми клыками и когтями. Чувствуя, как их захватывает жажда крови самой Арвиль, словно водоворот! Демон Природы, не замечая, и распалялась всё больше и больше.

Весь корабль погрузился в настоящий кошмар. Выстрелы, брань, крики ужаса, весёлых смех Арвиль – все смешалось.

– Где кантуется ваш капитан, морская крыса?– вежливо осведомилась она, когда мимо неё попытался пробежать очередной матрос, преследуемой огромной крысой. Последней она приказала не трогать беднягу.

– Хр-хр,– смог прохрипеть он, не в силах членораздельно говорить из-за красоты Арвиль, поражающей в самое сердце. Ну и из-за её ладушки, что крепко сжимало его горло.

– Какие же вы хрупкие,– посетовала она, разжимая хватку и чужеземец тут же упал на палубу.– Так где же его каюта?

Выслушав путанные объяснения напуганного смертного, она приказала ему проваливать с корабля, а сама тут же пошла по указанному пути, в глубине души надеясь на обман. Ведь тогда она бы смогла с чистой совестью его убить, как и остальных.

Увы, он не соврал и вскоре древнее оружие разрушения оказалось у своей цели. Дверь, внушительная железная преграда, не задержала её надолго.

– А неплохо,– присвистнула Арвиль, переступая порог капитанской каюты и окидывая быстрым взглядом внутреннее убранство.– Весьма и весьма! Можно будет захватить гостинцев! Книги для Кассандры, оружие для Таклисса, новые монеты для Ревмарка и… – достав закупоренную бутылку, она потёрлась об неё щекой.– О, редкое вино! А это уже для меня и Зентреба. Удачно-то как!

Потроша каюту, она забрасывала вещи в сумки и чемоданы самого капитана. Не самый удобный способ, но лучше чем тащить в руках. Бумаги, приказы, даже личный дневник, всё это Арвиль забирала с собой, хотя большая часть этого было излишеством, ведь в её руках уже находилась душа адмирала и его офицеров.

Закончив обыск Демон Природы напевая не сложный мотивчик покинула каюту. На корабле тем временем усиливалась паника, матросы и офицеры обнаружили резню в командной рубке и уничтоженное оборудование. А вкупе с нашествием монстров...

Команда была обречена.

Правда, сами люди об этом не знали и пытались оказать сопротивление. Некоторые даже действовали весьма достойно.

Например, четыре десятки смертных, что пробились на верхнею палубу и заняли там оборону, отбиваясь от изменённых существ с помощью винтовок. Попутно они отчаянно пытались вызвать на подмогу соседний корабль, и у них даже получалось.

– Неплохо, неплохо,– покивала Демон Природы, тоже выбираясь наверх.– Пожалуй они заслужили достойную смерть от моей руки!

***

Ветер сильно бил в лицо пока грифоны рассекали небо, под ними раскинулась бескрайний синий океан. Лишь вражеский флот портил его красоту.

Эльфийский командир Тоскарон внимательно следил за громадным железным кораблём и в который раз поражался его размером и числу команды. Более восьмисот человек экипажа только на одном этом судне, а их тут более десятка,и пусть на остальных людей меньше, общая цифра всё равно доходила до нескольких тысяч. А по словам великой королевы Эллейн, в родных землях их миллионы. Тоскарон с трудом представлял себе такие цифры. Воистину угроза чёрных людей из-за океана не менее опасна, чем древние демоны!

Тем более с последними они уже научились бороться. Что и доказали в битве при Когонаре. Теперь же пришло время показать мощь Леса и иноземным выскочкам, наказать их. Уничтожить!

Жаль только эта честь досталась не им. Отряд из двадцати грифонов, всадников и семи друидов должен был только наблюдать за вражескими кораблями уклонившимися от битвы. Вот только... На судне явно происходило сражение, эльф слышал крики боли, ужаса и такой знакомый, леденящий душу смех.

А затем он увидел её.

Прекрасная крылатая девушка с зелёными волосами скользила по палубе корабля словно изумрудный ветер. Присмотревшись, Тоскарон понял, что всё её тело покрыто зелёной чешуей.

Демон Природы.

– Командир!– испуганно воскликнул один из эльфов, тоже заметивший древнего врага.– Это Гниль Лесов!

Тоскарон разделял чувства своего подчинённого и тут же попытался доложить королеве о появление Арвиль, но почему-то дарованная магами связь не сработала. Амулеты, обеспечивающее её сверкали зелёно-голубым светом. Нечто блокировало их действие. Вернее некто, видимо аура Демона Природы выводила их из строя, а это значило только одно – Арвиль разбушевалась и испускала громадное количество магии Хаоса.

– Нужно срочно предупредить королеву!– продолжила вопить солдат.– Уходим отсюда пока она нас не заметила и не убила!

– Заткнись,– приказал Тоскарон, пуская грифона чуть вперёд.– И не паникуй. Никому не паниковать. У нас есть уникальная возможность.

Ещё раз бросив взгляд на палубу корабля он сказал:

– Да. Шанс есть! Гниль Лесов занята чужеземцами, и не знает о нашем присутствие! Ты,– указал он на парящего рядом волшебного дракончика.– Сможешь скрыть наше присутствие вблизи?

– Скорее всего,– отрывисто бросил тот, зачарованно смотря на Арвиль.– Великие Духи! Сколько же в ней магии! Если её поглотить...

– Командир это безумие!– выкрикнул ещё один воин.– Любой из семи погибелей способен одолеть целую армию!

– И если мы ничего не сделаем она придёт в Аизар и устроит резню!– резко ответил он.– Сейчас у нас есть шанс, она не знает о нашем присутствие, занята сражением с чужаками. Если мы нападём... У нас будет шанс сразить её! Однако, ты,– он указал на наиболее испуганного солдата.– Быстро лети назад в город! Доложи об увиденном королеве Эллейн! Если мы проиграем, она хотя бы будет знать о Демоне Природы! Остальные за мной!

Со стороны это казалось безумием, но Таскорон и остальные понимали – сколь редкий шанс выпал на игральных костях судьбы. И пусть шансы крайне малы, попробовать стоит. Однозначно стоит!

Поведя своего грифона вперёд, он достал старый добрый лук, сделанный им самим ещё пятьдесят лет назад. Материалами послужило магическое дерево, а тетивой волос единорога. Им он мог легко поражать цели аж в несколько тысяч шагов. Многие, особенно набираемые в армию люди, смотрели на лук, как на старьё. Но это не совсем было так. Да, Эллейн переводила свои войска на огнестрельное оружие, хотя по скорострельности оно и уступало луку, на данный момент, но для него не нужно было долгое овладение, превосходная физическая форма и многое другое. Убойная сила тоже была выше. В принципе трёхсотлетний эльф прекрасно осознавал за каким оружием будущее, но пока ещё, слава Лесу, королева не переводила всех на новый лад. Хотя в будущем это явно будет неизбежно. Лук останется, в лучшем случае, лишь у диверсионных групп, да и то в качестве вспомогательного оружия.

Подобравшись практически вплотную отряд из уже девятнадцати эльфов, как один, достали особые стрелы, наконечник которой отливали тёмным стеклом. Много мудрая Эллейн обеспечила каждый из элитных отрядов средством против древних демонов, таинственное хрупкое железо могло нанести Исчадием даже более ужасные раны, чем магическое оружие.

И сейчас девятнадцать смертельных для чудовища жал уже были готовы сорваться в полёт.

Отряд рассредоточился, хотя дракончику явно было трудно поддерживать сферу невидимости на увеличившимся расстояние.

Облизав внезапно пересохшие губы командир вскинул лук, натянул тетиву, дождался пока Арвиль окажется к ним спиной и скомандовал:

– Залп!

Время замедлилось, стрелы летели словно через густую воду, прямо к своей цели – Демону Природы, которая как раз увлечённо отрывала руки какому-то чужеземцу. В сердце эльфа разгорелась надежда на лёгкую победу, но тут Гниль Лесов перекинула через себя противника и закрылась вопящим матросом словно щитом, играючи поймав все девятнадцать снарядов.

Поглядев на теперь видимых всем эльфов на грифонах она коснулась глаз, улыбнулась до ушей и чарующе-зловещим голосом произнесла:

– Я вижу вас.

– В атака!– заорал в ответ командир, от ужаса неправильно сказав фразу. Впрочем, он же первым подал пример. Попытался, ведь его грифон, верный зверь, неожиданно дёрнулся, издал ужасный рёв и сбросил всадника. Извернувшись эльф умудрился приземлиться на ноги, рядом упала пятёрка из его отряда. Остальным повезло меньше, они рухнули в воду. Преданные звери прямо на глазах увеличивались в размерах, а в их глазах разгоралась безумная ярость и ненависть. Проклятие Демона Природы поразило их!

Грохот и звуки выстрелов оглушали жителя Лесов, дым от орудий заставлял морщиться, а вот накрывшая его тень Арвиль вселила подлинный ужас.

Отпрыгнув в сторону он каким-то чудом избежал её рывка. А вот пятёрка его эльфов нет. Когти Демона Природы резко увеличились и буквально нашинковали бедняг на кровавые куски мяса.

Тоскарон буквально не мог поверить своим глазам. Сейчас Демон Природы была ещё могущественнее чем в битве при Когороне! Всесильное и практически неуязвимое чудовище, способное двигаться быстрее летящей стрелы!

– Я вижу и слышу всё, что видят и слышат живые не разумные существа на громадном расстояние,– поделилась с ним Арвиль, поднимая выроненный лук и внимательно изучая его.– Хм. Судя по символике на луке ты их клана Барсука. Так ведь, смертная погань?

– Больше нет кланов,– хрипло ответил Тоскарон, выхватывая из колчана стрелу. Битва на палубе подходила к концу, почти все чужеземцы были перебиты рухнувшими с небес грифонами.

– Ах, да, реформы вашей остроухой, но такой милой травоядной коровки...

Раздавшийся взрыв прервал её болтовню. Второй корабль иноземцев неожиданно начал обстрел, видимо поняв, что судно им уже не отбить. И один из снарядов попал прямо в Арвиль. Смертных бы подобное разорвало на сотни маленьких кусочков, но демоны были гораздо крепче их. Её лишь обожгло и отбросило в сторону.

Поняв что это его шанс, Тоскарон бросился к контуженной демонессе и нанёс удар стрелой. Целился в горло, но Демон Природы успела дёрнуться, и стрела попала в незащищённый живот.

От ответного рева командир эльфов оглох, потерял ориентацию в пространстве, пошатнулся, а затем увидел своё падающее тело. Подивился, как такое возможно, прежде чем тьма накрыла его безмятежным покрывалом.

Ответный удар Арвиль отделил голову от тела, сама же она, встала, выдернула стрелу из живота. Её глаза сверкали словно изумруды, раны на теле стремительно заживали, а живность вокруг начала расти ещё больше.

– Ха-ха-ха,– тихий, неуверенный смешок стремительно превращался в громоподобный хохот. Ядовито зелёное свечение охватило Демона Природы и она медленно поднялась в воздух. Сложив руки на груди она повисела несколько секунд в воздухе, не обращая более на обстрел никакого внимания, и резко раскинула их в сторону. Посылая громадную волну изумрудной энергии во все стороны. Первые мгновения ничего не происходило, а потом... Потом океан вскипел! Рыбы, моллюски, резко начали расти, безобидные ранее существа стремительно обращались в чудовищ. Растения на берегу постигла аналогичная участь, а вот разумные существа... Большинство ничего не почувствовали, но некоторые.... Стали меняться. Обращаться. Нападать на своих же товарищей, рвя из зубами, ногтями. А затем уже когтями и клыками!

Демон Природы начала использовать всю свою мощь безо всякого контроля, испытывая при этом неземное наслаждение!

Арвиль поддалась безумию и собиралась стереть Аизар с лица земли.

Глава XI Убеждение

Возвращение из колонии прошло буднично. Хайратская Империя встретила своих блудных сыновей привычной жарой и смогом, исходивших от многочисленных заводов Акилоса.

Впрочем, Баэла Марьям не стал предаваться ностальгии, а сразу же отправился в родовое поместье в предместьях столицы Акилос, где и пробыл несколько дней. А затем явился его отец, Оторо Марьян. На голову ниже своего сына, но пошире в плечах и с огромным пузом. В противовес отпрыску, щеголявших в повседневных одеждах, он почти всегда ходил в смокинге и цилиндре. Опираясь на трость он, тем не менее двигался уверенно.

– Колонии сделали твой разум слабым, сын. – разочарованно говорил старший Марьям, пока они шли по коридорам родного поместья. – Как можно верить в такую чушь тем более из уст какого-то… дикаря! Все эти россказни про, чудеса порождены слабым пониманием энергии Кха. Давно уже доказана ее порочность и невозможность безопасно использовать в крупных масштабах! А твои рассказы о бессмертных чудовища – верх сумасшествия! Ты ведь даже не был на тех землях, а уже доверяешь словам какого-то прохиндея! Стыдись, сын мой! Стыдись!

– Я тоже считал так, отец, - почтительно склонил голову сын, пропуская мимо ушей слова о слабом разуме. – Но этот 'прохиндей' сумел меня переубедить. Ты сам все поймёшь после разговора с ним.

В общем-то даже сам Баэда Марьям искренне желал забыть увиденное. Признать это злой шуткой, бредом воспалённого разума, но, к его огромному сожалению, это была объективная реальность.

–Жду не дождусь, – проворчал Оторо Марьян, осуждающе покачав головой. – Знал бы, что тебе так легко задурить голову – не отправлял бы в колонии.

Его собеседник ничего не ответил, тем более они уже дошли до подвалов. Обычно в них хранили припасы, старые вещи, а теперь в них расположились более двадцати дикар… человек. Их лидер, как обычно, кутался в чёрный плащ, скрывающий его облик. Боэда выдохнул с облегчением. Истинный вид Трикстера вызывал отвращение даже большее чем его группа грязных дикарей. Трое из которых и вовсе были покрыты белой шерстью, словно животные. Да и подозрительно напоминали гибрид человека и волка.

Ну и уроды.

Старший Боэда не был удивлён. В конце концов, чего ещё ожидать от белых варваров?

– Инкоси,– кратко поприветствовал их колдун, лишь чуть склоняя голову. Старший Боэда с трудом удержался от желания врезать трость жалкому дикарю за подобную дерзость. Пред цивилизованным человеком ему следовало пасть на колени и биться лбом о пол!

–Колдун, – зеркально повторил его движение младший, вызвав дикую вспышку раздражения у Оторо. С чего бы его сын должен обращаться к дикарю, как к равному? Отвратительно.– Как и договорились, я дал кров тебе и устроил аудиенцию с моим отцом. Поведай ему тоже, что поведал мне!

– Да, расскажи свою чушь,– с усмешкой полной скептицизма сказал старший Боэда.

– К вашему же комфорту вам лучше поверить мне, ведь самые веские доказательства будут для меня, да и для вас, крайне болезненными.

– Ты угрожаешь мне, дикарь? – презрительно уточни старший, демонстрируя на поясе револьвер.– Это моё поместье! Моя страна! Выбирай слова предельно осторожно.

– Нет. Лишь предупреждаю, –ответил колдун, зажигая в руке огненный шар размером с голову, а затем исчезая и появляюсь за спиной старшего Баэда.– Как видите, я владею так называемой энергией Кха на недоступном вам уровне.

В подтверждение своих слов и по просьбе Оторо он ещё несколько минут показывал возможности своих сил. Телекинез, невидимость, защитное поле выдержавшее выстрел из револьвера.

- Убедительно, - неохотно признал старший Марьям, делая ещё несколько выстрелов. – Готов признать, что в случае энергии Кха вы достигли высокого уровня и даже, похоже, сумели избежать её негативного воздействия. Сколько стоит?

– Я прибыл на ваш жаркий континент не ради торговли секретами магии, – сурово ответили колдун.– Стоит вопрос нашего выживания и независимости!

– Ах да,– презрительно сказал Оторо. – Я и забыл. Сын мне уже поведал о древних монстрах, что якобы правят в ваших краях. Демонов способных истреблять целые народы. Одним ударом уничтожать крепости…Знаешь что я думаю? Я думаю, что ты просто хитрый авантюрист, решившись поживиться за счёт древнего рода и спекулирующий всякими… всяким…Бха. Ну ты понял! Может ты и задурил голову моему сыну, но мне не сможешь!

– Ваше неверие вполне ожидаемо, но все равно разочаровывающее,– с грустью сказал колдун, снимая капюшон и демонстрируя покрыто хитином лицо. – Я уважаю ваши технические достижения, признаю их мощь, но уже очевидно – они не более чем игрушки по сравнению с властью Арбитров. Зентреб, Арвиль, Кассандра, Ревмарк, Таклисс, Нисерх, Папир и даже Ольха способны в самом деле разрушать города в одиночку. Вместе же они способны уничтожить весь ваш континент. Даже несколькими способами. Разумеется, им это тоже дорого обойдётся, ведь магия обоюдно острый клинок, но вам то уж всяко будет всё равно.

– Мне обязательно слушать этот бред,– повернулся к сыну старший Боэда.– Я готов нанять этого паяца, даже с его группой, в качестве эксперта по изучению энергией Кха. Но не более того.

Трикстер тяжело вздохнул и сел на пол:

– Видят боги, я не хотел этого.

– Что он делает? – с лёгкой брезгливостью спросил Оторо.– Он же не будет здесь срать?

– Вызывает своего покровителя,– посерев лицом ответил его сын, бухаясь на колени и пытаясь увлечь и отца. Удивительно, но его примеру последовали, почти синхронно, все дикари. Некоторые и вовсе легли.

– Что ты делаешь?! Встань! Не позорься!!!

–Так будет проще пережить разговор с ним!– быстро ответил младший, продолжая дёргать отца за рукав.– Быстрее, отец!

–Ты с ума сош…– выкрикнул было он, но тут же замок и упал на четвереньки.

В молодости старший Марьям был отличным пловцом и часто нырял на глубину. Ему нравился подводный мир. Иные условия жизни.

Теперь ему казалось, что он попал на глубину более ста метров. Перед глазами все плыло, а все тело страдало от невыносимого давления.

Центром его был Трикстер. Раньше колдун казался просто уродом, сейчас же внушал ужас. Глаза затопила бескрайняя тьма, рост увеличился, а облик стал более звероподобен,ужасным, древним и… величественным.

Измененный Трикстер обвел взглядом подвал, а затем сфокусировал внимание на Оторо.

– Ваше неверие не удивительно, но все ещё разочаровывающее,– практически полностью он повторил фразу колдуна. Голос тоже изменился, стал тяжёлым, словно горный хребет. – Одна из причин вашего будущего поражения заключается в неспособности выйти за рамки собственного мировоззрения. И даже верно оценить собственные силы. Жаль.

Он мягко повёл рукой, нет, почти уже лапой! И невидимое давление уменьшилось. Дышать стало легче.

– Всё слова презренного Трикстер правдивы.– продолжило чудовище. –Никто из вас на самом деле не способен осознать истинный предел сил моих собратьев. Ваше счастье, что сейчас мы заняты укрепление власти на наших территориях, но не обманывайтесь. Я нахожусь, пользуясь вашей системой измерения, за тысячи километров от вас, но способен убить вас обоих движением когтя, а уж в истинной форме... В наших силах смести любой экспедиционный корпус. Именно мы уничтожили пропавшую эскадру Конгламерата. Совсем скоро уничтожим очередно экспедиционный корпус Фендора, что прибыл к берегам Таинственного Леса. Если же нападки продолжатся—мои сородичи прибудут к вам. Как минимум мы уничтожил ответственных за вторжение. Как максимум – разрушим столицы сильнейших государств.

Долгая пауза.

– На ваше счастье, смертные, я не разделяю мессианско-кровавые взгляды сородичей. Я спас этих бедолаг,– небрежный кивок в сторону команды колдуна. – От гнева Арбитров и отправил их к вам, дабы и у вас был шанс выстоять в грядущей буре.

- З… Зачем? –кое-как вы говорил старший Марьям, пытаясь подняться.

- Мои мотивы, смертный, тебя не касаются.– чудовище нависло над ним словно скала.– Знай. В этом мире теперь правят Погибели и для вашего выживания вы должны использовать все возможности. Эти беженцы помогут вам создать оружие против моих собратьев. Используйте его мудро.

На этих словах давление пропало, тьма из глаз Трикстер исчезла, а сам он со стоном упал на пол.

Боэда Марьям помог подняться своему отцу, в волосах которого появилась седина, а в глазах поселился страх.

Глава XII Беспокойство

Я со скукой смотрел на глубокие шеренги застывших гномов. Папир, Ольха, Генрих и я сам находились в центре крепости Дож, главном укрепление града и при помощи чар следили за присягой смертных. Бородатые карлики совершали последний этап их клятвы, низко кланяясь Ревмарку. По сути, простой набор звуков, но его подкрепили детьми своей элиты. Высшие чиновники, прославленные воины и просто богатые гномы отдали следующее поколение, свое будущее, нам.

Так себе гарантии, откровенно говоря. Пусть Ревмарк и рассказывает о серьёзности намерений бочкообразных карликов, я все ещё сохраняю скептицизм. В конце концов, ни что им не помешает настрогать новых детишек. Впрочем, хлипкие гарантии лучше чем нулевые. Дареному рабу в зубы не смотрят.

Эхх. Ещё одна проблема это рабство. Что в горах коротышек, что на островах зеленокожих верзил, что в землях людей – рабы были нормой. Лишь территория эльфов выбивалось, но у них не было рабства не по моральным, а по социально-экономическим причинам. Хотя ничего предосудительного они в нём тоже не видели. В принципе даже мы, древние оружия массового разрушения, воспринимали его как норму. Всё таки, основой для нашего разума послужили древние маги, жившие как раз в рабовладельческом обществе… Хорошо хоть их снобизм нам передал я не в полной мере и в простых смертных мы таки могли иногда замечать зачатки индивидуальности, а не одну лишь аморфную серую массу.

В любом случае – рабство с момента появления кораблей иноземцев рабство себя изжило. И вовсе не из-за моральных причин, о нет-нет. Всё дело в эффективности. Для успешного противостояния нам потребуются смертные готовые добровольно рвать жилы, биться на смерть… При этом не только на полях сражения, но и в тылу. Анализ армии, экономики, общества и культуры иноземцев точно показал зависимость армии от тыла. Скорость подвоза боеприпасов, их количество, новые подкрепление, перебрасывание одних воинских частей и замена других… Да. Даже сами иноземцы плохо понимали масштабный конфликт и насколько в нём важно снабжение.

Рабы для такого не подойдут, потребуются свободные люди заинтересованные в блестящем выполнение работы.

Надеюсь, Арвиль не пострадает в грядущем бою за Аизар.

Размышление были прерваны Таклисом. Демон Голода вылез прямо из гобелена. Тот сразу сгнил, не выдержав тлетворного влияния гоблина.

– Он мне нравился,– лениво сказал я.– Думал забрать с собой, тем более изображённый на нем сюжет вызывал ностальгию.

Демон Голода бросил взгляд на уничтоженный предмет искусства и понимающе хмыкнул.

Тот был посвящен столетней битве с Повелителем Демонов. Нашему перерождению .

Знаковое событие.

– Всё ещё удивлён, насколько же коротышки оказались… податливы,– признался Таклисс, занимая небольшой каменный трон.– Их лидеры объявили о переходе под наше крыло и они тут же их послушали.

А ведь он и в самом деле потрясён. Даже не изрыгает свойственную ему брань. Хотя – каждый из нас был удивлён действиями гномов. Ну, может быть кроме Ольхи, но лишь потому что она испытывала проблемы с проявлением эмоций.

Тяжко быть мёртвой и ничего не чувствовать.

– У них сильны культы предков и силы, - пояснила Ольха, равнодушно подперев подбородок кулачком, хотя в глазах мелькала толика нетерпения. Интересно.– Слово старшего поколения – закон, преступить который позор для всех родственников нарушителя. Второй элемент ответа это наша сила. Жители гор уважают ее. Уважают мощь. А мы далеко не раз демонстрировали могущество, выходящее далеко за пределы возможностей смертных. Не будь у нас столь ужасной репутации, иные могли бы начать поклоняться нам словно богам… Хотя уже и так есть несколько культов в честь кое-кого из нас, при том даже не в нашей вотчине.

Я скромно потупился. Кто же знал, что несколько моих пьяных выходок породят аж целое движение против Храма в городе Буйон. Они даже выдумали лозунг: Боги далеко- Ледяной демон близко.

Первопричиной, конечно, было недовольство ряда социальных групп смертных Храмом. И мои действия стали тем камешком, что прорвали плотину народного гнева. Теперь в целой провинции бушевало движение против Храма, требующего отмены десятины, упразднение Храма и передачу его земель. При этом они прикрывались моим именем, утверждая, будто семь демонов были посланы богами дабы покарать грешников.

Смертные такие выдумщики.

В своё время Альфредо II даже сумел использовать это событие для укрепления собственной власти… Хотя это был тот ещё карнавал. Бедный король тогда знатно обосрался и лишь чудом сумел вывернуться из крайне печально ситуации. При том даже с прибылью.

– Проклятие,– процедил доселе молчавший Генрих.– Почему это церемония так долго длится? Чего мы вообще тут ждём?

– Твоё волнение и нетерпение понятны,– равнодушно изрекла Ольха. – И не уместны. У людей нет шансов захватить Аизар. Армия эльфов с поддержкой Арвиль легко вычеркнуть нападавших из уравнения, поэтому сиди тихо, делай свою работу, как представитель интересов Таинственного Леса и не привлекай внимание.

Генрих мрачно посмотрел на маленькую зомби напрочь лишенную навыков коммуникации. Хотя о чём это я? У Ольхи не было даже банальной эмпатии! Конечно же малыш Генри беспокоился об ином. В пылу битвы шальная стрела, осколок или даже камень могли легко снести его зазнобе голову.

Смертные такие хрупкие.

– Всё это не важно, недоумки,- презрительно хмыкнул Таклисс. – С добровольных присоединение гномов наши оборонительные мощности вырастают на порядок! Я проверил их кузни, они вполне уже изготавливать слабое подобие оружия иноземцев. А самое главное в их горах много месторождений угля, самое то для снабжения вотчины Эллейн.

– Ключевые слова – кузни и слабое подобие,– Ольха демонстративно зевнула с выражением полнейшего равнодушия.– Штучное производство основанное на личном труде – неэффективно. Даже вредно, поскольку сдерживает уже массовое производство, ведь их мастера не готовы меняться. Производственные мощности гномов нуждаются в реформации. С нашим ограниченным влиянием, у нас около тридцати процентов на успех без крови. В остальных случаях придется вырезать недовольных целыми кланами. Предлагаю оставить все как есть и лишь обеспечить поставки угля и металлов в Таинственный Лес.

Хм. Я внимательно посмотрел на равнодушно лицо малышки зомби.

Ожидаемо. Везти металл до Ледяных Садов слишком долго, да и практически невозможно. Кроме того именно с Таинственным Лесом иноземцы торговали активнее всего. Разумно именно на территории нашей остроухой королевы создать передовые производства. Всё-таки её армия будет щитом мечом, хотя, опять же, момент скользкий. Если она чрезмерно усилится, то может перестать нуждаться в остальных Арбитрах. Конечно, наша личная мощь способна ещё долго удерживать статус кво… Но это не решение проблемы. Нам нужна личная армия, дабы уравновесить орду мёртвых Ольхи и войско Эллейн. Ядро уже создаётся в Ледяных Садах, а гномы и кентавры смогут хорошо усилить нас.

– Реформы гномов и кентавров необходимо провести без серьёзных потерь, – бархатным тоном изрёк Демон Гнева, обводя нас алыми от ярости буркалами.– Возможная война с иноземцами будет кровавой и тяжелой, даже не смотря на все наши возможности. Необходимо внутренняя стабильность и монументальная прочность, если же мы создадим новое общество, это приведёт к накоплению... ГРрррп... Гх. Извиняюсь. К накоплению противоречий, когда старые привелигированные социальные слои постараются защитить свою положение, а новые бросят им вызов.

– Видимо придётся устранить самых одиозных или дать внушительный отступные.– подытожил я, вставая.– Хотелось бы избежать беспорядочной резни... Но это будет явно не просто. Жаль. О, наконец-то.

Бородатые пивные бочки наконец-то закончили церемонию. Торжественно поклялись в верности и отдали нас следующее поколение.

И что с ними теперь делать?

– Я останусь здесь и изучу Омут,– равнодушно сказала Ольха. – Шанс перезапись программу порождаемых им созданий составляет пятьдесят два процента.

– Таклисс, Ревмарк и Папир помогут тебе,– благожелательно кивнул я.

– Мне нужен портал в Таинственный Лес,– глухо изрёк Генрих.– Переговоры завершились более чем удачно, а значит, моё присутствие тут более не требуется. Вепьян приведёт отряд назад самолично. Я же должен быть возле Её Величества на случай эксцессов.

Ольха медленно кивнула, доставая из рукава жезл. Секунду спустя перед Генрихом появилась лиловая воронка.

– Мертвый Город,– равнодушно изрекла маленькая зомби. – Оттуда тебя перебросит Кассандра в эльфийскую столицу.

– Благодарю, леди Ольха, -– глухо сказал консорт Эллейн, делая шаг к порталу и тут же останавливаясь, поскольку я преградил ему путь. – Лорд Зентреб?

Его рука легка на меч, а сам он подобрался и по иному оценил обстановку. Он один в окружение демонов, в самом центре гор, жители которых поклялись в верности чудовища. Удобный момент для предательства.

Наверно такие мысли бродили в голове этого болвана.

– Расслабься, уродливый рыцарь,– фыркнул я с усмешкой.– Я отправлюсь с тобой. Арвиль не связалась со мной, хотя сражение уже должно было закончиться… Видимо что-то произошло, а значит моя помощь точно пригодится. Как минимум помогу вам уничтожить останки иноземцев.

– Правильнее говорить 'остатки' – менторско-безразлично поправила меня Ольха.– Ты действуешь неразумно, Зентреб. Нет необходимости лично отправлять в Таинственный Лес. Твоё присутствие приоритетнее здесь, на случай если Омут выйдет из под контроля.

– На этот случай хватит Папира, Таклисса, Ревмарка и…тебя. – хмыкнул я. – Обеспечить безопасность наших, хм, ну пусть будет 'вложений', в Таинственном Лесу важнее.

Таклисс и Папир согласно кивнули, после чего я вошёл в портал, оставляя ледяные отпечатки лап на полу. Всё ещё настороженный Генрих последовал за мной.

***

Как только портал закрылся, Ольха безразлично заявила:

– Зентреб становится слишком эмоционально нестабилен. Его привязанность к Демону Природы делает его всё более и более непредсказуемым.

– Бред городишь,– лениво сказал Таклисс, неосознанно распространяя вокруг себя скверну.

Его каменный трон уже стал совсем тёмным и крошился, не выдерживая ядовитую мощь Демона Голода.

– Желания есть топливо для жизни,– согласно кивнул Папир.– Именно они заставляют нас идти в перед и развиваться. Нет ничего плохого в стремлении Зентреб быть вместе с Арвиль, это по своему даже прекрасно! Подумать только, два полубезумных оружия испытывают друг к другу столь необычные чувства и столь усердно пытаются измениться, отвергая своё суть! – Демон Гнева зловеще оскалился и поднёс правую лапу к пасти.– Мне очень интересно, как долго они продержатся за иллюзии, прежде чем примут истину! Прежде чем осознают свою истинную природу!

– Ты... Ты сейчас выглядишь ещё более поехавшим чем обычно, жирный,– скривился Таклисс.

Немного подумав, он добавил:

– Ко всему прочему это страховка. Если поехавшая потеряет контроль, то ледяной болван сможет об этом оперативно сообщить или даже лично остановить её, если ситуация выйдет из под контроля. Ты зря так говоришь, Демон Енотограда... Ну что за нелепое прозвище? Мне даже слегка стыдно говорить подобное!

– Вы правы,– медленно склонил голову Ольха.– Мой анализ оказался ошибочным.

В её равнодушных глазах заплескались капельки удивления и… злости.

Маленькой зомби нравились новые эмоции, но они сбивали с толку. Возможно, она поспешила с финальным шагом к своей цели.

– Вот кстати, мелкая нежить,– обратился к ней Таклисс. –Почему ты все время пребывает в обличье маленькой девочки? Это ты себя так идентифицируешь?

– Нет,– кратко, но с толикой раздражения ответила Ольха, после чего сымитировала вздох и неохотно продолжила:– Облик был выбран личом Воканом, пробудившим меня много лет назад. Я решила оставить его, как наиболее безобидный. Мало кто воспримет маленькую девочку в чем-то предосудительном, а для переговоров с различными лицами хватало и дистанционно управляемых скелетов, призраков или замаскированных под живых зомби.

-– Тактически вер… гррррааа!!! – Папир закончил фразу ревом. Его амулет вновь сломался.

Ольха безразлично-устало закатила глаза, а Демон Голода рассмеялся.

Глава XIII Стычка монстров

Таинственный Лес, самое волшебное место в мире. Когда-то рай для чудовищ, а ныне попытка объединить людей, эльфов и дикое зверье. Хм. Приятное чувство ностальгии.

Как же давно моя лапа не ступала по земле переполненной чистейшей магией Природы.

А, хотя нет. Ещё не ступила. Только по камню резиденции Эллейн. И даже не лапа, а нога. В Мёртвом Городе мы немного задержались, пока я принимал человеческий облик.

В нем было… тесно.

– Я соберу отряд, и мы тут же двинемся к Аизару. – сказал Генрих, направляясь к лестнице на нижние этажи.

– Нет времени, бери грифонов. – приказал я. – Меня очень сильно беспокоит молчание Арвиль. И я чувствую определённый… дискомфорт. Если я прав, то дела плохи. За мной. Быстро, человек.

Генрих поморщился из-за моего командного тона, но к своему счастью перечить не стал.

Обитатели резиденции удивились нашему прибытию, ведь мы спустились с верхних этажей, но, как обычно, списали все на магию. Правильно списали.

Я торопился. Едва сдерживался, чтобы не перейти на бег, сбросив неудобный облик человека. Что-то было не так. Я очень плохо чувствовал Арвиль, едва улавливал обрывки её мыслей, эмоций, а ведь она уже была сравнительно рядом. И исходящее от неё... Оно пугало меня.

Оно было переполнено счастьем и удовольствием. Теперь оставалось лишь две возможные причины молчания Арвиль. Одна была ужасной, а вторая просто плохой.

Пара ретивых вояк пыталась остановить нас, дабы проверить личность. Пришлось отбросить их, попутно сломав им пару конечностей, дабы не мешали.

– Это было лишнее насилие, чудовище! - угрожающе заметил принц-консорт, догоняя меня после проверки самочувствия стражей. – Это был приказ Эллейн и мой, они просто выполняли свой долг, проверяя каждое подозрительно лицо!

– Поэтому я не оторвал их верные головы, смертный. Не забудь, потом наградить их за бдительность и верность. А теперь не отвлекайся – мы должны как можно быстрее прибыть к Аизару. Как можно быстрее! Ибо иначе быть беде!

– Ясно,– просто ответил он, прекрасно понимая сколь плохи дела, если даже Ледяной Демон выглядит обеспокоенный, собранные и непривычно серьёзным.

Смотритель грифонов без лишних слов и церемоний выделил несколько зверюг, кроме того к нам присоединились три друида. Генриху передалось моё беспокойство, и он брал с собой кого только мог. Зря. Если мои опасения верны, то не помогут не то что тройка друидов - даже трех сотен окажется мало!

Грифон инстинктивно отступил, ощущая мою чудовищную суть. Не достаточно далеко. Я выбросил вперёд руку и схватился за его шею. Он тут же замер и я без проблем забрался на него, игнорируя седло и прочие меры предосторожности. А вот Генрих, и несколько эльфов не пренебрегли мерами безопасности.

Раздражает их щепетильность. Из-за этого мы потеряли почти треть часа, прежде чем взмыли в небеса.

Грифоны летели быстро, хотя на своих лапах я бы добрался гораздо быстрее… Новшество, так называемая железная дорога связывающая столицу и Аизар так же не была готова, до её запуска оставалось ещё минимум месяц. Увы, пришлось смиренно лететь по небу на полузвере-полуптице, блюсти конспирацию и созерцать прекрасный и смертельно опасный Таинственный Лес с высоты полёта.

Спустя несколько часов, мы прибыли к Аизару. Молодой город превратился в поле битвы между новейшими технологиями и древней магией.

Мои самые страшные подозрения, страхи - подтвердились. К моему глубокому сожалению и горечи.

- Нет… нет, нет. О НЕТ!!! – взревел я, мигом теряя хладнокровие и пугая немногочисленный эскорт. Хотя куда уж больше!

Вся прибрежная зона города была покрыта шевелящейся растительной массой, средь которой мелькали заражённые. Железные корабли высились зелёными башнями.

Всё плохо. Очень плохо.

Арвиль потеряла себя в пучине безумия и скрывалась где-то в городе… От неё исходили волны магии Хаоса и невыразимого наслаждения. Я ощущал их как будто свои. Хотелось бросить все и погрузиться с головой в экстаз чистого разрушения. О да, да, о да!

Выпустив когти я с размаху засадил их в колено. Мгновенная вспышка боли отрезвила меня, заставив откинуть наваждение.

Необходимо держаться. Вот только кроме желаний убивать и разрушать у меня был долг, цель. Я должен спасти Демона Природы любой ценой, пока ещё есть искра надежды.

– Ставка Её Величества в центре города,– сообщил Генрих, с беспокойством глядя на меня.

– Веди.– глухо сказал я, с трудом сдерживаю желание спрыгнуть с грифона и тут же ринуться к Арвиль.

Я понимал необходимость информации и поддержки. Причины срыва, как давно он произошёл, сколько войск у Эллейн и каковы потери. Последнее – особо важно. Если у обезумевшей Арвиль окажется целый легион заражённых- шансов спасти её будет гораздо меньше. А тогда придётся вызывать остальных Арбитров и далеко не все могут согласиться на спасение. В преддверие войны с иноземцами многие могут решить использовать Демона Природы по назначению и бросить в столицу одного из государств агрессоров. Или высадить на их континенте. Итог будет один- массовое разрушение. А уж после заключения мира можно будет попытаться спасти Арвиль. Или то что её заменит.

Кое-как отведя взгляд от бедствия устроенного Демоном Природы, я пустил грифона вслед за принцом-консортом.

Эллейн мы нашли в большом повреждённом здании, этакая смесь людской каменной постройки и громадного дерева. Судя по всему, вначале по нему попали выстрелы из орудий иноземцев, а затем пару раз ударила Демон Природы.

Сама королева выглядела целой, только забрызганная чужой кровью, и руководила эвакуацией, сражаться с Арвиль она не собиралась.

Мудро.

При виде Генриха в её глазах разгорелась радость, тут же угасшая когда показался я.

Перепоручив дела подчинённым, королева эльфов отправилась с нами в комнату этажом выше.

–Как давно она обезумила и при каких обстоятельствах? – тут же спросил я, когда мы остались без свидетелей.

– Более десяти часов назад,– тут же ответила Эллейн. – Она закончила уничтожать штаб противников и собралась покинуть корабль… В тот момент её заметил отряд эльфов на грифонах и связал боем. Иноземцы в тоже время решили, что флагман захвачен и открыли по нему огонь. В ходе него эльфы погибли, а Демон Природы получила серьёзные ранения. Видимо, они и спровоцировали приступ безумия. После этого она извергла из себя волну Хаоса и… и исказила чужеземцев и жителей прибрежной части города. Сейчас их несколько тысяч, но они рассеяны и мои войска удерживают большую часть города. Сама Арвиль продолжает творить плотоядные заросли и продвигает их в глубь Аизара… Этого не должно было происходить. Череда случайных событий привела к громадной проблеме!

– Череда случайных событий, – тусклым эхом повторил я, с трудом справляюсь с эмоциями. Так и хотелось поубивать всех в этой комнате, а затем пройтись льдом и клыками по всему городу. Я обратился к эльфийской королеве с небольшой просьбой и она провалилась. А в худшем случае, сама это подстроила.

И теперь у нас безумное древнее оружие буйствует в крайне важном для нас регионе. А для меня это ещё и дополнительная проблема, ведь в беде моя любовь.

Приторно звучит.

– Необходимо призвать остальных Арбитров и усмирить Демона Природы! – воскликнула Эллейн. – Как можно быстрее! Ее безумие слишком опасно!

– Не совсем так,– веско сказал я, убирая руки за спину и пряча отросшие когти. – Она ещё не до конца потеряла разум, я чувствую это. У нас есть шанс обойтись малой кровью. Но эвакуацию лучше ускорить, на случай моего провала.

–Это безумие!– выступил вперед сразу понявший мою мысль Генрих. – Один не до конца сбрендивший демон уже проблема, а два- катастрофа! Мы не можем так рисковать!

– Скоро она совсем обратится, а за ней и я,– терпеливо объяснил я, с трудом подавляя желание оторвать их тупые тыковки… Головы. – Мы оба связаны магией, обычно это позволяет легче переносить использование магии. Именно благодаря нашей связи Демон Природы сохранила разум, в целом, просто все моральные и этические границы, что мы себе установили – слетели. Не нужно скептически переглядываться! Если проводить аналогию, то она в стельку пьяна и наружу вылезают привитые нам желания и радости. Разрушать и убивать. И сейчас все это передаётся мне. Требуют, чтобы я присоединился к веселью… Предварительно разорвав вас на меленькие кусочки, тупая смертная падаль!

– Разорвать связь можно? – быстро уточнила Эллейн, даже не подумав отступить.

– Точно не знаю, - неохотно признал я, кое-как смиряя желание убивать и разрывать. – Но не жди от меня попыток проверять. Со мной пойдут мои агенты. Если же мы проиграем – уводи всех из города. В безумно состояние, слившись в одно существо, мы засядем в Аизаре минимум на месяц, а там уж подтянутся остальные Арбитры и смогут решить нашу проблему. Так или иначе.

Согласия Генриха и Эллейн не требовалось, и они это знали. Силой поменять моё мнение они так же не могли, как и разговорами.

– Мы пойдём с тобой, – со вздохом сказала королева эльфов. Принц-консорт решительно кивнул. – Ты измотаешь её, а мы закончим начатое. Это лучше чем предложенный тобой план.

Они были настроены решительно и я издал смешок.

– Что смешного, Ледяной Демон? – тут же осведомился Генрих с едва уловимой угрозой.

– Я нахожу ситуацию забавной. Вы нас ненавидите, но вынуждены сотрудничать, а теперь ещё попытаться спасти. Меня это и правда забавляет!

–Иногда даже самые страшные враги вынуждены объединяться,– спокойно признала Эллейн, на её лице уже не, осталось ни тени беспокойства. Она приняла некое решение и готова была идти до конца– Но это не наш случай. Я помогу тебе, потому что в случившемся есть часть моей вины. Сегодня, Зентреб, мы пойдём в бой вместе и спасем Демона Природы.

Я медленно и с настоящей благодарностью кивнул. Даже желание убить их почти утихло.

– Тогда услышьте мой план…

***

Раньше Аизар почти гармонично сочетал архитектурный стиль эльфов, местных людей и даже иноземцев. Теперь же он просто стал руинами, а с побережья продвигались настоящие джунгли. При этом плотоядных.

Я двигался первым, а остальные в полете стрелы, дабы не отвлекали. В отряде состояло десять агентов, две дюжины эльфов из личной гвардии Эллейн, она сама и Генрих.

Скрывая свой истинный облик, я был представлен могущественным магом и сейчас на полную использовал свое могущество, вызвав над городом метель и окружив себя пузырем жуткого холода. Растения пытавшиеся атаковать просто замерзали ещё в отдаление, как и изменённые. Редкие особи, оказавшиеся устойчивыми к холоду, прорывались ко мне и гибли.

Словно источающее смертельный хлад лезвие скальпель я входил в зараженную область, дабы отыскать источник заразы.

Плохая ассоциация.

Смертные могли бы искать Демона Природы годами и не смогли бы, если, конечно, она не пожелает обратного. Будучи специалистом по внедрению Арвиль легко имитировала смертных, фауну и флору. А также обладала превосходными способностями к метаморфизму.

Она даже могла прикинуться бревном или овцой.

Однако спрятаться от меня, ей было не суждено. Да она и не старалась!

Наша связь вела меня всё ближе и ближе к гавани. Джунгли становились всё гуще и опаснее, иногда их кроны даже закрывали небо.

Наконец-то я увидел Демона Природы, она выглядела удивительно органично среди руин города. Зеленоволасая красавица восседала на сплетенном из деревьев, лиан и цветов троне, который ещё и медленно передвигался на корнях-отростках, при этом ещё и тянул за собой какого-то иноземца. Изумрудная чешуя почти полностью покрывала ладное тело Демона Природы, выгодно обрисовывая контуры. Со стороны и в иной обстановки можно было подумать, что на Арвиль удивительно прекрасное, прямо как его хозяйка, платье. Лишь лицо оставалось свободным от нефритовой чешуи.

– Оо, мой дорогой Зентреб, – проворковала она, давно зная о моём приближении. Корни обхватили несчастного иноземца, запульсировали и спустя секунду отпустили жертву. Очередной изменённый тут же бросился на меня.– Я тааакрааадатебя видеть! Подойди, и давай же отдадимся разрушению вмееесстее! В конце концов это нааашшаа судьба, предначертанная с нашего создания!

– Мы сами выбираем нашу судьбу, любовь моя,– мягко ответил я, хватая изменённого за шею и ломая её словно тростник. – И мы отреклись от уготованной нам участи живого оружия. Ты отреклась.

– Как говорится – противник рабства, до первого раба,– пожала плечами она, вставая с трона. – Хаос прочистил мне голову, помог осознать – насколько наши планы никому не нужны, насколько наши амбиции мелочны!

– До этого ты считала иначе,– заметил я, доставая внушительную колбу с жидкой Магией Природы.– Выпей это и приди в себя.

Арвиль широко улыбнулась:

– Каааак мило. Ты пытаешься меня успокоить, не прибегая к насилию! Чудесно, но все мы понимаем насколько ненадежен это план, а значит…

Она хрустнула шеей и запрыгнула на спинку живого трона, осматривая окрестности.

– Тааак-таак-таак. Чувствую десяток наших агентов, две дюжины эльфов, полу-урода Генри и даже милашку Эллейн! Поняяятно. Ты будешь пытаться измотать меня, а они закончат начатое. Попробуют. Но… Что здесь делает милашка Эллейн? Она слишком важна в нашей стратегии, чтобы рисковать ей здесь! Глупо, любовь моя. Очень глупо.

– Какой смысл в успешном исполнении наших планов, если тебя не будет рядом,– осклабился я, доставая из пасти тёмную сферу из которой тут же полилась унылая музыка.

Демон Природы сложила ладони в замочек, прижала к груди и даже крутанулась на месте:

– Каков льстец… Даже музыку организовал! Не могу больше терпеть! Давай же начинать наш танец!

А затем изумрудной молнией бросилась ко мне. Мгновенно реагирую и блокирую льдом её покрытые зелёным свечением когти в пальце от лица.

В моей руке возникает копье льда и Арвиль едва успевает увернуться от удара. Его острие чуть коснулось плеча Демона Природы. Колбу пришлось отбросить

Тут же разорвав дистанцию, она чуть обиженно изрекла:

– После столь горячих слов ты планируешь держать меня на расстоянии? Как обидно, любовь моя! Как обидно! Давай же отбросим эти прелюдии!

– Не будем форсировать события. Всё впереди, моя чешуйчатая прелестница!

–Хахахаха,– хохотнула Демон Природы резко ускоряясь. Как и я. Со стороны мы напоминали изумрудную и сапфировую молнии, кружащих сложный, но изысканный танец… Попутно разрушая все на своем пути!

***

Наблюдая за сражением издалека, Генрих всё больше мрачнел. Оба отвратительных и уродливых во всех смыслах монстров сошлись в ужасающей дуэли. Чудовища явно сошли с ума и использовали весь свой арсенал. Взрывы льда, настоящий вал из растений, всё смешалось в бурлящий Хаос. Даже сама реальность, кажется, искажалась в момент прямых столкновений.

При этом эти ублюдки сражались под музыку и ещё пели. При этом довольно неплохо.

– Ещё не поздно уйти тебе,– негромко сказал он, обращаясь к напряжённой Эллейн.

– Могу сказать тоже самое тебе,– так же тихо ответила она, наблюдая за боем. Её зрачки сменили цвет на красный, а крылья излучали алый зловещий свет. Верный знак насыщения магией Хаоса и остатками магии Демонов.

Принц-консорт лишь хмыкнул.

Остальной отряд в это время отражал нападение заражённых Хаосом обывателей. Лучшие воины и агенты арбитров легко защищали венценосную пару, которая берегла свои силы на случай прямого противостояния демонам. Или случайным ударом.

Зентреб разошёлся и послал просто громадную волну энергии, уничтожившую практически все растения Арвиль. Вот только на этом она не остановилась и снося дома, стремительно приближалась к отряду Эллейн и Генриха.

К счастью они ожидали этого, и успели выставить мощное защитное поле… Которое выдержало касательный удар Ледяного Демона. Сметая постройки, она ушла дальше, постепенно теряя мощь, вот только почти четверть города превратилась в руины.

– Кхара– неожиданно выпалил один из эльфов, кидаясь на своих товарищей. Алая молния и его покрытая алыми трещинами голова катится по земле.

– Проклятие! Ближе к Эллейн,– приказал Генрих, с тревогой смотря на отряд. Демоны разошлись по настоящему сильно и даже сейчас испускали волны нестабильного Хаоса, меняя окружающую реальность.

Именно из-за этого в моменты безумия они становились по настоящему опасными. Используя всю свою мощь, они становились источником безумного количества магии Хаоса. Он же проникал в людей, эльфов, да даже животных и растений, изменяя их до неузнаваемости. Иногда это были полезные изменения, но гораздо чаще заражённые просто сходили с ума и становились чудовищами алчущими крови и разрушения.

Слава трём богам, что такое происходило не постоянно. Только во время вспышки безумия, затем они более-менее стабилизировались. Иначе вся жизнь на континенте, а может и всём мире, была бы уничтожена.

Волна Хаоса схлынула и Генрих вновь мог наблюдать битву двух чудовищ, выжидая нужного момента.

***

– Сколь раз мы зрели сей миг во сне!– напевала Демон Природы, двигаясь зелёной молнией.

– Сне, сне, сне,– подпевал я, создавая настоящие глыбы льда и потоки мороза.

Мостовая треснула и в небеса взметнулся настоящий лес из извивающихся растений, сплетающихся в изумрудный щит.

– Давай, давай, любовь моя, забудем обо всём!

– Лишь друг о друге будем помнить…

Выпад, уворот, кольцо льда против чудовищной флоры. Атаки и магические удары сыпались со всех сторон, ведь мы двигались с невероятной скоростью. Хотя мне приходилось быть гораздо более осторожным. Безумная Арвиль точно в один момент забудет про защиту и пойдёт напролом. Да я и сам постепенно сползаю в дебри безумия.

– Хахахахах,– безумно смеялась Демон Природы, взмахнув руками, а затем резко ударяя по земле, посылая через неё потоки дикой магии.

Вот она! Козырная карта Арвиль. Лес Духов!

Почва вокруг меня… Нет… Вся земля на полёт стрелы буквально взорвалась! Прорастали огромные деревья, многочисленные растения, эхо животных, когда-то населявших эту землю, налились силой и обрели жизнь. И всё это многообразие тут же напало на меня. Деревья пытались поймать меня корнями, душить ветками, звери сожрать и растерзать.

Вот только у меня тоже был козырь.

Разорвав могучий дуб, я сконцентрировал всю доступную магию, а затем изверг её.

Ослепительно ледяная вспышка и само время на сотни шагов возле меня замёрзло. Превратилось в чистый лёд! А затем разлетелось на кусочки.

Ландшафт изменился, теперь вместо руин город оплетённого растениями мы уже находились во внушительном кратере.

– Прекраасно!– выкрикнула Арвиль, покрытая изумрудным покровом из смеси магии Хаоса и Природы.

– Приди в себя, Арвиль или я насажу тебя на это копье!– выкрикнул я, так же сбрасывая остатки ограничений.– Пришло время остановить наше чудесное сражение!

– Ты же осознаешь, что это сексуально домогательство? – весело выкрикнула в ответ она, резко ускоряясь. – Мне нравится!

Звук разрываемой плоти. Ледяное Копье вошло в живот Демона Природы, а её когти в мою грудь.

– Попалась, - произнёс я, пропуская всю свою мощь через копье, замораживая Арвиль.

– Как и ты, – ответила она, резко увеличивая когти. – Кажется, я буквально раздавила твоё сердце. Ха-ха-ха.

– Ха-ха-ха, – я тоже засмеялся и наш хохот звучал в унисон, пока мы полностью не покрылись коркой льда, застыв странной фигурой.

***

Когда адский смех, волны энергии Хаоса схлынули поредевший отряд Эллейн и Генриха направился к месту сражения двух чудовищ. Оно ужасало внушительный кратер, искажённые магии духи потерянно витали в воздухе, в некоторых местах само пространство было прорвано, и оттуда медленно шла магия Хаоса.

Сама земля оказалась отравлена магией чудовищ.

А в центре этого ужаса застыли две ледяные фигуры. Женщина пробила мужчине грудь, тот же пронзил её живот копьём. Даже скованные чарами оба чудовища излучали чувство опасности и страха, будто медведь что вот-вот вырвется из клетки.

Генрих задумчиво покосился на меч, а затем на обездвиженных демонов.

Хороший шанс… Но не время.

– Чары продержатся несколько часов,– доложила одна из агентов Арбитров, понизив голос она добавила:– Необходимо, как можно скорее их усилить, а затем оказать Арбитрам необходимую помощь!

– Действуй,– приказала Эллейн, со странным выражением лица смотря на двух демонов в стазисе. За десять лет сотрудничества, она почти забыла – насколько они опасны. Нестабильны. Безумны.

– Не вини себя,– сказал Генрих, опуская руку на плечо своей жены.

– Я знала о риске,– глухо ответила королева, выдыхая клубы пара.– Зентреб лично сказал мне о состояние Арвиль, но я таки решилась использовать её в этой операции. Именно мои войска, хоть и не по моему приказу, атаковали её… И теперь все эти тысячи жертв,– она опустила взгляд на свои руки.– На моей совести.

Генрих не стал больше ничего говорить и просто обнял её, стараясь хотя бы так утешить.

С небес начали падать первые капли дождя, тут же обращаясь в град.

Битва за Аизар наконец-то завершилась.

Глава XIV Старо-новый вызов

Кап.

Кап-кап.

С ветвистых корней неторопливо срывались мутные капли воды, а спустя мгновения с противным звуком врезались в каменистый пол. Хотя нет… Теперь уже он не был каменистым, всюду рос мох, тернии и даже карликовые деревья c разноцветными листьями. И в самом деле. Кому нужно солнце и тепло, когда есть Демон Природы.

– Какая ностальгия,– произнес я, входя в знакомую до боли пещеру. Опёршись на трость, я внимательно посмотрел на заключенную. – Не думал, что вновь моя ла… нога ступит на эту землю вновь…И тем более не ожидал смотреть на тебя сквозь барьер.

– Как и я,– хмыкнул Арвиль, царственно сидя на троне из сплетенных растений. Правую сторону лица и почти все тело закрывала изумрудная, чешуя придавая Демону Природы поистине величественные вид. Лишь зеленоватый барьер напоминал о её печальном положении. – Как там наверху дела? Остроухие смертные дикари и просто смертные дикари уже решили, как они попытаются меня казнить? Или все ещё спорят, словно сборище крикливых птиц?

Прошел уже почти месяц после битвы за Аизар. Привести Арвиль, да и меня, в порядок удалось лишь несколько дней назад. Но если меня отхаживали, как героя по имени Зед( дурацкое имя), ибо моё прикрытие ещё действовало, то бедняжку Арвиль засунули в специальную темницу. К счастью, магия Природы концентрировалась в этом месте, и за счёт этого восстановление моей дорогой подруги проходило достаточно быстро. Наша глубокая связь тоже помогала, тем более она стала ещё крепче и мощнее.

К сожалению без последствий все эти события не остались. И решить их с прибылью, или хотя бы минимальным ущербом, будет непросто. Крайне непросто.

Возможно, мне придётся вырезать всю охрану, а затем с боем вывести отсюда Арвиль.

Нежелательный, но такой заманчивый вариант.

– Эллейн объявила сбор всех остроухих старейшин, глав кланов, друидов,представителей людского дворянства, купечества и прочих инжививцев…

– Правильно говорить “иждивенец”,– поправила меня Арвиль, резко вскакивая с рукотворного трона и приближаясь вплотную к барьеру.

– Не будь такой придирчивой… О чём это я? Ах да. Столь разношерстная публика не скоро сможет договориться… Лично я считаю, что они в принципе не смогут ничего решить. Тем более в таком сложном вопросе.

– Ох уж эти смертные болтуны,– Демон Природы закатила глаза, а затем прижалась лбом к преграде.– Я. Хочу. Выйти. Отсюда.

– Я бы с удовольствием тебя выпустил, любовь моя, – зеркально повторяю её движение.– Но…

– Всегда есть «но»,– раздражённо прервала меня Арвиль, отлипая от барьера и отходя в сторону. – Мы бессмертные, практически всесильные чудовища, обладающие громадными знаниями и острым умом. И всё равно вынуждены мирится с желаниями смертных. Тц. Какая досадная проблема!

– А чего ты ожидала, Гниль Лесов? Ты снесла половину города! – я обвиняюще ткнул в неё когтем, что опять прорвался сквозь многочисленные повязки. Битва в городе дорого далась нам обоим, и мне вновь приходилось таскать многочисленные бинты, скрывая бледно-зеленоватую чешую. Да ещё и глаза изменились, став изумрудно-сапфировыми. – Убила множество эльфов и людей. Число трупов исчисляется тысячами! Загубила инфраструктуру Аизара! Теперь он несколько месяцев, а может, и целый год будет не пригоден для торговли. Да даже для жизни тоже! Всё ещё шастают орды заражённых! А сами эльфы и люди пируют и спорят, ведь им удалось схватить саму Арвиль, Гниль Лесов! Демона Природы! Наследницу Повелителя Демонов, который тысячу лет сеял хаос по всему континенту! Ты и сама отлично понимаешь причину моего бездействия…

Арвиль клацнула зубами и неохотно кивнула:

– Да, вызволить меня сейчас- это сильный удар по позиции для нашей милой коровки и её уродливого хахаля. И долго тут сидеть?

– Пока они спорят, мы не будем ничего делать. А вот дальнейшие наши действия будут зависеть от результата их болтовни. Если он будет неадекватным, то вытащим сразу и покараем глупцов. А если адекватным, то придётся тебе, о Демон Природы, посидеть ещё какое-то время. А быть может и мне.

– Жаль-жаль-жаль. Ну и ладно. Буду воспринимать это как отшельничество. Порассуждаю о жизни и смерти. О Истине! Может, создам пару-тройку философских учений на основе стоицизма…

– Арвиль,– Я решительно прервал её, ибо прекрасно знал о бури внутри Демона Природы.– Ты не виновата в потере контроля и смерти всех этих разумных существ. Не кори себя.

Демон Природы отвернулась и глухо ответила:

– Наверно, ты прав. Но я не могу перестать об этом думать. Мне нравится убивать, разрушать и обращать обычных созданий в монстров , всем нам это нравится! Буквально физическое наслаждение! Я и раньше это знала, но сейчас…– её голос резко упал до шёпота. – Сейчас все иначе. Тысячи жизней прерванных мной оказались во много раз слаще! Даже моё желание выйти отсюда, продиктовано жаждой продолжить резню! Я боюсь, очень боюсь, полностью утратить контроль над собой. Стать зверем, которого ведут лишь желания и инстинкты…

Я сочувственно кивнул. Да, наши создатели заложили в нас эту особенность, дабы мы лучше выполняли свою роль в качестве оружия массового разрушения. Вот только с обретение разума жажда крови лишь отягощала нашу жизнь.

Ну ладно, в основном не нашу, а наших смертных слуг, врагов и просто всех кто оказался рядом в неподходящий момент.

На самом деле – в любой момент.

– Не переживай, любовь моя,– успокаивающее сказал я.– Над нами довлеет тяжёлый рок, но, как ты и сама сказала ранее, мы сильны. А значит, сумеем перебороть заложенные в нас желания. Лишь мы, и только мы, будем решать нашу судьбу. Так или иначе.

Впервые с нашего разговора на прекрасном лике Демона Природы мелькнула блеклая тень улыбки.

Она отлично поняла несказанное вслух обещание.

После этого, тяжело опираясь на трость, я покинул темницу Демона Природы.

Полученные раны все ещё невыносимо болели. На выходе меня почтительно встретили эльфы. Наш разговор с Арвиль они не слышали, ибо тюрьма была окутана сонмищем различных чар. В том числе и подавляющие шум, наивные эльфы считали, будто Арвиль способна заболтать их до смерти. Свести с ума чарующим голосом, заставить убить друг друга и снять барьер.

На деле она могла их лишь словесно унижать. Интересно, смогла ли её брань толкнуть пару эльфов на суицид?

Хотя вообще смертные смогли меня удивить. Они модернизировали защиту. Раньше вся их охрана строилась на том, чтобы заключённый не вырвался, концентрируясь исключительно на тюремном барьере, и это дорого им обошлось во время атаки отряда Трикстера. Они и подумать не могли, что найдутся безумцы желающие освободить могущественного демона. Теперь же уроки прошлого были учтены, а недочёты устранены. Снаружи для защиты выстроили мощную крепость, каменные стены укреплялись магическим деревом. Спуститься непосредственно в тюрьму можно было лишь из центрального укрепления на подъёмник. Сама платформа так же была создана из наиболее крепкого древа и усилена магией. Такой барьер и нам не просто провать. При этом обороняющиеся легко могли заклинить механизм и перекрыть вход в пещеру, дабы никого не допустить внутрь… И чтобы грозному пленнику было труднее бежать.

Конечно, для любого из нас все их меры создали бы лишь временные и незначительные препятствия.

– Повелитель, – поприветствовала меня Икатрия быстрым поклоном, когда я покинул укрепление. Стоящий рядом с ней Архилох последовал её примеру.– Транспорт ждёт вас!

Кивнув, я направился к технологическому чуду, агенты, держась на почтительном расстоянии, последовали за мной. К так называемой железной дороге.

Эллейн первой сумела перенять заморские технологии и активно внедряла, связывая прочными нитями Таинственный Лес и недавно присоединенные южные людские земли. С территории эльфов шёл поток продуктов и ресурсов, с людской рабочие руки,а основные предприятия развернулись на стыке двух территорий, двух рас, двух миров. Столь разных ,но дополняющих друг друга. Демон Таинственного Леса воплощала в жизнь по настоящему амбициозный и впечатляющий замысел.

Паровоз и прицепленный к нему вагон находились совсем рядом. Как я понял, в случае атаки на тюрьму Эллейн собиралась присылать по железной дороге подкрепление. Забавно, что первую ветку она пустила именно к древней и пустующей тюрьме, да ещё и улучшила её по мере своих возможностей.

Показательно.

Эхх. Ностальгия. Если бы Трикстер попытался бы провернуть свой старый план в подобных условиях,то его бы ждало глубокое и горькое разочарование.

Конечно, эльфы и люди, друиды и маги не смогли бы остановить меня или кого-то подобного, но вот на всех других этого хватило бы с запасом. Избытком.

– Приветствую вас, великий мастер Зед,– произнесла советница по дипломатии Киэль, встречая меня у транспорта.– Куда пожелаете отправиться теперь?

Бывшая глава клана Совы до сих пор щеголяла с уродской короткой стрижкой. Не понимаю я вкусов этой эльфийки. Волосы должны быть длинными. Особенно на женских головах. Хотя конкретно её тыковка пострадала в Битве за Аизар, всю правую сторону лица закрывали зеленовато-белые бинты. Кажется, осколок снаряда едва не снёс ей голову, а затем бедняжка ещё и попала в пожар.Чудом выжила, а раны, даже спустя месяц, не зажили окончательно. И это не смотря на целительную магию.

Сейчас Эллейн поручил ей сопровождать меня. Ни дня отдыха измученной душе.

Бедолага.

– В столицу, – кратко ответил я, бросая внимательный взгляд на бывшую главу клана Совы. Она тут же съёжилась Одна из немногих эльфов точно знающих, что за чудовище скрывается за обаятельной маской доброго мага с идиотским именем Зед.

Вагон, предоставленный мне королевой эльфов, блистал роскошью и внешним лоском, но под всем этим чувствовалась мощь. Стены сочетали в себе новый сплав, так называемую сталь, и магическое дерево, благодаря чему они могли какое-то время выдержать даже мои удары.

Раздался свист и железные колеса двинулись.

– Как протекает жизнь в Таинственном Лесу?– спросил я, когда вагон набрал приличную скорость. – Много ли успехов? Есть ли проблемы, требующие моего внимания.

Немного помявшись, Киэль ответила:

– В целом все хорошо, великий Зед…

– Мы в кругу доверенных лиц,– прервал я её, рассеяно снимая повязку на руке и демонстрирую бледно синею чешую да мощные когти. – Расслабься, смертная. Можешь называть меня настоящим именем, а не этим. Что бы я ещё раз доверил Ольхе создать мне фальшивую личность…

– Слушаюсь, великий Зентреб, – тут же ответила резко побледневшая Киэль, испуганно смотря на мою изменённую конечность.– Всё происходит в соответствии с планами Её Величества,– после короткой паузы она добавила:– Я думала вы и так это знаете.

–Мне интересно твоё виденье ситуации,– добродушно пояснил я, пытаясь придать руке нормальный вид. На пару секунд когти и бело-синяя чешуя исчезали, но не более. Печально, но ожидаемо. Слишком много магии, использованной во время боя, сделали моё тело более нестабильным, да ещё и раны добавили проблем. – Я вижу ситуацию под одним углом, Эллейн под другим – ты под третьим. И для лучшего понимания истинного положения дел необходимо осмотреть все «углы». В конце концов, - я неторопливо вернул бинты на место, скрывая демонические признаки. – Мы элементарно могли не заметить какие-то проблемы, которые для тебя более чем очевидны, юная жительница Леса.

У меня и правда было много информации о развитии Таинственного Леса. его успехов и проблемах. В том числе и из уст самой Эллейн, но не стоит сбрасывать с доски точку зрения Киэль.

В целом её рассказ подтверждал мои данные. Из-за большого количества условной сельской продукции, крестьяне разорялись и были вынуждены уходить работать на промышленные предприятия, благо теперь они обладали личной свободой. Благодаря этим жестоким мерам образовалось громадное количество безработных людей, которые вынужденны были идти на новые заводы. Другие же, более удачливые и предприимчивые, забирали их земли. Остатки знати были крайне недовольны, ведь Эллейн выкупила их имения за относительно небольшую сумму, а затем раздал низшим сословиям. Наиболее одиозных без жалости уничтожила, на некоторых даже натравила нас. Остальным пришлось идти либо в офицеры, либо на гражданскую службу, где они уже целиком зависели от доброй воли Демона Таинственного Леса. Недовольство, конечно же, присутствовало, но не в критической массе.

С эльфами ситуация несколько отличалась. Да, у их королевы был непререкаемый авторитет, но она использовала его для слома традиций и клановой структуры. Это многим не понравилось, но они смирились.

На время

Со стороны успехи Эллейн казались неоспоримыми, а социальная база прочной, словно моё лёд, но на деле все было не настолько радужно. Она задала высокую планку и не менее высокий темп развития. Амбициозно. Рискованно. Хватит лишь несколько ошибок и все прокатится прямиком в бездну. Тем более низшие слои населения не отличались верностью, пока ещё неграмотные, без цели и идеалогии они могли элементарно стать точкой нестабильности... Даже уже становились ею. Хм.

Киэль превозносила свою госпожу, но ей не дано было скрыть ее уязвимости от меня. Хотя она и сама их не осознавала.

Что же, пришло время очередной встречи с Эллейн. Тем более у меня появились новые данные, о которых Демон Таинственного Леса ещё не знала.

***

В большом светлом зале не стихал шум. Люди и эльфы в зеленоватом свете кристаллов, расположенных под потолком, никак не могли принять решение.

– Казнь Демона Природы лучший вариант,– вопил какой-то дворянин.– Этим мы покажем всем свою решимость! Даже на Погибелей будет управа!

– Мы в силах убить лишь тело, но не бессмертный дух,– выкрикнул в ответ один из друидов. – Её суть просто найдёт нового носители и поглотил! Сколько раз надо это повторить, чтобы вы все поняли!

– Сколько её сородичи дадут? На какой выкуп мы можем рассчитывать?

– Балда! Это Погибели! Бессмертные Демоны!

– Думаешь у них, еха, злата нет?

– Думаю они просто хотят сожрать нас, а не выкупать пленную! Да и им самим может быть более чем насрать на неё! Они же ублюдочные чудовища!

Споры, предложения, нелепые предложения и снова споры.

Почти сразу после «пленения» Арвиль, были призваны эльфы и люди с подчинённых территорий для решения судьбы Демона Природы. Представители знатных родов обоих народов, духовенство, маги, друиды и даже купцы. Практически все сословия, обладающие богатством, властью и влиянием собрались здесь. Иронично, но Эллейн сделала это по совету Зентреба.

Хитрое чудовище преследовало свои цели, но идея и правда была хороша. Если бы она единолично приняла решение, то вся тяжесть последствий обрушилась бы на неё. А в случае общего собрания высказывался народ через своих представителей. Таким образом ответственность, как бы, перекладывалась с её плеч на… на тот самый народ. При этом у неё все равно имелась масса способов влиять на принятия решений.

Хитрый ход.

– Зед скоро прибудет,– тихо сообщил Генрих, садясь по правую руку от королевы.– Леди Киэль заканчивает показывать ему промышленные районы.

– Надеюсь они ему понравятся,– тихо хмыкнул сидящий по левую руку от королевы Вепьян. – Мы много труда в них вложили. Будет досадно, если он войдёт в раж, как дражайшая Арвиль и все уничтожит.

– Воздержитесь от таких слов, советник,– прошипела Эллейн, досадуя на излишне несдержанного подчинённого и создавая “полог тишины”.– Здесь слишком много лишних ушей.

В последнее время Вепьяном все меньше и меньше следил за языком, а действовал все более и более безрассудно. Видимо, зелье демонов таки повлияло на его характер.

Эллейн дала себе зарок присматривать за рыжим эльфом внимательнее. Если он потеряет просвет между деревьев и заблудиться в чащи собственного разума—жди беды. Впрочем, даже из этого провала можно извлечь пользу, особенно с подготовкой.

– Раз уж таков ваш приказ, моя королева, – неохотно склонил голову он.

- Ты становишься слишком не сдержан,– Генрих озвучил мысли Эллейн, цепко осматривая рыжего эльфа.– Это слабость. Сам знаешь, кто не любят подобного.

– И они растерзают любого,– хмыкнул Вепьян и кивнул в сторону спорящих. – Посмотри на них. Они думают, будто что-то решают. Воображают о себе невесть что! И даже не представляют истинное положение дел. – он покачал головой. – Я не несдержан. Просто не вижу смысла осторожничать. Посмотри на них? Орут, словно стадо свиней!

Эллейн устало прикрыла глаза, удивляясь глупости сказанного. Вепьян всегда был отважным воином, не ведающим страха, в целом, достаточно умным для признания ошибок, но иногда его заносило.

Недавняя инициация точно сделала положение дел хуже.

– Важна иллюзия свободы выбора,– начала объяснять она.– Никто их ни… нас не хочет быть просто марионеткой или рабом. Вспомни восстание в Буйон, бунты людей на нашей территории. Видишь? Разумные существа всегда будут тяготиться подобным положением. Сознательно или подсознательно бороться. Поэтому необходимо создать и поддерживать иллюзию свободы и равенства. А затем, кто знает, быть может нам удастся воплотить все это в жизнь и создать новый, лучший мир. Или хотя бы попытаться.

Вепьян задумчиво кивнул, принимая слово королевы, а во Генрих горько улыбнулся. Да и у самой Эллейн на душе скребли кошки. Ведь она повторила слова Ледяного Демона, даже частично поверила в них.

Но где гарантия правдивости его слов? Верности своему слову? Они сотрудничали десять лет, и , видят великие духи Леса, это было благотворное время, государство Эллейн усиливалось, как и её власть. Вот только она ни на секунду не забывала, что все её союзники – чудовища во всех смыслах.

Безумные, жестокие, находившие удовольствия в убийствах и битвах.

А теперь ещё двое из них могли держать на неё обиду. Арвиль и Зентреб. Пусть одна временно не опасно, но вот второй… Королева Таинственного Леса прекрасно ощущала его гнев. Холодный и тяжёлый, словно ледяная буря. Он винил её в случившемся с Арвиль и пусть он пока сдерживался, кто знает, когда он решит выпустить его. Может он убьёт её советников, или вырежет сторонников. А может решит оторвать голову Генриху. Её он, скорее всего не тронет, хотя… кто знает.

Остальные его может даже и осудят, но скорее всего лишь на словах. Они не будут карать одного из своих из-за каких-то смертных.

Впрочем, королева эльфов испытывала и толику удовлетворения. Теперь и бессмертный монстр понимал боль потери. и страх за близких. Базовые вещи, ранее ему неведомые. Быть может теперь он, наконец-то, сможет лучше понимать обычных смертных. Тем более он был даже не самым худшим из восьмёрки.

Хуже всех была Ольха, даже Зентреб, с которым у Эллейн старые счёты, не вызывал столько опасений.

Отсутствие эмпатиии и холодная рациональность делали Ольху наиболее ужасной. Вырезать целый город? Без проблем. Подвергнуть жестоким пыткам, хотя она называла их экспериментами, тысячу людей, для лучшего понимания их выносливости – плёвое дело. Нам не нужны два или три примера, нам нужна статистика.

Если остальные Арбитры могли еще засомневаться и вспомнить о морально этнических вещах, то Ольха свой разум ничем подобным не забивала. Более того, именно остальные часто сдерживали её наиболее масштабные "Эксперименты", вроде заражения чумой несколько городов.

Люди и эльфы спорили, а Эллейн наблюдала и не вмешивалась, пытаясь понять, какая точка зрения пользуется наибольшей поддержкой.

Зентреб явился ближе к концу совещания и сразу направился на верхние этажи, в личные покои королевы. Тратить время на смертных он не хотел и это добавляло напряжения.

Ледяной Демон явно с трудом сдерживал гнев и опасался устроить бойню.

Вскоре очередное обсуждение закончилось, и в свете двух лун делегаты покинули королевское древо. Эллейн же, вместе с мужем и советниками направилась наверх, где их ожидало древнее оружие разрушения.

Удивительно, но когда они вошли в роскошные покои королевы эльфов Зентреб внимательно изучал картину, отображающую Гнев Богов.

Не оборачиваясь Ледяной Демон изрёк:

– Всё собрались. Хорошо. Какая участь ожидает Арвиль?

– Они не могут прийти к решению, Зентреб,– произнесла Эллейн, присаживаясь в кресло. Остальные последовали её примеру.– Когда вы её будете освобождать, постарайтесь свести потери к минимуму. Лишние жертвы мне не нужны.

Ледяной Демон покачал головой и издал короткий смешок:

– Как жестоко, юная Эллейн. Твоя готовность пожертвовать своими воинам ради поддержания маскарад вызывает легкое негодование даже у меня,– Зентреб наконец повернулся к ним лицом, буквально источая мороз. Бинты он снял и не скрывал уродливую бледно-синию чешую. Правда, иногда почему-то встречались и редкие вкрапления изумрудной. – В ближайшее время я не буду её освобождать. Ей надо много обдумать и пережить. Одиночество в это поможет, тем более сейчас она слишком нестабильна и опасна. В Таинственном Лесу много магии Природы, со временем она исцелит Арвиль и меня.

– А если общее собрание проголосует за её торжественную казнь?– осведомился Генрих, игнорируя понижение температуры в комнате.

– Тогда я вмешаюсь и устрою резню, но это будет не продуктивно, поэтому ваша работа не допустить подобного исхода,– изрек Зентреб. – В последнее время ваши неудачи меня слегка печалят. Впрочем, это не главное. Я не стал рассказывать последние новости Арвиль, ведь ей сейчас нужен покой и забота, но вот вас жалеть не буду. Точно не буду.

Выдержав паузу, он веско изрёк:

– Собирайтесь. Мы выдвигаемся в Енотоград. Заморские державы решили действовать наиболее жёстко. В цитадели Ольхи узнаете все подробности.

Глава XV Совещание и рубрика "экспери-и-именты"

Тёмные небеса освещали лишь редкие изумрудные и пурпурные молнии, ветер запаха смерти тоскливо завывал . Гремел гром, отголоски которого проникали даже сквозь камень, мерно падал кислотный дождь. Мёртвые Земли, как и всегда, производили гнетущее впечатление. Подходящее место для встречи самых ужасных монстров нашего мира.

Наше собрание проходило в цитадели Ольхи, и на повестки стоял ряд важных вопросов. Присутствовали почти все Арбитры и Генрих, изображавший телохранителя и советника Эллейн.

Уютно устроившись на ледяном троне, я с большим интересом изучал копию ноты об объявлении войны. Прошло всего тридцать два дня, с момента победы под Аизаром, а чужеземцы уже активно действовали. Поводы были воистину занимательны. Бандарский Конгломерат использовал смерть то ли проповедника, то ли авантюриста. Он, кажись, напился, стал хулить местных духов и те отгрызли ему голову, ну а иноземцы обвинили в этом орочью империю. Акиннский Союз заявил, что более не намерен теперь ограничения в торговле и требует равных возможностей. И что-то ещё про открытые ворота. Хайратская Империя и вовсе обвинила короля Альфредо в ущемление прав его же подданных. Безумный сюр.

Хотя чего ещё ожидать от смертных?

– Я не понимаю… Почему они решились на это,– призналась Эллейн, с волнением и тоской смотря на иллюзорную карту. Словно вестники смерти четыре флота двигались к нашей земле, медленно и неотвратимо.– Они уже трижды потерпели поражение… Так… Почему?

– Фендор не пользуется большим уважением среди остальных великих держав,– процедил я, убирая ноты и начиная аккуратно изучать талмуд, полученный после битва под Аизаром. Носил он название “Краткая история Просвещения” и рассказывал о философской и научной мысли Окудоса за последние двести лет.

– Но даже так...

– Даже так,– раздражённо повторил я, листая страницу за страницей.– Эллейн, тебе вроде уже давно не десять лет. Хватит быть такой недалёкой. Пойми и осознай! Фендор никто не воспринимает всерьёз, относятся как к стране шутов, рассказывают про них так называемые анекдоты, поэтому пример их поражения никого не удивил и не насторожил. А эскадра Конгломерата просто пропала в бескрайних морях, ещё десять лет назад считавшихся не проходимыми. Это, конечно, болезненно и неприятно, но не связано с их планами в отношении новых земель. В конце концов, они просвещённые люди и не смогут легко поверить в существование таких чудовищ как мы… Тупые люди. В собственном высокомерии они разучились думать не в рамках своего мировоззрения, выходить за его рамки! Даже здесь,– я ткнул когтем в страницу.– Они на полном серьёзе утверждают будто белые, красные и желтые люди, по сравнению с чёрными – неполноценны и им нужна твёрдая рука. Так называемое бремя чёрного человека! Что за наркоманский бред? Что за умственно отсталое животное это придумало? Очевидно же – все смертные одинаковы! Ничтожны по своей силе! Убоги в контроле собственных желаний! Не способны даже просто договориться… Да какие разговоры! От убийства собственных собратьев их сдерживает лишь страх наказания! Они даже не осознают, насколько их различия слабы, по сравнению со сходством! Не понимают, насколько бы мир был лучше если бы они отбросили собственные жалкие амбиции, перестали конкурировать друг с другом из-за мелочей и объединились!

– Опять он сел на любимого конька,– Таклисс хмыкнул.

– Да, Зентреб,– равнодушно кивнула Ольха.– Мы все ценим твои познания, экспрессию, философскую доктрину и красноречие, но предлагаю не отвлекаться на критику расовых теорий. Мы собрались не для этого.

– Извиняюсь,– с некоторым трудом ответил я.– Последние события несколько выбили меня из равновесия…

– А ты не выбивайся,– посоветовал нездорово выглядевший Ревмарк. Им в горах тоже пришлось несладко.

Попытка захватить омут провалилась и он окончательно потерял стабильность, плодя множество монстров. Его уничтожение оказалось непростым делом даже для четырёх с половиной Арбитров.

Пока я восстанавливался в Лесу, Ревмарк, Нисерх, Таклис, Кассандра и даже Ольха зачищали горы от рукотворных монстров и защищали гномов.

Судя по лицам собравшихся, они были бы рады почесать языками на отвлечённые темы, вроде мои эмоциональных связей, но повестку никто не отменял.

– Война, мы были созданы для неё,– начал свою речь Папир, с невероятной злобой смотря на остальных.– Она течёт в наших венах, она наш воздух и мы понимаем её как никто другой. Ведь мы и есть воплощённая война. Её персонификация.

– Да сколько можно, жиробас!– взревел Таклисс, злобно потрясая кулаками.– Оставь пафосные и долгие речи Отморозку! Говори по существу, пока твой амулет опять не сломался.

– Грубо, но верно,– дипломатично сказала Ольха с равнодушным видом.– Владыка Папир, прошу вас, умерьте ваше красноречие.

– Я сделаю это с болью в сердце, друзья,– яростно, но и с бархатными нотками, изрёк Демон Гнева.– Я изучил их военные возможности, стратегию и тактику. Они любопытны, но не учитывают множество факторов. В первую очередь проблема в том, что они рассматривают войну как ремесло. Пытаются стандартизировать свои подходы, системы и превратить армию – в машину, где каждый представляет собой заменяемый винтик. В этом кроется их сила, но так же подобный подход содержит в себе их величайшую слабость, и мы ей воспользуемся.

– В чём их преимущество понятно, но где тут слабость? – осведомилась Эллейн.– Их численность и технологическое преимущество неоспоримы!

– Терпение, Демон Таинственного Леса, терпение. Я как раз к этому подбирался. Без сомнения подобная армия представляет собой грозную силу, но им не хватает важной вещи,– Папир важно поднял коготь вверх.– Их стремление превратить свою армию в военную машину, где все части взаимозаменяемы, привели к потере гибкости. Она превратили войну в ремесло, не понимая её истинную суть. Ведь война это – искусство. В этом их слабость, у них есть шаблон, мощная военная машина, но отсутствует гибкость, проблема с адаптацией. Нас будет ожидать, по крайней мере, в первое время, шаблонные шаги без грамма фантазии. Этим мы и воспользуемся.

–Численность и снабжения армии?– осведомился я.

– Зависит от интенсивности боевых действий, мой дражайший друг.– спустя пару секунд размышления ответил Демон Гнева.– Если брать за основу действия Фендора, то в первой фазе нас ожидает относительно небольшие армии, в несколько десятков тысяч человек. Устаревшая, по их меркам, артиллерия и оружие. Всё самое новое они предпочтут держать в метрополиях, опасаясь нападения соседей. Разумеется, у них очень много противоречий, которые толкают их к глобальной войне, и вот их они пытаются сейчас решить за нас счёт. Пока ещё небольшими силами.

– Небольшие…– покачал головой Генрих.– Вся армия Хароса насчитывает тысяч двадцать тридцать!

– Иноземцев гораздо больше,– терпеливо пояснил Папир, с невероятной злобой смотря на принца-консорта.– Они вполне могут в случае необходимости рекрутировать даже миллионную армию. Но не переживайте, из-за удалённости их родных территорий им не удастся осуществить подоб… ГРАААРАРАРАРА,– амулет в очередной раз забарахлил и бархатная речь демона обратилась в ужасающий рёв.– Грааар! Гарара… Прошу простить меня, дорогие коллеги. Численность наших противников и технологическое преимущество бесспорно, без нашей поддержки орки, гоблины, кентавры и люди будут сметены в течение нескольких лет. В лучшем случае – продержатся несколько десятилетий.

От меня не укрылось, что Эллейн облегчённо выдохнула, ведь в список не вошли её эльфы и гномы. А значит, она уже поняла, кого мы будем защищать в первую очередь.

– Мы просто бросим их на произвол судьбы?– удивился тем временем Генрих.

– Мы обещали им защиту только против внутренних проблем и гарантию нашей помощи в случае войны между ними, юный воин,– ответил Демон Гнева.– В отношения нападения иноземцев никаких гарантий мы не давали. Конечно, если они обратятся за помощью – мы её окажем.

– И тем самым укажите на их неспособность справлять с вызовами без вашей помощи,– прозорливо заметила Эллейн, а затем добавила:– Но это ведь не единственная причина, верно? После случившегося с Арвиль вам не слишком хочется сражаться, так ведь?

– Ха-аха-ах,– хихикнул Таклисс.– Конечно, хочется. Убивать, разрушать – это наша отрада, высшее наслаждение, которое смертным не понять, но…

– Мы осознаём насколько это деструктивно,– кивнул уже я.– Мы были бы рады лично всех уничтожить, но сейчас это и в самом деле опасно, при том для всех. Шанс впасть в безумие у Арвиль был не более десяти процентов, но срыв всё таки произошёл. Как итог – целый город был уничтожен. А если сразу трое или больше войдут в раж прямо во время боя? Кто нас сможет остановить? Правильно! Никто!

– Мы всё прекрасно осознаём риски,– равнодушно сказала Ольха, мерно ударяя пальцем по каменному столу.– Поэтому настоятельно рекомендую вам не участвовать в крупномасштабных сражениях, а вместо этого заняться следующим: Разведка, диверсии, убийства видных иноземцев и всё в таком духе. Не более. Все слышали? Не более.

Все тут же согласились. Даже Эллейн и её свита не стала возражать, увиденное в Аизаре потрясло их гораздо сильнее, чем нас, а заодно напомнило – насколько мы опасны для всего мира.

– Диверсии и убийства будут совершаться на территории метрополии и колонии?– осведомилась королева Таинственного Леса.– Если мы хотим завершить операцию успешно, не будет ли разумно устроить террор против их элиты? Уничтожение части феодалов и церковников в королевстве людей в своё время помогли вам закончить противостояние королевства и Храма. Только увеличим расклад, уверена – гибель правительства сразу нескольких ведущих государство охладил их пыль. Если только,– она откинулась назад и закинула ногу на ногу.– Вы же не планируете затянуть войну ради укрепления собственной власти?

Наглая, наглая, но проницательная полукровка.

– Разумеется, мы сделаем это,– кивнул Ревмарк.– Надеюсь, ты не будешь упрекать нас в злодеяниях и отсутствии морали?

Эллейн задумчиво накрутила прядь волос на палец:

– У меня нет такого права, всё-таки в своё время я разыграла нечто подобное, с вашей помощью, для усиления уже своей власти. Но мне интересно, а насколько успешна тактика террора против государств иноземцев?

На лице стоящего рядом с ней Генриха отразилась целая гамма эмоций. Этот чистоплюй не любил, когда его любимая вспоминала о своей тёмной стороне.

– Хороший вопрос, прекрасная Эллейн, – бархатно изрёк Папир.– Как правило, индивидуальный террор работает плохо, в большей части случаев он лишь сплачивает общество, делает его более монолитным однако всё дело в размере. Если мы буквально вырежем всё правительства и большую часть влиятельных людей, прямо во время совещания в их органе самоуправления, то, скорее всего, это приведёт к продолжительному хаосу. В то же время есть шанс, что общество сплотится вокруг уцелевших, всё-таки их культура нами плохо изучена. Так же не стоит забывать и тот факт, что мы плохо знакомы с географией иноземцев, да и с их территориями. Выслеживать наши цели будет… несколько труднее.

– Ты слишком канцелярски и много гришь,– коверкая слова, изрёк я.– Каковы успеха тактики террора? Пятьдесят на пятьдесят?

– Скорее три четверти в нашу пользу, грааааа!– признался Демон Гнева, издавая яростный рёв из-за секундного сбоя амулета.– Однако я предложу послать троих из нас с небольшим отрядом, на территорию колониальных владений иноземцев. Поднять там восстание будет просто, и это, вместе с тактикой террора на второй фазе нашей операции, заставит иноземцев убраться с нашей территории. На их примере мы проверим тактику террора. Надеюсь, никто не против подобной действий по этическим, нравственным и рациональным причинам? Нет? Тогда давайте проголосуем.

Разумеется, все проголосовали за утверждение плана военной кампании. Папир и Эллейн предложили наиболее адекватную тактику, о которой думал каждый из нас.

Военный совет затянулся, тем более орки и люди, как мы и ожидали, не захотели пересматривать первоначальный договор. Альфредо II рассчитывал сам победить, будучи уверенным в своей армии. Совет Империи Мощи думали аналогично. Они ограничились лишь просьбами о ресурсах и магах.

В который раз я удивляюсь высокомерию и недальновидности смертных. Хотя, положа руку на сердце, кое-какие шансы у них всё-таки есть.

– Следующая повестка касается душ,– объявила Ольха.– Поскольку мы на пороге большой войны дальше откладывать финальный эксперимент нецелесообразно.

– О чём это ты?– нахмурилась Эллейн.

– Пришло время узнать, как поглощение душ смертных влияет на нас,– кратко пояснил я.

Королева Таинственного Леса удивлённо вскинула бровь:

– Я думала вы сходите с ума от этого. Путаетесь в своих и чужих воспоминаниях, а затем ещё и копируете личность последней поглощённой души.

– Такое бывает, юная Эллейн,– сказала доселе молчавшая Кассандра. Её меньше других волновал внешний мир, всю свою энергию она пыталась концентрировать на исследованиях.– Риск огромен. Но мы желаем понять – а что нам даст поглощение души смертного? Получил ли мы только его энергию, знания и опыт? А может нечто большее? Ведь наша основа это дикие неразумные духи Хаоса, питающиеся как раз душами. Быть может, в истоках нашего происхождения кроется шанс полную стабилизацию! Я так хочу увидеть, пройти, почувствовать этот процесс…

– Или окончательное безумие,– заметил я, обрывая Демона Магии.– Мы долго избегали подобного, в том числе и по моральным соображениям. Но из-за грядущего вторжения иноземцев нам понадобится весь наш потенциал... Решим всё честно, Ольха, доставай соломинки. Будем тянуть.

– Чт… Что?– невнятно булькнула Эллейн, потрясенно смотря на нас.– Зачем это? Неужто нет ни одного добровольца?

–У нас их целых шесть,– ответила Ольха с едва заметной скукой и поставила на стол, заранее приготовленный, стакан с соломинками. Где она их нашла в Енотограде я так и не понял, на громадном расстояние тут лишь мёртвая земля и мертвецы..– К моему лёгкому удивлению каждый из них вызвался добровольцем. Даже Таклисс. От него я подобного вообще не ожидала.

– Ты не ожидала подобного, мелкая дура, потому что основой моего физического тела выступил гоблин, – презрительно фыркнул Демон Голода.– Считаешь их мелкими, бесполезными и тупыми. Это, знаешь ли, расизм!

– Мы оба знаем, что это объективная оценка гоблинской расы. Очередной неудачный эксперимент наших создателей. Единственные их преимущества – мощная скорость размножения и отличная выживаемость.

– Правда, но не распространяй отношение к народу на меня. Это оскорбительно и просто ужасно, кусок ты мертвого мяса!– возмутился гоблин и разразился длительной руганью.

– Хватит сотрясать воздух, дорогие друзья, у нашего друга Зентреба хотя бы есть оправдание, но вы-то куда? – укорил их Папир, молниеносно выбрасывая лапу и хватая соломинку.– Грр. Длинная.

Следующим выступил Нисерх и без проблем вытащил короткую. Я и остальные разочарованно заурчали.

– Поздравляю, Демон Конь,– равнодушно, но с толикой благосклонности кивнула Ольха.– Ты будешь объектом исследования, и через тебя мы сделаем ещё один шаг в бесконечном познании Вселенной!

Ого. Даже наше вечно равнодушное бревно испытывает толику нетерпения!

– Обидно,– Кассандра чуть поникла.– Хотела бы оказаться на твоём месте и провести величайший эксперимент с собой в главной роли! Нечто подобное было более тысячи лет назад… Завидую тебе, Нисерх!

– По крайней мере, в случае неудачи, мы не потеряем одного из двух специалистов по магии высочайшего класса,– резонно заметил Ревмарк.– Нам повезло.

Раздав последние указания, мы все, за исключением свиты Эллейн, направились на самые глубокие подземные этажи крепости Ольхи. Ступая по мраморным, покрывающимся льдом, плитам семь могучих монстров и два чудовища поменьше, двигались мимо камер, большая часть которых пустовала. Всё-таки просто держать захваченных иноземцев было глупо, гораздо эффективнее задействовать их на работах или и вовсе отдать на поглощение нашей маленькой псевдозомби.

– Зачем проводить этот “эксперимент” именно в подземелье? Не безопаснее это сделать подальше от вашей главной крепости? – осведомился принц-консорт, обеспокоенно озираясь.

Древние стены, до сих пор хранившие следы тысячелетней катастрофы, давили на полусмертного. Как и наше присутствие.

– Там находятся наиболее мощные барьеры,– успокоила его радостная Кассандра, в нетерпении потирая ладошки и даже чуть пританцовывая.– На случай если всё провалится, мы просто запрём объект и будем с удовольствием изучать! Я в таком предвкушение! Нетерпение! Ооо, дааа! Даа!

Демон Магии находилась в подобие экстаза и едва сдерживала эмоции. Хм. Неужели я столь же неприглядно выгляжу в таком же состояние?

– Меня уже даже по имени не называют!– Демон Конь ударил себя в грудь.– Однако, если я не переживу эксперимент, то сделайте в мою честь семьдесят три статуи! Поняли? А теперь… Где мой последний королевский обед?

– Скоро ты его получишь,– равнодушно произнесла Ольха, лёгким жестом заставляя большие каменные двери открыться.

Вот оно. Дно. Бездна. Провал.

Место нашего рождения.

Самая глубокая часть подземных помещений под крепостью не поражала размерами, всего несколько сотен шагов в диаметре, но вот вложенный в неё труд… Да, он бы мог поразить.

Выплавленные из металла, усиленные магией здесь находились семь испытательных камер. Белый мрамор, укреплённый металлом и магическим деревом, напитанный магией до предела и усиленный древними чарами. Когда то тут древние волшебники проводили наиболее опасные эксперименты, объектами которых выступали духи Хаоса. Именно они стали нашей основой.

В одной из камер валялся, словно мешок зерна, чернокожий смертный. Будущий обед Нисерха.

– Какая ностальгия, хе-хе-хе,– ухмыльнулся Такли и хозяйски осмотрелся.– В последний раз мы все тут были более тысячи лет. Сказал бы я о приятных воспоминаниях, вот только нихера не помню. Даже немного обидно.

– Тут не все мы,– менторски поправил его я.– Арвиль не с нами.

– И как я мог забывать о твоей зазнобе, с роскошными изумрудными волосами,– вновь хихикнул гоблин, срываясь тенью к одной из камер и тут же в неё заглядывая.– Чувствую себя как дома! Прямо как тысячу лет назад!

– Я закончила ремонт пять лет назад,– с толикой гордости, пробившейся сквозь вечное равнодушие, сообщила Ольха.– Стены смогут выдержать даже вас, одно из лучших моих творений!

– Наших творений,– чуть ревниво поправила её Кассадра.– Я помогала накладывать чары и лично чинила двери, они тоже выдержат любого из нас! Наверно только у Папира будет шанс… Наверно…

– В прошлый раз не выдержали,– нездорово хихикнул Таклисс, после чего забрался в камеру и закрыл за собой дверь.– А здесь уютно! Может, мне тут и правда остаться на несколько десятков лет?

На самом деле магия и чары внутри камер специально вводили нас в расслабленное состояние, заставляя Хаос в наших жилах течь более спокойно.

Этакое успокоительное.

– Какие же вы болтливые,– покачал головой Нисерх, заходя в камеру.– Давайте покончим с этим.

За всеми этими шуточками и разговорами, мы скрывали свою нервозность. Ведь мы отправляли одного из своих сородичей практически на верное забвение…

Это вызывало… дискомфорт. Страх

Новые ощущения. В какой-то мере – приятные.

В полной тишине дверь испытательной камеры захлопнулась и Демон Конь тут же направился к лежащему без сознания смертному. Один рывок и шея несчастного хрустнула, тело безвольно повисло. А затем Нисерх широко раскрыл пасть и вонзил клыки в плоть смертного, поглощая нечто неосязаемое.

Эмоции. Желания. Память. Саму суть. Душу.

После чего застыл словно изваяние.

– Мне это не нравится,– признался я, и остальные Арбитры, кроме Ольхи, Эллейн и Генриха, согласно кивнули.– Это окончательная смерть, жестоко лишать смертных посмертия.

– Смотрите на мир проще,– равнодушно молвила маленькая зомби, знавшая наши сомнения.– Вы не уничтожаете их полностью, а делаете частью себя, а остатки их души всё таки уходят на иной план. А значит, они продолжают жить внутри вас, их желания, мечты и прочая несущественная чушь. Мне непонятны ваши колебания в этом вопросе.

– Мы стремимся сохранить некое подобие человечности!– чуть грустно выкрикнул Таклис, до сих пор сидевший в камере.– А это ещё один шаг к её полной утрате и становлению безумными монстрами… Полными чудовищами, которыми и задумали нас наши создатели.

– Как древним магам вообще пришло в голову создать таких чуд… Таких созданий как вы?– с отвращением спросила Эллейн.– Я даже не о моральной стороне вопроса, а о контроле вас. Как они надеялись направлять столь безумных и мощных чудовищ?

– Изначально проект назывался “Доспех Знаний”,– произнесла Ольха, проверяя системы защиты.– Главной целью являлась возможность передачи знаний и создание искусственных магов, поэтому использовались духи из измерения Хаоса. В плане развития способностей им не было равных, пытаясь пожрать душу объекта поглощения, они заодно заражали остальных энергией Хаоса, тем самым порождая новых носителей магии. Данная особенность приглянулась магам и они стали работать в этом направлении, ведь их государство страдало из-за социального конфликта. Маги на вершине общества, а все остальные – рабы. Но что делать носителю дара, когда его потомки подобным уже не обладают? Такие занимали промежуточные должности, не вершина, однако и не дно. Вот только их становилось всё больше и больше, да и маги из рабов так же приносили проблемы. Элита древних боялась, что их потомки потеряют власть и всегда искали разные способы передать магию своим неимущим потомкам.

Симулировав разочарованно-равнодушный вздох, она продолжила:

– Они ошиблись в расчётах. Полученные существа могли передавать магию, но цена этого оказалась велика – потеря души. Словно доспех они облачали душу использующего их существа, даруя невероятные силу, однако эта же сила буквально разрушала суть пользователя, а затем поглощая его суть. Словно желудочная кислота. Даже побочные эффекты ужасали: уродство, неконтролируемые вспышки ярости, безумие, сокращение времени жизни, даже после недолгого использования.

– Учитывая мой опыт, сомневаюсь в искренности твоих слов, нежить,– заметил Генрих.– Я чувствую себя превосходно и здоровее чем когда-либо.

– Как и я,– поддержала его Эллейн.

– Исключение,– отмахнулась зомби.– Демон Таинственного Леса, ты изначально была полумагическим существом, гибридом плоти и волшебства. Лишь поэтому смогла перенести часть мощи Зентреба столь легко, иное создание было бы пережёвано, сплющено и собранно заново в нечто отвратительное. Или же просто бы взорвалось. А вот королева Эллейн… В ней магия Хаоса и Природы была относительно уравновешена, а поскольку Генриха обратила ты – ему достался стабильный Хаос, конечно, в той мере в какой эта энергия вообще может быть стабильной.

– Поэтому мы были бы рады получить твоё тело или тела тебе подобных,– быстро заявила Кассандра, отвлекаясь от наблюдения за экспериментом.– Если наш сегодняшний опыт пройдёт успешно, все мы будем рады сменить тела на более устойчивые к Хаосу.

– Подобных мне нет, и феи так просто не пойдут на их создание,– заявила полуэльфийка, отводя взор.

Конечно, если мы будем более устойчивы к магии Природы, то важность Таинственного Леса снизится, а значит – упадёт и ценность самой Эллейн.

Ей не хотелось терять это преимущество. Да и духам Леса тоже. В конце-концов если в них пропадёт надобность, а эксперимент пройдёт успешно мы сможем просто их сожрать.

– Обсудим этот вопрос позже,– примирительно сказал я, смотря на мирно стоящего Демона Коня.– Ольха, будь любезна, продолжи рассказ.

– Я почти закончила краткий экскурс в историю. Когда поняли неудачу проекта, то стали искать альтернативное применение. Небольшие опыты показали ваш высокий боевой потенциал, даже слишком высокий. Кроме того, как это не удивительно, у всех семерых обнаружились свои особенности. Вскоре вам удалось привить так называемую жажду крови, с добавлением удовольствия от убийства и разрушения, а затем случился так называемый “Гнев Богов”, на деле неполадка центрального портала, вызвавшая поток энергии Хаоса и Смерти, в ходе которого почти все маги и большая часть смертных умерли. А самое великое оружия Магической Республики, точнее, просто Республики, оказалось предоставлено само себе. Поглощая души древних волшебников, вы приобретали и их опыт, знания, однако пока находились в одном теле не могли обрести разум из-за слишком высокой нестабильности. Захватив же индивидуальные тела, и избавившись от части своей мощи, вы смогли стабилизироваться и даже обрели разум. И сейчас мы узнаем, была ли это случайность, вызванная удачно сложившимся пазлом душ смертных, или же закономерность. Ведь, судя по моим наблюдениям, Нисерх закончил поглощения души.

Как по команде все мы обратили внимание на Демона Коня. Кассандра и вовсе подбежала к камере вплотную и прильнула к хрусталю, пытаясь рассмотреть нашего товарища как можно лучше.

Он изменился, теперь напоминал обычного, хоть и довольно высокого иноземца.

Медленно поднявшись, он неторопливо направился к двери и пару раз ударил кулаком:

– Мой разум при мне… Более того, я помню всё, что помнил смертный по имени Косто. Каждое воспоминание. Каждую эмоция!

Он поглядел на свои мелко трясущиеся руки и добавил:

– Энергия извлечённая из одной души переполняет меня, но не мутит разум, словно Хаос! Тонизирует! Я чувствую каждого пленного в нашей крепости… Слышу их мысли и стремления! Каждого из них! Браться и сёстры, камрады! Мы воистину самые совершенные создания в этом, да и во всех мирах!

На лицах Генриха и Эллейн промелькнула тень беспокойства. Как и на наших мордах.

После недолгого молчания я констатировал:

– Он и в самом деле стабильный, хотя изменения в характере на морду. Похоже, поглотив иноземца он получил ещё и его чванство, пополам с высокомерием, а заодно привычный смертному набор слов. Небольшая цена за наш эксперимент. Тем более, если воспринимать его слова буквально, он приобрёл новую способность… Или же открыл старую. Занимательно. Весьма и весьма.

И в самом деле. Получим ли мы новые силы, если будем поглощать души? Или же наши текущие особенности просто изменятся?

– Посмотрим после моих тестов,– тут же подключилась Кассандра, открывая каменные двери, позволяя Нисерху выйти.

Демон Конь… Нет. Демон Разум успешно завершил столь важный эксперимент и открыл ещё одну грань нашего могущества. И создал соблазн. Что же для нас будет важнее? Могущество– столько необходимое для начавшейся войны, или же человечность – столь нужная правителю.

Я чуть улыбнулся от собственных мыслей.

Забавный выбор для нас. Очень, хахахаха, забавный.

***

Леденящий душу холод коснулся нежной кожи Эллейн, спустя секунду он сменился на всепожирающий голод, а через мгновение пришла дикая ярость.

Любого другого смертного подобное давно свело бы с ума, но только не королеву Таинственного Леса. Она давно привыкла к перепадам эмоций из-за присутствия древних демонов, даже стала ощущать подобие извращённого удовольствия от круговорота эмоций.

Даже к присутствию древних безумных монстров, как оказалось можно привыкнуть. И к их странностям.

Несколько из них находились, как рядом с ней и вели светскую беседу, попутно играя на музыкальных инструментах посреди большого зала на импровизированной сцене. Бывший Демон Конь, а ныне Демон Разума испытывал свои новые способности, заставляя пленных иноземцев танцевать уже второй час. Бедняги буквально валились с ног, из их глаз текли слёзы, они охрипли от криков…Но всё равно продолжали неистово отплясывать под музыкальное сопровождение. У стен же, словно бледные тени, стояли ожившие скелеты, рабочая сила покорная воли жуткой Ольхи.

– Война. Война – наша суть,– вещал Зентреб, аккуратно играя на скрипке. – Она, как и мы, создание смертных. Вот только мало кто из них вникает в неё на самом деле. В своём невежестве люди, эльфы, гномы и прочие внушили сами себе мысль, будто понимают её. Знают. Это ложь.

– Лорд Зентреб, я не улавливаю вашей мысли,– тщательно подбирая слова, произнесла Эллейн.– К чему ваши глубокомысленные и мудрые рассуждения?

Папир, ритмично ударяя по барабанам, пояснил мысли собрата:

– Затем, юная дщерь Джеллу, что сейчас ты можешь зреть материальное подтверждение. Обладаю огромными армиями, они направляют столь малые силы в свои колонизаторские походы. ГРААААА… ШРАРАРАРРА. Кхм.Кхм. Прошу простить, коллеги. На чём я остановился? Ах да. Глупые, глупые смертные!

– Мы живём не в вакууме, Арбитры,– рассудительно заметил Генрих, неодобрительно смотря на происходящее.– Как вы и сами сказали – мы не серьёзные противники с их точки зрения. Значит, против нас можно выделить малые войска, а остальные останутся на случай вторжения иных стран. Ведь между иноземцами тоже непростые отношения. Очень непростые, если конечно сведенья верны.

– Ха-ха-ха,– отчётливо сказал ледяной монстр.– Не считай нас умственно отсталыми, рыцарь. Мы прекрасно понимаем эти довоны… Доводы. Вот только на деле все они – тлен. Пустота. Иноземцы просто не хотят тратить большое количество денег и напрягать общество, ведь в нём самом не простая социальная обстановка. Я уж молчу про их экономику. Её основа это стремление получить большую прибыль при минимальном вложение средств, а привыкнув к неорганизованности иных народов, они и послали против нас лишь относительно небольшие экспедиционные корпуса… Игнорируя прошлые неудачи.

– В этот раз эти угольки поплатятся сторицей за собственное тупое высокомерие,– противно изрёк Демон Голода, играя на небольшой балалайке.– Видимо в этот раз я даже пообедаю их душами. Быть может, хоть они утолят мой вечный голод! А ещё… А… Трухлявое дерево! Папир! Ты не попадаешь в такт! Не рушь мелодию! Да какого!

Очередной удар изрядно увлёкшегося Демона Гнева просто порвал шкуры барабанов. Остальные двое демонов с сожалением отложили свои музыкальные инструменты, Нисерх освободил иноземцев от ментального влияния. Бедные чернокожие тут же рухнули с протяжными стонами на пол.

Эллейн постаралась успокоить Арбитров, явно расстроенных прекращением концерта:

– У вас всё равно плохо получалось, полное отсутствие слуха и умения попадать в такт. Слегка лучше, чем у смертных, но не более того.

– Благодарю за критику, Эллейн. Ты всё больше и больше напоминаешь Демона Природы. Видимо отсутствие такта – общий порок свойственный всем эльфам, – внимательно посмотрел на неё Зентреб, после чего перевёл взгляд на иноземцев и сказал:– Верните пленных в камеры.

От тёмных стен молниеносно отделились белые скелеты. Словно платиновые тени они, с неожиданной для Эллейн скоростью, двинулись к пленным, схватили их и потащили прочь из зала. Делали они это удивительно небрежно, кого-то тащили за ногу, кого-то за руку или шиворот, а наиболее невезучих за голову. Одного и вовсе за волосы.

– Мне кажется, они исчерпали свою ценность,– зевнул Таклисс, бросая неодобрительный взгляд на происходящее.– Но это не повод так с ними обращаться. Слушай мою команду, тупая нежить! Тащите их осторожно! Да не так! Поднимите их! Во! Уже лучше.

Эллейн и Генрих с отвращением смотрели на происходящее. Новая магия Нисерха вызывала у них страх и волнение, ведь теперь он мог управлять простыми людьми, а быть может даже изменять их память! Мощное оружие для влияния.

Хотя, странно, что его талант открылся только сейчас… Даже подозрительно.

– В этом нет ничего странного,– лениво ответил Зентреб, после заданного вслух вопроса.– Последний, кого поглотил Нисерх, был одноимённый кентавр, а эта раса относятся к гибридам, созданными древними магами. Смесь коня и человека, в результате поглощения особенность магии дала сбой и он мог контролировать только коней. Или,– демон чуть показал клыки.– он тщательно скрывал свою особенность, а сейчас вот решил раскрыть по некой причине.

– Почему вообще за эти десять лет вы не поглощали души?– осведомился Генрих.

Ледяной Демон комично и показательно закатил глаза:

– Мне обязательно отвечать на такой простой вопрос? Видимо, да.– мановением лапы он сотворил два десятки фигур различной формы и сложил в сложную фигуру напоминающую гриб.– Представь, смертный, что это наш разум. Он состоит из обрывков поглощённых нами душ, их воспоминаний, чаяний, надежд и стремлений! Конструкция сложная, а затем мы добавляем ещё один,– в доказательства своих слов он создал ещё одну фигуру и положил на верхушку. Спустя секунду вся конструкция рухнула.– Видишь? Именно этого мы и боялись. И до сих пор боимся! Обрушения и невозможности воссоздать. Потеря разума – та же смерть и если люди, или эльфы, теряют от нескольких десятков лет до сотен, то мы же утрачиваем вечность. Более того! Мы бы не просто умерли, о нет-нет-нет. Мы бы потеряли контроль и вновь начали бы сейчас разрушение и хаос. Стирать в пыль целые города! Перекраивать лик нашего несчастного материка! Да что там континента! Всего мира!

Если бы это сказал кто-то другой, то никто бы не воспринял подобные заявления всерьез, но к словам Ледяного Демона точно стоило прислушаться. Особенно когда он не вёл себя, как умственно отсталый шут.

Эллейн вспомнила масштаб разрушения устроенной одной только Арвиль и внутренне содрогнулась в очередной раз. Да, все семеро демонов это прямо как иноземное оружие. Как оно там называлось? Бомбы. Арбитры являлись бомбами замедленного действия и непонятно было когда они взорвутся.

Королева Таинственного Леса надеялась оказаться подальше от них в этот момент.

– Подобное развитие событий было бы крайне… Нежелательно,– произнесла Эллейн, с тревогой смотря на окружающих её монстров.

– Именно,– кивнул Зентреб, возле которого пол уже покрывал внушительный кусок льда.– А поскольку твоя территория источник столь нужной нам магии, я вернусь с тобой и лично займусь защитой. Проконтролирую выздоровление Демона Природы, а в случае чего – остановлю её ещё раз.

– Разумеется, Арбитр Зентреб,– чуть недовольно ответила королева Таинственного Леса. Стоящий рядом Генрих чуть поморщился.

Конечно, они не слишком желали присутствия древнего монстра в Таинственном Лесу, но отказ в данном случае не предполагался. Когда дело касалось Демона Природы – Зентреб становился удивительно неуступчивым, раздражительным и серьёзным. Никаких шуток, легкомысленного поведения, расшаркивания и расслабленности.

Срыв Арвиль и её последующее заключение ударили по нему явно сильнее, чем он сам осознавал.

– Состав экспедиции Нисерх, Таклисс и... Кассандра,– изрёк тем временем Папир, активирую карту мира и показывая их цель.

Кассандра тут же закатила глаза, но не стала устраивать истерику. Ей очень сильно не хотелось покидать лабораторию, но спорить она не стала, поскольку доверяла тактике Демона Гнева. Хоть он и выглядел сумасшедшим зверем, но на деле обладал острым умом, а в плане воинского искусства и вовсе был лучшим из всей восьмёрки. Этакий сплав могущественного воина и блестящего полководца, по крайней мере в плане тактики и стратегии.

– Вашей целью будет Эсторская Республика,– продолжил он.– Там находятся значительная группировка иноземцев, что покоряет местных, на них мы и проверим нашу тактику террора и внезапных удаов. Помните! В случае успеха есть шанс, что Хайратская Империя погрузится в небольшой политический кризис. Это проистекает из следующего: Вся это экспедиция была идеей одной из фракции, которая сейчас обладает большинством в совете пяти сотен золотых поясов. Поражение подорвёт из позиции, и станет тем камешком, что обрушит их правительство. Однако будьте предельно осторожны, сородичи! Если вы потеряете контроль, то вытащить вас оттуда в ближайшие недели, а то и месяцы, мы вас не сможем.

– Мы помним,– кивнул Нисерх.

– Может стоит мне направиться к ним и всё таки вырезать всех их?– неуверенно спросил Таклисс, доставая револьвер и крутя его на когте.

– Я размышлял об этом,– кивнул Демон Гнева.– Без сомнения, тогда мы обрушим их политическую систему, однако в таком случае остальные страны сменят отношения к нам, примут меры безопасности и прочее-прочее. Поэтому будем действовать более тонко, а сокрушающий удар проведём несколько позже, когда все мы будет в лучшей форме. Нам нужна будет показательная победа, доказательства непреодолимости нашей мощи. Ещё одна причина почему в Эсторской Республики постарайтесь действовать из тени, хотя зная ваш темперамент я более чем уверен в грядущей кровавой бойне.

Эллейн про себя кивнула, соглашаясь с рассуждением монстра. Рукотворные орудия массового разрушения точно не смогут сдержать свои яростные страсти и пагубные желания.

– Остальное не так важно,– произнёс Зентреб, пока его сородич говорил.– Демон Таинственного Леса, принц-консорт Генрих, пора нам вернуться в Таинственный Лес. Мне не терпится проверить Арвиль.

Бросив взгляд на остальных монстров королева эльфов кивнули и зябко повела плечами, герольд тут же отреагировал и накинул на её плечи плащ, вызвав улыбку и благодарный кивок.

Глава XVI Прибытие

– Узрите, тупицы! Пред вами земля бывшая, когда-то Эсторской Республикой!– жизнерадостно объявил Нисерх, когда тройка Арбитров вступила на твёрдую землю.

Остальные двое ответили мрачными взглядами. Кассандра вообще не хотела участвовать в этой экспедиции, но кроме неё никого и не осталось. Арвиль отдыхала в тюрьме, Папир был нужен на войне, Ревмарк управлял Ледяными Садами, а Зентреб защищал Таинственный Лес. Пришлось отправляться Демону Магии, тем более её таланты могли пригодиться.

Таклисс же просто тяжко пережил путешествие, с трудом сдерживая желание вырезать команду корабля Попутный Ветер. Захваченное ещё несколько лет назад судно верно служило бессмертным демонам. Управляемое блестяще обученным экипажем оно легко выполнило трудную миссию по доставке трёх Арбитров на соседний континент.

Правда, основную опасность для корабля представляли сами демоны, в приступе ярости, или даже плохого настроения, они элементарно могли разорвать команду на части. Да и само судно тоже. Тем более в этот раз их было сразу трое.

– Выглядит неприглядно,– заметил Нисерх, созерцая бескрайний ковёр зелёных джунглей до самого горизонта. Позади демонов несколько десятков разумных разбивали временный лагерь на руинах небольшой деревушки, заодно они искали выживших.

Корабль же разворачивался и направлялся обратно на север за следующей партией необходимых демонам вещей, в частности зелий на основе магии Природы.

– Я не хочу тут быть… Хочу вернуться в лабораторию…– бубнила Кассандра, кутаясь в плащ и с неприязнью осматриваясь.

– Не ной,– бросил Демон Разума, уже забывший о трудностях и с удовольствием вдыхавший солёных воздух.– Тебе полезно выбираться наружу.

– Этот черномазый верно грит,– хмыкнул Таклисс, протирая револьвер и пиная труп чернокожего солдата. Бедняга вернулся заняться мародёрством и пал от меткого выстрела Демона Голода, а его душа перекочевала в клинок.– Свежий воздух, новые впечатления и резня, устроенная даже не нами, – всё это подарит тебе вдохновение!

Кассандра глянула на них с лёгкой долей неприязни и двинулась в сторону джунглей, стремясь покинуть разрушенную деревушку. Таклисс увязался за ней, а Нисерх чуть задержался, раздавая последние указания командирам небольшого отряда. Икатрия и Архилох слушали с почтение, а вот, Пит Кельдор и Лилит, вампиры из Пронта, внимали с тщательно скрываемым страхом и скукой. Согласно плану, они обустраивали лагерь у побережья, а тройка демонов отправлялась на разведку и исследования.

Рисковать смертными в неизвестном им крае Арбитры не собирались, даже не потому что тут была война, вовсе нет. Причина крылась в другом климате и неизвестных болезнях. Самим демонам ничего подобного не угрожало, а вот их подопечным ещё как. Уже сейчас многие из них особо сильно потели и тяжело дышали, а история чужеземцев подтверждала выводы демонов. Большая часть потерь в войнах и колониальных экспедициях приходилась не на сражения, а на болезни, особенно пока медицина оставалась неразвитой. Иронично.

Так что в течение следующей недели, пока бессмертные демоны занимались разведкой, их слуги просто обустраивали базу для операций.

Тем более, мало кто из них мог хотя бы отчасти сойти за цивилизованных людей, а значит и отношение к ним будет соответственно-негативным.

Может местные и сражались с Хайратской Империей, но их идеология и мировоззрение было схожим.

И сейчас по разоренной земле, в серебряном свете двух лун, двигались три зловещие тёмные тени. Животные, птицы и насекомые при их приближении либо в страхе затихали, пытаясь прикинуться мертвыми или в дикой панике убегали, растения же просто засыхали, не выдерживая зловещей ауры Демона Голода.

Смертоносные для людей джунгли ничего не могли противопоставить тройке чудищ.

Хотя они и не торопились, с интересом изучая иной континент. Флора, фауна, архитектура, особенности населения и прочее вызывали у монстров любопытство.

Местные смертные поразительно отличались от привычных, но в тоже время и походили. Демоны находили такое положение дел забавным. Иной народ, культура и мировоззрение, однако суть… Суть вся та же.

– Неплохо, неплохо,– промурлыкал Нисерх, когда тройка демонов остановилась в зажиточном селе под названием “ Пальма”. Несмотря на окружении джунглями, уголок цивилизации держался достойно, здания из обожженного кирпича стойко выдерживали периодические ливни и прочую непогоду.

Местные встретили бредущих демонов настороженно… В основном потому что они явились почти без оружия и это в краю где идёт война, а фауна и флора смертельно опасны. Хотя внешний вид тоже поражал. Когда из джунглей выходит одетый в деловой костюм джентльмен, прекрасная леди в дорогом платье и карлик в каком-то рванье… Тут трудно не произвести двоякое впечатление.

Тем не менее, остаться на ночь они разрешили и даже расположили прибывших в доме старосты. Крепкий чернокожий мужичок лет сорока смотрел на них настороженно, но в то же время и с интересом. В основном потому что тройка демонов расплатилась серебром за гостеприимство.

– Деньги решают всё,– скучающе произнесла Кассандра на языке древних магов, с интересом изучая небольшую библиотеку хозяина дома. Сам он топтался рядом, и с лёгкой нервозностью следил за гостями. Домочадцы же ушли из дома на какое-то праздничное мероприятие.

Вроде бы праздник Обновления, символизирующий начало нового цикла в природе и приуроченное к окончанию посевного сезона. А поскольку деревня жила за счёт сельского хозяйства подобные мероприятия были для них важны.

Выращивали они в основном рис, не самая привычная для них культура, но колонизаторы приспособились.

Таклисс чуть усмехнулся и рассеяно ответил на местном языке:

– Делаю ставку – местные куски мяса попытаются нас ограбить.

– Я слышу их мысли,– столь же рассеянно ответил Ревмарк на местном языке. – Они нервничают и боятся. Тщетно надеются на лучшее будущее для себя и своих детей.

Переход через смертельно опасные джунгли до предела расслабил их обоих.

– Боятся? А чё так? Эти угольки хотят продать нас в рабство?

– Нет… Вовсе нет, Токсичный Таклисс. У них в селе засели местные партизаны, и вот местный люд боится, что мы узнаем об этом и сдадим их захватчикам. Глупцы принимают за гостей из метрополии, жадных путешественников и авантюристов, ведь война привлекла многих.

– Партизаны? Здесь? Какого червя они не ушли в джунгли?

Демон Разума задумался, погрузился в потоки магии, а затем изрёк:

– Их сильно потрепало недавно, и они залечивают раны, уповая на местных. Правильно уповают. Они ненавидят захватчиков и желают помочь повстанцам, некоторые сейчас даже обсуждают – а не при копать ли нам этих чужак… Кассандра, что ты делаешь?

Пока Демон Голода и Демон Разума обсуждали ситуацию, их попутчица методично вырезала когтем какую-то схему на книжном шкафу когтем, под ошалелый взор хозяина. Хотя его взгляд был ошалелом уже в тот момент, когда демоны завели разговор о партизанах, а последующие и вовсе выбило его из колеи.

Не каждый день увидишь, как изящная ручка красивой леди обращается в не менее изящную лапку и начинает прямо на дереве выводить чуждую, но такую органичную схему.

– Я просто хочу домой! В родную лабораторию!– вновь разнылась Кассандра.– А не находиться в вашем обществе на краю земли!

– По крайней мере, первичные симптомы её приступа не агрессия,– заметил Таклисс.– Но… Хватит ныть, тупая курица! Ты древнее оружие массового разрушения или маленькая девочка? И вообще, ты нас демаскируешь! Как можно быть настолько…небрежной!

–Конечно- конечно, я всё понимаю,– с насмешкой протянула Кассандра, мигом прекращая ныть.– Но почему вы говорите на местном языке? Теперь наш гостеприимный хозяин,– лёгкий кивок в сторону потеющего местного.– пошлёт кого-то из своих малолетних отпрысков сообщить о ваших планах. А стоп. Они же все ушли праздновать… Ну значит попытается сам тихо нас покинуть и привести местных мужиков. Так что не вам обвинять меня в демаскировке! Видят древние, прогулка через джунгли явно плохо прочистила ваши маленькие мозги!

Оба других демона чуть смутились, ведь они в своём высокомерие просто забыли о реакции смертного на их крамольный разговор.

– Теперь я чувствую себя вами всеми,– поник Таклисс, доставая револьвер. – Тупым болваном. Стоит ли нам всех перебить?

– Для начала может тебе бы всё-таки стоило перейти на иной язык? – осведомился Нисерх на наречие древних магов. – А разобраться со смертным мы можем и без этого. Полагаю, я смогу изменить его воспоминания… Да. Точно смогу,– в доказательство своих слов он заставил старосту помахать руками, попрыгать и сделать мостик.– Или просто оставим их всех и пойдём дальше?

– Нет. Я не хочу! И не могу, – вновь заартачила Кассандра.– Я ссеейчас слишком нестабильна, мне нужно расслабиться и почитать! А если попаду в большой город – устрою резню! И в джунглях тоооже!

– В джунглях нет людей, – заметил Демон Разума, проникая между тем в голову смертного и стирая недавние воспоминания и отправляя его делать чай. – Там можно переждать твои проблемы…

– Честно говоря, я бы взял Арвиль вместо тебя,– хмыкнул Таклисс.– Но у неё поехала кукуха, даже больше чем у тебя, заучка. И теперь она в санатории спокойно отдыхает. Или подыхает от бед с собственной башкой. Для нас это одно и то же в принципе.

– Санаторий? С каких пор заключение им является? Её же засунули в тщательную защищённуууююю подземную тюрьму!

– Для нас это санаторий, тупая эмоционально нестабильная курица! Пока мы тут трудимся в поте морды, Арвиль, эта сучковатая доска, просто сидит и флиртует с Зентбребом, который якобы следит за коровой Эллейн! И прекращай уже растягивать звуки! Меня это раздражает.

– Их попытки изображать из себя смертных слегка утомляет,– кивнул Нисерх, заканчивая рыться в голове у местного и отправляя его в другую комнату готовить чай.– Но это их личное дело. Предлагаю вам пройтись по деревеньке и немного расслабиться. Попейте эмоции людей, они должны будут вас слегка успокоить, а я пока пороюсь в голове нашего гостеприимного хозяина, чтобы чуть-чуть лучше вникнуть в местные дела. Постарайтесь никого не убить. Мы же всё таки цивилизованные монстры.

Помедлив секунду, Кассандра кивнула. Изучение местного общества могли ей помочь преодолеть срыв. Да и это просто интереснее, чем сидеть в доме и следить за препарированием разума очередного смертного. Или чем там Нисерх собирался заняться?

– Не сломай этого уголька,– сказал Таклисс.– Всё-таки он поступил благородно, пустив троих странников в свой убогий домишко. Мог ведь оставить скитаться в джунглях, а то и вовсе прикопать, словно никчёмный мусор, которым двое из нашего отряда и являются.

Нисерх хохотнул, не обращая внимания на грубость Демона Голода.

– Конечно. Я не настолько жесток. Быть может, даже исцелю его от психологических травм и комплексов.

Кассандра тем временем уже вышла и Таклисс, злобно ругаясь, последовал за ней.

– Ваш чай, господин.– доложил подошедший хозяин дома, опуская на стол поднос и смотря на Демона Разума пустыми глазами.

– Благодарю, смертный. Садись и расслабься, ведь твоя семья празднует, а значит не сможет нам помешать... Хотя они бы и так не смогли. Сейчас мы будем познавать твой глубокий внутренний мир.

***

Кассандра шла по центральной деревенской улице и с интересом осматривалась, благо ночной мрак не был ей преградой. Конечно, она ознакомилась в своё время с докладами уже побывавших в колониях и метрополиях демонах, даже разделила кое-какие воспоминаниях, но видеть своими глазами – совсем другое дело!

Тем более они попали аккурат на начало какого-то местного праздника, поэтому даже поздней ночью людей было множество!

Экономический уклад, тонкости взаимоотношений, культурные традиции и верования! Новые знания и активный процесс изучения позволял Демону Магии отодвинуть свой срыв на задний план. Загнать жажду крови подальше, подавив страстью к познанию.

Таклисс же, шедший за ней, откровенно скучал. Закинув за голову руки и насвистывая мелодию, он не видел больших различий между этими землями и родными. Конечно, культура, быт, верования и прочее отличались, но не более того.

– Удивительно! Но у них крайне слабая централизация!– говорила тем временем Кассандра.– Правительство мало контролирует действия регионов! Но при этом нет феодалов, а власть строится на выборной системе, правда с ограничением в виде и ущественного ценза. О, а это я возьму!

– Конечно, безумная исследовательница,– хмыкнул Таклисс, неодобрительно смотря, как его спутница покупает соломенную шляпу у местной крестьянки, возле небольшой лавки. На одну серебряную монету можно было купить гораздо больше! Тем более что местные предпочитали бумажные деньги.

Вот только Кассандра никогда не придала большого значения финансам. Да в общем-то почти все из Арбитров не ценили их, чем опять же вызывали неприятие Таклисса.

Иногда он даже жалел, что не может засунуть своих сородичей в тела бедняков и заставить на себе прочувствовать все тяготы жизни.

– То есть, даже не смотря на промышленный прогресс, ваша цивилизация сохраняет веру в религию?– зажав в угол местного священника, а по совместительству и учителя, спросила Демон Магии. Тому даже явно льстило внимание богатой и красивой путешественницы, хотя она и вызывала какой-то инстинктивный страх.

– Технический прогресс не отменяет веру в бога!– важно отвечал он.– Да и большинство новых научных теорий – всего лишь теории. Разум должен дополнять веру и помогать открывать тайны божьи!

– И тупая курица ввязалась в теологический спор. Почему она не может себя тихо вести? – осуждающее покачал головой Таклисс, благодушно пиная какого-то пьяного селянина, который минуту назад налетел на гоблина.

– Не надо пинать людей! – возмущённо произнесла какая-то юная девчушка лет семнадцати, помогая бедняге подняться. – Это плохо!

– Пошла прочь, муха, – столь же благодушно ответил демон. – Он толкнул меня, я толкнул его в ответ. И ему повезло, ведь он даже голову сохранил.

– В День Дингаана следует терпимее относиться к людям, – поучительно произнесла девушка, поднятый её мужик пьяно икнул, невнятно пробурчал слова благодарности и пошёл дальше.

– День Дингаана, – хмыкнул Таклисс, чуть внимательнее смотря на собеседницу.– Занятное событие, какой там у вас год, по вашей хронологии?

– Дядя… Ты же в стельку пьян, да? – теперь она уже смотрела на Демона Голода с лёгкой жалостью. – Горячка, да? Сейчас две тысячи триста сорок шестой год. Ты бы, ну не знаю, шёл бы домой…Хотя я раньше тебя тут не видела. Приезжий, да?

– Приезжий, приезжий. Ненадолго заглянул в вашу кровавую помойку, охваченную войной.

– Эй, не мог бы ты хотя бы в День Дингаана не говорить о войне?! Это день примирения!

– Да. Знаю. Пятьсот три года назад два лорда будущей Хайратской Империи прекратили вражду, расколовшую государство на двадцать лет тяжёлой гражданской войны… А вы теперь, будучи колонизаторами из этой самой Империи празднуете их праздник. Другое название День Обновления.

– Это традиция, грубиян. – фыркнула девчонка, отворачиваясь и идя дальше.

– Достаёшь местных. – констатировала Демон Магии, успевшая разобраться со священником.

– Немного, курица. Если они переживут эту войну, то день победы станет для них новым государственным праздником. Ну и плевать! Время продолжить веселье.

Атмосфера умиротворения и радости посреди тяжёлого времени передалась даже бессмертным монстрам. Местная детвора даже подарила Демону Голода мелкую куклу, дабы тот её сжёг. Согласно верованиям местного люда это позволяла защититься от злых духов.

– Ну слава кому-то там,– проворчал Демон Голода сжигая её, под искренний смех Кассандры.– Теперь уж точно ночью не придут злые лоа и не сожрут меня. Как удачно-то!

– Нам удивительно везёт,– покивала Кассандра, тоже сжигая куклу.– Ведь теперь мы в безопасности на целый год от мистических созданий и нам будет благоволить удача!

– Судя по бедам этой земли – обряды им не слишком помогли. Вообще не помогли, откровенно говоря!

Местные тем временем перешли к активным пляскам и песням, а молодёжь проводила какие-то игрища, поэтому демоны незаметно переместились на крышу местной ратуши. В свете дух лун они внимательно наблюдали за праздником смертных, пляски, песни и подготовка фонарей с фейерверками.

Поглощая эманации веселья, счастья и прочего они пришли в благодушное настроение.

Почти.

– Они даже не понимают своей удачи,– задумчиво произнёс Таклисс, в коем веке не используя брань в каждом предложение.

– Как говорится – перед смертью не надышишься! Они подсознательно понимают, что их срок недолог, поэтому ощущения жизни для них так ярки. Тем болееее, идёт война, повсюду гуляет смеееерть близость которой придёт вкус жизни, как ничто другое!

Таклисс издал короткий смешок и отпил из деревянной чашки безвкусное для него пиво:

– И не поспоришь.

Переведя взгляд на усыпанное звёздами небо, Кассандра так же сделала глоток. Первые фонари начали запускаться в небо, а за ними последовали и фейерверки, украшая ночь разноцветными цветами.

– Завтра им придётся долго всё это убирать,– произнесла Демон Магии, внимательно наблюдая за смертными.

– Не порть момент, курица.

Глава XVII Культурный досуг монстров

Ровендур впечатлял. Сплав воедино культуры людей, эльфов и иноземцев он всё больше и больше напоминал кадавра, ведь изящные эльфийские деревья соседствовали с грубыми человеческими постройками и заводами. От самого города тянулись многочисленные железнодорожные ветви, цель которых — объединить страну и позволить ей сделать важный рывок. Словно вены от зарождающегося сердца.

Даже не знаю, по мне больше напоминает паразита, который требует громадных денежных вливаний, людских жертв и отравляет привычный мир.

Не думай так, дорогая Арвиль. Железные дороги в наш суровый век — двигатель прогресса. Развивая их, мы одновременно развиваем ряд иных отраслей. Горнодобывающую отрасль, машиностроительную, даже образование улучшается ради них, ведь нам нужны специалисты. Не хочется это признавать, но Эллейн быстрее нас поняла насколько это выгодно в перспективе.

В уме нашей травоядной коровке и правда не откажешь.

Приятный ветерок с примесью запаха леса и угля витал в воздухе, пока мы инкогнито прогуливались по пустынным улицам столицы в образе бродяги. Относительно пустынным, конечно же. По мостовой ступали эльфы и люди, в основном вторые, смеша по своим жалким делам.

Благо у нас выдалось немного свободного времени, поскольку королева Эллейн и принц-консорт Генрих не спали десяток дней подряд, судорожно собирая армию, дабы приготовиться к отражению удара иноземцев. Хотя пока ещё те действовали не особо акивно, предпочитая совершать небольшие десантные операции, разорять малые города у побережья и иногда проходя по рекам вглубь континента. Правда, не слишком далеко.

Война пока что ограничивалась небольшими стычками на крупной территории.

Пока что армии Эллейн удавалось успешно действовать лишь из засады, в открытом же бою, даже не смотря на магию и волшебных созданий Леса победу удавалось добыть редко.

Демон Таинственного Леса и её принц-консорт старались вникнуть в каждую мелочь и в результате просто свалились от усталости. Глупцы. Не следует себя перегружать.

— Срочные новости, Собрание приняло решение о переговорах с Погибелями об обмене Гибели Лесов!— донеслась до нас крики какого-то шкета, бежавшего недалеко и пытающегося продавать газеты прохожим.

Очередное новшество, введённое королевой Эллейн, и которой портило нашу прогулку по городу.

Не нас. Ты идёшь один, твёрдо ступая по грязным улицам жалкого города с нелепым названием Ровендур, населённым жалкими смертными.

Не будь занудной высокопарной расисткой, дорогая Арвиль. Ты зришь всё, что зрит мой правый глаз. Слышишь каждое слово, что слышу я. Даже мысли мои открыты пред тобой. Так что формально нас тут двое.

Это тавтология. И слишком много пафоса, даже для тебя, дорогой мой Зентреб.

Теперь я уже не очень рад, что Эллейн сняла защиту от телепатии с тюрьмы.

Мне почти обидно слышать это. Почти.

Поскольку мы находились относительно рядом, то могли легко обмениваться мыслями, благодаря нашей мистической связи, а магия Таинственного Леса и вовсе нивелировала ущерб.

Лепота.

Мысль, зрение, осязание, вкус и прочее. Интересно, сможет ли когда-нибудь наша связь дойти до принципа: Живёт один, живут и оба.

Мечты, мечты. Даже для нас подобное невозможно.

Хватит философски растекаться мыслями. Купи газету, мне нужно утолить мой информационный голод! Быстро!

Немного меди и желание Демона Природы оказалось выполнено, сам же малец радостно подпрыгнул. Традиционные монеты постепенно заменялись новыми бумажными, вот только жители Таинственного Леса не доверяли им.

Не слишком уместно причислять людей к обитателям Таинственного Леса!

Какая же ты сегодня зануда, дорогая Арвиль. Тем более у королевства Эллейн нет иного названия, ведь длинноухие ранее никогда не выходили в экспансию за пределы свой традиционный территории.

— Господин,— неожиданно обратился ко мне мальчонка, показывая бумажные деньги.— Может, махнёся? А то у нас редко принимают эти... Бумажки.

Пожав плечами я согласился, после чего счастливый мальчуган побежал продавать газеты, а мы направились дальше, собираясь найти какое-нибудь тихое местечко и выпить. Так сказать - совместить полезное и приятное.

Подходящее место нашлось быстро. Небольшой двухэтажный домик, откуда ощутимо несло выпивкой.

Заняв столик в почти пустом кабаке, благо был полдень, и прикупив немного выпивки, мы погрузились в чтение. Само собой основные новости мы и так знали, однако нас интересовала не сама информация...

А как она подаётся.

Грр. Это начинает раздражать.

Читай давай, а не ной!

Собрание с подачи мудрой королевы Эллейн приняло невероятное по своей сути решение! Вместо казни или вечным заключением было принято решение связаться с Погибелями дабы обсудить размер выкупа за Гибель Лесов, преступления которой невероятны! Разрушение и заражение Хаосом Аизара, убийство столь многих эльфов и людей... Однако с точки зрении королевы и её сторонников Погибели могут оказаться могучими союзниками, готовыми обрушить свою ярость на нечестивых иноземцев, что варварски атаковали Аизар. И это правильно, ведь зачем терять жизни эльфам и людям, если можно стравить чудовищ и захватчиков?

Милая статья. Эллейн и правда начала готовить общественное мнение к нашей реабилитации, хотя чему нам удивляться? После Аизара любые мысли о борьбе с нами должны были слететь, словно листья с осенних деревьев, с её головы.

У неё выбор не велик, с одной стороны опасные иноземцы, а с другой — мы. Разрушение Аизара ненароком напомнило ей о нашей истинной мощи.

Давай следующую статью, болтун.

Последняя мысль Демона Природы была наполнена... теплотой.

Следующая статья тоже касалась нас.

Аизар ожидает долгое восстановление. Более половины города разрушена до самого основания, а земля заражена ядом Погибелей. Большая часть жителей погибла, или стала чудовищами, а ведь это был удар лишь одной из семи Погибелей, при этом далеко не самой сильной! Что же случится если на нас ополчится Разлагающийся Убийца, Пурпурная Смерть, Безумный Зверь или Ледяной Демон? Весь Таинственный Лес может быть уничтожен или заражён демонической магией!

Почему они думают, будто я слабее тебя и остальных обормотов? Да, моя основная специальность это скрытое проникновение, но если рядом есть флора и фауна в достаточных количествах, или хотя бы их отголосок, мне по силам размазать любого из вас!

Что-то больно ты слишком нервная, дорогая Арвиль... Хотя нет, о чём это я? Перепады твоего настроения обычны.

Остальные статьи оказались малоинтересны, сообщалось о небольшом набеге кентавров, вспышки эпидемии Алой Смерти в Харросе, паре небольших волнений знати и крестьян.

Всё как обычно.

— Я тут подумал, а правильно ли мы поступаем?— задумчиво изрёк я, откладывая газету и беря бутылку вина, которую предусмотрительно принёс хозяин заведения и тут же забрал пару монет.

Зачем ты говоришь вслух? Для общения со мной хватит и мысли... А, поняла. Ты хочешь насладиться звуками своего голоса? Это не твоя особенность, а особенность нашей маленькой псевдозомби! Не копируй её!

— Я просидел в одиночной камере целый век, после такого разговоры якобы с самим собой — норма.

На тебя уже смотрят местная алкашня! Во имя лесов, не позорь наш вид... Да плевать на вид! Не позорь меня! Так что там с нашими поступками?

— Мы пытаемся развивать местное общество, потихоньку ломаем сословную систему, но что даём взамен? Неравенство основанное на имуществе, по сути копируя частично цивилизация наших создателей и этих... иноземцев. Не переливаем ли мы из пустого в порожное?

Что ты несёшь? Эта бутылка явно была лишней... Хотя стоп! Это первая же бутылка! Как ты умудрился напиться всего с одной?

— Я не пьян, любовь моя. Просто размышляю, правильной ли мы дорогой идём?

Если бы ты был трезв, то размышлять на эту тему даже бы не стал! Очевидно, что новый тип общества более прогрессивный и даёт больше шансов на успех, уже не для ограниченного круга лиц, а для всех. Не по праву рождения, а за счёт старания!

— Формально,— веско заметил я, опустошая бутылку окончательно.— Но на деле мы просто заменяем одну группу другой, ранее положение смертных зависело от происхождения, а теперь будет зависеть... Тоже от рождения, ведь богатство позволит дать лучшее образование и лучшее условия для жизни. Не слишком-то справедливо, да? По сути, мы меняем условно-родовую аристократию, на финансовую. Посмотри, так ли сильно отличается жизнь в иноземных государствах и тут? Мы копируем не только их систему, но и её пороки!

Мысли Арвиль приобрели озадаченный оттенок, и правда, а так ли по своей сути новое общество отличалось от старого. Если брать нюансы, то ещё как, а вот основа... Основа оставалась в целом той же.

Нам и правда есть о чём ещё поразмышлять.

— Могу присесть, милостивый господин?— осведомился крепкий человек, прерывая наш странный диалог. Судя по выправке — солдат. Лицо простое, веснушки. Редкая борода. На вид лет двадцать.

Дождавшись кивка, он аккуратно присел напротив, аккуратно опуская на стол бутылку вина и тяжёлую деревянную кружку.

— Видел вас одним, ну, пьющим в одиночку и решил подсесть, милостливый господин— объяснил он, знаком заказывая ещё вина.— Не дело это! Боги не одобрят, ну, такого. Нельзя пить в одиночку, не правильно это. Совсем это! Да уж и говорить с самим собой — тоже! Меня Дол кличат.

Судя по говору и простому имени, он точно из черни. Хотя не слишком старый, лет двадцать пять, кажись. При этом неплохо одет, видно выслужился в армии Эллейн, благо она представляла возможности социальной лестницы.

Двадцать три. Явно из простонородья. Серьёзных болезней нет, хотя скоро будет. Злоупотребляет вином.

А ещё он любит трепать языком. Всё это время он увлечённо рассказывал о своей жизни, хваля Эллейн за лучшую жизнь и храбрость.

— Когда мы, ну это, увидели Гниль Лесов, прям все портки обмачили,— доверительно говорил он, активно прикладываясь к бутылке.— Большая часть бежала, гаспада офицеры,— тут он вообще сплюнул.— из благародных так вообще всех впереди поскакали. А вот её Величество, даже не подумала! Даже не побаялась, ик, ну это, в самую гущу во главе небольшого отряда пойти! Выпьё за её храбрость! Слышите! Тост за королеву Эллейн! За Великую и Прекрасную!

Может изобьём его? Меня буквально убивает его речь! Если бы я была тут, он бы уже валялся на улице с переломанными костями!

Издав подобие смешка, я вскинул руку с бутылкой:

— Тост за её мудрость!

А я вот не могу поддержать тост...

Навещу тебя скоро и обязательно принесу с собой холодного вина.

— Дол, ты уже достал!— заявил корчмарь, лично подходя к нашему столу.— Ты уже мне задолжал крупную сумму денег! И до сих пор не отдал!

— Ну это, спокуха. Будет жалование, отдам всё до последней монетки!

— Я это слышу уже месяц. Больше даже! Может тебе и удалось добраться до офицерского звания, но забери тебя Безумный Зверь, я больше не собираясь поить тебя бесплатно!

— Ну ты это, ну это... Успокойся! Отдам...Эээ. Должок! Вот, видишь меч,—чётким ,не смотря на количество выпитого, движением он вытащил клинок и положил его на стол. — Будет за-залогом!

Удивительно изысканное, созданное из превосходного железа с небольшими вкраплениями тёмного металла и сонмищем чар, удивительно красивое, а главное — изысканное оружие.

И знакомое.

После случившегося в Аизаре мы снабдили Эллейн высококлассным оружием против нас, она же выделила его наиболее верным и искусным бойцам. Клинки могли навредить даже нам и являлись продуктом высочайшего колдовства, могучими артефактами, способными защищать и усиливать своих владельцев. Простой воин вооружённый им способен был выйти против двадцати человек — и победить их!

А теперь один из них оставался в качестве залога в убогой корчме... Что не так с этим миров?

Что не так с этим миров?

Прекрати повторять мои мысли. Это раздражает.

Я сижу в маленькой камере в пещере, у меня нет развлечений! Вытаскивать тебя на эмоции — одно из них! Смирись!

— Договорились,— кивнул трактирщик, тут же забирая меч себе.— Срок тебе семь дней.

— Да без проблем,— хмыкнул воин.— Не потеряй, иначе с нас обоих снимут башку. Милостивая Эллейн не проявит милосердия... Ну это, она то может и проявит, если узнает.

А в самом деле, чтобы сделала наша милая коровка, если бы узнала о таком? Верный ей воин, совершает должностное преступление! Давай, давай, давай устроим им встречу! Мне интересно, какой она сделает выбор! Закроет ли глаза на ошибку верного ей подчинённого, тем самым поощрив коррупцию, или же накажет по всей строгости и тем самым лишится лояльности этого смертного!

Арвиль... Ты соображаешь какой бред извергаешь из себя? Мы древние оружия массового разрушения! Правители громадных территорий! В наши земля пришла война невиданно раннее масштаба! Предложенное тобой слишком мелко.

Мы буквально сидим и выпиваем инкогнито в червивой таверне, а теперь ты говоришь о мелочности?!

Умерь своё возмущение, прекрасная Арвиль. Мы не оставим эту ситуацию без внимания, благо свободное время у нас пока есть.

— И как же ты будешь выкручиваться до возвращения оружия? — с интересом осведомился я, допивая остатки вина под сожаление Демона Природы.

Ей хотелось ещё. Напитавшая нас магия Природы позволяла в полной мере ощущать простые радости жизни!

— Расслабся, братуха,— пьяно ответил солдат.— Наш полк будет стоять тут ещё месяц, а у меня, слава Великой Эллейн, дней через пяток будет жалованье. Пка засуну в ножны деревянную пустышку, не отличат от настоящего!

— Неплохо-неплохо.

Спроси его, почему он так восхваляет нашу коровку. Спроси!

— Кол, почему ты так восхваляешь королеву Эллейн? Разве она не разрушила привычный тебе уклад?

— Пха-пха, Дол. Меня зовут, ха-ха-ха, Дол.— хохотнул солдат, с силой ударяя кружкой о стол.— А что в нём было хорошего? До пятнадцати лет я батрачил в полях, при этом, ну это, три дня бесплатно на господина Гонтаро, надеюсь этому ублюдку хорошо в могиле. Затем мою деревню сожгла ватага кентавров и я прятался в подвале родного дома... Именно оттуда меня вытащили эльфы, при этом они им было плевать на меня и сделали они это лишь из-за строгого приказа Великой Эллейн, да хранят её боги! Войска эльфов позаботились и об остальных уцелевших

Почесав забинтованную шею, я уточнил:

— То есть это из-за спасения твой жизни и односельчан? Поэтому ты восхваляешь её через слово?

— Ну, далеко не только. Уцелевших благодаря ей собирали в толпы и кормили, помогая отстраивать поселение, а затем прошёл клич набора в солдаты. Даже добровольный! А поскольку меня мало что держало, а деньги нужны были я и пошёл в новую армию. Участвовал в подавление пары бунтов долбанных лордов и получил офицерскую должность. Поучаствовал в битве за Аизар, даже сразил одного проклятого Гнилью Лесов! Даже видел издалека её саму, аж жуть пробила! Ну это... Моя жизнь стала лучше. Всё благодаря ей! Долгой жизни королеве!

Он так восхваляет её... Интересно, а какая бы у него была реакция на шаржи? Когда выберусь из темницы, разбросаю их окрестным городам!

Про себя я хмыкнул, маясь с безделья Арвиль начала творить карикатуры на всю нашу могучую девятку. Иногда у неё получалось очень даже хорошо.

Иногда.

Сделав очередной глоток чудного вина, наполненного Магией Природы, и спросил:

— А как же жизнь других людей? Как насчёт разорившихся крестьян? Как насчёт аристократии, что лишилась своего положения? Что насчёт горожан, что вынуждены тяжко работать на новых предприятиях? Ммм, Тол?

— Дол вообще-то. Ну, уверен, у Великой Эллейн есть план. В общем-то мы и до этого жили ужасно, на деле сейчас даже стало чуть легче. А лорды... Пошли они! Столько поколений пили кровь честных людей!

— И смертные зовут ещё меня мелочным... Спасибо за беседу, Тал.

Дол его зовут!

— Да Дол же! Запомни моё имя уж... Ик, а ты и не представился! Невежливо!

Хмыкнув, я положил ещё пару монет на стол и бросил перед уходом:

— Зентреб. Хорошего дня, Дел.

Ты издеваешься над ним. Как мелочно! Они были правы, ты и правда мелочен!

— Ну это, Дол же! Д.О.Л! Так сложно запомнить? — крикнул он мне в спину, делая очередной глоток из бутылки.

Он и является ответом на терзающий тебя, словно стая кабанов корни дуба, вопрос, любовь моя. Наши действия несут благо, ведь если бы не мы этот алкаш офицер так и остался бы алкашом крестьянином! Прожил бы жалкую жизнь в поле, батрача на лордов и умер в сорок лет. Хотя наверно он и так умрёт в таком возрасте. Слишком много пьёт. Интересно, когда до него дойдёт что он выпивал с Ледяным Демоном? Сможет рассказать об этом своим потомкам!

Забавно будет. Но ладно, развлеклись и хватит. Думаю, наши венценосные друзья уже отдохнули, трёх часов им должно было хватить.

Мои подозрения оправдались. Когда мы прибыли в резиденцию Эллейн, она и Генрих уже проснулись и находились в рабочем кабинете, слушая доклад мелкого лесного духа.

Сидя на пальце Эллейн в форме воробья, он торопливо излагал последние вести:

— Семь! Семь железных кораблей прибыли на юго-восток! Высадились на побережье и сейчас готовят укрепление! Они объявили наш Лес своим и осадили крепость Весна! Гарнизон держится уже два дня, но им нужна помощь!

Весна-Весна-Весна? Знакомое название. Кажется, как раз там с проверкой как раз находилась Киэль.

— Численность войск иноземцев?— осведомился Генрих, пока я вальяжно устраивался в одном из гостевых кресел.

— Киэль сообщила о тысяче. Сам я не считал.

Лесные духи, как правило, вообще не умеют считать и писать. Вытащив подробности из птицы они отпустили её и начали совещание.

— Крепость не рассчитана на оружие иноземцев,— констатировал Генрих.— Неделя, может две, и чужеземцы возьмут её. Дорог к ней нет, даже обычных и перекинуть туда армию мы быстро не сможем... Разве что только эльфов на грифонах, да иные изначальные жители Таинственного Леса могут успеть быстро.

— Без поддержки основных войск они мало что смогут сделать,— прервала его королева, напряжённо смотря на карту.— Разве что беспокоить тылы и устраивать диверсии. Не больше. А пока мы будем собирать и подтаскивать всю армию, крепость падёт, а иноземцы отойдут. Неприемлемо! Если мы не изменим ситуацию, то будем просто нести неоправданные потери и доверие поданных.

— Ты права, любовь моя,— кивнул принц-консорт, стараясь не смотреть на меня.— Если их стратегия не изменится, нам придётся отступить вглубь Таинственного Леса, боюсь мно...

— Хватит болтать,— слегка раздражённо прервал я его.— Решение очевидно, тем более теперь у меня есть повод. Не зря же Собрание сделало тот выбор.

— Армия мёртвых не слишком эффективна в Таинственном Лесу,— кашлянул Генрих.— Хотя с другой стороны, Лорда Папира и Ревмарка вместе с вами вполне хватит.

— У них есть своя работа. Я буду действовать один.

Эллейн чуть сузила глаза:

— Ты уверен? Мне бы очень не хотелось получить ещё одного безумного монстра.

— Уверен-уверен,— рыкнул я, мгновенно перемещаясь из кресла и нависая над сладкой парочкой.— Пришло выйти из тени и легелезоваться. Я помогу снять осаду с крепости, ну а ты подготовь общественное мнение в нашему новому соглашению. Ждите вестей через пару дней.

Легализоваться. Поработай уже над своей дикцией, моё Ледяное Чудовище.

Не порть момент.

***

У Зентреба слова редко расходились с делом. Обозначив свою позицию, он просто взял и сразу направился к цели, собираясь разгромить отряд в тысячу человек, вооруженных чудесным, но малополезным оружием против демонов.

— Я рад, что он на нашей стороне,— признался Генрих, когда чудовище ушло. Дышать сразу стало легче, а ледяной холод ослабил свои клыки.

— Не приятно это признавать, но я тоже,— вздохнула королева эльфов, с грустью смотря на покрывшийся инеем стол и стены. В этот раз демон, похоже, и сам не заметил насколько разбушевался.

Хотя ещё больше её напрягало другое, растения не погибли от мороза. Совсем напротив, они шевелились и росли, будто где-то рядом затаился Демон Природы.

Неужто Зентреб, каким-то образом, получил часть её сил? Или это следствие их связи? Может ли он сходить с ума и не замечать этого.

— Продолжай готовить армию,— приказала Эллейн, устало массируя виски.— Если случится худшее, она пригодится против самого Зентреба. Если он сойдёт с ума и устроит бойню — мы будем готовы. Так же отправь духов с сообщением для Киэль, намёками предупреди, кто движется к ней на помощь.

— Разумеется, любовь моя.

Про себя принц-консорт подумал о бесполезности гонца. Ледяной Демон в любом случае прибудет раньше.

Глава XVIII Инцидент в селе Пальма

Инкоси Индзи Дократор быстро отдавал приказы, недобро посматривая по сторонам. Солнце только вставало, но уже начинало припекать, почти столь же сильно, как в родной метрополии.

Недовольство командира вполне можно было понять, прямо накануне праздника пришла пара доносов о селе Пальма, согласно которым в нём прятались партизаны из отряда Гориллы. Хоть его и поймали и жестоко наказали, его людей это пока ещё не сломило и они продолжали действовать, нанося удары. Поэтому начальство едва получив информацию о партизанах и не смотря на важный праздник, тут же приказало выдвигаться, игнорируя возможность обмана, тем более такое тут часто случалось. Как правило, сорок семь из пятидесяти доносов являлись лживыми, однако высоких господ это не смущало. И теперь отряд Индзии совершал стремительный рейд. Большая часть солдат прибыла на конях, а отдельные несчастные, включая самого командира, в автомобилях. Новомодные средства передвижения настолько понравились правительству, что они специально его закупали для армии. Хотя, как слышал сам Индзии, это было связано с тем, что брат нынешнего царствующего монарха вложился в добычу нефти, да ещё и женился на дочери из рода Тронагора, который-то и популяризовал механические повозки.

Сам инкоси считал их лишь временной модой, ведь ничто не заменит коня и карету, которые верно служат человеку уже тысячи лет.

Ранним утром его отряд из двух сотен людей, после ночного перехода, ворвался в село, действуя быстро и чётко они прочёсывали деревню в лучах восходящего солнца.

– Вредителей нашли?– раздражённо осведомился он, когда к нему подошёл заместитель Кокалор. Вчерашняя пьянка напоминала о себе периодической головной болью.

– Ещё нет, молодой господин.– быстро ответил тот.– Однако отыскали старосту и уже допрашиваем. Желаете лично всё проверить?

Инкоси Индзи Дократор бросил взор на медленно восходящее солнце, и выходя из машины сплюнул:

– Да. Веди.

– Будет исполнено!

Местный староста обитал в большом сделанным из обожженного кирпича доме, крышу покрывал не бамбук, не местные растения, а добротная черепица. Явный признак зажиточности.

Внутри обстановка тоже выгодно отличалась… Если конечно не считать того факта, что везде, кроме трапезной, царил бардак. Солдаты всё перевернули, усердно ища следы партизан.

Сам же хозяин дома по имени Янкор Торо производил благоприятное впечатление. Лет сорока и приятной внешностью. Его жена и пятеро детей тоже выглядели вполне прилично, особенно для жителей грязной колонией.

– Я инкоси Индзи Дократор, командир отрада “Быстрые ягуары”,– решил проявить манеры каратель.– Полагаю, вы знаете, зачем мы тут?

– Твои молодчики ясно дали понять,– огрызнулся хозяин дома, почему-то смотря куда-то за Индзи. Обернувшись, он увидел только накрытый стол на трёх человек и сразу подметил несоответствие, ведь семья насчитывала семерых.

Тут были особые гости?

Он сделал короткий жест и заместитель тут же врезал старосте:

– Ваши. Побольше уважения, к командиру армии великой Хайратской Империи.

– Ва..Ваши молодчики ясно дали понять, кого они ищут,– выдавил он, сплёвывая кровь.– Я не знаю никаких партизан, у меня в дома останавливались лишь трое путешественников.

– Уже хорошо. Где они?

– Что? Но… Они же прямо за вами,– вытянул дрожащую руку мужчина, показывая на тот самый столик.– Мужчина, женщина и карлик!

Инкоси устало закатил глаза и заместитель тут же нанёс ещё один быстрый удар, заставив Янкора рухнуть на колени.

– Не трать время молодого господина впустую, сарта.

– Спокойнее, Кокалор. И не называй его так, он всё-таки одной с нами крови, одной расы, – короткая пауза. – Хотя его когнитивные способности явно ослабли, раз он придумал такую нелепую шутку. Чего ещё ожидать от тех, кто живёт столь далеко от цивилизации?

Сам староста и его семья потеряно и даже с ужасом смотрели на тот самый столик, практически игнорируя карателей.

– Мне кажется, они до сих пор не протрезвели после праздника Дня Дингаана, молодой господин,– отметил Янкор.– Стоит на это сделать скидку. Небольшую.

– Ты прав, любезный друг мой,– согласился командир, бросая заинтересованный взгляд на старшую дочь старосты, точнее на её формы.– Хотя внешний вид некоторых местных дев весьма пригож, думаю стоит проявить милосердия хотя бы ради них.

Подойдя к дочери сельского старосты, он ласково провёл ладонью по щеке и коснулся пряди тёмных волос.

У него даже возникла мысль забрать с собой, но почти сразу он об этом забыл. Будто кто-то переключил его внимание на крики с улицы.

Насторожившись, он вместе с заместителем вышли из дома и к нему тут же подбежал один из солдат.

– Инкоси! Мы нашли их! Сейчас вредителей и их пособников собираем на главной площади!

– Превосходно!– Индзи довольно улыбнулся, уже забыв про примеченную девушку.

***

– Сделаем ставки, друзья?– спросил Нисерх, отставляя кружку с чаем в сторону и смотря вслед уходящим солдатам.

– Убьют ли они их всех или это просто акт запугивания?– уточнила Кассандра.– Думаю второе, убивать всех причастных это как-то не свойственно их лицемерной культуре. Всё-таки они считают гуманизм верной идеологией. Человеческая жизнь – высшая ценность.

– Только если они и правда считают местных равных себе…– раздражённо проворчал Таклисс, чай которого опять оказался отравлен его же магией.– Убьют мужское население. Женщин и детей скорее всего не тронут, тем более это родственный им народ, просто заберут с собой, а деревню сожгут. Нечто подобное мы уже видели на побережье.

– Поддержу Таклисса. Два против одного,– кивнул Демон Разума, вставая и беря шляпу.– Уважаемый хозяин, чьё имя я так и не спросил, ибо оно совершенно не интересно и не важно, спасибо вам за кров и гостеприимство. Желаю счастья и здоровья. А теперь, друзья мои, давайте посмотрим, чья ставка окажется верной.

– Местного говно старосту зовут Янкор,– ворчливо сказал Таклисс, когда тройка демонов покинула дом. – Почему ты сделал вид, словно не слышал его имя?

– Я не сделал, Демон Голода. Ведь на самом деле пропустил мимо ушей его имя. Он всего лишь смертный, которого мы никогда более не увидим и не услышим, так какой смысл запоминать его имя?

– После поглощения души и усвоения идеологии иноземцев ты стал более социопатичным,– заметила Кассандра, внимательно смотря по сторонам.– Это не правильно, ведь мы знаем грани людской бедности и богатства, огромной силы и удивительного бессилия, единства и розни. И это всё в пределах одного вида, где особи мало чем отличаются друг от друга, но это не мешает им размежеваться… Так мелочно. Мы не должны им уподобляться, Нисерх!

– И не собирался,– заверил он.– Как великие мы можем пасть до уровня столь низких существ?

– Да уж, уголёк, а ведь и правда у тебя крыша потекла… Даже Арвиль до такого не доходила.

Люди не видели их и не слышали из-за чар Демона Разума, да ещё и неосознанно огибали тройку монстров. Хотя местным явно было не до аномалии, ведь в селе творился настоящий хаос. Солдаты врывались в дома, ловили допрашивали людей прямо на улице, тащили из полей… А если же находили что-то подозрительное то тут же утаскивали всю семью.

На глазах Таклисса какая-то тётка схватила пробегающего мимо ребёнка, чью семью уже вытаскивали из дома, и затащила к себе, прежде чем солдаты успели его заметить.

Село, ещё недавно заполненное радостью и счастьем, стремительно поглощалось сладким страхом и прохладным ужасом. Столь привычные и вкусные для демонов эмоции.

Попавших под подозрение людей отводили к центральной площади села, где как раз располагался местный храм. К моменту прибытия трёх демонов, там уже собралась внушительная толпа, да ещё и шумная. Дети и женщины плакали, мужчины напряжённо сжимали кулаки и выкрикивали оскорбления.

Прибывшему на площадь Индзи это не понравилось, и он сделал несколько выстрелов в воздух, после чего забрался на один из столов оставшихся после празднования Дня Дингаана.

Стоя на импровизированной сцене, Индзи обвёл глазами собравшуюся толпу и ещё раз пальнул в воздух:

– Жители села…– он тут же запнулся, поскольку забыл, как оно называется.– Я получил донесение, что отвратительные мятежники спрятались где-то среди вас, добропорядочных селян! Все кто собрался здесь – попали под подозрение в укрывательстве! И, к моему глубокому сожалению, информация подтвердилась.– он махнул рукой и солдаты вывели два десятка мужчин.– Ряд ваших соседей укрывал мерзавцев, виновных в разбое на территории Хайратской Империи! Виновных в нарушении мира и покоя! Война уже по сути окончена, а вам предоставлена великолепная возможность жить, как часть самого великого государства в мире! Однако есть те, кто не согласен. Те, кто творят зло и бесчинства! Приговор для подобного сброда лишь один – смерть. Но только для них, всех же возможных пособников отправят в лагеря Спасения, где они будут в полной безопасности! Ведь очевидно же, что мерзкие бандиты заставили угрозами помогать им!

Пока он толкал короткую речь, его заместитель Кокалор деловито расставлял пленных партизан к деревянным стенам храма.

– Беги, беги, а от пули не убежишь,– приговаривал он.

– Гнить тебе на дне реки, ублюдок!– выкрикнул один из приговоренных.– Всем вас там! После смерти вас будет ждать самое дно, где гнить вам вечность!

– Вы все обвиняетесь в разбое, в нападение на честных солдат Хайратской Империи…– скучным голосом перечислял их преступления Кокалор, никак не отреагировав на пожелание. Его солдаты в это время занимали позиции.

Жаркое солнце светило в глаза обречённых, они не видели лица будущих убийц, лишь слышали, как те равнодушно проверяют оружие. Жара стискивала горло, словно удав, а по коже стекал вонючий пот. Впрочем, приговорённым осталось недолго мучится. Иной мир уже готовился их принять.

– Хватит трепаться,– приказал Индзи, зевая и тря лоб. Головная боль из-за похмелья усиливалась, а чрезмерная болтливость заместителя раздражала.– Приведи приговор в исполнение.

– Как пожелаете, инкоси Индзи Дократор. Отряд, на позиц…

– Стойте!– раздался крик, и к карателям бросилась юная девушка, встав напротив партизан и широко раскинув руки.– Это преступление и грех!

Следивший за всем этим безобразием Таклисс тихо хмыкнул. Он узнал девку.

– Я не знаю кто ты, добрая дева…– начал было Индзи.

– Я Аамина Алхери!– тут же выкрикнула она, прерывая командира.

– Да плевать как твоё имя… Фух, спокойнее, Индзи, она просто сарта, не стоит твоего гнева,– глубоко выдохнув он успокоился и продолжил ровным тоном. – Я уважаю твою смелость и убеждения, Аамина Алхери,– кивнул инкоси.– Однако у нас есть долг. Принести мир на эту землю любой ценой. Последний шанс отойти тебе и мирно отправиться тебе, а так же остальным причастным в лагеря спасения Альтернатива – смерть.

Лицо защитницы посерело, но она лишь твёрдо мотнула головой. Из прикушенной губы медленно текла алая кровь.

– Да будет так. Отряд. Внимание. Целься. Огонь!

Прогремел звук выстрела и… лязг. Тёмная и пурпурная молния, а затем поражённый инкоси узрел две фигуры, застывшие перед юной Ааминой Алхери.

Карлик, отдалённо похожий на человека, чья кожа отливала эбонитом, а в глазах застыл вечный голод. Он приветливо скалился, демонстрируя острые клыки, сама земля вокруг него, как будто умирала.

Девушка, с фиолетовыми глазами, чья кожа так же была тёмной, однако за спиной виднелись крылья, а вместо изящных ногтей – длинные и острые даже на вид когти.

Каким-то образом эти два… существа отразили залп двух десятков людей.

И не только, одно их присутствие… подавляло. От двух неизвестных исходило нечто ужасное, от чего хотелось упасть на землю и забиться в какую-то дыру.

– Ну-ну, поиграли и хватит,– произнёс Демон Голода, демонстративно выбрасывая несколько пуль.– Предлагаю вам собрать манатки и свалить, пока целы, смертные. Мы, конечно, любим массовые убийства, но предпочитаем их устраивать, а не наблюдать.

– Вау,– протянула стоящая рядом Кассандра, удивлённо посмотрев на собрата.– Моё удивление, арбитр Таклисс. Не думала что вмешаешься, да ещё предложишь им уйти целыми, а не по частям… Хотя ещё сильнее меня удивляет что ты не бранишься!

– Вчера был хороший праздник,– протянул Таклисс, бросая небрежный взгляд на Аамину.– На нём я встретил хороших людей, верящих в лучшее. Не хочется омрачать всё это кровавой баней.

– Аналогично. Рада очередному подтверждению, что ты не так уж и плох… Хотя твоя склонность к сквернословию раздражает.

– Кто… Что вы такое?!– воскликнул Инкоси, пытаясь подавить дрожь и с ужасом смотря на чудовищ. И в таком виде он был далеко не одинок, буквально все присутствующие чувствовали нечто подобное. Некоторые даже упали на землю, дрожа от ужаса, в том числе и прославленный Кокалор. Сражавшийся без страха смерти в нескольких военных кампаниях, бедняга оказался раздавлен одним видом неизвестных.

Будто персонификация смерти нависла над ними!

Особенно страдал так же староста и его семейство, ведь они узнали в монстрах своих недавних гостей. Чудища, чуждые привычному миру, ещё недавно сидели за их столом и успешно притворялись экстравагантными путешественниками.

– Не задавай глупые вопросы. Я бы предпочёл разорваться тебя, и весь твой отряд, но раз мои друзья против…Уходи пока цел,– раздался спокойный голос прямо возле уха инкоси.

Медленно повернув голову, он узрел прямо за своей спиной высокого человека благородного цвета кожи, вот только его глаза были заполнены тьмой, а давление исходившие сразу давало понять – очередной монстр.

– Не знаю что вы… Но со мной сотня человек,– выговорил он, совершая усилие и одним быстрым движением выхватывая офицерский пистолет, направляя его прямо в лицо карлику, вызывавшему наибольший страх.

– Демон умишка,– тем временем обратился к собрату Таклисс.– Собери информацию у партизан, Кассандра, защити их от случайно пули, а я пока займусь нашими ублюдочными гостями.

Оба демона тихо хмыкнули и отступили, а Таклисс же демонстративно неспешно направился к Индзи, игнорируя оружие направленное ему в морду.

Несмотря на ужас и страх, толпа не редела, а наоборот разрасталась, ибо люди ещё не поняли, какой кошмар спустился на их землю.

– Ещё шаг я и пристрелю тебя, монстр, – пригрозил Индзи, непроизвольно делая шаг назад.

– Валяй, смертный,– издевательски заявил Таклисс, раскидывая лапы, поднимая подбородок и выставляя горло. – Я даже дам тебе и твоим подчинённым обрыганам фору, скажем, минут девять. Постарайтесь за это время убить меня… Или убежать, ведь, как только срок закончится, я сожру всех вас кого увижу.

– За Хайратскую Империю!– крикнул Индзи, нажимая на курок.

Гром выстрела и пуля попала прямо в глаз Таклисса…Пройдя его насквозь, будто демон был иллюзией и ударяясь в землю позади него.

– Хороший выстрел,– одобрительно сказал Демон Голода.– Будь я пососным смертным, то умер бы… Развлекайтесь, убогие, но помните, проклятое время идёт, словно песок сквозь пальцы. Ты не стесняйся, трупик, продолжай! У тебя же есть ещё целых девять минут и сорок пять секунд! Хотя… Если вы все убежите, то мне будет скучно и я сразу пойду вас пожирать!

Не отчаявшись, инкоси сделал ещё несколько выстрелов, опустошив оружие, после чего достал ятаган и кинулся врукопашную. Некоторые солдаты последовали его примеру, но большинство либо смотрело, либо бежало в страхе. Как в общем-то и деревенские. Убедившись в ужасной природе, и услышав обещание сожрать всех кого монстр увидит они решили не искушать судьбу. Толпа стала стремительно редеть. Без жертв не обошлось, некоторые бедняги потеряли сознание, когда демоны прекратили скрывать свою мощь, и их банально затоптали в давке.

Инкоси наносил удар за ударом, как и его подчинённые, но оружие проходило сквозь неизвестного монстра, да ещё лезвие постепенно покрывалось ржавчиной.

Демон Голода сначала смеялся, осыпал смертных насмешками, а затем прикорнул, прислонившись к перевернутому столу. Тот почти сразу оказался разбит на части, но гоблину это не помешало, он застыл сидя, опираясь прямо на воздух, и старательно изображая храп.

Пока Таклисс наглядно доказывал своё превосходство Кассандра и Нисерх беседовали с партизанами. Точнее Демон Магии изучала их раны и время от времени тыкала в них когтем, проверяя реакцию. Они, как правильно, почему-то кричали и просили прекратить пытку, а вот Демон Разума проникал в их мысли и узнавал необходимую информацию.

– Одного из последних лидеров партизан поймали,– сообщил он, спустя несколько минут.– Его отвезли в местную столицу, покалечили и выставили на всеобщее обозрение в качестве урока для каждого глупца, что попытается восстать против Хайратской Империи. Уважаемый кусок смертного мяса, среди других таких же, для наших действий он пригодится.

– Насколько сильно,– осведомилась Кассандра, заставляя одного из партизан, с пробитым пулей плечом и гниющей рукой, выпить одно из своих зелий.– Очень сильно-сильно? Как его хоть зовут-то?

– Ему выкололи глаза, проткнули барабанные перепонки, отрезали язык, отрубили руки и ноги. При этом их рубили постепенно, с начала кисти, затем локти, примерно тоже самое с ногами. Затем перевязали раны и закинули в корыто с грязью. Кормят объедками. Ну а его друганов просто четвертовали и протащили по улицам столицы… Как там её называют? Сидда? Да, точно. Имя смертного мне лень запоминать.

Кассандра застыла, после чего медленно повернулась к собеседнику и тяжело вздохнула.

– Тебя коробит? Не нравится, как эти низшие существа творят друг с другом?– вежливо осведомился Нисерх, продолжая копаться в головах партизан.– В своей лаборатории ты размякла… Хотя нет, это банальное лицемерие, сама ведь творила за эти годы, да и раньше, ужасные вещи.

– Такова моя природа,– отчеканила Демон Магии.– Моя суть. Мои желания. Изменять, постигать и разрушать! И даже все эти ужасные вещи я делаю ради нашей более благородной цели, а не просто так,– она скрипнула клыками и сжала кулак.– Меня коробит, что они, обладаю свободой выбора, не просто уподобляются нам, а превосходят во зле!

– Говорю же, лицемерие. Ведь эти низшие тоже делают это не просто так, а ради устрашении населения… Хотя ладно, вынужден с тобой согласиться. Они всё-таки хуже нас. Большинство из нас хотя бы старается бороться со своей сутью, придумывают нелепые правила, дабы избегать слепого удовлетворения деструктивных желаний, эти смертные же… Таклисс, мы закончили. Ты скоро?

Демон Голода встрепенулась, встал и сладко потянулся, игнорируя рассекающий его ржавый ятаган. На площади остались лишь трое демонов, командир отряда, партизаны, которые не могли уйти и юная девица, парализованная страхом. Поскольку она оказалась ближе всех, то и пострадала сильнее.

– Слушая вашу скучнейшую беседу, клоуны, я реально задремал,– протяжно зевнул Таклисс, посматривая даже с небольшим одобрением на командира.– Надо же, один остался до конца, Нисерх, ты же, расист ублюдочный, не подкрутил шарики в пустой голове Индзи, заставив атаковать меня, а не спасаться?

– Нет, это жалкое существо крайне гордо и искренне верит в бремя черного человека. Его мировоззрение – этика долга. Поэтому он готов положить жизнь ради высоких идеалов… Например погибнуть от руки ужасного демона, давая подчинённым время убежать.

Демон Голода покивал, после чего резко выбросил вперёд руку… Нет. Лапу и пробивая живот Индзи насквозь, мелькнул кинжал по лезвию которого заструилось нечто серо-белое, неосязаемое. Очередная душа.

– Здесь мы закончили,– констатировала Демон Магии.– Продолжим путь в столицу,– повернувшись в сторону партизан, она небрежно бросила.– Рекомендую вам покинуть село, юные смертные.

В полной тишине они покинули площадь, обойдясь даже без особо большого побоища. Погибло только человек десять, при этом от лап демонов – один.

На самом деле они и не собирались вырезать всех, вовсе нет. В этот раз они желали лишь посеять семена страха, обозначить своё присутствие и сторону.

– Юные, – насмешливо фыркнул Таклисс. – Кассандра, крылатая ты коза, ну ты даёшь. Сколько тебе лет-то? И тебе, расист.

– Бедный, бедный маленький гоблин, – скорбно покачала головой Кассандра. – Ты уже забыл, что мы ровесники? Маразм, да? Мне более тысячи лет!

– Аналогично,– степенно кивнул Нисерх.

– Для умнейшей из нас ты не так уж и блещешь умом, курица,– заметил он.– Не понимаешь очевидных вещей. Ладно уж Нисерх, но ты-то?

– Объяснись,– потребовала Кассандра, наклоняясь и тонкую книжку с земли.– О, как удачно! Личный дневник какого-то Коколора Тоса Изамского… А ты говори, Таклисс, говори.

– Тысячу лет назад мы появились, да? Но можно ли считать это нашим настоящим рождение, тупые вы одноклеточные? Ведь мы объединились в одну злобную и очень тупую сверхсущность и десять веков жестоко кошмарили смертных, затем нас победили, мы распались и захватили мясные костюмчики… После чего сто лет провели в тюрьме, да ещё в и полусне!

– К чему ты ведёшь, Таклисс.– прервал его Демон Разума, порядков устав от грязного словоблудия.

– К тому что осознали мы себя в полной мере буквально двенадцать… А, нет, уже тринадцать лет назад. Выходит даже те чёрные уроды, которых мы запугали на площади старше нас! Ну, большая их часть. Теперь вы оба, недоделанные эксперименты, понимаете насколько сильно опозорились говоря кому-то о юности?

– Бред,– прокомментировала его слова Касснандра, останавливаясь на краю селения и показывая когтем на механическую повозку. При этом она не переставала читать дневник.– Хочу прокатиться на этом. Коколор Тос Изамский высоко ценил поездки на этой технологической повозке.

– Переводишь тему, да? Пфф, курица. И запомни, это называется автомобиль!

– Мы можем двигаться быстрее, чем это изделие смертных,– заметил Демон Разума.– Гораздо быстрее.

– Я хочу поехать на этом!– отчеканила Кассандра и в её очах загорелись зловещие лиловые огоньки.

Оба демона закатили глаза, но спорить не стали, зная страсть Демона Магии к исследованию магии и технологий. Когда Таклисс и Арвиль только вернулись из экспедиции, она их часами допрашивала о технологиях смертных. Они её буквально очаровали, хотя ранее она относилась к ним с большим предубеждением.

Водителям сделали Нисерха, поскольку он ознакомился с вождением при помощи телепатии, Таклисс оказался слишком мал для этого и его ноги банально не доставали до педалей, а увеличиваться от по такому поводу отказался, Кассандра же просто хотела прокатиться и пронаблюдать, поэтому заняла почётное место на переднем сиденье.

Таклисс же залез в багажник. Ему нравилась темнота.

Ключи от машины к счастью нашлись в бардачке. Спустя пару минут, тройка демонов уже двигалась по разбитой сельской дороге на угнанном у славной армии Хайратской Империи автомобиле со скоростью примерно двух сотен полётов стрелы в час. Если же переводить их в систему иноземцев, то получалось где-то сорок километров.

Демоны могли пробежать две сотни при желании.

Глава XIX Тревожные вести и Весна

Генрих Дорский, принц-консорт и муж королевы Эллейн инспектировал гвардейские части, дабы проверить их состоние в преддверие скорой войны. Им всем скоро предстояло много сражений с непростым противником. А в худшем случае и с настоящими монстрами, чьи силы практически бесконечны.

Падение Аизара навсегда застыло в памяти воина.

Да, Генрих вполне понимал всю мощь демонов и даже был рад их относительно доброму поведению, однако иноземцы, пусть и не обладали такой же силой, тоже представляли огромную опасность. В первую очередь из-за их вооружение, которое на десять голов превосходило луки, мечи и прочее, уступая лишь высшей магии, владельцев которой практически не было. Конечно, Эллейн это так же понимала и сумела всеми правдами и неправдами достать такое и даже развернуть производство, пусть конечный продукт и был пока худшего качества.

Во вторую же очередь пугала их численность. Если они всерьёз возьмутся за Таинственный Лес не факт, что даже мощи демонов хватит для отражения атаки.

Всё-таки сотни тысяч, а потенциально миллионы, это перебор даже для Арбитров, если конечно у них будет оружие, способное навредить бессмертным монстрам, но даже без него, велик шанс что Арбитры просто сойдут с ума из-за использования огромных объемов магии.

Был ещё конечно шанс бегства чёрных иноземцев, ведь мало какой смертный сохранит боевой дух в сражение с бессмертным монстром…

Тяжело вздохнув, Генрих постарался выбросить тяжёлые мысли о будущем и прошлом, пытаясь сконцентрироваться на настоящем.

Под палящими лучами солнца, на площади перед казармами в центре Ровендура застыло пять сотен человек, вдыхая лесной воздух… А нет. Не пять сотен человек, а пять сотен разумных.

Про себя принц-консорт выругался, он всё никак не мог привыкнуть, что эльфы и люди живут вместе. Да уж… Мир сильно изменился. Мог ли он предположить двенадцать лет назад, когда армия Харроса штурмовала Лес, что они встанут союзниками, да ещё и частью альянса чудовищ. И сейчас он проводит смотр войск по настойчивой просьбе одного из тех самых чудовищ.

Проходя мимо безмолвных рядов, он внимательно изучал форму и снаряжение солдат. Первая копировала иноземную, однако материал отличался повышенной прочностью, будучи насквозь пропитан магией Природы. Такая форма могла частично защитить от пули и даже чар. Генрих своими глазами видел, как испытуемые смогли пережить слабую атаку Зентреба, всего лишь получив тяжёлое обморожение и упав без сознания.

Обычно они просто замерзали насмерть.

На поясе у каждого солдата находились несколько небольших фляг с целительными зельями, способные помочь даже с серьёзными ранами. Ограниченные поставки из Ледяных Садов, обычно их держали под замком и выдавали лишь перед сражениями, ведь несмотря на относительно недавнее появление они заработали великолепную репутацию, как универсально средство, способное и усилить, и исцелить рану или даже вылечить редкую болезнь.

Демоны предлагали выдавать это только лазаретам, куда бы свозили раненых, но Генрих настоял, чтобы они были у воинов, поскольку в сражение не всегда есть возможность добраться до лекарей, иногда грань между жизнью и смертью исчислялась секундами.

К чести Арбитров, они не стали настаивать.

Из оружия у солдат была импортированная винтовка модели Асина в магазин которой входили четыре патрона. Отечественное оружие, увы, не могло, пока что сравниться с иностранным, приходилось закупать за рубежом, а уже на их основе делать своё. На поясе у солдат висел короткий меч, окутанный чарами и способный навредить даже бессмертным демонам, на каждый такой клинок уходило немало ценных ресурсов и времени… В том числе времени и кое-кого из самих Арбитров, ибо смертные, даже лучшие из них, не могли и на грань подступить к знаниям и умениям старых чудовищ. Да уж… Даже экипировка элитной гвардии напоминала о глубокой зависимости в плане технологий и магии. Тем больнее было видеть, как столь ценное оружие оставляли в залог в каком-то жалком трактире.

Если конечно безумный демон не соврал. Зентреб, особенно в нестабильном состоянии, часто вёл себя словно шут, да в и обычном такое тоже проскальзывало. С другой стороны – он практически не врал и даже предоставил портрет виновного.

Осматривая воинов, он почти сразу отыскал знакомого человека по имени Дол. Остановившись, Генрих бросил на него внимательный взор, под которым рослый солдат съёжился, и сказал:

– Достань клинок и ударь меня.

– Что… Ва.. Ваше Милость? Но… Вы же умрёте!

– Руби или повешу за неисполнение приказа, – надавил принц-консорт, подступая вплотную.

В панике солдат схватился за рукоять, а затем в его глазах паника сменилась на… надежду?

– Духи, обратите клинок в дерево! – крикнул он, выхватывая деревяшку и нанося со всей дури удар по плечу Генриха. – Слава духам! Они чудо свершили и обратили металл, ну это, в дерево!

Принц-консорт чуть хмыкнул, почти не ощутив боли, после чего изрёк:

– Находчиво. Вернись в строй, Дол. Три дежурства и удержание половины денежного довольствия за грязные ножны.

– Для меня большая честь, ну это, что до меня снизошёл сам герой битвы при Когоране!– отрапортовал солдат, не поднимая взор и понимая, как легко отделался.

За утрату оружия могли выгнать со службы, а то и правда повесить.

– Бойцы, к осмотру,– тем временем объявил герольд, внимательно осматривая солдат, сопровождающие его пятеро гвардейцев и десяток друидов тут же выдвинулись вперёд.

Раз уж он здесь, то стоит провести полную проверку.

– Ваше снаряжение лучшее, что можно найти в этом мире, – продолжал говорить он, воодушевлённо расписывая качество оружия и какой ценой оно досталось Таинственному Лесу.– Вы же, воины, получили редкий шанс послужить не просто королеве Эллейн, а обоим нашим народам. Все вы – лучшие и самые опытные бойцы со всего материка, наиболее верные и талантливые… Тем больнее мне слышать нелепые слухи, будто столь достойные воины, не испугавшиеся даже Погибелей, храбро бившиеся против самой Гнили Лесов, оставляют снаряжение в залог за карточные долги и презренную выпивку.

Закончив речь, Генрих лично принял участие в проверке, отмечая и раздавая дежурства даже за неприглядный вид.

Попытка приучить подчинённых к дисциплине.

К удивлению принца-консорта вскрылись серьёзные проблемы.

Почти все зелья оказались разбавлены водой, поскольку ведающие ими люди втихаря продавали их, или сами употребляли. С эльфами ситуация оказалась чуть лучше, а вот с клинками…

Результаты проверки оказались хуже, чем полагал Генрих, выяснилось, что оставлять своё оружие в залог – норма среди людей. Мол, карточные и алкогольные долги святое. С эльфами на первый взгляд всё было нормально, по словам друидов, однако сам принц-консорт заметил неладное.

Якобы случайно взяв уже проверенный клинок, он сразу почувствовал подделку. Если Генрих брал настоящий клинок из антимагического металла, то ощущал резонанс, когда его энергия сталкивалась с противоположностью, а тут ничего!

И друиды этого не заметили… Или заметили, но не сообщили ему.

– Хорошая работа, – сказал он, когда проверка закончилась. Разоблачать обман он сразу не собирался. – Приказываю сдать оружие в арсенал, в знак моего недовольства, так же четверть вашего жалования будет удерживаться в течение трёх месяцами. Свободны, воины. Друиды, благодарю за службу, вы так же можете быть свободны.

После соблюдения всех формальностей Генрих тут же отправился в арсенал, собираясь перепроверить клинки. Благо для него это было не трудно.

Результаты привели его в ужас. Более пятидесяти клинков оказались поддельными… Катастрофа! Оружие, способное убить даже Арбитра, было утеряно!

Представив последствия, Генрих ощутил, как задрожали ноги, а воображение рисовало ужасные картины.

***

– Ты точно уверен в этом, – уточнила Эллейн, когда Генрих вернулся к ней.

– Более чем, любовь моя. Более чем.

Напряжённый разговор проходил в личных покоях Эллейн, над которыми был только портал в земли демонов.

Не дождавшись ответа от королевы, принц-консорт продолжил:

– Нам необходимо сообщить об этом остальным Арбитрам. Оружие не просто исчезло, оно было заменено копиями и именно среди эльфов, возможно мы случайно подобрались к…

– Заговору, – вздохнула Эллейн, доставая из нище в стене большой хрустальный шар и аккуратно положила его на стол. – Или даже восстанию… – нервно сплетя пальцы она заходила по покоям, напряжённо думая. – Духи не сообщили мне ничего о повышенной активности эльфов, шансов, что они не знали меньше чем листьев в лесу после пожара, значит скорее всего на них надавали феи.

– Ты драматизируешь, любовь моя, – сказал Генрих, приобнимая свою жену и останавливая. – Им нет дела до мирских дел, политика же демонов их в целом устраивает. Скорее уж это заговор Роландора.

– Хорошо было бы, – Эллейн уткнулась в плечо мужа. – Я устала от всего этого. Безумные демоны, недовольное население…

Тяжело вздохнув принц-консорт ответил:

– Я тоже… Но у нас нет выбора, кто если не мы?

– Да, я знаю, – с горечью произнесла полуфея, с сожалением отстраняясь от мужа и касаясь артефакта. – Зентреб уже покинул нашу территорию, значит придётся вызвать ещё одного. К счастью у меня есть всё необходимое.

Вскоре хрустальный шар засветился, и ужасное чудовище вперило в полуэльфийку алые от ярости глаза, после чего бархатным тоном изрекло:

– Всегда рад видеть вас, Великая Эллейн. Как и всегда – ваша красота чистая отрада для очей всех живущих, сравнится с ней лишь ваш острый ум и проницательная мудрость! Чем же я, скромный Демон Гнева, могу вам помочь?

Стоящий Генрих чуть поморщился, щедрые комплименты в адрес его жены от этого монстра – раздражали. Да и сама его модель поведения тоже, монстр, который даже не скрывал своё желание всех поубивать, всегда говорил крайне вежливо и учтиво.

Такой диссонанс сбивал.

– Приветствую вас, могучий Папир,– дежурно ответила королева, кратко обрисовывая ситуацию.

– Как…Ожидаемое,– участливо покивал тот, старательно изображая интерес и сочувствие. В его искренность королева просто не могла поверить. – Можете не переживать, Демон Таинственного Леса, лорд Зентреб предупредил меня, и остальных. Заверил в своих возможностях разобраться с этим делом в одиночку.

Генрих, на которого действия шара не распространялось, вышел из покоев. Говорить с демоном он не мог, слышал с трудом, а вот эманации от чудовища ощущал более чем отчётливо.

– Это слишком опасно, – не сдавалась Эллейн. – Прошу вас как можно быстрее прибыть в Таинственный Лес и помочь Ледяному Демону, ведь если он потеряет контроль дальнейшие наши планы могут быть полностью сорваны, как и возможность продолжать боевые действия… И это не говоря уже об ущербе моему народу. Ариль уже выступила словно буря, а если и Демон Льда не удержит себя в ру… когтях, то моя территория будет опустошена, особенно если он решит освободить Демона Природы. И это когда пришло время решить вопрос вашей легализации! Кроме того, – голос королевы чуть дрогнул. – Возможность восстания против меня реально. Хоть Собрание и высказалось в сторону заключения договора с Арбитрами, путём обмена Арвиль, но осталось немало недовольных таким решением… Они могут попытаться сорвать подобное. Либо смещением меня… Или же попыткой убить Демона Природы. Мне понадобится ваша боевая мощь!

В этот раз бесконечно море ярости в глазах Папира оказалось разбавлено капелькой веселья, опасения Эллейн забавляли древнего монстра.

– Если вы правы, Демон Таинственного Леса, то моё присутствие явно разочарует Зентреба… И Арвиль тоже, – заметив непонимание в глазах собеседницы, Демон Гнева пояснил. – Первый был бы не прочь сыграть роль героя и спасти свою зазнобу, ну а вторая хоть раз за свою не слишком долгую жизнь хотела бы изобразить даму в беде. – заметив расширенные от удивления глаза собеседницы, он предупреждающие вскинул коготь. – Не осуждай их за скромные слабости, прекрасная Эллейн в конце-концов у нас не так уж и много простых радостей жизни.

Про себя королева эльфов подумала, что бессмертные демоны просто зажрались.

– Зентраб, не смотря на свои странности, один из самых ответственных и уравновешенный. Следует доверять своим союзникам, Великая Эллейн, – попенял ей монстр, одаривая добродушной улыбкой…Ну насколько ужасная клыкастая пасть это позволяла. – Тем не менее, моя дорогая королева, я понимаю причину вашего беспокойства и даже разделяю её. Конечно в первую очередь меня беспокоит восстание ибо ваши земли очень важны, но ещё важнее вы, не хотелось бы, чтобы столь красивая и мудрая женщина пропала бы из-за нелепого переворота… Что же, я приостановлю свои дела в Ледяных Садах и прибуду в Таинственный Лес примерно через день, пока же я передам наших немногочисленных агентов в ваше прямое подчинение, с их помощью вам будет легче распутать заговор. Я же торжественно обещаю раздавить его лично, если он окажется серьёзным. Всего хорошего, Великая Эллейн.

– Благодарю вас, Владыка Папир, – произнесла королева, чуть склоняя голову в сторону потухшего шара. Демон уже прервал связь.

Лишь после этого Элленй позволила себе устало опуститься в кресло.

– Всё прошло лучше, чем я думал, – незаметно вернувшийся принц-консорт поставил перед женой чашу с вином.

– Спасибо, – поблагодарила Эллейн, делая глоток, дабы успокоиться. – Агенты демонов в нашем распоряжении, сам Папир обещал скоро прибыть.

– Да, я слышал.

Королева издала небольшой смешок:

– Не представляю, как тебе удаётся каждый раз подбираться ко мне незаметно… На волшебный амулет уже вину не перекинешь.

– Магия, – обезоруживающе улыбнулся принц-консорт, целуя королеву.

***

Пробираясь по нему я ощущал ностальгию, последние события освежали память по ушедшим дням, когда мой путь только-только начался. Прошло всего-то двенадцать лет, но казалось, будто минула целая вечность.

Да, чем дольше живёшь – тем быстрее летит время.

Атствить философию! Нас ожидает бойня!

Надо признать, что наши телепатические беседы начали раздражать.

Ты ранишь меня в самое сердце!

Хватит, Арвиль! Я пытаюсь насладиться красотой Таинственного Леса и твои крики раздражают. Лучше поведай мне информацию о ней.

Конечно, моя ледяной крепыш. Крепость Весна являлась важным опорным пунктом войск Джеллу в борьбе с юго-восточными эльфами, а именно: кланы Совы, Рыси и Орла.

О первых двух я знаю, их главы ныне верно служат Эллейн. Но вот о третьем ничего не знаю. Дай угадаю – их уничтожили?

Да. Наша коровка пользуется достижениями своего отца, который когда-то и привёл мятежные кланы к покорности. Однако для покорности необходим и страх, а для него – яркий пример. Им и стал клан Орла. Он был выкорчеван королём Джеллу с корнем, в отместку за слишком долгое и яростное сопротивление, и его злая судьба стала символом гнева верховной власти.

Хм. Оригинальная Арвиль застала эти события?

Нет-нет. Конечно же, нет! На момент смерти Повелителя Демонов ей было всего-то сотня лет. Даже слегка жаль её, толком и не пожила. Киэль является потомком её младшей сестры, можно сказать мы с ней в какой-то мере родственники… Если, конечно, забыть тот факт, что я монстр сожравший душу настоящей Арвиль и возомнивший себя ей.

Комплектовать на эту тему – моя особенность.

Ну-ну,не бурчи! Мы словно два дивных цветка, чьи стебельки переплелись! Так что вполне нормальна схожесть наших мыслей.

Теперь я смущён. Надо сменить тему. Так… Не многовато ли женщин в качестве глав клана Совы?

Хороший вопрос! Реально хороший! Ведь причина проста, по неизвестной причине в главной ветви клана практически всегда рождались только девочки, из-за чего и получилась такая ситуация… Но мы отвлеклись, Ледяной Демон. Сама по себе крепость является строением древних магов, которую эльфы использовали в качестве опорного пункта, мур-мур. Её стены способны, наверно, какое-то время выдерживать выстрелы вражеской артиллерии. Наверно.

Скоро узнаем.

Расчёты Демона Природы оказались верны. Когда мы прибыли крепость держалась в лучах заходящего солнца, а повреждения оказались минимальны, хотя виной скорее был недостаток орудий у чернокожих, их оказалось всего-то пять.

Ха. Всего-то пушки. Устаревший мусор!

Мысли Арвиль прямо таки и сквозили презрением. По её воспоминаниям чужеземцы уже создали более совершенное оружие, но из-за недооценки местных решили оставить его в метрополии.

Даже жаль, теперь в наши лапы попадёт лишь морально устаревшее оружие.

Лагерь чужеземцев, которых оказалось более двух тысяч, был окопан, а лес возле него выжжен, в центре находилась несчётное количество палаток и землянок. Напротив крепости, в семи полётах стрелы от неё, укрепления были особо мощными и именно там находились пушки. Периодически они обстреливали позиции эльфов. Прямо на моих глазах произошёл особо удачный выстрел, ведь снаряд попал прямо в стену, выбив небольшой кусок камня и убив нескольких остроухих.

Так и чешутся клыки заморозить тут всё, а затем порвать на кусочки!

У меня аж слюнки потекли. Падая на траву, они тут же её замораживали, я даже подался вперёд, собираясь ворваться в лагерь и сожрать смертных…

Нападать сейчас стратегически неверно. Приди в себя!

Помотав головой и задев ветки сосны, я пришёл в себя. Спасибо Арвиль за это.

Всегда пожалуйста! А теперь в лагерь! Соберём информацию, а уже затем устроим резню!

– Конечно, – ответил я вслух, аккуратно опускаясь на землю и начиная рисовать на земле схематическую карту лагеря, после чего активировал “Волшебный Глаз”. Время замедлилось, а чувство обострились до предела. Теперь я чувствовал живых, их эмоции и стремления. Даже отголоски их мыслей. Параллельно с этим когтем отмечал важные цели. Штаб, палатки офицеров, арсенал и прочее. Моё внимание так же привлекла небольшая группа смертных, что уходила от лагеря иноземцев с лапами. Чуть сконцентрировавшись, я уловил запах их мыслей, его содержимое.

Они прокладывали линию для телеграфа в сторону побережья, где находился ещё один лагерь, человек на сто-двести.

Начать действовать я решил ночью.

***

Киэль в очередной раз прокляла тот день, когда отправилась инспектировать старую крепость, которую неожиданно осадили иноземцы. Эльфийка сумела организовать оборону, а вот вылазки окончились неудачно с большими потерями.

Пяти тысячный гарнизон ничего не сумел сделать с парой тысячью иноземцев! Их просто расстреляли на подходе, даже магия не слишком помогла!

Теперь же посреди ночи, когда она таки сумела задремать, её разбудил комендант с вестью о странностях в лагере чернокожих.

– Что там происходит? – спросила она, пока они шли на стену.

– Не знаю, госпожа, – ответил командир гарнизона, русоволосый эльф по имени Торисван, по совместительству её дальний родственник. – Наш друид говорил об огромных потоках магии! Боюсь, что иноземцы собираются применить её!

Киэль лишь скрипнула зубами. Ещё и магия! Неужто возможности этих уродов столь же велики, как и у демонов?!

Впрочем, когда она поднялась на верх, то поняла кто виновник происходящего, да и остальные тоже.

Ведь вместе с многочисленными выстрелами, криками смертных, взрывах доносилось ещё и столь знакомый рык.

Ну ещё периодические вспышки льда. Не прошло и двух десятков минут, как ночной лес накрыла пугающая тишина.

– Ледяной Демон здесь, – потерянно прошептал командир гарнизона. – Он убьёт иноземцев и придёт за нами! Нужно бежа…

Киэль прервала его панику ударом кулака в лицо.

– Остаёмся в крепости! – приказала она, не обращая внимание на боль в руке. – Следующий кто запаникует, будет срезан, как мёртвая ветка! Понял, Торисван, головой ответишь за это.

– Д… Да, госпожа, – ответил тот, вставая. Из разбитой губы текла кровь, а челюсть болела. Удар бывшей главы клана был хорошо поставлен. – Я и мои солдаты в вашем полном распоряжение.

– Хорошо, – чуть смягчилась Киэль, после чего объявила. – Собери разведчиков, чтобы через десять минуть они были готовы выдвигаться. Мы должны проверить, правда ли демоны прибыли сюда.

Стоящие рядом эльфы испуганно посмотрели на неё, никому не хотелось идти прямо в пасть Ледяному Демону.

Киэль это и сама понимала, поэтому сразу сказала:

– Поведу их лично я.

– Я… Я последую за вами, госпожа! – воскликнул комендант, коря себя за секундную слабость.

В означенный срок отряд из восьми эльфов вышел из крепости и осторожно направился к лагерю иноземцев. В свете двух лун он теперь выглядел зловеще. Тишину нарушал только поднявшийся ветер, который усиливался каждую секунду, заставляя крениться вековые деревья.

Картина буйства демона поражала, иноземцы даже не успели ничего понять, как их накрыла ледяная буря, заморозив буквально до самых костей. И если люди на окраине лагеря ещё успели схватиться за оружие и попытаться сражаться или бежать, то вот в центре… В центре все погибли мгновенно.

Пробираясь с отрядом по лагерю эльфийка ёжилась от холода и видела ужасные последствия буйства Зентреба. Вот один иноземец спокойно пил из кружки и тут обратился в лёд, даже не успев осознать факт смерти. Или вот солдат и медсестра решили развлечься и так и застыли…

Демон будто остановил время при помощи мороза…

А затем она увидела его. Зентреб, во всём своём ужасающем великолепии сидел на горе из трупов на окраине лагеря, задумчиво читал какую-то иноземную книгу и кажется говоря сам с собой… При этом на разные голоса.

Чуть напрягшись, Киэль сумела прочитать её название: “ Об основах накопления капитала и формирование прибавочной стоимости”.

Написано оно было на одном из диалектов Бандарского Конгломерата, который она немного знала.

– Это и правда Ужас Хлада! – едва слышно воскликнул Торисван. – Что прикажете делать, госпожа?

– Уходим, – одними губами ответила та, медленно отступая назад. Благо Зентреб был далеко и не мог их увидеть. – Вернёмся и доложим королеве… Стоп.. А где…

На секунду они отвлеклись, а Ледяной Демон уже исчез.

Эльфы начали озираться, не в силах понять, куда делся один из Погибелей.

– Может он вернулся… Ну где он там обычно живёт…– начал было Торисван, но тут же замолк, ведь со словами из его рта выходил и пар, а затем их накрыла тень.

Сжав бесполезное оружие Киэль медленно обернулась, уже зная кто стоит за её спиной.

А нет. Это оказалась сосна, что накренилась из-за сильного ветра.

Облегчённо выдохнув, Киэль тихо сказала:

– Неважно куда он делся, возвращаемся в крепость и готовимся к возможной атаке Ледяной Смерти.

– Отправим гонца королеве?– тихо спросил комендант, продолжая напряженно озираться.

– Что за глупые вопросы? Конечно, отправляй, вдруг он явился за Гнилью Лесов, – непринуждённо раздался сбоку незнакомый девичий голос, и прямо из воздуха появилась фигура Ледяного Демона.

– Мы задержим его! – воскликнул Торисван, вместе с ещё двумя эльфами загораживая Киэль. – Отведите госпожу в кре…

– Заткнись! – рявкнул Зентреб уже не симулируя женский голос, мгновенно оказываясь перед комендантом и давая ему лёгкого леща.

Бедняга мигом отлетел шагов на двадцать и покатился по земле, словно шишка.

– Так о чём это я? Ах да. Юная Киэль, наслышан о твоей храбрости, – почти учтиво обратился к бывшей главе клана Зентреб, подбрасывая книгу и проглатывая её прямо в воздухе. – Я пришёл обсудить судьбу Арвиль, известной вам как Гниль Лесов, в знак добрых намерений я сделал две вещи. Уничтожил этих иноземцев, посмевших атаковать ваши священные леса.

– А какая вторая вещь? – усмирив страх, спросила Киэль.

– Вторую делаю прямо сейчас. Сдаюсь вам. Надеюсь, обращаться со мной вы будете хорошо.

Глава XX Прибытие Демона Гнева и Демона Енотограда

Эллейн , опёршись на балюстраду, безмятежно смотрела на Таинственный Лес постепенно погружающийся в сумерки. Её распущенные волосы чуть колыхались на прохладном ветру, сама же она размышляла. О прошлом, настоящем и будущим.

Она ценила такие редкие моменты покоя, всей своей сутью ощущая, насколько они скоротечны.

Казалось бы, бессмертные монстры, которым нет смысла, торопиться, которые были терпеливее ледяной змеи, однако за каждой паузой всегда следовал взрыв. Так было десять лет назад, когда Зентреб освободил остальных, так было и восемь лет назад, когда после двухлетнего молчания они с ходу уничтожили армию Хароса, орков и полки иноземцев.

И это только самые крупные примеры, более мелких, но показательных за последние восемь лет набралось более тысячи. Однако сейчас, смотря в будущее, королева Таинственного Леса понимала – грядёт буря, которая изменит континент, как никогда сильно!

Оглядываясь на былые события, Эллейн давно поняла, почему демоны так спешили. Просидев век в тюрьме, и ещё почти тысячу лет в безумии, они стали ценить время, прекрасно зная – может перед ними и вся вечность, но у других-то нет. И либо ты живёшь в темпе смертных, либо тебя ждёт поражение. Как оно когда-то настигло эльфов, которые погрузились в свой маленький мирок и в результате едва не проиграли людям, которых ранее превосходили во много раз.

Позади послышались знакомые шаги и Эллейн почувствовала, как лёгкая улыбка озаряет лицо, а затем сильные руки приобняли её за талию.

– Как прошли поиски участников восстания, мой принц-консорт, – спросила королева, складывая крылья, чтобы они не мешали ей обниматься с любимым.

– Возможного восстания... Но да. Подозрения подтвердились, – ответил Генрих с наслаждением зарываясь лицом в распущенные волосы Эллейн и вдыхая запах волшебного леса. – Судя по всему это и правда заговор бывших глав кланов, вероятно организатор заговора Роландор.

– А я то надеялась, что старик успокоится, и будет доживать в глуши…

– Следовало его убить. Таклисс предлагал свои услуги в этом деле, а пример его работы мы могли наблюдать в Харосе, где он уничтожил всех, на кого указал Альфредо II.

– Возможно, – немного грустно кивнула Эллейн. – А может нам следует научиться находить компромиссы, а не бездумно убивать любых несогласных.

– Ну да, – хмыкнул Генрих, отпуская женщину и тоже опираясь на балюстраду. – Ведь даже Погибели научились этому, по мне они просто лицемерят.

Королева вздохнула. Она любила Генриха, а он её, по большей части они всегда приходили к согласию, однако были у них и точки расхождения во мнения. Эллейн всегда была сторонницей более мягких мер, она до сих пор корила себя за битву при Кагароне, которая на самом деле являла собой громадные спектакль. Принц-консорт же считал что она сделала всё правильно и нет смысла об этом переживать, кроме того он был против помилования Роландора, настаивая на его казни, а так же уничтожение бывших глав кланов, которым не нравились новые реформы и утраты власти. Королева же дала им шанс, утверждая что нельзя карать до преступления. Подготовиться и следить, да, а убить, бросить в заключение – нет.

Генрих этого не понимал и считал слишком наивным. Демоны могли себе позволить, поскольку обладали подавляющей мощью и неуязвимостью, у смертных такой роскоши не было. В общем-то он просто боялся что его любимую просто отравят или убить, тем более пара покушений было.

– Кстати о них, – Эллейн постаралась перевести тему. – Лорд Папир наконец-то разобрался со своими делами и обещал сегодня прибыть.

– Опаздывает на два дня. Нетипично для него, к счастью для нас его опоздание совершенно некритично. Итак, вот что мне удалось узнать о возможном заговоре…

Генрих подробно назвал подозреваемых, сплошь бывшие главы крупных и средних кланов, их ближайший круг, а так же некоторые духи, быть может даже феи. Однако доказательств у него не было, лишь туманные зацепки и догадки.

За время краткого рассказа солнце окончательно зашло за горизонт и царствующая чета вернулась в непривычно пустую резиденцию Эллейн. В преддверие прибытия Демона Гнева королева эльфов заранее отпустила немногочисленных слуг и духов.

Их путь лежал на самый верхний этаж, куда в любое время был запрещён проход всем незнающим о союзе с Погибелями. По дороге они правда сделали небольшую остановку в личных покоях, где принц-консорт захватил заранее приготовленную картину.

Миновав големов, изображающих статуи, Эллейн и Генрих вошли в святую святых. Большой пустой зал в центре которого находился мраморная арка в четыре человеческих роста.

Рукотворное чудо древней магии! При этом уже активное.

Портал испускал алое, зловещее сияние, иногда сменяемое изумрудно-золотым светом. Царствующая чета стояла напротив провала реальности и несколько нервно ждали существо, что должно было вот-вот явиться.

Папир не слишком часто приходил таким способом, поскольку порталы в его присутствие довольно плохо, гораздо хуже, чем для остальных шестерых демонов.

Однако минуты шли, а чудовище так и не являло свой зловещий лик.

– Он опять опаздывает, – нарушил гнетущую тишину Генрих, проверяя подарок для Демона Гнева. Какую-то иноземную картину.

– Я заметила, – чуть грубо ответила Эллейн, раздражённая медлительность Папира и привычкой мужа озвучивать очевидное. – Он таким образом показывает свой статус, заставляя нас ждать словно слуг?

– Нет, не думаю, – чуть помедлив, сказал принц-консорт. – Удивлён, что тебе такая мысль в голову пришла, мы знакомы с этими монстрами более десяти лет и он ни разу не демонстрировал такого поведения.

– Не буду врать, мне не просто до конца понять этих существ. Они для меня словно лес в самую тёмную ночь. Даже когда мне кажется, будто я могу предсказать ход их действий – они делают что-то неожиданное. Тот же Зентреб… Обычно он рассудителен, а в бойни при Аизаре просто взял и рискнул буквально всем из-за обещания когда-то данного Арвиль! Для него это было совершенно нетипично!

Генрих внимательно посмотрел на Эллейн, которая начала чуть нервно тереть прядь волос, после чего подошёл и взял её за руку.

– Ты же эльф, лесная тьма тебе не страшна.

– Просто пословица, любовь моя… И я рада что за годы совместной жизни ты прекратил говорить “эльфийка”.

– Я запомнил твои слова, сказанные более десяти лет назад, любимая.

Королева улыбнулась и подалась к принцу-консорту. Их лица оказались близко-близко и… Смотря в глаза своему любимому Эллейн подумала, как же было бы весело вырвать их, а затем переломать ему руки и ноги!

Судя по его расширенным зрачкам – он подумал так же.

Странные мысли и вспышка гневаедва не завладели ими, но они привычно перебороли их, понимая истинный источник подобного.

Папир наконец-то прибыл и одним своим присутствие нарушил столь чудный момент.

– Приветствую, друзья! И извиняюсь, что прерываю ваш романтический разговор! – раздался полный злобной ярости рёв, и лапа Демона Гнева вступила на пол резиденции.

Чудовище, адская смесь медведя, ящера и духи знают чего ещё, выступило из портала, в его алых очах, как обычно, отражался лишь гнев, от которого королева и принц-консорт невольно дёрнулись. Оба они прекрасно знали, что могущественный демон лишь производит такое впечатление из-за особенностей собственной магии, а так он вполне адекватен, но всё равно на секунду ощутили страх.

К удивлению царствующей четы Папир явился не один, следом за медведеподобным монстром из портала вышла маленькая рыжая девочка в простом платье, шляпке цилиндре и зонтике, что она закинула на правое плечо. Её лицо, как и обычно, выражало лишь безразличие.

– Приветствую вас, друзья, – произнесла Эллейн, старательно имитируя дружелюбный тон и с сожалением отстраняясь от своего мужа.– Рада, что вам удалось прибыть, хоть и несколько позднее обещанного.

Невысказанный упрёк, Демон Гнева должен был прибыть ещё два дня назад, но из-за каких то важных дел серьёзно задержался. Зато он прихватил с собой Ольху, и Эллейн не знала, радоваться этому или предаваться отчаянию. Демон Енотограда обладала громадной мощью, вот только была ещё и самой проблемной из всех Арбитров из-за отсутствия даже подобия эмпатии.

Она могла элементарно поубивать не только возможных предателей, но и всех их родственников.

Хотя… В принципе так же мог поступить и любой другой Арбитр.

– Мы не друзья, а коллеги, – равнодушно поправила её Ольха, внимательно осматриваясь, медленно поворачивая голову на сто восемьдесят градусов. – Следует правильно выражать свои мысли, Демон Таинственного Леса, Демон Гнева, чтобы не плодить ненужных заблуждений. И да, мне не нравится обстановка, нужно больше предметов роскоши, зловещих артефактов и колонн. Как вообще можно делать здания без колонн?

– Не будь столь дотошной, много знающая Ольха! И не навязывай свои странные вкусы остальным! – с невыразимым бешенством изрёк Папир, злобно смотря на всех присутствующих. Из его пасти капала слюна, заставляя пол дымиться.

– Прошу, не портите пол, Великий Папир, – попросила Эллейн, неодобрительно смотря на оставленные демоном следы на камне.

– Прошу простить меня, королева! – повинился он, вытирая пасть лапой. – Я чувствую громадное количество мистических существ, коими населён Таинственный Лес и инстинкты требуют пожрать их. Поэтому активизировалась и выдача слюны, очередной атавизм доставшийся мне от поглощённых мною магов… Потерпите немного, пожалуйста, мне нужно немного времени чтобы полностью взять под контроль свои… Желания. Граааа.

– Разумеется, – сказал Генрих, убирая руку с эфеса клинка и показывая на подарок для Демона Гнева. – Мы более чем доверяем вам. И в знак добрых намерений, хотим преподнести вам дар. Иноземная картина, название Кораблекрушение. Автор Мяьлиу Ренрёт, написана более ста лет назад… Точнее был написан оригинал у нас, увы, лишь копия. Удалось достать её у иноземных торговцев до начала этого конфликта.

Чудовище тут же заинтересованно обратило взор на предмет искусства.

Если Арвиль и Зентреб отдавали большое значение выпивке, то вот чудовищный Папир предпочитал предметы… Искусства. Картины, песни, скульптуры, книги и прочее в подобном духе.

С точки зрения Эллейн Демон Гнева старательно изображал из себя эстета. Сам же он утверждал, будто способен извлечь понимание целой цивилизации за счёт изучения их культуры через искусство.

Увиденное ему явно понравилось.

Бушующие волны, верхушки которых ощетинились белыми гребнями, окружали терпящие бедствие судно. Безжалостная тёмная вода бросает шлюпки с людьми, что пытаются спастись. Некоторые люди уже в объятиях могучий стихи, они пытаются взобраться на борт, однако их потуги кажутся ничтожными, а корабль – столь убогим и ветхим.

Всюду тёмная палитра. Тревожное небо и неспокойная вода почти сливаются воедино, но есть и блеклая тень надежды. Тонкая полоса света у самого горизонта чуть оживляет мрачный пейзаж.

Она делает картину по настоящему живой, даруя отчаяние и надежду вперемешку.

– Ценный дар, – равнодушно изрекла Ольха, пока Демон Гнева чуть ли не облизывал картину. – Я так понимаю, мне ничего не приготовили? Обидно.

– Нам жаль, – призналась Эллейн. – Мы просто не знали, что и ты прибудешь, Ольха. Могли бы и предупредить.

– Я пошутила. Мне не обидно. Мне всё равно и просто скучно.

В подтверждение своих слов маленькая зомби изобразила протяжный зевок.

– Чудный подарок, королева Эллейн, принц-консорт Генрих, благодарю вас обоих от всего своего сердца! – зловеще процедил Папир. – Моя благодарность не знает границ! Ещё один чудный предмет в мою коллекцию! С его помощью я смогу лучше понять наших врагов, а понимание – это первый шаг к победе! А вот за наличие Ольхи прошу меня простить, она решила поучаствовать буквально за минуту до моего прибытия. В последний момент! И доставила всем нам неприятности!

– Что же ты видишь здесь? – с каплей интереса спросила маленькая зомби, игнорируя упрёк демона.

– Очень интересные вещи, – тут же ответил Папир, аккуратно крутя картину перед своей пастью. На тему искусства он мог трепаться бесконечн… Ну точнее пока его амулет не переставал работать. – Хоть это холст и создан почти сто лет назад, он может поведать мне немало. Наши чернокожие… ГРААААРРАР… Извиняюсь. Амулет как обычно барахлит. Итак, хоть они делают громадную ставку на технологию, но силы природы всё ещё для них то самое испытание, которое им не по силам. И лишь далеко в будущем, судя по просвету, у них будет шанс. Страх перед непреодолимой силы природы, стихии, всё ещё в их крови. Занимательно, друзья, крайне занимательно.

– Всё это интересно, но на повестке дня стоит другой вопрос, – мягко напомнила Эллейн.

– Да-да, восстание каких то остроухих клоунов, – равнодушно сказала Ольха.

– Возможное восстание, – тут же поправил её Генрих. – Продолжим на нижних этажах, в более удобной обстановке. Сейчас в резиденции только мы, стража есть только в самом низу. Прошу пройти за мной, продолжим наш диалог в более подходящем месте.

Два монстра не стали возражать. Правда у Папира оказались сложности с проходом через двери, хотя они были больше обычных. Сам Демон Гнева по неизвестной причине несколько увеличился, где-то процентов на десять, как бегло отметила про себя королева Таинственного Леса.

– Я вижу у вас были серьёзные причины задержаться, – озвучила очевидное Эллейн.

– О да, к моему глубокому сожалению, – кивнул Папир, аккуратно держа подаренную картину. – Демон Енотограда, будь так любезна, продолжи за меня, а то кажется мой амулет опять… ГРААААААА!

Речь, пусть и пропитанная ненавистью, злобой, сменилась на жуткое рычание.

– Ревмарк где-то умудрился перенапрячься и впал в безумие, – равнодушно продолжила Ольха, прыгая по ступеньках на одной ножке. – Видимо операция в гномьих горах далась ему тяжелее, чем нам казалось. Он развалил несколько зданий, обратил пару десятков смертных в чудовищ в припадке. – она прекратила прыгать и показала на бредущего позади Демона Гнева, что тщетно пытался наладить амулет. – К счастью Папир сумел его угомонить и поместить в исцеляющее палаты, это и есть причина задержки, а я же направилась сюда, чтобы помочь побыстрее решить все проблемы и осмотреть Арвиль или Зентреба. Эти двое, походу, в конец потеряли остатки мозгов.

– О чём вы? – почуяв тревогу, спросил герольд. Хотя его больше заставили напрячься не слова о очередном безумстве Демона Природы и Ледяного Демона, к этому он уже привык, а нетипичная эмоциональность Ольхи.

– Они продолжилиэксперименты со своей связью и теперь даже говорят о себе во множественном числе. Мы беседовали по телепотической связи, и что бы вы думали? Арвиль говорила через Зентреба, да ещё чуть ли не в один голос. – маленькая зомби чуть поморщилась. – Выглядела это тревожно.

– Мне кажется, ты драматизируешь, – заметила Эллейн, лестница наконец закончилась и они вошли в роскошные покои. Зелёные магические кристаллы давали мягкий свет, стена покрывал прекрасный ковёр из самых разнообразных цветов, создающий необычный узор. В центре находился диванчики, а между ними длинный стол, растущий прямо из пола.

Ольха тут же рухнула на диванчик и начала ремонтировать амулет Папира. Её пальцы удлинились, а ногти загорелись изумрудно-пурпурным огнём. Эллейн же, сев напротив вместе с Генрихом, посвящала их в последние новости, ведя неспешный рассказ.

– Какова наша роль, – осведомилась Ольха, когда королева замолчала.

– Будете резервом, – сказал Генрих, опуская локти на стол и сплетая пальцы в замок. – Я рассчитывал, что Папир выступит в качестве нашего последнего довода, но если другого выхода не будет! Демон Енотограда это совсем другое дело, о тебе почти никто не знает и у тебя нет зловещей репутации. Зентреб в ближайшее время прибудет в качестве почётного пленника и у нас будет подобие суда, а он будет превосходным шансов для заговорщиков. Согласишься ли ты сопровождать Эллейн в качестве её временного телохранителя?

– Я прибыла сюда ради проверки состояния тех двух лоботрясов, – равнодушно откликнулась маленькая зомби, кидая отремонтированный амулет Демону Гнева. – Сопровождать Демона Таинственного Леса не помешает этом, поэтому я согласна.

– Рекомендую вам, дорогие коллеги мои, усилить охрану Арвиль, – добавил Папир. – Именно она, скорее всего, будет целью заговорщиков. В конце концов она поубивала целую кучу эльфов в Аизаре, пусть и в состоянии условного аффекта, но в глазах жителей Леса это не важно. Кровная месть, принцип зуб за зуб, многое для них значит. А теперь… Давайте продумаем стратегию более детально, ведь сейчас мы начинаем план по частичной реабилитации репутации Погибелей. А это первый шаг объединения всего нашего континента перед угрозой иноземцев! Ошибки недопустимы!

Глава XXI Развлечения почётного пленника

Чернильная тьма…Леденящий душу холод. Изморозь покрывала древние камни, рисуя уникальный узор, чуть белый, из-за инея, мох шевелился, словно живой и алчущий плоти монстр, а тишина нарушалась лишь нашим размеренным дыханием. О еда ещё осталась!

Мы подняли кочан капусты, обнюхали его, а затем, после секундного колебания, забросили себе в пасть. Вкуса не было, а ведь мы в Таинственно Лесу и мощь Природы наполняет нас, омывает наши тела!

Плохой знак для нас любовь моя! Время уходит словно лепестки под ветрами грядущей зимы!

Знаю, Арвиль. Но не будем драматизировать. Ведь наша связь крепка, как никогда!

После битвы с иноземцами она и правда укрепилась кратно! Ощущение единства, слышать мысли любимой, как свои, разделять с ней эмоции… О дааа. Всё это дарило настоящее наслаждение, испортить которое не могли даже эльфы черепахи.

Смертные… Какие же они медленные и полные сомнений существа. После событий у крепости Весна и моей торжественной сдачи в плен, эльфы тут же отправили весточку Эллейн со всей информацией и запросом на дальнейшие действия. А до тех пор мы позволили себя заключить в подземные казематы крепости. Хотя на самом это был подвал с продуктами, который эльфы судорожно переоборудовали под подобие тюрьмы, ну а остатки продуктов ублажили наше чрево. Паникующие друиды же наложили различные чары, стремясь создать хотя бы иллюзию безопасности!

Не слишком помогало, гарнизон понимал, что нас они не остановят, а сидим мы тут исключительно по своему желанию. Несколько десятков эльфов даже дезертировало, хотя не думаю что только из-за страха. Скорее они спешили предупредить свои кланы о прибытие и якобы сдачи в плен ещё одной Погибели.

Мы прекрасно слышали их шёпот.

– Оно убило их! Всех этих варваров! Просто заморозил до самых костей!

– Эт-то трюк!

– Оно явно смеётся над нами! Оно слышит нас! Надо бежать!

– Духи Леса спасите и сохраните!

– Убьём его, когда он заснёт!

– Тупица ему не нужно спать! Погибель сожрёт нас! Сожрёт!

И все в таком духе. Хотя на самом деле за их панику в любом случае несли ответственность именно мы. Бедные смертные просто не выдерживали нашу зловещую ауру. А ослабить её нам не слишком удавалось, уж больно сильно наши тела пострадали от собственной магии.

В тягостном ожидание прошло два дня, за это время нас аж четыре раза навещала Киэль, сообщавшая, зачем-то, последние новости и извинялась за плохое содержание. Посещение нас принесло ей уважение гарнизона, ведь никто больше не смел к нам заходить, и толику опасения, а вдруг чудовище задурило ей голову или вовсе заменило бывшую главу клана Совы!

Хотя все-таки напряжение слегка схлынуло, ведь если жить, как говорят чернокожие чужеземцы, на пороховой бочке, то рано или поздно привыкаешь к этому. Ну или она взрывается и тебе уже всё равно.

Правда назрела другая проблема, нам стало дико скучно. Наша напитанная хаосом натура требовала действий!

Когда Киэль явилась к закату второго дня, её ожидала странная просьба.

– Ва-Вам нужны раненые? – испуганно переспросила она.

– Тяжело раненые, милашка-дурака, – пропела Арвиль моим голосом. Со стороны это смотрелось дико. – Тех, кого ваша жалкая магия не может спасти, обречённых, доживающих последние дни. Тех, для кого жизнь – это боль! Утративших надежду! И мы покажем им, как сильно они ошиблись. Разрушим их представление о мире и явим всю его неоднозначность.

– Слишком много пафосных слов, – прервал я Демона Природы. – Нам нечего делать. Приведи их сюда и мы со скуки спасём их. Избавим от болезней или увечий. Против воли не надо. Нам интересно, сколько же будет добровольцев.

– Как пожелаете, Арбитры, – склонилась в поклоне бывшая глава клана Совы, выпрямившись она поколебалась пару мгновений и не решительно спросила: – Вы точно не будите их по… пожирать?

– Нет, конечно, тупая ты овца! – в унисон возмутились мы. – Пошла и не задавай тупых вопросов! И прикажи нам еду доставить! Мясцо обязательно!

О времена, о нравы! Даже женщина, знающая нас уже несколько лет, продолжает верить в такую чушь! Будто мы занимаемся поедание разумных существ, ладно когда нас охватывает безумие, то да, такое может произойти.

Обидно даже. Исправление нашей репутации займёт десятилетия, уж больно она зловеща.

Первого к нам привели молодого эльфа. В принципе он был здоров, если не считать оторванной руки.

– Рана не смертельна, а друиды способны воссоздать утерянную конечность, – заметила Демон Природы, заставив больного вздрогнуть. – Так зачем же ты пришёл к нам, червяк?

Дико смотрелось, когда из пасти ужасного Ледяного Демона, звучит пусть и высокомерный, но приятный женский голос.

– Уверен, любовь моя, он сейчас поведает свою историю, – пророкотал я, заставив эльфа посереть от страха. Чудовище что разговаривает разными голосами и говорит само с собой…

Эльф с очередным тупым именем (Котраксаратор) честно признался, что он порвал со своим кланом, довольно влиятельным, и они дали негласную просьбу старшим друидам не помогать ему. Хоть кланы формально больше не имели влияния, а все решала центральная власть в реальности они сохранились за счёт старых взаимоотношений. Вернуть оторванную взрывом руку для обычных друидов было практически невозможно, старшим же это было по силам, но требовались дни и недели, да и было таких мало. Разумеется, такие эльфы обладали крепкой связью с кланами и они по мере сил мешали тем, кто рвал с ними связи. Да, Эллейн тоже предстоит немало работы.

Наша коровка и её хахаль справится с этим.

Мне нравится твоя вера в этих двоих.

Пациент в это время мычал и пытался вырваться из хватки растений, что повинуясь нашей воле проросли и оплели смертного. Совсем скоро он затих, погружаясь в целебный сон.

Арвиль тут же взялась за дело, а я наблюдал, полностью отдав ей управление своей тушкой. Любопытно, что при этом шкура позеленела, а глаза стали подобны двум изумрудам. Хлад ослабел, а растения вокруг нас стали расти куда быстрее.

А за много полётов стрелы, в темницы самой Арвильуже её тело менялось, нежная белая кожа стремительно грубела, и серела, из глаз лился ледяной свет, стены, пол и потолок стремительно покрывались льдом.

Наши сознания как будто могли перетекать в тела друг-друга, хотя чувствовалась влияние расстояния, мы были на самой границе, где подобное ещё было возможно. Чуть дальше и такой бы впечатляющий фокус не сработал.

Исцеление смертного заняло не более двадцати минут, не рекорд, конечно, но смертным с их жалкой магией подобное и не снилось.

– Готово, – заявила Арвиль, пробуждая эльфа. – Великолепная я восстановила кости, нарастила мясцо, воссоздала нервную систему, а заодно почистила остальную часть твоего организма. Ты в курсе, что был заражён скверной болезнью чресел? Нет? Даже не слышал о такой болезни? Ну скажи спасибо мне за исцеление, убогий хорёк, вали теперь отсюда и зови следующего! И в следующей раз трахайся аккуратно, кусок ты мяса!

Новый пациент рискнул зайти почти сразу. Больного вида эльф со слезящимися глазами и тёмными пятнами на коже.

– Удивлён что тут есть любители всякого дурмана, – изрёк я, с лёгким интересом смотря на такого эльфа, пока его оплетали растения. – Никакой дисциплины у войск королевы Эллейн. Тц-тц-тц. Как печально.

Очистить организм смертного так же не составило труда, хотя со стороны выглядело страшно, поскольку растения буквально проросли сквозь плоть. Зашедшая полюбоваться процессом Киэль, тут же выбежала, да ещё и блеванула. Как и пара эльфов, тащивших за ней тушу поджаренного оленя. К их удивлению и страху наш пациент вышел полностью здоровым, и ничто не указывало, что всего несколько минут назад он был буквально частью растений.

Всего за ночь и день мы вылечили более пяти десятков разумных, при этом чем дальше, тем с менее опасными болячками шли к нам.

Предпоследним и вовсе пришёл эльф, жаловавшийся на сгнившие зубы. Конечно же мы помогли, вырвав их всех, а затем вырастив новые. Более крепкие и острые, заодно чутка поработали над его челюстью. В результате наш пациент мог бы без проблем прокусить кость руки, например.

Бонус, так сказать.

Но последний превзошёл всех. Эльф умудрившийся подцепить насморк.

– Итак, мы правильно понимаем тебя, смертный, – пророкотали мы, смотря на невысокого темноволосого эльфа. – Ты умудрился, будучи эльфом, подцепить насморк летом, и не нашёл решения лучше чем придти на лечение к Погибели? У тебя с головой всё нормально, смертный?

– С головой у меня порядок, у меня же насморк! – ответил он, бледнея от страха, но в тоже время храбро смотря в наши глаза. – Лечить то будете?

– Будем, конечно, нам всё равно нечего делать.

Лечение заняло буквально минутку, а затем вы вышвырнули его из нашего подвала- тюрьмы. К сожалению ещё одного такого отчаянного храбреца не нашлось, хотя судя по отдельным крикам, он был по уши в долгах из-за игр в кости и заключил пари на поход к нам. Насморк же он подхватил поскольку был одним из разведчиков Киэль и слегка подмёрз, когда исследовал замороженный мною лагерь иноземцев.

И всё таки никакой дисциплины у войск Эллейн. Карточные долги среди эльфов... Ну что за позорище?

Ну а к закату третьего дня пришел приказ, отконвоировать Ледяного Демона в столицу. По дорого нас должны были встретить войска личной гвардии Эллейн.

И судя по некоторым намекам, в Рувендур уже прибыл Папир и Ольха. Хм. Что же последней там надо?

Наверно маленькой бедной девочке стало скучно, и она решила навестить своих лучших друзей!

Хорошая шутка, Арвиль.

Нам обязательно встречаться с Папиром? Я правда-правда не хочу слышать его длинные предлинные речи!

Зная их, я более чем уверен, что его засунут в засаду на случай эксцессов и он явит себя лишь в случае начала сражений.

Слава нам! А то он опять будет трындеть несколько часов на тему искусства, как косноязычный дегенерат!

Спустя час за нами явилась Киэль. Её сопровождали пяток эльфов.

– Великая Эллейн прислала ответ на твою сдачу, чудовище, – сообщила бывшая глава клана, отводя глаза. Ей явно не хотелось грубить, но наша репутация обязывало к подобному, ведь было бы крайне странно обращаться к самым ужасным монстрам, уважительно. – Нам приказано сопроводить тебя в столицу, как почётного пленника. –

– Прекрасно, – ответили мы. – Раз уж мы… Я почётный пленник, то обращайся ко мне соответственно, дщерь Леса. Я лорд Зентреб, Ледяной Демон и владыка обширных Северных Земель, член совета Арбитров. Донести это до своих подчинённых, всей это в их головы, мне не хочется начинать диалог с вашей королевы с извинений за ваши вырванные хребты из-за вашей грубости или неуважения.

Почётный пленник это не просто слова. Такие имели право сохранить при себе оружие, уважительное обращение и даже обладали определённой свободой передвижения. Обычно такого отношения удостаивались знатные люди и эльфы из верхушки более-менее важного клана.

Киэль пообещала проследить, ну а её сородичи старались не смотреть на мои когти, каждый из них явно представил, как они входят в их плоть.

Эльфы расступились, и мы с некоторым трудом полезли в проход. Печати друидов тут же сгорели, большую проблему на самом деле доставил сам проем, не рассчитанный на столь внушительный гостей.

О, наша коровка прислала ко мне ещё несколько десятков солдат для моей защиты! Как мило!

Да, я вижу. Интересные вещи он говорит.

Кража большого количества клинков из темного железа намекает на попытку убить меня или тебя, в обход решениях королевы и того собрания что создала Эллейн.

Тебе надо быть осторожнее Арвиль.

Как и тебе, один удачный выстрел из лука или того оружия может ввергнуть тебя в безумие. Уверена, они вполне догадались переплатить их на стрелы или сделать пули.

Скорее всего, думаю и у Эллейн есть тщательно скрываемый запас подобного. Все таки она ненавидит и боится нас, а значит логично держать под рукой средства способные остановить даже древнее оружие… И это демон меня побери логично и правильно, учитывая наши приступы безумия.

Если уж говорить о ненависти, то она скорее уж ненавидит тебя, но не всех нас. Уверена, меня она и вовсе просто обожает. А насчёт тебя, у неё и правда есть для этого объективные причины… Хотя надо отдать ей должное, личные чувства не мешают ей.

Да, за это, а так же её упорство, храбрость и ум, она получила наше уважение. А за счёт расчетливости, харизмы и, опять же, ума завоевала уважение, даже любовь, своих подданных.

Что-то, многовато комплиментов другой женщине. Ещё чуть-чуть, буквально коготочек, и я начну ревновать.

Да ладно тебе! Ты думаешь точно так же в её отношении! Может, это мне стоит начать ревновать?

Туше.

Снаружи крепости вечерело. Эльфы решили выдвинуться на рассвете, однако сборы в дикой спешке проходили уже сейчас. В эскорт должны были войти пять десятков остроухих, наиболее стойки и могучих. Удивительно, но некоторые из желающих оказались нашими пациентами. Мы же, с согласия Киэль, временно покинули твердыню и её гарнизон, впервые за долгое время, смог умиротворённо заснуть.

Вернулись мы в крепость, как только начало светать.

– Наша задача доставить Поги.. Лорда Зентреба в Рувендур, как можно быстрее, – разъясняла суть задания Киэль. – С местными жителями общаться только по необходимости, стараться скрывать от них нашего пленника.

– Да как такую тушу скроешь… – проворчал один из солдат, не замечая растущий рисунок инея возле ног своего командира. – Демон же очень крупный, да ещё и лёд его выдаёт…

– При необходимости мы можем быть, словно лесной ветерок, – сказали мы, возникая за плечом Киэль. К её чести она лишь слегка вздрогнула, а вот остальные эльфы попятились, когда могучая тень накрыла их.

Конечно, мот способности в плане скрытности были так себе. Я мог передвигаться бесшумно, становиться невидимым, но аура страха выдавала меня, как и появляющийся из-за меня лёд.

Однако после усиления связи с Арвиль я получил часть её талантов, как и она моих. За счёт её эльфийской основы мне, как бы удавалось отводить глазам смертным, рассеивая их внимание, а её сила стабилизировала мою.

Хоть и отчасти.

– Да, Смертные, – сказал я… Нет. Мы. – В наших возможностях быть незаметными, поэтому не страшитесь. Нас не заметят, если только вы не пожелаете обратного.

- Увидим, - закусив губу от волнения, сказала бледная Киэль. – Отряд, выдвигаемся!

Эльфы тут же запрыгнули на свои лосей и двинулись в путь, как и мы.

***

Сильный ветер бил в лицо Киэль, чей лось несся вперёд с огромной сскорость по Таинственному Лесу при этом совершенно не уставая. Кусты, корни, ветки и даже вроде бы деревья покорно уходили в сторону. Не прошло и дня, а они преодолели уже треть пути!

Причина же их скорости находилась впереди, могущественный Ледяной Демон, внушающий отчаяние и страх одним своим присутствием. И даже больше! Однако теперь его мощь питала лосей и даже эльфов, отгоняя сон и усиливая их. Самой Киэль казалось, что сейчас она способна вырвать целое дерево с корнем!

Пристраститься к их силе было так легко… И это так же пугало. Как и иные их возможности.

Бывшая глава клана Совы прекрасно знала, что такое страх смерти. В свои пятьдесят лет, очень юный для эльфийки возраст, она успела поучаствовать в нескольких войнах, лично билась в сражениях, поэтому близость гибели её не слишком пугала.

В отличие от двух бессмертных демонов, пусть лично присутствовал лишь один, вторая же каким-то образом говорила через него. И не просто говорила, но и творила магию!

Будто Ледяной Демон и Гибель Лесов объединились в одно целое!

А значит удвоилась не только их мощь но и безумие. Этого бывшая глава клана Совы так же боялась. Непредсказуемости, коей славились оба этих монстра и в более спокойном состоянии.

Да, она знала, что Эллейн заключила союз с этими тварями, ещё восемь лет назад но это никак не уменьшало их опасность.

Достаточно вспомнить Аизар. Славный город, который оказался разрушен лишь одной Погибелью, потерявшей над собой контроль.

– Не следует так уж нас бояться, – раздался странный голос и Киэль вздрогнула.

Каким то образом демон оказался справа от неё, а остальной отряд успел отстал.

– Юная дева, ты слишком ушла в себя, – покачал головой монстр… или монстры покачалиголовой? Судя по голосу они сейчас говорили в унисон. – Не переживай, кажется мы более чем перебороли свои инстинкты, скоро можно будет выпустить на… Выпустить Арвиль из древней темницу.

– Собрание против этого, Великие, – закусив губу, ответила Киэль. – Они до сих пор не могут придти к согласию…

– Как показывает наша жизнь, смертные легко могут поменять свою точку зрения, если предложить им нечто ценное.

– Родственники погибших при Кагароне и Аизара не согласятся с этим, – тихо сказала Киэль.

– Тоже верно, – покивали демоны. – Твой шрам? Мы можем убрать его. Арвиль считает что он портит твоё личико.

– Н-нет, – тут же отказалась эльфийка. – Это напоминание о том, как близко мы находимся от смерти на самом деле.

– Чувствуется тут скрыта какая-то поучительная история… Но нам она не интересна, поэтому не рассказывай.

– Н-но, я и не собиралась!

– И это правильно. Не трать наше время на всякую мелочь, вроде твоей личной предыстории. Приказывай разбить лагерь, может твои солдатики сейчас и не чувствуют усталости, однако нельзя поглощать нашу силу долго без последствий.

– Поняла, – ответила Киэль, чуть придерживая своего лося и крича солдатам. – Стоять! На сегодня хватит! Ищем место для ночёвки.

Глава XXII На чуждых берегах

Трикстер медитировал в окружение нескольких магов, помогавших ему удержаться от падения в бездну, пока чудовищная сила наполняла хрупкое тело, а жуткий чуждый людям разум делился информацией.

Магия... Инородная энергия, дающая громадную власть над окружающим миром, но в то же время ломающая своего носителя. Обоюдно острый меч, контролировать который невероятно трудно, особенно если использовать грань единой магии под названием Хаос. Он был особенно норовист и, понятное дело, непредсказуем.

Трикстер понимал это как никто другой.

И сейчас он использовал магию ради ещё более опасной вещи. Телепатической связи с древним демоном на громадном расстоянии! Даже сами бессмертные монстры обычно не рисковали так, а вот Трикстеру приходилось, хоть и крайне редко, ведь вторжение иноземцев началось, и жизненно важно было получить необходимую информацию от покровителя.

Покровителя… Одного из тех самых ужасных демонов… Как только Трикстер докатился до такого? Когда всё пошло не так? Очевидно с самого начала, ведь ордена магов, опьянённые новой мощью, банально недооценили искусственных демонов, решив использовать древнее оружие массового разрушения по назначению.

Кто же знал, что оно и в самом деле обрело разум, а не его имитацию?

И каков итог… Ордена уничтожены, маги, желавшие возвыситься над светской властью, жестоко убиты, либо в когтях бессмертных монстров, а сам он на другом континенте среди чужаков, которые ещё и в грош его не ставят, да ещё и служит одному из тех самых монстров.

Жизнь отстой.

Знания, информация, мысли таинственного покровителя наконец-то закончили поступать в голову колдуна, а затем и присутствие древнего демона исчезло из сознания.

Трикстер облегчённо выдохнул, он успешно пережил ещё один сеанс связи, не сошёл с ума и сохранил свою самость, а в его разуме кружились вихри столь важной информации. Хотя кто знает, вдруг это чудовище незаметно изменяло его сознание с каждым сеансом, шаг за шагом, внедряя нужные ему мысли и направляя его…

Колдун содрогнулся, но быстро взял себя в руки, изгоняя пораженческий настрой.

Он бы заметил. Он бы точно заметил!

Именно так колдун себя успокаивал.

– Свободны, идите отдохните, – приказал он и волшебники, которым так же не просто далось это, покорно вышли, а их место занял местный чернокожий дворецкий во фраке.

Смотрел он на колдуна с неприязнью, про себя называя его просто жалкий снежок, но на публике тщательно скрывал своё истинное отношение.

– Достопочтимые кодо ждут вас, – сообщил он, тщательно пряча презрение в голосе. – Если быть точно они ждут вас уже более двадцати минут. Не следует так поступать, ведь вы лишь гость, и не имеете права заставлять господ ожидать вас.

Войти раньше он не мог, поскольку охрана получила приказ не пропускать никого, дабы сложнейший ритуал, позволивший связаться с древним демоном, никто не случайно не прервал.

Последствия могли быть самыми ужасными.

– Веди, – отрывисто сказал колдун, шевельнув пальцами. Спустя секунду в его ладонь влетела трость, рукоять которой была в форме баранье головы из серебра.

Отряду колдунп были выделены несколько особняков на западной части Отоки, столицы Хайратской Империи. Северная, восточная и южная часть её была застроена заводами, рабочими районами, но вот последняя занималась исключительно элитой, которой не нравился пропахший углём воздух, постоянный смог, а по утрам ещё и разноцветный туман.

На самом деле семейство Марьян оказала Трикстера и его людям большую честь, поселив их в своей обширной загородной резиденции. Обычно сюда не пускали варваров, коими они были в глазах чернокожих людей, однако способности колдуна и его людей, а так же важные знания позволили сделать исключение.

Правда, сейчас Трикстер проклинал размеры усадьбы, поскольку после связи с покровителем у него практически не осталось сил, ни душевных, ни физических, однако вместо заслуженного отдыха он должен был идти к неожиданно явившимся хозяевам этого места.

– Далеко ещё? Где они засели? – тяжело дыша, осведомился колдун, останавливаясь дабы перевести дух.

– Высокочтимые кодо ждут на втором этаже в рабочем кабинете, – сказал дворецкий, сделав особый упор на первом слове.

Трикстер лишь устало выдохнул и, после буквально секундной передышки, пошёл дальше. Слуги, иногда попадающие на пути, неохотно оказывали знаки почтения. Для них он и его союзники так и оставались грязными дикарями. Да и вообще для всех этих так называемых цивилизованных людей.

Оба Марьяна расположились в большом рабочем кабинете. За окном уже наступали сумерки, однако мягкий жёлтый свет исходил от странных выпуклых стеклянных штук. Кажется, местные называли это лампочками. Работали они на электричестве, и появились недавно, пока только богачи и элита могли себе позволить такое. Хотя, как слышал колдун, вроде бы, у мэра Отока были планы по электрификации всего города, но большинство относились к этому скептично. Это же потребует громадное количество денег, да ещё и повысит уровень преступлений, ведь теперь будет проще видеть жертв! Да ещё и блуда больше будет.

Колдун слыша это думал, что его собеседники совсем идиоты, раз спорят о таких мелочах.

Старший Марьян сидел за рабочим столом в удобном кресле, на небольшом диванчике справа расположился его сын, а перед ним простой стул. Возле стен стояли стеллажи полные книг, строгую обстановку разбавляли лишь горшки с цветами на подоконниках, да нежная музыка, игравшая из музыкальной шкатулки.

– А вы не слишком-то и торопились, мастер Трикстер. – заметил Баэда Марьян, обращаясь подчёркнуто уважительно. Его отец пока ничего не говорил, внимательно следя за гостем. – Присаживайтесь.

– Вы не предупреждали меня о своём прибытие, кодо, – ответил тот, занимая предложенный ему стул, думая, как же ничтожны попытки иноземцев давить авторитетом. Трость он оставил дворецкому за дверью. – Хотя в любом случае ничего бы это не изменило…

– С чего бы это, сарта? – взял слово Оторо Марьян. – Неужто мы не столь важные персона для тебя? Понимаю, ведь мы лишь смертные, можем же и подождать того, кто беседует с чудовищами! Наверно в твоих глазах мы не более чем пустое место, да?

– Конечно нет, кодо, – ответил тот, пытаясь не показывать насколько ему плохо. На насмешки старика да и на него самого колдуну в целом было и правда плевать. – Просто сегодня со мной связался мой покровитель и сообщил последние вести. Они неутешительны.

– О, тот самый таинственный демон, способный рушить лёгким движением руки целые города и испепелять армии, – хмыкнул старший Марьян, чуть откидываясь назад. – И что же он сказал? Что же сказал повелитель тьмы и зла?

Упрямый старик, даже увидев, как древний монстр захватил тело Трикстера и вещал через него, сохранял скептицизм, однако всё равно помогал по каким-то своим причинам, до которым колдуну не было дело. Помогает и ладно.

Местные интриги, на фоне опасности бессмертных чудовищ, казались ему мелкими и незначительными. Единственное что раздражало колдуна это имя старшего Марьяна. Оторо… Минимум отличий от названия столицы, которая называлась Отока. Мелочь, но местных почему-то раздражало, когда он путал имя старшего Марьяна и столицу.

– Мне понадобится карта, – сказал колдун, вставая со стула и подходя к столу.

Дождавшись кивка отца, встал и разложил карту мира, правда весьма условную. Родного континента Трикстера и вовсе не было. Старое издание, а нового под рукой не оказалось. Не важно, колдуну хватит и этого.

– Расстановка сил следующая, – устало сказал Трикстер, опуская руки на карту и опираясь на стол. – Небольшой отряд личных агентов Арбитров и трое из них действуют в колониях, точнее в Эсторской Республике. Таклисс, Ниссерх и Кассандра…

– Насколько эти “демоны” опасны, сарта, – с нотками презрения прервал его Оторо. – Конкретно эти трое. Где пролегает грань их “нечеловеческих возможностей”?

– Что опаснее, пожар или наводнение? Ураган или шторм? – риторически ответил колдун. – Любой из них сравним с природным бедствием, и только от ситуации зависит их эффективность. Но не обманывайте себя, достопочтимый кодо. Каждый из них – кошмар во плоти. Однако раз таково ваше желание… Я поведаю всё что знаю.

Рассказ Трикстера о способностях совета Арбитров занял больше часа, по большей части иноземцы воспринимали информацию скептично, но колдуна это не смущало.

– Отдельно я хотел бы отметить оставшихся двух, – вещал колдун. – Демон Енотограда Ольха и Демон Таинственного Леса Эллейн. Их личное могущество во много раз меньше чем у остальных, обе одни не способны выходить против целых армий и побеждать их, у них нет неуязвимости и условного бессмертия, но в отличие от остальных у них есть свои армии, знания, технологии и ресурсы. Демон Енотограда контролирует армию нежити и Мёртвый Город, хоть она и разделяет их с Кассндрой, но всё таки её влияние больше в этой сфере. Эллейн же королева Таинственного Леса, у которой в подчинение войска эльфов и всяких мистических тварей, а что ещё важнее – её вотчина полна Магии Природы, которая крайне нужна демонам для поддержки их… ну скажем стабильного состояния. Без неё они будут постепенно терять разум, собственную личность, а затем скатятся в безумие, не обманывайте себя, для нас это даже опаснее чем для них.

– Почему? – спросил Баэда.

– В таком состояние демоны себя не контролируют и используют всю свою мощь. Обычно они могут победить сотни воинов, однако не сдерживаясь, выпуская всю свою ярость, в их силах уничтожить тысячи… А может и десятки тысяч воинов… А хуже всего то, что они не просто уничтожают, а превращают в свои уродливые и более слабые подобия, которые, впрочем, всё равно значительно превосходят простых смертных. Ужасающая способность на самом деле… На наше счастье цена за подобное для демонов – потеря разума. На такую жертву они не готовы пойти.

Оба Марьяна задали ещё пару уточняющих вопрос, после чем старший изрёк:

– Значит по твоему прогнозу, сарта, конфликт в Эсторской Республике может вспыхнуть с новой силой?

– Может вспыхнет? О нет, уважаемые кодо, он точно вспыхнет и неистовое пламя поглотит все ваши войска, а в худшем случае пожар восстания распространится на весь континент. У ваших войск там просто нет средств способных остановить демонов, вопрос состоит лишь в том, какой сценарий они изберут.

– Поэтично, – чуть раздражённо покивал Оторо. – Значит по твоему мнению, наши доблестные парни обречены?

Колдун внимательно посмотрел на собеседника:

– Они уже мертвы, просто сами не знают об этом. Даже если вы пошлёте подкрепление – они прибудут в уже охваченную безумием страну…И так же сгинут. Лучшее что вы можете сделать – это бежать оттуда и молиться.

– Мы оплот цивилизации, дикарь! – расправив плечи и подняв подбородок, заявил старший Марьян. – Мы не бежим от каких то жалких суеверий! И лучше бы тебе, сарта, следить за словами. На сегодня мы закончили,

– Ваше право, – после недолгого молчания сказал Трикстер, вставая и покидая кабинет. – Но лучше прислушайтесь к моим словам.

Он не винил их за неверие. Ведь он сам, да и другие волшебники, даже живя в мире наполненном магией, в своё время недооценили мощь и интеллект древних демонов. Чего же ждать от людей, для которых магия лишь вредная наука и которые давно сделали упор на технологии?

Кроме того, их вера ни на что не влияла. Всё необходимое колдун уже получил и активно готовился встретить демонов на этой далёкой и чуждой земле.

В их приходе он нисколько не сомневался.

***

– Ты не веришь ему, отец, – заметил Маэда, когда они покинула обитель колдуна.

– Конечно, – кивнул Оторо. – Как вообще можно верить человеку, имя которого буквально обозначает обманщик?

– Это прозвище.

– Тем более. И я осуждаю твою легковерность, сынок. Верить дикарям – себя не уважать.

– Ну а я не понимаю, почему ты не веришь, если даже сам говорил с одним из этих монстров!

– Чуть позже отвечу, сынок, а пока сам подумай.

В молчание они покинули поместье и продолжили разговор только в карете. Оторо Марьян так же считал что все эти новомодные автомобили лишь временное явление, ведь ничто не сможет заменить лошадь.

– Нам просто показали шоу рассчитанное на легковерных глупцов, – презрительно фыркнул Оторо, когда карета тронулась. Он развалился на сидение и тяжело дышал, возраст начинал брать своё. – Да и я вполне допускаю их существование, однако, более чем уверен, этот уродливый сарта просто преувеличивает их мощь, дабы поплотнее присосаться к моим деньгам и влиянию. Типичный авантюрист. Единственная причина, почему я терплю здесь этого варвара – это его познания в энергии Кха. Ну и на тот малый шанс, если эти твари, хоть вполовину столь могучи, как он описывает.

– Понятно, – хмуро ответил Баэды, отводя занавеску и выглядывая на улицу. После чего раздражённо достал сигарету. – Знаешь, отец, я и правда скучал по цивилизованным землям и по семье. По запах угля в воздухе на окраинах городов, по развлечениям и даже по банальному общению с равными, без всяких там дикарей. Хотя у варваров есть свои преимущества – они не сравнятся с родиной.

– Ты уже достаточно показал себя в колониях, я не планирую тебя туда возвращать, – ответил тот. – Опыт приобрёл, теперь подберём тебе должность в метрополии. Наиболее хороший вариант это отправиться на фронт, это поможет тебе получить необходимый опыт и создать необходимую репутацию. Мы род Марьям и мы не сидим на лаврах былого, мы прокладываем дорогу в будущее!

Марьян закурил, вновь выглядывая наружу и выпуская клубы дыма.

– Если Трикстер прав, то нам следует подготовиться к новому восстанию, отец. Я тоже думаю, что он преувеличивает опасность, в конце-концов, как могут несколько существ, пусть и способных на разные фокусы, поднять восстание в целой стране? Тем более, когда у нас там целая армия! Бред же!

– Бред, – согласился старший Марьян, чуть отодвигаясь от сына. Старик не слишком любил запах табака. – Но подготовиться на случай эксцессов и правда стоит. Вопрос только в каком виде? Ведь всё что у нас есть – бредни презренного сарты, коему любой цивилизованный человек не поверит. Особенно в такие вещи. Если заявим о таком, нас просто подымут на смех.

– Может запустим слухи с помощью газет и выведем наше имущество? – предложил он, делая затяжку. – Тогда сохраним ресурсы, а заодно выставим нынешний кабинет – неумехами. Их вот предупреждали, а они ничего не предприняли. Если же Трикстер просто наврал… Много мы в любом случае не потеряем.

– Разумно, сын мой. Очень разумно, – растянул губы в улыбке старик. – Похоже, в колониях ты научился дикарской хитрости… Что же, со знаниями цивилизованных людей тебе не будет равных в вопросе политике, если конечно поумеришь свою привычку пить и курить. Это вредит твоему организму, по крайней мере так говорят последние исследования в медицине.

– Конечно, отец, – несколько раздражённо ответил он, тем не менее туша сигарету в пепельнице. – Что-то ещё?

– Да, я сейчас отправлюсь на встречу с Фантором, а ты езжай на открытие нового рабочего дома. В последнее время среди малограмотной голытьбы популярны идеи равенства, так что я спонсировал открытия нескольких заведений, которые будут предоставлять работу безработным.

– Ох уж эти утопические идеи.

– Не смейся так уж сильно! – неожиданно зло гаркнул на него Оторо. – Ещё сто лет назад мы были лишь богатыми купцами, а всем заправляли аристократы, ну а сейчас что? Нет разницы между нами, ведь всем правит одна вещь – деньги. Однако если мы не будем влиятельны, – старик важно поднял палец вверх. – То упустим момент, когда массы рабочих дойдут до точки кипения и забьют нас молотками. И чтобы такого не допустить, нужно иногда бросать простым людям кость!

Маэда для вида покивал, но в душе не поверил. Ну как возможно, чтобы до такого дошло? Такой же бред как наличие непобедимых монстров!

Глава XXIII Переговоры

– Стройся! – гаркнул офицер и солдаты тут же стали выполнять команду. Неряшливо, но со всем усердием и стоицизмом, не обращая внимания на ненастье

Генрих, лично проводившего смотр, прекрасно понимал причину неряшливости и не порицал бойцов. Главное для войска- умение хорошо сражаться, а не скакать на парадах да смотрах. Тем более мелкий дождь мешал, а серая, постепенно становящаяся тёмной, хмарь скрывала солнце.

С другой стороны подобные вещи повышала дисциплину, ведь аристократы, да даже крестьяне частенько были себе на уме, не говоря уже о эльфах, которые элементарно могли проигнорировать приказ вышестоящего. Даже не смотря на порку. Иронично, но в этом вопросе аристократы и эльфы были едины, и прививание дисциплины шло с огромным скрипом. В принципе и сам Генрих их понимал, однако ознакомившись с армией иноземцев, её структурой и тактикой он был вынужден признать

Закончив проводить смотр принц-консорт, в сопровождении группы солдат, покинул плац, дав добро продолжить учения, сам же он поспешил обратно в центр города. Эллейн уже отправилась на переговоры с Роландором, а на плечи Генриха легла тяжёлая ноша разбираться с государственными делами, возможным восстание и собственными чувствами к королеве.

Она ведьу порхнула на переговоры с вероятным предателем в сопровождение лишь небольшого отряда телохранителей и Ольхи, доверять которой Генрих совершенно не мог! Даже Зентреб и Арвиль вызывали у него меньше негативных эмоций, чем это без эмоциональное лишённое всякой морали существо!

Решив ряд мелких проблем, он проверил один из металлургических заводов. Вчерашние крестьяне крайне неохотно работали на нём, не привыкшие к подобному труду они выглядели недовольными и… измождёнными. После краткого и почти вежливого разговора, Генрих выяснил правду. Местный управляющий, сам из зажиточных крестьян, забирал себе значительную часть денег и продукции. Деньги вычитал из зарплаты рабочих,а часть продукции сбывал через своего былого господина в Харрос, пользуясь заинтересованностью Альфредо II, тот, осознавая необходимость изменений, так же делал всё возможное для наращивания производств.

Демоны же на подобное смотрели сквозь когти, считая будто конкуренция заставит Таинственный Лес и людское королевство развиваться быстрее, хотя к их чести, в особо сложных ситуациях они вмешивались, разрешая наиболее проблемные конфликты.

– Удивительная наглость для простолюдина, – презрительно процедил Генрих, небрежно стряхивая кровь с рук, после чего бросил сопровождающим:– В темницу его и вытащите все подробности, затем на виселицу,как напоминание о каре за нарушение закона. Заодно и чернь порадуется, отвлечётся от тяжёлых будней.

Про себя мужчина подумал о необходимости специальной службы, которые будут расследовать подобные вещи. Сами демоны уже создали нечто подобное, правда с более широким профилем. Их экзекуторы в Северных Землях, уже приобрели репутацию ужаса, смерти и справедливости.

Далее принц-консорт направился в резиденцию, оставив советников и телохранителей в городcкой черте.

Дойдя до ворот, которые тут же открылись, мужчина замер, подставляя лицо теплые капли. В уже тёмных небесах сверкнула алая молния, а спустя пару мгновений прогремел гром.

Тяжелым взором смотрел мужчина на свой дом, пытаясь понять – а что же изменилось?Ах да, сейчас там обитал Демон Гнева, умудрявшийся каким-то образом полностью стереть своё присутствие практически для всех.Это было странно, ведь таланта Папира касались лишь разрушения и убийства, а не скрытности.Принц-консорт даже обратился к духам, но те ничего не обнаружили, как и друиды, и эльфы с людьми.Никто даже не подозревал о присутствие одного из Погибелей прямо в центре эльфийско-людской державы.

А вон Генрих, как будто чувствовал тяжёлый гнев, просто смотря на покрытую зеленью и алой дымкой башню. Лишь он почему-то видел проявление мощи Демона Гнева.

Магия демона, одно его присутствие вызывало гнев, но у всякого гнева – есть причина. Папир не создавал его из пустоты, а раздувал их словно тлеющие угли.

Эльфы. Остроухих готовили восстание против той, кто в свое время не побоялась бросить вызов чудовища, той, кто готова была пожертвовать собой ради мира в Таинственно Лесу. Той, кто нашла в себе силы договориться с чудовищами, реформировать эльфийское государство и расширила его пределы.

А теперь ее народ готовил бунт против неё, а прежние враги –люди,как правило простолюдины, оставались верными, в отличие от знати. И демоны… Эти монстры держали своё слово отчасти даже с фанатизмом.

Иронично.

Ступая под тяжёлыми каменными сводами мужчина чувствовал, как его гнев растёт и даже понимание причин не вызывало облегчения.

В какой-то момент Генрих не выдержал и с тихой яркостью просто стал бить по стене, выбивая каменную крошку, а затем и кладку, вдыхая мерзкую пыль.

Он остановился только когда пробил стену. Смотря на дыру, чувствуя пульсирующую боль он наконец обуздал внезапную ярость....Хотя чешуя на костяшках он явно сбил.

Ничего. Заживет быстро. А вот стену придётся чинить.

Успокоившись, Генрих продолжил путь, следовало ещё удостовериться, что монстр не решил прогуляться и устроить резню. Арвиль же устроила, а Демон Гнева чем хуже, если вдуматься, то от него ожидать такое было бы более логично.

Сам Папир нашёлся на самом верхнем этаже.

К удивлению принца-консорта Демон Гнева пытался… рисовать под тихое пение, исходящее из тёмной сферы подле него. Холст стоял прямо напротив чудовища, а вокруг в постоянном движении пребывали кисть и многочисленные краски. Словно феи всех цветов порхающих в изящном танце вокруг чудовища в сиянии мягкого синего света, исходящих из специальных магических кристаллов бывших единственным источником освещения.

Ничего необычного. Генрих давно перестал удивляться странным фетишам своих союзников. По крайней мере он не жрал эльфов и людей.

– Когда-нибудь я достигну такого уровня, что мне не потребуется подручные инструменты,–гневно пробасил Папир, оборачиваясь к человеку и щелчком когтя прерывая песню, краски и кисть застыли в воздухе. – Я так понимаю, вы начали приводить ваш аморальный план в исполнение, могучий Генрих?

Принц-консорт не удержался от кривой улыбки, услышав столь странный упрёк от одного из Погибелей.Чудовище, чьим именем пугают детей, корит его якобы за отсутствие морали!

Странное увлечение монстра он решил не комментировать. Вместо этого он сказал:

–Именно. Хм.Я полагал, великий Папир, что подобная магия вам не доступна…

Демон издал гневный смешок:

– Как может быть недоступно мне нечто, из чего моё тело и состоит, могучий Генрих? Не отвечай. Это риторический вопрос. Конечно, изначально так и было, ведь моя специальность, по задумке древних магов, именно сражение и разрушение, поэтому упор делается на выживаемости и физической силе.Поэтому и правда, ранее мне подобные манипуляции были в целом совершенно невозможно.Однако,– он заставил кисточку повиснуть возле него, а затем гневно-важно покачал ей. – У меня есть разум. Есть свобода воли. И используя их, я, как видите, могучий Генрих,вполне успешно начал развиваться. Постигать недоступные мне грани, как и любое живое существо.

– Понимаю, великий Папир…

– Хватит этих церемоний, называйте меня просто – Папир. Нет смысла в чрезмерной вежливости, когда мы в кругу друзей, мой смертный друг. В конце концов тешить моё самолюбие не имеет смысла, так что используйте в разговоре со мной панибратскую форму обращения и не стесняйтесь. Я настаиваю.

Сам при этом демон,почему продолжал обращаться к Генриху исключительно на “вы”.

– Как пожелаешь, Папир,– не стал стесняться принц-консорт.– Эллейн отбыла на переговоры с Роландором в сопровождение Ольхи и отряда верных ей воинов, я же проверил боеготовность полков и отправил ненадёжных эльфов куда подальше,– продолжил Генрих, обойдя монстра сбоку и заглядывая на холст.– Большую часть в Аизар, якобы для помощи в восстановление и охраны города, а меньшую, и наиболее подозрительную, на встречу с владыкой Зентребом. Если мои подозрения верны, они воспользуются своим шансом и попытаются внезапно атаковать. А значит от них можно будет законно избавиться прямо там.

Демон Гнева издал звук, подозрительно напоминающий смешок, только наполненный яростью:

– Я нахожу крайне занимательным тот факт, могучий Генрих, что вы и любовь всей вашей жизни сейчас устраиваете масштабную провокацию, дабы вывести своих врагов на свет земной, а затем уничтожить… Не взирая на многочисленные жертвы среди невиновных…Это и правда хладнокровно-бесчеловечно.

– Такова политика, лес рубят, а щепки летят,– ответил Генрих, задумчиво потерев подбородок. – И скорее уж – возможно невиновных.

– Понимаю, – протянул Папир с едва сдерживаемой яростью, замечая содранную чешую на руках собеседника. – Извиняюсь за твои раны, Генрих. К моему глубокому сожалению моя особенность вызывать у окружающих приступы гнева, ярости – не контролируется мной в полной мере. Особенно если объект знает о мне и испытывает негативные эмоции.

– Пустое, Папир, – отмахнулся Генрих, прекрасно понимая насколько формальны извинения монстра.

– Славно, что принимаете мои недостатки. К слову о них, так ли стоит посылать возможных предателей к Зентребу?Ведомо мне, что отрядов чисто из эльфов там немного, а большая часть состоит из людей и именно они выступают в роли рядовых. Если они нападут, а я допуска, что в заговоре далеко не все участвуют, то Ледяной Демон не будет разбираться.Он просто убьёт всех.

– Они всего лишь чернь, ну а эльфы собрались предать свою королеву,– хмыкнул Генрих, занимая столик и наливая себе вино. Он вновь начал чувствовать гнев.– До черни мне мало дела, а предательство должно быть наказано. Выбор в любом случае будет за ними, если они найдут в себе силы сохранить верность Эллейн и откажутся выполнять приказы нарушающих её волю, то сохранят свои жизни. Если же нет… Что же, в таком случае смерть станет для них милостью. Недостижимой милости.

Демон Гнева глянул на собеседника с ироничной яростью и изрёк:

–Эхх. Могучий Генрих. Представьте на месте себя – меня. Чтоб вы чувствовали, если бы бессмертные монстры не пытались с вами договориться, а просто жертвовали вами, словно вы пешки. Эхх. В этом и проблема смертных правителей, да и всей вашей элиты в частности, вкусив власти, они начинают считать себя выше сородичей. Не видеть в них личностей,– чудовище гневно-печально посмотрело на свою лапу.– Это вызывает разочарование, ведь на самом деле отличия у всех вас минимальны! Эхх. Глупые-глупые смертные…Не повторяйте их ошибки принц-консорт. Всегда нужно решать дела при помощи закона, а не такими вот презренными провокациями и не низводить остальных до уровня безмолвных и бездушных орудий вашей воли.

– Не тебе меня судить, Папир! – не сдержался принц-консорт, резко взмахивая рукой. – Ты и твои сородичи творят и более жуткие вещи! Эксперименты на людях, убийство всех, или почти всех родственников преступников! Убийство тех, кого считаете своим противником!

– Это не отменяет мои слова,– отметил кошмарный демон, никак не отреагировав на вспышку гнева собеседника. – Что же касается твоих обвинений, они частично справедливы. Но лишь частично. Как правило, смертные выживают после наших экспериментов, а используем мы лишь нарушивших закон. При этом они получают амнистию в наиболее тяжёлых случаях. Если же находятся добровольцы, то они получают золото или некую услугу. Не превращай нас уж совсем в злобных созданий, друг мой. Да, мы чудовища, но даже у нас есть стандарты. Кодексы. Ведь если мы потеряем остатки морали, человечности... Молитесь, чтобы до этого не дошло.

– А что касается убийства целых семей? – выпалил Генрих, с трудом сдерживая гнев.– Когда виноват был лишь один?!

– Суровая необходимость,– демон примирительно-угрожающее развёл лапы и не напомнил о схожих инцидентах, но уже со стороны смертных. – Нельзя чтобы у нас были прецеденты, когда кто-то украл кусочек нашей силы и ушёл живым. Наверно вы полагаете, что мы трясёмся над ней? Нет-нет, не отвечайте, я знаю ответ. И отчасти ваши подозрения верны. Но вновь лишь отчасти.– демон грустно-яростно вздохнул и чуть сгорбился. – Большая часть из нас этого не одобряет, но мы не можем рисковать. Если процесс получения нашей мощи пойдёт неправильно, то претендент превратится в безмозглую и опасную тварь. В худшем случае извергнет из себя волну хаоса, конечно не такой мощи, как мы, но тем не менее. Ты видел что случилось с Аизаром… Почти весь город был уничтожен. Во время же обращения есть небольшой шанс подобного, поэтому мы действуем максимально осторожно.

Немного помолчав, Демон Гнева добавил:

– Хочу размять лапы. Да и вам следовало бы отдохнуть от моего общество и успокоить свою отчасти оправданную злость. Где вы, мой слегка высокомерный друг, показывали своё превосходство над обычной каменной стеной?

Пожав плечами, принц-консорт рассказал и Демон Гнева тут же туда направился, собираясь отремонтировать стену. Своё желание он аргументировал тем, что Генрих сломал её под его влиянием, значит это его вина. Ему и чинить.

***

Верховный друид напряжённо смотрел на чинно сидящую перед ним королеву Таинственного Леса. Он был удивлён, когда его медитацию прервали и сообщили о прибытие венценосной особы да ещё с отрядом вооружённых огнестрельным оружием бойцов. Как доложили ему слуги, королева уже заняла его покои и ожидала его там. Разумеется, он тут же поспешил туда, приняв соответствующие меры, ведь столь неожиданное прибытие дерзкой девчонки сулили уникальные возможности. Особенно в столь неустойчивый момент!

Друид едва сдерживал улыбку, хоть и с толикой беспокойства.

–Здравствуй, бывший глава клана Оленя Роландор, – сухо поприветствовала старого эльфа Эллейн, когда он предстал пред ней.

–Долгих лет вам, Ваше Величество, – ответил тот, делая символически поклон и приседая напротив неожиданной гостьи. – Что же привело вас в обитель старика?

Неспешный разговор проходил в небольшом, но по своему уютном зале в личной усадьбе Роландора, которая полагалась ему как главе клана Оленя да ещё и одному из сильнейших друидов. Обычный стол, за которым стояли стулья, свет исходил от пары узких окон, больше из мебели ничего не было, зато стены покрывались шикарными узорами из десятков сотен разнообразных цветов.

Эльфы Таинственного Леса предпочитали минимализм и аскетизм, хоть и с упором на искусство. Исключения, конечно, встречались, но не слишком часто.

– Думаю, ты и так это понимаешь, –сказала Эллейн, складывая пальцы в замок и внимательно смотря на собеседника.

–Что именно, о королева? – настороженно спросил старый друид.

Эллейн чуть усмехнулась на такое обращение. Следовало сказать «моя королева». Да и не нагло садиться перед ней, а в начале спросить разрешения, конечно, хозяин тут Роландор, однако пред ним верховная власть.

Старый эльф буквально всем показывал своё неуважение.

– Предположим, – женщина чуть откинулась назад, опуская чашу на стол. – Большое количество оружия с уникальными свойствами было похищено и заменено, на копии. Идеальное с точки зрения внешнего вида, однако не обладающее и десятой долей боевой мощи оригинала. Друиды же при проверке сделали вид, что ничего не заметили. Как думаешь, прозорливый Роландор, что же это значит?

–Они были неумехами и их понабрали за внешний вид,– старый друид так же усмехнулся, однако напряжение в его глазах усилилось.

–Может быть, или же они часть крупного заговора. Ведь в нашем гипотетическом случае недавно прошла серия реформ коренным образом изменившим систему власти и ряд представителей старой элиты остались на окраине Леса. Без привилегий, без влияния и без былого уважения, – сказала Эллейн, тщательно отслеживала реакцию собеседника. Использовать магию для очарования, как в случае с иноземцами, она даже не собиралась, ведь Роландор бы сразу всё понял.– Им это не нравилось. Тяжко терять былое величие, однако всегда остаётся надежда вернуть потерянное. И когда государство оказалось втянуто в войну, ослабло из-за внутренних распрей в связи с захватом особо важных пленников они решили действовать. Похитить оружие это первый шаг, а что же второй? Убийство этих пленников? Захват лидера этого государства? Или даже убийство? А может… Всё вместе?

– Хватит, – хмуро бросил старый друид. – Предположим все так. Так зачем же глава пришла в логово предполагаемого заговорщика? Выйти из него явно будет непросто. Тем более со столь малой поддержкой. Может, стоило бы послать своего уродливого принца-консорта? Или хотя бы захватить побольше воинов?

– Это так, – едва заметно улыбнулась Эллейн, с трудом сдерживая желание ударить старого друида по лицу за оскорбления Генриха. –Вот только я хотела лично поговорить с тобой и попытаться переубедить. Помочь не совершить величайшую ошибку в твоей жизни и не допустить пролития крови!

– Ты уже совершила такую ошибку! – выпали друид с внезапной злостью. – Ладно бы ещё люди в Лесу, разрушение системы кланов, но тебе этого показалось мало! Теперь ещё под священными кронам ходят Погибели! Аж два бессмертных монстра! И ты продвигаешь открытый союз с ними, глупая девчонка! Они сожрут всех нас!

– Не тебе это говорить, ведь в свое время ты заключил договор с людьми, указав на место заключения Зентреба. Твоя жадность стала тем камнем, что вызвала лавину! Ту самую лавину изменившую наш мир! И сейчас мы должны приспособиться к изменениям, иначе нас ждёт забвение!

–Наглый поклеп!

–Хватит, старик! –Эллейн уже с трудом сдерживала раздражение и гнев.– Ваш заговор имел хоть какой-то шанс на успех в случае сохранения тайны. Но теперь я знаю о нем, более того– они знают о нем. Хватило бы и моей власти чтобы покончить с тобой, но даже если нет… Вы все обречены в любом случае, демоны легко уничтожат верные тебе силы, а если попытаетесь затеряться, выловят по одному, но, – выдержав паузу, она подняла палец вверх. – Я предлагаю тебе и твоим людям выход. Почетная сдача. Остановись, пока ещё нет пострадавших, пока мы ещё можем решить вопрос миром!

– И какое же будущее ожидает нас? Жизнь под пятой монстров? Тюрьма? Изгнание? Смерть?

– В какой-то мере, – не стала юлить Эллейн, делая глубокий вдох и пытаясь успокоиться. – Но ты неверно представляешь масштаб событий. Цель демонов объединить континент, чтобы мы могли отразить нашествие чужеземцев. Война, Роландор, может предоставить невиданные шансы, и после этой наш мир изменится ,ведь все старые королевства, независимые земли, вольные города и прочее станут едины. Частью одной одной страны. И у тебя, и у твоих людей, есть шанс найти достойное место в этом новом мире. Обрести привилегии не в одном нашем Лесу, а на всех известных нам земля. И не только, – вкрадчиво добавила она:– Новая магия, тайные знания, методики продления жизни и оздоровления, все это станет нашим. Альтернатива же… Ты понимаешь.

После слов королевы Эллейн, старый друид серьёзно задумался. Сама она не торопила его, отлично понимая тяжесть выбора.

В какой-то мере женщина считала ситуацию иронично, когда-то, ей уже казалось в прошлой жизни, пред ней был такой же выбор.

– Ты думаешь у меня лишь эльфы в подчинение, – неожиданно сказал Роландор, медленно поднимая взгляд. – Ты ошиблась. Феям так же не нравится происходящее. Пока демоны не явились в нашу обитель, они терпели твою власть, однако сейчас их мнение изменилось.

Эллейн лишь кивнула, не зная радоваться или горевать. С одной стороны Роландор по сути начал торг, с другой стороны – новая позиция фей, они же духи Леса, ухудшала ситуацию.

– Их мощь велика и за ними пойдёт весь Лес! – закончил свою мысль старый друид.

– Лес пойдёт за сильнейшим, – поправила его Эллейн. – И ты не хуже меня понимаешь, насколько мощь демонов велика на самом деле. Они не чета феям. Никто в нашем мире им не противник, ведь они бессмертны и могущественны. По настоящему могущественны.Рядом с ними мы всё равно, что юная сосна рядом с тысячелетним дубом. В лучшем, почти невозможном, случае мы сможем их заточить, но любое заключение не вечно, поэтому нам нужно научиться жить с ними, как и с любой другой частью природы.

– Они не часть нашего мира! И им нельзя доверять!

– Закончим бросаться громкими словами. Пред тобой два пути, старый друид. На одной чаше жизнь и процветание, на другой же мучительная смерть и уничтожение всего твоего наследия! Обратись же к своей мудрости и сделай верный выбор!

Роландор вздохнул и прикрыл глаза, погружаясь в размышление, а затем медленно ответил:

– Я слишком долго готовился к этому, слишком много пожертвовал, поэтому нет, Эллейн. Мирного решения не будет.

Одновременно с его словами снаружи раздались крики, а чуть позже и звуки боя. Удары металлы о металл и выстрелы.

– Эльфы убивают эльфов,– задумчиво произнесла Эллейн, даже не думаю нападать на старого друида или бежать.– А поскольку ты здесь, то заранее отдал приказы и видимо моя попытка недопустить крови была провальной... С самого начала.

Её плечи грустно поникли.

– Ты… Ты правда заставила меня засомневаться. Но не более.

– Жаль.

– Мне тоже жаль,– кивнул Роландор.– Но ты сама виновата. Разрушение наших традиций. Союз с демонами… Ни я, ни феи не готовы принять подобное. Ты знала это, но не остановилась.

Эллейн слегка раздражённо посмотрела на собеседника и выпрямилась. Печаль и ушли с её чела и её заменила решительность:

– Это будущее, старик. Ты не понимаешь реальность и не принимаешь её, не видишь насколько изменения нормальные, естественны. Как из семечка прорастает древо, так и из того чем был раньше, родился новый Таинственный Лес.Тебе следовало принять это… О, звуки брани затихли, остались лишь стоны умирающих. Бой затих, но кто же победил?

Дверь открылась, и в помещение вошли воины Эллейн, запыхавшиеся, но живые, позади них виднелась маленькая равнодушная девочка. Несколько из них тут же навели оружие на друида, после чего один из бойцов обратились к королеве:

– Ваше Величество! Слуги Роландора напали на нас! Мы справились с ними, но это ещё не конец!

Эллейн кивнула, быстро вставая.

– Забирайте старика, с ним будет проще побороть этот… заговор. Ольха, готовь портал.

Последнее слово она сказала крайне презрительно.

– Мощь твоих союзников сделала тебя слишком высокомерной, девчонка, – заявил бывший друид, медленно, будто в трансе подымаясь. – Вот только ты забыла, что это не твоя мощь. И их рядом нет, ты одна, лишь с небольшим отрядом, изолирована, словно одинокое древо посреди прогалины.

Глаза старого эльфа налились зелёным светом, а секунду спустя весь зал превратился в настоящую бездну растительные хаоса. Воинов Эллейн оплели многочисленные лозы украшенные ядовитыми шипами в мгновение ока, сама королева едва успела защититься и то с превеликим трудом. Будто сражался не могучий, но смертный, а некое подобие Арвиль! Хоть и гораздо слабее!

К счастью на стороне Эллейн тоже было существо перешагнувшее грань смертности.

– Любопытная аномалия,– равнодушно заметила Ольха, аккуратно обходя пленённых воинов, обращая лианы, растения в пыль.– Нечто подобное практикуют демоны, но ты черпаешь свою силу от Таинственного Леса и фей. . Правда любопытно и очень перспективно… И интересно. Обычно смертный не способен выдержать такую мощь, поскольку она вызава…

Прежде чем маленькая зомби успела закончить мысль Роландор вскинул руку и с его перстов сорвались зеленоватые молнии, ударившие прямо по Ольхе, едва успевший в последний момент воздвигнуть барьер цвета нефрита с тёмным оттенком.

– Почему смертные столь агрессивны и не дают даже закончить предложение? – задала риторический вопрос маленькая зомби, стремительно обрастая разнообразными магическими щитами.

– Граагр!!!– издал животный рёв друид, начиная превращаться в смесь волка, медведя и дерева. От него исходило невероятное количество магии природы, сметая и изменяя буквально всё, комнату, здания, эльфов и людей.

Кто-то обратился в камень, другие в воду, третьи в зверей. Устояла лишь сама Эллейн, но и ей было невероятно тяжело, будто сейчас она противостояла всей магии Таинственного Леса.

Ну и Ольха, конечно же. Вся покрытая чарами она стояла словно маленький дуб под ветрами страшной грозы, и не просто стояла, а выдерживала все удары и даже двигалась вперёд!

Тёмная магия некросущества убивала всё вокруг, как и волшебство друида. Однако если мощь Ольхи была стабильны, то вот сила Роландора продолжала расти!

– Это бесполезно, старый глупец! – выкрикнула Эллейн, заставляя остатки пола, скорее даже уже земли, взорваться под ногами друида земляным элементалем.

Утробно зарычав он откинул друида к стене, Ольха мгновенно воспользовалась ситуацией и пробила грудь старика зелёным лучом, да ещё и стену за ним, выкинув противника из здания. Точнее его развалин, короткая схватка убила всех, кто в нём находился,

Роландор покатился по сырой траве.

– План придётся изменить. – слегка обеспокоена произнесла маленькая зомби, делая шаг назад. – Взять его в плен не получится.

Эллейн хотела было съязвить, но в последнее мгновение остановилась. Всегда спокойная и равнодушная Ольха была обеспокоена!

Вскинув руку королева эльфов призвала всю свою магию и с её длани сорвался бушующий ураган зелёного пламени! Остатки Хаоса и Природы сплелись в изумительное и могущественное заклинание, вот только Роландор легко его выдержал, кажется даже не заметил, пока медленно подымался. Исходящий из него поток лазурно-изумрудной магии стал виден, словно вторая кожа покрывая его тело и защищая от всего враждебного. Всё живое вокруг него оживало и… изменялось! Сейчас старый друид владел всей мощью Таинственного Леса, мгновенно излечившей его раны!

– Уходим, – произнесла Ольха, создавая портал.

– Выыы нееее уууйдёте, – проревел Роландор, полностью потеряв былой облик.

Следуя его словам земля из под ног Эллейн расступилась, полезли бесчисленные корни, а ветер закружил, не давая королеве даже шаг сделать.

С Ольхой так не получилось. Та просто отступила в портал, а спустя секунду он закрылся.

Роландор и скованная его волшбой остались одни.

– Не такого результата я ожидала, придя сюда, – сказала Эллейн, тщательно пряча страх, пока нечто, бывшее совсем недавно друидом, шло к ней.

– Тыыы ддуумаалла, взяяять мееняяя в плееен. – провыл Роландор. – Нооо саамааа окааалаась в нёёммм! Яяя быы, убиилл, теебяя, нооо тыыы ещёёё нууужнаааа!

Эллейн чуть усмехнулась, прекрасно понимая мотивы друида, а так же сожалея о своём высокомерии. Следовало всё-таки взять для надёжности Папира.

Теперь её судьба в руках друида, который только что отдался во власть магии и искреннее её ненавидит. Хотя убивать не будет, скорее всего. Она ценный козырь, на случай если восстание провалится и Генрих вместе с демонами возьмёт верх, в этом случае он будет вести переговоры угрожая прервать жизнь Эллейн. В качестве правителя она всё ещё была крайне важна для Арбитров, особенно в условиях войны с иноземцами.

– Ты подписал себе и верным тебе приговор! – напомнила королева эльфов, пока её обволакивала смесь земли, воды и дерева, создавая мощный кокон блокирующий её магию. – Ты вообще представляя…

– Ззааатткииссь, – пробасил друид, нанося мощный удар по лицу Эллейн и вырубая её. Затем он схватил её руку и потащил к руинам, там уже показались верные ему эльфы. – Яяя ддоооллггооо гггооотоовввииллссяя! Деемооны крооовьью умооюются!

Глава XXIV Зверства и операция.

На центральной площади города Сидда, бывшей столицей Эсторской Республики было удивительно мало горожан, да и те, что встречались двум демонам, явно не хотели тут задерживаться. Видимо из-за несколько сотен солдат столпившихся у помоста, над которым висела клетка, грустно покачиваясь на цепях. В самой же ней находились несколько свиней и человек.

Периодически люди из толпы в клетку летело всякое.

– Они бросают в пленника гнилые овощи и комки грязи, – констатировала Кассандра, держа в ладони чашку.– Очередное подтверждение того, что суть смертных неизменна сквозь века. Дикость и жестокость наши вечные спутники…Хочу в родную цитадель и заняться исследованием, постижением тайн мироздания, а не наблюдать всё это. Почему я вынуждена тут страдать?

Оба демона находились в тени, у какого-то шатра и неторопливо пили чай взятый у торговца, трофейную машину они оставили задолго до прибытия в город, поскольку она не была так быстра, как они сами, ну а затем и вовсе сломался мотор.

– Вот тут твоё хвалёное всезнание тебя подводит, – изрёк Нисехр, делая небольшой глоток. – Чай неплохой, попробуй!

– Твой чай так се… А нет. И правда хорош. Так в чём проблема с моим всезнанием?

– Видишь ли, я внимательно изучил их законы и они довольно гуманны. Отрубания рук за воровство, например, у них отсутствует, просто сажают в тюрьму и используют как бесплатную рабочую силу, физические наказания, к моему удивлению, минимальны.

– Судя по всему, этот бедолага стал исключением. Из того что я вижу ему отрезали руки и ноги. Вырезали язык, выкололи глаза и пробили барабанные перепонки. Удивительная жестокость. И отвратительная.

Демон Разума тихо хохотнул:

– Чудовище готовое использовать в своих экспериментах смертных удивляется и порицает жестокость! Кассанда, не будь столь лицемерна! Ты не слишком отлича…

Кассандра резко выбросила вперёд руку, и сплетённый из фиолетовой энергии клинок упёрся в горло её собеседнику, заставив замолкнуть на полу слове.

– Не сравнивай меня с ними! Да, я жестока. И готова на многое ради знаний! Но такое бессмысленное зверство не совершу! У каждого моего тяжёлого решения, сомнительного поступка была важная цель, исполнение которой поможет не лично мне, но всему миру. Именно поэтому меня столь сильно раздражает нахождение здесь!

Нисерх закатил глаза и отвёл пальцем клинок:

– Ты слишком остро реагируешь, возьми уже под контроль свою жажду насилия и тоску по родной лаборатории! Погляди на это с другой стороны и считай всё это крупным экспериментом! Что же касается действий смертных…. Ну данные зверства вовсе не бессмысленны, с определённой точки зрения. Я сейчас читаю мысли всех этих людей и могу с уверенностью сказать, что у них есть ясная цель. Такая мера призвана устрашить местных, подавить их волю… А нет. Это официальное объяснение. На самом деле один из отрядов под предводительством этого командира, его к слову зовут Фукло, в одном из сражений убил сыновей нескольких высокопоставленных лиц, по слухам даже дальнего родственника короля Хайратской Империи. Так что перед нами банальная месть, исполненная три недели назад.

– Извиняюсь, – неохотно буркнула Кассандра, рассеивая магию. За время длинной речи Нисерха она успела успокоиться и теперь с сожалением смотрела на чашку, которую в порыве гнева уронила на землю. – Потеря нашего времени выбила меня из равновесия. К сожалению этот Фукло для нас бесполезен. Идём назад? Я с радостью могу заняться исследованиями даже в землянке!

– Я бы не был в этом так уверен, – произнёс Демон Разума, проигнорировав нытью собеседницы. – Ты же способна восстановить его тело?

Один из торговцев, контролируемый магией Нисерха подошёл и вручил ей новую чашу с прекрасным чаем.

– Благодарю, кодо, – вежливо сказала Кассандра. – Так о чём я? Ах да. Исцеление это к Арвиль. Она это практикует и любит, пусть и изображает недовольство.

– Типичная Арвиль. Но не уклоняйся от моего вопроса. Ты же можешь улучшить протезы по эффективности превосходящие оригиналы?

Кассандра с иронией посмотрела на него и чуть поднялась в воздух, её глаза затопила пурпурное сияние, а между пальцев начали мелькать молнии:

– За кого ты меня принимаешь? Я лучшая в магии среди всех нас, даже Ольха со мной не сравнится!

– У неё другое мнение. – успел вставить Нисерх, отпивая из чашки.

– В данном случае её мысли абсолютно не важны! Конечно, мне по силам создать подобное! Но какой смысл? Он уже три недели лишён зрения, слуха да ещё и сидит со свиньями, не говоря уже о том что одного только процесса этой казни хватило бы, чтобы свести с ума любого смертного. Его разум, несомненно, сломлен. Было бы милосердием прекратить земной путь Фукло. Как и местных правителей. Всё-таки у нас есть конкретная цель.

Торговцы не обращали на разговор, да и на самих монстров никакого внимания, ведь Демон Разума внушал им образ вполне обычных людей, заплативших неплохие деньги и занявшие шатер для отдыха.

Хотя они и правда заплатили, а не внушили иллюзию. Использовать свои способности для столь мелкой кражи казалось им недостойным самих себя. Поэтому древние монстры заставили видеть в себе пару обычных людей и вручили за шатёр достойную их величия плату.

На самом деле не слишком большую. Демон Разума не хотел платить слишком много.

– О, ты удивишься, – произнёс Нисерх, опуская чашку на стол. – Я вижу его мысли, чувствую их запах. Там есть отчаяние, куда уж без него, но гнев и воля преобладают, как и надежда, – в его голосе промелькнуло уважение. – Подобная стойкость для смертного впечатляет и должна быть вознаграждена… Хотя меня расстраивает твоё недоверие к моим способностям. Думаешь, я не смогу восстановить его разум в случае чего? Обидно слегка. Вытаскивать его будем сейчас или дождёмся ночи?

Демон Магии лишь неопределённо махнула рукой, цапая со столика какую-то книжку и тут же погружаясь в чтение.

– Тогда ночью, – тут же сделал выбор Нисерх, откидывая чуть назад. – Чем меньше мы используем магию, тем для нас лучше.

Они прогадали. Когда солнце стало заходить, а неистовый зной сменился приятной прохладой стража просто няла клетку и утащила её в ближайшее здание полное солдат.

– Ты не догадался проверить по их мозгам что с ним делают ночью? – с лёгкой иронией спросила Демона Магии, захлопывая книгу.

– Моя ошибка, – повинился тот, отводя взор. – Слишком увлёкся другими воспоминаниями…Некоторые из них оказались довольно пикантными. Один мужик крутит роман сразу с пятью женщинами, но не зна…

– Не хочу даже знать, – покачала головой та, создавая пурпурную метку на столе. – Укрой от взора смертных.

Губы Демона Разума расплылись в кривой улыбке и он щёлкнул когтя… Пальцами. На секунду его человеческий облик поплыл.

– Готово.

Кассандра тут же вышла и спокойно пошла в тюрьму неподалёку, чары её сородича надёжно скрывали её, а сама она легко шло по следом несчастного, благо ещё днём накинула на него свою метку.

Дальше всё оказалось слишком просто, Демон Разума просто проникла в тюрьму, нашла нужную камеру и открыла портал к метке в шатре.

На всё про всё у неё вышло не более пятнадцати минут. Даже обошлась без жертв, хоть сэкономить свой рассудок демонам в полной мере не удалось.

– От бедняги воняет, – поделилась Кассанда, бросая едва дышащего Фукло на стол, а сама торопливо отпивая немного эликсира на основе магии Природы. – А твой прошлый вердикт ошибочный, бедняга едва жив, у него заражение крови, да ещё и гангрена в мочевом пузыре.

– Но ты же сможешь его исцелить, Пурпурная Владычица?

– Как я уже сказала ранее – да, – слегка раздражённо сказала Демон Магии, ей не нравилось, когда сородич называл её так же, как её слуги. – Но мне потребуется помощь и инструменты, а значит, придётся вернуться на аванпост. Повреждения его хилого организма слишком велики.

– Беднягу ожидают непростые часы, – произнёс Нисерх, закидывая Фукло на плечо.

– Только неси его аккуратно! А то будет нелепо, если он помрёт из-за неправильной транспортировки раненых!

Демон Разума лишь кивнул, после чего тоже принял элексир.

***

Путешествие в Эсторскую Республику неожиданно вызвало у Таклисса приступ ностальгии, пробудило воспоминания гоблина, ставшего основой для бессмертного монстра.

Племена этих мелких и жалких зелёных карликов жили в джунглях, севернее от земель кентавров и гномов. Воистину там была уникальная природа, половина года неистовая жара, треть умеренная, а остатки смертельный холод. Местные леса, а вернее джунгли, так же удивляли. Казалось бы, как такое возможно в таком климате, но против всех законов природы они существовали и процветали. Сам то Демон Голода знал ответ на эту тайну. Множество источников магии Природы гарантировали выживание флоры и фауны, но кроме них кромка была слаба и бурные потоки хаоса вливались, меняя окружающую жизнь.

Удивительно, но зелёнее карлики, да и местные джунгли, приспособились. Да, гоблины были меньше и слабее людей, жили гораздо меньше, не более сорока лет, однако великолепно переносили перепады температуры и обладали прекрасной регенерацией. Да и плодились гораздо быстрее остальных видов, хотя продолжительность жизни уступало людской.

Боль, чувство потери, страхи, все эти эмоции прочно обосновались на землях Эсторской Республики и напомнилиТаклиссу о прошлом, пробудились воспоминания гоблина, осмелившегося бросить вызов ужасающему Повелителю Демонов.

Демон Голода вздохнул, вбирая наполненный болью и разложением воздух, после чего раздражённо выдохнул и изрёк:

– Каждому своё… Как же вы, смертные уроды, всё извращаете и искажаете.

Четверо стоящих рядом солдат лишь что-то промычали, поскольку были опутаны магией Таклисса. Сам он лежал на земле раскину лапы и смотрел на далёкое синее небо. Влажный воздух вокруг дрожал от жары, правда демон этого банально не ощущал, в отличие от пленных, ну а лежащей без сознания возле их ног пары детей тоже похоже было всё равно. Как и валяющимся трупам их родителей.

В трёх полётах стрелы виднелись грубо выстроенные бараки и деревянная стена, по своему устройству лагерь напоминал маленькую тюрьму, да и был ей по сути дела. Хотя его гарнизона вполне хватало для отбития атаки партизан, но уж никак не древних демонов. Да даже одного, поскольку небольшой отряд разделился. Кассандра и Нисерх отправились в местную столицу, вызволять пленённого командир, а Демон Голода решил пройтись по местности и изучить так называемые лагеря спасения. Ему было любопытно посмотреть, как они организованы, да и надоело трястись в багажнике.

Однако, как он быстро выяснил, под благовидным названием скрывался настоящий кошмар впечатливший даже Такхисса.

Даже на расстояние он видел крики боли замученных смертных. Ощущал страдания их душ.

– Классический принцип справедливости, – продолжил демон, слегка сжимая когтистые пальцы. Чёрные лица солдат тут же начали сереть, прямо на глаза теряя жизненные силы, Таклисс словно поглощал их. – По своей сути он всего лишь обещает индивидам то, что они заслужили в рамках устоявшейся системы ценностей… Вот только вы, грёбанные куски говна, почему-то плюёте на свою систему ценностей и без сомнений подвергаете другим страданиям и болью, которую они явно не заслужили. Да, они поддерживают местных партизан, помогают припасами, сведениями, но разве это повод их убивать? В крайнем бы случае переселили.... Но вам их проще устроить резню, да ещё и расчеловечить, дабы угрызения совести не грызли. Ставите на ступень ниже себя… Мои собраться так же делают, хоть и не признаются себе в этом и делают вид, а может и правда пытаются избежать подобного, но вот вы… Вы с головой прыгаете в бездну! Отвратительно.

Демон гоблин щёлкнул когтями и земля под ногами вспучилась, нечто стремилось выйти из неё, ощутить тепло солнца и свежий ветерок. Спустя пару секунд показалась гниющая рука, а затем и основное тело. При жизни это была девушка, кажется, однако после смерти она казалась просто куском гнилого мяса.

С точки зрения Таклисса она мало чем отличалась от всех остальных индивидов.

Все смертные по своей сути не отличались друг от друга. Они хотели одного и того же да и умирали довольно легко.

На секунду демон подумал что это какой-то расизм. Поглядел на ещё живых солдат, перевёл взор на трупы, затем снова на них. Разница и, правда, несущественна и при этом одни легко лишили жизни других.

Сжав кулак, он усилил поток энергии и спустя мгновение солдаты упали гнилыми трупами. Сам Таклисс ещё немного полежал, созерцая небо и слушая тревожнее крики со стороны лагеря. Кажется его маленькое шоу заметили.

Поморщившись он встал, разминая лапы. А вместе с ним из земли полезли многочисленные трупы и закружились тёмные духи, стеная и желая крови своих убийц, благо они были совсем рядом. Те, кто мучил их при жизни. Тех, кто убил их. Тех, кто отнял у них всё!

Шаман, которого когда-то поглотил монстр, ныне зовущий себя Таклиссом, прекрасно умел использовать ослеплённых злобой и местью духов, достаточно было предоставить им шанс на возмездие, и они тут же готовы были слушаться. Правда заклинателю всегда стоило сохранять осторожность при общении с подобными существами, одна ошибка и злые духи тут же набрасывались на него, желая поглотить тепло жизни. Как в общем-то и мертвецы.

Демон Голода, понятное дело, такого совершенно не боялся. При желании он мог легко разорвать их эфирные тела и поглотить, сами злобные призраки это прекрасно понимали и старались держаться подальше от призвавшего их чудовища.

А вот к лагерю их прямо так и тянуло, лишь воля Таклисса удерживала от немедленного нападения.

– Терпение, только терпение, – приговаривал тот, смотря на лагерь и ощущая, как местные охранники скапливаются у ворот, хотя некоторые бежали в противоположную сторону. – А теперь… ВПЕРЁД!

Несколько сотен трупов тут же побежали в сторону своих убийц, как и те души которым не досталось физической оболочки. Как понял Таклисс, первоначально тела сжигали, затем вывозили подальше в джунгли и хоронили в братских могилах, ну а сейчас вообще обленились и хоронили прямо под стенами лагеря. Вот только духи помнили кто их убил, помнил где они, и инстинктивно они возвращались сюда. Конечно, они ничего не могли сделать своим мучителям. В обычное время.

Кто же ожидал, что рядом будет проходить живое оружие массового разрушения с навыками шамана и некроманта?

Обычно Таклисс таким не занимался, ему вполне хватало своих когтей, да и был он гораздо эффективнее чем целая армия, но… Но в этот раз ему показалось более справедливым дать жертвам самим отомстить своим убийцам.

Так что он шёл позади мертвецов, таща за воротник двух ещё живых детей, которым повезло пережить расстрел их семьи. До их кожи он старался не дотрагиваться, ведь даже его присутствие лишало сил обычных сил, что уж говорить о прикосновениях.

Боя, к лёгкому удивлению Демона Голода, не случилось. Гордые сыны Хайратской Империи, едва увидев толпу мертвецов и тёмных духов, тут же оставили свои позиции с криками ужаса, многие даже бросили оружие.

Видно Индзи, который не побоялся атаковать самого Таклисса, был исключением. Или всё-таки Нисерх слегка покопался в его мозгах, чтобы развлечь сородича.

Или он просто решил просто погибнуть, но не показать спину презренному карлику.

Решив не участвовать в резне, Демон Голода лишь вышиб ворота, а затем двинулся внутрь лагеря, призвав пару десятков копий, которые тут же разбежались по лагерю. Двойники не давали охранникам сбежать или… воспользоваться заключёнными как щитами.

Прямо на глазах Таклисса один из охранников толкнул какого-то истощённого заключённого в сторону неуспокоенного, а сам бросился бежать. Одна из копий тут же перетекла в тень бедняги и мертвец отпрянул.

Ещё несколько пытались спрятаться в бараках, среди своих жертв, но Таклисс их выкинул обратно.

– Как бы сказал мой брат Зентреб: Проявите мудрость, не паникуйте и просто стойте на месте, а лучше сами бросайтесь в пасти мертвецов! – проорал Демон Голода глотками сразу всех копий.

Странно, но почему-то смертные стали лишь больше паниковать. Какой-то отчаянный и вовсе залез на вышку с пулемётом и открыл огонь. Пули пробивали плоть насквозь, отрывая конечности и пробивая головы!

Таклисс присвистнул, игнорируя пули, которые просто проходили сквозь него.

– Если бы все обладали твоей храбростью, то может вам бы даже удалось отбиться от мертвецов, – доверительно произнёс он, выходя из тени позади пулемётчика. – Хотя… Вам бы это не помогло, уроды вы черножопые!

В подтверждение его слов на бойца набросились тёмные духи и разорвали на клочки.

Бойня продолжалась ещё несколько минут, а затем крики умирающих, топот убегающих и звуки выстрелов начали стихать.

Осталось лишь чавканье. Мертвецы тут же стали пировать, а тёмные духи вселяться в пустые тела и поднимать их, при этом все они бросали жаждущие взоры на бараки где прятались охваченные ужасом заключённые. В основном женщины, дети и старики.

– Ладно. Закончим на этом, – хлопнул лапами Таклисс и голодные взоры обратились на него. – Ваша месть свершилась а значит… Пошли вон, огрызки! Вон я сказал!

Одновременно он прекратил подпитку всей этой отравы своей магией, и даже стал давить волей, вышибая злобных духов из тел и изгоняя обратно в мир за гранью. Зелёно-тёмное сияние покидало глаза неуспокоенных и они падали на землю гниющему трупами, а затем погружались в тени, не оставляя следов. Ещё пара минут и о бойни напоминали лишь лужи крови да разгром, а вот тел совсем не осталось. По крайней мере мёртвых.

Сам Таклисс уже торопливо отпивал мерзкого зелёного зелья, слишком уж он перестарался.

– В следующий раз обойдусь без выпендрёжа и просто перережу всех своими лапами, – буркнул он, делая шаг сквозь тень и входя в комнату местного коменданта. Осмотревшись, он стал обыскивать её, ища карту и одновременно допрашивая его дух.

Демона Голода интересовало нахождение других лагерей.

Как он быстро выяснил, подобных оказалось четыре. В них занимались утилизацией ненужного населения и несколько десятков где просто держали в ужасных условиях.

– Обязательно было говорить слово “утилизация”, тупой ты кусок астрального тела? – задал риторический вопрос Таклисс, пока дух коменданта мучился в агонии. – Хватит плакать словно маленькая девочка, лучше покажи на карте где они… Заткнись уже, ублюдок! А… Ты не можешь… Я же прямо сейчас тебя мучаю. Прояви волю и страдай молча, ведь твои жалкие крики раздражают меня.

Не смотря на вежливые увещания Демона Голода комендант замолчать не мог, ведь в его голове находилась лапа чудовища, испуская волны магии Хаоса и Смерти, неся мучение и окончательную смерть.

Сам Таклисс о возможности поглощения этой жалкой куцой душонки, чтобы получить нужные сведенья, но быстро отказался от этой идеи.

Ему не хотелось, чтобы подобный бесполезный мусор стал его частью.

Из бараков тем временем стали аккуратно и настороженно выглядывать и выходить заключённые. Некоторые стали наводить порядок, собирать оружие и припасы, собираясь сбежать отсюда как можно быстрее.

Парочка из них даже забралась в комендатуру и прятались за дверью, слушая болтовню Таклисса, а один даже взвёл курок трофейного пистолета.

– Да какого…! – выругался тем временем голблин, когда случайно дотронулся до карты и та мгновенно истлела.

Вспышка гнева и кулак Демона Голода проломила стол, а стул вылетел из окна под злобные крики и ругань. А затем из него вылез и сам Нисерх.

Проигнорировав заключённые он что-то бурча растворился в тенях на глазах ошеломлённых и напуганных смертных.

Собственная магия, суть, невыносимо бесила его, хотя в общем-то подобные эмоции вызывало у него буквально всё. Хотя особенно его бесили смертные творившие ужас, до которого даже бессмертные монстры не опустились.

Пока ещё не опустились.

Скользя по теням Демон Голода собирался пройтись по всем этим лагерям кинжалом и хаотичной тьмой.

Правда, он успел вырезать лишь два из них, когда его настиг вызов от Кассандры.

– Я немного занят, Пурпурная Курица. – сказал он, когда пред его взором возникли образы двух демонов. Он только закончил вырезать охрану и буквально стоял на их трупах. – Что… А нахрена тебе этот кусок плоти на плече, уголёк?

– Твоя грубость тоже меня обижает, – покачал головой Нисерх. – Это Фукло, точнее то, что от него осталось после поимки. Прояви к инвалиду немного уважение! Тем более вы похожи, оба же неполноценны. Он вот без рук и ног, а ты – карлик. Да и ростом одинаковы.

– Почему ты стоишь на трупах? – тем временем осведомилась Кассандра.

– Местные ублюдки вызвали у меня больше эмоций, чем ваши тупые морды, поэтому я их отправил в объятия земли! И собираюсь продолжить! Какого хрена вы меня отвлекаете, да ещё и с убогими, подстать вам, шутками?

– Планы изменились, – закатила глаза Кассандра. – Мы возвращаемся на аванпост, и тебе тоже следует туда вернуться, а то судя по тому что я вижу – ты теряешь контроль надо собой.

Таклисс на секунду закрыл глаза, прислушался к бурлящей внутри него злобе, а затем кивнул, соглашаясь с мнением Демоном Магии.

– Славно. Мы ждём тебя с нетерпение, Демон Голода! – кивнул Нисерх, прерывая контакт.

– Ещё сорок семь грёбанных лагерей надо зачистить… – буркнул в пустоту гоблин. – Это будет долго… Так что мне потребуется ваша помощь… Бесполезные.

***

Временная база приятно удивила Арбитров. За всего-то несколько дней их отсутствия их агенты и вампиры из Пронта смогли хорошо её обустроить. Создали сеть разветвленных пещер недалеко от побережья, замаскировали её чарами, смогли с помощью призванных духов организовать дозор и даже установили связь с одним отрядом партизан.

А ведь слуг демонов было лишь несколько десятков. Хотя кое-чего не хватало.

– Смотрю, удобств тут никаких нет, – констатировал Таклисс, ступая в изумрудном свете. – Лишь грубо выкопанные тоннели без изящной и не очень отделки. Освещается тоже так себе, по кристаллу на каждые двести шагов, эхх. Ожидал большего.

– Приношу извинения, могущественный Демон Голода, – отрапортовала вампирша Лилит, сопровождающий тройку демонов по узким извилистым путям. – К сожалению, мы не успели довести это место до требуемого вами уровня удобств. Что же касается освещения, мы им занялись в последнею очередь поскольку все из нас великолепно зрят сквозь тьму.

Демон Голода глянул на неё чуть раздражённо. Вампиры из Пронта имели своего представителя на совете, который не по влиянию и мощи не дотягивал до Арбитра, однако из возможностей хватило чтобы претендовать на автономию.

Сам Таклисс предпочёл бы обойтись без этого, но Зентреб, Арвиль, Ревмарк, Папир высказались за отсутствие прямого управления над ними. Остальных этот вопрос волновал мало, Кассандра и Ольха предпочитали зарыться в собственные исследования. Нисерх в целом высказывал согласие с Демоном Голода, но сторонников автономии всё равно было больше.

Таклисс начинал думать, что с их идей разделения власти они слегка поехали башкой, но возмущаться особо не стал. Хотят играть? Пусть играются. Если всё выйдет из под контроля, то всегда есть вариант массового убийства.

Оно почему-то очень часто решает все проблемы.

– Свяжитесь с повстанцами, – приказал Нисерх, забрасывая остатки Фукло на стол. – Через два дня их представители должны быть тут. Этого времени нам однозначно хватит, чтобы поставить этого смертного, – Демона Разума издал тихий неприятный смешок. – На ноги.

– Повинуюсь, – ответила та, нервно косясь на Демона Разума.

– Хотя… Пожалуй, лично прослежу за этим, – задумчиво сказал тот, галантно беря вампиршу под ручку. – Мне любопытно, насколько эти повстанцы ответственны, а то, как показали воспоминания некоторых из них с верностью у них несколько вариативно.

Таклисс понимающе кивнул и сплюнул, местные бунтовщики частенько сдавали данные о своих, стремясь избавиться от конкурентов. Провальная тактика для освобождения всей страны, но ничего странного, даже до войны Эсторская Республика не была едина, а поражение же лишь усугубило их вражду.

Тупые смертные зачастую не способны объединиться не то что пред общим врагом, но даже пред лицом тотального уничтожения. Очередное доказательство ошибочности нынешней стратегии и виденья Зентреба.

Именно это он сказал Кассандре, которая прилежно изучала Фукло. Операцию она начать не могла, поскольку агенты ещё не принесли необходимые инструменты и… запчасти.

– Мне всё равно, – ожидаемо ответила она. – Вообще не говори со мной, я настраиваюсь на интересный эксперимент с этим пухляшом. – легонько ткнула она в бок лежащее тело. – Так, ну и что же они тянут время? Мне уже не терпится приступить!

Демон Голода вздохнул и, сделав над собой усилие, заговорил максимально вежливо:

– Я просто думаю, тупая ты курицы, что мы просто зря тратим наше время и ресурсы на сотрудничество с этими жалкими тупыми смертными на столь великодушных условиях.

– Ты совсем спятил? Наша политика менее ресурсно затратная чем в случае прямого завоевания, – отмахнулась Кассандра, начиная нетерпеливо бить ногой по полу. – Ты не хуже меня знаешь, что мы даём смертным, за некоторым исключением лишь крошки с нашего стола.

– Мы делимся с ними нашей властью, – рявкнул Таклисс, доставая пистолет. – Они этого не достойны. Больше нет.

– О, во имя магии. Избавь меня от своего нытья… О, ну наконец-то! Поговорим на эту тему лет через десять, а я пока займусь любимым делом!

В помещение вошло несколько агентов, таща за собой столь нужные Кассанде вещи. Артефакты, протезы и самое важное – лабораторный белый халат, перчатки и очки с толстыми стёклами.

Их она тут же на себя нацепила, после чего начала операция, предварительно выставив слуг из помещения.

– Общая команда: Начать запись. Пациент Фукло. Возраст тридцать семь лет, мужчина. Статус: Командир отряда. Моральное состояние неизвестно. Физическое крайне негативное. Руки отсечены в районе локтя, суставы разрушены. Восстановления стандартными методами не подлежат, – говорила Кассандра, осматривая пациента и слегка пританцовывая. Вокруг летали несколько сфер, фиксируя происходящее. – Ноги…

– Зачем ты это делаешь, тупая курица? – осведомился Таклисс, наблюдая за происходящим и поигрывая трофейным пистолетом. – Ты же ещё за время возвращения осмотрела его раны! Какого демона опять это делаешь? Да ещё и под запись?

– Общая команда: стоп запись, –скомандовала демоница, после чего перевела взор на собеседника. – Мне предстоит сложный эксперимент по протезированию, – довольно ответила Демон Магии, потирая руки в предвкушение. – Этот опыт обязательно должен быть сохранён… Так что не отвлекай меня, гоблин. И вообще, почему это ты ещё здесь? Я же сказала – иди отсюда.

– Мне интересно, поэтому я остаюсь, птичьи мозги!

– С каких пор тебя интересуют мои исследования?! – аж слегка опешила Кассандра, даже на секунду отвлекаясь.

– Всё меняется, псевдоисследовательница. Вообрази что ты здесь одна и продолжай заниматься своей якобы наукой… Хотя все мы понимаем истину. Всё это банальные безумные эксперименты.

Кассандра лишь развела руками:

– Да, я в курсе чем занимаюсь. Ладно, желаешь наблюдать – наблюдай, но молча! И убери пистолет, не дай магия выстрелишь случайно! Итак, на чём же мы остановились? Ах да! Осмотр и протезирование! Общая команда – продолжить запись! Тело в ужасном состояние. Зрительные и слуховые органы чувств уничтожены. Вкусовые рецепторы тоже. Обоняние повреждено. Конечности урезаны. Без специальной операции обь… Хм. Человек по имени Фукло будет обречён жить недолгую жизнь в полной зависимости от доброй воли окружающих его сородичей. Целью данной операции будет возвращение ему полной работоспособности. Сам обь… Хм. Пациент погружён в глубокий сон при помощи мощного обезболивающего. На будущее, подобные операции лучше проводить совместно с магом Жизни или друидом. Идеальным же помощником бы тут выступила бы Арвиль, Демон Природы, ведь её способности к исцелению выходят за грань обычной и даже самой сложной магии, но сомневаюсь что кому-то так сильно повезёт.

Операция длилась больше часа. В первую очередь Кассандра заменила глаза бедняге. Обычные стеклянные протезы, которые Демон Магии поместила в пустые глазницы пациента, а затем аккуратно связала их невидимыми нитями магии с ним самим, превращая их по сути в настоящие глаза, да ещё и с небольшими улучшениями.

Барабанная перепонка была заменена эластичной тканью, а срезанные уши – деревянной копией. Всё это так же врастало в плоть пациента, под подробные комментарии Демона Магии. С языком повезло больше, удалось найти органическую замену. Оказывается, буквально несколько часов назад повстанцы поймали одного из местных землевладельцев, втихую сдававшего не сдавшихся, и вырвали ему язык. После чего жестоко убили его, а дом сожгли вместе с семьей. Язык же подобрал один из экзекуторов сопровождающих. Так что Кассандра просто аккуратно пришила его белыми нитками, а затем срастила при помощи магии и эликсиров.

Руки и ноги Фукло же заменили на неорганику. Грубо вырезанные протезы в когтях Кассанды оживали и, по её объективному мнению, превосходили настоящие по всем параметрам. Они были крепче, сильнее и обладали кое-какими дополнительными функциями.

На них ещё до операции настояли Нисерх и Таклисс, решивших сделать из повстанца рекламу собственных возможностей. Кассанда сначала собиралась их послать, но затем сочла задачку интересной и согласилась сделать всё в лучшем виде.

Поэтому она добавила некоторые дополнительные элементы в тело Фукло, усилила его кости и прочность плоти, добавив в них элемент металла смешанного с хаосом. И само собой заменила мочевой пузырь, для этого пришлось разобрать небольшую обезьянку, и вырезать плоть поражённую гангреной. Кровь так же подверглась очищению.

Наконец-то длительная операция была завершена.

Огрызок человека теперьвыглядел вполне обычно, ведь магия Кассандры скрыла всю чужеродность полуголема.

– Теперь он силён словно десять человек, быстр подобно лошади. Его глаза зрят словно очи сокола и видят в темноте, как кот. Слух я так же обострила. Скелет я укрепила, как и внутренние органы, добавив в плоть немного металла. Заряда магии во всех улучшениях хватит на несколько лет.

– Это… Не впечатляет на нашем фоне… – сварливо Таклисс. – Даже жалкая убьёт его и не заметит разницы с ним до операции. Я тоже не замечу. Да и Нисерх. Я зря потратил час своей бесконечной жизни.

– Обычного смертного он теперь сломает одним пальцем, – пожала плечами Демон Магии, доставая небольшую книжку с звучным названием “ За пределами нашей планеты” и садясь на бывший операционный стол. – Ну а если бы нашего уровня можно было бы достичь часовой операцией… Думаю Магическая Республика не развалилась бы, ну или развалилась бы гораздо раньше. Что же, я своё дело сделала и посижу здесь, почитаю. Меня беспокоить только в крайнем случае!

Таклисс закатил глаза, схватил Фукло за ногу и показательно небрежно потащил его к двери, где уже передал агентам.

Теперь надо было этого болвана разбудить и установить связь с его отрядами.

Глава XXV Последствия и настоящая храбрость

Идут по свету демоны

Им немного надо!

Немного закуски, немного воды

Да чтобы не был нескучен их путь

Они не плещут манерами, словно аристократы

И в чутких высоких залах, где шум суеты затих,

Страдают их души, желая больше путешествий!

Желая больше впечатлений , открытий и знакомств!

Больше! Больше! Больше!

Киэль и остальной отряд нервно косились на наш скоромный дуэт мелодично-фальшиво напевающих на два голоса. Вот уже второй день мы неслись, словно ледяной ветер, по Таинственному Лесу, преодолевая громадное расстояние, благодаря мощи Демона Природы и останавливаясь лишь на короткий сон.

Такие заминки раздражали нас, не нуждаясь во сне, мы просто сторожили смертных, ведя беседы и оттачивая магию, ну и заодно усыпляя эльфов изредка. Их зачем-то выставили в дозор. В чём смысл, когда есть почти никогда не спящие мы? Боятся нас, принимая за безумных погибелей?

Глупые-глупые смертные. Хотя в определённом смысле мы, разумеется, попадали по определение безумные монстры.

Да они просто трусливые расисты!

Грр! Не лезь в мои мысли. Помни о личных границах!

– Ладно, ладно, болтливый демон, – хихикнул Арвиль моими устами.

– Не такой уж и болтливый. Кажется, любовь моя, ты стала гораздо больше трепаться… Хотя ты и раньше меры не знала.

– Виновна, – тут же призналась она и кровожадно облизнулась. – Это помогает отвлечься от мыслей о резне, а то ведь я нахожу сопровождающие нас куски мяса аппетитными и мне интересно – каковы они на вкус?

– Если сохраним текущую скорость, то прибудем в Ровендур к обеду следующего дня, – прервала наш милый трёп Киэль, подходя к дереву в ветвях которого мы расположились. Нерешительно помявшись мгновение, бывшая глава кланы сказала: – Владыки, прошу вас, сдержите ваши желания ещё немного! Эльфы боятся вас и дрожат как листок под грозовым ветром, которые вот-вот сорвутся! И подобные разговоры не добавляют им спокойствия. Знаю, вам всё равно, но…

Мы с лёгкой иронией посмотрели на обустраивающих временный лагерь эльфов в какой-то убогой деревушке, перевели взор на Киэль и важно изрекли:

– Будь покойна, смертная дева. Мы услышали тебя, понимаем твои слова и столь обидные подозрения, как и реакцию эльфов, ведь им тяжко понять бессмертных созданий вроде нас, дошедших до буквально слияния сознаний. Это так…Восхитетельно-пугающе!

– Благодарю, владыки, – ответила она, всё ещё нервно-подозрительно смотря на нас, не особо понимая с чего бы так резко поменяли манеру речи.

– Сколько вы планируете отдыхать? – осведомился я, поскольку Арвиль этот вопрос не интересовал.

– Несколько часов, владыка Зентреб. Эльфы и наши верные скакуны устали, даже не смотря на вашу…– эльфийка запнулась, не зная как правильно назвать наши действия. Из её рта валил пар. – … помощь. Жителям Леса и их могучим скакунам требуется полноценный отдых.

Мы лишь кивнули, переводя взор на усыпанное безжалостными звёздами небо. Не дождавшись иной реакции, эльфийка оставила нас, осторожно отходя и тщетно пытаясь скрыть дрожь.

Она всё ещё боится нас, трепещет, словно листик берёзки перед могучим ураганом.

Её, да и остальных смертных, в этом трудно винить.

Да, едва мы вошли в эту деревушку, то большая часть эльфов попряталась в своих жилищах, в виде крупных переплетенных деревьев, а меньшая убежала. Остался только староста вышедший встречать делегацию, в общем-то он тоже хотел сбежать, но банально не успел, поскольку вышел встречать делегацию.

Неверно называть это место “деревушкой”, а главного здесь эльфа “старостой”, любовь моя. Нельзя быть таким не толерантным! Это урочище рода входящего в малый клан Барсука, который в свою очередь часть клана Рыси. А должность – авайкай, означающей старший, старый.

Так ничего же не меняется, кроме названия! Мне ближе люди, поэтому привычнее называть подобные дыры деревней. Да ты вообще погляди на них! Они глазеют на нас из своих домов, а иные и вовсе из-за деревьев на краю этой дыры!

Конечно, не каждый же день увидишь отряд бойцов конвоирующих одного из всемогущих Погибелей… Или Погибель контролирует их, лишь прикидываясь пленённой! Отсюда и побег, как наиболее логичная реакция на неизвестное.

Безупречна логика.

Бойцы из отряда Киэль и жители урочища, за исключением небольшого числа людей, быстро нашли общий язык между собой, расположились в их древесных домах и погрузились в нервный сон, попутно выставив бесполезных часовых.

Местные же эльфы и не думали спать, вместо этого они собирались в группе и обсуждали последние новости. Они почему-то то и дело бросали внимание на нас. Видимо оценили наше величие. Ну или потому что мы вырастили трон и уселись на него словно владыки… Владыка? Два сознания в одном теле. Как уместнее называть?

Какая разница?

Твоя правда. Интересно, после нашего отбытия они сожгут наш трон или сделают объектом поклонения? Как показывает практика смертные принимать самые неожиданные решения.

Сожгут, конечно, после Аизара и быть иного не может.

– Вы желаете излечить больных и калек? – тихо осведомилась Киэль, успевшая раздать указания и незаметно вернуться.

Она знала о нашем новом увлечении, которое могло помочь слегка улучшить нашу репутацию. Хотя и несло определённые риски для тех, кого мы исцеляли, ведь фантазия смертных воистину бесконечна и необычна.

Им вполне могла придти в голову мысль, что мы проклинаем под видом исцеления и порабощаем. Полная чепуха, конечно же, ведь зачем нам слуги из самых низов, но тем не менее.

– Да. Объяви об этом, – благосклонно изрекли мы. – Мы знаем, что в этой дерев… Гр. Урочище есть несколько страдающих душ, которым мы можем помочь. Но не заставляй, пусть сами делают выбор.

Киэль кивнула, пошла было, но почти сразу застыла, глубоко вздохнула, повернулась и решительно сказала:

– Я прошу пересмотреть сиё решение. Позвольте озвучить мои возражения.

С толикой недовольство мы бросили взгляд на эльфийку и изрекли:

– Разумеется, смертное создание. Объясни же свои мысли.

– Шансы того, что те, кто и правда нуждаются в вашей помощи просто не посмеют... Из-за вашей зловещей репутации, а так же возможных последствий от других жителей и страха не только за себя, но и за своих родных. В результате ваше стремление облегчить их мучения, приведёт ещё к большей боли!

Хм. А она права. В своих рассуждениях мы и забыли ещё о страхе за родных, на которых тоже падёт наша тёмная тень. Неожидала, что Киэль может позаботиться о совершенно чуждых ей эльфах, довольно благородно с её стороны и храбро.

Она всего лишь озвучила нам возражения.

С её точки зрения мы ужасные монстры, способные убить её в мгновение ока… И она близка к правде в это вопросе и чтобы возразить против воли таких существ, даже в таком виде, требуется смелость.

Иногда меня раздражают ваши замысловатые эльфийские речи… Особенно когда в них есть крупица правды.

– Предположим нам не плевать на их дальнейшую судьбу. И что же ты предлагаешь, Киэль?

– Вы всегда можете сделать это тайно, владыки, – слегка побледнев ответила она, чувствуя как капли пота на её лбу застывают льдом. – И с задержкой, чтобы исцеление наступило, когда мы уже покинем сиё урочище, тогда никто не пострадает и никто не узнает что это ваша заслуга. Уверена, такая мелочь как слава для вас совершенно не важна, а вашего могущества более чем достаточно для подобной задачи. – льстиво добавила она. – На мой взгляд, это лучший вариант.

– Хороший вариант, – благосклонно сказали мы. – Правда хороший… Да будет так, Киэль, мы последуем твоему предложению. А теперь оставь нас.

– Благодарю, владыки!

Таинственный Лес преображался в свете звёзд, становясь ещё более опасным. Ядовитые насекомые, которых столь легко потревожить, хищники выходящие на охоту, и даже некоторые растения были не прочь попробовать плоть. Поэтому люди обычно ходили в глубинах Леса лишь в сопровождение эльфов.

К счастью для нас здесь ничего опасного не было, поэтому мы легко могли созерцать многообразие жизни, параллельно изучая здоровье жителей и пришедших бойцов. Последние, как мы и ожидали, были в полном порядке, если конечно не считать переутомления.

Чувствуя каждого в деревне, ощущая их дыхание, мы творили магию, под влиянием которой флора слегка менялась, начиная испускать умиротворяющий и усыпляющий аромат. Не прошло и пары минут, как все, включая часовых, заснули крепким и довольным сном, даже не замечая, как их оплетают растения, становясь частью их.

Ну а затем немного магии Хаоса с добавками сил Природы и мы ощутили смертных чуть ли не как продолжения себя. Покой, безопасность и счастье крепкого сна. Чувствовали их потаённые эмоции и боль.

Приятное ощущение. Смертные совершенно не ценят столь простые вещи.

Сидя на троне из сплетённых растений мы исцеляли немногочисленных больных и созерцали окрестности. Хм. Не хватало вина. С трона вставать было лень, поэтому мы просто взяли под контроль одну из птиц, слегка увеличили её в размерах и она натаскала нам вина из погреба старо… Авакая.

Лепота!

Ночь прошла спокойно, однако когда небо стало светлеть, а первые лучи разгонять мрак случилось кое-что неприятное.

Ты чувствуешь это, любовь моя? Тихий шелест весеннего ветра, молчание птиц. И десятки огоньков разума, бредущих сквозь мглу к нам, словно стая волков!

Арвиль, к чему эти длинные речи?

Иногда мне хочется вести себя как стандартный эльф. А все эльфы любят витиевато излагаться. Кроме Вепьяна. Он странный.

Десятки эльфов и людей шедших всю ночь по Таинственному Лесу. Прямо на нашем пути, хотел бы я верить в почётный эскорт, присланный Эллейн, но шансы на это были нулевые. Скорее всего, они пришли убить нас.

А раз они решились на это, то думают что это возможно. Значит, у них есть некое оружие! Зентреб, любовь моя! Будь осторожен!

Знаю. И раз они пришли сюда, возможно ещё одна подобная группа идёт к тебе. Ну что же.

В лучах

– Позови Киэль и подымай лагерь, – приказал я эльфу. – Поживее.

Тот не стал спорить и тут же бросился прочь.

Думала ты один пойдёшь и убьёшь их. Не ожидала от тебя подобной осмотрительности, ведь обычно любовь моя, ты лишь говорил, что не следует недооценивать смертных и всё равно шёл с ними биться, игнорируя собственные слова.

Твоё поражение при Аизаре от рук смертных открыло глаза.

Поражение? Я уничтожила их всех! Уби… Ааа. Поняла, потеря контроля, погружение в безумие для нас это и есть поражение в твоих глазах. Обидно, но справедливо.

Кроме того, моё поражение в этот раз может быть фатальным, ведь если я впаду в безумие и неудержимую ярость.. То ты последуешь за мной. Этого не должно произойти. И это не произойдёт. Мы слишком привыкли быть сильнейшими в этих землях, непобедимыми монстрами, способными уничтожить всё и вся, ведь по настоящему достойные противники попадались прискорбно редко. Нам пришло время стать осторожными и рассудительными…

Отвлёкшись от диалога, я достал колбу с зельем магии Природы из кармана и осушил её, ощущая, как безумие делает крохотный шажок назад. Арвиль молчала, обдумывая мои слова. Да и я не торопился, ведь время ещё было.

Не буду тебя отвлекать. Постарайся не погибнуть, любовь моя.

Её присутствие ослабело, оставшись где-то на самой грани сознания, а я ощутил сожаление и одиночество. И в тоже время определённую радость, ведь теперь её эмоции и гнев не будут отвлекать меня и позволят полностью сосредоточиться на сражении. Разумеется, в теории два сознания позволяли достичь большего результата… При идеальной синхронизации, коей мы, увы, не обладали.

Вскоре показалась и бывшая глава кланы Совы в сопровождение нескольких бойцов. Выглядела она на взводе из-за резкого пробуждения. Ну или из-за того, что мы немного добавили ей адреналина в кровь.

– Что случилось? – спросила она со смесью почтения и страха.

– Проблемы, – ответил я, переместившись к ней вплотную. Бойцы её рефлекторно дёрнулись назад, а вот Киэль и бровью не повела. – К нам движется крупный отряд людей и эльфов.

– Оставьте нас, – приказала советница и продолжила лишь после того, как бойцы отошли. – Это подкрепление посланное королевой, владыки?

– Нет. Подозреваю это один из отрядов верных Роландора. И не владыки. Владыка. Арвиль временно отошла из моей головы и вернётся лишь после окончания боя, так что сейчас ты говоришь исключительно со мной. Запомни, советница. Итак… Твои бойцы сохранят верность или ударят мне в спину?

Киэль устало схватилась за голову, после чего чуть ли не с отчаянием сказала:

– И почему мне так не везёт… Я не знаю! Если дойдёт до боя, то половина либо сбежит, а может и предаст!

Я с лёгким сочувствием глянул на эльфийку, бедняге, да и вообще всем окружающим было не просто выдерживать влияние моей магии, а тут ещё и бой против своего же народа.

Подумав я изрёк:

– Придётся пойти на определённый риск, советница. Оповести бойцов о битве, готовь их, однако не вздумай вступать в неё первой. Дадим шанс переговорам для начала. Надеюсь, ты красноречива и сможешь убедить их препятствовать воли своей королевы.

– Я… Но… Вам же…

– Раздери меня Хаос! – я резко, но аккуратно положил лапу на её плечо. – Что ты несёшь? В их глазах я безумное чудовище и мои слова – ничего не значат! Поэтому вести переговоры тебе и, конечно, я тоже в них поучаствую, если представится такой шанс, однако сейчас лишь ты способна предотвратить сражение. Поэтому... – я чуть приcел, дабы моя морда оказалась прямо напротив её лица. – Возьми себя в руки, Киэль, бывшая глава благородного клана Совы, когда-то твоя родственница не побоялась выйти против воплощения ужаса. Значит, и ты сумеешь побороть свой страх и сделать то, что следует.

Удивительно, но моя речь помогла... А нет. Не она, моя касание слегка заморозило плечо эльфийки и вызвало боль. В таких условиях хандрить было крайне неприятно.

– Наверно впервые я жалею о предусмотрительности королевы Эллейн, – морщась от боль сказала она, пытаясь скинуть мою лапу. – Неважно. Итак… Наверняка у этих лесных отбросов есть оружие против вас… А значит битва точно не будет лёгкой. Что будем делать, кроме сожаления о свой щедрости?

Можешь ты уберёшь с её плеча лапу?

Ревнуешь, любовь моя?

Нет, просто ты сейчас медленно замораживаешь бедняжку. И не провоцируй меня на продолжение диалога, тебе надо пережить эту битву, а я лишь помешаю!

– Сожаления ни один из нас не испытывает, – честно сказали я, наконец убирая лапу с плеча Киэль. – Не глупи, советница, мы специально особо не препятствовали распространению оружия из тёмного металла и артефактов подавляющих магию.

– Но… Зачем?

Смертные… Смертные такие тупые и слабые.

– Потому что мы знаем как противостоять им, знаем чего ожидать, а так же верим в вашу фантазию, ведь она по истине безгранично! Так же как и ваш потенциал!

– Я… Я всё ещё не улавливаю суть, владыка Зентреб.

– Всё предельно просто, – рыкнул я, проверяя при помощи своего чутья, где противник. Он всё ещё находился в нескольких полётах стрелы, за исключением нескольких огоньков, видно выслали разведчиков… Или убийц. – Если бы мы не дали им шанс заполучить оружие, то та же Эллейн просто бы начала искать иные способы убить нас… Подозреваю она всё равно начала их искать, однако поскольку есть надёжные и подтверждавшие свою эффективность способы, то она, как и остальные наши недоброжелатели и просто опасающиеся личности, сосредоточили своё внимание на тёмном металле и артефактов подавляющих магию. А не на чём-то новом и неизвестном нам. А теперь слушай. Тебе надо будет сделать следующее…

***

Финикрос, как и его отряд размером с четверть тысячи бойцов ждал вестей. Пара друидов с помощью духов и собственной магии определила место Погибели Властвующей над Льдом, благо монстр и не скрывался и несколько разведчиков уже были посланы туда. Он был не один, его и правда сопровождали пять десятков эльфов в качестве охраны для почётного пленника. Живые и не изменённые.

Это удивляло.

На секунду Финикрос засомневался в собственном решении, но тут же перед глазами мелькнули руины Аизара, армия нежитие при Когороне и мёртвые лица дорогих ему эльфов, обращенных в чудовищ или убитых ими.

Нет. С демонами и правда было нельзя договориться, в этом великая королева Эллейн ошибалась, а мудрый Роландо был прав. Следовало убить их, пока есть возможность, а не вступать в переговоры, тем более удалось достать оружие способное навредить даже легендарным монстрам. За последние месяцы прозорливый глава клана Оленя сумел собрать немалое количество подобных вещей.

У самого Финикроса, когда-то главы клана Соболя, довольно малого клана служившему самому Роландору, было даже иноземное оружие под названием “револьвер”, заряженное пулями из тёмного металла. Необычное для друида оружие, но простое в использование. Кроме этого в распоряжение его бойцов была почти сотня стрел, двадцать мечей и сфера заграждения создающая мощный барьер не позволяющий его покинуть никому. А самое главное, крупный белый обелиск, украшенный драгоценными камнями, который был способен подавить магию в определённой области.

К сожалению комбинация сферы и обелиска в полной мере не работала, поскольку антимагическое поле в течение нескольких минут разрушало барьер, но это того стоило. Древний монстр оставался без магии запертый с более чем двумя сотнями бойцов и обречённый на безнадёжный для него бой.

По крайней мере, друид надеялся на это.

– Ваша мудрость, – обратился к нему один из командиров, переговоривший с вернувшимися разведчиками.– Чудовище в центре лагеря леди Киэль! Судя по всему, они собираются выдвигаться дальше, но дозорные ещё стоят на постах. Как будем действовать? Если ударим сейчас – у нас будет преимущество, как у рыси нападающей на мирно спящего зайца!

– Не глупи, – поморщился Финикрос, отводя взор от двух лун. – Среди них Ледяной Демон. Ты правда думаешь это чудовище не почувствовало нас за несколько полётов стрелы, а то и за целый переход? Нет! Он, а значит и они знают о нас и будут готовы если мы попытаемся подобраться, – секунду подумав, он продолжил. – Наша задача прежняя. Убьём чудовище. Двигаемся к лагерю не скрываясь, прикинемся подкреплением, затем я вызову их на переговоры, а затем по сигналу попытаемся выполнить свой долг.

Среди бойцов витало напряжение, страх и Финикрос не мог их винить. Им предстояло сражение против воплощения смерти, а даже в случае победы их наверняка мучительно казнят за предательство королевы Эллейн… В лучшем случае. В худшем выдадут демонам, в надежде откупиться от их гнева, ведь после разрушение Аизара всем стало понятно, насколько сильно они недооценивали Погибелей всё это время.

Сам Финикрос прекрасно понимал, насколько глупо он поступает, да и большая часть его воинов тоже. В конце- концов они собирались принести в жертву мир, ради попытки убить одного из семи монстров… Глупо, но после разрушения Аизара они не могли поступить иначе, не могли не отомстить за павших.

Глупое противоречивое решение, ведь даже одного демона хватило, чтобы уничтожить крупный город, обратить его жителей в рабство, а когда тварь схватили – остальные не явились нести хаос и разрушение. Вместо этого они предложили… Мир? Неслыханно! Изощрённая ловушка, в которую эльфы и люди с охотой были готовы кинуться из-за ужаса и надежды на мир.

Однако в тоже время сам он, как и его бойцы, не были готовы ни на какой мир. Слишком много их братьев и сестёр погибло из-за ярости Демона Природы. Слишком много родных полегло… Поэтому они хотели хоть как-то навредить монстрам! До самой Гнили Лесов они добраться не могли, ведь брать штурмом тюрьму было самоубийством, а вот попытаться убить Ледяного Демона они попытаться могли. Тем более благодаря бывшему верховному друиду у них были необходимые инструменты.

Отдав необходимые приказы, эльф повёл бойцов в сторону лагеря Киэль совершенно открыто, тщательно изображая обычный отряд посланный для лучшей охраны Ледяного Демона, именно этой легенды собирался придерживаться Финикрос, поскольку это оправдывало его прибытие, а так же наличие специфического оружия.

Однако едва они приблизились, увидели ужасающий трон на котором важно сидело чудовище, как в землю ударила стрела. Предупредительный выстрел, запрещающий двигаться дальше.

Хмыкнув, Финикрос приказал воинам остановиться и ждать сигнала, а сам двинулся вперёд в гордом одиночестве. Правильно расценив его намерения, из стана тюремщиков навстречу ему вышла юная эльфийка. Слегка бледная, с кругами под глазами и нездоровым блеском в глазах.

Сказывалось последствия общения с Ледяным Демоном.

– Приветствую вас, первая советница, – вежливо произнёс Финикрос, отвешивая лёгкий поклон.

– Не нужно этих уважительных приветствий и манер, Финикрос, – поморщилась она. – Я слишком истощена от общения с Погибелью, чтобы расшаркиваться. Зачем ты здесь с отрядом в четыре сотни воинов?

– Меня послала королева для обеспечения безопасности твоего почётного пленника, Киэль. – сказал он заготовленную ложь. – Она… Опасается проблем. Разного рода. И считает, что мы можешь помочь с ними справиться. Раз и навсегда.

Первая советница внимательно поглядела на собеседника:

– Вот оно значит как? И ты уверен, что у вас получится?

– Более чем. Мы сделаем это в любом случае, но сейчас я предлагаю не быть частью проблемы, но помочь решить её!

– Финикрос… – помотала головой Киэль, делая шаг назад. – Ты… Ты понимаешь что делаешь? Это предательство! Не говори это! Не надо!

– Предательство было вообще вести переговоры с этими монстрами! – прямо заявил эльф, сжимая кулаки. – Ты видела Аизар? Он уничтожен! Десятки тысяч погибли… Сами их души были осквернены! И что сделала наша королева?! Бросила виновницу в темницу, а теперь планирует суд и даже рассматривает вариант заключить с остальными договор!

– Я более чем понимаю твой гнев, но…

– Никаких но! – чуть ли не взревел Финикрос. – У нас сейчас есть шанс покончить с двумя из семи, а затем использовать их мощь для победы над остальными и этими иноземцами! Над людьми наконец-то! Так что отбрось свою наивную веру в королеву и помоги нам! Здесь и сейчас!

– Я надеялась, чтонаш разговор позволит избежать ненужной крови, – с лёгкой грустью сказала Киэль, переводя взгляд за спину Финикроса. – Я ошиблась. Мне… Мне жаль. Он всё слышит. Он всё знает.

Глаза Финикроса расширились, но он даже не успел обернуться, как позади раздался настоящий взрыв. Там где находился обелиск подавляющей магию уже стоял Ледяной Демон, подобравшийся с воздуха под покровом невидимости. Простым ударом лапы он разломал его на куски и уничтожил надежду на простую победу. Хотя нет… Просто на победу. Он мелькал словно ледяной ветер, разрывая солдат на части, даже проследить за его движениями было почти невозможно.

Чудовище просто утоляло жажду крови.

– Владыка Зентреб предсказал все ваши действия, – добавила эльфийка тем временем. – Он знал, что вы попытаетесь под видом переговоров подобраться и приказал мне подыграть, сам же он собрался уничтожить ваше главное оружие. В лагере же осталась его статуя, которую он сделал изо растений и покрыл льдом… Если честно я даже удивлена, что это и правда сработало.

– Прок…– схватился было за револьвер Финикрос. Ледяной Демон просто раскинул лапы, посылая во все сторону волны магии Хаоса.

И наступила тишина.

– Во имя Леса… – прошептала Киэль, будто смотря в совершенно другую реальность.

Ледяной мир.

Она сама и её бойцы не пострадали, а вот неприятель… Четыре сотни разумных оказались обращены в ледяные статуи, как и земля, деревья и даже несколько птиц, замороженных прямо в полёте.

Зентреб не пощадил никого, кардинально разобравшись с теми, кого воспринял, как предателей.

– Планы для обороны против нас придётся пересмотреть, – с лёгкой иронией прорычал Зентраб, неожиданно возникая возле неё и поигрывая странным оружием из тёмного металла. Он напоминал какую-то помесь длинного меча и кинжала. Нелепое оружие. – Прикажи своим бойцам собрать их оружие, сама же забери револьвер, ведь однажды, быть может, оно сослужит всем нам добрую службу.

***

– Как заключенная, командир Аиторак? – осведомился Вепьян, внимательно осматривая охранников и задержав взгляд на их командире.

Следов безумия в их глазах он не замечал, и это радовало. Не хватало только массового помешательства в самой тюрьме на фоне возможного покушения и восстания. В теории магические барьеры должны были сдерживать тлетворное влияние демонов, однако практических испытаний они так и не прошли. Можно сказать, что прямо сейчас их проверяла Демон Природы.

– Ведёт себя в пределах нормы высокопочтимый глава, – отрапортовала командир стражи Аитораик, стараясь не смотреть в лицо бывшему лидеру клана Рыси. – Говорит сама с собой, принимает странные позы, язвительно комментирует наши разговоры, распространяет слухи, периодически обещает разорвать охрану на кусочки, порицает некоторые наши якобы действия…

– Охрана играет в либер на посту, а нас даже не позвали! – прервал её странный, будто два существа говорили одновременно, голос из-за массивных, покрытыми рунами, врат. – Это обидно! Тем более Клондор был шулером! И ладно бы хорошим, но нет, он даже почти не скрывался, а этого никто не заметил! И это наши тюремщики! Слепые кроты! Позор! Позор!

– Ничего такого не было, – поспешно заявила комендант, бросив недобрый взгляд на одного стремительно побелевшего эльфа. – Они… Оно возводит на нас поклеп. Мои бойцы вовсе не играли в человеческие игры!

Вепьян тяжёлым взором посмотрел на коменданта и сказал:

– Открывайте.

Эльфийка тут же отдала несколько приказов и остальная часть охраны начала действовать.

– Высокопочтимый глава, правда ли, что ещё один монстр сдался? – осведомилась тем временем командир стражи. – А перед этим поверг чернокожих иноземцев с оружием извергающим огонь и железо?

Вепьян поморщился от такого обращения и скорости распространения слухов. Эти монстры… Эллейн объяснила ему их стратегию, и молодой эльф прекрасно понимал, насколько она опасна для нынешнего миропорядка. Но выбора-то у эльфов по сути и не было.

Ни у кого его уже нет.

Всё что они могли это принять “помощь” чудовищ в надежде на их благородство. Альтернатива война с иноземцами, а учитывая их численность, и оружие её результат был предрешён.

– Да. Ледяной Демон Зентреб уничтожил тысячу иноземцев осадивших крепость, после чего добровольно сдался леди Киэль на почётных условиях. Кажется, таким странным образом Повелитель Льда желает начать переговоры с нами.

– А его целью будет…. – она не договорилась и только со страхом покосилась на открывающиеся ворота.

– Скорее всего, да, – подтвердил невысказанный вопрос Вепьян. – Видимо его цель освобождения Демона Природы. Возможно, только возможно, скоро мы заключим мир с бессмертными чудовищами, а в лучшем случае наши леса получат их помощь для борьбы с иноземцами.

– Это…Трудно принять, – призналась эльфийка. –Даже не так. Осознать! Это невероятно трудно осознать, высокочтимый господин! Особенно после разрушения Аизара!

– Иногда жизнь нам подкидывает самые невероятные открытия, – недовольно ответил рыжий эльф, смотря, как медленно открываются врата темницы, полностью покрытые рунами. – Хватит называть меня высокопочтимым главой, благородная Аиторак, ныне клановая система в прошлом и я всего лишь советник Её Величества пред взором которой все мы равны.

“ И бессмертными демонами, – про себя добавил эльф. – Все мы одинаковы в их глазах.

– Как… Как пожелаете, советник Вьетнам.

– И ещё одно. Я прибыл сюда дабы доставить Гниль Лесов на суд, поэтому будь моральна готова к её освобождению, если я сочту её готовность. Однако если я ошибусь, и меня разорвут на куски, не открывай. Второй барьер сможет удерживать монстра столь же хорошо, как и первый.

Аитора дёрнулась было возразить, но наткнувшись на твёрдый взгляд бывшего главы сказала:

– Я выполню ваш приказ, не смотря на всю его тяжесть.

– Очень на это надеясь, – произнёс Вепьян, заходя внутрь и слыша, как створки закрываются.

Самые неприятные новости он не озвучил.

– Удачи, высокочтимый господин, – успел он ещё расслышать слова Аитор.

Он остался один на один с чудовищем и уже чувствовал невероятный ужас.

Гниль Лесов с закрытыми глазами сидела в центре пещеры, окружённая сотнями рун формирующий мощнейший магический барьер, способный сдержать ужасающую мощь чудовища. Или нет.

Вепьян нахмурился. Прямо на камне рос мох, трава, даже мелкие кусты, при этом они были покрыты инеем и… Двигались?!

– Да, – рокочуще произнесла Демон Природы, не открывая глаз. – Наше могущество выросло и энергия Хаоса пробивается сквозь барьер. Сделай два шага назад… Нет, лучше три шага назад, смертный.

Эльф не стал задавать вопросов и послушно выполнил приказ Арвиль. Тем более выглядела она ещё более необычно: Когда-то в зелёной, словно летний лес, гриве виднелись локоны цвета моря, вокруг демонессы царил лёгкий хлад. Рваную одежду сменили созданные из растений, кажется из крапивы, одеяния. На удивление даже красивые… А ведь у Демона Природы с чувством вкуса всегда было плохо.

– Молодец, что отошёл, у меня был соблазн попробовать тебя убить, и некоторый шанс пробить барьер есть. Нам бы не хотелось доводить дело до твоей смерти.

– Моё почтение Леди Арвиль. Лорд Зентреб, – произнёс Вепьян, делая символический поклон.

В ответ Гниль Лесов чуть улыбнулась и подняла веки. Её очи, когда-то словно крыжовник, ныне оказались подобно болоту. На вид обычная полянка, но неверный шаг и тебя затянет в ледяную трясину – таковы были глаза Гнили Лесов. Точнее нет, таков был результат слияния сознания двух демонов.

– Мы должны сказать кое-что важное, – в унисон сказали два демона. – Очень важно! Вепьян! Сервис ваших тюрем – ужасен! Ни нормальной еды! Ни досуга! Ни даже прогулок! Как в таких условиях заключённые могут встать на путь исправления?!

Рыжий эльф лишь закатил глаза. К счастью дальше дурачиться монстры не стали.

– Меня только что пытались убить, используя при этом пули из тёмного металла, столь опасного для меня и подавители магии – молвил Зентреб устами Демона Природы. – Вепьян, ты должен любой ценой защитить Арвиль.

– А так же сделать всё возможное, чтобы я не вырвалась, – тут же добавила Демон Природы. – Мой самоконтроль ужасен и если у меня будет возможность…

Она не договорила и отвернулась. Эльф успел заметить капельки слюны на её губах и острые клыки.

Подумав пару секунд, он сделал ещё два шага назад, после чего спросил: –

– Леди Арвиль, королева Эллейн приказала проверить ваше состояние и если оно удовлетворительно доставить вас на суд в столицу. Есть ли шанс, что вы возьмёте под контроль свои инстинкты и желания?

– Шансы есть. И довольно велики, но не абсолютны. Ты же не будешь рисковать? Думаю в крайнем случае мой дорогой Зентреб удержит меня.

– Это может мне дорого стоить– добавил уже Ледяной Демон. – Однако на этот риск я готов пойти, и удержу её на краю пропасти.

– Попробовать удержать, – тут же поправила его Демон Природы, проводя ладонью по изумрудно-лазурным волосам. – Аизар показал наше равенство.

Зентреб просто махнул другой рукой Демона Природа и вновь обратился к эльфу:

– Какие новости принц-консорт?

– Не самые хорошие, откровенно говоря. Поэтому я здесь, – ответил тот. – Королева Эллейн отправилась на переговоры с Роландором и не вернулась, а недавно мы получили сведенья от Ольхи, что она взята в плен. Я же получил инструкции заранее и следую им, с одобрения владыки Папира мне было приказано прибыть сюда, сообщить эти новости вам и освободитель леди Арвиль, если её состояние удовлетворительное. Да даже если и не удовлетворительное тоже. Вероятность нападения на тюрьму велика, как никогда.

– Что? Коровка в плену? Почему Папир лично нам не сообщил? – в унисон взревели демоны.

– Ввиду вашего не самого лучшего состояния, подобно дереву на высоком берегу реки, что медленно в него падает, он не захотел использовать телепатию, а вместо этого прислал меня.

– Понятно, – протянул Ледяной Демон. – Разумно. Несколько часов от этой новости ничего бы не изменили. Итак, оставляю Арвиль на тебя, можешь её

– И вот он меня покинул, – несколько печально изрекла Арвиль и, увидев непонимающий взгляд Вепьяна, добавила: – Он сообщит новую информацию Киэль и вместе с ней поспешит в Ровендур. Итак, ты освободишь меня сам и рискнёшь свое жизнью или просто пришлёшь кого-то из подчинённых.

Рыжий эльф лишь усмехнулся и стал использовать заклинания отпора, снимая одну преграду за другой.

– Храбро- храбно, – покивала Демон Природы. – Интересно, как твой поступок воспримет Аиторак? Знаешь, как забилось её сердечко, когда ты сказал, что возможно погибнешь…

– Она выполнит приказ, – ответил эльф. – Она образцовый и верный во…

Демон Природы мгновенно переместилась к краю барьера и советник рефлекторно отшатнулся, на секунду сбиваясь.

Чудовище мгновение на него взирало, а затем изящно отпорхнула, словно бабочка:

– Чувствую между вами искру. Есть некое напряжение и влечение, занимательно.

– Я бы предпочёл не касаться этой темы. Позвольте мне закончить.

– Не буду настаивать, – хмыкнула Арвиль, садясь на пол и закрывая глаза. –Закончи начатое, но помни, возможно это последний миг твоей жизни.

Вепьян ничего не ответил, продолжая снимать одну печать за другой, однако делал он это всё более медленно и медленно. А когда осталась одна, последняя он и вовсе остановился. Барьер дрожал, едва сохраняя стабильность, пожалуй, если Арвиль ударит сейчас, то переборет чары, но она не двигалась, ожидая окончательного выбора советника.

Тот же медлил. Страх сковал его, ведь он всё сильнее ощущал могущество монстра, а его инстинкты и опыт кричали одно – бежать.

Да и может владыка Папир ошибся и мятежники не послали войска на захват Демона Природы? В конце-концов тут настоящая крепость, захватить её трудно.

А может просто выйти отсюда и послать вместо себя одного из друидов?

Зачем ему так рисковать своей жизнью?

Но если они захватят её, то убьют всех и завладеют мощью Демона Природы. В этом случае Таинственный Лес станет полем боя между почти богоподобным сущностям, уцелеет ли хоть кто-то в этом случае?

Глубоко вздохнув Вепьян выдохнул и твёрдо сказал последнее слово, после чего барьер растаял. А Демон Природы открыла глаза и встав, медленно вышла из круга.

Граница между жизнью и смертью исчезла.

– Ты поступил глупо, смертный, – изрекла Арвиль, проходя мимо и останавливаясь рядом с ним. Он смотрел на круг. Она смотрел в сторону выхода.

Эльф с трудом дышал, ощущая невероятное давление, растения вокруг росли и извивались, а от Арвиль так и веяло жаждой крови. Одно движение и её когти разорвут его.

А затем всё это пропало. Демон Природы обуздала свою жажду убийства.

– Прими моё уважение, Вепьян, – тем временем сказала Гниль Лесов. – Довериться чудовищу, поставить свою жизнь на кон ради других. Да, сейчас ты доказал, что достоин наших даров… Какого?!

Эльф её не слушал.

Он упал в обморок.

Глава XXVI Лекция по искусству и военный совет.

– Самое занимательное в разуме –это разные определения для одного и того же термина. Например, искусство. Кто-то скажет это умение наполнять смыслом некий сосуд, другие что это способность создавать красивые вещи, для третьих это некая система. Но что же это на самом деле, мои дорогие друзья? Всё вместе, однако с моей точки зрения оно отражает окружающую реальность, но пропускаемую сквозь призму нашего сумеречного разума и влияния общества. Изучая его, мы можем раскрыть новые грани нашего окружения, познать ранее не доступные нити, связывающее всех нас, духовно обогатить и испытать эстетическое наслаждение. Разумеется, ошибкой было бы думать, что оно не несёт отпечаток личности творящего, но сам он всегда, отражает окружающий мир, вытаскивая мысли гложущее большинство. Запомните, хотите понять эпоху, прошлую или будущую, изучите искусство соответствующего периода! Ведь общество это тот самый кипящий котёл из которого мы все выходим, как говорится – не твои мысли, а наши!

Папир вёл рассказ, находясь на самом высоком этаже резиденции Эллейн, и неторопливо рисовал, каждый взмах его кисти приводил картину всё ближе и ближе к завершению. К идеалу гармонии! Лёгкая расслабляющая музыки помогала демону найти вдохновение, Зентреб и Арвиль кружились в танце, гремел Генрих, костеря Ольху на чём свет стоит.

Прекрасная атмосфера, наполненная яростью, столь приятная Демону Гнева

– Как ты могла оставить её одну!? – орал Генрих, то и дело порываясь достать меч.

– Вероятность моей победы составляла лишь шестьдесят процентов, – бубнила Ольха в ответ. – Было бы разумнее отступить и не рисковать мной, поскольку моё уничтожение негативно бы повлияло на общий баланс сил и успешное фон…

– Исчезновение моей жены гораздо хуже, тупая нежить!

– Спорное заявление, принц-консорт, – равнодушно ответила Ольха. – Эмоции застилают твой разум, вполне очевидно, что королевы Эллейн, в ближайшее время, ничего не грозит. Анализ, предоставленный мне остальными арбитрами, и я с ним согласна, говорит о том, что с вероятность в девяносто процентов Роландор будет держать её в заложниках, ведь её смерть однозначно оттолкнёт от него большую часть эльфов, поскольку авторитет её всё ещё крайне высок. Более того, её смерть поставит крест на единстве эльфов и людей, спровоцировав междоусобицу. В условиях войны с иноземцами внутренняя распря однозначно уничтожит Лес. Поэтому её жизнь в не угрозы. Кроме того моя ценность выше чем её, а значит разумнее было бы сосредоточиться на мне.

– Это только если он думает как вы! Высокомерные ублюдки! – вновь взревел Генрих. – Ваши интриги привели к тому, что какой-то ублюдочный друид захватил мою жену в плен! – он резко выдохнул и даже как-то сдулся. – Мне следовало наплевать на все планы… Я должен был пойти с ней.

– Стоило, но… – кивнул Зентреб, продолжая кружиться с Арвиль в танце. Оба демона пребывали в своих почти гуманойдных обликов и радовались личной встрече. Особенно ввиду контроля своей жажды убийства.

– … Ты исходишь из послезнания, ведь на…– продолжила за него Демон Природы.

–… Тот момент ты сделал, как…

–… Тебе казалось…

–… Верный выбор. Лучший.

Генрих скрипнул зубами, переведя взгляд на Зентреба и Арвиль, открывшие новую раздражающую черту, теперь они заканчивали фразы друг за другом.

– Коты идеальные существа, – говорил тем временем Папир, продолжая малевать на холсте. – Столько прекрасные и уникальные, лучшие эмоциональные спутники любого смертного, однако крайне печально, что им так мало уделяют внимание в искусстве. И я это исправил! Узрите же, картина в новом стили! Кошачий натюрморт!

С этим словами, пропитанными яростью и гневам, он резко развернул холст в сторону невольных зрителей, узревших корзинку с милыми спящими котятами.

Дав пару секунд на созерцание этой красоты, с его точки зрения, Папир продолжил:

– Кроме этого я собираюсь создать новые стили в искусстве, котокубизм! Котоэкпрессионизм! И, конечно же, котофовизм! Вам же, мой дорогой друг Генрих, стоит чаще их созерцать, дабы преодолеть гнев, вызванный временным заключением Эллейн, ошибкой со стороны Ольхи вызванную страхом за её нежизнь…

– Это не было ошибкой вызванной страхом за мою нежизнь, – чуть быстрее, чем требовалось, произнесла та. – Я исходила из чисто логических причин.

–… А так же отсутствием эмпатии конкретно со стороны Зентреба, Арвиль да, чего уж демона таить, меня в столь тяжёлый для тебя, могучий Генрих, час, – закончил Папир, игнорируя слова маленькой зомби. – Так же возможно ваш гнев вызывает тот факт, что мы сидим и ничего не делаем. Однако мы лишь ждём, пока вы успокоитесь, дабы конструктивно всё решить.

– Для этого вам не следовало так себя вести, – вновь скрипнул зубами Генрих, после чего указал на маленькую зомби. – И не стоило бросать мою жену! Как ты могла?!

– Есть ещё одна причина, почему мы ничего не делали, – произнесла Ольха, игнорируя восклицание принца-консорта. – Мы ожидаем прибытие Ревмарка. Он частично восстановил свою стабильность и пожелал принять участие в обсуждение ответных действий с нашей стороны. Так же с ним пребудет дополнительное оборудование и бойцы.

Зентреб раздражённо рыкнул:

– Несмотря на наши возражения…

–… И сомнения, – закончила за него Демон Природы, после чего они хором продолжили: – Бедняге следовало бы продолжить лечиться, а не спешить на передовую. Лучше бы он сидел и отдыхал.

Папир хмыкнул, с гневом и чутка иронией смотря на дуэт Зентреба и Арвиль:

– Ну, ну, дорогие друзья. Нам стоит больше доверять друг другу в плане понимания собственной прочности, однако уверяю вас, он не собирается принимать участие в боевых действиях, лишь обсудит нашу дальнейшую стратегию. Так что не переживайте за беднягу, он просто немного поболтает и вернётся.

– Раз уж он сюда притащится, надеюсь хоть приготовит своё фирменное блюдо, – прорычал Зентреб.

– И то верно, дорогие друзья, – улыбнулся медведенодобный монстр. – Еда Ревмарка идеальна! Но к сожалению его груз будет иным.

Генриха, да и даже Ольху, от такого зрелища передёрнуло, ведь только сам Демон Гнева думал, будто добро улыбается, для всех остальных это выглядело как зловещий и злобный оскал.

В этот момент как раз засветился привычным пурпурным светом портал, а спустя несколько мгновений из него показался Ревмарк, таща каменный стол. Кротоподобный демон ступал тяжело, но в остальном выглядел вполне обычно. Почти сразу за ним появились экзекуторы, тащившие разнообразные ящики. Пять, десять, тридцать бойцов!

– Приветствую, – неприязненно сказал Ревмарк и аккуратно опустил ношу на пол. – Эспкре… Грр. Экспериментальное оружие прибыло, как и лекарства. Не будем тратить время, и давайте решим, что делать. Убивать или не убивать?

Ольха равнодушно улыбнулась, хлопнула в ладоши и над столом тут же возникла карта Леса. Зелёным выделялась северная и восточная часть, белым центр, а красным юг и запад. Именно там находилась большая часть верных Роландору сил.

На прибывших агентов участники совета не обращали внимания, а те просто потащили свою поклажу на нижние этажи. Генриха их содержимое заинтересовало… Но не так сильно как план монстров по спасению его жены.

– Объявляю военный совет открытым, – рыкнул Зентреб и тут же приобнял Демона Природа. – Молви же свои мысли, любовь моя! Разрушим ли мы сею землю, аль проявим немного милосердия?

– Насилие это не ответ… – туже произнесла Арвиль с блаженной улыбкой.

На лице Генриха и на мордах демонов отразилась небывалое удивление. Даже Ольха чуть приподняла бровь.

– Это вопрос, – тем временем продолжила Демон Природа. – Ответ же на него – да.

– Слишком долго мы играли в дипломатию, – добавил Ледяной Демон, отпуская талию Арвиль. – Слишком долго потакали смертным, в том числе и Эллейн. Пришло время напомнить всем насколько мы могущественны на самом деле… Генрих, – заполненные льдом и зеленью глаза обратились на принца-консорта, заставив того вздрогнуть. – Собери знать, горожан, всех кого знаешь на главной площади…

–… Мы легализуем наше участие в подавление восстания, – продолжила Арвиль недовольным тоном и сама приобняла Зентреба.

Их черта заканчивать друг за другом фразы начинала всё сильнее и сильнее раздражать Генриха, но он не подал вида и лишь уточнил:

– Каким образом?

– Самым надёжным, но несколько неприятным для нас, – издал яростный вздох Папир, с сожалением отдавая полотно одному из агентов. – Мои дорогие сородичи, а именно Зентреб и Арвиль, в честь искупления своих грехов, ущерба и прочего объявят, что на время подавления восстания станут твоими слугами. После же согласятся возместить остальное, включая разрушение Аизара…

Арвиль прервала Демона гнева:

– Часть нашей вины снимает тот факт…

– … Что мы стали жертвой нападения самих эльфов, – закончил за неё Зентреб.

– Это нисколько тебя не оправдывает, Арвиль. – буркнул Ревмарк. – Десятки тысяч эльфов и людей умерли! Тысячи стали монстрами! И всё из- за твоей неаккуратности! Не сдержанности! Высокомерия!

– Уверяю тебя, Демон Камня, мы правда сожалеем об этом событии, – в унисон изрекли Зентреб и Арвиль. – Хоть разрушение наша специализация, эмпатия нам не чужда. Как и чувство вины за загубленные жизни. Хотя не будем врать – её не слишком много.

– Это-то и плохо.

– В любом случае – окончательно всё решится на суде, однако, принц-консорт не будьте на нём чрезмерно жадны, – закончил дискуссию Папир, бросив неодобрительно-яростный взгляд на тройку демонов решивших поговорить о ответственности в столь неподходящее время.

– Нам это не нравится. Однако мы готовы на такую жертву. Но лишь после разгрома наших врагов.

– Мы поможем разбить войска Роландора идущие к Рувендуру, – подытожил Демон Гнева. – И напомним Духам Леса об истинном положении дел, а вот спасение Эллейн ляжет на твои могучие плечи, Генрих… И на твои Ольха.

– Я научная и административная единица, а не боевая, – равнодушно-недовольно поджала губы маленькая зомби. – Это не моя работа и не моя специальность.

– Формально это так, – кивнул Папир. – Тем не менее, это из-за тебя столь важная для нас личность находится в плену и именно тебе это нужно исправлять.

– Я не подчиняюсь тебе.

– Это было общее решение, маленькая зомби, – в унисон изрекли Демон Природы и Демон Холода. – Твой поступок нас всех разочаровал.

– Тем более мы втроём будем усмирять фей и прерывать их связь с восставшим друидом, а шансы Генриха в одиночку – не слишком велики. Конечно, у него будет много помощников, но они лишь смертные. Твоё же участие сделает победу более вероятной и с меньше потерей в живой силе.

– Кстати, о ней, – взял слово Зентреб. – Генрих, известна какова численность сил Роландора?

– Точных данных у меня нет, – неприязненно ответил тот, мрачно смотря на Ледяного Демона. Впрочем, так он как правило смотрел на любого их погибелей. – Раньше клан Оленя контролировал четверть Леса. В худшем случае ему удастся набрать армию в десять тысяч эльфов, и это не говоря уже о скрытых и возможных предателях. Не знаю, последуют ли за ним иные жители Леса, но в худшем к ним ещё добавятся десятки волшебных дракончиков, энтов и прочей мерзости.

– А вот это врят ли, – покачала головой Арвиль. – Ты плохо понимаешь их психологию и систему ценностей, а так же нюансы взаимоотношений жителей сей земли. А ведь прожил тут сколько уже? Десять лет? Хотя чего ещё ожидать от глупого, уродливого смертного который разменял лишь третий десяток. К счастью, тут есть я, и просвещу тебя! Лес идёт за сильнейшим, да, но Роландор это всего лишь эльф, хоть и получивший благословение фей, а вот Эллейн как раз полуфея. Её статус выше в их споре. Сами же феи, хоть формально и являются главными, не могут приказывать, их власть ограничена. Они скорее духовная, если проводить аналогию с людским обществом, хоть и крайне влиятельная власть.

– А ты плохо знаешь язык, Демон Природы, – покосился на неё Генрих. –Надо говорить “ вряд ли”. И раз всё как ты говоришь, то почему же они приняли участие в битве при Кагороне?

– Хороший вопрос, – вступил в разговор Зентреб. – Всё дело в том, что в тот момент они были слегка так напуганы нашим явлением, поэтому решили помочь Эллейн, однако после “победы” над нами – наш рейтинг опасности упал в их глазах, а поскольку мы все эти десять лет никак их не тревожили, то страхи жителей Леса окончательно исчезли. Нынешний же конфликт выглядит таки как конфликт эльфов, а не демонов и остроухих. И они не вмешаются, пока мы не открыто поддержим одну из сторон. Поэтому мы втроём разберёмся с феями, а вы займётесь…

– … Смертными, – закончила за него Арвиль. – Это будет классическая битва существ, чья жизнь хрупка, недолговечна, а умственные способности слабы!

– Я не смертная, – недовольно заметила Ольха. – А даже обычные эльфы способны жить несколько сотен лет.

–Ну, я так и сказала – недолговечна и хрупка. С каких пор несколько сотен лет это много? Да и ты, Ольха, всё таки не относишься к нам с точки зрения вида. Мы могучие дубы, а ты скорее сосна, могучая, крепкая, но не настолько как дуб. Звероподобные жители Леса не будут тебя считать частью нашей стаи. Ну или стада.

– Хорошо, что нас не слышат Вепьян и Киэль, – несколько недовольно изрёк Ревмарк, вскрывший один из ящиков.

– До этого вы обещали мне поддержку в войне против Роландора, – заметил принц-консорт, заглядывая внутрь и видя там какие-то артефакты шарообразной формы. – А теперь берёте свои слова обратно, рассказывая о битвах между равными силами.

– Нет, конечно, – поморщился Папир. – Что же это вы так нас не уважаете, могучий Генрих? Мы предоставим вам наших агентов и вот это чудо магической мысли. Ревмарк, будь так любезен, активируй Малюток.

– Я ждал этого момента, – довольно потёр лапами кротоподобный Демон, вновь дотрагиваясь до принесённого им артефакта в форме стола. Иллюзии карты Леса сменилась на… На десять изображений потолка. А затем шары взлетели и повисли над собравшимся и вуаля, вместо Генрих с изумлением взирал на себя со стороны.

– Управляемые автоматы под кодовым названием Малютки, – равнодушно, но с толикой удовлетворения сообщила Ольха. – Совместная разработка Ревмарка и Кассандры. Так же вклад внёсла я и Папир. Цель этого оружия, слежка за полем боя с высоты птичьего полёта и отправка увиденного на вот этот артефакт. Таким образом, ты, принц-консорт и твои генералы смогут следить за полем боярежиме реального времени, а с дополнением в виде связи, которая уже у вас есть, позволит управлять войсками чуть ли не в ручную! Разумеется, – она бросила равнодушно-злой взгляд на остальных демонов. – Я предлагала оснастить их возможность хранить в себе различные болезни и яды, для диверсий и эпидемий, но остальные почему-то оказались против.

– Болезни слишком плохо контролируемое оружие, – покачали головами Зентреб и Арвиль. – Его использование слишком большой риск… Тем более ты бы наверняка сделала бы их по настоящему неизлечимыми.

– Нет смертных – нет проблем, – пожала плечами Ольха.

– Никто из моих подчинённых не знаком с подобными артефактами, – заметил Генрих, переводя тему и радуясь позиции остальных демонов, недопустивших глобальную эпидемию. – Значит… Управлять ими будут именно прибывшие экзекуторы?

– Твоя проницательность неплоха, – кивнул Ревмарк, поводя лапой и каменная арка вновь засветилась пурпурным светом формируя провал в реальности. – Что же, раз мы всё распределили – я возвращаюсь в Ледяные Сады ради продолжения лечения, с нетерпением буду ожидать вестей и результатов испытания Малюток!

Глава XXVII Планы Роландора

Первые лучи солнца едва показались за горизонтом, разгоняя тьму и порождая туманную мглу. Тишину нарушали лишь шелест листьев под ударами лёгкого ветра, да щебет птиц.

Несколько секунд Роландор балансировал между сном и явью, пока сон окончательно не уступил, а его место привычно заняла невероятная боль, которую могла притупить лишь дурман трава... И воля. Во многом именно она позволяла сохранить контроль над телом и разумом, не взирая ни на что.

Страдания и боль. Они прорастала словно побеги зелени весной, внезапно и в тоже время постепенно, заставляя Роландора скрипеть зубами… или даже уже клыками. Такова цена использования всей мощи Леса.

Старый друид находился в родовой крепости клана Оленя под названием Оплот, куда стекались верные ему эльфы, а так же некоторые иные жители Леса. Стены, выращенные из деревьев при помощи магии Природы, твердыни насчитывали более тысячи лет, застав даже Гнев Богов. Четыре крупные башни,выложенные из камня и скрепленные древами, находились во главе каждого угла, а по центру главный бастион. Крепость строили на самом западном краю Леса, где дальше находился лишь океан, охваченный когда-то Вечным Штормом. В далёкие века клан Оленя был наиболее могущественным во всем Таинственном Лесе, и дольше всех сопротивляться Джеллу, что сумел объединить всех эльф под своей рукой силой и кровью. Родной клан Роландора сдался последним, более семиста лет назад.

Валяясь на жёсткой кровати Роландор чувствовал как его плоть дрожит, всё ещё помня громадную магическую мощь.Победа над Эллейн и её отвратительным союзником дорого обошлась Роландору, ведь пропустив чрез себя громадное количество магии Природы и частично Хаоса, он сильно изменил своё тело, став монстром. После боя ему удалось обернуться процесс вспять, однако лишь частично.

Почему-то сильнее всего пострадали руки, даже сейчас их покрывал мех, а вместо ногтей были когти. Всё остальное в целом удалось обратить, не считая увеличивавшихся рогов на голове и правого глаза, чей зрачок стал вертикальным. Да и клыки вместо зубов.

Последнее раздражало эльфа сильнее всего и доставляло наибольшие неудобства, еда между ними легко застревала.

Глубоко вздохнув, старый друид наконец сумел частично отогнать боль и вернуть контроль над телом.

Потянувшись за посохом, он кое-как встал с кровати, а затем с трудом проковылял к окну, где далеко за горизонтом тёмное небо слегка светлело.

Сделав глоток свежего, напитанного лесными запахами воздуха друид почти поборол дурноту и отрешиться от страданий смертной оболочки. В подобные моменты он завидовал Эллейн, которая будучи на половину волшебным существом гораздо, гораздо лучше переносила влияние магии, чем кто-либо.

В открытые ворота крепости входил очередной отряд эльфов, судя по знамени, это был клан Куницы. Основан он был как раз одним из дальних родственников Роландора, и когда возникла нужда, тут же прибыл под знамёна бывшего верховного друида. Как и многие другие.

Правда, не в полном составе. Многим, как правило молодым эльфам из младших кланов, пришлись по вкусу реформы королевы Эллейн, ведь они получили возможность занимать ранее недоступные должности. В прошлом же все ограничивалось положением клана и чем ниже он стоял, тем меньше шансов и возможностей у них было. Не смотря на личные способности.

Это, конечно правильно, ведь известно - где родился там и пригодился -, но в будущем после своей победы и возвращения клановой системы Роландор собирался таки это изменить. Старые порядки и правда уже плохо работали, однако разрушать их до основания, как это сделала Эллейн, он не желал. Как и вести дела с людьми, тот факт что Эллейн вышла замуж за человека, да ещё заражённого демонической магией, вызывал у друида отвращение. И конечно же он не собирался служить Погибелям, может сама девчонка и думала что у них равноправные отношения, но друид знал правду - она служила им, даже сама не подозревая об этом. Или всё таки знала, но смирилась с этим.

Старый друид, а ныне глава восстания вышел из своих скромных покоев и за ним тут же тенями двинулись четверо эльфов. Наиболее умелые и опытные бойцы ставшие его телохранителями на случай нападения демонов или просто убийц. Вооружённые чёрными клинками и даже револьверами с пулями из того же металла, что и клинки. Создать их было невероятно трудно поскольку сам материал был крайне хрупок, а эльфы паршиво работали с металлом. В общем-то пули для барабанников, как в Лесу предпочитали называть револьвер, предоставил Трикстер, перед тем, как бежать с континента. Он и Роландору это предлагал, но тот отказался, решив не покидать родные края. Да и связываться с ушлым колдуном он не собирался вновь. В прошлый раз сотрудничество с ним сильно аукнулось, да он устранил ряд своих противников, король Джеллу погиб от лап Погибели Льда, а его клан возвысился, но затем всё было почти потерянно именно из-за чудовищ. А ведь колдун утверждал что оно безумно и всего лишь подобно животному. В тот раз он сильно ошибся.

Роландор надеялся что в этот раз колдун окажется прав и новое оружие и правда представляет угрозу для зловещих Погибелей.

Охрана держалась на стороже всю дорогу, и не без оснований. Было уже две попытки убить главу клана Оления и ещё одна попытка освободить Эллейн, сделали это при этом как раз наиболее юные эльфы их младших кланов. Их трупы выбросили в ров крепости, а одного взятого в плен живым затравили грифонами в назидание остальным, после чего усилил охрану покоев королевы.

Само собой он не бросил её в подземелья, ведь она всё ещё оставалась правительницей по праву крови, пользуясь при этом громадным авторитетом среди эльфов, а это в определённой мере сковывало возможности Роландора по влиянию на неё.

И она это прекрасно знала.

В центральном зале крепости ему принесли клятву верности представители прибывших кланов, после послушал доклады советников и недавно вернувшихся разведчиков.

Новости оказались, как хорошими, так и плохими.

Число эльфов превысило уже три тысячи голов, прибыло более сотни энтов и десяток волшебных дракончиков, так же друиды собирали зверьё, собираясь так же использовать его в битве. Скоро... Очень скоро мощь Природы столкнётся с яростью демонов и технологиями людей и покажет им кто правит в этих землях! Но... Всего этого было мало... Слишком мало, на взгляд Роландора, феи ограничили их число, собирая основных верных себе жителей Леса у себя, ожидая атаки демонов лично . В целом друид понимал их и полагал, что так и будет, поэтому не настаивал, хотя все таки в глубине души надеялся на более существенную помощь. Всё таки войска оставшиеся верные власти Эллейн были вооружены лучше, да и с ними могла быть одна из Погибелей.

А их мощь нельзя было недооценивать. Даже одной такой твари хватит, чтобы полностью изменить результат боя. Обратить победу в поражение. Хоть он и не участвовал в битве при Кагороне, поскольку находился в заключение, но отголоски её силы ощутил.

Она воистину пугала и восхищала.

Так же, согласно сообщениях от разведчиков, жалкий муженек королевы Эллейн поспешно собрал армию и выступил в сторону земель клана Оленя. Видно он надеялся закончить все быстро и чисто. Задавить растущее дерево в саженце. Разбить восставших до подхода других кланов, убить Роландора и освободить свою жену.

Он, как и все кароткоживущие слишком спешил. Друид надеялся этим воспользоваться, но в тоже время осознавал: союзники Генриха не позволили бы ему действовать если бы не были уверены в его успехе. Погибелей смертельно было недооценивать. Прецедент – освобождение Зентреба, прекрасно это показал.

Битва обещала быть тяжёлой.

А значит… Необходимо было узнать примут ли в ней участие Погибели и какую помощь ждать от фей.

Разобравшись с новостями и отдав соответствующие приказы Роландор поспешил,не смотря на временные трудности с ногами, в подземелья крепости. Посох гулко ударял по деревянном полу смеясь периодическим шарканьем. Эти казематы веками не использовались по назначению и глава клана разместил в них склады с оружием, а так же ряд артефактов сомнительного происхождения.

Один из них, крупный, размером с его голову, зелёный камень и был использован.

Тёмное подземелье осветил изумрудный свет, а сознание главы клана Оленя соприкоснулось с теми кто усилил его магию когда-то.

Феи. Три древних духа Леса предстал перед ним в образе юных эльфиек и при виде них друид удивлённо хмыкнул. Обычно они появлялись одинаковыми, точными копиями друг-друга без намёка на индивидуальность, но не в этот раз.

Слева находилась фея чьи волосы блестели цветом неба, а сама она казалось хрупкой и субтильной... Даже на фоне эльфов. Фея в центре обладала роскошной огненной гривой и при этом чем-то напоминала дикого зверя. Третья же слегка напоминала Арвиль цветом волос и казалась довольно таки крепкой, словно молодой дуб.

– Великие духи, - произнёс верховный друид, почтительно склоняя голову и пряча удивление. – Мне доложили, что армия возглавляемая проклятым Генрихом выдвинулась к моей твердыне. Их число велико, вооружены и обучены они тоже прекрасно,не говоря уже о поддержке Погибелей, в связи с этим я смиренно прошу вашей помощи!

– Сын Леса, – ответила центральная фея. – Трое Погибелей уже двигаются к нам,поэтому в битве они участвовать не будут. Тебя ожидает схватка лишь с прокаженными магией демонов людишками и их прихвостнями из числа жителей Леса. Теперь моя очередь говорить: Мы знаем о твоей победе над предательнице, но я не понимаю – почему она ещё жива?

Остальные две согласно кивнули, ожидая объяснений.

Друид с трудом удержался от того, чтобы не поморщится. Феи, разумеется, были крайне могущественны, а их знания велики… Если это не касалось общественных отношений.

В них они были словно малые дети... Хотя нет, скорее они напоминали диких зверей лишь с двумя правилами. Выживает сильнейший и победитель забирает всё.

Это раздражало и сильно мешало. Особенно учитывая их непомерное высокомерие и твёрдую, словно тысячелетий дуб, уверенность в собственной правоте.

– Благодетельницы Леса, – начал он, тщательно подбирая слова и внутренне гадая, чего это они не говорят хором, как делали обычно. – Множество эльфов души не чаят в своей королеве, и её смерть от моих рук заставит их выступить против меня однозначно большую часть, которая ныне заняла выжидательную позицию. Даже сейчас, несмотря на мой авторитет, традиции и слухи о том, что её околдовали демоны, они склоняются к поддержке верных ей сил. Подобные мысли есть даже у тех кто присоеди…

– Меньше слов, – рявкнула фея по середине. – Просто убей её, а остальным продемонстрируй свою мощь! Ничего сложного же!

Друид с громадный трудом удержался от желания закатить глаза.

– Нельзя не учитывать реакцию остальных жителей Леса, а так же союзников Эллейн, – попробовал зайти он с другой стороны. – Подобно птицы защищающий свое потомство от хищников они будут стараться действовать аккуратно и осторожно, а я этим воспользуюсь. Демоны же сейчас не будут торопиться, надеясь на выживание Эллейн и возобновление прошлых договорённостей, однако если я её убью, то они будут действовать жёстко, ведь им нечего уже будет терять на нашей земле.

– Так бы сразу и сказал, а не извивался словно мелкий змей! –воскликнула фея стоящая справа.

– Моя ошибка, Благодетельницы. Однако замечу, что стая волков сможет загрызть даже медведя.

– Они разных видов, – заметила фея слева. – А на своей памяти, я не видела ни одного раза, чтобы волки, или иные звери, объединились дабы скинуть вожака. Так делают лишь смертные.

– Мы просто сложнее, чем звери, - ответил друид, надеясь всё ещё достучаться до фей. – Наша сила это наша консолидация. Уместнее нас сравнить с… муравьями. Один муравей слаб и убог, но вместе они способны на невероятные, учитывая их размеры, вещи! Тоже самое и с нами. И если я буду действовать неправильно потеряю контроль над муравейником! А те кто надеялись извлечь из него пользу, просто сразу попытаются растоптать его.

- Какой ещё муравейник над которым ты потеряешь контроль? – не поняла центральная фея. – Ты там у себя дурман травы обожрался пытаясь спрятаться от мощи Леса вместо того, чтобы обуздать её? Что ты несёшь? Хаос поразил твою голову и заставил сойти с ума?

– Кажется это то, что смертные называют «метафора», – прощебетала левая фея. – Под муравейником он подразумевал верных ему эльфов… Которые будут крайне недовольны если он вырвет корень жизни Эллейн/

– Ааа, – протянул две другие. – А что такое «метафора»?

– Кажется это когда они говорят не прямо, а иносказательно, подменяя слова на других, но при этом сохраняя связь с первоначальным смыслом. Я же права, Сын Леса?

– В целом да, Благодетельница. Её смерть будет крайне нежелательна.

Про то, что она будет ещё и важным козырем, по сути последней надеждой, для переговоров с Погибелями в худшем случае, он умолчал, считая это слишком сложной информацией для фей.

– Какие же смертные тупые, – проворчала центральная. – Так уж и быть, Сын Леса, оставляй жизнь бывшей Дочери Леса.

– Что же касается твоей просьбы о подкрепление, – продолжила левая фея. – Как мы уже сказали Погибели не будут участвовать, однако, – краткая пауза. – Я полагаю, в отличие от моих сестёр, что демоны усилили войска искаженного Генриха из рода людей. Скорее всего артефактным оружием и кем-то из своих слуг, поэтому я направлю тебе в помощь грифонов и единорогов, всех кого смогу.

– Благодарю!

– Неразумная трата сил, Младшая, – заметила правая фея. – Главное победить трех демонов! Сражение же смертных глубоко вторично, истинная битва будет не у них, а у нас.

– Мы должны учитывать положение наших друзей, Средняя, – мягко парировала левая. – А много своих сил на их созыв в помощь нашему другу я не потрачу. Да и если мы выставим их против Погибелей те их просто сметут и не заметят, поэтому использовать их в другом месте будет логичнее.

Две остальные феи секунду помедлили и кивнули, после чего пропали, а вот левая осталась.

– Мои старшие сёстры живут более тысячи лет, – начала она мелодичным голосом. – И их сила и правда велика, но сейчас пред нами воплощение разрушения. Они словно лесной пожар двигаются к нам, сметая всё на своём пути, звери от подобного бегут, а растения погибают... Поэтому я собираюсь подстраховаться. Если мы проиграем, то ты будешь последней надеждой Леса на выживание, поэтому тебе необходимо выиграть битву, а затем попытаться договориться с демонами используя их стрелы, как свои.

Верховный друид лишь вытаращил глаза, не ожидая совершенно таких слов от феи. Конкретно эта оказалась куда мудрее, чем он мог предположить.

– Не удивляйся, – её слова звучали мягко, но за ними чувствовалась глубинная мощь. – Мои старшие сёстры произошли от животной ярости и способности выживания, я же скорее впитала разум вас, эльфов, а может и людей. Поэтому в отличие от них я лучше понимая смертных и, быть может, даже Погибелей. Не подведи Лес.

Связь прервалась, но Роландор невидяще продолжил смотреть на место, где находились феи, мысли в его голове скакали словно кучка зайцев.

Подкрепление он получит. Это хорошо.

Трое демонов в битве участвовать не будут. Это отлично.

Сама она будет проходить на его территории, а это и вовсе великолепно! Угодья клана Оленя он и его воины знали, как никто, не говоря уже об укреплениях и магии, которую все таки проще творить в родных пенатах. В родном лесу сами деревья помогут!

Феи сильно не уверены в своей способности победить Погибелей – а это ужасно. Однако...

Три положительные новости и лишь одна плохая.

Друид почувствовал, как на лице появляется довольная ухмылка.

Его шансы значительно выросли.

Глава XXVIII Феи против демонов

Сердце Таинственного Леса – средоточие всей его мощи, магической экосистемы! Проходящие в подземелье потоки первобытной, дикой магии мог бы ощутить даже простой смертный, мы же словно шли через тёплую воду, мысля небывало ясно и зрея изнанку нашего мира без каких либо усилий.

Надо бы почаще заходить в столь чудесное место. Вот только…

– Сколько же тут мусора, – произнёс я, поднимая с земли эльфийский череп. – Хм. Что-то заговариваюсь я, невежливо так называть останки какого-то неизвестного смертного… Арвиль, почему тут кости? Это же вроде сакральная земля…. Подземье? Пещеры? Ну ты поняла.

Он почти не отличался от человеческого, только зубы слегка выделялись. Они были чуть острее.

Хм. Странно. Зачем им острые и крепки зубы? Они же травоядные…А, вспомнил, они же могут легко употреблять кору.

– Поняла, поняла, – чуть раздражённо ответила Демон Природы, а затем создала иллюзию очков, собрала волосы в хвост и с видом знатока продолжила: – По традиции старые эльфы, уже готовые познать смерть отправляются в эти тоннели. Здесь благородные воители, чьи тела уже износились, сражаются с духами и погибают в славном бою, после чего их плоть становится частью победителей и они продолжают жить в них. Это почётно для любого жителя Таинственного Леса поэтому право умереть здесь мало кто удостаивается, а поскольку мы зашли довольно таки глубоко то ты держишь в лапах остатки славного и достойного воина… Или друида. Ну или его просто бедолагу, которого поймал какой-то бешеный дух и оттащил сюда, чтобы сожрать.

– Нет смысла разделять эти понятия в данном случае, дорогие друзья, – пророкотал Папир, проверяя свой груз. Большой железный ящик таившее разнообразное оружие Демона Гнева и иные якобы необходимые ему вещи. – В конце концов смерть великий уравнитель и кем бы ни был этот несчастный – сейчас он лишь груда костей. Которой нам следует оказать достойное уважение и не тревожить останки.

– Да будет так, – произнёс я, с уважением выбрасывая череп.

Ведя светскую беседу мы втроём пробирались по подземным тоннелям держа путь к сердцу Таинственного Леса терпя периодические атаки местных животин. Хуже всех приходилось Демону Гнева, превосходивший нас обоих размерами ему с трудом удавалось пролезать в относительно узких проходах.

К счастью он умудрялся несколько контролировать свои размеры и демонстрировал удивительную гибкость. Будто огромный кот Демон Гнева пролезал даже в самые узкие проходы, на самом деле иногда у нас возникали задержки из-за его снаряжения, но таком случае мы просто расширяли проход.

На самом деле подобные моменты тормозили нас куда сильнее, чем засады всякого зверья и духов.

– Всё-таки немного странно, что Эллейн и Ольха умудрились вдвоём проиграть Роландору.– заметила Арвиль, закидывая руки за голову и ударом ноги, проламывая череп бросившемуся на неё крупному, размером аж с медведя, волку, выжидавшему в темноте одной из развилок.

– Ему более четырёх сотен лет, любовь моя, – ответил я, взмахом лапы обращая остальную стаю в ледяные статуи. – Солидный боевой опыт, мощная подпитка от фей, читай от всего Таинственного Леса да и битва была на его территории, а дома, как известно, и родные стены помогают. Он серьёзный противник, не для нас конечно, но тем не менее.

Разумеется, мы могли общаться мысленно, и общались, но из уважения к бредущему рядом Демону Гнева говорили вслух.

– Следует помнить, друзья мои, что и сама Эллейн, как и Ольха, не самые мощные боевые единицы,– ожидаемо включился в беседу Папир, лапой отгоняя мелкого духа в виде особо крупной, с козу, призрачной стрекозы.– Достопочтенная королева Таинственного Леса редко бывала в настоящих сражениях, а последние десять лет более чем погрязла в административных, политических и прочих делах. Это закалило её дух, отточило разум, укрепило волю, но не боевые навыки, редких тренировок с нами и частых с принцем-консортом явно не хватает. Если она переживёт эти события, буду выделять ей целый час тридцать семь минут своего времени для улучшения её навыков. А заодно потренирую и её мужа. Ольха же… В принципе я думаю если бы она осталась то сумела бы заломать друида, даже не смотря на возможную помощь и прочее. Однако её мировоззрение не приемлет слишком рискованное личное сражение. Всё-таки, её первичная функция это хранение знаний и их преумножение, а всё остальное глубоко вторично, что в свою очередь накладывает определённые ограничения на стратегию и тактику поведения. Думаю…

– И вот он вновь сел на любимого конька, – закатила глаза Арвиль, но увлёкшийся монологом Демон Гнева не заметил её слов, или же просто не обратил внимание. – Любовь моя, ты проиграл наш маленький спор. Нашему Папиру только дай волю и он будет говорить хоть весь день!

– Я и не стремился выиграть его, – хмыкнул я. – Любой бы из нас поступил бы, как он, после многих лет вынужденного молчания из-за особенностей своего происхождения. Хотя вынужден признать, что его речи и правда иногда бывают… утомительными.

Узкие извилистые проходы периодически сменялись крупными пещерами, повсюду из стен торчали корни, иногда встречались разноцветные кристаллы.

И местные духи атакующие нас.

Всё удовольствие от исследования нового пропадала из-за их скучных самоубийственных атак. То крупные волки бросались из засады, то прямо из воздуха появлялся волшебный дракончик и пытался укусить, а иногда и вовсе появлялись рои насекомых.

Все они бесславно проваливались.

Наконец-то показалось само сердце Таинственного Леса. Громадное подземное озеро, чьи воды буквально состояли из магии Природы в материальном виде. Даже смертные своими убогими глазами сумели бы уловить искру великолепия, скрывавшейся в тьме и освещавшей лишь светом самой магии, да редкими лучами солнца из крупного провала в своде пещеры на стенках которой источали чарующий аромат цветы, неторопливо рос мох и даже мелких деревьев.

Мы же зрели всё эту красоту в полном виде!

Минутку? Дыра в своде?!

– Похоже информация леди Эллейн и леди Арвиль нуждается в доработке, – озвучил мои мысли Демон Гнева. – Мы могли бы сократить время нашего путешествия и миновали бы тоннели, если бы знали об этом заранее.

– За более чем век тут многое изменилось, видно, –пожала плечами Арвиль.

– Грр, видимо так, – сказал уже я. – Эллейн в своё время описывала это место совсем иначе. Если она в тот раз не соврала.

– Ушам своим не верю, – потрясенно произнесла Арвиль. – Как тебе могло в голову придти, что женщина ненавидящая всех нас, а тебя особенно из-за того, что ты убил её отца и жестоко надругался над ней, могла дать неверную информацию? Мне стыдно за тебя, любовь моя! Такие нелепые подозрения!

– Солидарен с нашей дорого подругой, – рыкнул Демон Гнева. – Зентреб, брат мой, тебе следует больше доверять своим союзникам! Как ты мог даже подумать о подобное в отношении леди Эллейн?! Я разочарован в тебе, брат мой!

– И то правда, покорно принимаю ваши упрёки, – махнул лапой я.– Что же это на меня нашло?

Вблизи Сердце Таинственного Леса впечатляло ещё больше!

Громадное количество энергии, питающей Таинственный Лес и в то же время поглощавший её из своих же жителей! Тысячи нитей связывающих всё многообразие жизни! Невероятный симбиоз!

И над водами этого великолепия, сплава собственного развития и стараний древних магов парили три прекрасные крылатые фигуры, буквально персонификация мощи Таинственного Леса. Воплощение магии Природы!

Прекрасные? Любовь моя, мне слегка неприятно слышать это и видеть, как ты засматриваешься на каких-то летающих клуш!

Поверь, моя дорогая Арвиль, хоть я и нахожу их прекрасными, в моём сердце есть место для тебя. В моих глазах – ты само совершенство! Словно ангел на светлых крылах! Прямо с небес сошла!

Ах, удивительно приятно слышать подобное от оружия массового разрушения!

Рядом с тобой трудно оставаться таким.

Лёгкий холодок эмоций Демона Природы мгновенно сменился теплом и я ощутил уже свою радость и удовольствие.

Так… Странно…

Так… Приятно…

Мы оба слишком остро реагируем на столь обыденные и тривиальные вещи. Даже стыдно слегка. Хорошо, что об этом никто не знает кроме нас.

– Вы слишком много себе позволяете, неестественные! – хором изрекли недовольные феи. Папир тоже деликатно рыкнул.

Они не слышали наш диалог. Однако чувствовали его. Ощущали. Знали.

Их он бесил.

Как печально, когда мелкие незначительные обстоятельства, словно листья на ветру, мешают провести нам время вместе.

И правда…

– Я примерно догадываюсь о чём вы незримо говорите, – деликатно-яростно кашлянул Папир, – Пожалуйста, друзья, сосредоточьтесь! У нас важная встреча! А вы сейчас выставляете нас в плохом виде перед теми, кого мы будем убивать в ближайшем будущем!

– Мы требуем, чтобы вы покинули сердце нашей земли!– вновь подали голос три сильнейших духа Таинственного Леса, чуть приближаясь к нам и источая кроваво-красные эманации раздражения. В тёмно-зелёными водами подземного озера мелькала местная живность... А нет, сонмища мелких духов! – И это мы вас будем убивать!

– Тот факт что вы называете нас неестественными, слегка задевает, – ответил я. – Ну да, по сути наша основа мелкие хаотические сущности, изменённые древними магами, но затем мы тысячу лет развивались в одном теле пытаясь сожрать друг друга… Ладно. Звучит и правда неестественно.

– Ну так заставьте нас, благородные феи, – хмыкнула Арвиль. – Мы понимаем ваше мировоззрение, слабые служат сильным. Примитивно, конечно же, но близко нам по духу и полностью соответствует нашей тёмной эпохе…– Демон Природы выступила вперёд, раскрывая крылья и выпуская когти.– Так докажите своё право властвовать в Таинственном Лесу, как взрослые мифические существа – в смертельном бою! Докажите вашу мощь! Или склонитесь пред нами, сохраняя свои жизни!

– Ты носишь лицо жителя наших земель, чудовище, – в этот раз заговорила центральная фея, тряхнув огненной гривой. – Однако слова несут семена истины. Мы победим и вы покинете это место, если сможете, конечно же. Проиграем – ваша воля станет законом на сей земле.

Три феи разлетелись в разные стороны. Мы так же разошлись, желая не командного боя, а поединков.

Я направился к центральной феи, Арвиль к зеленоволосой, ну и Папир соответственно к оставшейся.

***

– Приветствую вас, леди, – бархатным басом источающим ярость изрёк Демон Гнева, прикладывая лапу груди и отвешивая лёгкий поклон, который в его исполнение казался скорее гротескной насмешкой. – Моё имя Папир, один из семи Арбитров и ответственный за планирование военных операций, а так же оборонительной сферы Ледяных Садов.

Однако фея зеркально повторила его, чувствуя искренность намерений чудовища и… уважение. Демон приветствовал её как равную. Следовало ответить тем же.

В отличие от других она специально подлетела к берегу подземного озера, опустившись затем совсем рядом с Папиром. На фоне Демона Гнева она выглядела совершенно не опасной, беззащитной. Обречённой. Хрупкая девушка с остроконечными ушами и волосами цвета неба, на миловидном лице виднелись веснушки, а из-за спины крылья бабочки.

Папир, впрочем, не обманывался её внешним видом, чуя глубинную мощь скрывавшуюся в тщедушном тельца. В её спокойных глаза цвета лазури он зрел могущество, уверенность и… уважение.

Она так же оценила способности своего оппонента и не была склонна недооценивать его.

Демону Гнева импонировало подобное поведение.

– У меня нет имени, однако именно я чаще всего разговаривают со смертными. Выражаясь вашими словами – я дипломат... Нет. Мелковато. Будем считать я глава дипломатической службы фей.

Сказав это она чуть улыбнулась и Демон Гнева хохотнул, оценив шутку.

– Есть ли шансы, что мы можем разрешить наш конфликт мирно? – осведомился Папир, аккуратно снимая со спины громадный ящик.

– Как ни странно – да, – кивнула та. – Как насчёт , могучий демон, чтобы оставить сражение родственникам, а самим пронаблюдать, доверив судьбу нашу им?

– Хороший и неожиданный вариант! – воодушевлённо кивнул Демон Гнева. – Поражён вашим решением, ведь, насколько я знаю, для вашего вида личное могущество является основой иерархии, в которой слабые служат сильным. Подтверждают же свое положение в смертельном бою. Неужто за сто лет ваши привычки изменились?

– Я младше моих сестёр и испытала при рождении сильное влияние смертных, – пожала плечами та, подлетая поближе. – Мои старшие родичи во многом порождение первобытных сил Таинственного Леса, ярости фауны, стойкости флоры. Самой природы, а она не терпит переговоры и компромиссы. Однако ещё более не терпит статичности, мы растём и развиваемся, эволюционируем и адаптируемся, познаём новое и поглощаем старое.

– Как восхитительно! – яростно воскликнул Папир, открывая свой груз. – Расскажите побольше, а я пока приготовлю нам чай и сладости. Вы ничего не имеете против чаепития под интеллигентную беседу, наслаждаясь зрелищем невероятной битвы?

– С большим удовольствием! Какого вкуса чай?

***

– Меня зовут Зентреб, – вежливо представился я, бредя к парящей над водами подземного озера фея по льду.– Совершенно забыл о манерах, пока пробивался в это место. Если бы мы знали о той дыре, пришли бы быстрее.

– Мне неважно имя твоё, неестественный…Как и любое другое.

– Как грубо. А есть ли у тебя имя, дикарка?

Высший дух чуть поморщилась:

– Имена нужны лишь смертным, не способных отличить друг друга. Нам они без надобности, ведь каждая из нас уникальная, словно древо в лесу, среди которых – не найдёшь двух одинаковых . И то, что ты им подражаешь, лишь доказывает слабость твоей воли и разума. Смертным нужно объединяться, чтобы выжить, мы же самодостаточны!

Я издал короткий смешок, выбрасывая вперёд лапу, собираясь схватить противницу за горло.

Неудачно. Рыжая фея обратилась в ветерок, ускользая сквозь мои когти, а спустя мгновение вода вокруг меня взметнулась вверх огромными щупальцами.

В ответ я щёлкнул когтями, испуская волну жутко холода, обращая окружающую воду в лёд, а затем взмахнул лапой заставляя его взорваться кучей осколков в сторону феи, но та тут же обернулась на секунду камнем, защищаясь от смертоносного льда.

И не только она! Замёрзшая концентрированная магия Природы взмыла столпом пламени! Одно мгновение, и подземное озеро стало огненным! Правда лишь на половину, там где сражалась моя дорогая Арвиль пламя отсутствовало.

– Вы станете пищей для Леса, – объявила моя противница, обратившаяся в гармоничную смесь стихий, объединяя в себе воду, огонь, молнию, камень и воздух.

Хм. По мне молния лишняя тут.

– О нет-нет, это ты и тебе подобные станете нашей пищей, – рыкнул я в ответ, ощущая блаженство от сражения с сильным противником и от пронизывающей всё моё тело магии Природы.

Здесь, в сосредоточении всей мощи Таинственного Леса, мы могли не сдерживаться и использовать всю свою мощь, совершенно не боясь потерять себя!

Это так опьяняло!

Со стороны мы явно казались двумя потоками света, преследующими друг-друга.

Резко раскинув лапы, я исторг волну ледяного света, замораживая всё на своём пути! Магию, воздух, мелких духов даже само время, хоть и на ограниченном пространстве.

Но только не высшего духа! Сменив форму на огненную молнию она лишь слегка замедлилась, но мне этого хватило.

Сделав шаг сквозь пространство, мгновенно сократив дистанцию я взмахнул когтистой лапой, задевая бок противницы, одновременно выдыхая стужей. Хрупкая фея лишь рыкнула,словно медведица и не обращая внимания на мои когти в своем теле, по ее телу прошла дрожь,а спустя миг она буквально взорвалась огненным светом невероятной мощи, испепеляя все на своем пути.

Но не меня, меня всего лишь отшвырнуло на другой край пещеры, где я врезался в камень.

– Неплохо, неплохо, – прорычал я, чувствуя боль в опалённой пасти и резко кидаясь вверх, уклоняясь от молнии. Мой облик поплыл, утратил стабильность и я в этой битве всё больше и больше приобретал черты чудовища.

Думаю, мало кто заметил бы разницы.

На месте удара образовалась внушительная дыра. Удар феи пробил камень, землю и вышел где–то на поверхности устремившись в небеса.

– Я сожру тебя, неестественный,– изрекла фея.

Ступая прямо по тёмной поверхности озера, успевшей стать вновь водой, или её подобием, фея, посылая в мою сторону огонь и молнии.

– Это мои слова! – возмущённо ответил я, мелькая в пространстве чтобы не попасть под наиболее мощные удары, а на остальные не обращая особо внимания.

Дождавшись краткой паузы в потоке вражеской магии, я провалился в мир духов, мгновенно сократил расстояние через него и возник за спиной феи, ударяя когтями.

В последний момент она обернулась водой, заключая меня в объятия и пытаясь утопить... А нет, сжечь, ведь вода спустя секунду стала огненной, прежде чем я разорвал волшбу и откусывая часть противницы. Фея тут же сгустилась в стороне, имитирую тяжёлое дыхание, а рана на её плече стремительно зарастала.

– Признаю, – молвила она. – Ты и правда силён и даже здесь, в средоточии моей силы, мне непросто сражаться с тобой. Я довольна. В другом месте у меня было бы мало шансов на победу, но здесь... Здесь, неестественный ты лишь малая лужа против целой реки. Поглотив тебя я смогу раздвинуть свои границы.

В ответ я издал лишь довольный смешок, а спустя мгновения наша ожесточённая битва возобновилась.

***

Две удивительно похожие девушки стояли друг на против друга и внимательно смотрели.

– Мне не нравится что ты копируешь мой стиль, – заявила Арвиль, проводя когтистой рукой по своей роскошной зелёной гриве, за несколько секунд сплетая волосы в косу, а затем снова расплетая.

Фея непонимающе наклонила голову в бок:

– О чём ты говоришь, неестественная?

– У меня волосы цвета кроны – у тебя тоже самое. Значит ты подражаешь мне, конечно, я всё понимаю, но это всё равно раздражает.

Разговаривая с феей, Арвиль параллельно следила за обстановкой, видя как к ним приближаются сонмища духов и тварей Таинственного Леса. Только к ним. К Зентребу и Папиру они и не думали подходить почему-то.

Хм. Возможно основа силы её противницы это призыв и усиление этих существ.

Занимательно.

– Я жила на сей земле задолго до рождения той, чьё лицо ты носишь. И это мой естественный цвет волос, символизирующий связь с Лесом. Показывающий что я часть его, посему твои претензии не обоснованны, чудовище.

– Это звучит не толерантно, глупая лесная..! Сшша

Слово "толерантность' она произнесла не на языке древних магов или любом другом местном, а на наречии иноземцев. А оскорбить её она не смогла, лишь издала шипение.

– Я не знаю, что значит это слово, неестественная. Что это значит?

– Это из языка иноземцев,– слегка раздражённо сообщила Арвиль, видя растущее количество мелких духов.– Означает терпимость. Примерно лет двести назад у них были религиозные войны...В рамках одной религии у разных стран были просто незначительные различия, как у листьев с одного дерева.

С другой стороны пещеры уже слышались звуки сражения, Зентреб, вопреки своим привычкам чесать языком по любому поводу, не стал много болтать и приступил к битве.

А вот Демон Природы медлила. Во многом из–за воспоминаний оригинальной Арвиль и ее пиетета перед высшими духами Таинственного Леса.

Тупые мысли тупой эльфийки!

Она даже оскорбить фею нормально не могла! Язык будто отказывался повиноваться!

Такое с ней прежде не случалось, хотя подобные прецеденты происходили у других демонов, когда они встречали нечто важное оригиналу.

В своё время Ледяной Демон, по его словам, убил Джеллу в первую очередь из-за представлений о чести унаследованными от оригинального Зентреба. Кассандра рассказывала, что как-то не смогла пройти мимо парочки начинающих магов, которых хотели сжечь местные жители. Остальные подробностями не делились, но вроде у них тоже нечто подобное было.

К счастью был надёжный способ бороться с подобным помешательством, достаточно впустить в себя побольше магии Хаоса!

– Очередное доказательство слабости смертных,– кивнула тем временем фея, подымаясь чуть выше и разводя руками.– А так же вашей, раз вы объединились с ними.

Со стороны Зентреба уже вовсю гремела какофония боя, и Арвиль жаждала так же насладиться ею.

– Я уже это слышала, ту... Сшшш! Да сколько можно! С меня хватит! – раздражённо воскликнула Демон Природы, выпуская когти и покрываясь изумрудной чешуёй.Чувствуя переполняющую магию Хаоса Арвиль наконец отбросила неожиданные привязанности оригинала.

– Теперь ты выглядишь ещё более уродливо,– заметила фея, чуть поводя пальцами и множество духов вместе с различным зверьём тут же бросилось на Демона Природы, прямо на глазах увеличиваясь! Сама природа повиновалась древнему духу и вода в подземном озере взметнулась, поглощая Арвиль, а затем в неё ещё и ударили молнии, потоки пламени, льда и просто камни.

Будто рой насекомых, они кружили вокруг своей одинокой противницы.

– Теперь... Ты... Воруешь ещё и мой стиль боя! – донеслось из клубка, а затем последовала зелено-лазурная волна, сковавшая атакующих, после чего их очи загорелись изумрудным светом. – Это наглый плагиат!

Фея чуть приподняла бровь, взмахнула рукой и часть её тварей отступили, но некоторые остались подле Арвиль... И начали стремительно меняться, увеличиваться, обрастать шипами и дополнительными конечностями, а некоторые и вовсе сливались воедино. Безобидный мох на камнях пещеры на глазах разрастался и отращивал какое-то подобие щупалец.

– Наша магия и правда похожа, – покивала она. – Удивительное совпадение.

– Сшшш. Та кого я поглотила, была о вас слишком хорошего мнения. Её воспоминания, мечты и прочее, наложились на мою силу и отсюда такая схожесть... Но я всё равно буду всем говорить, что ты меня плагиатишь!

– Мелочно... И что такое плагиат?

***

Какофония боя заполнила всю пещеру! Зентреб и его противницы двигались словно две молнии, манипулируя самой реальностью!

Но это была битва один на один, а если кто-то случайно попадал в радиус боя, то либо превращался в лёд, либо погибал от атаки феи.

На другом же фланге творилось настоящее месиво. Грифоны, волшебные дракончики, множество иных животных, насекомых, элементалей и даже громадные растений. А в центре кружили обе противницы.

Ну а у берега озера сидели за импровизированным столом Папир и третья фея.

Они неспешно пили чай.

Под стол они приспособили ящик Демона Гнева, в котором кроме оружия находилось небольшое раскладное сидение, фарфоровые чашки, баклажка воды и чайник. И как раз их фея пожелала обсудить.

– Зачем вам нужен был маленький стул? – спросила она дотрагиваясь до чайника и вода в нём тут же вскипела. – Он явно не под ваши размены, могущественный Папир… Да и всё остальное вам тоже явно лишнее. Особенно подобные чашки. Они же столь хрупки!

– Прошу вас, не нужно церемоний, владычица Леса – бархатно ответил он, разливая при помощи телекинеза чай по кружкам и протягивая железную банку. Сам он сидел прямо на земле. – Называйте меня просто Папир. Сахар нужен?

– Благодарю, – радостно улыбнулась фея, забирая банку и сразу закидывая треть её в чашку под слегка изумлённо-яростный взгляд собеседника. – Ммм. Как сладко! В наших краях трудно отыскать столь изысканные вещи. Ничего слаще лесных ягод и мёда не вкушала за сотни лет своей жизни, к сожалению Ах, да. В таком случае и ты обращайся ко мне на ты. Так зачем тебе всё это, Папир?

–Практической ценности большая часть этих вещей не обладает для меня, честно говоря, – сложил лапы на животе Демон Гнева. – Я не чувствую вкусы, и даже концентрированная магия Природы помочь мне не может, увы, в этом плане моим собраться повезло гораздо больше. По большей части оружие мне тоже не нужно, ведь само моё тело – самое совершенное орудие убийства в мире. Однако, – он чуть наклонился вперёд. – Все эти вещи позволяют помнить мне, что я… Даже не так… Все мы нечто больше чем просто монстры. Что мы способны на развитие. Что мы можем стать лучше… Ну и заодно на тот случай если мне понадобится произвести благоприятное впечатление, о прочности не волнуйтесь, все мои вещи зачарованны. Кстати о нём. Чай надеюсь, тебе пришёлся по вкусу, добрая фея?

– О, да. Если убрать тину из вод озера, я ожидала яда, но ты, Папир, приятно меня удивил. Хороший и душистый напиток, надеюсь, ты не в обиде на меня за мои подозрения?

Демон Гнева приветливо-яростно улыбнулся:

– Мы только что познакомились при не самых лучших обстоятельств, ожидать от меня яда было бы… Естественно. Но ты приняла угощения из моих лап, не смотря на сомнения и обоснованное недоверие. Не знаю даже как мне интерпретировать подобное. Признать ли это излишней доверчивости, проявление доверия, тонкого расчёта или же банальной глупости.

– Тоже можно сказать и о тебе, – чуть улыбнулась она, ещё добавляя немного сараха в чай. – Ммм. Как приятно. Мы, феи, наиболее сильные духи Леса и наша мощь – разнообразна. Смертные знают что мы способны завести любого в самую глубь его разума... И оставить его там навечно, забирая тело себе. В этом искусстве я особенно сильна. Однако ты не побоялся со мной поговорить.

– Туше, – хмыкнул Демон Гнева, аккуратно приоткрывая ящик и вытаскивая немного печенья.

Битва на озере тем временем и не думала стихать, дарую двум странным зрителям небывалое зрелище.

Глава XXIX Люди против эльфов

Рысь аккуратно подбиралась к мирно щипавшему среди вечнозелёных древ оленю, собираясь перекусить им. Медленно и аккуратно, как и следует хищнику, но когда она почти добралась на расстояние прыжка до заветной цели, мягко ступая по зелёному мху, до нее донесся звук.

Неестественный. Странный. Пугающий.

Большая кошка дернула ухом, олень тоже насторожился, поднял голову и сорвался с места. Рысь же рыкнув бросилась за ним, в тщетной надежде поймать.

Звук же не стихал, лишь набирал силу и мощь. Через Лес двигалось нечто огромное, чуждое для него.

Множество двуногих.

Армия впопыхах собранная Генрихом продвигалась по Таинственному Лесу в сторону земель клана Оленя. Более пяти тысяч солдат людей и тысяча эльфов, не слишком много... Сказали бы Генриху лет десять назад, что армия из шести тысяч разумных небольшая, он бы рассмеялся. Сейчас же, зная о громаднейших армиях иноземных завоевателей он отчётливо понимал, как малы его силы. К счастью сейчас ему противостояли местные мятежники, и их тоже было немного, поэтому принц-консорт решил взять войска с наибольшей верностью. Ему не хотелось получить удар в спину, а людей было трудно заподозрить в лояльности к Роландору, чего не скажешь про их симпатии к Эллейн, поскольку большая часть из них — вчерашние крестьяне и горожане, верные ей как никто другой. Ведь благодаря ей они получили шанс на лучшую жизнь, которой простолюдины, с точки зрения принца-консорта, не были достойны, однако королева решила иначе.. Благородные тоже присутствовали, как правило в должностях офицеров, хотя их верность была несколько более сомнительной.

Эльфы же были выходцами из наиболее слабых кланов, лояльных Эллейн, ведь при ее правлении они более не сковывались клановой системой и получили шанс на возвышение, а это обеспечило их верность, не абсолютную, конечно, но тем не менее.

Войска представляли собой то ещё зрелище. Вооруженные мечами, луками, а так же винтовками, коих выгребли из всех запасов, присутствовало даже некоторое количество пулемётов, которые притащил отряд Киэль. Не армия, но войско напоминающее плохо сшитого кадавра, ведь в нём столько было намешано. К сожалению огнестрельного оружия было крайне мало, поскольку с иноземцами с трудом удавалось вести торговлю, своё же производство было пока ещё слишком малым, а то оружие, что было у отряда иноземцев которых уничтожил Ледяной Демон у крепости Веска оказалось повреждено им же. Якобы случайно, в пылу боя.

Сам Генрих знал на сколько велики силы Зентреба и при желание он легко мог убить всех иноземцев без лишнего ущерба. Конечно же он сделал это специально, чтобы эльфам и людям досталось меньше оружия чужеземцев и они больше зависели от Арбитров. У себя то эти безумные монстры уже успели развернуть относительно неплохое производство, да и скопили благодаря перехвату кораблей немало.

Не говоря уже о том что каждый из семи из них являлся воплощением разрушения, что совсем недавно в очередной раз доказали.

В глубине же души принц-консорт, да и остальные посвящённые в союз Эллейн и демонов, считали что уничтожение Аизара на самом деле спланировано, дабы напомнить им всем о истинной мощи чудовищ… А так же о слабости смертных.

Ну а то, что Арвиль закинули на некоторое время в тюрьму — лишь часть их интриги, дабы показать успех власти Эллейн, с которой якобы должны считаться даже древние демоны. Ничего не значащая им уступка, которая однако сильно повысила авторитет королевы Таинственного Леса. Тяжко знать о том насколько сильно твоя жизнь и процветание зависят от доброй воли чудовищ.

Подобные мрачные думы одолевали его, пока он ехал в центре войск в компании Киэль, Вепьяна и монстра, что прикидывался маленькой мёртвой девочкой. Двигаться по Таинственному Лесу было непросто из-за практически полного отсутствия дорог, приходилось буквально продираться сквозь чащу, посему даже вместо привычных повозок использовались элементали земли, что тащили на себя снаряжение.

А между деревьями частенько мелькали хищники. Будь это обычный лес, то зверьё бы старалось держаться подальше от подобной оравы двуногих, однако сейчас армия шла по Таинственному Лесу, а многие его обитатели очень часто действовали крайне непривычно.

Даже для эльфов.

— Почему мы не взяли артиллерию?— равнодушно осведомилась Ольха, летящая на привычном каменном круге. Само её присутствие вызывало немало удивления и страх войск, поскольку она и не скрывала что находится в альянсе с Погибелями и её присутствие здесь — жест их доброй воли и желания наладить мир. Рядом на лошади ехал сам Генрих, а по бокам от него Киэль и Вепьян на лосях.

Вопрос Ольхи принц– консорт проигнорировал.

– Артиллерия крайне важна,– продолжала говорить Ольха ничуть не смущенная молчанием.– Разумеется она и близко не сравнится с могуществом любого из арбитров и высшей магией, коей владею я, но лишней точно не будет, поскольку позволит нанести больше урона. Больше урона – больше смертей вражеских солдат, а значит спасение наших. Вам неважны жизни этих смертных?– она указала на ближайших солдат из– за чего те тут в страхе шуганулись назад.– А ведь у них есть семьи, дети... Для смертных социальные связи почему – то важны. Они расстроится могут и поднять бунт.

Генрих с легким раздражением покосился на нежить, гадая, правда ли она такая тупая или просто смеется над ним.

Оба варианта могли быть верны.

Среди солдат и офицер ходили слухи о её скором предательстве и ударе в спину. Как и про иных слуг демонов, которые присутствовали в числе несколько десятков. Так называемые экзекуторы держались гордо, радуясь выходу из тени и окончания этапа, где они тщательно скрывали свою службу Погибелям. Теперь эти фанатики не скрываясь превозносили своих кошмарных хозяев чуть ли не каждое мгновение.

Насколько знал Генрих их разум был полностью захвачены чудовищами, ведь по какой ещё причине эти бедолаги с такой гордостью говорили о своём служении Арбитрам и славили своих ужасных господ?

Как результат мораль войска оставляла желать лучшего.

И вот в такой ситуации Ольха начала рассказывать о проблеме отсутствия артиллерии !

— В этом лесу её не протащишь быстро даже с нашими способностями, лав...Леди Ольха. — тем временем нервно ответила Киэль на вопрос некросущества. Из–за волнения она едва не назвала Ольху ларвой,но во время прикусила язык, подумав, что подобное обращение может оскорбить одну из девяти Арбитров, как никак она не мелкая нечисть. Она крупная. Очень крупная, хоть и кажется мелкой— Его Высочество принц-консорт Генрих желает нанести удар по Роландору, как можно быстрее, пока он не собрал все свои войска и не подготовил оборону... Не говоря уже о том что нужно как можно быстрее освободить королеву Эллейн. Большие же пушки нас очень сильно бы замедлили. В нашем Лесу их очень трудно протащить из–за практически полного отсутствия дорог, тем более в земли Оленя! Бывший верховный друид старался минимизировать все реформы на своей территирии. Даже большую часть крупного снаряжения приходится тащить на элементалях!

— Хм. Понятно. Жаль. Даже без учёта артиллерии шансы на победу составляют более восьмидесяти процентов, — равнодушно заметила Ольха, чуть поведя бровью и заставляя ветки убраться с её пути. — Я смогу поднять множество мертвецов в ходе боя, подобное почему-то часто деморализует смертных и вызывает панику.

— Нет, — покачал головой Генрих, внимательно наблюдая за чудовищем изображающим маленькую девочку. — У меня для тебя другое задание.

Некросущество чуть наклонило голову вправо, равнодушно-внимательно смотря на принца-консорта.

Молчание несколько затянулось, прежде чем Генрих наконец-то сказал:

— Ты отправишься с небольшим отрядом в центр земель Роландора и спасёшь Эллейн. Нельзя её оставлять в руках предателей, ведь когда они проиграют сражение то обязательно попытаются использовать королеву для затягивания времени… А в худшем и вовсе убьют! Мы не должны допустить этого!

— На мой объективный взгляд Её Высочество не так уж и необходима и её потеря не сыграет большой роли в наших планах. В крайнем случае, если она так уж необходимо будет мы сможем её воскресить, как когда-то вернули...

— Хватит, — прервал её Генрих, прежде чем тупая нежить сболтнула лишнего. — Не следует некоторых вещей говорить вдалеке от своего дома, Ольха. Тем более столь... Неприятных.

— Твоя же эмоциональная связь с королевой затуманивает разум и ты не способен оценить всё здраво, – равнодушно продолжила Ольха, не ставившая даже в медную монетку простых смертных.– К сожалению, остальные Арбитры думают иначе.

— Ты слишком часто говоришь о том, что мой разум затуманивают эмоции, — раздражено ответил принц-консорт, с трудом сдерживая желание выхватить меч и отсечь Ольхе её пустую голову. – Конечно, нет, просто моя логика отличается от твоей. Это нормальн. Однако мы отвлеклись. Учитывая позицию остальных Арбитров и тот факт, что ты обязана подчиняться мне, то не болтай лишнего, чудовище, а исполняй приказ. Я выиграю битву на поле брани, а ты, Ольха, спасёшь Эллейн, после чего мы, — Генрих резко сжал кулак. — Раздавим этот нелепый бунт.

Ольха внимательно посмотрела на собеседника мертвыми равнодушными глазами и лишь на самом их дне плескалась некая эмоция. Её с трудом можно было назвать... Раздражением. С большой натяжкой. Если сравнивать по уровню эмоций с живыми,то можно было бы сказать, что ее охватило всеноглощаюшее бешенство.

Молчание затягивалось, но потом Ольха кивнула;

— Субординация и правда важна. Я последую твоим приказам, принц–консорт. Кто отправится вместе со мной? Рекомендую отправить со мной экзекуторов, их специализация, в том числе, скрытое проникновение и организация спасательных операций подобных этой. С ними вероятность успешного завершения без лишних жертв с обеих сторон составляет более восьмидесяти четырёх процентов. Без них лишь семьдесят три.

— Лишь семьдесят три.... О триада богов... Нет, — устало и ещё более раздражённо покачал головой Генрих. — Они нужны мне здесь, ибо их навыки будут незаменимы в грядущей битве. С тобой отправятся лорд Вепьян и леди Киэль, вместе с небольшим отрядом верных эльфов. Вместе вы сможете освободить мою жену, а ты, исправишь свои былые ошибки.

— Ох, — равнодушно сказала Ольха, имитируя удивлённо-усталый вздох. — Живые, как всегда игнорируют разумные действия в угоду своим нелепым привязанностям. В долгосрочной перспективе это всегда вам дорого обходится. Когда мне выдвигаться?

— Сегодня мы достигнем территории кланом Оленя, встанем на ночёвку границе его земли, ты же заранее отделишься с небольшим отрядом и скрытно направишься в центр его земель. Главной в вашем отряде будет леди Киэль, а не ты. Следуй ее приказам.

Ольха равнодушно закатила глаза, но возражать не стала, вместо этого вручила Генриху череп, который за секунду возник в её руке:

– Устройство связи – раздался из черепа голос Ольхи, хотя сама она ничего не говорила. – Радиус его относительно небольшой, но я смогу следить за полем боя и давать мудрые советы, даже когда приближусь к твердыни Роландора.

– Не думаю что они мне пригодятся, – неприязненно сказал Генрих.

– В данном случае твоё мнение неважно, принц-консорт, – вновь раздалось из черепа и он взмыл в воздух. – Остальные арбитры относятся снисходительно, отдельные даже доброжелательно, но для меня ты лишь малое дополнение к Эллейн, которая тоже не стоит слишком много. Не забывай это.

– Я никогда не забывал о твоём мнение о нас, смертных, нежить, – процедил он в ответ. – Скрой присутствие этой мерзости, не хочу чтобы все видели как над моим плечом висит волшебный череп и даёт «умные» советы... А вообще – лучше не используй её пока не покинешь расположение армии. Мне за глаза хватает и твоего личного присутствия, не хочу чтобы ты следила за мной.

Ольха кивнула, после чего череп стал неактивным. Сама она отлетела в хвост колонны войск, где находились экзекуторы а вот Киэль забеспокоилась, посему едва Демон Енотограда достаточно отдалилась,то бывшую главу кланы Совы буквально прорвало:

– Принц-консорт, моё присутствие полезнее в войсках, нежели здесь! Если так необходимы мои навыки разведки, я могу послать своих лучших эльфов... И я не хочу стоять выше леди Ольхи.

– Послать двух ближайших советников и одного из арбитров с малым отрядом в родовой оплот мятежников, — хмыкнул тем временем Вепьян. – Хороший план, надежный, что же может пойти не так? Особенно если мы злим одну из арбитров.

Генрих с трудом удержался от тяжёлого вздоха:

– Ты глава клана Совы и важны не столько твои навыки, хотя они конечно же необходимы, а знания местности и, самое главное, безграничная верность нашей королеве. Я не слишком верю в надёжность этого отвратительного монстра... Вепьян, по этой же причине идешь и ты. В случае чего у тебя шансов больше, чем у кого либо, дабы дать ей отпор, однако не нужно проявлять инициативы, просто следуй плану и приказам Киэль.

– Она охотник, а я стрела,– чуть усмехнулся эльф.– Слегка обидно. Хорошо, повинуюсь твоей воле, принц– консорт и обещаю, сделаю все возможное, дабы вызволить нашу королеву.

Лицо Генриха немного просветлело и он с нотками благодарности сказал;

– Составьте план и предоставьте его к закату.

– Мне это абсолютно не нравится, - буркнула бывшая глава клана Совы, когда принц–консорт направился в голову колонны войск, а сами они заняли шатер на спине крупного земляного элементаля,что перетаскивал оружие демонов.– Чтобы одна из арбитров подчинялась мне? Она же мне голову оторвет, либо на задании, либо после за подобное унижение! О чем думает этот человечишка...То есть его высочество.

– Не дыбь шерсть без причины, – панибратски хлопнул её по плечу Вепьян, после чего достал фляжку и хлебнул из неё, осматривая магическое оружие предоставленное демонами. Элементаль двигался удивительно плавно,так что оба эльфа не чувствовали тряску, хотя Киэль периодически морщилась из за манер Вепьяга. – Ничто твой жизни не угрожает, Киэль. Принц-консорт Генрих выпендривается, этого у него не отнять, но жертвовать тобой или мной не собирается, по крайней мере столь нелепо.

Вместительный шатер вмещал и основной артефакт, позволяющий следить за полем боя в реальном времени с высоты птичьего полёта, а так же и малые летающие. Нашлось место и для двух эльфов.

– А ты то больно расслабился... – огрызнулась Киэль, которую рыжий раздражал и своим расслабленным состоянием и тем что даже стал говорить, как человек. Без привычных эльфийских выражений, хотя ими он и раньше не слишком часто пользовался. – Откуда подобные мысли в роще разума твоего?

– Так то лучше.

– Так ты ответишь на мой вопрос? – после затянувшегося молчания спросила заинтригованная Киэль. Вепьян не отличался умом по её мнение, однако сейчас он казался собранным и удивительно спокойным.

Возможно рыжий алкаш просто не понимал опасности, в которой оказался.

– Ах да, – ответил тот, заканчивая играться с артефактами. – Демон Енотограда в какой-то мере очень проста и помешана на логике... Или точнее тем что она понимает под этим словом, если ей обосновать план понятными ей словами, то возражать она не будет и сделает всё для его выполнения. А на счёт унижение... Хм. Мы воспринимаем слова Генриха, как унижение, но Ольха посчитает их простой блажью смертных не заслуживающих её реакции. Так что мстить тебе не будет, Генриху - может быть, но тоже сомнительно, посему мы просто должны пережить спасение Эллейн. Вместе с Ольхой это не будет слишком уж трудно. Я бы больше переживал за битву, без этой нежити шансы Генриха и в самом деле несколько уменьшаются. Видать он и в самом деле сильно любит нашу королеву, раз готов послать наиболее сильного, хоть и сомнительного союзника, на её спасение.

Успокоенная Киэль медленно кивнула, после чего сказала:

– Не думаю что дело только в этом. Если он будет единственным командующим, то и вся слава от победы достанется ему одному, а оставь он Ольху, то все бы считали главной причиной победы её или демонов, а не его. Какая-то часть славы досталась бы и нам, ведь останься мы, то приняли бы активное участие в битве. Отправив нас куда подальше его высочество получил возможность забрать себе весь почёт победы...

– Или всю горечь поражения,– подхватил рыжий эльф поняв глубинные мотивы Генриха. – Видно думает охота стоит риска и если все удастся, то он сможет претендовать на статус короля, возможно. Сама Эллейн уж точно мешать ему не будет, даже поможет по вполне понятным причинам, хоть это и не понравится старым кланам, их остаткам. Как им наверно жаль что Эллейн плевала на их мнение.

– Не подобает жителю Вечного Леса так выражаться, – для проформы напомнила Киэль. – Но хоть слова твои грубы, истина их несомненна.

Оба эльфа понимающе переглянулись. Хоть муж королевы и не подавал виду,но его сильно тяготил ущербный статус принца-консорта, ибо желал он большего. Быть равным женщине, которую столь страстно любил.

План они разработали быстро, хотя большую часть выполнила Киэль, которая, оправдывая репутацию своего бывшего клана и правда прекрасно знала Таинственный Лес, даже территории других кланов.

Вепьяна подобные знания неприятно удивили, хотя с некоторыми вещами он не согласился.

– Возле побережья меньше шансов что нас заметят,– убеждала его Киэль.

– Но тогда мы потеряем больше времени, – резонно заметил он, делая глоток. – А оно критично, бунту нельзя дать времени разрастись мятежу!

– Однако если отринувшие верность узрят нас, то нам и вовсе придётся пробиваться с кровью жителей Леса, – стала более витиевата выражаться Киэль из-за волнения.– Или даже убегать,просто спасая наши жизни и тогда помочь нашей королеве мы и вовсе не сможем!

Рыжий эльф махнул рукой:

– Пусть Генрих решает, раз уж мы придти к согласию не можем.

На том они и порешали, после чего Киэль отправилась отбирать лучших бойцов, а Вепьян – снаряжение.

Ближе к вечеру войско встало прямо на формальной границе бывшего клана Оленя.

– Оба варианта мне не нравятся, – констатировал Генрих, после ознакомления с предложными идеями советников.

Собрание проходило в большем королевском шатре, присутствовал принц-консорт, оба советника, Ольха и двое экзекуторов в мешковатых тёмных одеждах.

– Я рекомендую ориентироваться по тому что затрачивает меньше времени, – заявила тем временем Демон Енотограда. – Оценка успеха составляет восемьдесят процентов, кроме того за счёт экономии времени у меня будет шанс вернуться до начала финальной битвы.

– А сколько другой вариант, нежить?

– Девяносто пять процентов, однако я и спасённая заложница однозначно не успеем к сражению, разумеется, если ты не будешь затягивать главную битву. Рекомендую затянуть её, с потерей козыря в виде Эллейн ситуация Роландора ухудшится.

Принц-консорт подумал немного, после чего твёрдо изрёк:

– Выберем более безопасный вариант. От Поги.. Хм. Арбитров есть вести?

– Ещё нет, Ваше Высочество, – ответил один из экзекуторов, пока Ольха равнодушно закатывала глаза, тем самым показывая что думает о решениях своего временного командира. – Но не беспокойтесь, сила наших милостивых владык невероятно, феи падут перед их мощью, а они, если потребуются, придут к нам на помощь в битве, явя богоподобную силу! Славьтесь Арбитры!

Генрих, да и оба эльфа с трудом поморщились от подобных речей, а Демон Енотограда вновь закатила глаза, в этот раз особенно театрально и равнодушно произнесла:

– А ведь остальные арбитры даже вырезали моё предложение вписать их в местную религию, как в Ереси Зентреба, представляя посланниками богов, или их воплощениями... И всё равно такая фанатичная преданность кучке полоумных чудовищ и мне. В любом случае – они не хотят участвовать в этой битве, считая это тестом для проверки профпригодности тебя и того государственного образования что вы с Эллейн создали. Они считают что им не нужны бесполезные союзники, не способные сами решать свои проблемы. Так же как и излишни слабые слуги.

– Гхм, великая госпожа Ольха, мы же вас слышим, – подал голос один из экзекуторов.

– Мне всё равно.

Обсудив ещё несколько вопросов, Киэль, Вепьян и Ольха, покинула расположение армии с отрядом из восемнадцати лучших следопытов бывшего клана Совы и двумя друидами. Всего группа насчитывала двадцать три разумных.

Принц-консорт же повёл свою армию дальше в земли Роландора, а над его плечом незримо висел череп, нашептывающий голосом Ольхи мудрые советы.

Генрих иногда делал вид что слушает их.

Войска мятежников уступали силам лоялистом численно и в плане оружия вместе с магическое поддержкой, иноземное оружие у них, конечно, было, но не в таких масштабах. Ну а друиды уступали по своим знаниям и возможностям экзекуторам. Тем более в армии принца-консорта так же присутствовали адепты Магии Природы.

Роландор это понимал, поэтому использовал другие свои преимущества, знание местности, которое было у его клана, а так же использовал существ Таинственного Леса для тактики удар и беги. Грифоны пикировали с небес, деревья ожидали и оплетали зазевавшегося солдата, феи путали и отправляли в ловушки.... И конечно же враждебные эльфы.

Небольшие отряды Клана Оленя стали беспокоить войско Генрха, едва он углубился на их территорию. Эльйфийские лучники подбираться для обстрела, параллельно создавая засады, однако получалось так себе из-за действий присланных Погибелями экзекуторов, которые при помощи духов и магии чаще всего засекали вражеских бойцов, после чего их либо встречали магические удары, либо они сами становились жертвой обстрелов. Хотя иногда им всё таки удавалось подойти скрытно, или заманить отдельные отряды в засаду, однако очевидно было - старый друид ожидал большего, нежели сотня бойцов за три дня. Так что даже на этом этапе успехи верных воинов Роландора были весьма спорными.

Поэтому, когда войска принца-консорта уже прошли половину расстояния до главной твердыни клана Оленя, верховный друид со своим силами преградил ему путь.

Число мятежных эльфов оказалось не слишком велико, около полторы тысячи. Вооруженные как правило луками и мечами, но иногда мелькало и огнестрельное оружие. Однако кроме них присутствовали и иные жители Леса; Могучие грифоны, волшебные дракончики, энты и разнообразные духи.

Обычно, почти всегда, сражения проходили на обширных равнинах, где могли развернуться обе армии. Однако в Таинственном Лесу такое было проблематично, луга и поляны встречались, но далеко не нужного размера.

Само собой Роландор не хотел доводить до генерального сражения, надеясь разбить армию Генриха на марше, но тот не давал подобной возможности.

В результате обе армии и их командующие оказались в неудобном положении, у Роландора и его воевод не было большого опыта в таких масштабных сражений, поскольку эльфы предпочитали тактику стремительных налетов и отступлений. А их противники в большинстве не имели опыта войны в Таинственном Лесу.

Еще больше неопределенности добавляли новые технологии, магии, тактики и участники, поскольку ранее мистические жители Леса практически не участвовали в междоусобицах смертных.

Поле боя в результате называлось так лишь условно,скорее несколько лугов разделенными рядами деревьев, притом с запада путь преграждала топь, а с востока наиболее дремучие Леса. Место наиболее выгодное,чтобы остановить лоялистов.

Генрих специально выбрал такой маршрут, чтобы спровоцировать старого друида, ведь запрись он в своей крепости все могло сильно затянуться, а так его легко удалось выманить, заодно сильно облегчая задачу Ольхи. Да, риск велик, очень велик, но принц-консорт верил, что будет вознаграждён...Хотя такого количество волшебных существ он все таки не ожидал.

Их правда было немало, целые сотни.

Построение вражеского войска выглядело непривычно. Эльфы расположились в рощах перед полем, многие при этом устроились на деревьях, перед ними же стояли могучие ожившие деревья, в небесах же кружили свирепые грифоны и зловещие дракончики.

От вражеской армии отделилась несколько фигур на оленях и направились к армии Генриха по ядовито-зелёному полю, а за ними топал могучий энт с знаменем зелёного цвета и вышитым на нём древом. В их числе был и, к удивлению принца-консорта и сам Роландор, судя по роскошным одеяниям. Хотя сам на себя он совершенно не походил, больше напоминая какую-то рогатую каменно-деревянную химеру.

– Хорошая возможность убить его, – прошептал череп равнодушным голосом Ольхи. – Не медли. Армия лишенная лидера развалится, а восстание поглотит само себя.

Принц-консорт поморщился, будто от зубной боли. Проклятая нежить натурально его достала своей педантичностью за последние дни, поскольку сообщала всё что считала важным, а таким она считала чуть ли не каждую мелочь.

При этом это явно не было мелкой местью, просто она действовала так, как считала правильным. По крайней мере по её словам они достигли твердыни клана Оления и уже были готовы начать проникновение.

– Ты плохо понимаешь нас. Смертных. – уточнил Генрих, прекрасно зная, что Ольха не ощутит смысл его слов. – Он под зелёным флагом с древом. Эльфийский знак мирных переговоров - убей его сейчас и эльфы будут проклинать твоё имя веками и оплёвывать, те кто ранее колебался могут пересмотреть свои взгляды, верные же утратят лояльность. Если мы не потушим этот факел аккуратно, быстро и чисто, то искры от него могут вызвать неистовое пламя, которое поглотит и Лес и ряд ваших планов. Я поговорю с ним и потребую дуэли. На ней убью его или его чемпиона.

– Наши планы всего лишь придется скорректировать, — ответила Ольха через череп, умудрившись изобразить при этом равнодушное раздражение. — Я конечно знаю, что у эльфов и людей в законах прописаны возможности поединка, в том числе и перед сражениями, но какой тебе смысл так рисковать?

– Моя неизбежная победа поднимет боевой дух. А если Роландор решит выйти сам, то у меня будет шанс обезглавить мятеж законным способам, который примут его сторонники.

– Смертные... Какие же вы странные и тупые обычаи. Я бы порекомендовала тебе выкинуть всё это из головы, но воздержусь от советов в таком случае, ведь голос разума слишком тяжел для одержимых своими страстями смертных.

– Предавшие Лес и отдавшие свою судьбу, свою жизнь и жизни доверившихся вам в лапы безумных Погибелей! — взревел взревел тем временем Роландор и его усиленный магией голос услышали оба воинства.– Здесь и сейчас ваш последний шанс сделать верный выбор, оставить свою свою службу злу и бросить ему вызов! Тому самому злу, что затуманило разум королевы Эллейн, наложило на нее чары! Где ты, Генрих Дорский? Выходи. Мы долж..

– Хватит нести чушь, предатель!– прервал его громогласный глас Генриха.

Принц— консорт с парой приближенных и Ольхой так же двинулся вперед.

– Тысячу лет наша земля страдала от демонов и иных чудовищ, – продолжал говорить он. – Существ чья мощь выходила за пределы нашего воображения. И лишь сейчас у нас выпал шанс отвести от себя их злой взгляд, приобщиться к их могуществу, ты предаешь всех нас и желаешь возобновить противостояние! И это на фоне прибытия чужаков! Ты глупец, мятежный пес. Просто глупец, не понимающий, что кто бы не победил, мы или Погибели, останется лишь выжженная пустошь. Ты этого желаешь?

– Исход неплох, – усмехнулся Роландор , поскольку Генрих уже был на расстояние в сорок шагов. – Вижу общение с Эллейн пошло тебе на пользу, иногда даже говоришь, как эльф.Возможно однажды ты поймешь, что пепел отличное удобрение на котором вырастет новый Лес, больше и обильнее прежнего! Мы принесем в жертву настоящее, дабы будущее для наших потомков стало лучше. Разве ты не готов отдать жизнь за своих будущих детей?

Оба лидера встретились ровно посредине расстояния разделявшего две армии.

– Глупый вопрос, предатель, – сплюнул Генрих с ненавистью смотря на ублюдка, что похитил его жену. – Конечно бы я это сделал, но это тебе не хватает виденья, — он выхватил меч, а точнее поглотитель содержащий в себе часть мощи одного из Погибелей и навел на друида.— Ты думаешь будто наш враг демоны...И ты абсолютно прав, но не учитываешь один простой факт, старый глупец. Мы, смертные враги друг другу не меньше, а может и больше чем Погибели. Ты грезишь о единстве, думаешь будто те кто останутся в стороне не захватят остатки нашего дома. Заблуждение и преступная глупость.

— Ты говоришь как Эллейн...

— Для тебя королева Эллейн, предатель, — гневно прервал его принц-консорт. - Клянусь тремя богами и Таинственным Лесом! Ты делаешь всё чтобы я наплевал на знак мира и просто убил тебя здесь!

Друид грустно вздохнул, делая шаг вперед и расплавляя каменные плечи:

— Правильно говорят: Муж и жена одна голова. Интересно, это твои мысли или ее? А может демонов?

— Вижу тебе нечего ответить. Что же, в таком случае...

— Не думай, что знаешь мои мысли, получеловек. Я прекрасно понимаю опасности, но в отличие от тебя я вижу перспективы, ведь в случае победы над демонами, — друид сделал краткую паузу, а в его глазах заблистал огонёк фанатизма, безумия. — Вся их мощь, все их знания и ресурсы будут принадлежать нам! Но ты и Эллейн... Да и ваши союзники... Вы слишком боитесь поражения, чтобы сделать решительный шаг... В лучшем случае вы им просто продались за привилегии и власть... Пожертвовали будущем своих народов, своих детей, ради личного благополучия. Небеса плачут от тебя и Эллейн.

Генрих с громадным трудом удержался от желания начать резать Роландора прямо сейчас, отчасти потому что подобные мысли приходили ему самому в голову, и вместо этого процедил, постепенно повышая голос:

– Довольно слов. Я вызываю тебя, бывший верховный друид, а ныне предатель Таинственного Леса на поединок, решим этот вопрос между нами, не ввязывая бойцов и пусть нас рассудит воля Леса и триады богов. Иди сам или выставляй своего чемпиона, исход будет один - смерть.

– Ты не благородный эльф, чтобы такого требовать, лишь поражённый хаосом получеловек... Но... Хорошо, решим всё без излишней крови жителей Леса. Кто будет твоим чемпионом, получеловек?

– Я сам, конечно же. Назови своего представителя, предатель.

– Тоже самое. Я не упущу удовольствия убить тебя лично, получеловек. Ограничения?

– К чему они нам, – чуть усмехнулся Генрих, уже представляя как отрубит старому друиду голову. – Никаких. Магия, любое оружие.

Роландор на секунду замешкался, прекрасно понимая, что у Генриха в распоряжение есть сила демонов, но затем лишь кивнул. Может любовник Эллейн и обладал частицей мощи одного из Погиблей, но на стороне главы клана Оленя находился весь Таинственный Лес!

– В таком случае сразимся в полдень.

– Славно, хорошо проведи свои последние часы, предатель.

***

Принц-консорт снял маскировочный амулет и поглядел в зеркало. Поморщился.

Вернее попытался поморщиться, половина его лица, да и всего тела, покрывала красно-тёмная чешуя, которая не способствовала мимики. Правая рука скорее напоминала лапу с острыми когтями.

Впрочем, жаловаться ему грех было, ведь большая часть затронутых Хаосом умирала в течение нескольких лет, но влияние Эллейн помогло избежать безумия и смерти. Огромную помощь оказали и Погибели, по понятно чьей просьбе. С помощью жутких экспериментов они сумели остановить заражение Хаосом, а королева Таинственного Леса своей магией стабилизировала его бренную плоть, продлив заодно жизнь и избавив от ряда побочных эффектов.

Ей он был благодарен, а им - нет. Ведь именно они были первопричинной всех событий.

По крайней мере ему хотелось так считать и ненавидеть их, ведь иначе ему бы пришлось ненавидеть кого-то другого.

Тяжело вздохнув, Генрих отвернулся от зеркала, установленного в его походном шатре и подошел к столу на котором лежал Поглотитель, несколько зелий и оружие иноземцев с дурацким названием револьвер.

Поглотитель выглядел... Странно, как будто некое уродливое подобие меча. Относительно короткое, но толстое лезвие и удивительно длинная рукоятка. Так и хотелось назвать это убожество двуручным кинжалом. Изредка на его поверхности сверкали огненные искры.

Однако за неприглядной внешностью скрывалось ужасающая мощь, часть силы одного из Погибелей. Клинок специально создавался древними магами, дабы стать безопасным сосудом для их силы, когда стали понятны губительные последствия. Оружие нивелировало их далеко не полностью и влекло опасность, но в разы меньше чем прямое использование мощи демонов.

Конечно, с ним нельзя было раскрыть весь потенциал, по словам Кассандры лишь примерно треть, но для сметного и это невероятное могущество.

Неторопливо мужчина выпил три эликсира, сразу чувствуя приятное тепло внутри, повесил за пояс револьвер, а уже затем потянулся за главным оружием.

Медленно и с неохотой Генрих снял перчатку с правой руки и коснулся рукоятки зловещего Поглотителя, отдернул, после чего резко, жадно схватил её.

В голове будто вспыхнуло яркое неистовое солнце, мир вокруг преобразился, являя свои тайны, мышление ускорилось, а сам мужчина ощутил небывалую мощь, заставляющую его лишь крепче сжать ладонь на эфесе уродливого клинка.

Высшая магия, когда не нужны ни слова, ни жесты, лишь краткая мысль оказалась в его распоряжении.

Генрих прикрыл глаз, глубоко выдыхая, ведь так же он с силой получил кое что еще. Невероятный гнев опаляющий всё его естество, дикое желание убивать, затапливающее его с головой, ну а все окружающие же стали казаться ничтожными и убогими.

Ещё больше чем обычно.

Побочные действия силы демонов, неприятные, но поддающиеся контролю, хоть и требующего немалых усилий.

Поэтому Генрих и уединился перед поединком, дабы привыкнуть к ней и освоиться, не позволить силе демонов мешать мыслить здраво, ведь в бою любая ошибка может стать фатальной и высокомерие в нём не уместно.

Роландора нельзя было недооценивать.

По крайней мере они сумели вычистить остатки личностей тех кого поглотили, и хотя бы больше не путали разум. И то хлеб.

Ольха его не отвлекала, она полностью сосредоточилась на своей операции поэтому череп просто следовал за Генрихом безмолвной тенью, будучи невидимым, лишь наблюдая.

Выдержать магию демонов, впившейся клыками в душу мужчины было непросто, но принц—консорт постепенно справлялся, шаг за шагом возвращая ясность ума и обретая все больший контроль.

Спустя две трети часа, крайне быстро, учитывая что обычно это занимало часы, он наконец преуспел

По крайней мере он так думал. Надеялся на это.

Помолившись триаде богов за освобождение Эллейн и свою победу принц—консорт уверенно вышел из шатра, не обращаю внимание на многочисленные взгляды солдат и их подбадривающих криков, сразу направляясь в лучах солнца на место поединка, созерцая изнанку мира, обычно скрытую от глаз обычных смертных.

Он видел сонмище мелких духов Леса, созданий иных планов бытия, потоки энергии магии Природы, боги как же много, не удивительно, что демоны так алкали эту землю!

Роландор уже ждал его в тени установленного церемониального идола в виде громадного древа, и теперь Генрих видел истинную суть противника.

Обычный старый дряхлый эльф ставший частью громадного Таинственного Леса и причастившийся к его мощи. Смертная оболочка, связанная с почти безграничным могуществом. Он буквально ощущался как часть этой земли, продолжением её.

Даже напитавшегося магией Погибелей принц—консорт был впечатлен.

Слегка.

Воины обоих армия напряжённо смотрели, как их лидеры, чемпионы, сближались. Обоих окутывала мощнейшая магия, которая стала видна даже обычным людям.

От принца-консорта исходило буквально осязаемое давление, от которого хотелось пасть на землю и не двигаться, искры пламени, агрессия заставляющая дрожать даже окружающий его воздух.

В этот раз он скинул иллюзии, скрывавшие его истинный уродливый облик и по зелёной траве шагал полудемон, чья правая часть тела была покрыта алой чешуей.

Роландор же чем-то напоминал болото, вроде не опасное, но стоило сделать неверный шаг - смерть. Ощущение глубинной мощи пропитывало всё его естество. Облик друида уже мало напоминал его былого, теперь он казался какой-то смесью животного и растения... При этом отдельные части его тела и вовсе уже состояли из стихии, в частности правая рука стала каменной, вместо глаз пылали алые огни, а седые волосы обернулись подобием ветра.

— Ты стал ещё более уродливым чем я, — заметил Генрих. — Не думал что это возмо...

Вместо ответа друид вскинул каменную руку и с неё сорвалась ветвистая молния, Генрих же мгновенно телепортировался к друиду нанеся ударом поглотителем. Оружие заряженное силой Погибелью тут же охватило пламенем, но воздух вокруг Роландор сгустился, замедляя клинок, а сам он тут же до предела ускорился, став словно ветер, разорвал дистанцию на несколько шагов, продолжая творить магию жестами. Меж его пальцев мелькали молнии и искры огня, а тело всё больше становилось чистыми стихиями, продолжением Таинственного Леса.

Земля под ногами принца-консорта обернулась топью, трава мгновенно разрослась, став острее клинка и прочнее железа. Жизнь обычного смертного тут бы и закончилась, вот только противник старого друида в плотную приблизился к уровню Погибелей, ненадолго, за счёт их же магии, эликсиров, но тем не менее.

Двигаясь словно всплох огня он просто вонзил уродливый клинок в топь, пропуская чрез него магию демонов и спустя мгновение неистовое пламя сожгло всё труды Роландора. Не тратя ни мгновения мужчина тут же взмахнул мечом и алый луч пронзил землю и полетел прямо в его противника, рассекая с чудовищным гулом воздух и аннигилируя всё на своём пути.

Друид не сумел увернуться, но успел защититься. Почва перед ним вздыбилась, превращаясь в полусферу, укреплённый растениями и стихиями. Этого хватило дабы сохранить старому эльфу жизнь, но его отбросило прямо к дубу, словно тряпичную куклу.

Вот только он сразу же контр-атаковал, вскинул руки и на принца-консорта устремились молнии, которые он парировал магическим клинком, вот только их поток и не думал иссякать, под ногами же Генриха неожиданно вновь появилась топь, вода и молнии прошли по ним, вызывая крик боли и... ярости.

— С каким удовольствием я разорву тебя на куски, вытащу все твои кости и забью тебя ими же, — буквально прорычал принц-консорт, начиная терять контроль надо собой. Голова странным образом потяжелела, а вместо взвешенных решений ему хотелось просто броситься на противника и разорвать того на куски.

И это придало ему сил! Издав ещё один уже нечеловеческий рык, он отразил молнии друида и ответил своими, алыми, что сорвались с острия клинка, буквально вбивая того в древо и выкидывая из его магической формы...

А затем бурлящая мощь неожиданно стала стремительно покидать принца-консорта. Секунду он не понимал что происходит, а затем увидел, как кора древа трескается, являя мира миру тёмный металл. Устройство подавления магии! Хитрый друид умудрился замаскировать его под тотем и никто из экзекуторов, проверяющих дуэльное поле его не заметил!

Более того, прямо из травы поднялось пяток эльфов, что незаметно подбирались к полю боя и тут же преградили путь принцу-консорту к их едва жилому лидеру.

— Ты...Ты нарушил традиции! Предал святость поединка!!!- удивлённо воскликнул Генрих, пытаясь вновь использовать магию.

Неудачно.

— Не вижу смысла их придерживаться.... Если они приведут меня к поражению, — ответил тяжело дышащий друид, оставаясь за спинами своих телохранителей. Обелиск прервал и его связь с Таинственным Лесом и он вернулся к своей обычной фроме старого дряхлого эльфа, да ещё с уродливыми изменениями и ранами от ударов Генриха.

Возможно, если он быстро не покинет антимагическое поле, то и вовсе сдохнет.

Вот только и принц-консорт оказался в тяжёлом положении. Без магии, вдали от своих войск и в окружение пяти телохранителей ублюдочного предателя. Который явно задумал это изначально и скрыл внутри идола устройство, подавляющее магию, после чего в нужный момент, когда стало очевидно его поражение, активировал его.

И теперь у него есть шанс обезглавить вражеское войско, убить, или того хуже, захватить Генриха в плен, тем более что нормальное сопротивление ему было тяжко оказать без магии, остатки силы демонов так же уходили, а после них всегда накатывала огромная усталость и апатия.

Обе армии в это время двинулись к ним, видя обман, но Генриху помочь его солдаты явно не успевали. А Ольха не могла действовать в антимагическом поле.

— В конце-концов ты обладаешь магией Погибелей которую нельзя недооценивать! — добавил Роландор, едва не падая, но один их воинов тут же подхватил его под руки. — Убейте его! Быстро!

Они обступили Генриха полукругом, держа в руках копья.

— Ладно, — ответил тот убирая Поглотитель за спину и делая шаг назад. — Похоже мы мыслим одинаково, предатель и решили действовать по одному плану. Я тоже не собирался тебя недооценивать.

Прежде чем старый эльф успел сказать, а его воины напасть, принц-консорт выхватил револьвер, успев порадоваться что он каким-то чудом не пострадал в коротком, но яростно поединке, и начал стрелять.

Всего шесть безупречных выстрелов и с главой мятежников было покончено, а сам Генрих в изнеможении поковылял в сторону своих бойцов, надеясь хотя бы выйти из-за действия антимагического поля.

Времени проверить пристрелил ли он ублюдочного предателя насмерть или только ранил не было, как в общем-то и сил.

Глава XXX Разговор, проникновение и спасение

Эллейн медитировала в камере, которая находилась глубоко в подземельях мятежной крепости, пытаясь ощутить связь с магией.

Неудачно, конечно же. Ошейник из тёмного металла надёжно блокировал её магию.

Перед отбытием Роландор тайно, даже для почти всех своих сторонников, перевел пленницу, разумно ожидая попыток ее побега или прибытия спасательной команды. Хотя сама Эллейн подозревала, что это ещё его и мелкая месть за её политику и отношение к старому друиду.

Её камера была не слишком большой, шагов на двадцать от одного угла к другому, конечно, по сравнению с обычными казематами она казалась просторна, но не для Эллейн. Мох покрывал старые каменные стены, выход преграждала ржавая железная решётка, а на страже стояла пара элементалей земли. В углу убогая лежанка, а в противоположном отхожее место. Мягкий лазурно-зелёный свет давали кристаллы, на потолке и в стенах.

Королева стойко переносила тягости. На самом деле, по сравнению с тем что по воле Зентреба она пережила десять лет назад, нынешние проблемы казались ей небольшими, временными трудностями.

Даже шанс умереть был меньше в разы, чем десять... Да в общем-то и в любой другой год. Когда у тебя в союзниках безумные чудовища, периодически теряющие контроль над собой, привыкаешь жить на грани лезвия клинка.

За время проведённое в плену она успела поверхностно изучить ошейник, блокирующий её магию, пытаясь снять его.

Он был одним из тех средств что разработали её немногочисленные магии и друиды под управлением Карла и Оливии, видимо сторонники Роландора похитили его. Страшно представить что ещё предатели могли украсть! Ей следовало убить Роландора ещё в Кагароне, либо воспользоваться услугам Таклисса, который в общем-то предлагал убить друида, но она отказалась от услуги Демона Голода.

Сделав глубокий вздох она встала и подошла к стене, начав очередную попытку вытащить кристалл. Инструментов не было, даже деревянную ложку и ей приносили равнодушные стражи, чью роль играли элементали, только на время еды. Приходилось работать голыми руками, попутно пытаясь себя не корить за промахи.

Сейчас прошлое, её былые ошибки, или то что она считала ими - не имело значение и несло даже вред, поскольку могли лишить сил для борьбы ради настоящего и будущего. Только они имели значение.

И для начала ей предстояло облегчить задачу спасателям, а в их скором прибытие она не сомневалась, Генрих однозначно уже выслал помощь. Королева лишь надеялась что он лично не пошёл. Так же её беспокоил Роландор, которые скорее всего отдал приказ на крайние меры, если явится помощь. То есть если начнутся бои в его твердыни, то безмолвные стражи просто убьют её, а затем он просто объявит будто её убили шпионы Погибелей из-за её прозрения, снятия чар и тому подобному. Поверят ли ему? Люди, эльфы... Все они хотят поверить в то что соответствует их виденью. Её сторонники не поверят, сторонники старого друида поверят ему, неопределившиеся... Сомнительно что они доверятся человеку, статус бывших глав клана тоже будет под сомнением. Да уж, Роландор скорее всего и правда разыграет эту карту, используя спасательный отряд, который Генрих не мог не прислать.

На самом деле Эллейн даже была слегка удивлена отсутствием подмоги уже столько времени, в том числе с участием Погибелей. В голову даже начали закрадываться нелепые мысли, что те воспользовались её отсутствием, убили Генриха, советников, весь её близкий круг и захватили трон, при помощи той же Арвиль принявшей её облик.

Нелепица.

Нет, не потому что Погибели благородны, будут держать своё слово и тому подобная чепуха, просто Демон Природы скорее сдохнет чем будет кем-то притворятся больше нескольких минут, вести светские беседы и участвовать в официальных мероприятиях без насилия. Свои ментальные проблемы Арвиль за эти годы устранить так и не смогла, лишь слегка нивелировать.

А ещё одного оборотня, способного при желании имитировать кого угодно и находящегося почти в здравом уме, у них не было.

По крайней мере Эллейн на это надеялась.

Раздался негромкий хруст. Королева перевела взгляд на его источник, коим оказался указательный палец её левой руки и запоздало поморщилась, лёгкую боль она ощутила сразу, просто не обратила внимание и не поняла, машинально продолжая работать.

Да и потом продолжила, поскольку кристалл потихоньку начал шататься.

Наконец-то, спустя пару часов, он выпал из стены. Эллейн взяла его в руки, чувствуя в пальцах боль, и уставилась на испускающий мягкий лазурно-изумрудный свет минерал. Его продолжала питать магия, очень и очень слабая, словно едва заметное дыхание, но тем не менее. Если её удастся извлечь, то будет и шанс на свободу, или по крайней мере оказать сопротивление в нужный момент.

***

Ольха, Вепьян и Киэль собрались у костра на военный совет, алое солнце постепенно уходило за горизонт, дабы день сменил ночь, а небе воцарились две луны. Лёгкий прохладный ветерок, тихий шелест листвы и негромкие разговоры их отряда, что устраивался на отдых после очередного тяжёлого перехода.

— Крепость так нарек еще прадед Роландора, в годы Грозы, кою люди назвали Гневом Богов, в то далекое время Лес таил в себе гораздо больше опасностей, чем ныне, — рассказывала Киэль Ольхе и Вепьяну, основной отряд находился поодаль, у пары своих костров, дабы не докучать командирам.— А буйство магии лишь добавило новых. Эльфы, избавившиеся от гнета древних магов с трудом выживал, ведь даже Лес, с которым ранее жили в согласии ополчился против на...

— Я потребовала предоставить мне информацию о крепости,а не историческую справку,— равнодушно прервала ее Ольха.

— Я уже подхожу к этому, леди Ольха.— торопливо произнесла Киэль. — Но для полноты понимания картины необходимо изучить все ее грани, включая историю.

Ольха равнодушно—картинно закатила глаза и сказала:

— Для существ, что живут максимум жалкие пятьсот лет, вы, эльфы, слишком неторопливы. Ладно. Полагаю у нас есть время для часовой лекции по истории родового гнезда Роландора. Обязательно перескажу все это остальным Арбитрам, уверенна им такой подход понравится.

Маленькая зомби явно пыталась добавить в свою речь ядовитый сарказм, но неудачно. Она все еще звучала до предела монотонно.

— Я просто хочу сказать, что это одна из древнейших крепостей которую создавали, как последнее прибежище клана Оленя. Это самое укреплённое место во всём Таинственном Лесу, защита Оплота всё равно что кора тысячелетнего дуба! — уже со смесью злости и страха заявила Киэль, которой не понравилось пренебрежение со стороны Ольхи.

Да, в иерархии она стоит на вершине, является могущественным и антисоциальным монстром , но это не повод так себя вести…

А нет. Повод.

Хотя зная Ольху, Киэль была почти уверена, что та просто в очередной раз попыталась спародировать обычных смертных, ради имитации жизни. Сама она при этом вряд ли хоть что-то ощущала.

— Давайте не будем шипеть друг на друга словно лесные коты, — примирительно сказал Вепьян, прикладываясь к фляжке и протягивая ноги к костру.— Леди Ольха, я напомню, что командует в этой операции Киэль и ей решать, как подавать информацию и когда. Как вы сами говорили, субординация важна.

— Чрезмерное употребление алкоголе содержащих продуктов вредит здоровью, — обратила на него равнодушный взор нежить. — Так же на пороге важнейшей операции опьянение может привести к принятию неверных решений. Моя рекомендация — прекратить.

— Это просто вода, — хмыкнул он расслаблено, хотя Киэль заметила в его взгляде напряжение и... Усталость?

— Моя команда по спасению царственной особы это - зубрилка, алкаш и два десятка единиц пушечного мяса, — театрально закатила глаза Ольха в очередной раз. — Ладно, могло быть и хуже. По крайней мере вы более-менее сохраняете ясность ума, насколько это дано смертным. Итак, леди Киэль, какова численность личного состава гарнизона? Каковы преграды нас ожидать будут?

Киэль на секунду задумалась, слегка смущённая канцелярской формой вопроса, но затем взяла себя в руки:

— Поскольку Роландор увёл основные силы на битву с Генрихом, то полагаю там всего две сотни эльфов. Однако, поскольку предателю благоволят феи, скорее всего там ещё немало созданий леса и элементалей, порождённых магией друидов.

— Что-то ещё?

— Да, это родовое гнездо бывшего клана Оленя и на его территории находят последнее пристанище почти все эльфы, имеющие к нему отношение. Если конечно они достаточно благородны, ибо захоронение здесь — честь. Однако при этом после смерти они обязаны охранять это место, так что местные духи будут нам не рады, особенно вам, леди Ольха, с точки зрения усохших эльфов вы настоящее чудовище, которое не должно топтать землю их упокоения.

— Их мнение разделяют почти все кого я знаю, — вставил своё слово непривычно серьёзный Вепьян.

— Я почти удивлена, — равнодушно молвила Ольха, посмотрев на рыжего эльфа своими пустыми глазами где на самом дне мелькнула искра любопытства. — Почти все?

— Ну, есть один друид из мелкого клана по имени Ториаклиос. Он называл вас удивительным сочетанием... Как же там было? Ах да. Удивительным сочетанием сумеречного гения, стихийного развития и сломанного разума.

Киэль тем временем уже сильно раздражённо и зло кашлянула:

— Мы отошли от темы.

— Да, моя ошибка, — легко призналась Ольха. — Я просто и правда испытала подобие удивления, а подобное для меня по сути совершенно несвойственно, поэтому поддалась чувству любопытства. Вернёмся к изначальной повестке. Итак, мы остановились на утративших жизнеспособность эльфов. Продолжай, Киэль.

После краткого недовольного молчания советница произнесла:

— Как я уже сказала, местные духи будут враждебны нам. Не думаю что им удастся стать большой проблемой, но вот поднять тревогу они скорее всего смогут. Поэтому вам, леди Ольха придётся максимально скрыть своё присутствие.

— Так вот почему Генрих не выдал нам Экзекуторов в помощь, — понимающее кивнула маленькая зомби. — Их было бы легче обнаружить. Видимо он это знал и отправил меня, поскольку я легко могу скрыть своё присутствие от духов. Похоже, моя оценка его действий была неверна и у него и правда есть стратегическое мышление, и он не сделал такой выбор не под влиянием нелогичных чувств.

Вепьян и Киэль отвели глаза.

— Вы эльфы, — тем временем продолжила Ольха. — К Роландору пришло множество эльфов и с точки зрения духов - вы просто ещё один отряд, хотя опасения может вызывать Вепьян, учитывая что он сам причастился к силе Арбитров. Не уверена, что он сможет пройти мимо мёртвой стражи.

— Может во мне и есть немного хаоса, — вскочил тот, расправляя плечи. — Но я всё ещё благородный сын Таинственного Леса. Пока я не обращусь к магии Погибелей - никто, даже древние предки, не смогут меня разоблачить... К слову о них, Киэль, я поражён твоими знаниями о твердыми Роландора и его обороне. Уверен, в моём бывшем клане и близко подобного не было.

— Твой бывший клан это воины, — чопорно заявила эльфийка. — Воинское ремесло то чему ты и твои собратья посветили жизнь. Сломить и уничтожить врагов Леса, такова ваша тропа предопределённая Первым Королём Джеллу тысячу лет назад. Целью клана Оленя, нашего нынешнего противника, стало изучение глубин магии Природы, дабы лучше понять нашу суть и, опять же, уничтожить наших врагов. Но какой прок в силе, если не знать куда и как её применять? Поэтому Джеллу повелел более тысячи лет клану Совы стать лучшими разведчиками и собирать любые сведенья... В том числе и о других кланах, ведь те у кого сила рано или поздно могут попытаться пересмотреть сложившийся миропорядок в свою пользу.

— Я слышал об этом, но не настолько подробно, — признался Вепьян, вновь присаживаясь и делая глоток из фляжки. — Да уж, должен признать моё образование оставляет желать лучшего. Что же в свою защиту могу сказать, что меня не готовили в главы клана, поскольку у меня был старший брат... — рыжий эльф сделал паузу и подбросил пару дровишек в костёр. — Который погиб в ночь когда Зентреб вырвался на свободу. Как и мой отец, мать, сестра да и вообще большая часть родственников, ибо мы были гвардией короля Джеллу, по сути. И как итог - все мертвы. Уцелел лишь я, и знаете почему? Да потому что напился и меня оставили, как отсекают больную ветку. А их смерть отравили меня ненавистью, обидой и страхом. Честно говоря я пришёл в себя лишь перед битвой у Кагарона, благодаря Генриху, который помог мне в критический момент, что оказалась абсолютной неожиданностью для меня. Чтобы человек, народ которого я ненавидел, и который терпеть не мог меня, помог?

— Зачем он это рассказывает? — равнодушно спросила Ольха у Киэль, даже не снижая голос. — Как так получилось что от брифинга с ноткой душной лекции мы перешли к истории, а затем к исповеди зависимого от алкоголя эльфа? Он пытается развиваться как личность? Зря. Для меня он так и останется алкашом, который даже не может назвать имена своего брата, отца, матери, сестры и остальных родственников.

— Потому что мы идём спасать Эллейн, — сказал рыжий эльф, делая тяжёлый вздох после чего с мрачной решимостью посмотрел на Киэль. — Ей и Генриху я, да и весь Лес многим обязаны, поэтому приложу все усилия для успеха нашей миссии, в которой мы идём в самое укреплённое место на нашей земле, и если я погибну, то хотя бы ты будешь знать правду о Верьяне, бывшем главе клана Рысы. Эльфа, подобному древу, чьи корня вырывала буря, но оно каждый раз выживало, становясь лишь крепче, сильнее.

— Я так и сделаю, — торжественно пообещала Киэль, смотря на собеседника как-то иначе. — Видит Лес, открыть свою душу, тем более в присутствии бесчувственного монстра, который наверняка сделает из подобного дурную шутку, требует немалой смелости! И должна признать, что и моя судьба была не простой, поскольку я была единственной дочерью главы Клана Совы, который так же погиб от лап Зентреба... Однако, поскольку я была одна, то мои родители всегда требовали чтобы я была лучшей, наиболее образованной, сильной... У меня не было времени ни на развлечения, ни даже на дружбу. Даже мой будущий брак собирались заключать едва мне бы исполнились жалкие пятьдесят лет! При этом эльф, за которого хотели меня выдать, мне даже нравился. Но его тоже убил Зентреб.

— Теперь ещё и она начала пытается развиваться, как личность... — произнесла Ольха, имитируя усталый тон. — Первое, никто тут не считает тебя бесчувственным чудовищем. А во вторых - к чему эти речи? Вы правда думаете что тут умрёте? Ладно, вы оба правы, вероятность этого довольно таки высока. Ну и в третьих - должна признать выдающиеся способности Зентреба к убийству, раз он вырезал почти всю элиту Таинственного Леса за одну ночь, тем самым вызвав коллапс местной системы власти. А ведь он ещё и обезглавил армию вторжения, убив местного лидера с сомнительным наименованием. Четвёртое — мы тратим время зря.

Она сделала краткую паузу и равнодушно, с самой капелькой раздражения, добавила:

— Мы сейчас же вернёмся к обсуждению плана проникновения. Либо я возьму командования на себя, а вы прекратите свою жизнедеятельность.

Обоих эльфов словно облили из ушата холодной водой. Ледяное дыхание смерти коснулось их. Ольха не шутила, не прибегала к пустым угрозам. Она без тени сомнения сделает то, что сказала.

— Это было бы... нарушением приказа Генриха, — заметила побледневшая Киэль.

— Хоть я временно под его командованием, это не значит абсолютное выполнение его приказов, — ответила та. Её глаза слегка засветились ядовито-зелёным светом. — И если окажется что его приказы противоречат миссии, или кто-то её саботируют - логично будет ликвидировать проблему.

— Сомневаюсь что убийство своих союзников является логичным действием, — в тон ей ответил так же побледневший, но не утративший самообладания Вепьян. — Сами подумайте, леди Ольха, наша смерть лишь затрудним, может и незначительно, но затрудним, спасение королевы Эллейн, так ещё и ухудшит ваши отношения с Генрихом, самой Эллейн и остальными Арбитрами, коим не понравится бессмысленное убийство, вызванного вашим раздражением. Тем более без нас тебе будет труднее найти королеву, а если провалишься... Доверие остальных Арбитров к тебе будет подорвано ещё больше.

Пару долгих секунд маленькая зомби молчала, а затем зелёный свет в её глазах потух.

— Твоя правда, эльф, — произнесла Ольха и в этот раз в её голосе слышалось лишь равнодушие. — Таинственный Лес на меня плохо влияет. Вернёмся к плану проникновения. Ах да. Вот вам обоих амулеты, — протянула она советникам два медальона. — Они смогут создать защитное поле в случае чего, в теории, это экспериментальная технология. Возможно это спасёт вам жизнь.

Дальнейшее обсуждение прошло без неприятных, с точки зрения Демона Енотограда, тем, кои так любимы живыми.

Довольно быстро они пришли к друм вариантам. Первый скрытное проникновение. Ольха определяла часовых, при помощи своей магии, пытаясь при этом избежать излишнего внимания местных духов и помогала друидам из отряда скрывать остальных, пока те забирались на стены, после чего проникали внутрь.

Второй вариант прикинуться очередными сторонники Роландора и за счёт этого проникнуть внутрь, ему мешал высокий статус Киэль и Вепьяна, поскольку был шанс что их узнают и нестандартная внешность Ольхи.

Оба плана имели свои преимущества и недостатки, поэтому к согласию прийти сразу не удалось. Демон Енотограда предпочитала первый вариант. Советники - второй. Примерный план крепости они так же изучили.

В конце-концов они договорились действовать по ситуации. В зависимости от условий. В конце-концов скорее всего и одна Ольха могла бы вырезать весь гарнизон крепости, если только там не будет кто-то равный Роландору. Однако был велик шанс что стража просто бы убила Эллейн в таком случае, поэтому спасательной команде придётся действовать максимально осторожно.

***

К крепости небольшой отряд вышел спустя пару дней, как раз, по словам Демона Енотограда державшему связь с принцем-консортом, к генеральному сражению, а значит войск в окрестностях должно было быть мало. В теории.

Которая в целом подтвердилась, когда отряд занял позицию и стал наблюдать в редких лучах заходящего солнца, разрезающего облака тумана.

Твердыня Роландора не впечатлила Ольху, которая зрела гораздо более монументальные строения. Ей она вообще казалась какой-то провинциальной дырой.

А вот остальной отряд чувствовал мандраж, ведь с их точки зрения они должны были проникнуть в крепость, чья роль стать последним бастионом эльфов, и спасти королеву Эллейн. И это касалось даже Киэль с Вепьяном, ощущавший внутренний трепет перед грядущим испытанием.

Ольха при вида такого равнодушно закатывала глаза, пытаясь демонстрировать пренебрежение.

— На стенах в основном воины из клана Оленя, младших кланов почти нет, — сообщила Киэль. — Видимо Роландор оставил гарнизон из наиболее верных бойцов, а остальных увёл на битву с Генрихом. Ворота закрыты, и неизвестно откроют ли их в ближайшее время, значит остаётся лишь проникновение через стены.

— Принц-консорт решился на очередной нелогичный шаг, — меж тем равнодушно буркнула Ольха. — Собирается вызвать Роландора или его чемпиона на поединок. Глупо рисковать собой, ради такой переменный как моральный дух или удовлетворения личных желаний. Вдвойне глупо отмахнуться от моих настойчивых рекомендаций по этому вопросу.

После таких заявлений эльфы ещё больше зауважали Генриха. Демонстративно не слушать чудовище... Для этого надо быть очень храбрым человеком. Или глупцом, который не осознаёт возможных последствий. Но их королева бы не вышла замуж за глупца, а значит он храбрец.

Ольха укрыла отряд магии, скрывая от взоров дозорных и духов, после чего эльфа без проблем перебросились к стене, выбрав участок, где дозорный задремал.

— Поэтому смертные органические существа не эффективны, — бубнила Демон Енотограда, ведя их. — Можно создать идеальную крепость, хотя эта такой не является, подготовить в целом неплохие методы защиты, я ими сама пользуюсь, но один живой страж всё испортит заснув на посту. Или проявив жадность и продавшись за монету. Да. Живые ужасно неэффективны.

У стены пришёл час блеснуть Вепьяну, он взял моток верёвке, преобразовал свои пальцы в железо и полез по отвесной стене, укрытый магией и тёмным плащом. Добравшись до самого верха за несколько минут он змеёй просочился в бойницу.

Спящего стражника, коим оказалась юная темноволосая эльфика, Вепьян, после секундного размышления оглушил, точёным ударом по голове. В обычных случаях он бы просто убил, но тут итак была целая куча духов и внезапная смерть могла их всполошит. Уверен в этом эльф не был, но решил не рисковать и дождаться Ольхи.

Закрепив верёвку, он стал ждать пока остальный отряд заберётся, параллельно осматриваясь, готовым если что метнуть нож в стражника.

Однако всё было тихо и скоро весь отряд проник на стену.

— Королева скорее всего в центральном бастионе, — сходу заявила Киэль. — Но есть небольшой шанс что её перевели в подземелья.

— Я не смогу поддерживать чары сокрытия если мы далеко отойдём друг от друга. Стандартная невидимость убережёт от смертных, но не от глаз мертвецов, — предупредила Ольха, равнодушно смотря на тело эльфийки на полу. — Можем выбрать лишь один путь или отправить пару эльфов отдельно, на малую группу духи обратят внимание с незначительной вероятностью. Рекомендация. Привести эту особь в чувства и быстро допросить. Вариант с убийством, тоже возможен, но тогда нас могут легко обнаружить местные духи.

— Наша плоть подобна дубу, — несколько высокомерно заявила Киэль. — В переносном смысле, конечно же. Пыткам не просто сломать нас!

— И это не то место и время, — добавил Вепьян, прислоняя эльфийку к стене и пытаясь сделать видимость будто её просто сморил сон. — В любом момент могут прийти патруль или смена. Киэль, куда нам идти?

Бывшая глава клана Совы на секунду задумалась, а затем сказала:

— Я с основным отрядом и леди Ольхой направимся в центральный бастион. Ты, Верьян, проберёшься в подземелья и проверишь тюрьму, с ещё двумя бойцами. Да пребудет с тобой Лес.

— И да укроет Лес тебя своими листьями, — ответил он. — За мной, вы двое!

Указанные воины тут же последовали за ним, зелье они пока не пили, поскольку такая невидимость не длилась долго, да ещё и давала определённые побочные эффекты.

Трое эльфов пробирались по узким коридорам крепости, удачно минуя стражу. Во дворе они и вовсе не скрывались, пользуясь предрассветной мглой и рассчитывая что никто не заподозрит в них настолько наглых лазутчиков. Так и случилось, несколько воинов, заметивших их со стен, просто решили что это патруль, не заметив с такого расстояния их огнестрельное оружие, тем более его укрывали плащи.

В самом бастионе ещё проще было, эльфы спали, а редкие встречающие опять же принимали их за представителей недавно прибывших кланов.

Хотя другой группе ещё было проще, поскольку Ольха укрыла их магией и никто из местных не видел и не слышал их.

Всё складывалось удачно. До определённого момента.

До затрубившего горна.

— Время вышло! — бросил он, своим спутникам. — Бегом за мной!

Вся троица тут же сорвалась с места, прямо на ходу выпивая два зелья. Одно для невидимости, другое для усиления зрения, дабы видеть друг-друга и чары.

***

— Стоп, — вскинула руку Ольха и отряд послушно замер, находясь в сфере невидимости и неслышимости. Демон Енотограда буквально изолировало пространство вокруг них.— Дальше скрытно не пройдём. Впереди антимагическое поле.

Их отряд успешно дошёл до наиболее высоких этажей бастиона, где должна была находиться Эллейн. Однако охраны тут оказалось не мало, Киэль уже насчитала несколько десятков вооружённых эльфов и несколько волшебных дракончиков, которые едва не обнаружили их один раз.

Сейчас они застыли перед двухстворчатой дверью, кою охраняли пятеро эльфов. А дальше скрывалась лестница, ведущая на верхние этажи.

— Покои, где обычно держат почётных пленных прямо над нами, — сказала Киэль.— Буквально один этаж. Мы буквально на расстояние одной ветки.

— Моя магия почти перестанет действовать если мы пройдём чуть дальше, — произнесла Ольха. — Поле не слишком большое по объему, но крайне плотное, так что даже какое-то подобие магии я не смогу использовать. Возможно даже двигаться в нём не смогу.

— Проклятие... Сколько там эльфов впереди ещё? Или их тоже скрывает это опле?

— Примерно три десятка, — последовал равнодушный ответ. — Действия?

— Заглуши выстрелы.

По её команде эльфы достали револьверы и прицелились. Киэль знаками досчитала до трёх, а затем последовали выстрелы. Миг и пятеро стражей тут же упали, изощренные пулями. Однако без звука, благодаря Демону Енотограду.

— Быстро, вперёд, у нас почти нет времени, — бросила Киэль. — Ольха! Останься тут и держи оборону. Никто не должен пройти наверх!

С этими словами она и остальная часть её отряда тут же бросились к лестнице.

— Надеюсь они не могут передвигать блокирующее поле, — равнодушно произнесла та,мановением руки поднимая один из трупов, остальные не пошевелились из-за того что находились в поле радиусе таинственного артефакта.

Ольха оказалась права, на верху и правда находился внушительный отряд верных Роландору воителей. Но у бойцов Киэль было преимущество в виде эффекта неожиданности и огнестрельного оружия. Весь этаж заволокло облако дыма, запах гари, пороха и крови.

— За королеву! — гремел клич верных Эллейн воинов.

— За Лес! — кричали в ответ воины верховного друида, и не думая спасаться бегством.

Киэль дралась в первых рядах, пытаясь пробиться вперёд как можно быстрее. В одной руке у неё гремел револьвер, в другой короткий меч.

Выстрел, удар мечом, уклонение от клинка противника, прыжок, отскок.

Вокруг царих хаос, падали свои и чужие, но лоялисты быстро продвигались вперёд, не обращая на внимание. Всего две минуты и сопротивление было сломлено и поредевший отряд ворвался в покои, где должна была находиться Эллейн.

Вот только в роскошных покоях её не оказалось. Лишь чёрный обелиск, артефакт блокирующий магию, стоял посреди них и какой-то старый эльф шаманил возле него, по виду какой-то друид.

— Где её величество, предатель? — воскликнула Киэль, наводя оружие на старика и не опасаясь его магии. — Отвечай быстро и я сохраню твою жизнь!

— Она... Она... — начал тот заикаясь, а затем внезапно заорал, ударяя по артефакту. — УМРИТЕ!

Тёмный обелиск раскололся и спустя секунду всё заволокло энергия Хаоса.

Взрыв снёс весь верхний этаж крепости и повредил помещения под ним, задев и Демона Енотограда.

— По крайней мере антимагическое поле исчезло , — равнодушно произнесла Ольха, смотря на свою оторванную руку. Кроме того её лицо сильно обгорело, в некоторых местах до костей. — Надеюсь Эллейн там не было, иначе придётся убивать Генриха и слушать нытьё остальных. Нежелательный вариант.

***

Эллейн резко открыла глаза. До её ушей донёсся резкий гул. Взрыв. При этом он бил по её магии, буквально выжигая её. Не смертельно, но очень болезненно.

Началось.

Вскочив она тут же достала кристалл и с размаху ударила им по своему ошейнику. Магия столкнулась со своей противоположностью! Хаос столкнулся с Порядком! Секунду шла их борьба, а затем они друг-друга уничтожили. Замок раскалился, вызвав крик Эллейн, после чего рассыпался и королева, стеная от боли сняла ошейник не обращая внимания на боль в обожженной шеи и руках.

Почти сразу её затопило тёплое блаженство, магия вернулась, заполняя тело и даруя исцеление.

Во время. Ожоги мешали ей дышать, как и последствия взрыва.

На отдых времени не было, Эллейн уже слышала приближающихся тюремщиков, а восстановила она свои силы в крайне незначительном объеме, но теперь она хотя бы могла сражаться.

Первый, пройдя прямо через дверь, оказался элементаль воздуха и грома. Странное создание не стало размениваться на слова, да оно и не могло говорить, и просто метнуло молнию в Эллейн. Резко вскинув руку, тыльной стороной ладони королева создала зеленоватый щит, блокирующий удар, после чего сама шагнула вперёд, нанося удар другой рукой, где на секунду возник огненный клинок.

Миг и элементаль распался.

Эллейн едва успел сделать вдох, переводя дух, как дверь камеры просто распалась и в камеру ввалился элементаль земли, утративший гуманоидный облик и напоминающий большого жука, вобравшего в себя видно ещё пару таких же. Издав щёлкающий звук он полез в сторону женщины, та отшатнулась, метая в чудовище огненный шар, но тот лишь бесславно распался о каменный панцирь. Секунду спустя каменные жвалы едва не схватили королеву поперёк живота и лишь в последний момент она успела отпрыгнуть вжимаясь в самый угол камеры.

Прежде чем элементаль успел к ней подойти, Эллейн взмахнула руками и того оплели мощные лианы, выросшие прямо из каменного пола и стен. Она не могла уничтожить это чудовище в текущем состоянии, но ей было по по силам потянуть время.

Оба противника замерли, пытаясь перебороть друг-друга. Эллейн удерживала его растениями, а тот рвался к ней, страшные жвалы щёлкали всё ближе и ближе, когда внезапно позади раздался крик, а в камеру ворвался рыжий эльф пробивая каменную голову жука железной рукой... Хотя скорее уже кошмарной лапой с мощными когтями.

— Рада видеть тебя, Вепьян, — облегчённо произнесла Эллейн, без сил опускаясь на холодный каменный пол с редкими вкраплениями мха. — Сколько вас? Где остальные? Что это был за взрыв?

— Два десятка, Ваше Величество, — церемониально сказал он, помогая ей подняться, за его спиной королева увидела ещё двух воинов, стоящих на стрёме. — Остальная часть отряда направилась на верхние этажи, где как мы думали вас держали. Что за взрыв был не знаю, но подозреваю он был вызван ими. Надеюсь, они уцелели. Пойдёмте, мы должны найти Ольху, она сможет перенести нас в Ледяные Сады!

— Да... Да. — ответила Эллейн, пока эльф накидывал на неё плащ. Сама она в это время пыталась поглотить как можно больше магии Природы и восстановить силы. — Ты прав, ещё ничего не закончилось... Но можно не ожидать быстро прихода наших врагов, Роландор перевёл меня сюда тайно. Сейчас верные ему воителю должны стягиваться на верхние этажи...

— И тем не менее, спешить всё равно мы должны, моя королева, — прервал её рыжий эльф.

На выходе из подземелья королева увидела ещё несколько уничтоженных элементалей, семерых убитых эльфов и одного энта, Вепьяну пришлось пробиваться с боем, пока два наиболее мощных собирались выполнить приказ Роландора.

Эллейн ощутила ком в горле. Она очень близко подобралась к черте за которой её ждал другой мир.

Двое эльфов впереди, разведывали обстановку, докладывая что всё чисто. Впрочем не удивительно, гарнизон крепости явно направился в сторону взрыва, на верхние этажи. По крайней мере так считала Эллейн.

И она почти оказалась права. Почти, потому что когда они вышли из подземелья, то битва проходила во вдоре крепости.

Мёртвые эльфы сражались с живыми, с переменным успехом. Везде гремели выстрелы, вспышки магии, удары металла об металл. И крики. Конечно же крики боли, гнева и боевые кличи.

— Я не вижу Ольху! — крикнул Вепьян, пытаясь понять где скрывается Демон Енотограда.

— Вот она! У стены!

И правда, у стены валялась маленькая рыжая девочка, рядом с поломанным телом, в котором Вепьян и Эллейн, с содроганием узнали Киэль. У бедолаги отсутствовала правая рука, а остальные конечности были неестественно вывернуты.

— Ещё есть зелья невидимости? — быстро спросила Эллейн. — Нам нужно... Ох..

Не договорив она схватилась за плечо и повалилась на пол. Шальная пуля зацепила. Вепьян и два его помощника тут же затащили её назад.

— Не шевелитесь, Ваше Величество, — произнёс рыжий эльф, делая повязку, пока сама королева кое-как сдерживала кровь магией. — Зелья есть, но я уже пробовал применить его, оно не сработало. Возможно из-за того взрыва. Проклятие! Если Ольха проиграет, то нам вряд ли удастся бежать! Я увидел там троих друидов, и ещё почти сотню воинов! Не уверен что она справится, раз валяется у стены....

— Просто самая эффективная тактика в моём случае это прикинуться трупом, — равнодушно произнёс мертвый эльф возле них, вставая. Его глаза засветились изумрудным светом. — Рада что вы живы. Оставайтесь здесь, смертные. Я скоро прибуду.

И правда, рана Эллейн ещё не успела затянуться, как из воздуха появилась Ольха, таща за ногу Киэль.

Вепьян со смесью страха и надежды присмотрелся к ней и увидел что её грудь еле-еле подымается и опускается.

— Да она ещё дышит. Пока. — подтвердила Демон Енотограда. — Защитный амулет что я выдала тебе и ей похоже таки сработал. Лучше чем я думала, раз она пережила взрыв, находясь так близко к исто...

— Хватит болтать! — крикнула Эллейн, прерывая Ольху. — Вытаскивай нас!

Та лишь чуть равнодушно поморщилась, а спустя секунду в воздухе открылся зев чёрного портала.

Глава XXXI Судьба фей

Над водами подземного озера продолжала греметь высшая магия, всполохи первородной силы озаряли каменные своды и корни вековых деревьев, тянущихся к волшебной воде.

—Сколь долго мы уже сражаемся, фея?— осведомился я, создав ледяную сферу вокруг своей красноволосой противницы, замораживающую все, даже время, вокруг себя.—Часы? Дни? Недели? Это может продолжаться вечно, но не будет, ибо не смотря на столь затяжной бой, я все еще полон сил и сокрушу тебя! А затем поглощу!

—Мы бьемся всего пятнадцать минут, неестественный,— с невероятным презрением ответила, та преображаясь в неистовое пламя, поглощающее все на своем пути.

—Ах да. Я просто слегка отвык от битв, которые длятся дольше нескольких мгновений. Приятный снова биться с кем то почти равным себе!— проревел я, опускаясь на поверхность огненного озера, коя тут же обратилась в лед вокруг меня. Полученные раны почти сразу зажили, внешнее. Однако повреждения моей сути оставались и множились.

—Хоть в чем то мы схожи, неестественный!— сама фея и не подумала спланировать ко мне, продолжая висеть в воздухе. Только пламя исчезло и она вернулась в свою гуманоидную форму. Возле левого глаза виднелся синяк, на плоском животе виднелось пять неглубоких порезов, хотя они затягивались прямо на глазах. Ей досталась куда сильнее, чем она показывала.— Давно, очень давно, мне никто не пускал кровь. Это даже… будоражит!

Параллельно она провела пальцами по ране, после чего слизнула кровь, попутно покрываясь инеем и льдом. Дергаясь. Мерцала. Менялась. После чего упала на замороженные воды озера, прямо в воздухе обращаясь крупной белой рептилией.

— Да, ты определенно силен, — вновь зачем—то признала она, мягко ступая по льду, ее шкура сияла, как и изящные клыки, белым светом.— Но твоя магия однотипна. Узкая. Сможешь ли ты утопить рыбу, неестественный?

Я лишь оскалился, концентрируя магию в когтях;

— Нечто подобное ты уже говорила совсем недавно… Теперь не только нагло копируешь меня, но и повторяешься! Я слишком много ожидал от дикарей! И твоя метафора… откуда ты вообще ее знаешь?.. не подходит, если засунуть рыбу на глубину, ее там просто раздавит!

Болтая мы оба наполняли свои тела магией, усиливая себя до предела, сейчас мои когти могли разрезать все что угодно, а шкура легко выдержать дневной обстрел артиллерии иноземцев. Когда-то я создавал оружие из своей магии, следуя воспоминаниям смертных, но спустя годы осознал - укрепление своего тела в разы эффективнее, хоть и опаснее для разума.

Не так опасно, как разъяренный высших дух, правда.

Моя противница делала тоже самое. Именно поэтому она обратилась в некое подобие дракона, ведь условно живая плоть гораздо лучше усиливалась магией, нежели чем форма элементаля.

Резкий рывок и вихрь обмена ударами, укусами, вспышками магии! Словно две живые молнии мы сверкали на ледяной поверхности, постепенно слабея и готовясь сделать финальный шаг. Последнею атаку. Ярким штрихом завершить битву! И нет для этого ничего лучше чем рукопашная. Видеть своего противника, поймать момент когда жизнь покидает его глаза….

И судя по горящим неистовым глазам рыжей феи, она считала так же.

***

— Мы лишились последних орудий,— заметила Арвиль, голыми руками разрывая магического дракончика. Ее тело покрывала крепчайшая изумрудная чешуя, вместо ногтей — острейшие когти. Демон Природы находилась на пике своей мощи и напоминала гуманоидного дракона.

Все пространство рядом с ними было завалено трупами самых разных существ и остатками растений. Одни уродливыми кучами валялись на берегу, другие плавали в водах подземного озера, а останки других покоились в стенах пещеры.

Битва двух призывательниц закончилась уничтожением всего живого и неживого на расстоянии многих полетов стрел. Даже элементаля они не могли уже сотворить, ибо основой их тоже выступали мелкие духи. Ну или хотя бы их останки.

Битва столь могучих сущностей просто истощила и иссушила местные территории. Да еще и прямые атаки другой пары нанесли не малый вред.

— Не орудий, неестественная,— прошелестела зеленоволосая фея, напоминающая громадный куст и душащая своими ветками химеру, смесь паука и птицы, Арвиль.— Листьев и веток. Так будет правильнее.

— Знала бы ты, как мне тяжко пришлось, когда я избавлялась от желания добавлять в каждое предложение упоминание флоры и фауны,— вздохнула Демон Природы, отбрасывая тушку дракончика и бросая подозрительный взгляд в сторону Зентреба и его битвы. — Что это там?

— Моей сестре понравился твой сородич, неестественная,— ответила та, тоже посмотрев в ту сторону, не забыв ударить лианами, от которых Арвиль легко уклонилась.— Мне он тоже понравился, я слышу от него запах Леса, он пропитан нашей магии. Не переживай, тебя мы тоже поглотим,— « успокоила» ее фея.— Интересно, каковы вы оба на вкус?

Арвиль несколько раздраженно посмотрела на противницу, растопыривая когти, насыщая их магией:

— Хватит копировать нашу речь, зеленоволосое мясцо! Это мы вас сожрем!

Фея в ответ взмахнула рукой и множество лиан тут же рванула в сторону Демона Природы. Она легко от них увернулась, а затем, взмахнув когтями, перерубила, вызвав болезненный стон противницы.

***

Одна часть пещеры сотрясалась от ударов мощнейший магии, другая стала полем боя между двумя армиями…воины которой периодически меняли сторону, ведь то Арвиль, то ее противница перехватывала контроль над очередным существом…А когда они закончились тоже сошлись в ближнем бою, разрушая все на свое пути.

И лишь у самого входа царил мир и покой, ведь там проходило сюрреалистическое зрелище. Чаепитие хрупкой синеволосой феи и крупного демона, напоминающего странную смесь медведя и дракона. У этих двух нашлись общие темы для разговора: происхождение, суть смертных и их культура.

— Значит, Папир, мы все по сути родственники?— с искренним интересом спросила фея отпивая из чашки душистый чай, после чего макнула в него печенье.

— Это чрезмерное упрощение вопроса, добрая Хозяйка Леса, но в целом да,— благожелательно кивнул Демон Гнева, яростно сверкая глазами и барственно телекинезом подтаскивая к себе другую чашку.— Правда крайне далекие. Мы относимся к одному виду, однако основой моих сородичей послужили духи, что обитают в Хаосе, коих позже изменили Древние Маги. Так же на нас очень сильно повлияло почти тысяча лет обитания в одном теле, борьба друг с другом в нем и воспоминания смертных, ставших нашими жертвами. Вы же развивались несколько иначе, просто живя в Таинственном Лесу, охотясь на его жителей, поглощая часть их памяти и постепенно развиваясь…Рекомендую вытащить печенье из чая, почтенная Хозяйка Леса.

— Но зачем?— осведомилась та, тем не менее тут же следуя его рекомендации.

— Вы слишком долго держите его в чае, он развалится из—за слишком долгого влияния влаги.

— И что?— искренне удивилась фея, доедая печенье.— Ммм. Вкуснятина!

— Они упадут в чай и изменят его вкусовые свойства и понизят эстетическую ценность,— терпеливо пояснил Папир, продолжая источать гнев.— Большая часть смертных выбирая меж двух вариантов выберет тот, где чай и печенье будут раздельно.

— Как нелогично,— подивилась фея.— Они же не становятся ядом и ими все еще можно насытиться! Даже вкус не слишком меняется!

Демон Гнева лишь развел лапами, инстинктивно показывая острейшие, способные легко резать даже крепчайшее железо, когти:

— В этом плане я тоже не всегда понимаю смертных… А ведь живу среди них долго, изучал их, повелевал ими, да и поглотил многих. При этом они все очень разные. Моим сородичам в этом плане проще, ведь они считали себя смертными некоторое время…Я же в это время боролся за остатки своего разума. Не будем о грустном! Расскажу занятный случай. Помню Арвиль как—то прошлась по одному из северных городов с непокрытой головой и местные приняли ее за продажную девку, парочка аристократов даже попыталась научить ее уму разуму… Бедолаги! Хотя в других землях подобно и близко не было. Уже это происшествие, добрая Хозяйка Леса, показывает насколько могут отличаться смертные даже одного вида, коих разделяет совершено незначительное, с моей точки зрения расстояние.

— Видимо, чтобы понять смертных, надо стать ими,— умудренно произнесла синеволосая фея, а затем быстро спросила.— А что значит «продажная девка» и «аристокрптия»?

— Аристократия, — с неожиданным наслаждением поправил ее Папир.— Гхм. Извиняюсь, просто очень приятно, будучи долгое время способным издавать лишь дикие ревы, правильно, да что там правильно! Просто говорить уже приятно! А уж поправит кого–то еще лучше!

Фея нетерпеливо кашлянула и ее собеседник гневно, но с нотками вины продолжил:

— Аристократия это смертные с рядом привилегий полученных по праву рождения. Как правило они правители и войны, если брать эльфов, то у них это клановая система, в которой старшие кланы имеют привилегированные положение по сравнению с младшими.

— Не смотря на все различия смертные бывают удивительно похожи, но в тоже время кардинально различаться... А «продажная» девка что это?

— Самка продающая свое тело для развлечения самцов. Считается такое занятие постыдным в большей части обществ смертных.

Фея удивленно покачала головой:

— Да… Насколько же глупы они оказались, раз подумали такое в отношение могущественной Арвиль. О, битва закончилась!

И правда. За время их беседы сражение затихло, а результат оказался несколько неожиданным.

Зентреб буквально заморозил свою противницу, после того как пробил ее живот когтям и закинул глубоко под воду, а та за секунду до этого умудрилась разворотить ему грудную клетку, выбить глаз и половину клыков, после чего он обессиленно упал на льдину.

Арвиль же и другая фея извели всю окрестную флору и фауну, после чего так же сошлись в рукопашной, избив друг друга до полусмерти.

Ничья в обоих случаях.

– Они будут готовы продолжить через несколько минут,– задумчиво произнесла синеволосая фея, легким движением руки подымая из вод озера глыбу со своей сестрой, и одновременно притягивая другую.

Она, как и Папир, прекрасно видели , как много разрушений принесла короткая, но яростная схватка. Местная фауна перебита, флора истреблена, громадная часть запасов магии Природы заражена Хаосом.

— Продолжим переговоры?— осведомился Папир, подбирая Зентреба и Арвиль, аккуратно их встряхивая. Раны обоих демонов исцелись прямо на глазах, однако сражаться они пока ещё не могли.

Пока ещё.

— Как только наши родственники придут в себя и успокоятся,— кивнула та.—Битва показало равенство сил. А значит нам уместнее разделить территорию…Как смертные говорят?

– Хм. В целом так и говорят, благородная Хозяйка Леса, иногда еще употребляю выражение «сферы влияния», но это больше касается случаев, когда эти территории прямо им не принадлежат. Еще есть вариант, раздел территорий.

— Смертные и правда любят усложнять все. Странные создания.

***

Боль и желание сражаться… Они наполняли меня и Арвиль.

Едва наши тела и разумы восстановились, как мы тут же бросились в битву.

Попытались броситься. Папир схватил нас и прижал к себе, не давая напасть на фей.

На противоположной стороне происходило тоже самое, синеволосая фея спокойно удерживала своих товарок и что-то спокойно им втолковывала, не обращая внимание на их яростны крики…Нет, скорее рев.

Что тут происходят? Почему, забери меня гниль, Папир мешает нам?

Агрхх. Не знаю! Как хочется оторвать этой рыжей голову, а затем сожрать!

Папир кажется что—то монотонно бубнит, наверно надо послушать…Мне показалось или ты флиртовал с той феей?

Да, надо послушать…Нет, не флиртовал! Мы просто хотели убить друг– друга и сожрать!

Выглядело как флирт!

— Друзья, успокойтесь!— бубнеж Демона Гнева наконец- то стал разборчивым. — Вы, друзья мои, свели дело к ничье, попутно уничтожив все в округе...

Его прервали четыре рева, слившихся в один:

—Это не ничья! Мы еще можем сражаться!!!

—Вернутся к традициям в виде пожирания противника мы еще успеем, миролюбиво заметила синеволосая фея.— Но пока давайте сделаем перерыв на чай! Он вкусный, сестры! Обязательно попробуйте!

—Дайте шанс дипломатии!— вторил ей Папир.— Сила должна применяться последней, а не первой!

Иронично, странно и как всегда чуждо было слышать подобные речи от существа, чьей целью и смыслом жизни являлось разрушение.

Ладно, я устала и мне не нравится боль от твоих ран. Согласна на перерыв. Обьяви его. Заодно сможешь еще с ними пофлиртовать!

Грх.

—Мы согласны,— недовольно буркнул я, чувствуя жжение в глазу. Он еще не восстановился и болел. Еще неприятнее была боль волнами идущая от Арвиль, она пострадала даже сильнее меня.

Ты могла бы драться осторожнее и не рисковать!

А ты мог бы не флиртовать с рыжей почти на моих глазах!

Не было такого! Ладно, может это и выглядело, как флирт, но это был не он! То что мы хотели друг друга сожрать ничего не значит!

— Мы тоже согласны,— с нотками недовольства, но в один голос заявили две феи и синеволосая довольно улыбнулась.— Сделаем перерыв.

—Славно,— кивнул Демон Гнева.— В конце— концов даже животные не охотятся друг на друга на водопое…А магия природы для нас как вода!

— Ты заблуждаешься!— в один голос заявили две феи и Арвиль.– На самом деле хищники часто охотятся возле воды, ведь там велик шанс схватить добычу!

После чего Демон Природы и две феи фыркнули друг другу и отвернулись. Раны, их физическая часть, заросли за несколько минут, а вот повреждения нашей глубинной сути будут исцеляться немного дольше. Помнится раны, полученные от Эллейн исцелялись несколько лет. Феи оказались даже сильнее ее, если бы я столкнулся с ними о те времена, то вполне мог бы стать их ужином.

По крайней мере в Таинственном Лесу.

Спустя некоторое время мы уже сидели за небольшим столом и пили чай, имитируя светскую беседу.

Я и Арвиль сели по разные стороны, несколько расстроенные поведением друг друга. Феи, вопреки моим ожиданиям не стали группироваться. Синеволосая подобралась ближе к Папиру, зеленоволосая к Арвиль, а рыжая - ко мне. Видно на случай провала переговоров, чтобы потом не тратить даже самой малой части мгновения на бросок к привычному уже противнику.

Впрочем срывать их сразу они вроде не хотели, вели себя прилично, имитируя поведение смертных.

Феи даже вырастили из корней подобие стульев, правда забрались на них зачем-то с ногами.

— Сестра! Должны признать чай и закуска, как ты и говорила, восхитительны!— хором сказали две феи, при этом рыжая взяла мою кружку. — Смертные и правда умеют делать чудесные вещи! То что вы, неестественные, принесли нам такую вкуснотищу слегка примеряет нас с фактом вашего существования.

Забавно слышать такие слова от диких духов, веками живущих словно звери.

Что это ты так думаешь, но не говоришь это в слух? Не хочешь ранить их чувства, надеясь еще потом пофлиртовать?

Пытаюсь проявить дипломатичность и не скатиться до уровня взаимных оскорблений, любовь моя. В конце концов хоть кто-то из нас должен вести себя разумно.

Последнее предложение было лишним и лишь подчеркнуло твою мелочность!

— Сестры, не будьте столь остры, словно шипы розы,— попросила их тем временем синеволосая.— Разве наши гости не показали свою мощь, выдержав сражение в средоточии нашей силы? В центре наших владений?

— Выдержали,— неохотно признали феи.— Они заслужили соответствующего отношения.

— Мы рады слышать это, —тщательно пряча раздражение произнесла Арвиль почти вежливым тоном.— Однако давайте решим наши противоречия.

Феи замолкли, переглянулись, после чего рыжая молвила:

— Ты права, так называемая Демон Природы. В сражении вы заслужили наше уважение и мы готовы вести переговоры, как с равными… Не думала, что когда ни будь скажу это в адрес кучки неестественных монстров…

— Сестра!

— Уверяю, это взаимно, много почтенные Хозяйки Леса,— добродушно-яростно произнес, Папир, не обратив внимание на злые слова.— Пришло время обсудить условия нашего мирного сосуществования и, если вы того пожелаете, совместных действий.

— Пожелаем,— неожиданно хором произнесли три феи, показывая свое единодушие в этом вопросе.– Вы и иноземцы показали нам ошибочность нашего пути. Более мы не будем не обращать внимание на мир за пределами Леса.

— Но нашу помощь Роландору не отзовем,— добавила синеволосая.— Он заслужил ее честно и он сам решает свою судьбу. Как никак выживают сильнейшие.

— Нам хватит если и новой не будет,— чуть улыбнулся я.— Принимается. Мы не против если смертные сами решат свои проблемы…И решат они их совсем скоро.

— Ты не веришь в победу Роландора,— заметила рыжая, продолжая чинно пить из моей чашки.

— Никто из нас и трухлявого корня…Гр… Не поставит на этого амбициозного идиота,— сказала Арвиль, переводя задумчивый взгляд со своих изящных, острейших когтей на рыжую фею. — Он слишком верит в превосходство эльфов над людьми и в себя, считая себя спасителем Леса. Когда он проиграет вы признаете Эллейн вестником своей воли вновь? Наречете Дочерью Леса?

— В случае ёе победы, да, конечно,— произнесла синеволосая.— Все эти годы она нас устраивала, не пуская в Лес вас и борясь с иноземцами, лишь после уничтожения Аизара ситуация для нас изменилась.

— Примите наши соболезнования,— вклинился Демон Гнева.

— Благодарим,— кивнули феи, вновь начав говорить хором.— Магия Хаоса заразила немалую часть Леса… И отчасти это даже хорошо, ибо такая встряска полезна нашему дому. Мы считали вас просто безумными паразитами, желающими поразить своей скверной все вокруг, а раз Эллейн больше не могла, как нам казалось, удерживать вас подальше от Леса, то мы решили помочь Роландор, дабы он сделал то, что она не смогла.

На секунду я подумал, что они переживают о погибших эльфах и людях…

Я тоже, но они древние духи и гибель смертных — обыденная вещь для них. Лишь Лес имеет значение в их глазах. Отдельные же существа, лишь часть и если их потери не критичны, то феи и пальцем не пошевелят ради их защиты. Поэтому в свое время они и не помогли Джеллу в войне против Бульонского.

— Значит претензий нет? — уточнил я и, дождавшись утвердительного кивка трех фей, воодушевленно продолжил.— В таком случае наши предложения таковы: Вы заново признаете Эллейн, оказываете свою поддержу, не мешаете нам прибывать в Таинственном Лесу и использовать его магию. В обмен мы торжественно обещаем не пытаться убить вас, не вмешиваться в ваши дела и выполнить, в разумных пределах, ваши условия. Итак, чего вы желаете?

— Теперь наши условия,—молвили феи после краткой паузы.— Первое. Мы желаем расширить Лес. Дабы на каждом континенте высились тысячелетние древа. Вы получите от нас семена, которые смогут породить новые Леса, а в ваши обязанности, и обязанности ваших слуг, будет хранить, оберегать и защищать их. Второе наше условие это поставки в нашу обитель самой изысканной еды смертных и напитков. Вы согласны?

Мы немного помолчали, я и Арвиль перекинулись парой мыслей, после чего произнесла:

— Второй пункт мы принимаем сразу, а вот для первого нам нужна собрать большинство нашего совета.

К счастью Хозяйки Леса были существами простыми в этом плане и не делали к каждому пункту многочисленное подпункты, положения, уточнение и прочее.

Все кратко, понятно и по делу.

— Мы готовы подождать, но не слишком долго,— хором сказали феи, после чего рыжая добавила, указывая на меня.— Я была бы не против если бы и он приходил к нам. У его крови интересный вкус. И пусть захватит побольше вкусняшек!

Синеволосая фея закатила глаза, Папир издал подобие смешка, а Арвиль очень недобро прищурилась, смотря на нахалку.

— Общее решение будет скоро,— объявил я, вставая из-за стола и стараясь не встречаться взглядом с Демоном Природы.— Доброй охоты, Хозяйки Леса.

Глава XXXII Окончание боевых действий

Тройка демонов смотрела на залитую светом двух лун Сидду. Бывшую столицу, ныне захваченную Хайратской Империей и ставшей главным форпостом оккупационных сил. Легкий прохладный ветер нес наслаждение, сменяя дневной зной, но не Погибелям, а сотням людей за их спиной. Дневной марш-бросок тяжело им дался, даже не смотря на бодрящие зелья и магические усиления. Зато укрытый магией Таклисса отряд совершил почти невозможное и прошел, как сказал Фукло, более двухсот так называемых километров по пересеченной местности. При этом без использования лошадей, новомодных велосипедов или машин.

Поистине невероятный результат для смертных!

Но лишь для них.

Сами Погибели ворчали, что местные так называемые партизаны слишком медленные и хилые. Столь хрупкие.

Кассандра и Нисерх прошли этот путь за пару часов совершенно не напрягаясь и не спеша. После чего стали ждать остальной отряд иногда прогуливаясь по Сидде почти никого не убивая и отмечая внушительное воинство в городе. Целых пятнадцать тысяч! Конечно самих демонов подобное не впечатляло, но бойцов из местных и особенно их свиту с родного континента еще как.

Даже ночью по его улицам ходило множество воинов Хайратской Империи. Не удивительно, учитывая деяния демонов. Триумвират монстров прошелся ветром смерти, убивая захватчиков и разрушая лагеря, попутно освобождая пленных. Те, с помощью людей Фукло успешно хоть и не всегда, уходили на северо— запад страны, где находилась база Погибелей, создав там громадный лагерь беженцев к большому удовольствию вампиров.

Особую роль тут играло даже не количество жертв демонов, хотя счет шел на тысячи, а скорость и слухи о них. О порождениях ночи, немыслимых тварях само присутствие которых рушило привычный мир.

Бессмертные монстры, коих не брали пули и сталь, а сами они могли убивать одним жестом. Дыханием. Взглядом.

А возвращение Фукло лишь подливало хаоса. Даже усмиренные провинции восставали, освободительное восстание ширилось, когда прошла весть о спасении и исцелении уже легендарного бойца прошла, ведь для большинства он был уже мёртв или искалечен.

К удивлению демонов, у этого был даже религиозный подтекст, а ведь иноземцы считали себя, даже в таких колониях, просвещенными и прогрессивными людьми.

Поэтому местная оккупационная администрация изменила стратегию и стала сосредоточивать войска возле столицы. Конечно, губернатор и его приближенные не верил во все небылицы о бессмертных чудовищах, однако и реальность отрицать не могли.

А реальность была… Неприглядной. Мягко говоря.

Горящие лагеря, массовое бегство людей на восток, вновь ожившее партизанское восстание и, конечно же, тысячи убитых солдат, десятки убитых чиновников и так называемых коллаборационистов.

При этом смерть их в чаще всего плохо объяснима. Тела одних доставляли высушенными и с мощным разложением, как будто они умерли от голода и обезвоживания, а потом гнили несколько недель. Другие от аккуратных и очень ровных ран, словно пули только мощнее и больше.

Третьи погибли от штыков и пуль…Свои штыков и пуль. Будто целые отряды вдруг начинали палить друг в друга или совершать самоубийство.

Но это же невозможно! Безумие какое-то!

В таких условиях губернатор решил собрать все доступные войска в Сидде и дождаться подкрепления, а заодно разобраться, что за демонщина тут творится. Рабочая вервия объясняла это отчаянием местных, обратившихся к энергии Тха, получив от одной из конкурирующих держав запретное знание или местных полуколоний, и сжигающие себя ей, сходя с ума, но при этом нанося урон имперцам.

- Удивлена, что власть имущие не сбежали,- молвила Кассандра, мастеря какой-то артефакт. — В городе среди местного населения и солдат тихая паника, но при этом дезертиров до странного мало, а элита и не думает бежать.

- А куда им податься, арбитр Кассанда?- зловеще улыбнулся полуголем Фукло, многообещающее поглядывая на вражеских солдат.— Вглубь страны они не побегут, а море контролирует флот, который легко их перехватит и либо вернет на службу, либо в тюрьму. Ну а элита….. Зачем им бежать? В Хайратской Империи не привыкли убегать, тем более они и в самых страшных снах представить не могут, кто идет по их души. Эти ублюдки думают будто они непобедимы, что им противостоят всякие убогие колонисты, и это ослепляет их, во многом именно из-за их тщеславия,, удивительного высокомерия я и мои люди смогли так долго сражаться. Кроме того они и не подозревают, что в городе есть множество моих сторонников, которые выступят в нужный момент!

Таклисс и Кассандра слегка удивились. Раз в Сарде множество его сторонников, то чего же они не вытащили своего командира из позорного плена? Решили, что с ним покончено, логично, учитывая его состояние, банальный страх? А может остальные лидера хотели сделать его символом?

Погибелям это не было интересно.

- А ты можешь, болтливый черномазый?- прищурился Демона Голода, внимательно смотря на предводителя местных повстанцев. В абсолютно черных глазах чудовища отражалась разложение, тьма и смерть. Плоть его иногда странно бугрилась.

Верный признак утраты стабильности и скатывания в безумие.

- Нет,- ответил он, выдерживая, хоть и с трудом, взгляд Демона Голода.— Почтенные Арбитры, пределы ваших сил неведомы мне, так же, как и ваши глубинные мотивы, но я хочу вновь поблагодарить за помощь моему народу. Без вас нас бы ждала лишь медленная смерть и забвение. Мы стали бы лишь очередной страницей истории... Забытой и унесённой ветрами времени. И лишь благодаря вас у нас появилась надежда на выживание и, я молюсь об этом единому богу, процветание.

- Опять ты за свое, маразматик,- поморщился Таклисс, которого искренняя благодарность заставляла чувствовать себя неприятно. Он бы предпочел старое доброе подхалимство.– Один раз сказал и хватит!

- Не могу, ведь вы спасители моего народа!

Примечательно, что благодарил он их так часто именно за помощь людям колонии, но не за свое спасение, радея в первую очередь за других.

Подобное отчасти импонировало демонам, уважавших смертных, способных откинуть собственные интересы ради других. Фукло вообще оказался человеком с железной волей.

- Я закончил,- уверенно произнес доселе молчавший Нисерх. – Карту.

Пока Таклисс болтал с Фукло, Кассандра скучала, мастеря очередной мелкий артефакт, Демон Разума трудился. Он раскинул ментальные щупальца по всему городу, ища нужных людей, губернатора, элиту, заключенных и высший офицерский состав.

В принципе два демона могли убить или захватить губернатора, вместе с его подчиненными и до подхода Таклисса, вместе с отрядом Фукло из полторы тысячи человек, но решили проявить терпение. Хотя бы часть работы должна была остаться смертным.

И для укрепления веры в себя и Фукло, но в основном просто потому что Погибели не хотели делать всю работу за них. С чего бы повелителями, коими считали себя и являлись Арбитры выполнять всю работу за подчинённых?

- Губернатор Умар находится в центре города, в бывшем здание правительства,- продолжил Нисерх, после того как Кассанда создала перед ним иллюзорную карту.— Его охрана четыреста пятьдесят семь человек. Считаются элитными бойцами. Захват этого смертного приоритетная цель. Живым или мертвым не имеет значение, отряд возглавлю я,Таклисс и Фукло, . Следующая наша цель овладение арсеналами,— говоря он параллельно отмечал когтями цели.— Пять наиболее крупных занять необходимо, либо уничтожить. Таклисс твои двойники смогут сопроводить отряды?

- Глупый вопрос, конелюд. Конечно смогу!

- Я не конелюд. Сам ты тогда будешь помогать с координацией, оставь по своей копии в отрядах и снабжай информацией,- понизив голос он добавил:- сам через них не слишком усердствуй, ты и так использовал слишком много магии. Возможно ты близок к срыву… Не хотелось бы разрушать этот город и превращать более двухсот тысяч человек в безумных монстров.

- Не учи ученого, поешь гавно моченного,- окрысился на него оскорбленный Таклисс, даже не стараясь понизить голос.— Я знаю свои пределы!

- Очень на это надеюсь. Кассандра, твоя задача удержать порти и захватить корабли либо уничтожить. После выполнения этих целей мы должны заставить смертных сдаться.

- Это будет не трудно,- чуть улыбнулась она и в её глазах разгорелось пламя предвкушения. Не только жажда бойни, но и скорого возвращения в родные пенаты. В свою лабораторию.

Нисерх развел губы в широкой ухмылки в ответ и обратился к полуголему:

- Фукло, распределяй своих людей! Головой отвечаешь если они нас подведут.

- Понял, инкоси Арбитр! Бойцы, слушайте мою команду!

Всего за одну десятую часа отряд разделился. Треть во главе с Нисерхом и Таклисом отправилась к резиденции, пять отрядов по сотне к арсеналам, под опекой копий, ну и последняя часть возглавляемая Кассандрой в порт.

Операция прошла почти как запланировано. Отряд Нисерха и основным телом Таклисса не заметно добрался до здания правительства и легко, а эффект неожиданности и поддержка сразу двух Погибелей привели к быстрой побед. Губернатор вместе с высшим офицерством оказались захвачены без боя. Кассандра уничтожила половину судов, а остальные захватил. Отряды партизан заняли арсеналы с поддержкой Таклисса с минимальными потерями. Оставшиеся войска Хайратской Империи, не смотря на то, что их было в разы больше капитулировали. Некоторые из-за отсутствия арсеналов и нехватки боеприпасов, другие из-за приказа губернатора,который тот оперативно подписал, ну а третьи, самые упорные и боеспособные, познакомились с "дипломатией" Погибелей, после выжившим позволили сдаться.

К утру город Сидда перешел под полный демонов и их союзников, а силы Хайратской Империи в регионе оказались сломлены,на какое-то время. Конечно, они скорее всего вернутся, если, конечно не случится политический кризис или иные проблемы в метрополии, но здесь и сейчас Эсторская Республика оказалась свободной! С отдельными ещё целыми форпостами местные теперь и сами смогут справиться.

Единственное, что пошло не по плану это резня, поскольку местные, дорвавшись до крови и оружия просто поубивали множество пленных вместе с коллаборационистами, к которым имелись немалые счёты. Из расстреливали, забивали прикладами, вешали, в некоторых случаях разрывали на куски голыми руками. Боль, отчаяние, ярость и паника! Все эти очень знакомые Погибелям чувства заполонили узкие улицы хаотично застроенного городка.

Кровь лилась рекой, тройка демонов буквально с лап сбилась, пытаясь навести порядок. В конце-концов им это удалось в том числе и с помощью Фукло с отрядом наиболее дисциплинированных партизан.

И тем не менее погибло более пяти тысяч пленных и пара тысяч их сторонников, среди просто мирного населения тоже потерь оказалась немало.

Погибелей это несколько опечалили, ведь среди жертв были те, кого демоны хотели забрать с собой, в основном инженеры, механики, офицеры. Словом всех, чьи знания, а главное навыки, ценились и пригодились бы на родных землях, куда Таклисс, Кассандра и Нисерх собирались в скором времени вернуться.

- Фукло, ты жалкий смертный, но мы признаём что ты не так уж и плох, - сказал Демон Голода.

- Услышь подобное от кого-то другого я бы наверно обиделся, - с едва уловимым смешном ответил полуголем. — Но от вас это комплимент.

Их разговор проходил в бывшем здании правительства, конкретнее в одном из малых залов, Кассандра и Нисерх отбыли почти сразу после победы, а вот Таклисс ненадолго остался дабы проследить в течение пары дней как бывший партизан со своими бойцами удерживает власть и договаривается с элитой.

Когда за твоей спиной стоит оружие массового разрушения, то доброе слово весит больше. Гораздо больше.

Сейчас он сидел за столом, иногда выпивая местный алкоголь. Формально это был обед, но находящийся рядом Фуло и не думал есть, в первую очередь потому что ему не нравился вкус тлена.

- На больше можешь не рассчитывать, убогий кожаный мешок... - фыркнул тот, потом вздохнул с сожалением и почти вежливо продолжил: — Ладно. Надо побыть немного серьёзным и поговорить без оскорблений... Не люблю подобное. Я и мои сородичи в ближайшее время покинем остатки Эсторскорй Республики, ведь у нас есть свои дела, поэтому на ещё одну такую подобную помощь, смертный, не рассчитывай.

Теперь уже Фукло тяжело вздохнул:

- Я понимаю, в наше время чудеса это немыслимо редкая вещь.

- Славно. Мы удержим за собой ту территорию где построили временную базу, в помощь тебе оставим некоторые артефакты и наших лучших последователей, они если что помогут тебе устранить не согласных, допросами и разведкой. Но остальное зависит от тебя... Надеюсь ты нас не подведёшь, удовольствие от твоего убийства я получу меньше чем от убийства других. Впрочем, ещё некоторые время лично я смогу тебе помогать.

- Благодарю за честность, Арбитр Таклисс. Сколько времени я смогу рассчитывать именно на вашу помощь?

Демон Голода задумчиво почесал подбородок, отпил вина из бутылки, поморщился от вкуса тлена и изрек:

- Ещё два дня, выбери наиболее срочные проблемы где я пригожусь.

***

Генрих устало костерил экзекуторов, пока один из них перевязывал ему руку. Его раны не были особо серьёзны, да и демоническая стойкость помогала, поэтому маги целители врачевали иных воинов, а ему хватило и простой перевязки.

Настроение у него после победы оказалось безнадёжно испорченно новостью, что демоны давно договорились с феями и спокойно дожидались чем окончится противостояние с Роландором.

- То есть получается трое Арбитров давно договорились с феями, но меня поставить в известность не удосужились. - процедил он, смотря на тройку экзекуторов.

Их разговор проходил в походном шатре, почти сразу после битвы с воинством Роландора, в которой лишённые командования войска старого друида потерпели поражения, во много из-за недооценки оружия иноземцев.

Оно показало себя гораздо эффективнее чем ожидал Генрих. Да и войска проявили стойкость, поддержка же экзекуторов и магических артефактов Погибелей так же оказались невероятно полезны.

Все эти факторы помогли разбить войско мятежников.

Зато вот после победы, когда трясущегося от злоупотребления магии демонов, полученных ран, Генриха привели в лагерь он и получил две новости. Одна точно хорошая, другая относительно.

- Да, Ваше Высочество, - кажется слегка смущённо признала одна из фигур в тёмных плащах. — Мы получили эту информацию когда докладывали о победе наших сил над Роландором. До этого мы не могли связаться с нашими великими повелителями.

- Моей победы,- сумрачно поправил его Генрих.— Ладно, я ожидал подобного... Мою жену спасли? С этого ты должен был начать.

- Моя ошибка,- без малейших признаков раскаяния ответил тот.— Ваша жена спасена и сейчас гостит у в Ледяных Садах у наших величественных повелителей. Леди Киэль едва выжила и сейчас ее лечением лично занимается госпожа Арвиль, большая часть отряда к сожалению так же погибла.

Генрих радостно улыбнулся и облегченно выдохнул, невероятная легкость заполнила его душу, сердце радостно запело. Эмоции его были столь велики, что он даже не обратил внимание на дерзость и плохо завуалированные оскорбления.

Большая часть экзекуторов выходила из низших слоев населения, а конкретно этот и вовсе был из крестьян.

Генрих не особо понимал политику открытых дверей и равных возможностей, которую проводили демоны. Очевидно же, что люди благородных кровей всегда и во всём лучше простонародья.

Погибели же в собственном безумии считали иначе, копаясь в куче помёта и надеясь отыскать там неогранённый алмаз.

Тупые монстры.

- Она в порядке? - тут же уточнил он у собеседника. — Ран нет? Проклятий?

- Да, Выше Высочество, - кивнул тут. — Наш...Хм. Мои повелители повелели передать, что вам в скором времени она вернётся, точка встречи, с остатками отряда будет на пути к Оплоту, поэтому вам следует двигаться туда.

- Ты бы хоть подучился риторике, - поморщился Генрих. — Повелители повелели? Кто так вообще говорит? Хотя чего ещё ожидать от вчерашнего свинопаса? Передай своим хозяевам, что я поспешу туда со всей возможной скоростью. Так, а теперь слушайте мои приказы, которые надо будет отдать войскам.

- Повинуюсь.

Глава XXXIV Подведение итого и планирование.

– На повестке дня следующие темы, – равнодушно объявила Ольха, привычно ударяя молоточком по каменному столу. – Порядок следующий; ситуация в Таинственном Лес после мятежа Роландора, доклад Нисерха по положению в колониях, удары иноземцев по Таинственному Лесу и территории орков, ответные действия Арбитров, вопросы технологического и магического развития и разное. Вопросы, предложения и замечания есть?

Первое за долгое время собрание в полном составе собрание проходило в огромном зале крепости Ольх, что когда то была аванпостом древних магов. Как обычно мы расположились на своих тронах пред большим каменным столом над которым висели иллюзорная карта мира с многочисленными пометками.

– Да! – тут же воскликнула Кассанда.– Я только что вернулась из долгой экспедиции! Очень долгой, пыльной и кровавой! Я даже помыться не успела, поэтому хочу уточнить – мое присутствие точно обязательно?

– Мы будем решать важные вопросы с непростыми моральными дилеммами, – с толикой усталости равнодушно произнесла Ольха. – Решаем мы их с помощью голосования Арбитров. Ты один из девяти, так что твой голос важен. Ты не можешь уйти.

– Давайте я отдам право своего голоса, – не сдавалась Демон Магии, хватаясь за голову и старательно изображая усталость. – А сама вернусь в свою лабораторию и начну проводить эксперим... В смысле отдыхать и принимать душ! Поэтому делаю заявку на освобождение меня от участия в сегодняшнем собрании! Право у меня на это есть!

Ольха изобразила равнодушно-тяжёлый вздох и покладисто кивнула:

– Принимается. Коллеги голосуем,кто за освобождение Демона Магии от текущего заседания по причине плохого состояния здоровья по её словам?

– Плохое состояние здоровья у бессмертного чудовища, – тихо хмыкнула Эллейн, стоящий рядом Генрих тоже чуть усмехнулся. Иногда они не понимали этих существ, которые могли действовать эффективно и чётко, а уже в другой не менее серьёзной ситуации начинали дурачиться. В лучшем случае.

В худшем Кассандра не прикидывалась и правда таким образом хотела уйти с собрания.

В верх тем временем взметнулись две руки.

– Кто против?

Поднялось три руки и пять лап.

– Одна за, остальные восемь против. По результатам голосования заявка Демона Магии отменена.

– У меня было два голоса!

– Потому что ты подняла две своих руки, – скрипнул клыками Таклисс. – Хватит тратить мое время в пустую, балаболица! Проклятие, я пытаюсь преодолеть свою злость к тебе, но ты продолжаешь подкидывать поводы для неё!

Клянусь кронами древних лесов! Он удержался от серьезных оскорблений! Чудо из чудес!!!

Да, командировка явно пошла ему на пользу, однако, Арвиль, почему ты снова стала говорить как эльф?

Путешествие в глубины Таинственного Леса вызвали такой эффект... И я, к слову, всё ещё обиженна за твой флирт с этими духами!

Это с натяжкой можно считать флиртом... Но как будет тебе угодно. Я заглажу свою вину...

Даже если она только в моей голове? Я знаю твои мысли!

Гррр.

– Да ну вас, – скрестила руки на груди Кассандра с крайне недовольным видом.– Я должна исследовать магию и миры за гранью, а не слушать скучные доклады на политические темы! Свободу исследователям! Долой тиранию!

– Перейдем к первой теме,– равнодушно произнесла Ольха, игнорируя Демона Магии.— Ситуация в Таинственном Лесу после мятежа Роландора. Докладчик арбитр Эллейн.

– Благодарю,– произнесла королева Таинственного Леса, несколько неприязненно смотря на Демона Енотограда. — Ситуация стабильная поскольку восстание не затронуло корни и ствол древа, пострадали лишь отдельные старые ветки, а молодая поросль и вовсе разрослась. Сейчас войска, собранные моим дорогим Генрихов,– кивок и взгляд полной любви в его сторону.— Контролируют земли клана Оленя. Его сторонники частично перебиты, частично схвачены. Малая часть ушла в глубь Таинственного Леса, но особой угрозы не представляют. Однако, я настаиваю на выделение моему народу больших ресурсов и помощи из за угрозы чужеземцев и уничтожения Аизара.

– И вновь мы вернулись к этой теме,— доброжелательно скрипнул клыками я.— Ваш покорный слуга и моя дражайшая Арвиль уже согласились сдаться и предстать перед судом,который должен будет осудить нас на общественные работы в твоей вотчине на следующие сто двадцать лет, три месяца и восемь дней. И под общественными работами понимается не только защита, но и помощь в стройках, сборах урожая и даже пресечение преступлений. Куда уж больше?

– Уничтожение Аизара и бунт Роландора дорого обошлись Таинственному Лесу, — ответила Эллейн, крайне осторожно подбирая слова. — Как и коварные удары, подлые атаки иноземцев, которые будто начинающийся легкий дождь, что вот—вот перерастет в яростную грозу! И эта гроза может уничтожить, спалить до тла юное плодоносящее древо!

– Когда-нибудь жители Таинственного Леса перестанут постоянно говорить этими раздражающими метафорами, пытаясь зачем-то подчеркнуть никому не нужную уникальность, – задумчиво протянул Ревмарк, Демон Камня. – Но не сегодня. Стоило впасть в безумие и проходить лечение, как я пропустил целое восстание и битву с тремя дикими красавицами! Несколько обидно.

– Зная их, мой добрый брат, тебя могут ожидать ещё не мало сражений, в конце-концов две из них считают битву - единственной примерной формой дипломатией, – добродушно-яростно оскалился Демон Гнева.

– Договор с феями тоже несколько спорен, – продолжила Эллейн. – Если бы их не стало, то я бы контролировала весь Таинственный Лес и была бы высшим авторитетом, но поскольку они выжили мне придётся действовать с оглядкой на их реакцию...

– Вы только посмотрите на эту наглую самку! – воскликнул Таклисс. – Её жажда власти и безжалостность поражает! Она нас слегка корит всего лишь за то, что мы не покончили с тремя духами, что являются священными для её народа!

– Я просто говорю как есть, – немного раздражённо ответила королева Таинственного Леса. – И хватит меня прерывать!

– Верное утверждение, – кивнула Ольха, ударяя колотушкой по столу. – Вопросы, замечания, дополнения после доклада! Демон Таинственного Леса, будь любезна продолжай.

– Благодарю. Однако я почти закончила. Ситуация в целом контролируемая, но рикси катастрофы всё ещё велики. Иноземные специалисты, ресурсы и конечно же деньги! Всего этого у меня не хватает после восстания и из-за иноземцев, про Аизар и вовсе молчу. Поэтому, повторюсь, мне нужна ваша... Помощь.

Последнее слово она сказала преодолевая себя.

– Такая юная, маленькая и такая громогласная, – несколько рассеяно произнесла Арвиль. – У меня для тебя хорошая новость, коровка, мне удалось вылечить все раны советницы Киэль и уже через три дня она будет полностью здорова... Ну а что касается помощи - мы окажем её. Когда там назначен формальный суд над нами?

– Думаю через неделю другую, – ответила Эллейн, после того, как что-то прикинула.

– Особу сильно не наглей, – предупредил я. – Итак, сородичи. Давайте решим, получит ли Таинственный Лес дополнительную помощь для скорейшего восстановления. Лично я - за. В его процветание и защите от иноземцев мы кровно заинтересованы, в том числе и из-за нашего нового договорами с феями... Но о нём мы поговорим позднее. Голосуем.

– Восемь голосов за, один против, – кисло-равнодушно произнесла Ольха, подсчитав голоса.

Она была против, не считая Таинственный Лес и собственно её королеву критически важной.

– Следующая тема: Положение в колониях иноземцах. Докладчик Нисерх. Насколько я знаю Эсторская Республика перешла под нашу юрисдикцию, – вновь взяла слово Демон Енотограда.

– В целом - да, – кивнул Демон Разума. – Мы довольно легко освободили Эсторскую Республику поддержав местных повстанцев и их лояльность сейчас абсолютна. Так же, мо... Хм. Наше совместное исследование показывает, что её опыт легко ложится на все колонии, ведь их жители в целом так же не слишком любят свои метрополии. Особенно это касается завоёванных территорий, а не тех что прямо колонизировали, любое изменение баланса сил в их пользу вызовет восстание и попытки изменения своего статуса. Схожую мысль в своё время высказывали кулуарно Арвиль и Таклисс и сейчас я подтверждаю их ранние выводы.

– Славно что эта информация подтвердилась, – кивнул я. – Хотя не доверять им раньше смысла не было.

– Доверяй, но проверяй. Итак, так же я должен отметить следующий момент - наша аванпост размещён на северо-востоке Эсторской Республики. Сейчас там находятся наши агенты и несколько вампиров Сократа. К сожалению установить там портал для прямой связи с нашими землями пока не удалось.

– Подтверждаю, – кивнула Кассандра, оживлённо взмахивая рукой и создавая на самом юге нашего континента небольшую пометку. – Я провела исследования и для установки стабильного портала нам мешают две вещи. Первая это банальная нехватка энергии, те земли очень бедны на духов, магических сущностей и как следствие на магию Природы. Вторая же это расстояние. До нашей вотчины слишком далеко, но если мы установим ещё один портал здесь, – она ткнула когтем в отмеченное на карте место. – То с вероятность в девяносто процентов сумеем создать прямой путь на другой континент! И не будет больше этих утомительных плаваний! Я разработаю проект и предоставлю его совету через два дня! Мне можно идти?

– Мы могли бы своим ходом добираться быстрее, чем в этих железных коробках, – сморщился Таклисс, проигнорировав, как и все мы, жалобный вопрос Кассандры. – Хотя ладно, иногда даже эти убогие корабли бывают полезны.

– Кстати о них, – Ольха обратила равнодушный взор на Демона Голода. – Я узнала, что на кораблях ты разместил три тысячи иноземцев в возрасти от шести до пятнадцати лет, при этом вопреки мнению Кассандры и Нисерха. Мне немного интересно - зачем? Они слабы, у них нет знаний, их происхождение так же, как правило низкое.

– Тебя это не должно волновать... Как и всех вас.

– Ты прав, – кивнул я. – Но нам всем интересны твои мотивы, Таклисс. Поведай же им нам.

– Мне тоже было бы интересно узнать, – вклинилась Эллейн, с любопытством смотря на Демона Голода.

– Нам всем хочется узнать, что происходит в твоей голове, – оскалился Ревмарк. – Не томи же нас.

– Тупые лишённые какого-либо подобия эмпатии ублюдки... Что за тупые вопросы? У меня была возможность и я забрал из войны три тысячи детей! Сирот. Им не место среди смерти и разрушения. У нас они получат возможность жить спокойно. Хоть как-то.

Я почувствовал мощную волну изумления от Арвиль, да и сам испытал подобное. Чтобы вечно грубый, недовольный и ненавидящий всё живое и неживое Таклисс сделал подобное? Что его так поразило в колониях?

– Нерационально, – подвела итог Ольха. – Но определённую пользу извлечь из них можно будет, хотя бы в том что из них получатся хорошие слуги, возраст подходящий дабы взрастить в них настоящую верность.

Ревмарк покачал головой:

– Хоть ты и выглядишь наиболее безобидной из нас, но в тебе меньше всего от живого существа.

– Конечно. Я же мертва. Мне с большим трудом даётся понимания вашей так называемой морали. Когда-нибудь вы поймёте, насколько это бесполезная вещь и мне наконец-то будет проще работать с вами.

– Тем не менее инициатива нашего доброго брата Таклисса заслуживает внимания, – взял слово Папир, яростно рыча время от времени. – Его мотивы, конечно, очень интересны, но уже не имеют значение, нам остаётся лишь решить, что делать с тридцатью сотнями маленьких чёрных детей. Хм. Зачем я делаю акцент на их цвете коже?

– Да что тут думать, утырки? Просто организуем дома для сирот. Я даже сам возьмусь их курировать!

– Демон Голода, убийца и будет курировать подобное, – хмыкнул я. – Звучит сюрреалистично. Я за.

Удивительно, но остальные, кроме Ольхи и Нисерха, проголосовали так же.

– Опять тратим ресурсы и бесценное время на всякую ненужную ерунду, – равнодушно покачала головой Ольха. –Чем дольше я с вами, тем более вы безумными и нелогичными мне кажетесь.

– Не так часто я с тобой солидарен, – кивнул Демон Разума. – Я был против этого...

– Это моё решение, – вновь напомнил о себе Таклисс. – И даже если вы все будете против этого, недоумки, я всё равно его исполню, в конце- концов у меня есть свои ресурсы.

– Все они принадлежат нам, – напомнила Арвиль, после чего уже более доброжелательно продолжила. – Не лезь в дупло... О, проклятие, я опять говорю как эльф! Надо реже посещать Лес... Так о чём я? Ах да, расслабься Демон Голода, большая часть совета на твоей стороне! Не сквернословь! Но не забывай- нет твоих или моих ресурсов, людей или войск, только наши.

– Не тебе это говорить, лесная пакость... Но спасибо... И я запомню.

Эллейн несколько раздражённо постучала ногтем по столу, её явно стала эта тема слегка утомлять, Генрих же, стоящий как обычно за её спиной, показательно зевнул.

Уж ему то точно было плевать на каких-то там детей иноземцев!

Он представитель более примитивного общества, не ожидай от него слишком много.

И не думал. Я прекрасно осознаю, любовь моя, что Генрих не самый плохой человек... Для своей эпохи, но в его морали гуманизма прискорбно мало. Жестокое время рождает жестоких смертных. Самая прекрасная женщина в нашем мире не хочет после собрания прогуляться по Ледяным Садам?

Желаешь реабилитироваться после флирта с феями? Хорошо, я спрошу у неё.

Обсуждение экспедиции и действий Таклисса к счастью скоро прекратилось и мы подошли к третьей теме собрания. В этот раз докладчиком выступил Генрих.

– Мы даём тебе слово на нашем совете только потому что ты муж Эллейн и потому что ты управлял Таинственным Лесом, пока она находилась в плену, – равнодушно напомнила ему Ольха. – Это редкая честь для тебя, поэтому будь краток и максимально информативен.

Пока принц-консорт рассказывал об успехах и не удачах, не утаивая ничего, Папир незаметно, насколько возможно для такого здоровяка, переместился к Эллейн и тихо произнёс:

–Добрая и прекрасная королева Таинственного Леса, могу ли я задать вопрос?

– Разумеется, могучий Папир, – слегка удивлённо ответила она, понизив голос.

Зря, все мы, включая Демона Енотограда, прекрасно их слышали.

– Благодарю! Мне бы хотелось узнать, не слишком ли стали плохи отношения между вашим великий мужем и нашей доброй Ольхой? А то мне кажется в отношении него она слегка более эмоциональна. Я могу понять причины его неприязни, но вот её для меня загадка.

Эллейн на секунду задумалась, а затем поведала, что ей известно со слов Генриха. О их стычках и высокомерного поведения её мужа, о несогласии Ольхи с рядом решения остальных членов совета.

Кажется Ольха стала слегка более эмоциональной.

Я тоже заметила, видимо её исследования в этом плане на завершающей стадии.

Надо будет за ней присматривать, она не привыкла к эмоциям и их влиянию на решения. Боюсь как бы она не сошла с ума... Ещё больше.

– ...Таким образом атаки иноземцев на Таинственный Лес раздражающее, неприятны, но далеко не критичны. Даже без помощи арбитров нам в целом удаётся их отбивать, когда же нам на помощь придут Зентреб и Арвиль, то у захватчиков и шанса не будет ни то что закрепиться, но даже успешно уплыть, – закончил свой доклад принц-консорт. – В орочье островной империи, насколько я знаю с обороной в разы хуже.

– Последний комментарий был лишним, – равнодушно произнесла Ольха. – Мне не хочется с тобой соглашаться, но ты прав. Теперь моя очередь, именно я поведаю ситуацию с зеленокожими дикарями, – она взмахнула рукой и приблизила карту к группе островов где расположилось государство орков. – Надо отметить что иноземцы действуют в целом успешно за счёт своего технологического преимущества, а поскольку у местных гораздо меньше магии, то им сложнее хоть что-то им противопоставить. В какой-то мере их спасает то, что иноземцы действуют небольшими эскадрами, поскольку их лидеры не хотят тратить лишние деньги, ведь, я напомню, они находятся на грани войны друг с другом. С другой стороны орки тоже не едины и некоторые роды аристократов переходят на сторону захватчиков. Мой прогноз следующий - через несколько месяцев, в лучшем случае, они примут все требования иноземцев. Условия в целом такие же как были для Таинственного Леса, только более кабальные, а именно передача ряда портов и свободная торговля для одних держав и запрет для других. По сути они близки к потери суверенитета, не полностью, но тем не менее. Мы будем на это реагировать?

– О, переход к предпоследней теме? Славно, – сказал я. – Верхушка их так называемой империи, ха, несколько остров и небольшая часть побережья, а гонору сколько!Эти смертные в своё время отказалась от нашей защиты. Возможно бросить их на произвол судьбы, и тем самым показать остальным альтернативу, это неплохой выбор. В конце-концов, когда иноземцы полностью разорят орков, подчинят их, остальные народы континента поймут кто тут истинное зло.

– С тех пор они частично изменили свою точку зрения, – напомнил Папир в свою очередь. – Сейчас они открыты в разы к нашим, хм, назовём это услугами. Предлагаю, добрые сородичи, не жечь мосты и не делать кардинальных решений, вместо этого пошлём к ним несколько наших экзекуторов в качестве дипломатов и проведём предварительные переговоры. Возможно удастся завлечь в наш союз, да я знаю, – он поднял лапу. – Они более гордые чем люди и не считают своё положение настолько плохим, так что уйти в нашу тень их элите, считающей себя вершиной мироздания, будет непросто. Но тем не менее я, добрые сородичи, за начало переговоров с ними и оказания помощи, вместо принесения в жертву целый народ! В долгосрочной перспективе это верный выбор! В ином же случае мы получим форпост иноземцев прямо у нашей территории!

– Как поэтично, Демон Гнева, – равнодушно сухо произнесла Ольха. – Но стоит ли это того? Я сомневаюсь. У самих орков нет особо важных нам ресурсов, а форпост всегда можно использовать в обе стороны, в том числе и для торговли. В случае чего уничтожить мы его сможем легко и многими способами.

– Я поддержу благородного Папира, – подала голос Эллейн, говоря это скорее остальным арбитрам а не Демону Енотограда. – Если мы позволим им удержать часть территорий, то это принесёт больше проблем, в том числе распространение болезней и наркотиков. Страдания простого народа усилятся. Я уже видела подобное у себя,и не хочу дабы люди побережья и орки ощутили на себе гнет зеленокожих.

– Так ты до неё не достучишься, тупица, – фыркнул Таклисс, опуская лапы на стол. – Я объясню проще, идиоты! Итак, если мы позволим им действовать на НАШЕЙ земле, это во-первых отчасти подорвёт авторитет нашего совета, веру в наше всемогущество и возможность покарать любого, кого захотим. Во вторых с их территории польётся всякое говнецо, которое может нарушить мерзкие экономические связи регионов побережья и континента, что выльется в обеднение кожаных мешков, их агрессии и бунтов. Нам нужны бунты? Нет. Я понятно выражаюсь, рыжая малявка? А вам это понятно, аморальные ошибки природы?

Ольха лишь чуть закатила глаза, демонстрируя раздражение бранной речью Демона Голода, но согласно кивнула.

В результате голосования совет Арбитров, после ещё небольшого спора о объемах помощи, высказался за решение ограниченно поддержать островную империю в случае если она попросит нас об этом.

— И вот мы подошли к самому важному вопросу нашего собрания,— сказал я, довольно потирая лапы.— Пришло время определить судьбу целых империй! Десять лет мы ограничивали себя, отдавая предпочтения теневым операциям, но сегодня...

— Сегодня ещё ничего не решено, — зевнула Арвиль. — Не беги впереди лося, любовь моя. Многие из нас, включая меня, сомневаются, стоит ли оно того.

— Действительно, — кивнул Ревмарк, начиная постукивать когтями по каменному столу. — Но я согласен с Ледяным Демоном. Предлагаю прекратить тратить время на редкие локальные действия и нанести удар по глупцам, что осмелились вторгнуться на нашу территорию. Хайратская Империя. Нанесём удар по ним и вырежем всё правительство, это погрузит всю их страну в хаос и будет хорошим предупреждением для всех остальных. В лучшем же случае это и вовсе отвлечёт внимание остальных иноземных держав и они нанесут удар по ним.

— Другими словами - они начнут войну невиданного им ранее масштаба, — предвкушающее прорычал Демон Гнева. — Война где участвую миллионы смертных! На самых разных континентах и фронтах! Я буду рад её увидеть... Но стоит, мой добрый брат, подумать об ином варианте развития событий. Вместо этого они могут сплотиться и объединитесь против нас. Страх, пред силой нарушающей привычную реальность может сделать их крайне непредсказуемыми. Как никак элита в целом привыкла жертвовать миллионами, но если ударить по ним... Хм. Последствия будет непросто предсказать.

— Всегда можно использовать болезни, — равнодушно-воодушевлённо заметила Ольха. — Распространить их на вражеской территории, после убийства их элиты и жертвы будут исчисляться десятками миллионов!

— Мы не будем устраивать подобную катастрофу! — рявкнул Таклисс. — Она слишком не предсказуема, опасна и аморальна!

Остальные, включая меня и Арвиль, тоже согласно кивнули.

Демон Енотограда вздохнула, равнодушно симулируя грусть:

— Иного я и не ожидала, но попробовать стоило.

— Ну а я против, — твёрдо произнесла Арвиль. — Мы не должны показывать миру всю свою мощь в ближайшее время и продолжать действовать под сенью древ... Гррр. Возможно вы и правы, и нашим ударом мы как минимум отведём войска иноземцев, а как максимум погрузим их в междоусобную войну, но в тоже время мы в любом случае станем объектом их пристального внимания. Более того, мы их превосходим с точки зрения магии, которую они считают в целом малополезной по сравнению с технологиями, однако узрев высшую магию, они передумают и бросят все ресурсы на то, чтобы и её освоить. Учитывая их ресурсы, громадное количество населения и возможности, они со временем смогут составить нам конкуренцию. Не в ближайшие годы, и даже десятилетия, но смогут. А бегать по всех их столицам и уничтожать правительство, научные центры будет для нас утомительно и в разы повысит возможность для нас сойти с ума. Нужны ли нам подобные проблемы? Призываю ещё раз всё обдумать!

— На самом деле я бы не возражала против того, чтобы они исследовали магию, — задумчиво произнесла Кассандра. — Ведь они смогут раскрыть больше её тайн... А я смогу забрать их.

— Копировать чужие достижения, вместо того чтобы добиваться их сами - это первый шаг к поражению, — поморщился я. — Хорошо, клыки души моей, какую же альтернативу ты предлагаешь?

Ты знаешь.

Но остальные нет.

— Все просто,— произнесла Демон Природы, медленно переводя взор от одного арбитра к другому.— Мы будем действовать тайно, устранять опасных нам индивидов, вербовать сторонников и последователей Не спорю, этот путь очень длительный и во многом ненадежный, зато безопасный лично для нас. Да и перспективы в случае успеха захватывают дух! Это будет выгодно всем нам!

— Не мне,— проворчал Таклисс, морщась от речей Арвиль.— Это мне придется мотаться первые годы, десятилетия и убивать. Да и вербовать тоже придется мне, ведь твои блёваные навыки дипломатии легендарны! Они настолько хороши, что ты сможешь превратить потенциального союзника в злейшего врага!

— Уверен, она вскоре сможет преодолеть свой изъян, — вмешался я, бросив предостерегающий взгляд на слишком разошедшегося Таклисса. — Сородичи! Мы можем ещё долго спорить и обсуждать всё это, но предлагаю проголосовать и действовать как решит большинство. Я вижу три варианта. Первый мы продолжаем текущую политику, ограничивая наши действия до минимума и почти не реагируем на агрессию. Второй - мы атакуем одну из столиц наших врагов и заявляем о себе, требуя смертных убрать с нашей территории. Третий же, вместо прямого вмешательства и раскрытия части своих возможностей миру мы начинаем формировать сеть агентов и действовать максимально скрытно. Голосуем!

Глава XXXV Передышка, редкая возможность отдохнуть

– Иногда я ловлю себя на нереальности происходящего, – мелодично произнесла Демон Природы, чинно шагая по выложенной камнями мостовой. – Мы оружия массового разрушения, те чья цель разрушение и завоевания, спокойно прогуливаемся среди людей, не убиваем их, игнорируя нашу жажду крови, заражения и аннигиляции. Так странно.

– Понимаю, – кивнул я, чуть наклоняя шляпу, чтобы яркое солнце не светило в глаза, день выдался на диво солнечным. Раз уж мы имитируем обычных разумных существ, надо делать это качественно, вплоть до столь незначительных жестов. – Иногда мне кажется, что это всё лишь сон, а на самом деле мы всё ещё погружены в полуявь в темницах, а не ходим среди смертных.

Сейчас мы были инкогнито и отыгрывали роль молодой пары, прогуливавшихся в прекрасный солнечный день по улицам нашей столицы.

По Ледяным Садам.

Раньше это был небольшой городок, под название Кальтарас, но мы его переименовали и перестроили, расширили. Выбрали конкретно его потому что он находился у побережья, да ещё и река рядом была. Удобное место. Этот городишко не мог нормально развиваться потому что испытывал на себе давление трёх великих северных городов, и частенько становился ареной их битв. Как прямых так и внутренних. Ну и заодно мешали горы, подходившие к нему вплотную.

Но наше правление принесло ему долгожданный покой и процветание. Или то, что мы таковым, считали. Разумеется, в этом обществе была уйма противоречий, ведь ещё совсем недавно все эти люди относились к разным сословиям, народам. Их мораль, традиции и прочее кардинально зачастую отличались. Ожесточённые конфликты в таком случае почти неизбежны.

Однако из сдерживал страх, пред их кошмарными повелителями.

Нами.

Кроме этого мы заодно принесли им централизованное планирование. Обычно города застраивались хаотично, за некоторым исключением, но мы эту порочную практику убрали и строили целенаправленно. Широкие улицы, крупные дома, монументальные здания, благо когда у тебя есть Демон Камня, прирождённый строитель и бригадир, возводить постройки крайне просто и незатратно. За границами города раскинулось живописные поля и сады, в предгорных долинах и далее, даже на самих горах. В обычных условиях тут не могло быть подобного изобилия, но магия Демона Природы ломала привычную для смертных реальность и творила чудеса. И тоже практически без затрат.

Если не считать периодического нытья на тему, что мы правители, оружия массового разрушения, а не строители и не садоводы.

Хотя ворчали чисто для вида, в глубине души они получали извращённое удовольствия от процесса созидания, столь чуждого самой нашей сути и в тоже время столь желаемого.

Не знаю как Ревмарк, но я не получала удовольствие! Я оружие массового разрушения, моё призвание стирать целые народы с лица планет, а не высаживать удивительной красоты растения, способные выживать в самых суровых условиях и выдавать невероятный урожай!

Хоть мне-то не ври. Я знаю твои мысли. Не все, но эти-то уж точно. Ты их даже не скрываешь.

Корни гнили! Почему мы продолжаем говорить вслух?

Мне нравится слышать твой голос, а тебе - мой.

Резонно.

Арвиль немного грустно вздохнула:

– Зря мы всё таки заявим о себе на весь мир. Нельзя, чтобы нашу мощь воспринимали всерьёз! Ведь тогда смертные бросят все ресурсы на борьбу с нами, а их там десятки, а может и сотни миллионов! Мы должны действовать из тени, скрытно влияя на мир! Вместо этого мы собираемся устроить открытую конфронтацию и разрушить целую империю, меня это конечно радует, но... Последствия будут очень серьёзными.

– Мы это уже обсуждали, – ответил я. – Большинство высказалось за открытые действия, наши разговоры ничего не изменят...Но ты ведь не сможешь устоять перед соблазном еще раз поговорить... Нет, поворчать на эту тему?

— Ты прав. А если откажешься, вспомню о твоем флирте с той рыжей!

— Склоняюсь пред твоими угрозами, любовь моя, — проявил я покладистость. — Откровенно говоря, моему сердцу близки не только твой образ и разум, но и слова. Во многом, очень многом, я с тобой согласен.

— И почему же не просто проголосовал против, а агитировал за открытое нападение на столицу иноземцев? Я не слышу мыслей объясняющих это.

— Я тоже не знаю всё о чём ты думаешь. Как никак даже у нас есть некие границы.

— Весьма размытые... Весьма. Я чую некие отголоски, но не более. Хватит вилять хвостом, аки пёс. Рассказывай уже и не томи!

Я чуть усмехнулся и повёл Демона Природы в сторону небольшой беседки, одновременно начиная делиться суждениями:

— Твои доводы резонны, ведь мы станем целью номер один для всех в этом мире, а не только ограниченных группировок на родном континенте, а ввиду наличия у них громадных ресурсов, они освоют магию, желая получить могущество, подобное нашему! Мы сами показываем огонь, который сожжет нас. С твой точки зрения.

— Я так поняла она у тебя другая, — не спросила, а констатировала Арвиль.

— Именно. Мы не должны избегать подобного, если закуклимся, скроемся, то во много остановимся в развитии или его рост будет крайне незначителен. Во имя прогресса и нас самих — мы должны раскрыться всему миру и стать его частью. Так или иначе. Смертные должны привыкнуть к нам, принять. В конце концов мы не сможем скрываться вечно, а чем дольше мы ждём тем сильнее они будут становиться, сейчас мы можем их запугать, отвадить от нашей земли, но через сто лет ситуация может кардинально измениться. Я изучал их историю, почти тысячу лет их развитие проходило крайне медленно, но двести лет назад оно ускорилось в разы, как и рост их численности. И темпы не замедляются, а лишь растут. Они даже умудряются строить машины, способные летать без магии. О, беседка! Пошли в неё!

Арвиль чуть закатила изумрудные глаза, заходя вслед за мной в беседку и располагаясь на деревянной скамье, которая тут же стала покрываться инеем:

— Эти так называемые самолёты еле двигаются, и лично я способна уничтожать их десятками. Повергать сотни смертных мановением своей изящной руки... Так, я озвучила твои мысли. Не сбивай меня... Итак...А любой прогресс упрется в стену или их отбросит масштабный кризис, междоусобные войны... Вариантов столько же, сколь листвы в лесу! Поэтому я считаю решение совета ошибочным.

— Сейчас да, но что будет в будущем?— задал я резонный вопрос, одновременно концентрируясь, иней тут же перестал появляться. — Кто знает, каких высот они достигнут? Возможно станут столь же великими, как и наши создатели. Сейчас мы можем безболезненно, в целом, для нас буйствовать, а в будущем у них могут оказаться способы укусить нас в ответ куда сильнее, ведь нельзя скрываться вечно почти невозможно. Нет, любовь моя. Мы должны выйти из тени в ближайшее время, заставить с нами считаться, содрогаться от ужаса, а главное признать частью мира. Незыблемой и невероятно опасной, нападения на которой закончится уничтожением агрессора.

— Звучит убедительно, но не слишком. Ещё есть аргументы? Хотя не говори, думаю я знаю, что ты сейчас расскажешь.

— Удиви меня.

— Ты наверняка хочешь рассказать о адаптации, — начала Арвиль, даже копируя мой голос и манеры. — И, что для развития нам нужно поместить себя и наше государство в тяжёлые условия, дабы стать мощнее, сильнее и тому подобное, — она чуть помедлила, впитывая мои мысли и кивнула. — Я права. Это было не трудно, ты становишься слишком предсказуем для меня.

Я наигранно осклабился:

— Мы буквально читаем мысли друг друга, ощущаем чувства и эмоции, каждую секунду. Я бы удивился, если бы ты не смогла понять мои мотивы.

— А потом разочаровался бы, — чуть игриво усмехнулась Демон Природы. — Может теперь ты угадаешь чем я хочу заняться?

— Это не трудно. Тебе хочется кого-нибудь убить, но поскольку мы стараемся этого не делать, то хватит и нелетального насилия. А поскольку избивать простых смертных совершенно скучно и неинтересно, то жертвами станут либо те, кто способен оказать хотя бы подобие отпора, либо погрязшие в своей власти, считающие себя выше других. Таких приятно повергать. Мелочно, конечно.

— Да, походе я тоже стала предсказуемой. Несколько грустно, когда мы знаем друг-друга столь хорошо...

— ... Ведь налёт таинственности добавляет интерес, — закончил за неё я. — Да уж, всё у нас не как у смертных...

— ... И это естественно, ведь мы - не они...

—... Но мы стараемся походить на них...

—... Будучи при этом чем-то большим....

—... И меньшим.

Мы немного помолчали, размышляя и стараясь не вмешиваться в разум друг-друга.

Какой-то смертный, по виду один из учеников прогуливавших занятие, и ставший невольным свидетелем нашего разговора, развернулся и очень быстро пошёл прочь, стараясь не переходить на бег.

Остальные прохожие, ничего не заметили, благо их было не слишком много. Они сновали по своим делам, обсуждая мелкие дела, иногда делая покупки у местных торговцев или становясь посмотреть представление небольшой группы артистов.

Хм. Артисты.

Арвиль тоже заметила и кинула мне мысль.

Ты только послушай!

Слышу. Посмотрим?

Это будет забавно.

Представление проходило на небольшой площади в парке, толпа из сотни смертных с интересном смотрела на группу скоморохов. Этакий бродячий цирк устроивший кукольное представление с нашим участием. При этом с элементами сатиры.

Отважные или очень глупые смертные.

— Это не цирк и не скоморохи, — тихо шепнула Арвиль. — Это соти, объединение вагантов. Ваганты это местный творческий люд, первоначально были из недоучившихся семинаристов, а сейчас так именуют творческих людей. Как правило они зарабатывают деньги песенками на основе юмора и сатиры, но сей...

— Откуда ты столько знаешь о местной культуре? — несказанно удивился я, тоже приглушая голос. — С каких пор ты вообще изучаешь общества смертных? Тем более людей? Где же твоё легендарное эльфийское высокомерие?

— С командировки к тем уголькам. Глядя на них, я отчётливо осознала, насколько жестоки могут быть смертные, даже не понимая этого. В какой-то мере меня это восхитило... И я эльф лишь формально! А теперь - заткнись. Твоя болтовня мешает смотреть представление смертных!

***

— А вот и родные пенаты! — радостно воскликнула Кассандра, входя в лабораторный комплекс.— Наконец-то я дома! Казалось целая вечность минула. .. Время ознакомиться с успехом исследовательских команд!

— Вечность? Исследовательские команды?- презрительно скривился идущий рядом Таклисс.— Мы отсутствовали всего лишь несколько месяцев, а твои команды, это всего лишь плохо образованные маги, которые без тебя тыкаются, как слепые кутята в разные стороны, силясь познать тайны мироздания. Абсолютно бесполезная кучка смертных индюков. Да и с тобой тоже.

— Ценю твои попытки сдерживать свою токсичность, друг Таклисс,— улыбнулась Кассанда, телекинезом подтягивая к себе алый информационный кристалл и сразу его активируя. — Но они ни к чему, говори, что хочешь! Ни что не испортит моего настроения, ведь я вернулась в любимую лабораторию! И смогу заняться любимым делом!

Лаборатория Кассандры представляла собой целый комплекс из нескольких зданий расположенных в Енотограде, где изучались определенные направления: Особенности магии по типам и их влияние, артефактология, порталы и телепортация, телепатия и формирование связей, смерти и исцеление, технологии иноземцев и возможности симбиоза с магией.

Еще одно здание выделялось на гуманистические направления, изучающие мировоззрение и культуру смертных, но этим уже занималась не Кассандра, а Зентреб,Арвиль и Папир.

Ввиду разнообразия этого направления и культурного богатства, оно частенько вызывало куда больше проблем, чем знакомая демонам магия.

Таклисс, Нисерх и Ревмарк же курировали приобретение и копирование изобретений иноземцев, правда их комплексы и заводы располагались уже на территории Ледяных Садов. Развивать промышленность в городе где даже воздух нес смерть было крайне сомнительным решением.

Зентреб в общем—то и магические лаборатории предлагал перенести в Ледяные Сады, но протесты Ольхи и Кассандры помешали это сделать,поскольку оборудование древних магов было трудно переместить, а работать в кустарных условиях Демон Магии не хотела.

Ольха же не хотела переезжать, поскольку ее могущество слишком зависело от цитадели древних, да и без миазмов магии Смерти ей было труднее существовать.

—Так зачем ты сюда явился, мой бранчливый друг?- жизнерадостно пропела кошмарный Демон Магии, заканчивая просматривать отчеты из первого кристалла и потянувшейся за вторым. Однако Таклисс заметил в глубине её глаз пурпурный отблеск нарастающего безумия.

— Суслик шепнул,что в твое отсутствие жалкое подобие ученых смогло сделать невозможное для них и самостоятельно совершить прорыв в проекте «Автономность». Я поражен что эти убогие оказались чуть-чуть полезными!

Кассандра слегка удивленно хмыкнула, положила второй кристалл и взяла третий.

—А ты прав,— кивнула она, быстро найдя нужный проект.— Они справились и даже создали рабочий образец! Я так горжусь своими коллегами и безмерно рада, что не разорвала их на клочки в свое время! Так, а как ты узнал об этом раньше меня?

— Меня создавали как величайшего шпиона, разведчика и диверсанта. Неужто ты думаешь,курица, что хоть что-то способно укрыться от этих всепроникающих очей? Укрыться от моих слуг?

Демон Магии глянула в пропитанные разложением и смертью черные глаза Таклисса и уверенно произнесла:

— На самом деле мне абсолютно неважно, как ты узнал это раньше меня. Я спросила чисто из вежливости.

— Хе-хе, — не рассмеялся, а просто отчётливо сказал Демон Голода. — Смешно.

На самом деле он узнал об этом чисто случайно, подслушав разговор пары восторженных магов, обсуждавших чем их порадует их начальница за столь важный успех.

—И они получат лучшую награду!— тем временем торжественно пообещала Кассандра.— Я дам им еще два проекта и больше рабочего времени! Они смогут работать по восемнадцать часов в день без выходных! Безвылазно сидеть в лаборатории! Как же я им завидую!

Таклисс чуть поморщился, сдвинулся в пространстве и дал подзатыльник собеседнице. Та скривилась в ответ, сложила руки на груди и уже без веселья, с легкой угрозой, произнесла:

— Ты не обнаглел ли, Демон Голода? Что это ты себе позволяешь? Хочешь вивисекции?

— Ты это, тупая курица, заслужила…Видят духи предков, я еще сдержался и не врезал тебе в лицо кинжалом, а ведь это первое, что пришло мне в голову!

— Похоже придется залезть внутрь тебя в ответ на немотивированную агрессию,— констатировала Кассанда ,создавая в руках фиолетовый скальпель из магической энергии. — Не волнуйся, это будет долго, мучительно, но очень познавательно!

— Немотивированная агрессия? Ты вместо обещанной награды хотела дать свои подчиненным еще больше работы и опасных экспериментов! Это же, убогое подобие исследователя, максимально глупо!

— Ааа, — немного смущенно протянула Кассандр, развеивая скальпель. — Верно, я что -то забылась от переизбытка эмоций и захотела дать им то, что обрадовало бы меня. Мир?

— Какая же ты полоумная… Почему все мои сородичи отбитые на всю голову, полностью отмороженные и полоумные монстры с огромным самомнение? Ну кроме Ревмарка. Хоть у него иногда бывают моменты просветления…Мир. Показывай уже, что там твои яйцеголовые сотворили.

Искомый предмет с легкой руки Кассандры получил название стабилизатор. Сложносоставной артефакт в виде небольшой сферы, накапливающий магии Природы и способный ее передавать владельцу. Для обычных смертных бесполезная вещь, а вот для магов, особенно Хаоса, незаменимая вещь, позволявшая преодолевать негативные последствия магии.

Для семерки Погибелей тоже очень полезное устройство, благодаря которому они смогли бы лучше стабилизировать свои тела и меньше зависеть от магии Природы.

— Удивлен, что твои малополезные работяги и в самом деле сумели сделать нечто полезное,— подивился Таклисс, внимательно изучая артефакт. — Откровенно говоря я думал, что они либо сами ввели себя в заблуждения, сделав какой-то мусор, либо сознательно врали, не понимая последствий... А ты глянька! Они и в самом деле оказались полезны! Удивительно!

— Они сделали многое и молодцы, но основу заложили древние, которым подобное также было необходимо, их идеи развила я и Ольха. Хотя… Наши создатели вообще могли бы и сами это доделать, но им мешало фамильярское и алхимическое лобби, затем же всему этому положила катастрофа, даровавшая нам свободу и разум.

— Лобби?—слегка заинтересованно спросил Таклисс, который мало знал о прошлом, поскольку в основном поглотил рабов в то время. Да и вообще былые времена его занимали мало, Демон Голода отдавал предпочтения будущему.

— Именно. Наши создатели долгое время решали последствия магии путем создания фамильярной связи с волшебным зверьем, духами и потреблениями специальных зелий. Конечно же эти монополисты не хотели впускать на рыночек нового игрока и всячески тормозили исследование. Забавно, конечно. Смертные, а точнее экономические интересы отдельных групп их общества по сути похоронили перспективнейшее направление.

— Удивительно типично для смертных, — хмыкнул Демон Голода. — На массовое производство стоит рассчитывать? Решат ли наши маги проблему с безумием?

— В ближайшее время - нет, ресурсы для таких артефактов у нас пока в дефиците, не хватает артефактов, но именно для нас, я сумею создать необходимое количество.

Таклисс несколько разочарованно кивнул.

***

Ревмарк в своих подземных покоях внимательно рассматривал созданную им из песка карту, а скорее макет столицы Хайратской Империи. Город, внушал даже на не красотой архитектуры, хотя впечатляющих образчиков хватало, а размерами и числом жителей, противоречиями. Более двух миллионов смертных в одном месте, в котором неисчислимое богатство соседствовало с абсолютной бедностью, прогресс с суевериями. Однако одна мысль, одна идея пронизывала все население.

Вера в собственное превосходство и непобедимость.

Демон Камня находил подобное сюрреалистичным по многим причина. Однако в тоже время признавал, что определенные поводы для этого у смертных из Хайратской Империи были, как никак граждане сильнейшего и крупнейшего государства, не проигравшего ни одной крупной войны.

С их точки зрения.

У остальных демонов ли слюнки не текли от желания разрушить все их иллюзии.

— Чем могу помочь, Демон Гнева?- не оборачиваясь осведомился Ревмарк.

— Здравствуй, достопочтимый сородич,- ответил тот, вставая рядом и с не меньшим интересом изучая макет.- Отрадно зреть, что не смотря на проблемы со стабильностью ты всё так же внимателен!

— Внимателен? Не думаю, мои слуги предупредили о твоём визите. И на вопрос-то ответь.

Папир чуть раздвинул пасть, выдавливая подобие улыбки и вместо ответа кивнул на остатки макета:

— Столица великой Хайратской Империи, славный град Отоки. Торопишь события, мы еще не определились с тем, какая страна будет примером нашего гнева и ярости.

— Официально нет, но мы все понимаем, что целью должна стать Хайратская Империя… И ты не ответил на вопрос, Демон Гнева.

Папир грустно-яростно вздохнул:

— Просто хотел тебя проведать, ведь я беспокоюсь за тебя, как и все остальные. Ты ведь в последнее время постоянно пребываешь в камере восстановления, поскольку слишком быстро теряешь стабильность и балансируешь на грани безумия.

— Не стоит, — отрывисто бросил тот, сдерживая почти невыносимое желание пробить брюхо Демона Гнева острыми когтями. — Мой недуг не помешает мне.

— Очень на это надеюсь, дорогой сородич.

Демон Камня криво усмехнулся, демонстрируя острые клыки и спросил:

— Как наш мастер войны, ты одобряешь целью Хайратскую Империю?

— Это лучший выбор, благочестивый сородич, — кивнул Демон Гнева, источая почти материальное бешенство. — Я и сам собирался предложить её, ведь уничтожив формально сильнейшую, по крайней мере в головах смертных страну, мы заявим о своей мощи. Более того, — глаза чудовища вспыхнули алым светом, в которым каким-то образом читалось воодушевление. — Её поражение спровоцирует войну за колонии. Где враги и союзники захотят забрать то, что осталось, в результате буквально десятки лет они их будут переваривать, пытаясь установить свою власть. Да, уничтожение Хайратской Империи для нашего процветания лучший вариант. Рад, что ты меня поддерживаешь в этом.

— Как ты и сказал - это наиболее верный вариант. Надеюсь остальные думают так же... Насчёт моего состояния переживать не стоит, в ближайшее время, как только завершу изучения нашей вероятной цели, я отправлюсь в камеру восстановления.

— Очень надеюсь, что хотя бы в этот раз твои, столь тревожащие всех нас, недуги будут исцелены.

Глава XXXVII Дела мирские

– Смена! – рявкнул пузатый бригадир, объявляя таким образом о начале рабочего перерыва и вытирая от пота грязный лоб. Рабочие постепенно прекращали работу в цеху, собираясь направиться на обед.

Эллейн с любопытством изучала Ледяные Сады, смотря на претворение в жизнь безумных фантазий Погибелей под комментарии недовольного Ледяного Демона. Королеву Таинственного Леса и её спутника не замечали из-за мощных чар, иначе бы скрытой проверки не получилось бы, уж больно колоритно они выглядели.

Один из Погибелей щеголял в своём обычном облике крупного монстра, на который зачем-то нацепил иноземную одежду под названием пиджак и брюки. При этом у него была ещё трость, шляпа и монокль, а вот обувь отсутствовала и острые когда иногда оставляли характерные следы. Сама Эллейн предпочла простое зелёное платье и плащ цвета листьев.

Местный люд, на который воздействовал магия, не просто их не замечал, но и неосознанно обходил. Поэтому демон и полуфея без особых проблем осмотрели завод где делались иноземные винтовки.

Ну или их подобие. Технология, это заметила даже Эллейн, не была отработана на отлично, но всё таки, на первый взгляд, изделия выходили рабочими.

Сам завод располагался на окраине города. Ряд больших каменных зданий явно созданных Ревмарком и окружённые мощными стенами, двое массивных ворот, через один которой тянулась железная дорога. Контрольно-пропускные пункты так же присутствовали.

Чудовища явно никому не доверяли и старались по максимуму обеспечить безопасность одного из своих новейших производств. Даже наверно не просто производства, а некое подобие небольшого городка.

Само оно так же впечатляло, в одном из крупных зданий выплавляли металлы, в другом закаляли их, в третьем вытачивали различные детали, в четвёртом собирали. Далее и вовсе испытывали, после чего тащили на склад, где они дожидались отправки. Ресурсы добывались в местных горах, некоторая часть завозилась при помощи торговли.

Эллейн не хотела признавать, но Погибели и правда сумели организовать вполне приличное производство иностранного оружия.

Рабочие как правило были местные, хотя иногда встречались и иноземцы, а так же нежить и големы.

– Почему вы просто не замените всех смертных на ожившие трупы и конструкторов? – спросила она, когда крупный голем легко пронёс мимо контейнер заполненный металлом, который бы не утащили и пятеро людей.

– Они не настолько умны, их число ограничено, на тонкие операции малоспособны, –лаконично ответил Ледяной Демон, недобро смотря на пару смертных, обсуждавших, как им лучше скрыть часть брака и на кого его свалить.

Зентреб не был в добром духе, поскольку Арвиль не составила компанию в проверке фабрики, но всё таки удержался от немедленного желания разорвать их на части. Ну или просто избить. Вместо этого он их запомнил. Арвиль же отсутствовала рядом с ним по довольно тривиальной причине, в юго-восточной части их небольшой страны вспыхнула чума, которую местный наместник попытался скрыть от вышестоящих и Демон Природы отправилась туда, дабы вылечить больных людей и покарать наглого смертного.

Удивительно, но чудовища и в самом деле старались развивать подвластную им территорию, при этом даже без особых зверств, которые ожидала увидеть царственная чета. Нет, конечно на центральной площади находилось несколько довольно старых трупов на колья, но даже в городах Эллейн, которую Генрих и Альфредо называли мягкосердечной, их было больше.

Бродяги, преступники и нищие, все они несли лишь проблемы и видеть их на своей территории королева Таинственного Леса совершенно.

У демонов их же не было.

Их всех заставили работать, в ряде случаев под угрозой смерти, проклятий. Стремительно растущей промышленности государства Погибелей требовалось много рабочих. Вроде бы они даже покупали для этого рабов из Пронта обходными путями.

Дешёвая рабочая сила, которая могла стать ещё более дешёвой, но чудовища хотя бы старались сделать существование своих слуг сносным. Улучшить их положение, хотя с точки зрения Эллейн особой пользы им это не приносило. Их поданные, даже спустя годы, всё ещё в первую очередь страшились своих чудовищных повелителей.

Однако, кроме ужаса, который внушали демоны, они ещё и пытались заинтересовать в работе местных. Обещая им вознаграждение и... Определённые возможности.

Большинство этого не ценило от слова совсем и лишь страх перед их кошмарными хозяевами выкидывал из их голов глупые мысли.

– И часто вы так делаете, проникаете в свои же владения, словно ночной ветерок? – с искренним интересом и нотками недоброжелательности обратилась Эллейн к своему спутнику. Одно его присутствие раздражало ее сильнее с каждым вдохом.

– Иногда, – снова лаконично и недовольно ответил он.

– Неужто у вас так мало слуг и шпионов? – кивнула королева в сторону небольшой птички.– Я думала одна только леди Арвиль способная следить чуть ли не за каждым, при помощи своих умений... Подозреваю, она и сейчас этим занимается.

– Конечно занимается, – чуть хмыкнул Зентреб и один его глаз засветился светом зелени. – Слышит каждое слово. Однако, иногда мы делаем это лично, – Ледяной Демон чуть вздохнул, сияние усилилось и он продолжил уже женским голосом. – Ведь коррупция смертных и их глупость неискоренимы. Знаешь почему я сейчас не с вами? Да потому что один ублюдок, голова которого крепче дуба и пуста, как дупло, скрывал болезнь, что поразила один из наших небольших южных портов, сейчас уже сотни больных какой-то иноземной заразой. Угадай кому придётся вкалывать, как рабочему муравью, вместо праздных прогулок по городу? Правильно - мне! Ни минуты покоя!

– Ваша связь и правда удивительна, – признала Эллейн, наблюдая как буркалы Демона Льда снова становятся лазурными. – Как и ваши труды. Возможно, если бы не былые деяния рода вашего, мы могли бы стать друзьями, а не вынужденными союзниками. Когда я просила, – на этом слове королева чуть поморщилась и прекратила изображать уважение.– Об аудиенции, то не думала что ты, Ледяной Демон потащишь меня на завод. Зачем мы здесь? Кичишься своими успехами? Показываешь судьбу тех, кто не оправдает твоих ожиданий? В чем смысл?

– Ненадолго хватило твоего подчёркнутого уважительного тона и якобы искреннего интереса. Нет, я просто хотел проверить, как выполняются мои указания. Смертные тупые и часто не могут выполнить элементарные указания из-за своих нелепых потребностей или страхов. Взять того же идиота, который вызвал эпидемию? Если бы он вовремя сообщил, максимум что получил бы, это пару оплеух. А теперь придётся его казнить. И тех его подчиненных, кто помогал ему. Возможно еще и его родственников, если выяснится, что они знали и молчали, а то и сами заложили в его пустую голову эту тупую идею.

– Превосходно, – ядовита произнесла его собеседница. – И теперь королева Таинственного Леса должна таскаться по каким-то грязным заводам и смотреть, как ты вершишь свое правосудие. Какая трата моего времени!

– Ты какая-то злая сегодня. Случилось что-то?

– Твоё неуважение.

– Хе-хе. Славно, что мы прикрыты заклинанием и никто не видит эту безобразную сцену. Ладно, не буду врать, мне не хотелось говорить о делах, поэтому я и решил совместить встречу с тобой и экскурсию, понадеявшись на твоё эго, которое бы не позволило тебе стерпеть даже краткую заминку. Не получилось. Жаль. Видать и правда слишком важное что-то, раз ты решила таки поговорить со мной.

Эллейн раздражённому посмотрела на Зентреба:

– Лишь по настоящему важной причине я бы согласилась обратиться к тебе... Клянусь Лесом, с каждым годом ты становишься все более и более невыносимым.

– Ладно, ладно. Я понял, дело важное. Пошли. Поговорим в кабинете местного начальника, заодно отдам ему пару распоряжений.

Королева Таинственного Леса призвала всю свою волю, чтобы не сорваться и напомнила себе о специфики Зентреба, который иногда банально, как впрочем и другие Погибели, не замечал собственной грубости и тупости.

Больные монстры.

Кабинет местного начальника не впечатлял. Небольшое помещение, шагов на тридцать, в центре массивный стол, возле стен большие шкафы с бумагами, одно окно, на стенах висели картины и даже стеллаж с оружием. Пара крупных горшков с карликовыми деревьями.

На взгляд Эллейн выглядел кабинет предельно безвкусно.

Сам хозяин, субтильный мужчина лет тридцати с едва заметной сединой , пил чай, подмешивая в него какую–то янтарную жидкость и разбирал многочисленные бумаг, коими был завален весь стол.

Появление Ледяного Демона и Эллейн он принял стоически, лишь глаза задергались, когда высокие гости появились в его кабинете. После мгновения замешательство он поприветствовал их, попутно отметив,что Арвиль Разговор с ним прошел быстро, Зентреб скупо похвалил его за успех производства, слегка пожурил за брак, рассказ о паре недочетов и вежливо приказал проваливать.

– Это был бывший лорд Таканья,– доверительно сообщил Ледяной Демон, учтиво отодвигая для Эллейн внушительное кресло.– Исполнительный, амбициозные и с крепкой психикой.

Сам он сотворит себе целый ледяной трон, правда не слишком высокий и роскошный. На стоящие рядом кресла он бы не рискнул садиться, опасаясь их раздавить.

– Зачем здесь растения и картины? – кивнула в сторону горшков королева Таинственного Леса.

На морде Зентреба отразилось нечто, слегка напоминающее смущение, прежде чем он ответил, открывая бутылку с янтарной жидкостью и доставая пару бокалов:

– Предрекаю твой вопрос о наших интересах... Немного стыдно это говорить, но таким образом смертные думают что понравятся Арвиль, для Папира предметы искусства, а для меня, предрекая твой вопрос – выпивку. Поэтому обустраивают свои кабинеты предметами, что по их догадках должны улучшить наше к ним расположение. Желаешь отведать?

– Я не собиралась спрашивать о ваших интересах – солгала Эллен, принимая бокал. – Что это?

– Иностранное пойло, называется «ньяко», изготавливается из винограда, несколько перегонов. Само название кстати прилипло из-за города Ньякото на территории Акинского Союза.

– То есть по сути это просто особо крепкое вино? – уточнила полуфея, нерешительно делая глоток и слегка поморщилась. – Странный вкус.

– О, поверь, это ещё не самое странное из того, что я пил у иноземцев! Арвиль притащила мне не только гору новой одежды, но и множество разных сортов выпивки! Честно говоря это одна из немногих страстей что у нас общие! Иногда нам составляет компанию Таклисс, но остальные... Папир больше любит изучать искусство и войну, считая что это одно и тоже. Кассандра как обычно погружена в исследования, находя в них свою радость, Ревмарк ударяется в строительстве, почти всё время, возможно из-за этого он так часто доводит себя до срывы. Нисерх... Раньше он любит скакать по лугам, аки свободный кентавр. Теперь же усилив свою телепатию он копается в головах смертных, да ещё и стал гораздо более высокомерным. Лучшая антиреклама для... Ну да неважно.

Эллейн закатила глаза, гадая когда они успели перейти к разговору о алкоголе и пристрастиях Погибелей. Ледяной Демон, как и всегда, отличался болтливостью.

Хотя некоторая информация была бессомненно полезна.

На секунду Эллейн подумала что нужно чаще встречаться с этими монстрами, не только на обязательных собраниях, но и в другое время, однако быстро прогнала эту мысль. Хватит и того что она с этими монстрами в союзе.

– Я мог бы бесконечно долго говорить на самые разные темы, – тем времени произнёс Зентреб, залпом осушая всю бутылку няько. – Однако ты явно пришла не за этим. Итак, поговорим серьёзно, королева Таинственного Леса. Что заставило тебя искать моего общества?

Эллейнт тут же подобралась:

– Всё тот же вопрос с островной империей. Совет Арбитров принял решение поддержать её, но размер помощи пока не определили, поэтому я хотела бы, чтобы ты и Арвиль поддержали на следующей встречи моё предложение о полномасштабной помощи, дабы выкинуть иноземцев с земли орков.

Зентреб молчал, выжидательно смотря на Эллейн, при этом одно его око вновь заполонила зелень, Демон Природы так же наблюдала.

– Наша конечная цель, – продолжила королева. – Создать новое общество, объединить континент и править открыто. Всеми ими. Мой народ уже ощутил ваш гнев, как и люди, как и орки но им лишь надо ощутить вашу милость, и понять, насколько им станет проще жить. Поэтому мы должны не просто помочь оркам, а явиться в блеске всей своей мощи! Словно лесной пожар в жарку, засушливую весну пройтись по войскам иноземцам! Уничтожить их всех и лишь тогда, после того как они убедятся в нашей силе – они оставят нас в покое. А все остальные народы, убедятся в нашем величие. И лишь тогда мы получим то, чего желаем. Мир на целое поколение. Защиту от внешних врагов и внутренних. Мы...

– Хватит, – прервал её Ледяной Демон, поднимая лапу. – Давай обойдёмся без этих пафосных речей, мы не на городской площади, а я не толпа, которую надо убедить. Я прекрасно понимаю выгоды и недостатки твоего предложения, поэтому меня интересует лишь одна вещь. Тебе то какое дело до зеленокожих?

– Абсолютно никакого в целом, – почти честно ответила Эллейн. – Я просто считаю будет правильно и выгодно помочь. Окончательно решить проблему иноземцев на нашей территории. Получив по настоящему мощную оплеуху они на целые десятилетия свернут свои операции!

– Окончательно мы её решим когда придём на их земли, – заметила Арвиль, внезапно заговорив устами Зентреба. – Но это частности. Твоё желание понятно и приятно нам, давай обсудим детали, а заодно чем ты сможешь нас отблагодарить за свою поддержку.

– Не думала что бессмертные демоны столь мелочны, – облегчённо ответила та. Обе монстра с ходу не отвергли предложения, а значит были готовы согласиться, но сразу этого делать не собирались, не желая показать себя совсем уж простыми. Нет, они хотели дабы она обосновала свою просьбу и предложила определённую плату, которую они скорее всего бы отвергли, явив показное благородство.

Эллейн хорошо их изучила за эти годы, хоть их общество и правда её тяготило, и давно поняла, насколько же они ленивы в вопросах торговли. Иногда она подозревала, что добилась места в их совете не потому что они в самом деле настолько ценили Таинственный Лес и её в качестве союзника, а просто из-за нежелания слишком долго вести переговоры и торговаться.

– Минутка альтруизма повысила бы вашу репутация, по крайней мере в моих глазах, – добавила она в шутку.

– Как минимум мою репутацию в твоих глазах это точно не поднимет, – хмыкнул Ледяной Демон, перед тем как начать очень ленивый торг, по результатам которого ограничить их временную службу в Таинственном Лесу с семидесяти шести лет, пяти месяцев, двенадцати часов и сорок восьми минут, до семидесяти лет, трёх месяцев, пятнадцати часов и пятидесяти минут, а так же не допускать встречи Зентреба с рыжей феей.

Последнее невзначай добавила Арвиль.

– Что же, раз мы закончили с этим, позволь я тебя провожу до портала, – галантно произнёс Ледяной Демон, протягивая лапу, чтобы помочь её встать.

– Благодарю, Зентреб, – почти вежливо ответила та, неохотно принимая его символическую помощь. – С чего бы такая вежливость?

– Арвиль считает, что у меня плохие манеры, поэтому я тренируюсь чтобы их улучшить. Кажется, как там говорят иноземцы? Ах да. Я всё больше и больше становлюсь каблуков в некоторых вопросах.

Эллейн чуть улыбнулась и сказала:

– Даже знать не хочу о ваших проблемах с Демоном Природы.

***

Большой светлый зал особняка заполняли крики боли и агонии, десяток людей, сплошь элита, буквально вросли в зелёные лианы, легко пробившие пол и стены. Немногочисленные уцелевшие находились в центре, прямо перед прекрасной крылатой женщиной, коя раздражённо на них смотрела.

Демон Природы не была в добром духе. В общем-то она вообще редко в нём бывала, смертные сильно её раздражали, но сегодня - особенно сильно. Желание разорвать их она преодолевала с трудом.

– Число больных уже перевалило за несколько сотен, – торопливо рассказывал бургомистр городка Копт, с явным страхом смотря на Демона Природы и стараясь не видеть провинившихся, коих оплели лианы. – Поверьте мне, госпожа, я сам не знал об этой эпидемии! Советник Клоринас скрыл это от меня! Я бы сразу вам сообщил и ничего бы не таил! Умоляю, поверьте мне госпожа, я самый верный ваш последователь!

Арвиль чуть улыбнулась и добро, с нотками снисхождения произнесла:

– Корни Гнили! Закрой свой рот, червь! Если бы я считала что ты виновен, твоя никчёмная тушка уже страдала бы, как те из-за кого сейчас медленно умирают сотни! Поэтому просто замолчи и занимайся организацией! Мне нужны чтобы все, даже те, кто хоть чуть-чуть чувствую недомогание были собраны и отправлены в карантин! Любой ценой!

– П-п-повинуюсь, госпожа! Но, если позволите, до меня дошли слухи...

Арвиль, недовольная заминкой, раздражённо посмотрела на бургомистра, чьё имя даже не потрудилась запомнить, но тем не менее позволила ему продолжить.

– Многие горожане... Они... Они думают, будто вы, милосерднешняя госпожа... Просто убьёте их. Вырежите их семьи!

Ааа. Вот ещё одна причина почему часть местной элиты скрывала эпидемию. И не дави так сильно на этого человека, он даже слова уже не может правильно выговаривать!

Ты их переоцениваешь, Зентреб. И вовсе я не давлю на этого червя! Думаю у него просто проблемы с дикцией.

Очень сильно сомневаюсь.

– Что же, – Арвиль выдохнула, стараясь взять себя в руки. – Хорошо. Просто замечательно. Передай следующее, я буду здесь ещё один день и исцелю всех, кто болен, но затем, я покину это жалкое место, а больными займётся Таклисс. Демон Голода не будет столь же милосерден, как я. Он просто пройдёт по городу и убьёт всех больных и тех кто покажется ему больным. А в конце казнит ещё и тех, кто, по его мнению, не приложил достаточно усилий для поддержки порядка.

– Я... Я понял, госпожа. Сделаю всё что смогу.

Пятясь, бургомистр быстро покинул зал, а Демон Природы, задумчиво перевела взгляд на десяток корчащихся тел. Именно эти люди оказались виновными в эпидемии, часть занималась контрабандой, торгуясь с иноземцами и именно от них пришла эта зараза, другие же банально попытались скрыть трагедию, дабы, как они думали, избежать наказания. Она всего-то за час нашла виновных и дала соответствующее им наказание.

Арвиль подошла к окну и выглянула на улицу. Увиденное не впечатляло, лишь несколько домов. Убогое зрелище.

Глаза Демона Природы засверкали лазурью и нефритом, а затем она узрела град с высоты птичьего полёта, с самых разных ракурсов. Вот теперь городок, в десять тысяч жителей, был как на ладони. Частично каменные, частично деревянные здания, хаотичная застройка, грязь и снующие туда сюда смертные.

Да. Он всё ещё казался убогим, грязным городишком, который населяли тупые люди, что страшились Арвиль, думая что она принесёт им смерть, а не спасение.

Они даже не понимали оказанной им чести.

С другой стороны, весьма печально, что подобным занимаемся лично мы. К сожалению, наших экзекуторов слишком мало, чтобы всё контролировать. Приходится разминать лапы.

И не говори, мы, буквально воплощение магии, древнее оружие, а вместо разрушения пытаемся создать новое общество, посадить новый прекрасный лес, посреди зловещей чащи. Но даже наши подданные, которыми мы милостиво правим уже более десяти лет бояться принять на себя ответственность, опасаясь нашего гнева. Корни гнили! У нас и правда ужасная репутация.

Возможно, нам стоит больше вкладываться в позитивный имидж. С другой стороны, десять лет назад всё было куда хуже, надо с оптимизмом смотреть в туманное будущее и верить в лучшее!

Арвиль раздражённо отмахнулась от мыслей Зентреба и сосредоточилась на городе, смертных она теперь зрела, как многочисленные красные точки, свет которых пробивался сквозь стены и расстояние. Слегка изменив зрение, Демон Природы узрела и заражённых, примерно четверть населения оказалась охвачена болезнью, к счастью для них, по большей части начальной стадии.

Да и сама болезнь являлась разновидностью чумы. В обычных условиях они бы убила примерно две трети населения, однако из-за того, что ещё несколько лет назад Погибели распространили созданную ими болезнь, которая повышала иммунитет, смертность должна была быть в разы меньше. Демон Природы собиралась уменьшить жертвы до минимума.

Прибывшие вместе с ней экзекуторы и войска, в числе более десяти тысяч солдат, установили в городе жёсткий карантин, запретив выход и вход в город, после чего стали обустраивать госпиталя и больницы. Для них всё происходящее являлось тренировкой их умения держать население под контролем, а так же их дисциплины. Армейские доктора должны были показать максимум своих умений.

Впрочем, главную роль всё равно была уготована Демону Природы, которая могла в одиночку заменить не только маленькую армию, но и десяток крупных больниц.

Для всех остальных, хоть они этого даже не подозревали, все последующие события станут всего лишь масштабной тренировкой и проверкой, по итогу которой многое станет ясно.

Настоящие же испытания их будут ожидать на территории орочьей Империи, если конечно остальная часть Арбитров не заартачится.

Глава XXXVIII Подготовка и будущее

Король Альфредо II и новый верховный жрец Пакот несколько нервно шли по хорошо освещённому зелёным светом коридору крепости Погибелей. На стенах висели гобелены и фрески. Изредка им попадались слуги, спешащие по своим делам, как правило люди, но иногда нежить или големы.

Первый, высокий статный блондик ступал уверенно, хотя в глубине его голубых глаз таился страх, второй же слегка сутулый лысый мужчина лет сорока двигался неуверенно и нервно.

Оба бывали здесь не в первый раз, однако привыкнуть к такому им казалось невозможным. Вся цитадель, стоящая на вершине горы, под которым и раскинулись Ледяные Сады, кипела силой Погибелей, давила их мощью, буквально сводя с ума редких гостей.

Они не представляли, как это выдерживают местные. Неужто они и правда сумели привыкнуть к всепожирающему голоду Таклисса, невыразимой ярости Папира, холода Зентреба, охватывающему саму душу и вгоняющие в уныние и хандру... Присутствие остальных демонов тоже давило, но это тройка была худшей в этом плане.

Даже пахло тут... странно. Противоречиво. Смесь морозной весны, неуловимая тяжесть воздуха глубоких шахт и в тоже время лёгкость неба. Голодное отчаяние, опустошение духа и ярости, призывающий разрушать всё живое.

Всё это противоречивое месиво чувств, запахов незримо давило на душу, на разум.

– Никак не могу к ним привыкнуть, – пожаловался глава Храма, крепкий лысоватый мужчина с простецким лицом. – Мне стыдно признаваться, но если бы у меня была возможность, я бы перепоручил это своим подчинённым.

– Мы согласны с вами, – кивнул господин Хароса. – Не представляю, как леди Эллейн выдерживает с ними каждое собрание, ведь каждый из них смотрит на нас и мы чувствуем их желание убить нас... Хотя нет, не удачный пример. Леди Эллейн удивительная женщина и великий правитель, скорее мы должны удивляться, как здесь выживают местные слуги.

– Вот-вот! И это не говоря уже о кошмарном давлении их магии! Я уже не молод, мне целых сорок три года и после каждой встречи с Зентребам я кашляю и дрожу, будто побывал без меховой одежды посреди жестокой зимы...

Он оборвал себя, поскольку коридор закончился. Альфредо, после секундного колебания открыл тяжёлые двухстворчатые двери и вошёл в зал собрания, после чего облегчённо выдохнул.

Погибелей пока не было, а вот та с кем он хотел поговорить тет а тет уже пришла и беседовала со своим приживалой.

Генрих, происходил далеко не из самого знатного рода, но считался способным. В начале был герольдом Бульонского, а затем умудрился стать доверенным лицом эльфийской королевы, а спустя ещё какое-то время её мужем и принцем-консортом.

Пронырливый гад.

На его месте должен был быть Альфредо! Через династический брак они бы объединили свои земли, и даже Погибелям бы пришлось считаться с ними, куда больше чем сейчас! Может даже и правда считать равными себе.

Его нынешний брак с графиней тоже был выгоден, но он не доверял ее отцу, чьи давние связи с Погибелями вызывали опасения, да и желал большего.

Гораздо большего, чем имел сейчас. Он видел истинное могущество демонов и прекрасно понимал, насколько оно велико.

Насколько все и все ничтожно.

Большую часть зала занимал громандый стол, возле которых выделялись девять роскошных тронов, и два десятка попроще.

Старшие и младшие участники совета Арбитров.

– Ваше Величество, Ваше Преосвященство, –широко улыбнулась королева Таинственного Леса поприветствовала она их. – Рада видеть вас.

– Именно так, – подтвердил Генрих, даже не пытаясь поклониться, пользуясь тем, что он принц-консорт.

А ведь его настоящий титул всего лишь баронский! При этом без земли, поскольку он даже не старший сын! Наглый паразит!

– Мы так же рады видеть вас, владычица Эллейн, – ответил Альфредо. – Ваше присутствие словно светлый луч посреди царства тьмы. Оазис посреди безжалостной пустыни!

Генрих рядом чуть слышно хмыкнул, выражая своё отношение к королю и его прямолинейным комплиментам, но не более того.

– Приятно слышать столь добрые слова, Ваше Величество,– вежливо ответила та.– И так же рада видеть дружелюбное лицо, среди мрачных теней. В той мере как и вас, ваше преосвященство.

Альфредо слегка посмурнел, Пакот же быстро сказал:

– Да благословит вас Триада Богов и будет путь ваш лёгок, королева Эллейн. И вас принц–консорт. Где же богом... Кхм... Дорогие хозяева этого места этого скорб....Кхм. Славного места?

– Это знание скрыто от меня, проводник воли Триады. И это вводит меня в смущение, обычно они не опаздывают, гордясь своей пунктуальностью. Нет, – покачала она головой, не давая слово жрецу. – Они вовсе не показывают так свой высокий статус, им подобные жесты кажутся ничтожными, сравнивая нас с муравьями. Не открыто, конечно, может даже они прячут это от себя, но таковы их истинные мысли.

– Одно из немногих их достоинств, – обронил Генрих. – Они хотя бы пытаются. Некоторые не делают даже этого, имея на подобное поведение куда меньше прав.

– Мы слышали о случившимся в Таинственном Лесу? – произнёс Альфредо, игнорирую намёк от принца-консорта и переводя тему разговора. – К нашему глубочайшему сожалению всё произошло так внезапно и, к своему позору, мы никак не смогли вам помочь в тяжёлую пору.

– Ваше вмешательство в любом бы случае было бы излишним, ибо это внутреннее дело эльфов, однако я благодарна. Приятно знать, что король Хароса наш добрый союзник и друг. Сейчас положение стабильно, верные мне кланы контролируют весь Лес, пострадавшая Киэль уже почти оправилась от ран, в том числе и благодаря Демону Природы. Немногочисленных мятежников же преследует Вепьян, показавший верность и удивительное благоразумие.

– Удивительно, насколько более мудрым он стал со времён нашей первой встречи, – несколько ностальгические усмехнулся Генрих.

– Я и мои жрецы помолимся за ваш успех, – вяло произнёс Пакот, снова зябко передёргивая плечами.

Он не слишком хотел помогать Эллейн, которая на своих землях провозгласила свободу вероисповедания. Последнее очень сильно раздражало Храм, ведь теперь иноверцы, еретики, частенько бежали на её территорию и находили там убежище.

Если бы не Погибели и репутация самой Эллейн, то Храм давно бы объявил священный поход против еретиков. Даже ослабленный из-за неудач последних лет, он всё ещё представлял собой мощную силу, громадные богатства и земли, авторитет среди знати и простонародья, всё это обеспечило Пакоту место среди тех, кого демоны позвали в свой совет.

Учитывая что двое его предшественников погибли из-за демонов, он решил не становиться третьим. В глубине души Альфредо, да и сам Пакот, подозревал, что и к его избранию приложили лапу эти монстры, зная какой трусливый он сделает выбор. Выбор сдаться, а не сражаться.

С другой стороны подобный выбор сделали почти все из присутствующих кроме Эллейн, чем и заслужила место среди Погибелей.

– Мы не могли не заметить отсутствие остальных Арбитров, – решил поднять животрепещущую тему Альфредо. – И мы удивлены, обычно они не опаздывают и пребывают ран...

Двери раскрылись и в зал вошла юная рыжая девочка с удивительно безразличным лицом, обведя всех равнодушным взглядом она молвила:

– Приветствую.

Альфредо с трудом удержался от того чтобы поморщиться. Юный вид Ольхи всегда вызывал у него вопросы, а её поведение - раздражение.

Да, она была Арбитром, чудовищем, способным убить его движением брови, но надо же оказывать хоть формальное уважение, даже остальные демоны его проявляли. А она даже поздоровалась буквально одним словом.

Генрих и Эллейн тем временем кивнули ей, а жрец что-то буркнул, смотря на нежить со страхом и неприязнью.

– Вы сегодня без своего летающего артефакта, Демон Енотограда, – констатировала Эллейн с лёгкой неприязнью, не забыв действия новоприбывшей в Таинственном Лесу.

– Согласно исследованиям древних магов для поддержания тела в тонусе и его лучшего развития необходимо периодически подвергать его различным нагрузкам.

Генрих закатил глаза, а Эллейн почти вежливо произнесла:

– Я более чем уверена, что исследования тиранов касались живых существ, но никак существ с иной стороны.

– Говоришь как Таклисс, – равнодушно ответила Ольха. – Он тоже постоянно пытается говорить вежливо, по получается нечто, что иначе как «почти вежливо» и не назвать. Не будь как он. Будь лучше, благо это не трудно.

– Трудно относиться с уважением, учитывая как ты повела себя не так давно.

Верховный жрец кашлянул:

– Ваши диалоги очень интересны и важны, владычицы Леса и Смерти, но хотелось бы узнать, когда прибудут чудо... Кхм, остальные Арбитры?– он слегка зябко и нервно передёрнул плечами, после чего ещё нервно протёр рукавом лысину. – Я бы хотел вернуться к своим делам, как можно быстрее.

– Забота о здоровье важна, – перевела на него равнодушный взгляд Демон Енотограда.– Вам же следовало бы тоже этим заняться, иметь избыточный вес в ваши годы противопоказано медициной, а главное не выдумывать новые титулы.

– Мои боги говорят другое. Так когда прибудут другие чудови... Кхм. Арбитры?

– Мне стоит извиниться, – неожиданно сказала Ольха. – Я напутала расписание нашей встречи и вы все прибыли раньше на один час семь минут, остальные Арбитры прибудут раньше, – она равнодушно посмотрела на собравшихся и добавила, сложив рки в замок. – Прощу прощения. Я уже распорядилась принести чай и десерт, дабы вы, дорогие гости, могли восполнить свою энергию. А пока мы ждём, послушаем весёлые истории в моём исполнении.

– Какая нелепица, – устало сказал Генрих, присаживаясь на край трона Эллейн под неодобрительный взгляд Альфредо II.

– Первая весёлая история. Зентреб проиграл в споре пять лет назад и должен был исполнить желание одного барона, но поскольку барон ему не нравился, то он сказал следующее: Я исполню любое твоё желание, в разумных пределах, но твой сосед получит в двое больше. Чего же ты пожелаешь смертный? Барон походил, подумал, а затем заявил: Выколи мне глаз.

Немного подождав она добавила:

— Конец. Можете смеяться и хлопать в ладошки.

Всё это маленькая мёртвая девочка говорила предельно равнодушным тоном.

– А, теперь мы поняли, кто ослепил графа Остана Пасхого и выколол один глаз барону Торону из рода Медра, – пробормотал Альфредо.

– Это будет долгий час, – констатировала тем временем Эллейн, постукивая пальцами по столу.– Почему в ладошки? Разве ты обычно не говоришь «аплодисменты»?

Ольха важно подняла палец вверх:

– Я выгляжу как ребёнок, поэтому иногда надо говорить как ребёнок. Кстати про детей. Весёлая история номер два. Знаете что такое обратный экзорцизм? Это когда демон пытается уговорить священника из ребёнка. Конец. Надеюсь вам нравится? Глава Храма, попрошу не обижаться.

Почему-то подняла она не указательный палец, а большой.

– Шутки Зентреба и Арвиль теперь мне не кажутся такими уж плохими, – признался Генрих, пока остальные отводили глаза, внутренне умирая.

– Мы не думали, что подобный день настанет, однако наши мысли сходятся, словно две реки, – произнёс Альфредо II, пытаясь подражать эльфийской речи.

– Похоже у меня не получается развлечь вас уморительными историями, – равнодушно, имитирую понурость, сказала Ольха. – К счастью у нас ещё есть один час и четыре минуты. Уверена, скоро я нащупаю темы, которые вызовут ваш смех. Весёлая история номер три...

На счастье смертных остальные Арбитры стали подтягиваться гораздо раньше. И не только они, прибыл неизвестный королю представитель гномов, повелитель вампиров Сократ и вождь кентавров Кол.

Сегодня собрались все влиятельные лица, согласившиеся на сделку с Арбитрами, отдав часть своей свободы за безопасность, могущество и власть. Даже прибыла ещё одна фея, высших дух Таинственного Леса.

А затем начали прибывать и Погибели.

– Приветствую, смертные кус... – почти вежливо сказал Таклисс, проходя сквозь дверь и запрыгивая на свой трон.– Ладно, попробую быть вежливым. Приветствую ва.. Гх. Просто смертные.

– И ты здравствуй, Демон Голода, – равнодушно произнесла Ольха. – Я как раз рассказывала весёлую историю под номером сорок семь. Она была про то, как Арвиль приняли за куртизанку, а тебя за бежавшего из цирка карлика.

– Ааа, так вот почему эти ханурики выглядят такими хмурыми, кислыми и уродливыми. Даже больше чем обычно. Мне почти жаль вас, убогие создания. Почти.

– Вы так добры, Арбитр Таклисс, – позволила себе небольшую шпильку Эллейн.

– Я знаю.

Остальные Погибели тоже не заставили себя ждать, появляясь один за другим. Явился демон Гнева Папир, кипя яростью и одаривая всех кровожадным взглядом.

Параллельно он рисовал картину с помощью телекинеза.

Явилась Демон Магии Кассандра, прямо на ходу продолжая удалённо проводить какой-то эксперимент.

Пришли Зентреб и Арвиль, время от времени загадочно улыбаясь и издавая смешки. Правда настроение Демона Природы явно слегка ухудшилась, когда она увидела рыжую фею, которая тут же послала воздушный поцелуй Зентребу.

Альфредо от этого натурально опешил.

Нисерх явился последним и все присутствующие смертные сразу подобрались, их уже давно предупредили остальные Арбитры о возросших возможностях одного из них, что в общем-то сильно удивило Альфредо, уж он бы такой козырь приберёг.

Эллейн называла это жестом доброй воли и демонстрацией благожелательности, но король с сомнением отнёсся к её мнению. Разумеется он уважал и восхищался королевой Таинственного Леса, безответно любил ее, но ее мнение не было для него истинной в последней инстанции.

— Как славно, что все мы здесь сегодня собрались, — равнодушно пропела Ольхаа.— Для меня честь открыть сегодняшнее собрание.

Едва она это произнесла, то белый шар висящий над столом засиял и Альфредо, да и остальные присутствующие смертные, смогли нормально дышать, не содрогаясь от чудовищных аур собравшихся монстров.

Удивительная вещь, видимо новое творение Демона Магии. Её мастерство и правда божественно, хоть она и демон.

— Не все,— слегка сумрачно произнесла Кассандра.— Ревмарк, Демон Камня, отсутствует. Опять. Ну почему он, а не я?

— У него проблемы с ментальным здоровье,— ответил Нисерх с нотками раздражения.— Ты же абсолютно здорова почти во всех смыслах. Поэтому он лечится, а ты здесь.

— Не будем тратить время на пустые споры, друзья!— яростно рыкнул Папир.— Ведь сегодня великий день о которым будут помнить еще сотни лет! Сегодня все изменится!

Альфредо II ощутил беспокойство, почти инстинктивно он потянулся к эфесу меча, но почти сразу взял в себя руки. Остальные не демонические участники совета так же напряглись, включая древнего вампира и лича. Лишь королева эльфов и её консорт сохраняли полное спокойствие и даже слегка скучающий вид.

— Мы не собираемся никого убивать, — закатила глаза Демон Природы. — Не нужно быть Нисерхом чтобы понять о чём вы сейчас подумали.

— Это слегка разочаровывает, — кивнул Зентреб. — С большей частью вас мы давно знакомы и не давали повода усомниться в наших обещаниях. Пока вы прилежно выполняете свои функции не совершаете фатальных ошибок, а главное сохраняете лояльность – мы вас и когтем не тронем. Более того, приложим все силы для помощи. Уничтожение ваших конкурентов, деньги, ресурсы, войска, артефакты и многое другое. И каков результат, слегка туманное предложение и вас всех охватывает дрожь. Это заставляет нас грустить.

– Мы ценим вашу помощь, Арбитры,– первым высказался Альфредо, делая вид, что просто хотел почесать коленку, а не схватиться за клинок.– Однако мы должны заметить, что трудно не испытывать подозрения и страх в компании существ способных убить любого из нас движением когтя. И у которых просто ужасная репутация мирового... Зла.

– Зла! Очень зла! – передразнил его раздражённый Таклисс. – Какие же вы зашоренные смертные.

– Отчасти справедливое хоть и неточное замечание, – произнесла тем времени Ольха. – Мы возьмём это на заметку. Однако обсудим это позже, вначале объявление.

Демон Гнева тут же встал и все взгляды скрестились на чудовище, которое так и пылало яростью.

– Теперь к делу, дорогие друзья, – пророкотал Папир. – Милостью остальных Арбитров мне выпала честь сделать это объявление и донести до всех присутствующих, кто пока мучается в неведенье, о главной вести! Уверяю вас, ваши беспокойства излишни, и сама новость порадует ваши сердца и наполнит блаженством разумы! Ведь сегодня, наконец-то, вы все получите статус младших Арбитров и право голоса на наших основных собраниях! С этого дня вы сможете влиять на всё! Разве не прекраснейшая весть, дорогие друзья?

Сделав паузу на пару секунд и обведя всех собравшихся своим гневным взглядом он продолжил:

– Мы долго обсуждали эту тему кулуарно, решая стоит ли это того, не скрою, это был тяжёлый выбор, ведь сейчас у нас девятерых по сути абсолютная власть... Во многих смыслах. Однако после тяжёлых споров, которые разбивали мне сердце, мы пришли к согласию, что во имя большей стабильности и верности. Конечно, – Демон Гнева вскинул указательный коготь. – Ваши голоса не будут столь ценными, как наши. Голос младших Арбитров равняется половине голоса Арбитра.

Альфредо быстро посчитал присутствующих. Шестеро. Мало. Слишком мало. Даже если они объединятся, их голоса будут составлять лишь треть голосов бессмертных монстров и Эллейн.

Вполне ожидаемо, демоны не за что бы не отдали им слишком много возможностей.

Поверитель вампиров Сократ, как тень переместился к верховному жрецу и что-то начал обсуждать, да и остальные тоже начали перешептываться, обсуждая свой новый статус.

– Если возможность сменить статус на Арбитра, – осведомилась рыжая фея, явно спрашивая Зентреба.

– Очень просто, – ответила Арвиль, чуть улыбаясь. – Для этого достаточно быть правителем достаточно важной территории, обладать достаточным могуществом и большим сроком жизни.

– Я говорила, что хватило бы и управленческий навыков, – недовольно произнесла Эллейн. – Но остальные не согласились.

– Теперь у вас, моя дорогая Эллейн, несколько больше шансов, – яростно-довольно пророкотал Папир. – В наших рядах прибавилось и, надеюсь мы сделали главный шаг к балансу интересов всех присутствующих. Я искренне надеюсь, что это будет тем фундаментом, на котором мы создадим по настоящему крепкое общество!

– Тем более было бы странно, что у правителя нет способностей хорошего, ну или хотя бы не слишком плохого управленца, – быстро добавил Зентреб, который, кажется, чувствовал себя слегка неуютно. – А теперь предлагаю продолжить. Следующий вопрос на повестки - помощь Островной Империи. Итак, коллеги, что мы ответим?

Все присутствующие проявили удивительное согласие и высказались за помощь зеленокожим. Основную роль должны были сыграть войска Погибелей и они сами, королева Таинственного Леса пообещала прислать им в помощь несколько отрядов, заодно напомнив о обязанностях Арвиль и Зентреба на её территории, Альфредо же вызвался прислать припасы, вспомнив что в Островной Империи всегда остро стоял вопрос продовольствия. Территории пригородной для земледелия там было не слишком много, куда больше гор.

Собрание длилось ещё долго, кроме вопрос с орками, обсудили территориальные споры между людьми и эльфами, вопросы реформирования религии, вопрос изъятия земель у знати Хароса и конечно же новых кандидатов на младших Арбитров, особо рьяно, их проталкивала даже не Эллейн, а Кассандра, при этом по довольно тривиальной причине, она хотела собрать группу поддержки, дабы протолкнуть решение о самоотводе и больше не приходить.

Кандидатов впрочем было не слишком много, какой-то орк Пач, которого Ольха и Кассандра называли ведущим специалистам по духам, возглавляющим какой-то отдел в их ведомости по изучению магии, представителя Островной Империи, лича Золдора, ещё одного якобы учёного. Хотя он называл себя подрывником. Его предлагал Таклисс.

Рыжая фея напоминала о своих сёстрах, которые обладали достаточным могуществом, дабы войти в число младших арбитров. Сократ об одном из своих птенцов по имени Август, утверждая что раз он держит в своих руках Пронт, хоть и под опекой, до достоин получить повышение.

Было даже предложение повысить одного из экзекуторов, этих фанатиков, служащих демонам в качестве боевой силы. Папир предлагал какого- то Ролена.

Альфредо не знал и ничего не слышал почти ни о ком из предложенных кандидатов.

Сам он предложил... Никого. У него не оказалось ни одного даже условной подходящей личности.

Как-то даже обидно.

Глава XXXIX Ультиматум

Я оперся на фальшборт и умиротворено посмотрел на глубокие синие воды. Вдалеке небо постепенно заволакивалось чёрными тучами, Арвиль стояла рядом ловя взглядом пролетающих птиц или плывущих в воде рыб и на секунду беря их под контроль. Таклис где-то шнырял, а Папир стоял возле самого носа, о чём-то беседуя с адмиралом Крайгом из рода Таксоноров. Экипаж же всеми силами пытался держаться подальше от нас, самое удивительное что у него это успешно получалось.

Флот из шести боевых кораблей и несколько десятков транспортных неторопливо пробирался сквозь северное море. Даже после прекращения Вечного Шторма кораблям опасно было ходить в этих водах, непредсказуемая погода жестоко наказывала смельчаков. Ледяной ветер, яростно, словно голодный до плоти живых мертвец, бил по лицам экипажа, угрожая скинуть их за борт и перерасти в бурю.

К счастью наш флот состоял из паровых судов, на которых находились четверо Погибелей, шторм не был критичной опасностью, скорее лёгким неудобством для экипажа и развлечением для нас.

Симбиоз высшей магии и примитивных технологий творит чудеса, делая даже ярость природы почти безвредной!

Хотя, конечно, вглубь зарождающейся бури корабли лучше не заводить.

Они не настолько крепкие, в отличие от нас.

Примитивных технологий? Звучит высокомерно, ничего лучшего мы не видели, так с чего бы они примитивные?

Ты права, любовь моя, однако я уверен смертные прорвали плотину и через век технологии не будут уступать магии.

Сомневаюсь. Да и пассаж твой, явное преувеличение. Гордыня, мой любимый Зентреб, погубит тебя, да и всех нас. Да, тяжело жить, когда каждую мысль кто-то слышит.

Я о таком не говорил и даже не думал! Я специально следил за этим!

В моей голове прозвучал тихий смешок и я тоже чуть улыбнулся. Иногда наша связь и правда нас тяготила, особенно в редкие минуты ссор, скандалов, мелкой несостоятельной ревности...

Кхм-кхм

Ошибочного флирта.

– Опять болтаете, клоуны, – раздался раздраженный голос Таклиса. – Как же раздражают ваши безмолвные разговорчики... Вы небось там небось сюсюкаетесь, шуты. Зентребушка, Арвилюшка, уту-пути. Отвратительно. Просто отвратительно. За мной оба, адмирал Крайг в затруднение.

– Кто? – осведомилась Арвиль. – О ком ты, карлик?

– Крайг из рода Таксаноров, тупая пигалица,– с отвращение произнёс Демон Голода, после чего ещё раз повторил. – Крайг из рода Таксаноров. Запомни уже! Заточку тебе в брюхо! Я знаком с тобой столько лет, и до сих пор не верю что ты с трудом запоминаешь имена смертных... Тля, ты наверняка меня, и остальных, просто разыгрываешь!

– Нет, ей это и правда трудно даётся, – лениво изрёк я.– При чём здесь насекомое?

– Ни при чём. Я просто вынужден ругаться и ищу новые средства выражения. Это показалось уместным.

– Я подозреваю, что ты просто где-то это услышал и повторяешь как птица говорун, – с подозрением заметила Арвиль.

– Уж тебе бы, тупая ты женщина, стоило точно завалить рот! Ты даже, тля, имена запомнить не можешь! Или так смеёшься над всеми нами... Хотя это уместно, иногда мы напоминаем ублюдочный цирк на выезде! Не древние оружия разрушения, а просто грёбаные шуты! И я вынужден терпеть всех вас!

Хм, стоит ли рассказать, что в свободное время Демон Природы пытается запомнить имена смертных? Даже завела отдельную книгу где рисует лица наиболее важных смертных и помечает их именами.

В такие моменты она казалось просто милой художницей.

Нет, не стоит. Я готова делить подобные минуты только с тобой.

– Твоё мнение мне не интересно, отморозок. Ты буквально её каблук! А ты, Арвиль, его ботинок!

– Буду считать это стыдливым и нелепым комплиментом, – хмыкнул я, приобнимая Демона Природы.

– Я тоже, – кивнула та, прильнув ко мне.– Мы оба знаем что ты не хотел нас обидеть, а просто не можешь справиться со своей злой, я бы даже сказала, токсичной сущностью. Поверь, нам важны твои попытки быть вежливым.

– «Почти вежливым».

Морда Демона Голода сморщилась, пока мы смеялись, став напоминать какую-то грушу после чего Таклис как-то устало выдохнул, отвернулся от нас и махнул когтистой лапой:

– Хватит лясы точить. За мной.

Матросы при виде нашей бравой тройки спешились скрыться, а те кто не мог, сразу начинали работать быстрее и усерднее.

Иногда гораздо быстрее, чем усерднее.

Не сговариваясь мы остановились у шлюпку, чье крепление и тросы проверяли пара матросов. Обоим было лет по восемнадцать.

Оба стали работать еще быстрее, немного, а нет, много паникуя.

– Не торопитесь, смертные, –пробасил я, нависая над ними. – До шторма еще далеко. Что с этими тросами?

– Мы... Привязываем их на случай шторма, величайшие! – не смело ответил один из них.

– Плохо привязываете, убогие, – фыркнул Таклисс. – Я даже отсюда вижу что они закреплены очень плохо. Начнётся шторм и тупица схватившийся за него очень быстро окажется за бортом.

– И то правда, мой бранливый собрат, – кивнул я, используя телекинез и завязывая тросы более надёжно. – У вас, смертных, только одна хрупкая жизнь, и сейчас ваша небрежность могла оборвать чью-то нить. Хм. Не слишком ли высокопарно звучит?

Демон Природы закатила глаза:

– Слишком высокопарно, однако верно по сути. Ваши имена, смертные куски мяса?

Ты же их не запомнишь. Зачем спрашивать?

Для этого у меня есть ты, в крайнем случае у нас есть для подобного Таклис. Передадим их местному начальству, пусть даст им наряд, или как это называется? Я угадала?

Угадала.

– Учишь их, а всё равно такие тупые мелкие ошибки, которые могут стать критическими, – скрипнул клыками Демон Голода, когда мы неторопясь продолжили путь.

Мы оба синхронно издали тихий смешок, иронично поглядывая на ворчащего Таклиса.

Папира и Крайга мы нашли на носу. В рубку, увы, Демон Гнева не помещался, а поскольку менять форму давалось ему в повседневности слишком тяжело, то адмиралу и его окружению приходилось постоянно идти к нему. Как никак именно Папир отвечал за армию.

– О, вот и вы дорогие сородичи, – приветливо-яростно рыкнул он.

– Приветствую, владыки, – обратился к нам адмирал Крайг из рода Таксаноров, почтительно склоняясь и замолкая, ожидая разрешения продолжить.

– Что там у тебя за проблема возникла, смертный моряк? – лениво спросил я и внутренне поморщился.

Опять применил уничижительное обращение. А ведь мог бы просто назвать его просто моряком, адмиралом, воином или ещё что-то подобное.

Надо пытаться работать над собой и хоть иногда обращаться к смертным... Грр. Опять...

– Приближается шторм, владыки, – изрёк адмирал Крайг из рода Таксаноров.

– Опять они тратят наше время бессмысленными актами почтения, – закатила глаза Демон Природы с интересом слушая мои мысли. – Не кланься нам, адмирал, лучше поведай нам, словно ночной ветерок качающий листья... Я опять начала говорить как эльф. Просто скажи что желал, как лес желает дождя в эпоху засухи. Так, мне надо собраться.

– Тля, прозвучало это удивительно бессмысленно... И правда, чувствуется дух остроухих древолюбов, но она права. Не трать наше время, человек. Зачем тебе потребовалось присутствие сразу четверых Арбитров?

– Великие... Величайшие, – глаза адмирала забегали, и мы с Арвиль с трудом удержались от того, чтобы синхронно разочарованно не вздохнуть. – Я не смею просить вас об этом, но прошу вас позволить изменить мне курс! Да, мы потеряем немного времени, не больше пару дней, зато наш флот уклонится от шторма!

Прежде чем кто-то из нас успел прервать его словоблудие, он нервно затараторил:

– Наши моряки почти не имеют опыта на подобных кораблях, для нас всех это буквально первая полноценная навигация! А ведь впереди ещё и сражения, к которым люди должны подойти полностью здоровыми и полными сил! Вы можете наказать меня, за столь дерзкую просьбу, но прошу - выполните её!

Мы помолчали несколько секунд, выдержали паузу, после чего Таклис сказал, тщательно подбирая слова:

– Крайг из рода Таксаноров не трать наше время на такие мелочи. Ты адмирал и ты ведёшь этот флот с нашего дозволения, если бы мы не доверяли твоему мнению, то не оказали бы такую честь. Делаешь всё что считаешь нужным. На будущее, кусо...Кхм, хватит дозволения любого из нас. Все понятно, мясно...Кхм. Все понятно, адмирал?

Удивительно, как Таклис старался говорить вежливо, даже почти с уважением. Арвиль бы так не смогла. Да я и сам бы не сумел, однозначно вставив уничижительное слово вроде «смертный ». Нам надо больше работать над собой... Хотя Арвиль следует трудиться больше, ведь она демон перевёртыш, способная менять свой облик, но при этом абсолютно не способна изменять свой отвратительный характер.

Я все слышу, и вынуждена признать – обидно, но справедливо.

– Б-благодарю, – быстро сказал тот. – Ваша мудрость и вели...

– Не нужно слов, наш добрый адмирал – яростно- мягко произнёс Папир, добродушно нависая над человеком и смотря на него глазами полными безудержного гнева. – Иди, отдай соответствующие приказы, ведь грозный шторм надвигается и наш доблестный флот может пострадать от его буйной неистовой природы.

– И смысл было нас всех созывать ради такой мелочи? – слегка раздражённо спросила Арвиль, когда смертный ушёл. – Папир, ты же отвечаешь за армию, сам не мог это решить?

– Почему-то доблестный адмирал Крайг из рода Таксаноров не смог попросить меня об этом, пытался целых два раза, но почему-то всё время белел и зеленел глядя в мои добрые и ласковые очи. Я даже приветливо ему улыбнулся, а он закатил глаза и чуть не лишился чувств.

Мы в троём посмотрели в буркала Папира и узрели там лишь всепоглощающую ярость и жажду разрушать. Его же пасть угрожающее раскрылась, словно обещая сожрать любого, кто подойдёт слишком близко.

– Тупой любить мазни, – сплюнул за борт Демон Голода. – Начинай, тьфу, закрывать глаза. Повязкой там, очки какие-нибудь сделай, остолоп. Ты же банально пугаешь людей! Не смотри хотя бы на них, ты же небось вплотную над ним навис! И пасть закрывай!

– Говорить издалека крайне невежливо, мой дорогой друг! Так же избегание зрительного контакта тоже не слишком вежливо! Так что в согласии с этик...

– Я не могу это слушать, и мне надоели все эти грязные смертные, – прервала его Арвиль, после чего обернулась ко мне. – Я собираюсь насладиться штормом, составишь мне компанию?

– С удовольствием, – кивнул я, и добавил для Таклиса и Папира, прежде чем спрыгнуть за борт. – Мы вас догоним.

– Удачи, друзья! Надеюсь прогулка в сердце первородной стихии пройдёт прекрасно и вы получите много приятных ощущений и воспоминаний! Главное не потеряйтесь, ведь именно ты, могучий Зентреб, будешь вести переговоры! Ни я, ни Таклис не справимся!

Я бы тоже смогла.

Ты бы в первую очередь сказала императору орков что он просто куча грязи.

И это было бы правдой!

Таклис же тем временем лишь устало махнул лапой:

– Валите, грязные извращенцы.

Последнее что я услышал было:

– Друг Таклис, мне кажется бедолага адмирал Крайг из рода Таксаноров боялся мне говорить что-то один на один, как считаешь, если я буду улыбаться вот так, смертным будет проще со мной вести диалог? Посмотри и оцени, мой добрый друг!

– Тляяя... Да это [цензура] просто [цензура]. Никогда, [цензура] больше так не делай! НИКОГДА!

***

Асарот, молодой император орков тяжёлым взглядом смотрел на входящий в гавань железный корабль. Когда-то он принадлежал проклятым иноземцем, но теперь им владели ещё более жуткие чудовища. Монстры, на сделку с которыми пришлось пойти ради спасения Империи. Остальной их флот остался в море, не собираясь заходить в гавань, и уже выстроился в боевой порядок, показывая что готов к сражению, если орки атакуют высадившуюся делегацию.

Иронично, конечно, но главные боевые силы Погибелей не находились в этих технологических чудовищах, забранных у иноземцев.

Самым страшным оружием являлись они сами.

Битва десятилетней давности, где демоны разбили людей и орков это отлично подтвердило. Чудо, что людям с помощью эльфов в дальнейшем удалось удержать свою столицу и заставить одну из демонов отступить.

И сейчас четверо чудовищ вступили на святую землю орков, их встречал почётный караул, а из-за портовых зданий выглядывали любопытные и напуганные жители города. Ту самую землю, на которую лапа чудовищ никогда не вступала, ведь орки находились далеко на востоке, от мест где бесчинствовал Повелитель Демонов.

Асарот почувствовал скорбь и горечь, которые впились в него подобно проклятому клинку.

Зентреб, Демон Льда, под лапами которого сама земля леденела, воплощение Холодной Смерти. Он принял человекоподобный образ, обрядился в роскошные одежды иноземцев, ступал на трость, а в глаз зачем-то вставил какое-то стекло. Вроде бы иноземцы называли это монокль.

Арвиль, Демон Природы, искажающая и превращающее в чудовищ обычных животных и растений. Она представала в виде прекрасной зеленоволосой хрупкой эльфийки, за спиной которой виднелись крупные крылья. Лишь скучающее лицо, с которого не сходило презрительное выражение портило образ невинной девы да роскошные, но уже какие-то потасканные одеяния.

Асарот не понял, как такое возможно, но решил не заострять на этом внимание.

Таклис, Демон Голода, чудовище возле которого всё живое медленно умирало, гния заживо. Не смотря на мелкий вид, он вызывал больше опасения, казалось, что просто его вид потихоньку вытягивал жизненную силу. На себя чудовище нацепило мантию шамана гоблинов, а на поясе виднелись пара револьверов.

Последний из них, Папир, наверно был самым ужасным. Демон Гнева, выглядящий как жуткая смесь дракона и медведя, одно присутствие которого заставляло испытывать невероятную ярость, желание схватить топор и расколоть голову ближайшего живого существа. Убить первого попавшегося. Он в целом обошёлся без одежды, разве что на лапах были какие-то железные обручи, а за спиной железный ящик.

Их свита, состояла из людей числом в три десятка, шла за ними.

Сам Асарот расположился на троне в окружение знати. Несколько сотен воинов выстроились в почётный караул, и ещё больше скрывалось на всей территории порта, готовясь дать бой демонам, если они замыслили предательство. В обычных условиях он бы дожидался во дворце гостей, будь они даже венценосными, но Погибели... Оскорбить существ такой силы и статуса он не хотел, поэтому лично вышел встречать их.

– Император Асарот III, владыка Островной Империи и хозяин прибрежных городов приветствует могущественных Погибелей, – тщательно скрывая страх сказал глашатай, ибо владыки не представляются сами. – Как хозяин сей земли милостивый император обещает защиту и безопасность гостям.

На секунду показалось будто Ледяной Демон и Демон Природы иронично улыбнулись, а вот двое других остались безучастны. Папир так и продолжал излучать ярость, Таклис явно скучал.

Впереди выступила фигура, юная девушка в чёрном плаще с капюшоном, и произнесла:

– Великие Арбитры, несущие мир и справедливость нашей израненной земли, приветствуют славного императора Асарота III, будучи гостями его величества, они обещают не вредить и соблюдать законы гостеприимства.

Вот и всё, ритуальные фразы, которые уже сотни лет не использовались, сказаны. Никакого долгого этикета, никакого перечисления титулов, ибо это не то, что нужно при встрече древних демонов, хотя пара советников настаивала.

В гробовой тишине молодой император и древние монстры направились во дворец. Ни простонародье, ни элита, ни даже сам император не знали, верный ли выбор они сделали? Правда ли Погибели это меньшее зло? Стоил ли пытаться с ними договориться?

***

– Как видите, мои дорогие собраться, вся империя ощущает острую нехватку ресурсом и это традиционная проблема, поэтому даже в столице дома, как правило, делаются исключительно из дерева, поскольку сырьё для кирпичей трудно достать на ограниченной территории. Кроме того это дорогой материал, а большая часть населения, земледельцы, которым не хватает земли для пропитания, это в общем-то основная причина экспансии орков на континент. Они желали получить новые территории полные ресурсов, вполне понятные желания, так ведь, мои добрые друзья?

Пока наша процессия шла, Демон Гнева, неторопливо рассказывал нам интересные, как ему казалось, факты об островной Империи.

Со стороны наша процессия явно вызывала удивление, недоверие и конечно же страх. Спереди шли воины, за ними император в паланкине и мы, затем наша свита и замыкали всё это опять же солдаты орки. Мало того что лично Асарот вылез встречать гостей, так и сами гости и правда оказались ужасающими Погибелями.

– Заодно я отмечу, – продолжал вещать Демон Гнева, продолжая. – Что конкретно в этом регионе наша репутация не так уж и зловеща, поскольку так называемый Повелитель Демонов, чьими частями мы являлись почти тысячу лет, банально не забредал так далеко на восток, на эти острова. Главная причина - малочисленность местного населения и его, обидно так говорить, убогость. На мой взгляд крайне иронично, ведь именно это их спасло от его программы, которая предусматривала уничтожение экономических центров и точек пересечения торговых путей.

– Да-да, мне невероятно, тьфу, интересно, – брезгливо произнёс Таклис. – Я не пойму, как им удалось, так быстро, всего за несколько лет, изменить свою армию и даже общество? Они же грёбаные тупые дикари!

Я посмотрел на огнестрельное оружие охраны Асарота, глянул с помощью Арвиль на город сверху, заметил железные дороги и пыхтящие чёрным дымом заводы и засомневался в оценке Демона Голода.

– О, а это совсем просто, дорогой брат!– увлечённо начал рассказывать Папир. – И лучше воздержись от такой субъективной оценки, это слишком предвзято, а мы подобное осуждаем! А теперь отвечу на твой вопрос. По сути абсолютная власть императора и верховной аристократии, высокий авторитет среди простонародья и грамотная подача реформ. Ах да, ещё традиционная клановость и верность. Этот зеленокожий народ может быть яростен, но в тоже время верен тем, кого считает своим лидером. Иногда, как сейчас, верен до безумия. Я искренни надеюсь что если Асарот примет наше предложение они последуют за ним, а не устроят восстание, как те же эльфы в куда более удобных для нашей дорогою союзнице условиях.

– Рабская блёваная верность.

– Ох-ох,мой дорогой собрат! Твои речи расстраивают меня... Ещё больше они бы расстроили орков, если бы только они знали язык древних магов, какое счастье что они невежественны в этом вопросе! Иначе они непременно попытались бы наказать тебя... А может и нет, всё таки они не безрассудны. Однако если они решается... Что же тогда уже нам пришлось бы окончить их жизненный путь. Воистину печальный финал, который помешает нашим отношениям с орочьей империей! Поэтому, мой дорогой собрат, прошу тебя – воздержись от слишком оскорбительных эпитетов!

– Не учи учёного, жиробас, поешь говна мочёного, – окрысился Демон Голода.

Пока Таклис и Папир беззаботно болтали, я и Арвиль внимательно наблюдали за императором, сидящим в паланкине. Его облик скрывали банальные занавески, но силуэт виднелся отчётливо. Асарот не двигался и тщательно изображал статую, как и требуют того местные традиции.

Владыка должен быть непоколебимым и стойким словно скала.

Со стороны он таким и казался.

Но мы зрели запах его страха. Слышали неуверенность в его фигуре. Чувствовали хаос в его мыслях.

Асарот привёл нас в свою империю, собирался заключить договор, но, как и любой другой смертный, не мог нам доверять и сомневался.

Любой бы на его месте ощутил такие же эмоции.

Вскоре показался императорский дворец. Асарот придя к власти слегка перестроил его, ведь девизом его правление было обновление, не желая становиться нашей жертвой, объединенной мощи эльфов и людей или тем более иноземцев. С этой целью он усердно проводил реформы, модернизируя общество и пытаясь скопировать технологии иноземцев, он желал и нашу магию, но её получить оказалось труднее.

В дворце не оказалось единого стиля. Одни здания сохраняют дух древних орков: изящные деревянные конструкции, изогнутые черепичные крыши, тонкие бумажные перегородки, за которыми таятся покои, наполненные ароматом сандала и лака. В интерьерах — татами, раздвижные экраны с росписями, ценные породы дерева, полированные до зеркального блеска. Всё это дышит традицией, напоминает о сакральности императорской власти.

Но рядом — совсем иное. Появляются постройки, в которых орочий каркас сочетается с иноземными деталями: массивные оконные проёмы, каменные или кирпичные фасады, лепнина, колонны. Это отголосок курса на модернизацию: после страна активно перенимала новые технологии, науку, даже частично устройство общества, а вместе с ними и архитектурные формы. В таких корпусах уже чувствуются новые веяния — стремление к симметрии, использование новых материалов по типу бетона.

Весь комплекс окружён мощными стенами и глубоким рвом. По берегам рва, мощные дубы, выглядящие удивительно гармонично на фоне изящных зданий. В стены встроены мощные башни, где лучников заменили солдаты с огнестрельным оружием и пулемётами. Внутри комплекса — тихие сады с извилистыми дорожками, прудами и каменными композициями. Идолы культа предков и духов стихий.

В воздухе витал ветер перемен...

Как же ты много думаешь на абсолютно бесполезные темы...

Мне глубоко интересно искусство, любовь моя.

Зал для аудиенций в императорском дворце конца века словно застыл между двумя мирами — древним и новым.

Тяжёлые раздвижные двери из тёмного кипариса, отполированного до шелковистого блеска, вели в просторное помещение, где воздух был прозрачен и прохладен, будто в горном храме. Пол укрывали татами, источавшие тонкий запах свежей соломы; их ровный, приглушённо‑бежевый узор задавал ритм всему пространству. По периметру зала тянулись деревянные колонны, а между ними расписные ширмы: на полупрозрачной бумаге тушью были выведены драконы, дубы, море и горные пики — вечные символы долголетия и стойкости.

В дальнем конце, на небольшом возвышении, стоял трон. Он не был похож на пышные иноземные кресла с позолотой и бархатом: это была строгая конструкция из дерева, с лаконичными линиями и едва заметной резьбой. Над троном висел балдахин из плотной ткани глубокого тёмно‑бордового цвета, расшитой серебряными нитями в узоре угадывались драконы и облака, сплетающиеся в бесконечный орнамент. Видимая простота, изящность и долголетие.

У стен, чуть поодаль от трона, располагались низкие деревянные скамьи для советников и посланников. Нарочито скромными, призванные подчеркнуть разность положения божественного императора и простых смертных.

Свет лился мягко, без резких контрастов, когда мы вступили в тронный зал, пол которого поскрипывал под нашими лапами. Таклисс ещё перед входом запрыгнул на плечо к Папиру, дабы его прикосновение не испортило чужую собственность, проявляя подобие такта.

К счастью императора ему хватило разума не устраивать переговоры в тронном зале, восседая на своём троне, смотря на нас сверху вниз.

Вместо этого мы прибыли в очередной большой зал, в центре которого находился большой круглый стол с кипой бумаг, а пол укрыт татами. Охрана осталась за дверями, советники и сам император торопливо рассаживались.

– Прошу вас, благо... Великий повелители, – обратился к нам немолодой орк носивший важный титул Голос Императора, ведь в традициях этого народа лидер их господин считался чуть ли не живым богом. Поэтому даже существовала особая должность, весьма почётная при этом, которая и передавала волю правителя.

– Ваше Величество, – вежливо обратился я к Асароту, внимательно смотря на зеленокожих. – Не нужно следовать устаревшим традициям в нашем присутствие, в своих землях вы почитаетесь как потомок бога и ваши речи недоступны простым смертным, однако мы те, кто вполне могли бы сразиться с божеством.

Некоторые орки явно были против, включая Голос, однако молодой император проявил мудрость, вскинув руку останавливая их от озвучивания недовольства, он изрёк:

– И правда, Ледяной Демон. Мы будем говорить как равный с равным.

Удивительная наглость, любовь моя! Что это зелёная мартышка себе позволяет? Я уже хочу сорвать переговоры и разорвать его, как медведь охотника!

Орки последние из тех кто не вошёл в наш альянс из тех кто заслуживает внимания. Они будут неоценимыми союзниками или малоопасными врагами, посему держи свою жажду крови под контролем, дорогая Арвиль! Будь выше этого!

Судя по скривившимся морде Таклиса, он разделял возмущение Демона Природы. Лик Папира же не изменился, продолжая излучать ярость и желание убивать. Впрочем они сдержались и никак более не отреагировали на дерзость смертного, вместо того чтобы оторвать ему голову, а затем вырезать всю их знать и столицу.

– Вы далеко неравны нам, Ваше Величество, – рассудительно заметил я, аккуратно постукивая когтями по столу. – Но это ваш дом, ваша крепость и здесь верным вам индивиды, посему мы окажем вам уважение и будем вести себя как с равным. Мало кто удостаивался подобной чести.

– Так же как слышать мои слова лично, а не через Голос, – ответил тот и я едва удержался от того чтобы не закатить глаза. Может исполнить желание Арвиль и всё таки дать себе волю? Интересно, какова на вкус кровь Асарота, который якобы ведёт свой род от какого-то оркского бога?

Нет! Не следуй моим мыслям! Держись и терпи эту дерзкую зеленокожую мартышку! Нам же нужен с ними союз! Будь выше этого!

Мерзкая плагиатка!

– Верно. Что же, Ваше Величество, леди Эллейн уверила нас, что вы готовы принять нашу помощь, и предварительные контакты это подтвердили, поэтому здесь наши войска и четверо Арбитров. Остался лишь вопрос – чем вы поступитесь ради спасения? Уверен, вы уже знаете цену, но готовы ли вы заплатить её?

– Не спасения, но помощи! – рявкнул Голос, но император вновь вскинул руку и немолодой орк недовольно смолк.

Сам Асарот ответил не сразу, пожевав толстые мясистые губы он нехотя изрёк:

– Королева Эллейн рассказала нам, что ради спасения нам придётся отдать свою независимость, стать частью вашего комлота, отдать часть своей свободы в обмен на защиту. Допустить ваших агентов на нашу территорию с правом карать, по сути стать вашими вассалами, хоть и с определёнными правами. Мы... Мы ещё не приняли решения. Я ещё его не принял.

– Сильные делают то что могут слабые терпят то что должны, – сказал я. – Эллейн не обманула вас, но мы видим, что вы не поняли каково наше истинное предложение. Веками наша несчастная земля раздиралась войнами, дрязгами страдала от гнева нашего прародителя, переживала последствия Гнева Богов и в тоже время остатки могущество былого величия защищали нас от иноземцев, но всему приходит конец. Вечный Шторм утих, мы, Погибели, обрели разум в полной мере и сейчас, когда перед нами нависла нового врага мы протягиваем вам руку помощи, не как завоеватели, но как союзники. Мы предлагаем вам, Ваше Величество, не просто стать нашими вассалами, а стать частью нового государства. Того, что будет построено на равенстве между расами и уважением. Где у владык вроде вас останется власть решать судьбу целых народов вместе с нами, нашу защиту и блага!

Смертные получат больше, чем заслуживают.

Пока. Верю, однажды они будут более чем заслуживать нашей помощи. Будем считать это авансом.

В этот раз орк молчал дольше, а его советники перешептывались. Мы скучали и ждали, пока зеленокожие решатся на разумный, но непопулярный шаг.

– Ледяной Демон красиво говорит,– взял слово Голос Императора и, дождавшись кивка Асарота, продолжил. – Но всё это пустой трёп, вы, Погибели, наследники безумного Повелителя Демонов, который нёс разрушения целую тысячу лет! Как нам знать, что это не обман? Что ваши дары истинны, а не искусно спрятанная отрава? Нам нужно больше чем речи, нам нужны доказательства вашей искренности!

Я прямо почувствовал кипящий гнев Арвиль, недовольства Таклиса, к счастью сдержаться они смогли, и не обратили смертных которые пожелали доказательств.

– И вы их получите. В качестве доказательств нашей доброй воли мы уничтожим армию иноземцев и познакомим вас с достижением высшей магии. Могуществом, которое и не снилось вам ранее. Выбор за вами, пойти в новую эпоху плечом к плечу с нами, либо же остаться за бортом истории со всем вашим народом!

Сказав это я замолчал, давая время им подумать и показывая что больше мне нечего сказать.

Орки вновь стали перешёптываться, прекрасно понимая ситуацию. Учитывая новые реалии в которых одинокие страны просто не могли выжить вариантов у них было немного. Выживать одним, надеяться на милость чужеземцев либо же соглашаться на наше предложение.

А вернее тщательно замаскированный ультиматум.

Я всё ещё считаю что вся эта дипломатия излишня!

Ты всё ещё плохо понимаешь смертных. Может быть, но лучше подсластить пилюлю, почесать когтями их эго, дать иллюзию выбора, и тогда они отдадут тебе всё. А сейчас мы и правда делаем выгодное предложение, да ещё и в вежливой форме. К сожалению смертные часто бывают иррациональны, легенды прошлого, наша репутация не позволяла им сразу выбрать нас, поэтому нам приходилось идти на такие уговоры. Ничего. Как только они прозреют, станут нашими с потрохами.

Если бы на твоём месте была я, то точно оторвала этим оркам их пустые головы. Бывают же пользы от твоего ледяного терпения. Хотя Таклис сказал бы, что ты просто сглотнул их дерзость, вместо акции устрашения, подобной пожару, пожирающему молодой лесок.

Пока мы мило беседовали орки продолжали спорить, постепенно повышая голос, наши сородичи равнодушно ждали пока смертные успокоятся и придут к решению.

В конце-концов Асарот тяжело вздохнул и сказал:

– Мы готовы. Расскажи нам больше, Ледяной Демон.