Падение Вероники

Глава 1. Падение в иной мир

Алый балдахин кровати слепил глаза и раздражал. Не белый потолок больничной палаты, а именно тканевая «крыша» с вышивкой по краям. Я зажмурился, надеясь, что это сон, лекарственный дурман, что угодно… Но золотая отделка стен никуда не делась. Уже который день она, словно страж, хранила покой этой комнаты, не давая мне закрыть глаза на очевидные и неизбежные перемены в моей жизни.

С чего все началось?

Как бы банально это не звучало, но всё началось с идиотской книги: твердая обложка фиолетового цвета с ярким золотым названием, что переливалась на свету. Достаточно модный дизайн и привлекательное оформление, а самое главное, море иллюстрации талантливых художников. Привлекательно, правда? Над рекламой там тоже постарались.

Само «великое» произведение носило название: «Падение Вероники».

Этот роман мне принесла однокурсница. Честно говоря, у неё специфический вкус, точнее, он отвратительный. Ну, кто в здравом уме купит книгу, на которую сделали кучу обзоров, в которых разнесли роман в пух и прах. Серьезно, это была очень дерьмовая фэнтези-книга, где в конце концов все сдохли по вине глупой и жалкой главной героине. Пустые, шаблонные герои, отсутствие мотивов злодеев, поверхностное описание мира. Но на удивление этот роман стал популярен на волне негатива. Каждый второй стремился купить эту книгу, чтобы убедиться в её низком качестве. Я бы охарактеризовал роман, как сказку, которую писала малолетка, чтобы «поесть стекла».

И вот «Падение Вероники» попало в мои руки. Я прочитал его за один день и ночь от скуки. В больнице нечего было делать, кроме как читать книги, сидеть в социальных сетях и иногда выползать на короткие сорокаминутные прогулки. Мне не понравилась главная героиня. Она была глупой неудачницей, из-за которой погибло куча народа, но она была очень одаренной в магии. Забавно, да? Сила есть — ума не надо.

Главный герой был слишком добрым и наивным, напоминал щенка и везде таскался за героиней, подарив ей свое сердце. Тоже не блистал мозгами и не вызывал симпатию. Его скорее хотелось просто пожалеть. Обнять, успокаивающе погладить по спине и увести подальше от этого ужаса. Его знатно потрепали в романе, но при этом он все равно сохранил в себе свет, что удивляло, зная все испытания, которые выпали на его долю.

Если кратко, то после прочтения этой книги мне хотелось её выкинуть в окно. Я был расстроен, зол и растерян. Единственным плюсом книги был авторский стиль, но всё остальное… Я бы детям такое даже не дал в руки. Только если бы меня попросили показать на примере, как не надо писать книги. Хуже, чем этот роман, я бы вряд ли что-то нашел.

Но сейчас я очень сильно хотел получить эту книгу обратно, ведь от её содержания во многом зависела моя жизнь. Клянусь, я бы отдал за неё любые деньги, да всё что угодно, лишь бы освежить память этим текстом.

Меня зовут Влад, мне двадцать один год, я студент, и это все тоже поверхностная информация обо мне. Теперь она не так важна, как сам роман, ведь я случайно застрял в этой дурацкой книге.

Каким образом? Я не знаю… Я просто не знаю… Мне всё ещё кажется, что это сон, но стоит открыть глаза, и вместо белых привычных стен и серого потолка — роскошная комната, алый балдахин кровати и золотая отделка стен. Глаза слепит от обилия всего золотого и сверкающего. Нет, я не жалуюсь, но спать здесь не могу, чувствую всю неправильность происходящего. Было бы логичнее по всем законам тупого жанра оказаться в теле главного героя или злодея, но нет. Я проснулся в теле злого короля, который умер на первых страницах сия произведения. Это даже не второстепенный персонаж! А третьестепенный или даже невзрачная массовка, что нужна для предыстории. Он погиб по глупости Вероники, и вместе с ним погибла куча народа. Всё, что я знаю об этом парне: он брат главной героини, жадный и жестокий король, который тиранит свой народ, облагая высокими налогами и упиваясь властью, любит роскошь и заботится о своей сестре. Я бы сказал даже гиперопекает её.

С Вероникой они были погодками, росли в любви и заботе, но каким-то чудом король стал тираном, а героиня доброй и наивной дурой. Автор, к моему великому сожалению, не пояснил причины таких кардинальных перемен, как и то, почему на трон усадили этого мелкого и при каких обстоятельствах его короновали? Где родители этих королевских отпрысков?

Мне же теперь в этом дерьме копаться.

Я тяжело вздохнул и отвернулся к стене. Вставать не хотелось. Что я там увижу за дверью комнаты? Глупую Веронику? Спасибо. Шанс на спасение? Увольте. Я здесь уже три чертовых дня. Может, это и мало, но не для меня. Ненавижу перемены, ненавижу непредвиденные обстоятельства, просто ненавижу изменения. Всегда приятно видеть, когда все течет в своем темпе. Соглашусь, иногда однообразие надоедает, череда одинаковых бесконечных дней заставляет ощутить всю бренность существования, но это все понятно и объяснимо. А перемещение в роман не объяснить ничем!

Тихий стук в дверь оказался неожиданным, заставил вздрогнуть и едва не подскочить. Я неосознанно подтянул одеяло ближе к груди, уставившись на дверь.

Стук повторился.

Пришлось прочищать горло и выдавливать из себя: «войдите». Наверное, я выглядел сейчас крайне глупо: вместо нормально уложенных волос — воронье гнездо, глаза перепуганы, наверняка ещё синяки залегли от недосыпа.

— Ваше Величество? — тонкий голосок служанки отразился от стен комнаты и показался мне громким. — Я принесла завтрак… Позвольте?

— Делай, что хочешь… — я лег обратно, и, видимо, для девушки это послужило сигналом.

Послышался стук небольших каблучков по шахматной плитке, а затем свет озарил всю комнату — это служанка открыла портьеры, впуская лучи солнца в помещение, а затем я услышал, как она вернулась обратно, чтобы завести поднос с едой. Она приносила завтрак каждое утро и иногда заглядывала, чтобы узнать о самочувствии короля. Один раз даже спросила, не нужен ли мне лекарь? Но мне пришлось отказаться от столь заманчивого предложения. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое, но время нельзя было остановить. Оно убывало, а я до сих пор не придумал ничего путного. Я не знаю, как отсюда выбраться. Умереть? Я не хочу умирать! Особенно, здесь. Я мог бы умереть тихой мирной смертью в своем мире, но не мучительной в чужом.

— Ваше Величество, сегодня наш повар порадует вас бифштексом под брусничным соусом, легким овощным салатом и кувшином свежего ягодного сока. — её голос звучал довольно жизнерадостно и бойко, но всё равно давил своей звонкостью.

— Можешь идти.

— Ах, Ваше Величество… — служанка замялась, и мне почему-то стало не по себе. — Не могли бы Вы попробовать и сказать свое мнение? Думаю, для повара Ваши слова были бы очень важны. Он ведь тоже переживает за здоровье Вашего Величества.

Сердцебиение участилось. Пальцы неосознанно сжали край тяжелого одеяла и почему-то отказались разжимать чертов кусок ткани. Всё ведь в порядке, это обычная ситуация, всё-таки я король, мое мнение очень важно, но у меня во рту пересохло, и умные слова покинули голову. Какое мнение? Кому вообще есть дело до жестокого короля? Так, надо собраться. Надо встать и накричать на неё. За что? Да, просто, потому что я так хочу. Я ведь злой король, мне можно, я могу. Это в каноничном характере персонажа. Но… Проблема была в том, что я не мог…

Получилось только сесть и опустить взгляд на руки, что крепко сжимали пуховое одеяло. Пальцы короля отличались от моих. Король был белоручкой, с чистой кожей без царапин и мозолей, только усеянной пурпурными веснушками. На костяшках моих настоящих толстых пальцев были царапины и следы от зубов, мозоли на фалангах пальцев, да и ногти были испорчены.

Это было однозначно не мое тело. И не моя жизнь.

Я заставил себя отцепить пальцы и взять в руки столовые приборы. Служанка стояла рядом, и её взгляд давил на меня, что непроизвольно вызывало раздражение. Но ножом я всё-таки отрезал кусочек мясо. С него брызнул сок, смешиваясь с брусничным соусом на тарелке. По структуре мяса и запаху, это, скорее всего, была говядина, хотя я не знаю, каких животных тут разводят.

— Не смотри.

— Ох, простите, Ваше Величество. — служанка тут же отвернулась, только подол юбки её слегка приподнялся от резкого движения.

Но меня это не слишком волновало. Передо мной был кусочек мяса с восхитительным ароматом. Мой рот переполнился слюной только от одного запаха. Я ведь могу просто попробовать, мне не обязательно есть все. Она уйдет только, когда я скажу свое мнение о приготовленном. Чем быстрее попробую, тем быстрее избавлюсь от неё. Все довольно легко.

Положив кусочек в рот, я всё-таки зажмурился. Вкусно! Это было так вкусно! Это было просто восхитительный вкус, по сравнению с пресной больничной едой! Сочное мягкое мясо, кисловатый соус!

— Мне… Мне нравится… — я бы застонал от удовольствия, но это было очень и очень постыдно. Служанка не обернулась, но всё же ответила мне:

— Это прекрасно, Ваше Величество, а теперь попробуйте ещё салат. Только свежие овощи!

Попробовать можно. Вообще, ради такой еды стоит жить. Не думаю, что я смогу съесть больше своей нормы, просто буду восхищаться вкусом, как можно медленнее. Я поменял вилку на ложку, набрав немного салата. Ничего эксклюзивного в нем я не увидел: помидоры, листья капусты, огурчики — обычное овощное месиво, хрустящее и свежее.

— Ты давно здесь работаешь? — не удержался я от любопытства.

Всё-таки девушка приносила мне вкусную еду каждый день, да и раньше интересовалась моим здоровьем и настроением, но я так о ней ничего и не узнал. Она кто-то вроде личной прислуги короля? Обычно в фэнтези-романах личные горничные есть у благородных девиц, про королей я не слышал. У них вроде только доверенные лица и куча дегустаторов. Правда я ещё никого не встречал. За эти три дня я видел только эту горничную, пару стражников и Веронику.

Вероника.

Она выглядела, как типичная главная героиня. Красивая зеленоволосая дева с ярким пурпуром в глазах и россыпью зеленых веснушек на пухленьких щечках. Она была чуть ниже короля ростом и могла показаться даже милой, если не знать, сколько людей она погубит. У короля же были зеленые глаза под цвет волос героини и пурпурные короткие волосы. Веснушки также покрывали его тело, но были чуть темнее волос, раздражали своим видом. Мне они не нравились, ассоциировались с сыпью, хотелось расчесать их или как-то закрыть.

Вот только закрытой одежды у короля не было. В отличие от меня, мерзляка, тот носил более открытые льняные рубашки с кучей рюшек, камней и золотых украшений. Довольно пафосная дребедень.

— О, всего месяц, Ваше Величество. Я — Айра, прибыла с южной части. — девушка поклонилась, всё ещё стоя ко мне спиной.

Я не спрашивал её о имени, зачем мне лишняя информация. Думал, похвалить её за хорошую работу, а она оказалась болтливой. Ладно, стоит брать, что дают и не капризничать. Все равно скоро умирать.

Стыдно признаться, но так же я и познакомился со своей однокурсницей. Хотел похвалить за глубокие познания в истории, а она потом стала сидеть со мной за одним столом и таскать мне книги в больницу. Жуткая девица.

Но речь явно не о ней. Надо думать, что делать. Если опустить факт скорой смерти, то все не так плохо. Я богатый и злой король, меня окружают только дорогие вещи и вкусная еда. Мм… Вкусная и качественная. Если спасти свою шкуру, то можно пожить с золотой ложкой во рту. Что там обычно делают короли в романах? Скидывают большинство дел дворянам и пируют. Иногда устраивают войны, но мне это не нужно, поэтому…

Поэтому нужно придумать, как выжить. Если я не могу вернуться домой, то должен прожить хорошую жизнь здесь. Ах, вкусная еда действительно подкидывает хорошие идеи.

Я снова опустил ложку в салатницу, но вздрогнул, услышав только глухой стук. Опустив взгляд на тарелку, я понял, что она пуста… Мяса тоже нет на месте.

От этого звука служанка тоже обернулась, радостно защебетав, но мне не было до неё дела.

— О, Ваше Величество, Вы все съели! Это так прекрасно! Я так рада, что аппетит к вам верну… Ой, Вы побледнели… Вам плохо, Ваше Величество? Мне позвать лекаря?

Я побледнел? Да, скорее всего так и есть. Не знаю… Я не мог сейчас отвести взгляда от пустых тарелок, чтобы позаботиться о своей внешности. Действительно пустых… Я всё съел? Но это невозможно… Я бы столько не осилил… Или осилил? Нет, мои порции в больнице всегда были меньше. Намного меньше. Я ел так мало, что периодически медсестрам приходилось впихивать в меня еду по средствам капельниц. Парентеральное питание было настоящим адом, никогда его не забуду. Но благодаря ему я выжил.

— Ваше Величество? — робкий голос служанки вывел меня из транса.

— Убирайся… Вон, отсюда! — тарелки и поднос полетели на пол, осколки разлетелись по всей плитки, и глухой шум оглушил все остальные звуки.

Пальцы предательски дрожали. Это всё стресс, просто всё на фоне стресса. Я просто переволновался, правильно? Переселение, смена обстановки, нежелание адаптироваться — явно сильно сыграли на моем здоровье.

Всё плохо. Всё очень-очень плохо, чёрт. Не могу собраться. Не могу оформить хоть одну мысль, в голове пусто, дрожь пробивает всё тело, хочется себя обнять, что я и делаю. Цепляюсь в плечи со всей силой, что у меня есть, пальцы наверняка оставят следы на столь нежной коже, но эта ерунда, следы всегда можно спрятать, а мою и без того шаткую психику нет.

Ванная. Мне срочно нужна ванная или что-то похожее на место, где я могу умыться и привести мысли в порядок.

— В-ваше Величество? — голос служанки заставляет как можно быстрее сползти с кровати и рвануть ко второй двери в покоях, с которых ещё никто не входил. — П-постойте!

Я дернул золотую ручку, будто от этого зависела моя жизнь. Дверь поддалась сразу и распахнулась передо мной, раскрывая свою тьму.

***

Холодная вода отрезвляет и приводит мысли в порядок. Я набираю в руки ещё немного и вытираю лицо, а затем только поднимаю голову на свое отражение. М-да, от тщеславного короля почти ничего не осталось. Из зеркало на меня смотрело бледное нечто с вымученным выражением лица и потухшим изумрудом глаз. Когда я в первые увидел свое отражение, то сильно удивился тому, насколько глаза брата Вероники яркие и живые. Они чуть ли не озарялись светом, сверкая, будто настоящие драгоценные камни. А сейчас… Что ж, я убил свет этих глаз всего за три дня. Это явно новый рекорд.

Волосы короля — темный пурпур —, словно небо от лучей восходящего или заходящего солнца, все ещё походили на воронье гнездо, если не стали хуже. А ещё эти чертовы веснушки по всему лицу. Россыпь пятнышек на светлой коже. Неужели, это красиво по мнению автора? Я тяжело выдохнул, закрыв глаза. Надо собраться. А ещё извиниться перед служанкой… Я повел себя, как ребенок… Но с другой стороны, почему я должен извиняться? Это не в характере моего персонажа. Я бессовестный и жестокий, поэтому сделаю вид, что все в порядке вещей. Пусть думают, что их правитель ещё и капризный.

Я отошел от раковины и окинул взглядом личную уборную короля. Надо попросить набрать мне ванную, после привести себя в порядок и найти Веронику. Должна же эта бесполезная девчонка сделать хоть что-то хорошее, например, в будущем не дать умереть брату? Таким образом, она станет менее безнадежной.

Я снял полотенца, а затем открыл дверь, вытирая лицо мягкой тканью. Служанка ползала по полу, собирая осколки от посуды и убирая следы моей слабости. Мне захотелось ей помочь, но я всё ещё чувствовал злость и раздражение. А ещё во мне боролось желание залезть обратно под одеяло и никого не видеть, но… Я уже достаточно пробездельничал… Такими темпами я действительно здесь умру от бездействия.

— Набери мне ванную. — горло першило и голос звучал глухо. Я потер рукой шею, ощущая, как внутри все горит. Неприятное, но привычное ощущение. — И подготовь что-нибудь из одежды. То, в чем я могу разгуливать в замке.

Как её там звали? Айра? Неважно, главное, что девчонка кивнула и ускорилась. Периодически она кидала на меня настороженные острые взгляды. Так обычно смотрели на меня медсестры, будто пытаясь подтвердить свои догадки о моем состоянии.

— Занимайся своими делами. — мне не нравились эти взгляды, они раздражали и заставляли чувствовать себя не уютно.

Я сел на край кровати с другой стороны от устроенного мною бардака, накинув полотенце на шею. В комнате стало в разы не уютнее и холоднее. Я надеялся, что мне просто так казалось из-за чувства стыда и вины за случившийся срыв. Как же унизительно. Но если сейчас буду заниматься самобичеванием, то потеряю ещё больше времени.

Хватит. Надо подумать, как спасти свою шкуру и по возможности свою страну. С книгой под рукой было бы проще провести анализ, потому что помню я только основное без мелких деталей. А как мы знаем, по закону подлости именно мелкие детали могут сыграть самую важную роль.

Итак, что мы имеем: главную героиню в лице идиотки Вероники с великим магическим даром, простодушного главного героя рыцаря из простолюдинов Хонга и главную напыщенную злодейку под титулом Королева Смерти. Первой, судя по сюжету, явится именно она. Эффектная дама. И это не считая местных психопатов — второстепенных злодеев — алхимика и лекаря, которые придут позже, но тоже доставят немало хлопот.

Отлично, если, конечно откинуть, что первая локация действий это замок короля, а первый шаг на пути становления героини — смерть её брата-тирана. Звучит безнадежно, но с этим можно работать.

Королева Смерти нападет в праздник Солнца в час золотого дракона на столицу и замок короля, если за это время я придумаю, как обезопасить себя и по возможности народ, то смогу выжить в предстоящей мясорубке.

Главное, не дать Веронике покинуть замок в ночь бала. А из-за чего она вообще его покинет? Была ли причина такого поступка прописана в книге? Черт, не помню. От этого хочется стукнуть самого себя. Не ходить же мне теперь за Вероникой, словно её верный пёс? Хотя, возможно, я могу попросить её сопровождать меня на этом балу. В фэнтези-романах это ведь допустимо? Стоит обдумать этот момент.

Тем временем в моей комнате стало тише, а вот в ванной послышался шум воды. Видимо, Айра закончила с уборкой, и я наконец-то могу побыть один и расслабиться.

Опустившись на кровать, я прикрываю глаза лишь на краткий миг…

Глава 2

Цветы в саду приятно пахли. Я не знал их названий, но они были красивые и радовали глаза. Большие, пышные бутоны разных оттенков. Цветы отличались между собой не только цветом, но и размером, формой лепестков, запахом, степенью нежности на ощупь. Больше всего мне понравились большие фиолетовые бутоны, которые напоминали пионы, но лепестки были больше, да и пахли они немного резко, если подносить близко к лицу. Их было мало в саду, и цвели они только по краям. Вероника, которая меня сопровождала, к моему разочарованию, назвала их Дурманами и сказала, что их запах защищает сад от вредителей, а двор – от воров. Странно, если учитывать, что их запах на меня не повлиял, но «дорогая» сестрица все равно с беспокойством на меня поглядывала.

— Вы просто мало его вдохнули. — пояснила позже она. — Вдохнули бы чуть больше и были бы очарованы, видя то, чего нет.

В общем, словил бы галлюцинации и сидел бы над этим цветком, как наркоман над клеем. Нет, спасибо, я переживу эту честь.

Я осмотрелся. Вероника вела меня под руку, подстраиваясь под мой ленивый шаг. Её длинная пышная юбка мешалась под ногами, и я несколько раз случайно на неё наступил, оставляя яркий оранжевый след от ботинок на салатовой ткани. Мы шли по каменной мощенной дорожке вглубь сада, где располагались небольшой пруд и давно заброшенная беседка. Вероника сказала между делом, что никто из них не заглядывал туда со смерти матери. Беседка сохранилась хорошо, за ней ухаживали, но гостей она не принимала уже шесть лет. Досадно. Наверное, мне должно быть грустно, но я не чувствовал ничего. Я просто поддался Веронике и теперь следую за ней, хоть она меня и раздражает. Как она может улыбаться так легко и беззаботно, когда на её совести гибель невинных людей, включая и её собственного брата?

От этих мыслей мне стало тошно. Не хочу умирать. Тем более из-за неё. Может, в книге и могут воспеть смерть в красивых тонах, романтизировать её, но она ужасна. Даже красивая и милая Вероника нагоняет страх, ведь от неё пахнет гибелью тысяч, если не миллиона. Кошмарный запах гнили и крови, холод, ласкающий кожу, даже взгляд Смерти нельзя забыть. Этот взгляд отпечатывается глубоким покоем на лицах умерших.

Под ногами хрустнула ветка, отвлекая меня от неприятных размышлений. Я растерянно мазнул взглядом по рядом стоящему массивному дереву, которое напоминало дуб своей кроной, и с удивление заметил, что его ветки почти касаются окна третьего этажа замка. Я плохо карабкаюсь по деревьям, но если рассмотреть это, как шанс выбраться ночью из дворца незамеченным, то… Я остановился, разглядывая его. Дерево казалось мне старым, но довольно крепким, сухие желтоватые листья редкой проседью плавно качались на ветке. Выглядело оно правда жутко, но выбирать было не из чего.

Веронике тоже пришлось остановиться, она прижалась к моей руке, опуская голову на мое плечо и тоже посмотрела на дерево. Ростом девушка была меньше короля и казалась довольно слабой и хрупкой, но я не обманывался на её счет. В этом теле таилась удивительная магическая сила и та же не прогибаемая дурость.

Рядом с ней я чувствовал себя некомфортно. В её руках нить моей жизни и не только. Это пугает до чертиков. Я бы очень хотел, чтобы моя жизнь была в моих руках, а для этого придется держать Веронику рядом. Надо придумать ещё пару путей спасения своей шкуры. Например, попробовать завязать дружбу с главным героем. Тогда в моменты опасности он ринется меня спасать, а я дам деру. Идеальный план.

Главные герои все равно не умрут, а вот я очень даже могу. Но ради вкусной еды и мягкой кроватки можно потерпеть их присутствие рядом. Правда, я совсем не умею быть милым и дружелюбным. Моя одногруппница всегда твердила, что у меня скверный характер… Но попробовать же можно?

Что там по роману вообще интересовало Хонга? Вероника, фехтование и подвиги. Не густо… Попробовать напроситься в ученики? Я король, и он не может мне отказать. Как же приятно, когда у тебя есть власть. Я прямо чувствую себя злодеем. Главное, жутко не захихикать, как во всяких фильмах и сериалах, но мысленно похвалить себя можно.

Как и начать план по завоеванию расположения Хонга.

— Сестрица, — я отвел взгляд от дерева, всё равно вернусь к нему ночью, и посмотрел на Веронику, — Не пройдешься со мной до рыцарского плацкарта? Я бы хотел взглянуть на защитников нашего королевства.

Вероника побледнела, и зрачки в её ярких глазах, что напоминали драгоценные камни, задрожали, а затем она всё-таки открыла рот, но голос её срывался:

— Вы очень жутко улыбаетесь, Ваше Величество… Рыцари, что-то натворили?

Моя улыбка тут же померкла. Вместо этого я нахмурился и отвернулся. Как же меня бесит эта девчонка. Я ведь пытаюсь быть с ней более менее добрее, чем заслуживает её глупость, а она несет какой-то бред.

— Нет, я просто хочу их увидеть, — я засунул руки в карманы и ускорил шаг, — Разве я не могу это сделать?

— Н-нет… — девушка пискнула и постаралась подстроиться под мой шаг, но у неё это выходило настолько плохо, что мне пришлось замедлиться. — Я просто очень удивилась! Позволите подготовить мне карету?

Я на минутку задумался. Вероника часто рвалась сделать что-то в угоду мне и это напрягало, но её мотивы сейчас не были важны. Пусть делает, что хочет, если меня это не обременяет. К тому же ковыряться в её голове я не намерен. Только не сейчас, когда смерть дышит мне в затылок, но позже... Я обязательно выясню, что происходит в этой симпатичной головке и чем вообще думает Вероника.

Я махнул рукой в знак согласия и она поспешила смыться. Остановившись возле куста очередной диковинки флористики, я слышал только стук её каблучков, когда она шла по каменной дорожке. Мерное постукивание затихло быстро, но фантомный звук все еще витал воздухе. Я не сразу понял, что это стучит мое сердце.

***

Рыцарский плацкарт представлял собой квадратный стадион со множеством каменных пристроек. За ними располагался небольшой «городок» с низкими крышами цвета земли. Привычных каменных дорожек почти нет, под ногами комья липкой грязи, точнее, это мокрая глина, которая крепко-накрепко пристает к моим сапогам и мешает нормально идти. Я застреваю, почти тону, с трудом вытаскивая ноги из этого месива, и ловлю сочувственный взгляд Вероники, чье платье не лучше моих сапог. Комки глины присыхают на подоле её юбки. Карета тоже увязла в глине, и кучер со слугой никак не могли её вытолкать к траве.

Вероника подала мне руку, подобравшись поближе к пышным нежно-синим кустам, и помогла встать на толстый корень дерева, которое росло рядом, раскинув ветки и корневища. Я перевел дыхание и осмотрелся. Мы подъехали близко к рыцарскому «городку», где кончилась более менее нормальная дорога, и начиналось адское месиво. Я старался не смотреть вниз, потому что мне было жалко сапоги, штаны и низ алого плаща. А ещё я сочувствовал тем, кому потом придется это стирать и приводить в приличный вид. Увязшая карета с королевским гербом семьи Секклер - белый единорог на малиновом полотне - тоже не радовала мои глаза, больше раздражала. Вероника топталась неловко за спиной, не зная, чем себя занять. Я буквально затылком чувствовал, как она заламывает руки и кидает на меня взгляды из-под густой челки, полные жалости и сочувствия. Так и хочется схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть, только боюсь, что в таком случае она повиснет у меня на руках, словно кукла. Она была странной. Я чувствовал сильное раздражение к ней, к её взглядам, словам, улыбкам. Даже если отбросить тот факт, что она причина всех бед, и посмотреть на неё, как на незнакомого человека, легче мне не становится. Руки так и чешутся её треснуть, и эту злость к ней я не могу ничем объяснить.

— Ваше Величество… — я ответил на её тихий голос хмурым взглядом, и девушка тут же опустила свой к грязной юбке, — Ваше Величество, я могу вас очистить магией.

Вау… Вот эта первая и по-настоящему разумная идея от неё, только я все ещё не понимаю, как принцесса могла стать моей личной служанкой.

Я обернулся полностью к ней и сделал шаг ближе. Вероника опустилась на колени и протянула руки, из которых выходил золотистый свет. В этот момент я почувствовал к ней необъяснимое омерзение и наконец-то понял, чем она меня раздражает, помимо того факта, что она будущая убийца.

Вероника выглядит жалкой и ничтожной, сидя в грязной траве на коленях и протягивая руки, будто я в любой момент могу её пнуть, как безродную собаку. Жертва многолетней травли и жестокости, которая боится обратиться к брату, как к брату, сказать лишнее слово или не так улыбнуться. Скованная и дерганная. Почему? Почему она такая? Эта девчонка принцесса, где её гордость?

Комочки грязи отлипали от моей одежды и обуви, обласканные магией Вероники, а я все смотрел на её сосредоточенное, но жалкое выражение лица, и не мог ничего сказать. Первым порывом было остановить, но я не пошевелился, а язык будто к небу присох. Наконец я справился с собой и выдавил из себя:

— Прекрати… — получилось жалко и сипло.

Вероника подняла на меня удивленный взгляд и нежно улыбнулась.

— Я почти закончила. Не дергайтесь.

Я неуверенно кивнул и отвернулся от неё. Идей, как нам дойти, у меня не было, поэтому я был бы очень признателен, если бы Вероника открыла рот и снова озвучила бы что-то разумное. Я даже готов принять её как сестру, если она поможет добраться до плацкарта. Мой план был прост: завербовать Хонга и вернуться в замок вместе с ним. Но судя по тому, что карету не могли вытолкнуть хотя бы обратно на дорожку, мой план рисковал провалиться, даже не успев начаться. Ситуация раздражала больше, чем девчонка-маг.

Вероника тем временем встала и выпрямилась, отряхнув платье, а затем посмотрела на меня.

— Ваше Величество, кажется, нам придется идти пешком. — произнесла она осторожно.

Как будто я сам этого не знаю, но по этой земле просто невозможно идти!

— Я могу упростить нам дорогу с помощью магии. Заморозить ненадолго грязь и глину, и тогда она не будет липнуть к ногам. — тем временем продолжила Вероника, не замечая моего раздражения.

От её слов я резко повернулся. Ладно, я готов величать её своей сестрой и также признаю, что она не совсем глупая. Возможно, я мог бы её полюбить самой чистой братской любовь, если она спасет меня от смерти завтра, но пока можно рассмотреть наши отношения, как более близкие. Думаю, можно признать, что иногда она бывает гениальной, правда при чтении романа я этого не заметил.

— Отлично, так и поступи. Через сколько мы доберемся? — Я привстал на носочки, чтобы разглядеть строение впереди.

Вероника замычала, а затем всё-таки вспомнила человеческий язык и сложила звуки в слова:

— Думаю, что через час - два, Ваше Величество.

Это следовало ожидать, но выбора у нас не было. Я просто кивнул, и в моем кивке, видимо, было слишком много отчаяния и усталости, потому что сестрица быстренько замахала руками, читая заклинания и прокладывая нам путь.

***

Рыцари выстроились сначала в ряд, а потом уже начали строить какую-то странную фигуру: то ли кривой квадрат, то ли неравномерный ромб. Капитан вытирал со лба пот, постоянно нервно косясь на меня, и тут же испуганно икал, стоило мне встретиться с ним глазами. Мое настроение и так было ужасным. Магия Вероники очистила меня и проложила путь, но, к сожалению, привести в порядок спешно собравшихся солдат она не могла. Их непрофессионализм так и кричал. Они умрут мгновенно, когда армия Королевы Смерти вступит на эту землю, и мне даже не будет жаль этих людей.

На фоне этой неблагоразумной массы выделялся только один солдат, который был полностью экипирован и стоял ровно, смотря строго перед собой. Темно-русые волосы были зачесаны, но слабый ветер все равно трепал их, будто ласково расчесывая, легкий загар все ещё хранился на коже, да и сам парень был очень высок и хорошо сложен. Я сразу понял, что это Хонг. Главного героя должно быть видно издалека, и ведь его действительно видно, хоть он и стоял в задних рядах. Его внешность радует глаза и притягивает. Многие сказали бы, что она совершенно обычная и серая, но мне она ближе, ведь напоминает мой мир, мой дом, мою реальность. На фоне яркой и зеленоволосой Вероники или того же короля с пурпуром в волосах, он выглядит родным.

Видимо, я слишком долго разглядывал главного героя, раз капитан обратил на меня внимание. Мужчина наклонился ко мне, быстро и торопливо зашептав:

— Это Хонг, Ваше Величество… У него нет фамилии, он крестьянин, но он очень талантлив и хорошо одарен и…

— Я знаю. Заткнись. — мне пришлось его грубо оборвать. — Я здесь, чтобы выбрать личного рыцаря для моей сестры. Он способен им стать?

Вероника вдрогнула и посмотрела на меня широко распахнутыми глазами, но я не придал этому значения.

Я уже знал ответ. Да, он очень талантлив и высоко одарен в искусстве меча. Здесь Хонгу нет равных. Я знал много о нем из романа. Бедный сиротка, что нашел себе наставника в виде бывшего капитана гвардии, старого маркиза, что пропил имение, когда его пнули из дворца. Хонг жил в трущобах и многое перенес: злость и ненависть людей, голод, холод, но он никогда не терял надежду и не поддавался отчаянию. Он вышел с трущоб, сохранив в себе свет, добро и умение радоваться каждому новому дню. Действительно, довольно дорогое искусство.

Если сравнивать его со мной, то есть, с настоящим мной, а не королем, то разница между нами будет ощутимая. На моем сердце клеймо от отчаяния. Я намного духовно слабея Хонга… Но мне страшно умереть. Именно этот страх и заставляет мое сердце биться, а мозг судорожно искать пути решения.

— Ваше Величество! — капитан резко вскрикнул от удивление и тут же понизил голос. — Но он простолюдин…

— Ты сказал, что он талантлив. — я окинул взглядом остальных солдат и снова взглянул на Хонга.

— Да, но его родословная… — торопливо начал он.

— Безопасность принцессы важнее чей-то родословной или ты так не считаешь? — теперь я обернулся к капитану.

Вероника всё это время стояла за моей спиной, боясь пискнуть, но теперь она тоже оказалась перед глазами. Она сжимала в руках подол платья, кидая на меня взгляды из-под челки. Выглядела она так, будто ей неловко, но сейчас я не мог придать этому значение. Передо мной был капитан, мужчина лет сорока, полноватый в боках, с густыми усами и нелепым шлемом, что почти падал на глаза. Он довольно сильно потел и постоянно вытирал пот.

— К-конечно, Ваше Величество! Безопасность принцессы Вероники действительно очень важна! — прокричал он неестественно тонким голосом.

Мне казалось, что ещё немного, и под моим взглядом он упадет в обморок или обмочит штаны. Видимо, злого короля боялись здесь сильнее драконов.

Я вздохнул и снова поднял глаза на неровный строй. Солдаты под моим взглядом вздрогнули и тут же выпрямились. Король не был взрослым. Он был обычным ребенком шестнадцати лет от роду, но его боялись. Они не могли его уважать, потому что было не за что это делать, но они вполне могли бояться, ведь он мог лишить их жизни.

«Если они поднимут восстание, то жизни лишишься именно ты.» — подумал я. От этих забот голова шла кругом. Но всё же для начала мне стоило спасти себя и государство с помощью Вероники, а потом уже углубляться в проблемы этого самого государства и во все эти политические тонкости.

Ноги уже устали стоять. Я ощущал, как они дрожали. Хотелось сесть прямо на пол из досок, но это было бы слишком неприлично.

— Ваше Величество, вы очень устали… Дорога была нелегкой, и мы много ходили пешком. Может, стоит отдохнуть и дать рыцарям подготовиться более… Более — Вероника запнулась, пытаясь подобрать нужное слово, — более тщательнее…

«Да куда уж… Они бездарны» — подумалось мне, но она была права. Я кивнул, разворачиваясь. Очень хотелось где-нибудь присесть.

Вероника мне ободряюще улыбнулась, и мы оба уже смотрели на капитана, который вполне мог потерять сознание в любой момент. Тот тоже активно закивал и, сделав глубокий вдох, важно приосанился.

— Следуйте за мной, Ваше Величество. — прогудел он и повел нас к небольшому каменному строению, что больше напоминал флигель, чем дом. Но я не возражал. Я не особо прихотлив и вполне бы мог опустить свою задницу на траву.

Внутри домика была обычная деревянная мебель и огромная коллекция щитов на стене. Я тут же сел на стул, выпрямляя ноги, а Вероника села напротив, чинно сложив руки на коленях.

— Хотите я сделаю чай? — предложила она, и я только кивнул.

Капитан быстро удалился, и за дверью послышались его крики и новая возня солдат. Вероника же встала, проверила воду в чайнике на небольшой угловой печи, а затем зажгла огонь, достала из мешочка на своем поясе какие-то травы и где-то отыскала кружки среди этого бумажного бардака.

Я разглядывал щиты на стене. В основном они были круглыми и часто встречались с крестообразным рисунком в середине. Священный красный крест был символикой рыцарей, поэтому это было не удивительно.

Сидя на стуле, я чувствовал всю усталость сегодняшнего дня, а ведь у меня ещё ожидалась и продуктивная ночь. Небольшая ночная вылазка по саду, но для начала следовало забрать Хонга. Моя смерть была не за горами, а уже довольно близко, дыша мне в шею. Завтра вечером все будет решено. Завтра вечером армия упырей нападет на королевство и уничтожит его и убьет меня в отсутствие Вероники.

Но Вероника будет во дворце. И Хонг тоже будет во дворце. Они спасут королевство и мою шкуру.

Честно говоря, Королева Смерти выбрала идеальное время для нападения. Во время бала во дворце, где соберется вся знать и зарубежные гости, чтобы отметить Великий день Солнца, святой праздник в столице Изекэль, который злой король решил отметить с огромным размахом. Я не удивлюсь ничему. До сих пор не могу отойти от золотых фонтанов в холле дворца. Из настоящего золота! Я уверен, что в знаменитой янтарной палате нет такого богатства, как во дворце жадного короля.

Праздник мне уже не отменить. Король обустроил его за несколько месяцев до моего появления здесь, и куча денег было влито в него, их уже точно не вернуть обратно. Это не считая приглашенных гостей из других государств. Обида соседей рáвно войне.

Вероника поставила рядом со мной чашку на заваленный бумагами дубовый стол и снова села рядом.

— Почему ты не зовешь меня своим братом? — неожиданно спросил я.

— Потому что брат — король, Ваше Величество. — незамедлительно ответила Вероника.

— И? Я перестал быть твоим братом, когда стал королем? — я посмотрел на неё.

Она всё ещё была жалкой, но она была живой. Не нарисованным персонажем из книги, который был глуп, раздражал и все время творил какую-то дичь, а вполне реальным человеком, до которого можно дотронуться и ощутить тепло.

— Простите… — Вероника опустила голову и уткнулась в чашку с чаем.

Я не настаивал. В конце концов наше чаепитие прошло в тишине.

Через час, когда я уже заскучал и начал клевать носом, перед нами предстал Хонг, низко поклонившись.

Вблизи он был очень высоким. По сравнению с ним, я чувствовал себя карликом и мне очень не понравилось задирать голову, поэтому я перестал это делать почти сразу. Лучше глядеть перед собой, рассматривая эмблему на его доспехах, чем пытаться разглядывать лицо.

Закинув ногу на ногу, я дал ему время выпрямиться и предстать передо мной в полный рост. Ладно, Хонг был слишком высоким. Если верить роману, то он орудовал обычным мечом, хотя под его телосложению подошел бы двурушник. Мечом мог бы орудовать и я.

Кстати, а ведь король ничем не владел. Магия, фехтование, искусство меча прошли мимо него. Они его не интересовали. Он также был глуп в политике, раз так запустил государство, и дипломат из него был, как из меня балерина. Вот же абсолютно бесполезный идиот. Не зря он сдох в начале романа.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. Надо расспросить Айру, возможно она что-то слышала от других горничных, может кто-то знает о каком-нибудь тайном хобби короля, которое помогло бы защитить меня в случае опасности.

— Я Хонг, Ваше Величество. — бодро произнес главный герой, когда молчание затянулось.

Его голос вырвал меня из размышлений, и я снова обратил на него свой взор. Может, всё-таки стоит научиться махать мечом в целях безопасности? Своя шкура всегда дороже.

— Рад видеть тебя Хонг, — я попытался улыбнуться, как можно ласковее, но резко убрал улыбку с лица, заметив, как испуганно дернулась сестрица.

Что ж… Над этим стоило поработать. Хотя, я не понимал, что такого жуткого в улыбке короля? Неужели, я действительно выглядел, как первоклассный злодей? Бред какой-то. Конечно, лицо короля далеко от совершенства. Я даже не мог назвать его симпатичным из-за кучи отвратительных пурпурных веснушек. Они больше напоминали сыпь и из-за этого раздражали.

— Ты ведь уже знаешь, зачем я здесь? — конечно, в первую очередь я здесь, чтобы создать приятное впечатление на свой счет и завербовать главного героя.

Хонг, скорее всего, очень хорошо был наслышан о деспотичном и злом короле, но он точно не был глуп. Для него это честь увидеть короля и неважно, как он сам относится к этому королю.

— Вы ищите личного рыцаря для принцессы Вероники. — всё также бодро ответил главный герой.

Он начинает мне симпатизировать все больше и больше. В нем столько любви к жизни, что мне даже немного не по себе от этого.

— Да, ты прав. — я заметил, как от моих слов Вероника совсем поникла.

Неужели ей так претит идея с личным рыцарем? Я бы на её месте точно не отказался от такого подарка. Да и разве это не мечта каждой девчонки? Статный мужчина в серебряных доспехах приносит клятву вечной верности своей даме, защищает её и оберегает до конца жизни, верно и преданно бегая за ней, словно собачонка. И всё это в рамках платонической любви из-за разницы в социальных статусов. Мечта же! Или Вероника из сильных и независимых? О, нет! Точно нет, ведь тогда бы она совершенно не ныла весь роман о том, какая она слабая и жалкая. Я не считаю Веронику слабой, но в моих глазах она действительно ничтожна и глуповата. Я знаю, что должен взглянуть на неё по-другому, как не на книжного героя, а на живого человека, но стереотипы романа сильно наложились на её образ. Сложно отсеять это, но как только она спасет меня, я точно взгляну на неё, как на очень годного героя.

— Ты ведь уже знаешь, что я выбрал тебя? — не думаю, что капитан бы промолчал по этому поводу, но следовало уточнить.

— Да, Ваше Величество! — в его голосе я ясно расслышал нотки радости, и это принесло мне удовлетворение.

— Можешь приступать к своим рыцарским обязанностям прямо сейчас. — я чувствовал себя очень довольным.

— Да, Ваше Величество!

Наконец-то всё идёт так, как я того желаю.

— Ах, да… — я вдруг вспомнил, как несколько минут назад обдумывал возможность поучиться махать мечом. Может, даже сегодня вечером главный герой милостиво и радостно покажет мне пару приемов для самообороны, размахивая хвостом, как послушная собачонка. — Хонг, я слышал, что ты лучший рыцарь нашей страны.

Конечно, он лучший. Он прошел все испытания и остался в живых в самом конце романа. Выжившие люди — герои для меня.

— Это не так, Ваше величество! — голос Хонга прозвучал довольно высоко. Неужели он пискнул от смущения?

Этому удивился не только я, но и моя дорогая сестрица. Вероника смотрела на него широко распахнутыми глазами, задрав голову верх.

— Научи меня своему мастерству. — Я попытался улыбнуться, как можно мягче, но Вероника от моей улыбки вновь дрогнула и поежилась, но в этот раз я её проигнорировал.

— Что? — неожиданно глупо переспросил главный герой.

— Научи меня владеть мечом так же хорошо. — в конце концов я король, и он не может мне отказать.

— Я не могу… — Хонг сглотнул, опустив плечи, и как-то напрягся.

Это немало меня удивило. Я ведь король, да? Я могу воспользоваться своими полномочиями и напугать его? Нет, это испортит его хорошее впечатление обо мне, а его итак всё ещё нет. Я уверен, что Хонг думает обо мне, как о враге народа. Но мой статус короля спасает меня от открытой ненависти.

— Почему? — я мысленно похвалил себя за терпение, продолжая одаривать главного героя улыбкой.

— Вы… Вы низкий… У вас короткие ноги, а ещё вы выглядите таким хрупким и слабым… Простите меня, Ваше Величество, но мне кажется, вы не сможете поднять меч…

Это было больно… Не то, чтобы я сам не знал о своих недостатках, но слышать это от других очень неприятно. Да, я слабый. Слабость преследовала меня даже в моем мире. Я быстро уставал, много спал и лишний раз не хотел выползать из постели. Здесь почти тоже самое. Тело быстро устает, но тут у меня есть цель и я продолжаю сползать с постели снова и снова, чтобы потом этого не делать.

Да, король низкого роста. Это неудобно, ведь мне часто приходится просить Айру достать для меня что-то оттуда, откуда я элементарно не достаю. Она улыбается, ведет себя мило и, кажется, даже радуется, что может быть полезной, но мне все равно некомфортно.

И сейчас мне так открыто заявляют об этом!

Вдруг Вероника резко схватила меня за руку и закрыла своим телом, и только тогда я осознал, что подскочил на эмоциях, сжав руки в кулаки. Стул, на котором я до этого сидел, теперь валялся на полу, а Хонг пал на колени и отполз к двери, настороженно смотря на меня из-под кудрявой челки.

Да уж, лучшее приятное впечатление. Молодец, Влад, так держать.

Я выдохнул сквозь зубы, пытаясь успокоиться и неожиданно для себя обнял Веронику. Судя по тому, как она вдрогнула и напряглась, это было также неожиданно для неё. Я лишь прижал её крепче, спрятал лицо в волнистых зеленных волосах, вдохнув лесной запах, и прикрыл глаза, мысленно считая до десяти, потом до двадцати, а затем и до сорока. Медленно, но верно меня отпускали плохие эмоции. Даже ненависть к себе ушла на второй план, хотя я понимал, что ненадолго.

Отпустив Веронику, я посмотрел на Хонга. Я не мог его винить, он был честен со мной, но неприятный осадок все ещё лежал на душе. На миг он даже перестал мне симпатизировать, но я раздражено отбросил эти глупости.

— Собирайся. Мы возвращаемся во дворец. — кинул я и поднял стул, быстрее, чем это попыталась сделать Вероника, а затем сел на него.

— Да, Ваше Величество! — послышался все такой же бодрый голос главного героя, а затем за ним хлопнула дверь.

Мы с Вероникой остались наедине. Она всё ещё нелепо стояла возле меня, а я пытался взять себя в руки. Я всегда стараюсь контролировать свои эмоции, но сейчас всё слишком сложно, всё слишком давит, и я буквально чувствую, как моё психическое здоровье машет мне ручкой и катится с американских горок вниз. Это ужасно. Дыши, Влад, главное сейчас дышать.

Вероника опустилась передо мной на колени, а затем обняла меня за ноги и опустила голову на бедра, прижавшись. Как же глупо она сейчас выглядела, но в этом странном и нелепом действии чувствовалась поддержка. Я вздохнул и прикрыл глаза, зарывшись пальцами в её зеленые волосы. Они были мягкими и шелковистыми. Перебирать их было одно удовольствие, почти как гладить милого котика на своих коленях. Успокаивает.

***

Дорога назад заняла больше времени, чем я мог себе позволить. Сидя в карете, я рассматривал пейзажи за окном, иногда кидал взгляды на Веронику, что сидела напротив и вязала. Никогда бы не подумал, что у неё такое увлечение, если бы лично не увидел, как она достала пряжу и спицы из своей кожаной сумки. Это делает её более живой в моих глазах, да и мир за пределами замка тоже вполне реален, если отбросить в сторону то, что некоторые растения имеют странный цвет и небо здесь необычное: золотистое днём и алое ночью. Хонг следовал на лошади за каретой и уже переговаривался с рыцарями из моей охраны. Судя по смеху и веселому тону, общий язык он нашёл быстро, что не могло ни радовать. Было бы неприятно, если бы другие рыцари принижали Хонга из-за его происхождения, но раз всё обошлось, то мне не о чем переживать. Можно спокойно насладиться сегодняшним вечером перед завтрашнем кровавым событием.

Надо попросить Айру накачать меня успокоительными завтра, чтобы я смог выдержать предстоящее мероприятие. Праздник Солнца — исторический, берет свои корни с основания Махарата. Легенда, связанная с праздником, гласит, что Великий Золотой Дракон, дабы осветить страну, усыпал всё небо своей чешуей, чтобы лучи солнца отражались от каждого облачка и освещали самый дальний угол мира. Довольно забавно, учитывая, что это единственная страна, которая поклоняется именно Золотому Дракону. Всё это я узнал от Айры. Она довольно болтливая, и ей даже не нужно говорить о чём-то прямо, чтобы она поняла, что именно от неё хотят. Её сообразительность мне симпатизирует.

Но это не освобождает меня от того, что я мало знаю об этом мире. Как только праздник будет окончен и угроза смерти отодвинется от меня на приличное расстояние, я зароюсь в книги по истории Махарата, также изучу легенды и мифы, покопаюсь в своей родословной.

Хорошая мысль, надо её запомнить.

А тем временем мы прибыли в замок. Конечно, я чувствовал себя спокойнее на расстоянии от него, но всё же возвратиться домой приятно. Хотя я не уверен, что могу назвать это место домом, но всё же оно лучше больничной палаты.

Покинув карету, я в последний раз взглянул в сторону Хонга, а затем направился к дверям.

Глава 3

Ночь в Изекэль слишком странная для меня. Мне всё ещё непривычно видеть багровое небо над головой, поэтому я чувствую невероятное облегчение, когда тяжелые золотые портьеры закрывают окна по вечерам. Вот и сейчас Айра медленно задергивает шторы, скрывая за ними кровавое небо, и зажигает лампы в моих покоях. В этой стране все ночи светлые из-за Аэлениуса - золотого дракона. И тьма здесь никогда не наступает. Ночь не была ночью в привычном понимании, иногда она даже была светлее дня. Чудо ли это, великая магия или проклятие божественного дракона, которому здесь поклонялись? Ответа у меня не было. Автор как-то плохо расписал устройство этого мира, поэтому как только закончится моя первая глава, засяду за книжки по истории и мифологии. Фолианты о политики тоже стоит изучить, да взглянуть на работы по экономике. Жить с золотой ложкой во рту всё ещё моя мечта.

Я между тем лениво наблюдаю за служанкой, размазывая сегодняшний ужин по тарелки. Не то, чтобы я не был голоден, как раз таки наоборот — после сегодняшней прогулки по рыцарскому плацкарту мне очень хотелось есть, желудок скручивало узлом от восхитительного аромата. Но порция была слишком большой. Кажется, местный повар пытается меня закормить на убой, к его счастью, он очень хорошо готовит, особенно мясо. В его исполнение оно такое нежное и сочное, особенно сегодняшняя хорошо прожаренная птица. Смотрю на эти ножки и рот сам собой наполняется слюной. Может всё-таки съесть одну? Я очень много сегодня ходил, а ночью мне предстоит пройти ещё больше, а значит силы мне пригодятся. Да и пюре слишком вкусно пахнет, даже размазанным по тарелки оно выглядит очень привлекательно, соседствуя с обжаренными овощами.

— Ваше Величество, вам нравится сегодняшний ужин? Повар очень старался для вас! — Айра зажгла последнюю лампу и подошла ко мне, взяв в руки кувшин с гранатовым соком, чтобы налить ещё в мой стакан.

— Да, мне очень нравится… — я проглотил вязкую слюну и набрал ложку пюре сразу с овощами, запихивая её быстро в рот, чтобы не дать себе времени на передумать. Соблазн оказался слишком велик для моего жалкого слабого сердца.

Айра лучезарно улыбнулась и принялась нарезать птицу. Она так аккуратно и ловко отделяла мясо от косточки, настоящий мастер своего дело! Это завораживало и я невольно засмотрелся, пока она проводила махинации над блюдом.

Одну из ножек уместили на мою тарелку. Теперь она соседствовала с размазанным пюре и горсткой овощей и смотрелась так величественно прекрасно… Ничего, всё, что я сейчас съем растрясется ночью. Я верю в это.

Набрав ещё ложку и проглотив, я почувствовал блаженство. Желудок довольно заурчал, но чувство голода всё ещё не уходило. Я очень понадеялся заглушить его этой прекрасной ножкой. Мой взгляд буквально от неё не отрывался.

— Отвернись. — коротко бросил я служанке и Айра уже по традиции повернулась ко мне спиной, уставившись в стенку.

Теперь поесть я могу со спокойной душой и без лишнего смущения.

Разделавшись с ужином, я довольно распластался на кровати звездочкой с чувством выполненного долга. Теперь меня тревожило ложное чувство голода. Это странное ощущение, когда ты вроде наелся и понимаешь, что больше не полезет, но всё ещё хочешь есть, будто твой желудок бездонная яма. Внутри нет чувства легкости, потому что ты уже насытился, но думаешь, что вполне можешь съесть ещё и ещё, пока тебя не затошнит и еда не полезет обратно. Единственный выход в этой ситуации для меня — игнорировать это чувство. Нужно всего лишь подождать, когда ужин полностью "упадет" в желудок и тот успокоится.

Дождавшись, когда Айра уберет все и покинет комнату, я неохотно сполз с кровати и вытащил из-под подушки накидку бардового цвета, в гардеробе короля это была самая темная вещь. Надо бы как-нибудь серьезно взяться за одежду этого напыщенного индюка. Серьезно, что не вещь, так расшитое золотом творение искусства или кричащий скандал. Его Величество определенно не знал, что такое скромность, а мне теперь с этим мучаться и страдать. Надо бы попросить пару простых рубашек.

Если честно, мне так не хотелось больше выходить сегодня, но это было необходимо. Я был уверен, что через сад можно покинуть пределы замка, а значит у меня будет способ сбежать в случае непредвиденных обстоятельств. Осталось только найти этот путь, пусть даже это будет небольшая дырка в стене, я непременно пролезу с комплекцией этого тела.

Из-за плохого физического развития путь к выходу придется искать наземный, потому что мне не хватит ни сил, ни ловкости перелезть через массивную стену. Короля спорт не интересовал, а мне уже было поздно качать мышцы на хлюпком теле.

Открыв окно, я тут же устремил взгляд на дерево, у которого сегодня прогуливался с Вероникой. Я не ошибся, его ветки почти касались окна и если я правильно зацеплюсь, то смогу спуститься по ним вниз прямо в сад.

Взобравшись с ногами на подоконник и засучив рукава рубашки, я схватился рукой за толстую ветку и потянул ее к себе. Шансов здесь сломать себе все кости намного больше, чем благополучно оказаться на земле, но мне следовало сделать все тайно. Я набрал в грудь побольше воздуха и поставил ногу на толстую ветвь, хватаясь за сучки. Ветка под моей ногой прогнулась и опустилась вниз, заставив меня сглотнуть. Главное не смотреть вниз, иначе все пропало. Я поставил вторую ногу, потянулся за сучки и быстренько переполз к стволу, обхватывая его руками. Самое сложное позади, осталось только спуститься вниз. С моим текущим ростом это очень неудобно, но выбора у меня нет. Торжественно клянусь похвалить себя за этот подвиг и съесть кусочек чего-нибудь сладенького в награду за смелость или за глупость. Пока не разобрался к какой из категории принадлежит моя затея.

Кое-как я всё-таки оказался на земле. К этому времени кровавое небо потемнело, превращаясь в темно-красное полотно с грязно-желтым диском в середине. Довольно пугающее зрелище, если честно. Подобное, я видел только в фильмах ужасов, но этот мир для меня один сплошной хоррор, так что я думаю, что и живому дракону не удивлюсь. кстати, о драконах. Они ведь основа религии этого королевства, а значит вполне могли бы существовать в этом фэнтэзи мире. Очень надеюсь, что никогда с ними не встречусь. Хотя обычно драконы становятся верными спутниками попаданцев или их питомцами, но это все равно жутко, ведь такая тварь может прикончить тебя даже чисто случайно в любой момент, да и я искренне сомневаюсь, что хоть один дракон захочет со мной нянькаться.

Накинув капюшон бардовой накидки, я неспешно пошел вдоль кустов, чтобы иметь возможность в любой момент спрятаться от стражи и Хонга. Сад, как я смог понять, патрулировался довольно редко из-за того, что король его почти не посещал. В романе Вероника покинет дворец именно через него и сбежит сверкая пятками, бросив брата. Я этого не допущу и приберегу проход для своего собственного дезертирства. Такова моя цель на эту ночь, ведь никто не знает, как обернутся события праздника Солнца.

Нырнув в кусты с большими бутонами синих цветов, отдаленно напоминающие розы, я ускорил шаг, осматриваясь по сторонам. Если я правильно запомнил расположение беседки и заброшенного пруда, затянутого тиной, то скоро должен буду выйти к боковой части мостика. Это радовало и дарило надежду на то, что вернусь я не слишком поздно и успею немого поспать.

Перейдя на бег, мне пришлось получше укутаться в накидку. Хорошо, что она была короткой, доходила до колен и не путалась в ногах. Меньше шансов наступить на неё и растянуться на земле в позе звездочки лицом вниз. Я не фанат падений и сломанных костей, если честно. И боль мне не нравится, я же не мазохист все-таки.

Впереди замаячила высокая белая стена, с далека казалось, что вместо камней, она сделана из костей. На фоне неба довольно пугающее зрелище, от которого мое тело покрылось мурашками. Наверное, мне будет очень тяжело привыкнуть к этому миру, потому что здесь всё такое готическое. Я сбавил шаг, приблизившись к стене, понимая, что всё-таки напутал маршрут. С плохой ориентацией на местности мне точно не выжить в условиях этого мира. Хотя, мне в любом случае здесь не выжит, если не придумаю, как избежать смерть короля, в теле которого я сейчас нахожусь.

Наверху промелькнуло что-то темное, а затем я почувствовал неописуемо сильную боль. Она пронзила каждую клетку моего тела, заставив подавится вздохом и раскрыть глаза, как можно шире, чтобы они покинули этот бренный мир вместе со мной. Мне не описать словами то, что я сейчас чувствую.

Падение не самая приятная вещь, скажу откровенно, особенно, когда кто-то падает на тебя сверху, придавливая всем телом, а затем закрывает рот грязной ладонью и полностью ложится на тебя. Во рту ощущается вкус крови и земле, с губ срывается то ли стон, то ли последний писк дохлой мыши. От боли тряслось все тело и казалось, что я сейчас отключусь.

— Не шевелись… — тихий голос обжег ухо, но я не мог соображать, чтобы понять, что именно от меня требуется. Сжимая губы и чувствуя тонкую струю крови, что вытекала с уголка, я лишь думал, как с позором не заскулить. На глазах навернулись слезы, что стекали по щекам и чувствовались ярче боли.

Черный, длинный плащ незнакомца накрыл меня полностью, его дыхание обжигало мое ухо и шею, а рука, что покоилась на моих губах, буквально вдавливала меня землю. Где-то за стеной я смог различить крики стражников, среди которых отчетливо был слышен бодрый голос Хонга. Они что-то говорили о нарушители и проникновении на территорию замка, но я так и не разобрал смысл их крика. Перед глазами неприятно мельтешили черные мушки, видимо, я всё-таки хорошенько приложился головой об выпирающий корень дерева, как бы сотрясение не заработать, хотя наверное я уже. В спину больно упирались мелкие камушки и это ещё не говоря о том, что туша на мне была тяжелее огромного мешка с картошкой, а я итак почти задыхался.

Глупая вылазка привела к очень глупой смерти. Даже, если я не умру сегодня, то точно умру завтра, находясь в своих покоях с переломанными костями без шансов дать отпор злобным тварям. Может напоследок, успею приказать казнить этого козла? Да, я едва ли свое имя смогу сейчас вымолвить.

Кстати, кто он? Убийца посланный во дворец, чтобы убить меня? В романе ничего такого не было! Или было, а я просто не помню? Конечно, только о романе мне и думать в последние минуты своей жизни.

Голоса стражников затихли. Скорее всего они отправились к главным вратам, чтобы войти через них в сад. Надеюсь, они доберутся сюда быстрее, чем моя бренная душа покинет это тело. Человек, что всё это время лежал на моем хрупкой тушке, используя его как подушку, выдохнул и убрал руку, сползая ко мне в ноги.

Ему повезло, что мне было слишком больно, чтобы закричать или встать. Всё, что я мог, это жадно хватать воздух ртом, лежать, не шевелясь, смотреть на диск луны и кажется, плакать. Выглядел я дерьмово, потому что чувствовал себя на пол пути в лоно Господа.

— Эй? — темно-красное небо закрыл черный капюшон, который скрывал лицо человека, а на меня упало несколько прядей белых волос. — Ты в порядке? Прости, ты, наверное сильно ушибся… Встать можешь?

Мне было плевать на беспокойство в его голосе. Мне просто очень сильно хотелось его ударить, чтобы он почувствовал насколько я «в порядке» и как мне «больно».

— Я, кажется, не чувствую свое тело. — еле выдавил я из себя, попытавшись сосредоточиться на глубоком дыхании, хотя едва ли он смог понять меня, ведь все мои слова были сплошными хрипами разной высоты.

Почему я должен так страдать? Почему это тело такое изнеженное и хрупкое? Почему я, черт возьми?! Все нормальные люди доживают спокойно свой век и не попадают в книжки с сомнительной репутацией, а я попал, будто в наказание за страшные грехи. Но сейчас явно не время себя жалеть.

— П-п-прости, пожалуйста! Я сейчас тебе помогу… — его испуганный голос выводил меня из себя, как и вся ситуация. Моя злость чуть притупила боль, но не могла выжить её без остатка.

Но теперь я точно знал, что он не убийца посланный по мою жалкую душу. Никакой разумный убийца не будет так вести себя с жертвой. Ему следовало меня добить, хотя бы из милосердия. А может ему заказали доставить меня живым? Надо подумать об этом, когда ко мне вернется рационализм.

Я почувствовал мозолистые ладони на своих плечах и тихо взвыл. Если он собрался закончить мои страдания смертью, то пусть делает это максимально безболезненно и аккуратно, ведь я итак намучился! Тем временем человек в черной мантии посадил меня словно куклу, облокачивая на ствол дерева, а затем он осторожно снял мой капюшон и замер все ещё держа в своих руках бордовую ткань.

Я посмотрел на него, продолжая жадно хватать ртом воздух. Нужно сосредоточиться на дыхание, нужно дышать, тогда боль отойдет на второй план, а ещё стоит сплюнуть кровь, что скопилась во рту…

— Ты… ты… ты… — вдруг черная мантия вышла из своего транса, обессиленно опустив руки. — Эдвард Секклер! Король-Тиран!

Я бы засмеялся, если бы мне не было так больно, но уголки моих губ все же дернулись.

Что он несет? Это имя злого короля? Похоже, ведь фамилия Секклер принадлежит правящему роду этих земель. Но это правда смешно, ведь даже Вероника не смела называть своего брата братом и обращаться к нему по имени, а этот человек так спокойно воскликнул: «Эдвард». Забавно, но он был первым, кто обратился к злому королю по имени данное ему при рождении. Но наверное, смешнее, что я узнаю имя хозяина тела прямо на пороге смерти.

Кстати, а как он вообще смеет так обращаться к королю?

***

До замка меня несли на руках, словно какую-то принцессу, не дав потерять сознание, но возмущаться уже не мог. Я не чувствовал собственного тела, хоть боль и отступила. Видимо, то противное снадобье, которое мне влили в рот, было чем-то вроде сильного обезболивающего, своеобразная анестезия, но по цвету больше походила на яд. Ядовито-зеленая с резким запахом какой-то травы. Он сказал, что эта жидкость похожа на цвет моих глаз. Какие глупости… Я не умел трезво оценивать свою внешность, но точно был уверен, что глаза мои не такие яркие.

До входа мы добрались без особых приключений. Я бы сказал, что даже слишком спокойно, учитывая, что стража прочесывала сад в поисках моего неудавшегося убийцы, который сейчас нес меня на руках. Пока он тащился через кусты, я рассматривал небо. Оно окончательно потемнело, хоть и сохранило свой красный цвет. Луна на таком полотне светила ярче, хоть и была грязновато-маслянистого цвета. Звезд было не видно. Интересно, а существовали ли они вообще в этом книжном мире? В моем городе ночное небо было темным, пасмурным, иногда звездным, но не часто, а летом Питер накрывали белые ночи. Красивое зрелище. В такие ночи я любил стоять у разводных мостов, правда таких дней было мало, но и от этого они были наиболее ценными. Как правило, вокруг собиралось населения целого города, многие спускались прямо вниз к реке, кому-то удавалось пробиться к перилам, лично мы забирались на крышу. Ксюша — моя подруга и однокурсница, а также главный поставщик книг в мою палату, — любила накупать фастфуда на такие посиделки. Она пыталась накормить меня картошкой или впихнуть в мой рот куриную ножку, забывая, что я не поклонник острой пищи.

Тем временем меня занесли внутрь и мы оказались в огромном холле с золотым фонтаном с драконами посередине. Хватка, с которой держали меня, кажется стала крепче, но я все ещё не чувствовал боли. Видимо, фонтан из чертово чистого золота не очень порадовал ночного вторженца. Я тоже очень удивился, когда впервые его увидел. Интересно, за сколько его можно продать? Взгляд, который на меня кинули из-под капюшона, красноречиво говорил о том, что меня могут уронить на пол прямо сейчас, но мне даже говорить не хотелось. Видимо, мое болезненное лицо красноречиво послало его далеко и надолго, потому что человек в капюшоне фыркнул и потащил меня вверх по лестнице, уже не так бережно и осторожно как раньше. Надеюсь, что меня стошнит прямо на него по дороге. Мы поднялись на нужный этаж, внезапно сталкиваясь с Айрой на лестничном пролете. В руках у неё была корзина со свежим и постиранным постельным бельем. По крайне мере от него пахло приятно, цветочками, и выглядело оно сухим.

— Ваше Величество? — хоть девушка и обращалась ко мне, прижав к себе корзину и напрягшись, смотрела она прямо на моего носильщика.

Плечи незнакомца тоже напряглись и он весь подобрался, будто готов был драться не на жизнь, а на смерть. Подумать только, его так напугала Айра?

— Проводи до моей комнаты. — я не знаю, как мне удалось открыть рот в этот момент, но голос мой звучал ужасно, как у покойника, пришедшего по душу родственников. Говорить действительно было тяжело.

Айра медленно кивнула, не отводя взгляд от человека в черной мантии. Она направилась вперед, а затем поравнялась с нами, поглядывая на моего носильщика. Будто служанка в любой момент могла огреть его корзиной, если он сделает что-то не так. Довольно забавно, если честно, ведь вряд ли она могла его вырубить.

Моя комната за время моего отсутствия не изменилась. Даже кровать осталась не заправленной. Айра поставила корзину с бельем на пол и быстро засуетилась вокруг меня. Переодела в чистое, словно куклу, помогла уложить в постель и накрыла одеялом, сбив подушку под моей головой.

— Так, как тебя зовут? — выдавил я с огромными паузами между словами. Присутствие служанки меня не смущало. Она уже закрывала окна, задергивала снова шторы, зажгла по ярче светильники в моих покоях.

— Васко. — ответил незнакомец и сел напротив кровати, утащив стул у туалетного столика.

— Я позову принцессу Веронику и разбужу королевского лекаря. — вдруг подала голос Айра, кинув последний предупреждающий взгляд на человека в черном, а затем всё-таки вышла из комнаты.

Я же пытался вспомнить хоть кого-то с таким именем, ведь оно определенно было мне знакомо. Но бесполезно. Мозг отказался соображать, да и кажется снадобье теряло эффект. Я начинал чувствовать боль и все, что мне хотелось - это уснуть и не просыпаться несколько дней, пока все само как-нибудь не заживет.

— И что тебе нужно, Васко? — я поднял взгляд к алому балдахину своей кровати, разглядывая его с таким притворным интересом, опасаясь будто он сейчас превратиться в змею и проглотит меня. Кажется, у меня уже начались галлюцинации.

— Аудиенции.

Кратко, но совсем не ясно, однако я кое-что вспомнил. В книги был подобный момент на пять предложений. Там говорилось, что утром в день бала, к королю пришел один человек и потребовал аудиенцию. Он рассказал королю о народе, что страдает от высоких налогах и от не урожайности, попросил для них милости, но был высмеян самим королем, а потом его прогнали прочь из замка. А вечером злой король умер незавидной смертью за все свои грехи. Видимо, это и есть тот заступник всех убогих. Но, если я хочу потом жить в мире и благополучии со своим народом, то стоит выслушать паршивца, глядишь, пригодиться в будущем.

— Я слушаю… — выбора у меня все равно не было, ведь я же потом не хочу, чтобы меня подняли на вилы. Если, конечно, выживу.

— В последнее время народ Его Величества переносит много страданий. — на удивление Васко начал как-то нерешительно, замявшись, — Налоги слишком высокие, год был неурожайным, да и скотина дохнет. Если бы Его Величество немного снизил налоги…

Ну, да, я угадал. Это был он, тот убогий из книги.

— Я могу просто не брать налоги некоторое время, а потом снизить их. — почти шепотом прохрипел я то, что обдумывал некоторое время назад. Судя по богатству короля, мне от этого хуже не стане.

— Правда? — Васко дрогнул и как-то странно уставился на меня. Я не видел его глаза, но мне казалось, что смотрит он на меня, как на умалишенного, — Но… Но, Ваше Величество, я слышал, что казна пуста…

— Что? — я с трудом повернул голову в сторону человека в капюшоне, скорее даже сделал это на одном удивлении и силе воли.

— Что? — он также испуганно уставился на меня.

А я не мог поверить своим ушам. Казна этого жадного ублюдка пуста. Что это значит вообще? Разве король не был богат и скрупулёзен в деньгах? Куда он мог спустить золото всего королевства? На чертов фонтан и кучу золотых отделок?! Вот же тупица! Переплавить все на монеты!

Гнев переполнял меня отчего задышал я тяжело, неосознанно сжав кулаки, боль разрядом прошлась по телу от моих попыток взять себя в руки, чтобы приподняться.

Мои планы катятся под откос. Моя жизнь с золотой ложкой во рту машет мне рукой. Надежды тоже превратились в прах.

В каком же я дерьме. Может ещё не поздно попросить его меня прикончить? Я не хочу разбираться с чужими проблемами.

***

Вероника залетела ко мне в комнату со слезами на глазах, за ней зашел седой старичок во всем белом, а замкнул эту процессию Хонг.

Дорогая сестрица тут же кинулась ко мне, схватила за руку, бухнувшись на колени возле кровати, как перед умирающим. Картина маслом «на одре смерти». Она подняла свои покрасневшие глаза на меня, готовая исполнять любую мою волю. Если бы меня не вырвало ранее, то я бы блеванул сейчас. К сожалению, в ближайшее время я не собираюсь умирать, хоть и хочется.

Лекарь подошел ко мне с другой стороны, ощупал пульс, осмотрел мое бледное лицо, покрутив его из стороны в сторону. Я крепко сцепил зубы, опустив взгляд. Мне было невыносимо на него смотреть. Седой старик, с морщинками в уголках абсолютно белых и слепых глаз не вызывал у меня святой трепет, хотя все лекари были из храма Бога Солнца и считались обладателями целительных сил.

Этот старик вызывал страх. А белый цвет напоминал больничную палату, чистые простыни, решетки на окнах и снующих туда-сюда медсестер. Я сжал руку Вероники, отвернувшись, чувствуя, как все присутствующие наблюдают за мной, будто за лабораторной крысой.

Руки старика ощупали ребра, затем скользнули вниз к ногам. Он то и дело кивал и что-то бормотал себе под нос, а затем обратился ко мне.

— Я начинаю лечение, Ваше Величество.

— Да, начинай. — ответил я с пренебрежением, на которое только был способен в данный момент.

Вдруг я отчетливо ощутил как по всему моему телу разлилось блаженное тепло. Оно подарило облегчение, а затем я почувствовал сонливость и прикрыл глаза. Веки будто свинцом налились, давая понять, что мне их в ближайшее время не открыть. Сознание уплывало и последнее, что я ощутил была хватка на руке. Вероника крепче сжала мою ладонь и всхлипнула.

В нос ударил привычный запах антисептиков. В больницах каждый уголок пропах этой гадостью, спиртовая вонь с примесью чего-то лекарственного. Кажется, я узнаю его из тысячи, ведь он мне стал почти родным. Ненавистный запах, коим пропахла и моя одежда. Только откуда ему взяться в покоях злого короля? Нелепо.

Когда впечатления от обоняния отошли на второй план, я смог сосредоточиться на слухе. Рядом что-то противно пищало, подстраиваясь под ритм моего сердца. Медленно, с паузами, будто правда имитировало сердечный биоритм. Я на пробу пошевелил пальцем, но это далось мне с трудом, тело совершенно не слушалось и глаза было не открыть. Я почувствовал шероховатость простыни и тяжесть каких-то проводов на руке.

Где я? Что со мной? Что происходит? Аппарат рядом стал пищать чаще и тут я смог понять. Он не имитирует биоритм, он показывает мое состояние на данный момент.

Черт...

Я попытался вздохнуть, но что-то на лице помещало сделать глубокий вдох. Дернуться и попытаться скинуть с себя мешающую штуку не было смысла. Тело меня не слушалось.

Я на пробу ещё раз пошевелил пальцем, пытаясь дышать, просто дышать, мне нужен был только воздух и...

В какой-то момент моя связь с реальностью резко оборвалась и последнее, что я услышал это хлопок двери и длинный писк аппарата.

Почувствовав тело, я резко подорвался с кровати.

— Ваше Величество! — голос Вероники резанул слух.

От резкого подъема я не сразу понял где нахожусь и что со мной. Перед глазами плясали черные точки. Пот стекал со лба к шеи и дыхание сбилось.

Я почувствовал чьи-то ладони на свои плечах и резко поднял голову сталкиваясь с черными глазами Айры. Служанка мягко заставила меня опуститься обратно на подушку, а затем положила мокрое полотенце мне на лоб. Рядом на кровати сидела заплаканная Вероника, судорожно сжимая мою руку и всхлипывая. Возле неё на стуле так и сидел Васко, кажется, даже не поменяв позы. Лекаря и Хонга уже не было, но это не успокаивало.

— Вам стоит ещё отдохнуть, Ваше Величество. Я пока прикажу повару приготовить для вас самый вкусный завтрак! — защебетала служанка, накрывая меня одеялом.

Что-то в её словах заставило меня дрогнуть.

— Время… — выдавил я из себя, пытаясь поймать за хвост ускользающую мысль.

— Прости, Ваше Величество? — глупо спросила девушка.

— Сейчас почти пять часов. Вы проспали два часа от силы. — вдруг подал голос Васко, даже не удосужившись снять капюшон в помещении.

— Собери… — я попытался сформулировать мысль, что успел поймать в слова, но сознание всё ещё плыло. — Собери дворян… Дело в казне…

***

Дворяне с неприязнью смотрели на Васко. Васко на них. А меня волновало, почему казна пуста, правда никто не мог дать мне на это ответ. Третьестепенные фоновые персонажи просто вытирали пот со лба, переминались с ноги на ногу и виновато опускали голову, стоило им только почувствовать мой взгляд. Какой дерьмовый роман. Я посмотрел на единственного человека, который мог дать мне ответ и Вероника не подвела, вот только её слова мне не понравился.

— Разве Его Величество не закупал много магических предметов?

Мне очень захотелось выругаться. Зачем бесполезному королю что-то настолько бесполезное? Ведь в отличие от сестры в нем не было ни грамма магии. Если только…

Мой взгляд зацепился за Веронику.

Если только он не снабжал этим мусором сестру…

Любил ли бесполезный и злобный король свою драгоценную родственницу? По крайне мере в романе никогда не упоминалось, что брат издевался над героиней. Наоборот, автор писал, что дети росли в любви и в заботе, только один вырос жадным и бесполезно эгоистичным, а вторая наивной и ещё более бестолковой. У обоих, судя по всему, не было мозгов. В любом случае Вероника вспоминала покойного братца с нежностью, возможно, он действительно транжирил казну на неё, но… Это как-то не вписывается в характер злобного короля. В романе подчеркивается, что он был жадным до власти и денег, эгоистичным и любил роскошь…Он бы не потратил все деньги на девчонку и точно оставил бы себе запасы монет. Вот только, где он мог держать свои сокровища?

— Вероника… Прости, я запамятовал… Я закупал их сам или…

— Ох, нет-нет… — Вероника замахала руками и солнечно улыбнулась. — Вы поручили это мне.

Ха... Я та и знал, что сам Эдвард бы ничего не купил. Он бы удушил себя за каждую монету, но если деньги тратила эта девка...

— Поручил? — почти ласково протянул я, отчетливо видя, как ломаю ей шею в своих дивных фантазиях.

— Ах. да… Вы сказали, что если мне что-то нужно, то я могу это купить. Я сказала, что мне не помешало бы пару артефактов и Его Величество был так щедр, что разрешил мне купить столько, сколько я хочу.

Вероника улыбнулась так ярко и тепло, отчего мне ещё больше захотелось её придушить. Что она купила такого, что спустила все деньги? В каком количестве? Это хотя бы точно пригодно? А можно ли что-то продать из этого барахла?

И в каком месте это все закупал жадный король?! Так, надо успокоиться. вдруг что-то из этого поможет отстоять замок в сегодняшней битве или защититься от упырей.

Я попытался улыбнуться, хоть зол был до чертиков.

— Вероника… — мне потребовалось много сил, чтобы мой голос звучал ровно.

— Д-да, В-Ваше В-Величество? — девчонка испуганно попятилась назад и сжала ладони в кулаки, все же прочитав мое настроение.

— Покажи мне потом свои покупки. — я снова улыбнулся, обдумывая, что либо использую. либо продам что-то из этого барахла.

Девчонка активно закивала, низко склонив голову, и только иногда бросала взгляд из-под зеленой челки на меня, видимо, раздумывая, как бы быстрее смыться отсюда.

Васко рядом кинул на меня взгляд полный презрения. Его мне тоже захотелось ударить. Я ведь сам прекрасно понимаю в тело кого я попал. Черт, меньше надо было читать новеллы с попаданчеством. Возможно, я бы тогда не влип в это дерьмо.

Я прикрыл глаза на несколько минут. Итак, мы имеем: бесполезную сестру, которая должна спасти мир, пустую казну, недовольный народ, который может взяться за виллы в любой момент, пустоголовых и жадных дворян. Не густо.

— Эй, ты… — не открывая глаза я ткнул пальцем в сторону писаря. — Пиши новый приказ. «Его Величество повелевает прекратить сбор налогов с народа на три месяца. Любого, кто ослушается, ждет смерть».

— Н-но… — кто-то из дворян попытался возразить.

— А этого первого на виселицу! — я сорвался на крик. Как же меня бесит вся эта ситуация. Я король в этом чокнутом мире и хочу, нет, имею право жить богато и роскошно, а теперь все кануло в яму… Ублюдский роман.

Придется снова корректировать планы. Итак, сегодня мы спасем страну, после этого я ограблю Веронику или сначала заберу все у сестры, а потом буду спать народ. Я заставлю эту девчонку продать все барахло! Нужно узнать, как обстоят дела с провизией и провести чистку среди дворянского мусора. А потом можно расслабиться. Нет, нельзя… Королева Смерти и чокнутый алхимик никуда не денутся. Надо выяснить откуда взялся ненавистник магии, а затем разобраться с психованной вампиршей. Послать Веронику и Хонга в путешествие по континенту за упырями? Но, что если в её отсутствие нападение повторится? С ней я точно никуда не пойду! Я не хочу умирать! Остается ждать Королеву Смерти здесь. Выведу Веронику и Хонга на поле боя, а сам буду сидеть в замке, наблюдать за всем с первых рядов. Идеальный план.

Я открыл глаза, недовольно уставившись на кучку дворян. Все они не поднимали головы, вытирая пот со лба.

— Вон… Пошли все вон!

От моего крика вздрогнула даже Вероника. Она подобрала подол платья, быстро поклонилась и выбежала из зала быстрее дворян, впрочем, эти идиоты тоже не задержались. Писарь свернул бумаги и вышел самым последним. В тронном зале остался только я и Васко.

Тихий стук раздался в помещение. Он отражался от золотых стен. Я медленно постукивал по подлокотникам трона, пытаясь попасть в ритм воображаемых часов. К сожалению, в этом помещение не было никакого прибора измерения времени, поэтому я мог только предположить о том, что скоро близится рассвет. Небо за окнами оставалось багряным и пока не подавала признаки того, что солнце собирается выползти на поверхность. Чем быстрее я постукивал, сбиваясь с ритма, тем больше раздражался. Нет, меня злил не мною издаваемый звук. Меня бесили глаза, что смотрели на меня пристально.

— Ты почему все ещё здесь? Я сказал убираться. — я хмуро уставился в ответ, но получил только ухмылку.

— Надо же… Ты сдержал слово. — медленно и с недоверием произнес Васко.

— Я - король. — напомнил я ему без стыда и ударил по подлокотнику трона. — Обращайся ко мне на "вы" и с должным уважением!

Его нахальство меня бесило, а я итак был в ярости на всю ситуацию. Не день, а сплошной кошмар. Мне срочно нужно заесть стресс, чем то вкусным. Где Айра и завтрак?

— Конечно, Ваше Величество. Я буду ждать вас в коридоре. — в той же манере произнес Васко, низко поклонившись, а затем вышел.

А я остался недоуменно смотреть ему в след, что-то мне подсказывало, что он так и будет мне тыкать. Да и зачем ему меня ждать? Есть что-то ещё о чем он хочет попросить? Только не это, я не за что отсюда не выйду. Мне хватит стресса на сегодня, ведь я едва не умер.

Но как бы я не хотел выходить придется, ведь отправная точка приключений Вероники начнется сегодня вечером. По случаю праздника великого солнцестояния сегодня в замке состоится бал и именно во время этого бала Вероника сбежит. Её не будет, когда упыри, порожденные Королевой Смерти нападут и уничтожат все, начиная с замка и кончая ближними деревнями.

Моя задача на сегодня держать Веронику рядом при себе любой ценой, чтобы в момент нападения она смогла защитить меня, а также спасти замок.