Падение Вавилона - 1 "Тропа Ганнибала"

Пролог

11 сентября 791 года после колонизационной эры.

Земная Федерация

Внешнее кольцо

Система Сигма Конкордия

Голубовато-зелёный шар Конкордии медленно вращался по своей орбите вокруг газового гиганта Арагона.

И вместе с ним это делали ещё шесть спутников размерами куда меньше своей обитаемой сестры. В отличии от Конкордии они не имели собственной атмосферы и в силу куда как более скромных размеров были практически непригодны для того, чтобы на их поверхности могла возникнуть хоть какая либо жизнь.

Впрочем, это нисколько не отменяло того факта, что луны имели столь же высокую важность для обитателей системы, как и сама Конкордия. Эти спутники обладали крайне богатыми залежами ресурсов. Поистине огромные залежи редкоземельных металлов и других химических элементов сделали жителей Конкордии и их мир одними из богатейших во всём внешнем кольце Федерации.

Те, кому «повезло» бы погрузиться в тёмные глубины бездны финансовых отчётов, заявили бы, что в плане богатства ресурсами, развитой промышленности и сильной экономической базы, Конкордия не уступала даже широко известным Мирам Ядра Земной Федерации.

Именно это сделало Конкордию одним из самых влиятельных миров Пиренейского сектора Федерации. Ещё, иногда, за глаза его называли Восточным, так как на звёздной карте Федерации он занимал именно восточную часть обширной территории, что распространялась во все стороны от колыбели человечества.

Любопытные подробности, которые, к слову, мало заботили капитана спецназа флота Алексея Зарина, в этот момент внимательно проверяющего системы своей десантной брони.

Мощный и сверхсовременный бронекостюм сидел на его высоком и подтянутом мускулистом теле, как влитой. Словно вторая кожа.

Матово-чёрное покрытие, чтобы было сложнее заметить на фоне космической темноты. Прочная композитная броня, способная с лёгкостью выдержать выстрелы из большей части лёгкого стрелкового оружия. Запас кислорода и полная герметичность, что давало оператору брони возможность действовать в полном вакууме. Специальные приводы и комплекты искусственных мышц, дающие своему носителю способность гнуть металл буквально голыми руками.

Или крушить человеческие черепа кулаками без каких либо усилий.

Следом шёл закреплённый на спине блок СПМ или системы пространственного маневрирования, если полностью.

Специальный, похожий на ранец механизм с выдвижными соплами двигателей и запасом топлива. Предназначенный для использования в вакууме, он позволял подготовленному человеку без проблем передвигаться в космическом пространстве и при отсутствии гравитации.

Оружие. Лёгкий импульсный карабин. Шесть запасных магазинов для него с разными типами боеприпасов. В основном ослабленные заряды, предназначенные для применения в условиях довольно «хрупких» внутренностей космических кораблей и станций. Правда их дополняла и четвёрка магазинов со стандартными, сверхзвуковыми дротиками. Пистолет. Несколько типов различных гранат. На тот случай, если обычной стрелковки Алексею не хватит.

Устройства для электронного взлома, чтобы тихо попасть туда куда не следует.

Компактные кумулятивные заряды для того, чтобы влезть туда же, но уже только громко и с печальными последствиями для всех находящихся внутри.

И ещё разное, по мелочи.

Всё это добро надёжно распределено по броне в специальных креплениях и кармашках. Так, чтобы Алексей мог дотянуться до любого необходимого предмета с закрытыми глазами и, чтобы всё это не мешало во время работы и движения.

Закончив очередную проверку, третью за последний час, он посмотрел на своих людей, занятых тем же самым.

Оставалось надеяться на то, что весь этот арсенал им сегодня не пригодится. Их сегодняшняя миссия предполагала план действий «тихо пришли, узнали, что нужно и так же тихо ушли», а не «ворваться, всех перестрелять, всё взорвать и сбежать ловя чужие выстрелы своими задницами».

От последних, если по правде, Алексей уже немного устал. Но, если уж собрались на миссию в отрыве от «своих» и с проникновением туда, где вам заведомо будут не рады, то лучше быть предельно готовым к тому, что всё пойдёт далеко не так, как рассчитываешь.

В конце-концов, требовалось поддерживать репутацию подразделения. Не зря их считали одной из лучших групп спецназа во всём флоте Федерации.

— Все проверили снаряжение?

Трое остальных членов его отряда, одетые в точно такую же штурмовую броню почти синхронно кивнули.

— Отлично, — Алексей быстро переключился на канал, связывающий его с пилотом небольшого транспортника. — Мы готовы к выброске.

— Понял. Мы почти на месте, — донёсся до него голос пилота. — Сейчас облетаем Арагон по дальней орбите. Через одиннадцать минут Катарсия будет в зоне для сброса. Я предупрежу вас за триста секунд до выброски.

— Отлично.

Отключив связь, Алексей ещё раз мысленно проверил своё снаряжение, хотя после всех предыдущих проверок в этом вряд ли была хоть какая-то необходимость.

На самом деле их задание не являлось чем-то сложным.

По крайней мере на первый взгляд и уж точно не для него и его людей. Проникновение на космические объекты и корабли было основной специальностью таких подразделений. Правда именно они были максимально натренированы и подготовлены для действий в космосе, так что ничего удивительного в том, что выбрали именно их.

Катарсия. Шестой спутник Арагона. По сравнению с Конкордией его можно назвать совсем небольшим. Размеры достигали едва ли двадцати трёх процентов от размеров самой обитаемой планеты.

И именно орбита этой луны и то, что на ней находилось и стало их главной целью сегодня.

А вот причина, почему им предстояло «проморозить» свои задницы в вакууме уходила своими корнями в не столь отдалённое прошлое. Началось всё задолго до этого дня. Бардак пяти прошедших стандартных лет стал лишь законным продолжением того, что назревало последние лет двадцать.

Земная Федерация трещала по швам.

Как натянутое лоскутное одеяло. Нити, скрепляющие связанные между собой обрывки разношёрстной ткани трещали, грозя оборваться в любой момент.

Недовольство политикой сконцентрированных вокруг колыбели человечества Миров Ядра и власти огромных корпораций распространялось по внешнему кольцу подобно лесному пожару. Постоянно вспыхивали разжигаемые людским недовольством бунты. Бесконечные митинги и массовые протесты с требованиями о пересмотре внутренней политики и даже требования о выходе из состава Федерации.

И с каждым годом эти настроения становились всё более и более опасными. Подобно гранате, которую кто-то подогревал на сковородке.

Мирам Внешнего кольца надоело, что их ресурсы высасываются в силу процветания центральных систем. Экономика. Промышленность. Благосостояние. Все эти показатели год от года постоянно снижались по всему Кольцу.

Если котёл слишком плотно закрыть крышкой, то недовольство и гнев будут копиться внутри.

Ничего удивительного, что рано или поздно крышку с котла может и сорвать.

Сколько было попыток захвата власти за последние пять лет? Мятежей против законного федерального правительства. Семь? Восемь? Семь. Точно.

В двух случаях удалось добиться разрешения кризиса малой кровью. С помощью слов и разговоров. Говорить-говорить лучше чем воевать-воевать. И то, если учесть последние новости, Алексей считал это исключительно временным решением. Слова хороши только тогда, когда их поддерживают делом. В противном случае всё это словоблудие и семантика приведут лишь к ещё большему росту недоверия в будущем.

И даже он признавал, что у федерального правительства в последнее время с этим самым доверием большие проблемы. Чертовски большие.

Но, как уже было сказано, в двух случаях удалось договориться.

А вот остальные пять...

Алексей видел кадры с Нового Мумбая. Просто безумие какое-то. Восставшие перебили управляющее системой правительство и каким-то образом умудрились захватить несколько кораблей патрульного флота. Даже успели заявить о выходе из состава Федерации и своей независимости. Очень громко заявить, подорвав эсминец ФЗФ, вошедший в систему и не имеющий никакого понятия о происходящем там.

Ага. Самонадеянные придурки. Наверное они очень радовались своей независимости.

Целых два с половиной месяца. Ровно до того момента, пока в систему не пришёл флот Федерации.

Брат рассказывал ему о том, что там происходило. Александр как раз служил капитаном на одном из лёгких крейсеров, что входили в отправленные к Новому Мумбаю силы.

На что они рассчитывали?

Нет, понятно, что попытались обороняться. Использовали сначала захваченные корабли, а когда те оказались разорваны на части под огнём ракет атакующих сил ФЗФ ( флота Земной Федерации ), то приняли совсем уж безумное решение. Подорвали несколько десятков барж с рудой на орбитах собственной планеты.

Спровоцированный этими действиями Синдром Кесслера смахнул каменным дождём всё, что находилось на низких и средних орбитах.

Каждый объект космической инфраструктуры оказался разрушен летящими с огромной скоростью камнями и кусками руды.

И их обломки добавились к огромному мусорному щиту, что окружил всю планету. Таким образом они планировали защитить себя от возможной высадки миротворческих войск Федерации.

А ещё от этих безумных действий погибли почти тридцать тысяч человек, что находились на орбитальных станциях.

И? На кой чёрт было так делать? Сильно им это помогло? Ну задержали они высадку. Аж на целых одиннадцать дней, пока флот занимался расчисткой безопасного фарватера через эту преграду.

А затем все, кто имел хоть какое-то отношение к мятежу умылись собственной кровью.

И подобное случилось ещё в четырёх мирах. Каждый раз с огромными жертвами среди поднявших восстание местных жителей. Там уже не разбирались, кто выступал на стороне мятежников, а кто просто попался под руку, оказавшись не в то время и не в том месте.

Удивительно, но Новый Мумбаи оказался даже не худшим случаем среди них.

До того, что произошло на Аркане-3, пожалуй, далеко будет всему. До сих пор не понятно, что именно произошло и как человек ответственный за операцию допустил подобное.

Одни кричали, что это командующий миротворческими силами Федерации нанёс ядерные удары с орбиты по планете.

Другие, что это сами мятежники взорвали захваченное ими ядерное оружие в крупных городах.

Какая теперь разница?

Итог-то всё равно один.

И без того негостеприимная поверхность Арканы-3 превратилась в выжженную ядерным огнём пустыню. Просто безумие какое-то.

А теперь руководство флотской разведки получило данные о том, что на Конкордии появились намёки на подготовку к очередному восстанию. Алексей не знал всей информации, но раз флотская разведка так уверенно заявила об этом, то на это есть причины. Ведь не может же она ошибаться?

От этих мыслей хотелось ругаться. Впрочем, оно и не удивительно. В последние время разведка, как флота, так и федеральных ведомств, допускали один прокол за другим. Катастрофы Нового Мумбая и Арканы-3 не дадут соврать.

Осведомлённость Алексея ограничивалась лишь связанными с заданием сведениями. Только то, что имело отношение к его работе и всё. И по этим данным выходило, что кто-то организовал на орбите Катарсии тайные фабрики по производству оружия, используя для этих целей крупные промышленные станции по переработке добываемой на богатой металлами Катарсии руды.

И теперь Алексею и его людям нужно было это проверить. Желательно максимально тайно и незаметно. Так, чтобы не вызвать очередной внутриполитический скандал.

И именно этим они и собирались заняться.

— Подходим к луне, — предупредил его голос пилота. — Пять минут до сброса.

— Понял. Запускаем обманку.

Достаточно было всего одного короткого сигнала.

В тот же момент на орбите Конкордии взорвалось частное транспортное судно. Заложенные в реакторном отсеке заряды вызвали мгновенное разрушение ядра и плазменные протуберанцы вырвались на свободу, разорвав грузовик на части.

Если бы Алексей сейчас подключился бы общей информационной сети Сигмы Конкордии, то смог бы даже понаблюдать за поднявшейся в системе шумихой.

Сейчас там царила полная неразбериха.

Службы астроконтроля Конкордии пытались понять, что именно только что случилось. Находящиеся на орбите суда спешно поднимались на более высокие орбиты, стремясь как можно скорее выйти за пределы разлетающегося во все стороны облака обломков.

Самый настоящий рукотворный хаос, созданный человеческим руками.

Алексей искренне надеялся на то, что в случившемся никто не пострадает.

Хотя и понимал, что это маловероятно.

Обязательно найдётся какой-нибудь идиот, который сунется туда, куда не следовало наплевав на все предостережения, запреты и здравый смысл. Такие всегда находятся. Или же кто-то, кто не успеет вовремя уйти с опасной орбиты.

Они предприняли всё возможное, чтобы уменьшить побочный ущерб, но всё предсказать невозможно.

Грузовик был пуст. Экипажа на нём не было. Они поместили его на самую пустую стояночную орбиту и как можно дальше от любого корабля, что непременно уменьшит количество возможных случайных жертв.

Но главное — это сработало. Все глаза сейчас оказались прикованы к произошедшей на орбите Конкордии трагедии.

— Три минуты до сброса, — прозвучал в шлеме голос пилота. — Вы там неплохой фейерверк устроили. «Алигьери» сообщает, что все экстренные службы стягиваются к планете.

— На то и расчёт, — отозвался Алексей и переключился на частоту отряда. — Три минуты! Всем приготовиться.

Четверо спецназовцев заняли позиции напротив широкого грузового люка.

— Готовность?

— Готов, — послышался голос Исиды, главного техника команды.

— Давно уже, — это, ворчливая, как обычно, отозвалась Карли. В этот раз для её снайперских навыков места не найдётся. — Задолбалась ждать.

— Надеюсь хоть в этот раз всё будет не так, как обычно, — запричитал Йохан. — Меня достало, что каждый раз когда намечается стрельба, то прилетает почему-то именно мне, а не вам...

— Это потому, что ты из нас самый симпатичный, — поддела товарища Карли. — Простоы ты им нравишься.

— В задницу такую симпатию, — недовольно буркнул Йохан. — Вы ржёте, а мне в прошлый раз пришлось кисть регенить. Во второй раз уже! Сколько можно уже? Одно и тоже каждый...

— Хорош болтать! — осадил подчинённых Алексей, сверившись с мигающим на экране хронометром. — Тридцать секунд.

— Там где флот не пролетит! — завёл привычную поговорку Исида.

— Там где пехота не пройдёт! — поддержала товарища Карли.

— Там проползёт флотский спецназ! — не удержался и со смешком в голосе добавил Алексей, глядя на то, как секундомер отсчитывал последние секунды.

— Ага, — всё так же недовольно заворчал Йохан. — И ничего с ним не случится. Возможно. Но это, как всегда, не точно...

Хронометр на дисплее показал четыре нуля и одновременно с этим раскрылся грузовой отсек. Быстро и стремительно, обеспечив в закрытом отсеке моментальную декомпрессию.

Поток вырвавшейся на свободу атмосферы моментально выбросил четырёх человек в космос. Не самое лучшее событие в жизни любого космонавта.

Правда, если учесть, что в этот момент небольшой грузовик оказался ориентирован створкой грузового отсека в определённом направлении то можно сказать, что всё шло по плану.

Алексей и трое его товарищей моментально включили свои СПМ и направились в сторону занимающее почти все обозримое пространство Катарсии.

Огромные промышленные платформы висели на геосинхронной орбите Катарсии разрастались во все стороны подобно огромному и уродливому пауку, раскинувшему в стороны свои гротескные лапы.

Орбитальные доки. Склады. Заводы по переработке. Грузовые разгрузочные терминалы и прочие строения. Всё это уже уже давно утратило свою индивидуальность, слившись друг с другом в гигантский и гротескный симбиотический организм, растянувшийся почти на семь километров. Уродливое, но крайне эффективное порождение современной промышленности.

Все это было последствиями решения создать централизованный завод на орбите Катарсии. Сюда стекалась руда со всех остальных спутников Арагона.

За почти двести лет, прошедшие с момента создания первой станции над поверхностью луны, уже трудно было сказать, какая часть огромного комплекса была построена первой. Бесконечные модернизации с целью увеличить промышленный потенциал, а также создание всё новых и новых модулей превратило это место в крупнейший объект орбитальной инфраструктуры в системе.

И именно он являлся целью Алексея Зарина и его группы.

Заметить четыре крошечные фигуры, подлетающие к одному из краёв огромного комплекса казалось практически невозможным. Умная краска их брони заставляла фигуры сливаться с чернотой космоса, а радиопоглощающее покрытие костюма гарантировало, что радары не смогут нащупать столь маленькие объекты.

К тому же отвлекающий манёвр сработал, как нельзя лучше.

Всё внимание сейчас оказалось прикованным к развернувшейся на орбите Конкордии катастрофе погибшего транспорта, что делало задачу по проникновению ещё проще.

Взмахнув рукой в сторону и позволив инерции развернуть тело в невесомости, Алексей коротким импульсом погасил остаточную скорость, коснувшись рукой металлического покрытия станции.

Рядом с ним столь же плавно и умело затормозили и остальные члены отряда. Алексей даже не пользовался связью. Просто указал рукой в сторону технического шлюза, едва заметного на общем корпусе станции.

Глядя на то, как Исида быстро подключился к управляющей электронике и взломал систему доступа, открывая шлюз, Алексей отсоединил от спины модуль СПМ.

Их задание началось.

***

— Ну? Что там?

— Трудно сказать, начальник, — прозвучал в динамиках шлема голос Исиды. — Влезть в их систему сложнее, чем в утиную задницу в холодном пруду.

Быстро указав Карли сменить его, Алексей отошёл от угла, который последние пять минут держал под прицелом карабина и отошёл назад. Туда, где на полу расположился главный техник отряда, пытающийся сейчас попасть в компьютерную систему всего комплекса через информационный порт.

До этого момента всё шло относительно по плану. Отряд проник на платформы и через систему технических тоннелей и коридоров добрался до одного из третьестепенных информационных узлов. Тот факт, что использовались они лишь в том случае, когда основной и вторичный по каким-то причинам выходили из строя в значительной мере облегчал задачу.

Особенно если учесть, что Исида подключался не через сам узел, а через идущие от него коммуникационные шины, проложенные в одном из технических тоннелей. Даже на такой огромной станции около третичного узла могли находиться люди.

— В чём дело? — требовательно спросил Алексей. — Только не говори мне, что ты не смог влезть в систему. Я в такое ни в жизнь не поверю.

— Шеф, давай вот без оскорблений, а? — В голосе Исиды прозвучали обиженные нотки. — В основную сеть я влез, но вот дальше не пройти. Всё вморожено в слои «глубокого» льда.

Зацепившись за последние слова, разум командира отряда моментально взглянул на ситуация под новым углом.

— На сколько «глубокого»?

— Очень. Кто-то проделал мастерскую работу над тем, чтобы обеспечить этому месту хорошую защиту от взлома. На уровне систем защиты программных баз Флота.

— Бред какой-то, — в задумчивости пробормотал Алексей. — Заводы на Катарсии не участвуют в оборонных заказах. Им нет смысла в такой защите. Здесь только гражданское производство. Если только...

— Если только они очень-очень не хотят что-то скрыть, — тут же закончил за него Исида. — Я тоже так подумал.

— Сможешь пролезть через неё?

В целом ответ на вопрос стал понятен уже по тому уровню скепсиса, которым сочился голос техника. Но спросить Алексей был обязан.

— Так чтобы нас не заметили? Хрен там плавал. Я имею в виду, что отсюда шансов пробраться внутрь системы нет вообще. Никаких. Ноль. Но если подключиться через блоки на одном из контрольных терминалов, то может быть шанс и есть. Но даже тогда, контролирующая всю защиту программа нас с высокой долей вероятности обнаружит уже через десять или двенадцать минут после того, как я начну «рубить лёд». Чем глубже влезу — тем выше шансы. Уж проще зайти с одного из контрольных пунктов и слить нужные нам данные оттуда напрямую.

Обдумав услышанное Алексей задал новый вопрос.

— Сколько времени тебе понадобится?

— Если делать всё по тихому? День. Неделя. Месяц. Без понятия. Это если буду стараться не оставить следов. Если же плюнем на секретность, то минут десять или пятнадцать, примерно. Возможно. Сложно сказать, короче. Говорю же, я с настолько навороченной системой ещё не сталкивался. Но, на такой случай у меня есть вот это.

Он показал на маленький, размером с ноготь, инфочип.

— Здесь программа-червь. Она прогрызёт его почти мгновенно, но это больше будет похоже на попытку въехать на бульдозере в витрину магазина, который хотели обчистить в тихую. Нас засекут почти мгновенно. И даже в этом случае я не могу обещать, что мы получим нужные данные. Прости, шеф.

Произошедшее ставило перед Алексеем непростой вопрос.

Они находились на борту промышленных платформ Катарсии уже больше пяти с половиной часов. Пока что им удавалось оставаться незамеченными, благо двигались они в основном техническими переходами и тоннелями, тщательно скрывая своё пребывание на станции. Да и для проникновения Зарин выбрал одну из старейших частей орбитального промышленного комплекса. Здесь почти не велись работы, в отличии от других платформ.

Вот только это означало, что и оборудование здесь будет куда более устаревшим. Они рассчитывали, что это облегчит работу, вот только вышло всё иначе.

Требовалось принять решение. Либо идти осматривать интересующую их платформу собственными глазами, либо же, как уже предложил Исида, проникнуть на один из контрольных терминалов и попытаться влезть в местную систему даже с риском возможного обнаружения.

И вот именно вероятность этого остановила Алексея от проникновения на интересующую их платформу «Б-4».

Даже несмотря на то, что при себе у них не имелось никаких отличительных знаков — все личные вещи, хоть сколько-то способные помочь в определении их личностей команда оставила на базе, вероятность того, что их могли опознать всё равно оставалась. А учитывая неспокойную обстановку в Пиренейском секторе, это грозило огромными проблемами.

Неприятно.

— Ладно, действуем по второму варианту. Разделимся, — принял решение Алексей. — Карли и я проведаем платформу «Б-4». Исида, вы с Йоханом доберётесь до... какой терминал доступа тебе нужен?

— Лучше всего со основного контрольного пункта.

— Значит идёте к основному. Если получится, то так, чтобы никто не понял, что здесь есть кто-то посторонний. В случае же если вас заметят, то действуйте по ситуации.

Говорить о том, чтобы его люди не палили во все стороны без разбору Алексей не стал. И так всем всё понятно, чай не маленькие. Находящиеся на платформе гражданские по прежнему являлись гражданами Федерации, даже несмотря на царящие на Конкордии волнения и крайне дурно пахнущие оппозиционные настроения.

Только вот как бы жестоко и цинично это не прозвучало, но сохранность и безопасность его людей стояли для Алексея в куда большем приоритете, нежели здоровье и жизни местных.

Оставив Исиду и Йохана позади себя, Алексей взял с собой Карли и направился по техническому тоннелю. Карта на лицевом щитке шлема его костюма исправно выводила схему платформы, что практически исключало возможность заблудиться в бесчисленных коридорах и переходах.

Платформа «Б-4», которая являлась их второй целью в этой миссии, являлась одной из самых последних построенных. Одной из наиболее продуктивных перерабатывающих и производственных объектов космической инфраструктуры на орбите Катарсии. А, возможно, и во всей системе.

По своей сути она представляла собой огромное сооружение, доверху набитое перерабатывающими комплексами, плавильнями, аппаратурой промышленной печати и всем прочим, необходимым для производства полного цикла.

Вообще большая часть комплекса принадлежала корпорации «Арматек». То есть не совсем ей, конечно, а одной из её бесчисленных отдельных фирм «Тяжёлое машиностроение Конкордии». Учитывая, что «Арматек» с момента своего образования и по сей день являлась одним из главных, подрядчиков военно промышленного комплекса Федерации, происходящее привлекло к себе довольно сильное внимание со стороны разведки флота.

Изначальной причиной, по которой Алексей и следовавшая сейчас за ним по пятам Карли практически ползли, согнувшись в три погибели по узкому и невысокому лазу, являлось сообщение главы службы федеральной безопасности. В нём сообщалось о том, что за последние шесть месяцев количество продукции с этого завода явно не соответствовало заявленной в документах. В целом ничего особенно удивительного. Владеющие такими предприятиями корпорации часто занижали количество официально производимой продукции, продавая излишки в обход федеральной налоговой системы.

Вряд ли кто-то вообще взглянул на это сообщение, если бы через четыре недели после своего отчёта глава ФСБ просто не исчез бы, вместе со своим заместителем. И тогда кому-то в голову пришла мысль о том, что повторение того, что случилось на Новом Мумбаи или Аркане-3 в условиях Конкордии, мало кому нужно.

Поэтому они здесь. Поэтому сейчас ползут по дьявольски узкому техническому лазу, перебираясь с одной платформы на другую. Чтобы разобраться в ситуации.

Жаль только, что всё не так легко, как того хотелось.

Перебраться на «Б-4» невозможно. По крайней мере так, чтобы их не заметили. И сейчас целью Алексея был небольшой шлюз, находящийся в конце этого коридора. Пришлось конечно повозиться с замками и электроникой доступа, чтобы никто на станции не узнал о его открытии, но большой проблемы это не представляло. Имеющиеся в наличии у Зарина оборудование позволяло сделать это без каких либо проблем.

Выбравшись на внешний корпус станции, он и Карли осторожно поплыли вдоль корпуса платформы, стараясь держаться в её почти что непроглядной тени. Запаса кислорода внутри брони хватит почти на три часа активной работы в вакууме или другой лишённой воздуха для дыхания среде. Главное не сорваться и не улететь в космос, потому что модули пространственного маневрирования остались далеко позади и сейчас возвращаться за ними было очень не с руки. Благо встроенные в броню магнитные элементы на подошвах и ладонях позволяли довольно уверенно передвигаться по корпусу без опаски, что всего одно неосторожное движение унесёт тебя в бескрайнюю пустоту.

— Ещё двести метров, — произнёс Зарин, сверившись со схемой комплекса на нашлемном дисплее.

— Поняла, — тут же отозвалась Карли. — Две сотни.

Задрав голову, Алексей бросил взгляд вверх, на висящую над ним громаду Катарсии.

Луна медленно вращалась под ним давая потрясающий вид на свою серую и безжизненную поверхность, изрезанную едва заметными линиями света в тех местах, где находились добывающие комплексы. На самом же деле Алексей смотрел «вниз» относительно плоскости всей станции, а сам спутник Арагона вращался под ним, но в данный момент его это мало волновало.

Главное сокровище «ТМК», платформа «Б-4» соединялась с основной частью промышленного комплекса широкими переходами и с помощью огромных, колоссальных по своим габаритам захватов. В местах максимальной ширины они могли бы посоперничать с некоторыми эсминцами, решил Алексей, как раз проплывая под одним из них. Карли не отставала от него ни на метр, оттолкнувшись от поверхности станции и неторопливо плывя через пустоту. Они пролетели почти пятьдесят метров, прежде чем мягко «врезаться» в корпус «Б-4».

Со стороны становилось понятно, почему это чудовищное порождение промышленного платформостроения вызывало у жителей Конкордии такую гордость. Инженеры «Тяжёлого Машиностроения Конкордии» постарались на славу. Почти два километра в длину и полтора в ширину. В самой своей высокой точке платформа достигала едва ли не пяти сотен метров.

До сегодняшнего дня Алексей видел таких монстров вблизи только на базах и верфях регулярного флота. Но там то оно и понятно. Те предназначались для постройки и обслуживания дредноутов. А здесь гражданский промышленный объект, не связанный с кораблестроением.

Впрочем, это нисколько не мешало ему помнить о своём собственном задании.

— Как войдём? — поинтересовалась напарница, стоя рядом с ним, прочно закрепившись магнитными подошвами на корпусе платформы.

— Лучше всего будет воспользоваться одним из сервисных шлюзов, — отозвался Алексей, быстро просмотрев план платформы. — Через триста метров должен быть отсек для приёма малых судов. Рядом с ним есть несколько, которые нам подойдут.

На самом деле вся ситуация благоволила к ним. Алексей специально выбрал это время для проведения всей операции. Катарсия находилась в области затемнения, временно прикрытая от света местной звезды громадой Арагона. Это продлиться недолго, учитывая период вращения спутника вокруг газового гиганта, но имеющегося времени более чем достаточно.

А заметить две очень тёмные фигуры в кромешной темноте лишённого света космоса будет крайне и крайне непросто. Особенно если они сами не хотят, чтобы их заметили.

— Исида? Йохан? — вызвал вторую часть отряда Алексей, неторопливо двигаясь по корпусу станции. Ранее он уже оставил несколько крошечных ретрансляторов, с помощь которых мог передавать сигнал в обход обычных сетей. — Что у вас?

— Мы на вторичном контрольном, шеф, — сразу же доложил технический специалист отряда. — Я уже подключился.

— Проблемы были?

— Пара гражданских. Йохан уложил их спать. Пока всё в норме. Ну, насколько текущую ситуацию вообще можно считать нормой.

— Понял. Держите меня в курсе если найдёте то, что нам нужно.

— Как обычно... Так. Стоп!

Что-то в интонациях его голоса заставило Алексея занервничать. Он даже дал рукой сигнал Карли остановится и занять место в укрытии рядом с сенсорной надстройкой.

— Что у вас?

— Я вошёл в общую систему, — отозвался Исида. — Сейчас пробиваюсь через авторизацию, но дело не в этом. Заодно я подключился к системам внешнего наблюдения. Скоро у вас будут гости. Три челнока идут от Конкордии прямо к «Б-4».

— От планеты, или...

— Без понятия. Их полётный план здесь не указан, но они помечены, как грузовые. В накладных только груз оборудования, но они идут к посадочной зоне, а не к разгрузочной. Зачем им...

— Зачем им лететь туда, если на борту груз, а не пассажиры, — закончил за него Алексей. — Да, хороший вопрос.

Аккуратно высунувшись из своего укрытия, он огляделся. Тот самый шлюпочный отсек, куда должны были прибыть упомянутые Исидой челноки находился всего в сотне метров впереди.

— Ещё что нибудь есть?

— Пока трудно сказать, шеф. Как только пройду систему защиты... если пройду, учитывая её уровень, то скажу конкретнее.

— Понял. Будьте осторожны и при необходимости уходите.

— Как обычно.

Отключив связь, Алексей махнул Карли следовать за ним. Повторять услышанное не пришлось, так как подчиненная слышала всё, что только что рассказал Исида. Так что они двинулись вперед, не тратя время впустую .

Они добрались до шлюпочного отсека почти одновременно с появившимися гостями. Три гражданских челнока, современных на вид и с эмблемами «ТМК» на бортах, осторожно замедлились, выходя на нулевую скорость относительно платформы. Играя короткими импульсами маневровых двигателей они начали процесс стыковки.

Интересно, кто это, мельком подумал Зарин, разглядывая тройку челноков, но почти сразу же выкинул эти мысли из головы. Сейчас думать надо было не об этом. Задача стояла в другом.

Чуть изменив маршрут, оба спецназовца обошли причальный док для малых судов и добрались по внешнему корпусу платформы до сервисного шлюза. На то, чтобы его вскрыть и заблокировать автоматику систем предупреждения о разгерметизации, ушло примерно тридцать секунд. Ещё сорок на то, чтобы оказаться внутри, снова выровнять давление и выбраться уже с другой стороны в техническом коридоре.

Платформа «Б-4» встретила Алексея Зарина ровным и едва заметным гулом. Тем самым, что встречается почти на любом корабле или станции. Его практически не замечаешь, если всё идёт нормально, конечно же. Сотни работающих механизмов, систем и всего прочего сливались в один общий, едва заметный шум, слышный, кажется, отовсюду.

Никуда не спеша и действуя осторожно, Алексей и следующая за ним по пятам Карли добрались до развилки и свернули направо. Выбранный маршрут в итоге должен привести их к одному из главных промышленных отсеков платформы. Всего их на «Б-4» имелось три штуки. По сути три отдельных завода по производству готовой продукции из добываемой на Катарсии руды. Запредельный уровень автоматизации производства делал наличие людей на них почти бессмысленным. Требовались лишь группы технических специалистов, следящих за производством, горстка управленцев, контролирующих работу и отдельные ремонтные бригады, потребные в исправлении возникающих неисправностей.

И сейчас Алексей мысленно поблагодарил начальство и проектировщиков «ТМК» за подобный подход к строительству. Перемещаться по почти что пустой платформе было куда, как сподручнее и снижало шансы наткнуться на непрошенных свидетелей пребывания здесь их отряда.

— Охренеть, — только и смогла произнести Карли, когда они вскрыли люк и выбрались внутрь промышленного зала. — Просто охренеть.

Алексей не мог с ней не согласиться. Они вдвоём стояли на мостках, протянувшихся по всей верхней части зала.

— Да, сюда поди можно линейный крейсер загнать, — высказал он своё предположение, оглядывая пространство перед собой.

Только оказавшись здесь можно до конца понять, что такое космическая промышленность во всём её индустриальном великолепии. Автоматизированные плавильни заглатывали поступающий сюда переработанный металл буквально тысячами тонн пожирая добываемую на Катарсии руду. Здесь же металл проходил через процессы обработки и очистки, получал все необходимые присадки, смешиваясь и превращаясь в прочнейшие сплавы, после чего поступал внутрь огромных размеров промышленные печатники, создающие из него почти готовую продукцию.

Сотни, если не более дронов перелетали с места на места, выполняя порученные программой задачи, как послушные муравьи, перетаскивая огромные листы металла или же следя за ходом работы, заменяя тем самым людей. Создавалось впечатление, что здесь не было вообще никого.

Что, впрочем, нисколько не лишало их работы.

— Пошли, — приказал Алексей. — Если верить имеющейся схеме, то один из вторичных контрольных пунктов находится в дальней части зала.

Перехватив поудобнее карабин, который он постоянно держал наготове, Зарин побежал вперёд, чувствуя невероятную лёгкость движений.

Быстрый взгляд на нашлемный индикатор подтвердил его догадки. Гравитация внутри зала имела пониженные значения. Едва ли пятнадцать процентов от стандартной. Видимо требовалось для производства, решил он, пробегая над огромным принтером, где как раз шла работа над здоровенным куском металла, на поверхность которого за каким-то чертом наращивали странную прослойку из какого-то композитного материала.

Как оказалось, Карли тоже обратила на это внимание.

— Странно, — прозвучал в динамиках его шлема задумчивый голос. — Где-то эти штуки я уже видела...

Но сейчас не время для того, чтобы отвлекаться. Их цель была уже совсем рядом.

Вторичный контрольный стеклянный «опухолью» выходил внутрь зала, позволяя находящимся внутри людям отслеживать происходящее внутри не только с помощью электроники и камер, но и своими собственными глазами.

К своему неудовольствию Алексей заметил несколько фигур, движущихся внутри освещённого помещения, скрытого толстыми панелями из стеклопласта. Правда он тут же подавил раздражение. Если на устаревшей части комплекса ещё можно было бы рассчитывать на расхлябанность персонала, то в его самой новейшей и современной части не стоило на это и надеяться.

— Карли, вариант — три, — на бегу отдал распоряжение Алексей, быстро убрав карабин за спину и тот сразу же плотно «прилип» к специальной пластине, позволяющей крепить оружие во время движения. Следующим движением он достал пистолет.

— Поняла. Действуем по третьему.

Её руки тоже сжимали табельный пистолет.

Благо мостки как раз проходили над выступающей частью смотрового пункта, в верхней части коего имелся сервисный люк. Им-то Алексей и собирался воспользоваться, просто спрыгнув вниз с мостков. С учётом пониженной гравитации падение выглядело так, словно он тонул в всяком киселе, так что пришлось оттолкнуться ногами, направив своё тело вниз, дабы ускорить спуск.

Перевернувшись в воздухе, он коснулся ногами крыши сервисного выступа. Карли «упала» рядом с ним парой секунд спустя, опустившись с грацией кошки, что всегда приземляется на все свои четыре лапы.

Быстро повернув запорный механизм, Зарин рывком распахнул люк и прыгнул ногами вперёд внутрь контрольного поста. В этот раз удар получился куда сильнее, потому что в отличии от производственного зала внутри поддерживалась уже более привычная для человека гравитация в одну стандартную g.

Алексей тяжело рухнул вниз, приземлившись бронированными ботинками с глухим грохотом. Прямо между тройкой техников, расслабленно развалившихся в своих креслах за пультами управления.

Удивление на их лицах продержалось всего мгновение, тут же смытое паническим страхом, когда импульсный пистолет в руках Зарина выплюнул первый заряд. Оглушающий снаряд ударил ближайшего к нему человека точно в грудь. Тело несчастного дёрнулось в конвульсиях и захрипело, медленно сползая на пол.

Двое других вскочили на ноги, попытавшись с криком броситься к выходу. Ни один из них до него не добрался. Одного вторым выстрелом вырубил Алексей, другого хлопнула Карли, уже оказавшись внутри и моментально сориентировавшись в ситуации.

Ещё два тела упали на пол, дёргаясь в конвульсиях, пока попавшие в их тела заряды станнера перегрузили их нервную систему.

— Проследи, чтобы никто не отъехал, — приказал Зарин и быстро подошёл к контрольному терминалу, за которым до их появления сидели эти ребята.

Карли же в этот момент принялась осматривать и быстро связывать пластиковыми наручниками их «свидетелей». Заодно и убедится, что никто из них не умрёт от воздействия шоковых патронов.

Подключившись к терминалу, командир вызвал вторую группу.

— Исида?

— Тут, шеф.

— Мы на вторичном контрольном центре. Что у вас?

— Всё очень и очень странно. Я смог кое как влезть в их сеть так, чтобы охранные системы меня не заметили, но здесь нет ничего, что хоть как-то походит на производство оружия, сэр. Вообще ничего. Только обычное производство.

Алексей нахмурился.

— Точно?

— Да. Кроме превышения нормы производства нет ничего, что может хоть как-то походить на незаконную деятельность. Вообще ничего...

Слушая одним ухом доклад Исиды, Алексей вошёл в систему и принялся проверять документы по исходящей продукции и прочие рабочие файлы, относящиеся к производимой на «Б-4» продукции.

И на первый взгляд всё выглядело именно так, как и доложил его подчинённый. Они пришли искать подпольное производство оружия, а вместо этого наткнулись на очередную схему для набивания карманов.

— Точно! — раздался в динамиках шлема голос Карли. — Я вспомнила, где видела эти штуки!

— Что? Какие штуки, — тут же спросил Исида.

Обернувшись, Алексей заметил, что все трое техников уже связаны и в ряд лежали на полу, на самой открытой части поста, где за ними было удобно наблюдать. Сама же Карли стояла у другой консоли, копаясь в её системе.

— Вот эти, — пояснила напарница, указав на нескольких дронов. Парящие с помощью репульсоров малыши как раз перетаскивали огромную металло-композитную плиту в сотне метров перед стеклом наблюдательного поста, где они находились. — Это броня. Я видела такие, когда мы торчали на базе на Новом Париже и там собирали пару новых станций.

— Броня для космических крепостей? — уточнил Алексей.

— Да. Или корабельная, — пожала плечами напарница. — Только эта раза в два толще той, что я видела.

— Исида?

— Я слышал, шеф. Сейчас проверю... нет, здесь вообще ни слова о такой чертовщине нет. В списках только обычная продукция. Быстро сборные модули и переработанная руда на отправку. Больше ничего...

— «ТМК» не занято в военных заказах, — подал голос Йохан, остававшийся в данный момент с Исидой в другой части комплекса. — Я проверял. Только гражданский сектор.

— Может они работают по заказам «Арматека»? — предположил Алексей. — Они же одни из главных подрядчиков флота.

— Может быть, но я нигде не видел ни единого упоминания о «Тяжёлом Машиностроении Конкордии» в документах на подобные заказы.

Алексей проводил взглядом огромный кусок корабельной брони, проплывший из одной части производственного зала в другую под бдительным присмотром десятка рабочих дронов. Туда, где складировали в специальных зонах уже готовые элементы. Очень и очень много готовых элементов, к слову. Если Карли не соврала и если учесть размеры этих плит, то только того, что видел Алексей хватило бы для того, чтобы обшить бронёй космическую крепость или дредноут. Да, ситуация становилась всё любопытнее и любопытнее...

— Так. Либо кто-то неплохо так ошибся и «ТМК» всё же работает на флот, либо на Конкордии в тайне производят броню для боевых кораблей...

— Твою мать! Лёша, взгляните на это!

Услышав неподдельную тревогу и удивление в её голосе, обычно не свойственные этой спокойной женщине, Алексей тут же оказался рядом с Карли.

Оказалось, что она уже успела подключится к системе видеонаблюдения платформы.

Картина с камеры показывала широкий зал, наполненный рабочими терминалами и сидящими за ними людьми. Быстро сверившись с подписью внизу, Зарин понял, что это главный командный центр платформы «Б-4», а трансляция велась в прямом эфире.

Сначала он даже не сразу понял, что именно так удивило Карли.—— Вот, — указала она на самый край видео. — Никого не напоминает?

Четыре человека стояли в дальней части комнатного пункта платформы и о чём-то разговаривали между собой.

Одного из них Алексей узнал сразу же. Глава «Тяжёлого Машиностроения Конкордии». Настоящий бегемот в шкуре человека. С такой огромной тушей вокруг него, наверное, создавалась собственное поле притяжения. Даже дорогой и явно сшитый на заказ костюм не мог хоть сколько-то скрыть чрезмерную полноту фигуры.

Впрочем, он даже близко не выглядел столь интересно, как трое других.

Две женщины. Одной на взгляд не больше тридцати стандартных лет, но это впечатление обманчиво. В эпоху, когда современная медицина может без особых проблем увеличить продолжительность жизни до двухсот-двухсот сорока и даже больше лет, внешний вид почти ничего не говорил о человеке.

И стоило признаться, что от того Алексей ощутил ещё больший дискомфорт при виде этой высокой и красивой женщины с длинными светлыми волосами рядом с руководителем «ТМК». Будто две противоположности. Одетая в идеально сидящий по фигуре деловой костюм, она говорила о чём-то с жирдяем.

Рядом с ней, чуть позади, стояла ещё одна девушка. Невысокая. На вид почти подросток. Худая, с короткими, чёрными волосами, она явно скучала, стоя привалившись спиной к стене с выражением полного безразличия ко всему происходящему на лице.

Но всё увиденное ранее практически сразу же оказалось забыто, стоило только Алексею понять, кто именно возвышался рядом с блондинкой.

— Твою мать... — неосознанно повторил он слова сказанные Карли всего минуту назад. — Да этого просто не может быть!

— Думаю, что мы можем смело заявить о том, что наша работа тут выполнена, — тут же поддержала его напарница, в это время копируя записи с камер.

— Это ты верно подметила, — Алексей быстро включил связь и вызвал вторую группу. — Исида? Йохан?

— Здесь, шеф.

— Сворачиваемся, — без лишних объяснений приказал Зарин. — Заканчивайте все свои дела и уходите. Здесь Кейн.

— Стоп, что?! — не удержавшись переспросил Исида. — Тот самый?! Он жив?

— Думаю, что не стоит спрашивать... — начал было Йохан, но Алексей быстро перебил его.

— Нет, не стоит. Я прямо сейчас смотрю на этого ублюдка. Сволочь живее всех живых. Сворачивайтесь и уходите, — приказал он. — Встречаемся у точки где сбросили СПМ.

Быстро достав из герметичного кармана на поясе накопитель данных, он подключил его к одному из терминалов. Встроенная в устройство программа тут же принялась копировать всё, до чего только могла дотянутся своими электронными щупальцами, скачивая информацию с серверов платформы.

Спорное решение. У них не имелось времени на расшифровку данных, да этим потом смогут заняться умники из разведки. Проблема в том, что червь, который сейчас с большим аппетитом поедал хранящуюся на компьютерах платформы информацию делал это без какой либо выборки, попросту переписывая каждый бит, который мог достать.

Но, это в любом случае будет хуже, если они вообще ничего не смогут с собой утянуть.

— Карли, копируй видео с камер, — Алексей достал ещё два накопителя и уже подключал их к другим терминалам.

— Я уже и так этим занимаюсь.

Агастус Кейн. Чёртов Агастус Кейн! Какого дьявола этот ублюдок тут делает?! Хотя, нет. Даже не так. Почему, дьявол его раздери он вообще всё ещё жив?!

Проверив, что все три диска исправно пишут материал, Алексей подскочил к напарнице.

— Убедись, что получишь хорошие кадры с их рожами, — напомнил он. — Нужно разобраться в том, что с ним за бабы и кто они такие.

— Да, да, — раздражённо произнесла Карли, уже перенося записи на ещё один диск. — Я помню.

Удержавшись от желания поторопить её, Алексей наклонился к развёрнутому над терминалом голографическому дисплею, куда по прежнему выводилась картинка с камер наблюдения.

Кейн, неизвестная Алексею блондинка и глава «ТМК» всё ещё о чём-то разговаривали, при этом жирдяй показывал рукой на висящую перед ними голограмму-схему. Что-то вроде какого-то корабля или чего-то подобного.

На ум неожиданно пришли слова Карли о тех плитах брони, что они видели в промышленном зале.

Впрочем, так же быстро, как Алексей о них вспомнил, так же и забыл, когда его глаза остановились на странной детали. Он вновь посмотрел на стоящую отдельно молодую девушку с короткими тёмными волосами. Та определённо скучала, скрестив руки на груди и опершись спиной на стену.

Было в её лице что-то странное, чего Алексей никак не мог объяснить. Что-то в выражении её лица зацепило его...

А потом он вспомнил своего знакомого. Армейского сержанта. Они встречались пол года или около того назад. Это случилось всего через два месяца после того, как восстание на Новом Мумбаи подавили силами армии и флота. И вот у него в тот раз на лице было именно такое выражение. То, о чём тебе никогда не скажут на призывном пункте или же в рекламе службы армии и флота. Никто не хочет, чтобы ты вместо всеобщего почёта от носимой формы задумывался о том, что будешь убивать собственных граждан только из-за того, что кучка идиотов вбила им очередной идиотский бред в их безмозглые головы.

Сражения в городских условиях никогда не бывают лёгкими и бескровными. Это тысячи и тысячи жертв среди гражданских. Даже если ты стараешься действовать аккуратно, то потери в условиях крупной войсковой операции неизбежны.

А на Новом Мумбаи никто не пытался действовать осторожно. Солдаты просто истребляли представляющие для них опасность угрозы. Это не сложно, пока твоё сознание расчеловечивает сражающихся с тобой людей до уровня «целей». Обычных, пусть и опасных мишеней, по которым ты так задорно стрелял на стрельбище. Психологический рефлекс, чтобы защитить разум человека.

Алексей видел, как тот сержант смотрел на окружающих его людей и не видел в них живых существ. Такое сложно объяснить и практически невозможно забыть.

И у этой мелкой девицы был именно такой взгляд. Взгляд человека, который повидал столько смертей, что...

Алексей вдруг вздрогнул и отшатнулся от дисплея.

Девушка на видео медленно подняла голову, нашла глазами объектив направленной на неё камеры и посмотрела прямо в него.

Вот только Зарину показалось, что взгляд этих мрачных глаз вцепился ему в душу.

Он ещё пару мгновений не отрывал глаз от экрана, заметив, как эта странная девушка вдруг отлипла от стены и подошла к блондинке, что-то обсуждающую с Кейном.

Как бы безумно не выглядело произошедшее, оно стало последней каплей.

— Уходим. Быстро, — Алексей принялся быстро отключать ранее размещённые диски, удостоверившись, что каждый из них забит материалами на сто процентов.

— Я почти закончила...

Свет резко погас, а всё оборудование вокруг них резко отключилось. Будто кто-то попросту отрубил подачу электричества.

Нет, вдруг дошло до Зарина. Именно так всё и было. Они попросту вырубили питание.

Створки герметичных дверей за их спиной щёлкнули, блокируясь в закрытом положении. Вместе с ними закрылся и сервисный люк, через который они проникли сюда всего десять минут назад.

— Какого чёрта?!

— Потом, Карли, — Алексей сорвал с креплений на груди пару кумулятивных зарядов. — Дай мне свои.

Её не требовалось переспрашивать. Их отряд уже так долго работал вместе и тренировался, что каждый понимал другого с полуслова. Не прошло и пары секунд, а она уже перебросила ему оба имеющихся у неё заряда.

Быстро сорвав с их задней поверхности тонкую пластиковую ленту, Зарин прилепил четыре небольшие пластины прямо на стекло обзорного «пузыря», выходящего в промышленный зал.

Но, прежде чем он успел нажать на кнопку детонатора, громкий щелчок оповестил о том, что ведущие в помещение двери вновь разблокировались и начали открываться.

Оба импульсных карабина оказались в руках бойцов спецназа Федерации и открыли огонь ещё до того, как первый из их противников шагнул внутрь комнаты.

Впрочем, столь же быстро стало понятно, что в данной ситуации их выстрелы окажутся практически бесполезными.

АРК даже не почувствовал попадания по своей бронированной шкуре ослабленных, предназначенных для ведения огня в условиях космических станций и кораблей зарядов. Шестипалая механическая тварь типа «Скарабей» проворно ворвалась в помещение, перебирая оснащенными магнитными захватами лапами по полу, будто жуткое паукообразное чудовище. Установленный впереди блок датчиков ворочался из стороны в сторону в поисках добычи.

И очень быстро её нашёл в виде стоящего в нескольких метрах от него капитана спецназа.

Услышав внутри глухого шлема эхо собственной ругани, Алексей бросился в сторону, уходя от удара механической лапы. Ранее служивший для робота в качестве точки опоры, магнитный захват моментально преобразился, превратившись в составную клешню.

Одного только взгляда на эту штуку было достаточно для того, чтобы понять. Если она в него вцепится, то попросту вскроет бронекостюм, как раковину моллюска. А своей мякоткой Алексей делиться не хотел.

Магазин с ослабленными зарядами полетел на пол. Вместе него на его место встал другой. С бронебойными дротиками. Не время миндальничать. Особенно когда за спиной одного дрона появился ещё один.

А за ним третий... и тут же лишился одной из конечностей. Карли уже успела сменить боеприпасы. Ещё одной очередью она превратила расположенный в передней части дрона комплекс датчиков и сенсоров в кашу из металла и электроники.

Автономные роботизированные комплексы, или же просто, АРКи, представляли из себя огромный спектр роботов всех типов и мастей. В том числе и военных. И если бы не смертельная опасность, в которой они оказались, то Алексея очень заинтересовал бы вопрос о том, откуда у гражданской корпорации «ТМК» взялись сугубо военные «Скарабей М6».

Впрочем, ответ был не так уж и сложен, если вспомнить, что их производила «Арматек».

Но именно сейчас уклоняющегося от механической клешни Зарина это мало волновало. Вместо столь важной для него головы раскрывшийся манипулятор выдрал кусок из рабочего терминала.

Выпустив половину магазина по лапе «Скарабея», Алексей добился того, чтобы АРКу оторвало одну из клешней. В отличии от Карли он был не столь меток, чтобы в подобной обстановке положить короткую очередь точно в неприкрытое броней сочинение манипулятора с корпусом. Так что пришлось потратить больше зарядов.

Раздосадованный произошедшим агрессивный механизм вдруг неожиданно и очень быстро развернулся, ударив Зарина другим манипулятором.

Ему удалось избежать участи попасть в его захват, но вот совсем увернуться от встречи не получилось. Алексея словно ударили в грудь тараном, отшвырнув к дальней стене. Такой удар с лёгкостью убил бы незащищенного человека, благо броня спасла Алексею жизнь.

Под писк систем предупреждения, он вскочил на ноги, чувствуя, как грудь вспыхивает болью при каждом движением. Где-то сбоку слышалась стрельба из карабина Карли. Её выстрелы уже не были похожи на свистящее шипение, а отдавались громкими хлопками при каждом выстреле, когда очередной дротик вылетая из разгонного ствола преодолевал звуковой барьер. Явный признак того, что напарница тоже перешла на усиленные заряды, наплевав на безопасность и сохранность окружающей их обоих станции.

Дав короткую очередь в подкрадывающегося к ней «Скарабея» и перебив тому одну из конечностей, Алексей тут же перевёл огонь на своего собственного противника. Прыжок за укрытие, дабы не попасть в захват прыгнувшего на него робота позволил оказаться рядом с необходимым местом.

Тварь забралась на терминал, откуда он ещё пару минут назад скачивал данные и прыгнула прямо на него.

Поджав к себе ноги, Алексей выбросил их вперёд, попав роботу в нижнюю часть корпуса. Приводы и искусственные мышцы брони многократно усилили это движение, перебрасывая АРКа дальше, прямо в широкую панораму обзорного стекла.

Стоило признать, что конструкторы постарались на совесть. Стекло лишь треснуло, когда в него врезались две сотни килограмм металла, а общая рама несколько прогнулась, но с честью выдержала подобный удар.

Впрочем, это было уже не важно.

— Карли! — заорал Алексей так, что у него едва не заложило уши. — Уходим! Сейчас же!

Одновременно с этим он бросился прямо к стеклу, активировав детонатор.

Размещенные ранее кумулятивные заряды направленным взрывом снесли большую часть обзорного «пузыря», выбросив остатки рамы и осколки внутрь огромного промышленного зала, а ударная волна расшвыряла осколки прочного стеклопласта во все стороны.

Отставая от своего противника на какие-то жалкие секунды, Алексей бросился следом за ним, выбросившись наружу. Карли прыгнула следом за ним, успев на прощание оставить за своей спиной пару осколочных гранат.

Два взрыва только добавили хаоса, выбросив наружу обломки двух «Скарабеев», разорванных взрывами гранат.

Пониженная гравитация внутри производственного зала моментально подхватила их тела, превратив падение в протяжный полёт по снижающейся дуге. Впереди появилась очередная плита корабельной брони. Полдюжины дронов перетаскивали продукцию с одной производственной линии на другую.

Выброшенный ранее АРК как раз врезался в неё, отлетев в сторону, вращая во все стороны своими манипуляторами в бесцельной попытке ухватиться хоть за что-то.

Зарин извернулся в воздухе, выставив вперёд ноги. Магнитные захваты в подошвах сработали сразу же, как его ноги коснулись плиты, прочно зафиксировав Зарина на преграде. Вытянутая рука поймала пролетающую мимо Карли за ладонь. Алексей притянул девушку к себе, дав той возможность «примагнититься» к опоре.

— Ты, как?

— В порядке, — отозвалась та, сбросив опустевший магазин из карабина и тот стал медленно опускаться вниз. — Только броню поцарапали...

Правда долго поболтать им не дали. Алексей вовремя заметил появившиеся в разрушенном командном пункте фигуры. И оружие в их руках уже было нацелено прямо на них с Карли.

Он едва успел оттолкнуть напарницу в сторону и отскочить сам. В то место где они находились мгновение назад ударил поток импульсных дротиков. Выстрелы даже не оставили царапин на уже прошедшей весь производственный цикл бронепластине.

Бросившись в сторону от опасности, оба спецназовца оттолкнулись и направили свои тела вниз, чтобы как можно скорее уйти из зоны обстрела. Пониженная гравитация только помогала и приученные к таким условиям Алексей и Карли чувствовали себя здесь, как рыбы в воде.

Приземлившись на пол промышленного зала, они вдвоём скрылись от осыпающих их выстрелами стрелков. Магнитные подошвы уверенно цеплялись за поверхность под ногами, позволяя бежать практически так же быстро и легко, как и при стандартной гравитации.

— Вперёд, — приказал Алексей, бросив взгляд на раскрытую перед глазами карту. — В той части есть выход.

Вслед за этим он вызвал вторую группу, но Исида не отзывался, как и Йохан. В канале слышались лишь помехи, статическим шумом и треском забивая линию связи. Стало страшно.

Их снаряжении обладало лучшими системами связи какие только можно было поставить на штурмовую броню. Плюс заранее расставленные миниатюрные ретрансляторы. И чтобы вот так вот задавить всю связь требовалось очень мощное военное оборудование. Специализированное и дорогое.

Впрочем, долго раздумывать над тем, откуда оно могло появится здесь, Алексей не стал. После того, как собственными глазами увидел живого мертвеца, ожидать можно всего чего угодно.

Перепрыгнув через одну из линий, где вытянутая цепочка принтеров занималась созданием композитных прокладок для уже замеченных им ранее бронепластин, Алексей увидел наконец двойные створки выхода. Они вели прочь из зала во внутренние коридоры станции. Сейчас им главное добраться до сервисных тоннелей и выбраться на наружную часть станции. Оттуда даже помехи для радиосвязи не помешают им подать сигнал эсминцу ФЗФ «Алигьери», что находился сейчас на орбите Конкордии.

Только вот появившиеся на их пути новые противники, вышедшие прямо из того выхода, куда направлялись Алексей с Карли, явно собирались помешать им выполнить задуманное.

Вскинув карабин, Зарин нажал на спуск, выпустив короткую очередь и одновременно с этим бросившись в сторону. Противники тоже начали стрелять, но опоздали всего на мгновение.

Голова одного из них дёрнулась, когда в неё угодили выпущенные карабином Зарина усиленные дротики. Хотя, правильнее было бы сказать, что она разлетелась кровавыми ошмётками. Кровь, осколки костей черепа и остатки мозгов расплылись в среде с пониженной гравитацией растянувшейся кляксой.

В ту же секунду Карли пристрелила ещё одного. Алексей перекатился в сторону, почувствовав, как что-то ударило его в плечо, но броня выдержала.

Высунувшись на пару мгновений из-за укрытия, Зарин всадил несколько дротиков в грудь одного из стрелков. Заодно подметил, что тот одет далеко не в униформу службы безопасности комплекса, а в лёгкую военную пехотную броню. Попав под огонь их противники тут же рассыпались по укрытиям.

Ничего. Зарин прекрасно знал, как бороться с такими ситуациями.

Сорванные с креплений на груди гранаты улетают в сторону противников. Два хлопка эхом разносятся по огромному пространству зала, а вслед за ними летят ошмётки разорванных на куски людей.

Вдвоём с Карли они быстро продвигались вперёд. Алексей понятия не имел на что именно рассчитывали напавшие на них люди, но похоже, что они точно не ожидали встретить здесь флотский спецназ в полной броне. Будь иначе в их руках имелось бы оружие помощнее...

Накаркал.

Из прохода впереди показалась двух с половиной метровая фигура лёгкого пехотного доспеха. Бронированная туша пригнулась, чтобы пролезть внутрь.

— Какого хрена?! — удивлённо вскрикнула Карли. — Откуда здесь эта срань?!

Такой же вопрос волновал и самого Алексея. ЛПД появились на вооружении Федерации всего пол года назад, когда потребовалась «прослойка» между бронепехотой и полноценными мобильными доспехами.

Назойливый червячок где-то глубоко в подсознании вдруг напомнил, что все модели ЛПД производились корпорацией «Арматек». Правда сейчас подобная информация была чуть более чем бесполезна.

Установленный на его правой руке двадцати миллиметровый роторник повернулся в их сторону. Блок из четырёх электромагнитных стволов провернулся и открыл огонь. Алексей едва успел броситься в сторону, когда укрытие за которым он прятался от огня, часть промышленного принтера, буквально исчезло. Его натурально распотрошил удар сотен и сотен вольфрамовых болванок разогнанных до сверхзвуковых скоростей. Они с лёгкостью пробивали металл, разбивая оборудование и дырявя всё, что попадалось им на пути.

Ругаясь сквозь зубы так, что мать бы неминуемо дала ему затрещину, Алексей побежал. Пилот ЛПД, на несколько секунд потерявший его из вида, снова заметил ускользающую добычу и повернулся в его сторону, нацелив оружие.

Но выстрелить не успел.

Прилетевшие со стороны Карли гранаты разорвались прямо у его ног. Броню ЛПД они особенно повредить не могли, но на несколько секунд отвлекли пилота. Тот явно инстинктивно отшатнулся назад, как поступил бы практически любой человек.

Это дало Алексею шанс. Оттолкнувшись от пола, он одновременно с этим отключил магнитные подошвы. Усиленный искусственными мышцами брони прыжок подбросил его прямо вверх к заветной цели. Разделяющие их девять метров пронеслись в миг. Зарин едва не пропустил момент, выбросив в сторону левую руку и ухватившись за край крупного, размером со стандартный флайер прямоугольного контейнера.

Дождавшись, когда по его прикидкам он окажется в нужном месте, Зарин вскинул карабин. Несколько выстрелов из карабина снесли переносивших свой груз дронов, превратив тех в разлетающиеся в пониженной гравитации обломки и их груз тут же стал падать вниз.

В этот же самый момент внизу вспухли два дымных облака. Результат брошенных Карли дымовых гранат. Даже без разговоров она поняла его глупый план.

Всё, что оставалось сделать, только чуть чуть направить его в нужном направлении. Свесившись с его бока и уперевшись в него ногами, Алексей что есть силы толкнул падающую махину, буквально отшвырнув её от себя.

Особой точности и не требовалось. Просто направить «снаряд» в нужную сторону, а дальше всё за него сделала гравитация.

Постепенно набирая скорость, контейнер ударился о стенку зала и начал вращаться в воздухе. А ещё через секунду рухнул прямо вниз, врезавшись в проклятый ЛПД, разорвав дымный покров, как пронзающий атмосферу астероид.

Стоит отдать его пилоту должное. Даже в дыму он смог вовремя сориентироваться. Вот только принял он совсем не то решение, какое бы стоило. Вместо того, чтобы попытаться уклониться от удара, он попросту распорол предназначенную для хранения груза внешнюю оболочку. Находящиеся внутри металлические заготовки разлетелись во все стороны, круша оборудование, вырывая куски из стен и пола и сметая прочь пытающихся укрыться от них людей.

Несколько врезались и в ЛПД, заставив его пошатнуться и повредив одну руку. Впрочем, не ту, на которой установлено оружие.

Но, всё это уже не важно.

Оказавшаяся за его спиной девушка прыгнула вверх, цепляясь за сочленения бронепластин доспеха. Очевидно наружные датчики заметили появление непрошеного гостя и пилот попытался скинуть его с себя, но Карли смогла каким-то образом удержаться. Недолго. Всего пару секунд, потребовалось ей на то, чтобы засунуть пару последних осколочных гранат за бронированную горжетку рядом с закрывающим голову пилота глухим шлемом.

В последний момент пилот доспеха сумел ухватить запрыгнувшую на него девушку и отшвырнуть в сторону. Карли ударилась о стену и Алексей услышал её болезненный вскрик по системе связи.

Сдвоенный взрыв слился в один громкий хлопок и бегущий к напарнице Алексей увидел, как вывалившийся из облака дыма ЛПД упал на пол, с развороченной задней частью. Боевая машина всё ещё шевелилась, что говорило о том, что пилот всё ещё жив. Броня спасла. Даже такой близкий взрыв сразу двух гранат не смог прикончить её окончательно. Тут лучше подошли бы кумулятивные заряды, но их они уже потратили.

Неважно. В таком состоянии он всё равно уже не боец. Даже встать не пытался.

Алексей промчался мимо него, потратив лишь пару секунд на то, чтобы пинком ноги отшвырнуть выскочившего прямо перед ним человека с винтовкой. Того просто отбросило, как из пушки

— Карли! Ты, как?

— В порядке, — бодро отозвалась та, поднимаясь на ноги, но Алексей видел, как её шатает.

Быстрый взгляд на панель отряда подтвердил его опасения. У напарницы явно было внутреннее кровотечение, сломано несколько рёбер и сильное сотрясение. И это ещё повезло. Если бы не броня, то такой удар попросту размазал бы её по стенке.

— Пошли, нужно уходить отсюда.

— Ага, — хрипло согласилась она. — А я то думала задержаться, да с местными поболтать...

Подхватив её под руку, Алексей двинулся вперёд, пройдя через соединяющий промышленный зал орбитального завода и коридор переход. Стоило ему это сделать, как Карли вновь вскрикнула и едва не повисла на нём, когда на них обоих навалилась стандартная сила тяжести.

Спросить, как она, Алексей не успел, заметив нового противника.

Та самая тёмноволосая девчонка просто шла по коридору им на встречу, засунув руки в карманы штанов. Её глаза неотрывно смотрели прямо на него, проникая, казалось, даже через надетую броню. Изо рта торчала тонкая белая палочка от карамельной конфеты.

— Стой! — приказал ей Алексей, чувствуя какую-то странную иррациональность происходящего. За всю свою жизнь и восемнадцать лет службы целиться практически в ребёнка ему ещё не приходилось.

Девчонка просто перекинула палочку от конфеты из одного уголка губ в другой, даже не достав ладоней из карманов. Просто. Продолжала. Идти вперёд.

Решение пришло так же мгновенно, как и всегда. Один. С раненой подчинённой. Задание, как и их жизни, висело на волоске.

Зарин нажал на курок раньше, чем понял это.

Удерживаемый одной правой рукой карабин выплюнул очередь в грудь девчонки. Их разделяло всего пятнадцать или восемнадцать метров. Смешная дистанция. Мелкая должна была взорваться кровавики брызгами почти в тот же миг, но...

Ни один из импульсных дротиков не долетел до своей цели.

Они будто врезались в невидимую преграду, натыкаясь на непреодолимый барьер и замирая в полуметре от своей жертвы. Эта сюрреалистичная картина на короткое мгновение заставила Алексея замереть, не способным поверить в происходящее.

Девчонка усмехнулась и это стало первым проявлением её эмоций. Вытащив руку из кармана, она большим пальцем стёрла тонкий ручеёк крови, что стекал из носа, а затем выбросила ладонь в сторону Алексея.

Это... он ещё никогда не сталкивался ни с чем подобным.

Мир будто исказился. Словно кто-то сжал пространство в ладонях, а затем резко отпустил, позволив ему взорваться во все стороны.

Сжатый до плотности бетонный стены воздух тараном пронёсся по коридору, безжалостно срывая панели декоративной обшивки с пола, стен и потолка, а затем врезался в Алексея с такой силой, словно того сбило несущемся на полной скорости аэрокаром.

Последние, что успел ощутить перед тем, как мир вокруг него провалился в темноту, удар о что-то дьявольски твердое.

Глава 1 «Брошенная спичка мир сожжёт… Часть I»

Шесть месяцев спустя

7 февраля 791 года после колониальной эры

Столичная система Пиренейского сектора Федерации, Мю Ахиллеса

Троя.

Единственная обитаемая планета системы Мю Ахиллеса и, по совместительству, столица Пиренейского ( Восточного ) сектора Земной федерации.

Сегодня здесь царит настоящий ажиотаж.

Близится праздник. День Основания.

Именно в этот день на далёкой от Трои планете, Земле, было провозглашено создание единого человеческого государства. Федерации, объединяющей между собой всё человечество ради великой мечты — космической колонизации и массового расселения людей среди звёзд. Границы. Страны. Эпоха разделения человечества на отдельные, разрозненные группы закончилась. Трансформировалась в яркую надежду на общее развитие. Без конфликтов и распрей.

По крайней мере так тогда думали.

Это знаменательное событие давно ушло в прошлое, но о нём помнили и по сей день. Каждый год, седьмого февраля проходил праздник в честь того знаменательного дня. Люди хотели помнить о том, что некоторые до сих пор считали величайшим днём в человеческой истории. Становление крупнейшего и сильнейшего государства, с высока смотрящего на своих более юных соседей.

Федерация должна была стать маяком для всего человечества. Скрепляющей и объединяющей силой, дабы направить все усилия на то, чтобы покорить последний предел. Дальний космос.

Забавно, что помня об этом, многие предпочитали забыть о том, какие трагические события последовали тогда. Слишком часто величайшие и сильнейшие забывают о своём предназначении.

Все предпочитали молчать о первой жертве федеративной политики Земли, произрастающей из желания контролировать кажущиеся на тот момент практически необъятными ресурсы Солнечной системы.

Всего через тридцать два года после своего основания началось то, что, казалось, человечество оставило в прошлом. Первая космическая война в истории человечества.

Лишь три десятилетия продержался мир объединённого человечества. Потому что всегда есть те, кто хочет идти своим путём. Кто выступет против сложившейся ситуации, не желая подчиняться тем, кто провозгласил себя мировым правительством.

Марсианская Демократическая Республика заплатила страшную цену за своё стремление к независимости. Чудовищную цену. Целенаправленное падение линейного корабля «Петропавловск» на марсианскую гору Олимп стёрло с лица планеты высочайший горный пик Солнечной системы и находящуюся вокруг неё столицу МДР, погубив все надежды на то, что алая планета когда-нибудь станет цветущим и живописным миром.

По прошествию лет многие об этом забыли.

Многие даже не знали, не желая изучать собственную историю и заботясь лишь о сегодняшнем дне.

Многие, но не все.

Три огромных транспортных судна, превосходящих своими размерами даже могучие дредноуты флота Земной Федерации неторопливо приближались к высоким стояночным орбитам Трои.

***

Ударно-штурмовой дредноут ФЗФ «Ганнибал»

— Я тебе говорю, что это бред! Мы бы их раскатали и даже не вспотели бы!

Сидящий в капитанском кресле на мостике дредноута молодой человек только рассмеялся. Высокий, хорошо сложенный с короткими каштановыми волосами. Лейтенант-коммандер Александр Зарин посмотрел на главного корабельного тактика с нескрываемым скепсисом.

— Мечтай, Паша, — печально вздохнул Александр. — Лучше поблагодари бога за то, что мы вообще успели сюда к празднику. А ведь могли бы до сих пор болтаться в гипере.

«Ганнибал» вышел из прыжка на самом краю гиперпространственной границы, создаваемой гравитационной тенью Мю Ахиллеса и сейчас двигался к столичной планете системы и всего Пиренейского сектора, Трое. Огромные и чрезвычайно мощные двигатели Кобояши-Черенкова давали постоянное ускорение в триста двенадцать g, что в пересчете давало увеличение этого показателя на три с небольшим километра в секунду за секундой.

Поразительные характеристики. Раньше кораблям этого класса даже и не приходилось мечтать о подобной скорости. С такими показателями ходили разве что линейные крейсера и другие, более лёгкие корабли.

Всё это стало возможным лишь благодаря тому, что дредноуты типа «Полководец» наконец начали сходить со своих стапелей спустя почти четыре года после начала работы над общим проектом. И «Ганнибал» стал седьмым дредноутом этого типа.

— Ну, так оно так, — пробормотал Павел, пялясь в потолок погребённого в недрах массивного корпуса дредноута мостика. — Но, знаешь, это даже здорово, что мы не успеваем ко всеобщему празднику. Когда доберёмся до Трои, то парад флота уже закончится, а нам останется только встать на стояночную орбиту. Меньше мороки. Может быть, нам даже дадут стандартную недельку отдыха после долгого перехода. Можем поваляться на пляжах. Я слышал на Трое они просто потрясные. А где пляжи, то там и девушки в купальниках...

— Ты сам то в это веришь? — Не смог удержаться от сарказма Зарин. — Даю две сотни, что нам и трёх дней не дадут. Скорее уж сразу завалят работой.

— Да с чего вдруг-то? Мы месяц провели в переходе. Пересекли большую часть Федерации из конца в конец. По уставу после такого долгого перехода положен стандартный отдых...

— То есть пари ты принимаешь?

— Нет, — помрачнел Павел. — Блин, вот чёрт дёрнул тебя за язык... хоть бы раз ошибся в своих поганых предсказаниях. Но в одном ты точно прав. Даже хорошо, что мы прилетели позже. Как я уже сказал — меньше мороки.

— Не могу не согласиться, — Александр бросил взгляд на один из дисплеев капитанского кресла. — Да и в любом случае, кому мы нужны в таком состоянии? Нас даже в один ряд с приличной эскадрой не поставишь.

— Это да, — согласился Павел, проводя пальцами по терминалу перед собой. — Даже жалко, что нас скорее всего снимут с этого красавца.

Александру оставалось лишь молча согласится с товарищем.

«Ганнибал» ещё даже не прошёл процедуру принятия на флот. Последние доводки на его борту закончились всего два месяца назад, после чего дредноут спешно определили во флот Пиренейского сектора.

И даже несмотря на то, что он сидел сейчас в этом самом кресле, это был не их корабль.

Для того, чтобы понять это достаточно было просто взглянуть на мостик. На любом другом корабле здесь бы сейчас находилось два с половиной десятка специалистов, в то время, как вместе с выполняющим обязанности старшего помощника Александра Зарина и старшего тактика Павла Лейкина, на мостике присутствовали всего шесть человек. Два астронавигатора и трое инженеров корабля, следивших за показаниями всех его систем и невысокая девушка, отвечавшая за сенсоры и системы связи одновременно.

И такая ситуация творилась повсюду на борту «Ганнибала». И дело даже не в рекордном для кораблей этого класса уровне автоматизации, благодаря чему удалось снизить количество экипажа с привычных ранее трёх тысяч человек всего до восьми с половиной сотен. Нет. Просто... как уже сказал Павел, они не являлись командой «Ганнибала». Только его «перегонным» экипажем, что доставил новенький дредноут к Мю Ахиллеса.

Всего через пару недель он будет окончательно принят в Пиренейский флот, а на его борту появится новая, уже полноценная команда, которая, наконец, и сможет назвать этот корабль своим.

Но до тех пор, Александр наслаждался всем комфортом удобного капитанского кресла на мостике.

— Саша, у нас сообщение от Астрографического контроля системы и станции «Фивы».

— Понял тебя, Ань. Скинь их мне, — попросил отвечающую за связь девушку Александр.

В условиях, когда на борту находилось всего триста шестьдесят человек, да ещё и предполагался простой «перегон» дредноута из одной части Федерации в другую, его временный экипаж мог позволить себе временно забыть о столь опостылевшей дисциплине в области формализованных обращений. Тем более, что вместе они провели почти месяц и уже успели хорошо узнать друг друга...

Павел резко подскочил из кресла своего тактического поста.

— Капитан на мостике!

Правда, это негласное правило не касалось одного конкретного офицера.

Александр оказался на ногах ещё до того, как на полупустом мостике отзвучало последние эхо от голоса Павла. Быстрый взгляд на часы показал ровно десять ноль-ноль по корабельному времени. Секунда в секунду.

Да, с пунктуальностью их капитана можно было сверять время корабельного хронометра.

— Сэр.

— Вольно, Зарин, — махнул рукой капитан «Ганнибала», коммандер Эстебан Гутьеррес. — Что у нас?

— За время вашего отсутствия никаких происшествий, капитан, — Александр посторонился, давая Гутьерресу занять своё место. — Движемся к планете с расчётным курсом. Прошли манёвр поворота и сейчас тормозим по курсу сближения с Троей. Прибудем через шесть с половиной часов, как и планировалось...

— Планировалось, что мы будем здесь позавчера, Зарин, — проворчал капитан «Ганнибала», просматривая показания на одном из дисплеев.

Что поделать, с разочарованием подумал Александр, но ничего не сказал вслух. Они действительно опоздали и с этим ничего нельзя было поделать. Задержка из-за проволочек с погрузкой припасов и неожиданных «пассажиров» привела к тому, что они опоздали на главный праздник.

С другой стороны, это даже не плохо. Как уже отметил Павел, им зато не придётся участвовать во всём этом творящемся на орбите безобразии.

— Сэр, так же поступили сообщения от службы астроконтроля и со станции «Фивы», — вспомнил о полученных посланиях Александр.

Гутьеррес кивнул, уже открыв оба файла и скользя глазами по тексту на дисплее.

— Нам выделили стояночную орбиту на ночной стороне Трои, — проинформировал его капитан. — Адмирал Эстерхази видимо не хочет, чтобы мы мозолили глаза во время основного представления.

Как будто там бы нашлось для нас место. Александр глянул на широкий дисплей сенсорного поста, где хорошо виднелась та грандиозная «свалка», в которую превратились сейчас космическое пространство вокруг планеты. Сейчас над освящённой светом Мю Ахиллеса стороне Трои хорошо виднелись отметки более чем полутора сотен боевых кораблей ФЗФ. Десятки дредноутов и линкоров. И ещё больше крейсеров, эсминцев и корветов. Что не говори, но сил в грядущее представление вбухано просто таки огромное количество. И это не считая сотен и сотен торговых и грузовых судов, что сейчас находились в системе.

Александр даже не стал пытаться сосчитать их отметки на дисплее глазами. Слишком много.

А ведь всего пять или шесть лет назад такого праздничного хаоса никто не видел. Максимум пара эскадр крейсеров или линкоров пройдёт, да и то устаревшие калоши.

Вот только всё изменилось.

Пять лет прошло с того момента, как война между Рейнским Протекторатом и Верденом, закончилась вероломным нападением Протектората на территорию Союза Независимых Планет и захватом огромного количества его систем. Пять лет с того момента, как между Рейном и Верденом был заключен Сульфарский Мирный Договор, а сам Протекторат прекратил своё существование, превратившись в Рейнскую Империю.

На тот момент у многих во флоте Федерации это не вызывало ничего кроме смеха. Империя? Серьёзно? Так с сарказмом в голосе спрашивали многие. Даже с нагло захваченными системами СНП общее их количество под имперским флагом едва доходило до сотни.

В то время, как Федерация располагала более чем семью сотнями обитаемых систем. Она одна превосходила в экономическом, промышленном и военном плане все остальные государства на освоенном людьми пространстве. Ничего удивительного, что многие смотрели на эти «разборки на периферии», как их называли, с изрядной долей скепсиса. Как взрослые, наблюдающие за дракой неразумных детей в песочнице.

Все прекрасно понимали, что объединённый флот Федерации мог бы раскатать всех остальных его возможных соперников даже в том случае, если бы те объединились.

К счастью, нашлись люди, усмотревшие в происходящем определённые тенденции. Именно они наблюдали за отчётами о космических сражениях между рейнским и верденским флотом, подмечая то, что могло бы пригодится ФЗФ. Потому, что несмотря на свои огромные размеры, Флот Федерации представлял из себя колоссальных размеров инертную массу, где в одном подразделении могли находиться корабли возраст коих мог расходиться на десятки лет.

Что поделать, такова цена за рост численности. Старые корабли разбавлялись новыми, которые точно так же устаревали, пока их экипажи занимались рутинными обязанностями по поддержанию порядка и «демонстрации флага».

Вот только даже эта крошечная война показала, как сильно отставали некоторые технологи, конструкционные решения и подготовка экипажей.

Александр до сих пор помнил дрожь, испытанную им при прочтении отчётов о сражениях у Померании, Нормандии, а так же в Валетрии. Хотя здесь больше подошло бы другое слово. Мясорубка.

И, как это ни печально, многие признавали, что новые рейнские и верденские корабли в единичных экземплярах превосходили свои федеративные аналоги. Имперские дредноуты типа «Претор» и «Претор II». Верденские «Монархи». Даже эти их новейшие тяжёлые крейсера типа «Архангел» и «Арбалест» кружили голову от одного только взгляда на их предполагаемые технические характеристики и специфику конструкторских решений.

В итоге многие пришли к неутешительным выводам. При прочих равных любой из этих кораблей мог в одиночку расправится со своими одноклассником из флота Федерации в семи или восьми случаях из десяти. Конечно же, мало кто верил в это по началу. Но чем больше данных просачивалось из адмиральских кают-кампаний и открытых отчётов разведки, тем сильнее начинали нервничать те, у кого ещё не зашорился взгляд из-за огромного численного превосходства ФЗФ над своими возможными противниками.

Итогом колоссального количества отчётов, докладов и работы разведки стала огромная модернизация флота. Медленная. Неповоротливая. В каких-то местах бессмысленная и похожая на распил бюджетных средств. Но, всё таки, способная родить на свет действительно хорошие вещи.

И «Ганнибал» стал одним из ответов на вопрос, как выровнять положение, сохранив превосходство Федерации в мире. Один из головной серии в двенадцать сошедших со стапелей «Полководцев».

Тысяча двести двадцать семь метров от носа до кормы и массой покоя почти в миллион тонн. Да, по сравнению с другими дредноутами он казался меньше, уступая, как своим предшественникам из флота Федерации, дредноутам типа «Эверест», так и зарубежным аналогам. Тем же «Преторам II», недавно вошедшим в строй Имперского флота или же верденским «Монархам».

Зато «Полководцы» компенсировали этот свой недостаток в размерах и массе новыми технологиями.

Более лёгкая, по сравнению со старой, но в тот же момент не уступающая в прочности металло-композитная броня, призванная лучше сопротивляться ударам энергетического оружия. Вся бортовая артиллерия представляла из себя двадцать четыре двух орудийных гразерных излучателя. Конструкторы поступили так же, как и их коллеги в Вердене, полностью отказавшись от промежуточных и более слабых лазерных излучателей, оставив только «главный калибр».

На каждый борт приходилось по четыре установки, в то время, как десять из оставшихся шестнадцати располагались в носовой части, выставленные по линейно восходящей схеме в нижней и верхней полусфере дредноута. Последние шесть приходились на корму.

Далее шёл ряд аргументов «длинной руки». И Александр не мог не раздражаться при мысли о том, что вся конструкция была подсмотрена у Вердена, их возможного противника. До сих пор не понятно, почему никто не додумался до этого раньше. Впрочем это ведь не повод не использовать хорошую идею, ведь так?

Шестнадцать ракетных пусковых револьверного типа. Стоило только услышать об этом, как любой кадровый офицер флота пришёл бы в недоумение. «Эвересты» несли на себе по тридцать пять пусковых на левый и правый борт, что некоторое время назад позволяло бы считать их одними из самых тяжело вооружённых кораблей этого класса.

Только вот мир не имеет привычки стоять на месте.

Верденцы первыми отказались от классического типа ракетных пусковых установок, заменив их новой системой запуска. Вместо мощных разгонных электромагнитных блоков, выбрасывающих ракеты из пусковых, на «Ганнибале» теперь стояло то, что в древности назвали бы установками «вертикального запуска». Термин мало применимый для космического корабля и боёв в условиях отсутствия гравитации.

Тем не менее, это определение подходило, как нельзя лучше. По восемь в верхней и нижней полусфере, новые пусковые имели барабанные механизмы подачи ракет на пять единиц каждая. При этом скорость поворота барабана позволяла выбрасывать новую ракету в космос каждые восемь секунд, что создавало плотность огня в восемьдесят ракет всего за сорок секунд.

С учётом того, что пусковым тех же «Эверестов» требовалось тридцать две секунды на перезарядку перед новым залпом — наглядное увеличение скорострельности. Да, конечно после отстрела всего барабана скорость стрельбы упадёт. Нужно будет прождать полный цикл перезарядки, который займёт почти двадцать две секунды на каждую ячейку, но даже так это выглядело, как хорошая возможность кинуть в лицо своему противнику залп с очень солидным весом.

Системы же активной противоракетной обороны представляли из себя более сорока пусковых установок для противоракет и кластеров лазерных излучателей точечной обороны. За пассивную защиту отвечали генераторы энергетических щитов, системы РЭБ и подавления, а также прочная броня. Как и все другие корабли, «Ганнибал» был прикрыт экранами со всех проекций по продольной оси и в носовой части. Единственным уязвимым местом в его защите оставалась корма, где невозможно создать защитный барьер из-за излучения двигателя.

Но всё это меркло по сравнению с двумя главными нововведениями, которые и перевели «Полководцев» в абсолютно новый подкласс «Ударно-штурмовых дредноутов».

Мощные двигатели Кобояши-Черенкова в купе с усиленным инерционным компенсатором, позволяли ему развивать крайне высокие показатели ускорения, приравниваемые к таким же у линейных крейсеров, а также восемь лёгких ударных корветов типа «Гадюка», расположенных в специальных отсеках на левом и правом борту. Более тесная компоновка, новые системы вооружения плюс повышенная автоматизации позволили выделить место для их наличия на борту.

Именно они позволяли новым дредноутам типа «Полководец» значительно расширить область своего применения. Там, где для контроля системы потребовалась бы крейсерская эскадра, один «Полководец» смог бы взять на себя эту роль вместе с базирующимися на его борту корветами.

Двадцать семь метров в длину. Четыре лазерных излучателя крейсерского калибра в двух двухорудийных установках в верхней и нижней частях, способных вести анфиладный огонь в любом направлении. Плюс возможность установки пакетов с ракетным вооружением. Команда всего в шесть человек.

Александр даже с некоторой завистью смотрел на записи учений, где экипажи этих маленьких корабликов отрабатывали своё мастерство. Быстрые и опасные, с расширенными возможностями ПРО, они могли осуществлять собственному носителю прямую поддержку в бою, чего никогда раньше не стоило ожидать от кораблей подобного класса. Будучи мелкими и слабо вооружёнными патрульными судами, раньше корветы годились только присмотра за внутренней частью системы, но никак ни для участия в линейном бою.

Так что их пилоты и операторы не переставали тренироваться, поскольку из всего экипажа только они останутся на борту после того, как дредноут наконец доберётся до своей цели.

В любом случае, всё, что оставалось урезаному перегонному экипажу дредноута — учения на симуляциях. Боезапаса на корабле не имелось. Ни для собственных ракетных пусковых, ни пакетов для ударных корветов.

— ...Зарин, вы меня слушаете?

Только сейчас Александр вдруг осознал, что сидящий рядом с ним капитан уже во второй раз обратился к нему, так и не получив ответа. Он так погрузился в свои мысли, что просто пропустил его слова мимо своих ушей.

— Прошу прощения, капитан, — смутился он. — Задумался.

— Хорошая черта, — хмыкнул Гутьеррес, продолжая просматривать поступившие сообщения. — Но не в тот момент, когда к вам обращается старший по званию.

— Так точно, — слегка смутился Александр. — Прошу прощения, сэр.

— Возьмёшь на себя работу по организации снабжения и бункеровки после того, как выйдем на стояночную орбиту. Я хочу, чтобы к этому моменту были составлены и проверены списки всего потраченного за время перехода, а также необходимого на корабле.

— Будет сделано, сэр.

— И ещё кое-что. К нам на борт должна будет прибыть группа офицеров из штаба флота сектора. Для досмотра корабля.

— Досмотр, сэр? — Александр даже не смог скрыть собственного удивления. — Здесь? Нас?

Капитан «Ганнибала» кивнул, указав на один из расположенных вокруг его кресла дисплеев.

— Здесь указано, что после выхода на орбиту к нам на борт поднимется группа офицеров из числа военного командования Трои. Для осмотра корабля. Я в этот момент буду находится на станции «Фивы». Адмирал Эстерхази потребовал встречи.

— Вот так сразу? Во время всего этого барда... во время парада, сэр?

— Вас что-то не устраивает, Зарин? Коли так, то можете пожаловаться командованию станции «Фивы», — Гутьеррес постучал пальцем по дисплею. — А если нет, то сейчас смените вахту и можете отдыхать до шестнадцати часов тридцати минут по корабельному. Свободны.

Подавив желание мысленно передразнить чопорную манерность общения своего капитана, Александр коротко вздохнул и взял под козырёк.

На мостик в этот момент как раз подошла новая вахта, которой предстояло их сменить, что означало, что у него, по крайней мере, имелось немного времени для того, чтобы отдохнуть...

***

Станция ФЗФ «Фивы»

Штаб-квартира военно-космического флота Федерации Пиренейского сектора

— Готово.

Высокий и подтянутый мужчина с каштановыми волосами и в костюме старшего лейтенанта ФЗФ проследил за тем, как его напарник отключился от сетевого порта, через который всего час назад в систему станции был загружен пакет данных, содержащий внутри себя несколько сообщений предназначавшихся для определённых кораблей.

Для множества кораблей, если уж на то пошло.

— Они смогут отследить твою работу?

— Конечно. Скорее всего это произойдёт через восемнадцать часов, когда начнётся ежесуточная проверка всей системы. А до тех пор мои заплатки продержатся. «Лёд» я не рубил, просто подмешал несколько нужных нам сообщений, совместив их с отправляемыми на нужные нам корабли.

— Что со второй задачей?

— Ретранслятор установлен и работает. Я проверил. Как только потребуется, мы влезем в их систему вещания. Они даже не поймут, что именно произошло.

— Отличная работа. Собирай своё оборудование и выдвигаемся.

Напарник молча начал складывать вещи в сумку с эмблемой инженерного подразделения станции ФЗФ «Фивы». На его форме виднелись знаки различия капрала, а в удостоверении личности, лежащим во внутреннем кармане, имелись все необходимые коды доступа, дабы сделать их проникновение на станцию как можно проще и безопасней.

Точно так же, как и для того, кого очень немногие знали под кодовым именем «Кассий».

Дождавшись, пока оборудование будет собрано и упаковано, оба мужчины покинули один из бесчисленного множества коммуникационных отсеков станции и направились по коридору.

Кассий прямо на ходу достал комм из кармана кителя и найдя нужный контакт отправил короткое сообщение. Даже если оно будет перехвачено, то те, кто его прочитают никогда не смогут разобраться в простом на первый взгляд шифре. Главное, что его поймут те, кому оно предназначалось.

Вместе с этим Кассий прочитал единственное полученное им сообщение.

Первая фаза операции была закончена.

Подключение к системам связи станции «Фивы» являлось только одной из их задач. Другой сейчас занималась отдельная группа и если верить сообщению, то их работа уже закончена.

А, значит, что вторая фаза уже началась. Строго говоря, она началась в тот момент, когда три огромных, уродливых грузовых корабля вышли на стояночную орбиту Трои.

Совсем рядом с огромным флотом, что в парадном строю завис сейчас над планетой. Кассию достаточно было бросить взгляд сквозь обзорные иллюминаторы станции, чтобы заметить кажущиеся крошечными на таком расстоянии силуэты кораблей.

Десятков и десятков кораблей. Дредноуты, линейные корабли и крейсера всех типов. Они ровным строем пересекали экваториальную планетарную орбиту, двигаясь на высоте в тысячу пятьсот километров.

Сегодня, в этот торжественный день командование Пиренейского сектора собрало здесь почти половину всех имеющихся у себя сил. Всё для того, чтобы в живую показать свою силу. Этот небесный щит из тысяч тонн металла, керамики, композитов и сложнейшей электроники, способный защитить граждан Федерации от любого внешнего врага. И ведь для защиты Трои здесь присутствовали не только корабли флота. Вместе с ними дежурство несли громады четырёх космических крепостей типа «Бастион», автоматических огневых станций и ракетных платформ, превращающих это место в самую настоящую неприступную крепость.

Проблема заключалась в том, что стражи на крепостных стенах смотрели совсем не в ту сторону.

***

Да уж. Вот, что называется, отдохнул.

Потянувшись, Александр с трудом подавил зевок. Работа с документами и планирование снабжения, скинутые на него капитаном сожрали почти всё отведённое для отдыха время. Всё же за почти-что месячный переход было потрачено куча всего, начиная от реакторной массы и некоторых запчастей, и заканчивая провиантом и бытовыми мелочами, необходимми экипажу. Пусть даже и сильно урезанному.

Это была рутина. Обычная и отупляющая «бумажная» работа, о которой мало кто рассказывает в эффектных голофильмах про невероятных героев, одним махом побеждающих своих противников. В отличии от реальной жизни там почему-то нет настырных офицеров из служб снабжения, которые спросят с тебя за каждый использованный во время полёта болт, съеденный обед и потраченную каплю реакторной массы.

С другой стороны, он за время своей службы к этому даже как-то привык.

«Ганнибал» закончил торможение, выйдя на орбиту Трои с нулевой скоростью относительно планеты почти час назад. Как и предписывали приказы, капитан Гутьеррес покинул корабль и на челноке отправился на станцию «Фивы» для встречи с адмиралом Эстерхази, командующим всем флотом Пиренейского сектора. И, если уж честно признаться, Александр сгорал от любопытства от того, по какой такой причине капитана перегонного экипажа вызвал к себе полный адмирал.

Оставалось лишь надеяться на то, что ему об этом расскажут.

Правда Александра сейчас волновало не столько это, сколько дурацкий осмотр, который по каким-то причинам пришёл в головы штабным умникам командования ФЗФ в системе. На кой чёрт это было необходимо — непонятно, но приказ есть приказ.

Поэтому сейчас Зарин стоял в первом шлюпочном отсеке дредноута, наблюдая за тем, как небольшой челнок осторожно подходит к их кораблю, периодически вспыхивая своими двигателями пространственной ориентации.

До стыковки оставалось совсем немного. Всего пара минут максимум. Зато можно было полюбоваться, как на заднем фоне по поверхности Трои ползёт линия терминатора, разделяя ночную и дневную стороны планеты.

Если присмотреться, то можно было даже заметить круглый блин трёх с половиной километрового диаметра. Это была «Порт-Кальда». Одна из крупнейших торговых станций во всём секторе, так что не удивительно, что именно там сейчас выступал губернатор сектора со своей речью.

Наверное хорошо смотрится на фоне замершего рядом с «Порт-Кальдой» флотом за заднем плане, отстраненно подумал Александр.

— Как думаете, сэр, на кой чёрт они сюда припрутся? И зачем им потребовался я?

— М-м-м? — Александр посмотрел на стоявшего рядом с ним офицера.

Высокий и темнокожий, старший сержант Тайлер Максвелл выглядел именно так, как мог бы выглядеть человек из рекламы армии Федерации. Высокий, почти что одного роста с самим Александром, он превосходил его в ширине плеч едва ли не в полтора раза. К слову довольно таки просторная форма, идеально отглаженная и без единой пылинки на тёмной синевато-серой ткани, сидела на могучей и мускулистой фигуре чуть ли не в обтяжку.

Особенно выделялась эмблема на правом рукаве, вышитая золотистыми нитями. Череп на фоне стилизованного изображения кометы, за которым виднелся ещё более крупный силуэт планеты. Эмблема подразделения «С.В.О.Д». Специальных войск орбитального десантирования. Один из знакомых Зарина как-то раз назвал этих парней «самыми злобными и опасными сукиными детьми, которые только высаживались с орбиты на твёрдый грунт».

И Максвелл одним только своим видом отрабатывал высокую репутацию своего подразделения. Не тот человек, которого захочется зацепить локтем в баре.

— Понятия не имею, — пожал плечами Александр. — Нам приказали их принять, мы выполняем. Это всё, что я знаю, серж.

— Старая добрая диверсификация информации, да, сэр?

Александр понимающе улыбнулся.

— Куда же без неё. Мы знаем только то, что нам положено знать...

— А если чего-то не знаем, то значит знать это не положено, — продолжил за него древнюю, как мир присказку.

— В точку. Говорите прямо, как мой старший брат.

Максвелл издал звук, похожий на что-то среднее между смешком и хрюканьем.

— Не уж-то у вас в семье кто-то сумел сделать правильный карьерный выбор, — усмехнулся он, а затем не без иронии в голосе добавил, — сэр.

В ответ на подколку Александр только улыбнулся. Кто-то другой на его месте, возможно, и не смог бы пропустить столь панибратский тон мимо ушей, но лично его это нисколько не трогало. Всё равно после этого рейса их пути с Тайлером разойдутся и они более никогда не встретятся.

— Флотский спецназ, серж. Алексей всегда любил лазить туда, куда не следует.

— «Космические крысы», значит, — Максвелл улыбнулся одними губами, произнеся закрепившееся среди его людей названное для любителей ползать по узким коридорам космических кораблей и станций. — Хотел бы я встретиться с вашим братом, сэр. Говорят, что они крутые ребята. После нас, конечно.

Услышав это, Александр не смог удержаться от смешка. Почему-то ему сразу же стало интересно, как брат отреагировал бы на слова стоящего рядом сержанта. Точнее, куда бы он врезал тому первым. Уж слишком лёгким на драку был Лёша.

К слову, последнюю весточку от него он получал когда? Шесть? Семь месяцев назад? Кажется, что семь. Что-то давно от старшего брата ничего не слышно.

Как вообщем-то и от Андрея, но там особый случай. О них с отцом Александр говорить не любил. Особенно недавних событий дома. Это тогда он не понимал, почему его сняли с должности капитана лёгкого крейсера, а через пять месяцев торчания на «берегу» засунули в перегонный экипаж для этого рейса. Сейчас то, после просмотра новостей всё становилось понятно. И от того злило ещё сильнее на свалившуюся на него несправедливость.

Так что он просто решил перевести разговор на другую тему. Благо раздутое эго Максвелла давало хороший повод для этого.

— О, разумеется, серж. Куда флотскому спецназу до вас-то.

— В точку, сэр. Вот прыгать без штанов с орбиты на голый грунт — это занятие для настоящих мужчин. Без обид.

— Да какие обиды. Я просто подожду, пока кто-то из ваших ребят не будет утирая сопли слёзно умолять о поддержке с орбиты, копаясь в грязи на поверхности.

Слегка возвышающийся над ним Максвелл чуть покосился в сторону и у Александра возникло такое ощущение, будто над ним нависла скала.

— Я сделаю вид, что пропустил вашу шутку мимо ушей, лейтенант-коммандер, — заговорщицким тоном прошептал он.

— Кто знает, сержант. Кто знает. Кстати, ваши люди уже собрали свои вещи?

Отряд Максвелла, между прочим, являлся одной из причин, по которым «Ганнибал» опоздал на Трою. Именно они были тем самым отрядом, что дредноут подобрал по пути, потратив время на то, чтобы принять челнок с ними на борт. Взвод из трёх отделений общим количеством в тридцать рыл, плюс контейнеры с их снаряжением.

— Да. Будем готовы вас покинуть сразу же, как только местное руководство пришлёт за нами свой транспорт.

— Вам ещё не сообщали, когда, серж?

Максвелл отрицательно покачал головой.

— Вообще без понятия. Я отправил запрос, но в ответ получил приказ ждать и всё. Так что, боюсь что мы ещё некоторое время попортим вам вид своими рожами, сэр.

Наверное всё из-за чёртового праздника, подумал Александр, наблюдая за тем, как подошедший к дредноуту челнок начал процесс стыковки. Выдвижные захваты на подвижных манипуляторах уже заключили небольшое судно в свои объятия и сейчас подводили его к вытянутому рукаву переходного шлюза.

Почему-то именно в этот момент в голову, как назло, пришёл недавний разговор с Павлом. Что уж говорить, Зарин и сам бы не отказался провести несколько дней на поверхности, валяясь под тёплым солнышком на пляже отдыхая после долгого перехода. Сейчас большая часть команды слушала выступление губернатора сектора, в то время, как сам Александр, выполняя обязанности капитана корабля, оказался втянут в эту кутерьму с досмотром.

Так что он прекрасно понимал, что вряд ли кто-то предоставит им возможность спокойного отдыха. Но мечтать ведь не вредно, не так ли?

Стыковочный рукав зафиксировали у люка челнока и предупреждающие индикаторы загорелись зелёным, как только выровнялось давление. Гости быстро пролетели через стыковочную трубу, миновав зону отсутствия искусственной гравитации.

Высокая женщина в тёмно-синей форме и с серебристыми кольцами на рукавах кителя ловко ухватилась за расположенный над головой поручень и перенесла своё тело за нарисованную на палубе зелёную отметку, где действовал гравитация дредноута. Одного с Александром роста с короткими, по военному подстриженными русыми волосами, убранными под тёмно-бордовый берет.

Александр уже было хотел поприветствовать её на борту, как это и полагается в таких случаях, но запнулся на полуслове, заметив шеврон на её кителе, рядом с погонами полковника. Меч на фоне эмблема флота. Знак флотской разведки.

Интересные гости, однако, пожаловали.

— Добро пожаловать на борт «Ганнибала», полковник, — поприветствовал он её. — Я Александр Зарин. Старший помощник капитана Гутьерреса. Временно исполняющий обязанности капитана во время его отсутствия.

Рядом, также вытянувшись по стойке смирно, перед их гостьей застыл Максвелл. Впрочем, оно и не удивительно. Оба они были ниже по званию, чем стоявшая перед ними женщина.

— Старший сержант Тайлер Максвелл, мэм, — пробасил он.

— Вольно, господа, — полковник оглянулась по сторонам и отошла в сторону, позволив следовавшим за ней людям беспрепятственно миновать переходной шлюз, соединявший причальный отсек с челноком. — Я полковник Кристина Адамс. С этого момента ваш корабль переходит в моё распоряжение.

Зарин и Максвелл переглянулись между собой.

— Полковник, мэм, тут должно быть какая-то ошибка, — осторожно и не понимая, что вообще здесь происходит начал Александр. — Мы только-только прибыли в систему. «Ганнибал» даже не зачислен во флот сектора, да и мы не являемся его экипажем.

Адамс удивленно моргнула.

— В каком это смысле, — нахмурилась она и в её раздраженном лице Зарин ощутил нечто явно не хорошее.

— Полковник, мы перегонный экипаж, — принялся объяснять он. — Просто доставили корабль сюда с верфей Ядра. Но мы не получали ни единого приказа о том, что продолжим службу на его борту. Это будет другая команда.

Сказанное заставило лицо стоящей перед ним половника сморщиться от осознания всей глупости ситуации.

Но, прежде чем она успела сказать хоть слово, находящаяся на дальней геосинхронной орбите торговая станция «Порт-Кальда» исчезла во вспышке термоядерного взрыва мощностью в пятьдесят мегатонн.

Глава 2 «Брошенная спичка мир сожжёт… Часть II»

Александр бегом ворвался на мостик «Ганнибала», а перед его глазами всё ещё стояла далёкая вспышка. В тот момент он думал, что уже никогда не сможет забыть те далёкие протуберанцы термоядерного пламени, хлестнувшие во все стороны от некогда огромной космической станции.

— Что происходит?! — потребовал он ответа, надеясь на то, что находящаяся на мостике вахта знает о происходящем больше него.

На то, что она знает вообще хоть что-то.

— «Порт-Кальду» снесло с к чертям, — сразу же сообщил знакомый и очень мрачный голос и Зарин увидел стоящего рядом с тактическим постом Павла.

Сейчас была не его вахта, но, наверное, после случившегося тот принял здравое решение и сразу же направился именно сюда. Адамс и Максвелл увязались следом за ним, так как точно так же не имели никакого представления о том, что произошло.

Но не это сейчас волновало Александра. Нужно было что-то предпринять, вот только, что именно? К счастью, хотя бы над этой проблемой не пришлось долго думать. Существовал заранее разработанный и строгий порядок действий на случай «произошло что-то непонятное, но очень и очень опасное».

— Объявить общую тревогу по кораблю. Код «жёлтый». Начинайте греть двигатель. Павел, вызови сюда Анну и свяжись с «Фивами». Нужно запросить у них координацию для действий с остальными кораблями флота, а я пока попробую связаться с капитаном...

Приказы посыпались один за другим, и находящиеся на мостике вахтенные офицеры сразу же начали их выполнять. Потому, что их так учили. Потому, что это привычно, а в состоянии шока и стресса именно привычные вещи кажутся наиболее простыми и правильными.

— Я попробую, но электромагнитные помехи от взрыва забивают связь.

— Они долго не продержатся, — быстро возразил ему Зарин, опускаясь в капитанское кресло, предварительно согнав оттуда занимавшего его младшего лейтенанта тактика, которого сам же оставил на этом посту пока встречал Адамс.

Неожиданно вспомнив об их гостье, Александр извернулся в кресле и нашёл взглядом стоящего в входа на мостик офицера разведки.

— Полковник, вы знаете, что происходит? Хоть что-то?

— Н... нет, — казалось, что она так же поражена произошедшим, как и все они.

Ну и кто после этого скажет, что эти ребята всегда в курсе всех творящихся событий?

Не став больше тратить на неё время, Александр отвернулся. И без того хватало забот. По коридорам и отсекам «Ганнибала» уже прокатился гул тревожных сирен. Услышав их, ещё не знающие о случившемся люди бросали всё чем бы они не занимались и бежали к своим боевым постам. Пока одни в спешке занимали свои места, проклиная случившееся, другие торопились как можно скорее надеть контактные скафандры и сменить товарищей, позволив им сделать тоже самое.

Оглядев отсек мостика, Александр вдруг подумал, что и им бы самим стоило сделать тоже самое, но...

— Твою же мать!

Резкий выкрик Павла, вырвал Зарина из собственных мыслей, привлекая его внимание.

— Что случилось?!

— Обломки. Чёртовы обломки «Порт-Кальды»! Вот что случилось, — зло пояснил Павел, указав на один из широких голографических дисплеев.

Объективы «Ганнибала», направленные на место катастрофы передавали картинку в высочайшем разрешении, позволяя во всех деталях рассмотреть то, что осталось от огромной станции.

А осталось от неё просто-таки дьявольски много.

Даже взрыв такой мощи никогда бы не смог полностью уничтожить объект подобного размера. Зато он с лёгкостью смог разорвать его на части, превратив в тысячи и тысячи обломков, разлетающихся во все стороны. Одного только взгляда на тактический дисплей хватило, чтобы увидеть, как во все стороны от места трагедии расходились иконки кораблей. Они спасались, убегая от места трагедии, как звери, страшащиеся лесного пожара.

Все торопились убраться подальше от расходящегося облака обломков, дабы избежать возможных столкновений.

Проблема заключалась в том, что как бы страшно не выглядела гибель станции и, несомненно, всех кто находился на её борту, самое страшное ещё только впереди.

— Что бы не вызвало взрыв, эта срань придала им огромное ускорение. Часть уже идёт по более низкой траектории к планете и...

— Синдрома Кеслера не избежать, — закончил за него Александр, понимая, к чему всё приведёт. — Да, я понял тебя.

Орбиты Трои переполнены объектами инфраструктуры. Станции. Спутники. Мобильные ремонтные доки. Грузовые терминалы и десятки других. Всё это вращалось вокруг планеты.

И теперь всему этому грозила встреча с чудовищной по своим размерам лавиной обломков. И каждое новое столкновение, а их избежать будет невозможно, приведёт лишь к образованию ещё большего количества.

— Так, — глубоко вздохнув, Александр усилием воли заставил себя успокоиться. — Действуем по стандартному протоколу. «Ганнибал» предпримет участие в спасательных операциях...

— Простите! Я опоздала!

Обернувшись, Алекснадр увидел появившуюся на мостике Анну и ещё нескольких человек из предыдущей вахты. Отлично. Свободные руки им сейчас не помешают.

— Хорошо, что ты здесь, Ань. Со своими ребятами берёшь на себя связь и работу ближних сенсоров. Пытайся связаться с «Фивами» и начинайте проверять все сигналы бедствия, которые мы сможем поймать. Паша. Ты и твои люди отслеживайте каждый обломок из тех, которые могут причинить нам вред. И передайте приказ ребятам Сильвы готовить свои корветы к старту. Если возникнет такая необходимость, то используем их в качестве эвакуационных судов. И все наши челноки тоже.

— На корветах места не так-то и много, — напомнил Павел, на что Зарин кивнул. Он и без него это знал. Их экипажи рассчитаны всего на шестерых человек. Два пилота, бортинженер, двое операторов систем вооружения и ещё один человек, отвечающий за работу сенсоров и систем РЭБ.

— Знаю, но в текущих условиях их можно ополовинить. А если потеснятся, то и ещё несколько человек влезет. В тесноте, зато не умрут.

Оба быстро кинули и направились к своим секциям. Первый шок прошёл и люди быстро возвращались к своим обязанностям, цепляясь за знакомые процедуры и правила, как за спасательный круг.

«Ганнибал» находился на высокой стояночной орбите над ночной стороной планеты. Сейчас встреча с остатками торговой станции ему не грозила. Но вот о всех, кто находился с другой стороны, в особенности ниже по орбитальной высоте он так поручиться уже не мог.

Вспомнив о том, что сам хотел сделать, он коснулся пальцами одного из дисплеев и попытался связаться с капитаном Гутьерресом. К несчастью, похоже, что Павел оказался прав. Капитан, час назад отправившийся на станцию «Фивы» не отвечал. А ведь база флота Пиренейского сектора находилась довольно-таки недалеко от «Порт-Кальды». Всего в паре десятков тысяч километров. Но, похоже, что и их зацепило электромагнитным ударом от термоядерного взрыва в космосе.

Иконка соединения вдруг загорелась зелёным, оповестив о том, что контакт с коммуникаторов капитана установлен. Не теряя ни секунды, Александр вызвал того, надеясь, что связь действительно всё же заработала.

Подтверждение его надежд появилось через несколько секунд в виде лица капитана.

— Зарин, докладывай, что у вас.

— Сэр, мы не пострадали. Я объявил тревогу по кораблю «код-жёлтый». Мы уже прогревам маршевые и через... — Александр быстро сверился с показаниями одного из дисплеев. — Через семь минут будем готовы принять участие в операциях по помощи и спасению...

— Отставить, Зарин, — резко прервал его Гутьеррес. — Ты слышал меня? Я отменяю этот приказ.

Александр даже не сразу нашёлся, что сказать. Оказание помощи во время таких катастроф являлось прямой обязанностью сил флота. Более того, этого требовала обычная человечность. Несмотря на все свои изменения, люди продолжали соблюдать законы, появившиеся ещё в те времена, когда деревянные корабли бороздили морские просторы Старой Земли, полагаясь лишь на силу гребцов и ветра. Всегда помогать тем, кто просит о помощи. Просто потому, что это правильно. Потому, что кроме тебя, возможно, может быть больше некому эту помощь оказать.

Поэтому сказанное Гутьерресом вызвало в нём бурю эмоций и желание протестовать. Но капитан «Ганнибала» его опередил.

— Зарин, уходите с орбиты до получения. Взрыв на станции — это не случайность. Это теракт! Направленная атака на «Порт-Кальду»!

— Что...

— Анализ спектрометров «Фив» определил излучение от взрыва. Зарин, это была наша собственная чёртова боеголовка!

В этот момент Александр ощутил, как ледяные пальцы сжали его позвоночник. Сказанные капитаном слова всё ещё эхом звучали у него в мозгу. Их собственный термоядерный заряд?! Да, как такое вообще возможно?!

Впрочем, капитан, казалось, даже не заметил его замешательства.

— Уводите «Ганнибал» с орбиты, Зарин, — снова приказал он. — Остальной флот буд... ждать... ступления новых прик...

Дисплей пошёл помехами, а связь резко оборвалась, прервав Гутьерреса на полуслове.

— Какого чёрта! — едва ли не зарычал Александр, резко повернувшись в кресле. — Анна! Что со связью?!

Управляющая секцией связи дредноута девушка выглядела ошарашенной.

— Э-э-эм, Саша. Здесь что-то... что-то не так. Связь отрубилась...

— Я и так это вижу. Верни мне устойчивый канал с капитаном!

— Нет! Ты не понял меня. Вообще вся сеть легла! Все каналы и частоты флота забиты помехами!

Да, что за хрень тут вообще происходит, в очередной раз спросил сам себя Александр в надежде найти ответ, но тот, естественно, отказался появляется по первому требованию.

— Саш, что делать-то будем? — тихо спросил подошедший к нему Павел.

— Капитан сказал уходить с орбиты и не участвовать в спасательных операциях. Кажется что-то про встречу с флотом, но связь оборвалась раньше, чем он сказал куда именно. И ещё. Капитан говорит, что станцию взорвали нашей собственной боеголовкой...

— Что?!

К удивлению Зарина, последняя реплика прозвучала у него за спиной. Повернувшись в кресле, он увидел Адамс, которую в последний раз видел у поста тактиков.

— Что вы только что сказали? — потребовала она.

— Капитан Гутьеррес сообщил, что спектрометры «Фив» опознали излучение при взрыве. Это была наша боеголовка. Нашего флота.

— Что за бред, — растерянно произнёс Павел. — Как она может быть наша?!

— Да откуда мне-то знать, — не выдержав огрызнулся Александр. — Я знаю не больше тебя, если ты не заметил и...

— Эй! Мы поймали передачу!

Неожиданный крик Анны оборвал его, моментально привлекая внимание к экрану связи, расположенному перед его креслом. Вот только вместо ожидаемого лица капитана, на которое так рассчитывал Александр, там был просто чёрный фон.

— Ань, на что я смотрю?

— Без понятия, — отозвалась она. — Это сейчас идёт по всем каналам связи. Вообще по всем. Флота. Местной сети. Все передают одно и тоже.

В доказательство своих слов, она вывела трансляцию на один из развёрнутых в центре мостика широких голографических дисплеев. Александр уже хотел было спросить, могут ли они попробовать узнать, откуда именно идёт передача, как чернота на дисплее неожиданно рассеялась.

Теперь вместо неё глазам всех собравшихся на мостике «Ганнибала» предстало изображения высокого мужчины с короткими, по-военному подстриженными тёмными волосами. Широкое, с выделяющимся скулами лицо и аккуратная чёрная бородка. Одетый в алый, с чёрными элементами мундир, он несколько секунд смотрел в камеру, прежде чем заговорить.

И, что самое страшное, Александр прекрасно знал человека, которого сейчас видел на экране. И он был мёртв. Должен был быть мёртв.

Но, вместо этого, мертвец заговорил.

— Слишком долго, — низким, отдающим хрипотцой голосом начал он. — Слишком долго это продолжалось. Из маяка и надежды человечества на лучшее будущее Земная Федерация превратилась в прогнивший и коррумпированный аппарат для обогащения узкой кучки людей, получившей слишком большую власть и влияние в свои руки. Слишком долго Миры Ядра высасывали бесконечные ресурсы из колоний в секторах Внешнего Кольца. Слишком долго и слишком жадно, даже не заметив, что тем самым они сделали то, от чего человечество бежало к звёздам. Мы более не расширяемся. Человечество более не ищет новый дом среди звёзд, довольствуясь лишь тем, что смогло приобрести за то недолгое время, что у него было. Из государства, призванного вести человечество вперёд, мы превратились в медленно умирающее, поражённое болезнью и стагнирующее животное. И всё ради того, чтобы те, кто сидит там, в комфорте и достатке Центральных Миров, пока десятки систем и колоний едва сводят концы с концами, смогли получить в свои руки больше власти и денег.

Под конец мужчина на экране значительно повысил голос и даже наклонился вперёд, словно нависая над всеми, кто сейчас смотрел на него и слушал его слова.

— Слишком долго мы это терпели. Сегодня, мы нанесли вам удар! Первый из бесчисленного множества! Сегодня, Пиренейский и другие сектора внешнего кольца скинут с себя цепи, которыми их сковали. Сегодня, родится новое государство!

Кейн наклонился к экрану, смотря в объектив с такой злостью и свирепостью в глазах, что, казалось, хотел сжечь этим взглядом каждого, кто сейчас встретился бы с ним глазами.

— Говорит Адмирал Агастус Кейн с борта корабля Альянса Свободных Миров Конкордии, «Ахерон», — практически прорычал он с экрана, окончательно скидывая маску холоднокровия со своего лица. — Мы вас уничтожим. Мы сожжём ваши корабли и разобьём ваш флот! Ваши станции будут гореть, а миры будут захвачены. У вас нет спасения. Всё, что вы можете сделать — это сдаться. Или умереть сражаясь.

Человек, которого многие офицеры флота считали предателем промолчал ровно три секунды, глядя на людей с сотен и тысяч экранов. Он хотел, чтобы они поняли его слова.

Чтобы они осознали и запомнили, что ждёт их дальше.

— Смерть, не бесчестье.

Александр всё ещё смотрел на экран, когда дредноут ФЗФ «Гималаи» открыл огонь из своих орудий.

***

Дредноут ФЗФ «Фудзияма»

Молодой мужчина в форме старшего лейтенанта стоял на мостике огромного корабля, как и все слушая доносившийся из динамиков властный голос.

Впереди, всего в паре шагов перед ним, стояли капитан и старший помощник «Фудзиямы», такие же ошарашенные произошедшим, как и все остальные.

— ...сожжём ваши корабли и разобьём ваш флот. Ваши станции будут гореть, а миры будут захвачены. У вас нет спасения. Всё, что вы можете сделать — это сдаться. Или умереть сражаясь. Смерть не бесчестье.

— Смерть не бесчестье, — тихо проговорил лейтенант и достав спрятанный под полами кителя небольшой пистолет, поднял руку и выстрелил.

Голова капитана «Фудзиямы» разлетелась ворохом ошмётков и крови, грязной кляксой разметавшихся по всей передней части мостика. Даже не успевший осознать, что именно только что случилось, его старший помощник, несколько мгновений наблюдал за тем, как обезглавленное тело упало на палубу.

Своего капитана он пережил всего на две с половиной секунды, после чего выстрел, с другой стороны, прикончил уже его самого.

***

Флагман тринадцатой линейной крейсерской эскадры

Линейный крейсер ФЗФ «Карканд»

— Смерть не бесчестье, — тихо повторила главный инженер корабля, переведённая на его борт всего три месяца назад.

Молчаливая и замкнутая, она так никому и не рассказала о том, что была родом с Арканы-3. Никто и никогда бы не нашёл этой информации в её личном деле. Ведь абсолютно каждая строчка там была сфабрикована. Искусная ложь, придуманная только ради этого дня. Чтобы в это самое мгновение она смогла сделать то, о чём мечтала с того момента, как узнала о произошедшем на её родном мире.

С того дня, как узнала, что вся поверхность Арканы-3 превратилась в безжизненную равнину после ядерной бомбардировки, унёсшей жизни всех, кого она когда-либо знала и любила.

И именно поэтому, сейчас, она с чувством гордости и выполненного долга стояла, сжимая пальцами пистолет в окружении тех, кто совсем недавно считал её своим товарищем.

И именно поэтому, она сейчас отключила магнитную ловушку одного из реакторов крейсера.

Раненая в короткой перестрелке женщина даже так и не смогла увидеть сотворённое её же собственными руками, когда вырвавшаяся наружу ядро, способное соперничать с жаром самих звёзд, разорвало «Карканд» на части.

***

Дредноут ФЗФ «Уверенный»

— ...долго мы это терпели. Сегодня, мы нанесли вам удар! Первый и бесчисленного множества! Сегодня, Пиренейский и другие сектора внешнего кольца скинут с себя цепи, которыми их сковали. Сегодня, родится новое государство!

Последние слова Агастуса Кейна прозвучали панихидой для большей части тех, кто находился на командном мостике.

Стоящий в центре мужчина, некогда бывший командиром десантных подразделений «Уверенного», перезарядил импульсный карабин. После чего навёл оружие на ползущую по палубе раненую женщину. Начальника астрографической службы корабля.

Каким-то чудом она всё ещё была жива. Пыталась отползти в шоке после той бойни, что началась на мостике, когда на него ворвались вооружённые мятежники. С глухими стонами она цеплялась окровавленными руками за покрытый антискользящим полотном металл палубы, оставляя за собой алый след.

Уважительно хмыкнув, мужчина добил её одним единственным выстрелом, после чего достал собственный коммуникатор.

— Всем командам доложить, — резко приказал он.

— Машинное в наших руках.

— Реакторный отсек захвачен. Потерь нет.

— Вспомогательный мостик наш. Потеряли троих.

— Отлично.

Теперь лишь оставалось доложить на «Ахерон», что совсем скоро «Уверенный» поднимет новый флаг.

***

Подобно лесному пожару, мятеж поднимался на борту регулярных кораблей флота ФЗФ Пиренейского сектора. Люди, всего несколько мгновений назад считающие стоящих рядом с ними членов экипажа своими товарищами, теперь умирали от их же рук.

Там, где это было возможно, спящие агенты Альянса наносили удары со всей возможной силой и свирепостью, на какую только были способны. Планируемое более четырёх лет восстание началось.

Началось с диверсий и ударов в спину.

Началось с вывода из строя кораблей там, где открытое противостояние было невозможно.

Началось с кровавых перестрелок в отсеках и коридорах дредноутов, крейсеров и других кораблей ФЗФ.

Иронично, что именно флагман всего секторального флота, дредноут ФЗФ «Гималаи», оказался именно тем кораблём, что первый поднял флаг АСМК, сменив электронную подпись своего транспондера

И именно его тяжёлые гразерные излучатели первыми разорвали темноту космоса, положив начало ещё более кровавой бойне.

Двенадцать двух орудийных энергетических орудий левого борта полыхнули разом, открыв убийственный огонь по одной из космических крепостей Трои. Станция типа «Бастион», чуть ли не втрое превосходившая «Гималаи» своей массой и количеством вооружения, просто оказалась не готова к тому, что произошло. Находящиеся на ней люди не ожидали удара. Не ожидали, что то, что всего несколько минут назад было долгожданным праздником, разом превратилось в кошмарный сон.

Двигающиеся со скорость света копья гамма лазеров вспороли не защищённую щитами броню. Не сразу. Тугоплавкие металлы и композитные материалы сопротивлялись, как могли, но безнадёжно проигрывали удару, нанесённому с такого короткого расстояния. Прошло всего чуть больше секунды и разрушительный огонь бортовой энергетической артиллерии бывшего флагмана вонзился во внутренности станции, испепеляя отсеки и испаряя находящихся там людей.

А вслед за первым ударом, последовал второй.

Находящиеся в центре управления военно-космической станции «Фивы», высший командный состав флота ФЗФ с ужасом видел, как один за другим их собственные корабли меняли отметки своих транспондеров и набрасывались на своих собратьев.

Для них это был кошмар. Ужас, нашедший воплощение в реальности.

Но, они ошибались. Самое худшее было ещё только впереди.

***

Флагман флота АСМК «Ахерон»

Стоящий на просторном мостике, Агастус Кейн молча наблюдал за творящемся перед его глазами безумием. Его взгляд неотрывно следил за происходящим. Ведь на главную тактическую проекцию в самом центре мостика «Ахерона» поступали все самые свежие данные.

От захваченных кораблей.

От всё ещё сражающихся на борту других единиц флота ФЗФ мятежников.

От спящих агентов, что действовали сейчас на планете.

Он внимательно следил за тем, как развивалось то, что он готовил на протяжении четырёх лет своей жизни. Всё, ради сегодняшнего дня. И столь опытный офицер, он уже видел крах, что ожидал их врагов.

Оставалось лишь вбить последний гвоздь.

— Моргана. Передать приказ на «Дэнатор» и «Возмездие». Сбросить маскировку и вступить в бой. Переходим к третьей фазе.

Сидящая в капитанском кресле «Ахерона» высокая женщина улыбнулась. Правда из-за узкого шрама, пересекающего губы с левой стороны эта улыбка больше напоминала злобный оскал, что, впрочем, было не столь уж и далеко от истины.

— Будет исполнено, адмирал, — не без удовольствия в голосе произнесла она и тут же перешла к выполнению полученных приказов и раздаче собственных. — Сбросить маскировку! Передать такой же приказ на «Дэнатор» и «Возмездие». Вступаем в бой.

Три огромных, длинною более двух с половиной километров — уродливые транспортные судна, что до этого самого момента находились на дальней стояночной орбите Трои, вдруг ожили.

Вот только в этот раз, любой человек, решивший обратить на них своё внимание, увидел бы пугающее несоответствие сигнатуре их двигателей. Больше они уже не казались неповоротливыми и тихоходными калошами.

Вместо этого они пусть и медленно, но уверенно начали набирать ускорение, явно намереваясь выйти из-за ночной стороны планеты.

По корпусу каждого их них пронеслась волна вспышек, будто кто-то взорвал на их поверхности бесчисленное множество петард. Это отданные электронные команды вызвали детонацию бесчисленного множества пироболтов, что до этого момента скрепляли собой внешние, фальшивые панели корпуса. Расположенные в них небольшие и маломощные ракетные двигатели отбрасывали их в стороны, являя на свет присущие боевым кораблям строгие прямые и ровные линии, ракетные пусковые шахты, и орудия энергетической артиллерии.

Будто волки, сбросившие овечью шкуру, три огромных корабля, для которых ещё даже не существовало классификации, начали разгон для выхода на нужную траекторию.

Последними оказались сброшенные маскировочные панели со странных конструкций, расположенных в верхней и нижней полусферах этих гигантов. Длинной под пять сотен метров каждая, они обе выглядели так, словно способны были поворачиваться вокруг своей оси.

— Приготовить «Гунгниры» к стрельбе, — приказала Моргана Штрайс, чувствуя едва ощутимую, но такую прекрасную вибрацию, создаваемую кораблём. Словно глухое рычание нетерпеливого зверя, готового вонзить клыки в глотку своей добычи. — Аналогичные приказы на «Дэнатор» и «Возмездие». Адмирал? Будут конкретные цели?

Агастус Кейн ответил не сразу. Ещё несколько мгновений он, казалось, наблюдал за той бойней, что разворачивалась на освещённой стороной планеты.

— Сожгите их всех.

Глава 3 «Брошенная спичка мир сожжёт… Часть III»

Главная база ФЗФ Пиренейского сектора

Космическая станция «Фивы»

Адмиралу Клаусу Эстерхази казалось, что кто-то только что вбил ему раскалённый кол прямо в сердце, когда к «Гималаям», вколачивающим один за другим удары своих орудий по одной их космических крепостей Трои присоединились ещё несколько кораблей. Вместе они принялись избивать свою цель с дистанции всего в восемь тысяч километров. То есть фактически в упор.

— Адмирал! «Уверенный» и «Фудзияма» открыли огонь по «Бастиону-2»!

— Я вижу, Казимир, — выдавил из себя Эстерхази, испытывая непреодолимое желание заорать, но вместо этого заставил себя глубоко вздохнуть и успокоиться. — Что со связью? Вы смогли восстановить её?

— Основные каналы всё так же не доступны. И наши техники не могут понять, почему именно, сэр. Но нам удалось вернуть контроль над лазерными передатчиками.

Узконаправленная связь не могла дать им такой же скорости охвата, как и обычная. Придётся связываться с каждым кораблём по отдельности, а на это потребуется время. Пусть и не так много, как могло бы показаться простому обывателю, но даже такие задержки будут играть значительную роль во время сражения. Особенно сейчас, когда секунды определяли разницу между жизнью и смертью.

Но, это всяко лучше, чем безмолвно сидеть на станции, без способности что-то изменить.

— Приказ на все наши корабли, которые находятся в зоне действия узконаправленной передачи и которые всё ещё передают наши опознавательные коды. Пусть отходят от планеты к «Фивам». Так же я хочу, чтобы вы записали сообщение для всех кораблей, до каких мы только сможем дотянутся. Пусть уходят отсюда, как можно скорее. Кто-то должен сообщить о том, что здесь произошло остальной части флота.

А мы останемся тут и постараемся сделать так, чтобы эта сволочь заплатила за то, что сделала, с ненавистью подумал Эстерхази.

Повернувшись, он посмотрел на всё ещё стоящего за его спиной мужчину в форме капитана.

— Прости, Эстебан, но, боюсь, что в сложившихся обстоятельствах ты сейчас не сможешь вернуться на свой корабль.

— Я понимаю, сэр, — мрачно ответил тот. — Если разрешите, то я бы хотел отправить сообщение на «Ганнибал».

— Разрешаю, — кивнул адмирал и повернулся обратно, к главной тактической проекции в центре командного пункта станции.

Гутьеррес же направился к главному посту связи. Эстебан прекрасно понимал, что в своём текущем состоянии «Ганнибал» был не боеспособен. Без ракет на борту, с минимальным перегонным экипажем... у них в наличии даже противоракет не имелось, не говоря уже о боекомплекте для находящихся на его борту корветов.

Поэтому он собирался приказать Зарину уходить из системы. Сотни грузовых судов и других гражданских кораблей уже и без того поняли опасность происходящего на орбите Трои и стремились как можно скорее убраться подальше. Для них это был лучший шанс на то, чтобы уцелеть, пока военные корабли избивали друг друга. Вступи «Ганнибал» сейчас в бой и, скорее всего, это станет последним сражением для него.

И поэтому он собирался проконтролировать, чтобы Зарин не сделал какую-нибудь импульсивную глупость. «Ганнибал» имел достаточную скорость для того, чтобы гарантированно сбежать из системы прямо сейчас. Адмирал Эстерхази был полностью прав, когда собирался отправить как можно больше кораблей для того, чтобы предупредить остальные силы флота Пиренейского сектора о восстании.

А им останется только остаться здесь и принять этот бой.

Чем бы он не закончился.

Станция «Фивы» находилась почти в четырёх световых секундах от Трои и погибшей «Порт-Кальды». Какой бы ужасной не выглядела гибель губернатора, его кабинета и огромного количества гражданских на борту станции, сейчас это событие отошло на второй план. Творящиеся вокруг события вытесняли собой всё, что не имело к ним отношения, так что Эстерхази был рад, что по крайней мере на некоторое время у них имелась безопасность от ударов энергетической артиллерии находящихся рядом с Троей кораблей. Системы противоракетной обороны станции смогут прикрыть её от ракетных ударов, пока остатки ещё верных федерации сил смогут отойти для перегруппировки.

Он почти дошёл до поста, уже продумывая короткое сообщение, что предстояло отправить на борт «Ганнибала», когда новый крик разнёсся по просторному командному посту станции «Фивы».

— Новый контакт! — громком объявил начальник радарной секции. —Три неопознанные цели выходят из-за планеты!

— Кто они? — тут же потребовал Эстерхази. — Идентифицировать.

— Я... мы не можем, адмирал. Таких кораблей нет в нашей базе данных. Неизвестный класс и тип. И сигнатуры их двигателей нет в нашей базе данных... боже, сэр, посмотрит на их размеры!

Что-то в этом голосе заставило Гутьерреса развернутся. Бросив взгляд на один из огромных тактических дисплеев, куда уже были выведены данные о новых контактах, Эстебан ошарашено замер. Сенсорные показания новых противников ввели его в ступор. Одна только их длина, если верить датчикам, превышала два с половиной километра. Даже больше. Почти две тысячи семьсот метров.

Едва ли не вдвое больше любого из дредноутов Федерации.

Что за чудовищ привёл с собой Кейн?

— Не важно, — рявкнул командующий флотом. — Пока они на орбите, Трои, мы можем некоторое время о них не думать. Передать всем лояльным кораблям — продолжать отход к «Фивам». «Бастионам» Один и Три — поддержать наши силы огнём. Пусть оттянут на себя противника.

Бой только разгорался. Будучи опытным тактиком, Гутьеррес видел, что начавшаяся в первые минуты свалка начала приобретать некоторую «стройность». Те, корабли, которые всё ещё сохраняли лояльность ФЗФ медленно, но уверенно отходили от орбиты, стараясь сблизиться с огромной станцией.

А вместе с этим на экране появились первые иконки противокорабельных ракет, стартовавших из размещённых вокруг штаб-квартиры флота автономных ракетных пусковых. Алая волна иконок взметнулась на тактических экранах, расходясь к уже выбранным целям. Учитывая крошечную дистанцию, их лазерные боеголовки окажутся в зоне поражения своих целей через считанные секунды.

Бой на орбите. Практически на самой границе гравитационного колодца. Без скорости. Без возможности к манёвру. Пожалуй, это худший кошмар, который только может представить себе кадровый флотской офицер. Но, как бы безумно это не звучало, в это же самое время, именно сейчас, он давал им шанс на то, чтобы переломить ситуацию. «Фивы» имели значительную огневую мощь. Она поддержит отступающие корабли флота в то время, как всё ещё сражающиеся космические крепости смогут зажать противника с другой стороны. В такой ситуации у Кейна просто не будет возможности для того, чтобы отступить или же победить. Только не тогда, когда он оказался между молотом и наковальней.

Капитан Эстебан Гутьеррес ещё не знал, что ошибся примерно во... во всём.

Удалённость станции «Фивы» на целых четыре световые секунды от её противников действительно обезопасила её от ударов стандартного энергетического вооружения. По крайней мере так было бы всего пять лет назад.

Ещё никто, кроме верденского военно-космического флота не сталкивался с подобным оружием, да и аналитики ФЗФ имели далеко не все материалы о сражении в Валетрии пятилетней давности. Возможно, если бы кто-то из них получил бы верденские отчёты, то всё случилось бы иначе.

Но их у них не было.

А Агастус Кейн был слишком хорошим офицером. Человек, которого создал военно-космический флот Федерации... сейчас этот самый флот безжалостно уничтожал.

Ослепительный золотой росчерк, иглой пронзил черноту космоса, ударив в центральную часть станции. Импульс позитронного орудия, даже не заметил встретившейся ему на пути преграды в виде мощнейшего защитного поля, прорвав щит способный выдержать бортовой залп энергетических орудий дредноута.

Первый выстрел «Гунгнира» с борта флагмана Кейна пробил станцию насквозь, пройдя через командный пункт «Фив» и уничтожив всех, кто там находился быстрее, чем кто-либо из них успел даже осознать случившееся.

Цепочка вторичных внутренних разрывов прокатилась по отсекам огромного космического сооружения, срывая с неё броню и выворачивая наизнанку внутренние отсеки.

Висящая в космосе, штаб-квартира флота ФЗФ «Фивы» оказалось слишком удобной целью для главного калибра «Ахерона», «Дэнатора» и «Возмездия».

Три гиганта включились в сражение, обрушив всю мощь своей бортовой артиллерии на всё ещё продолжающие сопротивление космические крепости. В это же самое время находящиеся в верхней и нижней полусфере огромных кораблей без преувеличения гигантские блоки ускорителей частиц выплюнули из себя новые сияющие золотым светом копья.

Одно за другим, они в считанные секунды преодолевали миллион триста двенадцать тысяч километров, разделявшие флагманские корабль Агастуса Кейна и его цель, пронзая огромную станцию насквозь.

***

Все, кто находились на мостике «Ганнибала» замерли, в ужасе глядя на происходящее на орбите Трои.

— Боже, я была права...

Александр даже не сразу понял, кто именно произнёс эти слова. Лишь повернувшись, он увидел стоящую рядом с ним полковника. Адамс, как и все остальные, смотрела на широкие экраны, передававшие картинку с внешних камер «Ганнибала».

Но, сейчас было не время для вопросов и рефлексии.

— Павел, общая тревога, код «красный». Поднимайте щиты. Мы уходим с орбиты...

— Бежать?! Ты хочешь просто так свалить и бросить наших? Сейчас?!

В голосе Лейкина слышался явный и ничем не прикрытый протест. По одному только его виду, Александр понял, что тот готов был броситься в бой по первому же приказу, но никак не бежать. Особенно в то время, когда их товарищи по флоту погибали сотнями в творящейся на орбите Трои резне.

— Таков был последний приказ капитана! — сорвался Александр. — Он сказал нам уходить отсюда! У нас нет боекомплекта. Ни ракет, ни средств ПРО...

— У нас есть бортовая артиллерия! — возразил ему Лейкин. — Мы можем по меньшей мере поджарить нескольких из этих ублюдков!

Оглянувшись по сторонам, Александр вдруг понял, что Павел был отнюдь не одинок в своём желании.

Многие из находящихся на мостике молча смотрели на него в этот момент, ожидая приказа. Совсем не того, который он только что отдал. И он их понимал. Правда понимал. Всё внутри него так же боролось с желанием бросится в сражение, пока их флот буквально избивали на орбите.

Ярость. Злость. Желание отомстить. Всё это Александр видел в их глазах.

Но эти эмоции, сколь сильны бы они не были, никоим образом не меняли общее положение вещей. А оно было таково, что «Ганнибал» был сейчас не боеспособен.

— Выполняй приказ, Павел, — понизив голос, практически прошипел Александр. Что-то внутри него хотело сорваться на крик, и он с трудом сдержал этот порыв.

Вот она, самая большая причина, по которой Зарин не собирался пойти на поводу у эмоций и броситься в бой. Их экипаж, даже если забыть о том, что он составляет едва ли треть от необходимого по боевому расписанию, не сработан. Они перегонная команда. По сути извозчики, набранные с разных команд, снятые со своих кораблей. У них нет слаженности.

Идти в сражения в таких условиях — самоубийство.

Несколько секунд Александр и Павел мерились взглядами. На какой-то миг Зарин даже решил, что Лейкин вновь будет спорить. Но, нет. Тихо выругавшись, Павел резко развернулся и направился к тактической секции мостика.

Через шесть минут «Ганнибал» уже набирал ускорение, удаляясь от планеты. И всё это время его команда наблюдала за разворачивающейся прямо у них на глазах бойней.

Первой, ко всеобщему ужасу, погибла станция «Фивы». Три неизвестных корабля, которые датчики «Ганнибала» так и не смогли идентифицировать, уничтожили её каким-то энергетическим оружием с невозможной, казалось, дистанции. Александр специально проверил. Дальность стрельбы поражения составляла четыре световых секунды, в то время, когда орудия самого «Ганнибала» смогли бы с уверенность поразить свою цель максимум на одной. И то, учитывая какой у них был экипаж, он в этом сомневался.

С гибелью станции поражение ФЗФ стало неминуемым.

Появившаяся в самом начале битвы хоть какая-то слаженность теперь, с гибелью «Фив» и адмирала Эстерхази, исчезла окончательно. Сражение превратилось в избиение, где три гиганта и захваченные у флота корабли вырезали своих противников.

Следом пали и космические крепости. Все четыре «Бастиона» оказались накрыты огнём гразерных орудий с неопознанных монстров Агастуса Кейна. Эти чудовища буквально выпотрошили их, выйдя на высокую орбиту и постоянно обстреливая своих жертв. И, к немалому удивлению самого Александра, ожидавшего, что хотя бы защищавшие Трою орбитальные крепости смогут нанести серьёзный вред этим голиафам, они не добились даже минимального успеха. Он собственными глазами видел, как один из них принял своими щитами полный бортовой залп с одного из «Бастионов»... и не понёс повреждений.

Такого просто не бывает.

Ни один офицер, ни одного флота, никогда не будет умышленно сходиться в таких условиях на дистанции ближнего боя. Верденский и Имперский флоты уже показали, что происходит в подобной ситуации и Александр до сих пор в кошмарах вспоминал отчёты о ходе Второй битвы за Нормандию.

В этот момент, глядя на всю творящуюся резню, он вдруг понял. Их бегство стало только что ещё важнее. Они обязаны уйти из системы и рассказать о происходящем. Рассказать о том, что сделал Агастус Кейн и о его новых, до сегодняшнего дня не виданных кораблях.

Вот только, похоже, что их противник не очень-то хочет позволить им это сделать.

— Контакт! Новый контакт на сенсорах! — громко оповестила его Анна, когда на экранах перед её командой появились новые отметки.

Александр встал с кресла и пересёк мостик, чтобы подойти к ней. Мог узнать и не вставая, но сейчас всё внутри него жаждало действия. Уж лучше хоть так, чем просто сидеть сиднем.

— Что там, Ань?

— Вот, — она указала на дисплей. — Двенадцать единиц. Датчики частиц Черенкова засекли их в этом квадрате. Они идут прямо к нам с большим ускорением, так что сигнал устойчивый. В трёх с половиной световых минутах и...

—...и прямо на линии нашего курса, — проворчал Зарин. — Дерьмо. Можешь определить, кто именно это такие?

Девушка покачала головой, отчего один из каштановых локонов выбился из причёски, и Аня сдула его с лица.

— Нет, но взгляни сюда. Есть схожее излучение здесь, здесь и здесь, — она поочерёдно указала точки на тактической схеме космического пространства системы вокруг их дредноута. Понимаешь, что это значит?

Не нужно было быть тактическим гением, чтобы догадаться.

Двигатели Кобояши-Черенкова, открывшие для человечества дальний космос, в купе с инерционными компенсаторами позволяли кораблям развивать огромные показатели ускорения. Но, в них же крылось и главная слабость. Во время работы, особенно на высоких значениях тяги, двигатель испускал в пространство Частицы Черенкова. Единственное известное человечеству явление, двигающееся быстрее скорости света. С помощью специальных датчиков можно было улавливать это излучение. В зависимости от качества аппаратуры на дистанции от двух до двенадцати световых минут.

И сейчас Александр хорошо видел, как группы новых неопознанных контактов расходились во все стороны, направляясь к пытающимся сбежать из внутренней части системы гражданским кораблям.

— Загонщики для всех, кто попробует сбежать.

— Угу. Думаешь, что это корветы? — поинтересовалась Анна, так же в задумчивости глядя на дисплей. — Значения ускорения и излучения похожи на наши, только немного слабее.

— Скорее всего. Видимо, они как-то смогли приволочь их в систему. Наверное, на транспортах или как-то ещё.

— И? Что будем делать, капитан?

Уже было открывший рот, чтобы ответить, Александр вдруг запнулся, услышав последние слова Анны. Капитан.

А ведь так и есть, подумал Зарин, бросив взгляд на тактический дисплей, где всё ещё шла схватка на орбите Трои. Теперь именно он командовал «Ганнибалом». И именно он отвечал за этих людей.

И сейчас его задача — сохранить их жизни. Спасти свой корабль и экипаж, и передать информацию о случившемся остальным силам флота.

Правда, вспомнив послание предшествующее атаке сообщение Кейна, Александр очень сильно сомневался, что это окажется так просто, как ему бы того хотелось.

— Меняем курс и уходим выше относительно плоскости эклиптики. Дадим полную тягу. Если это действительно корветы, то они не захотят связываться с нами, когда поймут, кто мы такие на самом деле.

Глава 4 «Дилемма неизвестности»

Они всё-таки не рискнули.

Двенадцать корветов, идущие к «Ганнибалу» встречным курсом отвернули, когда расстояние сократилось до двух световых минут, а их сенсоры смогли точно опознать беглеца. Говорить о том, что для столь лёгких кораблей связываться со спешно убегающим дредноутом было верхом идиотизма не стоило. Всё равно, что стае шакалов пытаться остановить бегущего в панике носорога.

Не способные справиться с ними, их противник просто выбрал для себя куда более лёгкие и доступные цели.

Поэтому через двенадцать с половиной стандартных часов «Ганнибал» вырвался за пределы гиперграницы, гравитационной тени, создаваемой Мю Ахиллеса и совершил короткий прыжок, дабы убраться подальше от опасности.

Сейчас, несколько часов спустя, они вновь вышли в реальное пространство. Требовалось перевести дыхание и понять, что делать дальше.

И, как бы печально это не прозвучало, но Александр не имел ни малейшего понятия о том, как теперь поступить. И сейчас предстояло решить этот вопрос. Хотя бы в ближайшей перспективе. Что, если об этом задуматься, уже было не так уж и плохо.

В просторной кают-кампании он собрал всех, кому предстояло участвовать в грядущем обсуждении...

Сам Александр сел в центре стола. Справа от него сидели Павел Лейкин, как нынешний глава БИЦ «Ганнибала» и начальница астрографической секции Анна Вальс, которую сам Зарин назначил своим заместителем и старшим помощником.

По уму и, что более важно, уставу, эту должность стоило бы отдать Павлу, но Александр просто побоялся это сделать, учитывая его чрезмерную агрессивность.

Слева от Зарина, нерушимой горой возвышался старший сержант Максвелл, как командир собственного подразделения «СВОД», так и номинальный глава двадцати десантников, находящихся на борту дредноута.

Всего два отделения, а не две положенные по штату роты. Перегонному экипажу они были просто не нужны, что в значительной степени превратило почти месячный перелёт для них в круиз эконом класса. Впрочем, вряд ли они жаловались.

По левой и правой стороне вытянувшегося стола расселись все остальные. Начальник медицинской службы, Исак Монтойя и глава инженеров корабля, Евгения Третьековская.

Прямо напротив них сидели Арни Ван Дайм, командир находящегося на дредноуте подразделения корветов, представляющий сразу все их экипажи и Марек Ларионович, начальник службы снабжения корабля.

Единственным, кто не имел никакого отношения к экипажу, была высокая русо-волосая молодая женщина, сидящая напротив самого Александра в полном одиночестве на противоположной стороне стоящего в кают-компании стола.

Так уж получилось, что никто не сел рядом с ней. В чём была причина, Александр не знал. То ли народ просто испытывал недоверие к полковнику от разведки, толи таким образом показывал, что не считал её «своей» на борту.

Кристина Адамс восприняла подобное довольно спокойно, просто заняв единственное оставшееся свободным место за столом. К слову, прибывшим вместе с ней на борт двоим офицерам, двум лейтенантам, уже выделили пару свободных кают. Их в любом случае было сейчас больше, чем тех, кто мог бы их занять.

Ещё раз оглядев всех присутствующих, Зарин вздохнул.

— И так, как вы уже должно быть догадались, ситуация довольно... сложная.

— Дерьмовая, я бы лучше сказал, — тихо пробурчал Павел, за что заработал молчаливый, но весьма ощутимый тычок локтем в бок от сидящей рядом с ним Анны.

Поправлять его Александр не собирался, хотя и не сомневался, что сказанные тихим голосом Павла слова услышали абсолютно все присутствующие.

— Думаю, что все и так понимают, что возвращаться к Мю Ахиллеса смысла уже нет, — мрачно продекламировал Александр. — Вы не хуже меня слышали передачи по открытым частотам и видели, чем закончилось сражение на орбите.

Собравшиеся ответили ему такими же мрачными и злыми взглядами. Лететь почти двенадцать с половиной часов до гиперграницы и всё это время слышать призывы о помощи, долетающие до них от гражданских судов, оказавшихся целью свирепствующих на периферии системы корветов было невыносимо.

Приходилось признать, что Кейн или кто бы там ни был, спланировал всё практически идеально. В то время, как его основные силы громили флот ФЗФ на орбите Трои, сотни корветов и порядка десятка эсминцев занимались тем, что отлавливали грузовые гражданские суда, пытающиеся убраться как можно дальше от опасности.

И записи, сделанные с помощью датчиков Черенкова более чем наглядно говорили об эффективности такой тактики.

Из более чем пятидесяти кораблей, пытающихся сбежать от Мю Ахиллеса по тому же вектору, что и «Ганнибал», сделать это удалось всего семи. Они совершили прыжки в различных направлениях практически сразу же, как только выбрались за пределы гиперграницы.

И ведь они могли что-то предпринять, — подумал Александр. Могли. В какой-то момент он уже почти готов был отдать приказ о смене курса, чтобы попытаться прикрыть гражданские суда, но так и не сделал этого. Только не после того, как они увидели отметки расходящихся от Трои линейных крейсеров и других кораблей флота ФЗФ. Вот только ни один из них более не был отмечен, как союзник. Их транспондеры настойчиво и зловеще передавали отметку о принадлежности к силам АСМК.

Решив более не терять время, Зарин коснулся сенсорной поверхности стола и размещённый в потолке помещения голографический проектор моментально создал голографическую проекцию Пиренейского сектора.

— Ближайшая к нам база флота расположена в Новой Ирландии, но туда мы не полетим. Она расположена слишком близко к Конкордии. Если уж у Кейна хватило сил и наглости на то, чтобы ударить по главной базе флота в столице сектора, то и другие могли подвергнуться ударам...

— Если только у них действительно могло хватить сил для этого, — возразил Павел. — Что, если атака на Трою была лишь первой?

Александр отрицательно покачал головой.

— В любом случае, так этот или нет, сейчас не важно.

Коснувшись поверхности стола, он отдал команду и на проекции появилась красная окружность. Очень небольшая по своим размерам.

— У нас просто не хватит реакторной массы на подобный переход. Мы не успели пополнить запасы у Трои, а большая часть того, что у нас было потрачено во время перехода сюда. К сожалению, ситуация такова, что мы просто не сможем сейчас добраться ни до одной из действительно крупных баз, которые можно было бы счесть достаточно безопасными. Марек.

Услышав своё имя, Ларионович кивнул. Чуть полноватый мужчина с пышными усами и тёмно-рыжими волосами подобрался в кресле.

— Капитан прав, — подтвердил глава службы снабжения «Ганнибала». — Только, боюсь, что он слегка преуменьшил всю тяжесть нашего положения. Проблема не в реакторной массе. Точнее, не только в ней одной. Мы вообще не успели пополнить запасы у Трои. С провизией проблем нет. Здесь мои ребята подсчитали всё хорошо. Еды нам хватит ещё надолго. Особенно с учётом того, что у нас урезанный экипаж на борту. В крайнем случае всего можно будет ограничить меню на принтерах, но пока я не вижу в этом необходимости. Проблема в том, что у нас нет не только боекомплекта, который должны были загрузить на Трои. У нас заканчиваются запчасти и расходники. Сейчас, пока ещё, ситуация не критична, но, если нам не повезёт и придётся драться, я не гарантирую, что у нас будут хоть сколько-то широкие возможности для ремонта в «поле».

— Марек прав, капитан, — взяла слово Третьековская. — Учитывая, что нам предстоял простой переход, проблем возникнуть было не должно. Но в текущих реалиях всё куда сложнее. И если уж на то пошло, то мне просто не из кого комплектовать аварийные команды. Сейчас у меня их три, как и положено по штату мирного времени. Вот только, похоже, что все наши «мирные» планы только что спустили в грёбаный унитаз.

В ответ на её ворчание Зарин лишь поморщился. С полным экипажем на борту «Ганнибала» должно были быть по меньшей мере восемь аварийных команд для устранения повреждений и борьбы за его живучесть в условиях сражения. Только вот реалии жизни часто идут в разрез с уставными правилами. Как правило, чем больше людей заняты устранением повреждений на борту, тем больше шансов, что корабль сможет пережить очередную трёпку.

И, откуда, спрашивается, им брать людей, когда на всём кораблей их сейчас меньше, чем должно быть положено по штату в аварийно-ремонтных группах?

— Но, — продолжила Елена, — в остальном у нас пока полный порядок. Все три реактора работают штатно и с двигателем тоже нет никаких проблем. Малыш урчит, как котёнок.

— Ну, хоть тут у нас всё более или менее хорошо, — вздохнул Александр.

Ещё одна команда и на проекции загорелось три точки.

— Карида, Сигма Афелии и Ракураи. Три системы в зоне нашей досягаемости. На Афелии расположена перевалочная база флота. На Кариде и Ракураи есть два форпоста. Наш лучший шанс получить хотя бы топливо для реакторов это одна из этих систем. Они достаточно невелики, чтобы не привлечь к себе значительное внимание и, в тоже самое время, должны иметь хотя бы реакторную массу для посещающих их кораблей...

— Или же их разнесли в первую очередь, — возразил Павел. — Я бы такие вот мелкие цели вырезал бы в первую очередь. Там же защиты никакой нет-то и толком. Ну, кроме Афелии, я имею в виду.

Сигма Афелия единственная из трёх обозначенных возможностей действительно имела возможности для собственной обороны, так как она располагалась на орбите обитаемой планеты и, соответственно, в теории должны была защищать ещё и её, а не только себя.

— Да, — кивнул Александр, признавая справедливость слов Лейкина. — Я тоже об этом думал. Проблема в том, что мы не знаем, насколько действительно велики масштабы устроенного адмиралом Кейном восстания. Если их атака на Трои была первой, то, вполне возможно, они ещё просто не успели добраться до одной из этих систем. Они слишком незначительны с военной точки зрения, чтобы выделять на них большие силы. Если верить той информации, что у нас есть, то там хватило бы и лёгкого крейсера, чтобы полностью уничтожить станции на Кариде и Ракураи. Но, в тоже самое время, это даёт нам шанс на то, что ни с чем серьёзным мы там не столкнёмся. В крайнем случае.

— А почему бы не отправиться к одной из федеральных колоний, — спокойно предложила Анна, разглядывая карту. — Есть минимум два места, куда мы могли бы добраться.

— Они оба находятся в глубине сектора. Учитывая то, как называют себя эти мерзавцы, я хотел бы держаться от Конкордии, как можно дальше.

Говоря это Александр посмотрел на своего старпома с благодарностью. Та задала этот вопрос именно тогда, когда это и требовалось сделать по их плану.

— То есть, вопрос только в том, куда именно стоит лететь? — спросила Анна, внимательно глядя на голографическую проекцию.

— Да. И, учитывая всю ситуацию, я склоняюсь к Ракураи. — подняв руку, Александр коснулся отмеченной звезды, и та засияла ярче. — Если нам повезёт, то там мы сможем хотя бы заполнить баки реакторной массой и добраться до следующей цели.

Взмахнув рукой, он сместил демонстрируемую карту космического пространства, пока в самом центре не загорелась новая точка, располагающаяся очень близко не только к границам Пиренейского сектора к мирам Ядра, но и находившуюся довольно-таки близко к воображаемой линии, за которой уже находилось пространство Адриатического сектора, часто называемого просто — южным.

— Двойная система Армстронга. Если мы сможем добыть массу, то полетим туда, на Аркадию. Это крупнейшая база флота в секторе.

— Если только эти засранцы не разнесли ещё и её, — лаконично подметил Арни Ван Дайм.

Невысокий и молодой командир находящегося на борту «Ганнибала» корветного подразделения выглядел чересчур уж самоуверенным на взгляд самого Александра. Но, это не делало его слова меня значимыми.

— Вряд ли, Арни. Если учесть, ту бойню, которую мы все наблюдали у Трои, то я не думаю, что они сразу же после этого всем скопом кинутся к Аркадии. Там оборона не сильно слабее, чем была у Мю Ахиллеса и Трои. Плюс, как бы мерзко мне не было это признавать, похоже, что Кейн, эта сволочь, заполучил в свои руки по меньше мере часть нашего флота. Им придётся потратить время на то, чтобы полностью их подготовить к сражению...

— Простите, капитан, но разве они уже не заполучили их себе? — поинтересовался Монтойя. Глава медицинской службы, не смотря на имеющееся у него, чисто формальное, военное звание, всё же был ближе к определению «гражданского» человека чем кто-либо другой из присутствующих в помещении.

— Это не так просто, — бросил ему Павел. — Захватить управление и начать стрелять по всем вокруг — это не тоже самое, что получить действительно функционирующий и способный эффективно действовать корабль. Им требуются экипажи. Скорее всего придётся ремонтировать повреждения. Так что вряд ли они куда-то кинутся сломя голову сразу после Трои.

— Тут я полностью согласен с Павлом, — закивал Александр. — Поэтому я считаю, что Аркадия и Звёзды Армстронга наш лучший вариант.

— Ага, осталось только добраться туда и не сдохнуть, — тихо съязвил Лейкин, чем заработал ещё один весьма болезненный тычок в рёбра от сидящей рядом с ним Ани.

Сделав вид, что не заметил случившегося, Александр продолжил.

— Как бы не печально, но это так. Поэтому нашей первой целью станет форпост на Ракураи. Проверим его, и если не сможем найти то, что нам нужно, направимся на Кариду.

***

Дальнейшее обсуждение свелось уже к чисто «рабочим» моментам. Александр выслушал всех, сделав пару пометок, особенно уделив внимание Третьяковской и её отчёту о состоянии корабля. В условиях их ограниченности в ресурсах, это имело большое значение.

Уже позже, почти через сорок минут, когда все разговоры завершились, Александр налил себе кофе из стоящего на столе кофейника и наконец решил затронуть тему, которая его беспокоила.

— Полковник Адамс, может быть вы всё-таки объясните, как всё это дерьмо вообще могло произойти?

Произнеся это, он через стол посмотрел на спокойную женщину, сидящую напротив него. Сейчас её лицо вновь превратилось в маску профессионального спокойствия и Зарин не видел и тени тех эмоций, что заметил у неё на мостике.

— Ага, было бы здорово узнать, как ваша долбаная братия проморгала... — начал было тихо ворчать Лейкин, но в этот раз сидящая рядом Анна подействовала на упреждение, даже не дав ему закончить фразу.

Одними губами прошептав «спасибо», на что девушка просто закатила глаза, Александр снова посмотрел на полковника.

— Простите, его несдержанность, мэм. Мы все на взводе.

— Ничего страшного, капитан, — вздохнула Адамс. — В каком-то роде я даже понимаю это. Всё случившееся... действительно оказалось неожиданным ударом.

Услышав это, возвышающийся над столом Максвелл едва не поперхнулся кофе.

— Это ещё слабо сказано, — пробасил он. — Нам надрали задницы. Вот более подходящее описание произошедшего.

— Это определение тоже подходит, сержант, — с лёгкими нотками раздражения в голосе согласилась с ним Адамс. — Проблема в том, что мы действительно не знали, что это должно произойти. По крайней мере, не так... не так скоро.

— «Не так скоро»? — спросил Александр и нахмурился. — В каком это смысле, не так скоро? Что это вообще должно значить? Хотите сказать, что вы знали о том, что задумал Кейн? Знали и ничего не предприняли, чтобы ему помешать?

Кристина иронично улыбнулась, вот только её голос прозвучал куда жёстче, чем могла бы обещать эта изящная улыбка.

— Вы правда думаете, что мы допустили бы что-то подобное? Выкиньте подобное дерьмо из головы, Зарин. ФРУ не занимается хитрыми интригами из кино, как думает большинство. Мы делаем точно такую же работу, как и все остальные. Собираем информацию. Анализируем данные. Сопоставляем источники...

— Ну, надеюсь вы простите мне подобные слова, полковник, но в данном конкретном случае вы сделали её паршиво.

— Как будто я этого и без вас не знаю, — скривилась она, держа в пальцах собственную чашку с уже давно остывшим напитком. — Мы предполагали, что может случится что-то в День Основания. Намёки на это были, но никто не ожидал ничего... уж точно ничего столь масштабного.

— О, да! — не выдержав, взорвался Павел, увернувшись от предназначавшегося для него тычка от Анны. — Да отвали ты от меня уже. Достало. А вы, полковник, просто охренительные молодцы! Идите и расскажите это всем, кто погиб на Трое от рук Кейна и его ублюдков, как вам жаль, что вы запороли всё, что только могли. Как?! Как вы могли проморгать что-то подобное?! Вы вообще видели его корабли?! Там каждый из этих ублюдков размером с два «Эвереста»?!

— Павел! Закрой рот! — рявкнул на него Александр. — Если не можешь вести себя нормально и выполнять свою работу, то пошёл вон!

— А, что я такого сказал?! — возмутился Лейкин, поднимаясь с кресла. — Или я в чём-то не прав? Это задача разведки — предотвращать такое дерьмо! Если бы она и её люди нормально работали, то мы бы сейчас не хватались за сраные спасительные соломинки в надежде найти топливо для реакторов! Они обосрались везде, где только могли!

Александр посмотрел на него, мысленно пытаясь решить, что ему делать.

Самое обидное, что такая ситуация никогда бы не возникла в нормальных условиях. Жаль только, что ситуация была столь далека от определения «нормальная», как и то самое кресло в котором сидел сам Александр было далеко от тёплых пляжей на поверхности Трои, о которых он думал всего сутки назад.

Да и тот факт, что он назначил Анну своим старшим помощником, когда по всем правилам эта должность должна была быть отдана Лейкину, как начальнику тактической секции и БИЦ, тоже не помогала.

— Павел, либо сядь и заткнись, либо выйди. Твои поганые истерики никому здесь не нужны, — холодно произнёс Зарин, одним тоном своего голоса давая понять, что повторного предложения не будет.

Оглянувшись вокруг, будто ища поддержки, Павел наткнулся лишь на отведённые в сторону взгляды. Словно никто не собирался встречаться с ним глазами. Единственным, кто этого не сделал, оказался старший сержант Максвелл, кивков головы указав молодому офицеру на кресло за его спиной.

— Простите за это, полковник, — вновь обратился к Кристине Александр, когда покрасневший Павел вновь занял своё место.

— Ничего, капитан. Поверьте, я не обиде. Да и сказанное лейтенантом, не так уж и далеко от истины. ФРУ действительно... обосралось, как он достаточно метко заметил.

Даже такая плоская шутка вызвала несколько улыбок на лицах собравшихся, что в очередной раз указало Зарину на то, насколько на самом деле была напряжённой ситуация, в которой все они оказались.

Адамс тем временем оставила стоящую перед ней на столе чашку в покое и откинулась на спинку своего кресла.

— Как я уже сказала, мы действительно ожидали что что-то может произойти. Были некоторые... догадки, скажем так. Но уж точно ничего подобного тому, что случилось. И уж совершенно точно не в таком масштабе.

— Зачем вы прибыли на «Ганнибал», полковник? — задала вопрос Анна.

Адамс ответила не сразу.

— Мы планировали использовать «Ганнибал» для своих операций, — наконец через несколько секунд ответила она. — Для операций разведки, я имею в виду.

— Для каких ещё операций, — спросил Александр, впервые услышав об этом.

— Всё началось после завершения рейнско-верденской войны... да даже ещё до её начала, если уж говорить на самом деле. Уверена, что вы видели репортажи о случившемся на Аркане-3 и Новом Мумбаи.

— Я был на Мумбаи, полковник, — прервал её Зарин, от чего её брови взметнулись вверх.

— Вы были там?

— Командовал лёгким крейсером, пока меня не сняли с должности капитана, — поморщившись пояснил Александр. — И да, я видел, что там устроили местные.

— То, что произошло там — это закономерный итог, капитан, — невесело усмехнулась полковник. — Как я уже сказала, всё началось довольно давно, но именно после образования Рейнской Империи, всё посыпалось. Империя отхватила огромные территории прямо у нас под боком. Довольно нагло и решительно, стоит признать. А наша собственная пассивность и отсутствие какой-либо выразительной реакции только ухудшила проблему. На самом деле то, что случилось на Новом Мумбаи и в других системах — только капля в море. Первые проблемы с удержанием власти во Внешнем Кольце начались уже через пять или шесть месяцев после того, как Рейн присоединил к себе почти половину территорий Союза. Двое губернаторов на самой границе южного сектора хотели выйти их состава Федерации и попросить о присоединении к Империи. Ничего значительного. Просто две небольшие колонии, но мы тогда сработали на опережение. Довольно быстро распознали происходящее и пресекли это.

— Они хотели войти в состав Империи? — удивился Зарин, так как впервые вообще слышал о чём-то подобном. — Звучит, как бред.

Впрочем, наверное, так и должно было быть. Тот факт, что он об этом не знает прямо доказательства того, что в данном, конкретном случае, разведка сработала на порядок лучше. Вообще, если ты не слышишь о её «успехах», то это, пожалуй, лучше всего говорит о том, что её офицеры не зря едят свой хлеб.

— Тем не менее, это так, — пожала плечами Адамс. — Они считали, что их собственное расположение на самой границе даст им шансы на успех подобных попыток, но мы сработали достаточно быстро и в итоге эта история дальше не пошла.

Говорить о том, как была решена проблема она не собиралась. Да и зачем, если о ней практически никто не знал. А пара планетарных губернаторов и члены их администрации, обвинённых в корупции сейчас мало кого интересовали. Только не тогда, когда подобное творилось чуть ли не по всей территории Федерации.

— В любом случае, примерно два года назад мы наткнулись на... на кое какие странности, — продолжила она. — Кто-то начал собирать вышедших в отставку офицеров флота. Ушедшие в отставку. Некоторые — уволены с позором. Другие... ушли по иным обстоятельствам. Они начали постепенно исчезать и большая часть тех, кто внезапно пропал, относились именно к тем, кто был выходцем из Пиренейского сектора. И в этом списке не было никого, кто был бы выходцем из Миров Ядра Федерации.

— Теперь понятно, откуда у Кейна взялось столько людей, — заметил Арни Ван Дайм, в основном молчавший во время обсуждений, так, как текущие проблемы, что удивительно, практически не затрагивали его собственное подразделение, находящееся на борту «Ганнибала».

— Теперь это очевидно, — кивнула Адамс. — Но тогда, признаюсь, мы даже не придали этому значения. Легко быть умным постфактум.

— К слову, Арни поднял довольно важный вопрос. Откуда у Кейна эти новые корабли? Я никогда не видел ничего подобного.

— Я и сама хотела бы это знать, — честно призналась полковник. — В Пиренейском секторе нет ни единой верфи, которые могли бы построить не то, что этих монстров, но даже типовые тяжелые корабли флота. Но, как минимум один ответ на вопрос, думаю, нам уже известен. Оружие с помощью которого была уничтожена станция «Фивы» — рейнское.

— Имперцы? — нахмурился Зарин. — А они здесь при чём?

— Насколько нам известно незадолго до своей войны с верденцами или уже после её начала они смогли довести до ума прототип своей позитронной пушки. Они называли её «Гунгнир», — пояснила Кристина. — Если наши источники верны, то это было что-то вроде личного проекта их корпорации «Рейнденсбрау» и командующего Вторым флотом, Филлипа Штудгарда.

Об этой компании Александр слышал, что, впрочем, было не удивительно. Как и подавляющее количество офицеров флота, он интересовался тем, что происходит в мире в области его собственной проффесии. И не знать название одного из главных военных подрядчиков Протекторта, а теперь Империи, он просто не мог. По своей сути «Рейденсбрау» являлся рейнским аналогом «Арматека», только меньше, учитывая разницу в размерах между Федерацией и Рейном.

— Впервые её применили в Валетрии, — тем временем продолжила Адамс, — но, насколько я знаю, это оружие применялось в качестве осевой пушки на их дредноутах. Последние четыре года они дорабатывали её, вероятно, так как больше эта штука нигде более не светилась. По некоторым нашим источникам её планировали ставить на третью модификацию их дредноутов типа «Претор», но эта информация пока не подтверждена.

— Ну, похоже, что Кейн их опередил. Но, откуда у него вообще взялось передовое оружие Империи?

— Наводит на очень неприятные мысли, да? — мрачно спросила Адамс. — Признаюсь, я и сама бы хотела знать ответ на этот вопрос. После того, что эти мерзавцы устроили на территории Союза, мы некоторое время рассматривали вариант. Тот при котором Рейнцы могли бы пойти вперёд, попытавшись урвать себе ещё один кусок пирога. Уже за счёт территорий Федерации.

— Они не настолько глупы, чтобы мечтать о чём-то подобном, — моментально возразил Александр, на что Адамс снова кивнула.

— Да. Даже с учётом их новой кораблестроительной программы, им сейчас едва хватает сил для того, чтобы прикрыть все свои новые системы. Верди хорошо их потрепали. И, нет, я не думаю, что Рейн мог бы сделать что-то подобное. А вот передать технологии Кейну, зная, как это может ослабить нас — вполне.

Александр несколько секунд раздумывал над услышанным, после чего пришёл к выводу, что такое было вполне возможно.

— Хорошо, но, возвращаясь к моему первоначальному вопросу и вашему ответу. «Ганнибал» не предполагался для каких-то операций разведки. По крайней мере я слышу об этом впервые. Чёрт, да у нас даже экипажа нормального нет...

— Да, для меня это тоже стало неожиданностью, — призналась Кристина. — Я считала, что корабль придёт уже полностью укомплектованным и готовым к действию. Вероятно, здесь место имела обычная ошибка, но с учётом всего происходящего и большого количества пропавших офицеров, мы затребовали, чтобы экипаж не имел какого-либо отношения к Пиренейскому сектору.

Последние её слова заставили всех присутствующих переглянутся между собой. Ну, разве что за исключением Максвелла и Ван Дайма. Заметившая это Адамс непонимающе посмотрела на Александра.

— Что-то не так?

— Позвольте я уточню, — не удержавшись от глупой улыбки спросил Зарин. — Вы хотели, чтобы в экипаж корабля не входили выходцы из Пиренейского сектора? Я правильно понял?

— Верно.

Первым не выдержал сидящий рядом с капитаном Павел. Главный тактик «Ганнибала» рассмеялся, в полной мере осознав всю абсурдность и противоречивость ситуации.

— Полковник, мне жаль вас расстраивать, но почти весь нынешний экипаж корабля, за исключением ребят Арни и старшего сержанта с его людьми — все с востока Федерации. — мягко произнёс Александр.

***

Уже позже, несколько часов спустя, Александр добрался наконец до своей каюты. «Ганнибал» вновь ушёл в прыжок и через двадцать восемь часов должен был выйти на границе системы Ракураи. Именно там, вращаясь по орбите вокруг небольшого красного карлика, располагалась станция с чересчур громким для неё именем «Скальный пик-5».

И Александр очень надеялся на то, что они без помех смогут произвести там бункеровку и двинуться дальше, к двойной системе Армстронга и Аркадии. При этом он всеми силами старался максимально игнорировать мерзкий и тихий голос, шептавший где-то на самой границе его сознания. И этот голос упорно твердил ему, что он ошибается, медленно подтачивая уверенность в себе.

Подойдя к своей каюте, он коснулся ладонью скрытого за декоративной панелью датчика и тот, считав его биометрии и данные пропуска, открыл дверь в каюту.

— Знаешь, теперь у тебя хотя бы есть право на новую каюту.

Александр даже не повернулся, пройдя по достаточно небольшой комнате, одновременно совмещающей в себе его рабочий кабинет и гостиную. Сняв китель, он просто бросил его на свой собственный рабочий стол.

Сидящая в одном из трёх кресел, кругом расставленных вокруг небольшого столика, Анна смотрела прямо на него, поджав длинные ноги под себя и полностью забравшись в кресло.

— Так себе шутка, — устало произнёс Александр, садясь рядом с ней. — Его вещи всё ещё там. Учитывая, что произошло с «Фивами», они, похоже, так там и останутся.

От его слов она смутилась.

— Прости. Действительно глупость сказала. Наверное это всё нервное.

— Наверное, — согласился с он с ней и замолчал.

— О чём думаешь? — заметив задумчивое выражение на его лице, спросила она.

— О том, что нам делать дальше.

— И? Что будет дальше?

— Посмотрим после прибытия к Ракураи, — пожал он плечами. — Будем наедятся на то, что форпост там всё ещё на месте и нам действительно удастся отбункероваться. Тогда уже можно будет добраться до Аркадии и...

— Я не это имела в виду, — перебила его Анна. — Саша, что нам делать?

— Я же уже сказал...

— Да, я слышала наш «план». Но я спросила тебя не об этом.

— А какой ответ ты хочешь о меня услышать, — раздражённо спросил он. — Если ты не заметила, то я сам без понятия.

— Знаешь, это не тот ответ, чтобы вселять уверенность в подчинённых.

— Другого у меня для тебя нет, — пожал он плечами и расслабленно откинулся на спинку кресла.

Аня поджала губы, глядя на него. У неё был такой вид, словно она хотела что-то сказать, но так этого и не сделала, вместо этого решив сменить тему.

— Как думаешь, с нашими родными...

— Я не знаю, Ань, — честно признался Александр.

Хотя, нет, подумал он. Пожалуй, что не совсем честно. Уж его то отец точно открыл бы бутылку шампанского если бы узнал о том, что случилось на Трои. Старый мерзавец никогда не скрывал своих политических взглядов. И, самое обидное, скорее всего он именно так и поступит, когда весть о мятеже Кейна и случившемся на Трои дойдёт до Славии.

Только лишь одна мысль о довольной улыбке и радости, с которой он будет это делать, вызвала подступившую к горлу тошноту.

— Будем надеяться, что с ними всё в порядке, — просто ответил он. — Я понятия не имею, что именно будет делать Кейн, но, учитывая все его поганые громкие слова, вряд ли он собирается скидывать «камни» с орбиты.

— Мне от этого не легче, знаешь ли, — произнесла девушка.

— Мне тоже, — согласился он. — И, кстати, я хотел тебя поблагодарить.

— За что?

— За то, что поддержала меня сегодня и не вставляла палки в колёса. Я это ценю. Правда.

— Как будто я могла поступить иначе, — фыркнула она. — Надеюсь, лишь на то, что я получила место старпома не только за то, что сплю с тобой.

Эти слова прозвучали настолько буднично и без какого-либо подтекста, что Зарин даже выпрямился в кресле.

То, что было между ними никто и никогда не смог бы назвать любовью. Скорее привязанность. Просто влечение двух понравившихся друг другу людей, оказавшихся запертыми на одном корабле на достаточно продолжительный срок. Ни он, ни она не строили из происходящего «воздушных замков». Оба понимали, что это приятное время препровождение для двух друзей. Ничего более. Хотя, стоит признать, что секс стал весьма приятным дополнением к её приятному характеру и довольно-таки живому уму. Что, к слову, нисколько не отменяло того факта, что, по сути, это являлось прямым нарушением устава.

Подобного рода отношения между двумя лицами, один из которых находился в прямом подчинении другого, строжайше запрещены. С другой стороны, вряд ли какой другой пункт устава, наверное, нарушался столь же часто, как и этот. Да и не то чтобы Александру вообще пришлось бы беспокоиться о подобных мелочах в ближайшее время.

— Ты сейчас издеваешься?

— Некоторые могли так подумать, — пожала она плечами. — Не считай окружающих идиотами. Может быть, Гутьеррес и не знал о том, что я довольно часто провожу ночи не в своей постели, но кое-кто уж точно должен быть в курсе. И, по-хорошему, это место должен был занять Павел.

— Ага, чтобы в случае чего этот агрессивный идиот прикончил нас всех? Ты же видела. Он первый готов был броситься в ту мясорубку на орбите Трои.

— Эй, я не собиралась оспаривать это решение, — тут же начала защищаться она. — Не думай, что я такая дура и не понимаю, чем именно ты думал, когда принимал решение.

— Ты хотела сказать, «о чём» я думал, — поправил он её.

— Сказала именно то, что имела в виду. И поверь, я рада, что ты сделал это потому, что заботишься об экипаже. Я же не дура, Саша. Вот только...

— Что?

— Ты хоть когда-нибудь слышал о том, чтобы астрографы занимали капитанское кресло? Я вот ни разу.

Глубоко вздохнув, Алекснадр посмотрел ей прямо в глаза.

— Слушай, Ань, давай на чистоту. Если со мной что-то случится, будет куда лучше, если на мостике будешь находиться ты, а не Павел. Просто потому, что я не хочу, чтобы он, в случае чего, угробил наш экипаж из-за своей агрессивности и желания отомстить. Выбирая между рассудительностью и агрессивностью, я точно не выберу второе, даже если на первый взгляд это и выглядит... трусостью.

— Сейчас многие об этом думают.

— Как будто я и без тебя об этом не знаю, — уныло произнёс он.

Как он уже сказала Адамс, почти все из перегонного экипажа... нет, мысленно поправил себя Александр. Теперь они и есть экипаж «Ганнибала». В любом случае, почти все они являлись выходцами из Пиренейского сектора. И у многих здесь имелись семьи, друзья, близкие. У некоторых даже на Трое.

Так что возмущение и постоянные порывы Павла были лишь вершиной долбанного айсберга сдерживаемого негодования. Не нужно быть гением, чтобы понять — такие настроения царили по всему кораблю. Александр видел их, когда шёл по коридорам дредноута, встречаясь с людьми взглядом. Растерянность. Беспокойство. Тревога. Всё это он мог увидеть в собственном отражении в зеркале, когда смотрел в него.

Куда больше его удивили и ошарашили совсем другие эмоции. Злость. Возмущение. Даже гнев. И, что самое обидное, направленны они были на него самого.

Он видел это. Александр всегда умел разбираться в людях. И сейчас он прекрасно понимал, чем именно это вызвано. Люди не понимали, почему они сбежали. Даже после его объяснений и слов о том, что таков был последний приказ капитана Гутьерреса, нисколько не ослабило их злость.

Они были офицерами флота. Флота, который в тот момент умирал на орбите Трои. И они хотели сражаться... они рвались в бой. Точно так же, как и Павел, желая отомстить тем, кто нанёс им такой подлый и тяжёлый удар.

И простыми словами тут не отделаешься. Да, умом они могут, да и, скорее всего, понимали, что их новый капитан поступил абсолютно правильно.

Вот только понимание и принятие — совсем разные вещи.

Оставалось лишь наедяться на то, что у Ракураи их ждёт успех.

Глава 5 «Ракураи. Часть I»

9 февраля 791 года после колониальной эры

Система Ракураи

Дредноут ФЗФ «Ганнибал»

Восемнадцать часов спустя, «Ганнибал» прорвал барьер реального пространства, выйдя из гиперпрыжка на самом краю системы Ракураи. Не прошло и двадцати минут, как от него отделились восемь «Гадюк». Лёгких корветов, половина из которых сразу же устремилась к своей цели.

Правда уже с самого начала молодой капитан дредноута понял, что ситуация может оказаться хуже, чем он на то надеялся.

— Их транспондер точно отключён?

— Да. Вообще никакого сигнала. Мы сканируем вообще все возможные частоты, но вся система молчит.

— Ладно, Анна, пусть твои ребята продолжают следить за сенсорами. Я хочу, чтобы второе звено Ван Дайма отошло от нас по крайней мере на двадцать, а лучше тридцать световых секунд, — приказал Александр, наблюдаю за тем, как иконки корветов всё дальше и дальше удалялись от дредноута.

— Сделаем, капитан, — сразу же отозвалась Анна, но в её голосе слышалось явное недовольство. — Но было бы здорово, имейся у нас в распоряжении беспилотники. Хотя бы несколько штук.

— Имеем, что имеем, — пожал плечами Зарин, не сводя глаз с дисплеев перед собой. — Выполняйте.

Он и сам бы хотел, чтобы у них в распоряжении имелись беспилотные разведывательные платформы. И, что самое обидное, они должны были быть! По списку «Ганнибал» мог нести до сорока единиц подобных беспилотников.

Вот только какому-то гению пришло в голову, что столь полезные во время обычной службы дроны вряд ли понадобятся их кораблю во время обычного перехода к дальнейшему месту службы. Как и боекомплект, ведь так, — с грустью подумал Александр. Вероятно, интенданты решили, что нет смысла грузить всё это столь необходимое добро на борт того, кто сможет получить его по прибытию. Логично, но от того не менее обидно.

Только вот у судьбы хватало превратностей. Нет, ну кто в здравом уме мог подумать, что практически сразу же прибыв на место, они с головой окунутся в омут начавшегося восстания и будут вынуждены бежать, сверкая пятками.

В итоге пришлось использовать то, что имелось в наличии и заменять беспилотники лёгкими корветами Арни. Даже при всех своих диких показателях ускорения, уступающих, разве что, самым новейшим курьерским судам, они всё равно оставались несравнимо медленными по сравнению с любым беспилотником. Инерционные компенсаторы на их борту просто не позволят им этого. Что, в свою очередь, в значительной степени, уменьшало тактическую гибкость их применения. Но, в любом случае это лучше, чем ничего.

Сейчас четыре корвета расходились в стороны, дабы расширить сферу покрытия датчиков вокруг «Ганнибала», в то время как первое звено, так же состоящее из четвёрки корветов, на полной тяге направлялось к форпосту «Скальный Пик-5».

Кому, вообще пришло в голову дать подобное название небольшой станции, — мысленно спросил Зарин, глядя на имеющиеся в базе данных «Ганнибала» материалы по их цели.

Естественно, что называть его маленьким и никчёмным, можно было с очень большой натяжкой. «Скальный Пик-5» представлял из себя весьма большую базу, размещённую на одном из крупных астероидов во внешней части системы. В теории там должно было находиться от пятидесяти до шестидесяти человек флотского персонала. Да и располагались они достаточно близко к гиперпространственной границе, чтобы прибывающим в систему кораблям не приходилось преодолевать длинный путь от её края до форпоста.

И, если имеющиеся в распоряжении «Ганнибала» данные не лгали, то задача по охране форпоста возложена на по меньшей мере корветную эскадру, состоящую из восьми единиц. Плюс шесть скоростных курьеров, предназначенных для передачи срочных сообщений в другие системы если это потребуется.

Учитывая всё это, имелись неплохие шансы на то, что это место, в силу своей незначительности, не окажется в списке первоочередных целей для Кейна и его сил.

Какой-то части Александра очень хотелось верить в то, что атака на Трою была единичным случаем. Как и сказал сам Кейн в своём обращении, когда назвал это «первым ударом».

Но стоило только подумать об этом, как тотчас же эти мысли начинали выглядеть, как несбыточные детские мечты. Пусть и оказавшись в текущей ситуации, Александр ранее командовал кораблём. Довольно хорошо, как он сам по своему скромному мнению считал. Так что он не хуже других знал на сколько на самом деле был опасен флот ФЗФ.

Более пяти тысяч кораблей.

Вот, что первое приходит тебе на ум, как только ты подумаешь о военно-космическом флоте Земной Федерации. Эти цифры часто тиражировались в СМИ и пропагандистских роликах. Пять тысяч боевых звездолётов. Действительно, стоит только подумать об этом, как у любого, кто захотел бы начать войну против Федерации начинали трястись колени и потеть ладони.

Вот только всегда, как говорится, есть нюанс.

Общее количество кораблей флота действительно насчитывало чуть более пяти тысяч корпусов. Но это совсем не означало, что все они готовы были по первому же щелчку пальцев сорваться с места и порвать теоретического врага на куски. Нет. Далеко нет. Это огромная аморфная и специально обезличенная так любящими рассказывать об этом СМИ масса включала в себя всё, от дредноутов до самого захудалого корвета. От линкоров и линейных крейсеров до транспортов снабжения, флотских грузовиков и военных курьеров, летающих под эмблемой ФЗФ.

Да, конечно же, этот флот был силён. Одних дредноутов в его составе насчитывалось более шести с половиной сотен. Даже если бы Лига, Верден, Рейнская Империя и другие владельцы подобных типов звездолётов решили бы вдруг объединиться, то они, вероятно, с трудом, но смогли бы собрать столько же кораблей этого класса.

А ведь оставались ещё линкоры, линейные, тяжёлые и лёгкие крейсера. Эсминцы, на худой конец. И все они превосходили численно всё, что хотя бы в теории могло бы выступить против это огромной силы.

К сожалению, многие из тех, кто любил участвовать в спорах по типу «кто сильнее», часто забывали, насколько велико пространство Земной Федерации. И точно так же они предпочитали в подобных спорах не вспоминать о том, что вся эта огромная сила размазана по этому пространству. А ведь никто даже и не упоминал о том, что больше половины всех тяжёлых кораблей находились на консервации, как и предписывают правила мирного времени и жизненная необходимость. Даже Земная Федерация, при всём её промышленном и экономическом могуществе, не могла поддерживать в строю одновременно все свои дредноуты.

Так что на месте Кейна Александр бы одновременно с Троей ударил бы по стольким местам, скольким бы только смог. Нарушение связи. Разрушение логистических цепочек. Устранение линии командования. Один только его удар по Трое практически обезглавил ФЗФ в Пиренейском секторе.

Всё, на что наделся Александр, сидя в кресле и наблюдая за тем, как его корветы уходили в сторону далёкого астероида, это на то, что у него просто не хватит сил на то, чтобы ударить повсюду.

Вряд ли человек с его репутацией допустит глупые ошибки.

Из раздумий Александра вывел раздавшийся голос Павла.

— Один из корветов засёк что-то.

— Что там, — тут же встрепенулся Зарин.

— Пока без понятия, — отозвался Лейкин. — Было бы проще сказать, если бы наши радары работали в активном режиме. Если только мы не хотим пошуметь, то придётся подойти ближе.

Александр скривился. У любой монеты есть две стороны. Используя только пассивные датчики, корветы Ван Дайма оставались, по сути, невидимы, не выдавая себя излучением собственных радиолокационных станций. Но стоило им только включить их в активном режиме, как любой находящийся по близости корабль моментально бы обнаружил идущее от них излучение.

А, значит, нужно принять решение.

— Ладно. Пусть подойдут к нему поближе. Пока не будем особенно кричать о том, что мы здесь. Пусть продолжают работать в пассивном режиме.

— Понял.

Минуты тянулись одна за другой, сливаясь в напряжённые часы. Александр практически не уходил с мостика, наблюдая за вялотекущим развитием событий, пока «Ганнибал» медленно летел к своей цели. Сейчас его ускорение составляло всего шестьдесят g, что было наравне с крупными транспортами. С другой стороны, низкая тяга главного маршевого двигателя гарантировала, что их не смогут обнаружить датчики Черенкова. По крайней мере на больших дистанциях.

В теории они могли дать и ровную сотню при сниженных показателях излучения. Если память Александра не подводила, а он считал, что это именно так, на учениях «Полководцы» могли с такими показателями сблизиться со своей целью до двух — трёх световых минут. В теории.

Так что, чисто гипотетически, они могли оставаться чертовски неприметным и невзрачным тёмным пятном на фоне космоса довольно продолжительное время.

— Корветы Ван Дайма подходят к «Скальному Пику», — доложила Анна и Зарин быстро проследили за показаниями на одном из тактических дисплеев.

И правда. Две точки на дисплее сейчас активно тормозили с явным намерением пройти мимо астероида, на котором находился форпост с небольшой относительно скоростью. Ещё два корвета равномерно двигались в космосе перед «Ганнибалом», обеспечивая связь между дредноутом и своими командиром с помощью узконаправленных передатчиков. В идеале эту работу могли бы выполнить и беспилотные платформы, но такой подход был всяко лучше, чем использовать обычную связь, которая могла бы их выдать.

Картинка на одном из дисплеев сменилась и показала данные с внешних камер «Гадюки-1», машины экипажа самого Арни Ван Дайма.

— Как думаете, что мы найдём?

Повернувшись в кресле, Александр посмотрел на источник голоса.

— Не хочу попросту гадать, полковник. Но, учитывая, что транспондер станции отключён, ожидания у меня не самые хорошие. В противном случае мы уже давно поймали бы их сигнал. Боюсь, что отсутствие сигнала может означать лишь то, чего я боялся.

Адамс нахмурилась, глядя на дисплей.

— Не слишком ли тогда самонадеянно отправлять туда корветы. Разве их не могут обнаружить по излучению двигателей?

— Потому мы и движемся так медленно, полковник, — лениво ответил Зарин. — Даже если здесь и есть кто-то, кого мы ещё не заметили, то у корветов Арни более чем достаточный запас по скорости для того, чтобы удрать от любой погони. А мы, тем временем, будем старательно прикидываться пустым местом.

— Провокация? На тот случай если кто-то остался тут?

Александр кивнул, подтверждая её слова и одновременно глядя на то, как изображения астероида на дисплее всё увеличивалось в размерах по мере того, как корвет Ван Дайма приближался к нему.

— И это в том числе. Я не хочу ввязываться в какое-то ни было сражение. Особенно если учесть, что наши ракетные погреба пусты. Мы сейчас не в том положении, чтобы лезть на рожон.

Адамс вдруг подошла ближе.

— Капитан, если вы не против, то я хотела бы, чтобы один из моих людей также посетил станцию.

Александр повернулся к ней, вдруг вспомнив ещё двоих офицеров разведки, прибывших вместе с Адамс на борт «Ганнибала» незадолго до того, как всё это началось.

— Причина?

— Я хотела бы, чтобы кто-то из них осмотрел компьютеры форпоста, — просто и без подробностей ответила она.

— Думаю, что это возможно, — через пару секунд ответил он. — Но, проблема в том, что ни у кого из ваших нет контактных скафандров и... вот дерьмо!

Последние слова он практически выплюнул, когда увидел изображение медленно вращающегося кривого астероида на дисплее. Довольно крупный планетоид, имеющий порядка трёх сотен километров в диаметре. Именно на его поверхности и располагалась станция «Скальный Пик-5».

Точнее то, что от неё осталось.

— Твою мать... — не смог сдержаться от выкрика Павел.

— Похоже, что вы всё-таки оказались правы, — зло произнесла Адамс, глядя на руины расположенной на поверхности астероида станции.

Как будто я сам от этого счастлив, — подумал Александр, глядя на то, что осталось от форпоста.

Казалось, что кто-то потратил очень много сил на то, чтобы избавиться от следов любого присутствия персонала ФЗФ на этом куске камня. В некоторых местах всё выглядело так словно кто-то практически в притык расстрелял станцию из энергетических орудий. В некоторых местах было видно, что скальная порода спеклась чуть ли не до стекла. Последствия от удара ядерным зарядом выглядели бы иначе.

Глянув на строчки передаваемых с «Гадюки-1» данных, он убедился в своём мнении. Спектрометры уловили остаточное гамма-излучение, что хорошо говорило о том, что главным оружие для удара выступили гразерные излучатели.

И это странно, — вдруг подумал он. Зачем подходить близко и использовать бортовые орудия, когда всего одной боеголовки хватило бы для того, чтобы сдуть всё, что только было построечно на этом астероиде. Здесь же создавалось впечатление, что неизвестный корабль довольно методично и настойчиво подошёл к своей работе. В одном из мест попадания вообще выглядели так, словно кто-то по меньшей мере минуту или две лупил в одну единственную точку, буквально проплавив породу из которой состоял астероид.

В любом случае, сейчас это не важно. Главное, что их надежды на то, что здесь они смогут получить что-то большее чем радиоактивный металлолом не оправдались.

Его мысли прервал голос Анны.

— «Гадюка-7» подходит к своему контакту, — сообщила Вальс и Зарин не раз вспомнил доклад одного из экипажей о том, что они обнаружили какой-то объект несколько часов назад.

— Окей. Давай посмотрим, что там. Выведи на главный дисплей.

Пейзаж выжженной поверхности и оставшихся от форпоста руин сменился картинкой чистого космоса. Александр не сразу смог понять, куда именно стоит смотреть, но через пару секунд компьютеры подсветили жёлтым очертания какого-то маленького предмета в стороне от центра экрана.

По мере приближения «Гадюки» к объекту, стало понятно, что именно нашли ребята Ван Дайма.

Патрульный корвет типа «Миротворец», точнее его половина, бесконтрольно вращался вокруг своей оси. Александр внутренне поёжился только лишь от одного взгляда на то, что осталось от маленького кораблика. Пара лёгких лазерных пушек в верхней и нижней части на носу корвета буквально испарились, как и большая часть всех внешних датчиков и сенсоров. Вид у остатков «Миротворца» был такой, будто он прошёл через огненный протуберанец звезды. Настолько жалко выглядел его оплавленный корпус.

«Миротворцы» довольно старые корабли. Сорок шесть метров, практически вдвое больше новых «Гадюк». Экипаж двадцать человек. Не особо быстрый по сравнению с новыми машинами, не имеющий на своём борту гиппердрайва и слабо вооружённый, он, без всяких сомнений, оставался самым массовым из всех кораблей ФЗФ. Такие вот малыши составляли основной костяк патрульных групп сил системной обороны Федерации. Даже несмотря на слабое вооружение и моральное устаревание, их всё равно было более чем достаточно для выполнения своих задач по поддержанию порядка в пределах звёздной системы.

Проблема заключалась в том, что их никто и никогда не стал бы использовать иначе. Эти хрупкие скорлупки не подходили для противостояния чему-то более опасному чем они сами. Любой, даже самый слабо вооружённый эсминец будет представлять для них существенную, даже огромную опасность.

И глядя на то, что осталось от этого кораблика, Александр нисколько не сомневался в том, какая участь постигла остальные корветы «Скального Пика-5». Кто бы не уничтожил станцию, он позаботился и о том, чтобы убрать свидетелей содеянного.

— Ладно. Ань, передай приказ всем «Гадюкам» возвращаться. Берём курс на выход из системы и направимся к Кариде и...

Он вдруг запнулся на полу слове и резко замолчал.

Развалины, некогда бывшие корветом ФЗФ продолжали медленно вращаться в кадре прямо перед его глазами. На какую-то секунду он принял тусклое, едва заметное мерцание на его корпусе за блик, но оно продолжалось по мере того, как продолжал вращаться обломок корвета. Короткие вспышки следовали за чуть более продолжительными, повторяясь друг за другом в едином и постоянном ритме.

Зарин даже не сразу понял, что его мозг ухватился именно за их количество. Три. Три короткие вспышки прерывались тремя чуть более длинными, а, затем, вновь шли три коротких всполоха.

Сигнал СОС.

Глава 6 «Ракураи. Часть II»

Глядя на то, как медики под внимательным присмотром Монтойи осторожно приняли из рук пары десантников Максвелла завёрнутое в ткань тело и переложили его на носилки, Александр поёжился.

В тот момент, когда он увидел блики одного из внешних огней, передающих зашифрованный азбукой морзе сигнал бедствия, ему очень хотелось верить в то, что там ещё мог быть кто-то живой. Даже несмотря на то, что внешний вид «Миротворца» буквально кричал о том, что выжить в такой ситуации было просто невозможно.

И, тем не менее, кому-то это удалось. Вопреки всему и здравому смыслу в придачу.

Глава медецинской службы и его люди немедленно направились к лифтам, чтобы доставить пострадавшего в медицинской блок дредноута. Проходя мимо стоявшего у входа в шлюпочный отсек Александра, Монтойя замедлился.

— Ну? Что скажешь, Исак?

— Пока ничего конкретного, капитан, — глава медицинской службы проводил взглядом своих людей, скрывшихся в лифте. — Вообще удивительно, как она выжила. Если бы мы прилетели хотя бы на пару часов позже, то...

Он замолчал и пожал плечами.

— Когда с ней можно будет поговорить?

— Поговорить? — Глаза Монтойи широко раскрылись от удивления. — Капитан, вы, вероятно, не совсем понимаете в каком именно она состоянии Я вообще не уверен, что она выживет...

— Нам нужна информация, Исак, — вздохнул Александр. — Она не обходима. И эта женщина единственный наш способ её получить. Хотя бы частично.

— Капитан, если я сейчас препаратами приведу её в сознание, то это скорее всего убьёт её, — твёрдо и с полной уверенностью произнёс Монтойя. — Я вам это гарантирую.

— Возможно это поможет, сэр.

Повернув голову, Зарин посмотрен на подошедшего к ним Максвелла. Старший сержант сам вызвался провести операцию на остатках корвета вместе со своими людьми. Потребовался всего час для того, чтобы снарядить один из трёх имеющихся на борту «Ганнибала» челноков. Он то и доставил группу сержанта на то, что осталось от «Миротворца». Хотя, как признался Максвелл — спасательные операции — это не то, в чём его ребятам приходилось часто участвовать. Обычно их задания носят более... деструктивный характер.

Чуть опустив взгляд, он увидел, как закованный в штурмовую броню десантник протягивает ему какой-то предмет.

Взяв его в руки, Александр опознал электронный блок памяти.

— Единственный из тех, что уцелел, — пояснил Максвелл. — Остальные слишком сильно повреждены, но мои ребята прихватили с собой и их тоже. Вдруг техникам Третьяковской удастся из них что-то достать.

— Спасибо. Отличная работа, серж. Правда.

— Живу, чтобы служить, сэр, — усмехнулся из-под шлема глухой голос Максвелла и Александр повернулся обратно к терпеливо ожидающему его медику.

— Ладно, Исак. Занимайтесь пациенткой, а мы пока постараемся вытащить отсюда всё, что только сможем, — для наглядности он помахал блоком памяти в своей руке. — И постарайтесь сделать так, чтобы с ней можно было поговорить в обозримом будущем.

Прежде, чем главный кораблельный врач успел вновь запротестовать, Александр поднял ладонь, прерывая его ещё до того, как он успел сказать хоть того.

— Без вреда для неё, — добавил Зарин.

— По-другому я бы сделать и не позволил, — раздражённо бросил врач и развернувшись направился к лифтам.

— Мда-а-а... — Александр ещё пару секунд смотрел ему вслед, прежде чем повернутся обратно к Максвеллу. — Что скажешь, сержант?

— Скажу, что был бы не против собственными руками удавить тех, кто это сделал, капитан, — отозвался Тайлер, наблюдая за тем, как его люди покидали челнок. — Вы просто не видели, что творилось на том корвете, сэр. Там не было воздуха. Слишком много дыр в корпусе. И трупов. Мы нашли по крайней мере ещё семь тел. СЖО там сдохла задолго до того, как мы её нашли. Эта девчонка выжила только потому, что смогла восстановить герметичность в одной из кают вместе с ещё одним парнем из их экипажа. Всё, что у них оставалось — это запас воздуха в их скафандрах, да несколько баллонов. До сих пор не понимаю, как им удалось подать сигнал бедствия.

— Вы же забрали все тела, серж? — спросил Александр, вдруг вспомнив отданный ранее приказ.

— Конечно. Всех, кого смогли найти. Мои парни упаковали их в мешки. Сложим в корабельном морге.

Тайлер уже было повернулся, чтобы уйти следом за своими людьми, но вдруг развернулся.

— Есть ещё кое-что, капитан, — сказал он и Зарин услышал нотки сомнения в его голосе. — Когда мы вскрыли каюту и нашли её, то второй парень, который находился там вместе с ней был мёртв.

— Да, серж, я помню. Ты сказал, что у них было мало кислорода...

— Нет, капитан. Ты не понял, — Максвелл посмотрел в сторону лифта, куда медики уже унесли выжившую. — Его застрелили. Мои ребята уже проверили. Им бы не хватило кислорода для того, что они оба смогли протянуть так долго. Избыток углекислоты тогда прикончил бы обоих гораздо раньше. Они бы просто задохнулись.

Александр почувствовал, как у него по коже пробежал холод.

— Хочешь сказать...

— Рядом с ней мы нашли пистолет. Там как раз не хватало одного заряда.

***

Часть данных на доставленном с обломков корвета блоке памяти оказалась повреждена, но, то, что осталось оказалось более чем информативно. По крайней мере для понимая произошедшего в системе Ракураи за последние трое суток.

В кают-кампании они собрались через несколько часов после того, как группа Максвелла вернулась с корвета. Присутствовали Анна, как старший помощник самого Александра и его заместитель, и Павел в качестве тактического специалиста. Приглашать кого-то ещё Александр смысла большого не видел. Люди занимались своей работой и отвлекать их ради этого не стоило.

— Они даже успели опознать того, кто их прикончил, — покачал головой Зарин, глядя на данные. — Тяжёлый крейсер ФЗФ «Вдоводел».

— И кто только додумался так его назвать, — скривилась Анна, едва только услышала название крейсера.

— Да. Имечко так себе. И, скажу сразу, он его оправдал. Кстати, эта посудина есть в наших базах, — добавил Павел, рассматривая висящую в центре стола голографическую проекцию. — Приписан к силам самообороны Конкордии. Ну, то есть, раньше был к ним приписан, я имею в виду. Сейчас то чёрте его знает. Входил в Пятую крейсерскую эскадру контр-адмирала Андреенко.

— И почему я не удивлён, — поморщился Александр. — Похоже, что теперь мы нашли подтверждение нашим самым паршивым теориям. Раз уж этот мерзавец оказался здесь, то, скорее всего, и другие места могли быть атакованы точно так же. Если верить временной отметке, то это произошло практически одновременно с ударом самого Кейна по Трое.

— Да. Разве что с разницей в пару часов. В доставленном с «Миротворца» блоке даже сохранились записи короткого боя, произошедшего в системе, — Павел, коснулся поверхности стола, и проекция тяжёлого крейсера сменилась, превратившись в схематичное изображение системы Ракураи. — «Вдоводел» вошёл в систему и, как и требуют того правила, сразу же предупредил находящиеся в системе корветы и станцию, после чего запросил необходимость об отправке курьеров. Согласно данной записи, этот приказ шёл от командования сил обороны Конкордии. От самого, чтобы у него ноги отсохли, контр-адмирала Андреенко. При этом капитан «Вдоводела» сообщил, что ему потребуется лично проинструктировать капитанов курьеров.

— Лично?

— Это обеспечило ему нахождение всех шести курьеров рядом с форпостом в момент удара, Ань, — пояснил Алекснадр.

В целом, дальше всё шло примерно так же, как и ожидал Зарин. «Вдоводел» углубился в системы и дождавшись момента, когда станция и находящиеся рядом с ней курьеры будут в зоне досягаемости его ракет, накрыл их одним ударом. Причём в первую очередь целился он именно по курьерам, что хорошо было заметно на записи.

— Ублюдок подошёл к ним чертовски близко, — зло прокомментировал происходящее Лейкин. — С момента старта ракет до удара прошло всего семь минут. Я посчитал. Даже если бы курьеры начали движение в момент запуска, то они ни за что бы никогда не смогли выйти за пределы активного времени работы их двигателей. Эта мразь действовала наверняка.

Расположенные рядом с базой шестёрка «Миротворцев» попытались защитить станцию и бросившиеся врассыпную курьерские суда, но даже их объединённых усилий оказалось недостаточно для того, чтобы прикрыть форпост и располагавшихся рядом с ним курьеров от двойного ракетного залпа. Кто бы не командовал «Вдоводелом», он сделал свою работу до отвратительного хорошо.

То, что началось дальше больше походило на обычную охоту. Обстреляв станцию на астероиде, крейсер решил заняться недобитками из числа тех, кому посчастливилось оказаться подальше от «Скального Пика». За одиннадцать часов тяжёлый крейсер попросту выследил и прикончил каждый из остававшихся в системе корветов ФЗФ. К слову, тот самый «Миротворец», обнаруженный «Ганнибалом», являлся одним из последних в его расстрельном списке.

Не было никаких предложений сдаться или чего-то подобного. «Вдоводел» терпеливо и методично нашёл каждый из маленьких патрульных корабликов и прикончил каждого из них.

— Даже представить себе не могу, что они чувствовали, когда оказались заперты на этих обломках, — Анна покачала головой и поёжилась. — Умирать вот так вот... без надежды на спасение...

— Ага, — поморщился Павел. — Уверен, что ей стало куда легче, когда она пристрелила того парня. Сука...

— Павел!

— А, что я такого сказал?! — Лейкин резко повернулся к Зарину. — Она убила своего же товарища, чтобы не делиться с ним кислородом. Для того, чтобы спасти свою шкуру! Дерьмо, да даже не спасти, а просто продержаться подольше. Шансов на то, что их мог кто-то спасти вообще не было, не появись мы в системе. Прости пожалуйста, если меня такие вещи волную больше, чем тебя, но это чистое предательство!

Александр лишь покачал головой, стараясь подавить растущие злость и раздражение. В первую очередь на самого себя, конечно же. За то, что сразу не догадался приказать десантникам обследовавшим останки «Миротворца» держать рот на замке. Теперь то уже было поздно. В таком замкнутом пространстве слухи распространялись очень быстро. Иногда складывалось ощущение, что делали они это даже быстрее скорости света. Прошла всего пара часов, а люди нет, нет, да перешёптывались по углам. Народ и так находился на взводе, а новость о том, что «Скальный Пик-5» оказался уничтожен, только увеличила поганое настроение на борту.

Александр вздохнул и потёр ладонями лицо.

— Паша, у нас пока нет никакой информации. И, если ты не заметил, то и без твоего нытья тошно.

— Я просто говорю, как есть.

— Лучше скажи, что тебе удалось достать из блока корвета.

— Немного, на самом деле, — уклончиво ответил Лейкин. — Как я уже сказал, «Вдоводел» и тот, кто им командовал действовал чертовски умно. Сначала подошёл к станции и перебил корветы и курьеры рядом с ней, а затем зажарил и всех, кто находился на астероиде. Ему не было смысла торопиться. Корветы всё равно бы не смогли покинуть систему без носителя или другого корабля оснащённого гиперприводом.

— Спасибо, «лейтенант очевидность». Это мы и так поняли... — Капитан «Ганнибала» не услышал для себя ничего нового. Всё это можно было спокойно понять из тех данных, что находились на доставленном с «Миротворца» блоке данных.

Как не печально, но за исключением этого информации у них имелось до обидного мало. Чертовских хотелось поговорить с выжившей, но Монтойя просто не позволит ему привести её в чувство, если это будет угрожать жизни пациентки.

Да и если уж на то пошло, теперь, после изучения данных с блока, Александр не видел такого уж большого смысла в этом. Вряд ли её рассказ сможет как-то сильно дополнить то, что им было уже известно.

На самом деле, «Ганнибал» прибыл в систему всего через восемнадцать часов или около того после того, как «Вдоводел» покинул Ракураи.

Комм во внутреннем кармане кителя вдруг издал мелодичную трель, привлекая к себе внимание своего хозяина.

Достав устройство, Александр принял входящий вызов.

— Что у вас случилось?

— Сэр, мы только что зафиксировали энергетический выброс на границе системы, — произнёс из динамика голос. — Кто-то только что вышел из прыжка у самой гиперграницы.

Все находящиеся в помещении переглянулись.

— Мы сейчас придём на мостик, — сказал он, прерывая связь.

На то, чтобы добраться от кают-кампании до командного мостика им потребовалось всего несколько минут, благо выбранная ими для совещаний комната находилась на том же уровне и даже корабельными лифтами пользоваться не пришлось.

— Ну? Что у вас? — сразу же потребовал ответа Александр жестом прервав вскочившего с капитанского кресла старшего офицера вахты, по факту одного из младших помощников Павла.

— Пока сложно сказать точно, сэр, — отрапортовал он. — Они вышли из гиперпрыжка всего шесть минут назад и сейчас медленно набирают ускорение. Мы отслеживаем их с помощью датчиков Черенкова.

— Опознали, кто именно это такой? Анна?

— Сигнатура двигателя есть в нашей базе данных, — доложила та, сразу же подойдя к сенсорному посту. — Эсминец ФЗФ «Алигьери».

Услышав это, Александр почувствовал неожиданный прилив уверенности.

Если эсминец принадлежит их флоту и сейчас направляется сюда, то, скорее всего, это может значить лишь одно. Вряд ли бы те, кто прикончили «Скальный-Пик» послали бы сюда ещё один корабль. Просто не рационально. Хотя, конечно же, тот факт, что «Алигьери» передавал отметку ФЗФ ещё ничего не означал. «Вдоводел», прошедшийся огнём по системе, был отмечен так же.

Но, какая-то часть внутри хотела верить в то, что этот эсминец, возможно, просто ничего не знает о случившемся. Или же ему самому удалось спастись точно так же, как и «Ганнибалу» с его экипажем...

— Аня, свяжись с ними и...

— Стойте, — резко сказала Адамс. Полковник словно приведение неожиданно возникла за спиной у Александра. — Как он называется?

— Что? — вырванный из собственных размышлений, Зарин повернулся к ней.

— Как называется корабль? — потребовала она ответа. — Вы сказали, что...

— «Алигьери», полковник. Вот, можете сами взглянуть.

Кристина пробежалась по названию корабля глазами и прикусила губу, явно копаясь в собственных мыслях.

— Капитан Зарин, я бы настоятельно порекомендовала бы вам не связываться с этим кораблём.

Услышав её, Александр нахмурился. Учитывая ситуацию это пожелание звучало, мягко говоря, странно.

— Причина?

Он практически увидел сомневающееся выражение на её лице. Будто она знала что-то, но не хотела говорить об этом.

— Слушайте, полковник, если вы не заметили, то мы все сейчас в одной «лодке». Если у вас есть какая-то информация, то...

— Полгода назад мы проводили операцию на Конкордии, — решилась наконец Кристина. — У нас появилась информация о том, что на одном из её промышленных комплексов производят оружие. Подпольно, как вы понимаете. Мы отправили туда группу. Операция курировалась нашим человеком с борта эсминца, отправленного к Конкордии. Этого эсминца, капитан. Это был «Алигьери».

— И что? — не понял Александр. — Вы использовали этот корабль полгода назад. При чём здесь это?

— При том, что мы потеряли ту группу, — зло прошипела Адамс. — А «Алигьери», на сколько мне известно, так и не вернулся обратно с Конкордии.

— Если, кому-то интересно, то наша цель начинает набирать ускорение, — оповестил их Павел.

— Можешь просчитать их курс? — попросил Зарин, на что Лейкин усмехнулся.

— Уже. Они идут к точке прыжка на Сигму Афелии. И очень быстро идут. Сейчас уже пересекли гиперграницу и, если верить нашим датчикам, то жгут реакторную массу так, будто за ними гонится сам дьявол.

Хотят как можно скорее пройти через систему и прыгнуть дальше, — понял Александр.

Быстро открыв навигационный атлас, он сопоставил точку выхода из предыдущего прыжка и курс, на, как они думали, к очередному рубежу для перехода. Это очень важная информация, так как корабли не могли двигаться в любом направлении в гиперпространстве. Это движение строго по прямой в области сжатого реального пространство. И задав курс, корабль уже не мог с него сойти. Только в том случае, если не будет принято решение экстренно прервать прыжок. Во всех же остальных случаях ты летишь до выбранной точки назначения.

И любое массивное препятствие, способное создать гравитационную тень на твоём пути представляло из себя чудовищную опасность. Столкновение с гравитационным полем звезды грозило моментальным разрушением пузыря реального пространства, внутри которого находился корабль во время прыжка. Пояснять, что в таком случае случится с самим кораблём было излишним. Всё равно, что хрупкому яйцу столкнуться на сверхзвуковой скорости с бетонной стеной.

Поэтому прыжки совершались по уже хорошо знакомым и отработанным путям. Нет, конечно же, можно было совершить переход и, что называется, «вслепую». Вот только это было чревато уже описанными выше проблемами.

С учётом всего этого, выходило, что «Алигьери» прибыл откуда-то с дальней части сектора. Александр чуть расширил карту и проложил несколько векторов возможных маршрутов, один из которых, как раз таки, шёл к Ракураи со стороны Конкордии.

Получалось, что они спешили откуда-то со стороны дальней части сектора. И, чисто теоретически...

— Новый контакт! Фиксируем одновременный выход из прыжка ещё двух объектов!

Моментально забыв о своём разговоре с Адамс, Александр даже не заметил, как в один миг оказался рядом с сенсорным постом.

— Конкретнее, — резко приказал он. — Мне нужна дополнительная информация.

— Д...да, сэр, — сидящий за постом молодой парень смутился и занервничал. — Они вышли прямо за его кормой по тому же вектору, что и «Алигьери», но значительно дальше. Сейчас между ними три с половинной миллиона кликов. И мы фиксируем увеличение излучения от их двигателей. Похоже, что это два лёгких крейсера.

Будто доказывая правоту его слов, оба новоприбывших корабля развернулись и легли на курс преследования, начав набирать ускорение вслед за уходящим эсминцем.

— Капитан, сэр... кажется они преследуют его.

Александру хватило всего пары секунд на то, чтобы принять решение. «Ганнибал» находился на расстоянии в две световые минуты от всех трёх целей. Его двигатели были выключены, а, значит, ни один из этих кораблей не мог его заметить. И, даже если они запустят его, то пока излучение не перейдёт пороговую отметку в шестьдесят g, остаются неплохие шансы на то, что они всё равно останутся незамеченными.

— Павел! Тревога по кораблю. Всем надеть контактные скафандры. Мы сможем выйти на курс перехвата преследователей «Алигьери» так, чтобы они нас не засекли?

— Ну, мы довольно близко к ним, — засомневался Лейкин. — Если хотим врезать им по зубам, то придётся подойти очень близко.

— Не страшно. Анна, берёшь опасную вахту и идёте на вспомогательный мостик.

— Поняла.

— Паш, соедини меня с Арни. Скажи, что для его корветов есть работа.

В тот же миг на его лице Лейкина появилась злорадная усмешка.

— Наконец-то. Давно пора дать пинка этим ублюдкам...

— Капитан, вы не должны вмешиваться в происходящее, — практически прошипела на ухо появившаяся за спиной Александра Адамс. — Мы не знаем кому принадлежат эти корабли. Я же уже сказала вам...

— Да, полковник, я помню, что вы сказали. Но я не собираюсь сейчас сидеть здесь и просто так наблюдать за происходящим...

— Вы же сами говорили, что «Ганнибал» не вооружён. У вас нет ракет и не полный экипаж. Вы сами мотивировали этим своё решение сбежать с Трои! А сейчас хотите вступить в бой?!

— Сейчас ситуация другая, полковник, — твёрдо возразил ей Александр. — Корабль с позывными нашего флота явно спасается бегством от двух неопознанных крейсеров. Всего двух. Мы можем справиться с ними. И я не собираюсь обсуждать своё решение с вами, точно так же, как не собираюсь бросать этот эсминец на произвол судьбы.

Последние слова он произнёс наклонившись к ней и почти оказавшись нос к носу.

— Так что либо идите в свою каюту, либо молчите и не мешайте мне и моим людям выполнять свою работу...

— Вы не можете знать, на чьей они стороне, — практически сквозь зубы выдавила она. — Что если...

— «Вампиры»! Фиксируем ракетный запуск с крейсеров!

Тактическая проекция в центре мостика «Ганнибала» тотчас же окрасилась алым, когда датчики частиц Черенкова поймали излучение стартовавших с крейсеров противокорабельных ракет. Быстрый расчёт компьютеров показал, что при таких показателях ускорения они достигнут своей цели всего через семнадцать минут.

— Вот и ответ, полковник, — холодно сказал Александр, отворачиваясь от неё. — Не мешайте нам делать свою работу.

Глава 7 «Ракураи. Часть III»

Эсминец ФЗФ «Алигьери»

Ещё один удар заставил «Алигьери» содрогнуться, когда сразу две ракеты смогли прорваться через внешнюю и внутреннюю зону его ПРО. Противоракеты и лазерные кластеры точечной обороны сделали всё, что только было в их возможностях, но не смогли остановить все приближающиеся к эсминцу угрозы.

Две боеголовки сдетонировали в восьми тысячах километров по левому борту, исторгнув из себя разрушительные импульсы рентгеновских лазеров. Излучатели, работающие по принципу накачки ядерным взрывом, превратили эту энергию в потоки разрушительного света. Несколько ослепительно ярких игл вонзились в левый борт и прошли через уже ослабевшие после предыдущего удара щиты эсминца, глубоко вгрызаясь в корабельную броню.

Не то, чтобы она была чересчур толстой, с раздражением подумал крепко закреплённый в капитанском кресле мужчина. Пристяжные ремни впились в плечи через плотный материал скафандра, когда эсминец содрогнулся всем корпусом. Если бы не они, то его неминуемо выбросило из кресла.

— Экраны левого борта пробиты.

— Корпус пробит. У нас разгерметизация отсеков с шестнадцатого по двадцатый...

Капитан «Алигьери», Альдо Тремейн, поморщился, мысленно обругав себя последними словами. Во всей этой ситуации они совсем забыли стравить воздух из неиспользуемых отсеков.

Но кто же знал, что эти уроды действительно последуют прямо за ними по вектору прыжка.

Хорошо хоть, что остатки экипажа эсминца успели переодеться в контактные скафандры перед тем, как появившиеся у них на хвосте крейсера открыли огонь. Теперь даже в случае разгерметизации у них оставались шансы на выживание.

Глаза мужчины, который никогда и не думал о том, что ему выпадет возможность сесть в капитанское кресло этого корабля, зацепились взглядом за алое пятно на палубе рядом с тем местом, где капитанское кресло прочно крепилось к ней. То, что осталось от предыдущего капитана эсминца. Второго за последние шесть месяцев, если уж говорить на чистоту.

И сидящий в кресле мужчина очень надеялся на то, что тот факт, что он занял это место столь кровавым образом не принесёт им ещё больше несчастья. Не хотелось бы стать третьим и последним капитаном для этого корабля.

— Новые запуски! Фиксируем старт новых ракет!

— ПРО готовность. Беглый огонь противоракетами. Как только они пройдут через внешнюю зону ПРО разворачивайте нас к ним носом, — приказал новый капитан «Алигьери». Разработайте огневое решение для стрельбы. Полный залп по единичной цели.

Сейчас главное защитить не прикрытый щитами двигатель от возможных ударов. Он оставался единственным, пусть и весьма призрачным шансом на то, что им удастся сбежать от преследователей.

Впрочем, глядя на то, как множились на дисплеях отметки новых, ракет, запущенных с преследующих их крейсеров, он начинал сильно сомневаться в том, что им это удасться. Да, «Алигьери» был несколько быстрее своих преследователей и в конечном итоге он смог бы оторваться от них по скорости. С учётом показателей ускорения и того факта, что они начали движение раньше — это было неминуемо.

Вот только противник явно превосходил их по совокупной огневой мощи. В сумме они имели пятьдесят ракетных пусковых против тех шестнадцати, что имелись у его эсминца. И это превосходство уже начало сказываться. Просто не могло не сказаться. Эти попадания, пусть пока и не такие серьёзные, как могли бы быть, уже плохой знак. Комплексы противоракетной защиты эсминца не справлялись.

За этими размышлениями прошло почти двенадцать минут, которые потребовались приближающимся противокорабельных ракетам на то, чтобы хоть и с потерями, но всё таки прорваться через заслон из перехватчиков.

— Отключить маршевый двигатель. Поворот! — скомандовал капитан и в тот же миг «Алигьери» отключил свой двигатель, моментально лишившись прироста ускорения.

В дело вступили двигатели пространственной ориентации. Работая в противофазе, они развернули эсминец носом к приближающимся ракетам. Так, чтобы убрать лишённый щитов двигатель из-под удара.

Из пяти десятков ракет прорвалось чуть больше двадцати. Остальные погибли, сбитые противоракетами. Но оставшихся всё ещё было более чем достаточно для того, чтобы нанести тяжёлый вред их кораблю. И с этим нужно было что-то делать. Причём срочно!

Распределённые по корпусу лазерные кластеры вспыхнули светом, исторгнув из своих излучателей десятки тончайших лазерных импульсов. Одновременно с этим к противоракетному огню присоединились расположенные в носовой части эсминца лазерные орудия. Подчиняясь работе мощнейших компьютеров, радаров и лидеров наведения, они буквально утопили космос перед носом корабля в лучах разрушительного света. В один миг «Алигьери» превратился в какого-то невероятного сказочного ежа, чьи тонкие иглы состояли из чистой энергии.

Первый же залп скосил почти треть уцелевших ракет. Второй добил больше десяти. Но четыре штуки успели подобраться на дистанцию подрыва своих боеголовок. Не помогла даже работа излучателей РЭБ эсминца. Их противник слишком уж хорошо знал принципы и паттерны работы своего же оборудования для того, чтобы оно могло оказать сильное противодействие их системам наведения.

Копья рентгеновских лазеров обрушились на эсминец, осыпав его ударами, пришедшиеся по верхней полусфере корабля. Большую часть из них впитал верхний энергетический щит, но ударов оказалось просто слишком много. Проекторы экрана не выдержали перегрузки и отключились, оставив всю верхнюю часть корабля без энергетической защиты.

— Верхний щит упал. Проекторы с третьего по восьмой выгорели полностью, — доложил панический голос то, что капитан «Алигьери» знал уже и так.

Ещё один удар потряс эсминец. Да так, что сидящий в кресле капитан вздрогнул.

— Мы потеряли первую, вторую и четвёртые пусковые левого борта!

— Пробоины по всему левому борту от сорок второго шпангоута! Мы потеряли часть носовых сенсоров...

— Дать тягу на ДПО правого борта, — приказал капитан. — Идём со смещением в сторону. Нужно убрать пострадавший борт из под огня. Беглый огонь по первой цели. Выполнить разворот и продолжить набор скорости.

Покрывшись вспышками своих двигателей пространственной ориентации, эсминец начал вращаться вокруг своей поперечной оси, вновь ложась на прежний курс и одновременно с этим смещаясь вправо относительно траектории всего движения.

В тот же миг электромагнитные ускорители его ракетных пусковых выбросили в космос тринадцать ракет, которые сразу же сориентировались в космическом пространстве и сверкнув двигателями устремились к преследующим «Алигьери» крейсерам.

Впрочем, Альдо понимал, что они просто растягивают неизбежное. В то время, как скрытые под бронёй эсминца механизмы перезарядки подавали новые противокорабельные ракеты к пусковым, преследующие его оба тяжёлых крейсера уже выбросили в космос новую партию из пятидесяти ракет. Даже если не брать в расчёт разницу в количестве пусковых, у их противника просто больше боеприпасов.

Это только вопрос времени, когда они нанесут им такое количество повреждений, что «Алигьери» будет вынужден сдаться, лишившись способностей к сопротивлению.

Или же умереть.

Его челюсти сжались с такой силой, что, должно быть, крошили эмаль на зубах.

Оглядев мостик, в особенности пятна крови, которые так никто и не удосужился отмыть с палубы, Альдо в очередной раз проклял всё случившееся. А ведь всё могло получится! Если бы у них в запасе было бы хотя бы пара лишних часов на то, чтобы оторваться по прямой, то преследователи уже никогда бы не смогли достать их. Эсминец был быстрее тяжёлых крейсеров и имейся у них запас по времени, им бы удалось пересечь систему и вновь уйти в прыжок.

Но судьба распорядилась по-другому.

И? Стоило оно того, мысленно спросил сам себя Альдо, думая о всех тех, кто погиб во время короткого сражения в отсеках и коридорах эсминца. Какой смысл было жертвовать жизнями экипажа только для того, чтобы они все погибли в этой чёртовой системе? Он надеялся на то, что сможет передать сообщение о восстании на Конкордии. Разослать его с помощью курьеров, что базировались в Ракураи.

Но вместо этого системы связи «Алигьери» встретили лишь холодную тишину и ничего более. Ни расположенный здесь же форпост, ни находящиеся корабли ( корветы и курьеры ) так и не отозвались, сколько бы системы связи эсминца не посылали запросы в пустоту.

Между тем, от преследующих «Алигьери» тяжёлых крейсеров отделилась новая волна зловещих алых иконок. Короткая ракетная атака эсминца захлебнулась в противоракетной обороне обоих преследователей. Каждая из запущенных с корабля Альдо ПКР оказалась перехвачена и уничтожена ещё до того, как успела преодолеть дальний рубеж вражеской ПРО.

— Приготовиться к развороту на сто восемьдесят, — приказал капитан, следя за тем, как иконки ракет противника догоняли его корабль. — Прикроем двигатель от удара. Задействовать носовые орудия вместе с кластерами ПРО...

Что в очередной раз приведёт к тому, что они лишатся на некоторое времени возможности для наращивания скорости. Каждый такой манёвр, хоть и давал им возможность убрать лишённый энергетической защиты двигатель из-под возможного удара, но, в тоже самое время, постепенно сокращал дистанцию между эсминцем и его преследователями.

— Капитан! — вскрикнул один из вахтенных и Альдо услышал в его голосе удивление пополам с... радостью? — Мы получаем сообщение по сжатому лучу!

— Что?! От кого оно?!

— Не могу сказать, передача была слишком короткая, чтобы мы успели взять пеленг на источник.

— Переслать его мне! Немедленно.

Неужели в системе ещё могли остаться верные Федерации силы? Альдо быстро открыл сообщение, которое оказалось удивительно коротким.

«Продолжайте движение по нынешнему курсу»

Вот и всё. Никакой подписи или других объяснений...

— Ракеты прорвались через внешний периметр ПРО!

От прозвучавшего внутри его шлема крика, Альдо вдруг с ужасом понял, что они всё ещё не совершили разворот. Главный маршевый двигатель всё ещё был направлен в сторону противника, работая на пределе своей мощности и продолжая толкать «Алигьери» вперёд.

А восемнадцать ракет из пятидесяти, так и не перехваченные противоракетами уже устремились к ним. Уже слишком поздно было что-то делать. Даже отдай он приказ прямо сейчас, ДПО всё равно не успеют повернуть корабль и убрать маршевый их под возможного удара...

Пространство в двухстах тысячах километров позади «Алигьери» вдруг вспыхнуло, наполнившись искрами лазерных импульсов. Будто кто-то сплёл самую настоящую сеть на пути приближающихся ПКР. Они вломились прямо в эту преграду, исчезая в крошечных вспышках, когда очередной лазерный импульс находил свою цель.

Всего три с половиной секунды, и все приближающиеся ракеты оказались уничтожены.

— Какого чёрта только что произошло? — шокирована спросило Альдо, ни к кому в общем-то не обращаясь.

Забавно, но поглощённые погоней и страхом перед смертью от рук своих преследователей, никто из находящихся на борту офицеров не заметил огромную гору металла, что разминулась с эсминцем на встречных курсах всего одиннадцать минут назад.

***

Дредноут ФЗФ «Ганнибал»

— Корветы сбили их, — доложил Павел.

— Да, я вижу, — Александр внимательно отслеживал происходящее на расположенных вокруг его собственного кресла дисплеях.

Всего несколько секунд назад восьмёрка корветов Арни Ван Дайма уничтожили всё ракеты, готовые вот-вот ударить по эсминцу.

— Передай ему, чтобы «Гадюки» оставались рядом с эсминцем и оказывают поддержку его ПРО в случае необходимости. И пусть не спускают с него глаза на тот случай, если они решат выкинуть что-то. При малейшей опасности у них есть право на открытие огня по «Алигьери».

Александр не собирался рисковать людьми Ван Дайма. Что бы он не говорил, у него всё ещё оставались сомнения, посеянные словами Адамс.

— Понял.

Переключив канал связи, Александр вызвал запасной мостик.

— Анна?

— Мы здесь, Саша, — сразу же прозвучал в динамиках его шлема голос Вальс. — Отслеживаем ситуацию.

— Будь готова перехватить управление, — вновь предупредил её Зарин и собственные слова отдавали привкусом тлена на языке. Просто потому, что подобная необходимость означала бы, что он и все, кто находился на основном мостике уже были бы мертвы. — На тот случай, если...

— Саша. Всё будет хорошо, — со стальной уверенностью заверила его Аня. Будто только одна железобетонная уверенность в собственных словах могла сделать их явью. — Не переживай. Мы готовы.

— Хорошо. И... спасибо тебе.

«Ганнибал» нёсся вперёд, летя по инерции прямо навстречу приближающимся крейсерам АСМК.

Транспондер обоих кораблей передавали ту же электронную подпись, что и корабли Агастуса Кейна в сражении у Трои, что, в отличии от эсминца, делало их более чем законной целью для ожидающих команды орудий «Ганнибала». Все его системы, в том числе и двигатель, были отключены. Никакого внешнего излучения. Ничего, что могло бы выдать его противникам, столь поглощенным погоней за удирающим эсминцем.

Александр до сих пор не верил в то, что им удалось подойти так близко, даже не смотря на все предпринятые ухищрения.

Поведя головой, Зарин размял шею и в очередной раз проверил системы собственного скафандра. Он, как и все, кто находился на мостике уже облачились в собственные контактные скафы. Все отсеки задраены, а из тех, в которых не было необходимости уже откачали атмосферу. Дредноут был полностью готов к сражению.

За тем исключением, что кроме бортовой артиллерии у них просто не было боезапаса для пусковых, так что придётся сблизиться очень и очень сильно. Но, пока что им это вроде удавалось...

— Фиксируем увеличение радиолокационного излучения!

— Нас только что нащупали их лидары!

— Высок шанс обнаружения, — добавил Павел. — Если так пойдёт, то нас засекут куда раньше, чем...

— Да, я понял тебя. Запуск двигателя и всех систем по моей команде.

Похоже, что работа «Гадюк» не осталась незамеченной для обоих крейсеров Альянса.

Сейчас их радары испускали волны направленного излучения, в надежде найти неожиданного противника. И если «Гадюки» Ван Дайма ещё могли остаться незамеченными, с учётом всех достижений технологий малой заметности, использованных при их проектировании и постройке, то огромная туша дредноута уже не могла похвастаться такими возможностями.

Взглянув на тактический дисплей и то, сколь быстро уменьшалось расстояния, Александр отдал приказ.

— Запуск всех систем. Евгения, запускайте маршевый. Мне нужна полная тяга.

— Будет сделано, капитан, — тут же ответил по общему каналу связи голос Третьяковской.

Дреднуот разом ожил, всего за пятнадцать секунд превратившись из летящего по инерции огромного куска мёртвого металла в полностью готовый к сражению боевой корабль. Одновременно с этим ожил и его главный двигатель. Третьяковская не стала миндальничать, практически сразу же выводя его на полную мощность.

Как только оба крейсера Альянса поняли, с чем именно они столь внезапно столкнулись, реакция не заставила себя ждать. Оба корабля развернулись, начав экстренное торможение и манёвр расхождения в стороны. Только идиот бы на их месте продолжил движение по курсу, что приведёт их прямо в объятия летящего на встречу дредноута.

Только вот сделали они это слишком поздно.

Александр прекрасно видел, что уже набранная ими скорость, стала теперь для них смертельной ловушкой. Инерция движения просто не позволит им уйти достаточно далеко до того, как они попадут в зону действия орудий «Ганнибала».

— Фиксируем запуск ракет с обоих крейсеров, — доложил Павел. — Нацелены на нас.

— Было бы странно, будь оно иначе, — проворчал в ответ Александр. — Внести поправки в нашу траекторию. Нельзя упустить их. Системам ПРО готовность. РЭБ на полную мощность. Постарайтесь сбить им захват если выйдет.

— На такой маленькой дистанции вряд ли получится. Они к нам слишком близко, — предупредил Лейкин.

По всем правилам стоило бы ещё выпустить беспилотные имитаторы. Дистанционно управляемые платформы с излучателями помех и системами РЭБ смогли бы затруднить наведение, но их на борту просто не имелось.

— Я в курсе, Павел. Действуйте. Огонь по готовности. Размажь их.

За неимением противоракет им придётся использовать всё, что есть.

Александру даже не нужно было смотреть. Он и так знал, что сейчас лицо Павла растянулось в довольной и кровожадной улыбке от возможности наконец отомстить их врагу.

Расстояние между сближающимися кораблям сокращалось с пугающей стремительностью. Оба крейсера старались убраться как можно дальше, но шансов на это у них уже не имелось.

«Ганнибал» вломился в нацеленный на него рой противокорабельных ракет подобно мчащемуся во весь опор носорогу. И, если для того же «Алигьери» подобные атаки представляли существенную опасность, то «Ганнибал» на порядок превосходил своими противоракетными возможностями маленький эсминец.

Огонь рассредоточенных по его корпусу лазерных излучателей точечной обороны выкашивал подлетающие ракеты с обескураживающей скоростью. Одной, тем не менее, всё же удалось пройти через эту заградительный огонь и подойти на дистанцию удара. Правда толку от этого оказалось крайне мало. Щиты правого борта «съели» весь удар и даже не просели. Чтобы пробить их потребуется что-то помощнее, нежели боеголовки крейсерского калибра.

Впрочем, Зарин ни на мгновение не списывал со счетов бортовые орудия самих крейсеров. Но, теперь переживать об этом уже не имело смысла. Под аккомпанемент предупреждающего сигнала «Ганнибал» пересёк невидимую для глаз линию, войдя в зону действия бортовых орудий.

— Огонь.

Гразеры левого и правого борта выстрелили практически одновременно с установленными на крейсерах лазерными орудиями. Потоки разрушительной энергии вырвались из излучателей, поразив свои цели менее чем через секунду после выстрела.

И последствия этого удара ни чем иным, как кошмаром назвать было нельзя.

Для их противников, разумеется.

«Ганнибал» вздрогнул, когда сразу полдюжины энергетических копий впились в его бортовые экраны, перегружая проекторы защитных полей и выводя их из строя. В одном месте один из импульсов смог прорваться через ослабевшую защиту и вонзился в броню, но собранная из тугоплавких металлов и композитных материалов защита с лёгкостью смогла рассеять энергию удара. Дредноут отделался лишь парой поверхностных шрамов.

Чего ни в коем случае нельзя было сказать про его противников.

Куда более мощные и разрушительные гразеры «Ганнибала» с лёгкостью пробивали щиты тяжёлых крейсеров, никогда не рассчитывающихся на то, чтобы противостоять такой огневой мощи. Орудия дредноута буквально изрешетили оба крейсера Альянса.

Больше всего досталось двигателям. Они оказались уничтожены уже через мгновение после выстрела и оба корабля сразу же потеряли тягу, превратившись в летящие по инерции развалины. По крайней мере один из них. Александр не собирался упускать добычу, которая сама шла к ним в руки.

Второй крейсер взорвался, эффектно превратившись в миниатюрное подобие сверхновой, когда один из расположенных на его борту реакторов пошёл в разнос из-за перегрузки.

Всё сражение с того момента, как «Ганнибал» открыл огонь продлилось всего четыре с половиной секунды, оставив дредноут безоговорочным победителем.

Глава 8 «Ракураи. Часть IV»

— Мы готовы, — доложил Максвелл.

— Тогда в добрый путь, — пожелал Александр. — Не рискуйте, сержант и удачи вам.

— Не имею такой привычки, капитан, — пробасил Максвелл. — За лишний риск нам не доплачивают. Я сообщу о ситуации после того, как мы подойдём к ним.

Зарин отключил канал связи. При этом в его голове появилась странная и дурацкая мысль после слов сержанта. А, кто, собственно, теперь вообще платит им жалованье?

— «Тритон» произвёл отстыковку и начал разгон к цели, — через минуту доложил Павел, но Александр видел это и так.

На дисплее перед его глазами было хорошо видно, как отметка челнока постепенно удалялась от «Ганнибала», направляясь к уцелевшему, но порядком избитому тяжёлому крейсеру АСМК.

— Отслеживайте их и не спускайте глаз с этого мерзавца. Если заметите хоть какие-то признаки того, что эта погань ожила, сразу же сообщайте Максвеллу и прерывайте операцию.

— Сделаем.

Ситуация выглядела... хорошо. Нет, на самом деле хорошо.

Один из тяжёлых крейсеров Альянса уничтожен. Второй же превратился в летящие по инерции руины, лишённые энергии и не подавал вообще никаких признаков жизни. И при этом без каких-либо серьёзных повреждение или же потерь с их собственной стороны.

Нет, на самом деле Александр даже был удивлён тому, как удачно всё прошло. Первое боевое крещение «Ганнибала» прошло стремительно и чертовски успешно. Особенно если учесть все проблемы с отсутствием боеприпасов, острой нехваткой экипажа и тем, что те, кто находился на борту в принципе не имели большого боевого опыта.

Не то, чтобы флот Федерации вообще имел этот опыт, — с раздражением подумал Зарин. Если не считать всего того бардака, что происходил последние пять лет, то боевые корабли ФЗФ стреляли разве что на учениях и в тех случаях, когда изредка натыкались на пиратов в пределах Внешнего Кольца.

Правда Александр ни на секунду не забывал, что это положение может измениться так же стремительно, как и порыв ветра.

«Тритон» был обычным военным ботом. На борту «Ганнибала» имелось целых два таких. Что явно меньше, чем десять единиц положенных быть по штату. В противном случае им бы просто не пришлось отправлять абордажную группу, смешанную из находящихся на борту дредноута десантников и бойцов «СВОД» под руководством старшего сержанта на невооруженном челноке.

Так что любая попытка сопротивления с пусть и тяжело пострадавшего в бою, но всё-таки вражеского корабля могла стать для отправленного на его захват подразделения фатальной. Хватило бы даже пары выстрелов лазерных кластеров ПРО для того, чтобы если и не уничтожить бот, то уж точно серьёзно его повредить и превратить всю операцию в катастрофу.

Но, в текущих условиях действовать иначе они не могли. Приходилось рисковать даже несмотря на то, что подобные действия явно выходили за планку того, что можно охарактеризовать, как «оправданный риск». Им необходима информация и кто знает, когда ещё может представится такой удобный случай её заполучить.

Быстро переключив систему связи, Зарин связался с Третьяковской.

— Евгения, как у нас дела?

— В целом всё в порядке, сэр, — тут же доложила главный инженер «Ганнибала». — Нас лишь слегка задело. Пара попаданий в правый борт. Я уже отправила две группы для ремонта и проверки проекторов защитного экрана, но прямо сейчас могу сказать, что два из них точно придётся менять. Скорее всего. Похоже, что перегрузка при ударе сожгла их к чертям собачьим. Чёртово оборудование просто сдохло, хотя защита обязана была отрубить их чтобы не допустить подобного. Остальное... думаю, мои ребята вернут их в строй в течении нескольких часов. И ещё, я бы заменила пострадавшие бронепластины, но сами понимаете...

— Да, с обеспечением у нас прямо беда, — закончил за неё Александр, сделав пару пометок в собственном комме. — Хорошо, Евгения. Держи меня и старпома в курсе происходящего.

— Конечно, капитан.

Он знал, что после удара одного из крейсеров часть проекторов вышла из строя из-за перегрузки, но не ожидал, что два из них сгорят, как выразилась Третьяковская, к чертям собачьим.

И чем их, спрашивается, заменять? Насколько знал Александр в трюмах «Ганнибала» запасных проекторов не имелось.

Ладно, с этим они смогут разобраться и позже. Сейчас нужно решить более важные проблемы.

— Свяжите меня с «Алигьери», — приказал Зарин.

Эсминец уже тормозил, следуя приказал сопровождающих его корветов. Пройдёт порядка полутора часов прежде, чем он сможет полностью погасить уже набранную скорость и выйти в ноль относительно дредноута. Тем не менее, расстояние было недостаточно большим для того, чтобы задержка в прохождении сигнала делала бы связь неудобной. Всего чуть более семи секунд в обе стороны.

Через полторы минуты на экране появилось лицо одетого в контактный скафандр молодого мужчины. И, что сильно обнадежило Александра, на его форме всё ещё имелись эмблемы флота Федерации.

Правда мерзкий голос в голове тут же напомнил, что те ублюдки, что подняли мятеж на кораблях флота у Трои тоже носили такие же эмблемы.

Отбросив эту мысль, Александр посмотрел в объектив камеры дисплея.

— Я капитан корабля ФЗФ «Ганнибал», Александр Зарин. Назовите себя.

— Старший лейтенант Альдо Тремейн, сэр. Исполняю обязанности капитана «Алигьери». Спасибо, за то, что помогли нам. Мы уж думали, что нам конец...

— Лейтенант, вы выйдете на нулевую относительно нас и заглушите двигатель, вооружение и активные сенсоры до поступления следующего приказа. Любое неподчинение этому приказу будет расценено, как враждебные действия с соответствующими последствиями для вас и вашего экипажа. Надеюсь, это предельно ясно?

Прошло несколько секунд. Время потребовалось сообщению для того, чтобы преодолеть космическую пустоту и лицо молодого капитана эсминца разом потемнело. Он явно выглядел растерянным столь холодным приветствием.

— Д...да, — наконец произнес он. — Да, сэр. Это понятно. Мы заглушим двигатель, а также вооружение и активные сенсоры и будем ждать дальнейших приказов.

— Лейтенант, после того, как ляжете в дрейф вы будете ждать дальнейших приказов. Уверен, что вы и сами понимаете, в какой ситуации мы все находимся и я не собираюсь рисковать ни своим кораблём, ни его экипажем.

— Я понимаю, сэр, — твёрдо ответил Тремейн. — Мы выполним все ваши приказы и будем ждать дальнейших сообщений.

Александр прямо-таки видел, сколько сомнений сейчас боролись внутри этого человека. Окажись он на его месте, то сейчас, наверное, чувствовал бы себя точно так же.

Но! Это не повод для того, чтобы лишний раз рисковать собственными людьми!

«Гадюки» Арни будут сопровождать корвет на безопасной дистанции. Тремейн должен будет как минимум предположить, что на их борту имеется ракетное вооружение, которого, естественно, у них в наличии не было.

Только вот ему этого знать совсем не обязательно.

Плюс Ван Дайм уже успел оценить наступательные возможности эсминца во время его короткого боя с преследователями и заверил Александра в том, что любая ракетная атака со стороны Тремейна или же его людей обречена на провал. Корветы смогут перехватить всё, что «Алигьери» и Тремейн могут с дурости в них кинуть.

В любом случае с этим они разберутся позднее. Сейчас главной целью оставался уцелевший крейсер.

Александр всё ещё испытывал странное чувство, глядя на некогда принадлежащий Федерации корабль, что совсем недавно передавал совсем другие позывные. АСМК «Свобода». Именно такая электронная отметка сохранилась в сенсорах «Ганнибала». Оставалось только лишь гадать о том, какое имя носил крейсер всего несколько стандартных дней назад.

Тяжёлые крейсера типа «Тикондерога» находились в составе флота уже больше пятидесяти лет и очень хорошо зарекомендовали себя за это время. В противном случае этот тип не просуществовал бы столь продолжительное время, претерпев по меньшей мере шесть модификаций и обновлений проекта. Строго говоря, летящая сейчас по инерции в космическом пространстве груда металла относилась к последней и наиболее современной версии «Тикондерога-Д2», что, впрочем, вряд ли как-то скажется на миссии Максвелла и его людей. Все данные по внутренней конструкции и расположению отсеков у них имелись.

— Они по-прежнему не отвечают? — спросил Зарин, повернувшись в сторону секции связи.

— Нет, капитан. К сожалению, мы не можем сказать почему. Либо они это делают специально, либо у них повреждена основная и дублирующая система связи.

— Понятно. Ладно, продолжайте слать им сообщение и держите меня в курсе.

— Конечно, сэр.

Вот уже пятнадцать минут передатчики «Ганнибала» продолжали отправлять в пустоту сигналы с требованием сдаться, но крейсер Альянса, или, если уж быть честным, то, что от него осталось, оставался нем к этим требованиям.

И Александру хотелось верить в то, что причина именно в неисправном оборудование. Потому что в противном случае всё может закончится очень и очень плохо.

В очередной раз он задал себе вопрос, который не выходил у него из головы на протяжении последних нескольких дней. Почему... нет, даже не так. Ради чего эти люди могли предать собственную присягу и повернуть оружие в своих руках против собственных же товарищей?

У Федерации были проблемы. Расслоение общества и качества жизни между Мирами Ядра и колониями Внешнего Кольца было всегда. Его не могло не быть. Те, кто заявлял, будто никакой разницы нет, либо были идиотами, либо же просто не хотели замечать его. Системы, освоенные во время Колониальной эры, первого столетия колонизации космоса и по сей день оставались наиболее развитыми в промышленном, экономическом и социальном плане. Их можно назвать без преувеличения гигантами. На самом деле их совокупные возможности в этом плане столь высоки, что Александр где-то читал, что эти сто двенадцать звёздных систем превосходили в промышленном и экономическом отношении абсолютно все колонии Внешнего Кольца вместе взятые.

Именно они являлись основой Федерации. Именно они породили крупнейшие трансзвёздные корпорации, ставшие столпами экономического гиганта под названием Земная Федерация. Ресурсы стекались со всей территории, аккумулируясь в Ядре для поддержания и развития его огромной промышленности. Как бы не хотелось признавать это, но Агастус Кейн прав. Безумно быстрое расширение в первые два с половиной столетия после Колониальной эры давным-давно сошло на нет. Когда-то новость об освоение ещё двух или трёх колониальных поселений за месяц являлось нормой. Теперь же хорошо, если подобную новость услышат хотя бы раз в год.

Человечество остановилось в своём стремлении к экспансии космоса. Вместо этого, как бы печально это не звучало, оно действительно стагнировало и прекратило своё развитие в угоду внутреннему росту.

Кто-то скажет, что этого хорошо. Разве всего этого огромного количества освоенных миров уже недостаточно для нашего вида? Зачем нам идти дальше, если и тот «клочок» космоса, который у нас есть, даже близко не изучен на все сто процентов? Не лучше ли вместо этого заняться развитием того, что уже есть в наших руках?

И, стоит признаться, что в этих словах имелся смысл. Настолько притягательный и логичный, что он, по сути, стал новым курсом для Федерации. Развитие. Преумножение. Построение государства, где равные люди могут существовать и жить наравне друг с другом. Свобода и Равенство.

Если это правда, то почему тогда существует такая огромная разница между Внешним Поясом и мирами Ядра?

Но, всё это вопросы, на самом деле, имеющие весьма посредственное отношение к тому, что именно заботило Александра в данный момент. Куда сильнее его пугало то, что на Старой Земле, ещё ничего не знали о том, что происходит в Пиренейском секторе. О том, что вообще происходит во Внешнем Кольце. Самому быстрому курьеру на то, чтобы преодолеть расстояние от Мю Ахиллеса до Солнечной Системы потребуется почти месяц. Три с половиной недели если быть точным. Именно столько времени пройдёт прежде, чем правительство Федерации узнает о восстании Кейна и Конкордии.

А, что, если восстание в Пиренейском секторе было не единственным? Что если подобные бунты вспыхнули по всему Внешнему Кольцу? Они барахтались здесь, утопая в крови, пока люди в метрополии ещё даже не подозревали о творящемся тут кошмаре. И, что тогда им делать?

Раздавшийся голос Павла вырвал Александра из собственных мыслей.

— «Тритон» подходит к цели.

— Что по крейсеру?

— Всё так же. Их реактор явно заглушен. И мы не наблюдаем работу радаров и лидеров наведения. Вообще никакой работы внешних активных датчиков, если уж на то пошло.

— Хорошо. Ладно, передайте «Тритону», что они могут высаживаться. И продолжайте отслеживать его на всякий случай.

***

Старший сержант Тайлер Максвелл внимательно следил за тем, как «Тритон» приближался к груде металлолома, в которую превратился крейсер. Следуя его приказу, пилот подлетал к цели со стороны кормы, стараясь держаться на одной линии с продольной осью того, что осталось от корабля.

Причина просто. В районе двигателя количество средств поражения, коими без сомнения обладали крейсера типа «Тикондерога-Д2» было минимально. А, значит, что и шансы напороться на неожиданный выстрел были меньше.

Не то, чтобы Максвелл сильно беспокоился на эту тему. Если что-то подобное и произойдет, то вряд ли Тайлер и его люди успеют понять, что произошло. Так что такие мысли мало его волновали. Что толку беспокоиться о том, чего ты не в состоянии предотвратить? Жутковатый фатализм, да. Но, когда сама суть твоего подразделения состоит в том, чтобы внутри крошечных капсул падать камнем прямо в ад с орбиты, то, наверное, каждый немного станет фаталистом.

— Будем в точке сброса через три минуты, сержант, — доложил один из двух пилотов бота.

— Понял тебя, парень. Три минуты.

Тайлер быстро переключился на канал связи с подразделением.

— Внимание! Три минуты до начала. Всем ещё раз проверить снаряжение, броню и оружие. Яна, на тебе второй отделение. Тёрнер, ведёшь третье...

Собравшиеся в грузовом отделении солдаты зашевелились, принявшись в очередной раз проверять своё снаряжение. В особенности внимание уделялось герметичности личной брони и системе жизнеобеспечения. Сам же Максвелл также последовал собственному приказу, быстро пройдясь по всем показателям своего бронекостюма.

Всего через минуту на нашлемном дисплее его шлема загорелось тридцать два зелёных огонька, сигнализирующие о том, что весь отряд, составленный из бойцов «СВОД» самого Максвелла и десантников «Ганнибала» готовы к высадке.

Всего тридцать бойцов. На первый взгляд, штурмовать с таким количеством крейсер, который, по штату, должен быть укомплектован как минимум ротой десантников, выглядело по меньшей мере самонадеянно. Даже чересчур, если подумать.

Тем не менее сержант считал, что у них имелись довольно хорошие шансы на то, что всё пройдёт без каких-то больших проблем.

Всё же им предстояла высадка на сильно повреждённый корабль и хотелось бы верить, что большая часть экипажа, из тех, кто выжил, сейчас куда сильнее озабочены тем, чтобы эта груда металлолома не развалилась окончательно.

— Тридцать секунд до высадки, — предупредил пилот.

— Приготовиться! — рявкнул Максвелл. — Григс, Леонов! Готовьте «пузырь»!

Двое солдат с эмблемами «СВОД» на броне кивнули и взяли в руки раскладной надувной шлюз, предназначенный для аварийных операций в открытом космосе.

Боковые створки десантного отсека открылись одновременно с голосом пилота «Тритона».

— Мы на месте, сержант!

— Высадка! — крикнул Максвелл, первым оттолкнувшись от палубы челнока и бросившись в пустоту.

И тридцать человек без промедления последовали следом за ним.

Впрочем, долго «падать» им не пришлось. Пилот «Тритона» разместил челнок в каких-то десяти метрах от внешнего корпуса крейсера. Предавший себе ускорение толчком, Максвелл преодолел это расстояние всего за пару секунд. Перевернувшись в невесомости, он обеими ногами приземлился на броню, позволив магнитным подошвам в броне прочно зацепиться за поверхность под ногами.

Как и предполагалось, их высадили совсем рядом с одним из кормовых стыковочных портов корабля. Тех, что используются в те моменты, когда крейсер находится в доке или же пристыкован к станции. Именно к таким вот портам подсоединяются широкие переходы.

И именно он сейчас послужит для десантников «Ганнибала» путём, что позволит попасть внутрь.

— Готовьте заряды. Григс, Леонов. Установка «пузыря» на вас.

— Поняли сержант.

Пара бойцов быстро установили кумулятивные заряды на поверхности закрывающих шлюзовой порт створок. На это ушло не так уж и много времени. Всего девяносто секунд на то, чтобы разместить кругом девять вытянутых брусков.

Стоило им закончить работу, как вся абордажная группа разошлась по сторонам вокруг шлюза. Взрыв в космосе ожидаемо оказался абсолютно беззвучен. Просто вспышка, чуть приглушённая светофильтрами шлема и вот уже обломки двух бронированных створок улетаю в вакуум в виде обломков.

Да, будь здесь толстая корабельная броня, то этим «хлопушкам» ни в жизнь не удалось бы пробиться через них. Только вот защитные створки шлюзовой камеры оказались в разы тоньше. Весь шлюзовой отсек проходил через броню, и был дополнительно защищён изнутри, так что даже попадание в эту точку не нанесло бы кораблю большого вреда. Только лишь выжгло бы внутреннюю камеру.

Десантники тут же проникли внутрь через образовавшийся проход, чтобы как можно быстрее установить следующую партию зарядов. Прошло ещё полторы долгие и томительные минуты и вот ещё один беззвучный взрыв, отдавшийся вибрацией под ногами, вышвырнул прочь остатки шлюза вместе с потоком воздуха. Декомпрессия выстрелила обломками, как из пушки.

— Вперёд, обезьяны! — рявкнул Максвелл, первым бросаясь внутрь и врываясь в лишённую атмосферы секцию корабля. — Проверить помещение. Передайте на «Ганнибал», что мы проникли на борт...

Быстро найдя взглядом нанесённую на переборку эмблему, сержант прочитал название корабля.

— Передайте ему, что крейсер называется «Дэллавер».

А ведь транспондер передавал совсем другое название. АСМК «Свобода».

Громко. С претензией. Что же, после всего случившегося сержант готов был обеспечить эту самую свободу всем, кому не хватит мозгов при встрече с его людьми упасть мордой в палубу.

Свободу полетать в вакууме без скафандра.

Глава 9 «Ракураи. Часть V»

Ей дали отдельную каюту. Что, если вспомнить о том, что на борту «Ганнибала» не хватало почти двух третей экипажа, не удивительно.

Кристина сидела за столом в своей собственной каюте, ранее предназначавшейся для одного из старших офицеров дредноута. Сейчас же она полностью находилась в её владении. И именно здесь Кристина проторчала всё недавнее короткое сражение с двумя крейсерами АСМК.

Довольно напряжённые моменты в её жизни. До этого ей не приходилось участвовать в чём-то подобном.

К сожалению, среди её скромного набора личных вещей отсутствовал контактный скафандр. Находясь в челноке на пути к этому кораблю, она вообще, не планировала провести на его борту больше нескольких часов, так что брать скаф с собой просто не имело смысла.

Как оказалось, очень даже имело. Жаль только, что умные мысли приходит уже тогда, когда толку от них нет никакого.

Приказ капитан был неукоснителен. Находиться в каюте пока уровень тревоги не будет снижен. Без споров, возражений и пререканий. В случае повреждений корабля и разгерметизации это был единственный способ для Кристины и двух её подчинённых остаться в живых. Размещённые глубоко внутри корпуса дредноута и герметичные, они предоставляли ей шанс на выживание в том случае, если какая-то часть корабля окажется открыта космическому вакууму.

Говорить о том, что в случае таких повреждений шансов на то, чтобы остаться в живых у них и без того немного никто, естественно, не стал.

Тревога, к слову, оказалась снята почти двадцать минут назад. Правда Кристина так и осталась в каюте по просьбе капитана.

С другой стороны, это не означало, что Кристина останется в неведении относительно происходящих событий. Воспользовавшись своим кодом доступа, она влезла в компьютерную систему дредноута и перевела на свой собственный терминал информацию из БИЦ «Ганнибала» для того, чтобы оставаться в курсе того, что происходило за пределами его каюты.

Так что она уже знала и о том, что бой закончился для них победой и о том, что к поврежденному крейсеру Альянса отправилась собранная под командованием сержанта Максвелла группа солдат.

И Кристина всеми фибрами своей души надеялась на то, что их ждёт успех. Ей не терпелось запустить свои руки в ту информацию, которую Максвелл и его люди смогут добыть.

А сейчас, сидя в запрете своей каюты, она решила утолить информационный голод другим способом.

Сказанные капитаном слова до сих пор не шли у неё из головы. Весь экипаж «Ганнибала» состоял из выходцев из Пиренейского сектора Федерации. Это звучало столь же глупо, как и смешно.

Узнав о том, что дредноут переводят на Трою, Адамс и её начальство планировали использовать «Ганнибал», как мобильный штаб для собственных операций. И, с учётом имеющейся информации о том, что кто-то вербует ушедших по тем или иным причинам офицеров флота, руководство не хотело, чтобы кто-то на борту имел возможные связи внутри сектора. По понятным причинам.

И, вот, после всего сказанного, Кристина занялась тем, что начала проверять личные дела членов команды «Ганнибала». И, разумеется, начала она со старших офицеров.

В этом помогло то, что все личные материалы хранились внутри центрального компьютера дредноута. Стандартная практика на тот случай, если корабль переходит из одной служебной зоны в другую. Таким образом вся необходимая информация о военнослужащих кочевала вместе с ними с места на место, что исключало возможную путаницу.

Разумеется, что доступа к этим данным у команды не имелось. Разве, что только у старшего командного состава. Но даже в таком случае эти материалы не были полными. Большая часть информации оставалась закрытой и предоставлялась только по специальному запросу или же при предоставлении определённого кода допуска.

К счастью для Адамс, её звание и служба в Федеральном Разведывательном Управлении давали ей такой допуск. Сейчас она просматривала именно закрытые для общего пользования разделы личных дел.

И та картинка, которую она видела на дисплее перед собой ей не нравилась. Категорически не нравилась.

Анна Вальс. Физиологический возраст — тридцать два года. Не самый важный параметр в эпоху доступности процедур по замедлению старения. Сейчас она выглядела максимум на двадцать-двадцать три года. Старший лейтенант. Родом с Нового Парижа в системе Лакурд Пиренейского Сектора. Предыдущее место службы — тяжёлый крейсер ФЗФ «Янтарь». Закончила военную академию космического флота на Центавре. Затем курсы повышения квалификации. Старший астрограф и глава астрографической секции... ничего особенного или же хоть сколько-то интересного. Её послужной список был столь же серым и скучным, как и у подавляющего большинства офицеров.

За исключением последних пяти месяцев, когда «Янтарь» проходил службу в Ядре. Ровно пять месяцев назад Вальс оказалась списана на «берег», по личной просьбе капитана «Янтаря».

Заинтересовавшись, Кристина открыла раздел, посвящённый именно этому моменту. Любопытство разгорелось сильнее.

Приказ за четвёртое октября, подписанный командиром тяжёлого крейсера «Янтарь» о замене главы астрографической секции корабля. Вальс покинула крейсер при его первом же заходе на базу. Что любопытно, приказ подписали и одобрили всего через четыре дня, как только «Янтарь» оказался на базе.

На этом всё. Следующие два месяца Вальс провела на базе флота в Аннаксисе. Ни один запрос её о переводе на действующий корабль не был удовлетворён. Также не имелось ни одного свидетельства о том, чтобы кто-то из капитанов комплектуемых на Аннаксисе кораблей запросил её в свой экипаж. Странно. Конечно же, здесь у Кристины не имелось полных документов, что не позволяло взглянуть на ситуацию под другим углом, но создавалось впечатление, будто эта женщина в один миг стала «прокажёной».

Всё изменилось чуть больше четырёх с половиной стандартных недель назад. Вальс оказалась зачислена в перегонный экипаж «Ганнибала» по приказу...

Странно.

На приказе стояла подпись контр-адмирала Андреенко. Один из командующих флота Пиренейского сектора.

Что за чушь? Кристине хватило всего нескольких секунд на то, чтобы сопоставить в уме пару фактов. В тот момент, когда Вальс получила приказ о переводе на борт «Ганнибала», Андреенко находился вместе со своими кораблями на Конкордии. Он не мог отдать этот приказ.

Адамс открыла следующий файл, так же разблокировав его собственным электронным ключом.

Лейкин Павел Валерьевич. Также старший лейтенант. Тридцать шесть стандартный лет. Родом со Славии, в системе Звезды Андропова. Здесь Адамс столкнулась с куда более «грязным» досье, нежели чем у Вальс. Множество отметок за нарушение субординации. Несколько взысканий с занесением в личное дело. Два рапорта об участии в драках. Агрессивен. Имеются признаки неуравновешенности и проблемы в коммуникации. Неумение находить компромиссы. Высказывает радикальные взгляды. Несмотря на хорошие оценки с точки зрения знания своих профессиональных обязанностей, не подходит для должности командира боевого корабля.

По крайней мере такое заключение психологов стояло в его личном деле.

Снят с должности тактика линейного крейсера ФЗФ «Святая Капелла». Пять месяцев находился в резерве, пока не был назначен начальником тактической секции перегонного экипажа дредноута «Ганнибал». С какой-то стороны это даже можно было назвать издевательством, так как подобное назначение являлось последней и высшей точкой в его военной карьере. Слишком много нарушений. Слишком много записей об этом. Если бы не случившееся на Трое, то полёт на борту «Ганнибала» стал бы для него последним.

Опять-таки, приказ подписан личной электронной подписью контр-адмирала Андреенко.

Нахмурившись, Кристина начала проверять остальные личные дела. И почти каждое выглядело схожим образом. Будто кто-то набрал перегонный экипаж из неудачников, которые получили последний билет в космос перед тем, как их скинут со службы.

Единственными исключениями из офицерской части можно было назвать разве что главного инженера Елену Третьяковскую, главного корабельного врача, Исаака Монтойю и начальника корветной эскадры, Арни Ван Дайма.

Особенно Адамс поразилась личному делу Марека Ларионовича, начальника службы снабжения.

В закрытом разделе она обнаружила по меньше мере одиннадцать сносок о том, что данный мужчина фигурировал по меньшей мере в дюжине случаев пропажи флотского имущества. Довольно крупных пропажах. В двух случаях речь шла вообще о большой партии запчастей и списанном флотском челноке, который оказался продан на чёрном рынке, хотя по всем документам должен был быть списан и утилизирован.

И ни по одному из случаев Ларионович не проходил в качестве обвиняемого. Исключительно, как подозреваемый и, как человек имеющий то или иное отношение к пропавшему оборудованию. Ни разу не удалось признать его виновным в краже. Даже косвенных улик выявить не удалось.

Но, самым любопытным для Кристины стало досье нового капитана «Ганнибала».

Александр Владимирович Зарин. Тридцать пять лет. Лейтенант-коммандер флота. С отличием окончил академию в Центавре, после чего продолжил службу, начав с должности младшего корабельного тактика на эсминце и постепенно поднялся до должности капитана лёгкого крейсера. Участвовал в операции по подавлению восстания на Новом Мумбаи два года назад. Показал и в последствии зарекомендовал себя хорошим и опытным офицером...

Пока не оказался снят с должности три с половиной месяца назад. При этом личное дело не имело ни одного достаточно разумного объяснения причины данного события.

Единственное, что наводило на достаточно неприятные мысли, небольшая приписка в личном деле.

«В связи с наличием поддерживающих крайне радикальную позицию родственников, данный офицер не рекомендуется для дальнейшего прохождения службы в должности командира боевого корабля. Так же рекомендуется отстранить от занимания любых начальственных должностей до последующего разбирательства.»

Кристина даже не сразу поняла, в чём причина столь странного решения. Особенно в отношении офицера, который зарекомендовал себя исключительно в хорошем свете. Только лишь начав просматривать прикреплённые к личному делу материалы о родственниках Зарина, она поняла, в какое же глубокое дерьмо он вляпался и, скорее всего, даже не знал об этом.

На данный момент имеет двух братьев. Старшего Алексея и младшего Андрея. И, если имя младшего мало чем могло заинтересовать Адамс — там обычный и ничем не примечательный парень, поступивший в Федеральный университет Славии на курс политологии и международных отношений, то вот имя и фотография старшего вызвали у полковника натуральный шок.

Алексей Владимирович Зарин. Поступил в военную академию в тот же год, что и Александр. Только если его брат выбрал для себя службу во флоте, Алексей направился в армию, где сумел дойти до звания армейского капитана и служил в подразделениях войск специального назначения флота.

Но, что оказалось куда важнее, именно Алексей Зарин командовал группой, которая пропала шесть месяцев назад в Конкордии.

Сама же Кристина имела опосредованное отношение к этому случаю. Этим делом занимался другой отдел. Она и название того эсминца вспомнила, потому что информацию о провале и потере группы выплыла наружу. Но вот имени капитана группы она не знала. Не её профиль.

Но, что она знала просто отлично, оказалось имя главы всей семьи Зариных. Владимир Иванович Зарин. Она ведь знала эту фамилию! Мало кто не знал, учитывая последние события. А ведь Кристина могла и догадаться. Только по собственной расслабленности даже не придала этому большого значения. Ну, разве не может во всей Федерации, население которой насчитывало почти двести миллиардов человек, быть однофамильцев?

Потому что этого человека Кристина знала хорошо. Очень хорошо.

Мало кто из её коллег не знал имени старшего Зарина. Особенно после того, как возглавляемая им оппозиционная партия победила на выборах правительства Славии. Радикальная и, порой, весьма жёсткая, смешанная с критикой федерального правительства риторика позволили ему и его партии занять ключевое место в планетарном правительстве Славии. В частности, Владимир прославился своими заявлениями о необходимости выхода Славии и Звезды Андропова из состава Федерации.

«В связи с наличием поддерживающих крайне радикальную позицию родственников, данный офицер не рекомендуется для дальнейшего прохождения службы в должности командира боевого корабля. Так же рекомендуется отстранить от занимался любых начальственных должностей».

Теперь у этой записи в деле нынешнего капитана «Ганнибала» имелось прямое объяснение. Кто-то в отделе кадров решил, что человеку с такими родственниками не стоит занимать капитанское место на борту боевого корабля Федерации... вообще какое либо хоть сколько-то значительное место на флоте.

Коммуникатор Адамс неожиданно оповестил свою хозяйку о входящем вызове. Быстро взяв устройство, она глянула на дисплей и ответила на вызов.

— Да, капитан?

— Полковник, я хотел бы попросить вас присутствовать на встрече с капитаном «Алигьери» через несколько часов, — произнёс Александр.

— Конечно, — мгновенно согласилась Кристина. — Скажите, могу я узнать, как обстоят дела у абордажной группы?

Лицо на экране скривилось.

— Ситуация... непростая, полковник.

***

Тяжёлый крейсера АСМК «Свобода»

— Григс! Гранаты!

— Есть, сержант!

Не прошло и пары секунд, как полдюжины ручных гранат улетели по коридору, к выстроенной экипажем баррикаде. Отскакивающие от палубы и переборок коридора, они упали прямо среди обороняющихся.

Даже сквозь глухую броню Максвелл почувствовал ударную волну от практически одновременных шести взрывов. Установленную в конце коридора баррикаду из грузовых контейнеров и какого-то мусора разметало в стороны вместе со скрывающимися за ней защитниками.

Пока что штурм развивался по плану. Разделённые Максвеллом на две равные группы, отряды прорывались к своим целям. В то время, как группа самого старшего сержанта шла напрямую к мостику крейсера, вторая должна была захватить реакторный отсек корабля.

Вот только они опаздывали.

Команда «Свободы» отказалась сдаваться. Несмотря на все требования сержанта, они продолжали остервенело драться за каждый квадратный метр. И самую большую проблему составляли десантные подразделения, находящиеся на крейсере. Люди Максвелла встретили не так уж и много солдат в полной боевой броне, но и те, что имелись доставляли достаточно трудностей.

Тем не менее, старший сержант любил сложности. Расценивал их, как очередную ступеньку в своём жизненном пути.

Едва только эхо от взрывов прокатилось по коридору, Тайлер уже выскочил из своего укрытия и бросился вперёд.

Импульсный дробовик в его руках уже настроен на максимально широкий разброс боеприпасов и Тайлеру оставалось лишь нажать на спуск, когда он заметил поднимающихся на ноги уцелевших противников.

Магнитные ускорители дробовика выплюнули три заряда. Каждый из более чем пяти десятков тонких, зазубренных дротиков. Двое мужчин, едва успевших подняться на ноги и явно не пострадавших во время атаки гранатами, даже не успели поднять своё оружие. Тройной выстрел буквально освежевал обоих. Специально ослабленные для действий внутри космических кораблей заряды превратили их тела в отвратительную кровавую кашу.

Впрочем, Максвелл был не особенно сентиментален для того, чтобы эта жуткая картина оказала на него хоть какое-то действие. Видел вещи и похуже.

Резко развернувшись, он одним движением пальца на переключателе сократил разброс и выстрелил ещё раз, отправив сноп зазубренной картечи в бегущего прочь по коридору мужчину. Надетый на него контактный скафандр смог частично уберечь его от выстрела, но часть поражающих элементов всё же прошли через плотную ткань скафа и мужчина с криком растянулся на полу.

Заметив, что его люди уже взяли на себя контроль разрушенной баррикады за его спиной, Максвелл связался с командиров второй группы.

— Габи, что у вас?

— Почти у реакторного, сэр. Эти сволочи очень не хотят нас туда пускать.

— Габи, вы должны любой ценой занять реакторный. Если эти уроды взорвут корабль в тот момент пока наши задницу у него на борту, ты у меня пожалеешь!

— Да куда уж больше, серж!

— Действуйте.

Прервав связь, Максвелл приказал своим людям двигаться вперёд.

Штурм кораблей в космосе не являлся основной рабочей специальностью для его людей. Они больше привыкли к действиям на поверхности. Но это не означало, что и тут они станут менее опасны. Главное, как можно скорее захватить командный мостик и реакторный отсек. Это основные цели для любой подобной операции. Они стояли выше любого другого приоритета. Просто потому, что только в этом случае обороняющиеся не смогут выкинуть какую-нибудь глупость.

Вроде взрыва собственного корабля, например.

А подобное событие явно испортит настроение сержанту и всем, кто вместе с ним согласился на участие в этой заварушке.

Группа из десяти бойцов «СВОД» и шестёрки десантников с «Ганнибала» двигались по коридорам, снося любое препятствие на своём пути. В ход шло всё что имелось на руках, вплоть до ручных гранат, чтобы как можно скорее прорваться через оборону защитников. Даже пара переносных двадцати миллиметровых роторников пошли в дело, хотя применение подобного вооружения крайне печально сказалось на внутренностях крейсера.

Зато эффект от бронебойных зарядов и бешеная скорострельность ещё меньше понравилась отряду вражеских солдат в десантной броне. Если они рассчитывали на то, что люди Максвелла боятся применять столь разрушительное оружие на борту, то сильно просчитались.

Подобные действия оставляли мало шансов на выживание для их противников, но Максвелл не сильно переживал на этот счёт. Они сами выбрали свою участь, когда предали свою присягу, устав и государство.

Когда всё закончится, кошмары старшего сержанта мучать не будут.

В целом, всё выходило лучше, чем рассчитывал Максвелл. Тяжёлые повреждения «Свободы» не позволяли её экипажу, сконцентрированному на борьбе за живучесть этого куска металла организовать мощное сопротивление. Тяжёлые крейсера не имели мощных противоабордажных систем, как те же дредноуты. В противном случае люди Максвелла столкнулись бы с автоматическими турелями, защитными дронами и прочими радостями, которые обязаны были усложнить жизнь высадившемуся на борт корабля противнику. Да, что там говорить. Экипаж «Свободы/Дэллавера» даже не удосужился откачать кислород из большей части отсеков и разгерметизировать их.

Пройдя ещё пару коридоров, десантники «Ганнибала» постепенно выдавливали своих врагов, продвигаясь вперёд. Не так быстро, как того хотелось бы Максвеллу, но здесь они ничего поделать не могли.

Ещё одна короткая перестрелка закончилась тем, что отступившие члены экипажа крейсера заблокировали коридор, перекрыв его герметичными дверями. Их враг словно даже и не надеялся остановить нападающих. Больше походило на то, что они старались их замедлить. Задержать. Нехорошая мысль.

Пока несколько бойцов проверяли тела убитых противников, Максвелл указал рукой на преграду.

— Леонов! Ставьте заряды. Мы почти у цели.

— Есть, сэр.

Командный мостик находился всего в одном переходе от них. Осталось лишь пройти по коридору.

Воспользовавшись паузой, сержант вызвал вторую группу.

— Габи, что у вас?

— Мы у входа в реакторный отсек, серж, — быстро доложил командир второго отряда. — Эти уроды заварили створки. Мы сейчас ставим заряды, чтобы снести их к чёрту. Сержант, у меня такое ощущение, что они пытаются притормозить нас всеми возможными способами.

— Я тоже так подумал, Габи. И мне это чертовски не нравится. Что у вас по потерям?

— Потеряли одного, сэр и ещё трое раненых. Напоролись на СВУ при спуске через лифтовую шахту. Эту уроды скинули в неё обмотанный гранатами энергетический накопитель. Парни злые и живые, но сейчас бесполезны. Я выделил ещё двоих и отправил их обратно к точке входа.

Значит второй отряд уже потерял по меньшей мере треть своего состава. Нехорошо. Максвелл недовольно поморщился. У него и самого имелось несколько раненых, среди которых по меньшей мере одному требовалась срочная медицинская помощь. Но, пока что, повезло обойтись без убитых.

— Габи, я хочу, чтобы вы взяли реакторный! Как можно скорее! Ты понял меня?

— Всё понял. Будет сделано сержант!

— Действуй, парень, — сержант отрубил связь, быстро вернувшись к системе связи своего отряда. — Леонов?!

— Заряды готовы, сержант!

— Приготовились!

Всего одно слово, а СВОДовцы и оставшиеся на ногах десантники с «Ганнибала» моментально заняли позиции.

— Взрывай!

Размещённые на створках блоки взрывчатки вспыхнули ослепительно ярким светом, прожигая плотный металл. Через несколько секунд вслед за ними взорвались расставленные в нужных местах заряды, направленным взрывом сорвав ослабленные створки и швырнув эти искорёженные куски металла внутрь коридора.

Двенадцать закованных в штурмовую броню человек бросились вперёд. Прямо через облака удушливого и едкого дыма, вызванного процессом горения «прожигающих» зарядов.

Но, как того и требовал устав, опережая людей в проделанный проход полетели светошумовые и осколочные гранаты. Эхо и вспышки от их взрывов расходились в стороны, выводя находящихся по ту сторону преграды защитников.

Максвелл лишь на мгновение задержался, позволив брошенным гранатам опередить его на целую секунду. Он ринулся вперёд с такой поспешностью, что даже услышал, как осколки одной из гранат ударили его по груди, оставив глубокие царапины на его броне.

Правда значения этому он не придал. Не пробило и ладно.

Импульсный дробовик в его руках выстрелил раньше, чем он вырвался из облака дыма. Сенсоры и инфракрасные камеры его брони давали возможность действовать в условиях отсутствия зрительного контакта. Так что подсвеченная красно-жёлтым фигура разорвалась брызгами, когда два выстрела ударили её в грудь.

Резкий поворот. Новый выстрел. Фигура дёрнулась, но, к удивлению сержанта, устояла на ногах. Лишь через миг, когда дым чуть развеялся, он понял, что перед ним оказался один из корабельных десантников. Броня защитила его от выстрела.

Не давая своему противнику времени на то, чтобы среагировать, Максвелл врезался в него, впечатав в переборку за его спиной. Покрывающий её материал пошёл трещинами и промялся, когда в него влетели две бронированные туши общим весом под триста килограмм.

Боец Альянса попытался выхватить из набедренной кобуры пистолет, но сержант опередил его, выбив оружие из рук. Сместив центр тяжести, он со всей силой, какую только могли дать искусственные мышцы и приводы брони впечатал своё колено в закрытую шлемом голову. Такой удар мог бы расколоть шлем обычного контактного скафандра.

Но даже его не хватило для того, чтобы убить противника. Бронированный шлем выдержал, даже несмотря на то, что затылок промял покрытие переборки на несколько сантиметров.

Не давая ему опомниться, Максвелл схватил своего оппонента за подбородок шлема. Рывком задрав его вверх, он воткнул ствол дробовика между шейной манжетой и защищающей шею горжетой и нажал на курок, выпуская почти треть магазина в одно из немногих слабых места штурмовой брони и превращая находящееся внутри тело в кровавый фарш.

В это же время кто-то из его бойцов снял одного из мятежников, пытающегося подняться на ноги. Другого вырубили ударом приклада в лицо с такой силой, что разбил прозрачный щиток шлема контактного скафандра и превратил лицо в месиво.

Переступив через разорванное обломком двери тело, Максвелл одним ударом выбил оружие из рук ползущей по палубе женщины. Лицо за прозрачным стеклом её шлема залито кровью, а глаза широко раскрыты от страха. Но попытки схватить выпущенный ранее из рук карабин она не бросила, отчаянно продолжая тянуться к оружию, будто только лишь оно одно могло спасти её.

Нет, оно не могло.

Тайлер просто врезал ей с ноги по голове. Будто футболист, посылающий мяч в воздух хорошим ударом.

Этого хватило, чтобы тело на палубе обмякло и больше не шевелилось. Жива она или нет, сейчас для него было не важно. Главное — добраться до мостика и захватить его.

Укрывшись от ответного огня за выступом, Максвелл сменил магазин своего дробовика. Вход на командный мостик находился за поворотом коридора, где он находился. Десять метров прямого, как стрела коридора, который простреливался из одного конца в другой.

Присев и высунув из укрытия часть ладони, сержант быстро осмотрел пространство коридора через установленную в перчатке миниатюрную камеру. В самом конце успел заметить от шести до восьми человек в бронекостюмах. Паршиво. Видимо капитан этой посудины оставил самых боеспособных солдат прикрывать именно вход на мостик...

— Сержант?

— Что у тебя, Габи?

— Мы взяли реакторный зал, сэр, — доложил командир второй группы. — Он под полным нашим контролем.

Новость просто отличная! Если главная силовая установка крейсера теперь в их руках, то у врага остаётся крайне мало шансов окончательно решить свою судьбу самым глупым способом из всех возможных. А именно превратить всю эту посудину в подобие маленькой сверхновой.

— Дай угадаю, они пытались пустить реактор в разнос? — Предположил Максвелл, продолжая наблюдать за происходящим коридоре и жестом приказав своим людям не двигаться.

— Нет, сэр. Я сначала так подумал, но оказалось, что они бы этого в любом случае сделать не смогли бы. Оба реактора заглушены намертво. Видимо сделали это из-за боязни перегрузки. Похоже, что они вместо этого пытались восстановить питание центрального компьютера. «Ганни» во время своей атаки повредил их сильнее, чем мы думали.

— Постой, ты сказал, что их центральный компьютер обесточен? — удивился Максвелл, даже не сразу поверив в то, что только что услышал. — Это точно?

— Так сказал один из тех ребят, которым хватило мозгов на то, чтобы лечь мордой в палубу, когда мы ворвались внутрь, сержант...

— Понятно-о-о, — протянул Максвелл, по-новому взглянув на происходящее.

Если Габи прав, то теперь всё сильно изменилось.

В случае возможности абордажа экипажу корабля предписывалось удалить всю информацию из своего центрального компьютера во избежание её попадания в руки противника. Стандартная процедура. Но, если, как сказал Габи, их «мозги» сейчас в оффлайне, то сделать они этого не могут.

Теперь всё встало на свои места.

Теперь Максвелл понимал, почему команда «Свободы» так отчаянно сопротивлялась. Они пытались выиграть время на то, чтобы вновь запитать нужные системы от резервных энергонакопителей и запустить процесс удаления данных. То, что эта посудина всё ещё реагировала и как-то функционировала не означало ровным счётом ничего. Первичные контрольные функции, СЖО, управление внутренними системами. Всё это могли взять на себя вторичные блоки управления. Они для этого и предназначались в том случае, если центральный выходил из строя.

Но, для того, чтобы стереть все данные без остатка нужно было вновь запитать его. Только так. Подобная система гарантировала сохранение информации даже в самых экстренных ситуациях, но сейчас превратилась в огромную палку, попавшую в колеса этим засранцам.

— ...так что не смогли запустить реакторы, но, похоже, что они пытались бросить шину от резервного питания... — продолжил Габи.

— Что?

— Мы нашли по меньшей мере с полдюжины кабелей, которые они прокладывали в спешке. А ещё часть оборудования куда-то унесли. Куда точно — не знаю. Эти засранцы отказываются говорить, сэр.

— Дерьмо.

Если Габи прав, то они могут попытаться бросить питание с любого резервного пункта и тогда мозги корабля заработают вновь.

Максвелл быстро переключился обратно на частоту собственного отряда.

— Внимание. Планы изменились. Есть шанс на то, что, возможно, нам удасться захватить базу данных корабля. Захватить неповрежденной. А, значит, действовать будем быстро и жёстко...

Глава 10 «Любопытные совпадения, которые совсем не совпадения»

Дредноут ФЗФ «Ганнибал»

Шесть с половиной часов спустя...

— Капитан, челнок с «Алигьери» подходит. Будет у правого шлюпочного отсека через пять минут. Я уже предупредил полковника Адамс и сержанта Максвелла, сэр.

— Понял. Я сейчас подойду. Продолжайте следить за ним и за эсминцем. На случай, если они попробуют выкинуть какую-то глупость.

— Конечно, сэр. Мы глаз с них не спустим.

Отключив комм, Александр встал с кресла и потянулся. Ещё раз взглянул на почти законченный отчёт, он взмахом руки заставил голографический дисплей над своим столом потухнуть. Прихватив китель, направился на выход из каюты.

Общая ситуация хоть и стала несколько лучше, но всё ещё оставалась... сложной. Пожалуй, это слово подходило для её описания, как нельзя лучше.

Конечно, в том случае, если не называть её «дерьмовой». Как того, в общем-то, она и заслуживала.

Десантники «Ганнибала» и бойцы «СВОД» по командованием сержанта Максвелла смогли захватить повреждённый крейсер АСМК. Пусть и не без потерь, но им удалось взять под контроль реакторный зал и командный мостик корабля. Самой же важной новостью стало то, что Максвелл и его люди, ко всеобщему удивлению, получили в свои руки корабль с неповрежденным центральным компьютером. Удача или же простое совпадение, но это так. Александр даже не поверил, когда сержант сообщил ему о том, что попало в их руки.

Кто-то даже пошутил, что это самый настоящий выигрыш в бесплатную лотерею.

Нет, — подумал он. Не бесплатную. Далеко не бесплатную.

За эту «победу» заплатили люди сержанта. Заплатили кровью и собственными жизнями. Шестеро погибших и почти вдвое больше раненых. Большая часть пострадавших пришлась именно на момент короткого боя за капитанский мостик «Дэллавера»...

Александр покачал головой собственным мыслям. Нет. АСМК «Свобода». Так они себя называли. Следовало забыть старое имя этого корабля. Точно так же, как люди на его борту забыли собственные клятвы.

В любом случае, в тот момент, когда ему об этом сообщили, Зарин испытывал торжество. Даже несмотря на известия о погибших и раненых. Перспектива заполучить в свои руки нетронутые базы данных «Свободы» стоили их жертв. Особенно сейчас, когда в мире творилось чёрт-знает что.

По крайней мере, так он думал раньше. Теперь же...

Технические специалисты «Ганнибала» уже отправились на борт захваченного крейсера вместе с рабочими группами Третьяковской и Ларионовича. Им предстояло заняться «мародёрством». С подбитого корабля будет снято всё, что только можно использоваться для «Ганнибала». На многое Александр не рассчитывал. Всё же крейсер, пусть и тяжёлый — это не дредноут. Многие запчасти просто не подойдут, но определённая часть расходников может пригодится.

Как, например, противоракеты, благо они были стандартизированы и подойдут к пусковым дредноута. А вот с противокорабельными ракетами такой фокус уже не пройдёт. Пусковые барабаны «Ганнибала» просто не смогут использовать ракеты меньшего калибра и для них не предназначенные.

В любом случае следует подождать полного списка. Александр хорошо запомнил горящие глаза Марека, когда сообщил ему о том, что предстоит работа по снятию с корабля Альянса всего, что может им хоть как-то в теории пригодится. Ларионович пообещал, что они сделают всё, что в их силах. Зная скупую и алчную натуру начальника службы снабжения дредноута, Зарин не сомневался — ребята Марека заберут всё, что угодно, если только это будет не приварено к палубе.

Хотя, пожалуй, даже в этом случае он бы не решился делать каких-то однозначных выводов. Вспомнил ящики с инструментами, взятые с собой на «Свободу» людьми Марека. Вроде там точно были плазменные резаки...

Ладно. Сейчас это не так уж и важно. Другой вопрос, что делать с пленными?

Их сейчас имелось сто восемнадцать человек, из которых двадцать девять составляли офицеры. И это из экипажа корабля, где по штату положено находится по меньшей шести с половиной сотням человек.

После того, как Максвелл и его люди взяли «Свободу» под свой контроль, захватив реакторный и мостик, они перекрыли все отсеки под угрозой разгерметизации. И даже тот факт, что большая часть экипажа находилась в контактных скафандрах нисколько не снижал угрозу. Ресурс их СЖО не бесконечен, а человечество пока не придумало, как дышать вакуумом.

Так что сейчас никогда не рассчитывающиеся на подобное количество людей гауптвахты «Ганнибала» оказались забиты до отказа. Пришлось даже в спешке переоборудовать один из пустых грузовых трюмов, чтобы поместить туда остатки выживших с корабля Альянса. «Апартаменты» получились не самыми комфортными, но сейчас Александра заботило это в последнюю очередь. Ещё порядка двух десятков находились в медицинском отсеке под постоянным присмотром со стороны вооруженной охраны.

Пройдя по коридорам и спустившись на нужный уровень, Зарин дошёл до шлюпочного отсека.

Как раз вовремя. В обзорных иллюминаторах уже можно было увидеть, как челнок с «Алигьери» аккуратно подходил к борту дредноута.

Бортовые орудия «Ганнибала», должно быть, сейчас отслеживали крошечный кораблик, постоянно держа его под прицелом. Правда, они больше пугали, чем действительно обеспечивали какую-то защиту. В такой близи, если на борту этого бота есть, скажем, ядерная боеголовка, то её взрыв превратит их обоих в облако раскалённого газа быстрее, чем кто-то сумеет понять, что вообще здесь произошло.

И от этой мысли Александру стало не по себе. Он мысленно обругал себя последними словами. Стоило послать за Тремейном собственный бот. Желательно с людьми Максвелла на борту, чтобы исключить возможность подобного... недоразумения.

К слову, сам сержант вместе с четвёркой своих бойцов и полковником уже находились здесь и ждали только лишь Александра. При этом все присутствующие десантники находились в собственных бронекостюмах и при оружии. Опять-таки, на случай непредусмотренных неожиданностей.

— Сержант, как ваши люди?

— Монтойя и его врачи сейчас занимаются ими, сэр, — пробасил Максвелл. — Погибших они вернуть не смогут, но раненные в порядке. Док сказал, что с медикаментами проблем нет.

А даже если бы и были, то ты бы обязательно позаботился о том, чтобы у твоих людей был высший приоритет, ведь так? Эта невысказанная мысль промелькнула в голове Александра вместе с довольно неприятным разговором, который состоялся у него пару часов назад с Исааком Монтойей. Начальник медицинской службы очень красочно смог описать ему все угрозы со стороны сержанта на тот случай, если захваченными на крейсере пленными займутся раньше, чем его люди получат должный медицинский уход.

— Вы отлично поработали, сержант. Смотрю, ждёте неприятностей?

Зарин кивком головы указал на вооружённых солдат.

— Не люблю неожиданностей, сэр. И, если уж на то пошло, то в следующий раз я бы порекомендовал в такой ситуации отправить за нашими гостями собственный челнок. Просто на тот случай, если они привезут с собой что-то, чему мы окажемся не рады. Или кого-то.

Слушая Максвелла, Александр едва смог не покраснеть.

— Если честно, то я тоже об этом подумал, — признался он. — Моя ошибка, сержант.

— Всем нам свойственно ошибаться, — усмехнулся Максвелл и на его тёмном, цвета чёрного дерева лице появилась белозубая ухмылка. — Главное не делать это слишком часто.

— В этом, то и заключается вся сложность, не так ли? — не удержался от ответной улыбки Зарин и посмотрел на стоящую рядом с ними женщину. — Полковник, как успехи с расшифровкой?

— Мои люди работают, но нам потребуется время, капитан, — произнесла Адамс и в её голосе прозвучали раздражённые нотки. — Как только найдём что-то интересное, то я дам вам знать. Жаль только, что люди сержанта Максвелла проявили себя чересчур... эффективно. Могли бы и не убивать их капитана. Тогда бы моим людям не пришлось сейчас сидеть и крошить «лёд» в который вморожена информация из их центрального компьютера.

— В следующий раз, обязательно, мэм. Сразу после того, как спрошу не хотят ли они выпить чаю с печеньем...

— Сержант!

— Мэм, обстановка не располагала к долгим беседам, если вы не в курсе. Меня куда больше заботило сохранение жизней своих людей, чем все возможные проблемы нашего противника. Так что извините за то, что мы были столь... эффективны и смогли достать вам в руки полную базу данных с этого чёртового крейсера. Некоторые из моих людей и десантников с «Ганнибала» заплатили своими жизнями для того, чтобы вы и ваши подчинённые могли заполучить её в свои руки.

К удивлению Александра, Адамс явно смутилась.

— Я не это имела в виду, — уже тише произнесла она.

— Я знаю, — спокойным, но слишком уж холодным тоном произнёс Максвелл, даже не глядя на неё. Глаза сержанта следили за тем, как бот осторожно подходил к стыковочному шлюзу.

Глядя на них обоих, Александр сдержался, чтобы не покачать головой. Он и сам испытывал чувство вины перед погибшими. В конце-концов именно он своим приказом отправил Максвелла и его людей на тот корабль.

И, хотелось верить, что всё это было не зря. Очень хотелось.

Бот пристыковался к шлюзовому переходу и через минуту из него показалась одинокая фигура молодого мужчины. Невысокий и худощавый брюнет с отметками старшего лейтенанта на форме.

Альдо Тремейн, как и приказал ему Зарин, прилетел в одиночестве. Допускать, чтобы по его кораблю разгуливали люди, не относящиеся к экипажу дредноута, Александр не собирался. Особенно после предупреждения Адамс относительно этого корабля.

Тем не менее, «Алигьери» всё ещё передавал опознавательные коды ФЗФ, а на форме самого Тремейна имелись отличительные знаки Федерации. Хотелось верить в то, что это что-то да значит.

Дождавшись, когда капитан эсминца преодолеет несколько метров лишенного гравитации перехода и перенесёт своё тело в зону действия искусственной силы тяжести дредноута, Александр протянул ему руку.

— Добро пожаловать на борт «Ганнибала», капитан Тремейн, — произнёс он, проигнорировав отметки на его форме. В конце-концов, старший лейтенант или нет, но он командовал этим эсминцем.

Пусть на корабле мог быть только один «капитан», сейчас, здесь, стоя в шлюпочном отсеке посреди так неожиданного запылавшего войной космоса, Александр хотел высказать этому парню уважение.

— Рад с вами встретиться, сэр, — Альдо с чувством пожал протянутую ему руку. — Спасибо, что спасли нас.

— Поверьте, хотел бы я сказать, что всё так и планировалось, но вам просто повезло, — признался Зарин. — Удачное совпадение и не более того. Ладно, пойдёмте. Нам предстоит долгий разговор.

***

— Значит, вся восточная часть сектора уже под их контролем?

Альдо понуро кивнул.

— Да, сэр. Сигма Конкордия. Система Лакурда. Арабель. Звезда Андропова... все колонии восточнее Кецелия и Нового Роттердама присоединились к Альянсу Свободных Миров.

Александр, Альдо и полковник Адамс сидели за столом в одной из кают кампаний «Ганнибала». Над столом висела карта Пиренейского сектора. Карта, на которой, после рассказа Тремейна, осталось слишком мало дружелюбных синих огоньков.

— Они подмяли под себя почти две трети сектора, — покачала головой Адамс, всё ещё не способная поверить в то, что всё это было действительно правдой. — Так быстро... но, почему им никто не сопротивлялся?

Тремейн невесело усмехнулся.

— Пытались, мэм. Правда пытались. Но большая часть кораблей флота перешли на их сторону почти сразу же. Ну, насколько мне это известно. По крайней мере вся боевая группа адмирала Андреенко сменила флаг в полном составе почти сразу же. Это уж точно. Если хотите, то я могу предоставить вам данные из баз «Алигьери». Там есть снимки всех кораблей, что мы смогли заметить.

— Я бы была благодарна за эти данные, — кивнула Адамс.

— Распоряжусь, чтобы их переслали вам на корабль как только вернусь, — пообещал Альдо и продолжил. — Должен сказать, что, когда всё это случилось, мы... чёрт, это даже страхом не назвать. Я такого и в самом жутком кошмаре не смог бы себе представить. Мы висели на орбите, над Конкордией, когда всё началось...

— К слову об этом, — прервал его Александр, вспомнив ранее сказанное Кристиной. — Насколько нам известно, вы не просто так находились у Конкордии. Это правда?

Альдо посмотрел сначала на Зарина, а затем на Адамс. В его взгляде читалось отчетливое сомнение.

— Капитан, я, надеюсь, вы поймёте меня, но я не уверен, что имею права говорить об этом. Даже сейчас...

— Всё в порядке, Тремейн, — перебила его Кристина. — Мне известно, что ваш корабль участвовал в одной из наших операций. И, так же известно о том, что эта операция провалилась. Но, почему «Алигьери» так и остался на Конкордии? По идее вы должны были покинуть систему и вернуться обратно на Мю Ахиллеса. Так, или я ошибаюсь?

— Да, полковник, — вздохнул Альдо. — Вы правы. То есть, частично...

— В каком смысле?

— У нас на борту находилась группа флотского спецназа. Скажу сразу, я понятия не имел об этом задании. Мы даже с этими ребятами не пересекались. Просто доставили их в Сигма Конкордию и всё. Знали только капитан и старпом. Мы привезли их в систему, после чего они покинули корабль. Больше я их не видел и ничего о них не слышал.

Александр с любопытством посмотрел на сидящую напротив него Адамс.

— Вам, я так понимаю, известно больше?

— Частично, — согласно кивнула Кристина. — Мы получили данные о том, что на одном из крупных промышленных комплексов на Катарсии — это один из спутников рядом с Конкордией, производят оружие. По крайне мере так считало Управление. Сама я к этой операции отношения не имела и узнала о ней уже позже. Нам сообщили, что что-то пошло не так. Отправленная на разведку команда пропала без вести.

Лицо Зарина скривилось в гримасе.

— «Что-то пошло не так». Вам не кажется, что это, мягко говоря, слабоватое определение для подобного провала?

— Говорю, то, что знаю, — в тон ему ответила Адамс. — Говорю же, я не занималась Конкордией, поэтому о том, что там произошло знаю не очень много.

И, уж точно, я не собираюсь тебе говорить о том, что пропавшей группой командовал твой старший брат, — про себя подумала Адамс, на пару мгновений задержав взгляд на задумчивом лице капитана «Ганнибала».

Учитывая то, кто именно являлся его отцом и все обнаруженные ею странности с экипажем этого корабля, она не собиралась рисковать.

— Ладно, что произошло дальше, Тремейн?

— Шесть... то есть уже семь дней назад на Конкордии произошел государственный переворот. Мятежники свергли планетарного губернатора и его администрацию. Вы... вы даже представить себе не можете. Это произошло буквально. Вот!

Альдо щёлкнул пальцами.

— Мгновенно. Всего за один час они сместили всё правительство системы. А уже через сорок минут по всем каналам связи шли сообщения об образовании Альянса. Оттуда мы и узнали о том, что Звезда Андропова, Арабель и другие системы так же предали Федерацию. Я когда узнал об этом, то даже не сразу поверил. А когда понял, что всё это не сон... даже не знаю. Ждал, что флот будет сопротивляться.

— А что флот? — спросил Александр.

— Почти никто и не думал делать хоть что-то, — тихо произнёс Тремейн. — Вы... Слушайте, я сидел тогда на вахте. До сих пор помню. Смотрел на тактический дисплей, а там наши корабли. Меняют свои обозначения. Один за другим. Некоторые попытались сопротивляться. Единицы. Буквально пара крейсеров. Их размолотили за несколько минут. Я ещё тогда не понимал, почему адмирал собрал всю группу на орбите Конкордии. А потом к нам на борт прислали этих ребят...

Александр поморщился, вспомнив рассказ Тремена о случившемся на борту «Алигьери». Конечно. Легко возмущаться тому, что кто-то отказался от сопротивления и тут же не бросился сражаться с предателями. Глупая, даже несколько наивная и детская точка зрения. Что мог сделать висящий на орбите эсминец, находящийся под прицелами десятков других кораблей.

Капитан и старший помощник «Алигьери» думали так же. Александру даже сложно было представить, что испытывали эти люди, когда решились на задуманное. Сделать вид, будто экипаж эсминца всецело поддерживает новый режим. И только ради того, чтобы иметь возможность сбежать из системы в нужный момент.

К несчастью для них, кто-то на «той стороне» подумал о возможности подобного. Присланные на борт «Алигьери» солдаты должны были взять корабль под свой контроль до того момента, пока не будет доказана их лояльность.

Командир эсминца не учёл одного. Что даже среди его экипажа могут находиться те, кто вполне себе серьёзно рассматривал возможность о переходе на сторону Альянса.

Когда они наконец решились на побег, в числе противников оказались не только находившееся на борту солдаты АСМК, но и те, кто решил переметнуться на сторону Альянса. В частности, несколько старших офицеров. Хорошо продуманный план превратился в полный хаос, когда началась стрельба, во время которой погиб сначала капитан, убитый выстрелом в спину прямо на глазах у Альдо, а, затем, и старший помощник, погибший от полученных ран.

Всего за полтора часа этот молодой человек поднялся по своей карьерной лестнице так высоко, как и не рассчитывал. Только вот, вряд ли он хотел бы, чтобы всё произошло именно так, как случилось.

Почему-то именно в этот момент ему в голову пришла фраза, запомнившаяся по время учёбы в академии. Сейчас уже Александр не мог сказать, в какой именно книге её прочитал, но звучала она так: мало что способствует продвижению по военной карьере быстрее нежели царящие вокруг война и мор.

До омерзительного точные слова.

— Он хотел, чтобы все корабли находились в пределах досягаемости, — произнёс Зарин, поняв, что именно произошло на Конкордии. — Чтобы те, кто откажутся от мятежа были в зоне действия орудий. Верно?

Тремейн кивнул.

— Да. Я до сих пор не понимаю, почему все они это сделали...

— Кажется, я знаю ответ, — уверенно сказала Адамс и оба капитана посмотрела на неё. — Я покопалась в личных делах вашего экипажа, капитан.

Последние слова она произнесла, глядя ему в глаза и чуть пожала плечами, словно извиняясь.

— Мы слушаем, полковник. Продолжайте.

— Довольно интересное чтиво. Для начала, помните, как я говорила о том, что за последние несколько лет очень многие вышедшие в отставку офицеры флота куда-то пропадали?

Александр кивнул. Тремейн же совсем не понимал к чему именно ведёт Кристина, но перебить её ради вопроса так и не решился.

— Так вот, — продолжила Адамс. — У нас тогда было огромное количество теорий. Одной из самых вероятных — они подались в то, что осталось от Союза после того, как Империя отхватила от них огромный кусок. Там и сейчас то творится полный хаос, а в то время, пять лет назад, ситуация больше напоминала мешок со змеями, который кто-то ещё и поджог в довесок. После того, как Рейн захватил и аннексировал почти половицу их систем, СНП практически развалилось. Оставшиеся видели в окружающих врагов. Буквально в каждом. Ничего удивительного, что туда потянулось огромное количество различных частных военных компаний. Это, по крайней мере, была одна из версий...

— Но сейчас вы считаете иначе, ведь так? — предположил Александр.

Адамс кивнула.

— Да. После того, как прочла информацию по вашему экипажу. Капитан, не обижайтесь, но вы неудачники. Большинство из вас. Перелёт «Ганнибала» до Мю Ахиллеса стал бы для вас последним назначением.

Коснувшись поверхности умного стола, Кристина положила свой комм с уже загруженными данными и те моментально оказались спроецированы отдельными экранами над столешницей, сменив собой висящую в воздухе ранее карту Пиренейского сектора.

— Это закрытые разделы личных дел команды «Ганнибала», капитан. Можете просмотреть их, если захотите или же, если не верите мне. Почти в каждом есть заключение о том, что вы не годны для дальнейшей службы по тем или иным причинам. Большинство из вас. И, тем не менее, вас всех собрали в перегонный экипаж для этого корабля.

Коснувшись коммуникатора, Кристина вывела перед Александром новый файл. В этот раз простой список. Длинный список из более чем шести сотен имён и фамилий.

— Вот это, капитан, тот экипаж, который должен был быть на борту «Ганнибала» в тот момент, когда он вошёл в систему Мю Ахиллеса. Как вы понимаете, его на борту не оказалось. Их места заняли вы. Все вы. Ну, по большей части. Поэтому я так удивилась, когда узнала о том, что на корабле перегонный экипаж, а не полная команда. Вообще не та команда, если уж на то пошло.

Взглянув на висящие в воздухе голограммы, Александр подавил желание найти собственное досье. Сейчас это уже было не так уж и важно. Вместо этого он вновь посмотрел на Адамс.

— К чему вы ведёте, полковник?

— К тому, что приказы на зачисление вас в экипаж «Ганнибала» был подписан контр-адмиралом Андреенко. Командующим одной из трёх боевых групп флота Пиренейского сектора, — медленно, чуть ли не по словам произнесла Кристина. — И, я практически не сомневаюсь в том, что если бы не ваша задержка, то вас бы практически сразу же отправили с Трои на Конкордию...

— Стоп! Стоп, стоп, стоп, — прервал её Зарин. — Как Андреенко мог подписать эти приказы?! Мы получили их буквально за пару недель до вылета «Ганнибала». Он в то время должен был находиться здесь.

— Отличный вопрос. Хотела бы я и сама это знать...

— Боже, так вот в чём была причина!

Александр и Кристина одновременно повернулись к Тремейну.

— О чём вы?

— Когда мы находились на Конкордии, капитан получил приказ лично от адмирала. О том, что нас якобы переводят под его командование. Мы тогда ещё удивились, но там имелись все подписи. В том числе и адмирала Эстерхази.

— Скорее всего еë подделали, — уверенно произнесла Кристина, скрестив руки на груди.

— Подделали электронную подпись главнокомандующего секторальным флотом? — полным скепсиса и сомнений голосом поинтересовался Александр.

— А вас ещё что-то удивляет? — Адамс махнула рукой в сторону висящих в воздухе файлов. — Слушайте, у меня нет доказательств, но я практически уверена в том, что права. Андреенко, думаю никто теперь уже не сомневается в том, что он предатель, каким-то образом умудрился собрать на кораблях экипаж из тех, кто, мягко говоря, не очень радовался своим достижениям и карьере во флоте. Тех, кто, увидев другой вариант мог вполне ухватиться за него. Даже если этот вариант — предательство и мятеж. Будь у меня доступ к нашей базе данных в Управлении на Трое и хотя бы несколько недель... чёрта, да хотя бы сутки на поиски то я бы смогла бы найти по меньшей мере чёртову прорву доказательств своей теории. Теперь то уж точно, когда знаю, что нужно искать.

— Они не могли провернуть это со всем флотом, — покачал головой Зарин. — Полковник, мы говорим о тысячах... нет, о десятках тысяч людей. Хотите сказать, что они вот так вот взяли и нашли десятки тысяч потенциальных предателей и завербовали их таким образом, чтобы вы ничего об этом не узнали? Вот вообще ничего!? Как-то сложно в это поверить...

В ответ Кристина лишь пожала плечами.

— Пока это единственная теория, которая у меня есть. Я и не говорю, что всё было именно так. Но, давайте по существу. В последние годы у Федерации были проблемы с... с целостностью мышления, скажем так. Если предположить, что они занимались этим достаточно долго и осторожно, то у них могло всё получиться.

Александр пристально посмотрел на неё. Прямо в глаза.

— Так, что даже вы этого не заметили?

Это был тот самый момент, от которого всё внутри Кристины скручивалось в узел. Она уже пыталась найти ответ на этот вопрос. И пока что нашла этому только лишь одно объяснение.

— Ну, либо они были о-о-о-очень осторожны... либо кто-то в Управлении работал на них. Кто-то очень высокопоставленный, — с неохотой признала она. — Только так я могу объяснить хотя бы часть всего того, что случилось.

— Бред какой-то, — Александр до сих пор не хотел верить в то, что только услышал, как бы логично и рационально это не звучало. — Слушайте, полковник, то есть, по вашим словам, они, что? Ждали, что мы прилетим на Конкордию и войдём в их славные ряды? Окей, допустим, хотя бы на одну чёртову секунду, что это так. Но причём здесь я? Мне не повезло. Я просто попал под ротацию и временно остался без корабля. И я бы никогда не сделал чего-то подобного? Какого чёрта они вообще могли подумать, что я сделаю это?

— Может быть это из-за вашей фамилии? — высказал осторожное предположение Альдо.

Зарин резко повернулся к сидящему напротив него Тремейну.

— В каком смысле?

— Ну... а вы не в курсе? — Альдо посмотрел на него так, словно он должен был это знать.

— В курсе чего? — потребовала Кристина.

— Вы же знаете Владимира Зарина?

— Он мой отец, — кивнул Александр. — Глава одной из политических партий на Славии. А причём здесь он?

— Думаю, что эта информацию немного устарела, капитан, — произнесла Адамс. — Около пяти месяцев назад ваш отец и его политические сторонники получили большинство в федеральном собрании Славии и победили на выборах...

— Это, полковник, вы что-то путаете, — перебил её Тремейн.

— Что?

— Я не очень в курсе, что именно происходило у Звезды Андропова, но, похоже, что и ваше информация тоже чертовски устарела. Президент Альянса, Жан-Поль Дантон назначил вашего отца главой Комитета Безопасности Альянса. Это Дантон и Зарин руководили переворотом на Конкордии...

Глава 11 «Проблема разности точек зрения»

— Как думаешь, он сказал тебе правду?

— Да на кой чёрт Тремейну вообще это придумывать?!

От его резкого голоса сидящая в кресле девушка вздрогнула.

— Только не надо срываться на мне. Я, вообще-то, на твоей стороне.

— Прости, прости. Конечно, ты права.

Александр глубоко вздохнул и потёр лицо ладонями. Откинулся на спинку кресла и уставился в потолок своей каюты.

— Ты права. Извини. Просто в последнее время у меня нервы ни к чёрту...

— Как и у нас всех, — тихо напомнила ему Аня.

Она забралась в кресло, поджав под себя ноги. Они вдвоём провели здесь почти час, пока Зарин рассказывал ей о том, что удалось узнать во время разговора с Тремейном. Сказать, что эти новости не сильно то её обрадовали, означало сильно преуменьшить истинное положение вещей.

— Так, и что будем в итоге мы будем делать?

— Пока ничего, — быстро ответил Александр. — Марек и его люди продолжают снимать со «Свободы» всё, что только могут. Они даже предложили выкачать реакторную массу из двух уцелевших баков, но пока не очень понятно, как это сделать. У нас нет оборудования для перекачки...

— Можно запросить «Алигьери», — предложила Анна и Александр кивнул, удивлённый тем, почему он и сам об этом не подумал.

— Да. Хорошая идея. Свяжись с Третьяковской и Тремейном. Нужно уточнить у них этот момент.

— Сделаю. Но, когда я спрашивала о том, что мы будем делать дальше, то я имела в виду не наше мародёрство. Куда мы полетим дальше?

— Хороший вопрос. Если решим вопрос с массой для реактора, то стоит сразу направится к Системе Армстронга, на Аркадию. Других вариантов я не вижу. Там крупнейшая база флота после Трои и Новой Ирландии. И она расположена дальше всего от Конкордии, так что шансов на то, что Кейн устроил там тоже самое, что и на Трое не так уж и велик...

— Это догадки, — упрекнула его Анна. — Ты не можешь знать точно.

— Это здравое предположение. Ну, и если ты не заметила, то с точной информацией у нас сейчас небольшая напряжёнка, — бросил он ей в ответ. — В любом случае, я считаю, что на Кариду лететь теперь уже смысла нет. Если «Вдоводел» разнёс «Скальный Пик-5», то мог сделать тоже самое и там. Лучший вариант — это Сигма Афелия.

В сложившихся обстоятельствах подобное решение выглядело логично. Из всех близлежащих систем Сигма Афелия, а, точнее, Афелия Четыре, имела хоть какую-то защиту. Если Александр не ошибался, то там находились два дивизиона лёгких крейсеров при поддержке двух корветных эскадр Сил Системной Обороны. Конечно же, полномасштабного вторжения, какое устроил Кейн на Трое они никогда бы не сдержали. Даже сама мысль об этом вызывала лишь смех. Но одиночного рейдера, на подобие «Вдоводела», эти силы вполне могли и отпугнуть.

— Слушай, Саш, а, что если...

— Что? Что, если? — спросил Александр, вырванный из собственных мыслей её голосом.

Анна неуверенно смотрела на него, прикусив губу, словно не знала, как сказать то, что хотела.

— Анна?

— Просто... я тут подумала, а что, если мы могли бы с ними договориться?

— Договориться? — не понял Зарин. — Договориться с кем? С Кейном?

— Ты же сейчас сам сказал, что твой отец один из тех, кто сейчас находится у них в правительстве. По словам Альдо он чуть ли не правая рука их лидера, этого... как его? Дантона? Неужели ты ни на минуту не подумал о том, чтобы связаться с ним?

Тон её голоса звучал одновременно неуверенно и как-то... извиняющееся. Словно сидящей перед ним девушке было стыдно за свои слова.

— Да на кой чёрт с ними договариваться, Аня? Ты видела, что эти ублюдки устроили у Трои? Или мне тебе напомнить...

— Я всё помню, Саша. Я была там вместе с тобой...

— И я не собираюсь связываться с отцом. Я почти пятнадцать лет не видел этого ублюдка и не горю желанием с ним не то, что видеться. Даже просто разговаривать. Или, что? Ты думала, раз этот старый мудак уселся так высоко, то я, что? Сразу побегу к нему?!

— Не ори на меня! — огрызнулась Анна, когда последние слова вырвались из Александра гораздо громче, чем ему самому того хотелось бы. — Не надо срываться на мне. Я не это имела в виду?

— А, что тогда? — уже тише спросил он. — Ань, у меня вопросов ко всему происходящему не меньше, чем у тебя. Даже больше, учитывая то, что мы узнали. Но я никогда, слышишь меня? Никогда даже не подумаю о том, чтобы вновь говорить с ним. Мы пятнадцать лет не общались и, видит бог, я был бы счастлив не видеть его ещё столько же. Наше с Алексеем решение свалить из дома — лучшее, что случилось со мной в детстве!

— Не может же быть всё настолько...

— Даже не думай! — грубо перебил он её. — Просто... даже не заикайся об этом, Ань. Ты понятия не имеешь о том, что он за человек.

— А я?

— Что ты? — резко спросил Александр.

— У меня семья на Новом Париже. Родители с братьями! — жёстко бросила ему в ответ Анна. — Об этом ты подумал? Я понятия не имею, что с ними. Вообще! Живы ли они? Что происходит дома? Я вообще ничего не знаю!

— К чему ты ведёшь?

Она глубоко вздохнула, поднялась с кресла и подошла к нему.

— Александр, послушай меня. Вам с братом не повезло. Твой отец оказался мразью и тебе глубоко наплевать на то, что творится на Славии. Я это понимаю. Хорошо. Ты в своём праве. Но подумай и о том, что у других на борту всё может быть иначе. Мы почти все из Пиреней. У нас здесь родные и близкие. Что, по-твоему, сейчас думают люди? А? Просто успокойся и представь, что они сейчас должны испытывать? Незнание. Страх. После всего, что произошло...

Её прервал зазвонивший коммуникатор. Два комма, если быть точным.

Переглянувшись с ней, Зарин быстро достал собственный и ответил на вызов.

— Да?

— Капитан?! Я пытался связаться с старпомом, но...

— Что случилось, — потребовал ответа Александр, внутренне уже ожидая плохих новостей. Уж слишком взволнованным и нервным звучал голос.

— Сэр, у нас проблемы на гауптвахте...

***

— Твою мать...

Эти слова вырвались из Александра сами собой. Стоило только выйти из лифта. Уже находясь в коридоре, что вёл к тюремному отсеку «Ганнибала», Зарин понял, что ситуация даже хуже, чем он думал изначально.

Гораздо хуже и отвратительнее.

Гауптвахта представляла собой отсек, разделённый на отдельные помещения, выходящие в коридор, с двух сторон перекрываемый гермостойкими дверями. Сами же двери кают, хоть и были герметичны, имели широкие вставки из прочного стеклопласта, позволяющие наблюдать за тем, что происходит внутри не только с помощью установленных камер наблюдения, но и, что называется, собственными глазами. На первый взгляд такое решение могло показаться странным и, даже, не надёжным. Но только пока не вспомнишь, что стеклопласт такой толщины способен держать выстрелы из импульсного карабина.

Пришлось посторониться, чтобы дать медикам возможность увести на носилках плохо выглядящего мужчину в форме Альянса.

Строго говоря, эти люди до сих пор носили форму Федерации, только вот все отличительные знаки были безжалостно с неё спороты и заменены другими. Но Александр не обратил бы сейчас на это никакого внимания. Вместо этого он зацепился взглядом за пятна крови на серо-синей ткани и лице раненого.

Точнее на том, что от него осталось.

Создавалось впечатление, что кто-то долго и упорно избивал его. Разбитый и сломанный нос. Рассечённые брови и разбитые в кровь губы. Заплывшие, даже не способные открыться глаза. Лицо мужчины превратилось в кровавую маску, на которую жутко было смотреть. Даже пальцы на одной из его рук, как успел заметить Зарин, оказались переломаны, будто сухие ветки.

— Что произошло, сержант? — потребовал ответа Александр, подойдя к возвышающемуся в проходе между камерами Максвеллу.

— Произошло дерьмо, сэр, — мрачно ответил Тайлер, глядя на дальнюю часть коридора. — Как всегда.

Проследив за его взглядом, Александр и сам увидел.

Четверо человек сидели на полу, прислонённые спиной к стене коридора. И, судя по озлобленным лицам, подобное времяпрепровождение им вряд ли было по душе.

Подойдя ближе, капитан «Ганнибала» заметил ещё несколько деталей. Пятна крови на форме. Сорванная кожа на костяшках пальцев. Испачканные в крови ботинки. Но, самым неожиданным стало то, что один из них, оказался без штанов. Потерянная часть одежды нашлась довольно быстро. Стоило только заглянуть в единственную открытую камеру.

Они валялись на полу, рядом с одной из кроватей, которую окружили врачи вместе с парой бойцов «СВОД» Максвелла.

Уже прекрасно понимая, что именно он там увидит, Александр, тем не менее, зашёл внутрь.

Её даже особенно красивой нельзя было назвать. Ничем не примечательная внешность. Серовато-русые волосы, подстриженные чуть длиннее, чем позволял бы устав, но на соблюдение этого правила часто закрывали глаза.

Разорванная одежда. Содранная на руках кожа, там, где её разодрал металл одетых на запястья наручников. Уже начавшие наливаться красным гематомы от ударов по лицу и животу дополнял крупный синяк на лбу, чуть выше правого глаза. Удар оказался настолько сильным, что кожа лопнула и кровь залила всю правую часть лица. Не сложно было сопоставить его с кровавым пятном на переборке рядом с кроватью.

Но, что вызвало у Александра ещё больше омерзение, она оказалась голой ниже пояса.

— Твою же мать... —тихо пробормотал он.

— Я бы не выразился лучше, сэр, — тихо произнёс Максвелл, подойдя к нему ближе. Даже без своих штурмовых доспехов сержант выглядел так, будто готов гнуть стальные бимсы голыми руками. А уж сейчас, на его разгневанное лицо было страшно смотреть. — Я уже смотрел записи с камер наблюдения. Те двое ублюдков впустили своих дружков в отсек, после смены караула, сэр.

Говоря это, Максвелл указал в сторону сидящий у стены коридора двоих мужчин. Присмотревшись, Александр заметил, что оба оказались десантниками. Теми самыми, которых поставили следить за пленными на гауптвахте.

— Они открыли одну из камер, ту, где было меньше всего народа, и начали избивать пленных, капитан, — продолжил сержант. — Учитывая, что все они находились в кандалах, особого сопротивления почти не было. Да и эти уроды притащили с собой шоковые дубинки. Когда всё закончилось, вон у того, похоже, совсем сорвало крышу.

Кивком головы Максвелл указал в сторону того, что сидел без штанов. К слову, именно он щеголял наиболее разбитым лицом из всей четвёртки. Учитывая, что по словам сержанта пленные вряд ли могли оказать серьёзное сопротивление, избил его явно кто-то другой.

— Мои парни стащили засранца прямо с девчонки, сэр, — пояснил Максвелл, когда заметил взгляд Александра. — Ну и это... пару раз его уронили. Чисто случайно.

— Ага, случайно. Верю сержант.

— Простите, сэр. Это, отчасти, и моя ошибка, — признался Максвелл. — Стоило оставить тут больше людей для охраны, да и продумать этот момент. Но у меня просто не хватает рук. Ещё и раненые...

— Не оправдывайся... дерьмо, Тайлер, я сам должен был это предвидеть, что-то вроде этого.

— Я вам ещё после захвата корабля сказал, что из-за пленных будут проблемы, капитан. Со всем уважением...

— И что? — не скрывая своей злости из-за всего случившегося спросил у него Зарин. — Мне надо было бросить их там? Оставить подыхать в открытом космосе на куске безжизненного металла?

— Кто-нибудь бы им помог, — пожал плечами Максвелл. — Возможно.

— Вот именно, сержант. Возможно. — зло принёс Александр, не способный понять, что именно разозлило его сильнее. Слова сержанта, вся эта ситуация или же то, что следовало предугадать возможное заранее, он не знал. — В любом случае, эти люди — это источник информации. И мы передадим их флоту, когда прибудем на Аркадию.

Если, конечно же, Звёзды Армстронга всё ещё остаются на стороне Федерации.

Подняв глаза, Зарин посмотрел на находящихся в камере напротив пленных со «Свободы». Полная звукоизоляция не позволяла услышать их, но выражения на лицах, собравшихся по ту сторону прозрачной преграды из стеклопласта, не оставляли сомнений.

Ему потребовался глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Этих в карцер, — коротко приказал он, указал на сидевшую у стены четвёрку.

Услышанный приказ мигом заставил их занервничать и засуетиться. Один из них даже попытался вскочить на ноги, но был моментально возвращен в сидячее положение стоящим рядом СВОДовцем.

— Какого хрена?! — закричал тот, что был без штанов.

— Завали хлебало, недоносок, — рявкнул в ответ Максвелл и один только его яростный вид мог бы осадить любого глупца.

Ну, или же почти любого.

— Этих мразей вообще надо было прикончить! — выкрикнул тот в ответ не менее яростно, но, хотя бы, оставил свои попытки подняться на ноги. — Это сраные предатели

— И поэтому вы избили связанных? — резко спросил Александр. —Изнасиловать её ты решил по этому же причине?

— И поделом этой суке! — едва ли не брызжа слюной выкрикнул тот. — Надо было их всех прикончить! У меня брат служил на «Фивах». У нас там друзья были! Товарищи! А эти выродки предали нас! Убили их всех! Какого хрена они должны жить...

Только сейчас Александр вдруг с удивлением узнал этого парня. Тиммонс. Только имени он не помнил. Да и пересекался с ним довольно редко. Один из тактиков «Ганнибала» и начальник второй сменной вахты, если Александр не ошибался.

Почему-то именно в этот момент ему вспомнился тихий и вселений парень, иногда рассказывающий довольно глупые шутки. Он часто видел его вместе с Павлом в те моменты, когда оба они не стояли на вахте на мостике.

— В карцер их, — приказал Зарин, разворачиваясь и выходя из коридора.

***

— Ты знал об этом?

— Знал о чём?

Легкомысленный тон его голоса едва не вывел Александра из себя.

— Павел, не еби мне мозги. Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю!

Стоящий у стола Лейкин хмыкнул и просто пожал плечами.

Они находились в пустой кают-компании, куда Зарин вызвал Лейкина. Ему нужно было поговорить с ним. Поговорить наедине. Для того, чтобы понять.

— То есть по-твоему, это нормально? Да? — требовательно спросило Александр, стараясь не повышать голоса. — Вот так вот взять и избить пленных. Ты в курсе, что этот урод пытался её изнасиловать? Я могу тебе запись показать с камер на гауптвахте. Его дружки держали её, пока эта мразь стаскивала с себя штаны...

— Ты в курсе, что у Тиммонса брат был на «Фивах»? — в ответ спросил Павел, пропустив заданные ему вопросы мимо ушей. — Знаешь, Саша, в отличии от тебя, я с ним знаком гораздо лучше. Он весь полёт говорил о том, как наконец рад будет вернуться домой. Он ведь с Трои родом. Не знаю, в курсе ли ты. Эд об этом особо не распространялся, но для него, скорее всего, это был бы последний полёт. Его собирались списать со службы на берег. Что-то не поделил с каким-то парнем, у которого было больше лычек на плечах...

Слушая его, Александр вдруг вспомнил разговор между ним, Адамс и Тремейном. Тогда он не придал большого значения её словам. Хотя, точнее было бы сказать, что он не принял их с большим вниманием, коего они, несомненно, заслуживали. Экипаж неудачников. Тогда это звучало глупо.

Сейчас же для него это выражение отдавало каким-то фатализмом на грани мистики.

Только вот к делу никакого отношения не имело.

— И? Мне, что заплакать? Пожалеть его?

Павел вновь пожал плечами.

— Да мне плевать, что ты будешь делать. Просто, я хочу, чтобы ты понимал. У него была причина...

— Избить и изнасиловать? Ты сейчас издеваешься? То есть действительно защищаешь его? По-твоему, то, что он сделал это нормально?

— Да хоть прикончил бы их, как собак поганых, мне вообще наплевать бы было! — уже не сдерживая собственной ярости выкрикнул Павел. — Или, что? Тебе их жалко? А вон, наших ребят тебе не жалко? А, Саша? Тех, кого эти ублюдки убили на «Фивах». На других кораблях флота на Трое? Как по мне, так лучше ребята Максвелла просто перебили бы их прямо там. И у нас голова бы меньше болела.

— Так нельзя, Паш. Это...

— Это, что? Правильно?! Иди затирай это дерьмо кому-нибудь другому. Вон, можешь рассказать это тем, кто находился на «Скальном Пике». Или той девчонке, которую вытащили с корвета. Давай, Саша. Расскажи ей, что «Вдоводел» убил их всех её друзей и товарищей, но ты не будешь ничего делать. О, да. Ты же такой весь такой правильный и порядочный, что блевать тянет. А, как только доходит до дела, то бежишь, трусливо поджав хвост.

Последние слова он едва ли не выплюнул из себя прямо в лицо Александру. Настолько неожиданно, что тот на несколько секунд даже замер.

— Что ты сейчас сказал?

— Что слышал, — огрызнулся Лейкин. — Вместо того, чтобы остаться там и сражаться, ты сбежал!

— Я выполнял приказ!

— О, да. Оправдывай себя этим столько, сколько угодно. Половина экипажа думает так же. Но, куда тебе до них, великому и гордому капитану!

— Ты не хуже меня видел, что там происходило...

— Вот именно! Я всё видел! И я бы остался и дрался. Вместе со всеми! Так, как должен был поступить и ты!

— И убил бы корабль и всех, кто на его борту!

Эхо от их взаимных криков на мгновение оглушило Александра. Моргнув, он вдруг понял, что стоит прямо перед Павлом, вцепившись руками в его китель и прижимая его к переборке. Двое мужчин замерли, почто что готовые наброситься друг на друга.

Лежащий в кармане комм зазвенел, моментально разбив это напряжённое мгновение, как упавший молоток разбивает стекло. Отпустив Павла, Александр тихо ругаясь сквозь зубы достал комм.

— Чего вам, Адамс?!

— Простите, капитан, — прозвучал настороженный голос из динамика. — Я вам помешала?

— Нет. Что вам нужно?

— Мои люди смогли взломать шифр на файлах со «Свободы», — торопливо начала объяснять Кристина. — Если вы ещё не решили, куда именно лететь, то у меня есть ответ.

— Что вы нашли?

— У «Свободы» имелся приказ, капитан. Через пять дней ей предписывается прибыть для объединения с другими кораблями.

— Где? — сразу же спросил Александр, моментально заинтересовавшись.

— Здесь не указанно. Место обозначено просто, как «точка группировки». Скорее всего точные координаты знал капитан или же старпом «Свободы», но, к сожалению, допросить их мы уже не сможем.

— Да, Адамс. Я помню. Дальше!

— Они должны объединиться с эскадрой командора Марио Абруцци для удара по Сигме Офелии, капитан. Понимаете, что это значит? Сигма Офелия всё ещё лояльна Федерации. Иначе...

— Иначе не было бы смысла собирать корабли для удара по ней, — закончил за неё Александр, начав быстро прикидывать в голове расстояние и время. — Когда они должны ударить?

— Здесь не указанно. Но, если верить той информации, что у нас есть, то «Свобода» должна прибыть... то есть, я имею в виду, должна была бы прибыть туда через четверо суток, если учитывать дату, указанную в приказе.

На то, чтобы добраться из Ракураи до Сигмы Офелии им потребуется сорок шесть часов. Плюс ещё время на то, чтобы выйти за пределы гиперграницы Ракураи и на то, чтобы люди Ларионовича успели закончить свои дела на «Свободе»... Нет. На это нет времени. Если Адамс права, то у них появился шанс на то, чтобы ударить первыми и поломать планы противника. Застать его врасплох!

И чтобы там не говорил с интересом прислушивающийся к разговору Павел, Александр не собирался упускать такую возможность.

— Я всё понял. Спасибо, что сообщили.

Отключив комм, он посмотрел на молчаливо стоящего Лейкина.

— Этот разговор не окончен.

— Да, как скажешь.

Уже когда Зарин шёл к выходу из помещения, то остановился. Повернулся и задал вопрос, который так до сих пор и не прозвучал.

— Ты знал об этом?

— О чём, Саша?

— О том, что произойдёт на гауптвахте. Вместе с Тиммонсом, Хейнцеком и остальными.

— Если бы я знал, — без какого-либо чувства вины признался Павел, —то, поверь, ребята Монтойи выносили бы оттуда уже трупы.

Глава 12 «Планы людей и мышей… Часть I»

Система Сигма Офелия

Разорвав ткань реального пространства, «Ганнибал» и следующий за ним по пятам «Алигьери» вышли из гиперпрыжка в тридцати световых секундах от края гиперпространственной границы.

Огромный дредноут и кажущийся на его фоне мелкой рыбёшкой эсминец, замерли без движения, пока их сенсоры приходили в себя после перехода. Всё это время Александр нетерпеливо сидел в кресле, в напряжённом ожидании барабаня пальцами правой руки по подлокотнику кресла.

— Оба корабля закончили прыжок штатно, капитан. С «Алигьери» сообщили, что у них всё в порядке, — доложил ему один из офицеров.

— Хорошо. Тогда действуем так, как и планировали. Сбросить корветы и передайте коммандеру Ван Дайму, что его люди могут действовать по разработанному плану. И запускайте наши беспилотники.

Последний приказ можно было расценить, как действительно что-то новенькое.

Благодаря работе Ларионовича и его подчинённых, склады «Ганнибала» пополнились... много чем пополнились. Если уж говорить на чистоту, то Марек со своими ребятами тащили с борта повреждённого крейсера всё, что оказалось натурально не прибито к палубе. Начиная от запчастей, расходников и запасов продуктовых материалов для кухонных принтеров на камбузе и заканчивая противоракетными перехватчиками, двумя пусть и пострадавшими, но всё ещё оставающимися на ходу челноками типа «Тритон», а, так же, шесть беспилотных разведывательных платформ.

Именно их и подразумевал Александр.

Через несколько минут оба десятитонных беспилотника вышли из специальных отсеков по обоим бортам «Ганнибала». Дронам потребовалось порядка нескольких минут для того, чтобы с помощью своих двигателей пространственной ориентации отойти на безопасное расстояние. После этого они запустили маршевые и начали ускоряться по направлению к центру системы. Если быть совсем точным, то траектория их движения была нацелена в сторону далёкой от «Ганнибала» Офелии Четыре, единственной обитаемой планеты системы.

Проследив за тем, как дроны постепенно удалялись от корабля, Александр повернулся к дисплею, где был открыт постоянный канал связи с вспомогательным мостиком.

— Аня?

— На сенсорах ничего, — покачала головой девушка. — Если они и заметили наше появление в системе, то я не вижу ни единого признака этого. Правда прошло ещё слишком мало времени, но...

Она пожала плечами.

— В любом случае, похоже, что на дистанции в три световые минуты от нас нет ничего и никого. Голый космос, Саша.

— Что, в принципе, тоже неплохо, — согласился с ней Александр. — Хорошо. Тогда действуем по плану. Будем надеяться на то, что нам повезло и мы появились здесь раньше наших друзей.

— Ага. Было бы не плохо, если бы нам наконец начало везти. Хоть в чём-то.

— Это да.

— Кстати, если ты не против, то я бы хотела оставить один из беспилотников, здесь, на границе. Просто для того, чтобы он приглядывал за нашим тылом.

— Хорошая идея, — кивнул Александр. — действуй.

Все возможные точки входа и выхода из системы они всё равно покрыть не смогут, но так будут иметь глаза за своей спиной хотя бы со стороны коридора Сигма Офелия — Ракураи.

А затем он мысленно обругал себя. Следовало и самому бы догадаться о том, чтобы сделать это. В сложившейся обстановке абсолютно логичное решение... о котором он даже не подумал.

Ключевая же сложность заключалась в том, что ни Александр, ни кто-либо другой на борту «Ганнибала» точно не знал, когда силы мятежного Альянса собирались ударить по Офелии. Точнее, это оказалась не единственная сложность.

Как бы не торопил их Зарин, но Ларионович и его люди задержали их в Ракуари дольше чем того хотелось. Они потратили почти двое стандартных суток на то, чтобы выпотрошить остатки «Свободы» и снять с неё всё, что только было возможно. И сейчас, сидя в кресле и наблюдаю за тем, как ценные беспилотники, добытые их трудом, с огромной скоростью удалялись от «Ганнибала», Александр не мог их винить. Благодаря этим действиям их скромные возможности хоть немного расширились. А за каждую из доставленных на борт дредноута противоракет он готов был бы лично молиться на алчного начальника службы снабжения.

Да, пусть их оказалось немного. Не хватило даже для того, чтобы заполнить магазины всех противоракетных пусковых, но хотя бы несколько залпов они смогут отразить за пределами внутренней зоны ПРО, что само по себе уже казалось высшим благом.

Но, в тоже самое время, они так и не смогли сделать главного. Им так и не удалось перекачать реакторную массу из двух уцелевших баков «Свободы». К сожалению, на борту «Алигьери» не оказалось нужного оборудования для того, чтобы сделать это своими силами.

И именно по этой самой причине, Александр готов был сейчас едва ли не ногти грызть от нервного расстройства.

Сигма Офелия буквально осталась их последним шансом. Оставшегося топлива для реакторов «Ганнибала» более чем хватит на любые действия внутри системы и в реальном пространстве. Здесь можно не беспокоиться. А вот прыжок сюда из Ракураи стал для них, по сути, последним. Слишком прожорливыми были системы гипердрайва. Если здесь им не удастся получить необходимое, то...

Александр потряс головой, прогоняя лишние мысли. Сейчас думать нужно не об этом. Сосредоточиться на деле.

И, всё-таки, он не мог выкинуть из головы всё, что узнал за последние дни. И новость о том, что одним из тех, кто стоял во главе этого мятежа оказался его отец... не удивила его.

Владимир Зарин всегда стремился к власти. Строгий, порой до жестокости, он сделал всё, чтобы добиться того положения, которое занимал на Славии. Именно это желание являлось главной движущей силой на пути этого человека. Идти вперёд, не взирая на появляющиеся перед тобой препятствия. Идти на пролом, снося их со своего пути. Использовать любую возможность для того, чтобы залезть ещё чуточку выше и отбрасывать в сторону всё, что могло бы помешать.

Как, например, собственную семью.

Пальцы Александра сжались в кулак от одной только мысли об отце. Говоря с Анной несколько дней назад, он не солгал ни единым словом. Они с Алексеем пятнадцать лет не видели и не общались с отцом после того, как сбежали из дома. И, Александр был бы счастлив, если бы эта славная тенденция продолжилась ещё столько же, а то и больше.

Что, в свою очередь, наводило на другие, гораздо менее радостные мысли.

Он понятия не имел, что сейчас с его старшим братом.

Последнюю весточку от Алексея он получил полгода назад. Чуть больше, на самом деле. Обычное и привычное для них обоих длинное письмо, коими они обменивались во время службы. Александр до сих пор не понимал, почему его старший брат выбрал армию вместо флота, что окончательно развело его с Алексеем.

Хотя, наверное, Алексей задавал себе такие же вопросы. В любом случае, это оставляло им возможности лишь для коротких и эпизодических встреч, когда того позволяла ситуация.

Но даже так, они продолжали обмениваться постоянными сообщениями. Да, порой они доходили с солидным запозданием, но, доходили.

А последние полгода Алексей словно пропал. Ни единого слова за шесть месяцев.

И Александру это не нравилось.

Впрочем, ничего кроме пустых переживаний у него попросту не оставалось...

— Фиксируем контакты на орбите Офелии Четыре! — громко сообщил Павел.

Одновременно с его предупреждением новые отметки стали появляться на голографической проекции в центре мостика.

— Ну, наконец-то, — пробормотал Александр, бросив взгляд на циферблат корабельного хронометра. Прошло уже больше пяти с половиной часов.

Данные передавались с отправленных вперёд разведывательных платформ.

Быстро осмотрев поступающие данные, он удивлённо уставился на проекцию.

— Что за чертовщина? Павел!

— Без понятия. Платформы фиксируют только корветы ССО. Шесть штук. Всё. Ну, это если не считать вороха гражданских посудин, но их можно не учитывать.

— Тут должны быть два дивизиона лёгкий крейсеров.

— Если только наша информация не устарела, — подметило с экрана изображение Анны. — Саша, нашим данным по меньше мере неделя, если не больше. И кто знает, сколько не обновляли ту базу, что мы успели загрузить на Трое. Возможно их куда-то передислоцировали.

— Или они торчат где-то в дальней части системы, — предположил Павел. — Или просто затаились с выключенными двигателями.

— Ага, как раз на появление непрошенных гостей вроде нас, — согласилась с ним Анна.

Александра же подобные варианты не устраивали. Офелия Четыре уже находилась внутри десятиминутной зоны действия датчиков Черенкова беспилотников. Если бы те крейсера, которые они ожидали здесь увидеть держали свои двигатели включёнными, то они гарантированно обнаружили бы их.

Что, впрочем, нисколько не меняло того факта, что Павел или Анна могли оказаться правы. Оба они, если уж на то пошло.

— Через сколько они нас засекут?

— Если у них стандартные системы наблюдения и оповещения, то наш выход из прыжка они уже точно должны были заметить, — высказал своё предположение Павел. — В принципе, должны быть сенсорные массивы вынесенные за пределы двенадцатиминутной зоны вокруг планеты, но мы их до сих пор не обнаружили. И вот это странно.

— Ладно, значит будет действовать так, как и планировали. Сообщите на «Алигьери», чтобы и дальше держались в нашей тени. Сохраняем «жёлтый» уровень тревоги.

Осталось лишь дождаться ответа на свои вопросы. Весь экипаж находился в своих контактных скафандрах. Разве что шлемы держали рядом, не торопясь надевать их.

Стандартное размещение систем мониторинга космического пространства предполагало наличие трёх «слоёв». Автоматические станции, размещённые на самом краю гиперграницы, дабы улавливать энергетические выбросы, происходящие при переходе кораблей из гипера в реальное пространство. Дальше шли сферически расположенные «буи» с датчиками Черенкова, радарами, лидарами и визуальными сенсорами для наблюдения за внутренней частью системы. И, наконец, станция астроконтроля, со всей её аппаратурой.

Всё это позволяло осуществлять довольно-таки точное наблюдения за находящимися в пределах системы космическими объектами, не важно, будь то корабли, астероиды или бог знает что ещё.

Вот только «Ганнибал» и запущенные с него дроны до сих пор так и не зафиксировали излучения РЛС с этих станций. Казалось, будто внутреннего кольца сенсоров нет вовсе...

Мысли Александра оказались прерваны информацией из медицинского отсека. Исаак Монтойя сообщил о том, что выжившая с корвета наконец пришла в себя и с ней можно поговорить.

Оставив мостик, Зарин направился в медотсек. Всё равно, если судить по обстановке, в ближайшие часы ничего особенно важного не случится. «Ганнибалу» предстояло лететь до Офелии Четыре ещё шестнадцать стандартных часов, так что время у них было.

— Сейчас она стабильна, но всё равно, лучше на неё не давить, — предупредил Монтойя перед тем, как впустить Александра в отдельную каюту, где лежала его пациентка. — После того, что сообщил нам сержант Максвелл о... о том в какой обстановке её нашли, мы держим её на транквилизаторах.

Кивнув, Зарин коснулся панели, и герметичная створка тут же послушно отъехала в сторону.

Просторная и светлая палата, рассчитанная на шестерых человек, сейчас имела всего одного единственного постояльца. Ту самую женщину, которую Максвелл и его десантники сняли с «Миротворца». Она лежала на постели и Александр сразу же заметил широкие ремни, фиксирующие её руки и ноги. Никто не хотел рисковать с человеком, который, возможно, застрелил собственного товарища ради того, чтобы выиграть немного спасительного кислорода.

Особенно выделялась обритая налысо голова, сейчас закрытая специальными повязками. Насколько знал Александр, врачам пришлось делать трепанацию черепа. Что-то связанное с чрезвычайно высоким внутричерепным давлением.

Стоило только ему зайти в помещение, как лежащая на постели женщина задёргалась.

— Спокойно, всё хорошо...

— Почему я связана?! Кто вы такие? — с хорошо заметным страхом потребовала она ответа.

— Я Александр Зарин. Вы на борту дредноута ФЗФ «Ганнибал». Мы спасли вас с «Миротворца» в Ракураи. Мы не причиним вам вреда.

Услышав его слова, она немного расслабилась. Покрайней мере внешне. Хотя бы прекратила попытки вырваться из сдерживающих её ремней.

Увидев, что она успокоился, Александр спросил.

— Как вас зовут?

— Младший лейтенант Валери Гаррет. Я была старшим бортинженером на «Ласточке».

— «Ласточка» — это ваш корвет? Правильно?

— Да. Почему я связанна? — вновь повторила она.

— Ну, на то есть свои причины, — Александр подошёл ближе и осторожно присел на край её постели. — Мои люди нашли вас на разрушенном корвете. А связанны вы потому, что мы понятия не имеем кто вы такая. Ну, по крайней мере на тот момент не знали. Как и то, почему с вами нашли ещё одного человека из команды вашего корвета. Застреленного. И мне очень хотелось бы услышать ответы.

Стоило ему только произнести это, как лежащая на постели женщина будто обмякла. Из неё словно весь воздух выпустили. Она даже как-то визуально уменьшилась в размерах, как будто съёжившись.

— Я... я не делала этого. Это...

— Чего вы не делали?

— Я...

— Валери, почему вы убили его?

— Я не убивала Тома!

Её пронзительный крик эхом отразился от стен палаты.

— Я не убивала его! М... мы... мы застряли в том отсеке. Кислорода совсем не было и тогда Томас... Тогда он сделал...

Видя признаки начинающейся истерики, Алекснадр наклонился ближе.

— Всё в порядке. Успокойтесь. Просто расскажите, что произошло.

— Д... да. Хорошо. Тот корабль. Он вошёл в систему.

— «Вдоводел»?

Валери сдавленно кивнула.

— Да. Мы находились во внешней части системы. Наблюдали за гиперграницей. «Вдоводел» передал запрос на передачу важного сообщения. Хотел воспользоваться курьерами у станции. Но, когда подошёл к ним ближе...

Она замолчал, с трудом проглотив застрявший в горле ком.

— Он уничтожил станцию и находящиеся рядом с ней корветы, — подсказал Александр. — Так?

— Да. Сначала курьеров. Потом те корветы, что были рядом. А затем начал охотиться на нас. Мы попытались сбежать и затаиться, но он нашёл нас. Ударил ракетами. Я до сих пор не понимаю, как мы тогда не погибли. Том... механик Гиббонс находился вместе со мной, когда этот ублюдок накрыл нас. Всё случилось так быстро, что я даже не заметила. Вот мы бежим с ним по коридору, а через мгновения я прихожу в себя в том отсеке. Помню только, что очень сильно ударилась головой.

Дальнейший её рассказ довольно хорошо совпадал с тем, что удалось узнать Максвеллу и остальным.

Вернув герметичность отсека, им удалось с помощью баллонов экстренной СЖО с кислородной смесью восстановить более или менее пригодное для дыхания давление воздуха. Они оба понимали, что надолго этого не хватит. Тогда Валери пришла в голову мысль. Вскрыв часть переборки, она с Гиббонсом добралась до кабелей и смогла восстановить питание внешних габаритных огней. Они использовали блок питания от контактного скафандра Гиббонса. А последовательность работы огней запрограммировали через подключённый к тому, что осталось от электрики корвета коммуникатор.

А дальше началось то, чего Александр хотел бы всеми силами избежать в своей собственной жизни.

Мерзкое, нервное и пропитанное страхом ожидание. Крошечная надежда на то, что их заметят и спасут. Не важно, кто именно это был бы. Простое и почти лишённое надежды желание выживания. Минута за минутой в тесном помещении, где с каждым вдохом становилось всё меньше и меньше кислорода. Когда каждый глоток воздуха становился всё труднее и труднее.

Все, наверное, слышали слова о том, что надежда умирает последней. Младший офицер Томас Гиббонс потерял её первым. Постепенно задыхаясь в тесном помещении, без малейшей возможности к спасению, он сделал то, что показалось ему верным.

Вышиб себе мозги.

— Я просила его не делать этого, — всхлипнула лежащая на постели девушка. — Но он меня даже не слушал.

Александр слушал её рассказ с холодом в груди. Всё это... слишком страшно.

Для простого человека, не понимающего, через что прошли люди подобные Гиббонсу и Гаррет, это могло показаться просто очередной жуткой историей. Но он никогда не сможет понять того всеобъемлющего ужаса, что они испытывали. Никогда не ощутит того, как в окружающем его воздухе становится всё меньше и меньше кислорода. Не сможет почувствовать холод, распространяющийся по мёртвому кораблю.

И он никогда не способен будет ощутить безграничное отчаянье, которое приходит на смену гаснущей надежде на спасение.

Однажды, когда им с Алексеем удалось встретиться несколько лет назад, брат сказал ему слова, которые он не забыл и по сей день.

Те, кто прошёл через это, поймут всё без слов. А всем остальным этого не объяснить, как бы ты не пытался. Привыкший к жизни в комфортных условиях современного мира, обычный человек никогда не узнает, что это такое — отобрать чужую жизнь своими руками. Умышленно. С намереньем сделать это. Картинка с экрана никогда не передаст тот неповторимый привкус железа в воздухе от пролитой крови. Никогда не даст ощутить всю ту бессмысленность отобранной у человека жизни. Все слишком привыкли к рафинированной картинке, не желая опускаться до смердящей кровью, гнилью и потом правды.

И точно так же, Александр сейчас сидел на краю кровати, слушая рассказ лежащей на ней женщины и пытаясь представить хотя бы часть того ужаса, через который она прошла. Неожиданный удар от тех, кому они доверяли. Смерть товарищей. Бессмысленная попытка побега. Короткий и безнадёжный бой. Медленная смерть от удушья без надежды на спасение.

Он правда пытался. Но у него не вышло.

А Валери, тем временем, продолжала.

Пока эти люди боролись за свои жизни, стараясь восстановить герметичность в том маленьком отсеке, или же пытались придумать способ подать сигнал бедствия, работа хоть как-то занимала их разум. Стоящая перед ними задача увлекала, не давая задумываться о том положении, в котором они оказались.

Но, стоило им только оказаться наедине с самими собой и бесконечным, подтачивающим силы ожиданием, как последние капли надежды начали испаряться. Словно замок, построенный из песка под набегающими на него волнами.

Ничего удивительного, что в такие моменты на ум всё чаще приходят мысли о том, чтобы прекратить всё это.

Александр честно хотел бы сказать, что вот лично он никогда бы не сдался. Сражался бы до конца. Что лёгкие пути не для него. Но всего нескольких секунд наедине со своими мыслями ему хватило для того, чтобы со стыдом признать очевидное. Ответа на этот вопрос он не знал. И, если уж на то пошло, очень не хотел бы узнавать его.

— Мы сейчас в Сигме Офелии, — произнёс он, переводя тему и желая отвлечь девушку от овладевших ею мрачных мыслей. — Идём к четвёртой планете. Судя по всему, она всё ещё находится под лояльным Федерации правительством. По крайней мере хочется на это наедятся. Когда доберёмся до дружественного порта, избавимся от пленных, то и решим, что с вами делать.

— Пленных?

— Да, — Александр кивнул и рассказал о коротком сражении в Ракураи и о людях, спасённых со «Свободы».

— Когда меня отпустят отсюда? — тут же потребовала она, когда он поднялся с её постели и направился на выход. — Я хотела бы, чтобы меня развязали...

Но Александр лишь отрицательно покачал головой.

— Сожалею, но по требованию начальника нашей медицинской службы вы останетесь пока в таком положении.

— Но...

— Валери, это для вашего же блага, — пояснил Зарин. — К сожалению, здесь я бессилен. А пока отдыхайте.

С этими словами он вышел из её палаты и закрыл за собой дверь. Монтойя ожидал его там.

— Что скажете?

— Ей пришлось нелегко.

— Пожалуй, я бы назвал это преуменьшением, — невесело улыбнулся врач. — Внутреннее кровотечение, сильные ушибы внутренних органов и пару сломанных рёбер. Плюс сильная черепно-мозговая травма. Нам пришлось спиливать шлем её скафандра. Тот оказался слишком повреждён от удара. До сих пор не представляю, как это её не убило. Не думаю, что всё это можно поставить в одну строчку с определением «нелегко». Но, в целом, да. Сейчас она в порядке. По крайней мере физически. Думаю, что потребуется ещё несколько дней на восстановление, но самый опасный момент уже позади. На самом деле её тяжёлое состояние связано скорее с тем, что она очень долго находилась в таком положении. Окажи ей помощь раньше и большей части проблем удалось бы избежать.

— Вопрос только в том, всё ли в порядке у неё с головой, — вздохнул Александр и оглянулся на закрытую палату. — Её подчинённый покончил с собой у неё на глазах. Ну, или так она сказала.

— Думаете, что она лжёт? — сразу же нахмурился Монтойя.

— Думаю, что я понятия не имею, как всё было на самом деле, — признался Александр. — Порой, в подобные моменты, люди действительно могут пойти на такой отчаянный шаг. Лишь бы избежать медленной смерти.

— Медленной, да, — согласился врач. — Но не мучительной. Капитан, при тех объёмах помещения и уровне потребления кислорода они бы со временем просто отключились бы. То есть, вы не подумайте, будто я что-то такое имею в виду. Это ужасная смерть... любая смерть ужасна. Но с медицинской точки зрения она далеко не так страшна. В конце концов они бы просто потеряли сознание и...

Он замолчал и пожал плечами.

— Может быть этот парень просто хотел, чтобы всё закончилось именно так, как того хотел он, — предположил Зарин. — Лучше сделать всё сразу, чем просто ждать смерти от удушья?

— Кто знает, — с неохотой согласился Монтойя.

— Ну, искренне надеюсь, что лично мы этого не узнаем.

— Тут, капитан, я с вами полностью согласен.

— Исаак, вы же не планируете выпускать её отсюда? Ведь так?

— Нет. По меньше мере ещё некоторое время.

— Отлично, — Алекснадр ткнул в сторону палаты. — Путь находится под постоянным наблюдением. И не снимайте с неё ограничители.

Услышав его, врач забеспокоился.

— Считаете, что она может быть опасна?

— Не знаю, — в голосе Александра отчётливо послышалось сомнение. — Но я не хотел бы проверять. Если честно, то я порядком уже устал от всего того потока неожиданного дерьма, которое свалилось нам на головы в последние время.

— Хорошо, капитан. Сделаем.

На том они и порешили.

Казалось бы, нет никакой причины не выпускать Гаррет из медблока, но что-то в ней не нравилось Александру. На первый взгляд вся эта история выглядела вполне логичной и достоверной, но... он почти что нутром чувствовал, что что-то здесь было не так. Это чувство нельзя было описать словами. Скорее предчувствие на грани интуиции.

Возможно, он бы обдумал этот момент лучше, но вызов с мостика отвлёк его.

***

— Где они? — сразу же спросил он, едва только вошёл на мостик дредноута.

— Две отметки в пяти и пяти с половиной световых минутах от нас, — сразу же доложил Павел. — Ребята Ван Дайма засекли слабое излучение от их двигателей.

— Значит корветы, да?

— Если судить по сигнатуре двигателей, то это они. Система определила их, как «Миротворцы».

— А мы знаем, что здесь как раз таки должны находиться двенадцать этих малышей, — закончил за него Александр, садясь в кресло и положив шлем на подлокотник кресла. — Так, ладно. Раз они смогли подобраться так близко, то нас заметили уже точно. Вопрос в том, заметили ли они птичек Арни и на чьей они стороне.

— «Гадюк», скорее всего, они не видят, — с уверенностью заявил Павел. — Мы сами фиксируем их с большим трудом, да и то только потому, что знаем где именно искать. Меня больше беспокоит то, где именно находятся их крейсера.

Александр кивнул.

— Хороший вопрос...

Впрочем, Александра сейчас это не особо беспокоило. Четыре лёгких крейсера, даже при поддержке дюжины явно устаревших «Миротворцев» мало что могли противопоставить «Ганнибалу». Не та весовая категория.

Нет, конечно же общая ситуация была несколько сложнее.

Пусть «Ганнибал» и его систершипы и являлись самыми быстрыми дредноутами во флоте Федерации и, возможно, во всём мире, он всё равно не мог прыгнуть выше своей головы. Со снятыми ограничителями с инерционных компенсаторов они могли сравняться в показателях ускорения с самыми быстроходными линейными крейсерами. Это факт. Но, в тот же самый момент этот показатель являлся для них пределом. И, даже так не следовало слишком уж уповать на эту характеристику.

Со снятыми ограничителями компенсаторов инерции долго не полетаешь. Многие считали, что максимальная скорость кораблей ограничивали именно двигатели. На самом же деле эта мысль была столь же далеко от истины, как и Солнце от Старой Земли. Являясь продолжением развития технологий искусственной гравитации, инерционный компенсатор гасил негативное воздействие перегрузок на экипаж внутри поля своего действия. Именно он позволял развивать огромные, едва ли не на грани безумия показатели ускорения для космических кораблей и защищал экипаж от неминуемой участи превратиться в мясной фарш, тонким слоем размазанный по переборкам.

И, чем большую массу имел корабль, тем сложнее и дороже были компенсаторы для него.

Гражданские пассажирские и грузовые суда редко когда ходили выше шестидесяти — девяносто g. Нет, конечно же существовали исключения. Как, например, широко известная «Королевская» линейка сверхскоростных пассажирских верденских лайнеров Картеля Терехова. Или, как другой вариант, быстроходные дорогие яхты. Но, в обоих указанных случаях стоимость одного только компенсатора для подобных кораблей гражданского назначения обошлась бы в огромные суммы. Баловство, на взгляд Александра.

Отсюда произрастала главная опасность. Сложно придумать что-то более опасное и смертельное, нежели выход из строя инерционного компенсатора. Да, конечно же существовали системы автоматической остановки двигателя, но надеялись на них мало. Даже они не действовали мгновенно. Всего лишь доли секунды будет достаточно для того, чтобы ускорение в три с половиной сотни g в один миг размазало экипаж по переборкам.

И чем дольше вся система работала на полную, тем ближе была возможность отказа по тем или иным причинам. И этого боялись. Боялись несмотря на все заверения конструкторов и инженеров. Боялись несмотря на то, что такие случаи были столь редки, что даже единичное проишествие довольно громко могло освещаться в новостях.

Только вот в таких выпусках обычно умалчивают о том, сколько кораблей пропали без вести, превратившись в летящие по инерции металлические гробы для своего мёртвого экипажа.

Так что, в теории, «Ганнибал» стал этаким зеркальным отражением концепции линейных крейсеров, только внутри класса дредноутов. Он был достаточно быстр для того, чтобы наносить стремительные удары и, в случае необходимости, сбежать от любого противника. И, в то же самое время, его вооружение позволяло справиться с любым одноклассником один на один. О кораблях рангом ниже даже и говорить смысла не было.

Единственный минус — снижение общей защищённости. Пришлось снижать массу ради скорости и, чтобы выиграть пространство для новых системы вооружения, пусковых и боезапаса к ним. Тем не менее инженеры попытались компенсировать это новыми материалами брони и более мощными проекторами защитных экранов...

Стоило только подумать об этом, как Александр испытал острое желание встретиться с начальником верфи, где собирали «Ганнибала» и ткнуть его носом в пару сгоревших проекторов. А ведь это были ракеты крейсерского калибра. Их лазерные боеголовки ой, как далеко не дотягивали до тех, что запускали с дредноутов. В таком свете вопрос доверия к новым техническим решениям явно ставился под сомнение.

Но, четыре лёгких крейсера всё ещё оставались четыремя лёгкими крейсерами. Даже с поддержкой из двенадцати корветов «Ганнибал» размажет их по космосу тонким слоем одной своей бортовой артиллерией. Нужно лишь подойти на близкую дистанцию...

...чего ни один капитан, если только он способен без навигатора найти собственную задницу, сделать ему не даст. Но, даже так, Александр верил в свой корабль.

Все эти размышления очень занимательны, но, как часто говорил его брат — надо уже что-то решать.

— Ладно. Думаю, что нет смысла и дальше строить из себя недотрогу. Раз они до сих пор не заявили о себе, то, значит, боятся нас.

— Мы передаём позывные ФЗФ, — напомнил Александру Павел, на что тот выдал полный сарказма взгляд.

— «Вдоводел», если ты помнишь, в Ракураи поступил точно так же.

— Справедливо.

— Вот именно. Связь! Приготовитесь отправить сообщение на открытой частоте. Пусть нас слышат все.

— Да, сэр.

Глубоко вздохнув Александр посмотрел в крошечный глазок объектива камеры, расположенной над одним из дисплеев его кресла. Осталось только придумать, что сказать. Как убедить находящихся здесь людей в том, что они на их стороне?

И, как понять, что эти самые люди им не враги?

В итоге Александр решил ограничится собственным именем и званием, названием корабля и кратким рассказом о том, что произошло на Трое. Уложился всего секунд в тридцать, не больше.

— Сообщение ушло, — доложил начальник секции связи.

— Теперь остаётся только ждать. Паша, что там с их корветами?

— Пока идут по тем же траекториям в обход нас. Если только они не собираются начать тормозить, то где-то через пять или шесть часов пролетят мимо нас на расстоянии в три с половиной миллиона кликов.

— Как раз на границе действия их ракет, — сделал логичный вывод Александр.

— Ага. По самому краешку пройдут, но я бы не парился. Их на «Миротворцах» сколько? По десять штук в пакетах?

— На модифицированных версиях по двадцать.

— Даже так, это всего двести сорок штук. Будь мы каким нибудь жалким торговцем, то я бы, может быть, и забеспокоился. А так, нам от этих хлопушек ни тепло, ни холодно.

Железная уверенность в его голосе почему-то снова напомнила Александру о недавнем сражении, где они лишились сразу двух проекторов защитного экрана из-за перегрузки.

Но, в целом он был прав. Эти устаревшие ракеты, запускаемые с устаревших корветов, действительно не могли представлять хоть какой-то опасности для корабля уровня «Ганнибала».

Офелия Четыре в данный момент находилась на расстоянии в шестнадцать световых минут от летящего к ней дредноута. Так что Александр если и рассчитывал получить ответ, то где-то минут через сорок — сорок пять. По шестнадцать на то, чтобы сигнал прошёл в обе стороны и ещё минут десять на запись ответа. Хоть какого-то ответа.

И, в целом, оказался почти прав.

Ответ пришёл через пятьдесят две минуты с того момента, как отправил сообщение.

— Видео файл, капитан.

— Перебросьте его на центральную проекцию.

Через секунду схематическая карта системы в центре мостика сменилась голографическим дисплеем. С экрана на них смотрел чуть полноватый мужчина среднего возраста и с весьма неприметной внешностью. Такого, пожалуй, встретишь и вряд ли через пять минут сможешь вспомнить хотя бы цвет его волос, не то, что лицо.

Но, этого парня Александр запомнит надолго. Не каждый день видишь кого-то, кто смотрит на тебя с такой яркой и бурлящей смесью надежды и страха в глазах.

— Капитан Зарин, я Арчибальд Хайст. Губернатор системы Земной Федерации, Сигма Офелия. И все мы безумно рады тому, что вы прилетели...

Глава 13 «Планы людей и мышей… Часть II»

«Тритон» отошёл от борта «Ганнибала» и маневрируя своими ДПО начал выходить на траекторию спуска к поверхности.

Сидящий в кресле, и наблюдающий за происходящим Александр успел заметить несколько корветов, висящих в отдалении от дредноута. По сравнению с «Ганнибалом» они казались мальками рядом с проплывающим мимо китом. Но привлекло его отнюдь не это. Их бортовые огни мигали в салюте, приветствуя прибывший к планете дредноут.

— Никогда бы не подумал, что увижу что-то такое... — пробормотал он.

— Да, похоже эти ребята действительно рады нас видеть, — произнесло изображение Анны с экрана коммуникатора.

— Главное, чтобы так всё и оставалось. Что там с обстановкой на орбите?

— Ничего нового. Они по-прежнему держат половину корветов во внешней части системы, а остальные рядом с нами. Всё без изменений.

— Следите за ними, Ань, — приказал Александр. — Чисто на всякий случай. Любые неожиданности — это последнее, что нам сейчас необходимо.

— Глаз с них не спустим, — пообещала Вальс. — Что насчёт пополнения наших запасов?

— Я решу этот вопрос во время встречи с губернатором. Но, в любом случае, не думаю, что они смогут дать нам что-то более ценное, чем реакторная масса. Если я не ошибаюсь, то на Офелии никогда не несло дежурство что-то крупнее лёгкого крейсера.

— Ну, даже это и так-то уже было бы неплохо.

— Так-то да, — в тон с ней согласился Зарин. — Но я бы не отказался от пары сотен противокорабельных ракет. Сидеть с пустыми барабанами... это заставляет меня чувствовать себя голым.

Услышав его, Анна вдруг рассмеялась.

— Ну, с одной стороны я не могу не согласится, но с другой...

— Что?

— Голым ты смотришься не так уж и плохо.

Александр закатил глаза.

— Так, хватит болтать, лейтенант Вальс.

— Как скажете, капитан, — улыбнулась Аня. — Конец связи.

Отключив комм, Зарин убрал его в карман кителя. Обычного. Наверное, по всем правилам, следовало одеть что-то более... выразительное и парадное. Более презентабельное. Но, во-первых, у Александра в каюте парадный комплект формы как-то не завалялся. А во-вторых, ему сейчас было попросту наплевать на правила этикета.

В любом случае, предстоящий разговор будет куда более важным, нежели любые следования правилам этикета и прочей мишуре.

Но, как бы в своих мыслях он не отнекивался — это было приятно. Видеть, как салютуют ему и его кораблю корветы. После Трои и того, что они видели и пережили в Ракураи, столь радушная встреча... давала надежду и грела душу.

И, сейчас, чтобы подтвердить эту самую надежду, Александр сидел в кресле в десантном отсеке «Тритона», направляющегося к планете. Губернатор Офелии, Арчибальд Хайст встретит его в Ламия-сити, столице планеты и крупнейшем городе на её поверхности.

Не весть какое достижение, когда являешься единственным хоть сколько-то крупным городом на всей её поверхности, ведь так? Помимо Ламия-сити на Офелии Четыре имелось ещё несколько десятков небольших городков, в основном разбросанных по побережью единственного континента, имеющегося на планете.

Вообще Офелия Четыре выглядела весьма привлекательно. Милый такой голубой шарик, с белыми пятнами ледяных шапок на полюсах и огромными водными пространствами. Очень большими водными пространствами. Большую часть планеты покрывали огромные океаны. Один гигантский океан, по сути, окружающий единственный довольно крупный материк — Землю Рихтера. По размерам сопоставимый с Австралией на Старой Земле.

Естественно, что он не являлся одним единственным кусочком суши на планете. Стоило только пригляделся и сможешь рассмотреть на гладкой поверхности океана Офелии крошечные точки бесчисленных островных архипелагов. Будто некий художник дёрнул кистью, разбросав по голубому полотну маленькие капли коричневой, зелёной и песочно-жёлтой краски.

Большинство из них имели вполне приличные размеры, но основная масса населения планеты обитала именно на Земле Рихтера — протянувшейся на три с половиной тысячи километров серпообразной полосе богатых минералами и редкоземельными элементами гор. Если Александр не ошибался, то считалось, что этот континент на самом деле являлся результатом столкновения двух огромных тектонических плит пару десятков миллионов лет назад или около того. По крайней мере что-то такое он видел в короткой справке по Офелии Четыре, которую бегло пробежал глазами во время полёта «Ганнибала» к планете.

Там же он прочитал, что большая часть операций по добыче велась именно в океане, преимущественно в прибрежной зоне Земли Рихтера. Опять-таки, это связано с произошедшим столкновением двух плит.

Но, все эти мысли проходили фоном в его голове.

Сидящий рядом Максвелл видимо заметил задумчивое выражение на его лице, но истолковал это по-своему.

— Не переживайте, сэр. Если этим ребятам придёт в голову какая-нибудь глупость, то сначала им придётся пройти через меня и моих людей, чтобы добраться до вас.

— Ради нашего же общего блага, надеюсь, что ничего такого не случится, — с надеждой в голосе произнёс Александр. — Сейчас главное — встреча с Хайстом. Если сможем получить здесь спокойную гавань хотя бы на время, то это уже можно считать «победой».

Естественно, Александр не собирался надеяться только лишь на приветственные речи губернатора.

«Ганнибал» находился в состоянии полной боевой готовности. На тот случай, если, у местных имелись те самые, упомянутые им глупые мысли. Мало кто захочет получить вооружённый до зубов и агрессивно настроенный дредноут на своей орбите. Особенно если его бортовая энергетическая артиллерия способна будет дотянуться чуть ли не до любой цели на этой самой орбите. Если уж на то пошло, то сам Зарин был бы счастлив, если бы можно было решить все проблемы не покидая корабля.

Но и просто так проигнорировать приглашение губернатора он не мог.

«Тритон» вошёл в плотные слои атмосферы Офелии Четыре, подобно пылающей комете. Образовавшийся вокруг челнока огненный кокон, вызванный аэродинамическим нагревом, придавал ему сходство с метеоритом. Пылающей стрелой, что пронзает небо.

Впрочем, это светопреставление не продлилось долго.

Всего несколько минут, пока «Тритон» не снизил свою скорость, скинув огненный саван. Короткие крылья, скрытые в нишах корпуса, выдвинулись на позиции по бокам от фюзеляжа, обеспечивая более хорошую управляемость и устойчивость в воздушной среде.

Точка входа в атмосферу гарантировала, что лететь долго не придётся. Впрочем, пересадку им сделать всё же придётся. Кто-то на планете явно не спроста ел свой хлеб и не собирался давать даже условно «дружественному», предположительно способному нести вооружение челноку возможности полёта над столицей планеты.

Это было бы даже здорово, подумал Зарин. Вот только все скрытые внутри специальных отсеков для вооружения точки подвески были пусты. Никто даже не подумал о том, что во время «перегонного рейса» потребуются боеприпасы для малых судов.

Правда хозяева планеты об этом не знали. А потому их направили в расположенный за чертой города космопорт, где Александра, Максвелла и пятерых его людей встретили... довольно просто. Личный секретарь губернатора и несколько человек из планетарной администрации. Вот и весь комитет по встрече. Но, Александр был не против. Он прилетел ради работы, а не фанфар и рукоплесканий.

— Ещё раз, примите наши извинения, капитан Зарин за то, что губернатор не встречает вас лично. В связи с определёнными обстоятельствами он старается не покидать административный комплекс.

— О каких именно обстоятельствах вы говорите? — поинтересовался Александр, сидя в удобном кресле флайера напротив секретаря.

— Вы скоро сами всё увидите, — вздохнул тот. — Сами понимаете, всё произошедшее... довольно сильно выбило нас из колеи. Случившееся на Трое — такое и в страшном сне не приснится.

Александру оставалось только кивнуть, признавая слова сидящего напротив него человек.

В разговоре с губернатором он узнал о том, что до Офелии уже дошли новости о восстании Конкордии и атаке Кейна на Трою. Несколько гражданских кораблей смогли вырваться с Мю Ахиллеса и часть из них направилась сюда в надежде найти укрытие во внезапно ставшем столь опасном и непредсказуемом мире.

Проблема заключалась в другом. И капитан «Ганнибала» увидел её воочию, когда флайер пролетал над улицами Ламия-сити.

Толпы людей заполняли своей массой центральные проспекты столицы. Их было так много, что они сливались в одну сплошную реку, текущую по улицам города. И, как смог заметить Александр во время полёта, вся эта человеческая река стекалась к центру города, где в центре площади поднималась башня главного административного комплекса Офелии. Среди людей он заметил развёрнутые транспаранты и голографические изображения. Надписи на некоторых он прочитать не успел. Но другие, за которые его глазу удалось зацепиться, совсем не внушали радости.

«Долой Федерацию»

«Свободу Офелии!»

«Свобода и независимость!!!»

Это лишь единичные из них. И таких призывов были сотни, если не тысячи. Будто цветные паруса плывущих по этой человеческой реке древних кораблей, они медленно, но неумолимо перемещались, «плывя» к центру города.

— Давно это началось?

— Два дня назад, — сокрушённо рассказал секретарь. — Мы пытались сдержать информацию о восстании Конкордии и случившемся, но кто-то... в общем это попало в сеть. А данные там распространяются очень быстро. Быстрее, чем нам бы того хотелось.

— Кота в мешке не утаишь, да?

— Что-то типо того, — грустно улыбнулся секретарь улыбкой человек, готового убить кого-нибудь, если только это подарит ему хотя бы несколько часов сна.

Сделав круг вокруг башни административного центра, флайер вместе с машинами сопровождения приземлился в одном из скрытых внутри здания ангаров.

Охрана проводила Александра, сержанта Максвелла и пятерых его человек по коридорам и лифтам огромной башни, пока, наконец, это небольшое путешествие не закончилось на одном из верхних уровней, где располагался кабинет губернатора.

Оставив Максвелла с его людьми ждать в приёмной перед кабинетом, Александр зашёл внутрь.

Арчибальд Хайст оказался полноватым и невысоким человеком. Почти на голову ниже самого Александра. Когда Зарин вошёл в кабинет, Хайст поднялся из своего кресла, чтобы поприветствовать его.

— Капитан Зарин, простите, что не смог встретить вас в порту лично, — произнёс он, стиснув в своей хватке ладонь Александра. В пухлой на первой взгляд ладони, к слову, как оказалось скрывалась немалая сила.

— Я не в претензии, губернатор, — понимающе кивнул Александр. — Видел, что происходит у вас на улице.

Хайст покачал головой, словно пытаясь отогнать пугающее видение, застывшее перед его глазами.

— Это ужасно. Когда до нас дошли новости о случившемся на Мю Ахиллеса, то мы даже не поверили в то, что нечто подобное может произойти. Это настолько невероятно, что некоторые из моих людей посчитали это за какую-то неудачную шутку. Ровно до тех пор, пока не начали появляться другие корабли, которым удалось сбежать от этих мясников.

— Губернатор, вы просмотрели те данные, что мы вам переслали?

— Да. И, если честно, то я не представляю, что мы в такой ситуации сможем сделать. Командор Кирхарт увёл свои крейсера из системы, и я понятия не имею, когда именно он вернётся... Вся надежда только на то, что вы и ваш корабль сможете защитить нас, капитан Зарин.

Александр подавил настойчивое желание выругаться и промолчал. Чего-то такого он и ожидал.

— Губернатор. Это может оказаться не так просто, как нам того хотелось бы...

— Но, разве ваш дредноут не может остановить их?

В голосе Хайста прозвучало удивление пополам с надеждой.

— Всё не так просто, — повторил Александр. — У нас нет боекомплекта. Есть небольшой запас противоракет и наша бортовая артиллерия, но и только. И я понятия не имею, с какими именно силами сюда придёт Абруцци. Поймите. Без возможности вести бой на дальней дистанции даже тяжёлые крейсера будут представлять для нас серьёзную опасность. По уму они вообще не дадут нам к ним подойти для удара. Просто расстреляют ракетами с безопасного расстояния.

— Но что-то же можно сделать?!

— Да, — нехотя признал Александр. — Кое-что можно. С нами прибыл эсминец. «Алигьери». Я хочу, чтобы вы заправили оба корабля реакторной массой. Я отправлю капитана Тремейна на Аркадию. Будем надеяться на то, что он сможет вовремя привести сюда помощь. «Ганнибал» же останется здесь...

— Но вы же сами сказали, что у вас нет ракет! — удивлённо воскликнул Хайст, на что Александр кивнул, подтверждая его слова.

— Верно. Но это знаем мы с вами. Тем, кто прилетит сюда, если вообще прилетит, это не известно. Возможно, просто увидев нас они решат отступить. Хотя бы не надолго. А это позволит нам выиграть немного времени до того, как Тремейн приведёт подмогу со Звёзд Армстронга.

— Звучит разумно, — признал губернатор после минутного раздумья.

— Ну, в любом случае это лучший план, какой я могу придумать в нашей ситуации, — пожал плечами Зарин. — Но нам потребуется ваша помощь и помощь ваших корветов. Так же «Ганнибалу» необходима реакторная масса и нужно снять пленных с борта корабля.

Услышав его последние слова, губернатор насторожился.

— Пленных?

— Да, у нас на борту порядка сотни членов экипажа с одного из кораблей мятежников. Мы захватили их в Ракураи, но у меня слишком мало людей для того, чтобы постоянно держать их на борту под постоянным присмотром.

Да и хотелось бы избежать эксцессов подобных тому, что же случился, — подумал Александр.

— Думаю, мы можем их принять, — кивнул губернатор. — И с реакторной массой проблем не будет.

— Рад это слышать. И, если вы не против, то я хотел бы получить данные о том, какими средствами защиты располагает планета...

Арчибальд невесело усмехнулся.

— Я, конечно, пришлю вам эту информацию, но могу сказать сразу. Вряд ли она вас обрадует, капитан. Поймите, Сигма Офелия никогда не являлась столь важной с... с военной точки зрения. Наш основной рынок экспорта — это морепродукты и редкоземельные минералы, добываемые в океане. Никто и никогда не предполагал, что случится нечто подобное. Так что, боюсь, что те ресурсы, что есть у меня в наличии вряд ли смогут чем-то серьёзно вам помочь.

— Ну, тогда нам только и остаётся, что играть с теми картами, которые остались у нас на руках. Разве не так?

***

— Любопытно-о-о-о... Кассий!

— Что там?

— Посмотри сам.

Сидевший за терминалом молодой мужчина отвлёкся, потянулся и встал на ноги. Пройдя через помещение, он подошёл к широкому дисплею, демонстрирующего картинку с одной из внешних камер старого транспортника, висевшего сейчас на низкой стояночной орбите в восьмистах километрах над поверхность Офелии Четыре.

— Вот здесь, — произнёс его товарищ и коснулся поверхности дисплея, сразу же увеличив изображение.

— Дредноут, — сделал он логичный вывод.

— И? — удивился его товарищ. — Это всё? Это чёртов дредноут!

— Не ори. Я и без тебя это вижу. Но, какой-то странный. Впервые вижу такую конструкцию. Проверь по базе, что мы скачали при отлёте с Трои.

— Сейчас.

Пока его подчинённый просматривал собранные во время атаки на Мю Ахиллеса данные, Кассий разглядывал появившийся на орбите корабль. И в его взгляде читалась явное раздражение, смешанное со злостью.

Они прибыли на Офелию Четыре три с половиной дня назад, закончив все свои операции на Мю Ахиллеса. Адмирал Кейн разгромил весь флот Федерации, захватил трофеи и скрылся, оставив истекающую кровью планету. Никто не планировал захватывать её изначально. Главной целью стала именно военная инфраструктура, корабли и людской ресурс, который мог бы быть использован против Альянса.

Ещё во время планирования операции некоторые высказывали сомнение в подобном подходе. Мю Ахиллеса являлась административным и правительственным центром всего Пиренейского сектора. На самом деле, эта планета была той, которую вполне можно было бы назвать жемчужиной всего сектора. Огромные инвестиции, потраченные на развитие её социальной и промышленной сферы, сделали из Трои самый настоящий «Оплот федеративной власти», как говорил его отец. Естественно, что за настроениями на её поверхности и во всей системе следили особенно тщательно. Особенно в последние годы.

Впрочем, нельзя сказать, чтобы в её захвате была хоть какая-то необходимость. Если не брать в расчёт Звезду Андропова и Сигма Конкордию и ещё полдюжины систем, в Пиренейском секторе едва ли кто-то мог соперничать с Мю Ахиллеса в количестве потраченных на развитие средств. Но, даже они рядом не стояли, когда решалось кто именно в первую очередь получит средства из ежегодного бюджета сектора.

И, вот ведь! Какое невероятное совпадение! Губернатор сектора, Эмилио Альварес, по совместительству, так же являлся одним из главных акционеров по меньшей мере семи или восьми крупнейших промышленных компаний на Трое. Кораблестроение. Добыча редкоземельных минералов в космосе и на поверхности. Здравоохранение. Старый урод успел засунуть свои липкие пальцы в огромное количество кормушек за те двадцать шесть лет, которые просидел в своём кресле.

Да, даже погибшая во время атаки Кейна «Порт-Каледа», огромная торговая станция, строительство которой на геосинхронной орбите Трои велось более трёх с половиной лет и стоившее просто-таки гигантское количество федеральных кредитов, не осталось без его внимания. Кассий очень хорошо помнил сотни и сотни документов, где десятки мелких фирм-подрядчиков, задействованных в строительстве станции имели то или иное отношение к семье Альвареса.

И ведь в ней не было никакой нужды. Имеющиеся три терминала могли спокойно продолжать свою работу и без необходимости замены. Но, нет. Кто-то захотел прибрать к рукам абсолютно всю торговлю в системе, собрав её в одном месте.

На затраченные для строительства станции средства можно было в течение пяти лет обеспечить всем необходимым десятки мелких колонии в секторе. Помочь им в развитии, решив проблемы с нехваткой медикаментов, гуманитарных товаров и другими важными вопросами. Это только в радостных выпусках новостей и репортажах СМИ любят кричать про «семь сотен обитаемых систем и огромный экономический и промышленный потенциал».

А вместо этого...

Кассий подавил желание плюнуть на экран. На сегодняшний день почти двадцать семь процентов колоний не способны даже толком самостоятельно обеспечивать себя и зависели от внешнего экспорта товаров первой необходимости.

Поэтому, его никогда не будут мучать кошмары. Он никогда не будет просыпаться посреди ночи, от вида боеголовки, детонатор которой он взвёл собственными руками. Они поступили правильно. Кассию было глубоко наплевать на всех погибших на Трое. Это война! А война не бывает без жертв. Тем более та, что ведётся за справедливость.

Да и к тому же, какой толк был бы Альянсу от мира, где почти каждый пропитан идеями ненавистного государства. До своего падения Троя являлась крупнейшим пропагандистским центром Федерации. Именно таким, каким и должна быть столица сектора.

Теперь же она отрезана от продажных ублюдков с Земли. Большая часть орбитальной инфраструктуры разрушена во время короткого сражения, а сама система брошена.

И ждать помощи ей неоткуда.

Совсем скоро новообразованные флоты Альянса закончат первый пункт операции по защите Пиренейского сектора. Конечно же, это не произойдёт мгновенно, но время у них ещё есть. Информация о случившемся здесь дойдёт до Старой Земли только через четыре или пять недель. А огромная и уродливая бюрократическая машина, в которую превратилось государство просто не позволит ей среагировать моментально. Всё уже давно просчитано и подготовлено. Восстания в других секторах сыграют свою роль. Жаль, что скорее всего они будут обречены на провал, но это послужит своей цели. Федералы будут распылять свои силы во все стороны, пока силы АСМК берут под свой контроль Пиренеи и близлежащие к ним системы.

Осталось немного. Новая Ирландия — одна из трёх главных опорных баз флота в секторе находится в осаде. Звезды Армстронга пока ещё не тронуты, но настанет и их черёд. Недавно сформированное военное командование Альянса специально оставило эти миры на потом, не желая дробить свои и без того скудные ресурсы.

Нет. Аркадия падёт строго тогда, когда этого потребует ситуация и настанет подходящий момент.

Точно так же, как и остальные. А через несколько месяцев, когда корабли Альянса вновь придут в Мю Ахиллеса и протянут жителям Трои оливковую ветвь и руку дружбы, люди сами сделают свой выбор. Отрезанные от внешнего мира с разрушенной инфраструктурой, у них не останется другого выхода. Более того, если отец был прав, то они сами будут рады этому предложению.

По крайней мере те, кто займет ещё недавно принадлежащие членам семьи Альварес и их друзьям кресла в планетарном правительстве.

Так что на данный момент, все планы работали так, как и должны. Насколько знал Кассий, в секторе осталось не так уж и много лояльных федерации систем. Сигма Офелия являлась одной из них. По крайней мере пока что. Его самого и его команду перебросили сюда с Трои в рамках операции на одном из грузовых кораблей прямо с Мю Ахиллеса. Легенда о том, что им удалось сбежать с Трои во время сражения только добавила правдивости их словам.

А дальше всё просто. Координация с находящимися на Офелии Четыре оперативными агентами, которые, к слову, уже начали раскачивать местное население с помощью вбросов сообщений в глобальную планетарную сеть. Кассий видел огромные толпы людей на улицах Ламии-сити. Казалось невероятным, что кто-то мог столь успешно, а главное быстро организовать подобные акции. Но, это только на первый взгляд.

Всё было запланировано ещё два месяца назад. Подготовлены сообщения и широкомасштабная информационная кампания. Произведена организация «центров внимания» для народа в лице представителей местных оппозиционных политических партий. С ними договориться оказалось удивительно просто. Мало что не могут решить обещания определённой автономии внутри Альянса и крупные суммы денег.

Такие люди всегда готовы воткнуть нож в спину тем, кому ещё несколько дней назад они улыбались на собрании планетарного правительства. Стоит только потрясти мешочком с серебрянниками.

И, что самое главное, практически сама собой решилась проблема с космическими силами ФЗФ в системе.

Все четыре лёгких крейсера покинули систему едва только появились первые сообщения о нападении на Трою. Кассий до сих пор не мог сдержать усмешки читая высосанные из пальца причины, по которым командору Кирхарту и его кораблям срочно приспичило направится на Аркадию.

Жалкий трус попросту сбежал, обосновав это необходимостью получения новых приказов. Правда это всё равно бы ничего не изменило. Эскадра Абруцци порвала бы этого жалкого идиота на части.

Казалось, что всё идёт именно так, как и запланировано. До самого последнего момента.

Кассий вновь с ненавистью посмотрел на изображение зависшего на орбите дредноута. Появление этого монстра могло вполне поломать все столь тщательно разработанные планы.

— Ну что там?! — нетерпеливо потребовал ответа Кассий.

— Сейчас, я ищу... вот! Нашёл. ФЗФ «Ганнибал». Относится к новым ударно-штурмовым дредноутам федов. Тип «Полководец». Та-а-а-ак... А, вот оно. Прибыл на Трою с опозданием на несколько суток. Изначально должен был участвовать в параде на День Основания, но опоздал. Капитаном на корабле значится какой-то Эстебан Гуттьерес. Понятия не имею, кто это такой. Странно, что Кейн и его ребята упустили этого красавца. Нам бы во флоте такой не помешал.

— Видимо как раз потому, что опоздал, он сейчас здесь — предположил Кассий. — Если эта дура появилась так поздно, то её бы не стали ставить в парадный строй на орбите. Скорее всего засунули на одну из дальних парковочных орбит. В любом случае, это проблема. На таких монстрах может быть до трёх рот десанта. Со всем приданным им снаряжением и техникой.

Такой корабль в одиночку мог поставить крест на миссии Абруцци и его эскадре. И на миссии самого Кассия.

— Возможно... так. Подожди-ка. Любопытно.

— Что там?

— Тут указано, что дредноут прибыл только с перегонным экипажем.

— Что?

Кассий даже отвернулся от монитора и пройдя несколько шагов, склонился над развернутым дисплеем терминала.

— Да. Смотри. Регистрационный файл с Ахиллеса. Этот корабль перегоняли с верфей Арсенала в Пиренейский сектор. У него не полный экипаж. Всего треть от общего количества.

— И?

— Что будем делать

— Будем думать. Похоже, что наши планы придётся поменять.

Глава 14 «Планы людей и мышей… Часть III»

— Альдо, ты уверен?

Полное энтузиазма лицо Тремейна на экране комма кивнуло.

— Да, сэр. У меня ещё больше половины запаса. Хватит чтобы несколько раз слетать до Аркадии и обратно и ещё останется. «Алигьери» не так прожорлив, как «Ганнибал». Так что нам и нет смысла тратить время на заправку. Уж лучше отправиться раньше.

— Хорошо, тогда можете лететь прямо сейчас, — приказал Александр. — В добрый путь, Альдо.

— И вам всего хорошего, сэр. Я постараюсь вернуться, как можно скорее.

Отключив комм, Александр ещё пару секунд смотрел на погасший экран, прежде чем убрать устройство в карман.

«Алигьери» пройдёт путь до гиперграницы примерно за семнадцать часов. Может быть чуть-чуть быстрее. Потом ещё семьдесят восемь часов на переход до Звёзд Армстронга. Если предположить, что к словам Тремейна сразу же отнесутся с полной серьёзностью, то помощь придёт не раньше, чем через восемь или девять дней. Плюс-минус. И это в самом лучшем случае.

Не самые радужные перспективы, как не посмотри. Но других у них просто не было.

Бросив взгляд сквозь стекло губернаторского кабинета, Александр посмотрел на столпившихся внизу людей.

Живая волна обступала административный комплекс Ламия-сити, будто рой копошащихся муравьём. Тысячи голографических транспарантов и обычных плакатов покачивались над их головами, пока люди выкрикивали свои лозунги в лица стоящих перед ними солдат. Военные Офелии вывели на улицы весь свой скромный контингент, решив использовать их для оцепления площади, пока служащие СБ следили за порядком в городе.

За его спиной открылась дверь.

— Я решил вопрос, капитан. Ваши корабли заправят в течении нескольких часов, — произнёс губернатор, входя в кабинет. — Им потребуется время на то, чтобы подготовить оборудование на заправочном терминале.

— Реакторная масса потребуется только «Ганнибалу», губернатор. Я направлю «Алигьери» на Аркадию прямо сейчас, а мы останемся здесь, — не поворачиваясь ответил Зарин, продолжая смотреть на людей внизу.

— Думаете, что помощь успеет вовремя?

— Вы хотите честный ответ? — грустно улыбнулся Алекснадр. — Боюсь, что он вам вряд ли понравится.

— Удручает, не правда ли? — спросил Хайст, подходя ближе и кивком головы указав в сторону стекла.

— Почему они делают это? — Искренне спросил Зарин, не сводя глаз с толпы у подножья здания. — Я имею в виду, неужели они не понимают...

Арчибальд вдруг рассмеялся.

— Простите, капитан. Я смеялся не над вами, просто... Я так понимаю, что вы не очень разбираетесь в политике, ведь так?

— Я военный, губернатор, — пожал плечами Александр, вновь поворачиваясь к окну. — Я привык исполнять приказы тех, кто эти приказы отдаёт и не задавать лишних вопросов.

— А они — это простые люди, капитан. И, как бы прискорбно это не прозвучало, но они хотят изменений.

— Когда мы были в Ракураи, губернатор, то обнаружили разрушенную станцию и остовы наших кораблей, — холодно произнёс Зарин. — Крейсер этого Альянса перебил там почти всех. Мы нашли только одну выжившую. Женщину, которая едва смогла выжить, потому что вместе со своим товарищем заперлась в небольшом отсеке. Они сидели внутри, пока у них кончался кислород, практически без какой-либо надежды на спасение. Её товарищ застрелился, потому что не хотел умирать в замкнутой коробке, где каждый вдох давался труднее предыдущего. Пусть расскажут им о своих «изменениях» и желаниях, губернатор.

Выслушав его, Хайст вздохнул и покачал головой.

— Мне жаль это слышать, капитан. Я соболезную погибшим. Правда. Но, как бы жестоко это не прозвучало, но я боюсь, что эта история мало что будет значить для людей там, внизу. Как думаете, сколько их там?

— Понятия не имею. Несколько десятков тысяч?

— Порядка ста тысяч, — с мрачной улыбкой поправил Александра Хайст. — Может быть чуть больше или меньше, если верить нашим данным. И, судя по всему, кто-то очень хорошо постарался для того, чтобы подготовить эту демонстрацию.

— В смысле?

— В прямом, капитан. Думаете, что сто тысяч человек в один момент решили бросить все свои дела, работу, планы и выйти на улицы? Так не бывает, капитан. Кто-то организовал их. Кто-то подготовил речи для тех, кто заводит толпу. Обеспечили оборудование, транспаранты. Я просматривал отчёты офицеров нашей службы безопасности. Тех, кто находится последние несколько дней в этой толпе в гражданской одежде. Там раздают еду. Напитки. Для людей обеспечили туалеты и всё необходимое для того, чтобы они продолжали оставаться на улицах. Не думаете же вы, что человек способен стоять на улице не взирая на голод и жажду, капитан? Кто-то всё это спланировал и подготовил...

— Тогда какого чёрта вы всё ещё не разогнали их? — вспылил Зарин, вновь с ненавистью посмотрел на толпу внизу.

— Потому, что это самое худшее, что я мог бы сделать в такой ситуации, — тихо произнёс Хайст. — Вы не политик, капитан. Вы просто не понимаете. Население Офелии всего два с половиной миллиона человек. Порядка трёхсот тысяч раскиданном по архипелагам планеты, но большая часть живёт именно здесь. На Земле Рихтера. И такая ситуация сейчас происходит не только здесь. В остальных поселениях тоже. Не в таких масштабах конечно же, но, всё же. И, что самое паршивое, как бы меня не злило... часть этих людей в чём-то правы.

Последние слова Арчибальд Хайст произнёс уже гораздо тише. Почти шёпотом.

— Что вы имеете в виду?

— Экономика Офелии находится в дефиците, капитан. Хотя, если бы я решил использовать выражения одного из моих помощников, то стоило бы сказать, что мы стоим на дне чёртовой ямы и даже лопаты у нас нет, — Арчибальд скованно улыбнулся собственной шутке. — Последние пятнадцать лет объёмы федеративного финансирования постоянно снижались. Нам ещё удавалось как-то удерживать внутреннюю экономику на плаву за счёт развития малого и среднего бизнеса, но в последние пять лет даже это перестало толком работать.

— В каком смысле, перестало работать? Я считал, что Федерация выделяет средства на развитие промышленности секторов и...

— Выделять-то выделяет. Вот только эти средства не так велики, как вы считаете. Вы же знаете, что мы в первую очередь занимается добычей редкоземельных элементов? Большую часть мы добываем в прибрежной зоне вокруг Земли Рихтера. Последствия столкновения двух плит, образовавших материк, создали благодатные условия для подводной добычи. Литий. Вольфрам. Германий. Титан. Палладий, платина и родий. И это только часть из того, что мы достаём из недр планеты. В огромных количествах. Офелия очень богата, капитан. И того, что мы добывали и продавали на экспорт с лихвой хватало для того, чтобы покрыть любые бюджетные проблемы. Но шесть лет назад сюда пришла крупная добывающая корпорация. Каким-то образом они получили разрешение от правительства сектора на добычу полезных ископаемых Офелии.

— А до того вы занимались этим сами? — спросил Александр, на что Губернатор кивнул.

— Можно сказать и так. Естественно, нам приходилось использовать сторонних специалистов и консультантов. В конце-концов добыча на глубине — это дело непростое. Любые контракты заключались только таким образом, чтобы контроль над добычей оставался в руках офельцев. Так что, думаю, что можно сказать, что мы справлялись. Даже, наверное, лучше, чем того заслуживали. В итоге несмотря на то, что дотации федерального финансирования снижались, мы по-прежнему оставались в солидном профиците за счёт экспорта минералов. Но, даже этой возможности мы лишились, капитан. Наши собственные предприятия, сколь бы крупными они не были, оказались не способны конкурировать с «ПДК». Им потребовалось всего пять лет для того, чтобы подмять под себя почти семьдесят пять процентов добычи на Офелии.

— Бред какой-то, — не поверил Александр. — Антимонопольный закон не позволил бы...

Арчибальд усмехнулся и покачал головой.

— Капитан, я же говорю. Вы не политик. Не экономист. Не примите на свой счёт, но вы просто не понимаете, как всё устроено. Антимонопольные законы... да вообще, любые законы, можно легко обойти, если у тебя есть определённые связи и понимание того, как работает система. Да и «ПДК» никогда не нарушала его. На прямую, по крайней мере. Разве можно назвать «агрессивным поглощением» ситуацию, в которой небольшая местная фирма разоряется из-за проблем с нехваткой квалифицированных кадров, оборудования или же невозможностью найма транспортных судов для экспорта продукции? «ПДК» постепенно захватила рынок. Они предлагали большие зарплаты и переманивали опытных сотрудников. Выкупали поставки расходников и оборудования для глубинной добычи. Занимали очередь на поставки на месяцы вперёд, выкупая для себя грузовики. И с этим ничего нельзя было сделать. Просто они предлагали большие суммы. Разве вина транспортных компаний в том, что они сами гонятся за прибылью и выбирают более выгодные заказы?

— Но ведь вы сами сказали, что...

— Мне хотелось бы сказать, что в этом виноваты они, капитан. Но истина оказалась такова, что мы просто не смогли конкурировать с крупной корпорацией. Особенно, когда она имеет поддержку в правительстве. Посмотрите на этих людей внизу. Посмотрите внимательно, капитан. Они злы. Рассержены. Никому их них не нравилось, что рабочих мест становится всё меньше, а компании, в которых они работали закрывались, не способные выдержать конкурентную гонку. Я пытался как-то стабилизировать ситуацию, но... у нас это просто не получилось. Эти люди просто хотят спокойной жизни. Работы. Достатка. Хотят жить в уверенности, что завтра у них всё ещё будет работа, а у их семей деньги на жизнь и еду.

Арчибальд стоял у панорамного стекла своего кабинета с лицом человек, до самой глубины души ощущающего свой собственный провал. Тот, кто потратил восемнадцать лет своей жизни на то, чтобы сделать отданный ему в ответственность мир лучше, сейчас наблюдал крах собственных усилий. Все его старания исчезали в разгневанных криках собравшейся внизу толпы.

Наверное, это, отчасти, было даже справедливо. За все те ошибки, которые он допустил или же не исправил...

Нет. Даже не так. За всего одну ошибку. Слишком поздно они связали одно с другим. Слишком поздно смогли собрать цельную картинку. Кто бы мог подумать о том, что «Промышленная Добыча Конкордии» несёт в себе какие-то другие цели нежели увеличение чисел ежеквартальной прибыли в отчётах.

Достав из кармана собственного пиджака коммуникатор, он прочитал короткое сообщение, после чего убрал его обратно.

— Мои люди уже собрались, капитан. Пойдёмте.

— Конечно, губернатор, — Александр всё ещё выглядел ошарашенным, после речи Хайста.

Он даже и не задумывался о том, насколько сложной могла быть ситуация на Офелии. Для него собравшиеся внизу были ни чем иным, как возмутителями спокойствия. Люди, организовавшие несанкционированный митинг, возмущённые тем, что их лишали рабочих мест и привычного уклада жизни. Разгневанные ухудшающейся экономической обстановкой на планете.

Но, как это часто бывает, ситуация оказалась куда глубже и обширнее, чем Александр мог предполагать. И, что самое печальное, в подобную ловушку попал далеко не он один. Люди, собравшиеся вокруг административного комплекса Ламия-сити, точно так же, как и он сам прибывали в заблуждении, созданном собственной системой, в которой они существовали.

Человек всегда ищет виновного. Не важно, кто им окажется. Главное, чтобы он был. Не всегда нужно, чтобы этот человек действительно был ответственен за ваше несчастье. Важно, чтобы он находится на виду в тот момент, когда потребуется указать на кого-то пальцем. Для того и существовала система демократических выборов. Ведь когда всё идёт плохо, всегда можно показать на кого-то и сказать — это он во всём виноват! Ведь чем выше ты сидишь, то тем больше людей считают, что ты в ответе за происходящее.

В отличии от стоящего рядом с ним Зарина, Арчибальд Хайст прекрасно это понимал. Он занимал пост губернатора уже третий срок. Последний, если уж на то пошло. И, видит бог, он приложил все усилия для того, чтобы хорошо выполнять свою работу. Тот факт, что он смог переизбраться уже в третий раз говорил сам за себя.

Нет, он никогда не считал себя единственным честным губернатором во всём секторе. Подобные мысли, о том, что каждый высокопоставленный политик старается первым делом набить свои карманы, часто возникают в головах людей. Но, они редко соответствуют истине. На самом деле мелких служащих и членов губернаторского аппарата, готовых на то, чтобы закрыть глаза на выполнение законов ради пополнения собственных счетов куда больше, нежели более высокопоставленных коррупционеров.

Да, что говорить. Сам Хайст знал, как минимум, о шести своих подчинённых, весьма не чистых на руку. Чуть-чуть тут. Откат за небольшой тендер там. Такие «дела» происходили повсюду. И Арчибальд был слишком умён и честен для того, чтобы сражаться с этой многоголовой гидрой. Всё, что он мог — это сделать так, чтобы заключённые тендеры выполнялись, а строительство, на которое было «оплачено» разрешение, велось с соблюдением всех правил.

И его люди знали об этом, а, потому, следили за своей работой, стараясь не перегибать палку.

Своим невмешательством в механизмы получения взяток Хайст самолично позволил этому паразиту жить в благодатной среде. Не потому, что не мог его искоренить. Нет. Иногда он даже думал о том, чтобы попытаться. Но каждый раз приходил к выводу о том, что уж лучше иметь нечистых работников, которые тебе хорошо известны и следят за своей работой, чем куда большее количество тех, о ком ты понятия не имеешь и не можешь их контролировать.

Ведь в конечном итоге все они являлись жителями Офелии Четыре. Это был их дом. Место, где они родились, выросли и старались сделать его лучше.

И прямо сейчас, идя рядом с этим молодым офицером, он вдруг искренне порадовался его наивности. Нет. Даже не так. Не наивности, а, скорее, вере в то, что окружающий его мир, что существует под флагом Федерации, должен по законам этой самой Федерации жить.

Но, в конечном итоге, этого ведь никто не обещал, ведь так?

***

Поправив рюкзак на плече, Кассий вышел из вагона городского монорельса и натянув поглубже капюшон, пешком направился в сторону нужной ему улицы.

Небольшой слой грима. Краска, изменившая цвет его каштановых волос до светло-соломенного. Густая и такая же светлая борода. Всё это, в купе с надетыми на лицо очками было более чем подходящей маскировкой в текущих обстоятельствах.

Конечно же, он мог воспользоваться и другими методами, начиная от прикрывающей лицо голографической проекции и специального аэрозольного спрея для кожи, содержащего в себе крошечные кристаллы, искажающие его изображение при электронной съёмке, так и куда более сложную «генетическую» маскировку.

Но сейчас в подобных ухищрениях не было никакой необходимости. Окружающие Кассия люди мало чем отличались от него самого.

Больше пятидесяти человек вышло вместе с ним из вагона на одной из ведущих к центру города улиц, намереваясь присоединиться к идущей демонстрации у комплекса планетарной администрации. Многие носили глубоко натянутые капюшоны, шапки. Некоторые даже нацепили маски всех возможных видом, форм и размеров. Кто-то наматывал на лицо тонкие шарфы или же скрывали лица при помощи других нехитрых способов. Реши он воспользоваться чем-то более продвинутым, то только лишь начал бы сильнее выделяться из общей толпы.

Хочешь спрятать дерево — спрячь его в лесу.

Пройдя вместе с этим людским потоком порядка сотни метров, Кассий свернул в сторону, в один из боковых переулков. При этом он не прекращал наблюдать за окружающей его обстановкой. Даже в такие моменты, он не терял бдительности.

Всегда оставался шанс на то, что его не просто кто-то заметит, а сможет вычленить из огромной людской толпы и опознать в нём не просто очередного, недовольного положение дел демонстранта, а куда более подозрительного и опасного субъекта. Находящиеся на поверхности оперативные агенты Альянса ещё до того, как он спустился с орбиты, сообщили о том, что СБ окружило здание правительственного комплекса, не подпуская к нему окружающую его толпу.

Пройдя по переулку, мимо парочки открытых кафе и небольших забегаловок, хозяева которых решили закрыться пораньше, Кассий добрался до своей цели.

Эта пятидесяти этажная башня мало чем отличалась от стоящих поблизости своих собратьев. Обычный офисно-жилой комплекс, каких в городе десятки. Часть уровней занимали магазины, несколько ресторанов и открытый в центральном «колодце» здания парк, в то время как начиная с двадцатого уровня начинались жилые квартиры.

Пожалуй, единственным и важным нюансом, отличающим это здание от других, было то, что большая его часть ещё три года назад выкупила «ПДК» для своих сотрудников и персонала, что работал на добывающих комплексах в прибрежной зоне.

Подобное мало кого удивило. «Промышленная Добыча Конкордии» владела по меньшей мере ещё шестью такими же зданиями в Ламия-сити, приобретая их у тех владельцев, что начали испытывать проблемы во врем нестабильной экономической ситуации на планете.

Обойдя здание, он дошёл до служебного входа и коснулся своим коммом электронного замка. Куда более совершенного и надёжного, чем можно было бы ожидать встретить в подобном месте.

Устройство моментально считало коды доступа с его коммуникатора и открыло дверь, за которой его встретила ещё одна странная картина, которую никак нельзя было ожидать от подобного места. Трое мужчин с лёгкими импульсными карабинами в руках, чьи стволы оказались направлены в лицо Кассию едва только дверь открылась.

Впрочем, они сразу же опустили их, как только он подтвердил свою личность. В их сопровождении Кассий прошёл через ряд коридоров и спустился на лифте на минус третий уровень здания. Обычно раньше здесь располагались склады для товаров, продуктов и всего остального, что могло потребоваться в магазинах и ресторанах на верхних уровнях, но сейчас эти склады преобразились.

Даже удивительно, как легко оказалось перебросить на планету столько оружия и военной техники так, чтобы об этом никто не узнал.

Пятиметровые мобильные доспехи типа «Пантера КФ-17», произведённые «Арматеком» возвышались вдоль стены. Такие использовались повсеместно на территории Федерации и являлись одной из самых распространённых моделей в её армии.

Рядом с ними, прикрытые тканью, в ряд стояли два десятка лёгких бронированных военных транспортов типа «Рысь», также разработанные и произведённые на заводах корпорации «Арматек».

Скоростная репульсорная техника, имеющая хорошую защиту от стрелкового оружия вплоть до двадцатимиллиметровых роторников. Автоматическая турель со скорострельной импульсной пушкой на крыше, плюс системы активной и пассивной защиты делали этот транспорт достаточно грозной машиной.

Особенно если учесть, что она была способна перевозить в себе до шестнадцати человек в полной штурмовой броне.

Рядом с БТР, уже извлечённые из своих транспортных контейнеров, в ряд стояли три десятка тяжёлых АРКов. Грузные, почти двухметровой высоты корпуса покоились на шести сложенных лапах, что придавало им сходство с какими-то жуткими пауками переростками. Тяжёлая версия «Скарабея», предназначенная для ведения боя в условиях городских улиц.

И всё это добро сейчас со всех сторон облепили техники и механики, производя последнюю подготовку, настройку и проверку машин.

Найдя взглядом группу из пяти мужчин в дальней части просторного складского зала, Кассий направился к ним. Те стояли окружив широкий раскладной стол, куда взгромоздились сразу несколько терминалов, планшетов и голографический проектор, проецирующий в данный момент детальную карту с города. Подойдя ближе, Кассий обратил внимание, что кто-то уже успел подключиться к системе городского наблюдения, а проекция обновлялась в режиме реального времени.

— Всё готово? — спросил он.

Один из мужчин кивнул, не сводя глаз с проекции.

— Да. Техника уже проверена и готова к операции. Мои люди сейчас заканчивают последнюю настройку. Вы, я так понимаю, тот кого мы ожидали?

— Да. Можете звать меня Кассий.

— Диего Сильва, — кивнул мужчина, протянув руку. — Странное у вас имя.

— Оно меня устраивает. Так, что местные выставят против нас?

— Не так уж и много, на самом то деле, — пожал плечами Диего. — У них на планете расквартирована армейская рота с небольшой поддержкой техники, но собственной базы у них нет. Казармы и несколько ангаров недалеко от центра, но на этом всё. Даже их СБ может доставить больше проблем просто потому, что их значительно больше. Феды никогда не держали здесь хоть сколько-то больших сил...

— Только потому, что они не понимали, насколько важна Офелия, — возразил ему Кассий.

Забавная ситуация. Иначе её и не назовёшь. Огромные залежи редких элементов на Офелии имели крайне высокую цену и были чрезвычайно востребованы...

...но только не здесь.

Если, титан, вольфрам и палладий можно было встретить в больших количествах и в других местах, то вот литий, бериллий и родий, извлекаемый из платины, действительно ценились «на вес золота». Забавная фраза, если учесть, что золото давно потеряло хоть какую-то ценность.

Другое дело, что лишь десяток систем имел действительно развитую промышленную базу, которая могла бы потреблять огромные объёмы выработки глубинных шахт Офелии. Всего семь лет назад более семидесяти восьми процентов её ископаемых шли на экспорт в Ядро Федерации. Огромная промышленная империя земли постоянно нуждалась в ресурсах, дабы поддерживать темпы производства.

Но, с приходом «ПДК» эта ситуация начала меняться. Постепенно подмяв под себя большую часть добычи, корпорация начала переориентировать экспорт редких элементов на «внутренний рынок» сектора. В частности, на огромный кораблестроительный комплекс, строительство которого велось правительством Конкордии и Славии почти семь лет в тайне от всего мира.

Ирония ситуации состояла в том, что именно поставки с Офелии Четыре позволили вовремя завершить проект постройки трёх флагманов Агастуса Кейна. «Ахерон», «Возмездие» и «Дэнатор». А также постройку следующих трех монстров этого класса, что сейчас достраивались на верфях. В частности, они использовались для изготовления новой брони на заводах Катарсии.

Сами того не зная, эти люди спонсировали постройку гигантов, что прикончил флот Федерации у Трои. Ничего удивительного, что, заметив уменьшение экспорта редкоземельных элементов, правительство всё меньше и меньше выделяло финансовых средств. Общая финансовая ситуация постепенно ухудшалась, так как большая часть средств, вырученных от продажи, осталась в руках «ПДК». И теперь, когда экономика постепенно приходила в нестабильность, люди винили в своих бедах именно планетарное правительство.

Конечно же, мир не лишён умных людей. Всегда найдутся те, кто смогут увидеть истинное положение вещей. Но начатая почти два с половиной года назад острожная информационная кампания по перекладыванию вины на планетарное правительства очень успешно затыкала рот всем громким крикунам. Там, где не справлялись взятки, уговоры и лесть, помогали угрозы и шантаж.

А где не хватало и их, в ход шли иные способы решения проблемы.

В какой-то мере человек скрывающийся за именем Кассий смотрел на всё происходящее, как на шутку длинной во всю проклятую человеческую историю. Казалось, что спустя столько лет, покинув собственную колыбель и расселившись по космосу, человечество уже давно должно было забыть былые пороки.

Вот только история жестоко посмеялась над людьми. Что сейчас, что тысячу или две лет назад, ничто так и не изменилось. Развились технологии, да. Общество поменялось. Да. Но сами люди остались неизменны в своих пороках и желаниях.

Теперь же, оказалось удивительно легко отвлечь всех и направить человеческий гнев в нужную сторону.

И, когда Офелия Четыре войдёт в состав Альянса, новое и «справедливое» правительство изменит политику этого мира. «ПДК» будет показательно изгнана с планеты, а вместо неё будет создана новая корпорация, занимающаяся промышленной добычей в столь богатых океанах Офелии. И теперь вся её продукция пойдёт на развитие промышленности АСМК. Экономика системы вновь поднимется, а вместе с ней и уровень жизни. Всего через полгода все те трудности, что стали обыденностью для нынешних жителей планеты исчезнут.

Естественно, что никто не планировал выпускать из рук подобный самородок. Изменится вывеска. Поменяются лозунги. Новая, сугубо планетарная корпорация будет руководить добычей ископаемых во благо Альянса. Точно так же, как последние шесть лет это делала «ПДК».

Главное, правильно разыграть составлены и выверенный план.

Жаль только, что всё пришлось разыграть в спешке, но Кассий об этом не переживал. Как часто любил говорить его отец — если хочешь насмешить бога, то расскажи ему о своих планах. Поэтому придётся работать с меньшей поддержкой, чем предполагалось изначально. Но, это не страшно. Подобный вариант развития событий рассматривался изначально.

А вот то, чего они не ожидали, так это то, что эскадру Абруцци на орбите может встретить дредноут, а не четыре устаревших лёгких крейсера этого труса Кирхарта.

Судя по всему, Сильву мучал тот же вопрос.

— Вы уже придумали, как избавиться от этого громилы на орбите? — спросил он и Кассий отчётливо ощутил тревогу в его голосе. — Мы не предполагали его наличия в изначальном плане.

— Дредноут не проблема.

— Я просто хочу напомнить, что, на его борту может быть до трёх рот с техникой. Наших сил более чем достаточно для того, чтобы справиться с местными силами в случае открытого противостояния, но не с поддержкой из космоса...

— Дредноут не проблема! — отрезал Кассий. — Он пустой.

Услышав его слова, Диего нахмурился.

— В каком смысле, пустой?

— В прямом. Эта посудина сбежала с Трои во время атаки адмирала Кейна, — пояснил Кассий. — У них на борту только перегонный экипаж. Около трёх сотен человек. Из них не больше двадцати или тридцати солдат на борту и всё. У нас есть свой человек в администрации губернатора. Тот сейчас встречается с их капитаном.

— Подожди, то есть ты хочешь сказать, что...

— В случае наземной операции они ни черта не смогут сделать, — кивнул Кассий. — Да, ты правильно понял. О них можно не переживать. Пока я добирался до вас, их направили к заправочному терминалу на орбите. Я уже распорядился выделить часть отряда, предназначенного для захвата станции астроконтроля...

— Стоп! Стоп, стоп, стоп! — затараторил Диего. — Вы хотите захватить его?

Его лицо выглядело столь ошарашенным, что Кассий не удержался от улыбки.

— Ну, если твои мечты не лишены амбиций, то какой тогда от них вообще толк?

Глава 15 «Планы людей и мышей… Часть IV»

Дредноут ФЗФ «Ганнибал».

— Мы уже выходим на траекторию торможения. Снижение скорости расчётное. Стыковка через пятнадцать минут, так что можешь не беспокоиться, Саша.

Сидящая в капитанском кресле, Анна Вальс следила за тем, как «Ганнибал» медленно приближался к заправочному терминалу.

— Отлично. Следи там за всем, Аня, — попросил её Александр с одного из дисплеев. — Я пробуду на планете ещё несколько часов. Может быть чуть меньше, но пока трудно сказать. Сейчас у нас встреча с военными Офелии. Думаю, что там решим, куда девать наших пассажиров со «Свободы».

— Давно пора, — чуть капризно проворчала девушка. — Чем раньше уберём их с корабля, тем лучше.

— Согласен. Но тут тоже не всё… не всё так просто, короче.

— Да, я видела новостные репортажи их планетарной сети. Всё действительно так плохо?

Александр вздохнул и посмотрел куда-то в сторону.

— Видела бы ты сама, то не спрашивала. Тут такая толпа, что страшно становится. Безопасники и военные окружили комплекс и никого к нему не подпускают, но всё это выглядит довольно паршиво. Пока вроде ничего особенного не случилось, но, как мне кажется, это уже сам по себе дерьмовый знак.

— Будь осторожен, ладно? — уже тише произнесла Анна. Так, что её голос не смог бы услышать никто из находящихся сейчас на мостике людей.

— Обязательно, — пообещал ей Зарин. — Ты тоже. И держите ушки на макушке.

— Не переживай. Мы будем внимательны, — пообещала ему Анна. — Главное возвращайся назад поскорее. Вся эта ситуация меня чертовски нервирует.

— Постараюсь закончить со всем побыстрее. Всё, я отключаюсь.

Экран погас, когда соединение прервалось. Анна вздохнула и откинулась на спинку кресла. Мостик вокруг неё гудел от смеси голосов общающихся между собой людей. Вроде бы всё было в порядке, но что-то не давало ей покоя. Происходящие вокруг события походили на удавку, которая медленно затягивается на шее.

Вдвое мерзкое чувство, когда ты даже не можешь нащупать её пальцами на своём горле и понять, откуда именно исходит угроза.

Единственное, что ей оставалось — положиться на Александра и то, что он сможет быстро разрешить их проблемы на планете.

Задумавшись, Анна прикусила губу, надеясь, что её беспокойство не слишком уж заметно для окружающих.

***

Сервисная заправочная станция на орбите Офелии Четыре

— Осторожнее, мать вашу! — закричал Альфред, когда прямо на его глазах один из его людей не справился с репульсорной тележкой и та задела переборку.

От этого удара находящийся на ней контейнер упал на пол, но замки на крышке выдержали и его содержимое не высыпалось на палубу.

— Простите...

— Заткнись! Потом извиняться будешь. Грузите его обратно! — приказал он. — Быстрее. У нас мало времени!

Чёртов Кассий! Вот так вот менять план в самый последний момент! Альфред пару раз глубоко вздохнул, стараясь успокоиться, но получилось слабо. Желанное спокойствие приходить не торопилось. Он всё ещё был зол из-за того, что тщательно разработанный план пришлось перекраивать прямо на ходу.

А этого никто не любит. Особенно люди его профессии.

Больше всего его беспокоило то, что придётся разделять своих людей, чего изначально не планировалось. А их у них и так было их не очень много.

Бывший армейский капитан, Альфред, как и любой другой военный, не любил, когда приходилось вносить изменения в уже разработанный и продуманный план. Изменения означали проблемы. Что-то, что ты не учёл. Что-то, что ты не в силах предсказать или же спрогнозировать. А это, в свою очередь, могло привести к тому, что вся операция пойдёт по известному месту.

Слишком много он знал историй о том, когда подобные изменения выходили боком всем окружающим. С последствиями. Как правило, несовместимыми с жизнью.

Достав комм, Альфред подождал пока устройство подключится к зашифрованному каналу связи.

Для этой цели бойцы молодого, созданного всего несколько недель назад государства, использовали один из взломанных ретрансляционных спутников связи на орбите Офелии. Довольно рискованный шаг, как ни посмотри. Если за программную часть он не переживал, то вот «аппаратные» следы их проникновения в сеть гарантированно обнаружат при следующей же сервисной проверки спутника. Нетрудно увидеть несколько дополнительных блоков, закреплённых на его корпусе и не предусмотренных конструкций. И, если верить графику, подобная проверка запланирована на следующий месяц.

Впрочем, с таким же успехом её могли бы провести и через год. Если всё пойдёт так, как должно, то это не будет иметь вообще никакого значения. Всё равно бы ничего уже не изменилось.

Что в очередной раз заставило бывшего майора армии федерации недобрым словом вспомнить прибывшего на Офелию оперативника.

Альянс всё ещё был слишком молод для того, чтобы у него появилось названия для организации и людей подобных Кассию. Хотя, может быть, это уже и изменилось. Альберт не знал, но надеялся, что проживёт достаточно долго для того, чтобы узнать.

И сказать пару ласковых слов тем, кто придумал внести раздрай в стройную систему командования, посылая сюда этого пацана. Желательно с занесением в грудную клетку.

Ладно. Не страшно. Либо всё пройдёт успешно и тогда обнаружение дополнительного оборудования, позволяющего диверсионным группам Альянса общаться через планетарную сеть ни на что не повлияет, либо они проиграют и тогда на это точно так же будет наплевать.

И тот факт, что хороший и крепко собранный план приходилось перерабатывать в последний момент отнюдь не увеличивал шансы на положительный исход событий.

Опять эти мысли! Альберт тихо выругался, прогоняя их подальше от себя. Нужно сконцентрироваться на работе.

Быстро установив шифрованный канал, сигнал ушёл с коммуникатора через сеть станции и оттуда на спутник.

После этого, сжатый в узконаправленный луч, он, никем не замеченный, унёсся в темноту космоса. Туда, где среди звёздной пустоты притаились шесть тяжёлых крейсеров с эскортом из четырёх эсминцев и двух транспортных судов.

Тяжёлый крейсер АСМК «Вдоводел», под командованием бывшего командора Флота Земной Федерации Марио Абруцци, уже больше двадцати часов находился в системе.

На самом деле он прибыл сюда на два с половиной часа раньше «Ганнибала». В тот момент, когда дредноут Федерации перешёл гиперпространственный барьер, ударная группа АСМК медленно двигалась в сторону от точки своего выхода из прыжка.

Являясь образцовым и компетентным офицером, Абруццо прекрасно понимал, каковы могут быть действия возможных защитников Офелии. Учитывая имеющиеся у них и довольно-таки точные данные об оборонительных возможностях офельцев, это не сложно спрогнозировать. Но, что ещё более важно, благодаря уже находящимся внутри системы и на планете оперативникам Альянса, он имел более чем исчерпывающую информацию о самом важном. О системах наблюдения космического пространства и астроконтроля.

Служба астроконтроля Офелии не имела внешнего массива датчиков. Хотя, это, пожалуй, не совсем соответствовало истине. Оно имелось, но в виду устаревшего оборудования, в общем заслоне появились дыры, одной и которых Абруцци и воспользовался при выходе из прыжка.

Когда станции во внутренней части звёздной системы зафиксировали энергетический выброс от выхода его кораблей из гиперпространства, «Вдоводел» и его эскадра находились уже достаточно далеко для того, чтобы отправленные на их поиск старые корветы не смогли их обнаружить.

Зато сам Абруцци прекрасно видел, как из гипера за его спиной появился дредноут.

Альберт поморщился.

Всего один корабль, но вся их операция едва не полетела псу под хвост. Даже всех сил отправленной к Офелии эскадры Альянса могло не хватить для того, чтобы справиться с таким кораблём в открытом бою. Не факт, конечно, но любые потери для едва только появившегося флота имели крайне нежелательный характер.

В одном Кассий был прав. Этого Альбер не признать не мог. Похоже, что у них действительно появился шанс на то, чтобы убить одним камнем сразу двух зайцев.

Проследив за тем, как его люди разгружали ударопрочный контейнеры, Альберт направился через шлюз в соседний отсек. Найдя глазами среди собравшихся внутри людей тройку командиров отделений, он жестом подозвал их к себе.

— Это последняя партия, — ткнул он пальцем себе за спину. — Проверьте всё снаряжение, оружие и АРКов...

— У нас мало комплектов штурмовой брони, — заметил один из них. — На всех не хватит.

Альберт поморщился.

— Я знаю. В первую очередь их получат те, кто будут штурмовать мостик, реакторный зал и те отряды, что будут их поддерживать. Оставшиеся отдадим группе, которая возьмёт на себя станцию астроконтроля. Остальные пусть надевают бронежилеты поверх контактных скафандров.

Один из его подчинённых скривился и почесал рукой кончик носа.

— Слушай, босс. Я конечно всё понимаю, но неужели нет плана получше? То есть, я согласен, рыбка жирная, но стоит ли оно того? Это же дредноут. Там наверняка есть охрана. Десантники, как минимум. Противоабордажные системы...

— Успокойся, Тинк. Всё в норме. У них даже и половины экипажа нет на борту. Около трёх сотен человек. Это перегонная команда. Техники, обычные матросы и немного офицеров. Эта посудина сбежала с Трои, когда Кейн размазал флот федералов. И судя по всему, они те ещё фрукты. Любой нормальный офицер на их месте остался бы и сражался, а эти сбежали, едва только запахло жареным. А, насчёт охраны не беспокойся. На сколько нам удалось узнать, солдат на борту почти нет. Там максимум всего одно отделение. Но, есть кое-что ещё. Дело в том, что на его борту наши.

Услышав это, все трое сильно удивились.

— Что?

— Я знаю только то, что у них на борту немногим больше сотни человек с одного из наших крейсеров. Когда окажемся на борту, Тинк, твоё отделение пойдёт за ними. Выпустим их и у нас окажется дополнительные руки при аббордаже и те, кто смогут взять на себя контроль на дредноуте...

— Так, вот почему мы так спешим.

Альберт кивнул.

— Верно. Если источники Кассия на поверхности не врут, то сейчас там решают, куда разместить наших ребят с корабля. У нас есть несколько часов, прежде чем это произойдёт. Если ударим, как можно раньше, то получим хорошее подспорье в виде сотни товарищей. Так что работаем по плану. Разделимся на две группы. Первая берёт на себя станцию, вторая атакует дредноут, когда тот пристыкуется к заправочной станции.

— Правила ведения огня, — спросил один из командиров.

— Свободная пальба, — жёстко произнёс Альберт. — Любой, кто не с нами — враг. Вы можете предложить им сдаться, если так хотите, но выполнение миссии в приоритете. Главное — это захват дредноута. Если откажутся сдаваться, то стреляйте на поражение.

Внимательно слушавшие его мужчины согласно закивали, признавая правоту своего командира.

Все они в том или ином виде были отставными военными или же перебежчиками, решившими встать на сторону Альянса, когда получили соответствующее предложение. Поэтому в их квалификации Альберт не сомневался. А вот с тем, чтобы стрелять в людей имелась небольшая, как он её сам называл, проблемка.

Не прошло и месяца, как Альберт и его люди сами ещё носили форму федерации. Большинство из них являлись выходцами из Пиренейского сектора. А желанием независимости для своих миров горели все. Никто не хотел продолжать жить в условиях налоговой кабалы и законов Федерации. Люди просто устали от того, что их планеты буквально высасывали ради процветания Миров Ядра.

И ведь дело не только в деньгах или ресурсах.

Дело в самих людях.

Кого не спроси — все хотели лететь в Центр. Поближе к Старой Земле. Сраная колыбель человечества, будь она хоть трижды проклята. Только там у вас есть будущее. Только там вы можете расти и развиваться. Найти своё призвание...

А что здесь? Какого дьявола умные ребята должны бросать свои семьи и дома только для того, чтобы получить образование и возможность на хорошее будущее? К ним будто относились, как к людям второго сорта. Раз ты выходец с Внешнего Кольца, значит — необразованный бездарь. Пустышка. Вот тебе работа. Делай, что скажут. Есть деньги? Ну ладно. Можешь попробовать получить немного знаний. Получил? Хочешь хорошую работу? Прости, парень. Здесь такое получают те, у кого больше связей. Но, ты не переживай. Мы найдем тебе занятие. Даже будешь делать то, на что учился. Только зарплата ниже. И даже не думай о том, чтобы вернуться. Там ты таких хороших условий не найдёшь. И только в своём великодушии, мы позволим тебе краешком глаза взглянуть на великую родину человечества!

Альберт был на Земле. Его не впечатлило. Обычная старая и перенаселённая помойка.

Его младшая сестра когда-то потратила все деньги семьи на то, чтобы получить место в одном из престижнейших университетов в самом Ядре.

И где она теперь?

— Слушай, босс. А, если всё пойдёт не так, как мы рассчитываем? — поинтересовался Тинк, выдернув командира из собственных злых мыслей. — Я в том смысле, что будет, если мы облажаемся?

Хмыкнув, Альберт подошёл к одному из ящиков, доставленных вместе с остальным снаряжением в Офелию.

Как и практически всё оружие этот нёс на себе эмблему армии Федерации. Никто просто и не подумал о том, чтобы заниматься перекраской подобных отличительных знаков на транспортных контейнерах. Дел и без того хватало.

Важнее всего было то, что находилось внутри, а не то, что нарисовано снаружи.

Щёлкнув замками, Альберт открыл крышку и показал лежащий внутри предмет.

— Если уж случится так, что вы всё-таки облажаетесь, то у нас всегда остаётся план «Б».

Собравшиеся вокруг контейнера возбуждённо забухтели. Ещё раз посмотрев на них, Альбер улыбнулся.

— Поэтому, лучше работайте чисто, чтобы не пришлось использовать эту крошку, — посоветовал он, закрывая обратно контейнер, внутри которого, тщательно упакованный пристяжными ремнями покоился двадцати килотонный ядерный заряд.

***

— Он сейчас стыкуется с заправочной станцией. Мы скоро начинаем.

— Понял тебя, Альберт. Действуйте по ситуации, но к тому моменту, когда Абруцци подойдёт к планете этот корабль должен либо принадлежать нам, либо исчезнуть. Ты понял меня?

— Да, Кассий. Мы не подведем. Я уже отправил сигнал на «Вдоводел». Они скоро начнут свою фазу операции.

— Хорошо. Я свяжусь с тобой через пятнадцать минут.

Отключив коммуникатор, Кассий направился прямо сквозь митингующую толпу.

Людей вокруг него было столько, что, казалось, он продирался сквозь плотное и волнующееся в предштормовой агонии море. Толпа обступила его со всех сторон и, порой, приходилось прокладывать себе путь с помощью локтей.

По плотнее натянув на голову капюшон и обойдя установленный прямо на асфальте голографический проектор, Кассий целенаправленно двигался вперёд, к своей цели.

«Долой корпоратов!!!»

«Независимость Офелии»

«Наш путь лежит в Альянс!!! Долой Федерацию»

Возбуждённые вопли летели со всех сторон, сливаясь в сплошной круговорот звуков и криков. Иногда в столь плотный, что становилось трудно вычленить из него отдельные фразы.

Но, это нисколько не мешало главным «героям» этого представления.

Заводилы толпы, оборудованные мегафонами и мощными динамиками кричали свои лозунги, ещё сильнее подогревая эмоции собравшихся людей.

Нельзя не отметить, как хорошо всё оказалось подготовлено.

Специально собранные помосты, чтобы люди видели своих «лидеров», где бы они не находились. Для тех, кто располагался слишком далеко в воздухе висели дроны с голографическими проекторами, показывающие лидеров митинга крупным планом. Мощные динамики доносили их голос до каждого уголка центральной площади Ламия-сити.

Когда Кассий преодолел уже половину пути до своей цели, у него в глазах уже рябило от висящих над головами митингующих голографических проекций всех цветов и размеров с бесчисленными призывами и лозунгами.

Что больше всего поразило Кассия — большинство из них призывали остановить именно корпоративную добычу.

Люди требовали вернуть прибыльный бизнес обратно в их руки, изгнав чужаков с планеты. Очень хороший тезис, позволяющий людям с громкоговорителями постепенно переводить фокус людского внимания на то, кто именно дал разрешение корпорации начать работу на планете. Направить гнев собравшихся на федеральное правительство Офелии. И вот только тогда их усиленные мощными динамиками голоса начинали вставлять в уже набившую оскомину речи осторожные вопросы о том, кто действительно виноват во всё происходящем?

Может быть, офельцам давно стоило заботится о себе, а не о прожорливых корпорациях?

Может быть, им стоило подумать о том, что их миру стоит выбрать другой курс?

И вот тогда в дело вступали голографические и обычные транспаранты с призывами к независимости.

Никто не говорил о присоединении к Альянсу. Это и не требовалось.

Кто-то очень хорошо постарался для того, чтобы подготовить всё это.

Особенно хорошо, что эти люди позаботились о самом главном. О том, чтобы объём человеческой массы не снижался.

Это был тонкий момент в проведении любых демонстраций. Кассий прекрасно знал об этом, так как в своё время наблюдал за работой лучших мастеров этого дела на Славии. Такие протесты не организуются просто так. Нельзя просто рассчитывать на то, что тысячи людей возьмут и бросят свои ежедневные дела, и выйдут на улицы ради того, чтобы высказать своё мнение.

Так не бывает.

Если кто-то думает иначе, то он идиот.

Для того, чтобы организовать подобное столпотворение нужно грамотное планирование, организация и мотивация.

А, даже если каким-то чудом кому-то из них самостоятельно придёт в голову мысль о чём-то подобном, неужели кто-то будет стоять десятки часов на пролёт. Голод, жажда, усталость и естественные потребности организма никто не отменял.

В этом и суть. Нельзя, чтобы концентрация людей на своей цели уменьшалась. Их нужно кормить, чтобы голод не увёл их с улиц. Нужно раздавать воду, чтобы жажда не мучила их. Подготовить туалеты, чтобы они могли не думать о том, где справить нужду. Нужно постоянно разогревать толпу, чтобы бы она не забывала о том, ради чего она здесь. Чтобы не уходила с улиц, в желании вернуться в комфорт своих квартир.

А мало какой мотиватор действует так же, как злость.

Протискиваясь через толпу, Кассий улыбался. Как профессионал, получивший возможность взглянуть на работу другого профессионала.

Осторожно засунув руку в приоткрытый карман перекинутой через плечо сумки, он достал один из заранее заготовленных там предметов. Пустую на первый вид пластиковую бутылку из под воды. Такие десятками валялись на асфальте у него под ногами. Проходя мимо очередной очень плотной группы людей, Кассий бросил её в запримеченную кучу мусора и спокойно пошёл дальше.

Уйдя в сторону, чтобы не столкнуться с группой кричащих мужчин, он достал крошечный наушник и вставил его себе в ухо.

— Проверка.

— Слышу тебя чётко и ясно.

— Где твои люди, Диего?

— Уже выступают. Последние грузовики с техникой едут к своим точкам. Будем готовы по графику. Что с дредноутом...

— Альберт и его люди им займутся. Так или иначе, но мы выведем его из уравнения.

— Хотелось бы в это верить, — проворчал голос в наушнике. — Потому что в противном случае мы можем расстилать ковровую дорожку прямо к нашим задницам. Провала нам не простят.

— Не переживай, — успокоил его Кассий, продолжая пробираться через толпу. — Просто сообщи мне, когда твои люди будут готовы начать.

— Сделаем, Кассий. Нужно ещё десять или пятнадцать минут. Не больше.

— Хорошо. Я отключаюсь. Каналы для резервной связи со мной у тебя есть.

Быстро переключившись на другую частоту, он связался с ещё двумя отрядами. Шестеро оперативников Альянса, разделившись на две группы сейчас занимались тем же самым, что и он. Продирались сквозь человеческое море к своим собственным целям.

— Что у вас?

— Почти на месте. Стрелки уже на позициях.

Достав из сумки ещё одну пластиковую бутылку, в этот раз мятую и грязную, он опустил руку и разжав пальцы позволил ей упасть себе под ноги. Не останавливаясь, Кассий направился дальше, проталкиваясь к самому краю толпы.

— Что с зарядами?

— Раскидали уже половину, как и планировалось, — доложил голос из наушника. — Мы почти у цели.

— Я тоже.

— Когда начинаем?

— Примерно через десять минут. Действовать будете по моему сигналу, так что приготовьтесь.

— Понял, десять минут.

Пять минут и ещё три пустые бутылки спустя, Кассий добрался практически до самого края обступившей здание администрации толпы.

Люди стояли в пятидесяти метрах от входа в комплекс, сдерживаемые окружающими его солдатами и бойцами службы безопасности Офелии.

Глядя на них, Кассий признал, что действовали они весьма логично. Выставили оцепление, используя пластиковые барьеры и цепочку голографических проекций, отображающих линию, за которую переступать не следовало, если только такой глупец не хотел нарушить закон. Несколько офицеров СБ в своей тёмной серо-зелёной форме с помощью мегафонов приказывали собравшимся не подходить к комплексу и просили разойтись.

Правда они просили их об этом последние часов шесть с видимым отсутствием результата.

Уже за ними двумя кольцами стояли солдаты и безопасники. И если вторые выглядели более или менее спокойно, привыкшие работать с гражданскими, то вот армейцы явно нервничали, сжимая в руках своё табельное оружие.

Что же. Это беспокойство имело основания.

Быстро осмотрев центральный вход, Кассий поднял взгляд выше.

Административный комплекс представлял из себя три высотные башни, стоявшие треугольником в самом центре площади. Самая низкая из них имела высоту всего в тридцать этажей, а две оставшиеся превосходили её на двадцать и сорок этажей соответственно. Все три здания были связаны между собой переходами и открытыми эстакадами.

Нижняя из трёх башен имела широкий ангар на крыше, для приёма крупных флайеров и челноков, а, также, обладала несколькими ангарами внутри себя на двадцать четвёртом и двадцать шестом уровне. Из оставшихся двух, средняя представляла из себя жилой комплекс для членов планетарного правительства, в то время, как третья и самая высокая являлась главным сосредоточением власти на планете. Архитекторы решили уместить все министерства в одном здании, дабы не разбрасывать их по стремительно растущему во время строительства Ламия-сити.

И именно эти три здания стали сосредоточением тщательно вскормленного и направленного людского недовольства в последнюю неделю...

Только вколоченный в него учителями профессионализм и навыки не дали Кассию замереть на месте, когда он заметил направленный прямо на него взгляд одного из людей в толпе.

Высокий. В хорошей физической форме. Одет в обычную гражданскую одежду. Но всё это не имело никакого значения. Манера двигаться и осматриваться по сторонам выдавала его с головой. Кассий знал о том, что в толпе работают переодетые оперативники СБ Офелии, но не предполагал, что столкнётся с ним чуть ли не нос к носу.

Неприятное происшествие.

Чуть пригнув голову, он неторопливо свернул в сторону, быстро отдаляясь от того места, где только что стоял. Протиснулся между парой кричащих работяг и двинулся дальше, разрывая дистанцию.

Что он видел? Успел ли заметить, как Кассий расставлял заряды? Или же просто так совпало, что он попался ему на глаза? Не важно. Стоит затеряться в толпе и выйти к точке с другого направления...

Обходя очередную группу кричащих лозунги мужчин, Кассий выгадал момент и обернулся. И тут же беззвучно выругался. Заметивший его человек протискивался следом за ним через толпу. И не один. Сбоку от него, осторожно расталкивая людей локтями двигался ещё один.

В этот момент в голове Кассия промелькнул целый сонм вопросов и сомнений. Чем-то он привлёк внимание. Не хорошо. А, значит, следовало избавится от хвоста.

— Внимание, — произнёс он, привлекая внимание своих товарищей по рации. — За мной хвост. Двое СБшников. Оба в гражданской одежде. Кто ближе всего?

— Это Второй. Двигайся к третьему помосту. Я отправлю к тебе Киру, она ближе всех и поможет. Мы будем следить за окружающей обстановкой.

— Понял.

Быстро оглянувшись, Кассий встретился с глазами с преследующим его мужчиной.

Тот смотрел прямо на него, не сводя внимательного взгляда с лица и что-то говорил, беззвучно шевеля губами. Видимо общался по системе связи со своими друзьями в штатском.

Что же. Значит, что другого выхода нету.

Быстро повернувшись, Кассий нашёл глазами нужный ему объект. Четырёхметровой высоты помост, построенный из закрытых брезентовой тканью лёгких металлических конструкций прямо на площади. Сейчас на его вершине стоял один из заводил для толпы, крича в микрофон и позволяя своему усиленному голосу расходится через динамики над площадью.

Не теряя ни секунды, Кассий направился прямо к нему.

Тридцать метров. Большое ли это расстояние? На самом деле нет. Человек пройдёт его за несколько секунд. Но только ни тогда, когда он со всех сторон окружён кричащими и толкающими друг друга людьми.

Быстро дойдя до помоста, Кассий отбросил в сторону прикрывающую вход ткань. Внутри имелось небольшое помещение, примерно два на два метра. Для того чтобы расположить аккумуляторы, питающие всю технику, несколько терминалов и кабели, идущие от помоста к расставленным динамикам.

Засунув руку за спину, Кассий коснулся пальцами своего оружия. Рифлёная рукоять ножа удобно легла в руку, а матово серый клинок тихо зашуршал, покидая ножны.

Кончик лезвия легонько вспорол ткань в углу, оставив тонкую прореху. Слишком небольшую для того, чтобы её можно было заметить снаружи, но достаточно удобную, чтобы через неё наблюдать за входом под помост.

Своего преследователя он заметил очень быстро.

Всё тот же коротко стриженный мужик. Он появился у дальнего угла помоста, направляясь прямо к тому месту, где сам Кассий проник в расположенное под ним помещение. Вот он подходит ближе. Что-то говорит, слегка опустив голову. Забавно, но окружающие его люди даже не обращают на него никакого внимания.

— Кассий? Это Кира, — зазвучал приятный женский голос у него в ухе. — Я уже рядом.

— Вход под третий помост, — быстро сообщил он ей, не сводя глаз с приближающегося безопасника. — Их точно двое. Может быть больше.

— Поняла. Как мне действовать?

Кассий одобрительно хмыкнул.

Кто-то мог бы подумать, что подобный вопрос звучал не профессионально, но только не он. Нужно понимать, когда человек спрашивает такое не потому, что не знает, что ему нужно делать, а потому, что хочет узнать, что будет делать сам Кассий. Девчонка хотела узнать его план и уже отталкиваться от него, чтобы не помешать.

— Дождись, когда первый войдёт внутрь. Если второй последует за ним, то будь готова перекрыть вход. Если нет, то действуй по обстановке. И смотри по сторонам. Их может быть больше.

— Поняла.

Вдох. Выдох. Его преследователю осталось всего несколько метров...

Сжимающая под рука дёрнулась вперёд в тот момент, когда брезентовый полог отодвинулся в сторону. Одновременно с этим, Кассий схватил мужчину за ворот куртки, втягивая его внутрь.

Фактор неожиданности был на его стороне.

Единственное, чего он не учёл, так это то, что его противник мог ожидать чего-то подобного. Даже потеряв равновесие, он успел выставить руку, частично блокируя удар. Вместо того, чтобы войти в сердце, острое лезвие полоснуло по рёбрам, заставив безопасника вскрикнуть.

Мысленно выругавшись, Кассий нанёс ещё один выпад, но и тот оказался заблокирован. Ладонь его противника сжалась на запястье, не дав вонзить нож в горло. Хорошие навыки и скорость. Даже в такой стрессовой ситуации.

Вместо того, чтобы продолжать попытки нанести один единственный и смертельный удар, Кассий перехватил нож в левую руку и нанёс пару быстрых, но глубоких порезов по рукам своего противника, вынудив его отпустить его запястье.

Как только правая рука оказалась свободна, он врезал мужчине сжатыми в кулак пальцами точно в горло. Как раз в тот момент, когда тот собирался закричать. СБшник захрипел, и схватился за горло.

Из-за тесноты удар вышел так себе. Нечего и рассчитывать на то, чтобы удастся сломать трахею. Но, главное, противник открылся, потеряв концентрацию.

Подсечка под ногу уронила его на одно колено.

Пальцы на рукояти ножа разжались, выпуская оружие, но только для того, чтобы вновь сомкнуться на нём, перехватив его обратным хватом. Задрав мужчине голову, Кассий вонзил лезвие точно в открывшуюся точку в верхней части груди и чуть ниже кадыка. Лезвие вошло в плоть, перерезав блуждающий нерв грудного отдела, вызвав моментальную остановку сердца.

Рефлекторно дёрнувшись, мужчина завалился на бок и упал на землю, заливая кровью переплетение лежащих на полу кабелей.

Кассий едва успел вытащить лезвие своего ножа, когда закрывающий вход полог вновь откинулся в сторону. В помещение тут же ворвались доносящиеся с улицы крики толпы. А вместе с ними это сделал и второй офелец, которого Кассий успел заметить в толпе.

Лежащее на полу окровавленное тело напарника на миг выбило его из колеи, но эта крошечная задержка продлилась слишком мало времени для того, чтобы Кассий успел сделать хоть что-то.

Уже было открывший рот для того, чтобы закричать, СБшник потянулся к скрытому под курткой оружию, но вдруг дёрнулся, вскидываю руку к голове и затрясся. Его глаза закатились, и он рухнул вперёд.

— Ты, как? — спросила невысокая девушка.

Быстро взглянул на опалённую чуть ли не до черноты кожу на затылке, Кассий одобрительно хмыкнул. А затем вновь присмотрелся к неожиданной помощнице. Он так и не смог заметить оружия в её затянутых в чёрные перчатки пальцах или того, как она куда-то его убрала.

— В порядке. Ты Кира?

— Ага.

— Что в округе?

— Я больше никого не заметила. Только он. Если есть и другие, то скорее всего они достаточно далеко, чтобы мы успели свалить отсюда.

Говоря это, она следила за тем, как Кассий подошёл к лежащему без сознания мужчине и опустился рядом с ним на одно колено.

Примирившись, Он одним рывком воткнул нож ему в голову, пробив лезвием височную кость. Пятнадцать сантиметров высокоуглеродистой стали вошли в мозг, гарантируя смерть лежащего на полу человека.

— Блин, походу ты его убил.

— Ага, — раздражённо бросил Кассий. — Походу, да.

— Так ли это было необходимо? — поинтересовалась Кира, внимательно наблюдая за тем, как присевший на одно колено парень вытащил клинок из трупа и вытер лезвие об одежду мертвеца. — Он бы провалялся в отключке ещё минут двадцать. Может быть даже больше...

Подняв голову, Кассий осмотрел её.

Чуть ниже него. Стройная. Короткие рыжие волосы, зачёсанные на одну сторону и открывающие выбритый висок. Только длинная чёлка, выбивается из опрятной в общем-то причёски и падает на лицо, чуть прикрывая один глаз.

— Если ты спрашиваешь подобное, то тебе лучше заниматься чем нибудь другим, — холодно ответил он. — Я не собираюсь рисковать.

В ответ на это девушка неожиданно рассмеялась.

— Вот только такого сосунка, забыла спросить о том, как мне делать свою работу.

Услышав ничем не перекрытое пренебрежение в её голосе, Кассий вдруг с удивлением для себя понял, что злится.

— Ты знаешь, кто я такой? — строго спросил он.

— А ты знаешь, кто я такая? — в тон ему поинтересовалась она. — Нет? Ну вот и познакомились. Пошли уже, мистер очень важная и секретная шишка. У нас полно работы. И тела не забудь прикрыть.

И не дожидаясь его ответа, Кира просто вышла обратно на улицу.

Произошедшее разозлило его настолько, что Кассий на мгновение даже потерял дар речи.

А когда беснующийся мозг наконец нашёл подходящие слова для ответа, прикрывающая вход ткань уже упала, отсекая расположенную под помостом техническую каморку от окружающего мира.

Тихо ругаясь сквозь зубы, Кассий быстро столкнул оба тела в угол и прикрыв их найденном там же куском брезента, вышел наружу. Пусть эта девка его и бесила, но в одном она была права.

У них ещё действительно полно работы.

Глава 16 «Планы людей и мышей… Часть V»

Тяжёлый крейсер АСМК «Вдоводел»

— Все системы проверены, сэр. Корабль и эскадра полностью готовы к выполнению задачи.

— Отлично, Стивен, — командор Марио Абруцци ещё раз пробежался взглядом по планшету с отчётом и вернул его обратно в руки своего старпома. — Передать сообщение по эскадре. Приступить к выполнению операции.

— Да, сэр.

Всё. Приказ отдан. Теперь пути назад не было.

В тот же миг все системы «Вдоводела» активировались. Тяжёлый крейсер выходил из вынужденной спячки, точно так же, как и его товарищи, летящие сейчас по инерции в каких-то двух сотнях километров от своего флагмана.

Они всё-таки получили сигнал от наземных подразделений. Если бы кто-то потребовал от Абруцци честного ответа, то в тот момент, когда он увидел появившийся из прыжка дредноут за своей спиной, то едва не струхнул. Никто не предполагал, что они встретятся здесь с чем-то подобным.

Четыре лёгких крейсера, это ерунда. С такой угрозой его подразделение справится без каких-либо существенных проблем. Но дредноут... это могло поставить всю операцию под угрозу провала!

К счастью, как показало время, ситуация оказалась далеко не столь угнетающей, как он того ожидал.

Да, пришлось практически заглушить двигатели и вырубить всё, что только возможно, чтобы «Вдоводел» и его группировка смогла пройти к Офелии незамеченной. Но, эти меры предполагались и так. А вот то, что его действительно порадовало, так это новости с планеты.

Оказалось, что дредноут был не только не вооружён, но и нёс на себе значительно урезанный экипаж. Что, открывало определенные возможности.

Оставалось надеятся на то, что наземным группам удастся выполнить свою часть задачи. По изменённому плану они либо захватят, либо уничтожат дредноут. В обычной ситуации подобная мысль показалась бы ему до отвратительного смешной. Взять на абордаж корабль подобных размеров уже нетривиальная задача. А если учесть, что по штату на нём должны были находиться по меньшей мере до трёх рот космического десанта и противоабордажные средства, так она и вообще выглядела практически невыполнимой.

Но урезанный экипаж давал им надежды на то, что всё пройдет именно так, как и задумано. Если учесть, что все четыре крейсера, которые Абруцци предполагал встретить здесь, уже сбежали поджав хвост, то в таком случае их задание станет лёгкой прогулкой.

Впрочем, это не повод расслабляться. Марио хорошо знал военную историю. Десятки полководцев проигрывали свои сражения из-за того, что теряли бдительность. Абруцци повторять их ошибки не собирался.

— Фиксируем радарное излучение, — оповестил его начальник тактической секции. — Три... Нет, четыре отметки по курсу два-семь-два. Дистанция три двести. Предположительно корветы... Да. Это они. Тип — «Миротворец». Находятся в зоне активной досягаемости наших ракет.

Коротко глянув на голографическую проекцию в центре мостика, Абруцци только убедился в своей собственной правоте.

Они размякли. Десятилетия потягивания на лаврах не прошли бесследно.

Пока Федерация и её вооружённые силы считали себя ультимативной силой в галактике, они деградировали. В скольких крупномасштабных войнах участвовал ФЗФ за последние сто лет? Не мелкие, рядовые конфликты. Не схватки с пусть и редкими, но возникающими периодически пиратскими бандами. Не участие в операциях по подавлению беспорядков в колония Внешнего Кольца. В реальных сражениях!

С реальным противником!

Война между Рейном и Верденом изменила всё. Как бы не смотрели на неё сидящие в Ядре адмиралы и политики, считая данный конфликт не более чем разборки детей где-то во дворе за домом, Абруцци и другие молодые офицеры так не считали.

Отнюдь. Что Верден, что Рейнская Империя значительно меньше Федерации и куда слабее её. Но в решимости этим людям трудно отказать. Когда ещё можно было услышать о том, что в одном столкновении встречались целые флоты дредноутов? И это в то время, когда подавляющая часть дредноутного флота самой Федерации стояла в доках или же на консервации, а большая часть экипажей участвовала в «живых» учениях в лучшем случае раз в год.

Идиотизм. На кой чёрт было строить столь огромный флот, если вы его не использовали?

Абруцци всегда относился к подобному поведению, как к высочайшему уровню кретинизма. Он и другие молодые офицеры ФЗФ, ещё не поражённые бесконечной бюрократией, однообразием своей службы и приступами чрезвычайно завышенного самомнения только от того, что на шевронах их формы есть обозначения земли, хотели идти вперёд. Они хотели развиваться.

Будучи выходцем из миров Внешнего Кольца и прошедшим обучения в академиях флота в Ядре, Марио понял одну простую вещь. Должность капитана тяжёлого крейсера — это его предел.

Не потому, что он не способен на большее. Нет.

Просто в условиях раздутого объёма кадров, где превалировали и властвовали давно закрепившиеся во флотской службе семьи тяжело пролезть выше. Этого просто не позволят ему сделать те, кто носил форму поколениями.

Теперь же, когда он выбрал свою сторону, вопрос о будущем карьерном росте более не стоял.

И Абруцци не собирался размениваться по мелочам или же сомневаться в своих решениях. Он собирался побеждать.

— Уничтожить, — коротко приказал командир «Вдоводела», опускаясь в своё кресло и поглаживая рукой гладкую поверхность шлема, что положил себе на колени.

Стоило ему отдать приказ, как он практически сразу же разошёлся по эскадре.

«Водовдел», «Ларахан» и «Армитаж» практически одновременно выбросили из своих пусковых по одному полному бортовому залпу. По четырнадцать ракет на каждый крейсер. Запущенные мощными электромагнитными ускорителями, противокорабельные ракеты унеслись в космическую пустоту.

Через семь секунд, они активировали свои двигатели и сориентировавшись в пространстве рванули к своим целями, набирая скорость с ускорением в двадцать тысяч g в секунду за секундой. Дистанция в три миллиона двести тысяч километров находилась глубоко в зоне активной работы двигателей ракет, и они смогут наращивать свою скорость на протяжении всего полёта к цели.

Абруцци ещё несколько секунд следил за тем, как ПКР выходили на курс, после чего вновь перевёл взгляд на отметки корветов. Попутно с этим он посматривал на циферблат старого механического секундомера в своей руке. Давний подарок, который он носил с того дня, как получил под своё командование свой первый корабль.

Их цели уже знают о запуске ракет. Датчики Черенкова моментально зафиксировали излучение двигателей ракет.

Двадцать шесть секунд спустя «Цель-один» начала ускоряться.

Тридцать четыре и тридцать семь секунд спустя «Цель-два» и «Цель-три» начали движение в сторону от траектории полёта ракет. «Цель-четыре» начала движение только сорок секунд спустя. Поразительная медлительность.

И, что ещё хуже, двигались они это под разными курсами.

Почти пол минуты и даже больше. Столько времени им потребовалось на то, чтобы принять решение. Очевидно неверное решение, к слову. Абруцци только убедился в том, что эти люди ни черта не умели.

Вместо того, чтобы пойти на сближение друг с другом, они решили защищаться по отдельности. Подлётное время более семнадцати минут. Они бы успели соединиться. Хотя бы войти в зону действия своих систем ПРО, перекрывая сектора. Не то, чтобы это хоть как-то могло спасти эти устаревшие корветы, но дало бы хоть какие-то шансы. Может быть, ещё попытаются изменить своё решение в будущем...

Семнадцать минут спустя стало понятно, что они этого так и не сделали.

Все четыре «Миротворца» исчезли с проекции, поражённые лазерными боеголовками противокорабельных ракет.

— Все цели уничтожены, сэр.

Желаемый результат. Десяти ракет на корвет более чем достаточно для того, чтобы перегрузить их слабую ПРО и добиться попаданий. Учитывая их жалкую броню и энергетическую защиту даже пары лазерных боеголовок хватит для того, чтобы выпотрошить их от носа до кормы.

Абруцци хорошо усвоил это во время охоты за патрульными корветами в Ракураи неделю назад.

— Ложимся на курс к планете, Стивен. Проинформируйте наших товарищей на планете, что мы приступаем ко второй фазе операции.

***

— ...поэтому, я считаю, что вы обязаны передать свой корабль под командование ССО, капитан Зарин, — с железной уверенностью произнёс сидящий напротив губернатора мужчина.

Александру потребовалось несколько секунд на то, чтобы переварить услышанное.

— Что вы имеете в виду? — спросил он, глядя на заявившего это мужчину в форме командора сил системной обороны.

— Я считаю, — с нескрываемой брезгливостью произнёс тот, — что вы можете быть недостаточно компетентны для того, чтобы командовать таким кораблём.

— А вы, значит, компетентны? — не без раздражения бросил в ответ вопрос Александр.

— Вы забываетесь, капитан! Я командую силами обороны Офелии, — добавив злости в голос произнёс командор. — И я буду решать, как правильно распорядится имеющиеся силами для её защиты! Подобные вопросы должны оставаться в ведомстве профессионалов и...

— Напомните мне, где сейчас лёгкие крейсера, которые должны заниматься защитой Офелии, — с нескрываемой издёвкой в голосе попросил Зарин. — Или это по вашему приказу они свалили из системы, как только запахло проблемами?

От резкого удара кулака по столешнице присутствующие в помещении гражданские едва не подпрыгнули.

— Я здесь главный, сосунок! — рявкнул командующий ССО. — И если я сказал передать нам командование дредноутом, то вы так и поступите, капитан! Вы поняли меня?! Это приказ...

— Командор Кизи, я считаю, что вы перегибаете палку, — осторожно начал Хайст, но разъярённый ССОшник даже не обратил на него внимания.

— «Ганнибал» и его экипаж останутся под моим командованием, — отрезал Александр. — Это не обсуждается.

— Вы нарушаете прямой приказ, — практически прорычал Кизи. — Хотите попасть под трибунал?! Я прямо сейчас могу отдать приказ и вас снимут с должности и...

От подобной угрозы Зарин едва не расхохотался ему в лицо.

— Я вам не подчиняюсь, командор, — спокойно произнёс он. — «Ганнибал» входит во флот Пиренейского сектора, а не в ССО. Вы не мой непосредственный начальник...

Договорить он не успел. Очередной удар кулака по столешнице прервал его на середине предложения.

— Адмирал Эстерхази мёртв, Зарин! Новая Ирландия в осаде! И мы понятия не имеем, что с её командованием. Как и с Аркадией. Возможно... Возможно Офелия осталась единственной лояльной федерации планетой! И мой долг взять военное командование силами федерации на себя! А, значит, мне потребуется ваш корабль...

Слушая его, Александр лишь покачал головой и оглянулся по сторонам.

Несколько министров, приглашённых на эту встречу губернатором, сидели молча, опустив глаза и явно не собираясь вмешиваться в разговор. Пара военных, явно из сопровождения самого Кизи, сейчас сверлили Александра злыми взглядами. Сам же губернатор молчал, если не считать его осторожной попытки вызвать к голосу разума командора.

А, что он мог сделать? В экстренных случаях военные имели право на то, чтобы взять управление планетой и бремя принятия решений в свои руки. Можно ли назвать текущую обстановку экстренной? Пожалуй, что так.

Вот только Александр в любом случае не собирался выполнять этот приказ. Он просто не имел никакого смысла. Если бы Кизи потребовал от него просто перейти вместе с кораблём под его командование, то и проблем бы не возникло. Но, нет. Тот, за каким-то чёртом, решил сам занять капитанское кресло, предварительно убрав из него самого Александра.

И плевать на то, что, скорее всего, никакого опыта командования таким кораблём у него не было. Здесь, вероятно, сыграло роль эго.

Каждый, кто возомнил себя адмиралом, захочет себе флагман побольше.

И, судя по раздувшейся под кителем талии, держать свой флаг на одном из оставшихся у Офелии корветов Кизи не хотел. Видимо боялся застрять в их узких коридорах.

В очередной раз он подумал о том, как до этого дошло. По началу всё шло хорошо. Вопрос с дозаправкой решился быстро. Как и проблема с находящимися на борту «Ганнибала» пленными. Их должны были забрать с борта дредноута в течении пары часов. А вот дальше местный командующий ССО полез, что называется, в бутылку.

— Нет, — снова повторил Александр. — Я отказываюсь.

Командор посмотрел на него таким взглядом, что, будь на месте его глазных яблок пара лазерных излучателей, Зарин бы уже развеялся пеплом по кабинету.

Кизи уже было набрал в лёгкие воздуха и открыл рот для ответа, когда его коммуникатор зазвонил. Точнее зазвонили коммуникаторы всех присутствующих в помещении конференц зала военных Офелии.

— Что? — рявкнул он, достав устройство для связи. — Я сейчас занят... Что?!

Александр, как и все присутствующие, моментально заметили изменения на лице командора. Морда Кизи моментально из разъяренной и красной стала бледной. Услышанное заставило кровь отхлынуть от его лица.

— Когда это произошло? Проклятие! Вызовите остальные корветы. Я скоро прибуду к вам! — он быстро убрал комм и повернулся к губернатору. — Сенсоры только что засекли двенадцать кораблей... всего в трех с половиной световых минутах от планеты.

Александру показалось, что он ослышался.

— Сэр, вы хотели сказать в тринадцати минутах?

— Я сказал то, что хотел сказать! — огрызнулся Кизи. — Они в трёх с половиной минутах от нас и только что прикончили четыре наших корвета.

На мгновение Александр потерял дар речи. Три с половиной минуты? Это походило на какую-то паршивую шутку. Как можно допустить, чтобы кто-то подошёл так близко? Нет, Зарин знал о слабом сенсорном прикрытии Офелии, но, чтобы так...

— Сколько кораблей вы заметили? — спросил он.

— Одиннадцать контактов, — серым голосом произнёс Кизи. — Предположительно шесть крейсеров, четыре эсминца и ещё два грузовых судна.

— Да вы издеваетесь... — Александр почувствовал себя так, словно кто-то вылил на него ушат холодной воды. — Вы уверены?

Вместо ответа Кизи просто кивнул.

— Я должен вернуться на корабль.

Александр резко поднялся с кресла, на ходу доставая собственный коммуникатор. Ему нужно было связаться с Максвеллом, а затем вызвать сюда находящийся в порту «Тритон». Ему уже было плевать на запрет полётов над городом. Главное, как можно скорее вернуться на «Ганнибал».

Но прежде нужно было связаться с кораблём. На то, чтобы установить связь комму потребовалось всего десять секунд. Как он и ожидал, на дисплее появилось лицо Вальс.

— Саша? Я только что сама хотела с тобой связаться...

— Ань, вы засекли их? — перебил её Зарин.

— Да. Буквально несколько минут назад, — быстро отрапортовала Анна. — Двенадцать отметок в трёх с половиной минутах. Сейчас идут прямо к нам с большим ускорением и продолжают наращивать скорость. Похожи на тяжёлые крейсера и, скорее всего, эсминцы.

— Местные из ССО того же мнения насчёт их состава. Что с кораблём?

— Мы только начали заправку. Сейчас стоим на терминале.

— Как много времени вам потребуется?

Анна бросила взгляд куда-то за пределы камеры, очевидно сверившись с одним из дисплеев.

— Ещё два часа на полную. Может быть чуть меньше...

— У нас нет времени ждать полной заправки, — приказал он. — Бери минимально необходимый запас для прыжка до Аркадии. Я скоро прибуду. Нам нужно пространство для манёвра.

Анна кивнула, но сомнение на её лице не укрылось от Александра.

— Я поняла, но... Саша, если мы сейчас прекратим заправку, то нам может не хватить реакторной массы на новый прыжок в случае...

— Не будет никакого другого прыжка, — отрезал Зарин. Их скорость в любом случае будет выше нашей. Они нас не отпустят если захотят. Единственное, что может их затормозить, это мы.

— Не хочу тебе напоминать, но у нас вообще-то нет ракет на борту, — не без сарказма напомнила она. — Как ты собираешься драться?

— Я и не собираюсь, — будем блефовать. — О том, что у нас нет боезапаса они не знают. Предупреди Арни, чтобы он и его ребята были наготове.

Ситуация наипаршивейшая. Обидно до смеха. Будь на «Ганнибале» полный боекомплект, Александр ринулся бы в бой даже не думая.

С ракетами на борту и хотя бы минимальным пространством для разгона они смогли бы если и не выбить из этих мерзавцев всё дерьмо, то нанести им такой урон, что о любых других действиях в системе уже не могло быть и речи.

Только вот ракет у них не было. И, судя по встревоженному лицу Анны, она сейчас думала о том же самом. С пустыми погребами их противник вполне может навязать бой на расстоянии и просто не подпускать к себе дредноут на дистанцию бортовых орудий, попутно засыпая его ракетами с безопасного расстояния. Худший вариант из всех возможных.

— Ты уверен? — ещё тише спросила она. Так, что Александру пришлось напрячь слух, чтобы услышать её.

— Да. Это наш единственный выход.

— Хорошо. Нам потребуется сорок минут для того, чтобы забрать необходимое и прервать процесс заправки.

— Ничего, — успокоил он её. — Это время у нас ещё есть. Готовьте корабль. Я вылечу, как только наш бот заберёт меня и остальных.

Отключившись, Александр хотел уже было связаться с Максвеллом, но, ещё раньше, чем он успел хотя бы связаться с сержантом, вдалеке что-то вспыхнуло. Через несколько секунд толстые стёкла панорамных окон зала для совещаний ощутимо вздрогнули.

Резко повернув свои головы, все присутствующие в ужасе уставились на поднимающийся к небу столб маслянисто-чёрного дыма. Будто змея, он вытягивался из дальней части города, поднимаясь всё выше и выше. Кто-то, как и сам Александр, вскочили со своих мест и подбежали к окнам, чтобы лучше рассмотреть случившееся.

— Кизи! — вскричал губернатор. — Какого дьявола происходит!

— Там... Это... — командор выглядел потрясенным случившемся. — Там находились наши армейские казармы. Должно быть это какой-то теракт или что-то другое...

— Боюсь, что у нас есть проблемы куда серьёзнее, — прервал его стоящий у окна Александр.

Мысли о том, что происходящее может быть связано между собой, вылетели из его головы, как только он увидел происходящее внизу на площади. С высоты шестидесяти этажей мелкие детали было просто не разглядеть.

Но упавшее тело одного из окруживших здание правительственного комплекса солдат, Александр всё же заметил.

Когда взорвались первые заряды, собравшаяся внизу толпа сошла с ума.

***

Тремя минутами ранее...

— Абруцци начал действовать, — доложил голос Сильвы из наушника.

— Понял тебя, Диего. Начинаем.

— Принято. Две минуты, отсчёт пошёл.

Кассий направился прямо через толпу, к переднему краю протестующих.

— Что мне делать? — поинтересовалась ни на шаг не отстающая от него Кира.

— Держись за моей спиной и не мешай, — бросил он, не оборачиваясь.

Девчонка раздражала его всё больше и больше своей недисциплинированностью. Вот и сейчас она шла за ним, засунув руки в карманы своей короткой кожаной куртки и бесхитростно глазела по сторонам.

Правда, стоило отдать ей должное. Она не сильно то выделялась на фоне собравшейся толпы.

Выкинув из головы всё лишнее, Кассий заставил себя сконцентрироваться на текущем моменте. Нельзя отвлекаться. Но и медлить тоже. Шанс того, что находящиеся в толпе безопасники — а Кассий не сомневался в том, что они были — найдут тела своих товарищей с каждой секундой всё увеличивался. Нужно было действовать прямо сейчас!

Бросив взгляд на часы на запястье, Кассий проверил время. Ещё полторы минуты.

Вот он у края толпы. Впереди стоят солдаты и сотрудники планетарной СБ, продолжая удерживать оцепление.

Правая рука нырнула в карман висящей на плече сумки. Пальцы быстро нашли рукоять пистолета.

Выбрать первую цель оказалось не сложно.

Высокий и широкоплечий мужчина стоял у самого края толпы, размахивая рукоятью с голографическим проектором. Сотканный из линий сфокусированного в надпись света, лозунг над его головой дергался в ответ на яростную жестикуляцию и даже встроенный в проектор стабилизатор не справлялся с резкими движениями.

Мужчина что-то кричал, размахивая проектором в сторону солдат и СБшников.

Всё ещё держа руку в сумке, Кассий продвинулся чуть вперёд. Так, чтобы оказаться у самого края и прямо перед выбранной им целью. Быстрый взгляд на часы.

Секунда шла за секундой... пока таймер не показал четыре нуля.

Этот звук невозможно с чем-либо перепутать. Раздавшийся в дальней части города мощный взрыв донёсся до городской площади. Резкий рокочущий хлопок, словно кто-то встряхнул огромных размеров полотнище.

А затем до собравшихся понеслась ударная волна, вырывая широкие бумажные транспаранты прямо из рук митингующих.

В ту же секунду толпа на миг замолкла. Находящиеся на помостах и среди людей заводилы прекратили свои речи. Затихли динамики. Казалось, даже, что на короткое мгновение вся площадь погрузилась в гнетущую, наполненную непониманием и растерянностью тишину.

А вот входившие в оцепление комплекса солдаты поступили в этой неожиданной ситуации именно так, как их учили.

И без того находящиеся на взводе, они выполни то, чему их обучали. Вскинули оружие, направив его на окружающий их источник опасности. Естественно, что никто из них не выстрелил. Как бы они не нервничали, идиотами они не были.

Но, это было уже не важно.

Потому что в тот же момент Кассий нажал на спуск.

Его рука всё ещё находилась в сумке. Всё ещё сжимала рукоять направленного назад пистолета. Настроенный на ведение огня в дозвуковой режиме, он выстрелил практически бесшумно. Даже треск порванной выпущенным дротиком ткани сумки показался бы громче, находись они в полной тишине.

Заряд попал стоящему за его спиной мужчине в плечо, разорвав мягкие ткани плеча и вырвав из его мускулистой руки кусок размером с небольшой мяч.

Разлетевшаяся в стороны кровь веером окатила ближайших людей. Попала одной из женщин на лицо. Та поначалу даже не сразу поняла, что именно произошло. Только лишь мгновение спустя, проведя руками по собственному лицу и увидев упавшего на землю раненого мужчину, она истошно завопила.

Кассий даже удивился. Поразительно, насколько громким может быть визг испуганной женщины.

— Они убили его! — во всю мощь своих лёгких заорал Кассий, привлекая ещё больше внимания окружающих к случившемуся и тыча рукой в сторону держащих толпу на прицеле солдат. — Они стреляют в нас!

И когда люди посмотрели в нужном направлении, то увидели нацеленные на них винтовки.

Что сделает человек, оказавшись в такой ситуации? В одиночку, когда на него направлено оружие. Он испытает страх. Страх за собственную жизнь. Желание убежать и спрятаться.

Но, в случае толпы этот эффект абсолютно противоположен. Всё равно, что бросить снежок с покрытого снегом склона и смотреть, как он вызывает самую настоящую лавину.

Да, оружие — это сдерживающий фактор. Инструмент насилия, способный навредить. И он вполне хорошо может оказывать сдерживающее влияние, когда сторона, которую требуется сдержать разумна. Когда она понимает и осознаёт возможность применения насилия. Некоторые психологи называют это «фактором сдерживания угрозой».

В такой момент человеческий мозг в первую очередь зацикливается на том, какой вред может быть ему нанесён. Страх инстинктивен. Он сковывает. Делает угрозу больше и опаснее, чем она кажется. Только вот не следовало забывать о том, что оружие, сколь бы опасным оно не было, являюсь лишь инструментом.

Убивает не винтовка. Убивает человек, чей палец нажимает на спуск.

Всё, что требовалось — это показать испуганной толпе, что этот человек тоже смертен.

Вряд ли кто-то смог услышать хлопок от выстрела мощной снайперской винтовки. Даже Кассий пропустил хлопок сверхзвукового десятимиллиметрового дротика.

Один из солдат в двадцати метрах левее упал на ступени фасада комплекса с дырой в груди. Одетый по форме защитный жилет не помог. Разве что только немного замедлил попавший в него снаряд. Он просто не был расчитан на оружие подобной мощности.

Едва только его мёртвое тело коснулась ступеней, как в тот же миг взорвались разбросанные по площади бутылки. Замаскированные под мусор, они лопались с громкими хлопками. В некоторых не было ничего, кроме небольшого пирозаряда. Громкий и безвредный хлопок, ничего более. Другие же содержали в себе полноценные светошумовые гранаты или дымовые шашки.

Взрывы, казалось, происходили в абсолютно случайных местах. Прямо посреди переполняющей площадь толпы.

Но, это только на первый взгляд. Подобных «хлопушек», как метко обозвал их Диего, было тем больше, чем дальше они находились от переднего края протестующих. Яркие и болезненные для ушей хлопки вспыхивали вместе с дымовыми облаками прямо за спинами людей, создавая ещё одну угрозу. На этот раз куда более видимую и громкую.

В конце-концов ведь только случившееся кровавое представление видели сравнительно небольшая часть людей.

Это походило на лавину.

Вызванное далёким взрывом смятение исчезло, будто маленький прибрежный город, смытый огромной волной цунами. Находящиеся позади люди бросились прочь от неожиданной опасности. И направление у них оставалось только одно. В сторону комплекса.

— Убийцы! Они убивают нас! Помоги-и-и-и-ите!

От резкого визга у Кассия едва не заложило уши. Повернувшись, он увидел громко вопящую Киру, размахивающую руками. Девчонка вопила так, что в голове звенело.

Женские крики всегда оказывали влияние на переполненых адреналином мужчин.

То, что началось дальше, трудно описать словами. Хаос. Полная неразбериха. В таких ситуациях всегда сложно определить ту черту, когда всё выходит из-под контроля и катится прямо в ад.

***

Разъяренные произошедшим люди бросились вперёд, прямо на стоящих перед ними солдат.

Словно живая волна, они хлынули, сметая со своего пути оцепление вокруг правительственного комплекса. Они набрасывались на солдат и пытающихся защищаться сотрудников планетарной службы безопасности, погребая их под собой.

И защитить себя эти люди могли только одним способом.

В набегающей человеческой толпе протянулись кровавые дорожки, когда окружающие комплекс солдаты открыли огонь из своих винтовок. Никто не думал о последствиях. Они были так же напуганы, как бросающиеся на них озлобленные люди. И только одна вещь могла их защитить. Оружие, что сжимали их дрожащие, вспотевшие ладони.

А импульсные винтовки никто и никогда бы не назвал деликатным средством для разгона толпа.

Выставленные на автоматический огонь, они изрыгали из себя потоки сверхзвуковых дротиков, буквально пропалывая в волне атакующих кровавые коридоры.

К счастью или же нет, но решились на подобный поступок далеко не все военнослужащие Федерации. Лишь около двух десятков из более чем трёх сотен. Но, даже этого хватило для того, чтобы устроить на улице кровавый хаос.

Эта картина всё ещё стояла перед глазами Александра, когда он бежал по коридорам комплекса в окружении Максвелла и его людей.

— Паршивой денёк, да капитан?

— Паршивые шуточки, сержант, — огрызнулся Зарин, сворачивая на повороте коридора. — Что с ботом?

— Уже должен был взлететь, — отозвался один из следовавших за спиной сержанта СВОДовцев. — Будет здесь через восемь или десять минут.

Оставалось только надеяться на то, что у них будет на это время.

Когда толпа ворвалась в комплекс, ситуация из просто паршивой превратилась в ужаснейшую. Разразившийся истеричными воплями, Кизи приказал обеспечить максимальную безопасность губернатору. И, самому себе, разумеется. Никуда от Хайста он уходить не собирался.

Огромная демонстрация всего за несколько секунд превратилась в самое настоящее восстание. И только бог знает, чем всё это может закончится.

— Где ваш челнок, капитан!

Зарин поморщился, когда отдающий нотками страха визг резанул по уху.

— Будет здесь через восемь или десять минут, — повторил он следующему за его спиной командору то, что сам услышал всего пол минуты назад.

— Прикажите им, чтобы были здесь, как можно быстрее! Я уже вызвал все возможные силы СБ для того, чтобы восстановить порядок, но вы должны обеспечить безопасность губернатора!

— Сэр, бот не прилетит быстрее, чем это возможно...

— Значит пусть поторопятся! — взвизгнул Кизи.

Чёртов идиот. Александр переглянулся с сержантом. Судя по его взгляду тот пребывал в точно таком же мнении, хотя его знакомство с командором было куда короче.

Кизи, губернатор, полтора десятка солдат, охраняющих губернатора и пара министров или же помощников Хайста, что находились в зале совещаний в тот момент, когда всё покатилось под откос, сейчас находились за их спиной.

Естественно, что первым же приказом командующего ССО, как только тот оказался в окружении вооружённых солдат, было требование немедленно доставить его на борт дредноута. Естественно, исключительно ради безопасности губернатора. Александр не собирался спорить с этим идиотом. Он и сам хотел как можно скорее оказаться в космосе и подальше от всего происходящего здесь.

Впрочем, в одном с этим кретином Зарин был согласен. Хайста следовало убрать подальше из этого взбесившегося муравейника.

В очередной раз он помянул недобрым словом архитекторов комплекса, расположившихся все посадочные площадки в самой низкой из трёх башен.

Они уже успели спустится на лифте и перейти по закрытому переходу в среднюю башню. Сейчас вся процессия из почти двух десятков людей шла по пятидесятому этажу, вдоль покрытой широкими стеклянными панелями внешней части здания. В обычном случае они давали всем, кто находится внутри прекрасную возможность полюбоваться видом на окружающий комплекс город.

В том числе и на площадь, где всё ещё творилось самое настоящее столпотворение. В нескольких местах в воздух поднимались столбы дыма, частично перекрывая обзор.

Неожиданно в дальней части площади что-то изменилось.

Александр заметил, как из-за зданий появилось несколько крупных флайеров, несущих на своих бортах эмблемы планетарной Службы Безопасности. Один за другим они вылетали из каньонов городских улиц. Александр успел насчитать семь машин, каждая из которых выглядела так, словно могла вместить в себя по меньшей мере полтора или два десятка людей.

— А вот и они! — радостно завопил Кизи, тыча пальцем в сторону прибывших флайеров. — Нужно восстановить оцепление вокруг комплекса и разогнать эту толпу!

Командор даже успел вытащить свой коммуникатор, когда произошло то, чего никто не ожидал.

Летящий впереди колонны флайер дёрнулся в воздухе, будто налетев на невидимую стену. Вся его передняя часть разлетелась веером обломков, когда невидимые с такого расстояния снаряды разорвали её на части. Моментально потерявший управление, он клюнул носом, и ударился о землю в паре сотен метров от одной из башен комплекса, рухнув прямо на собравшуюся внизу толпу.

С другой стороны площади появились новые фигуры.

Возвышаясь над разбегающимися во все стороны от падающих обломков людьми, пятиметровые мобильные доспехи вышли на площадь. Человекоподобные боевые машины шли вперёд, расходясь во все стороны.

— Какого чёрта! — воскликнул Максвелл, глядя на то, как боевые роботы открыли огонь из своих импульсных пушек по всё ещё находящимся в воздухе флайерам СБ. — Это же наши «Пантеры»!

— Уже не наши, сержант! — рявкнул Александр, увидев, как установленная за плечом одного из доспехов ракетная установка полыхнула дымом. — Или никогда ими не были. Бежим!

Толстые стеклопакеты здания содрогнулись от близкого взрыва.

Не успевший уклониться от попадания, ещё один флайер закрутился в воздухе охваченный пламенем. Бегущий Александр ещё несколько секунд провожал его взглядом, пока тот не скрылся с глаз, а здание не вздрогнуло.

Видимо пилот так и не смог справится с горящей машиной и та врезалась в комплекс.

Находящиеся в дальней части площади мобильные доспехи расходились в стороны, ведя огонь прямо поверх голов разбегающихся людей. Вслед за первым, воздух над площадью расчертили новые дымные следы.

Мобильные доспехи продолжали обстреливать прибывшие флайеры службы безопасности.

— Сержант!

— Да, я знаю, — отозвался на бегу Максвелл, вытаскивая комм. Он уже и так понял, что именно хотел сказать Александр. — Нужно отозвать бот!

Его фраза вызвала панический крик позади.

— Что?! Вы не можете! Вы должны эвакуировать губернатора! Всех нас!

— Мы никого отсюда не вытащим, если эти уроды собьют «Тритона», — огрызнулся, Александр, подбегая к лифту и ударяя ладонью по кнопке вызова. — Мобильные доспехи держат всё пространство вокруг комплекса под прицелом. Если наш челнок приблизится сюда, его попросту разнесут в клочья! Воспользуемся одним из флайеров для того, чтобы убраться подальше от здания.

Тоже не лучший вариант, но небольшой аэрокар имел куда больше шансов прошмыгнуть через опасную зону, чем крупный флотской челнок. «Тритону» ещё и придётся сильно замедлиться перед посадкой, что сделает из него ещё более удобную мишень.

— Странно, — Максвелл удивлённо смотрел на свой комм. — Связи нет.

— Что?

Достав собственный, Александр быстро проверил слова сержанта. Тот оказался прав. Общая система связи упала. Не работало ни подключение к планетарной сети. Радиоканалы так же выдавали помехи.

— Дерьмо, — коротко описал общую ситуацию сержант и Александр был полностью с ним согласен.

— Нужно поскорее убраться отсюда и найти способ связаться с челноком. Вперёд, сержант.

Двери лифта открылись и все забрались внутрь.

Для того, чтобы попасть в соседнюю башню требовалось перейти по одной из эстакад или закрытых переходов, что связывали строения комплекса между собой. Спустившись на лифте, Александр и все остальные быстро двинулись через коридоры здания, пока не добрались до выхода на нужную эстакаду — мост шириной метров в двадцать с высаженными на нём для красоты декоративными деревьями.

Постоянно им на пути попадались встревоженные сотрудники и оказавшиеся в зданиях люди, напуганные и понятия не имеющие, что им делать в такой ситуации. Многие просто закрывались в своих комнатах или кабинетах в надежде на то, что буря их минует. Другим же губернатор лично приказывал либо покинуть комплекс, либо спрятаться по возможности.

Как бы глупо это не звучало, но сейчас для них в этом оставался лучший шанс на спасение и безопасность. В другой ситуации Александр попытался бы помочь им, но сейчас все его мысли были заняты безопасностью собственной, губернатора и корабля.

Выбравшись на мост, они успели преодолеть почти половину пути, когда двери на той стороне раскрылись и наружу хлынула толпа.

Десятки гражданских высыпали на мост, перекрывая вход в здание на той стороне. Некоторые из них держали в руках импровизированное оружие. У парочки Александр заметил пистолеты и винтовки, явно отобранные ранее у солдат из оцепления комплекса.

Две группы замерли друг напротив друга. С одной стороны около полусотни озлобленных людей, с другой полтора десятка солдат из охраны губернатора, Александр и все остальные. Оружие в руках нервничающих солдат явно заставило людей притормозить.

— Спокойно, — предостерегающе произнёс Зарин, поднимая в всех раскрытые ладони и показывая, что он безоружен. Сейчас лучше всего будет решить ситуацию мирно настолько, насколько это возможно. — Не нужно делать глупостей...

К несчастью для себя, он забыл о Кизи.

— Убейте предателей! — взвизгнул командор, схватив одного из окружающих его солдат за плечо и толкнув его вперёд, в сторону замершей впереди на мосту толпы. — Исполняйте приказ!

— Кизи, замолчите! — губернатор резко повернулся к своей охране. — Не смейте стрелять!

Солдаты переглянулись, явно не зная, что им делать дальше. С одной стороны, стрелять в этих людей у них было никакого желания. С другой, их товарищи, что находились внизу уже пострадали от действий бунтующих.

Ситуацию несколько разрядил губернатор. Или, по крайней мере, попытался сделать это. Хайст схватил Кизи за плечо, резко развернув его к себе.

— Замолчите! Командор, что вы творите?!

— Что я творю? — закричал тот. — Я выполняю свой долг! Эти люди напали на нас! На наших солдат! Они предали Федерацию, Хайст! Они изменники!

Резко вывернувшись из хватки губернатора, командующий ССО выхватил пистолет из кобуры близко стоящего к нему солдата.

Прежде чем кто-то успел хоть что-то сделать, Кизи вскинул руку и выстрелил. Удивительно, как человек, впервые взявший оружие в руки со времён учёбы в офицерской академии умудрился во что-то попасть.

К несчастью для всех присутствующих, он вряд ли мог бы сделать что-то хуже, чем это его «достижение».

Один из гражданских на той стороне моста, невысокая женщина, упала на пол с простреленной грудью.

Первым в себя, как ни странно, пришёл Максвелл.

Старший сержант здраво оценил ситуацию и принял лучшее, по его мнению, решение. Схватив стоящего рядом с ним Зарина за воротник кителя, он рванул Александр вниз и назад.

Ровно за секунду до того, как началась пальба.

Солдаты и те из гражданских, кто сжимали в своих руках оружие, открыли огонь практически одновременно. Минимально возможный шанс на то, что происходящее удастся решить без стрельбы и кровопролития потонул в стрекоте выстрелов.

— Уходим, капитан! — проорал сержант ему в ухо, оттаскивая Александра назад. — Мартинес, Гас, отходим обратно в здание!

Бойцы Максвелла моментально и организованно отступили назад. Как успел заметить Зарин, они даже не стреляли, держа в руках свои табельные пистолеты.

И эта картина разительно отличалось от того, что творилось на эстакаде.

Солдаты из охраны губернатора просто рассыпались в стороны, пытаясь найти хоть какое-то укрытие на ровной поверхности моста и попутно паля в сторону напавших на них людей. Только вот оружия у бунтовщиков оказалось куда больше, чем первоначально смог разглядеть Александр.

Идиотская ошибка Кизи стоила жизни слишком многим. Один из солдат Офелии выпустил очередь в толпу, срезав сразу троих, но через секунду и сам упал на пол с дырой в груди.

Истошно вопящий Кизи продолжал размахивать пистолетом, пока шальной выстрел не снёс ему часть головы вместе с форменной фуражкой. Толстяк рухнул, как подкошенный. Прямо рядом с телом губернатора, лежащего в луже собственной крови.

С момента первого выстрела прошло не больше пяти секунд, а мост между двумя зданиями комплекса уже превратился в место кровавого побоища.

Глава 17 «Одолжение»

Распахнув двери, Александр буквально кубарем вкатился в помещение.

Это его спасло. Не грохнись он на пол, выстрел снёс бы ему голову. Но вместо этого просто проделал отверстие размером с кулак в дорогой древесине дверного полотна.

— Вставайте, шкипер, — рявкнул ему в ухо не терпящий возражений голос. — Не время сейчас разлеживаться.

Ругаясь сквозь зубы, Александр вновь вскочил на ноги, подгоняемый буквально тащившей его за воротник кителя рукой. Впрочем, заставить себя двигаться было весьма просто. Желание жить гнало переполненное адреналином тело вперёд.

Выстрелы за спиной продолжили терзать вовремя закрытую одним из СВОДовцев дверь. Они безжалостно вырывали из неё куски древесины и те разлетались во все стороны острыми мелкими щепками.

Максвелл притормозил у поворота коридора и развернувшись несколько раз выстрелил куда-то за спину Александра. С той стороны долетел приглушённый вскрик. В отличии от их преследователей видимо выстрел сержанта нашёл свою цель.

— Быстрее! Не стоять на месте! — рявкнул он, не переставая стрелять.

Один из бойцов занял позицию рядом с ним, открыв заградительный огонь по проходу за их спинами. Вдвоём они не давали преследующим высунуться следом за ними.

Миновав опасный поворот, вся группа побежала дальше. Без какой-либо конкретной цели. Просто спасались от разгневанной толпы, что уже вкусила крови.

Александр едва не упал, когда налетел на выскочившую из двери на его пути женщину. Та истошно завопила, но практически сразу же замолчала, когда сопровождающий Александра десантник грубо толкнул её обратно в кабинет и приказал не высовываться.

— Может быть они её пропустят и не заметят, — быстро пояснил он свои действия.

— Сержант! Нужно вернуться в административную высотку, где мы были! — крикнул Максвеллу Зарин. — Попробуем уйти через неё...

Тот только покачал головой, на ходу перезаряжая собственный пистолет. Пустой магазин улетел куда-то на пол.

— Не вариант, — гаркнул он. — Если эти уроды уже в здании, то скорее всего проникли во все три комплекса, сэр. Вероятнее всего. В такой ситуации лучшим решение будет подобрать хорошее место для обороны, капитан.

Даже по одному только выражению его лица было понятно, что данное предложение ему понравилось не больше, чем самому Александру. Когда бунтующие буквально наводнили коридоры комплекса, прорвав оцепление и ворвавшись внутрь, шансы на то, что им удастся затеряться внутри, казались призрачными.

Да и мысль о том, что они смогут найти где-то укрытие и держать оборону против подобного противника выглядела смешной. У бунтовщиков не только оружие и численное превосходство. У них была техника. Мобильные доспехи. Корабли в космосе, в конце-концов. Что в такой ситуации могли сделать четверо десантников вооружённые лишь пистолетами, Александр понятия не имел. Даже в его представлении это выглядело смешно.

Да их сожрут и не заметят. Просто задавят. Как бы хороши не были Максвелл и его люди, в конечном итоге количество всегда бьёт качество.

В этот момент Зарин впервые испытал страх. Такой, какой он не чувствовал даже в ту секунду, когда голова Кизи разлетелась кровавыми брызгами, а на эстакаде началась пальба. Ужас от осознания безвыходности окружающей их ситуации.

Когда нет выхода.

Их всё равно найдут. Боеприпасы у Максвелла и его людей не бесконечны. Их найдут. Загонят в угол. И пристрелят.

Пробежав по коридору, группа выскочила во внешнюю часть здания. Александр бежал вдоль широких стеклянных панелей, покрывающих внешнюю структуру небоскрёба.

Если раньше они давали прекрасный вид на окружающую комплекс площадь, то теперь всё пространство заволакивало от дыма. Тёмные и маслянистые столбы поднимались над городской застройкой, словно зловещие змеи, пачкая собой голубое небо Офелии.

Но, что ещё хуже, Александр хорошо видел, как беснующаяся внизу толпа продолжала стекаться к зданию административного комплекса, явно проникая внутрь него.

— Совсем скоро здесь будет не продохнуть от этих придурков, — мрачно заметил Максвелл, на бегу глядя на ту же самую картину.

— Да, сержант, — Зарину оставалось только согласится с ним. — Нужно найти укрытие или способ выбраться отсюда и связаться с «Тритоном».

Если их челнок сунется сюда и его собьют находящиеся на площади мобильные доспехи, то им всем однозначно конец...

Неожиданно оживший коммуникатор выбил все мысли из головы Александра.

— Стойте! — резко приказал он, быстро достав устройство из кармана кителя. — Есть связь!

Ожидая, что боту или кораблю удалось каким-то чудом установить связь, Александр очень удивился, когда посмотрел на дисплей. Входящий сигнал оказался зашифрован, а память коммуникатора не смогла опознать, кому именно он принадлежит.

Переглянувшись с Максвеллом, Зарин коснулся дисплея пальцем, принимая вызов.

— Кто это?

— Скажите мне, капитан Зарин, — прозвучал из динамика холодный и синтезированный компьютером голос. — Хотите ли вы жить?

— Кто вы?! — сразу же потребовал ответа Александр, но в ответ услышал что-то среднее между смешком и недовольным хмыканьем.

Учитывая, что голос человека, с которым он разговаривал явно был изменён компьютером для того, чтобы его не смогли опознать, выглядело... жутко.

— Вы не в том положении, чтобы что-то требовать, капитан, — произнёс незнакомец. — И, замечу, что вы так и не ответили на мой вопрос. Так, что, капитан. Вы хотите жить? Я могу помочь вам.

Александр переглянулся с остальными. Максвелл только пожал плечами и развёл руки в стороны, будто напоминая ему в какой ситуации все они находились.

— Да, — Не без труда выдавил из себя Александр. Всё внутри него противилось этому. Не так то просто взять и довериться совершенно незнакомым человеку.

Пусть он и говорит, что может им помочь.

— Что же. Прекрасно. Это я и хотел услышать, — голос в коммуникаторе прозвучал удовлетворенно. — Но, боюсь, что всё в этом мире имеет свою цену, капитан.

— Что вы имеете в виду?

— Мне потребуется от вас одолжение...

***

Дредноут «Ганнибал»

— Марек, мне плевать, что у них происходит! Я хочу, чтобы корабль вышел в открытый космос через десять минут!

— Понял, мэм, — кивнуло изображение Ларионовича. — Сделаем всё, что в наших силах.

Отключив дисплей, Анна откинулась на спинку кресла.

Вся ситуация бесила просто до безумия. Как бы бурлящие внутри неё не взывали к действию, они ничего не могли сделать. «Ганнибал» всё ещё был пришвартован у заправочной станции.

Несмотря на то, что минимально необходимый им запас реакторной массы уже залили в баки корабля, контроль платформы по-прежнему не отвечал на её запросы. Не отвечал вот уже пять минут с того самого момента, как Анна попыталась связаться с ними, чтобы запросить расстыковку.

Да ещё и происходящее на планете не добавляло веселья. Почему-то планетарная сеть сбоила, не давая связаться с теми, кто находился на поверхности, а обычная связь оказалась забита помехами.

Но всё это меркло по сравнению с теми кадрами, которые она и все кто находился на мостике увидели пятнадцать минут назад. У неё до сих пор кровь стыла в венах от одного только взгляда на те трансляции из центра города, что показывались по новостным каналам.

Чуть повернув голову, Анна бросила взгляд в сторону тактического дисплея. Двенадцать отметок постепенно приближались к планете. Неуклонно и неумолимо.

Время. Всё упиралось во время.

На самом деле, его у них уже не осталось, как бы Анна не торопилась с заправкой корабля. Приближающаяся эскадра АСМК двенадцать минут назад совершила манёвр разворота и сейчас тормозила, выходя к планете.

Тем не менее, они всё ещё имели достаточную скорость для того, чтобы начать погоню за «Ганнибалом». Уже было не так важно, выйдут они с заправочного терминала сейчас или же через десять, двадцать или тридцать минут. Все расчёты говорили о том, что начни они свой побег в сторону гиперграницы, крейсера Альянса всё равно смогут достать их. По крайней мере очень долго держать в зоне досягаемости своих противокорабельных ракет.

На самом деле вопрос стоял даже не в том, бежать им сейчас или нет.

Проблема заключалась в том, что Анна вообще не имела ни малейшего представления, что делать дальше. Всё происходящее сейчас казалось ей абсолютным абсурдом, из которого она никак не могла найти выход.

Вальс никогда не стремилась к капитанскому креслу. Если уж на то пошло, то офицеры астрографической секции почти никогда не претендовали на эту должность. Как правило эта прерогатива в первую очередь тактических специалистов.

И сейчас она занимала место, в котором совсем никак не ожидала оказаться.

— С планетой всё ещё нет никакой связи?

Услышав знакомый голос, Анна посмотрела на подошедшую к ней Адамс и покачала головой.

— Нет. По-прежнему глухо. Я никак не могу связаться с Сашей... то есть с капитаном, — поправилась она.

Кристина лишь улыбнулась, заметив её оговорку, но ничего не сказала. Вместо этого, она проследила глазами за отметками кораблей АСМК на тактической проекции.

— Мы сможем справиться с ними в открытом бою?

— Вам честный ответ, или оптимистичный? — усмехнулась Анна, надеясь на то, что её голос звучит достаточно бодро, чтобы в нём не слышались нотки страха.

— Хотелось бы, конечно, второе, но, я не привыкла заниматься самообманом, — улыбнулась Адамс. — Думаю, что и вы тоже.

— Только в том случае, если они подпустят нас на дистанцию работы энергетической артиллерии. В противном случае придётся выступать в качестве туши для битья. Сейчас трудно сказать...

Глянув на часы, она повернулась в кресле к одному из находящихся на мостике офицеров.

— С терминала уже дали добро на расстыковку?

Тот отрицательно покачал головой.

— Всё ещё нет, мэм. Сейчас я сделаю новый запрос. Странно...

— Что там?

— Нет ответа со станции.

Нахмурившись, Анна переглянулась со стоящей рядом с ней Кристиной и быстро достав коммуникатор попыталась вызвать Ларионовича. Прошло уже почти десять минут с момента их последнего разговора. Марек уже должен был решить вопрос, но...

Ответа так и не последовало.

— Что-то не так? — спросила Адамс с хорошо различимой тревогой в голосе.

— Не знаю. Марек не отвечает. И у нас нет связи с заправочным терминалом...

— Ань! Мы только что потеряли телеметрию с контролем космического пространства! — неожиданно выкрикнул Павел, перебив её.

— Что?

— Пункт ККП только что замолчал. Вообще никаких данных.

Быстрый взгляд на один из дисплеев её кресла показал, что Лейкин не ошибся. Мощный поток данных, поступающих со станции астроконтроля Офелии неожиданно прервался. Как и выделенный канал связи, который связывал с ней дредноут. Если уж на то пошло, то создавалось впечатление, что вся система контроля орбитального движения вообще рухнула.

Впрочем, слова Павла тут же подтвердили это предположение.

— С ней нет контакта! Вообще! И мы лишились внешних данных орбитального контроля!

— Переключайтесь. Паша, приоритет на наши системы и... — Анне потребовалось несколько секунд на то, чтобы принять окончательное решение. — Начинайте процедуру отстыковки от терминала.

— Что происходит?

— Мы лишились телеметрии орбитального контроля, — быстро пояснила для Кристины Анна. — И, судя по всему, не только мы. И я больше не собираюсь сидеть здесь и ждать.

Последние слова она едва ли не прошипела.

Ситуация из просто страшной, быстро превращалась в пугающую.

Многие наивно забывали о том, насколько на самом деле сложно летать в космосе. Со стороны казалось, что маневрирования в безбрежной пустоте дело не хитрое, но только на первый взгляд. Особенно если учесть, что орбиты планет обычно переполнены всяким хламом вроде других кораблей, станций, терминалов, спутников и бог знает чего ещё. И всё это добро тщательно контролировалось и отслеживалось с помощью пунктов контроля космического пространства.

Именно они брали на себя заботы о слежении за всеми объектами в орбитальном пространстве, выделяя для них курсы и траектории полёта, дабы избежать опасных ситуаций.

Сейчас же эта поддержка исчезла. Нет, естественно, что каждое судно на орбите способно и к самостоятельным действиям, но никогда нельзя забывать о задержке в реакции.

Анна не собиралась рисковать. Чем раньше они отойдут подальше от Офелии, тем лучше...

— Причальные захваты терминала заблокированы! Мы не можем её снять!

— Контроль заправочного терминала не отвечает!

Доклады сыпались один за другим и каждый звучал ещё более паршивей предыдущего.

Анна замерла в растерянности на несколько секунд, но быстро взяла себя в руки. Нужно было действовать. Послать людей, дабы вручную снять блокировку с причальных захватов. Отключить системы подачи реакторной массы, всё ещё соединяющие терминал с дредноутом. Начать расстыковку и уходить на более высокую орбиту...

Но, прежде чем она успела отдать хоть один приказ, её личный коммуникатор тревожно запищал, привлекая к себе внимание. Взяв устройство в руку, Вальс увидела идентификатор главы службы снабжения корабля и облегченно выдохнула.

— Марек, это Вальс, — быстро приказала она, ответив на вызов. Сейчас нужно действовать, как можно быстрее. — Начинайте отсоединение заправочной системы. Я хочу...

— Они ворвались на корабль! — перебил её крик из динамика. — Мэм, они на корабле...

К её удивлению, прозвучавший из устройства голос принадлежал совсем не Ларионовичу.

— Кто это? Что происходит?!

— Это Каринский, мэм! Солдаты! Они ворвались на борт с терминала и схватили Марека. Я едва смог сбежать. Понятия не имею, кто они такие...

Голос помощника Ларионовича неожиданно прервался.

Пальцы Анны вцепились в устройство с такой силой, что, казалось, вот-вот сломают его. На заднем фоне раздались крики, но столь же быстро оборвались, сменившись отчётливыми звуками выстрелов.

Она замерла. Просто застыла в кресле, продолжая сжимать пальцами комм, пока её сознание тщетно пыталось принять происходящее. Целых три с половиной секунды она слушала доносящийся из коммуникатора шум — смесь человеческих криков и приглушённых звуков стрельбы.

И эти секунды показались ей вечностью. Холодной и безгранично пугающей.

Но, как и всё в этом мире, даже эта вечность прошла.

Вбитая в голову дисциплина взяла верх над входящим с ума от испуга разумом.

— Блокировать корабль! — вскрикнула она, вскакивая со своего кресла. — Паша, перекрыть все отсеки! Врубайте противоабордажку. Всему экипажу запереться в отсеках и немедленно надеть скафы. Свяжись с оставшимися на борту десантниками и бойцами Максвелла. Сообщи, что они нужны на обоих мостиках и в реакторном.

Вот только будет ли от этого толк? Даже все вместе, их количестве едва составит два десятка человек. Да и то, половина была занята тем, что охраняла пленных со «Свободы».

Самое главное сейчас — обезопасить корабль. Любым путём. Решение пришло почти сразу.

— Павел, запускайте маршевый. Мы уходим с терминала!

— Эй, мы же всё ещё пристыкованы к нему!

— Плевать! Врубайте ДПО и выводите нас в космос. Свяжись со всеми. Я хочу, чтобы они как можно скорее заблокировали отсеки в которых находятся. Мы «продуем» корабль...

— Ты рехнулась?!

— А у тебя есть ещё предложения?! — рявкнула в ответ Вальс. — Делай, что я сказала! Как только получишь подтверждения начиная процесс разгерметизации.

Не став больше тратить время на болтовню, Лейкин бросился к своему посту. Как и все, кто находился на мостике. Как только дредноут придёт в движение благодаря своим двигателям пространственной ориентации...

— Эм... кажется у нас проблема.

Её словно холодной водой окатило.

Анна сама не поняла, как оказалась рядом с постом управления кораблём, бросившись к нему от своего кресла. Сидящий в одном из кресел поста парень беспомощно смотрел на мигающие красным дисплеи.

— Управление заблокировано! Мэм, у меня нет контроля над двигателями и ДПО... вообще ничего.

— Используй запасной протокол управления, — быстро приказала Вальс, но тот только покачал головой.

— Я уже пытался, но она не отвечает! Вообще! Все системы перевели на вспомогательный мостик!

Уже не сдерживая себя, Анна выругалась и достала коммуникатор. Попыталась связаться с вспомогательным пунктом управления «Ганнибалом». По штату та должна была постоянно находится одна из вахт, но с учётом урезанного перегонного экипажа вахта ЗКП составляла всего несколько человек.

Впрочем, связаться с ним она так и не успела.

Через открытые двери на мостик вбежали двое десантников и один из людей старшего сержанта Максвелла вызванные ранее. Все трое сжимали в руках оружие.

Прежде чем Анна успела отдать им хоть какой-то приказ, все кто находились на мостике услышали его.

— Экипаж «Ганнибала», — прозвучал из динамиков внутреннего оповещения незнакомый Анне голос. — Я, Альберт Гаррисон. Я контролирую ваш корабль. Запасной командный пункт в наших руках. Системы управления кораблём находятся под нашим контролем. Сдавайтесь. Нет необходимости губить свои жизни за прогнивший режим Федерации. Сдавайтесь сейчас и с вами обойдутся по справедливости...

— Ублюдки. Да, как они смеют... — начал было Павел, но Анна его даже не слушала. Вместо этого она нашла нужный контакт в коммуникаторе.

Если то, что они услышали — правда, то тогда ничего сделать уже нельзя.

Перевести управление на ЗКП мог лишь тот, кто знает, как работают корабельные системы. И проклятый вспомогательный мостик находился в дальней от них части дредноута...

...и достаточно близко со вторым причальным отсеком, куда был подведен один из переходов, соединяющих корабль с заправочным терминалом.

Но, кое-что сделать они всё ещё могли. Несколько секунд Анна мысленно молилась, чтобы на её вызов ответили.

— Жень? Прошу, скажи, что это ты!

— Анна, что происходит? — раздался из коммуникатора голос Евгении Третьяковской, начальника инженерной службы. — Мы только что это услышали...

— На это нет времени, — оборвала её Анна. — Я хочу, чтобы вы заблокировали реакторный отсек. Отрубите кораблю энергию. Полностью. Вы сможете это сделать?

— Я... да. Теоретически. Но, у них всё равно будет энергия с вспомогательных накопителей...

— Они не должны получить реакторы! Глушите их полностью и блокируйте запуск! Третьяковская, ты меня поняла?!

— Да... да, я поняла. Мне нужно несколько минут.

— Поторопитесь! И заблокируйте отсек так, как только сможете.

Оборвав разговор, Анна оглядела всех собравшихся на мостике. У каждого в глазах имелся всего один вопрос.

Что делать дальше?

К сожалению, ответа на него у Анны не было.

***

— Гаррисон, мы почти у реакторного отсека.

— Как только возьмёте его, сразу сообщите мне.

— Сделаем. Конец связи.

Пару секунд постояв в тишине, Альберт развернулся в сторону занятых его людьми контрольных постов вспомогательного мостика.

Всё прошло даже лучше и проще, чем он обещал Кассию.

Альберт даже сам не ожидал, что всё будет настолько гладко, постоянно чувствуя подвох. Ему постоянно казалось, что вот прямо сейчас случиться какое-нибудь неожиданное дерьмо, которое поставит всю операцию под угрозу срыва.

Но, будто издеваясь над ним, все события развивались так, как и планировалось.

Он и его штурмовая группа ворвались на борт дредноута через переходы соединяющие его с заправочным терминалом. В обычной обстановке его охраняли бы находящиеся на борту корабля десантники, но людей Альберта встретили только пара младших матросов из экипажа корабля с пистолетами в кобурах. Жаль, но пришлось их пристрелить. Ни Гаррисон, ни его подчинённые не собирались рисковать, давая их противнику возможность поднять тревогу раньше времени.

В кое-то веки разведка не обманула и Кассий оказался прав. На борту этого мастодонта действительно оказался урезанный перегонный экипаж. Едва ли не меньше трети от его номинальной численности. А ведь если верить Кассию, то на этом типе дредноутов людей должно быть меньше, чем на предыдущих моделях.

А в итоге его штурмовая группа встретила всего около дюжины человек, к тому же ещё и не вооружённых. На то, чтобы добраться до ЗКП дредноута у них ушло всего восемь минут пути по пустым коридорам.

Единственной неприятностью стала лишь короткая перестрелка. Оставленная в причальном отсеке группа охраны нарвалась на группы из нескольких членов экипажа корабля, но за исключением этого случая пока им удавалось действовать тихо и без лишней крови.

— Когда мы сможем получить контроль над всеми системами? — потребовал он ответа у сидящего в кресле рядом с ним техника.

Тот, будучи бывшим флотским офицером и успевшим послужить старшим помощником на флоте Федерации, был его главным специалистом по взаимодействию с корабельными системами наряду с несколькими своими товарищами.

— Я уже заблокировал управление с главного мостика, — отозвался тот. — Ничего сложного. Все основные системы в наших руках. Сейчас мои ребята следят за реакторами. На тот случай, если эти недоумки попытаются сделать с ним что-то...

— Что?

— Что-то радикальное. Вроде перегрузки ядра. У меня нет никакого желания превратиться в жареную яичницу.

— Ну, в этом мы солидарны... а если они всё же попробуют?

— Тогда я просто выброшу ядра реакторов в космос, — пожал плечами мужчина. — У нас будет три огромные дыры в корпусе. Потребуется замена и долгий ремонт, но это куда лучше, чем стать долбанной сверхновой.

— Трудно поспорить, — хмыкнул Альберт, соглашаясь с ним.

— Ага. Так что у нас всё в полном пор...

Он даже договорить не успел.

Освещение вспомогательного мостика неожиданно погасло, а через мгновение загорелось вновь, став более тусклым и отдающий красным свет. В тот же миг все дисплеи перед сидящими людьми мигнули, отключившись один за другим.

— Что произошло?!

— Дерьмо... эти засранцы только что отрубили всё питание корабля, — раздражённо отозвался новый «капитан» дредноута. — Вообще всё. Заглушили реакторы!

— Восстановить питание можете?

Тот лишь покачал головой.

— Только не отсюда. Попытаюсь перевести на вспомогательные батареи, но...

Выругавшись, Альберт открыл канал связи. Нужно было поторопить людей, отправленных к реакторному отсеку.

Глава 18 «Искры из прошлого»

— Первое здание под нашим контролем. Сейчас переходим дальше и продолжаем зачистку...

— Я понял тебя, — отозвался Кассий, идя по одному из коридоров административного комплекса. На рукаве его куртки в районе запястья горела карта, выведенная на умную ткань. — Губернатора уже нашли?

— Да, нашли, — из вставленного ухо наушника донёсся смешок Сильвы. — Мои ребята наткнулись на его тело на эстакаде между первой и второй высотками. Похоже наткнулся на местных. Там знатная перестрелка была. Похоже он вместе с местным командиром ССО хотели добраться до транспорта, но не свезло.

Кассий тихо выругался.

— Предполагалось, что мы возьмём его живым...

— Ну, дерьмо случается, — равнодушно произнёс Сильва. — Предполагалось, что он спрячется в своём кабинете, когда поймёт, что бежать им некуда, а не будет шататься по зданию. Мои ребята просто не успели добраться туда вовремя. Будем работать дальше без него. Что живой, что мёртвый — без разницы.

А вот тут ты ошибаешься, подумал Кассий, но вслух этого говорить не стал. Смысла уже и правда не было. Просто так бы он потратил куда меньше времени.

— Ладно. Тогда действуем по запасному варианту. Мне нужно, чтобы ты выделил мне людей.

— Уже. Группа направляется к тебе. Я их проинструктировал.

— Отлично. Передай им, чтобы не забыли захватить с собой оборудование и резаки. Я свяжусь с тобой, когда мы доберёмся до архивов.

— Без проблем. Будь осторожнее. Мы продолжаем фиксировать отдельные точки сопротивления. Некоторые тупицы просто отказываются сдаваться, даже несмотря на наши предложения. Идиоты.

— Постараюсь смотреть по сторонам...

— Да уж постарайся, не хочу потом оправдываться за твой труп.

Отключив связь, Кассий дошёл до конца коридора, где располагались шахты лифта.

Нет. Как бы Сильва не отнекивался, но смерть губернатора сильно подкосила планы самого Кассия. Нет, на общую операцию это не повлияет. Пока что всё шло точно по плану.

Уничтоженная казарма сил планетарной обороны и быстрые атаки по всей столице моментально нарушили координацию действий тех скромных сил Федерации, что находились на планете. В свою очередь силы планетарной безопасности так же сейчас не представляли опасности. Несмотря на свою численность они слишком уж слабо были вооружены. А уж когда на орбите Офелии появятся корабли Абруцци то об этой угрозе вообще можно будет забыть.

Но, теперь, когда путь внутрь административного комплекса оказался открыт, Кассию пришло время выполнить второе своё задание. Хотя, как он сказал раньше, было бы куда проще, если бы губернатор остался жив. Не пришлось бы прокладывать себе путь плазменными резаками...

— Куда мы идём?

— Куда надо, — не оборачиваясь бросил Кассий.

— А куда нам надо? — всё тем же беззаботным тоном снова спросила Кира.

— Куда надо, туда и идём, — Кассий почувствовал, что начинает раздражаться. — Ты можешь вести себя серьёзно?

Кира лишь пожала плечами.

— Я всегда серьезна. Убийственно серьёзна, я бы даже сказала.

Кассий фыркнул, даже не посмотрев на неё.

— Нам нужно попасть в государственные архивы Офелии, — сдавшись пояснил он. Уж лучше объяснить один раз, чем слушать её постоянные вопросы. — Они располагаются под административной высоткой. Мне нужны хранящиеся там данные.

— Данные? Информация?

Кассий кивнул.

— Именно.

— А...

— А это тебе знать не нужно, — перебил он её, одновременно нажимая на кнопку и вызывая кабину лифта. — Дольше проживёшь.

***

— Дальше будет технический коридор. Проследуйте туда...

Александр даже не двинулся с места, так и остановившись на коридорной развилке. Пока что им вроде бы удалось оторваться от своих преследователей и как-то затеряться внутри комплекса. По крайней мере Александр уже давно не слышал звуков стрельбы.

А, эта короткая передышка означала, что пора кое что прояснить.

— Я хочу знать, кто ты, мать твою, такой! И что сейчас с «Ганнибалом»?!

— В данный момент группа солдат и технических специалистов Альянса берут «Ганнибал» под свой контроль, капитан. Если вы хотите им помочь, то делайте то, что я вам говорю. У вас нет времени для того, чтобы тратить его на глупые вопросы.

Сдержав рвущиеся с языка проклятия, Александр махнул рукой в вперёд. Максвелл, как и полагается хорошему солдату моментально кивнул и двинулся вперёд, ведя за собой стальных.

— Хотя бы скажи, кто ты такой? — на ходу спросило Зарин.

— Имена не имеют большого смысла, капитан, — отозвался голос из коммуникатора. — Но, если вам так хочется, то вы можете звать меня Арах.

Александр нахмурился, мысленно повторив услышанное и незнакомо звучащее имя, словно пробуя его на вкус.

— Странное имя.

— Такое же, как и любое другое, — парировал Арах. — Поверните в сторону внутренней части здания, капитан.

Подсказка пришла, как нельзя кстати. Они едва не прошли нужный поворот.

— Сейчас прямо. Через сто двенадцать метров по левую сторону будет находится дверь. За ней технический коридор.

Не без труда подавив желание задать ещё миллион вопросов, Александр направился вперёд, к указанному месту. Точнее к тому, где оно должно было находиться.

— Здесь пусто, — сообщил Зарин, глядя на гладкую поверхность стены, прикрытой декоративными панелями.

— Только на первый взгляд, капитан, — отозвался Арах. — Подождите секунду.

Переглянувшись с Максвеллом, Александр только пожал плечами. Сам он понимал ни на йоту больше сержанта.

Впрочем, похоже, что их таинственный «доброжелатель» оказался прав.

Одна из стеновых панелей отошла от стены и сдвинулась в сторону. Находившаяся за ней дверная створка отъехала в сторону. За ней, как и обещал Арах, располагался технический коридор. Такие часто можно было встретить в правительственных зданиях для того, чтобы техперсонал мог спокойно перемещаться по комплексу, не привлекая внимания его работников и посетителей.

— Вам сюда, капитан, — назидательно произнёс голос из коммуникатора. — Двигайтесь по нему до спуска в коммуникационные помещения.

— Как ты это делаешь?

— У меня есть доступ к большей части электронных систем данного комплекса. Не тратьте время и делайте то, что я вам говорю.

Следуя этому приказу Александр вместе с Максвеллом и его людьми направился в глубь коридора. Стоило им пройти всего несколько метров, как проход за их спиной закрылся.

Быстро отключив на комме микрофон, Зарин подошёл ближе к сержанту.

— Что думаете, серж?

— Думаю, что всё это чертовски мне не нравится, сэр, — проворчал Максвелл, оглядываясь по сторонам. — Думаете он сказал правду про «Ганнибал»?

Александр лишь покачал головой.

— Понятия не имею. Очень хотел бы верить в то, что всё это просто враньё, но...

— Вот именно, сэр. Но. «Ганни» же сейчас стоит на заправочном терминале, ведь так?

— Да.

— Если уж на то пошло, то я бы на месте этих ребят точно воспользовался бы возможностью, капитан. Если у них, конечно, хватит людей для этого...

— Да у них есть чёртовы мобильные доспехи и техника, серж, — проворчал один из СВОДовцев. — Думаю, что чего-чего, а уж людей у них хватает.

— Верное замечание, капитан, — неожиданно произнёс Арах. — Насколько мне известно, для захвата вашего корабля им пришлось разделить отряд, нацеленный на захват станции астроконтроля. К слову, она так же уже находится в руках Альянса.

Зарин едва не встал на месте, когда услышал это. Посмотрел на дисплей комма. Убедился, что иконка отключённого микрофона горела красным...

— Не стоит меня недооценивать, капитан, — будто читая его мысли произнёс Арах. — Как я уже сказал, ваша жизнь и жизни ваших людей сейчас зависят от того, сделаете ли вы то, о чём я вас прошу.

— Хотя бы объясни, что тебе требуется, — потребовал Александр.

— Всему своё время, капитан. Всему своё время.

Тихо выругавшись, Александр продолжил идти вперёд. Теперь уже никто ничего не говорил. Только Максвелл изредка бросал подозрительные взгляды на комм в руке Зарина.

В конце коридора, как и обещал Арах, оказалось широкое помещение. В центрально части находились закрытые лифтовые шахты, по сторонам находились ещё два прохода, уходящие, очевидно, к другим скрытые внутри здания помещениям.

Двери одного из лифтов открылись, словно приглашая их войти.

— Вам нужен четвёртый подземный уровень, капитан, — объяснил Арах, пока кабина лифта опускалась вниз. — Там расползаются серверные хранилища. Мне нужны два определённых файла из хранящейся там информации.

— А просто скачать их оттуда? — ворчливо предложил Максвелл.

— К сожалению, старший сержант, из-за требований безопасности оно отключена от общей подсети и получить эти данные невозможно.

— Что это за информация? — потребовал Александр, выйдя из остановившегося лифта и оказавшись на развилке сразу трёх коридоров.

— Вам налево, капитан, — подсказал Арах и продолжил, когда вся группа направилась в нужном направлении. — Вам нужно лишь знать то, что, заполучив для меня эту информацию, вы обеспечите себе способ покинуть административный комплекс с безопасностью для себя и своих подчинённых. И, можете не переживать. Я не связан ни с Альянсом, ни с каким-либо другим государством. Так же, если это для вас столь важно, я гарантирую вам, что эта информация не навредит вашей Федерации...

Оглянувшись по сторонам, Зарин посмотрел на тянущиеся вдоль стен серверные «шкафы», весело мигающие всевозможными индикаторами. Всю пространство вокруг было заполнено техникой, обеспечивающей, очевидно, компьютерные возможности комплекса.

— Как будто я могу тебе верить...

— Это не вопрос веры, капитан Зарин. Это вопрос сотрудничества. У вас есть возможность получить что-то, что нужно мне. У меня есть возможность дать вам то, что нужно вам. Взаимовыгодное сотрудничество, пусть и вынужденное. К сожалению, человек, которые должен был выполнить эту работу, более... не способен сделать это. Поэтому мне пришлось импровизировать.

— Что с моим кораблём? — снова спросил Зарин.

— Вы правда хотите это знать?

— Да.

— Что же. Хорошо. Дредноут всё ещё на заправочном терминале. Насколько мне известно, штурмовая группа Альянса уже на борту «Ганнибала». Они взяли под свой контроль вспомогательный мостик и через него захватили контроль над системами дредноута. Ваш экипаж отключил реакторы корабля и смог заблокировать доступ в часть отсеков, в том числе в реакторный и главный пункт управления. Сейчас захватчики пытаются попасть внутрь этих помещений.

Не без труда проглотив ком в горле, Александр облизал пересохшие губы. Тревога за свой экипаж стальной хваткой сжала горло.

Он хотел бы сказать, что как их капитан волнуется за всех одинаково, но мерзкий голос где-то глубоко внутри подсказал, что это далеко не так. Потому что Аня была первой о ком он подумал.

Почему-то эта мысль заставила его испытать чувство стыда, но тревога за девушку всё равно не стала меньше.

— Откуда мне знать, что это правда?

— В данный момент я прослушиваю каналы связи всех сил Альянса, находящихся на планете. Поверьте мне, капитан. То, чему вы стали свидетелем сегодня, планировалось ещё шесть месяцев назад.

— Полгода?! И ты знал об этом всё это время?! Неужели нельзя было предупредить...

— Капитан, мне нет дела до вашей Федерации, этого нового Альянса или кого бы то не было. Всё, что меня волнует — получение нужных мне данных... Вы пришли.

Александр огляделся. Впереди находился пункт досмотра со сканерами и пунктами проверки техники. За ними дверь, очевидно ведущая в хранилище.

Такие помещения имелись практически везде. Предназначались для сохранения данных практически в любых условиях. Учитывая, что они находились довольно-таки глубоко под землёй, прямо внутри фундамента огромного комплекса, что возвышался над их головами на поверхности, это место могло уцелеть даже в случае полного разрушения зданий наверху.

Скорее всего.

Впрочем, создавались оно не для людей.

Как и раньше, стоило только Александру и остальным подойти ближе, как широкая и толстая дверь резервного архива Офелии вдруг пришла в движение. Не было ни единого намёка на хоть какое-то внешнее воздействие, но механические замки огласили мир звуком открывающихся запоров, а толстые створки разошлись в стороны, открывая проход.

Подобные места не были чем-то удивительным. Даже «Ганнибал» имел свои офлайновые архивы. Только там они назывались ёмким и старомодным термином «Чёрный ящик». Здесь же...

...всё было несколько масштабнее.

Широкий колодец, больше двадцати метров в диаметре. Он тянулся вверх и вниз, по меньшей мере на несколько этажей. Сам же колодец был разделён на шесть отдельных уровней, три вверх и три вниз от того места где стоял Александр. Именно на этих уровнях и находились ячейки для блоков памяти, куда сгружалась вся поступающая на планету информация. Тысячи и тысячи инфочипов, отключённых от сети и защищённых от любого внешнего воздействия. Как физического, так и электронного.

— Что я ищу? — спросил Александр, пройдя по вынесенному в центре колодца помосту и остановившись у консоли.

— Вам нужны два файла, капитан, — сразу же ответил Арах. — Первый касается эсминца ФЗФ «Сибирь». Регистрационный номер в списках флот...

Не став далее терять время, Зарин быстро набрал название корабля и продиктованный номер на консоли.

Само по себе оно ему ничего не говорило. Ничего удивительно, учитывая, сколько кораблей насчитывал флот Федерации. Вряд ли в мире существовал хоть один человек, который знал названия всех кораблей флота наизусть. На подобное способен разве что компьютер.

На то, чтобы найти файл ушло всего несколько секунд. Очень старый файл, как мимоходом отметил Александр. Если верить консоли, его не трогали очень и очень давно. Практически с момента внесения этих данных в хранилище.

В центре колодца появились несколько небольших дронов, один из которых тут же направился к одному из «внутренних» уровней колодца.

Остановившись рядом с одним из блоков, дрон выпустил несколько тонких манипуляторов и принялся извлекать содержащий нужный инфочип контейнер. Уже через пол минуты извлеченный блок данных лежал перед Александром.

Не удержавшись и всё ещё не забыв слова Араха, Зарин быстро, но аккуратно вставил чип в порт и открыл хранящийся на нём файл.

Как он и подозревал, эти данные были старыми. Очень старыми. Как и сказал Арах, на нём хранилась информация об эсминце «Сибирь» и касался факта посещения этим кораблём системы Сигма Офелия ещё в то время, когда колонизация самой Офелии только начиналась. Если верить этой информации, то «Сибири» потребовалась заправка на пути к месту её назначения — Северный сектор внешнего кольца.

— Что там? — спросил Максвелл.

— Данный по какому-то старому эсминцу, — отозвался Александр, просматривая файл. Убедившись, что эти материалы чертовски «древние», он несколько успокоился. Короткое упоминание об этом эсминце и его экипаже вряд ли хоть как-то могло оказать влияние на происходящее события. — Очень старому. Он заходил сюда для заправки ещё в то время, когда колония только строилась. После чего ушёл на Север. Здесь написано, что «Сибирь» должна принять участие в Шестой Дальней Экспедиции.

— Первый раз слышу, — нахмурился Максвелл.

— Ничего удивительного, — зазвучал голос из коммуникатора. — Шестая экспедиция была одной из последних. После неё столь масштабные и глубокие рейды в неосвоенное человечеством пространство более не проводились.

В ответ на эти слова сержант фыркнул.

— Деньги на ветер, как по мне.

— Многие считали так же, — согласился со здоровяком Арах. — Но эта причина не являлась главной. Капитан, следующий файл, будьте добры. Нужна информация о кораблях Седьмой исследовательской экспедиции. Все материалы, которые сможете найти.

Быстро убрав чип во внутренний карман кителя, Александр ввёл в консоль новый запрос. Как и в прошлый раз, потребовалось несколько секунд на то, чтобы определить ячейку хранения.

— Капитан, я рекомендую вам поторопиться. К архивам приближаются люди, — предупредил Арах.

Услышав его, Зарин тут же встрепенулся.

— Кто?

— Очевидно, что это те же самые люди, которые ответственны за захват планеты и вашего корабля, — лаконично поведал голос из коммуникатора. — Поэтому я рекомендую вам поторопиться.

Быстро обернувшись, Александр указал Максвеллу в сторону выхода из хранилища.

— Сержант...

— Да, я слышал, — отозвался тот, быстро проверив свой пистолет. — Мартинес, Гас. За мной. Григс, Леонов, охраняйте капитана. Долго ещё?

— Почти, — ответил Александр, глядя на то, как один из дронов спускался по колодцу на репульсорах. В его манипуляторе находился металлический контейнер, где, очевидно, и хранился нужный им чип.

Дрон неторопливо опустился к месту, где располагалась консоль доступа...

Александр уже протянул руку к контейнеру с чипом, когда сзади раздались крики.

— Капитан! В сторон...

Его словно флайер с ног сбил. Таким сильным оказался удар. На самом деле стоящий рядом с ним СВОДовец просто толкнул его одной рукой, буквально швырнув Александра на пол.

То, что Зарин налетел головой на край постамента, где находилась консоль доступа и в кровь рассёк себе бровь, было уже не так важно.

По крайней мере, он всё ещё был жив, в отличии от лежащего на полу рядом с ним человека.

Тело Григса замерло на полу с простреленной головой.

Кто-то схватил Александра за шкирку и оттащил за угол. Как оказалось, это был другой боец, оставленный Максвеллом для охраны Александра минуту назад. Сам же сержант с ещё двумя людьми занял места около входа в колодец архива, стреляя из пистолетов куда-то вглубь коридора.

Высунувшись из-за своего укрытия, он увидел с полдюжины людей, укрывшихся от выстрелов людей сержанта в проходе серверного зала, где находился вход в хранилище.

— Арах!

— Я вижу, капитан. Мне нужен файл.

— Какой к чёрту файл, — выкрикнул Александр, схватив лежащий на полу пистолет Григса.

— О Седьмой исследовательской экспедиции, капитан, — терпеливо пояснил голос.

Выругавшись, Зарин посмотрел в сторону консоли.

Вот только дрона там уже не было.

Ругаясь сквозь зубы, Александр подполз к краю и заглянул вниз. Разбитый робот лежал на дне колодца, а в его корпусе зияли сразу несколько дыр. Видимо стрелок срезал его той же очередью, которой убил Григса и чуть не прикончил самого Александра.

Рядом с разбитым дроном на дне колодца он заметил контейнер. Он лежал на полу, в каких-то пятнадцати метрах от Александра.

— Ты рехнулся?! Как мне его доставать?!

— Это ваша проблема, капитан. У нас был уговор. Я выведу вас наружу, а взамен вы добудете для меня эти два файла...

Один из выстрелов чиркнул у самого уха Александра, перебив защитное ограждение на краю колодца.

— Отсюда нет выхода! Арах! Мы даже выйти отсюда не сможем...

— Добудьте файл, капитан и я обеспечу вам путь наружу, — всё тем же невозмутимым голосом произнёс Арах. — Файлы в обмен на ваше спасение. Только так.

— Чёртов ублюдок... Максвелл! Задержите их! Нужно достать его!

Сержант что-то прокричал, но Александр его уже не услышал. Он подполз к самому краю колодца и ухватившись за ограждение полез вниз.