Падение Этерны. Книга Первая

Глава 1. "Этерна Фортуна"

…и возвысил Фолан острова, чтобы

спасти людей от Черни…

— Молитва жрецов Великого Храма Фолана

Защитим Острова от наглых разбойничьих морд!

— Листовка Союзного Флота

Жозеф Брели круто повернул штурвал вправо. “Этерна Фортуна” проскрипела и устремилась в бушующий воздушный поток, готовая вытерпеть любые нападки корабля Союзного Флота. Из под киля струились облака, точно из трубки.

— Капитан!, — взмолил Шандор, — Но ведь там Пыльные Рифы — наш корабль канет в Бездну!

— Успокойся, друг мой, — с улыбкой сказал Жозеф. — Ничего так не бодрит по утрам, как смертельная опасность. А эти ублюдки из Союзного Флота ничего не смыслят в риске. Их удел — страх или смерть.

Шандор вцепился в перила и устремил свой взгляд на вражеский корабль. Массивный фрегат, что нарекли “Левиафан”, который каждой своей дощечкой, каждым листом тяжелого металла рависа желал их гибели. Шандор сглотнул.

— Приготовить пушки!, — скомандовал капитан.

Лицо и руки изрезали тысячи песчинок, будто тонкие иглы врезались в плоть. Ничего не видать. Жозеф — опытный капитан — отдал всего себя чутью, которому так доверял в таких ситуациях, и легкими движениями штурвала лавировал между пыльными вихрями, что так и норовили поглотить и разломать Этерну.

Шандор взглянул на капитана. “И как только треуголка держится на его голове?”, — пронеслось у него в голове, но мысль унес поток ветра.

Жозеф Брели выкрутил штурвал влево до предела. Этерна застонала под тяжестью ветров и повернулась на девяносто градусов. Только сейчас экипажу и Жозефу удалось разглядеть корабль, который гнался за ними. Несмотря на разделявшие их несколько сотен метров, Жозеф знал, что его взгляд встретился со взглядом вражеского капитана “Левиафана” — Элианой Вейнхарт. Она уже несколько лет охотилась за “Этерна Фортуной” и Жозефом — но каждая попытка оборачивалась крахом. Из ее глаз сыпались искры. Стычка “Фортуны” с Союзным Флотом у Тресмонта совсем вывела ее из себя. “Ну что же, потанцуем, капитанша?”, — с едкой усмешкой подумал Жозеф и поднял руку вверх для атаки.

— Пли!, — прокричал капитан.

Воздух сотрясли выстрелы десятков пушек. Повис запах пороха. Ядра вгрызались в плоть “Левиафана” и с хрустом переламывали внутренности корабля. Он слегка наклонился на бок, точно оправляясь после удара, но секунду спустя выпрямился, чтобы ответить. Но “Левиафан” угодил в один их пыльных вихрей, и его выстрели лишь прожужжали над ушами экипажа “Этерны” и поцарапали обшивку. “Левиафан” стремился вернуться к бою, но вихрь унес его в противоположном направлении.

Улыбка не сходила с лица капитана “Этерны”. Еще одна победа — еще один провал Союзного Флота. “Неплохой танец, капитанша, но местами ты лажаешь”, — подумал Брели.

Жозеф поднес к губам старинный амулет, с которым ни на секунду не расставался. Для Шандора он всегда был загадкой. Амулет появился у Жозефа в тот день, когда он стал капитаном.

Капитан повернул штурвал. “Этерна Фортуна” описала дрожащий полукруг и вышла из Пыльных Рифов. Жозеф отряхнул от пыли кафтан потухшего оранжевого цвета и серую треуголку. Его русые волнистые волосы блеснули рыживизной. Правый глаз отливал золотом, в отличие от левого голубого.

Шандор Грейвз вздохнул и выпрямился. “Клянусь Фоланом, однажды я точно прибью Жозефа за эти проделки! Где план? Где стратегия?, — думал штурман, — Увести корабль в Пыльные Рифы и подвергнуть весь экипаж смертельной опасности? Безумие!”. Но это было безумие, которое привело “Этерну” к славе, и Шандору приходилось с этим считаться, несмотря на скрежет зубов. Он взглянул вперед — на горизонте увеличивалась точка — остров Латро.

Ветра ласкали паруса, гладили разгорячившиеся щеки, охлаждали пыл. Не хотелось даже и думать о том, что скоро они вернуться в Черный Град.

Пальцы капитана сжимали штурвал. На палубе работал экипаж, который лихо начал переносить бочонки с хвойной смолой. Дух победы охватил умы “Этерна Фортуны”, и сам корабль вел героическую песню своими поскрипываниями обшивки, будто хотел рассказать обо всех победах и сражениях, что ему удалось повидать. Разбойники заголосили, отчеканивая каждый слог:

Эй, приятель, не робей,

Союзный флот разбей скорей!

Гогот и смех заполонили палубу. Жозефа и Шандора это устраивало, и они смеялись с остальными.

Примерно через полчаса “Этерна” причалит к порту Черного Града — единственного города на Латро. Город напоминал Жозефу огромную протухшую рыбу, которая раскрыла пасть с уродливыми черными зубами-домами, которая жаждала сожрать “Этерну”. Уже отсюда он услышал запах летучего масла, которое давно не меняли. От города веяло опасностью, от него веяло убогостью, капитан почти слышал все те перешептывания, все те заговоры, которые разворачивались в Черном Граде, но что-то в нем привлекало Жозефа. Перед его глазами вспыхнули лоскуты грязных воспоминаний, когда ему приходилось драться, чтобы выжить. “О, Фолан, как же это было давно! — улыбка капитана слегка скривилась. — Черный Град нисколько не изменился, — с неожиданной для себя сладостью подумал Жозеф. — Все такая же дыра”.

Шандор поправил свой темно-синий камзол и теперь теребил свою черную бородку. “Зачем мы вновь возвращаемся сюда? Имея такое влияние, такие средства, можно было бы…”, — думал штурман, но осекся. Ему припомнились те мрачные дни его жизни, когда его свобода висела на волоске. И только Жозеф пришел ему на помощь. Кулаки невольно сжались, как и сердце.

“Этерна” подплывала к причалу. Десятки маленьких угрюмых галер покачивались на ветру. Только светлый “Хлыст” возвышался над ними всеми. “Так Альберт тоже здесь?”, — невесело подумал Жозеф.

Черный Град встретил их криками контрабандистов, что впаривали товар, оханиями и аханиями докеров, которые таскали тяжелые грузы с наваром, а также едким запахом табака, которым, наверное, пропах уже весь Черный Град.

— Причаливаем!, — крикнул кто-то из экипажа и бросил веревку швартавщику.

“Этерна” покачивалась на ветру. Деревянный трап с грохотом ударился о причал и приготовился к неблагодарной работе. Матросы галдели и ругались, перетаскивая бочки.

Жозеф соскочил с мостика на палубу.

— Пару бочек оставьте нам, пригодятся, а остальное — к “Торговцу Теней”, — сказал он.

— Так точно, капитан!, — ответили матросы.

— Шандор, — обратился Жозеф к штурману, — проследи, чтобы все было как надо. Я присоединюсь к вам позже, — он немного помолчал, а затем сказал — Будем выбивать звонкую монету из нашего “Торговца”,

Шандор Грейвз кивнул.

Он спустился по трапу на пристань. Каждый раз этот спуск пугает его, каждый раз он смотрит вниз и видит под собой Бездну — таинственную, клубящуюся черными облаками, смертельно холодную и такую же пьянящую. Каждой волосинкой на своей бородке, каждым шрамом на теле он чувствовал странное влечение, будто Бездна шептала ему. Шандор слышал голос загадочной девушки в плаще. Ее лицо было скрыто под плащом, но улыбка! — эта улыбка и кроваво-алые губы!..

Примерно так себя чувствовал себя штурман в те две-три секунды, пока он спускался с корабля на пристань. Для него же это было подобно вечности — деревяшки скрипели под его ногами тысячами голосов. С трудом он оторвал свой взгляд и мысли от таинственной пустоты и посмотрел на Черный Град.

Звон в ушах сошел на нет. Он вытер рукой пот со лба и пошел выполнять поручение. По долгу службы.

Жозеф улыбнулся и спустился на нижнюю палубу. Каркас из фасила держал весь корабль, так сказать “на плаву”. Он спустился к механику — тучному мужчине лет за пятьдесят, измазанному в масле.

— Капитан!, — с жаром сказал он. — Вот скажите мне-...

— И тебе привет, Гаррет.

— Кхм…, — продолжил механик и поправил большие инженерные очки. — Зачем вы испытываете удачу? У нас хоть и не пыльные осколки стоят на корабле, но завернуть корабль в Рифы!

Гаррет обвел рукой “сердце” корабля — где несущая конструкция из фасила соединялась с летучими камнями.

— Вы напрасно тратите столько сил летучих камней, — продолжал выговаривать механик. — Они ведь могут лопнуть, взорваться! А если Фолан отвернется от нас?, — Гаррет тяжело выдохнул, видимо довольный тем, что высказал все капитану.

— Фолан давно спит, приятель. Надеяться можно только на себя.

— Но как же!.., — нижняя губа механика задергалась.

Гаррет развел руками и вернулся к “сердцу”. По очереди он доставал летучие камни из рависовой оболочки, которая гасила все их свойства, осматривал, чистил и возвращал обратно.

Жозеф сбежал по трапу и оглянулся. Матросы и Шандор уже ушли.

— Есть немного времени прогуляться, — сказал он себе под нос и сдвинул треуголку чуть вниз.

Колокольный звон, ругательства и десятки струек дыма от сигарет, которые медленно плыли ввысь. Это так похоже на обычный порт, но люди здесь — потерянные, чужие друг другу и этой жизни.

Жозеф выдохнул, улыбнулся и нырнул в поток людей.

Капитан видел их однообразными, однобокими, серой единой массой, которая не переставала гнить. Все эти крики, весь этот прожженный запах, эти угрюмые, забитые наглые рожи — это вселяло тревогу. Но то лишь малюсенькая иголка, что ковырялась в сердце Жозефа. “Лишь отголоски прошлого”, — говорил он себе. Ему хотелось выпить и забыться в картах, но одно дело нужно было сделать. “Интересно, что сделают с Вейнхарт, когда узнают об очередном поражении?”, — эта мысль заставила его улыбнуться.

Он скользил по тонким вытянутым улицам, которые походили на червей-паразитов. Нищие жгли костры, чтобы согреться; другие же перешептывались басом. Люди смотрели на него и щурились, как смотрят на солнце. Несло протухшим мясом. Небо, удивительно светлое во время плавание, потускнело здесь и походило на выцветшую краску в старых, заброшенных храмах Фолана.

За поворотом показалась еще одна улица. Жозеф узнал черный прилавок. Именно туда он и шел. Из-за прилавка вынырнул мужчина в темном балахоне. Его левый глаз рассекал шрам.

— Ба!, — воскликнул он. — Жозеф, капитан, а я вас все жду и жду! Ваши люди принесли мне бочки с хвойной смолой, благодарю, — он помешкал. — Не думал, что вас не будет так долго.

Мужчина улыбнулся.

— “Торговец Теней”, — усмехнулся капитан. — Как ты получил это прозвище? Впрочем, не об этом сейчас. Морден, — золотистый глаз Жозефа сверкнул. — Это при тебе?

Морден приблизился к Жозефу и сгорбился.

— Нелегко мне пришлось, капитан, — сказал “Торговец Теней”. — Спрашиваешь меня об этом прозвище? Именно поэтому меня и прозвали так. Я могу достать что угодно. За определенную плату, конечно, — он усмехнулся. В его глазах Жозеф прочитал азарт торговца, готовый поднимать ставки.

Капитан схватил его за воротник.

— О! Морден, узнаю этот взгляд!, — прошипел Жозеф. — Не держи меня за дурака, контрабандист. Бочки со смолой у тебя. Отдавай карту, — его правый глаз вновь сверкнул, но уже холодным мраком.

— Но послушай, капитан… Эта карта… Дорого мне обошлась, — он говорил медленно, с опаской.

— Морден, жалкая ты свинья. Тебе лишь бы карманы набить золотом.

— К-как и вам, разбойникам…

— Не сравнивай меня с “Темными”, — взгляд Жозефа источал злобу.

Ледяная капля упала на сердце “Торговца Теней”. Он сглотнул. Холодок маленькими шажками пробежал по его спине.

— Д-да, капитан…

Жозеф отпустил его. Тот отряхнулся и продолжил.

— Карта при мне. Не пойму только, на что она тебе?, — дрожащим голосом спросил Морден.

— Не твое дело. Давай сюда.

“Торговец Теней” покопошился в своих ящиках и принес капитану карту. Жозеф осмотрел ее, развернул и убедился в ее подлинности.

— Вы, контрабандисты, жадный народ, — бросил капитан. — Ты бы так и продолжил вымогать из меня деньги, если бы я не прижал тебя к стенке. Договоры — ничто для тебя. Но ты не с тем играешь, Морден, — Жозеф скрутил карту и убрал за пазуху.

Морден хотел что-то сказать, но осекся. Влияние капитана “Этерны” слишком высоко, чтобы пытаться ставить свои условия. Больше всего он сейчас хотел, чтобы капитан ушел отсюда, выдохнуть с облегчением.

— Учти, — бросил Жозеф через плечо, когда уже отошел на несколько шагов. — Если ты обманул нас…

Но он не закончил. Морден еще раз сглотнул от страха. А когда капитан скрылся за углом, то вытер пот и опустился на пол, тяжело дыша.

Темная фигура в фиолетовом плаще с горькой улыбкой смотрела за уходящим Жозефом.

* * *

“Левиафан”, наклоненный на левый бок, приближался к Сентруму, — одному из главных портов на Тресмонте и резиденции Союзного Флота. Корабль дымился, будто злился на поражение в Пыльных Рифах. Светлый, освещенный последними лучами солнца город в распростертыми объятиями встретил поверженных солдат.

Из почти белых волос Элианы, которые она всегда заплетала в изящную косу, выбилось несколько прядей. Ее взгляд был тяжелым, как равис, и зловещим, как Бездна.

На мостик зашел высокомерный мужчина. Он с презрением посмотрел на капитана Вейнхарт.

— Генерал Квад уже знает о вашем очередном поражении в битве с пиратами и ждет вас у себя, — скороговоркой проговорил лакей.

Внутри у Элианы все закипело. “Мало того, что этот несносный мальчишка обвел меня, так еще и этот полудурок!..”, — думала она, ответила лишь:

— Да, хорошо, — прошипела Элиана сквозь зубы.

Лакей оглядел ее с головы до ног, хмыкнул и ушел.

Капитанша оглядела свой корабль, свой экипаж. Они были разбиты. Несколько человек ранены, и все — подавлены. “Левиафан” стонал на ветру и клубился дымом. “Но ведь “Этерна” была почти у меня в руках!..”, — застонала и Элиана.

Она спустилась на палубу. Матросы смотрели на нее исподлобья. “Капитан-женщина! Еще одна беда случилась из-за тебя”, — говорили эти взгляды. Элиана Вейнхарт поплелась в роскошный дворец генерал Квада, что находился почти у края Тресмонта.

Светлые улицы и добрые лица лишь больше напрягали Элиану. “Что он скажет? Лишит меня звания капитана?”, — вертелось у нее в голове. Она вертела ей снова и снова, пытаясь сбросить, прогнать страшный образ — но не выходило.

Ее взгляд то и дело натыкался на листовки Союзного Флота. “Защитим Острова от наглых разбойничьих морд!”, “Задавим пиратов!”, “Достаточно бесчинств!” — гласили они. Что-то очень тяжелое вертело в сердце Элианы. Дыхание перехватывало.

Элиана Вейнхарт стояла у кабинета генерала. Она выдохнула и зашла внутрь.

— Генерал Квад-...

— Тише, Элиана, тише, — он повернулся к ней.

Его нежный взгляд серых глаз изучал ее, подмечал каждую мелочь. Долго терпеть она не смогла.

— Ты потерпела еще одно поражение, — сказал генерал. — Снова опозорила авторитет Союзного Воздушного Флота. Элиана, ты ведь знаешь, зачем Священная Коалиция восьми королевств создала нас?

— Чтобы.. обезопасить Острова от пиратов и разбойников…, — она опустила голову, как маленький ребенок, который сильно провинился.

— Верно. Я думал, что это важно для тебя. Мы должны побеждать пиратов, а не спасаться бегством от них.

— Но это важно для меня! И мы не!-..

— Оставь. Не оправдывайся. Жозеф Брели и его “Этерна Фортуна” та еще рыба. Поэтому я поручил его дело тебе.

— Я не справилась, генерал… Я подвела и вас, и Союзный Воздушный Флот…, — Элиана опустилась на колено. — Но я исправлюсь.

Квад дотронулся до ее щеки.

— Я знаю. Но…, — он сделал небольшую паузу.

Из груди капитанши словно вырвали сердце.

—...если тебе не удастся поймать Брели и его суденышко в течение двух месяцев, то я буду вынужден лишить тебя звания капитана. Вполне вероятно, что этим дело не ограничиться.

Элиана дрожала.

— Ну-ну, вставай. Я поручу выдать “Левиафану” самое лучше обмундирование, которое только есть у Союзного Воздушного Флота. Не подведи, Элиана Вейнхарт. Я буду следить за твоими успехами. А теперь прощай.

Девушка вышла из кабинета в смущении. Два месяца. Два месяца на то, чтобы поймать этого проныру! Смутные воспоминания, которые она давно запихала подальше, дали о себе знать.

— Нет, — тихо сказала она себе. — На этот раз все будет по-другому. Игры кончились, Жозеф.

Ее глаза сверкнули искрами, а руки задрожали.

Пожар; крики; слезы; сверкающие улыбки и сабли; смерть — все припомнилось ей. Все.

Глава 2. "Хлыст" и прочие "приятели"

Черный Град — одна большая семья. Семья, которая готова разорвать друг другу глотки.

— Запись из журнала путешественника

Дождь не часто заглядывал в Черный Град, да его здесь и не любили — промокало всё, все мерзли. Но этим вечером его струи тарабанили по крышам домов и палубам кораблей.

Жозеф стоял в капитанской каюте над картой от Мордена.

— Эти жрецы… Вечно им нужны загадки, нужна двусмысленность!, — сказал он.

Капитан бился весь вечер над картой — толку ноль.

В дверь постучали. Вошел Билли Иден — один из матросов “Этерны”. Он едва помещался в дверном проеме.

— Капитан… Тут к вам человек, кажется, посланник Альберта…

— Пусти его.

Билли “гмыкнул” и вышел. В каюту зашел промокший, тонкий, жухлый мужчина лет сорока в хорошем, но изношенном зеленом камзоле.

— Вы от Альберта?, — с раздражением спросил Жозеф.

— Да, капитан. Он просил вас пожаловать на Собрание Кланов.

— Зачем же я ему там? Я к кланам никакого отношения не имею.

— Знаю, капитан, знаю. Но Альберт просит вас поучаствовать в обсуждении… некоторых вопросов.

— Гм…, — Жозеф нахмурился. — Ладно. Передай ему, что я скоро подойду. В Старом Храме?

— Так точно, капитан.

Мужчина неловко развернулся и вышел из каюты.

Жозеф посмотрел на карту. Злобная улыбка исказила его лицо.

— Ну нет! Еще ни одна карта не смогла уйти от Жозефа Брели — величайшего капитана воздушных морей!, — он стукнул кулаком по столу, свернул карту и убрал в ящик, чтобы никто не нашел. — Позже разберусь с тобой.

Капитан натянул треуголку, кафтан и вышел на палубу. Ледяные струи били по лицу, но ни один нерв не дрогнул. Он спустился по трапу и двинулся к Старому Храму.

Это было большое, действительно большое здание с пожелтевшим куполом. “Наследие допиратской эпохи, — усмехнулся капитан. — Но это здание — самое надежное из тех, что построили пираты”. Старый Храм когда-то не был старым, еще до того, как Черный Град стал Черным Градом. Здесь жрецы поклонялись Фолану, который возвысил острова и который подарил Островам летучие камни, что заставляли предметы парить. Но теперь храм опустел и стал Старым. Здесь собирались кланы Черного Града, чтобы решать вопросы. “Никогда не понимал эти кланы” — фыркнул Жозеф и поднялся к массивной двери.

Несмотря на ее тяжесть, капитан за ней услышал жаркие споры. Он надвинул треуголку и вошел внутрь. Огромный зал с величественными колоннами предстал перед ним. Здесь витал запах пыли, аромат прошлого, точно портал в старые времена. Местами колонны разрушились, но они все еще стойко держали Храм. Он все еще искрой бил в грудь. Капитан провел рукой по одной из колонн. Как же этот храм отличался от остального Града! Жозеф слегка дрогнул; ему было не по себе.

Споры резко прекратились.

— А! Жозеф Брели, дружище, вот и вы!, — всплеснул руками Альберт. — Давайте к нам.

Жозеф кивнул и двинулся к кланам, попутно осматривая обстановку. “Не удивлюсь, если между Темными и Благородными опять начнется перепалка”, — он ухмыльнулся.

В центре зала стояло примерно человек девять, включая Жозефа. Это были главы кланов и их ближайшие соратники.

— Брели, как вы думаете, зачем я вас позвал?, — спросил Альберт.

— Чтобы посмеяться над вашими детскими обидками?, — съехидничал капитан.

Глава контрабандистов прихрюкнул от смеха. Альберт провел рукой по светлым волосам.

— Нет, Брели. Хотя отчасти ты прав. Я прошу, чтобы ты выступил судьей, — сказал он.

— Судьей?, — переспросил Жозеф.

“Это что-то новенькое”, — пронеслось у него в голове.

— Да. Мы все воюем за крупицы власти в Черном Граде. Кто-то должен нас рассудить.

“Не нравится мне это, — капитан почесал щеку. — Нашлись боги преступного мира, тоже мне”.

— Ну что же! Приступим, господа!, — воскликнул Альберт.

— Опять ты заладил! “Господа”, “товарищи” — блевать хочется, — огрызнулся глава Темных, Ульф.

— О, да? Что уж поделать, если здесь я единственный, кто соблюдает вежливость?!

— Бе-бе-бе-бе-бе.

Альберт вспыхнул и двинулся на Ульфа.

— Ты…, — его мягкий обычно голос был тверд, как равис. — Несносный мальчишка!, — Альберт очень хотел его ударить.

— Ну не все здесь “Благородные”, как вы и ваша шайка, милорд, — передразнивал его Ульф. — Говоришь о выживании?! А не ты ли хочешь ограничить всех разбойников только грабежом Союзного Флота?!

— Вот-вот!, — поддакнул глава контрабандистов. — Альберт, друг мой, вы перебарщиваете с такими заявлениями. Всем ведь нужно что-то есть! Да и контрабандисты работают в тени, мы скрываемся от всех властей… А вы предлагаете устроить собственную власть в Черном Граде?

Жозеф навострил уши.

— Ах, так! И ты тоже так считаешь, Нарви?!, — вскрикнул Альберт, сжимая руку на рукояти сабли.

— Не знаю. Оскверненным и так худо. Мы выживаем на грани нищеты.

— Ясно. Ясно. А ты, Брели, что думаешь ты, а?, — Альберт подошел к Жозефу вплотную и сверкал на него зелеными глазами.

Капитан выдохнул.

— Хочешь знать, как считаю я?, — Жозеф секунду помолчал и посмотрел Альберту прямо в глаза. — Я считаю, что не мое дело. Ваши эти кланы — лишь попытка контроля Черного Града. Мнишь, что сможешь создать цивилизованное государство из пиратов и разбойников? Ты себя-то слышишь? Все эти люди, — он махнул в сторону выхода, — отвергнутые всем остальным миром. Другие государства не приняли их. Среди них и отбитые ублюдки, и талантливые люди. Но все они отвергнуты, — сказал Жозеф.

— Вот именно! Вот именно — они все отвергнуты!, — подхватил Альберт. — Брели, я прощу тебе твои заявления насчет меня. Но понимаешь ли ты, что среди нас не только убийцы и воры? Понимаете ли вы?!, — он тяжело задышал. — Ученые, которых гоняют жрецы, поэты, все те, кто не смог найти себе места в их жалком мире — все они пришли сюда, в Черный Град! Разве вы не понимаете, что на одних грабежах мы не выживем! Союзный Флот от часа к часу становится сильнее, а мы… Мы стоим здесь и препираемся, как малые дети! Жозеф, ну почему они не понимают?! Почему вы не понимаете?! Черный Град обладает такой силой, таким потенциалом!..

— Знаешь куда засунь себе все твои слова?!, — встрял Ульф. — Ты просто хочешь взять всех нас под контроль, посадить на цепь, как собак! Ну, нет! Я свою свободу вверять тебе не собираюсь!

Жозеф наблюдал за ними. Напряжение росло.

— Хм… Знаешь, я согласен с тобой, Альберт — сказал Нарви. — Оскверненным нужна защита и нормальная жизнь.

— Хоть один! Хоть один нормальный человек!, — ответил глава Благородных.

Кланы разделились на две стороны: Алберт с Нарви и Ульф с Нумосом, главой Контрабандистов.

— Жозеф, мать твою!, — взрычал Ульф. — Неужели ты согласен с этим ублюдком?!

— Я ни с кем не согласен, — Жозеф зевнул. Но его напрягал настрой глав. “Это может все затруднить, — с опаской думал он. — Неужели начнется еще одна война кланов?”. Капитана это не то, чтобы сильно волновало, но пока было непонятно, сколько еще “Этерна” простоит в порту Черного Града.

— Ах значит так!, — воскликнул Альберт. — Тогда мы вам тоже ничего не будем продавать! Посмотрим, как вы проживете без поставок фасила.

Жозеф навострил уши. “Пора с этим кончать”, — подумал он.

— Друзья!, — крикнул капитан излишне дружелюбно. — Ну зачем вам ссоры! Разве мы не можем обойтись без этого? Давайте соберемся еще раз и все решим.

— Тогда пусть Альберт засунет себе свои идеи в задницу!, — прошипел Ульф. — Пойдем, Скон. Эти придурки ничего не понимают.

Зал опустел. Остались лишь Жозеф и Альберт.

— Жозеф, вы ведь понимаете всю важность усиления Черного Града?, — почти боясь спросил он. — Я знаю, что вы почти такой же пират, как и Ульф, но… ваши идеи не ограничены только лишь грабежом.

— Польщен, но не до конца понимаю тебя. К чему сильная власть в Черном Граде? Это свободный город, а это только лишь уничтожит все крупицы равновесия.

— Вы поймете, уверен, что поймете… Ну, прощайте. Эти наглецы не должны уйти безнаказанными, — холодно сказал Альберт.

На следующий день Жозеф заметил какое-то мрачное шевеление в Черном Граде, но не придал этому большое значения. “Очередной переполох? Хорошо, что нас не будет в городе к тому времени”, — думал он.

Карта лежала в запертом ящике. Капитан стоял над добротным столом, который они в начале своей карьеры выкрали у одного состоятельного дворянина. Вся каюта Жозефа была наполнена всякого рода безделушками — напоминания о прошлых победах. “Зачем тебе эта ветка?”, — однажды с раздражением спросил Шандор. “Это не просто ветка, а реликвия с первого путешествия “Этерны””, — ответил Жозеф.

Сейчас же предыдущие победы смеялись над ним, бранили его. “Ве-ли-чай-ший капитан!, — голосили они. — А карту расшифровать не может!”

— Хватит!, —крикнул Жозеф и бросил пузырек с чернилами в стену.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказал капитан.

— Жозеф, я хотел с тобой поговорить. Все в порядке?, — это был Шандор.

— Да-да, все в полном порядке, дружище, — Жозеф повернулся к штурману. Его правый глаз слегка заискрился золотом.

— Кхм… Почему ты мне ничего не рассказываешь?

— О чем ты?, — капитан попытался улыбнуться, но получилось жалко. В груди жгло.

— Я о том, что ты мне ничего не рассказал о сделке с Морденом, — Шандор погрозил пальцем и сделал два шага вперед. — Ты вернулся без денег, Жозеф. Значит вы договорились о чем-то другом. Почему ты мне ничего не рассказываешь? Почему уводишь нас в Рифы, не посоветовавшись со мной — я штурман в конце концов! Я думал, мы друзья, братья, — его карие глаза всматривались в капитана.

— Я дам тебе знать, когда со всем разберусь. А что до Рифов… Ты ведь и сам меня знаешь. Если бы я обсуждал каждое свое решение с тобой, то…

—...то мы бы не выиграли все сражения. Знаю, слышал уже от тебя, — штурман скрестил руки на груди. — Но… мне то ведь ты можешь доверять. Я ведь всецело предан тебе! Если бы не ты, Жозеф, я… я даже не знаю, что со мной было!

— Хорошо, брат, хорошо, — всплеснул руками Жозеф.

“Почему амулет так жжет?..”, — капитан почесал грудь под амулетом.

— Ладно, Жозеф… Просто знай, что ты можешь со мной поговорить. И не только, когда “со всем разберешься”, — сказал Шандор и вышел из каюты.

Жозеф повернулся обратно ко столу и достал амулет. На нем были высечены три окружности — одна в другой. И они светились фиолетовым.

— Такого раньше не было, — прошептал Жозеф в недоумении.

Свет заморгал, а затем размеренно затух. Амулет стал остывать.

Капитан присел на стол.

— Да, эта поездка в Черный Град — самая странная из всех, — что-то волновало его. Нечто отдаленное, пока не ясное.

Глава 3. Игра среди теней

Здесь смерть есть пробужденье,

— Поэт Черного Града

Билли Иден спустился в “сердце” корабля. Гаррет как обычно совершал свой ежедневный осмотр летучих камней и фасиловой конструкции.

— Гаррет, слушай…, — замялся Иден; странно было наблюдать, как огромный мускулистый мужчина смущается. — Шандор поручил мне купить еды на рынке, не хочешь со мной? Как закончишь, конечно!

Механик кашлянул и сдвинул инженерские очки на потный лоб.

— Еды? На рынке?, — он говорил так, будто еще не до конца понял слова матроса. — А! Конечно, Билли, давай. Мне давно уже пора развеяться.

Гаррет встал и охнул — прихватило в спине.

— Едрить твою…, — шипел он.

— Гаррет? Опять спина? Давай, сейчас помогу, — матрос подошел сзади и выпрямил его спину. Что-то хрустнуло.

— О-о-ох… Полегчало… Спасибо.

— Не за что. Ты готов?

— Да, сейчас, вытру лицо и руки от масла и пойдем.

“Этерна Фортуна” стояла в порту Черного Града уже несколько дней. За это время в нем что-то явно переменилось. Все стали осторожнее, пугливее, точно чего-то ожидали.

— Ай, брехня это все, Билли! Один только вздор! Разве может что-то произойти в этой дыре? Кошка с крысой подерется, подумаешь! Или Черный с Благородным, пхе, — отвечал Гаррет на беспокойство Билли. —Хотя все эти недовольные рожи мне не нравятся, да…

Светило солнце. Облака уплыли куда-то в сторону Тресмонта, потому небо было чистым и даже слишком жизнерадостным. Темные одежды жителей города особенно выделялись при таком солнечном свете.

— А что это у них всех за значки?, — спросил Билли и указал пальцем на одного из жителей. — У этого вот серебристый, у того — оранжевенький, белый, почти черный. Разве было так раньше, Гаррет?

— Кхм… Не знаю, — он развел руками и кашлянул. — Я ведь почти все время на корабле. Откуда ж мне знать такие мелочи?

Постепенно вокруг них стали сгущаться тучи — жители как-то особенно недоверчиво смотрели на Билли и Гаррета, которые ходили без значков.

— Мне кажется, или…

— Тебе только кажется, Билли!, — механик прихлопнул его по плечу, хотя сам явно трусил. — Давай побыстрее расправимся с провизией, пхе.

Наконец показалась маленькая кривая площадь. Наскоро сколоченные прилавки не добавляли этому месту колорита. Билли с Гарретом подошли к торговцу едой.

— Так, нам, значит…, — начал Билли и даже уже почти достал список с покупками.

— Вы из какого клана?, — прищурил глаз продавец.

— Чего?, — рявкнул Гаррет.

— Дед, ты глухой? Из клана вы какого?

— Да разве есть разница?, — удивился Билли.

— Еще какая. Так че?

— Ни из какого. Мы с “Этерна Фортуны”, за провизией пришли, — Гаррет поправил рубаху.

— Ясно. Проваливайте.

— Что-о?, — щеки Гаррета вспыхнули. — Мальчик, ты совсем с дуба рухнул? Да какое тебе дело, из какого мы клана?!

— Я имею право продавать только Благородным и Контрабандистам. Проваливайте, не задерживайте очередь.

— Но ведь тут нет никого, — сказал Билли.

Пальцы Гаррета задрожали.

— Да ты, малец, еще Пыльных Рифов не видавший, кто я черт возьми такой? Я Гаррет Виндхейм, механик с “Этерна Фортуны”, бывший резчик летучих камней!! А ты, сопля-...

— У вас проблемы?, — вмешался массивный мужчина в черной шляпе, который стоял позади.

— Этот говнюк не хочет продавать нам провизию, едрить его!

— Вы из какого клана?

— Да чтоб вас всех Танат побрал!.., — Гаррет стал красный, как помидор.

— Я не пойму, — сказал Билли. — Какая разница? Раньше никто не спрашивал.

— Где ваши значки?

— Але! Ты нас вообще не слышишь?!, — вскричал Гаррет.

— Уймись, старик!

— Да какой я тебе ста-...

Мужчина в шляпе со всего маху ударил механика в челюсть, что тот аж повалился на землю.

— Эй! Гаррет!

Билли попытался схватить наглеца, но тот увернулся и ударил матроса в живот, а затем прижал лицом к столбу прилавка.

— Черт! Могли бы хоть не у моего товара! Покупателей распугаете!, — рявкнул продавец, но мужчина в шляпе так грозно сверкнул глазами, что тот замолк.

— Из. Какого. Вы. Клана?

— Мужик! Не из какого мы! С “Этерна Фортуны”, говорим же!

— Значит скрываете свой клан? Охо-хо-хо! А это уже становится веселым!

— Эй, ты!, — раздался женский голос сзади.

Мужчина повернул голову и ухмыльнулся. Девушка в бежевом плаще и капюшоне, который скрывал ее лицо, наставила на мужчину арбалет.

— Деточка, — сказал он ласково, — убери его. Иначе будет худо.

— Да? А ты попробуй.

Он вдавил Билли в столб, а сам в один прыжок оказался около загадочной девушки. Его глаза выражали нездоровый интерес. Девушка легко увернулась от его удара, а затем скрутила и дала пинок под зад. Мужчина упал в грязную лужу.

— Ах ты, тварь, скотина…

— Советую замолчать. Иначе… сам догадываешься.

Он встал отряхнулся, не поворачиваясь. А после посмотрел ей в глаза и проскрежетал сквозь зубы.

— Зря, детка, зря ты связалась с Благородными. Это тебе еще вернется, — и ушел.

Девушка вздохнула и повернулась к Билли и Гаррету. Первый помог встать механику и отряхнул его, а затем взглянул на спасительницу.

— Спасибо вам!, — Билли словно поразило молнией. — Лира?!

Девушка убрала арбалет на спину и сняла капюшон. Черные курчавые волосы будто только и ждали свободы. Она улыбнулась. Ее алые губки многих сводили с ума. Лира была легка, стройна, быстра и пользовалась своей красотой во всю.

— Билли, Гаррет — не ожидала вас здесь увидеть! Как же этот хмырь смог вас так сделать? Неужели теряете форму?, — смеялась она.

Матрос смущенно почесал затылок. Гаррет отряхнулся и проскандировал.

— Да этот придурок застал нас врасплох! Если бы он дал мне приготовиться…

— Знаем, знаем, Ржавый, можешь не продолжать.

— Но как?, — сказал Билли все еще в удивлении. — Как ты здесь?

— Так, проездом. А ведь как знала, что застану “Этерну” здесь! Вы то как? Как капитан? Как мой ненаглядный штурман?, — Лира не переставала улыбаться.

— КХЕ!, — вставил свое слово продавец. — Вы можете уже наконец отойти от моего прилавка?!?!

Гаррет показал ему кулак, и они пошли к кораблю.

— Значит на рынке еды не купить…, — вздохнул Билли.

— Эй, не вешай нос, матрос!, — Лира хлопнула его по плечу. — Зато у вас есть я, разве это хуже?

— Нет, конечно нет! Но что мне сказать Шандору?..

— Я уж что-нибудь придумаю, — она подмигнула.

— И даже не стыдится!, — воскликнул Гаррет.

Шандор не сразу заметил возвращения команды. Он бродил по палубе, явно о чем-то размышляя, и не переставал теребить свою бородку. Штурман опомнился только когда Лира окликнула его.

— Эй, штурман!, — крикнула она.

Секунду он смотрел, потупив взгляд, и будто не понимал, кто перед ним стоит. Но затем глаза Шандора вспыхнули и румянец выступил на его глазах.

— Лира??

Она подошла к нему и слегка наклонила голову на бок. Ее взгляд зеленых глаз испытывал Шандора. Гаррет и Билли остановились рядом. Лира прикусила нижнюю губу.

— Так и будешь молчать, штурман?, — ехидничала она.

— Я… как… не понимаю…, — Шандор трепал волосы на голове и едва дышал. — Но как?.. Я думал, что ты уже не вернешься!..

— А вот так, штурман, вот так. Не скажу, что вернулась исключительно по собственному желанию, — Лира глянула на механика с матросом. Они смутились. — Пришлось их вытаскивать из передряги. Ну, знаешь, как обычно.

Она улыбалась. Смущение Шандора доставляло ей то еще удовольствие. “Ну какой же он душка, как же он пыхтит!”, — думала она про себя.

— Что? Что произошло?, — он смотрел то на Билли, то на Лиру, и наоборот. — А где припасы? Я же посылал за ними., — штурман насторожился.

— Шандор!.., — вспыхнул Билли и самыми преданными горящими глазами посмотрел на него. Его лицо залила краска.

— Эти придурки — главы кланов совсем уже обнаглели, — вставила Лира. — Они ввели систему значков, чтобы понимать кто из какого клана. А вы ни к какому клану не относитесь, как и я. Поэтому ничего им и не продали. Что-то явно назревает.

— Эти ублюдки!.., — с жаром начал Гаррет, но Шандор показал рукой, чтобы тот успокоился. — Танат их ждет в Бездне…

— Ясно… Хм…

— Ты не злись, штурман, — она подмигнула Шандору. Он сжал губы, а его лицо вновь залила краска.

— А где Жозеф?, — спросила она как бы невзначай.

— Ж-жозеф?.., — он помотал головой. — Он уже третий день сидит в своей каюте и никого не пускает…

— Жозеф? Три дня безвылазно в каюте?, — удивилась Лира. — Шандор, ты что сделал с капитаном “Этерны”? Признавайся!

— Я-...

— Пойдем.

— Куда?..

— К нему, куда же еще?

— Но ведь он-...

Лира в несколько шагов оказалась подле капитанской каюты. Шандор хотел ее остановить, но она успела в три легких движения вскрыть замок и ворваться внутрь.

“Ого!”, — в сердце штурмана потяжелело. Голова закружилась.

— Я ведь!.., — в испуганном раздражении вскричал Жозеф и поспешно что-то убрал со стола

— Капитан!, — восторг сменился ужасом: капитан был бледен, рубаха сыра и расстегнута, а под глазами висели синяки.

— Л-лира?.., — он заморгал и протер глаза рукой. — Это ты?..

Сердце Жозефа упало, и он рухнул на диван.

— Что б я в Бездну упала!, — воскликнула Лира. — Шандор!, — она повернулась к штурману, — Прикажи принести еды и небольшой графинчик.

— Д-да, сейчас, — штурман ушел.

Девушка пододвинула стул к дивану и села напротив Жозефа. Ее зеленые глаза внимательно изучали капитана. Минута тянулась бесконечно. Что-то неловкое и тяжелое было между ними. “Раньше такого не было, — расстроилась Лира. — Давно ли он так ужасно выглядит?.. Что капитан спрятал в кафтане?”. Их взгляды встретились. Нервная искра пробежала по их спинам, волосам и больно отозвалась в сердце. Но никто не говорил. Жозеф сидел полулежа и руками сжимал подлокотник дивана.

“Ну зачем, зачем она ворвалась? Я был так близок к разгадке!”, — головной болью вгрызались мысли.

— Фанатичность никогда не делала тебя сильнее, — тихо сказала Лира. От прежней веселости не осталось и следа.

Жозеф лишь что-то простонал.

Вечерело. Поднялся ветер. Лира сидела на фальшборте и смотрела куда-то далеко, или не смотрела вовсе, а ее глаза просто были направлены в эту сторону. Много всяких мыслей, пугающих и грустных, странных и непонятных крутились у нее в голове. Думала ли она в этот момент? Размышляла? Наверное, нет. Лишь гадкий червь грыз ее сердце изнутри, будто нашел спелое сочное яблоко.

К ней подошел Шандор.

— Вроде ему стало полегче, но его еще трясет от жара. Я и не думал… что он так безрассудно поступит… Но из-за чего?.. Он разложил столько карт на столе, но ведь прокладывать маршрут — моя работа!, — Шандор затих. — Неужели он так из-за кланов?..

— Нет, — Лира даже не повернулась. — Его захватила какая-то идея.

— Думаешь?.., — Шандор захотел сесть рядом, но осекся.

Лира посмотрела на него.

— Знаю, — она замолчала. —Я.. думала. Я пока останусь на “Этерне”. Мои путешествия подождут. Я нужна здесь. Нужна ему, команде, тебе…

Шандор встрепенулся. Ему припомнился тот вечер, когда Лира ушла из команды. Тот день, когда она пошла искать свой путь. Это было то, что Шандор так и не смог сделать. Что-то больно кольнуло в сердце. “Ты… уходишь насовсем?”, — сказал он ей тогда. “Не знаю”, — сухо ответила она.

И вот, теперь она здесь. Еще красивее, еще сильнее, еще… Да сколько нужно этих “еще”? Она была здесь. “И мне этого достаточно”, — подумал Шандор.

Они смотрели друг на друга. Они были так близко, но так далеко. Разве то, что прошло, можно вернуть? Он слегка приблизился к ней.

— Ладно, я пойду спать. Поздно уже, — Лира встала, увернувшись от Шандора.

— Да, наверное.

Она ушла. Опять.

* * *

Жозеф спал и бредил. Весь диван промок от его пота. Фигура в фиолетовом плаще стояла и смотрела на него. Золотой зуб блеснул в лунном свете. Амулет обжигал грудь. Сон или явь? Сон или явь?

— Хватит, прошу…, — шептал он. — Я не допущу этого снова… Катаррес…

Дверь медленно отворилась. Лира подошла к капитану. Она тяжело дышала. Девушка слегка отодвинула кафтан и увидела наспех свернутую карту.

— Я должна узнать, что тебя беспокоит, — уверяла она себя.

Легкая изящная рука вытянула карту. Жозеф продолжал спать и бредить. Лира взглянула на него еще раз. Ее кровавые алые губы, которые было видно даже при лунном свете, дрожали.

Она нырнула на палубу и закрыла за собой дверь.

Глава 4. Нет места слабости

Не держи пороховую бочку у дома,

— Старая поговорка на Островах

Что может быть лучше, чем продать пару-тройку товаров с утра? Также думал и Морден, стоя за своим прилавком. Люди слонялись по улицам и постоянно оглядывались. Странные значки то и дело сверкали в лучах обжигающего солнца. Казалось, что Черный Град вот-вот вспыхнет пожаром, который вихрем пронесется по городу и не оставит ничего живого после себя.

Морден вытер пот с лица и судорожно выдохнул.

— Ох…, — он отпил немного травяного чая из кружки. — Который день стою здесь, но никто не идет!.. Что же это такое?..

И действительно, в последнее время его товары стали покупать реже. Но они всегда пользовались спросом! Различного рода амулеты, летучие камни, карты — всего этого редко найдешь у других контрабандистов.

— Мужик, у тебя разрешение на торговлю есть?, — спросил подошедший мужчина в шляпе, от которого отвратительно несло табаком. Неудивительно, у него из рта торчала сигара. Он походил на закаленных жандармов Союзного Флота, от которых часто приходилось скрываться Мордену, когда тому самостоятельно приходилось идти на вылазки. А этого он не любил.

— Что?, — спросил Морден.

— Альберт не любит крыс, которые шевелятся без спроса. Разрешение на торговлю в этом районе есть?!, — на лице мужчины читалась злобная ухмылка.

Морден сжал рукоять ножа под плащем.

— Ну как же?, — спросил он ласково. — С каких пор необходимо разрешение на торговлю? Мы ведь в Чёрном Граде! А не на Тресмонте.

— Так есть или нет?, — мужчина медленно, сквозь зубы, проговорил эти слова.

— Нет конечно!

— Значит так. С недавних дней Альберт ввел закон в этом районе, что без разрешения торговать нельзя. Так что теперь… я заберу все, что у тебя есть и доставлю к Альберту, — он расхохотался.

— Ч-чего?..

Мужчина хотел залезть внутрь, но Морден в испуге ударил его ножом. Однако тот не растерялся и схватил его руку.

— О, знаешь, что Альберт делает с такими, как вы? Швыряет в Бездну!

Кулак мужчины за долю секунды влетел в нос Мордена.

— АХ!

“Торговец Теней” упал на задницу. В глазах все перемешалось. Красная жидкость текла из его носа, который скосило влево. “Ох, если бы Брели был здесь!..”, — судорожно думал он.

— Заходите, парни. Выполним поручение Альберта!, — крикнул мужчина в шляпе.

В небольшую, плотно заставленную комнату Мордена вошло трое мужчин. И все в шляпах и кожаных куртках.

— Ч-что, что вы делаете?!, — взмолил Морден. Он попытался еще раз, но его толкнули прямо в полку со всякими товарами. Летучие камни, амулеты — все посыпалось с них. “Хотя бы… хотя бы та карта осталась у Жозефа…”, — руки торговца тряслись.

— Альберт скормит тебя Рифам, как гнилую доску!, — сказал тот мужчина и пнул Мордена по голове. Тот упал и с всхлипом отключился. “Шляпники” выносили все из прилавка “Торговца Теней”.

А после забрали и его.

Народ шептался: “Уже второй раз за сегодня”; “Говорят, Альберт приказал зачистить рынок…”

Огромная каменная светлая башня возвышалась над домами Черного Града. Возможно, это было единственное здание наряду со Старым Храмом, которое так сильно отличалось от здешней архитектуры. Башня Благородных. Бело-синие флаги с рисунком сокола развевались на ветру. На нижних этажах кипела работа: шляпники принимали и раскладывали отнятый товар у контрабандистов, в подвалах запирали не самых влиятельных, а на этажа выше — высокопоставленных и серьезных людей, как, например, Морден. Целый этаж отвели для изобретателя Волатры, которого, правда, тоже арестовали. А прямо под ним еще темницы. Крики здесь были не редким явлением. Самый верхний же этаж занимал кабинет Альберта. Сейчас там царил упорядоченный беспорядок: карты города, планы, указы, раскрытые книги, несколько артефактов, кружки с выпитым чаем.

Альберт стоял в своем кабинете около громадного круглого окна. Он наблюдал. Его шляпники, его гвардия беспрекословно выполняли его поручение. “Нужно поставить наглых контрабандистов на место, — размышлял он. — Получить власть над торговлей — значит почти получить всю власть в городе”. Альберт держал руки за спиной, а на его виске то и дело подрагивала жилка. Иногда злоба одерживала над ним верх. “Эти дураки не понимают всю плачевность нашего положения!, — думал Альберт. — Если Черный Град так и продолжит жить, то нас быстро прихлопнут, как мух! Нет, Ульф и Нумос ничего не понимают. Золотой век пиратства может оборваться вмиг. Союзный Флот уже наступает нам на пятки.”. В кабинет постучали.

— Войдите, — бросил Альберт.

— Господин, — вошедший поклонился, — вам письмо с печатью…

— Так скоро? Давай сюда.

Альберт взял письмо в руки.

— Нужен ли я вам еще?, — глаза подчиненного загорелись.

— Нет, можешь идти. Хотя…, — Альберт призадумался. — Что там с Волатром? Как скоро будет готов осколочный пистолет? А крылья?

— Осколочный пистолет будет готов уже сегодня. Над крыльями изобретатель все еще работает. Что-нибудь еще, господин?

— Нет, это все.

Подчиненный кивнул и вышел за дверь.

В груди что-то защекотало. Он глянул на письмо. “Печать Союзного Флота”, — отметил Альберт. Все шло как нельзя хорошо. Но что же внутри? Дрожащей рукой он вскрыл конверт и достал письмо.

Альберт не смог скрыть улыбки: “Значит, Вейнхарт согласна. Что же, прости меня, друг. Но такие, как ты — опасны”.

* * *

Шандор, Лира, Гаррет и Билли сидели на нижней палубе за круглым столом.

— Итак, что будем делать, господа?, — спросила наконец Лира.

— На рынок не попасть…, — сказал Шандор, теребя свою бородку.

— …на других контрабандистов надеяться тоже не стоит — город в огне, — продолжил Билли.

— А улететь мы не можем — энергии летучих камней не хватит на такое путешествие!, — закончил Гаррет.

— Жозеф как всегда не делает запасы наперед?, — усмехнулась Лира. — Как он там кстати?

— Меня обсуждаете?, — вставил спустившийся Жозеф. Откровенно говоря, выглядел он так себе: потная помятая рубаха, взъерошенные волосы, круги под глазами.

— Жозеф!, — вскочил штурман. — Ты должен быть в постели!

— Брось ты это. Не участвовать в решении вопросов судьбы “Этерны”? Ха!, — он развалился на свободном стуле и оглядел каждого из участников экипажа, но остановился на Лире.

— Итак, свалившаяся на мою голову мадемуазель, каков ваш план?, — левая бровь капитана поднялась. Его правый взгляд сверкнул мраком.

— Что ж, капитан, я думаю, что нам под шумиху надо украсть летучие камни, — она скрестила руки на груди и вызывающе посмотрела на Жозефа. — Раз уж вы, дорогой капитан, не удосужились сделать запасы.

Жозеф сжал кулаки и нахмурился. Что-то неявное, скрытое происходило сейчас между ним и Лирой. Они метали друг в друга молнии, но первым не выдержал Жозеф и отвел взгляд. Все это очень не нравилось Шандору. “Нет, это выше моих сил, — думал он. — Не могу! Не могу видеть, как они переглядываются! Особенно после всего, что было между мной и Лирой…”

— Хорошо, какие другие варианты?, — Жозеф откинулся на спинку стула. Тот скрипнул.

Но никто больше ничего не говорил. Молчание нагнетало.

— Понятно, понятно.

— Ох.. да прибудет с нами Фолан…, — тихо проговорил Гаррет.

— Ржавый, оставь эти пустые послания. Думаешь он наблюдает свыше? Не неси чепухи! Если Фолан выжил, то до нас ему точно нет дела, — Жозеф встал. — Я пойду намечу план. Шандор, зайдешь ко мне через минут пятнадцать.

— Да, хорошо…

Секунду Жозеф посмотрел на Лиру. Что-то екнуло в груди. Или это снова разбушевался амулет?

Капитан поднялся на верхнюю палубу и заперся в каюте. Он рухнул на диван, с которого встал всего минут десять назад. Все тело ломило. “Чтоб я в Бездну провалился!..”, — с ужасом думал Жозеф. Никогда он еще не чувствовал себя таким слабым. Словно тело не принадлежало ему, словно его заперли в клетке. “Ну, нет!, — говорил он себе, — Эта простуда меня не возьмет! А вот где карта — хороший вопрос. И я наверняка даже знаю ответ”.

Темная фигура, от которой шел черный дым, наблюдала за Жозефом из окна. Её глаза светились так же, как и амулет капитана. Спустя секунду она исчезла.

* * *

Изобретатель сидел за большим столом, где уныло лежали чертежи, сломанные карандаши, которые он недавно заточил, и детали, что не хотели собираться в единое Нечто.

Вечерело. Солнечные лучи постепенно уходили из комнаты Волатры, и свет сменился мраком. Большое окно было закрыто, но ветер еще не оставил попытки раскрыть его и вдохнуть свежесть в мастерскую, которая служила изобретателю еще и спальней, и гостиной, и столовой.

Волатра вскочил с табуретки. В дрожащей руке он держал осколочный пистолет. Уже почти готовый. Он смотрел на него и ужасался. “Я… использую свои знания и гений на… создание оружия?..”, — звон в ушах усиливался. Тело обмякло. Волатра бросил пистолет на стол и отвернулся.

Скромный ветхий диван с серыми подушками, деревянные манекены людей с незаконченными крыльями. О, как ему тяжело продолжать создавать эти крылья! Он мечтал о полете, мечтал о свободе, но… сначала тот день, а теперь… Теперь он был заперт в башне безумного безумца, который жаждал власти.

Волатра бросился к окну, но ставни не поддались. Заклинило. Он опустился на пол и схватился за волосы. Лицо сына вспыхнуло у него перед глазами.

— Нет-нет, оставь меня! Прошу!.., — тихо прокричал Волатра. Его голос хрипел.

За окном слышался погром — Благородные не терпят тех, кто не подчинился Альберту.

В замочную скважину двери вошел ключ и прокрутился. По телу пробежали мурашки — Волатра вскочил с пола.

Подданный открыл дверь, и в мастерскую вошел Альберт. “Надменный, высокомерный, уб-...”, — думал изобретатель.

Альберт смотрел на Волатру сверху вниз. Он держал руки за спиной. Его белые волосы были тщательно причесаны. Только лишь одна прядь выбивалась из общей картины непосредственности. Короткая борода добавляла колорита, но Волатру это все дико раздражало. Но он не смел ослушаться новоиспеченного правителя Черного Града.

— Пистолеты готовы?

— Д-да…, — дыхание перехватывало.

— Сколько?

— Пять, как вы и просили…

— А крылья?

Волатра замялся.

— В процессе… Скоро будут готовы первые образцы.

— Хм. Хорошо. Шляпник скоро зайдет и заберет пистолеты.

— К-как? Уже?..

— Да, сегодня вечером предстоит одно важное дело. Ты знаешь, что будет, если пистолеты окажутся нерабочими. Волатра, ты же не хочешь посрамить память о своем сыне?

Щеки изобретателя вспыхнули. Ему живо представилась картинка, где он размажет голову Альберта прямо здесь. Но…

— Нет, не хочу. Пистолеты должны… работать, — “Да что ты знаешь о моем сыне, урод?!”, — думал он.

— Отлично. Работай дальше.

Альберт развернулся и ушел. В скважине повернулся ключ. Он снова один. Что же будет дальше?..

* * *

Шандор стоял на верхней палубе и смотрел на город. Часто вспыхивали взрывы, слышались крики и… много чего ещё. Брови штурмана были сдвинуты вниз. “Что мы будем делать, если война кланов доберется до нас? Да, сейчас она глубоко в городе, но… что тогда будет?”, — думал он.

На палубу взобралась Лира.

— Скучаешь, штурман?, — она хлопнула его по плечу и встала рядом. — Не раскисай, сегодня предстоит важное дело.

— Знаю, знаю… Мне просто не нравится, что мы оказались в самой гуще событий.

— Ну я бы не сказала, что в гуще, — Лира взглянула в город. — Но ты прав: отсюда нужно сваливать. Не нравится мне эта борьба за власть, — она нахмурилась.

— Да. Мерзко это все. Сражаться за крупицы контроля, — он стиснул кулаки и сжал губы. — А обычные люди страдают.

— Слушай, Шандор, — напускная веселость Лиры исчезла. — Я понимаю, через что тебе пришлось пройти в прошлом, — она положила свою руку на его.

— Как и тебе, — его взгляд был устремлен вниз, в Бездну. — Пожалуй, тебе пришлось еще хуже, чем мне. Меня чуть не продали в рабство, а ты…

— Не будем об этом. Жозеф спас нас тогда, дал второй шанс. Каким бы придурком он ни был.

— Да… Ты права, хех.

— Но это не значит, что мы обязаны служить всю жизнь ему, Шандор.

— М? Да, да…

Тот день, будто отблеск в грязной луже, вспомнился ему. Холод. Голод. Стыд. Страх. Боль. Сколько еще можно подобрать слов? Очень много. В тот день решалась его жизнь. Уроженец Черного Града, сирота без дома. Чудом он выжил до семнадцати лет. Но… Везло ли ему когда-то? Пожалуй до того дня — нет.

Шляпники во тьме бесшумно приближались к “Этерне”, но ни Шандор, ни Лира не знали и не видели этого.

На палубу зашел Жозеф.

— Капитан!, — взмолил штурман. — Сколько уже можно вставать за сегодня?!

— Сколько угодно, друг мой. Когда есть ноги — почему бы не постоять? О чем вы тут перешептываетесь? О предстоящем деле?

— Жозеф, нет, ты с нами не пойдешь!, — вспыхнул Шандор. — Даже не проси!

— Ты думаешь меня это остановит?

— Жозеф, Шандор дело говорит, — Лира уперлась руками в бока и вызывающе посмотрела на капитана.

Его взгляд сверкнул неприязнью.

— Тебя я вообще не спрашивал. Какую игру ты ведешь вообще?

— Да о чем вы, ребята!, — встрял Шандор. — Вы весь день сверлите друг друга взглядами!

— Тихо!, — Лира встала в боевую стойку и уже почти достала арбалет.

— Ну конечно! Даже от прямого вопроса уклоняетесь.

— Серьезно, замолчи!

Что-то происходило. Была уже глубокая ночь — ничего не видать. Жозеф держал руку на рукояти сабли, а сам же слегка покачивался. Лира приготовилась к бою, а Шандор… не понимал, что происходит. Корабль скрипел, но в этом скрипе было что-то чужеродное, чуждое “Этерне Фортуне”.

По трапу кто-то шел. Шаг. Еще один. Жозеф слегка вытащил саблю.

— Ну чего вы, в самом деле!, — сказал мужчина, который взошел на корабль. На нем была шляпа. — Я от Альберта.

— Что нужно этому придурку?, —Жозеф убрал руку с сабли. — Ваши люди напали на мой экипаж. Что это значит?

— Жозеф Брели, я был бы аккуратнее со словами на вашем месте. Знаете, тут такое дело…

Вдруг на палубе появилось несколько шляпников с осколочными пистолетами. Прозвучало два выстрела. Вокруг Лиры и Шандора разорвались летучие камни, и их пыль заставила экипаж упасть на колени.

— Черт!, — Лира кашляла и тряслась. — Ч-что это?..

Шандор разразился кашлем и вскоре потерял сознание.

—...вы и ваши ближайшие сподвижники арестованы. По приказу Верховного правителя Альберта.

— Какого?!, — Жозеф выхватил саблю и набросился на главного шляпника, но тот ловко увернулся и ударил капитана в живот.

“Неужели я так ослаб из-за болезни?..”, — подумал он.

Лира направила арбалет на шляпника, но нога прижала ее голову к палубе. Вскоре девушка ослабла.

В это же время главный шляпник своей саблей парировал удар Жозефа и оттолкнул его. Капитан тяжело дышал.

— Да уж. Я думал вы сильнее, — сказал шляпник.

— О, не волнуйся, сейчас я тебе это докажу, — Жозеф вновь бросился на шляпника, но оглушительный взрыв около головы перевернул весь мир, и он оказался лежащим на палубе. В голове кричало множество мыслей, тысячи воспоминаний то вспыхивали, то гасли в его сознании.

— Что… это… за дерьмо?.., — сквозь боль сказал Жозеф.

— Пыль летучих камней, пыльных осколков, если быть точнее. Не волнуйтесь, ваше время прошло, Жозеф Брели. Настали новые порядки.

— У-ублюд-док…, — капитан попытался рукой достать до него, но все вокруг расплылось и потеряло краски. Мир погрузился во мрак.

Глава 5. Мрак потухшей звезды

— Предатель! Лжец!, — кричал я.

— Купец, — ответил он.

Сказка мира Островов

Первым делом был захвачен порт Черного Града. “Сила Темных — в их кораблях”, — рассудил Альберт и отдал приказ о захвате порта. В ту же ночь, как схватили Жозефа, Лиру и Шандора, а остальной экипаж связали и оставили на корабле, шляпники совершили ряд нападений на корабли, стоявшие в порту Черного Града. Это была кровавая ночь. Нет, они не уничтожали корабли, зачем? если их можно употребить после. Но слышались взрывы, слышались крики и выстрелы. К утру все было кончено. Началась война кланов, теперь уже взаправду.

Ульфа разбудили ночью, где-то в часа три, и сообщили об ужасной вести.

— Вот… собака!, — прорычал он. — Да я их всех в Бездну!..

Темные и Контрабандисты были теперь заперты в Черном Граде — вот что это означало.

Альберт бродил по своему кабинету в задумчивом виде. Конечно, порт захватили не только, чтобы запереть врагов, но и для того, чтобы “Левиафан” мог спокойно пришвартоваться.

— Необходимо обезопасить Черный Град, если Союзный Флот решит нарушить свои обязательства, — бубнил себе под нос Верховный правитель. — Гм. Задачка нелегкая, — он обернулся к карте города, на которой были расставлены фишки разных цветов: шляпники и враги.

Альберт брал в руку то одну фишку, то другую, переставлял, но в конечном итоге возвращал все обратно. Превосходство на его стороне, но как грамотно разыграть карты?.. “Уничтожить Темных и Контрабандистов — не вариант. В таком случае Черному Граду точно крышка. На Союзный Флот нельзя надеяться, особенно, когда они узнают, что у нас здесь твориться. Закончить войну и ввести несогласных в новое устройство как можно мягче и безболезненнее — вот приоритет”, — думал и думал Альберт.

В это же время у Темных и Контрабандистов началось собрание, главным вопросом которого стал “Как размазать Благородных по стенке?”.

— Ульф, почему ты не удвоил охрану?, — разгорячился Нумос. — Я ведь говорил тебе, что Благородные-...

— Замолчи!, — глава Темных вскочил со своего места и тем самым опрокинул стул.

— Мы бы тогда-...

— Бестолочь! Замолкни уже, или я тебе сам глотку заткну! Нужно решить, что делать дальше!, — венка на его лбу пульсировала. От него несло жаром.

“Этот сукин сын Альберт! Я думал он обычный пустослов, а эта собака… застала нас врасплох”, — думал он.

— Мы можем, ну, не знаю…, — задумался Скон, главный сподвижник Ульфа. — Нанести ответный удар? В их защите, ну, должна быть еще прореха. Нападем — и они посыпятся.

— Гм…, — Ульф не переставал чесать щеку. — Сколько у нас людей?

— Сейчас свободно, ну…, — Скон закатил глаза и стал считать про себя. — Человек пятьдесят?.. После захвата порта, ну, у нас не так много человек.

— Дерьмо…, — сказал Ульф. — Полная задница!

В комнату ворвался Темный.

— Ульф! Там! Шляпники!.. Они!.., — он запыхался. — Прорываются… прямо сюда!..

— ЧЕГО?!, — он ударил кулаком по столу. Тот скрипнул и слегка надломился. — Собрать всех, кто есть, мы должны надрать им зад! К черту штаб, у меня созрел план, — его глаза почти дымились от злости.

Все засуетились. Ситуация была не из приятных, мягко говоря.

Прорываться по узким улочкам — дело не из легких. Особенно, когда на твоем пути стоят баррикады. Капитан шляпников — некто по фамилии Калед, не ограничился лишь улочками — отряды шляпников вместе с ополчением Отверженных с помощью крюков забрались на крыши невысоких домов Черного Града. Ульф выставил небольшой гарнизон, но его быстро смяли.

Стучали закрыты ставни. Гремели дома, скрипели половицы. Жители домов забились в углы и дрожали от каждого шороха, от каждого крика с улицы. Казалось, будто даже сам хищный дом-зуб сжался от кровопролития вокруг.

— Все будет хорошо, все будет хорошо, — повторяла как молитву молодая серая женщина, которая прижимала к себе пятилетнего грязного мальчика в рваной одежде.

А мальчик всхлипывал и посасывал большой палец, который уже третий день как почернел. Другая его ручонка сжимала пыльный осколок — единственный свет, который он знал.

— Почему Фолан оставил нас?, — с тихим ужасом сказала мать в потолок.

Еще совсем молодой шляпник — он не был пиратом или разбойником, нет, он был поэтом, которого изгнали из обычного мира. Он с криками шел вперед, ради нового мира, еще до конца им неведомого.

Кулак шляпников обрушился на укрепления Темных. В тот же момент с крыш начали атаку фланги. Осколочные пистолеты выкашивали Темных одного за другим. По улице, как по венам, пустилась кровь. Прогремела пушка, и баррикада разлетелась в щепки. Обмякшие тела заполонили узкий проход.

“Этому отребью нет места в новом мире”, — думал Калед — капитан шляпников. Его белый кафтан развевал ветер. Он надвинул шляпу вперед и пошел вслед за своим отрядом.

Дорога к штабу Темных была открыта.

* * *

Сознание Жозефа металось в темноте, цепляясь за обрывки памяти. Он не понимал, где реальность, а где кошмар, пока...

...перед ним не возник тот день. Почему он это знал? Почему он находится здесь? Оранжевый кафтан дышал жизнью, еще не повидал столько, как и сам Жозеф. Он не мог ничего сделать, не мог ничего сказать. Только то, что было уже сделано и уже сказано. “Нет, прошу, нет!”, — кричал от ужаса он в голове. Но они лишь эхом раздавались по витиеватым глубинам его сознания.

Светлый солнечный день. Песни “Астрапа”, грубые, но родные. Он стоял на носу корабля. “Это.. не Этерна”, — мысль хлестко ударила по сердцу, словно лопнувшая струна.

Корабль мчался вперед, облака струились под килем. Свежий воздух ласкал лицо и руки. Жозеф улыбался, но внутри был мрачнее ночи. Вот он развернулся и бросился на капитанский мостик. “О-.. отец?..”, — все его внутренности скукожились и замерли.

Массивный мужчина стоял за штурвалом. На нем был одет красный потухший кафтан и пожеванная временем треуголка. Рыжую бороду трепал ветер, а взгляд голубых глаз устремился вперед.

— Что-то не так, Жозеф?, — спросил отец.

— Все отлично!, — выпалил Жозеф.

— Жаль, что Юсеф покинул нас…, — взгляд отца помрачнел. — Но вроде удалось найти хорошего механика.

— Да… Дядя столько с нами прошел… Как ты думаешь, он вернется на “Астрап”?

— Надеюсь. Не знаю, — потупленный взгляд вмиг изменился на боевой. Он круто повернул штурвал. — Приготовиться к бою!

Жозеф пришлось ухватиться за перила, чтобы не упасть. Он поправил свою большую треуголку. К ним мчался корабль Союзного Флота.

Вдруг корабль накренило вправо, с нижней палубы кричали. “Астрап” застонал.

— Я пойду помогу новому механику!, — вспылил Жозеф и бросился вниз.

— Огонь!, — взрычал отец. Корабль встрепенулся. Выстрел пушек оглушал. В глазах помутнело, но Жозеф уже почти привык.

“НЕТ! ЧЕРТ ВОЗЬМИ, НЕТ!”, — кричал Брели в своей голове.

— Жозеф!, — говорил кто-то извне.

“Что?..”, — думал он.

— Жозеф! ЖОЗЕФ!, — голос становился четче, а все перед глазами расплывалось, смешивалось в сплошную серую картинку, пока, наконец, совсем не исчезло.

— Очнись уже!

Жозеф раскрыл глаза и закашлял. Это кричал Шандор. Но… откуда? “И где я?”, — спросил себя капитан.

Он не мог пошевелить руками — что-то холодное давило на кисти. Сознание пронизывал грубый шум. Все тело ломило, Жозеф встать и размять его, но не мог.

Холодное темное место. Сырые каменные стены обжигали спину и руки, вдалеке стучали капли воды. Где-то сверху горячо спорили, а снизу — кричали от боли.

— Я что, — хрипло сказал капитан. — в Бездне?..

— Жозеф!, — прокричал Шандор справа. — Ты наконец проснулся! Черт возьми, я подумал, что…

— Нет, ты не в Бездне, — оборвала Лира. — Ты в башне Альберта. Видел плохие сны?, — усмехнулась она.

— Вроде того.

— Это все из-за пыли летучих камней, — вставил Шандор.

— Да, я знаю!, — Жозеф выдохнул. — Гм… Это была самая ужасная ночь в моей жизни. Они не могли хотя бы выдать нам матрацы?

— Сейчас не самое лучшее время для шуток, — сказал Шандор.

— Да ну?, — капитан задумался.

“А что с картой? Она же ведь не… у Альберта? О, раздери меня Фолан, конечно она у него!”, — думал Жозеф.

— Лира! Что с картой?!

— М? Какой еще картой? Той странной, над которой ты бился несколько дней и так не расшифровал?, — рассмеялась она.

— Лира!

— Ребят, о чем идет речь?

— Где. Карта?!

— Кажется, она у Альберта. Нас всех обчистили перед тем, как закинуть в это гнилое место.

— ТЫ СЕРЬЕЗНО СЕЙЧАС?!

— Да. Даже мой плащ утащили! А он мне дорог, между прочим.

— О чем вы вообще!, — взырчал Шандор.

— Да так, брось. Всего лишь древний артефакт, — бросил Жозеф.

“Вот ведь… Хреново, — капитан стиснул зубы, чтобы умерить дрожь в руках. — Что же, еще одни небольшие неприятности”.

Он еще раз попытался встать, но тщетно. Лишь вяло простонали цепи.

— Древний.. артефакт? Почему ты мне ничего не сказал? Почему ты утаил это от всех нас? О, из-за тебя мы здесь!

— Ты думаешь это важно сейчас? Мы в темнице, Шандор!

— Тихо вы!, — прикрикнула Лира.

— Я хочу, чтобы ты ознакомился с этим, — говорили сверху. — Мне нужно знать, что это такое.

— Д-да, Альберт…

Голоса затихли.

— Мда, — бросил Жозеф.

“Ситуация патовая”, — заключил он.

Шандор нервно стучал ногой по каменному полу. Лира разминала затекшую шею.

Послышались шаги.

Тяжелая дубовая дверь, отделанная красной тканью, распахнулась со строгим скрипом. Свет больно ударил троице в глаза.

— Так-так-так, — сказал Альберт, — Кто же это у нас здесь?, — он подошел к капитану, — Жозеф Брели, собственной персоной!

— Не очень радушно ты принимаешь гостей, — прохрипел Жозеф и слабо улыбнулся. — Мы даже не хотели заходить к тебе в гости.

— Шути, Жозеф, шути. Но это не шутки, — Альберт повернулся к Лире, — Ба! Неужели это “Стрела”? Поразительно!, — он схватил ее за челюсть и силой повернул ее голову, чтобы лучше разглядеть. — Знаешь, тебя не только Союзный Флот разыскивает, но и Благородные. А ведь добиться того, чтобы тебя старались поймать в сердце преступного мира… Но это ненадолго.

— Пошел ты!, — Лира плюнула Альберту в лицо.

— Кхм… Мда, над манерами тебе еще работать и работать. Вот твой первый урок, — Верховный правитель вытер слюну и со всего маху ударил Лиру в челюсть. Она пискнула и зарычала. Стальные кандалы звонко проскрежетали. Лира прикусила окровавленную губу, чтобы не закричать; волосы закрыли глаза, которые сейчас, вместо привычной насмешливости, источали ярость. Она ненавидела себя за этот писк, за этот случайный писк! “Я показала ему секундную слабость. Всего секундную!.., — думала она. — И этого было достаточно”.

— УБЛЮДОК!, — крикнул Шандор. — КЛЯНУСЬ ФОЛАНОМ, Я ТЕБЯ-!..

— Тише. Я не люблю, когда кричат, — Альберт ногой ударил шандора в нос. Тяжелый хрип раздался из его легких. — Ты ведь этот… гм… штурман! Я ведь прав? Хе-хе…, — Альберт развернулся к Жозефу.

На лице Верховного правителя блуждала нервная улыбка. Жозеф даже не посмотрел на него; он плотно сжал губы.

— Что такое, Жозеф? Ты ведь наверняка хочешь узнать, почему же я схватил тебя и твоих главных сподвижников, а на “Этерне” оставил своих людей, чтобы они охраняли твой экипаж?

Но ответа не последовало.

— М? Брели?, — Альберт подошел вплотную к Жозефу и присел. — Совсем не интересно?

Капитан харкнул прямо в рожу Верховному правителю. Слюна стекала по его щекам, носу, губам. Альберт задрожал.

Брели заметил это и подумал: “Слабость”.

— Гнида да, Альберт, — холодно ответил Жозеф. — Схватил меня? Ладно. Но трогать мой экипаж…, — капитан рассмеялся и взглянул прямо в глаза Альберту.

Правый глаз капитана источал такую тьму, что Альберт невольно отодвинулся и, кажется, даже забыл про слюну. Брови Жозефа дрожали.

— Кхм…, — кашлянул Верховный правитель и все-таки вытер слюну платком.

Лира и Шандор молчали.

— Знаешь, что думаю я?, — вспыхнул Жозеф, явно намекая на собрание кланов. — Что ты, дорога тебе в Бездну, продался Союзному Флоту. Да, да, разумеется. Тебе нужна поддержка извне, чтобы создать “Справедливость” в Черном Граде. Ха! Только эти псы сожрут тебя быстрее, чем Ульф, — Жозеф плюнул на пол.

Сердце в груди Альберта бешено колотилось. “Откуда он?..”, — думал Верховный правитель.

— Гм. Можно и друзей предать ради Высшей цели, — он слегка прищурил глаза. — А что насчет той карты, которую я нашел у твоей подружки?

Шандор заерзал на месте.

— А за это ты вдвойне расплатишься, — ответил Жозеф.

— Ну-ну, — Альберт усмехнулся и направился к выходу. — Очень интересно на это посмотреть. Особенно, если учитывать то, что завтра вы уже будете плыть на “Левиафане” в Сентрум.

Дверь захлопнулась. Троица молчала. Только Шандор ерзал на месте и пытался заговорить. С потолка падали капли. Кап-кап. Кап-кап. Сырой, грязный воздух наполнял легкие, и дышать становилось труднее. Потная одежда липла к телу. Мерзость.

Лишь тусклым фиолетовым светом мерцал амулет на груди Жозефа. “Конечно-конечно, Альберт”, — думал он с кривой улыбкой. Раньше он не поверил бы, но сейчас ему казалось, что амулет… шепчет? Ветхое воспоминание проскользнуло в его сознание, как жухлый осенний лист.

Катаррес Морн, странный контрабандист, человек в плаще, предлагал с безумными глазами Жозефу амулет. Торговец говорил, что амулет — осколок сердца Бездны, самого Таната, но будущий капитан ему не верил. Но все равно взял.

* * *

День подходил к концу. Завыл ветер, что будто своим свистом прогонял солнце с его жаркими лучами, который нагнал огромную тучу на Черный Град. Он погрузился в сырой мрак, пробирающий до косточек, и медленно остывал после бурного дня.

Жители все еще сидели по домам, но иногда высовывались из своих ненадежных убежищ. Казалось, что наконец все закончилось.

— А я считаю, что это лишь затишье перед бурей, — высокомерно сказал дряхлый старик.

— Ну нет! Альберт смог установить порядок в Черном Граде!, — спорил юноша, одетый, как щегол, что несвойственно здесь.

— Тьфу ты, понаехали!, — старик харкнул, стрельнул глазами на молодого и захлопнул дверь.

Город постепенно просыпался после кошмара. Но закончился ли он?

Далеко на горизонте показалась небольшая точка — корабль. Он шел осторожно, с опаской. Новая рависовая обшивка потрескивала, как живая, предвещая великие победы. “Поумерь свой пыл. Победы не будет”, — казалось отвечали другие части корабля, уже посеревшие, старые, повидавшие немало сражений. Новые части заменяли старые, дряхлые или сломанные. Так ведь у нас заведено?

Деревянно-металлический изголодавшийся зверь, что зовут “Левиафаном”, подходила к Черному Граду. Порт был чист. Подозрительно чист. Лишь где-то в глубине улиц завыла собака, которая оборвалась на полуслове. Элиана сморщила нос от смрада, который источал Черный Град. “Что это? Масло? Гниль? Фу”, — думала она. В сердце Вейнхарт бушевал Пыльный Вихрь, который жаждал вырваться наружу.

Вскоре на пристани показалась группа людей в шляпах, кроме одного — Альберта. Он наблюдал за тем, как “Левиафан” пришвартовывается. “Этот корабль почти так же хорош, как и “Хлыст””, — подумал он.

Губы Элианы дрожали в страшной гримасе. Ее изящные пальцы, что удивительно для такого опытного капитана и воина, как она, сжимали штурвал. Дерево потрескивало.

— Прибыли, — бросил матрос.

Без слов она накинула серый плащ, надела капюшон и спустилась по трапу. На поясе с двух сторон при каждом шаге постукивали два клинка.

— Капитан Вейнхарт!, — горячо начал Альберт, раскинув руки, — Я так рад, что вы здесь!

— Наш договор в силе?, — холодно бросила она.

Верховный правитель Черного Града смутился. Он — смутился! А ведь она — всего лишь капитан, пусть и в Союзном Флоте. Альберт вскинул бровь, которая слегка подрагивала.

— Д-да, разумеется. Я бы не стал писать вам по пустякам, — он теребил перстень на руке с гербом Сентрума — последнего, что у него осталось от прошлой жизни.

— И тем не менее в твоем письме много пустяков. Но… ты смог меня заинтересовать, признаюсь, — ее пристальный взгляд прожигал Альберт насквозь, но он держался.

— Я понимаю, почему вы согласились, капитан Вейнхарт. На то и был расчет. В-вы знаете, что я хочу создать из Черного Града свободную республику и покончить с пиратством…

— Пф. И вы хотите, чтобы Союзный Флот не вмешивался в ваши дела. Знаю. Мы подумаем над этим, но сначала — Брели и его шайка, — ее губы сложились в кривую улыбку.

— Конечно-конечно! Прошу!, — он жестом показал своей свите, чтобы они двинулись вместе с ними.

“Я проговорила с ним всего три минуты и уже терпеть его не могу”, — подумала Элиана, сжимая рукоять клинка. Рядом с ней шло пятеро ее лучших воинов. Которых выделил ей генерал Квад, конечно же. “Поверить не могу! Этот скользкий Жозеф Брели сегодня будет наконец в моих руках! И это за месяц до положенного срока, хе-хе”, — ее пальцы нервно стучали по рукояти. Прошлые поражения до сих пор занозой остались в ее сердце. Любое задание было ей под силу, кроме одного… Но наконец настал конец этого многолетнего преследования.

Башня ждала их. Но не ждала незваных гостей, которые уже вплотную подобрались к ней. Ульф с остатками своих пиратов точили сабли и уже были готовы ворваться, чтобы отомстить за павших. Тучи стали сгущаться. Кажется, скоро начнется ливень с грозой.