Падающая звезда. Голос из темноты

Пролог: Хозяин кукол

Где-то на Восточном материке, в роскошном особняке, спрятанном среди вечнозелёных садов, сидел человек.

Он был стар. Очень стар. Его пальцы, унизанные перстнями, нервно барабанили по подлокотнику кресла. Перед ним стоял пустой столик, а на столике — две пустые рамки.

Раньше в рамках были портреты. Две девочки. Одна с зелёными глазами, другая — с жёлтыми. Его лучшие творения. Его куклы. Его оружие.

— Ушли, — прошептал он. — Предали. Сбежали.

Он улыбнулся. Улыбка была страшнее любой угрозы.

— Куклы не убегают от хозяина. Кукол возвращают. Или ломают.

Он хлопнул в ладоши. Из тени выступила фигура — бесшумная, бесплотная, почти невидимая.

— Передай Гильдии, — сказал старик. — Я хочу нанять лучших. Не убийц — охотников. Они должны не просто убить. Они должны принести мне их живыми. Обеих.

— Цена? — спросила тень.

— Любая.

Тень исчезла.

Старик снова посмотрел на пустые рамки.

— Я вложил в вас десять лет, — прошептал он. — Вы не имеете права уйти.

Часть первая: Тени над долиной Глава 1. Спокойствие, которое обманывает

Три месяца прошло с финальной битвы.

Долина цвела. Там, где ещё недавно бродили скелеты и выли тени, теперь зеленела молодая трава, распускались цветы, и даже высохшие деревья, казавшиеся мёртвыми навсегда, выпустили робкие зелёные почки. Проклятие, тяготевшее над этими землями тысячелетиями, исчезло, словно его никогда и не было. Нежить растворилась в утреннем тумане, гоблины, лишившиеся своего главного источника пропитания (мертвечины), притихли и даже стали почти ручными — самые смелые из них приносили Астре ягоды и грибы в обмен на сладости, которые она пекла в своей маленькой пекарне. Ящеролюды из болота, долгие века враждовавшие со всеми, кто приближался к их топям, прислали послов с предложением мира и торговли. Кордун лично встречал их на границе, и после трёх часов переговоров (и двух бочек пива) стороны пришли к соглашению: ящеролюды поставляют редкие болотные травы и кожу, гномы — металл и инструменты, а люди — защиту и магическую поддержку.

База разрослась неузнаваемо.

К трём гигантским деревьям, служившим основой дома, добавились новые постройки на земле. Кузница Кордуна теперь занимала отдельное здание из камня и металла, с высокой трубой, из которой днём и ночью валил дым. Гномы из соседних туннелей приходили учиться его новым техникам, и теперь у Кордуна было целых три ученика, которые таскали уголь, раздували меха и почтительно внимали каждому слову мастера. Сам Кордун, несмотря на почёт и уважение, оставался всё тем же простым мужиком: вставал до рассвета, работал до темноты, а вечером сидел в беседке с кружкой пива и смотрел на закат.

Лаборатория близняшек переехала далеко в сторону — после третьего взрыва за неделю (Ка экспериментировала с новой взрывчаткой, Ку пыталась стабилизировать особо опасный яд) Даймонд настоял, чтобы их творческая мастерская находилась не ближе чем в двухстах метрах от жилых помещений. Теперь это был отдельный бункер, наполовину врытый в землю, с толстыми каменными стенами и свинцовыми пластинами, защищающими от магического излучения. Внутри царил идеальный порядок — по мнению Ку — и вечный хаос — по мнению Ка. Первая разложила яды по полочкам, подписанным мелким аккуратным почерком; вторая хранила взрывчатку вперемешку с инструментами, руководствуясь принципом "я и так помню, где что лежит". В результате каждую неделю происходило как минимум одно небольшое возгорание, и Астра завела привычку держать наготове ведро воды и лечебную мазь.

Библиотека Даймонда, его гордость и главное сокровище, заняла целых три этажа в центральном дереве. Нижний уровень отдали под древние фолианты и магические трактаты, которые он собрал за время своих путешествий; средний — под карты, атласы и дневники исследователей; верхний, залитый светом магических светлячков, стал читальным залом с мягкими креслами, столами и бесконечными запасами чая. Даймонд проводил там всё свободное время, читая вслух для всех желающих. Ку и Ка приходили чаще других — они садились у его ног на пушистый ковёр и слушали часами, забывая о своих зельях и взрывчатке. Астра приносила сладости и травяной чай. Сет иногда заглядывал, делая вид, что ищет книгу по духам, но на самом деле просто наслаждался тишиной и теплом. Кордун ворчал, что "опять эти сказки", но неизменно оказывался в кресле у двери с кружкой пива, делая вид, что просто отдыхает после работы.

Коун, как всегда, сидел в беседке и вырезал.

Он делал это каждый день, с утра до вечера, и коллекция его фигурок пополнилась сотнями новых. Звери, птицы, люди, существа, которых никто никогда не видел — они заполняли полки в его маленькой комнатке, свешивались с веток, стояли на подоконниках. Каждому члену группы он подарил уже по десятку фигурок, и все они носили их как талисманы.

— Дедушка Коун, — спросила Астра, садясь рядом с ним тёплым летним вечером. Солнце медленно опускалось за горы, окрашивая небо в розовые и золотые тона. Где-то в лесу пели птицы, которых не было здесь сотни лет. — А ты никогда не устаёшь?

— От чего, маленькая? — Коун даже не поднял глаз, продолжая вырезать маленькую птичку — точь-в-точь как та, что он сделал для Лиры.

— От жизни. От того, что всё вокруг меняется, а ты остаёшься. Люди приходят и уходят, деревья растут и умирают, даже горы меняются. А ты — нет.

Коун задумался. Отложил ножик, посмотрел на закат. Глаза его, обычно мутные и пьяные, на мгновение стали ясными и глубокими.

— Знаешь, я заметил одну вещь, — сказал он медленно, словно прислушиваясь к своим словам. — Чем дольше живёшь, тем больше понимаешь, что важно не время. Не годы, не века, не тысячелетия. Важны моменты. Вот этот, например.

Он указал на закат, где две птицы кружили в последних лучах солнца.

— Или тот, когда Ка взорвала сарай, а ты смеялась так, что упала с лавки. Или когда ты впервые назвала меня дедушкой. Я тогда чуть ножик не уронил.

— Я помню, — улыбнулась Астра. — Ты сделал вид, что не расслышал, и попросил повторить.

— Потому что хотел услышать ещё раз, — кивнул Коун. — Такие моменты не забываются. Даже я, с моей дырявой памятью, их помню. А остальное... — Он махнул рукой, обводя долину, горы, небо. — Остальное приходит и уходит. Как вода в реке.

— Ты очень мудрый, дедушка.

— Нет, маленькая. Я просто старый. Это разные вещи.

Они сидели молча, глядя на закат. Где-то в кузнице звенел молот Кордуна. Из лаборатории донёсся приглушённый взрыв и голос Ка: "Я же говорила, что так и задумано!". Ку ответила что-то неразборчивое, но явно скептическое. С платформы Сета лилась тихая мелодия — духи пели ему свои песни, а он переводил их на язык ветра.

Небо было чистым. Долина — тихой.

Идеальное спокойствие.

Которое, как известно, всегда предшествует буре.

— Дедушка Коун, — вдруг сказала Астра. — А ты счастлив?

Коун повернулся к ней. Улыбнулся.

— А ты как думаешь?

— Я думаю, да.

— Правильно думаешь. Потому что счастье — это не когда у тебя всё есть. Это когда есть те, с кем можно разделить закат.

Он обнял её своей корявой, мозолистой рукой, и они снова замолчали.

Ветер принёс запах цветущих трав. Где-то далеко, на границе леса, мелькнула тень.

Никто её не заметил.

Глава 2. Первая тень

Сет первым почувствовал неладное.

Это случилось на четвёртый день после того разговора. Он сидел на своей платформе для медитации, высоко в ветвях центрального дерева, и слушал духов. Обычно они болтали без умолку — рассказывали новости из леса, жаловались на погоду, сплетничали о гоблинах. После исцеления долины духов стало больше, они стали моложе и веселее, и Сету приходилось буквально затыкать уши, чтобы хоть немного помолчать.

Но сегодня было тихо.

Не просто тихо — мёртво тихо.

Сет открыл глаза, прислушался. Духи, жившие на границе леса — те, что следили за приближением чужаков, — молчали. Все до одного.

— Странно, — прошептал он.

Он позвал их — мысленно, как всегда. Никто не откликнулся.

Стебли на его левой руке, обычно спокойные, начали нервно подёргиваться. Они чувствовали то же, что и он — опасность.

Сет спустился вниз быстрее обычного, едва не сломав лестницу. В беседке уже собрались почти все: Кордун точил молот, Ку и Ка спорили о пропорциях селитры, Астра раскладывала травы. Даймонд читал книгу, но при появлении Сета поднял голову.

— Что случилось?

Сет сел на лавку, выдохнул.

— Духи молчат. Те, что на границе. Я их не чувствую.

— Может, просто устали? — предположил Кордун, не отрываясь от молота. — Они же тоже живые... ну, относительно.

— Духи не устают, — твёрдо сказал Сет. — Они или есть, или их нет. И они есть — я чувствую их присутствие. Но они не отвечают. Как будто кто-то затыкает им рты.

— Кто может заставить молчать духов? — Астра отложила травы.

— Я не знаю. Но это не обычная магия. Это что-то... тёмное.

Даймонд отложил книгу. Встал, подошёл к краю беседки, вглядываясь в лес. Тот казался обычным — зелёным, спокойным, мирным.

— Наблюдай, — сказал он Сету. — Если что — сразу скажи.

— Хорошо.

Ночью Сет не спал.

Он сидел на платформе, вслушиваясь в тишину, и ждал. Луна взошла над горами, заливая долину серебряным светом. Где-то вдалеке ухнула сова — единственный звук, нарушавший безмолвие.

И вдруг он увидел.

Тень.

Она скользнула между деревьями на опушке — маленькая, быстрая, почти незаметная. Не гоблин, не зверь — что-то другое. Что-то, что двигалось слишком плавно для живого существа. Словно не шло, а текло, перетекая от ствола к стволу.

Сет замер. Сердце забилось быстрее.

Тень остановилась, словно почувствовав его взгляд. Мгновение они смотрели друг на друга — человек и нечто из тьмы.

Сет сделал знак рукой. Стебли на левой руке засветились ярко-синим, потянулись в сторону тени, пытаясь коснуться её, понять, почувствовать.

Тень не двинулась.

Она просто смотрела.

А потом — исчезла.

Словно её никогда и не было.

Утром Сет рассказал всем.

— Тень, — повторила Ку, когда он закончил. — Какая именно? Большая, маленькая, с очертаниями?

— Человеческая, — ответил Сет. — Но не человек. Что-то другое. Пустое.

— Теневые убийцы, — тихо сказала Ка.

Все посмотрели на неё.

— Откуда ты знаешь? — спросил Даймонд.

Ка переглянулась с Ку. Сёстры обменялись взглядами, полными понимания и страха. Ку кивнула — разрешая говорить.

— Гильдия теней, — начала Ка. Голос её дрожал, но она старалась держаться. — Наёмные убийцы высшего уровня. Их не видно, не слышно, они не пахнут, не оставляют следов. Идеальные машины смерти.

— Их обучают с детства, — добавила Ку. — Забирают самых сильных, самых выносливых, самых... пустых. Тех, у кого нет ни страха, ни жалости, ни надежды.

— Откуда вы знаете? — повторил Даймонд, хотя уже догадывался.

— Нас готовили для них, — голос Ка дрогнул, но она сжала кулаки и продолжила. — Когда мы были маленькими, хозяин говорил: "Если будете плохо учиться, отдам в Гильдию. Там из вас сделают не кукол — пустое место". Мы не знали, что это значит, но боялись. Очень боялись.

— Мы видели одного раз, — прошептала Ку. — Тень, которая пришла к хозяину за заказом. Она двигалась так же, как ты описал. Без звука. Без запаха. Без жизни. Просто... пустота в форме человека.

— Их никто никогда не видел, — закончила Ка. — Потому что те, кто видел, не живут.

Тишина повисла в беседке. Даже ветер, казалось, перестал дуть.

— Значит, за нами пришли, — подвёл итог Кордун. Голос его звучал спокойно, но рука сжимала молот так, что побелели костяшки.

— За нами, — поправила Ка. — За мной и Ку. Это хозяин. Больше некому.

— Ты уверена?

— Кто ещё будет платить такие деньги? — усмехнулась Ку горько. — Гильдия не работает дёшево. Если они здесь — значит, заказ большой. А у хозяина денег много. И злости — ещё больше.

— Что будем делать? — Астра смотрела на Даймонда, ища защиты.

Даймонд молчал. Потом повернулся к Сету.

— Сколько их?

— Не знаю. Одну видел. Может, больше.

— Где они?

— В лесу. Прячутся. Ждут.

— Чего?

— Нашего невнимания. Ошибки.

— Тогда не будем им давать этого. — Даймонд встал, и голос его зазвучал твёрдо, командирски. — Вводим боевой режим. Никто не ходит по одному. Всегда на виду друг у друга. Туалет, лаборатория, кузница — только парами. Сет — усиль наблюдение. Духи должны знать каждый шаг врага.

— Они молчат, — напомнил Сет.

— Тогда ищи тех, кто не молчит. В горах, в болоте, где угодно. Нам нужны глаза.

— Хорошо.

— Кордун — проверь все входы и выходы. Туннели, подвал, тайные ходы. Если Гильдия здесь, они могут попытаться зайти снизу.

— Сделаю.

— А мы? — спросила Ка, всё ещё сжимая гранату.

— А вы, — Даймонд посмотрел на близняшек, и взгляд его смягчился. — Вспоминайте всё, что знаете о Гильдии. Каждую мелочь. Как они двигаются, как дышат, как убивают. Это может спасти нам жизнь.

— Хорошо.

— И ещё. — Он понизил голос. — Никому не доверяйте. Если Гильдия здесь, они могут быть кем угодно. Даже теми, кого мы знаем.

— Ты думаешь, они могут... подменить? — испугалась Астра.

— Всё может быть. Поэтому — пароль.

— Какой?

— "Что Коун ел на завтрак?"

Все посмотрели на Коуна, который всё это время сидел в углу и спокойно вырезал фигурку, словно речь шла о погоде.

Тот пожал плечами.

— Бутерброд, наверное. — Он задумался. — Или каша? Нет, бутерброд. Я всегда ем бутерброды.

— Отлично, — усмехнулся Даймонд. — Никто не догадается.

Напряжение немного спало. Даже Ка улыбнулась.

— Дедушка Коун, — сказала она. — Ты даже не представляешь, как мы тебя любим.

— Представляю, — ответил он, не поднимая глаз. — Я же старый. Я всё представляю.

Глава 3. Исчезновение

Первой исчезла Ку.

Это случилось на третий день после того, как установили боевой режим.

Утро началось обычно. Кордун ушёл в кузницу ещё затемно. Сет поднялся на платформу слушать духов (те по-прежнему молчали на границе, но в глубине долины хотя бы откликались). Астра поливала сад. Даймонд читал в библиотеке.

Ку и Ка позавтракали в беседке вместе с Коуном (бутерброды, чай, и немного взрывчатки для Ка — она любила добавлять её в чай "для бодрости", но Ку всегда успевала перехватить её руку). Потом близняшки решили, что пора пополнить запасы.

— Мне нужны новые иглы, — сказала Ку. — Старые затупились о скелетов в прошлый раз.

— А мне — сера и селитра, — добавила Ка. — Кончились.

— Я схожу в лабораторию, — Ку встала. — А ты пока принеси воды для опытов.

— По одной нельзя, — напомнила Ка. — Даймонд сказал.

— Мы не по одной. Ты идёшь к ручью, я — в лабораторию. Всё по правилам.

— Ладно. Но если что — кричи.

— Крикну.

Ку пошла к лаборатории. Путь — пятьдесят метров от беседки до отдельного здания. На виду у всех. Из беседки за ней наблюдал Коун. Из кузницы доносился звон молота Кордуна. С платформы Сета лилась тихая мелодия.

Но между беседкой и лабораторией был мёртвый сектор — три шага, где её не видели ни из беседки, ни из кузницы. Там росли кусты, которые Астра посадила, чтобы скрыть неприглядный вид старого фундамента.

Ку вошла в этот сектор.

И не вышла.

Ка ждала пять минут. Потом десять. Она уже набрала воды, сидела у ручья и смотрела на тропинку.

— Ку? — позвала она мысленно. Они иногда могли чувствовать друг друга на расстоянии.

Тишина.

Ка вскочила, бросила ведро и побежала к лаборатории. Внутри было пусто. Иглы лежали на столе, разложенные по размеру — Ку всегда раскладывала их перед тем, как начать работу. На полу — маленькая лужица крови. Свежая, ещё не засохшая.

— Нет! — закричала Ка. — Нет-нет-нет!

На крик сбежались все. Даймонд влетел первым, за ним — Кордун с молотом наготове, Астра с бледным лицом, Сет, который спрыгнул с платформы, едва не сломав лестницу.

— Где она? — Даймонд схватил Ка за плечи.

— Не знаю! — Ка почти рыдала, но сдерживалась. — Она вошла и... исчезла! Я чувствую её, но... она далеко! Очень далеко!

— Сет!

Сет закрыл глаза. Стебли на его руке засветились ярко, пытаясь нащупать хоть какой-то след. Духи заметались, но ответа не было.

— Ничего, — прошептал он. — Как будто её никогда не было.

— Кровь, — Кордун наклонился, рассматривая лужицу. — Свежая. Её ранили.

— Или она ранила врага, — с надеждой сказала Астра.

— Или её утащили, — тихо добавил Даймонд.

Ка стояла, сжимая гранату. Глаза её горели — не жёлтым, а красным, почти безумным.

— Я найду их, — сказала она тихо, страшно. — Я всех их взорву. До одного. До последнего.

— Найдём, — твёрдо сказал Даймонд. — Вместе.

Он повернулся к остальным.

— Сет, духи — ищи любой след. Кордун — проверь все туннели под базой. Астра — приготовь лечебные травы, всё, что есть. Ка... — Он помолчал. — Ка, держись. Мы вернём её.

— Я знаю. — Ка выдохнула, заставляя себя успокоиться. — Я знаю. Она сильная. Она не сдастся.

— Никто и не сдаётся, — раздался голос Коуна из дверей.

Все обернулись. Коун стоял, опираясь на свою цепь, и смотрел куда-то вдаль.

— Там, — сказал он, указывая на лес. — В самой тёмной части. Я чувствую её страх.

— Откуда ты знаешь? — спросил Даймонд.

— Я старый. Я чую. — Коун повернулся к ним. — И ещё я чую холод. Чужой. Не здешний. Тот, кто забрал её — не человек.

— Кто?

— Не знаю. Но он ждёт. Нас.

Глава 4. След

Коун повёл их в лес.

Он шёл медленно, но уверенно, словно знал дорогу, хотя никогда здесь не был. Цепь на его поясе тихо звенела, и каждый раз, когда он поворачивал, звон становился громче.

— Она слушается, — объяснил он. — Цепь. Чует то же, что и я.

— И что она чует? — спросила Ка, идущая следом.

— Тьму. Много тьмы. И боль.

Ка сжала зубы и пошла быстрее.

Лес, в который они вошли, отличался от той части, что прилегала к базе. Здесь деревья стояли плотнее, ветви переплетались, не пропуская свет. Даже днём здесь царил полумрак, а воздух был тяжёлым, влажным, пахнущим гнилью.

— Никогда не заходили так далеко, — тихо сказал Кордун. — Гоблины говорили, тут опасно.

— Гоблины много чего говорят, — ответил Даймонд. — Иногда правду.

Они шли около часа. Лес становился всё мрачнее, и вскоре даже Сет, привыкший к тёмным местам, почувствовал беспокойство.

— Духи молчат, — сказал он. — Вообще все. Как будто мы вошли в мёртвую зону.

— Мы вошли, — кивнул Коун. — Смотрите.

Он указал вперёд. Между деревьями проступили очертания старой башни. Разрушенной, заросшей мхом, но явно не природного происхождения. Она стояла на небольшом холме, окружённая кольцом почерневших камней.

— Здесь, — сказал Коун.

— Что это за место? — спросила Ка.

— Не помню. — Коун покачал головой. — Но цепь помнит. Она говорит — опасно.

— Ку там?

— Там. Живая. Пока.

Ка рванулась вперёд, но Кордун перехватил её.

— Тихо. Если там Гильдия, они ждут.

— Мне плевать!

— А мне нет. — Кордун сжал её плечо. — Ку бы не хотела, чтобы ты погибла из-за глупости. Мы зайдём правильно. Вместе.

Ка замерла. Выдохнула.

— Ладно. Что делать?

Даймонд уже рисовал план на земле, на сухих листьях.

— Кордун — главный вход. Ты самый крепкий, если там ловушки — выдержишь. Я — сзади, через пространство. Появлюсь внутри и осмотрюсь. Ка — прикрываешь Кордуна, гранаты наготове. Сет — снаружи, духи, если откликнутся. Коун...

— Я здесь постою, — кивнул старик. — Если что — крикну.

— Договорились.

Глава 5. Логово

Внутри башни было темно.

Не просто темно — чёрно. Свет факелов, которые зажёг Кордун, гасли, едва переступив порог, словно тьма пожирала их.

— Магия, — прошептал Сет. — Тёмная. Очень старая.

— Оставайся здесь, — приказал Даймонд. — Если почувствуешь что-то — дай знак.

Сет кивнул и отошёл к стене, прижимая к себе книгу с картами.

Кордун шагнул внутрь первым. Молот в его руках слабо светился — он выковал его с добавлением лунного серебра, и теперь оружие реагировало на присутствие тьмы.

— Чисто, — прошептал он, осмотрев первый этаж. — Никого.

Лестница наверх была узкой, каменной, стёртой временем. Кордун поднимался медленно, прислушиваясь к каждому звуку. Ка шла за ним, сжимая гранату в одной руке и зажигалку в другой.

На втором этаже горел свет.

Странный, голубоватый, холодный. Он лился из-под двери, которая вела в главный зал.

Кордун прижался к стене, подал знак Ка. Та кивнула, приготовила гранату.

Кордун выбил дверь с ноги.

В центре комнаты, на стуле, сидела Ку.

Связанная, с кляпом во рту, с синяком на скуле. Но живая. Глаза её горели — зелёным, родным, живым светом.

— Ку! — Ка рванулась к ней, забыв обо всём.

— Стой! — крикнул Кордун.

Но поздно.

Пол под ногами Ка провалился, и она упала вниз, в темноту, с криком, оборвавшимся на полуслове.

— Ка! — закричал Кордун, бросаясь к провалу.

Из теней выступили фигуры. Четыре. В чёрном, бесформенном, с лицами, скрытыми капюшонами. Они двигались бесшумно, плавно, словно не шли, а плыли.

— Добро пожаловать, — прошептал один. — Мы ждали.

Кордун развернулся, занося молот.

— Где она?!

— Внизу. Живая. Пока. — Тень усмехнулась. — Если вы согласитесь на сделку.

— Какую сделку?

— Не с тобой разговор. С твоим магом.

В этот момент пространство позади теней разорвалось, и из разрыва вышел Даймонд.

Глава 6. Даймонд

Он появился бесшумно, как учили его годы скитаний. Два кинжала уже были в руках, и прежде чем тени поняли, что произошло, два из них рассыпались дымом.

— Фантомы, — выдохнул Даймонд. — Ловушка.

— Именно, — раздался голос сзади.

Даймонд обернулся. В дверях стоял человек. Не тень — живой. Старый, с седой бородой, холодными глазами и улыбкой, от которой веяло могильным холодом.

— Граф Велар, — представился он, слегка поклонившись. — Хозяин тех девочек, которых вы украли.

— Они не вещи, чтобы их красть, — Даймонд не опускал кинжалы.

— Для меня — вещи. — Граф шагнул в комнату, и оставшиеся две тени расступились перед ним. — Лучшие вещи. Самые дорогие. Я вложил в них десять лет. Обучение, питание, заботу. А вы явились и забрали их.

— Они сбежали. Потому что ты держал их в клетке.

— В клетке? — Граф усмехнулся. — Я дал им всё! Кров, еду, навыки, смысл жизни! Без меня они были бы никем! Нищими сиротами на улице!

— Без тебя они стали людьми, — тихо сказал Даймонд.

Граф побледнел от злости, но быстро взял себя в руки.

— Где они? — спросил Даймонд.

— Обе живы. Пока. — Граф сел в кресло, которое мгновенно материализовалось из тени. — Если вы согласитесь на сделку.

— Какую?

— Вы откроете мне врата в мир, откуда пришёл ваш старик. А я отдам вам девочек.

Даймонд замер.

— Откуда ты знаешь про Коуна?

— Я много знаю, маг. У меня длинные руки. И длинные уши. Я слышал про ваши приключения. Про битву с Мёртвым богом. Про то, как старик закрыл разлом своей грудью. Очень впечатляюще.

— Это не твоё дело.

— Моё, если в том мире есть то, что мне нужно.

— Что?

— Не твоё дело. — Граф улыбнулся той же холодной улыбкой. — У вас есть час. Потом одна из них умрёт. Выбирайте, какую хотите потерять. Зелёноглазую или желтоглазую? Они такие разные, но обе такие... ценные.

Даймонд сжал кинжалы.

— Если ты тронешь их...

— Что? Убьёшь меня? — Граф встал. — Попробуй.

Он щёлкнул пальцами и исчез. Тени растворились.

Даймонд остался один.

Внизу, из провала, донёсся слабый голос Ка:

— Даймонд? Ты здесь? Я в порядке! Тут темно и воняет, но я в порядке!

Даймонд выдохнул.

— Держись, Ка. Мы вытащим тебя.

— Я знаю. — Голос Ка звучал твёрдо. — И Ку вытащим. А потом я взорву этого гада.

— Обязательно.

Глава 7. Выбор

Он спустился в провал за Ка — через пространственный разрыв, потому что лестницы там не было. Ка сидела на груде камней, злая, но целая.

— Я пыталась поймать его, — сказала она. — Но он исчез. Как тень.

— Он и есть тень, — ответил Даймонд. — Почти.

Он открыл разрыв обратно, и они выбрались в комнату, где Кордун уже освободил Ку от пут. Ку молчала, массируя затёкшие запястья, но глаза её говорили всё.

— Он не тронул нас, — сказала она удивлённо. — Просто держал. Ждал.

— Чего?

— Тебя.

Даймонд рассказал о сделке.

— Нет, — сразу сказал Коун, когда они вышли из башни и собрались у входа. — Не открывай.

— Но они...

— Я сказал — нет. — Коун впервые говорил так твёрдо, так властно, что даже Даймонд замолчал. — Туда нельзя.

— Что там?

— Не помню. — Коун покачал головой, и в глазах его мелькнула тень боли. — Но знаю: если открыть — все умрут. Не только мы. Все. Весь мир.

— А девочки?

Коун посмотрел на Ку и Ка. Долго. Потом положил руки им на головы.

— Мы их спасём. Другим способом.

— Каким?

— Я пойду к нему сам.

— Что?!

— Я старый. Он хочет знать про меня. Пусть узнает. А вы в это время...

— Нет! — Астра выскочила вперёд, вцепилась в его руку. — Нет, дедушка Коун! Мы только что тебя нашли! Ты не можешь уйти!

— Не нашли, маленькая. — Коун улыбнулся. — Я сам пришёл. И если надо — сам уйду.

— Но ты же обещал не умирать!

— Я и не умру. — Он погладил её по голове. — Я уже пробовал — не получается. Просто поговорю.

— А если он убьёт тебя?

— Не убьёт. — Коун посмотрел в сторону башни. — Он хочет знать. А мёртвые не говорят.

Глава 8. Разговор с графом

Коун вошёл в башню один.

Граф ждал его в той же комнате. Сидел в кресле, пил вино из хрустального бокала, выглядел совершенно спокойным.

— Старик, — усмехнулся он, когда Коун переступил порог. — Тот самый бессмертный. Садись.

Коун сел на пол, скрестив ноги. Достал ножик, начал вырезать фигурку — маленького человечка с поднятыми руками.

— Ты не боишься? — спросил граф, отставляя бокал.

— А чего бояться? — удивился Коун. — Ты хочешь знать, откуда я. Я сам не знаю. Спроси что полегче.

— Твоя цепь. Откуда она?

— Не помню.

— Твоя сила. Почему ты не умираешь?

— Не помню.

— Твой мир. Где он?

— Не помню.

Граф разозлился. Вскочил, опрокинув кресло.

— Ты издеваешься?!

— Нет. Правда не помню. — Коун поднял на него глаза — мутные, но добрые. — Но знаешь, что я помню?

— Что?

— Я помню, как девочки пришли к нам. Грязные, злые, потерянные. Как они впервые попробовали мой чай. Как Ка взорвала сарай, а Ку сказала: "Я же говорила". Как они стали моими внучками.

— Они мои!

— Твои были. — Коун покачал головой. — Пока ты держал их в клетке. А наши — по любви. Они сами выбрали.

— Они не выбирали! Их заставили! Обманули!

— Нет. — Коун улыбнулся. — Мы просто дали им то, чего у них никогда не было. Дом.

Граф побелел от ярости.

— Замолчи!

— А ты не злись. — Коун снова склонился над фигуркой. — Злость плохо влияет на память. Я знаю.

И в этот момент в комнату ворвались остальные.

Глава 9. Бой в башне

Даймонд открыл разрыв прямо за спиной графа.

Кордун выбил дверь с трёх ударов — та слетела с петель и рухнула на пол.

Ка кинула световую гранату — комната наполнилась ослепительным сиянием. Тени заверещали, рассыпаясь, не выдерживая света.

Ку метнула иглы — две оставшиеся тени упали, парализованные "Слезой мертвеца".

Астра светила так ярко, что тьма отступала, таяла, исчезала.

Сет призвал духов — они ворвались в башню, сметая фантомов, разгоняя холод.

Граф остался один.

Он стоял у окна, сжимая подоконник, и смотрел на них с ненавистью.

— Вы... вы не можете... — прошептал он.

— Можем, — ответил Даймонд, подходя ближе. — Мы семья.

— Я заплатил Гильдии! — закричал граф. — Они придут! Они убьют вас всех! По одному! Во сне! Наяву! Они не остановятся!

— Пусть приходят. — Кордун шагнул вперёд, сжимая молот. — Мы будем ждать.

Граф попятился к окну.

— Я ещё вернусь, — прошипел он. — Я всегда возвращаюсь.

И прыгнул вниз.

Они подбежали к окну. Внизу никого не было — только тень, растворившаяся в лесу.

— Ушёл, — выдохнула Ка.

— Ненадолго, — сказал Коун, подходя к ним. — Он придёт снова. Такие всегда приходят.

— Тогда мы встретим, — твёрдо сказал Даймонд. — Все вместе.

Глава 10. Возвращение домой

Они вернулись на базу к ночи.

Астра перевязала ссадины Ку (синяк на скуле, содранные запястья), напоила всех чаем с мёдом и успокаивающими травами. Ку и Ка сидели рядом, прижавшись друг к другу, молчаливые и бледные. Впервые за долгое время им было по-настоящему страшно.

— Он не отстанет, — тихо сказала Ку. — Мы знаем его. Он как цепной пёс. Пока не умрёт — будет грызть.

— Значит, нам нужно быть готовыми, — ответил Даймонд. — Укрепить базу. Выставить дозоры. И может быть — найти его раньше, чем он найдёт нас.

— Как?

— Сет, духи могут искать конкретного человека?

— Если знать его имя — могут. Но если он прячется за тёмной магией, будет трудно.

— Имя мы знаем. Граф Велар. И магия у него есть, но не божественная.

— Тогда завтра начнём.

Коун сидел в углу и вырезал. Когда все замолчали, он поднял голову.

— Я кое-что вспомнил, — сказал он.

Все обернулись.

— Что?

— Цепь. Она не простая. Она оттуда. Из мира, где я был. Того, который не помню. — Он помолчал, поглаживая звенья. — Если граф откроет врата — туда войдёт не он.

— Тогда нам будет мало теней. Тогда придёт тьма. Настоящая.

Тишина повисла в беседке. Даже сверчки перестали стрекотать.

— Значит, — Даймонд встал, — мы должны найти графа первыми. И закрыть вопрос навсегда.

— Убить? — спросила Ка.

— Если придётся — да.

— Я сама, — тихо сказала Ку. — Это наш должник.

— Наш, — согласилась Ка.

— Вместе, — сказал Даймонд. — Всё вместе.

Глава 11. Голос из темноты

Ночью Астре приснился сон.

Она стояла в темноте. Холодной, чёрной, бесконечной. Вокруг не было ничего — только пустота и тишина. Такая тишина, что звенело в ушах.

— Астра...

Голос пришёл ниоткуда. Тихий, знакомый, родной.

— Лира? — прошептала Астра, оглядываясь.

— Помоги... мне... здесь... темно...

— Где ты?!

— В Чан Душе. Я застряла. Он не отпускает.

— Кто?

— Хозяин. Мёртвый бог. Он злится. Я не его. Я ваша. Но не могу уйти. Выхода нет.

— Что нам делать?

— Придите... за мной... но будьте осторожны... здесь не только я... здесь... тень...

— Какая тень? Лира? Лира!

— Она старая... очень старая... она помнит Коуна... она ждёт...

Голос исчез. Тьма сгустилась, начала давить, душить.

— Лира!

Астра проснулась в холодном поту.

Сердце колотилось как бешеное. Она села на кровати, хватая ртом воздух.

— Дедушка Коун! — закричала она, вскакивая и выбегая из комнаты.

Коун, дремавший в беседке, открыл глаза.

— Что, маленькая?

— Лира! — Астра подбежала к нему, вцепилась в его руку. — Она в Чан Душе! Она жива! Она зовёт!

Коун сел. Посмотрел на неё долгим взглядом. Глаза его, обычно мутные, стали ясными и глубокими.

— Значит, нам придётся идти туда, — сказал он. — За ней.

— Но граф...

— Граф подождёт. — Коун встал, поправил цепь на поясе. — Мёртвые не ждут. А Лира там одна. В темноте.

— Я пойду с тобой!

— Нет. — Он покачал головой. — Ты нужна здесь. Свет. Исцеление. Без тебя они не справятся.

— Но...

— Я вернусь, маленькая. — Он улыбнулся. — Обещаю.

Глава 12. Два фронта

Утром Даймонд собрал совет.

— У нас две проблемы, — сказал он, когда все собрались в беседке. — Граф, который хочет нас убить и открыть врата. И Лира, которая ждёт в мире мёртвых.

— Нельзя разделяться, — сразу сказал Кордун. — Поодиночке нас перебьют. Граф только этого и ждёт.

— А если не разделяться, Лира погибнет. — Астра сжала руки. — Она уже почти погибла. Она там одна.

— Она уже погибла, — тихо сказал Сет. — Она в Чан Душе. Это мир мёртвых. Она не живая.

— Но она есть! — Астра вскочила. — Она чувствует, думает, зовёт! Мы не можем её бросить!

— Мы и не бросим. — Даймонд поднял руку, призывая к тишине. — Но нам нужен план.

— Я пойду в Чан Душ, — вдруг сказал Коун. — Один.

— Что?!

— Меня они не тронут. Я уже наполовину там. — Он похлопал себя по груди. — Полуживой, полумёртвый. Для них я свой.

— Дедушка Коун, это безумие!

— Может быть. — Он улыбнулся. — Но я старый. Мне можно.

— Мы не пустим тебя одного!

— А кто меня пустит? — Он встал, обводя их взглядом. — Вы останетесь здесь. Защитите дом. Разберитесь с графом. А я схожу, проведаю Лиру и вернусь.

Он обнял Астру — крепко, по-отечески.

— Не плачь, маленькая. Я вернусь.

Потом подошёл к Ку и Ка. Обнял обеих сразу — они были такими маленькими рядом с ним.

— Берегите друг друга. И не взорвите всё без меня.

Ка всхлипнула, но улыбнулась.

Пожал руку Кордуну.

— Смотри за ними, кузнец.

— Присмотрю.

Кивнул Сету.

— Слушай духов. Они знают больше, чем говорят.

— Буду.

И подошёл к Даймонду.

— Ты — хороший лидер, — сказал он. — Не дай им рассыпаться.

— Я не дам. — Даймонд смотрел на него долго. — Ты правда вернёшься?

— Правда. — Коун улыбнулся. — Я уже пробовал умирать — не получается.

Он развернулся и пошёл к лесу.

В сторону гор.

В сторону разлома.

В сторону Чан Душа.

Глава 13. Один в темноте

Коун шёл долго.

Сквозь лес, который теперь казался ему почти родным. Через горы, где ветер свистел в ушах и цеплялся за бороду. Мимо старых шахт, где они сражались с костяным драконом — следы той битвы ещё виднелись на камнях.

Цепь звенела, освещая путь синим светом. Она знала дорогу.

Он не боялся. Он вообще забыл, что такое страх.

Или помнил, но не хотел вспоминать.

У входа в Чан Душ его встретила Тень.

Не та, что охотилась на них — другая. Старая. Мудрая. Печальная. Она стояла на границе миров, сотканная из серого тумана и воспоминаний.

— Ты пришёл, — сказала она. Голос её звучал как шелест листьев, как шёпот ветра, как эхо далёких голосов.

— Меня звали, — ответил Коун.

— Кто?

— Внучка. Маленькая девочка с птицей.

— Лира.

— Ты её знаешь?

— Я знаю всех, кто здесь. — Тень шагнула ближе, и Коун увидел в ней лица — сотни, тысячи лиц, сменяющих друг друга. — Я — память этого места. Я — те, кто умер, но не ушёл. Я — их боль, их надежда, их вечный сон.

— А я? — Коун посмотрел ей в глаза. — Ты меня знаешь?

Тень помолчала. Лица в ней замерли, всматриваясь в него.

— Ты был здесь, — сказала она наконец. — Давно. Очень давно. Ты закрыл разлом своей грудью.

— Я помню. — Коун коснулся груди. — Кусочками. Боль. Холод. И свет.

— Ты умер. Но не до конца.

— Почему?

— Потому что тебя ждали. Там. — Тень указала куда-то вглубь, в бесконечную тьму. — Тот, кто не может умереть, пока не выполнит долг.

— Какой долг?

— Не помнишь?

— Нет.

— Значит, время ещё не пришло. Иди. Девочка ждёт.

Коун шагнул в темноту.

Глава 14. Охота

Тем временем в долине началась охота.

Граф не терял времени. Он нанял новых теней — не убийц, а следопытов, тех, кто умел ждать и наблюдать. Они не нападали — они следили.

Каждую ночь Сет чувствовал их присутствие. Они не приближались к границе, но он знал — они там. Смотрят. Ждут.

Каждое утро Астра находила следы на границе сада — примятую траву, сломанные ветки, маленькие камешки, сложенные в странные символы.

Каждый день Ку и Ка вздрагивали от любого шороха. Они почти не спали, почти не ели, всё время прислушиваясь и оглядываясь.

— Он играет с нами, — сказал Даймонд на пятый день. — Изматывает.

— Зачем? — спросила Ку.

— Чтобы мы ошиблись. Чтобы кто-то сорвался, вышел один, побежал в лес.

— И мы ошибёмся?

— Нет. — Даймонд покачал головой. — Потому что мы знаем, чего он хочет.

— Чего?

— Нас. Живых. Ему нужно, чтобы мы открыли врата. Без нас он не сможет.

— А если мы не откроем?

— Тогда он будет ждать. У него есть время. У Гильдии — терпение.

— А у нас?

— У нас есть Коун. И Лира. И мы. — Даймонд обвёл взглядом своих людей. — И это больше, чем у него.

— Красиво сказано, — усмехнулась Ка. — Но легче не стало.

— Легко и не будет. Будет трудно. А потом будет победа.

Глава 15. Встреча

Коун нашёл Лиру в сером зале, где не было стен, только бесконечный туман.

Она сидела на камне — единственном твёрдом предмете во всей этой пустоте, обхватив колени руками, и смотрела в никуда. Деревянная птица, которую он вырезал для неё, лежала на ладони.

— Дедушка Коун? — прошептала она, когда он подошёл. Голос её звучал тихо, как эхо. — Ты правда здесь?

— Правда, маленькая. — Он сел рядом, обнял её за плечи. — Я здесь.

— Но ты же живой! — Лира подняла на него глаза — в них стояли слёзы, прозрачные, как роса. — Ты не можешь быть здесь! Здесь только мёртвые!

— Я много чего не могу, но всё равно делаю. — Он улыбнулся. — Рассказывай.

— Он не отпускает. — Лира прижалась к нему. — Говорит, я его дочь. Говорит, что без меня ему одиноко. Что я последняя.

— А ты?

— А я хочу домой. — Она сжала птицу. — К вам. К чаю. К закатам. К взрывам Ка.

— Тогда пойдём.

— Нельзя. — Лира покачала головой. — Выход охраняет Тень. Та, что встретила тебя. Она сильнее меня. Намного.

— Я поговорю с ней.

— Она не слушает. Она слушает только тех, кто был здесь до неё.

— Я был. — Коун встал. — Очень давно. Может, вспомнит.

Он пошёл в туман.

Глава 16. Встреча 2

Коун и Лира шли через серый туман вдвоём.

Цепь звенела тихо, почти жалобно, словно чувствовала что-то важное. Лира сжимала руку Коуна — единственное тёплое в этом холодном мире.

— Дедушка Коун, — прошептала она. — Мне страшно.

— Знаю, маленькая. — Он погладил её по голове. — Но мы вместе.

Туман расступился.

Перед ними стоял он.

Мёртвый бог не был чудовищем. Не был скелетом или тенью. Он был... человеком. Высоким, статным, с бледной кожей и чёрными волосами, в которых мерцали звёзды. Глаза его светились мягким серебряным светом — не злым, не добрым, просто... вечным.

На нём были доспехи древнего воина, потёртые, но благородные. В руке он держал посох, увенчанный прозрачным кристаллом, внутри которого пульсировал туман.

— Здравствуй, Коун, — сказал он. Голос его звучал как эхо тысячелетий. — Здравствуй, Лира.

Лира прижалась к Коуну, но не отшатнулась.

— Ты... ты хозяин? — спросила она дрожащим голосом.

— Я тот, кого вы называете Мёртвым богом. — Он улыбнулся — грустно, устало. — Но я не хозяин. Я страж. Хранитель. И да — ты моя родня. Моя кровь.

— Как это возможно? — выдохнул Коун.

Мёртвый бог посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты не помнишь, — сказал он. — И я не скажу. Не сейчас. Это не моя тайна.

— Чья же?

— Твоя. Когда придёт время — ты вспомнишь сам.

Коун молчал. В глазах его мелькнула тень боли.

— Но Лира...

— Лира — моя дочь. — Мёртвый бог шагнул ближе. — Не по рождению — по сути. Она родилась на границе жизни и смерти. Её мать была жива, когда носила её, но умерла в миг её появления. Лира никогда не была полностью живой. И никогда не будет полностью мёртвой.

— Поэтому ты звал её дочерью?

— Поэтому я любил её, как дочь. — В голосе бога прозвучала боль. — Я не зло, Коун. Я никогда не был злом. Я просто выполнял свою роль.

— Роль?

— Провожать мёртвых. Хранить их память. Не давать миру живых захлебнуться в хаосе. — Он посмотрел на Лиру. — Ты думала, я держу тебя в клетке? Нет. Я держал тебя рядом, потому что ты — единственная, кто помнит меня живым.

Лира замерла.

— Ты был... живым?

— Давно. Очень давно. Я был воином. Правителем. Мужем. Отцом. — Он улыбнулся. — А потом я умер. И стал тем, кто я есть.

— И ты не злишься? — спросила Лира.

— Злился. — Мёртвый бог кивнул. — Тысячи лет. Кричал на богов, проклинал судьбу, ненавидел живых за то, что они могут дышать, любить, стареть. А потом понял.

— Что?

— Что это не наказание. Это предназначение. Кто-то должен встречать их. Кто-то должен помнить. И если это я — значит, так нужно.

Тишина повисла в сером зале.

Коун смотрел на Мёртвого бога, и в глазах его мелькали тени воспоминаний — далёких, почти забытых.

— Я тебя знаю, — прошептал он. — Не имя. Не лицо. Но... я тебя знаю.

— Знаешь, — кивнул бог. — Но не вспоминай. Ещё рано.

— Почему?

— Потому что если вспомнишь — не сможешь вернуться. А ты должен вернуться. Тебя ждут.

Глава 17. Выбор Лиры

Мёртвый бог повернулся к Лире.

— Ты хочешь уйти, — сказал он. — Я вижу. Ты нашла там, наверху, то, чего у тебя никогда не было.

— Да. — Лира сжала деревянную птицу. — Семью. Дом. Чай по вечерам.

— Я понимаю. — Он улыбнулся. — Я тоже когда-то это любил.

— Но ты не отпустишь меня?

— Отпущу. — Мёртвый бог покачал головой. — Я никогда не держал тебя силой. Ты могла уйти в любой момент. Но ты не уходила, потому что... потому что я был один.

Лира опустила глаза.

— Ты правда был один?

— Всегда. — В голосе его не было жалости к себе — только принятие. — Тысячи лет. Миллионы душ проходят через меня, но никто не остаётся. Ты осталась. Ты была моим светом во тьме.

— Я не знала...

— Знала. — Он коснулся её щеки — легко, как ветер. — Ты чувствовала. Поэтому и не уходила.

Лира молчала долго. Потом подняла глаза.

— Я останусь, — сказала она.

— Что? — Коун шагнул вперёд. — Лира, нет!

— Дедушка Коун, — она повернулась к нему. — Он прав. Он мой отец. Не по крови — по сути. Он дал мне имя. Он защищал меня. Он любил меня, как умел.

— Но мы тебя тоже любим!

— Я знаю. — Она улыбнулась сквозь слёзы. — И я буду приходить. Буду навещать. Смотреть на ваши закаты. Пить чай. Слушать, как Ка взрывает сараи.

— Ты... ты можешь?

— Я на границе. — Лира посмотрела на Мёртвого бога. — Если он отпустит — я смогу ходить туда и обратно. Иногда.

Мёртвый бог кивнул.

— Она сможет. Раз в месяц. В полнолуние. Когда границы становятся тоньше.

— Это правда? — Коун смотрел на него.

— Правда. — Бог улыбнулся. — Я не держу тех, кто хочет уйти. Я только жду тех, кто хочет вернуться.

Лира обняла Коуна.

— Я люблю тебя, дедушка. Передай Астре, что я буду скучать. И что я приду.

— Передам, — прошептал он. — Обязательно.

— А это... — Она протянула ему деревянную птицу. — Пусть пока побудет у тебя. Чтобы ты помнил.

— Я и так помню, маленькая. — Он взял птицу. — Я старый, но не настолько.

Она засмеялась сквозь слёзы.

— Иди, — сказал Мёртвый бог. — Твои друзья ждут. И берегись графа. Он опасен.

— Откуда ты знаешь?

— Я вижу всё, что происходит в моих землях. А ваша долина — часть меня.

Коун кивнул. Посмотрел на Лиру в последний раз.

— Я вернусь, — сказал он. — Когда-нибудь.

— Я буду ждать.

Он шагнул в туман.

Глава 18. Битва в долине. Часть первая: Начало

В долине было жарко.

Очень жарко.

Граф Велар не стал ждать. Его тени вышли из леса с трёх сторон, окружая базу.

— Они идут! — крикнул Сет с платформы.

Даймонд выбежал из библиотеки, на ходу доставая кинжалы.

— Сколько?

— Много. Двадцать. Тридцать. С ними что-то ещё.

— Что?

— Не знаю. Духи молчат.

Тени двигались быстро — серые фигуры, почти невидимые в сумерках. Они не бежали — они текли, перетекали от дерева к дереву.

— Кордун! — крикнул Даймонд.

— Здесь! — Кузнец уже стоял у входа в подвал с молотом наготове.

— Ку, Ка — гранаты!

— Готовы! — хором ответили близняшки.

— Астра — за нами. Лечи, если что.

— Поняла.

Первая волна теней ударила в беседку.

Глава 19. Битва в долине. Часть вторая: Ку и Ка против страха

Ку и Ка сражались рядом, как всегда.

Ку метала иглы — "Слеза мертвеца" парализовала теней, и они падали, рассыпаясь в прах. Ка кидала гранаты — световые ослепляли, осколочные разрывали.

— Их слишком много! — крикнула Ку, отбиваясь от тени, возникшей прямо перед ней.

— Я заметила! — Ка метнула "Солнце в банке", и десяток теней заверещали, исчезая.

Но новые появлялись снова и снова.

И вдруг среди них возник ОН.

Граф Велар.

Он шёл спокойно, не скрываясь. Тени расступались перед ним, как вода перед кораблём.

— Девочки, — улыбнулся он. — Как я скучал.

Ку и Ка замерли.

Страх пришёл неожиданно — холодный, липкий, знакомый до боли. Годы рабства. Годы боли. Годы, когда они были вещами.

— Нет, — прошептала Ка.

— Ка... — Ку сжала её руку.

— Вы мои, — сказал граф, приближаясь. — Всегда были моими. И всегда будете.

Он поднял руку, и тени двинулись к ним.

Но вдруг между ними и графом встал Коун.

Он появился из ниоткуда — маленький, седой, с цепью в руке.

— Не тронь, — сказал он тихо.

— Старик? — Граф удивился. — Ты же ...!

— Вернулся. — Коун усмехнулся.

— Это ничего не меняет. Ты один.

— Не один.

Из-за спины Коуна вышли Ку и Ка. Они сжимали оружие, и в глазах их горел не страх — ярость.

— Мы больше не твои, — твёрдо сказала Ку.

— Мы свободны, — добавила Ка.

— Свободны? — Граф засмеялся. — Вы никогда не будете свободны. Я сделал вас. Я вложил в вас всё.

— Ты вложил в нас боль, — Ку шагнула вперёд. — А они дали нам любовь.

— Выбирай, — сказала Ка.

Граф взбесился. Он рванулся к ним, но Коун шагнул вперёд, и цепь его вспыхнула ярко-синим.

— Не подходи, — сказал он. — Они мои внучки.

— У тебя нет внучек! Ты никто! Старик без памяти!

— Без памяти, — кивнул Коун. — Но с сердцем.

Он взмахнул цепью — и та обвилась вокруг графа, сжимая, не давая двигаться.

— Что... что это?!

— Это правда, — сказал Коун. — Она тяжелее любой цепи.

Ку и Ка шагнули к графу.

— Ты мучил нас десять лет, — тихо сказала Ку.

— Ты сделал нас монстрами, — добавила Ка.

— А теперь... — Они посмотрели друг на друга. — Мы прощаем тебя.

— Что?!

— Не для тебя. — Ку покачала головой. — Для себя. Чтобы отпустить.

— Мы свободны, — сказала Ка. — По-настоящему.

Они развернулись и пошли прочь, оставив графа в цепях.

— Стойте! — закричал он. — Вернитесь! Вы мои!

Но они не обернулись.

Глава 20. Битва в долине. Часть третья: Свет во тьме

Остальные тоже сражались.

Кордун стоял у входа в подвал, широко расставив ноги, и его молот описывал смертельные дуги в воздухе. Каждый удар отзывался гулким звоном, разносящимся по всей долине. Тени налетали на него волнами, но он держался, как скала.

— Давай! — ревел он, когда очередная тень разлеталась от удара. — Ещё!

Одна из теней попыталась зайти сбоку, но Кордун, не глядя, перехватил молот другой рукой и размазал её по стене беседки.

— Сзади! — крикнул Сет, призывая духов.

Огненные духи вырывались из карт его книги, оставляя в воздухе горящие следы. Они набрасывались на теней, и те сгорали с тихим, жалобным воем.

— Мало! — крикнул Сет, раскрывая новую карту. — Нужно больше!

Из карты вырвался дух ветра — он закружился вихрем, разбрасывая теней в стороны.

— Так держать! — крикнул Даймонд, появляясь рядом.

Он телепортировался по всей долине — возникал то здесь, то там, разрезая пространство кинжалами. Его особый приём — "пространственный разрез" — позволял уничтожать сразу нескольких врагов: он проводил кинжалом в воздухе, и реальность расступалась, затягивая теней в никуда.

— Даймонд! — крикнула Астра из беседки. — Их всё ещё много!

Она стояла в центре, подняв руки к небу. Золотой свет лился из её ладоней, растекаясь по долине тёплыми волнами. Там, где проходил этот свет, тени замедлялись, начинали мерцать и рассыпаться.

— Я держусь! — ответила она на крик Даймонда, но голос её дрожал.

Она уставала. Свет требовал сил, а их оставалось всё меньше.

Ку и Ка, расправившись с графом, бросились помогать остальным. Ку метала иглы с невероятной скоростью — каждая находила цель, парализуя теней на несколько секунд. Этого времени хватало, чтобы Кордун или Даймонд добивали их.

Ка кидала гранаты одну за другой — световые ослепляли, дымовые дезориентировали, осколочные разрывали сразу по несколько врагов.

— Лови! — крикнула она, метнув "Солнце в банке" прямо в скопление теней.

Вспышка была такой яркой, что даже Астра зажмурилась. Тени заверещали и исчезли.

— Есть! — закричала Ка.

— Не расслабляйся! — осадила её Ку, отражая атаку с фланга.

Сет ударил огненным духом, и тени сгорели все разом.

Коун, освободившись от графа, подошёл к беседке. Он посмотрел на Астру, которая едва держалась на ногах, но продолжала светить.

— Отдохни, маленькая, — сказал он тихо.

— Не могу, — прошептала она. — Если я перестану — они прорвутся.

— Не прорвутся. — Он положил руку ей на плечо, и вдруг Астра почувствовала, как в неё вливается сила — тёплая, спокойная, бесконечная.

— Дедушка Коун?.. — удивилась она.

— Я старый, — улыбнулся он. — Во мне много всего. Бери.

Свет Астры вспыхнул с новой силой — золотой волной, которая накрыла всю долину. Тени закричали — и исчезли. Все до одной.

Тишина.

Тяжёлая, звенящая, долгожданная тишина.

Кордун опустил молот и опёрся на него, тяжело дыша. Сет захлопнул книгу и прислонился к дереву. Ку и Ка упали на траву, глядя в небо. Лира опустила мечи и выдохнула.

Даймонд телепортировался в последний раз — прямо в беседку, к Астре и Коуну.

— Всё? — выдохнул он.

— Кажется, да, — ответил Сет, подходя.

— Все живы? — спросила Астра, оглядываясь.

— Кажется, да, — повторил Сет.

Ку и Ка поднялись с травы и подошли к остальным. Они были грязные, потные, в саже и крови (чьей — непонятно), но живые.

— Граф? — спросила Ку.

— Там, — Коун кивнул в сторону леса.

Граф Велар лежал на земле, опутанный цепью Коуна. Он дёргался, пытаясь освободиться, но цепь держала крепко. Глаза его горели ненавистью.

— Что с ним делать? — спросила Ка, подходя ближе.

— Оставить здесь, — сказал Даймонд. — Пусть тени сами решают. Они его нанимали — они пусть и разбираются.

— А если он выберется?

— Не выберется. — Коун подошёл к графу, наклонился. — Цепь держит только правду. А в нём правды нет. Он сам себя запер.

Граф закричал — зло, отчаянно, безнадёжно.

— Вы не можете! Я граф! Я власть! Я...

— Ты никто, — тихо сказала Ку, подходя к нему. — Ты был никем, когда держал нас в клетке. Ты остался никем, когда мы ушли. И ты умрёшь никем.

— А ты... — Ка шагнула ближе. — Ты умрёшь в одиночестве. Без семьи. Без любви. Без памяти.

Граф дёрнулся в последний раз — и затих.

Тьма, которая сгустилась над долиной, вдруг ожила. Она потянулась к графу своими щупальцами, обвила его, подняла в воздух.

— Нет! — закричал он. — Нет, я же ваш хозяин! Я платил!

— Ты платил за убийства, — прошелестел голос из тьмы. — А мы забираем тех, кто убивает без чести.

Граф исчез во тьме.

Тьма рассеялась.

На земле осталась только цепь Коуна — синяя, светящаяся, живая.

Коун подошёл, поднял её. Цепь тихо звенела, словно удовлетворённо.

— Она довольна, — сказал он.

— Чем? — спросила Астра.

— Тем, что правда восторжествовала. — Он улыбнулся. — Она любит правду.

— А что теперь? — спросила Ка.

— А теперь — отдых, — ответил Даймонд. — Чай. Бутерброды. И спать.

— Целый день? — уточнила Ка.

— Целый день. И ночь. И ещё день.

— А потом?

— А потом — жить.

Они пошли к беседке.

Астра вдруг остановилась, оглянулась на лес.

— Лира, — прошептала она.

Лира стояла на границе леса, полупрозрачная в лунном свете. Она улыбнулась, помахала рукой — и исчезла.

— Она придёт, — сказал Коун. — В полнолуние. Обещала.

— Ты веришь?

— Верю. — Он обнял Астру за плечи. — Она же наша.

Они вошли в беседку.

Закат догорал над долиной, раскрашивая небо в золото и багрянец.

Им было хорошо.

Они были живы.

И они были вместе.

Глава 21. Свобода

Утро пришло тихое и прозрачное.

Солнце поднималось над горами медленно, словно тоже устало после вчерашней битвы. Первые лучи золотили верхушки трёх деревьев, просачивались сквозь листву, ложились тёплыми пятнами на траву.

В долине пахло мёдом и свежестью. Ночной дождь смыл копоть и пепел, и теперь всё вокруг сияло чистотой, словно ничего и не случилось.

Ку и Ка сидели в беседке с самого рассвета.

Они пришли первыми, когда небо только начинало светлеть, сели на лавку, прижавшись друг к другу, и молчали. Просто молчали, глядя, как просыпается мир.

Ку положила голову на плечо сестре. Ка обнимала её одной рукой, второй сжимая гранату — по привычке, уже не думая.

— Ты спала? — тихо спросила Ку.

— Нет, — ответила Ка. — А ты?

— Тоже.

— Страшно?

— Уже нет. Просто... не могу.

Они снова замолчали.

Из кузницы донёсся привычный звон — Кордун, несмотря ни на что, встал затемно и уже работал. Молот бил по наковальне ровно, успокаивающе.

С платформы Сета лилась тихая мелодия — духи пели утреннюю песню. После вчерашнего они стали громче, смелее, словно тоже освободились от чего-то.

В беседку вошла Астра с подносом. На подносе дымился свежий чай, лежала горка булочек, стояло блюдце с мёдом и вареньем.

— Вы уже здесь? — удивилась она, ставя поднос на стол. — Я думала, я первая.

— Мы не спали, — ответила Ка.

Астра посмотрела на них, вздохнула, села рядом.

— Я тоже. Всю ночь смотрела на звёзды и думала.

— О чём? — спросила Ку.

— О Лире. О Коуне. О вас. О том, как много всего изменилось.

— Изменилось? — Ка горько усмехнулась. — Всё осталось по-прежнему. Мы те же.

— Нет. — Астра покачала головой. — Вы другие.

— Какие?

— Свободные.

Ку посмотрела на свои руки. На них больше не было следов от цепей — только мозоли от игл и гранат, только шрамы от старых тренировок. Но почему-то ей всё ещё казалось, что запястья стянуты невидимыми оковами.

— Я не чувствую, — прошептала она. — Я думала, когда он умрёт — мне станет легче. А мне... пусто.

— Мне тоже, — добавила Ка. — Пусто и страшно. Почему?

— Потому что вы всю жизнь жили с этим страхом, — раздался голос Лиры.

Они обернулись. Лира стояла на границе беседки, полупрозрачная в утреннем свете. Она улыбалась, но в глазах её была грусть.

— Лира! — Астра вскочила. — Ты здесь!

— Ненадолго, — кивнула та. — Пришла попрощаться.

— Но ты же обещала приходить!

— Приду. В полнолуние. А сейчас — нужно уйти.

Лира подошла к ним, села на лавку. Её рука, коснувшись руки Астры, была прохладной, но не холодной.

— Я тоже думала, что, когда уйду от Мёртвого бога, буду счастлива, — сказала она. — А оказалось — я скучаю. По нему. По его голосу. По его одиночеству.

— Ты скучаешь по тому, кто держал тебя в плену? — удивилась Ка.

— Он не держал. — Лира покачала головой. — Я могла уйти в любой момент. Но не уходила, потому что... потому что он был один. Как и я.

— И что теперь?

— Теперь я выбрала и то, и другое. Буду жить там. Приходить сюда. Он отпустил.

— Просто так?

— Не просто. — Лира улыбнулась. — Он понял, что любовь — это не клетка. Это когда ты можешь уйти, но возвращаешься.

Они помолчали.

Из лаборатории донёсся тихий щелчок. Ка вздрогнула, прислушалась.

— Там бомба тикает, — сказала она буднично.

— Какая? — спросила Ку.

— Забыла. Вчера поставила на задержку, а потом началось...

— Взорвётся?

— Наверное.

— Сильно?

— Не очень. Метров двадцать радиус.

— Сарай жалко.

— Сарай я новый построю.

Астра засмеялась — нервно, но искренне.

— Вы невыносимы, — сказала она.

— Знаем, — ответили близняшки хором.

Коун появился в беседке бесшумно, как всегда. Сел в своём углу, достал ножик и деревяшку.

— Дедушка Коун, — позвала Астра. — Иди к нам.

— Иду, — ответил он, но не двинулся с места.

— Ты обиделся?

— Нет, маленькая. Я думаю.

— О чём?

— О том, что вчера было. И о том, что будет.

Он всё-таки поднялся, подошёл, сел рядом. В руках у него была фигурка — маленькая девочка с птицей в руках.

— Это тебе, — сказал он, протягивая фигурку Лире.

— Дедушка Коун... — у Лиры задрожал голос. — Она прекрасна.

— Ты прекрасна, — поправил он. — А это просто деревяшка.

Лира взяла фигурку, прижала к груди.

— Я буду хранить её вечно.

— Не надо вечно, — усмехнулся Коун. — Вечно — это долго. Просто храни, пока помнишь.

— А ты? — спросила Астра. — Ты как?

— Старый, — улыбнулся он. — Но счастливый.

— А что там было? В Чан Душе?

— Потом расскажу.

— Почему потом?

— Потому что сейчас — утро. — Он обвёл рукой небо, лес, долину. — Утро надо встречать, а не рассказывать.

— Ты всегда так говоришь, — надулась Астра. — То закат, то утро...

— Потому что это главное, маленькая. — Он погладил её по голове. — Войны, битвы, враги — это проходит. А утро остаётся. Всегда.

Они замолчали, глядя, как солнце поднимается выше.

Из лаборатории донёсся приглушённый взрыв. Ка вздрогнула, прислушалась.

— Сарай? — спросила Ку.

— Не знаю, — честно ответила Ка. — Но вроде не очень громко.

— Значит, стены целы.

— А крыша?

— Крыша потом.

Астра снова засмеялась.

— Я люблю вас, — сказала она.

— Мы тебя тоже, — ответили все хором.

Ку посмотрела на свои руки. Потом на Ка. Потом на всех остальных.

— Мы правда свободны? — спросила она тихо.

— Правда, — ответил Даймонд, входя в беседку с книгой в руках. — Только свобода — это не когда врагов нет. Это когда ты сама решаешь, с кем пить чай.

— И с кем? — спросила Ка.

— С нами. — Он сел на лавку. — Если не против.

— Не против, — ответила Ку.

— Тогда наливайте чай. Я почитаю.

— О чём?

— О свободе.

И он открыл книгу.

Солнце поднималось над долиной. Ветер нёс запах цветов и свежей выпечки. Где-то в лесу пели птицы.

Ку и Ка сидели рядом, слушая голос Даймонда, и постепенно пустота внутри них заполнялась чем-то тёплым и светлым.

Свобода оказалась не страшной.

Свобода оказалась просто жизнью.

А жизнь с ними была хороша.

Глава 22. Прощание

Лира уходила на закате.

Она стояла на границе долины, там, где начинался лес. Рядом с ней были все.

— Точно не передумаешь? — спросила Астра, сжимая её руку. Рука была прохладной, но живой.

— Не могу, — ответила Лира. — Он ждёт.

— Твой... отец?

— Да. — Лира улыбнулась. — Странно называть его так, но... да.

— Ты будешь скучать?

— Каждый день. — Лира посмотрела на них. — Но в полнолуние я буду приходить. Обещаю.

— А если не пустят?

— Пустят. — Она усмехнулась. — Я теперь дочка бога. Имею право на капризы.

— Смотри нам, — сказал Кордун, выступая вперёд. — Если обидит кто — скажи. Я с молотом приду. Хоть в Чан Душ, хоть куда.

— Даже в Чан Душ?

— А что Чан Душ? — Кордун нахмурился. — Я и там молотом могу. Камни там, не камни — а молот везде молот.

Все засмеялись.

— Береги себя, — сказала Ку, подходя.

— И не давай себя в обиду, — добавила Ка.

— А вы не взрывайте слишком много, — ответила Лира. — А то без долины останетесь.

— Постараемся, — пообещала Ка, но как-то неуверенно.

Лира подошла к Коуну.

— Дедушка Коун...

— Я знаю, маленькая. — Он обнял её крепко, по-отечески. — Ты вернёшься.

— Откуда ты знаешь?

— Я старый. Я всё знаю.

— Даже кто ты?

— Даже это. — Он улыбнулся. — Не сейчас, но когда-нибудь.

— Ты не боишься?

— Чего?

— Что не вспомнишь?

— Нет. — Он покачал головой. — Потому что главное я помню. Вас.

Лира обняла его в последний раз, шагнула в темноту и исчезла.

Тишина.

— Пойдёмте, — сказал Даймонд. — Чай стынет.

Они вернулись в беседку.

Коун сел на своё место, достал ножик и новую деревяшку.

— Кого теперь вырезаешь? — спросила Астра.

— Всех, — ответил он. — Чтобы помнить.

— А ты не забудешь?

— Не забуду. — Он посмотрел на неё. — Я старый, но не настолько.

Она улыбнулась и прижалась к его плечу.

Где-то далеко, в Чан Душе, Лира сидела рядом с Мёртвым богом и рассказывала ему о закате.

Он слушал и улыбался.

Впервые за тысячу лет.

Глава 23. Утро новой жизни

Прошла неделя.

Долина жила своей жизнью. Кордун ковал мечи и плуги — заказы шли отовсюду. Гномы присылали руду, ящеролюды — кожу, даже гоблины научились торговать, принося редкие грибы и травы.

Сет подружился с новыми духами — те, что появились после битвы, были молодыми, весёлыми и очень болтливыми. Они рассказывали ему всё, что видели в лесу, и теперь Сет знал о долине больше, чем кто-либо.

Астра вырастила новый сад — ещё больше прежнего. В нём цвели розы всех цветов, росли лечебные травы, и даже появилось маленькое деревце — в память о Лире.

Даймонд читал. Много. Книги заполняли библиотеку, и теперь он начал писать свою — о приключениях их семьи.

Ку и Ка...

Ку и Ка впервые за долгое время просто сидели и ничего не делали.

Они устроились в беседке, пили чай и смотрели на облака.

— Скучно, — сказала Ка.

— Хорошо, — ответила Ку.

— Чего хорошего?

— То и хорошо. Скучно — значит, спокойно.

— А если враги?

— Придут — встретим.

— А если нет?

— Значит, будем скучать дальше.

Ка задумалась.

— А ведь правда, — сказала она. — Мы никогда не скучали.

— Не было времени.

— А теперь?

— Теперь есть.

Они помолчали.

— Ку, — вдруг сказала Ка.

— М?

— Я тебя люблю.

— Я знаю, глупая. — Ку улыбнулась. — Я тебя тоже.

— Нет, правда. — Ка посмотрела на неё. — Мы столько лет были вместе, но я никогда не говорила. Просто знала, что ты есть. А теперь...

— Что теперь?

— Теперь я хочу говорить. Каждый день. Чтобы ты знала.

— Я знаю.

— Но я всё равно буду говорить.

— Говори.

— Я тебя люблю.

— И я тебя.

— Я тебя люблю.

— И я.

— Я тебя...

— Ка, — засмеялась Ку. — Я поняла.

— Ну и хорошо. — Ка довольно откинулась на лавку. — А то мало ли.

Из кузницы донёсся звон молота. С платформы — тихая мелодия. Из сада — аромат цветов.

В беседку вошёл Даймонд с книгой.

— Будете слушать? — спросил он.

— А о чём? — спросила Ка.

— О героях.

— Мы уже герои, — заметила Ку.

— Тогда о том, как герои отдыхают.

— Это мы умеем.

Он открыл книгу и начал читать.

Солнце поднималось над долиной.

Ветер нёс запах мёда и свободы.

Где-то далеко, в полнолуние, их ждала Лира.

Но это будет потом.

А сейчас — просто утро.

Просто чай.

Просто они.

Вместе.

Свободные.

Счастливые.

Конец второй книги.