Ожидание мёртвой зимы. Там где гаснет последний луч.

Глава 1

В ожидании мёртвой зимы. Там, где гаснет последний луч.

Начало.

На старых картах этот маленький городок подписан как «Лучи падающего солнца». Своё солнечное название он получил из-за вечной жары. Солнце здесь пекло так беспощадно, что люди передвигались по улицам, не поднимая глаз от раскалённого песка.

В этом городе жил мужчина в расцвете сил по имени Айль. Среди многих он выделялся удивительными чертами характера, о которых часто рассказывал другим с улыбкой: он совершенно не пил и охотно помогал местным, а за свою работу никогда не требовал больших денег. Свободное время от рутины он проводил у старого камня, оттачивая удары ржавым мечом, который подарил ему давний друг.

Айль мечтал, что когда-нибудь станет сильным рыцарем. Он верил: заслужив уважение короля, он сможет умолять его прислать лучших лекарей, чтобы наконец поднять больную жену на ноги. Приходя уставшим домой, он изготавливал сложное лекарство из дорогих трав, которые росли на другой стороне материка. Каждый мешочек этих сухих кореньев стоил целое состояние, и Айлю приходилось трудиться до кровавых мозолей, чтобы купить их. Этот процесс был сложным. Едкий дым от варева обжигал лёгкие, а сам отвар требовал ювелирной точности: нужно было отсчитать ровно три капли сока огненного цветка. Одна лишняя травинка или капля могла испортить всё в одно мгновение.

Когда Айль изготавливал лекарство, он подходил к больной жене тихонько, целовал её в лоб — от его нежного прикосновения она ненадолго приходила в себя. С трудом она выпивала лекарство, а потом могла на время забыть о той безумной боли и спокойно поспать. Любивший муж, нежно улыбаясь, садился возле неё и держал её ледяную ладонь, пока оба не засыпали.

Спустя долгое время она начала слегка идти на поправку, а потом могла уже самостоятельно передвигаться по дому, опираясь на мебель. Впервые за год жена смогла проводить мужа до порога двери и поцеловать его в губы.

После тяжёлой работы Айль направился к Дерево Эльфов. Но, лишь оказавшись под тенью его исполинских ветвей, он вспомнил старые легенды, в которых его величали иначе — Сердце солнечной нимфы. Однако после поражения, случившегося четыреста пятьдесят лет назад, герцоги запретили называть его так.

Всё шло как обычно: удар за ударом. Как вдруг Айль почувствовал ледяной ветер. Это было удивительно: таких холодных ветров в этих краях никогда не бывало. Но он был слишком увлечён мыслями о сегодняшнем дне и не придал этому значения.

А зря, ведь после этого ветра жизнь у него изменится навсегда.

Когда усердная тренировка была закончена, Айль уже вытерся тряпками, которые выполняли функцию полотенца. После этого он положил меч в кусты и собрался пойти домой.

Вдруг великое дерево глухо зашумело листвой, и до Айля донёсся только тихий шёпот:

— Славный воин, я чувствую приближение катастрофы. Придёт зима, которая уничтожит всё живое. Только тебе могу доверить этот сложный путь.

Мужчина отшатнулся.

Древо говорило только с самыми достойными, и то он это узнал из старых былин. Он преклонил колено и замер в ожидании.

Эльфийское древо выдержало долгую паузу и продолжило:

— Тебе придётся отправиться в Пустыню забытой любви.

Айль смутился. Он прекрасно знал: тот, кто переступит черту этой пустыни, никогда не вернётся к прежней жизни. И всё же он был готов пожертвовать жизнью ради безопасности той, которую любил.

Благодетель, с почтением поклонившись великому дереву, поспешил домой, чтобы попрощаться с женой и приготовить лекарство про запас. Но на полпути к дому сердце Айля сжалось от ужаса.

Дом полыхал странным, чёрно-красным пламенем. Подбежав к горящим обломкам, он упал на колени — острые камни и раскалённый песок впивались в них, а из глаз его брызнули горькие слёзы. Они были женаты 5 лет, и он любил её больше жизни, но теперь понимал: она погибла. Из-за болезни она не могла свободно встать, а если вставала с кровати, то только с помощью доброго мужа.

Вдруг в стороне послышался пьяный хохот. Это была толпа наёмников — тех самых, у которых Айль 4 недели назад занял сорок золотых монет, чтобы купить лечебные травы.

Айль бился в судорогах, больше не понимал, что делать.

Спустя долгое время он всё также сидел на том самом месте. Обезумев от горя, решился сходить в бар, чтобы заглушить страшную боль, — он слышал от других, что это помогает.

Когда он подошёл к бару, уже с улицы был слышен шум от огромной толпы, при этом можно было расслышать звук песни. Айль выдохнул и про себя заговорил:

— Надеюсь, поможет.

После этих слов он взял тёплую ручку двери, затем открыл её с рывком. В это же мгновение в нос ударил странный запах табака. Он был в шоке, ведь он не думал, что тут будет прямо настолько много людей. С трудом пробравшись сквозь толпу потных людей, он ощутил на себе их пот, направляясь к бармену.

Айль был удивлён, увидев такое количество алкоголя, что аж растерялся. Найдя красивую бутылку с дерзким названием «Светлый Кромо» и с хорошей ценой — всего лишь две серебряных монеты, — он заказал её. Выпив первую, он почувствовал крепко-сладкий привкус, ему даже понравился вкус этого алкоголя, но горе не утихало. Из-за надежды забыть запах пепла он выпит ещё две кружки. Его начало шатать в разные стороны, а слух стал расплываться.

При виде других напитков его охватила тошнота, а от резкого запаха началось головокружение. Поэтому он вышел подышать свежим воздухом.

Выйдя из заведения, он ощутил прилив облегчения и радость от простора. Сев на корточки, внезапно он заметил, как те самые бандиты проходят мимо.

Айль их не сразу узнал, но вдруг вспомнил, что, когда дом горел, они были рядом, и тем более смеялись. Айль начал размышлять, стоит ли проследить за ними. Подумав пару минут,

ОН ОТПРАВИЛСЯ.

Ярость вела его по следу под покровом ночи. Следить за ними оказалось немного сложнее, чем он думал, — пару раз запинался за свою же ногу. Наёмники громко и безжалостно смеялись, обсуждая смерть невинной женщины.

— Ха-ха, это блудница даже глаза не успела открыть, как я её с кровати скинул. А ещё, прикинь, тварь эта вещами в меня начала кидаться! Я за это её лицом об пол разбил.

— Да ладно тебе, пошли выпьем, тут рядом есть хороший бар, где мало людей, и тем более там есть симпатичные девки.

Наёмник резко остановился, почесал затылок и заговорил с ухмылкой:

— О, точно, пошли! Тут как раз короткий переулок есть.

У Айля загорели глаза, пальцы сжималась. У него был маленький кинжал на поясе, который он взял ещё с утра, когда шёл на тренировку. Айль каждую секунду заставлял себя не наброситься на них раньше времени. Он дождался, пока подонки зайдут за тёмный угол. Достав кинжал, мститель почувствовал, насколько обезумел, но у него уже не было выбора. Он ударил кулаком по ноге, чтобы побыстрее отрезветь.

Живой тенью он подобрался к одной из целей. Одно неуловимое движение, короткий взмах — и холодная сталь с силой вошла в шею бандита. Острое лезвие плавно рассекло плоть, насквозь пронзая горло. Лезвие плавно скользило ему же в висок. Тот упал замертво. Айль не успел достать кинжал из головы бандита, как его уже прижали к стене и схватили за горло.

— Ты покойник, — заговорил второй бандит. Из его рта полетели слюни, и он с новой силой сжал горло. Айль хотел что-то сказать, но не хватило воздуха. Воин уже не мог видеть лицо врага, с каждой секундой он видел всё больше ярких вспышек.

Внезапно со стороны главной улицы, прямо у входа в их переулок, раздались чёткие, приближающиеся шаги. Враг испугался, что это может быть ночной патруль стражи, и слегка ослабил свою смертельную хватку Айль начал жадно вдыхать тёплый воздух. Собрав последние силы и ударив врага по правой ноге, в этот миг он услышал, как хрустнула кость. Враг раздражённо откинул Айля настолько далеко, что тот долетел до ближайшей стены. Не успев сгруппироваться, воин со всего размаху влетел головой в неровную кирпичную кладку. От боли он взялся за голову и вдруг почувствовал холодную жидкость. Посмотрев на свои грязные пальцы, он ахнул: это была его кровь.

Головная боль ударила с новой силой, чего воин явно не хотел. Когда Айль хотел встать и убить этого подонка, в это мгновение бандит подошёл и начал наносить точные удары за ударом своими накачанными руками. Он бил по настолько неожиданным местам, что раненый воин не мог определить их

Направление и ритм. Но как назло, шаги прошли мимо этого мрачного переулка. Айль начал чувствовать запах своей же крови. Его тело болело всё сильнее с каждым ударом, он начинал выплёвывать всё более густую кровь. Бандит заулыбался — он уже почувствовал вкус победы. Но вдруг Айль увидел маленькую ветку. Решив взять её и вонзить незаметно, он подождал ещё пару десятков секунд. Схватив ветку, тем же рывком решил вонзить её.

Но...

Бандит увидел его намерения и перехватил руку на полпути. Бандит рассмеялся:

— Ты думал, что ты сможешь это сделать? Это самый глупый трюк, который я видел.

Воин был хитрее: он скопил во рту кровь и резко плюнул ему прямо в глаз. Бандит взвыл и шагнул назад, теряя равновесие. Айль, не теряя ни секунды, повалил его на твёрдый грунт песка, сел на его грудь, вслед за этим начал избивать. Айль не переставал улыбаться, его жуткая улыбка не сходила с лица, обнажая окровавленные зубы, а тем временем лицо врага быстро стало кроваво-красным. Сломав врагу пару зубов, а также два пальца, он превозмогая невыносимую боль во всём теле, Айль с трудом поднялся и приблизился к телу первого наёмника. Присев, рывком достал из его виска свой кинжал. Брызги тёмной крови попали на обувь.

— Чёрт, ещё и калиги мыть, — прошептал воин.

Он так же медленно подошёл к раненому бандиту. Тот всё ещё что-то молвил. Но Айль был абсолютно хладнокровен к этому ничтожеству. Воин посмотрел поверх своего кинжала, металл которого переливался кроваво-красным. Айль тихо сел, с сочувствием выдохнул. В его голове кружилась одна мысль, которая не давала ему покоя. Айль встретился с полными ненависти глазами бандита и, направив на него своё смертоносное оружие, тихо прошептал:

— ... .. ...?

Ответ бандита заставил воина на секунду сжать рукоятку с яростью. Он вонзил кинжал ему прямо в горло. У него не было никаких сожалений о сделанном, а даже наоборот — маленькая гордость.

Взгляд упал на свои ладони: они были все в грязи и крови. Но вдруг он вспомнил улыбку жены. По его щекам потекли слёзы. Упав на землю, он полностью разрыдался. Спустя небольшой промежуток времени он собрал свои силы в кулак.

Украв монеты у бандитов, он насчитал немалую сумму: пятнадцать золотых монет, три грязные серебряные и три медные. Айль не стал их прятать, так как у него совсем не было сил. Он натянул рубашку на лицо, чтобы попытаться скрыть ушибы и синяки.

Ему придётся отправиться к городским стенам, чтобы умыться в старом колодце, а также умыть кровавые калиги.

Выглянув из переулка из-за шума шагов, он увидел маленькую кучку крестьян, которые шли в его сторону. У Айля оставалось всего пару мгновений. В голове кружились только две идеи: напугать или напасть.

С каждым ударом сердца шаги становились ближе. В панике воин сжимал кинжал, но внезапно безумная мысль вспыхнула в его голове. Напугать их. Но не силой, а хитростью. Тяжело дыша, Айль стремительно подбежал к безжизненному телу наёмника. Боль пронзила его, словно молния, но он, стиснув зубы, схватил труп второго бандита за шиворот и с трудом потащил к кирпичной стене. Он понял, что стоять тот не будет, и поэтому ему пришлось его посадить. Посмотрев на первого мертвеца, он понял, что времени не хватит.

В предрассветных сумерках пяти часов утра, когда первые блеклые лучи солнца ещё не могли разогнать утренний туман, силуэты мертвецов выглядели на удивление живыми.

Встав в центр этого пространства, первый из крестьян на полной скорости завернув за угол и врезался в Айля. Мужчина отшатнулся от неожиданности, но Айль, не дав ему опомниться, резко схватил его за воротник. Он сжал его настолько сильно, что они оба почувствовали чужое дыхание. Воин пьяно икнул прямо в лицо незнакомцу:

— О-о-о, парень! Третьим будешь? А то мои собутыльники у стены уже вырубились!

Айль резко разжал пальцы, отпустив беднягу. Крестьянин упал на песок. Первым делом он в панике начал кланяться и умолять не причинять ему вреда, так как увидел на рубахе воина следы крови. Дрожащими руками он бросил к ногам убийцы три ржавые серебряные монеты, после чего крестьяне в ужасе убежали.

Айль был выше этого и не стал подбирать эти монеты. Он облокотился о холодную стену, прижав ладони к груди.

Подождав, пока сердце перестанет колотиться как сумасшедшее, и когда дыхание наконец-то стало более ровным, он двинулся к огромным городским стенам. Туман понемногу рассеивался, как и смелость мужчины. Он каждую секунду оглядывался, опасаясь, что его заметят. Однако дорога была пуста, и он без лишних глаз добрался до колодца.

Он замахнулся и с силой швырнул ведро в тёмную бездну. Цепь, казалось, ожила и с грохотом закрутилась. Он схватился за железные звенья, которые обожгли ему пальцы, и ведро с глухим всплеском ушло вниз. Пальцы сводило от усталости, они соскальзывали, а руки налились свинцовой тяжестью. Преодолевая эту дикую слабость, он сантиметр за сантиметром тянул ведро наверх. Когда оно поднялось до максимальной отметки, он с силой ухватился за его край.

Стоило ему погрузить руки в эту ледяную гладь, как кожу обожгло острой болью. Но этот эффект быстро прошёл, и он начал мыть своё тело, а также помыл калиги. Но боковым зрением он увидел след коней, который имел уникальную форму, — это был всемирный след ночных стражей. Посмотрев по кругу, он заметил старую лавку небольших размеров. Потерев монеты, он решился зайти и что-то посмотреть.

Приоткрытая дверь издала резкий звук, который эхом разнёсся по коридору, окрашенному в серый цвет. Торговец неторопливо оторвал взгляд от газеты, окинул оценивающим взором молодого человека и, понизив голос, предложил ему новые модели, которые недавно появились в продаже. Однако Айля интересовали только самые дешёвые товары, желательно неброские.

...

Торговец неторопливо пересчитал монеты. Три тусклые серебряные бляхи и сорок медных он медленно убрал в карман. Плавным движением на прилавок легли простая рубаха и тонкий тканевый бафф, пахнущий пылью. Надев их прямо в лавке, Айль направился, медленно, в гостиницу.

Подойдя почти вплотную, он увидел, насколько это здание было старым и мерзким на вид. Он подумал, стоит ли заходить, но понял, что выхода нет.

Зайдя, он увидел хорошую мебель, а вдоль неё, за высокой деревянной стойкой, стояла красивая девушка, которая нежно улыбалась. Позади неё висели железные ключи. Айль попытался побыстрее пройти, чтобы не вызывать подозрения, но его глухой голос и взгляд, смотревший сквозь неё, выдавали его.

— Мне, пожалуйста, одну комнату.

Увидев Айля, она растерялась:

— З-здравствуйте, с вас один золотой.

Он достал из кармана монету и задумался: один золотой — это немалая сумма. Однако, поразмыслив, он всё же согласился. Было бы странно отказаться, и он кивнул.

Он взял железный ключ и пошёл по длинному коридору, замечая множество интересных вещей, которые его поразили. Однако одно полотно показалось ему слишком живым: на стене висела огромная картина, изображающая грязного воина в старых побитых доспехах, который стоял над горой трупов гоблинов. В руке он держал маленький меч, который сразу привлекал внимание. Айль на секунду задержал на ней взгляд, но затем увидел лестницу, которая вела наверх.

Айль почувствовал раздражение, ведь в его состоянии подниматься было невыносимо тяжело.

Каждый шаг отдавался мукой, а колени дрожали от боли. Но, преодолев подъём, он миновал последнюю ступеньку и оказался на нужном этаже.

Шагая мимо закрытых дверей, он отыскал взглядом номер, который соответствовал его ключу. Айль искренне надеялся, что за этой дверью его ждёт хотя бы хорошая, мягкая кровать.

Открыв дверь, он оказался в роскошной комнате, которая, несомненно, стоила своих денег. Пройдя вперёд, он с удовольствием огляделся. Наконец-то он нашёл ванную комнату и решил как следует помыться. Наполнив тёплую ванну, он прямо в одежде погрузился в неё и закрыл глаза.

Физическая боль постепенно отступала, но внутри всё сковал леденящий холод. Прямо в воде Айль провалился в тяжёлый сон, ещё не зная, что это последняя тёплая комната за всё это тяжёлое время. Он уснул крепким сном. Он спал так неподвижно, что казался мертвецом. А тёплая, прозрачная вода вокруг него постепенно окрашивалась в нежно-розовый цвет из-за глубоких ран.