Ойек: Начало

Глава 1

Глава 1 - Все меняется. “Когда-то мы владели знаниями, куда большими, чем сейчас. Но после нескончаемых катаклизмов и войн, мы их безвозвратно утратили.”

Как обычно, весна в Великой степи вышла запоздалая и холодная. Она оказалась богатая на поздние снегопады и сильные ветра. Как только реки освободились ото льда, а из-под сугробов выглянула земля, покрытая прошлогодней травой, племена кочевников стали сниматься со своих зимних стоянок.

Племя Ойека, что зимовало близ крупного озера Обра, не стало исключением и тоже, как только сугробы превратились в отдельные островки на земле, принялось собираться в свой переход по Великой степи. Озеро и ближайшие леса истощились за зиму и племени предстояло найти новое место, богатое дичью и рыбой, ягодами и травами.

Ойек, как и многие мужчины его племени, был охотником воином, постоянно промышляющий добычей пищи. Кроме этого, охотники занимались разведкой пути и в случаях необходимости - защитой своего племени от внешних угроз. Таких охотников племя насчитывало около четырех десятков, а всё население близилось к полутора сотням.

В этот раз Ойек ожидал сборы на стоянке племени, в то время как десяток охотников был отправлен в сторону будущего пути для разведки. Обычно, он всегда входил в этот отряд, так как был вынослив, быстр, и отлично ориентировался на любом типе местности. Однако сегодня, он остался в племени, потому что несколько дней назад, повредил ногу.

Это произошло во время охоты, когда отряд наткнулся на стаю оголодавших после зимы волков. В тот момент мужчины уже возвращались с добычей на стоянку. Смеркалось и занялся снегопад в перемешку с дождем. Видимость упала. Звери напали внезапно, из кустов по обе стороны тропы. Тогда Ойеку показалось, что волков очень много и справиться с ними будет трудно. Осложнялось все тем, что луки оказались бесполезны из-за слишком близкой дистанции. Пришлось использовать грубые шкуросъемные ножи. Отбиться удалось, но охотники понесли потери. Из пятерых мужчин трое были ранены, а двое остались навсегда лежать с перегрызенными глотками. Волков оказалось всего четверо, но эффект внезапности и скорости оказался решающим. Ойеку повезло остаться в живых, но один из волков сильно подрал бедро и лишь чудом, и благодаря шаману племени, охотнику удалось избежать потери ноги.

Вот и сейчас, вспоминая события недельной давности, Ойек поморщился. Еще раз окинул взглядом холм за который вчера ушли разведчики и поднялся с бревна. Они явно опаздывали. И Ойеку это не нравилось. Раньше, охотники всегда приходили вовремя, а в этот раз они задерживались почти на пол дня.

-Рорхат решил ждать, - подошедший мужчина хлопнул Ойека по плечу и сразу добавил, -Думаешь, что-то случилось?

Ойек не знал. Задержка отряда могла быть обыденной. Кто-то мог повредить ногу, по пути могли встретиться хищники. Причин могло быть много, но на душе было не спокойно. Однако брату стоило ответить.

-Не знаю. Но они всегда приходили в срок. Старосте виднее, раз он решил ждать, значит так правильно.

Решения старосты, коим являлся Рорхат, не оспаривались. Староста - самый умный мужчина племени. За ним нужно идти и его нужно слушать. Тогда ты будешь жив, цел и сыт.

Брата Ойека звали Дос. Он был немного младше, но такой же темноволосый, высокий мужчина. Как и Ойек, он не обладал большими мышцами, его тело было жилистым, худым и выносливым. Так же как и брат, Дос был охотником племени и всегда старался соответствовать Ойеку во всем.

-Мать и Кайя уже собрались. Юрта и вся наша утварь связана в тюки и мешки, думаю у остальных тоже почти все убрано. [Юрта - круглая или овальная конструкция, состоящая из деревянного каркаса, который покрыт шерстяными шкурами. Является традиционным жилищем у народов Великой степи.] Осталось дождаться отряд Нарката, и, если все хорошо, двинемся, - Рассказал Дос брату, - Сестра просила тебя прийти перед отправкой, она хотела о чем-то поговорить, - сообщив это, мужчина потянулся, размяв тело и собрался уходить, кинув напоследок: -Видимо об её замужестве, так что не забудь, она ждет.

Ойек кивнул, не поворачивая головы к брату и продолжил вглядываться в кромку холма. Небо становилось немного яснее. Серые перистые облака сгонял сильный ветер, оголяя сине-голубой небосвод. Солнечные лучи падали на коричневато-серую землю с кусками прошлогодней травы и на островки оставшегося снега, продолжая их талить. Холм, окрасившийся в теплые, солнечные цвета - оставался пустым.

Сестра Ойека - Кайя сидела возле матери. О чем-то задумавшись, она смотрела в небо. Её глаза, серо-голубого цвета, периодически бегали, следя то за пролетающими облаками, то за стайками птиц. Ойек подошел незаметно. С небольшой улыбкой посмотрел на сестру и присел на корточки.

-Ты хотела о чем-то поговорить? - Дернув головой в сторону звука, девушка перевела взгляд на появившегося брата.

-Как скоро меня отдадут замуж в другое племя?

-Тебе еще рано об этом думать. Я поговорю с Рорхатом. Этот год ты останешься с нами и никто никуда тебя не отдаст.

Глаза девушки загорелись, в них появилось облегчение. Она немного улыбнулась, но тут же осеклась, услышав голос матери.

-Это не тебе решать, Ойек. Есть обычаи, которые нельзя нарушать. Кайя достигла того возраста, когда её нужно выгодно выдать замуж, получив взамен инструменты, луки, утварь. Может быть лошадей. Нас слишком мало и мы не мастера, не лукоделы и не коневоды. Мы охотники, маленькое племя по сравнению с многими другими. Когда-то и меня выдали замуж сюда. Когда-то давно, когда это племя было в несколько раз больше… Еще до великой болезни.

Мать Ойека выглядела женщиной в годах, с уже изрядно поседевшими, длинными прядями волос и скрипучим голосом. Она сидела чуть поодаль от дочери и сына, на небольшой подстилке рядом с собранными вещами, смотря куда-то вдаль, словно безучастная в диалоге.

Взглянув на мать, Ойек нахмурился, но промолчал. Внутри он понимал, что она говорит все верно, но отпускать сестру не хотелось. Да и перечить старосте - глупо, староста ведь всегда прав. Но что с ней случится в другом племени? Кто станет ее мужем? И главное, увидятся ли они снова? Брат слишком любил свою сестру и дорожил ей, как и каждым членом своей семьи, особенно после гибели отца.

От внутренних размышлений Ойека отвлек крик. Он эхом разлетелся по лагерю. Кричала женщина, во весь голос, словно привлекая внимание. Подняв взгляд чуть выше и присмотревшись, охотник увидел на кромке холма тени. Это были всадники. Сначала около десятка, а потом больше и больше. Они взбирались на холм и тут же направляли лошадей в галоп к стоянке.

В груди ухнуло так сильно, что охотник невольно приложил руку к груди. Сердце забилось быстрее и как-то очень неприятно засосало под ложечкой. Ойек обернулся к сестре: -Бегите в лес у озера! Укройтесь в гроте и ждите, я найду Доса и приду к вам! - Увидев в глазах сестры, что она все поняла, Ойек, сняв из-за спины лук, ринулся туда, где последний раз видел Доса.

Лагерь, а точнее все племя было обречено. По крайней мере, мне так казалось. Нападавших было огромное множество. Не десяток, не пять. Около сотни всадников. Я побежал в самое пекло, надеясь найти брата раньше, чем достигну сражения. Слева от меня пронеслись старая Онда с маленькими детьми. Я успел рассмотреть их удивленные и испуганные глаза, не понимающие, что теперь делать. Чуть дальше, справа, заметил двух стариков похватавших дубины и готовящихся к бою. Поодаль, старый Кхел кричал что-то вслед убегающему к закипающему сражению сыну охотнику, но тот явно уже не слышал голос отца позади. Царил хаос. Я продолжал бежать, что есть сил, оставляя позади многих, не до конца понимающих, что происходит соплеменников.

Перед холмом уже завязался бой. Несколько охотников пытались сдержать первый натиск, но выходило это из рук вон плохо. Натянув тетиву на ходу, я вложил стрелу. Бонк! Оперение следующей тут же оказалось напротив моей щеки. Не думая, выстрелил в очередного всадника. Бонк! Стрелы ушли одна за другой и я успел увидеть, что двое врагов поникли и тут же выпали из седел. На их месте почти сразу же появилось еще трое. Меня заметили и подгоняя своих коней, с гиканьем и криками, всадники ринулись в мою сторону. Я успел выпустить две стрелы. Последняя ушла уже почти в упор. В неистовом прыжке в сторону, я почти смог уйти от надвигающейся угрозы. Последний всадник достал меня, задев плечо. Рана тут же вспыхнула болью и обожгла. Я приземлился на землю кувырком, выронив из рук лук. Поднялся. Всадник пронесся дальше, неся смерть стоящим на его пути людям. Бум-м-м! Слева что-то оглушительно грохнуло. Ударом меня подняло и откинуло на пару ярдов. Что-то сильной болью отдалось в груди, дыхание перехватило а глаза залило красным.

Бум-м-м! Раздался второй удар. Он поднял большое количество земли со склона холма захватив вместе с ней пару всадников, что оказались там. Все это с силой ударило в то место, где находился Ойек, похоронив его под своей массой. Временно атака замедлилась. Всадники явно не ожидали встречи с шаманом, владеющим даром. Два боевых плетения смогли разом уничтожить пятерых нападавших и поумерить пыл остальных. Теперь враг распределялся по краю стоянки, беря её в кольцо, держа расстояние до воинов племени на длину полета стрелы.

Хаос и паника нарастала. Сестра Ойека - Кайя, помогая матери, стремилась к лесу у озера. Вокруг бегали люди. Где-то громко плакал ребенок. Мужчины неслись в сторону подножия холмов, где появились неизвестные всадники.

-Постой, Кайя. Смотри, - Мать остановилась и указала рукой на старую женщину, пытающуюся подняться.

-Мы должны ей помочь, Кайя, старая Рохта не сможет сама уйти, - Женщина потянула руку девушки за собой.

-Матушка, Ойек сказал, чтобы мы укрылись в гроте, что если мы не успеем дойти до него вместе с ней? - Кайя была взволнована и попыталась заставить мать передумать, но было тщетно, женщина уже помогала подняться старой Рохте - седой старухе, которая разменивала восьмой десяток.

-Ну же Кайя, помоги мне!

Девушка подбежала с другой стороны и подхватила старуху под правый локоть. Подняв её, они вновь двинулись в сторону леса. Бум-м-м! Бум-м-м! Сзади раздался гром. Земля задрожала от грохота. Звук был настолько громким, что Кайя зажмурилась и чуть не отпустила локоть старой Рохты, чтобы закрыть уши. Это присоединился к бою старый шаман. Никогда до этого момента Кайя не слышала и не видела в деле его дар. Она лишь знала рассказы и истории о том, что он у него есть и когда-то давно шаман им пользовался, во времена великой войны племен.

-Не стой, идем к лесу! - Мать окликнула Кайю, вырвав ее из ошеломления. Девушка встряхнула головой, сбрасывая оцепенение, и они продолжили путь. Миновав с десяток ярдов, не дойдя до леса совсем ничего, Кайя услышала топот. В тот же момент наперерез им, из зарослей кустарника, со стороны холмов выскочили всадники, рассекая и перерезая дорогу к лесу.

-Не успели, - охнула девушка и остановилась. Её сердце заколотилось как птица попавшая в силки. Она интуитивно сделала шаг назад. -Это другое племя? Они пришли нас убить? - Голос Кайи задрожал.

-Нет, - мать замотала головой, - Посмотри на их одежду и оружие. Это не племя, дочка. Это люди пришедшие с далекого запада, из-за Великой Орты. [Великая Орта - название широкой реки, разделяющий западные земли от великой степи.] Девушка вновь устремила свой взгляд на всадников. Они действительно отличались от жителей племен. Почти у каждого воина был кожаный нагрудный доспех темно-коричневого цвета. Под ним, плотная туника опускающаяся чуть выше колен. На ногах виднелись сапоги, в которые были заправлены грязно-серые штаны. На поясе у кого-то был меч, у кого-то небольшой топорик, а в руках наготове, всадники держали копья.

В какой-то момент со стороны холма, появилось еще несколько всадников. Троица направилась неспешной рысцой к спуску. Один из приближающихся немного отличался: его лицо скрывалось накинутым капюшоном небольшого плаща, а одна рука держала что-то около груди. К тому же выбивалось и то, что человек не имел при себе никакого оружия. Всадник, ничего не опасаясь проехал вперед со своими спутниками, преодолев цепь заслона из других воинов через минуту. Несколько охотников племени приготовили свои луки наизготовку. Они уже сбились в небольшие отряды, заняв оборону около порослей молодых деревьев, в надежде сдержать новый натиск врага. Над головами воинов племени что-то с ревом свистнуло, оборвало самые верхние макушки деревьев и пролетело в сторону тройки всадников. Удара не произошло. Нечто, что выпустил шаман почти долетело до троицы всадников. Человек в капюшоне выставил одну руку вперед, прочертил замысловатый узор в воздухе. В его левой руке, которой он сжимал у груди какой-то объект, что-то вспыхнуло ярким белым светом и… Заклятие шамана с громким шипением испарилось, словно нарвавшись на невидимую стену, разбросав в сторону кучу ярких, искрящихся капель желто-красного цвета.

Затем все произошло почти мгновенно. Всадник приподнялся в стременах, не отпуская руку с объектом от груди, прочертил несколько узоров и словно выталкивая рукой нечто невидимое, отправил заклятие в путь. Над головами у охотников вновь что-то пронеслось. В этот раз оно срубило деревья на половину, оглушив людей яростным ревом и осыпав их огненными искрами. Бум-м-м! Где-то в ярдах в ста раздался удар. На месте, где мгновение назад находился шаман - дымилась круглая воронка в десяток ярдов шириной.

-Яаррэ одд! - Разорвал тишину кто-то из всадников, громким, сухим голосом и воины сорвались с места, быстро сжимая кольцо.

Глава 2 - Человек, звери и кто-то еще.

Глава 2 - Человек, звери и кто-то еще.

“Иногда стоит приложить чуть больше усилий, чтобы добиться желаемого результата.”

Поднявшийся ветер дул на восток. Вокруг смеркалось, но это явно не мешало голодным, черным как смоль воронам продолжать свое пиршество. На поляне, где еще утром стояло целое племя - была тишина. На земле, местами развороченной от попавших в нее заклятий, лежали трупы. Их было не слишком много, не более двух десятков, что нельзя было сказать о воронье, сидевшем на телах. Птиц было действительно много и на земле и в воздухе. Одна из таких спикировала вниз, к подножию холма, который был разворочен магическим ударом. Затормозив у земли и сделав несколько взмахов, птица села, разглядывая нечто в земле.

Дышать было тяжело, словно мою грудь сдавил сам Йорм. [Йорм - имя бога у народов степи и северян.] Вокруг была тьма и тишина. Прелый запах земли, вместе с её песчинками бил в нос. Руку, что-то теребило, доставляя периодически неприятную боль. Я попытался пошевелиться. Это далось мне с большим трудом, отдавшись растекшейся болью по всему телу и резким уколом в груди. Через мгновенье земля осыпалась и дышать стало совсем не чем. Я оказался замурован, засыпан землей полностью. В этот же момент меня охватила паника. Я почувствовал удушье и забарахтался руками, словно в воде, стараясь выкарабкаться наружу и откопать себя. Через минуту мне это удалось. Я почувствовал воздух, увидел вечернее небо, покрытое грядой серых перистых облаков. Я смог дышать. Какое-то время я сипел и откашливался, приходя в себя. Рядом что-то захлопало и слева от меня, на рыхлую темную землю приземлился ворон. Склонив голову, он посмотрел на меня. Его черные, как и все тело глаза блеснули. Так вот кто тревожил мою руку, старательно пытаясь ее расклевать. Я швырнул в птицу комок земли и та, с противным карканьем, взметнулась в воздух.

Вид нашей стоянки вызывал во мне множество чувств. Горечь. Обиду. Переживания. Я, прихрамывая на левую ногу, спешил в сторону леса, к гроту. К тому месту, где должна была укрыться Кайя с матерью. Вокруг все было в хаосе. Валялись развороченные тюки юрт, битая глиняная утварь, трупы. Среди последних были практически только охотники. Ни женщин, ни детей. В какой-то момент, я увидел огромную земляную воронку, ярдов десять в ширину. Она находилась примерно на том месте где была юрта вождя и шамана. Теперь же, от этого места не осталось ничего. На какое-то мгновение меня ужаснула та мощь, которая сделала это, я невольно вспомнил про удары и грохот, что задели меня. От воспоминаний, тело в очередной раз окатила холодная волна тупой растекающейся боли. На мгновение мне пришлось остановиться и немного согнувшись, отдышаться, пока боль не поутихла. Где-то сверху вновь каркнули. Я поднял голову и увидел, как в небе кружит ворон.

-Вот же пристал, - зло прошипел я и поспешил дальше в сторону леса.

Грот был пустой. Я обошел его несколько раз. Проверил каждое углубление, каждый ярд, где могли спрятаться люди. Но никого не было. На мой крик никто не отозвался. Лишь эхо, разнесшееся по лесу гулким шумом. Кайя и мать не успели дойти. “Я догоню! Я найду их. Найду и освобожу.” Моя голова пылала огнем, несмотря на прохладный вечер. Мысли метались одна за другой, не давая мне успокоиться.

-Нет, нет, нет. Спокойно…, - я глубоко вздохнул, протер лицо руками разогнав кровь. Убрал налипшие волосы со лба и выдвинулся обратно к полю.

Среди трупов, моего брата не оказалось, как и не оказалось еще дюжины охотников. Те, кто напал, забрали их. Но… Кто напал? Кто это был? Я погрузился в раздумья. В голове всплыл вчерашний день, облик всадников, их оружие, одежда. Это не простое племя… Да и племя ли?.. Матушка рассказывала о людях на далеком западе. За Великой Ортой. Но практически всегда это были легенды. Детские сказки.

-Сказки… - я задумчиво прокрутил слово на языке.

И вот легенды ожили? Пришли за нашими душами? Я встряхнул головой. Вокруг уже стемнело. Теперь оставалось переждать ночь и с ранними лучами солнца, отправляться по следам. Благо их было много. Такое количество людей и коней оставляли хорошо читаемый и видимый след. Такой даже дождями не сразу смоешь. И это хорошо.

Ночь была холодной и ветренной. С периодическими отголосками криков животных где-то вдали и с карканьем упивающегося кровью воронья. Я переждал ее в гроте, с головой укутавшись в густой лапник, натасканный мной для ночлега. Разжигать костер я не решился, опасаясь, что пламя или дым могут заметить, потому лучше не рисковать. По крайней мере сейчас.

Во сне пришли они. Я был в лесу на песке, окруженный огромными и величественными соснами. Солнце, ярко бордовое, закатывалось за горизонт быстро, как-то несвойственно. Неумолимая паника и страх сковали все мои движения. Каждый шаг - словно в болоте, в трясине - вязкий и тяжелый. Кайя, Дос и матушка стояли в ряд в десяти ярдах от меня. Я потянул руку, попытался окликнуть их, но не смог выронить и слова. Песок подо мной покраснел в лучах солнца, забурлил и превратился в темную красную кровь. Она медленно поглощала меня. Посмотрев с отчаянием снова туда, где стояли мои родные я лишь ужаснулся. Мои ноги пошатнулись и я упал на колени, погрузившись в кровь уже по пояс. Три тела, с мешками на головах, босые, с изрядно посиневшими ногами болтались в петлях на толстой ветви сосны. Все вокруг сгустилось, покраснело и погасло. Мрак и тишина…

С утра, прогнав мысли обо сне и пополнив бурдюк водой, я отправился в путь. След, как я и думал, остался таким же четким, как и вчера. Идти по нему было не трудно. Он тянулся через небольшие холмы, окружающие поляну перед озером. Уходил за них, разрезая бескрайнюю равнину, теряясь в горизонте. Словно кто-то огромный, оставил свой неровный, грубый росчерк.

Я двигался вдоль речки, которая вытекала из озера. Она начиналась как маленький ручеек, из которого мы все время стоянки брали воду. Ручей петлял среди приозерного леса, уходил восточнее, в сторону гор Убб, а затем, резко, повинуясь ландшафту, поворачивал на запад, в сторону Великой Орты. [Горы Убб - огромная горная гряда, растянувшаяся на востоке степей.] Тянувшийся след был в лиге от речки и шел параллельно ей.

К вечеру я прошел около пятнадцати лиг, при этом изрядно устав. Несмотря на то, что после полученных травм тело постоянно ныло и болело, я чередуя легкий бег и быстрый шаг двигался почти без привалов, стараясь пусть не нагнать, но хотя бы не отстать от всадников. К концу дня местность начала меняться. Стал появляться кустарник и изредка мелкие поросли деревьев. Пару раз встречались ручьи, которые петляя, впадали в речку, вдоль которой я шел. Река заметно прибавила в ширине и теперь, ее было не перепрыгнуть. Уже к сумеркам я дошел до леса.

Небо затянуло и заморосил небольшой дождик. След делал петлю, по всей видимости обходя лес с севера. Ночью идти будет тяжело. Да и хорошо бы было поесть, но еды к сожалению не было. Да, конечно за время своего пути мне встречались животные, но у меня не было никакого оружия. Мой лук не пережил последнего боя, а другого оружия на месте бывшей стоянки не осталось. Я какое-то время постоял, обдумывая варианты. Затем, рассудив, что идти ночью все таки плохая идея, решил остановиться в лесу.

Я прошел где-то два десятка ярдов вглубь леса и остановился под одной из раскидистых елей. Потратив около получаса, я смог развести небольшой костер. Как бы я не опасался, что меня могут увидеть, ночевать без огня под открытым небом я не стану. Если в гроте, укрывшись от ветра и закутавшись в лапник, было терпимо. То тут, я просто напросто, замерзну. Да и здешние хищники могут доставить неприятностей. За время пути мне довелось увидеть медведицу с детенышами, в сотни ярдов от меня. Встретиться с ними лицом к лицу, или что хуже с арханом, будет смертельно [Архан - крайне опасный степной хищник.].

Костер горел ярким, рыже-красным огнем, посреди сплошной темноты. Вслушиваясь в гудящий среди деревьев ветер, я, вытянув руки поближе к пламени, грелся. Периодически к гулу и шелесту добавлялось потрескивание. Костер выкидывал вверх снопы искр и пепла. Их тут же поднимали порывы ветра, кружили и уносили далеко ввысь. Рядом со мной стояла двухярдовая палка, прислоненная к ели. Её конец был обожжен на костре и заточен сколком, который всегда висел у меня на поясе [Сколок - небольшой, в полторы ладони нож степных охотников, сделанный из черного камня], [Черный камень - название обсидиана, встречающегося у подножия гор Убб]. Счастье, что нож остался со мной, в отличии от моего лука. Досадливо цыкнув, вспоминая свое оружие, я продолжил вглядываться в бесконечную темную пустоту.

Постепенно глаза смыкались, лишь иногда реагируя на шорохи в кустах или на уханье совы где-то в дали. Дремота овладевала мною и спустя минут десять, я все же провалился в глубокий сон.

Каррр! Вспорхнув крыльями, на усыпанную зелеными иголками ветку ели приземлился ворон. Он, повернув набок голову посмотрел на Ойека. Каррр, каррр! Человек открыл глаза, дернулся и закрутил головой. Рука схватилась за наточенную палку, а другая за сколок. Ворон вспорхнул и пикируя пронесся над мужчиной, улетая дальше чуть не задел кусты и взмахнул ввысь. Каррр, каррр! Густые, черно-серые ветви кустов, укутанные набухающими почками, слегка качнулись.

Треклятый ворон меня напугал. Я с тревогой распахнул глаза, готовясь к опасности. Сердце неприятно отдавало в голову быстрыми ударами, заставляя пульсировать виски. Дыхание после пробуждения было сбивчивым, неровным. Но вокруг все было спокойно. Ни движения, ни звука. Сверху послышался взмах. Птица, резко спикировав, чуть не достала мою голову, пронеслась надо мной, вспорхнула над кустами и улетев ввысь закричала. Каррр, каррр! Во всем этом я заметил небольшое движение. Краем глаза уловил, как ветка ближайшего раскидистого куста дернулась пару раз и вновь замерла. Это не ворона, она и близко не коснулась ветвей. Осторожно перехватив самодельное копье другим хватом, я стал медленно подниматься.

Волк вылетел внезапно, разорвав тишину хрустом веток и рыком. Его прыжку можно было позавидовать, как и скорости зверя. Поднявшись вверх почти на два с лишним ярда, он целился в мою шею. И если бы я промедлил хотя бы на долю секунды, то был бы уже мертв с перегрызенным горлом. Кинутый сколок вошел прямо в волчью глазницу, своим узким и крайне острым лезвием. Зверя немного скособочило в полете, он попытался извернуться и упал левее от меня. Я не дожидаясь, пока волк придет в себя, с разбегу воткнул палку в открывшееся брюхо зверя. Заостренное копье, встретив сопротивление меха и шкуры, с большим трудом пробилось через него и впилось во внутренности волка. Тот громко и жалостливо заскулил, пытаясь вырваться из-под меня. Ничего не вышло, животное лишь пару раз дернулось, заскребло лапами, захрипело и спустя минуту затихло. Скоротечная схватка была закончена. Я - победил.