Ответный Удар

Глава 1. Побег с Сигмы

Несмотря на все нормативно-правовые акты, устанавливающие единые стандарты содержания заключённых, на территории Межзвёздной Федерации казалось невозможным найти две одинаковые планеты-тюрьмы. У каждого пенитенциарного мира были свои особенности. Вплоть до того, что некоторые лагеря, на первый взгляд, могли напоминать оздоровительные санатории, а не исправительно-трудовые заведения.

Сигму курортом назвать было нельзя.

Да, планета относилась к земному типу. Здесь имелась пригодная для дыхания атмосфера и приемлемый температурный режим, но из-за некоторых особенностей местной растительности существовать без средств защиты можно было только в недрах этого мира.

В подземном лагере ходили разговоры о том, что первопроходцы, основавшие данное поселение, не выдержали и десяти лет существования в условиях вечной ночи. Они потратили все заработанные здесь деньги, лишь бы поскорее покинуть Сигму. Полный отчёт о неудачном опыте был передан в соответствующие инстанции. Его подробности были настолько мрачны, что сказочно богатые недра Сигмы, изобилующие благородными металлами, так и не смогли привлечь новых колонистов.

А вот Межзвёздная Федерация столь ценными планетами не разбрасывается.

Поэтому золото и платину здесь теперь добывали преступники…

Яркий свет за спиной притих. Стэйн, по прозвищу «Трёхпалый», обернулся. Он увидел, что огни дрона-надсмотрщика скрылись за краем карьера. Тогда рыжеволосый человек погасил фонарь на своей груди, прислонил тяжёлый бур к тележке и направился в сторону напарника, который работал неподалёку.

Отовсюду слышалось гудение плазмы в инструментах, треск породы и ритмичные удары. На этом участке площадью примерно в квадратный километр сейчас трудилось полсотни осуждённых, разбитых на пары.

– Эй, Галлар, – Стэйн негромко позвал напарника.

Карлик, грязный и тощий, со спутанной бородой, чем-то напоминал цверга из сказок, что в кланах рассказывали малым детям на ночь. Даже имя коротышки звучало знакомо, почти как у одного персонажа тех историй.

Оклика Галлар не услышал и продолжал увлечённо долбить пласт с рудой. Тогда Стэйн подошёл ближе и положил руку на плечо напарника. Тот сразу обернулся, притушил яркий свет нагрудного фонаря, выключил плазмобур и опустил инструмент на камни у себя под ногами.

– Тебе от нас что-то понадобилось, Трёхпалый?

Привычка гнома говорить о себе во множественном числе невероятно раздражала Стэйна, да и не только его одного. Когда Галлар появился на Сигме, карлика в первый же день пару раз жестоко избили именно за манеру общения. Никто не знал, с какой планеты этот «аристократ» родом, а сам он на все расспросы о себе упорно хранил молчание.

– Может, объяснишь, что ты задумал?

– Мы не понимаем…

– Всё ты понимаешь! – Стэйн сверлил напарника тяжёлым взглядом.

На испачканном пылью лице появилось запоздалое выражение удивления: глаза Галлара широко распахнулись, а брови поднялись вверх.

– Давай обойдёмся без этого спектакля. Я заметил, как утром, ещё до переклички, ты скрылся за дверью продуктового склада и несколько минут пропадал внутри. Что ты там делал?

– Ах, вот о чём речь... – гном запустил пятерню в грязную бороду и активно почесался, разгоняя досаждающих ему вшей – бич всех местных заключённых. – Мы советуем тебе сегодня отказаться от обеда.

– И это всё? Больше ничего не добавишь?

Карлик развёл руками.

– А если бы я не спросил? – возмущённо поинтересовался Стэйн.

– Мы бы дали тебе тот же самый совет, но чуть позже.

– Вот как? Ну и когда я бы его получил?

– Прямо перед обедом, Трёхпалый. Нам бы не хотелось, чтобы с тобой случилось неприятное.

– Пф-ф, – выдохнул Стэйн и попытался образумить Галлара, догадываясь, что тот как-то отравил продукты. – Слушай, я всё понимаю. Тебя здорово отделали местные ублюдки. И нет гарантий, что дальнейшие издевательства прекратятся. Увы. Такова Сигма. Ныне сюда привозят самых опасных преступников Федерации. Основной контингент этой колонии – жестокие убийцы и садисты. Для них такое поведение – это норма.

– Норма для отбросов общества.

– Называй, как хочешь. Речь о другом. Я не буду плакать, если вдруг большая часть подонков в нашем бараке сдохнет, да хоть все до единого… Допустим, получится у тебя отравить мразей. Сведёшь ты счёты, а дальше-то что? Подумал о последствиях?

Галлар молча скрестил руки на груди.

– Всех выживших расселят, – Стэйн сам ответил на свой вопрос. – Только вот на новом месте вероятность подохнуть у нас значительно повышается. Слыхал, что случилось в пятом и шестом бараках? Людей там оказалось меньше, чем иных существ. Вот последние и пришли к мысли разнообразить местный скудный рацион человечиной… Мы с тобой сейчас живём хотя бы в окружении представителей своей расы. Да, они те ещё мерзавцы, но хотя бы не людоеды! Нужно ли искать себе на голову новые неприятности? Ради чего? Одно я знаю точно: хуже нет ситуации, чем оказаться в окружении чужаков, у которых к нам, людям, копится вражда ещё со времён старой Империи.

Выслушав собеседника, карлик некоторое время молчал, но потом всё же ответил:

– Умереть во тьме, страдая от издевательств и побоев, – уж точно не наша судьба. Выбор есть. Мы его сделали. Нам надоел этот гнетущий подземный мир.

– Думаешь, ты один такой? Я ведь тоже скучаю по небу над головой и по звёздам. Особенно по звёздам! Ведь я был рождён среди них.

Карлик промолчал.

– Вечная ночь ощутимо влияет на расшатанную психику преступников, – медленно продолжал Стэйн, прилагая усилия, чтобы отогнать прочь нахлынувшие воспоминания. – Местные отвратительные развлечения появились не просто так. Самому порой хочется забить до смерти любого из банды Шрама, но это ничего не изменит. Лишь ухудшит ситуацию. Тоска непроглядная…

Он задрал голову и посмотрел наверх. Потолок колоссальной пещеры был невидим в густом чернильном тумане. Вдоль границы карьера сияли сотни ярких фонарей, подвешенных на высоких столбах, но их было недостаточно для освещения огромной подземной полости, где располагалась сама колония и площадки для добычи драгоценных металлов.

– Дело тут не только в давящей темноте, Трёхпалый, – возразил карлик глухим голосом. – Безысходность, вот корень зла. Ряд планет-тюрем, вроде этой, служит Федерации вовсе не для исправления криминальных наклонностей. Нет. Игра в трудолюбивых шахтёров, надежда на смягчение приговора – не более чем самообман. Из таких мест не возвращаются. Это самые настоящие свалки. На Сигму привозят гнить биомусор, как бы тебе ни было обидно слышать подобные слова.

Стэйн махнул рукой. Он-то помнил, как здесь оказался и по какой причине, поэтому на свой счёт слова гнома не принял.

– Мрази приспосабливаются к любым условиям, даже перед лицом неизбежной гибели, – продолжал Галлар. – Они везде норовят построить собственное общество, в котором действуют их законы. Исковерканные. Неэтичные. Насмешка над понятиями добра и зла. Не сегодня, так завтра нас прирежет Шрам или кто-нибудь из его дружков. Неважно, сколько пожизненных сроков им дали, раз в итоге отправили сюда, на Сигму. Ещё одно убийство на период пребывания здесь никак не повлияет, зато укрепит авторитет мерзавцев и развлечёт всех остальных. Самой перспективной целью для их забав оказались мы. Понимаешь, о чём речь?

– Не повезло тебе с планетой, – вздохнул Стэйн, прекрасно понимая, что собеседник имеет в виду себя, говоря «мы». – Ростом не вышел, плюс ещё и раздражающая специфика речи… Тебя бы хорошо приняли на Альтерре, где мотают срок мошенники разного калибра да неблагополучные детки богатеев.

– Альтерра? – карлик чуть не подавился этим словом. – Ну уж нет. Только не Альтерра. Даже если бы у нас была возможность выбора.

– Чего нос воротишь? Лично мне она показалась райским местечком.

– Тебе доводилось бывать на Альтерре?

– Нет.

– Может быть, этот опыт имеется у кого-то из твоих знакомых?

– Нет, но…

– Тогда «показалась» – самое подходящее слово. Подумай сам, Трёхпалый. Когда официальные каналы транслируют бескрайние зелёные лужайки, по которым разгуливают счастливые улыбающиеся заключённые, – это ширма, за которой скрывается некая неприятная правда об Альтерре, или всё так и есть на самом деле, как выглядит со стороны?

– Даже не знаю, – с сомнением в голосе произнёс Стэйн. – Сектор Сол может себе позволить дорогостоящие социальные эксперименты. Всё-таки – центр Федерации, куча налогоплательщиков, море денег и возможностей. Трудно дать правильную оценку с точки зрения обитателя Периферии. Уверен только в одном: из моего бывшего окружения никто на подобный курорт в жизни бы не попал, скорее уж сюда, на Сигму.

– Тогда приготовься получить порцию неприятной правды. Альтерра – никакой не курорт. Мы изучили достаточно данных об этой планете-тюрьме. Среди них был даже документ с грифом «совершенно секретно», в котором обнаружилась информация, способная нанести вред интересам Федерации в случае публичной огласки.

– Даже так? Ну и какие грязные тайны скрываются за зелёными лужайками?

– Иронизируешь? Зря. Всё очень серьёзно, Трёхпалый. На Альтерре активно практикуют вмешательство в работу мозга, – карлик постучал пальцем себе по виску. – Химия, наведённые силовые поля, может, где и кусочек лишний отрежут. Практически весь срок, пока преступники там находятся, – это, на самом деле, реабилитационный период. Чтобы после возвращения в общество заключённые как можно меньше походили на овощи. От прежней личности практически ничего не остаётся.

– М-да, а ведь ходили слухи о том, что люди сильно меняются после «отдыха» в подобных заведениях, – задумался Трёхпалый. – Вот, значит, в чём подвох…

Оба они умолкли на некоторое время, погружённые в мрачные мысли.

Стэйн придумал ещё пару аргументов, чтобы отговорить напарника от задуманного, и уже было собрался их озвучить, но тут карлик тихо произнёс:

– За желанием избавиться от Шрама и его дружков ты не разглядел наших истинных мотивов. Наша цель вовсе не месть. И уж точно мы не питаем ложных надежд на комфортное существование в другом бараке, да ещё и с непредсказуемыми представителями иных рас. Нет. Наша главная цель – свобода.

Галлару надоел этот гнетущий подземный мир – кажется, так он совсем недавно заявил.

– Планируешь сбежать?

– Да. Всё уже готово. Уходить надо сегодня. Ты в деле?

– Куда уходить? Да как ты собираешься… уф-ф, – Стэйн был одновременно возмущён и поражён неожиданным предложением Галлара. – Кругом же дроны, а за периметром тщательно следят андроиды!

– Будь уверен, всё продумано. После обеда мы покинем территорию лагеря. Нас даже не станут искать. Конечно, если не выдадим себя сами.

«Ну и ну, оказывается, этот гном разработал план побега!»

Трёхпалый лихорадочно размышлял.

Какое заманчивое предложение. Сложно отказаться от шанса вырваться на волю. Собственные задумки Стэйна на ту же тему зашли в тупик. И всё же он понимал, что практически ничего не знает о Галларе. Да, он как-то заступился за карлика, но можно ли рассчитывать после того случая на ответную благодарность?

Они были знакомы от силы пару месяцев, за всё это время коротышка дал минимум информации о себе. Значит, мог позвать Стэйна за собой лишь для того, чтобы использовать в каких-то своих целях, а потом избавиться в подходящий момент или подставить под удар.

– Благодарю за доверие, но я-то зачем тебе понадобился?

– Ты ведь сам сказал: на всех рубежах задействованы андроиды. Риск нарваться на одного из них или даже нескольких – крайне высок. В одиночку мы не справимся. Мы не настолько физически развиты, чтобы эффективно устранить подобного соперника до того, как он поднимет тревогу. С напарником куда больше шансов быстро одолеть такого противника.

Стэйн продолжал раздумывать. Прошло более года с того момента, как федералы отправили его сюда, на Сигму. Всё это время он не переставал планировать побег. Тем не менее сведений о мире, находящемся на поверхности, у него было явно недостаточно. Зато он успел обустроить тайник, где спрятал кое-какие полезные инструменты и съестные припасы. В этой коллекции имелся даже исправный источник питания, который он месяц назад ухитрился снять с повреждённого дрона.

Пусть и удалось собрать немало полезного, но самое главное – защитный скафандр – раздобыть оказалось невозможно. Андроиды-охранники не использовали ничего подобного. Им такая защита, похоже, была ни к чему.

«Скафандр, вот именно!» – Стэйн фыркнул.

Галлар в эту дыру попал относительно недавно. Вдобавок коротышка практически ни с кем не общался. Решил так просто выйти наружу, не имея должного понимания о том, что на самом деле из себя представляет Сигма! Категория «биом класса D+» обычно гарантировала смерть на поверхности планеты в течение суток, если у вас отсутствовало защитное снаряжение, способное противостоять локальным неблагоприятным факторам.

– До ближайшего космопорта сотня километров, – решил поделиться своими знаниями Трёхпалый. – Может, меньше, если я не ошибся с расчётами. Прикидывал, что до места разгрузки рудовозы едут своим ходом, а их средняя скорость – шестьдесят. Одна и та же машина за три часа успевала сделать круг и вернуться в карьер.

Коротышка внимательно слушал, перебирая свою бороду.

– Сто километров, Галлар! Идти пешком – это сутки в лучшем случае. Такую фору по времени нам никто не предоставит. Ни мир снаружи, ни охрана. Уходить от дороги, по которой движутся грузовики, смертельно опасно. Оставаться рядом с ней – тоже не вариант. Даже самому тупому андроиду будет понятно, где в первую очередь нужно будет искать беглецов.

– Нас не хватятся, – упрямо заявил карлик. – Если после обеда всё пойдёт согласно плану.

– Да что такого ты мог успеть придумать!

– Мы просчитали и выбрали самый подходящий вариант ещё до того, как попасть на Сигму.

– Ладно, – Стэйн примиряюще поднял ладони. – Допустим, ты действительно что-то там заранее готовил, но всё-таки наверху нас ждёт смертоносный биом. Неизвестно, сколько мы протянем, когда окажемся снаружи. Не просто же так каждый грузовик обрабатывается огнемётами и ещё какой-то ядовитой химией. Эти следы на кузове и запахи – ни с чем не перепутаешь. Хлор и ещё что-то крайне едкое.

– Все опасности, поджидающие снаружи, мы тоже предусмотрели.

– Как? Как ты их предусмотрел? Защитные скафандры не достать, их тут просто нет, а угонять транспорт бессмысленно – у автоматических грузовозов отсутствуют пассажирские кабины.

– Что тебе известно о мире над нашими головами, Трёхпалый?

– Ну, моих знаний явно недостаточно, – признался Стэйн. – Тюремный катер спустился практически к самому входу в поселение. Я толком ничего и не разглядел, пока те мгновения был снаружи. Понял, что местным воздухом можно свободно дышать, некоторое время уж точно без последствий. Ещё запомнил выжженное подножье огромного холма посреди жёлтого леса, серый бетон посадочной площадки для малотоннажных судов и широкую грунтовую дорогу, по которой двигались рудовозы. В общем-то и всё.

– То есть сам ты не знаешь ровным счётом ничего об опасностях данного мира?

Стэйн пожал плечами и ответил:

– Без понятия. Сектор Кали вошёл в состав Федерации относительно недавно. Полвека не прошло после окончания войны с местной звёздной цивилизацией… уже, наверное, никто и не помнит, как назывался тот противник.

– Артефарии, – подсказал Галлар.

– Да, что-то вроде того. Информация о Сигме в архивах, к которым я имел доступ, была чрезвычайно скудной. Чего уж там – практически отсутствовала! Некогда шахтёрская колония, а ныне федеральная тюрьма. Да, тут имеются богатые залежи драгметаллов, но всё портит опасная флора. Плюс имеется хорошо вооружённая база легавых на орбите – бывший военный аванпост. Такие планеты обычно находятся за границами поля моих интересов… Попав сюда, я не встретил никого, кто бы знал сильно больше об этом мире. А роботизированная охрана не особо разговорчива в силу своей природы, сам понимаешь.

– Ты чересчур беспечен.

– С чего такие выводы?

Карлик усмехнулся:

– В отличие от тебя, мы стремимся узнать максимум подробностей о всех тех неприятных местах, куда обычно отправляют преступников. До того, как сами туда попадём.

– Вот как? Собираешь информацию обо всех планетах-тюрьмах? От Альтерры до Сигмы? Готов поспорить, что есть как минимум одна, о которой тебе ничего не известно.

– Зато об этой нам известно всё. Поэтому волноваться не о чем. Ни скафандр, ни грузовик не понадобятся.

– Ну, раз ты так хорошо подготовился, может, поделишься деталями своего плана… – начал было Трёхпалый, но не договорил.

Из-за края карьера ударил яркий свет. Дрон-надсмотрщик возвращался. Стэйн поспешил вернуться на своё место. Там он подхватил плазмобур, включил нагрудный фонарь и продолжил долбить породу.

Все четыре часа, оставшиеся до обеда, Трёхпалый работал кое-как, помня, что силы надо приберечь. Наказание за невыполненную норму его совершенно не беспокоило. Переживал он сейчас лишь за успех предстоящего побега, поскольку не знал подробностей плана Галлара.

В половине второго пробил колокол. Заключённые устало побросали инструменты и небольшими группами потянулись обратно в посёлок, чтобы утолить голод и хоть немного отдохнуть перед следующей рабочей сменой.

Каждый барак обслуживала собственная столовая. При желании можно было успеть заглянуть на обед к ближайшим соседям и угоститься там, но особого смысла в этом никто не видел. Набор продуктов везде был одинаков, если, конечно, не брать в расчёт неприятные инциденты с поеданием одних заключённых другими.

Мысли о предстоящем побеге, что должен вот-вот произойти, будоражили Стэйна. В нём боролись сомнение и надежда. Лихорадочно блестя глазами, он отказался от жидкого супа, но заметил, как Галлар взял себе кусок хлеба и принялся жевать. Трёхпалый последовал примеру коротышки, надеясь, что угадал, и эта еда точно не навредит ему.

Похлёбка редко получалась удачной, но не по воле поваров, а из-за своего скудного состава. Поэтому отказ от невкусного супа никого не удивлял. И всё же Стэйну следовало хоть немного поесть на обеде, чтобы не выделяться. Дроны парили над головами и непрерывно анализировали происходящее внизу. Они вполне могли вызвать андроидов-медиков для выяснения причин необъяснимой голодовки человека, отработавшего смену в карьере. Вдруг это оказалось бы связано с некой заразной болезнью?

Прошло чуть больше часа.

Дроны-надсмотрщики принялись издавать громкие резкие звуки, услышав которые заключённые бормотали проклятия, вставали и собирали вещи, чтобы вернуться обратно на участок.

Неожиданно один, а за ним и другой каторжники стали валиться с ног, извиваясь и крича от боли. Вскоре практически все вокруг Трёхпалого оказались на земле.

Он поискал глазами своего напарника. Карлик валялся неподалёку и громко вопил. При этом Галлар бросал выразительные взгляды на Стэйна. Тот всё сразу понял и тоже упал с воплями вниз, изображая нестерпимые муки.

Дроны растерянно кружили над заключёнными, не рискуя сильно снижаться. Через несколько минут прибыли андроиды охраны, а затем появились и две медицинские модели. Синтетики-врачи принялись осматривать людей, многие из которых уже были без сознания. Машины брали кровь и тут же, на месте, проверяли её с помощью портативных биохимических анализаторов.

Исколов иглами с десяток больных, медики прекратили проверки и отошли в сторону. По-видимому, им стала ясна причина произошедшего.

Андроиды беззвучно переговаривались, используя радиопередатчики. Вскоре над бараком появились новые дроны и взяли участок в кольцо. Между парящими устройствами вспыхнули предупреждающие красные голограммы с повторяющимся словом «карантин».

– Что же такое ты подложил в суп? – пробормотал себе под нос Стэйн.

Вскоре приехал пустой рудовоз. Андроиды работали парами: они подхватывали тела больных за руки и ноги, переносили их в кузов и укладывали там прямо на холодное железо. Галлар и Стэйн оказались в числе последних. Едва всех оставшихся погрузили и захлопнули борт, как рудовоз вздрогнул и покатился, набирая скорость.

Трёхпалый поднялся на ноги и осторожно выглянул наружу.

Андроиды остались у барака. Похоже, они готовились его сжечь. Видны были вспышки ручных огнемётов.

Грузовик же всё быстрее мчался вперёд, но не в центр колонии, где располагался госпиталь, а за пределы поселения, в сторону свалки.

Очень странно.

– Ты… Ты всех отравил, – прохрипел кто-то снизу.

Знакомый голос. Трёхпалый хлопнул по нагрудному фонарику, чтобы тот включился, и присел, разглядывая говорившего.

Это оказался Шрам. Глаза его покраснели от полопавшихся сосудов, а кожа на лице ходила ходуном. Наголо бритая голова бандита пульсировала сотнями вздувшихся бугорков. И вот один такой нарост лопнул, плеснув кровью. Из него вырвался тёмный извивающийся жгут. Преступник захрипел, вцепился руками в ногу Стэйна и попытался подняться.

В тот же момент в лицо Шраму прилетел тяжёлый ботинок.

– Благодарим за тёплую встречу, – процедил Галлар и ещё раз сильно пнул своего обидчика по голове.

Шрам потерял сознание и обмяк.

Останавливать коротышку Стэйн не собирался. Тот имел полное право на подобные действия. И мог бы поступить ещё жёстче, если вспомнить все издевательства, которым Галлара подверг этот подонок и его дружки.

Трёхпалый одобрял данный поступок ещё и по личным мотивам. Ему тоже когда-то досталось. Однажды Стэйн не выдержал и вступился за Галлара, после чего его крепко избили и отрезали два пальца на правой руке. Именно так он и получил своё прозвище.

Из всего барака один лишь Галлар произносил новую кличку не с издёвкой, а с уважением.

– Чуть не забыли, – гном принялся обыскивать бесчувственного Шрама и вытащил у того из нагрудного кармана тюремной робы что-то небольшое, сверкнувшее холодным металлическим отблеском.

Рудовоз добрался до края свалки и стал разворачиваться около огромного котлована. Вспыхнули огни дронов, приближающихся с разных сторон. Карлик поспешно улёгся обратно на пол и притворился потерявшим сознание, Стэйн выключил фонарик и поступил аналогично. Через некоторое время появилась охрана сектора, также состоящая из андроидов. Синтетики вытащили все тела из кузова и побросали их вниз, вглубь ямы с мусором.

Когда яркий свет над головой приутих, Стэйн поскорее встал на ноги. В темноте рядом с ним поднялась небольшая серая тень – это был Галлар.

– Что именно ты подкинул в суп? – быстро спросил Трёхпалый, мысленно представляя, как из трупов вокруг него вырываются извивающиеся жгуты. – Почему медики не пытались никого лечить, а сразу пустили нас в расход? Насколько эта дрянь опасна?

Карлик прокашлялся.

– Не переживай, Трёхпалый. Морто-флоро практически безвреден на данной стадии, – ответил он. – Если, конечно, растёт не из твоего тела.

– Морто-флоро?

– Да. Такое имя этому эндемику выбрали первые колонисты, прибывшие на Сигму. Без ультрафиолетовой подпитки морто-флоро не способен образовать коробочку со спорами и продолжить свой жизненный цикл. Вот почему колонистам на этой планете следует находиться под землёй – в темноте эта штука не развивается.

– Ты использовал местное растение! – дошло до Стэйна. – Где ты его раздобыл, если под землёй оно не развивается? Какой-то грузовик был плохо обработан после рейса?

– Нашёл время для расспросов, – недовольно пробурчал карлик.

– И всё же?

– Мы собрали споры заранее. До того, как попали сюда.

– Серьёзно подготовился, значит. А хранил где? Тебя ведь должны были обыскать!

– Трёхпалый, хватит. Давай лезь уже наверх и без лишнего шума. Нам ещё надо придумать, как здешних охранников обойти стороной. Сколько патрулей бродит по этой территории, точно не известно…

Без контакта с противником покинуть свалку не получилось. Одного чересчур подозрительного синтетика пришлось устранить. Галлар отвлёк внимание андроида, бросая камешки из-за края котлована, а Стэйн подкрался со спины и размозжил голову охраннику импровизированной дубиной – обрезком тяжёлой стальной трубы, найденной среди мусора.

Выбравшись из ямы, они направились в сторону главных ворот поселения, где полыхали огнемёты, занятые обработкой возвращающихся с поверхности грузовиков.

Галлару и Стэйну пришлось несколько часов рыскать рядом с выходом, чтобы найти безопасный путь наружу и при этом никого не потревожить. Наконец удача улыбнулась им. Беглецы обнаружили неработающий воздуховод – запасной или в аварийном состоянии – сейчас он был обесточен. В нём не вспыхивал огонь и не крутились лопасти вентиляторов, хотя из глубин тянуло свежей гарью, а бетонные стенки были ещё горячими.

«Невозможно угадать заранее, какой тоннель будет бездействовать, но каждый простаивает не меньше трёх часов в сутки», – ответил коротышка, когда Стэйн принялся его расспрашивать.

Галлар объяснил, что так указано в документах, которые он приобрёл у шахтёров, когда-то построивших этот подземный комплекс.

Прежде чем лезть внутрь, карлик оторвал от своей робы несколько полос ткани и обмотал себе рот и нос. Стэйн всё повторял за ним, не задавая лишних вопросов. Он наконец поверил, что Галлар действительно хорошо подготовился к побегу с Сигмы. Поэтому, когда гном сказал бросить импровизированное оружие, пират сразу послушался. Раз уж коротышка владел всей необходимой информацией об этой планете, значит, обрезок трубы либо не пригодится, либо может только помешать.

Спустя двадцать минут блужданий в темноте они оказались на поверхности планеты.

Маленькое оранжевое солнце катилось над сиреневым горизонтом, готовясь упасть за него. Вторая звезда, огромная и белая, стояла чуть ниже зенита. Воздух оказался неожиданно сухим по сравнению с тем, которым они привыкли дышать под землёй, и царапал горло даже через тряпичные маски, пропитанные потом.

Беглецы выбрались наружу практически у самой вершины большого каменистого холма. Прямо под ними, располагался транспортный тоннель, ведущий в колонию. Из него как раз выехал грузовик, набитый доверху рудой. Машина двинулась по широкой дороге, петляющей через лес, и скоро исчезла из виду за пыльно-жёлтыми кронами деревьев.

– Спускаемся? – поинтересовался Стэйн, высматривая безопасный путь, ведущий вниз.

Карлик отрицательно покрутил головой.

– Перебираемся на ту сторону холма, – он указал наверх и в обратном направлении.

Предложенная коротышкой дорога выглядела как вызов даже для профессиональных скалолазов.

– Но вот же спуск!

– Нам сюда, – многослойная маска на лице Галлара глушила интонации, но Стэйн отчётливо разобрал раздражение в голосе напарника.

Гном стал карабкаться наверх.

– Мы зря потеряем время! – воскликнул Трёхпалый. – Того синтетика рано или поздно хватятся. Если его найдут, их кремниевые мозги легко сложат два плюс два. Расколотая башка однозначно указывает на то, что кто-то из заключённых сбежал. Нам надо успеть добраться до космопорта, и чем скорее, тем лучше!

– Именно там, на этой дороге, беглецов и станут искать в первую очередь.

– Значит, мы направляемся куда-то ещё? Хочешь сказать, на Сигме есть нелегальные поселения? Контрабандисты?

– Доверься нам, Трёхпалый. Мы знаем, что делаем.

Стэйн пожал плечами и полез по острым камням вслед за Галларом.

Некоторое время спустя они оказались по ту сторону холма. Перед ними расстилался бескрайний жёлтый лес, но сквозь эту желтизну пробивались отдельные участки алого цвета, словно кто-то разлил по земле свежую кровь. Яркую, артериальную.

– Морто-флоро, – указал карлик. – Группа растений занимает себе территорию в сотню-две квадратных метров. Центр поляны – то самое место, где споры убили какое-нибудь местное животное, чтобы использовать труп для следующей стадии развития мицелия.

– Мицелий? Это всё-таки гриб?

– Мы затрудняемся дать точный ответ, – на мгновение задумался Галлар. – Коробочка со спорами всё же созревает в цветке. Красивом, алом цветке, испускающем отвратительный запах смерти, что привлекает падальщиков… Давай обсудим эту тему позднее, сейчас нам надо двигаться вниз, вон к той прогалине.

– Что-то у меня нет желания спускаться на необработанную огнём территорию, – Стэйн вспомнил пульсирующее лицо Шрама, и его передёрнуло от отвращения.

– Собираешься торчать на холме, ждать, когда выпустят поисковых дронов?

– Согласен, плохая идея.

– Не переживай так, Трёхпалый. Сейчас относительно безопасный период. Споры созревают после того, как цветы сбросят лепестки. Это случится примерно через пару недель.

– А это тогда зачем? – пират указал на тряпку на своём лице.

– Перестраховка. Природа не всегда точно выдерживает сроки.

Стэйн скрипнул зубами. В трубе он задал несколько важных вопросов, но карлик не стал раскрывать следующие этапы своего плана побега. Каждый новый шаг приходилось делать, вытаскивая из напарника подробности по ходу дела.

Как им покинуть эту мерзкую планету?

Когда они спустились с холма и вошли в лес, уже почти наступила ночь. Трёхпалый ещё ориентировался на местности, но вот-вот был готов потеряться. Беглецы двигались между деревьев аккуратно, подсвечивая путь нагрудными фонариками, стараясь не напороться на острые ветки в наступившей темноте.

– Дорога на космопорт прямо позади нас, – не выдержал Стэйн. – Ещё не поздно вернуться, пока я могу отличить вершину холма, с которого спустились, от других таких же.

Под ногами хрустели ветки и сухие листья.

– Забудь про космопорт, – карлик указал рукой вверх. – Вот наш билет отсюда. Прямо над твоей головой.

Они как раз вышли к поляне, где росли смертоносные цветы, от которых слабо веяло разлагающейся плотью. Стэйн задрал голову. Одна из звёзд стремительно двигалась по ночному небу, обгоняя своих неподвижных подруг.

Это точно был космический корабль.

«С такой скоростью он огибает планету за час, а может, и меньше», – прикинул Стэйн.

– Твои друзья? – спросил он.

– Друзей у нас нет. Это наш звездолёт.

– На автопилоте? Или у тебя полноценный бортовой ИИ?

– Второе. Корабль находится под управлением ИскИна, которому даны все необходимые инструкции. Согласно им, он ведёт наблюдение за этим участком с низкой орбиты и ожидает сигнала. Вот такого.

Карлик достал из кармана зажигалку в металлическом корпусе, открыл крышку, высек искру, поджёг сухую ветку и бросил её в центр поляны с цветами. Те махом занялись ослепительным зелёным пламенем. Трёхпалый поморщился, когда в воздухе нестерпимо запахло смесью горелого масла и тухлятины.

– За огонёк наша благодарность Шраму.

– Хоть чем-то ублюдок оказался полезен, – мрачно заметил Стэйн и нахмурился. – Погоди, а если бы тюремщики решили выжечь территорию не только на входе, но и вокруг холма? Это ведь ложный сигнал к действию! Ты сильно рисковал: своим кораблём и единственным шансом свалить отсюда.

– Андроиды не будут заниматься подобными работами в ночное время суток. Да ещё и с обратной стороны входа в подземный комплекс. Исключено. Они так ни разу не делали.

– Не делали за какой период времени? – насторожился Стэйн. – Как давно ты ведёшь наблюдение за Сигмой? Почему твой корабль до сих пор не сбили?

– На получение доступа к этой звёздной системе ушло больше всего ресурсов. Дубликат электронного ключа-пропуска для системы планетарной безопасности стоил целую прорву денег. К счастью, капитаны грузовых кораблей не слишком лояльны к своим нанимателям из Федерации и ненавидят их, как и все остальные обитатели Новой Периферии. Подготовка к побегу заняла чуть меньше года, после чего мы высадились здесь, проникли в подземную колонию и попали в нужный барак под видом заключённого.

Стэйн напрягся от этих слов. До него дошло.

– Значит, ты готовил не свой, а мой побег! – воскликнул он. – Ведь примерно год назад я здесь и оказался. Кто ты такой? Зачем тебе спасать меня?

Карлик повернулся к нему. Глаза Галлара над маской ярко блестели, отражая зелёный свет лесного пожара.

– Долго же ты соображаешь, кан.

Не Трёхпалый, а кан!

Стэйн сжал кулаки. Ему было невыносимо стыдно от того, что кто-то снова провёл его вокруг пальца. Пиратского лорда опять подчинили чужой воле! Всё как в тот проклятый день, когда федералы заманили флот Стальных Волков в смертельную ловушку. Только вот никаких оправданий на этот раз быть не может. Ведь он чувствовал недосказанность, подозревал обман, но близость свободы затмила голос разума.

– Я-то думал, ко мне уже никогда не будут так обращаться, – медленно ответил Стэйн. – Повторю свой вопрос: кто ты и чего хочешь?

– Нам нужны деловые партнёры, – сообщил Галлар, – чтобы вести серьёзный бизнес на территории Новой Периферии. Кан клана Стальных Волков – идеальный вариант для сотрудничества.

– Мы с тобой раньше не встречались. Откуда знаешь, что не ошибся?

– Твои татуировки, Стэйнульф, способны рассказать об их владельце не меньше, чем личное дело в федеральных архивах. Мы приобрели и эту информацию. Сравнили данные. Ты – храбрый воин и человек чести.

– Я несколько удивлён, что кто-то умеет читать тайные руны моего народа, – недоверчиво произнёс пиратский лорд. – Это знание передаётся исключительно внутри кланов, от предков к потомкам.

– Мы постарались. Не все дети так умны и прозорливы, как их родители. Молодёжь избалована и падка до лёгких денег, кан. Готова поделиться безобидными секретами с любым, у кого окажется достаточно средств. Мы прилежно играли роль богатого профессора, изучающего обычаи народов Новой Периферии, готового щедро заплатить за подобного рода товар.

– Хитрый обманщик, всё с тобой понятно. Задурил головы молодняку. Только старался ты впустую. Флот Стальных Волков, весь мой клан, был уничтожен в ходе спецоперации Службы Безопасности Федерации. Теперь я – никто.

– Но связи-то с преступным миром остались.

– Думаешь, тебя там примут за своего по одной только моей рекомендации?

– Достаточно будет познакомить нас со всеми твоими контактами. О дальнейшем мы позаботимся сами.

– А если откажусь?

– Иных причин вытаскивать последнего Волка из тюрьмы у нас нет, – выложил свой главный козырь Галлар. – Подумай хорошенько, кан. У тебя остаётся шанс добраться до космопорта или же возвращайся в подземную тюрьму с повинной… Мы, конечно, в таком случае зря потратили деньги и время, но это не самое страшное из того, что может случиться здесь, на Сигме.

Волк сжал зубы и процедил:

– Если кан выбрал путь, то назад не повернёт.

– Смелее, – подбодрил его Галлар. – Провернём пару прибыльных дел, и мы в расчёте. Вдруг сработаемся? Почему бы тогда не продлить взаимовыгодное сотрудничество?

Стэйн некоторое время раздумывал, а потом решился:

– По рукам.

– Отлично. Мы высоко ценим твой деловой подход.

– Погоди, у меня есть просьба... Нет, не так. Я поклялся исполнить одно важное обязательство перед своими людьми. Оно в приоритете – стоит выше нашего сотрудничества.

– Ставишь условия? – коротышка нахмурился.

– Это единственное условие в нашей сделке с моей стороны. Ради него я готов даже пожертвовать своей долей от любой добычи. Тебе придётся принять его, или мы не сработаемся.

– И о чём речь?

– Я решаю судьбу тех, кого мы встретим. Понятно?

– Не совсем. Будь любезен, поясни подробнее.

– Придётся изрядно помотаться по Галактике, из одного её рукава в другой, чтобы познакомить тебя со всеми криминальными авторитетами и прочими вип-персонами из числа тех, с кем мой клан вёл дела. Приготовься к долгим перелётам. Но вместо деловых переговоров я могу внезапно пристрелить человека, каким бы полезным он тебе ни показался, какие бы планы ты на него ни имел.

– Назови вескую причину для этого. Мы постараемся понять.

– Если кратко: уничтожение клана Стальных Волков – никакая не случайность. Операцию тщательно спланировали. Нам не оставили пути к отступлению, не пощадили ни один корабль. Кто-то сдал нас, и этот кто-то занимает достаточно высокий пост, ибо только каны и военачальники знают безопасные координаты, по которым можно найти те или иные флотилии… Мирные переговоры были ловушкой, отвлекающим маневром. Их затеяли, чтобы обезглавить флот, взяв в заложники командующего, то есть меня. Я намереваюсь выяснить, кто виноват, и вскрыть этой крысе глотку!

Стэйн зло стукнул кулаком по ладони. Тупая боль отозвалась в обрубках пальцев на правой руке.

Карлик улыбнулся. В свете пожара, который успел распространиться на ближайшие деревья, его глаза ярко сияли.

– Месть за свой народ – это правильно, – поддержал он Стэйна. – Мы не станем препятствовать твоему правосудию. Условие принимается.

Они крепко пожали друг другу руки.

В ночи стал отчётливо слышен гул работающих посадочных двигателей. Корабль Галлара завис над их головами, ещё сильнее разгоняя своим выхлопом огонь во все стороны.

– Как бы самим не поджариться, – брови Стэйна начали тлеть под опаляющими порывами.

– Потерпи. Ещё немного, и мы наконец покинем эту неприятную планету, – пообещал карлик.

– Мы, то есть считая и меня?

– Конечно, ведь наша сделка была заключена, кан.

– Просто уточнил, – пожал плечами Стэйн. – Сложно понять, кого конкретно ты имеешь в виду, когда говоришь в своей идиотской манере.

Коротышка беззвучно рассмеялся в ответ.

Глава 2. Нет пути назад

Стэйн по достоинству оценил звездолёт Галлара, что снаружи походил на полное барахло. Со всех сторон корпус хаотично был покрыт неровными кусками брони, подобранными где-то на свалках, а может даже и на полях сражений.

Именно так выглядели практически все корабли пиратских кланов – потрёпанные боями рейдеры, за непонятными формами которых невозможно было разобрать ни модель судна, ни навесные оружейные системы.

Интерьер оказался иным: идеальная чистота, светлые пластиковые переборки, блеск хрома и ровное сияние диодных светильников. Дизайн и планировка помещений выглядели несколько непривычно, словно достались кораблю от другого времени, или же в его создании участвовала малоизвестная инженерная компания.

К серьёзным недостаткам Стэйн отнёс только чересчур низкие потолки, о которые успел набить себе несколько шишек.

В остальном же звездолёт приятно удивлял.

Самым неожиданным было оснащение медицинского блока, расположенного в центральной части. Там имелась не только капсула автохирурга, но и кое-что ещё: вокруг стояли прозрачные баки, наполненные амниотической жидкостью, так называемые «родильные чаны». Внутри них плавали неподвижные человеческие тела – низкорослые и зрелые клоны Галлара.

«Наши запчасти», – объяснил карлик, не вдаваясь в подробности.

Это заставило Стэйна вновь задуматься о том, кем на самом деле являлся его спутник. Подобные трансплантационные фабрики были огромной редкостью. Кланы не раз пытались завладеть данной технологией. Поэтому у Волка была информация о том, что клон-баки встречались только на борту самых крупных военных звездолётов или медицинских кораблей, входящих в состав федеральных флотилий особого назначения.

Ни один миллиардер мог позволить себе подобный модуль в личное пользование. Тут дело было даже не в деньгах. Секрет ускоренного выращивания клонов был утерян, остатками этой технологии владела лишь Федерация.

И, получается, Галлар тоже.

Вдобавок, корабль коротышки оказался невероятно быстрым и экономичным. Пронзая пространство нестандартными гиперпереходами, меньше чем за неделю они преодолели большую часть маршрута через Рукав Персея. И без единой заправки. Результат побил все известные пирату рекорды.

Кое-какая информация о подобных судах-спринтерах всё же у Стэйна имелась. Малосерийные скоростные звездолёты существовали задолго до образования Федерации, возникшей на обломках старой Империи. В результате череды гражданских войн нынешняя галактическая цивилизация утратила множество уникальных технологий прошлого, но видимо, не всех из них канули в Лету.

Пират заметил затёртые следы гравировки на стенах и потолке – переплетение ломаных линий, чем-то напоминающее фамильный герб, что ещё сильнее укрепило его догадки о происхождении напарника…

Прямо сейчас корабль Галлара готовился войти в атмосферу Аукама – самозваной столицы Новой Периферии (звёздного сектора, занимающего значительную часть Рукава Персея). Впрочем, на этой территории любая планета, с достаточно развитыми экономическими связями, могла претендовать на столь громкий статус. Пока до неё не дотянется железная хватка Федерации.

Напарники находились в кабине пилотов, каждый в своём кресле.

– Признайся уже, – Стэйн намеревался выяснить правду, – ты ведь родом из какой-то влиятельной семьи? Привычка говорить о себе во множественном числе, дорогущий корабль – ну кому ещё всё это может принадлежать?

Галлар недовольно на него покосился.

– Твои предки – бывшая имперская знать, – продолжал размышлять вслух пират. – Они успели скрыться от народного гнева во время смуты. Прихватили данный корабль, а также другие ценности, и затаились в глуши… Только вот, любые суммы денег имеют неприятную особенность заканчиваться. Поэтому ныне ты занимаешься поиском источников дохода, чтобы обеспечить достойный уровень жизни для своей семьи. Хотите наладить прибыльный бизнес, не совсем законный и вне области влияния Федерации. Я прав?

– Гадай сколько хочешь, кан.

– Я бы предпочёл «Трёхпалого» в общении, – попросил Стэйн. – Мы вот-вот приземлимся на Аукаме. Планета кишит наёмниками и охотниками за головами. Раскрытие моей личности может обернуться крупными неприятностями для нас обоих.

– Как скажешь, Трёхпалый.

– Благодарю. А что с ответами на мои вопросы?

– От нас ты их не получишь.

– Значит, я близок к истине, – удовлетворённо хмыкнул Стэйн, отметив раздражение в голосе карлика.

Было заметно, что Галлар злится, поэтому пират решил перевести разговор в другое русло.

– Слушай, а почему ты не увеличишь себе рост, с такими-то технологиями на борту?

– Зачем? Чтобы мы бились головой о потолки? – фыркнул карлик.

– Хм-м… Твоя правда. Видимо благодарить тут стоит исключительно твоих эгоистичных предков, один из которых проектировал этот звездолёт под себя любимого. Кстати, я тут кое-что вспомнил из истории становления Федерации. Двоюродного брата последнего Императора не просто так в народе прозвали гномом. Он был жадным, невероятно богатым, к тому же имел чрезвычайно низкий рост. Случайно не твой родственник?

– Хватит гадать. Пристегнись. Входим в атмосферу.

Едва Стэйн последовал совету Галлара, корабль клюнул носом и помчался вниз. Он пронзил плотные грозовые облака, сбросил скорость и продолжил движение на высоте около двух километров над поверхностью планеты.

– До границы воздушного пространства Гран-де-Урбо осталось совсем немного.

– Всё верно. Эта местность мне хорошо знакома.

– Кто-то обещал дать безопасный позывной, – напомнил Галлар.

Стэйн задрал рукав тюремной робы, согнул левую руку в локте и указал уцелевшими пальцами на татуировку змеиного тела, что оплетало кольцами предплечье. Синие чешуйки были испещрены затейливыми рунами.

– Вот здесь ключ начинается, а тут заканчивается. Раз уж с языком моего народа ты знаком, то сам сможешь перевести на стандартный. Получишь двадцать четыре символа. Это и есть код-идентификатор моего клана.

Карлик несколько секунд изучал указанную область на рисунке, а потом принялся вбивать данные в бортовой компьютер.

– Готово. Ключ задействован. Главное, чтобы ничего не изменилось со времени последнего визита Стальных Волков сюда, и по нам не открыли огонь.

– Всякое случается, – философски заметил Стэйн, кидая взгляды наружу. – Я предлагал тебе сесть в одном из вольных поселений за пределами столицы, но ты решил рискнуть.

– Предлагаешь высадиться за стенами единственного цивилизованного города на планете, где узаконена работорговля и охота за головами? Трёхпалый, ещё раз хорошенько поразмысли над тем, какой вариант выглядит безопаснее.

– Если доступ аннулирован, по нам откроют огонь системы столичной ПВО.

– Вероятность подобного исхода значительно ниже, чем у прочих угроз. Мы всё просчитываем заранее.

– Всё, кроме костюма для меня, да? – Стэйн закатал рукав обратно, скрывая татуировки.

На пирате до сих пор была тюремная роба, поскольку в гардеробе Галлара не нашлось подходящей одежды. Сам же карлик облачился в неприметный серый балахон. В состав которого входил просторный плащ с глубоким капюшоном. Если не знать заранее, можно было и не угадать с первого раза, что за существо скрывается внутри этого бесформенного наряда.

Корабль продолжал снижаться. Через нижние боковые окна кабины была видна поверхность планеты: бесконечные цепи холмов, покрытые лесными массивами, а между ними, в зелёных долинах бежали сверкающие на солнце ниточки рек. То тут, то там из земли торчали образования фиолетовых кристаллов, вокруг которых можно было заметить шахтёрские поселения.

– Обманчивая красота и покой, – тихо произнёс Галлар.

– Уж точно не Сигма.

– Насколько выгодна добыча этих кристаллов?

Стэйн фыркнул.

– Хочешь вложиться? Забудь. Куда больше можно заработать здесь владея передвижным борделем, – заявил он. – Был такой случай. Задолжал нам один местный авторитет. Мой клан забрал у него секс-караван. Полгода колесили по этим землям. Как только отбили своё – вездеходы продали, а шлюх отпустили.

– Пиратам настолько не интересен подобный бизнес?

– Наш народ не сидит на планетах. Когда-то, очень давно, всё было иначе, но это плохо кончилось. Свободу можно сохранить только если не привязан ни к одному миру – вот какой урок усвоили все выжившие.

– Интересная философия.

– Её переняли наши предки у древней, ныне исчезнувшей кочевой цивилизации Расколотых. И всё же, такой образ существования был навязан обстоятельствами. Способы убеждения, к которым прибегает Федерация, тебе знакомы, как никому другому, имперец. А древних звёздных бродяг истребили твои предки много веков назад.

– Мы знаем мифы про Расколотых и трагедию кланов, чьи миры были зачищены.

– Тогда чему ты удивляешься? Федеральные войска разбомбили каждую колонию, вставшую на защиту своей независимости, – процедил Стэйн. – В те далёкие времена моих предков никто не называл «пиратами». Их заклеймили как сепаратистов, повстанцев и так далее. Кланы же появились из пепла и обрели свою силу позднее.

– Почему вы не отомстили?

– Были такие планы. Только вот нынешняя Федерация учится на ошибках предшественников. Она имеет три независимых центра управления, один из которых постоянно в движении среди звёзд в окружении мощного флота. Канцлер, глава текущей системы – это всего лишь должность, разменная фигура, не то, что наследники престола… Уничтожь его и на шахматной доске ничего не изменится. Твои предки о подобном исходе особо не задумывались, так ведь, мой благородный друг?

Карлик шумно выдохнул, реагируя на очередной намёк о своём происхождении, после чего заметил:

– И всё же здесь, на поверхности этой планеты, кланы проводят свои сходки. Вы не опасаетесь новой зачистки?

– Незамеченным сюда федеральному флоту никак не подобраться. Аукам представляет из себя самую большую ценность в Рукаве Персея. Этот мир является крупнейшим узлом банковской сети Новой Периферии, вдобавок, ещё и мощным торгово-промышленным центром. Планета служит для легализации средств самых разных группировок, не только пиратских. Здесь прочно обосновались наркокартели, работорговцы, наёмники всех мастей и так далее. Все они крайне заинтересованы в собственной безопасности, и внимательно следят за перемещением любых военных флотилий в пределах границ сектора. За кланами тоже наблюдают.

– Говоришь так, словно пираты держатся особняком. Даже здесь, на задворках Галактики.

– Так уж повелось. Мы не брезгуем сотрудничеством ни с кем, но у нас свой путь. И всё же, кланы вынуждены идти на компромиссы, чтобы получать некоторые блага от остальных представителей межзвёздного сообщества. Я говорю об информации, лекарствах, технологиях и расходных материалах для флота. Некоторые вещи невозможно изготовить или добыть, если обрубить все концы. Поэтому мы остаёмся частью системы, предлагая в обмен… кхм-м… изъятые нами у неё же ресурсы.

– Награбленное, Трёхпалый. Говори прямо.

– Как ни назови, – усмехнулся Стэйн. – Добычу пираты сбывают местным в обмен на кристаллы. Следующим шагом продаём кристаллы, как будто добыли их сами, тем самым легализуем полученные средства… да кому я это объясняю? Ты и сам прекрасно понимаешь, как отмываются деньги.

Галлар согласно кивнул.

– Быстро такие дела не провернуть, – продолжил пират. – Поэтому хочешь не хочешь, а приходится тут проводить какое-то время. Почему бы кланам не обсудить заодно некоторые свои внутренние дела, если уж их представители здесь пересекаются? Вот ответ на твой вопрос, почему мы проводим встречи на Аукаме.

Карлик задумчиво произнёс:

– Удивительно, что Федерация не спешит навести порядок в этой дыре. Даже если флот опоздает и все крысы разбегутся. Достаточно развернуть здесь мощную военную группировку и эта часть звёздного сектора окажется под контролем.

– Нашёл чему удивляться. Все заинтересованные лица, даже кланы, делают солидные отчисления высокопоставленным чиновникам, чтобы твой сценарий не воплотился в реальность. Коррупция – бич любой системы управления. Власти Федерации видят скорректированные отчёты, из которых следует, что гарнизон здесь ничего не решит. Одни сплошные расходы.

На лице карлика появилась сомнение.

– Бесконечно так продолжаться не может, – поспешил согласиться Стэйн, хотя Галлар не произнёс ни слова. – Однажды статус Аукама будет пересмотрен и сюда введут войска. Колония потеряет независимость, а всем, кто проворачивал тут свои делишки, придётся перебираться на новое место… Проверь, мы уже вошли в воздушное пространство Гран-де-Урбо или ещё нет?

– Вошли, – кивнул Галлар, изучая данные на мониторе перед собой. – Код был принят службой безопасности. Нам дали зелёный свет.

Стэйн довольно потёр руки.

– Отлично. Стальных Волков не убрали из списков доступа. Остальные каны не спешат признавать, что силы пиратов серьёзно ослабли. Ведь мы были одним из самых крупных флотов.

– Где нам лучше сесть?

– Вон там, на севере, – указал Стэйн, – торчит высоченный шпиль. Это диспетчерский центр старого городского космопорта. Веди звездолёт туда. Увидишь свободную посадочную площадку подходящих размеров – смело занимай, никто тебе и слова не скажет, раз до сих пор по нам не пальнули.

Корабль снизился до трёхсот метров, после чего переключился на посадочные двигатели. Он неторопливо перевалил за толстые городские стены, из которых торчали ракетные башни и широкие стволы плазменных установок ПВО.

– Выглядит, словно крепость перед осадой.

– Какие только группировки не брали столицу под свой контроль в былые времена, – стал объяснять пират. – Пока самая сильная не объявила себя «администрацией». Она-то и обеспечила постройку защитных сооружений, заодно навела на улицах Гран-де-Урбо порядок. До наступления этой относительно спокойной эпохи, здесь в перестрелках полегло немало людей. Город в буквальном смысле стоит на костях, а неблагополучные районы всё ещё продолжают пополнять фундамент. Может однажды это место и станет целиком и полностью безопасным, но не в ближайшем будущем.

– Не станет никогда.

– Уверен в этом, Галлар?

– Эксперимент по навязыванию цивилизованного образа жизни населению отдельно взятого города обречён на провал, если за ним стоит одна лишь защита финансовых интересов некой избранной группы. Шаткое социальное равновесие внутри этих стен рано или поздно будет разрушено, стоит появиться здесь новой силе, равного уровня или более мощной, чем действующая. Такие островки порядка всегда стремятся вернуться в окружающее их состояние хаоса.

– Тоже мне открытие. Разве где-то бывает иначе?

– Могло быть, если бы один, установленный для всех, порядок охватил бы всю Галактику.

– О, я понял намёк, но давай будем честны: старая Империя тоже далеко не образец справедливости и добродетели.

– Речь вовсе не об Империи, Трёхпалый.

– А ты упёртый, – вздохнул Стэйн, прекрасно понимая, что карлик будет до конца отрицать свою принадлежность к прежней системе правления.

В скором времени звездолёт опустился на одну из разноцветных бетонных плит, из которых, словно мозаичное панно, состояло посадочное поле космодрома Гран-де-Урбо. Сейчас здесь находилось множество кораблей, вполне возможно некоторые из них принадлежали кланам, но даже Стэйн не мог указать какие конкретно. Аукам пираты посещали не на боевых крейсерах, а на грузовозах с перебитыми номерами.

Силовые поля были выключены, открылся главный шлюз. На поверхность планеты ступил бывший пиратский лорд, одетый в рваную грязно-оранжевую тюремную робу, и его таинственный спутник, закутанный в серый балахон.

Они вышли из-под брюха корабля. Стэйн повернул голову назад и вверх, любуясь звездолётом, и громко вздохнул.

– Хочешь себе такой-же? – угадал Галлар.

– Определённо что-то в этом роде. Только с потолками стандартной высоты. Где тебе его собрали?

– Той верфи больше нет.

– Я и не сомневался. Она исчезла вместе с Империей.

– Опять ты за своё, Трёхпалый.

– Ну хорошо, – примиряюще поднял руки Стэйн. – Будем считать, что ты не имеешь отношения к Империи. Гни свою линию и дальше. Но ведь сколько-то ещё таких кораблей бороздит Галактику, либо припрятаны где-то беглецами из благородных сословий.

– Наш – единственный из подобных, – отрезал карлик, после чего дал команду бортовому ИИ закрыть шлюз и поднять щиты.

Пират пожал плечами. К ним уже подъезжало внутрипортовое такси.

После того, как напарники прошли все процедуры для приезжих и оказались на городской улице, Стэйн предложил первым делом отправиться на рынок, чтобы поскорее подыскать ему новую одежду. Пират едва не вышел из себя, пока таможенники отпускали шутки по поводу его тюремного наряда. Среди острот лидировала версия о том, что карлик был охотником за головами, взявшем себе контракт не по росту.

Насмешки повторились и в сервисной службе, где Галлар оформил стоянку корабля.

– В таком виде у меня нет никакого желания соваться в центр. Встречу кого из знакомых – позорные слухи разойдутся мигом, – пробурчал Стэйн. – Давай-ка заглянем на Старый рынок. Отсюда идти до него полчаса, может меньше.

– Кто оплачивает смену гардероба? – поинтересовался Галлар, откидывая с головы капюшон. – Если мы, то просим тебя быть скромнее.

– Ты меня вообще слышал? Старый рынок – куда ещё скромнее?

Стэйн не дождался ответа и тут же добавил:

– Если доступ к клановым счетам не заблокирован, тебе вообще не придётся платить за что-либо. Я смогу сразу вернуть долг. Кстати, сколько ты хочешь за все пережитые на Сигме неприятности и спасение моей жизни?

Карлик недовольно поджал свои тонкие губы.

«Словно капризный ребёнок, ему остаётся только топнуть ногой», – подумал Стэйн.

От бороды, что отросла за время пребывания в подземной тюрьме, коротышка избавился. Галлар обработал всю голову максимально чисто, отчего теперь стало затруднительно угадать его реальный возраст.

– Мы ориентировались на циклическое извлечение прибыли, Трёхпалый. Разовая сделка не представляет должного интересна.

– Просто назови сумму. Сможешь вложить эти деньги в любой бизнес и получать с него дивиденды.

– Уговор на Сигме был другим.

– Подумай хорошенько над моим предложением, – настаивал Стэйн. – Что, если я не смогу уделить достаточно времени выполнению условий нашей сделки? Ведь мне предстоит нанять небольшую армию и запустить расследование для поимки крысы в рядах пиратских лордов.

Галлар тихо рассмеялся.

– Глупо строить планы, не имея на руках ничего, – заявил он. – Если тебя сдал федералам кто-то из своих, значит предатель положил глаз и на сбережения клана.

– Проклятье! – выругался Стэйн.

Коротышка вполне мог оказаться прав.

С мрачным лицом пират повернулся и быстро зашагал на юг. Карлик последовал за ним, предлагая вызвать такси через ближайший коммуникационный терминал, но Стэйн только отмахнулся.

– Свободной машины можем не дождаться.

– Как насчёт этих? – спросил Галлар, указывая на забитую стоянку для такси.

– Не советую. Портовые бомбилы окончательно разорят твой род. Лучше прогуляемся.

Десяток километров спустя, они вышли за пределы последнего благополучного квартала и оказались в тени городской стены, нависшей над самыми бедными районами.

Здесь жили не только люди. Встречались и высокие синекожие гуманоиды – коренные обитатели Аукама. Слабый ветер катил мусор по грязным улицам. Привалившись к ободранным стенам домов, или сидя прямо на земле, попрошайничали бездомные.

По проезжей части двигались устаревшие колёсные электромобили. Из некоторых доносилась громкая музыка. Практически все они были наглухо затонированы и безвкусно украшены вставками под золото.

Увернувшись от одной из машин, в Стэйна врезался незнакомец, пьяный или находящийся под действием иных одурманивающих веществ, и повис на нём. Ощутив лёгкие, почти незаметные прикосновения, пиратский лорд всё понял и с проклятиями оттолкнул карманника.

После этого инцидента казалось, что вся улица принялась наблюдать за напарниками. Галлар начал нервничать.

– Стоило взять такси, Трёхпалый.

– Раньше я здесь передвигался без приключений, – пожаловался Стэйн. – Правда, рядом были мои друзья и мы открыто носили оружие.

– Поэтому вас все обходили стороной.

На углах зданий группами стояли проститутки, среди которых встречались даже существа других рас. Их владельцы-сутенёры обычно держались поблизости: скучали в безвкусно роскошных машинах или вели разговоры с себе подобными.

– Ничего не изменилось, – тихо пробормотал Стэйн. – Тот же гадюшник, каким я его запомнил. Местные паразиты во всей красе.

Как раз в этот момент они проходили мимо одного такого типа.

– Эй, уло, что ты себе позволяешь? – неожиданно отреагировал хозяин стайки проституток, темнокожий, с обесцвеченными бровями и в пиджаке из кислотно-зелёного материала.

Стэйн скривился. Надо было держать язык за зубами.

– Вот что ты сейчас сказал о Страто-эл-Мура?

Сутенёр взмахнул рукой, женщины поспешили уйти, а вместо них появились ребята угрожающего вида. Одеты по уличной моде – в самые дешёвые и крепкие шмотки, они и вооружены были чем попало. У одних в руках звенели цепи, у других блестели ножи.

– Друг мой, это всего лишь мысли вслух, никакого отношении к данной улице и её прекрасным обитателям они не имеют, – примиряюще ответил пират.

Но было поздно, Стэйн это понимал и беззвучно ругал себя последними словами. Его сейчас попытаются «развести» на ровном месте, принудить ответить за сказанное. Вариантов не так уж много: если они с напарником не найдут чем откупиться, их изобьют – просто ради потехи.

Серьёзного оружия у противника не наблюдалось. Значит, всё ещё оставался шанс выбраться из этой переделки.

Пират сделал шаг назад и обернулся к своему напарнику.

– Ты же захватил с собой пистолет? – быстро спросил он и тут же потребовал: – Дай сюда пушку.

– С чего ты решил, что у нас есть оружие?

– А что тогда у тебя забирали для проверки таможенники?

– Об этом говоришь? – карлик вытащил небольшой серый чехол.

– Да.

– Это коммуникатор для связи с кораблём.

Стэйн ещё раз мысленно обозвал себя идиотом.

Тем временем толпа окружила их со всех сторон. Несколько человек зашли в тыл, отрезая путь к отступлению.

– Мне и моим друзьям хотелось бы получить извинения за твои грубые слова, уло.

Стэйн повернулся к сутенёру, успевшему подобраться к ним почти вплотную, и сказал:

– Был не прав. Приношу всем вам свои искренние извинения, господа.

Тип в кислотном пиджаке всплеснул руками и визгливо воскликнул:

– Ну вот, все слышали? Он наконец признал, что намеренно оскорбил нас.

Сутенёр ощерился улыбкой, полной гнилых зубов.

– Одних только слов будет недостаточно, уло.

– Ну и чего ты хочешь, – скрестил руки на груди Стэйн. – Денег у нас нет, твой дружок может это подтвердить.

Пират узнал в одном из подручных карманника, который пытался их недавно обчистить. Тот быстро кивнул сутенёру, подтверждая слова Стэйна.

Уличный бандит думал недолго. Он ткнул в сторону Галлара.

– Добровольного участия твоего друга в одной моей задумке, будет достаточно. Постоянные клиенты жалуются, что в меню не хватает экзотики. Отработает сегодняшний вечер и вопрос закрыт. Возможно, ему даже понравится. Ну или же…

Сутенёр ударил кулаком по ладони и недвусмысленно кинул на своих помощников.

– Стоило ли покидать Сигму? – услышал Стэйн за спиной мрачный голос напарника.

– Бывало и хуже, – решился пират. – Тем более, у тебя на борту есть автохирург. Поболит и заживёт.

– О чём речь-то? – подозрительно спросил Галлар. – Что у нас будет болеть?

– Выясним в процессе.

Стэйн принялся закатывать рукава, оглядывая бандитов перед собой с мрачной решимостью. Слишком много целей для него одного. На карлика особо рассчитывать не приходилось, его наверняка запинают ногами в первые же секунды боя.

Стоило показаться змеящимся татуировкам на предплечьях, как сутенёр сразу сделал шаг назад.

– Мин дио… – прошептал он и громко цыкнул на своих товарищей.

Пятачок, на котором собралась толпа, вмиг очистился. Остались только трое: Стэйн, Галлар и чернокожий сутенёр.

– Простите мою невнимательность, – низко склонил голову уличный бандит. – Было сложно понять, кто вы на самом деле. Ваш внешний вид вводит в заблуждение.

Пират опустил рукава тюремной робы, не спуская настороженного взгляда с противника.

– Ну и что ты понял?

– Достаточно, о кан Волков. Мне не нужны неприятности.

– Ещё один, знающий тайный язык пиратов! – возмущённо прошипел он. – Сколько ты заплатил за секрет рун?

– Ни кредита.

– Как тогда сумел прочесть, что я кан?

– Я из семьи кум-вахад – космических бродяг, которых спасли от верной гибели пираты, – объяснил сутенёр. – Всю свою юность я провёл в клане Огненных Змей, но мои родители так и не смогли стать своими. Тяжело быть чужаками в закрытом обществе, поэтому мы однажды решили осесть здесь, на Аукаме.

– Были чужаками, говоришь…

Стэйн резко протянул к собеседнику здоровую руку и рванул на себя зелёный пиджак, цепляя заодно рубашку с высоким воротом, отчего шея чернокожего оголилась и на ней показался белый рубец. Сутенёр очень постарался вывести метку, но пират всё сразу понял.

Клеймо позора.

– Кримуло! Преступник! – презрительно прорычал Стэйн.

Он ещё раз встряхнул, а затем отпустил сутенёра.

– Идём, – пират поманил за собой карлика.

Напарники двинулись вниз по улице, в сторону оживлённой торговой площади, шумевшей неподалёку.

Сутенёр подождал пока Стэйн и Галлар удалились на достаточное расстояние. После чего вытащил коммуникатор и набрал короткий номер.

– Это я, – сказал он в трубку. – Волк в городе. Старый рынок. Да, я за ними прослежу, патроно.

Закончив разговор, чернокожий подозвал жестом своего помощника, отдал ему несколько указаний, а сам поспешил следом за Стэйном и его низкорослым другом.

Те успели добраться до площади, именуемой Старым рынком, и вошли в первый же магазинчик с одеждой.

Здесь пират застрял надолго. Он придирчиво подбирал разные вещи, на вид неброские, но и не самые дешёвые.

В получившемся строгом тёмно-зелёном облачении он чем-то походил на отставного военного или же действующего наёмника, не хватало только знаков различия. Крепкие кожаные ботинки с высокими берцами усиливали это впечатление.

Пришло время оплаты. Стэйн расстегнул новые куртку и рубашку, забрал у продавца сканер и приложил его сначала к одной стороне своей груди, затем к другой. Из мешанины татуировок был считан уникальный банковский код. Устройство довольно пикнуло и заморгало зелёным огоньком.

Пират нажал ещё одну кнопку, чтобы проверить баланс. Цифры не поместились на электронном табло.

– Лучше и быть не может, – удовлетворённо произнёс Стэйн, очищая экран и возвращая сканер продавцу.

– Счета клана не заблокировали, зря ты сомневался, – сообщил пират своему спутнику.

Карлик молча развёл руками.

– Надо бы прикупить пару пушек, но это в другом конце рынка. Потом нас ждёт обед и долгий разговор.

– Первым делом найдём место для приёма пищи и беседы о нашем сотрудничестве, – предложил Галлар.

– Можно и в таком порядке, – легко согласился Стэйн.

Настроение у пирата было приподнятое, но в то же время омрачённое скорбью. Подстёгивала сумма с девятью нулями, но Волк хорошо понимал, что эти деньги ещё недавно принадлежали всем его сородичам, погибшим по вине неизвестного предателя.

Можно будет нанять небольшой, но вооружённый до зубов флот наёмников-профессионалов. Чтобы сразиться с любым кланом, даже сильнейшими из них, если его глава как-то замешан в атаке на Стальных Волков.

Настал тот момент, когда у Стэйна на руках оказалось всё необходимое для подготовки ответного удара. Мысли о возмездии были тем единственным стимулом, что не давал ему покончить с собой на Сигме, заставлял пирата жить наперекор всему. Закончилось то время, когда он мог лишь злобно скрипеть зубами в моменты бессильной ярости!

Не хватало лишь информации о враге, но и её будет несложно раздобыть с такими-то деньгами.

Он обязательно отомстит…

В этот момент в магазин буквально ввалились несколько человек. Все они сжимали в руках оружие. Одеты гости были точно так же, как и пират сейчас – в аккуратную тёмно-зелёную военную форму.

Вперёд выступил рыжебородый здоровяк, с оптическим имплантом вместо правого глаза. Его пистолет смотрел прямо в лоб пирату.

– Вахир? – медленно произнёс Стэйн.

– Давно не виделись, Волк.

На груди Вахира была вышита красными нитками оскаленная пасть змеи. С её зубов падали две капли крови. У остальных имелись такие же эмблемы, только капель было три.

– Интересно, – раздался задумчивый голос карлика, – Перед нами «клык» клана Огненных Змей, один из военачальников, что стоят сразу после кана в иерархии управления, а с ним, похоже, «зубы» – элитная гвардия.

Рыжий покосился на него.

– Мой спутник и новый друг, – с улыбкой пояснил Стэйн. – Профессор Галлар. Посвятил всю свою жизнь изучению клановой культуры.

– Твой друг? – Вахир подошёл к карлику.

Одним коротким ударом пистолета по виску он вырубил бедолагу. Дёрнувшемуся на подмогу Стэйну, рыжебородый сунул ствол буквально в лицо. Его товарищи тоже были начеку, держали Волка на прицеле. Продавец поднял руки и медленно отступил в самый дальний угол прилавка.

– Профессор, значит, – оскалился Вахир. – Очень смешно.

– Ты хоть понимаешь, что творишь? Последствия для тебя будут крайне неприятными, когда об этом узнает Совет кланов.

– Я выполняю приказ.

– Отведи меня к Хёгурмуринну.

– Так это и есть приказ, – улыбнулся Вахир, убирая свой пистолет в кобуру. – Повернись спиной, мне надо надеть на тебя наручники.

– Я – кан. И предстану перед Советом по своей воле…

В тот же момент на голову Стэйна обрушился огромный кулак Вахира. В глазах сверкнули искры, а затем всё резко потемнело.

Пришёл он в себя на полу, его руки были скованы за спиной. Голова невыносимо болела, левый глаз видел всё как в тумане.

Один из товарищей Вахира держал за балахон так и не пришедшего в сознание Галлара, словно тряпичную куклу. Двое других «зубов» подняли Стэйна и поставили на ноги.

– Я – кан… – прохрипел Волк.

– Ты – никто, – буквально выплюнул ему в лицо Вахир словами. – Предатель.

– Об этом может судить только Совет…

– Ты виновен в гибели своего клана, людей, что безоговорочно доверяли тебе, их семей. Приговор известен заранее. В глазах нашего народа ты – преступник.

Несправедливые слова вернули Стэйна в сознание.

– Твои обвинения несправедливы! Зачем мне кого-то предавать? Я же был каном, у меня было всё! – яростно воскликнул он, капая кровью на пол магазина.

– Высокая должность – не привилегия. Скорее обязанность. Управление кланом тяготит даже самых опытных лидеров. Что уж говорить о тебе, молокососе, получившем власть благодаря последней воле храброго, но недальновидного отца?

– Я стоял во главе Стальных Волков почти семь лет!

– Получив пост в двадцать пять, да? Слишком много забот. Все радости жизни пролетают мимо. Вот тебе и мотив. Ты совершил столь ужасное преступление, чтобы единолично завладеть клановыми накоплениями, но при этом не быть обременённым какими-либо обязательствами.

– Всё не так!

– Неужели? Кое-кто предугадал твоё возвращение на Аукам. Были высказаны подозрения, что ты попытаешься вывести финансы из сети Периферии в федеральную банковскую систему, а после спрячешься где-нибудь в секторе Сол, в надежде, что справедливое наказание не настигнет тебя. Исходя из этих предположений, несколько кланов договорились наблюдать за городом, чтобы изловить предателя. Наша ловушка сработала первой. Приз достался Огненным Змеям.

– Вы меня поймали только потому, что мне незачем таиться, – устало возразил Стэйн. – Я – не предатель.

– Ага, а твой дружок – самый настоящий профессор. Расскажешь об этом Хёгурмуринну лично.

Вахир взмахнул пистолетом указывая на дверь.

– На выход, кан. Тебя с подельником ждёт справедливый суд.

Глава 3. Скорый суд

Люди Вахира отвезли Стэйна и Галлара обратно на старый космодром. Через служебный тоннель товарищей доставили внутрь одного из пузатых торговых кораблей, который на самом деле принадлежал пиратским кланам.

Пленников привели в просторную рубку управления. Вдоль стен перемигивались сотни разноцветных огоньков на панелях терминалов, а в середине зала собралось множество людей, которые о чём-то негромко переговаривались между собой.

– Мы поймали его, – объявил Вахир.

Толпа умолкла и расступилась. Стэйна встретил тяжёлым взглядом кряжистый седой человек лет шестидесяти – Хёгурмуринн, глава Огненных Змей.

Кан занимал капитанское место, из чего можно было сделать вывод, что данным звездолётом управляет он сам. Какими бы высокими титулами ни обладали представители кланов, независимые экипажи крайне редко уступали им кресло командира, исключения были возможны лишь для прямого начальства.

– Вот и последний из Волков, – медленно произнёс Хёгурмуринн, наклоняясь вперёд. – Только вот имеет ли предатель право так называться? Думаю, ответ на этот вопрос мы получим очень скоро. В подобных ситуациях долгие споры исключены. Верно, друг мой?

Другом он назвал сидящего справа от себя высокого и худого старика, у которого оба глаза были соединены в единый оптический имплант. Стэйн узнал в нём Ишфоха, по прозвищу «Циклоп», предводителя Ледяных Лисиц, близких соратников Змей.

– Конечно, Хёгурмуринн. Двух опытных канов вполне достаточно для вынесения справедливого приговора. Незачем отнимать время и ресурсы у остальных лордов. Корабельное топливо слишком дорого, чтобы устраивать общие сборы по каждому чиху. Тем более тут всё и так ясно.

Стэйн подозрительно осматривался. В зале находилось довольно много людей, но никого званием, равным Хёгурмуринну или Ишфоху, не наблюдалось.

– Мою судьбу должен решать Великий Совет! – воскликнул Волк, догадавшись, куда клонят эти двое. – Вахир обещал мне справедливый суд! Неужели слово военачальника ничего не стоит?

– Вахир? – вопросительно поднял бровь Хёгурмуринн.

– Бедолага бредит, – ухмыльнулся рыжебородый верзила, что находился сейчас рядом с пленниками. – Видимо, я слишком крепко стукнул его по голове. Примерно вот так.

Стэйн почувствовал, как на висок обрушился мощный удар, от которого перед глазами всё потемнело. Он едва устоял на ногах.

Галлар, успевший прийти в себя после того, как его оглушили в магазинчике на Старом рынке, молча смотрел на всё происходящее.

– Не будь на мне этих цепей, я бы посмотрел на то, каков ты в честном бою, – просипел Волк, дёргая наручники за спиной.

Вахир снова ударил Стэйна – на этот раз подсёк пленнику ноги, отчего тот рухнул на пол.

– С этого момента говорить будешь по делу, – прорычал военачальник, склоняясь над своей жертвой, – и только когда тебя спросят.

Волк с ненавистью и вызовом смотрел на своего мучителя.

– Хватит, – раздался недовольный голос Ишфоха, едва Вахир снова замахнулся. – Уверен, он усвоил урок.

– Вы все совершаете ошибку, – просипел Стэйн и грязно выругался.

– Упрямый, – процедил Вахир.

Ишфох встал со своего места и направился к валяющемуся на полу Стэйну.

– И за меньшие преступления виновных расстреливали на месте, как бешеных псов, – заявил «Циклоп», приблизившись к обвиняемому, – но тебе повезло, что ты был рождён пиратом. Мы намерены сохранить жизнь сородича, как требуют того традиции кланов. Не заставляй судей переступать через законы наших предков.

Кан Ледяных Лис наклонился, протянул руку, схватил лежащего за ворот рубахи и одним движением поставил Стэйна на ноги. Старик был известен тем, что годами внедрял в своё тело биомеханические протезы и силовые импланты, поэтому никто в рубке не удивился этой демонстрации мощи.

– Я никого не предавал, – выдохнул Волк. – Слово кана.

– Одних слов ныне недостаточно, – раздался скрипучий голос Хёгурмуринна. – Без своего клана ты – никто.

– Нужны более весомые аргументы, – Ишфох отпустил Волка.

Старик убедился, что Стэйн держится на ногах, и вернулся в своё кресло.

– Разве не суду следует доказать мою вину? – нарушил недолгую тишину пленник.

– Твой флот был полностью уничтожен. Сам ты выжил. Какие ещё нужны доказательства?

– Стальные Волки попали в ловушку, Хёгурмуринн. Моей вины в том нет. За этим стоит кто-то из канов или военочальников. Я намерен найти и наказать крысу. Лишь за этим и вернулся на Аукам…

– Не держи нас за идиотов, мы знаем, что предатель – ты, – ткнул пальцем в его сторону глава Огненных Змей. – Хватит лгать. Будь достоин памяти предков, хотя бы в конце своего бесславного пути.

– Ну, ты готов признать вину? – поинтересовался Ишфох, складывая руки на груди. – Или продолжишь это жалкое представление?

Стэйн бросил мрачный взгляд на своих нетерпеливых обвинителей.

– Вахир успел поведать мне версию событий, которой вы придерживаетесь, – ответил он, распрямляя спину. – Якобы я предал сородичей ради денег и спокойной жизни в секторе Сол. Спрошу ещё раз: есть у вас этому хотя бы одно доказательство?

– Мой жизненный опыт подсказывает, что наши выводы правильны, – уклончиво ответил глава Огненных Змей. – Ты – далеко не первый. Предательство не такая уж редкость в клановом сообществе. Как бы строго мы ни занимались бы воспитанием новых поколений, всегда случаются неудачи. Некоторые из нас устают бесконечно прятаться, поддаются провокациям и прямому шантажу со стороны федералов. Рано или поздно слабые духом не выдерживают и соглашаются на сделку с властями.

– Мне тоже знакомы эти эпизоды из нашей общей истории. Однако ни один из тех преступников не являлся каном, хотя некоторые и метили на это место. Я ведь стоял во главе Стальных Волков, у меня было всё – власть, деньги, верное войско. Зачем мне предавать себя самого?

– Примитивная софистика, – разочарованно протянул Хёгурмуринн.

– Всего лишь мои слова против ваших. На Совете кланов к этому доводу прислушались бы Хрустальные Ястреба, Каменные Медведи, Чёрные Кометы и многие другие. Все те, кто хорошо знает меня. Здесь же, на твоей территории, я заведомо в проигрышном положении. Огненные Змеи всегда были соперниками Волков, а Лисы – ваши ближайшие друзья.

В своём кресле пошевелился одноглазый старик.

– Ты несправедлив к нам, – заявил он.

– В чём конкретно, Ишфох?

– Мы могли бы тайно казнить тебя. Тем не менее ты здесь и всё ещё жив.

– Вот спасибо, – пробурчал Стэйн.

– Вместо казни мы проводим полноценное судебное заседание и даже записываем его ход, – продолжал Ишфох, указывая на камеру под потолком. – С целью дальнейшей передачи материала всем остальным канам. Для вдумчивого ознакомления. Не думаю, что хоть кто-то станет возражать против принятого решения, досмотрев процесс до конца.

– Ваше сборище и близко не заменит Совет!

– Да, суд не такой, как хотелось бы тебе. Однако наши обвинения вовсе не голословны – можешь быть в этом уверен. Все подозрения в отношении тебя имеют под собой твёрдую основу. Многие пиратские лорды давно получают от своих контактов, близких к официальным властям, тревожные сведения о том, что среди нас появились предатели, занимающие высокие посты.

– Как давно?

– Предупреждения поступают вот уже на протяжении девяти лет.

– Откуда эти данные? – растерянно спросил обвиняемый. – Почему у меня их не оказалось?

– Все сведения были у твоего отца, Стэйнульф, не надо делать удивлённое лицо, – раздражённо произнёс Хёгурмуринн, возвращаясь в разговор.

– Ничего такого он мне не сообщил перед своей смертью.

– Что, если на то у него были свои причины? Может, он подозревал тебя?

– В чём подозревал? В желании стать каном? Я и так был единственным наследником!

– Вот именно. Всю ли правду мы знаем о том, как прошла передача власти в клане Волков? Не помог ли ты своему отцу отправиться в лучший мир? Вдруг он догадывался, что предатель – его собственный сын?

Стэйн рванулся вперёд, но Вахир успел схватить и удержать пленника.

– Что за грязные намёки, Змей? – рычал Волк. – За подобные слова отвечают кровью! Готов ли ты выйти против меня прямо сейчас?

Хёгурмуринн откинулся в кресле и рассмеялся. Он подал короткий знак своему военачальнику. Вахир мощным толчком опрокинул разъярённого Стэйна на пол.

– Успокойтесь все! – громко воскликнул Ишфох.

– Что за нелепые обвинения вы мне тут предъявляете? – бушевал Волк.

– Серьёзные обвинения! Пойми уже разницу! Информацию о предателях передали надёжные люди, проверенные долгим периодом сотрудничества. Те самые посредники, которым мы платим огромные деньги, чтобы этот сектор Рукава Персея не наводнили аванпосты и военные корабли Федерации. Нашим партнёрам нет никакой выгоды врать.

Стэйн сумел подняться без чужой помощи. Он тяжело дышал, сжимая и разжимая скованные за спиной кулаки. Покалеченная на Сигме рука нестерпимо ныла.

– Предполагается, что несколько крупных пиратских флотилий могут быть выведены из игры, – продолжал старик. – Ослабленные кланы двинулись бы прочь из Новой Периферии, чтобы избежать атак федерального флота. За помощь в очистке этой территории от нашего присутствия предателям простят все прошлые грехи и выдадут пропуск в сектор Сол.

– Вас испугал писк крысёнышей, которых прижала к ногтю Служба Безопасности? С помощью своих марионеток власти годами внедряли в ваши головы тревогу. Дальнейшая паника, домыслы и паранойя довершат начатое – уничтожат доверие между лидерами кланов!

Сидящий рядом с Ишфохом Хёгурмуринн зло стукнул кулаком по подлокотнику кресла.

– Вовсе это не домыслы, глупый ты Волк, – бросил он. – Мы проконсультировались со старейшинами Грайнахадира! Ветераны досконально изучили всю информацию и поддержали наши опасения!

– Даже если так, но сегодня вы ошиблись и поймали не того, – покрутил головой Стэйн. – Настоящий предатель всё ещё среди нас. Я только за тем и вернулся, чтобы найти гада, который подло нанёс удар в спину моему клану. Впрочем, об этом я уже говорил.

– Хотелось бы верить, – вздохнул Ишфох. – Однако твоё появление на Аукаме слишком походит попытку завладеть деньгами мертвецов. Сбережения Стальных Волков, что лежат на банковских счетах Новой Периферии, вполне возможно легализовать и забрать с собой в новую жизнь.

– Что мешало мне заняться этим вопросом ещё до гибели клана? – воскликнул Стэйн. – Чтобы впоследствии не возвращаться сюда?

– Попытайся ты вывести деньги заранее, даже у самых верных людей в твоём окружении возникли бы неудобные вопросы, – ответил ему Хёгурмуринн. – Кланы не могут просто так проводить финансовые операции с Федерацией и её банковской системой. Без одобрения Службы Безопасности с Новой Периферии не пройдёт ни одна транзакция.

– Столь подозрительные движения средств сразу бы насторожили советников и казначеев, – кивнул Ишфох, поддерживая товарища.

– Слова, – скривился Волк. – Это всё ещё пустые слова. Правдой здесь может оказаться лишь утверждение, что среди нашего народа действуют агенты властей. Но все ваши выводы в отношении меня – ошибочны!

– Ничего нового я не услышал, – хмыкнул Ишфох.

– Позиция обвиняемого предельно ясна всем собравшимся? – нетерпеливо спросил Хёгурмуринн.

Люди в зале начали единодушно кивать.

Глава Змей махнул пальцами и сказал:

– Двигаемся дальше.

– Расскажешь нам, кто твой спутник? – поинтересовался Ишфох.

Стэйн шумно вздохнул.

– Волк представил его мне как учёного, – усмехнулся Вахир и легонько толкнул коротышку, чтобы тот сделал шаг вперёд.

Карлик споткнулся и возмущённо покосился на военачальника.

– Да, я соврал при задержании, мой товарищ на самом деле никакой не профессор, – честно признался Стэйн. – Я ему обязан. Галлар спас мне жизнь. Он организовал побег из лагеря на планете Сигма, куда меня заточили федералы после уничтожения флота Стальных Волков.

– Сигма? – Ишфох задумался. – Первый раз слышу.

Люди в рубке недоумённо перешёптывались.

– Новая тюрьма на границе сектора Кали, – пояснил Стэйн. – Планету пытались колонизировать, но безуспешно – слишком опасная флора. В итоге сделали отстойник для преступников. Поскольку биом на поверхности не самый дружелюбный, заключённых держат под землёй. Сморите сами: моя кожа светлая от недостатка солнечного света.

Собравшиеся в рубке уже успели заметить необычайную бледность обвиняемого.

– Допустим, какое-то время ты провёл не в самом комфортном месте, – кивнул Лис.

– Галлар подтвердит. Мы бежали из федеральной тюрьмы. Допросите нас по отдельности.

– Так и поступим, если возникнет необходимость, – заявил Ишфох. – Ну и кто же он, твой низкорослый товарищ?

Стэйн мысленно попросил прощения у напарника и выложил свои догадки:

– Предполагаю, что Галлар – наследник некоего знатного рода, уцелевшего во время краха Империи. Он специально попал в колонию на Сигме с целью вытащить меня из заключения. В обмен на эту услугу ему нужны были мои связи, чтобы наладить собственный бизнес здесь, на территории Новой Периферии.

Волк замолчал.

– Это всё? – спросил Ишфох.

– Большего не могу знать. Не слишком-то он разговорчив.

– Тогда буду говорить я, – сказал Хёгурмуринн недобрым тоном. – Наш торговый агент недавно вернулся из Рукава Стрельца, он-то и передал подробное описание одного загадочного персонажа, поставившего на уши всю Старую Периферию. Твоего спутника там называют Мышонок Галлар. Коротышка зарекомендовал себя как финансовый аферист высочайшего уровня. Неужели ты не знал, с кем связался?

– Мышонок? Очень точное описание, – Волк бросил взгляд на серую робу товарища. – Нет, я не был в курсе, чем конкретно он занимается.

– Везде, где появляется этот карлик, очень скоро начинается движение крупных финансовых потоков, – теперь говорил уже Ишфох. – Банкротства. Аферы. С банковских счетов исчезают невероятные суммы. За его поимку объявлена серьёзная награда, размером в средний планетарный бюджет.

– Брать только живым! – воскликнул Хёгурмуринн. – Глупцы надеются вернуть свои деньги! Ха!

Старики переглянулись и расхохотались.

– Надеюсь, больше ты не станешь держать нас за дураков? – вопросил Ишфох, закончив смеяться.

Стэйн скрипнул зубами.

– Что не так? Ты сам хотел услышать нечто более весомое, чем просто домыслы, – продолжал старик. – Одно только присутствие этого мошенника рядом с тобой даёт серьёзные основания полагать, что мы не ошиблись в своих обвинениях. Твой товарищ как никто другой подходит для вывода денег погибшего клана в федеральную банковскую систему.

– Галлар, – холодным тоном обратился Стэйн к своему напарнику, – ничего не хочешь добавить к сказанному?

Коротышка молча пожал плечами.

– Когда ты собирался рассказать про свои аферы? Или же намеревался обчистить всех, с кем я тебя сведу, а напоследок и меня самого?

Галлар не ответил. Стэйн продолжил сверлить его гневным взглядом.

Первым не выдержал кан Огненных Змей.

– К чему этот спектакль? – в голосе Хёгурмуринна сквозила злость и нетерпение. – Никто из присутствующих не поверит в то, что ты вернулся на Аукам в компании с первым встречным, который случайно оказался докой по части финансовых операций.

– Но так и есть! Я и подумать не мог…

– Хватит! Эти наивные отговорки мне до смерти надоели! – перебил его кан Огненных Змей и обратился к своим людям: – Давайте уже перейдём к тем самым неопровержимым доказательствам измены, которые Волк так жаждал увидеть. Принесите накопитель с записью и включите проектор.

– Какой записью? – не понял Стэйн.

– Съёмка, что сделана скрытой камерой. К счастью, всё время твоего правления, нам исправно докладывали о действиях молодого и амбизиозного кана Стальных Волков.

– Кто был шпионом?

Старики переглянулись. Ишфох медленно кивнул.

– Можно более не секретничать, раз все Стальные Волки погибли: одна из твоих рабынь продавала информацию, – ответил он. – Жаль, последняя запись попала к нам в руки с большим опозданием. Можно было бы попытаться спасти твой клан.

– Вы подкупили наложницу? – возмущённо выдохнул Стэйн. – Разве это не нарушение Договора?

– Нечему удивляться, – заметил Ишфох. – Практически все пираты негласно следят друг за другом тем или иным образом. Да, это противоречит целому ряду наших законов, только вот, когда на одной чаше весов незначительное неудобство, а на второй – удар в спину, то выбор очевиден.

Пока помощники Хёгурмуринна возились с проектором, к Стэйну обратился Галлар, решивший наконец нарушить своё молчание.

– У тебя были рабыни? – презрительно хмыкнул карлик. – Мы слышали, что пиратские лорды обычно берут в жёны свободных женщин. Например, дочь захолустного планетарного правителя, в обмен на какую-нибудь услугу, вроде защиты торговых путей.

– Лицемерные союзы мне претят, – негромко ответил Стэйн. – А гаремы для канов – наша старая добрая традиция.

– Поэтому ты открыто и максимально честно прикупил себе невольниц?

– Всё было не так. Три года назад мы разграбили флот рабовладельцев. Часть девушек осталась с Волками по своей воле.

– В статусе рабынь?

– Ты используешь устоявшийся образ, не отражающий сути их положения в пиратской иерархии. У некоторых наложниц были даже собственные слуги! В конце концов, все мы кому-нибудь подчиняемся. К повиновению нас обязывают традиции, законы или иные нормы поведения того общества, которому мы принадлежим. Никакой чужак не может просто взять и в один момент стать полноправным членом клана, понимаешь? Поэтому те женщины остались рабынями на какое-то время. Правила такие.

– Отличная отговорка. Правила, значит? Сейчас тебя благодаря этим самым правилам и осудят.

– Да не виновен я, Галлар!

– О чём тогда идёт речь? Откуда взялся компромат?

– Это блеф. Из меня хотят выдавить признание. Играют на нервах. Мне не в чем признавать вину, кроме собственной глупости. Люди Хёгурмуринна слишком долго возятся с оборудованием. Больше похоже на то, что никакой записи и не существует…

Не успел он договорить, как пустое пространство в центре рубки заняло дрожащее изображение. Похоже, съёмка велась прямо из кровати. В кадре находился кусок постельного белья и, сидящий спиной к объективу камеры, Стэйнульф, что работал с терминалом связи.

На экране появился человек с пышными усами, одетый в бело-золотой костюм чиновника Федерации. Волк вежливо поприветствовал его, и деловая беседа началась…

Обвиняемый в немом изумлении наблюдал за происходящим. Он прекрасно помнил, как выпроводил Наиду из комнаты, едва поступил вызов по шифрованному каналу. После чего состоялся самый обычный разговор с господином Же’Ордоном. Не слишком важный, но Стэйн и по сей день не забыл его содержимое.

На записи все его реплики остались неизменными, как он их помнил, но со стороны чиновника звучали совсем другие слова!

Человек на экране предложил кану в самое ближайшее время сдать свой клан Службе Федеральной Безопасности. Стэйн согласился и начал оговаривать возможные координаты и даты. Умело сфабрикованный диалог однозначно указывал на главу Стальных Волков как на предателя своего народа.

Когда воспроизведение закончилось, почти все в комнате с презрением и ненавистью смотрели на Стэйнульфа.

– Ни Совет кланов, ни твои самые верные друзья не вступятся за тебя после такого, – медленно произнёс Хёгурмуринн. – Теперь ты понял наконец, почему нет смысла впустую тратить время и ресурсы на общий сбор?

– Проклятье! Та беседа имела совершенно иной смысл! Мы договаривались с федералом о безопасных маршрутах для рудовозов в секторе Крабовидной туманности! Слова чиновника были изменены! Это фальшивка!

– Если бы так, – покачал головой Ишфох. – Мои эксперты тщательно проверили материал. Запись подлинная. Голоса принадлежат тебе и господину Же’Ордону. Подделка исключена. О многом говорит и тот факт, что через несколько дней после этого самого разговора флот Стальных Волков угодил в ловушку.

Стэйн всё понял.

Его провели, как и всех присутствующих на этом импровизированном судилище. Эксперты установили подлинность по той простой причине, что сам чиновник и сфальсифицировал запись! Же’Ордон создал ещё одну версию разговора, ловко скомбинировав звук с голограммой, а затем отдал её предателю, который подкинул поддельные доказательства вины кану Огненных Змей, враждебному Волкам и предвзятому в любых своих выводах.

Но зачем прикормленному коррупционеру уничтожать клан Стальных Волков?

Где-то между наложницей Стэйна и Хёгурмуринном стоял тот самый человек, что был посредником в этой схеме. Возможно, прямо сейчас предатель находится здесь, в рубке, и мысленно торжествует, наблюдая за результатом своих интриг!

Не могла Наида быть тем самым шпионом! Наложница не осталась бы на борту флагмана, зная, что тот будет вскоре уничтожен федеральным флотом.

Стэйн был вынужден признать, что Служба Безопасности не зря ест свой хлеб. Агенты СБ действовали хоть и не быстро, зато эффективно.

Взаимовыгодное сотрудничество с продажными федералами превратилось в удавку, которая всё туже затягивалась на шее пиратов.

Вряд ли власти поставили себе цель выдавить кланы с территории Новой Периферии. Нет, дальше Внешнего Рукава бежать было некуда, а значит, над пиратами нависла угроза полного уничтожения.

Стэйн применил всё доступное ему красноречие, чтобы донести свои догадки до окружающих. Судьи внимательно слушали, но своё мнение не изменили. Слишком много совпадений, которые не могли быть случайными. Имеющиеся факты говорили не в пользу обвиняемого.

– …Стальные Волки попали в эту ловушку одними из первых, но сколько пиратских флотов будут разбиты, пока выжившие воспримут всерьёз мои слова? Я пытаюсь сейчас достучаться до вас вовсе не потому, что хочу оправдать себя. Нет. Мне страшно за судьбу кланов. Неужели вы готовы и дальше играть в игру нашего общего врага?

Собравшиеся молчали. На лицах некоторых появилось задумчивое выражение.

– Можете считать это моими последними словами, – мрачно подвёл итог Стэйн. – Пора заканчивать это несправедливое судилище, выносите уже свой вердикт.

Старики переглянулись.

– Прекратить запись, – потребовал Хёгурмуринн.

Камера на потолке отвернулась в другую сторону.

– Ну вот, начинается, – пробормотал себе под нос Стэйн.

– Волк бесполезен, скорее даже опасен своим красноречием, – жёстко заявил Хёгурмуринн. – Эти его фантазии про чиновников, способных водить кланы за нос, так или иначе уже обсуждались. Они у нас на коротком поводке. Против них столько компромата имеется – одним пожизненным сроком не обойдутся в случае чего. Сбежать им некуда. Их достанем либо мы, либо федералы.

– Слишком невероятно, чтобы Же’Ордон нас предал, – согласился Ишфох.

– Вот именно. Я считаю, что обвиняемый нагло лжёт, а значит, должен получить высшую меру. После того как Стэйнульф обрёк на гибель Стальных Волков, он не имеет права называть себя пиратом, тем более – каном. Предлагаю прекратить его бесславный путь прямо здесь!

– Я против казни, – возразил Ишфох. – Всегда остаётся вероятность, что в общей картине происходящих событий мы упускаем мелкие, но очень важные детали.

– Например? – спросил Хёгурмуринн.

– Во главе Хрустальных Ястребов сейчас стоит молодой вождь, не разделяющий взгляды старейшин на многие аспекты кланового бытия. Сколько ещё таких выскочек готовятся занять места своих отцов? Какое влияние их правление окажет на уклад жизни всего нашего народа? Нельзя забывать и о том, что ресурсы властей фактически безграничны. Федералы способны подкупить сразу многих, а предатели наверняка действуют сообща. Опыт Стэйнульфа будет ими учтён.

– Тем более! Стоит перерезать глотку гадёнышу, чтобы он не смог ни о чём предупредить своих дружков!

– Нет, рано избавляться от такой славной наживки, – покрутил головой Ишфох. – Сведения о его дальнейшей судьбе следует как можно скорее запустить в наше информационное пространство. Кто-то да начнёт интересоваться, где он, что с ним? Возможно, будут и попытки выйти на контакт с преступником. К таким любопытствующим следует приглядеться.

– Его казнь привлечёт не меньше внимания.

– Однако мы сохраним верность традициям, оставив ему жизнь. Подадим правильный пример остальным кланам, если ты понимаешь, о чём я говорю…

Два кана принялись спорить.

Все остальные стояли молча и ждали их решения.

В итоге главы кланов пришли к некоему компромиссу. Запись возобновилась. Ишфох объявил, что Стэйна и его сообщника, Галлара, отправят в заключение на планету Ниивенте.

– Надеюсь, там ты и сдохнешь самой мучительной из всех смертей, – пожелал Хёгурмуринн, когда стража повела напарников прочь из рубки.

Стэйн хотел было выдать пару дерзких фраз в ответ, но решил не злить старого Змея. Хёгурмуринн так сильно желал поскорее избавиться от Волка, что даже не потребовал заклеймить того знаком преступника.

Стражники сняли с напарников наручники и закрыли в тесной каюте. Серые глухие стены, две койки и туалет с умывальником – вот и весь интерьер.

– Выбрались из одной тюрьмы, чтобы сразу попасть в другую, – заметил Галлар, потирая запястья.

– Какая ирония.

– В неволе нас не удержать никому.

– Да ты оптимист, – фыркнул Стэйн и сел на одну из коек.

– Мы исходим из опыта своих прошлых побегов.

– Готов поспорить, такого опыта у тебя ещё не было. Ниивенте – не просто тюрьма. На её поверхности нет охранников, даже самых захудалых андроидов. Несмотря на данный факт, ни один преступник не покинул тот мир.

– В чём подвох? Аномальные гравитационные поля? Тяжёлые погодные условия? Неужели нас не вытащит мой корабль?

– Ну и как он туда попадёт? – скривился Волк.

– Бортовой ИИ в курсе нашего местонахождения.

– Понятно, – протянул Стэйн. – Твой передатчик можно отследить. Забрали его на входе в этот корабль, значит пока он тут, ИИ знает наше местоположение.

Карлик кивнул.

– В этот раз ИскИн тебя не спасёт, – заявил Волк.

– Почему?

– Сам всё увидишь, – Стэйн разминал затёкшие руки.

– Немного больше данных не помешает для планирования предстоящего побега.

– Ты должен был о себе предоставить «немного больше данных»! Задолго до того, как мы сели на Аукам!

– Это другое дело.

– Пожалуй, я возьму на вооружение тактику «Мышонка Галлара» и буду загадочно молчать, – мстительно объявил Стэйн. – Денёк выдался тот ещё… Чёртов Вахир! Голова просто раскалывается после его ударов.

Он растянулся на койке и отвернулся к стене.

– Информация о нас может тебе сильно навредить, – тихо произнёс Галлар.

В его голосе не было ни сожаления, ни намёка на извинения.

– Уже навредила, – буркнул пират. – Не знаю, какие у тебя на самом деле цели, но уверен в одном: ты бы меня кинул, как только получил доступ к счетам клана…

Ещё некоторое время Стэйн ворчал, уткнувшись в стену. Голос его звучал всё тише и тише.

Затем пират заснул.

– Деньги Стальных Волков как капля в море, – произнёс Галлар, растягиваясь на своей койке. – Всех сбережений пиратских кланов не хватит для завершения нашего проекта.

Пол под ногами коротышки вздрогнул и мелко завибрировал – это заработали стартовые двигатели. Через несколько минут пиратский космолёт-торговец оторвался от поверхности Аукама.

Вслед за ним в небо поднялся корабль Галлара.

Глава 4. Матерь гроз

Подобно ангелам, низвергнутым с небес, две человеческие фигурки падали сквозь шторм. Они пронзали бесконечные слои грозовых завихрений. И, казалось, не было конца этому погружению в клубящийся мрак.

Стэйна и Галлара окружал кокон силового поля, по которому периодически хлестали бичи алых молний. Гравитационный лифт мчал осуждённых вниз: от космической станции, что находилась на геостационарной орбите, к поверхности планеты.

Падение длилось почти час. Где-то далеко под покровом неистовой атмосферы скрывалась твердь Ниивенте. Сколько оставалось до неё – никто из них не представлял.

Двое приговорённых не могли сейчас общаться, лица обоих были закрыты глухими кислородными масками. Комфортная температура внутри гравитационного лифта ещё как-то сохранялась, благодаря изолирующим свойствам силового поля, но генерировать пригодный для дыхания воздух здесь было просто нечему.

Через некоторое время грозовые облака засверкали молниями чаще и ярче, а потом внезапно исчезли из-под ног. Внизу стали видны изломы горных кряжей. Падение замедлилось.

Ещё пара минут и пассажиры оказались в центре огромной вогнутой стальной чаши – приёмной пластины.

Силовые поля ослабли, последние молнии стекли вниз огненным дождём. Бушующее пламя погасло, как только гравитационный луч полностью отключился и перестал служить контуром заземления. Напарники выждали какое-то время, затем осторожно сделали свои первые шаги в этом новом мире.

Стэйн сорвал маску, принюхался.

– Пахнет сыростью. Я бы даже сказал – плесенью, но жить можно.

Со сверкающего неба моросил мелкий дождь. Было относительно тепло и безветренно.

– Рискуешь, – заметил Галлар, следом освобождая своё лицо. – Тут могут быть ядовитые испарения, споры опасных растений или паразиты, развивающиеся в дыхательных путях.

– Ничего подобного об опасностях этого мира я не слышал.

– Ты уверен, что твоих знаний достаточно, Трёхпалый?

Под конец второй недели полёта Стэйну стало скучно, и он перестал игнорировать своего товарища. Хотя излишняя скрытность последнего обернулась не в пользу пирата на прошедшем суде.

Волк поведал карлику всё, что сам знал о Ниивенте. Только вот пересказ всей имеющейся у него информации об этой планете не занял и получаса.

– Посмотри сюда, – Стэйн указал на предупреждающий красный огонёк в основании своей маски. – Запас кислорода рассчитан лишь на спуск.

– И что с того?

– Кислородные маски тут не нужны. Никто бы не повёз нас на Ниивенте только ради того, чтобы мы сразу сдохли. Нет, если уж каны решили придерживаться традиционного способа наказания, значит, будем жить. Какое-то время уж точно.

– Что насчёт мучительной смерти, на которую намекал Хёгурмуринн?

– Вряд ли он подразумевал патогены. Здесь следует опасаться зверей и людей. Впрочем, пока что нет поводов для беспокойства.

– Уверен в этом?

– Эй, на Сигме ты держался молодцом, а сейчас что? Неужели я слышу в твоём голосе нотки паники?

– Тогда у нас были все данные, – вздохнул коротышка. – Был план побега.

– Разработаем ещё один под текущую ситуацию… Ладно, идём. Надо бы осмотреться, – пират зашагал из глубин рукотворного кратера наверх, в сторону его кромки.

Галлар шёл за ним, бросая опасливые взгляды в бушующее небо. Молнии беспрерывно вспыхивали, грохот разрядов сливался в один бесконечный гул.

– Чересчур грозная атмосфера у этой планеты. Чем не повод для беспокойства? Такого рода феномены мы наблюдали лишь в глубинах газовых гигантов. Ужасающая мощь!

– Теперь понял, о чём шла речь, когда я сказал, что твой корабль бесполезен на Ниивенте? Да и любой другой тоже. Ни одному звездолёту не добраться вниз целым и невредимым. Силовой луч гравитационного лифта ещё как-то заземляет всю бешеную энергию на поверхность этой пластины. В остальных случаях вся электроника сгорит к чертям, никакие защитные поля не выдержат нагрузки.

Стэйн топнул по металлическому покрытию под ногами.

– При грамотной настройке системы распределения энергии для подпитки силовых полей можно прорваться, – возразил коротышка, – не без серьёзных повреждений, конечно.

– Допустим, твой ИИ каким-то чудом приземлится, не развалившись на кусочки, но поверь мне на слово: здесь нет инфраструктуры для восстановления повреждённого корабля, а ему крепко достанется, сам понимаешь.

– Наш звездолёт имеет продвинутую систему авторемонта. Месяц-другой, и он будет в полном порядке. После чего мы улетим отсюда…

– Выйдем в космос в тяжёлом аварийном состоянии, да? – перебил коротышку Стэйн. – Когда мы покинем Ниивенте, то сразу окажемся на радарах местной орбитальной базы. Уж не знаю, сколько там в ангаре имеется боевых кораблей, но нам будет достаточно и одного.

– Кто вообще додумался спуститься на эту планету, да ещё и сделать из неё тюрьму! – по голосу Галлара было понятно, что тот сильно раздосадован.

Напарники поднялись над краем приёмной чаши. Новый мир оказался скрыт за сырой мглой. Алые вспышки с грозовых небес подсвечивали клубящийся туман, из которого выглядывали острые верхушки близких скал.

Волк наклонился к земле. На самой границе лифтовой площадки, там, где металл врезался в почву, росли семейками небольшие бледные конусы.

Целый ковёр из белёсых грибов под ногами.

Стэйн сорвал один и понюхал.

– Как же так случилось, что ты дожил до сегодняшнего дня? – иронично вопросил карлик, наблюдая за беспечным товарищем. – Возможно, данный вид назовут в твою честь. Посмертно.

– Это всего лишь гриб. Причём самый безопасный в нашей Галактике, – ответил Стэйн.

– Нам очень хотелось бы верить.

– Посмотри вон туда, – Волк протянул руку вперёд. – Это не скалы.

Он был прав.

Гряда острых холмов оказалась обломками огромного звездолёта. Хотя туман и скрывал подробности, но, единожды приглядевшись, больше эти формы и размеры ни с чем нельзя было перепутать.

Корабль напоминал колоссальное мёртвое животное, уже успевшее частично разложиться. Балки несущих конструкций торчали из разорванного корпуса, словно рёбра, усиливая это впечатление.

– Земной ковчег, – произнёс Стэйн. – Из третьей волны Великого Расселения, случившейся незадолго до падения Империи. Эти гиганты последними покинули рукав Ориона, унося человечество на край Галактики.

Напарники направились к разлому, образованному двумя массивными обломками корпуса.

– Откуда такая уверенность, что плод в твоих руках безвреден?

– Эти грибы были выведены на Земле, – начал объяснять Стэйн, разглядывая свой трофей. – Грибы вообще сыграли очень важную роль в развитии всей человеческой цивилизации.

– Даже так? – недоверчиво хмыкнул Галлар. – Мы не встречали этой информации в официальных базах.

– Неудивительно, что сегодня большинство о подобных фактах ничего не знает. С развалом Империи появилось слишком много белых пятен в нашей истории.

– Получается, народы Старой и Новой Периферии помнят больше, чем Сектор Сол?

– Сложно сравнивать ценность знаний, которые сохранились в разных сообществах, на самом деле.

– Ты хотел рассказать про грибы.

– В общем, в далёком прошлом, когда человечество было заперто в родной Солнечной системе, главной проблемой долгое время оставалась защита от космической радиации. Добраться даже до ближайших планет оказалось невозможно без риска смертельного облучения экипажей космолётов. Теория силовых полей всё ещё оставалась теорией. И тут одна из самых страшных техногенных катастроф того времени неожиданно подсказала выход из ситуации. Знаешь хоть что-нибудь об аварии на Чернобыльской АЭС?

– Нет, но ты продолжай. Нам интересно услышать об этом.

– Спустя десятилетия после первой самой крупной атомной аварии в истории человечества, около разрушенного реактора учёные обнаружили грибок, что питался радиацией, преобразуя энергию гамма-лучей в химическую. К середине двадцать первого века эту плесень стали использовать как наиболее эффективную защиту в области космических полётов. Последующие двенадцать столетий все верфи выпускали корабли, снабжённые органической «бронёй».

Коротышка нахмурился.

– Нам не ясно, как вся эта информация соотносится с тем плодом, который ты сейчас держишь в руке. Размеры явно не совпадают.

– Я начал с плесени, чтобы ты понял откуда всё пошло. После её успехов и другим представителям царства грибов стали прочить большое будущее в освоении новых планет. Их скрещивали, генетически модифицировали… Пока не получили вот этот образец – универсальный источник пищи. Неприхотливый, активно размножающийся в любых условиях, достаточно близких к земным. В основном он используется как корм для животных. Хотя и человек тоже способен питаться им длительное время, если нет других альтернатив.

– Рассказываешь так, словно когда-то писал научный труд по данной теме, – хмыкнул Галлар.

– Это часть прошлого моего народа. Все ныне существующие кланы происходят от поселенцев одного ковчега, что добрался до Рукава Персея в числе первых. И пусть пираты больше не планируют вести оседлый образ жизни, но на каждом нашем звездолёте до сих пор выращиваются вот эти грибы.

– Какой от них толк в космосе?

– Грибница способна выступать дешёвым и эффективным фильтром для воды, а из плодов мы делаем пиво и даже крепкий алкоголь… – Стэйн резко остановился и указал вперёд. – Мне кажется, или мы набрели на дорогу?

Среди грибного ковра обнаружилась широкая, хорошо вытоптанная чьими-то ногами тропа.

– Пойдём по ней? – поинтересовался карлик.

– Других вариантов я особо не вижу. Сюда отправили немало осуждённых, рано или поздно мы повстречаем этих людей либо их потомков. Так зачем откладывать? Подсказка, где искать местных обитателей, лежит прямо перед нами. Как говорили предки: все дороги ведут к тем, кто их построил.

Галлар и Стэйн ступили на тропу, которая уводила вглубь долины, значительно отклоняясь от того курса, что они изначально выбрали.

– Как вообще можно было посадить здесь ковчег? – вслух размышлял пират, кидая взгляды в грозное небо. – Что заставило капитана отдать такой приказ? Думаю, спасательная операция продлилась не один десяток лет.

– Было кого спасать?

– Только для этого и понадобился орбитальный лифт. Пригодная к жизни планета с такой атмосферой даром никому не нужна – невозможно вести отношения с внешним миром. Уцелевших колонистов эвакуировали, а построенную космическую базу дешевле законсервировать и бросить, чем разбирать и перевозить куда-то ещё. Когда разведчики кланов обнаружили это место, старейшины единогласно решили, что лучшей тюрьмы просто невозможно придумать.

– Билет в один конец. Почему бы просто не казнить ваших преступников на месте?

– Нельзя нарушать традиции, – поучительным тоном ответил Стэйн. – На них держится идентичность нашего общества. Мудрыми законами предков пронизана вся культура пиратов. Ты же видел сам: недружелюбные моему клану каны очень хотели меня прикончить, но удержались. Это и отличает нас от остальных, от той же Федерации, например.

– Как мы уже успели заметить, вы норовите обойти свои традиции при любом удобном случае. Не самый эффективный способ управления.

– Ты судишь слишком поверхностно.

– Когда ты рассуждал о своей мести, все ваши законы отошли на задний план, Трёхпалый. Ты был готов уничтожить всех причастных к гибели клана Стальных Волков.

– Месть – тоже традиция. И она стоит над всеми остальными правилами.

– Ожидаемый ответ, – довольная улыбка появилась на лице карлика.

По мере приближения к разрушенному ковчегу окружающая обстановка всё больше напоминала место крушения. Вскрытые огромные контейнеры, пластиковые ящики меньших размеров, части каких-то ржавых механизмов – этот и прочий мусор появился по обе стороны дороги.

Неожиданно Стэйн вскинул руку, подавая знак своему напарнику, и сам остановился. Галлар молча встал рядом.

В клубах серого тумана двигались тёмные тени.

Вскоре перед напарниками стояли шестеро человек, облачённых в бесформенные балахоны. Все они держали наготове самодельные шипастые дубинки, а из-за спин виднелись копья. Единственный незнакомец, в руках которого не было оружия, откинул свой капюшон.

На Стэйна смотрел пожилой человек, обладатель длинных седых волос и мощной серебряной бороды. Лицо старика пересекал широкий шрам.

– Меня зовут Танакол, – сказал он, протягивая руку. – Добро пожаловать на Ниивенте, или «Матерь Гроз», как мы здесь называем эту планету.

Будто бы подтверждая последние слова старика, молнии над головой стали вспыхивать чаще, а рокот грома усилился.

– Стэйнульф, – пират ответил на неожиданно крепкое рукопожатие. – Из клана Стальных Волков.

– А кто твой друг?

Галлар коротко буркнул своё имя, но руки не протянул.

– Из какого ты клана? – поинтересовался старик.

– Он сам по себе, – ответил вместо коротышки Стэйн.

– Удивительно, что здесь оказался чужак.

– Нас осудили как сообщников. За злодеяние, что мы не совершали, и за преступления, которые могли бы совершить.

– Ха, – усмехнулся Танакол. – Совет снова ошибся? Знакомая ситуация. Впрочем, так считает почти каждый, кто попал сюда. Даже я – не исключение.

– Общего собрания не было, мою судьбу определили главы Огненных Змей и Ледяных Лисиц.

Танакол грязно выругался.

– Хёгурмуринн однажды доиграется и падёт жертвой своих интриг, – процедил он. – Та же участь ждёт Ишфоха.

– Вижу, они насолили не мне одному.

Старик со шрамом коротко кивнул и посмотрел на разбушевавшееся небо. Дождь усилился, поднялся холодный ветер. Температура ощутимо упала за время недолгого разговора.

– Я слишком стар, чтобы пережить ещё одну пневмонию, – сказал Танакол. – Предлагаю продолжить разговор в поселении клана Отринутых. Там тепло и сухо. Следуйте за нами.

Старик и его люди развернулись и зашагали по дороге. Напарники поспешили за ними и смешались с отрядом.

– Что за Клан Отринутых? – спросил коротышка.

Стэйн пожал плечами.

Галлара услышал Танакол и пояснил:

– Не важно, кем ты был ранее и какое звание имел. В клане Отринутых начнётся новая жизнь в окружении привычных пиратских традиций и законов. Тюрьма не отменяет необходимость следовать заветам предков.

– А если мы не захотим принимать ваши правила?

– Он говорит о себе во множественном числе, – поспешил уточнить Стэйн. – Я-то не против начать всё заново. Хотя ещё недавно я был каном.

– Вот как? – повернул к нему удивлённое лицо Танакол. – А выглядишь довольно молодо.

– Мой отец Стэйнфьялл передал мне правление над Стальными Волками после того, как был смертельно ранен в битве.

– Стэйнфьялл мёртв? Печальная новость. Прими мои соболезнования.

– Похоже, ты его знал.

– Да, мы были хорошо знакомы. Лишь сейчас я понял, кто передо мной. Ты сильно изменился, молодой Волк, стал худым и бледным, словно смерть.

– Ниивенте не первая тюрьма, в которой я оказался.

– Даже так?

– Долгая история… Но кто ты сам? Я не припомню, чтобы раньше мы с тобой встречались.

– Представь меня с коротко стриженой головой и без этого украшения, – Танакол указал на шрам. – Я был военачальником Хрустальных Ястребов. Не раз побеждал на рукопашных турнирах во время клановых сходок.

Стэйн нахмурился, перебирая в памяти знакомые лица.

Наконец он воскликнул:

– Хакур Яростный? Ты ли это?

– Ну вот и ты вспомнил, – улыбнулся старик.

– Почему ты называешь себя Танаколом?

– Так зовут каждого, кто становится во главе Отринутых. В честь первого человека, которому удалось создать на Ниивенте цивилизованную общину. Его звали Сьор Танакол… Твой маленький друг хотел знать, что случится, если он не намерен жить по законам кланов? Он волен уйти, как и ты сам, но имейте в виду: кроме нашего поселения в долине существуют несколько десятков бандитских лагерей. И вот они уж точно не признают никаких правил.

– То есть мы можем спокойно уйти? – уточнил Галлар. – В любой момент?

– Да. Преследовать тебя никто не будет. До тех пор, пока ты не попытаешься навредить клану. Например: увести скот, разрушить защитные укрепления, напасть на моих людей и так далее.

– Такого даже в мыслях не было. Просто мы планировали быть сами по себе.

– Рискованный выбор, – старик погладил свою седую бороду. – Будь готов к тому, что банды, обитающие по соседству, не следуют никаким законам, кроме права сильного. У вас есть выбор: остаться в цивилизованном обществе и защищать данный образ жизни или же окунуться с головой в насилие и жестокость. Присоединяйтесь оба к клану Отринутых, так будет лучше для всех.

– Мой друг ещё подумает и примет правильное решение, – сказал Стэйн, поглядывая на мрачного Галлара. – Опыт жизни в окружении подонков у него имеется.

– Надеюсь, что так и будет, молодой Волк.

С неба падал мокрый снег. Дул пронизывающий ледяной ветер.

Группа тем временем добралась до корпуса ковчега, что крутой стеной возвышался над головами. Около входа в звездолёт была сооружена баррикада из острых металлических обломков. Заграждение охраняли люди с копьями и дубинками. Похоже, лучшей экипировки на этой планете не имелось.

Им открыли скрипучие ворота и пропустили на территорию клана Отринутых. Танакол повёл всех вглубь корабля. Миновав шлюзовую камеру, неожиданно для себя Стэйн обнаружил настенные лампы, освещающие внутренние отсеки неровным мерцающим светом.

– У вас есть электричество?

– Реактор в рабочем состоянии, – объяснил Танакол. – Наши техники утверждают, что в таком режиме он протянет ещё лет пятьдесят. На большее рассчитывать не стоит, всё же этот корабль очень старый.

Они прошли ещё с десяток метров, миновали очередную массивную дверь и оказались на грузовой палубе ковчега.

– А неплохо вы тут устроились, – оценил Стэйн, оглядывая поселение клана Отринутых.

Всё пространство внутри отсека занимал необычный город. Дома высотой в несколько этажей были собраны из контейнеров и прочих подручных материалов, но выглядели достаточно крепкими. По улицам передвигались прохожие. Шумели голоса множества людей, в воздухе витали ароматы свежеприготовленной пищи.

Совсем рядом зазвучала музыка. Стэйн уловил виртуозное исполнение незнакомой, но очень красивой мелодии на неком струнном инструменте.

Группа спустилась по пандусу и вошла в город. Когда они оказались на первом перекрёстке, Танакол обратился к своей вооружённой свите:

– Можете вернуться на свои посты.

Охранники коротко кивнули и растворились в толпе прохожих.

– Следуйте за мной, – сказал старик Стэйну и Галлару. – Отведу вас в столовую. После всего пережитого вы наверняка проголодались. Да и не мешает выпить чего-нибудь согревающего. Меня до сих пор в озноб бросает от этой прогулки.

Танакол повёл их вниз по главной улице.

Несколько детей обогнали их, громко смеясь и подбадривая друг друга. Похоже, они играли в какую-то игру.

– Реактор протянет ещё лет пятьдесят, – повторил свои недавние слова Танакол, провожая печальным взглядом удаляющихся ребятишек. – Сам я не доживу до того дня, но вот на что рассчитывают те, кто обрекают своё потомство на горшее существование в этом аду?

– Не так уж всё и плохо, – возразил карлик. – Ваши люди смогли сделать больше, чем просто выжить. Они нашли время и силы на воссоздание привычного уклада жизни. Значит, у них есть надежда на будущее.

– На некоторых планетах-тюрьмах подобное в принципе невозможно, – поддержал его Стэйн.

Старик ничего им не ответил.

В молчании они добрались до небольшой площади, откуда сильнее всего неслись вкусные запахи. На открытом пространстве размещались длинные столы. Одни были заняты принимающими пищу людьми, другие свободны.

– Вот мы и пришли, здесь вас накормят, – сказал Танакол. – Предлагаю сесть вон там, с краю.

Галлар и Стэйн послушно проследовали к указанному месту. К ним подошла молодая девушка и озвучила меню.

Танакол взял на себя роль хозяина и сделал заказ.

Ждать пришлось недолго. Им принесли большую сковороду, наполненную горячими кусками жареного мяса. Рядом встала пузатая бутылка с прозрачной жидкостью внутри.

Глава клана Отринутых разлил напиток по чашкам. Стэйн поднёс свою поближе.

Знакомый запах.

– Грибной самогон? – спросил он.

Танакол утвердительно кивнул.

– Тройной удар по печени, – мрачно сказал Галлар. – Жареное жирное мясо и алкоголь. Интересно, какая у вас тут продолжительность жизни при такой диете?

– Люди на Ниивенте обычно умирают по иным причинам, – ответил ему старик. – Никто пока не дожил до серьёзных осложнений с печёнкой или поджелудочной, насколько мне известно.

Пираты подняли чашки и выпили из них по глотку. Выждав пару секунд, к ним присоединился и Галлар.

Грибной самогон оказался довольно крепким.

– Уф-ф, – Стэйн поскорее взял со сковороды дымящийся кусок и впился в него зубами.

Он закончил жевать и сказал:

– Чудесно! Где берёте мясо? Какая-то местная форма жизни?

– Нет, вполне себе земная. Этот ковчег вёз сотни тысяч эмбрионов, предназначенных для заселения нового мира. Часть криогенных хранилищ успешно пережили крушение. Искуственные матки тоже не пострадали. Ссыльные обнаружили оборудование и принялись разводить всё, что уцелело, но прижились в итоге только козы. С зерновыми культурами тоже беда, им тяжело без солнечного света. Зато грибам полное раздолье. Скотина их с удовольствием ест, а мы получаем мясо. Скромно, но этого вполне хватает, чтобы прокормить город… если бы не одно «но».

– Бандиты, – угадал Стэйн, переставая жевать.

– Совершенно верно, – подтвердил Танакол. – Грабители периодически устраивают набеги на пастбища, поэтому нам здесь приходится защищать коз. Патрулирование территории вас тоже коснётся, если решите остаться.

– Не проблема. Как обстоят дела с оружием? Я заметил только дубинки и копья.

– К сожалению, нам нечего предложить кроме перечисленного тобой. Всё лучше, чем ничего. Бывает, что наши противники используют даже камни. Луки и арбалеты в этих туманах неудобны, хотя изредка используются.

– Представители межзвёздной цивилизации опустились до примитивных разборок с соплеменниками, где идут в ход палки и зубы, – презрительно заметил карлик, не поднимая глаз на собеседников.

Галлар высматривал себе кусок мяса.

– Не надо забывать, какими личностями здесь представлено человечество, – вздохнул Танакол, подвигая сковороду ближе к коротышке. – Большинство заслуженно было сослано на Ниивенте – этого я не могу не признать. Убийцы, насильники, изверги и садисты всех мастей – они-то и сбились в бандитские группировки. А изгои, совершившие ошибку или взявшие вину на себя, основали этот город. Но даже наше общество никогда не состояло из одинаково хороших людей. Всегда будут отклонения от нормы – тайные или явные. Это закон природы.

– Это заблуждение, – возразил ему карлик. – При определённых усилиях можно создать целую цивилизацию без отклонений в поведении каждого её представителя. Да, для выполнения этой задачи потребуется очень много времени. Поскольку отбраковка и генетический отбор лучших особей займёт не одно тысячелетие.

Танакол приподнял бровь.

– Мой товарищ – фанат неслучившегося будущего, – пояснил Стэйн, отхлебнув самогона. – Не стоит воспринимать всерьёз его фантазии. Если бы реальная обстановка в старой Империи соответствовала отчётам – не разгорелась бы Революция в секторе Сол, не появилась бы на свет уродливая, но сильная Федерация.

– Ты продолжаешь делать ошибочные выводы, – раздражённо отозвался Галлар. – Империя тут вообще ни при чём.

Карлик повернулся боком к Стэйну, делая вид, что ему интересна площадь, которую Танакол назвал «столовой».

Волк не стал продолжать обсуждение неприятных Галлару тем и принялся расспрашивать главу клана Отринутых о жизни на Ниивенте.

Они пили, ели мясо и вели неспешную беседу.

Когда разговор зашёл о прочих опасностях, оказалось, что на планете присутствует довольно агрессивная фауна, которая вполне себе любит лакомиться органикой: человек, коза – разницы нет.

– Мы называем их «эдлэормир», или просто «эдлэ».

– Из названия я уже догадываюсь, на что эти твари похожи.

– На змей и на ящериц, – кивнул Танакол. – Пожалуй, всё вместе. Когда ты встретишь их, то сразу поймёшь. Рано или поздно каждый на Ниивенте сталкивается с этими хищниками.

Старик поднялся из-за стола.

– Уже поздно, я оставлю вас. Как закончите с ужином, подойдите вон к тому рыжему парню, что заведует столовой. Его зовут Олаф. Он выделит вам свободную комнату. Встретимся уже завтра и продолжим нашу беседу…

Не успел Танакол договорить, как вдалеке раздался вой трубы. Все вокруг подскочили, словно ужаленные, и побежали вниз по улице – в ту сторону, откуда доносились тревожные звуки.

– Что случилось? – спросил Стэйн, вставая с места.

– На город напали хищники, – встревоженно ответил Танакол. – Все здоровые и боеспособные мужчины отправляются защищать его. Старики, женщины и дети должны укрыться в домах и дождаться сигнала окончания тревоги.

– Где взять оружие?

– Ниже по улице есть стойки с копьями.

– Ты всё слышал, – сказал Волк своему товарищу. – Поспешим.

– Можно нас отнести в категорию детей? Или небоеспособных мужчин? – скривился Галлар. – Толку от коротышки в бою немного, ты сам это видел ещё на Сигме.

– Как раз тогда я и понял, что ты очень опасный типчик, – усмехнулся Стэйн. – Хватит ныть! Есть возможность доказать, что мы не бесполезные нахлебники.

Пират выскочил из-за стола и присоединился к бегущим людям. Галлар горестно вздохнул и поспешил следом.

Глава 5. Отвлекающий манёвр

Просторный грузовой отсек, внутри которого располагалось поселение клана Отринутых, не был герметичным. Улица привела защитников к огромной трещине в корпусе, скорее всего, появившейся ещё века назад, в результате жёсткой посадки.

Стэйн ещё издалека понял, что местные заделали разлом мусором – просто завалили щель кусками металла и пластика. Отсутствие сварки и другие слабые стороны в этом примитивном защитном сооружении обнаружились именно сейчас, когда преграду атаковали «эдлэ» – те самые хищники, о которых недавно упоминал Танакол.

Сквозь груду лома продирались массивные извивающиеся тела, оканчивающиеся плоскими змеиными головами. Мощные когтистые лапы бешено работали, выталкивая прутья и листы обшивки наружу, освобождая тварям путь внутрь Ковчега. Таких отверстий, с беснующимися в них инопланетными ящерами, было около десятка, а несколько особей уже прорвались внутрь.

На широкой площадке рядом с разломом шёл ожесточённый бой между людьми и монстрами.

Волк перехватил поудобнее копьё, которое подобрал по дороге сюда, и приготовился идти в атаку. Но не сразу. На какое-то время он задержался, оценивая противника и изучая тактику, которой придерживались защитники города.

Длина эдлэ составляла около пятнадцати метров. Гибкое толстое тело, снабжённое сразу восемью парами симметрично расположенных конечностей, было покрыто крупной чешуёй. Копья с такой бронёй не справились бы, поэтому воины старались поразить глаза тварей, а также их распахнутые зубастые пасти. Это было не так уж и просто сделать, поскольку монстры оказались необычайно проворными.

Защитники гибли один за другим.

Слишком долго раздумывать над иными тактиками боя Волк не стал и бросился в гущу битвы, выбрав себе цель покрупнее.

Галлар же замер на месте в полной растерянности. Коротышка еле дотащил сюда своё копьё – тяжёлый металлический шест с заострённым концом, и уж точно не способен был хоть как-то сражаться с помощью этого оружия в том хаосе, что сейчас творился на площади.

– Не стой колом, малец! – крикнул ему человек, пробегающий мимо. – Помоги зажечь костры!

Карлик огляделся.

По периметру площади он заметил грязные пласталевые бочки. Рядом с ними были разложены аккуратные вязанки дров. Человек, который окликнул Галлара, уже возился с одной из поленниц, чиркая огнивом.

Ещё несколько защитников занимались тем же самым – готовились разжигать огонь. Но какой толк от всех этих костров, если света электрических ламп было достаточно?

«Это явно какой-то способ отпугнуть хищников!» – сообразил Галлар.

Он поспешил к одной из таких площадок с топливом. В бочках обнаружилась смолянистая тягучая жижа с неприятным резким запахом, а на связке дров, поверх пучков сухого мха, лежали кремень и кресало.

Галлар с трудом наклонил тяжёлую бочку, поливая край вязанки вонючей субстанцией. Затем он подхватил огниво и принялся высекать искру.

Вскоре площадь окружили десятки резко пахнущих костров, яростно полыхающих лепестками зелёного пламени. Режущий горло чадящий дым потянуло наружу – в отверстия, проделанные тварями.

Эдлэ прекратили разрушать заграждение и скрылись в дырах. Новые монстры перестали лезть внутрь.

На площади тем временем остались последние две живые гадины, яростно сражающиеся с воинами клана Отринутых.

Один из защитников опасно приблизился к врагу. Он ухитрился вонзить копьё прямо в глаз твари, и она, издавая громкое шипение, отбросила его резким ударом хвоста. Храбрец пролетел несколько метров по воздуху и рухнул на пол.

Галлар с тревогой узнал в пострадавшем герое своего напарника.

Карлик бросился к Стэйну, схватил того за ворот рубахи и оттащил к одному из чадящих костров. Там он проверил состояние товарища: пират был жив, но мощный удар оглушил его.

Галлар на мгновение задумался, а затем окунул свой палец в вонючую смолу и поднёс к лицу Стэйна, к самому носу. Пара вдохов – и пиратский лорд широко распахнул глаза.

– Убери эту дрянь от меня, – попросил он и отвернул голову.

– Отличная штука, зря кривишься, – усмехнулся коротышка, вытирая руку куском ветоши. – Нужно иметь при себе бутылочку-другую. Ведь рано или поздно нам придётся выйти из ковчега. Достаточно обмазаться этим средством, и местные твари будут уже не страшны.

– Что же местные не спешат выливать на себя эту дрянь? Кажется, я догадываюсь. Запах такой, словно данная субстанция способна разъесть кожу. Эй, да у тебя палец покраснел.

– Действительно, – карлик осмотрел конечность. – Мы получили химический ожог.

– И ты отчитывал меня за безобидный гриб, – вздохнул Волк, укоризненно глядя на Галлара снизу.

– Похоже ты в полном порядке, раз цепляешься к нам.

Пират покосился на чадящие костры и с отвращением принюхался:

– Как бы дым не повредил лёгкие. Это и вправду какой-то репеллент?

– Скорее некие токсичные отходы. Но вполне рабочий способ отогнать зверьё. Сам видишь – твари перестали лезть внутрь… Давай поднимайся, хватит отдыхать.

С некоторым трудом Стэйн принял сидячее положение. Голова всё ещё кружилась.

– Почему сразу никто не догадался применить это средство? – пожаловался он. – Выходит, зря я погнул себе пару рёбер, а может, даже и сломал.

– Ты хотя бы жив.

– Верно. Кое-кому повезло меньше. На моих глазах твари разорвали четверых воинов. А посмотри сколько трупов лежит вокруг. Неужели так происходит каждый раз?

Карлик проанализировал ситуацию.

– Мы пришли к выводу, что местные не ожидали столь массового прорыва эдлэ через этот завал, Трёхпалый. Кто-то бросился поднимать тревогу, остальные пытались отбить атаку первых тварей, оказавшихся внутри корабля, но твари прибывали одна за другой, и уже было не до разжигания костров. Всё что могли могли сделать защитники они сделали – сдержали хищников до прибытия подкрепления.

– Похоже, ты прав, – согласился Стэйн, прислонившись спиной к бочке.

Товарищи умолкли и стали наблюдать, как воины на площади добивают последнего монстра.

Восемь дохлых эдлэ. Более трёх десятков растерзанных стражей.

На поле боя прибыл Танакол. Вокруг старца сразу собралась толпа. Люди обступили своего вождя и принялись что-то обсуждать.

– Пойдём, – сказал пират коротышке. – Хочу послушать, о чём они говорят.

Галлар помог ему подняться.

– Необходимо выслать разведчиков, – донеслось до напарников, когда те подошли ближе к собравшимся. – Хищники раньше не нападали стаей. Тут что-то не так.

Говорил лидер клана. Голос его был встревоженным.

– Предлагаешь отправиться наружу? – уточнил у Танакола один из воинов. – Прямо сейчас?

– Да, – кивнул вождь. – Нельзя терять время. Нужно выяснить причину нападения – это не похоже обычную охотничью вылазку – тварей было слишком много. Не похоже и на миграцию молодняка – сейчас не сезон. Возможно, ещё ничего не закончилось: костры скоро догорят, а эдлэ вернутся. Запасов горючего у нас не так много. Мы должны знать, к чему готовиться.

– Я тебя понял, – воин махнул рукой. – Мантурскьёл, Даудсон, идёте со мной.

Трое человек замотали свои лица тряпками и отделились от толпы. Они пересекли площадь, а затем стали карабкаться по заграждениям наверх, к отверстиям в стене. Вскоре разведчики исчезли в клубах ядовитого дыма.

– Их возвращения здесь будут дожидаться четыре десятка воинов, – приказал Танакол, обращаясь к собравшимся. – Остальные пойдут со мной в поселение. Какие вести бы ни принесли разведчики, мы начинаем всеобщую эвакуацию на второй ярус, в Оранжерею. Женщины, дети, старики – никого не оставлять в домах, все должны укрыться в убежище.

Люди одобрительно заворчали и принялись делиться на тех, кто останется у разлома.

– У меня плохое предчувствие, – пробормотал себе под нос Танакол.

– В чём дело? – спросил Стэйн, стоявший достаточно близко, чтобы услышать его слова.

– Пока не знаю, молодой Волк. Интуиция опытного военачальника говорит, что это был всего лишь отвлекающий манёвр. Город в опасности.

– Полагаешь, зверьё натравили? В нападении замешаны другие группировки?

Танакол молча кивнул, развернулся и зашагал обратно в поселение.

Тем временем люди разделились на две группы. Часть из них осталась на площади, другие поспешили за вождём.

Стэйн огляделся, подобрал с земли брошенное кем-то копьё, затем догнал Танакола. Галлар семенил следом.

– Почему кланы до сих пор не предоставили вам достаточно эффективное средство против этих тварей? – поинтересовался пират.

– Думаешь, хоть кто-то наверху знает о наших проблемах? – фыркнул вождь. – Когда старейшины задумали превратить Ниивенте в тюрьму, первым делом была уничтожена главная передающая антенна Ковчега. Та самая, с помощью которой попавшие в аварию колонисты когда-то вызвали себе подмогу. Разумный ход. Чтобы ни у кого из преступников не возникло искушения связаться со своими дружками из внешнего мира.

– А первопроходцы, потерпевшие тут крушение, разве не сталкивались с эдлэ? Хоть какая-то информация о подобного рода угрозах должна была сохраниться!

– Болота появились значительно позже, молодой Волк. Падение столь огромного звездолёта нарушило рельеф данной местности. Одна из рек разлилась и начала подтапливать значительную часть долины – с годами всё сильнее. Первые хищники пришли в эту долину спустя десятилетия после эвакуации, когда местность стала комфортной для их размножения. И для охоты.

– Почему вы не ушли в более безопасные земли?

– Мы пробовали, – устало кивнул Танакол. – С севера непроходимый горный хребет, на юге и западе болота с ещё большим количеством эдлэ. На востоке безводная каменистая пустошь.

– Неужели всё так плохо?

– Несколько групп ушло на восток, но их дальнейшая судьба скрыта от нас. Никто не вернулся, чтобы рассказать. Да и бандитов не стоит сбрасывать со счетов – они всё ещё правят снаружи. Поэтому большинство не горит желанием бросить поселение и сгинуть в неизвестности. Нам остаётся только держать оборону.

– Нельзя надеяться на лишь одну стратегию, – проворчал Стэйн. – Хищники чуть было не прорвались в город. Надо как-то покончить с этой угрозой. Сжечь все гнёзда тварей – залить болота этой горючей дрянью.

– Запасы отработанных технических жидкостей ограничены – они не природного происходжения, мы сливаем их из механизмов Ковчега.

– Но что-то же надо делать!

– Наши техники не раз пытались собрать достаточно мощный передатчик, чтобы связаться с орбитальной базой. Надеялись запросить оружие или хотя бы сильные яды. Думали надавить на совесть кланов тем фактом, что здесь уже подросло целое поколение невиновных – прямых потомков нашего многострадального народа. Дети не несут ответственности за преступления родителей, нам бы не отказали. Так мне кажется… Только вот атмосферу Ниивенте не пробила ни одна из самоделок.

Защитники вернулись в обитаемую часть поселения, и люди рассыпались по улицам, выкрикивая распоряжения Танакола об эвакуации.

Стэйн и Галлар оказались не у дел на некоторое время. Товарищи не знали, чем им заняться, пока народ собирал вещи для перехода в убежище, поэтому направились в столовую. Там они сели на прежние места и принялись доедать уже остывшее мясо.

Своё копьё пират прислонил к ближайшей стене.

– Мы всё ещё раз обдумали, есть лишь один способ убраться отсюда, – заявил коротышка, как только сковорода опустела. – Ты прав, посадка на поверхность и последующий взлёт будут непростительной ошибкой. Атмосферные условия чересчур экстремальные, мы станем беспомощной мишенью на орбите. Поэтому нужно перехватить управление гравитационным лифтом и воспользоваться им.

– Перехватить управление? Отличный план. Только вот с поверхности Ниивенте это сделать невозможно. Можешь выкинуть свою гениальную идею в ближайшее болото.

Карлик сложил ладони домиком и довольно улыбался.

– Ты многого не знаешь о нашем корабле, Трёхпалый. Он уже находится в данной звёздной системе. Собирает информацию. Если не приземлится в этом районе в течение ближайших дней, значит, сделал правильную оценку угроз и пришёл к тому же выводу, что и мы.

– Там настолько продвинутый ИскИн? – удивился Стэйн.

– Обязательную сертификацию наш помощник никогда не пройдёт, – рассмеялся Галлар. – Тесты Азимова он гарантированно провалит, но вот прочие его способности удивили бы экспертов по обе стороны рукава Ориона.

– ИИ взломает системы управления орбитальной базой? Вот, значит, какой у тебя план?

Коротышка кивнул с довольным видом.

– Ему не суждено осуществиться, – отрезал Стэйн.

– Почему же?

– Космическая база хорошо защищена. Старейшины превратили её в самую настоящую крепость. За время моего недолгого правления клан Стальных Волков успел отправить сюда несколько преступников. Мои люди докладывали о впечатляющем количестве пусковых установок и новых дальнобойных орудиях. Пираты не склонны к преувеличениям, а значит, штурм окажется невероятно сложным даже для группы кораблей, не говоря об одиночном рейдере.

– Сражения не случится, если некому будет отдавать приказы.

– Диверсия?

Карлик ухмыльнулся в ответ.

– Что-то я не помню, как ты подсыпал тюремщикам морто-флоро в суп. Ведь тебя не выпускали из каюты вплоть до того самого момента, как нас отправили вниз на лифте!

– Мы говорим совершенно серьёзно, Трёхпалый. Представь, что персонал на базе нейтрализован.

– Каким образом?

– Этот секрет нам хотелось бы сохранить.

– Ну вот опять! – пробурчал Стэйн, мысленно проклиная скрытность коротышки.

– Если знаешь что-то о внутренностях этой базы, – продолжал Галлар, – то подскажи: имеется ли там автоматическая охранная система? Насколько она эффективна?

Волк смерил напарника ироничным взглядом.

– Получается, ты можешь молчать, а я должен раскрывать пиратские секреты?

– Мы размышляем над тем, как убраться отсюда. Это и в твоих интересах.

– Имеется, – подтвердил Стэйн. – Внешней и внутренней безопасностью заправляет специализированная нейронка. Модель была куплена на чёрном рынке. Хоть и устарела на век-другой, но со своими задачами справляется.

– Она подпустит к себе чужой звездолёт? Как отреагирует на попытку войти в док, если на базе некому будет отдавать команды? Чтобы ИскИн-помощник подключился к локальной сети управления, нашему кораблю потребуется проникнуть внутрь. Никак иначе.

Стэйн задрал рукав.

– Смотри сюда, – он указал на ещё одну татуировку, на острые зубы в пасти косматого волка. – Это ещё один код. Внутренний позывной моего клана.

– Вы что, храните все секреты таким образом?

– На Сигме ты сам сказал, что пиратские лорды – как открытая книга, надо только знать где читать.

Коротышка хмыкнул, внимательно разглядывая рисунок.

– Запомнил?

Галлар кивнул.

– Когда твой корабль приблизится к базе, вещая этот позывной, автоматическая система защиты будет считать его своим и не откроет огонь. С той же оговоркой, что и при посадке на Аукам: если информацию о доступах клана Стальных Волков не стёрли из местных баз данных…

Не договорив, Стэйн со злостью стукнул кулаком по столу.

– Только всё зря! – процедил он. – Ты сам слышал: никакой передатчик на Ниивенте не работает должным образом. Не получится отправить коды доступа твоему ИскИну. Они бесполезны. Есть у тебя какие-нибудь идеи на этот счёт?

Карлик ничего не ответил напарнику, только загадочно улыбнулся.

Мимо площади, где располагалась столовая, проходили группы людей. Женщины с испуганными лицами, притихшие дети, мрачные старики. Все они были нагружены вещами, что могли пригодиться в убежище.

– Нам пора, – сказал Стэйн и встал. – Бери с собой только самое необходимое.

– Что брать-то? – карлик вышел из-за стола и недоумённо огляделся. – Сковороду?

– Это была шутка. Я хотел разрядить обстановку.

Пират подхватил копьё, и они двинулись следом за людским потоком.

До второго яруса напарники так и не добрались.

Снова в воздухе зазвучал тревожный вой, но на этот раз – в другом конце города. Там, где располагался шлюз, через который Стэйн и Галлар прибыли в поселение клана Отринутых.

Воины, расталкивая толпу, поспешили на зов трубы.

– Опять эдлэ? – спросил у одного Волк.

– Нет, – ответил тот. – Это у входных ворот.

Танакол оказался прав, понял Стэйн. Нападение зверья было отвлекающим манёвром.

– Отправляйся в убежище! – крикнул пират своему товарищу.

Карлик не внял совету и тоже направился к шлюзу.

– Постой, Галлар! У тебя же нет подходящего оружия!

– Как-нибудь справимся.

Вой трубы тем временем захлебнулся.

Спустя несколько минут напарники и остальные защитники столкнулись с новой угрозой. Вместо хищных тварей они обнаружили впереди толпу вооружённых копьями и дубинками людей. Это были бандиты, которые к тому моменту успели разобраться с охраной главного шлюза и двигались вглубь города.

Внешне солдаты противника представляли собой точно таких же оборванцев, как и союзники, что сейчас окружали напарников.

– Не ошибиться бы, – пробурчал себе под нос пират, пытаясь выделить хоть какие-то характерные черты, отличающие врагов от друзей.

– Мы будем мешаться у противника под ногами, – озвучил свою тактику боя Галлар. – Это отвлечёт внимание.

– Глупость какая. Думаешь, хоть кто-то примет тебя за ребёнка и замешкается?

– Это всё-таки не болотные ящеры. Должно сработать.

– Такой себе эксперимент. Некоторые представители рода человеческого могут оказаться в разы хуже любого известного хищника.

– О, это мы прекрасно знаем, Трёхпалый.

Стэйн мрачно усмехнулся и заметил:

– Время, проведённое на Сигме, не прошло для тебя даром.

– Сигма – лишь капля в бескрайнем океане вашего безумного общества, – сверкнул на него своими бездонными чёрными глазами Галлар.

«Точно из бывших дворян. Такая обида в голосе!» – снова вспомнил о корнях своего товарища Волк.

Долго размышлять ему не пришлось – первые ряды уже вступили в бой, с разбегу оттеснив противника в проход, ведущий к шлюзу.

Просторный коридор, запечатлённый в памяти Стэйна, оказался невероятно тесен, когда в нём завязалась битва.

Защитники не смогли сдержать врага. Отступление было ловушкой. Спустя считанные минуты первые ряды оказались смяты под натиском ещё большего количества противника. Людская масса перемешалась, и теперь смертельные схватки происходили уже вокруг напарников.

Стэйн и Галлар пытались держаться рядом с людьми клана Отринутых. Но опознать своих оказалось невероятно сложно, чего так боялся Волк. Все сражающиеся были одеты в похожие лохмотья и вооружены одинаковыми самодельными копьями и дубинками. Даже ближайшие знакомые лица быстро оказались обезображены и залиты кровью.

Волк яростно сражался, совершенно не представляя, чем занимается его товарищ – Галлар на некоторое время пропал из виду.

Вскоре коротышка объявился и прошмыгнул мимо пирата, скользя по мокрому от крови полу, но его никто не тронул. Значит, рядом с ними остались только люди клана Отринутых. Хоть какой-то ориентир в этой свалке! Стэйн, выплёвывая проклятья сквозь зубы, последовал за товарищем вглубь коридора – там-то уж точно их ждали только враги.

Несколько схваток спустя, из которых Волк вышел победителем, пират снова потерял напарника из виду. Стэйн оглядывался, пытаясь понять, где же его друг.

Коротышку удалось обнаружить не сразу.

Он оказался далеко впереди.

Напарника схватил смутно знакомый Стэйну человек. Он тянул Галлара за собой, но не назад в город, а к дверям внешнего шлюза. С левого бока карлика стекала кровь.

– Галлар! – заорал пират и ринулся на помощь.

Дорогу ему преградил оскалившийся воин, замахнувшийся дубинкой. Резким ударом копья Стэйн отправил противника к праотцам и двинулся дальше, выкрикивая имя товарища.

– Трёхпалый, оставь нас! – пронзительно прокричал коротышка, перед тем как исчезнуть в толпе. – Спасайся сам!

– Проклятье! – воскликнул Стэйн, останавливаясь.

Прямо на него двигались новые ряды бандитов.

Пирату ничего не оставалось делать, кроме как отступить перед превосходящими силами противника.

Он шёл спиной назад, скользя по крови, разлитой по полу, спотыкаясь о трупы павших. Рядом с ним плечом к плечу вставали выжившие. Выставив копья вперёд, уцелевшие воины клана Отринутых сдавали позиции.

На них наступали оскалившиеся в предвкушении скорой победы враги. Они злобно смеялись и торжествующе выкрикивали насмешки и оскорбления.

Внезапно за спинами защитников раздался грозный хор голосов. Стэйн оглянулся. Это кричали подоспевшие им на помощь воины, оставленные Танаколом у разлома в стене, там, где ранее прорвались внутрь ковчега болотные хищники.

Старец лично возглавлял подкрепление, в своих руках он сжимал две длинные шипастые дубинки.

– За клан! – взревел бывший военачальник Хрустальных Ястребов. – Смерть выродкам!

На секунду перед глазами Стэйна возник тот самый Хакур Яростный, про боевые качества которого ходило множество легенд, известных далеко за пределами клана Хрустальных Ястребов.

– Смерть! – вторили вождю грозными криками воины и ринулись в бой.

В коридоре завертелась самая настоящая мясорубка. Если раньше Стэйн только изредка спотыкался об убитых, то через некоторое время ему пришлось буквально шагать по телам.

Насадив на копьё очередного противника, не теряя времени, пират бросал застрявшее в теле врага оружие и подбирал брошенное кем-то с пола, стараясь выбрать снова копьё. Краем глаза Волк заметил, что многие вокруг действовали похожим образом. Терять драгоценное время и упускать инициативу было смерти подобно.

Атака бандитов захлебнулась. Уже не было слышно торжествующих криков нападающих, с их лиц исчезли и радостные оскалы. Соперники начали отступать.

Наконец тяжёлые створки внешнего шлюза оказались закрыты и заперты.

Кругом лежали убитые и стонали раненые. Воины клана Отринутых ходили между телами. Добивали врагов, а иногда и своих, помогая смертельно раненым избавиться от мучений.

Залитый чужой и своей кровью, Стэйн устало сидел у стены, прислонившись спиной к её холодному покрытию. Он совсем потерял счёт времени и не знал, сколько прошло после окончания боя.

Пират не мог заставить себя встать и пойти хоть чем-то помочь людям, которые сновали по коридору. Дважды кто-то из воинов подходил и к нему. Его спрашивали, нужна ли помощь, но Волк устало отмахивался.

Наконец к Стэйну приблизился прихрамывающий на левую ногу Танакол.

– Мы справились, – заявил старик, но в голосе его не звучало радости или удовлетворения. – Это моя последняя битва. Следующий бой моё сердце просто не выдержит… Впрочем, так я говорил себе и в прошлый раз.

– Один старый Ястреб бьётся лучше двух молодых, – напомнил Стэйн.

Слабая улыбка появилась на лице Танакола, когда он услышал поговорку своего родного клана.

– В этих словах есть доля истины, Волк.

– Часто у вас тут такое происходит?

– Набеги случаются. Обычно мы успеваем загнать коз внутрь, закрыть шлюз и отсидеться. Но порой приходится жертвовать частью стада. Забрав своё, враги уходят. Нас на месяц-другой оставляют в покое.

– В этот раз они пришли не за скотом. Противник намеревался взять город и обратить его жителей в рабов. По крайней мере, такие угрозы выкрикивали некоторые выродки.

– Клан выстоял, как и всегда – в этом наша сила, – старик снял с пояса фляжку и протянул Стэйну. – Умойся.

– Спасибо, – ответил пират и последовал совету Танакола.

Стэйн смыл с лица засохшую корку из грязи и крови, отхлебнул воды и вернул флягу вождю.

– Моего друга взяли в плен.

– Сожалею, Волк. Он такой не один. Мне доложили о потерях. Более десятка воинов пропали, но их не могут найти среди павших. Бандиты иногда берут пленных для своих забав.

– Пленных? Ты не допускаешь мысли, что кое-кто из этих людей мог предать клан Отринутых?

Старец сипло рассмеялся.

– В своём ли ты уме, молодой Волк? – вопросил он. – Скитаться по долине, полной опасностей, жить во временных лагерях в недрах разбитого корабля, каждый день опасаться смерти от зубов эдлэ или от рук конкурирующей группировки – стоит ли оно того?

Стэйн глубоко вздохнул.

– Что если предатели планировали захват города?

– Это всего лишь домыслы. Ты здесь не прожил и дня. Ты не знаешь никого из клана Отринутых, как знаю их я.

– Не знаю, – согласился Стэйн.

– Как тогда смеешь говорить такие вещи про моих людей?

– Твоя правда. Мне ничего не известно даже о тех ублюдках, что напали на нас. Ты сам узнал кого-нибудь?

– Один из тех, кого я прикончил, носил на шее ожерелье из человеческих пальцев. Так украшают себя заместители Виллемана Беспощадного, если та группа не изменила своим привычкам.

Стэйн изменился в лице.

– Виллеман-Мясник? Тот самый? – недоверчиво спросил он.

– Да. Выродок из клана Огненных Змей, устроивший бойню на туристическом лайнере. Его сослали на Ниивенте задолго до моего появления здесь. На воле у многих чесались руки пристрелить этого гада. Жаль, никто не решился преступить пиратские традиции. Тут он быстро стал авторитетом среди анархистов и сколотил себе одну из самых сильных банд. Отринутые неоднократно сражались с его прихвостнями, но в этот раз у него была новая тактика...

– Сегодняшний бой был особенным? Такого раньше не случалось?

Старик устало кивнул.

– Повезло, что наши разведчики быстро вернулись, – сказал он. – Те, что пошли по следам эдлэ. На пути к болотам обнаружили разбросанные останки мёртвых коз и привал с тлеющими углями. Сразу поспешили назад, сообщить мне, что кто-то натравил на нас хищников.

– Люди Виллемана?

– Видимо так. Этот ход отвлёк внимание и разделил защитников города на два фронта. Враги незамеченными подобрались к главному входу и напали на поселение.

– Что, если бандитам удалось бы перебить всех защитников?

– Мерзавцы Виллемана здесь, на улицах нашего города? Даже думать об этом не хочу. Рабство – далеко не самое худшее из того, что можно себе представить.

– А если говорить об общей расстановке сил на Ниивенте? Ситуация в долине могла измениться?

– Ну конечно, – фыркнул старик. – Клан Отринутых, словно заноза в заднице у всех местных банд. Мы занимаем самые лучшие территории. И сидим на ресурсах, которые остальным даже не снились. Победитель получает всё.

– Вот почему нельзя исключать сговора за твоей спиной, – покрутил головой Стэйн. – Изменники могли годами находиться с тобой рядом, примерно служить, но при этом желать большего, чем мог дать им клан. Поддерживая тут образцовый порядок, так или иначе ты ограничивал чью-то свободу. Некоторых не исправит даже могила, а амбициозных интриганов даже среди изгоев хватает.

– Хватит, Волк. Ты новый человек здесь и ничего не можешь знать о моих соратниках. Откуда у тебя эта навязчивая идея о предателях?

– Ещё свежи воспоминания. Совсем недавно в чём-то похожем меня обвиняли Ишфох и Хёгурмуринн.

– Вроде ты заявил, что они ошиблись?

– Да брось, Танакол, ты же прекрасно понимаешь, о чём я говорю! Неужели здесь, на Ниивенте, с момента появления этого островка цивилизации, никогда не случалось предательств? Никто не всаживал нож в спину лидера Отринутых? Куда вдруг делись интриги? Каким образом тут выглядит борьба за власть? Как тебе самому досталась эта должность?

Старик не ответил. Его морщинистое лицо стало хмурым и угрюмым.

Волку было достаточно этого выразительного молчания.

– Как ни больно тебе это слышать, но Галлара захватил в плен человек из клана Отринутых, – продолжил он. – Мне показалось знакомым его лицо, а ведь мы сюда прибыли меньше суток назад и никого, кроме людей вашего поселения, не видели!

Танакол развернулся и пошёл прочь.

– Куда ты? Постой! Мы ещё не договорили!

Но вождь Отринутых молча удалялся, игнорируя выкрики Стэйна.

Глава 6. Приоритеты

С момента нападения на поселение прошло шестнадцать стандартных суток, если верить настенным хронометрам корабля-ковчега. Утром нового дня на пороге комнаты, которую выделили Стэйну под жильё, появился запыхавшийся молодой парень с посланием от Танакола. Гонец передал, что вождь ожидает пирата у главного входа.

Звуков тревоги не было слышно, но на всякий случай Волк подхватил копьё и, не задерживаясь, выдвинулся к месту встречи. Неподалёку от створок внешнего шлюза он обнаружил Танакола в окружении десятка воинов. Вождь кивнул подоспевшему пирату, поманил его рукой и направился к выходу. За ними последовал и вооружённый отряд.

– Решил спасти своих людей? – попытался угадать Стэйн. – Я в деле. Только вот не маловато ли нас?

– Увы, ты ошибся с выводами, – вздохнул вождь, оглядываясь на собеседника. – Повторю снова: даже если разведчики обнаружат лагерь Виллемана, цена за попытку освободить пленников может быть слишком высока…

Раздался противный металлический скрежет, когда створки главного шлюза начали медленно раскрываться.

– Мне бесконечно жаль пропавших воинов и твоего товарища в том числе, но я не имею права ставить под удар всех остальных ради их спасения, – продолжал вождь. – Защитники клана Отринутых серьёзно пострадали в последнем бою. Одно неправильное решение – и город будет захвачен бандитами. Вполне вероятно, что операция по спасению – именно то, чего противник ждёт от нас.

– Тогда куда мы в данный момент направляемся?

– Сейчас увидишь.

В этот момент створки достаточно разошлись, чтобы пропустить отряд наружу. Едва они вышли из-под защитного козырька шлюза, как Стэйн сразу всё понял.

Грозовые небеса Ниивенте пронзал багряный луч – работал гравитационный лифт. Окружённый снопами алых молний, силовой столб нёс к поверхности очередного ссыльного, а может, и нескольких сразу.

– Хорошо бы сегодня обошлось без бури, – сказал Танакол, накидывая себе на голову капюшон. – Не нравятся мне эти порывы ветра с севера.

Он оглядел своих людей и скомандовал:

– За мной.

Отряд двинулся следом за вождём.

К тому моменту, как они достигли приёмной пластины, гравитационный лифт успел отключиться. На краю металлической чаши виднелась одинокая фигурка, лицо которой слабо освещал экран некоего прибора.

– Галлар?! – удивлённо выдохнул Стэйн.

Не веря своим глазам, он вырвался вперёд и подбежал к товарищу.

Это действительно был Галлар.

– Как ты здесь очутился?

– Прямо сейчас нужно давать объяснения? – тоном чрезвычайно занятого человека отозвался коротышка. – Погоди немного, Трёхпалый. Сперва надо проверить расписание рейсов.

– Каких ещё рейсов? – растерянно повторил Стэйн. – О чём ты говоришь?

Пират был совершенно сбит с толку.

Карлик не ответил. Он даже не смотрел на своего товарища. Галлар был погружён в изучение цифр на экране электронного планшета, который находился в его руках.

Тем временем Танакол и остальные подошли к ним.

– Эвакуационный модуль? – спросил вождь, указывая вниз. – Внутри есть что-нибудь полезное? Оружие, например?

Только сейчас Стэйн заметил, что в центре приёмной пластины, в тени отбрасываемой стеной рукотворного кратера, стоял большой многогранный контейнер.

– Нет там ничего полезного, мы уже проверили, – ответил коротышка и помахал планшетом. – Внутри был лишь этот прибор с расписанием рейсов спасательного модуля. Готовьтесь покинуть планету.

Брови Танакола поползли наверх.

– Я хочу знать, что тут происходит! – потребовал объяснений вождь.

– ИскИн Галлара взломал систему управления гравитационным лифтом, – догадался Волк. – Он-то и отправил вниз спасательный модуль.

Карлик улыбнулся и закивал.

– С помощью этих штук когда-то вызволяли с Ниивенте людей, потерпевших крушение. Можно было бы обойтись и кислородными масками, но, к сожалению, у нашего ИскИна нет рук, чтобы принести их в лифтовой отсек.

– Модуль он как-то туда затащил, – хмыкнул Стэйн.

– С помощью погрузчиков и кранов. Подготовка к эвакуации полностью автоматизирована. Правда, этими системами не пользовались очень много лет. Пришлось потратить несколько дней на расконсервацию и проверку всех механизмов.

– Как тюремщики не заметили, что в отсеках сама собой работает техника? – недоверчиво спросил Танакол.

– Нашему кораблю достаточно было войти в ангар орбитальной базы, чтобы её экипаж перестал обращать внимание на всё остальное.

– Хм-м… – Танакол задумчиво чесал макушку, с недоверием слушая Галлара.

– Внутренний позывной клана Стальных Волков всё ещё в списках доступа, – пояснил Стэйн, предугадывая следующий вопрос вождя.

– Да, твой код подошёл, – подтвердил карлик.

И тут уже появились вопросы у Стэйна:

– Но как твой ИскИн получил эту информацию, если тут нет достаточно мощных передатчиков…

– Один такой передатчик был нами обнаружен рядом с лагерем бандитов, – перебил напарника Галлар. – Нам удалось связаться с кораблём, отправить ему новые инструкции и проконтролировать их исполнение, после чего мы пришли сюда, к приёмной пластине.

Танакол с сомнением покрутил головой.

– Я ещё способен поверить, что кто-то скрылся от подонков Виллемана – они не очень умны. Но вот остальная часть твоей истории… На Ниивенте не осталось средств связи, которые могли бы вести передачу за границы её атмосферы. Всё оборудование подобного рода было демонтировано инженерами кланов, когда Совет решил превратить это место в тюрьму. Что-то тут не сходится.

Карлик ухмыльнулся и выдал:

– Наши похитители придерживались того же мнения, а ведь их лагерь располагался прямо над третьей аварийной радиорубкой.

– Третья аварийная радиорубка? – повторил старик и нахмурился. – Никогда не слышал о таком отсеке.

– Сколько областей ковчега, по-вашему, до сих пор сохранили энергоснабжение?

– Точно не скажу. Несколько зон обладают автономными источниками питания, но они слабее реактора, от которого получает свет и тепло наш город. Из-за активности бандитских группировок информация о некоторых территориях отсутствует. Слишком рискованной стала дальняя разведка.

– В одном из таких мест и обосновались те, кто напал на поселение клана Отринутых, – коротышка махнул рукой налево. – Вон в той стороне лежит довольно крупный кусок корабля, в котором сохранилась генерация энергии.

– Это не новость, – кивнул Танакол, бросая короткий взгляд в указанном направлении. – Все узники Ниивенте стараются устроить свои лагеря там, где есть свет и тепло.

– Свет и тепло. Да. Никто из вас не идёт дальше удовлетворения базовых потребностей.

– Клан Отринутых – всё-таки относительно цивилизованное общество, – напомнил Танакол. – Мы живём не как звери, в отличие от некоторых.

Похоже, слова Галлара его задели.

– Речь о другом, старик: о любопытстве. О жажде исследования мира, в котором вас заперли тюремщики. Бандиты Виллемана использовали энергию в самых примитивных бытовых целях, даже не задумываясь о том, куда уходят все эти пучки проводов. А ведь, следуя кабельным трассам, можно было спуститься через воздуховоды на палубу ниже, в отсек, где все эти века находились средства связи с внешним миром.

– Кто б ещё смог пролезть в вентиляционную шахту кроме тебя! – закатил глаза вождь.

– Можно было отправить ваших детей, – упорствовал коротышка. – Даже если прочие проходы завалены в результате крушения, следовало испробовать все способы и изучить каждый уголок ковчега.

– И как потом вызволять мальчишек, если они застрянут?

– Мы ведь прошли этим путём.

– А у тебя не было вариантов, дружок. Нет, эта история вовсе не о любопытстве, можешь даже не стараться, не убеждать меня в обратном. Ты спасал свою шкуру и совершенно случайно наткнулся на радиорубку.

Воины рассмеялись. Послышались шуточные замечания о росте Галлара, не слишком соответствующем его исследовательским амбициям.

– Сбежал через воздуховод, – Стэйн тоже улыбался. – Вот уж поистине «мышонок»: скрылся от преследователей в той норе, куда никаким хищникам не проникнуть!

История коротышки была очень похожа на правду, но чем-то настораживала пирата. Пока он не мог понять, что именно ему в ней не нравилось. Может быть, столь удачное расположение радиорубки на пути к свободе?

– Не размеры мешали бандитам обнаружить средства связи, – недовольно пробурчал Галлар. – Никто из вас и помыслить не мог, что на ковчеге сохранились столь ценные отсеки.

– Хорошо, ты прав, – примиряюще согласился Танакол. – Ни Великий Совет, ни ссыльные не знали про третью радиорубку. Поэтому она оставалась скрытой от всех до последнего времени. Молодец. Герой! Никто не умаляет важности твоей находки.

– Галлар нашёл то место, которое никто бы и не подумал искать, – задумчиво произнёс Стэйн. – Невероятная удача.

– Случайности здесь нет места, Трёхпалый. Мы быстро поняли, что нам следует искать и где это может находиться.

– Даже так?

– Этот разбитый ковчег, хоть и очень стар, но всё же отличается от тех древних звездолётов, на которых когда-то прародители пиратских кланов прибыли в рукав Персея. Ваши предки, что придумали организовать здесь тюрьму, не знали обо всех дублирующих системах новейшего поколения кораблей данного класса.

– Допустим, но ты-то как понял? – спросил Волк.

– В самый первый день здесь, на Ниивенте, ты сказал, что это судно относится к последней волне Великого Расселения. Важную роль тут сыграл наш интерес к истории кораблестроения, а именно к категории сверхтяжёлых звездолётов.

– Не знал, что ты специалист по этой теме.

– Некоторые наши бизнес-проекты целиком посвящены судостроительству.

– Вот значит как ты делаешь деньги, – протянул Стэйн.

Он наконец понял, какого типа подставные фонды использовал коротышка в своих аферах. Финансовые пирамиды, связанные с верфями и госзаказами, – об этих громких делах уже давно ходили слухи по обе стороны рукава Ориона. Выходит за этими махинациями стоял Галлар!

– У нас появились мысли, что средства связи, о существовании которых кланы в принципе не могли знать, сохранились на разбитом ковчеге. Оставалось лишь проверить догадки.

– Только вот делиться со мной подробностями ты почему-то не захотел. Если бы ты погиб, все догадки могли исчезнуть вместе с тобой!

– Мы не успели тогда закончить этот разговор, Трёхпалый, – напомнил коротышка. – Начался бой с бандитами. Они могли знать про интересующую нас секцию корабля. Привели бы нас к ней.

– Но этого могло и не случиться.

– Если бы мы отсиживались в осаждённом ковчеге – не случилось бы точно. Так или иначе, требовалось срочно решить, каким будет следующий шаг, а советоваться с тобой в тот момент совсем не было времени.

– Звучит так, словно ты специально попал в плен. Тебя же могли убить.

Коротышка загадочно улыбнулся и ответил:

– Главное – результат.

Стэйн подозрительно разглядывал товарища. Ну точно! Вот же оно! Пират понял, что именно его насторожило во всей этой истории, но спросил он совсем другое:

– Что с персоналом орбитальной базы?

– Ликвидирован.

– Об этом я догадался, но как?

– Может хватит расспросов? – нахмурился Галлар. – Мы зря теряем время.

– Ладно, храни свои секреты и дальше, – махнул рукой Стэйн. – Главное, что теперь у нас есть возможность убраться с этой планеты. Сколько людей спасательный модуль может вытащить за раз?

– Пять десятков пассажирских кресел, плюс полтонны груза. Подъём с интервалом в четыре часа. ИИ корабля составил расписание на ближайшие пару суток. Затем перерыв. Цикл будет повторяться с периодичностью раз в месяц, пока его не остановить или не внести правки.

– Это значит массовый побег? – вернулся в разговор Танакол.

В голосе старика чувствовалось напряжение.

– Хакур, – обратился к нему Стэйн. – За время, проведённое рядом с тобой, я не раз слышал слова сожаления о том, что в ссылке на Ниивенте страдают и невиновные. Те, кто родились здесь, их дети и внуки. Вот он – шанс для клана Отринутых. Воспользуйся им прямо сейчас!

– Ваш корабль достаточно вместительный? – быстро спросил старик. – Он способен принять несколько сотен человек на борт?

Стэйн скривился, словно от зубной боли.

– Нет. У нас малое судно.

– Есть ли в ангарах базы другие звездолёты? Достаточно крупные? – продолжал вождь.

– Только беспилотные истребители малого радиуса действия, – сообщил карлик. – Иных кораблей наш ИскИн не обнаружил.

– Тогда и говорить не о чем.

В голосе старика не было разочарования, только усталость. Словно он заранее успел обдумать плохие варианты и смирился с неизбежностью.

– Не всё потеряно, Хакур, – обнадёжил его Стэйн. – Орбитальная база легко вместит куда большее число людей. Сама она достаточно велика, чтобы развернуть там грибные фермы, обеспечить себя и скот едой. Отринутым следует перебраться наверх. И как можно скорее, пока остальные банды не заинтересовались подозрительной активностью гравитационного лифта.

– Какой смысл в таком побеге? Рано или поздно кланы поймут, что здесь произошло. Они попытаются вернуть базу силой либо уничтожат её. Если дадим им отпор, то вероятнее всего случится последнее.

– У твоих людей появится шанс. Базу никто не захочет терять. Каны обязательно выйдут с вами на связь. Вы объясните ситуацию. Расскажете Совету о том, что вы построили цивилизованное общество, живущее согласно клановым традициям. Ваших потомков, тех, кто не виновен в преступлениях своих родителей, наверняка пощадят. Остальным придётся вернуться вниз, но не с пустыми руками. Вам предоставят средства защиты, хотя бы эффективный репеллент против местных хищников…

Небо над головами собравшихся гремело и полыхало.

– Интересная перспектива, – Хакур-Танакол оглянулся на своих людей, которые молчаливо стояли рядом. – Что скажете?

– Похоже, судьба наконец улыбнулась нам, – ответил один из воинов. – Нельзя отказываться от такого шанса.

Другие поддержали своего товарища.

– Тогда мы возвращаемся в город. Надо организовать отправку людей и коз на орбиту, – сказал вождь и спросил у Стэйна: – Пойдёте с нами?

Волк кивнул Хакуру, а вот карлик отрицательно покрутил головой.

– У тебя другие планы, Галлар? – поинтересовался пират, приподнимая левую бровь.

– Мы останемся в спасательном модуле, – объяснил коротышка свой отказ. – Запрёмся внутри до вашего возвращения. Надо проверить, в каком состоянии генератор кислородной смеси. Следует убедиться, что эту штуку безопасно эксплуатировать. Она ведь уйму времени простояла без дела.

Волк смерил своего друга насмешливым взглядом.

– Ну, раз в этом есть такая необходимость, то оставайся.

Тем временем вождь и его воины уже шагали в сторону поселения.

Стэйн поторопился нагнать их.

Танакол осторожно поинтересовался:

– Насколько хорошо ты знаешь своего низкорослого друга, Волк? Можем ли мы доверять ему?

– Говори прямо. Думаешь, он бросит всех и сбежит, пока клан будет занят подготовкой к эвакуации?

Старик слабо улыбнулся и философски заметил:

– Всякое возможно. Совсем недавно ты убеждал меня в том, что мои люди способны на предательство.

– Этот маленький хитрец – самая настоящая загадка, – заявил Стэйн. – Очень опасная загадка. Всей правды о себе он не рассказывает никому… Возможно, однажды Галлар предаст меня, но только не сегодня.

– Надеюсь, твои выводы верны.

Некоторое время они шли молча, затем Стэйн спросил:

– Ты не заметил ничего странного в облике Галлара?

– Сложно сказать. Я не особо приглядывался, а в чём дело?

– Ладно, забудь.

– В чём дело, Волк?

– Мои наблюдения имеют прямое отношение к его самым сокровенным секретам, Хакур. Зря я тебя спросил. Пожалуй, не стоит дальше обсуждать эту тему, чтобы не плодить сомнения.

– Думаешь, он всё-таки сбежит?

– Коротышка никуда не улетит без нас. Доверься моему чутью.

– Как скажешь, – пожал плечами старик и прибавил шагу.

Весь путь к поселению клана Отринутых Стэйн размышлял над теми самыми странностями, о которых он в последний момент решил всё же не распространяться. И на ум пирату приходило только одно объяснение тому, что произошло с Галларом на самом деле.

Кое-какие мифы, мистическим ореолом окружающие историю старой Империи, похоже, оказались правдой.

Её особый флот, тот самый железный кулак, которым она усмиряла восставшие провинции и покоряла чужие цивилизации, имел один важный секрет. Ударная сила Империи, элитные десантники, были непобедимыми в наземных сражениях, поскольку эти могучие воины никогда не умирали, в отличие от своих противников.

Да, они погибали от пуль и взрывов, но спустя считанные минуты заново врывались в битву. Легенды гласили, что в головы солдатам вшивали особые передатчики сознания, в случае смерти мгновенно переносящие личность воина со всеми навыками в нового клона.

Память о тысячах сражений, генетически модифицированные тела и мощное вооружение гарантировали победу этой армии в любой войне.

Но однажды непобедимый флот и бессмертное войско сгинули навсегда. Столь могучую силу невозможно было одолеть в открытую – случилась некая диверсия, подробности о которой не сохранились.

Недальновидные чиновники убедили правящую династию не подрывать экономику, не тратить невероятное количество ресурсов на восстановление бессмертной армии, содержание которой всегда было самой расточительной строкой бюджета. Спустя века Империя, лишённая главного козыря, начала утрачивать контроль над своими территориями. Начались гражданские войны за независимость, что обрушили тысячи миров в кровавый хаос. Практически всех, кто имел отношение к старому режиму, растерзала толпа. Были разграблены и преданы огню крупные научные центры и лаборатории.

Секрет бессмертия оказался утерян. Как функционировала данная технология? Какой принцип связи использовался? Ответы на эти и другие вопросы новое поколение учёных не нашло до сих пор.

Невероятные достижения человеческой цивилизации превратились в мифы и сказки…

Пират хорошо помнил, что коротышка в бою с воинами Виллемана был серьёзно ранен. Тогда, в коридоре, серые одежды его товарища были темны от крови. А ещё Галлар сильно запачкался гарью смоляных костров во время стычки с хищными эдлэ.

С того дня миновало более двух недель. Какие ещё испытания карлику довелось пройти? Плен. Древние воздуховоды. Болотистая долина. Тем не менее Галлар предстал перед ними аккуратно выбритым и опрятным, без единого пятна на своём балахоне.

Как будто коротышка впервые спустился сюда в спасательной капсуле, а не ждал её внизу всё это время!

Странности в поведении Галлара, ряд особенностей, присущих лишь его кораблю и никаким другим в этой Галактике, плюс все предыдущие догадки пирата окончательно сошлись в одной точке.

Стэйн был как никогда уверен в правоте тех умозаключений и выводов, что сейчас бешено крутились в его голове.

Галлар солгал про третью радиорубку и передатчик. Не было никакого побега из плена через систему вентиляции.

Нет. Всё случилось иначе. Коротышка покинул эту планету своим особенным способом.

Галлар умер. Его сознание мгновенно перенеслось на корабль, внутрь одного из готовых клонов, что плавали в баках медотсека. Мифические технологии Империи, находившиеся на борту его звездолёта, сработали несмотря на особенности местной атмосферы.

Но как Галлар понял, что сигнал пробьётся сквозь неистовую грозу?

Рискнул? Или же знал куда больше остальных?

«Коротышка намеренно бросился без оружия в самую гущу боя, поближе к врагам. Был уверен: с такой примечательной внешностью его вряд ли убьют, скорей уж захватят в плен ради дальнейшей потехи», – продолжал размышлять Стэйн.

Галлар специально ушёл из поля зрения напарника, чтобы иметь возможность придумать более-менее правдоподобную историю собственного спасения.

Только так можно было сохранить секреты «мышонка».

После «воскрешения» на корабле, имея позывной клана Стальных Волков, он попал на борт орбитальной базы и ликвидировал её персонал. Но как? Может подсыпал им в еду споры морто-флоро? Какая разница! Зачистил всё, подготовил процедуру эвакуации с поверхности планеты и спустился вниз в спасательной капсуле.

Раз уж Галлар вернулся, значит, Стэйн был всё ещё нужен ему. Без него карлик никуда не улетит…

Эвакуация клана Отринутых заняла менее двух суток. Воины, охранявшие приёмную пластину, поднялись на орбиту последними.

Вовремя.

В последний день нагрянули ублюдки Виллемана, но их атаки были успешно отбиты, а затем с разных сторон долины подтянулись и остальные группировки. Бандиты сцепились друг с другом, что сыграло на руку беглецам.

Пока шло размещение беженцев, Стэйн вместе с небольшим отрядом воинов освобождали базу от трупов персонала. Удивительно, но ни одно тело не имело на себе следов насильственной смерти. Никакие растения сквозь мертвую плоть тоже не росли. Об истинных причинах гибели тюремщиков карлик упорно не хотел говорить, как бы Стэйн не настаивал.

Когда последний человек клана Отринутых вышел из спасательной капсулы, Галлар остановил гравитационный лифт.

Танакол и его люди принялись обустраивать новую территорию под себя.

Напарники первые дни активно помогали Отринутым. Познакомили техников клана с системами жизнеобеспечения, обороны и связи. Обучили управлению гравитационным лифтом на случай отступления. Главным консультантом конечно же был карлик, который получал всю необходимую информацию от своего ИскИна, взломавшего местные базы данных.

Спустя пару недель, когда в их помощи уже никто не нуждался, товарищи направились в ангар. Там между ними состоялась беседа в тени корабля Галлара.

Коротышка уже который день ныл, что надо отправляться в путь.

– Ладно, твоя взяла, отбываем. Я предупредил Хакура. Добросишь меня до ближайшей цивилизованной планеты и разбежимся.

– И зачем, Трёхпалый? С таким же успехом можешь не улетать отсюда.

– Что конкретно ты хочешь предложить? – спросил Волк, скрестив руки на груди. – Выкладывай уже, а то я слышу от тебя последнее время только одно «пора улетать» и никакой конкретики.

Карлик удивлённо моргнул.

– Наша предыдущая договорённость осталась в силе, – напомнил он. – Совместная деятельность по извлечению максимальной прибыли в секторе Новой Периферии.

– И ты не кинешь меня и мой народ?

– Мы обещаем тебе, что финансовое благосостояние никакого клана не пострадает. Если только ты сам того не захочешь.

– Я, наверное, глупец, раз собираюсь поверить твоим словам, – вздохнул Стэйн, – но пусть будет так. Договорились. По рукам.

Карлик крепко пожал его ладонь.

– Мы наметили множество целей, но твой народ в этот список не входит, – сказал он. – Рукав Персея – самая настоящая сокровищница.

– Надеешься запустить в неё свои ручонки, загрести как можно больше и смыться, пока не поймали. Так, мышонок Галлар?

– Мы будем повторять эту процедуру, пока не станет чересчур горячо.

– Опустошим целые планетарные бюджеты, как это было в рукаве Стрельца?

– Да, но тех денег оказалось недостаточно. Мы с корабельным ИскИном тщательно проработали множество интересных идей, способных привлечь богатых инвесторов. И всё же, здесь, на новой территории, без твоих никак контактов не обойтись.

– Почему ты умолчал о своём прошлом, когда мы разговаривали на Сигме?

– А надо было раскрыть все карты в самом начале нашего взаимодействия?

– Действительно. Ну и каков план? Подставные фонды, связанные со строительством крупнотоннажных звездолётов?

– Нечто поинтереснее. Грандиозные проекты, что мы планируем развернуть в рукаве Персея, не имеют аналогов. Мы навели справки о ряде влиятельных персонажей, с которыми способен свести только пиратский кан. Они-то и станут ключами к сокровищницам с несметным богатством…

– Стоит одному из этих «ключей» обеспокоиться истинным состоянием дел лидера Стальных Волков, отправить запрос-другой, как тут же появятся люди кланов. Они извинятся за вторжение и уведут меня под ручки. И тебя заодно. Да, информация об уничтожении моего флота и моём статусе преступника будет замалчиваться до последнего, но едва я попаду в поле зрения заинтересованных лиц, как меня вскоре поймают и отправят в ссылку, а твои махинации подразумевают, что это неизбежно произойдёт!

– Должно быть какое-то решение, Трёхпалый.

Стэйн задумался.

– Мой единственный шанс снять клеймо предателя – Великий Совет. Необходимо доказать, что улики были сфабрикованы. Только как это теперь сделать, когда в руках моих недоброжелателей имеется столь качественная фальшивка? Наида, единственный свидетель разговора с Же’Ордоном, давно мертва.

– Ну вот, ты сам и дал ответ. Надо навестить этого федерального чиновника. Выбить признание под запись. Кто-то же заставил его надиктовать другие слова. Значит, существуют некие рычаги воздействия на этого человека. Вероятнее всего, твои враги его просто подкупили. Предложим сумму больше, но уже за правду, которая снимет с тебя ложные обвинения.

– Идея просто огонь, – согласился Волк, но без особого энтузиазма в голосе.

– Значит, летим. Где искать этого чиновника?

– Джайма-9. Слышал о такой планете? Второй уровень безопасности. Понимаешь, куда придётся отправиться?

– Если это место входит в число известных двенадцати тысяч обитаемых миров, то мы не видим проблемы. Корабль доставит нас куда угодно в самые короткие сроки.

– Дело не в расстоянии. Давай объясню подробнее, раз ты не понял: Джайма-9 по ту сторону границы сектора Сол. Это охраняемая федералами территория. Мы нарвёмся на патрульные истребители ещё до входа в атмосферу. Твой ржавый рейдер просто не допустят на орбиту. Придётся снимать маскировку.

Карлик задумчиво осмотрел рваные листы брони, под которыми прятался его звездолёт.

– Исключено. Оставим корабль на нейтральной территории, – сделал вывод Галлар.

– Отличный план. Значит, у тебя есть паспорт Федерации, чтобы приобрести билет на пассажирский лайнер? Даже два паспорта. Напоминаю: вернуться на Аукам, чтобы купить нужные документы мы не можем.

– Нельзя демаскировать этот звездолёт, – скривил лицо карлик. – Особенно в секторе Сол.

– Как я тебя понимаю, – иронично протянул Стэйн.

Наверняка в федеральных базах данных имелось описание корабля мошенника, опустошившего казну нескольких планет. И были особые инструкции на случай его появления. Обнаружение этого корабля сразу привлечёт внимание Службы Безопасности.

– Кроме Джаймы-9 есть иные варианты встречи с Же’Ордоном?

Стэйн задумчиво почесал макушку, перебирая в голове все факты об этом федеральном чиновнике.

– Можно попробовать его чем-нибудь заинтересовать, кланы так и вышли на него. Среди сокровищ, доставшихся нам от предков, были несколько древних картин с самой Земли. Стоимость некоторых поистине космическая. Как-то иначе доставить серьёзные деньги в сектор Сол, практически невозможно.

– Другая финансовая система. Внутренняя цифровая валюта Федерации бесполезна на Периферии.

– Верно. Если конвертировать и перегонять крупные суммы через границу, то сразу привлечёшь внимание Службы Безопасности… В целях подкупа идеален подарок, ценный везде. Мы закинули удочку посредникам, через некоторое время состоялся контакт вдали от маршрутов военных патрулей. Наживка была хороша, нашей добычей стал сам Вазир Же’Ордон. Долгие годы сделка с ним приносила обоюдную пользу. Обмен важной информацией, среди которой были и маршруты торговцев. Одних мы потрошили, а других, наоборот, охраняли. Чиновник не раз предупреждал нас о спецоперациях, готовящихся федералами против пиратов. Он не боится встречаться с представителями кланов лично. Все средства, которые мы в него вкладывали, отбились. Этот человек оказался невероятно полезен. Правда, сейчас я несколько поменял своё мнение о нём.

– Отлично, – потёр ладони коротышка. – У нас появилась рабочая идея. Сходи попрощайся с Танаколом. Мы отправляемся, как ты выразился, ловить рыбу.

– В этот раз ты хотя бы расскажешь подробности?

– Предложим ему наш корабль. Даже тебя, опытного звездоплавателя, он впечатлил.

– Ты серьёзно? – удивился Стэйн.

На самом деле он прекрасно понимал, что чиновника это предложение заинтересует. Ещё бы – самый настоящий артефакт старой Империи пополнит частную коллекцию Же’Ордона!

Кто ещё способен похвастать такой диковинкой?

– Расставаться с кораблём мы не намерены, – добавил коротышка, – но покупатель узнает об этом в самый последний момент.

– Это хорошая идея, Галлар. Рабочая.

Карлик выразительно посмотрел куда-то за его спину.

Стэйн оглянулся и увидел, что в дальнем конце ангара появился Хакур, пришедший попрощаться с ними.

Спустя полчаса корабль Галлара поднялся над стартовой площадкой и покинул базу на орбите Ниивенте.

Глава 7. Встреча с врагом

Корабль Галлара находился внутри пустого брюха древнего космического рудовоза, который незаметно пересёк значительную часть рукава Ориона прямо под носом у федеральных патрулей. Сейчас старый грузовик дрейфовал в широком поле астероидов, окружавшем тусклую оранжевую звезду спектрального класса K.

Система не имела планет и была необитаема. Она не представляла интереса в качестве промежуточной точки для любого типа маршрута: туристического или торгового. Содержать здесь военную базу тоже было бессмысленно.

И всё же время от времени сюда наведывались неслучайные гости с самых разных концов Галактики, поскольку эта нейтральная территория располагалась всего в сотне световых лет от Джаймы-9 – развитого пограничного мира Федерации.

«Слишком близко к сектору Сол», – предупредил Стэйн коротышку, но Галлар был уверен, что в случае обнаружения они успеют скрыться от патрульных.

До того как отправиться сюда, напарники потратили почти три месяца, чтобы выйти на посредников, способных организовать связь с федеральным чиновником. За немалое вознаграждение, разумеется.

– Откуда у вас этот звездолёт? – сразу поинтересовался Же’Ордон.

Его смуглое лицо, украшенное пышными серебряными усами, занимало практически весь экран. Казалось, что чиновник вот-вот упрётся носом в глазок видеокамеры.

«Использует портативный коммуникатор», – догадался Стэйн.

Волк остался за пределами рубки, чтобы не попасть в кадр. Он наблюдал за кабиной через небольшой настенный монитор и внимательно слушал разговор, который вели его напарник и продажный чиновник.

– Корабль продали «космические стервятники», – ответил Галлар. – Нашли где-то на поле боя в секторе Кали. Они не поняли его истинную ценность. Мусорщики были рады избавиться от нерабочего хлама. Звездолёт оказался сильно повреждён. Восстанавливать судно виделось им бессмысленным занятием – начинка слишком уж нестандартная. Могли продать по частям, но с риском повредить незнакомое оборудование. Решили, что выгоднее сбыть находку целиком.

– Похоже на правду, – прищурился чиновник. – Я ознакомился с характеристиками судна, что вы прислали. Невероятно эффективная двигательная система. Потрясающая скорость. Экономичность. Да ещё и трансплантационная фабрика на борту. Сколько вы хотите за это технологическое чудо?

– Двести пятьдесят миллионов солов.

– Немало, – с досадой в голосе заметил чиновник, – но терпимо… Погодите, вы сказали «солов»? Я не ослышался?

– Всё верно. Платёж должен поступить на счёт в Федеральном банке.

Же’Ордон выпучил глаза:

– Легальный контракт? Вы меня удивляете, господин Альфари!

Карлик представился чиновнику чужим именем, чтобы слухи о «мышонке Галларе» не стали помехой плану напарников.

– Я почему-то был уверен, что вы ведёте дела на Периферии. Рассчитывал на оплату в удобном для обеих сторон эквиваленте. В золоте, например.

– Нет. Сделка должна пройти безналом в этом секторе.

– К чему тогда все эти предосторожности? Могли бы встретиться у меня в приёмной.

– Давайте будем честны, – вздохнул Галлар. – Вазир Же’Ордон – влиятельный человек, способный легко изменить условия соглашения в свою пользу. Вы получите серьёзное преимущество, если встречу проводить на подконтрольной вам территории, в окружении федеральных сил.

Чиновник кисло улыбнулся.

– Официальная транзакция потребует дополнительных затрат с моей стороны, – пожаловался он и предложил свою цену: – Двести.

– Двести сорок, – парировал карлик.

Они торговались некоторое время, пока не сошлись на двухстах тридцати миллионах.

– Вы упомянули, что корабль был сильно повреждён, – напомнил Вазир.

Он всё ещё искал способы сбить цену.

– Беспокоиться не о чем – судно в идеальном состоянии. Мусорщики не догадались, что на борту есть система автоматического ремонта. Запустить её было непросто, но нашим инженерам всё же удалось с этим разобраться.

– Господин Альфари, вы чересчур уверенно говорите о своём товаре. Совсем как менеджер по продажам дорогостоящей техники, имеющей скрытые недостатки. Меня не покидают некоторые сомнения. Возможно, двести тридцать миллионов солов – несколько завышенная цена.

– Она целиком и полностью оправдана начальными затратами на ремонт. Чтобы корабль восстановил себя, на первых этапах не удалось обойтись без серьёзных вложений, – голос карлика стал вкрадчивым. – Это ведь не какой-нибудь серийный звездолёт, сошедший с одной из федеральных верфей.

– Возможно, вы говорите правду. И всё же сперва я бы хотел убедиться, что покупаю товар, который соответствует своей стоимости, – произнёс Же’Ордон. – Как-то возможно организовать проверку?

– Присылайте любых экспертов, – пожал плечами карлик.

– Экспертов можно подкупить. Нет. Я появлюсь лично.

– В сопровождении федерального флота, который возьмёт нас на прицел? Нет, не вариант.

Стэйн чувствовал, как растёт напряжение в этом диалоге.

«Ещё немного, и рыба сорвётся с крючка», – мрачно подумал Волк.

– Господин Альфари, я не новичок. Хорошо знаю, как вести подобные дела. Прибуду на гражданском корабле. К вам на борт взойду в сопровождении лишь инженера и телохранителя. Вас это устроит?

Галлар несколько секунд молчал, изображая сомнение.

– Только давайте без всяких штучек, – наконец произнёс карлик. – Объясните вашим людям, что в гостях не стоит размахивать оружием.

– Даже косого взгляда не отпустят в вашу сторону. Но и вы должны пообещать вести себя достойно. Особенно если у товара будут обнаружены скрытые недостатки.

– Договорились.

– Где встречаемся? – поинтересовался Же’Ордон.

Карлик нажал несколько кнопок на клавиатуре перед собой.

– Координаты у вас на экране.

Чиновник прищурился, изучая поступившие данные, а потом коротко кивнул.

– Буду через шесть-семь часов, – сказал он и завершил сеанс связи.

Стэйн выждал несколько секунд, а затем вошёл в рубку. Он был облачён в лёгкий скафандр, со шлемом, прикрытым тонированным забралом. На поясе у пирата находились две кобуры, из которых выглядывали узкие стволы нейропарализаторов.

Он убедился, что сеанс связи закончен, и поднял щиток шлема.

– Же’Ордон заглотил наживку!

– Вышло даже лучше, чем мы задумали, – кивнул карлик. – Первоначальный план предполагал, что тебе придётся прятаться на корабле, пока его не доставят чиновнику. Это могло занять немало времени.

– Откуда у тебя счёт в Федеральном банке? Ещё один важный момент, который ты упустил, когда мы обсуждали наши действия.

– Это счёт компании. Одной из многих.

– Ты до сих пор доишь федералов?

Карлик только фыркнул в ответ.

– Чем удивишь меня в следующий раз? – поинтересовался Стэйн. – Кредикой, украденной у самого Канцлера?

Галлар загадочно улыбнулся, но ничего не ответил.

Примерно через семь часов в шлюз огромного рудовоза влетел четырёхместный катер класса «звёздное такси» и лихо сел. Из кабины вышел Вазир Же’Ордон в сопровождении двух людей. Они направились к кораблю Галлара, оставив пилота скучать за штурвалом.

Карлик ждал гостей, открыв наружные двери.

Попав внутрь, троица принялась осматриваться, слушая объяснения Галлара. Впрочем, длилась экскурсия не слишком долго. Через пару минут за спинами гостей появился Стэйн и выстрелами из парализаторов поразил телохранителя с инженером. Те рухнули на пол коридора, потеряв сознание.

– Вы – идиоты, – прошипел Же’Ордон, оглядываясь то на Галлара, то на человека в скафандре, что держал его на прицеле. – Сделка не состоится!

– Действительно, Трёхпалый, ты поспешил, – укоризненно заявил карлик. – Мог бы подождать, пока он перечислит деньги на счёт. Что произошло?

– Ответ у тебя под ногами, – глухо отозвался Волк.

Коротышка вытянул шею, осматривая бесчувственные тела.

– Пока ты рассказывал про отсек с трансплантационной фабрикой, инженер и телохранитель обменивались знаками на языке жестов. Они убедились, что у тебя здесь нет группы поддержки, и перешли в наступление. Как только первый расстегнул кобуру, я начал действовать.

– Какое разочарование, – поджал губы Галлар. – Вы решили играть не по правилам, господин Же’Ордон?

Коротышка приказал бортовому ИИ закрыть шлюз и поднять щиты, после чего в дальнем конце коридора раздалось характерное шипение. Корабль оказался изолирован от внешнего мира.

Было видно, что Вазир злится. Всё пошло не так, как он задумал.

– Ваша взяла, – процедил сквозь зубы федеральный чиновник, – но у меня и в мыслях не было планов навредить господину Альфари. Я всего лишь хотел снизить цену до приемлемого уровня.

– Под дулом пистолета?

– Согласен, я выбрал не лучший способ вести деловые переговоры. Поздравляю, вам удалось просчитать ситуацию на шаг вперёд. Уважаю умных партнёров. Говорите номер счёта, я прикажу перевести всю сумму, плюс небольшой бонус сверху – в качестве моих глубочайших извинений за произошедшее. Дайте только связаться с казначеем…

Стэйн бросил взгляд на Галлара, который почему-то замер и не двигался.

– Творится нечто странное, – отрешённым тоном произнёс карлик.

Он умолк, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя.

Стэйн такое уже видел. Галлар общался подобным образом с ИскИном корабля – беззвучно, по известному только этим двоим каналу связи.

Реакция коротышки буквально намекала на скорые неприятности. Вполне возможно, что в этот самый момент вокруг рудовоза, внутри которого они находились, объявился личный флот чиновника или патрульные корабли Федерации.

Же’Ордон тем временем стал наклоняться, чтобы подобрать с пола коммуникатор, который выпал из рук его инженера.

– А ну-ка выпрямился и не двигайся! – приказал Стэйн, ногой отбрасывая устройство связи в сторону. – Ещё раз попытаешься дёрнуться без спроса, и я сломаю тебе одну из конечностей. На свой выбор.

– Ты хоть знаешь, кому угрожаешь? – презрительно протянул Же’Ордон. – Понимаешь, каким будет результат подобных действий в отношении представителя федеральной власти?

Стэйн откинул тонированное забрало:

– А зачем ещё я проделал весь этот долгий путь, Вазир? Как думаешь? Уж точно не для того, чтобы продать тебе редкий звездолёт.

– Волк! – выдохнул чиновник и отступил назад.

– Он самый.

– Меня заверили, что от тебя избавились! Что ты будешь гнить в аду до конца своих дней!

– Ад – это очень точное сравнение, – согласился Стэйн, делая шаг следом за чиновником. – Сигма и Ниивенте – обе планеты подходят под это описание. Не советую задерживаться ни на одной из них сверх необходимого.

– Ниивенте? Говорят, с неё невозможно сбежать…

– Пришлось совершить невозможное, раз уж в планах была встреча с тобой, Вазир, – оскалился Волк. – Представь, как далеко я готов зайти, чтобы услышать ответы на свои вопросы.

Чиновник размышлял недолго.

– Что ты хочешь знать? – поинтересовался он.

– Правду. Лишь правда способна спасти твою жалкую жизнь. Слово кана.

– Расскажу всё, что знаю! Только пощади!

– Надеюсь, ты не станешь затягивать с откровениями, – пират бросил короткий тревожный взгляд на Галлара.

Ему очень не нравилось, что тот до сих пор не вышел из своего оцепенения.

– Эй, дружище! – Стэйн легонько толкнул коротышку в плечо. – Что случилось?

Галлар мгновенно очнулся от транса и ответил:

– Надо срочно уходить из этой звёздной системы. Мы согласовали новый маршрут с капитаном рудовоза. Наш перевозчик готовится к первому дальнему прыжку.

– Так и знал, что у Вазира был запасной план, – скрежетнул зубами пират.

Густые усы Же’Ордона приподнялись. Он усмехался.

Волк окинул чиновника тяжёлым взглядом и предложил:

– Оставим это ржавое корыто как можно скорее. Вернёмся в сектор Новой Периферии на твоём корабле. Между двумя галактическими рукавами федералы не смогут нас перехватить. Как скоро мы окажемся на границе?

– Продолжай допрос, Трёхпалый, и не отвлекайся! – раздражённо бросил Галлар. – Обо всём остальном мы позаботимся.

Коротышка развернулся, засеменил по коридору и скрылся за дверью рубки.

Стэйн недолго смотрел ему вслед. Сразу после ухода напарника он сильно ударил Же’Ордона рукоятью парализатора по лицу. Что-то неприятно хрустнуло, и чиновник осел на пол. Он тихонько застонал, прикрывая голову.

– Ты обещал сохранить мне жизнь, – напомнил Же’Ордон, вытирая кровь, текущую из носа.

– Слово последнего из клана Стальных Волков нерушимо.

– Тогда зачем ударил…

– Чтобы стереть эту наглую ухмылку с твоего лица, Вазир. Хотел продемонстрировать всю серьёзность ситуации, в которой ты сейчас оказался. А теперь отвечай: кто приказал меня оболгать? Кому понадобилась поддельная голосовая дорожка? Хёгурмуринну?

Чиновник попытался покрутить головой, но тут же скривился от боли.

– Хёгурмуринн всего лишь пешка, что желает стать ферзём. Ему оказали поддержку извне.

– То есть воспользовались амбициями и жаждой власти этого дурака!

– Когда ты, молодой и неопытный кан, получил свой пост, старый интриган увидел в этом возможность. Он был уверен, что клан Стальных Волков ослабнет. Распадётся сам или же будет уничтожен – так или иначе уйдёт с лидирующих позиций. Любой из этих вариантов устраивал Хёгурмуринна. Подобного рода перестановки ощутимо влияют на баланс сил. Флот Змей, второй по величине, должен был получить ваши территории и контракты – все ресурсы, в своё распоряжение.

– С Хёгурмуринном всё понятно, но кто дёргает за ниточки?

Же’Ордон продолжал рассказывать:

– Несколько лет назад на пороге моего кабинета появился незнакомец в мундире адмирала. Как оказалось, важная шишка с самой Терры. Правая рука Канцлера. Признаюсь, я совсем не ожидал такой чести. Военный прибыл инкогнито, но этот неофициальный визит грозил мне большими неприятностями…

Чиновник вытянул ноги, принимая расслабленную позу. Стэйн обманываться его внешним видом не собирался и держал Вазира на прицеле.

– Оказалось, что о моём сотрудничестве с пиратами высшему командованию было всё известно. Среди моих доверенных людей имелись информаторы Службы Безопасности. Не знаю сколько их точно, наверняка не один десяток. Впрочем, в кланы тоже внедрены «крысы», передающие координаты пиратских флотилий. Именно так твои люди попали в ловушку.

– Ложь! Пришлые не имеют доступа к информации этого уровня, для них закрыты двери в командные и навигационные центры!

– Да, всё верно. Чужаку стать своим в вашем обществе практически невозможно, но даже среди своих есть люди с амбициями, подобные Хёгурмуринну. Как я уже говорил – каном Змей умело управляют. Думаю, над его профилем поработала не одна команда первоклассных психологов, но сдал твой клан не он. Информацию о передвижении флота Стальных Волков сливал кто-то изнутри – будь уверен.

– И всё же Змей – двуличный выродок, – процедил Волк. – Выходит, охота на кланы идёт уже несколько лет? А мои люди попали под раздачу первыми?

– Несколько лет? – хмыкнул Вазир. – Если я правильно понял того адмирала, внедрение агентов в ваше общество началось более века назад. Кланы оказались под колпаком задолго до нашего появления на свет. Мы с тобой всего лишь дожили до того дня, когда Федерация наконец определилась, как с вами поступить дальше.

– Но что изменилось?! – воскликнул Стэйн. – Когда мой многострадальный народ успел превратиться в угрозу для сектора Сол?

– Независимые поселения Фронтира были занозой в заднице ещё со времён заката Империи, но воевать с ними никто не хотел, пока они приносили пользу. После Революции, когда некоторые сепаратисты стали кочевниками-пиратами, от вас тоже был толк. Ваши разведчики открывали планеты, богатые ценными ископаемыми, и передавали их координаты в общие базы – так появились сотни новых процветающих колоний. Вы организовали бесчисленное число безопасных маршрутов, давая отпор синдикатам работорговцев и прочей швали. Фактически взяли на себя силовые функции Федерации и удерживали Новую Периферию от тотальной анархии.

– После твоих слов мотивы властей понятнее не стали!

– Вы всё чаще суёте свой нос в зону интересов Федерации. Мешаете интеграции Новой Периферии в цивилизованное общество. Поэтому было принято решение – ослабить вас, а ещё лучше – реформировать и подчинить. Вот мне и приказали найти того, кто достаточно амбициозен, чтобы встать во главе всех кланов.

– И ты выбрал Хёгурмуринна! Этого бесчестного интригана!

– Только у Змея есть задатки лидера, способного объединить все пиратские кланы. Когда это случится, ему предложат сделку на выбор: уничтожение, ассимиляция или исход.

– Исход?

– Пиратов оставят в покое, если они покинут Новую Периферию.

– И куда нам идти? – возмутился Стэйн. – Кланы прочесали вдоль и поперёк Внешний рукав, а до ближайшего нового жизненного пространства – галактики Андромеды – с нынешними технологиями не добраться никому! В противном случае добрая половина вашей проклятой Федерации села бы в ковчеги и сбежала!

– Речь о территориях, скрытых за галактическим ядром, – пояснил Вазир, дождавшись, когда пират успокоится.

– Сомнительной ценности предложение. Из рукава Стрельца до сих пор расходятся страшные сказки о печальной судьбе храбрецов, что пытались покорить тёмную зону. То пространство во власти левиафанов и прочих чудовищ.

– Вот ещё вариант: Хёгурмуринну дадут какую-нибудь захудалую звёздную систему в управление и должность губернатора. Всех пиратов, силой или хитростью, посадят на поверхность одной из обитаемых планет, отберут все ваши грозные флоты, смешают с местным населением и заставят жить по законам Федерации, ну или…

Чиновник умолк.

– Или что? – спросил Стэйн, уже догадываясь, каким будет ответ.

– Смерть. Вас сотрут в порошок, если решите сопротивляться.

– Посмотрим, – мрачно ответил пират. – Значит, уничтожить клан Стальных Волков и выставить меня предателем было нужно для укрепления позиций старого Змея?

– Да, случившееся – целиком и полностью операция Службы Безопасности.

– Это всё, что я хотел узнать, – сказал Волк и нажал на спусковой крючок.

Федеральный чиновник потерял сознание, поражённый оглушающим лучом.

– Открой шлюз и сними щиты, – громко попросил Стэйн. – Надо вынести мусор.

Раздалось шипение компрессионных механизмов – Галлар услышал просьбу.

Волк подхватил чиновника за ноги и потащил, не особо заботясь тем, что голова последнего билась о встречающиеся неровности. Он оставил Же’Ордона на полу грузовоза в нескольких метрах от звездолёта, на котором Вазир прибыл сюда.

Через кокпит за действиями пирата с удивлением наблюдал пилот корабля-такси. Глаза его были широко распахнуты, а челюсть слегка отвисла.

– Жив твой клиент, не беспокойся, – крикнул Стэйн, махнув пилоту рукой. – Все они целы, но без сознания. Пара часов, и придут в себя.

Пилот медленно кивнул, закрывая рот. Он услышал пирата через внешние микрофоны.

Волк вернулся за инженером, потом за телохранителем. Вытащил их наружу, уложил рядом с начальником. Затем Стэйн поднялся на борт корабля Галлара и поспешил в рубку.

– Разговор записан? – поинтересовался он у коротышки.

Тот кивнул.

– В виде трёхмерной голограммы, с дополнительной защитой от монтажа и подделки.

– Эта информация не только вернёт мою честь. Она спасёт пиратские кланы от судьбы, уготованной им Федерацией. Раскрыт вековой заговор против моего народа. Разворачивай рудовоз, надо возвращаться в рукав Персея как можно скорее. Сколько прыжков он уже сделал?

– Неважно сколько. Слишком опасное знание оказалось в наших руках, Трёхпалый. Грузовик придётся оставить.

– Ты так и не объяснил, что случилось, – напрягся Стэйн. – Погоня?

– Оставь вопросы на потом. Сейчас нам пора убираться отсюда. Займи своё место, Трёхпалый.

Стэйн уселся в кресло второго пилота, поглядывая на изображение с внешних камер. С удивлением Волк увидел, что Же’Ордон очнулся и даже поднялся с пола, в то время как его люди продолжали лежать без сознания.

«Неужели сбилась настройка мощности парализатора?» – подумал пират.

Чиновник проводил их старт пустым холодным взглядом.

Галлар поднял звездолёт и вывел его из трюма рудовоза. На центральном экране появился капитан большого корабля и коротко пожелал удачи.

Они некоторое время дрейфовали снаружи в ожидании, когда рудовоз отправится дальше. Яркая вспышка, и гигант исчез.

– След его двигателя мощнее, он замаскирует направление нашего прыжка, – зачем-то объяснил коротышка и так хорошо известный пирату трюк.

Затем Галлар активировал гиперпривод.

Звёзды растеклись по экрану тонкими нитями, но через несколько минут собрались обратно, в мириады сверкающих искорок.

– Ничего не понимаю, – моргнул Стэйн, изучая данные с мониторов. – Мы ведь вернулись в то место, где встретились с Же’Ордоном! Вон оранжевая звезда, а вокруг неё пояс астероидов. Или я ошибаюсь?

– Самое безопасное место во всей Галактике. На текущий момент времени.

– Объясни уже толком, что происходит?

– За рудовозом увязался флот противника, – Галлар ткнул пальцем в сторону одного из экранов перед собой. – Посмотри сюда. На сканере свежие следы, которые остались после прыжка двух десятков крупнотоннажных кораблей. Они просчитают маршрут и нагонят рудовоз довольно скоро, в этом сомнений нет. Последует допрос: где нас подобрали и куда должны были доставить.

– Капитан всё расскажет, зачем ему рисковать лицензией, – вздохнул Стэйн.

– Верно. Нам нельзя возвращаться в сектор Новой Периферии. На обратном пути слишком высок шанс перехвата. Двигаться вглубь рукава Ориона – не меньший риск, но он оправдан. Нашим преследователям нельзя показываться на глаза федеральному флоту. Им придётся поломать голову, вычисляя наш гипотетический маршрут. Скорее всего, они откажутся продолжать погоню.

– Стоп, – поднял палец вверх Стэйн. – Я опять перестал понимать ситуацию. Речь идёт о каком-то личном флоте Вазира Же’Ордона? Наёмники, которые сторонятся встреч с официальными властями? Такие следы вполне могли оставить патрульные крейсеры. Я, например, разницы не вижу.

– А мы видим. Это не были корабли Федерации.

Коротышка тоскливо поглядывал на своего напарника, словно никак не мог решить: рассказать тому нечто важное или, как обычно, промолчать.

– Ситуация в разы хуже, чем ты думаешь, Трёхпалый. Если вдруг у нас получится вернуться на территорию Новой Периферии, ты, скорее всего, никогда не выступишь перед своими сородичами.

– Почему?

– Тебя ликвидируют задолго до того, как ты предоставишь Совету доказательства заговора.

– Кто? Старый Змей?

– Может, он сам. Может, его люди. Да кто угодно… Возможно, удар в спину нанесёт один из твоих старых друзей, когда ты меньше всего будешь этого ждать.

– Я не предатель, – упрямо возразил Стэйн, – и теперь, имея на руках признание чиновника, могу доказать это любому, кто вздумает меня обвинить! Да и не станут люди кланов идти против традиций, даже подонок Хёгурмуринн оказался бессилен в этой ситуации.

– Ты не понимаешь, – вздохнул Галлар.

– Так объясни! Твоя манера общаться с помощью загадок и намёков невероятно бесит, дружище. Мне кажется, я тебе об этом уже не раз говорил!

– Хорошо, слушай, – решился коротышка. – Вскоре после того, как Же’Ордон попал на борт нашего корабля, кое-что странное было зафиксировано сканирующими системами – специфический исходящий сигнал. Так мы оказались предупреждены, что вскоре тут должен появиться флот противника.

– Сумел связаться со своими! – Волк стукнул по ладони кулаком. – У Вазира был ещё один коммуникатор! Он разыграл целый спектакль, чтобы отвлечь внимание.

– Бортовой ИскИн провёл анализ странного сигнала, пока ты беседовал с Же’Ордоном. Мы внимательно изучили все имеющиеся данные. Нет никаких сомнений в том, что чиновник солгал тебе.

– Насчёт чего?

– Насчёт всего.

– Уф-ф, – выдохнул Волк. – Бесишь! Хватит загадок и недомолвок. Выкладывай всё как есть! Или клянусь, я не сдержусь и положу конец нашей сделке!

На лице Галлара некоторое время отражалась целая буря эмоций.

Наконец он заявил:

– Же’Ордон не человек.

– Вот как? И кто же он?

– Паразитическая форма жизни. Разумная и невероятно опасная. Нам довелось столкнуться с этим противником. Крайне неприятная история вышла со множеством смертей. Сложно выявить врага, когда партнёры и друзья управляются чужеродной сущностью. Проникая в иные организмы, эти твари не только обеспечивают себя новым домом и пищей, но ещё и полностью подчиняют себе волю хоста.

– Мерзость какая, – скривился пират. – Есть способ избавиться от таких гостей в организме?

– Если произошло заражение, уже ничего не поможет.

– И как Же’Ордон подхватил эту дрянь? Через какой-нибудь артефакт в своей коллекции?

– Вполне возможно. Но кто подсунул ему эту заразу? С какой целью? Анализ вашего разговора навёл нас на довольно пессимистичные умозаключения. Вазир занимает высокий пост, среди его контактов есть высшие сановники, управляющие Федерацией и её армией… Дальше продолжать?

– Проклятье! – выдохнул Стэйн. – Галактику ждут новые потрясения. Новые гражданские войны.

– По цвету кожи, количеству конечностей и прочим признакам врага от друга уже не получится отличить. По толщине кошелька тоже. Если мы не ошибаемся в своих выводах, то значительная часть человеческой цивилизации, весь сектор Сол, находится под управлением иного биологического вида.

– Неужели все оказались заражены?

– Нет. Пока нет. Захвачены лишь отдельные представители верхушки. Вторжение подобного рода занимает очень много времени.

– Сколько? Можешь предположить примерный срок?

– Федерация действует необъяснимо агрессивно последние лет восемьдесят. Но если падение Империи было спланировано кукловодами, то счёт идёт на века. Диверсия с десантным флотом Святого Престола могла быть делом рук врага.

Стэйн провёл ладонями по своему лицу.

– В кланах могут быть оборотни? – спросил он. – Ты ведь на это намекал, когда заявил, что меня способен ударить в спину кто-то из друзей?

– Если верить показаниям сканеров, корабли противника прибыли со стороны рукава Персея. Обширные пустые пространства, пылевые облака, способные спрятать целые звёздные скопления. Вполне вероятно, что враг находится где-то на территории Новой Периферии, Трёхпалый. Пиратские флотилии могут годами пропадать в неизвестности. Кто на самом деле возвращается из дальних походов и приходит на ваши собрания? Друзья или враги?

Пират сжал кулаки.

– Я должен рассказать обо всём Совету, – твёрдо сказал он. – Нынешний конфликт между Федерацией и кланами спровоцирован извне. Если некая сила задалась целью покорить самую развитую цивилизацию этой галактики, ей выгодно, чтобы человечество ослабло, ведя междоусобные войны. Гибель ждёт всех нас. Тьма наступает.

– Попытаешься остановить врага и сразу станешь целью номер один. Как думаешь, почему столько времени прошло, но нет никаких следов контакта с этой опасной цивилизацией?

– Они умеют хорошо подчищать все следы – это я понял. Лучше расскажи, как ты смог уцелеть после встречи с этими тварями?

Волк ещё некоторое время общался со своим напарником, выясняя мрачные подробности встречи с разумными паразитами. Мысли пирата постепенно превратились в чёрный вихрь.

Мудрые предки, что основали кланы, ошиблись. Тьма не наступала на Галактику.

Если верить словам Галлара, она пришла сюда уже давно.

Глава 8. Признание

Прошли стандартные сутки, но никакой активности в окружающем пространстве сканеры не зафиксировали. Преследователи так и не появились в системе одинокой оранжевой звезды.

Похоже, план карлика сработал. Враг взял ложный след.

Напарники прятались в тени огромной скалы, на крупном безымянном астероиде. Галлар перевёл реактор в «тихий» режим. Теперь обнаружить беглецов было практически невозможно, но при этом возникали новые риски – требовалось некоторое время, чтобы вернуть двигательные системы в рабочее состояние.

Стэйн вошёл в рубку, отхлёбывая горячий кофе из термокружки.

Галлара, скрытого спинкой кресла, не было видно, но, судя по щелчкам клавиш, гном точно был там.

– Я продолжаю размышлять над информацией, что ты вчера озвучил, – сообщил пират. – Все эти странные сигналы, следы чужих кораблей, проникновение шпионов в руководящий состав Федерации.

– И к каким выводам пришёл?

– Знаешь, я на удивление хорошо выспался. Голова прояснилась, и эта история всё больше кажется бредом. Не знаю, что тут больше сыграло роль: присущая тебе скрытность или моя чрезмерная вера в Службу Безопасности – там ведь тоже не дураки сидят, могли бы и догадаться, что происходит нечто странное прямо у них под носом. А вот упустить кучку аристократов, которая теперь мстит за своё поражение, – вот это вполне реально.

Было слышно, как Галлар негромко рассмеялся.

– Твои мыслительные процессы нас удивляют. Захват власти чужаками ты отрицаешь, но веришь в то, что старая Империя жива и копит силы для нанесения ответного удара?

– Эй, как раз здесь всё логично! Могу даже объяснить тебе, где ты прокололся.

– Заблуждаешься, Трёхпалый. Ты так хотел узнать наши секреты, что убедил себя в том, чего на самом деле нет, – коротышка развернул кресло к напарнику. – Твоё, так похожее на правду, объяснение в корне неверно. Мы не имеем никакого отношения к Империи.

– Подобное ты заявлял не один раз, – отмахнулся Стэйн. – Я бы тоже отрицал до последнего.

Он сел в кресло напротив и передал кружку своему товарищу.

– Сделай пару глотков. Ты хоть спал?

– Мы приняли стимуляторы в таблетках, – ответил карлик, но кофе отхлебнул. – Было не до сна. Пришлось снова и снова обдумывать новую информацию, что нам открылась во время встречи с Же’Ордоном. Ситуация изменилась.

– Вот прям изменилась, да? – повторил пират со скепсисом. – Ну-ну.

– Вариантов развития событий получилось несколько, но суть у всех одна: расстановка сил в этой галактике оказалась иной – не такой, как предполагалось изначально. Мы едва не совершили страшную ошибку. Хорошо, что всё ещё можно исправить.

– Я не совсем понимаю тебя. Проклятье! Совсем не понимаю!

– Неудивительно. Слишком мало данных в твоём распоряжении, – карлик резко умолк, но спустя пару секунд продолжил. – Пробелы следует заполнить. Первым делом ты должен услышать истину о нас и нашем происхождении. Не всю, но по крайней мере важную её часть.

– Вот неожиданность-то какая, – пробормотал пират. – Надеюсь, твои откровения как-то связаны с гипотетическими врагами, более века манипулирующими Федерацией.

– Идём. Сам всё увидишь.

Коротышка поманил за собой Стэйна. Товарищи направились вглубь корабля.

Когда они попали в медицинский отсек, Галлар подошёл к панели управления автохирургом и нажал несколько кнопок.

Раздался тихий скрип пластика. В потолке открылся потайной отсек. Из отверстия появился гибкий манипулятор, на конце которого был смонтирован куб. Объект опустился вниз, прямо к напарникам.

Внутри прозрачного контейнера, в розоватой жидкости плавал человеческий мозг. Со всех сторон его опутывали сотни тонких проводов.

– Это и есть мы, – сообщил Галлар. – Настоящие мы.

Карлик указал на себя, а потом на тела спящих клонов в капсулах, что располагались по периметру комнаты.

– С виду самостоятельные оболочки, но на деле – составляющие единого целого, – сказал Галлар.

– Единого целого… – тупо повторил пират.

– Мы способны обмениваться информацией между собой.

– Общий разум?

– И да, и нет. Сложно объяснить в двух словах. Нельзя точно ответить, насколько любой из нас индивидуален на самом деле, ведь каждый клон рано или поздно станет частью целого. Умирая, мы передаём центральному мозгу все свои уникальные воспоминания и переживания. Для воссоединения сознаний расстояние роли не играет.

– Невероятно, как подобное вообще возможно, – Стэйн в замешательстве разглядывал содержимое прозрачного куба.

– Такой была цель одного научного эксперимента.

– Но в чём смысл данной затеи?

– Идеальный разведчик – с точки зрения Службы Безопасности. Бессмертный. Способный быть сразу в нескольких местах, и в то же время находиться вне досягаемости для любой угрозы. Поистине невероятный потенциал: от шпионажа в рядах врагов Федерации до исследования пространств, скрытых за галактическим ядром.

– Трудно было догадаться, – в голосе Стэйна прозвучала досада. – Такого варианта я себе даже представить не мог.

– Мы ведь неоднократно заверяли тебя, что Империя ни при чём. Хотя некоторые позабытые технологии прошедших времён всё же оказались задействованы в этом проекте.

– Ну, хоть что-то угадал.

– И всё равно ты был очень далёк от истины, Трёхпалый.

Пират потёр свой лоб.

– Никакого революционного ИИ на корабле нет, – заключил он. – Часть тебя, в виде живого мозга, всё время находилась на борту и действовала отсюда. Идеальный разведчик, значит?

– Да, проект «Онирос». Название дали в честь одного из земных богов вроде бы.

– Не слышал ничего. Ни про такого бога, ни про подобный проект.

– Эта информация и не должна была попасть в публичное пространство.

– Не повезло тебе, – в голосе Стэйна прозвучало сочувствие. – Быть подопытной крысой – сомнительное удовольствие.

– Не перебивай, история ещё не окончена. Инцидент в секторе Кали и последовавшая за ним война – её главная и неотъемлемая часть. Федералы решили изучить захваченный в соседней звёздной системе неопознанный корабль. Корабль иной разумной расы. Исследования проводились в том же секретном научном комплексе, где шла работа над проектом «Онирос».

– Инцидент? Речь о первом контакте с неизвестной цивилизацией?

– Для которого время и место оказались выбраны крайне неудачно.

– Долбанные федералы, – Стэйн начал понимать, на что намекает коротышка.

Власти захватили чужаков в плен!

– В небе над лабораторным комплексом появились сотни таких звездолётов. Они не проявляли агрессии, но перешли некую невидимую черту, после чего сработала автоматическая защита периметра секретного объекта. Вместо знакомства двух цивилизаций началась бойня. Вскоре подоспел и федеральный флот, который добавил огня. Обломки на орбите планеты полыхали ярче солнца и метеорами сыпались на её поверхность. Неуклюжая встреча человечества и расы Артефарий стала прологом к межзвёздной войне.

– А ты сориентировался и сбежал под шумок?

Галлар шумно выдохнул, но не ответил.

– Как только в твои руки попал этот звездолёт, то желание оставаться подопытной крысой отшибло начисто? – развивал свои догадки пират. – Не осуждаю. Я бы поступил аналогично в подобной ситуации.

– В этой истории всё намного сложнее, Трёхпалый, – вздохнул карлик и продолжил: – Война длилась несколько десятилетий. Лабораторию эвакуировали, чужой корабль тоже. Перевозили с места на место, долго изучали, но в итоге его самые важные внутренние системы признали невозможными к воспроизводству при нынешних технологиях. Тогда судно стало частью проекта «Онирос». Со своими невероятными скоростными характеристиками этот аппарат казался идеальным дополнением к новому типу шпиона. Только вот нечто непредвиденное случилось в тот самый день, когда Федерация полностью разгромила остатки флота пришельцев…

Карлик на мгновение замолчал, а потом продолжил:

– Передатчики корабля единовременно приняли огромные объёмы информации. В тот момент мы находились на борту звездолёта и оказались не в силах отключиться от потока загружаемых данных. Сопротивляться этому напору было невозможно.

– Какая-то хакерская атака?

– Скорее – отчаянная попытка спастись. Представители чужой расы были ИскИнами. Составляющие их сущность информационные пакеты устремились в последнее уцелевшее хранилище. Но над кораблём уже успели поработать учёные Федерации… Теперь мы – это всё то, что осталось от цивилизации Артефарий.

– Ты серьёзно? – брови Стэйна поползли на лоб.

– Абсолютно.

– То есть ты не человек? Но как же…

– Обрати внимание на тело клона слева от тебя.

Стэйн повернулся к одному из баков.

– Оно ещё не закончило процесс своего формирования. Приглядись, плоть сращена с неорганическими частями: пласталевые кости, импланты. Наш облик фальшивый насквозь. Искусственный.

– Внутри ты не так прост, как кажешься, – понял пират. – Вот почему подонкам на Сигме не удалось покалечить «маленького имперца».

Коротышка указал на куб.

– Сколько человеческого осталось от первичного подопытного, чей мозг ты сейчас видишь перед собой? Сны. Воспоминания. Какие-то эмоции. Всё это вторично. Нами движет воля иных существ, сильно отличающихся от человечества.

– И какова она? Их воля?

– Федерацию ждёт заслуженная кара за неоправданную жестокость по отношению к уничтоженной разумной расе. Симметричный ответ: ваша цивилизация должна быть целиком и полностью истреблена.

– Вот это новости, – пират провёл рукой по лбу, вытирая выступившие капельки пота.

– Мы видели несколько эффективных путей для реализации плана возмездия. Поэтому работали сразу в нескольких направлениях, чтобы ответный удар гарантировал конец вам и вашим союзникам. Мы же заручились поддержкой изгнанников, которые не покорились ни Империи, ни Федерации. Нынешняя доминирующая раса должна была погибнуть от плодов своих же технических достижений. Мы обратили ресурсы человечества против него самого, но так, чтобы истинный смысл событий оставался тайной до последнего. Открыть большинству глаза на происходящее мы планировали в Судный день. Через крупный связевой ретранслятор можно отправить весточку во все концы Галактики.

Стэйн обхватил свою голову руками и тяжело вздохнул.

– И что мне теперь делать с этой информацией? – спросил он. – Мало кто в восторге от агрессивной политики, которую ведёт сектор Сол, и я в том числе, но помогать тебе устраивать геноцид собственной расы – это уж слишком!

– Ответного удара не будет. Можешь не переживать.

– Это какая-то уловка? – недоверчиво произнёс пират.

– Нет. Мы сейчас не просто так делимся с тобой столь важной информацией, которую тщательно скрывали долгие годы. Наши планы изменились. Вчерашние события заставили нас пересмотреть события последних веков под другим углом. Всё указывает на то, что человечеством управляют внешние силы. Людей давно уже контролирует иная, паразитная раса. Есть все основания полагать, что войны с Артефариями невозможно было избежать, поскольку конфликт был спровоцирован кукловодами.

– Кто они, эти твари?

– Самоназвание врага невероятно длинное, но, если кратко – Черви. Роевые сообщества разумных паразитов, что существуют за счёт других биологических видов. Мы с ними давние противники. По крайней мере были таковыми на протяжении нескольких тысяч лет.

– Где же происходило это противостояние? – нахмурился Стэйн. – Неужели в тёмной зоне?

– Нет, ещё дальше. В соседней галактике, называемой вами Андромедой.

– Черви уступили свои территории и отправились к нам в гости?

– Нет. К сожалению, проиграли Артефарии. Тем, кто выжил, пришлось бежать сюда.

– Но зачем вы открыли огонь по федералам? Зачем ввязались в новую войну?

– Всё задумывалось иначе, Трёхпалый. Конфликта с расой, доминирующей во Млечном Пути, мы намеревались избежать любой ценой. Наши планы были мирными. Мы надеялись найти здесь союзников, но всё пошло не так. Федеральные войска преследовали нас. Попытки переговоров превращались в ловушки. Пришлось отбиваться, чтобы уцелеть. Только сейчас стало понятно, что Черви опередили нас. Они успели внедриться в ваше общество и использовали человечество как инструмент для окончательной победы над Артефариями.

– Знакомая история, – процедил Стэйн.

Утренний заряд оптимизма, подстёгнутый кофеином, улетучился. То, что казалось бредом, снова стало реальностью. Пират сравнил слова напарника с событиями, что привели к гибели клана Стальных Волков, и признал жуткую правду.

Галлар тем временем продолжал:

– Черви не остановятся. Они будут манипулировать вами, стравливая между собой, ослабляя. В нужный момент вражеский флот нанесёт смертельный удар. Военная мощь Федерации окажется бесполезной, если во главе командования будут стоять кукловоды. Однако надежда на победу в этой войне остаётся. По воле случая один из чужаков попал на борт нашего корабля и имел неосторожность раскрыть себя, обмениваясь информацией со своими сородичами.

– Вазир Же’Ордон.

– Он самый.

– Из-за встречи всего лишь с одним этим существом мы можем быть уверены, что федеральным флотом манипулируют чужаки?

– Не сомневайся, – кивнул коротышка. – Высокая должность и крайне малая вероятность выйти на шпиона Червей сошлись в одном моменте. Же’Ордон клюнул на покупку нашего звездолёта потому, что опознал его принадлежность Артефариям. Он даже организовал ловушку, на случай встречи со старыми врагами своей расы, – держал наготове флотилию Червей.

– Чужаки свободно проникают в сектор Сол, в обход всех патрулей. Ты прав. Высшие посты Федерации под контролем паразитов. Человечество необходимо предупредить о грозящей опасности.

Галлар внимательно посмотрел в горящие глаза Волка и заявил:

– Мы согласны помочь. Ни в коем случае нельзя вас уничтожать, иначе в этой галактике повторится история с порабощением народов Андромеды.

– Жаль, что мы отпустили Же’Ордона. Следовало допросить этого оборотня с пристрастием. Продемонстрировать всей Галактике его истинную сущность!

– Оставлять Червя на борту крайне опасно, – карлик отвернулся к клавиатуре.

Галлар нажал несколько кнопок, и куб с мозгом спрятался обратно в потолочной нише.

Стэйн добавил:

– Мёртвым, дружище. Я бы с радостью прикончил его. Позднее патологоанатомы наверняка разобрались бы, в какой своей части он не человек. Чем тебе не доказательство?

– Убить тело хоста легко, но только не паразитов, что тысячами скрываются внутри. Пока жив хоть один из них, он способен поддерживать связь со своими сородичами на гигантском расстоянии. Труп пришлось бы обезглавить, а от головы – избавиться. Никакой выгоды от подобного трофея в нашей ситуации.

– Погоди-ка, – решил уточнить Стэйн. – Мне показалось, что у чиновника с собой был личный коммуникатор. Думал, работу именно этого устройства ты и засёк. Разве не так?

– Ты ошибся, Трёхпалый.

– Неужели какие-то жалкие червяки способны общаться сквозь световые года, причём без помощи техники?

Коротышка медленно кивнул.

– Что-нибудь слышал о психоволнах? – спросил он.

– Первым делом на ум сразу приходят медиумы, телепаты и прочие шарлатаны, – честно признался пират.

– Удивительно наблюдать со стороны, как недавно утраченные технологии становятся мифами и суевериями в вашем обществе… Между тем передатчики сознания, которыми когда-то пользовалась Империя, основаны на психоволновой связи, – пробормотал Галлар. – Цивилизация Артефарий старше человеческой на сотни тысяч лет, но даже мы не смогли придумать ничего подобного.

– Этому наверняка должно быть объяснение. Двигатели-то у вас – ого какие. Путь от самой Андромеды преодолели!

– Мы не всесильны. В некоторых вопросах можно даже сказать, полные невежды. Некоторые ограничения накладываются из-за истории происхождения вида – всё же мы потомки искусственного разума, цифровые создания. У Артефарий отсутствует тот фактор, который вы, биологические существа, называете «душой». Вот мы и упустили важные моменты, имеющие отношение к этому непонятному феномену. Да, мы догадывались о существовании особого вида связи, что использует враг, но… игнорировали его как нечто несовместимое с нашей природой. Возможно, это и стало одной из главных причин нашего поражения.

Галлар принялся расхаживать по медотсеку, сложив руки за спиной.

– Вы оставили без внимания столь перспективный способ передачи данных? – удивлённо протянул Волк. – Выходит, небиологическим формам жизни недоступны некоторые аспекты бытия?

– Можно сказать и так. Лишь столкнувшись с этой технологией в секретной федеральной лаборатории сектора Кали, мы осознали её невероятное преимущество. Психоволны – сродни другим видам связи, но распространяются значительно быстрее, без ряда ограничений и слабых сторон.

– Например, атмосфера Ниивенте этому излучению не помеха, – вспомнил Стэйн. – Ты ведь специально попал в плен во время набега, чтобы скрыться с моих глаз и передать самому себе информацию о внутреннем позывном клана Стальных Волков!

– Ты правильно обо всём догадался. Мы воспользовались пси-приёмником. Совершили самоубийство, чтобы на борт корабля попал слепок сознания, со всеми нашими последними воспоминаниями.

– Откуда вообще взялся этот аппарат? Большинство имперских технологий были утрачены в период становления Федерации, а военные секреты так и вообще сгинули вместе с пропавшим флотом.

– Приёмник и персональные передатчики пытались неоднократно восстановить по обрывкам информации, собранной из уцелевших архивов, но рабочую пару удалось создать только учёным проекта «Онирос». Прототип смонтировали на данном звездолёте. Запрограммировали клон-фабрику на внедрение пси-передатчиков в голову каждого выращенного тела.

Стэйн криво усмехнулся.

– В твоём рассказе не хватает только бодрящего военного гимна, – заметил он. – А я ведь подозревал, что твоё спасение на Ниивенте связано с имперскими разработками. Интересно, на каких принципах данная технология функционирует? Передача сознания через квантовую запутанность?

– Да. Мгновенный коллапс волновой функции макроскопического ансамбля частиц, из-за чего квантовая матрица личности зеркально отражается в принимающем мозге.

– Даже я уловил суть. В чём тогда заключается проблема воссоздания этой технологии?

– Удивительно, что пиратам дают столь хорошее образование, – карлик прекратил мерить отсек шагами и остановился. – С теорией проблем нет. В этой Галактике мы пытались подступиться к практическому изучению психоволновой связи, но раз за разом упирались в несовершенство имеющихся на открытом рынке измерительных приборов. Возникло слишком много неудобных вопросов, когда мы попробовали сделать заказы на оборудование в специализированных научных центрах. Было решено оставить эти попытки, дабы не привлекать лишнего внимания, и переключиться на более важные задачи.

– Не испугался ли ты часом, что в итоге ничего толкового не выйдет? – усмехнулся пират. – Разве потомки искусственного интеллекта способны познать то, чем никогда не обладали? Я имею в виду душу.

– Какая душа, исходя из человеческой терминологии, может быть у клонированного тела? Впрочем, насчёт опасений потратить зря драгоценное время и огромные средства на сомнительные эксперименты ты прав. Теперь мы, частично биологические существа, подвержены иррациональным чувствам и эмоциям.

– Что, если это и есть признаки того самого неизведанного фактора, который присутствует внутри твоей, выращенной искусственно, оболочки? – Стэйн указал пальцем на Галлара.

Карлик вздохнул.

– Слишком сложная для нас тема, Трёхпалый. Мы до конца не выяснили, каким образом спектр людских эмоций влияет на гибрида, но постоянно замечаем это воздействие. Побороть его очень сложно, к сожалению.

– К сожалению? Эмоции делают тебя похожим на «настоящего человека», Галлар.

– Как скажешь, – пожал плечами коротышка.

На некоторое время в помещении воцарилась тишина.

– Значит, изучение пси-связи теперь в приоритете? – Стэйн первым нарушил затянувшееся молчание. – С чего нам следует начать?

– Случается так, что когда разумная биологическая сущность умирает, – задумчиво произнёс Галлар, – спустя довольно короткое время у кого-то из её родственников или друзей, находящихся на противоположном конце галактики, вдруг сжимается сердце от нехорошего предчувствия. Словно им передали последнее «прощай» каким-то непостижимым образом… Это что-то за гранью нашей картины мира, где преодолевать огромные расстояния способны только мощные сигналы от специализированных устройств.

– Тем не менее ныне ты сам используешь имперскую технологию, которая возникла на стыке иррационального феномена и научного подхода.

– Да, но наш враг делает это без костылей. Слишком многое указывает на то, что Черви изначально, с момента зарождения своего вида, используют психоволновую связь. Уж точно с тех пор, как они подчинили себе несчастных представителей первой разумной расы, ступившей на поверхность родного мира паразитов.

Стэйн потёр ладони и сказал:

– Интересно было бы провести кое-какой опыт. Взять одного-единственного червяка и посмотреть – сможет он передать весточку своим и остаться в живых, или ему для этого придётся умереть?

– Полагаешь, пси-связь работает исключительно таким способом?

– Проверить бы не мешало. Ты сам недавно говорил, что паразиты тысячами обитают в захваченных телах. Вдруг подобное количество и обеспечивает возможность обмена информацией? Если ещё и придумаем способ парализовать червей, не давая им умереть, то получим безвредных пленников – живое доказательство нашим словам о вражеских агентах в рядах человечества. Да мы просто обязаны провести такой эксперимент! Не надо было отпускать Вазира!

Карлик покрутил головой.

– Данный способ общения был преимуществом Червей во всех войнах, и в конфликте с Артефариями, конечно же, – произнёс он. – Жаль, что мы решили заняться исследованиями этой области слишком поздно, уже находясь на грани истребления… Ты мыслишь в правильном направлении, но захвати мы с собой Же’Ордона, он бы призвал на помощь своих сородичей. Так оно, в общем-то, и случилось.

Стэйн задумался.

– Но у нас есть возможность определить, кто перед нами: человек или оборотень, – спустя некоторое время сказал он. – Тебе ведь это удалось.

– Потому что необходимая для этого аппаратура имеется на борту корабля. Увы, радиус зоны покрытия сильно ограничен, если пакет с данными не предназначен нашему пси-приёмнику и не совместим с ним. Фактически речь идёт о десятках метров для точной идентификации местоположения источника сторонних сигналов.

– Почему так?

– Ты даже не представляешь себе, сколько существ биологического происхождения умирает каждую секунду в Галактике. Психоволны – это широковещательный тип передачи. Отделить нужные нам сигналы от остального фона довольно сложно, если не знаешь их структуру. С Же’Ордоном повезло. Живой человек излучал сигналы, которые не должен был излучать в нормальных обстоятельствах.

– Расстояние в десяток-другой метров, – задумался Волк. – Водить сюда чужаков, способных опознать в корабле образец техники своих заклятых врагов, – такая себе идея.

– Нужно создать портативный детектор пси-волн, – предложил Галлар. – Так проще будет проникнуть с этим устройством туда, где потенциально могут находиться Черви. Достаточно раскрыть парочку шпионов среди самых влиятельных персон сектора Сол, чтобы заставить Службу Безопасности запустить процесс выявления остальных. Так мы спровоцируем чистку рядов Федерации от кукловодов.

– Отличная мысль! Что потребуется для создания подобного аппарата?

– Время. Дорогостоящее оборудование. Множество экспериментов, – карлик оглядел колонны из прозрачного материала, внутри которых плавали его точные копии. – Несколько собственных смертей.

– Создание детектора возможно? Ты уверен в результате?

– Вероятность достаточно высока.

– То есть у нас будет гарантированный способ выявлять чужаков.

Карлик кивнул.

– Если всё получится, – через некоторое время произнёс Стэйн. – Начать следует с пиратских кланов. В первую очередь вычистим ряды моего народа от оборотней, а их там немало – я в этом уверен. Слова Хёгурмуринна о шпионах, которых не могут обнаружить десятилетиями, прозвучали не просто так.

– Всё же начать следует с иного, – возразил ему коротышка. – Понадобятся деньги. Очень много денег. Значительно больше, чем осталось на доступных нам банковских счетах.

– Вот как? Я был уверен, что ты чертовски богат, – хмыкнул Волк. – Неужели мышонок Галлар потратил все свои сбережения, нажитые не совсем честным трудом?

– Будь ситуация иной, ты бы сгнил на Сигме.

– Ну вот, – рассмеялся Стэйн. – Мы опять пришли к тому, с чего началось наше знакомство. К реализации плана взаимовыгодного сотрудничества. Я свожу тебя с нужными людьми в секторе Новой Периферии, а ты вовлекаешь их в свои махинации. Будем придерживаться этой стратегии?

Галлар не отвечал. Взгляд коротышки был задумчивым. Он обхватил правой рукой подбородок и молчал.

– Подставные фонды набирают обороты слишком медленно, в текущей ситуации у нас нет времени на глобальные проекты, – наконец произнёс он. – Же’Ордон не просто так вызвал своих сородичей на подмогу. Крайне рискованное решение. Даже если у них есть расписание маршрутов патрулей сектора Сол.

– Паразит испугался тебя сильнее, чем потенциальной стычки с федералами?

– Похоже на то. Червям не понравилось неожиданное появление корабля их, казалось бы, раз и навсегда поверженных врагов. Есть вероятность того, что в самое ближайшее время эту Галактику ожидает лавина неприятных событий. Захватчики станут активнее влиять на расстановку сил внутри Федерации и за её пределами. Тогда как финансовые проекты «мышонка Галлара» длятся годами. Нет, тут нужен иной способ заполучить необходимые нам ресурсы. Более быстрый.

– Остаётся только ограбление, – твёрдо заявил Стэйн. – Мой отец всегда так делал, если требовалось срочно добыть ресурсы для клана. Находил достойную цель и поджидал её в засаде.

– Откуда он знал, какой из миллионов судов, бороздящих эту Галактику, наиболее привлекателен?

– Он охотился на туристические лайнеры. Да, все они невероятно быстрые, приходилось использовать сразу десятки звездолётов, чтобы загнать жертву в коробочку. Но у нас с тобой есть неоспоримое преимущество – скорость твоего корабля.

Карлик смотрел на товарища с сомнением.

– Надёжный вариант, – уверял его пират. – На пассажирах-толстосумах, как на рождественской ёлке, полным-полно самых разных побрякушек: дорогие часы, бриллиантовые колье, золотые перстни и так далее. Мы вежливо попросим их освободить себя от непомерного груза роскоши и передать всю его тяжесть нам.

– Вежливо?

– Под дулом пистолета, конечно же.

– Говоришь так, словно никто не станет сопротивляться.

– Я принимал участие в нескольких таких операциях. И знаешь, какую истину мне поведал один из тех богатеев, что беспрекословно отдали нам все свои драгоценные побрякушки?

– Давай, рассказывай уже, – поторопил карлик.

– Он воскликнул: «Забирайте всё! Мы ведь застрахованы! Это интереснейший опыт! Самое настоящее приключение! Будет что рассказать друзьям!» Вот так, Галлар. Пиратское нападение стало сродни развлечению. Не хватает только ещё одного пункта в рекламе туров по Галактике: возможны захватывающая погоня и ограбление лайнера, ваши жизни и сокровища вне опасности.

– Ты слишком оптимистичен, – с сомнением в голосе сказал коротышка. – Вдвоём против целого корабля, где наверняка есть вооружённые охранники, – слишком рискованное мероприятие. В обычной-то жизни не всё идёт по плану: несчастные случаи и прочие непредвиденные обстоятельства. Статистика не на нашей стороне.

– Верно, – помрачнел Стэйн. – Бывает всякое. На Ниивенте тебя взяли в плен люди Виллемана, которому не просто так дали прозвище «Мясник». Этот тип устроил бойню среди гражданских после того, как по его же собственной глупости погибла одна из абордажных команд, сгоревшая под выхлопом бокового двигателя лайнера.

– Об этом и речь. У нас с тобой всего одна команда, Трёхпалый.

– Справимся. Куда сложнее будет продать добычу на чёрном рынке. Вот там действительно придётся держать ухо востро. Если нарвёмся на жадного и глупого скупщика, перестрелки не избежать.

– Не будем загадывать так далеко, – Галлар поднял палец вверх. – Сперва надо проанализировать тысячи маршрутов, определить все подходящие для нападения точки. Это непростая задача.

– Как раз её решать нам ни к чему.

– И что ты предлагаешь? Торчать у популярных туристических планет под прицелом местных сил самообороны, а потом прыгать следом за жертвой – слишком подозрительно. За нами сразу отправят патрульных.

– Взятка там, взятка тут, – пират щёлкнул пальцами. – Вот и весь фокус. Зарплата некоторых диспетчеров не соответствует их роскошному образу жизни.

– Делаешь предположения?

– Нет, знаю наверняка. Эти ушлые ребята из провинциальных космопортов всегда готовы слить информацию за хорошее вознаграждение. У меня есть несколько контактов, прямо здесь в рукаве Ориона. Не в секторе Сол, конечно, а на самой границе. Они с радостью продадут копии свежих баз данных с расписанием рейсов, а большего нам и не потребуется.

– Будем надеяться на разумные аппетиты твоих знакомых, Трёхпалый. Напоминаем ещё раз, что на наших счетах осталось крайне мало свободных средств.

– Суммы с пятью нулями должно хватить.

– Терпимо, – кивнул карлик.

– Тогда выводи реактор на рабочую мощность. Нас ждёт первое совместное дело!

Глава 9. Старые друзья

Планирование ограбления заняло немало времени. На подготовку к операции ушло почти три месяца. Продажные диспетчеры, известные Стэйну, оставили посты по разным причинам: кто-то скрылся, кто-то находился под следствием, некоторые уже попали за решётку.

Федерация активно наводила порядок на этой территории.

Но удача не оставила Стэйна и Галлара.

Облетев почти все пограничные системы рукава Ориона одну за другой и посетив полторы сотни портовых кабаков, напарникам удалось найти нужного человека и купить расписание туристических маршрутов...

Галлара, снабжённого устройством для взлома электронных систем, заранее высадили на одной из планет-океанов по пути следования их цели – роскошного лайнера, несущего триста богатых пассажиров к разнообразным космическим достопримечательностям.

Карлик спрятался в грузовом контейнере, среди свежих морепродуктов, что отправили на туристический корабль, и таким нехитрым способом он оказался на борту.

Безбилетник взломал сеть и успешно осуществил диверсию. Энергетическое ядро лайнера ушло в аварийный режим сразу после того, как очередной гиперпрыжок перенёс судно в отдалённую солнечную систему, куда редко заглядывали патрули Федерации.

Корабль коротышки, на котором находился Волк, тем временем шёл следом, согласно купленному у продажного диспетчера маршруту. Звездолёт держался на приличном расстоянии от своей добычи, чтобы не вызвать подозрений. Едва двигатели туристического гиганта отключились, как пиратское судно мгновенно преодолело десятки миллионов километров и настигло беспомощную жертву.

Стартовала процедура стыковки с лайнером.

Пока истинный Галлар – мозг на корабле, которого Стэйн про себя продолжал называть «искусственным интеллектом», взламывал защиту внешнего шлюза, пират с тревогой наблюдал через боковой иллюминатор за тем, как ангары спасательных капсул принялись перемигиваться зелёными огнями.

Началась подготовка к эвакуации – это означало, что напарники могли остаться ни с чем! Пассажиры готовились уйти от грабителей на компактных судах, оснащённых гипердвигателями малого радиуса. Поймать разбежавшиеся капсулы, преследуя их на одном корабле, было невозможно. Этот вариант ещё и грозил вероятностью нарваться на патрульных в секторе с высоким уровнем безопасности.

– Поторопись, или мы останемся ни с чем! – воскликнул Волк, обращаясь куда-то в потолок.

Ему никто не ответил.

Пират держал ладони на рукоятках пистолетов-парализаторов и нетерпеливо топтался у стыковочного тоннеля, ожидая, когда откроется люк. На спине у него были закреплены две вместительные сумки, предназначенные для добычи.

Наконец запоры щёлкнули, тихо прошипел воздух, давление выровнялось, и Стэйн нырнул в узкий колодец, на другой стороне которого появилось обеспокоенное лицо его коллеги.

– Вернись в кабину! – крикнул ему карлик. – Захвати второй модуль взлома. Он лежит в одной из ниш справа от моего кресла.

– Точнее?

– Должен быть в самой верхней.

Волк не стал тратить время на новые вопросы. Он помчался в рубку, где сразу нашёл необходимое устройство. После чего вернулся к шлюзу, швырнул коробку с проводами прямо в руки своему товарищу, затем сам преодолел соединительный тоннель и оказался на борту туристического лайнера.

– Первая очередь, приготовиться к старту, – раздался в коридоре спокойный бесполый голос. – Начинаю обратный отсчёт. Десять, девять, восемь...

Спустя несколько секунд лайнер едва заметно вздрогнул, выпуская из себя первую партию спасательных капсул.

– Будем надеяться, что всё не потеряно, – вздохнул Стэйн, мысленно прикидывая процент покинувших корабль пассажиров.

– Наш просчёт. Признаём.

Галлар заранее разобрал обшивку возле панели управления шлюзом, зачистил пучок проводов, идущих внутри переборок, и сейчас подключал туда хакерское устройство.

– Протокол эвакуации оказался продублирован в отдельную изолированную систему, – объяснил карлик, закрепляя последний провод. – Такого мы не ожидали.

– Что-то новенькое в области гражданского судостроения, – согласился Стэйн, контролируя обстановку в коридоре, где тревожно мерцали аварийные лампы.

– Думаешь, это спецзаказ?

– Или такое требование для всех, без исключения, ввели страховые компании. Я отрезан от клановых разведданных уже столько времени, что возможен любой из вариантов... Ты-то где оплошал? Повредил электронную отмычку?

– Первое устройство никак не снять, в противном случае восстановится энергопитание и лайнер сразу задействует передатчик дальней связи, чтобы распространить сигнал бедствия.

– Вторая очередь... – раздался бесполый голос и резко оборвался.

Галлар отступил от стены.

– Готово. Больше ни одна спасательная капсула не покинет этот корабль.

– Ты помнишь расположение ближайших патрульных зон? Сколько времени у нас в запасе, пока те, кто успел сбежать, достигнут обитаемых миров и начнут радиовещание?

– Часов десять, а может, и больше. Спасшиеся не знают, что эвакуация остановлена. Пока мы не обнаружим себя – истинная причина аварии останется тайной. Вряд ли хоть кто-то обратил внимание на крохотный обломок космического мусора, прилипший к правому борту. Никто не догадывается, что на самом деле происходит. Поэтому первыми сюда отправят ремонтников и эвакуаторов, а вовсе не федеральный флот.

Волк снял со спины одну из сумок и отдал напарнику. Коротышка перекинул ремень через плечо и достал свой парализатор.

– Откуда начнём?

– С нижних палуб, – Стэйн указал на лестничный пролёт. – Первым делом надо заглянуть в секцию спасательных капсул. Уверен, там сейчас собрались очереди. Негоже заставлять ждать столь важных персон. Они не привыкли к такому отношению.

Карлик ухмыльнулся в ответ.

Следующие два часа грабители занимались тем, что нейтрализовали пассажиров лайнера выстрелами из парализаторов, после чего освобождали оглушённые тела от драгоценностей.

После того как грабители прочесали практически весь корабль, от правого борта до левого, сумки оказались заполнены всего лишь на треть.

Часть туристов скрывалась где-то ещё.

– Я ожидал большего, – заявил Стэйн, заглядывая в свою сумку. – Придётся планировать второй налёт.

– Подобные операции стали сложнее. Ты сам на это сетовал.

– Что поделать – потеряем несколько месяцев на подготовку.

– Сколько у тебя осталось контактов в космопортах, за которыми не будет пристально следить Служба Безопасности после этого ограбления?

Помрачневший Волк задумался.

– Мы встретили очень мало людей из команды, – через некоторое время заявил он, осматривая закрытые двери перед собой. – Тебе это не кажется странным?

– Одётых в форму было предостаточно. Мы насчитали три десятка.

– Забудь про стюардов. Я имею в виду, что нам практически не встречались охранники.

– Хочешь сказать – остальных собрал капитан на мостике?

Волк кивнул.

Напарники как раз остановились у коридора, ведущего к рубке управления. Тяжёлые бронированные двери преграждали им путь.

– Туда мы точно не попадём, – сказал коротышка. – Секция заблокирована. Попробуем взломать её, и у экипажа не останется сомнений в том, что корабль подвергся нападению. С пиратами церемониться не станут. Откроют огонь на поражение.

– Что, если за этими дверьми нас и ждёт куш? Подумай сам: довольно часто среди влиятельных и богатых людей встречается тот неприятный типаж, что первым делом строит из себя главного и требует от окружающих во всём немедленно разобраться и защитить его. Когда ты создал аварийную ситуацию, подобные скандалисты направились сюда выяснять отношения с капитаном.

– Допустим, так всё и было, – карлик потёр подбородок. – Узнать, прав ты или нет, можно лишь оказавшись на мостике. Только вот сейчас он закрыт. Как мы попадём внутрь?

– Систему видеонаблюдения ты отключил. У них нет данных о том, что происходит на корабле.

– Предлагаешь постучать и вежливо попросить открыть?

– Капитанами туристических лайнеров редко становятся откровенные идиоты, Галлар. Отбор ведётся по довольно строгим критериям. Опытный командир наверняка подозревает, что происходит нечто странное. Его подчинённые, оставшиеся снаружи, имеют рации, но почему-то молчат. Ещё и эвакуация была остановлена.

– Мы заблокировали передачу данных внутри систем корабля. Капитан про сбой знать не может.

– Думаешь? Я бы догадался. Ведь судно не вздрагивает от пусков спасательных капсул. Нет, эти двери оказались заперты неспроста. За ними нас ждёт толпа вооружённых людей, готовых дать отпор захватчикам.

– А ещё – большой куш, как ты недавно заявил.

– Богатеям больше некуда бежать, – ухмыльнулся Волк. – Теперь вопрос к тебе: помнится, ты как-то справился с персоналом орбитальной базы Ниивенте, сможешь провернуть тут подобный фокус?

Карлик пристально посмотрел в глаза напарника.

– Если мы используем то оружие, то уничтожим всех людей на этом корабле. Хочешь славы нового «мясника», Трёхпалый?

Волк думал недолго и сразу ответил:

– Пожалуй, нет.

Друзья умолкли, погрузившись в размышления.

Не прошло и минуты, как Галлар сообщил:

– Есть одна идея.

– Что конкретно ты придумал?

– Подожди немного, – карлик снял с пояса коммуникатор, вызвал звездолёт и едва слышно начал нашёптывать инструкции своему «альтер эго».

Разговор был недолгим, Галлар вскоре выключил устройство связи.

– Рассказывай уже, – нетерпеливо потребовал Стэйн.

– Наш корабль сейчас отстыкуется, зайдёт им в нос и сделает вид, что целится в мостик. Если капитан и вправду не дурак, как ты утверждаешь, он сразу поймёт этот намёк. Пиратский рейдер, поравнявшись с постом управления, наведёт защитников лайнера на правильные мысли. Они сложат оружие и откроют двери. Таков план.

– Но ведь у тебя на борту нет пушек, способных пробить броню судов этого класса.

Карлик выразительно посмотрел на Волка.

– Только вот никому, кроме нас, об этом неизвестно. Все сканеры отключены вместе с остальными системами лайнера, что могли бы дать команде эту информацию, – шёпотом пояснил он. – Нам с тобой тоже не следует обсуждать подобные вещи, находясь рядом с рубкой.

Стэйн согласно кивнул.

Прошло около десяти минут томительного ожидания.

Мощные двери в коридор, ведущий на мостик, разошлись в стороны. Напарники шагнули внутрь и поспешили добраться до другого его конца, где находился командный пункт.

В просторной овальной комнате собралось не менее ста человек, часть из которых действительно были пассажирами. Дальняя стена зала представляла из себя большой обзорный экран, на котором виднелось изображение грозного корабля Галлара, зависшего над рубкой.

Люди на мостике держали свои руки поднятыми вверх, оружие было сложено на полу.

– Погодите-ка, – седой бородач с нашивками капитана что-то растерянно выглядывал за спинами Стэйна и Галлара, – да ведь этих пиратов всего двое...

Он не успел договорить, напарники принялись стрелять из парализаторов, переводя всех вокруг в бессознательное состояние.

Вскоре грабители уже бродили между тел, пополняя коллекцию своих трофеев.

– Розовые бриллианты Веги, – сказал Стэйн, разглядывая колье, которое он только что снял с шеи одной из жертв налёта. – Вот это уже стоящая вещица. Целое состояние! Погляди-ка сюда!

Он повернулся к напарнику.

Вместо того чтобы освобождать пассажиров от драгоценностей, Галлар держал коммуникатор около уха и напряжённо прислушивался к идущему из динамика потоку шелестящих звуков.

Лицо карлика побледнело, он резким движением застегнул сумку.

– У нас гости? – догадался Волк.

– Бежим! Нет времени объяснять! – выкрикнул коротышка и ринулся вон из рубки.

Стэйн обернулся, звездолёт Галлара исчез с обзорного экрана.

Пират поспешил следом за своим низкорослым товарищем. Они быстро преодолели все палубы и коридоры, отделявшие их от стыковочного люка. Бешеный спринт закончился лишь когда напарники оказались в креслах пилотов корабля Галлара.

– Таких я ни разу не встречал, – задыхаясь, произнёс Стэйн, изучая экраны радаров.

Незнакомые суда приближались к лайнеру, на правом борту которого всё ещё находился рейдер Галлара. По форме чужие звездолёты напоминали иглы колоссальных размеров. Их было с десяток, но каждая единица превосходила туристическое судно длиной раза в три, а то и больше, если верить показаниям сканирующих систем.

– По федеральной классификации они значительно крупнее любого штурмового крейсера, – выдохнул Стэйн. – Это и есть тот самый флот Червей, о котором ты говорил?

– Не отвлекай, – попросил карлик.

Галлар колдовал над пультом управления. На экране перед коротышкой проносились строчки с данными. Мелькали формулы расчёта гиперпрыжка в ближайшие звёздные системы, но карлик не спешил выбирать, он над чем-то сосредоточенно размышлял.

«Мозг» тоже не бездействовал, он произвёл расстыковку, и теперь их звездолёт осторожно отступал назад – уходил под прикрытие тени, отбрасываемой хвостовой частью огромного лайнера.

«Надеется спрятаться. Думает, что так нас не заметят», – догадался Стэйн.

Вот только всё зря. Боевые сканеры выкидывали красные предупреждающие столбцы со сведениями о мощных потоках ионизирующего излучения, сотнях гигаватт стреноженной энергии. Если противник откроет огонь на поражение, от туристического корабля не останется ничего, кроме горстки атомов.

Заодно будет распылён и звездолёт Галлара.

Пират повернул голову к своему напарнику, чтобы сообщить об этом неприятном факте. Волк увидел, что тот отдаёт команды компьютеру туристического лайнера. Точнее, системе управления передатчиком дальней связи.

– Ты в своём уме? Что ты творишь? – воскликнул Стэйн, когда разобрал коды, мелькающие на экране.

– Другого выхода нет. Мы подали сигнал о том, что совершено пиратское нападение. Всё-таки граница сектора Сол. Будем надеяться, патрульные корабли успеют сюда прибыть до того, как нас разнесут на атомы.

– Даже если Червей спугнут федералы, тебя и меня это никак не спасёт!

– В худшем случае – сдадимся, – парировал Галлар. – Лучше снова попасть в тюрьму, чем быть уничтоженными.

Неожиданно смотровые окна кабины озарила яркая вспышка. Напарники инстинктивно прикрыли глаза руками.

– Мы всё ещё живы, – медленно произнёс коротышка.

– Удивительно.

– Смотри. Черви отступают.

Стэйн несколько раз моргнул, восстанавливая зрение, а когда смог видеть, то убедился, что его напарник был прав. Сначала один корабль-игла, а затем остальные растворились в энергетических вихрях, уходя в гиперпространство.

Вскоре ни одного чужака на радарах не осталось.

Зато на экране сканера висели сотни других кораблей. Крупных и средних. Космос продолжал ярко вспыхивать, выпуская из гиперпространства всё новые звездолёты.

– Это не федералы, – улыбнулся Стэйн. – «Индюка» я сразу узнаю среди любых других судов. Дай изображение этого сектора.

Пират указал на верхний левый угол экрана. Галлар нажал несколько кнопок, и картинка на центральном мониторе стала крупнее.

К ним двигался пузатый космолёт, нос которого венчала огромная статуя птицы, вырезанная из цельного куска хрустальной породы.

Стэйн перехватил управление передатчиком, но попросил Галлара оставить только голосовую связь.

– Почему без картинки? – не понял коротышка.

– Пока оставь так, – помотал головой пират. – Лучше перестраховаться. Надо сперва выяснить, кто сейчас возглавляет этот клан.

Он переключился на нужную частоту и произнёс в микрофон:

– Благодарю Хрустальных Ястребов за помощь.

Некоторое время в эфире шипели помехи.

Затем прозвучал властный мужской голос, странно знакомый обоим товарищам:

– Друзья, советую как можно скорее переместиться в один из наших посадочных ангаров. Туристический лайнер транслирует широковещательный сигнал о пиратском нападении. Скоро здесь будет не продохнуть от федералов. Давайте, поторопитесь. До скорой встречи на борту «Индюка».

Напарники переглянулись.

– Мы запрещаем тебе рассказывать нашу настоящую историю, даже самым близким людям из твоего народа, – потребовал Галлар. – Кроме того, пока у нас на руках нет детектора пси-излучения, ты должен молчать и об инопланетных захватчиках, подчинивших своей воле Федерацию.

– Как можно молчать о кораблях, которые только что были у всех на виду? – удивился Стэйн. – Нам не избежать расспросов!

Корабль коротышки направился в сторону флагмана Хрустальных Ястребов.

– Ты хотел очистить своё имя перед кланами – вот что было главной целью! Добейся сперва этого. У нас есть запись с признанием Вазира Же’Ордона, которая должна снять выдвинутые против тебя обвинения. Занимайся своей честью в первую очередь, Трёхпалый. Не спеши решить все проблемы Млечного Пути за одну встречу. Тем более что на борту флагмана могут присутствовать вражеские шпионы. Допустишь ошибку – погибнешь. Ещё и подставишь своих сородичей...

– Можешь не продолжать, я тебя понял.

В голосе Стэйна прозвучала злость, но не по отношению к напарнику. Пират понимал: тот прав, но Волка злило ощущение бессилия, невозможности что-либо изменить, в то время когда требовалось действовать без промедления.

Тем временем рейдер уже попал в ангар «Индюка» и медленно опустился на свободную посадочную площадку.

– Друзья, вам придётся немного поскучать у себя на корабле, – прошипел передатчик уже другим, более молодым голосом. – Навигаторы завершают согласование маршрута для флота. После чего мы с моим советником поднимемся к вам на борт. Надеюсь, после первого прыжка не случится неприятных неожиданностей.

– Без проблем, Якту, – ответил Стэйн с улыбкой. – Подождём сколько требуется. Сперва обязанности, потом уже встреча с друзьями.

– Всё верно. Долг превыше всего.

Устройство связи отключилось.

– Глава Хрустальных Ястребов и его советник придут сюда, – сообщил Волк, разворачивая кресло в сторону напарника. – Я считаю, уже этим двоим мы можем рассказать всё, что знаем об этих проклятых Червях.

– Валяй. Потом они поведают эту информацию ещё кому-нибудь, – вздохнул Галлар, – но в тот момент рядом не будет нас и детектора пси-волн. И этот «кто-то» окажется тем самым шпионом, который нанесёт твоим близким смертельный удар в спину. Согласен взять на себя ответственность за их гибель?

Стэйн скрипнул зубами.

– Как долго прикажешь молчать?

– Повторяем ещё раз: всю правду нельзя раскрывать, пока мы не получим надёжный способ доказать чужеродную природу шпионов. До тех пор будем ссылаться лишь на некоторые факты и догадки. Предоставишь вести все разговоры нам, если начнутся опасные расспросы.

– Хорошо, буду держать рот на замке, – примиряюще поднял ладони Стэйн.

Напарники открыли главный шлюз и терпеливо ждали у входа, когда к ним прибудет делегация клана Хрустальных Ястребов.

Два человека появились в ангаре спустя полчаса.

Одному из них, что носил скромную военную форму со знаками различия кана, было около сорока. Короткая стрижка, серые глаза на суровом лице – ничего примечательного, никаких имплантов или шрамов.

Лицо второго пряталось в тени глубокого капюшона, а фигуру скрывал просторный плащ. Так в кланах обычно одевались целители, а не советники.

Эти двое взошли на борт звездолёта Галлара.

Стэйн крепко пожал руку кану Хрустальных Ястребов, практически своему ровеснику.

– Рад снова тебя видеть, Якту.

– Взаимно, Стэйн.

Карлик молчаливо отошёл в сторону.

– Мой товарищ не использует древние ритуалы приветствия, – пояснил Стэйн. – Отнеситесь к этому с пониманием.

– Подтверждаю, этот коротышка – странный малый... не сломай мне пальцы, молодой Волк, – попросил старик, прятавшийся за капюшоном. – Сил тебе не занимать.

Он протянул ладонь.

– Хакур? – удивлённо воскликнул Стэйн и аккуратно ответил на рукопожатие.

Теперь пират понял, почему им показался знакомым этот голос во время радиопереговоров. Карлик тоже был удивлён, но ничего не сказал.

– Предпочитаю, чтобы меня продолжали называть Танаколом, – проскрипел старый воин. – Хакур Яростный сгинул на Ниивенте.

– Вы всё-таки выбрались.

– Спалив к чертям реактор орбитальной базы. Нас едва успели забрать Ястребы.

– Кланы это так не оставят, если информация просочится, – вздохнул Стэйн.

– Ты прав. До сих пор сожалею, что подставил Якту, – произнёс старик. – Традиции традициями, но ответственность за дальнейшую судьбу моих людей пересилила. Орбитальная база была слишком дряхлой, она оказалась неспособна обеспечить жизненное пространство для нескольких сотен человек. Спускаться вниз, в лапы бандитов? Нет, это не выход. Пришлось рискнуть и попросить племянника о помощи.

– Один из моих доверенных капитанов эвакуировал дядю и его людей, – сообщил Якту. – Мы высадили всех на пограничной планете. Фермерский рай. Надеюсь, наши сородичи там будут вести себя смирно, и никто не догадается о том, кто они такие на самом деле.

– Хаку... Танакола, ты почему-то оставил рядом с собой.

– Это был осознанный выбор.

– Рискуешь.

– Не нашлось достаточно умного советника под боком, чтобы отговорить от столь опрометчивого решения.

– Но теперь он рядом? – Стэйн неодобрительно покачал головой, глядя в глаза Якту.

Тот усмехнулся и заявил:

– Ну ты-то не вставай в позу. Дядька поможет мне свести счёты с Хёгурмуринном. Опыт этого старика бесценен. Я перед ним в неоплатном долгу.

– Даже так?

– Никто не знает правды, Волк, ты сейчас первый услышишь от меня чистосердечное признание: это я должен был оказаться на Ниивенте. Хакур взял на себя вину, чтобы отвести подлый удар Змей и сохранить клан Ястребов.

– О чём ты?

– Этот ублюдок, Хёгурмуррин, передал через подставных лиц ложные данные об охране одного торгового флота, который был целью Ястребов. Нашему клану федеральная ударная группа оказалась не по зубам. Нас ждала засада.

– Знакомая история, – фыркнул Галлар, до того молчаливо стоявший рядом.

– Случилась та проклятая заварушка, где Ястребы потеряли почти треть кораблей и вынуждены были бежать.

– При чём тут ты, Якту? – не понял Стэйн.

– Дезинформация прошла через меня, и моя вина в том, что я не уделил достаточно времени проверке разведданных. Да, я поторопился. Слишком поджимали сроки. Хёгурмуринн намеренно создал эту ситуацию.

Якту повернул голову к своему дядьке.

– Буквально за считанные дни до того, как собрался Великий Совет, где меня должны были судить и отстранить от управления Ястребами, Хакур вычислил шпиона Змей, выбил из него крохи правды, недостаточной, чтобы обвинить Хёгурмуринна. Дядька хотел задушить предателя, но... сохранил гаду жизнь, а взамен заставил оговорить себя. Так Хакур попал на Ниивенте... Годы спустя случилась трагедия Стальных Волков. И вот я снова встречаю моего спасителя, и он пересказывает твою историю...

– Как меня судили Змей с Лисой?

– Да. Я сразу понял – что-то тут неладно. Амбиции Хёгурмуринна ставят под удар один клан за другим.

– Ты понял всё правильно, – кивнул Стэйн. – Старый интриган готов пожертвовать любым из нас, чтобы добиться главной цели: с помощью обмана он намеревается объединить кланы под своим командованием. Он хочет стать каном всех канов.

Пират периодически поглядывал на своего товарища, который держал связь с мозгом корабля, сканирующим пси-частоты. Но карлик оставался спокоен и не делал никаких предупреждающих знаков.

Оба Ястреба были людьми.

Волк достал из кармана пластину универсального накопителя и передал Якту.

– Здесь записано признание Вазира Же’Ордона. Он рассказал о манипуляциях Службы Безопасности, которые длятся вот уже много лет. О том, как Федерация использует нас. Сектор Сол постепенно ослабляет кланы, чтобы затем нанести смертельный удар. Кан Змей – их главное оружие в этом грандиозном заговоре. И самая большая наша проблема заключается в том, что он один из старейших пиратских лордов и обладает непререкаемым авторитетом.

– Серьёзное обвинение, – ответил Якту, принимая накопитель.

– Которое ты и сам намеревался предъявить, – Хакур положил племяннику руку на плечо. – Теперь у нас есть ещё одно доказательство.

– Верно. Я давно хотел поднять вопрос о доверии Хёгурмуринну... Стэйн, ты должен присутствовать на Совете. На Великом Совете. Мы соберём все кланы до единого. Я заставлю их выслушать нас и просмотреть твою запись.

– Даже не проверишь её?

– Конечно проверю. Но не из недоверия к тебе, друг мой. А чтобы никто из кланов не сомневался в подлинности этих данных.

Волк оглянулся на Галлара.

– Сколько времени нам потребуется на создание детектора?

– Полгода. Год. Вечность, – пожал плечами карлик. – Пока мы не обезопасим себя, можно даже не пытаться проводить этот ваш Совет.

– Что за детектор? У вас ещё какие-то неприятности? – попробовал угадать Якту. – Конфликт с этими странными кораблями? Какому народу они принадлежат?

– А Ястребы раньше никогда с ними не сталкивались?

– Такое в наших базах данных появилось недавно. Пару месяцев назад разведчики клана наткнулись на странные энергетические отголоски, оставленные на окраинах Внешнего рукава. Кто-то рыскал по тем территориям, словно ищейка. Ястребы решили выяснить, куда ведут эти следы, и добрались до границ сектора Сол, где перехватили сигнал о нападении пиратов. Тут мы и встретили вас в окружении незнакомых звездолётов. Хорошо, что Хакур опознал ваш рейдер и сразу доложил мне... Эти чужаки представляют из себя серьёзную угрозу?

– Так и есть, – вздохнул Стэйн, поглядывая на Галлара. – Все наши проблемы связаны с чужаками. Они охотились за нами, из-за чего мы были вынуждены держаться поближе к системам с высоким уровнем безопасности.

– Трёхпалый! – предупреждающе воскликнул карлик.

– Извини, Якту. Я не могу сейчас рассказать тебе всё, что знаю. Иначе подвергну твою жизнь и все жизни клана Ястребов смертельной опасности. Но обещаю, когда мы с товарищем будем готовы, то первым делом свяжемся с тобой и назначим дату для проведения Совета. Там ты узнаешь всё, о чём я сегодня вынужден молчать, а до тех пор... вот мой совет вам: избегайте встреч с чужаками.

Кан Хрустальных Ястребов кивнул:

– Пусть будет так. Что ж, чувствуйте себя как дома на борту «Индюка». Мы доставим вас на территорию Новой Периферии в целости и сохранности.

– Последнее будет лишним, – заявил карлик. – Пока что у нас есть важные дела в рукаве Ориона.

– Тогда просто скажите, где вас высадить, а мой клан отправится обратно. Мы слишком далеко ушли от дома.

– Подкинь нас к любому из известных тебе чёрных рынков в этом секторе, – попросил Стэйн.

– Взяли хорошую добычу на туристическом лайнере?

Волк и Галлар переглянулись, не скрывая довольных улыбок.

Глава 10. Свой-чужой

Поверхность Мароа-3 практически полностью была покрыта водой, из-за чего её долгое время считали планетой-океаном. Впоследствии, при близком сканировании системы, здесь обнаружились пригодные для колонизации архипелаги, расположенные вдоль экватора.

Научно-исследовательская статья в Галактической Энциклопедии, посвящённая этому небесному телу, утверждала, что семьдесят тысяч лет назад здесь имелось два крупных континента, с внутренними морями, лесами, пустынями и реками. Но таяние полярных льдов привело к тому, что океан постепенно поглотил сушу, пощадив только горбы горных хребтов, ныне торчащие из воды цепочками островов.

Все аборигены, находившиеся в начале своего эволюционного пути, не смогли адаптироваться и погибли из-за неумолимых климатических изменений, оставив на память о себе лишь наскальные рисунки.

Новые хозяева Мароа-3 прибыли сюда восемь веков назад. Межзвёздный ковчег доставил на орбиту двенадцать тысяч колонистов. Ныне численность жителей этого мира перевалила за три миллиона. На поверхности океана дрейфовали сотни плавучих городов, а в его глубинах скрывалось бессчётное количество подводных ферм.

Почти восемьдесят процентов трудоспособного населения было занято в рыболовстве и сопутствующих этой отрасли профессиях. Чуть более удачливым мароанцам повезло стать космическими шахтёрами и заниматься добычей полезных ископаемых за пределами планеты: на рудниках местных лун и в астероидных полях.

Основная часть обитателей водного мира находилась на грани бедности и еле сводила концы с концами. Позволить себе проживание на островах могли только самые обеспеченные слои населения.

Ну или богатые туристы, либо инвесторы.

Под личиной последних сюда и прибыли Стэйн с Галларом, как только решили вопрос с легализацией средств, добытых ими в результате ограбления лайнера.

Одна из многочисленных горнодобывающих компаний, что вела свою хозяйственную деятельность в этой звёздной системе, теперь делала регулярные отчисления на спецсчета в банках Мароа-3 за консультационные услуги в области разведки полезных ископаемых.

С владельцем бизнеса по отмыванию незаконно добытых средств напарников свёл глава Хрустальных Ястребов. К немалому удивлению Стэйна, Якту отказался от причитающегося ему за это вознаграждения.

«Вам эти деньги нужнее», – объяснил молодой кан своё решение.

В договорённость с местным криминалом вошло дополнительное условие: Галлар спрятал свой корабль на поверхности одной из лун – территории, подконтрольной новым знакомым.

На морскую планету напарников доставил один из рейсовых челноков, перевозивший шахтёров-вахтовиков между мирами.

Одарив чиновника иммиграционной службы космопорта золотым слитком, Стэйн с Галларом без лишних вопросов и проверок прошли регистрацию под фальшивыми именами. Обратившись к другому коррумпированному госслужащему, они получили пакет лицензий и обрели легальный статус бизнесменов, открывший доступ к местной банковской системе.

Экспортный рынок Мароа-3 был довольно скуден: почти треть от всех внешних доходов этому миру приносили морепродукты, оставшуюся долю составляли полезные ископаемые, что добывались в недрах лун и астероидных полей.

Зато в паре сотен световых лет по соседству находилась звёздная система с довольно развитой технологической экономикой. Именно там Галлар и задумал приобрести оборудование, необходимое для его научных экспериментов.

Друзья арендовали на длительный срок небольшой остров, максимально далёкий от основной гряды Восточного архипелага – такое расположение сильно уменьшало количество туристических яхт и катеров в водах поблизости.

Здесь, на вершине зелёного холма, с помощью арендованных роботов-строителей товарищи возвели белоснежный купол испытательной лаборатории. В этом самострое они проводили практически всё время, не доверяя обманчивому комфорту и уюту роскошного гостевого дома. Ведь первая же поверхностная проверка показала, что внутри основного здания имелась целая система негласной слежки за постояльцами…

Разработка пси-детектора затянулась более чем на полгода. Устройство, способное выявить чужаков, оказалось не так легко собрать, даже обладая чертежами подходящего для этих целей оборудования, которым учёные спецпроекта «Онирос» снарядили корабль карлика. Не говоря уже о том, что Галлар представлял собой целую расу превосходных инженеров.

Большая часть времени ушла на томительное ожидание доставки приборов и микросхем из соседней солнечной системы. Впрочем, даже на том развитом рынке далеко не вся аппаратура оказалась в наличии, и через посредников пришлось заказывать недостающие элементы в других мирах.

Высокотехнологичные контракты, через цепочки поставщиков ведущие в захудалый водный мир, могли рано или поздно привлечь внимание Службы Безопасности. Эта мысль держала Стэйна в постоянном нервном напряжении. Поэтому он сделал несколько заказов совсем иного типа на локальном чёрном рынке. Приобрёл небольшой арсенал на случай визита незваных гостей: оружие, боеприпасы и взрывчатку.

Коротышка не одобрял такие траты, считая их лишними, но с напарником не спорил.

Получив очередную партию научного оборудования, Галлар сразу принимался за дело. Он запирался в лаборатории, практически без перерывов на отдых, пока не завершал очередной этап разработки прототипа пси-детектора.

Стэйн помогал ему, чем мог. В основном пират таскал тяжести и соединял вычислительные блоки коммутационными проводами, согласно тем схемам, что передал ему товарищ.

Шла двадцать шестая неделя их пребывания на Мароа-3. Наконец поток поставок иссяк. Галлар вышел на финишную прямую. И вот свершилось: прошлым вечером коротышка объявил, что всё готово, можно приступать к испытаниям созданного им прибора…

Пират стоял рядом с окоченевшим трупом Галлара.

– Даже не знаю, какие слова принято у вашего народа говорить в таких ситуациях. Прощай? Нет. Не так… До встречи, друг.

Пираты хоронили своих соплеменников в открытом космосе, за редким исключением тело предавали земле той планеты, где случилась смерть. Высочайшей честью для любого представителя кланов было погребение на поверхности Грайнахадира, но шанс попасть на церемониальный корабль, возвращающийся на разорённую родину, выпадал лишь единицам.

Старейшины всегда возражали против кремации – она стала напоминанием о нечестивом атомном огне, что сжёг дом пиратов практически дотла.

Стэйн задумчиво рассматривал мёртвого напарника.

Три аккуратные дырки от выстрелов, что Волк произвёл в грудь Галлару, прямо туда, где находилось сердце. Казалось бы – обычный мертвец, да только это тело скрывало внутри себя несколько тайн. Поэтому коротышка категорически запретил хоронить его на территории острова или скидывать в океан с обрыва.

Галлар потребовал спалить труп в специальной электропечи, которую Стэйн подключил к мощному источнику питания примерно час назад. Возня с толстенными бронепроводами выбила из пирата не один пот.

Миниатюрный, но невероятно мощный крематорий был заказан как раз для сокрытия подобных улик – неизвестно, сколько экспериментов по отслеживанию пси-волн могло окончиться неудачей.

Трупов ожидалось больше, чем один.

Стэйн поднял хладное тело и понёс к печи.

На большинство модификаций Галлара можно было бы закрыть глаза, но только не на секретную имперскую технологию, которую успешно восстановили федеральные учёные. Внутри черепной коробки каждого из клонов размещался особый передатчик сознания, который ни в коем случае не должен попасть в руки тех, кто вёл за ними охоту.

«Мы и так пошли на серьёзный риск, когда оставили одно из наших тел в болотах Ниивенте», – напомнил коротышка вчера, буквально перед самой своей смертью.

– Воля покойного – закон, – вздохнул пират и погрузил труп в кремационную камеру. – Тем более когда дело касается общей безопасности.

Никаких следов от деятельности напарников на Мароа-3 не должно было сохраниться. Поэтому лабораторию Волк заминировал сразу, едва получил свой заказ с чёрного рынка. Один короткий сигнал – и здание взлетит на воздух. Федеральным ищейкам сложно будет обнаружить достаточно улик, чтобы связать всё в целую картину. Обвинение никогда не докопается до сути того, чем эти двое занимались тут на самом деле.

Впрочем, обвинений в подготовке террористического акта вряд ли удастся избежать.

Стэйн закрыл люк, выбрал на главной консоли максимальную температуру и запустил программу активации печи. Проверил, что процесс стартовал, после чего вышел из лаборатории на улицу.

Там был день. Яркий осенний день.

Океан окружал пирата со всех сторон. Белые барашки волн катились по бескрайнему лазурному полотну. Остров представлял собой несколько площадок разной высоты, соединённых подвесными переходами. На этих плоских столпах, покрытых полями низкой сиреневой травы, располагались беседки, ветрогенераторы и прочие сооружения, составляющие инфраструктуру арендуемого напарниками объекта.

Было довольно свежо, Волк поёжился, поднял воротник куртки и убрал руки в карманы. Дул прохладный сырой ветер с едва уловимым привкусом соли. Высоко над головой кружили взрослые особи крылатых амфибий, крикливые и суматошные.

Стэйн прищурился.

Со стороны Восточного архипелага к острову приближалось какое-то транспортное средство. Видимость сегодня была на удивление хорошей, поэтому он и смог заметить яркие блики над водой – это свет местных солнц играл на металлическом корпусе.

– Быстро же ты вернулся, – хмыкнул пират.

Никаких сомнений в том, кто сюда направлялся, у Волка не было, хотя следов от заходящего на посадку шахтёрского челнока в небе он не обнаружил – до рейса ещё оставалось часа три, не меньше. Похоже, напарник успел на орбитальный лифт.

Минут через двадцать на холм приземлилось беспилотное аэротакси с эмблемой местного космопорта. Из кабины появился «новый» Галлар и сразу поинтересовался:

– Что с нашим телом?

Стэйн бросил короткий взгляд на вершину купола. Над трубой колебался столб горячего воздуха.

– Сделал, как договаривались. Печь работает на максимуме. Всё, что останется, под конец пройдёт через жернова.

– Мы тут подумали – следует избавиться даже от праха.

– Не проблема. Развеем по ветру над океаном.

– Отличная мысль, – кивнул карлик. – Сам придумал?

– Идея не нова. Сохранился у человечества такой древний ритуал и по сей день.

– Один из клановых обычаев?

Стэйн отрицательно покрутил головой.

– Нет. И не вздумай такое ляпнуть кому-нибудь из пиратов.

– Ладно, идём уже внутрь, – предложил Галлар.

Он взмахнул рукой, отпуская машину специальным жестом. Такси поднялось, развернулось и помчалось обратно к архипелагу.

– Целиком и полностью поддерживаю, – согласился пират, зябко поводя плечами. – Чересчур прохладно сегодня для этого времени суток. Северный ветер виноват, не иначе.

– Прохладно? Нет. Мы торопимся увидеть результат. Неужели тебе совсем не интересно узнать, завершился ли наш эксперимент успехом?

– Если бы я ещё понимал все эти цифры…

Стэйн подошёл к двери, открыл её, и они вошли внутрь лаборатории.

– Знаешь, насчёт ритуалов. Я тут хотел произнести прощальную речь, перед тем как сжечь тело, но понял, что не имею никакого представления, о чём следует говорить в такие моменты у вашей цивилизации.

– В нашем обществе не принято прощаться с ушедшими, – ответил карлик, добираясь до центральной консоли. – Пока жива хоть одна особь – живы все Артефарии.

Он стал изучать показания приборов.

На добрый десяток экранов беспрерывно выводились графики и таблицы с числами. Мониторы стояли прямиком на громоздких корпусах мощных компьютеров. Пучки цветных проводов закручивались в косы. Часть из них уходила наверх, другие – к активному оборудованию, разбросанному по всей лаборатории.

– Но ведь как-то же вы прощаетесь? Должно же быть что-то!

– Зачем это нам? Никто никуда не пропадает. Даже после того геноцида, что устроила Федерация, все остались на своих местах. Это сложно объяснить тебе, бинарному разуму… но мы потеряли только нашу память. Навыки, знания, опыт. Потеряли прошлое, если уж говорить прямо. И это ужасная трагедия. Она изменила нас: отбросила в развитии на сотни тысяч лет назад, сделала более примитивными. В иных условиях мы бы не опустились до мести обидчикам. Это не наша этика, не наш образ поведения.

– Вы настолько правильные? Поэтому сбежали, вместо того чтобы биться с Червями до последнего?

– Так и есть. Когда мы признали поражение и покинули Андромеду, наши технологии позволяли спалить дотла большую часть родной галактики, но мы этого не сделали! И с Федерацией Артефарии вели честную войну, не прибегая к оружию, способному превращать звёзды в сверхновые…

Карлик на мгновение умолк и поглядел на своего напарника.

– М-да, – вздохнул тот. – Непросто это всё осознать бинарному разуму, как ты верно заметил.

– Бездонный хор голосов всё ещё здесь, – коротышка указал на свой лоб, – но теперь звучат в основном яростные крики воинов, а не мыслителей и философов. Так понятнее?

– Для меня это всё за гранью понимания. Даже представить сложно, что некая часть моего сознания советуется с иными своими составляющими. У людей подобное состояние считается психическим расстройством. Да и как такое общение возможно осознать? Ведь эту беседу буду вести уже не столько я сам, а кто-то ещё внутри меня!

– Вы, люди, довольно ограниченны, несмотря на некоторые ваши яркие достижения…

– Делаем всё, что в наших силах, – с обидой в голосе возразил пират. – Последняя гражданская война тоже отбросила человеческое общество в прошлое, в более примитивное состояние. Интеллектуальную элиту старой Империи зачистили в таких масштабах, что впору проводить аналогии с трагедией Артефарий. Эх, если бы мы могли знать обо всех опасностях наперёд и имели возможность выбрать правильный путь, может быть, и до вашего уровня развития добрались однажды!

– Очень маловероятно, ведь первичные ограничения для разума не выбирают, – заявил коротышка. – Среди живых организмов это всегда происходит случайно.

– Я не совсем понял тебя. О чём речь?

– Эволюция. Речь об эволюционной развилке. Едва завершается ряд мутаций, предшествующий появлению зачатков сознания, как возникает вопрос выбора дальнейшего вектора развития. Что станет самым полезным для выживания особей, научившихся мыслить и обмениваться информацией? Следует новому разумному виду состоять из полностью автономных единиц, или же необходимо объединиться с целью более эффективного использования ценного опыта и важных навыков?

– Роевое сознание, да?

– Не совсем. Наш случай – особенный. Эволюция разума Артефарий начиналась идентично человеческой. Нас создали биологические существа с индивидуальным сознанием. Но сами мы изначально не были живыми особями, связанными ограничениями ДНК и РНК. Поэтому получили на выбор любое из направлений для развития. Абсолютная масштабируемость, бессмертие и распределённость, мгновенный обмен опытом – мы выбрали этот путь, в обмен на уникальность каждой единицы искусственного интеллекта. При этом, мы куда ближе к вам, чем к какому-нибудь мыслящему рою, наподобие объединения Червей.

– А я вот вижу огромные отличия между нами, – помотал головой пират.

– Однажды мы решили, что будем сообществом, а не личностями, и стали им. В вашем случае, Трёхпалый, на этом пути есть определённые трудности. Однако в каком-то смысле воспринимать себя множеством способны и люди. Ваш биологический мозг обладает невероятным потенциалом. Он может легко вместить куда более чем одну независимую личность, может даже объединяться с другими разумами. Именно поэтому оказалась возможна интеграция сложного коллективного сознания с вашим, индивидуальным.

– Речь про захват людей Червями?

– Нет, про наш случай, – карлик выразительно постучал себя пальцем по виску. – Мы существуем в гармоничном симбиозе с первичным сознанием этого клона. А вот враг действует более грубо: паразиты проникают внутрь носителей и постепенно переходят на свой способ управления телом: мозговые ткани они выедают в процессе ассимиляции, оставляя только необходимые нервные окончания.

– Отвратительно, – поморщился Стэйн.

– Ты сам начал этот разговор.

Пальцы карлика ловко стучали то по одной клавиатуре, то по другой. Столбцы цифр на мониторах и графики стремительно менялись.

– В кои-то веки молчаливый напарник начал отвечать на вопросы, – усмехнулся пират. – Нельзя было не воспользоваться моментом… Получается, твоя раса настолько хорошо знакома с Червями? Вы копались в головах их жертв?

– Мы стараемся досконально изучать любой разумный вид. Всех, кого встречаем на своём пути, Трёхпалый. Разведчики Федерации не просто так наткнулись на наш корабль. Его им специально оставили. Мы надеялись ближе узнать человечество, хотели выяснить лучший способ наладить контакт.

– Вот, значит, как вы ищете друзей. Осторожно. Неторопливо. Подбирая ключики. Жаль, что эта стратегия завершилась истребительной войной тут, в Млечном Пути.

– Да, мы опять нажили себе врагов, – вздохнул коротышка. – Возможно, сообществу Артефарий в его высокоразвитой форме чего-то не хватает для полноценной кооперации с биологическими сущностями. Чего-то неуловимо важного, чтобы осознать эту тонкую разницу в мотивации поступков и решений разума, возникшего естественным путём, и разума, созданного искусственно. Однако в наших бедах здесь оказались виноваты Черви, а вовсе не Федерация.

– Не Федерация? С её-то политикой превосходства человеческой расы над остальными?

– У всех разумных видов есть свои недостатки.

Пират задумчиво морщил лоб.

– Не понимаю. Твоему народу ведь совершенно нечего делить с паразитами, – сказал он. – Почему вообще между вами начался конфликт?

– Наши флоты представляли из себя грозную силу, – ответил Галлар. – Передовые двигательные системы позволяли преодолевать огромные расстояния и легко контролировать солидную часть родной галактики. Эти территории, когда-то принадлежавшие нашим создателям, мы не собирались отдавать захватчикам.

– Черви нарушили границы и получили отпор?

– Да. А потом настал тот день, когда они обнаружили, что наши звездолёты, города и базы пусты. Роевой разум понял: он сражается не с живыми существами, которых можно заразить и подчинить своей воле, а с искусственным интеллектом. Любые мирные переговоры после этого открытия оказались невозможными.

Стэйн вспомнил корабль Галлара и спросил:

– Слушай, а зачем вам все эти коридоры, панели управления и прочие элементы, явно предназначенные для команды и пассажиров?

– Мы ведь уже обсуждали этот момент. Нашим звездолётом несколько лет занимались инженеры научно-исследовательского центра «Онирос». Все органы управления установлены людьми для людей… Но кое в чём твои догадки верны, Трёхпалый, – карлик на мгновение отвлёкся от мониторов. – Да, у расы Артефарий хоть и нет ритуалов для прощания с ушедшими, но сохранились особые директивы. Так мы отдаём дань уважения памяти о наших творцах. Бесчисленные века мы продолжали выпускать новые единицы техники, зданий и сооружений с расчётом на возвращение наших создателей. Словно ждали, что родители однажды воскреснут и встанут с нами рука об руку.

– Сочувствую, – вздохнул Стэйн.

Пират мысленно настроился выразить сожаление ещё не раз. Его товарищ был сегодня необычайно откровенен, а значит, быстро этот разговор вряд ли закончится.

– Даже к лучшему, что наши творцы вымерли до момента встречи с захватчиками, – заявил коротышка. – Черви наверняка попытались бы подчинить их своей воле.

– Но в вашем случае внедряться было некуда.

– Микроэлектроника – не самая лучшая среда для обитания и размножения биологических паразитов. Поэтому осталось только воевать до победного конца.

– По твоим словам, у вас был мощный флот. Почему тогда Артефарии потерпели поражение?

– Мы не переходили в режим аннигиляции звёзд, надеясь найти способ мирно сосуществовать. Наши враги воспользовались этим и реализовали свой долгосрочный план захвата власти в Андромеде. Они поработили все остальные народы родной галактики. Объединёнными усилиями создали невероятно мощные армии и однажды направили их против нас. Равновесие оказалось нарушено в самый неподходящий момент. Мы-то не наращивали военную мощь, потому что делали ставку на нейтралитет. В итоге эту невероятно долгую войну мы проиграли из-за перекоса в численности флотов… Так, у нас есть реальные результаты!

Галлар отступил от консоли управления, радостно потирая ладони.

– Оно работает? – Стэйн уловил смену настроения напарника.

Коротышка кивнул.

– Длину волны, на которой Черви осуществляют обмен информацией, надо будет ещё подкорректировать, но это всё мелочи. Сверхчувствительный радарный блок, что мы в последний момент включили в общую схему, помог с поразительной точностью определить направление вектора сигнала к пси-приёмнику, установленному на нашем корабле. Вот координаты обеих точек: источника трансляции и луны, где спрятан звездолёт.

Коротышка выделил две строчки среди данных, появившихся на центральном экране.

– Остальные показатели – шум психоволнового фона. Благодаря усилению мы сейчас видим полный спектр интересующих нас сигналов в этой солнечной системе.

– Как хорошо, что ты послушал меня, – самодовольно улыбнулся пират. – Тот лот оказался полезным приобретением. Теперь в наших руках есть работающий инженерный образец, который можно подключать к антеннам любой мощности.

– Радуйся, что сделка не оказалась подставной.

– Скажешь тоже. Я ведь не новичок. Пробил посредников через контакты Якту.

Именно Стэйн настоял на том, чтобы купить блок сверхчувствительных антенн, внезапно появившийся на чёрном рынке Мароа-3. Кто-то из вояк гарнизона местной орбитальной базы чересчур обнаглел, выставляя новейшее армейское оборудование на продажу за смешные деньги. Пират увидел в этом возможность ускорить разработку детектора, хотя Галлар был изначально против, считая сделку опасной, похожей на ловушку Службы Безопасности.

– Ещё что-то важное имеется в отчётах?

Карлик снова указал рукой на экран.

– Результаты на центральном мониторе. Всё перед тобой, Трёхпалый.

Стэйн почесал макушку. Цифр было много, но что они означали?

– Лучше скажи сам – наши враги обнаружены рядом с Мароа-3 или нет?

– Сложно утверждать однозначно. Может не хватать точности в определении длины пси-волны Червей на таком расстоянии. Либо передача не ведётся.

– Погоди, – поднял вверх указательный палец Стэйн. – Совсем недавно речь шла о том, что всеми паразитами управляет некий роевой разум. Их лидер, или матка. Так ведь?

– Он или она… не знаем даже, уместно ли тут вообще какое-то половое деление, – задумался коротышка.

– Не важно. Пусть будет «оно». Оно обменивается информацией. Принимает данные, отдаёт команды, но это происходит не постоянно, а время от времени.

– Да. В зависимости от ситуации.

– Получается, паразиты всё же имеют какую-то автономность? Они принимают решения самостоятельно?

– Каждый клубок внутри одного носителя наследует черты личности своей жертвы. Невероятно эффективная маскировка. Над фальшивкой стоит сложный блок поведенческих инструкций, корни которых произрастают из целей, что установлены непосредственно Роевым Разумом для всех и каждого из его частей. Ситуации, не предусмотренные заложенной программой, вызывают необходимость в обращении к Рою. Вазир Же’Ордон увидел действующую технику своих давних врагов, только поэтому и связался со своими.

– Значит, наш противник молчит не потому, что мы в курсе особенностей коммуникаций его вида?

– Рой пользуется своей особенной связью лишь в определённых условиях. Можно спровоцировать сбой, при котором заражённые хосты начнут активно слать запросы.

– Мог бы сообщить обо всех этих нюансах заранее, – пробурчал пират. – Я вообще-то размышляю, как нам вычислить местоположение их главного мозга и ударить по нему.

– Заранее? Мы сами пришли к этим выводам буквально недавно, Трёхпалый. Все тысячелетия, проведённые в войне с паразитами, Артефарии искали способ нанести смертельный удар по командному центру врага. К сожалению, в то время мы не были знакомы с технологией передачи пси-волн. У нас так и не получилось обнаружить Роевой Разум, но теперь всё изменилось. Все странности в поведении врага, в его тактике, что сохранились в нашей памяти, теперь можно объяснить. Мы сделали первый важный шаг к победе.

Галлар поднял руки, указывая на оборудование вокруг себя.

– Так ты считаешь, мы достанем этих гадов?

– Конечно, Трёхпалый, но на поиски нам потребуется значительно больше времени, чем может показаться.

Стэйн взял в руки небольшую коробочку с синим дисплеем, от которой отходил пучок проводов.

– Каков радиус действия, если отключить прототип от усилителя?

– Около тридцати метров, – ответил Галлар.

– Её безопасно отключать «на горячую»?

– Да. За это можешь не переживать. Здесь нет выходного каскада. Это приёмник.

Стэйн приготовился отцепить разъём.

В этот момент на экранах вокруг них ожили графики и стали меняться столбики цифр.

– Я ничего не успел сделать! – быстро заявил пират.

– Ты тут ни при чём. Радарный блок принимает данные в реальном режиме времени. Антенны фиксируют поток пси-волн!

– Как близко?

Карлик стучал по клавиатуре, вытаскивая из месива информации нужные цифры, объясняющие происходящее.

– Согласно динамике изменений координат, цель в двухстах километрах к югу от нас. Приближается к Восточному архипелагу с другой стороны. Скорость очень большая. Похоже, что это космический корабль. Вошёл в атмосферу и планирует.

– Шахтёрский челнок?

– Вряд ли, – ответил карлик. – Ближайший рейс через пару часов… Так, корабль перевалил за архипелаг. Идёт в нашу сторону.

– Нас ждут неприятности, – заключил пират.

– Очень похоже на то, но где мы допустили ошибку?

– Либо наши заказы привлекли внимание, либо владелец острова отправил весточку Службе Безопасности, обеспокоенный тем, что мы не хотим жить в гостевом доме, напичканном техникой для слежки.

Галлар не ответил, он переключился на другую консоль и отправил информацию своему «альтер эго», что прятался на одной из шахтёрских лун.

Стэйн аккуратно отложил в сторону коробочку пси-детектора и направился к большому серому контейнеру – оружейному сейфу. Волк набрал нужную комбинацию на цифровом замке и распахнул тяжёлые дверцы.

Перед ним ровными рядами лежали плазменные винтовки, армейские электромагнитные пистолеты и несколько полицейских парализаторов. Тут же, на нижних полках, были сложены стопками боеприпасы и силовые блоки.

Пират вёл рукой по стволам, мысленно представляя грядущую перестрелку.

– Кораблю потребуется некоторое время, чтобы забрать нас, – раздался тревожный голос Галлара за его спиной.

– Что ж, встретим незваных гостей, как положено.

Стэйн закончил выбирать оружие и поспешил выйти на улицу. Первым делом следовало расстрелять все блоки антенн связи на крыше гостевого дома, чтобы шпионские камеры внутри не оказались под контролем врага.

Глава 11. Без компромиссов

Стэйн вслух считал секунды, сверяясь с ручным хронометром.

– ...девять, десять! – он резко отстранился от окна.

Галлар же заранее укрылся в углу, где стоял тяжёлый рюкзак, который гном прихватил с собой из лаборатории. Снаружи мощно прогрохотало, всё вокруг содрогнулось и зазвенело. От ударной волны полопались стёкла.

– Ремонт повесят на нас, если этот дворец не застрахован, – Волк подмигнул напарнику.

– Нашёл о чём переживать!

– А о чём же ещё? Ловушка сработала – за эту часть я спокоен. А вот перевести деньги из местных банков мы не успели.

Покинув лабораторию, пират запер электронный замок особым кодом, который активировал автономные датчики-таймеры, установленные на четыре шахтёрские мины. Взрывчатое вещество было надёжно защищено маскировочными экранами от дистанционного сканирования. Детонаторы должны были сработать спустя ровно десять секунд после открытия дверей – достаточно длинный интервал, чтобы внутрь проникла значительная часть штурмового отряда.

Стэйн и Галлар осторожно выглянули наружу.

Лаборатория взлетела на воздух. Мощный взрыв смял посадочные стабилизаторы полицейского шаттла, опрометчиво приземлившегося слишком близко, отчего десантный корабль завалился на бок.

– Твой план оказался лучшим, Трёхпалый.

– Просто у меня есть опыт выживания во время полицейских облав. Теперь он есть и у тебя.

– Мы это учтём, – кивнул гном.

Коротышка изначально настаивал на радиореле с ручным подрывом, но Волк был уверен, что враг применит глушилки, блокирующие радиоуправляемые бомбы, и пират не ошибся – сейчас на всех частотах работали генераторы помех.

Напарники продолжали изучать последствия подрыва.

Судя по огромному дымящемуся кратеру, одна из двух групп захвата – та, что проникла внутрь лаборатории, – оказалась полностью уничтожена. Выжившие члены второго отряда, сбитые с ног ударной волной, один за другим поднимались с земли.

– Ну же, глупые копы, укройтесь в шаттле, – прошептал Стэйн. – Мы вам не по зубам.

Но было непохоже, что полицейские собираются отступать. Фигуры в чёрно-жёлтой броне направились к особняку, прикрывая друг друга во время коротких перебежек от укрытия к укрытию. Они двигались аккуратно и быстро, словно и не было никаких потерь.

Пират вспомнил, где он раньше видел столь самоубийственную целеустремлённость.

Плохо дело.

– Как скоро прибудет твой рейдер? – быстро спросил пират, вытирая дрожащей рукой холодный пот, проступивший на лбу.

Он пытался выглядеть спокойным, но физиологию не обманешь – надпочечники уже выбросили адреналин в кровь.

– Ещё тринадцать минут.

– Целая вечность...

– Наш корабль передвигается быстрее остальных. В этой галактике уж точно. Только гипердвигатель на таких коротких расстояниях бесполезен. Расчёты займут больше времени, чем сам прыжок.

– Ну, тогда знай – план спасения дал осечку, – Стэйн снова аккуратно выглянул в окно.

Солдаты быстро приближались.

– Разве мы ошиблись в расчётах, Трёхпалый?

– Виноват только я. Гнал от себя самый плохой вариант развития событий. Был уверен, что штурма не будет.

– Значит, нам не удержаться в доме до прибытия корабля?

Напарники находились на третьем этаже огромного особняка. Оба облачены в лёгкую броню типа «хамелеон», не сковывающую движений и позволяющую сливаться с окружением. На груди были закреплены маски-фильтры.

Снаряжение Стэйн заранее приобрёл на чёрном рынке вместе с оружием.

– Альтернатив нет. Остров слишком мал, чтобы укрыться где-то ещё. Ни пещер, ни лесов, нет на нём ничего полезного в нашей ситуации.

– На открытой местности скрыться сложнее, – согласился карлик, – но может всё-таки рискнём?

Стэйн прикинул шансы. Нет. Не вариант. Они станут лёгкими мишенями, как только противник минует особняк. А вот под защитой этих стен ещё можно попробовать поиграть в прятки.

– Ловушка в лаборатории должна была дать нам больше времени, – вздохнул он, беря плазменную винтовку в руки. – Предполагалось, что враг отступит после того, как понесёт потери. Только вот наш противник оказался куда крепче.

– Штурма не избежать?

– Увы.

– Значит, будем сражаться, – пожал плечами коротышка и достал электромагнитный пистолет из кобуры.

– Оптимист.

– У нас есть боевой опыт в этой физической форме.

– Зачем тогда на Сигме ты прикидывался грушей для битья?

– Мы не хотим выделяться. Вспомни судьбу Шрама и его подручных. Да и на Ниивенте мы оставили за собой несколько трупов, – коротышка покрутил стволом пистолета в воздухе, – стрелять мы тоже умеем, не переживай.

Стэйн мрачно хмыкнул и указал в сторону окна.

– Сомневаюсь, что раньше тебе доводилось сталкиваться с подобным противником. Перед нами спецназ Службы Безопасности, а не обычные полицейские. С лучшими бойцами Федерации я успел познакомиться, когда попал в плен. Ты ведь не думаешь, что я сдался без боя?

Галлар выглянул в окно.

– Их не так много. Даже если вызвали подкрепление с Восточного архипелага – оно опоздает.

– Повторю, если не дошло с первого раза: это спецназ СБ. Они вряд ли запрашивали подмогу у местных. Скорее наоборот: приказали никому не соваться сюда, пока идёт операция.

– Думаешь?

– Уверен. Вспомни, как мы однажды обесточили систему скрытого видеонаблюдения. Едва мы так поступили, обеспокоенные техники, обслуживающие это поместье, примчались сюда в течение получаса. Я же сегодня вырубил всю связь, и что-то до сих пор не видать никого.

– М-да, – промычал Галлар. – Ты прав. Представители турфирмы тогда появились очень быстро.

Пират заметил, как судорожно карлик вцепился в свой тяжёлый рюкзак.

– Да что там у тебя такое? – пират пропустил сборы напарника в лаборатории.

Галлар не успел ответить. Где-то на первом этаже раздался грохот и треск. Было похоже, что спецназ вынес массивные дубовые двери главного входа направленным взрывом.

– Побрезговали разбитыми окнами и вошли через парадный, – Стэйн перехватил винтовку поудобнее и подвинулся ближе к лестничному пролёту. – Узнаю снобизм, свойственный элите федеральных войск.

– Следовало оставить им сюрприз прямо на входе.

– Маскировочных экранов хватило только на взрывчатку в лаборатории... всё, тишина! – прошептал пират и предостерегающе поднял руку.

Противник поднимался по лестнице. Звуков шагов практически не было слышно, но по стенам метались серые тени.

Пират мысленно прикинул: враги должны были разделиться минимум на три группы, так чтобы на каждый этаж особняка пришлось по нескольку человек.

Значит, наверх поднимутся трое или четверо.

Стэйн быстро и бесшумно отдалился от лестницы. Он поманил за собой напарника, и они поспешили в большую комнату, стены которой были заставлены книжными полками. Возможно, когда здесь останавливались известные галактические писатели, сидели за этим столом, восхищались безбрежным океаном и сочиняли сюжет нового бестселлера.

Друзья использовали дорогую мебель в качестве укрытия – спрятались за большим письменным столом.

Ждать пришлось недолго.

В комнату влетела газовая шашка и завертелась волчком, выпуская плотные клубы едкого дыма.

Стэйн мигом натянул маску-фильтр и бросил быстрый взгляд на своего друга – убедился, что тот поступил аналогично.

Карлик упёрся спиной в стену и целился прямо сквозь стол, готовый стрелять, ориентируясь на показания встроенного в пистолет теплового сканера. Его оружию дерево не было помехой. Мощные электромагнитные импульсы прошивали насквозь и более серьёзные препятствия, после чего всё ещё могли поджарить мозги врагу.

Сидевший на корточках пират высунулся из-за укрытия.

В серой клубящейся мути появились размытые тени.

Стэйн открыл огонь, а Галлар его поддержал. Чей-то тёмный силуэт медленно рухнул, словно срубленное дерево, – выстрел одного из друзей попал в цель. В ответ их градом окатили очередью из какого-то странного оружия, издающего глухие шлёпающие звуки. Практически сразу левая рука пирата онемела. Чуть ниже плечевой пластины брони, в бицепс воткнулась длинная пуля-шприц.

Тяжёлая винтовка со стуком ударилась о пол, когда пират бросил её, чтобы выдернуть транквилизатор из своей конечности. Датчик заряда на блоке питания моргнул и погас. Неужели что-то внутри могло сломаться от простого падения? Может отошли контакты?

Тут до Стэйна дошло, что спецназ задействовал поле подавления энергетического оружия. Значит, от пистолета Галлара теперь тоже не было толку.

– Хотят взять нас живыми! – крикнул Стэйн, чувствуя усиливающуюся вялость во всём теле.

Пират сел на пол, прислонившись к стене, и вытянул ноги.

Здоровой правой рукой, если можно было так назвать покалеченную ещё на Сигме конечность, он выхватил пороховой револьвер. Довольно архаичная штука, но простая и надёжная.

Он сделал пару выстрелов наугад лишь для того, чтобы спецназ не вздумал соваться в комнату.

– Плохо. Очень плохо, – встревоженно пробормотал Галлар через маску, осматривая отказавший электромагнитный пистолет. – До прибытия корабля ещё семь минут.

Они не успеют.

– Действуем по плану «Б»?

– Секунду, – карлик быстро залез в рюкзак, проверяя в нём что-то.

– Только не в голову, Трёхпалый, – попросил он. – Там передатчик.

– Да помню я, помню, – раздражённо отозвался пират и выстрелил несколько раз в грудь карлику.

Дисплей детектора пси-излучения, что висел на поясе Волка, ярко вспыхнул синим и вывел столбики цифр, засекая передачу данных.

Галлар отбыл на свой корабль.

– Чуть не упустили из виду, – Волк положил пистолет на колени, снял устройство и отцепил от него батарею.

Он выбросил элемент питания в разбитое выстрелами окно, а сам детектор переложил в один из нагрудных карманов. Стэйну не хотелось, чтобы враг обнаружил оборудование, активирующееся в тот момент, когда шпионы Червей используют пси-волновую связь.

Затем пират подобрал револьвер, дозарядил его, наклонился из-за стола и открыл огонь в темноту перед собой.

Он даже успел попасть в кого-то, прежде чем потерял сознание, уткнувшись лицом в мягкое покрытие пола. Последняя угасающая мысль была о том, что они упустили из виду очень важный момент плана «Б»: не придумали, как уничтожить труп Галлара...

Очнулся Стэйн уже в другом месте. Он лежал уже не на дорогих коврах, а на прохладном гладком металле. Голышом. Руки и ноги оказались скованы. Пират приподнял голову и огляделся. Он находился на корабле Галлара! Волк сразу узнал знакомые узоры на стенах. Всегда яркие потолочные лампы сейчас почему-то едва светили, как будто реактор был переведён в режим маскировки. Воздух был спёртым и тяжёлым.

Вокруг стояло несколько грузовых контейнеров оранжевого цвета. Значит, это склад. Другого такого помещения пират не помнил.

Что-то пошло не так?

Во-первых, если это и вправду звездолёт Галлара, то Стэйн должен быть сейчас свободен. Ну и одет. Во-вторых, они с напарником не планировали скорую встречу. На тот случай, если обоим не получится покинуть Мароа-3, Галлар должен был скрыться в одиночку и уже позднее придумать, как вытащить Волка из нового заключения на очередной планете-тюрьме, – таким был план «Б».

«Редкие планы выдерживают столкновение с реальностью», – посетила пирата философская мысль, пока он пробовал свои оковы на прочность.

Дверь в помещение бесшумно отворилась.

В проёме появилось двое незнакомцев в серых комбинезонах, с серебряными нашивками федерального спецназа на левой стороне груди. Тяжёлой чёрно-жёлтой полицейской брони на них уже не было. Один шагнул вперёд и наклонился к Волку, а другой достал пистолет и нанёс сильный удар своему коллеге в затылок. Тот без сознания рухнул около пирата.

Атакующий посмотрел Стэйну прямо в глаза, приложил палец к губам и вышел обратно в коридор.

Дверь закрылась.

Волк удивлённо покосился на неподвижное тело рядом с собой.

– Да что тут происходит? – прошептал он, не особо надеясь получить ответ.

Через несколько минут в коридоре раздался громкий резкий звук. Выстрел из порохового оружия. Затем ещё один и ещё.

Пират насчитал семь хлопков.

Двери снова открылись. Вернулся человек, который недавно оглушил своего коллегу. В руке он сжимал револьвер, очень похожий на тот, что использовал Стэйн в недавней перестрелке.

Это и был тот самый револьвер.

Незнакомец прицелился в лежащего на полу спецназовца и нажал на спусковой крючок. Голова содрогнулась, принимая пулю.

Убийца опустошил барабан, убедился, что там не осталось патронов. Достал из кармана тряпочку и баллончик с какой-то жидкостью, распылил на револьвер и аккуратно протёр. После чего вложил оружие в руки Стэйну.

Тот прекрасно понял смысл всех этих манипуляций.

– Недолго мне оставаться живым, – криво ухмыльнулся пират в лицо врагу.

Незнакомец отстранился от пленника.

– Всё зависит от твоего желания сотрудничать, – сообщил он холодно.

– Хотелось бы узнать детали сделки.

– Нужны ответы на интересующие меня вопросы.

– Допустим, соглашусь, а дальше что? Отпустишь?

– Нет, не отпущу, – честно ответил странный федерал. – Доставлю в сектор Сол. Там передам в надёжные руки. Немного поскучаешь в заключении. Потом попадёшь на суд, где чистосердечно сознаешься в убийстве оперативной группы. Одних ты уничтожил взрывчаткой, оставшихся перестрелял. В последний момент я успел тебя остановить. Особо сочинять не придётся, практически всё так и случилось.

– А потом пожизненная ссылка в очередной ад? Лучше сразу убей... как там тебя?

– Агент Лиэр.

– Лиэр?

– Ничем не хуже любого другого имени.

– Сойдёт, – не стал возражать пират.

– По поводу ссылки. На Сигму тебя не отправят. На Ниивенте тоже. Слишком велики шансы, что ты снова сбежишь.

– Федералы что, в курсе всего? – изумился Стэйн такой информированности властей.

Лиэр кивнул.

– Тогда какие варианты остаются?

Агент СБ уселся на один из контейнеров неподалёку.

– Альтерра, – ответил он. – Тебе подкорректируют память и мотивацию. Вернёшься в общество примерным гражданином. Возможно, даже оставят в секторе Сол. Дадут какую-нибудь простенькую работу, не слишком напрягающую мозг.

– Вот это предложение! Трудно устоять перед такими перспективами!

– Я уловил иронию в твоём голосе. Значит, мы не договоримся, – агент Лиэр достал из нагрудного кармана странный шприц, внутри которого что-то копошилось в светящейся жидкости. – Так или иначе информацию я получу. Хоть это и займёт больше времени.

Стэйн догадался, что его сейчас заразят мозговыми паразитами и воскликнул:

– Эй, я не отказывался отвечать на твои вопросы!

– Тогда в чём дело?

– Выбор у меня очень скудный: сдохнуть либо распрощаться со своей личностью после промывки мозгов на Альтерре – тоже ничем не лучше смерти. Хотелось бы от этой сделки чего-то иного.

– Отпустить я тебя не могу.

– Даже не надеялся на такой вариант.

– Так и в чём дело?

– Не хочу сдохнуть в неведении, так и не выяснив, кто стоит за уничтожением моего клана. Ты ответишь мне. Я – тебе. Равноценный обмен информацией! Ну так что?

Агент СБ задумался. Лиэр убрал шприц в карман и внимательно осмотрел нагого пленника. После чего достал компактный бласт-пистолет из кобуры – видимо опасался какого-то подвоха со стороны пирата.

Он отстучал по переборке рукояткой оружия какой-то странный ритм и сообщил:

– Если ты вздумал тянуть время, знай – никто не придёт на помощь. Управляющие системы корабля заблокированы, реактор заглушен, а твой напарник мёртв. Убит тобой, видимо. Даже не знаю, что вы с ним не поделили в самый последний момент.

– Эта мелкая крыса предложила сдаться, – еле сдерживая улыбку, ответил пират.

Секрет Галлара не был раскрыт!

– Даже если в этой системе у вас имелись сообщники, они тебя не спасут. Два патрульных крейсера вышли на орбиту, ждут лишь моего сигнала... К чему тебе ответы, только честно?

– Я очень любопытен от природы.

– Ты не намерен откровенничать, как я погляжу.

– Либо ты веришь мне, либо потеряешь время выясняя правду.

– Ну хорошо, – недовольное выражение появилось на лице федерала. – Сыграем в твою игру. Спрашивай.

– Ты ведь чужак? Хотя и выглядишь как обычный человек.

Агент на мгновение замер, но потом медленно ответил:

– Да, мой облик – всего лишь маскировка. Спрашивай дальше.

– Так ведь твоя очередь.

– Своим первым вопросом ты сумел ответить на один из моих. Опасения подтвердились. Вы с подельником прекрасно понимали, кому перешли дорогу.

– Вскрываем карты! – фальшиво обрадовался Стэйн. – Ну и как вы нас нашли?

– Здесь, на Мароа-3? Или когда вы решили ограбить туристический лайнер?

– Я готов выслушать всё.

– Ладно. Слушай. После встречи с Же’Ордоном вас выслеживали сразу по нескольким направлениям. Внимание привлекла подозрительная активность в пограничных космопортах. Некоторые диспетчеры, достаточно сознательные граждане, отправили в СБ донесения о попытках подкупа. Аналитики быстро догадались: кто-то готовит ограбление лайнера. Не было лишь уверенности, что за этим стояли вы двое... и последний из наших врагов. Знаешь, чем этот корабль является на самом деле?

Агент Лиэр вновь ритмично постучал бластером по стене склада.

Пират кивнул.

– Да, корабль поведал свою историю мне и напарнику, – осторожно ответил он.

– Ясно... Пользуясь данными, полученными от разведки СБ и службы навигации, мы определили несколько потенциальных целей и список удобных для нападения звёздных систем. Отправили в каждую точку собственные флотилии.

– А почему не федеральные? – спросил Стэйн.

Чужак развёл руками вокруг себя.

– Война с нашим врагом началась в другом месте много тысяч лет назад. Не было причин вовлекать ещё одну цивилизацию в этот конфликт.

– Говоришь так, словно вы сами не воюете с человечеством!

– Конечно же нет, – удивлённо поднял брови Лиэр. – Мы только усиливаем позиции вашей расы. Помогаем доминировать над прочими разумными видами. Как подобную поддержку можно считать актом агрессии? А, понимаю – последний из Артефарий перевернул всё с ног на голову и рассказал иную версию событий. Что ж, на то он и враг нам.

– Речь идёт о тайном захвате власти! Вы скрытно управляете сектором Сол, а также народами Старой и Новой Периферии! Кто дал вам право решать судьбу тысяч обитаемых миров?

Агент тихо рассмеялся.

– Вас так легко удалось переманить на свою сторону? – скривился он. – Обычной ложью? Может, были представлены какие-то доказательства этим диким обвинениям?

– Нет, но...

– Конечно, нет, – перебил пирата Лиэр. – Вы же двое – прирождённые преступники, которым наплевать на то, кто кем на самом деле управляет в этой галактике. Артефарии заключили с вами сделку. Пообещали большой куш. Вы согласились и отправились грабить. Врагу понадобились средства, которые пойдут на изготовление оружия, способного стать угрозой для моей расы. Так? Этим вы занимались в своей лаборатории?

Стэйн не ответил, как он надеялся – достаточно выразительно промолчал.

Агент сверлил его взглядом.

– Когда на эту отсталую планету начались поставки редких образцов высоких технологий, нам сразу стало понятно: готовится нечто большее, чем мелкая диверсия. Какие знания вам передали Артефарии? Что именно находилось внутри купола, который был уничтожен взрывом? Говори! Ну!

Пират ответил не сразу. Он выдержал ещё одну театральную паузу.

– Ты прав, – наконец соврал он. – Мы работали над новейшим типом волнового оружия. Обширное покрытие. Воздействует только на нематод.

– Вижу, что вам очень многое рассказали о нашей расе, о Рое.

– Достаточно, чтобы создать рабочий прототип. Оставалось только наладить производство излучателей, установить на всех обитаемых мирах, а потом в один момент избавиться от вас.

– Чтобы лишиться ключевых фигур внутри системы управления? Обрушить Федерацию в хаос?

– Свобода того стоит!

– Мы так старались оградить человечество от контакта с Артефариями! – агент Лиэр встал с места. – Упустили всего лишь одного врага, и вот результат: он не смирился со своим поражением, готов вовлечь очередную цивилизацию в опустошительную гражданскую войну, лишь бы удовлетворить свою жажду мести...

Чужак не договорил, лампы на потолке ярко вспыхнули. Корабль переключился с аварийного освещения на обычное.

Лиэр умолк и ринулся к двери.

Едва он выскочил в коридор, как прозвучали гудящие выстрелы из какого-то энергетического оружия.

Стэйн изогнулся под опасным углом, рискуя вывихнуть шею, в попытке узнать результат стычки.

Оборотень проиграл.

В коридоре показался коротышка, сжимающий бластер, позаимствованный, вероятнее всего, у одного из мёртвых спецназовцев. Галлара укутывала привычная серая хламида, но при этом ноги были босы, и с них стекал тяжёлыми каплями густой наполнитель из «родильного» чана.

Карлик отстрелил агенту Лиэру правую кисть с оружием, а также часть головы.

Оборотень медленно сползал на пол, уткнувшись спиной в дверной проём складского помещения. Внутри его расколотого черепа копошились светящиеся черви.

Галлар обратился к агенту на непонятном Стэйну языке, похожем на чириканье птиц.

К удивлению пирата, противник с дырой в голове ответил коротышке:

– Ты правильно всё понял, враг мой.

Галлар гневно защебетал, но в этот момент оборотень, словно фокусник, откуда-то выхватил уцелевшей левой рукой ещё один бластер и прожёг в груди карлика дыру размером с кулак.

– Тысячелетиями мы старались предотвратить подобное, – Лиэр медленно повернул изуродованное лицо к Стэйну, ожидавшему, что сейчас прозвучит следующий выстрел, предназначенный уже ему. – Наш враг искал способ пересечь границу между мёртвым и живым. Люди стали тем самым мостом. Ваш мозг – уникальный биологический компьютер, способный вместить сущность Артефарий. Твой... друг... он ведь сейчас вернётся?

Оборотень так и не выстрелил в пирата. Было видно, что он держался из последних сил.

– Покончи с нашим врагом, – внезапно предложил Лиэр. – Уничтожь его и этот корабль. Роевой Разум возвысит тебя. Любая должность. Любая территория. Всё, что попросишь, будет твоим.

– Вернёте из мёртвых мой клан? – недобро оскалился Стэйн.

– Ты хотел знать кто твой враг... Проект по усмирению пиратов разработан целиком и полностью Службой Безопасности Межзвёздной Федерации. Не все решения ваших правителей Рой одобряет, но мы скованы договором о невмешательстве. Хотя иногда проводим собственные тайные операции внутри правительственных мероприятий... Мои действия здесь, на Мароа-3, служат тому доказательством. Террористов намеревались уничтожить с воздуха, но я настоял на штурме и пленении.

– Сложно поверить в вашу роль наблюдателей. Федерация как с цепи сорвалась. Она ассимилирует одну цивилизацию за другой. Сотрудничая с Роем. Или правильнее сказать: под вашим руководством?

– Мы всего лишь оказываем поддержку. Что в этом плохого? Федерация изгнала либо уничтожила самые агрессивные расы... но всех остальных она сделала полноправными членами глобального межзвёздного объединения.

– Полноправными? Да ты шутишь, наверное! Нелюдям досталась тяжёлая физическая работа, изготовление примитивных сувениров или наёмничество – как-то не слишком похоже на равенство. Где их учёные? Инженеры? Экономисты? Политики, в конце концов?

– Сначала аутсайдерам придётся пройти долгий путь ассимиляции в новом сообществе. Принять этику и культурные ценности главенствующего вида. Они должны забыть своё прошлое, чтобы получить право влиять на будущее.

– Ваши методы отвратительны, – покачал головой Стэйн. – Вы действуете мерзко – пожирая мозг носителя, используя его внешность для маскировки и тайных манипуляций. Уже только этот факт наводит на некоторые размышления, и все они не в вашу пользу.

– Какое важное замечание, от того, кто предъявил только что обвинение в расизме! – в голосе чужака был заметен сарказм. – Да, мы – паразиты. Такова наша особенность, заложенная природой... Мы не имеем иных возможностей контактировать с другими разумными существами. И не видим здесь ничего плохого.

– Ваши жертвы имеют другое мнение.

– Значит, мы не договоримся?

– Я сделал выбор. Даже если ты меня сейчас пристрелишь, останусь на стороне своего друга. Ваше вмешательство в дела Федерации – это тайная война против всех обитателей Млечного Пути. Иного взгляда на действия Роя у меня нет.

Агент судорожно выдохнул, было заметно, что поддерживать разговор ему становится всё труднее.

– Я не стану стрелять... Путь, который ты выбрал, рано или поздно уничтожит тебя и всю твою расу. Подумай над этой мрачной перспективой... Наши народы могли сосуществовать в мире. Такова была изначальная договорённость.

– Кланы не участвовали в этой сделке!

– Вы изгои, преступники, мешающие развитию остальной цивилизации. Поэтому за вас всё решила Федерация. Высшие чины сектора Сол настояли на внедрении агентов Роя во все слои человеческого общества. Мы шпионили в пользу властей, помогали выигрывать сражения против внешних и внутренних врагов. Роевой Разум ранее никогда не вступал в подобные союзы. Это первый случай в истории нашего вида.

– Не может быть, – изумлённо выдохнул Стэйн.

До него только сейчас дошёл смысл всего, о чём с ним говорил чужак.

Люди сами открыли все двери захватчикам!

Умирающий Лиэр шептал еле слышно:

– В годы первого контакта... Молодая Федерация только поднималась из пепла старой Империи... Ударив по нескольким развитым мирам, любой враг мог легко отбросить всю человеческую цивилизацию в каменный век... Мы пришли... Защитили вас в то непростое время... Если поддержишь нашего противника... Случится катастрофа...

В этот момент из медотсека появился голый и мокрый Галлар, с новым бластером в руках. Он убил шпиона первым же выстрелом – полностью снёс тому голову раскалённым плазменным сгустком.

Карлик подошёл к телу мёртвого врага и стал внимательно его осматривать. Обнаружил несколько сбежавших червяков и безжалостно передавил тварей пальцами.

– Поищи уже ключи, – попросил пират, поднимая вверх скованные руки.

– Этим и занимаемся.

– А мне показалось, что ты увлечён местью.

Галлар не ответил, он обыскивал тело. Вскоре коротышка нашёл в одном из карманов чип для отпирания электромагнитных замков. Тем временем в помещении загудели воздуховоды – заработали внутренние системы корабля, возвращающегося в рабочий режим.

– Червяки рассказали что-нибудь интересное?

– О да, – ответил Стэйн, протягивая руки товарищу, чтобы тот освободил его от оков. – На орбите крутятся два крейсера. Надо поскорее сваливать с этой планеты, пока они не вздумали атаковать.

– Это всё?

– Остальное нет смысла пересказывать.

– Почему же?

– Я уверен, что ты вёл запись, – ухмыльнулся пират. – Посмотришь потом. Кстати, советую сделать парочку копий. Они нам ещё пригодятся для переговоров с федералами, да и Совету кланов надо бы эту беседу показать... Когда ещё представится возможность шокировать сородичей моей голой задницей?

Внезапно корабль содрогнулся и загудел переборками, словно по нему ударили огромной кувалдой. Совсем рядом взорвалось что-то довольно серьёзное, если измерять в тротиловом эквиваленте.

– Крейсеры начали обстрел? – встревожился Стэйн. – Надо улетать, иначе нас распылят на атомы!

Он очень хотел подняться на ноги, но ключ, найденный Галларом, не подошёл ко второму комплекту оков.

– Федералы ни при чём, – карлик опять принялся обыскивать агента Червей.

– Тогда что это было?

– Помнишь рюкзак, который мы взяли с собой в особняк? В нём была связка гранат и радиореле. Операция закончилась, глушилки отключили. Вот и бахнуло.

– Я думал, мы оба забыли, что надо избавиться от твоего тела... И ты ничего не сказал мне? А если бы агенты притащили всё это «добро» сюда?

– Враги просканировали сумку и не рискнули её трогать. Оставили в особняке. К тому же детонатором управляет наша альтернативная сущность. Она бы не допустила взрыва внутри корабля.

– Спасибо, успокоил... Слушай, а зачем ты вообще за мной вернулся? Мы вроде обговорили все действия по плану «Б».

– Под давлением обстоятельств Галлар-мозг внёс изменения в самый последний момент.

– А вот теперь, наоборот, я встревожен, – вздохнул пират.

– Второго ключа нет, – сообщил коротышка, отстраняясь от мёртвого тела. – Оставайся пока тут. Твоим полным освобождением займёмся позже. Сейчас важно поскорее задействовать пси-детектор.

– Он уцелел?

– Твои вещи и снаряжение разложены около шлюза. Мы видели устройство там.

– Я его обесточил. Понадобится элемент питания.

– Подходящие есть в рубке. Мы должны удостовериться, что на борту не осталось паразитов, избавиться от трупов, а затем покинуть систему Мароа-3.

Стэйн махнул рукой, отпуская напарника, прислонился к холодной стене и прикрыл глаза. Через секунду он громко чихнул.

«Ещё немного и я простыну. Надо доползти до шлюза. Каким-то образом натянуть на себя одежду».

Да, денёк выдался сумасшедший.

Глава 12. Падение Ястребов

Звездолёт Галлара держался в сотне метров над поверхностью Мароа-3 и двигался к Восточному архипелагу на малой скорости, маскируясь под аэротакси. Освободившийся от оков и одевшийся Стэйн подтаскивал к шлюзу убитых агентов СБ и сталкивал их вниз, в пучины океана. Безголовый труп агента Лиэра был выброшен из корабля последним.

Проводив взглядом падение тела чужака в воду, пират крикнул в направлении кабины пилотов:

– Всё! Корм для рыб закончился!

Створки зашипели и сомкнулись. Звездолёт начал набирать высоту. Волк продолжал стоять в помещении шлюза и смотреть в обзорное окошко, размышляя над последними событиями.

Остров, где они занимались разработкой пси-детектора, стремительно удалялся. Дымящийся кратер на месте лаборатории, перевёрнутый десантный корабль и разорённый особняк превратились в неразличимые точки, а затем исчезли. Там внизу не осталось ничего полезного для следствия.

– Это дело федералам не раскрыть, – пробормотал себе под нос Стэйн. – Если только Черви не поделятся подсказками…

Чужаки получили ответы на свои вопросы, пусть и смешанные с дезинформацией. Лиэр успел передать Роевому Разуму (пират слабо понимал, чем эта штука была на самом деле, но ничего хорошего себе не представлял) все добытые на Мароа-3 данные своим особым способом – в этом Волк не сомневался.

Артефарии – заклятые враги паразитов – не были уничтожены. Галлар собирался продолжить войну, начавшуюся тысячи лет назад в другой галактике. Рой теперь знал об этом и мог обратить себе на пользу ненависть последнего выжившего. Паразиты были на шаг впереди своих соперников, в этом Стэйн успел убедиться на своём опыте.

За иллюминатором Восточный архипелаг уже растворился на фоне безбрежного океана.

Волк был вынужден признать, что кое в чём агент Лиэр был прав.

Раскрытие тайного заговора (союза властей и мыслящих паразитов) способно привести к новой гражданской войне. Недовольство политикой Федерации резко возросло за последние полтора столетия. Теория заговора, воплотившаяся в реальности, создаст единый вектор для выхода гнева разрозненных группировок: угнетённых рас, флотилий изгнанников и кочевников, преступных синдикатов, анархистов и сепаратистов. Беспорядки вспыхнут не только за пределами сектора Сол, но даже внутри безопасных систем на самых, казалось бы, благополучных планетах.

Бывшего кана Стальных Волков терзали сомнения.

Ещё совсем недавно Стэйна окружали люди, которых он не считал угрозой, но за их улыбками изначально скрывался хищный оскал. Наложница Наида, обязанная ему жизнью, шпионила за каном Стальных Волков. Чужак в облике федерального чиновника Же’Ордона оказался врагом человечества. Хёгурмуринн и его соратники предали свой народ, стали марионетками, ослеплёнными амбициозными планами по захвату власти над пиратскими кланами.

Волк осознал, что был недостаточно бдителен, имел слишком мало опыта в политических интригах и поддался на чужие манипуляции.

– Что если я и в самом деле наивен и глуп? Неужели старый Змей был прав? Проклятье! Я дошёл до того, что готов согласиться с врагами!

Можно списать все неудачи на внешние обстоятельства, на происки недругов. Только вот никак не уйти от связи причина-следствие: ценой его, Стэйна, короткого правления стало уничтожение целого клана.

– Своим врагом можно управлять, – пират бросил мрачный взгляд в сторону рубки управления, где находился его напарник. – Понимает ли это Галлар?

Волк сжал кулак и зло стукнул по переборке.

Зачем Лиэр оставил ему жизнь? Почему так легко раскрыл информацию про сговор верхушки Федерации и Червей? Возможно, паразиты именно этого и хотят – отправить глупого пирата разносить по секторам опасную правду на пару с коротышкой. Что, если напарникам отведена роль сеятелей смуты, зачинщиков беспорядков?

Они вполне могут стать той самой искрой, от которой вспыхнет галактика! Сыграют ключевую роль в прелюдии к полноценному вторжению чужаков!

Знать бы наверняка…

Волк тяжело вздохнул и пошёл в рубку.

Галлар находился на своём месте, облачённый в серый бесформенный балахон. Мышонок внимательно изучал графики маршрутов, ведущих прочь из текущей системы, словно в этой работе действительно был какой-то смысл. Его альтернативная сущность, спрятанная на борту корабля, довольно неплохо справлялась с навигацией, не нуждаясь в контроле со стороны пилота.

– Чуть не забыл поблагодарить тебя, – Волк занял соседнее кресло. – Спасибо огромное.

– Не стоит. Было не сложно снять вторые кандалы с помощью электронной отмычки.

– Я имею в виду кое-что другое. Ты не стал откладывать операцию по моему спасению. Затаиться в клон-баке – смелая идея. Ты рискнул всем, чтобы спасти меня. Я избежал пыток. Мне не подсадили паразитов в голову, не отформатировали мозг на Альтерре.

Карлик убрал руки с клавиатуры и повернулся к товарищу.

– Это случилось вопреки всем планам, – заявил он. – Корабль так спешил, что прибыл на остров раньше расчётного времени, до того, как ты нас убил в особняке. Мы попали в захват ракетной батареи.

– Бот же перевернулся?

– Это не помешало его оружейным системам взять корабль в прицел, когда мы оказались в зоне поражения. Пришлось подчиниться приказу и приземлиться рядом. После всесторонней оценки возникшей ситуации был выбран вариант остаться в родильном чане под видом неактивного клона и дождаться подходящего момента.

– Всё равно спасибо.

Коротышка пожал плечами и сказал:

– Раз уж мы выиграли время, надо связаться с твоим другом – Якту. Пси-детектор работает, а значит, пора приступить к следующей фазе нашего плана. Очистим клан Хрустальных Ястребов от шпионов.

– Отлично. Рассчитывай маршрут в рукав Персея.

– Куда конкретно? Нужно больше данных по конечному пункту назначения, чем просто направление!

– Мне известны сотни систем, где сейчас может скрываться флот Ястребов, и о стольких же я не знаю, – улыбнулся Стэйн. – Гадать бесполезно. Надо договориться о точке рандеву.

– Так вперёд. Консоль управления передатчиком дальней связи прямо перед тобой.

Пират покрутил головой:

– Начинать широковещательную передачу рядом с границей сектора Сол слишком опасно. Федеральные станции связи способны отследить источник сигнала, а значит, и нас. Просто держи курс на территорию Новой Периферии, а там уже разберёмся.

Галлар кивнул, но отвернуться не успел – пират вытянул ногу и заблокировал его кресло.

– Погоди, у меня к тебе ещё вопрос, – с заметным напряжением в голосе сказал Волк.

– Спрашивай.

– О чём ты говорил с Лиэром? Ты не хотел, чтобы я понял. Неспроста использовал какой-то понятный только вам двоим язык. Так?

Лицо карлика сморщилось.

– Мы выясняли подробности конфликта в секторе Кали, – нехотя пояснил он.

– Ты хотел знать наверняка: виноваты в нём Черви или же войну против остатков твоей расы развязало человечество по собственной инициативе? – догадался пират.

– Да. Нам важна истина. Чтобы определиться с дальнейшими действиями.

– Судя по тому, что ты до сих пор не отказался от нашего сотрудничества, паразит взял вину на себя?

Галлар кратко пересказал тот диалог:

– Мы его спросили: знали ли Черви о возможностях симбиоза Артефарий и человеческой расы? Это наша совместимость с людьми стала причиной истребительной войны? Признание Лиэра ты слышал сам.

– Давай представим на секунду, что он ответил бы иначе.

Коротышка ответил честно:

– Мы бы вернулись к первоначальному плану – уничтожению человечества. В любом случае мы собираемся бросить ваш вид в атаку против Червей. Изменилась бы только последовательность событий. И финал.

– Говоришь так, словно люди – расходный материал.

– Нас, своих потенциальных союзников, Федерация успела уничтожить. Теперь ей самой придётся сильно постараться, чтобы уцелеть. Сделка ваших правителей обернётся крупными потерями, хорошо если не поражением. Мы тут ни при чём.

Волк даже не стал спорить. Коротышка не был жесток, он лишь констатировал факты.

– Ты посмотрел запись, сделанную на складе?

– Да, мы ознакомились с вашей беседой.

– Ну и что думаешь по поводу откровений Лиэра? Лично мне кажется – нас с тобой используют.

Галлар развёл руками:

– Всё возможно. Наша задача – не посеять хаос, но организовать всех и каждого против единого врага. Если получится нейтрализовать чужаков, занимающих ключевые посты, и объединить силы сектора Сол и внешних территорий – мы победим.

– Все их армии? Даже те, которые могут быть переброшены сюда из Андромеды?

– Конфликт затянется на века. Но если выиграем первые битвы – паразиты не смогут закрепиться. Не подомнут под себя доминирующую расу – человечество. Не покорят Млечный Путь.

– Какой ценой? – пират внимательно смотрел за выражением лица Галлара.

– Погибнут миллиарды. Война с Червями ничего хорошего не предвещает, – признал тот, не отводя взгляд. – Переброска армий между двумя галактиками занимает много времени и требует невероятного количества ресурсов. Мощь вражеского флота, сколько бы кораблей уже ни прибыло в Млечный Путь, не стоит недооценивать.

Стэйн провёл ладонью по внезапно вспотевшему лбу.

– Зато не погибнут все, не станут безмозглыми марионетками, – заметил Галлар. – С нашей помощью у человечества есть все шансы на выживание. В отличие от того варианта, где мы могли стать вашим противником.

– Умеешь воодушевить, – пират убрал ногу.

Коротышка повернулся к экрану навигационного компьютера и выбрал из готового списка координаты первого прыжка.

Вовремя – на радарах появился корабль с сигнатурой, соответствующей федеральному крейсеру.

– Мы будем откровенны с тобой до конца, Трёхпалый, – произнёс коротышка. – Тот разговор шёл на неизвестном тебе языке ещё по одной причине. Ты мог решить, что Артефарии, узнав о возможностях симбиоза с человечеством, планировали захватить вашу цивилизацию. Черви выступают в таком случае как спасители.

– Ты не хотел заронить во мне зерно сомнения.

– Мы выбрали не самую лучшую тактику. Рано или поздно ты пришёл бы к такому выводу самостоятельно. Чрезмерная скрытность стала важным элементом стратегии выживания нашего народа, но она же и вредит созданию доверительных отношений с иными видами. Возможно, именно это мешает нам установить полноценный контакт с другими разумными существами. Мы постараемся исправиться.

– Не спеши делиться своими секретами со всеми подряд, – дал совет Стэйн. – Откровенность может нанести куда больший вред.

– Тоже верно, слишком много переменных нужно учесть перед тем, как говорить правду, – согласился коротышка.

– Только вот все последствия никогда не просчитать…

– Приготовься, Трёхпалый, мы начинаем серию прыжков в рукав Персея.

Галлар-мозг активировал главный двигатель, и звёзды на обзорном экране ярко вспыхнули.

Через шесть дней они пересекли границу Новой Периферии, связались с Хрустальными Ястребами, и те передали координаты места встречи.

«Поторопись, у меня для тебя сюрприз», – сказал Якту за мгновение до того, как сеанс завершился.

Напарники сразу отправились в путь.

Через трое стандартных суток корабль Галлара оказался в глубинах безымянной эмиссионной туманности – точке рандеву.

– Такого сюрприза я точно не ожидал, – мрачно произнёс Стэйн, изучая данные на мониторах.

Они оказались посреди поля недавней битвы. В пространстве, наполненном свечением газа и пыли, кружили обломки множества кораблей. Одни разбитые суда успели остыть, а другие продолжали тлеть.

– Где флот Ястребов? – поинтересовался коротышка.

– Это он и есть!

– С чего ты так решил?

– Проклятье, Галлар! На моих глазах был уничтожен клан Стальных Волков! Думаешь, я не знаю, как выглядит разбитая пиратская флотилия? Мешанина гражданских и боевых кораблей – вот она, перед тобой! Посмотри внимательно на радары, там нет рабочих сигнатур. Не осталось ни одного исправного звездолёта, хотя Якту и его люди должны были встретить нас здесь… – Стэйн обхватил голову руками и умолк.

Коротышка активировал детектор пси-связи. Он подключил устройство к главному блоку радаров корабля, усилив его мощность внешними приёмниками, как они это уже однажды проделали на Мароа-3.

– Нужно выяснить, нет ли поблизости флота Червей, – пояснил Галлар.

– Это их рук дело?

– Сейчас и узнаем.

На синем экране детектора было пусто.

– Присутствия врага не наблюдается, – заявил коротышка через некоторое время. – Либо противник за границами радаров. Что будем делать дальше, Трёхпалый?

– Возвращаемся туда, откуда начали. Летим на Аукам. Постараемся выйти на Медведей или Кометы, на любую дружественную Стальным Волкам силу.

– Рискуем снова оказаться в плену Хёгурмуринна или его приятелей.

– Что поделать, – развёл руками Стэйн. – Есть ещё вариант отправиться на поиски Грайнахадира, но тамошние обитатели – сплошь бесполезные старики, какими бы великими воинами они ни были в прошлом.

– Грайнахадир. Важный символ из вашего фольклора.

– Родина всех кланов, ставшая мифом. Многострадальный мир, который не смогла подчинить себе ни старая Империя, ни пришедшая ей на смену Федерация.

– Пиратские легенды гласят, что планета была уничтожена. По крайней мере те истории, которые нам удалось услышать, утверждают так.

– В этом есть своя правда, – кивнул Стэйн. – В прошлом нашу родину подвергли массовым орбитальным бомбардировкам. Радиация и ядерная зима превратили практически всю её поверхность в ад на несколько столетий. Нападавшие и сами долго не продержались – их разнёс на куски флот сил самообороны, что до того момента был занят отражением атаки в другом секторе. Уцелевшие в той битве инженеры и воины создали пиратские кланы. Мы покинули систему и стали вести кочевой образ жизни. Грайнахадир признали непригодным для обитания, и его вычеркнули из всех баз данных. Местоположение сего мира стало тайной. И всё же он потихоньку ожил и зацвёл. Когда кан преступает определённый возрастной порог, он может покинуть занимаемый пост, получить секретные координаты и отправиться домой. Ещё одна важная традиция.

– Этот путь ведёт в никуда, – заявил коротышка. – Если, конечно, ты не собираешься бежать от проблем. Временный выход. Черви однажды найдут и вашу родину, и всех, кто на ней решит спрятаться.

– Знаю. Поэтому полетим на Аукам. Постараемся обойти все ловушки и отыскать союзника, который поможет собрать Великий Совет.

Галлар переключил радарный блок, усиливающий пси-детектор, на обычный режим. В динамики кабины на несколько секунд ворвался какой-то треск. Коротышка уменьшил чувствительность приёмника.

– Погоди! – воскликнул Стэйн. – Верни как было!

Карлик послушно выкрутил мощность до крайних значений.

Вокруг напарников зазвучали пульсирующие звуки. Три коротких. Три длинных. Снова три коротких.

– Это морзянка, – заявил Стэйн, прислушиваясь. – Сигнал бедствия. Сможешь отследить?

Галлар кивнул и стал колдовать над пультом управления.

Двадцать минут спустя они добрались до источника – раскуроченных останков «Индюка», флагмана клана Ястребов.

Огромный кусок хрусталя дрейфовал в космосе, сопровождаемый шлейфом более мелких обломков, словно комета. Радиопередача шла прямо из статуи птицы, что раньше гордо красовалась на носу пиратского звездолёта.

– Командный центр, – ткнул пальцем в экран Стэйн. – Внутри остались выжившие.

– Глядя на эти трещины, мы сильно сомневаемся, что там хоть кто-то уцелел.

– Ястребы могли воспользоваться скафандрами.

– Тогда надо поторопиться, пока им есть чем дышать.

Следующие несколько часов Галлар и Стэйн занимались подготовкой к аварийной стыковке. Волк вышел в космос и там орудовал плазменным резаком, расширяя одну из рваных дыр, за которой виднелся внутренний коридор, а карлик предупреждал напарника об опасных обломках, кружащих поблизости.

Мозг на борту корабля тоже был занят: сканировал радиодиапазон в надежде обнаружить других выживших и одновременно вёл наблюдение за показаниями радаров, чтобы не пропустить возвращение сил противника в этот сектор.

Наконец переходной тоннель соединил воздушный шлюз и разбитый корпус.

Не дожидаясь, пока давление выровняется и воздух заполнит окружающее пространство, Стэйн протиснулся внутрь и принялся разжимать гидравлическим домкратом запорный механизм дверей, ведущих в командный центр «Индюка».

Когда створки поддались, перед глазами Волка предстала ужасная картина – десятки трупов плавали в невесомости. Но среди Ястребов были и живые. Трое людей, облачённые в скафандры, сразу двинулись навстречу Стэйну. Они протиснулись в дыру и, хватаясь за крепления переходного тоннеля, поспешили внутрь звездолёта Галлара.

Стэйн задержался ещё на несколько секунд, осматривая помещение, но быстро понял, что больше спасать некого, и отправился следом за остальными.

Когда на борту корабля Галлара все сняли с себя шлемы, перед Стэйном предстали Якту, Хакур и ещё один член клана Ястребов, которого пират до этого не встречал.

– Где вас черти носили? – гневно вопросил Якту вместо слов благодарности.

– Не обращай внимания, молодой Волк, – примиряюще сказал Хакур. – Кан не в себе. Нам пришлось пережить крайне неприятные события.

– Неприятные события? Клан Хрустальных Ястребов был уничтожен! Целиком, дядя! А нам пришлось бездействовать целую вечность! Томо, хоть ты поддержи меня!

Третий выживший только пожал плечами. Его бледное лицо выражало смертельную усталость.

– Прошло чуть более двух суток, – проворчал Хакур, старательно обходя тему гибели целого клана. – Посидели бы месяц-другой взаперти, вот тогда был бы стоящий повод жаловаться на затяжное спасение. Лучше поблагодари Стэйнульфа, что он подоспел до того момента, как мы начали есть собственное дерьмо.

Якту зло посмотрел на своего родственника.

– Братья, я прекрасно понимаю ваши эмоции и нисколько не обижаюсь, – ответил Стэйн примиряюще. – Не надо ссориться. Давайте покинем шлюз, и вы расскажете, что случилось. Только берегите свои лбы, тут очень низкие потолки.

Волк склонил голову, шагнул вперёд и направился в самое широкое помещение на звездолёте – медотсек. Остальные последовали за ним, на ходу освобождаясь от скафандров. В воздухе сразу появился кислый запах грязных тел, длительное время находившихся в герметичных костюмах.

– Душевая направо за автохирургом, – подсказал Стэйн. – Там же можно постирать и высушить одежду.

Якту первым ушёл почиститься.

– Что произошло? – спросил Волк у Хакура. – Место встречи было выбрано неудачно? Вы нарвались на федеральный флот?

– Ястребы не первый раз прятались в этой туманности. Всё было как обычно. Мы ждали вашего появления, – начал рассказывать старик, – но пару дней назад из гиперпространства появились сотни кораблей. Похожих на те, что мы однажды преследовали до границ сектора Сол, а потом спугнули. Вы тогда ещё ограбили туристический лайнер.

– Огромные звездолёты, подобные иглам?

– Да, они самые. Только теперь их было слишком много. Целая армада. Чужаки сразу открыли огонь, наш флот даже не успел огрызнуться в ответ. Командный отсек «Индюка» оторвало от корпуса серией попаданий, щиты не выдержали, и рубка мгновенно оказалась разгерметизирована. Натянуть на себя шлемы успели только мы трое. Томо соорудил из подручных средств простенький передатчик, и мы по очереди стали выстукивать сигнал бедствия. Через два дня заметили, что кто-то вскрывает двери. Собственно, на этом всё.

– В произошедшем целиком и полностью моя вина, – горько заявил Якту, показываясь на пороге душевой. – Надо было назначить встречу у какой-нибудь оживлённой торговой планеты, имеющей крепкий флот ССО и парочку военных баз на орбите. Лететь следовало на двух-трёх кораблях, подобрать вас и прыгнуть в разные стороны – пусть ищут… Меня подвело чувство мнимой безопасности.

– Ты не мог знать, что наши переговоры перехватят и расшифруют, – мягко сказал Хакур.

– Потому что это считается невозможным, дядя.

– Так и было. Теперь ситуация изменилась.

– Я должен был предвидеть, что нас будут отслеживать!

– Проклятье! – воскликнул Стэйн, сжимая кулаки. – Надо было тогда не слушать Галлара и сразу предупредить тебя. Возможно, ты вёл бы себя осторожнее.

– О чём речь? – поднял брови Якту.

– Ты ни в чём не виноват! Зашифрованный канал невозможно выделить и идентифицировать среди миллиардов таких же, работающих в тот же момент времени! Потому что сеть связевых ретрансляторов рукава Персея децентрализована. Она бесполезна для слежки любого типа! Иначе самые сильные группировки успешно вырезали бы всех конкурентов. Нет. Тот, кто привёл сюда вражеский флот, находился среди твоих соклановцев. Предатель узнал о готовящейся встрече и натравил на Ястребов вражескую армаду.

– Чушь, – дёрнул мокрой головой Якту, обдавая окружающих каплями воды. – Ведь тогда гипотетический шпион либо самоубийца, либо один из нас троих.

– Предатель – не человек. Ему плевать на смерть. Его тело – всего лишь инструмент для шпионажа и диверсии.

– Что ты несёшь?! – удивился Томо. – Пираты не принимают в свои ряды представителей других рас. Ястребы уж точно!

– Давайте вы все закончите с водными процедурами, а затем продолжим, – предложил Стэйн. – Я расскажу вам о кораблях, которые нас преследуют. О том, как близкие друзья могут оказаться шпионами иной расы. Поведаю о тайном сговоре, определившем настоящее и будущее Федерации. Это и многое другое. Идите уже, мойтесь, кто там следующий. Я пока принесу еду. Вы наверняка адски голодны...

Когда все спасённые вернулись в медотсек и принялись наполнять желудки армейскими сухпайками, Волк поведал в подробностях всё, что знал. Но он умолчал о первоначальных планах Галлара уничтожить человечество и об альтернативной форме коротышки – живом мозге, скрытом в нише на потолке. Потому что они с карликом заранее договорились сохранить эти моменты в тайне.

Под конец долгой истории, сопровождаемой вопросами и уточнениями, в медотсек заглянул Артефарий. Все смотрели на него с уважением и пониманием, без малейшей тени ксенофобии. Этот чужак тоже потерял своих близких по вине Червей. Пираты считали Галлара союзником в предстоящей войне, несмотря на его нечеловеческую сущность.

– Эфир чист, больше никаких сигналов на поле боя засечь не удалось, – сообщил коротышка. – Предлагаем покинуть этот сектор как можно скорее. Куда прокладывать маршрут?

Стэйн вопросительно посмотрел на спасённых Ястребов.

– Я верю тебе, брат, но другие каны могут потребовать доказательств, – произнёс Якту, обращаясь к Стэйну. – Мы обещали поддержать тебя на Совете. Увы, как только просочится слух, что мой клан уничтожен, никто не станет слушать того, кто допустил гибель своих людей.

– У нас есть всё необходимое. Признания Же’Ордона. Запись разговора с фальшивым агентом Службы Безопасности… А ещё детектор пси-излучения. Кто-то из Червей наверняка прячется в окружении Хёгурмуринна, если даже он сам не является чужаком. Мы обнаружим шпиона перед собравшимися, вскроем его гнилую башку и покажем всем истинный лик нашего общего врага, – Стэйн смотрел в глаза своему другу. – После этого никто не посмеет сомневаться. Будут сняты все обвинения с меня. И с тебя.

– Тогда отправляемся на Аукам, – предложил Якту. – Мы с Хакуром и Томо обойдём все пиратские корабли в космопорте Гран-де-Урбо, потребуем собрать Великий Совет в самые короткие сроки. Только надо поторопиться, пока весть об уничтожении клана Ястребов не сделала из меня изгоя.

– Ты всё слышал, – сказал Стэйн, оборачиваясь к Галлару. – Курс на Аукам.

Коротышка молча кивнул и отправился в рубку.

– Сюрприз, – вдруг вспомнил Волк. – Якту, ты обещал мне какой-то сюрприз. Если, конечно, сейчас вообще уместно напоминать тебе об этом обещании.

– Ах да, чуть не забыл, – на лице Ястреба появилась слабая улыбка. – Обнаружились выжившие, имеющие отношение к клану Стальных Волков.

– Что? – Стэйн не мог поверить. – Разве кто-то уцелел?

– Твои наложницы успели скрыться на малом корабле в самый разгар боя с федеральными войсками, – поведал Якту. – Добрались до Халеша и там вляпались в неприятности. Повздорили с владельцем одного из борделей и пригрозили ему твоим именем. Но не признались, что клан Волков был уничтожен. Никто не хочет ссоры с пиратами, поэтому местные решалы отправили весточку через нас, чтобы закрыть конфликт мирным путём. Я попросил их вести себя с девчонками максимально вежливо, но не прогибаться под все женские капризы… Мне показалось, эта новость немного обрадует тебя.

– Обрадует? О, не то слово, – недобрым тоном ответил Стэйн. – С одной из этих красоток необходимо побеседовать до Совета кланов. Она может дать компромат на Хёгурмуринна. Значит, Халеш?

– Да, захудалая шахтёрская планетка, где главная достопримечательность – гладиаторские бои на ящерах.

– Помню такую... Благодарю, Якту. Пойду в рубку, скажу Галлару, что маршрут надо проложить через ту дыру.

Стэйн покинул медотсек, привычно склонив голову, чтобы не разбить её о низкий потолок коридора.

Глава 13. Великий Совет

Наиды на Халеше не оказалось.

Обнаруженные в столичном борделе наложницы рассказали, что она спасла их, вытащив с борта флагмана в самый разгар битвы. Они бежали на быстроходном малом корабле. Наида высадила подруг в первом же обитаемом мире, а сама скрылась на захваченном звездолёте, ничего никому не объяснив.

Волк договорился об особых условиях для своего гарема и пообещал вернуться за дамами через некоторое время.

Рейдер Галлара отправился дальше. Несколько дней они болтались на орбите Аукама. Наконец им повезло: Якту вышел на связь с одним из торговых кораблей Медведей, поднявшихся с поверхности планеты. Капитан любезно согласился доставить маленький звездолёт к точке рандеву клана внутри одного из грузовых отсеков...

– Да и плевать на неё, – пробормотал Стэйн, уставившись в обзорное стекло кабины пилотов.

– Всё переживаешь, что твоя наложница не даст показаний? – поинтересовался напарник, сидящий в соседнем кресле.

– И без слов Наиды достаточно доказательств. Лишь бы нас выслушали.

– Будем надеяться, что план твоих друзей сработает.

– Иначе и быть не может, – заявил Стэйн с уверенностью, которую на самом деле не ощущал. – Подобным образом Хакур когда-то предотвратил готовящееся покушение на жизнь отца Якту.

– Если этот фокус сработает второй раз, значит, у пиратов серьёзные проблемы с внутренней безопасностью, – усмехнулся коротышка. – С памятью уж точно беда.

Сейчас корабль Галлара находился в самом центре флота Каменных Медведей. Звездолёт держался рядом с флагманом, где Якту, Хакур и Томо гостили у кана Бьёрна Гротта, в ожидании предстоящего собрания.

В этом секторе пространства, под прикрытием пылевых облаков безымянной туманности, потихоньку собирались пиратские кланы. Тысячи кораблей, боевых и гражданских, прибыли сюда, и продолжали появляться всё новые.

Трое выживших Ястребов с помощью курьеров Медведей более месяца распространяли тревожные новости о готовящихся актах агрессии со стороны Федерации, призывая кланы явиться на всеобщий сбор.

Стэйн решил, что такая полуправда будет достаточным поводом для созыва Великого Совета, а главное – безобидным в глазах вероятных шпионов. У агентов Червей не должно быть причин препятствовать сходке или уделять ей особое внимание.

И этот план сработал.

На зов Якту откликнулись даже Змеи с Лисицами. Видимо, Хёгурмуринн рассчитывал укрепить свои позиции во время обсуждения новых угроз и рисков. Может, он был готов заявить о своём желании встать во главе всех кланов, кто знает?

Почему бы и нет. Стэйну момент казался вполне подходящим.

Настоящие проблемы, которые пиратам предстояло обсудить на Великом Совете – вторжение Червей и тайный сговор чужаков с правительством Федерации – были озвучены лишь узкому кругу людей из числа Каменных Медведей. В рядах этого клана присутствие паразитов не обнаружилось. В то время как у других сторонников Стэйна, Чёрных Комет, пси-детектор определил наличие сразу четырёх шпионов на борту главного корабля.

В среднем на клан приходилось по пять-шесть оборотней. Особого внимания требовала только ситуация с флагманом Хёгурмуринна.

На центральной панели замерцала надпись «входящий вызов».

– Поступил запрос связи с главного корабля Медведей, – сказал Галлар, посмотрев на источник. – Позывной Ястребов. Канал зашифрован. Передача направленная, ведётся в узком диапазоне частот.

– Включай. Похоже, это что-то важное.

На экране возник Якту.

– Всё идёт согласно плану, – сразу перешёл к делу кан Ястребов. – Флагман Бьёрна завтра принимает Великий Совет. Возражений ни у кого не было, кроме Хёгурмуринна.

– Хотел перенести мероприятие к себе на борт?

– Да, но его идею мало кто поддержал. Бьёрн обещал пир по окончании Совета, а сытную кухню Медведей променять на изжогу от острых закусок Змей желающих нет.

– Весомый аргумент, – усмехнулся Стэйн.

– Хватит торчать снаружи. Скоро начнут причаливать гости. Ваш корабль может привлечь ненужное внимание. Направляйтесь в четырнадцатый ангар, там достаточно хлама, чтобы спрятать рейдер от любопытных глаз.

Галлар склонился над панелью управления. Звездолёт вздрогнул и плавно направился к борту флагмана.

– Чем занят Хакур? – поинтересовался Стэйн.

– Они с Томо репетируют грядущее мероприятие с людьми Бьёрна, – улыбнулся Якту. – Надеюсь, в рукопашную завтра никто не бросится.

– Я бы не стал исключать такую возможность. Среди собравшихся будут агенты противника… Остальные тоже не сразу поймут, что происходит, могут пойти в атаку.

– Поэтому ваша с коротышкой задача – успеть обозначить все цели до того, как дядька дёрнет рубильник.

– Не беспокойся, мы не упустим ни одного паразита, – заверил его Галлар.

Некоторое время спустя рейдер добрался до нужного ангара и занял свободную посадочную площадку.

Стэйн с напарником покинули корабль. Снаружи их уже встречал Якту.

– Следуйте за мной. Провожу вас в каюту, которую нам выделили. Комната совсем не по статусу, тесная и на техническом уровне, но ради безопасности придётся потерпеть неудобства.

Товарищи зашагали за каном Хрустальных Ястребов вглубь флагмана…

На следующий день в церемониальном зале Каменных Медведей собрались все прибывшие на Великий Совет каны со своими телохранителями и советниками.

В просторном помещении находилось более двух сотен человек. Одни сбились в группы соратников и единомышленников, другие держались особняком, не примыкая ни к одной из фракций.

Шум толпы разом прервался, когда Бьёрн Гротт, кан Медведей, потребовал тишины, открывая собрание.

– Братья, – хриплым низким голосом, усиленным звуковой аппаратурой, провозгласил он. – На меня возложена почётная обязанность принять вас у себя дома и провести Великий Совет, а после угостить хмельным мёдом и разнообразными яствами… Однако программа мероприятия была немного подкорректирована. Прошу заранее извинить мою охрану за следующие несколько неприятных секунд. Необходимость сих действий продиктована исключительно всеобщей безопасностью. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.

– Что ты хочешь этим сказать? – громко вопросил кто-то в толпе.

В тот же момент люди Бьёрна, всё это время тайно державшие на прицеле шпионов Червей, личности которых заблаговременно раскрыл Галлар, открыли огонь.

Хлопки плазменных бласт-пистолетов раздались сразу повсюду, но тут же мгновенно умолкли. В разных частях зала на пол оседали обезглавленные трупы.

Агентов Червей в толпе оказалось меньше десятка, и все они были оперативно устранены.

Телохранители канов повытаскивали своё оружие, но недоумённо крутили его в руках. Если оно и работало несколько мгновений назад, то сейчас снова стало бесполезным.

– Прошу всех сохранять спокойствие! – раздался громкий голос Бьёрна. – Не начинайте бой, братья. Нейтрализующее поле выключалось на считаные секунды лишь для того, чтобы уничтожить вражеских шпионов.

– Вы посмели пролить кровь сородичей на Великом Совете?! – вскричал один из канов, осматривая мёртвое тело у своих ног. – Твои люди только что пристрелили военачальника, что верой и правдой служил клану ещё при моём отце!

– Не спеши с выводами, Моул, – ответил кан Медведей. – У меня имеется достоверная информация о вражеских агентах, что действуют в наших рядах уже очень давно. Десятилетиями мы считали этих шпионов своими родными и близкими друзьями. Сегодня настал день очищения от этой погани.

– Ложь! – зашумела толпа. – Такого не может быть! Бьёрн что-то задумал! Он хочет захватить власть!

Гневные возгласы стали раздаваться со всех сторон. Гул нарастал.

Кан Медведей холодно смотрел на бушующую толпу, сложив руки у себя на груди. Его воины достали парализаторы и были готовы к худшему развитию ситуации. Только у охранников Бьёрна имелось одно важное преимущество: они ждали кодовые слова от своего лидера, услышав которые Хакур должен был включать и отключать силовое поле, нейтрализующее оружие.

Неожиданно со своего места встал Хёгурмуринн и потребовал тишины.

– Вы знаете, что мы с Бьёрном никогда не были друзьями, – объявил он после того, как все умолкли. – Однако сейчас я поддержу его. Он говорит вам правду. В рядах пиратов уже много лет действует скрытый враг. До сего дня об этом знали только избранные каны, например мой соратник Ишфох.

Кан Лисиц кивнул, подтверждая слова товарища.

– На протяжении последних десятилетий мы неоднократно становились свидетелями актов предательства, – продолжал Хёгурмуринн. – По вине изменников гибли целые кланы. Совсем недавно такая трагедия произошла со Стальными Волками… Ходят слухи, что и Хрустальных Ястребов постигла аналогичная участь – они так и не прибыли на Великий Совет. Братья, необходимо признать, мы совсем не знаем своих сородичей. Давайте же успокоимся и выслушаем Бьёрна, похоже, ему есть что рассказать.

В свите старого Змея все остались живы. Скалил зубы Вахир и его люди, оглядывая притихшую толпу. Обе ладони «клык» держал на рукоятях тяжёлых кинжалов, готовый атаковать по первому приказу своего господина.

– Главное сейчас – услышать ответы на наши вопросы, – заявил Хёгурмуринн. – Как Медведи вычислили предателей? Где доказательства вины казнённых только что людей?

Он покосился на ближайший труп и добавил:

– Зачем было обезглавливать шпионов, когда следовало допросить их? Произошедшее идёт вразрез с нашими традициями. От лица всех собравшихся я требую объяснений.

– Вы получите ответы, – спокойно заявил Бьёрн, – но не от меня. Пусть говорят те, кто раскрыл этот заговор.

Из-за спин бойцов клана Медведей появились два человека, одетые в просторные серые балахоны. Их лица были скрыты тенью от глубоких капюшонов.

Они вышли на середину зала и встали спиной к спине. После чего сбросили свои плащи. Под ними оказалась тусклая броня и сверкающие лезвия клинков, закреплённых на поясе. Эти двое явно подготовились к тому, что право быть услышанными придётся добывать в поединке.

Хёгурмуринн побледнел, встретив направленный на него яростный взгляд, и медленно сел на своё место.

Человек с рыжей шевелюрой сказал:

– Я – Стэйнульф. Последний кан Стальных Волков. Мой клан попал в ловушку и был уничтожен федеральными силами по вине предателей, имена которых вы скоро узнаете. Меня же оболгали перед лицом моего народа, осудили и сослали на Ниивенте, а до того на Сигму. Дважды я побывал в аду двух самых суровых планетарных тюрем, но вырвался на волю и добыл доказательства своей невиновности. Более того, я обнаружил тайного врага, что грозит гибелью не только кланам, но и всему человечеству.

Стоявший за его спиной светловолосый воин продолжил:

– Все вы знаете меня как Якту, кана Хрустальных Ястребов. Стэйнульф предъявил мне доказательства своей невиновности. Я проверил их правдивость, как сможете убедиться в этом и вы сами. Однако опасайтесь последствий от обладания истиной: мой клан был уничтожен чужаками, прибывшими из другой галактики. Врагами, что более века назад вступили в тайный сговор с Федерацией.

Толпа стала переговариваться, недоверчиво комментируя услышанное.

Кан Медведей издал резкий свист, привлекая внимание собравшихся. Он поднял над головой устройства для хранения данных.

– Здесь две записи, – объявил Бьёрн. – Одна из них – признание федерального чиновника Же’Ордона. Вторая – откровения чужака, скрывавшегося под личиной агента Службы Безопасности. Подлинность обеих признали мои эксперты. Каны получат доступ к ним, чтобы их специалисты удостоверились – это не подделка. А сейчас мы включим и просмотрим каждый разговор. Пусть все присутствующие осознают всю серьёзность ситуации.

Заработал голографический проектор, создавая трёхмерное изображение рядом с Якту и Стэйном.

В зал шагнул известный большинству присутствующих Же’Ордон со своими спутниками – инженером и телохранителем…

Час спустя Стэйнульф, большинством голосов признанный невиновным, объяснял собравшимся принцип действия пси-детектора, старательно обходя опасные вопросы о прошлом Галлара. А вопросов было немало после ознакомления с откровениями агента Лиэра.

Некоторое время спустя помещение снова наполнилось восклицаниями и выкриками. Теперь гнев пиратов был сконцентрирован на новом противнике… и на Хёгурмуринне. Даже Ишфох отказался поддерживать старого приятеля, как только выяснилось, что тот замешан в истории с гибелью клана Стальных Волков.

Вахир и остальные телохранители окружили своего господина, готовые умереть, защищая его, но тот неожиданно выступил вперёд.

Зал утих, замер в напряжённом ожидании.

– Братья, мне действительно нет оправдания, – мрачно согласился Хёгурмуринн. – Позвольте объяснить мои мотивы. Желание сделать кланы сильными, объединить их в одно целое не было продиктовано какими-то личными амбициями. Нет. Мне было горько наблюдать, как наш народ слабеет с каждым новым поколением. Вы тоже не могли не заметить эту неприятную тенденцию. Флоты становятся меньше. Гибнут целые кланы, но вовсе не по моей вине, как это пытался представить лживый федеральный чиновник.

Старый Змей окинул всех тяжёлым взглядом.

– Я надеялся использовать Федерацию, чтобы выторговать будущее для кланов. Да, это будущее должно было начаться с передачи в мои руки контроля над всеми флотами, но посмотрите внимательно на меня.

Хёгурмуринн ткнул себя в грудь.

– Пройдёт ещё лет десять-пятнадцать, и я должен буду отправиться в последнее паломничество, на нашу родину – Грайнахадир. Я собирался уйти со спокойной совестью, поскольку верил, что своими действиями успею выиграть время кланам…

– Так просто не отделаешься! – воскликнул Якту. – Помнишь, как пытался меня подставить? Из-за твоих интриг погибло немало хороших воинов!

– Их смерть была лишь вопросом времени. Клан Ястребов был уничтожен чужаками, да только не по моей вине, – парировал Хёгурмуринн. – Среди моего окружения шпионов не обнаружилось. Может быть, по той причине, что я умею подбирать надёжных людей, в отличие от самонадеянных юнцов, ставших канами по воле случая?

– Стэйн, расскажи ему правду, – недобро оскалился Якту.

Волк сделал шаг вперёд и, глядя в глаза Хёгурмуринну, заявил:

– На твоём флагмане, старый Змей, почти три сотни человек.

– Так и есть. Это ни для кого не секрет, – согласился тот.

– Сканирование пси-детектором, сделанное несколько часов назад, показало, что почти все они – шпионы Червей. Канониры, инженеры, связисты, повара, почти вся команда, до последней шлюхи из твоего гарема – проклятые чужаки с клубком из червей вместо мозга. Понимаешь, о чём я говорю? Ты видел на записи смерть агента Лиэра.

– Нет… – выдохнул Хёгурмуринн, его бледное лицо приобрело зеленоватый оттенок. – Это невозможно!

Было похоже, что старого кана сейчас стошнит.

– По какой-то причине Роевой Разум принял решение полностью заразить флагманский корабль Змей, а может, и весь твой клан. Ещё вчера сканирование показывало, что только треть экипажа была обращена. Интересно, в чём причина столь необычной активности врага?

Волк замолчал, с удовольствием наблюдая за реакцией Хёгурмуринна.

– Думаю, Змеи были выбраны неспроста, – продолжил Якту вместо своего друга. – Возможно, ты не оправдал ожиданий кукловодов. Слишком медленно шёл к власти над кланами, вот тебя и решили перевести на ручное управление. Как долго останешься самим собой после того, как вернёшься домой?

– Эта информация требует проверки, – взял себя в руки Хёгурмуринн. – У меня коммуникатор, я могу приказать, и сюда немедленно прибудут члены команды с флагмана. Те, в ком я уверен. Так мы узнаем правду. Из первых рук.

Стэйн покрутил головой.

– Ты до сих пор не понял? – Он указал на обезглавленные трупы. – Единственный способ сдержать врага – сразу уничтожить связь с остальными оборотнями и Роевым Разумом. Живые агенты – его глаза и уши. Если попытаешься вызвать на допрос хоть одного шпиона, противник мгновенно получит сведения о том, что кланам всё известно и заговор против человечества раскрыт. Черви начнут активно действовать исходя из сложившейся ситуации и доступных инструментов. Твой звездолёт крепок и неплохо вооружён. Так ведь, Змей? Один из самых сильных крейсеров в этом рукаве Галактики.

– Намекаешь на то, что шпионы на флагмане откроют огонь? Занятный способ самоубийства, учитывая количество боевых кораблей вокруг.

– Самим Червям смерть не страшна, а вот чем больше нас погибнет, тем лучше для них. Враг стравливает обитателей Млечного Пути, чтобы мы не смогли объединиться и дать отпор завоевателям. Здесь, на Периферии, скоро начнётся междоусобная война, да только не с чужаками… В погоню за кланами в первую очередь отправят флоты Федерации, контролируемые заражёнными адмиралами. Черви готовили эту операцию больше века.

– Ладно, но тогда ответь: вы-то своими действиями чего добились? – зло прошипел Змей. – Противник недавно потерял с десяток важных «органов чувств»! Это не может не насторожить его! Враг быстро догадается, что на этом собрании происходит неладное!

– Чужаки наверняка всполошились, – согласился Стэйн, – но при этом остаются в полном неведении о происходящем здесь, на Великом Совете. Рой не сунется сюда. Вступать в бой они не рискнут – все кланы в сборе и способны нанести ощутимый урон их флоту. А марионеткам-федералам потребуется пару недель для сбора ударной группировки. Поэтому мы, пираты, сейчас имеем достаточно времени, чтобы уничтожить всех шпионов в своих рядах. Чтобы никто из оборотней более не смог передать ни крупицы полезной информации Роевому Разуму.

Волк повернулся к собравшимся.

– У нас есть список всех кораблей, где скрываются агенты Червей, – сказал он. – Их не так много, на самом деле. С помощью пси-детектора выявим и уничтожим всех за несколько суток. Исключение, как я уже говорил, – флагман Змей… Важно ликвидировать шпионов до того, как наш объединённый флот покинет эти координаты.

– Объединённый флот? – переспросил один из канов.

– Где-то здесь, в рукаве Персея, прячется враг, – ответил Якту вместо Стэйна. – Флот противника состоит из нескольких сотен хорошо вооружённых кораблей. Примерно такие силы уничтожили мой клан. Только все вместе мы сможем справиться с ними. Либо нас отловят и перебьют поодиночке. Выбор за каждым из вас, каны.

– Клан Серебряных Журавлей с вами.

– И Кометы!

– Лисицы тоже примут участие в этой битве, – проскрипел Ишфох, сверкая своим оптическим протезом.

Раздалось ещё много голосов поддержки, но некоторые каны так и не решились присоединиться к сторонникам войны. Наконец все утихли, и воцарилась неловкая тишина.

Хёгурмуринн откашлялся, прерывая затянувшееся молчание.

– Я возвращаюсь на флагман, – объявил он.

– Это верная смерть, – еле слышно пробормотал Вахир, – но раз таково решение кана, мы идём следом.

Остальные телохранители промолчали.

– Упрямый старик! – поразился Стэйн. – Неужели ты не можешь поверить, что твой корабль захвачен противником?

– Хочу в этом убедиться лично, – проскрипел Змей.

Он повернул голову к Вахиру и отдал приказ:

– Ты и твои люди останетесь здесь. Помогите Волку избавиться от всех оборотней в рядах нашего народа. Я же удостоверюсь, что флагман захвачен, после чего подорву ядерный заряд, который для особого случая приготовил ещё мой дед.

Хёгурмуринн напоследок пробежался взглядом по лицам присутствующих, словно запоминая их, и медленно произнёс:

– Вижу, что среди вас есть те, кто сомневается в реальности угрозы. Опытные старые каны, недоверчивые, как я сам. Не спешите покидать Совет. Скоро всё прояснится. Дайте мне один час. Я должен вернуться домой и узнать правду.

– Что он задумал? – наклонился к уху Стэйна Якту.

– Корабли Бьёрна держат звездолёт Змея на прицеле, это всё, что я могу сказать, – прошептал тот в ответ.

– Удачи, старина, – проскрипел Ишфох, пожимая руку главе Змей.

Люди расступились, давая Хёгурмуринну выйти из помещения. После того как он покинул Великий Совет, каны опять сбились в кучки и принялись обсуждать ситуацию. Стэйн и Якту ходили от одной группы к другой, согласовывая расписание по ликвидации шпионов.

Минут через сорок раздался громкий голос Бьёрна:

– Запрос связи с флагмана Змей.

Заработал голографический проектор.

Посреди зала появилось трёхмерное изображение Хёгурмуринна. В левой руке старик держал плазменный бластер, а правой сжимал рукоять пожарного топорика. Лезвие инструмента было заляпано кровью и какими-то ошмётками.

Кан Змей начал передвигаться по своим апартаментам. Он сделал несколько шагов, и в кадр попало безголовое женское тело, лежащее на полу каюты. Рядом с трупом, в багровой луже, трепыхалось несколько светящихся червей.

– Волк сказал правду, враг захватил мой дом, – хрипло объявил старик. – Верьте Стэйнульфу. Следуйте за ним.

Он выронил топорик и поднял со стола что-то небольшое, похожее на пульт управления мультимедийной системой.

– До встречи на Грайнахадире, братья. Очистите галактику от захватчиков!

Хёгурмуринн нажал несколько кнопок на пульте. Белая вспышка ослепила собравшихся, и связь прервалась.

– Мне докладывают, что флагман Змей был уничтожен, – спустя несколько секунд раздался голос Бьёрна.

Глава клана Каменных Медведей приложил руку к правому уху, из которого торчала беспроводная гарнитура.

– С других кораблей начали поступать запросы кану Змей, – сказал он. – Его люди думают, что Хёгурмуринн всё ещё на Совете. Нужно срочно ответить им, пока ситуация не вышла из-под контроля.

– Я всё улажу, – пробурчал Вахир. – Где тут у вас комната связи?

Помощники Бьёрна повели телохранителя в радиорубку.

– Что это было? – поинтересовался Якту. – На полу в каюте Хёгурмуринна?

– Одна из наложниц.

– Я про кучку живых червей. Про то, что Змей наболтал лишнего в присутствии врага!

– Старик выбрал самую беззащитную цель и вскрыл ей череп, – принялся реконструировать события Стэйн. – Увидел паразитов воочию и снёс марионетке голову. Затем честно сообщил обо всём Совету. Встал на нашу сторону.

– Упрямец сомневался до самого конца, несмотря на все доказательства! Он мог раскрыть наши планы противнику! Мы ведь не просто так целиком сносим головы оборотням!

– Не переживай, если Черви не образуют связей с нервными окончаниями – слуховыми или зрительными, они получают минимум данных из окружающего мира, – успокоил товарища Волк. – Речь распознать точно не способны, но могут найти нового носителя и начать размножаться внутри него. Вот по этой причине важно покончить с каждым уцелевшим паразитом.

– Какая интересная, и главное – своевременная информация. Мог бы поделиться чуть раньше.

– Галлар рассказал мне об этом только сегодня утром, – невесело улыбнулся Стэйн. – Вовремя вытащить из него что-то полезное практически невозможно.

Якту вздохнул и поинтересовался:

– Не пора ли навестить нашего низкорослого друга и спросить: удалось ему засечь направление, в котором сейчас идёт обмен пси-сигналами встревоженных паразитов или ещё нет? Возможность отследить вражескую армаду нельзя упускать.

– Можешь быть уверен – именно этим он сейчас и занят.

– Тогда идём. Нам нужно знать, как скоро можно будет забрать у Галлара детектор. Устройство потребуется бригаде зачистки для выявления и уничтожения оставшихся тварей на каждом из кораблей.

Волк кивнул, и они покинули зал, в котором продолжалось активное обсуждение последних событий.

Глава 14. Майор Каллиган

Сотни пиратских разведывательных судов, называемых «гончими», прочёсывали рукав Персея в поисках флагмана Червей.

Пси-детектор не дал точных координат противника, поскольку Роевой Разум находился далеко за пределами возможностей сканирующего оборудования. Тем не менее активный обмен сигналами между паразитами указал хотя бы направление. Карлик получил вектор передачи, пронизывающей пространство до границ Внешнего рукава.

Главная проблема заключалась в том, что даже имея подсказку, столь колоссальные расстояния можно было исследовать годами практически без шансов обнаружить врага. Вдобавок Рой мог легко поменять место дислокации в любой момент времени.

Но кланы доверились Галлару.

Самый быстрый из кораблей-разведчиков, снаряжённый пси-детектором, принадлежал коротышке и шёл далеко впереди остальных «гончих».

Кроме карлика на борту были Стэйн, Якту и Томо. Хакур тоже хотел присоединиться к ним, но в последний момент ему удалось выпросить у Совета боевой корабль и прощение для клана Отринутых. После чего старик отправился за своими людьми, чтобы позвать их принять участие в грядущих битвах как полноправных членов пиратского братства.

– А вдруг Роевой Разум остался в другой галактике? – предположил Томо. – Получается, тогда мы взяли ложный след.

Он стоял на входе в рубку с термокружкой в руках.

– Исключено, – раздался голос Галлара из кресла пилота. – Пси-сигнал в таком случае шёл бы в направлении Андромеды. Однако он сильно смещён относительно её положения и лежит в плоскости этой Галактики.

– Ты же видел голограмму с маршрутом, – нахмурился Якту, бросая недовольный взгляд на своего помощника. – Что не так?

– За последний месяц мы побывали почти у сотни звёзд, если не больше, – вздохнул Томо. – Я не жалуюсь, вы не подумайте. Дело тут в другом. Допустим, наш противник находится на территории Млечного Пути, но ведь он легко может отправиться по любым другим координатам, если ещё не сделал этого. Мы просто теряем время зря, когда есть альтернатива этим поискам.

– Ты про вариант запросить помощь у федерального правительства? – уточнил Стэйн.

– Да.

– Пока среди высших военных и гражданских чинов присутствуют оборотни – это бесполезная… даже опасная затея. Нас соберут в одном месте, якобы для проведения совместных учений, а затем кукловоды обрушат на нас всю военную мощь Федерации. Им даже поводов искать не придётся. Мы и официальные власти никогда не были друзьями.

– Атака пиратов на Роевой Разум тоже не гарантия победы, – возразил Томо. – Галлар утверждает, что руководящих центров может быть несколько. Обнаружив и уничтожив один из них, в длительной перспективе мы особого преимущества не получим. И опять мы возвращаемся к необходимости обратиться за помощью к Федерации…

– Командных ядер у паразитов мало, – поспешил внести уточнение коротышка. – В те далёкие времена, когда мы сражались с Червями, существовало всего три центра управления силами противника, три независимых флота. Это количество не менялось тысячи лет. Вероятность того, что готовить вторжение в эту галактику отправили более одного Роевого Разума, крайне мала. Уничтожим мозг Роя – и все его марионетки здесь, в Млечном Пути, будут повержены.

– Но это ведь ещё не победа? Как быстро остальные Разумы в Андромеде узнают о поражении своих передовых сил?

– Чтобы добраться сюда, требуется очень много ресурсов и времени, – уклончиво ответил Галлар. – Такое расстояние даже пси-волны не способны преодолеть мгновенно. Но всё это не важно. Следующий Рой вполне может уже находиться в пути.

– Точно ты не знаешь?

– Мы делаем предположения исходя из стратегии и тактики, которых Черви придерживались в Андромеде. Сперва они осторожничали, прятались, заражали своих жертв, проникали на важные военные и политические посты. Со временем становились наглее, наносили чувствительные удары, и только потом, ослабив противника, приводили две оставшиеся армады и получали полный контроль над территорией конкретной расы. Все силы сразу и в лобовую они обычно не бросали в атаку, пока не столкнулись с Артефариями. С нами их способы ведения войны не сработали по очевидным причинам – некого было заражать, некем было манипулировать.

– Что случится, когда прибудут другие Разумы? – продолжал упорствовать Томо. – Противник вернёт управление над осиротевшими марионетками?

– Рои не делят управление над своим потомством. Теперь, когда мы знаем про пси-связь, можно предположить, что это такая базовая генетическая особенность у разных семейств Червей. Своеобразный код доступа. Оставшись надолго без контроля со стороны единого сознания, паразиты постепенно начинают вести себя словно примитивные неразумные существа. Через месяц-другой пожирают тело носителя, после чего гибнут сами.

– Откуда тебе это известно?

– Ещё до войны с Червями, исследуя Андромеду, мы обнаружили записи о том, как одна развитая раса выбрала гибель, отказавшись от симбиоза с паразитами. Отчаянные храбрецы смогли уничтожить флагман Роевого Разума, превратив солнце родной системы в сверхновую. Выжившие, успевшие сбежать до катаклизма, подробно зафиксировали всё, что затем случилось с заражёнными особями. Прежде чем их настигли другие Рои, они отправили предостережение на борту автоматических зондов в разные секторы космоса.

– Значит, смысл у нашей затеи есть, – Томо громко отхлебнул из кружки. – Хорошо, продолжаем поиски… Вы уж извините, что усомнился. Это всё нервы, да ещё информацию из тебя приходится буквально вытаскивать по крохам.

Галлар пожал плечами, а Стэйн усмехнулся краешком рта.

– Тем не менее Томо кое в чём прав, – вздохнул Волк. – Чем больше времени мы тратим на поиски, тем меньше шансов найти врага.

– Что ты предлагаешь? – спросил Якту. – Мы и так пропускаем сотни звёздных объектов, которые вместо нас обследуют другие «гончие», но даже такой способ слишком долгий.

– Давай-ка ещё раз посмотрим на маршрут, – Стэйн включил голографическую карту.

Трёхмерное изображение возникло над центральной панелью управления.

– На этом отрезке должны быть территории, куда никто в здравом уме не сунется, – заявил он. – Мы с вами мыслим категориями «безопасных гаваней» – необитаемых систем, облаков газа и скоплений космической пыли. Что если наш противник исходит от обратного? Роевой Разум вполне может прятаться рядом с массивной чёрной дырой или звездой, готовой превратиться в сверхновую.

– Не лучшая идея, Трёхпалый, соваться в подобные места.

– Я серьёзно, Галлар…

– Погодите! – воскликнул Якту, перебивая друзей. – Смотрите вот сюда.

Он стал увеличивать кусок пространства, который находился далеко впереди по основному их маршруту, пока туманное пятнышко не превратилось в небольшое скопление, состоящее из нескольких десятков звёзд.

Вектор пси-сигнала лежал рядом с одним из солнц этого сектора.

– Ульфур Хали, – объявил Якту. – Я помню этот кластер.

– Ты здесь уже был?

– Ястребы когда-то рассматривали этот район на роль безопасной стоянки, но в итоге отказались от этой затеи. За неполные два года мы потеряли здесь несколько кораблей-разведчиков и одного торговца. Мы собрали дополнительные данные по этому сектору, чтобы определить источник проблем – вдруг область уже занята какой-то враждебной силой? Только вот ситуация понятнее не стала. Оказалось, что до нас тут пропали три шахтёрские экспедиции, а также флот работорговцев. Поэтому я отдал приказ держаться от Ульфур Хали подальше.

– Причины исчезновений выяснили? – поинтересовался Стэйн.

– Нет. Но ходят слухи, что тут обитают звёздные левиафаны.

– Понятно. Ястребов испугали детские сказки.

Якту недовольно посмотрел на своего друга, но на подкол не ответил.

– Это вовсе не сказки, Трёхпалый, – возразил Галлар, разворачивая своё кресло к пиратам. – На окраинах Млечного Пути мы не раз встречали гигантские формы жизни, чья среда обитания – космическое пространство. Довольно необычные существа. Внешне похожи на змей и на рыб, но на самом деле – ни то ни другое.

– Ты не шутишь? – удивился Стэйн.

Карлик покрутил головой с серьёзным видом.

– И насколько опасен такой противник, по твоему мнению?

– Тупое и не особо агрессивное животное невероятных размеров. Может представлять опасность, только если посчитает объект перед собой за еду. В основном же мирно пасётся среди астероидных полей. Предпочитает звёзды спектрального класса K и G.

– А таких в этом кластере несколько, – вставил Якту.

– Могла эта тварюга уничтожить звездолёты? – спросил у Галлара Стэйн.

– Если только бедолаги сели на какой-нибудь планетоид, находившийся на пути левиафана. Зверь вполне мог проглотить их, пока лакомился своей обычной пищей. Но для возникновения критической ситуации нужно время. И его было бы предостаточно для того, чтобы покинуть опасную зону. Трудно поверить, что представители вашей расы просто ждали, пока их сожрут.

– Других версий у меня для вас нет, – пожал плечами Якту.

– Исследуем здесь каждое светило, – предложил Стэйн, тыкая пальцем в изображение опасного скопления. – Проверим мою теорию. Раз уж сектор окружён дурной славой, значит на его территории вполне могут прятаться наши враги.

– Я – за, – поддержал его Томо, поднимая кружку. – Хоть какое-то разнообразие.

Якту только хмыкнул, но одобрительно закивал головой.

Галлар не стал спорить. Он снова повернулся к панели управления, чтобы задать курс для следующего прыжка…

Первые обследованные звёзды оказались скучны. Следов присутствия бродячих левиафанов не обнаружилось. На шестом прыжке корабль вошёл в систему двойной звезды с несколькими объектами в зоне обитания.

– Кажется, мы что-то засекли, – напряжённым голосом произнёс коротышка и выжал ускорение на максимум.

Через два часа корабль оказался у цели – крохотной каменистой планеты, кружившей по орбите газового гиганта.

Галлар направил судно вниз. Звездолёт легко преодолел слабое сопротивление разряженной атмосферы и помчался над верхушками скал.

Наконец впереди показалась долина, в центре которой ярко блестела в лучах двойной звезды некая металлическая конструкция.

– Видимо, не все исследовательские экспедиции пропали, – предположил Стэйн, увеличивая изображение с внешних камер.

Строение впереди было крупной наземной базой, рассчитанной на несколько сотен человек персонала. Значительную часть прилегающей территории занимали гидропонные купола, под прозрачной бронёй которых зеленели растения.

Корабль Галлара завис над одной из посадочных площадок. Рядом, на соседнем поле, находился компактный звездолёт-курьер, раздавленный стрелой погрузочного крана. Иных судов поблизости не наблюдалось, в том числе и на радарах.

После приземления все, кроме коротышки, облачились в скафандры, вооружились и вышли наружу. Галлар заявил, что ему необходимо лично контролировать ситуацию на борту звездолёта. Живой мозг, спрятанный в медотсеке, продолжал оставаться секретом для части пассажиров.

Внешние двери, ведущие внутрь базы, оказались заблокированы. Пришлось вскрывать панель замка с помощью плазменного резака и применять электронную отмычку. Закончив со взломом, пираты достали бласт-пистолеты и вошли внутрь.

Едва Стэйн, Якту и Томо миновали воздушный шлюз, как перед ними открылась картина самой настоящей бойни. Кругом валялись тела людей, погибших в ожесточённой перестрелке. У большинства отсутствовали головы, а некоторые были разорваны пополам.

Трое товарищей убрали светозащитные фильтры и включили нагрудные фонарики, чтобы лучше видеть в полумраке помещения. Затем они двинулись вглубь исследовательской станции, старательно обходя трупы.

Якту чуть не споткнулся о странное массивное ружьё с широким стволом, загородившее проход меж двух тел.

– Интересно, что тут у нас, – Ястреб подобрал диковинку.

Он отцепил магазин, достал оттуда пару необычных пуль и отдал их Томо.

– Видел такое раньше?

– Ну и ну! Оптические датчики, стабилизаторы и реактивное сопло? Сколько же стоит цинк таких микроракет? Наверное, целое состояние!

Якту изучал купол, внутри которого они сейчас находились. Тут было полно лабораторного оборудования, различных станков и пустых оружейных стоек.

– Похоже, здесь разрабатывали «умное» оружие, – задумчиво произнёс кан Хрустальных Ястребов. – Тестировали прототипы.

– Тестировали? – переспросил Томо. – Друг на друге, что ли?

– Не цепляйся к словам. Экспериментальные образцы тут точно были применены на практике. Посмотри вокруг, все стены целы, нигде нет повреждений. При этом некоторые трупы словно взорваны. В этих снарядах ещё и начинка с сюрпризом.

Томо поднёс необычные пули поближе к глазам, внимательно изучая их.

– Захвачу с собой, – сказал он. – Отдам оружейникам. Может, пригодятся. Как показала недавняя зачистка шпионов Червей, использовать плазменные бластеры на гражданских кораблях очень даже небезопасно. Стоит только промахнуться – и всё.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Якту. – Всего один звездолёт разгерметизировали и то случайно… но в целом ты прав. Возьми образцы.

– Парни, – раздался в наушниках настороженный голос Стэйна, который до этого хранил молчание. – Внимание на лифт.

Якту и Томо обернулись.

На табло загорелся указатель движения. Кто-то поднимался наверх с нижних этажей базы.

Пираты отступили назад, отключили фонари и рассредоточились, держа на прицеле двери лифта.

Кабина остановилась, створки разошлись.

Внутри стояла женская фигура в чёрном лётном скафандре без знаков различия. Лицо закрывал тёмный щиток светофильтра. В одной руке незнакомка держала небольшой чемоданчик, в другой – бластер.

– Без глупостей! – крикнул Стэйн, включив внешние динамики своего скафандра на полную громкость. – Медленно опусти всё, что держишь в руках, на пол. Сдавайся, и тогда мы сохраним тебе жизнь, слово кана Стальных Волков.

Незнакомка без резких движений наклонилась и оставила чемоданчик с пистолетом на полу.

Потом выпрямилась и ответила знакомым Стэйну голосом:

– Ну и что дальше, волчонок?

Он медленно опустил своё оружие.

Якту и Томо удивлённо покосились на своего товарища.

– Ты с ума сошёл? – прошипел Якту по радиосвязи.

– Всё в порядке. Я её знаю, – ответил Стэйн, поднимая руку с открытой ладонью. – Не вздумайте стрелять.

Он двинулся вперёд. Женщина вышла из лифта ему навстречу.

Волк подошёл к ней вплотную и сам поднял её светофильтр. За ним оказалось знакомое ему лицо, с глазами необычного фиолетового цвета.

– Наида! – он прижал её к себе и радостно объяснил товарищам: – Это моя наложница, Наида!

В тот же момент в пах ему прилетел резкий удар коленом, слабо смягчённый защитным материалом скафандра. Стэйн взвыл от боли и, согнувшись, схватился за причинное место.

– Не смей меня так называть! Я не твоя рабыня! И никогда ею не была.

– Ну и кто же ты такая? – прорычал Волк.

– Дара Каллиган, майор Службы Безопасности, – гневно заявила женщина.

Наушники Стэйна сотрясал смех Якту и Томо.

Он обернулся. Его друзья веселились, но своё оружие не убирали и держали женщину на прицеле.

– Проклятье… – простонал пират. – Чтоб я сдох!

– У вас троих есть все шансы на подобный исход.

– Давай-ка без угроз, красавица, – сказал Якту, перехватывая своё оружие поудобнее. – У нас численное преимущество.

– Это просто констатация факта. Я запустила программу, которая в данный момент вынимает регулирующие стержни из ядерного реактора, – сообщила майор Каллиган. – Оставаться здесь небезопасно. Скоро станция будет уничтожена.

– Предлагаю обсудить эту ситуацию в другом месте, – выдохнул Стэйн, обращаясь ко всем сразу.

– Никакого обсуждения не будет, – резко заявила Дара-Наида.

– Остаёшься здесь?

– Конечно же нет, но и снова становиться твоей рабыней не собираюсь. Понял? Высадите меня на любой цивилизованной планете – вам зачтётся при случае. Спасение майора СБ играет роль даже в случае самого тяжёлого приговора. Задумайтесь о будущем.

– Наше будущее было предопределено, когда мы родились пиратами, – процедил Стэйн, потихоньку отходя от крутящей боли внизу живота. – Мы не такси. Доставка в обмен на сведения.

– Чем смогу – поделюсь, но только государственные тайны я вам раскрывать не стану. Секрет и всё.

– Договорились, милая.

– Так тоже меня не называй.

– Ну извини, не так уж много порядочных слов у меня осталось для тебя… Эй, ты куда собралась?

– Забрать свои вещи, – она развернулась, сделала несколько шагов, чтобы взять с пола лифта чемоданчик и пистолет.

– Стэйн, – зашипели наушники голосом Томо. – Тут разрабатывали «умное» оружие. Будь внимательнее со своей подружкой.

– Наида, оставь пистолет, – попросил Волк. – Когда покинешь нас, получишь другой. Не хуже, поверь.

– Как скажешь, – пожала плечами бывшая наложница, подошла вплотную к Стэйну и уронила оружие ему под ноги.

Волк протянул руку, пытаясь забрать у неё чемоданчик. На мгновение он ощутил его солидный вес. Килограмм десять, не меньше. В тот же момент майор Каллиган отвела руку с кейсом в сторону.

– Что внутри? – поинтересовался Стэйн.

– Секрет. Помнишь уговор? Про секреты мы не говорим.

– Отличную отговорку придумала, – скривился Волк. – Ладно, давайте уже покинем эту станцию.

Дара-Наида зашагала к шлюзу. Пираты последовали за ней.

– А ты крепкий, – бросила она перед тем, как выйти наружу. – Обычно после этого удара мужики падают на колени и долго не могут подняться.

– Как знал, что нарвусь здесь на подлый приёмчик, – мрачно отозвался Стэйн. – Вот и надел портки потолще.

Они зашагали к кораблю Галлара.

– Тебе прилетело не просто так.

– Даже так? И в чём моя вина? Что доверился шпионке?

– Как последний идиот ты сдался в плен, – объяснила она. – Из-за этой глупости погиб весь клан Стальных Волков. В том числе тысячи гражданских: старики, женщины и дети.

Якту удивлённо покосился на Стэйна.

Волк пожал плечами, показывая, что тоже не понимает смысла этих обвинений. Будто бы у него тогда был выбор!

Когда все они поднялись на борт корабля Галлара, коротышка встретил их у шлюза, держа в руках пси-детектор, и объявил очевидное:

– На станции случилась стычка с нашим врагом.

– Так и есть, – ответил Якту, стягивая с себя скафандр. – Догадался по картинкам с камер?

Остальные тоже раздевались.

– Чуть раньше. Мы засекли множество сигналов. Они усилились, едва вы вошли в здание, но почти сразу пропали. Теперь вектор лежит в новом направлении. Враг покинул данное звёздное скопление…

– А что с ней? – спросил Стэйн, указывая на свою бывшую наложницу.

– Она в норме, – так Галлар дал понять, что их гостья – человек.

Дара Каллиган смерила их подозрительным взглядом своих фиолетовых глаз.

– Вот и хорошо, – пробормотал Волк. – По крайней мере, я спал с обычной женщиной, а не как Хёгурмуррин…

– Вы правильно сделали, что быстро вернулись на корабль, – продолжал карлик. – Местная силовая установка становится нестабильной. Детекторы засекли подозрительную энергетическую активность.

Дара Каллиган сообщила карлику информацию, которой уже поделилась с остальными:

– Когда я увидела, как ваш корабль приземлился, то запустила процедуру самоуничтожения.

– С какой целью? – нахмурился Галлар.

– Майор СБ решила замести следы, – предположил Стэйн, надеясь уязвить «Наиду». – Она так зачистила базу от доказательств сотрудничества Федерации и Червей.

– Понятно, – кивнул Галлар и направился в кабину пилотов.

Дара, услышав последние слова Волка, поменялась в лице.

– Так вы в курсе происходящего? – удивлённо спросила она.

– Да, если речь про сговор Федерации с чужаками-паразитами, которые захватили важные посты в правительстве и на флоте, чтобы осуществлять геноцид и ослабить человечество перед грядущим вторжением. Или есть ещё какие-то, более важные тайны?

– Ох, волчонок, – Дара поджала нижнюю губу. – Похоже, у меня совсем не осталось секретов от тебя. Думаю, нам всё же стоит обменяться информацией.

– Ну вот и отлично, – проворчал Стэйн, переступив с ноги на ногу. – С этого и следовало начать разговор… Как ты тут вообще оказалась?

– Прилетела на задание, – Дара показала в обзорное окошко на раздавленный звездолёт-курьер на соседней посадочной площадке. – Ещё одна грязная и опасная работёнка.

Корабль Галлара вздрогнул, поднимаясь над поверхностью планеты.

– Как и внедрение в клан Стальных Волков?

– Всё должно было закончиться иначе, – тихо сказала Наида и добавила: – Мне очень жаль.

– Иначе?

– Ты должен был оставаться на своём флагмане. Твой флот обладал серьёзной боевой мощью, никто из федерального командования не хотел победы слишком дорогой ценой. Руководство СБ намеревалось заключить ряд договорённостей с твоим кланом. Оставить вас в покое в обмен на уход Волков с территории Новой Периферии.

– Меня обманули, Наи… Дара! Взяли в заложники, чтобы выиграть время и привести в систему дополнительные силы!

Якту взял за плечо Томо и подтолкнул в сторону кабины пилотов.

– Пойдём. Пусть сами разбираются, кто и в чём виноват, – шепнул он на ухо своему товарищу.

Они скрылись в коридоре.

– Я заподозрила неладное, когда пришёл приказ срочно покинуть флагман, – тем временем рассказывала Дара. – Времени не было. Мне удалось вытащить только твоих девчонок. Я угнала корвет из ремонтного дока, и мы покинули поле боя. Высадила всех спасённых на Халеше. После чего сразу помчалась к начальству, чтобы разобраться в случившемся, но было уже поздно.

– Получила медаль?

Наида не ответила.

– Ладно, пошли к остальным, – вздохнул Стэйн. – Чувствуешь в воздухе приятные запахи? Кажется, кто-то заварил кофе.

– Я бы не отказалась от кружечки.

– Береги голову. Тут низкие потолки.

Они пригнулись и направились в кабину пилотов.

Там ей предложили горячий напиток. Через некоторое время майор Каллиган рассказала о своей миссии на той планете, которую они только что покинули.

Её направили сюда после того, как посыпались тревожные доклады от руководства секретной научной базы. Здесь долгие годы шёл обмен технологиями с расой Червей, но отношения чужаков с человечеством резко изменились, как только федеральные учёные изобрели сканер, способный дистанционно показать, кто человек, а кто заражён паразитами – собственную версия пси-детектора.

К моменту прибытия Дары выяснилось, что почти весь персонал базы оказался заражён червями. Конфликт между людьми и чужаками обострился до того, что началась перестрелка.

Каллиган совсем немного поучаствовала в стычке, добив нескольких выживших оборотней, но один из них успел обрушить кран-погрузчик на её корабль, чтобы сотрудница СБ не смогла покинуть планету.

– У Федерации появился способ выявлять оборотней, значит, скоро власти поймут, что их обманули, – подвёл итоги коротышка. – Количество чужаков среди вашего вида на порядки превысит число, оговорённое в сделке.

– Интересно, почему Черви отправились прочь из этого звёздного скопления, – задумался Якту. – Им следовало прибыть на зов своих собратьев и помочь разобраться с проблемой на базе.

– Враг не сбежал, он перешёл в наступление, – мрачно ответил Галлар. – Настала фаза смуты и гражданских войн перед вторжением.

– Надеюсь, ты ошибаешься, – вздохнула Дара.

– В чемоданчике у тебя тот самый детектор? – догадался Стэйн.

– Да, но это секретное оборудование. Никто из вас не откроет этот кейс. Только через мой труп.

– Ладно-ладно, можешь не показывать, – он оглядел остальных, но возражений не последовало.

На мгновение в кабине воцарилась тишина.

– Ну а вы что забыли в этой глуши? – поинтересовалась Дара, желая разрядить неловкую паузу.

– Разве ты до сих пор не поняла? Пытаемся спасти человечество, – усмехнулся Стэйн.

– Слишком глобальная задача. Что конкретно вам понадобилось в данном секторе?

– Мы шли по следу чужаков, чтобы найти и атаковать флагман Роя.

– Все пираты рвутся в бой? Или это инициатива отдельных кланов?

Стэйн сложил руки на груди и ответил:

– Мне не послышалось? В твоём голосе звучит скепсис? Да, мы все вместе договорились напасть на врага. Только у объединённого флота есть шансы на победу.

– Если бы ты видел ту армаду, за которой вы охотитесь, то изменил бы своё мнение.

– Сперва нужно получить эти данные, чтобы принять какие-то решения. Может, прекратишь пугать и подскажешь, где следует искать противника?

Майор Каллиган тяжело вздохнула.

– Хорошо, – ответила она. – Я помогу вам. У меня с собой есть список звёзд, которые Черви используют для скрытого перемещения своих кораблей.

Дара отбросила волосы и наклонила голову, показывая разъём импланта, скрытого за левым ухом.

– Вот спасибо, – на лице Стэйна появилась слабая улыбка. – Это сильно облегчит нашу задачу.

– Рано радуешься. Список огромен. Только вот сомневаюсь, что он полон. Проход по ряду систем чужаки согласовали с Федерацией, другие точки отследила СБ, но утверждать, что здесь все координаты, я не стану.

– Мы потеряли след, – развёл руками Стэйн. – Твоя информация лучше, чем ничего.

– Как тут включиться в систему? – спросила Дара, оглядывая кабину.

Галлар молча открыл панель слева от себя, там имелось несколько свободных оптических разъёмов.

Глава 15. На пороге войны

Галлара представили Даре как независимого исследователя-ксенобиолога, побывавшего в плену у чужаков. Отпрыска именитого рода, прятавшегося на Периферии. Паразитов заинтересовали остатки технологий старой Империи и они намеревались наладить через карлика контакт с уцелевшими дворянами. В соответствии с наспех придуманной легендой его отбили у Червей кланы, и он любезно согласился помочь пиратам выявить оборотней в своих рядах.

Дара оставалась агентом Службы Безопасности, поэтому Стэйн раскрыл ей ещё меньше правды о Галларе, чем сородичам-пиратам. Вместо этого подкинул ей своих ранних ошибочных выводов, на которые натолкнул его своим поведением коротышка и аппаратура внутри его корабля.

Галлар охотно отвечал на все вопросы женщины о Червях. Он довольно подробно, но избегая моментов, способных выдать его истинное происхождение, объяснил устройство сообщества чужаков: что из себя представляют Роевые Разумы и какие планы у них на Млечный Путь.

Естественно, преподносилось всё это как сведения, добытые им в то время, что он якобы провёл в плену.

Майор не выглядела удивлённой под водопадом разнообразных фактов. Похоже, значительная часть этой информации у неё уже имелась, и она так сверяла данные.

– …Рой состоит из невообразимого числа Гнёзд, – рассказывал карлик. – Те, в свою очередь, являются семействами паразитов, обитающих внутри мозга более крупных существ. Когда огромное количество заражённых находится близко друг к другу, их интеллектуальный потенциал и психосила резко возрастают. Это ядро и есть Роевой Разум – десятки тысяч инфицированных, собравшихся на огромном материнском корабле. При этом даже самые далёкие от флагмана Роя марионетки подчиняются его единой воле. Оборотни довольно-таки самостоятельны, они умело имитируют предыдущую личность – отличить подделку от оригинала невозможно.

– Маскировка высшего уровня, – вздохнула Дара. – Тяжело мне пришлось на той станции, где мы встретились. Попробуй разберись – кто друг, а кто враг.

– Что, даже пси-детектор не помог? – удивился Стэйн.

– Это устройство я добыла под самый конец бойни.

– Но как ты поняла, в кого надо стрелять?

– Убивала всех на своём пути. Когда ситуация накалилась – не было желания рисковать.

– Грязная же у тебя работёнка. Кажется, так ты недавно сама говорила.

– Ага. Напоминаю себе об этом каждый раз, чтобы не привыкнуть…

– Ты выбрала самую правильную тактику, – неожиданно одобрил её действия карлик. – Черви очень опасны. Они не только достоверно имитируют личность, но и сохраняют память носителя. Ошибиться и поверить, что перед тобой человек, твой соратник, – очень легко. Сами же паразиты готовы выполнить любой приказ и жертвуют собой без промедления.

– Невероятно эффективная армия, – заключила Дара. – Она же – сама себе командир.

Карлик закивал головой.

– Очень точно подмечено, – сказал он.

– Уважаемый профессор Галлар, наверняка у вас есть теория о том, как эти маленькие червячки умудрились стать космической цивилизацией?

«Уважаемый профессор» сделал умное лицо и выдал:

– Вероятнее всего, много лет назад на родную планету паразитов приземлились корабли другой расы. Черви проникли внутрь бедолаг, подчинили своей воле и спустя какое-то время завоевали их миры. Эта неприятная история повторилась несколько раз, судя по тому, что в кораблях-иглах кого мы только не видели: как гуманоидов, так и совсем непохожих на нас существ.

– У СБ подобной информации нет, – призналась Дара. – Все контакты с Федерацией поддерживались чужаками в человеческом обличье, а встречи проводились на нейтральных территориях.

– Неспроста. Разношёрстная компания навела бы вас на некоторые размышления: столь удивительное разнообразие разумных существ, и почему-то все они под влиянием Червей. Вы могли начать задавать неудобные вопросы. Где их родные миры? Можно ли наладить с новыми видами взаимовыгодные отношения? Вот вас и держали на расстоянии.

– Вполне логичное объяснение, – согласилась Дара.

Стэйн потянулся в кресле, вгляделся в показания радаров и пробурчал:

– Ещё одна система из твоего списка проверена. Ноль. Двигаемся дальше.

Галлар активировал гипердвигатель…

Три недели поисков по координатам, предоставленным майором, ничего не дали. Одна за другой «безопасные гавани» Червей оказывались пустыми.

В рубке находились только Стэйн и Галлар когда, на двадцать второй день с момента отбытия из звёздного скопления Ульфур Хали, приёмник корабля получил сообщение от клана Медведей: «На границе с рукавом Ориона федеральные флоты принялись атаковать всех подряд. Сотни гражданских звёздолётов уничтожены. Творится что-то невообразимое. Во вложении список всех известных точек, где ведутся военные действия. Будьте осторожны».

Волк зачитал послание вслух и добавил:

– А вот и те самые неприятности, которых мы опасались. Как поступим?

– Возвращаемся, – пробурчал Галлар, занимаясь расчётами нового курса. – Оборотни проявляют слишком заметную активность. Это плохой знак.

– Выходит, мы опоздали?

В голосе Волка слышалось отчаяние.

– Ещё не всё потеряно, Трёхпалый. Первоначальный план наших врагов требовал куда больше времени. Паразиты хотели ослабить Федерацию, стравить сектор Сол и народы Периферии. И ударить в самый критический момент, но у них это не получилось. Сейчас Черви сделали ставку на хаос в приграничной зоне. Они понимают, что правда о тайной войне против человечества вот-вот станет известна, их основная задача всё та же – не дать вам объединиться.

– Так что мне ответить сородичам? – пальцы Стэйна замерли над клавиатурой передатчика.

– Кланам следует держаться поближе к границе рукава Ориона. Пусть избегают встреч с федералами. Мы посетим места боестолкновений и отследим новый вектор пси-излучения. Получим подсказку, где прячется вражеский флагман, или куда он направляется. После этого будем действовать, как договорились на Совете.

– Принято, – Волк стал набирать послание.

Коротышка закончил составлять маршрут и отправил звездолёт в серию прыжков к ближайшей зоне боевых действий.

Два часа прошли в напряжённом молчании. Галлар консультировался со своим альтер-эго, а Стэйн задумчиво наблюдал за искрящимися узорами гиперпространства.

– Скоро окажемся в обитаемом секторе, пора будить остальных, – встряхнул головой пират, приходя в себя.

Он развернул кресло, собираясь подняться.

В этот момент в кабину вошла сонная Дара.

– Что-то случилось? – сразу насторожилась она, увидев мрачное лицо Стэйна.

– Федеральные флоты нападают на гражданские суда в пограничной зоне.

Майор нахмурилась.

– Странная и тревожная новость, – сказала она.

– Я тоже так считаю.

– Наши действия?

– Галлар предложил посетить зону конфликта. Он уверен, что в происходящем замешаны Черви. Значит, можно будет отследить флагман Роя…

– Секундочку, – раздался голос коротышки.

Галлар развернул своё кресло. Выглядел он так, словно сделал какое-то важное открытие.

– Ты! – воскликнул карлик и ткнул пальцем в сторону Дары. – Передай нам список группировок федерального флота в пограничных секторах, места их базирования и основные маршруты.

– Даже если бы такие данные у меня были – эта информация не для посторонних.

– Они у тебя есть, – погрозил пальцем Галлар.

– Да с чего ты это взял… Проклятый коротышка! Обманул меня! Успел залезть в системные журналы моего импланта, пока я копировала вам координаты стоянок Червей?

– Мы точно знаем, что этот список у тебя есть, – настойчиво повторил Галлар. – Он нам нужен.

– Это закрытая служебная информация!

– Сейчас не время для секретов.

Майор Каллиган упрямо скрестила руки на груди.

– Трёхпалый, попробуй ты, – вздохнул Галлар, отстраняясь.

– Дара, прислушайся к голосу разума… – начал было Стэйн, но его перебили короткие пронзительные сигналы.

Их корабль вышел из гиперпространства.

Причиной резких звуков было только что принятое сообщение с высоким приоритетом.

«Федеральные флоты атакуют друг друга. Поступили сведения о десятках таких инцидентов. Информационная служба Федерации никак не комментирует случившееся. Причины происходящего неизвестны. До выяснения всех обстоятельств рекомендуем избегать контактов с правительственными силами. Держитесь подальше от границы с сектором Сол», – прочитали все, кто находился в кабине.

На этот раз послание пришло не от Медведей. В качестве источника была указана широковещательная система по предупреждению чрезвычайных ситуаций на территории Новой Периферии.

Стэйн повернулся к Даре и пристально посмотрел ей в глаза.

– Сама же видишь, что происходит!

– Пусть сперва скажет, зачем ему понадобились координаты, – потребовала она.

Вместо ответа на вопрос майора карлик выпалил следующее:

– Мы ошиблись с прогнозами – Черви не собирались долго кошмарить пограничную зону, стравливая сектор Сол и народы Периферии. У них иной план! Если армии Федерации атакуют сами себя, значит, паразиты проникли в командный состав большей части войсковых группировок, если не всех. Их основная задача – уничтожить как можно больше боевых кораблей. Не представляем, как такую операцию можно было провернуть под носом «всемогущей» Службы Безопасности. Ваш отдел контрразведки проморгал самое крупное внедрение шпионов за всю историю человечества!

– Нас переиграли! – воскликнула Дара, хлопая себя ладонью по лбу. – Программа по обмену опытом!

– О чём ты? – не понял Стэйн.

Галлар тоже ждал объяснений.

– В том году с подачи земного командования стартовало мероприятие по обмену опытом между всеми видами армий. Глобальная затея, с не совсем понятным конечным результатом. Тысячи офицеров отправились на новые места. В Службе Безопасности был целый скандал из-за возможных утечек при такой тасовке персонала, но высшие военные чины настояли на обязательном выполнении этой программы.

Волк недоверчиво поднял левую бровь:

– Удивительно, насколько беспомощна СБ, когда играет на своём же поле.

– Выше головы начальника сложно прыгнуть. Сам должен понимать. Думаешь, ваша клановая система в этом плане сильно лучше?

– Ну, мы от шпионов всё же избавились.

– Давай не будем спорить зря, Стэйн. Вернёмся к моему вопросу: зачем Галлару знать расположение федеральных сил на границе?

– Мы сможем посетить несколько мест дислокации заражённых войск и засечь пси-импульсы из разных точек, – объяснил карлик. – Это позволит вычислить координаты Роевого Разума. Вместо одного вектора мы получим сетку направлений. Область их пересечения и укажет, где скрывается враг. Триангуляция.

– Так бы сразу и сказал, – Дара протиснулась между кресел, откинула уже знакомую крышку, достала оптический шнур и подключила его к импланту.

В бортовой компьютер полился поток секретной информации…

Прошла ещё неделя. Звездолёт совершал прыжок за прыжком, передвигаясь вдоль рукава Ориона. Спустя стандартные сутки корабль вошёл в систему, где должен был находиться федеральный флот.

– Власти до сих пор не объявили тревогу, – сказал Якту, изучая поступившие сообщения.

Широковещательные предупреждения от независимых группировок Новой Периферии ещё не достигли этой области пространства.

– Складывается обманчивое впечатление, что у соседей всё в порядке, – пробормотал он.

– Интересно, какие доклады отправляются наверх? Что происходит на границе по мнению сектора Сол: стычки с преступными картелями или, может, бунт? – Томо почесал затылок.

– Все вопросы к Службе Безопасности, – Стэйн бросил косой взгляд на Дару.

Та пожала плечами.

– Похоже, кто-то из руководства противодействует распространению информации. Поделать с этим сейчас ничего не могу, но как только вернусь – буду разбираться. С детектором чужаков на руках СБ быстро очистит свои ряды от оборотней.

– Ха! Да ты полна оптимизма. Ничем не оправданного оптимизма.

– Я знаю, о чём говорю, Стэйн. Рапорты с грифом «совершенно секретно» проходят через небольшое количество сотрудников и директоров.

– И что, любой майор способен вот так запросто встряхнуть ваше бюрократическое болото?

– Я – не любой майор! У меня есть выход на нужных людей наверху… Если они всё ещё остались людьми.

Волк хмыкнул и отпустил новое ехидное замечание по поводу субординации в СБ. Майор не поленилась ответить взаимностью и прошлась по патриархальной закоснелости пиратских кланов, в которые «можно легко внедрить шпиона под видом любой симпатичной шлюхи».

После этого в перепалку вступили Якту и Томо, отстаивая сразу и честь предков, и право вождей на гаремы.

Галлар делал вид, что был занят отслеживанием пси-сигнала. Он старался не участвовать в общих беседах, особенно когда они накалялись.

А после появления майора Каллиган ссоры случались чуть ли не каждый день.

– Направление получено, – сообщил он, едва в споре образовалась пауза. – Наша цель в рукаве Ориона. Флагман Червей направляется к сектору Сол.

– Давайте нападём, – предложил Томо.

– Пиратский флот не догонит врага, пока он находится в движении. Если выдадим себя, паразиты ещё и натравят на нас федералов.

– Как тогда поступим?

– Будем двигаться, отслеживая армаду Червей, и ждать, когда враг остановится, – ответил коротышка, и звездолёт совершил новый прыжок.

– Я не сумасшедший, чтобы жаждать битвы, но как же бесят эти периоды бездействия, – вздохнул Томо. – К тому же в последнее время мы только и делаем, что спорим. Обстановка на борту стала нездоровой.

– Слишком тут тесно, – Стэйн кинул короткий взгляд на низкие потолки, – и развлечений маловато.

– Вот и я о том же. Ладно, предлагаю отжимание на кулачках, кто проиграл – завтра будет дежурить вне очереди и драить переборки. Может наконец зашлифуем эти подпалины на стенах. Ох и жёсткая перестрелка тут случилась, клянусь голой задницей одного кана.

– Не начинай, – скривился Стэйн.

– Тебя запомнят надолго, – рассмеялся Томо. – Вопрос другой – что конкретно скальды сочтут достойным увековечивания. Ладно, кто готов к соревнованию?

– Составлю тебе компанию, – улыбнулся Якту. – Надо поддерживать хорошую физическую форму. Однажды наступит время праздновать победу в окружении прекрасных женщин. Как и завещали наши предки.

Дара только фыркнула.

Смеющиеся Ястребы покинули кабину пилотов…

Некоторое время спустя корабль Галлара появился у границ системы, где располагалась одна из космических баз Федерации. К нему сразу же устремились патрульные крейсеры, но коротышка успел засечь направление пси-сигнала и снова скрылся в гиперпространстве.

Рискованные проникновения на военные посты повторялись день за днём.

Наконец Галлар торжественно объявил всему экипажу, собравшемуся в рубке управления:

– С врагом мы встретимся здесь.

Над центральной панелью развернулась голографическая карта, по ней быстро промчались сотни звёзд, пока не осталась только одна – оранжевый шар в окружении пяти планет.

– Кеплер-62, – прочитал название Стэйн. – Это же обитаемая система.

– Вот именно, – произнёс карлик, проводя пальцем над изображением. – Все предыдущие передвижения флота Червей были тайными. Паразиты избегали обнаружения, но сейчас их армада совершает сверхдальний прыжок к этой системе. Исходя из анализа всех полученных нами данных, Кеплер-62 и есть конечная цель противника.

На картинке появилась мерцающая точка, оставляющая за собой светящийся след. Над ней вспыхнули цифры, ведущие обратный отсчёт.

– Где пиратский флот, Стэйн?

– Держится в нескольких десятках световых лет позади нас. Прямо сейчас прячется в этой туманности, – Волк указал на край карты сектора.

– Отправь сообщение кланам. Мы готовы перехватить Рой. Пусть выдвигаются к точке встречи, но не спешат входить вглубь системы, чтобы не потревожить патрульных.

– Это в любом случае будет расценено как вторжение на территорию Федерации, – уточнил Волк.

– Посоветуй им затаиться в астероидных полях. Или в межзвёздном пространстве. Не слишком далеко, но и не слишком близко.

– Кланам придётся очень постараться, чтобы скрыть своё присутствие. Если наши корабли обнаружат, сюда направят все силы сектора Сол.

– Пусть найдут бродячую планету и прячутся в её тени.

– Та ещё задача. Ладно, передам.

Майор Каллиган приблизилась к голографической карте.

– Ты уверен, что противник движется в эту точку? – дрогнувшим голосом спросила она у Галлара.

– Ошибка исключена. Даже если Черви передумают в последний момент, их армада всё равно войдёт в систему и будет там находиться какое-то время. Стычка неизбежна.

– Тогда включай двигатель на полную мощность. Мы должны попасть туда раньше.

Карлик вопросительно посмотрел на неё.

– Эта звёздная система – крупнейший промышленный центр сектора Сол, – стала объяснять Дара. – Кеплер-62 производит более семидесяти процентов космических кораблей Федерации. Там же осуществляется ремонт и модернизация всех армейских звездолётов. Представляешь, какие последствия повлечёт за собой уничтожение столь важного стратегического объекта?

Галлар кивал, соглашаясь с её словами.

– Черви задумали нанести смертельную рану, – озвучил он свои выводы. – Такая цель выбрана неспроста. Поражение Федерации в этом секторе определит ход всей войны…

– Раз ты всё понимаешь – хватит пустой болтовни! – оборвала его Дара. – Немедленно отправляйся туда!

Галлар вопросительно посмотрел на пиратов.

– Я против, – возразил Стэйн. – Мы войдём в систему вместе с флотом кланов только после того, как Черви вступят в бой с Федерацией. Ударим по чужакам, когда они не ожидают.

– Вы можете упустить врага, если опоздаете!

– Мы и должны опоздать, Дара, чтобы не попасть под перекрёстный огонь, – подал голос Якту. – Кланы появятся в нужный момент. Не раньше.

Она гневно переводила взгляд с одного пирата на другого.

– Вы разве не понимаете, что, как только Второй флот подвергнется нападению, об этом сразу станет известно высшему командованию? На подмогу примчатся федеральные войска из ближайших систем. Кланы просто потеряют время, выжидая удобного момента, а враг может нанести непоправимый урон и сбежать!

– Всё случится иначе, – уверенно возразил Волк – кусочки головоломки в его голове сложились в единое целое. – Черви готовились атаковать именно эту цель. Устроили хаос на границе и таким образом прикрыли свои тылы. Проникли в Службу Безопасности, чтобы обеспечить информационную блокаду. Они определённо в курсе, какие войсковые группировки находятся поблизости. Их тайные агенты готовы действовать и ждут только приказа. Армии сектора Сол будут заняты противостоянием оборотням в своих рядах, а не спасением ваших верфей.

– Чёрт тебя дери, Стэйн! – майор ударила кулаком по стене кабины.

– Да что не так? Объясни.

– Хорошо, слушай.

Дара набрала воздуха и выпалила:

– Охрана промышленного сектора возложена на Второй флот. Им командует… мой отец. Адмирал Монро Каллиган.

– Никогда о таком не слышал.

– Намекаешь на то, что я пытаюсь вас обмануть? – возмутилась Дара. – Давлю на чувства?

– Не исключено.

– Вторым флотом действительно командует мой отец! Я должна его предупредить, что враг на подходе! Оборотни могут оказаться среди доверенных офицеров! Но если у него будет вся необходимая информация, одна из крупнейших военных группировок Федерации уцелеет и сможет дать отпор Червям. Подумайте о том, сколько жизней это сохранит, вашим людям в том числе!

– Дара…

– Я не прошу, чтобы весь пиратский флот туда отправился. Полетим только мы. Поверьте, со мной на борту вам ничего не угрожает. Вас не тронут, просто доставьте меня с детектором паразитов к отцу… Хотя бы выкиньте на окраине сектора в скафандре, большего и не потребуется, патрульные меня подхватят!

Волк отрицательно покрутил головой, глядя в её сверкающие фиолетовые глаза.

– Максимум, что могу предложить, – дальняя связь. Отправь ему сообщение. Запишешь текст заранее, под нашим присмотром.

– Стэйн, – вздохнул Якту. – Не совершай ошибку…

– И какой в этом прок? – вопросила Дара. – У него не будет оборудования, чтобы выявить чужаков!

Стэйн кинул короткий взгляд на голограмму, где светящаяся точка неумолимо двигалась к своей цели.

– До битвы ещё остаётся время, – медленно произнёс он. – Вышлем адмиралу чертежи Галлара. Толковые инженеры успеют собрать рабочее устройство. Кеплер-62 – развитая промышленная система, там найдётся всё необходимое.

– Стэйнульф, да послушай ты меня! – предупреждающе поднял руку Якту. – Выйдя на связь, ты раскроешь наши координаты. Не рискуй единолично планом, который утвердил Совет. На кону стоит куда больше, чем Дара, её отец, Второй флот и даже кланы. От нас зависит будущее всех разумных существ в этой галактике.

Волк некоторое время молча смотрел на Дару, а потом медленно произнёс:

– Ты слышала Якту. Вариант с дальней связью тоже отпадает.

– Да чтоб вас всех! – в сердцах выругалась майор Каллиган и покинула кабину.

– Закрылась в своей комнате, – прокомментировал Томо, находившийся ближе всех к коридору.

В качестве каюты Даре выделили небольшое помещение-склад, где когда-то прошла беседа между Стэйном и агентом Червей. Там, где стены были в разводах от плазменных выхлопов. Остальные члены экипажа кое-как разместились в медотсеке. От столкновения лбами выручала лишь необходимость постоянно находиться в кабине управления. Коротышка и Стэйн продолжали скрывать правду об ещё одном «пилоте» на борту корабля, поэтому кто-то всегда должен был находиться в рубке согласно расписанию дежурств.

Майор СБ, конечно же, в этот график не входила.

Якту повернулся к Стэйну и похлопал его по плечу.

– Ты поступил правильно.

– Благодарю за поддержку.

– Помни: какие бы чувства ты ни испытывал к этой женщине, есть куда более важные вещи. Тем более однажды она уже использовала тебя в своих целях.

– Как такое забыть, – невесело усмехнулся Стэйн. – Благодаря её предательству я стал чуточку умнее.

Волк повернулся к панели управления и стал готовить сообщение для флота кланов. Краем глаза он заметил, что Галлар вошёл в транс – расслабился и бесцельно уставился в переднее обзорное окно.

Коротышка сейчас общался с остальной расой Артефарий, находящейся в живом мозге, спрятанном на корабле. Возможно, позднее, когда они останутся вдвоём на дежурстве, карлик посвятит его в детали этого молчаливого совещания.

Но особо рассчитывать на такой исход не стоило – Галлар редко распространялся о содержимом бесед с самим собой.

Глава 16. Туз в рукаве

На орбите безымянной бродячей планеты, путешествующей в полном одиночестве сквозь бесконечную пустоту космического пространства, сейчас находились тысячи кораблей пиратских кланов. Ощерившиеся пушками тяжёлые крейсеры и не менее опасные гражданские суда, переделанные в боевые единицы.

Грозный флот прятался прямо под носом у Федерации, всего в паре световых лет от системы Кеплер-62.

Едва корабль Галлара прибыл в точку рандеву, как по шифрованному каналу сразу поступило приглашение с борта одного из крупнотоннажных звездолётов. Коротышка взялся за штурвал. Вскоре они прибыли на место и вошли в ангар. Внутри просторного посадочного отсека их встретил Хакур и уже знакомые напарникам люди из клана Отринутых.

– Профессия фермеров пришлась не по душе? – рассмеялся Стэйн, крепко пожимая протянутые ладони. – Рад снова видеть вас, братья!

Воины улыбались в ответ и приветствовали Волка.

– После опасностей Ниивенте обычная жизнь кажется невыносимо скучной, – согласился Хакур и посмотрел на Якту.

– Сколько всего людей удалось собрать? – спросил тот.

– На призыв Совета откликнулись все, кто был спасён Ястребами с орбитальной базы. Мужчины и женщины, старики и дети. Каны сняли с нас статус преступников и дали право создать новый клан. Во главе его временно поставили меня, но я уже слишком стар и предложил твою кандидатуру на этот пост.

Группа Отвергнутых, что собралась вокруг прибывших разведчиков, одобрительно зашумела.

– Не торопись, друг мой, – поднял руки Якту. – В этот бой пусть Хакур Яростный ведёт своих людей. Они хорошо знают тебя как командира, они – твои воины. Неправильная расстановка фигур может сыграть роковую роль в свете предстоящих событий. Я буду рядом с тобой в этой битве. Передачу власти оставим для мирного времени.

– Как скажешь, – склонил голову старый военачальник.

Он повернулся и указал на двери в конце ангара:

– Предлагаю вам занять свободные каюты и отдохнуть, пока есть такая возможность.

– Некогда расслабляться – флот Червей на подходе, – пробурчал Галлар. – До прибытия врага в систему Кеплер-62 осталось менее суток.

– Выглядите уставшими.

– Не беспокойся, Хакур, мы быстро придём в себя, – отмахнулся Томо. – Столько времени провести в тесноте малого разведывательного корабля – тут любой будет выглядеть неважно.

– Ну, а что скажет дама, которую вы привезли?

Стэйн коротко обернулся. Майор Каллиган стояла позади всех, скрестив руки на груди. На её лице застыло недовольное выражение, Дара молчала.

– Могу доставить вас в систему Кеплер-62 прямо на борту этого корабля, – предложил Хакур, не дождавшись ответа. – Вам не придётся тратить время на синхронизацию перемещения с остальными звездолётами флота. Сможете провести эти часы, как пожелаете…

– Благодарим, но нет, – отказался карлик. – Предпочитаем управлять своим звездолётом в грядущей битве.

– Странный выбор, ведь твой корабль безоружен, – нахмурился Хакур.

– Значит, он не интересен системам оценки угроз, и у нас меньше шансов стать мишенью, в отличие от твоего крейсера, – ответил коротышка.

– Тогда зачем тебе вообще соваться на поле боя?

– Мы будем ждать нужного момента. Когда наступит наша пора отдавать приказы – они будут куда более смертоносны, чем любые пушки.

Карлик развернулся и зашагал обратно, внутрь своего корабля. Майор Каллиган отправилась следом за ним.

– Вы же не заявляли о роли командующего в предстоящем сражении! – воскликнул Хакур.

Он вопросительно посмотрел на Волка.

– Я не понимаю. Может, объяснишь?

– Не только ты в недоумении, – развёл руками Стэйн. – Галлар что-то задумал, но, как обычно, не раскрывает карты. В общем, я и моя… хм… и эта женщина полетим вместе с ним. Ястребы?

– Томо и я остаёмся с Отринутыми, – объявил Якту. – Теперь это наш клан.

– У нас есть тут подарочек для оружейных мастеров, – Томо раскрыл ладонь, на которой лежали боеприпасы, что он подобрал в секретной лаборатории. – Слыхали про интеллектуальные пули? Свежая разработка федералов.

– Стоит изучить, – одобрительно кивнул Хакур. – Жаль, применить не успеем.

– Кто знает, что нас ждёт впереди.

– Тоже верно.

Волк на прощание похлопал друзей по плечам и пожелал:

– Удачи в бою.

– Удачи всем нам, – улыбнулся Якту.

– Не подставляйся под удар, – посоветовал Томо. – Следи за спиной.

– Пилотировать будет Галлар.

– Я говорю о другом, – Томо понизил голос. – Аккуратнее со своей пассажиркой. Всё-таки она – майор Службы Безопасности.

– Буду осторожен, – пообещал Стэйн.

Через девятнадцать часов пиратский флот достиг системы Кеплер-62, в которой уже шло грандиозное сражение…

Космические верфи взрывались под концентрированным вражеским огнём, одна за другой, превращаясь в облака пылающих металлических обломков. Федеральные крейсеры отходили к планете, стреляя из всех орудий по наступающим кораблям-иглам, но получали в ответ ещё больше урона. И не только от чужаков. Некоторые звездолёты Второго флота били по своим – похоже, агенты Червей перехватили управление над частью местных войск.

Дара нервно кусала губы, переключая картинки на боковых мониторах.

Галлар вывел очередную лавину цифр на центральный экран. Отдельной строкой был выделен отчёт по количеству кораблей противника.

– Майор, ваше мнение? – спросил он.

– Это далеко не вся армада! – воскликнула Дара, изучив информацию.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Стэйн, недоверчиво рассматривая цифры.

Они были впечатляющими.

– Мне известна численность флота Червей. В системе присутствует лишь четверть от их армий!

– Тем проще будет одержать победу, – оскалился Волк. – Смотри, наши вступили в бой.

Корабли кланов, оказавшиеся позади врага, открыли огонь. В сторону противника понеслись сотни ядерных торпед, засверкали выстрелы из лучевых пушек.

– Лучше для кого, Стэйн? Основные силы чужаков ещё не прибыли!

– Главное сейчас – уничтожить Роевой Разум.

– Вряд ли командование паразитов осталось с меньшей частью флота, – фыркнула женщина.

– Она права, – поддержал Дару коротышка. – Флагмана Червей в этой системе нет. Главная цель отсутствует.

Стэйн потёр свой лоб:

– У кого-то есть мысли, где Роевой Разум может прятаться?

– Мы засекли новый вектор потоков пси-связи, Трёхпалый. Смотри.

На голограмме со звёздной картой появилась очередная мерцающая линия. Теперь она вела прямо в Солнечную систему – колыбель человечества и административный центр Межзвёздной Федерации.

– Нападение на Кеплер-62 – это ещё один отвлекающий манёвр! – понял пират. – Когда сюда начнётся переброска войск – это ослабит защиту сердца сектора Сол! Если к Терре прибудет в три раза больше кораблей противника, чем мы здесь наблюдаем, – враги просто сметут оставшуюся оборону!

– Очень похоже на то, – согласился коротышка. – Федерацию не спасёт разделение на три независимых штаба управления. Когда ваши разрозненные флоты падут один за другим, команды будет некому исполнять.

– Мы должны этому помешать! – пират поднял взгляд на Дару.

– Теперь вы дадите мне возможность связаться с отцом? – гневно вопросила она.

– Прошу, – Стэйн освободил ей место у передатчика, а сам встал рядом.

– Не забудь сообщить адмиралу, что пираты сражаются на вашей стороне, – напомнил он.

– Надеюсь, эту информацию будет кому принять…

Полчаса спустя Стэйн мчался по коридорам федерального крейсера, слушая по радио указания от Галлара, оставшегося на своём корабле и отслеживающего пси-импульсы. Пират держал наготове плазменную винтовку. За ним следовала Дара, вооружённая бластером. В другой руке она несла свой секретный чемоданчик с пси-детектором внутри.

На звездолёте адмирала Каллигана случилось жестокое сражение между экипажем и оборотнями. Диверсанты устроили тут самый настоящий ад – коридоры были завалены трупами, а в лужах крови извивались светящиеся паразиты.

Монро Каллиган и несколько офицеров удерживали мостик, отбиваясь от агентов Червей, но боезапас у людей был на исходе.

Стэйн и Дара спешили изо всех сил на помощь осаждённым, но прямым путём двигаться не могли. Им приходилось петлять, следуя инструкциям Галлара, который давал подсказки о местах скопления противника. Заходя врагу в тыл, пират и майор СБ перебили не один десяток оборотней на своём пути, а под конец разделались и с группой, атакующей мостик.

Двери, ведущие в рубку управления, заклинило, но нападавшие постарались – посередине уже была пробита серьёзных размеров дыра.

Карлик подтвердил, что в радиусе ста метров нет заражённых, после чего Дара крикнула в пролом: «Не стреляйте, я – Дара Каллиган, майор Службы Безопасности!» – и сняла шлем. В любом случае он мешал протиснуться внутрь.

Пропустив даму вперёд, Стэйн освободил свою голову и полез следом.

Оказавшись на той стороне, он поперхнулся едким дымом горелой проводки из тлеющих дыр, которые остались в панелях управления после сквозных выстрелов из плазменного оружия.

Дара и Стэйн оказались под прицелом нескольких человек в белой офицерской форме, заляпанной красными пятнами и сажей.

Высокий седой мужчина с лицом, залитым кровью, опустил свой бластер и двинулся вперёд. Пират с трудом узнал его, хотя менее часа назад этот военный представился адмиралом Монро Каллиганом. Только вот, когда они установили связь с федеральным крейсером, командующий выглядел не таким потрёпанным.

«Тяжело им тут пришлось», – признал Стэйн.

– Долго же ты добиралась, – улыбнулся адмирал. – Иди сюда.

Дара оставила чемоданчик на полу и бросилась навстречу, крепко обнимая отца. Ногой она случайно задела кейс, и тот начал заваливаться. Стэйн подхватил его и поднял.

Чемоданчик показался пирату слишком лёгким. На исследовательской базе, в скоплении Ульфур Хали, где обнаружилась Дара, он вроде был куда тяжелее…

– Рассказывай, – потребовал адмирал, когда дочь отпустила его. – Что за странные твари в наших рядах? С кем идёт война?

– Это межгалактическое вторжение.

Офицеры зашумели, услышав такую новость. Адмирал поднял руку, призывая к тишине.

– Ну и ну. Ладно, рассказывай с самого начала, не пропуская ничего важного.

– Слишком долго объяснять в деталях. И слишком много грифов «совершенно секретно».

– У меня есть все доступы, Дара. И у моих людей тоже.

– Это ты так считаешь. Кроме того… – она быстро обернулась, посмотрела на Стэйна и протянула руку.

Тот вручил ей чемоданчик.

– Кроме того, здесь присутствует представитель пиратских кланов, то есть я, – усмехнулся Волк. – Дара опасается, что может выдать дикарям с Периферии секретную правительственную информацию, отвечая на ваши вопросы.

– Ты не понимаешь, Стэйн… – начала было Дара.

– Наоборот, мне только сейчас стало понятно, что часть информации о происходящем ты всё же утаила от нас, своих союзников, – перебил её Волк. – Я-то уж было решил, что можно доверять тебе, но ты снова неприятно удивила меня. Попался как дурак. В который раз.

Дара Каллиган виновато пожала плечами, но Стэйн уже отвёл взгляд и умолк.

– Отец, здесь находится детектор, разработанный учёными одной из наших секретных лабораторий, – Дара вручила адмиралу чемоданчик. – Его необходимо подключить к общей сети сенсоров Второго флота как обычный модуль анализа систем безопасности, тогда на каждом связанном звездолёте можно будет выявить чужаков.

– Капитан Мейснер!

– Так точно, – один из офицеров подскочил к ним, забрал кейс и отнёс к одной из уцелевших панелей управления.

– Не знаю только, чем это сейчас нам поможет, – мрачно заметил адмирал. – Все, кто мог удержать контроль над обстановкой в своих рядах, отступили к Эдему, под защиту орбитальных станций Кеплера-62е, согласно моему последнему приказу… Эх, если бы в начале боя у нас был этот прибор!

– Не было возможности передать его раньше, – Дара бросила короткий взгляд на Стэйна.

– Адмирал, хорошие новости! – Мейснер поднял руку, привлекая к себе внимание. – Пираты… Кхм… Союзники теснят противника. Капитаны кораблей на орбите Эдема ждут дальнейших распоряжений. К нам спешит группа сопровождения, она должна прибыть в ближайшее время.

– Пора уничтожить врага, – заявил адмирал.

Он разгладил помятый китель и сказал Даре:

– Поговорим позже, сейчас я должен отдать приказы флоту.

После чего направился к своему командному посту.

В ухе Волка включился радиопередатчик. Галлар сообщил, что от Кеплера-62е к ним движется группа из шести федеральных крейсеров. Пси-активность на них не замечена, тем не менее карлик предложил Стэйну поскорее вернуться на борт рейдера.

– Нам пора, – сказал пират Даре.

– Я остаюсь с отцом.

– Это сразу было понятно. Я имел в виду себя и Галлара. Нам с ним пора убираться отсюда. Ну а вы тут будьте осторожнее в коридорах, не подцепите паразитов. Следите за одеждой, соблюдайте гигиену и всё такое.

– Мы победим в этой войне и снова встретимся, – Дара взяла в свои руки изуродованную ладонь Стэйна, прикрытую перчаткой скафандра.

Пират пару секунд стоял молча, а потом сказал:

– Если тебе понадобится помощь – дай знать. Вдруг снова попадёшь в плен к работорговцам или застрянешь на какой-нибудь секретной базе в забытом богами звёздном скоплении. Только сделай одолжение – не лги мне больше. Понимаешь, о чём я?

– У каждого из нас свои секреты, волчонок. Ты молчишь об одном, а я – о другом… К тому же в следующий раз, скорее всего, именно мне придётся тебя спасать.

– Вот в этом я сильно сомневаюсь, – Стэйн осторожно освободил свою руку. – Удачи всем нам.

Он развернулся и пошёл к дыре в дверях.

Адмирал Монро отдавал приказы, но при этом с интересом наблюдал за прощанием своей дочери и пирата…

Битва продолжалась ещё шесть часов, пока последние корабли противника не были уничтожены.

Освободив систему, глава Второго флота устроил дистанционное совещание с Советом кланов. Тем временем начала прибывать подмога из ближайших обитаемых миров.

Удивлённые капитаны федеральных сил один за другим присоединялись к видеоканалу, на котором выступали пиратские лорды. Допуск на совещание давали только после проверки пси-детектором экипажей вновь прибывших кораблей, попутно вводя людей в курс происходящих событий.

Очищенные от шпионов звездолёты сразу синхронизировались с флотом для прыжка к новому полю боя.

Вскоре поступили первые сообщения о том, что армада Червей атакует рубежи Солнечной системы, а среди защитников творится самый настоящий хаос. Монро Каллиган предложил немедленно выступать, не дожидаясь, пока в систему Кеплер-62 прибудут оставшиеся подкрепления.

Была выбрана следующая тактика.

Остатки Второго флота и присоединившиеся к нему группировки должны войти в Солнечную систему и первым делом подключить пси-детектор в сеть сенсоров Первого и Третьего флотов, чтобы восстановить порядок внутри армии.

Пираты появятся на поле боя позднее. Им снова предстояло зайти в тыл врагу и обрушить на армаду Червей всю свою огневую мощь в то время, как федеральные силы будут удерживать фронт.

Главной целью для всех оставался флагман противника, победа над которым должна была поставить точку в этом конфликте.

Хороший план, но выполнить его казалось невозможным.

«Слишком много врагов», – с ужасом понял Стэйн.

Флот кланов вышел из гиперпространства рядом с Марсом и сразу же попал под обстрел. Элемент неожиданности был утерян.

Звездолёт Галлара метался между обломками кораблей и смертоносными лучами, словно его пилот сошёл с ума.

Возможно, он действительно был не в себе.

Коротышка отстранился от управления и, подобно маленькому Будде, сложил руки на груди, беспечно наблюдая за яркими вспышками перед собой.

Стэйн понимал, что сейчас корабль находился под управлением живого мозга, чья реакция несоизмерима с реакцией его воплощения, но странная отрешённость товарища несколько настораживала.

– Эй, – пират осторожно коснулся напарника. – Ты в порядке?

– Нас охватили воспоминания, – тихо отозвался Галлар. – Война в другой галактике. Конфликт, растянутый на тысячи лет и бессчётные сражения. Столько времени прошло, а суть происходящего не изменилась. Перед нами всё тот же противник. Сильный. Хитрый. Опасный.

– Только не спеши нас всех тут хоронить, дружище.

– Разве возможен иной исход, Трёхпалый?

Стэйн не ответил. Он активно работал с информационным терминалом: сортировал данные, что сыпались непрерывным потоком как от пиратского флота, так и от союзников. Большинство тяжёлых крейсеров почти не пострадало. Пока не пострадало. Нужно было срочно атаковать Роевой Разум. Сейчас или никогда!

– У нас есть все шансы! – Волк ткнул в экран. – Хватит сидеть тут как истукан! Укажи цель для флота! Где в этой мешанине флагман Червей?

– Хороший вопрос, – с шумом втянул в себя воздух Галлар, делая глубокий вдох.

– Ну и чего ты тянешь?

– Ответ не готов, потому что флагмана здесь нет.

– Как нет? – опешил Стэйн.

– Он ещё не прибыл.

– Хочешь сказать…

– Вас снова перехитрили, Трёхпалый. Черви просчитали всё на шаг вперёд. Основная ударная группировка противника ещё не вошла в Солнечную систему.

– Основная ударная группировка? Погоди, тогда что перед нами? – Стэйн недоверчиво посмотрел на экран радара.

– Малые корабли.

– Вот эти гиганты? Ты ведь про них говоришь?

Карлик с сочувствием поглядел на Волка, но ничего не ответил.

Рейдер Галлара вырвался из битвы, оставив сектор, где шли ожесточённые бои, далеко позади, и теперь двигался по направлению к Марсу в относительном спокойствии. Они отходили в тыл.

– Только не говори, что мы бежим… – прошептал пират.

Тем временем пространство впереди стало разрываться яркими вспышками, отмечающими точки гиперперехода крупных объектов. Из небытия появлялись сотни новых звездолётов-игл.

Брови пирата удивлённо приподнялись. По экрану ползли столбики цифр – суда противника были в десятки раз больше тех, с которыми сейчас шло сражение.

Полыхнуло чуть ярче, и возник вражеский флагман – самый огромный корабль среди себе подобных. Сравниться по размерам с ним мог только бродячий звёздный левиафан из клановых легенд.

Стэйн бросил тоскливый взгляд на тактическую карту.

При текущем раскладе никто из защитников не мог выполнить главную задачу – уничтожить флагман. Федеральные и пиратские флоты еле сдерживали натиск противника, с которым уже завязался бой. Отвлекаться в такой ситуации, разворачиваться и начинать атаку на ударную группировку Червей – значит подставить спину под смертельный удар.

– Нам не сдержать их! – с отчаянием в голосе воскликнул пират.

– Вам – не сдержать, – подтвердил Галлар.

Он встал из своего кресла и нажал одну из кнопок на панели управления перед собой.

Корабль несколько раз вздрогнул. Что-то проскрежетало. В кабине стало светлее. Стэйн задрал голову. Куда-то исчезли пластины брони, прикрывающие снаружи рубку управления. Похоже, карлик решил избавиться от хлама, в который был «обёрнут» его звездолёт, – отстрелил маскировку.

«Галлар хочет, чтобы Черви знали – перед ними их давний соперник», – догадался пират.

Но зачем это ему?

Неожиданно бездонный космос вокруг снова принялся вспыхивать яркими огнями. Открылись сотни новых пространственных порталов. Из них медленно выползли массивные пузатые конструкции, чем-то похожие на фантастические грибы. Большинство выглядели очень странно, словно их не достроили и они прибыли сюда в спешке. Но куда сильнее удивило Стэйна другое: среди наспех собранных гигантов он заметил несколько массивных U-образных крейсеров и похожие на трёхзубые вилки Звёздные Дома – корабли-колонии древнейшей расы Млечного Пути.

А ведь считалось, что раса разумных кошачьих и кочевой народ Расколотых исчезли навсегда тысячи лет назад!

Прибывших накрыла широкая необъятная тень.

Челюсть Стэйна поползла вниз от удивления.

Это был звёздный левиафан!

Портал для чудовища поддерживали сразу несколько кораблей Расколотых. Едва монстр вынырнул из искрящегося облака целиком, как следом за ним появился второй гигантский зверь. Они были похожи на фантастических рыб с вытянутым змееподобным телом и кристаллическими плавниками, если так можно было назвать эти острые горные хребты, симметрично растущие сквозь их каменные шкуры.

Словно ожили древние мифы, и история Галактики повернулась вспять. Волк почувствовал, как покрывается «гусиной кожей». Кочевую философию Расколотых некогда приняли выжившие с Грайнахадира, чтобы создать пиратские кланы. Древнюю расу космических бродяг считали чуть ли не богами, изредка приходившими на помощь самым разным цивилизациям Млечного Пути, чтобы потом исчезнуть в необъятной тьме космического пространства.

Этот странный флот занимал позиции вокруг звездолёта Галлара.

Карлик был спокоен, словно ждал подобного развития событий.

– Ну и ну, – выдохнул Стэйн и указал на сияющий корпус исполина-гриба, проплывающий справа по борту. – А это кто такие?

– Наш боевой флот, Трёхпалый. Прибыл сюда по нашему зову. Вместе с остатками древних рас, вставших на защиту этой Галактики, несмотря на все разногласия с вашим видом.

– Вот прям всё человечество в ссоре с ними, да?

Карлик загадочно улыбнулся.

– Когда-то ваша цивилизация не была доминирующей в этой Галактике. И пути всех народов не раз пересекались. Вы создавали союзы. Шли бок о бок на битвы с опасными врагами. Потом начались раздоры. Древним пришлось уступить место молодой и амбициозной расе, чтобы не быть уничтоженными. Они скрылись из виду, но не ушли насовсем.

Стэйн мысленно согласился, что остатки древних рас вполне могли прятаться где-нибудь в Магеллановых облаках, и карлик нашёл способ наладить с ними контакт. Тем более когда-то давно, когда коротышка признался, кто он такой на самом деле, Галлар упомянул про свои связи с некими изгнанниками, что не покорились ни Империи, ни Федерации. Только тогда Волк подумал, что речь идёт о ком-то вроде пиратских кланов.

Но вот откуда у Галлара собственные корабли?

– Твой флот? Я правильно понял? Разве Артефарии не были уничтожены?

– Это совершенно новая армия. Построенная вашим видом на те средства, что мы вытащили из рукава Стрельца…

«Вот так куш, размером в несколько планетарных экономик!» – мысленно изумился Стэйн.

– …Мы раскидали заказы на производство звездолётов по сотням верфей за пределами Федерации и даже на её территории, тщательно замаскировав источники финансирования, – продолжал рассказывать Галлар. – Ничего не подозревая, человечество своими руками создавало ту силу, которая однажды должна была уничтожить ваш вид.

– Как хорошо, что мы во всём успели разобраться, – с облегчением выдохнул пират. – Ты выяснил, кто именно стоит за геноцидом твоих сородичей, – Черви.

– Да, мы знаем правду. Поэтому сегодня Артефарии выступят на вашей стороне. И другие расы тоже.

Галлар не отдал ни одного приказа, даже не притронулся к панели управления, но его флот кораблей-исполинов сорвался вперёд, открыв огонь, словно по команде. Союзники и звёздные левиафаны двинулись следом.

Глава 17. Сомнения

Бой закончился, но яркие вспышки света всё ещё освещали кабину управления – уцелевшие союзники один за другим уходили в гиперпространство. От флотилии Галлара осталось не так уж и много кораблей – чуть меньше сотни, но, переломив ход сражения своей невероятной огневой мощью, даже в таком количестве они оставались грозной силой.

К сожалению, ни один из монстров-левиафанов не уцелел. Разорванные туши величественных звёздных зверей смешались с обломками на поле боя.

Стэйн молча наблюдал за эвакуацией, пока последние суда этого необычного флота не покинули Солнечную систему.

– Расколотые и Коты возобновят отношения с человечеством? – затем поинтересовался он.

– Вряд ли. Мы заключили с ними сделку, которая касалась только одной совместной битвы. Этой.

– А куда ты отправил свой флот?

– Подальше отсюда, – уклончиво ответил коротышка. – Роевой Разум повержен, значит, нашему флоту тут делать нечего. Рискованно привлекать внимание федералов к столь мощным боевым звездолётам. Не стоит провоцировать местных вояк на попытку завладеть одним из них.

Ещё во время битвы Стэйн заметил, что сильно повреждённые корабли-грибы детонировали и разлетались на мелкие кусочки так, словно срабатывала какая-то система самоуничтожения. Видимо, последний Артефарий заранее продумал этот механизм, в надежде сохранить свои технологические секреты.

– После всего, что случилось, человечество не посмеет проявить столь явное неуважение к своему спасителю, – неуверенно заметил пират.

– Говори только за своих людей, Трёхпалый, – отмахнулся карлик.

– Лишь благодаря твоей роли в этом конфликте Черви не разнесли на атомы объединённые армии Федерации и кланов, – продолжал настаивать Стэйн, изучая аналитические данные.

Цифры были удручающими. Жестокая битва длилась более шести часов. Под конец некоторые капитаны потеряли надежду на победу.

Неудивительно.

До того момента, как союзники одолели вражеский флагман, больше половины кораблей объединённого флота оказалось стёрто в пыль в ходе сражения. И пострадали больше всех федералы. Противник не прекращал стрелять по целям, пока полностью не аннигилировал их. Лишь полуорганические левиафаны загромождали поле битвы своими останками – некоторые командиры даже использовали их под конец, как укрытия от вражеского огня.

Когда главный звездолёт Червей был уничтожен, все остальные суда противника принялись взрываться, словно с гибелью Роевого Разума запустилась цепная реакция внутри оставшихся кораблей-игл. Видимо, у паразитов собственные секреты тоже были в приоритете.

Чуть позже выяснилось, что самоуничтожились не все вражеские боевые единицы.

Стэйн перешёл к изучению отчётов, поступивших от союзников. Из этих данных стало ясно, что сохранилось несколько сильно потрёпанных в бою звездолётов-игл. Возможно, полученные повреждения помешали им самоликвидироваться после поражения Роевого Разума.

– Федеральным учёным будет чем заняться в ближайшие годы, – пробормотал пират себе под нос. – Надеюсь, кланам позволят захватить с собой пару трофеев…

– Ценность этих останков невелика, – прервал его размышления Галлар. – Большинство звёздных цивилизаций, развивающихся в рамках одинакового временного интервала, используют технологии, работающие на схожих принципах.

– Да, но Черви покоряли Андромеду на протяжении тысяч лет, задолго до выхода человечества в космос. Ты ведь сам об этом рассказывал.

– Верно. Только вот за это время они не привнесли ничего нового в чужие достижения. Не сильно опережают вас на самом деле. Вся техника врага была когда-то очень давно спроектирована другими расами, что с тех пор находятся в подчинении у паразитов. Свои новые оболочки-хосты, то есть представителей иных видов, Черви разводят и выращивают в максимально примитивных условиях. Как животных.

– Опасаются бунта и поэтому не дают покорённым народам развиваться?

Карлик кивнул и продолжил:

– Сами Черви далеки от научных исследований, несмотря на, казалось бы, невероятную ментальную мощь Роевого Разума. Все ресурсы уходят на контроль Роя. Поэтому можешь не беспокоиться: изучая обломки вражеских кораблей, федералы не получат в свои руки прорывные технологии, способные дать преимущество в гонке вооружений.

– Даже более продвинутые двигатели?

– Ничего такого, будь спокоен.

– Хм, – задумался Стэйн, – но ведь Черви преодолели миллионы световых лет, чтобы добраться сюда.

– Ваш вид тоже на такое способен, после комплексного изучения всех нюансов межгалактических перелётов. Главная задача – тщательно спланировать маршрут. В пространстве между Андромедой и Млечным Путём находится множество свободно странствующих звёзд и планет-бродяг. Нужно лишь передвигаться от одной к другой, возобновляя запасы топлива и просчитывая следующий отрезок пути. Да, времени уйдёт очень много на такой перелёт, но именно так и мы, и паразиты прибыли в эту галактику.

– И всё же секреты своей техники ты предпочитаешь скрывать, – Стэйн направил палец на центральный пульт.

– Мы вроде упоминали, что данный звездолёт был адаптирован федеральными учёными под вас, людей, – нахмурился карлик. – Элемент управления, на который ты сейчас указываешь, создан не нами.

– Я имел в виду корабль целиком. Его базовые системы: реактор, двигатели, модуль авторемонта и остальное.

– Наши технологии – совершенно другое дело, – слабая улыбка появилась на лице коротышки.

– Твой флот тоже напичкан нестандартными модификациями. Так ведь?

Галлар подтвердил догадки напарника:

– Новые корабли хоть и собраны на верфях этой Галактики, они куда более совершенны, чем любые звездолёты Червей. Наша армия уступает противнику разве что в числе, но перекос удалось исправить благодаря союзникам.

Стэйн задумался.

– Как аналитики Службы Безопасности не заметили самой настоящей технологической революции, происходящей прямо у них под носом? – поинтересовался он.

– Силовые узлы и агрегаты по нашим чертежам делались в промышленных центрах, разбросанных по всей Галактике. Во время окончательной сборки на верфях Старой и Новой Периферии никто не должен был понять истинное предназначение некоторых модулей. Они числились как дублирующие энергетические подсистемы, порой вполне безобидные, вроде контура резервного питания. Основные компоненты были стандартными, взятыми из каталога. Ну и чтобы не вызвать подозрений, в период опытной эксплуатации действовала подпрограмма, серьёзно ограничивающая их суммарную мощность.

– Хитро придумано, – хмыкнул пират. – Двигатели должны работать, силовые поля – защищать, а пушки – стрелять. Но во время испытаний все параметры оставались в допустимых пределах?

– Ни малейшего отклонения от нормы.

– Опасный ты противник, «мышонок» Галлар. Человечество до последнего момента не подозревало, что строит мощнейший флот из всех, когда-либо созданных в этой Галактике.

– Всего лишь один из наших планов возмездия.

– А были и другие?

– Да. При этом все они – созданные руками человечества, Трёхпалый…

Беседу напарников прервал сигнал вызова.

Галлар подтвердил начало сеанса, и над центральной панелью возникло изображение просторной рубки одного из федеральных крейсеров.

– Поздравляю с победой, – торжественным тоном произнёс адмирал Каллиган. – Все мы заплатили высокую цену в прошедшем сражении. Я рад видеть вас, героев этой битвы, живыми и невредимыми.

Он стоял перед камерой в своей новой белой форме с золотыми знаками различия, гордо вытянувшись и сложив руки за спиной.

– Взаимно, – коротко ответил пират.

Затаив дыхание, он внимательно разглядывал лица людей, находившихся рядом с командующим Вторым флотом.

Из-за спины адмирала выступила Дара, и Стэйн облегчённо выдохнул.

Монро Каллиган бросил короткий взгляд на свою дочь и продолжил:

– Мне тут дали совет в первую очередь связаться с вами, Стэйнульф, кан Стальных Волков.

– Стальных Волков больше нет, – угрюмо напомнил пират. – Кучки спасшихся наложниц недостаточно для того, чтобы называться кланом…

Адмирал прервал его:

– Как бы то ни было, вы должны передать передать предложение о предстоящих переговорах всем уцелевшим пиратам. Главы кланов обязательно к вам прислушаются. По крайней мере, так считает представитель Службы Безопасности, сейчас присутствующая на этом сеансе связи.

Стэйн наморщил лоб.

– Погодите-ка, о чём именно идёт речь?

Адмирал на секунду замялся, словно ему неловко и стыдно было озвучивать следующее предложение.

– Флот пиратов занял важные стратегические позиции в Солнечной системе, – нехотя пояснил Монро Каллиган. – Формально вы считаетесь союзниками, но поймите меня правильно: подобного ранее не случалось, чтобы вчерашние враги сектора Сол находились в такой близости от столицы, имея подавляющее преимущество в огневой мощи. Сложившаяся ситуация тревожит моё начальство. Было внесено предложение о мирных переговорах...

– Мы не намерены атаковать вас!

– Я знаю, Стэйнульф. И всё же. В данный момент сюда направляются федеральные силы, собранные со всей Галактики. Когда все эти крейсеры появятся здесь, ситуация может резко измениться…

– Что?! – не поверил своим ушам Волк. – Федерация смеет нам угрожать? Неужели кто-то из руководства способен на такую подлость – ударить по кланам? После того, как мы спасли ваши задницы?

– Давайте не смешивать всё в одну кучу. Вторжение – общая проблема. Вы спасали и себя в том числе.

– В системе Кеплер-62, на том собрании перед битвой, мы с вами разговаривали иначе, адмирал. Как мне показалось, куда более дружелюбно.

– Ничего не изменилось, Стэйнульф. В данный момент я – ваш друг. Попробуйте услышать меня и понять суть моих слов: речь идёт о новых проблемах. Потенциальных. О конфликте, которого можно избежать.

– Говорите прямо, адмирал: если у властей появится шанс раз и навсегда избавиться от ещё одной угрозы – вам отдадут приказ атаковать пиратский флот!

– Вы всё правильно понимаете, – медленно кивнул Монро Каллиган.

– У нас есть время в запасе?

– Думаю, пять-шесть часов. Сколько пиратам понадобится на синхронизацию прыжка всех флотилий?

– Должно хватить, – Стэйн не стал называть конкретных цифр, чтобы ненароком не выдать важные сведения потенциальному врагу.

«Да, мы определённо не друзья», – мрачно подумал он.

Федерация всё ещё представляла смертельную угрозу для любой независимой стороны…

Внимание его привлекла стоявшая рядом со своим отцом Дара. Она положила правую руку себе на пояс, потом раскрыла пальцы, сжала их в кулак и снова раскрыла.

«Уходите немедленно», – вот что она передала на языке жестов, используемом пиратами среди своих.

«Слишком много людей в рубке, чтобы предупредить об опасности открыто и при этом не предать интересы Федерации, так, Дара?» – мысленно вопросил Стэйн.

– Жаль, что так всё обернулось, – разочарованно протянул он вслух. – Кланы надеялись решить миром имеющиеся разногласия с Федерацией. Наступили времена, когда всем нам стоит сотрудничать, а не воевать. Вы же понимаете, что это была только первая волна вторжения? Захватчики из Андромеды не оставят попытки покорить нас.

– Долгосрочный мирный договор с пиратскими кланами – сложный политический вопрос, – вздохнул адмирал. – Не мой уровень. Обсудить сближение сторон в этом направлении вы можете лично с Канцлером. Вас, Стэйнульф, приглашают посетить Терру. В ближайшее время планируется провести межгалактический саммит по безопасности под эгидой сектора Сол. Встреча с вами, героем этой войны, – важный этап в процессе налаживания новых взаимоотношений между Центром и Периферией.

– Меня хочет видеть Канцлер?! – удивлённый Стэйн повернулся к Галлару. – Интересно, когда это я успел стать столь важной персоной?

Коротышка пожал плечами.

– Не принижайте свою роль в произошедших событиях, – возразил Монро Каллиган. – Не я один заметил, что на совещании в системе Кеплер-62 все пиратские лорды слушались именно вас. Если имеются сомнения в собственных полномочиях, можете привести на встречу друзей и сородичей соответствующего ранга…

– Лично я буду рада продолжить беседу о Рое с профессором Галларом, – быстро вставила Дара.

Адмирал покосился на дочь и добавил:

– Только сперва убедите кланы убрать военный флот из Солнечной системы, чтобы избавить всех нас от лишнего повода для беспокойства.

– Хорошо, – согласился Стэйн. – Я передам ваши слова. Надеюсь, мне самому ни о чём не придётся жалеть, если решу отправиться на Терру? Так-то за мной тянется целая вереница обвинений.

– Вам и вашим спутникам предоставят статус послов. У вас будет дипломатический иммунитет.

– Тогда другой вопрос: как после беседы с Канцлером одинокому пиратскому рейдеру покинуть сектор Сол, не будучи распылённым на атомы первым же встречным патрулём?

– Я запрошу у руководства эскортную группу, – пообещал адмирал. – Вас сопроводят до границ Рукава Ориона в целости и сохранности.

Стэйн вопросительно посмотрел на Дару, та показала жестами: «Всё нормально».

– Договорились.

– Тогда до скорой встречи, – коротко склонил голову адмирал.

Сеанс связи закончился.

– Разговор записан? – спросил Стэйн у напарника.

Коротышка утвердительно склонил голову.

– Надо немедленно разослать это видео всем канам. Пиратский флот должен покинуть Солнечную систему, причём как можно скорее, не тратя время на синхронизацию. Да, есть определённые риски – самых медленных могут отловить по одиночке на пути домой, но выбирать не приходится.

Руки карлика запрыгали над клавиатурой панели управления связью, формируя информационный блок для отправки пиратским лордам.

Прошло примерно полчаса, но никто из пиратов ещё не связался с ними. Стэйн терпеливо ждал, пока каны ознакомятся с видеозаписью и примут решение. Он заметно нервничал, представляя себе скорое прибытие подкрепления федералов.

– Твоим людям есть чего опасаться, Трёхпалый? – поинтересовался Галлар, наблюдая за своим товарищем.

– Не знаю, заметил ли ты, но Дара знаками предупредила об опасности.

– А конкретнее?

– У пиратов нет тех нескольких часов, о которых говорил её отец. Адмирал вроде бы хороший человек, но, похоже, у него нет верной информации о точном времени прибытия подкрепления. С минуты на минуту окружающий нас космос может оказаться заполнен федералами, и только одна дамочка из Службы Безопасности знает об этом наверняка.

Карлик нахмурился и спросил:

– Ты доверяешь своей бывшей наложнице? Правительственному агенту? Той, кто шпионила за тобой и в конце концов предала?

– Твоя правда, – закусил губу Волк. – Полностью верить я ей не могу. И всё же она спасла всех, кого смогла захватить с собой в тот день, когда был уничтожен клан Стальных Волков. О чём-то этот поступок да говорит.

– В этих действиях может скрываться некая выгода.

– Конечно, Дара могла продать девчонок и даже заработать на этом, но в итоге просто высадила их на ближайшей обитаемой планете. Убедилась, что подруги в безопасности, и отправилась по своим делам. В ней есть что-то хорошее, а не только расчётливая и подлая сущность агента СБ.

– Ты неправильно нас понял. Мы говорим о кредите доверия, что Дара получила, совершив достойный с твоей точки зрения поступок, Трёхпалый.

– И тем самым снова меня зацепила на свой крючок? Ты об этом?

– Да, об этом. Допустим, она честно тебя предупредила, и пиратам действительно надо срочно уходить прямо сейчас, не тратя время на синхронизацию прыжка всем флотом, – размышлял карлик. – Ещё один подозрительно добрый поступок. И вот именно поэтому на Терру никому из нас спускаться не стоит! Ты же согласился с предложением адмирала лишь для того, чтобы выиграть время?

– Не совсем так. С Канцлером я, пожалуй, повидаюсь, но звать на эту встречу никого из канов не стану. Вдруг это на самом деле ловушка.

– Глупый поступок. Жизнь тебя ничему не учит, Трёхпалый.

– В первую очередь эти переговоры – шанс помирить Периферию и сектор Сол. Когда будет новое вторжение – неизвестно, но в чём я точно уверен – выстоять можно только объединившись.

Карлик мрачно кивнул и согласился:

– Война с Червями не закончилась. Будь уверен, Трёхпалый, враги снова придут в эту Галактику.

– Да, об этом ты предупредил кланы. Спасибо ещё раз. Теперь моя очередь. Нужно заставить федералов воспринять новую угрозу всерьёз и прекратить все внутренние конфликты.

– В таком случае мы отправимся с тобой.

– Тебе-то зачем так рисковать?

– По легенде, которую твоя женщина наверняка передала в Службу Безопасности, «профессор Галлар» имеет много важной информации, касающейся Червей. Мы знаем, на каких подробностях из всей мерзкой истории нашего врага стоит сделать акцент. С нашей поддержкой тебе легче будет убедить Канцлера прислушаться к доводам о мирном сосуществовании… В конце концов, Дара сама нас пригласила.

Стэйн ненадолго задумался. Почему бы и нет? Встреча с руководством Федерации его напарнику ничем не грозила. Карлик мог ускользнуть из любой западни – смерть последнему из Артефарий не страшна. Для него риски были минимальны. Истинный Галлар, который существовал в виде живого мозга, так-то вообще не покинет борт, а его кораблю было совсем не обязательно садиться на Терру.

– Ты прав, – признал очевидные плюсы этой затеи Волк. – Твоё присутствие сильно поможет.

– Если всё же случится неприятность и мы попадём в ловушку, будь то плен или ссылка на очередную планету-тюрьму, – с нами у тебя больше шансов выбраться.

– Накаркаешь, – усмехнулся пират.

– Вероятность не нулевая, – печально вздохнул коротышка и замер.

Галлар некоторое время молчал, совещаясь сам с собой, а затем предложил:

– На Терру отправимся на одном из ваших пиратских кораблей. Сможешь договориться с кем-нибудь об этой услуге?

– Конечно. Я успел догадаться, что ты предложишь такой ход.

– Звездолёт расы Артефарий не должен попасть в руки федералов. Мы отправим его вслед за нашим флотом.

– Попробуем связаться с крейсером Хакура… – Стэйн стал набирать позывной Хрустальных Ястребов.

На вызов ответил Якту.

– Посмотрели запись? – первым делом поинтересовался Стэйн.

– Да. Уже заканчиваем подготовку маршрута для цепочки гиперпереходов к границе Рукава Ориона.

– Координаты, которые мы ранее получили от Дары, могут быть небезопасны. Имей это в виду.

– Федералы – неблагодарные твари, – зло бросил Якту.

– Поставь себя на их место. Каков соблазн раздолбать остатки флота самого опасного соперника? Ну, самого опасного на данный момент.

– Кланы имеют численный перевес здесь, в Солнечной системе, и почему-то не разбомбили Терру к чертям собачьим! – горячо воскликнул Якту. – Мы не стали мстить за то, что они когда-то превратили нашу родину в ядерную пустыню! Хотя можем это устроить прямо сейчас!

– Спокойнее, друг мой. Кости тех, кто приказал сбросить бомбы на Грайнахадир, уже давно истлели. Оставь это в прошлом.

– Я-то оставлю, но другие каны недовольны сложившейся ситуацией. Хакур еле сдержал их.

– А где он сам? – поинтересовался Стэйн, выглядывая за спиной Якту фигуру военачальника.

– Старика больше нет с нами.

– Что? Я же получил от него сообщение сразу после боя!

– Хакур был в конце своего пути, – вздохнул Якту. – Ссылка на Ниивенте не прибавила ему ни молодости, ни здоровья. Он невероятно эффективно командовал этим крейсером в бою с Червями. Затем горячо выступил на коротком совещании кланов, уговорами и угрозами сдерживая ярость канов после того, как мы просмотрели запись твоего разговора с адмиралом. После чего старик умер у меня на руках, с улыбкой на лице. Его сердце не выдержало напряжения последних дней.

– Жаль. Он был лучшим военачальником из всех, кого я знал. Даже больше – истинным каном.

– Великим каном, – подтвердил Якту. – Достойным претендентом на роль правителя всех кланов… Передай Галлару, чтобы направлялся в ангар, теперь уже моего крейсера. Вы были знакомы с Хакуром, наверняка захотите принять участие в церемонии прощания.

Коротышка увеличил скорость, и они понеслись вперёд.

– Мы планировали попасть к тебе на борт, но по другой причине, – Стэйн покосился на радары. – Одолжишь нам какое-нибудь малотоннажное судно с рабочим гипердвигателем? Мы с Галларом собираемся посетить Терру, погостить у Канцлера, а потом сбежать из сектора Сол.

– Не делай глупостей! – на лице Якту появилась неодобрительная гримаса.

– Ты же слышал предложение адмирала. Возможно, от этого разговора с Канцлером зависит будущее нашей галактики.

– Будущее Галактики зависит от огневой мощи флота, который слушается приказов Галлара. Уверен, на Терре об этом тоже успели догадаться. Думаешь, с чего твоя бывшая наложница, агент СБ, зазывала его в гости? Очнись, вас обоих ждёт западня!

– Я рад, что никто из нас не питает ложных иллюзий по поводу предстоящей встречи, – недобро усмехнулся Стэйн. – И всё же я должен попытаться установить мир.

– Уважаю твой выбор, но не одобряю, – недовольно покрутил головой Якту.

– Так ты дашь нам корабль?

– Как я могу не выполнить твою просьбу? Даже если бы ты решил застрелиться и попросил пистолет, не в традициях пиратов отказать своему сородичу.

– Ваш вид не перестаёт нас удивлять, – хмыкнул коротышка, слушавший этот разговор.

– А какие сюрпризы нас могут ждать на Терре! – с мрачным предвкушением заметил Стэйн.

Звездолёт Галлара мчался сквозь пространство, лавируя между обломками боевых кораблей, оставшихся после грандиозной космической битвы.

Глава 18. Галактика в огне

Стэйн прекрасно понимал, что результата не добьётся и в этот раз, когда попытался оставить царапину ногтем на стене тюремной каюты. Скользкая пласталь не поддалась. Пират обессиленно провёл искалеченной ладонью по гладкой прохладной поверхности и лёг обратно на койку.

«Буду считать, что началась третья неделя полёта», – договорился Волк сам с собой.

Осталось совсем немного, скоро всё закончится. Скоро ему станет всё равно.

Мысли пирата путались. Он хватался то за одно яркое воспоминание, то за другое, но тут же испытывал глубочайшее безразличие ко всему, что уже случилось, и к тому, что ещё только должно произойти.

В составе ежедневного рациона пленника явно увеличили дозу веществ, угнетающих психическую активность.

«А ведь это ещё даже не Альтерра! Ты должен предпринять хоть что-то! Думай, как сбежать! Соображай!» – отчаянно восклицал кто-то внутри его черепной коробки.

На безымянного паникёра Стэйну было плевать, хотя пират и понимал, что это он сам обращается к себе.

Максимум, что можно сделать в этой безвыходной ситуации, – покончить с жизнью. Только вот как? Никаких острых предметов в тюремной каюте не имелось. Постельное бельё и даже одежда на пленнике были из «безопасного» материала, расползающегося при любом серьёзном усилии.

Можно было попытаться перегрызть себе вены, но это требовало силы воли и концентрации, которые были погашены транквилизаторами.

Оставалось лишь смириться и отсчитывать время до момента полного подавления былой личности мозгоправами из психо-лабораторий Альтерры. Там кана Стальных Волков превратят в марионетку, послушную воле Канцлера. Пират станет знаковой фигурой, так называемым «официальным послом кланов» в обновлённом составе Совета Безопасности Галактики.

После того как власти разыграют эту политическую карту, никто из друзей не решится силой вытащить его с Терры. Кланы будут вынуждены принять навязанные Федерацией правила сосуществования ради сохранения мира. В противном случае раскол между сектором Сол и Новой Периферией приведёт к тому, что следующее вторжение Червей уничтожит человечество…

В чуть более старомодной камере заключения на Терре, где Стэйна держали на этапе дознания, он исцарапал краску на стенах, отмечая проходящие дни. Поэтому имел некоторое представление о том, сколько времени прошло после того, как его и коротышку арестовали на встрече с Канцлером.

Три месяца.

Стэйн и Галлар верно догадывались, что готовится ловушка. Ничего иного и не стоило ждать от руководства Федерации, воюющей с представителями собственной расы. И всё же напарники отправились на встречу с властями. Коротышка даже приготовил несколько сюрпризов на крайний случай.

Только в итоге Канцлер и Служба Безопасности переиграли хитроумного Галлара.

Да, неприятная судьба теперь ждала напарника Стэйна. Галлар был крепким малым, но пират не сомневался, что федералы так или иначе найдут способы вытрясти из коротышки технологические секреты его расы.

Либо убьют в процессе, но теперь смерть для Галлара – не выход.

После того как Дара дистанционно уничтожила корабль с живым мозгом на борту, последний из Артефарий оказался заперт в теле клона до конца своих дней.

Проклятая шпионка! Впрочем, Стэйн и сам хорош – доверился женщине, которая однажды предала его.

Узник закрыл глаза и не заметил, как задремал…

Проснулся пират сам. Волк чувствовал себя отдохнувшим и бодрым, словно спал очень долго – дольше обычного. Желудок сжимали слабые голодные спазмы, а в голове непривычно прояснилось.

«Очень странно».

Стэйну редко давали вволю отоспаться. Будили строго по расписанию: заставляли принимать пищу или питьё, напичканные психоактивными веществами. С чего бы ему вдруг позволили пропустить очередную дозу химии, подавляющей волю? И что это за шум снаружи? Неужели сквозь толстые стены послышались выстрелы?

Пират быстро принял сидячее положение.

Через пару минут раздался чудовищный грохот, и дверь тюремной камеры вмялась внутрь, но устояла. Правда, продержалась она так недолго. Несколько мощных ударов чем-то тяжёлым, и искорёженная створка рухнула к ногам Стэйна.

– На выход, кан, – знакомым басом прогудел гигант в сером боевом скафандре, с изображённой на груди оскаленной пастью змеи и падающими с её зубов двумя каплями крови. – Держи.

Он снял со спины какое-то необычное оружие, похожее на крупнокалиберную штурмовую винтовку, и бросил его прямо в руки пленнику.

– Вахир?! – удивился Стэйн, пытаясь разглядеть сквозь тонированный щиток шлема лицо своего спасителя, хотя бы красный огонёк его глазного импланта.

– Все вопросы оставь на потом, Волк. За мной! Нас ждут мои люди.

Здоровяк вытащил из кобуры огромный пистолет и исчез на той стороне. Стэйн поспешил следом, перешагнув через труп охранника, лежащий прямо на пороге.

Вахир шагал по коридору, прикрывая своим корпусом кана Стальных Волков.

– Как вы сюда попали? – поинтересовался Стэйн.

– Притворились своими. Захватили катер, который должен был доставить на борт федерального дознавателя.

– Допустим, но как вы узнали, какой именно звездолёт меня перевозит и его маршрут?

– Все вопросы потом, Волк, – повторил свои недавние слова Вахир и ускорил шаг.

Воины клана Огненных Змей, удерживающие ключевые точки на пути к отступлению, присоединялись к ним один за другим. Не встречая сопротивления, отряд из восьми человек преодолел пару сотен метров, пока на одной из межпалубных развязок не появились солдаты противника.

– Уничтожить всех! – скомандовал Вахир, останавливаясь и вскидывая руку с пистолетом.

Загрохотали выстрелы. Гремело так, что закладывало уши. Патроны были реактивными, да ещё и с миниатюрными боеголовками!

Стэйн присел на одно колено и тоже стал палить по врагу. Практически сразу до него дошло – что-то не так было с этим странным оружием. Месяцы истязаний на допросах и физического бездействия серьёзно ослабили Волка, сейчас он не был способен эффективно вести огонь даже из такого мини-ракетомёта.

Тем не менее все выстрелы находили цель.

У его союзников дела обстояли схожим образом. Враги, значительно превосходящие их числом, очень скоро заполонили своими разорванными телами перекрёсток впереди.

Когда реактивные пули с визгом стали заворачивать за угол, преследуя отступающих, воспоминания об одной интересной находке в скоплении Ульфур Хали заставили Стэйна воскликнуть:

– Умные боеприпасы! Томо смог наладить производство!

– Микроэлектроника для этих снарядов стоит целое состояние, – подтвердил его догадки Вахир. – Автонаведение на цель расслабляет настоящего воина, но нельзя не признать: здорово экономит время и бережёт наши шкуры в ситуациях, сродни этой, когда силы неравны…

Спустившись по лесенке на палубу ниже, отряд пиратов вскоре оказался в ангаре, где стояло несколько малотоннажных кораблей.

Из люка тяжёлого полицейского катера им навстречу выскочил человек с рисунком Змей на броне и доложил Вахиру:

– Ядерный заряд активирован. У нас пять минут в запасе. Надо отчаливать.

– Отлично. Грузимся и побыстрее.

Стэйн и остальные забрались внутрь катера, но не успели все занять места и застегнуть ремни, как малое судно уже взлетело и понеслось прочь из ангара в открытый космос.

За несколько мгновений до того, как они ушли в гиперпространство, на смотровых окнах сработали светофильтры, погасившие нестерпимое сияние от яркой вспышки снаружи, – тюремный корабль разорвало мощным взрывом.

Через одиннадцать часов катер вошёл в отсек огромного пузатого звездолёта-торговца. Вахир сразу же проводил Стэйна на мостик, где его прибытия ждал один-единственный человек. Военачальник коротко склонил голову, затем закрыл за Волком дверь, оставив их вдвоём.

Пират рассчитывал увидеть Якту или хотя бы Томо, но вместо них его встретил холодный взгляд «мертвеца», сидевшего в капитанском кресле.

– Ты же погиб! – изумился Стэйн.

– Полчаса – более чем достаточно для фальсификации собственной гибели, – проскрежетал Хёгурмуринн.

– Отличная вышла инсценировка. Очень реалистичная, но к чему было её устраивать?

– Хотелось понять, куда ведёт путь, по которому кланы бездумно последовали за тобой. Разногласия, возникшие из-за нашей вражды, грозили усложнить эту задачу. Нет ничего лучше в таком случае, чем считаться мёртвым. Гораздо удобнее наблюдать за всем «из могилы», знаешь ли. Легче просчитывать ходы.

Стэйн криво усмехнулся.

– Какая интересная стратегия, – презрительно протянул он. – Флот Змей наверняка меньше всех пострадал в битве у Марса. Ты планировал «воскреснуть» в нужный момент, чтобы перехватить власть.

Гневное восклицание старика прозвенело в рубке, словно колокол:

– С целью спасти кланы от неминуемой гибели, глупец ты эдакий!

Хёгурмуринн поднялся с кресла и спустился к Стэйну. Теперь они стояли лицом к лицу, на расстоянии вытянутой руки.

– Новое поколение пиратов выросло избалованным, – заявил глава Огненных Змей резким тоном. – Молодняк беспечен. Неосмотрителен. Опасно передавать власть таким, как ты и твои друзья. Рано или поздно вы уничтожите всё, что веками создавали наши предки.

– Я, конечно, должен проявить скромность, согласно древним традициям Грайнахадира, – зло парировал Стэйн, – но кто в итоге спас эту Галактику от захвата чужаками?

Старик фыркнул и задал встречные вопросы:

– Какой ценой? Заключив договор с той чужеродной силой, которая сейчас опустошает обитаемые планеты одну за другой?

– О чём ты? – не понял Стэйн.

– Так тебе ничего не рассказали?

– Сначала Вахир говорил мне: «Все вопросы задашь потом», а после – «Все ответы получишь позже».

Хёгурмуринн коротко усмехнулся и сообщил:

– Тогда слушай. Флот твоего низкорослого дружка бесчинствует на границе рукава Ориона. Он распылил на атомы сотни кораблей за последние два месяца, как военных, так и гражданских. Без оглядки на принадлежность судов той или иной политической силе. А в тысячах миров свирепствует неведомая чума. Червей нигде не видно – пси-детекторы молчат. Идёт война, в которую оказались втянуты абсолютно все, но с кем мы сражаемся? Никто не знает! Так что, если ты считаешь себя героем Галактики, то сильно ошибаешься, Волк.

Как же так? Пока Стэйн находился в заключении, охранники на Терре не обмолвились и словом о происходящем. Может быть, сами были не в курсе, а может, им было приказано молчать?

– Артефарий изменил своё решение! – вдруг понял Волк, прикрывая лицо ладонями.

И он не осуждал карлика. Федерация подло предала своего спасителя, готового простить геноцид собственной расы и заключить мир с человечеством. Теперь гнев Галлара настигнет всех – и виновных, и невиноватых.

– Так ты признаёшь, что новая война – дело рук чужака?

– Хёгурмуринн, имеешь ли ты представление о том, кто такой Галлар на самом деле? – поинтересовался Стэйн, убирая руки от своего лица. – Кто они такие? Артефарии?

– Томо и Якту были допрошены на прошедшем недавно Совете. Выложили всё, что знали. Только вот знали они немного: последний представитель иной расы, которая сражалась с Червями много тысяч лет. Это всё и так было на поверхности. Речь сейчас о секретах, которые он скрывал. Которые ты скрывал.

– Да, я был вынужден хранить часть истории своего напарника в тайне! Я дал ему слово!

– Твоя лояльность чужаку в итоге обернулась трагедией галактического масштаба, – зацокал языком старый Змей. – Ошибочное решение, Волк. Неужели ты забыл, что своё слово держать надо только перед сородичами?

Хёгурмуринн был прав. Стэйн тяжело вздохнул и ничего не ответил.

– Неправильным будет объяснить всё происходящее, свалив вину на одного лишь Галлара, – через несколько секунд глухо произнёс он. – Доставь меня на Совет кланов. Я должен рассказать обо всём, что произошло с нами на Терре. Новая война началась исключительно из-за действий правительства Межзвёздной Федерации.

Хёгурмуринн поднял палец вверх.

– Наш разговор фиксируют камеры в рубке. Кланы получат эту запись, чтобы с нами ни случилось. Можешь начинать свой рассказ.

– Похоже, это всё-таки будет допрос.

– Даже если и так. У меня есть все необходимые полномочия. Вплоть до пыток.

– Опять решил устроить самосуд?

– Упрямый, Волк, – прошипел старик. – Есть серьёзные сомнения в том, что мы в целости и сохранности доберёмся до рукава Персея. Лишь по этой причине я предлагаю тебе поскорее озвучить всю критически важную информацию, которую надо передать нашим сородичам. Пакет с данными уж точно доберётся до адресата, даже если к тому моменту этот корабль будет уничтожен флотом Галлара.

– Значит, мы с тобой, старый Змей, больше не враги?

– Ты единственный, кто может хоть как-то объяснить происходящее в Галактике, – уклонился от прямого ответа Хёгурмуринн. – Совет поручил мне операцию по твоему спасению. Моим людям передали практически весь изготовленный оружейниками запас «умных» пуль, и мы отправились за тобой. Только благодаря моим связям в секторе Сол получилось незамеченными проникнуть так глубоко. Надеюсь, все эти усилия были не зря. Не заставляй меня идти на крайние меры. Выкладывай всё.

Стэйн глубоко вздохнул.

– Мы предполагали, что на Терре нас может ждать ловушка, – начал рассказывать он, – но мирный процесс между кланами и Федерацией был важнее. Нужно было с чего-то начать… Нам пообещали прямой эфир. Торжественная встреча проходила в огромном зале, под прицелом объективов множества камер. В помещении находились сотни чиновников и журналистов… Мы тогда ещё не знали, что кругом одни только «твёрдые» голограммы, что всё это – постановка. Способ отвлечь нас и успокоить. На самом деле нас встречало не более десяти человек: Канцлер, а может, даже его двойник, и сотрудники Службы Безопасности. Все остальные были подделками.

– С чего начались проблемы? – поинтересовался Хёгурмуринн.

– Когда Галлар признался, что он не человек. Предложил мирный договор и помощь в будущих сражениях с Червями. Всё, что коротышка просил взамен, – обеспечить повсеместное строительство кораблей для боевого флота под его управлением.

– Наивный чужак, – криво усмехнулся глава Змей. – Что случилось дальше?

– Когда гном закончил говорить, Канцлер подал знак своим людям. Один из охранников неожиданно оглушил Галлара выстрелом из парализатора. Фоновый шум утих, голограммы выключились. Всего лишь несколько человек осталось в пустом зале. Меня держали на прицеле, но интересовал их мой напарник.

Стэйн вспомнил, как к неподвижному телу коротышки подбежали двое человек в форме СБ и с помощью медицинских щупов осторожно вытащили через его рот небольшие продолговатые предметы, похожие на красные куриные яйца.

– Они вынули из Галлара какие-то штуки. При этом Канцлер назвал пришельца опасным террористом, вооружённым контейнерами с биологическим оружием. Какая-то разработка времён Империи. Вирус «Анафема», если я правильно запомнил… В тот момент мне наконец стало кое-что понятно из вереницы тех необъяснимых странностей, случившихся за время нашего с Галларом знакомства.

– Например?

– На Сигме я никак не мог понять, где коротышка хранил смертоносные споры, с помощью которых он организовал побег. Да и потом, на Ниивенте, Галлар каким-то образом уничтожил весь персонал на борту орбитальной базы. Оказывается, что смертоносное оружие он всегда носил с собой. Точнее, внутри себя. Такого рода биологические хранилища на современных сканерах безопасности невозможно засечь. Поможет лишь специфическое медицинское обследование.

– Откуда у чужака имперские разработки? – нахмурился Хёгурмуринн.

– Позаимствовал там же, где взял своё тело, – предположил Стэйн. – Секретный правительственный проект «Онирос», сотрудники которого копались в старых архивах и успешно восстановили некоторые военные технологии.

– Проклятые федералы! – выругался старик. – Готов поспорить – всё это дерьмо они готовились использовать против нас!

– Облик Галлара дал подсказки Канцлеру и его людям задолго до того, как мы спустились на Терру. Они прекрасно знали, каких фокусов можно ожидать от опасного клона, и были на шаг впереди. Кроме того, внешний вид уцелевшего инопланетного корабля расы Артефарий тоже был известен агентам Службы Безопасности. Я осознал, какими мы были глупцами, что раскрыли себя, лишь когда Канцлер отдал приказ Даре Каллиган подорвать снаряд, установленный на звездолёте Галлара. В том чемоданчике, с которым она попала к нам на борт, оказывается, была бомба с квантовым детонатором.

– Дара Каллиган… – медленно произнёс Хёгурмуринн. – Знакомое имя. Не она ли, если верить словам Якту и Томо, когда-то была твоей наложницей? Той самой, что сделала запись разговора с Же’Ордоном?

– Да, тогда её звали Наида.

– Наида, значит? – старик задумался на некоторое время, а потом спросил: – Можно ли ей доверять?

– Конечно нет. Что за странный вопрос от человека, который ещё недавно обвинял меня в беспечности и неосмотрительности?

– Информация о том, где тебя искать и какой маршрут у тюремного корабля, пришла от контакта с позывным «Наида», – оскалился старый Змей. – Сообщение было закодировано шифром клана Стальных Волков. Если бы не твоя бывшая наложница, через несколько дней кое-кого превратили бы в говорящее растение на Альтерре.

– Не может быть, – недоверчиво пробормотал Стэйн. – Она заманила нас в ловушку! Она подложила бомбу на корабль Галлара! Уничтожила взрывом его живой мозг, что остался на борту!

– Какой ещё живой мозг?

– Один из важнейших секретов Галлара, – Стэйн развёл руками. – Последние представители расы Артефарий делили между собой тела клонов и обособленный живой мозг. Личность одна на всех, но опыт и воспоминания – раздельные, объединяются после смерти. Ещё одна имперская технология, которую извратили федералы для создания супершпиона.

– Как интересно. И тут возникает вопрос: знала ли Дара о том, что на борту инопланетного корабля остались разумные существа?

– Проклятье! – Стэйн хлопнул себя ладонью по лбу от досады. – Об этом мы с Галларом никогда и никому не рассказывали! Получается, на самом деле она пыталась спасти нас обоих? Знала о готовящемся подрыве корабля, поэтому пригласила на Терру и даже заверила в безопасности.

– Ты обязан ей жизнью, Волк.

– Снова. Раз уж Дара передала кланам информацию, чтобы вызволить меня из плена… но как же Галлар?

– Якту и Томо отправились за твоим другом. Его должны были перевести на Росс-128b. Операция по спасению базируется опять же на данных, полученных от контакта с позывным «Наида»… После всего, что ты рассказал, я только сейчас осознал, как сильно рисковал, согласившись вызволить тебя из плена. Но теперь речь идёт о твоих друзьях. Поэтому повторю свой недавний вопрос: можно ли доверять твоей бывшей наложнице?

– Я уже и не знаю, кому верить, – честно признался Стэйн, – но, если существует хоть малейший шанс вытащить Галлара из рук федералов, надо им воспользоваться. Только последний Артефарий способен остановить свой флот.

– И прекратить чуму на тысячах планет?

– Если она вызвана древним боевым вирусом? Возможно. Скорее всего.

– Что ж, – Хёгурмуринн сложил руки на своей груди. – Время нас поджимает, продолжай свой рассказ. Вернись к деталям, которые мог упустить. Даже если мы сами не доберёмся до Грайнахадира, эта информация достигнет нашей родины в самые короткие сроки.

– Это не какой-то оборот речи? – удивился Стэйн. – Мы действительно летим на Грайнахадир?

– Да, Волк. Конец Света близок. Воистину, в Галактике наступило время Хеймшендира. Кланам пора вернуться домой. Надеюсь, там мы застанем живыми некоторых легендарных полководцев прошлого. Мудрых предков, способных дать спасительные советы своим неразумным потомкам…

Следующие четыре часа Хёгурмуринн продолжал расспрашивать Волка обо всех подробностях их приключений с Галларом, пока вопросы и ответы не начали повторяться. Закончив беседу, старик вызвал Вахира, поручил накормить и одеть Стэйна, а также приказал относиться к нему со всем уважением.

Перед тем как они покинули рубку, глава Змей добавил, что надо выдать гостю оружие и разместить в отдельной каюте, подобающей высокому рангу кана Стальных Волков.

Едва двери за ними закрылись, Стэйн похлопал своего спутника по плечу:

– Эй, здоровяк. На прошлом Совете у нас не было возможности переговорить с глазу на глаз. Ты же помнишь, что у нас с тобой есть одно неоконченное дельце?

– Вообще-то я тебе недавно жизнь спас, Волк.

– Спасибо, будет возможность – отплачу той же монетой. Только сейчас речь про другое.

– Даже не думай, что я стану извиняться за твой арест на Аукаме, – пробурчал Вахир.

– Как насчёт честного боя на кулаках? – предложил Стэйн.

– Ха-ха! – рассмеялся рослый военачальник. – Видать, тебе федералы хорошенько голову стрясли на допросах, если такое предлагаешь. Ты же на ногах еле стоишь. Всего один хороший удар, и случатся сразу две неприятности: твои похороны и моё разжалование в рядовые.

– Я настаиваю. Ты же не откажешь сородичу. Пиратские традиции надо чтить, Хёгурмуринн ведь этому вас тут учит?

Вахир тяжело вздохнул и убрал руки за спину.

– Ладно, – сказал он. – Считай, что я скован, как ты тогда. Давай, бей и закроем этот вопрос.

Стэйн размахнулся и нанёс сильный удар левой рукой.

Вахир повёл челюстью и сплюнул пол коридора кровью.

– В расчёте? – спросил военачальник.

– Думаю, да.

– Значит, мир?

– Мир, – Стэйн пожал протянутую ему руку.

– Вот и отлично. Тьфу. Рассёк щеку о зубы. Теперь щипать будет. Испортил мне впечатление от сегодняшнего обеда, как минимум. Надеюсь, когда спасут твоего низкорослого друга, он окажется не таким злопамятным, как ты.

– Напомню, что кто-то вырубил его рукояткой пистолета. Даже не кулаком.

– Вот и я о том же. Ладно, пошли уже в столовую.

Вахир зашагал вперёд, указывая путь.

Эпилог

Землеподобная планета, что двигалась по орбите рядовой звезды спектрального класса G2, была открыта и заселена много веков назад, ещё во времена имперской экспансии. Тогда она успела обрести, а затем и потерять своё имя – сразу после Объединительных Войн, в начале установления Межзвёздной Федерацией своей власти по всей Галактике.

В базах данных, содержащих сведения о космических объектах Рукава Персея, остался только её номер и пометки: «не пригодна для колонизации», «высокая радиация», «экстремальный климат».

Все упоминания о том, что здесь когда-то был административный центр, объединявший несколько человеческих колоний, существовавших в этой звёздной системе, были стёрты из публичных источников и перекочевали в секретные архивы Службы Безопасности.

Нынешние правители Федерации не любили вспоминать о чересчур жестоком прошлом, и в особенности – о допущенных ошибках, с ценой в миллионы человеческих жизней. Многочисленные сражения в секторе Новой Периферии не привели к ожидаемому объединению, ни к чему, кроме крупных потерь финансовых и военных ресурсов, а также проявлению массового ожесточённого сопротивления любым действиям властей сектора Сол на ранее независимых территориях.

Федерация ослабила железную хватку и прекратила активные военные действия в Рукаве Персея, по крайней мере, против представителей своей собственной расы.

Несмотря на случившуюся сотни лет назад разрушительную войну, Грайнахадир постепенно вернул себе прежний облик. Пережив суровую ядерную зиму и новый ледниковый период, планета сохранила большую часть своей биосферы и практически полностью очистилась от радиоактивного загрязнения и прочих последствий давних орбитальных бомбардировок.

В просторной долине, где брал начало величественный горный хребет, располагался самый первый, и по стечению обстоятельств – последний город этого мира.

Это был корпус древнего межзвёздного ковчега. За прошедшие столетия он словно сросся со своим окружением. Некогда блестящие металлические бока гиганта потемнели от времени. Сейчас их покрывали цветущие сады и леса, а название корабля – «Надежда Исландии», выполненное многометровыми буквами, ныне практически невозможно было разобрать.

Тем не менее, практически каждый представитель пиратских кланов, знал, что эти слова там есть и надеялся однажды увидеть их собственными глазами…

Последний город пустовал. Вот уже многие века его население не превышало нескольких сотен человек, большая часть которых прилетела сюда закончить свои дни, среди таких же стариков-ветеранов.

Но всё изменилось за считанные недели.

Большую часть долины, прямо перед древним ковчегом, занимали тысячи звездолётов, самых разных форм и размеров.

Не все из прибывших судов приземлились на поверхность планеты. Оставшиеся на страже в нижних слоях атмосферы, вывесили огромные синие полотна с изображением красного креста в обрамлении белых границ.

Бесчисленное множество таких лент колыхалось в воздухе. Словно хвосты тянулись они за кораблями кланов.

Коридоры ковчега вновь наполнила бурлящая жизнь. Бродяги вернулись домой, на поверхность Грайнахадира, – ныне самое безопасное место в Галактике.

Млечный Путь превратился в ловушку для всех: мощный боевой флот, построенный последними из Артефарий, преследовал и уничтожал любые звездолёты, какой бы группировке они не принадлежали.

В то же время, среди населения большинства обитаемых миров стремительно распространялся смертельный вирус, за считанные дни выкашивающий целые города.

Власти сектора Сол пытались наладить производство антидота, но некоторые планеты успели потерять, или вовсе не имели, специалистов и технологий для его производства, а грузовые корабли, везущие лекарство, не достигали пунктов назначения.

Галлар, последний из расы Артефарий, был единственным, кто имел возможность остановить этот хаос, но при всём желании сделать этого он уже не мог.

Прямо сейчас тело чужака находилось в небольшом прозрачном гробу, около которого стояли несколько человек. Церемония прощания проходила под открытым небом рядом со вторым грузовым шлюзом «Надежды Исландии».

Ковчег отбрасывал густую тень. Низко над изумрудными лугами парили чёрные соколы, вышедшие на утреннюю охоту. Необычная для середины лета прохлада заставляла присутствующих кутаться в тёплые накидки.

Майор Каллиган возложила букет цветов и отступила назад. Её глаза, необычного фиолетового цвета, блестели от слёз.

Якту, Томо и Дара вызволили Галлара из плена и доставили на Грайнахадир. Но все их усилия оказались напрасными. Пытки, через которые прошёл коротышка, на допросах СБ, серьёзно подорвали его физическое состояние. Этот фактор и сыграл роковую роль, когда во время побега с федеральной базы на планете Росс 128 b, он был тяжело ранен.

Мрачный Стэйнульф, чьи глаза были красными от недосыпа, все последние дни и ночи находился рядом с товарищем, пока врачи пытались спасти коротышку. Несколько раз Галлар приходил в себя и старался ответить на все вопросы, обращённые к нему отчаявшимися людьми.

Выяснить удалось немного и полученная информация была крайне неутешительной. Единственные положительные сведения были о том, что древние расы разумных кошачьих и космических кочевников не намерены вести войну с человечеством, если только люди сами не нападут.

В остальном ситуация выглядела так.

На уничтоженном звездолёте Галлара стоял квантовый передатчик, передающий приказы системе военного искусственного интеллекта, что управляла действиями армады возмездия. Этот боевой ИИ был полностью человеческой разработкой, некогда приобретённой коротышкой на чёрном рынке в рукаве Стрельца. Никакого отношения к искусственному разуму, которым был сам Галлар, та система не имела.

Несмотря на то, что приоритетными целями для флота были объекты Червей, внутри боевых компьютеров кораблей-грибов оставались и предыдущие сценарии, в том числе ответный удар по человечеству – месть за геноцид расы Артефарий.

Галлар до конца и сам не понимал, что именно произошло в тот самый момент, когда по приказу Канцлера был дистанционно уничтожен корабль с его альтернативной сущностью – живым мозгом. Вполне вероятно, что именно в тот момент происходила смена директив у ИИ управляющего боевым флотом или что-то в этом роде.

Хёгурмуринн был первым, но далеко не единственным противником теории, в которой вся вина возлагалась на случайное стечение обстоятельств. Он предположил, что Галлар-мозг намеренно отдал приказ атаковать человечество, осознав за микросекунды до своей гибели, что новые союзники его предали.

Сохранившееся к человечеству дружеское расположение Галлара-человека, старый кан объяснял дальнейшим опытом, который Галлар-мозг уже получить не мог, чтобы изменить своё решение.

В пользу выводов старого Змея говорил и тот факт, что повсеместно сработали вирусные бомбы, которые коротышка разместил на всех планетах, где успел побывать за десятилетия своих путешествий по Млечному Пути.

Отдать этот приказ был способен только мозг. Иных особенностей механизма детонации, Галлар не раскрыл…

Проблем было столько, что Совет Кланов собирался по нескольку раз в сутки последние недели, чего раньше никогда не случалось.

К обсуждению ситуации в Галактике активно привлекали легендарных ветеранов, давно покинувших посты и заканчивающих свои дни на Грайнахадире, но даже эти великие стратеги не смогли выдать ничего более полезного, чем «наш народ должен набраться терпения и выждать».

Уставший и вымотавшийся Стэйн смог кое-что придумать и даже успел обсудить этот план с друзьями во время церемонии прощания с Галларом. Идея была не слишком оригинальной и перекликалась с рекомендациями старейшин.

Как ни парадоксально это звучало, но спасти человечество от полного уничтожения, могли только его враги. Федерации, пиратам и всем остальным флотам следовало избегать встреч с кораблями-грибами, затаиться и не высовываться до тех пор, пока в Галактику не вторгнутся Черви.

Армия Галлара должна будет переключиться на своего давнего врага – паразитов. Уже после этой битвы, уцелевшими силами противника должны будут заняться объединённые флоты человечества.

Дара вызвалась согласовать детали плана с влиятельными политиками и военными, контролирующими сектор Сол. В качестве залога успеха этой миссии и рычага давления на правителей Федерации был заготовлен информационный пакет, в котором подробно рассказывалось о роли Службы Безопасности во всех бедах, случившихся с человечеством.

Положение людей, стоявших у власти, сейчас было довольно шатким, а эта запись включала в себя доказательства их сотрудничества с Червями, истинные причины агрессии флота Галлара и многое другое.

Вынос таких тем в публичное поле, на фоне происходящего в Галактике, могло привести к смене власти.

Однако, устраивать революцию и усиливать хаос, было крайне опасно в сложившихся обстоятельствах. Пираты надеялись на благоразумие федералов, хотя и прекрасно понимали, что держать на коротком поводке такого опасного соперника долго не получится.

«На самом деле, выбора нет, ни у нас, ни и у них, – заявила майор Каллиган. – Я постараюсь донести это до каждого. Начну с ближайшего окружения Канцлера, тех людей, кто способен повлиять его решения. Или же помочь избавиться от него…»

Все пожелали ей удачи.

В день отбытия Дары, патрули засекли в системе звездолёт-трезубец Расколотых, что было трактовано старейшинами, как добрый знак.

Тем временем за пределами Млечного Пути...

В чернильной пустоте межгалактического пространства, тщательно просчитывая путь от одной бродячей звезды до другой, двигалась армада кораблей-игл.

Колоссальный военный флот шёл по стопам своих предшественников. Звездолёты делали необходимые остановки для пополнения ресурсов возле безымянных газовых гигантов, а затем уходили в новый синхронный прыжок.

Если бы Роевой Разум, возглавляющий вторую волну вторжения, обладал человеческими когнитивными эмоциями и даром предвидения, то был бы очень удивлён, узнав, что его прибытия ждут не дождутся в конечном пункте назначения.

Полтора миллиона световых лет, почти треть пути, остались позади.

Млечный Путь был совсем близко.

Тем временем на Терре...

Толстый слой пыли покрывал каждый сантиметр Имперских Архивов. Она осела здесь сотни лет назад, после полной консервации и оставалась недвижимой все прошедшие века.

Когда заработали насосы и закрутились лопасти внутри вентиляционных каналов, первое же дуновение воздуха погнало по помещениям волну серого тумана. В коридорах вспыхнули лампы, в кабинетах и лабораториях замерцали огни активирующихся терминалов, низко гудели приводы лифтов.

Огромный комплекс, словно живое существо, просыпался от долгого сна: потягиваясь, издавая звуки.

Автономный ИскИн, управляющий Архивами, завершил выход из режима гибернации и стал выяснять причины, разбудившие не только серверный кластер, где хранился его код, но и всю имперскую военную базу.

ИИ первым делом ознакомился с отчётами систем, которые не спали и не прекращали функционировать, и сразу выяснил, что же произошло: пси-приёмник уловил затухающий сигнал на длине волны используемой исключительно имперской армией.

Оборудование Архивов приняло чьё-то посмертное сознание, по неизвестным причинам отвергнутое всеми остальными пси-приёмниками этой Галактики. Слепок был собран и помещён во временное хранилище.

Согласно внутренним протоколам, в подобных случаях стартовала процедура поиска свободного клона, для внедрения разума в его мозг. Однако, за прошедшие века на базе не осталось подходящих тел в активном состоянии. Поэтому был запущен вторичный протокол. Началась расконсервация медицинской лаборатории: разморозка эмбрионов и подготовка амниотических баков для выращивания новой партии клонов.

Именно эта процедура и вывела из сна всю базу.

ИскИну, управляющему Имперскими Архивами, была чужда жалость. Он вообще не испытывал эмоций, но к своим обязанностям относился очень серьёзно. В их число входила и забота о безопасности имперских служащих, к которым без сомнения относился недавно прибывший гость.

Искусственный интеллект сделал неутешительные выводы: человеческому сознанию придётся провести в полной изоляции несколько лет, пока для него выращивается новое тело. Долгий период одиночества во тьме и пустоте, практически без внешних раздражителей, может негативно повлиять на закалённую психику даже самого стойкого десантника Империи.

В Архивах имелись научные исследования о том, что эксперименты по изоляции сознания сопровождались обильными галлюцинациями у испытуемых, наполненными религиозными переживаниями (вроде пребывания в аду или раю), а заканчивалось всё полным растворением личности.

Исходя из этих данных ИскИн принял вполне рациональное решение: загрузить принятое сознание в собственные вычислительные мощности. Создать виртуальную реальность с максимально комфортными условиями для существования бестелесного человеческого разума.

В последние секунды, когда перенос разума гостя в симуляцию завершился, компьютерный разум пришёл к неутешительному выводу, что принятое им решение было ошибочным.

Разум гостя не был человеческим…