Отраженный мир. Путь посвященных

ЧАСТЬ 1. Глава 1. Похищение

Волгоград. Наши дни

В Волгоград Артем, Влад и Юлия приехали почти две недели назад. Артем всегда старался выбраться в город в конце августа. Влад решил проинспектировать боевую группу, которая присматривала за порталом. Юля напросилась с ними – за степными травами для своих сборов. А еще ей очень хотелось посмотреть, какие книги и артефакты из южного хранилища могут пригодиться для ее исследований.

Девушка как раз заканчивала дневные дела, когда пришло сообщение от Влада: «Ждем тебя к 18 часам на улице Зеленодарской, 6».

Неуютный заброшенный пустырь, недостроенная многоэтажка, и вокруг ни души. Сначала это не особо беспокоило Юлю, хотя в голове ненавязчивым мотивчиком закружилось «все страньше и страньше». Но вот краем глаза она заметила какое-то движение. Люди в черном, «честное слово, они же в черных или очень-очень темных одеяниях». Правда, в тот миг девушке было не до рассуждений – она рванула с места в карьер. Почему она так среагировала? Сны. В которых эти товарищи точно ей были не товарищи. От них исходила опасность.

Преследователи что-то не особо торопились: не так проворно, но побежали следом. Знали, видно, что бежать особо некуда. А девушка как раз не знала и мчалась, куда ноги несли и глаза глядели. Сначала к забору, плетеному, из колечек, в котором, по счастью, оказалась дыра, потом по тропинке на крыльцо, по лестнице. Только вверх, все выше и выше. Очень быстро, не догнать. Если бы только… ой, лестница не кончилась, и беглянка затормозила, глупо оглядывая шесть пустых пролетов внизу под ногами и синее небо над головой. Теперь надо найти укромное место и…

«Вот откуда они взялись так быстро?», промелькнула запоздалая мысль. Фора ведь была хорошая. В общем, ситуация получилась преотличная: за спиной пропасть, впереди враг. Сурово…

– Ладно. Один-ноль, вы ведете. Может, еще кружок? – наигранно беспечно, чтобы скрыть предательский страх, спросила девушка.

– Следуй за нами, Юлия.

«Еще и имя знают…»

Никто ее не хватал, не вязал. А к чему? Четыре дюжих мужика, а перед ними тоненькая девушка (вовсе не слабая, но не до такой же степени, чтобы бросаться в драку). Пошла, как миленькая. Вниз по ступенькам и дальше – в сторону реденькой лесополосы. Там была старая каменная беседка или, вернее, то, что от нее осталось. Полукруглые развалины, по колено, и бесформенные белые куски из намертво схваченного раствором неотесанного известняка, видневшиеся в невысокой траве. Юлька даже успела подумать, что, наверное, раньше на этом месте был парк.

Артем сидел на берегу и просто смотрел на неторопливую Волгу. Так могло показаться со стороны. Он не видел мирного пейзажа. Память вернула его в далекий воскресный августовский день. Гул самолетов, темное небо, едкий всепроникающий запах дыма. Он так спешил сюда, к своему дому, но, конечно, не успел. И родители до укрытия добраться тоже не успели. Отец, конечно, был с ранеными, а мама… Может быть, с ним…

Из задумчивости его вывел назойливый звук. Тревожный сигнал издавал навигатор, который отображал передвижение ребят из его команды: технология, помноженная на магию.

Чего-то не хватало – на экране не было сигнала от Влада – только точка поиска с расходящимися кругами там, где его зафиксировали в последний раз. Сбоев программа не давала еще ни разу. Амулеты были у каждого, и это позволяло быстро узнавать местоположение. Прошло несколько минут, и он увидел совсем близко от места исчезновения точку с именем Юли.

Артем бросился к машине, на ходу набрал номер девушки – абонент недоступен. Он гнал и надеялся успеть перехватить ее, но понимал, что шансов почти нет. На месте оказался всего через 20 минут. Это была стройплощадка, сейчас почти пустая. Его друзей здесь не было. Зато он увидел маленький искусственный портал с материальным ориентиром в форме полукруглой беседки. Попробовал пройти, но тщетно. Значит, создан для конкретной цели, зачарован на конкретных людей, и без проводника не обойтись. Его ребята попали в беду.

Отраженный мир. Тремя часами ранее

Макс, правитель Отраженного мира, был взбешен, но догадаться об этом могли немногие. Гаяна, верный телохранитель, и та старалась не подходить к нему в такие минуты. Он хорошо умел контролировать и себя, и окружающих, и весь свой мир, занимающий довольно обширное пространство. И вывести из равновесия его было не просто.

Этот случай был особый – несколько дней назад названный сын, Дан, на которого когда-то возлагались большие надежды, снова ушел из отлично продуманной ловушки. И несколько дней подряд все опыты, которые Макс проводил вместе с Конрадом в дальней лаборатории, заканчивались чьей-то смертью. Изможденные помощники бесшумно по стеночке выносили бездыханные тела, грузили в фургон и вывозили на кладбище.

И вдруг какой-то дерзкий мальчишка из службы внешнего наблюдения настоятельно просит встречи с Господином. Гаяна сидела в удобном кожаном кресле, закинув ноги на лакированную столешницу темного дерева, и разглядывала посетителя: аккуратные джинсы и белая рубашка, в руке папка с документами, в целом, – типичный обитатель канцелярии. Сидит, наверное, целыми днями уставившись в монитор. Она честно попыталась отговорить его – мало ли, вдруг подопытные кролики закончились.

– Приходи, малыш, дня через три, а лучше, через неделю, Господин сейчас никого не принимает.

– Меня примет, – уперся парень.

Надо же, какой настойчивый…

– Хорошо, идем.

Гаяна нехотя поднялась и повела упрямца извилистыми темными коридорами вниз, в мрачные подвалы замка. Сначала они шли по недавно отстроенной части, где было светло и просторно, но за очередным поворотом оказались в древнем коридоре: стены из почти черных массивных камней и земляной пол. Около тяжелой, обитой кованым железом двери Гаяна остановилась и прислушалась. Было тихо, она потянула за ручку и, заглянув в щель, поискала глазами главного помощника Макса, Конрада.

– Конрад, – позвала она, – можно тебя отвлечь?

Сам вид высокого светловолосого мужчины в тяжелом резиновом фартуке в липких подтеках (то ли зелье какое брызнуло, то ли что-то другое запеклось) должен был повлиять на посетителя. Во всяком случае, Гаяна, передавая Конраду просьбу, на это надеялась.

– Молодой человек, расскажите мне суть, а уж я найду минутку переговорить с Господином по вашему делу, – предложил тот.

– Простите, но у меня четкие инструкции относительно этой информации, и о вас в них не упоминается, – слишком самоуверенно проговорил паренек, выдержав взгляд холодных синих глаз.

– Ну, сам напросился, – буркнул Конрад и, шагнув в недра обширной лаборатории, поманил юношу за собой.

К удивлению Гаяны, минут через десять живой и невредимый посланник вышел обратно, следом за ним появился вполне довольный Макс и последним – как всегда невозмутимый Конрад.

– Юноша, не торопитесь, – придержал он паренька, – Мне нужно прояснить кое-какие детали.

– Начинается! – Для Гаяны в этом возгласе правителя прозвучало явное торжество, хотя большинству людей уловить какие-то эмоции вряд ли бы удалось.

– Объявился один из ключей. По моему требованию отслеживалась вся информация из интересующих меня секторов через все доступные ресурсы. Столько лет затишья. Серьезно мы воевали с Артемом, когда? – Правитель деланно задумался, – в любимые 90-е. Вот это было время, я даже подумывал снова перебраться в старый добрый мир. Хаос, кровь, – он только что руки не потирал, рассказывая это Гаяне, которая едва поспевала за ним.

– Думаю, не мы одни знаем, где ключ, но мы должны непременно первыми добраться до него. Так что начинаем операцию по захвату Стражей. Это должно отвлечь их оперативников и ударную группу – и мы спокойно заберем мой камень.

– Группы быстрого реагирования всегда наготове, правитель. Пленников вести сюда?

– Не стоит. Мы с Конрадом решили задействовать зеркальную тюрьму на краю пустоши.

– Но оборотни сейчас неспокойны.

Гаяна даже остановилась, услышав о старой тюрьме у границы миров – жутком месте, недалеко от которого расположилась большая деревня оборотней. Раньше они были надежными бойцами, но в последнее десятилетие Макс был ими недоволен. И из воинов они чаще превращались в подопытных. Вражда к правителю росла…

– Как бы они не помешали нам.

– Не помешают, не помешают, – задумчиво произнес Господин. – Напротив, помогут. Страх сработает лучше любой охраны.

Глава 2. Стеклянная тюрьма

Мир Макса. Наши дни

Это было чужое место, чужой мир. Лес, никаких новостроек, на лето совсем не похоже. Хмурый денек, противный дождик, серое небо. Здесь было заметно прохладнее, а еще – деревья без листвы. Мертвые. И трава сухая. Юля замерла от неожиданности, а вот конвоиры, по-видимому, не удивились перемене. Они были на своей территории и спокойно прошли к группе людей, которая, по-видимому, поджидала их. Только один остался с девушкой. Она оглянулась, – за границей беседки виднелся фрагмент кирпичной застройки. Выглядело все так, будто смотришь в давно немытое окно.

«Вот оно в чем дело-то. Другая реальность – тот самый отраженный мир…» После первых минут растерянности Юля разглядела среди темных фигур знакомые лица и даже вздохнула от облегчения. На земле под присмотром пары здоровяков сидели Влад, пара незнакомцев и один из волгоградских поисковиков. Кажется, Денис. Артема, к счастью, видно не было.

Влад был странно спокоен. Хотя нет – именно на него направили свои арбалеты надсмотрщики. Ну не ее же им опасаться,… а с таким аргументом спорить сложно даже сильному мужчине.

– Я надеялся, что хотя бы тебя не достанут, – его и остальных попросили встать (вежливо, кстати) и повели прочь от портала.

– А что происходит? Не спрашивал? Это кто вообще? – Поговорить Юля всегда любила, а в стрессовой ситуации болтливость обострялась.

– Происходит то, что мы попали во владение Макса. Зачем нас перевели, не знаю. Но раз мы живы, значит, – Влад запнулся, – не знаю я, что это значит…

– Мы все погибнем, – автоматически вставила свою любимую шуточку Юлька. И тут же прошептала, – не смешно.

– Вообще-то, да, не смешно. Я чувствую тревогу, которую не могу объяснить, – Влад помолчал, – а еще странно, что нас не обыскали. У меня, например, всегда при себе нож…

– Ощущение пустоты и гнетущего безмолвия возникло только у меня? А еще мне холодно. И если это лес, то должны быть птицы, звери, шорохи, но ничего такого я до сих пор не заметила.

– Не хочу тебя пугать, но когда-то они здесь были: мы проходим мимо черепов и костей слишком часто.

Часа через три маленький отряд подошел к поселению. Вряд ли люди жили здесь постоянно. На закате (догадаться о котором можно было по едва заметному красноватому оттенку серого неба) все выглядело как декорация американского форта из старого вестерна: длинное здание с множеством дверей на мощеной площади, по периметру – бревенчатый забор, в углах вышки. Только сторона, откуда привели пленников, не огорожена. Ров и мост. Не успели достроить?

Всех подвели к началу строения, крайнюю дверь открыли, и…

– Проходи, – велел один из конвоиров, судя по всему, старший. И вполне недвусмысленно посмотрел на Юлю.

Девушка вошла. Дверь захлопнулась. Вместо стен с четырех сторон – зеркало от пола до потолка. Камера – правильный куб.

«Отличное приключение – посидеть в тюрьме. Приехали… – пленница сделала по три широких шага вдоль каждой стены и дотянулась рукой до низкого потолка. – Но зачем зеркало? Хотя чему удивляться, когда вся эта ситуация – диво дивное».

Юля села на низкий топчан и уставилась на собственное отражение. А что еще делать? День выдался длинный, она устала от беготни и прогулок по пересеченной местности – и провалилась в сон.

Во сне было все то же, но не то. Она встала и взглянула на зеркало. Не особенно удивилась, когда поняла, что видит в глубине, сквозь гладкую поверхность стены, длинную череду одинаковых камер. Вон, почти в самом конце Влад. Ощупывает каждый миллиметр камеры – ищет слабое место. Он сторонник силовых методов. Понятно, что он далеко, а лица видно очень близко… ЧуднО…

И в этот момент зазвучал слабый голос невидимого собеседника: трудно было понять, откуда он идет.

– Юля, ты слышишь меня?

– Артем? – Его голос невозможно было перепутать с другими: интонации, тембр… Но откуда исходил звук?

– Ты здесь?

– Нет, я в нашем мире. Не знаю, сколько смогу удерживать связь, поэтому отвечай скорее: где ты, где Влад? Просто опиши, что видишь, – спокойно, как ребенку, подсказал голос.

– Мы в тюрьме, очень странной, зеркальной. Но, знаешь, с зеркалами что-то не так. Сначала я видела только свое отражение, а сейчас могу смотреть сквозь стены. Здесь много людей, Влад, Денис, его привели с нами, Паша из Саратова, сестру его не видела, Андрей из Воронежа, Алена из Питера. Что же это происходит?

Юля замолчала и осталась в абсолютной тишине, повисшей в камере. Сон или явь? Кому она все это рассказывает?

– Вспомни, зеркало для тебя не преграда, – прорвался голос Артема, а потом зазвучал очень твердо и настойчиво.

– Просто поверь. А лучше вспомни, ты рассказывала мне свой сон, из детства, когда зеркало разрушилось и во сне, и наяву. Сейчас то же самое. Сосредоточься. Вам нужно выбираться из этого пространства – оно опасно!

– Попробую!

Юля подошла к зеркалу-стене. Что же дальше? Вспомнились разные фильмы, в которых волшебники делают взмах рукой. Зажмурилась, махнула, и… Ничего не произошло. «Интересно, как это выглядит со стороны – стою, перед зеркалом руками машу». Она приоткрыла глаза…

– Нормально все выглядит, не о том думаешь, девочка.

Артем не насмехался, он все еще был с ней.

Что было в том сне? Пугающее зеркало, в которое не хотелось смотреть. И огромное желание, чтобы оно разбилось. И оно... разбилось. Тогда. А сейчас? Юля постояла еще, осторожно открыла глаза – целехонькое зеркало с издевкой отразило сосредоточенный взгляд. Тогда она стала просто смотреть в собственные глаза. Захотела увидеть больше, чем просто отражение. Что это за тюрьма? Кто и для чего ее построил? Зеркало-зеркало, ты должно помнить всех, кто смотрелся в тебя…

– Покажи мне их! Открой свою тайну!

Взгляд расфокусировался, теперь девушка видела не только себя: сквозь мутное отражение на нее смотрел старик с белыми волосами и черными глазами. Смотрел на нее и сквозь нее, губы его шевелились, но слов не было слышно. Он водил руками перед собой, а от кончиков пальцев тянулись тонкие, еле заметные нити, которые расплывались по поверхности зеркала. Оно было жидким, а затем застывало, становилось гладким, обычным. Старик шагал от одной стены к другой…

– Ты видишь его, Артем?

Даже думать старалась едва различимым шепотом.

– Да, – ответ прозвучал приглушенно.

– Кто это? Что он делает?

– Не уверен, но, кажется, строит тюрьму.

В этот момент за спиной старика возник высокий человек в темной одежде, который держал за локоть бледного понурившегося парня.

– Фергус, – обратился к старику, – я привел пленника, как ты просил.

– Хорошо, – медленно, с усилием, не поворачиваясь, отозвался старик, – я закончил в левом крыле. Запри его в любую камеру, и мы начнем опыт.

– Так, значит, Фергус, – отметил Артем. – Попробуем узнать, кто это такой.

Юля на секунду отвлеклась, – и картинка поменялась. Пленник теперь выглядел так, будто провел в тюрьме много времени: волосы отрасли и спутались, одежда кое-где порвалась, щеки ввалились, а взгляд…о, это был ужасный взгляд, в котором сплелись страх, безумие, отчаяние…

– Юля, он совершенно безумен, посмотри, что он делает…

Девушка видела его и многих других пленников, которые заполнили длинную череду камер. А тот… он бил кулаками (на которых алая кровь текла по черным, спекшимся ссадинам) по глади зеркала все медленнее и медленнее и, как в трансе, повторял: «Убирайся, не входи, убирайся, не подходи ко мне, не смотри на меня…».

За стеклом, напротив него, стоял Фергус и читал заклинание: от кончиков пальцев тянулись черные нити-змеи, заканчивающиеся сотнями глаз, которые смотрели на обезумевшего парня.

– Перестань, – попросила Юля, но старик не обратил внимания.

– Немедленно прекрати, – голос прозвучал тверже.

Реакции не последовало.

– Отстань от него, слышишь, ты! Эй, Фергус, посмотри на меня! – девушка начала злиться. – Посмотри-ка на меня, негодяй!

Вот здесь старик дернулся, будто что-то заставило его отвлечься и присмотреться…

– Кто здесь? – спросил он через какое-то время.

Ну, хотя бы про заклинание свое забыл. Змеи исчезли, а парень без сил рухнул на пол.

– Я здесь, и я разрушу твою чертову тюрьму! Так и знай, старый мерзавец! – как можно громче крикнула Юля.

И он посмотрел ей в глаза! Он смотрел, а она видела, в мелькающих кадрах, глаза сотен людей, которых мучили кошмары. И злилась, и хотела помочь им, уничтожить стены, уничтожить зеркала с паутинами черных заклинаний.

– Тебя нет, старик, тебя нет! – повторяла девушка как заклинание…

Сначала в глазах старика возникло недоумение, потом злость, но она не останавливалась.

– Нет! Ты только слепок, мираж, исчезни, исчезни! – по стеклу пробежала трещина.

– Я вижу тебя, чужеземка, – заговорил старый колдун.

И она поняла, что это действительно не человек, а только впечатанный в стекло оттиск своего создателя.

– Ты слаба, закрой глаза, успокойся, это сон, сон, ты спишь, все это мираж, – он пытался остановить ее.

Ну, уж нет! Юля вдруг ясно осознала, что смешно пытаться удержать ее таким образом, подошла к гладкой поверхности, нажала обеими руками.

– Не пре-гра-да!

Она крикнула громко, растягивая каждый слог и глядя прямо в черные злые глаза. И все рухнуло. Не разлетелось вдребезги, а просто упало без осколков. И вместе с зеркалом иссякли все чувства – злость на старика, помноженная на сострадание к пленникам, – которые удерживали ее на ногах. Девушка с трудом сделала пару шагов и опустилась на топчан.

– Юля, Юля, не отключайся.

Только теперь голос Артема, который тихим отзвуком слышался все время мысленного поединка, зазвучал громче и отчетливее. «Не отключайся… А ведь все это уже реальность, то в какой же момент я перешла грань между сном и явью?..»

– Ты смогла, ты сделала все как нужно. А теперь выбирайтесь оттуда.

– Где старик?

Юля попыталась собрать в кучу свои ощущения.

– Я же говорил тебе, это был образ, запечатленный в стекле, клубок заклинаний – не настоящий человек.

Вот откуда возникла эта уверенность – Артем поддерживал ее силы во время схватки.

– Уходите оттуда немедленно, думать будем позже, сейчас нужно двигаться!

Человек в соседней камере посмотрел на нее удивленно – между ними было не зеркало, простое стекло.

– Отойди, – сказала Юля.

Подняла руки – не обязательно касаться зеркал. Это не преграда.

Все стены упали одновременно. Вместо зеркал перед ней простиралась анфилада камер, без стен, различимая теперь разве что по мебели и людям.

Девушка двинулась к своим друзьям, попутно отмечая, что происходит вокруг. Некоторые пленники никак не реагировали на случившееся – может, еще не заметили, а может, были уже так обессилены, что не могли действовать самостоятельно.

– Эй, девушка, нужно уходить. – Юля похлопала по плечу лежащую ничком фигурку. Волосы длинные, платье до пят.

– Как тебя зовут? Меня – Юля, и я ухожу. Пойдем со мной.

Она вздрогнула, но не сделала попытку встать.

– Даша, Даша, что с тобой?

Рядом с нами остановился парень.

– Паша?

Он был настолько поглощен сестрой, что не сразу узнал ее.

– Юля, ты здесь одна?

– Со мной Влад. Я позову его, мы поможем.

– Нет. Иди к нему, а я помогу ребятам, не надо задерживаться, – рядом оказался Денис.

И она двинулась дальше, надеясь, что всем удастся выбраться.

У большинства пленников рефлекс сработал адекватно – они выходили во двор, оглядывались и, выбрав нужное направление, устремлялись прочь. Двор освещался прожекторами, охраны нигде не было.

– Юля, беги сюда, – крик Влада заставил ускорить шаг.

– Я наблюдаю за тобой, ты почему не спешишь? Ты видела сотни глаз, которые смотрят отовсюду? Меня трудно чем-то напугать, ты знаешь, но в эти долгие часы я серьезно опасался, что мы никогда отсюда не выберемся.

Пока он говорила, мир вокруг наполнялся звуками. Довольно жуткими. Вой (может, показалось), приглушенный крик, еще один… Стало не по себе.

– По-моему, пора убираться отсюда, становится слишком шумно. Идем, – скомандовал Влад.

– Ты заметил, что охраны здесь нет? Почему? – решила спросить Юля, когда они, поминутно оглядываясь, вошли в лес.

– Думаю, причина может быть одна – что-то удерживает людей сильнее охраны.

– Но люди ушли.

– Не все, многие как сидели в своих камерах, так и сидят. И они чего-то боятся. Это видно.

– Крики слышал?

– Да, и не только крики. Вой. Может, здесь диких животных много, и ночью лес становится слишком опасным для побега. А днем охрана была. Вспомни, когда мы пришли, на вышках стояли часовые.

Влад не собирался ее успокаивать. Ребята то шли, то бежали по лесу. Уверенности, что они смогут выйти, не было, но пока об этом молчали: когда целей слишком много, считай, нет ни одной.

Отсюда портал смотрелся по-прежнему. Каменная кладка высотой не выше колена. Друзья перешагнули одновременно. Леса не было. В утренней полумгле виднелся подъемный кран и недостроенная многоэтажка. Стройка. Вернулись!

Утро было пасмурным... «Это мы плохую погоду «подцепили», – подумалось вскользь. Говорить не хотелось.

– Бред какой-то, да? Но ведь групповых галлюцинаций не бывает, – тихо произнесла Юля. – Или бывают?

За прикрытыми лишь для приличия воротами стройки ждал Артем. Он стоял, облокотившись на бампер огромного внедорожника, и внимательно следил за пространством по ту сторону портала.

– Хорошо, что портал оказался устойчивым. Иначе бы застряли надолго.

– Повезло, – Влад присел рядом с Артемом. – Были наши ребята из других городов. Интересно, в этом параллельном мире другие расстояния? Как они собрали всех в одной точке? Это же сотни километров.

– Правильный вопрос – уже половина ответа, – Артем подошел к Юльке. – Ты на себя не похожа, девочка. Садись в машину, едем на север.

Машина, плавно набирая скорость, понеслась по утреннему пустынному шоссе.

– Будем держаться на максимально возможном от порталов расстоянии, – объяснял Артем. – Главное, добраться до ладожской крепости. Там нашлось кое-что интересное. К тому же не ясно, что задумал Макс и в какой момент нам снова ждать чужаков. Придется проехать через всю страну так, чтобы не слишком приближаться к главным порталам, даже с нашей картой довольно сложно. Тем более, теперь мы знаем, что в гости в любой момент может пожаловать целая группа чужаков.

– Кого вызывать? – Влад прекрасно понимал, что схватки не избежать.

– Боюсь, что всех.

Всех. Значит, в этот день из разных городов страны в одну точку выдвинутся почти три десятка подготовленных бойцов. Резервистов, готовых в любой момент отразить удар врага.

Москва. За 10 лет до описываемых событий

Тихим безоблачным весенним вечером Юля и Валера, ее одноклассник и тайная любовь, возвращались домой после второй смены.

Ребята не обратили внимания на компанию шумных подростков. И немного сбавили шаг, чтобы пропустить их. Но тем явно хотелось приключений. Один сильно задел плечом мальчика, а другой преградил путь девочке и, как бы невзначай придержал ее за край куртки.

– Эй, ты чего? – Валера недоуменно посмотрел на толкнувшего его парня. – Не смей ее трогать.

– А то что? – обидчик теперь уже демонстративно дернул за рукав куртки. Послышался смех – и вот уже Валера и Юля стоят в окружении шести здоровых задир.

– А девчонка ничего так, я бы с ней...

И тут Юле стало страшно. «Это не со мной, не с нами... – понеслись мысли, – Почему они толкают Валерку друг к другу, не давая ему опомниться? Что за неприятные намеки и взгляды? Позвать на помощь... Никого нет вокруг».

Страх не парализовал – он быстро превратился в сильную злость. Чувство подступило внезапно, заставив расправить плечи. В детстве она дралась с пацанами, и никто не смел так с ней говорить.

– Перестаньте, а то пожалеете! – сначала никто не обратил внимания. Юля повторила. На этот раз громче.

– Ты что-то сказала? – голос был насмешливый и неприятно-самоуверенный.

– А ты разве глухой? Или плохо соображаешь? Я сказала – лучше бы вам убраться подобру-поздорову. – Попытка сдержать гнев и остатки страха придала голосу звенящие ноты.

– А то что?

И тогда она по какому-то наитию заговорила на староанглийском. Тихо, а потом все громче. Говорила и медленно поднимала голову, пока не встретилась взглядом с одним из них, потом с другим. Они ухмылялись, потом затихли и стали слушать заворожено, не в силах отвести взгляд от глубоких зеленых глаз. Юля подняла руку и указала на первого, самого высокого, светловолосого, в черном плаще. Голос звенел, и ветер, которого секунду назад не было, ударил в него, не сильно, но шаг назад он все-таки сделал. Это совпадение – голос, ветер, жест. Сначала испугался светловолосый, потом все остальные… Стали пятиться. Она продолжала говорить и медленно двинулась из круга. Кольцо разомкнулось. Юля взяла Валеру за руку и потянула за собой. Ребята прошли несколько шагов, быстрее, быстрее – побежали, но за ними никто не гнался.

– Что это было? – спросил Валера, когда ребята зашли в свой подъезд.

– Вообще-то всего лишь сонеты Шекспира.

Глава 3. Убийцы демонов

Горы Копетдаг. За 1700 лет до описываемых событий

Черные камни старых гор давно отвыкли от подобного зрелища. Вместо спокойного мрака ночи ровную круглую поляну захватили огни десятка факелов. В их пляшущем свете двигались две фигуры, одетые в богатые темно-красные одежды, просторные шаровары и рубахи, перехваченные широкими серебряными поясами с плотным узором из драгоценных камней и монет. Одна – повыше, покрепче, другая – тонкая и гибкая, – они уже разрисовали странными символами стены ущелья, а теперь чертили что-то на каменном дне.

– Ты уверена, любимая? Неиригал очень силен, ты точно… – заговорил один из таинственных художников, оказавшийся мужчиной средних лет.

Другой, вернее, другая – красивая черноволосая молодая женщина, не дала ему закончить.

– Конечно, я уверена. Мой клан много лет убивал демонов. Мне открыты все тайны, все заклинания. Он будет повержен, а ты – свободен! И не просто свободен, ты получишь еще больше сил и тогда, вместе…

– Мы станет повелевать миром! – глаза мужчины вспыхнули одержимостью.

Надин, его прекрасная Надин, продолжила чертить круг. Трое суток они шли сюда вдоль бурной реки, по тропе, которой не могли пройти кони. Войско оставили верному Дагману.

Это было огромное, когда-то непобедимое воинство, которое устало от поражений за несколько последних месяцев. Максуд, уверенный, хитрый, привык побеждать в войнах, которые он вел не только силой, но и с помощью магии. И вдруг он встретил что-то превосходящее его понимание – непобедимый жестокий беспощадный завоеватель, который никогда не проигрывал, был вынужден отступить.

Так больше не могло продолжаться. И Надин предложила рискованный план. Поработить самого мощного демона – князя демонов. Единственного, которому подчинялся сам Максуд – приносил богатые жертвы, осознавал, что своим магическим даром обязан темной потусторонней энергии. Ее клан звал его Неиригал.

Было заманчиво получить неограниченный доступ к первоисточнику, подчинить его себе и одержать долгожданную победу. Он всегда любил рисковать, но не сразу согласился с задумкой верной спутницы. Его беспокоила не только дерзость подобного вызова. Три года назад Надин нарушила законы своих предков – выбрала в мужья чужака, родила ему сына и раскрыла все секреты клана. За это отец и жрецы прокляли ее. Теперь сила крови могла не подчиниться ей – и предки не встали бы несокрушимой стеной во время сложного обряда. Но Надин только посмеялась – она была слишком бесстрашной, страстной и свободной, чтобы следовать правилам.

– Готово! Иди ко мне, любимый, – до полночи всего несколько минут. Начинаем!

Они вошли в круг и принялись читать заклинание. Вокруг вспыхнул и разгорелся белый огонь – надежная защита.

– Кто посмел призывать меня? – Глухой голос нарастал от тихого шепота до грозного гула. Он был повсюду и нигде. Всего на секунду дрогнула рука Надин в его руке. Но любимая тут же собралась и с нескрываемым превосходством произнесла:

– Я, Надин, дочь Наадара, Даара, Наада. Я повелеваю тебе….

– Девчонка! Тебе ли говорить со мной?

Надин вздрогнула – ритуал не мог подвести, дух не мог перебивать ее и совсем не таким должен быть ответ порождения тьмы.

– Повинуйся мне, демон!

– Демон! Я? – тягучий смех заставил камни слететь с верхушки скалы. – Я величайший, темнейший, превосходный, вечный! Я – Велиар! А ты, отверженная дочь, позор своего племени, заплатишь за оскорбление! Выйди из круга!

– Стой! – Максуд, который читал заклинание защиты, почувствовал, что рука Надин выскальзывает из его ладони. Ужас объял его всего на секунду, но этого хватило. В плотной паутине слов появилась брешь – и любимая шагнула за пределы круга.

Тень скалы обрела плотность, отделилась от камня и встала напротив Максуда. Надин оказалась между ними. Громада тьмы, с нечеткими контурами неуловимо превращалась в чудовище. Шипы, когти, чешуя или мех? Описать было невозможно – так быстро менялась уродливая, мощная, уверенная тварь. Двигалась, вибрировала, перетекала из одной формы в другую.

Прекрасная стройная Надин вдруг стала отделяться от земли. Черные длинные волосы волновались от дыхания Неиригала, на белоснежной коже играли розовые отблески его горящих глаз. Она обернулась, и зеленые испуганные глаза встретились с глазами Максуда.

– Надин, нет! – только и успел выкрикнуть он. А в следующий миг ее взгляд померк, тело обмякло и упало на землю.

Десятилетия поисков, практики, магических поединков как будто вели его к этой секунде. Не задумавшись, он создал свое самое мощное разящее заклинание – и ударил в проклятого убийцу. Разъяренный колдун превратился в чистый инстинкт, без чувств, без эмоций. Сгусток гнева против исчадия зла.

Он попал, но разрушилось кольцо защиты. Рывок в сторону – ответная разящая молния прошла по касательной, опалив одежду. Демон зарычал от ярости. Максуд не дал ему опомниться – он метал и метал свои стрелы – из огня, металла, камня, все, что получалось создать в порыве всепоглощающего гнева. Старое ущелье утонуло в клубах дыма, пепла и огня. Казалось, ничто живое не могло бы уцелеть в этой битве.

Сколько времени прошло? Минуты, часы, дни? Для Максуда все слилось в серой мути сознания. Он очнулся и понял, что сидит, прижавшись спиной к скале, и баюкает свою Надин. Ведь она только уснула. Такая прекрасная, такая любимая.

– Проснись, поговори со мной, – поцелуй оставил на губах такой холод, что Максуд вспомнил все, до мельчайших подробностей. Вспомнил и застонал от бессилия. Как много он мог – и как мало. Он знал, как продлить жизнь, только бы оставалась самая малая искра. Но главная тайна была не подвластна ему – тайна воскрешения.

Он ощутил каждой клеткой, что в поединке потерял почти все силы. Магия не дается даром, ее нужно питать и беречь, а в сражении с мощным противником, невозможно ни то, ни другое.

Постепенно возвращались чувства и способность мыслить. Он собрал костер. Казалось, это длилось вечность. Каждый шаг давался с трудом, да и деревьев в этом скудном краю было так мало. Но для Надин не могло быть другого пути в небо – только в сильных ярких языках пламени ее душа обретет покой.

Когда огонь разгорелся и обнял белый саван, Максуд увидел темную громаду в самом черном разломе скалы. Она колыхалась еле заметно – поверженный демон был еще жив. А раз так, то мог пригодиться ему. Маг достал прочный золотой сосуд, испещренный замысловатым мелким узором. На одно заклинание его хватило – и последняя капля жизни, ценнейшая энергия, перетекла из Неиригала в надежное хранилище.

Войско ожидало своего предводителя там, где он оставил его, казалось, вечность назад. Но прошло чуть больше недели – какие-то дни отделяли его, уверенного, влюбленного, могущественного Максуда от потерянного, затаившего в самом дальнем уголке души гнев, боль и вину человека.

– Утром выходим на север. – Его голос звучал грозно и уверенно. Нельзя показывать слабость, никому, никогда. Даже самые преданные соратники не должны узнать, что произошло.

– Да, мой господин. – Помощник не спешил выполнить его приказ, а во взгляде он прочитал тоску и…

– Что еще?

– Маленький Дан, он…

– Говори! – Ответ Максуд знал до того, как невысказанная печаль старого вояки облеклась в слова.

– Кормилица ничего не могла сделать, он просто перестал дышать.

Он не позволил горю взять верх. Могло показаться, что это известие никак не тронула его.

– Собери костер. – Он медленно двинулся к шатру. Дагман, какой бы неподходящей не казалась минута, все-таки продолжил.

– Солдаты ропщут, некоторые хотят уйти. Давно не попадались богатые селения. А на севере только пустыня и…

– Я понял тебя. – Как трудно, но нельзя позволить чувствам захлестнуть остатки выдержки. – Мы идем к отшельникам, чтобы получить совет. Я поговорю с мудрецом и заберу свитки. Потом захватим какой-нибудь город и будем отдыхать целый месяц. Объяви это людям. А с недовольными ты и сам знаешь, как поступить.

Случай, чтобы усмирить сомневающихся, не заставил долго ждать. В одну из ночей несколько самых отчаянных бойцов решились на побег. Их поймали и жестоко казнили перед замершими рядами – никто не должен сомневаться в силе своего предводителя и господина!

Два дня войско упрямо двигалось среди сыпучих дюн. Вокруг, сколько хватает глаз, темный, почти черный песок, белые скелеты перекати-поле, светлое насмешливое небо. Все это время Максуд оставался среди солдат – пусть видят, что повелитель силен и спокоен. Он ехал на любимом сером жеребце и думал, думал. «Уничтожить, истребить демонский мир. Чтобы и памяти о нем не осталось». Не важно, сколько времени нужно, чтобы осуществить задуманное – гибель любимых перевернула все. Сокровища, новые земли, господство над миром, новый враг – все стало неважным, скучным, бессмысленным, блеклым, все отступило на второй план.

Злость накапливалась и первыми, кому не повезло столкнуться с ней, стали смелые, но плохо вооруженные воины племени пустынников – добровольная охрана маленького монастыря. Они были преданы отшельникам, которые десятилетиями исцеляли больных и помогали решать споры.

– Пусть умрут легко, – напутствовал Максуд своих людей.

Схватка длилась меньше часа, и исход ее был предсказуем. Он аккуратно обошел мертвые тела, чтобы не запачкать края одежды. Рядом с защитниками лежали несколько монахов, которые отказались пропустить Максуда к комнатам мудреца и библиотеке.

За темным столом, который освещали несколько светильников, сидел, как показалось непрошенному гостю, очень старый человек. Его кожа была смуглой, почти темной, морщины глубоко изрезали лицо. Но спина ученого была прямой, а взгляд ясных синих глаз – молодым и пытливым. Максуд без приглашения подвинул массивный стул и сел напротив.

Разговор продолжался много часов, и маг начинал выходить из себя. Они не покидали большой зал, хранивший знания нескольких поколений. Дагман приносил чай и еду. Время от времени непрошенный гость вставал, чтобы пройти вдоль полок и выбрать свитки, которые казались наиболее интересными. Но нужный ему не попадался, на поиски ушло бы очень много времени.

– Покажи мне заклинание, которое уничтожит демонский мир. Я хочу истребить всю нечисть, что в этом плохого? Разве вы не боретесь со злобными духами? – Он был вежлив со стариком, но тот все не уступал.

– Мы ни с кем не боремся и никого не уничтожаем. Нельзя нарушать равновесие. – Ответ в разных, часто пространных вариантах, был один и тот же. – Последствия могут быть непредсказуемы. – Отшельник говорил тихо. Странно, но он совсем не боялся его, этот тонкий хрупкий на вид человек в простой сильно изношенной одежде. Он не соглашался говорить с Максудом, пока не предали земле всех погибших. Повторял свою просьбу, грустно улыбался и ждал.

– Мне все равно. Демоны должны исчезнуть навеки.

– Заклинание не уничтожает, а лишь запирает теургическую энергию. – Максуд, который в очередной раз рассеянно прохаживался вдоль стен, замер. Мудрец сказал что-то новое, пусть пока непонятное, еще будет время, чтобы разобраться.

– Пусть запирает, это тоже подойдет, – осторожно согласился он.

– Тобою движет жажда мести, маг, а для ворожбы нужно обрести равновесие. Иначе все может пойти не так. – Он понял, что достиг победил. Старик отдаст ему свиток, и он исполнит задуманное.

– Я творю заклинания много десятилетий, моего опыта и силы достаточно и для этого. Покажи мне свиток, и мы уйдем.

– Я вижу, тебе мало свитка, ты не оставишь меня здесь.

– Ты мудр, старик, молва не врет. Да, ты пойдешь со мной. Я хочу беседовать с тобой и в этом найти умиротворение. – Максуд никогда не мог насытиться знаниями. Его цепкий ум требовал новой и новой информации. И он надеялся получить ее у старого ученого.

– Моя смерть еще не пришла, сражаться и колдовать я не обучен, поэтому будет по-твоему. Но запомни мое слово – ты не получишь того, чего желаешь.

Глава 4. Автопробег на север

Волгоград – замок Макса. Наши дни

Когда Артем увидел сообщение приехать по непонятному адресу, он сразу попытался дозвониться до своих друзей. Никто не ответил.

Портал был недвусмысленным знаком, что Влад и Юля попали в мир Макса. Мужчина вернулся домой, где вместе со старинными книгами хранились несколько важных артефактов. Он отыскал тяжелый кованый потемневший от времени головной обруч.

Вообще-то изначально обручей было два, но один из них пропал несколько веков назад. Отец Артема хранил второй в числе прочих реликвий, но никогда им не пользовался. Легенды сообщали, что обручи помогали общаться на расстоянии, усиливали поток мыслей. Их использовали только самые близкие люди, которые доверяли друг другу – друзья, соратники, родственники. Самое ценное свойство этого артефакта – сверхпроводимость мыслеобразов в любом направлении – и даже в другое пространство. Для общения достаточно было одного обруча, но его действие было непродолжительным и непостоянным. Усилить сигнал помогали амулеты Стражей.

А вот противник, узнавший, какой уникальный раритет ему достался, получал возможность проникнуть в мысли только того человека, который его надел. Воспользовавшись ситуацией, он легко мог вторгаться в сознание обладателя реликвии и узнавать все его намерения и тайны. Хуже того, он мог внушить ему свои мысли, а если обладал достаточно сильной волей – даже управлять хозяином обруча.

Однажды такое уже произошло, правда, давно, в XVII веке, и последствия были ужасны: один из ключей исчез, погиб хранитель и вся его семья, и на столетие прервалась преемственность поколений.

Вероятность того, что второй обруч до сих пор сохранился, была ничтожна, но она была. В свое время Артем изучил свойства артефакта и обнаружил способ помешать кому-либо проникнуть в сознание без разрешения обладателя обруча.

– Вот и узнаем, прав я или нет.

Он собрал все необходимое для долгого и трудного путешествия: Макс умел действовать быстро и жестоко.

Заехав в гараж на окраине города, Артем поменял скоростной автокар на мощный внедорожник, заранее подготовленный для дальних поездок. В багажнике хранился запас продуктов, палатки, одеяла и оружие: охотничьи ножи, арбалеты, помповые ружья.

После короткого контакта с Юлей Артем прождал несколько часов. Они вышли, а он не заметил какого-то чужого присутствия в своем сознании. И успокоился: скорее всего, за те минуты, что он пользовался обручем, никто другой его не надевал. Все прошло успешно, а повторять эксперимент он не собирался.

Конрад находился в лаборатории, и сразу почувствовал сильный импульс от старинного обруча, который долгие десятилетия ждал своего часа среди прочих артефактов. Он знал о его назначении. Реакция у Конрада была отменная. Надев обруч, он аккуратно настроился на сознание невидимого объекта. Сильный человек, закрытый, просто так в его сознание не проникнуть. Особенно в момент огромного напряжения и сосредоточенности. Было ясно, что хозяин второго обруча умеет выставлять защиту против любых попыток проникновения в сознание. Это он сейчас и сделал. Нужно было подождать ночи. Пусть уснет, а там посмотрим.

Город оживал: за окном мелькали стертые силуэты солнцем зданий и деревьев, редкие прохожие и автомобили. Юля уснула на просторном заднем сидении Тойоты «Прадо». Разбудил ее голос Влада. Похоже, они с Артемом уже давно что-то обсуждали, поэтому она уловила только конец вопроса: «…ну и почему они начали действовать?»

– Информация появилась. – Артем взглянул на меня в зеркало. – Выспалась? Тогда рассказываю. Думаю, Макс каким-то образом увидел фрагмент обычного документального фильма. Показали его в такое время и по такому каналу, что его видели человека полтора. Посмотрите сами – это любопытно. Влад, достань, пожалуйста, мой планшет.

На экране камера двигалась по комнате, выхватывая разные вещи. Обстановка более чем скромная: мебель из советского прошлого, бесконечные полки с книгами и разного рода археологическими диковинами. Глиняная посуда соседствует с деревянными предметами быта, металлическими наконечниками и монетами. На секунду движение остановилось – в кадре замер черный камень.

– Останови-ка видео и верни на пару кадров назад. Вот здесь его видно лучше.

– Это не просто камень, верно? – подала голос Юля, внимательно разглядывая замершую картинку.

Черный, матовый, размером с ладонь, он и напоминал внешне ладонь, сложенную в горсть.

– От него нет тени. Смотрите, рядом тень от книги, а от него нет. И там должен быть серебряный узор

– Верно. – Артем сбросил скорость и через несколько метров остановил машину у обочины. – Но его не видно с этого ракурса. Он обернулся и посмотрел на Юлю. – Откуда ты об этом знаешь?

– Мне показалось, я видела похожий камень. Но точно не помню, где…

– Постарайся, это очень важно.

Девушка думала мучительно долго: что-то шептала, перебирая в памяти возможные варианты, нервно теребя рукав легкой льняной рубашки.

– Нет, не уверена, – наконец, сдалась она, – расскажу сразу, как только вспомню.

– А что известно тебе, Артем? Поделишься мыслями? – не вытерпел Влад.

– Конечно. – Он плавно двинул машину. – Это ключ. Но создан он не для того, чтобы открывать что-либо – только закрывать. Порталы в мир Макса. То самое веселое местечко, из которого вы так благополучно выбрались.

Юля зябко поежилась, хотя в машине было тепло. Сколько раз она слышала эту историю – про мир, созданный много веков назад, и сколько раз относилась к ней, как к части игры, в которую играли все ее друзья. Взрослые люди, не вписывающиеся в обыденную скучную реальность: со способностями, не отвечающими общим представлениям о норме. Конечно, она легко усваивала языки, даже древние, мертвые, ее слушались животные, она разбиралась в травах. Но всю серьезность противостояния осознала только минувшей ночью, когда увидела старика в зеркале и падающие стекла.

– Реальность. – Юля была серьезной и задумчивой с того момента, как увидела камень. – Но я так и не поняла, как мы попали туда без проводника?

– Почему без проводника? Вас сопровождали, – пояснил Артем. – И к тому же сейчас год черной луны: тот самый момент, когда граница миров истончается. Странно лишь то, что они смогли так спокойно проникнуть к нам вне большого портала. Видимо, у Конра…, – тут Артем на долю секунды запнулся – видимо, нашли способ.

Он замолчал, на этот раз надолго, и в салоне повисла тишина – Артем как будто был не здесь, а погружен в себя.

– Артем, – позвала девушка, – с тобой все в порядке? – Юля была сильным эмпатом – хорошо чувствовала людей. Поэтому любила уединение и природу, когда можно было отдохнуть от эмоциональных переживаний.

– Да, конечно.

Он всегда был очень уверен в себе, и его выдержке можно было позавидовать, но сейчас казалось, что в порядке далеко не все.

– Есть еще пара моментов. В истории были периоды, когда Макс проявлял большую активность. Например, в 17 веке он со своими приспешниками совершал набеги на северные рубежи Российской империи. Тогда были похищены люди, которые обладали древними знаниями, часть реликвий, книги. И пропал один из хранителей вместе с ключом. Тем самым, который всплыл в Старой Ладоге и который нам непременно нужно забрать раньше людей Макса. Тогда наблюдателям пришлось стать воинами и дать отпор пришедшим из отраженного мира – такой, чтобы им еще долго не хотелось творить зло на нашей земле. У всех порталов выставили охрану, и наглые нападения не возобновлялись до войны.

– Какой войны? – не поняла Юля

– Сначала Первой, а затем и Второй Мировой, – Максу всегда были на руку неспокойные жуткие времена. Конечно, от мелких вылазок он не отказывался никогда, но вел себя не так вызывающе.

– Он почему-то уверен в своей силе, иначе все бы оставалось, как раньше, – высказался Влад.

– Да, а значит мы больше не сторонние наблюдатели, стражи границы и хранители знаний. Нам навязывают войну, и придется принять их вызов.

– Но что мешает закрыть порталы? – спросила Юля.

– Некоторые уже закрыты. Но это не значит, что их нельзя приоткрывать на время. Я закрыл 8 порталов. Очень радовался, но, оказалось, рано… – показалось, что Артем вздохнул. На какое-то время в машине повисло молчание. – Но это тоже неплохо, через закрытые портал пройти намного сложнее. Охранять их проще. Нужны остальные ключи – все 12.

– Подожди, значит вот почему нас решили захватить? Это из-за камня? Макс тоже узнал про ключ и решил сыграть на опережение?

– Думаю, да. Он всегда старался найти и забрать ключи в свой мир. Не думаю, что Макс знает, как их уничтожить. Ловушку открыли всего через несколько часов после выхода в эфир телепередачи про Старую Ладогу. В совпадение верится с трудом.

Пейзаж за окном был таким мирным, что трудно было поверить в надвигающиеся страшные события.

– А кто-то понимает, что произошло в тюрьме? Почему все стены рухнули?

– Кто-нибудь понимает, – отозвался Артем. – В том мире наши способности могут раскрываться в полной мере. Так уж он устроен. То, что здесь остается в зародыше, там работает в полную мощь. Но закон работает и в обратную сторону…

Влад обернулся и посмотрел на девушку долгим изучающим взглядом.

– Расскажешь, как все вышло?

– Да я и сама толком не поняла.

– Расскажи, – поддержал Артем. – Вспомни, что чувствовала, что видела. Это поможет в следующий раз.

Анализ события занял весь оставшийся путь, пока утомленные путешественники не остановились на ночлег в стороне от дороги на опушке редколесья. Несколько сотен километров отделяли их от начальной точки маршрута. И только когда они смогли постоять на ровной земле и вдохнуть свежий предвечерний воздух, стало видно, как сильно отличаются российские регионы. Выцветшие краски степей сменил яркий сочный наряд средней полосы. Травы и цветы как раз начали отдавать собранное за долгий летний день тепло. Пахло всем сразу – сладостью Иван-чая, застоявшейся водой недалекой медленной речки, сережками тонких березок. Синее низкое небо подчеркивало белизну густых кучевых облаков.

Мужчины посовещались и решили поставить две палатки. Было бы неправильно не разжечь костер – так уютно было сидеть около огня, что даже не заметили, как вечер повернул на полночь.

– Почему Ладога? – Юле давно хотелось понять странную силу притяжения маленького неприметного поселка на берегу сурового северного Волхова. Она знала, что когда-то это место было ключевым для только начинавшего осознавать себя русского княжества. А еще она очень любила те редкие моменты, когда Артем рассказывал что-то из истории их необычного сообщества. Все посвященные знали, хотя поверить в это было не просто, что этот внешне молодой мужчина родился до Великой войны, и, конечно, принимаю в ней участие.

– Единственным объяснением, с которым соглашались наши ученые-хранители, – там Максы и создал свой искусственный мир. – Начал Артем, – мощный энергетический выброс навсегда изменил жизнь в радиусе нескольких десятков километров от портала. Это место стало притягивать всех, в ком тьма превышала свет. Летописи хранят истории набегов воинственных варягов только с конца X века, потому что нет более ранних письменных свидетельств. Норвежский ярл Эйрик приводил сюда своих воинов, шведы, финны. Казалось бы, почему нельзя жить спокойно на своей земле? Но нет – их так и тянуло сюда. Где много тьмы, приходится прибавить света. Мощная крепость стала надежной преградой. Ее возводили вновь и вновь, несмотря на разрушительные жестокие нападения.

Войско Макса, которое он создавал из пришлых, очень часто разрушало мирные поселения внутри княжества. Пока, наконец, нашим далеким предкам, не удалось загнать его за границу миров. Тогда Стражи приняли решение нести постоянную вахту и не позволили устраивать масштабные набеги.

А память о странных событиях и сегодня живут в местных сказаниях. К тому же вокруг портала так и осталась большая аномальная зона.

– Что за сказание? – Девушка очень любила необычные истории.

– Ну, например, про голос Ладоги. Из уст в уста передают люди, как слышали звездной тихой ночью жуткий протяжный стон над водной гладью, и земля в этот момент чуть вздымалась и оседала. Научного объяснения этому так и не нашли. Но Стражи знают, что вода около главного портала очень опасна. Она как будто живая – может передвигаться внутри невидимых границ и топить неосторожных путников.

– Живая вода? Что-то такое рассказывал Ник. Но у него ведь не поймешь, шутит он или всерьез. – Влад, который внимательно слушал Артема, не удержался от вопроса.

– Не шутил. Хранители когда-то давно заключили с местной водной стихией договор. И мы строго соблюдаем ритуал, посвящая всех, кому приходится нести стражу в этих краях.

– Как-то жутко, – поежилась Юля.

– В жизни много жуткого, особенно, если нет объяснений. Но то, что знаешь, перестает пугать.

Спокойствие Артема было одним из качеств, которое очень нравилось Юле. Оно удерживало от тревожных мыслей, порождения жизни в двух мирах – обыденном и мистическом.

– А не пора ли спать, друзья мои? – предложил Артем.

Громкий крик разбудил всех.

– Что стряслось? – Влад сел и легонько толкнул почему-то не среагировавшего на опасность товарища. И сразу понял: это что-то стряслось именно с ним.

Артем неестественно застыл в сильнейшем напряжении, он не отреагировал на вопросы, он вообще не реагировал. Влад расстегнул палатку и при лунном свете посмотрел на лицо друга. Глаза были раскрыты, зубы сжаты, а дыхание – еле различимо.

«Овраг. Черная ночь, полная звезд. Он лежит не на земле – вокруг него, под ним мертвые люди. Его ошибка, его вина...Здесь есть кто-то еще. Но этого не может быть. Здесь он всегда один – один живой...»

– Это не у нас? – В палатку заглянула Юлька, увидела Артема, опустилась рядом с ним.

– Что с ним? – испуганно спросила она.

– Я не знаю. – Влад не мог признать, что тоже испуган. Или растерян. Он многое повидал – ранения и смерть, но эта каменная неподвижность, жуткая, как смерть...

Юлька дотронулась до Артема и почувствовала, что его мышцы напряжены как камень.

– Что же это? Приступ? Он чем-то болен?

– Ни разу не болел за все годы, что я его знаю, – чуть слышно отозвался Влад.

– Яд. Иногда яд так действует. Змея? Здесь же есть змеи? Нужен свет.

– Сейчас прожектор принесу, я мигом – Влад выскочил из палатки.

Юлька попыталась пощупать пульс, потрясла Артема, позвала его – реакции не было.

– Нет никаких следов, это не яд, это другое. В больницу надо.

– Посмотри по карте, где ближайший город.

Девушка присела у изголовья, дотронулась до лба Артема, и в этот момент он судорожно схватил ее руку, с усилием произнес: «Разорвать связь», и снова замер. От неожиданности девушка вскрикнула. Из глубин памяти всплыл далекий день, когда она впервые встретила Артема.

Познакомились они не вполне обычным (по ее мнению) образом. На сайте, посвященном травам, кто-то разместил задание: приготовить сложный состав из растений и минералов. Было объявлено солидное вознаграждение. Ей показалось любопытным, что многие названия сейчас считались устаревшими – как будто это был старинный, выкопанный из архивов рецепт. Она изготовила порошок и встретилась с заказчиком. Других претендентов не было.

Заказчиком оказался Артем. Он пригласил ее в штаб поисковиков, потом была еще пара заказов – и она стала частью команды.

– А что за снадобье я изготовила первым? – как-то позже спросила она.

И тогда узнала о потерянном обруче и о том, что ее порошок может защитить сознание от чуждого вторжения – разорвать связь между двумя потенциальными собеседниками-телепатами, но ей это вряд ли когда-либо пригодится.

– Такого изящного рецепта я еще никогда не встречала, – улыбнулась она тогда и указала на красивый медальон на своей груди, – решила носить снадобье с собой – будет мне вместо талисмана….

– Вот и пригодилось, – Юля сняла медальон и развела порошок в железной походной кружке.

– Ты уверена, что подействует? – Влад помог разжать Артему зубы и влить разведенное снадобье. – До города около 200 км, если ехать быстро…

– Давай подождем.

Она держала руку на медленно пульсирующей жилке на шее друга.

– Кажется, – она посчитала удары, – сердце забилось сильнее.

– Иди, отдыхай, я подежурю первым. – Влад настроил маленький фонарик, выключил прожектор и, вернувшись, закрыл вход.

– Хорошо, конечно, поспали, но пора бы и двигаться дальше, – голос Артема звучал так, будто ничего не произошло. Утомившись от ночных переживаний, ребята незаметно уснули один за другим. Очнувшись первым, он не стал будить Влада и Юлю. Он помнил все происшедшее ночью очень отчетливо: атаку на свое сознание, борьбу с чьим-то мощным интеллектом, стену между своим и чужим разумом, которую выстроил и держал напряжением всех сил. И немного туманно – действия и слова своих друзей, своей команды.

Влад посмотрел на Артема, вздохнул и облегченно покачал головой.

– Получилось, – улыбнулась Юлька. – Ты знаешь, что это было?

– Не что, а кто. Меня атаковал Конрад, и это очень опасный противник.

Глава 5. Вторая жизнь

Сталинград. 1941 год

Семья Артема жила в этих краях много веков. Когда казаки выстроили крепость в том месте, где мелкая речка Сарисан впадала в мощную Волгу, прапрадед основал здесь сторожевой пост. Недалеко, в сотне с небольшим километров от нового поселения был один из порталов – открытых постоянно для тех, кто знал их тайну.

В роду Орловых были и стражи, и хранители знаний. В каждом поколении старейший подбирал небольшой отряд преданных воинов, которые следили за опасными вратами в другой мир. Здесь, на юге, портал был активен во время татарских набегов. Но чем дальше ширилась граница империи, тем реже люди Макса отважились на серьезные вылазки. Безнаказанно похищать людей становилось все сложнее. А после великой революции и гражданской войны удалось почти свести на нет активность давнего врага.

Отец Артема был врачом. Хорошая профессия, которая объясняла огромную библиотеку и частые визиты незнакомцев. Отец обладал и даром убеждения, который защищал в смутные времена. Власть менялась, а дом Орловых на берегу Волги на окраине провинциального города был оплотом надежности и стабильности.

Артем поступил в медицинский институт прямо накануне войны. Когда враг перешел границу, в дом Орловых начали стекаться тревожные сведения. «Люди Макса активизировались. На оккупированных территориях сотрудничают с захватчиками…» Война, смута – самое лучшее время для Макса – легко похищать людей и пополнять ресурсы.

Начало лета 1942 выдалось жарким. Война подступала городу неотвратимо. В институте только закончилась сессия, и многие студенты записались добровольцами.

– Отец, я должен сражаться. – Юноша никак не мог согласиться с доводами родителей. Этот разговор в разных вариантах не прекращался почти год. Но если раньше враг был далеко, то теперь все изменилось.

– Не забывай, что ты не просто гражданин этой страны. Ты охраняешь людей от большого зла. Макс...

– Знаю, но ты же слышал сводки. Наступление вот-вот начнется. Я что, по-твоему, должен бежать в тыл. Вы же с мамой остаетесь. И за порталами есть, кому присмотреть.

– Институт эвакуируют, – не уступал отец, – врачи будут нужны, это понимают все. Это не побег.

Артем знал, что большинство ребят его курса записались добровольцами, а почти все девушки уезжали учиться в тыл. Умом он понимал, что отец во многом прав, но сердцем…

– Завтра я еду в полевой госпиталь фельдшером.

Родители как будто не удивились. Между ними существовала очень тонкая связь – на уровне предчувствия. Они понимали друг друга без слов. Артем не раз замечал, что они понимали друг друга без слов. Но каждый раз удивлялся этому единомыслию.

– Значит так, – только и сказал отец.

Всю ночь он рассказывал Артему ключевые моменты – то чему должен, но не успел научить раньше. Где хранятся важные артефакты, в каких книгах собраны главные тексты заклинаний, как делать защитную татуировку – ту, что продлевает жизнь и защищает от не смертельных ран.

– Отец, ну что ты, вернусь, и продолжим обучение, – пару раз попытался остановить его Артем.

– Да, да, конечно, – рассеянно кивал Александр Григорьевич, – но лучше послушай.

Карту порталов и адреса других посвященных выучил наизусть. А на рассвете ушел на сборный пункт.

Прошел всего месяц, а Артем успел увидеть столько боли и крови, что казалось, им не будет конца. Сейчас их госпиталь медленно полз по степи – несколько грузовиков и колонна легко раненных бойцов. К ним прибились гражданские, которые бежали от войны, что двигалась за ними по пятам.

Он проверял, нет ли отставших, и вдруг, на какое-то время остался один. День только разгорался и небо начинало высветляться, чтобы к полудню стать привычно белым, безрадостным. Молочай, полынь, дикая конопля выстилали землю, сколько хватало глаз. Кое-где темными пятнами возвышались стволы чахлых акаций. Высоко, едва приметными точками, кружила пара соколов – высматривали неосторожных воробьев и жаворонков. Перекрикивая удаляющийся гул моторов, перекликались кузнечики и цикады. Пологие холмы кое-где перерезали темные провалы оврагов, обещая прохладу от едва приметных неглубоких ручьев.

На немцев они наткнулись ближе к вечеру. Те залегли в небольшом лесочке. Видимо, ждали не колонну раненых – легкую добычу.

– Врачи, медсестры, выйти из строя, – выкрикивал переводчик, двигаясь вдоль рядов пленных. Всех выгнали из грузовиков и выстроили в ряд. Однако Артем заметил что люди, которые двигались за переводчиком, выбирали не только военных, – их интересовали молодые ребята и девушки из числа гражданских.

Артем был с молоденьким пареньком, по виду своим ровесникам. Тот был серьезно ранен, и все время просил побыть с ним. Он и в грузовике от него не отходил и сейчас поддерживал, не позволяй упасть.

– А ты? – офицер ткнул в Артема, – врач?

– Фельдшер.

– Выходи.

– Я не могу оставить раненых.

Артем бегло говорил по-немецки, и, вспомнив, как часто отец отводил беду убедительный беседой, попытался сделать тоже.

– Господин майор, вы же знаете о женевской конвенции.

Офицер замер – видимо, не ожидал, что кто-то способен вести с ним диалог здесь, в чужой враждебной стране.

– Вы немец. Перейдите в группу врачей и поговорим позже.

– Нет. Я русский. Здесь только раненые и гражданский. Позвольте всем вернуться в грузовики и отвезите нас в лагерь для военнопленных.

– Нет никакого лагеря. Никто не станет возиться с этим отребьем. Выходите, не будьте глупцом!

– Но мирное население не должно...

Офицер не дослушал, – резко отвернулся и отдал солдатам приказ.

Под крики немцев и дулами автоматов пленных отвели к врагу. Люди поняли, что сейчас произойдет, несколько человек попытались бежать, но их остановили короткие очереди. Артем не верил, что все это происходит по-настоящему. Рядом с ним стояли женщины, дети, старики, раненые. Он видел глаза – сухие, горящие, полные слез. Раненый паренек еле держался ан ногах – он бредил, тихо звал по имени какую-то Олю. Все звуки и краски стали такими яркими. Белые облака (откуда они взялись в этот безветренный день?), яркие сиреневые цветы чертополоха – он увидел каждый острый лепесток, медленные слова молитвы, которые шептала немолодая женщина. А потом раздался громкий треск, и наступила тьма…

Артем открыл глаза. Над ним горела летнее черное небо, усыпанное серебром звезд.

«Наверное, уснул в гамаке», – пронеслась мысль. А потом накатил сладковатый запах. Его трудно было спутать с чем-то – так пахла кровь. Вернулась память, и боль. Он ощупал себя – липкая рубаха, там, куда ударили пули. Тупая боль. Но он жив. Он попытался встать – голова кружилась, хотелось пить. Он посмотрел по сторонам. Мертвые тела. Это было дно неглубокого оврага. И он лежал на ком-то, а не на земле.

Он выбрался наверх, но идти не мог. Ран на теле не было, только саднящий ссадины. Артем насчитал семь, ни одной в районе сердца. Татуировка – белая, невидимая сеточка на левой стороне груди – не только продлевала жизнь, но и хранила от смерти. Давно никому из рода Орловых не приходилось проверять это последнее средство. Отцу, ученому, а не воину, за десятилетия смуты не пришлось столкнуться со смертельной опасностью.

Постепенно возвращались силы, а с ними способность трезво оценивать ситуацию.

Он вдруг ясно осознал, что прекрасно знает, где находится. Конечно. Как часто отец вместе с ним бывал в этих местах. Они проверяли активность портала. Лесок, в котором их поджидали враги, тянулся вдоль по краю глубокой балки. А на границе деревьев и степи лежали большие серые валуны, в трещинах которых росла чахлая трава. Случайно ли он оказался именно здесь? И еще – мозг только сейчас восстановил полную картину событий. Не все «немцы» понимали немецкий. И одеты многие были не в форму, а в черную одежду. (А в записях наблюдений чужаки всегда были в черном).

Отобрали они здоровых молодых ребят, врачей, девушек, несколько подростков. Среди девушек были его однокурсницы. Бросить их Артем не мог.

Он пролежал еще несколько часов. Пока тело восстанавливалось, мозг анализировал возможное движение отряда. Вариантов не было – на севере река, наши войска, глубокие балки, через которые с грузовиками не переехать. Так что отправиться они могли только к порталу.

Перед тем как двинуться следом, Артем заставил себя подойти к краю братской могилы и взглянуть в глаза кошмару. Он прекрасно понимал, что это воспоминание останется с ним навсегда.

Юноша отлично ориентировался в этой местности. По едва приметным тропам двигался быстро. Остановок было несколько – короткие стычки с отставшими от своих врагами позволили пополнить арсенал автоматом с запасными обоймами, отличным ножом и револьвером.

Теперь он по достоинству оценил уроки рукопашного боя, на которых настаивал отец. Один из друзей семьи – следопыт, охранявший портал, серьезно занимался с нескладным подростком. Где-то он теперь? Ушел добровольцем или нашел возможность остаться на посту. Или вовсе пропал – сгинул в пожаре войны…

А еще Артем ощущал в себе силу. Он превосходил людей – был менее уязвимым перед оружием, владел своим телом и разумом. И это не давало ему право оставаться сторонним наблюдателем, простым фельдшером. Жаль, что он не понял этого сразу… За одни ужасные сутки он стал воином и полноправным Стражем.

Лагерь врагов выдавал себя звуками задолго до того, как его можно было разглядеть. Он действительно располагался близко ко входу в другой мир. Когда-то здесь устроили свои курганы древние сарматы. Между двумя возвышенностями и укрылся портал. Обнаружить его обычному человеку было невозможно. Только легенды о «нехорошем месте», где исчезают люди и животные, а миражи путают странников и доводят до безумия, давала подсказку посвященным.

Артем подобрался очень близко, залег в зарослях колючего кустарника и принялся ждать ночи. Он слышал нестройный гул голосов – перемешались выкрики, плачь, смех. А еще были короткие очереди и редко – шум мотора.

Пробуждение оказалось неприятным – от прикосновения холодной стали к горлу. Видимо задремал, и обостренные чувства не предупредили об опасности.

– А мы тихонько, правда, парень? Без глупостей. Понимаешь по-русски то?

– Да, – в полголоса ответил Артем.

«Почему сразу не убили? Свои. Или?» – метались обрывки мыслей.

– Что же ты в дозоре-то уснул? – это другой голос, в стороне. Знакомый… Неужели?..

– Я не в дозоре. Дядя Рамиль? Это я, Артем Орлов.

– Артем? – и тут же – убери нож, свои.

– Вот кого не чаял встретить. Ну-ка, давай за нами, потолкуем.

Шли по балке в молчании минут 20. Потом Рамиль заговорил. Когда стало понятно, что наши отступают, он решил сколотить партизанский отряд. В призыв по здоровью (вот ведь насмешка – старые раны времен гражданской подвели) не попал. Но прекрасное знание местности, навык работы в подполье оказались полезны в степи. Особенно пристально следил за порталом – и чутье не подвело.

– Эти сволочи с фашистами отлично поладили. Уж не знаю, на чем сговорились, только получился у них вроде как сборный полк. Нужно и тем и другим одно – солдат наших убивать, а мирных и припасы с оружием туда переправлять. Как можем им мешаем, но силы не на нашей стороне.

Так Артем попал в партизанский отряд. Всю войну он с Рамилем и другими посвященными боролся с приспешниками Макса. В первом бою, которые готовили тщательно, удалось отбить всех пленных, которых не успели увести в другой мир. Он очень надеялся, что среди них будут его однокурсницы. Но девушек-сестричек среди освобожденных не оказалось.

Казалось, им не будет конца – самолетам с черными крестами, которые неотвратимо двигались в сторону Волги. В первые часы Артем и его товарищи еще надеялись, что враг перебрасывает куда-то воздушную технику. Но потом стало ясно – это жуткое хладнокровное уничтожение их родного города. Земля ощутимо гудела и даже здесь, за сотни километров стал виден темный дым.

– Я пойду, мне надо знать, что с родителями, – Артем не находил себе места.

– Уверен, отец сумеет защитить себя и Елену. Она точно могла почувствовать, что приближается беда – ты же знаешь, у твоей мамы дар.

– Да, но это не то же самое, что противостоять людям. Только представь, что твориться в городе после двух дней бомбежки.

– Хорошо. Пойдем вместе. Фашисты наступают, надо бы связаться со штабом – получить задание для отряда.

В черном городе, который должен был умереть, продолжалась жизнь. К тому моменту, когда Артем и Рамиль добрались до нужного района, люди начали расчищать завалы. К постоянным звукам выстрелов они привыкли – в развалинах шли бои.

Дома Орловых не было – прямое попадание практически сравняло его с землей. Но Артем не мог, не хотел уйти сразу. Два дня они осматривали окрестности – помогали разбирать завалы, в которых оставались люди, расспрашивали редких выживших, но выяснить, живы родители Артема или нет, так и не смогли.

ЧАСТЬ 2. Глава 1. Неудавшийся герой

Альдейгья. За 1600 лет до описываемых событий

С того дня, когда Максуд увел из опустевшего монастыря старого мудреца, прошло много лет. И сейчас ему казалось, что перевернулся весь миропорядок. Маг давно знал о странном пророке, который позволил убить себя в древнем городе. Но никогда не думал, что какое-то учение, одно из множества, способно изменить все.

Последнее сражение было ужасным. Его преследователи под флагами с крестами боролись с любыми проявлениями магии. Они миловали тех, кто отказывался от своих богов или идолов, но были беспощадны к магам. А Максуд не собирался отказываться ни от чего.

Шли месяцы – его войско гнали и гнали на север. Холод, снег, болезни отнимали силы и людей. Враг же, наоборот, становился все сильнее. Для заветного заклинания не хватало всего одного компонента. Хотя мудрец перед смертью (от старости и болезни, а не от его руки) все твердил про равновесие и непредсказуемость.

В лесу на берегу ручья маленький отряд жил уже неделю. Дагман охотился, готовил, оберегал господина. Наконец, вернулся племянник верного телохранителя.

– Удача, – парень заметно исхудал и с трудом слез с коня, но лицо его довольно сияло. Для каждого воина было честью служить Максуду. Посланник вынул из-за пазухи мешочек и протянул магу.

– Черный остров, как ты и говорил, повелитель. Я нашел его, нашел деву, и она принесла мне кровь деревьев.

Максуд держал на руке гладкий черный – нет, не камень. Внутри него угадывался свет.

– Завтра, – прошептал он…

На чистой ровной площадке пылал костер. Вся земля была испещрена древними символами, соединенными в единый узор с черным камнем в сердце. Максуд произносил слова медленно, нараспев и добавлял в сосуд новые и новые компоненты в строгой последовательности. Травы, кости, камни, порошки.

Они покинули лагерь за два часа до полуночи. Дагман охранял, а маг творил заклинание. Он изменил формулу. На это ушло время, но уничтожать демонический мир сейчас ему было не с руки. А вот та часть, которая запирает энергию, оказалась интересной. Он был уверен, что сможет создать что-то большее – надежное убежище, в которое никто не сможет проникнуть без его разрешения. Ведь у него была душа того, кого звали мощью великой обители….

Волна жара вырвалась из сердца пентаграммы. Удар был таким сильным, что отбросил Максуда на несколько метров. Он ударился о ствол дерева, потерял сознание и не видел, как приглушенное темное сияние ушло вверх – на недостижимую высоту. В какой-то момент от высшей точки побежал еле различимый узор, который принимал форму купола.

– Господин, господин, где вы? – Дагман почувствовал странное тепло и решил проверить, все ли в порядке. Он ожидал увидеть пожар или что-то ужасное, как бывало не раз, когда повелитель творил свои ритуалы. Но там, где он оставил Максуда, ничего не отказалось. Был только лес, поляна, но ни огня, ни даже кострища он не нашел. Утром вместе с племянником и остатками отряда он обшарил все окрестности – безрезультатно. Ничто больше не могло удержать солдат в этом безрадостном чужом краю. Через две недели остатки грозного войска покинули северный край, чтобы навсегда раствориться среди обновленного мира…

Санкт-Петербург – Старая Ладога. Наши дни

Телефонный звонок застал Ника за пересмотром любимого «Сверхъестественного». Не отрывая взгляд от экрана, где Дин и Сэм поняли, что им придется убить ребенка (не вполне повзрослевшего демона), он нащупал поющую трубку и взглянул на номер.

– Ну, тогда да, – он нажал на паузу и принял вызов.

– Похоже, ты ближе всех к месту, мы с ребятами едем недостаточно быстро, а время идет, – пояснил свою просьбу Артем, – так что поезжай.

– Ты думаешь, они уже знают?

– Не исключено. И поэтому, Ник, сам ни во что не вмешивайся, просто наблюдай. Не хватало тебе еще нарваться на людей Макса.

– Слушаюсь, командир – подчеркнуто серьезно подтвердил Никита, но в глазах его загорелись азартные огоньки. Он приехал в северную столицу, чтобы поработать в архиве института восточных рукописей, и задержался на пару дней.

С сомнением взглянув на застывший на экране кадр, он закрыл ноутбук. Быстро сложил вещи в рюкзак, задернул шторы на окнах и спустился во двор, где ждала старенькая «ауди».

До Старой Ладоги от Питера добрался быстро и сразу отправился по адресу, указанному Артемом. Дом был двухэтажный, ветхий, когда-то выстроенный как барак, но затем разгороженный на отдельные квартиры. Для наблюдения он выбрал дом-двойник на другой стороне улицы.

На двери, которая вела на чердак, висел внушительный замок, но Ник никогда не жаловался на чрезмерную законопослушность. Достал небольшую связку отмычек, поковырял скважину и довольно хмыкнул, услышав щелчок открываемого замка.

– Вот это то, что нужно, – довольно пробормотал он, обнаружив место, из которого просматривалась вся улица и окна лестничной площадки и той самой квартиры № 4 на втором этаже. К вечеру наблюдательный пункт (и по совместительству временное жилье) был обустроен: старое кресло он накрыл пледом из своего автомобиля, ящик приспособил под стол, открыл ноутбук и включил недосмотренную серию.

Подозрительные типы объявились на следующий день. Они не были так озабочены маскировкой, как наблюдающий за ними шпион. Поставили свой огромный внедорожник в переулке, позвонили в старенькую синюю дверь квартиры № 4 и, не получив ответа, устроились в машине.

Время тянулось медленно. Нику было сложно постоянно держать под наблюдением свой объект. Еще накануне он установил рядом с квартирой маленькое прослушивающее устройство, чтобы не пропустить чего-то важного. По крайней мере, можно было дремать или отлучаться ненадолго. Этой троице было проще: они, сменяя друг друга, уходили и приходили. Ник заметил, как один из молодцов бросил на заднее сидение кобуру. Внимания местных типы старались не привлекать.

Он уже было уверился, что без происшествий дождется друзей, когда началось непривычное для этого тихого местечка волнение.

Совсем юная девчонка пересекла двор, вошла в подъезд, и вскоре на втором этаже в нужной квартире открылось окно. Это сработало, как сигнал: типы в машине оживились и начали с кем-то активно переговариваться сразу по нескольким телефонам. Вскоре трое дюжих молодцов решительно направились к подъезду.

– Твою ж…, – неприлично ругнулся Ник.

Он достал телефон, набрал номер Артема – абонент оказался вне зоны доступа. Помедлив пару минут, решил спуститься вниз. Пронзительный крик заставил его поторопиться.

– Наблюдай, не вмешивайся, жди, – бормотал он, стремительно пересекая двор, – ваш совет просто неоценим, дружище, Артем…

Дверь была открыта, на площадке никого. Он быстро заглянул внутрь – пусто. Прошел до угла и, глядя на отражение в телефоне, попытался разглядеть комнату. Старенький диван с клетчатым пледом. Полки до самого потолка уставлены книгами и всякой сувенирной мелочью.

Около стены рядом с окном стояла девушка, которую удерживал сзади и зажимал рот один из типов. Второго больше всего занимали полки с книгами, третьего видно не было.

– Стой тихо, – в спину неприятно уткнулось что-то недвусмысленно круглое и прохладное. – К нам гость, но я его принял.

– Просто проходил мимо, дай думаю, зайду, но вижу, все в порядке, не буду вам мешать, – Никита все еще продолжал улыбаться, хотя жесткий толчок в спину заставил его шагнуть на середину комнату, – отпустите, люди добрые.

– Заткнись, и телефон давай сюда, живо!

– Есть, нашел! Тащи девчонку!

Ник почти наверняка знал, на что сейчас смотрел его противник, но желание убедиться в собственной догадке взяло верх, и он попытался приблизиться к центру всеобщего внимания. Дуло пистолета тут же больно врезалось в спину, и он замер на месте.

Девушку подвели к шкафу, и тот, кто командовал, указал ей на нужный предмет:

– Видишь камень? Кивни. Хорошо. Сейчас мой напарник тебя отпустит, и ты не будешь кричать или убегать – поверь, это бесполезно, – а просто возьмешь его и спокойно пойдешь с нами. Сделаешь все правильно, и с тобой ничего плохого не случится.

Пленница кивнула, и ее тотчас отпустили. Она взяла с полки матово-черный камень и протянула его говорившему. Тот отшатнулся.

– Ты чего мне его суешь? Держи при себе. Все на выход!

Никите ничего не оставалось, как подчиниться: что делать, с оружием особо не поспоришь. Их посадили на заднее просторное сидение, и девушка оказалась между Ником и одним из похитителей. Невольно она придвинулась ближе к тому, кто находился с ней в сходной ситуации. Ник, не спускавший глаз с камня, который теперь был ему очень хорошо виден, вдруг осознал, что должен как-то подбодрить несчастную девчонку, попавшую в переплет.

– Тебя звать-то как? – шепотом спросил он.

– Саша, – она помолчала, пытаясь поудобнее пристроить на коленях свою ношу, – а вас как?

– Никита, Ник. И давай сразу на «ты». Зачем пришла в эту квартиру?

– Как зачем? – удивилась она. – Я всегда цветы поливаю, когда дядя в экспедиции.

– Значит, случайная жертва, – пробормотал Ник, а громче произнес, – ну, не бойся, не нужны мы им, им только камень этот нужен. Отвезем и будем свободны.

Он постарался придать своему голосу большую уверенность, чем испытывал на самом деле – ни к чему пугать девушку.

– Хорошо бы так, – тихонько отозвалась та.

Глава 2. Тайна

Кавказ. За 7 лет до описываемых событий

Никита, а для своих просто Ник, вышел из автобуса, сделал пару шагов и замер. Нестройным гулом шелестели голоса ребят, которые приехали в лагерь вместе с ним. Знакомились, обсуждали вид, фотографировали, созерцали. А он наслаждался открывшимся пейзажем.

От некрутого обрыва и до самого горизонта ослепительно белые облака спорили причудливостью узоров с шапками гор. Извилистая долина с сухими сейчас руслами широких ручьев упиралась в изумрудные и малахитовые склоны.

Ник не был в восторге от идеи, которая пришла в голову бабушки, а значит, исходила от отца. Но разве старших интересует мнение пятнадцатилетнего пацана? И на две летние недели его насильно выдернули из Москвы и заставили жить в лагере для одаренных детей. Этот проект собрал юных спортсменов, артистов, заучек со всей страны. Конечно, способного паренька с радостью приняли бы в любой отряд. Поразмыслив, он подался к спортсменам.

Первая неделя пролетело незаметно. Тренировки, развлечения, дискотеки. Никита держался особняком, и сдружиться ни с кем не успел. Не хотел, если честно. Он часами бродил по долине. Пару раз вожатые испуганно читали ему нотации. Но потом поняли, переупрямить подростка не удастся. Да и потеряться здесь было довольно сложно.

В традиции лагеря было общее дело. Модная идея, чтобы сплотить ребят, научить их работать в команде. На этот раз выбрали трехдневный переход через горы по туристической тропе. Погода стояла подходящая: теплая и сухая. Правда, шли не все, только дети от 10 лет и старше.

Старший вожатый, высокий темноволосый Влад, которого Ник выделял из всех взрослых с первого дня, разбил отряд на группы. В пятерке один взрослый и четверо ребят помладше.

Нику поручили двух девочек-десятилеток и двух ребят. Присматривать, чтобы не отставали, помогать если устанут.

На первую ночевку устроились рано – темнело в горах быстро. Песни у костра вожатых стихли за полночь. А ближе к рассвету пошел снег.

Влад проснулся от навязчивого звука. «Только дождя не хватало», – пробормотал и расстегнул вход в палатку. Белая поляна – что-то нереальное. Мозг отреагировал быстро. Он разбудил всех инструкторов. Похолодало, кстати, заметно.

– Возвращаться, даже сомнений нет. Этого вообще не должно было случиться. И высота не настолько большая, и прогноз сулил тепло. – Влад озвучил общие мысли.

– Идти надо быстро. У многих нет теплых вещей, – вторила бывалая инструктор по туризму.

– Будим, кормим – и в путь.

– Сигнала нет, как только свяжемся с лагерем, вызовем помощь – пусть встречают, – озабоченно сообщил вожатый Роман.

– Только детей не пугайте – надо сказать, обычное дело.

Пока взрослые спешно сворачивали лагерь и как могли утепляли себя и подопечных, дети грелись у разведенного, но так и не успевшего разгореться костра.

Вчерашний день казался чем-то нереальным. Сухая каменистая тропа шла все время вверх, солнце грело, было весело и легко. А теперь кроссовки скользили по мокрым камням, что сильно замедляло движение. Кое-где успели вырасти сугробы, а солнце даже не пыталась пробить облака.

Ник и Роман – парень-вожатый, которому он помогал, по очереди замыкали свою группу. Девчонки быстро устали и их то и дело приходилось подсаживать на закорки. И еще малышек из отряда, за которым присматривали вожатые-девчата.

Наверное, не он один мечтал о привале. Ему еще не приходилось бывать в таких походах, но по поведению взрослых понимал, что случившееся удивило и их. Ник начинал уставать, но вида не показывал. Тем более удивительно было наблюдать за тем, как держался Влад. Казалось, он успевал быть в нескольких местах одновременно, то и дело проверял, кто успевает, кто устал, где нужна помощь.

Что-то было не так, неправильно. Ник только опустил одну из малышек, чтобы хоть немного отдохнуть, когда на него навалилась сильнейшая усталость, на краю которой балансировала тревога. Тревога все росла. Девочки ушли чуть вперед, и он оказался один рядом с тропой, которая терялась вверху, у большой группы камней. Полукруг, а внутри темнота – как дымка, объяснить невозможно. И тени-фигуры. От их вида на Ника накатил ужас, который быстро перешел в гнев. «Чужие, опасность», – запульсировало в голове и по телу прошла волна тепла. «Не допустить! Закрыть портал!» – промелькнула и погасла мысль, а потом навалилось темнота.

– Эй, парень, ты в порядке? – за плечо тряс Влад.

Ник стоял на коленях, ладони на земле. Он не помнил, как упал. Его била крупная дрожь.

– Идти можешь? – Влад протянул руку и помог встать.

– Да.

Они догнали отряд. Ника уже отпустило. Сейчас некогда было думать о том, что произошло. Он быстро сориентировался и подхватил на руки маленькую девочку.

– В норме, – ответил на вопросительный взгляд Романа, который ждал на тропе.

– Как это, не смогли перейти? – очень тихим голосом, который не предвещал ничего хорошего, спросил Макс.

– Там кто-то был – на той стороне. Сильный. Мы почти открыли портал, но он его просто захлопнул, – крепкий воин в черном обмундировании смотрел в пол и еле выдавливал слова.

– Как он выглядел?

– Невозможно было разглядеть, господин.

Мужчина едва произнес эти слова, схватился за горло и рухнул на землю. – Его ответ не устроил Макса.

– Никто не разглядел?

После секундного молчания оставшиеся двое бойцов с приглушенными криками последовали за своим командиром в царство вечной тьмы.

– Итак, я не получил материал для работы, да еще и узнал, что на той стороне объявился один из этих стражей. Так они себя называют? – обратился Макс высокой молодой женщине.

– Отвечать не обязательно! Молчи, Гаяна! Узнай, кто он, да поскорее. И найдите мне пару девчонок из их мира – я обещал своим лучшим слугам жен, которые смогут рожать детей.

Нику казалось, что они никогда не дойдут до лагеря, лета, тепла. Но после непонятного приступа прошло не больше часа, а небо стало проясняться.

Снег под лучами солнца быстро таял. А потом им навстречу вышла большая группа – добровольцы из лагеря, которых отправили за незадачливым туристами. Никто не мог объяснить природную аномалию, сорвавшую такой хороший проект.

Влад запомнил высокого угловатого паренька, Ника. Ему понравилось, как он повел себя в довольно опасной ситуации. И еще он пытался понять, что произошло на тропе. Возможно, все дело в усталости, нереальном напряжении всех сил, когда от тебя зависят маленькие жизни. Но он точно видел сгусток тьмы наверху тропы, чувствовал странный холод. А потом Ник упал. Он был такой бледный, этот мальчишка, на лбу испарина… И ведь не пожаловался. Собрался и снова пошел помогать детям.

Все участники неудачного похода проспали несколько часов. Взрослые даже не смогли есть – они буквально падали с ног от усталости.

Первое, что сделал Ник, когда более-менее пришел в себя – разузнал побольше о Владе. Оказалось, тот вел занятия по борьбе. Уже на следующий день парень пришел в зал. Понаблюдав за несколькими спаррингами, он вызвался на бой. Влад подбадривал, подсказывал каждому ученику, разбирал ошибки.

До конца смены Ник не пропустил ни одного занятия. Ему даже не хотелось уезжать из лагеря. Так странно, если вспомнить первые дни. Да, друзей он не завел, но очень привязался к спокойному немногословному Владу. Правда, подойти и пообщаться никак не получалось. Вожатый был открыт для всех, но что-то сковывало, непонятное стеснение. Поговорить он решился только накануне отъезда. Ему не нравилась мысль, что их пути разойдутся навсегда.

– А ты из какого города? – спросил Ник в самом конце тренировки.

– Из того же, что и ты, – улыбнулся Влад, – не помнишь, мы приехали вместе.

– Честно, не помню. Меня отец заставил, я был зол и особо не обращал внимания на попутчиков.

– Что ж, бывает, наверное. Запиши мой номер. Если захочешь продолжить тренировки, буду рад. У тебя хороший потенциал.

Ник позвонил. И незаметно стал своим в доме Влада. У его старшего друга была простая (если сравнивать с окружением и родными Ника), но очень дружная семья. Поначалу парень был шокирован районом и квартирой Влада – старенькой хрущевкой на юго-востоке Москвы. Он и не бывал никогда в этих краях. Серые одинаковые пятиэтажки утопали в зелени высоких тополей и берез. Всезнающие коты спокойно отдыхали в густой траве, на лавочках сидели пожилые дамы, а днем можно было не встретить ни одного человека. Это так контрастировало с суетой и пафосом центра столицы!

Странно, но собственное жилье стало тяготить его. Да, большая квартира с историей, но истории мертвой. Никто не рассказывал Нику о людях, которые смотрели на него с картин, раритетах, которые пылились среди дорогой мебели, в тишине и забвении. Да взять, хотя бы его комнату, которая больше напоминала пристанище старого холостяка. Шкафы с собранием сочинений Ленина и Маркса, тяжелые коричневые шторы, шахматный столик на тонких ножках. И ничего нельзя двигать, и менять.

С отцом, который жил в собственном доме на северной границе столицы, он почти не общался. Бабушка (правда, так называть ее было строго-настрого запрещено – только Эльвира Рудольфовна, но он, конечно, сократил до Эльвира) вечно пропадала в поездках или офисе своего фонда.

Ник же был предоставлен себе.

А у Влада ему всегда были рады. Он помогал с уроками его сестренкам, развлекал беседой постоянно болеющую маму, часто засиживался допоздна и мог оставаться ночевать.

Глава 3. Прямое столкновение

100 км от Старой Ладоги. Наши дни

Юля расслабленно наблюдала за пейзажами, мелькавшими в окнах машины: сейчас путь пролегал через сосновый лес. Длинные тени от гладких столов расчерчивали яркий зеленый ковер из папоротника, можжевельника, редких пятен кошачьей лапки и вереска. В изумрудном подлеске плясали лучи солнца. До Ладоги оставалось не более 100 километров.

Неожиданное препятствие перегородило дорогу: поваленное дерево естественным шлагбаумом разделило два не особенно плотных потока машин.

– Не нравится мне это, – проворчал Влад и, выскользнув из автомобиля, направился в лес.

А кому такое понравится... Юля с Артемом подошли к мужчине, который курил с другой стороны.

– Давно отдыхаешь, друг? – Артем, чтобы завязать разговор, одолжился сигаретой.

– Да с час уже, звонили в МЧС. Обещали технику, правда, не уточнили, когда. Вон, пробка накопится.

– Не подрублено, кажется, само упало, – как всегда тихо подошел Влад.

– Бывает тут такое, правда, редко, – подтвердил собеседник, – да и кому нужно пилить здесь деревья… Вы, кстати, можете проехать старой дорогой, большого крюка не сделаете. Вернетесь на пару километров, увидите поворот направо. А мне вот совсем резона нет, что стоять, что обратно 70 км пилить.

– Спасибо за совет. – Артем двинулся к машине. – Если ехать старой дорогой, то вот здесь приблизимся к порталу на 30 км. – Поделился он сомнениями с ребятами, – не так близко, но риск есть. Как назло, не могу связаться с нашим кордоном у портала – не ясно, выслал Макс кого-то на перехват или пока все чисто? Прождать МЧС можно всю ночь, а мы и без того едем не быстро. Как бы нас не опередили…

– Артем, я предлагаю двигаться. Неспокойно мне, – слово Влада решило дилемму.

Старая дорога оказалась обычной грунтовкой, которую местами уже начал завоевывать лес – тонкие осинки первыми перешли негласную границу, очерченной обочиной. Все было спокойно, пока машина не оказалась на краю просторного луга: синее небо, пара забытых темных стогов трава и цветы по пояс. Юля по привычке отметила лиловые искры луговой герани, солнышки пижмы (обманчивой, способной и лечить, и убивать), вездесущие ромашки…

– Держитесь крепче! – Артем явно опоздал с предупреждением – от резкого торможения и заднего хода всех бросило вперед. Около стогов удобно расположился небольшой, но отлично вооруженный отряд.

– Что делать будем? – Влад держал наготове арбалет – оружие древнее, бесшумное, но довольно грозное. Загнав авто в кусты, ребята осторожно подобрались к опушке и залегли за удобным холмом.

– Думаю, скоро узнаем. Кто-то едет.

Со стороны главной дороги, не притормаживая, к людям Макса уверенно подкатила полицейская машина. Странно, но их не смутило оружие у одетых в штатское лиц…

А потом в сторону Артема и его друзей двинулся парламентер, – эффектно разодетая в костюм милитари молодая особа спортивного телосложения. Прямо как в американских боевиках.

– Эй, там, в кустах, можете не прятаться, – крикнула она, – отправьте-ка мне одного для разговора.

Влад не успел остановить Артема и рванул за ним.

– Одного достаточно. Остальным все будет слышно. Макс передает привет и намекает, что больше вам не стоит напрягаться. Отдохните, подышите воздухом.

– Представьтесь, если вы официальный парламентер.

– Конечно. Гаяна. А вы, я уверена, Артем.

– Завидная осведомленность. Он самый. И нам, вообще-то, есть куда спешить. Дела, знаете ли. А вот вам советую возвращаться, откуда пришли, зачем путать пространственные нити?

– Таков ответ?

– Именно таков.

– Значит, будет по-плохому, – как бы про себя, но довольно внятно произнесла она и уверенно зашагала к своим.

– В последние дни я постоянно чувствую себя участницей ролевых игр, – не удержалась от иронии Юля.

Артем достал сотовый и набрал чей-то номер: «Ну, давай же, дружище, ты нужен здесь и сейчас… Недоступен. Конечно, не так уж и странно, но все-таки странно. Я же просил быть все время на связи…»

– Ты о чем?

– Ник не отвечает.

– А еще мне нужна девчонка.

Макс расхаживал взад и вперед по поляне в некотором отдалении от своего основного отряда.

– Пусть эти куклы в форме, – он кивнул на полицейских, превращенных в марионеток волей Конрада, – отвлекают Артема и его дружков – постреляют, что ли, а ты приведи мне ее.

– Конечно, правитель. – Она слегка поклонилась.

Гаяна была готова выполнить любое поручение Макса. Сложное, опасное, смертельное – цена ее никогда не интересовала.

– Надо выбираться отсюда: не век же в кустах сидеть. – Влад был настроен вполне решительно. – Я к машине.

Но попытка его приблизиться к авто вызвала мгновенную ответную реакцию.

– Стреляют, – невесело прокомментировал он, вернувшись к друзьям.

Юля никогда раньше в перестрелку не попадала и не сразу поняла, что мирные звуки луга затихли, сменившись пением пуль. Неживая это была песня, зловещая.

– А ведь это по нам полиция палит.

По-видимому, опасность разбудила ее детские мечты о сражениях и притупила страх. Перекатившись в сторону, она выглянула из-за куста.

– Пригнись сейчас же, – прикрикнул Влад.

– А вот это уже странно, – отметил Артем. – Это случайные люди, незаинтересованные. Посмотрю-ка сам. – Он скользнул в сторону так быстро и плавно, что никто не успел отреагировать. И одновременно приглушенный вскрик заставил Влада оглянуться: Юльки рядом уже не было. Мужчина рванул следом.

– Стой, я стреляю! – крикнул он в спину Гаяне.

Та напряглась, как дикий зверь, готовый к схватке, и медленно повернулась, выставив перед собой девушку, к шее которой был приставлен тонкий клинок.

– Уверен, что успеешь?

Влад смотрел внимательно, оценивая ситуацию, но в то же время невольно разглядывал свою противницу: высокая, под стать ему самому, черные блестящие волосы собраны в длинный хвост, белая кожа и пронзительно-синие, сейчас злые и настороженные глаза. «Ох, глаза какие, – поймал он себя на неподходящей мысли, – и губы…»

– Уверен! – прогнал наваждение Влад – Давай по-хорошему: согласись, ситуация патовая – не уйти тебе, Гаяна.

«И имя сказочное», – снова стукнула молоточком непрошеная мысль.

– Ты же выстрелишь, как только я отпущу девчонку, – усмехнулась воительница.

– Ты бы выстрелила?

– Да.

– Слово даю: уйдешь спокойно.

Гаяна задумалась и сделала шаг назад, увлекая Юльку. Влад качнул головой – зря – и выпустил стрелу.

Ощутив холод от пролетевшей в миллиметре от лица стали, Гаяна замерла.

–Хорошо, опусти арбалет, я уйду.

Девушка подбежала к Владу и спряталась у него за спиной.

– Не дай ей уйти, Влад! Что же ты? Ведь она бы нас не пожалела, и меня, и любого, посмотри на нее, она же убийца!

Гаяна, услышав жаркий монолог, на секунду замерла и оглянулась. Ее взгляд и взгляд Влада, который чуть приподнял арбалет, встретились. Что он в нем прочитал? Страх – нет… Понимание, что жестокость необходима и спокойная готовность достойно принять смерть… Мужчина опустил оружие, взял Юлю за руку и, пригнувшись, повлек за собой – туда, где продолжали звучать редкие выстрелы.

Он больше не оглядывался. Спутница начала приглушенно всхлипывать – напряжение спало и пришло осознание того, что она только что чудом избежала плена или чего похуже.

– Конрад, ты чувствуешь, как уходит энергия?

– Да, повелитель!

– В чем дело?

– Я проверяю, – Конрад взглянул на сосредоточенного Макса, читающего беззвучное заклинание, которым удержал открытым портал между мирами.

– Сколько у нас времени?

– Пара часов, повелитель.

– Камень близко? Есть сведения от группы захвата?

– Подъезжают.

– Нужно узнать тайну ключа. Пришло время пообщаться с Артемом. Кстати, ты пробовал снова проникнуть в его сознание?

– Конечно, Макс, но он теперь настороже и использует сильный способ защиты. Все глухо.

– Жаль, но попытка была хорошей.

– Спасибо.

– Гаяна никогда не подводит, так что мы сможем выменять тайну ключа на тех двоих, которых взяли в квартире. Артем, как и все эти хранители-стражи, слишком заботится о человеческих жизнях. Не станет он рисковать заложниками.

Артем подобрался очень близко к лагерю Макса и увидел, как из автомобиля вышли Ник и незнакомая девушка. Он был уверен, что ничем не выдал себя ровно до того момента, когда Макс посмотрел прямо в его сторону и жестко произнес: «Хочешь вернуть своего человека, выходи».

Артем не стал долго размышлять и, выпрямившись, двинулся к Максу, рядом с которым стояли Ник и незнакомка, в руках которой было нечто, заставившее его остановиться.

– Не ожидал, что я получу еще один ключ?

Судя по интонации, Макс был доволен реакцией.

– Я бы хотел взглянуть на него поближе. – Артем лихорадочно прокручивал в голове варианты. Так близко он не подбирался к Максу никогда. Но что он мог сделать без подготовки? Была пара заклинаний, которые когда-то использовали его предки против темного мага. И вот он здесь – без видимых повреждений, восстановивший силу, уверенный в своей безнаказанности.

– Да, пожалуйста.

Холодная улыбка врага только подтвердила его мысли.

– Они все так боятся прикоснуться к нему. – Сомнений не оставалось. Девушка держала в открытой ладони камень-ключ с темной, почти стершейся серебряной руной. Камень, запирающий портал. Он физически ощутил его холод, который так поразил его когда-то сколько не держи в руках, теплее не станет…

– Чего ты хочешь, Макс? – Так странно находиться вот так, лицом к лицу с человеком, который родился тысячелетия назад…

– Если ответишь на вопрос – отпущу этих людей, нет – они уйдут со мной, в мой мир.

– Спрашивай.

– Когда я последний раз видел такой камень, случилась странная вещь. Мой спутник взял его в руки и сразу умер. А вот вы все держите его, и ничего не происходит.

– И куда делся тот камень?

– Не важно. Утонул.

– Когда это было и где?

– Ты знаешь ответ или нет? – Макс пристально посмотрел в глаза Артему, как будто хотел проникнуть в его мысли.

Артем выдержал взгляд, от которого большинство собеседников Макса стремились ускользнуть, иногда в буквальном смысле – убежать и больше никогда не возвращаться…

– Пусть эти люди уходят, у тебя же теперь есть я. – Попытаться стоило.

– То есть, не знаешь? Тогда и говорить не о чем, – холодно ответил Макс и обратился к своим подручным – забирайте этих и уходим.

– Почему не знаю? Просто хочу убедиться в том, что ты сдержишь слово. Пусть идут медленно – если тебе покажется, что я говорю неправду, успеешь их вернуть.

– Говори – уйдете вместе, если я буду удовлетворен услышанным.

– Тот, кто умер, был твоим родственником?

Макс посмотрел на Артема очень внимательно: «Продолжай».

– Значит, был? – Ему стоило огромных усилий выдерживать ровный тон. Одно неверное слово и все может обернуться ох, как скверно.

– Сыном.

– Камень заговорен на твою кровь. Любой, в ком она течет, умрет, прикоснувшись к камню. Остальным он не страшен.

– Конрад, возьми, и пойдем. – Макс повернулся к помощнику, который стоял в нескольких шагах от него. Взгляд того, к кому обращались слова, слишком явно говорил, что он совсем не уверен в собственной безопасности. Но перечить господину было еще страшнее.

– Может, лучше, кто-то из солдат, – попробовал возразить он, хотя и направился в сторону Артема.

– Вам не о чем волноваться.

Конрад чуть было не отдернул руку, но пересилил себя. Ничего не произошло.

Глава 4. В плену

Мир Макса. Наши дни

Ник был просто уверен, что их никто не собирается отпускать. Он не мог сказать Артему, что они стоят у портала, который создал Макс. Понять было сложно – с той стороны тоже было поле. А ведь он прекрасно знал, что портал выдает себя хоть какими-то признаками. Этот был исключением. Хорошо бы разобраться, как замаскировать проход между мирами. «О чем я только думаю?» – удивился Ник непрошенной мысли. Надо было выручать товарищей – охранник жестко предупредил, что стоит поднять шум, и кому-то не поздоровится. Проверять, кому и как, желания не было.

– Когда скажу, беги со всех ног и падай в траву, – прошептал он девушке, когда увидел, что к ним идет Артем.

– Но...

– Поверь, все будет хорошо. Расскажешь, что с нами приключилось. Мои друзья отвезу тебя домой.

– А ты? – неуверенно прошептала Саша.

– Как получится.

– Идемте. – Артем отвернулся и зашагал к своим.

– Что же так невежливо? – в спину ему бросил Макс. – А попрощаться?

Вот и началось. Он был прав – слишком простое условие сделки предложил враг. Ник по капле собирал силы. Он почти не слышал слов, но интонация, не скрытая ирония Макса, послужила Никите сигналом.

– Беги! – крикнул он, подтолкнул девушку, и...

Показалось, что время замерло, как и всегда в такие моменты. Мощная сила сотрясла его тело и ударила в портал, границы которого видел только он. Стало тихо, на мгновение он как будто оглох и ослеп. А когда зрение вернулось никого из ребят не было видно. Значит, все получилось.

– Ты! – На парня двинулся Конрад, но Ник не мог пошевелиться, отступить, защитить себя. Чтобы закрыть портал, ему потребовалось слишком много сил. Он безотчетно вздрогнул, ожидая удара, но вместо этого услышал холодный низкий баритон Макса

– Оставь его. – Властитель отраженного мира выставил руку в направлении закрытого портала. – Приготовься. – Секунды, минуты – и ничего не произошло.

– Даже так. – Впервые за все время в интонации противника проскользнули легкие нотки удивления. – Впечатляет.

– Что с ним сделать, повелитель? – женский голос за спиной.

– В машину и в замок – там разберемся. Хороший материал упустили, податливый.

– Вы о..?

– Неважно.

Гаяна завела черный мощный байк, на такие же взгромоздились огромные быковатые воины и кавалькада двинулась по проселочной дороге.

Ника подтолкнули в сторону внедорожника. Все было как в тумане. Но ему хватило гордости, чтобы не показать слабость, забраться на заднее сидение и только после этого отпустить себя в блаженное небытие. Он не знал, как долго он был в отключке. Теперь за окном вместо безлюдного зеленого простора мелькал холмистый ландшафт. Справа от дороги, кстати, асфальтированной, в низине, лежал город.

Почти все здания каменные, не выше 2 этажей. А когда они повернули, его глазам предстал темный замок. «Мрачный, тут было бы уместнее мрачный, но ведь нет», – подумалось пленнику.

Во многих местах стены увиты зеленым плющом, довольно изящные башенки, скульптуры рыцарей. Камень не везде одинаковый – где-то очень старый, а где-то заметно светлее – видно, что замок несколько раз достраивали.

Ворота, которые они миновали, были из толстого кованого железа с замысловатым узором.

– Вылезай, – открылась дверь, и Ник оказался во дворе. – Шагай, – его подтолкнули в сторону, но он успел увидеть огромное крыльцо с колоннами и портиком, и массивную деревянную двустворчатую дверь.

Его провели через боковой вход вниз, по петляющему коридору и втолкнули в комнату с маленьким окошком почти у потолка. Когда глаза привыкли к полумраку, Ник различил грубую деревянную скамью. Размер камеры, хорошо, если метра три на четыре, каменный пол, высокий потолок.

– Добро пожаловать, – невесело прошептал парень и прилег на жесткое ложе.

Только однажды он сумел бессознательно закрыть чужой портал – тогда в лагере, на перевале.

Так как же он сделал это сегодня?

Ник мысленно вернулся на поляну и начал одно за другим перебирать свои ощущения и эмоции. Это было как при тренировке с Артемом, когда он учился создавать порталы во враждебный мир. Обычно они делали это рядом с постоянным порталом, – вытягивал энергию и создавал собственную маленькую дверь, через которую мог провести несколько человек.

Кстати, там, где шли переговоры, не было никаких порталов – их карту он давно уже выучил наизусть. Этот создал Макс – творец всех переходов между двумя мирами. Но почему тогда он не открыл дверь снова? Получил, все что хотел, и не счел нужным утруждаться?

– Сосредоточься, – подбодрил себя Ник, – что ты там такое почувствовал, что сделал, чтобы захлопнуть проклятую лазейку?

Страх, но не за себя. Он слышал, как Макс приказал схватить Юлю. Любопытство – не каждый день попадаешь в приключения, опасное, да, но и увлекательные. Выходит, адреналин зашкаливал. Злость и огромное желание закрыть портал.

– Теперь бы научиться вызывать эту гремучую смесь по собственному желанию. Ну-ка, – и Ник постарался воссоздать свои эмоции, чтобы выбраться из темницы.

«Похвально и очень нагло, – отчетливо прозвучал голос в голове. Серьезно? В моем собственном мире?» – Вдруг стало холодно и Ник, как ему показалось, на секунду отключился.

Дверь отворилась, и в камеру шагнул здоровяк в черной одежде.

– Идем, и без глупостей! – прикрикнул на пленника.

– Какие уж тут глупости, когда ты лично за мной явился, – попробовал пошутить Ник, но наткнулся на туповатый холодный взгляд. Сумрак за окном развеял заблуждение – день давно сменился вечером. Ему стало не по себе.

Они петляли по каменным коридорам, которые, похоже, выдолбили прямо в скале. Наконец подошли к массивной двери у входа в которую стоял такой же громоздкий стол.

Охранник постучал, прислушался, почтительно открыл дверь и втолкнул Ника внутрь.

– Вовсе не обязательно, – начал он, но осекся. Огромная комната, несколько жутких железных столов, шкафы с инструментами, многочисленными баночками и склянками, к содержанию которых не было ни малейшего желания присматриваться, а в стенах и потолке – крюки и цепи.

– Нравится моя лаборатория? – ухмыльнулся Макс.

– Трудно подобрать слово, чтобы выразить мое восхищение.

– Шутишь? Похвально. Поговорим? – хозяин неуютного подземелья кивнул на лавку, которая вполне мирно притулилась у стенки.

Ник сел, а Макс облокотился на ближайший стол.

– Итак, Ник.

– Никита, – поправил пленник.

– Ник, – подчеркнул Макс, – твой дар – порталы. Редкость, большая редкость. Лет семь назад мне докладывали о некоем юнце, у которого были похожие способности. Но, впрочем, об этом позже, – времени у нас теперь достаточно, – он издал звук, напоминающий смешок. – Ведь ты у нас на все руки мастер – создал этот ключ, – он указал взглядом на шкаф, за стеклянной дверцей которого в открытом серебряным ларце лежал черный камень. – С нетерпением жду рассказа, как ты это провернул.

– Ключ? Я? – Нику даже не нужно было притворяться, и он облегченно вздохнул. Его явно спутали с кем-то, кто представлял для Макса интерес.

– Не нужно этих игр. Неужели ты думаешь, что долго сможешь хранить свой секрет? – Хозяин замка красноречиво обвел взглядом комнату и остановил его на стене с крюками.

– Но я действительно могу открывать… – Ник непроизвольно посмотрел туда же.

– И закрывать.

– Ну, да, и закрывать порталы. И все, – Ник уже не был уверен, что ему удастся убедить Макса. Тот смотрел так, будто не верил ни единому его слову. Тяжелый взгляд, ни намека хоть на какие-то эмоции.

– Что ж, тогда попробуем по-другому.

Нику показалось, что его голову засунули в ледник. Убийственная тьма накрыла его и в ней – да, в ней – он увидел холодные, непроницаемые как полное затмение, глаза Макса. Замелькали воспоминания – маленькие двери в пространстве, горный перевал, рука, протянутая из тягучего болота, детский смех и следом вспышка – голос Артема: «Защита! Никого не пускай в свой разум!» Хорошо отработанный навык помог – сверкнул яркий красный луч, и Ник представил пламя. Обжигающее, защищающее, как броня. И Макс исчез. Вернулась комната. Он сидит на той же лавке, голова кружится. А хозяин замка больше не выглядел таким непроницаемым. Он явно разозлился – губы сжаты, глаза чуть заметно прищурены.

– Конрад, – вслед за негромким голосом в комнате материализовался высокий светловолосый мужчина, – давай-ка по-старому.

Тот понимающе ухмыльнулся и выкрикнул за дверь: «Эй, сюда!»

Вернулся дюжий охранник. Ник не успел ничего сделать (да и что бы он смог?), – его руки оказались прикованными к двум железным кандалам в стене.

– Ты точно хочешь испытать судьбу? – Макс встал точно напротив. – К чему это геройство? Расскажи про ключи, и тебе выделят удобную комнату для постоянного проживания в моем замке. Ты кажешься умным, а такие люди мне нужны. Поверь, здесь много возможностей для тех, кто чувствует энергию или магию, как вы это называете, и желает совершенствоваться.

– Я вовсе не геройствую, – без особых эмоций ответил Ник. – Я действительно не знаю...

Договорить он не успел – шею сжали невидимые руки, и парень начал задыхаться. Темно. Нечем дышать. Отпустило. Он жадно глотнул воздух и понял, что никто к нему не прикасался…

– Я пока очень мягок с тобой. Подумай – даю тебе ночь. Осмотрись тут как следует, – на этот раз Макс позволил себе едва заметную усмешку. – Идем, Конрад, время ужинать.

За порогом, когда тяжелая дверь отделила их от пленника, Макс как будто что-то вспомнил:

– Вот что, девчонка, которая была с ним, нам еще пригодится. Поработай с ней аккуратно, заложи код активации.

– Нужен личный контакт.

– Это проблема? – Макс остановился.

– Нет, Господин. – Конрад не хотел встретиться со стражами, разъяренными потерей друга, но встретиться с яростью повелителя он хотел еще меньше.

Ник остался один.

Он мог только стоять. Очень хотелось дотронуться до шеи, которая затекла от сильнейшего напряжения и болела. Хотелось пить. Минуты текли так медленно, что сводили с ума. Он начал разглядывать комнату. И зря! В одном шкафу все стеллажи были заставлены банками с человеческими конечностями, какими-то (не хотелось думать) органами, в некоторых плавали эмбрионы младенцев. Он отвел взгляд. Уснуть бы и оказаться дома или даже на том чердаке на Ладоге, – да где угодно, лишь бы подальше отсюда.

Вся ночь слилась в сплошной кошмар. Стоило задремать, и он повисал на цепи. Руки сводило болью, Ник старался удержаться на ногах. Без окон, в бездушном белом свете ламп, пленник потерял счет времени.

Глава 5. Друзья

Москва. За 6 лет до описываемых событий

После поездки в лагерь, Ник все никак не мог понять, что же случилось там, на тропе. Его томила загадка, тайна, а поговорить об этом было не с кем. Хотя Влад был тогда рядом, что он мог ему сказать, как описать свои ощущения. И, главное, что подумал бы друг? Хорошо, если списал бы на богатое воображение или усталость. А мог ведь посмеяться. Хотя нет, это как раз не в характере Влада. Вот взять хотя бы тени, – то ли галлюцинация, то ли... Что? Что это вообще могло быть?

Ник увлекся изучением литературы, посвященной описанию необычного. Загадки, аномалии, места силы, магия белая и черная. За год он начитался и насмотрелся столько всего, что в голове вместо мыслей был какой-то винегрет. Потом начала выстраиваться система. Ответов он не нашел. Но научился фильтровать информацию: проверять источники, анализировать, отбрасывать ненужное. И еще решил, куда поступать.

Его уже достали отец и Эльвира своими наставлениями: МГУ, МГИМО, с такой фамилии только туда. МГУ, отлично, но только на философский факультет, где недавно открылась специализация «Религиоведение». Ничего ближе по сути своего поиска он подобрать не смог. А так, может, получится разобраться.

– Не престижно! – Заявил отец, но долго не сопротивлялся.

«Нергал или Не-ири-гал – владыка преисподней, бог чумы, войны, палящего солнца и разрушения. В литературных текстах описан как могучий воитель, бог мора и болезней. В месопотамском календаре Нергалу был посвящен IX месяц, кислиму. Считалось, что в это время владыка преисподней покидает свое обиталище и выходит на землю, источая мрак и максимально сокращая световой день. Деструктивные качества Нергала сближали его с образами похожих божеств: подобно Эрре, он насылает на людей и скот лихорадку и чуму, подобно Нинурте — сокрушает враждебные страны».

– Ник, что это ты такое читаешь? – Влад вернулся из института (он заканчивал физкультурный) довольно поздно и не особо удивился, застав в уголке на кухне друга, поглощающего очередную потрепанную книгу. Удивительно, как Нику не мешала перепалка Али и Любаши, которые никак не могли выбрать, какой канал смотреть.

– «Мифология Ближнего Востока», – не отрываясь от фолианта ответил Ник, – привет!

– Интересно? – честно говоря, Влад не слишком вникал в увлечения товарища, которых было немало. Парень был хорош в айкидо, мог поддержать любой разговор, а странности есть у всех.

– Познавательно, и для курсовой кое-что пригодится.

– Чудная у тебя учеба, – в который раз констатировал Влад. Опять с Эльвирой разругался?

– Ага. Переночую у тебя?

– Не вопрос. Ник, – Влад замолчал, как-будто не решаясь продолжить. Никита отложил книгу и вопросительно посмотрел на друга.

– Есть дело. Хотел попросить о помощи, но…

– ?

– Это может быть опасно.

– Продолжай.

– Завелись у нас ско… – Влад заметил, как замерла в ожидании нехорошего слово сестренка Люба, – плохие парни. – Он понизил голос. – Отраву в универе продают. Есть идея их отвадить раз и навсегда.

– Грубая физическая сила? – Не то, чтобы Никита был драчуном, но иногда хотелось испытать свою удаль не только на ринге, но и в реальности. Да еще и в правом деле. К сожалению, парень не понаслышке знал, куда могут завести наркотики. Туда, откуда нельзя вернуться, уже отправился его одноклассник – шагнул с крыши в уверенности, что взлетит.

– Именно. – Влад до последнего сомневался, звать ли Ника. Не хотел бередить прошлое. – Время мира прошло, настало время войны.

– Ну, со мной мы точно всех победим. Давай явки и пароли.

Май в этом году выдался теплый и сухой. Когда Ник пришел в назначенное место, было еще светло. Влад поманил его в тень дома, где дожидались еще трое ребят.

– Вон те, – указал на ничем не примечательных парней в спортивных костюмах. Они рассредоточились на улочке, ведущей к учебным корпусам. Время от времени к кому-то из них подходили молодые ребята и девчонки, обменивались парой слов и шли дальше.

– Послушайте меня внимательно. Бой в зале и на улице – ни одно и тоже. Кто-то из вас дрался стенка на стенку? – Влад оглядел всех, кивнул только Юра. – Тогда так. Главное, когда все начнется, бить первым. Никаких правил, выводите противника из игры, держите дистанцию, старайтесь не подставлять спину. У них может быть оружие, хотя, надеюсь, до этого не дойдет. Пойдемте, попробуем решить мирно.

Говорил Влад. Ник особо не прислушивался – оглядывал окрестности. «Давайте по-хорошему…. А то что? Сейчас позовем… Мало не покажется», – предсказуемо.

Скоро разговор пошел на повышенных тонах. Из окна соседнего дома высунулась старушка и крикнула, что вызовет полицию. Но Нику уже было не до нее – дело шло к настоящей драке. К их противникам подоспела подмога. Восемь против пятерых, что ж, повеселимся!

Атака не была внезапной, так что парень спокойно занял оборонительную стойку. Краем глаза он видел другие схватки. Быстрые выпады рук и ног, глухие удары и ругань. Мелькнул и улетел в кусты нож – это действовал Влад. Кто-то лежал на земле, прижимая руки к лицу…

Своего противника Ник уложил довольно быстро – тот явно не был знаком с настоящей борьбой. Оглянулся на чей-то призывный крик помощи. Отвлекся. Зря. Тень за спиной. Темнота.

… Он был в лесу. Густой туман скрывал деревья, но он знал – это лес. Ник пошел вперед – ему не хотелось застрять здесь на всю ночь. В голове проносились обрывки мыслей: «Что это за место? Как он вообще сюда попал?» Хотел позвать кого-нибудь на помощь, но его остановил девичий крик. Далеко. Ник не задумываясь рванул вперед. Иногда останавливался, чтобы сверить направление. И вот, уже близко, голоса: зло – мужские и жалобно – женские. Он почти увидел их – черные тени по краям тропы, а между ними – светлые платья. Эти тени – тени из его воспоминаний. Холодно.

Он проваливается в оглушительно безмолвную черноту.

– Ник, Ник! – знакомый голос.

– Влад! – ему показалось, крикнул, но на самом деле еле слышно прошептал парень и открыл глаза. Свет, слишком яркий. Он попытался сесть, но его удержали сильные руки. – Они в беде, надо помочь.

– Не вставай, подожди. Кто в беде?

– Мы где? – Ник не понимал, что происходит, только чувствовал сильную слабость. Место неприятное, незнакомое. Они же были на улице, а это какая-то комната.

– В обезьяннике.

– Где?

– В полиции. Я просил отвезти тебя в больницу.

Нервный смешок в углу.

– Просил! Как они тебя там не положили – чуть стражей порядка не раскидал как щенков. – Это сказал один из товарищей Влада, кажется, Иван или… Не важно, голова отказывалась соображать.

– Погорячился. – Невозмутимо согласился Влад. – Но если бы ты не очнулся, я бы им устроил…

Только теперь Ник начал понимать, что во время драки ему крупно досталось. Пощупал голову – чем-то замотана, к затылку больно прикоснуться. Осторожно сел и огляделся. В большой камере были все участники разборки – и враги, и друзья. Они рассредоточились так, будто были отделены невидимой стеной. Хотя почему «будто» – действительно отделены.

– Смирнов Никита Андреевич! – К решетке подошел офицер. Ник с трудом поднялся, его отчаянно мутило.

– Андрей Евгеньевич ваш отец? – громким шепотом спросил полицейский.

– Нет, – секундную задержку заметил, наверное, только Влад, который понимающе вздохнул.

– Когда нас отпустят?

– Быстрый какой, – офицер был явно разочарован. – Посиди, подумай, как закон нарушать, – злорадно процедил в спину.

Время тянулось медленно. Кто-то дремал, кто-то вел тихие разговоры.

– Я после диплома служить пойду, – поделился Влад.

– Думал, ты шутишь, зачем тебе? – Друг не раз вскользь упоминал, что подумывает о военной службе. Но родители, особенно мама, реагировали на это довольно нервно. У нее был план – устроить сына работать в сельской школе, где жила родня.

– Решил попробовать в десант. У меня же разряд в борьбе, надеюсь, подойду им. А ты за моими посмотри пока.

– Конечно. Хотя мог бы и не говорить. Вы семья для меня.

Помолчали.

– Ник, а с отцом хорошо бы наладить отношения.

– Говорили уже. Может, попробую когда-нибудь. Потом.

Шум в коридоре привлек всеобщее внимание.

– Откройте, немедленно! – Голос точно не допускал возражений.

– Быстро он, – негромко протянул Ник и видимо напрягся.

Дверь камеры распахнулась, дежурный выкрикнул: «Смирнов – на выход!»

Ник вышел, сделал пару шагов и услышал, как за спиной лязгнул засов.

Отец смотрел на него с каменным выражением («А это вовсе не фигура речи» – мелькнула мысль). Молча. Значит сильно разозлен. «Подожди, папа, это не предел…»

– На каком основании меня выпускают? – Обратился к офицеру. – Ведь меня выпускают? – Служака удивленно моргнул и не нашел, что ответить.

– Дома поговорим, – Смирнов-старший говорил спокойно – вот что значит многолетняя выдержка.

– Я никуда не пойду без своих друзей. Верните меня в камеру, пожалуйста.

Пауза, последовавшая за этим заявлением, длилось довольно долго. Ник понимал, что отец не станет устраивать скандал при посторонних – не в его правилах. Да и что он мог сделать, тащить его, как маленького, из каталажки. И потерять лицо?

– Фамилии? – Офицер, видимо, решил, что оказать внутри конфликта генеральской семейки себе дороже.

– Имена. – Ник назвал ребят и Влада.

После соблюдения формальностей все вышли на улицу. Как, оказывается, приятно просто стоять и смотреть на чуть подернутое вечерней дымкой небо. И воздух, пусть и с легкой примесью выхлопов, был невероятно свежим по сравнению со спертой духотой камеры.

– Садись в машину, сын.

А вот теперь нужно было подчиниться.

– Увидимся не скоро, – шепнул он Владу, когда пожимал руку на прощание.

Все это время Нику удавалось держаться. Хотя голова кружилась и подкатывала тошнота. Но в полумраке на заднем сидении отцовского «Мерседеса» он, похоже, ненадолго отключился.

Издалека Ник услышал свое имя. Отец, видимо, не дождался ответа на какой-то вопрос.

– Останови, – тревожно бросил водителю.

– Порядок, я в порядке, – Нику казалось, что он говорит сквозь вату (есть же такое выражение…)

– Я пересяду. В больницу. И аккуратно, не гони.

Надо же, ему удалось напугать отца. Обычно отстраненный, тот всю дорогу бережно придерживал его голову. Наверное, действительно, со стороны все выглядело неважно...

С диагнозом «сотрясение мозга» пришлось остаться в стационаре на несколько дней. И, конечно, после выписки отец забрал его к себе – пожить под присмотром. Так он выразился.

Как ни странно, за все 3 недели, что они пробыли под одной крышей, ни разу не поругались. Сначала Ник много спал и гулял – благо поселок, где несколько лет назад окончательно обосновался отец, был в лесу. Читать не мог – начинала болеть голова.

Несколько раз отец отправлялся на прогулку с ним. Это было какое-то новое ощущение. Он давно привык видеть в отце отстраненного холодного чужака, почему-то связанного с ним узами крови. После маминой смерти тот надолго исчез из его жизни. Мальчику было непонятно, почему его разом бросили мама и папа. Тогда генерал выпросил опасную командировку, которая изменила все. И Ник не мог простить его предательство. А он воспринял трагедию своей семьи именно так.

– Пап, хочу задать вопрос, – как-то решился спросить Ник.

– Да?

– У тебя не было таких странных снов. Очень реалистичных. Там все время есть люди в черной одежде. Лес. Туман.

Отец долго молчал.

– Я вообще не вижу снов. Странно, что ты спросил.

– Ладно, забудь.

– Нет. Я не хочу тебя игнорировать. Просто мой брат… – повисла пауза, – видел сны. Я плохо помню, это было так давно.

Об этой печальной странице в истории семьи вспоминали редко. Младший брат Андрея Евгеньевича умер молодым, едва окончив школу…

– Расскажи мне о нем.

– Мы не были близки. Честно говоря, я до сих пор не верю, что его нет.

– Почему? – Ник не слышал об Олеге (называть его дядей было как-то странно) много лет. А то, что знал, укладывалось в два предложения.

– Тело не нашли. Он вообще был странный. Убегал из дома. Родители с ним намучились. В тот раз он ушел зимой. Я к тому времени жил отдельно, часто бывал в командировках по службе. В общем, – Андрей Евгеньевич, похоже, не готов был откровенничать о семейных скелетах. – Его дружки заявили, что он провалился под лед. Что произошло на самом деле, так и не выяснили. Дело замяли – отец не хотел лишнего внимания. Но мне иногда кажется…

Пауза затянулась. Они как раз подошли к калитке, но отец, взявшись за ручку, так и не открыл ее.

– Я вижу его. Очень редко.

– Мираж.

– Нет. Он меняется, взрослеет. – Тишину, вновь повисшую между ними, нарушали только редкие переклички птиц. – Хотя, да, конечно, мираж.

Глава 6. Жуткое подземелье

Замок Макса. Наши дни

– Ну что, хватило времени подумать? – Насмешливый оклик Макса вывел пленника из состояние тупого оцепенения.

Ник хотел что-то ответить, но не смог – в горле пересохло, голос не слушался его и тупо ныл правый висок. И это всего одна ночь…

– Дай ему воды, – приказал Макс охраннику, который стоял чуть поодаль.

– Я, правда, не знаю про ключи. – Хотелось произнести это твердо, но сил хватило только на шепот.

Макс развернулся и направился к выходу. Ник отчетливо понял, что сгинет в этом подземелье. Надо было что-то придумать.

– Но.

Макс остановился.

– Продолжай.

– Я попробую пробиться к сознанию Артема. – Ник надеялся, что его блеф сработает.

– Вот как. Вы практикуете общение на расстоянии?

– Начали не так давно. Артем не любит делиться знаниями. Но я очень постараюсь («Хоть бы поверил»).

– Старайся. – Макс шагнул к двери.

– Так не выйдет, это специальная техника, для которой нужно расслабиться, контролировать дыхание, боюсь, здесь этого никак не добиться.

– Два дня. Даю два дня. – Его мучитель глянул на охранника. – Ты знаешь, что будет, если я не получу ответ.

Руки не слушались Ника. Очень хотелось лечь, но он никак не показал виду. Вот и камера. Деревянное ложе показалось уютным. И он провалился в сон.

Тьма превратилась в серый густой туман. Ник шагнул и оказался у кромки воды. Как он здесь оказался? Что это за место? Под ногами была не земля, а угольно-черный как будто оплавленный камень. Глаза привыкли к сумраку, и он увидел остров целиком. Ни травинки, не светлого пятна.

Плеск, и еще – весла рассекают воду. Недалеко от него причалила лодка.

– Эй, несмело позвал Ник, – но ответа не услышал.

Из лодки вышел высокий парень. Светлые волосы, странная светлая одежда. Такую Ник видел только в кино про старину. Парень протянул руку, и на берег выпорхнула черноволосая девушка в таком же экзотическом одеянии. Они двинулись вглубь острова. Ник пошел за ними. По пути незнакомец будто что-то искал. Наконец, он наклонился и поднял черный гладкий камень, который легко поместился на ладони, и протянул его спутнице. Ник затаил дыхание, хотя его почему-то никто не замечал.

Девушка приняла находку и удовлетворенно кивнула. Она провела рукой над землей, и у ног таинственный пары вспыхнул огонь. Из кожаного мешочка она достала что-то похожее на маленький ковшик с узким носиком, бросила туда неприметный темно-серый слиток, вылила что-то густое и темное из миниатюрного флакона и протянула над огнем. Девушка говорила какие-то слова. Довольно отчетливо. Ник невольно повторил за ней:

– Abyssus abyssum in vocat. Ana jus generis humani. Destram et aedificabo ad finem saeculorum. Fiat lux!*

Парень тем временем достал нож и что-то чертил на камне, раз за разом проводя по одному и тому же месту.

Девушка замолчала. Юноша положил камень на землю, и она осторожно вылила содержимое ковшика на знак. Белая струйка растеклась ровно по вычерченному руслу. «Серебро», – отчетливо понял Ник.

Странная пара замерла, и время как будто остановилось. Наконец, юноша поднял камень и положил в мешочек, привязанный к поясу. А потом он посмотрел прямо в глаза Нику. В голове зазвучал голос.

«Я Линард, внук Линарда, и Нигора, внучка Нигоры, вылили первый ключ. Ты, мой потомок, запомнил ли все, что надлежит совершить?»

– Да, – прошептал Ник.

– Найди ворожею из рода Нигоры. Она укажет путь на остров.

Ник открыл глаза, в голове еще звучал голос.

«Ana jus generis humani», – прошептал он. А пальцы чертили на деревянном ложе знак. Такой же, как на том ключе, из Ладоги.

«Странно, как странно. И почему, зачем сейчас и здесь? Это так все усложняет».

Из задумчивости его вывело новое ощущение – что-то изменилось. Пленник не сразу понял, скорее, почувствовал, что в камере есть кто-то еще. Он обвел глазами стены – никого. Да и что он должен увидеть в этом пустом пространстве? Опустил глаза.

– Что за…, – слово застряли в горле. На полу напротив него сидело существо размером с небольшую кошку. Дымчато-серое с большими малахитовыми глазами. Оно испуганно смотрело на Ника. Наверное, он подумал «испуганно», потому что уши у зверька были прижаты, а сам он тоже как будто сжался в комок.

– Эй, – позвал Ник, но тут за дверью послышалось шаги.

– Здесь еще посмотри. Не мог он далеко убежать, все закрыто. – Голос не сулил ничего хорошего тому, о ком шла речь.

– Тебя ищут, – догадался пленник. – Ты, как и я, попал сюда не по своей воле?

Показалось, или малыш кивнул? «Почему малыш?» – промелькнула и исчезла мысль. Ник оглядел камеру. И спрятать-то его негде. А шаги приблизились и замерли точно напротив двери.

Парень сдернул рубаху и шепотом позвал: «Быстро, сюда». Существо помедлило, но двинулось к нему. Не раздумывая, Ник завернул беглеца в рубаху, положил под голову, еле дотрагиваясь, лег и закрыл глаза. Почти сразу раздался скрип и в камеру кто-то вошел.

– Встань, – гаркнул охранник.

Ник притворно потер глаза, сощурился и нехотя привстал.

– Что? Что случилось? – Пробормотал он.

– Ты здесь один? – Надзиратель обшарил глазами камеру. Она была так мала и пуста, что это заняло всего пару секунд.

– Макс ждет от меня ответа, а для этого мне нужен покой и тишина, – нарочито недовольно протянул Ник. – Вас разве не предупредили? Я тут пытаюсь сосредоточиться, провести непростой обряд. И вдруг такой шум, гам. Все с начала начинать придется. А если не выйдет? – Он показательно задумался, потер висок и поднял указательный палец, – сошлюсь на вас, хорошо? Подскажите, как вас зовут?

Похоже, он угадал волшебное слово. Услышав имя Макса, здоровяк застыл.

– Ладно, идем дальше, тут чисто, – бросил кому-то за спиной, и дверь захлопнулась.

Ник вздохнул и прислушался. Шаги удалялись. Он развернул рубаху. Показалось, что на шерстке создания мелькнули синие полоски, как на ткани. Парень моргнул – нет, все тот же дымчато-серый цвет.

– Что же мне с тобой делать? – прошептал он и уселся рядом со зверьком по-турецки. – Да и не с тобой. Как же нам отсюда выбраться?

Пушистый комочек доверчиво смотрел на него.

– Чем же ты им не угодил? Такие громилы ищут такого малыша.

Макс мерил кабинет шагами и никак не мог, не хотел остановиться. Все здесь было величественное, мощное, все подчеркивало его богатство власть и могущество. Стены убраны дорогими деревянными панелями, стеллажи с тысячами книг, собрание, которому позавидовали бы многие библиотеки, шкафы с артефактами.

– Любимая, когда же, наконец, я верну свою силу? Ты говоришь, скоро? Да, да, я так близко, но… – Он повернулся и пристально взглянул в светящиеся пониманием и любовью изумрудные глаза. – Как же горьки мои потери. Я был уверен, что новое заклинание поможет, и магия подчинится мне по обе стороны защитной грани. Но нет, снова провал. Мальчишка и ключ – слабое утешение.

Он тяжело опустился на толстый многоцветный ковер напротив портрета красивой женщины и замер в глубокой задумчивости.

________________

*Бездна бездну призывает. По праву рода человеческого. Разрушу и воздвигну до скончания веков. Да будет свет!

Глава 7. Отверженные

Москва – Мир Макса. За 20 лет до описываемых событий

Они почти догнали этого странного пацана, которого мало кто замечал в школе. Он часто исчезал на несколько дней, прогуливал уроки и был «себе на уме». Оттого и хотелось задеть его, проучить, наказать. Чтобы не выделялся.

– Ну все, попался! – охотники были уверены, что жертва остановится на границе реки. Начало весны принесло оттепели, лед подтаивал и выглядел не особо надежным.

Олег не задумался, выдержит его вес замерзшая вода или нет – он ни за что не хотел попасться этой развеселой компании. Сколько их было – пять, шесть? Стоит ли проверять?

Он сделал первый шаг и еще несколько. За спиной слышались не только угрозы – теперь мальчишки испугались.

– Вернись! Да не тронем мы тебя, дурак! Куда?

Но он уже достиг середины ледяной преграды. Можно не бояться и спокойно посмотреть на тех, кто гнал его.

Тихий, но очень понятный звук – предательский, неумолимый. Паренек осторожно сделал шаг к земле, а в следующий миг цепкая черная беспомощность плотно сжала тело. Даже крик не смог вырваться из мгновенно онемевших губ. Остались только страх и желание, чтобы это оказался сон.

«Неправда. Не со мной. Так глупо. Нужно срочно оказаться не здесь, не здесь, не здесь»…

Олег вынырнул и не задумываясь поплыл к берегу. Было не так уж холодно. Ну, и отлично! Он не видел своих обидчиков, и почему-то ему не мешал лед. И ладно.

Он выбрался на берег, перевернулся на спину и постарался успокоить бешеный стук сердца, отдышаться, почувствовать себя живым.

Дан полулежал на большом укрытом шкурами камне у входа в пещеру. Он только недавно начал выходить из безопасного убежища – дома Старика. Его спаситель настаивал на больших нагрузках. «Калекой хочешь стать? Для того я тебя лечил?», – ворчал он. А парню просто не хотелось ничего. Только лежать. Еще бы научиться не думать. Да вот с этим пока мало что выходило.

Мысли лезли, опутывали, изматывали тревогой. Как там Карина? Не сорвет ли отец зло на ней? Что будет, если Макс найдет его. Убьет сразу или превратит в какое-нибудь подопытное существо – замучает в своем жутком подземелье.

Он не сразу понял, что всплыло на поверхности озера. Подумал, птица вынырнула или топляк. Но это был человек. Дан проследил взглядом, куда выплыл непрошенный гость. Не так далеко. Заметит он его или нет? Шпион? Один из верных псов Макса? Успеет ли он незаметно скрыться в пещере сейчас, пока незнакомец валяется на берегу? А если это разведчик, то почему ведет себя так глупо.

Рядом бесшумно материализовался и замер пес – верный друг и страж Старика. Он тоже еще не решил, как действовать.

А вот теперь не совсем «и ладно». Что вообще происходит? Он умер и попал… На рай это место явно не тянуло, но и адом не казалось. Нет многоэтажек, нет снега. Это точно не город. Олег встал и огляделся по сторонам. Большое озеро в лесу, серое небо и не разобрать – утро, день или вечер.

Деревья, деревья, деревья. Стоп. Он вернул взгляд немного назад. Нет не показалось – в скале была пещера или просто ниша. Лучше приходить в себя там – хоть какое-то укрытие. Парня потряхивало от холода. Хоть и не зима, но и не тепло, а он насквозь промок.

Показалось, или у входа было теплее, чем снаружи? Олег неуверенно шагнул в полумрак, выставив перед собой руку. Особого выбора у него не было. И так, и так выходило, что попал он в серьезный переплет. Наверное, самый серьезный за всю свою недлинную жизнь.

Очередной шаг, и впереди показался еле приметный свет. А следом пришли тепло и запах еды. Олег осторожно подобрался ко входу в странное жилище. Странное, потому что трудно было представить, что внутри скалы окажется уютный дом.

– Заходи, раз пришел. – Вслед за голосом показался его обладатель – пожилой или даже старый мужчина.

– Простите, здравствуйте, я, – и вот что сказать? «Вынырнул тут случайно в вашем озере?»

– Вижу, не из наших ты мест. – Помог Старик (почему «Старик»? Как странно»).

– Да.

– Сейчас дам тебе одежду, негоже так-то, недолго и заболеть. А мне пока одного хворого достаточно. Верно, Дан?

Только сейчас Олег заметил, что на него пристально смотрели еще 4 пары глаз. Черные, грустные – темноволосого бледного паренька и внимательные, карие – мощного светлого пса.

Ему все больше и больше нравилось быть здесь. Никакой учебы, вечного недовольства родителей и учителей, нападок ровесников. Только дикий лес и люди, которые понимают и принимают его таким, какой он есть.

– Здесь все знают про волшебство?

Он, наконец, решился завести этот разговор. Сколько раз прокручивал в голове все, что случилось две недели назад, но не мог поверить окончательно.

– Про магию? Знают все. – Старик очень редко, когда Дан радовал его своими успехами, ужинал с ними. Большую часть времени пропадал где-от в лесу или запирался в комнате, вход в которую всегда держал на замке. – Но управляться с ней умеют немногие.

– А я маг? – Олег замер в ожидании желанного и пугающего ответа.

– Можно и так сказать. Твои способности ограничены. Ты – проводник. Хотя, при желании, можешь использовать артефакты, выучить заклинания.

– А Дан? – Он понял не все, но разобраться, обдумать ответ можно и позже.

– О, здесь другая история. – Взгляд Старика стал задумчивым.

– Какая?

– Не хочу об этом, – негромко отозвался товарищ.

– Ты не сможешь вечно прятаться от себя. Да и от Макса.

Несколько месяцев после этой знаковой беседы навсегда изменили жизнь Олега. Он больше не ощущал себя изгоем – слабым и гонимым. Потихоньку Старик открывал суть его дара – переходить из мира в мир. И не только. Он мог брать с собой других, мог перемещаться в пространстве на разные расстояния. Правда, нужна была подготовка, тренировки. И так же, как был увлечен он, безразличным казался Дан.

«Просто он не знает, что такое обычная скучная жизнь без волшебства», – размышлял Олег.

Однажды они втроем, вернее, вчетвером, сидели на берегу, наблюдая за спокойным закатом.

– Я скоро уйду из Лагариена, – обыденным тоном произнес он. – И вы не должны оставаться здесь.

– Мы пойдем с тобой, – отозвался Дан.

Олег не нашелся, что сказать. Снова вернуться? Куда? Дома его, наверняка, считают мертвым (он вздрогнул от мысли, что должна переживать мама и… отец). Он только мальчишка, даже паспорта нет. Да что они знают о жизни там, чтобы хотеть туда?

– Нет. Разделимся. Макс будет искать меня очень упорно. Как и тебя, Дан. И я не хочу упрощать ему жизнь. Вам будет проще без меня. Олег знает все о жизни там.

– А как же обучение? Артефакты? Заклинания? – Горячо возразил Олег. Он хотел добавить все, что думает.

– О, поверь, об этом очень много известно Дану. – Старик был невозмутим.

– Я же сказал, что никогда не прикоснусь к магии.

– Твое право. Однако жизнь такая длинная.

– И ты же знаешь, в том мире мои умения пропадут, – уже не так уверенно отозвался Дан.

– Кто тебе сказал? – Старик лукаво прищурился.

– Это все знают. Магический дар доступен только в одном из миров.

– Вот и проверишь, когда перейдем.

ЧАСТЬ 3. Глава 1. У границы миров

100 км от Старой Ладоги. Наши дни

Артем замер, хотя он уже прекрасно все понял. Исчезли Макс, Конрад, внедорожник – и Ник. Портал. Все это время они стояли на самой границе миров. И не было сомнений, что дверь закрыл именно Ник.

Кто-то всхлипнул – и он снова начал воспринимать реальность. Рядом девушка, которую вытолкнул Ник, все еще лежит в траве.

Он подошел, присел.

– Не бойся, все позади, ты в безопасности. – Он помог незнакомке подняться.

Подбежали Юля и Влад. Пришли в себя полицейские, которые стреляли в них. Они явно не могли понять, как очутились здесь.

– Где Ник, Артем? Где он? – Влад был сильно встревожен пропажей лучшего друга. Он прошел по поляне, проверил кусты и убедился, что тот действительно исчез.

– Я ничего не смог сделать, друзья мои, – тихо ответил Артем. Он потер виски. – Идемте к машине, не стоит здесь оставаться.

Сейчас нужно было как можно скорее добраться до постоянного портала у Старой Ладоги – это добрая сотня километров. Чтобы идти на территорию врага за попавшим в серьезную беду другом, нужно срочно вызвать самую боеспособную группу Стражей, подготовленных бойцов.

– Как тебя зовут? – Юля помогла встать нечаянной свидетельнице столкновения с Максом и его приспешниками.

– Саша. Ваш друг сказал, вы отвезете меня домой. Он еще просил рассказать, что с нами случилось. – Девушка отвечала короткими фразами, как на автомате. Как она вообще еще не впала в истерику. Или в ступор.

– Конечно, отвезем. Тебя похитили в городе?

Саша рассказывала, Артем задавал вопросы, и картина потихоньку прояснилась.

– Влад, вызывай команду Ильи. По возможности, всех. – Автомобиль медленно выбрался с проселочной дороги на надежный асфальт и набрал скорость.

– А вы можете мне объяснить, что вообще происходит? – наконец не удержалась девушка. – Куда делся Ник и остальные. Такого не бывает – взяли и исчезли. Это бандиты? Мне что, давали наркотики?

Мозг Саши пытался объяснить необъяснимое и подсовывал более-менее правдоподобные вещи. Сюжеты фильмов и книг, где происходило что-то подобное.

Артем поймал взгляд девушки в зеркале и твердо проговорил:

– Все верно, это банда похитителей. Тебе показалось, что прошло несколько минут, но ты почти полчаса была без сознания. Они скрылись. Мы не смогли освободить товарища. – Он помолчал. – Это секретная операция. Никому нельзя ничего рассказывать. Договорились?

Девушка согласно кивнула. Остаток пути прошел в молчании.

В городе сделали только одну остановку – высадили Сашу, и двинулись в сторону портала.

База пограничников

В смутные девяностые Артему удалось выкупить большой участок земли, в сердце которого находилось проклятое, по преданиям местных жителей, место. Сейчас здесь, по официальной версии, был заказник, в котором постоянно проживали лесники.

Все большие порталы сотни лет находились в труднодоступных местах. Их защищали холмы, леса, болота. Но в бурную эпоху индустриализации некоторые оказались предельно близко к людям, поэтому посвященные делали все, чтобы замаскировать территорию под военные или просто опасные объекты. Например, геологи внезапно находили просадки почвы или биологи предупреждали об опасности возгораний торфа. Война внесла свои коррективы, и первое послевоенное десятилетие Артем посвятил тому, чтобы вернуть или укрепить защиту порталов.

Машина остановилась у шлагбаума. Влад вышел, открыл замок и пропустил ее внутрь.

– Остановимся в лесничестве или максимально близко к порталу? – Спросил он, захлопнув дверцу.

– Думаю, поставим палатки у перехода, – немного подумав, решил Артем.

Илья с командой на двух внедорожниках прибыли, когда стемнело. Иван и Андрей, лесники, а по совместительству охрана портала, рассказали, что происходило с той и этой стороны.

– Здесь пытались выйти трое, но не смогли преодолеть черту, – сообщил Иван.

– Дня два назад, – уточнил Андрей.

Эти молодые еще ребята были удивительно похожи – их часто принимали за братьев. Но братьями они не были, хотя дружили давно. Артем нашел их в госпитале ветеранов боевых конфликтов. Парни служили в спецназе и прикрывали отступление отряда во время одной из операций. Выжили чудом. Оба рассказывали о странных существах, которые появились в разгар боя. Им, конечно, не поверили, списали на посттравматический синдром.

– Не смогли перейти? Это были гражданские, беглецы? – предположил Влад.

– Нет, это точно были бойцы Макса. Типичная форма, оружие, правда, не на виду. Мы уже готовились их принять, но… Такое ощущение, что они сами удивились. Как будто был приказ, которые отменили. В общем, заварушки не случилось, – в голосе Андрея скользнула такое явное сожалению, что все заулыбались, а Илья спросил:

– Заскучали, орлы, без дела?

– Похоже, тихо говорить Илья не умел. Этого высокого крепкого мужчину, далеко за сорок, трудно было не заметить. Правда, только если он этого хотел. В лесу он двигался так бесшумно, что Влад ему немного завидовал. Сам следопыт и охотник, он умел оценить настоящего профи.

– Да, как-то тихо было последнее время.

– Ну, теперь-то о покое будем только мечтать, – невесело усмехнулся Артем.

– Итак, нам необходимо вызвать Макса на настоящий конфликт. Чтобы он бросил все силы сюда. Тогда я и пара самых опытных наших ребят рванем в его город. Уверен, Ника держат в замке.

– А разве мы когда-нибудь вступали в открытый бой с Максом? – С сомнением спросила Юля. Ей было очень не по себе от того, как развиваются события. Конечно, она сама несколько раз расследовала случаи диверсий со стороны главного врага Стражей и встречалась с его приспешниками. Но это были мелкие стычки, и ей было страшно подумать, что совсем скоро здесь может начаться самая настоящая война.

– Вступали, девочка, и не раз. – Артем задумался. – Илья, помнишь 1995?

– Как такое забыть

Юля невольно поежилась, в 1995 она только родилась.

– Ну ничего, на этот раз первыми ударим мы. Есть чем удивить Макса.

Северный отряд полностью собрался к утру. Подготовленных бойцов было 29. Влад, Артем, Юля и лесники-разведчики – все были готовы к схватке.

Глава 2. Проводник

Старая Ладога. За 5 лет до описываемых событий

Это лето Ник не успел ни почувствовать, ни прожить, как следует. Выпускные и вступительные экзамены не оставляли свободного времени. Влад ушел служить – целый год без друга не хотелось и представлять. Правда, он стал чаще видеться с отцом и больше времени проводил дома. Эльвира Рудольфовна вдруг решила, что хочет увидеть мир, и отправилась в длительный океанский круиз.

Первый семестр оказался очень трудным. А после каникул Ник загорелся идеей организовать экспедицию, чтобы своими глазами увидеть аномальную зону в районе Старой Ладоги. Об этом месте ходили легенды. Здесь пропадали люди – иногда на несколько дней, месяцев, лет, а иногда и навсегда. Рассказывали о снеге среди лета, туманах до того плотных, что шагу ступить нельзя. А еще – о тоскливых голосах, зовущих на помощь… Он изучил все материалы, которые смог найти в архивах. Некоторые секретные документы удалось раздобыть благодаря имени отца. И нашел единомышленников – парочку таких же увлеченных необъяснимым ребят со своего курса.

Сонное озеро, давным-давно поселившееся в глубине древнего леса, никак не желало отвечать на болтовню ленивого ручья – своего единственного приятеля. Что он мог рассказать? Белка уронила орех, сойки повздорили из-за пуха для гнезда, дуб жалуется, что ветки скрипят. Еще бы им не скрипеть, старым, спасибо, что не отваливаются.

Но ручей все бубнил: «Люди, люди».

Это забытое слово, наконец, вывело озеро из дремы. Люди – суета, резкие запахи, грязь. Озеро надеялось, что больше никогда с ними не встретится.

Оно заволновалось и твердо решило вытянуть всю воду из ледяного ключа в глубине своих недр, чтобы разлиться и превратить берег в топкую коварную ловушку.

– Ник, давай не пойдем дальше, – снова заныла Наташа.

Как же она надоела. В Москве была полна энтузиазма – никак не могла дождаться начала экспедиции. «Да все-то умею, буду готовить, только возьмите». Но после первой же ночевки в палатке скисла и запросилась обратно.

– Да, Ник, мне тоже здесь не нравится, – на этот раз согласился с подружкой тщедушный Кирилл. Тоненький, болезненный, зато очень умный парень, который сох по Наташе весь первый курс. И как-то ухитрился уговорить Ника взять девушку с собой.

– Хорошо. Здесь устроим лагерь, а к месту пойдем утром.

– Я не пойду. – Сразу заявила Наташа.

– Ну и ладно, – легко согласился Ник. – Обед нам приготовишь.

Карту с координатами местной аномалии Ник срисовал в секретном архиве. Радиус был 2 километра, ближе советская экспедиция подойти не смогла. Или не успела – ведь исследования начались в мае 1941 года.

Нику очень хотелось самому взглянуть на то место, о котором в окрестных деревнях говорили не иначе как о «проклятом, черном, плохом».

Судя по сказкам и сказам, время здесь жило по своим законам, люди исчезали, погода всегда вела себя, как ей вздумается. Последнее, кстати, уже можно было наблюдать воочию. Наташа распсиховалась не зря – мелкий нудный дождик и заметное снижение температуры сильно контрастировали с тем приятным летом, которое замерло в каких-то пяти километрах от них.

– Так не бывает, – повторяла она новую мантру, тревожно вглядываясь в кусты вокруг поляны. Мне здесь очень-очень не нравится. А ведь совсем недавно мурлыкала: «Как же замечательно, как же хорошо».

– А чего ты ожидала, когда просилась исследовать аномальную зону? Мы же все читали статьи профессора Серова. – Устало возражал Кирилл. Правда, к вечеру делал это уже без всякой интонации, как уставший родитель, убаюкивающий никак не желающего уснуть ребенка.

– Все. Мы пошли. Жги костер, ничего не бойся, все будет хорошо. – Подбодрил девушку Ник и решительно зашагал вглубь соснового леса.

Уверенность в последнем обещании таяла так же быстро, как остатки света и тепла. Ощущения были странными. Как будто само тело не желало находиться здесь. Где-то над самыми высокими деревьями обязательно должно быть солнце, в ветвях – перекликаться птицы. Но, нарушая все законы, плотным кольцом сжимается тишина, наползает туман и сумрак.

– Ник, я не хочу ничего исследовать, давай вернемся.

Честно говоря, он был готов услышать эти слова раньше и удивлялся лишь, что Кирилл продержался так долго.

– Я пройду еще немного. Подожди здесь, хорошо? – Он сказал это вслух, хотя все его инстинкты кричали: «Уходи!»

– Мне не нравится твоя идея. Взгляни на компас. – Кирилл протянул приятелю прибор.

Стрелка медленно без остановки вращалась то в одном, то в другом направлении.

– Тропа закончилась, заметил? Да и странная она. Не человеческая. – Продолжил свою мысль Кирилл.

– Звериная. Думаю, здесь рядом водоем, поэтому и туман.

– Да тут болото кругом. Как мы вообще еще не провалились куда. – В голосе Кирилла послышались истеричные нотки.

– Кирилл! – Жестко оборвал панику Ник, – давай без эмоций. Мы же ученые. Стой здесь и разговаривай со мной. Я проверю то направление, возьму пробы воды, грунта и растений, и сразу обратно. Далеко не пойду, честно.

Ник был уверен, что слышит голос Кирилла. Он шел, преодолевая внутреннюю дрожь. Часы и компас безбожно врали, и точно понять, сколько времени прошло, было нельзя.

Он остановился, крикнул: «Эй, Кирилл, чего молчишь!?» Прислушался. Крикнул громче. Тишина. Сумрак. Одиночество. Захотелось побежать – как можно скорее выбраться из этого мрачного места. Но Ник не поддался порыву.

«Дыши, дыши, спокойно», – он достал зажигалку. Тепло огня, действительно, успокоило. – «Не так уж темно. Сейчас, должно быть полдень, не позже. Я шел оттуда», – он повернулся и уперся взглядом в огромное дерево всего в шаге от себя. Не может быть. Он только что прошел по тому месту, где рос дуб. Протянул руку, дотронулся до шершавой теплой коры. Что за наваждение…

Кирилл почти сразу перестал слышать Ника. Он кричал, пока не охрип. Даже прошел немного вглубь, но затем резко повернул обратно. Не хватало еще всем заблудиться в этом проклятом лесу. Нет, он не так глуп. Парень решительно сделал глубокую засечку на дереве – стрелкой в направлении, куда ушел товарищ. Завязал для надежности красную ленточку. Наташа дала ему с собой запас опознавательных знаков. Так, на всякий случай – и вот пригодились же. Хватило до самого лагеря. Вот и хорошо. Теперь надо отдохнуть и, если к вечеру Ник не вернется, идти за помощью. Их товарищ опытный выживальщик, сам рассказывал, вернется, никуда не денется.

«Зачем я здесь?» – Ник решил, что здравые мысли помогут ему выбраться

«Я ищу аномалию. Потому что я исследователь. И я хочу понять, что не так со мной. Или с этим миром. Или все так».

А еще Влад учил концентрироваться на дыхании. «Когда нервничаешь, успокойся и дыши. Где ты сейчас, дружище? Не пустил бы меня одного, это точно». – Ник улыбнулся, представив наставительный тон старшего товарища.

И почувствовал направление. Попроси его объяснить, что это значит – не смог бы.

«Туда». Встал. Пошел. Его вел холод. Да, это самое точное, что он мог понять. Тропы не было, но постоянные препятствия, что раньше мешали движению, исчезли. Он уверенно смотрел вперед. И…

– Эх-эх-эх, – что-то похожее на смех выплеснулось на поверхность озера. Глупые человечки, думают, могут разгуливать здесь? Ну уж нет.

Ледяная тьма сомкнулась над головой. На мгновение Ник в отчаянной попытке вынырнул над черной тяжелой водой. Дна не было – болото тянуло вниз. Но откуда здесь топь? Он же все проверил по карте. Здесь не было болот. Когда-то, много десятилетий назад.

– Помогите, – инстинктивно выкрикнул Ник.

Хотя кто мог помочь? Он изо всех сил держался над поверхностью, не делал резких движений и искал, искал глазами куст, дерево, что-то, за что можно зацепиться. Сколько времени прошло? Он, правда, старался, а холод и усталость брали верх. И Ник ушел под воду – не в первый раз, но, кажется, в последний….

Новое ощущение отвлекло озеро от забавы. Оно не вкушало его давно, но сразу вспомнило этот солоноватый вкус – и древний уговор. Тот, кто заключил и исполняет его, уже не просто человечек. Это равный, такой же, как все жители Леса. И слово прозвучало: «Вернись и верни!» Озеро отступило, успокоилось, задремало...

– Вот ты где! – Как будто чей-то голос пробил стекло воды и чья-то сильная рука ухватила его за куртку, плечо, потянула – он ухватился за нежданную опору. Спасен!

Ник лежал на спине и смотрел в серо-зеленую дымку. Его била крупная дрожь, и сил встать не было. Он замечал движение, фигуру, слышал голос, но пока не мог действовать сам.

– Сейчас, сейчас. Как же тебя занесло сюда? – Кто-то спешно разводил огонь, стягивал с него мокрую ледяную одежду, растирал чем-то жгуче-пахучим.

– Вы кто?

Ник, укутанный в одеяло, пока еще слишком слабый после многочасового поединка за жизнь, сидел у костра и рассматривал своего спасителя. Высокого светловолосого жилистого мужчину лет 40.

– Артем.

– Ник, – он протянул руку.

– Будем знакомы. – Мужчина очень внимательно разглядывал парня. Показалось или во взгляде мелькнуло удивление и неподдельный интерес.

– Видишь ли, Ник, сюда так просто попасть нельзя. Лес не пропускает непосвященных, – собеседник потер запястье.

Ник насторожился, опустил кружку, так и не отхлебнув горячего согревающего чая. «Из огня да в полымя? Он впутался в очередную неприятность?»

– Не понимаешь, о чем я? Вообще-то объяснить непросто… Давай так, расскажи мне о себе, почему ты здесь, а там видно будет. И не бойся, выведу тебя к друзьям.

И Ник вдруг успокоился. Да, со стороны это напоминало сюжет классического ужастика про заблудившихся наивных горожан, но... Ему захотелось поделиться с Артемом всей этой чертовщиной, что не давала ему покоя целый год. И он рассказал про лагерь, про тени, про сны.

Артем умел слушать. Он не перебивал, иногда просил уточнить кое-какие детали.

Костер начал затухать. День закончился, и настала ночь. Ник согрелся и, что странно, чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. Он ждал, что же скажет новый знакомый. Почему-то было очень важно, что он скажет.

– Ты – проводник.

– Я кто?

– Проводник. Это очень здорово. Мне повезло, – улыбнулся Артем. – Только я буду рассказывать тебе о тебе постепенно. Хорошо? Но главное – не беспокойся больше. Ты не просто нормальный. Ты еще и необычайно важен для этого мира.

Ник не стал рассказывать Кириллу и Наташе подробности своей вылазки. «Заблудился, встретил местных, помогли», – вот и вся история.

Артем дал ему адрес московской базы поискового отряда. На Ладоге не хватило времени, чтобы задать так много вопросов – они крутились в голове всю обратную дорогу. А в столице он начал волноваться, что стал жертвой розыгрыша или собственного воображения. Снова начали побеждать мысли о том, что все слишком странно, и с ним что-то не так. Встречу Артем назначил только через две недели, и время ползло ох, как медленно. Ник даже съездил по адресу – убедиться, что на вывеске написаны те самые слова «Поисковый отряд «Стражи» (вот ведь странное название…)

Наконец настал тот самый день.

– Пришел? Отлично! – Артем, кажется, заметил, с каким облегчением вздохнул Ник, когда переступил порог и увидел его. – Сейчас познакомлю тебя с некоторыми ребятами, они расскажут главное.

Как не терпелось Нику узнать все тайны и понять, что же такое с ним произошло, Артема он видел редко. Тот постоянно был чем-то занят. Но в редкие минуты общения советовал ему книги или статьи в научных журналах. А еще отговорил бросать учебу – после ладожских приключений Нику стало казаться, что в ней нет особого смысла.

– Ты не прав, мой друг, знания всегда нужны, – улыбнулся он. – Я за ними охочусь, а ты хочешь отказаться?

В декабре вернулся со службы Влад. Только оказавшись на маленькой кухне, Ник понял, как соскучился по нему, семейному уюту, теплым разговорам. Всю осень он не заглядывал к домашним Влада, но казалось, будто и не было этой разлуки.

– Думаю пойти служить по контракту, – в какой-то момент разговор зашел о будущем Влада. Судя по тому, как вздохнула его мама, и притихли сестры, семья не особо радовалась такому решению. – Но, может, поищу тренерскую работу.

– Зачем тебе возвращаться? – Ник никогда не понимал романтику организаций со строгой иерархией и дисциплиной.

– Там все честнее. Проще понять, кто друг, а кто враг.

Влад не стал развивать тему, и в комнате повисла тишина, которую нарушила ритмичная мелодия и хрипловатый голос Zaz. Ник посмотрел на номер, извинился и выскользнул в коридор.

– Да, понял, выезжаю. – Он не хотел вот так убегать, но ему явно не терпелось отправиться туда, откуда был звонок.

– Помните, я говорил, что стал добровольцем в отряде по поиску пропавших людей? – Поспешно объяснил он. – Пропал подросток в Бутово, а ночью обещают резкое похолодание. Надо ехать.

– Я с тобой, можно? – Влад всегда легко откликался на чужую беду. – Мама, папа, не обижайтесь, ладно, там все серьезно.

– Думаю, можно, опыт у тебя хороший, а лишние глаза не помешают.

Они вышли в сгущающиеся сумерки, и по дороге Ник немного рассказал о своем новом знакомом. Пока только то, что касалось поискового отряда.

На окраине парка уже собралось больше десятка добровольцев. Среди них выделялся Артем – высокий, спокойный, он раздавал последние инструкции.

– Привет, Артем! – поздоровался Ник и не без внутренней гордости представил друга. – Это Влад, помнишь, я говорил о нем?

– Очень рад, – Артем протянул руку и довольно улыбнулся, почувствовав крепкое уверенное рукопожатие.

Глава 3. Чужая земля

База пограничников. Наши дни

Влад даже не стал ложиться. Адреналин бодрил, делая ум ясным, а движения – точными. Так всегда было накануне знаковых событий. Он проверил и почистил оружие – верный арбалет, ножи. Затем отправился в гараж, где у парней был собран транспорт на все случаи жизни. По общему согласию выбор остановили на байках.

– Не спится? – оказывается, Артем тоже бодрствовал. Хотя чему удивляться – лидер привык находился на передовой.

– Как обычно. – Влад сбросил брезент и приступил к подготовке мотоциклов.

– Илья?

– Пошел проверить как там на черте.

– Удивительно, но тихо. – Раздался негромкий хрипловатый голос.

– Хоть бы скрипнул ради приличия – нельзя же так подкрадываться. Никогда к этому не привыкну, – проворчал Влад. – Я в этих краях не бывал. Если там такой же лес, как с нашей стороны, проехать будет сложно.

– Такой же, но тропа для нас найдется. Сейчас покажу, – Артем жестом пригласил товарищей подойти к столу, отодвинул инструменты и разложил карту. Она была нарисована от руки на плотной бумаге. И, видимо, много раз дополнялась – часть чернил была ярче, другая бледнее и оттенки разные.

– От границы идет грунтовка. С обеих сторон канавы, но их никто не чистит, а летом вода высыхает. Кое-где обвалилась земля, кустарник вырос. В общем, не следят особо. А нам на руку. Метрах в трехстах есть звериная тропа, по ней еще с километр – и выход на старую дорогу, которой почти не пользуются.

– Но байк пройдет, – полувопросительно уточнил Влад.

– Вполне.

Влад заметил, что Илья молчал, только иногда кивал. «На него не похоже» – мелькнула и угасла мысль.

До рассвета оставалось не больше часа, когда весь ударный отряд собрался на поляне.

– Не подставляйтесь особо, тяните время, – завершил короткий инструктаж Артем. – Главное выманить Макса из города. Как только заметите его, отступайте. Если через 3 часа обстановка не изменится – уходите без нас. Мы или перейдем через портал, который соорудит Ник, или переждем и выйдем здесь. Ну, друзья мои, всем удачи, берегите себя и друг друга.

Байки вели в хвосте отряда. По замыслу завести их решили после того, как начнется заварушка, – в арсенале были шумовые гранаты, треск которых мог отвлечь внимание.

Первая часть операции прошла успешно. Заслышав взрывы, Артем, Влад и Илья, которые успели отогнать транспорт на приличное расстояние, ударили по газам и двинулись по едва заметной полосе дороги сквозь лес.

Мир Макса был не особо велик. Это рассказал Артем накануне у костра. Искусственное пространство, выдернутое из небытия много веков назад, постепенно сжималось и приходило в запустение. Главная причина, – чтобы укреплять границы и удерживать их, нужно было много энергии. Вторая – в этом мире постоянно проживало не больше 10000 живых существ. Прозвучало странно, но пояснять Артем не стал.

Выходило, что до города, где стоял замок Макса, ехать чуть больше часа. Однако чужой мир таил в себе много загадок. Были здесь территории с искаженным пространством-временем. И аномалии, через которые переход из точки в точку нашего обычного мира сильно сокращались. А еще базы контрабандистов – главный источник дохода Макса. Он всегда находил союзников на Земле. Те, кто не дружил с законом, хотел остаться в тени, могли получить здесь убежище. Хотя цена порой оказывалась непомерно высокой.

Просветы между деревьями стали светлее и Артем, который ехал впереди, снизил скорость, а потом и вовсе остановился. Он отвел байк в кусты и показал товарищам поступить также.

– Дальше пешком, почти на месте, – он указал вперед. Там, в низине расположился город, а над ним, на высоком холме, навис замок.

– Уверена, это не повод беспокоить Владыку. – Гаяна рассеянно выслушала взволнованное донесение гонца. Она знала, что Макс занят пленником, от которого надеялся узнать что-то важное.

– Но госпожа, они движутся прямо к нашей топливной базе.

– Это точно? – Важность сообщения сразу возросла. Любую информацию по стратегическим объектам Макс получал без промедления.

– Абсолютно. Запасы пополняли не так давно…

– Довольно. Жди здесь. Но если ты что-то напутал... – Она не произнесла угрозы, ограничившись многообещающим взглядом, и решительно направилась в подземелье.

Ник думал, как потянуть время. Утро второго дня настало, а он так некстати стал обладателем информации, которую так жаждал выведать Макс. Пленник был уверен, что сон его – вовсе не сон. И боялся выдать все врагу. Радовало лишь что, что личность девушки из настоящего времени он пока не узнал.

– Эх, дружище, нам ли быть в печали, – невесело вздохнул Ник и провел рукой по шелковой шерстке создания. Как же мне тебя звать? – Пушистый сокамерник как будто тоже вздохнул. – Ты не домовенок? Будешь Кузьмой? А? Кузей, – хорошее такое имя.

Возражения не последовало.

– Надо тебе спрятаться, а еще лучше, как откроют камеру, – беги. Хотя далеко ли здесь убежишь?

Чтобы как-то себя занять, решил делать гимнастику – отжался, покачал пресс. Его действия явно интересовали Кузю – тот сидел неподвижно и не сводил с Ника глаз.

Вдруг – Ник так и замер от неожиданности – в голове появилась четкая мысль: «Готовься, уходим отсюда. Скоро».

Показалось, или в коридоре происходила какая-то возня – приглушенные вскрики, звук падающего тела…

Да и Кузя повел себя странно – сел напротив двери и замер.

– Что-то там не так, давай-ка отойди в сторону, – медленно проговорил Ник и сам встал рядом.

Ключ повернулся.

– Отлично! Нашли, – приглушенно выкрикнул в сторону…

– Влад? – Не поверил глазам Ник, – но как?

– Потом, все потом, идем скорее!

Подхватив и прижав к себе Кузьму, Ник выскочил в коридор.

– А это кто у тебя?

– Не уверен кто, – но точно братец по несчастью.

В коридоре оказались Артем, Илья и два охранника, мирно уложенные вдоль стены.

– Живой, вот и славно. Давайте выбираться, – скомандовал Артем.

Но Ник не спешил.

– Погодите, если вы здесь, то в замке мало охраны? Я прав? Вы что-то устроили?

– Да, но сейчас не время, – Владу хотелось как можно скорее убраться из этого гнетущего подземелья.

– Нет, время. Я знаю, где ключ, можем забрать его. Дел минут на 10.

– Рискованно, – Илье тоже было здесь не по себе.

– Конечно, а иначе было бы скучно, – к Нику возвращалась прежняя энергия и авантюризм. – Что, Артем, неужели мы не заставим Макса понервничать?

Артем видимо колебался. Но мысль о том, что в руках Стражей будет уже 9 ключей из 12, заставила принять решение.

– Веди!

У Ника было поразительное чутье на пространство. Он легко ориентировался даже в незнакомой местности и всегда запоминал дорогу, по которой прошел хотя бы раз. Да, его вели в полутьме, и физическое состояние было отвратительным, но мозг все равно зафиксировал каждый поворот, спуск и подъем.

– Кузьма, побудь с Владом. – Он передал создание другу. – Возле двери должен быть охранник. – Он жестом остановил группу, когда до жуткой комнаты пыток оставалось несколько метров.

– Беру на себя, – чуть слышно отозвался Илья и плавно двинулся вперед. Через несколько минут он выглянул из-за угла и поманил ребят за собой.

Ник быстро вошел внутрь, распахнул дверцу шкафа – холодный черный камень-ключ лег в руку так знакомо.

– А это что? – взгляд парня упал на белый обруч. – Нам это нужно? Обязательно! – И, прихватив второй артефакт, он быстро покинул помещение.

– Уходим, он у меня!

Во дворе замка было подозрительно тихо.

– Где охрана, почему нас не останавливают? – не удержался от вопроса Ник.

– Туда посмотри, – кивнул в сторону Влад.

Бывший пленник проследил за направлением взгляда – вдоль стены в рядок было уложено несколько тел.

– Чистая работа.

– А ты как думал.

Отряд прикрытия давно уже мог взять топливную базу – приходилось стрелять пореже – создавать впечатление, что боеприпасы на исходе.

– Отступаем! – Разведчик бесшумно возник из-за небольшого холма сбоку от бойцов. – Приближается большое подкрепление.

– Будем тянуть время. Отходим, но медленно, – отдал приказ Тимур, правая рука и заместитель Ильи.

Бойцы были отлично подготовлены – один за другим они меняли позицию, двигаясь в сторону портала.

– Из-за этого вы отвлекли меня? – Макс говорил медленно, а, значит, был очень зол.

– Но они почти взяли базу. Мы боялись потерять запас бензина, ведь…

– Почти взяли? Лучше бы взяли, а вы все храбро погибли, удерживая ее.

Взрыв, который снес часть ограды, заставил охранников пригнуться. Гаяна и Макс даже не пошевелись.

– Ну, хорошо, считай, тебе повезло. – Макс смахнул с плеча травинку. – Какие дерзкие ребята, вас бы к ним на стажировку.

– Что заставило их напасть, как думаешь? – Он вопросительно посмотрел на Гаяну.

– Это и вправду странно, если только…

– Они решили отвлечь меня от чего-то. От кого-то.

– Простите, повелитель. – Телохранитель сложила все кусочки плана Стражей и поняла свою оплошность.

– Возвращаемся немедленно!

– Похоже, нас раскусили. – Тимур проследил в бинокль, как Макс и еще несколько человек сели в автомобиль и направились прочь. – Здесь больше нечего делать – уходим!

До спрятанных байков Артем с ребятами добрались благополучно. Но это была самая легкая часть пути.

– Ник, ты со мной, – коротко скомандовал Влад.

Маленький отряд выехал к месту, где старая дорога соединялась с основным путем к порталу. Дальше предстояло идти пешком – и Илья отправился на разведку.

– Как тихо – не нравится мне это. Надеюсь, наши уже перешли.

– Не хочу нагнетать, но с порталом что-то творится. – Ник чувствовал, как искажалось, волновалось пространство.

– Что?

– У нас проблема, – вернулся Илья. – Нас ждут. Через главный портал не пройти.

– Мы вообще не пройдем. – Все посмотрели на Ника. – Он его закрыл. Я это чувствую. Знаю.

– Сможешь открыть? – Артем точно знал, что держать портал закрытым не так-то просто.

– Плохая идея. Я пробовал выбраться из замка – и Макс сразу вырубил меня. Здесь его территория, он чувствует чужую магию.

– Не всегда, – пробормотал Артем, но его никто не услышал.

– Сейчас у нас есть преимущество. – Продолжил Ник. – Макс не знает, перешли мы или нет. Но если я начну действовать…

– Можешь не продолжать, все ясно. Что будем делать, командир? – Илья посмотрел на Артема.

– Все порталы он закрыть не мог. Как считаешь, Ник? – Три пары глаз посмотрели на проводника. Создание, Кузьма, похоже, прекрасно понимал, о чем говорят люди.

– Надеюсь, нет. Это очень сложно, энергозатратно, даже для Макса. Ему будет нужна сильнейшая подпитка, а, значит, время.

– Пойдем к ближайшему, может, прорвемся.

– Но здесь все не так, как у нас, верно? Как искать дорогу? – вмешался Влад, который еще помнил унылую местность вокруг зеркальной тюрьмы.

– Я поведу, я чувствую порталы, – уверенно заявил Ник. – Идем?

Отряд двинулся прочь от ставшей бесполезной дороги.

Глава 4. Мир без солнца

Замок Макса. Наши дни

«Мальчишка сбежал!»

То, с какой легкостью враги провернули свою операцию, радовать не могло. Макс чувствовал, что скоро его поглотит приступ холодной ярости. Он мог контролировать гнев, но не хотел. Так приятно хотя бы иногда позволить себе маленькое удовольствие.

– Гаяна, Конрад, прошу вас удалиться в город до заката.

Они стояли в воротах замка. Во дворе выстроился отряд охраны – командир нервно прогуливался вдоль замерших бойцов.

Тихий теплый день как будто замер. Кроме шагов не было слышно никаких звуков.

– Слушаюсь, Господин.

Воительница развернулась и зашагала по дороге. И ни разу не оглянулась. Конрад как будто хотел что-то сказать, но, увидев страшную улыбку Макса, присоединился к Гаяне.

Макс шагнул во двор, и ворота замка захлопнулись за его спиной. На белый песок упала серая птичка. Начальник охраны вздрогнул и замер по стойке смирно.

– Докладывай.

Облака пара? И холодный воздух. И серое небо. Пространство становилось все более плотным. Мужчина говорил, но не слышал свой голос. И не видел, как один за другим падают его люди. Кто-то кричал громко и пронзительно. Ребенок. Но здесь не было детей.

Макс двинулся ко входу в подземелье.

– За мной! – Остатки отряда послушно последовали за повелителем. В них был страх, но не осталось и капли воли для сопротивления. О, как приятны эти редкие моменты удовольствия, когда он может не ограничивать себя и отбирать жизни одну за другой.

Неохотно Макс заставил себя остановиться, когда в живых осталось двое из посмевших подвести его бойцов. Они были нужны для другого – нужно было подумать и о пользе.

Макс нажал на одну из кнопок панели на стене, и в дальней части подземелья ожили и разошлись стенки небольшого купола. Он скрывал подробную карту его мира.

– Ко мне, – коротко приказал повелитель, и первая послушная жертва подошла к краю карты.

Макс коротким движением перерезал несчастному горло, и держал бившееся в конвульсии тело, пока кровь не наполнила жалоб и не побежала по тонким каналам. Отбросив мертвого, будто тот не весил ничего, Макс с интересом наблюдал за движением крови и шептал заклинания. Красная жидкость живой змейкой перебегала с места на место, но нигде не задерживалась. С каждой минутой интерес в глазах мага таял, сменяясь недоумением и злостью.

– Вы не могли уйти, я чую, что ты еще здесь, Ник. Если только… – Макс перевел взгляд на черное пятно в правой части своего мира, и на другое, и на третье. Пустот было 5 – у него все не доходили руки заняться ими. Да и особой надобности в этом не было. Но в этих мертвых зонах плохо действовали обычное заклинание. Нужно было нечто особенное.

– Что ж, сейчас выясним, где вы скрылись. – Последний оставшийся в живых боец послушно двинулся к своему палачу.

– С чего вы взяли, что можно безнаказанно прийти в мой замок без моего приглашения?

– Артем, ты думаешь, Макс не почувствует чужую магию? – Ник понял, что командир собирается защитить лагерь заклинанием. – Меня он сразу отрубил.

– Природа порталов объединяет вас. Так что все верно, здесь у него большое преимущество перед тобой. Но мои источники совсем другие. Надеюсь, не заметит.

Первым дежурил Влад, а Ник даже смог забыться тревожным сном. Пустошь угнетающе действовала на всех. Это место с поврежденными физическими законами не могло найти успокоение и не давало его другим. Весь отраженный мир нельзя было назвать уютным, но здесь все было еще хуже.

Сложно было понять, сколько времени прошло, если бы не самый простой прибор, оказавшийся в походном наборе Артема. Песочные часы тихо отмеряли минуты. Быстрее бы утро...

– У нас гости. – Из мрака бесшумно вынырнул Илья.

Оказывается, никто не спал. Мужчины быстро сгруппировались и замерли, готовые отразить атаку. Небо прямо над ними озарилось близким к белому сероватым светом.

– Вы окружены, и я очень жду сопротивления. Но пойму, если вы сдадитесь без боя! – В этом голосе, пусть и женском, не было и намека на сострадание.

– Это Гаяна. И однажды ей пришлось отступить, – прокомментировал Влад.

– Спасибо за любезное предложение, но мы все же откажемся. – Громко ответил Артем и быстро поменял позицию. В то место, где он только что находился, вонзилась крепкая стрела.

– С огнестрельным здесь туго, насколько я могу судить? – усмехнулся Ник.

– Не радуйся особо, на нас найдется, – сдержанно ответил Илья.

– Как будем прорываться? И куда?

– Я думаю. – Артем напряженно всматривался в карту.

– Сейчас посмотрим, насколько плотное колечко нам выковали, – Влад стремительно метнулся из защищенного грудой камней места, которое служило им защитой. Воздух запел от сотен стрел.

– Они действительно повсюду, – голос друга спокоен, но…

– Ты ранен!

– Пустяки, царапина, – Влад мельком взглянул на кровавый разорванный рукав.

– Вариантов у нас немного, вернее, два. Ждать, пока они атакуют, или прорываться.

Медленно тянулось время. Враги почему-то не нападали. Наверное, Максу нравилось играть с теми, кого он считал уже побежденными. Ребята сидели в небольшом естественном укрытии, которое могло стать последним их прибежищем на земле.

Артем, самый опытный в военном деле, просчитывал варианты. Он хотел вывести всех, но сейчас расклад был не в их пользу. От слова «совсем».

– Хоть бы неба кусочек, синего, высокого, – почти беззвучно вздохнул Ник.

– Успеешь еще насмотреться, друг, чего ты? – Владу стало не по себе.

– Да так, вспомнилось, – парень вздохнул. – Артем, ведь нас все равно нашли, а значит…

– Хочешь открыть портал?

– Да.

– Ты сможешь? Не думаю, что Макс позволит.

– Попробовать стоит. Место здесь какое-то мудреное. Не зря они не нападают.

– Согласен.

– Только... Я буду держать, сколько смогу.

– Не беспокойся, я поддержу. Тогда так. Влад и Илья – прикрывайте. Как только Ник начнет, Макс это узнает и атакует. Я поведу его – вы прикрывайте. Держимся вместе – и переходим.

– Кузьма, дружище, забирайся-ка в рюкзак.

– Ты уверен, что ему можно в наш мир? – Засомневался Влад.

– Но не здесь же его бросать?

– Тоже верно.

– Гаяна, они готовятся уйти.

– Я не допущу, повелитель. У них нет шанса.

– Безусловно, нет. Меня не особо волнуют рядовые, но Артем и Ник должны прорваться. Ты поняла?

– Да.

– Отбери верных людей и поставь здесь. – Макс указал направление. – Пусть берут прицел выше. Им не стоит знать, о чем мы говорили. А вот ты выбирай цели правильно.

– Слушаюсь.

– Когда перейдем, выбирайте укрытие. Не знаю, станет ли Макс или его люди переходить за нами. Но, по крайней мере, мы выйдем из окружения и будем на своей земле. Заработает техника – вызовем подкрепление. Ник, если готов, начинаем.

Сейчас он был уязвим, как никогда. Все, что происходило вокруг, превратилось в иллюзию, а реальностью становилось узкое пространство портала. Весь смысл его существования сжался в одну простую точку: разорвать физические связи реальности и держать щель открытой.

– Огонь! – Это Макс. Сейчас, в измененном состоянии они могли слышать друг друга.

– Быстрее, уходим, – собственный голос звучал как будто со стороны. Тело тяжелое, каждый шаг дается с трудом, как в дурном вязком сне.

Но его ведут сильные руки. Рывок – и они в лесу, зеленом, теплом, своем. Он держит разрыв – последним проскакивает Илья – и пустошь исчезает.

Артем быстро выбирает направление – к густому дубняку на запад. Влад подхватывает с другой стороны. За кустами поляна, березы. Он смог, они смогли!

– Все целы? – Артем усадил его и оглядывает маленький отряд. – Илья?

– Ну вот, Ник, наше небо. – Улыбка и взгляд вверх – на белые густые облака. Илья говорит тихо, он прижался к дереву, но потихоньку оседает, опирайся на белый теплый ствол.

– Почему береза розовая? Разве сейчас закат? Как же разгадать эту загадку? Очень важно получить ответ, но Артем и Влад молчат, и он проваливается в небытие.

Глава 5. Оборотень

Мир Макса. 1990 год

Небольшое поселение притаилось у самой границы леса и пустоши – пустоты, где все время царил полумрак и холод. Хотя и в самом поселке светлые дни были редкостью.

Странное это было место. Большую часть года здесь жили дети, старики и несколько женщин, которые присматривали за малышней. Иногда приходили мужчины. Тогда местечко оживало и казалось обычной деревней.

– Сынок, Илюша, – мама почему-то пришла одна, хотя обычно обслугу замка отпускали небольшими группами. Дороги были небезопасны. Другие дети замерли, ожидая своих матерей, но вскоре вернулись к играм.

Они пошли в отдельную комнату большого дома, которая служила приютом семьям, когда они ненадолго соединялись, чтобы вскоре разлучиться на неизвестный срок.

У Ильи не было отца. Он погиб несколько лет назад. Мама очень боялась того дня, когда сын вырастет и попадет в число воинов Макса. Всех мальчиков ждала такая судьба. До 12 лет он был в относительной безопасности. А потом – военный лагерь. Дальше все зависело от того, передались ли юноше способности отца. Он входил в элитный отряд или становился простым солдатам.

Илье было 9. Мужчины брали его и других мальчиков на охоту. И по многим признакам замечали, что от отца он унаследовал драгоценный дар.

Оборотень. В 14 лет он впервые обернется сильным черным псом и пополнит ряды элитного отряда в охране повелителя. А пока Илья отлично понимал следы и запахи зверей, ориентировался в пространстве, был крепким сильным пареньком. Вот только радости от этого не испытывал. Сколько помнил себя, мама внушала: «Мы уйдем из этого проклятого места. Есть другой солнечный мир, далеко, за пустотой есть прекрасные края, где люди живут без страха, без магии, без тирана-правителя».

Мама была не отсюда. Как и многие женщины. Ее похитили 10 лет назад и отдали в жены воину-оборотню. А когда тот погиб, а сын подрос, отправили прислуживать в замок. Мама мечтала вырваться из плена, но почти каждый житель здесь был личной собственностью Макса. Печать правителя была надежнее любых оков – пройдешь через портал без особого разрешения – умрешь. Мама сначала не верила и даже пробовала убежать.

«Чем ближе портал, тем тяжелее дышать», – рассказывала она Илье, когда тот подрос. Моя подруга не смирилась, перешла черту – и упала замертво. А я испугалась, ведь у меня скоро должен был появиться ты, сынок».

В этот раз мама была какой-то странной. Веселой и грустной сразу.

– Я узнала, узнала, где живет Старик. Только он может снять печать – он поможет, он обещал. – Тихо, с едва скрываемой радостью, сказала она, когда они остались одни.

– Но мама, это же сказка. Нет никакого Старика.

– Есть, есть, я была у него.

– Поэтому ты пришла одна?

– Да. Ох, Илья, я пообещала снова выйти замуж. Вот чего мне стоил этот отпуск. Но мы всех обманем. Я не буду больше рожать детей для этого ужасного мира.

Они ушли после полуночи. Всю дорогу мама рассказывала Илье, как найти ее родителей в том неведомом месте, которое мальчик считал выдумкой, заставила выучить адрес.

– Но ведь ты пойдешь со мной, я тебя не оставлю, – Илья остановился и пытливо посмотрел ей в лицо, – я один не уйду.

– Это так, на всякий случай, вдруг потеряемся в пути. Я давно не была там, не знаю, что и как.

Илья не поверил. Решил не выпускать маму из виду ни на миг.

Они шли по краю пустоши очень долго. Потом через лес. Один раз ночевали среди больших валунов. Илья хорошо запоминал дорогу, но иногда ему казалось, что они ходят по кругу. На закате второго дня они вышли к большому озеру. Противоположный берег был скалистый, и порос соснами.

– Нам туда, – мама указала рукой на маленькую пещеру.

Когда они обошли озеро, взошла луна. Стала достаточно светло, чтобы увидеть – около пещеры нет никаких следов, чего-то, что выдавало жизнь. Однако обоняние мальчика не мог обмануть простой морок, накинутый на окрестности пещеры.

– Здесь кто-то есть, – уверенно произнес Илья и шагнул внутрь.

– Все-таки пришла? – глухой голос шел из темной глубины.

– Да. – Мамина рука сильно сжала ладонь. Он понял, что она боится, но все равно ведет сына за собой.

Это место было странным, похожим на простой дом – полки с книгами, мебель, даже окно. Старик сидел за столом перед раскрытой книгой. У его ног лежал пес. Странно, но Илья не почуял его раньше. Пес дремал и даже не взглянул на гостей – значит, они не были ему опасны, понял Илья.

– Может, передумаешь? – Почему Старик не хотел помочь маме и ему, если уговор уже был?

– Нет. – Я уже дважды ответила тебе.

– Я должен был спросить. Ну что ж располагайтесь, отдохните. А я подготовлю все для обряда.

Илья много лет корил себя за то, что уснул тогда в жилище старого колдуна. Он не видел обряд, он не понял, что должно произойти.

– Пойдем, сынок, – мама разбудила его утром. Она была такая красивая и спокойная. Она улыбалась чему-то, все время улыбалась. Старик и пес шли вместе с ними. Мама рассказывала о своем детстве, вспоминала редкие добрые истории из их жизни здесь. Потом она сказала: «Иди. Видишь, там свет за деревьями, лес заканчивается. Мне нужно поблагодарить нашего благодетеля, я догоню тебя».

Почему он пошел? Он же хотел все время быть с мамой, не упускать ее из виду.

Илья пересек линию тени, которую создавал лес, и замер. Впереди было веселое зеленое поле, солнце, синее небо, какого он ни разу не видел за свою короткую жизнь, и белые облака. Он шагнул вперед, и боль пронзила грудь – там, где глухо стукнуло и замерло сердце. Мальчик упал без чувств. Он долго лежал на тропинке среди нежных полевых цветов под теплым солнцем. Вечером Илья очнулся – мамы не было, леса тоже. Он был в чужом незнакомом мире совсем один, а на груди, над сердцем вместо замысловатых символов печати Макса был маленький белый шрам – как звездочка. И он со всей ясностью осознал, что мама осталась там, в сумрачном мире. И сюда ей дороги нет. Он больше не был ребенком. Он стал мужчиной, у которого была цель. Вернуться и разрушить тот проклятый мир, который забрал ее.

ЧАСТЬ 4. Глава 1. Другая

Земли Золотой Орды. За 700 лет до описываемых событий

Они так и не смогли подготовить достаточное число людей, способных провести ритуал и закрыть портал, но откладывать задуманное не хотели. Неизвестно, какая война или поветрие ждёт их завтра. Тогда Кямран и предложил свой план – использовать проводника. Восемь магов приступят к обряду, а самая сильная, Нигора, закроет четыре портала. Можно было надеяться, что ей достанет энергии. Для неё выбрали самый лучший отряд воинов. Максуд, безусловно, почувствует магию и примчится проверить, но куда в первую очередь? Те, кто закроет один портал, должны были сразу уезжать как можно дальше.

А вот Нигору переходы делали более уязвимой.

Все девять Стражей получили амулеты, чтобы подавать сигнал друг другу, и только это помогло спасти людей и ключи, когда Максуд атаковал. Не всех и не все.

– Мы опаздываем, хорошо бы начать всем вместе, чтобы сбить его с толку, – Кямран заметно нервничал. Он был ее личным телохранителем несколько десятилетий – всегда сдержанный, собранный, осторожный.

– Выбора нет, я должна закончить.

Круг символов замкнулся, огонь горел ровно, и Нигора начала обряд. Над ней почти сомкнулась белая сфера, когда из портала выскочил первый всадник. Её отряд сразу вступил в бой. Защитников оттесняли от неё всё дальше, а к женщине стремительно двигался сам создатель Отражённого мира. Одним движением он разрушил сферу, а вторым был готов поразить Нигору. Но... Тёмная тень сбила его с ног – и двое мужчин покатились по земле в яростной схватке.

Нигора не сразу пришла в себя – сложный ритуал требовал много сил. Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы увидеть – им не победить. Четыре ключа были у неё, и они достанутся врагу. Она бросилась подальше от поля битвы достала из сумки мешочек с порошком, быстро соорудила костёр, бросила смесь, и начала говорить. Прислушалась. Кроме рева пламени – враги подожгли лес, чтобы отрезать путь к отступлению – ничего. Нет, вот они, – тихие, едва различимые, крадущиеся шаги. Она достала меч и повернулась лицом к смерти – может, удастся прихватить кого-нибудь с собой.

Новая Ладога. Наши дни

– Ты точно хочешь остаться? – Артем, Влад и Юля стояли в коридоре возле палаты, где разместили Ника и Илью. Больница в Ладоге была маленькая, совсем не современная – простые крашеные в неброский тускло-голубой цвет стены, старая, во многих местах обколотая, плитка на полу, на окнах – цветы в горшках. Зато врачи и медсестры относились к людям сердечно и предельно внимательно.

– Да. Отдохните, идите. Я посижу в палате, там удобное кресло. А потом смените меня, подтвердила Юля. – По летнему времени стационар почти пустовал, и ребят устроили вместе.

Как только заработал сигнальный маячок, Иван, Андрей и еще несколько бойцов рванули на помощь спасательному отряду. Девушка не пожелала остаться в стороне – сумка с целебными мазями и травами стала весомым аргументом. Кстати, они пригодились – получилось остановить кровь, которую не могла удержать повязка из куска рубахи.

Июльская северная ночь была похожа на светлые сумерки. Юля изо всех сил старалась не спать, но после полуночи все-таки задремала. Проснулась она от странного тревожного чувства, что кто-то смотрит на нее. Она вздрогнула и открыла глаза. Илья и Ник спали, никого в палате, конечно, не было. Но девушка никак не могла избавиться от тяжелого оцепенения.

«Значит, эмпат, значит, прекрасно понимаешь чувства других людей», – ироничный внутренний голос не особо помогал успокоиться, – «и что же сейчас чувствуешь ты?»

– Страх, – прошептала Юля и попыталась дышать глубоко. Сердце гулко билось в груди, ей вдруг стало жарко под легким пледом, хотя в комнате было довольно прохладно.

Все время, которое прошло с момента похищения в таком далеком Волгограде и возвращения в свой мир, она не позволяла себе слишком задумываться. Тем более она ни разу не оставалась одна. Но сейчас в полумраке и тишине, рядом с непривычно беспомощными Ником и Ильей, на нее нахлынули воспоминания и эмоции последних дней. Вдруг захотелось оказаться в безопасной уютной квартире, среди книг, трав, рецептов.

Мысли не желали останавливаться, а память услужливо подбрасывал образы. Она могла погибнуть много раз за эти дни. Просто умереть, и исчезнуть из этого мира. О чем она только думала, когда ехала в незнакомое место незнакомого города? Но тут же другой голос возразил: «Разве ты уже забыла ту жизнь, до встречи со стражами, когда ты была одна, тебя никто не понимал, а с Артемом все обрело смысл, заиграло яркими красками».

Юля и вправду привыкла ощущать свою чуждость, инаковость довольно рано. Ей было интересно так много всего. И это вызывало недоверие у большинства людей с их простыми запросами. Подружки – подруг у нее не было – говорили про косметику, наряды и мальчиков. Парни не воспринимали ее как личность – они быстро теряли интерес, когда понимали, что ей больше по душе разговоры о литературе, науке или искусстве.

Переезд в Москву и работа в журнале тоже не принесли особой осмысленности. Глупые темы, скучные тексты по строгому формату. Единственной отдушиной были ее исследования целебных свойств растений. Она стала активной участницей форума, где зависали такие же ненормальные батаны как она.

Как переплетение слов, так и сочетание сборов, то, как они, соединяясь вместе, обретают новый смысл, по-настоящему увлекали ее.

Размышление о чем-то привычном успокоили девушку. Она бесшумно встала и подошла к окну. Внизу стоял внедорожник, в котором, она видела, не спали ребята из отряда Тимура. Артем позаботился о безопасности – ей стало намного спокойнее.

Ник, несмотря на то, что она дала ему сильный настой, спал тревожно. Дыхание Ильи было настолько тихим, что она немного испугалась. Прислушалась, убедилась, что он жив, и вернулась на свой пост.

Ник проснулся от теплого солнечного луча, который согревал руку. Он не сразу понял, где находится. Последние образы, которые с трудом выплыли из памяти – березовая роща и Илья, оседающий на землю. Он повернул голову и увидел товарища на соседней кровати. Похоже на больницу и логично было предположить, что так оно и есть.

Он попробовал подняться – голова закружилась. «Ничего, а мы потихоньку, а мы потихохоньку», – вспомнилась забавная фраза из какого-то фильма.

– Ник, куда это ты собрался? – рядом оказалась Юля.

– Пока не решил, есть предложения?

– Что? – девушка наклонилась ближе.

А ему-то казалось, что он говорит громко.

– На-ка лучше выпей вот это. Поверь, скоро будешь бодрячком. Ведь так ты любишь говорить? – Видимо, за шутливым тоном девушка старательно скрывала беспокойство.

Спорить он не стал. Тем более, про Юлин талант в зельеварении ходили легенды. Он осторожно проглотил золотистое тягучее питье и снова погрузился в сон.

Пылали стволы деревьев и кусты и оттого неясно было, день сейчас или ночь. Кто-то тихо плакал очень близко от него, но за дымом было сложно разобрать. Он сделал несколько шагов и увидел ее – Нигору. Он узнал ее, хотя сейчас это была не девушка, а женщина, прожившая долгую непростую жизнь.

– Ты услышал меня, потомок, – прошептала она, вглядываясь невидящими глазами в то место, где стоял он.

– Что случилось?

– Все погибли. Запомни. Есть только один способ разрушить мир Максуда. Закрыть все врата одновременно. Все 12 в один час. В год черной луны в день…

Но она не договорила. Черная тень метнулась к Нигоре. Короткий крик. И все исчезло.

Влад заглянул в дверь и поманил Юлю.

– Иди, отдыхай, теперь я за ними присмотрю. – В коридоре было безлюдно – всего-то восемь часов утра, да к тому же суббота.

– Тебя проводит Глеб. А Артем уехал к порталу. Хочет убедиться, что все тихо. – Ответил он на незаданный вопрос. – Не переживай, скоро все устроится, и отправим тебя в Москву. А может, все вместе поедем. Иди, иди, итак ночь без сна.

На самом деле она не хотела признаваться, что не хочет остаться одна. Как объяснить это новое для нее состояние напряжения, которое не может прогнать даже яркое солнце за окном, сознание, что в городе много людей, ее товарищи, в конце концов. Интересно, на всех так действует пребывание в чужом, искусственном мире?

Новая Ладога была одним из городов, в который часто приезжал кто-то из стражей. Недалеко главный портал, и создаваемая им аномальная зона, – так что находилась работа и для поисковиков, и для боевой команды, и для исследователей. Много лет назад Артем купил здесь дом – удобно для всех. Именно туда сейчас и проводил Юлю крепкий молчаливый Глеб.

Было немного, хотя нет, очень странно, снова вернуться в цивилизацию. Она побродила по комнатам и в одной из них обнаружила свой рюкзак. Только сейчас, после нескольких напряженных дней девушка поняла, как давно не отдыхала. Наконец можно было принять душ и выспаться в настоящей постели. Правда, расслабиться до конца ей не удалось. Но усталость взяла свое, и она погрузилась в беспокойный чуткий сон.

Среди ветвей под теплым солнцем было приятно. Сторонний наблюдатель вряд ли обратит внимание на пушистого серого зверя. Он потянулся, положил на мягкие лапы голову, так чтобы в любой момент видеть нового друга.

Здесь было почти безопасно. Конечно, черный маг не оставит своих попыток поймать его, но теперь он будет внимательнее. В этом мире у врага нет сил – он может полагаться только на своих приспешников.

А паренек ему понравился. Светлый. И товарищи у него подходящие. Как в старые добрые времена…

«Интересно, почему Кузьма? Ладно, узнаю потом. Звучит приятно, мягко. А вот и защитник прибыл – можно вздремнуть».

Кузьма проводил умными, совсем не звериными глазами, Влада, который вошел в больницу, и задышал глубоко и расслабленно.

Тихие голоса и запах кофе подсказали направление.

– Как там, у порталов? – на кухне сидел Артем и еще какой-то парень. Знакомое лицо, один из бойцов Тимура, но она не запомнила имени. «А ведь я единственная девушка здесь», – промелькнула мысль.

– Пока тихо. Садись, проголодалась, наверное? Сейчас мы что-нибудь сообразим.

Было приятно расслабиться. Среди друзей она почувствовала себя в безопасности. Бутерброд с маслом и ветчиной, чашка вкусного кофе с молоком – как будто и не было никаких перестрелок, стычек, плена. Жаль, что это спокойствие обманчиво.

Около больницы на лавочке сидели Ник с Владом.

– Не смог его отговорить, – предварил Влад вполне резонный вопрос.

– Было бы странно, если бы смог, – усмехнулся Артем. – Как себя чувствуешь?

– Знаете, очень даже недурно. Я честно отдыхал по настойчивой рекомендации Влада, но, серьезно, не могу я валяться, так хочется просто пройтись, подышать вольным воздухом. Поговорить.

– Что ж, идемте.

В этой части города было совсем мало людей. Туристов можно было встретить в центре, а местные знали места поинтереснее, чем аллея за больницей.

– Почему сейчас? – Юля первой высказала вопрос, который, наверное, волновал всех.

– Думаю, решил, что собрал достаточно ресурсов для открытой схватки, – помедлив, ответил Артем. Он не называл врага по имени. – Или, наоборот, нужна смута, чтобы легче эти ресурсы получить. Плохо другое.

– Среди нас завелся предатель или… взлом? – тревожно спросил Ник.

– Взлом. Но они должны были получить данные хотя бы одного участника чата. Мы проверяем устройства. Чат заблокировали. Всю связь на ближайшее время перевели на главный штаб. По старинке, через операторов.

– Артем, – голос Юли сорвался, и она сама не услышала себя. Вдохнула поглубже, – все вернулись?

– Хорошо, что напомнила. Столько всего навалилось, – вздохнул Артем. – Проверить не так-то просто. – Влад назвал всех, кого запомнил, список разослали по городам. Посмотри тоже, вдруг видела в тюрьме кого-то еще. Сейчас отпуска, кто-то не выходит на связь, так как просто находится вне зоны доступа.

– Но абсолютно точно пропали трое, – вздохнул Влад.

– Когда пойдем за ними? – Конечно, Ник никак не мог остаться в стороне. Да и никто не мог.

– Извини, друг мой, но ты пока не готов к новой передряге, – мягко, но уверенно ответил Артем. – Всему свое время, ребят не оставим. Уже дали знать контрабандистам – ждем, когда ответят.

Яркое синее небо и такая же сапфировая вода тихой реки, легкий шелест ветра, скромная аккуратная набережная – обычный мир, вид которого так не вязался с тем, о чем они говорили.

Навстречу прошла пожилая супружеская пара. Мужчина бережно поддерживал под руку жену, они были такие спокойные и милые.

«Нельзя допустить, чтобы все это исчезло из-за подлой бездушной тьмы. Бояться нормально, главное, чтобы страх не сделал меня малодушной трусихой», – разрешение принесло Юле успокоение.

– Артем, я видел очень необычный сон, там, в подземелье. И еще один сегодня. – Ник искал удобный случай, чтобы поделиться новой информацией. Не всегда его видения были такими четкими. – Это прямо связано с ключами…

– Постой, – Ник замолчал в недоумении – Артем обычно был внимателен к разного рода снам. В пограничном состоянии полезные прозрения были не редкостью.

– У нас гость.

Никто не обратил внимания на тоненькую светловолосую девушку в простой белой футболке и джинсах, которая шла им навстречу и застенчиво улыбалась.

– Здравствуйте, Саша!

– Здравствуйте! Ник, тебя освободили, я так переживал из-за этого всего.

– Неожиданная встреча. – Ник не очень понимал, как себя вести – он не знал, что рассказали о столкновении случайному свидетелю его друзья. Никто и не вспоминал о девушке – и вот она снова оказалась на их пути.

– Все в порядке, – перехватил инициативу Артем, – преступников обезвредили, товарища выручили, так что можете больше не волноваться.

– А мне тетя сказала, что каких-то людей в больницу привезли с ранениями. Я и шла узнать.

– Вообще-то это секретная информация, – буркнул Влад. Он не особо обрадовался тому, что по городу поползли слухи.

– Конечно, конечно, я понимаю, меня просили никому не говорить.

– Просто город маленький, все обо всем знают. – Главный по безопасности не скрывал сарказма, но девушка, казалось, его не замечала. То ли нарочно, то ли привыкла ждать от людей чего-то хорошего.

– А можно вас навестить? Я бы пирог испекла. Вишневый.

– Вишневый, – все время разговора Ник незаметно наблюдал за Сашей и постепенно успокаивался. В первый момент ему тоже показалась странной история случайной встречи, но по искренним ответам и мимике он понял, что девушка не представляет угрозы. Да и о какой угрозе речь, ведь он сам провел с ней столько времени в плену, видел, как она изо всех сил старалась сохранять мужество. – Устоять невозможно. Приноси. То есть приходи. Ничего, что на ты?

– Ничего, даже хорошо, – заулыбалась она, – не буду вам мешать. А если хотите, могу как-нибудь показать город. Всем, потом, – она вдруг смутилась.

– Спасибо, если будет время, – чуть более мягко, но все же довольно холодно ответил Влад. – Он не был готов также быстро, как Ник поверить малознакомому человеку.

Девушка зашагала прочь. На улице было пустынно, и через какое-то время она начала тихонько напевать песенку, которая с недавних пор неотвязно крутилась в голове: «Жаркий огонь полыхает в камине, тень моя, тень, на холодном окне...»

Ребята медленно дошли до больницы, где, несмотря на возражения, все-таки оставили Ника.

– Я не верю, что Макс просто так отступится. Хотя мы задали ему задачку с этим взрывом – когда еще восстановит запасы топлива. Да и охрану портала мы усилили. Но Глеб все же будет дежурить здесь.

– Илья пришел в себя? – Юле стало неловко, что она не спросила об этом сразу.

– Да, мы его напоили твоим чаем.

– Это хорошо.

– Тебя волнует что-то еще.

Каким все-таки проницательным был их лидер…

– Охранная татуировка.

– Очень надеюсь, что нам удастся разгадать ее секрет, – вздохнул Артем и невольно дотронулся до сердца.

Юля уже несколько месяцев знала про тайну, которая хранила стражей от ран в старые времена. Последним обладателем татуировки был Артем. Но это знание родители ему передать не успели. Вместе они исследовали старые рукописи, но пока безуспешно.

– А она работает задним числом? Если нанести уже раненому человеку? – Этот вопрос не давал покоя Юле с самого утра. Сейчас, когда конфликт обострился, любая защита пригодится, а уж магическая тем более.

– Возможно, это ускорит выздоровление. Я взял несколько книг и дневников отца из хранилища – продолжим разбираться. Пару дней мы здесь точно проведем, а дальше решим, как лучше ехать в Москву.

Глава 2. Поиск

Киров, 1946 год

Артем быстро преодолел последний пролет и остановился у квартиры номер 45. Подышал глубоко, чтобы унять волнение, и нажал на звонок. Тишина.

– Не работает, что ли? – Он постучал. Сначала негромко, потом более настойчиво. Никого. Юноша не торопился уходить – ему некуда было спешить в этом чужом северном городе. Прошло несколько минут и рядом тихонько скрипнули петли.

– Не жди, солдатик. Пустая квартира-то. – Участливо произнес немолодой голос.

– Роман Федорович переехал? Может, знаете, как его найти? – Он обернулся, заглушив обманчивый шепот надежды.

– Не уехал. Вернее, сначала уехал – на фронт. Да так и сгинул.

– И что, никто не живет здесь? А семья?

Собеседница, пожилая женщина, вышла на площадку.

– Семьи нет давно, еще до войны жена померла. – Вздохнула она, – А вот сказал ты, и мне думается, и вправду, странно. И не живет никто, и не заходит. И домуправ жилплощадь никому не отдает.

Артем собрался уходить, когда задумавшаяся соседка вдруг спохватилась.

– Постой, вспомнила я чего. Раз ты хоть какой-то знакомый, интересуешься, возьми письмо. Погоди, поищу только, давно ведь получила.

Минуты текли медленно – Артем присел на подоконник между этажами и смотрел во двор. Весна только-только осмелилась заявить свои права – среди серого стаявшего снега пробивались зеленые ростки. Облака быстро бежали по небу, изредка пропуская на замерзшую землю солнечные лучи.

– Вот, гляди-ка, – соседка держала в руке маленький светлый треугольник. – Почтальонша мне отдала: чего, мол, каждый раз стучать, коли нет никого. Рассудили, вдруг объявится родня или знакомые – сама и передам.

Парень нерешительно покрутил в руках письмо. Обратный адрес – санаторий в Пятигорске.

– Да уж, читай, и мне скажи, если чего про Романа Федоровича написано.

– Здравствуйте, – Артем решил, что у женщины не меньше прав узнать хоть что-то о судьбе соседа, чем у него, – пишет вам медсестра Надежда. У нас проходит лечение капитан Синцов. Только он ничего не помнит из-за тяжелого ранения. При нем в документах нашли карточку с домашним адресом. Не уверены, его или родных. Если вам знаком Роман Федорович, дайте как-нибудь знать или приезжайте к нему.

– Вот оно что, – покачала головой женщина, – серьезно, значит, ранили. И ведь уже больше года прошло, а не вернулся, значит, не вспомнил или... – она тихонько вздохнула. – И вот еще что расскажу тебе. По осени приходил тут один, – женщина, видимо, не смогла подобрать слова, и произнесла еще раз «один», выспрашивал про Романа. С кем жил, с кем дружил. Не понравился мне – такое вышколенный, вроде как форма наша, но не совсем. Темная такая, я подумала, как фашист. Хотя, конечно, откуда ему тут взяться?... И говорит складно, а улыбка ненастоящая, как оскал. Темный, нехороший.

– Не понравился, значит и правильно, что не стали рассказывать, – поддержал любезную собеседницу Артем. – Спасибо вам большое, пойду я, как бы на поезд не опоздать.

Он начал поиск посвященных почти сразу после демобилизации. Звание, награды и дар убеждения производили благоприятное впечатление. Один из сослуживцев сейчас работал в центре розыска Красного Креста. Он оформил Артему удостоверение добровольного помощника, которое выручало, если нужно было узнать точный адрес или взять билет на поезд. Но пока Артем не нашел ни одного живого стража – лишь покинутые дома, руины или печальные истории, вроде сегодняшней.

Дядя Рамиль остался в Сталинграде – помогал восстанавливать разрушенный город. Да и здоровье все чаще подводило, сказывались старые ранения. Первым делом, когда закончилось контрнаступление, и враг был обезврежен, они отыскали и расчистили вход в хранилище отца. К счастью, при бомбежке подземная часть устояла.

Ночью Артем осторожно проник в квартиру Романа Федоровича. Надо было забрать ценные книги, артефакты, записи и подновить защиту, которая отводила от жилища ненужное внимание.

Белые цветы абрикосов и вишен напитали воздух сладкими ароматами. Даже не верилось, что 1000 км и две недели назад в Кирове он мерз в своей тонкой шинели. Санаторий нашел быстро – в маленьком Пятигорске все было близко.

– Пойдемте в беседку, – предложила невысокая темноволосая медсестра, та самая, что беспокоилась об одиноком раненом солдате и пыталась найти хоть кого-то из его прошлой жизни. – Вы кем приходитесь Роману Федоровичу?

– Мне поручили его поиск сослуживцы. Так уж вышло, что нашлись общие знакомые и у него, и у меня. В Красном Кресте.

– Вы врач?

– Не доучился. Фельдшер.

– Вот как, – женщина помолчала, – умер он. Давно. Почти сразу, как я письмо отправила.

Артем не знал, на что надеялся, когда ехал сюда. Но ему так хотелось найти хоть кого-то из старых друзей родителей.

ؘ– Покажете, где похоронен?

– Конечно. А знаете еще что? Можете поговорить с его соседом по палате. Почти всех уже выписали из тех, кто помнил Романа Федоровича, только один остался.

Артем побывал на могиле, нашел жилье на пару дней и вечером вернулся в санаторий.

– Чудной он был, – после долгой паузы заговорил Леонид. Молодой, но совсем уже седой мужчина, он ловко двигался на костылях – вместо правой ноги из-под штанины виднелся деревянный протез.

– Почему вы так думаете?

– Иногда рассказывал про каких-то оборотней, амазонок, колдунов. Да так убедительно, будто сам их видел. Я думаю, может, он книги писал, сказки. Все позабыл, а это помнил.

– Почти угадал, друг: не сказочник он был, а ученый. В институте народное творчество исследовал, – Артем немного пофантазировал, чтобы не смущать собеседника.

Тот посмотрел с пониманием, но поверил, как будто не до конца.

– Ты мне лучше вот что скажи, товарищ Артем. Ты же вроде как по розыску людей? Надежда, сестричка, так объяснила.

– Не совсем…

– Помоги. Дочка у меня, вот, – Леонид торопливо вынул из нагрудного кармана гимнастерки карточку.

– Да я только,.. – хотел было объяснить Артем.

– Жена последний раз писала из Саратова в 1944. Потом все, ни строчки. Их туда с дочкой эвакуировали. Я запросы писал – все без толку. А меня не отпускают, что-то доктору не нравится, – сержант говорил торопливо, будто боялся, что в очередной раз останется без ответа. С карточки на Артема смотрела красивая улыбающаяся женщина и маленькая большеглазая девочка лет трех.

– Хорошо. Я сейчас запишу все данные, но обещать ничего не стану. – Ему стало невыносимо от просящего взгляда молодого фронтовика. Да и Саратов был тем местом, куда он давно планировал съездить.

– И не обещай, только уж постарайся – найди моих Ирину и Анюту.

– Дядя Рамиль! – Артем вбежал в маленькую комнатку подвального помещения, которое пока служило домом доброму десятку семей. – Смотрите, что я нашел в записях Романа Федоровича.

Непривычно было видеть старшего товарища днем в постели с книгой. Недавно дала о себе знать старая рана, и Артем на правах лекаря (врачом он себе никогда не называл) настоял на длительном отдыхе.

«После того как все компоненты прогорят, смешать золу с соком падуба…, – так-так-так, – он провел пальцем по строчке, – поместить в центр камень-ключ и закрыть портал».

– Закрыть, его можно закрыть!

Дядя Рамиль никогда не отличался многословием, но сейчас его молчание слишком затянулось.

– Вы когда-нибудь слышали о попытке закрыть портал и покончить со всем этим навсегда? – не вытерпел Артем.

– Были разговоры. И даже пробовали. Но очень давно, – мужчина помолчал. – Отец твой тоже что-то изучал, переписывался с Романом. А потом война. Вот так-то.

– Сейчас у нас есть 5 ключей. Все, что удалось найти, плюс наши. Так давайте попробуем.

– Прочти-ка полностью, что нужно делать.

Артем медленно перечитал запись – заодно прикидывал в уме, какие компоненты есть, что предстоит достать. Ничего нереального он пока не обнаружил.

– Ты будешь уязвим во время ритуала. – Первое, что произнес дядя Рамиль. – И не известно, что творится сейчас у порталов. Кроме нашего, конечно.

– Да я же предлагал провести разведку.

– Предлагал. А я тебе ответил тогда и сейчас повторю – опасно. Одного не отпущу, а бойцов осталось – два с половиной калеки. Только и хватает на наш портал. Что мы выяснили? Что у бобруйского в 44-м было тихо, после того как фрицам жару задали. Но охраны там нет. Про остальные можно только гадать.

– Так давайте собирать бойцов. Это нужно делать в любом случае. Мы потеряли все связи, хранители сгинули. Неужели будем ждать? Макс сейчас также слаб как мы – громили его людей ой как здорово! Надо действовать.

– Слаб ли?

– Может, осторожничает.

– Хорошо, допустим. А как ты будешь объяснять про нас новичкам?

– Я думал, вы мне расскажете. Как было в былые времена?

– Как было? – Старый друг вздохнул. – По-всякому. Но больше из поколения в поколение передавали. Из сирот опять же воспитывали – потихоньку раскрывали секреты. Редко сами приходили – те, которым через сны память прошлого открывалась.

– А вы?

Артем никогда не задавал таких вопросов. В родительском доме он был слишком юн и беспечен для серьезных разговоров. На войне было не до того.

– А меня отец твой на базаре отбил – я баранку украл, голодный был, так чуть не забили до смерти.

– Это когда же было?

– Так в прошлом веке еще. Не удивляйся, только те, кто по крови посвящен, долго молодые. А остальным татуировка не так сильно помогает. Разберешься потом, по книгам все узнаешь – у тебя впереди много времени.

– Надеюсь, что смогу разобраться, – вздохнул Артем. – Хорошо, буду думать, как все лучше устроить. А вы пока отдыхайте, набирайтесь сил.

Глава 3. Колдунья

Москва. Наши дни

Неужели дома? За две недели Юля успела отвыкнуть от своей любимой квартиры – в современном доме на берегу реки. Повезло ей, конечно, что Артем предложил жить в таком приятном месте.

Она миновала комнату, открыла окно и вышла на балкон.

– О нет! – девушка пробежала пальцами по поникшим листьям розмарина. – Несколько горшочков с полезными травками стояли на широком подоконнике. – Как же так? Сейчас-сейчас, только за водой схожу. Ну-ка, не грустите, я вернулась и больше вас не брошу. – Юля устроила живительный дождик своим питомцам. – Надеюсь, удастся вас отпоить, – приговаривала она.

Несколько часов она посвятила простым домашним делам – сходила за покупками, забросила вещи в стиралку, вымыла полы. А вечером с чашкой ароматного кофе выбралась в импровизированный зимний сад.

– Погодите-ка, нет, я рада и все такое, но… – ее встретили бодрые свежие цветы. Как будто не стояли совсем недавно поникшие и слабые, показалось, даже подросли. – Чудеса, да и только. Молодцы, ребята-девчата, я думала, еще неделю будете оживать.

… Мы заперли войско в долине, – гонец спрыгнул с взмыленного коня и протянул командиру свиток. – Срочно нужно подкрепление, чтобы удержать врага. Потери слишком велики.

– Наш резерв задержался из-за разлива реки. Постарайтесь продержаться хотя бы день.

– Я поеду с тобой, – Юля, но только старше и в странной одежде, отвязала скакуна. – Думаю, смогу помочь.

Внизу, сколько хватало глаз, раскинулся временный лагерь. Он двигался и шумел как разворошенный муравейник.

– Было уже несколько попыток прорваться. Штурмовые отряды выискивают наши слабые места. Скоро начнется, – бросил опытный воин.

«Что я упускаю? Как остановить такую тьму людей», – Юля отошла к каменному уступу, прижалась к холодной, еще не отогретой солнцем земле, закрыла глаза и сосредоточилась на звуке своего сердца. Она увидела тысячи ростков, которым только предстояло стать чем-то большим.

«Пора! Начинайте, я взываю к вам – выходите все – там, высоко в небе вас ждет тепло и свет. Скорее! Торопитесь! Моя сила с вами! Смотрите – вот ваш путь!»

Ворожея застыла – ее дыхание было чуть заметным, тело как будто слилось с землей. А в долине творилось что-то невообразимое. Стремительно и неукротимо ввысь, к небу, тянулись стебли самых разных трав, деревьев, кустов. Люди со страхом шарахались от непонятной опасности, кто-то отчаянно рубил зеленую поросль.

Армия чужаков оказалась в жуткой ловушке из причудливо переплетенных стволов и ветвей. Все, что столь торопливо росло, также быстро набирало мощь, застывало, твердело…

– Ничего себе, – Юля проснулась, и какое-то время переживала события необычного видения. – Все страньше и страньше.

Она встала, включила свет, тихонько вскрикнула, постояла в оцепенении, вернулась за телефоном и включила запись видео. Сняла комнату по кругу, отправила файл и набрала номер.

– Артем, я тебе кое-что выслала. Посмотри и приезжай, пожалуйста.

Ее комната выглядела как оранжерея аптекарского огорода – все стены заплели плющ, циссус и аспарагус – удивительно, неправдоподобно мощные, мясистые. А еще вдруг решивший зацвести клеродендрум – это уж слишком!

– И в парк теперь ходить не нужно – он сам ко мне пришел, – неуверенно пошутила девушка.

Артем внимательно осмотрел квартиру и выслушал сбивчивый рассказ Юли.

– Это большая редкость, – задумчиво произнес он.

– Что?

– Когда ты попала в другой мир, твои скрытые способности пробудились. Такое бывает, но чаще всего сила действует или в нашем мире, или в том. Не в двух сразу.

– А как же Ник?

– Он проводник – это его природа, взаимодействовать с пространством, перемещаться в нем. Но дар, подобный твоему, встречается крайне редко. И теперь в моей команде есть сразу два уникума.

– Это плохо? – Юле и так было не по себе с момента пробуждения. Неопределенность пугала, тревожила, выбивала почву из-под ног. А тут еще оказывается, что она «особенная среди особенных».

– Что ты? – Артем почувствовал ее беспокойство и постарался говорить как можно мягче. Его голос утешал, поддерживал. – Наоборот, это так увлекательно и прекрасно. Мы обязательно вместе разберемся, что ты умеешь. Постепенно, осторожно. И, думаю, не здесь. – Он погладил лепестки необычайно большого цветка орхидеи. Давай-ка поедем на базу.

Офис в центре столицы был лишь одним из постоянных мест, где базировались Стражи. Артем выбрал и обустроил несколько пространств для разнообразных задач, которые приходилось решать руководителю столько необычного сообщества. И для каждого создал легенду-прикрытие.

Самой удачной находкой он считал большой запущенный парк и здание полузабытого института на Воробьевых горах. В годы неразберихи он продумал и запустил схему – и старая усадьба, переходившая в советское время от одного ведомства к другому, вдруг исчезла из поля видимости любых структур – околовластных, частных, коммерческих.

Юля проводила здесь много времени – обычно добиралась на велосипеде, благо, жила близко. Но сегодня Артем настоял на автомобильной поездке.

Они миновали массивные чугунные ворота и свернули на аллею вправо.

– Вижу, Ник тоже решил потренироваться. Вам с ним будет, о чем поговорить. Идем, поздороваемся.

В воздухе как раз возникла маленькая сфера, через которую было видно серое небо. Мини портал открылся в части, где местность значительно отличалась от московской. Иначе изменения в реальности можно было и не заместить. Они подождали, пока Ник закончит и закроет окошко.

– Не рано тебе тренироваться? Как себя чувствуешь? – Мужчины обменялись рукопожатиями.

– Я в порядке. Полном. Честное слово. И получается все намного лучше, чем раньше – маленькие порталы вообще на раз открываю. Чудно? Или нет?

– Или нет. И ты у нас не один такой. В рядах Стражей – пополнение магов.

– Магов? – Юле было непривычно использовать это слово не для описания чего-то литературно-киношного.

– Ну, если хочешь, называйся супергероем или волшебницей, – улыбнулся Артем.

– Или колдуньей, – подмигнул Ник, – вариантов масса.

– Пойдемте-ка выпьем чаю, узнаем, чего новенького без нас произошло. А ты пока расскажешь Нику, что приключилось. Вижу, он заинтригован.

– Вот так прямо взяло и вымахало до потолка? – Парень поставил на стол большую чашку и задумался. – Слушай, ну, здорово. Без работы не останешься. Можно к 8 марта тюльпаны выращивать. Отличный бизнес.

– Не смешно, – не оценила шутку девушка. В другой момент она, конечно, улыбнулась бы, но сейчас ждала чего-то серьезного.

– Да? А я надеялся, весело. Теряю навык, буду тренироваться.

Впрочем, ждать серьезности от Ника, – что-то она и вправду растерялась из-за всей это ситуации.

– Кстати о тренировке. – Артем, который оставил ребят на веранде, вернулся с большой коробкой в руках. – Предлагаю проверить, на что еще ты можешь воздействовать. Я тут собрал всего понемногу. Ник, хочешь с нами, может, подскажешь чего.

– С удовольствием!

– Только отойдем подальше от зданий, и людей, и вообще, – пробормотала Юля.

Прошла пара часов, а Юля чувствовала себя так, будто работала физически целый день. Ей приходилось следить за дыханием, контролировать эмоции и сосредоточиться на своих мыслях. Одновременно!

Пока выходило, что она способна разрушать хрупкие поверхности – стекло, зеркала, тонкую фанеру. Что-то плотное пробить не получалось.

– А как насчет животных? Сможешь позвать нам кого-нибудь? – увлеченно спросил Ник. Он подкидывал идеи, а Артем вел съемку и подсказывал, на что обратить внимание.

– Нет, ребята. Я все. Так устала. – Девушка и вправду была очень бледной.

– Увлеклись, прости. – Артем отключил запись, подошел к ней, погладил по руке и всмотрелся в лицо. – Давай-ка я отвезу тебя домой.

– Нет. Посижу чуть-чуть здесь и пройдусь, пожалуй. Хочется побыть в тишине.

– Уверена?

– Конечно, здесь же близко. – Юля знала, что прогулка вернет ей силы и успокоит мысли. Так всегда было.

Она отошла метров на десять, когда с мужчинами, собиравшими остатки импровизированного тира, поравнялся Глеб. Он кивнул Нику и Артему и двинулся за девушкой, держась в тени.

Ник вопросительно посмотрел на старшего товарища.

– Так безопаснее.

– Она знает?

– Пока нет. И без того слишком много всего случилось. Расскажу немного позже.

Артем почти не спал несколько суток. Сразу после возвращения в Москву они с Тимуром и Ильей начали разрабатывать план спасения не вернувшихся ребят. Их оказалось трое – все остальные дали о себе знать. Паша вызывал больше всего опасений. Он был теоретик, айтишник, совсем не приспособлен к экстремальным ситуациям. Хотя в опасности были все трое. Но Слава и Варя – опытные поисковики, выживальщики. 5 лет назад они пережили столкновение с необъяснимым – в саратовских лесах, близко к порталу, на них напали молодые оборотни. Хотя в нашем мире эти необычные создания не могли обращаться, это не делало их менее опасными. Скорость и желание поиграть с добычей, а потом убить, почти не оставляли шансов случайным жертвам.

После той истории ребята несколько раз помогали поисковикам Артема, которые их спасли, и активно интересовались необычными историями. Спустя некоторое время Илья предложил привлечь обоих в ряды Стражей. И это оказалось хорошим решением.

И вот теперь они не успели выбраться из ловушки. Замешкались и не смогли перейти границу, используя эффект неожиданности, как большинство пленников стеклянной тюрьмы.

– Контрабандисты помогут. Выдали целый список артефактов для оплаты услуг. – Тимур только вернулся с переговоров.

– Есть хоть какая-то информация о местонахождении ребят?

– Паша, похоже, застрял в Остроге – его там держат у местного старосты до особых распоряжений. А Варя и Слава молодцы, не попались, но их ищут, и примерные координаты контрабандисты достали.

– Я с вами пойду, – подал голос Илья. Он очень переживал за своих подопечных, своих друзей.

– Прости, друг, но нет. Прибереги аргументы для другого раза – я не передумаю, – отрезал Артем.

– Все снаряжение собрано, бойцы готовы выдвинуться в любой момент. – Илья не стал спорить. Он не привык оставаться в стороне, но, если быть честным, сам не взял бы себя в команду на месте Артема.

Паша не сразу понял, что произошло. Только что он видел Дашу впереди себя, и вдруг она исчезла. Они вышли к тому месту, которое меньше суток назад послужило порталом – полуразрушенной ротонде в заброшенной усадьбе.

Сестренка была потрясена событиями последних суток, и чувствовал себя хуже, чем он в неуютном чужом мире. Она обрадовалась, побежала вперед, перескочила невысокую обрушенную кладку, помахала ему, а теперь он видел только лес. Он кричал, звал ее или кого-нибудь, ходил туда-сюда в радиусе нескольких метров. Безуспешно. Он остался один и не предполагал, что делать дальше.

Серый день действовал угнетающе – он помнил, что здесь почти не бывает солнца, но одно дело читать о таком странном явлении в пояснительной справке, а совсем другое – наблюдать лично. В книгах и кино заплутавшие путники первым делом искали воду. Он решил поступить также и через пару часов вышел к маленькой речушке. Сумерки сгущались, а его шаг ускорялся – не хотелось бы остаться ночью на открытом воздухе. Наконец впереди замелькали огоньки, больше, ярче, значит это немаленькое поселение. Паша спрятался на ночлег в стогу сена – видел, что так делают, в кино. Но радовался недолго – утром его обнаружили дети, привели взрослых и вот уже несколько дней он жил в сарае, гордо именуемом местными тюрьмой.

Он думал, бежать или нет? Но куда? Это в его любимых играх можно было получить оружие, помощь, прокачаться, найти выход из любой ситуации. А в жизни? Да еще и не в привычной городской, а в странной сельской. Как будто он попал в прошлое. Он успел заметить, что здесь не было электричества, да что там, элементарных удобств. Охранник, который приносил еду, подсвечивал себе керосиновым фонарем. Разговорить его не получалось – молчание было ответом на любой вопрос. Одежда, кстати, была смешанной: среди костюмов, которые напоминали традиционно-этнические, встречались джинсы и кроссовки. Видимо, здесь наладили успешную торговлю вездесущие контрабандисты.

По его подсчетам прошло 12 дней, когда ранним утром его разбудила какофония тревожащих негромких звуков: приглушенные вскрики, возня, бормотание, поворот ключа.

– Живо за мной, – в дверь заглянул незнакомец. – Паша, не тормози! – А потом более участливо, – Не ранен?

– Нет, – Паша встал, но не был уверен, стоит ли послушать странного гостя или это грозит очередной неприятностью…

– Так идем, Артем и Тимур ждут, до портала, вообще-то, неблизко.

– Вы, вы…

– Свои, а ты что подумал?

– Я еще не успел.

– Ладно, подумаешь на ходу.

Глава 4. Хранитель

Недалеко от Саратова, 1946 год

– Стоять! Не то стреляю! – Выстрел прозвучал раньше предупредительного крика. Артем метнулся за дерево, краем глаза уловив, что его спутники не замешкались.

– Вообще-то ты уже выстрелил, – он подал голос и быстро перекатился в сторону.

– Ну, да. А все равно ходу вам дальше не будет. Отпущу, коли без глупостей. – Невидимый стрелок говорил неторопливо и, судя по всему, был довольно флегматичен.

– А что за закон запрещает советскому человеку ходить по своей земле?

– Закон – не закон, а проваливайте подобру-поздорову.

– Прохор, ты? – Вступил в диалог Рамиль.

– А кто спрашивает?

– Рамиль Петрович. Помнишь, в 39-м у тебя гостил.

Ответа не было так долго, что Артем начал сомневаться в реальности недавних событий. Защебетали птицы, успокоенные тишиной, стало слышно, как ветер перебирает листву деревьев.

– А скажи-ка, мил человек, чем тебя почивала моя хозяйка? – Вдруг прозвучал негромкий голос.

– Дай подумать, столько лет прошло, – протянул притаившийся с другой стороны дороги товарищ. – Хотя, как забыть ушицу из сома, да чай на смородиновом листе с земляничным вареньем.

– Други, родные, – на лесной тракт вышел немолодой дюжий мужик в старой линялой гимнастерке без погон. Возраст его определить было трудно – 40, 50, а может и больше. Сильно загорелый, с седыми короткими волосами под черной кепкой, он уже закинул винтовку на плечо.

– Что же ты палишь по всем подряд? – Крепко пожал ему руку Рамиль.

– Расскажу, все расскажу, в дом идемте. Я уж не чаял, что кто из наших объявится. Так, думал, и сгину здесь один.

Они расположились в небольшой крепкой избе за круглым столом. Хозяин собрал простое угощение: картошку в чугунке, грубые лепешки, травяной чай.

– Как война началась, эти зашевелились. Думали, видно, что мы слабину дадим. Врешь, – хозяин погрозил кулаком в сторону окна, – хорошенько проучили – и стало потише. Наши кое-кто на фронт подались. Сначала из города приезжал Тимофей, да Павел. Но предупредили, что воевать скоро уйдут. В общем, связь мы потеряли, остались втроем. А тут месяца 4 назад, – он надолго замолчал, вздохнул, собираясь с мыслями, отставил кружку и тихо продолжил, – пришли тоже трое. Сказались бобруйскими, мол, проверяют, что да как. Имена я знал, а видеть раньше не видел (хоть я и самый старший из дозорных). В общем, отдохнули они, запросились на портал взглянуть. Пошли все. Что-то мне не понравилось – объяснить не могу. Давно живу, много повидал. Они быстро напали – ребят моих положили, да я тоже двоих не упустил. Но один ушел на ту сторону. Вот так. Потому теперь сначала стреляю, потом говорю. Надежда только на себя.

– Если имена знали, – начал Артем.

– Хорошего не жди.

– Хорошего мы никогда и не ждали, – отрезал Рамиль. – Мы же, Прохор, вот чего решили, порталы закрывать будем.

– Закрывать? – Хозяин даже запнулся, – то есть как?

– Так, чтобы никакое зло оттуда к нам не лезло.

– Были, конечно, разговоры про это. Но за столько времени никто не смог.

– Помнишь, Романа? Того, что в Кирове – умный такой мужик, серьезный?

– Как не помнить, помню. Он здесь как-то всю осень пробыл. Все что-то писал, собирал, чуть сарай мне не взорвал, химик, – по-доброму ухмыльнулся Прохор.

– Вот он и придумал, как закрыть портал. Мы с Артемом поразмыслили отсюда начать. У нас с охраной налажено. А здесь хотели разведать да сразу и попробовать.

– Что надо делать? – Прохор точно был не из тех, кто много говорит.

– Готовить место для ритуала. И продумать наши действия, если будет попытка помешать…

Полная луна и безоблачное небо давали достаточно света, чтобы видеть поляну, исчерченную причудливыми символами, и Артема, готового начать обряд. Он стоял лицом к порталу и ярко пылающему костру, который отделял его от зыбкой границы между мирами.

Прохор, Рамиль и Егор, которого он взял в опасное путешествие как надежного, проверенного во многих схватках бойца, расположились по периметру – так, чтобы держать в поле зрения всю площадку.

Артем начал читать заклинание тихо и как будто не очень уверенно. Рамиль напряженно вглядывался то в лес – темный, опасный, враждебный, то в туманную дымку портала, за которой смутно проступали контуры другого мира. Белое свечение у кромки защитного круга он поначалу принял за обман зрения. Но потом…

– Ты смотри, свет какой чудной, – послышался громкий шепот справа, где притаился Прохор, – мне ведь не кажется?

– Не кажется.

Над Артемом стремительно рос матово-белый купол. В тот миг, когда он замкнулся, раздался жуткий рычаще-стонущий крик, и к призрачной границе метнулись четыре черные тени похожие на людей в длинных балахонах. Вот они ударились о свет, отскочили и закружили по кругу, отыскивая лазейку внутрь.

– Что за твари, Рамиль Григорьевич? – в голосе Егора не было страха.

– Не знаю, не встречал таких раньше, а ты Прохор?

– И я. Вот и проверим, какого они роду-племени. – Хозяин прицелился в ближайшую тварь.

Заряд прошел насквозь и выбил щепку из ствола сосны, а существо продолжало попытки пробиться внутрь сферы.

– На железо не реагирует, – буркнул стрелок, – попробуем серебро. – Давай-ка, брат Егор.

Выстрелили оба: Егор – из револьвера, Прохор – из лука с заговоренными наконечниками. И снова без результата.

Между тем тени, казалось, объединили усилия – теперь они разрывали светлую ткань круга в одном месте. Артем, погруженный в транс, никак не реагировал на то, что творилось вокруг. Пока защитники безрезультатно пробовали уничтожить или отвлечь внимание неведомых существ, тем удалось сделать тонкий надрыв.

– Артем, скорее, – слышал парень или нет, Рамиль не знал, но надеялся, что тот успеет завершить ритуал. Старый боец достал из нагрудного кармана тонкую черную стрелу, украшенную серебряной вязью, вставил в арбалет и выстрелил. На этот раз удар не остался незамеченным. Тварь, в которую попал стрелок, взвыла и, отшатнувшись от купола, развернулась в сторону помехи. Прореха тут же закрылась, но разъяренная тень, в теле которой зияла рваная дыра, не обратила на это внимание. Она неуловимо быстро приблизилась к Рамилю и протянула то, что когда-то было рукой, к его груди.

В следующий миг произошло сразу несколько вещей. Из центра купола в середину портала метнулся ярко-алый луч, вспыхнул и исчез белый круг света, а тени, на глазах теряя форму и очертания, ушли в землю, оставив едва заметные черные выжженные отметки.

Артем медленно поводил головой, приходя в себя и привыкая к холодному лунному свету. Он поискал глазами товарищей и не сразу понял, над кем склонились два силуэта.

– Кто? Что случилось? Дядя Рамиль?

– Задел его этот … призрак, – не сразу подобрал слово Егор.

– Призрак? Что здесь происходило? – Артем нащупал пульс. Сердце билось слишком медленно. – Давайте-ка в дом.

– Подожди, мальчик, – старый боец открыл глаза, – сначала скажи, у тебя получилось?

– Не говорите, дядя Рамиль, берегите силы. Я сейчас все вам расскажу. – Он постарался не выдавать, как сильно беспокоится. Встал, быстрым шагом подошел к спокойно догорающему костру, за которым…

– Его нет, портала нет. – Чтобы убедиться, Артем несколько раз прошел туда и обратно по тому месту, где много столетий висела призрачная дымка – зыбкая дверь между мирами.

– Надо понаблюдать, – еле слышно произнес раненый и провалился в небытие.

Всю ночь Артем не отходил от постели Рамиля. У того не было видимых повреждений – вот только сердце билось медленно, почти неслышно. Старый друг был очень бледен, и все не приходил в себя.

Прохор и Егор утром осмотрели местность вокруг портала и не заметили ничего подозрительного.

– Тени ушли в землю – ровно по сторонам света. Если бы не приметил ночью, куда, может, и внимания не обратил бы. А присмотрелся – пятна черные, как прожгли вроде, – сообщил Артему хозяин дома.

– Это очень похоже на древний ритуал охраны. Точно, Макс постарался. Принес жертвы и привязал их души к порталу. Ничего, разберусь, как их обезвредить в следующий раз.

– Артем, – чуть слышно донеслось из-за занавески.

Он осторожно опустился на колени, чтобы слышать такой непривычно тихий голос.

– Я ухожу. Не перебивай, не надо. Я знаю, – Рамиль говорил отчетливо. – Иду вперед, а ты остаешься. Дел еще много. Мы непременно встретимся. Для тебя это будет не скоро, а для нас, – он смотрел сквозь окно, как будто видел там не просто деревья, – только миг. Хорошо, что здесь. Мне нравится шум листьев и тень. Устал я что-то от жары. – Он легко улыбнулся, закрыл глаза и перестал дышать.

У Прохора они пробыли еще пару дней. Артем и Егор раскопали скелет одного из призраков, описали расположение костей и следы повреждений. А хозяин тем временем готовил дом к долгому отсутствию – он собирался пожить в Саратове, а потом ехать в Сталинград, помогать восстанавливать связи с другими Стражами.

В городе, к счастью, нашлись старые знакомые Прохора. Артем целую неделю с помощью товарищей разыскивал семью Леонида. Он, конечно, помнил о своем обещании. Это дело отвлекало от тяжелых мыслей о смерти дяди Рамиля, самого родного человека на земле – последнего, кто знал его мальчиком и помнил родителей. Последней ниточкой, связывающей его с юностью.

По адресу из последнего письма не осталось никого, кто помнил родных сержанта. Многие из эвакуированных давно вернулись на родину, кто-то переехал или сгинул в военном лихолетье. Но люди были готовы помогать – советовали, где разыскать тех, кто мог хоть что-то вспомнить о судьбе семьи. Артем много ходил по городу, улицы которого еще не успели избавиться от отметин войны. Рухнувшие подъезды, пустые дыры окон, щели, в которых жители прятались от бомбежек, а сейчас играли дети, напоминали о родном Сталинграде.

Наконец он узнал, что жена Леонида, Ирина, умерла от воспаления легких – сильно замерзла во время ночной смены на заводе. А дочку соседи устроили в детский дом.

– Ты мой папа? – худенькая русоволосая девочка застенчиво пряталась за воспитательницей.

– Нет, Анечка, но твой папа очень ждет тебя. – У Артема непривычно защемило в груди от этого тихого голоса и взгляда пытливых серых глаз. – Он сейчас живет далеко отсюда, в очень красивом городе, где есть высокие горы.

– А ты кто?

– Я его товарищ. Он просил поискать тебя. И вот я нашел.

– Хорошо, – серьезно кивнула девочка и, помолчав, добавила очень тихо. – Только мамы нет.

– Я знаю, малышка. – Что он мог сказать ей и другим детям, которые, отложив свои игры на площадке, внимательно слушали разговор. Каждый из них ждал, что кто-то из родных найдет и заберет его домой.

– Мы уже звонили в санаторий, где лечится твой папа, – подтвердила воспитательница. Очень скоро он приедет за тобой. – Она погладила девочку по голове.

– Вы, может, поможете и нам? – обратилась она к Артему.

– Я вас слушаю.

– Два дня назад убежал мальчик. В милицию мы сообщили, но у них сейчас много дел. А он почти наверняка пошел в свою деревню. Это за Балашовым. Если бы был транспорт, я бы сама проверила. А ведь там никого нет – все его родные умерли от тифа.

– Есть фотография ребенка?

– Да, конечно.

– Объясняйте, как проехать, думаю, смогу вам помочь.

Глава 5. Мнимая безопасность

Москва. Наши дни

Крупный план сменил средний. На экране разыгрывалась драматическая сцена – молоденький и, видимо, весьма наивный юнкер бросал вызов опытному бретеру.

– Так, а это у нас что? Пластмассовые пуговицы? Серьезно? В XIX веке? Может, еще спасибо сказать, что нет стаканчиков кофе? Кто же вас консультировал? – Ник остановил картинку на кадре, где особенно хорошо можно было рассмотреть костюмы героев, и сделал скриншот. Пальцы забегали по клавиатуре, а на губах застыла ироничная улыбка.

В какой-то момент, курсе на третьем, Ник вдруг понял, что ему стало хорошо в когда-то нелюбимой квартире. Он оценил старые книги и вещи, – образование начало работать на него. Понимание эпох и стилей пробудило интерес к изучению родового гнезда. Кстати, он стал единственным его хозяином – бабушка окончательно перебралась к сестре в Германию.

Теперь в старом дедовском кабинете гармонично соседствовали книжные полки и шкафы ручной работы, с изящной резьбой, покрытые темным лаком, и современная техника – мощный компьютер с двумя мониторами, сканер, принтеры, хорошие колонки.

Звук телефона не сразу привлек его внимание.

– Саша, Саша Ладога, – пробормотал он, пытаясь понять, что за абонент его вызывает. – Саша, привет! – Ник принял звонок. – Уже в Москве? Вчера приехала? Хорошо добралась? Да, обязательно, я же обещал. Заеду, – он взглянул на часы, – в шесть.

Тогда, в Ладоге, девушка действительно принесла им с Ильей вкуснейший вишневый пирог. Потом они много гуляли вдвоем – остальные почему оказались не в восторге от идеи принять участие в импровизированной экскурсии. А зря: девушка, обычно застенчивая и тихая, воодушевлялась, когда речь заходила об истории. Она оказалась хорошей рассказчицей.

«Обычно тихая… Как незаметно она становится своей», – подумал Ник. Он начал было волноваться, не совсем понимая свои эмоции, но потом решил, что Саша вызывает у него братские чувства, и успокоился. Желание защищать ее, такую юную, хрупкую, показалось вполне естественным. Хорошо, что история с захватом в заложники закончилась для нее более-менее благополучно. По крайней мере без физических травм. Он пытался пару раз заговорить на эту тему, понять, не слишком ли глубоко психологическое потрясение. Но Саша лишь отшучивалась – значит (по его недолгому жизненному опыту), ей было слишком страшно возвращаться к тем событиям.

Оказалось, девушка училась в Москве на историческом факультете. «Почти коллеги», – обрадовалась она, когда узнала, что Ник – специалист по истории религии. А тот факт, что он преподает в МГУ и может показать ей все уголки старейшего университета, вызвал неподдельный восторг.

– Я-то в педагогическом вузе учусь, – еле заметно вздохнула она. – А живу у бабушки с дедом.

– Значит так, Кузьма, – серьезно произнес Ник перед выходом из дома, – остаешься за старшего. И я тебя прошу, не уходи, не нравятся мне твои вылазки. Собаки, машины, опасное это место, город.

Экзотический друг посмотрел на него умнейшими глазами и с достоинством кивнул. Он не говорил, но Ник готов был поклясться, что иногда слышит в голове ответы. Хотя он и так знал, что воображением его природа не обидела.

Всего пара дней в мегаполисе показались Гаяне бесконечными. Эти люди, шум, запахи, – как сложно сохранить выдержку и не убить кого-нибудь прямо посреди разномастной толпы. «Никто и не заметит в такой суете», – билась настойчивая мысль. А ей еще торчать здесь… сколько?

– Соберись и следуй за целью, – жестко приказала себе воительница. Хотя цель она и так вела на автомате – не приближаясь и не отставая, сливаясь сначала с толпой, а потом с зеленым ландшафтом.

Густые старые деревья вдоль убегающей вверх дороги, неспешная река напомнили о доме. О прекрасном времени, ежедневном патрулировании нетронутого леса вокруг замка, проверке постов охраны, редких устрашающих вылазках в поселения, которые чем-то огорчили Господина.

«Что за чушь лезет в голову? Правитель был бы не доволен». – Мысли о Максе заставили Гаяну собраться.

Теперь она двигалась по яблоневой аллее, которая вела к огромному зданию с острым верхом.

– Какая красота, каждый раз восхищаюсь этими пропорциями, – донесся голос девчонки.

«Красота? Где?» – холодный желтоватый камень, высоченная стена и сотни окон подавляли и вызывали вовсе не приятные ощущения. На ее родине не было настолько громоздких сооружений.

– Идем! Вид сверху просто потрясающий! – отозвался мальчишка.

Она последовала за парочкой, но вскоре убедилась, что внутрь так просто не попасть. Что ж, на подобный случай у нее было кое-что припасено.

Чуть заметное дуновение заставило охранника взглянуть на заграждение, которое с двух сторон мешало свободному течению людского потока, строго направляя всех посетителей к воротам металлоискателей. Но он при всем желании не смог бы обнаружить легко перемахнувшую через барьер молодую женщину в удобной, не сковывающей движений одежде с рюкзачком за спиной. Простой артефакт из богатого арсенала, которым Конрад снабдил Гаяну, сделал ее невидимой.

Лабиринт коридоров и лестниц шпион преодолела, не снимая защиты.

Ник и Саша долго рассматривали город с самой высокой точки университета – смотровой площадки. Обходили по кругу, делали фото. Девушка восторженно лепетала что-то вроде: «Ой, а там Кремль, ой, а в той стороне Питер». А она вынуждена была терпеливо ждать. Лишь пару раз Гаяна и сама (хотя она ни за что бы в этом не призналась) почувствовала легкий привкус радости. Обводя скучающим взглядом небо, она вдруг увидела совсем близко парящего сокола. Прекрасного, спокойного, невозмутимого. Казалось, он не высматривал жертву, а просто отдыхал, отдавшись на волю потоков воздуха. А еще ее поманил укрыться в своих кронах изумрудный шатер леса.

Недовольство заданием не мешало исполнять его четко и скрупулезно. Гаяна время от времени делала записи – изучала манеру общения Ника, его поведение. Но, главное, потратив весь день она узнала и домашний адрес. Макс будет доволен.

Контрабандист. Ему нравилось так себя называть. Было что-то благородное в этом слове из прошлых эпох. Он ни на минуту не задумался, когда подвернулась возможность открыть бар наискосок от дома, в котором с дореволюционных времен жили несколько поколений рода Смирновых. И назвал его (уж кто бы сомневался) «Контрабанда».

Это было очень закрытое заведение «для своих», спрятанное в одном из старинных переулков столицы. Непосвященному просто не пришло бы в голову потянуть ручку неприметной двери в торце здания. Хотя вывеска все же была – небольшая бронзовая табличка с литыми готическими буквами. Без времени работы и хоть какого-то намека на статус организации.

Олег бывал в столице наездами 3–5 раз в год. И тогда мог понаблюдать за племянником, устроившись у окна уютной холостяцкой берлоги над баром. Ему достаточно было видеть тень за занавеской четвертого этажа, мелькнувшую фигуру, спешащую к подъезду по тихой улице. Это означало, что малыш Ник в порядке, и жизнь идет своим чередом.

Крайне редко он позволял себе подойти ближе, послушать обрывки разговора. Еще реже – пересечься со старшим братом.

– А вот и племянник. Припозднился, – мужчина готов был заняться текущими делами, ночь – лучшее время для этого. Но…

– Что за ерунда, – если бы он не смотрел на дверь подъезда, не заметил бы, как та очень медленно открылась и бесшумно закрылась спустя минуту после того, как Никита вошел внутрь.

Олег сорвался с места и скоро нашел другой наблюдательный пункт – в глухой тени старого ясеня. Несколько минут показались часами. Вот зажегся свет в квартире, вот снова открылась дверь. Он был близко и только поэтому услышал тишайший звук шагов, а потом увидел, как в воздухе появился силуэт, темная тень, и наконец…

– Ах вот оно что. Гаяна. Не ожидал, – пробормотал он. – Я что-то пропустил. Чаще надо навещать родственников. Во что же ты влип, Никитушка?

Мужчина немного постоял в тени и осторожно двинулся следом за довольной удачным днем воительницей.

Глава 6. Поражение

Недалеко от Сталинграда, 1947

Голоса слились в один скорбный крик: «Кто-нибудь, на помощь! Что вы делаете! Не надо! Будь ты проклят!» Черное небо, холодные равнодушные звезды. Безысходность.

– Артем, – прикосновение и тихий голос вернули его к реальности. – Смотри, кажется, получилось. – Егор указывал на землю впереди. Темная тень, силуэт, напоминающий человеческую фигуру по пояс, повис над светлой от выцветшей травы землей. Меньше чем через минуту она исчезла, но дело было сделано – они убедились, что у портала та же магическая защита, что и в Саратове.

– А Макс у нас консерватор. Хотя, к чему искать новое там, где есть проверенный путь, – прокомментировал Артем.

Почти год ушел на то, чтобы узнать, какой именно ритуал мог использовать для защиты темный маг. Его мутило от описания жутких обрядов и постоянного внутреннего напряжения – читать древние инкубулы было совсем не просто. Особенно того периода, когда переписчики экономили драгоценную бумагу и не делали пробелов между словами.

Еще угнетала невозможность с кем-то обсудить свои находки и выводы. Единственное, что было доступно – небольшие консультации у историков по некоторым фрагмента. Например, уточнить смысл слов или датировку текста.

Но усилия не были напрасными. И вот теперь предстояло на практике проверить собственные выводы. Да, рискованно, да, не со стопроцентной – да что там, и не пятидесятипроцентной вероятностью. Но он очень надеялся, что сможет нейтрализовать мертвую, но смертельно опасную охрану порталов.

Короткий отдых – и рано утром они с Егором откопали первый скелет. Трогать не стали, – это, как раз, могло спровоцировать нападение.

Артем щедро полил безымянного привратника жутко пахнущим зельем, четко произнес давно заученные слова и чиркнул спичку. Полыхнуло ярко. В глубине ямы завертелся черный смерч – недостаточно мощный, чтобы преодолеть кромку могилы. Пламя и дым постепенно светлели – от черного, огненно-оранжевого, алого, черничного, синего превратились в серебристый. Освободившийся от мрака свет смог преодолеть невидимую границу. На краткий миг он обрел форму – юная светловолосая девушка посмотрела прозрачными глазами прямо в глаза Артема, прошептала «спасибо» и исчезла.

– Ты видел? – Артем был потрясен. Какое-то время приходил в себя и не сразу нарушил наполненную лишь нежным шелестом ковыля тишину.

– Да, – приглушенно прошептал напарник.

Они освободили души трех оставшихся невольников. Главное, что все расстояния и расположение могил-замков совпадали с теми, что были в Саратове. Значит, дальше будет еще проще.

– Почему ты не хочешь закрыть этот портал? – в который раз спросил Егор, когда они складывали вещи в мотоцикл.

– Вдруг нужен будет эксперимент? – Спокойно пояснил Артем. – Да и охранять его удобно, а ключей всего пять. Закроем пока самые отдаленные. Потом разыщем оставшиеся ключи. А там будет видно.

Теплая неспешная осень всего за одну ночь превратилась в промозглую сырую серость. Конец октября, время пришло, но, как всегда, не хотелось расставаться с приятными ясными деньками. Вместе с нудным меланхоличным дождем пришла тревожная весточка. В телеграмме из Саратова особенно насторожили слова «исчезли возле урочища Черный лес»

Конечно, группа девушек, которая отправилась на диалектологическую практику, могла просто заблудиться. Но место… Артем решил лично исследовать территорию, пограничную с первым закрытым порталом.

Его поисковый опыт за это время умножился десятками найденных людей. Теперь он официально был руководителем группы розыска разлученных в годы войны. Дело приносило радость не только тем, кто обращался за помощью и получал ее, но и ему. Он помогал, был полезен.

Вторая, скрытая от большинства жизнь, тоже оказалась плодотворной. Пять порталов закрыто – четыре без потерь. «Вот и дядю Рамиля, наконец, навещу», – вздохнул Артем. С того страшного дня он не приезжал на могилу старшего товарища, заменившего ему семью, но вспоминал о нем постоянно.

– Гляди, друг, кто-то жил здесь. – Прохора он попросил поехать с ним, как лучшего знатока этой глухой лесной местности на краю саратовской области.

– Без сомнения. Но портал закрыт.

– Закрыт-то закрыт, но следов полно, старых и свежих. И туман висит, а я всегда примечал, что они связаны: отраженный мир и серая дымка.

– Плохо, очень плохо. Не нравится мне эта история. Девушки с сопровождающим из местных шли днем, по дороге в эту Сосновку. И не дошли, – Артем действовал по давно отработанной схеме. Опросил сельчан, с добровольцами прочесал лес. С момента исчезновения прошло 7 дней – слишком долго, драгоценное время упущено, но надежда хоть что-то узнать, оставалась всегда.

– Давай оставим дозор. Дело, и вправду, дурное – как будто я в прошлое вернулся, когда темные люди шалили.

На третий день к вечеру на месте закрытого прохода появилась рябь и сквозь нее прошли пятеро. Оглядевшись, четверо направились в глубь леса.

– Без глупостей. – Реакция у Егора, который был ближе всего к непрошенным гостям, была отменной. Никто не мог сравниться с ним в умении бесшумно подкрадываться к дозорным. А с холодной сталью у горла не поспоришь.

Пойманный оказался не слишком разговорчив. Зло ухмылялся и упрямо молчал. Пытался освободиться от надежных узлов, но тщетно.

– Портал был закрыт. Его не было, когда мы приехали. Как вы прошли? – Допрос продолжался с перерывами уже несколько часов. Артем злился, но старался не показывать виду. Пленника они заперли в темном глухом подвале – тайнике, давно сделанном дозорными в сотне метров от заимки. – Твои дружки ушли. Им на тебя наплевать, понимаешь?

– Ушли? – После долгого молчания пленник прохрипел первое слово. – Давно? Отпустите меня. Я же вам ничего не сделал.

– Отпустить? А что взамен?

– Вы думали, Макс не сможет сделать дверцу к вам? Серьезно? – пленника словно прорвало. – Да, теперь все не так удобно. Нужен сопровождающий или временный портал. Но в этом месте все равно легче организовать переход. Понятно? – А теперь отпустите меня.

Узник заметно нервничал.

– Почему?

Ему как будто стало труднее дышать.

– Вы не понимаете, я не могу здесь долго, мне нужно вернуться. Иначе…

– Где девушки?

– Не знаю ни про каких девушек. У меня свое задание: прийти, взять посылку и вернуться. Я простой солдат. Все, что знал, рассказал.

Артем вышел из темницы, защелкнул и проверил замок и пошел к своим, не обращая внимание на умоляющий надрывный крик за спиной.

– Значит, все напрасно. Порталы, пусть не постоянные, остались. Будем срочно возвращать охрану. Людей мало, зато с оружием проблем нет.

Он старался скрыть разочарование и растерянность оттого, что узнал. «Самонадеянный болван – поверил, что раскрыл загадку и сможет запереть чудовище в клетке», – ругал себя Артем.

– Отдохнул, и будет, – А вот Прохор отреагировал на удивление спокойно. – У меня на примете есть пара надежных ребят. Да и везучие мы – вернулся один из «старичков», не пропал, вишь, без вести. Так что, Артем, за это место не волнуйся – занимайся другими порталами.

– А с пленным что делать? – Егор посмотрел в сторону подвала.

– В город отвезем и сдадим властям.

– Как кого?

– Придумаю: шпион, вор.

Прохор с Егором отправлялись в город утром. Артем и двое ребят должны были дождаться их со сменщиками на заимке.

– Артем! – старый страж был явно растерян. – Помер этот-то. Не дышит. Холодный. Мы его не трогали, как же так?

Мертвый враг выглядел спокойным. Как будто сердце остановилось. Никаких повреждений.

– Он рвался вернуться, боялся оставаться здесь. Что же такое делает Макс со своими людьми, что они вот так умирают? – Похоже всем стало не по себе.

– Смотри, и портала больше нет. Никакой ряби, только туман.

– Все сначала, – вздохнул Артем. – Надо придумать систему оповещения при активизации порталов, чтобы не пропустить, когда они будут открываться. Что же, Прохор, отправляйтесь в город, нужно спешить.

ЧАСТЬ 5. Глава 1. Киношники

Москва. Наши дни

– Именем революции, откройте! – крик стал сигналом. Он был настороже и думал недолго.

– Предатель, – пули и слова вылетели одновременно, а он уже рванул на парадную лестницу. Вниз хода нет – оттуда гремят тяжелыми сапогами шаги врагов. Он прокрутил все возможные пути отступления и решил, что самый верный – вверх, на чердак. Звуки выстрелов поют за спиной. Уклониться вправо, влево – от стены, где только что было его сердце, отлетает штукатурка. Вот и спасительная дверь – рывок – получилось!

– Стоп, снято!

– Отлично, – Влад выглянул из-за двери, убедился, что актеры, участники съемок динамичной сцены, спускаются на исходную, и прошел вглубь просторного помещения.

Удача, наконец, улыбнулась. Они смогли уговорить помрежа исторического сериала взять редкую локацию в самом центре столицы, палатах Пожарского. Здесь по расчетам Артема и догадкам Ника мог спрятать важные артефакты и рукописи коллекционер и художник (для всех) – и член одной из семей хранителей знаний о враждебном мире Макса (для посвященных). Конечно, все каскадеры на съемках были из стражей.

Тимур и Глеб закладывали последние заряды, которые во время трюка будут выполнять роль отрикошетивших пуль. Шум и движение – отличное прикрытие для третьего члена группы, который мог спокойно обследовать помещение. Строго говоря, работа «в поле» не была сферой интересов Ника – не бойца, а ученого. Хотя спортивную форму он держал – тренировался с ребятами из каскадерского объединения Влада.

– Ну, как успехи?

Кладоискатель-любитель только что вышел из полумрака. Он очень старался скрыть свои чувства, но улыбающиеся глаза рассказали Владу все. Сомнений в ответе быть не могло.

– Нашел, нашел, – громким восторженным шепотом поведал друг и поманил за собой. – Идем. Рассмотреть особо не успел, темно и времени нет. Но там рукописи, книги, артефакты. А на этой коробке узор, видишь? – Он открыл крышку добротного деревянного сундука, окованного по углам почерневшим от времени железом. Сбоку, действительно, лежал лакированный ларец, испещренный тонким орнаментом.

– Максимальная готовность! До съемки 10 минут, – крикнула ассистент режиссера, заставив товарищей прервать исследование.

– Так, давай, укладывай свой клад к реквизиту. Отвезем на базу, там безопасно. А я пойду готовиться.

– Артему позвонить?

– Звони, а то он заждался, наверное. Хорошая новость сейчас очень кстати.

Вечером на террасе собрались Артем, Ник, Влад, Юля и Илья. Последний после возвращения из Ладоги поселился в одной из жилых комнат базы.

– Просто фантастическая удача, – все повторял Артем. – Два ключа за один год! А всего теперь восемь. Целых восемь!

Друзья давно не видели своего лидера и наставника таким радостным. Всегда спокойный, сдержанный, доброжелательный, он крайне редко улыбался. Да и тогда улыбка таила печаль.

– Но ведь ключ – не гарантия, что через портал нельзя пройти, верно? – Наконец не удержалась от вопроса Юля.

Она не особо вникала в историю с ключами – эта тема больше увлекала Ника. Она же до недавнего времени интересовалась богатой коллекцией книг и артефактов, связанных со свойствами растений и камней.

– И верно, и нет, – потянул Артем. – Несколько веков Стражи бились над загадкой ключей. Хотя по старой легенде в начале все знали, как с ними обращаться. Но потом произошла какая-то катастрофа – мы многое потеряли. А после в каждом поколении находились ученые, которые предлагали решение. Чаще всего неверное, но зато приближающее потомков к разгадке. Первый закрытый мной портал потребовал слишком дорогую жертву…

Рассказчик умолк, поднялся, прошел по деревянному полу к окну, какое-то время смотрел на густые, тихонько перешептывающиеся липы, а потом продолжил:

– Да, через портал все еще можно путешествовать. Но не так легко, как раньше – только с проводником. Или же Макс лично должен открыть дверь, которая все равно захлопнется через какое-то время. Согласитесь, это не тоже самое, что постоянно распахнутые ворота, которые нужно охранять не одному–двум бойцам, а целому отряду.

– Правда, у дремлющих порталов спокойнее, – задумчиво кивнул Илья.

– «Дремлющие». Так образно, – откликнулась на любопытное название Юля. – Кто их так назвал?

– Пограничники. Само появилось и прижилось.

– Ключи, это здорово, но в тайнике есть еще кое-что важное. – Ник слушал рассказ Артема невнимательно, ведь он и без того достаточно много знал про порталы. Он разложил на массивном столе коробочки, мешочки, книги. Предстояло понять и описать назначение каждого предмета, прежде чем поместить их в обширное хранилище – главную ценность на базе Стражей.

– Взгляните на эту шкатулку – здесь такой же символ, что на ключах. А еще вместе с ключом было это. – Он осторожно извлек маленький темный камушек и протянул Юле, – сможешь понять?

Девушка машинально взяла загадочную находку и сразу же захотела отбросить ее подальше от себя. Это было инстинктивное, необъяснимое желание, которое она с трудом смогла заглушить.

– Почему ты решил, что мне надо с этим разбираться? – Ей очень не хотелось иметь дело с… Нет, каким-то чутьем она поняла, что вовсе не камень лежал в ее руке.

– А кто из нас все время колдует над артефактами, травами и прочей органикой? – вопросом на вопрос ответил Ник.

– Да, ты прав, все так… Поизучаю. В лаборатории, конечно, – девушка справилась с волнением.

– Ну а бумаги по моей части, – подбодрил Юлю товарищ, – будем разгадывать загадки вместе. А вот это, кстати, может заинтересовать тебя, – Ник вытащил из маленьких ножен миниатюрный клинок. Такой знакомый, как будто он лишь вчера вложил его в кожаный футляр. Он стряхнул мимолетное наваждение и протянул оружие Владу. – Точно по твоей части.

– О, да, – друг бережно принял нож и пробежался по нему взглядом знатока. Холодное оружие было не только его любовью, но и сферой профессионального интереса. За многие годы Влад собрал прекрасную коллекцию, написал несколько обзоров и слыл настоящим экспертом в кругу любителей. Он не ограничивался поиском раритетов – боевые ножи для стражей и стрелы для верного арбалета создавал сам.

– На первый взгляд вещь очень старая. 700 лет как минимум, точнее скажу после экспертизы. Так что, похоже, и я присоединюсь к вашей научной группе.

– Надеюсь, все будет более мирно, чем когда мы с тобой проводили последнее исследование в Привольске. – Прокомментировала Юля, спрятав тревогу за иронией.

– Но согласись, такое приключение забудешь не скоро. Если вообще забудешь. – Влад вряд ли заметил ее волнение.

– Да уж точно, с этим не поспоришь.

– Отлично, друзья мои! Каждому найдется дело, – Артему не терпелось приступить к исследованиям.

Глава 2. Страж

Москва – Привольск, за четыре года до описываемых событий

– Павел сообщает о странной ситуации в своем регионе, – Артем пригласил к себе в кабинет Юлю и Влада, которые составляли неплохой тандем при проверке необычных и подозрительных случаев в разных уголках страны. Правда, обычно достаточно было проанализировать информацию, не покидая пределов Москвы.

– Это который из Саратова? – уточнил Влад.

– Именно. В нескольких районах отмечены случаи паники среди населения. В соцсетях и на форумах активно обсуждают, – Артем заглянул в планшет, – супервирус. Люди скупают продукты, боятся выпускать детей на улицу.

– Интересно. А власти?

– В растерянности. Пытаются остановить слухи, но не слишком успешно. Паша считает, что это целенаправленная атака. Просит прислать помощь.

– А не засиделись мы с тобой, Юленька, в столице-матушке? – подмигнул девушке Влад. – Не размять ли косточки на российских просторах?

– Ну, попытаться, думаю, стоит, – улыбнулась девушка.

– Посерьезнее, друзья мои, это не учения, неизвестно, что вас ждет.

– Артем, ты же знаешь, я всегда серьезен.

И вообще-то это была правда. Юля и Влад как будто уравновешивали друг друга. Он – спокойный, невозмутимый, большой и сильный. Она – живущая в своих фантазиях, тоненькая, гибкая. А вместе – отличная команда, готовая разгадать самую сложную загадку.

Вечером в аэропорту Саратова их встретил Павел с сестрой Дашей. Они уже пару лет входили в южную группу Стражей.

Паша, виртуозный айтишник, следил за киберпространством – искал все необычные атаки, фейки, попытки манипуляции массовым сознанием. Даша помогала ему, но мечтала стать оперативником – училась в юридической академии.

– Ввожу в курс дела, – с места в карьер начал Паша. – Лет 10 назад была в одном закрытом городке лаборатория. Секретная. Говорили, там экспериментируют с вирусами. Но ее закрыли, а город открыли. Так вот, все вбросы идут с информацией, что там продолжается работа, страшный вирус попал в город, и все ужасно.

– А на самом деле?

– Надо бы съездить, разобраться на месте. Мои источники – проверенные, надежные – говорят, что ничего нет: ни всплеска каких-либо болезней, ни лаборатории. Но сервер, с которого больше всего информации – там.

– Ну что, тогда едем? – Уточнила Юля.

– Нет, размещу вас в гостинице здесь. Из-за паники в Привольске все закрыто. Утром заеду за вами пораньше и…

– Вот что, Павел, – мягко остановил его Влад.

– Лучше Паша.

– Паша, – Влад, как обычно, уже составил свой план, – не надо тебе никуда ехать. Лучше подбери нам надежную машину: мы сами осмотримся, а ты – на связи, координируй, следи. Будешь нас страховать.

– Хорошо.

Выехали рано утром. Серое небо, туман, мокрые поля действовали угнетающе даже на обычно веселую Юльку.

– Не грусти, – Влад считал настроение напарницы, – все разведаем и домой. Не нравится тебе здесь?

– Да нет, просто серое какое-то все, нерадостное.

В городок заезжали ближе к полудню. Солнце так и не вышла, но что-то было не так не поэтому.

– А где люди? Воскресенье, должны же они, ну, не знаю, гулять, в магазины, в гости ходить.

– А ты приглядись. – Влад снизил скорость, и они ползли по пустой широкой улице. Все было закрыто: немногочисленные кафе, магазины одежды, салоны связи, даже копеечки-покупочки.

– Смотри, кто-то идет, надо спросить, притормози. – Юля указала на одинокого пешехода. Но тот будто почувствовав, что привлек внимание, ускорил шаг и свернул во двор.

– Объявления везде одинаковые, заметил? Почитаем? – Ребята вышли из машины возле маленького сквера. Вход был перекрыт, а на дереве приклеен лист А4: «Просьба не гулять. Опасно для жизни. Соблюдайте меры предосторожности».

– Чем опасно-то? Ноль информации, но почему-то действует. Давай походим тут осторожненько, – предложил Влад.

Через пару кварталов они заметили первый патруль.

– Это разве полиция? – Почему-то шепотом заговорила Юля.

– Непохоже. Просто темная одежда, но никаких опознавательных знаков не вижу. Поговорим, – Влад решительно зашагал навстречу, доставая из нагрудного кармана удостоверение. У Юли было такое же – несуществующей спецслужбы, но выглядевшее очень убедительно.

– Полковник Державин, – Влад быстро показал и спрятал документ. – Доложить обстановку.

Его уверенность всегда действовала безотказно.

– Дежурим, нарушителей нет. Все спокойно, – как по заученному ответил патрульный.

– Продолжайте. – И они вернулись в машину.

– Что думаешь?

Влад медленно тронул с места. Их появление явно всполошило бойцов – один из них докладывал что-то по телефону.

– Пустой взгляд у одного, второй поживее. Отвечает на автомате. Похожи… на ребят, недавно прибывших из мест не столь отдаленных.

– Не нравится мне все это.

– А еще у них оружие, – Юля обратила внимание на оттопыренную как от кобуры куртку.

– Да, и это совсем нехорошо. Из города лучше выехать – подумаем где-нибудь на безопасном расстоянии. Что там с мониторингом местных СМИ и официальных порталов?

– Как раз изучаю, – Юля уткнулась в гаджет, – от Паши пришел отчет со ссылками. Интересненько. У них тут комендантский час – без пропусков ходить нельзя, а пропуск получить – целый квест.

– Понятно. Хотя, конечно, непонятно. Как такое возможно? Закрыть целый город. На раз. Никто никого не захватывал, это не война, а все безропотно сидят по домам. Дела…

Они остановились на площадке, на берегу Волги. Юля достала припасенный обед – бутерброды, термос с кофе. Темные плотные облака кое-где разрывались, и в просветах показывалось ясное синее небо. Мелодично перекликались птицы. Здесь, около реки в тишине, город-призрак казался фрагментом из фантастического фильма.

– Поедем в этот секретный институт?

– Обязательно поедем. Однако нужно скоординировать действия с местными и центром.

Пока Влад докладывал обстановку Артему и согласовывал с Павлом дальнейшие действия, Юля проверила экипировку. Маленький арбалет в специальной кобуре за спиной, пояс с ножами, – мало ли с чем придется иметь дело. Огнестрельное оружие Стражи не признавали. Да и зачем оно в мирное время? Но совсем без защиты иногда было не обойтись.

– Ну, а мое всегда при мне, – одобрительно усмехнулся Влад, наблюдая за приготовлениями.

– По коням?

– По коням, мой капитан!

Им снова пришлось проехать через город. Так было короче, плюс решили сделать фото для отчета.

Каждый раз, когда Юля выходила из машины, ее не покидало ощущение нереальности происходящего. Патруль на пустой улице – кадр с безопасного расстояния. Объявление: «Мы временно приостановили работу». Черно-желтые ленты как паутина опутавшие детскую площадку с яркими горками и качелями.

– Смотри, похоже, это настоящая полиция. И они спокойно говорят с этими сомнительными типами. – Влад остановил машину и выждал, пока очередной патруль не свернет во двор.

Дорога к институту была проложена, наверное, по дну длинной балки. Во всяком случае, с двух сторон ее запирали высокие пологие склоны.

– Связь здесь барахлит. Нехорошо. Включаем маячки и сообщи Артему, чтобы отслеживал сигнал.

Когда-то весь периметр закрывал высокий забор, но время сделало свое дело. Ворота висели на одной створке, столбы во многих местах покосились или вовсе лежали на земле.

Машину оставили в стороне, за разросшимся кустом бузины и пошли к зданиям по главной дороге.

Вокруг было тихо, но Влад обратил внимание на свежие следы протекторов около ворот. Асфальт сохранился не везде и перемежался с участками хорошо укатанной земли.

Они вошли в самое большое здание, которое, наверное, было главным корпусом. Кое-где окна зияли пустыми рамами, но большинство сохранилось. Внутри царили полумрак и прохлада. Впереди бесшумно ступал Влад, чуть поодаль – Юля.

Мужчина показал знаком – стоп. Заглянул, а затем исчез за дверью.

– Чисто, – раздался приглушенный голос.

– Здесь совсем недавно были люди, – показал он Юле.

В большом зале вдоль стен стояли столы с компьютерами. Бокалы с остатками чая, блокноты, ручки.

– Странно, что технику оставили, – девушка включила одну из машин. – Пароль, ну, скажем, «1, 2, 3, 4». Угадала, надо же. Посмотрим. А вот и новости о вирусе. Фотографии, из которых монтировали жуткие снимки. Так, я переброшу все на флешку. Или весь блок заберем? – Юля так увлеклась, что на какое-то время потеряла Влада из виду. – Что думаешь?

Девушка оглянулась – и застыла. Вместо напарника метрах в пяти от нее стоял незнакомый светловолосый мужчина. Его рука с массивным черным пистолетом была направлена на нее.

– Медленно и без резких движений – шаг от стола и руки на виду.

Юля двигалась как во сне. Медленно? Ок.

– Где твои дружки?

«Что это за акцент?» – Мозг лихорадочно обрабатывал информацию. – «Где Влад? Он один?»

– Кто?

– Не прикидывайся дурочкой. Или они бросили тебя? Пожертвовать пешкой – прекрасный ход.

«Какой холодный взгляд. И почти никакой мимики. Говорит ровно, без интонаций. Думает? Метр восемьдесят, около сорока лет», – почти неосознанно она фиксировала детали, а глаза застыли на черной точке, внутри которой притаилась смерть.

Грохот где-то в коридоре на секунду отвлек врага, и Юлька среагировала мгновенно – нырнула вбок, где приметила второй выход, но почти сразу почувствовала болезненный укол под лопаткой – и провалилась во тьму.

– Юля, очнись, – ее тормошили сильные руки.

– Влад, что случилось? – сознание потихоньку возвращалось. – Мы умерли?

– А похоже? – Напарник облегченно вздохнул.

Они были в каком-то… бункере?

– Мы где?

– Не уверен. Камера – не камера. Очень странная комната. Окон нет, все каменное.

– Подожди. В меня выстрелили, – девушка испуганно ощупала спину.

– Снотворное. Повезло нам. Убивать не входило в их планы.

– А зачем вас убивать? Сами скоро сдохнете здесь, – голос зазвучал откуда-то сверху, – когда кислород закончится.

– Кто говорит? Зачем вы устроили панику? Кто стоит за всем этим спектаклем? – Влад решил перехватить инициативу, но это не сработало.

– Вы не в том положении, чтобы спрашивать. «Полковник Державин», – имя, конечно, вымышленное. Расскажите-ка лучше, как вышли на нас.

– И что, отпустите?

– Обсудим.

– Серьезно? Может, поговорим лицом к лицу?

– Исключено. Рассказывайте. Если информация покажется ценной, дам вам шанс.

– Так не пойдет.

– Дело ваше.

Тишина явно затянулась. Похоже, их и вправду оставили здесь умирать.

– Что будем делать, Влад? Думаешь, они ушли?

– Кто ж их разберет. Я уже все здесь осмотрел. Ни вентиляции, никаких щелей. Дверь надежная.

Время тянулось мучительно медленно. Становилось жарко – кислород заканчивался. Влад и Юля сидели рядом, иногда переговаривались шепотом, чтобы беречь драгоценный воздух. По расчетам Влада его могло хватить часов на 6–7. Очень хотелось пить.

– Влад, ты спишь? – Юле стало страшно. Показалось, она больше не слышит дыхание напарника. Ее клонило в сон, но она изо всех сил сопротивлялась мороку.

– Нет, но очень хочу.

– Я тоже. Как думаешь, за нами придут? Мне страшно, а тебе? – Вопросы звучали еле слышно, но в абсолютной тишине Влад легко их разбирал.

– Не думал об этом. – После долгой паузы – они теперь говорили как сомнамбулы – ответил друг.

– А о чем думал?

– Тсс. – Плечо Влада, о которое она опиралась, напряглось, – слышишь? Как будто кто-то ходит.

– Здесь! – Знакомый голос глухо прозвучал из-за двери. – Влад! Юля!

– Ник! – Юле показалось, что она крикнула, но звука не услышала.

– Отойдите от двери. Будем взрывать.

– Ждите команды! – Собрав силы как можно громче ответил Влад

Ребята (оказалось, они достаточно ослабели без кислорода) с трудом перебрались к дальней стене.

– Можно!

– Закройте уши! И на счет три!

Не такой уж громкий хлопок, дым – и свежий воздух. Прохладный.

– Думаю, за нами придут.

Уже второй раз эти края испытывали Влада на прочность…

За 5 лет до описываемых событий

Влад закончил тренировку, включил звук телефона и пролистал сразу несколько смс от Ника: «Набери, как сможешь», «Перезвони», «Очень жду, друг!». Последнее пришло 10 минут назад. Он набрал номер.

– Привет! Без лишних слов. Людей не хватает. Я сейчас в Подмосковье – ищем заблудившихся подростков. А в Саратове тревога – там в лесу пропали участники соревнований выживальщиков. Самолет, – пауза – через 2 часа. Сможешь помочь?

– У моих завтра соревнование. Сейчас спрошу коллег, если подменят, поеду.

Влад уже несколько раз участвовал в поисковых операциях – считал их важными. Его опыт сейчас мог пригодиться.

Миловидный, модно одетый Витя был единственным, кто был свободен завтра и мог сопровождать учеников популярной школы единоборств к месту состязаний. Он не был похож на бойца, скорее, на модель, но обладая третьим даном, работал помощником тренера. Владу парень не нравился, но выбирать не приходилось.

– Не вопрос, – легко согласился Витя, выслушав просьбу.

Вот удача. Зря он плохо думал про коллегу.

Вылет был не рейсовый, с небольшого аэродрома. Он никого не знал, но атмосфера разительно отличалась от той, в которой приходилось находиться на работе.

Ему не особо хотелось быть тренером коммерческого клуба, но поиски работы затянулись, а отцу явно было тяжело содержать маму и сестер в одиночку. Мама часто болела, девочки заканчивали школу – траты росли, зарплата нет.

Всего несколько месяцев после службы сильно вымотали Влада морально. Ник и его увлеченные друзья стали настоящей отдушиной.

Взволнованные мужчина, один из организаторов соревнований, проводил их от маленького самолет до вертолета, который должен был доставить в труднодоступное место.

– Не понимаю, как они могли исчезнуть. Опытные спортсмены, слаженная команда – Варя и Слава. Они почему-то сильно отклонились от маршрута. А вот здесь, – он показал точку на карте, – сигнал исчез. У нас строго с безопасностью, все команды снабжены смарт-браслетами.

– Это же очень близко от портала, – непонятно прокомментировал один из ребят, кажется, Иван. Влад уже не впервые замечал, что внутри группы есть какие-то свои тайны. Ну, может не тайны, а, как это бывает в любых компаниях, свой сленг. Пока не было повода расспросить Ника.

Они нашли следы почти одновременно. Он и Илья – крепкий молчаливый мужчина, самый старший из них.

– Туда, – коротко указал Илья, Влад кивнул и позвал остальных. К ним присоединились несколько спортсменов. Местные спасатели искали с воздуха – радиус был обширным, но результата не было уже сутки. Поэтому Илья настоял на поиске из исходной точки исчезновения.

– Может, что-то упустили. – Многословие точно не входило в число его недостатков.

Они шли змейкой с дистанцией 400 метров, ближе чем обычно, – на этом настоял Илья. Выкрикивали имена, выдерживали паузу, слушали.

Тихий оклик можно было и пропустить, но Влад услышал.

– Эй!

– Молчи, – это второй голос.

– Ребята, вы где? – Влад замер.

– Вдруг это ловушка? – мужской.

– Я больше не могу держаться, – девушка. – На дереве, смотри на север.

Он успел передать информацию по рации, когда на самом краю зрения мелькнула тень.

– Берегись! – Уже громко, не таясь. Девушка.

Его сбили с ног. Он вскочил, сосредоточился и успел увернуться от удара. Кто-то очень-очень быстрый. Года тренировок обострили все органы чувств. Влад отражал удары, пропускал, бил – чаще в пустоту, слабел. Второй боец. Долго ему не продержаться.

Рядом оказался парень с фото, Слава. Пытается отбиваться – не очень удачно.

Странные звуки: смех похожий на лай. Чертовщина какая-то. Нападающий лохматый – другого слова не подобрать. В кожаной удобной одежде, такой сильный, что мог бы легко закончить бой. Кажется, он играет с ним.

Вихрь сметает противника. Двое катятся по земле – удары мелькают с невероятной скоростью.

Уходят. Быстро. Просто исчезают, растворяются в чаще.

– Что. Это. Было. – Тяжело дышать, но он спрашивает.

– Ты хорошо сражался, – Илья не думает отвечать и переключается на потеряшек. – Слава, где Варя?

– Я здесь, – девушка выходит из-за дерева, садится рядом с другом, который прижался к старому пню и вытирает кровь с его лица.

Пока они собирали своих, отвозили Славу и Варю в больницу, заполняли какие-то бумаги, Влад пытался найти хоть какое-то объяснение случившемуся. Мозг отказывался помогать – выкидывал всякие шуточки из мира ужастиков и триллеров.

– Так что это было, Илья, – Влад решился вернуться к разговору в самолете, но ответа не получил. Правдоподобного.

– Бандиты, лихие люди.

В Москве Влада ждали неприятности. Витя не передал его просьбу о замене, а выставил отсутствие тренера на соревнованиях, как прогул. Его лишили премии и вынесли предупреждение. Как же не хотелось приходить в такое место, где люди с легкостью совершают подлость.

– Влад, с тобой хочет поговорить Артем. – Ник сиял, но отказался рассказать, в чем дело.

В комнате их ждали Артема и Илья. Они застали конец их разговора.

– Ты же знаешь, не люблю я город. Отпусти в поля, буду на кордонах жить, как всегда. А парень стоящий.

– Здравствуйте, друзья мои, – улыбнулся Артем. – Хочу предложить тебе работу, Влад. Но сначала расскажу о том, что случилось под Саратовом.

– Это были не лихие люди? – Влад присел на низкий подоконник.

– Нет. И даже не совсем люди. Дело в том, что мы, я, Ник и Илья, знаем, что в нашем мире есть место необычным явлением, то, что принято называть волшебством или магией…

– Это были оборотни! – Не утерпел Ник. – Правда, у нас они не обращаются.

– У нас? Оборотни?

– Ник, не так быстро.

– Да я подозревал. Ник-то давно увлекается разным сверхъестественным. И кино смотрит, и книги читает.

– Нам нужен начальник охраны здесь, в Москве. Илья вот хочет обратно в свои леса, давно просится. А ты ему понравился, и опыт есть – Ник мне про тебя все время рассказывает.

– Отвечу так: да. Но вам придется мне многое объяснить.

– Уж в этом не сомневайся.

Глава 3. Чужая среди своих

Москва. Наши дни

– Признаю, Гаяна, ты прекрасная ищейка. – Олег незаметно сделал снимок на смартфон, чтобы подтвердить догадку: воительница не отобразилась в кадре. – Конечно, не такая крутая как я.

Контрабандист, а по совместительству таинственный родственник Ника, уже несколько недель (с перерывами на собственные дела) наблюдал, как Гаяна безнаказанно шпионит за Стражами. Пару раз он пытался вывести ее из тени. Устроил аварию прямо напротив базы поискового отряда. Охранник вышел, но взгляд его был таким рассеянным, что Олег уверился – Гаяна почти все время использует защитные артефакты. Впечатляющая роскошь, если знать, как добывают энергию для подобных игрушек. Сам он давно стал обладателем весьма полезной татуировки, которая позволяла увидеть то, что другие желали скрыть.

Поначалу Гаяна не могла понять причину безотчетного беспокойства, которое все чаще охватывало ее. Обычно это начиналось вечером.

Время шло, она четко выполняла задание, но ей никак не удавалось проникнуть внутрь зданий, где разместились главные службы Стражей. Этот их Центр поиска пропавших – место довольно открытое. Но только на первый взгляд. В части помещений постоянно кружили добровольцы и все, кому не лень. Но даже там магический фон указывал на большую вероятность защиты, способной разрушить ее маскировку. Воительница поэкспериментировала – выбрала оживленный день и отправила пару ребят, снабдив их артефактами невидимости короткого действия. И точно, за порогом конторы они отключился. Курьеров и посыльных в нужные ей комнаты не пропускали. Еще интереснее была вторая база. По всем документам институт на краю парка не принадлежал к закрытым объектам. Но доступа туда не было ни у кого. Ни в каких инстанциях не могли толком объяснить, кому принадлежит эта немаленькая территория.

Макс полагал, что после открытого столкновения летом Артем будет настороже и, как всегда, не ошибся. Во всех зонах присутствия Стражей охрана была довольно неплохой и, по информации аналитиков, в столицу на неопределенный срок перебрались многие резервисты из других городов.

Правитель приказал не форсировать события – он вообще не любил спешки, никуда никогда не торопился, чем восхищал своего главного телохранителя.

В какой-то момент она догадалась, в чем дело. Свободное время. У нее никогда не было столько свободы вдалеке от родины. И это тяготило. Пробежки, тренировки – ничего не помогало. А потом Гаяна полюбила сидеть в холле гостиницы – наблюдала за людьми, их передвижением, поведением, манерой общаться. И поймала себя на мысли, что ей интересны картинки на экране большого телевизора. Такая же панель стояла в номере, но поначалу она не особо понимала ее назначения.

Гаяна бесцельно перещелкивала каналы, когда ее внимание привлекла динамичная боевая сцена. Женщина-воин красиво отражала атаку какого-то чудовищно громадного бойца. Она досмотрела историю до конца. Она окрестила героиню амазонкой – потому что почувствовала родство с ней. Сама Гаяна была последней амазонкой – так объяснил ей Макс еще в детстве. Выдуманная соплеменница восстала против своего правителя, который оказался не таким уж сильным и правым. Очень странные переживания мучили ее несколько дней.

Каким же облегчением стал звонок Конрада!

– Передаю координаты перехода. Встретишь группу у портала. Размести бойцов, введи в курс дела. Старший передаст план операции. И вот что еще – Макс дал добро – можешь подключать своего тайного агента.

Кошмары. Несколько дней она просыпалась из-за дикого необъяснимого страха. Включала свет, но уснуть больше не могла. Даже подумывала обратиться к врачу – такая мысль начинала кружить в голове утром и в первые часы дня. Но потом солнце, радостные эмоции, свежий воздух отвлекали, успокаивали, давали силы отмахнуться от темного наваждения.

Вторая неделя сентября удивила теплом и солнцем. Оно играло в позолоченной листве парка, куда девушка заглядывала каждый день – одна или с друзьями.

– Добрый вечер, – низкий женский голос отозвался на вежливое «Алло».

– А кто это? – номер был незнакомый, и она не угадала говорившую. Может, однокурсница.

– Огонь, камин, тень, жизнь, дождь.

После первого слова девушка напряглась и хотела переспросить собеседницу, но с каждым новым звуком становилась все спокойнее и расслабленнее.

– Саша, ты меня слушаешь?

– Да.

– Я хочу тебя кое о чем попросить. Это важно.

– Конечно.

– Мне очень хочется побывать в одном доме, но сама я далеко и не смогу туда сходить. А ты можешь. Запомни. Обязательно посмотри, как там все устроено. Сколько дверей, что на них написано, сколько шагов от одной до другой. Ты очень внимательная, я знаю. Ты все подробно для меня нарисуешь. Договорились?

Небольшая пауза – видимо, мозг не смог так быстро обработать информацию. Гаяна вздохнула и медленно, но настойчиво продолжила:

– Помоги мне и больше не будет кошмаров.

– О, спасибо, я так от них устала. Я помогу.

– Отлично. Слушай внимательно – когда я скажу «покой» ты забудешь про звонок, придешь домой, ляжешь спать и больше не увидишь плохих снов.

– Не увижу, – эхом повторила Саша.

– Верно, только помоги мне. Теперь ты очень сильно будешь желать увидеть институт на Воробьевых горах, погулять по аллеям вместе с твоим любимым Ником, зайти погреться в красивый дом с колоннами и поболтать с его друзьями.

– О, как здорово будет все это увидеть и пообщаться!

– Верно. Потом я позвоню снова и скажу, что делать дальше. А теперь слушай: «Дождь, жизнь, тень, камин, огонь, покой».

– Можно, брат? – в дверь просунулась взъерошенная голова, а следом протиснулся и весь Миша. Большой, стесняющийся своих размеров и потому очень вежливый, он двигался медленно, чтобы ненароком чего не снести и кого не задеть. Получалось не всегда.

– Конечно, дружище, ты же знаешь, тебе всегда можно, – Олег отодвинул ноутбук.

– Ага. – Богатырь уселся на край затертого громадного дивана. – Ты просил сообщить, если в заведении объявятся максахеды. Так вот они объявились.

– Чего хотят? Отдыхают или…?

– Или. Набирают бойцов. Подробностей не рассказывают, в темную играют. Но обещают славный прибыток. Вписываемся?

– Нет, не вписываемся. И наших всех предупреди не наниматься. Плохое дело будет, с кровью. Чую прямо. – Не поддержал предложение Олег.

– О, брат, раз так, всех остерегу.

– Всех не надо. Варяги пусть сами за себя думают, а то эти неладное заподозрят.

– Хорошо, – Миша привстал, всем телом повернув к двери.

– Постой, вот еще что. Приметь кого-нибудь из контрактников и мне покажи. Есть у меня задумка одна.

– Сделаю.

Ник и Юля теперь проводили вместе довольно много времени в лаборатории и на тренировочной площадке. У проводника все чаще получалось создавать устойчивые порталы, удерживать их и не терять энергию. Но главное – вели они в разные точки чужого мира, которые он увидел и запомнил, пока был на той стороне.

Девушка экспериментировала с растениями – заставляла расти с разной скоростью. Оказалось, Юля могла создать плотный живой заслон даже в помещении, где не было почвы. А еще Влад предложил ей выбрать самые удачные экземпляры для работы и всегда держать при себе семена, чтобы не надеяться на особенности конкретной местности.

«Между прочим, колючая акация или шиповник могут стать серьезным оружием», – как-то заявил он.

«Мне это не нравится», – ответила тогда девушка. Но она понимала, что должна быть готова не только к миру, но и к войне. Так что вскоре в ее арсенале появились виноградные лозы, способные усмирить кого угодно, и дурман, чьи семена должны были усыпить противника. Последнее пока было теорией, проверять которую не особо хотелось.

– Эу…, осторожнее, ботанка, – Ник едва успел уклониться от стремительно вытянувшейся ветки.

– Прости, я не знала, что ты здесь. Лучше предупреждай заранее, – не на шутку встревожилась Юля. – И как это ты меня только что назвал?

– Не нравится, не буду.

– Да уж не надо, это очень странно.

– Ладно, ладно, извини. Постараюсь забыть. «Ботанка», – вырвалось просто. Смешно же. Или нет? – Ник, похоже, не оправился от шока при виде гигантских шипов. И, как всегда в опасной ситуации, сыпал шуточками.

– Я закончила, так что полигон твой. Сейчас только уберу. – Юля замерла, и под ее взглядом небольшое деревце засохло, и с него осыпались ветки с шипами.

– Жуть, – прокомментировал Ник. – Постой, я, вообще-то, хотел поговорить.

– Да?

– Присядем?

Ребята удобно расположились на скамье в тени старой липы.

– Знаешь, Саша, – начал было Ник.

Юля замерла. Все уже заметили, что их беззаботный (когда дело касалось повседневной жизни) друг перестал быть таким уж легкомысленным и ироничным. Негласно, хотя слово это иногда звучало, решили, что он, наконец, влюбился. А ведь сколько раз отшучивался, если во время неформальных встреч заводили тему отношений.

– Саша? – пауза затянулась, и Юля решила осторожно напомнить о себе. Потому что Ник, вспомнив подругу, замер и замолчал.

– Да, понимаешь, такая грустная стала. Нет, она старается скрыть, но я же вижу, что-то у нее не ладится. А мне не говорит. Похудела даже.

«Если замечает такие детали, точно влюбился», – про себя отметила девушка, а вслух произнесла:

– Чем я-то могу помочь?

– Может, поговоришь с ней?

– Ник, а вы с Сашей, ну, – она смутилась, – пара?

– Ты. То есть. Так думаешь? Нет. Мы просто друзья.

– Ник, ты только не волнуйся и не бросайся в рассуждения, но вы не просто друзья. Послушай меня. – Она погладила его по руке, предупреждая возражение. – Она тебе точно очень нравится, раз ты замечаешь такие вещи. Настроение, это понятно, но изменение внешности. Вот ты заметил, что я подстриглась? – Решила она призвать на помощь логику.

– Нет, но тебе очень идет, – на автомате сделал комплимент Ник.

– Видишь, а с Сашей все замечаешь.

– Так, ок, – Ник снова завис на какое-то время.

«Не просто друзья? Но она же, как сестренка. Или нет? Для нее всегда есть время, даже если очень занят, готов уделить минутку. Ее новости всегда интересны. Беспокоюсь, если что-то не ладится с учебой. Значит, значит…»

– Влюбился я что ли? – вслух произнес он догадку, которая оставалась неясной только для него.

– Думаешь? – улыбнулась Юля.

«Могу ли я рассказать Саше правду про нас? Но это не моя тайна, не только моя. Как легко быть одиночкой. Знаю, кто я, что делаю. Рядом друзья. Общее дело – все так понятно. Но она. Она живет в неведении, в мире без тайн, загадок, скрытой угрозы. Хотя… Как раз в этом я не прав», – перебил себя Ник.

Этот внутренний диалог начался сразу после разговора с Юлей. Раньше он и подумать не мог, что придется делать выбор. Хранить тайну означало скрывать большую и важную часть жизни. Когда нет никого близкого – это легко. Но вот он появился – человек, которого захотелось впустить в свой мир. Довериться. Без доверия останутся недоговоренности, а, значит, и речи не может быть о… любви. Он даже про себя с трудом произносил это слово. Да, без доверия о любви не может быть и речи. Но прежде чем допустить к тайне кого-то извне, надо обязательно поговорить с Артемом.

Глава 4. Лабиринт воспоминаний

Москва. Наши дни

– Что у тебя, Ник?

Сегодня в лаборатории было много людей и парню никак не удавалось остаться с Артемом наедине. Он давно уже ничего не делал, а лишь бессмысленно перелистывал страницы старого фолианта. Мысли разбегались, а вместе с ними и буквы, которые просто отказывались складываться в слова.

– У меня? – оказывается, они, наконец, остались вдвоем.

– Я же вижу, ты сегодня рассеянный, не похож на себя. Что-то случилось?

– Нет. То есть, да. Не то, чтобы случилось. – Ник замолчал, и Артем не стал его торопить, задавать наводящие вопросы.

– Бывало ли такое, что посвященные, кто-то из наших, строил семью с внешними? Я хочу сказать – как быть с тем, что мы знаем такое, о чем лучше молчать.

– Вот оно что, – Артем мягко улыбнулся. – Конечно, бывало. Мы же не можем просто взять и изолироваться от мира. Никто и не требует подобного. Да и не вправе требовать. Хотя это очень трудно – объяснить людям, которые вообще никак и никогда не задумывались о подлинном устройстве мира. О том, что не все так просто, как кажется. Но ведь ты сам когда-то привел ко мне Влада – и он не сразу, но стал настоящим стражем.

– Да, ты прав. Но тогда все как-то просто получилось. Влад, он…

– Уже знал от тебя про всякие необъяснимые вещи. И был внутренне готов. Это ты имеешь в виду?

– Именно.

– Но ведь и Саша…

– Почему ты думаешь, что я имел ввиду ее?

– Ник, я слишком давно живу на свете. Не мучайся, к чему все усложнять? Говори прямо.

– Хорошо. Если прямо, то подскажи, как мне поступить?

– Сначала реши только для себя – точно ли готов впустить эту девушку в свой мир. И попробуй понять ее – как она относится к не совсем обычным вещам, как принимает новое. Не торопись. Если готов, все пройдет естественно. Поверь моему опыту. На моей памяти не было такого, что посвященными становились случайные люди. Это всегда те, кто соприкоснулся с тайной и не испугался. Пусть и не до конца осознал странность происшествия. Ведь Саша могла забыть ваше похищение как страшный сон, вытеснить любую память об этом. Я такое видел, поверь. Но она не забыла – и сама нашла тебя и в Ладоге, и здесь.

Ник слушал, и тревожные мысли отступали. Артем умел объяснять, прояснять самые разные явления, ситуации. Таков был его дар. Один из многих.

– А можно я для начала покажу Саше наш парк?

– Отчего нельзя? Только выбери время, чтобы не попасть на какую-нибудь экстремальную тренировку. – И Артем бросил многозначительный взгляд на Юлин стол, где лежал притворяющийся безопасной веточкой шип-переросток.

Артем проводил Ника до ворот. Ранние сумерки окрасили небо в яркий черничный цвет, графитные силуэты старых лип выплетали замысловатый узор. Он обошел все посты – поздоровался с ребятами, перебросился парой фраз: «Все тихо, дела в порядке, отпуск хорошо».

Что-то тревожило, он решил спуститься в лабиринт, хотя время очередной проверки еще не подошло.

Лет 30 назад Артему в неразберихе переходного времени удалось заполучить это место для базы стражей. Тогда он проделал огромную работу, чтобы защитить ее от посторонних глаз. Так в стороне от центра столицы образовалось пространство, которое было и не было одновременно. Местные жители, случайные прохожие и даже власти его просто не замечали. Лабиринт и был тем секретом, надежной защитой, которая позволила спрятаться на виду у всех.

Если бы нашелся прибор, способный с высоты птичьего полета пронзить шатер старого парка и толщу земли, наблюдатель мог увидеть простой древний узор – сплетение трех листков, вписанных в круг.

Идею Артем подсмотрел в дневниках Романа Федоровича. Еще до войны ученый-хранитель задумался о необходимости создать единый центр, где посвященные смогут собирать информацию из разных уголков мира, встречаться, жить. В записях он размышлял о способах защиты и от внешних – людей, далеких от понимания сложной, не общепринятой, картины реальности, и от вечного противника – Макса.

До воплощения того старого плана прошла страшная война, долгий этап поиска выживших после нее посвященных, воспитание нового поколения стражей и несколько серьезных кризисов в жизни страны.

Два года команда ученых вместе с Артемом создавала лабиринт – не просто сеть коридоров, но укрепленные тоннели со встроенными артефактами. Замкнув узор, они получили самовоспроизводящийся источник защитной энергии.

– Вот оно, – Артем увидел причину своего беспокойства. Небольшая горка земли под едва заметной трещиной в своде. Мужчина знал лабиринт очень хорошо. Повреждение оказалось ровно под тем местом, где утром Ник сделал двойной портал с выходом в две точки отраженного мира.

«Значит, пока подобные эксперименты лучше отложить». Он сходил в хранилище за необходимыми для восстановления защиты элементами. На починку ушло минут 30. Домой ехать поздно, да и усталость брала свое, – и Артем по давней привычке остался ночевать в своем кабинете.

Тонкий черный узор появился и исчез вокруг закрытый трещины, когда вместо белого в пустом в коридоре загорелся красный дежурный свет. Ни хранители, ни охрана, никак не могли увидеть коридор в таком освещении.

Артем аккуратно повесил пиджак на спинку стула. Очень хотелось сразу присесть в уютное кожаное кресло, но он все же решил повременить.

– Сначала чай, что тут у нас? – он подошел к полочке со стеклянными банками.

Юля не могла просто насыпать свои чудесные сборы по пакетикам. Нет, у нее были придуманы этикетки, собрана большая коллекция удобных сосудов с плотными крышками. «Легкая усталость», «Для бодрости», «Чтобы видеть хорошие сыны», «Сильная усталость». Ага, то, что нужно. От заваренных трав по комнате разлился приятный аромат. Преобладали хвойные нотки и, кажется, запах зверобоя.

Он, наконец, опустился в кресло, сделал первый глоток и закрыл глаза. По телу разливалось тепло, немного расслабились плечи. Артем поставил чашку и посмотрел на книги, которые очень редко читал не для пользы дела, а просто для себя. «Диалоги» Платона и любимый Достоевский. «Бесы» – сколько раз он обращался к этому роману, и каждый раз открывал новые смыслы. Он положил том на колени и сделал еще один глоток. На стене напротив висела черно-белая фотография – чудом сохранившийся снимок первого курса медицинского института. А рядом… Он скользнул взглядом вправо. На ступенях перед большой застекленной террасой застыли мальчишки в смешных светлых шортах и рубашках и девочки в одинаковых платьицах…

Саратов. 1950 года

– Стоп, снято.

– Догони, спорим, я вперед, – сразу несколько ребят сорвались с места и затеяли веселую возню.

– Артем, во сколько поезд? – обратилась к нему высокая статная красавица, старший воспитатель Ольга Дмитриевна, – для него давно уже просто Оля.

– Поздно, почти в полночь.

– Тогда пойдем, угощу пирогом.

Он выразительно посмотрел на собеседницу, а потом с легкой улыбкой на маленькую девочку, доверчиво и цепко удерживающую его руку.

– Леся, хочешь яблочный пирог? – Поняла его Оля, умница.

Новую воспитанницу в Саратовский детский дом он привез из очередной своей поисковой экспедиции.

Все получилось как-то само собой – после первой истории в 1946, когда он забрал отсюда дочь сержанта Леонида и нашел сбежавшего мальчика, Артем несколько раз привозил на Олино попечение послевоенных сирот.

Леся. Такая хрупкая и маленькая для своего возраста, жила в большом ростовском селе. Ее подобрала старая вдова, которая умерла зимой 1950, и девочка как-то выживала возле придорожной столовой, где ее прикармливали сердобольные женщины и проезжающие шоферы. Он искал другого ребенка, а Леся оказалась не той девочкой, которую по описанию надеялись найти родственники.

Та поездка в детский дом оказалась последней. Он понимал, что скоро у его хороших знакомых появится вопрос – почему он не меняется, не стареет. Это была одна из трудностей общения с непосвященными. Приходилось прерывать связи с периодичностью в несколько лет.

Ольга. Она была не просто знакомой. Когда погиб дядя Рамиль, он чуть было не отказался от всего. Была такая тоска, ощущение бесполезности, бессмысленности всей этой многовековой борьбы, идею которой передавали от поколения к поколению его предки. Он особенно остро чувствовал свое одиночество.

И вдруг – звонок от нее и просьба разыскать маму одной из воспитанниц. Какое-то время Артем жил в Саратове, часто виделся с Олей. Ее энергия и оптимизм, доброта и сила помогли ему снова почувствовать жизнь. Но он так и не позволил той дружбе перерасти во что-то большее.

Почему-то он решил, что любовь помешает в главном деле его жизни. Правда это или нет, – он запретил себе об этом думать. Хотя другим никогда ничего не запрещал и свою позицию не навязывал. Друзья и ученики, которые становились полноправными соратниками, стражами, стали его опорой, его семьей.

Глава 5. Древний бог

Москва. Наши дни

«Кузенька! Вернись, яхонтовый мой!»

«Вот, значит, почему, Кузьма», – усмехнулся Митра, – такая причудливая ассоциация. Что ж, Ник, ты почти угадал.

Сейчас его вполне устраивал облик животного – много возможностей, мало вопросов. За бесконечную жизнь полную приключений, страданий, скитаний, раздумий, он примерил много обличий. Любопытство привело его в искаженный искусственный мир врага пару веков назад. Он изучал его осторожно, но в какой-то момент Макс почуял светлую сущность и начал охоту. Почти поймал, то есть поймал, но не смог понять с кем имеет дело. Повезло, конечно, что в подземелье древнего жилища, пропитанного темной энергией, он встретил человека, наделенного даром проницать пространство. Тысячи лет назад он непременно стал бы его служителем. Светлый мальчик.

Кузьма-Митра прошелся по комнате, грациозно запрыгнул на подоконник и выглянул во двор. Ник стоял там с этой девочкой, Сашей. С ней было что-то не так. Он видел изъян, но пока не мог понять его природу. Да силы уже не те, близится его закат.

Мнимый зверь вздохнул, закрыл глаза и погрузился в грезы – смесь воспоминаний о прошлом и провидений будущего. Будущее было неопределенно – слишком много стало на земле жизни, настоящее и искусственной. Это путало нити реальности. Он не был утомлен жизнью, но был готов отправиться дальше – туда куда давным-давно ушло большинство его друзей.

«Надо показать Нику. Опасность надвигается».

Третье солнце догнало своих более нетерпеливых братьев, и в мире поединков наступил полдень.

Это была молодая земля, на которой пока не появилась осмысленная жизнь, и боги могли устраивать здесь свои сражения.

Митра считал, что это даже полезно для местного ландшафта. Он становился более выразительным, когда во время схваток прорубались русла рек и вздымались новые горы.

Но сегодня иронический настрой покинул его. День сменил ночь в 21 раз, когда Митра понял, что его злобный братец может победить. Яростный Рудра, безусловно, был сильнее, но и вполовину не так хитер, как повелитель пространства и времени, живой, любознательный, насмешливый Митра. Но в этот раз его уловки не помогали.

Он лежал на дне глубокой расщелины, в которую упал еще утром и смотрел на манящее нежно-фиолетовое небо. Нужно было выбираться, ведь Рудра искал его. Но сил, чтобы создать достаточную для прохода дверь, не было. Где-то, не так далеко, послышался слабый звук. Не ветер, не шелест листьев. Он потянулся мыслью и распознал слабые отблески сознания.

«Значит, мир больше не пустынный и нужно искать другое место для битв. Хотя об этом ли нужно думать сейчас?»

Он полежал еще какое-то время, а потом осторожно покинул свое измученное израненное тело. Посмотрел на него сверху, прикидывая, что можно подправить при следующем воссоздании, и двинулся в ту сторону, откуда шел звук. Вот и они. Маленькие забавные существа, детеныши, отдаленно напоминающие каких-то созданий его родины. Он выбрал того, что покрепче и полюбопытнее, нырнул в него, создал портал и вдохнул освежающий морозный воздух.

«Снова этот сон», – Кузьма поднял голову, потянулся и посмотрел на свое отражение. Видение не тревожило его сотни лет и вдруг стало приходить все чаще и чаще.

«Похоже, все-таки пора покинуть этого смешного мальчика и подумать о новом воплощении. А как приятно быть простым существом, без обязательств и особых забот. Ну, ладно, сколько-то времени у меня еще есть».

Легкая улыбка любимых губ. Красавица на портрете смотрела понимающе. Его Надин.

– Вижу, ты уже знаешь о моей удаче. – Макс привычно расположился на удобном кожаном диване. – Но я все же расскажу. Эти мальчишки так глупы – они серьезно думают состязаться со мной в работе над пространственными границами. Знаю, знаю, ты скажешь, мол, не всегда я замечаю разрывы. Согласен – полотно велико, случается всякое. Но уж там, где у них базы, кордоны, вся эта ерунда, я слежу внимательно.

Сколько времени и сил потратил он на то, чтобы получить этот почти живой образ. Первые художники делали свои эскизы с его слов – кто-то хуже, кто-то лучше. Иногда он не наказывал их за неспособность перенести на холст его память. Редко, когда подступала черная меланхолия – единственный недуг, который серьезно беспокоил мага, – мог отобрать никчемную жизнь.

Последний мастер, его он нашел в теплой Сиене, получил в свое распоряжение самые лучшие зарисовки. Его, правда, смутили мелкие брызги на бумаге.

– Это ведь не кровь? – пробормотал он после затянувшегося раздумья.

– Что вы, друг мой, откуда такая мрачная идея? – Макс умел быть обаятельным и располагать к себе тех, кто был ему нужен. – Разве вы не видите, это всего лишь кофе.

Сумма вознаграждения и комфорт, в котором предстояло жить художнику, помогли преодолеть сомнения.

И портрет, наконец, удался. Художник трудился над ним долго. А потом также долго надоедал правителю просьбами вернуть его домой. Пришлось отослать в дальнее поселение. Неужели он думал, что после всего увиденного, сможет покинуть его мир?

Макс налил прозрачную медовую жидкость в широкий бокал, сделал глоток и откинулся на спинку.

– Теперь все пойдет еще быстрее. Гаяна прикажет девчонке принести камень или землю из внутреннего круга. О, как не терпится получить как можно больше вещей из хранилища.

Мужчина замолчал и прислушался. Ничто не нарушала тишину просторного кабинета – только легкое потрескивание огня в массивном каменном камине.

– Ты права, ты всегда права, любовь моя, – довольно кивнул Макс, отвечая на слова, которые слышал лишь он. – Оставить там кольцо Пандоры. Верно. И лучше в таком месте, где они любят собираться вместе. Ссоры, недомолвки, подозрения никогда не бывают лишними. – Он хищно ухмыльнулся. – Помнишь того самодовольного халдейского колдуна, который изготовил эту вещицу. Я не рассказывал тебе? О, он так хвастался, что победит в магическом турнире, клялся отдать правый глаз, если его кольцо не признают лучшим. Надеялся переиграть меня и заполучить рецепт эликсира долголетия. Как он дрожал и унижался, когда пришлось платить за слова. Хороший был день. Решено! Завтра же отправлю колечко и Конрада к Гаяне.

– Яркий огонь полыхает в камине, тень моя, тень, на холодном окне, – Саша мурлыкала слова любимой грустной песенки.

Когда и где она услышала ее впервые, вспомнить не могла. Ей давно не было так хорошо, радостно и спокойно.

Ник. С каждым днем они становились ближе друг к другу. Раньше она не могла понять, простая это дружба или что-то большее. Но сейчас, и ей очень хотелось в это верить, – она была уверенна, именно что-то большее…

– Покой, огонь. – С первого прозвучавшего слова девушка видимо преобразилась – исчезла расслабленность и улыбка, она стала собранной, сосредоточенной.

Гаяна шла за Сашей от самого входа в парк – ждала, когда вокруг не останется людей. К счастью, осенним туманным днем было не так много желающих гулять по мокрым аллеям.

– Никто не должен видеть его, из шкатулки не доставай пока не окажешься на месте. Поняла?

– Да.

– Положишь незаметно, там, где любят собираться Ник с друзьями.

– Хорошо.

– И, это очень важно, я буду довольна и очень рада, если ты принесешь подарок для меня. В парке попроси Ника показать старые деревья. Ты же любишь липы, я знаю.

– Да. Я люблю липы.

– Возьми камешек с земли и несколько красивых листьев – это будет подарок для меня. Смотри внимательно, запоминай все, что увидишь там, за воротами. А про этот разговор забудь. И слушай мой голос…

– Она сидела на скамейке – такая задумчивая, притихшая, что Ник даже испугался.

– Саша, – позвал тихонько. Но нет, все в порядке. Улыбка вернула привычную, милую, родную Сашу.

– Привет!

– Ты совсем замерзла, у тебя такие холодные руки. Прости, я задержался.

– Нет, все хорошо, я прекрасно прошлась и вовсе не замерзла. Хотя. – Так странно, она вдруг почувствовала легкий озноб.

– Вот именно, хотя. – Ник быстро снял куртку, набросил на плечи девушки и запахнул полы. – Идем скорее, попрошу Юлю приготовить тебе согревающий чай, а потом покажу наш парк.

– Идем, но разве отсюда можно попасть к вам?

– Секретная тропа. Смотри!

Удивительное дело – они стояли у подножия очень крутого подъема. Ступени вели вверх и упирались в закрытую калитку.

– Ничего себе!

– Ну, вот и пришли, – Ник был доволен произведенным эффектом.

– Я внутри тайны. Как же это здорово. Спасибо тебе!

Они обошли старый усадебный дом и оказались на веранде. Юля и вправду была здесь – вот удача.

– А у нас гости, здравствуй. – Поприветствовал ее Ник и, отвечая на вопрошающий взгляд, пояснил, – Артем знает, он не против.

– Привет!

– Я немного заморозил Сашу, заставил ждать, можешь угостить ее своим фирменным чаем?

– Конечно, располагайтесь.

Саша прекрасно вписалась в компанию. Ник с тихой радостью наблюдал, как свободно она общается с Юлей и Владом, который присоединился к ним позже. Потом они гуляли и разговаривали, и…

– Ой, Ник, что это?

Как он мог так расслабиться, и не заметить, что они подошли к тренировочной площадке. Юля как раз завершала очередной эксперимент: прямо у них на глазах засыхал высокий куст. Хорошо, что не начинала, иначе выкрутиться было бы сложнее.

– Не уверен, ботаник у нас не я. Юля, – позвал он, чтобы та не провернула что-то более экзотическое. – Я как раз пытаюсь объяснить Саше, это ведь сорняк, который пришлось полить какой-то отравой, и он завял? – Он сделал большие глаза, мол, подыграй.

– Да-а, – протянула девушка. Она не была готова к тому, что кто-то из внешних застанет ее за работой.

– Ну, не будем тебе мешать.

Саша, к счастью, не стала расспрашивать его о подробностях. Ник же был уверен, что позже, когда сможет посвятить ее в часть тайны, все станет более легким и простым. Сразу же вываливать непривычную, да что там, странную информацию, он готов не был.

– Значит, Юля, та самая, что испортила мою прекрасную зеркальную тюрьму, за секунды заставила рассыпаться длинную ветку с шипами?

Макс говорил медленно, но понять, размышляет он вслух или гневается, было сложно.

Хотя обычно Гаяна умела распознавать оттенки настроения господина, сейчас, по каналу видеосвязи не самого лучшего качества, сделать это было сложно. Успокаивало, что от повелителя ее отделяло приличное расстояние.

– Именно так. По утверждению Ника «полила сорняк ядом».

– Ядом, значит.

Все же это был не гнев, а интерес. Гаяна внутренне расслабилась. Привычка ждать жестокого наказания за провинность въелась глубоко. Она непроизвольно погладила шрам на плече.

– Что с остальной частью подготовки?

– Образцы почвы и листья уже направлены к вам. Кольцо Пандоры на месте. Точный план двора и части помещений готов.

– Тогда согласовывай дату с Конрадом и действуй.

Макс оборвал связь и направился в кабинет. Он был зол из-за побега пленников из тюрьмы, а теперь… теперь радовался этому событию.

Значит, Юля – подлинный маг по крови, и способности свои сохраняет в двух мирах. Не как проводники – те работают только с полотном пространства, им, конечно, доступны все его стороны. Ее дар открылся в отраженном мире – такое случается часто, ничего уникального. Но сохранность. Вот это уже редкость. И какая удача! Заполучив ее, он сможет продолжить эксперимент, оборвавшийся после побега Дана.

Глава 6. Браслет Пандоры

Москва. Наши дни

– Артем, можно с тобой поговорить? – Глеб не сразу решился обратиться напрямую к лидеру (и давнему другу). Илья с ним не соглашался, был убежден, что приказы не обсуждают. Да, когда речь шла о внешних или противнике, но это – совсем другое дело.

– Конечно. Что-то с Юлей?

– И да, и нет, – протянул телохранитель.

О проницательности руководителя ходили легенды, но он все равно удивился.

– Не удивляйся, просто я и сам хотел решить этот вопрос. Вот что, дружище, пойдем к ней – я все объясню, и тебе больше не придется сомневаться в задании.

Просто мысли читает. Может, и правда «читает»? Глеб уважительно взглянул на Артема, который шел чуть впереди.

– Юля, – позвал Артем девушку. Она не сразу оторвалась от микроскопа – какое-то рассеянно смотрела сквозь них. Казалось, она была не здесь. Но, наконец, взгляд стал осмысленным, губы тронула улыбка.

– Привет, тут такое получилось, – девушка отвела с глаз челку.

– Я давно хотел с тобой поговорить, но все не было подходящего случая. – В тоне Артема звучали серьезные нотки, и девушка сосредоточилась. – Мы с Ником и Владом думаем, что твои способности могут привлечь внимание Макса. Но только не волнуйся.

Девушка видимо растерялась.

– Правда, Юля, это только предположение. Но…

– Но вы хотите меня охранять?

Она бросила взгляд на Глеба, знала, что парень входит в число тех, кто составлял боевую часть Стражей. Здесь все умели постоять за себя, но ребята Ильи были особой кастой. Настоящие бойцы. С Глебом она не была близко знакома – он не так давно приехал из Кирова. Хотя успел поучаствовать в ладожских событиях.

– Можно сказать и так. Ребята присмотрят за тобой. Главное, знай, что рядом всегда есть кто-то из наших. Здесь безопасно, а вот за пределами…

– А Ника тоже охраняют? Я вообще-то могу о себе позаботиться. Буду внимательнее. Хотя я и так не беспечная. – Ей вовсе не нравилась перспектива быть постоянно в центре чьего-то пристального внимания.

– Я знаю, Юля, но после Ладоги и нашей находки не думаю, что Макс так быстро успокоится.

– Мы не будем мешать, Юлия, – подал голос Глеб. До сих пор он молча следил за диалогом, но теперь решился высказаться.

Она посмотрела на говорившего. Удивило официальное «Юлия» – хорошо хоть не по отчеству. Правда, собранный, серьезный вид выдавал человека, привыкшего держать дистанцию. А еще этот высокий подтянутый довольно привлекательный мужчина каким-то невероятным образом умел оставаться незаметным. Девушка непроизвольно отметила про себя основные приметы: светлые волосы, жесткие скулы, темно-серые глаза, джинсы, легкая рубашка, удобная обувь, одежда, которая позволяла быстро передвигаться и не стесняла движений.

– Хорошо. – В конце концов, речь шла о ее безопасности.

– Глеба ты знаешь, – видимо Артем был рад, что Юля поняла и приняла их заботу. – Думаю, с ним на смене будут Илья или Тимур. Если, конечно, заметишь кого-то из них.

– Теперь мне даже интересно проверить свою наблюдательность. А сейчас, если не возражаете, поработаю. В безопасности.

– Одного только не пойму. – Юля трудилась в лаборатории в полном одиночестве уже пару часов. И внутренний диалог то стихал, то возобновлялся, и вот, наконец, она произнесла тревожащий вопрос вслух. – Как Макс мог узнать о моих способностях, и о каких именно?

Девушка быстро убрала записи, навела порядок на рабочем месте и отправилась искать Артема. Он явно не договаривал. И ей это не нравилось.

– Что-то не сходится, – удачно, она застала на веранде Артема и Ника, а его имя звучало во время дневного разговора. – О чем таком узнал Макс, что может заинтересоваться именно мной?

– Давайте я налью чаю, а Ник кое-что расскажет тебе.

Мужчины переглянулись, и на явный вопрос в глазах молодого товарища Артем едва заметно кивнул – «Пора».

– Юля, произошло так много всего, – ни тени привычной иронии, значит все серьезно…

Ник рассказывал, а она становилась все задумчивее.

– И этот сон я видел в замке Макса. Та девушка…

– Была похожа на меня.

Догадаться не составило труда, а иначе ей давно бы все рассказали.

– Именно. Ты и я – потомки Линарда и Нигоры. Пра-пра-пра много раз правнуки.

– И мы сможем сделать столько ключей, сколько нужно, чтобы закончить всю историю… – заворожено прошептала Юля.

– В точку! А что до твоих способностей – не думаешь же, что события в стеклянной тюрьме остались незамеченными.

Теперь Глеб заходил пить чай и перекусывать на их террасу. Юля была хорошей охраняемой (так она с улыбкой себя называла) – предупреждала, во сколько планирует покидать базу, не создавала лишних проблем. Нередко ребята подвозили ее домой – так было проще всем.

Почти сразу девушка обратила внимание, что в свободную минуту в руках телохранителя оказывается книга. Чаще всего, судя по размеру, томик стихов. Сама-то она – книжная барышня – читала всегда, и людей маркировала, как своих, если они разделяли ее интересы. Любопытство утолить решилась не сразу.

– Я молод, молод, знал ли ты..., – как бы невзначай тихонько продекламировала она, усаживаясь напротив Глеба.

– …Разгульной юности мечты, – с улыбкой (редкой и потому неожиданной) закончил он фразу.

– Любишь Лермонтова? А еще кого?

– Если честно, многих.

– И я к поэзии отношусь с уважением, – призналась Юля. – Даже, помню, в школе сонеты Шекспира в оригинале учила. Завораживают.

– Удивительно, – Глеб задумался. Девушка не тревожила его. – Я тоже читаю стихи в подлиннике. Просто чтобы почувствовать ритм и мелодию.

Этот короткий разговор стал первым в череде бесед. Глеб не отличался многословием, и говорить он, видимо, не привык, особенно о поэзии. Зато с удовольствием слушал Юлины размышления – все-таки она была филологом и трепетно относилась к текстам.

– Я знал про Стражей сколько себя помню. – Они шли вдоль пруда по деревянной тропинке. Юле очень хотелось пройтись домой пешком. Осень все реже дарила теплые дни – скоро зарядят дожди, и многие уголки парка станут недоступны.

– Даже не знаю, каково расти и знать, что есть такая тайна. – После небольшой паузы ответила девушка.

– А я же думал, что это всем известно. Мне, наоборот, странным казалось, что другие не знают. Только вот никаких способностей у меня нет.

– Конечно, есть!

– Ты же понимаешь, о чем я.

– Понимаю. Но ведь не обязательно лично иметь власть над энергией. Можно использовать книги, артефакты. При желании.

– Согласен. Дядя..., – он запнулся и какое-то время молчал. – Артем тоже так говорит.

– Ты просто сам должен выбрать путь. – Юля иногда размышляла, что за отношения связывают Глеба и их лидера. Но не спрашивала. Если захочет, расскажет сам.

Статный высокий мужчина прошел в калитку мимо охраны с таким уверенным видом, что никому не пришла мысль окликнуть его.

«Хотя некоторые никогда не видели. Строгий инструктаж по безопасности в конце дня», – автоматически зафиксировала Гаяна.

– Здравствуй, Конрад! Как добрался?

– Как ты здесь держишься? – Вместо ответа с несколько брезгливым выражением бросил гость. – Суета, машины, люди.

– Портал был близко к базе. Что так сильно могло тебе не понравиться?

– Поверь, мне хватит впечатлений надолго.

– Ты, разве, не будешь участвовать в захвате?

– Координирую отсюда. Все готово?

– Ждем заклинания.

– Привез. Значит, все. Когда?

Ох уж эта манера… Как будто все обязаны читать его мысли.

– Как только на базе соберутся все, кто нам нужен, наблюдатели оповестят.

– Отлично. Я подключаюсь к системе охраны прямо сейчас. – Мужчины удобно расположился на диване в единственном приличном помещении турбазы. Гаяна знала, что так будет – правая рука Макса не привык к другому.

– Готово, – он синхронизировал таймер в ноутбуке и в часах на своем запястье. – Как только цели прибудут, дам сигнал. И еще. Задачу скорректировали. Проинструктируй бойцов – Никиту и Юлию доставить живыми. Приоритет любым вещам, где есть такой знак – он достал пачку фотографий с крупным изображением руны. – Остальных – все, как и раньше, чем больше мертвых стражей, тем лучше.

– Я оставлю тебе пару ребят. Мы сейчас же выдвигаемся в Москву.

– Представляешь, обиделся на мою шутку. Такого вообще никогда, – Ник на минуту задумался, – почти никогда не бывало. Во всяком случае, с Владом. Погода, что ли действует?

Кузьма, дремавший в кресле, приоткрыл глаз и глянул на серое, медленно плывущее низкое небо.

«Погода, точно, не самая приятная, но дело вовсе не в ней», – лениво сформулировал мысль.

Мальчику еще учиться и учиться. Связался с Максом – держи ухо востро.

«Что ж, – не-зверь вздохнул, – придется показать, что может разладить самые крепкие дружеские связи. Скоро ночь увидит все сам».

В скромном платье, с вуалью, скрывающей лицо, она незаметно проскальзывает в комнату. Оглядывается, достает из маленькой сумочки шкатулку, и быстро кладет ее на полку с книгами за фарфоровую вазочку.

Двое мужчин мирно беседуют – та же комната, горят свечи. Спорят, громко кричат, но слов не разобрать. Один толкает другого. Холодно прощаются.

Утро, солнце едва пробивается сквозь деревья. Хмурые мужчины расходятся, поворачиваются – у каждого в руке старинный пистолет с длинным стволом. Глухой выстрел – и оба падают.

В полутемной гостиной группами стоят люди. Некоторые с недовольными лицами, другие чем-то возмущены. Это она – в черном платье и вуали. Осторожно пробирается к шкафу, оглядывается – и шкатулка снова в сумочке. В саду она достает ее, открывает и смотрит на кольцо – светлый металл, почти белый, три красных, как капельки крови, камушка. Тонкий, едва приметный узор. На шкатулке такой же. Протянула и тут же одернула руку – как будто от ядовитой змеи.

Ник проснулся, очень быстро оделся и вышел из дома. Митра только приоткрыл глаз – и на мгновение его умную физиономию осветила довольная улыбка.

Он нашел шкатулку не сразу – точно такую, как в его сне. Камушки были по бокам с четырех сторон. Ник решил пока отнести опасный артефакт подальше от места сбора людей. Артема нигде не было – возможно, и даже, скорее всего, тот мог разобраться с этой таинственной находкой.

– Артем в Кирове, уехал на пару дней, – разъяснил Влад.

– Не знал, что он не в Москве.

– А что ты вообще знаешь, влюбленный? – По-доброму пошутил друг. – Представляешь, вчера ребята из охраны, Роман и Володя, чуть не подрались. И слушай, вчера,… я даже не знаю, что со мной такое, разозлился на ровном месте.

– И представляю, и знаю, – Ник не хотел обсуждать свой сон и находку по телефону. – Приезжай, как сможешь, поговорим.

– Знаешь? У тебя новый дар? – Влад был явно заинтригован. – Буду где-то через час.

– Давай. Я еще позову Юлю. Пока Артема нет, она у нас главная по загадкам.

Глава 7. Схватка

Обычный осенний день, ничем не отличимый от многих, только перевалил за середину. Олег лениво разбирал накопившиеся бумаги, когда в кабинет вошел Миша. Он не умел скрывать эмоции, и сразу стало ясно, что ему не терпится поделиться какой-то новостью.

– Ну, брат, помнишь, просил сообщить, если что затеют чужаки? – С расстановкой, наконец, проговорил он.

– Есть новости?

– Новости, – удовлетворенно крякнула здоровяк, – еще какие! Штурм они затеяли.

– Штурм? – Олег как-то весь подобрался.

– Когда, где?

– А не знаю, не доверяют они наемникам, в детали не посвящают. Но по всему понятно.

– Ладно, – контрабандист подумал. – Собери-ка человек пять бойцов и сам подготовься.

– Сделаю. А куда собрать?

– Куда? Дай подумать. Сейчас прикину, – мужчина запустил программу на планшете. – Так, Ник, ну-ка проверим, где ты сейчас. – Пробормотал он.

– На Воробьевых. Значит, туда пусть подтягиваются. Час на сборы.

– Сделаю, брат.

Олег снарядился основательно. Не забыл тонкий прочный бронежилет, рассовал по ножнам и кобуре верные ножи и пистолеты – он не сомневался, что Гаяна задумала не невинную прогулку, а жесткую боевую операцию. Кому, как не ему знать, что Макс никогда не отказывал себе в удовольствии нанести противнику как можно более серьезный урон.

– Девчонку к воротам.

Безэмоциональный высокий мужчина в темной одежде осторожно вывел Сашу из микроавтобуса. В ее голове все еще звучал голос Гаяны: «И там увидишь пульт – много кнопок. Подойди и поверни вот такой рычаг», – ей показали фотографию.

Другой голос пробрался еле заметно: «Нельзя, нельзя этого делать». Ник, где ты? Дальше мысли путались. Краем глаза, перед тем как нажать кнопку домофона, девушка заметила группу мальчишек, которым что-то увлеченно («притворно увлеченно», – успела подумать) объяснял молодой парень. Темный. Черный. Она позвонила, калитка открылась – у охраны уже не было вопросов к ней, девушке их товарища.

Молчание затянулось. Ник переводил взгляд с Влада на Юлию и видел, как разные эмоции пробегают по лицам друзей. Тревога, негодование, решительность.

– Вот что. Надо бы вызвать Артема и усилить охрану. Не знаю, сколько у нас времени, но я бы не стал тянуть.

– Мне очень не нравится эта история про шкатулку, – озвучила свою мысль Юля, – ведь ее кто-то принес кто-то свой…

Ник взглянул в окно и вздрогнул – по тропинке шла Саша. У нее был такой отрешенный, такой потерянный вид. Он не узнавал любимую – что-то чужое показалось ему в знакомых милых чертах.

– Саша, – начал он и замолчал. Девушка шла не к нему, не туда, откуда он сейчас смотрел на нее, и где был единственный вход знакомый ей. Она шла точно к колоннам, к тому месту, откуда охрана запускала защитную систему в случае нападения. Осознание пришло мгновенно.

– Что Саша?

– Она в беде.

Друзья не успели ни о чем спросить, как Ник уже выбежал на улицу. Ребята двинулись за ним, но в это время в комнату заглянул Глеб.

– У ворот подозрительная активность. Посмотришь? – И он протянул Владу планшет, на котором была выведена картинка с камер наблюдения.

– Дети играют.

– Когда ты в последний раз видел здесь детей? Да еще таких, которые играют.

– В ножечки? Да современные пацаны и не слыхали про такое.

– А значит…

– Это наваждение. Объявляй тревогу. Сколько бойцов на базе?

Минимальная охрана.

– Плохо. Я включаю защиту.

На месте клумбы медленно вырастала башня. Ник отметил это автоматически, когда бежал к центру управления.

– Я включил второй щит! Влад вызывает всех! Твоя девушка заблудилась, я сказала ей ждать! – Володя выскочил из дверей, застегивая на ходу бронежилет.

– Добро.

Стоит прямо около пульта. Напряжена предельно. Рука над кнопкой «отключить» дрожит.

– Саша! Саша! Остановись! Это я, Ник, ты меня слышишь?

«Саша, это Ник», – этот голос живой. Он еле заметно пробивается сквозь другие голоса. Она не спит. Этого не может быть. Почему в ее голове кто-то говорит?

«Саша тебе очень важно слушать меня и делать, что я говорю», – этот голос произносит слова медленно и мягко, но ее не проведешь. Вовсе он не хороший. Но как сложно не послушать его. И почему она помнит этот тембр и интонации? Кто скрывается за словами?

«Нажимай, и все закончится, верь мне!» – теперь он злится, в нем слышится холод.

«Господин, позвольте мне», – это женщина. Ее она знает, она хорошая.

«Саша, я твой друг, помнишь, я помогла тебе, исцелила тебя».

– Да, – шепчет еле слышно.

– Саша, да, да, ты слышишь меня? – Ник подошел и взял ее руку. Она очень напряженная, жесткая, скованная.

Он заглянул в лицо – взгляд неживой, застывший.

«Тебе мешают, а ведь так важно помочь мне. Помнишь? Обязательно нужно нажать эту кнопку. И все закончится».

– Закончится.

«Я сейчас помогу тебе. Он мешает. Он враг! Его нужно убрать, оттолкнуть. Не бойся, я все сделаю».

– Нет, нет, он не враг, – Саша думает, что кричит, но звука нет.

Ник не успел отреагировать. Да он и не смог бы просчитать такое. Сильнейший удар отбросил его на пару метров. Секунды он, наверное, был без сознания. Открыл глаза. Мозг лихорадочно искал объяснение.

– Сознание! Кто-то контролирует твое сознание! Саша! Саша, очнись, слушай меня. Это я, Ник! Саша, нельзя нажимать эту кнопку!

Голос пробивается все настойчивее. Что же делать? Женщина – друг, хорошая, просит нажать. Кто-то злой – требует нажать. А где она? Кто она? И есть еще кто-то родной, близкий, он зовет и говорит:

– Саша, просто слушай меня, сосредоточься на моем голосе. Представь солнце, теплое, светлое, оно согревает тебя, оно становится твоей светлой одеждой.

На миг стало тепло, но вдруг ее сжал холод. Сковал. Стиснул. Она больше не может сопротивляться.

– Ты – моя! Быстро нажми!

И она нажала. И исчезло все. Тихо. Темно. Спокойно.

Нажала. И упала как в замедленной съемке. Он не успел подхватить ее… Ник бережно поднял девушку на руки. И только потом понял, что защита отключена, и друзья в опасности. Нажал отмену…

Он потерял всего минуту. Но этой минуты хватило тем, кто был готов.

– И что же ты тянешь, моя боевая подруга? – Конрад всегда находил повод поддеть ее. – Не можешь справиться с девчонкой?

Гаяна отвлеклась от работы с сознанием Саши, благо к ней только что подключился Макс.

– Чего тебе, Конрад?

– Ты сама знаешь. Я давно готов выполнить свою часть дела. Хотя напомни, почему вы не способны организовать штурм без меня.

– Без Господина, – ну не может не порисоваться.

– Без Господина, конечно.

– Нельзя просто взять и пробить внешнюю защиту, внутренняя включается автоматически. И тогда выключить ее можно только напрямую с пульта управления. А то и сам не знаешь?

– О, да.

Он приготовился сказать что-то еще, видно было по гримасе, но…

– Есть! Защиту сняли! Давай, действуй!

– Вижу, вижу, – Ирония мгновенно исчезла: что говорить, к работе Конрад относился серьезно.

– Готово!

– Всем! По команде начинаем. Три, два, один – вперед!

В лабиринте, там, где недавно появился темный узор, ярко вспыхнула и погасла обширная плотная сеть.

– Влад, защиты нет, нас атакуют! – Глеб действовал строго по инструкции «Внешнее вторжение». На нем уже был одет и активирован жилет, усиленный магической защитой.

– Юля, немедленно уходи в дальний бункер, но сначала – оба оденьтесь, – он протянул им комплекты бронежилетов.

– Я никуда не уйду, Юля быстро одела и активировала свой. – Бойцов мало, я знаю. Я смогу помочь.

– Нет!

– Хорошо!

Мужчины ответили одновременно и переглянулись. Слово Влада, старшего по должности, было решающим.

– Только не геройствуй особо, держись за нами, прикрывай.

– Где Ник?

– Не знаю, надеюсь, он быстро сориентируется. Еще и Саша зачем-то пришла.

– Мы блокируем вход в хранилище, – выкрикнул Глеб на ходу. Впрочем, все прекрасно знали, что делать в подобной ситуации. Только до этого дня все тревоги были учебными.

Стекол в правом и левом флигеле уже не было. Единичные выстрелы отвечали на длинные очереди. Но пока они были, а это значит, обороны держалось. Надолго ли?

– И не жалко же им патронов, – процедил Влад.

– Хорошо, что, – «только патронов», хотела сказать Юля, но ее оборвал грохот взрыва.

– Нет!

– РПГ-7! Надеюсь, ребята будут следовать инструкции, и уйдут в убежище.

– Если живы.

– Если живы.

Обстрел их корпуса пока продолжался длинными очередями, но нападающие уже поняли, что за обычными стенами и окнами есть дополнительная защита, и скоро здесь станет жарко.

– Если уйдем в хранилище, надежда будет только на подмогу извне. Коридоры там, конечно, узкие. Но это и для нас опасно.

– Я сейчас поколдую, мальчики, – решилась Юля. – Это задержит. Прикройте.

Она закрыла глаза, отключила все внешние помехи, перестала слышать и видеть, что происходит вокруг. На кончиках пальцев под кожей рук побежало привычное покалывание – как будто через нее пустили слабый разряд тока.

Сначала колючий плющ заплел дверь и окна одним слоем, за ним начал расти второй. Быстро, но недостаточно для постоянно пробивающихся смертоносных зарядов.

– Чего медлишь? Давай что-то посерьезнее. – В наушник ворвался раздраженный голос Конрада.

– Не сейчас! Не мешай мне! Ты хочешь завалить вход в хранилище и тратить время на разбор? – Раздраженно прошипела воительница.

– Ладно, ладно, помочь хотел, – мужчина почувствовал, что вторгся на чужую территории и предпочел ретироваться.

– Аккуратно, в одну точку! – Подбодрила Гаяна своих лучших бойцов. Она и сама вместе с ними била очередью из «Вихря».

Уже скоро по периметру атаки появится дверь, которую невозможно будет закрыть. И они войдут. Правда, что-то мешало и замедляло их –приборы засекли внутри всплеск магической энергии – кто-то усложнял работу.

– Что там, Миша? Держатся еще стражи.

– Стражи? Чудно ты их назвал.

– Они сами так себя назвали. Давно. Так что? И где Ян с Валерой?

– Держатся, но правый флигель затих. Ребята будут через 5 минут. Простояли в пробке на шоссе Энтузиастов.

– Кто бы сомневался. Давайте пока выберем позицию – и сразу их сориентируешь. Идем!

Четыре неприметные тени легко преодолели крутой подъем и перемахнули через ограду. Весь периметр базы остался без защиты, и никто из сражающихся не мог их засечь. К тому же Олег позаботился о дополнительной маскировке.

– Эх, не так я хотел познакомиться с тобой, племянничек, – пробормотал он, внимательно приглядываясь и прислушиваясь к звукам боя. А ведь за пределами забора ничего слышно не было. Постаралась Гаяна. А, вернее, Макс.

Юля успела заплести углы большого зала, за которым, через узкий коридор и короткую лестницу, располагался вход в хранилище. Они решили до последнего оттягивать вход внутрь. Надеялись, что подоспеет подмога – сигнал тревоги получили все посвященные. Да и из тех, кто был на базе, кто-то мог прорваться

Влад занял самое опасное укрытие – дальше всего от спасительной двери. Спорить с ним не имело смысла. Они укрепили защиту, как могли, и теперь ждали, когда враги все же пробьются. В том, что это произойдет, сомневаться не приходилось.

Первого бойца, сунувшегося в рваный пролом, снял Влад. Не убил – Юля знала, что старый друг высоко ценит любую жизнь. Но точно надолго вывел из строя. Пауза – вход расширился под напором невидимого лома – и сразу несколько теней прорвались внутрь. Они постарались быстро укрыться от защитников. Удалось не всем, но бой уже завязался внутри, в закрытом пространстве, полном дыма, пыли, опасном, обманчивом, смертельном. Злые крики, жалобные крики, жесткие команды, громкие выстрелы. Шорох осыпающейся штукатурки.

Влад уже понял, что втроем им не удержаться здесь.

– Быстро уходите внутрь. Я за вами! – Он включил микрофон, и убедился, что Глеб его понял. Небольшое затишье необходимо было использовать без промедления.

Он выбил чуть замешкавшегося бойца из-за груды офисной мебели. Надо признать, подготовлены штурмовики были хорошо. Но ошибаются все. Быстро занял его место – на пару метров ближе к ребятам. Теперь ниша у двери и вход были на линии прицела.

– Сейчас! Прикрываю!

Он глянул на друзей и сразу – на врагов. Гаяна целилась в них – даже не скрывалась от него. Она стояла – легкая мишень, но абсолютно бесстрашная, нимало не заботясь о себе.

Юля бросилась в дверь и оглянулась – Глеб шел за ней, прикрывая всем телом, и сейчас на него был направлено дуло пистолета

– Гаяна, нет! – Как будто его слова могли на что-то повлиять. Повлиять могли не слова, а стрела арбалета. Он замешкался лишь на долю секунды…

Глеб медленно осел на пол, и Юля, вместо того чтобы бежать вниз по лестнице, бросилась к нему.

Гаяна недоуменно взглянула на стрелу, насквозь пробившую ее руку, и на черную тень, несущуюся на нее. Влад, вопреки здравому смыслу, пошел в рукопашный. Бойцы воительницы разделились – часть уже готова была смести девушку, склонившуюся над Глебом, и проникнуть в хранилище. Другие – растерзать Влада, ранившего их командира. Но даже мгновения достаточно в стремительной схватке.

– Некрасиво – десять на одного, – веселый злой голос, и следом в комнате возникли пять новых игроков.

Незнакомцы знали, на чьей они стороне. Захваченные врасплох воины Макса падали или отступали.

– Отходим! – рванувшую из комнаты Гаяну перехватил Влад.

– Стой, стой, куда же ты? – он встал на пути, принял сильнейший удар в корпус – амазонка могла постоять за себя и с одной рукой, – поморщился от боли, и застыл в изумлении. Девушка рухнула без сознания к его ногам.

– Не благодари, – за ее спиной стоял обладатель веселого голоса. – Ты же не хотел ее отпускать? Где Ник?

– Ты кто? – Влад оказался не готов ответить на все вопросы сразу.

– Олег. Если тебе это о чем-то скажет.

– Олег, которому нужен Ник, – медленно произнес Влад. Бой затих. В комнате остались только раненые, нападавшие исчезли. Он двинулся к Юле и Глебу. – Пропавший дядя. Значит, объявился.

Ник прислушивался у двери – ждал малейшую паузу в сплошном шквале выстрелов.

И думал. Так быстро он никогда еще не думал, но решение не приходило. Надо было остановить этот поток. Он начал дышать глубже. Медленнее, медленнее. Подошел к Саше – она была без сознания, а ему не удавалось ее вернуть, растормошить, дозваться. Значит, это позже. Он сел спиной к стене, закрыл глаза, как учил Артем. Артем. Он бы точно знал, что делать.

Время замедлилось. Ник представил карту, и начал искать друга. Такого он не делал никогда. Но ведь это пространство – его дар, его стихия, почему он не может не просто открыть дверь, но сделать это максимально близко от конкретного человека.

«Это просто тот уровень, о котором тебе еще мало известно. Но твой потенциал очень велик. Слушай меня – и все получится», – мягкий вкрадчивый голос, знакомый и незнакомый одновременно, возник в его сознании. Почему-то он не испугал. Опасности не было, и Ник стал следовать инструкции. «Карта – это правильно. Ты приближаешь то место, откуда идет тепло. Помнишь цвет Артема, когда он учил тебя? Лавандовый. Ищи его». Ближе, ярче.

– Ник?

– Артем. Это правда, я. Не знаю, как сделал это. На базу напали. Я в командном пункте. Защита разрушена. Выстрелы.

– Я понял. За колонной картина – сними, нажми кнопку, иди в лабиринт. Ты сможешь понять, где разрыв. Возьми в лаборатории серебро и медь. Главное сейчас – замкнуть защиту.

Его как будто вытолкнуло из гущи воды. Какое-то время Ник тяжело дышал, восстанавливая дыхание, и сразу, как смог, бросился в лабораторию. Пузырьки с порошками выстроились на полке. Счастье, что Юля так любит порядок – все подписано, найти нужные компоненты легко.

«Влад, Юля, надеюсь, вы в порядке…»

Он и не знал, что под ними есть Лабиринт. А ведь это идеальное место, чтобы заблудиться, и тогда… «Не думай, потом, не время», – одернул себя. Раз Артем сказал, что он сможет понять, значит, все дело в разрыве пространства, – что еще он в состоянии понять?

Ник «включил» (это было его собственное словечко для понимания того, что сложно понять разумом) режим работы с пространством. Как будто хотел создать портал.

– Вот оно, – пробормотал, и уверенно двинулся вправо. Поплутав, Ник остановился ровно у того места, где недели назад Артем залатал брешь.

– Серьезно? В моем мире? – Прошептал он. Черная паутина, невидимая обычным глазом, сейчас, в измененном состоянии, была очень хорошо заметна. Вот как Макс проник в их систему защиты. Ну что ж, он, кажется, понимал, как все исправить.

Сначала перед ним возник маленький портал – чуть больше крупного яблока и за ним он четко различил удивленное лицо верного помощника Макса.

– Здравствуй и прощай, Конрад, – не удержался, уж очень хотелось показать, кто разрушил план нападения.

Ник быстро вбросил порошки – с двух рук – и портал схлопнулся. Паутина вспыхнула и исчезла.

Конрад почти создал дверь, через которую двое бойцов готовились забрать Гаяну. Раненая амазонка не отзывалась на настойчивые вызовы. Оставлять ее стражам вовсе не входило в план. Макс будет в ярости – они ничего не получили, не нанесли серьезный вред противнику. А теперь еще и это.

– Проклятье! Щенок! Как, как это вообще возможно! – Он сорвал наушник и смахнул со стола ненужный теперь ноутбук. Связь оборвалась, база стражей снова стала недоступной.

Эпилог

На базе стражей было много чего – библиотека, хранилище артефактов, залы для тренировок. И тюрьма. Как в лучших фильмах про средневековье – в подземелье, с каменным полом и без окон. Правда, в камерах были созданы минимальные удобства и стояла сносная мебель. Но сути это не меняло.

Пленников было несколько – все из нашего мира, обычные наемники, как пояснил Олег. А из отраженного только она, Гаяна.

Пока перевязывали не произнесла ни звука. Но смотрела так … Это был не гнев, а затаившаяся тоска. Суть ее Влад понял не сразу, а лишь когда все тот же Олег задал пленнице вопрос: «И сколько у тебя есть времени?»

Она не ответила.

– Что значит, «сколько времени»? – уточнил Влад уже наверху, когда они осматривали, какой урон от атаки врага понесла база.

– Так они же все смертники, – невесело ухмыльнулся Олег. – Макс клеймит своих подданных, чтобы уйти не могли.

– Я что-то слышал об этом, но думал, только простых солдат и слуг.

– Отчего же? В том мире нет свободных, все его рабы.

Влад вернулся к пленнице, когда немного разобрался с хаосом наверху. Неужели она обречена? Одно дело – честный бой, а другое – смерть по чьей-то прихоти.

– Олег сказал, ты не в безопасности с того момента, как попала в плен. Это правда? – Было странно говорить с кем-то через решетку.

– Что тебе за дело? – Не сразу откликнулась Гаяна.

– Я отвечаю за тебя здесь. У нас не принята жестокость по отношению к пленным.

– Какой добрый.

Она сидела на полу, прислонившись к стене. Слишком гордая, чтобы позволить себе лечь, но слишком слабая, чтобы оставаться на ногах. Мысли то утихали, то лихорадочно бились в голове: «Сердце остановиться в любую минуту. Успеет ли она понять? Или просто уснет? Хорошо бы второе. Хотя, зачем обманывать себя – я умерла в тот миг, когда попала в плен. Так к чему беспокоиться?»

– Неужели тебе все равно? Должен же быть какой-то способ?

– Макс не прощает провалов. Вам он меня не оставит.

– Ты понимаешь, о чем просишь?

Только Ник мог помочь. Он был уверен, что Артем согласился бы, но он был далеко, а дело, возможно, шло на минуты. Обрекать человека, пусть врага, на верную смерть. Просто стоять и смотреть?

– Да, понимаю. Сделать портал.

– Нет! Не просто «сделать портал», а освободить Гаяну! Его телохранителя! Убийцу. Она бы тебя точно не пожалела.

– Мы что, должны уподобиться Максу?

– Нет, но…

– В любую минуту она умрет. Прямо здесь, у нас на глазах. Не в честном бою. Это все равно, что казнь. Хотя, что я, – это и есть казнь. Он готов убивать тех, кто стал не нужен или опасен. На ней клеймо – стоит только его активировать, и все!

– Ну, знаешь…

– Артем больше не выходит на связь?

– Нет.

– Значит, решать нам. Тебе и мне. – Влад говорил очень тихо и заметно волновался. – Я для себя решил.

– Юля.

– Она с Глебом, и не думаю, что готова рассуждать спокойно. Знаю, что ты хочешь сказать, но…

– Хорошо. Веди ее на полигон. Я все сделаю.

Непривычно тихая. Дыхание почти незаметно, но оно есть. Врачи не нашли у Саши внутренних повреждений и не смогли дать ясный прогноз. И вот она лежит в светлой палате с веселыми солнечными обоями, оплетенная прозрачными трубками. Пленница своих грез.

Так сказал Кузьма. Вернее, Митра. Надо же, все это время рядом с ним жил древний бог. Хотя он и не пожелал вернуть свой облик и оставался похож на котенка-подростка, Ник испытывал чувство похожее на благоговение. Ну ладно, почтение. И сильнейшее любопытство. Их короткие диалоги происходили мысленно, в полной тишине. Рассказывать друзьям о себе Митра пока не советовал. А их разговоры сводились к поиску способов вернуть Сашу.

«Она не впускает меня, не идет на контакт. Заблудилась. Или спряталась, когда Макс напал. Такое не каждый переживет. Она сильная, но нужно время. Сколько? Не знаю», – короткое резюме их диалогов.

Глеба хотя бы выписали – теперь он постоянно находился на базе в медицинском секторе. А Саше туда нельзя, у нее совсем другая ситуация.

Хотя неизвестно, кому повезло больше.

– Просто верь мне, ладно? Глеб, я просто очень классный специалист. Мне, конечно, нужно время, но я найду рецепт и вылечу тебя! – Юля говорила твердо, по крайней мене, ей так казалось.

Он улыбался. Получалось даже убедительно. Тогда почему она плакала каждый вечер в своей пустой квартире?

Такой сильный, уверенный, Глеб вдруг оказался в инвалидном кресле. Та пуля могла попасть в нее. Или пройти на несколько миллиметров правее. Но она задела позвоночник.

Она не отступит. Что это будет – сильный сбор, заклинание, артефакт или защитное тату? Не важно. Главное, чтобы Глеб, ее Глеб, стал прежним.