Отмороженный 4.0

Глава 1

Воздух свободы почему-то пах чибзиком. Как только я оставил за спиной здание арены, а Уголек отчитался, что слежки нет, мне действительно стало как-то легче дышать.

Я сделал большой вдох, совсем забыв, что нахожусь в тесной комнатке хостела, а не на краю промзоны перед ночной ледяной пустошью. Пыль с металлом, запах которой передали датчики Ориджа, смешалась со специями из чипсов и давно немытой собакой. Которая еще и хрустела где-то над ухом.

Я спихнул возмущенного зверька и почувствовал, как рядом завибрировала тач-панель. Плюс на экране выскочил входящий звонок от Роберта.

— Дубль два! Сюрприз!!! Открывай! — я увидел довольную улыбку Боба, а на заднем плане узкий коридор хостела.

В дверь постучали, и чибзик бросился под кровать. Три дня дрессировки не прошли даром — прятаться он отлично научился, а вот лапу подавать категорически отказывался. Еще с перебоями, но работала команда «Голос».

Не снимая шлема, я шагнул к двери и нашарил ручку.

— Располагайся, я сейчас, — сказал я Бобу, чувствуя, что он заходит, — надо припарковаться.

— А ты снова в Мерзлоте торчишь?

— Не совсем, тут неподалеку, — бросил я. Сфокусировался на ночном рельефе, выбрал укрытие и завел туда Ориджа.

— Крутяк, значит, вместе пойдем! Мне прямо не терпится уже в бой с монстрами и монстрилами!

Роберт присел на краешек кровати, а мою импровизированную капсулу погружения в дополненную реальность качнуло в одну сторону. И тут же откатило обратно, потому что Боб резко вскочил и начал визжать матом.

— А-а-а-а! Твою мать, это что за хрень под кроватью?! Сука! Она сейчас мне ногу откусит!

— Это монстр! Монстрилла! Исчадие Мерзлоты, — представил я чибзика и снял шлем, едва сдерживая улыбку. — И свой первый бой ты проиграл, воин. Эх!

— Что? Он с тобой, что ли?

— Кто ты, воин? Как ты вообще смог запрыгнуть на этот шкаф?

Я с удивлением посмотрел на своего крупного друга, реально запрыгнувшего на шкаф. Только он не поместился — одна нога свисала, и на нее как раз охотилась Мей-ли. Скорее всего, заигрывала, но, может, и впрямь собиралась защищать свое жилище.

— Слазь давай, пока не сломал ничего. У меня и так уже предупреждение от администрации из-за того, что по ночам кое-кто скребется постоянно, — я поймал чибзика и погладил, протягивая Роберту. — Знакомься — это Мей-ли.

— Охренеть! — выдохнул Боб и сразу же скатился со шкафа. — Где взял?

— Да как-то традиционно. Считай, от бывшей достался. Она съехала, а мне теперь воспитывать.

Я улыбнулся, глядя на довольно трогательный первый контакт двух культур. «Чибзика» из мира людей и чибзика из Мерзлоты.

— М-м-м? Раз бывшая, значит, что-то было? — Боб вынул из груды своих чемоданов два пакета, внутри которых что-то многозначительно звякнуло.

— О! Знаешь, как у нас говорили?

— Как?

— Одна звенеть не будет, а две звенят не так!

— А то! — Боб гордо выпятил грудь, поочередно выставляя содержимое пакетов на маленький стол. — Ты задолжал мне кучу интересных историй! И начнем с главного вопроса: откуда у тебя Ориджинал? А закончим самым интригующим: какие у нас планы?

— На второй легко ответить. Завтра в десять у меня запись в администрацию Вавилона, буду свою фирму открывать. Так что сильно сегодня не налегаем!

Глава 2

Встреча удалась. По всем стандартным сценариям: я даже Анне позвонил, но ожидаемо был послан. Потом Боб позвонил и отправился со мной по тому же маршруту. Потом мы еще кому-то звонили, потом где-то гуляли, бродили. А закончили все по старинке.

Не пьяным мордобоем и продажными женщинами, а за отличным фастфудом под холодненькое пивко. Традиция у нас с Бобом такая!

Разговоры, рассказы. Я — про свои приключения, Роберт — про свои злоключения.

— В общем, я отцу так и сказал, — уже слегка заплетающимся языком сказал Боб. — Все, увольняюсь. Хочу сам всего добиться… но с тобой…

— И поэтому ты здесь?

— Ну конечно! Это было одно из условий отца.

— Ясно, — улыбнулся я. Не стал шутить над другом, ему и так было нелегко решиться на такой радикальный шаг. — У тебя сейчас «Стрекоза» или ты отказался от нее?

— Я новую жизнь начинаю, а не совсем из ума вышел, — усмехнулся Боб. — Цела, практически девственно чиста. Но сейчас я уже понимаю, что зря повелся тогда на рекламу. Ну где я и где «Стрекоза?»

— Даже не спрашивай, — хмыкнул я.

— В идеале хочу на Ориджа сам заработать, — выдал Роберт. — У отца денег просить не буду.

— Да мне, считай, тоже своего надо купить. Точнее, выкупить, — задумчиво проговорил я. — И что надумал?

— Попробую поменять на «Защитника», скорее всего, с потерей в цене. Но скакать и прыгать по камням — это не мое, так что не жаль. Мне надо, чтобы «р-раз и бум!» — Роберт даже продемонстрировал это «р-раз», одним махом вскрыв новую банку с пивом. — И чтобы стальная стена! Я же теперь твой тыл! Зарплата, кстати, большая будет? Через сколько я себе Ориджа куплю?

— Какая еще зарплата?

— Повышенная, конечно, да еще и с бонусами, — расплылся в лукавой усмешке Роберт и кивнул. — Я же твой первый и единственный сотрудник!

— Не, друг, — я похлопал его по плечу, — это Мерзлота, здесь все по бартеру!

— Ты сразу-то не отказывайся! У меня много талантов.

— Хорошо, машина же у тебя есть? С гермой?

— Не, этого нет, — пожал плечами Боб, откусывая кусок бургера.

— А как ты сюда приехал?

— В аренду взял. Практически каршеринг. Кстати! Неплохая идея для стартапа, как считаешь? Можем в виды деятельности прописать.

— Не знаю даже, надо подумать, — отмахнулся я. Пока что я плавал в местных правилах и регламентах (законы Мерзлоты отличались не только от моего времени, но и от Большой земли сейчас).

— О, видишь? Я уже полезен! Ты название придумал?

— Ну… — я задумался. — Предварительно — Чрезвычайная Исследовательская Лаборатория Алексея Белова, сокращенно ЧИЛАБ.

— М-м-м, правильно, — кивнул Роберт. — Отец всегда говорил, если идешь в бизнес, то свой бренд продвигай, а не какие-то выдуманные абстракции.

— Как тебе?

— Практически на чиле, — засмеялся Боб. — А чрезвычайная почему?

— Это так, из прошлой жизни. Ситуации разные были.

— А может, ЧИЛАБЗ?

— Тогда уж сразу ЧИБЗ, и на логотип Мей-ли, — покачал головой я.

— А что? Прикольно! Представляешь, какой фурор зверюшка произведет на вечеринке в честь открытия?

— Это зачем?

— Как это зачем? Надо снять апарты в Вавилоне и закатить шумную вечеринку. Можно прямо в офисе, — мечтательно закатил глаза Боб. — Тут много наших из института. Помнишь сестер Вебер? И Каховскую? Аспирантку Симонова?

Я их помнил, только совершенно не понимал, какое отношение все эти люди имеют к нашему новому проекту. К моему, точнее. Ну, окей к моему и одному сотруднику. Мозговой центр в виде «Уголька» и армию арахнидов не считаем.

Кажется, Роберт представлял себе наше предпринимательское будущее несколько иначе, чем оно вырисовывалось на самом деле.

Пришло время рассказать Бобу, что в ближайшие месяцы нам предстоит не тусить на вечеринках в апартах, а ютиться в каких-нибудь бетонках без нормального обогрева и, буквально носами рыть Мерзлоту, хватаясь за любые заказы.

— Насчет офиса есть одна задумка, — произнес я, отпивая из банки, и более подробно рассказал другу про «тридцать седьмую».

Во взгляде Боба промелькнуло сомнение. Видимо, офис нашей будущей компании он представлял себе иначе. Может быть, как нечто схожее с офисом отца, когда секретарша, получившая работу из-за размера груди, приносит тебе кофе и заполняет твой календарь встреч.

Наша реальность была другой.

— Ну, окей, я займусь, — неуверенно кивнул Роберт, но потом собрался и повторил уже решительнее: — Точняк займусь, поднатаскался у отца. Уверен, что РИП с удовольствием избавится от зараженного объекта. Есть одна схемка, иногда специально какую-нибудь гадость подкидывают, чтобы отжать потом. Боб погрузился в размышления.

— Главное, чтобы они не узнали, что там чисто теперь, — встревожился я. — То есть не убрано, конечно, и развал полный, но без заразы.

— Наоборот, хорошо — цену еще снизим, — довольно потер руки Боб. — Сам знаешь, какие они жлобы.

— Угу.

— Но потом-то мы наймем секретаршу в наш новый офис?

— Посмотрим, — уклончиво протянул я. А потом все-таки признался, рассудив, что бесполезно это скрывать. — Там есть уже администратор. Цепкий, хваткий.

— Какой еще администратор? — бровь Боба удивленно поползла вверх.

— Скоро познакомишься, — усмехнулся я, представив, как Кузя выкатывает Бобу график дежурства, где значится одно-единственное имя: «Роберт Абрамов».

***

Регистрация прошла быстро. А если бы мы еще не проспали, так успели бы вовремя.

Тихое, практически безлюдное здание администрации находилось в центре. Пробки там были жуткие, и когда мы, наконец, доехали, нас поприветствовала надпись «Обед» на инфопанели.

Пришлось ждать, а потом записываться заново. Роберт предложил, как все современные люди, оформить бумаги онлайн, но я отказался. Было что-то сакральное в этом походе. По крайней мере для меня.

Прийти лично, взять талончик, выстоять в очереди, поругаться с сотрудником, потому что какой-нибудь документ обязательно окажется неправильным, а какого-тоне хватит. Свой бизнес надо выстрадать и победить, а иначе это халтура какая-то.

Но со всем этим церемониалом меня коварно прокатили. Посмотрели как на диковинку, потому что больше никого в зале не было. Предложили напитки и практически моментально приняли все документы. Еще и проконсультировали по всем вопросам. Причем живой человек, а не голосовой помощник. И очень даже симпатичный человек. Роберт долго уходить не хотел: все намеревался офис прямо здесь снять. Или не сходя с места закатить вечеринку, больше никого не приглашая.

Но, минут через пятнадцать, к моему ID добавилось еще одно, и я стал единоличным владельцем вновь созданной компании. Оплатил сразу три лицензии: исследовательскую, охранную и, грубо говоря, промысловую. Денег потратил изрядно, практически ушел в очередной ноль, но оно того стоило.

Все остальные документы: отдельный банковский счет, страховку, торговый аккаунт на аукционе, плюс официальное трудоустройство Роберта решили добить уже удаленно через сеть. И еще кучу мелочей.

— Надо придумать логотип! — воодушевленно сказал Боб, когда мы, наконец, вышли и заглянули в первое попавшееся кафе.

— Да, тема хорошая, — согласился я, представляя, как он может выглядеть, учитывая название.

— И все-таки давай наймем помощницу на Тридцать седьмую? — Боб поморщился. — Как-то не звучит. Может, лучше «мачо-дача-хата-хаус на чии-ле»? Чилл-аут зона у нас там будет же?

— Я как-то попроще думал, типа «берлога». И спортзал сделать, бильярд можно поставить, — предложил я и вспомнил, что в Мерзлоте бильярд — это не только ценный отдых, но и вполне себе оружие.

— Нет, подожди, — нахмурился Боб. — Кто же в берлогу сотрудников нанимает? А нам точно нужна такая, которая будет разбираться в документообороте. Юрист и секретарь в одном лице, — вбросил новую идею он. Друг явно не мог смириться с мыслью, что теперь он сам себе и дизайнер, и юрист, и помощница — и все это за одну зарплату. — Я же не буду все время этим заниматься, да? И вообще, может, вернемся и схантим ту ассистентку?

— Лучше давай решим вопрос с твоим дроидом и транспортом. Поехали.

Взяв еду с собой, мы вызвали такси и доехали до арендованного бокса. Разобрали катер, наконец, изучив, что парни из «Лимы» пытались оттуда вывезти.

Я отложил в сторону несколько ремонтных наборов, где помимо инструментов обнаружились специальные тонкие нити из скайкрафта, чтобы латать Ориджей было удобно и лишнее при этом не тратить. Не густо (много они на себя успели потратить в том жестком секторе), но на пару ранений хватить должно.

Много было компактных пауэрбанков под разгрузку, и даже парочка тяжелых ранцев, которые использовал «Варлок». Типовая снаряга, короче: разгрузки, рюкзаки, инструменты Ингер для работы со спотами. И оружие.

Его было много, но ни мне, ни Бобу оно не подошло. Я планировал прокачивать навыки Ориджа и смотрел только на то, что даст совместимость хотя бы семьдесят процентов, а мой помощник, глядя на аккуратно разложенные пушки на борту катера, лишь грустно покачал головой.

— Можно, конечно, попробовать, — смутился он. — Но мне лучше что-нибудь попроще.

— Лом? Всем же известно, что против лома нет приема.

— Ну-у, — протянул Боб. — Лучше дробовик. Из этого я все равно промажу, только патроны зря потратим. А их и не так много.

Пришлось с ним согласиться, хотя мой внутренний чибзик тихо запротестовал. Я оставил себе плазменную винтовку, благо она могла питаться от ранцев «Варлока», запасной гранатомет Ленни и почти целый ящик гранат. Все остальное мы отсортировали, решив позже продать.

— Все! Готово! — сказал я, защелкивая электронный замок гаража. — Завтра выдвигаемся в Мерзлоту.

Боб подпрыгнул на месте и сделал непонятный жест в воздухе над головой. Фигуру, что ли какую-то из пальцев попытался сложить? Я толком не разобрал.

— Это наша новая фишка! — объяснил он таким тоном, как будто нашел шахту, полную скайкрафта. — Элемент фирменного стиля!

Я уставился на него, ничего не понимая.

— Чего?

— Ну что непонятного? Этот жест означает наш успех, и называется: «Чибзик кушает чипсину». Мы его потом еще визуально оформим и нанесем на сувенирку.

— И как я сам до этого не додумался, — вздохнул я. Махнул рукой (просто так, безо всяких особых жестов) и пошел к выходу.

На обратном пути мы еще немного побродили по Чайна-тауну, перекусили в уличном кафе и набрали запасы вкусняшек. Нам теперь всего нужно в три раза больше. А то и в четыре, учитывая аппетиты моего единственного сотрудника и нашего мелкого наглого талисмана.

Вернулись в гостиницу за вещами, и я связался с Данди, чтобы обсудить временное пристанище.

— Некогда сейчас — много клиентов. Все будто с ума посходили, сечешь? Но вы приезжайте. Что-нибудь да найдем. В крайнем случае отдам вам свою мастерскую, — небрежно и торопливо проговорил бармен и, извинившись, отключился.

— А, может, мы пока в Вавилоне останемся, а? — спросил Роберт. — Тут тепло и кормят, нафига нам тащиться куда-то?

— Не поверишь, но там безопасней, чем здесь, — это во-первых, — я загнул один палец, понимая, что подразумеваю и Лэйн, и «Лима» с «Тринадцатыми», а потом загнул и второй. — А во-вторых, далеко ты со мной не уйдешь. Что, в общем, тоже неплохо, но там хоть потренировать тебя сможем.

Боб спорить не стал, повздыхал только немного и начал искать себе место для синхронизации. Занял большую часть кровати, а на рядом с ним устроился чибзик.

М-да, нормальную «чило-мачо-хату» нам нужно обсустроить как можно скорее.

Я надел свой шлем и просто опустился на пол, в отместку заняв чибзиковый коврик для йоги.

До катера я добрался сильно позже Боба, и он меня ждал. Ждал, ждал, но не дождался. Очень ему хотелось посмотреть на Ориджа и Уголька вживую, но вместо этого, под храп друга и сопение Мей-ли, я изучил «Стрекозу». Модель, как у Сюин, только расцветка поспокойней. На серо-белом камуфляже я не увидел ни единой царапинки, будто он и в Мерзлоту-то ни разу еще не выходил. Но клон мне понравился, если бы не ограничение по дальности, было бы совсем хорошо.

***

На следующее утро мы арендовали транспортник с прицепом, загрузили на него аэро-катер с дроидами и поехали к Данди. По дороге Боб болтал без умолку, сначала восхищаясь моим Ориджем, а потом фонтанируя идеями о том, как нам следует развивать нашу новую компанию, чтобы и он смог получить себе такого.

Затих он только тогда, когда нам перегородили дорогу две небольших (примерно с тумбочку под телевизор) гадины, похожие на растянутых мокриц. Для меня это привычное уже зрелище, а Боб проникся — оборвал свою речь на полуслове, пристегнул ремень безопасности, надел шлем и просто сказал: «Командуй, босс!»

Я моментально синхронизировался с Ориджем, и тут же перед глазами возникла куча тревожных системных сообщений. В том числе «удивление» базы данных, что эти монстры не характерны для этого сектора.

«Желтая айсидея» — она же «еллоу субмарин», как ее прозвали в народе. По данным «Монстропедии», данный вид до сих пор встречался только глубоко под землей. Чаще всего на самых нижних уровнях скайкрафтовых шахт.

Инструкция у меня оказалась простая:

— Бери плазму, лезь на крышу транспортника и стреляй во все, что движется, кроме меня.

— Понял.

Я просканировал местность, выявив аж четырех монстров, довольно быстро движущихся в нашу сторону. Пригляделся, стараясь найти у «тумбочек» слабые места, и активировал гарпун.

Тело узкое, как у креветки, но длинное. Я на глаз прикинул, что тварь примерно с полметра в холке и метра два от головы до хвоста. Насчитал шесть или семь рядов лап, точнее сложно было сказать — «субмарины» частично зарывались в рыхлый снег. Составной хитиновый панцирь предвещал трудности со вскрытием, а два толстых жвала по бокам могли представлять нешуточную угрозу. Система подсвечивала острые кончики лап и сами жвалы оранжевым.

В первую очередь появилось предложение активировать маскировку, но я отказался. Пусть Боб меня видит. Это не ради показного боя, а чтобы не пальнул ненароком.

— Сейчас бы выпить что-нибудь покрепче, — донеслось от Роберта, и я вынужден был с ним согласиться. Вспомнил караван Алисы и строителей, которые таким нехитрым образом справлялись со стрессом. Неуютное оказалось чувство, когда твое физическое тело рядом с монстрами Мерзлоты.

Выцелил ближайшую к транспортнику «креветку» и рванул к ней навстречу. За пару метров до столкновения монстр выгнулся, встал на дыбы на задних лапах, и заверещал. От избытка чувств тварь выплюнула в меня комок желтой слизи. Я уклонился. Пасть, скрытая под хитиновой пластиной, напоминала небольшой хобот — толстая чуть изогнутая трубка, сантиметров пятнадцать длиной.

— Ага, а вот и перископ нарисовался! Субмарина, блин! — прокомментировал я и рывком уходя сторону и пропуская мимо очередной сгусток кислотных слюней. — Боб, целься и пли! Не жди и не подставляйся — они плюются.

На ходу я ударил «субмарину» по хребту, но гарпун лишь глухо завибрировал, отскочив. Понятно, что бить надо между пластин, но со спины не выйдет — я убедился, что даже стыков не видно, все внахлест лежат. И спереди не подобраться — тварь и плюнуть может.

Я напал сбоку. Размашисто зарядил кончиком гарпуна по затылку стоящей на задних лапах твари, отворачивая морду в противоположную сторону. И тут же воткнул лезвие в узкую полоску в боку. Туда, где заканчивались листы панциря и начинали расти лапы. Пробил, протолкнул и дернул вверх, разрывая туловище монстра почти до головы.

Услышав выстрел за спиной, я бросился к транспортнику.

— Попал! Я попал! — заорал Боб. Даже громче, чем выстрелил.

— Молодец, за руку только меня не тряси, — ответил я. Все-таки в одной кабине сидим. — Не отвлекайся, бей следующего.

Тем временем мой Оридж подбежал к подранку. Попал Боб не смертельно, но удачно. Плазма сожгла две задние лапки, и «субмарина» больше не могла выпрямиться в полный рост. Пыталась, но заваливалась набок, крутилась, взбрыкивая лапками, и просто ползла.

Миндальничать я не стал, прыгнул сверху на панцирь. Придавил, частично раскрывая пластины и, включив режим «Колка льда», практически разрубил монстра на две половинки.

— Ой-ой-ой! Промазал! — снова закричал Боб, тряся меня за плечо.

Третья айсидея неслась к транспортнику змейкой, как самая настоящая сороконожка. Боб выстрелил еще раз, но опять промазал, лишь раскидав снежно-каменное крошево. Наперерез бросились Крабики, выскочили из-под машины и засеменили, часто-часто перебирая своими ножками, навстречу монстру. Вцепились в лапы, перескакивая с одной на другую.

Со стороны это выглядело так, будто костяшки домино рушатся. Сначала жвалы стукнулись о землю, потом подломились лапы, затем еще одни и еще. До тех пор, пока монстр полностью не рухнул в снег.

— Ща добью! — кровожадно воскликнул Роберт, а я поспешил отозвать Крабиков.

Последнего монстра тоже прикончил Боб. Пусть энергия Мерзлоты ему и не светит, но тренировка все равно нужна.

— Ты видел? Нет, скажи, что ты видел? Как я его? Ты на видео не снимал, а? — горячился потом он. И так до самого бара Данди.

Только внутри, когда мы проехали сквозь шлюз и с трудом нашли парковку, Боб наконец затих. Не устал, не успокоился, а просто все его реплики растворились в том шуме и гаме, который царил в баре.

В зале народу — битком. И практически никто не пьет, что странно. Я огляделся. Кто-то спорил во весь голос, кто-то, наоборот, шепчался, кто-то что-то вещал самодовольно, а остальные слушали чуть ли не с открытыми ртами.

Мы протиснулись к стойке и поймали вспотевшего Данди. Буквально за рукав.

— Это что за аншлаг? — спросил я после приветствия и знакомства Боба с барменом.

— Не аншлаг, а лихорадка, сечешь? — Данди чуть ли не лег на стойку, чтобы не кричать — настолько шумно было вокруг. — Причем по всем фронтам бомбануло. Про заразу слышал небось?

Я кивнул.

— Самая дорогая хрень сейчас, спрос дикий, — подмигнул бармен и небрежно кивнул на компанию седых стариков. — Народ прет! Даже те, кто уже давно на пенсию ушел. Так и это еще не все, сечешь?

— Пока нет, — коротко ответил я и оглянулся. Старики есть, конечно, но единицы, а в остальном в зале сейчас галдела сборная солянка: от каких-то охотников до корпоративных наемников.

— Землетрясение у нас было несколько дней назад. Долбануло так, что две горы с лица земли стерло, а под ними разломы образовались. Глубокие, сечешь? И там есть что-то. Говорят, в одном из них даже Ориджа нашли, но, думаю, брешут.

Глава 3

Интересное дело! Хотя землетрясения для Мерзлоты — такое же обычное дело, как и снежные бури.

— Прям разлом? — уточнил я. Перед глазами возникла длиннющая трещина, из которой постоянно лезут монстры.

— Я бармен, а не геолог, — хмыкнул Данди, успевая наливать кому-то пиво в стакан. — Кто знает, может, там полости и пещеры всегда были, а сейчас просто подземное перекрытие рухнуло.

— И много таких?

— Не знаю, трясло только наш сектор, вон, — бармен показал на полку, где стояли пивные стаканы, — уже не стройными рядами, а через один. — До нас тоже докатилось. Восемь разломов уже нашли, но, скорее всего, их больше. Здесь довольно людный сектор в сравнении с остальными, но все равно, мы, считай, как треть Австралии.

— И что там находят? — Боб не сумел сдержать любопытство. — Ориджиналов?

— Ха, в основном проблемы на свои ржавые жопы, сечешь? — Данди выдал крокодилью улыбку. — Точно я знаю, что находят в первую очередь монстров, а про все остальное только слухи ходят. Вон глянь, — с этими словами бармен ткнул пальцем в какую-то группу искателей приключений, — это до выхода в рейд они такие болтливые, а кто назад с успехом возвращается, старается смыться по-тихому и быстро, чтобы не отняли. А так да — есть стандартные легенды про богатства Мерзлоты. Кто-то Ориджинала нашел, кто-то скайкрафт, кто-то Летучего голландца видел.

— Ага, а кто-то Спящую красавицу нашел, — хмыкнул я и сделал большой глоток пива.

— Вот зря ты так, — нахмурился бармен. — Это же не просто легенда, я сам его видел, лет двадцать назад.

— Корабль-призрак? — Я все еще не мог понять, на чем настаивает бармен. Пошутили как бы и хватит.

— Почему корабль? Транспортник, — Данди посмотрел на Боба в поисках поддержки, словно удивляясь, что ему приходится объяснять такие простые вещи. — Пропавшую тридцать лет назад фуру, битком набитую скайкрафтом! Чуть ли не первая ходка была из самой первой открытой шахты.

— А «Голландец» — это потому, что владелец фирмы из Нидерландов, — поддержал бармена мой друг. — Это крутая легенда, ее все знают.

— Да какая легенда? Грохнул их, наверное, кто-то за первым поворотом, — отмахнулся я.

— Все так сначала подумали, — кивнул Данди и понизил голос, будто дальше начнется детская костровая страшилка, — пока призрак этой фуры не стал появляться в разных секторах, сечешь? А теперь и до нас добрался. Его сканеры не видят, только визуальный контакт. Маячит все время в паре километров от зданий, а приблизиться не может, будто его держит кто.

— Догнать не пытались?

— Пытались, конечно, но он же призрак — исчезает сразу, сечешь?

— Секу, конечно, но давай лучше к нашим баранам. То есть к монстрам, — напомнил я и деловито покашлял. — Мы тут по дороге встретили айсидею-субмарину, они же вроде редкие? Возьмешь?

— Возьму, конечно, — Данди попытался сдержать смех. — Возьму, они у нас теперь на вес идут. Десять килограмм за пять кредитов. Скоро, думаю, новое блюдо в меню выведу, а то креветок давно не было.

— Все совсем плохо?

— Конкретно сегодня ледяной хорек ценнее, сечешь? Эти субмарины чертовы из разломов прут и жрут все, что движется. Как саранча какая-то. Так что их пока не тащите.

Я всем телом почувствовал вибрацию барной стойки, когда рядом вздохнул Роберт. Он почти час возился с тушками, разделывая их на запчасти.

— Это тоже опыт, не переживай, — шепнул я.

— Нормуль, — тускло улыбнулся Боб. — У нас сколько, килограмм двадцать? На пиво-то хватит?

— Хватит, — кивнул Данди. — По вашему заказу есть отдельное помещение за сервисом. Там, правда, бардак, особенно после тряски. Но если сами разберете, то пользуйтесь. Возьму как за два обычных номера с парковкой. Пошли, покажу.

Данди позвал помощника себе на замену и через несколько секунд вышел из боковой двери, вытирая руки полотенцем. По дороге к нам поздоровался с кем-то, кивнул кому-то еще и попытался сбежать еще от одной компании. Было видно, что авторитет среди местных искателей трофеев на очень высоком уровне.

Мы вернулись на парковку, прошли через внутренние ворота к небольшому пандусу и спустились на уровень ниже. По сути, это полуподвальное помещение было оборудовано под автосервис и дроидосервис. Этакая шиномонтажка «два в одном».

Учитывая небольшую высоту, подъемников не было. Вместо них вдоль одной стены зияли две смотровые ямы. Одна была занята: на наших глазах туда как раз загнали чей-то видавший виды джип.

Вся другая стена была заставлена металлическими стеллажами и шкафчиками с разным оборудованием — я узнал в основном то, что всегда наблюдал в обычных шиномонтажах еще в свое время. Только здесь электроники на порядок больше, так как почти все работы выполнялись не вручную, а при помощи браслетов-контроллеров.

В противоположном конце помещения, рядом с другими воротами, стоял массивный верстак для дроидов. По обеим сторонам расположились два небольших крана-манипулятора, а сверху висел светодиодный светильник, как в операционных.

— Миленько у тебя здесь, — прокомментировал я, обращаясь к Данди, но помахал при этом знакомым парням, которые ремонтировали «Шишигу».

— Ха, у меня еще один этаж есть, — загадочно улыбнулся бармен и протянул мне ключ-брелок от ворот. — А здесь моя личная мастерская.

— И что ты там мастерил?

Я пикнул, и створка медленно поехала наверх.

— Угги, — Данди закашлялся. Как мне показалось, специально.

— В смысле валенки?

— Сам ты валенок! Это у вас, у русских, валенки, а у нас угги! — немного смутился Данди. — Это вам легко: водки выпил, песню спел — и готово! Вроде как уже о доме вспомнил. А я вот тоскую.

— А чего не носишь тогда?

Я специально посмотрел вниз, на толстые армейские ботинки бармена, а то вдруг раньше не замечал.

— Эти, — Данди кивнул на потолок, над которым должен был быть бар, — не поймут. Я же все-таки из королевского механического корпуса.

— И что, не получается?

Ворота полностью открылись, и я увидел пыльный верстак, кучу обрывков стриженых шкурок и несколько кривых поделок.

— Из местных шкурок не особо, — кивнул бармен. — Да и воняют они жутко. Не морщись. Я давно уже здесь проветрил, когда от идеи отказался.

— То есть, вопрос с тоской не закрыт? — уточнил Роберт.

— Частично. Попытки производства земляк мой на себя взял, — Данди неопределенно махнул рукой сначала в одну сторону, потом покрутился на месте и указал уже в другую. — Он на отшибе тут живет, километров двести. А сам я думал бумеранги начать делать, но с древесиной, сами понимаете, тоже засада. Короче, вон боксы — все, что вам не нужно, грузите туда, а мне работать надо. Приходите потом, вашим методом тосковать будем. И если чего-то не хватает, то говорите.

Мастерская была действительно завалена всяким барахлом. И не только неудачными попытками австралийского ремесленника, угадывались также и последствия землетрясения. Но если все разобрать, то могла получиться очень даже уютная берлога на несколько комнат.

Первое помещение — гараж под одну машину (возможно, даже аэрокатер влезет). Верстак вдоль стены, на которой были развешаны смятые выкройки. Над пустыми стеллажами висели металлические узкие шкафчики. В углу нашлось место и для старого кресла.

Сбоку две двери в независимые комнаты. Одна, видимо, когда-то играла роль спальни, так как там стояла односпальная кровать с тумбочкой. А во второй — потертый диван, плазма и стол с двумя стульями, а под потолком болталась лампочка без абажура.

Осмотрев все, я пошел к Данди со списком всего того, чего нам не хватает: два операторских кресла, вторая кровать, холодильник, чайник и канцелярские приборы или проектор. А вернулся с двумя комплектами чистого постельного белья, ящиком пива и ворохом чипсов.

Роберт тем временем загнал аэрокатер в гараж. Неудобно, конечно, туда-сюда его гонять, но пока так спокойней.

— А что, мы никого не можем для этого нанять? — спросил Роберт, двумя пальцами поднимая недоделанный валенок за краешек.

— Как видишь, особо некого — усмехнулся я. — Да и нам не помешает хоть какая-то физическая активность. Ты когда последний раз отжимался, колись?

Вместо ответа Боб взял себе банку пива.

— Ну все! Я готов! Пошли убираться.

Чибзик умыкнул из мусорки самый большой валенок, затащил под верстак и устроил себе в нем гнездо. И, на удивление, сразу же уснул. Раздававшееся из-под стола тихое сопение действовало гипнотически. Нам с Робертом тоже сразу захотелось спать. Пришлось снова идти в бар и заказывать себе кофе.

Потом я раскидал мешавшееся под ногами старье, освободил кресло и подтащил его к верстаку. Очистил стену от выкроек, уселся и уставился на пустую стену. Не хватало мне сейчас карты, стикеров и ниточки, чтобы по старинке сделать себе доску с заметками и маршрутом. По структуре всегда думается лучше.

Пришлось фантазировать.

Надел шлем и открыл перед собой карту. Выделил сектора, на которые рекомендовал обратить внимание Лэйн. Ближайший к нам расположен практически по соседству, буквально через один. Довольно старый, но безлюдный из-за того, что в нем не было абсолютного ничего. В народе его звали по-разному: «каток», «ледяная долина» и даже «скользкая смерть», что на английском звучало как название какой-нибудь рок-группы.

Идти туда не хотелось. Сводки встречались разные: упоминали и про подледных паразитов, каким-то образом перемещающихся подо льдом. И про бураны, которые сдирают обшивку, как бешеная наждачка. Этот сектор, кажется, даже не изучили полностью, а в какой-то момент просто обошли стороной.

Второй и третий варианты уже были в самой жопе мира и, к сожалению, на разных булках. То есть, даже на аэрокатере я просто не успею за сто дней (а их уже меньше) исследовать один, ничего там не найти, поехать во второй и вернуться в Вавилон. Поэтому надо будет выбирать. Или вообще забить на «разведданные» и пойти в другую сторону, надеясь на авось. Может, вообще стоит начать с местных разломов?

Я решил выбрать «каток». Навигатор предложил мне три маршрута на выбор. Все по классике: «Налево пойдешь, караваны найдешь, да в два города заскочишь». Направо пойдешь — «Никого не найдешь, но ехать долго будешь». А прямо-то быстро пойдешь, но не факт, что куда-то дойдешь.

Запросив у Данди координаты известных разломов, я добавил их на карту. Стало интересней! На левом маршруте (плюс-минус тридцать километров) сразу две отметки, на правом еще одна. А посередине бантик, то есть, «белая» зона. Либо там не тряхнуло, либо будет сюрприз.

— Боб, я, кажется, нашел нам оптимальный маршрут, — зевнул я, понимая, что готов уснуть прямо в кресле. — Роберт! Ты уснул там, что ли?

* * *

На следующий день Боб начал разбираться с документами по «Тридцать седьмой», обложив себя по кругу упаковками чипсов с разными вкусами, а я снова пошел к Данди.

Бар опустел — постояльцы либо спали, либо уже бороздили Мерзлоту. И теперь можно было уже спокойно поговорить с торговцем, который откровенно скучал за стойкой. Я выложил список того, что был готов продать, и наторговал почти на двадцать пять тысяч кредитов.

По бартеру согласился только на дробовик для Боба. Данди снова попытался впарить мне «неубиваемый» коучган. Даже историю про прошлого владельца (то есть про себя) один в один рассказал такую же, как раньше. За что тут же попал на вынужденную большую скидку по аренде — целых две недели дополнительно в подарок.

— Слушай, Алекс, — сказал Данди, когда мы завершили все торги, — а вам работа не нужна?

— Нужна, конечно, но смотря какая.

— Я вчера про земляка своего рассказывал, сечешь?

— Тот, что монстров стрижет?

— Не совсем стрижет, конечно… — задумался бармен. — Но он странненький, это не отнять. В общем, он звонил сейчас, чтобы сказать, что у него прямо на ферме после встряски образовалась трещина в земле. Сидит, говорит, с пушкой и палит во всех, кто оттуда лезет, чтобы твари по его земле не шастали. Хочет вниз спуститься, но понимает, что один не вытянет. Возьметесь?

— Что по деньгам?

— Половина того, что найдете внутри, плюс угги в подарок, — Данди улыбнулся. — Он, в отличие от меня, наладил все-таки производство.

— Ты говорил, он недалеко живет?

— Да, сейчас скину тебе координаты.

Тач-панель пискнула, а я сразу же совместил полученные данные с маршрутом на основной карте. Примерно между левым и центральным маршрутами, ближе к центральному. Крюк есть, но незначительный.

— Ладно, давай попробуем…

***

Добро пожаловать в центр управления 偵स्काउट्察

ЧИЛАБ на чиле!

Временно изменил приветственную надпись — мне хотелось что-то с бизнес-уклоном, но в голову почему-то упорно лезли только все эти робертовы «мачо-дачо — бабло фигачу». Так что сделал пока промежуточный вариант.

До земли австралийского «фермера» мы домчали всего за два часа, и теперь уже двадцать минут трезвонили в звонок на воротах.

— Все-таки «странненький» — это слишком мягко сказано, — пробухтел Боб. — Он вообще когда-нибудь откроет? Сколько можно нас сканировать? Он всерьез думает, что мы рептилоиды?

— Видимо, он Данди звонит для проверки, а тот занят и не отвечает, — предположил я. Еще раз надавил на кнопку, параллельно повторно пытаясь связаться с барменом.

Первое впечатление не сложилось. Нас сначала чуть не подстрелили, а потом мурыжили какими-то нелепыми вопросами, в духе: «Докажите, что вы земляне, нет ли за нами хвоста и не аффилированы ли вы с какими-то спецслужбами».

В диагнозе мы с Бобом сошлись на сто процентов, и термин «странненький» сразу обрел кучу других важных дополнений к основному смыслу. Псих-затворник, верящий в высшие силы и рептилоидов, которые через Мерзлоту хотят проникнуть в наш обычный мир.

— Ну и вонь же здесь! — донеслось от Боба. — У меня ни разу такой сильной обанятельной синхронизации не было.

— Тихо! Кажется, идет кто-то.

Я подпрыгнул и ухватился за забор в том месте, где не было колючей проволоки. Выглянул, разглядывая ферму. Назвать ее станцией язык не поворачивался. Скорее даже ранчо.

Маленький двухэтажный дом вплотную облепили несколько крупных ангаров, а на всей территории от забора до дома было организовано пастбище. Невысокие, плетеные из арматуры заборы делили поле на почти ровные квадраты. И как минимум в двух из них пасся кто-то лохматый. В ближайшем сидели монстры, похожие на ледяных хорьков, только на порядок крупнее. Либо он их здесь откармливает, либо нашелся еще один подвид.

Что творилось в самом дальнем, разглядеть отсюда было несколько сложнее. Бобтейлы какие-то гиперлохматые. Слипшийся обледенелый мех свешивался сосульками. Животные в основном тупо жались друг к дружке и что-то постоянно подъедали из длинных стальных корыт. Интересно, чем он их там кормит. Или они…

Из-за ангара вышел инженерный дроид. Он прошел несколько метров и остановился. А через несколько секунд появился второй. Модели из американской космической серии, снятой с производства десять лет назад. Если память мне не изменяет, то первым шел «Сатурн», а вторым «Юпитер». Оба угадывались с трудом из-за огромного количества кастомных обвесов.

Много дополнительной брони и оружия. На плечах компактные ракетные установки, в руках, на специальных креплениях к предплечью, пулеметы. Передвигались они по очереди: один пройдет, остановится, потом второй — и так до самых ворот.

— Можно же просто кнопочку на сенсорном экране активировать, что он тянет-то? — спросил Роберт.

— Аналоговый фермер, хочет, видимо, вживую нас проверить, — я помахал рукой дроидам, чтобы те не пальнули ненароком, спрыгнул на землю и снова надавил в звонок.

— Иду! — послышался приглушенный голос из-за забора.

Еще через десять минут ворота, наконец, распахнулись, и мы практически в упор уставились на поднятые стволы.

— Мир вашему дому, — радостно сказал я и развел руки в стороны, словно хотел обнимашек. — Мы от Данди.

— Да, он предупредил, — прохрипел дроид. Явно плохо настроен динамик.

— Проходите, наша цель — серый ангар, — выдержав паузу после первого дроида, проскрипел второй.

— Нам бы разлом увидеть, — сказал Боб.

— Понимаю, — снова ожил первый дроид. И опять повисла пауза.

— Он прямо под ангаром, — эстафетная палочка переговорщика перешла ко второму. — Пойдемте, я готов.

Снова томительная пауза, и дроид повернулся боком, показывая рукой дорогу.

— Какие-то они тормоза, — фыркнул Боб, сидя на диване в берлоге.

— Нет, думаю, там один человек, и он между ними синхронизируется, — ответил я, выпустил Уголька и пошел вперед. — Давайте, показывайте, где там у вас дырка в паркете.

Глава 4

Мы прошли за первым дроидом к ангару. Второй замыкал шествие. Двигалась наша процессия довольно медленно. Один раз я чуть не налетел на того, что шел впереди, когда он затормозил и застыл на дорожке, чтобы подождать отстающего.

В общем, как-то мы довальсировали до небольшой серой постройки, проделав путь, который занял бы от силы пять минут, за пятнадцать. За это время, хоть и с паузами, познакомились. Оператора звали Гуперт, и он когда-то очень давно служил вместе с Данди. На Четвертом полюсе они оказались вместе, но, в отличие от бармена, Гуперт не любил шумные сборища — был уверен, что в толпе всегда есть шпионы. Неважно чьи — спецслужбы, комунисты, рептилоиды — он всех подозревал. Судя по всему, Гуперт не любил вообще всех, предпочитая жить в одиночестве и в глуши.

— Ты вниз тоже на двух дроидах пойдешь? — спросил я, когда мы подошли к ангару.

— Нет, «Юпитера» здесь оставлю, — ответил дроид. Правда, не тот, с которым я разговаривал. — Если что, он нас вытащит. Я один никогда не хожу.

— Предусмотрительно, — кивнул я. Делая комплимент Руперту, я даже не покривил душой, вспомнив, как со спотом шел «Таймыра» выручать.

Левая сторона ангара покосилась и сильно накренилась. Казалось, тронь пальцем, и развалится. «Сатурн» открыл кодовый замок и отодвинул сломанную створку, волочившуюся по замерзшей земле. Дверь протяжно заскрипела, открываясь.

— Шельма проклятая, — проговорил «Сатурн» и прошел в темный проем. — Каркас погнуло, но не теките маслом, железяки. Тут все еще нас с вами переживет.

— А что значит «течь маслом»? — поинтересовался Боб. — И главное, зачем?

— Не ссыте, говорю, — сплюнул Руперт. — Данди сказал, что вы ребята толковые, так что разжимайте жиклеры, и ходу!

— А что та… — опять начал Боб, но передумал и обратился напрямую ко мне в берлоге: — Что такое жиклеры?

— Деталь такая, дозирует расход горючки или воздуха. Но что он имеет ввиду, я не знаю, в дроидах такое не встречал.

До того, как Мерзлота внесла свои коррективы в бизнес друга Данди, тут был производственный цех, точнее, дубильня. Об этом говорили стальные цистерны, подставки для сушки и складирования шкур, длинный стол для выкроек и растянутая на манипуляторах чья-то шкура.

— Сука, — снова еле слышно пробормотал инженер, распихивая ботинком какие-то железки на полу.

— Как ты думаешь, он считает, что это натворили рептилоиды или спецслужбы? — спросил Боб.

— Даже думать об этом не хочу. Будь внимательней.

Прямо посередине зала бетонный пол разошелся по шву, словно одна из шкурок. Вздыбившиеся от движения плиты, которые были когда-то полом, торчали острыми осколками по разные стороны от образовавшегося двухметрового провала. Вперемешку с арматурой, камнями наружу выбросило и куски льда. Некоторые просто болтались на остатках сетки электроподогрева.

Руперт со злостью оторвал один такой кусок и выругался. Кажется, на каком-то австралийском диалекте. По крайней мере, мой переводчик это не осилил.

— Много тварей отсюда вылезло? — спросил я, разглядывая темные пятна на полу, пустые гильзы и следы, оставшиеся от волочения тел. — И кто вообще лезет?

— Повылезали, падлы! Сразу штук пять многоногих и потом еще парочка покрупнее и поносастее. Как назло, все лысые, но хотя бы на корм хрюшкам моим пошли, — выдал чересчур длинную речь дроид и завис.

Я подошел к краю разлома и заглянул внутрь. Темно, и камни с ледышками торчат со всех сторон. Посветил внутрь фонариком — нашел пару ступенчатых выступов, а дальше придется разбираться на месте.

— Ну что? Все готовы? — обратился я к Бобу и к фермеру. — Я спускаюсь первым. Боб, ты в середине. А ты тогда замыкаешь. Идет?

Дроиды кивнули. Мы настроили внутреннюю частоту и приготовились к спуску.

Я сел на край разлома, выпустив Уголька лететь вперед. На проекции высветились две неровные, почти вертикальные стены. Я не эксперт в таких делах, но прикинул, что скала под нами раскололась, и одна из ее частей ушла глубже. А кусок второй, наоборот, вздыбился, образовав под собой щель, которая уводила к каким-то пустотам, которые Уголек разглядеть пока не мог.

В голове всплыли какие-то отдельные обрывки воспоминаний про гравитационные и ледниковые пещеры. Вот, видимо, там что-то такое и было, а сейчас просто проход дополнительный открылся.

Спускаться придется около сорока метров, но зацепиться вроде есть за что.

— Руперт, может, трос есть какой? С лебедкой?

— Есть, — не стал спорить дроид. Его броня скрипнула от кивка. — Но как бы и нет.

— Это как так?

— Он там уже, внизу. Его тварь какая-то утащила, — вздохнул Руперт, а его дроид махнул рукой на жалкие остатки стальной конструкции, где раньше крепился механизм лебедки. Сейчас она была вырвана с корнем. — Я, собственно, поэтому помощь и позвал.

— Ясно.

Я еще раз глянул на показания сканера, а потом спрыгнул на первый выступ и начал спускаться.

— А я спрыгнуть сразу не смогу? — уточнил Боб. Должно быть, в нем теплилась надежда все же хоть разок использовать ноги своей «Стрекозы» по назначению.

— У тебя «Стрекоза», а не кузнечик. Можешь только наудачу, — спокойно проговорил я, цепляясь за обледенелые камни, которые казались более или менее крепкими. — Ползи прямо там, где я.

Когда мы спустились по стене метров на десять, я почувствовал слабые волны энергии. Причем по ощущениям, они распространялись на все пространство. Может, просто энергия разлома? Если такая бывает, конечно. На проекции никаких ярких точек, которые могли бы служить источником, я по-прежнему не видел.

Обернулся и посмотрел вниз. Метрах в трех от того места, где я был, располагалось небольшое плато. А вот и площадка для прыжка. Я спустился еще немного и спрыгнул на неровную каменную поверхность.

Вслед за мной на выступ приземлился Боб, который пыхтел в кресле так, как будто по скале полз лично он, а не его дроид. Еще наверняка будет мне вечером доказывать, что он физически сегодня выработал дневную норму. А через минуту к нам присоединился молчаливый фермер.

Уголек уже порхал внизу, но далеко не улетал. Предстояло пролезть еще столько же по отвесной стене, прежде чем можно будет свернуть в пещеру. А сколько же до дна или конца разлома? Так далеко, что даже дрон не может просветить?

Тут сверху послышались английская ругань и удивленный возглас Боба, переходящий уже в отборный русский мат. А я едва успел увернуться от летящего в меня обледенелого камня.

— Боб, в сторону! — заорал я, когда понял, что случилось.

«Стрекоза» реально, как кузнечик, метнулась вверх и вправо, перехватившись за соседний выступ, но не успела полностью отползти. Инженерный дроид фермера полетел вниз, безуспешно пытаясь зацепиться каким-то крюком за стену, поймал Боба за ногу.

— Держись на стене! Как хочешь, но держись! — закричал я.

Сам подался влево, одной рукой воткнул клинок так глубоко в камень, как только смог, и вжался в стену, а второй постарался схватить пролетающего мимо дроида. Удалось! Меня дернуло до скрипа в «суставах» и чуть не утянуло вниз. Клинок задрожал, потребляя двойную порцию энергии, и на пару сантиметров все-таки выскочил из скалы.

Удержать груженого броней и пушками кастома я не смог, лишь прокатил его на руке, как на тарзанке, и подтолкнул в сторону широкой площадки в паре метров внизу.

Дроид с грохотом шмякнулся на камень, начал сползать вниз, но выкарабкался. А я уже скакал вверх, чтобы подстраховать «Стрекозу», висящую буквально на краешке «крылышка» (в перчатке этой модели имелся свой скрытый коготок-крючок).

— Давай! Под тобой есть выступ! Тяни свой костыль правее, еще тяни… Руку дай…

Я закрепился рядом с Робертом и помог ему спуститься на ровное место.

— Черт, вогнал крюк, мне показалось, что выдержит. А он, падла, почиркал вниз. Происки инопланетян, не иначе. Они не хотят нас пускать на свою территорию. А значит, там внизу их база. — пробубнил Руперт, но потом вдруг заговорил человеческим языком. — Спасибо тебе, а то второго дроида бы уже потерял.

— В смысле второго?

— Ну… — замялся фермер. — У меня вчера не только лебедку утащили.

— А что сразу-то не сказал? — возмутился запыхавшийся от нервов Боб.

— А вы бы пришли тогда?

— Так кто на тебя напал-то?

— Я и сам не понял! — Руперт опять сплюнул, а потом и довольно громко высморкался. — Я на лебедке спокойно спустился, там лаз конусообразный, но негладкий. Пустоты и ответвления темные всякие… Видать, оттуда что-то и вылезло — на меня со спины напали. А потом и трос вырвали. Простите, что сразу реальный уровень опасности не обозначил, но помогите, а?

— При таком раскладе нам не пятьдесят процентов, а все восемьдесят, — неожиданно включился Боб, опередив меня.

— Семьдесят и моего клона не делим, — попробовал поторговаться Руперт.

— Семьдесят восемь, — азартно ответил Боб.

Я участвовать в торгах не стал. Делить шкуру неубитого медведя — такое себе. Поговорка, мол, человек предполагает, а Мерзлота располагает — здесь была чересчур актуальна.

До дна трещины мы добрались без приключений. Точнее, трещина под углом уходила глубже, но уже скорее напоминала деформационный шов. А вот там, где был стык каменных плит, открылся проход в длинную галерею, которую Уголек просвечивал своим сканером только метров на тридцать вперед.

Ночное зрение дроидов сейчас мне только мешало — слишком однородная получалась картинка, и поэтому мы зажгли фонари. У «Сатурна» над плечом появился здоровенный прожектор, у «Стрекозы» свет шел прямо из узких визоров, а мне пришлось активировать щит. Я повесил на него одного Краба, а второго зафиксировал за спиной.

— Я готов, идем?

— Подождите! — попросил Руперт. Его дроид наклонился, высвечивая что-то на полу. — Вот след от стойки, а вон борозды и сколы. В галерею уходят.

— Держим ушки на макушке, идем друг от друга на расстоянии пары метров. Чтобы в случае чего можно было сдать назад, — сказал я и, пригнувшись, первым вошел в тоннель. — Следим за спинами друг друга. Руперт замыкающий.

Внутри галереи было темно и мрачно. Каменные стены и потолок словно стремились сдавить нас со всех сторон, и нам приходилось прилагать усилия, чтобы продвигаться вперед. Энергия здесь чувствовалась сильнее. Но Уголек по-прежнему показывал только проекцию машрута.

По моим ощущениям, тоннель, по которому мы пробирались, уходил вниз. Но не резко, а постепенно. Вместе с ним и потолок понемногу опускался.

Я добрался до первой дыры в стене и запустил туда дрона. Что-то типа рукава или узкая тупиковая шахта. Следующий такой «люк» встретился в потолке, но он также никуда не привел. В какой-то момент сузился так, что даже Уголек не втиснулся.

— Долго еще? — спросил Боб, захрустев чипсами, которые он заблаговременно заготовил себе перед тем, как войти в синхронизацию.

По мне проскочил чибзик, прибежавший на шуршание упаковки и начал скакать вокруг наших ног. А потом и вовсе запрыгнул ко мне на колени, но, не получив ожидаемой реакции, перелез на Боба и попытался угнездиться там. Судя по мурчащим и хрустящим звукам, свою порцию получил.

— Напарник, соберись! Иначе у тебя будет всего одна характеристика в трудовой: «Он хорошо ладил с чибзиками».

— Почему ладил? — спросил Боб, но отвечать я не стал.

Вместо меня ему ответила пещера. Впереди и над нами загудели стены, словно сами мерзлые камни вздохнули. Лениво и протяжно. Потом легонько тряхнуло, и за спиной, откуда мы только что пришли, послышался стук падающий камней.

— Понял, принял, исправлюсь! Кыш отсюда! Видишь, нам влетело из-за тебя? — прошептал Боб. — Это землетрясение?

— Тихо, приготовьтесь, — скомандовал я. У меня на проекции вспыхнула оранжевая точка, которая начала к нам приближаться. — Отойдите чуть назад! Я пока не вижу, что это.

Правда, не прошло и минуты, как я это увидел. Гигантская «субмарина», еле вмещавшаяся в тоннель, двигалась прямо на нас, задевая головой потолок. Выпятила свой «перископ», явно готовясь плюнуть в нас своей ядовитой жвачкой.

Я успел быстрее — активировал пистолет, прицелился, взяв чуть выше плевалки, и выстрелил. Пуля из скайкрафта — моя гордость и мои же горькие слезы, — оставив аккуратную дырочку на безглазой морде, прошла хитиновый панцирь насквозь и дважды чиркнула где-то вдали по камням.

— Красиво ты ее! — воскликнул Боб, который достал дробовик и сейчас целился прямо в меня.

— Убери оружие! Она сдохла уже! — прикрикнул я, слегка опасаясь пушки у «Стрекозы» в руках.

Может, брать с собой Роберта — это не такая уж хорошая идея? Но других друзей у меня все равно тут нет. Только знакомые. И старик Симонов еще, который, конечно, мне не отец, но что-то типа крестного. Ладно, еще сделаем из Боба крутого покорителя Мерзлоты!

Я перезарядил пистолет, пересчитал оставшиеся патроны. Четыре штуки всего. Мне срочно нужен скайкрафт, и побольше!

Кое-как мы протиснулись мимо трупа айсиндеи и пошли дальше. Метров через тридцать обнаружили, что идти придется на четвереньках, а потом и вообще оставалось только ползти, но зато втроем в один ряд. Лаз становился все ниже, но при этом заметно расширялся.

Нашли еще один «люк», из которого вылезла «субмарина» — хотя она почти плоская, могла и так проскочить. Уголек слетал на разведку.

Сначала нас ждала отвесная труба на несколько метров, а потом разветвления разной толщины, расходящиеся во все стороны, как ходы в муравейнике. А самый толстый шел параллельно с нами, так что мы решили даже не пытаться туда залезть.

Вскоре впереди замаячил свет, и, когда можно было только ползти (мне пришлось Краба снять со спины, а Руперту чуть ли не половину кастомных установок толкать перед собой), мы выбрались на узкую площадку, под которой разверзлась самая настоящая пропасть.

— Ох, ни хрена себе! — сказал Боб, пытаясь очистить перчаткой визор. — Вот это яма! Это все изо льда?

Я тоже глянул сначала вниз, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Дна не увидел, как и противоположной стены, — фонарь, по крайней мере, не добивал. А Уголек отлетел уже метров на двести, но никакой картинки так и не выдал пока.

Потолок зато был виден вполне отчетливо. И свет до него доходил (метров пять всего) и сам он походил на кусочек сыра с дырками, из которых пробивалось слабое свечение. Вряд ли прямой свет шел с поверхности, скорее это какие-то отражения от ледяных глыб. Через самые широкие отверстия даже легкий снежок пролетал, искрясь в сиянии наших фонарей.

От нашего «балкона» вверх и вниз вплотную к стене шла узкая (в самом широком месте не больше двух метров) дорожка. Она закруглялась по форме стены и терялась в полумраке.

— Это природа так построила, или кто-то руку приложил? — спросил Боб.

— Пока не пойму, слишком все ровненько и гладко.

— Зато я пойму! Я же говорил, что это все не снега и льды, а инопланетные тварюги. Вон чего понастроили, чтобы сжить нас со свету! — забормотал Руперт, обращаясь в первую очередь к самому себе, а не к нам. — Там логово рептилоидов чертовых, и клона моего они туда утащили — вон следы даже есть.

— Пошли поищем твоих рептилоидов, — перебил я. — Спускаемся! Аккуратнее со своими ногами. Тут скользко, — предупредил я Боба.

Мы спустились достаточно глубоко вниз. Настолько глубоко, что если закинуть голову, то верхнуюю границу котлована уже не увидеть.

Уголек отчитался, показав круг диаметром почти два километра. Неровное дно, усеянное ледяными глыбами. Кучу ответвлений-отнорков у самого дна. Я прикинула, что в самом большом из них можно идвухэтажное метро запустить.

Внизу, в ледяном лабиринте, курсировали «субмарины». И было кое-то еще! В противоположной стене от места, где заканчивался наш спуск (почему-то хотелось назвать его серпантином), слабо пульсировала искорка энергии! Мы нашли запасы скайкрафта!

— Внизу монстры, будьте начеку, — бросил я, не отрывая взгляд от своей новой цели.

— Мне кажется, или здесь с каждым следующим метром становится все холоднее и темнее, будто у фонарей батарейка садится? Как такое вообще возможно? — поинтересовался Боб шепотом.

— У меня есть версия, хочешь расскажу? — оживился Руперт.

Но Боб не захотел. Он окончательно притих, придавленный царящей вокруг давящей атмосферой. В ней действительно было что-то такое, чему я никак не мог подобрать определение. Было что-то жуткое в этой тишине.

Если верить таймеру, то весь спуск по тропе занял около двадцати минут, но мне показалось, что мы ползем так уже целую вечность.

Почему-то возникла ассоциация с космонавтами, которые один за другим выплывают из корабля в открытый космос. Просто поймал себя на том, что уже потерялся: неясно было, где верх, а где низ. Некая невесомость, ориентиром в которой служила лишь проекция на экране.

— Земля! Я вижу землю! — вдруг заорал рядом Боб, выдернув меня из напряжения.

Я встрепенулся и тоже посмотрел вниз. Боб был прав. Еще каких-нибудь тридцать-сорок метров, и мы окажемся хотя бы на твердом покрытии.

Я спрыгнул на лед и поежился в кресле. Тут холод пробирал до костей.

— Вы тоже это чувствуете? — свистящим шепотом спросил Боб. — Как на кладбище.

— Да уж, — отозвался я. Хотя на всех кладбищах, на которых я бывал ранее, было гораздо теплее.

После того как Руперт тоже оказался внизу, я сверился с картой и задал направление на источник излучения. Прошел мимо трехметровой глыбы льда и почувствовал, как под ногами что-то хрустнуло.

Посмотрел вниз. Оказалось, что я наступил на огромное ребро какого-то монстра, наполовину торчащее изо льда. Чуть поодаль нашелся и череп, похожий на останки динозавра.

— А ты был прав, когда говорил, что это кладбище, — сказал Руперт.

— И ты был прав, когда говорил, что это рептилоиды, — радостно выдал Боб.

— Это не рептилоиды, а рапторы, — вмешался я, не дожидаясь, пока Боб поверит во всю эту чушь. — И не кладбище, а поле боя.

Все «поле», на котором мы оказались, было заполнено замерзшими остатками каких-то существ. Сколько хватало глаз, мы видели одни сломанные кости, застывшие в верхнем слое льда. Впрочем, были и черепа, и спины с клочками покрытой льдом шерсти или кожи.

— Алекс! Смотри! — раздался на удивление бодрый голос Боба. Я обернулся на звук. — Я себе руку нашел! Соберу Ориджа по кускам. Такого, по-моему, еще никто не делал.

— Никто, потому что так это не работает, — тихо засмеялся Руперт.

Я подошел к Бобу и тоже наклонился над его находкой. Из мутного льда торчала рука, вырванная из плечевого сустава. А чуть поодаль, между двух больших костей, похожих на лапы, виднелся и вмерзший шлем с разбитым визором.

Мы двинулись дальше, прокладывая себе путь по неровным буграм, между скелетами монстров и находя по дорогу все новые и новые останки Ориджиналов. Уголек корректировал наш маршрут, уводя нас все дальше от оранжевых и красных точек.

— Сколько же лет все это здесь лежит? — спросил Роберт, не обращаясь ни к кому конкретно. — И что они здесь все делали?

— Видимо, что-то охраняли…

Я осветил фонариком целое нагромождение костей, среди которых увидел несколько Ориджиналов. А за ними в стене открылся вид на круглые ворота из астериуса, похожие на огромный переборочный люк, как на подводной лодке. Толстые покрытые ржавчиной петли угадывались сбоку, но… ни замка, ни звонка, ничего. Возможно, создатели оставили какие-то символы, но прочитать их было уже невозможно.

— Я знал, всегда знал, — голос Руперта задрожал. — Как будем вскрывать?

Я посмотрел на сканер. Точка, которая фонила, мигала чуть дальше вдоль каменной стены.

— Никак. До нас уже все вскрыли. Туда взгляни.

Я высветил фонариком ледяную глыбу. Но на самом деле это был череп огромного раптора. Его позвоночник с ребрами уходил куда-то к центру котлована, куда свет уже не доставал. А вот кости передней лапы были видны прекрасно. Они лежали прямо перед нами, частично уходя в стену.

Коготь — настоящий лом, а то и отбойный молоток! — пробил в стене небольшое отверстие, в которое, если постараемся, то можем и пролезть.

Глава 5

Я подошел к огромному черепу размером со школьный автобус, не меньше. На тех участках, где не осталось льда, кость уже сильно пожелтела. Всю поверхность головы раптора покрывали трещины — от глубоких борозд до поверхностных серых паутинок. Костные выступы уходили от самого основания вверх, образуя на макушке что-то вроде короны. Я заглянул в пустые глазницы, глянул на торчащий из пасти сохранившийся клык. Второй валялся тут же, под ногами.

Представил сначала, как этот гигант бродил по земле, а потом почему-то вспомнил, как ездил с родителями в Москву смотреть на скелеты динозавров в палеонтологическом музее. Кто бы мог подумать, что в итоге я сам найду скелет кого-то подобного глубоко под землей, в самом сердце Мерзлоты.

Боб отирался у пасти монстра, стараясь разжать челюсти, чтобы полюбоваться тем, что внутри.

— Может, как-то впихнем его на логотип? — спросил мой друг, ерзая в кресле. — Уж больно внушительно выглядит.

— Лучше, как ты предложил, чибзика впихнем. И ничего не внушительно, а вполне себе обыденно. Ты просто мало что в Мерзлоте видел пока, — отозвался я, тоже усаживаясь поудобнее. Я уже скучал по своему старому креслу на сорок второй!

— Совсем-совсем не внушительно? — расстроился Боб. — В зачет нашей исследовательской деятельности не пойдет? А, пофиг! Все равно сниму видосик на всякий случай. Заодно зафиксирую находку.

Тут Боб был прав, конечно. Задокументировать то, что мы нашли, не помешает, раз мы на исследовательский грант собрались подаваться. Чем больше доказательств нашей перспективной полезности удастся предоставить, тем больше шанс получить деньги.

— Не нравится мне все это, — сказал Руперт. — Что-то в этой дыре нечисто.

— Скорее всего, в этой дыре убежище древних, — проговорил я. Подошел к стене и стал изучать швы и стыки на поверхности. — Есть версия, что они пережили какой-то катаклизм, и, видимо, скрывались в убежищах, чтобы переждать.

— Известно какой! — фыркнул Руперт. — Чертовы коммуняки небось долбанули-таки по гребаным янки?

— Что-то я сомневаюсь. Даже в мое время такого уже не могло быть… — последнюю фразу я добавил уже вполголоса, про себя, а заодно вспомнил проекцию, которую я видел в «планетарии». — Скорее всего, всему виной метеорит или комета.

Я подошел к Руперту и заглянул в отверстие в стене, проделанное когтем. В нос сразу ударил затхлый сырой запах. Если бы в Мерзлоте что-то могло сгнить, то, наверное, воняло бы именно так.

Посветил фонариком. Луч света ударился в еще один скелет, а потом упал на стену из астериуса. Большуб часть ее поверхности покрывала какая-то ползущая «плесень» рыжего цвета. На полу валялись крошки льда и камней, пыль осталась только по углам, заваленным чем-то заледенелым. А в центре остались явно свежие следы. Если это и было убежище древних, которое атаковали рапторы, то, судя по всему, здесь уже обосновались новые хозяева.

— Ну что? Погнали? — обратился я к своей команде.

— А освежителя воздуха в арсенале твоего Ориджа случайно нет? — спросил Боб.

— Может, на каком-то сотом уровне и есть. Пошли!

Я выбил ногой парочку особо острых обломков и первым пролез в дыру. За мной последовал Руперт, а потом и Боб.

Мы оказались на ровной площадке, пол которой был слегка тронут льдом. Дорогу перегородил полуразрушенный скелет раптора, придавивший сломанного дроида. Перешагнув через лапу и обойдя останки, я снова подошел к черепу. В затылке чудовища зияла огромная дыра, а на потолке смерзлось что-то бурое с остатками черепной коробки.

— Дроида моего сюда утащили, — сказал Руперт, поднимая с пола какой-то предмет. — Вот! Бленда от камеры заднего вида. Ни с чем его не перепутаю. Сам собирал, чтобы и на затылке глаза иметь!

— Е-мое! — воскликнул Боб, который отвлекся от раптора и бродил по помещению от одной стены до другой. — Тут «мертвых» Ориджей целый отряд! Из всех этих обломков точно получится целый.

— Не получится, — процедил Руперт, — говорят же тебе, не работает это так. Скайкрафт можно обрабатывать только чистым. Он свои свойства передает только один раз.

— А если вместе скайкрафтовые детали соединить? — не унимался Боб, который набрал в руки уже целую кучу драгоценного «металлолома».

— Не будет он энергию проводить, — Руперт попытался что-то изобразить руками. — Он как глина. Пока свежий и сырой — лепи что хочешь, а если обжечь — можно только разломать. Ну или на полку поставить, чтобы пылилось. Даже если ты вот эту руку веревкой к телу примотаешь, с ней контакта не будет. Просто дубина получится.

Боб бросил все свои находки на землю и грустно вздохнул.

— Все-то не выкидывай, — усмехнулся Руперт. — Дубину можно сделать. Или бронепластины. Геморно только, и на коленке не получится.

— Пошли уже! На обратном пути что-нибудь заберем, — перебил я и указал вперед на темный коридор. — Энергия идет оттуда, есть шанс найти что-то получше и дроида твоего спасти.

Никакого плана эвакуации на входе не висело. Все, что мы смогли рассмотреть с того места, где стояли, — это стены из астериуса, где-то пробитые до камня, и какие-то неровности под потолком. То ли коммуникации, то ли просто конструкции, поддерживающие потолок.

Уголек попытался помочь с картинкой, но проекция явно охватила не все. По краям осталось довольно много незаконченных линий. По тому, что показал его сканер, можно было предположить, что здесь около двух тысяч квадратных метров и много различных помещений, которые тянутся с обеих сторон от пересекающихся коридоров. Затем лестница вниз. Снова коридор с комнатами и несколько больших помещений, переходящих одно в другое.

Ясно, что это не просто бомбоубежище, чтобы переждать атаку метеоритов. Это скорее целый комплекс для жизни во время полноценной ядерной зимы. Хотя о подобных сооружениях я мог судить только по одной из любимых игр детства — «Фоллаут». И при таком раскладе здесь вполне могла жить община, насчитывающая человек двести. По крайней мере, до тех пор, пока к ним в гости не пришли рапторы.

— Путь у нас один, — сказал я, обернувшись к своим спутникам. — Прямо по коридору. Я проверяю помещения, вы прикрываете. Смотреть в оба, не отвлекаться.

Как бы в подтверждении моих слов экран замигал множеством красных и оранжевых точек, которые стекались из разных уголков пространства в нашу сторону. Почувствовали, твари!

Я приготовил гарпун и сделал несколько осторожных шагов вперед, подтягиваясь к первому ответвлению.

Одна из точек находилась прямиком за углом. Я чиркнул гарпуном по стене, привлекая внимание, и тут же метнул его в жирную каракатицу, появившуюся из-за угла. Какой-то родственник «субмарины», у которого вместо «перископа» с ядом, имелась полноценная зубастая пасть.

За моей спиной застрочил пулемет Руперта. А я выбежал обратно к дыре в стене и успел вовремя прикрыть Боба, который отбивался сразу от двух тварей. Одну он достаточно метко прикончил из дробовика, а второй воткнул приклад «неубивайки» в зубы и лупил по ее хитиновому черепу рукой старого Ориджинала. Эффект был слабым, так что пришлось помочь гарпуном.

— Сюда! — закричал Руперт, выглядывая наружу. — Тут еще штук пять за нами подтянулись.

Мы окружили проем, и по одному встретили гостей (или, скорее, новых хозяев этого места), а потом их же телами попытались забаррикадировать дыру.

— Вот же гады, так и прут! — проговорил Руперт, заталкивая жирное тело мертвого монстра в общую кучу.

— Вроде пока тихо, — ответил я, сверившись с системой, но на всякий случай оставил одного арахнида охранять проход.

Мы вернулись в коридор и пошли осматривать убежище.

Только сейчас, стоя напротив одной из дверей, я заметил, что она была полукруглой формы и больше походила на люк космического корабля, чем на обычную дверь. Что-то мне космос везде мерещится, это неспроста.

Просканировал и прощупал все по кругу в поисках замка или хоть какого-то механизма, но ничего так и не обнаружил. Попробовал открыть ногой. Но тоже не вышло.

— Вот эта открыта! — прокричал Боб, который уже стоял перед следующей.

Мы зашли в комнату и удивились ее размерам: тридцать метров или около того. А не зря мне пришла в голову ассоциация с космическим кораблем! У противоположной от двери стены располагалась панель, которая выглядела как большой пульт управления. Я подошел поближе и с сомнением посмотрел на сломанные рычажки и два разбитых экрана. Из правого вылез маленький белый краб-падальщик. Придирчиво нас оглядел и скрылся обратно.

— Похоже, эти технологии уже не включить, — задумчиво пробормотал Боб.

— Согласен.

Я попробовал сковырнуть клинком панель, под которой спрятался падальщик, но лишь спугнул сразу целую кучу совсем уж мелких созданий, брызнувших во все стороны.

Добрая четверть панели оказалась и вовсе разрушена чьей-то огромной лапой. Слева от нас, почти под потолком, я увидел две ниши, выдолбленные в стене. Вылитая антресоль, а может, это такое место для сна, или вообще что угодно. Повсюду на стенах, на потолке, частично уже и на полу обосновалась все та же ржавая плесень, которую мы видели при входе.

Я посмотрел под ноги. Обломки пульта, кости, хитиновый панцирь. Вдруг увидел под нижней нишей голубой кристаллик. Система материал не определила. При ближайшем рассмотрении, я так и не решил, то ли это такая линза от какого-то прибора, то ли самостоятельный прибор. Повертев находку в руках, закинул ее в рюкзак. В крайнем случае продам на аукционе археологов.

— Опять они! — крикнул Руперт из коридора. — Эти какие-то другие, с зеленым отливом и рогами.

Раздались выстрелы вперемежку с непереводимой игрой слов. Руперт долбил короткими очередями, после каждой высказывая все, что он думает об устройстве этого мира.

Я выбрался в коридор, чуть не поскользнувшись на зеленой жиже, натекшей из трупов монстров. Метнул в темноту Крабика, а сам бросился к противоположной стене, к еще одному открытому дверному проему. Оттуда, семеня лапками и расталкивая друг друга, выскакивали рогатые многоножки. В свете фонарей их панцири отливали зеленым, как брюшки навозных мух.

Боб выскочил за мной и прикрыл наши с Рупертом спины. С его стороны сразу же раздался сдвоенный выстрел, и после довольно быстрой перезарядки еще один.

— Фух, упарился! — пропыхтел Руперт, когда поток монстров в коридоре схлынул, а я закончил зачистку комнаты. — Откуда они берутся только? Я всегда говорил, что день, когда яйцеголовые клонировали первую овцу, был Судным днем для всего человечества.

Помещение, в котором я оказался, выглядело еще более разрушенным, чем предыдущее. Большую мерзлую дыру в стене окружала плесень и какой-то губчатый мох. В правом углу переливалась кристалликами уже знакомая мне по другим пещерам Мерзлоты паутина. Она начиналась сверху и сползала вниз, захватывая стену с двух сторон.

Я задрал голову и увидел, что весь потолок покрыт паутинными коконами. Их тут висело около сотни, не меньше. Коконы светились изнутри оранжевым светом, а внутри них что-то шевелилось. Часть уже была пустая, а из одного, прямо у меня на глазах, начало что-то вылазить.

Склизкое, будто обслюнявленное, существо с кучей ножек по бокам. Тело светлое, почти прозрачное, на голове видны зачатки рогов и уже приличных размеров беззубая пасть. Существо издало скрипящих визг, дернулось, полностью разрывая кокон, и шмякнулось на пол.

— Сюда посмотри, — проткнув личинку гарпуном, я позвал Руперта в комнату. — Их не клонируют, а скорее на трехмерном принтере печатают.

— Ах ты ж дрянь какая! — воскликнул фермер прямо с порога.

Стоило им с Бобом войти, как еще один из висящих коконов приоткрылся, показав бледно-молочную начинку. Только что успокоившаяся система Ориджа снова подала слабый сигнал, а в следующий момент куколка раскрылась, как бутон, выплюнув вместе со слизью будущую сколопендру. Причем выплюнула в сторону Руперта, чуть ли не в голову его дроида.

Я не успел дотянуться, зато подсуетился Боб и пальнул в вылупившуюся личинку из своего дробовика, размазывая ее по стене.

— Инопланетные биолаборатории, не иначе. Последствия опытов, — пробормотал Руперт и отодвинулся подальше от слизи, которая растеклась по полу. — А ты растешь, пацан.

— Это нервное, так-то я сам чуть не обделался, — отмахнулся Боб, но по голосу было слышно, что комплимент ему понравился.

Мы задержались, чтобы перебить все коконы, а затем двинулись дальше. Заходили в те комнаты, которые были открыты. С переменным успехом вскрывали те, что заперты.

Нас встречали достаточно однотипные «каюты»: где-то с двумя, а где-то даже с тремя выдолбленными в стене полостями под кровати. Условные пульты управления с парой экранов и рычажками. Или полностью разрушенные, или наполовину. Встречались и оплетенные липкой паутиной. Никаких обозначений на них не было.

Повсюду валялся мусор в виде запчастей от каких-то механизмов, кости рапторов, а по стенам сползала плесень, поверх которой сплошь и рядом попадались следы жизнедеятельности жуков: куски панцирей, старая шкурка, будто они линяют, как змеи, и прочий мусор, натасканный сюда за сотни лет.

За каждым поворотом нам приходилось вступать в бой. Разные формы и подвиды айсиндей — с ядом, с рогами, гладкие, но с шипами по всему телу — бросались на нас, желая сожрать. Мне оставлось только удивляться такому единодушию при таком разнообразии. Роднила их между собой разве что вытянутая форма тела, множество лапок и хитиновая броня. Годы ли эволюции их так разнообразили, или просто подобные твари живут смешанной общиной — мы не знали ответа на этот вопрос. В какой-то момент вообще перестали обращать внимание на межвидовые отличия, работая на реакции: прыгает тварь из тени — прибей выпадом. Скребется за спиной — прибей с разворота, пока оно тебя за задницу не цапнуло.

Коридор закончился, и мы оказались у лестницы, ведущей вниз. Судя по карте, которую обновил Уголек, внизу нас ждали не только каюты, но и какие-то технические помещения или общие зоны.

Я начал спускаться первым и чуть не улетел вниз, поскользнувшись на чьей-то коже, валявшейся на ступеньках. Такое подозрение, что тут выпотрошили змею или ящера.

— А вот и следы, смотрите! — воскликнул Руперт, последним спрыгнув с лестницы.

И действительно, на ледяном полу был хорошо виден след. Как будто здесь тащили человеческое тело.

Мы пошли по свежим отметинам в пыли и оказались в просторном помещении, таком же замусоренном, как и все остальные, где по всему периметру на полу валялись какие-то палки. Может быть, когда-то здесь была оранжерея, которая помогала тем, кто здесь укрывался, выживать. А может, актовый зал, и это остатки сидений. Стены между этим и следующим помещением не было, и след терялся в темноте.

Первое, что я увидел, — припечатанного к стене раптора, а в его расколотом черепе торчала рукоятка топора. Ящер был поменьше, чем тот, что торчал из дыры при входе. А под ним на полу — тело Ориджа, наполовину изъеденное крабами, жуками или еще кем-то.

Я подошел к стене и выдернул топор. Череп при этом раскололся, а позвоночник с грохотом рухнул на пол.

Чистый скайкрафт без примесей! Я уже знал, что у меня совместимость с оружием будет низкая, а вот Бобу такой может пригодиться.

— Эй! Сюда! — сказал Руперт и махнул нам рукой с порога следующей комнаты. — Здесь, похоже, они и приняли последний бой. Отчаянные, скажу вам, были ребята.

И правда.

Я даже не смог сосчитать, сколько здесь валялось черепов, лап и ребер. Если свалить все в одну кучу, получилась бы целая гора. Впрочем, это и выглядело горой, в центре которой лежало пять или шесть Ориджиналов. И еще одного я заметил чуть дальше — он сидел на полу, привалившись к стене.

— До последнего стояли, — вздохнул Боб, подсвечивая фонарем расколотые кости рапторов и следы от пуль на стенах. — Алекс, как думаешь, что они защищали?

— Или кого, — поправил я и указал лучом своего фонарика на круглый камень, вмерзший в лед. Камень очень сильно смахивал на разбитый скафандр.

Я подошел к сидящему у стены Ориджу. Похож на «Варлока», но модель будто упрощенная, словно это какая-то первая версия.

Голова дроида была запрокинута, а в шее зияла дырка от чего-то крупнокалиберного. Судя по всему, пуля прошла через основание подбородка, повредив центр управления, и вышла в районе затылка. Я убедился в этом, отклонив его от стены. Похоже было на то, что дроид покончил с собой.

Нижнюю часть тела дроида покрывал тонкий слой льда, но приглядевшись, я заметил, что в руках он держал какой-то предмет. Расковырял лед, разжал сцепленные пальцы Ориджа и извлек из него цилиндр. Совсем как тот, что я открыл по заданию Лэйна, только крупнее, как термос или короткий тубус.

— Что это? — спросил Боб, подошедший ко мне.

— Надеюсь, судовой журнал или какое-то другое послание.

Глава 6

— И что? Как нам это вскрыть? Ты раньше здесь с таким сталкивался? Оно не рассыпется при вскрытии? — тараторил Боб, совершая вокруг меня уже пятый оборот.

— Бросил бы ты лучше эту штуку, — проговорил Руперт. — С помощью нее они точно внедрятся в твое сознание. А еще хуже, если оттуда выскочат какие-нибудь нанопаразиты и просто съедят твой мозг.

— За мое сознание, по-моему, уже можно не беспокоиться, — ответил я и повертел в руках цилиндр.

Я тут же выкрутил последовательность, которая подошла к загадке Лэйна. Согласен, что наивно. Ну а вдруг? Но да. Это было слишком наивно. Чуда не произошло, и цилиндр остался закрытым.

— Прикройте пока, — попросил я и глянул на сканер, чтобы проверить, нет ли поблизости новых монстров. — Мне нужно немного времени.

Потянулся, протер глаза под шлемом и несколько раз быстро выдохнул, будто тяжелый вес собираюсь поднимать. Но вместо рывка отключил мозг. Шоковая медитация: типа раз — и я в потоке, а на сцену выходит подсознание.

Символы, иероглифы и формулы побежали перед глазами, накладываясь на цилиндр, который я держал перед собой. Что-то фиксировалось, а что-то требовало прокрутки. Пол-оборота, оборот — мысленный, почти осязаемый, щелчок. Сразу за ним — следующий, и еще несколько.

С тихим шелестом, словно я вакуумную пленку разворачиваю, боковая крышка тубуса выдвинулась вверх и откинулась в сторону.

Никакие нанопаразиты оттуда не выскочили. Пришлось самому переворачивать и вытряхивать все на пол. Правда, я сперва дождался, пока Уголек подтвердит, что там нет взрывчатки или какой-то агрессивной среды.

С металлическим звоном на лед выпали четыре небольшие пластинки. Прямоугольные, размером со спичечный коробок, только тоньше в два раза. Практически одинаковые, только на всех был выбит разный рисунок. Неприметные бугорки, похожие на точечный шрифт для слепых.

— Что там? — спросил Боб, заглядывая мне через плечо.

— Предположу, что это ключи, — растерянно ответил я. На мастер-схемы или формы они не тянули, зато напомнили мне «плюшки» от домофона.

— А что они открывают?

— Ну… — я задумался и посмотрел по сторонам. Посветил в темный проем в соседнем помещении, разглядывая полустертые символы под потолком и сопоставляя их с теми, что были на ключах. — Вот это, кажется, вон к той двери.

— Сплошной лохотрон, — сплюнул Руперт. — Ее и так уже рапторы вскрыли.

Я подошел поближе, перегородив один из прожекторов фермера. Запорная конструкция была похожа на шлюз с блоком управления, утопленным в стену. Экрана уже не было, но нашлась забитая пылью скважина, куда без проблем вошелключ.

Правда, без какого-либо эффекта. Двойные створки уже были кем-то раздвинуты и для надежности загнуты по нижнему краю. А в двух метрах впереди с проемом проделали практически то же самое, только выгнули всего одну створку. Словно внутрь пролезло что-то маленькое, а назад уже пыталось пройти совсем большое. Но так и не пробилось.

Я присел на корточки, собираясь проползти вперед, но меня окликнул Боб.

— Стой! — воскликнул он. — Вернись! Встань рядом с Ориджем. Дай видос запилю. Вкупе со всем, что я тут уже заснял, у нас есть все шансы на грант.

— Давай потом? Впереди, скорее всего, жилой модуль. Если и будет где сенсация, то там.

У Руперта все наши действия вызывали явное недоумение.

— Вот вроде вы и парни неплохие, и профессионалы. А такой херней занимаетесь, — пробормотал он себе под нос и отошел от нас. — Всем же известно, что правительственные гранты — это только для того, чтобы деньги отмыть и у народа их скомуниздить. Пошли скорее!

— Да, двигаем! — согласился я, выпуская вперед Крабика.

Прополз в первую щель, осмотрел шлюз — на полу опять только замерзшая каша из жучьего дерьма и старых панцирей, среди которых валялись осколки разбитой линзы от клона Руперта.

— Сколопердь какая-то, — фыркнул Боб, морщась в кресле. — Хорошо хоть замерзло и не воняет.

— Не отставай, там дверь впереди, — велел я. Прошел чуть вперед по коридору и заглянул за ближайший угол.

— Очень подозрительно, но пока тихо, — сказал Руперт, проверивший другую сторону, пока Боб осматривал дверь. — Может, монстры еще не успели инструкции получить?

— Закрыта наглухо и не ломается, — посетовал Боб, проигнорировав вопросы Руперта, и как бы в подтверждении своих слов навалился всем телом на закрытую дверь. — Символы какие-то есть, но не разобрать. Может, ключ подойдет?

— Попробуем, — кивнул я. Присмотревшись к закорючкам на стене рядом с дверью, нашел там выемку для ключа и стал подбирать подходящий. — Чувствуете? Слабый ток энергии оттуда идет? Хотя основной источник где-то дальше и глубже.

— Ага, чувствуем, — хмыкнул Руперт и отступил в темноту. — Я щас.

Мы с Бобом успели только переглянуться, а Руперт уже вернулся, притащив за собой тело Ориджинала. Точнее, его верхнюю половину.

— Хах! Интересная модель! — заявилон. Наклонившись над Ориджем, фермер принялся «колдовать» над его головой. — Чернявый, правда, какой-то.

— А как же тот факт, что скайкрафт можно использовать всего лишь единожды? — спросил Боб.

— А я использую готовую форму, — пропыхтел Руперт, продолжая возиться около Ориджа.

Под руками фермера что-то хрустнуло, а когда мы с Бобом обернулись, то увидели, как он уже стоит в… Блин, я бы, конечно, сказал, что в шапочке из фольги, но, наверное, в этом мире это прозвучало бы странно.

— Зачем ты напялил на себя поломанный шлем? — спросил Боб, задав вопрос, интересовавший нас обоих.

— Для защиты, конечно! — гордо провозгласил Руперт, поправляя на голове конструкцию, которая явно была ему маловата.

— И как эта херь будет тебя защищать? — не унимался Боб, а потом спросил меня в берлоге: — Алекс, а мне тоже такая нужна?

Я покачал головой.

— Очень просто! Древняя технология защитит меня от воздействия излучения, которое здесь всех убило. Вам что, не очевидно, что все тут им пронизано?

Черт! А пару минут назад мне показалось, что он все же пришел в себя и забил на теорию мирового заговора.

— Всех убили рапторы, — проворчал я. Мне захотелось выдать жест «рука-лицо», но в Оридже это было бы не столь показательным.

— А рапторов, по-твоему, кто убил? — въедливо поинтересовался Руперт и поправил съезжающий шлем. — Вот! А теперь я готов! Так что можешь открывать.

С первым ключом я ошибся. В нишу он вошел с большим трудом и только наполовину. Пришлось вынимать и прочищать, пока напарники отогнали еще одну атаку. Довольно ленивую, кстати: к нам подкатили только две сколопендры и то больше в формате «мы только посмотреть, кто здесь шастает».

Парни справились без меня, а я наконец-то пропихнул ключ в скважину и, не зная, что делать дальше, поделился с замком энергией.

Есть контакт! Где-то внутри скважины загорелся зеленый огонек, мигнул несколько раз, а потом дверь дернулась и заскрежетала. Посыпалась пыль, створка вздрогнула и начала открываться. Прошла где-то сантиметров пятнадцать и заглохла. Я еще поддал энергии в замок, но нет — так это не работает.

Подтолкнул, протиснулся и замер, сканируя темноту.

Честно говоря, я рассчитывал найти склад, а еще лучше арсенал, но то, что я видел, больше напоминало операторскую.

Помещение разделили на две зоны. С одной стороны ютились остатки конструкции, какую я уже видел в горе на базе «Тринадцатых». Нечто похожее на капсулу, потом провода, идущие к группе монолитов, и еще одна капсула. Фонил энергией как раз один из монолитов, навскидку в нем процентов пять осталось.

А вот вторая часть чем-то смахивала на старую парикмахерскуюв которой степенные дамы сидят в креслах с пылесосами на головах и делают завивку. С поправкой на то, что все было покрыто ледяной крошкой вперемешку с чем-то похожим на хлопья ржавчины, только зеленого цвета. Словно патина на окислившейся меди.

Вплотную к стенам темнела какая-то аппаратура: по форме как большие тумбы, а что по содержанию — понять уже было невозможно. Ржавчина буквально проела стенки насквозь. Перед каждой тумбой стояло кресло для синхронизации.

Общую картинку я дорисовал в собственном воображении. В одном месте только кресло сохранило узнаваемые черты. Все остальные конструкции, а их было десять, сохранились лишь частично. Где-то торчала толстая нога-крепление к полу, где-то спинка валялась в грязи на полу, а в одном месте как раз с потолка свисал советский «пылесос» для бигудей.

В том кресле, которое сохранилось больше всего, под слоем разросшийся патины проглядывались человеческие останки. Я был уверен, что вижу череп и ребра.

— Е-мае! Это что? Люди? — воскликнул Боб, расширяя проем и проходя мимо меня по лучу фонарика.

— Не знаю, насколько применим термин «люди» к представителям этой цивилизации, но если применим, то да.

— А это все что? — Боб крутанулся, осматривая и, должно быть, сразу снимая помещение на камеру.

— Предположу, что это какая-то древняя система для синхронизации, или для восстановления Ориджей. Я уже такую находил. Но там стена на меня рухнула, так что рассмотреть в подробностях не получилось.

— Не сходится что-то. Тут всего десять кресел, а там мы тридцать тел нашли. — сказал Роберт. — Целиком, конечно, только одного и того с дыркой во лбу. Зачем он, кстати, это сделал? Какой смысл?

— Может, не хотел, чтобы рапторам что-то досталось, — я пожал плечами. — А, может, мозги набекрень уже были от происходящего.

— Все равно странно, проще было человеческие мозги вышибить.

— Да нет у них уже мозгов, — прошептал Руперт, поправляя на голове свой «защитный» девайс. — Тут же в углу как раз выжигатель мозгов стоит.

— Ты о чем? — заинтересовался Боб.

— Это система для оцифровки сознания! — многозначительно выдал Руперт, показывая на останки капсул с монолитами. — Инопланетяне с помощью этой штуки перенесли свое сознание в своих миньонов. Или создали эти совершенные тела и спустили их на землю, чтобы жить вечно и захватить наш мир. Они просто готовятся. И нам нужно быть начеку.

— Не сходится, — серьезным тоном ответил Боб. — А скелеты тогда откуда?

— Классовое неравенство, заговор элит, — еще дальше понесло Руперта. — Не захотели или не смогли. Это уже не важно. Важно то, что они бессмертны и мы на их территории.

Боб как-то довольно серьезно начал спорить с Рупертом, явно еще больше распаляя его фантазию. А я задумался.

Ну а что?

Если отфильтровать инопланетян и элиты, мечтающие восстать изо льдов, чтобы захватить этот мир, то доля истины в теории Руперта была.

Если предположить, что на Земле случилась некая катастрофа, которая погрузила весь мир в вечную мерзлоту. И древние люди, будучи на пике технологического прогресса, изобрели дроидов или даже использовали их раньше. А потом нашли способ сохранить если не жизнь, то хотя бы свое сознание и перенести его в роботов?

Сначала попрятались по убежищам, надеясь на что-то. А когда припасы и надежда закончились, получили цифровое бессмертие? Но не все, иначе мы бы не находили бесхозных Ориджиналов.

Я еще раз посмотрел на операторские кресла, а потом вышел из комнаты и быстро пробежался, более тщательно разглядывая тела. Практически на автомате отмахнулся от крадущейся сколопендры, пнув ее прямиком к Крабику.

Уже на четвертом «трупе» заметил разницу. В некоторых Ориджах считывались иные характерные черты. Те самые черты, которые я раньше уже встречал у фогеров.

— Интересно девки пляшут, — пробормотал я мимо рации.

— Где? — встрепенулся Боб. — К нам пришел, что ли, кто-то?

— Нормально все, это я о своем…

— Ты чего подвис? Мы еще одну дверь нашли, просыпайся!

Я потряс головой и протянул руку в поисках банки с энергетиком. Хотелось, конечно, что-нибудь покрепче и чтобы в собутыльниках была как минимум Симонова, чтобы все это обсудить.

В моей теории, конечно, было много белых пятен. Например, энергия, скайкрафт и его свойства — это причина катастрофы, ее следствие или что-то иное? А если фогеры — это оцифрованные люди, то почему они против нас?

Ладно, может, дальше еще что-нибудь найдем.

Я сфокусировался на Оридже и посмотрел, куда указывал Боб.

У стены, делившей помещение на независимые секции, стоял Руперт и счищал ледяную корку, под которой открывались очертания двери.Я прикинул, что человек моей комплекции легко пройдет в нее.

С замком там была совсем беда, но помог Руперт. Достал свой ремонтный набор, аккуратно там все расковырял, прочистил и чем-то смазал. После чего ключ нехотя, но вошел, а поданная энергия активировала дверной замок. Но дверь не сдвинулась и после этого, и в бой пошел уже Боб со своим новым топором.

— Похоже на офис, — сказал Боб, первым входя в помещение. — Здесь мог бы сидеть глава убежища.

— Или те, кто за всеми следил и тайно управлял, — прошептал Руперт. — Наверняка прослушка была по всей станции.

Я скорее склонен был поверить в версию Боба. Квадратный обмылок по центру комнаты когда-то мог быть столом. Кривая ржавая конструкция у стены — это, вероятно, бывший шкаф. Горку мусора затянула плесень. Еще один скелет тоже имел дыру в черепе.

Я запустил сканирование и вздрогнул от неожиданности. Над ухом заверещал Уголек, причем с новым каким-то звуком, будто мой модем год бесплатного интернета в лотерею выиграл. Датчики указывали на кучу какой-то трухи рядом со столом.

Я поворошил ее кончиком гарпуна, что-то дзинькнуло и неровно покатилось по полу, остановившись возле моей ноги.

— Обалдеть, Уголек, мы, кажется, нашли тебе подружку…

Я наклонился и поднял скайкрафтовый шар, очень похожий на моего дроида. Размером только чуть крупнее, и пластины сформировали совершенно другой узор. К тому же зона визора больше, но, к сожалению, он оказался разбит в нескольких местах. Сбоку одна панелька топорщилась и после несложных манипуляций открылась, как дверка. Внутри все покрывала все та же зеленая ржавчина, посреди которой блестел маленький кристалл, по форме и содержанию напоминающий старую радиолампу.

Уголек заверещал еще пронзительнее. Намотал пару кругов вокруг меня, он остановился прямо передо мной.

Внимание! Обнаружено новое оборудование для स्तशः藏.

Совместимость моделей — 90%.

Желаете установить и синхронизировать c блоком управления?

А почему бы и нет? Я подтвердил выбор. Уголек пискнул, развернулся в воздухе, и одна из панелек на его теле сдвинулась, показав, что внутри есть место, куда можно вставить кристалл. Что я сразу же и сделал, и стал ждать результат.

На экране что-то быстро мигнуло, потом еще раз, будто что-то устанавливается, но все время слетает. Уголек при этом неподвижно висел в воздухе и только моргал визором.

— Ну вот, кажись, паленку установили, — поежился я, чувствуя, как моментально вспотел. — Уголек, что делать-то?

— Ждитешшшшкрыхх, — неожиданно приятным женским голосом произнес Уголек на родном русском вперемежку с писком и хрипами. — Идет установкхрщщща голосового кхрщщщхр и настройка языкарррххх…