Отмеченный тьмой. Том 4

Глава 1 - Война

Зимний ветер резво ворвался в открытое окно, взметнув занавески, прогулялся по комнате и запрыгнул под одеяло, заставив спавшего там человека чихнуть – и проснуться.

Эйдес давно не чувствовал себя таким разбитым, но, вместе с тем, внутри него горело пламя. Жажда деятельности не позволяла опускать руки, несмотря на всё случившееся на недавнем приёме. Поэтому он не мог спать дольше пары часов. Вот и сейчас князь Изне проснулся ещё до рассвета.

За окном царила темнота, зимняя стужа и хлопья снега порой залетали в комнату, но мечнику наоборот было комфортно спать в таких условиях. Тем более, что с некоторых пор он засыпал и просыпался один. После гибели Зей юный князь никого не допускал в свои покои, хоть и прошло уже два месяца. Где-то в глубине души он всё ещё скорбел, пусть сперва казалось, что отношения с княгиней – это лишь игра, выгодная обеим сторонам. Похоже, она была для него чуть ближе, чем думалось.

Открыв глаза, Эйдес потянулся, издав долгий вздох. Тело натужно гудело, мышцы ещё побаливали после вечерней тренировки, но мечник знал, что для восстановления ему достаточно малой толики энергии, циркулировавшей по каналам. Лёгкий импульс – и усталость как рукой снимет. Но он хотел испытывать её. Она напоминала, что князь всё ещё жив и остаётся смертным.

Соскочив на пол, Эйдес проделал небольшой комплекс упражнений, разогнав кровь по венам, после чего, одевшись, направился в малый обеденный зал. В голове уже строился план действий на сегодня, начиная от разбора скопившихся бумаг и заканчивая подготовкой к войне. Вести уже дошли до правителя Хвилла, и не далее, как позавчера, в княжество пришло официальное письмо с объявлением войны. Король явно затаил обиду на убийство своего посла, что и неудивительно. Хоть Эйдес и описал в послании ему все подробности случившегося, похоже, правителю соседнего королевства аргументы князя пришлись не по вкусу.

Впрочем, на другой исход Эйдес и не рассчитывал.

За столом, уставленным яствами, уже ждал верный Крант, а напротив него, мягко улыбаясь, устроился Грид – вернее, посланник брата, как две капли воды похожий на хозяина. Существо из Царств нашло Эйдеса неделю назад, явившись на порог дворца и попросив аудиенции. Хватило недолгого разговора, чтобы понять, кто или что перед ним, и мечник невольно порадовался мудрости Грида. Брат Аррида поступил верно, отрядив помощника. В грядущей войне понадобятся любые силы, и капля нынешнего правителя Царств – серьёзный аргумент в любом противостоянии. По крайней мере, в местной иерархии мечников и магов он находился бы на середине первой ступени, что доступно очень немногим.

- Доброе утро, господа, - приветствовал обоих Эйдес, усаживаясь во главе стола. С лёгкой грустью он взглянул на место, где обычно сидела Фэй, но юная княжна уже неделю как не покидала своих покоев, увлечённая какой-то таинственной деятельностью. Учитывая, что за месяц до этого Фэй вытащила из княжеской библиотеки все труды по прорицаниям, Эйдес всерьёз беспокоился о здоровье и состоянии девушки, но та дала понять, что вмешиваться не стоит, и князь оставил её в покое.

- Доброе, княже, - склонил голову Крант. В глазах верного соратника поселилась грусть, к которой примешалась изрядная доля азарта: Крант искренне печалился о произошедшем на приёме, но, вместе с тем, как любой потомственный воин, жаждал новой битвы и готов был кидаться в драку с любым врагом.

- Как спалось, господин? – с мягкой улыбкой поинтересовался Грид. Эйдес пожал плечами.

- Как обычно. Сегодня много дел, давайте поскорее покончим с завтраком и перейдём к работе. Хвилл уже стягивает войска к границе, надо бы и нам собрать все имеющиеся силы.

Последняя фраза с явным намёком улетела в сторону Кранта. Военачальник князя подобрался, понятливо кивнул.

- Делаем, княже. Большинство владетелей уже отправили свои отряды в наше войско, но этого недостаточно. Разведчики передают, что численность армии Хвилла превышает три тысячи бойцов, тогда как у нас едва ли наберётся под полторы. Боюсь, без помощи короля Арахха нам не выстоять.

- Я пошлю князю письмо с просьбой, - чуть помрачнев, сказал Эйдес. – Полагаю, он не откажет в помощи. Если всё сложится удачно, территория его королевства пополнится новыми землями. Пока же – давайте есть, а то остынет. Зря, что ли, повара старались.

Им хватило получаса, чтобы смести всё подчистую и насытиться, после чего, распрощавшись, каждый отправился по своим поручениям. Эйдес поднялся в рабочий кабинет, у которого уже дожидался управляющий Лэд. Старик ощутимо сдал после гибели Зей, но блеск его глаз по-прежнему не угас. Он готов был костьми лечь на алтарь благополучия княжества Изне.

Обсуждение рабочих вопросов затянулось почти до полудня, после чего, сделав небольшой перерыв, Эйдес вернулся к документам. С каждым днём их количество росло, прибавляя головной боли юному князю. Пожалуй, теперь бы он не принял предложение Арахха с такой лёгкостью, зная, что долг правителя – ежедневно разгребать кучи бумаг, подписывать соглашения и выбирать из нескольких зол сразу. Впрочем, за каждым документом стояли жизни подданных, и это вселяло в Эйдеса уверенность и желание сделать всё как должно.

Он хотел быть хорошим князем.

Увлекшись работой, он совсем забыл про обед, и опомнился лишь когда короткий зимний день начал клониться к вечеру, а за окном окрасился багровым горизонт. Потянувшись в кресле, Эйдес отложил перо и подошёл к окну. Во дворе суетились рабочие, расчищая дорожки от выпавшего ночью снега, чуть в стороне веселились дети слуг, играясь в снежки. Эта мирная картина вызвала у князя мимолетную улыбку, которая померкла, когда он вспомнил о погибшей на побережье Ниде и их нерождённом ребёнке. Пальцы сами собой сжались в кулак, а сердце пропустило удар. Мало вступить в войну с королевством Хвилл, куда важнее отыскать виновных здесь, в Изне! Кто-то строит козни исподтишка, надеясь свергнуть его с княжеского трона. Знать бы только кто.

Раздавшийся стук в дверь прогнал мрачные мысли, заставил Эйдеса подобраться. В кабинет тихонько вошла Фэй, и вид девушки пробудил в душе князя почти задушенные отголоски нежности. Она – последнее, что осталось от его семьи. Единственная, кто смог выжить и поддержал в трудный момент, когда ей самой было очень нелегко. Теперь он чувствовал себя обязанным ей.

- Что-то случилось? – мягко спросил князь. Девушка выглядела бледной, но, вместе с тем, взгляд её горел жаждой деятельности.

- Мне было видение, - сказала она решительно. – Войска Хвилла полны сильных мечников. Эта война унесёт множество жизней, если не подготовиться, как следует!

Эйдес усмехнулся.

- Разумеется. Любая война – это смерть, кровь, пот и боль. Нам не избежать этого. Что же касается мечников…думаю, мне хватит сил с ними справиться.

- Даже если там будет несколько первой ступени? – нахмурилась Фэй. Князь задумчиво откинулся на спинку кресла. Так далеко он пока не заглядывал. Да, его силы изменились, преобразовались в нечто совсем иное, своей вспышкой гнева и отчаяния он раздвинул границы привычных рангов, шагнул за пределы человечности, но пока не было шанса проверить эту разницу в бою. И он не был уверен, что сможет расправиться с несколькими элитными воинами сразу. Впрочем, откуда у королевства Хвилл больше одного мечника первой ступени? Даже если порыскать по всему континенту Вечерней Звезды, вряд ли сыщется даже пятеро таких мечников. Слишком уж тернист и сложен путь Клинка Забвения.

- Уверена, что они там будут? – уточнил Эйдес. Фэй закусила губу, взгляд её подёрнулся лёгкой поволокой, как бывало, когда девушка обращалась к своему дару. Впрочем, почти сразу же она моргнула, вновь глянув на князя.

- Не знаю, - призналась провидица. – Насчёт этого видения слишком расплывчаты. Но я вижу огромную силу, которую нам пока не одолеть. Нужны большие и могучие войска, чтобы расправиться с противником. Проклятье на Талью, как она могла так поступить!

Последние слова Фэй почти выкрикнула в сердцах, на глаза девушки навернулись слёзы. Эйдес гибкой тенью выскользнул из-за стола, приблизился к хрупкой княжне, обнял за плечи. Она доверчиво прижалась к нему, уткнулась лбом в грудь, всхлипывая.

- Нам ведь не нужна эта война, - шептала Фэй. – Она опустошит наши земли и унесёт ещё больше людей. Мы ведь только добились мира после предательства моего отца, и вот опять…

- Такова судьба, - вздохнул Эйдес. – Не переживай, всё будет хорошо. Я не дам тебя в обиду, клянусь. И наш дом я тоже смогу защитить.

Он не кривил душой, давая такое обещание. Мечник чувствовал, что прямой опасности нет. Война между княжеством и королевством Хвилл – не самая главная в его жизни. Это лишь очередной промежуточный этап, прежде чем он займётся поистине важным делом – поисками спасения от скверны.

- Откуда тебе знать? – Фэй подняла на него ясный взгляд возмущённых синих глаз. Он в очередной раз провалился в них с головой, чувствуя, как начинает кружиться мир вокруг, и с большим трудом заставил себя оторваться.

- Просто знаю. Верь мне, - улыбнулся князь, и пальцы его ощутили пробежавшую по телу девушки дрожь. В эмоциональном спектре он с лёгким удивлением поймал исходящие от неё эмоции привязанности, симпатии и… влечения. Эйдес почувствовал, что ещё немного – и эти объятия закончатся совсем другим, поэтому с некоторым трудом отстранился от Фэй, вернулся за стол. На него дохнуло обидой девушки, но внешне она никак не проявила этого, просто склонила голову и, попрощавшись, ушла.

Сидя над бумагами, князь думал вовсе не о делах. Все его мысли занимала синяя манящая бездна девичьих глаз, в которых он утонул ещё давным-давно, два с половиной года назад, в их первую встречу здесь, в этом самом поместье. Конечно, Эйдес никогда не думал о Фэй как о своей спутнице жизни, но не мог отрицать того, как сильно его влечёт к девушке, особенно теперь, когда князь лишился невесты и возлюбленной с ребёнком. Расколотое сердце будто бы требовало чего-то взамен, человеческого тепла, способного склеить осколки воедино, создать хотя бы видимость нормального существования. Потому что кроме тщательно скрываемого гнева и ненависти Эйдес больше не испытывал ничего.

Кое-как закончив с делами, он спустился вниз, чтобы хоть поужинать, раз уж обед оказался безнадежно пропущен. В малом обеденном зале не было никого из домочадцев, похоже, они успели поесть без него и вернулись к своим обязанностям. Что ж, это не впервой.

Эйдес задумчиво и без аппетита поел, затем, поблагодарив служанку за работу, отправился на тренировочную площадку. Днём там обычно занимались гвардейцы, а поздним вечером площадка пустовала, чем князь и пользовался.

Ему необходимо было поддерживать форму.

Во дворе было весьма прохладно, лёгкий морозец щипал кожу на лице, бодрил, вынуждая кровь циркулировать быстрее. Эйдес воспроизвёл привычный разминочный комплекс, затем скинул рубашку, обнажив изрядно окрепший торс. Хорошее питание и стабильные тренировки сделали его фигуру ещё шире, и, с учётом по-прежнему растущего юного организма, князь обещал вымахать едва ли не гигантом. Уже сейчас он был практически вровень с Крантом, который выделялся среди прочих статью и ростом. Впрочем, Эйдеса мало волновали такие вещи, он был сосредоточен лишь на наращивании силы. Внешность, как и реакция окружающих не заботили юного князя, что, впрочем, лишь прибавляло ему шарма в глазах прислуги и верноподданных.

Поскольку ни одного мало-мальски подходящего спарринг-партнера во дворце и за его пределами не было, Эйдесу приходилось отрабатывать боевые приёмы в медитативном трансе, раз за разом воспроизводя самые сложные свои поединки в чертогах разума, исправляя ошибки и доводя каждое движение до совершенства. Он знал, что подобный способ прекрасно работает и с мышцами, которые теперь могли подстраиваться под волю мечника. Он словно бы открыл новый, куда более совершенный и быстрый метод стать сильнее, и теперь вовсю этим пользовался.

Увы, тратить много времени на тренировки князь больше не мог, потому, отмерив ровно час, он с сожалением раскланялся с противником и, сделав пару глубоких вдохов, открыл глаза.

Двор понемногу заметало снегом, и, похоже, снегопад начался давно, поскольку на плечах и голове Эйдеса уже собралось прилично. Отряхнувшись, князь поднялся и, ничуть не страшась холода, обтёр разгоряченный торс снегом, после чего, накинув рубашку, отправился обратно в кабинет. Он вспомнил, что собирался отправить весточку Арахху.

Работа над текстом послания не заняла много времени, но окончательно вымотала и без того уставшего Эйдеса. Закончив, князь стянул письмо лентой, которую скрепил личной печатью с изображением ворона. Затем, отложив послание в сторону, пообещал себе первым делом с утра отослать его в столицу. И, неожиданно для себя широко зевнув, понял: пора спать.

Открыв дверь спальни, Эйдес сразу почувствовал чужое присутствие. Но не ощутил ни капли враждебности, поэтому спокойно шагнул через порог. В комнате было прохладно – в открытое окно заметало снег, а стылый ветер гулял по всем углам, изредка подвывая как битый пёс. Нахмурившись, князь закрыл ставни, после чего приблизился к постели. Покачав головой, накрыл одеялом свернувшуюся калачиком Фэй. Девушка явно замёрзла во сне, но это не заставило её проснуться. Похоже, он не единственный, кто вымотался за день.

Раздевшись, князь скользнул под одеяло, и буквально пару мгновений спустя ощутил, как хрупкое тело Фэй доверчиво прижалось к нему, согреваясь. Улыбнувшись возникшей в душе нежности, Эйдес приобнял девушку за талию и закрыл глаза. Сон сморил князя быстрее обычного…

Он парил на высоте птичьего полёта, откуда ясно виднелось огромное поле, заваленное мёртвыми телами. Кровь пропитала землю, всюду валялись обломки щитов, копий и другого оружия, а изуродованные тела внушали жалость и омерзение. Но битва ещё не закончилась. Посреди поля сражались остатки обеих армий: горстки выживших, не пожелавших сдаваться, боролись за жизнь. Содрогнувшись, Эйдес различил в одном из них себя – в том самом доспехе, который старый мастер должен был закончить со дня на день. Тёмная сталь, крепче которой не сыскать, серый плащ за спиной и маска на лице в виде оскала демона. Красные волосы князя стали ещё ярче, пропитавшись вражеской кровью, а напротив него стояли два исполина: люди, чей рост казался ненормальным. И, что самое страшное, при своих габаритах двигались они невероятно быстро. Два мечника первой ступени.

«Как и предрекала Фэй», - подумал Эйдес, глядя на схватку с высоты. Его меч вонзился в грудь одного из врагов, но второй успел нанести жуткий удар, оставив рваную рану в боку князя. Истекая кровью, Эйдес отступил, но слишком поздно – сзади не осталось ни единого соратника. Только враги.

Меч обычного солдата вцепился ему в спину, угодил в сочленения доспеха, пробил мышцы и рёбра, и ловко добрался до сердца. Миг – и Эйдес рухнул на колени, ошеломлённо хватая ртом воздух. Вражеский мечник, усмехаясь, занёс Клинок.

Голова князя покатилась по земле…

Он проснулся рывком, чувствуя, как бешено заходится сердце, а спина покрылась ледяным потом. Впервые за долгое время Эйдес испытывал страх, какого не было даже в самых напряженных схватках, пережитых им. Дрожащими пальцами откинув со лба мокрую чёлку, князь беззвучно выдохнул. И понял, что Фэй тоже больше не спит.

Девушка сидела на краю постели, глядя на видневшийся в окне краешек Луны. Её обнажённая спина казалась такой хрупкой и беззащитной, что Эйдес невольно устыдился. Это ведь всего лишь сон, ничего ещё не решено, а значит, он будет бороться. Лишь бы никто из близких больше не страдал. Из-за него.

- Это было видение, - прошептала Фэй. Она обернулась и синие глаза в темноте показались Эйдесу двумя драгоценными сапфирами, пронзившими самую его душу. – Видение будущего. Является мне каждую ночь уже на протяжении месяца, но ещё никогда оно не было таким ясным. Возможно, дело в том, что ты рядом.

Князь подался вперёд, обвил девушку руками, прижался лбом к её лбу, чувствуя, как она вся дрожит.

- Мне страшно, - всхлипнула Фэй. – Я не хочу потерять ещё и тебя.

- Этого не случится, - пообещал Эйдес, глядя ей в глаза. – Я куда сильнее прежнего, и ни одно прорицание больше не сможет ясно показать мою судьбу.

- Ещё никогда мои видения не ошибались, - в голосе Фэй слышалась физическая боль. Княжна уже поверила в то, что они оба увидели, и переубедить её было невозможно. Если только…

Эйдес действовал по наитию. Склонил голову, и его губы коснулись холодных губ Фэй. Она снова замёрзла, но теперь, ощутив поцелуй, сама подалась навстречу, с жадностью прижалась к мечнику. Он почувствовал, как острые кончики её грудей касаются его кожи. В голове промелькнула мысль, что происходящее не должно было случиться, но, вместе с тем, он ощущал некую правильность. Будто бы долго и слепо брёл в темноте, и наконец обнаружил свет. Ни одна другая женщина не давала ему такого ощущения.

И Эйдес позволил себе раствориться в нём без остатка.

Позже, когда оба лежали, утомлённые, он гладил Фэй по волосам, а рука девушки ощупывала шрамы на его теле. Им было хорошо вот так, молча, друг с другом, но они понимали, что это счастье не продлится вечно.

- Думаю, через неделю-две войско Изне выдвинется навстречу вражеской армии, - тихо сказал Эйдес. Фэй кивнула, и он почувствовал её тоску. Коснулся губами макушки, вдохнул запах её волос, испытывая невероятное умиротворение.

- Мы справимся, - прошептала вдруг княжна. – В конце концов, ты ведь не раз обманывал Судьбу, так?

- Её невозможно обмануть, - усмехнулся Эйдес. – Но можно сыграть с ней – и выйти победителем. Если повезёт.

- Пусть тогда нам повезёт, - наконец, улыбнулась Фэй. – Ну а до тех пор…ты ведь найдёшь время для меня тоже?

Она неуловимо изящным движением оказалась сверху, в очередной раз доводя его до трепета своим невыносимо ясным взглядом. Только на сей раз вместо привычной тревоги в нём сквозил вызов. Охотничьи инстинкты князя взяли верх, и он поддался воле внезапно одичавшей провидицы.

Окончательно уснули они лишь под утро.

***

Глядя вслед ускакавшему гонцу, Эйдес с трудом сдержал зевок. Поспать удалось от силы пару часов, после чего внутренний голос заставил князя открыть глаза и взяться за работу. Дела княжества не терпели отлагательств, поэтому, пересилив себя, мечник выскользнул из-под одеяла, поцеловал мирно спавшую Фэй и отправился в рабочий кабинет. Помня о самом важном, он тотчас распорядился привести гонца и, обговорив все детали поручения, самолично проводил того до конюшни. Теперь же, когда первые лучи зимнего солнца показались на горизонте, князь подумал, что неплохо бы и позавтракать.

Он едва успел поесть, когда в обеденный зал явился посланник.

- Княже, войско Хвилла пересекло границу с Изне! – выпалил юноша, которому едва ли перевалило за пятнадцать. Затем, осознав свою непочтительность, он стремительно побледнел, потупил взгляд, на щеках мальчишки возник румянец. Эйдес хмыкнул.

- Неужели ты бежал от самой границы? – уточнил он с лёгкой насмешкой, но без издевки. Посланник покачал головой.

- Нет, ваша светлость! Я из приграничной деревни, но весть принесли наши охотники. Дядька сразу же отправил меня к вам, а сам решил принять бой. Наверняка их всех уже убили…

На глаза юноши навернулись слёзы. Эйдес поднялся, приблизившись, положил руку посланнику на плечо, легонько сжал. Юноша всхлипнул, поднял на князя изумлённый взгляд.

- Ты молодец, - тихо сказал Эйдес. – Спасибо. Теперь ступай, тебе нужно отдохнуть.

Проводив взглядом покинувшего зал посланника, которого сопровождала одна из служанок, князь вздохнул. Похоже, теперь дел прибавится ещё больше. Придётся форсировать сбор армии, иначе к концу декады от приграничных поселений княжества не останется ничего, кроме пепелищ. А ему бы очень этого не хотелось.

В конце концов, он поклялся защищать людей своим Клинком, а не безразлично смотреть на их страдания.

Шагая обратно в кабинет, чтобы составить послания с призывом всем подданным владетелям, Эйдес вдруг поймал себя на мысли, что на самом деле его мораль – довольно зыбкая вещь. Когда-то давно, в другой жизни, будучи Арридом, правителем Царств, он не слишком заботился о чувствах других, и в особенности – подданных. Люди, высшие существа, нелюди, всё было едино. Никто из них не стоил и ногтя на пальце повелителя. Пусть даже он сам вышел из черни, после возвышения Аррид изменился.

Наверное, отчасти другие боги были правы, когда вонзили нож ему в спину. Тому, кем он был тогда, Эйдес не смог бы довериться полностью.

Теперь же его снедала мысль, что на стороне Хвилла – такие же люди, которые вынужденно бросили семьи ради участия в очередной войне, без особых шансов вернуться обратно домой. Да, это уже не впервые, но королевства и так крайне истощены недавними конфликтами, эта схватка может стать долгой и ожесточенной.

Если только не найти способ закончить всё быстро.

Добравшись до кабинета, князь потратил около часа, чтобы расписать необходимые указания для каждого верноподданного дворянина, после чего, вызвав Лэда, вручил все бумаги ему. И, откинувшись в кресле, когда управляющий ушёл, задумался.

Таким его и застал вошедший без стука Грид. Слепок души брата усмехнулся, окинув князя внимательным взглядом, после чего сел напротив.

- О чём печалится повелитель Изне?

- Думаю, как было бы хорошо, сумей мы избежать кровопролития.

- Вот как? – Грид удивлённо изогнул бровь. – Раньше тебя такие вещи не беспокоили. Что изменилось?

- Я понял, что не хочу бессмысленного насилия, - признался Эйдес. – Я сроднился с этим миром, стал его плотью и кровью, и я видел всякое. Люди безнадежно устали от войн. Им нужно хотя бы несколько лет мира и спокойствия.

- Этого не будет, - пожал плечами Грид. – Ты и сам прекрасно знаешь. Слишком уж велик соблазн укусить зазевавшегося соседа. Думаешь, король Хвилла отверг твои извинения касаемо гибели посла только потому, что очень им дорожил? Он лишь увидел шанс раздвинуть границы королевства, не сильно при этом вложившись. Изне ведь значительно меньше, чем Хвилл. Но, присоединив княжество к своим территориям, королевство получит новые ресурсы и тысячи рабов, которых не жаль будет пустить на самые изнурительные работы. Даже если сотня-другая сдохнет через месяц, кто считает? Останутся ведь ещё.

Слова Грида звучали жестоко, но разумно. Эйдес понимал их логику, но не мог принять сердцем. Будь его воля, он бы прямо сейчас вскочил на коня и отправился в столицу Хвилла. Прикончил бы короля, остановил войну, и вернулся домой, чтобы дальше заниматься делами княжества.

Но это лишь мечты. Он не Грандиозный, и даже не один из их слуг, летать не обучен. Поэтому придётся действовать как раньше.

- Тогда нам лучше закончить эту войну как можно быстрее, обойдясь малой кровью, - мрачно изрёк Эйдес. Грид согласно кивнул.

- Тут ты прав. Но многое зависит от подготовленности армии Хвилла. Ты ведь был там, верно?

- Я родился в королевстве Хвилл, - произнёс князь. В голове пронеслись воспоминания прошлого, казалось бы, недавнего, но, вместе с тем, такого далёкого. – Там же угодил в рабство, а после стал мечником. Но насчёт армии Хвилла не могу сказать ничего особенного. Не видел её в деле, если не считать сражений в столице.

- Но ты был в армии Нейдреда, - напомнил Грид. – Это соседнее королевство. У них ведь явно много общего.

- Скорее всего, - не стал спорить Эйдес. – У коалиции Лирии и Кессана тоже была схожая тактика боя, но там всё решилось благодаря более добросовестной подготовке бойцов. Если в армии Хвилла уделяют внимание тренировкам солдат, то нам предстоит схватка с грозным противником. Из того, что я слышал, новый король сумел каким-то образом выйти из безнадёжной ситуации пару лет назад и мощным пинком отправил войска коалиции обратно в их норы. Так что я бы рассчитывал на серьёзные проблемы.

Грид задумчиво пожевал губами, затем поднялся, подошёл к окну. Эйдес видел, как на лбу брата залегли морщинки. Он явно обдумывал какой-то план. У самого же князя пока не было опыта командования армиями, поэтому он не слишком понимал, с какой стороны браться за дело. Впрочем, знания прошлой жизни могли в этом немного помочь, учитывая, сколько восстаний и государств предал огню и мечу Аррид. Правда, то было очень давно и многие детали уже сильно позабылись.

Придётся учиться всему заново.

Раздавшийся стук в дверь прервал мысли обоих братьев. Не дожидаясь приглашения, в кабинет заглянул Крант. На лице верного соратника виднелось беспокойство.

- Ваша светлость, дошли слухи, что передовой отряд Хвилла уже ступил на наши земли. Они сожгли одну деревню и маршем двигаются дальше, в нашем направлении.

- Значит, всё-таки только отряд, - кивнул Эйдес. Словам мальчишки про армию он сразу не поверил, не смог бы король Хвилла собрать столько людей всего за пару дней. А вот один крупный отряд от лица наместника приграничных земель – вполне.

- Что прикажете, мой князь? – Крант замер в ожидании распоряжений, по глазам старого вояки Эйдес видел, что тот прямо рвётся в бой. Но рисковать жизнью верного военачальника не мог, да и расстояние между столицей княжества и вторгшимся врагом – ощутимое. Впрочем, он бы и сам не прочь размяться.

- Готовь небольшой отряд, с десяток бойцов. И моего коня.

- Княже? – недоумённо переспросил Крант. Эйдес выпрямился, сверкнул багровыми глазами, заставив воина вздрогнуть.

- Засиделся я тут. Пора бы поохотиться на крупную дичь.

Склонив голову, Крант отправился исполнять приказ, хотя от него буквально веяло несогласием. Грид коротко рассмеялся.

- Не терпится испытать новые возможности в деле, да?

- Разумеется, - с губ Эйдеса сорвался смешок. Честно говоря, едва только подумав о том, чтобы вырваться из кабинета на волю, он испытал лёгкую эйфорию. Всё же корпеть над бумагами – не его. А вот вышвырнуть за пределы княжества обнаглевших врагов – совсем другой разговор. К тому же, сегодня прибыл созданный под заказ доспех. И Эйдесу не терпелось его примерить.

Шагая по коридорам в личную оружейную, князь всей кожей ощущал вибрации изменений. Мир пришёл в движение.

Скоро всё будет по-другому.

Глава 2 - Первая пташка

Глядя на себя в зеркало, Эйдес не мог поверить, что это он. Доспехи казались монолитными, буквально созданными для него. Каждый элемент сидел как влитой, и апофеозом всего служила маска…

Она закрывала нижнюю половину лица, включая нос, и представляла собой уродливый оскал, который мог бы принадлежать демону, но никак не человеку. Даже его, мечника, вид этой маски заставил вздрогнуть, что уж говорить о других. Впрочем, так и было задумано. Эйдес изначально хотел, чтобы его доспех внушал врагу ужас и трепет, выделял князя Изне из толпы и служил символом. Все поставленные цели были закрыты с лихвой. Мастер проделал поистине титанический труд и, не отрывая взгляда от своего отражения в зеркальной поверхности, Эйдес бросил стоявшему позади Лэду:

- Убедись, что мастер получит достойную оплату. И сверх того.

- Будет сделано, ваша светлость, - управляющий склонил голову, принимая распоряжение. Когда он выпрямился, в глазах Лэда промелькнула грусть.

- Что-то не так? – уточнил Эйдес. Старик вздохнул.

- Я уже не молод, мой князь. И не один раз провожал владетелей Изне на войну. Редко кто возвращался обратно. Из всех князей, пожалуй, только вас да пра-прадеда покойного Брантира я могу назвать человеком благородства. Настоящим рыцарем.

Он замолчал, но Эйдес понял, что хотел сказать Лэд.

- Боишься, что сгину там, на полях сражений? – князь чуть усмехнулся. – Не переживай, старый друг, меня нелегко теперь убить. В этом мире, скорее всего, не найдётся мечника сильнее.

- Мир велик, - тихо заметил старик. – В нём существует много такого, что нам трудно представить, князь. Будьте осторожны.

- Непременно, - пообещал Эйдес. Управляющий ещё раз поклонился и вышел из оружейной, оставив князя наедине с мыслями. Несомненно, тревога старика была приятна мечнику, но, вместе с тем, оставила лёгкий осадок. Армия Хвилла – серьёзная угроза, и любому это ясно. Многие расценивают шансы княжества гораздо ниже, чем у королевства. Но сдаваться, даже не попробовав – не в духе Эйдеса. Поэтому он рискнет сразиться.

В конце концов, пока что на его земле всего лишь передовой отряд. Расправа над ним послужит предупреждением для основного войска, покажет силу Изне. Да и поднять дух собственных бойцов тоже немаловажно.

Убедившись, что доспех сидит как вторая шкура, Эйдес снял маску, чтобы не пугать домочадцев, и направился вниз. В крови уже кипело пламя, лёгкие нагнетали воздух, он буквально рвался в бой. Прошедшие недели ясно дали понять: для мирной жизни он не годен.

Так пора показать всем, почему.

***

Кони брели в снегу по самое брюхо, а проклятая пурга и не думала заканчиваться. Зарядивший вторые сутки подряд снегопад путал следы, слабая видимость не позволяла разглядеть дорогу, и князь злился, не в силах повлиять на противную стихию. Оставалось надвинуть поглубже капюшон и трястись в седле, надеясь, что впереди отыщется какая-нибудь деревенька или, на крайний случай, пещера, где можно переждать непогоду.

- Отсюда, кажется, милях в пяти есть село, княже! – прокричал Линт – юный воин из княжеской гвардии, один из тех, кого Крант лично рекомендовал в поход. Эйдес не видел парня в деле, но чутью и слову военачальника доверял полностью, поэтому взял с собой всех тех, кого отобрал друг. Так уж вышло, что даже среди более опытных и убеленных сединами вояк Линт пользовался уважением. Именно он командовал отрядом, отчитываясь только перед князем.

- Село – это хорошо, - кивнул Эйдес. – Там и заночуем.

Юный командир сверкнул улыбкой и направил одного из бойцов вперёд – разведать путь и распорядиться насчёт ночлега, если там действительно есть деревня. Эйдес поглядел, как воин скрылся за пеленой снегопада, слегка покачал головой. Непогода сильно нарушила планы, по его подсчётам, они уже должны были добраться до приграничья, но теперь застряли где-то между столицей Изне и пограничными землями. В такую пургу крайне сложно определить направление, особенно с учётом заметённой дороги.

Впрочем, во всём нужно искать плюсы. Покачиваясь в седле, князь мог спокойно погрузиться в медитацию и заняться упорядочением своих каналов в единую стройную систему. Процесс, который был начат давным-давно, ещё в ученичестве у Неги, следовало завершить, довести до логического конца. Оставалось совсем немного: подправить слабые места, связать мелкие отростки с основным каналом и позволить телу самому решать, как быть дальше.

Но любые действия с внутренней энергетикой истощали его похлеще долгих изнурительных тренировок с Клинком. Всё же у мечников были изначально заложенные природой ограничения, им не дано работать с Водами Потока так, как это делают маги. Эйдес же пошёл против своей природы, пробил незримый потолок и вырвался на свободу – с которой пока не знал, что делать. Но он был уверен, что со временем получится наладить новый процесс обучения и развития своих навыков. Надо лишь понять, в какую сторону двигаться.

Этим князь и занимался в пути.

Постепенно смеркалось: зимний день огорчительно короток, и Линт начал волноваться за разведчика. Но тот вернулся, когда солнце уже почти скрылось за макушками деревьев, а окрестный лес наполнился густыми тенями. Снегопад усилился, ветром задувало под плащ, заставляя дрожать даже самых стойких бойцов. Эйдес, впрочем, не сильно страдал от холода, но лёгкое неудобство было. Хотелось в тепло, посидеть с кружкой горячего отвара у камина, вздремнуть хотя бы пару часов. Мало приятного в том, чтобы ловить лицом пригоршни колючего снега на протяжении целого дня.

- Нашёл деревню! – обрадовал всех разведчик, довольно улыбаясь. – Большое селение, даже есть трактир! Думаю, там найдётся место для всех нас.

Князь одобрительно кивнул, да и остальные члены отряда воспряли духом, путь пошёл куда легче.

Деревня показалась примерно через час, когда никто из бойцов уже не видел дальше собственного носа. Снег слегка помогал разглядеть в темноте общие очертания деревьев, но не особо спасал ситуацию. Поэтому висящий за околицей фонарь путники приняли едва ли не за дар Грандиозных.

Окна домов глядели на мир тёмными провалами, лишь местами в них мелькал свет. Похоже, местные жители рано ложились спать. Зато здание трактира привлекало взгляд яркими фонарями у входа, густым дымом из печной трубы, ароматами еды, которые резвый ветер разносил по округе, да голосами вперемешку с музыкой, доносившимися из-за закрытых ставней.

Эйдес спрыгнул на землю, потрепал коня по холке, почувствовав довольство животного. Линт спешился, отправил одного из бойцов на конюшню, распорядиться, чтобы коней напоили и задали корма, а сам поднялся на крыльцо. Распахнул дверь – и на отряд дохнуло теплом и запахами дома, которые сами собой вызвали обильную слюну. Эйдес невольно усмехнулся, глядя на улыбающиеся лица своих воинов. Тем не менее, он позволил командиру отряда первому пройти внутрь, чтобы разведать обстановку. Выждав несколько мгновений, князь последовал за Линтом.

Зал трактира был просторным и прямо сейчас здесь собралось не меньше двух десятков сельчан вкупе с проезжими путешественниками. На небольшом помосте в дальнем углу помещения наигрывали музыканты: худощавый мужчина средних лет со свирелью и молодая женщина с огненно-рыжей косой, бренчавшая на некоем подобии лютни. Поймав взгляд князя, она довольно улыбнулась и подмигнула ему. Эйдес коротко рассмеялся. Он, кажется, изрядно отвык от подобной реакции, ведь в Изне никто из подданных не посмел бы взглянуть ему в лицо без дозволения. Но это иногда вызывало неудобство, поскольку Эйдес всю жизнь был чернью, обычным мальчишкой, и ему хотелось видеть глаза собеседника, что крайне сложно сделать, если тот смотрит лишь на мыски своих сапог.

Смелая и жизнерадостная девушка заставила князя почувствовать лёгкое веселье.

Линт, тем временем, уже занял один из столов, возле которого вовсю суетился трактирщик – приземистый мужичок с редкими клочками волос на голове и потеющим круглым лицом. Впрочем, он вполне искренне улыбался, приветствуя важных господ, и это тоже подкупило князя. Усевшись рядом с командиром отряда, Эйдес пальцем поманил трактирщика поближе. Владелец заведения наклонился, внимательно глядя мечнику в лицо – что тоже того порадовало.

- Неси нам самое лучшее, что есть, - распорядился князь. – И выпивку.

- Будет сделано, ваша светлость, - каким-то чутьём трактирщик опознал в юноше благородного, и, склонив голову, убежал на кухню – тормошить поваров.

Эйдес покосился на Линта, который следил, чтобы все бойцы устроились за столами и не лезли к местным – те с любопытством поглядывали на путников, но без явного интереса. Похоже, для них такие гости - не слишком яркое событие.

Князь осмотрелся, отметив уютное убранство трактира. Здесь не было лишних декораций или предметов мебели, всё находилось на своих местах. Добротные столы, скамьи, устланные потёртыми, но тёплыми покрывалами, интересные факелы в виде рогов на столбах, поддерживающих своды потолка, да лестница, ведущая на второй этаж в другом углу зала. Воздух здесь пропитался пивом, потом и запахом жареной еды, но эти ароматы казались Эйдесу невероятно притягательными после долгого дневного перехода сквозь метель.

Князь понял, что всё-таки устал. Теперь ему хотелось лишь насытиться и лечь спать. Тепло и весёлые голоса местных несколько разморили мечника, он на миг прикрыл глаза, пустил по телу лёгкую волну, заставляя себя встряхнуться. Не время терять бдительность. Даже в мирном селении всякое может случиться, лучше быть настороже. Никогда не знаешь, где настигнет враг.

Трактирщик вскоре вернулся в сопровождении крепко сбитой девицы с объёмной грудью, которая с улыбкой выставила перед гостями массивные кружки с пивом. Владелец трактира лично вручил резной кубок князю.

- Не побрезгуйте, ваша светлость! Из лучших запасов, самый вкусный мёд! Берёг для такого случая, значится.

Эйдес с благодарностью принял угощение, принюхался. Пахло сладостью и алкоголем. Никаких лишних примесей он не чувствовал, опасности тоже не было. Улыбнувшись, князь отпил, посмаковал мёд во рту, и проглотил, чувствуя, как тело мигом наполняется приятным теплом.

- Вкусно, - одобрил Эйдес, и лицо трактирщика осветилось довольной улыбкой.

Дальнейший пир промелькнул перед князем чередой образов. Допив первый кубок, он взялся за второй, после которого уже не смог сдерживать усталость. Мечника повело, он начал изрядно клевать носом, и бдительный Линт тотчас распорядился насчёт комнаты. Лично отвёл князя наверх и, выставив стражу у дверей, распрощался до утра. Эйдес лежал на жестком матрасе, набитом соломой и ещё какими-то ароматными травами, вдыхал позабытый воздух простого дома, слушал завывания ветра за окном и чувствовал себя счастливым. По крайней мере, в этот самый миг.

Он сам не заметил, как мысли сместились к Фэй, в сознании возник яркий образ девушки, обнажённой и прекрасной. Эйдес потянулся к ней, но прорицательница ускользнула будто утренняя дымка. И князь сам не заметил, как в попытках её догнать провалился в глубокий сон.

Пробуждение вышло неожиданно бодрым и ярким: Эйдес шумно втянул носом воздух, ощутил во рту сухость пополам с горечью и, открыв глаза, понял, что снаружи уже потихоньку светает. Голова не болела, мышцы тоже, в теле ощущалась приятная тяжесть, как после тренировки. Потянувшись и сделав утренний комплекс упражнений, князь облачился в доспех и открыл дверь. Боец в коридоре, дремавший, прислонившись спиной к стене, встряхнулся, выпрямился, старательно делая вид, что бодрствовал всю ночь. Князь хлопнул его по плечу.

- Отдыхай. Пара часов на сон у тебя есть.

Воин послушно склонил голову и убежал, а князь спустился вниз. В ранний час трактир пустовал, если не считать крайне бодрого хозяина заведения, натиравшего столы после ночной попойки. Увидев князя, он приветливо улыбнулся.

- Рано вы встали, ваша светлость. Зимой в такой час даже лесные звери ещё спят.

- Так ведь и ты не спишь, - усмехнулся Эйдес. Трактирщик пожал плечами.

- Работа у меня такая, княже. Ложусь затемно, встаю тоже. И отец мой так делал, и дед. Весь наш род в этом трактире.

Он обвёл рукой зал, хвастаясь. Эйдес кивнул. За словами трактирщика чувствовалась гордость и любовь к своему делу. То, чего так не достаёт многим людям, которые стремятся урвать кусок больше, чем они способны проглотить. Особенно после начала войны.

Вытащив пару полновесных монет, князь положил их на стол перед трактирщиком.

- За вкусный ужин. И на нужды трактира.

Хозяин заведения поклонился, принимая плату, и, пообещав вскоре устроить замечательный завтрак, исчез на кухне. Оттуда донеслось бренчание посуды и окрики трактирщика, явно разбудившего поваров.

Эйдес усмехнулся и, накинув на плечи плащ, вышел во двор. Ночная мгла только начала отступать перед серым рассветом, и темноту разгоняли лишь фонари. Мечник вдохнул морозный воздух, едва не закашлялся, чувствуя, как тот обдал ледяным горло. По ощущениям, стало ещё холоднее, чем накануне. В таких условиях дальнейший путь к границе лёгким не будет.

В предутреннем сумраке князь различил вдруг несколько фигур на тракте, идущем через деревню. Трое всадников появились с юга, замерли ненадолго у околицы, после чего направили лошадей к трактиру. Они ещё не достигли двора, когда Эйдес увидел форменное снаряжение армии Хвилла, едва проглядывающее под плащами.

Похоже, эти бойцы – разведчики, посланные вперёд отряда. И, судя по тому, как они дрожали от холода, им пришлось скакать всю ночь. Что делает их лёгкой добычей.

Эйдес крепче запахнулся в плащ, порадовавшись тому, что тот весьма широк и может скрыть доспех. Не стоит показывать себя раньше времени, пусть враг сперва утратит бдительность и расслабится.

Воины Хвилла спешились у конюшни, один из них, выше и крепче прочих - по-видимому, командир, - швырнул поводья подбежавшему конюху, после чего, растирая промёрзшие ладони, направился к крыльцу. Увидев Эйдеса, он остановился, окинул юношу взглядом, в котором удивительным образом смешались надменность и презрение.

- Эй, мальчик, ты тут вояк местного князя не видал? – голос его оказался под стать: неприятный, слегка дребезжащий, то ли от холода, то ли в целом, от природы.

- Тут они, - сзади к командиру разведчиков подошёл один из подручных, кивнул в сторону конюшни. – Уж больно много коней. Солидный отряд.

- Тут или нет, идёмте уже внутрь, - окликнул их третий боец, приближаясь. – Такой холод, я себе, кажется, даже все яйца отморозил!

- Будто они у тебя были, кретин, - фыркнул командир, и все трое засмеялись неказистой шутке, после чего не обращая больше внимания на Эйдеса, направились в дом. Князь подождал несколько минут, пока трактирщик примет заказ и устроит новых посетителей, затем последовал внутрь. Троица уже вовсю хлебала пиво, щёки разведчиков зарумянились, на лицах блуждали улыбки. Трактирщик находился за стойкой, бросая в сторону гостей хмурые взгляды. Стоило Эйдесу войти, он мигом очутился рядом.

- Ваша светлость, это воины Хвилла! Явно разведчики, вон как форму свою прячут под плащами. Но я таких повидал в молодости, уж поверьте.

- Верю, - усмехнулся князь. – Не переживай, они тебе неприятностей не доставят.

Трактирщик кивнул, после чего подошёл уже к посетителям. Пока он выслушивал заказ, Эйдес поднялся наверх, постучал в дверь комнаты по соседству со своей. Буквально несколько мгновений спустя та распахнулась, явив на пороге весьма бодрого Линта.

- Внизу трое разведчиков из армии Хвилла, - коротко обрисовал ситуацию князь. – Возьмём их без лишнего шума, когда напьются и насытятся. Пока передай всем, чтобы вниз не спускались и без сигнала не действовали.

- Понял, княже, - принял приказ командир отряда. Губы его против воли растянулись в улыбке. – Лис сам в наши сети явился, а?

- Так и есть. Главное теперь не спугнуть его.

Кивнув Линту, мечник снова спустился вниз, устроился за одним из столов, недалеко от входа. Троица разведчиков не удостоила его взглядами, продолжая напиваться. Эйдесу не нужно было даже особо прислушиваться, чтобы узнать, о чем они говорят.

- Не суетимся, - втолковывал остальным командир. – Подождём, пока враг проснётся, понаблюдаем. Вряд ли они будут здесь долго торчать, к обеду сорвутся в сторону границы, тут мы за ними тихонько и последуем. А в нужный момент, как лагерем встанут, устроим диверсию.

- Слово-то какое, противное, - рассмеялся один из бойцов, тот самый, что жаловался на холод.

- Так и есть. Не дадим неприятелю добраться до наших, и нас троих обязательно к награде приставят, - заявил командир, явно изрядно захмелевший. – А если получится вожака ихнего взять, то вообще!

- Что – вообще? – не понял боец.

- Генералами станем! – фыркнул третий, снисходительно слушавший речь командира. – Вы сильно на пиво не налегайте, а то свалитесь тут, кто за врагом следить будет, я?

- Поговори мне тут, - погрозил ему пальцем командир, но совету внял, следующая кружка пива оказалась последней. Впрочем, разведчикам этого оказалось вполне достаточно – один захрапел лицом в стол, пока командир и самый благоразумный в этом отряде вполголоса обсуждали детали диверсии.

Трактирщик тем временем поставил перед Эйдесом кружку с горячим травяным отваром и миску каши. Князь благодарно кивнул и принялся есть, попутно подслушивая.

Выяснилось, что передовой отряд Хвилла в паре дневных переходов отсюда, встал лагерем где-то близ ущелья и дожидается разведчиков, которые отправились во владения Изне, чтобы перехватить врага и допросить. После чего, уже с ценными сведениями, разведчики планировали вернуться к своим и ждать подхода основной армии, попутно поджигая селения и грабя то, что попадается под руку.

Спокойствие и даже радость, с которыми солдаты обсуждали убийство его подданных, заставило Эйдеса испытать ярость. Ему претила сама мысль об уничтожении невинных, но эти вояки, похоже, участвовали не в одной схватке и привыкли поступать именно так. Впрочем, они не слишком походили на дисциплинированных солдат, скорее, на мародёров, прибившихся к регулярной армии. Возможно, именно так оно и было, и это нисколько не умаляло гнев Эйдеса.

Доев завтрак, князь допил остатки ароматного отвара, после чего, поняв, что разведчики начали впадать в дрему, подозвал трактирщика.

- Поднимись наверх и передай моему командиру, что пора действовать, - негромко приказал мечник. Трактирщик опасливо покосился на пьяно бормочущих солдат Хвилла, после чего поспешил на второй этаж, а Эйдес поднялся и направился к столу разведчиков.

Один так и спал лицом в столешницу, командир откровенно клевал носом, и только самый разумный из троицы задумчиво потягивал остатки пива. Он удивлённо поднял взгляд на юношу, отставил кружку, рука на всякий случай потянулась к рукояти меча. Но Эйдес был быстрее. Хлёсткий удар кулаком вырубил бойца, и тот громко стукнулся головой об стол, разбудив остальных. Встрепенувшийся командир ещё только пытался осознать происходящее, когда Эйдес ребром ладони погрузил его в долгий и болезненный сон. Тем временем, третий разведчик умудрился выхватить нож и вскочить на ноги, но ударить не успел – Клинок вонзился ему в грудь, навсегда прервав течение жизни.

Отбросив тело, князь поморщился и убрал Клинок в Забвение. Ему не хотелось доводить до кровопролития, он надеялся оставить в живых всю троицу. Но получилось немного иначе. Впрочем, для допроса достаточно было бы и одного.

С другой стороны, наверняка есть информация, которой обладает лишь командир отряда. Да и не лишним будет сравнить слова обоих бойцов, чтобы выявить, где правда, а где ложь.

- Свяжите их, - бросил Эйдес спустившимся воинам Изне. Линт передал распоряжение князя подручным, отправив одного из них за верёвками, сам подошёл к мечнику. На взгляд оценил чистую работу князя, хмыкнул, с лёгким неудовольствием покосился на труп.

- Похоже, нам есть, чем заняться до обеда, ваша светлость, - произнёс командир.

- Вот и займитесь, - разрешил Эйдес. – Допросите каждого по отдельности, проверим, сходятся ли их слова. Будут упрямиться, прибегайте к пыткам. Нельзя терять время, в двух дневных переходах отсюда находится их основной отряд. И нам нужно знать, где точно, чтобы избавиться от них прежде, чем появится вся армия Хвилла.

- Сделаем, князь, - склонил голову Линт. С лица командира отряда исчезли любые намёки на веселье, и Эйдес мысленно поблагодарил Канта за отличный подбор бойцов. Кажется, юноше можно будет дать повышение, когда они все вернутся домой. Армии Изне понадобятся толковые сотники.

Ведь три разведчика – лишь первая искра в пламени новой войны.

***

Линт решил лично заняться допросом пленников, и Эйдес не стал этому противиться. В конце концов, у них ещё есть немного времени до прибытия вражеских войск, можно и задержаться в этом трактире на полдня. Впрочем, князь подозревал, что столько ждать не придётся. В глазах Линта он видел то самое рвение, которое вынуждает талантливых юнцов карабкаться наверх и, рано или поздно, вставать во главе государств. Или хотя бы подле трона.

Сам князь выбрался на задний двор трактира, заваленный разным хламом и укрытый сугробами до весны. Здесь было тихо, и никто не глазел на повелителя Изне, так что Эйдес смог без лишней суеты и отвлечения устроить очередную тренировку. Сперва он разогрел и растянул мышцы как следует, затем, расчистив небольшое место, сел в удобной позе, расположив руки на коленях. Замер, прислушиваясь к звукам ветра и собственному дыханию. В какой-то момент он поймал нужный ритм и начал ощущать течение крови в венах, а после – и тихий плеск Вод Потока в каналах. И тогда мечник позволил себе провалиться в глубины сознания, туда, где на самой границе сна и яви был укромный уголок, в котором он мог создавать, что угодно. Раз за разом Эйдес формировал образы сильнейших противников, с которыми ему доводилось биться, но все они оказывались слабы. Кроме двух.

Ганс Эллет Ардейл, граф Долины Скорби, с убийства которого и началась нынешняя война. И мастер Нега, что пожертвовала своей жизнью ради возвышения ученика. Этих двоих Эйдес всегда оставлял напоследок.

Ганс Ардейл был ощутимо слабее князя, но в качестве спарринг-партнёра подходил идеально. На нём отлично отрабатывались связки и комбинации ударов, которые любой другой мечник просто не смог бы выдержать.

Нега разительно отличалась от демона. Её образ тщательно соответствовал реальному прототипу, но даже так Эйдес не всегда понимал, как мыслит мастер. Прожив с ней бок о бок два года, мечник не видел всего многообразия способностей женщины, и до самого конца она приберегла некоторые из тайн. Возможно, хотела, чтобы он шёл своим путём, не повторяя её ошибок.

Так или иначе, драться с Негой было тяжело. Даже на нынешнем уровне развития Эйдес испытывал адреналин, когда мечница начинала плести паутину ударов, молниеносно комбинируя разные стили и загоняя его в ловушку, где он вынужден был уходить в глухую защиту. Грубая сила здесь помочь не могла, а в скорости Эйдес значительно проигрывал ловкой и подвижной как пантера женщине. Ему приходилось импровизировать, выдумывать разные способы противостояния, и каждый поединок в итоге складывался в головоломку, битву умов.

Это ему нравилось.

Сегодняшний бой закончился неожиданно. Эйдес, наконец, сумел провести одну из недавно придуманных связок, выбив Клинок из руки наставницы, но, вместо того чтобы призвать другой, Нега вдруг замерла, одобрительно улыбаясь. И этого в тренировочный манекен Эйдес точно не закладывал.

- Ты хорошо постарался, - сказала вдруг мастер, заставив князя Изне вздрогнуть. – Теперь твои тело и разум готовы впустить новое знание. То, которое я оставила для тебя напоследок. Это – сильнейшая и высочайшая из всех техник Клинка. Против неё не выстоит даже Бескрылый или Карающий. Но есть и ложка дёгтя. Я не успела завершить эту технику, поскольку мне не хватало сил для её применения. Поэтому я могу показать тебе лишь свои наработки. Ты должен будешь сам закончить то, что я начала, Эйдес. Таков твой путь.

Затем, не медля, мастер извлекла из Забвения другой Клинок и закружилась в вихре ударов. Она так молниеносно перетекала из одной позиции в другую, что Эйдес едва успевал следить за движениями. Наконец, Нега застыла с поднятым над головой мечом, тяжело дыша, и князь понял, что дальше она двинуться не сможет. Такова была незавершённая форма техники, придуманной его мастером.

Поймав её взгляд, Эйдес согнулся в почтительном поклоне. Когда он выпрямился, Неги уже не было. Попытавшись вновь сформировать её образ, мечник наткнулся на лёгкое сопротивление, недовольной рябью колыхнувшее его разум. И осознал, что мастер выполнила свою миссию, довела до финальной точки.

Дальше ему предстоит идти одному.

Открыв глаза, Эйдес едва не потерял сознание от боли, прострелившей виски. Тяжело дыша, он стиснул зубы, пережидая приступ, затем, дрожащими руками загреб снег и растёр лицо, чувствуя, как боль постепенно притупляется, но не уходит совсем. Похоже, такова его плата за новое знание. Стоит оно того, или нет, ещё только предстоит выяснить.

С трудом поднявшись, чувствуя себя пьяным, настолько дрожали ноги, князь заставил Воды пройти полный цикл по каналам, чтобы хоть немного взбодрить повреждённые мышцы. Стало легче.

- Ты заботишься обо мне даже по ту сторону жизни, мастер, - прошептал Эйдес, мягко улыбнувшись. Шагая обратно в трактир, он подумал: а смог бы сам поступить также? Пожертвовать собой ради другого, отдать всё, без остатка, и даже больше, чтобы его наследник продолжил жить и стал сильнее. Возможно ли это для него, неустанно ищущего способы возвыситься, превзойти границы своего смертного тела?

Он не сумел ответить. Этот вопрос был из разряда тех, что требуют десятилетия осознания, прежде чем ты сможешь дать ответ. У него пока ещё есть время, чтобы повзрослеть и научиться.

Если доживёт.

В главном зале князя уже дожидался Линт, безрадостно потягивая пиво. При виде Эйдеса юноша вскочил на ноги, приблизился.

- Они заговорили, княже.

- Славно. Что сказали?

Линт слегка поморщился.

- Оба сначала солгали. Пришлось прибегнуть к… убеждению. Один не выдержал, умер от боли. Зато второй смог раскрыть нам место, где их отряд разбил лагерь. Это и впрямь в двух днях пути отсюда, близ ущелья, но тропа там едва заметная даже летом, что уж говорить про зиму. Придётся постараться, чтобы её отыскать.

- Можно найти проводника среди местных, - заметил князь, глянув на трактирщика. Тот подошёл, хмуря брови.

- Людям Хвилла здесь не рады, ваша светлость. Прикажете убрать тела?

- Тела? – Эйдес вопросительно изогнул бровь. Линт вздохнул.

- Увы, второй тоже скончался под конец допроса.

Князь недовольно поджал губы. Вот почему Линт был расстроен. Оба пленника умерли, и некому указать путь к вражескому лагерю. С другой стороны, они убедились в том, что слова разведчиков правдивы, и теперь знают, где враг. Это уже хорошее начало.

- Ты славно поработал, - похвалил Эйдес, хлопнув юношу по плечу. Тот кивнул, по-прежнему понуро, но уже без тени отчаяния в глазах. Князь снова взглянул на хозяина трактира:

- Найдётся в вашем селении тот, кто сможет отвести нас к стоянке воинов Хвилла? Нам известен путь, но лишь на словах. Не хотелось бы заплутать в такую пургу.

- Ваша правда, княже, зима нонче суровая, - покачал головой трактирщик. Затем, задумчиво почесав лысину, кивнул. – Поспрошаю среди наших, может кто и сподобится помочь.

- За плату, разумеется, - подсластил просьбу Эйдес. Трактирщик широко улыбнулся.

- О, ну в таком разе желающих много отыщется, будьте уверены. А пока, не изволите отобедать?

Князь покосился на своих людей, сидевших в зале, глянул в окно, на серую хмарь зимнего дня, после чего, усмехнувшись, произнёс:

- Почему бы и нет. Неси. И в дорогу не забудь собрать.

- Сделаем, ваша светлость, - обрадованный трактирщик согнулся в поклоне, после чего столь быстро умчался на кухню, что Эйдес невольно заподозрил в нём адепта Вод Потока. Такая скорость явно не могла принадлежать обычному человеку. Или же многолетняя практика настолько обострила чувства и движения трактирщика, что тот уже буквально сроднился с этим домом, мог перемещаться по нему с закрытыми глазами.

Хмыкнув своим мыслям, князь махнул рукой в сторону стола, приглашая Линта сесть. Однако, едва устроившись напротив, командир отряда покачал головой.

- Я подвёл вас, княже. Не уследил за пленными. Перегнул палку.

- Глупости, - отмахнулся Эйдес. – Это война, и такое часто бывает. Мы ведь узнали всё, что нужно, благодаря тебе, так? Ну а гибель пленников – обычное дело. Так что брось винить себя, давай лучше подумаем, как будем лагерь Хвилла брать.

Линт подобрался. Очередная задача явно заставила его откинуть дурные мысли и сосредоточиться на деле. Тем лучше. Эйдес по глазам видел, что юноша способен подбросить интересных идей.

И ему не терпелось их выслушать.

Глава 3 - Добыча

Они уже заканчивали обед, когда дверь трактира с лёгким скрипом открылась, впустив внутрь порывы ветра с пригоршнями снега – за окном опять разыгралась метель, - и следом зашёл высокий крепкий мужчина средних лет с густой темной бородой, где уже явственно проблескивали седые волоски. Его взгляд, цепкий и умный, мигом остановился на Эйдесе и, подобравшись, незнакомец приблизился к княжескому столу.

- Ваша светлость, - поклонился он, впрочем, без лишнего подобострастия, но с уважением. На мужчине была тёплая куртка, подбитая мехом, похожие штаны и массивные сапоги, явно из кожи какого-то зверя. Весь облик незнакомца напомнил Эйдесу неоднократные встречи с его собратьями по ремеслу.

Перед ним, очевидно, был охотник.

- Руэн, стало быть, княже, - тут же подскочил трактирщик, представляя вошедшего. – Охотник наш, опытный и матёрый волк! Все тропы в округе знает, как свои пять пальцев, с закрытыми глазами проведет куда угодно, днём и ночью.

- Не бузи, - поморщился Руэн, но по лёгкому румянцу на щеках стало ясно, что похвала охотнику приятна. Впрочем, он тотчас взглянул на князя, чуть сдвинув брови. – Говорят, вы хотите чужаков прижать, ваша светлость?

- Так и есть, - кивнул Эйдес. – Перехватить врагов на нашей земле, пока они не нанесли ещё больше вреда.

- Тогда я вам с радостью помогу, - твёрдо произнёс охотник, и взгляд его при этом яростно сверкнул.

- Не ответишь, с чего такой интерес? – полюбопытствовал князь. – Из родных кто погиб от рук хвиллцев?

По поджатым губам Руэна он понял, что угодил в цель. Впрочем, вместо охотника ответил трактирщик:

- Руэн когда-то жил в приграничье, пока однажды его жену и сына какие-то залётные мародёры из Хвилла не порезали. Молодняк был, дерзкие, ошалелые, увидели женщину с ребёнком, как с ума посходили. Руэн, как узнал, выследил каждого и кишки ихние по окрестному лесу развесил, вместо украшения, стало быть. Ну и ушел куда подальше оттуда.

Эйдес слегка иначе взглянул на охотника. Тот старался выглядеть невозмутимым, но внутри него горел тот же огонь, что и в душе князя. Они оба хотели мести, жаждали выместить ярость на противнике. Наверное, все эти годы Руэн страдал от невозможности выплеснуть гнев, и, услышав о том, что князю понадобился проводник к лагерю Хвилла, поспешил на зов. Теперь лишь едва заметно подрагивающие пальцы выдавали нетерпение охотника.

И Эйдес не собирался его задерживать.

- Полагаюсь на тебя, охотник Руэн, - произнёс он, поднимаясь. – Выступаем через полчаса.

Линт понятливо кивнул, отправился собирать отряд, сам князь также поднялся наверх за вещами. Вытащил из сумки тёплый плащ с капюшоном, накинул на плечи, с лёгкой тоской взглянул в окно. Снаружи вихрился снег, то кидаясь на дома, то оседая на землю, будто присмиревший пёс. Непогода явно не собиралась утихать в ближайшие сутки, и это обстоятельство никак не воодушевляло князя Изне.

Впрочем, и выбора у него особого не было. Отряд должен поскорее добраться до ущелья, близ которого обосновался враг. Основная армия Хвилла ещё не скоро явится на земли княжества, и нельзя позволить, чтобы шайка мародёров тиранила окрестные деревни.

Затянув потуже горловину мешка, Эйдес закинул его на плечо и спустился вниз. Кивнул поклонившемуся трактирщику, после чего, мысленно вздохнув, покинул гостеприимный дом.

Деревенская улица встретила князя хлёсткими ударами колючего ветра и стылым морозным воздухом, дышать которым было не слишком-то приятно. Накинув на голову капюшон, Эйдес принял поводья коня, которые ему поспешно передал конюх, приторочил мешок к седлу, после чего окинул взглядом воинов. Те выглядели собранными, готовыми бежать за своим князем хоть на край земли. Их взгляды, полные решимости, понравились мечнику. В них виднелась надёжность.

- Вперёд, - скомандовал он, рывком оказавшись в седле. Линт в сопровождении охотника Руэна первым направился к дороге, за ним потянулись остальные. Эйдес оказался в середине отряда, по заранее обговоренному построению.

Когда деревня осталась позади, князь позволил себе расслабиться, подстраиваясь под размеренный темп коня – дорога представляла собой сплошные сугробы, и перейти в галоп явно не получалось, поэтому отряд двигался лёгкой рысцой. Прикрыв глаза, Эйдес погрузился в медитативный транс, вернувшись к прерванному занятию: укреплению связей в изменившихся каналах.

Поправляя кое-где ненужные отростки, соединяя их с общей сетью, мечник размышлял о грядущей схватке. Изне, конечно, довольно сильное княжество, но недавние войны ослабили его, и к затяжному конфликту люди попросту не готовы. Разумеется, он сможет собрать достаточно воинов, чтобы дать отпор армии Хвилла, но это займёт время, от пары месяцев до полугода. И весь этот срок приграничные земли будут целиком и полностью предоставлены скучающим солдатам неприятеля. Такого князь допустить не мог.

Но и закончить войну одной-единственной кампанией он не в силах. Если бы только найти способ подобраться к королю Хвилла, ударить в спину, обезглавив вражескую армию…Но нет, такое решение не для него. Будучи мечником, он поклялся следовать кодексу, который порицает подобные манёвры. Впрочем, на войне ведь все средства хороши. Иногда приходится поступаться гордостью ради общего блага. Если бы только появился шанс…

Противоречия разрывали Эйдеса изнутри, и он пока не знал, как избавиться от этой моральной дилеммы. Принимая предложение Арахха и беря под руку целое княжество, юный мечник полагал, что сумеет справиться с ролью правителя. Но реальность отвесила ему солидную оплеуху, вернув трезвость мышления и сбив спесь. Он понял, что не готов. Не настолько умён, чтобы в два счёта решать подобные задачи, тем более при условии, когда многое зависит не от него. Сбор припасов, договоренности с их доставкой, оснащение бойцов, офицерский состав, жалование солдат – армия требует к себе очень много внимания и бюрократической возни, а Эйдес терпеть её не мог.

В очередной раз он подумал, как было хорошо, когда ему приходилось нести ответственность лишь за себя одного. Впереди была дорога, на поясе – Клинок, и никаких забот, кроме выживания. Сейчас и статус, и условия кардинально изменились, разумеется, он стал жить лучше, но и мороки прибавилось изрядно.

Наверное, в этом и состоит неизбежность взросления.

Через пару часов князь открыл глаза, стряхивая с себя лёгкую вялость транса. Зимний день уже почти перетёк в вечер, тени стали длиннее, а солнце почти скрылось за горизонтом. Макушки деревьев скрипели на ветру, и князю показалось, что пощёчины вьюги окрепли, хлестали теперь куда сильнее прежнего.

- Метель разыгралась, княже, - заметив, что он пришёл в себя, к Эйдесу приблизился Линт. Щёки командира отряда раскраснелись, волосы, торчащие из-под шапки, слиплись сосульками, но в глазах по-прежнему горел неутомимый огонь.

- Вижу, - кивнул мечник. – Надо найти укрытие до темноты, иначе околеем тут все.

Подавший коня поближе Руэн стряхнул варежкой снег с бороды, после чего указал вправо от дороги:

- Тут неподалёку есть пещера, ваша светлость. Просторная, места всем хватит. Там можно и непогоду переждать, и заночевать тоже. Коням бы корма задать, утомились уже, в такую-то пургу.

Князь согласно кивнул. Он чувствовал, что конь был на пределе.

- Веди, - приказал Эйдес охотнику. Тот потянул поводья, уводя своего скакуна в сторону, и отряд последовал за ним.

Кряжистые деревья расходились по сторонам, норовили зацепить нижними ветками макушки путников. Темнота сгустилась, день окончательно перешёл в сумрачный зимний вечер. Вьюга разбушевалась, завывания ветра стали громче, а пелена снега перед глазами была почти непроглядной. Эйдес с трудом различал впереди спины своих воинов.

- На моей памяти впервые такая жуткая метель! – прокричал Линт.

- И это лишь начало зимы, - вздохнул князь. – Как бы оно нам не затянуло войну с Хвиллом.

- На всё воля Грандиозных, - произнёс Линт, и Эйдес лишь покачал головой в ответ. Вера людей в бывших прислужников Старых богов Канноса иногда его крайне удивляла. Вместо того, чтобы принять ответственность за свои действия, многие смертные перекладывали её на плечи высших сущностей, тем самым окончательно опуская руки. Для него, потратившего последние годы на непрестанную борьбу с миром и самим собой, это выглядело форменным слабоумием. Впрочем, Эйдес ведь изначально не питал иллюзий касательно роли богов в жизни смертных, поэтому его образ мышления отличался от жителей этого мира. Будучи частично Арридом, бывшим правителем божественных Царств, он знал всю «кухню» изнутри, так что мог мыслить рационально, более широкими категориями. Иногда это сильно облегчало жизнь.

Спустя какое-то время впереди показался тёмный зев пещеры. Руэн первым отправился внутрь – проверить, не поселились ли внутри дикие звери, но почти сразу вернулся, махнул рукой, дескать, всё в порядке.

Бойцы споро зажгли факелы, устроили коновязь для уставших животных, кто-то начал складывать костёр, и всё закрутилось-завертелось крайне ловко и со знанием дела. Такой расклад князя вполне устраивал. Он сел на камне в углу пещеры, плотнее запахнувшись в плащ, и взялся за заметки. Иногда требовалось расписать цели на бумаге, чтобы взглянуть на них со стороны и увидеть то, что не получается разглядеть в голове.

Чуть позже по пещере разнёсся аромат похлёбки, заставивший князя оторваться от дела. Отложив записи в сторону, Эйдес подошёл к костру, сел рядом с воинами, принялся есть, слушая нехитрые солдатские шутки и привычные уже обсуждения. Впрочем, при князе бойцы старались держаться в рамках приличия, но ему всё равно нравилась эта атмосфера отряда. Он скучал по ней с тех самых пор, как побывал в армии Нейдреда вместе с Яррэ.

Давно же это было…

Воспоминания пронеслись перед лицом вереницей, пока тело продолжало механически поглощать еду. События прошлого, приятные и болезненные, сплелись в такой тугой клубок, что и не расплести, даже при всём желании. Эйдес будто бы увидел со стороны самого себя в начале пути – красноволосого мальчишку, мелкого и щуплого, с яростным взглядом, - и испытал жалость к этому ребёнку. Ему пришлось рано повзрослеть, лишившись всего. Этот мир не дал ему шанса испытать нормальное детство. Как отбирает эту возможность у других детей уже сейчас. И этот порочный круг не прервать, до тех пор, пока не будет окончена вечная война. Если бы он только мог её завершить и принести людям мир…

Эйдес моргнул, отгоняя непрошенные воспоминания, доел ужин, после чего, поблагодарив кашеваров, отправился отдыхать. Сумка под голову, укрыться плащом – и походная постель готова. Усталость довольно быстро сморила князя, и он погрузился в сон.

Сперва Эйдесу ничего не снилось, он просто дремал, спокойно дыша и глядя на серую хмарь своего сознания. Но после, какое-то время спустя, пустота сменилась чередой картинок, казалось бы, не связанных между собой, но явно несущих некий скрытый смысл. Калейдоскоп образов мельтешил перед глазами, будто пытаясь донести до князя нечто важное, а затем всё вдруг резко оборвалось. Снова воцарилась пустота и тишина. Эйдес подумал было, что на этом всё, как вдруг ноздри его уловили едва заметный аромат гари. Стоило лишь его унюхать, как запах стал сильнее, окутал мечника плотным коконом, заставил закашляться от едкого дыма, проникающего в лёгкие.

И вокруг появилась незнакомая местность. То ли поселение, то ли город, объятый пожаром. Горело буквально всё вокруг, выпуская в ночные небеса гигантские столбы дыма. Ревело пламя, пожирая деревянные балки и крыши домов, слева и справа слышались отчаянные крики людей, зовущих на помощь.

Никто не торопился их спасать.

Эйдес почувствовал себя собой, подняв руку, он разглядел ладонь, на нём так же, как и в реальности, была его новая броня. Лёгкий импульс позволил призвать Клинок Забвения, который с тихим шелестом возник в руке.

Значит, это не воспоминания Эйнфара, а нечто иное. Осознанное сновидение, в котором он сам – главный герой. Это было необычно, вызывало тревогу. Страх слегка тронул сердце Эйдеса, но князь быстро прогнал его.

Не время для эмоций. Нужно понять, зачем он здесь.

Мечник отозвал Клинок, после чего направился по охваченной дымом и пламенем улице. Криков было всё больше, где-то неподалёку бессильно лаяла собака. Эйдес почувствовал невероятную жалость и желание спасти всех несчастных, кому довелось испытать этот ад. Но он осознавал, что его миссия здесь заключается не в этом. И он шагал по пыльной дороге, слушая треск рушащихся зданий и полные скорби вопли людей. Каждый крик, каждый эмоциональный всплеск будто ножом бил по сердцу князя, но он не останавливался.

Дорога вывела его к городской площади, где некогда был сколочен эшафот, теперь весело полыхающий огнем. Столбы и перекрытия уже обрушились, теперь пламя лизало помост. Вокруг не было видно ни души, если не считать одинокого бродягу, стоявшего на коленях возле позорного столба. Уткнувшись лбом в землю, мужчина бормотал едва разборчивую молитву, заклиная Грандиозных явиться со всей их небесной армадой Бескрылых и Карающих, и наказать того, кто посмел лишить людей родного дома.

Эйдес приблизился к человеку, наклонился, дотронулся ладонью до плеча. Мужчина вздрогнул, поднял голову, и мечник увидел белесую пелену, затянувшую его глаза. Человек был слеп. И через всё его лицо тянулся старый уродливый шрам, исказивший челюсть и нос.

- Спаситель! – прошептал слепец с благоговением. – Явился! Слава Грандиозным!

- Что здесь произошло? – твёрдым голосом уточнил Эйдес, и улыбка тотчас покинула лицо мужчины.

- Ты не знаешь? Тьма явилась на наши земли, она пожирает всё на своём пути, поглощает всех и вся, но есть и те, кто становится её верными слугами. Им она даёт нечеловеческие силы, наделяет мощью и властью, и отправляет карать нас за грехи наши! Создания тьмы коварны и жестоки, они убивают мужчин, насилуют женщин, и обращают детей в своё лоно. Их много, и будет ещё больше! Несть им числа…

Он говорил с жаром, присущим либо служителям богов, либо сумасшедшим. Эйдес убрал ладонь с плеча юродивого, выпрямился, осмотрелся, пытаясь найти следы упомянутых слепцом адептов тьмы. Ни зрением, ни развитой сенсорикой он не чувствовал чужого присутствия. Но вокруг бушевало пламя, витали эманации боли и смерти, и кто-то явно был в этом виноват.

Мечник сделал несколько шагов в сторону эшафота, пытаясь расширить зону внимания, охватить большую территорию, чем прежде, задействуя усилившиеся способности к восприятию. У него получилось, и с лёгким удивлением Эйдес осознал, что со стороны соседней улицы к нему движутся странные существа. Они не были похожи на исчадий тьмы, в привычном понимании князя, скорее, создавали впечатление животных, не выказывая открытой враждебности. Будто бы то, чем занимались эти создания, было вполне естественным и не требовало эмоциональной вовлеченности. Как марионетки в кукольном театре, они лишь следовали воле своего хозяина.

Это разозлило Эйдеса.

Он призвал Клинок, принялся ждать гостей. Первое существо вышло из-за горящего эшафота чуть покачиваясь, будто обычный пьяница, но от него не пахло алкоголем, а красный блеск в глазах сразу исключал человеческую природу. Внешне, впрочем, тёмная тварь выглядела почти неотличимо от человека: такая же фигура, руки-ноги, голова, но сквозь одежду на коже торчали костяные тёмно-серые наросты, лицо было искажено, став похоже на жуткую гротескную маску, изо рта торчали массивные острые зубы, а на лбу появилась пара мелких рожек. Создание без разбега или дополнительных усилий прыгнуло с места, расставив руки, и Эйдес разглядел на концах пальцев острые когти, не хуже, чем у какой-нибудь рыси.

Скорости существа вполне хватило бы, чтобы располосовать обычного смертного, но мечник с лёгкостью шагнул в сторону, даже не прибегая к Водам Потока, и тёмная сущность с бессильным рыком упала на землю. Перекатившись, вскочила на ноги, не сводя с Эйдеса взгляда багровых, почти как у него самого, глаз. Атаковать она пока не спешила, явно выжидая сородичей и заодно оценивая противника. Мечник тоже не торопился, разглядывая необычное создание. Таких ему ещё не доводилось встречать в странствиях. Оно не было похоже ни на демона, ни на одержимого, ни на преображенного божественной силой человека.

Вспомнив слова юродивого, Эйдес пришёл лишь к одному закономерному выводу: скверна.

Она всё же явилась на обитаемые земли, начала медленный захват, вербуя себе армию из бывших людей и отправляя в авангарде, дабы разведать местность и внести ещё больший хаос и разброд. Прежде, будучи совсем юнцом, Эйдес предполагал, что у скверны нет собственного разума, что она действует, подчиняясь инстинктам. Теперь же, глядя на вполне осмысленное выражение глаз тёмного существа, он подверг свой прежний вывод сомнению. Субстанция, которая способна превращать людей в таких созданий, явно не может быть безмозглой. Но тогда возникает резонный вопрос: для чего скверне захватывать всё живое? Переиначить всех живых существ в подобных тварей? Но для чего? Заменить людей и животных искусственно созданными марионетками? Доля смысла в этом будто бы есть, но настоящий ответ получится узнать разве что в Храме Вознёсшихся.

Поток мыслей прошёл сквозь разум Эйдеса за один удар сердца, но этого же времени хватило ещё нескольким существам, чтобы добраться до мечника. Они окружили его, внимательно разглядывая своими красными глазами, будто надеясь что-то понять. Князь отметил, что все создания похожи друг на друга, найти между ними различия весьма сложно. Даже лица абсолютно одинаковые, будто вырезанные одним умелым мастером карнавальные маски.

Это выглядело жутко. Противоестественно.

Уже нападавшая на него ранее тварь не выдержала, попробовала атаковать ещё раз, снова прыгнув без каких-либо изменений в положении тела. Эйдес отклонился влево, ожидая, что существо опять пролетит мимо, но оно внезапно изменило траекторию полёта, рухнув сверху вниз. Мечнику пришлось сместиться чуть назад, крутанув Клинком над головой. С тихим шипением тело твари разделилось на две части, упавшие на землю. Она тотчас начала пропитываться тёмной, почти чёрной кровью. В этом аспекте исчадия скверны сильно походили на демонов – отметил мечник краем сознания.

Будто по команде, сородичи убитой твари разом накинулись на Эйдеса. Он закрутился на месте, разрезая тела и пространство Клинком, не испытывая ни малейшего напряжения. Существа, несмотря на количество, были для него слишком слабы, и за считанные мгновения он разделался со всеми. Проткнув мечом последнюю из тварей, князь огляделся. Площадь была по-прежнему пуста, если не считать останков убитых существ, да слепца, который в своей молитве тянул к мечнику руки.

Но что-то грызло изнутри, не давало покоя. Будто бы эта горсть исчадий скверны – лишь сторожевые псы, посланцы, отправленные на разведку. Да, они опасны, но только для смертных и неодаренных. Любой мечник или адепт Вод Потока способен разделаться с таким противником без особого труда. И, судя по размерам города, тут наверняка нашёлся бы хоть один такой одаренный. Неужели он не смог одолеть врага? Или столкнулся с их поводырем?

Будто отвечая на мысли Эйдеса, вдалеке, на другом краю города, полыхнуло зарево нового пожара, а в эмоциональном спектре мечник уловил такие эманации боли, что едва не задохнулся сам. Такой сигнал мог испустить лишь адепт Вод Потока.

И сейчас ему явно требовалась помощь.

Сорвавшись с места, мечник побежал на зов, огибая рухнувшие на дорогу дома, остовы телег и тела убитых горожан. Мелкие подробности он отмечал краем глаза, попутно равномерно распределяя Воды по каналам, налаживая дыхание и готовясь к схватке. В том, что впереди его ждёт не самый простой противник, Эйдес не сомневался. Уж больно насыщенной мерзостью тянуло с той стороны.

Дорога привела его к некогда богатому кварталу, расположенному на возвышенности. Венцом творения тут служил особняк, отдаленно похожий на дворец, в несколько этажей, с помпезными башенками и лепниной на карнизах окон и откосах дверей. Всё это благолепие теперь весело полыхало, а в саду перед поместьем, в отблесках пламени, сражались двое.

Один представлял собой мечника, примерно второй ступени, и был он изрядно потрепан, с кровоподтеками на лице и без левой руки. Впрочем, это не мешало ему биться изо всех сил, орудуя Клинком необычной формы – без гарды, с длинным, чуть загибающимся кверху лезвием и рукоятью, подходящей как для хвата одной рукой, так и двумя.

Противником ему выступало существо, слегка похожее на исчадий скверны, убитых Эйдесом, но являвшее собой куда более совершенную и угрожающую форму: ростом чуть выше двух метров, с широкими плечами, увенчанными толстыми, в половину ладони, шипами, с покрытым костяной бронёй туловищем, длинными, до пояса, чёрными волосами, и абсолютно гладким серым лицом, лишённым каких-либо признаков человека или демона. Выглядело это жутко, и внушало какой-то потаенный страх. Будто перед тобой не разумное создание, а кукла на ниточках. Очень опасная кукла.

Существо билось, орудуя громадным двуручным мечом, ростом едва ли не с него самого, с черным волнистым лезвием, на котором плясали кровавые ручейки, извиваясь, словно живые змеи. Клинок был сильно похож на фламберг, только нечеловеческого размера и формы.

Эйдес вынужденно признал сам себе: таких противников он ещё не встречал. Как и городской мечник. Он попытался сделать финт, поднырнув под удар вражеского клинка, но исчадие скверны с неожиданной для своей комплекции прытью крутануло мечом, отбив удар и отшвырнув противника на десяток шагов. Мечник перекатился по земле, кувырком погасил инерцию и вонзил Клинок, чтобы удержать равновесие и выпрямиться. Ноги его дрожали от усталости, но в глазах ещё полыхало синее пламя. Воин явно не намеревался сдаваться.

Эйдес решил, что пора бы ему помочь.

- Уважаемый, вы не против, если я присоединюсь к веселью? – уточнил он, взрастив скорость мышц и возникнув в двух шагах от мечника. Тот застыл, глядя на князя изумлёнными глазами. Затем, распознав в нём соратника по Клинку, медленно кивнул.

- Эта тварь слишком сильна для одного, - тихо пробормотал он. – Никогда такого не видел.

- Тем интереснее будет её одолеть, - усмехнулся Эйдес, убирая Третий Клинок в забвение, и призывая Второй. Меч с чёрным лезвием, покрытым красными узорами, отдалённо похожий на орудие выкидыша скверны, ледяной тяжестью лёг в ладонь. – Полагаю, так будет справедливо.

Тварь коротко рассмеялась, чем подтвердила наличие у себя полноценного разума, после чего размытой тенью ринулась на Эйдеса. Её скорость впечатляла – не каждый мечник первой ступени способен был на подобное, что лишний раз доказывало теорию князя о том, что перед ним вожак убитой группы созданий. Это существо совсем на другом уровне развития. Примерно на середине первой ступени мечника.

Эйдес, впрочем, прекрасно видел все его движения, поэтому заблаговременно выставил Клинок на встречу, парируя удар, обрушившийся сверху вниз. Сила его была такова, что отдача заставила на секунду онеметь запястье князя, а земля под ногами треснула и вмялась на пару локтей. Эйдес ощутил, как сердце пропустило удар, а по венам разнёсся всплеск адреналина. Он уже давно не испытывал такого волнения. Наконец-то перед ним был достойный противник.

Губы князя против воли растянулись в улыбке.

Слегка сместив кисть, он заставил существо отшатнуться, и явственно почувствовал волны замешательства и недоумения, захлестнувшие тварь. Та не ожидала встретить здесь столь сильного мечника.

Не теряя времени, Эйдес скользнул к противнику, держа Клинок параллельно земле, не позволяя врагу угадать даже примерное направление атаки. Одним из преимуществ, которые князь получил, сломав потолок рангов мечника, являлось преобразование смертного тела, укрепление мышц, костей и связок, которое теперь позволяло ему полностью контролировать чуть ли не отдельно взятые участки организма. В любой момент Эйдес мог сменить позицию столь быстро, что ни один человеческий глаз не сумел бы уследить. Впрочем, это всё работало лишь на медитативном полигоне, в спаррингах с воображаемыми соперниками. Теперь же князь собирался проверить навыки в реальном бою.

Молниеносное движение рукой – и левое плечо твари получило глубокий порез, из которого бодро потекла чёрная кровь. Пошатнувшись, существо издало недовольный рык, замахнулось на невероятно высокой скорости, с силой обрушило меч на Эйдеса, но тот лишь отмахнулся Клинком, отводя вражеское оружие. Подался вперёд буквально на половину шага, чуть согнув ноги в коленях, ударил прямой атакой в грудь противника. Второй Клинок пробил костяную броню с той же лёгкостью, как если бы она была сделана из бумаги.

Огромный меч выпал из руки создания скверны, когда то рухнуло на колени. Эйдес выдернул Клинок из вражеского тела, с любопытством взглянул на зияющую в груди создания дыру. В её глубине поблескивали едва заметные искорки, похожие на маленькие золотистые песчинки. Впрочем, буквально через пару мгновений они погасли, и тварь застыла, склонив голову, став ещё больше похожей на куклу. Никаких проявлений жизни от неё больше не исходило.

- Интересно, - задумчиво произнёс Эйдес, склонившись над поверженным противником. – Получается, эти самые искры были средоточием души этого создания?

По всему выходило, что так. Значит, скверна наделяла своих воинов некоей малой частицей себя, но отдельно взятые твари получали куда больше её материи, из-за чего обретали мощь, сравнимую с элитными мечниками Канноса. Но способна ли скверна контролировать их всех на столь большом расстоянии, или сия роль ложится на плечи поводырей, таких как этот?

Подобную мысль следовало тщательно обдумать. Как и ту лёгкость, с которой ему удалось прикончить столь могучего врага. Впрочем, как знать, быть может, в иерархии служителей скверны этот воин был на одной из низших офицерских позиций, а остальные куда сильнее.

- Как ты это сделал? – пробормотал мечник, про которого Эйдес уже позабыл. Опираясь на Клинок, как на трость, он приблизился к телу исчадия скверны, толкнул ногой, чтобы удостовериться, что тот действительно мёртв. Перевёл удивлённый взгляд на князя.

- Он оказался не настолько силён, как я посчитал изначально, - пожал плечами Эйдес. – С ним был кто-то ещё?

- Нет, только он и свора более мелких тварей, разбрелись по городу в темноте, начали резать жителей бедных кварталов, потом перешли дальше, к центру, а оттуда сюда, к графскому поместью. Я едва успел вывести господина за стены, как откуда ни возьмись, появился этот здоровяк, - пояснил мечник. Взгляд его голубых глаз казался кристально-чистым, искренним. Впрочем, сдвинув брови, он тут же глянул на Эйдеса исподлобья. – А ты здесь откуда? Не помню, чтобы в наш город намедни прибыл хоть один мечник.

- Путешествовал мимо, увидел пожар, - спокойно ответил князь Изне. – Как называется ваш город?

- Тензир.

- Никогда о таком не слышал, - задумчиво произнёс Эйдес. Запрокинув голову, он попытался найти знакомые звёзды, но не увидел их, и пришёл в ещё большее замешательство. – Это точно Континент Вечерней Звезды?

На лице мечника воцарилось изумление.

- Ты что, с неба свалился? Это Континент Утренней Звезды!

Эйдес почувствовал, как по коже пробежался мороз. Выходит, скверна добралась уже до соседнего материка, и теперь между ней и вотчиной князя лежит всего пара лет. Пара лет отсрочки до всеобщей гибели, пока континент Утренней Звезды будет биться в агонии, отданный на растерзание необъятному чудовищу.

Эта мысль претила юному князю, но, вместе с тем, он ничего не мог поделать. Прямо сейчас перед ним лежали совсем иные задачи и цели, но потом, когда война с Хвиллом закончится…

- Мне пора, - сказал Эйдес, и ощутил, как теряет связь с этим местом. Воды Потока, или же иная сила пытались утянуть его прочь, туда, где осталось настоящее тело.

- Куда ты? – испугался мечник. – Погоди, в городе ещё полно этих тварей! Помоги мне.

- Думаю, ты сможешь справиться и сам, - мягко улыбнулся Эйдес. Протянув руку, коснулся плеча воина, послал ощутимый импульс энергии, заставив того взбодриться. Глядя, как медленно затягивается обрубок руки, мечник ошеломленно покачал головой. Впрочем, мгновение замешательства сменилось решимостью, и взгляд его снова полыхнул ярко-синим.

- Спасибо за помощь. Скажи хоть, как тебя звать, юный мастер?

- Эйдес, князь Изне.

- Я запомню, - серьёзно кивнул мечник. – Моё имя Мильтар.

Эйдес пожал протянутую ладонь, после чего, прикрыв глаза, позволил потоку унести неведомо как угодившее на соседний материк сознание обратно, в зимнюю пещеру.

Первым, что он почувствовал, была боль. Она сковала чресла, стянула судорогой мышцы спины, рук и ног. С большим трудом он сделал глубокий вздох, а затем, неслышно выругавшись, принялся точечными воздействиями разминать поврежденные во сне участки организма. Похоже, неведомо как открытый им способ путешествия изматывал куда больше обычной тренировки. Но и пользу в себе нёс также немалую. В конце концов, если бы не Эйдес, то Мильтар и другие выжившие жители Тензира наверняка пали бы от руки того существа.

Так что сегодняшняя ночь прошла более чем плодотворно.

Вот только, открыв глаза, Эйдес понял, что совершенно не выспался. Похоже, все ресурсы организма были направлены на поддержание связи его тела и сознания, отправившегося в дальний путь. Конечно, если бы он понимал, как это сделал, то смог бы обуздать свой разум, получить контроль над столь необычной способностью. Но мечник понятия не имел, как всё вышло, и не был уверен, что удастся повторить этот трюк ещё раз. Да и не это было самым важным.

Открыв глаза, он встряхнулся, чувствуя, как ночной холод остудил тело, и понял, что не прочь согреться у костра. Поднявшись, князь подошёл к Руэну, который задумчиво подкидывал в пламя свежие ветки, сел рядом, с наслаждением вытянул руки поближе к огню. Покосился на выход из пещеры, где стояли на страже двое бойцов, подрагивая на ветру и явно мечтая о тёплом зале трактира и кружечке эля. Пожалуй, он бы и сам не отказался от такого удовольствия, но в силу обстоятельств рассчитывать на это не приходилось.

- Ты тревожно спал, князь, - заметил вдруг Руэн. Эйдес бросил на охотника короткий взгляд, кивнул, соглашаясь.

- Слишком много дум. Сложно спать, когда совсем неподалёку устроились враги.

- Пожалуй, что так, - вздохнул охотник. – Но не только они. Я слышал в лесу ночных птиц. Обычно они не такие громкие, но сегодня ночью горланят вовсю. Плохой знак. Им страшно.

- Чего они боятся? – уточнил Эйдес. Руэн пожал плечами.

- Кто знает. Быть может, людей. Может, кого похуже. В мире хватает странных созданий.

Князь невольно усмехнулся. Уж в этом он был уверен. Не далее, как час назад самолично прикончил одно из загадочных существ на другом конце света.

Впрочем, вслух он сказал другое:

- Держи ухо востро. Чуть что не так, говори, даже если это покажется тебе не стоящим внимания. Я не хочу рисковать жизнями людей. Ясно?

- Яснее некуда, княже, - спокойно отозвался Руэн, но Эйдес явственно ощутил его удовлетворение. Похоже, охотнику понравился ход мыслей юного князя. Что ж, нелишне было заполучить немного расположения их проводника.

В конце концов, путь предстоит неблизкий.

Он не успел даже обдумать следующую мысль, как воины у входа засуетились, один подался вперёд, а потом вдруг закричал на всю пещеру:

- Люди! Люди идут!

Глава 4 - Захват

Эйдес оказался у входа в пещеру чуть ли не быстрее второго бойца, охранявшего покой отряда. Тенью возник рядом с воином, заставив того вздрогнуть и едва слышно выругаться сквозь зубы. Впереди, среди окутавшего лес тумана, виднелись смутные людские силуэты, бредущие к пещере.

Услышав шелест тетивы, Эйдес взглянул на кричавшего ранее воина – тот уже держал лук наготове, дожидаясь команды князя.

- Погоди пока, - остановил он явно опытного бойца. – Пусть подойдут ближе. Может, это беженцы, на разбойников или головорезов Хвилла не похожи – слишком открыто держатся.

- И то правда, княже, - согласился с ним подошедший Руэн, с прищуром глядевший на незнакомцев в тумане. – Зная поганый нрав хвиллцев, те бы скорее ударили в спину, дождавшись, пока мы свернем лагерь.

Эйдес кивнул, подсчитывая бредущие тени. По всему выходило пятеро. Туман слегка расступился, позволив князю разглядеть незнакомцев, и он невольно скрипнул зубами: это были обычные селяне, в оборванных одеждах, со следами копоти, хромающие и дрожащие от холода. Двое мужчин и три женщины, одна помоложе, две явно старше сорока. Судя по виду, они шли всю ночь, и теперь едва не валились с ног от изнеможения и холода - тёплых вещей ни на ком из маленького отряда не было.

Увидев у входа в пещеру вооруженных бойцов, люди замерли в испуге, но один из мужчин различил герб князя Изне на одежде воинов, и лицо его озарилось надеждой. Эйдес ощутил, как невольно сжалось сердце. Эти люди готовы довериться ему, правителю княжества, хотя всё случившееся именно его вина. Это ведь он не просчитал действия Тальи, недооценил врага и позволил Изне оказаться втянутым в войну. Из-за него целая деревня лишилась крова, а многие – жизней. И этот груз ему нести до самой смерти.

Селянин, тем временем, выбежал вперёд, приблизился к воинам, но на склоне, почти у самого входа в пещеру, оступился, упал на колени. Эйдес, сам того не осознавая, подался вперёд, аккуратно помог ему подняться, придерживая под руку. Пальцами князь ощутил, как человек буквально весь дрожит от холода и слабости. Поймав взгляд Эйдеса, селянин попытался что-то сказать, но князь жестом оборвал его.

- Сначала – к костру. Вам нужно согреться. Там и поговорим. Помогите женщинам!

Последнюю фразу он бросил бойцам, но те уже и сами ринулись на помощь беженцам.

Эйдес помог селянину добраться до костра, самолично подкинул ещё несколько веток, заставив пламя взметнуться выше. Жар от огня достиг беженца, и тот расплылся в довольной улыбке, протянул руки, силясь согреться.

Воины Изне привели остальных, усадили рядом, кто-то принёс теплые накидки, и беженцы закутались, сгрудившись у костра, прижимаясь друг к другу. Глядя на них, Эйдес заметил, что двое мужчин ранены – один держался за плечо, а у другого на бедре расплылось кровавое пятно. Приказав бойцам осмотреть обоих, князь распорядился насчёт горячего отвара и снова взглянул на первого селянина.

- Расскажите, как всё было, - попросил Эйдес.

Беженцы переглянулись, затем всё тот же селянин, повздыхав, неуверенно начал:

- Темно, сталбыть, было, ваша светлость. Метель ещё проклятая. Все спали, когда вдруг шум, сталбыть, поднялся, а потом и огонь – до неба. Мы с Нарышкой вскочили, кое-как одежу напялили, сталбыть, на двор выбежали, думали – пожар у кого. Ан нет, на улице люди незнакомые, страшные, в шлемах вострых и в железо одетые, смеются, бутыльки какие-то поджигают и на крыши зашвыривают! Кто успел – выбежали, прямиком, сталбыть, в лес. Иные пробовали драться, но куда там, с граблями супротив воина с мечом много не навоюешь. Сталбыть, крови на снегу море, бабы кричат, дети плачут, ну и мы ждать не стали, через плетень – и на опушку. Там ужо столкнулись с остальными. Млад и Зашек одного из ворогов положили, когда в дом к ним сунулся, пограбить хотел, скотина, ну и жен успели хватнуть – и в бега. Так и шли по лесу, пока досюда не дошли. Весь сказ, сталбыть.

Эйдес поймал взгляд стоявшего рядом Руэна. Охотник выглядел мрачным, казалось, ещё немного – и не дожидаясь команды побежит искать врага. Впрочем, ему удалось подавить свой гнев, хотя подрагивающие уголки рта всё равно выдавали истинные чувства.

- Сколько примерно их было, сказать сможете? – уточнил князь, повернувшись к двум другим мужикам, которым женщины промывали раны. У того, что держался за плечо – рассказчик назвал его Младом, - оказался порезан ещё и бок, но ничего смертельного. Поморщившись, когда чистая тряпица коснулась раны, селянин произнёс:

- Десятка два точно там было, княже. Но по темени разве ж углядишь? Может и больше.

- Не только воины там были, точно говорю, - встряхнулся вдруг третий мужик, Зашек. – С ними ещё ходил какой-то важный, в длинном плаще и с посохом. Я краем глаза усмотрел, пока к лесу бежал.

Эйдес чуть сдвинул брови, размышляя. По описанию похоже было, что с отрядом хвиллцев явился какой-то маг. И вряд ли он специализируется на исцелении. Это меняло дело, но не сильно. Единственное, чем был неприятен маг – это дополнительный риск для воинов князя Изне. Вряд ли кто из них обучен биться против адептов Вод Потока. А ему всё же не хотелось бы никого терять.

- Всё слышал? – спросил Эйдес у молча наблюдавшего за разговором Линта. Командир отряда склонил голову.

- Так точно, княже. Маг – это плохо, но, если он там один, думаю, мы справимся. В конце концов, насколько мне известно, у магов есть какие-то ограничения в использовании сил, и это делает их куда слабее мечников.

Эйдес усмехнулся лёгкой наивности своего протеже. Впрочем, вряд ли столь юный воин когда-либо сталкивался с по-настоящему сильными магами в открытом бою. Тогда бы он здесь сейчас не стоял.

Князю вспомнился Люцис, верный помощник Арахха, и их недолгий спарринг. На тот момент силы мечника и мага были примерно равны, но как бы всё обернулось теперь? Вопрос, на который не скоро получится ответить. Но в том, что вражеский маг превосходит одного из сильнейших адептов королевства Карг, Эйдес сомневался. Впрочем, в жизни случаются удивительные события, к чему загадывать заранее?

Скоро он всё увидит своими собственными глазами.

- Всё не столь однозначно, - поправил Эйдес юного командира, заставив того слегка покраснеть. – Но мы не будем действовать опрометчиво. Сначала надо подобраться ближе к ущелью, рассмотреть позицию вражеского лагеря, а после составим план атаки. Сейчас – всем подкрепиться, проверить снаряжение, а затем выступаем. До нужного места не меньше полдня пути.

- Слушаюсь, княже, - кивнул Линт. Покосился на разомлевших беженцев, которые уже начали клевать носами. – С этими что делать?

- Накормить, напоить, оставить часть припасов. Вернёмся за ними на обратном пути, отведём в ту деревню, где были, - решил князь. – Действуй.

Линт ещё раз кивнул, после чего отправился раздавать приказания. Лагерь забурлил, как небольшой муравейник на полтора десятка особей, и наблюдать за подобной суетой оказалось, на удивление, приятно.

Впрочем, не помешало бы позаботиться и о своих вещах тоже, решил Эйдес. Поднявшись, он направился к спальному месту, чувствуя, как сердце забилось чаще. Близость схватки будоражила кровь, пьянила, пыталась сбить мысли в кучу и пробудить первобытные инстинкты. Лишь усилием воли удалось сдержать животные порывы и унять жажду крови. После всего, что враг сделал с жителями деревни, лёгкой смерти им ждать не стоит.

Их кара будет гораздо хуже.

***

Снег хрустел под копытами коней, а яркое солнце почти слепило, заставляя щуриться. Непогода утихла, сменившись полным спокойствием, будто и не было накануне жуткой метели. Впрочем, Эйдес чувствовал, что это лишь временное затишье. Зима только начала показывать зубы.

Отряд оставил беженцев у костра в пещере, выслушав напоследок непрерывный поток благодарностей. Похоже, несчастные жители разоренной деревни и не надеялись уже на спасение. В их глазах князь со своими людьми являлись едва ли не посланниками Грандиозных.

Впрочем, Эйдес всё же распорядился оставить селянам лук со стрелами и пару дубин из запасов отряда, на случай если к пещере забредут голодные звери или того хуже – люди. Не хотелось бы найти растерзанные тела по возвращении.

Голова князя была занята будущим сражением с хвиллцами. До ущелья, если верить Руэну, они доберутся к вечеру, по темноте. Это открывает некоторые возможности для внезапной атаки, но, вместе с тем, ограничивает в других моментах. Видеть в темноте кроме Эйдеса никто не умел, и схватка получится почти вслепую. Это не поддавалось полноценному контролю, и слегка злило князя.

- Насколько я помню, княже, в ущелье можно попасть и с другой стороны, там поверху есть едва заметная тропка, которая аккурат вниз уводит, - заметил приблизившийся к нему Руэн. Охотник выглядел довольным, глаза его ярко блестели, и он явно нацелился на добротную драку.

- Предлагаешь сразу разделить отряд и ударить с обеих сторон?

- Тебе решать, - пожал плечами охотник. – Но, если что, второй отряд я без проблем проведу по тропе в тыл врага.

- Учту, - кивнул Эйдес. Предложение Руэна было весьма дельным, но всё-таки сначала князю хотелось оценить вражеский лагерь с высоты. Возможно, после разорения деревни там осталось не так много бойцов, и удастся обойтись малой кровью. Но смутное чутьё подсказывало князю, что присутствие мага в отряде Хвилла сулит ему головную боль. Если бы мечник дрался один, это не представляло бы никакой проблемы, но с ним обычные смертные, и придётся думать об их защите тоже.

В который раз Эйдес посетовал о том, как хорошо было путешествовать одному. Не было нужды следить за тем, всё ли исполняется в точности, нет необходимости прикрывать чьи-то задницы. Всё понятно и просто.

Он едва заметно усмехнулся. Да уж, только вот роль безродного бродяги из далёкой провинции Хвилла его совсем не устраивала. Поэтому и шёл вперёд, пока не достиг цели. И то, если брать во внимание недавний сон, лишь наполовину.

Мыслями он вернулся к реалистичному видению. Оно сулило явную угрозу в ближайшем будущем. Быть может, лет пять или семь у него в запасе есть, но не более. Раз уж скверна достигла соседнего континента, для неё не составит труда поглотить его целиком, а после заняться тем материком, где обосновался Эйдес. За этот срок ему нужно довести до совершенства все свои техники, а также доработать ту, что оставила в наследство мастер Нега.

Он чувствовал, что в ней была сокрыта огромная мощь, которой хватит, чтобы одолеть заразу. Так или иначе, сидеть и ждать конца света князь не собирался. С приходом утра в нём разгорелась жажда деятельности.

Время перевалило за полдень, когда Линт решился отправить пару разведчиков вперёд – осмотреть маршрут, на случай если враг выставил дальний дозор. Хотя Руэн уверял, что такое вряд ли случится, поскольку лагерь наверняка расположен в низине, и посылать людей наверх не слишком удобно для мародеров из Хвилла, командир отряда предпочёл не полагаться на судьбу. В этом Эйдес был с ним солидарен.

Погрузившись в свои размышления, князь не сразу заметил, что Линт едет рядом. На лице юного командира виднелось любопытство, и Эйдес с тихой усмешкой поинтересовался:

- Хочешь что-то спросить?

- Всего лишь беспокоюсь, княже, - склонил голову Линт. – Во сне ты будто бормотал какие-то слова, а иногда в твоей руке появлялся меч. Так и должно быть?

Эйдес вздохнул. Он опасался каких-то видимых проявлений своего ночного путешествия, но не думал, что их кто-то заметил. Выходит, Линт наблюдал за покоем своего господина. Рано или поздно такой вопрос появился бы, к тому же, перед Эйдесом, как мечником, теперь лежал неизведанный путь, и кто знает, куда его приведёт эта тропа. Стоит обеспокоиться безопасностью подданных.

- Не совсем, - произнёс он так, чтобы слышал только Линт. – Я изучаю одну…технику, и иногда использую время сна для того, чтобы её отточить. Для окружающих опасности в этом нет.

На лбу юноши залегли складки, когда он нахмурился.

- А для тебя, княже?

Эйдес слегка натянуто улыбнулся. Юный командир был весьма прозорлив.

- Пока не знаю. Но я могу о себе позаботиться.

- Как скажешь, - Линт ещё раз склонил голову, - но, если что, я всегда готов помочь, мой господин!

- Спасибо, - шепнул князь, на мгновение почувствовав, как в груди расплылось приятное тепло. Для него всё ещё было внове, что люди готовы следовать за ним и помогать просто так, потому что уважают и ценят. Это казалось чем-то нереалистичным, призрачным, того и гляди – рассыплется, будто карточный домик. Но, похоже, пора привыкать.

В конце концов, забота и уважение – это фундамент, на котором он поклялся строить свою власть.

Дальнейший путь прошёл в спокойствии. Князь иногда проваливался в медитативный транс, позволяя себя небольшие спарринги с неизвестными противниками, но сил после ночного путешествия было не так много, и Эйдес предпочитал копить энергию, медленно втягивая её извне.

Начало смеркаться, когда разведчики вернулись с докладом. Судя по их словам, до вражеского лагеря отсюда было около семи миль, практически рукой подать. Близко подбираться к стоянке хвиллцев бойцы не стали, понаблюдав издали, но даже так заметили не меньше десятка крепких парней.

Было принято решение двигаться пока дальше, до развилки, где основная дорога уходила вниз, к ущелью, а едва заметная после метели тропа шла налево, к пригорку. Нужного места достигли через час, и остановились, чтобы продумать тактику боя и дать отдых коням.

- Давайте за мной, - скомандовал Эйдес Руэну и Линту, после чего направил скакуна на пригорок. Спешившись у края, мечник приблизился к обрыву, бросил вниз внимательный взгляд. Отсюда весь лагерь был виден как на ладони. Странно, что хвиллцы все-таки не отправили дозорных на скалы, Эйдесу показалось такое решение слишком уж недальновидным.

Впрочем, приглядевшись, он понял причину: вокруг лагеря едва заметно дрожал воздух, а пространство слегка искажалось, будто рябью на поверхности воды. Вражеский маг поставил защиту. Значит, его уровень весьма высок, новичок или адепт начальных ступеней вряд ли сумел бы осилить подобный трюк.

Спутники князя не обрадовались, услышав об этом.

- Проклятье! – выругался Руэн, стукнув кулаком по камню. – Если бы не это, мы могли б ударить им в тыл, отвлечь внимание на себя. Но теперь вся затея теряет смысл.

- Вовсе нет, - возразил Эйдес. – Будем придерживаться твоего изначального плана. Возьмёшь парней, подкрадетесь к ним сзади. Насчёт защиты не переживай, я её сниму.

Линт и Руэн переглянулись, в их глазах мелькнуло недоверие, но оба помощника князя промолчали, не высказав вслух ни капли сомнения. Выбора у них всё равно не было, кроме как положиться на мечника.

- Как мы поймём, что защиты больше нет? – уточнил охотник.

- Вы услышите, - улыбнулся князь.

Вернувшись к отряду, Эйдес позволил Линту разделить бойцов поровну, отправив одну часть на другую сторону ущелья под началом Руэна, а другую бросив в лобовую атаку. Прежде, чем отдать приказ, юный командир взглянул на князя. В глазах Линта тот увидел азарт, смешанный со страхом. Сам же Эйдес пока не испытывал никаких эмоций. В конце концов, ему предстояло сражаться с людьми, а это не так уж сложно. Единственная опасность – это маг, да и то, лишь для бойцов Изне, не для него самого.

- Вперёд, - скомандовал князь, и Линт повторил приказ. Дав шпоры коням, воины ринулись вниз по дороге, въехав в ущелье. Скалистые склоны надвинулись с обеих сторон, будто колоссы, невольно заставив ощутить себя мелким и незначительным. Солнце уже не попадало сюда, и отряд погрузился в полумрак.

Эйдес почувствовал впереди плотную ткань защитного купола ещё прежде, чем увидел его, и призвал Первый Клинок – простую рукоять, обмотанную плетенкой, с крестовиной, которая переходила в обломанное лезвие. Резким движением мечник швырнул Клинок вперёд, вонзив острием в вязкую ткань защитной формации. Сила удара была такова, что заклинание мага не выдержало, покрылось сетью трещин и осыпалось мелкими осколками, издав громкий хлопок. Такое сложно было не услышать, и в лагере тотчас началась суета. Двое стражей, охранявших подходы к стоянке хвиллцев, закричали, увидев перед собой всадников, но слишком поздно: резвая стрела пробила горло одного из них, а второй, замешкавшись, лишился головы. Линт, прикончивший стража, молча встряхнул мечом, на лице юного командира проявилось крайне свирепое выражение. Воин явно жаждал крови.

А затем начался хаос.

Эйдес на ходу поднял с земли Первый Клинок и вынул из Забвения Третий – серебристо-синий меч ярко блеснул в полумраке ущелья. Бойцы уже схлестнулись с врагом, в воздухе раздался звон стали, крики раненых и зовущих на помощь. Сам князь, спешившись, мимоходом разрубил пополам одного из бросившихся на него хвиллцев, а второго отшвырнул ударом ладони к скалистой стене. Звук, с которым воин врезался в неё, ясно дал понять: мародёр из Хвилла не выжил.

Но люди мало волновали князя Изне, взглядом и чутьём он искал вражеского мага. И пока не находил его. Сенсоры молчали, а заполонивший ущелье дым портил видимость. Откуда он только взялся? Мгновение назад всё было ясно.

Лишь спустя миг до Эйдеса дошло, что подобный эффект – явно дело рук мага. Словно подтверждая его догадку, мимо промчалась маленькая огненная комета, врезалась в одного из бойцов князя, и тот мгновенно оказался объят пламенем. С воем, почти нечеловеческим, он в считанные секунды обратился в уголь. Даже плотный стеганный доспех не пережил силу магического огня.

Досада от потери бойца, мелькнувшая в груди Эйдеса, тотчас сменилась азартом – он почуял мага. С той стороны, откуда прилетел залп, ясно веяло Водами Потока, и мечник поспешил туда как ищейка, сквозь дым, не видя пути. Ускорившись так, что окружающие будто застыли в безмолвии, Эйдес промчался мимо сражавшихся, краем глаза отметив, что вражеских трупов на земле прибавилось. Значит, бойцы пока справляются.

Теперь главное устранить мага, иначе здесь разверзнется огненный ад, и тогда станет туго даже ему.

Эйдес пробежал сквозь дым и очутился на небольшой площадке, где у костра, за которым вдоль стены были расположены телеги со скарбом, стоял высокий человек в плаще с капюшоном. В правой руке он держал резной посох, от которого во все стороны сыпались искры. В свете пламени открылось лицо мага: изборожденное морщинами, с крючковатым носом и густой седовласой бородой. Маг был стар.

Это вмиг разбило большую часть уверенности Эйдеса. Возраст адепта, конечно, не всегда означает высокий ранг, но зачастую связан с ним. Более того, маг, сумевший дожить до старости, явно имеет за душой много хитрых уловок, и драться с таким противником – высокий риск. Впрочем, деваться всё равно некуда.

Поэтому мечник бросился в атаку. Всё ещё не снижая темпа, преодолел дистанцию между ними, ударил снизу вверх – и наткнулся на жёсткий блок. Маг успел выставить посох, и тот, даром что выглядел обычным деревянным орудием, с лёгкостью выдержал натиск Эйдеса.

- Мальчишка, - с некоторым удивлением выдохнул маг. – И такая мощь?

Вместо ответа мечник атаковал снова, вложив в удар чуть больше силы - всё же первая атака была весьма слабой, он никак не ожидал высокого ранга от сопровождающего отряд Хвилла чародея. Старик даже не успел удивиться, как его снесло к телегам, ударило о деревянный борт, пробило доски в щепы и приложило головой о какой-то массивный тюк.

Эйдес сменил стойку, не сводя глаз с противника, но тот больше не шевелился.

- Неужели убил? – пробормотал мечник, но оказался неправ – маг шумно вздохнул, кряхтя, сел, помотал головой и вперил в юного князя злобный взгляд далеко посаженных глаз.

- Значит, ты и есть князь Изне. Что ж, я был готов к твоему появлению, загодя обзавёлся парой интересных фокусов.

Он полез за пазуху, вытащил оттуда какой-то небольшой камушек, крепко сжал в ладони. Губы старика задвигались, шепча слова незнакомого Эйдесу языка. Впрочем, ждать, пока маг закончит волшбу, мечник не собирался. Рванув с места, он запрыгнул на телегу и занёс Клинок для удара.

Но не успел.

В руках старика возникло яркое свечение, за доли мгновения обретшее мощь, сравнимую с падшей звездой. Всей скорости Эйдеса не хватило, чтобы уклониться от удара или предотвратить его, он только и смог, что закрыться Клинком, когда прогремел взрыв.

Эйдес ощутил, как нечто жаркое болезненной вспышкой расцвело в области живота, пробив доспех, а затем понял, что летит – и спустя миг его приложило о скалу с силой, которая спокойно размазала бы любого человека.

Рухнув на землю, мечник не смог даже сделать вздох, какое-то время он просто лежал, пытаясь понять, что случилось. Он был жив, разумеется, но потерял ориентацию в пространстве и возможность сделать вдох. С большим усилием перевернувшись на спину, Эйдес, наконец, вдохнул пропахший гарью воздух и скривился от пронзившей нутро боли. Ощупав пальцами живот, он понял, что взрыв разворотил сталь, содрал верхний слой кожи, но не сумел проникнуть дальше мышц. Запустив лёгкий целебный импульс, Эйдес, пошатываясь, поднялся и взглянул на место сражения.

Телега, как и остальные рядом с ней, превратилась в полыхающие огнём щепки, посреди которых, почти невредимый, стоял маг Хвилла. Впрочем, взгляд Эйдеса всё же отметил потрепанность старика, как и залегшие под глазами тени – использованный приём явно обошёлся чародею недёшево, разом убавив сил. Но куда приятнее оказалось изумление, возникшее на лице мага, когда он заметил князя.

- Ты испортил мне новую броню, - процедил Эйдес, спокойно шагая к противнику. – Честно говоря, сперва я хотел оставить тебя в живых, но теперь передумал. Вижу, у тебя дурной нрав. И, раз уж мы здесь хвастаемся техниками, позволь продемонстрировать кое-что получше…

Кажется, старик по глазам понял, что его ждёт, но среагировать уже не успел. Ярко-алый кокон из лепестков пламени, способных спалить дотла всё живое, только-только начал опутывать его тело, когда Эйдес вступил в первую фазу техники Неги. Молниеносные движения сменялись одно другим, задействуя все резервы организма. Шаг, ещё один, удар слева, затем плавная смена позиции, сопровождаемая атакой справа, после чего лёгкий отскок – и укол, а затем…

Эйдес не успел завершить движение. Тело скрутила жуткая боль, заставила выронить Клинок, а каналы в этот момент словно бы полыхнули изнутри. Упав на колени, князь взглянул на противника – неужели тот придумал новый трюк? – но старик был мёртв после второго удара, и теперь его тело медленно рассыпалось на несколько частей, как и посох. Тогда почему так больно?

Окинув каналы внутренним взглядом, Эйдес выругался: в них не осталось ни капли энергии. Весь запас, который он тщательно копил целый день пути, оказался уничтожен всего лишь первой фазой техники мастера. До точки, дальше которой Нега не продвинулась при жизни, было ещё две подобных фазы, и Эйдес точно к ним не готов. Даже после всех изменений и трансформаций тела и каналов, он не сумел приблизиться к величию покойного мастера.

Мечник сделал глубокий вздох, после чего попытался втянуть энергию из пламени вокруг, но не смог. Каналы отказывались запускать цикл течения Вод, и это испугало его. Впрочем, он всё же мог кое-как двигаться, и поэтому, поднявшись, побрёл назад, туда, где уже стихали звуки схватки.

Чуть позже, когда удалось подсчитать раненых и выживших, выяснилось, что отряд Эйдеса потерял троих бойцов. Из мародёров Хвилла в живых остались только двое пленников, и то, один лишился руки и вряд ли протянет хотя бы сутки. Среди раненых совсем тяжёлых не было, если не считать Линта – юный командир дрался сразу с тремя противниками, и слегка переоценил свои возможности. Теперь у него был порван бок, выбито несколько зубов и наливалась огромная шишка на лбу, но воин находился в сознании и даже пытался раздавать приказы. Впрочем, стоявший рядом Руэн, посмеиваясь, осадил юношу и посоветовал поспать. Сам охотник, казалось, не получил ни царапины, по крайней мере, Эйдес не чувствовал от него никаких отголосков боли. Скорее, наоборот, Руэн выглядел собранным и довольным, как никогда.

Собрав менее пострадавших бойцов, князь приказал расчистить место для лагеря и позаботиться о раненых, после чего побрёл ближе к скале. Устроившись на камне, он снова попытался наполнить каналы, но опять потерпел неудачу. Похоже, какое-то время техники мечника ему недоступны, как и полноценное исцеление. Придётся полагаться на собственные резервы тела и ждать, пока оно будет готово наполниться Водами Потока.

Вздохнув, Эйдес взглянул на высыпавшие на небосклон звёзды, равнодушно взиравшие на копошившихся в ущелье людей. Битва с отрядом Хвилла закончилась победой Изне, но ценой потери троих бойцов и многочисленных ранений у остальных. Не такого результата он ждал.

Впрочем, на войне без потерь не бывает, и ему пора привыкать к этой мысли. Впереди ждёт путь обратно, домой, совещание с благородными из главных домов княжества, подготовка к боевым действиям и многое другое.

Но это всё потом. А пока что…

Эйдес слез с камня, поморщившись, когда боль прострелила живот, и направился к двум связанным хвиллцам, один из которых, кажется, уже потерял сознание от боли. Пора бы допросить пленных. Возможно, удастся вытянуть у них что-то новое.

- Подсобишь? – попросил Эйдес наблюдавшего за пленниками Руэна. В глазах охотника мелькнула уже знакомая князю искра удовольствия, и он кивнул.

Кажется, этот человек всегда был рад причинить боль любому выходцу из Хвилла.