Откуда приходят герои любимых книг

Глава 1

Дорогой читатель!

Книга, которую вы держите сейчас в руках, не может быть дописана, пока существует хотя бы один писатель или поэт, который использует или когда‑либо будет использовать в своей работе прототипы. А это значит, что в этот раз я взвалила на свои плечи задачу, которую просто невозможно выполнить и которая превышает возможности автора этих строк.

Впрочем, какой смысл браться за задачи, меньшие по своей грандиозности? Итак, решившись писать о литературных прототипах и прекрасно понимая, что не в человеческих силах завершить сей труд, я, тем не менее, постановила себе, по крайней мере, доделать книгу в первой редакции. После чего, выслушав все: «почему вы не включили то» и «отчего же упустили это», я добросовестно включу всех, не попавших в первую редакцию прототипов, и выпущу книгу во второй раз, ожидая новых замечаний. Таким образом, можно будет подготовить несколько изданий под собственной редакцией и с чистой совестью передать это дело следующим безумцам, пожелавшим преследовать недостижимое. Флаг в руки!

К слову, я очень рассчитываю на этих других и именно в расчете на них, умирая от скромности, все же указывала некоторые свои произведения, в которых также засели любезные моему сердцу прототипы. Не удивляйтесь, это призыв к тому, кто продолжив сей труд, не оставить своим вниманием… и т. д. … и т. п. …

В книге две части. «Детская недетская литература» – название неслучайное. И не смотрите на то, что мы здесь «плюшками балуемся», а не, скажем, «примус починяем», деткам, особливо со слабыми нервами, эту детскую‑недетскую часть читать

не рекомендуется. А во второй части собраны произведения, условно считающиеся чтением для людей постарше. Разграничение условное, так как кто‑то читает с семи лет английскую классику, а кто‑то,., но не будем о грустном.

В каждом разделе произведения выставлены по году написания или издания, это сделано с целью создать хоть какой‑то минимальный порядок, потому как по какому принципу их там размещать? Имена авторов по алфавиту? Название произведений? По именам героев? Прототипов? Последние, кстати, не всегда известные личности.

В общем, буду рада, если чтение этой книги принесет вам столько же открытий, сколько принесло мне во время ее написания.

С уважением, Юлия Андреева

Часть первая. Детская недетская литература

Шарль Перро и братья Гримм

«ЗОЛУШКА»

На самом деле Шарль Перро и братья Гримм не придумали всеми любимую «Золушку», в основу сказки лег так называемый «бродячий сюжет». Самая ранняя известная версия «Золушки» пришла к нам из Древнего Египта на сохранившихся папирусах VI в. до н. э.

Попробуем и мы рассказать ее так, как это сделали бы в те далекие времена.

Жила‑была девушка по прозвищу Родопис – «Румянолицая» (настоящее имя, возможно, звучало как Дориха, но не в этом суть). Она родилась в Греции. В Греции, как известно, все есть, нашелся и прототип Золушки. Впрочем, в тот момент она еще не была никаким прототипом, никто сказок о ней не писал.

Все изменилось, когда Родопис, будем ее называть так, была похищена пиратами, которые привезли ее в Египет, дабы продать на невольничьем рынке. Девушка была очень красивой, и новый хозяин купил ей изящные кожаные позолоченные сандалии. Пока Родопис купалась в реке, прилетел сокол (этим соколом, разумеется, был бог Гор). Он схватил одну сандалию и тотчас взмыл в небо. Долетел до дворца фараона, дождался, когда тот вышел в сад вместе с придворными, да и бросил с высоты прямехонько монарху на головушку.

Согласитесь, необычное явление. Выходит правитель страны утром в сад, сам он такой красивый, разодетый, важный, кругом министры, генералы, слуги с опахалами, а тут кто‑то с неба бросается в него обувью. Другой, возможно, обиделся бы на подобное отношение к власти, но фараон был мудрым, он взял в руки свалившийся на него предмет и, осмотрев, предположил, что такие сандалии могла носить только очень красивая женщина. Кроме того, он, наверное, подумал, что неслучайно же, в самом деле, с неба вдруг начали падать предметы дамского туалета. Явный знак – пора жениться.

Тут же объявили государственный розыск, обладательницу второй сандалии искали по всей стране и наконец нашли. В доказательство, что это именно она, хрупкая Родопис в присутствии посланников обулась и предъявила вторую сандалию. Фараон женился на Родопис.

Об этом рассказывал древнегреческий историк Геродот, живший в V в. до н. э. Он даже указывает имя фараона – Амасис II (570‑526 гг. до н. э.). По словам Геродота, девушка была родом из Фракии и находилась в рабстве у Иадмона с острова Самос, вместе с полулегендарным баснописцем Эзопом. Согласно его версии, Родопис не похитили пираты, а просто продали в Египет, как частенько хозяева продавали рабов, где «занималась своим ремеслом», после чего Харакс, брат поэтессы Сапфо, выкупил ее за огромную сумму и даровал свободу. Родопис осталась в Египте и приобрела значительное состояние; на десятую часть своих доходов она заказала и отправила в Дельфы в качестве дара множество железных вертелов, на которых можно было жарить целых быков. По словам Геродота, спустя 100 лет эти вертела все еще лежали за алтарем, напротив храма.

Геродот пишет, что некоторые эллины считают пирамиду Микерина, одну из трех великих пирамид в Гизе, якобы принадлежащей Родопис. Сам же Геродот указывал, что Родопис жила намного позже Микерина и не была настолько богата, чтобы для нее построили столь великолепную пирамиду.

О Родопис писал древнегреческий историк и географ Страбон: «…во время купания орел похитил одну из сандалий Родопис у служанки и принес в Мемфис; в то время, когда царь производил там суд на открытом воздухе, орел, паря над его головой, бросил сандалию ему на колени. Царь же, изумленный как прекрасной формой сандалии, так и странным происшествием, послал людей во все стороны на поиски женщины, которая носила эту сандалию. Когда ее нашли в городе Навкратисе и привезли в Мемфис, она стала женой царя. После кончины царица была удостоена погребения в вышеупомянутой гробнице»[1].

Страбон также указывает, что пирамида Микерина принадлежала Родопис и была построена для нее ее любовниками.

Та же легенда передается римским автором Клавдием Элианом, жившим во II‑III вв., который называл Родопис «Родопидой», а фараона – Псамметихом (правда, под этим именем правили несколько фараонов Позднего периода, так что, о ком конкретно идет речь, неизвестно).

Итак, получается, что одна из первых Золушек – египтянка греческого происхождения. А что вы скажете, если я познакомлю вас с китайской Золушкой? Ее туфельки с подошвами из чистого золота были сотканы из золотых нитей. Правда, имя этой девушки не сохранилось, так что и для нас она останется безымянной.

В сказке братьев Гримм героиня сначала получает в подарок «туфельки, расшитые шелками и серебром», а в последний вечер – «туфли чистого золота». Тяжело же ей, наверное, пришлось танцевать в этот вечер. В бретонской сказке «Груша с золотыми грушами» упоминаются три пары туфелек: стальные, серебряные и золотые. Ох уж эти суровые бретонские сказки! Все три вечера девушка вынуждена танцевать в такой тяжести. Впрочем, и итальянская Золушка обута в серебряные туфельки, а в венецианском варианте сказки – в алмазные. В датской сказке туфельки шелковые. В сказке писательницы Мари‑Катрин д’Онуа они сделаны из красного бархата и вышиты жемчугом. В сказке Шарля Перро Золушка обута в стеклянные башмачки. Но если уж мы говорим о том, как тяжело танцевать в золотых или серебряных туфельках, стекло кажется вообще неприемлемым для такого дела материалом. Выбор подобного материала объясняет французский писатель Эмиль Дешанель: «Пойти на бал, танцевать, обутой в стекло! Именно то, что это невозможно, особенно поражает воображение и кажется волшебным… И возможно, Перро пошел на это сознательно». С ним соглашается Поль Деларю: «С символической точки зрения, в противоположность прозаическому подходу, стекло подходит идеально. Стекло является распространенным символом девственности. Оно хрупко, и его можно разбить лишь один раз».

Однако, начиная с XIX в., филологи завели яростный спор, из чего на самом деле были сделаны башмачки Золушки, так как во французском языке слово «стекло» – verre – произносится так же, как название меха особой выделки – vair –(шкурки сшивались с чередованием окраса спины и брюшка пушного зверька, обычно белки). Первым на возможность подобной ошибки Перро указал Оноре де Бальзак: «В XV и XVI веках торговля мехами переживала эпоху своего расцвета. Добывать пушнину было тогда делом нелегким: приходилось совершать длинные и опасные путешествия в северные страны; в силу этого меха ценились чрезвычайно дорого. В те времена так же, как и теперь, высокие цены только повышали спрос: ведь тщеславие не знает преград. Во Франции, а равным образом и в других странах, ношение мехов было установленной королевским указом привилегией знати, и это объясняет, почему горностай так часто фигурирует на старинных гербах; некоторые редкостные меха, как, например, vair, который, вне всякого сомнения, есть не что иное, как королевский соболь, имели право носить одни только короли, герцоги и занимающие определенные должности вельможи. Различали vair, состоящий из мелких, и vair, состоящий из крупных шкурок; слово это уже лет сто как вышло из употребления и до такой степени забылось всеми, что даже в бесчисленных переизданиях „Сказок“ Перро про знаменитую туфельку Золушки, которая первоначально была, по‑видимому, из мелкого vair, в настоящее время говорится, что она хрустальная (verre)».

О башмачках Золушки спорят персонажи книги А. Франса «Книга моего друга» (глава «Разговор о волшебных сказках»):

«Лаура . Ведь неправильно говорят, что у Золушки были хрустальные башмачки. Невозможно представить себе башмачки, сделанные из того же материала, что и графин.

Башмачки, подбитые беличьим мехом, более приемлемы, но все же не очень остроумно в такой обуви вывозить девушку на бал. В меховых башмачках ножки Золушки были бы похожи на мохнатые голубиные лапки. Надо быть без ума от танцев, чтобы плясать в меховых туфельках. Но все девушки таковы: будь у них свинцовые подметки, все равно они станут плясать.

Раймонд . Кузина, я же предупреждал: опасайтесь здравого смысла. Золушка была обута не в меховые, а в хрустальные башмачки, прозрачные, как стекло Сен‑Гобена, как воды родника, как горный хрусталь. Вы же знаете, что у нее были волшебные туфельки, а этим сказано все».

Известный французский антрополог Поль Деларю, изучив версии «Золушки» в сказках разных народов, обнаружил следующие варианты:

просто башмачки, без уточнения – 24;

сандалии – 1;

стеклянные башмачки – 5;

золотые башмачки – 1;

хрустальные башмачки – 1.

Согласно версии Шарля Перро, Золушка – дочь овдовевшего короля, который женится во второй раз, на женщине, у которой две дочери. Мачеха и сестры прогоняют Золушку спать на чердак, заставляют ее делать всю грязную работу. Дальше сказку нет смысла пересказывать, все ее знают.

У братьев Гримм все гораздо страшнее: Золушка – дочь богатого вдовца, она тяжело переносит гибель матери, каждый день ходит к ней на могилу. Через год богач женится снова, сестры быстро переводят Золушку в разряд прислуги. Однажды отец едет на ярмарку и спрашивает, что привезти дочери и падчерицам. Падчерицы просят дорогих платьев и драгоценных камней, а Золушка – ветку, которая на обратном пути первая зацепит его за шапку. (Вспомните фильм «Три орешка для Золушки».) Привезенную ветку орешника Золушка сажает на могиле матери и поливает слезами. Вырастает красивое дерево. На дерево начинает прилетать белая птица, когда Золушка просит ее о чем‑нибудь, птичка исполняет то, о чем она просила.

На трехдневный пир король приглашает всех красивых девушек страны, чтобы его сын мог выбрать себе невесту. Сводные сестры идут на пир, а Золушке велено разобрать чечевицу. Если замарашка справится и будет еще не поздно, она может также пойти на бал. Золушка призывает голубок, и те перебирают чечевицу. Золушка справилась, и не успевшая уехать мачеха тут же переворачивает еще две миски, но фокус повторяется. Тогда на помощь старой вредине приходит логика: у Золушки решительно нечего надеть, и танцевать ее никто не учил. Девушка приходит к ореховому деревцу и просит: «Ты качнись, отряхнись, деревцо, ты одень меня в злато‑серебро». И дерево сбрасывает с ветвей платье и туфельки.

На балу принц танцует только с Золушкой. Но вечером девушка убегает от него и взбирается на голубятню. Принц рассказывает о случившемся королю. Тот велит разрушить голубятню, но никого там нет.

На второй день Золушка получает новый наряд и вечером спасается от принца, взобравшись на грушу.

На третий все повторяется, но на этот раз во время побега ее туфелька из чистого золота приклеивается к ступеньке лестницы, да так там и остается, – это принц догадался воспользоваться смолой. Принц приходит к отцу Золушки и говорит, что возьмет в жены только ту, на чью ногу придется эта золотая туфелька. Старшая сестра отрезает себе палец, кое‑как надевает туфельку, принц забирает ее с собой, но голубки поют ему: «Посмотри на туфельку, она вся в крови».

Фальшивую невесту возвращают отцу, и тут же вторая сестра соблазняется отрезать себе пальцы и пятку. История повторяется, и наконец Золушка примеряет башмачок, он ей впору. Она объявляется невестой наследника престола. Голуби сидят на плечах невесты.

По дороге в церковь сестры пытаются подольститься к Золушке, но птицы выклевывают им глаза.

К слову, у Шарля Перро все миролюбивее: сделавшись принцессой, Золушка первым делом выдала замуж сестер, и все были счастливы.

[1] Страбон. География. Кн. XVII, гл. 33.

Глава 2

Шарль Перро

«СИНЯЯ БОРОДА»

Согласно сюжету народной сказки, Синяя Борода женился на юной девушке, любопытство которой помогло в конечном итоге раскрыть серию чудовищных убийств прежних жен Синей Бороды. Скорее всего, дело обстояло так: Синяя Борода почему‑то убил свою первую жену, после чего женился во второй раз, не захоронив первый труп, а просто заперев тело в одной из многочисленных комнат замка. Но в один прекрасный день супруга отпирает дверь, видит труп, и муж вынужден убить единственного свидетеля. Так постепенно комната наполняется полуразложившимися телами убиенных, пока последняя супруга Синей Бороды и живущая вместе с ней сестра, обнаружив секрет синебородого, не догадались позвать подмогу. В результате маньяк убит.

"Жил-был однажды человек, у которого водилось множество всякого добра: были у него прекрасные дома в городе и за городом, золотая и серебряная посуда, шитые кресла и позолоченные кареты, но, к несчастью, борода у этого человека была синяя, и эта борода придавала ему такой безобразный и грозный вид, что все девушки и женщины, бывало, как только завидят его, так давай бог поскорее ноги.

У одной из его соседок, дамы происхождения благородного, были две дочери, красавицы совершенные.

Он посватался за одну из них, не назначая, какую именно, и предоставляя самой матери выбрать ему невесту. Но ни та, ни другая не соглашались быть его женою: они не могли решиться выйти за человека, у которого борода была синяя, и только перекорялись между собою, отсылая его друг дружке. Их смущало то обстоятельство, что он имел уже несколько жен и никто на свете на знал, что с ними сталось.

Синяя Борода, желая дать им возможность узнать его покороче, повез их вместе с матерью, тремя-четырьмя самыми близкими их приятельницами и несколькими молодыми людьми из соседства в один из своих загородных домов, где и провел с ними целую неделю.

Сна по ночам и в помине не было; всякий потешался, придумывал забавные шалости и шутки; словом, всем было так хорошо и весело, что младшая из дочерей скоро пришла к тому убеждению, что у хозяина борода уж вовсе не такая и синяя и что он очень любезный и приятный кавалер. Как только все вернулись в город, свадьбу тотчас и сыграли.

По прошествии месяца Синяя Борода сказал своей жене, что он принужден отлучиться, по меньшей мере на шесть недель, для очень важного дела. Он попросил ее не скучать в его отсутствие, а напротив, всячески стараться рассеяться, пригласить своих приятельниц, повести их за город, если вздумается, кушать и пить сладко, словом, жить в свое удовольствие.

- Вот, - прибавил он, - ключи от двух главных кладовых; вот ключи от золотой и серебряной посуды, которая не каждый день на стол ставится; вот от сундуков с деньгами; вот от ящиков с драгоценными камнями; вот, наконец, ключ, которым все комнаты отпереть можно. А вот этот маленький ключик отпирает каморку, которая находится внизу, на самом конце главной галереи. Можешь все отпирать, всюду входить; но запрещаю тебе входить в ту каморку. Запрещение мое на этот счет такое строгое и грозное, что если тебе случится - чего боже сохрани - ее отпереть, то нет такой беды, которой ты бы не должна была ожидать от моего гнева.

Супруга Синей Бороды обещалась в точности исполнить его приказания и наставления; а он, поцеловав ее, сел в карету и пустился в путь. Соседки и приятельницы молодой не стали дожидаться приглашения, а пришли все сами, до того велико было их нетерпение увидать собственными глазами те несметные богатства, какие, по слухам, находились в ее доме. Они боялись прийти, пока муж не уехал: синяя борода его их очень пугала. Они тотчас отправились осматривать все покои, и удивлению их конца не было: так им все показалось великолепным и красивым!"

Ну а дальше молодая жена ходила по всему дому осматривая его, пока не набрела к запретной двери: "

Взяла ключ и, вся дрожа как лист, отперла каморку. Сперва она ничего не разобрала: в каморке было темно, окна были закрыты. Но погодя немного она увидела, что весь пол был залит запекшейся кровью и в этой крови отражались тела нескольких мертвых женщин, привязанных вдоль стен; то были прежние жены Синей Бороды, которых он зарезал одну за другой. Она чуть не умерла на месте от страха и выронила из руки ключ. Наконец она опомнилась, подняла ключ, заперла дверь и пошла в свою комнату отдохнуть и оправиться. Но она до того перепугалась, что никаким образом не могла совершенно прийти в себя.

Она заметила, что ключ от каморки запачкался в крови; она вытерла его раз, другой, третий, но кровь не сходила. Как она его ни мыла, как ни терла, даже песком и толченым кирпичом - пятно крови все оставалось! Ключ этот был волшебный, и не было возможности его вычистить; кровь с одной стороны сходила, а выступала с другой.

В тот же вечер вернулся Синяя Борода из своего путешествия. Он сказал жене, что на дороге получил письма, из которых узнал, что дело, по которому он должен был уехать, решилось в его пользу. Жена его, как водится, всячески старалась показать ему, что она очень обрадовалась его скорому возвращению. На другое утро он спросил у нее ключи. Она подала их ему, но рука ее так дрожала, что он без труда догадался обо всем, что произошло в его отсутствие.

- Отчего, - спросил он, - ключ от каморки не находится вместе с другими?

- Я его, должно быть, забыла у себя наверху, на столе, - отвечала она.

- Прошу принести его, слышишь! - сказал Синяя Борода.

После нескольких отговорок и отсрочек она должна была наконец принести роковой ключ.

- Это отчего кровь? - спросил он.

- Не знаю отчего, - отвечала бедная женщина, а сама побледнела как полотно.

- Ты не знаешь! - подхватил Синяя Борода. - Ну, так я знаю! Ты хотела войти в каморку. Хорошо же, ты войдешь туда и займешь свое место возле тех женщин, которых ты там видела.

Она бросилась к ногам своего мужа, горько заплакала и начала просить у него прощения в своем непослушании, изъявляя притом самое искреннее раскаяние и огорчение. Кажется, камень бы тронулся мольбами такой красавицы, но у Синей Бороды сердце было тверже всякого камня".

Отчего‑то считается, что Синей Бородой на самом деле был французский барон и маршал Жиль де Рэ, казненный по обвинению в колдовстве и многочисленных убийствах.

Но давайте по порядку: Жиль де Рэ родился в замке Машекуль, на границе Бретани и Анжу, в 1404 г., в аристократической семье. Родители Жиля де Рэ происходили из известнейших французских родов: Краон и Монморанси.

Мальчик рос очень красивым, сильным и умным и получил превосходное образование, знал древние языки. За свою недолгую жизнь Жиль собрал великолепную библиотеку, в его замках располагались придворные театры, кроме того, он коллекционировал древности.

Жиль был прекрасный наездник, отличный воин.

Оставшись в 11‑летнем возрасте сиротой, Жиль унаследовал громадное состояние, и его воспитанием занялся дед, который считал, что умение владеть мечом куда важнее, нежели знание латыни. С тех пор мальчик все время либо участвовал в скачках, либо бился на турнирах, либо развлекался соколиной охотой.

Когда юноше исполнилось 16 лет, он женился на Катрин де Туар (по некоторым данным, похитил ее). Они страстно любили друг друга, но не сразу смогли пожениться из‑за близкого родства (забегая вперед скажу, что в итоге брак все же разрешили). К владениям семьи прибавилось обширное поместье в Бретани – приданое невесты. К тому же через жену Жиль породнился с будущим королем Карлом VII.

Когда на горизонте появилась Жанна д’Арк, Жиль стал ее телохранителем и ментором. С их помощью Карл был коронован, и Жиль сделался маршалом Франции.

За спасение попавшей в плен Жанны Жиль готов был отдать все свои сокровища, но ему это не позволили сделать, так как выкупить ее должен сам король. Однако последний не спешил вызволить ту, которой был всем обязан. Поняв, что его величество не поможет Жанне, Жиль собрал войско и двинулся к Руану, но опоздал на казнь.

После он удаляется в свое поместье, откуда ведет междоусобные войны с де Буэлем.

Впоследствии он израсходовал много денег на прославление Жанны д’Арк, заказал «Орлеанскую мистерию» и в течение 10 лет оплачивал ее постановку в театре.

В 1432 г. Жиль де Рэ ненадолго возвращается «в свет», помогает Карлу VII в снятии осады Ланьи. Собственно, долгие годы он практически содержит своего короля и его армию.

Примерно с 1432 г. отношение к Жилю де Рэ при Дворе короля начинает меняться в худшую сторону, по официальной версии, из‑за слухов о распутном поведении маршала, никак не согласующимся с католическими представлениями о нравственности. На самом деле, король давно уже ревновал Жиля де Рэ, ему было неприятно пользоваться деньгами, которые ему ссужал богатый граф. Поэтому оказалось проще оклеветать де Рэ и затем по суду реквизировать его имущество, то есть это был политический ход.

Итак, Жиль де Рэ в глазах общественности сделался маньяком и серийным убийцей, ров вокруг замка которого переполнен костями юношей и мальчиков. В сказке, последние, чудесным образом превратились в убиенных женщин.

26 октября 1440 г. в Нанте, после молитвы и покаяния, Жиля де Рэ доставили к месту казни, где маршала Франции задушили на глазах огромной толпы местных дворян и горожан. После разведения огня тело Жиля де Рэ сдернули крюками с поленницы дров и, согласно договоренности, передали родственникам. Его похоронили в монастыре кармелиток, расположенном на окраине Нанта.

Сказка о Синей Бороде послужила основой для ряда театральных версий. Наиболее известные из них: одноименная оперетта Жака Оффенбаха и опера Белы Бартока «Замок герцога Синяя Борода». В обоих случаях сюжет сильно изменен: в оперетте – в ироническом ключе, а в опере – в философски‑мистическом.

Образ Синей Бороды использовали в литературе Шарль Перро, Морис Метерлинк, Анатоль Франс, Жорис‑Карл Гюисманс, Бела Балаж, Николай Гумилев, в музыке – Поль Дюка и Бела Барток. Французский философ Жорж Батай посвятил ему монографическое исследование «Процесс Жиля де Рэ».

Жиль де Рэ как литературный персонаж присутствует и в историческом романе Марка Твена «Жанна д’Арк», кроме того, внимательный читатель, должно быть, уже понял, насколько автор этой книги пристрастен к данному персонажу. Что же, это действительно так. В моей книге «Двойник Жанны д’Арк» Жиль представляется как прекраснейший во всех отношениях человек, красивый, образованный мужчина, верный и благородный рыцарь.

Братья Гримм

«БЕЛОСНЕЖКА»

В основе сказки – бродячий сюжет, имеющий под собой реальную основу. Правда, на самом деле Белоснежка была не принцессой, а графиней, которую звали Маргарита фон Вальдек из графства Бад Виндулген. Как и в сказке, она рано потеряла мать, и отец женился во второй раз на весьма злобной женщине. Впрочем, мачеха отнюдь не желала зла своей падчерице. Какой смысл убивать девушку, которую гораздо выгоднее выдать замуж куда‑нибудь за тридевять земель, дабы больше никогда не видеть ее. Когда Маргарите исполнилось 16 лет, отец отправил ее к королевскому двору в Брюсселе, где она должна стать фрейлиной. И там эта красавица повстречала и влюбила в себя короля Испании Филиппа II, который пожелал на ней жениться. Сами понимаете, ни одной даже очень злобной мачехе не придет в голову убивать человека, от которого, возможно, в будущем будет зависеть твое финансовое благополучие. Да и решись она изничтожить падчерицу, так неужели король не провел бы тщательное расследование и не поймал отравительницу?

Тем не менее Маргариту действительно отравили, но только сделали это не родственники, а испанские вельможи, не желавшие, чтобы девица фон Вальдек становилась их королевой.

Именно от этих международных киллеров Маргарита вынуждена была бежать в лес, где какое‑то время скрывалась вблизи медной шахты, в которой работали – нет, не гномы, а – дети. Дело в том, что местные крестьяне часто отдавали за долги своих детишек, которых сразу же отправляли работать в крохотных шахтах высотой никак не больше метра. Эти дети по 12 часов находились под землей, многие не выдерживали каторжной работы, те же, кто выживал, как правило, имели скрюченные спины, их терзали радикулит и подагра. Шахта принадлежала отцу Маргариты. Скорее всего, там ее знали, поэтому девушка и могла прижиться в этом странном месте, не опасаясь за свою жизнь. Казалось бы, в таком неподходящем для ее положения месте девушку уже не отыщут злодеи. Но судьбе было угодно распорядиться иначе.

Некоторое время назад в Германии вышла книга немецкого историка Экхарда Зандера «Белоснежка: миф или реальность». В результате четырех лет кропотливых исследований автору удалось обнаружить страшную быль, скрытую за строками сказки братьев Гримм. К слову, история произошла в XVI в., а братья собирали фольклор и опубликовали книгу в 1812 г., немудрено, что многие детали исчезли, хотя от подлинной истории сохранилось невероятно много.

Подтвердилась даже версия с отравлением яблоком. Зандер пишет, «что в Бад Вилдунгене XVI века жил человек, умевший не то чтобы отравлять яблоки, но делать их горькими. В хрониках того времени говорится, что он угощал ими местную детвору, чтобы отучить маленьких воришек делать набеги на его сад».

Тем не менее бродячий сюжет и есть бродячий сюжет, бродит где‑то по дорогам, обрастая новыми подробностями. Ничего удивительного, что братья Гримм в один прекрасный день услышали историю другой Белоснежки, которая была, можно сказать, их современницей. Эта девушка – Мария София Маргарита фон Эрталь из баварского городка Лорна‑Майне. Это недалеко от гессенского города Ханау, где родились братья Гримм. Героиня этой криминальной истории старше братьев Гримм и родилась в 1729 г., в то время как они родились: Якоб – 4 января 1785 г. и Вильгельм – 24 февраля 1786 г. Возможно, Гриммы даже бывали в этом городке и видели знаменитую зеркальную фабрику, которой в то время владел Христоф Филипп фон Эрталь – отец Марии Софии. Кроме того, им могли показывать замок, в котором когда‑то жила эта уважаемая семья. Разумеется, семейство фон Эрталь не королевское, но у богатых свои причуды.

Когда Марии Софии исполнилось 9 лет, ее мать умерла, вскоре отец взял в жены необыкновенно красивую женщину, Клаудию Элизабет. В подарок своей новой жене директор зеркальной фабрики подарил огромное зеркало, на котором сделали надпись «Она прекрасна, как свет».

Вполне подходящий подарок. Кстати, зеркала города Лор славились на весь свет и в рекламе их фабрики говорилось приблизительно следующее: «Наши зеркала не могут врать, и только они говорят правду». – Вот откуда появилось «говорящее зеркало».

Мачеха не интересовалась падчерицей, когда же девушка подросла и начала затмевать своей красотой красоту мачехи, та приказала егерю отвезти Марию Софию в соседнее графство за семью горами и убить ее там.

Если идти из Лора на Бибер, то как раз нужно преодолеть семь гор высотой от 511 до 544 метров. В этих же горах во множестве располагались шахты, рядом с которыми стояли избушки рудокопов. Я уже писала, как выглядели рудокопы в то время.

Дальше все было в точности, как в сказке. Например, в истории присутствует стеклянный гроб, который тоже могли смастерить на зеркальной фабрике. В общем, все сходится.

И еще догадка: вам никогда не казалось странным, что Белоснежка – жгучая брюнетка? Так вот, Мария София была блондинкой с длинными почти белыми волосами. А графиня Маргарита как раз черноволоса. Вот показательный пример, как две похожие истории слились в одну.

Глава 3

Даниель Дефо

«РОБИНЗОН КРУЗО»

Полагаю, нашему читателю будет приятно услышать, что Робинзон существовал на самом деле! Правда звали его Александр Селькирк, и был он шотландским моряком, который провел целых 4 года и 4 месяца (в 1704‑1709 гг.) на необитаемом острове Мас‑а‑Тьерра (ныне – Робинзон‑Крузо в составе архипелага Хуан‑Фернандес) в Тихом океане, в 640 километрах от побережья Чили. Селькирк родился 1676 г. и в возрасте 27 лет служил боцманом на судне «Сэнк пор», которое входило в состав флотилии под командованием Уильяма Дампира. В 1704 г. судно отправилось к берегам Южной Америки – путешествие, которое вскоре сделает Александра Селькирка знаменитым.

Надо сказать, что Селькирк отличался ужасным характером, был вспыльчивым, дерзким и своенравным, то и дело затевал скандалы и драки на судне, хамил капитану. После очередной ссоры Селькирк потребовал, чтобы его высадили на первом попавшем острове, так как он не мог долее задерживаться на корабле, где его все бесило. Капитан с величайшей радостью исполнил его требование. Правда, поняв, что дело приобрело серьезный характер, боцман попытался умилостивить капитана, но тот остался неумолим. Александра Селькирка высадили на необитаемый остров, покинуть который он смог только более чем через четыре года.

Но на этом приключения не закончились. Вернувшись в родной городок Ларго, Селькирк разгуливал по пивным, где рассказывал о своих приключениях. Сэр Ричард Стиль в 1713 г. отмечал в журнале «Англичанин», что «его очень интересно слушать, он трезво мыслит и весьма живо описывает пребывание души на разных этапах столь длительного одиночества».

Известно, что Селькирк хоть и мечтал вернуться в родную Англию, но в результате разочаровался в благах цивилизации: «У меня есть теперь 800 фунтов, но никогда не буду я столь счастлив, сколь был тогда, когда не имел за душою ни фартинга». Будучи не в состоянии снарядить корабль до своего острова, он продолжал гулять по пивным, затевая драки и травя байки о своих необыкновенных приключениях.

Устав от жизни на берегу, он поступил на военное судно «Веймут» в чине лейтенанта. Команду подбирали для борьбы с пиратами в Западной Африке, но по дороге он умер от желтой лихорадки.

Селькирка похоронили в море у берегов Западной Африки.

Рудольф Эрих Распе

«РАССКАЗЫ БАРОНА МЮНХГАУЗЕНА»

Барон Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен появился на свет 11 мая 1720 г. в городе Боденвердер (Нижняя Саксония) в семье полковника Отто фон Мюнхгаузена, и был пятым ребенком, после него в семье появилось еще трое детей. Так что всего восемь! Отец умер, когда нашему герою

исполнилось 4 года, с тех пор матери было суждено взвалить на себя заботу о большой семье.

В возрасте 15 лет Карл Фридрих поступил пажом на службу к владетельному герцогу Брауншвейг‑Вольфенбюттельскому Фердинанду Альбрехту II. И через два года он уехал в Россию с сыном своего господина, молодым герцогом Антоном Ульрихом, снова в качестве пажа. Антон Ульрих в России сделался законным супругом принцессы Анны Леопольдовны.

История запомнила Антона Ульриха как отца несчастного императора Иоанна VI, который в результате государственного переворота заключили в темницу, где он и прожил до 23 лет, пока во время заговора, устроенного Мировичем, не был убит собственной стражей. Но не о нем речь.

В 1738 г. Мюнхгаузен участвовал вместе с Антоном Ульрихом в турецкой кампании. В 1739 г. в чине корнета поступил в Брауншвейгский кирасирский полк. Когда же на престол взошла Анна Леопольдовна и Антон Ульрих сделался генералиссимусом, получил чин поручика и командование лейб‑кампанией (первой, элитной ротой полка). Вот, казалось бы, блестящее восхождение, после которого последуют одни только победы, но Мюнхгаузена ждало не менее сокрушительное падение. Переворот, устроенный дочерью Петра Елизаветой, свергнул брауншвейгскую фамилию, к власти пришли приверженцы новой государыни, и Мюнхгаузен оказался в тени. Но в тени – это еще не значит, что в темнице!

Присягнув вместе с другими новой государыне Елизавете Петровне, он остался в армии, в частности, известно, что он командовал почетным караулом, встречавшим в Риге невесту цесаревича – принцессу Софию‑Фридерику Ангальт‑Цербстскую (будущую императрицу Екатерину II). В том же году Мюнхгаузен женился на рижской дворянке Якобине фон Дунтен. Мюнхгаузен сумел получить чин ротмистра только в 1750 г.

На этом и закончилась его карьера при Русском дворе, так как вскоре выяснилось, что пришло время разделить с братьями семейные наследные владения. Мюнхгаузен взял отпуск на год, потом два раза продлевал его и, наконец, подал прошение об отставке с присвоением чина подполковника. Понятно, что он хотел получить пенсию, но, по правилам того времени, проситель должен был явиться в Санкт‑Петербург и там подать прошение лично.

Из‑за неотложных дел, возникших в Боденвердере, который стал теперь его собственностью, Мюнхгаузен не смог явиться ко двору, так что его уволили как самовольно оставившего службу. Много раз он пытался как‑то поправить дело, но, в конце концов, был вынужден смириться. К слову, чин ротмистра русской армии помог ему во время Семилетней войны: когда Боденвердер заняли французы, Мюнхгаузен не понес никаких тягот и его владения освободили от постоя как собственность офицера армии союзников.

Жизнь Карла Фридриха в Боденвердере шла неспешно и скучно, он построил охотничий павильон, в котором собирал своих друзей и соседей, дабы радовать их невероятными историями. «Обычно он начинал рассказывать после ужина, закурив свою огромную пенковую трубку с коротким мундштуком и поставив перед собой дымящийся стакан пунша… Он жестикулировал все выразительнее, крутил на голове свой маленький щегольской паричок, лицо его все более оживлялось и краснело, и он, обычно очень правдивый человек, в эти минуты замечательно разыгрывал свои фантазии». Другим излюбленным местом для рассказов Мюнхгаузена был трактир гостиницы «Король Пруссии» в соседнем Геттингене.

Ничего удивительного, что вскоре побасенки Мюнхгаузена распространялись в устном творчестве и даже проникли в печать. Впервые три сюжета Мюнхгаузена фигурируют в книге «Der Sonderling» графа Рокса Фридриха Линара (1761). В 1781 г. собрание забавных историй (16 сюжетов, включая сюжеты из Линара, а также некоторые «бродячие» сюжеты) опубликовали в берлинском альманахе «Путеводитель для веселых людей» с указанием, что они принадлежат известному своим остроумием «г‑ну М‑г‑з‑ну [Мюнхгаузену], живущему в Г‑ре [Ганновере]». В 1783 г. в том же альманахе вышло еще две истории, а в 1785 г. свет увидела книга Распе.

Согласно легенде, прочитав книгу, барон пришел в ярость и даже собирался подать в суд. Но лавину популярности было уже не остановить. Приключения барона Мюнхгаузена сделались самым популярным чтивом, и со всей Европы в Боденвердер стали стекаться желающие узреть того самого Мюнхгаузена, так что барону приходилось расставлять вокруг дома слуг, которые отгоняли особенно настырных.

В возрасте 70 лет он потерял жену Якобину и еще через четыре года женился на 17‑летней Бернардине фон Брун, которая вела крайне расточительный и легкомысленный образ жизни и вскоре родила дочь. К тому времени нашему герою было уже 75 лет, и он не верил в свое отцовство. Бракоразводный процесс оказался долгим и весьма разорительным. Некогда вполне состоятельный Мюнхгаузен потерял все свое состояние. Его супруга сбежала за границу, а сам он умер от апоплексического удара.

Кроме вышеупомянутой книги Распе, о Мюнхгаузене выходили следующие произведения: «Барон Мюнхгаузен – Российский кирасир» А.Л. Налепина, «Приключения и злоключения барона М‑г‑з‑на».

Подвиги самого правдивого барона увековечены несколькими памятниками. В 1970 г. в г. Хмельницкий на Украине установлен памятник, запечатлевший эпизод, в котором Мюнхгаузен вынужден был скакать на половине лошади (авторы скульптуры – М. Андрейчук и Г. Мамона).

В Москве, возле станции метро «Молодежная», 28 августа 2004 г. Фонд «Диалог культур – единый мир» установил композицию скульптора Андрея Орлова по рассказу о том, как барон вытягивает себя за волосы из болота вместе с лошадью. В открытии монумента принимал участие Олег Янковский, сыгравший роль барона в фильме «Тот самый Мюнхгаузен», а через четыре года Фонд «Диалог культур – единый мир» разместил такую же композицию в г. Боденвердер (Германия).

18 июня 2005 г. в Центральном парке Калининграда появился памятник барону, который представляет собой плоский железный прямоугольник, внутри которого барон сидит на ядре. Памятник подарила администрация г. Боденвердера в надежде организовать международный туристический маршрут «Боденвердер – Калининград». В результате появились новые истории о том, как Карл Фридрих Иеронимус фон Мюнхгаузен побывал в Кенигсберге. Памятник установлен на деньги немецких налогоплательщиков.

9 октября 2010 г. в городе Бендеры (Приднестровье) установлен бюст Иеронимусу фон Мюнхгаузену в память его участия в штурме Бендерской крепости и знаменитого полета на ядре.

А в 2011 г. кованый сапог барона Мюнхгаузена и его шпага украсили набережную этнографического комплекса «Рыбная деревня» в Калининграде. «Внучата Мюнхгаузена» (калининградский клуб почитателей барона) вытащили со дна реки Преголи старинный сапог и отчего‑то решили, что он принадлежал барону. Сейчас этот ботфорт увековечен в металле, и с его помощью можно вступить в клуб почитателей Мюнхгаузена – для этого достаточно обуть его и, взявшись за эфес баронской шпаги, поклясться никогда не врать, как и поступал ее славный хозяин.

Памятник Мюнхгаузену с пушечным ядром в руке есть в городе Кременчуг, Украина.

В мае 2014 г. в городе Глубокое Витебской области Республики Беларусь так же поставили памятник Мюнхгаузену.

В 2016 г. памятник Мюнхгаузену появился в городе Гурьевске Калининградской области России. Там барон сидит верхом на ядре. Зато в городе Братиславе бронзовый метровый Мюнхгаузен летит на ядре над улицей Обходной.

"Я, Барон Мюнхгаузен. Обыкновенный человек. Я не летал на луну.

Не летал

Какая же она красивая! Белые камни и красные лучи на заходе солнца.

Я не летал на неё.

И на ядре и тоже не скакал в том страшном бою с турками, когда нас погнали в болото, где погибла половина моего полка! Но мы выстояли и ударили с левого фланга! А потом, мой конь начал вязнуть. И когда эта мерзкая, зелёная жижа полилась мне в рот, я схватил себя за волосы и рванул, рванул! И мы понеслись над осокой!

Я всё подпишу, Господа. Раз 32 мая никому не нужно - пускай будет так. В этот день трудно жить, но легко умирать...

Прощайте, Господа! Через 5 минут Барона Мюнхгаузена не станет. Память о нём вы можете почтить вставанием

У меня был друг. Он предал меня. У меня была девушка. Она отреклась от меня.

Я улетаю спокойно.

Да поймите же, Барон Мюнхгаузен славен не тем, летал он или не летал, а тем, что не лжёт! И если я обещал, что полечу на луну, то я сделаю это! Когда я вернусь, вас уже тут не будет. Дело в том, что время на Земле и на Луне летит не одинаково. Здесь - мгновенье, там - века... Всё относительно. А впрочем, это долго объяснять...

Я понял в чём ваша беда, Господа... Вы слишком серьёзны... Серьёзное лицо - это ещё не признак ума, Господа. Именно с таким выражением лица совершаются самые ужасные поступки на земле

Улыбайтесь чаще, Господа!

Улыбайтесь..."

Григорий Горин

Антоний Погорельский

«ЧЕРНАЯ КУРИЦА»

Начинается сказка экскурсом в старый Петербург, знакомый автору по его прежней жизни: "Лет сорок тому назад в С.-Петербурге, на Васильевском острову, в Первой линии, жил-был содержатель мужского пансиона, который еще и до сих пор, вероятно, у многих остался в свежей памяти, хотя дом, где пансион тот помещался, давно уже уступил место другому, нисколько не похожему на прежний. В то время Петербург наш уже славился в целой Европе своею красотою, хотя и далеко еще не был таким, как теперь. Тогда на проспектах Васильевского острова не было веселых тенистых аллей: деревянные подмостки, часто из гнилых досок сколоченные, заступали место нынешних прекрасных тротуаров. Исакиевский мост — узкий в то время и неровный — совсем иной представлял вид, нежели как теперь; да и самая площадь Исакиевская вовсе не такова была. Тогда монумент Петра Великого от Исакиевской церкви отделен был канавою; Адмиралтейство не было обсажено деревьями; манеж Конногвардейский не украшал площади прекрасным нынешним фасадом; одним словом, Петербург тогдашний не то был, что теперешний. Города перед людьми имеют, между прочим, то преимущество, что они иногда с летами становятся красивее... впрочем, не о том теперь идет дело. В другой раз и при другом случае я, может быть, поговорю с вами пространнее о переменах, происшедших в Петербурге в течение моего века, — теперь же обратимся опять к пансиону, который, лет сорок тому назад, находился на Васильевском острову, в Первой линии.

Дом, которого теперь — как уже вам сказывал — вы не найдете, был о двух этажах, крытый голландскими черепицами. Крыльцо, по которому в него входили, было деревянное и выдавалось на улицу... Из сеней довольно крутая лестница вела в верхнее жилье, состоявшее из восьми или девяти комнат, в которых с одной стороны жил содержатель пансиона, а с другой были классы. Дортуары, или спальные комнаты детей, находились в нижнем этаже, по правую сторону сеней, а по левую жили две старушки, голландки, из которых каждой было более ста лет и которые собственными глазами видали Петра Великого и даже с ним говаривали. В нынешнее время вряд ли в целой России вы встретите человека, который бы видал Петра Великого: настанет время, когда и наши следы сотрутся с лица земного! Всё проходит, всё исчезает в бренном мире нашем... Но не о том теперь идет дело!

В числе тридцати или сорока детей, обучавшихся в том пансионе, находился один мальчик, по имени Алеша, которому тогда было не более девяти или десяти лет. Родители его, жившие далеко-далеко от Петербурга, года за два перед тем привезли его в столицу, отдали в пансион и возвратились домой, заплатив учителю условленную плату за несколько лет вперед".

Прототип главного героя сказки, мальчика Алеши, который попадает в подземное королевство – граф Алексей Константинович Толстой, рожденный 24 августа (5 сентября) 1817 г. в Санкт‑Петербурге в семье графа Константина Петровича Толстого (1779‑1870) и Анны Алексеевны Перовской. Примечательно, что мать разошлась с отцом сразу после рождения ребенка. Маленького Алексея отправили на воспитание к дяде по матери, Алексею Алексеевичу Перовскому (псевдоним Антоний Погорельский), сочинившему для племянника сказку «Черная курица», действующим лицом которой является сам Алеша.

Алеша Толстой принадлежал к детскому окружению наследника престола, будущего Александра II, вместе с которым в 1838 г. ездил на озеро Комо. Впечатления этой поездки были им использованы при работе над повестью «Упырь». С 10 лет, когда Алексея начали возить за границу, по заданию дяди он вел дневник, описывая все увиденное, что зарождало в нем писательские наклонности. В 1834 г. Толстого определили «студентом» в Московский архив Министерства иностранных дел. С 1837 г. он служил в русской миссии при германском сейме во Франкфурте‑на‑Майне, в 1840 г. получил службу в Петербурге при царском дворе, в 1843‑м – придворное звание камер‑юнкера. В дальнейшем был пожалован придворными званиями церемониймейстера (1851) и егермейстера (1861).

В конце 1830‑х – начале 1840‑х гг. им написаны (на французском языке) два фантастических рассказа – «Семья вурдалака» и «Встреча через триста лет». В 1841 г., взяв себе псевдоним Краснорогский (от названия имения Красный Рог), Толстой издает отдельной книгой фантастическую повесть «Упырь». Печатался в журналах «Современник», «Русский вестник», «Вестник Европы» и др., в 1867 г. выпустил сборник стихотворений. За два года до смерти избран членом‑корреспондентом Петербургской академии наук.

В 1873 г. А.К. Толстой снова послужил прототипом литературного героя. Согласно весьма популярной версии, Л. Толстой использовал его образ, создавая Алексея Вронского в «Анне Карениной». Мы еще вернемся к этой теме.

28 сентября 1875 г., во время очередного сильнейшего приступа головной боли, Алексей Константинович Толстой ошибся и ввел себе слишком большую дозу морфия (который принимал по предписанию врача), что привело к смерти писателя.