Открой чакры, или умри!

1. Не удовольствия ради, а пользы для!

Дверь за моей спиной захлопнулась с металлическим лязгом, и внутри несколько раз провернулся массивный замок. Эти ребята серьёзно относились к фуриям и к безопасности. Камера была обустроена надёжно и использовалась, видимо, многократно.

– Давай, Алик, врежь ей! – раздался откуда-то сверху голос, слегка искажённый динамиком.

Я повернулся и поднял глаза. Прямо над дверью была решётка, где находился громкоговоритель. Наверняка и микрофон там тоже установлен, чтобы слышать всё, что здесь происходит. Что ж, значит, нужно будет обойтись без лишней болтовни.

– Давай, смелее! – раздался голос главного, – отомсти ей… за что ты там хотел отомстить, я забыл? – и главный рассмеялся. Остальные его поддержали дружным хохотом.

Смейтесь, смейтесь! Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним!

Я медленно подошёл к Алисе. Мы с ней вместе дрались с троглодитом вот совсем недавно… сколько дней прошло? Два? Три? События развивались в последнее время так плотно, что я запутался и мне кажется, будто прошла минимум неделя, но это было, конечно, не так. И вот за это время её успели довести до такого беспомощного состояния. Бедная девочка!

Я подошёл к ней, аккуратно поставил ногу на плечо и два раза качнул.

– Эй! Ты жива? – спросил я.

Вопрос был непраздный, подстава ведь могла заключаться не в том, что я предположил. Они, например, могли убить Алису, а теперь есть на кого это свалить перед хозяином. Скажут, что этот парень её убил. Сказал, что новенький, просился к фурии, они ему поверили, пустили, а он вон чего натворил… да, пожалуй, такой шанс был.

Но эта гипотеза не подтвердилась. На мой лёгкий толчок Алиса ответила стоном. Она была совсем без сил, но жива. Они дожали её до предела, но всё равно не смогли сломить. Кремень! Я испытал за неё даже некоторую гордость.

– Ну, давай! – раздался из динамика голос главного, – чего ты тянешь? Врежь ей хоть ногой по почкам, что ли, для начала! Не бойся! – и на той стороне опять хором заржали, возбуждённо предвкушая, что сейчас будет.

А ведь что-то будет обязательно! Если бы я был обычным парнем и не знаком с Алисой, то, возможно, это были бы последние минуты моей жизни. И то, что она лежит обессиленная, не должно вводить в заблуждение. Фурии на многое способны.

Я наклонился над Алисой, пытаясь заглянут в лицо, которое было отвёрнуто от меня. Не получилось, потому что её рука лежала сверху. Но Алиса знала, что рядом кто-то есть, и пробормотала еле слышно:

– Ты сдохнешь, вы все сдохнете! – язык у неё еле ворочался, голос звучал слабо, но угроза не воспринималась пустой.

– Мне нравится твой настрой! – сказал я тихонько.

– А-а-а-а? – слегка удивлённо промычала Алиса и попыталась повернуться ко мне.

Пора было переходить к делу, и хотя я это не очень любил, точнее, даже терпеть не мог, но сейчас был, наверное, впервые за всё время нашего знакомства тот самый случай, когда без этого было не обойтись.

Я схватил её за волосы и резко потянул наверх, заставляя подняться. Она злобно зарычала, но постепенно это рычание из злобного перерастало в удивлённое. Когда она оказалась на ногах, наши глаза встретились, и в её мутном взгляде мелькнуло узнавание. Её так уделали, что она даже соображала плохо.

– Во-о-о, пошло дело! – раздался возбуждённый голос из динамика, – а то мы уже думали, что ты полное чмо! Нет, гляди-ка, решился!

Но мне было плевать на тех, кто за стеклом.

– Хочешь повеселиться? – сказал я Алисе и, размахнувшись, что есть мочи, влепил ладонью ей по щеке. Удар был настолько сильным, что она полетела кубарем, и, сделав несколько оборотов, затихла у стены.

Мелькнула мысль, не перестарался ли я? Но нет, не должен был! Всё дело в том, что интенсивность боли прямо влияет на силу притока маны. И если раньше я всегда заряжал её аккуратно, стараясь не навредить, то сейчас мне нужно было накачать её по полной и очень быстро. К тому же, фурию не так-то просто убить или покалечить. Она не обычный человек, и, чтобы сломать ей что-то, нужно очень постараться и не факт, что получится.

После моего удара за стеной радостно взвыли, это именно то, что они и хотели увидеть… на первом этапе. На втором они, скорее всего, ждали, что фурия меня разорвёт.

– Вставай, шлюха! Как ты можешь терпеть такое обращение! Накажи его! – азартно орал главный за стеклом.

Как будто услышав его голос, Алиса зашевелилась и начала неуверенно вставать, держась за стену. Оказавшись на ногах, она нетвёрдой походкой, шатаясь, пошла в мою сторону. Бедняжка ещё не пришла в себя полностью, но взгляд стал гораздо более ясным и осмысленным. Она уже точно меня узнала и, может быть, не понимала толком, что именно происходит, но интуитивно действовала правильно.

Остановившись напротив меня, она одними губами шепнула:

– Ещё!

Я ударил снова, теперь с левой руки, и она опять кубарем полетела через комнату, но к другой стене.

– Эй, тварь, защищайся! – орал главный, – так неинтересно! С нами ты дралась как бешеная! Почему же он ещё жив?

В этот раз Алиса начала вставать почти сразу и вернулась ко мне быстрее, но всё равно пошатываясь. У меня даже сложилось впечатление, что она начинает специально скрывать улучшение своего состояния.

– Ещё! – сказала она и снова полетела кубарем.

– Да что же это такое происходит? – надрывался главный, – мы не этого ждали!

Понятно, что они ждали не этого. Но то, что будет дальше, вообще выйдет за рамки их самых смелых представлений.

Алиса уже была передо мной.

– Ещё! – требовательно и азартно сказала она, и в голосе уже начинала булькать плохо скрываемая энергия.

Я ударил, и она кубарем улетела по уже привычной траектории. Честно говоря, даже рука начала побаливать, настолько я сильно её бил. Нет, нужно что-то придумать и научиться заряжать её другим способом.

– Ещё! – Алиса оказалась передо мной так быстро, что я даже не понял, как это у неё получилось.

Я ударил.

– Ещё! – Алиса уже была передо мной.

Я ударил.

– Ещё! – с каждым разом Алиса возвращалась всё быстрее и быстрее.

Я снова ударил.

– Что происходит? – раздался истеричный голос одного из банды.

– Ещё!

Удар.

– Не знаю! – злобно проорал главный, – но такого мы ещё не видели.

– Ещё!

Удар.

– Как это остановить? – надрывался паникёр.

– Заткнись! Возможно, мы открыли какое-то новое явление! Пахнет большой премией! – голос главного внезапно стал азартно радостным.

Этот придурок что-то там себе успел нафантазировать.

Алиса стояла напротив меня, возбуждённо глядя мне в глаза. Она сдерживала рвущуюся из неё энергию, но, видимо, делала это из последних сил. Так, я её ещё никогда не накачивал, и мне, честно говоря, было даже немного страшно. Оставалось надеяться, что в таком состоянии она себя хорошо контролирует и на меня обрушивать свою ярость не будет.

У Алисы на кончиках волос плясали алые искорки. Совсем маленькие. Те кусочки энергии, которые она уже не могла удержать внутри. Выглядела она, конечно, потрёпанной. Попытка изнасилования была налицо. И юбка вся изодрана, и красная блузка разорвана спереди пополам, так что вся грудь наруже… надо сказать, красивая грудь. Но ссадин и синяков на теле уже не было. Всё, что было, исчезло, пока я её избивал. Вот такая «магическая медицина» для фурии.

– Ударь меня ногой в живот! – пророкотала Алиса мужским голосом, который я терпеть не мог. Как будто властелин ада говорит через неё! – так сильно, как можешь!

– Ну, раз ты настаиваешь, – вздохнул я, предчувствуя, что дело идёт к финалу, и скоро всё закончится.

Я пытался ударить сильно, но в последний момент нога дрогнула. Всё-таки бить девушку ногой в живот, это… ну, такое себе. Как бы это ни было оправдано, и как бы она сама об этом ни просила. Что-то внутри меня сильно воспротивилось этому, и удар получился смазанным.

Но Алиса была лёгкой, ей хватило и этого. Она отлетела назад, врезалась спиной в стену и упала вниз. Но через секунду начала медленно подниматься, слегка расставив руки в стороны и растопырив пальцы, на которых плясали алые искры. По всему её телу начали бегать разряды алых молний.

За стеной уже не думали про премию, там опять началась истерика, но главный всех успокаивал, говоря, что мы всё равно заперты и бояться нечего.

Я стоял между Алисой и железной дверью. Чтобы ей не мешать, я отошёл на пару шагов в сторону и сделал пригласительный жест рукой:

– Ваш выход, мадемуазель!

И тут же начал формировать над каждой ладонью по голубому шару плазмы. Алиса сейчас была похожа на бомбу, готовую взорваться. Впрочем, так оно и было. Но подстраховать её всё равно не помешает. Если они смогли с ней справиться один раз, вдруг и в этот тоже получится. Хотя я был уверен, что в данный момент они к серьёзной драке не готовы.

Алиса решительным шагом подошла к двери, подняла ногу, согнутую в колене, и резко распрямила.

Массивная железная дверь, вместе с рамой, оторвалась от основы и, пролетев через всю комнату, плашмя врезалась в стену коридора. После грохота её удара внезапно воцарилась полная тишина, которая была вызвана шоком от происходящего.

В комнате стало на два человека меньше. Эти двое как раз оказались на пути этой двери.

В повисшей тишине, дверь вдруг отошла от стены и медленно начала падать. Она со страшным грохотом обрушилась на пол, обнажив кровавое месиво, оставшееся от тех, кто оказался у неё на пути. Их размазало в лепёшку.

После этого начался хаос! Один из охотников с визгом бросился в коридор, но был настигнут алой молнией, вылетевшей из руки Алисы.

Надо же, это что-то новенькое! Раньше я такого у неё не видел. Шары плазмы, пучки искр – дело обычное, но чтобы вот так стрелять молниями… надо будет узнать, как она это делает, вдруг смогу научиться?

Алиса начала взмывать в воздух, слегка согнув ноги и скрестив их между собой.

– Готовьтесь к смерти! – пророкотала она своим адским голосом.

Должен заметить, что когда ситуация резко перевернулась, противники вдруг резко показались малочисленными и совершенно неопасными. Изначально их было восемь, кастрированный Алисой убежал с самого начала, обидевшись на главного. Двоих зашибло дверью. Одного догнала молния из руки Алисы, и вот их осталось всего четверо, а Алиса даже ещё толком ничего не начала! Так, она просто не успеет удовлетворить свою жажду мести!

Один из местных открыл встроенный в стену шкаф и выгребал из него палки и щиты. Похоже, что это было их оружие, при помощи которого они охотились на фурий. В суете никому даже в голову не пришло вооружиться… или они настолько верили в нерушимость двери и бронированного стекла?

В общем, догадался только один, и искал он что-то определённое. Я не стал выяснять что именно и бросил шар плазмы ему в ноги, чтобы не убить ненароком, но погасить энтузиазм. Убивает пускай Алиса, это её месть, её право. Да и не горю я желанием участвовать в бойне. Я своё дело сделал и помогу, если надо, но вставать на пути между Алисой и её жертвами, боже упаси!

Алиса, кстати, тоже притормозила. Видимо, ей не хотелось, чтобы всё закончилось слишком быстро, и она решила растянуть удовольствие.

Главный, кстати, был ещё жив, но от его былого задора не осталось и следа. Скажу больше, он проявил себя хуже всех! Забился в угол и напрудил там лужу. И это не образное выражение, под ним реально растеклась просто огромная лужа. Сам он трясся и выглядел затравленным. И куда что делось?

В общем, кроме него и того, которому я парализовал ноги, оставалось ещё двое, которые спрятались за кресло возле стены, потому что лучше ничего не придумали. Идиоты, в данном случае кресло может послужить оружием их казни. Алисе достаточно пнуть его ногой. Неужели они не видели, что произошло с дверью?

– Ну что, мальчики, кто из вас самый смелый? Или всё? Смелость закончилась? Я с вами хочу поиграть! – пророкотала Алиса.

Мне смотреть на эти игры не хотелось, потому что попахивало расчленёнкой или ещё чем похуже. Алисе уже ничего не угрожало, и я решил переждать её «игры» где-нибудь неподалёку. Тем более что нужно было найти Марту. Я подобрал свой рюкзак, который меня заставили снять перед входом в камеру и, проходя мимо Алисы, сказал:

– Одного оставь в живых, нам понадобится кое-какая информация. Только не этого зассыху, – я махнул в сторону главного, – этот прям фу!

Тот, поняв, что говорят про него, жалобно заскулил. Удивительно, какой диапазон эмоций у человека… хотя, какой он человек? Так, очередной кусок говна!

– Да! И желательно, чтобы он мог разговаривать, – добавил я, выходя из комнаты, но потом сделал шаг назад и ещё добавил, – и не затягивай, нам ещё отсюда выбираться нужно, а это будет непросто!

– Учту! – пророкотала Алиса.

Я ушёл и не видел, что там творилось, но криков было много. И кричали не от страха, а в основном от боли. Эти крики очень сильно отличаются, можете мне поверить.

– Марта! – крикнул я, стараясь перекрыть доносящиеся из комнаты звуки.

Сначала ответа не было, но вскоре что-то мелькнуло, и она возникла рядом со мной, приблизившись с невероятной скоростью.

– Ты цел? – спросила она.

– Тебя это удивляет? – ответил я ей в тон.

– Уже, наверное, нет! – радостно сказала Марта, – но, честно говоря, я думала, что всё плохо и тебе не выбраться. Я бегала, искала какой-нибудь вариант, но ничего не нашла. У меня был план найти других фурий и освободить, но все камеры, которые я открыла, были пусты. Правда, не во все секции я смогла проникнуть, некоторые двери были заперты, и я не смогла их открыть. Там нужны ключи.

– Алиса свободна и теперь наслаждается местью, – сказал я, – сейчас она закончит, и надо будет отсюда выбираться. Хорошо бы найти путь не через армию здоровяков.

– У меня нет плана этого места, ты же знаешь, – развела руки в стороны Марта, – так что я знаю только тот путь, которым мы пришли.

– Я попросил Алису оставить нам одного пленника, как раз с этой целью. Надеюсь, она не войдёт в раж и не прикончит его.

Вопли в комнате постепенно стихали, потому что кричащих становилось всё меньше и меньше. Наконец, остался только один голос. Мы увидели, как в коридор вплыла Алиса, на высоте около полуметра над полом. Она одной рукой держала за ногу оставшегося в живых парня, который скрябал по полу руками, пытаясь зацепиться.

– Красивая! – сразу оценила её Марта, – особенно грудь!

– Ты же женщина, что тебе до чужой груди? – удивился я.

– Это не значит, что я не могу заценить то, что красиво! – возмутилась Марта моим непониманием, – но её, конечно, нужно бы приодеть. Ходить в таком виде не очень. Слишком бросается в глаза. В толпе не затеряешься!

– Как будто МЫ можем в толпе затеряться, – хмыкнул я.

– Тоже верно, – не стала спорить Марта, – надо ей хотя бы футболку какую-нибудь найти.

– Кстати, открою тебе секрет, если ты не знала: фурии всегда очень красивые, – сказал я, – такая особенность. Это не я такой вывод сделал, это общеизвестный факт.

– А я бы могла стать фурией? – с хитрецой спросила меня Марта.

– Конечно! – несколько преувеличенно сказал я, и в проброс добавил, – лет тридцать назад!

– Скотина! – беззлобно сказала Марта.

– Ну, ты же сама подставилась! – парировал я, – кто тебя за язык тянул?

Алиса во время нашего разговора приземлилась, и искры с молниями, бегающие по всему её телу, стали успокаиваться и постепенно сходить на нет. Мы подошли к ней. Она продолжала удерживать последнего оставшегося в живых охотника на фурий за ногу.

– Привет! – сказала ей Марта.

Алиса скользнула по ней пристальным взглядом.

– Баба твоя? – спросила она уже своим обычным голосом.

– Знакомься, это Марта. Она не моя баба, и в том, что нам удалось тебя вытащить, очень большая её заслуга. Один я бы не справился. Так что, пожалуйста, относись к ней нормально, – нравоучительно сказал я.

– Да я нормально, – удивилась такой отповеди Алиса, – разве нет? – она посмотрела на Марту, ища поддержку, – она же ведь вполне могла бы быть твоей бабой… старовата, правда, но когда это кого-то останавливало, верно? – и она подмигнула Марте.

Я тяжело вздохнул.

– Думаю, мы подружимся, – Марта решила сгладить эту неловкость и сменить тему, – только вот, проблема пока не решена. Нам ещё отсюда выбраться надо. А как это сделать, мы не знаем.

И мы все дружно повернулись к скрябающему руками пол пленнику, который, почувствовав общее внимание, перестал пытаться уползти и затравленно на нас обернулся.

– Поможешь нам? – спросил я его, стараясь излучать доброту.

2. Карантин, но это и хорошо!

Когда мы проходили мимо комнаты, где раньше сидели эти охотники, я увидел, что все стены там заляпаны кровью, как будто за ту минуту, пока я разговаривал с Мартой, Алиса просто взорвала всех своих обидчиков кроме одного. Сама она тоже была забрызгана кровью, даже рот был в крови, но почему именно мне знать совершенно не хотелось.

Пленник был в таком шоке, что отвечал на все вопросы чётко, внятно, без запинки и после каждого ответа спрашивал, убьём мы его или нет. В голосе звучала надежда, что нет, ведь он так нам помогает!

Судя по его словам, как только ситуация начала выходить из-под контроля, то один из них нажал кнопку тревоги на стене. Кнопка, действительно там была, и большая. Красного цвета, как и полагается всем тревожным кнопкам.

По словам пленника, отключить тревогу было нельзя. После нажатия опустились несколько перегородок, которые отрезали «красную зону» от всего остального. Мы были здесь сейчас заперты. И открыть эти перегородки можно только снаружи, и то, когда находящиеся там убедятся, что опасность либо миновала, либо что они могут с ней справиться. В любом случае некоторое время будет продолжаться карантин.

До этого момента кнопку нажимали всего два раза, и оба раза зря, потому что ситуацию удавалось взять под контроль. И вот теперь мы спровоцировали третий карантин.

– Вообще странно, что вы всё-таки нажали кнопку, – сказала я охотнику.

– Почему? – удивлённо уставился тот на меня.

– А как это вам могло помочь? Никак! В этом случае вы остаётесь заперты здесь наедине с проблемой, и на помощь можете не рассчитывать! – сказал я.

– А? – только и сумел выдавить из себя охотник, продолжая таращить на меня глаза.

– Что? Это вам никогда в голову не приходило? – удивился я.

– А? – снова повторил охотник, продолжая на меня, ошарашенно таращиться.

– Какой-то он тупенький, – вздохнула Марта, – не могла оставить в живых кого-нибудь поумнее.

– Да они здесь все такие, – махнул я рукой, – умные таким заниматься не будут. Охота на фурий, та ещё лотерея!

– Ага, они так нас боятся, что просто писаются от ужаса, чуть что не так! – самодовольно сказала Алиса, – фурии сила!

– Да, я видел, это буквально так и было! – кивнул я ей, – не хочешь грудь прикрыть? – кивнул я на разорванный топ.

– А что? – вскинула она брови, – тут же все свои! А этот никому ничего не расскажет, да ведь? – и она пристально посмотрела в глаза пленнику. Тот сжался в комок и кивнул, на что Алиса удовлетворённо улыбнулась.

– Да ладно, Алик, – сказала Марта, – хватит пуританить, наслаждайся, пока есть возможность!

– Что хватит? – не поняла Алиса.

– Пытаться соблюдать приличия, – вздохнул я, – действительно, оно мне надо? Ходи как хочешь!

– Не переживай, как найду во что переодеться, так сразу это сделаю… только вот думаю, в магазин мы нескоро попадём, – сказала Алиса.

Когда мы узнали, что заблокированы в этой зоне, причём надолго, то немного расслабились. Не то чтобы все проблемы решились, наоборот, ситуация была хуже некуда. Но, по крайней мере, можно было не бежать и спокойно всё обдумать. Время теперь позволяло.

При дальнейших расспросах выяснилось, что один выход всё же оставался. Он, конечно, был условно открыт… точнее, он был закрыт, но теоретическая возможность его открыть изнутри была.

Правда, это был не совсем выход. Скорее это был вход. Вход на уровень Тритона, который находился ниже, на самом дне этого подземного сооружения. Почему он не блокировался пленник не знал. То ли Тритон считал себя выше этого. То ли он был настолько силён, что его столкновение с вышедшей из-под контроля фурией не пугало. Так или иначе, дверь можно было открыть ключом, который находился в комнате охраны.

Да, как выяснилось, здесь была ещё и охрана, но в данный момент там дежурил всего один человек, что не должно было бы стать для нас проблемой.

Ещё я держал в голове, что где-то тут может находиться кастрированный охотник, который покинул вечеринку до начала интересных событий. Может быть, он нам был и не опасен, но всё равно, нужно было быть начеку, мало ли что?

– А где остальные фурии? – спросил я пленника, пока мы шли на пост охраны.

– Сейчас сырых больше нет, – сказал пленник, – либо приручённые, либо мёртвые, варианта для них всего два.

– Ты забыл, что я иду сзади? – с нарастающей угрозой в голосе сказала Алиса.

Парень вжал голову в плечи, ожидая удара, но его пока не последовало. Он, видимо, в самом деле, немного забылся.

На уровне было сейчас довольно пустынно, по причине нерабочего времени. Если бы мы попали сюда в другой период, то могли столкнуться с гораздо большими сложностями. Я в очередной раз порадовался этому стечению обстоятельств.

Мы на ходу продолжали задавать вопросы пленнику, на которые он незамедлительно отвечал. Парень очень старался.

Тритон часто посещал этот уровень. Работа над фуриями была сейчас его приоритетной задачей. Проблема была только в том, что находить и ловить новых было не так-то легко. Зачем ему нужны были сломленные и приручённые фурии, парень не знал. Да и про ту армию наверху тоже был не в курсе. Он вообще кроме своего занятия мало чем интересовался здесь. Сование своего носа не в своё дело не поощрялось, вот он особо никуда и не лез, дабы не получить по башке. Работа есть, относительная безопасность есть (не считая рисков при охоте на фурий), питание по нынешним временам можно сказать, что отличное!

– А где вы едите? – перебил я его на этом месте.

– В столовой! – тут же ответил парень.

– Ладно, – стараясь сдерживаться, сказал я, – а где она находится?

– А, ну вот тут пара поворотов налево, там и будет столовая, – сказал парень.

– Там же где и пост охраны? – спросил я.

– Рядом, – кивнул парень, – соседнее помещение.

– Надо будет заглянуть, – сказал я, поворачиваясь к Алисе, которая совершенно равнодушно кивнула. Видимо, думать о хлебе насущном ей сейчас было неинтересно, в её голове бродили какие-то совершенно другие мысли.

Я слегка задержал взгляд на подрагивающей при каждом шаге груди, отметив про себя, что она, в самом деле красивая, и отвернулся. От Алисы этот взгляд не укрылся, и она хмыкнула, но тоже довольно равнодушно, просто отметила мою заинтересованность как факт.

Первой на нашем пути оказалась столовая, туда мы и завернули, хотя, может быть, сначала стоило бы проведать охранника… ну да ладно!

В столовой был один посетитель. Это охотник, оставшийся без члена в результате попытки изнасилования. Он сидел и мрачно цедил что-то из большой кружки. Похоже, что тревога прошла мимо него, о случившемся он не имел ни малейшего представления и сидел здесь один, забившись в угол, размышляя о своей горькой судьбе и позоре среди товарищей, про который никто не собирался забывать. Постепенно он склонялся к мысли, что надо отсюда бежать, так как покоя ему здесь не дадут.

Он был настолько погружён в свои мысли, что когда мы вошли, даже не сразу понял, что происходит. Смотрел несколько секунд на нас отсутствующим взглядом, не узнавая в упор.

Но когда, наконец, до него дошло, кто именно сюда пожаловал, то глаза его стали расширяться до таких невероятных размеров, что казалось, вот-вот выпрыгнут из глазниц, или вообще лопнут.

– Милый, вот ты где! А я тебя везде ищу! – с ласковой радостью в голосе воскликнула Алиса и, виляя бёдрами, направилась в угол столовой, где сидел этот бедолага.

Марта удивлённо на неё взглянула, но тут же поняла, что та просто издевается.

– Ты чего, испугался? – сказала Алиса, усаживаясь рядом с кастратом, – а раньше такой смелый был! Я что, тебе больше не нравлюсь? – и Алиса нежно провела рукой ему по волосам.

– Не надо, – сказала Марта, но Алиса на её слова не отреагировала, а я поймал её взгляд и отрицательно покачал головой. Не стоит влезать между фурией и ей жертвой, тем более, если у той есть неоплаченный счёт.

Марта разочарованно вздохнула, но сдержалась и больше ничего не стала говорить.

Алиса тем временем убрала руку с головы охотника и раздвинула в стороны разорванную блузку, выставляя и так неприкрытую грудь ещё больше напоказ.

– Тебе нравится моя грудь? – спросила она и слегка покачала плечами из стороны в сторону.

Парень кивнул. Это было первое, что он сделал с момента, как мы вошли в столовую.

– Потрогай! – требовательно сказала Алиса, слегка выгнула спину и свела лопатки вместе.

Парень отрицательно покачал головой, понимая, что его заманивают в ловушку, из которой он вряд ли выберется.

– Зря, – разочарованно сказала Алиса, – мог бы перед смертью хотя бы за красивую девичью грудь подержаться, – голос её начал становиться ниже и утробнее, превращаясь в мужской клокочущий бас из преисподней, – а теперь сдохнешь просто так, как паршивая собака! Ты же хотел меня трахнуть? Или ты такой смелый только с беззащитными?

Алиса резко выбросила руку вперёд, и её пальцы сомкнулись на горле у парня. Она встала и, лёгким движением, рванула его с места. Стол и стулья полетели в разные стороны. Она прижала его к стене, продолжая держать за горло. Парень висел, не доставая ногами до пола, и жалобно ими дрыгал. Алиса удерживала его на вытянутой вверх руке. Алые искры плясали по её волосам.

Парень захрипел, видимо, пытаясь что-то сказать. Мне показалось, что это было: «Прости!», но это не точно. В принципе, это мог быть просто ничего не знающий хрип умирающего человека.

Я положил руку на плечо пленнику и, слегка наклонив голову к его уху, сказал:

– Вообще-то, она хорошая. В душе! Но вот злить её не рекомендуется. С ней лучше дружить. Я вот дружу, и со мной она так себя вести никогда не будет!

– Ха! – скептически покачала головой Марта, которая слышала мои слова.

– Не ха, а не будет! – сказал я ей, – а вы, – я снова повернулся к парню, – выбрали неверную линию поведения, и вот результат! Не надо было на неё охотиться, ох не надо!

– Я искуплю! – жалобно проблеял парень.

– Конечно, искупишь, куда ты денешься! – вздохнул я и убрал руку с его плеча.

– Вы что тут делаете? – раздался от входа чей-то голос.

Мы все резко обернулись и увидели незнакомого человека с красной повязкой на рукаве. Судя по всему, это был охранник, прибежавший сюда на шум. В выставленной вперёд руке он держал какую-то штуку, в которой я не сразу, но узнал электрошокер.

Алиса резко обернулась, повернув голову на сто восемьдесят градусов, что смотрелось, мягко говоря, неестественно.

– Я разберусь! – поднял я руку.

– Нет! Я сама! – всё тем же адовым голосом сказала Алиса и отпустила кастрата. Тот рухнул вниз и что-то захрипел, держась за горло. Похоже, без серьёзных повреждений там не обошлось, – подожди меня здесь, милый, мы ещё не закончили! Я скоро вернусь!

– Хххрррмммаааххрррр, – прохрипел кастрат и закашлялся.

Алиса стремительным шагом направилась к охраннику. Тот так и продолжал стоять, вытянув вперёд руку с электрошокером. Взгляд его был прикован к груди Алисы. Он смотрел на неё как зачарованный.

Вообще, это было не лишено смысла! В таком контексте грудь тоже являлась своего рода оружием. Она выбивала противников из колеи и вводила в ступор. Особенно если они до этого были вынуждены долго обходиться без женщин. А тут о полноценной половой жизни сотрудников вряд ли заботились. В общем, обнажённая женская грудь неплохо отвлекала на себя внимание, обладая некоторым гипнотическим эффектом. Здесь, конечно, есть нюансы. Не все груди будут работать одинаково. Но Алисина работала отлично. Я даже начал подозревать, нет ли там какого дополнительного магического эффекта. Но нет, вряд ли. Скорее всего, просто красивая грудь.

Охранник так и не успел выйти из ступора. Шокер полетел на пол, где был тут же подобран Мартой и засунут в рюкзак. Алиса просто ударила бедолагу кулаком в лицо так, что голова у него откинулась настолько резко и сильно назад, что хрустнули шейные позвонки, и он упал замертво.

Алиса направилась обратно, тут же забыв про охранника. Она подошла к кастрату и присела рядом с ним на корточки.

– Скучал? – спросила она уже своим обычным голосом.

Парень продолжал издавать какие-то хрипы. Судя по всему, она серьёзно травмировала ему горло. Но это было меньшей из его проблем. Жить ему всё равно оставалось недолго, если, конечно, не случится какое-нибудь чудо.

Чудо не случилось. Алисе эта игра наскучила, или охранник сбил настрой, но так или иначе, она не захотела продолжать. Положила ладони парню на уши и резко крутанула.

После чего тут же забыла и про этот труп, встала и подошла к нам с Мартой.

– Слушайте, а я бы поела чего-нибудь, раз уж мы в столовой! – сказала она с энтузиазмом, как будто это не она только что свернула шеи двум человекам.

– А ты, я смотрю, очень легко убиваешь, – с лёгким осуждением в голосе сказала Марта.

Алиса удивлённо посмотрела на неё, не понимая, что той не нравится.

– Марта, ты бы хотела смерти предыдущим владельцам перстня? – спросил я.

– Поняла аналогию, вопросов больше не имею, – тут же свернула она тему, не желая развивать эту историю.

Но Алиса это заметила и тут же ухватилась за недосказанность.

– А что за перстень? – и она посмотрела на меня, понимая, что Марта ей вряд ли расскажет.

– Неважно, – махнул я рукой, не желая выдавать чужую тайну, – пустяки!

– За которые желают смерти? Хорошие пустяки! Но жестокая здесь я! – Алиса усмехнулась, – знакомая тема. Но дело в том, что я просто не притворяюсь хорошенькой в отличие от остальных. А говна во многих гораздо больше, чем во мне.

– Подтверждаю! – сказал я, направляясь в дальний угол столовой, где виднелся холодильник и шкафы, как я надеялся, с продуктами, – говна в тебе оптимальное количество. Ровно столько, сколько надо.

– А можно не повторять так часто слово «говно»? – попросила Марта.

– Но ты же сама его только что произнесла, – усмехнулась Алиса, – ты же слышал? – она обернулась к пленнику, и тот быстро и испуганно кивнул. Потом испугался, что кивнул и посмотрел на Марту. Тут же понял, что Алису нужно бояться гораздо больше, и кивнул ещё раз на всякий случай.

– И как вы смогли меня поймать? – задумчиво сказала Алиса, с брезгливостью глядя на пленника, – вы же сопли бесхребетные!

– Технология! – крикнул я из дальнего угла столовой, – у них этот процесс уже отлажен, они сработали по алгоритму. Не наделали ошибок, и всё получилось. Ошиблись бы, ты бы их размотала, к гадалке не ходи.

– И кто же придумал для них этот алгоритм, – спросил Алиса, усаживаясь за стол.

– Тот, к кому мы сейчас будем вынуждены наведаться в гости, потому что выход отсюда есть только через его покои. И если ты ждёшь, что я буду накрывать перед тобой стол, то напрасно. Иди сюда, давай вместе разбираться, что тут есть интересного, – сказал я.

– Эй, я же жертва насилия! – возмутилась Алиса.

Марта не удержалась и прыснула со смеха.

– Да уж, жертва! – сказала она.

– Твоя баба начинает меня подбешивать! – сказала Алиса, пристально взглянув на Марту через плечо.

– Однако ты её должница, так что смирись! – сказал я, выставляя из шкафа на стол разнообразные банки.

Алиса хотела возразить, но передумала и тоже переключилась на еду. Банки были в основном новыми. Не старые заводские запасы, а вполне себе свежие «закрутки». Здесь были как овощи, так и мясо. Тушёнка в стеклянных банках. Подписано от руки на крышках. Видимо, фермерские продукты. Это сейчас была тема, набирающая популярность, но в мегаполисе, пусть и разрушенном, достать такое было и сложно, и дорого. А здесь, похоже, прям стабильные поставки в масштабах близких к промышленным. Вряд ли только в красной зоне это едят, на остальных уровнях наверняка тоже. База Тритона становилась всё интереснее и интереснее.

– О, сгущёночка! – воскликнула Алиса.

Она нашла старую жестяную банку ещё заводского производства. Пробив крышку ногтем, она провела им по всей окружности, полностью срезав крышку, пока та не отскочила в сторону.

– Ни хрена себе маникюрчик! – потрясённо сказала Марта.

– Шейку почесать? – выставила Алиса перед ней средний палец, с не таким уж большим, но, как оказалось, очень острым ногтем.

– Спасибо, нет! Но если надо будет кого-нибудь прирезать, я обязательно тебе сообщу, – сказала Марта.

– Обращайся, – сказала Алиса и приложилась к банке, осушив её полностью за несколько глотков, после чего со стуком поставила её на стол и смачно рыгнула.

– Фу, – сказала Марта, – а можно было без этого? Тебе это не идёт!

– Без этого было бы не так вкусно! – Алиса расплылась в улыбке перемазанными в сгущёнке и крови губами.

3. Золотой ключик

Мы ели быстро, но всё равно с удовольствием. Экономить чужую еду не собирались, поэтому устроили пир горой, понадкусовав и перепробовав почти всё, что имелось в наличии. А некоторое разнообразие здесь присутствовало. С собой тоже постарались прихватить, но не слишком много.

Ещё было неизвестно, как мы отсюда выберемся, так что навьючиваться как ишаки мы точно не хотели, тем более Алиса вообще отказалась что-либо нести, в очередной раз заявив, что она «жертва насилия», а не вьючная лошадь.

Пленник тоже поел, хотя и скромно сидя за соседним столом. Сколько он ещё пробудет с нами, было непонятно. После того как мы найдём ключ, его судьба будет зависеть только от Алисы, а что происходит в её голове было загадкой, возможно, даже для неё самой.

В столовой мы ели в основном то, что с собой тащить не будем. Консервированное мясо и овощи были основным блюдом. Просто нести с собой стеклянные банки было и тяжело, и глупо. С собой нужно носить что-то более не убиваемое. Если банки, то жестяные. Или уж вообще что-нибудь сушёное и вяленое.

Мы, кстати, нашли здесь как раз то, что нам подходит. Вяленое мясо и рыбу в больших количествах. Ещё домашнюю сырокопчёную колбасу и хлеб. И несколько старых заводских банок тоже прихватили. Среди них две банки сгущёнки, на которые Алиса всё время поглядывала и непроизвольно облизывалась.

– Не знал, что ты такая сладкоежка, – сказал я.

– Да я вроде и не сладкоежка, – пожала она плечами, – но сгущёнку люблю, аж трясёт. Тем более что не ела её, наверное, с начала магопокалипсиса. Просто соскучилась.

– Мы и не претендуем, да Марта? – сказал я, а та кивнула, – но раз сгущёнка твоя, то и нести её тебе!

– Послушай, Алик! – серьёзно сказала Алиса, – давай начистоту! Я…

– Жертва насилия? Слышали, – усмехнулся я.

– Да, но дело не в этом, – покачала головой Алиса, не теряя серьёзности, – я ваша основная ударная сила! Не нужно навешивать на меня тюки с барахлом. Если у нас будут неприятности, то я приму первый удар на себя, хочу я этого или нет. Просто так будет, потому что я фурия!

– Ну да, так-то ты из нас самая мощная в плане драки, – я откинулся на стуле, – ладно, мы сами понесём провиант. Хотя что-то наши рюкзаки становятся слишком уж тяжёлыми, как будто мы не по городу путешествуем, а в безжизненной пустыне.

– Сейчас города от пустыни уже мало чем отличаются, – издалека печально произнесла Марта, – можно и от голода сдохнуть в любом месте и от холода... да и просто прибить могут ни за что. Сейчас города уже не те…

– Тоже верно, – согласился я.

– Давайте я понесу? – предложил пленник.

– Серьёзно? – усмехнулся я, – мы сейчас пойдём в гости к Тритону, ты с нами?

Парень открыл рот и не нашёлся что ответить. Он, видимо, совсем выпустил из вида дальнейшее развитие событий. Все его мысли были сосредоточены вокруг того, чтобы быть нам полезным и прожить как можно дольше. Далеко вперёд он не заглядывал.

Алиса в это время наклонила голову сначала к одному плечу, потом к другому, потом выгнула спину, как будто что-то проверяя… и её грудь опять выскочила из-под прикрывавших её обрывков блузки. Но её это совершенно не заботило, она некоторое время как будто прислушивалась к своим ощущениям, потом повернулась ко мне и сказала:

– Алик, ну-ка, врежь мне ещё разок! Я так понимаю, мы сейчас полезем в какую-то жопу, неплохо бы иметь маны под завязку.

– Блин, Лиса, я не буду! Ты же знаешь, я этого терпеть не могу! У тебя достаточно маны, я тебя так зарядил, что надолго хватит!

– Алик, – Алиса серьёзно посмотрела мне в глаза, – я знаю эту твою рефлексию по поводу насилия к женщине, но послушай сейчас очень внимательно, что я скажу. Можешь сходить туда, где меня держали, соскрести со стен кишки тех, кто меня бил, чтобы лишить сил, и спросить у них нравится ли мне это. Вряд ли они тебе ответят, но я могу сделать это за них. Слушай внимательно: я убью любого, кто поднимет на меня руку, ты понял? Любого, кроме тебя! А знаешь почему?

– Знаю, – пожал я плечами.

– Ни хрена ты не знаешь! – жёстко сказала Алиса, – потому что ты путаешь форму и содержание. Это только выглядит так, что ты меня бьёшь. На деле от твоих ударов я не испытываю боли, а испытываю нечто другое… огромный прилив энергии и счастья… если хочешь, можешь назвать это оргазмом!

На слове «оргазм», Марта громко икнула.

Мы с Алисой резко повернулись к ней, и она съёжилась под нашими взглядами.

– Ты ведь понимаешь, о чём я говорю, да? – обрадовалась Алиса, – а ты, как заряжаешься, через боль? Или другим способом?

– Через боль? – подловил я её на слове, и мы тут же забыли про Марту, чему она была несказанно рада.

– Не цепляйся к словам, – махнула рукой Алиса, – да, в основе лежит боль… но мне не больно! Она сразу трансформируется в энергию и удовольствие! И пусть это выглядит как то, что ты меня бьёшь, на деле ты меня…

– Что? – не удержалась и ляпнула Марта, о чём тут же пожалела, потому что мы снова повернулись к ней.

– Нет, не то, о чём ты подумала, – сказала, улыбнувшись, Алиса, – хотя что-то в этом есть.

– Насколько я понимаю, это и есть классический мазохизм, – сказал я.

– Неправильно понимаешь, – терпеливо сказала Алиса, хотя было видно, что разговор ей уже начинает надоедать, – мазохисты получают удовольствие от боли и унижения, я не переношу по отношению к себе ни того ни другого. Я получаю удовольствие от врывающихся в меня лавиной потоков маны. А если, чтобы это случилось, нужно меня ударить… что ж, не мы придумали это. Так уж сложилось. И есть ещё один важный момент! – Алиса снова наклонилась ко мне.

– Какой же? – спросил я, понимая, что она ждёт этого вопроса.

– То, что ты этого терпеть не можешь! – сказала Алиса, – если бы тебе это нравилось, я бы, честно говоря, напряглась. А так у нас сложился отличный, на мой взгляд, симбиоз!

– Возможно, ты права во всём, – вздохнул я, – но когда ты мне говоришь: «ударь меня», я должен просто взять и врезать симпатичной девчонке ни с того, ни с сего. Ну, это же ненормально!

– А ты закрой глаза и представь на моём месте Марту! – искренне сказала Алиса.

– Эй! – возмутилась Марта.

– Да неважно, симпатичная или нет, – сказал я.

– Эй! – снова возмутилась Марта.

– Да вообще дело не в этом. Мне просто не хочется тебя бить, и всё! Каждый раз приходится переступать через себя, – сказал я.

– Ну не знаю, там, в камере, ты меня здорово отлупил, – лукаво на меня глядя, сказала Алиса.

– Там была производственная необходимость! – сказал я, – просто мне кажется, что должен быть какой-то другой способ.

– Кстати, – Алиса повернулась к Марте, – всё это большой секрет! Об этом никто не должен знать, хорошо? – последнюю фразу она сказала с нажимом, и интонация подразумевала кару за невыполнение просьбы.

– Не волнуйся, – не стушевалась Марта, – мы в одной лодке, – сказала она, и её взгляд скользнул куда-то за наши спины.

Мы с Алисой медленно повернулись, уже понимая, на что посмотрела Марта.

Сидевший на некотором отдалении пленник очень внимательно и увлечённо слушал наш разговор, узнав для себя много нового. Теперь-то он понял, как обессиленная фурия вырвалась на свободу и смогла справиться со всей их командой. Он не учёл лишь то, что это знание может быть для него смертельно опасным.

Я не успел даже заметить, когда Алиса успела создать алый шар плазмы. Видел только его стремительный полёт в голову этого бедолаги. Тот рухнул замертво с обожжённым лицом, и воздух наполнился тошнотворным запахом горелой плоти.

– Алиса, да чтоб тебя! – возмущённо всплеснул я руками, – зачем?

– Он слишком много знал, – многозначительно ответила она.

– Я знал, что ты его в живых не оставишь, – продолжал я возмущаться, – да мне, честно говоря, и плевать! Я его защищать не собирался. Но он был нам ещё нужен! А вдруг мы сейчас не сможем найти ключ от выхода? Сначала ты убила охранника, теперь его, у нас вообще не осталось больше тех, кого можно было бы допросить и узнать нужную нам информацию.

– Ну, прости, – неожиданно виноватым голосом сказала Алиса, я такой интонации от неё никогда и не слышал, – погорячилась немного… ну, накажи меня! Ударь! – она просительно посмотрела на меня, но в уголках глаз плясали лукавые искорки.

– Да ну тебя, – махнул я раздражённо рукой.

– Я могу ударить, если надо… – робко подала голос Марта.

Алиса резко повернулась к ней.

– Ты помнишь, что я сделаю с тем, кто меня ударит? – членораздельно произнесла она.

– А Марта права, – сказал я, – ты просто хотела получить поощрение под видом наказания, а это хитрость. Если ты, правда, чувствуешь свою вину, то должна позволить ей себя ударить и дать при этом гарантии безопасности.

– Хрена! – резко бросила Алиса и откинулась на спинку стула, – я просто шутила. Но если вздумаешь меня ударить, вспоминай о том, что я говорила! – добавила она, снова повернувшись к Марте.

– Да я тоже пошутила, – сказала Марта, – я же не самоубийца! Больно мне надо рисковать жизнью, непонятно ради чего!

– Ладно, пойдёмте искать ключ, – вздохнул я, – девочки, как же с вами тяжело!

– А со мной-то чего тяжело? – удивилась Марта, – я-то тут при чём?

– Я не говорил, что тяжело с тобой, я сказал, что тяжело с вами! – разъяснил я, но судя по их взглядам, они ни черта не поняли.

Комната охраны оказалась довольно маленькой и вонючей. Видимо, те, кто дежурил, сидели здесь безвылазно очень подолгу, и воздух был пропитан потом и другими запахами жизнедеятельности. Разве что гадить они ходили в другое место, а в остальном всё делали здесь, причём, скорее всего, почти не мылись.

– Я не буду здесь ничего искать, – брезгливо сказала Алиса и тут же вышла.

– Эй! Ничего искать бы не пришлось, если бы ты всех не перебила, помнишь? – крикнул я ей вслед, хоть и понимал, что это бесполезно.

– Да пусть идёт, – сказала Марта, – без неё быстрее управимся. Не жалеешь, что мы её вытащили?

– С чего бы? – удивился я, – если ты думаешь, что я не знал, какой у неё характер, то ошибаешься. Очень хорошо знал. Но дело ведь не в этом. К тому же она просто фурия. Это накладывает свой отпечаток. Видела, какого цвета у неё энергия?

– Демоническая? – предположила Марта.

– Ну, можно и так сказать. Демоны тут, конечно, ни при чём, но магическая энергия различается по видам, и алая самая агрессивная и плохо управляемая. Алиса ещё молодец, ты просто других с такой энергией не видела, – сказал я.

– Да уж, молодец! – скептически сказала Марта.

– С другой стороны, можно общаться только с беззубыми трусливыми неудачниками, – сказал я, – от них вреда никакого не будет. Но не стоит рассчитывать, что и толк от них будет хоть какой-нибудь. Или что они придут тебе на помощь, если ты будешь в беде.

– А Алиса придёт на помощь, если ты будешь в беде? – с сомнением спросила Марта.

– Не знаю, – пожал я плечами, – это не так работает. Это же не сделка и не торг. Я полез сюда, потому что считал это правильным. Это моё дело. Что она будет считать в подобной ситуации, я понятия не имею. Тут дело вот в чём: если хочешь стать сильнее, общайся с сильными. Слабые тебя сильнее не сделают. Хотя иногда общаться с сильными может быть и опасно. А мир таков, что в нём жизненно необходимо быть сильным, и постоянно становиться всё сильнее и сильнее. Лёжа на печи, в окружении слабаков ничего не добьёшься. Это путь к гибели.

– А ты чего хочешь добиться? – спросила Марта.

– Естественно, я тебе не скажу, – усмехнулся я, – тем более что цель у меня не одна, а их множество. Но ни одну из них я не достигну, если буду слабаком.

– Сложно всё это, – хмыкнула Марта, – и для меня не очень убедительно.

– Да? – я хитро на неё взглянул, – а как ты себя рядом со мной чувствуешь?

Она повернулась и взглянула мне в глаза, некоторое время мы молчали, а потом она сказала:

– Ладно, я поняла. Мне с тобой очень комфортно, потому что я чувствую силу и защиту. И это не потому, что ты какой-то непобедимый или неуязвимый, а потому что я могу тебе доверять. Ну, по крайней мере, мне так кажется. И если твои слова примерять ко мне, то да, ты прав, мне рядом с сильным лучше, чем было раньше. Но тебе-то что от этого за выгода? Тут ты сам себе противоречишь, связавшись со слабачкой.

– А с чего ты взяла, что ты слабая? – удивился я.

– А что, сильная, что ли? – удивилась Марта.

– Слабаки не прыгают в толпу врагов, защищая человека, которого они знают первый день, – сказал я.

– Это другое, – махнула рукой Марта, – у тебя перстень!

– Можешь придумывать какие угодно оправдания, но ты кто угодно, только не слабачка, – сказал я, – так что, не нужно на себя наговаривать.

Марта больше не знала, что ответить, и была заметно смущена.

– Может быть здесь? – указала она на железный резной ящик на стене.

– Глянь, – пожал я плечами, приняв её попытку сменить тему разговора.

Она распахнула дверцы ящика в разные стороны. Внутри был ключ. Но сказать просто «ключ», было как-то слишком просто для этого предмета. Это был «КЛЮЧ!».

– Мне почему-то вспомнилась сказка про Буратино, – сказала Марта, разглядывая это кованое чудо.

– Не удивлюсь, если те, кто его ковал, вдохновлялись именно «Золотым ключиком», – сказал я.

Ключ был золотого цвета, почти пол метра длинной, и действительно очень походил на ключик из фильма.

Как оказалось, и весил он немало. Навскидку килограмм семь, если не больше. Когда мы вышли из комнаты охраны, держа ключ в руках, Алиса сначала вытаращила на нас глаза, а потом расхохоталась.

– Вы что, серьёзно? Да это же прикол! Вы им ничего не откроете! Это же сувенир просто… или украшение для интерьера! – заливалась она.

– Ты же была в комнате охраны, – сказал я, – думаешь, у кого-то возникло желание там что-то украшать? Для начала там было бы неплохо пыль вытереть и полы вымыть, а не золотые ключи ковать для украшения.

– Ну, тоже верно, – вдруг резко перестала смеяться Алиса, – только что же за замок это должен быть, чтобы он открывался таким ключом?

– Надо его найти, тогда и узнаем. Нам бы не пришлось его искать… – начал я.

– Если бы я не убила человека, который мог нам всё рассказать, – нарочито нудным голосом сказала Алиса, – ну хватит уже, сколько можно?

Я не упустил возможности немного потроллить Алису, хотя и знал примерно, где находится нужная нам дверь. Ведь парень по пути сюда указал направление. К тому же мы знали, что это рядом с охраной.

Так, оно и оказалось. Дверь была прямо за поворотом. И перепутать её ни с какой другой дверью было нельзя. Она была абсолютно под стать ключу.

Часть стены с дверью была сложена из больших валунов с закруглёнными краями и производила впечатление куска древнего замка. В ней была выложена большая арка, которая была закрыта толстыми потемневшими от времени деревянными брусками, стянутыми железными кованными лентами.

Сама дверь была тоже из толстого потемневшего бруса, вся обитая кованым железом. Огромны петли, огромное кольцо, служащее дверной ручкой, и замочная скважина, аккурат размером с наш ключ.

– Как в сказке, – с лёгкой мечтательностью в голосе сказала Марта.

– Только вот за дверью нас, скорее всего, ждёт не сундук с сокровищами, а Ктулху, – обрубил я её мечтательность?

– Кто нас там ждёт? – не поняла Алиса.

– Чудовище, – сказал я ей упрощённый вариант.

– Ладно, – бодро сказала Алиса, – раз вы взяли на себя наисложнейшую миссию искать ключ в вонючей комнате, то я, так и быть, пойду первой к вашей Ктулхе.

– Ктулху, – поправил я её, – к нашему Ктулху.

– Да какая на хрен разница? – слегка раздражённо оттого, что её поправляют, сказала Алиса, – давай ключ! – и она требовательно протянула руку.

Я отдал ей ключ. Она его взяла, но тут же бросила за пол.

– Ни хрена себе! – потрясённо сказала она.

– Мне это что-то напоминает! – сказал я и взглянул на Марту. Мы встретились глазами, и я видел, что первая мысль, которая пришла ей в голову, это про перстень. У неё была точно такая же реакция, когда она взяла его в руку.

– Больно? – спросил я.

– Не то чтобы прям больно… скорее как-то невыносимо! – сказала Алиса, до сих пор не полностью придя в себя, – я просто не могу его держать, и всё. И нет такой силы, которая меня заставит это сделать. Я пыталась его не бросить, из принципа пыталась... но не смогла! Не хочется такое признавать, но это даже страшно!

– Что именно? – спросил я?

– То, что кто-то может наложить такое заклятие, которое так на меня действует. Ведь это же можно сделать не только с ключом… это заставляет чувствовать себя беззащитной, потому что можно ожидать такой магии в любой момент! – сказала Алиса, и по ней было видно, что она, в самом деле, потрясена.

– Зато мы теперь знаем, почему ключ так легко заполучить, – сказала Марта, – потому что фурии всё равно не могут им воспользоваться! Что ж, придётся мне первой идти в лапы Ктулху, – Марта демонстративно подняла ключ и направилась к двери.

4. Тритон

– А у Ктулху есть лапы? – задумчиво спросил я у Алисы.

– Чего? – не поняла та, – я вообще не понимаю, о чём вы говорите! Меня волнует этот грёбаный ключ, который я не могу взять в руки!

Тем временем Марта подошла к двери и вставила ключ в замок. Он вошёл туда мягко и встал точно на место. Марта повернулась ко мне, и я одобрительно кивнул. Она провернула ключ в замочной скважине, сделав полный оборот. Потом ещё один. И только после второго внутри что-то щёлкнуло? и дверь слегка приоткрылась.

– Сработало! – почему-то удивлённо сказала Марта, как будто до последнего не верила, что всё получится.

– Можешь принимать удар на себя, – сказал я Алисе, – теперь ключ уже можно в руки не брать.

– А вдруг дверь тоже заколдована? – сказала Алиса.

– Ладно, дольше спорить будем, – сказал я и, подойдя к этой, в чём-то даже сказочной двери, взялся за кольцо.

Я потянул на себя, и дверь очень легко поддалась, без единого скрипа. Несмотря на антикварный вид, работала она отлично, как и замок. Всё это наводило на мысль, что этот антураж преследует скорее эстетические цели, чем практические.

За дверью оказалась ведущая вниз лестница. Она была в том же стиле, что и вход. Большие камни с закруглёнными гранями лежали на полу, из них были сделаны ступени, стены и даже потолок. Единственное, что нарушало аутентичность этого места, так это электрические светильники под потолком, идущие через каждые несколько метров.

Свет они давали неяркий, возможно чтобы поддерживать эту мрачноватую замковую атмосферу.

Лестница уходила вниз спиралью, но не крутой, а очень плавной, с большим радиусом. Идти было вполне комфортно.

Алиса, когда проходила мимо двери, осторожно к ней прикоснулась, потрогала кольцо, провела рукой по металлическим элементам обшивки… ничего не произошло. Тогда она аккуратно прикоснулась к торчащему из двери ключу, подержала на нём руку и через несколько секунд отдёрнула, матерно выругавшись.

– Может, ключ с собой взять? – предложила Марта.

– Сомневаюсь, что мы пойдём обратно этим же путём. Не знаю, как мы будем выбираться, но я почти на сто процентов уверен, что не здесь, – сказал я.

Мы сделали несколько шагов вниз по лестнице, когда Марта не выдержала и быстро вернулась к двери. Она вытащила ключ и засунула его себе за пояс.

– Не, ну а вдруг? – пожала она плечами, в ответ на мой немой вопрос.

– Хочешь, таскай, – сказал я и зашагал вниз.

Спуск был ровным и однообразным. Нам не попадалось вообще ничего. Только стены, ступеньки и светильники под потолком.

– Как ты думаешь, – догнав меня, негромко заговорила Марта, – а вот этот эффект с ключом для фурии, может быть тем же самым заклинанием, что и на моём перстне?

– Понятия не имею, – сказал я.

– Просто если это, то же самое, то тогда проще будет искать способ его снять, если мы имеем два предмета с одинаковыми свойствами, разве нет? – с надеждой спросила Марта.

– Так вот зачем ты его потащила с собой, – усмехнулся я.

– Не только… – сказала Марта, – хотя, честно говоря, я и сама не знаю. Просто, посчитала, что нужно его взять. Не смогла вот так взять и бросить его там.

– Вообще правильно. Я тоже всякие намагиченные вещи собираю. Их всегда можно на что-то обменять, даже если они тебе самому не нужны. Но просто ключ имеет определённое предназначение, не думаю, что он может быть полезен где-то в другом месте, – сказал я, – да и тяжёлый слишком, таскать его с собой.

– То есть если бы ты не знал его предназначение, то мог бы взять, потому что это артефакт. Но поскольку его назначение тебе известно, то брать его не стоит, потому что ты считаешь его бесполезным? Мне кажется, в этой логике есть какой-то изъян, – размышляя о моих словах, сказала Марта.

– Отчасти ты права, – согласился я, – но всегда есть нюансы. Если ты не знаешь предназначения вещи, у неё есть потенциал. Если ты знаешь предназначение и оно бестолковое… ну, для тебя бестолковое, значит, у вещи потенциала нет. Она тебя уже ничем не удивит. И можно было бы на это плюнуть и взять её с собой, в надежде кому-нибудь впарить… но тут вступает в дело ещё одна её особенность – вес!

– Ясно! – слегка разочарованно сказала Марта.

– К тому же… – начал я после паузы.

– Что? – оживилась Марта.

– Эта вещь не выглядит намагиченной, – сказал я, – она, вне всяких сомнений, заколдована, но внешне по ней этого не скажешь. А это значит, что и продавать её будет очень сложно. В общем, с точки зрения коммерции это очень сомнительный вариант.

– А с точки зрения моих интересов? – спросила Марта.

– Здесь непонятно, – честно сказал я, – может быть и так и так. У меня ответа на этот вопрос нет.

– А вдруг он, в самом деле, золотой? Мне кажется, что если бы он был железный, то должен был бы быть легче! – сказала Марта.

– Сомневаюсь, – сказал я, – но даже если это и так, то бывают моменты, когда банка с тушёнкой гораздо ценнее такого же по размерам куска золота. Это, конечно, просто аналогия, но суть именно в этом. Нам сейчас не до золота, хотя его и можно продать. Еда, это ресурс, который нам может оказаться жизненно необходим. Золото же, это способ заработать… а мы сейчас не в той ситуации, чтобы зарабатывать. У нас сейчас на повестке дня стоит выживание.

– Но свои намагиченные вещи ты с собой таскаешь! – поддела меня Марта.

– Потому что они ничего не весят, – пожал я плечами, – я же уже сказал, если бы ключ был маленьким, я бы сам первый его в карман засунул.

– А я потаскаю, – упрямо сказала Марта.

– Но если вдруг будет ситуация, когда он будет тебе мешать, бросай его без сожалений, – сказал я, – жизнь дороже!

– Да это понятно! – Марта даже немного обиделась на такое элементарное нравоучение.

– Может, хватит болтать? – сказала нам сзади Алиса, – мы не на прогулке здесь! Сосредоточьтесь немного!

– Она права! – подмигнул я Марте, прикладывая палец к губам.

Спуск показался нам удивительно долгим. Если вспомнить, насколько глубоко мы спустились до этого, то становилось вообще не по себе. Наверх, конечно, ходит лифт, это мы видели… но можно ли будет им воспользоваться, это большой вопрос.

После очередного изгиба неожиданно ступеньки закончились, и мы оказались в прямом коридоре, в конце которого виднелся более яркий свет. Мы с девочками переглянулись и мягко ступая, пошли дальше.

Когда коридор закончился, мы оказались на чём-то вроде каменного крыльца. По бокам были каменные же перила, а впереди небольшая лестница, спускающаяся на пол большого зала.

Да, антураж оставался прежним, мы как будто оказались в старинном замке. Ощущение дополняли висящие по стенам доспехи и холодное оружие. Очень большая коллекция. Освещалось всё это факелами, в которые, портя всю картину, были вставлены электрические лампочки.

Ещё в общий антураж не вписывались двери лифтов, справа и слева от нашего крыльца. Видимо, все оказывающиеся на этом уровне, попадали именно в этот зал. Именно здесь местный хозяин принимал посетителей.

Кстати, о хозяине – он тоже был здесь. Восседал на огромном каменном троне в противоположном конце зала. Сам трон находился на большом постаменте, на который вели чёрные каменные ступени. Между нами и троном, в самом центре зала на полу было изображение солнца, выполненное из железа. Похоже, Тритону нравилась эта средневековая эстетика, и он приложил немало усилий, чтобы обставить здесь всё именно таким образом.

По бокам от трона стояли две девушки, в чёрных обтягивающих их с головы до шеи комбинезонах. Волосы у них тоже были чёрные и длинные. Я подумал, что это, скорее всего, фурии, те, которых удалось приручить. И я помнил, что по словам местного парня, их должно быть здесь гораздо больше… но, возможно, он просто не вытаскивает на свет божий весь свой арсенал. Двоих охранниц, по его мнению, вполне достаточно.

Ну и, конечно, сам Тритон. Я представлял себе почему-то могучего мускулистого мужика, а он оказался маленьким, плешивеньким, в очках… хотя восседал на троне в золотом узорчатом халате… или чём-то подобном.

– Ну, наконец-то! – провозгласил Тритон, дав нам немного оглядеться, – а то мы вас уже заждались! Вы чего так долго?

Мы с девочками переглянулись, поворот был немного неожиданный. Да и голос у Тритона не вполне соответствовал его внешнему виду. Он был низкий глубокий и заполнял собой всё пространство. Точнее, голос, в отличие от внешнего вида, совпал с моими ожиданиями. Хотя, почему я решил, что Тритон именно такой?

Сила уже давно не определяется физическими данными. Даже раньше большую роль играли оружие или просто власть и деньги. Одной силой многого было не наворотить. А теперь так уж и подавно! За заурядной неброской внешностью вполне может скрываться мощный маг, и ты не узнаешь этого, пока он себя не проявит. Догадываться можешь, но знать наверняка – нет. Тем более, если маг сам не хочет, чтобы ты знал.

Правда, вот, такие маги обычно по улицам не гуляют в одиночестве. Они, навроде Тритона, создают себе уютное местечко с прислугой и охраной и делегируют им все вопросы, в том числе и свою безопасность. Если дело не касается чего-то из ряда вон выходящего, естественно.

У Тритона размах был очень большой. Когда мы лезли под землю, то даже предположить себе этого не могли.

– А откуда ты знал, что мы придём? – с вызовом спросила Алиса.

– Деточка, – рассмеялся Тритон, – если бы я не мог узнавать о таких элементарных вещах, я не был бы тем, кем являюсь! А раз именно я занимаю это место, значит, кое-что мне подвластно.

– Да, место что надо! – сказал я.

Акустика в зале была изумительная, звук разносился легко и свободно, так что не нужно было надрываться, чтобы докричаться до противоположного конца.

– Непокорная фурия сама пришла ко мне! – торжественно произнёс Тритон, – а мы уже собирались тебя списать в утиль… но, как знать, может быть ещё не всё потеряно! Возможно, мы сумеем всё-таки договориться.

– Это вряд ли! – жёстко сказала Алиса, – я уже слышала все аргументы, и они мне не понравились.

– Нет, это было всё не то! Может статься, что я предложу тебе работу, но не такую, как у этих моих красоток, – и он развёл руки в стороны, показывая на замерших по сторонам фурий, – ты достойна большего, и я могу предложить тебе контракт. Тебя не будут ломать и держать взаперти. Ты будешь принадлежать сама себе, но работать на меня! Времена сейчас тяжёлые, всем нужна крыша… – Тритон как будто споткнулся и уставился потрясённо на меня. Пауза длилась некоторое время, а потом он вскочил на ноги и заговорил гораздо более возбуждённо, – ты шаман? Молодой человек, ты шаман, я же не ошибся? Да нет, как я мог ошибиться! Какой прекрасный день! Как удачно всё складывается! Как хорошо, что вы проникли на мою базу, перебили этот бестолковый сброд и решили навестить мою скромную обитель… это же просто великолепно!

На слове «скромную», Марта не сдержалась и хохотнула.

– С ним точно всё в порядке? – повернув ко мне голову, сказала Алиса, – а то он производит впечатление спятившего… и я даже не знаю, хорошо это или плохо.

– Думаю, скоро мы всё узнаем, – ответил я, – на нас сразу не набросились, не стали пытаться нас убить, и то хорошо.

– Иногда это хуже, – вздохнула Алиса, – когда мягко стелют, зачастую потом очень жёстко спать.

– Спать мы вряд ли будем, – сказал я, – но вот почему-то в том, что кончится всё жёстко, я ни капли не сомневаюсь.

Тритон, некоторое время пока мы перешёптывались, стоял, прижав руки ко рту и, видимо, напряжённо что-то обдумывал. Придя к какому-то решению, он вскинул руки вверх и заговорил.

– Друзья мои, как я сказал, сегодня великолепный день! Сегодня перед всеми нами открываются новые возможности. Я подумал и решил играть с вами в открытую. Я готов вскрыть все карты, поговорить откровенно и сделать вам предложение, от которого вы не сможете отказаться! – торжественно произнёс он.

– Почему не сможем? – тут же решил уточнить я.

– Потому что такими предложениями не разбрасываются, – сказал Тритон и, опустив руки, продолжил говорить уже без излишнего пафоса, более по-человечески, – я «визор», – сказал он и сделал паузу, ожидая нашей реакции, – вы знаете, кто такие визоры? – спросил он не дождавшись.

– Знаем, – сказал я, – это такие маги, которые могут видеть чужой дар и чужие способности.

– Верно! – улыбнулся Тритон, – отчасти в этом и есть секрет моего успеха. Я вижу, на что способны другие люди, и знаю, как их использовать… ну, точнее, что им предложить на взаимовыгодных условиях. У любого дара есть потенциал, который может раскрыться только в совокупности с определёнными чертами характера. Вот я хороший организатор, говорю это без ложной скромности. А организатор, который видит потенциал других людей, имеет колоду козырей на руках! Многие визоры не знают, как использовать свой дар, они живут себе, думая, что им не повезло и досталась какая-то ерунда… дураки! Дар великолепный!

– И что из этого следует? – задал я резонный вопрос.

– А то, что, имея в своей команде шамана, я смогу достичь гораздо большего… МЫ сможем достичь гораздо большего! Я не предлагаю тебе работать на меня, я предлагаю тебе партнёрство! Это очень щедрое предложение! Мы можем работать сообща, вместе, рука об руку! Если бы я это предлагал тебе, не имея ничего за душой, то ты, конечно, мог бы сомневаться в перспективности этого начинания. Но я уже многое сделал сам и предлагаю тебе войти в управление уже готовой структурой. И всё это только начало, – Тритон, чем дальше, тем больше вдохновлялся, – у нас очень большие планы! И с тобой их осуществление приблизится очень существенно!

– А про меня ты, визор, так ничего и не сказал! – вставила вдруг Марта, сбив весь его настрой.

Было видно, что Тритону это не понравилось, но за секунду он взял себя в руки и решил не портить момент, а проявить терпение и снисходительность. Поэтому он некоторое время разглядывал Марту, слегка прищурившись и как будто сомневаясь. Открыл было рот, чтобы сказать что-то, но потом передумал и, склонив голову набок ещё некоторое время, изучал эту щуплую женщину.

– Странно, – пробормотал Тритон, – очень странно! Я не могу понять… – он как будто даже слегка увлёкся, пытаясь разгадать, что за дар или способности есть у Марты.

– А ты крепкий орешек, – усмехнулся я, – даже могучий визор не может понять, что у тебя за дар!

– А может быть, никакого дара и нет? – пожала плечами Марта.

– Есть! – вскинул руку вверх Тритон, который, как оказалось, слышал всё, что мы говорим, – если бы не было, я бы это сразу увидел. Это самое лёгкое, понять есть дар или нет. Но твой как будто скрыт, спрятан, замаскирован… никак не могу понять, что это…

И я, и Алиса тоже повернулись к Марте и стали её пристально разглядывать. Надо сказать, Тритон меня даже заинтриговал. Что же у Марты за дар такой секретный?

Вообще-то, у меня была гипотеза, в чём именно тут дело, но я не хотел помогать Тритону разобраться. Может быть, он предложит другую версию. Может быть, на самом деле поймёт, что с Мартой не так.

Моё мнение было таким: Тритон не мог разглядеть её дар, потому что она была во власти перстня. Здесь как бы внешняя магия, наложенное на неё проклятье, скрывало её суть. Но и внешнее заклятье Тритон никак не мог идентифицировать, скорее всего, потому, что не в этом была его способность. Он мог видеть только природный дар, а не наложенные чары. Которые блокировали для него внутренние способности. Вот такой вот замкнутый круг.

– Она как-то связана с тобой! – вдруг сказал Тритон, ткнув в меня пальцем.

– Я так и знала, что это твоя баба! – всплеснула руками Алиса, – и зачем было отпираться?

Мы с Мартой одновременно к ней повернулись и осуждающе посмотрели.

– А что? Вон, даже чужие люди об этом говорят, – она махнула рукой на Тритона, – а от меня вы почему-то это скрываете…

– Нет, нет, нет, – замахал рукой Тритон, – дело здесь совершенно в другом… эта связь магическая… но я никак не могу понять её природу… – Тритон свесил голову, похоже, отчаявшись понять дар Марты.

– Ну вот, – расстроилась та, – а я уже думала узнать что-то новенькое про себя…

– Мы узнаем! – тут же встрепенулся Тритон, – мы обязательно узнаем! Вы очень интересная команда! Шаман, невероятно сильная фурия, загадочная, неподвластная моему дару женщина… мы все можем работать вместе, как друзья, как свободные люди! – торжественно провозгласил он.

– Ну, раз мы свободные люди, – сказал я осторожно, – тогда, можно мы отсюда просто уйдём?

– Нет! – резко рявкнул Тритон, и звук эхом отразился от сводов, а между его зубами мелькнул раздвоенный язык рептилии.

5. Вечер перестаёт быть томным

– Ну вот, а говоришь свободными людьми, – философски заметил я.

Ситуация принимала странный оборот. Я заранее пытался предугадать, что нас ждёт, но такой вариант мне в голову не приходил. Нас пытались завербовать, но выбора особого не предоставляли. Присоединяйтесь по-хорошему, или огребёте по-плохому. Если держать в уме пару десятков фурий, которые должны были находиться где-то неподалёку, то огрести по плохому у нас все шансы были.

– Будете свободными, если присоединитесь, – прошипел Тритон.

– У тебя не возникает никакого когнитивного диссонанса, когда ты это говоришь? Просто твоё предложение отрицает свободу выбора как таковую! – сказал я.

– Я могу терпеть и договариваться, но лучше меня из себя не выводить! – снова прошипел Тритон.

Сущность рептилии рвалась из него наружу. Слово «рептилоид» заиграло для меня новыми красками. Да, я слышал теории про якобы живущую среди людей другую расу. Но все байки умерли после магопокалипсиса, а теперь вот, имели шанс на новое возрождение.

Магия всех меняла. Иногда просто до неузнаваемости. Многие существа, появившиеся на земле, когда-то были людьми. И почти всегда, мутация свидетельствовала о том, что с человеком что-то не так. Есть у него какая-то патология. Если Тритон постепенно начинал обретать черты рептилии, значит, его глубинная сущность была не до конца человеческой. А иметь дело с такими я, честно говоря, опасался.

Даже если бы он не имел этих признаков мутации, я бы вряд ли согласился на его предложение, но теперь, когда он не удержался и вскрылся, наше сотрудничество было исключено. Были и другие факторы, которые я решил озвучить.

– Мы были наверху в цехе для расчленёнки. Гуманизмом ты не страдаешь, – сказал я, – да и с фуриями ты обращаешься очень жестоко! Это то, что на поверхности. Если копнуть, то, скорее всего, мы найдём и другие скелеты в твоём шкафу.

– Кто позволит тебе копать? – вдруг удивительно спокойно и даже иронично сказал Тритон и ловко сбежал вниз по лестнице. Девочки, охраняющие его, не отставали ни на шаг больше чем нужно. Они держались не более чем в полуметре за его плечами, – давайте попробуем ещё раз. Возможно, я слишком разволновался от такой неожиданно приятной встречи и слишком уж поторопил события, не введя вас как следует, в курс дела.

Я посмотрел на Алису с Мартой, а те, в ответ на мой взгляд, синхронно пожали плечами.

– Ну, попробуй! – сказал я и тоже двинулся вниз по ступенькам.

Мы встали по краям железного солнца на полу. Девочки встали за моими плечами точь-в-точь как охраняющие Тритона фурии. Уж не знаю, специально они это сделали или неосознанно скопировали мизансцену, но картинка получилась абсолютно симметричная.

У меня не было задачи обострять ситуацию, в то же время, садиться себе на шею позволять было нельзя. Я ещё не понимал, как нам из всего этого выбираться, и лишние разговоры были только на руку. Они давали, во-первых, время, а во-вторых, информацию, которую, так или иначе, Тритон нам выкладывал. А информация лишней не бывает. Так что выслушать то, что он скажет, было вполне в наших интересах.

– Итак! – начал Тритон, поставив руки перед собой, соединив их только кончиками пальцев, – я не знаю, как вы видите мир, но он сложнее, чем кажется… многократно сложнее.

– Это абстракция, – сказал я, – ты не знаешь, как мы видим, мы не знаем, как ты видишь. Нужна конкретика.

– Хорошо, – с готовностью сказал Тритон. Я вдруг очень явно почувствовал его острое желание меня заполучить. Он не со всеми так вот разговаривает, пытаясь убедить. Скорее всего, обычно он действует гораздо жёстче. Но я ему очень нужен, и он готов терпеливо меня уговаривать так, как, возможно, никого ещё не уговаривал. Что ж, нужно этим воспользоваться! – я начну издалека, но только для того, чтобы картинка для вас была полной, иначе будет сложно понять весь драматизм ситуации! – начал он, и тон был такой, как будто он в самом деле собирается рассказывать какую-то очень длинную историю.

– С удовольствием послушаем! – сказал я. Марта за моим плечом разочарованно вздохнула, но я проигнорировал её настрой. Видимо, она не понимала, что это в наших интересах.

– Когда случился магопокалипсис, – сказал Тритон, – всё рухнуло не сразу, это был процесс. Я думаю, что все вы его хорошо помните. События начали раскручиваться постепенно, но ускорялись с каждым месяцем, пока, наконец, наша цивилизация не потерпела окончательный крах… так думают почти все, но на самом деле это не так!

– А как? – не удержалась от вопроса Марта.

– Рухнула не цивилизация, а её технологическая составляющая. Люди и их накопленный культурный опыт сохранились, – говорил Тритон, – да, если всё будет деградировать и дальше и потом застрянет где-нибудь внизу, есть шанс всё это растерять… но этого не случится.

– Почему? – опять вставила Марта, которую, видимо, начинал увлекать рассказ Тритона.

– Потому что рухнула, как я и сказал, только технологическая составляющая. Но на её месте образовалась не пустота! Ей на смену пришла магия. А знаете, почему приход магии убил все достижения цивилизации и научно-технический прогресс? Чем он помешал? Почему он не мог сохраниться? – спросил Тритон.

– Почему? – спросила Марта. Постепенно и взгляд Тритона всё чаще и чаще останавливался на ней, как будто они общались вдвоём. Это было неплохо, я предпочитал остаться за скобками в ситуации и наблюдать.

– Не почему! – сказал Тритон, и, не дав Марте вставить очередной вопрос, быстро продолжил, – научные технологии ничем не мешают магии, и крах потерпели вовсе не они! – провозгласил Тритон с видом, как будто ему удалось нас подловить.

– А что же тогда? – всё-таки вставила Марта.

– Крах потерпели элиты, которые этот научно-технический прогресс контролировали, а вместе с ним и все государства, да и всю планету в целом. Вдруг неожиданно оказалось, что они больше ничего не контролируют. Что власть утекает у них сквозь пальцы и у них совершенно нет инструментов, чтобы этому помешать. Говоря проще, пока они вели шахматную партию, у них всё получалось. Но потом напротив них уселся бейсболист. Он перевернул доску, рассыпав все фигуры, и начал охаживать их бейсбольной битой. В общем, всё пошло не по плану, появились новые игроки и новые правила. Это и привело к краху привычного нам мира! – торжественно закончил Тритон.

– Любопытно, – сказал я, – никогда не смотрел на ситуацию в таком ключе. И что это значит в нашем случае? Для нас-то это, какое имеет значение?

– Хороший вопрос, но ответ на него прямо вытекает из того, что я сказал, – самодовольно улыбнулся Тритон, – если одни управляющие элиты ушли, то на их место должны прийти другие. Свято место пусто не бывает! Должны прийти те, кто сможет управлять процессами в новых условиях. Мы живём в век больших возможностей. Сейчас что-то вроде эпохи накопления капитала… слышали такой термин? – я и Марта кивнули, Алиса нет, – только в наше время копятся не деньги, а возможности. Люди, магические ресурсы… да много чего!

– И ты как раз сейчас активно этим занимаешься! – озвучил я очевидный вывод.

– Да, но не только я! – сказал Тритон, – многие этим занимаются. Это большая игра, большая конкуренция! Сейчас все копят силы, и большие игроки только изредка сталкиваются, чтобы прощупать возможности друг друга. Это происходит повсюду, не только в Москве. Во всех городах, во всех странах, на всех континентах. Потом начнутся уже более активные стычки, перерастающие в локальные войны. Слабые будут исчезать и поглощаться сильными, будет происходить укрупнение игроков или, говоря по научному, консолидация… знакомо вам это слово? – снова мы с Мартой кивнули, а Алиса нет.

– И что потом? – спросила Марта.

– Что потом, гадать особо не нужно, – пожал плечами Тритон, – можно просто оглянуться на историю человечества. Укрупнившиеся группировки будут создавать большие поселения, города, княжества, если хотите! Будут воевать друг с другом и укрупняться… или консолидироваться дальше. Со временем возникнут новые страны… возможно, возродятся частично старые, и структура мира вновь станет похожа на ту, что была раньше. Только вот рулить всем будут уже совершенно другие люди.

– Маги, – кивнул я.

– Не в этом суть, – сказал Тритон, – да, это будут маги, но смысл в том, что магопокалипсис запустил глобальную смену элит в человечестве, и эта смена элит приводит к перезагрузке всей цивилизации. И сейчас шанс попасть в ряды этой элиты высок как никогда! Раньше для нас с вами эти двери были наглухо заперты, а сейчас мы можем войти туда с гордо поднятой головой!

– Если не сдохнем по дороге! – резюмировал я.

– Для этого и нужно быть умнее и сильнее всех остальных. Если встретится кто-то более сильный, а это возможно, то с ним нужно создавать коалицию и мочить остальных! Так победим! – сказал Тритон, – и в этот раз путь консолидации и образования новых государств пройдёт значительно быстрее, думаю, это займёт несколько десятков лет. Ведь дорожка-то уже проторена, нужно будет только всё повторить. Второй раз что-то делать всегда быстрее!

– Да, создавать новое общество с новыми элитами, идея привлекательная… и даже, можно сказать, воодушевляющая! – сказал я, – только вот чем новые элиты будут лучше старых? Получается, что у нас есть шанс построить новое, более справедливое общество. Но, судя по тому, что мы видели уровнем выше, расчленёнка и пытки вряд ли элементы этого самого общества. Так что, возможно, ты не совсем на правильном пути!

– А кто здесь говорил про справедливость? – удивлённо вытаращил на меня глаза Тритон, – плевать на неё! Дело в том, что формирование новых элит процесс объективный, и он уже начался. Хотим мы этого или нет; нравится нам это или нет, всё равно это произойдёт. Вопрос только в том, будем мы игроками или фигурами на доске. А может, даже не на доске, а на полу, где ноги о нас будут вытирать… меня такой расклад не устраивает. Я решил быть игроком. И ты, шаман, можешь быть игроком! Мы можем быть партнёрами!

– Видишь, Алик, не халявщик, а партнёр! – иронично сказала Марта.

– Что? – не понял я, что она имеет в виду.

– Молодёжь, – вздохнула Марта, – неважно, забудь!

– Тебя зовут Алик? – ухватился за её слова Тритон, – послушай, Алик, я прямым текстом тебе говорю, что ты очень важен для меня. Твой дар, это большая ценность… вот скажи, тебе приходится его скрывать, чтобы каждый встречный и поперечный не пытался тобой воспользоваться?

– Относительно, – неохотно согласился я, вспомнив про профессора манпира и подумав, что на самом деле скрывать стоило бы и получше, а то уже случались неприятности из-за этого.

– И это только начало, – значительно сказал Тритон, – некоторые группировки охотятся на шаманов! Специально ловят, чтобы использовать как батарейки для своих боевых магов!

– Но ты-то не такой! – усмехнулся я, взглянув на фурий, стоящих у него по бокам.

– Такой! – развёл руки в стороны Тритон, – но на шаманов не охотился!

– Пока! Наверное, нужно было бы добавить: «пока не охотился», – сказал я, – или просто до сих пор не попалось ни одного в поле зрения.

– Да, – не стал отпираться Тритон, – может быть, ты и прав. Но увидев тебя, поняв, кто ты, я сразу решил договориться! Видишь, я с тобой честен! Я вскрыл все карты! Я делаю тебе такое предложение, которое никто больше не сделает! Мы сильны, в предстоящих схватках, у нас хорошие шансы расширить свою территорию, и ты можешь нас ещё больше усилить. Думаю, что шаман, работающий на кого-то против воли, будет давать слабую эффективность, в отличие от шамана, работающего за идею, ради процветания организации в которой он служит!

– В которой он служит, или которой он руководит? – спросил я, – ты меня совсем запутал… просто слово «партнёр» имеет немного другое значение! Или я что-то не так понял?

– Ты понял всё правильно, и я не собирался тебя обманывать! Мы будем партнёрами, но извини, старшим партнёром всё равно буду я! И основные решения принимать буду я! Это справедливо, потому что именно я всё это создал! – сказал Тритон.

– Может это и справедливо, но сильно снижает привлекательность твоего предложения, – сказал я.

Моё мнение не изменилось, и соглашаться на предложение Тритона я ни в коем случае не собирался, однако, поторговаться будет нелишним. Мы тянем время и продолжаем растаскивать ситуацию. Хотя идей как отсюда выбраться у меня как не было, так и нет!

– Предложение шикарное! – настаивал на своём Тритон, – ты будешь моей правой рукой!

– А девочки? – спросил я.

– Для девочек тоже найдётся достойное занятие, – сказал Тритон, – они будут иметь достаточную степень свободы и работать на нас как вольнонаёмные. Будут выполнять задания в соответствии с личными способностями, и получать за это достойное вознаграждение. Пытать и ломать мы никого не будем!

– А гарантии? – спросил я.

– Гарантии? – удивился Тритон, – моё честное слово, лучшая гарантия!

– Чтобы твоему слову верили, нужна репутация, – возразил я, – а я о тебе ничего не знаю… хорошего. Не буду опять вспоминать про расчленёнку… но даже в окрестностях о тебе отзываются не очень. А ведь не бывает дыма без огня, верно?

– Кто это обо мне плохо отзывается? – живо заинтересовался Тритон.

– Неважно, – махнул я рукой, – в общем, нам надо подумать. Мы подумаем, обсудим и вернёмся, идёт?

– Откуда вернётесь? – опешил Тритон от такой наглости.

– Сверху, – я указал глазами на потолок.

– С верхнего уровня? – с недоверием спросил Тритон.

– Нет, с самого верха, с улицы, – терпеливо разъяснил я ему.

– Ну уж нет, – Тритон чуть не расхохотался, – я вас никуда не отпущу!

– То есть, ты нам не доверяешь, но хочешь, чтобы мы доверились тебе? – спросил я, – а ведь доверие должно быть обоюдным! И потом люди обычно судят о других по себе, и если ты думаешь, что мы хотим тебя обмануть, следовательно, ты сам хочешь нас обмануть!

– Ты прав, я вам не доверяю! – сказал Тритон, в его голосе вновь послышалось шипение, и между зубами заплясал кончик языка, но наружу пока что не вырвался, – и я не советую пытаться меня обмануть, тем более таким примитивным способом, этого не получится!

– Понятно, что не получится, – сказал я, – просто хотел ещё раз взглянуть на твоё истинное отношение к нам, а не припудренное всякими красивостями и обещаниями.

– Взглянул? – прошипел Тритон, и раздвоенный язык всё-таки выскользнул наружу, но тут же спрятался обратно.

Тритон второй раз терял терпение, и вряд ли он пойдёт на третий раунд уговоров, если опять выйдет из себя. Похоже, ситуация начинала обостряться. Честно говоря, было пора. Потом могло стать хуже. И если мы не собирались соглашаться на его предложение, то, вполне возможно, было самое время перейти к насилию. Риск был большой, но и тянуть смысла не было. Всё равно он нас никуда не отпустит, но потом рядом может оказаться значительно больше фурий, и мы с ними точно не совладаем. Сейчас их было всего две… ну и сам Тритон. Его боевые способности были нам неизвестны, он мог быть силён в чём угодно, но не в драке. А может быть, наоборот, и он помимо визорства был ещё и сильным боевым магом.

Я в данной ситуации предпочёл его недооценить, решив, что он слабый боец… и это была одна из самых больших моих ошибок.

– Видишь ли, Алик, – прошипел Тритон, – не хочешь быть партнёром, станешь батарейкой! А девок твоих придётся убить. Они мне без надобности. И их смерть будет на твоей совести!

– Не говори гоп! – сказал я.

– Гоп! – улыбнувшись, сказал Тритон и хлопнул в ладоши.

После его хлопка, диск солнца на полу между нами вдруг стал опускаться вниз, а уехав в пол на метр, разделился пополам и раздвинулся в разные стороны.

Внезапно мы оказались на краю бездонной шахты. Шахта, в самом деле, выглядела бездонной, потому что свет не доставал до её дна.

– Парень мне нужен целым и невредимым, – сказал Тритон своим фуриям, – баб в колодец!

Фурии выслушали приказ и пошли исполнять. Двигались они по двум сторонам ямы, шагая по самому краю.

Вечер переставал быть томным.

6. Схватка

– Марта, назад! – резко сказал я, но она и так понимала, что ей нужно отступить и дать место нам с Алисой. Алиса ждала одну фурию, я другую. И если у них силы могли оказаться равны, то вот я в своих не был уверен. Фурия вполне могла быть значительно сильнее!

Я сформировал шар плазмы над ладонью и когда фурия была уже совсем близко, метнул его, но не в неё, а в Тритона. Манёвр не удался, он успел уклониться. Я видел, что на секунду он очень испугался, но когда опасность миновала, тут же стал изображать веселье и неуязвимость.

– Ай-яй-яй, Алик! Как нехорошо! Это же нечестно атаковать вот так исподтишка! – сказал он.

– Честность? Ты заговорил о честности? – сказал я, не спуская глаз с фурии, – забавно это слышать от тебя! Хотя чему я удивляюсь, такие как ты всегда вспоминают про честность, только когда начинают проигрывать!

– Ты считаешь, что я проигрываю? – веселился Тритон.

Я блефовал, но хуже от этого быть не могло. Может быть, хоть немного удастся заронить сомнение в его голову. Мало ли, вдруг у нас есть ещё какой-нибудь козырь в рукаве?

Моя фурия замерла, не дойдя до меня несколько метров и, судя по всему, растерялась. Ей нужно было взять меня целым и невредимым, а весь мой вид говорил о том, что добровольно я не сдамся. Так что, устраивать потасовку на краю пропасти было слишком опасно по её мнению.

Фурия Алисы тоже остановилась. Её озадачило то, что придётся драться с такой же, как она, и это тоже несколько разрывало шаблон. Алиса это почувствовала и решила надавить в эту точку.

– Сестра, нам незачем драться, нам нечего делить, – заговорила она, – ты в рабстве! Присоединяйся ко мне, и мы вместе выберемся отсюда! Давай убьём Тритона и освободим и тебя и других наших сестёр!

Сёстры! Ход был неожиданный и вряд ли мог быть успешным, потому что никакими сёстрами фурии не были и в жизни терпеть друг друга не могли… впрочем, как и большинство остальных людей.

Противница Алисы на несколько секунд замерла, как будто обдумывая сказанное… а может быть и нет… не очень понятно, насколько Тритон подавил их волю и проник в сознание. Может быть, они уже вообще не могут независимо анализировать происходящее. И судя по спокойному виду Тритона, это было именно так! Он совершенно не волновался, что мы сможем переманить его девочек на свою сторону.

Так или иначе, фурия Алисы встрепенулась и начала формировать шар алой плазмы над своей ладонью. Переговоры, как я и предполагал, успехом не увенчались.

– Ну, как знаешь, – покачала головой Алиса и сделала несколько шагов от края ямы.

Мысль была здравая, если уж придётся драться, то лишний риск улететь в пропасть совсем ни к чему. Однако это натолкнуло меня на парадоксальную мысль. Я, наоборот, сделал шаг к яме и, встав на самый край, наклонился слегка над пропастью.

– Ой-ёй-ёй, – деланно запричитал я, – кажется, падаю!

– Алик, ты что делаешь? – возмутился Тритон.

Он прекрасно видел, что я кривляюсь, но даже мнимая опасность для моей жизни была ему неприятна. Слишком уж я был ему нужен.

– А что будет, если я сорвусь и упаду? – сказал я, и забалансировал на самом краю. Я хотел это только изобразить, но слегка перестарался и в самом деле чуть не улетел вниз. Вновь обретя равновесие, я облегчённо выдохнул.

Тритон, который наблюдал всё это, расхохотался.

– Зря смеёшься, – сказал я, – прыгать не входит в мои планы, но и полностью исключать такой вариант тоже нельзя. Тут, смотря как далеко всё это у нас зайдёт!

– Мне кажется, что умереть, упав в яму, это худший вариант из всех возможных, – сказал Тритон.

Но что-то в словах «умереть, упав в яму» мне показалось странным. Как будто он, перед тем как это сказать, тщательно сформулировал фразу. А это свидетельствовало о том, что говорит он не совсем правду. Мне тут же пришла мысль, что падение в яму не должно меня убить… хотя и выходом из ситуации это сложно назвать. Что там внизу, в темноте?

Хотя в любом случае вряд ли что-то хорошее. Иначе, зачем им здесь эта яма? Только для того, чтобы швырять туда провинившихся и тех, от кого хотят избавиться.

– Господи, ну почему же всё так медленно! – воздел руки вверх Тритон.

И это послужило своего рода сигналом. Алиса со своей противницей бросились друг на друга, и когда они столкнулись, во все стороны брызнули алые искры с такой интенсивностью, как будто случилось страшное короткое замыкание! Сцепившись, они кружили по залу, продолжая рассыпать вокруг себя снопы искр.

Я отвлёкся на это и не заметил, как Тритон молниеносно ретировался наверх, поближе к своему трону. Оно и понятно, зацепят ещё. В такой схватке они могут постороннего человека просто размазать и не заметить этого.

Моя фурия взмыла в воздух и метнулась на центр ямы, видимо, страхуя меня от падения вниз и надеясь поймать, если вдруг я прыгну. Потом резко ускорилась в мою сторону и, врезавшись в меня, отбросила от края на несколько метров. Я непроизвольно схватился за неё, и мы покатились по полу обнявшись.

– Мадемуазель, ну зачем нам ссориться? – прошептал я сквозь зубы, пытаясь сцепить руки так, чтобы лишить фурия способности двигаться.

Приземлились мы в итоге на неё, я оказался сверху, но ненадолго. Она тут же мощным броском отшвырнула меня в сторону, и я, плашмя грохнувшись на пол, застонал. Удар получился нешуточным, хорошо ещё, что головой не приложился!

Когда мы приземлились на фурию, ей тоже хорошо досталось. Но она уже была на ногах и вновь готовилась броситься на меня. Но неожиданно замерла и начала себя оглядывать: сначала руки, потому ноги, а потом резко подняла голову и уставилась на меня. В глазах заплясали азартные искры, а на кончиках волос заискрили электрические разряды.

Алиса в этом время расцепилась со своей противницей, и они стояли друг напротив друга, тяжело дыша.

– Лиса, у нас проблемы! – крикнул я.

– Как будто я не знаю! – огрызнулась она, не сводя взгляда со своей противницы.

– Новые проблемы! – сказал я.

– Что ещё? – она быстро скосила на меня взгляд.

– Похоже, что на них я действую так же, как на тебя! – сказал я.

– Проклятье! – хором выдали Алиса и Марта, которая держалась в стороне от битвы, но всем своим видом демонстрировала готовность вмешаться.

– Пойдём со мной, и ты постоянно будешь испытывать такое! – сказал я своей фурии.

Она смотрела на меня возбуждённым взглядом, и было видно, что она хочет повторить, но договариваться с ней бесполезно. Что-то в её мозгу жёстко заблокировано. Но инстинктивно получить новый заряд маны она, безусловно, будет пытаться.

Она снова метнулась ко мне, причём так быстро, что я практически не успел среагировать. Обхватила меня руками, мы подлетели в воздух и упали вниз. Фурия опять оказалась снизу, а я приземлился на неё. Она, видимо, не вполне поняла механизм и откуда именно взялся заряд маны, поэтому просто повторила то, что произошло до этого.

Даже то, что, по сути, я падал на симпатичную девушку, не особо сглаживало ситуацию. Падения всё равно были очень жёсткими, и всё это может кончиться как минимум сотрясением. Переломы тоже вполне вероятны.

В глазах фурии разгорался бешеный азарт, и я уже понимал, что сама она не остановится, а будет повторять это снова и снова, пока не выбьет из меня дух… наркоманка проклятая. Алиса по сравнению с ней была просто образцом сдержанности.

Не успел я вспомнить про Алису, как она, легка на помине, прилетела и врезалась в меня. Противница сумела её сильно достать, так что отшвырнула на несколько метров.

Алиса врезалась лицом мне в плечо, и мы оба повалились на пол.

– Чёрт, вы меня угробите! – простонал я вставая.

Но Алиса уже была на ногах и радостно улыбалась, несмотря на то, что из расквашенного носа текла кровь.

– Так, тоже работает, – крикнула она и ещё раз приложилась с размаха лицом мне о плечо, – работает! – повторила она, сверкая глазами, и стремительно бросилась в бой.

– Ты мне плечо своим лицом выбила, – крикнул я ей вслед.

Я отвлёкся на Алису, и пропустил момент, когда моя фурия снова бросилась на меня. Видя, что мне достаётся больше всех, Марта решила вмешаться и со скоростью пули врезалась в несущуюся на меня фурию, сбив её с курса. Та промахнулась и улетела далеко вперёд, к краю ямы и ухнула вниз.

Я глянул на Тритона. Было интересно, чем он был занят, пока мы здесь дрались. А он сидел, выпрямив спину, и очень внимательно и увлечённо наблюдал за нами, с некоторым удивлением на лице. Он понимал далеко не всё, что происходило перед его взором. Многие вещи казались очень странными, но он пока не мог их объяснить.

На секунду я было подумал, что одним противником стало меньше, но не тут-то было. Фурия взмыла над краем ямы, расставив руки в стороны и готовясь снова броситься на меня.

Алиса, зарядившись об меня, начала доминировать над своей противницей, которая уже немного подустала. Они обе сожгли за короткое время много маны, но Алиса успела её частично восполнить и теперь старалась использовать это преимущество. Её противница была обескуражена и сбита с толку таким напором.

Но мне сейчас было не до них, на меня уже мчалась моя фурия.

Я успел немного подготовиться. Слегка увернувшись, поднырнул ей под руки и, пропустив мимо себя, сам обхватил её сзади, стараясь прижать руки к телу. Она начала взмывать вверх, и я вместе с ней.

С яростным криком подоспела Марта, как кошка запрыгнула на нас, стремительно забравшись нам на головы, и стала чем-то душить бедную фурию. А мы взлетали всё выше и выше. Потолок тут был очень высокий, и если фурия вдруг потеряет сознание, то мы шмякнемся на каменный пол и вряд ли отделаемся одними ушибами.

– Опускайся, а то разобьёмся! – проорал я на ухо фурии, и она, как это ни удивительно, меня послушалась и медленно поплыла вниз.

Всё время, пока Марта её придушивала, фурия издавала какой-то мучительный хрип, который мне казался избыточным. Ну не так ей было больно… по моему мнению.

Когда мы коснулись ногами пола, я отпустил фурию, а Марта так и осталась висеть у неё на плечах. Фурия резко развернулась, и я увидел, чем Марта её душит. Это был «золотой ключик»! Именно он доставлял фурии эти страдания, будучи прижатым к её горлу.

Марта вдруг резко перестала давить фурии на горло, убрала ключ в сторону, развернула его и что есть силы вогнала бедняге в рот, выбивая зубы, как будто вставила в замочную скважину. Натужно захрипев, она, отклоняясь назад, давила что есть сил, загоняя ключ всё глубже и глубже в горло фурии. Я невольно поморщился. Зрелище было не из приятных, фурию было очень жалко… но тут уж выбирать не приходилось, либо мы, либо они. И поскольку эти девочки находились под полным контролем Тритона, то можно было быть уверенными в том, что они не остановятся и будут биться до последнего.

Фурия молотила руками воздух, пыталась ухватиться за Марту, чтобы скинуть её с себя, но была совершенно дезориентирована и у неё ничего не получалось. Меж тем она слабела прямо на глазах, постепенно оседая вниз. Наконец, она опустилась на колени, уже совершенно ничего не соображая, вяло пыталась нащупать руками пол, чтобы смягчить своё падение, но в итоге просто грохнулась набок и забилась в конвульсиях.

Ключ торчал из её рта меньше чем наполовину. По сути, снаружи оставалась только ажурная рукоятка. Решив, что противница повержена, Марта отпустила её и поднялась на ноги, поправляя перекрутившуюся и съехавшую в драке одежду.

Но тут фурия внезапно вскочила, собрав остатки своих сил и, пошатываясь, двинулась на Марту. Марта немного опешила, но тут же бросилась на фурию, наклонив корпус вперёд. Она схватила её в районе талии и стала быстро толкать в сторону ямы.

Фурия ухватилась за пиджак Марты и пыталась оторвать её от себя, но безрезультатно. Я видел, что хочет сделать Марта, но в то же время видел, чем это всё на самом деле закончится. Поэтому, не теряя ни секунды, бросился ей на помощь.

Марта дотолкала фурию до края и толкнула вперёд, надеясь покончить с ней окончательно. Фурия начала вылиться в яму, но Марту при этом не отпустила, а начала утаскивать за собой. Марта судорожно пыталась вырваться, но пальцы фурии мёртвой хваткой впились в пиджак.

Всё это происходило очень быстро, я добежал до них в последний момент и еле-еле успел ухватить Марту за ноги, потому что они уже почти улетели вниз. На секунду мы замерли в этой мизансцене: стоящая на самом краешке фурия, зависшая над краем пропасти чуть ли не горизонтально; Марта, растянутая между мной и фурией; и я, держащий Марту за ноги, но тоже стоящий уже почти на краю.

Положение было шатким, и если нас сейчас кто-то хоть чуть подтолкнул бы, то мы бы ухнули вниз все вместе. Но, почувствовав точку баланса, я стал постепенно отклоняться назад, вытягиваю Марту, а с ней и держащуюся за её куртку фурию. Мы медленно переносили центр тяжести на твёрдую поверхность, когда вдруг Марта вытянула руки вперёд, пиджак соскользнул с неё, вывернувшись наизнанку, и фурия молча исчезла в пропасти.

А мы с Мартой, не удержавшись на ногах, полетели назад, поскольку лишились противовеса.

Вряд ли наша фурия сможет взлететь из ямы, с торчащим из глотки ключом. Не факт даже, что она выживет после этого падения. А может быть, её убьёт не само падение, а ключ, который каким-то образом заколдован против фурий.

Избавившись от этой опасности, я тут же переключил внимание на Алису. Там тоже всё было более или менее в порядке. Она боролась со своей противницей и побеждала. Ей удалось прижать ту к полу и практически обездвижить. Мы с Мартой наблюдали кульминацию их поединка.

Алиса сумела ухватить фурию Тритона ладонями за голову и плотно сжала. Потом стало происходить что-то непонятное… сначала непонятное. А потом мы вдруг поняли, и я снова поморщился. Да, сегодня явно был не день гуманизма, и девочки убивали врагов не самими красивыми способами.

Сжав голову фурии ладонями, Алиса начала формировать шар плазмы между ними… и он, соответственно, оказался в том же месте, где и голова проигрывающей бедолаги. Её мозг просто спёкся изнутри! Смерть была быстрой, но вряд ли безболезненной. И хотя это было очень жёстко, я, тем не менее, взял этот приём на вооружение. Как знать, мало ли, вдруг пригодится? Раньше мне такое даже в голову не приходило, создать шар плазмы внутри кого-то или чего-то… интересно, это была заготовка, или Алиса на ходу импровизировала? Надо будет у неё спросить. Хотя судя по техничности проведённого приёма, она прекрасно понимала, что именно делает.

На данный момент мы победили, хотя я и предполагал, что закономерный результат этой победы будет схватка с оставшимися несколькими десятками фурий, которых Тритон не стал привлекать сразу, посчитав, что и эти справятся, но теперь, вне всяких сомнений, это сделает.

Вспомнив про Тритона, я повернулся к трону. Он всё ещё находился там, только вот не сидел, а стоял перед троном, внимательно глядя на нас и сжав кулаки на опущенных вниз руках. В фигуре чувствовалось напряжение, судя по всему, он лихорадочно думал, что делать дальше.

Я не стал ничего говорить, а подошёл к Алисе и помог ей подняться. Она заметно устала после боя с сильным противником, который не уступает ей по силе. Нужно было бы её зарядить, но делать этого не хотелось, особенно при Тритоне. Он и так уже наверняка кое-что про нас узнал просто наблюдая. Не стоило давать ему лишнюю информацию. Судя по всему, Алиса это понимала и о добавке не просила.

Марта тоже подошла к нам и встала рядом. Мы все тяжело дышали после драки и двигались устало и немного замедленно.

Мы смотрели на Тритона, а он смотрел на нас. Пауза тянулась некоторое время, наконец, он заговорил:

– Эти девочки были самими лучшими! Они вершина проекта перевоспитания фурий! И вы их убили! – сказал Тритон.

– Может быть, потому, что ты их на нас натравил? – устало сказал я, – не сделал бы этого, все были бы живы!

– Я превращу тебя в безмозглую батарейку! – прошипел Тритон, и между его зубов мелькнул раздвоенный язык, – ты будешь сидеть на цепи и безостановочно снабжать нас маной!

– Да, да, да, плавали, знаем! – сказал я, – не ты первый хочешь это провернуть, и я уже знаю, что с такими нужно делать. Алгоритм отработан!

– А что с такими нужно делать? – удивлённо спросила у меня Алиса.

– Убивать! – спокойно ответил я.

– А-а-а-а-а-а, – удовлетворённо протянула она, видимо, ей на мгновенье показалось, что план какой-то другой.

– Трепещите! – сказал Тритон, пространство вокруг него окуталось дымом, и он сделал шаг вперёд.

И внезапно исчез! Мы поняли, что он провалился куда-то вниз, скорее всего, прыгнув в люк, но выглядело это почти как исчезновение.

– Это не маг, это дешёвый фокусник! – констатировала Марта.

– Он сказал «трепещите»? – удивлённо проговорила Алиса, – живые люди так вообще говорят?

– Не знаю, – пожал я плечами, – но если хочешь, можем превентивно считать его мёртвым. Хотим мы того или нет, но убить его придётся.

7. В поисках выхода

Первым делом мы обследовали трон и всё, что рядом с ним. Сзади была железная дверь, через которую, скорее всего, Тритон приходил в этот зал, а перед троном круглый люк, в который он прыгнул. Других выходов из помещения не было, кроме лифтов и того коридора, по которому мы пришли. А, ну и ещё большая яма в самом центре, куда улетела фурия с золотым ключиком во рту. Вторая потом последовала за ней, потому что нам всем не доставляло удовольствия смотреть на труп. Как говорится, с глаз долой из сердца вон!

Люк, в который прыгнул Тритон, был уже закрыт. Там, видимо, была какая-то автоматика. Как он открывается, мы не поняли, в яму куда улетели тела фурий, тоже лезть никакого желания не было, поэтому мы вышли через дверь, ведущую на территорию Тритона.

То, что было за дверью, нас ничуть не удивило. Мы по-прежнему как будто находились в старинном замке. Хозяин этого места, похоже, имел какой-то пунктик на эту тему. Казалось бы, ну зачем? Ведь наверняка было очень непросто всё это так обустроить? Или просто? Я подошёл и поковырял стену, пытаясь понять, новодел это или на самом деле старинная кладка.

Может быть, Тритон нашёл всё это здесь под землёй? Хотя, откуда такое место в Москве под Текстильщиками? Что здесь, тайный орден вампиров обитал до магопокалипсиса? Хотя за последние годы мир так изменился, что это не вызвало бы ни у кого шока и трепета. Ну обитали вампиры в Текстилях… бывает!

Хотя почему именно вампиры? Это, наверное, были какие-то ассоциации из виденных мной фильмов.

Вскоре мы нашли массивную, окованную железом дверь. Она была приоткрыта. За ней оказалось множество комнат по двум сторонам коридора. Все комнаты имели вместо двери большую решётку, так что происходящее внутри было как на ладони. И сразу стало понятно, что это комнаты фурий.

Хотя, наверное, правильнее было бы сказать камеры фурий. Решётки, аскетичная обстановка… но самое главное, в каждой камере была металлическая труба, на которой висело несколько вешалок с одеждой. И эта одежда была точь-в-точь как на убитых нами девочках. Чёрные блестящие комбинезоны. Внизу стояли высокие сапоги на шнуровке.

Мы прошлись немного по этому коридору, и поняв, что он кончается тупиком, направились уже было обратно, когда Алиса вдруг воскликнула:

– Какого чёрта! – и вошла в одну из камер, благо все они были пусты и не заперты.

Уже на ходу она начала сдирать с себя остатки одежды, и через считаные секунды осталась практически полностью голой.

– Хороша! – протянула Марта.

– Твой интерес к красивым девушкам меня несколько озадачивает! – сказал я.

– Ты не понимаешь, – вздохнула Марта, – честно говоря, это просто зависть!

Алиса увидела что-то в углу камеры, который был скрыт от нас за стеной. Она направилась туда, и через некоторое время там зажурчала вода. Алиса нашла душ и решила ополоснуться. Да, ей это было очень необходимо после плена и всех последующих перипетий, но не сейчас же! Мы в логове врага, а она вздумала помыться! Это было за гранью добра и зла!

Я заглянул в камеру, она стояла под тугими струями воды и наслаждалась.

– Лиса, ты сбрендила? – сказал я, – завязывай с этим, давай, нам надо отсюда выбираться как можно быстрее!

– Сбрендила? Что за слово такое дурацкое? – усмехнулась Алиса, медленно поворачиваясь, чтобы вода добралась до каждого участка её тела, – надеюсь, ты не будешь говорить «трепещите», как этот чудик?

– Если ты через минуту не выйдешь отсюда одетая, то трепещи! – сказал я и вернулся в коридор.

Алиса хохотнула и прокричала оттуда.

– Да, и что же ты мне сделаешь?

– Не буду тебя больше бить, поняла? – с угрозой в голосе сказал я.

– Нет, только не это! – испуганным голосом крикнула Алиса и выключила воду.

– Детский сад, – вздохнула Марта, – ой, чувствует моё сердце, что сейчас нас здесь накроют, а вам всё хиханьки да хаханьки!

Алиса прошлёпала босыми ногами к вешалке и стала одеваться. Она надела точно такой же комбинезон, какие были на фуриях Тритона. Такая у них здесь была униформа… интересно, где они её заказывали?

Комбинезон сел на Алису как влитой. Как будто на неё шили. Обувь тоже подошла. Через минуту она выглядела точно так же, как и те две девочки, что лежали сейчас на дне большого колодца.

Проведя эту аналогию, я вздрогнул и потряс головой. Не о том я думаю, ой не о том!

Когда довольная своей новой одеждой Алиса вышла в коридор, я кивнул и сказал:

– Уходим!

– Куда? – задала она резонный вопрос.

Я остановился и повернулся к ней.

– Вариантов не так уж много. Мы пришли сюда сверху, но там всё сложно! Очень много людей… там у него целая армия! Если нас обнаружат, то мы не прорвёмся! – сказал я, – в общем, выходить там, это самый последний вариант, который мы будем рассматривать.

– А какие есть ещё? – спросила Алиса.

– Да, – поддержала её Марта, – мне тоже интересно! Я не очень понимаю, что мы ищем!

– Не знаю, считайте это интуицией, но мне категорически не верится, что выбраться отсюда можно только на лифте… ну или по этой лестнице, которая ведёт на следующий уровень. Этот жук не мог себя здесь так заблокировать. Он очень хитрый и скользкий, и я почти на сто процентов уверен, что отсюда есть другой выход, а то и не один!

– А почему ты так уверен в этом? – спросила Марта.

– Смотри, он собирается воевать, – сказал я, – а что если он начнёт проигрывать, враги доберутся до его базы и будут брать её штурмом? Тогда он будет сидеть здесь как в клетке, – я кивнул в сторону камер для фурий, – и ждать пока за ним придут. Ведь через верх выбраться будет невозможно! Не думаю я, что он нагородил тут всего этого, и не позаботился о чёрном ходе… и, скорее всего, не одном!

– Ты второй раз говоришь, что выходов может быть несколько, – обратила внимание на мои слова Марта, – почему такая уверенность, что не один?

– Когда мы шли сюда с верхнего уровня, я думал, что запасной выход должен быть обязательно, это просто разумно! Но когда посмотрел на Тритона, то теперь уже считаю, что он точно не один. Ну, вы же его видели! Даже из зала он вышел не через дверь, хотя вполне мог бы это сделать, да ещё и запереть её за собой.

– Ты прав, мы его видели, и, судя по нему, вряд ли здесь будет дверь с надписью «Запасной выход». Даже если этих выходов несколько, есть шанс, что мы ни один из них не найдём, – сказала Алиса.

– Поэтому надо поймать этого «языкастого» и допросить с пристрастием! – сказала Марта и ударила кулаком по ладони.

– А ты жёсткая женщина, я даже не ожидал, – я посмотрел на Марту внимательно, – как ты загнала ключ в горло той фурии, это было… мощно! – не сразу сумел я подобрать слово.

– Выбора не было, – сказала Марта и шлёпнула меня ладонью по плечу, – вот зачем ты напомнил? Знаешь, как мне её жалко? Девочка ведь ни в чём не виновата! Просто у неё не оказалось такого друга, как ты, который бы пришёл и вытащил её!

На слове «друга» Алиса дёрнулась, но ничего не сказала по этому поводу, а решила сменить тему.

– Вы чего меня торопили, а теперь стоите здесь и треплетесь? – сказала она, уперев руки в бока, – ну-ка, ноги в руки и искать выход!

– Поняла, кто у нас тут главный? – подмигнул я Марте, и та многозначительно кивнула.

Эта часть подземного замка была отведена для элитных войск Тритона. Кроме фурий, которые по непонятным причинам отсутствовали и видимо, поэтому мы так легко отделались, здесь было ещё несколько секций, но пока пустых. И если в комнатах фурий видно, что они там живут, просто сейчас их здесь нет, то в остальных секциях пока что было совершенно пусто. Похоже, инфраструктура была сделана с запасом и пока ещё не полностью освоена. Тритон хотел создать много разных эффективных бойцов, но пока успел сделать далеко не всё, что задумал.

Дверь, ведущую в его покои, мы тоже обнаружили без проблем. Она не была спрятана, а наоборот, всем своим видом кричала, что здесь живёт хозяин этого места. Как и всё остальное, она была выдержана в старом замковом стиле. Массивное тёмное дерево, обитое металлом. Только вот дерево выглядело более благородно, да и металл тут был не простой, а золотой. Уж не знаю, позолота это просто была, или и впрямь золотые элементы использовались, но выглядело всё это дорого-богато! А над дверью был золотой знак, точь-в-точь такой же, как был на полу в большой зале, под которым оказалась яма. Там было изображено солнце. Похоже, это изображение было не случайным, а Тритон его использовал как свой символ.

– Да уж, подошёл к вопросу серьёзно! – сказала Марта, глядя на золотое солнце.

– Входим? – спросила Алиса, на которую вся эта внешняя атрибутика не производила особого впечатления.

– Входим, – ответил я.

Не то чтобы я был как-то особо впечатлён тем, что увидел, удивление вызывало скорее то, что кто-то вообще этим занимался и тратил на это столько сил и средств. Ладно, армия бойцов, фурии, всё это можно объяснить борьбой за место под солнцем. Но вся вот эта спрятанная глубоко под землёй атрибутика, которую даже толком никто не видит… зачем? Чтобы почесать чувство собственного величия?

Хотя в серьёзных делах символизм всегда играл большую роль, как и атрибутика. Возможно, Тритон в самом деле замахнулся достаточно высоко и готовился к войне очень обстоятельно.

В его покоях всё было более компактно и уютно. Не такие высокие потолки, и хотя стиль был выдержан прежний, было значительно больше дерева и ткани в отделке, что создавало гораздо более «тёплую» атмосферу.

Обследуя покои Тритона, мы всё время были на стрёме. Я держал над своей ладонью шар голубой плазмы, Алиса, соответственно, алой. Марта ничего не держала, она сама держалась между нами.

Быстро обходя помещения и заглядывая во все комнаты, мы искали что-нибудь, что может навести нас на мысль о возможном выходе. Возможно, мы делали это слишком бегло, потому, что заглянув в очередную комнату, я не то что не увидел там какой-нибудь интересной детали, а даже не заметил находящегося там человека, хотя он и не прятался. Я уже почти вышел обратно, когда услышал томный вздох и обернулся, чтобы понять, кто его издал.

На кровати лежала девушка, укрытая одеялом. Она лежала к нам спиной, возможно, поэтому я и не обратил на неё внимания. Она слилась с тёмным постельным бельём.

Увидев, что я затормозил, девочки тоже вошли в комнату и уставились на спящую.

– Эй, – не выдержав и нескольких секунд, воскликнула Алиса, – ты жива?

Девушка резко подорвалась и села на кровати, моргая сонными глазами и выражая всем своим видом крайнюю степень изумления.

– Вы кто? – наконец смогла она сформулировать хоть какой-то вопрос.

– Те, кто убьёт Тритона! – с лёгким пафосом сказала Марта.

– Правда? – радостно переспросила девушка, но тут же спохватилась и повторила голосом, изображающим испуг и волнение, – правда?

Но первая эмоция была естественной и сразу её выдала с головой. Она ненавидела Тритона и желала ему смерти. Изменить интонацию она решила только потому, что не знала, кто мы и насколько серьёзно говорим. Может быть, мы друзья Тритона и это просто шутка?

– Правда, – серьёзно ответил я ей, – знаешь, как его найти?

Она растерянно хлопала ресницами и переводила взгляд между нами с одного лица на другое.

– Ты слышала вопрос? – на мой взгляд, слишком резко сказала Алиса.

Я хотел её немного осадить, чтобы она не пугала девушку, потому что полагал, что культурным общением мы от неё добьёмся больше. Поэтому ткнул локтем в сторону Алисы. Она была на некотором удалении от меня, и я должен был еле-еле дотянуться. Но каким-то странным образом она оказалась ближе, чем мне казалось, и я ударил её локтем довольно ощутимо.

– Да-а-а-а-а-а! – с наслаждением выдохнула Алиса.

Я осуждающе покачал головой. И как только она успела подставиться? Хотя она и в самом деле потеряла много маны, и подзаправить её было бы нелишним. Не желая опять проявлять насилие, я запустил руку ей в волосы и стал заряжать её традиционным способом. Да, это было во много раз менее эффективно, но что поделать.

Алиса удивлённо на меня уставилась, но ничего не сказала. Всё же это лучше, чем ничего.

Девушка озадаченно смотрела за нашими манипуляциями. На несколько секунд ей даже показалось, что мы про неё забыли. Но это было не так.

– Так ты знаешь, как найти Тритона? – переспросил я.

– Нет, – с некоторым разочарованием в голосе девушка покачала головой, – он мне не докладывает, когда и куда идёт.

– А ты кто? – спросила Марта.

– Я? – переспросила девушка и замялась.

– Ты здесь добровольно или по принуждению? – решил я немного ей помочь, уже догадываясь, какую роль она играет в этом месте.

– По принуждению, – тут же кивнула девушка.

– Принуждение сексуальное? – спросил я.

Она сидела, смотрела на меня и никак не решалась кивнуть. Похоже, ей было стыдно в этом признаваться.

– Ладно, понятно, – я махнул рукой, – ты из комнаты выходишь?

– Конечно, – сказала девушка, – я могу ходить, куда захочу, но нельзя проходить сквозь золотые ворота, и несколько комнат Тритона для меня под запретом.

– Куда захочу! – хохотнула Алиса, которая стояла с закрытыми глазами, наслаждаясь вливающимся в неё потоком маны.

Девушка сникла. Она прекрасно понимала, насколько ограничена её свобода, и стыдилась того, что находится в этом положении.

– Как тебя зовут? – спросил я.

– Нина, – скромно ответила девушка.

– Послушай, Нина, – сказал я, – нам нужна небольшая помощь того, кто ориентируется в этом месте. Проводишь нас? Мы можем сделать вид, что силой тебя заставляем, чтобы тебя потом не наказали?

– А кто же меня накажет, если вы убьёте Тритона? – серьёзно спросила Нина.

– Съел? – не открывая глаз, язвительно сказала Алиса.

– Логично, – ничуть не смутился я, – но если мы не сможем его найти, то просто уйдём. Тогда тебе эта легенда может понадобиться.

– Заберите меня с собой! – решительно сказала девушка, резко вскочив на кровати.

На ней был одет практически полностью прозрачный пеньюар на голое тело. Рядом раздался печальный вздох Марты.

– Верните мне мою молодость! Я тоже хочу так выглядеть! – печально сказала она.

– Для своих лет ты выглядишь очень даже ничего! – сказал я.

– Ключевая фраза: «для своих лет». Я хочу другие «свои лета», как у неё! – она ткнула пальцем в Нину.

Та стояла и снова растерянно смотрела на нас, потеряв нить разговора. Она вроде бы решилась на отчаянную просьбу, а мы даже толком на неё не среагировали.

– Ты владеешь магией? – спросил я.

– Вроде бы да, но я ничего не умею, – грустно сказала Нина, – в плане магии я «пустышка», как говорил Тритон.

– А разве так бывает? – удивился я.

– Не знаю, – растерялась Нина.

– Слушай, – сказал я, быстро взвесив все за и против, – дело в том, что мы не можем гарантировать тебе, что ты выживешь. Ситуация очень сложная. Ты, судя по всему, к таким ситуациям особо не готова. Поэтому… в общем, можешь идти с нами, но на свой страх и риск!

– Хорошо! – обрадовалась Нина, спрыгнула с кровати и засунула ноги в объёмные меховые тапочки с помпонами.

– Только тебе надо переодеться, в таком виде ты… даже не знаю как сказать, – задумалась Марта.

– А мне не во что, – растерянно сказала Нина, – точнее, есть во что, но оно всё вроде этого. Мне другую одежду не выдавали!

– Ну, этого подонка точно надо загасить! – сказала Марта.

– Загасить! – хохотнула Алиса, по-прежнему стоя с закрытыми глазами и получая от меня ману.

Я вытащил руку из её волос, оборвав процесс подкачки.

– Ну-у-у-у-у… – разочарованно промычала Алиса.

– Всё, хватит пока, – сказал я, – а ты, Нина, не переживай, найдём тебе какую-нибудь одежду. Алиса вон сама только десять минут как оделась! Да, Алиса?

– Да мне вообще плевать, я могу и голой ходить, – равнодушно сказала та.

– Тогда, может быть, поменяешься с Ниной одеждой? – спросил я.

– Вот ещё! Это мой трофей! – сказала Алиса, резко.

– Вот то-то и оно! – сказал я.

– Нам бы, конечно, в команде больше пригодился боевой маг, а не эта потаскушка, – хмыкнула Алиса.

– Я не потаскушка! – вспыхнула Нина.

– Да плевать, кто ты! – пожала плечами Алиса, – толку от тебя не будет всё равно никакого! Алик, почему кроме тебя тут одни бабы? Почему так получается?

– Не знаю, но я всегда пользовался успехом у женщин, может в этом всё дело? – ответил я с улыбкой и, сняв куртку, протянул её Нине.

8. Размышления о разном по ходу дела

– Куда вас проводить? – спросила Нина, когда мы оказались в коридоре.

Надев мою куртку, она почувствовала себя гораздо более уверенно, как будто эта вещь каким-то образом связала нас. Теперь мы уже не могли просто повернуться к ней спиной и уйти, ведь у неё моя куртка. Чистой воды иллюзия, но из таких вот искажённых оценок и состоит вся наша жизнь. Мы любим самообманываться.

Вот, например, я полез сюда за Алисой, по какой-то причине считая её своим другом… ну, может, не другом, но уж точно не чужим человеком. Но это была моя личная иллюзия и мой личный пунктик. Алисе было плевать. И не потому, что она плохая, а потому что она фурия! Когда люди под воздействием магии менялись и некоторые попадали в разряд… существ, так, наверное, будет правильнее сказать, у них зачастую менялась и система ценностей. Алиса только выглядела как девушка, на самом же деле это был своего рода демон… только вот не имеющий никакой связи с адом, таким, каким он представлен в старой домагической культуре. Просто её магия имеет некие внешние сходства и производит впечатление демонической.

С таким же успехом мою магию можно назвать ангельской и божественной, потому что в большинстве случаев высвобождаемая мной энергия бывает голубого цвета. Но и это будет в корне неверно. Это всё только внешние ассоциации, правда, небезосновательные. Определённые сходства есть, иначе бы не было и этих аналогий.

Так вот, у фурий есть большая проблема с эмоциями и моралью. У них это постепенно искажается и принимает отрицательные, с общечеловеческой точки зрения, формы. Дружба, любовь, преданность – это для фурий почти абстракция. Они не тупые и понимают, что это такое, но просто не разделяют эти ценности. Для них главное — собственные интересы. Поэтому и предательство они не считают чем-то очень плохим.

«Ну а что, мне же так было лучше!» – вполне нормальная фраза для фурии. А то, что при этом пострадали другие, те, кто ей доверял, ей плевать!

Но, справедливости ради надо сказать, что фурии, как и обычные люди, бывают очень разными. То, что я описал, это скорее общие отличительные признаки. Дьявол, как всегда, кроется в деталях. И я интуитивно чувствовал, что Алиса в душе имеет некое зерно… доброты, что ли? Ну, или просто нормальной человечности. Пусть хоть немного, но в ней это есть.

Хотя за мной она в похожей ситуации вряд ли бы попёрлась. Сказала бы: «Жаль, хорошая была кормушка маны!», потом пожала плечами и через некоторое время забыла, просто вычеркнув из памяти.

Но, как я уже и говорил, для меня это не важно. Я полез сюда не из-за ней, а из-за себя, потому что считал, что так поступить правильно, хотя и смертельно опасно.

Если у нас получится отсюда выбраться, а я на это искренне надеялся, то эту авантюру вообще можно считать не просто удавшейся, а очень даже полезной! Если вынести за скобки Алису и то, что мы её успели вытащить, пока её здесь не замучили до смерти, то я узнал много нового и интересного, а ведь информация, один из моих основных приоритетов. Я до неё очень жадный и стараюсь добыть везде, где только можно.

В принципе, всё, что говорил Тритон, даже без точных данных, а просто на уровне рассуждений – было очень верным. Я и сам думал точно так же. Мы с ним в этом были очень похожи. За той лишь разницей, что он пытался войти в новую элиту и подчинять себе других людей. То есть пытался набраться сил и выиграть конкуренцию в социальном ключе. В то время как я, сделал ставку на саморазвитие и действовал индивидуально. Он создавал клан, который будет конкурировать с другими кланами, я создавал себя, чтобы успешно конкурировать с другими людьми. Но суть была одна. Мир менялся, менялись правила, менялись ценности и менялось понятие силы. Те, кто был сильным раньше, теперь зачастую ничего не стоили, а те, кто был пустым местом, часто получали шанс заявить о себе.

У меня не было тяги к формату Тритона. Я не хотел никем управлять. Но в то же время стать сильным и не позволять другим управлять собой, это было целью, заслуживающей внимания. Именно на это я направлял все свои силы. Процесс этот был небыстрый и довольно сложный, потому что готовых кейсов, как всего этого можно было бы достичь, не существовало. Всё это происходило впервые, и искать путь дорожку приходилось самому, иногда и на ощупь.

Встреча с Тритоном только утвердила меня в мысли, что я всё делаю правильно, но в то же время, что я далеко не один такой. И в этой речке всегда найдётся рыба покрупнее. Да, с Тритоном мы играли на разных полях, но наверняка и на моём поле есть другие игроки, которые успели достичь гораздо большего, чем я.

Эти мысли меня взбодрили и заставили слегка пересмотреть свой подход к вопросу. Да, я всё делал правильно, но слишком медленно! Я просто жил, по ходу дела занимаясь развитием, если подворачивалась возможность узнать что-то новое или научиться чему-то.

Теперь же, после произошедшего, очень захотелось форсировать события. Нужно было действовать быстрее. Появилось острое щемящее чувство, что я всё просрал, по-другому и не скажешь! Что другие уже вон – построили подземные базы и подземные замки, готовясь к переделу сфер влияния, а я за последние пару месяцев дай бог, если пару новых заклинаний освоил. Нет, с этим срочно нужно что-то делать. И это не пустые хотелки, а насущная необходимость, иначе, рано или поздно, кто-нибудь всё равно превратит меня в свою батарейку маны на цепи.

Учитывая, что почти каждый встречный, узнающий о моём даре и обладающий хоть какой-то силой, пытается это сделать, то когда это у кого-нибудь получится, становится только вопросом времени. А такая перспектива меня не устраивает, причём не устраивает категорически!

Все эти мысли зрели во мне постепенно и сейчас, когда я взглянул на Нику в моей куртке, они вдруг вспыхнули в мозгу с новой силой и ясностью.

– Так куда вас проводить? – переспросила Нина после небольшой паузы, видя, что я немного подвис.

– Алик? – это уже сказала Марта. Алиса тоже смотрела на меня. Все ждали, что я скажу, а я стою и туплю, размышляя о своём.

– А проводи-ка нас в те помещения, в которые тебя нельзя! – сказал я, сделав вид, что просто думал, куда нам лучше пойти.

Нина немного растерялась и смутилась. Видимо, запрет был вбит в неё плотно, и она ещё не успела полностью осознать, что старые правила уже не действуют и можно их не соблюдать. Идти туда, куда нельзя, ей очень не хотелось.

Но после небольшого замешательства она всё же поняла, что соблюдать запрет глупо, если уж она решила пойти ва-банк и сбежать с какими-то незнакомцами.

Возможно, если бы я не был в компании двух женщин, или на их месте оказались мужчины, то она никуда бы и не пошла. Но присутствие Марты и Алисы внушили ей ложное чувство безопасности. Нет, они не собирались ей делать ничего плохого, но ведь она-то об этом знать не могла! Ещё одна психологическая ловушка, теперь на гендерном различии.

Помещения, куда Нине было нельзя, оказались заперты, но, даже несмотря на массивные двери, нас это не остановило. Алиса выбила дверь с ноги. Впрочем, после того, как она вынесла толстую железную дверь там, где её держали за стеклом, эта была для неё просто лёгкой помехой.

Конечно, с точки зрения физики это было невозможно. Ей просто не хватило бы массы тела, не говоря о силе мышц. Это было чистой воды магическое усиление. Не все были к этому способны, но фурии владели таким приёмом очень хорошо. Это был один из их козырей.

Правда, надо отметить, очень манозатратный. Впрочем, как и все действия, связанные с большим выплеском энергии. В обычной жизни даже те, кто может такое сделать, предпочитают открывать дверь, потянув её за ручку, а если она заперта, то использовать тяжёлый таран, чтобы выбить её. Ведь ману потом нужно будет восстанавливать, а вдруг она понадобится прямо сейчас? Но, как это часто бывает, срабатывает обычная человеческая психология. Чем больше у тебя какого-то ресурса, тем более легкомысленно ты его тратишь. И тут неважно о чём идёт речь, просто легкодоступный ресурс обесценивается.

Так, моё присутствие сейчас несколько обесценило для Алисы ценность маны. Это меня слегка начало напрягать. Да, возможно, мы не смогли бы открыть эту дверь, и её бы пришлось всё равно выбить, но мы даже не попытались!

А вдруг за дверью оказался бы какой-нибудь невиновный человек?

Слега возмущённый таким нерациональным расходом маны, я отвесил Алисе смачный пинок по обтянутой блестящей тканью попе.

Она резко и агрессивно повернулась, не успев осознать, что ударил её именно я и что у этого удара есть «профит». Но поняв это, тут же расслабилась. Всплеск маны в организме этому поспособствовал.

– Компенсировал тебе затраты на открывание двери! – спокойно сказал я.

Алиса склонила голову набок, продолжая на меня смотреть. Она понимала, что это было не просто восполнение её запаса маны. Я её именно пнул! Да, я не пнул бы девочку просто так, даже если бы она заслужила. Тут всё-таки подзарядка играла роль. Но поскольку Алиса меня об этом не просила, да и сделал я это так, как будто наказал за что-то, получалась некая двусмысленность. Это Алису и озадачило. Думаю, она поняла, что именно произошло, но обижаться не стала, потому что свой всплеск маны всё равно получила.

Во время этого короткого происшествия случилось ещё кое-что забавное. Когда я пнул Алису, Нина, увидев это, вскрикнула и прижала ладошку ко рту. На неё это произвело большее впечатление, чем выбивание Алисой двери.

– Да, девочка, – вздохнула Марта, стараясь не рассмеяться, – он с нами так! Строгий! Смотри, веди себя хорошо, а то и тебе достанется! И даже такая красивая попа, как твоя, не убережёт тебя от возмездия!

– Спасибо, – машинально ответила Нина на комплимент своей попе и продолжила таращиться на меня, не убирая ладошку ото рта.

Осуждающе взглянув на Марту, я покачал головой, но говорить ничего не стал. Марта только развела руки в стороны, мол, не удержалась!

Я обратил внимание, что у Нины очень ухоженные руки с красивым маникюром. Если она прожила здесь достаточно долго, то, возможно, совсем не приспособлена к жизни, которая ждёт её наверху. Возможно, взяв с собой, мы её только погубим. Ведь там нянчиться с ней никто не будет, в том числе и мы.

Понятно, что и здесь она невольница, которая себе не принадлежит. Но будет ли ей лучше там? Это как домашнее животное выбросить в дикую природу, там оно наверняка обречено на гибель, потому что не приспособлено к такой жизни.

Я потряс головой, прогоняя эти мысли. Всё-таки сравнивать находящегося практически в рабстве человека с домашним животным не совсем правильно. Именно так и рассуждает Тритон.

Это вывело меня на новый виток размышлений. Сначала я хотел отсюда просто убраться, но теперь почувствовал острую необходимость убить эту тварь. Я, конечно, не буду специально бегать здесь и его искать. Но теперь я очень надеялся, что он мне подвернётся под руку. А мысль была очень простая:

– Такая новая элита нам не нужна!

– Что? – спросила Марта, которая была поблизости.

Оказалось, что последнюю фразу я нечаянно сказал вслух.

– Хорошо бы убить эту мразь, – сказал я, не посчитав нужным выкручиваться.

– Согласна! – тут же кивнула Марта, которая сразу поняла, о чём идёт речь, и, видимо, тоже не испытывала к Тритону нежных чувств.

Мы обходили внутренние помещения хозяина этого «замка» не спеша, внимательно всё осматривая, потому что я чувствовал, что выход должен был быть где-то здесь.

Я заметил, что Нина держится всё время позади меня. Причём до того, как я пнул Алису, она почти всегда была впереди. Да, тогда она показывала дорогу, теперь в этом надобности не было, но мне казалось, что дело в том, что она от греха подальше старается держаться вне поля моего зрения, чтобы не получить пинок.

Это было печально. Когда она шла впереди, хоть моя куртка и доходила ей до середины попы, всё, что было ниже, прекрасно просвечивало через пеньюар и делало моё пребывание в этом мрачном месте хоть немного более приятным. Ну да ладно! На нет, и суда нет!

Я, кстати, заметил, что Марта присматривает за Ниной. В общем-то, оно было и понятно. Схожая судьба, ассоциации, связанные с её прошлой жизнью, заставляли видеть в девочке родственную душу и пробуждали желание позаботиться о ней. Оно и хорошо, мне меньше хлопот.

Мы обошли все несколько комнат, но так и не нашли ничего похожего на выход. В итоге мы оказались в чём-то вроде кабинета… и стратегического пункта управления. Здесь был большой деревянный резной стол, заваленный бумагами, кожаное кресло за ним, у противоположной стены большой книжный шкаф, заставленный книгами. И множество карт и больших планшетов на треногах. Везде были карты. Где-то карта всей Москвы, где-то только отдельных районов, где-то вообще очень подробная карта улицы со всеми домами и разными мелочами, вплоть до мусорных баков.

Возле стены стояло ещё порядка пятнадцати стульев, видимо, здесь проходили важные планёрки и совещания. Возможно, разрабатывались операции и планы вылазок. В общем, здесь было интересно… или могло бы быть интересно, если бы я хотел во всё это вникать. Но я не хотел! Всё это имело отношение только к деятельности банды Тритона, и вряд ли могло бы меня как-то обогатить. А на их деятельность мне было наплевать.

Но на одну из карт, где был как раз район Текстильщиков, я всё же обратил внимание. Насколько я понял, там были отмечены выходы с их базы. Таковых насчитывалось несколько десятков. Я постарался найти тот, где мы проникли с Мартой в подземелье. Вроде нашёл, если, конечно, не ошибся. Этот выход был одним из дальних.

Но по этим выходам было совершенно непонятно, какие внутренние пути ведут к ним. А это было важно! Хотя, если у Тритона и был тайный выход, вряд ли бы он стал отмечать его на карте, которую видят многие. Скорее всего, он держит его втайне даже от своих. Мало ли, а вдруг переворот? Всякое ведь может произойти!

– А ты была единственной наложницей у Тритона? – спросил я у Нины, продолжая разглядывать карту.

– Была не единственной, – не сразу отозвалась Нина, – но осталась одна.

– А что стало с остальными? – спросил я.

– Нас было пятеро, – сказала Нина, – но недавно Тритон разозлился на девочек. Они устроили что-то типа вечеринки, когда думали, что его ещё долго не будет. А он вернулся и был просто в бешенстве! Мы не должны дружить, веселиться и уж тем более что-то организовывать в его отсутствие!

– А ты что же? – спросил я.

– Я всегда принимала в этом участие, – сказала Нина, – но в этот раз заболела и валялась с температурой. Это меня и спасло… ну или наоборот. Я же не знаю, что стало с девочками, их куда-то увели, и я больше ничего про них не слышала. Тритон сказал, что скоро их заменит, но пока не успел.

– Спасло, – сказал я, продолжая изучать карту, – даже не сомневайся. Если ты думаешь, что их просто отпустили подобру-поздорову, то ошибаешься. Если они и живы, то жизнь их наверняка стала значительно хуже, чем была. Иначе это было бы не наказание.

– Возможно, ты и прав, – загрустила Нина.

– Нет, эту тварь точно надо кончать! – вздохнул я.

– Так что будем делать? – бодро спросила Алиса, – выхода нет, Тритона нет, вообще никого нет! Это может быть, и хорошо для нас, но мы, очевидно, в тупике! Что предпримем, командир?

– Я думал, что ты у нас командир! – усмехнулся я.

– Ну, уж нет! – вскинула руки Алиса, – что-то придумывать, принимать решения, это не моё. Вот врезать кому-нибудь, это запросто, а строить планы… ну, такое…

– Да, все хотят власти, но никто не хочет ответственности, – вздохнул я и, отойдя от карты, ещё раз прошёлся по комнате, всё внимательно разглядывая и стараясь ничего не упустить.

– Я и власти не хочу! – равнодушно пожала плечами Алиса.

– Ты называешь меня сейчас командиром просто потому, что хочешь, чтобы кто-то решил проблему, которую ты не знаешь, как решать. Как только мы найдём решение, то я сразу потеряю этот титул, разве нет? – я подмигнул Алисе.

– Ты очень умный, – усмехнулась Алиса, – но раз ты такой умник, то скажи нам, где выход?

– Нина, скажи, а Тритон умный? – спросил я, продолжая обход комнаты.

– Не знаю, – растерялась та.

– В процессе общения у тебя хоть иногда возникала мысль, что он здорово что-то придумал или организовал? Что у него появилась какая-то оригинальная идея? Было такое? – спросил я.

– Не помню, – честно сказала Нина.

– Ну, если смог всё это организовать и возглавить, то уж, наверное, не дурак! – вмешалась в разговор Марта.

– Он сам сказал, как ему это удалось. Он умеет организовывать процессы. Но это вовсе не говорит об уме. Это совершенно другой навык. А вот с оригинальностью у него, мне кажется, туговато. Он мыслит достаточно шаблонно. Да, в отличие от большинства он всё-таки мыслит, но очень стереотипно, – сказал я.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Марта, которую заинтересовали мои рассуждения.

– Всё, что нас здесь окружает, мы уже как будто где-то видели. Это же всё не он придумал. Это же не оригинально! – сказал я.

– Просто ему нравится такой стиль, что тут такого? – удивилась Марта.

– А то, что даже открывающаяся яма в том зале, мне почему-то очень знакома, как будто я видел уже такое раньше, – сказал я.

– Алик, не томи, к чему ты клонишь? – не выдержала Алиса.

– Если вас спросить про тайный ход в замке, какое место для него вам придёт в голову в первую очередь? Где и чем он может быть замаскирован? – спросил я, останавливаясь перед тем, что никак не давало мне покоя.

Марта подошла и встала рядом.

– Думаешь? – спросила она.

– Уверен! – ответил я, внимательно разглядывая книжный шкаф.

9. Выход?

Мы все, включая Нину, выстроились перед книжным шкафом.

– Не знаешь, как он открывается? – спросила у неё Алиса.

– Откуда? – удивилась та, – я же говорю, это запретная зона, я тут вообще впервые!

Я подошёл к шкафу вплотную и внимательно осмотрел все полки. Ничего примечательного не заметил. Книги были, похоже, настоящие, хотя сначала у меня была надежда, что это бутафория, ведь тогда в том, что это и есть выход, сомнений бы никаких не осталось.

Мелькнула мысль, что вполне возможно, за шкафом стена, и, ища сейчас какую-нибудь кнопку или рычаг, чтобы эту дверь отпереть, мы выглядим просто по-идиотски. И если бы Тритон нас сейчас видел, то, наверное, животик бы себе надорвал!

Кстати, о Тритоне! Я осмотрелся по сторонам ещё раз, но камер нигде не увидел, хотя они вполне могли здесь быть. Вряд ли он думал, что враги окажутся прямо здесь, в его святая святых!

– Ну-ка, девочки, отойдите-ка в сторонку! – сказал я, подошёл к шкафу, ухватился за боковую стенку и рванул от стены, с намерением опрокинуть. Но ничего не случилось, он даже не шелохнулся!

– Дай-ка я! – сказала Алиса и тоже попробовала свалить шкаф. Он снова даже не шелохнулся.

– Как вы думаете, это хороший или плохой знак? – спросила Марта, имея в виду, что мы никак не можем сдвинуть шкаф с места.

– Думаю, что хороший, – сказал я, – если бы это был простой шкаф, мы бы его уронили!

– Логично! – сказала Марта, – и как же открыть этот вход?

– Нам нет нужды аккуратничать и пытаться остаться незамеченными, – сказал я и стал выбрасывать из шкафа книги, чтобы увидеть его «голым». Может быть, тогда замок и обнаружится!

– Эх, жаль я ключ потеряла! – сказала Марта.

– Думаешь, он бы и сюда подошёл? – удивился я, – что-то сомневаюсь!

– Ну а вдруг? – пожала плечами Марта.

Мы за несколько минут опустошили шкаф полностью. Неподалёку образовалась целая куча книг. Я, вообще-то, книги люблю и отношусь к ним бережно обычно, но не в этот раз. Тут было не до этого. Здесь гораздо более уместным был вандализм. Я бы вообще уничтожил это место, если бы имел такую возможность!

Когда шкаф предстал перед нами без всего лишнего, мы его тщательно изучили. Я осмотрел его снизу и пришёл выводу, что это точно замаскированная дверь. Осталось выяснить, как она открывается.

Во всём этом процессе не участвовала только Нина. Она сначала стояла рядом и даже помогала немного вытаскивать книги, но потом поняла, что больше мешается, чем помогает, отошла в сторону и в итоге уселась в кожаное кресло за массивным столом, наблюдая за нашими действиями. Ей всё ещё трудно было переступать через себя и принимать участие в погроме. Страх перед Тритоном засел слишком глубоко.

Не найдя никаких возможностей шкаф убрать, Алиса резюмировала это так:

– Надо ломать! Чего время теряем?

– Пробуй! – согласился я.

Она подошла и кулаком повыбивала полки одну за другой. Потом ногами сшибла боковые стенки. Оторвала верхнюю часть, отбила всё, что оставалось внизу, и отошла к нам с Мартой. На стене оставался только большой прямоугольник задней стенки, который был заподлицо, и единственные повреждения на нём были, это вывороченные места, где раньше крепились другие части шкафа.

– Смешно будет, если там просто каменная стена, – задумчиво сказала Марта.

– Как думаете, когда сюда нагрянут остальные фурии? – философски заметила Алиса, – ведь это же рано или поздно произойдёт? Не думаю, что Тритон, потерпев поражение, в страхе убежал от нас в Пензу?

– Почему в Пензу? – спросила Марта.

– Первое, что пришло в голову, – ответила Алиса.

– Я родилась в Пензе! – подала голос Нина.

– Поздравляю! – радостно повернулась к ней Алиса, но тут же сделала серьёзное лицо и добавила, – нет!

Нина смутилась и пожалела о том, что влезла в разговор. Сидела бы молча…

– Ладно! – сказала Алиса, – надо сразу было так сделать! – она подошла к этому прямоугольники и, что есть силы, вдарила по нему ногой, – проклятье! – прихрамывая, вернулась она к нам.

В месте, где она ударила, древесина промялась и частично раскрошилась, но не поддалась.

Я запустил руку в волосы Алисы и пустил поток Маны. Да, при таком способе я расходовал свой запас, но делать ей больно совершенно не хотелось, а давать воспитательный пинок было не за что.

– Спасибо, – промурчала Алиса, – ты очень добр!

– Как ты раньше жила, когда мы виделись раз в месяц? – удивлённо спросил я.

– Плохо! – сказала Алиса, не открывая глаз, – постоянно приходилось экономить. Впрочем, если не ввязываться в неприятности маны хватает надолго… только вот, я постоянно ввязывалась!

– Почему-то не удивлён, – хмыкнул я.

– Может чем-нибудь попробовать? – задумчиво сказала Марта.

– Бесполезно, – вздохнул я, – если даже Алиса не смогла проломить её, то никакие приспособления не помогут.

– А может быть, там всё-таки нет двери? – скрестив руки на груди, сказала Марта.

Она пристально смотрела на этот проклятый деревянный прямоугольник и нервно дёргала ногой.

– Скоро за нами придут, – промурчала Алиса, – вот весело-то будет!

– Я даже не знаю, какой можно ещё способ попробовать, – сказала Марта, продолжая сверлить этот прямоугольник взглядом, – может, это магия какая-нибудь? Может быть, волшебные слова какие-то сказать надо? Что там говорят в таких случаях? Сим-сим откройся?

Что-то хрустнуло, потом раздался приглушённый звук работающих приводов, внутри этого прямоугольника что-то зашуршало, и он вдруг стронулся с места, выезжая из стены. Выехав сантиметров на тридцать, он стал плавно открываться в сторону.

Не удивительно, что Алиса не смогла ничего сделать. Это была железная сейфовая дверь, толщиной сантиметров в тридцать! Наверное, такие в банковских хранилищах ставили, по крайней мере, судя по фильмам.

– Не благодарите! – небрежно махнула рукой Марта, – хотя нет, почему это, благодарите, конечно!

– Ты думаешь, это ты открыла эту дверь? – усмехнулся я.

– Конечно! Я сказала нужное заклинание! – Марта обернулась ко мне, не понимая, почему я усомнился.

– А мне кажется, дело в другом, – сказал я и повернулся в сторону большого стола, за которым восседала Нина. Взгляд у неё был ошарашенный, – что ты сделала? – спросил я.

– Я просто хотела посмотреть вот эту фигурку дракона, взялась за неё, потянула на себя, а там что-то сломалось! – растерянно сказала она.

– Ничего там не сломалось, – успокоил я её, – это просто такой замок для двери… удалённый. Ты открыла дверь, разве не поняла?

– Я думала, это она открыла, – Нина кивнула в сторону Марты.

– Одно понятно точно, открыла дверь не я! Может, пойдём уже? – резко сказала Алиса, раздражённая тем, что когда открылась дверь, я убрал руку и перестал её заряжать.

– Действительно! – сказал я, – вперёд!

– Погодите! – вдруг вскинула руки Марта, – а что если это не выход, а сейф? Вы посмотрите на эту дверь! Для выхода она избыточна! А что, если мы сейчас сами загоним себя в ловушку? А?

Мысль была неприятная, но повернуть сейчас назад и не воспользоваться открывшимся проходом, тоже было глупо. Зачем, иначе, мы потратили на него столько времени?

– Мы и так в ловушке, – сказал я, – и если не пойдём туда, то и не узнаем, выход это или нет. Кто желает, может остаться здесь, а я иду.

– Я не знаю, поможет ли это, – вдруг сказала Нина, – но у меня есть одно наблюдение…

– Всего одно? – ехидно сказала Алиса.

– Излагай! – кивнул я.

– Иногда Тритон надолго исчезал. Он точно отправлялся куда-то далеко, потому что потом по разговорам было понятно, что он именно вернулся откуда-то, – сказала Нина.

– Поясни? – не очень понял я её мысль.

– Он пропадал, зайдя в эти комнаты. Зайдёт на свою территорию, куда нам нельзя, и неделю не выходит. И своих помощников наверху он обычно предупреждал, чтобы его не беспокоили, пока он сам не объявится. Правда, им он говорил, что у него будет длительная медитация, – сказала Нина.

– Ну, я же не утверждаю, что отсюда нет другого выхода, может быть он просто в другом месте, а это сейф! – сказала Марта, – вы посмотрите на эту дверь, разве она не слишком толстая для выхода?

– Для спрятанного сейфа, находящегося на дне огромного убежища, где живёт целая армия верных ему людей, тоже избыточна. Ну так и что? – пожал я плечами и, не продолжая диалог, направился к двери, – ещё раз говорю, не посмотрим, не узнаем!

– Поддерживаю! – бросила Алиса и направилась за мной.

Нина неуверенно взглянула на Марту и прошмыгнула в дверь с виноватым видом, мол, извини, но я с ними! Оно и понятно, ей очень хотелось отсюда убраться как можно скорее, раз уж она сделала ставку на побег. Сидеть в кабинете Тритона ей точно больше не хотелось.

Марта тяжело вздохнула и начала подтаскивать кресло к выходу. Это заняло у неё пару минут, но в итоге она всё же заблокировала им дверь, чтобы та не закрылась. Стулья ей показались слишком хлипкими для этого дела, а стол она бы не осилила. Удовлетворённо посмотрев на то, что у неё получилось, она ударила ладонь о ладонь, как бы оттряхивая их, и сказала:

– Молодёжь! Совсем не думают о плане «Б»! А вдруг возвращаться придётся?

Ещё раз всё оглядев и убедившись, что ничего лучше она здесь не придумает, Марта отправилась за нами.

За дверью замок не кончился. Там всё было в подобном антураже. Каменные ступени, стены, полы… всё каменное. Только светильники на потолке электрические, да ещё и с фотоэлементами, зажигаются только на движение.

Мы не успели дойти ни до чего интересного, когда Марта нас, наконец, догнала.

– Ну что там? – спросил я у неё.

– Всё нормально! – ответила она.

– Содержательный диалог, – усмехнулась Алиса.

Через некоторое время мы достигли перекрёстка. Тот коридор, по которому мы шли, за перекрёстком продолжался ещё метров пять и упирался в дверь. Над дверью табличка, с бегущим человечком и стрелочкой. Стандартная табличка, какие раньше вешали во всех торговых центрах и организация. Показывает выход. Причём табличка в виде коробочки с подсветкой изнутри. При нашем приближении вместе со светильником на потолке зажглась и она. Помимо этого, было ещё два рукава коридора, один уходил направо, второй налево.

– Ну что, на выход? – сказала Алиса и шагнула вперёд.

– Стой! – сказал я ей резко.

– Что такое? – опешила она.

– Как ты думаешь, для кого здесь может висеть эта табличка? – спросил я.

– Ну, я не знаю… – задумалась Алиса, – может, просто для красоты?

– Хозяин и так знает где здесь вход, а где выход. Что-то мне подсказывает, что именно туда ходить ни в коем случае не нужно, – сказал я.

– Экий ты подозрительный, – удивилась даже Марта, – а мне вот такое в голову не пришло! Я бы именно туда и направилась!

– На это и расчёт! – сказал я.

– То есть, Тритон предполагал, что кто-то взломает его сейфовую дверь и будет искать здесь выход? А тут бац, и ловушка? – удивлённо сказала Алиса, – не верится!

– Но мы вскрыли сейфовую дверь и ищем выход, разве не так? – сказал я, – возможно, это пассивная система безопасности, просто на всякий случай. Как раньше были ремни безопасности в автомобилях, или подушки безопасности. Они были, но ведь никто не собирался попадать в аварию, верно? Однако всё равно покупали машины с подушками и пристёгивали ремни… на всякий случай!

– По-моему, это слишком сложно, – вздохнула Марта, – ну и что тогда делать?

– У нас три варианта, – сказал я, – и тот, который с табличкой "выход", единственный, который я не стал бы рассматривать. По поводу двух других у меня нет предпочтений.

– Тритон любит слово «левый», – вдруг сказала Нина, – как в значении плохой, так и в направлении. Или делать что-то одной левой… в общем, он часто это слово употреблял, я давно заметила. Не знаю, может быть это важно…

– Я тоже не знаю, но поскольку между право и лево у нас нет предпочтений, то я бы последовал совету твоей интуиции и пошёл налево! – сказал я.

– А может быть, лучше сделать наоборот, и пойти направо? – предложила Марта.

– И то и то будет гадание, – сказал я, – так что идём налево.

– Конечно, гадание, – проворчала Алиса, – но вот зелёный человечек над дверью, это абсолютно достоверная информация!

Девочки хоть и немного бузили, но пошли со мной налево, недовольно поглядывая на Нину. Им не понравилось, что новенькая оказала влияние на моё решение. Они считали, что пока у неё нет на это права. А я наоборот считал что есть, потому что она провела здесь довольно много времени, многое видела и слышала, и даже если не понимала смысла и назначения информации, эти кусочки пазла всё равно застревали в её мозгу и теперь начинали складываться в картинки. Она и сама это чувствовала и даже начала испытывать некий азарт, пытаясь применить свои, вроде бы бестолковые наблюдения, на практике. А я, в отличие от остальных, очень внимательно к этому относился. Возможно, что наша встреча окажется очень полезной для всех. И она нам поможет выбраться, и мы ей поможем обрести свободу.

Мы шли некоторое время и, как это ни парадоксально, пришли на склад. Здесь стояло множество стеллажей с коробками, мешками, упаковками и тому подобным. На полу тоже были штабелями сложены разные ящики и тюки.

– Вот куркуль! – возмущённо сказала Марта, – я не знаю, что тут понапихано, но наверняка он себе это всё на чёрный день сюда натаскал!

– Похоже на то, – сказал я, – правда, на его месте я бы такой склад делал подальше от основной базы. Если её разорят, то есть шанс, что и это место найдут. А тут вроде и спрятал, но эти яйца по большому счёту лежат в той же корзине!

– Ты бы на его месте? – с любопытством посмотрела на меня Алиса, – серьёзно? Ты бы поступал точно так же?

– Смотря что ты имеешь в виду, – сказал я, – если ты говоришь про рабство, пытки и бесчеловечные эксперименты над людьми, то нет. А вот создание запасов на чёрный день, вполне здравая тема. Тем более в такие непростые времена!

– Не думала, что ты такой унылый прагматик! – разочарованно сказала Алиса.

– Рад, что ты знаешь слово «прагматик», – поддел её я, – можешь же использовать не самые банальные выражения.

– Другими словами, ты хочешь сказать, что я не такая тупая, какой кажусь на первый взгляд? – слегка высокомерно взглянула на меня Алиса.

– Тупой я тебя никогда не считал, но вот лексикон у тебя отличается излишней… простотой, что ли? – сказал я, – и вообще, что-то мы не о том говорим!

Пока мы препирались, Марта рылась в ближайших ящиках.

– Еда, – бормотала она, – консервы, бутылки какие-то, – она перебралась дальше вдоль стеллажей, – так, верёвки, фонарики, топоры и ножи, – она перешла ещё дальше, – о, оружие!

– Что за оружие? – заинтересовался я.

– Огнестрельное, – сказала Марта, – коробки с патронами… здесь целый арсенал!

– Может прихватить чего-нибудь? – задумчиво сказал я, – хотя, тяжело тащить будет… да и не популярно сейчас такое.

Огнестрельное оружие было по-прежнему эффективным, убить человека можно было так же, как и раньше, просто застрелив. Но оно уже давно потеряло популярность, потому что многие могли сделать это проще и эффективнее, прислав плазменный шар в голову. Причём в отличие от огнестрельного оружия, противник никогда не знал, чем именно ты вооружён. Какие у тебя возможности и насколько мощной магией ты владеешь. Ты как бы коробочка с сюрпризом. Но если ты видишь у кого-то огнестрельное оружие, то уже знаешь, чего опасаться, и можешь заранее нейтрализовать этого человека, на всякий случай. Так что, такое оружие зачастую превращает тебя в мишень, а не является защитой.

В общем, таскали его с собой редко, особенно напоказ. Но в заначке такое иметь было вполне себе полезно. Ведь маны в нужный момент может и не оказаться. Также никогда не помешает наличие ножа или кастета. Просто, на всякий случай.

Но сейчас случай был не тот. Нам ещё предстояло много перемещений, прежде чем мы окажемся в безопасности, и таскать с собой лишние железки, при наличии в команде фурии и шамана, было идеей так себе. Тем более что мы и так были уже гружённые… ну, кроме Нины, которая пока шла налегке.

– Не, оно того не стоит! – как будто прочитав мои мысли, сказала Алиса.

– А можно мне пистолетик? – вдруг, удивив всех нас, сказала Нина, подняв руку, как прилежная ученица за партой.

10. Какая встреча!

– Пистолетик? – удивлённо взглянула на Нину Марта, – лучше бы о нормальной одежде подумала!

– Да! А можно одежду, и пистолетик? – смущаясь, повторила Нина, – я буду с ним осторожно обращаться.

– Правда, что там с одеждой? – заинтересовался я, – ничего не попадалось?

– Ты хочешь её одеть? – хохотнула Алиса, – я думала, тебе нравится, как она выглядит!

– Мне нравится, – ничуть не смутился я, – но это не очень практично. Мы глубоко под землёй, кто знает, где нам ещё предстоит лезть. С голыми ногами и в пушистых тапочках удовольствия будет мало!

– Удовольствие мы все вряд ли получим! – философски заметила Марта, – но одежды что-то не видно!

Марта особо не церемонилась и просто скидывала коробки на пол и переворачивала те, что уже были на полу. Так было быстрее. Наконец, в дальнем конце, она нашла одежду. Проблема была в том, что вся эта одежда была для Тритона. Девочкам она подходила плохо. Тем не менее они стали там ковыряться, подбирая что-нибудь для Нины.

– Тебе бы тоже не помешало гардероб обновить, – сказал я, – выглядишь так себе! Могла бы как Алиса одеться, там в других комнатах фурий тоже были костюмы на вешалках.

Марта обернулась на меня и задумалась, видимо, о том, что правда, упустила этот момент. Но потом взглянула на Алису и потрясла головой.

– Нет, слишком вызывающе! – сказала она.

– Это я одета слишком вызывающе, – вздохнула Нина, – что я, не понимаю, что ли? Но другой одежды нам, в самом деле, не давали!

– Холодно, наверное, так ходить? – с наигранным сочувствием поинтересовалась Алиса.

– Вообще-то, да! – сразу согласилась Нина, – мы просили Тритона, чтобы он нам что-то более тёплое давал, но он ни в какую не соглашался!

– Больной ублюдок! – сказал я, внутренне лишний раз убеждаясь в том, что эту тварь было бы хорошо прикончить.

Худо-бедно, но девочки всё-таки переоделись. Когда они выбрали себе одежду, то начали резко раздеваться. Мне пришлось деликатно отвернуться. Они нашли пару спортивных костюмов, ещё старого производства. Костюмы были хорошие, качественные. И сверху надели найденные там же кожаные куртки. На головы надели кепки.

Нина была в белом костюме и красной куртке, Марта в зелёном костюме и коричневой куртке. Увидев, во что они оделись, я скептически покачал головой.

– Марта нормально, а ты Нина оделась слишком… ярко! Да и белый очень маркий.

– Нормально, – Марта похлопала Нину по плечу, – это лучшее из того, что мы могли выбрать. Тритон вроде не великан, но для нас всё равно его вещи слишком большие. Мы делали упор на удобство. Не придирайся.

– Да я и не придираюсь! Ваше дело! – сказал я.

Нина незаметно постаралась засунуть скомканный пеньюар себе в карман. Уж не знаю зачем, может быть автоматически, а может быть, это была единственная вещь, которая принадлежала ей по праву и она не смогла с ней расстаться. Ведь всё остальное было, по её мнению, ворованным.

– Марта, ещё ей нужен небольшой рюкзак и какие-нибудь припасы в него, – сказал я.

– И пистолетик! – настойчиво продолжала гнуть свою линию Нина.

– И пистолетик! – сдался я.

– А ты умеешь с ним обращаться-то? – спросила у неё Алиса, – поверь, мы не против того, чтобы ты кого-нибудь пристрелила, мы опасаемся, что ты нечаянно можешь нас продырявить!

– Я буду очень осторожна, – сказала Нина, – вы мне объясните, как с ним нужно обращаться, и я буду всё делать правильно. Я очень аккуратная.

– Ладно, – сказал я, – получишь ты свой пистолетик!

Я не очень хорошо разбираюсь в огнестрельном оружии, но некоторое представление имею.

Порывшись в коробке, где множество всего было свалено в кучу, я выбрал маленький пистолет, который как раз подходил под определение «пистолетик». Он был в кобуре, с намотанным сверху ремнём. Как будто его сняли с кого-то прямо в таком виде. Возможно, так оно и было. Причём кобура была довольно светлая, бежевая с тёмно-бордовыми строчками. Другими словами, очень подходила к костюму Нины. Пистолет вообще выглядел женским, как будто даже это не оружие, а аксессуар такой. Там же нашлась пара коробок с патронами, подходящего калибра. Проверил, точно подходят. Магазин был на семь патронов, рукоятка тоже с белой накладкой – очень красиво. Как будто специально приготовили для нашего случая.

– На, держи свой «пистолетик», – сказал я, протягивая ей весь набор, – патроны к нему сама таскать будешь!

Нина отдала мне куртку, взяла пистолет вместе со всеми причиндалами, повертела их в руках, разобралась как застёгивать ремень, и повесила себе его на пояс. Несколько раз попробовала открыть и закрыть фиксирующий ремешок, доставая при этом пистолет. Первый раз получилось неуклюже, на четвёртый — уже довольно быстро. Решив, что с этим она достаточно хорошо освоилась, Нина взглянула на меня.

– Как стрелять? – спросила она с деловым видом.

– А-а-а-а-а-а, – прорычала Алиса и, подойдя к стене, упёрлась в неё головой, – мы слишком медленно всё делаем! Как мы ещё живы, непонятно! Движение – залог выживания! – проговорила она в стену и замолчала, продолжая стоять, уперевшись в неё лбом.

Она была абсолютно права, но я всё же хотел закончить. По-быстрому показав Нине предохранитель и как им пользоваться, я закончил обучение так:

– А потом направляешь на того, кого хочешь убить, нажимаешь на спусковой крючок, и всё!

– Так просто? – удивилась Нина.

– Кажется, что просто, – возразил я, – самое сложное — это выстрелить в другого человека, на это не каждый может решиться. В общем, есть одно правило: если сомневаешься, что сможешь выстрелить в человека, пистолет лучше не доставать.

– Почему? – удивилась Нина, – а если чтобы просто напугать?

– А если он не испугается? – спросил я, – а если увидит, что ты его пугаешь, а стрелять не готова, что тогда? Это железное правило, не доставать оружие, если не готов его использовать, потому что если достанешь, то, скорее всего, убьют тебя!

– Не понимаю! – покачала головой Нина.

– А-а-а-а-а-а, – снова прорычала Алиса.

– Доставая пистолет, ты повышаешь ставки, – терпеливо объяснил я, – переводишь конфликт на другой уровень. Пистолет – оружие которым можно убить, значит, твой противник тоже будет пытаться тебя убить, даже если до этого не собирался. Ну, если совсем грубо, в простой драке ставка – синяки и ушибы, редко что-то большее, с холодным оружием – уже ранение, а иногда жизнь, с огнестрельным это уже точно, ставка – твоя жизнь.

– А магия как? – спросила Нина.

– Всё то же самое, – сказал я, – нужно понимать в каком случае и какую магию использовать. Просто если тебя окружили и выйти из схватки победителем шансов нет, то пистолет лучше не доставать. Потому что всегда есть шанс выпутаться, пусть и с потерями. Но если достанешь пистолет в безвыходной ситуации и начнёшь стрелять, то на этом всё…

– Чему ты её учишь? – не выдержала Алиса, – она будет ходить с пистолетом и бояться его использовать! Девочка, сначала стреляй, потом задавай вопросы!

– Не слушай её, – улыбнулся я, – сама она так никогда не делает! – и добавил, уже обращаясь к Алисе, – я учу её ответственному обращению с оружием, и чтобы она использовала его сознательно, понимая все риски, а не думала, что у неё на поясе висит волшебная палочка, которая может решить за неё все проблемы. Если этой «палочкой» неправильно пользоваться, то проблемы можно, наоборот, усугубить!

– Ну что, умник, вы закончили? – раздражённо сказала Алиса.

У меня появилась мысль, что, возможно, ей не нравится, что Нине уделяют слишком много внимания. Не то чтобы ревнует, но просто, с какой стати со случайной попутчицей столько возни? Вот и бесится немного.

– Ладно, выдвигаемся! – сказал я, и мы быстро зашагали прочь с этого склада.

Мы прошли через перекрёсток прямо, и от изначального нашего положения теперь отправились в правый коридор. Конечно, мы нашли не совсем то, что хотели, и без этого похода «налево» по наводке Нины можно было обойтись… однако, всё равно визит туда был небесполезным. Кое-что мы там раздобыли. Даже то, что получилось одеть Нину, было очень хорошо. Это делает её более мобильной. В сложной ситуации это может даже спасти ей жизнь… хотя я и буду немного скучать по её прежнему виду.

Мы дошли до развилки. Коридор разделялся на два. Никаких обозначений или указателей не было.

– Куда? – спросила Марта, – налево?

– Нет, – ответил я, – от первого перекрёстка мы сейчас ушли направо, предлагаю и дальше идти направо, чтобы не заблудиться.

После развилки освещение кончилось, поэтому пришлось зажечь светоч.

У меня было некоторое предчувствие, которое вскоре оправдалось. Мы снова вышли на развилку.

– Направо? – спросила Марта, на что я утвердительно кивнул.

Вскоре мы опять вышли на развилку.

– Что-то мне подсказывает, что это очень похоже на лабиринт! – сказала Марта, – даже не знаю, стоит ли углубляться дальше?

– Поэтому мы и сворачиваем всегда в одну сторону, – сказал я, – думаю, что это верный путь!

Ещё через пару развилок мы вышли в большой зал, в центре которого был круглый бассейн. В зал было очень много входов. Он находился как будто на пересечении всех путей. Возможно, какой бы коридор мы ни выбрали, пришли бы именно сюда… а может, и нет!

Здесь было довольно сумрачно, хотя по периметру и горели тусклые красные светильники.

Я посмотрел на потолок. Там было большое круглое отверстие, уходящее куда-то наверх, в темноту. Что-то это мне напоминало…

Я подошёл к бассейну и посмотрел в него. То ли он был заполнен не водой, то ли вода была какая-то странная, но она как будто светилась изнутри. Светилась и немного переливалась, хотя и была кристально прозрачной.

На дне бассейна были обнажённые девушки. Сначала я подумал, что мёртвые, но потом заметил движение. Они там передвигались, но медленно, как будто в анабиозе. Все девушки сбились в две кучи и копошились в них как черви, сплетаясь руками и ногами.

Все три мои спутницы подошли и встали рядом, тоже разглядывая это удивительное зрелище.

– Что они там делают? – спросила через некоторое время Нина.

– Кто бы знал… – ответила ей Алиса.

– Зато, мне кажется, теперь мы понимаем, где находятся все остальные фурии, – сказал я через некоторое время, – думаю, что это они!

– Согласна, – кивнула Алиса, – я чувствую что-то такое… родственное!

– Родственное? – удивился я.

– Ну не такое, как будто мы родственники, – начала оправдываться почему-то Алиса, – а такое, как будто мы одинаковые!

– А, понятно! – кивнул я и ещё раз посмотрел наверх. Потом снова на дно бассейна… там что-то было, рядом с фуриями… И тут внезапно я всё понял. Понял, но предпочёл не говорить девочкам, чтобы их не расстраивать.

Это не сработало, и следующей это поняла Марта.

– Фу! – вдруг резко сказала она, – они едят людей! Вот что это за сборище там!

Алиса и Нина очень живо отреагировали на её заявление и принялись это обсуждать, но вскоре все они повернулись ко мне.

– Ты этому как будто не удивился! – сказала подозрительно Алиса.

– Я понял это раньше, но не стал озвучивать, – признался я.

– Понял, что они едят людей? – спросила Марта.

– Не только, – ответил я, – я понял, кого именно они едят!

– Да ладно, брешешь! – сказала Марта.

– Брешешь! – прыснула Алиса, – ну и словечки ты иногда выдаёшь! Какая же ты старая!

– Смотри, – я указал Марте на дно бассейна, на тот предмет, который они не заметили из-за блеска воды и обилия копошащихся тел.

Девочки некоторое время присматривались.

– Твою ж мать! – вдруг воскликнула Марта, когда, наконец, разглядела, что именно там лежит. И после того как она опознала его, тут же задрала голову наверх, – твою ж мать! – повторила она.

– Что? – до Алисы так пока что и не дошло, – можно и мне рассказать, в чём дело?

– Это же золотой ключик! – значительно сказала Марта.

– И что? – возможно, Алиса вообще не поняла в пылу драки, куда этот самый золотой ключик делся.

– А то, что мы находимся под тем залом, где дрались с фуриями, – сказал я и указал на дыру в потолке.

Алиса посмотрела туда, потом ещё раз на дно бассейна, и картинка у неё, наконец-то, сложилась.

– Фу! – тоже сказала она, – вот это уже совсем за гранью!

– Правда? – заинтересовался я её реакцией, – за гранью?

– Думаешь, у меня никаких границ нет? – с вызовом сказала Алиса, – есть, и они ближе, чем ты думаешь.

– А что, фурии могут дышать под водой? – пришла мне в голову интересная мысль.

– Нет, – однозначно ответила Алиса, – не могут, и человечину не едят! Выходит, что это не фурии!

– Или фурии, но изменённые, – сказал я, – возможно, им приходится сидеть в этом бассейне, чтобы поддерживать… те изменения, которые в них вложили… ну они же реально как зомби!

– Интересно, их тут специально человечиной кормят, или просто те две сюда упали, а эти их сожрали, потому что ничего не соображают? – озадачилась Алиса.

– Знаете, о чём я ещё думаю? – спросила Марта.

– Нет, и знать не хотим, но ты же всё равно расскажешь, да? – сказала Алиса.

– Если мы под тем самым залом, то и Тритон сбежал куда-то сюда, верно? – сказала Марта, не обращая внимания на сарказм Алисы.

– Верно! – оживилась Алиса, тут же забыв, что пыталась поддеть Марту.

– И моё внимание очень привлекает вон то место! – сказала Марта и ткнула пальцем под потолок.

Там на стене, была неприметная ниша. Она была в тени, и в глубине этой ниши тоже ничего видно не было, поэтому она не бросалась в глаза и, чтобы её увидеть, нужно было постараться.

– Да, судя по расстоянию до колодца в потолке, очень подходит. Думаешь, Тритон провалился именно сюда? – спросил я.

– Не знаю, но нужно проверить! Только вот непонятно, как туда можно попасть… наверняка где-то внутри есть лестница, – сказала Марта.

Алиса, не вступая в разговоры, разбежалась, оттолкнулась от пола и, скрестив полусогнутые ноги и расставив руки в стороны, взмыла вверх, прямо к этой нише и исчезла в ней.

Никаких звуков оттуда не донеслось, так что вряд ли она кого-то там встретила. Мы некоторое время ждали, когда она появится обратно. Но время шло, а Алисы так и не было.

Я вспомнил, что когда несколько минут назад Марта назвала имя Тритона, Нина сразу непроизвольно положила руку на свой «пистолетик». Похоже, что у девочки был к нему серьёзный счёт.

Наконец, Алиса вернулась. Она вышла внизу, через один из проёмов в стене.

– Ты чего так долго? – возмущённо сказал я, – мы уже начали волноваться!

– Правда? – улыбнулась Алиса, – искала выход.

– Нашла? – спросила Марта.

Алиса многозначительно развела руки в стороны, подчёркивая, что она здесь!

– Да, это то самое место, куда он сбежал. Там шахта наверх, закрытая круглым люком. Как он открывается, я не поняла, но размер подходящий, – сказала Алиса, – туда он спрыгнул, можете не сомневаться.

– А что там внизу? – спросила Марта, – куда он приземлился?

– В большой ящик с резаным поролоном, – сказала Алиса, – я давным-давно у спортсменов такие видела!

– Вот тебе и "великий и могучий" маг! – хохотнул я, – гимнаст хренов!

– Будем искать его или выход? – спросила Марта.

– Не нужно меня искать! – прогремел под сводами знакомый голос, – я сам вас нашёл!

Тритон стоял в противоположном конце зала, широко расставив руки в стороны. На голове у него теперь зачем-то была надета чалма.

– Как хорошо, что не придётся за тобой бегать! – сказал я, делая шаг вперёд. Краем глаза я заметил, что Нина отстегнула фиксирующий ремешок. И в этот момент её заметил Тритон. Точнее, он её узнал.

– Нина? Звезда моя! Что ты здесь делаешь в компании наших врагов? – обратился он к ней, – ты что, забыла, кто твой благодетель? Ты же осталась у меня одна! Они увели тебя силой?

Я не хотел давать ему возможности давить на девочку, тем более это всё равно бы ни к чему не привело, только бы испугало её, но я ошибся. За короткое время, проведённое с нами, Нина что-то там себе переосмыслила и теперь видела ситуацию в другом свете. Возможно, ей как раз и нужно было ответить на этот вопрос, чтобы сбросить психологическую зависимость и освободиться. Поэтому она ответила очень быстро, пока никто другой не вмешался.

– Я ушла сама! – с вызовом прокричала Нина, – я ушла, потому что захотела, и обратно я не вернусь!

– Тебя никто не любит! – с улыбкой развёл я руки в стороны, – потому что ты говнюк!

– Когда вы пришли, я не думал, что будет столько проблем. Да, я вас недооценил, и это была моя ошибка, которая послужит мне уроком. Но вы здесь, а лучшего развития событий и представить нельзя! Не придётся за вами бегать, чтобы убить! Мой энергетический бульон готов, девочки напитали его своей энергией, – он сделал жест в сторону бассейна, а значит, я неуязвим и непобедим! – и Тритон раскатисто рассмеялся, заполняя своим многократно отражённым хохотом весь зал.

После чего он уверенно пошёл в нашу сторону и, дойдя до края бассейна, ступил прямо на заполняющую его жидкость. Но его нога не провалилась, не ухнула вниз, а осталась на поверхности. И он просто пошёл по воде, расставив руки в стороны и с каждым шагом излучая всё большее и большее свечение.

– Трепещите глупцы! – грохотал его голос, отражаясь от сводов.

11. Как знал, что пригодится!

– Эффектно! – сказал я.

– Он снова сказал «трепещите»? – спросила Алиса.

– Где-то я подобное уже слышала! – сказала Марта.

Несмотря на то, что мы пытались немного отшучиваться, ситуация была серьёзной. Возможности Тритона по-прежнему были нам неизвестны, и то, что в прошлый раз от нас сбежал, ещё ничего не говорило. Может быть, у него были какие-то неведомые нам причины для этого!

Он вполне мог не блефовать, и этот бассейн на самом деле питает его силы. Возможности магии невероятны, и в то же время плохо изучены. Каждый сам ковыряется, пытаясь их постичь, или узнаёт что-то интересное у знакомых, на худой конец покупает. Но если у кого-то есть ресурсы, например, как у Тритона, то он вполне может добывать магические знания, не считаясь с расходами, или сам что-то изобретать, используя целый штат людей. Возможно, на лабораторном уровне занимаются не только приручением фурий и хирургией, но и исследованием магических возможностей и изобретением новых способов использования магии.

Когда Тритон оказался на середине бассейна, он уже сиял как солнце, так что даже черты лица и детали одежды нельзя было разглядеть. Мы невольно зажмурились.

– Может, убежим, мало ли что? – предложила Марта.

– Не убежим, а отступим, – сказал я.

Неожиданно Нина сделала шаг вперёд и, подняв руку с пистолетом, стала жать на спусковой крючок. Умничка даже не забыла снять его с предохранителя!

– А-а-а-а-а-а! – отчаянно закричала она, шагая к бассейну и стреляя в Тритона, пока не кончились патроны, и пистолет не начал щёлкать вхолостую.

Возможно, не все пули попали в цель, но большинство должно было прилететь куда надо. Я был уверен, что она попала в Тритона, и не раз… проблема была в том, что пули не причинили ему никакого вреда. Есть разные способы уберечься от огнестрельного оружия, если ты хорошо владеешь магией. Что именно делал Тритон, я не понял, из-за очень яркого свечения, но была очень большая вероятность, что он создал вокруг себя поле, в котором пули просто завязли и впоследствии упали вниз. А может, они от него просто отскочили – есть и такой вариант. В общем, вреда выстрелы Тритону не причинили.

– Муа-ха-ха-ха! – раскатисто расхохотался Тритон и, подняв руку, испустил из неё ослепительный поток.

Этот поток света врезался в Нину и отбросил её назад, как будто в неё врезалось торцом огромное бревно, а не луч света! Она полетела, раскинув в стороны руки и мгновенно лишившись сознания.

Я прыгнул, чтобы сбить её с курса, иначе она могла бы врезаться в стену. Мне удалось её поймать, и мы покатились по полу.

Девочки не стали ждать, что будет дальше. Марта со звериным рёвом, какой от неё трудно было ожидать, рванула вокруг бассейна, но не на предельной скорости. Я в этот момент ещё катился по полу, но понял, что она просто отвлекает на себя внимание, заставляя Тритона следить за собой, и имея ещё запас ускорения, на случай если он в неё тоже выстрелит своей магией.

Это сработало, и он начал поворачиваться. В это время Алиса взмыла в воздух, формируя два шара плазмы. По всему её телу забегали алые искры и молнии, наэлектризованные волосы начали подниматься вверх. Издав свой мужской, демонический вой, она метнула один шар в Тритона.

Защита у того работала что надо, но некоторое воздействие на него всё равно удалась произвести. Он в момент броска был к Алисе боком, шар проморгал, и когда он в него врезался, то непроизвольно пошатнулся и сделал шаг в сторону. Значит, Тритон был не такой уж и неуязвимый. Всё равно его можно было прошибить.

Раздражённо воскликнув, он бросил Марту и повернулся к Алисе, посылая в неё свою световую струю. Она встретила её вторым шаром плазмы, выставив его перед собой. Струя света врезалась в шар, и тот начал расти и пухнуть. Алый шар плазмы как будто впитывал в себя эту узконаправленную магическую энергию и очень быстро увеличивался в размерах.

Тритон кричал, Алиса кричала, а вот Марта молча сменила траекторию и, видимо, хотела врезаться в Тритона, чтобы сбить его с ног, но то ли забыла, что он стоит посреди бассейна, то ли решила, что эта субстанция достаточно твёрдая, раз уж Тритон по ней ходит, и, сделав пару шагов за край, вдруг начала стремительно погружаться. Медленнее, чем в воду, но всё равно быстро. Жидкость принимала её как густой кисель.

Поняв, что затея провалилась, Марта рванула обратно и смогла дотянуться до бортика, что дало ей возможность выбраться.

Алиса уже еле-еле удерживала перед собой этот огромный раздувшийся шар плазмы, а поток, идущий от Тритона, всё никак не иссякал.

Я в это время тоже не был простым наблюдателем. Но когда всё завертелось и я перехватил Нину в полёте, не особо размышляя, правильно ли я делаю, едва поднявшись на ноги, я подхватил её бесчувственное тело и потащил прочь с поля боя, чтобы её не добили здесь.

Я думал, что сделаю это быстро и помогу девочкам, но всё развивалось так стремительно, что когда я вернулся, бросив Нину в одном из ближайших коридоров, Марта пыталась выбраться из бассейна, а Алиса еле удерживала огромный шар, и было видно, что она не справляется.

Шар взорвался, швырнув её на стену, врезавшись в которую она рухнула вниз и затихла. Меня тоже отбросило в сторону взрывной волной. Перекувыркнувшись несколько раз, я вскочил на ноги и увидел, что Тритон смотрит на меня, торжествующе улыбаясь. И хотя его лицо по-прежнему утопало в свете, я очень хорошо видел, какие эмоции на нём отражаются.

Марта обессиленно лежала на краю бассейна, вытирая лицо от слизи, в которой она перепачкалась. Это её немного дезориентировало, и она уже не понимала, что именно сейчас происходит, потому что слизь залепила глаза.

Тритон вскинул руку. Я понял, что он собирается сделать и еле-еле, но успел создать шар голубой плазмы. По крайней мере, судя по опыту Алисы, это может хотя бы как-то остановить посланную Тритоном волну энергии.

Посланный в меня поток врезался в мой шар, который, так же как и у Алисы, тотчас начал впитывать в себя энергию и увеличиваться в размерах. И финал, скорее всего, будет тот же самый. Нужно было срочно что-то придумывать. Тритон нас побеждал, и я сейчас сдерживал его последнюю атаку, после которой всё будет кончено. Ему просто останется нас добить.

Я стал пятиться к одному из ближайших проходов, в надежде укрыться там, когда шар достигнет критических размеров и взорвётся. Идея была так себе, но других всё равно не было. Из всех нас я единственный, скорее всего, выживу… но в данном случае, я бы предпочёл смерть. Быть «батарейкой» Тритона мне совершенно не улыбалось.

Я почти дошёл до тоннеля, когда шар рванул. Мне кажется, что мой достиг своего предела раньше чем у Алисы… может быть дело в том, что магическая энергия у нас разная… а может быть просто она фурия, а фурии это… в общем, уже не совсем люди и соответственно возможности у них тоже другие.

Почувствовав наступающий момент взрыва, я постарался вытолкнуть шар вверх, а сам бросился назад. Отчасти это получилось и меня взрывной волной просто внесло в тоннель. Я неудобно упал на свой рюкзак, который по-прежнему был у меня за спиной. По-хорошему его надо было сразу скинуть, чтобы он не мешал, но я просто не успел этого сделать. И вот теперь чуть спину об него не сломал, потому что в нём было много всего, и это всё было в основном жёстким!

Выскользнув из лямок, я перекатился набок. Если рвануть по коридору, то, как знать, может быть, и есть небольшой шанс спрятаться, затеряться в подземельях и потом выбраться… но это значило бы бросить здесь девочек. Мне было западло! Жить потом, зная, что я их кинул… ну, такое себе.

– Али-и-и-и-и-ик! – почти ласково позвал меня Тритон, – возвращайся! Я тебя жду! – и он опять раскатисто рассмеялся.

– Сейчас, только причешусь, а то разлохматился! – крикнул я в ответ.

Да, я знал, что всё равно выйду, хотя, к сожалению, никакого запасного плана у меня не было… ну, если только опять сработает моё оружие последнего шанса… но я не мог им управлять и не знал, сработает оно или нет. Рассчитывать на это было никак нельзя. Да и к тому же, возможно, что на Тритона оно не подействует. Похоже, что этот бассейн каким-то образом действительно питает его, причём так сильно, что делает его на порядок сильнее нас. Даже если посредственному магу дать такой мощный источник энергии, то он будет почти неуязвим. Самые простые заклинания и навыки, усиленные многократно, будут иметь потрясающий эффект!

Тритон отсмеялся, и повисла небольшая пауза. И в эту секунду тишины я услышал какой-то странный, но знакомый звук. Пытаясь понять, откуда он идёт, мой взгляд натолкнулся на только что снятый рюкзак.

– Алик, ну ты где? – не выдержав долгой паузы, прокричал Тритон, хотя он прекрасно знал, что я никуда не делся.

Я спокойно вышел из тоннеля, как будто ничего не случилось. Всё тело ломило после нескольких падений, но я не подавал виду, как будто мне всё нипочём. Правую руку я как будто невзначай держал за спиной.

– Алик, беги! – крикнула Марта, увидев, что происходит.

Тритон даже не удостоил её своим вниманием. Похоже, что не считал серьёзным противником, а второй раз отвлечься и пропустить удар было бы глупо.

– Не волнуйся, – сказал я Марте, – всё под контролем!

– Под чьим? – расхохотался Тритон, – ну, вообще-то, ты прав, всё под контролем, только вот не под твоим!

– Ты лучше скажи, кто возглавит твою банду, когда ты сдохнешь? – спросил я.

– Банду? – усмехнулся Тритон, – не подходящее к ситуации слово!

– Неважно, просто скажи, есть такой человек? – спросил я.

– Нет, такой вариант не предусмотрен, – сказал Тритон, – это моё детище, и никто у меня его не заберёт!

– Понятно, значит, начнётся борьба за власть, – вздохнул я, – но тебе, понятное дело, на это плевать. После нас хоть потоп, да?

– Ну хватит, Алик, – сказал Тритон спокойным голосом, – вы проиграли, причём, довольно бездарно. Это было очень глупо и наивно! Если бы со мной было так легко справиться, я не был бы тем, кем являюсь! У тебя был шанс присоединиться ко мне добровольно, однако, это предложение больше не актуально. Мой энергетический бульон тоже хорош, но, к сожалению, слишком сложен в эксплуатации. А вот человек, обладающий теми же возможностями, гораздо более тонкий и универсальный инструмент. Осталось только придумать технологию, как тебя наиболее эффективно доить. Но ты не волнуйся, это вопрос сугубо технический.

– Алик, ты дурак, – раздался сзади голос Алисы.

Я повернулся, она, пошатываясь, шла ко мне.

– Почему? – удивился я.

– Потому что не убежал, – сказала Алиса, и, встав рядом со мной, согнулась, уперев ладони в колени, – фу-у-у-ух, жёстко приземлилась!

– Я же говорила, беги! – крикнула Марта, тоже ковыляя в мою сторону.

Тритон с улыбкой наблюдал за происходящим, но не вмешивался, видимо, считая, что ничего больше мы сделать не сможем. А некоторое оттягивание финала добавляет только драматизма и театральности всему происходящему. А он, похоже, был большой любитель таких сцен. Закончить быстро и просто ему было неинтересно, хотелось посмаковать победу, тем более, если он в ней уверен на сто процентов.

Марта дошла до нас и тоже встала рядом.

– Это даже немного трогательно, – с ненатуральным умилением в голосе сказал Тритон, – я сейчас расплачусь!

– А что, – сказал я, – ты предпочёл утопить фурий в своём бульоне, чем использовать их как бойцов?

– Вовсе нет, – удивился моим словам Тритон, – одно другому не мешает! Это просто процедура, которую мы проводим регулярно. Просто вам повезло прийти сюда как раз в этот момент. Пришли бы на день раньше, всё закончилось бы ещё в верхнем зале, на первой аудиенции…

– Аудиенции… – хрипло хохотнула Алиса, – мир превратился в труху, а у тебя всё «аудиенции» да «трепещите»… будь проще! Слишком много пафоса.

– А я люблю пафос! – сказал Тритон.

– Это заметно, – усмехнулся я.

– Мы так мило болтаем, – сказал Тритон, – что мне даже немного жалко всё это заканчивать. С другой стороны, не думаю, что у нас остались интересные темы для разговоров.

– Попробуете убежать? – еле слышно, стараясь не шевелить губами, сказал я.

– Как? – точно так же ответила мне Марта.

– Поймёте, – также тихо сказал я.

– Эй, вы что там, переговариваетесь? – спросил Тритон.

– Да, – сказал я, – совещаемся, никак не можем решить, ты заслужил быструю смерть, или должен мучиться и страдать?

– М-да, – разочарованно сказал Тритон, – какой-то совсем уж наивный блеф.

– Тебе лучше знать, ты у нас специалист по блефу, – парировал я.

Я услышал сзади неуверенные шаги. Все услышали. Мы повернулись, оказалось, что это Нина очухалась и тоже вышла из коридора, куда я её отнёс. Подойдя, она встала рядом с нами.

– Нинель! И ты туда же? Зачем? – с искренним удивлением в голосе сказал Тритон, – понятно, что я тебя не прощу, но хотя бы попыталась убежать!

– Дура, – с тяжким вздохом сказала Алиса.

– Но ты же тоже здесь стоишь? – дрожащим от волнения голосом сказала Нина.

– А я на умную и не претендую! – сказала Алиса и снова повесила голову. Видимо, ей было очень нехорошо, и бежать она вряд ли сможет… по крайней мере, быстро.

Нина опять всех удивила. Она вдруг закричала, вскинула руку и снова расстреляла целый магазин в Тритона. Похоже, перед тем, как выйти сюда, она даже успела зарядить оружие.

Пока она стреляла, все смотрели на неё с нескрываемым удивлением. Даже Тритон, которому пули вреда снова не причинили, но само поведение Нины, которую он думал, что хорошо знал, повергало его в шок. Он даже не находил слов.

Когда патроны закончились, снова раздались щелчки, а потом стихли и они. В воцарившейся тишине, Алиса вдруг сказала:

– Знаешь что, Нина? У тебя железные яйца!

– Это хорошо или плохо? – спросила та растерянно.

– Это заслуживает уважения, – сказала Алиса.

– Даже я тебя немного зауважал! – сказал вдруг Тритон, – но это ничего не меняет. Девочки умрут, а Алик будет превращён в аккумулятор для моей армии… ну, или для меня лично, я пока что не решил.

– Не говори гоп! – сказал я.

– А что, ты можешь мне что-то ещё противопоставить? – спросил Тритон.

Свечение вокруг него стало постепенно ослабевать, видимо, он потихоньку ослаблял и защиту, и вообще свой энергетический потенциал. Естественно, зачем работать на максимуме, если ему ничего больше не угрожает. А если мы, что и выкинем, то и оставшихся ресурсов хватит выше крыши. Даже если мы вместе с Алисой начнём швыряться шарами плазмы. Но его это, вообще не волновало, потому что его защита была многократно сильнее.

– Противопоставить? – усмехнулся я, – нет, у меня, наоборот, для тебя есть подарок.

– Подарок? – удивился Тритон, – не думаю, что у тебя есть что-то, что может меня заинтересовать, ну, кроме тебя самого.

До девочек только сейчас начало доходить, что я что-то задумал и какой-то план у меня всё же есть. До этого они считали, что я просто забалтываю Тритона, чтобы выиграть время, только вот, непонятно для чего.

Я действительно его забалтывал, чтобы он снизил уровень защиты и успокоился. Сразу после боя он был ещё слишком накачан, а теперь постепенно сдувался. Но как тянуть время дальше я не знал, да, возможно, и смысла в этом особого не было. Не нужно выбирать самый удачный момент для атаки, так можно его пропустить. Достаточно, чтобы момент был просто хороший. Я решил, что этот момент вполне подходит. Тем более что свечение уже довольно заметно угасло.

– Не узнаешь, пока не посмотришь, – сказал я, – лови!

Я пытался одной рукой скрутить крышку с банки, и она должна была отвалиться в полёте, но что-то пошло не так и банка полетела закрытая крышкой. Наверное, недовернул. И, естественно, когда я говорил «лови», то вовсе не хотел, чтобы Тритон её поймал. Поэтому я бросил её довольно низко, почти ему в ноги.

В бросок я вложил всю силу, запустив в Тритона банку как снаряд!

Он успел среагировать и резко вспыхнул ярким светом. Мгновенно взвинтив защиту, не поняв, что ему угрожает, он сделал её избыточной. Естественно, ведь это произошло рефлекторно. И вокруг него, похоже, образовался кокон невидимой брони, пусть на секунду, но этого как раз хватило. Банка врезалась в его защиту и разлетелась на куски. Я как раз боялся, что этого не случится, поэтому и возился с крышкой. Но мне повезло!

Осколки упали в кристально прозрачный кисель и начали медленно тонуть.

– Это было очень глупо, – покачал головой Тритон, испытывая некоторую неловкость, как человек, на которого замахнулись, а бить не стали, а он прикрылся руками. То есть, поддался на провокацию.

Честно говоря, я не был уверен, что сработает, но очень на это надеялся. В первые секунды было неясно, получилось или нет, но очень скоро стало понятно, что процесс пошёл.

Тритон стал опутываться светящимися нитями, как и бульон прямо под ним. Он ещё не понял, что случилось, но уже почувствовал неладное.

– Что за хрень тут творится? – проговорил он, оглядывая себя.

– Не отвлекайся, ты же хотел начать нас убивать, – попытался я переключить его внимание на себя, чтобы он раньше времени не понял, что случилось, а потом, я надеялся, будет уже поздно.

– Что за хрень тут творится? – проорал Тритон, начиная погружаться в свой энергетический бульон. Тот перестал его держать. Да и свечение куда-то резко исчезло. Зато появилось другое, излучаемое множеством нитей, которые разбегались во все стороны. Тритон быстро ушёл вниз, пытаясь, что-то возмущённо кричать, и его голос вскоре затих.

– Кушай, дорогой друг, – сказал я, – это тебе компенсация за доставленные неудобства.

– Спасибо! – раздался голос Энергетика, который уже заметно увеличился в размерах, – этого мне надолго хватит! В расчёте!

– Пойдёмте отсюда, – сказал я, поворачиваясь к выходу.

Когда мы с девочками уже почти вышли из зала, сзади снова послышался голос Энергетика:

– Ты это, заходи, если что!