Отец Народа

Пролог.

Зарядивший с вечера дождь навевал меланхолию, невольно склоняя к созерцательности. Хотелось лежать на матрасике, глядеть на струйки воды и ничего не делать. Да только кто ж мне позволит?

Семенящую походку Смеляны сегодня слышно издалека, хотя в обычные дни она ходит совершенно бесшумно. Значит, чем-то недовольна. С детства начинала топать лапками, когда ей что-то не нравилось.

- Глава, у нас гости!

- Снова твои любимцы из семейства Бобровых?

- Они не мои любимцы! – проскрежетала девушка, судя по звуку, нервно хлестнув себя хвостом по боку. – Я их ненавижу! Зачем мы заключили с ними договор!?

Бросив последний взгляд за окно, я со вздохом развернулся к своей… Кто она мне? Если пять поколений, то прапраправнучка, так? Будет просто внучкой.

- Не «зачем», а «для чего». Мы заключили с ними договор для того, чтобы у нас была белая энергия. Или нравится сидеть на голодном пайке и чувствовать, как мысли становятся с каждым днем примитивнее?

- Они втравят нас в неприятности, - мрачно предрекла моя как бы секретарша. – Их глава – идиот.

Беда заключается в том, что спорить со Смеляной не получается. Рогал Бобров малость туповат и очень тщеславен, благодаря чему сейчас Бобровы находятся в напряженных отношениях практически со всеми соседями. Большой войны не начнется, правящий князь не позволит, но мелкие стычки между дружинниками случаются часто. И в большинстве столкновений вынуждены принимать участие мы… Мои потомки.

Может, и вправду разорвать контракт? Острозуб будет счастлив, как и Татьяна. Тогда откуда брать энергию? Других больших родов с устраивающими нас характеристиками не осталось, а с одиночек много не получишь.

- Кто пришёл-то?

- Этот, в золотой шапочке, - неприязненно отозвалась Смеляна.

- Фридрих-Вильгельм?

- Да, он.

Вот тоже штришок, маленький, но характерный. Как глава независимого государства, пусть и крохотного, я обладаю более высоким статусом, чем Рогал. Тем не менее, он послал племянника, хотя по правилам этикета должен был бы прийти сам.

Ну, значит, и я могу быть не особо вежливым.

Наш приемный покой расположен недалеко от точки входа в лепесток, и представляет собой несколько удобных диванчиков, стол и тумбочку, всё это сверху прикрыто легким навесом. Больше ничего не нужно – погода в лепестке почти всегда одинаковая, теплая, а от редких дождей навес хорошо защищает. И, кстати, практически все младшие расы предпочитают людей вглубь своей территории не пускать. Объясняют это враждебной средой и опасностью долгого пребывания на своей земле, но по факту речь идет о собственной безопасности.

Кроме жаб и енотов, те всегда гостям рады, алкаши.

Я, не торопясь, подошел к выбранному диванчику, устроился на нём поудобнее, зевнул и только после этого взглянул на сидевшего напротив человека.

- Здравствуйте, господин Бобров. Не ожидал увидеть вас так скоро.

Тот в ответ вежливо поклонился.

- Для меня и самого этот визит стал неожиданностью, у меня были абсолютно иные планы. Но вы же понимаете, владыка, что воля господина Боброва превыше желаний его слуги.

- Надеюсь, ритуал переноса прошел удачно?

Ещё бы он прошел неудачно – посол же здесь сидит, живой. Тем не менее, этикет предписывал перед началом переговоров минут десять-пятнадцать обмениваться различными вежливыми фразами, выражающими беспокойство о собеседнике. Вот мы и играли в раздражавшую обоих словесную игру. Впрочем, польза от неё есть.

Возраст, помимо старческого слабоумия, даёт опыт, а с опытом приходит выдержка. Беседа ничуть не мешала размышлять о том, зачем Фридрих-Вильгельм приперся. Мы же всё месяц назад обговорили, дополнительное соглашение к договору заключили, он, гад, у меня скидку выбил. Так с какой стати он снова заявился и тратит моё время, вынуждая обсуждать погоду, перспективы урожая зерновых и мудрость нынешнего правителя (как, кстати, его зовут? А, неважно)?

Человек он занятый и неглупый. Понимает, что на данный момент получил от нас максимум возможного, больше мы не дадим. Может быть, он пытается надавить, считает, что у нас безвыходное положение, и никуда мы от Бобровых не денемся? Тогда понятно, откуда эти многочисленные намеки на волю господина, Рогал вполне мог приказать ему вернуться, наплевав на мнение переговорщика. Или второй вариант: Бобровы наконец-то вляпались по-крупному и сейчас находятся в цейтноте, им нужна поддержка любой ценой. Оба эти предположения объясняют, почему на переговоры пришел не глава клана – или он демонстрирует собственную значимость, или у него сейчас других проблем полно.

Есть для нас разница? Никакой. От слишком много возомнившего о себе партнера надо избавляться, а в чужую войну – с какой ещё стати срочно менять условия контракта? – мы влезать не станем. Не те у нас отношения.

Значит, решено. С Бобровыми мы расстаемся.

- На самом деле, господин Бобров, ваш визит очень удачен, - пора переводить решение в практическую плоскость. – Совет старейшин как раз закончил обсуждать итоги нашего двадцатилетнего сотрудничества. Так что если бы вы не приехали, то нам пришлось бы самим вызывать представителя вашего уважаемого рода.

- Да? – лицо он удержал, но эмпатия доложила о возросшем напряжении. – Любопытно. Для чего же, владыка?

- Сообщить о разрыве контракта. Вы слишком дорого нам обходитесь.

Чашка чая в руке посла чуть дрогнула, и он поставил её на стол.

- Не могли бы вы пояснить свою мысль, владыка? Боюсь, что прозвучавшие слова абсолютно неожиданны для меня, я… Я не понимаю причин вашего решения!

- За последний год погибло пятеро наших воинов. Сильных, опытных, одних из лучших. Для моего народа, предпочитающего пути Мягкой Лапы и Любопытного Носа, гибель такого количества боевиков можно назвать событием неординарным. Люди не воюют, внешнего вторжения в лепесток нет, природных катаклизмов тоже. Воины погибли исключительно по вине контракторов, призывавших их для участия в мелких приграничных конфликтах клана Бобровых с соседями. Мы не можем себе позволить такие потери.

- Но, владыка, позволю себе заметить, что избравший путь меча должен быть готов к смерти в бою! И…

- Господин посол, я знаю всё, что вы можете мне сказать по данному поводу, - в голосе невольно прорвалось усталое недовольство. – Но дело в том, что это для вас они – бойцы, а для меня – потомки. Отношение разное, понимаете? Они росли на моих глазах, я знал каждого по имени, и я не хочу, чтобы вслед за ними на тот свет уходили другие. Поэтому я гляжу на то, как множится число конфликтов с участием вашего клана, понимаю, что останавливаться вы не собираетесь, и абсолютно точно не намерен в этом идиотизме участвовать.

Фридрих-Вильгельм облизнул пересохшие губы.

- Возможно, после консультаций с моим господином я смогу привести аргументы, способные изменить ваше решение, владыка?

- Не сможете, господин посол, - вздохнул я, поднимаясь с пуфика. – Поверьте существу в сорок раз старше вашего. Количество переходит в качество, клан Бобровых раздразнил слишком многих влиятельных игроков. Вы втянете нас в ненужную и совершенно бессмысленную войну. Прощайте, Фридрих-Вильгельм. Желаю вам выжить.

К тому времени, как я вернулся во дворец (на самом деле – обычный большой дом, просто народ тешит чсв тем, что у них правитель во дворце живет), про посла я уже забыл. Да, разрыв договора больно ударит по Бобровым; да, Фридрих-Вильгельм мне чем-то симпатичен. И что с того? У меня есть, о ком заботиться.

- Ручеек! – очень удачно навстречу попалась вторая моя как бы секретарша. – Собирай Совет, будем думу думать.

- Ага, - кивнула девчушка, преданно поедая меня взглядом. – То есть поняла, всё сделаю. А когда?

- Да они, вроде, все в городе, - прикинул я. – Давай через два часа.

Так-то при рождении её назвали Белянкой, но голос звонкий, словно ручей бежит, и петь любит. Вот и прилипло.

Пока старейшины собираются, самое время подумать, что делать дальше. Запас энергии на первое время есть, сразу глупеть не начнем, кроме того, лучшие исполнители с индивидуальными контрактами от регресса застрахованы. Когда с Огневыми разошлись, на скудном пайке девять лет сидели. Сложное было время, но выстояли, продержались.

Как всегда, вспомнив Огневых, поморщился. Сколько лет прошло, а до сих пор не знаю, правильно ли тогда поступил. Мы не захотели участвовать в гражданской войне, в которой не было правой стороны, и ушли. Наши извечные партнеры и конкуренты вороны остались и, вроде бы, сейчас у них всё хорошо. Кто знает, что стало бы, останься мы? Может, и битвы в долине Столпов не случилось бы, и Мстислав был бы жив.

Восемьсот лет вместе, и так глупо закончилось.

Мысли не мешали заниматься делом. Мой кабинет располагался на втором этаже, все важные документы хранились там, в зачарованном сейфе. Воровать тут некому, но могут залезть из любопытства и набедокурить. Вытащив свиток договора, задумчиво подкинул его в руке, примеряясь, после чего меланхолично провел по тексту сверху вниз пальцем с отросшим когтем. Договор полыхнул, теряя энергию, превращаясь в обычную бумагу. Подобные документы зачаровываются, уничтожить их сложно, однако у создателя вещи всегда есть привилегия.

Где найти замену, чья энергия нам подходит? Важевские утратили алтарь, из некогда могучего клана остался десяток стариков и детей. Рачеевы проживают в Осеннем Царстве, в котором слишком много кланов, тесно связанных с нашими врагами, волками и змеями. Бойкие уже связаны с куницами, два народа они не потянут. Кто там ещё?

Перебрав десяток оставшихся кандидатов, пришел к неутешительному выводу. Хороших нет, есть парочка приемлемых, вот с ними и надо работать.

Выглянул в окошко. Как всегда, перед собраниями Совета на площади возле дворца крутилась стайка вездесущих мальчишек. Ну, судя по отметкам в общем зале, все собрались, так что пора спускаться и начинать.

В Совет нашего Народа входит пятеро старейшин, не считая вашего покорного слуги. Игорь, глава охотников, Ждан, которого условно можно назвать верховным магом, главврач госпиталя Татьяна, начальник стражи Острозуб и моя «верховный визирь» Дарина. Не знаю, что бы я без Дариночки делал, наверное, крышей бы поехал окончательно. А так – ничего, держусь! Вроде бы.

Зайди сейчас в зал какой-нибудь чиновник из людей – решил бы, что мы собрались на пирушку. Советники развалились на диванчиках и вовсю чесали языками, поприветствовав обожаемого лидера, то есть меня, кивками, помахиванием рук и хвостов, громкими возгласами и тому подобными невразумительными жестами или звуками. Не прижился в племени строгий этикет. Живем долго, все друг другу родственники, я неформальное общение поощряю, как следствие со стороны мы выглядим натуральными поклонниками хаоса и матерыми нигилистами. Мнение ошибочное, но сложившаяся репутация слишком удобна, чтобы её менять.

Разговоры прекратились, стоило мне усесться на свое место, единственным звуком осталось еле слышимое гудение силового поля, отсекшего зал от остального мира. Мы, конечно, местами анархисты, но выносим на всеобщее обсуждение далеко не всё.

- Итак, мы расстались с Бобровыми, - озвучил я общеизвестное. Уверен, сплетня уже разлетелась по округе. – Мы долго к этому шли, аргументы за и против вы знаете, поэтому повторятся не буду. Поговорим о будущем. У кого какие идеи?

- Мне всё-таки хотелось бы знать, почему такая резкая смена позиции, - заметила Дарина. – На прошлом собрании ты нас убеждал, что придется терпеть, пока не найдем более приятного варианта.

- Прошлое собрание, как ты помнишь, состоялось месяц назад, и тогда у меня была надежда, что у наших партнеров всё-таки есть мозги. Но сегодня они снова хотели изменить договор, - старейшины дружно зафыркали. – Я даже не стал слушать, в какую сторону. Нам в любом случае не по пути. Что, впрочем, не отменяет необходимости найти источник энергии. Так я жду предложений.

- Тот парень с Восточного континента выглядит многообещающим, - высказался Игорь. – Предложить ему задание в обмен на полноценную учебу?

- Давай, - одобрил я. – И мне в принципе не нравится, что мы так мало знаем про восточников. Заключите контракт с Черной Лигой на сбор сведений, пусть они облегчат нам работу. Сейчас не время жалеть деньги.

- Тогда прошу выделить средства на закупку амуниции у крабов, - подал голос Острозуб. – Змеи самое позднее через две недели пожалуют.

- Мне тоже много чего надо.

- И мне!

Народ оживился, поняв, что настало время дербанить казну. Одна Дарина сидела кислая. Что поделать, милая, Острозуб совершенно прав – о разрыве договора вскоре узнают, если уже не узнали, наши враги. Волкам прямо сейчас не до нас, лисы впрямую не полезут (хотя могут попробовать кого-то натравить), зато змеи обязательно устроят пару стычек. Им как раз пора молодняк в деле проверить.

Поэтому сейчас мы начнём тратить жирок, нагулянный в тучные годы. Закупать оружие, защиту, сенсорные системы, информацию о соседях, платить наёмникам и расширять госпиталь. Платить золотом, чтобы не платить кровью. Впрочем, энтузиазм следует слегка притушить.

- Списки подавайте сразу мне, я просмотрю и отдам Дарине, - та скривилась ещё сильнее. – Только имей в виду, Ждан: укреплять пограничную полосу и малые поселки будут Всеволод с Лохматкой. Ты отправляешься к людям.

- Да? – удивился колдун. – И зачем?

- Пообщаешься с Важевскими. Я хочу знать, насколько реально восстановить их алтарь и что они предложат за помощь. Игорь, тебе та же задача – выяснить, насколько там всё плохо. Про Важевских забыли или планируют добить? Где-то через пару месяцев мы должны четко понимать, имеет ли смысл связываться.

- Старший, так может мне поговорить с настоятелем Рудольфом? – нерешительно предложила Татьяна.

- Нет. Не настолько мы отчаялись.

Младшие расы не заключают договоров с храмами. Хомяки в свое время заключили, и где теперь хомяки? Вернее, что они теперь такое?

В целом, мне понравилось, как советники отреагировали на новости. С достоинством. Ситуацию здорово облегчил тот факт, что вопрос разрыва контракта поднимался уже не раз, и только моя паранойя мешала сделать это раньше. Был в нашей истории момент, когда Народ остался вообще без источников энергии, не хочу повторения того ужаса. Сейчас, конечно, полегче за счет наличия накопителей и подпитки от индивидуалов, плюс возможные варианты выхода нарисовались.

Тем не менее, определенные меры стоит принять уже сейчас. Решили наложить временный запрет на зачатие детей, чтобы снизить возможное количество потребителей энергии. Магам под моим и Ждана руководством предстоит чертова куча работы по настройке стазисных камер, куда улягутся те, кого регресс всё-таки затронет. Подписал разрешение на два новых личных контракта – в былые времена мы бы ещё потянули, проверяя кандидатов, но сейчас берем всех. Много чего придумали, если честно.

Давно бы разошлись, если бы я не медлил.

- Последний вопрос, - я кинул взгляд в окно, на угасающее небо. – Кто из наших работает в Триединстве?

Повисло неловкое молчание, затем откашлялся Ждан.

- Старший, ты же сам запретил туда соваться и приказал новых контрактов не заключать.

- В наш алтарь входит девяносто четыре связи, а персональных договоров я насчитал всего девяносто три. Значит, кто-то заключил контракт, который я не одобрю. Не одобрить я могу много чего, но раз вы нарушителя покрываете, значит, вопрос связан с Триединством. Итак?

- Это я разрешил, - подал голос Игорь. – Я хотел отслеживать ситуацию в Гильдии, а тут подвернулся очень удачный вариант. В клан не входит.

- Я не стану никого наказывать, Игорь. Не в данном случае.

- Бесследный, - сдался главный охотник. – Он сейчас на границе, патрулирует.

- Отзови его, я хочу с ним поговорить.

Старейшины запереглядывались, явно испытывая неловкость. Тема болезненная. Восемьдесят лет назад произошло много разного, чего сейчас вспоминать не хотелось. А надо – та история ещё долго будет пускать круги по воде.

Дарина слегка прижала уши, сгорбилась и всё-таки спросила:

- Мы возвращаемся к союзу с Огневыми, старший?

- Не знаю.

Особы возвышенные, склонные к поэзии и аллегориям, в незапамятные времена добрались до физики пространства, и с тех пор наш мир изображается в виде цветка с бесчисленным количеством лепестков. Под чашечкой подразумевают основной мир, по современным представлениям, бесконечный и незыблемый, ну а лепестками считаются крошечные мирки-сателлиты со слегка отличающимися природными данными. Из основы через систему микроканалов поступают воздух, свет и, реже, твердая материя, обратно лепестки отдают энергию, поток которой приходит откуда-то извне.

Наш лепесток имеет семь зон перехода. Главная связана с миром людей, ещё две ведут в места, где жизнь в привычном понимании невозможна (в одном царит вакуум, в другом число измерений явно больше стандартного), через четыре оставшиеся можно наведаться к соседям. К другим племенам разумных Народов. И если с крабами и енотами у нас прочный союз, то вот со змеями и волками отношения не сложились.

У змей своя мораль, беспощадная и жестокая. Каждый год самки откладывают десятки и даже сотни яиц, из которых вылупляются маленькие змейки. За ними никто не присматривает – змеи считают, что после того, как детёныш выбрался из яйца, в защите он не нуждается. Больше всего молодняка скапливается весной, и, чтобы уберечь ресурсы своей родины от уничтожения, взрослые организовывают набег на соседей. На нас, или на варанов, куниц или кого-то ещё. Логика тут простая: удачный набег принесет добычу и позволит пережить год, неудачный уменьшит число едоков. Удачных, к слову, давно не случалось.

С волками другая история. Ожесточенность наших стычек нарастала постепенно, причем мне до сих пор неясно, чего Теодор, предводитель серого Народа, добивался. Хотел доминировать над окрестными племенами? Как бы то ни было, во время одной из схваток я оторвал ему голову, чего волки вряд ли забудут. Мир между нами в обозримом будущем невозможен.

Набег змей – дело привычное, отобьёмся. Погранцы к нему давно готовы, то-то у Острозуба такие глаза удивленные были, когда я заявку подписал. Ещё бы не подписать. Все эти доспехи, очищающие маски, атакующие артефакты предназначены на тот случай, если волки вдруг захотят реванша. Может, ударить первыми? Провокации случаются часто, вот и врезать в ответ на одну из?

Потери будут большими. Как боевики волки хороши, этого у них не отнять. Нет, лучше усилить патрули и приказать Татьяне изготовить кое-какие специфические составы. Дорогие, конечно, зато их применения точно не ждут. Мы многому научились у змей, пришла пора пустить изученное в ход.

Ситуацию ещё нельзя назвать критической. Племя живет в привычном режиме, не надрываясь: старейшины знают, что делать, их подчиненные получают понятные четкие приказы, старики поругивают молодежь, дети играют в «воинов и магов» или охоту, один я сижу без внятной цели. Ну, это временно, надо думать.

- Не стой у двери, Бесследный. Входи.

Полупрозрачные занавеси из тончайшей кисеи даже не покачнулись, когда один из лучших разведчиков Народа просочился в комнату. Короткий уважительный поклон.

- Глава.

Лицо держит, запах контролирует, хвост не дергается, но ментальная сфера чуть подрагивает в ожидании разноса. Понимает, что нарушил приказ, пусть формально и чист.

- Присаживайся, разговор будет долгим, - кивнул я на диванчик. – Игорь сказал тебе, что я хочу знать?

- Он сказал, речь пойдет об Огневых.

- Верно. Но для начала я хочу услышать, как произошло, что ты стал контрактором мага из Триединства. Кто он?

- Иван Головлев, глава. Я в свое время был связан с Браном Красным, это его правнук.

- Почему фамилия другая?

- Внучка Брана родилась с мутацией золотого тела, в клане её не любили, как и всех слабосилков. Поэтому сплавили замуж при первой же возможности. Про её мужа знаю мало, он был из мелкого клана магов, погиб в последней войне. За Иваном присматривал Ветер, сын Брана, учил, чему мог. Мы однажды с Ветром пересеклись на задании, поговорили, ну он мне и рассказал, мол, так и так, у племянника энергетика подходящая, не заключишь ли договор. Я подумал – раз он к клану не принадлежит, то почему бы и нет? Надо ведь знать, что в Триединстве происходит.

- Будто бы мы не знаем. Потенциал у Ивана хороший?

- Не особо, глава. В лучшем случае – старший круг.

- С родней по материнской линии отношения поддерживает?

- Только с Эгилем, сыном Ветра. Остальные его не любят.

- Причина?

- Да в клане последние лет тридцать слабосилков считают дурной кровью и вспоминать не хотят! Раньше их хотя бы в младшей ветви оставляли, а теперь дают другую фамилию и выпихивают за порог. Обычно пристраивают в других городах, немного деньгами помогают, но не всегда.

Чем больше я слушал, тем меньше мне нравилась ситуация. Со стороны плохо видно, какие процессы идут внутри клана Огневых, внешне же они с каждым поколением всё сильнее отдалялись от других магов. Нет, то, что они считали себя лучшими, объяснимо. В чем-то даже правильно и соответствует действительности. Только зачем же тыкать своим превосходством под нос окружающим? Задирать их, требовать запредельных привилегий? Судя по косвенным признакам, старшая ветвь угнетает младшую, жен и мужей со стороны берут неохотно, зато часто выпихивают тех, кто не укладывается в стандарты.

Надо самому смотреть. Как-то с трудом верится.

Отобьёмся от змей, и под прикрытием пойду в людской мир. Скажу Игорю, чтобы готовил мне легенду исходя из того, что в Триединстве я проведу не менее месяца. Послушаю разговоры на улицах, поговорю с магами и простецами, обзаведусь, так сказать, личными впечатлениями. И тогда уже буду решать, что делать дальше. И стоит ли делать что-то вообще.

Глава 1

Кто бы ни прокладывал эту дорогу, он умел видеть прекрасное. И ценить его.

Долина, в которой стояло Триединство, с холма открывалась взгляду, словно протянутый на открытой ладони резной костяной замок. Красивый, изящный, белоснежный. Проходи, дорогой гость, смотри на чудо, восхищайся, видишь, ничего от тебя не скрывают. Каменная стена казалась символической оградой, созданной искусным мастером не столько для задержки вора, сколько для услады глаз хозяйки. Высокие шпили дворца главы Гильдии сияли мягким светом, издалека видимые путнику и, словно маяк, привлекая внимание, зовя подойти поближе, поглазеть, раскрыв рот от удивления. С высоты можно разглядеть монументальную пирамиду архивов, утопающий в зелени корпус целителей, занимающие едва ли не четверть видимого пространства полигоны Академии…

Знающие люди больше интересовались основной частью города, укрытой от нескромного взгляда. Триединство расположено в двух долинах, соединенных километровой ширины проходом, и если войти в первую может практически любой, то вторая закрыта для посещения. Там живут кланы. Первая, фасадная, предназначена для гостей, приезжающих в Триединство по различным делам, в ней расположены гостиницы, лавки, увеселительные заведения, здесь же живут бесклановые члены Гильдии и многочисленная обслуга. От внутренней части города она отгорожена стенами и широкой цепочкой полигонов, появляться на которых посторонним запрещено. Впрочем, ничего серьёзного на них не тренируют, они предназначены для занятий магов не выше второго ранга начального круга. Так что если кто и подсмотрит, то не страшно – пусть смотрят, лишняя реклама не повредит.

Иное дело, если любопытный захочет пройти вглубь. Тут уж как повезет, смотря на кого напорешься. Патруль внутренней стражи может вежливо развернуть заплутавшего, с извинениями уведомив о нахождении в закрытой зоне. Дозорные кланов разговаривать не станут – потому что в такой близи от их владений о случайности речь не идет. От жесткого знакомства с клановыми дознавателями (с последующим знакомством с дознавателями гильдейскими) спасет только наличие оформленного по всем правилам пропуска, выдают который после долгой и тщательной проверки.

В город я въехал под своей любимой личиной чернодольского витязя. Нравятся мне эти люди – спокойные, в меру гордые, не чурающиеся труда и с уважением относящиеся к чужим обычаям. Их земля бедна, поэтому витязей можно встретить по всему континенту, они нанимаются для выполнения самой разной работы. Не обязательно воинской.

Стража в воротах пошлины не взяла, зато проверила паспорт и зафиксировала образец энергии. Молодой маг с отметками среднего круга на рукавах подтвердил, что гостиница «Синий Лебедь» действительно так хороша, как о ней рассказывают, и даже расщедрился на светлячка-провожатого. Мелочь для него и лишний плюсик к репутации в глазах клиента.

Красивый город. Нет, действительно красивый. Его дважды сжигали, демоны буйствовали, однажды сюда змеиный молодняк выпихнули, но каждый раз жители восстанавливали Триединство заново. Таким, каким его создал гений Слепого Вестника, величайшего архитектора, никогда не видевшего света. Про него говорили, что богиня Лаль поцеловала его при рождении, и с тех пор слабенький мажонок из нищего клана видел не как простые смертные, стремясь воплотить в зданиях высшую красоту.

У него получилось.

- У вас удивительно широкие улицы, - завязал я разговор со служкой. – Такие только в столице найдутся, в центральной части.

Закинув вещи в номер, я спустился вниз перекусить и просто поболтать. Завтрак уже прошел, до обеда часа полтора, поэтому других посетителей не было, и словоохотливый парнишка с удовольствием поддержал беседу.

- Так ведь у нас, уважаемый гость, город сразу по общему плану строился! Другие-то постепенно прирастали, дом за домом, а у нас как Всеволод Мокшин городское уложение принял, так по нему и живем!

- И улицы, я смотрю, чистые.

- Это обязанность хозяина – смотреть, чтобы тротуар перед его двором был чистый. Можно самому убирать, можно за деньгу малую с управой договориться, чтобы дворников присылали. В основном договариваются, сами убирают только самые жадные! Ну, или бедняки в Трущобах.

- Неужели и здесь трущобы есть?

- Есть, как не быть! Там-то всякая сволота и живет! Уж их стража гоняет-гоняет, а только никуда эта шелупонь не денется!

Болтал он с удовольствием, его только нужно было периодически поощрять короткими наводящими вопросами. Городом пацан явно гордился, хвастался напропалую, расхваливал магов и их мощь, восторгался нынешним главой Гильдии, Смеяном Лапиным. Что характерно, при упоминании клановых он непроизвольно понижал голос.

Когда Огневы, Мокшины и Ревские создавали Триединство, они руководствовались голым прагматизмом. Им просто надоело, что центральная власть в лице великого князя регулярно стравливает их между собой, они от междоусобиц несли больше потерь, чем от конфликтов с внешними врагами. В тот момент кланам повезло – погибли наиболее непримиримые вожди, а недавно вступивший на престол молодой князь упустил ситуацию. Так появилась Гильдия Магов Турьей Земли. С тех пор много чего произошло, у Гильдии были свои взлеты и падения, её филиалы расползлись по всему княжеству. Однако Триединство до сих пор остается столицей и домом для кланов. Как для первых трех, так и для остальных, присоединившихся к договору позже.

После перекуса, слегка отдохнув, я поднялся обратно в номер, где зарылся в папку с документами. Бумаги хранились в печати-татуировке, это очень удобная вещь, популярная у путешественников. У меня на руке стоит на первый взгляд обычная, средней стоимости, хотя есть и дорогие, в которых даже живых существ можно протаскивать. Но откуда у простого витязя печать ценой в десятки тысяч золотых?

Управление услуг – далеко не единственное здание в Триединстве, где заключаются договоры с частными лицами и принимается оплата, но крупнейшее среди них. Рядовой гражданин Турьей Земли в первую очередь идёт сюда. Мне потребовалось минут двадцать, чтобы добраться от гостиницы до управления, и надо сказать, прогулка вышла полезной. Хотя бы в плане того, чтобы оценить многообразие людей, приезжающих в город.

Основными заказчиками услуг Гильдии традиционно выступают купцы всех мастей, от контролирующих целые державы торговых домов до мелких торгашей-коробейников. Тем не менее, на улицах встречались и паланкины аристократов, и богатые крестьяне, по пути увидел даже несколько групп владетелей. По внешности – полное разнообразие, хотя преобладают жители Турьей Земли.

Попав внутрь здания, первым делом я подошёл к служке, одетому в форменный красный камзол молодому парню.

- Здравствуйте. Не подскажете, к кому мне обратиться по поводу найма?

- Конечно, для того я и здесь, - поклонился служка. – Найм какого рода вас интересует?

- Вообще-то говоря, их несколько, - сделал я вид, будто призадумался. – Охрана, сопровождение обоза, ещё нам лекарь в поместье нужен…

- В таком случае, сначала вам стоит подойти к дежурному регистратору, а тот уже вас направит в конкретный отдел, если сам не сможет разобраться. Прошу, - в его руках затрепетала крылышками сияющая синим светом бабочка, - она проводит вас к нужному месту.

- Спасибо!

Бабочка, вернее, локальный психоконструкт, являлась частью общей системы, пронизывающей здание, призванной обеспечить наиболее удобное взаимодействие клиентов и исполнителей. Нечто вроде талончика с номером в очереди, направлявшего посетителя в свободное окошко. Она привела меня к в кабинет, где сидел ещё один мужчина в форме, только возрастом постарше и с менее развитой энергетикой. Явно неклановый.

При моём появлении он, не вставая с места, поклонился. Весьма своеобразный тут этикет, как я погляжу.

- Здравствуйте, господин. Моё имя Андрей Соломин. Чем Гильдия может вам помочь?

Интерес в его голосе не чувствовался совершенно. Через него ежедневно проходят десятки клиентов с однообразными запросами, так что ничего новенького он не ждал и, откровенно говоря, правильно делал.

- Меня зовут Ставр из Балок, я служу владетелю Олегу Вышинскому, - не спрашивая разрешения, я присел на стоящий перед столом стул. Извлек документы из печати. - Хотелось бы обсудить с вами наём нескольких команд.

- Конечно, слушаю вас внимательно.

- Первое. Охрана медной шахты. Рядом с ней небольшой темный лес, оттуда иногда вылезают чудовища, не выше второго ранга, поэтому нужен постоянный пост. Срок – год…

Ставр из Балок действительно существовал и действительно служил владетелю Вышинскому. У Народа выстроена неплохая шпионская сеть среди людей, под прикрытием одного из элементов которой мне удалось проникнуть в Триединство. Может, потом Ставр исчезнет, может, продолжит служить владетелю, не знаю, это будет Игорь решать. В любом случае, сейчас отыгрываемая маска честного служаки требовала тщательного, ответственного выполнения поручения господина, поэтому я подробно обсудил заключаемые в Гильдией договоры. Охрану шахты, чем станет заниматься стандартная команда из одного мага среднего круга и двух-трех младшего. Сопровождение обоза в ближайший крупный город, куда повезут собранные в конце осени редкие и дорогостоящие лечебные травы. Наём конкретной команды со знакомым командиром для охраны поместья, за что пришлось доплатить лишние десять процентов.

Ещё Вышинскому требовался лекарь. В данном случае слегка вымотанный клерк, с голодным видом поглядывавший на часы, посоветовал напрямую обратиться в госпиталь, потому что я не мог точно сказать, какой специалист нужен. Дескать, там и диагноз посмотрят, и подскажут, и бумаги сразу оформят. Так как его предложение полностью соответствовало моим планам, я, разумеется, согласился.

За подписанными документами следовало зайти через три дня. Если вдруг по какой-либо причине договор согласование не пройдёт, Гильдия пришлет уведомление в гостиницу, в которой я остановился. В ответ на предложение не утруждаться, потому что мне в любом случае предстоит пробыть в Триединстве самое меньшее пару недель, регистратор только покачал головой и сказал, что порядок есть порядок. Правильный настрой.

Покинув здание управления, я покосился на солнце и, немного попетляв по улочкам, зашел в приглянувшуюся кафешку. Время обеденное, а после долгого обсуждения договоров желание подкрепиться естественно. Здесь, в Триединстве, очень много всяких едален, на любой вкус и кошелек, даже совершенно экзотические кухни представлены. Можно встретить жареных осьминогов, продающихся в ярко размалеванных кафешках выходцев из стран дальнего востока; степенные пузатые усачи важно подают посетителям огромные мясные пирожки с крепким сладким чаем; пафосно выглядящий ресторан предлагает настоящие шедевры, радующие глаз и нёбо, но совершенно микроскопическими порциями. Люди победнее не стесняются перекусывать на улице, прямо на ходу или под простыми навесами, на грубо сколоченных лавках. Заведение, в которое вошёл я, выглядело чем-то средним – не богатое, не бедное, чистое, но не роскошное. Самое то для привыкшего считать деньги витязя.

Нужный мне человек уже находился внутри, я чувствовал идущую от него нить контракта. Пароли, иные методы опознания? Они не нужны. Достаточно просто потянуть на себя невидимую связь, чтобы сидевший у окна маг закрутил головой, выискивая источник зова.

- Здравствуйте, - я с легким кряхтением устроился на лавке напротив молодого парня с узким, породистым лицом и помахал рукой, подзывая официанта. – Давно ждете?

- Не особо, - ответил тот, глядя на меня с легкой настороженностью.

- Я немного задержался из-за борьбы с вашей бюрократией, - пришлось пояснить, попутно быстро проглядывая простенькое меню в поисках чего-нибудь приличного. – Понятно, что Гильдия хочет обезопасить себя от возможных исков, поэтому прописывает удобные для себя требования. Вот только очень уж они однобокие. Так! Давайте вот это мясо с рисом, красный чай и плюшку на ваш выбор.

- Ватрушку? – предложил официант.

- Пусть будет ватрушка. И меню оставьте, вдруг ещё чего захочу.

Подождав, пока взявший заказ паренек отойдёт, я окружил наш столик тоненьким барьером. Пробить его, конечно, плевое дело, но малейшее прикосновение заставит лопнуть всю структуру и незаметным не останется.

- Значит, вы и есть контрактор Бесследного?

- Вы не могли бы говорить тише? – Иван оглядел зал, особо пристально разглядывая сидящих поблизости людей.

- Нас не подслушивают. А даже если бы и подслушивали – на здоровье. Ничего особо тайного мы обсуждать не собираемся.

- Это вы так думаете. Сам факт того, что у меня есть связь с представителем вашего Народа, может доставить мне проблем.

- Не понял. В Гильдии же не запрещено иметь личные контракты? Или вы опасаетесь за Бесследного?

- Не в том дело, - помотал головой Иван. – Огневы ревностно следят за тем, чтобы призывы воронов, кошек и сов принадлежали только им. У всех, кто осмеливается заключить контракт в обход их разрешения, рано или поздно возникают серьёзные неприятности вплоть до летальных. От своих ведь наличие контракта скрыть сложно, рано или поздно слухи расходятся. А разрешения Огневы не дают практически никогда. О том, что я связан с Бесследным, известно только паре моих ближайших друзей и Эгилю Огневу, он меня и прикрывает.

Я даже не сразу нашёлся, что сказать. Понятно теперь, почему Бесследный не хотел ничего рассказывать и настойчиво утверждал, что надо слышать самому.

- Здорово. И давно так?

- Последние двадцать лет – точно, - прикинул парень. – Вроде бы клан изменился после гибели предыдущего главы, а тот погиб в самом конце позапрошлой войны с Маридой. Простите, как мне к вам обращаться?

- Александром зови, - задумчиво буркнул я. – На людях – Ставром.

- Вас назвали в честь главы?

- Вроде того. Знаешь, что? Давай-ка ты мне про клан расскажешь, словно я о нём ничего не знаю. Сколько, чего, с кем дружат, с кем враждуют, кто там главный, у кого влияния вовсе нет. С кем можно говорить, а кто – дебил полный. Про Эгиля тоже расскажи… Про всех, короче говоря.

Я, разумеется, мог бы вытянуть нужную информацию, причем парень даже не понял бы, что его по сути допрашивают. Только зачем? Пусть для начала выдаст всё, что сам захочет, а потом, уже имея базу, буду от неё отталкиваться. Похоже, мои знания о клане устарели, за прошедшее время Огневы сильно изменились.

Переход на неофициальный стиль общения Ивана расслабил; поначалу зажатый, постепенно парень разговорился. Попутно о себе рассказал, о своих отношениях с роднёй. Со стороны отца из старших родственников у него никого не осталось, по материнской линии ему помогал двоюродный дядя. Остальные Огневы с ним дела иметь не желали, хотя внешнее сходство лучше всякого анализа указывало на общую кровь. Иван был высоким, черноволосым, со склонной к загару кожей и длинными руками прирожденного мечника. Работать с оружием его и младших брата и сестру учила мать, пытавшаяся компенсировать мастерством плохое развитие золотого тела. Она, несмотря на то, что состоит в Гильдии, сейчас задания не берет, занимаясь воспитанием детей.

Надо бы с ней пообщаться, а то Иван привносил очень много личного в повествование. Чувствуется, чем-то ситуация его задевала. Впрочем, несмотря на эмоциональность, польза от него тоже была. Например, по его оценке, сейчас в клане Огневых состоит человек двести, хотя на момент разрыва нашего контракта численность превышала тысячу. Да, одних только войн случилось четыре штуки, но почему такие огромные потери? У Ревских и Мокшиных ситуация на порядок лучше. Причем лучше и количественно, и качественно – большую часть Огневых сейчас составляли маги среднего круга, старших среди них нашлось примерно десяток, зато по высшим сохранялся паритет, целых восемнадцать магов. Во всяком случае, по утверждению моего собеседника.

Информацию следовало проверить.

- С матерью твоей поговорить можно?

- Зачем? – напрягся Иван.

- Уверен, у неё в клане хотя бы одна подруга осталась.

- Нет у неё никого! Была тетя Карина, но что-то давно её не видно, не заходит в гости.

- Вот заодно и узнаю, почему не заходит, - логично указал я. – Одно дело, если по личным причинам, и совсем другое, если внутри клана какие-то события произошли. Не говоря уже о том, что женский взгляд на события отличен от мужского, они видят ситуацию не так, как мы. Короче, устрой нам встречу.

- Ладно, - вздохнул парень. – Вы здесь надолго?

- Посмотрю по обстоятельствам. Мне через месяц нужно домой возвращаться, не хотелось бы задерживаться.

- А, точно. Бесследный говорил, вам больше месяца в нашем мире находиться не стоит.

Для Бесследного срок безопасного пребывания в основном мире составляет полтора месяца, у младших или лентяев, не развивающих терпимость к местному воздуху, срок меньше, у кого-то – больше. Я полгода продержусь точно. В самом начале, когда из камеры вылез и с круглыми глазами в шоке ходил, первые симптомы отравления наступили на тридцать второй день.

- Мне сейчас в госпиталь зайти надо, - не стал я развивать тему. – Завтра в это же время сюда подойти сможешь? Желательно с матерью?

- Я спрошу у неё, - кивнул Иван. – Обычно она днём свободна, но, если не получится - вестника пошлю.

- Договорились. Тогда до завтра.

После разговора пришлось натянуть ментальную маску, так и шёл, излучая фальшивое спокойствие. Парень, конечно, где-то приукрасил, в чём-то соврал, но в целом говорил правду. И от того, что он верил в свои слова, становилось горше. Меня многое связывало с Огневыми. Мы веками шли вместе, помогая друг другу в тяжелую минуту, даже тот мой разрыв контракта можно назвать последней помощью, оказанной старому другу.

Не хотелось видеть, во что они превратились, потому что чувствовал – будет больно. А разбираться надо.

Кстати, уже второй день в Триединстве, но ни одного из Огневых на улицах не видно. Странно как-то. Пусть их мало, хотя бы посещать общую часть по делам они должны. Не сидят же всё время в клановом квартале? Тогда они уникальны, потому что маги с клановой символикой на одежде встречаются постоянно. Пряхин с лавочником лениво торгуется, компания из Собакиных и Верди что-то горячо обсуждает прямо посреди дороги, Ревских парочку видел, Мокшин с какой-то дамой в ста шагах впереди идёт… От последнего следует держаться подальше, их призыв может меня учуять. Кота под маскировкой, не меня конкретно.

Глава 2

На картах Триединство обозначается просто «штаб-квартирой Гильдии Магов», без указания статуса города или деревни. Для него отдельный значок в виде трезубой коронки картографы придумали. В названии всё верно, то есть и штаб-квартира, и Гильдия, затык в последнем слове. Создатели изначально собирались назвать Гильдию воинской, да и сейчас некоторые её так зовут. Кланы-основатели по факту являлись наёмниками, щедро оплачиваемыми и далеко известными, менять способ заработка они не планировали.

Жизнь показала, что, имея серьёзную «крышу», мирным трудом тоже можно прилично зарабатывать. Состоящая из магов организация берется за любую работу. Стройка, от обычного дома до гигантской плотины? Пожалуйста. Аудит предприятия? Найдут подходящих специалистов. Дочка считает себя недостаточно красивой? Пластические хирурги Триединства считаются лучшими по всей ойкумене. В мирное время иллюзионисты работают фокусниками на представлениях в богатых домах и учителями в школах, боевики-природники занимаются озеленением садов, мастера работы с камнем становятся скульпторами и декораторами.

Только денежки плати – всё сделают.

В прежние времена Огневы славились как прекрасные стеклодувы. Их изделия считались эталоном вкуса, образцом для подражания, шедевром артефакторики. Аристократы не гнушались приезжать за тысячи верст, чтобы купить подарок, в будущем превращавшийся в родовую реликвию. То, что я видел сейчас… Ширпотреб.

- У них мастеров почти не осталось, господин, - продавец увидел выражение моего лица и посчитал нужным объяснить. – Многие полегли в двух последних войнах. Пройдитесь по Серебряной улице – там лавки богатые, найдёте, на что посмотреть. Правда, цены…

- Откуда у вас это?

- Их ученики сдают на реализацию. Ну, то есть они себя считают хорошими ремесленниками, чуть ли не мастерами, - криво усмехнулся пожилой мужчина. – Но я-то в Триединство приехал через десять лет после основания. Помню, что раньше было.

- Говорят, они огромные потери понесли?

- Особенно в последней войне. У них кровников очень много, за Огневыми специально охотились, да и сейчас охотятся.

Я прошелся по Серебряной, заглянул в тамошние магазины под предлогом поисков подарка для невесты сына владетеля. Да, есть на что посмотреть, некоторые вещи очень красивые и изящные. Правда, магическое наполнение подкачало – изготовивший предметы мастер обладал хорошим художественным вкусом, но как артефактор слабее привычного мне уровня.

Причем ещё одна странность. Я, естественно, разговаривал с людьми, стараясь раскрутить их на подробности, чтобы составить общую картину жизни клана в городе. В Триединстве ведь не только кланы живут, здесь и бесклановых магов много, и обычных людей полно, они составляют весомую долю населения. Неформально они серьёзно влияют на быт, на повседневную жизнь. Заметил общую черту – откровенничать насчет Огневых люди не хотят. Словно некий стопор стоит.

Про другие кланы, в том числе крупные, влиятельные, говорят намного охотнее.

В человеческом обществе кланы магов занимают особое место, они стоят слегка в стороне от привычной иерархии. Отсюда неизбежное напряжение в отношениях с верховной властью. Сильные кланы – внутренние неурядицы и шаткий трон, слабые или отсутствующие кланы – гарантированное завоевание соседями, не считая бедного внутреннего рынка артефактов и плохого качества ряда важных услуг, нагло ведущих себя гостей из «лепестков» и много чего ещё. Многочисленные попытки создать некую структуру или структуры, выполняющие схожие функции, раз за разом либо проваливались, либо просто не приводили к нужному результату. Хрестоматийным примером является земля Песчаных холмов, чей князь наверняка пожалел перед смертью о проведенных реформах. Основанная им Академия Магии оказалась настолько хороша, что её выпускники сумели объединиться и устроить государственный переворот, теперь у песочников фактически правят маги, сажая на престол удобных им правителей. Правда, число достигших высшего круга не превышает трех-четырех человек, и соседи не завоевали страну только потому, что овчинка не стоит выделки.

Бесклановых магов довольно много, но стать полноценной заменой клановым они не в состоянии. Мешает банальная евгеника. Если твои предки на протяжении столетий чаровали сами и сочетались браком с такими же магами или магичками, то вполне естественно, что организм изначально обладает лучшим золотым телом - тонкой, почти невидимой системой каналов и органов, пронизывающих обычную плоть, и позволяющую вырабатывать и использовать особый тип энергии. Точнее, вырабатывать, собирать и перерабатывать под индивидуальные стандарты. Чем лучше развито золотое тело, тем более сильные заклинания подвластны магу. А так как основной рост приходится на подростковый период, то с раннего детства встает вопрос методик развития, и тут кланы с их собираемой поколениями статистикой снова впереди.

Попытки создания методик, дающих бесклановым возможность если не встать рядом, то хотя бы приблизиться к клановым магам, предпринимаются постоянно, и в чём-то даже успешны. Они дороги, сложны, их авторы опутаны клятвами и находятся под пристальным надзором соответствующих ведомств, но – есть. Просто надо помнить, что, если у человека от рождения ноги парализованы, в первую сотню бегунов он даже после исцеления не войдёт. Поэтому в Гильдиях других стран, где мне доводилось бывать, часто можно встретить чародеев первого поколения, состоящих в младшем или даже в среднем круге, крайне редко кто-то достигает старшего (обычно туда вводят за храбрость или иные таланты) и никогда – высшего. Не думаю, что ситуация в Триединстве отличается.

Все попытки правителей создать альтернативу кланам оканчиваются ничем. Класс бьёт количество, даже сотня младших магов не одолеет одного высшего. Князьям ничего не остаётся, кроме как интриговать, поддерживая кланы в состоянии вечных междоусобиц, а в случае неудачи – терпеть и договариваться. Гений Павла Ревского в том и состоит, что он сумел заключить с верхушкой Турьей земли договор, устроивший обе стороны и настолько удачно разделивший сферы влияния между Гильдией и человеческими властями, что его до сих пор не пересмотрели, несмотря на бурные исторические перипетии.

Зато у бесклановых есть серьёзное преимущество – им проще понимать обычных людей.

Но и кланы тоже не равны между собой.

Есть старые, чьи генетические линии не прерывались столетиями – и молодые, только что получившие статус и признание. Численность великих кланов измеряется сотнями, иногда тысячами членов – рядом с ними существуют небольшие, буквально из пары магов, чудом балансирующие на грани исчезновения. «Старички», конечно же, в массе своей сильнее, потому что успели накопить и разработать заточенные конкретно под собственную базу методики обучения, боевые заклинания, установить крепкие связи с малыми Народами и сделать много чего ещё, тем самым здорово повышая боевое мастерство – и, следовательно, увеличивая шансы на выживание. Кланов, которые специализировались бы исключительно на мирных стезях магического искусства, нет. Вымерли.

Генетика берёт своё, в кланах рождаются дети, чей потенциал позволяет достичь, самое малое, среднего круга. В основном же речь идет о старшем, ну а элита презрительно кривит губы на всех, не способных оперировать заклятьями высшего круга. Речь, конечно же, не о новичках, только-только получивших алтарь и родовой символ. Однако даже в великих кланах, давно овеянных славой и не нуждающихся в доказательстве мощи своих представителей, иногда на свет появляются слабосилки. У кого-то золотое тело травмировано неудачными родами или ещё чем, у второго один из родителей принадлежал к другому клану, отсюда неудачное наложение геномов, третьи вовсе непонятно от чего страдают. Поступают с ними по-разному.

В большинстве случаев слабосилки служат своеобразным «обменным фондом», уходя в союзные кланы в качестве гарантов заключенных договоров или становясь супругами выделившихся бесклановых. Надо понимать – любой разумный глава и вменяемые старейшины стремятся заполучить как можно больше сильных магов, как путём воспитания, так и путём принятия со стороны. Ситуация, когда хорошо проявивший себя бесклановый через брак входит в клан и со временем занимает там не последнее место, является нормальной. При таком подходе слабосилки являются для клана ресурсом, не сказать, что самым ценным, но и совершенно точно не последним по значимости. Не говоря уж о том, что свою кровь маги берегут.

Тем удивительнее поведение Огневых. Если, конечно же, Иван не преувеличивал, рассказывая о политике избавления от слабых родичей.

Гильдия заслуженно гордится своим госпиталем. Вернее, всей медицинской службой, потому что центральный госпиталь является всего лишь наиболее известной частью мощной структуры, прославленной далеко за пределами государства. Созданная при основании Триединства организация оказалась настолько эффективна, что её копируют буквально все. Не слишком удачно.

Медицина в Гильдии очень условно делится на военную и гражданскую. Первая состоит из специалистов и «полевиков», приписанных к тем или иным командам магов. Вторая, в свою очередь, включает в себя секторальных врачей – нечто вроде участковых, работающих обычно в учреждениях – и контрактников. Вот последние-то мне и нужны. Это врачи, заключающие длительные, хорошо оплачиваемые договоры с владетелями или организациями, живущие в других селах-городах и зашибающие неплохую деньгу за свой труд. Уровень у них, по внутренним меркам Триединства, не высокий, но для внешних клиентов его более чем достаточно, поэтому услуги контрактников всегда пользуются спросом и персонала не хватает.

Повторюсь, деление условное. Имеющий склонность к медицине маг может походить в составе команды «полевиком», затем перейти в контрактники, лет за десять набраться практического опыта, заработать денег и вернуться в Триединство продолжать учебу, чтобы позднее стать специалистом. Причем в отставку он не выходит, продолжая числиться в активном резерве.

В госпиталь, в отдел администрации, занимающийся заключением договоров по найму врачей, я и направился. Для устойчивости легенды было бы полезно самому пройти обследование, но мне от приемного отделения следует держаться подальше - первый же врач, ответственно подошедший к своей работе, меня спалит. Я, конечно, хорош в маскировке, и крутизна моя немеряна, однако править организм на настолько глубоком уровне не научился.

Как и ожидалось, свободных врачей не нашлось.

- Что вы, господин, что вы! – экспрессивно замахал руками чиновник, одетый в светло-желтый форменный халат. – Все вакансии расписаны на год вперед! Целителей всегда не хватает, а в этом году совершенно ажиотажный спрос!

- А если подумать? – я пододвинул поближе к нему листок с требованиями, предъявляемыми к кандидатуре врача владетелем. Под листком совершенно случайно оказалась серебряная монета. – Неужели не существует каких-либо дополнительных учебных курсов или иных нестандартных путей?

Монета исчезла, словно по волшебству.

- Свободных целителей действительно нет, - деловито сообщил чинуша. – Однако, как раз сейчас проходят два экзамена. Во-первых, полевики переходят в общую вертикаль. Во-вторых, соискатели младшего круга сдают экзамены на низший ранг среднего. И там, и там отсев не меньше половины, но те, кто пройдут, через две недели получат диплом и будут соответствовать условиям вашего владетеля. Их, разумеется, тоже сразу расхватают, поэтому рекомендую заранее договориться с возможными кандидатами.

- Благодарю за совет, - слегка поклонился я. – Только как не оплошать? Вдруг я предложу целителю работу, а он на экзамене провалится?

- Да, это риск, - согласился абориген. – К членам экзаменационной комиссии подходить не советую – обвинят в шпионаже и попытке повлиять на результаты. Знаете, поговорите с мастером Меньшиным, он преподаёт в Медицинской Академии и наверняка помнит своих учеников. Сошлитесь на меня.

Получив визитку чиновника (чтобы Меньшин не подумал, будто к нему заявился кто-то посторонний) и упоминание, что мастер любит бренди сорта «Слезы и кровь» пятилетней выдержки, я отчалил. Надетая маска требовала отыгрыша. Наблюдения не чувствовалось, но если оно ведется, подозрений мои действия вызвать не должны. Человек статуса и положения Ставра из Балок без веской причины не пойдёт на нарушение закона, однако небольшой «благодарностью» полезного человечка оделит не задумываясь.

Сложись обстоятельства иначе, и я пришел бы в открытую. Может быть. Мой Народ никогда не объявлял войн Триединству и не участвовал в них на стороне его врагов, не считая помощи отдельным контракторам. В то же время, в городе живут влиятельные кланы, издавна состоящие в союзе с волками или лисицами, многие сильные маги любят заключать договоры со змеями, с которыми мы тоже во вражде. Так как отношения с Огневыми мы разорвали, и другой «крыши» в Триединстве у нас нет, вполне возможно, кое-кто попытался бы обменять мою голову на чужую благосклонность.

Правовой статус представителей Народов среди людей не определен. В каком-то смысле, у нас вообще нет статуса! Вернее, нет прав, и мы не входим в местную иерархию, оставаясь вне её в роли сказочно-фольклорных персонажей. Как следствие, слухи про нас сочиняют умопомрачительные. Каннибализм, похищения детей, предательства и тому подобное. Справедливости ради скажу, что некоторые личности действительно моральными качествами не блещут, как и некоторые Народы. Среди обитателей лепестков встречаются общины с в буквальном смысле людоедской моралью. У кошек репутация неплохая, нас считают надежными, слегка вздорными партнерами, причем этого мнения придерживаются и маги, и простой народ.

Идя по широким, ухоженным улочкам, я рассматривал встречных людей, непроизвольно прикидывая, кто из них мог бы стать контрактором кого-то из моих потомков. Многовековой опыт позволял улавливать следы исходящей от магов энергии и сразу проводить первичный анализ. Навскидку определил кандидатов десять. Довольно много для получасовой прогулки, или мне просто повезло? Если Огневы действительно выпихивают своих слабосилков на вольные хлеба, то их кровь течет во многих бесклановых магах, тем самым даруя нужное нам наследие. Я припомнил лица людей, показавшихся мне подходящими – большинство из них молодые, так что версия имеет право на жизнь.

Зря я запретил нашим появляться в Триединстве. В местной Гильдии слишком много потенциальных источников белой силы, чтобы иметь роскошь игнорировать данный регион. Индивидуальный договор даёт меньше энергии, чем связь с кланом, к тому же большая часть полученного идёт непосредственному исполнителю, но для нас сейчас любая кроха ценна. Похоже, пришла пора отменить старый запрет. Только выясню сначала, сколько правды в словах Головлева насчет действий Огневых против магов, заключивших контракты с их родовыми Народами. Если сведения окажутся правдой… Не Огневым решать, с кем мы работаем.

Встретиться с мастером Меньшиным в тот же день не получилось. В Академию меня не пустили – режимный объект, вход только по особым пропускам – зато удалось пообщаться с ним посредством артефакта внутренней связи. Я пригласил его поужинать вместе в приличном ресторанчике неподалеку, целитель отказался, сказав, что сегодня и завтра днём занят, но с удовольствием согласился пообщаться следующим вечером. Мне так даже лучше – больше времени на разговор с матерью Ивана. Кстати, как её зовут-то? Недоработка с моей стороны.

Таким образом, время до ночи оказалось свободным, и я решил прогуляться по городу. Раньше я, можно сказать, запрещал себе появляться в Триединстве – слишком много болезненных воспоминаний. Тем не менее, вскоре после основания под личиной торговца заглянул, покрутился, посмотрел на стройку. С тех пор, разумеется, всё изменилось, хотя общая планировка осталась прежней. Широкий главный проспект, стрелой идущий от основных ворот к зданию Совета, параллельные и перпендикулярные ему улицы образовывали сеть из кварталов, словно натянутую внутри городских стен. В центре располагались места поприличнее, ближе к краям стояли дома видом попроще, там селилась беднота. Трущобы, о которых упоминал служка, вероятно, находились снаружи стен, и туда я не пошел, чтобы не выбиваться из образа. Жаль, что не удалось их осмотреть – на начальном этапе осведомителей проще всего вербовать среди нищих. Они, конечно, важной информацией не владеют, но зачастую очень хорошо разбираются в раскладах между влиятельными группировками. Интересно, у Игоря есть здесь агентура? Впрочем, что я спрашиваю – конечно, есть. То, что мы прежде в Триединстве не действовали, не означает полного отсутствия наблюдения. Слишком влиятельны местные маги, последствия их действий отражаются по всему континенту. Пригляд, пусть и поверхностный, необходим.

Так, неспешно прогуливаясь, я потратил три часа. Красивый город, необычный и богатый. В отличие от подавляющего большинства других человеческих поселений, здесь проживает много магов, отсюда вытекает относительная дешевизна их услуг, чем с удовольствием пользуются местные жители из гражданских. Все вывески украшены мерцающими психоконструктами, дороги высочайшего качества и при нужде быстро ремонтируются, стены декоративных прудов (они же пожарные бассейны) укреплены трансформированной в каменные плиты землей. Довольно красиво, кстати, смотрится, внешне темный гранит напоминает.

Купив у уличного торговца стаканчик чая и лепешку с мясом, я присел на скамеечку, чтобы не жевать на ходу. Оказалось, удачно место выбрал, потому что, во-первых, на другой стороне улицы находились тренировочные полигоны для малолеток, отделенные от жилой части высокой кованой оградой. Тоже, кстати, показатель – металл стоит дорого, а тут его на забор пустили. Во-вторых, упомянутые малолетки, в том числе с неплохо развитым для своего возраста золотым телом, активно шныряли вокруг, иногда переговариваясь на довольно занятные темы.

- Лучик ногу сломал, его из дома не выпускают.

- Ага, слышал. Говорят, он с дерева неудачно спрыгнул.

- Он в дедовой мастерской сидит, жалуется, что провонял весь.

- Чем?

- Откуда ж мне знать? Мы артефакты не делаем, это Чешуйкины – известные мастера.

- Так ведь если он провонял, ты унюхать должен был. Ты же с ним встречался?

- Не вблизи, он в окошко кричал.

- Ааа…

Артефакторика не является строгой наукой, это своеобразный гибрид ремесла и искусства, довольно развитый и повсеместно представленный. В основном маги изготавливают низкоуровневые поделки, часто одноразовые, предназначенные для мирного использования, хотя в специализированных лавках для боевиков выбор тоже широкий. Хорошие, качественные вещи выходят из рук потомственных мастеров, тщательно хранящих свои секреты и не всегда готовых ими делиться даже с родственниками. Отсюда происходит слабый обмен знаниями и отсутствие школ, специалисты не желают терять надежный источник дохода.

Среди Народов лучшими артефакторами считаются крабы и мартышки. Мы, кошки, в данном вопросе середнячки, предпочитаем выменивать качественные вещи у крабов на всякий эксклюзив вроде сложносоставных ядов или редких материалов. Откуда яды? Ну так соседушки поставками обеспечивают, век бы их не видать. В силу того же соседства мы прекрасно разбираемся в противоядиях и в целом медики выше среднего уровня. О последнем среди людей известно, но в основном у нас сложилась репутация мастеров бесшумного проникновения, воровства и убийств.

А ещё мы, поголовно, являемся сенсорами. Можем подслушивать чужие разговоры, засекать присутствие живых существ на большом расстоянии, перестраивать зрение в широком диапазоне. Чтобы, например, оценить подготовку выпускных классов, сейчас занимающихся на открытых полигонах.

Принято считать по умолчанию, что наиболее полное образование юные маги получают в кланах, но тут, как всегда, есть нюансы. Смотря какой клан. Если он маленький, из трех-четырех человек, постоянно занятых добычей денег, или в нём стариков нет, или у взрослых нет таланта к преподаванию, то выгоднее отдать ребенка в учебное заведение, благо они в каждой стране существуют. Только надо помнить – чем качественнее обучение, тем выше стоимость и тщательнее отбор студентов. Чужаков, будущих конкурентов, никто готовить не станет.

В Триединстве существует несколько высших школ, где обучают в основном потомственных или детишек из мелких кланов, и Академия для элиты. Последняя является не столько учебным заведением, сколько площадкой для знакомств и общения. А вот бесклановых магов в первом поколении ждут в лучшем случае школы низкого уровня, разбросанные по провинциям. Выпускают оттуда недоучек, единицам из которых удаётся чего-то добиться в жизни. Хотя, конечно, смотря с чем сравнивать.

Итак, возвращаясь к наблюдаемым ученикам. Занятие группы из десяти человек проходило под руководством учителя и заключалось в отработке простенького психоконструкта, внешне похожего на струю пламени. Не могу не отметить два момента – дисциплину на уроке и смешанный состав группы. Ученики сначала по одному продемонстрировали конструкт, затем растянулись цепочкой и принялись под счет отрабатывать упражнение. Никто не филонил, не баловался, не пытался направить огонь в сторону товарища… Может, правильно Гильдию зовут воинской? Команды наставника исполнялись мгновенно и беспрекословно.

То, что половину группы составляют девочки, удивительно, но не слишком. Скорее всего, особые предметы им преподают дома, или разделение по полу происходит на других занятиях. Положение женщины в обществе – сложный вопрос. Оно сильно различается в зависимости от географии (континент большой, народов с самобытным укладом много), личного статуса и способностей. В Турьей земле по умолчанию патриархат, наследование происходит по отцовской линии, однако в кланах случаются исключения. Физиология оказывает влияние на развитие золотого тела, женщинам сложнее формировать психоконструкты высшего круга, зато они намного успешнее в иллюзиях и так называемых долгих чарах, например, связанных с созданием барьеров и пространственных карманов. Иными словами, в плане опасности они мужчинам не уступают. Поэтому никого не удивляет, если главой того или иного клана становится женщина, ну а следом за магами и обычные люди начинают задумываться о равенстве полов.

Интересно, сколько из этих детишек доживет хотя бы до тридцати?

Конфликты между владетелями происходят постоянно; особо крупные, между странами, случаются каждые пятнадцать-двадцать лет. Турья земля уже второй век спорит с соседним Осенним царством за гряду островов, они только перемирия подписывают, передышку сделают и заново мочить друг друга начинают. Маги, естественно, во всех случаях принимают активное участие. Старшие пытаются беречь молодняк, но поговорку про драконов и ящериц знают, поэтому в бою новичков стараются уничтожить в первую очередь. Клановые стараются пропихнуть своих чад поближе к родне или союзникам, наследников окружают собственной свитой, призванной защитить господина, но всё равно – смертность высокая.

У моего народа ситуация схожая. Несмотря на все усилия и предпринимаемые меры, впервые выпускаемые в людской мир подростки гибнут часто. А в последнее время ещё и Бобровы подгадили.

Глава 3

Красавицей Отраду Головлеву большинство людей не назвало бы, только чувствовалась в ней порода. Длинная череда предков, глядевших на окружающих сверху вниз и имевших на то основания.

- Благодарю за то, что согласились встретиться со мной, госпожа Отрада.

- Если бы не контракт с Бесследным, неизвестно, был бы мой сын сейчас жив, - она печально улыбнулась. – Как я могла отказать? С тех пор, как умер мой муж, Иван стал брать больше заказов, и не все из них пришлись ему по силам. Без помощи Бесследного он бы не справился.

- Ну, мама! - недовольно пробасил юноша.

- Так что я понимаю, насколько должна вашему народу, и буду рада хоть чем-то уменьшить долг, - не обратила она внимания на смущение сына. – Спрашивайте, господин Александр.

- Возможно, будет проще, если вы для начала расскажите, каким образом стали Головлевой, - предложил я. – Пожалуй, объясню, откуда интерес. После разрыва восьмидесятилетней давности мы не вмешивались в дела Огневых, общение свелось к редким встречам на нейтральной территории. Обе стороны конфликта тогда были не правы, поддержать одну из них было бы неправильно, а работать с обеими – невозможно. Тем не менее, с Огневыми нас связывало слишком многое, чтобы просто взять и отбросить прошлое. Мы решили попытаться восстановить эту связь. Однако стоило вопросу перейти в практическую плоскость, как и Бесследный, и другие источники принялись утверждать, что с кланом что-то не то. Много странностей в текущей политике, непонятное поведение во всех сферах.

Моё появление в Триединстве можно считать попыткой понять текущее состояние Огневых. Пока что - не слишком успешной. На данный момент очевидно одно: слухи верны, действия клана вызывают удивление. Помогите мне разобраться, госпожа Отрада.

- Конечно, - кивнула она. – Как я стала Головлевой? Довольно быстро. Меня выпихнули из клана, стоило Михаилу посвататься. То есть меня спросили, не возражаю ли я против брака, но создалось впечатление, что моё согласие ничего не значило. Ну или значило очень мало. Я не принадлежала к семье кого-то из старейшин, поэтому глава небольшого самостоятельного клана показался родне удачной кандидатурой.

- Почему вы согласились?

- Я хотела уйти от Огневых. В клане плохо относятся к детям, рожденным с мутациями золотого тела, так что жилось мне не сладко. Муж, разумеется, о моих проблемах знал, но мутация не передаётся по наследству.

- Это мнение медиков или так в клане говорят?

- Я проверялась в Госпитале. Врачи знают о ситуации в клане, пытаются с ней бороться, однако причина частого рождения слабосилков для них остаётся загадкой.

- А они рождаются часто?

- Каждый второй, - мрачно улыбнулась женщина.

За полторы тысячи лет привыкаешь ко всякому, чувство удивления, как и остальные эмоции, изрядно атрофируется, и всё равно я ощутил, как брови непроизвольно поползли вверх. Для старого клана с древней историей, вычищенной генетикой, наработанными методиками развития нормой является появление на свет не более чем пяти процентов детей, не способных оперировать психоконструктами среднего круга. Половина – это катастрофа.

- Сколько?! – вот и Иван шокирован.

- Тебе не послышалось, - повернулась к сыну Отрада. – Об этом не принято говорить, но у Огневых серьёзные проблемы с наследованием. Причем у ребенка от брака между родственниками мутация золотого тела практически гарантирована. Почему, по-вашему, слабосилков отдают в другие кланы или в потомственные семьи магов? Или просто отправляют из Триединства, денег дадут на первое время и всё, дальше крутись, как хочешь? Потому что иначе примаков, вошедших в клан через брак, окажется слишком много, и кровь разбавится до потери наследия.

- Не сходится, - сказал я. – Ростислав Огнев, текущий глава, высший. Его родители тоже были Огневы.

- Значит, существует какой-то способ обмануть проклятье. Правящие семьи наверняка его знают, в них слабосилки практически не рождаются. Вместе с тем, ни среди моих сверстников, ни среди более молодых нет ни одного выходца из младшей ветви, поднявшегося выше среднего круга.

- Давно такое началось?

- Лет пятьдесят уже, - прикинула женщина.

- А почему я ничего не слышал? – снова влез Иван. Голос его звучал как-то обижено.

Отрада смерила сына не слишком дружелюбным взглядом.

- Глава клана не должен всё свободное время проводить на тренировочном полигоне, вот почему!

Судя по тому, как парень замолчал и недовольно поджал губы, спор у них старый. Оба правы. Если не уделять время личному развитию, очень просто наткнуться на сильного противника и погибнуть, выполняя задание. Вдобавок Иван – старший сын, то есть основной добытчик после смерти отца, других крупных источников дохода у семьи нет. Неудивительно, что он пашет, как проклятый, не особо глубоко вдаваясь в окружающую его обстановку. Ещё нужно помнить, что крошечный клан Головлевых не обладает статусом, влиянием, редкими знаниями или навыками и, следовательно, никому не интересен. В таких условиях можно позволить себе определенную ограниченность. Вместе с тем, Отрада совершенно правильно указала, что глава клана не имеет права быть всего лишь хорошим бойцом. Или только сильным магом, если уж на то пошло. Или не обязательно глава. Человек, желающий сделать карьеру, обязан обладать широким кругозором, иначе конкуренты сожрут, а нормальная мать хочет увидеть своего ребенка состоявшимся.

Сомневаюсь, что Иван высоко взлетит. Слишком прост, прямолинеен, в ученики я бы его не взял. Хотя энергетика развита прилично, до старшего круга дотянуть парня вполне реально. Зажравшийся Бесследный не прав, старший круг - это очень неплохо, можно войти в элиту и занять серьёзный пост, были бы иные качества. Но, увы, чего нет, того нет.

- Правильно ли я понимаю: именно болезни золотого тела являются главной причиной снижения численности Огневых?

- Не знаю насчет главной. Одной из основных – безусловно.

- А какие ещё?

- Возможно, большое количество кровников? – деланно-безразлично пожала плечами Отрада. – В какой-то момент они умудрились разругаться со множеством влиятельных лиц. Не только с магами из союзных кланов, но и с владетелями, крупными купеческими домами. С кем не разругались, тех просто оттолкнули. Даже здесь, в Триединстве, среди своих, у Огневых отвратительная репутация надменных снобов. И что самое страшное, их она полностью устраивает!

Как бы она ни скрывала, ситуация с бывшим кланом Отраду задевает.

- Я хотел бы, чтобы вас осмотрели наши медики.

- Зачем? – слегка напряглась женщина. – Думаете, они компетентнее наших?

- Методики врачей Народов отличаются от человеческих. Мы можем заметить нечто, пропущенное в Госпитале.

- Ладно, давайте. Только я не могу уезжать надолго, за младшими надо присматривать, - предупредила Отрада.

- Речь не идёт о том, чтобы пойти на осмотр прямо сейчас, - улыбнулся я. – Мне важно принципиальное согласие. В ближайшее время отвлечь наших целителей всё равно не получится, они заняты внутренними делами, поэтому о дате осмотра и где он будет проходить договоримся позднее. Возможно, кто-то из специалистов сам приедет сюда.

- Это было бы идеально.

Отрада ещё много чего рассказала – и об Огневых, и просто о жизни в Триединстве, о внутренней кухне крупнейшего магического поселения страны. В отличие от сына, она больше интересовалась окружением, подмечая важные детали. Город не напоминал банку с пауками, но, конечно, определенные нюансы общения между клановыми, между клановыми и потомственными, между магами и гражданскими присутствовали. Местные впитывали их в процессе взросления, а вот приезжим приходилось тяжеловато.

Если смотреть в общем, то на вершине местной иерархии стояли кланы-основатели, то есть Огневы, Мокшины и Ревские. У них имелись сильные бойцы, собственные вассальные кланы и семьи, земельные владения, сторонние источники дохода, свои люди в администрации и прочие ресурсы, позволявшие им серьёзно влиять на политику Гильдии и, соответственно, защищать своих представителей. Или создавать проблемы неприятелям, тоже немаловажный фактор. Чуть ниже по статусу находились Белкины, Пряхины, Шишовские, Буйновы и Юрченко, у которых ресурсов, в принципе, столько же, зато меньше прав. Они присоединились к Гильдии позднее, поэтому ограничений больше. Следом идут кланы не столь титулованные и крупные, на третьей ступени стоят мелкие, не прославленные численностью и подвигами известных выходцев. В низу находятся потомственные маги, в силу каких-либо причин продолжающиеся считаться входящими в семьи, или изгнанники, не покинувшие Гильдию, или ещё кто. Причем надо учитывать, что, скажем, лейтенант из вассальной семьи на задании имеет полное право отдавать приказы своему господину, если тот входит в его отряд. Или, например, представитель клана Бойко, небольшого, всего из трех взрослых мужчин, по статусу выше любого из Гостюхиных, хотя тех под две сотни наберется, причем некоторые входят в старший круг и занимают высокие должности. Потому, что за Бойко – тысячелетие истории, со всеми вытекающими отсюда накопленными богатствами, связями, титулами и прочими достижениями.

А ведь ещё и должности нужно учитывать. Нынешний руководитель Гильдии Смеян Лапин происходит из не самого богатого и влиятельного клана, но его приказы обязательны к исполнению всеми жителями Триединства. Причем именно благодаря тому, что за ним нет серьёзной силы, он свой пост и занял – маги опасаются появления потомственного правителя.

Бесклановых в Триединстве не особо много, они, являясь членами Гильдии, обычно оседают в провинциальных филиалах. Или занимают в центре рядовые должности, не требующие особых сил и умений. Всё-таки надо помнить, что основатели Гильдии создавали организацию, ориентированную на клановую структуру общества, поэтому человеку, не входящему в клан, сделать карьеру чрезвычайно сложно.

Часть бумаг, как и было обещано, пришла спустя три дня, с остальным пришлось подождать. Наводка на Меньшина оправдала уплаченные чинуше деньги, мастер за небольшую благодарность назвал пяток имен молодых целителей, достаточно квалифицированных, чтобы пройти экзамен и в дальнейшем занять пост личного врача владетеля и его семьи. Так что следующую неделю я занимался тем, что разыскивал кандидатов и договаривался с ними на предмет найма. Попутно осматривал город и собирал сведения – не только об Огневых.

Чем больше я узнавал о наших старых партнерах, тем меньше хотелось воскрешать былые отношения. В их действиях должна быть логика, только разглядеть её не удавалось. Со стороны выглядело так, словно Огневы обиделись на весь мир, встали в красивую позу оскорбленного достоинства и теперь сидят, отвернувшись и презирая. Кого? Всех презирая, абсолютно. Понять, что за фигня происходит, сходу я не смог.

Зато само Триединство выглядело перспективно. Вернее, и Триединство, и вся Турья земля, потому что информация о живущих среди обычных людей потомках Огневых подтвердилась. По моему приказу пятеро охотников проверяли известные адреса, выясняя, найдутся ли среди подходящих нам магов желающие заключить контракт. Вообще-то говоря, слабосилки редко соглашаются на индивидуальную связь, но вдруг. Нам выгодно быть связанными с кем-то малоизвестным и живущим на отшибе, энергия ведь всё равно поступает. Зато внутри Триединства желающие точно есть, только им мешают две вещи: наше отсутствие и странное поведение Огневых, которое тоже оказалось правдой. А, нет, вру. Ещё про другие малые Народы забыл, они нам тоже не особо обрадуются. Те же волки, например.

Надо, кстати, с ними что-то делать.

Привычное усилие, концентрация, сосредоточение на внутреннем мире. В голове словно образуется пустота, в которой спустя пару минут раздаётся:

- Старший?

- Острозуб, что с волками?

- Прощупывают, твари. По-видимому, уже прослышали о наших трудностях. Две стычки на границе. Пока, слава предкам, у нас только раненые, но если так продолжится…

Неприятно. Волки не успокоятся, пока им кровь не пустишь. Хорошего отношения они не понимают, в мире жить не хотят. Раз им нужна война – почему бы и нет? Давно пора устроить соседям встряску. Благо, деньги есть.

- Передай Дарине, пусть свяжется с Фредерикой. Скажешь, я хочу нанять сотню бойцов.

- Передам! - даже в трансе чувствовалось, как Острозуб повеселел. – Тебя долго ждать, старший?

- Дней через пять появлюсь. Ещё новости?

- Нет, глава.

- Тогда отбой.

Любой малый Народ приспособлен к жизни в конкретном лепестке, так задумывалось и так стало. Просто нужно учитывать, что в соседних лепестках одной мерности условия, как правило, схожие, поэтому те же змеи у нас не дохнут. Находиться в гостях у соседей можно долго, иногда годами, чем всякие моральные уроды умело пользуются.

Есть у явления и положительные стороны. Сейчас, например, для войны мы можем нанять медведей, которые являются прекрасными штурмовиками, а вдобавок ещё и волков недолюбливают. Их глава Фредерика не откажет, мы часто работаем вместе – на взаимовыгодной основе.

Когда-то давно, пользуясь смутными воспоминаниями из тех времен, когда ещё был человеком, я установил, что треть чистых доходов идёт в запас. То есть после всех обязательных вычетов десятую часть пускаем на благотворительность, оставшуюся сумму равномерно делим на укрепление текущих проектов, на сбережение и на развитие, то есть на новые проекты. Вот ту часть, которая относится к неприкосновенному фонду, накапливавшемуся половину века, мы сейчас и проедаем. Покупаем всякие полезные ништяки у крабов, заслали взятку старейшинам сов, чтобы они волков пощипали, только что выделил денег на наёмников. Запас ещё остался, мы казну долго не трогали, но всё равно – надо бы озаботиться доходом. Белая энергия, разумеется, в приоритете, однако другие ресурсы тоже нужны.

Тем более что можно совместить.

Приятная особенность зон перехода в лепестки заключается в настройке их точки выхода. Она, до определенной степени, плавающая, то есть выход находится в радиусе километров ста от конкретного места. Причем перенастройка занимает короткое время. Двести километров – это чертовски много. Особенно если половина территории возможного выхода находится по одну сторону границы, а вторая половина простирается по землям другого государства, зачастую враждебного первому. Возможности для контрабанды просто безбрежные.

Кошкам в данном вопросе относительно повезло, потому что наша зона перехода находится на границе между Страной Счастья (названной так не иначе ради издевки) и Лованией. Нам сами боги велели таскать товары в обход таможни. Ещё надо учитывать, что персона, подписавшая контракт с представителем Народа, способна призвать этого самого представителя где угодно, правда, там серьёзные ограничения по весу, то есть много добра переместить не получится. Вместе с тем килограмм рубинов – это килограмм рубинов, точно так же как сто граммов «синих желудей» всегда и везде стоят бешеных бабок.

Короче говоря, я озаботился стремительно тающим содержимым казны и уже на следующий день принялся обходить местные лавки. Не все. Меня интересовали артефакторы, то есть люди, постоянно нуждавшиеся в особенных материалах. И, как следствие, в наших услугах.

- Желаете что-то приобрести, уважаемый?

- Не совсем, - других посетителей в ярко освещенном помещении не нашлось, поэтому можно было не ходить вокруг да около. – Скорее, мне нужна консультация.

- Консультация?

- Именно.

На стол перед сидевшим за прилавком приказчиком, вежливо приподнявшимся при моём приближении, легла извлеченная из печати небольшая шкатулка.

- Так получилось, что с моим троюродным племянником расплатились кое-какими ингредиентами. Часть он продал, часть не смог, - не торопясь, без спешки, на столике в рядок выстраивались мешочки с рудой, порошком дерева Ах, толченой корой сумасшедшника и другими полезностями. По большей части – если не фуфло, то среднего качества. – Узнав, что я собираюсь посетить Триединство, он передал мне образцы с просьбой выяснить, можно ли продать здесь материалы. Существует ли спрос?

- Давайте взглянем.

Лицом приказчик владел хорошо, не умей я считывать эмофон, не ощутил бы вспышку алчности при виде горстки тускло-серой пыли в кулечке из провощенной бумаги. И, затем, минутного колебания. Торговец не сразу определился, как ему поступить. Понять его можно – выбор между сиюминутным обогащением себя, любимого, прямо сейчас, и верностью долгосрочным интересам хозяина иногда бывает очень тяжелым.

Справедливости ради, справился он с порывом быстро. Может, преданность нанимателю перевесила, может, страх попасться повлиял. Как бы то ни было, мужчина встал, извинился, что не обладает соответствующей компетенцией, и прошел во внутренние помещения лавки, откуда вскоре вернулся в сопровождении начальства. Никем иным худощавый старичок в богатом кафтане и с прилично развитым золотым телом быть не мог.

- Моё имя Йохан Быков, - представился он. – Я являюсь признанным мастером чудесных вещей, мне принадлежит эта лавка.

- Ставр из Балок, витязь из рода Дождевых. Говорю здесь от имени родственника.

Старик кивнул. Он встал около прилавка и цепким взглядом окинул разложенные на нём кульки. Причем, что характерно, в отличие от подчинённого его больше привлекали материалы не дорогие, а ходовые. «Серебряную пыль» он оценил, но с куда большим вниманием осмотрел кору сумасшедшника, используемую для приготовления различных сортов лаков. Логично. Пыль, конечно, стоит дорого, попадается редко, так ведь и применяется мало где, а вот кора из растущего в нашем лепестке кустарника нужна постоянно. Аналоги у неё малочисленны и качеством чуть похуже.

- Правильно ли я понимаю, вы предлагаете купить у вас различные материалы и принесли образцы?

- Не совсем. Мой родственник служит в Ловании и, так сложились обстоятельства, ему по решению суда досталось имущество казненного преступника. Большую часть он продал на месте, но за некоторые товары перекупщики давали слишком низкую цену, поэтому племяш решил попробовать поторговать за границей. У него есть опыт, нужные знакомства… Если с первой партией выйдет удачно, то он сможет достать ещё. Вопрос в том, будет ли торговля выгодной – всё-таки Триединство расположено далековато.

- Спрос на подобный товар существует всегда, - не отрываясь от оценки, сообщил старик. – Особенно сейчас, когда отношения с Маридой оставляют желать лучшего. Вы уверены, что ваш племянник сумеет организовать доставку? Всё же три границы надо пересечь …самое меньшее.

- Он уже давно сопровождает обозы, даже сам водит их. Справится.

- В таком случае можете сообщить своему родственнику, что я готов купить около пятидесяти килограммов коры сумасшедшника, можно в необработанном виде, по цене десять золотых за килограмм. Серебряной пыли лично мне много не надо, достаточно граммов ста, она идёт по сорока золотых за десять граммов. Также готов вас заверить, что мои коллеги не останутся в стороне – например, мастеру Чернову нужен порошок из древесины Аха, да и от чурочек он не откажется…

Общались мы ещё полчаса, причем переместились в заднюю комнату, где меня напоили чаем. Никаких обязывающих друг друга договоренностей, конечно, не заключили, просто присмотрелись друг к другу и определились со списком возможных поставок. Чего, сколько, за какую цену. Окончательно договор подпишет Игорь или тот из его подчинённых, кто прибудет в личине моего «племянника» и станет куратором нашей деятельности в Триединстве. Надеюсь, из этой инициативы выйдет что-то полезное, потому что численность Народа растет, нам нужны новые источники дохода.

Глава 4

Чтобы понять, зачем нам нужен привязанный контрактом клан, для начала нужно разобраться с тем, что такое клановый алтарь. Потому что именно через него проходит необходимый для нашей нормальной жизни поток белой энергии. Чем она является – разговор особый и не слишком приятный, о ней в другой раз.

Так вот, алтарь. Магов с подходящими для образования связи параметрами энергетики немного, кланов почти совсем нет. Дело в том, что клан отличается от семьи потомственных магов наличием того самого алтаря, штуки дорогой и сложной. Во-первых, нужен подходящий материал, чем плотнее, тем лучше. Самые простые алтари создаются из мраморных кубов с ребром не менее одного метра, обязательно без внутренних полостей или трещин; нормальные, радеющие о будущем потомства люди выращивают кристаллические друзы, тоже приличных размеров. Значение имеют также форма, вес, способность материала служить накопителем и кое-что ещё.

После того, как заготовка должным образом обработана, в неё погружают развитое золотое тело. Сейчас донором служит умирающий на алтаре старейшина, в дальнейшем считающийся основателем клана, но в прежние времена, пока знания не утратились, и нужные специалисты были живы, золотое тело выращивалось искусственно. Именно на его параметры в дальнейшем будут ориентироваться маги, просчитывая ритуалы или устанавливая защиту центрального селения.

Алтарь – штука полезная, позволяет проводить энергоёмкие действия или облегчает точечные воздействия, смотря что необходимо. Хотя некоторые семьи считают, что его наличие ограничивает развитие клановых мастеров, вынуждая сосредоточиться на тех областях магического искусства, к которым имелась предрасположенность у основателя. Может, они и правы. Как бы то ни было, для малых Народов алтари чрезвычайно удобны, потому что благодаря им мы получаем стабильный и большой приток столь необходимой нам энергии; намного больше, чем от индивидуальных контрактов. Причем чем крупнее клан, чем выше численность его членов, признанных и представленных предку-основателю, тем выше выхлоп и тем прекраснее наша жизнь.

Учитывая высокую важность наличия клана-контрактора для Народа, возникает очевидное желание взять проблему в свои руки. Найти десяток семей с подходящей энергетикой, договориться с ними и помочь в создании алтаря, благо необходимые навыки у нас имеются. Увы, не всё так просто. Трудности начинаются уже на первом этапе, потому как правильная заготовка стоит дорого, а донор-маг, чьё золотое тело послужит основой внутренней структуры, обязан быть высшего круга. Среди потомственных их не особо много… да единицы их, прямо скажем. Далее, при любом конфликте алтарь является приоритетной целью, следовательно, его надо защищать или прятать, причем без гарантии, что не найдут. В истории Густавссонов был период лет в десять, когда им каждый год алтари ломали; непонятно, как клан выжил.

И, наконец, последнее. Очень неприятно слышать от тех, о ком ты заботился, для кого реально многое сделал: «извините, вы слишком дорого нам обходитесь. Мы вынуждены разорвать контракт». Хорошая прививка от добродушия, напрочь отбивает желание заниматься благотворительностью.

С одной стороны, свой клан необходим. С другой – стоит ли вкладываться?

- Высший маг у Важевских один, Евстрат, - прямо на улице, заловив меня во время разговора с Острозубом, отчитывался вернувшийся из командировки Ждан. – На алтарь он не ляжет. На нём сейчас всё держится, не станет Евстрата – Важевских добьют.

- Ты же сказал, их оставили в покое?

- Я сказал, что их не трогают, - уточнил маг. – Потому что самые лакомые куски отняли, сильнейших магов выкосили, привилегий от князя лишили. У них во владении осталось только главное поместье, которое трогать страшновато – штурм дорого обойдётся, а легальными методами его не забрать. В смысле, лишить Важевских поместья можно, но кому оно тогда отойдёт? Никто не хочет, чтобы «дорогой союзник» усилился. А если вдруг Евстрата не станет, то можно попробовать замок взять приступом, тогда потери будут приемлемые, и владение реально объявить своим по факту.

- Молодежь у них перспективная?

- Неплохие котятки, - подал голос Игорь. – Не скажу, что уникумы, но до высшего круга могут дорасти.

- Если соседи позволят.

- На мой взгляд, старший, Важевским достаточно продержаться год, - высказался Ждан. – Коалиция их врагов уже переругалась между собой. Лет двадцать Важевские посидят тихонько на задворках, воспитают новое поколение, и заново попробуют вернуть утраченные позиции. Глядишь, алтарь восстановят.

- Этот год ещё прожить нужно, - проворчал я. – Ладно, разрешение на заключение личных контрактов я дал, большего пока сделать нельзя. Нельзя, я сказал! Своих проблем хватает. Всё, идите, не отвлекайте нас.

Народ готовился к битве с волками. Ради неё мне пришлось вернуться домой раньше запланированного, торопливо завершив дела, и половины желаемого не увидев. Впрочем, общую картину Триединства составить удалось, а большего на данном этапе желать смысла нет – уже очевидно, что нужен системный подход. Иначе с Гильдией работать не получится.

Примерный план действий мы с Игорем набросали, его вертикаль начала работать, но вплотную городом магов мы займёмся потом. Сейчас – волки. Мы с Острозубом как раз прикидывали, как их лучше встретить, когда из мира людей вернулся Ждан с отчетом о состоянии дел у наших старых партнеров. Отчет неприятный, пусть и ожидаемый.

- Хорошо, что Ждан здесь, - заметил Острозуб, глядя в спины удаляющейся парочки. – Плюс три леталки.

- В прошлый раз их неплохо сбивали.

- Так это новая модель, укрепленная!

В общепринятом смысле чистых бойцов у кошек нет, силовой блок состоит из трёх вертикалей – стражники, охотники и маги. Причем стражников правильнее называть пограничниками или своеобразным МЧС, то есть они являются заодно пожарниками и полицией, и роды иногда принимают. Исторически так сложилось. Многие из них носят броню и умело оперируют боевыми психоконструктами, но по сравнению со штурмовиками медведей или людей их умения смотрятся бледно. Отдельные исключения вроде Гоши-Всех-Убью не в счет. Зато охотниками (шпионами, диверсантами и горлохватами) наш Народ обоснованно гордится, именно они выполняют львиную долю заказов. А ещё они курируют одну из сетей осведомителей, вторая подчинена администрации в лице Дариночки, руководство третьей отчитывается лично мне.

Значение термина «маг» среди Народов отличается от человеческого, и очень сильно. Для нас маг – это учёный, инженер, конструктор. А ещё учитель, потому что сфера образования тоже находится в их ведении. Давно идут разговоры, что надо бы разделить, но из-за малого числа жителей лепестка сохраняется старый порядок. Таким образом, Ждан отвечает за детишек, научно-исследовательскую работу и всякий нестандарт, например, купленных у крабов големов тестировали его заместители. Ну и нашими эрзац-ВВС руководит тоже он, потому как больше некому. Чтобы леталку вести, надо владеть весьма специфическими навыками, осваивают которые только маги.

Плавно покачивая бедрами, словно модель на подиуме, от портика Башни Дальней Связи продефилировала Смеляна.

- Пришло сообщение от сов, глава, - секретарша взглянула на Острозуба, словно на нечто мелкое, недостойное её высокого общества. Стражник только ухмыльнулся. – Волки не прислали сменщиков на границу.

- Ну вот и началось, - тихо заметил Острозуб.

- Сообщи Фредерике, пусть ведёт своих, - приказал я. Смеляна, кивнув, столь же выразительно виляя попой, отправилась обратно. Залипательное зрелище, вон как проходящие мимо мужики реагируют. – Что с полосой?

- С нашей стороны всё готово, - отчитался главный стражник. – Госпитальных ждём.

- Ту заразу, что они готовят, долго хранить нельзя. Сейчас зайду к Татьяне, скажу, что пора, - пообещал я. – Всё, иди. Что делать, знаешь.

Ещё бы ему не знать. Пусть волки нападают намного реже змей, но небольшие стычки происходят постоянно и держат нас в тонусе. Полноценное вторжение последний раз случилось лет сто назад, мы тогда очень неплохо проредили серое племя, уничтожив почти всю их воинскую элиту. На реванш они решились только сейчас, узнав о возникших у нас трудностях. Что ж, надо снова дать им по зубам так, чтобы ещё на полвека-век хватило. Иными словами, нужна бойня.

Основную ставку на сей раз мы делали на яды. Волки, как бы я к ним не относился, не дураки, наши излюбленные приёмы знают и давно нашли способы им противостоять. Поэтому в случае крупных схваток мы обычно используем артефакты, засады, наёмников - словом, избегаем прямых схваток. Мы и сейчас не отходим от привычного шаблона, просто слегка его изменили. На роль тяжелой пехоты, силового ядра войска пригласили не человеческих магов, а медведей, подкрепив их массивными големами производства крабов; вместо уже знакомых ядов медики готовят нервно-паралитическую отраву кожного действия, дорогую, нестабильную, но чертовски эффективную.

Чем бы ещё соседей порадовать? В принципе, можно назначить награду за серые головы, тогда маги начнут осознанную охоту в центральном мире. Правда, это действие обоюдное, по нам тоже может ударить. Нет, подожду. А вот выделить денег для организации нападений на контракторов волков имеет смысл, причем проделать всё анонимно, чтобы с нами не связали.

Татьяна, как и ожидалось, находилась в госпитале. Около своего рабочего места. Она растянулась на заборе, раздраженно помахивая хвостом и покрикивая сверху на подчинённых:

- Аккуратнее несите, бестолочи! Не бревна таскаете!

- Что тут у вас? – я запрыгнул наверх, благо, высота небольшая, всего метра четыре, и уселся рядышком с ней.

- Вещи для Медянки собираем, - нервно ответила врачиха. – Запросила у Маринки, чего ей не хватает, она в ответ длиннющий список выкатила. Я сначала не поверила, послала Алекса с инспекцией разбираться. Он вернулся и всё подтвердил!

- Причина?

- Перерасход лекарств, износ оборудования по ветхости, часть запасов в прошлом году в Торфяновку перебросили и с тех пор не восстановили. Перерасход появился в последний месяц. Маринка в любом случае бы запрос сделала, сейчас совпало так.

- Неудачно совпало. На нас нападут через три, максимум пять дней.

Размеры лепестков относительно невелики, мобилизационные возможности наших противников, в том числе потенциальных, давно известны. Ну и разведка налажена качественно. Волки стягивают войска в кулак – не меняют пограничные войска на свежие, несмотря на участившиеся столкновения с соседями, отказались от выгодного контракта у людей, просят ограничить призывы в ближайшее время. Значит, готовят крупную операцию. На девяносто процентов уверен, что против нас.

- Сколько?

- Я бы поставил на три. Поэтому иди, готовь своё варево.

Главврач спрыгнула на землю, громко матерясь и призывая помощников. Думаю, уже через полчаса их в городе не будет.

Вернее, в Городе. Так называется крупнейшее поселение, стоящее неподалеку от перехода к людям. Существует ещё четыре достаточно больших, расположенных неподалеку от других узлов, из них важнейшими и самыми укрепленными являются Торфяновка и Медянка. Первая прикрывает от змей, вторая, будучи полноценной крепостью на границе с волками, также служит убежищем на случай войны. Обычно мы бьём серых, не подпуская к стенам, но ситуации бывают всякие.

Итак, за пару дней Татьяна закончит синтез, и мы получим нужный газ. Лабораторию специально разместили вдали от жилья, на случай возможного ЧП. За пару дней Остромир и Игорь перебросят своих бойцов в Медянку, Ждан с големами и леталками тоже должен успеть к нужному сроку. Получается, у нас останется целый день на дополнительную подготовку и отдых, что не может не радовать.

Неизвестно, успеют ли медведи. Даже если Фредерика отправит своих увальней сразу после получения сигнала, им топать до нас трое суток. Причем это коротким путём, через территорию енотов, с которыми я договорился на свободный проход в обмен на двухсотлитровую бочку сливового вина.

Без медведей придётся туговато. Надо бы потянуть время до их появления. И самому лучше пораньше выйти, осмотреть будущее поле боя своими глазами. Состояние бойцов оценить, разобраться с бардаком, неизбежно возникающим там, где собираются больше десятка разумных одновременно. Решено. Прямо сейчас загляну во дворец, попрощаюсь с Дариной – и направлюсь в Медянку. Если быстро бежать, как раз к вечеру успею.

Глава 5

Лучше не передвигаться по лепесткам в одиночестве. Дикая живность (у себя мы крупных хищников зачистили, они остались только в специально выделенном заповеднике, но и мелких хватает), ядовитая флора, опасные физические явления настойчиво намекают путешественникам, что без компании лучше из дома не выходить. Даже опытным существам вроде меня. Поэтому в Медянку я прибыл в сопровождении двух пятерок «гвардейцев», котов сильных и выносливых, способных поддерживать мой темп. Им, правда, после пробежки отдыхать пришлось.

Маги, обладатели развитого золотого тела, живут дольше обычных людей. Предел – триста лет, попытки отодвинуть его в будущее идут постоянно, и успехи есть. Срок жизни представителей Народов тоже значителен, но, так как каждый Народ уникален, у каждого своя граница возможного. Крабы и медведи доживают до пятисот, среди енотов и волков изредка встречаются двухсотлетние, не знаю ни одного крылатого, перевалившего полуторавековой рубеж. Мой Народ, благодаря всеобщему образованию и продвинутой медицине, доживает до четырехсот. Пик физической формы зависит от врожденных свойств золотого тела и приложенных усилий – генетика лентяю не поможет. Последнее правило общее для всех.

Даже для Первого Поколения.

Мы, вышедшие из лабораторий погибшего мира, имеем шанс на вечную жизнь. То ли по недомыслию создателей, то ли так и задумывалось изначально, не знаю. Как бы то ни было, наша физическая форма очень плотно завязана на состояние золотого тела и, после качественного изменения последнего, перестает стареть. Кирилл-черепаха, обожающий размышлять на подобные темы, утверждает, что нас, сумевших перейти на следующий этап, можно назвать духами во плоти. Возможно, он прав.

Уникальное положение дарует уникальные возможности. Прародители Народов, совершенствовавшиеся веками, за счет опыта и полученных в процессе развития организма мутаций способны на вещи, невозможные с точки зрения даже высших магов. Нас обоснованно называть божками, своеобразными, слабенькими, но всё же. Мы сильнее, крепче, быстрее…

Короче говоря, по прибытии в Медянку я, в отличие от свиты, потребности свалиться, где стоял, не испытывал. Поэтому сразу пробежался по крепости, оценивая проведенные приготовления. Пришел к выводу, что очень неплохо, но недостаточно.

- Надо эвакуировать всех гражданских.

- Полагаете, волки прорвутся через засечную черту, глава?

- Или прорвутся, или я их пропущу, - хмыкнув, я обернулся к Веселуну, начальнику местного гарнизона. – Про наши проблемы с белой энергией ты, конечно, слышал.

- Само собой, - фыркнул он. – Все слышали.

- Дефицита пока нет, держимся на старых запасах. Но они через год-четырнадцать месяцев закончатся, мы будем вынуждены часть кошек и детей вводить в спячку, а быстро эту задачу не решить. Следовательно, к тому времени надо спящих обезопасить, то есть купировать все возможные угрозы. Хотя бы временно. Какие у нас основные угрозы?

- Змеи и волки, - к чести Веселуна, сообразил он быстро. – Со змеями всё просто, там достаточно раз в год гарнизон усиливать. Насчет волков… Ты их спровоцировал, старший?

- Самую малость, - показал я кончик мизинца. – Хватило подходящие слухи запустить. Нападение произошло бы в любом случае, наши действия их всего лишь слегка поторопили.

Мне иногда кажется, что в повышенной агрессивности волков виновата физиология. Генетики напутали, и в результате мы имеем расу, испортившую отношения с большинством соседей. Впрочем, я пристрастен и могу ошибаться, потому что о нас серый Народ пытается самоубиться чаще, чем о кого-либо ещё.

- В ближайшие лет двадцать они не должны иметь возможности напасть. Даже если очень-очень захотят, - продолжил я объяснять очевидную для меня мысль. – Значит, их элита должна полечь полностью. Исполнимо? Исполнимо. Надо иллюзией бегства увлечь волков поглубже на нашу территорию, после чего уничтожить. Это вчерне, на практике многое будет зависеть от срока появления медведей, численности врагов, скорости их продвижения и других факторов.

- Старший, не боишься, что змеи нападут?

- Против них выставлен заслон. Веселун, всё, что можно было предусмотреть, мы предусмотрели. Но ведь жизнь – штука непредсказуемая, верно?

Люди и другие Народы считают, что кошки склонны к сибаритству и хаосу, дескать, это наше естественное состояние. Ответственно готов утверждать – они не правы. Хаос наступил только сейчас, после приказа об эвакуации. Сотни женщин, детей и стариков метались по городку, собирая вот-прям-щас необходимые вещи или выискивая родных, занятых чем-то несомненно важным, невыполнимым позднее. Взбудораженные мамочки собирали в узелки имущество, попутно награждая подзатыльниками путающихся под ногами отпрысков, либо носились с выпученными глазами, выискивая неизвестно где болтающихся детишек. Ор стоял жуткий. После того, как я возглавил процесс, порядка стало немного больше, и всё равно – первые беженцы отправились в Город на следующий день, одновременно с входящими в Медянку передовыми отрядами основного войска.

Причем попутно следовало проследить, как проходит дополнительное усиление крепости, и убедиться, что пограничная полоса тоже готова к приёму незваных гостей. Схватка в пограничье вообще являлась едва ли не ключевой частью плана, от её исхода зависело, насколько потрепанными подойдут волки к месту главного сражения. Каковым я назначил крепость, и мне совершенно не были нужны толпы некомбатантов поблизости.

Можно ли было озаботиться эвакуацией раньше? В теории – да, на практике вылезал ряд сложностей. План битвы, вернее, его желаемый результат, сложился у меня в голове в последнюю пару дней, когда стало понятно, что волки не ограничатся «прощупывающим» набегом и настроены на полноценное вторжение. Донесения разведки, как приграничной, так и стратегической, работающей в мире людей, поначалу не давали однозначного ответа. Сейчас наконец-то стало понятно, что волки стягивают войска в кулак, собирают все силы, следовательно, настроены драться всерьёз. Мы, конечно, не возражаем и ждём их с нетерпением, но вынуждены действовать в спешке.

Правду сказать, меня ситуация бесила. Ненавижу подстраиваться под обстоятельства.

Учитывая, что старейшины недаром едят свой хлеб и пользуются весомым авторитетом, часть обязанностей перекинул на них. Непосредственно подготовкой будущего поля боя занялись прибывшие Острозуб и Ждан, подчиненные Игоря занимались разведкой и ловушками на подходах. Ну а мне пришлось покинуть крепость и бежать выигрывать драгоценное время. Погранцы одно за другим слали сообщения о непрерывно проникающих разведывательно-диверсионных отрядах волков, зона перехода превратилась в шахматную доску без правил, где горлохваты с обеих сторон старались выжить и убить врага. Пока что наши держались, спасали своя территория и поддержка Всеволода, установившего новую систему обнаружения. Беда в том, что на той стороне тоже достаточно опытных магов. Скоро они поймут, за счет чего их обнаруживают, выработают меры противодействия, и тогда счет в кровавой игре пойдёт не в нашу пользу.

Надо бы пограничникам помочь, пока поздно не стало.

Моё появление на границе с лепестком Серых иначе, как дуростью, назвать сложно. Предводитель, вождь накануне важного сражения не должен рисковать собой, его смерть или тяжелое ранение ставит под вопрос результат всей кампании, в отдельных случаях – исход войны или даже существование его народа. Не готов предсказать, чем обернётся моя гипотетическая гибель. Проблема в том, что, помимо руководящего и немного сакрального статусов, у меня есть и иные. Например, сильнейший боец и сильнейший маг.

Ещё нельзя забывать о мышлении современников. На улице стоит нормальное такое средневековье, в котором правитель должен периодически доказывать подданным, что сидит на властной верхушке по праву. А право у нас, по большому счету, одно - право силы.

Однако и лезть в самое пекло я не собирался. Требуется ведь не устроить кровавую баню и перебить как можно больше вторженцев – хотя отказываться от данной опции я не собирался – а задержать их, выгадать побольше времени. Задача вполне выполнимая, причем без особого риска.

Зоны переходов из лепестка в лепесток сами по себе не слишком велики, буквально несколько шагов в ширину. При других обстоятельствах мы просто поставили бы рядом форт, утыкали его стрелометами, защитными артефактами и прочими творческими изысками, и забыли бы об угрозе со стороны волков. Увы, не всё так просто. Точка перехода «плавает», то есть смещается в пространстве в ограниченной области радиусом километров пять, причем при наличии кое-каких умений её реально сместить искусственно. Чем маги волков и пользуются. Притягивают переход в нужное место, перебрасывают отряд разведчиков, через небольшое время забирают обратно. Либо не забирают, смотря какое задание.

Наши маги тоже без дела не сидят и серым пытаются препятствовать, но, во-первых, круг диаметром пять километров в густом лесу – это чертовски много, во-вторых, реагировать всегда тяжелее, особенно когда ресурсы ограничены. Пограничников ведь не так уж и много, всего две сотни при поддержке магов. Вместе с тем, совсем сложным положение назвать нельзя, потому что мы имеем возможность устанавливать мины, ловушки, сигнальные заклятья и даже использовать леталки, хотя от последних пользы немного.

Будь моя воля, давно бы превратил это место в просматриваемую насквозь пустыню. Увы. Мешают невероятно живучие порождения матушки-природы, уверенно пробивающиеся сквозь пепел и слой остекленевшей почвы. Спустя пару лет после выжигания здесь снова лес встаёт. А забетонировать землю у нас ресурсов не хватает, к тому же, не факт, что бетон за десяток лет не раскрошится. И, честно говоря, особого смысла нет – волки просто сменят тактику, когда поймут, что их разведгруппы не возвращаются. Они же не идиоты.

- Пока справляемся, - без особой уверенности в голосе подытожил Всеволод. Маг естественным образом замкнул на себя руководство обороной границы, и потому именно он докладывал об обстановке. – Сразу после сигнала о проколе пространства высылаем на место леталку с бомбой. Раньше удавалось пару-тройку серых завалить, но сейчас они приспособились, сбегают. Приходится их ловить.

- Они не пытаются прорваться к Медянке?

- Пока нет. Им, кажется, схема минных полей и ловушек нужна, чтобы быстро дорогу расчистить.

Логично. Быстрый удар позволит взять Медянку, тем самым открывая дорогу на Город. О том, что наша столица не укреплена, общеизвестно, мы её защищаем не стенами. Падение Города вкупе с тотальным геноцидом позволит волкам захватить лепесток. Нафига? Жить в нём они всё равно не смогут. Или просто реванша за давнее поражение хотят?

- Мы привезли три Сердца Огня, - перешел я к практике. – О том, где расположен ваш штаб, серые, скорее всего, уже знают. Где поблизости есть подходящие позиции?

- Западнее ложбинка удобная, до неё отсюда километра три, - подал голос Рычащий, один из местных десятников. – Оттуда вся зона простреливается.

- Значит, там мы и разместимся. Один из десятков пойдёт со мной, сами решайте, который; взамен я здесь ставлю пятёрку своих. Не спорь, Белян! Скорее всего, первым делом нападут на штаб, а с вами пограничники точно смогут отбиться.

Гвардия малочисленна, зато на общем фоне очень сильна. Как-никак, сам тренирую. Направляясь сюда, с собой я захватил две команды, то есть всех боевиков и половину скрытников. Вот боевиков при штабе и оставлю. Наверняка волки первым делом попытаются снести организованное сопротивление, а моя пятерка даст время на эвакуацию, заодно врагов потреплет.

Временами я горько сожалел об отсутствии в новом мире систем залпового огня, временами радовался. Страшно представить, как и для чего их начнут использовать современники. Жизнь, по сравнению с временами до катастрофы, стала проще и опаснее, зато по-своему честнее. Поставь меня сейчас перед выбором, где, в каком окружении я предпочел бы существовать, и я бы затруднился с ответом. Тогда, конечно, жилось комфортнее. С другой стороны, кем я был там? Бесправным участником проекта по заселению лепестков, неудачником с подходящим генетическим кодом.

Ложбинка действительно подошла идеально. Усердствовать с лагерем не стали, ограничились установкой палаток и, главное, маскирующим барьером. Несмотря на упаковку, Сердца Огня фонили со страшной силой, а нам совсем было не нужно, чтобы их присутствие заметили чужие разведчики. Поэтому стабильности барьера уделялось особое внимание, его старались не тревожить постовые при выходе за контур, и поблизости от управляющего артефакта постоянно сидел наблюдатель. Что касается меня, то я завалился спать. Я, конечно, неимоверно вынослив и могу неделю оставаться на ногах без утраты боеспособности, но у нас завтра-послезавтра бой, так что лучше заранее отдохнуть.

Вечер и ночь прошли тихо, спокойно. Птички, и те не тревожили пением. Природа в лепестке во многом похожа на земную лесостепь, с той только разницей, что крупных рек нет и животный мир своеобразный. Эволюция шла своим путём, местные косули не похожи на своих земных сородичей. Биоценоз процентов на девяносто замкнутый, поэтому нам приходится следить ещё и за тем, чтобы не нарушить случайно природное равновесие.

Сородичи (они же потомки, потому что моя кровь течет в любом представителе Народа) тоже старались вести себя тихо. Они сами по себе ступают мягко, плюс обучение, ну и неизбежное благоговение накладывается. Я, с точки зрения кошек, был всегда, и буду всегда – потому что моя возможная гибель в их мировоззрение не укладывается. Ко мне не относятся, как к живому богу, только благодаря осознанным усилиям с моей стороны. Вдобавок – не могу не похвалиться – они могут сравнивать, как живут другие Народы, и как живём мы, и сравнение в подавляющем большинстве случаев в нашу пользу. Тоже дополнительный рост авторитета.

Слушать их разговоры, лежа в палатке и прикидываясь спящим, было забавно. У нас, несмотря на внешний демократизм и простоту в общении, существуют свои социальные нормы, этикет. В отличие от людей, придающих огромное значение происхождению, кошкам важны личные заслуги и проистекающий из них высокий статус. Сейчас и здесь сошлись представители двух групп, в чем-то схожих, а в чем-то очень различающихся. Гвардейцы фактически принадлежат к элите общества, пользуются высочайшим уважением, но они находятся на пике карьерных возможностей. Всё, выше лезть некуда, тупик. В теории они, когда физические кондиции начнут ухудшаться, могут перейти в другую вертикаль и снова расти хоть до старейшины, на практике же там своих желающих полно. Ещё сказывается кадровая политика, когда в гвардию попадают личности с минимальным честолюбием, или, вернее, чьё честолюбие направлено на развитие индивидуальных способностей. Таким образом получается, что гвардейцы служат, пока могут, а выходя в отставку, зачастую не находят занятия в мирной жизни.

Специалисты они классные, лучшие из существующих. Причем поголовно – секретоносители высшей категории, посвященные в тонкости внешней и внутренней политики, прекрасно разбирающиеся в магии, традициях других Народов и людских обществ, обладающие уникальными навыками. Кругозор у них широкий, послушать их даже мне полезно. Чем сейчас погранцы и пользовались.

Они, пограничники, тоже ветераны. Возле переходов молодежь не ставят, за исключением перехода к крабам, с которыми у нас за полтора тысячелетия не было ни одного конфликта. Против волков и змей, наоборот, всегда размещены самые сильные гарнизоны с опытными бойцами. Однако нужно учитывать, что они, во-первых, «заточены» под конкретную угрозу, по остальным у них не всё так благостно; во-вторых, лучших из местных забирает человеческое направление. Там и работать сложнее, и выхлоп больше, и карьерные перспективы серьёзнее. Поэтому уровень у сопровождавших нас охотников высокий, но не очень. Кроме того, дополнительного обучения для работы с людьми они не проходили, отсюда вытекают недостаток знаний и определенная ограниченность суждений.

Но гонор не позволяет признать себя слабее! Забавные они.

О чем говорили? О разном. Гвардейцев, в первую очередь, интересовали нюансы по типу «Вот раньше здесь появлялся такой с двумя белыми пятнами на правой стороне морды, что с ним стало? Потерял лапу, больше его не видели? А, хорошо» и тому подобному. Они тоже тут если не служили, то бывали, со спецификой знакомы, им бы только навыки восстановить немного. Погранцы задавали вопросы разные, спрашивали обо всём, начиная от городских новостей, кто кого родил или отшил, и заканчивая историями про людей.

Люди популярны. Большой мир, где всегда что-то происходит, где много всякого, необычного, странного, непонятного. Вдобавок есть момент с запретным плодом, который, как известно, сладок. Кошки, в отличие от черепах и дельфинов, не способны надолго покидать свой лепесток, зато очень любопытны, а центральный мир способен удовлетворить самый взыскательный интерес. Поэтому у нас собрана огромная библиотека с картами, описаниями, путевыми заметками, сказками; молодежь ищет работу, позволяющую посещать человеческие селения; огромным уважением пользуются стражники и охотники, сумевшие заключить индивидуальный контракт.

Таким образом, гвардейцы нашли благодарных слушателей и с успехом травили байки, теша и без того развитое ЧСВ нескрываемым восхищением. До тех пор, пока сквозь барьер не просочился один из оставленных снаружи часовых, быстро направившийся в мою палатку.

Почувствовав его появление, я перестал притворяться спящим и вышел навстречу.

- Волки пришли, глава!

Перед тем, как перешагнуть границу барьера, я приказал:

- Готовьте катапульту.

Глава 6

Все наши войны с волками начинались примерно по одному сценарию. Сначала через переход проникает несколько крупных диверсионных групп, более-менее удачно атакующих штаб, под их прикрытием на разведанных безопасных участках накапливаются основные силы. Частности менялись, основа оставалась стабильна. На сей раз серые тоже ничего не стали менять.

Доносившиеся со стороны штаба взрывы и отголоски битвы свидетельствовали, что начало атаки у врагов не задалось. То ли присутствие гвардейцев сказалось, то ли просто диверсантов заметили слишком рано. Зато со стороны перехода явственно ощущалось появление большого количества живых существ, словно пятно, медленно растущее в объёме и выбрасывающее в стороны ложноножки передовых отрядов. Нельзя позволять им подойти слишком близко.

Стоило вернуться на стоянку, как я непроизвольно поморщился. Извлеченное из ящика первое Сердце Огня истекало энергией, обжигая золотое тело своим присутствием.

- Метелица, готова?

Стоявшая возле катапульты (впрочем, от катапульты там одно название, метатель больше напоминал пушку) кошка с совершенно седой короткой стрижкой и двумя шрамами на подбородке коротко кивнула.

- Снимайте барьер!

Счет пошел на секунды.

С тех пор, как обезьяна взяла палку в руки, процесс совершенствования предназначенных для убийства себе подобных инструментов не прерывался ни на секунду. Катастрофа, откатившая цивилизацию на тысячелетия назад и изменившая вектор её развития, тоже не превратила людей в миролюбцев. Скорее, наоборот – добавила стимулов для фантазии. Поэтому боевые артефакты наподобие гранат или снарядов встречаются повсеместно, в самых разных видах, формах, различающиеся поражающим воздействием.

Так называемое Сердце Огня на войне используется редко. Оно, во-первых, заметно издалека, потому что по сути представляет собой конденсатор энергии в не слишком качественной оболочке. Хорошую оболочку смысла делать нет, всё равно она одноразовая. Во-вторых, отсюда проистекают другие недостатки, в частности, сложности при транспортировке. В-третьих, цена. За изготовление Сердец берутся немногие мастера, потому что занятие это опасное и сложное.

Мы привезли с собой три снаряда. Вражеские сенсоры ощутили их сразу, стоило исчезнуть барьеру, но иначе было нельзя – Метелице требовалось видеть, куда стрелять. Не умеет она бить по координатам, не возникало необходимости учиться. Да и сейчас особой нет, ведь после того, как Сердце уничтожит передовой отряд волков, выжившие бросятся сюда, чтобы не позволить сделать ещё два выстрела. Прямо по ловушкам. В место, где их жду я.

Так и вышло.

Сенсорика показала сначала мощную вспышку, скрывшую большую часть вторгнувшихся, затем энергия чуть рассеялась, и появилось ощущение движущихся в нашу сторону живых. Причем те, что прежде находились возле штаба, тоже потянулись к нам, стремительно ускоряясь. Я обернулся, с удовлетворением отметил второе Сердце, погружаемое в метатель, оценил стоящих в полной готовности гвардейцев и погранцов, торопливо собирающих палатки.

- Бросайте вещи и уходите, - приказал десятнику. – Мы вас догоним.

Приказ ему не понравился, но спорить он не посмел. Даже у кошачьего анархизма есть пределы.

Глухой гул, раздавшийся спереди, свидетельствовал об активировавшейся ловушке на пути выживших. Лет пять назад Дарина выменяла у варанов два улья гигантских пчел, и до поры держала их в спящем состоянии, вытащив из закромов только сейчас. Вот, пригодились. Сильному магу пчелы вреда не принесут, но их много, а первый залп накрыл не всех врагов. Вообще-то говоря, маги старшего круга имели хороший шанс выжить даже в центре зоны поражения Сердца, особенно если им дать хоть какое-то время на подготовку. Так что на нас несутся либо потрепанные взрывом, либо те, кого не задело вовсе, последним бежать дольше.

Второй выстрел. Пока снаряд с убийственной стремительностью летел по воздуху, на моём внутреннем радаре появились отметки ещё нескольких волков, спустя несколько секунд исчезнувших в пламени взрыва. Молодцом, Метелица! Премию дам, или ещё чем награжу, когда война закончится.

Судя по всему, отвечавшие за переброску подкреплений маги наконец-то сообразили, что на нашей стороне что-то пошло не по плану, потому что я больше не ощущал колебаний пространства и не чувствовал новых волков. Новость хорошая, нам бы справиться в теми, кто уже здесь. По большому счету, задача-минимум выполнена: враг понес урон, ему теперь неизбежно потребуется время на подсчет потерь и корректировку планов. Пора думать о том, как уйти без особых сложностей.

Я сосредоточился, глубоко вздохнул, ощущая вскипающую в теле энергию. Подождал несколько секунд, пока сформировавшийся психоконструкт не начнет подрагивать от вложенной мощи. И только тогда выпустил его, направляя в сторону ближайших волков.

Гигантский поток воздуха вырывал с корнями кустарник, словно тростинки проламывал высокие деревья и под конец снес трёх волков, ещё двое, судя по ощущениям, живы. Разминка закончена, золотое тело подготовлено к нагрузкам. Можно начинать бой, тем более что Метелица выпустила последнее Сердце и теперь, когда его эманации не забивают фон, появилась связь.

- Всеволод, что у вас?

- Враг отступил, мы эвакуируемся. Потери незначительны.

- Прекрасно. Я ещё немного пошумлю, и мы тоже уходим.

Третий снаряд попал достаточно удачно, отделяя от нас основную часть волков. В ближайшую пару минут нам могут угрожать не более пятидесяти бойцов, причем, если только они не скрывают золотое тело, реальную опасность представляет в лучшем случае десяток. У остальных энергетика соответствует среднему кругу или ниже.

Ну что ж…

Автономные боевые единицы, они же лжецы, они же клоны, они же дубли, существуют в различных вариациях. Я, с некоторых пор, предпочитаю использовать псевдоматериальные с управлением на основе копии разума создателя. У них, конечно, масса недостатков, зато из всех возможных вариантов они реже прочих атакуют своих. А то были нехорошие прецеденты. Поэтому первым делом я создал трёх лжецов и сразу одного, выполненного тщательнее прочих, отправил на подмогу штабу. Пусть Всеволод и сказал, что у них всё хорошо, дополнительная страховка не помешает.

Двое оставшихся дубля рванули вперед, навстречу волкам. Каждый по уровню вложенной энергии соответствовал высшему магу, но не стоит обольщаться – высший клона забьёт, даже моего. С другой стороны, противник потрепан приветами от Метелицы, так что шансы есть. Тем более что вторым действием я создал около сотни «Злобных стрел» и отправил их следом. Укрыться от самонаводящихся психоконструктов, игнорирующих материальные преграды, довольно сложно, поэтому слабейших бойцов вторгнувшейся армии можно считать уничтоженными.

На мгновение возник искус присоединиться к дублям, добить хотя бы парочку высших магов. Нет, не стоит. Через переход снова пошли войска, причем на сей раз переправлялась элита. Я, конечно, крут и силён, но на два сложнейших психоконструкта использовал больше четверти имевшейся энергии. Гуртом навалятся и задавят, несмотря на помощь гвардейцев и потери. Поэтому не будем рисковать и просто прикроем отход своих.

Ведь своего мы добились. Первая схватка прошла в нашу пользу, враг потерял, навскидку, сотни две бойцов, а это от трёх до пяти процентов их войска, смотря сколько они мобилизовали. Точнее, сколько они сюда отправили, им ведь заслоны на границах с совами, горностаями и росомахами держать нужно, в человеческом мире выполнять обязательства по контрактам, другие потребности тоже наверняка есть. Вместе с тем надо учитывать, что они могли призвать союзников, лисиц или людей из дружественных кланов. Вероятность этого я оцениваю невысоко, волчья психология требует однозначной победы своей стаи, но всё возможно.

- Что у вас?

- Мы закончили, глава. Отходим по первому маршруту, систему самоуничтожения включил, - отчитался Всеволод.

Раз по первому, значит, потери небольшие и эвакуация проходит планово. Нам тоже пора.

- Идём, - скомандовал я своим. – Здесь больше делать нечего.

- Старший, может, нам задержаться? – тихо поинтересовался Пушок, самый низкий и самый опытный из сопровождавших меня диверсантов.

- Сначала встретимся с остальными, посмотрим их состояние.

Следить за волками, безусловно, надо. Диверсии проводить, беспокоить, мешать передвижению, просто спать не давать – тоже. Однако позволять потомкам совершать подвиги я не собираюсь, им и без геройства найдётся, чем заняться.

Народ Волков, на свою беду, излишне серьёзно относится к родству со зверьми, давшим ему своё имя. Тот факт, что при твоём создании ученые использовали часть чьего-то генома, не означает, что нужно копировать повадки донора. Кошки к данному вопросу подходят куда рассудительнее. Где удобно и выгодно, там копируем, где профита не приносит, изобретаем что-то своё.

Двигаться к Медянке Великий Вожак приказал загоном, то есть впереди шли крылья стаи и передовой полк, остальное войско двигалось медленнее, чуть отстав. Не спорю, тактика удобная, эффективная, многажды отработанная. Проблема в том, что чего-то подобного мы ждали, и, следовательно, успели подготовиться. Кроме того, эта тактика не лучшим образом работает против врага, превосходящего в скорости и лучше знающего местность, что серым тоже следовало бы учесть. Они не учли, нам же лучше.

Дополнительным плюсом стало отсутствие на стороне врага летающих наёмников. Вороны и другие крылатые Народы не любят покидать свои лепестки, где гравитация меньше стандартной и есть возможность не просто перепархивать с места на место, а полноценно парить. У нас, в свою очередь, имелись леталки, позволявшие вести наблюдение и периодически беспокоить врага, сбрасывая небольшие бомбочки.

Таким образом, атаку на правое крыло удалось скоординировать с одновременным ударом по всем передовым отрядам волков. Я планировал как можно дольше оттягивать момент столкновения, потому что в прямой схватке кошки заведомо слабее – мы меньше, не такие сильные, выносливые и крупные, наше золотое тело в среднем вырабатывает меньше энергии. Зато лучше скрываемся и более ловкие, то есть сама природа велит использовать засадную тактику. Собственно, мелкие отряды охотников с самого начала вовсю кружили вокруг неприятеля, стремясь не столько убить, сколько напугать, отвлечь, заставить потерять темп. Занятие очень опасное, ведь волки и сами неплохо умеют играть в эту игру.

Одиночка от Медянки до зоны перехода добежит часа за четыре, войску идти вдвое дольше. Мы не собирались позволять нападающим отдыхать, благо, возможности имелись. Когда центр волков подошел к устроившему нас полю с оврагами, леталки нанесли одновременный удар по всему фронту, совмещенный с нападением нескольких отрядов диверсантов. В каждом отряде находился один высший маг. Серьёзного вреда их заклятья не причинили, потому что враг успел вовремя отреагировать, зато вал огня со всех сторон неплохо замаскировал основное нападение. То, что производил я лично во главе гвардейцев и отборных стражников. Целых десять минут старейшины серых не могли понять, куда посылать подкрепление; за это время мы успели неплохо потрепать встреченных загонщиков, вырезав примерно треть правого крыла. Добили бы всех, но, к сожалению, волки разобрались, и нам пришлось экстренно отступать, чтобы не оказаться в окружении.

Да и плевать. Главное, что задержка стоила им полутора часов, потраченных на переформирование.

Оставшийся путь до Медянки для обеих сторон прошел спокойно, мелкие стычки не в счет. Мы просто не имели возможности беспокоить их. Гвардейцы и пограничники, отступавшие от перехода, нуждались в отдыхе, даже я немного устал; магам, постоянно державшим леталки в воздухе, требовалось восстановить энергию и поспать хотя бы часиков шесть. Необходимость сидеть на стимуляторах возникнет позже, пока что с растущим напряжением справлялись обычными способами.

Первый день кампании прошел успешно. Наши потери не превышают тридцати бойцов, у волков, суммарно, выбыло из строя около четырех сотен. В дальнейшем соотношение потерь ухудшится, потому что настолько удобных для нас ситуаций не будет, серые не допустят их возникновения. Теперь они настороже. Впрочем, мы подготовили другие сюрпризы, и, вроде бы, сумели скрыть факт найма медведей, то есть о прибывающем подкреплении враг не знает.

Подводя итоги начального этапа – на стороне противника количественное превосходство, у нас паритет по качеству, в классе мы их превосходим. Это если учитывать чисто воинские показатели. Разведчики подсчитали, что волки собрали пятитысячную армию, очень большое войско по меркам малых Народов, им наверняка пришлось оголить остальные направления. Надо сказать, на рождаемость серые никогда не жаловались, у них часто появляются на свет близнецы или тройняшки, чуть ли не у восьмидесяти процентов рожениц. Но где они столько белой энергии взяли? Не иначе как заключили тайный контракт с большим кланом, а то и не одним.

Сильной организационной особенностью армии волков является их естественная привычка формировать стаи. Взрослые представители общества объединяются вокруг так называемых вожаков, у каждого от двух-до четырех подручных, у подручных есть свои «младшие». Вожаки, в свою очередь, подчиняются альфам, альфы составляют свиты того или иного старейшины. В стае в среднем около десяти бойцов, они едят, спят, тренируются, часто живут вместе, понимают друг друга с полуслова, знают склонности товарищей и фактически представляют собой базовое воинское подразделение. Мотивированное, почти всегда неплохо обученное и без проблем в управлении. Нам подобного уровня сплоченности достичь сложно, и с дисциплиной у нас проблемы возникают чаще.

А вот привычки действовать крупными, от сотни и выше, отрядами нет ни у кого. Люди в таких количествах нанимают редко, со змеями удобнее бороться мелкими группами, волки нападают тоже редко. Отсюда вытекает отсутствие опыта. Ежегодные зимние маневры и штабные игры отчасти спасают, но большинством кошек рассматриваются как развлечение, отношение к ним соответствующее.

У нас основой штатной организации является пятерка, или звезда. В реальности в звезде может состоять и три бойца (чаще у охотников), и шесть (у стражников), так что первое слово практически не применяется, оно сохранилось со старых времен, когда мы с ныне покойным Коляном создавали первую силовую структуру. Обязательным условием является наличие в составе звезды двух магов младшего круга, командира и вспомогательного специалиста. Уровнем выше стоит взвод, состоящий из двух-трех звезд и обязательно включающий в себя как минимум одного мага среднего круга. Собственно, благодаря большому количеству магов взвод с успехом противостоит стае, иначе волки били бы нас тупо за счет физических кондиций.

Надо сказать, по магам мы однозначно делаем серых, причем и по числу, и по уровню подготовки. Списочный состав магистров, аналогов человеческих магов высшего круга, перевалил за четыре сотни, ещё два десятка считаются кандидатами и в скором будущем пойдут на экзамен. Требования к соискателям у нас высокие, причем на всех ступенях иерархии. Кошачий Народ, в отличие от людей и иных Народов, подготовленным магом считает полноценного специалиста с опытом в несколько лет, а не выпускника школы. Чтобы войти в младший круг, у нас одного развитого золотого тела недостаточно.

Короче говоря, применительно к текущей ситуации картина следующая. У нас больше магов высшего и старшего кругов, они сильнее индивидуально. Больше техники, доспехов и артефактов, в том числе носимых на теле, благодаря чему частично нивелируется преимущество врага в силе и живучести. К будущему полю боя подходит сотня мишек, каждый из которых – если не ходячая крепость, то форт. Фактически единственное, в чем у волков преимущество, это численность рядового состава. Хватит её, чтобы перебить остальные наши козыри? Однозначно нет.

Тогда почему волки решились на войну? Переоценили себя, или есть что-то ещё?

- Дарина.

- Глава! – в ментальном голосе моей правой руки, помощницы, наложницы и много кого ещё, чувствовалась радость. – Сейчас, минутку.

Спустя короткое время её невидимое присутствие, словно бы отдалившееся, снова стало четким.

- Прошу прощения, - спокойнее сказала она. – Отослала помощников. Как у вас дела, всё хорошо?

- Не идеально, но, в целом, особых проблем нет. Начали удачно, - оценил я. – Сейчас посплю немного и пойду проверять Медянку, насколько её подготовили к завтрашнему.

- Считаешь, битва будет завтра? Великий Вожак не захочет дать своим отдохнуть?

- Вряд ли. Волки настроены решительно, вдобавок мы их слегка раззадорили, поэтому они рвутся в бой. Не могу понять, откуда в них такой напор. Я потому и связался с тобой, что хотел узнать, нет ли новостей о лисицах. Может, странности какие или просто неожиданная активность?

- Новых сигналов нет. Они действительно зашевелились, их представители провели беседы с главами ряда кланов, но я связывала их действия с обычными предосторожностями. Признаков подготовки к войне нет. Ты думаешь, они идут сзади, прячутся?

- Нет, всего лишь пытаюсь понять, почему серые вообще напали. Их старейшины – не идиоты. Они должны понимать, что время играет на них. Через год у нас останется меньше белой энергии, следовательно, уменьшится армия, слегка просядут в умениях маги. Волкам выгоднее подождать. Тем не менее, они полезли сейчас. Что за ерунда?

- Не знают о нашем разрыве с Бобровыми?

- Даже если не знают они, лисы знают точно, разведка рыжих не уступает нашей. Решили слить партнеров?

- В последнее время между ними нет особых конфликтов.

- Да, но и прочным их союз не назовёшь. Короче говоря, выясни, чем заняты лисы. Не хотелось бы получить удар в спину в самый неожиданный момент.

- Выясню, старший, - я словно наяву увидел, как она кивает головой, крепко сжав губы. – Только и ты поберегись.

- Ещё воевать меня поучи!

О рыжем Народе я вспомнил, потому что лисы уже дважды не давали нам добить волков. Были в прошлом эпизоды, когда кошки могли окончательно решить проблему настырных соседей, и плевать, что геноцид. Нас бы они не пощадили. Однако лисы, дипломаты, хитрецы и шпионы, в последний момент приводили войска, сколачивали союзы, щедро тратили золото и лили кровь, спасая партнеров. Вполне возможно, что они вмешаются и сейчас – или уже вмешались.

Поведение серых нелогично. Однако, если предположить, что лисы подбросили им неверную информацию, то странности получают объяснения. Зачем рыжим ослабление союзников? Во-первых, в любой паре есть ведущий и ведомый, и до недавнего времени волки были скорее вторыми. Сейчас они окрепли и чаще проводят самостоятельную политику, чужие советы им не нужны. Неприятно? Ещё как! Во-вторых, лисы не являются единым Народом, они разбиты на пять кланов, у каждого свои интересы, контракторы, стратегия развития и видение будущего. Вполне возможно, что один из них начал свою игру, которая вылилась в войну.

И вдобавок нельзя отбросить предположение Дарины насчет присутствия лис. Рыжие - мастера иллюзий, вполне возможно, что они уже в лепестке, а мы их не видим. Надо будет озадачить завтра Ждана проверить окрестности, чтобы внезапное появление вражеских резервов не повлияло на ход битвы.

Глава 7

На фоне коренастых потомков Фредерика выглядела субтильной девочкой, непонятно как затесавшейся в ряды качков. Этакой милашкой в доспехах. Вблизи ощущение пропадало, стоило взглянуть в жесткое, недетское лицо и старые, повидавшие всякого дерьма глаза.

- Неплохо вы устроились, - после первых приветствий сказала она, оглядывая систему укреплений Медянки. Задержавшись взглядом на тяжелом ударном големе, восхищенно цокнула языком. – Уверен, что мы вообще тут нужны?

Пришлось признать:

- Я ждал большего. Думал, волки людей притащат. Как ни странно, пока никого не видно, только серые.

- Скажешь тоже! – криво усмехнулась она. – Вы для них – враг принципиальный, можно сказать, идеологический или даже религиозный. Особенно ты. Воевать с кошками они будут только сами… До тех пор, пока смогут.

- Нам же проще. Если обойдётся без сюрпризов, мы всю их армию здесь положим.

- Когда это война обходилась без сюрпризов? Ни одно сражение по плану не проходит, - Фредерика поморщилась и предпочла перевести тему. – Говорят, вы без кланового контракта остались?

- Кто говорит?

- Многие. Бобровых режут, а вы не вмешиваетесь.

- Они, фактически, пытались подставить нас под удар. Кретины решили нашими руками перебить соседей, не подумав, как мы отнесемся к их инициативе.

- Дело ваше, - пожала плечами женщина. – Но имей в виду – заключить новый контракт будет сложно. Со стороны выглядит так, словно вы Бобровых кинули.

Репутация просела. Ничего, восстановим.

- Бывают друзья, вреда от которых больше, чем от врагов, - вслух ответил я. – А сложностей бояться бессмысленно, вся жизнь – одна большая сложность. Выкрутимся.

- Совет хочешь?

- Давай.

- Присмотрись к Восточному континенту, их рода выглядят многообещающими. Мы недавно с ними работали. Культура там, конечно, своеобразная, но, если разобраться, то же самое, что и везде. Жажда власти, золота, славы. Вам должно подойти.

- Мы на Восточный сунулись лет двести назад. Не слишком удачно.

- Помню, ты рассказывал. С тех пор там многое изменилось.

Похоже, медведи связывают с Восточным континентом какие-то планы, и потому зазывают нас. Им нужна информационная поддержка, которую мы традиционно готовы обеспечить союзникам. В принципе, попробовать стоит. Раньше мы на восток не обращали внимания из-за целого комплекса причин: тотальная бедность местных, специфическая и жестокая мораль правящего слоя, сильное влияние религиозных сект. Сейчас, если ни один из проектов не «выстрелит», имеет смысл заново вернуться к освоению нового-старого рынка. Да даже если и выстрелит…

Сразу соглашаться или просто выказывать заинтересованность, однако, не стал. Сначала уточнил:

- Та троица, которая недавно у нас лечилась, она на Восточном ранения получила?

- Но ведь живы остались!

- Потому что крабы делают на редкость качественные стазис-камеры. И ещё потому, что Татьяна по вашей физиологии скоро трактаты писать будет, настолько часто вы к ней попадаете.

- Ещё пожалуйся, что за услуги ей мало платят!

- Не в деньгах дело, - невольно улыбнулся я, вспомнив, сколько слупил госпиталь. – А в живучести.

Пояснять ничего не требовалось. Из всех Народов медведи, пожалуй, самый трудноубиваемый – бешеная регенерация и дублирование основных внутренних органов дают им колоссальный запас прочности. Травмы, гарантированно отправляющие кошек на тот свет, медведей всего лишь на недельку укладывают в больницу. При наличии еды они способны конечности отращивать (причем под едой понимают всякую гадость, для остальных ядовитую).

Фредерика примчалась в Медянку вскоре после полудня, в сопровождении небольшого отряда личной охраны и опередив остальную сотню на несколько часов. Похоже, к концу дня возле крепости соберутся все участники, потому что медведи успеют подойти. Мы, кошки, давно готовы, к крепости стянуты все доступные силы. Волки тоже подойдут в сумерках или даже в темноте, постоянные нападения замедлили их темп – впрочем, даже без наших действий, вряд ли они стали бы атаковать крепость сегодня. Всё-таки тяжелый переход, акклиматизация, постоянное напряжение… Вожаки в любом случае дали бы отдых своим войскам.

Битва начнётся завтра.

Мы успели, поэтому сегодня у нас есть время спокойно обсудить план сражения. Сделано всё возможное, в победе я практически уверен, вопрос только в цене. Потери неизбежны. К смертям привыкаешь, они превращаются в часть жизни, но всё равно каждая битва оставляет после себя горькое послевкусие.

- Давай не ставить телегу перед лошадью, - предложил я закрыть тему. – Про Восточный потом поговорим, после того, как с волками разберемся. Что скажешь насчет плана?

- Если ты уверен насчет щитов, и, если ваше варево настолько ядрёное… - протянула Фредерика вопрошающим тоном. После моего кивка она закончила уверенно. – Тогда согласна. В центре атака захлебнётся, молодняк выбьем, ветеранов задавим по очереди – сначала на флангах, выживших в преследовании. Жаль, непонятно насчет места основного удара.

- И будет ли он один.

- И будет ли он один, - согласилась Фредерика. – Я бы на их месте сразу с двух сторон наступала, чтоб защиту раздергать. Они ведь о нас не знают?

- Не должны. Но я не гарантирую, что агенты лис среди енотов не стуканули хозяевам насчет вашего прохода. А те, в свою очередь, не передали серым.

Все Народы заводят агентов среди соседей, это нормальная практика. Только понимать надо, что в относительно небольших социумах все на виду, и разведывательную деятельность вести сложно. Особенно против своих же. Кроме того, безалаберные еноты могут забыть сообщить ценные сведения, или перепутать их, или просто забить на обязанности ради очередной пирушки.

- Рыжие, - скривилась женщина. – Эти могут. Ладно, вчерне мы наметили, а конкретнее разберемся завтра. Посмотрим, как они перед боем выстроятся. Волки скоро подойдут?

- Их разведка уже здесь. Основное войско появится примерно через час.

- Встретишь их?

- Ночью навещу, - улыбнулся я.

Медянка, конечно, крепость своеобразная. Полноценных стен у неё нет, потому что даже маг младшего круга способен запрыгнуть метров на пять в высоту, средний круг ненадолго обнуляет собственный вес и в прямом смысле способен по потолку бегать. Или по вертикальным поверхностям, как в нашем случае. Нужно строить стены высотой не менее метров десяти, причем толстые, чтобы воздействие психоконструктов выдерживали, что нерационально и в случае штурма поможет слабо. Поэтому маги пошли другим путём, разработав более эффективные методы защиты.

Поселение окружает вал. Высокий, толстенный земляной вал, вскарабкаться на который при не слишком больших усилиях способен и простой человек. Перед валом выкопаны два рва, тоже не особо глубокие или широкие. Задача всей конструкции не в том, чтобы остановить нападающих, а чтобы их задержать. Заставить потерять темп. Подвести под удары стоящих в укрытиях на валу магов, метателей, иных приспособлений. Для той же цели поле перед валом усеяно ловушками, на полосе между рвами высажены специфические кустики, не особо высокие, зато необычайно цепкие, колючие, огнеупорные.

По большому счету, для волков нет разницы, с какой стороны штурмовать. Медянка в плане овальная, защищена примерно одинаково везде, и с широкими прямыми улицами внутри, то есть с переброской подкреплений проблем не возникнет. Серые не знают, сколько внутри защитников, но обоснованно предполагают, что к войне мы подготовились – не зря же я лично встретил их возле перехода. Осаждать крепость бессмысленно, в чужом лепестке долго не протянешь. Выделение блокирующего отряда, чтобы рвануть к Городу, приводит к риску потерять сначала одну часть войска, затем другую. По уму, им, видя неудачи первого дня вторжения, следовало бы отступить. Однако ментальность Серого Народа не предполагает отступления без боя, поэтому как минимум одну попытку штурма они совершат.

Наша задача – сделать так, чтобы первая попытка стала последней. Поэтому три сотни охотников разбросаны по окрестностям, готовясь тревожить волков постоянными наскоками, поэтому я лично пойду в ночную вылазку. Любые средства, чтобы повысить наши шансы в завтрашней битве, хороши. Если хотя бы парочка врагов погибнет из-за того, что не смогла выспаться перед сражением, то я посчитаю свою суету оправданной.

Практически все Народы обладают ночным зрением. У кого-то оно сочетается с тепловым (например, у летучих мышей, постоянных персонажей людских страшилок), у других развито слабо и нуждается в тренировках. Тем не менее, в теории мы могли бы схлестнуться с волками в темноте на равных. Однако и мы, и они предпочли потратить ночь на подготовку. Просто заключалась она в разном – серые устроили в отдалении нечто вроде укрепленного лагеря, попутно наводнив округу разведкой и выставив заслон, мои потомки кружили по округе, стараясь выцепить удобный момент для нападения. Тактика «комариных укусов», не особо эффективная против этого противника, зато неплохо держащая его в напряжении.

Пожалуй, единственной крупной стычкой за всю ночь стала моя вылазка. Прихватив пятерку диверсантов, ближе к полуночи я отправился туда, где, по сообщениям наблюдателей, видели нескольких высших магов. Следовало убить хотя бы одного. По очень-очень грубым прикидкам, в боевом плане маг одного круга равняется пяти магам более низкого, то есть один высший соответствует пяти старшим, двадцати пяти средним и более чем ста младшим. На практике, разумеется, всё куда сложнее, следует учитывать массу факторов, начиная от специализации и заканчивая подготовкой, но для первичных подсчетов указанное соотношение работает. Кроме того, в главном оно абсолютно верно – первыми следует вышибать высших.

Идя охотиться на крупную дичь, следует принять все возможные меры предосторожности. Тем более что нас, скорее всего, ждут. Кошки любят подкрадываться к добыче под прикрытием иллюзий, это общеизвестно. К счастью, на нашей стороне играли хорошее знание местности и парочка заранее подготовленных сюрпризов, позволивших проскользнуть сквозь внешнюю линию охранения. Стоявшие там слабаки были нам не нужны, не сегодня.

Получилось не совсем удачно, потому что первого встреченного нами высшего сопровождал эскорт из трех магов послабее. Не было возможности оценить их точно, сначала из-за опасения спугнуть, затем вовсе не до того стало. Я даже больше скажу – сам объект получилось заметить исключительно благодаря косвенным признакам, замаскировался он великолепно. Но, увы, на его несчастье, сегодня поиском занимался на порядок более умелый маг.

Всё произошло очень быстро. Мой первый и единственный удар уничтожил врага и, кажется, зацепил пару его помощников. Одновременно сопровождавшие меня гвардейцы принялись вырезать охранение, освобождая проход к своим. Задерживаться я не стал – задача выполнена, цель уничтожена, на грохот взрыва наверняка спешит подкрепление из соратников убитого. Нет смысла стоять и ждать, пока они появятся. К тому же, перед завтрашним боем не стоит растрачивать все силы или, ещё хуже, получить ранение. Поэтому мы сразу отошли.

Без особых проблем добравшись до крепости и пару часиков поспав (во сне энергия золотого тела восстанавливается быстрее, да и просто отдых не бывает лишним) я быстро позавтракал и пошел на стену. Там уже находились остальные командиры, собравшиеся вокруг Ждана – маг умудрился создать точную карту окрестностей радиусом в десять километров, с перепадом рельефа и отметками живых существ, куда в режиме реального времени выводил данные с леталок и докладов подчиненных. Надо ему премию, что ли, дать. Старейшин поощрять сложно, потому что у них всё есть, а то, чего нет, они купить могут. Или, ещё хуже, желания у них такие, что даже мне, со всеми ресурсами и возможностями, выполнить тяжело.

- Хорошая штука, - почуяв меня, Фредерика обернулась и указала на карту. – Нам бы такая пригодилась.

- Идёт исключительно в комплекте с Жданом, - кивнув всем в качестве приветствия, отшутился я. – А вообще – напомни через годик. Может, что-то похожее разработаем, для менее опытных магов. Кроме волков, ещё кого-нибудь заметили?

- Несколько десятков отметок людей, лис, сов и росомах, глава.

- Наблюдатели, наверное, - предположил я. – Кроме росомах, те наёмники. Сов сколько?

- Трое, старший. На левом фланге маячат.

Отношения с совами у нас своеобразные. Дело в том, что характеристики белой энергии, подходящей кошкам, совпадают с характеристиками энергии, усваиваемой воронами, куницами и совами. Иными словами, эти три Народа являются нашими прямыми конкурентами. В отношениях с куницами всё довольно жестко, они регулярно пытаются влезть на чужую поляну и столь же регулярно получают отлуп. Можно сказать, между нами вражда. А вот с воронами и совами удалось договориться, разделив в своё время сферы влияния. Правда, надо учитывать, что последний договор заключался сто лет назад, с тех пор многое изменилось и, похоже, пришла пора его пересматривать. Скорее всего, разведка сов должна оценить, насколько мы сильны, стоит ли вести переговоры с позиции силы.

- У них должны быть подкрепления, - сделал я вывод, изучив карту. – Засадный полк или что-то вроде того.

- Следопыты из дальних сотен никого не заметили, глава, - сообщил Игорь. – С леталок тоже крупных соединений не видно. Только отставшие отряды из десятка-другого волков.

- Резерв может ждать возле перехода, - предположила Фредерика. – Со стороны Великого Вожака логично взять с собой только своих, чтобы серые получили всю добычу и славу. А на тот случай, если война пойдёт по плохому сценарию, сзади оставить заслон из наёмников, союзников, ну и пары сотен ветеранов для контроля.

Хорошо, если так. Мне совсем не улыбается в разгар сражения внезапно обнаружить подошедший отряд свеженьких врагов.

- Будем надеяться, ты права. Серые пока не собираются?

- После того тарарама, что ты устроил? К полудню раскачаются, - предрекла медведица. Бросив последний взгляд на карту, она поднялась с места и сообщила: - Ещё пару часиков подремлю. Если вдруг они раньше начнут, гонца пришлите.

- Приятных снов.

Может показаться, что мы с Фредерикой слишком расслаблены, заранее считаем битву выигранной. В какой-то степени – да, считаем, но никакого расслабона нет. Ситуация непрерывно мониторится, и, если вдруг разведка сообщит нечто, выбивающееся из привычных рамок, планы немедленно будут изменены. Откорректированы. Просто сейчас действия волков укладываются в один из основных сценариев, разработанных перед нападением, поэтому весомых причин для тревог нет. Вот когда (и если) противник начнёт творить неожиданное, тогда наступит время для беспокойства.

Я процентов на девяносто уверен, что ждать от серых нестандартных действий бессмысленно. Полководцы, способные удивить, рождаются редко. Шаблонность мышления, конечно, мою работу значительно облегчает, но всё равно чуточку жаль. После первой сотни сражений они превращаются едва ли не в рутину, скучную и неинтересную, поневоле возникает соблазн менее тщательно подойти к подготовке или вовсе свалить руководство на заместителей. Те из Первых, кто этому соблазну поддались, в поисках ярких эмоций бросались в гущу битвы, отдаваясь кровавому угару, наслаждаясь резней. Сейчас все они мертвы.

Кроме того – то, что остальные действуют более-менее одинаково, вовсе не означает, что я сам должен следовать шаблонам. Репутация кошек как одного из опаснейших Народов возникла во многом благодаря склонности действовать неожиданно. У нас даже школьная программа поощряет учеников решать задачи различными способами, тем самым развивая их мышление.

Несмотря на тот факт, что в обоих лагерях большая часть бойцов спала или пыталась это делать, набираясь сил, для руководства сражение, по сути, уже началось. Беспокоящие наскоки наших диверсантов парировались охраной волков, небольшие группы разведчиков натыкались друг на друга, повсеместно вступая в короткие яростные схватки. Медикаменты, зажигательные снаряды, прочие расходники подносились поближе к местам будущих боёв, техники проверяли состояние големов, доводя их до идеала, звено леталок барражировало на высоте, нервируя вражеских наблюдателей периодическими рывками к земле. Мелочи, вроде бы, но именно они приносят победу.

- Старший, - не выдержал наконец Ждан. Я всё гадал, когда же он подойдёт. – Спросить насчет полка Максима хотел.

- Почему он стоит вдалеке, прикрытый иллюзиями, и не факт, что успеет вмешаться в драку?

- Да, верно, - кивнул маг.

- На самом деле, при необходимости полк подойдёт к Медянке за три часа. Правда, измотан будет, но создать видимость угрозы сможет, - заметил я. – Хотя это на крайний случай, если вдруг бой пойдёт по наихудшему сценарию. При нормальном развитии событий Максиму здесь делать нечего, у него будет совсем другая задача. Как думаешь, чем должен закончиться нынешний конфликт?

- Мы разобьём серых, - пожал плечами маг. – Чтобы ещё лет сто про них не слышать.

- В целом правильно, правда, насчет «не слышать» ты загнул. Не получится. Гадить нам в мире людей они не перестанут при любом раскладе. Чтобы окончательно снять серую угрозу, необходимо полностью уничтожить их Народ, чего нам сделать не позволят. Не говоря уже о том, что даже наши союзники отрицательно отнесутся к геноциду. Поэтому сейчас речь идёт о максимальном ослаблении врага на тот период, пока часть наших, в первую очередь женщины с детьми, будут лежать в стазисе, пока охотники и стража восстанавливают поток белой энергии. Грубо говоря, мы должны уничтожить как можно больше волков, физически их истребить. А как это сделать? Не позволить им вернуться домой.

- Максим должен не пустить отступающих к зоне перехода, - сообразил Ждан.

- Не отступающих – бегущих, - поправил я. – Тех, кто выживет здесь, и у кого не останется сил ни на что, кроме бегства. Мы, к сожалению, тоже все силёнки израсходуем, нам волков преследовать будет сложно, они банально выносливее. Зато бойцы Максима останутся свеженькие.

Во всяком случае, таков план. День покажет, насколько он совпадёт с реальностью.