Отдел снабжения. Горы

Глава 1. Июль

Близилось время моего долгожданного отпуска. И чем дальше, тем очевиднее становилось, что полноценного отдыха не предвидится. Мало того, что мы с Пашей не позаботились заранее, чтобы наши ежегодные отпуска не перекрывали друг друга, и пришлось производить срочную корректировку. Объём всевозможных работ накатывал на меня таким валом, что хотелось в отчаянии воскликнуть «Миссия невыполнима!», плюнуть на всё и дать дёру.

Павел Валерьевич страдал ничуть не меньше, и его возмущение действиями коллег довольно часто вырывалось бушующими проклятиями и ругательствами, словно лава из жерла вулкана. В последнее время основным источником Пашиной нервозности служил главный инженер Куликов, изобретавший эстакаду для приёма и отгрузки импортных автомобилей. Сначала этот самовлюблённый и капризный двигатель прогресса заказывал кучу хитрых дорогущих комплектующих, и их приходилось долго искать и закупать в дальних регионах нашей необъятной родины. А потом вдруг его планы менялись. И наш шеф, и так по самую макушку заваленный работой, вынужден был отменять заказы и осуществлять возврат того, что уже было оплачено и даже получено. Самое неприятное, что система, сложившаяся на предприятии, в любом случае крайним и ответственным за неизбежные при этом убытки и провалы назначала отнюдь не самодура-начальника. Отвечал исполнивший его непродуманные указания подчинённый. В глубине души я прекрасно понимала, что у Паши, даже с его крепкой здоровой наследственностью и относительно устойчивой психикой, при такой сумасшедшей работе есть риск не дожить до пенсии. И не только потому, что пенсионный возраст в стране с терпеливым населением можно повышать до бесконечности.

В общем, нам обоим нужно было хоть на время стряхнуть с себя непосильный груз должностных обязанностей, значительная часть которых была навязана сверх всяких разумных норм. Но кто думает о правах и благополучии наёмных работников в стране периферийного капитализма?

Поначалу замученный трудом Павел Валерьевич и слышать не хотел о наших дерзновенных планах короткого экстремального отдыха. Но когда к нам с Патоличевым присоединился и Роман Каримович Бабаев, шеф всё-таки рассмотрел выдвинутое его друзьями заманчивое предложение. К этому времени наши смелые наброски уже получили вполне определённые очертания. И здесь надо сказать спасибо моей дочери, имевшей опыт в организации интересного и разнообразного семейного досуга. Именно она вывела нас на турбюро, предлагавшее актив-тур в Приэльбрусье. Выехав в пятницу вечером, мы уже в понедельник утром должны были вернуться, чтобы приступить к своим трудовым обязанностям. Уговорить ответственного и строгого айтишника Егорова не составило большого труда, особенно когда стало ясно, что Игорь Кузин и его дочь Женя с радостью составят нам компанию. А чтобы посильней надавить на Пашу и не дать ему возможности включить заднюю, мы с Патоличевым решили приукрасить грядущее приключение и сочинили байку о горной форели, облюбовавшей несущиеся с ледников горные потоки. И Павел Валерьевич не стал уличать нас в дилетантском вранье, а пообещал на всякий случай прихватить складную удочку.

Итак, в запланированный тур были готовы отправиться 9 человек: Бабаев с супругой, Кузин с дочерью, Паша с женой Наташей, Максим Егоров и мы с Патоличевым. Все посвящённые из данной компании согласились с нашими планами взять с собой пятёрку бесплотных сущностей. Напомню, что к этому времени к нашей четвёрке с разных этажей – Девочке, Кузе-Клерку, Бабайке-Боссу и Гномику-Механику - присоединилась найденная в плавнях Душенька.

Поначалу мы рассматривали вариант, когда домовые материализуются и присоединяются к нашей группе в качестве ещё пятерых людей. Мы даже предварительно распределили дополнительные расходы, которые потребуются на осуществление этого плана. Однако турбюро потребовало обязательное наличие паспортов, так как речь шла о режимной территории. Высокогорная долина, куда мы направлялись, располагалась на границе с Грузией. Прекрасно зная, что домовым под силу изготовить вполне убедительные фальшивки, мы столь же хорошо понимали, что в наше время любые паспортные данные мгновенно проверяются. Никому из нас не хотелось заморачиваться противозаконными действиями с непредсказуемыми последствиями, и, посоветовавшись, мы пришли к выводу, что наши бесплотные друзья должны отправиться в поездку невидимыми нелегалами. Сущности не возражали. Им очень не хватало разнообразных впечатлений. Одолев ужасного и опасного ресторанного духа в пляжном посёлке, наши домовые жаждали новых приключений, и сам чёрт был им не брат. Мне было бы многократно спокойнее, если бы эти шустрые ребята воплотились в людей. Тогда можно было бы точно отследить их местоположение и действия. Но наши мужчины не разделяли моих тревог, полагаясь на разум и совесть домовых и надеясь от души расслабиться и отдаться отдыху.

Как выяснилось чуть позднее, в поездку на небольшом комфортабельном микроавтобусе марки «Мерседес Спринтер», кроме нас, должны были выехать ещё шесть туристов и один руководитель группы. Поэтому мы сразу приняли к сведению, что и люди, и духи должны проявлять осторожность, чтобы не вызвать в салоне никому не нужных проблем и подозрений. К тому же даже в нашей тесной компании имелось двое непосвящённых – жена Бабаева Нина и супруга Павла Валерьевича Наталья. Поэтому семерым людям, взявшимся опекать домовых, придётся всё время быть начеку, чтобы не нарушить конфиденциальность и полностью соблюсти секретность. Но мы были слишком привязаны к нашим бесплотным друзьям, чтобы считать грядущие ограничения тяжкими. Напротив, их присутствие придавало особый смысл предстоящему туру. Наши духи в каком-то смысле были нашими детьми. Теми, кому хотелось дарить новые знания и открывать новые горизонты. Сразу оговорюсь, что для настоящих детей и внуков дошкольного и младшего школьного возраста данная поездка оказалась бы сложноватой. Так что не упрекайте нас, что мы променяли родных внучат на нематериальных существ.

С середины июля мы жили в предвкушении рывка на Большой Кавказский хребет, который должен был состояться на последних выходных месяца. А вскоре оказалось, что есть ещё возможность на первых выходных августа продолжить горный экстрим в Адыгее. И наша уже вошедшая во вкус команда не стала отметать и этот шанс и забронировала места на одной из баз отдыха на первые выходные августа. Гулять так гулять!

Однако июль принёс не только непомерную рабочую нагрузку и мечты удрать от забот подальше. Когда июньские волнения на загородном пляже уже изрядно подзабылись, мне довелось первой столкнуться с одним из участников тех событий. И надо ли говорить, что эта встреча меня весьма встревожила.

В один из июльских будней Саша позвонил, что не сможет меня встретить у переезда, так как у них с Гномиком-Механиком очередной аврал в гараже. Однако эта парочка, подключив Душеньку, уже собрала целый тазик ранней ароматной алычи, и они будут рады, закончив свои дела, помочь мне готовить соус ткемали на зиму. Не скажу, что я горела желанием выстаивать вторую смену у плиты, но Патоличев прекрасно знал, что мои крестьянские гены и беличьи инстинкты не успокоятся, пока собранный урожай не будет переработан, расфасован, отстерилизован в тепле и отправлен на хранение в имеющийся в доме подвал. Шагая вверх по Брянской, а потом по Сашиной улице к знакомой калитке, я прогоняла в уме порядок действий, дабы не упустить ничего важного в процессе приготовления кисло-острого грузинского соуса, который за неимением пары недоступных ингредиентов типа уцхо-сунели и омбало всё-таки отличался от аутентичного. Но и мой доморощенный ткемали из местной алычи имеет своих преданных фанатов. Как убедил опыт последних лет, редкая банка достоит до середины зимы.

Я уже начала открывать калитку, когда мой взгляд скользнул по неподвижно стоящей на другой стороне улице фигуре. До вечерних летних сумерек было ещё далеко, и я прекрасно разглядела высокого и крепкого молодого человека, молча и внимательно рассматривающего меня. Он был одет в тёмно-серые брюки и чёрную футболку. Это было совсем не по-летнему, однако в последнее время многие подростки тяготеют к чёрному. Вот только из подросткового возраста этот юноша наверняка уже вышел. Масть парня полностью соответствовала мрачноватым цветам одежды. У него были тёмные, коротко и аккуратно подстриженные волосы, густые чёрные брови и правильные черты загорелого лица. Пожалуй, его можно было бы назвать красивым. Но это была недобрая красота. В карих глазах не чувствовалось теплоты, а губы слегка кривила презрительная усмешка. Если бы меня попросили сходу определить основную черту характера этого человека, я бы не задумываясь назвала угрюмую самоуверенность. И тут я его узнала. Это был Алексеев, один из пятерых качков, напавших на нас на автостоянке, наёмник пляжных предпринимателей и подручный Гориллы-Шварца. И он наверняка узнал меня. А я, как последняя дурында, привела его прямиком к дому Александра Патоличева, с которым банда наверняка мечтает свести счёты. На моей физиономии тут же отразились эти тревожные мысли, и прочитавший их парень вдруг изменился в лице. Он словно на короткий миг сбросил маску – лицо стало живым и взволнованным, а тёмные глаза блеснули умом и чем-то похожим на сочувствие. Алексеев сделал быстрый шаг по направлению ко мне, а я, обнадёженная такой внезапной переменой, шагнула ему навстречу. И в этот момент между нами проехала машина. Не знаю, был ли в ней человек Шварца или просто возвращался с работы кто-то из соседей, но Алексеев больше не смотрел на меня и не делал попытки приблизиться. Напротив, он отвернулся и быстрым уверенным шагом направился вниз по противоположной стороне зелёной улицы. А я, озадаченная и встревоженная, вошла во двор.

Сашина мама Лидия Петровна ревностно охраняла собранный урожай спелых плодов, отгоняя мух и ос от внушительных размеров тазика. И мы с ней тут же начали подготавливать алычу к переработке. Классический способ приготовления ткемали предполагает протирание отваренных плодов через сито. Но я предпочитаю срезать мякоть и пропускать её через мясорубку в сыром виде. Косточковые отходы вполне годятся на ярко-жёлтый кисленький алычовый компот, незаменимый в жаркие летние дни. У нас был целый таз, но для тех, кто готов потратить совсем немного времени и средств, оставляю рецепт несложного ткемали от Отдела снабжения:

Берём любую недорогую сливу, которая попалась под руку. Очищаем от косточек и пропускаем через мясорубку. Перекладываем массу в кастрюлю, годную для варки варенья (лучше стальную, а не эмалированную). Пока не разобрали мясорубку, прогоняем через неё несколько долек чеснока и пару-тройку стручков горького перца, а также небольшой пучок свежей кинзы (в ткемали её хорошо переносят даже упёртые кинзофобы). Сначала недолго варим сливу (алычу), не забывая помешивать и добавляя по вкусу соль и сахар, а спустя примерно четверть часа, закидываем в кастрюлю нашу острую чесночно-перечную заправку, можно добавить молотый кориандр, хмели-сунели или ещё какие-нибудь специи, которые лично вам по душе. Через пять минут выключаем, но пока смесь ещё кипит, можно капнуть совсем немного уксуса для пущей надёжности – буквально чайную ложечку, хотя кислоты у нас и так хватает. Разливаем в прогретые стерильные баночки и закрываем прокипячёнными крышками. Закатываем. Переворачиваем, укутываем тёплым.

- Как движется процесс на нашем консервном заводе? – поинтересовался Саша, появляясь из-за виноградной беседки.

Судя по всему, работа в автомастерской на сегодня была завершена, так как главный механик нашего подворья успел принять душ и переодеться. Мы отпустили Лидию Петровну отдыхать, а Саша занял её место и начал быстро и умело разделывать плоды.

- Похоже, за тобой начали охоту люди Шварца, – сходу начала я. – Напротив калитки дежурил Алексеев.

- Димка местный, – отозвался Патоличев. – Живёт рядом с клубом.

- До клуба отсюда больше километра по прямой, – прикинула я. – Он к твоему дому наверняка специально припёрся. А ты ведь его в гости не приглашал, не так ли?

- Даже не думал, – рассеянно произнёс Саша. – Но ведь есть вероятность, что парень просто шёл по своим делам...

- А тут вдруг знакомая личность у калитки, – подхватила я. – Надо было мне сделать вид, что я топаю дальше, но я не сразу поняла, кто это завис напротив твоего двора.

- Не паникуй, – в голосе Саши звучали уверенность и спокойствие. – Здесь не загородный ресторан и не чужая автостоянка. Никакой Шварц здесь слова не имеет. И Алексеев это знает лучше меня.

- А ты что, его хорошо знаешь? – с надеждой спросила я, вспоминая тот последний живой взгляд угрюмого парня.

- Занимались недолго в одной секции, – лаконично ответил Патоличев и, помолчав, добавил: – Он тогда ещё совсем щенком был. Но с характером, в отца.

- А отца хорошо знаешь? – моё любопытство не было праздным. Я должна была убедиться, что появление Алексеева ничем нам не грозит.

- Сразу видно, что ты не из этого района, – усмехнулся Саша. – Витька Алексеев давал здесь шороху в девяностые. Тюрьма по нему сильно плакала, участковые с ног сбились его на дому навещать и по квартирам у друзей разыскивать – драки, рэкет, хранение оружия. Но больше всего нервировал он здешних родителей дочерей. Влюблялись девчонки в этого братка без памяти. Мозги тогда у многих набекрень были – особенно в начале нулевых, когда все насмотрелись специфических фильмов типа «Бригады». Моя Ольга ещё школу не закончила, а уже нашла себе кумира – Витеньку Алексеева. Сначала увещевал её по-хорошему, объяснял, что он бандит и что у него гарем из молодых дурочек. Но у неё голова совсем закружилась, когда этот супермен её на танец в клубе пригласил и до дома проводил. Я уже хотел дочь к матери отправить, вижу, что не справляюсь. Но решил начать с Витьки. Для меня он малолеткой тогда был, где-то призывного возраста, но Ольге этот тип ни по одному параметру не подходил. Выследил я его у клуба, он в компании друзей стоял, подошёл к ним. Ни один не дёрнулся, меня знали. И говорю: «Ещё раз к Оле Патоличевой подойдёшь – искалечу!» А он с глумливой усмешкой отзывается: «Да у меня таких оль – как грязи!» Пожалел, что дочь этих слов от своего героя не слышит, может быть, что-то смогла бы понять. В общем, двинул я его сгоряча, но слегка. Не сдержался. Он, видно, отвык получать, с копыт сразу слетел в грязь.

- И его банда тебя не тронула? – взволнованно спросила я, вновь подумав о том, как похожи Патоличев и Гномик-Механик. Оба способны нанести первый удар подлецу.

- Не тронула, – улыбнулся Саша. – Кое-кто из них ещё помнил, что надо уважать старших. Зато Оля устроила мне целое представление с истерикой, слезами и бойкотом. Ещё бы – я покусился на божество, какое святотатство!

- Но потом всё-таки простила? – поинтересовалась я.

- Потом она подросла и поумнела, – ответил Саша. И вдруг помрачнел: – А Витька Алексеев ...

- Так и не поумнел? – спросила я, не слыша продолжения.

Мы уже почти закончили очищать от косточек алычу, и нужно было переходить к следующему этапу. Но мне не терпелось узнать, чем закончится рассказ про Алексеева-старшего.

- Он женился на Димкиной матери, – помолчав, завершил предложение Саша.

Но это была далеко не вся история про Алексеевых. Патоличев кратко и без лишних эмоций поведал мне о крутом повороте судьбы местного супергероя, случившемся вскоре после их короткой беседы с рукоприкладством. Угнав потехи ради импортный мотоцикл у местного предпринимателя, Виктор Алексеев на полной скорости удирал от гаишников по американским горкам здешних улочек. В какой-то момент ловкость и удача подвели лихача – и чужой мотоцикл, и бесшабашный наездник разбились в хлам, неудачно вылетев на каменистую тропу, ведущую к горному перевалу. Парню крупно повезло, что на хвосте были ответственные и умелые стражи порядка. Первая помощь подоспела вовремя, а прибывшие медики не упустили шанс спасти молодую жизнь, висевшую на волоске. Однако полученные травмы выбили ковбоя из седла и усадили в инвалидное кресло. И то не сразу; долгие месяцы Алексеев-старший был прикован к кровати, и прогнозы на будущее давались самые мрачные.

- Я когда услышал об этом происшествии, – произнёс Саша, – отнюдь не злорадствовал. Мне даже было не по себе, что в запале пообещал искалечить, вроде как накаркал. Но и жалеть его особо не за что: награда нашла героя. Молодёжь, боготворившая Витьку, тогда сильно всколыхнулась: девочки рыдали, пацаны носили передачки в больницу, одно время даже цветы на месте аварии ставили. Но время шло, банда Алексеева самораспустилась и перестала быть на слуху. А самого пострадавшего угонщика взвалила на свои хрупкие плечи обычная девчонка – та, которую он больше всех обидел.

- Ты мне не фильм рассказываешь? – поинтересовалась я. – Помнится, была такая мелодрама.

- Во-во! – подтвердил Патоличев. – Всё было как в кино. Витёк незадолго до аварии соблазнил первокурсницу железнодорожного училища, всего на пару лет старше моей Оли. Она жила в общаге, приехала из станицы. Жениться, разумеется, на ней и не думал, но ребёнка сделать сумел. Ещё до того, как разбился. Уж не знаю, как она выдержала давление со стороны родных и учителей, но и от ребёнка не избавилась, и его непутёвого отца не бросила. Как у них жизнь складывается, трудно сказать. Но живут втроём уже два десятка лет. Не случись той страшной аварии, быть Витьке в тюрьме. Не окажись рядом железнодорожницы Светы, спился бы он и помер. Говорят, как в сознание пришёл, так всё пытался руки на себя наложить. Не желал обездвиженным калекой небо коптить.

Не скажу, что Сашин рассказ полностью унял мою тревогу. Имея такую наследственность, Алексеев-младший может представлять немалую опасность. Тем более, имеется и его буйный папаша, который вряд ли забыл удар Патоличева, нанесённый при всём честном народе. Но день стремительно уходил, и мы полностью погрузились в изготовление соуса ткемали. На этот раз я решилась положиться на вкус Александра, доверив ему дозировку соли, сахара и специй, и, кажется, совсем не зря. Первые горячие пробы оказались необычайно вкусными. Парочка наших бесплотных сущностей научилась ловко управляться с электромясорубкой, установленной прямо в саду, но на кухню Душеньку с Гномиком мы не взяли, чтобы не нервировать старого «домашнего» домового. Дабы не нарушать строгих правил, коим должны следовать добропорядочные лары и хорошо воспитанные пенаты.

Бывшая обитательница леса уже вполне освоилась в уютном садовом сарае, и они с Гномиком даже завели традицию прогуливаться по саду перед сном. Оба духа с нетерпением ожидали поездку в горы, и нам приходилось отвечать на их многочисленные вопросы. Честно сознаюсь, некоторые из них ставили и меня, и Сашу в тупик. К примеру, Душенька поинтересовалась, водятся ли в горных реках лягушки и если да, то как именно они поют. При этом она весьма похоже воспроизвела одну из лягушачьих серенад, услышанных в плавнях.

А я подумала, что неплохо было бы сходить как-нибудь в этот ближний лес с внуками. Мы не предпринимали такой попытки с тех пор, как Дианка остановилась на самой опушке и заявила, что дальше не пойдёт, потому что в лесу водятся волки. И её совсем не убедили мои уверения, что в плавнях водятся только кусачие комары.

Полтора десятка баночек с вкусным соусом отправились стерилизоваться под старым ватным одеялом в коридоре, а нас с Сашей вполне устроил ночной сон под лёгкой простынкой. В этом году жара рано началась, но довольно быстро выдохлась. И хотя днём температура воздуха упорно поднималась до тридцати и чуть выше, ночи становились терпимыми, и можно было не включать кондиционер.

- А в горах наверняка будет совсем прохладно, – произнёс Саша, откладывая в сторону книжку и выключая свет.

Тогда мы и не предполагали, насколько резкий климатический контраст нас ожидает. Не каждый день люди поднимаются на высоту в две с половиной тысячи метров, туда, где белеют ледники Большого Кавказа. В горах надо быть готовыми к большим перепадам температур и всяким погодным неожиданностям.

Стасик, пронюхав, что мы с Пашей отбываем в короткую экстремальную поездку, начал напевать «Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт», на что мы дружно отвечали, что «лучше гор могут быть только горы». Тогда вредный маньячелло начал донимать нас тем, что возьмёт отгул как раз в тот день, когда мы вернёмся. И только попробуйте опоздать! Он ничуть не завидовал отчаянным путешественникам, так как выше всего ценил домашний комфорт, будучи типичным обывателем. Мы с Павлом Валерьевичем хорошо знали, что маньяк-экспедитор не такой уж подлюка, чтобы не подстраховать нас и действительно оставить отдел без присмотра. Что касается трудовых обязанностей, Стас был достаточно надёжен. Так что его угрозы реальной угрозы не представляли. Просто он из вредности мотал нервы ближним.

Глава 2. Сборы и дорога

Хорошо домовым, нематериальным и прекрасно обходящимся без еды, питья и шмоток! Хотя накопленный за время общения опыт давал основания предполагать, что наши бесплотные братья и сёстры не прочь почувствовать человеческое удовлетворение от трапез и возлияний, прохлады или тепла. С таким же успехом мог работать и обратный процесс. Наши голод и жажда, неприятные ощущения от излишней жары или холода вполне могли найти отклик в чувствительных и отзывчивых сущностях, заставив их испытывать поистине человеческие страдания. И всё же я немного завидовала Душеньке и Гномику - им не приходится заниматься укладкой вещей в дорогу.

На этот раз, не желая выглядеть оборвашкой в глазах Патоличева, я подошла к своей походной экипировке с особой тщательностью. И это вылилось в немалые траты. Даже при том, что я филигранно использовала скидки и бонусы в сети спортивных магазинов и пыталась хорошо сэкономить, заказывая необходимое на маркетплейсах. Но тут пришлось в очередной раз убедиться, что всегда есть вероятность купить дистанционно кота в мешке. Или просто не тот мешок. Я присмотрела несказанно дешёвый, но, судя по описанию, качественный, и, если верить картинке, очень симпатичный походный рюкзак защитной окраски. Но за пару дней до отъезда вместо рюкзака мне вручили в ближайшем пункте выдачи брезентовую сумку – точь-в-точь такую, с какими бегали по полю боя санитарки то ли времён Второй, то ли даже Первой Мировой войны. При этом на пакете была приклеена этикетка, утверждающая, что это рюкзак, а указанный артикул полностью совпадал с моим заказом. Как говорится, не верь глазам своим. Надо было устроить скандал и вернуть санитарную сумку отправителю. Но мне не хотелось ни скандала, ни поисков нужного рюкзака, на которые не оставалось ни времени, ни средств.

Стиснув зубы, я решила по максимуму использовать присланную вещичку, а потом подарить её Паше для рыбалки или Саше для инструментов. И утешила себя тем, что для коротких турпоходов из лагеря, которые в туризме называются радиальными, у меня уже имелся маленький удобный рюкзачок – для бутылочки с водой и сложенной ветровки на случай дождя. Проклиная накосячивший маркетплейс (так и хочется обнародовать его популярное имя, но думаю, что и конкуренты грешат подобными ляпами), я начала упаковывать ошибочно присланную неказистую сумку. Вскоре, однако, мне пришлось с удивлением убедиться, что героические санитарки прошлого века имели неплохое подспорье в виде подобной брезентовой помощницы. У весьма небольшой по размеру сумки оказались удобные вместительные отделения, куда аккуратно улеглись пакеты с одеждой и бельём, пара обуви и предметы личной гигиены, а также запас орешков и сухофруктов для перекуса. Нашлось в ней и надёжное потайное местечко для паспорта, кошелька и смартфона. При этом снаружи эта простецкая сумка, закрывающаяся спереди на два магнитных замочка с ложными ремешками, выглядела очень компактно и аккуратно. Широкий ремень удобно ложился на плечо, а брезент нисколько не прибавлял поклаже веса. Сумочка оказалась столь хороша, что я решила всерьёз рассмотреть вопрос о её дальнейшем участии в моей жизни и приключениях.

Вечером накануне отъезда я в основном завершила сборы. И тут позвонил Саша. Чувствовалось, что он пребывал в лёгкой панике, так как не был уверен, взял ли всё необходимое и не набрал ли лишнего ненужного барахла. Как я поняла, собираться ему помогали два наших домовёныша с весьма своеобразным жизненным опытом. Поэтому пришлось дистанционно осуществить полную ревизию собранного. Часть вещей была мною однозначно забракована, но кое-что добавлено. При этом я строила из себя бывалую туристку, хотя это не соответствовало истине. Уж если кто и был достаточно опытен в подобных сборах, так это Павел Валерьевич, который постоянно выезжает в разные места на рыбалку.

Отработав положенные часы пятницы, мы с Пашей и Максом отправились по домам за вещами. Саше Патоличеву, как живущему рядом с нашим предприятием, было поручено забрать у переезда трёх этажных сущностей – Девочку, Кузю и Бабайку – и уже с большой невидимой командой подъехать на общественном транспорте к месту сбора. Александру пришлось полностью положиться на Гномика с Душенькой, которые без труда обнаружили трёх производственных домовых и проследили за тем, чтобы никто не отстал и не потерялся. Некоторое время ушло на представление этажным духам лесной сущности женского пола. И, как показалось Патоличеву, наша Девочка не пришла в восторг от того, что у неё появилась конкурентка, могущая перетянуть на себя внимание мужчин. Однако все вели себя сдержанно и корректно. Кузя-Клерк с Бабайкой-Боссом были слишком взволнованы предстоящей дальней поездкой, чтобы дурачиться, и доставка сущностей прошла гладко.

Встретившись с остальными у большого гипермаркета, с открытой стоянки которого отправляются автобусы частных турфирм, мы договорились, что наши бесплотные друзья будут очень внимательны и не станут терять нас из виду, чтобы не заблудиться в незнакомом месте и не опоздать на уже ожидающий нас транспорт. Но когда мы отправились в огромный продовольственный магазин, чтобы купить бутылки с водой в дорогу, сущности последовали за нами.

И, как и следовало ожидать, глаза у непоседливых и шустрых невидимок разбежались, и они врассыпную отправились исследовать пёстрые и ломящиеся от уймы разнообразных товаров полки. Девочку сразу понесло к кондитерским изделиям, Душенька стала нарезать круги вокруг витрин с кошачьим кормом, а Кузя начал подбивать Бабайку на то, чтобы незаметно вынести товар. Это в его понимании называлось не воровством, а проверкой бдительности сотрудников гипермаркета. К счастью, Бабайка оказался куда сознательнее Игоря Кузина и не поддался на подначки своего товарища. Наш дорогой Гномик, на которого мы возлагали большие надежды в качестве негласного контролёра своих товарищей, тоже оказался не на высоте. Он, подобно остальным, сильно отвлёкся на обилие товаров и при этом пытался не потерять Душеньку, напрочь забыв об остальной компании.

Время сильно поджимало, мы с Патоличевым стояли в нескончаемой очереди в кассу. И я уже подумывала, что можно обойтись и без воды. Саша раньше меня озадачился поиском домовых, прекрасно почувствовав, что поблизости их уже нет. И я предложила, что он останется в очереди, а я проведу быстрый рейд по ближайшим рядам, мысленно призывая наших ребят на выход. Я двигалась по огромному залу гипермаркета зигзагами, стараясь пробежать как можно больше рядов. И при этом неустанно повторяла про себя:

- Домовые, пройдите на кассу. Автобус вот-вот отправится!

Потом я, не делая и секундной передышки, обратилась поочерёдно ко всем потеряшкам, начиная с Гномика-Механика и заканчивая Душенькой. И вдруг со всей отчётливостью осознала, что мои призывы наверняка теряются в сплошном гомоне мыслей многочисленных посетителей гипермаркета. И тут я наткнулась на Пашу с Наташей. И едва не выпалила, что домовые потерялись. Но в последний миг поняла, что жена Павла Валерьевича может эту странную фразу неправильно понять. А именно решить, что сотрудница её мужа с большим приветиком. Поэтому я просто предложила им присоединиться со своими покупками к Патоличеву, стоящему в очереди у кассы, и пояснила, что хочу быстренько кое-кого найти. Мы с Пашей обменялись взглядами, и, кажется, он понял, кого именно я ищу.

- Может быть, они пошли за шоколадом? – подсказал он мне.

- Сейчас гляну, – с готовностью откликнулась я, рысью направляясь к нужному ряду.

Всё-таки Павел Валерьевич у нас молодец, его наводка оказалась верной. Не успела я приблизиться к полкам с разнообразными шоколадками, как рядом со мной послышался голос Девочки:

- О! А где остальные?

- Нужно быстро отыскать всех домовых, – как можно суровее произнесла я. – Через несколько минут отправление автобуса.

- Ну ладно, сейчас попробую, – не очень уверенно отозвалась она.

- Мы ждём вас на выходе, у касс, – дала я ориентировку. И в очередной раз мысленно посокрушалась, что наши духи разбрелись по магазину в нематериализованном состоянии.

Но для Девочки четверо остальных невидимок были как на ладони. И наша зоркая Хуана успела собрать домовых даже раньше, чем люди расплатились на кассе за свои немногочисленные покупки. Набивать сумки едой не имело смысла, так как уже следующим утром предполагался завтрак в альплагере, входивший в стоимость поездки.

Однако когда мы расположились на своих местах в достаточно комфортабельном небольшом автобусе, который Патоличев охарактеризовал малотоннажным автомобилем класса люкс, мы сразу поняли, что кое-кто решил не дожидаться завтрака. Чета Бабаевых начала раздачу горячих слоек, которые, что греха таить, вся наша команда с благодарностью и аппетитом уплела. Ещё один местный турист Дима, раздразнённый запахом нашего позднего ужина, тоже вынул из рюкзака пакет с едой и присоединился десятым номером к жующим людям. Тогда мы ещё не знали, что подобными действиями свершаем святотатство.

Но когда автобус начал движение и мы застряли в традиционной вечерней пробке, наш водитель Юрий начал проповедь о том, что ему надоело постоянно выгребать из-под кресел кучу отходов, оставляемых вечно голодными и постоянно что-то жующими туристами. Он не употребил открыто невежливый эпитет, но так подробно перечислил всё валящееся на пол его чистенького и ухоженного «Мерседеса-Спринтера», что сразу стало ясно: Юра априори считает всех туристов свиньями. В конце обращения был выдвинут ультиматум пассажирам: все перекусы строго вне автобуса на остановках, в салоне разрешается только пить. Но не всё подряд, а только чистую воду.

Наши мужчины молча выслушали эту информацию, но я прекрасно видела по выражению лица сидящего рядом Саши, что он не так представлял себе стиль общения организаторов культурного отдыха с клиентами. Водителю явно не хватало такта и доброжелательности. Но для меня такое поведение было не новостью. О хамстве нанимаемых турагенствами шофёров, которые зачастую являются и владельцами транспортных средств, я была наслышана от своей сестры, работавшей экскурсоводом. Но не буду обобщать, в каждой отрасли не без своего беспардонного агнца, бросающего тень на её достойных представителей. Сразу оговорюсь, что я вовсе не защищаю нерях, которые не уважают труд других людей и превращают в помойку место своего пребывания. И даже могу понять гнев и раздражение тех, кому приходится иметь дело с подобными безответственными субъектами. Речь лишь о том, что взаимная вежливость может предотвратить дальнейшие проблемы. Водитель, вызвав скрытое неудовольствие у нашей команды, даже не догадывался, что наши чувства мгновенно транслируются бесплотным существам, которые куда менее предсказуемы.

Как разместились невидимки в транспорте, мы точно не знали. Возможно, они устроились поближе к своим людям, что было для них максимально комфортно в энергетическом плане. Я почти не сомневалась, что Гномик опекает Душеньку, и оба Сашиных жильца находятся рядом с нами. У первоэтажной Девочки был выбор – Паша, Макс или я. Но наша сластолюбивая Хуана могла разместиться и на верхних багажных полках, если из чьей-то ручной поклажи вдруг пахнуло шоколадом. Кузя наверняка пристроился поблизости от трёх слитых вместе кресел второго ряда, где расположились Игорь Кузин с дочерью и Егоров. Бабайка-Босс, скорее всего, обитал в ряду перед нами, где в двух креслах восседал Роман Каримович Бабаев со своей почти столь же корпулентной супругой. Однако дух третьего этажа мог усесться и в первом ряду, сразу за водительской кабиной, где расположились куда более стройные Паша с женой Наташей. Одиночные кресла справа пока были свободны, если не считать того, которое занял не входивший в нашу группу Дмитрий. Остальные туристы были из соседнего города и должны были присоединиться к нам по дороге

Пробка сразу сорвала запланированное расписание, через полчаса мы смогли продвинуться от места посадки всего лишь на километр или и того меньше. Те, кто пользовался навигаторами в своих гаджетах, быстро донесли до остальных, что пробка закончится только на выезде из города. Летняя пятница всегда чревата заторами, так как народ устремляется к морю, а снабжение порта не делает перерывов. Легковушки и контейнеровозы постоянно конкурируют на оживлённых магистралях, что зачастую приводит к физическому столкновению взаимных интересов. И остаётся только вздыхать с облегчением, когда спарринг участников с разной весовой категорией обходится без серьёзных последствий, если не считать многочасовой пробки, парализующей добрую половину городских трасс. В довершение перманентного транспортного коллапса мудрые руководители города начали реконструкцию единственной развилки на въезде в наше огороженное горными хребтами местечко и по сложившейся местной традиции не сумели завершить её к наступлению курортного сезона.

Движение нашего «Мерседеса» шло со скоростью «в час по чайной ложке». И это не доставляло большого удовольствия. Кому часто приходится терять время в пробках, тот нас поймёт. И первыми заскучали неугомонные домовые. Вскоре где-то с передних рядов раздался характерный шорох разворачиваемой упаковки, а потом и достаточно хорошо слышимый хруст – будто кто-то с аппетитом грыз чипсы или нечто подобное.

- Я же попросил потерпеть до стоянки, – в голосе водителя слышался лёд едва сдерживаемого раздражения. Он не отрывал взгляд от дороги, так как наконец-то предстояло вырулить на основное шоссе.

- Так все терпят, – добродушно отозвался Бабаев.

- Все терпят, а кто-то грызёт, – мрачно прокомментировал Юрий.

- Никто ничего не грызёт, – с интонациями абсолютной честности подтвердил Паша, оглянувшись на остальной салон.

- Может быть, у вас тут крыса завелась, – на полном серьёзе предположил Саша, успев подмигнуть мне.

- Ой, да что вы говорите! – испуганно воскликнула Нина Бабаева. – Я не хочу с крысами ехать, особенно ночью.

Водитель наливался гневом, но ситуация на погружённой в пробку дороге была достаточно напряжённой. У него не было возможности поставить обитателей салона в строгие рамки и найти нарушителя.

- Да не волнуйся ты так, – начал увещевать действительно перепуганную жену Каримыч. – Бывает, что мышка совсем маленькая, а шуму производит ого-го!

- А если эта мышка мне за шиворот свалится? – с обидой в голосе произнесла совсем не успокоившаяся женщина. – Я же от страха умру на месте и испорчу всем отдых.

- Тише, Ниночка, тише! – попытался урезонить супругу Бабаев. – Это мы шутим про крыс и мышей.

- Но кто-то же шуршал и грыз, – возразила она. – Не хочешь же ты сказать, что в автобусе водятся привидения?

На какой-то миг в салоне повисла напряжённая тишина. А потом кто-то вновь издал короткое шуршание и хруст. Я была почти уверена, что резвится Кузя-Клерк, но как остановить этого агнца, решившего на этот раз прикинуться поросёнком? Мы с Патоличевым встревоженно переглянулись. Не успел наш транспорт выехать из пункта отправления, как домовые начали создавать серьёзные проблемы.

И тут Максим Сергеевич Егоров, который, как и я, заподозрил в излишней игривости своего бесплотного дружка, громко и весомо произнёс:

- Я очень надеюсь, что тот, кто решил неудачно пошутить, сейчас же прекратит эту глупую шутку. Мы отправились отдыхать, а не нервничать.

Все замерли, вслушиваясь в наступившую в салоне тишину. Шуршание и хруст не возобновлялись. «Мерседес-спринтер» вырулил на шоссе, ведущее из города, и начал двигаться в тот район, где пробка должна была рассосаться. Она закончилась ровно в том месте, которое предсказал навигатор. И наш малотоннажный автомобиль класса люкс начал своё плавное движение в нужном направлении. Двигался он достаточно быстро, оправдывая своё спринтерское название. Уже в темноте мы подобрали пятерых иногородних. В их состав входили три бодрых и спортивных дамы в возрасте, одну из них сопровождала взрослая дочь, а вторую взрослый сын. Третья отправилась в дорогу без сопровождения. Теперь наша группа была полностью укомплектована. Здесь же садилась и руководительница Елена, которую я помнила по прошлым поездкам. Не скажу, что она являлась крупным краеведом и источником ценной информации, однако эта моложавая женщина была бодра, весела и умела создавать в группе спокойную доброжелательную атмосферу. Чего же ещё нам желать?

Ночь, как и предполагалось, оказалась мучительной. Я и в юности плохо переносила ночные автобусные поездки, а накопленные годы, увы, только обострили мою неспособность принять удобное положение и погрузиться в сон в ограниченных объёмах транспортного кресла. Саша великодушно пытался обеспечить мне максимальный комфорт, но мне было неудобно использовать его в качестве дополнительной мебели. Поэтому мы оба с нетерпением ждали редких ночных остановок, когда можно было вволю походить и размяться.

Рассвет наш плавно движущийся автобус встречал в степи. Жителям города, расположенного над бухтой в полукольце гор, нечасто приходится наблюдать процесс рождения дня с самого начала. У нас солнышко выходит из-за гор уже достаточно ярким и золотым. Здесь же мы сперва увидели на горизонте чуть заметный отсвет, а потом узкий малиновый краешек, указавший место восхода красного солнечного диска. И когда рассвет разгорелся во всю мощь, по другую сторону дороги вдалеке показались горы. И то, что поначалу выглядело белым облаком, озаряемым восходящим розовым солнцем, вдруг оказалось парящей над землёй двуглавой снежной вершиной Эльбруса. И одно только это сказочное завораживающее зрелище сполна окупало бессонную ночь с её телесными муками. Горы росли, приближались, меняли причудливые формы, но не одна из них не могла затмить царственный пятитысячник, явившийся миражом в отдалении и вскоре скрывшийся с глаз путешественников. Однако мы прекрасно знали, что подъезжаем всё ближе к обширным чертогам этой могучей и монуметальной, но кажущейся облачно невесомой в своём снежном убранстве главной горы Кавказа – высочайшего пика Европы. Рядом с которым их хвалёный Монблан не более, чем кочка на болоте. Ну, это я, конечно, утрирую. И всё-таки далеко Альпам до Кавказа.

Наш автобус свернул вправо, оставляя позади степь и двигаясь туда, где вертикаль решительно вытесняла горизонталь. Рядом с дорогой бежала река, и её бег однозначно свидетельствовал о том, что она стремительно спускалась с больших высот – пенясь, задыхаясь, сметая и прорубаясь, не желая и не имея возможности остановиться.

- Мы движемся по территории Кабардино-Балкарии, – прокомментировала Елена.

Домовладения встречающихся нам на пути селений выглядели добротными. Каменные постройки, кованые ворота, обширные подворья говорили о достатке. На полях зрели кукуруза и подсолнечник, повсюду свободно бродили многочисленные коровы бурой окраски.

Мы с Сашей обсудили замеченную нами особенность. Дома здесь выходили на улицу абсолютно глухой стеной, а не смотрели доверчиво в мир своими окнами, как повелось в других местах российской глубинки. Я предположила, что это особенность Кавказа, который веками вёл междоусобные войны, а Саша склонялся к тому, что здесь играют роль некие традиции Ислама.

Утро было уже в самом разгаре, а обещанного завтрака пока не предвиделось. Горы придвигались к шоссе всё ближе. Мы миновали советский по облику город Тырныауз, расположившийся в глубоком ущелье Баксана на высоте 1300 метров. Когда-то здесь вовсю работал комбинат, поставляющий промышленно развитой огромной стране вольфрам и молибден. Однако деиндустриализация коснулась и этих богатых природным сырьём высокогорий, что ясно читалось в облике ветшающего центра Эльбрусского района. Не прошло и получаса, как наш автобус прибыл в живописное место, где пенисто бурлила всё та же горная река, а вокруг поднимались горные пики, заросшие лесом. Здесь уже чувствовалось проявление высотной поясности, и лес напоминал смешанную тайгу более высоких широт. Внушительных размеровели и сосны соседствовали с самыми настоящими берёзами, которые по праву считаются украшением среднерусских равнин, но не типичны для южного побережья и прилегающих к нему степей.

И вот автобусная часть нашего пути завершилась. Наша группа вытащила свои сумки и рюкзаки из багажника остановившегося у горного склона автомобиля. Транспортное средство планировалось оставить на пару суток внизу вместе с его суровым и недоброжелательным водителем, а мы дружно направилась к подножью фуникулёра. Это наследство советской эпохи представляет собой не вагончик, как в некоторых других местах, а открытую деревянную платформу. Мы уже знали, что на ней поднимется по рельсам вверх только багаж, а самим нам предстоит осилить более трёхсот ступеней прилегающей у фуникулёру узкой металлической лестницы. Суровое испытание, особенно для тех, кто пренебрегает физической активностью в своей повседневной жизни. Но наша группа была готова взять этот первый рубеж. Мы потихоньку убедились, что наши бесплотные духи никуда не потерялись и готовы начать путь вместе с нами.

Тогда я ещё не знала, что за три года до нашего приезда здесь произошла трагедия. Журналистка краевого центра, планировавшая сделать репортаж о высокогорной долине у подножия Уллу-Тау, вопреки действующим правилам осталась в салоне своего автомобиля. Когда платформа начала подниматься, незакреплённое транспортное средство сдвинулось с места и рухнуло в пропасть с сорокаметровой высоты. После гибели женщины фуникулёр на некоторое время прекратил работу, было возбуждено уголовное дело, прошли следствие и суд. Так что и операторы фуникулёра, и приезжающие сюда туристы сделали соответствующие выводы. Платформа, движущаяся по горным рельсам, предназначена лишь для неодушевлённых предметов, а люди должны подниматься своим ходом.

Глава 3. Лестница в небо и маслобойка

Хотела посчитать ступени, которых по слухам ровно триста десять, но отвлеклась и сбилась. Трудно сосредоточиться на счёте в таких условиях. Ведь нужно внимательно следить за тем, чтобы не оступиться и не прозевать момент, когда в считанных сантиметрах от тебя пройдёт громоздкая платформа фуникулёра. А тут ещё неописуемой красоты пейзажи – и заросшие хвойным и смешанным лесом горные пики по бокам, и ущелье, которое с каждым твоим шагом всё больше уходит вниз и превращается в головокружительную зияющую пропасть, прорезанную бурной струёй Баксана.

Лестница узкая, словно горная тропа – вдвоём едва разойдёшься. Но металл перил и ступеней всё ещё крепок – ни скрипа, ни шатания. Мы поднимаемся гуськом, не слишком спешим, иногда делаем кратковременные передышки. Вижу, что Бабаев, идущий значительно выше, постоянно помогает жене преодолевать нелёгкий подъём – аккуратно подталкивает Нину сзади. При этом сам Каримыч на удивление бодро справляется, несмотря на свой внушительный вес. У меня тут же возникло предположение, что невидимый Бабайка-Босс прилагает немалые усилия, чтобы помочь своему создателю справиться с подъёмом. Егоров с Женей Кузиной легко шагают впереди, значительно обогнав остальных, за ними движется Игорь, а потом идёт Паша, пропустивший вперёд свою Наташу. Мы с Патоличевым замыкаем шествие нашей тургруппы вслед за шестёркой туристов, не входящих в нашу компанию. Не потому, что мы самые неподготовленные. Просто надеемся, что таким образом – Егоров впереди, мы сзади – нам удастся лучше контролировать пятёрку домовых, которые могут растеряться и потеряться в незнакомых высокогорных условиях. За нами, замыкающей, движется Елена, которая отвечает за всех. Попутно руководитель группы ведёт видеосъёмку.

И вот мы на верхней площадке фуникулёра. Разбираем багаж с поднявшейся вверх платформы. Приходится подождать ушедшего по своим делам водителя крытого брезентом военного грузовика, который должен подбросить нас до альплагеря. Есть время осмотреться, и мы сразу отмечаем, что в эту летнюю пору данное высокогорное место достаточно многолюдно. Здесь, наверху, выстроилась небольшая очередь желающих спуститься по фуникулёру внедорожников, среди которых выделяется крутой автомобиль местных пограничников с ярким камуфляжем.

- Им бы на дискотеку, а не в погранзону с такой фееричной раскраской, – в голосе Патоличева слышится осуждение. Но кавказские парни, похоже, в полном восторге от своего боевого мустанга. И окружающим соплеменникам машина явно нравится – они темпераментно выражают своё одобрение.

Пока наши уже отдохнувшие от подъёма мужчины рассматривают автомобили и изучают движущее устройство фуникулёра, женщины любуются окружающим пейзажем, обращая внимание на обилие цветов. Я отмечаю, что в близко подступившем горном лесу отчётливо пахнет грибами, а цветущие растения словно переехали сюда с изобильных лугов средней полосы. Хорошо различаю знакомые жёлтые плоские кружочки соцветий пижмы, а также высокий густо-розовый иван-чай и крупные фиолетовые колокольчики. Есть и цветы, названий которых не знаю, но очень хотела бы узнать.

Погода прямо с утра начинает показывать свой непростой характер. Наползает серый туман, закрывая величавые горные пики, чистейший воздух набухает влажностью. И нам, уставшим от июльского летнего зноя и суши, несказанно комфортно в этой влажной прохладе. Мы ещё и не подозреваем, что совсем скоро нам очень захочется сухости и тепла.

Ожидание заняло не менее четверти часа, и, как и следовало ожидать, у наших домовых опять не хватило терпения. Пока Гномик обследовал военный грузовик, на котором нам предстояло вот-вот отправиться в путь, Душенька, зачарованная ароматами леса, перемахнула через ограждение площадки и начала углубляться в горную чащу. Это заметила Девочка, и, к чести нашей первоэтажной сущности, она не стала игнорировать происходящее, а тут же обратилась ко мне:

- И что, так и будете любоваться цветочками, пока она не смоется?

- Кто смоется? – не поняла я.

- Подружка вашего дружка, – фыркнула невидимая красотка.

- А куда она смывается? – всполошилась я.

- В лес, разумеется, – в голосе нашей распрекрасной Хуаны слышались насмешка и презрение. – Я за ней бегать не собираюсь, если что. Много чести.

- Надо Гномика попросить, – мне не нравилось, что в моём голосе зазвучали умоляющие нотки, но приходилось полагаться на отзывчивость своенравной Девочки. – Наша задача – никого из вас не потерять.

- Но если кто-то сам желает потеряться, как его остановишь? – философски промолвила домовая первого этажа.

- Она просто соскучилась по лесу и немного увлеклась, – я была уверена, что у Душеньки нет намерения оставить нас и вновь вернуться к дикой природной жизни. – Пожалуйста, попросите Гномика срочно вернуть её. Ведь вы видите, где он?

- Под большой машиной лазает, в своём репертуаре, – нехотя отозвалась невидимая красотка. – Ладно уж, позову, но только ради вас.

- Ради всех нас, – кротко заметила я, стараясь оставить в своей голове только чувство искренней благодарности к смилостивившейся Девочке и полностью убрать раздражение её манерой набивать себе цену и выпендриваться.

Через несколько минут я вновь услышала её голос рядом:

- Видели бы вы, как он всполошился, – еле сдерживая весёлый смех, сообщила она. – Понёсся в лес как ошпаренный. Чем же это чудо лесное так его приворожило?

- Она его вернула к полноценной жизни, – как можно спокойнее объяснила я. – Если бы не Душенька, быть нашему другу пожизненным инвалидом.

Ещё я могла бы напомнить нашей первоэтажной красотке, кто подставил своих друзей прошедшей весной под очень крупные неприятности.

- Не случись той драки с лешими, – чуть помолчав, отозвалась Девочка на мои недобрые мысли, – всё могло пойти по-другому. Было бы спокойнее, но не так интересно.

- Всё хорошо, что хорошо кончается, – возразила я. – А могло бы быть и гораздо хуже.

- Зато есть что вспомнить, – решила настоять на своём прекрасная авантюристка.

- Пока есть кому вспоминать, - внесла я резонное дополнение

- Это что за траурный пессимизм? – поинтересовался невидимый Кузя-Клерк.

- Опять он шпионит в кустах, – презрительно прокомментировала Девочка.

- Пожалуйста, ведите себя достойно и не создавайте проблем, – с подобающими строгими интонациями обратилась я к невидимкам.

- А это вы своему Гномику с его девушкой скажите, – тут же перевёл стрелки Кузя. – Мы по лесам горными козлами не прыгаем.

- Зато водителя своими выходками бесите, – не забыла припомнить я.

- Ой, так этот гад ночью открыл верхний люк, и я чуть не вылетела наружу, – горячо поделилась Девочка.

- А нечего было на верхней полке валяться, – заметил Кузя. – Скажи ещё спасибо, что мы вовремя успели, а то ищи-свищи тебя по всему Ставропольскому краю и всей Кабардино-Балкарии.

Я со всем вниманием прислушивалась к их словам. Оказывается, и нашим сущностям нелегко далась ночная дорога. Мы с Сашей не обратили особого внимания на открытый прямо над нами люк, а домовые оказались в серьёзной опасности.

- Ничего, всё обошлось, – откликнулась на мои тревожные мысли Девочка. – Спасибо всем, кто меня спасал.

- Все спасали? – поинтересовалась я. Мне очень хотелось, чтобы наши домовые были спаянной командой и всегда приходили друг другу на помощь.

- Все, – подтвердила красотка.

- И даже ваша Душенька из лесной чащобы, – добавил Кузя. – Так до сих пор и не понял, что она собой представляет. То вроде из наших, то лешак лешаком, а то и кошак кошаком.

- Жизнь у неё так сложилась, – попробовала я защитить нашу подопечную. – Ей надо привыкнуть к новым условиям жизни, и всё наладится.

- А вот и они, – усмехнулась Девочка, давая мне понять, что обсуждаемая нами Душенька уже рядом. И Гномик-Механик тоже. В этот момент я обратила внимание, что на меня внимательно смотрит стоящая неподалёку Татьяна – одна из пожилых, но бодрых туристок из нашей группы. Та, которая отправилась в путешествие без детей. Наверное, ей стало любопытно, почему это я так продолжительно и оживлённо беседую сама с собой. Духи сразу оценили ситуацию и не стали продолжать разговор. Но я очень надеялась, что домовые впредь будут более внимательны и осторожны. Хотя это наставление в первую очередь следовало адресовать именно мне.

И вот наконец-то появился колоритный шофёр из местных и пригласил нас занять места в крытом брезентом кузове военизированного грузовика, который Саша определил как ГАЗ-66. Ещё он рассказал, что эти машины выпускали до 1995-го года на Горьковском автозаводе и в народе этот полноприводный транспорт получил название «шишига» или «шишка» по созвучию с двумя шестёрками. Патоличев тепло отзывался об этой неубиваемой двухтонке повышенной проходимости, а я подумала о том, как любят наши люди давать клички отечественному автотранспорту. Мне уже доводилось ездить по горам на «буханке», а в детстве отец катал меня на резвом армейском «козлике». Ещё на нашем предприятии одно время водился «бычок», который по паспорту был ЗИЛ-5301. Я уж молчу о том, что длинномерные зерновозы, создающие сутолоку и активно мусорящие на подъездах к нашему порту, презрительно именуют «хомяками» – всех подряд, без учёта марки завода-изготовителя. Но это я как-то сильно отвлеклась. Вот что значит связаться с автомеханиками.

По складной навесной лесенке мы по очереди забрались в крытый кузов и разместились на сиденьях вдоль бортов, сложив багаж на середину.

- Ну что, – с характерным кавказским акцентом и шутливой серьёзностью громко объявил водитель. – Я включаю маслобойку. Держитесь крепче.

И нам довелось в полной мере ощутить всю прелесть передвижения в тряской «шишиге» по неасфальтированной горной трассе. Это счастье, что была возможность ухватиться за металлические дуги брезентового полога. Иначе мы бы уже давно попадали на пол или на соседей по лавкам. Путь через горный лес не был очень дальним, но эти двенадцать километров тянулись бесконечно и были ничуть не менее мучительны для наших бренных тел, чем бессонная ночь в автобусе. На мой взгляд, выдержать это испытание было куда труднее, чем подняться по трёхсотступенчатой лестнице в небо. Была бы возможность, я предпочла бы проделать этот путь по грунтовке пешком. Но, несмотря на адские муки невыспавшегося организма, я не полностью отдалась зубодробительной тряске в горной маслобойке. Вокруг проплывали пейзажи такого великолепия, что даже брезент, закрывающий значительную часть обзора, не мешал оценить магнетическое притяжение окружающих гор. Наш путь шёл параллельно и совсем рядом с руслом реки Адыр-Су. Даже в нынешнюю самую жаркую пору эта водная артерия была не просто полноводна. Мне почему-то вспомнились сказочные молочные реки, потому что рядом с нами текла не просто вода, а нечто, напоминающее кипящее молоко. Река с хребта, как примерно переводится её название, неслась вниз, чтобы слиться с не менее бурным и более полноводным Баксаном. Как мы узнали позднее, длина Адыр-Су всего лишь 14 километров, но мне сразу пришло в голову, что её бешеной энергии можно было бы найти самое разнообразное и эффективное применение. Такая силища и расходуется впустую!

Кроме реки, внимание привлекал раскинувшийся по обе стороны дороги лес. Поистине сказочным его делали не только красивые хвойные и лиственные деревья. Мох, резными занавесями спускаясь с ветвей, навевал мысли о русалках и леших, которые, как мы теперь знали, были не просто персонажами народного фольклора, но и вполне реальными, хотя и совсем не материальными природными объектами. Или всё-таки субъектами? В тот момент я даже не догадывалась, что наши примолкшие и затаившиеся рядом с нами домовые прекрасно видели, что лес полон загадочных и таинственных сущностей, которые, в свою очередь, со свойственной детям природы зоркостью и чутьём уже обнаружили бесплотных пришельцев. И их, обитателей горного леса, не мог сбить с толку ни шум автомобильного двигателя, ни запах бензина, ни присутствие в кузове многочисленных людей, всеми силами пытающихся удержать равновесие и не упасть на соседа. И оставалось только надеяться на то, что у хозяев гор не найдётся причины и повода, чтобы оценить визит наших домовых как недружественное вторжение.

Часть пути шла по довольно глубокой воде. И я до сих пор не знаю, было ли это следствием разлива реки или ущелье не оставило людям выбора и им пришлось прокладывать путь прямо по руслу. Высоко летящие брызги добавили экстрима в нашу поездку. Хотя следует признать, что в данном случае мы вышли сухими из воды. Шишига уверенно преодолевала мокрую часть пути и не собиралась зачерпывать бортами беспокойные волны Адыр-Су.

Но всему в этом мире приходит конец, закончилась и тряска в «маслобойке», казавшаяся бесконечной. Мы вывалились в альплагере, который органично слился с лесом, и начали осваивать его относительно небольшую территорию.

Я будто сразу вернулась во времена дальней молодости, когда приходилось работать вожатой в подобном пионерском лагере – с удобствами во дворе, с рукомойником, представляющим собой горизонтальную трубу с дырочками, расположенную под металлическим навесом над таким же металлическим поддоном. Электричество, как нам рассказала Елена, вырабатывалось дизельгенератором и подавалось лишь в течение считанных вечерних часов. Заряжать телефоны и ловить сеть можно было лишь урывками и без гарантии, что получится. Комнатки нескольких неотапливаемых корпусов были рассчитаны на пять человек каждая и мечтать об уютном семейном номере не приходилось.

Как мы вскоре убедились, большинство обитателей лагеря не стали тратиться на место в жилом корпусе без каких-либо удобств, а предпочли разбить палатки в находящемся прямо на территории лесу. Палаток было много, и, вероятно, в хорошую погоду такой отдых, у многих совмещённый с альпинизмом, имел свои преимущества и несомненную прелесть. Но как только мы начали осваивать лагерь, стало ясно, что собирается дождь. И в такую ненастную погоду палаточный городок, и так пронизанный горными ручьями, не казался надёжным домом для своих многочисленных жильцов. Если струящиеся потоки и находящееся среди палаток небольшое озерцо выйдут из берегов, обосновавшимся здесь обитателям лагеря явно не поздоровится. Но нам, как обычным туристам, не претендующим на походную романтику и не планирующим оттачивать навыки заправских альпинистов, были предоставлены места в единственном каменном корпусе согласно купленным путёвкам.

В ожидании обещанного, но сильно запаздывающего завтрака мы распределились по выделенным нам комнатам. В нашей команде было значительное количество тех, кто помнил советское лагерное детство. Так что мудрить особо не стали. В одну из спален отправились дамы нашей команды – Нина Бабаева, Пашина жена Наталья, Женя Кузина и я. По умолчанию предполагалось, что Девочка с Душенькой тоже присоединятся к нам. Наши мужчины заняли просторную комнату по другую сторону коридора. Оставалось надеяться, что отправившиеся с ними духи не в курсе лагерных шуточек типа намазывания лиц зубной пастой, драк подушками или игры в привидения.

Мы все дружно отправились на завтрак в столовую, разместившуюся с другой стороны корпуса, который вмещал, кроме лагерного пищеблока и расположенного в полуподвале кафе, ещё и административную часть, и учебный альпинистский класс, и клуб с библиотекой. Все помещения, как мы позднее убедились, будто законсервировались во времени и живо напоминали ушедшую эпоху СССР. И даже книги в высоких деревянных шкафах были старыми, зачитанными и говорили о хорошем литературном вкусе советских альпинистов. Имелись здесь и просторные помещения для отработки навыков скалолазания. Однако современного оборудования оказалось совсем мало. Проанализировав увиденное, мы с печалью убедились, что альпинизм сейчас далеко не в государственном приоритете. Советская система ушла, а тот мощный задел, что был создан, в настоящее время поддерживается лишь героическими усилиями энтузиастов. Инфраструктура постепенно, но неизбежно ветшает. Из двадцати четырёх альпинистских лагерей Советского Союза сейчас продолжают функционировать не более четверти. И как отмечают ветераны, во многом утеряны коллективизм и командный дух, которые всегда отличали советских людей. А ведь мы с Патоличевым застали времена, когда каждый уважающий себя студент, если и не занимался скалолазанием, считал за правило отправляться в походы, проводить вечера у костра и ночи в палатках. Я и сейчас помню слова многих походных песен, душевно исполняемых под гитару.

Когда мы проходили вдоль административного корпуса, я неожиданно услышала справа от себя тихий и взволнованный вопрос Душеньки:

- Почему люди приезжают сюда умирать?

У неё был особенный голос – вполне человеческий и с приятным девичьим тембром. Однако были в нём особые певуче-журчащие нотки. И я уже прекрасно знала, что стоит лесной девушке только захотеть, и она с лёгкостью воспроизведёт любой природный звук – от шуршания листвы до рычания хищника. Но в тот миг мне было не до размышления о диапазоне её голоса, меня поразил странный вопрос.

- Люди приезжают сюда отдыхать, – осторожно произнесла я.

- Я знаю это место, – горячо возразила она.

- Откуда? – удивилась я.

- Она часто думала о нём.

- Кто думал? – постаралась уточнить я, хотя уже догадалась, что речь может идти об умершей старушке, с которой проживала Душенька.

- И фотографии у неё были. Старые, нецветные. Но люди на фотографиях были молодые. И когда она смотрела на этих людей, то думала чаще всего о тех троих, которых забрали горы. Но те три её друга сами пошли, никто их не заставлял.

- Они не хотели умирать, – как можно искреннее произнесла я, чувствуя, что тревога Душеньки задела меня за живое. – Просто горы так хороши, что притягивают людей. И хочется подниматься всё выше, преодолевать трудности, проверять себя и покорять всё новые и новые вершины...

- Да тише вы, – прошептал Саша Патоличев, догоняя нас и беря меня под руку. – Ты так громко выступаешь, что уже привлекла внимание.

Оглянувшись, я вновь поймала внимательный взгляд всё той же Татьяны, шагавшей следом. Она вряд ли слышала, о чём мы беседовали с Душенькой, но наверняка убедилась, что ей не показалось – тётенька в серо-голубой ветровке любит живо и громко пообщаться сама с собой. Да ещё и разными голосами.

- Наверняка принимает меня за сумасшедшую, – виновато откликнулась я.

Мне не терпелось продолжить беседу с лесной девушкой, но приходилось соблюдать осторожность. Мы уже входили в столовую, где в предвкушении долгожданной трапезы собралась вся наша оголодавшая за время нелёгкого пути группа. Время приближалось к десяти часам утра, и обещанный оплаченный завтрак был очень кстати. Он, правда, на этот раз больше напоминал сухой паёк. Варёные яйца, нарезка полукопчёной колбасы и сыра, хлеб и тарелочка с маслом, которое в итоге оказалось маргарином или спредом, как принято на иностранный лад величать подобные подделки. Были ещё довольно вкусные пряники с фруктовой начинкой, сделанные в виде божьих коровок, и белый эмалированный чайник, полный сладкого чая, который был тут же разлит по имевшимся на столе чашкам. Мы зарядились необходимой энергией и были готовы к походным приключениям.

В этот первый день нам предстояло обследовать долину реки Адыр-Су. Елена представила нам нашего проводника Николая, худого пожилого мужчину в неяркой походной экипировке. Он сразу предупредил нас, что будет дождь, и попросил одеться по погоде. У многих из нашей группы оказались с собой прозрачные непромокаемые дождевики, но мы с Сашей таковыми не обзавелись, понадеявшись на наши ветровки из влагозащитной ткани.

С погодой нам явно не повезло. Прекрасная долина, окружённая грандиозными пиками, которые даже здесь, на высоте почти двух с половиной тысяч метров, высились над нами могучими исполинами, упорно погружалась в густой туман. А белоснежная красавица Уллу-Тау, замыкавшая долину, была практически полностью скрыта с людских глаз, и лишь изредка её скалистые чертоги мелькали в прорехах серых облаков, словно сказочный мираж. Но в этой странной зыбкости и неопределённости затуманенного, но по-прежнему грандиозного горного пейзажа тоже была своя красота, в которую мы упорно погружались, шагая по зелёному альпийскому лугу вдоль стремительной и бурлящей Адыр-Су.

Глава 4. Дождь

Может быть, постоянно бегущие с гор потоки талой воды создают такую природную картину, но в эту июльскую пору здесь, в сердце Кавказских гор, явно пахло весной. Мы с Сашей переглянулись, когда, вдохнув чистый горный воздух, ясно различили в нём столь знакомый и любимый нами аромат чабреца. В наших прибрежных горах он цветёт в конце мая и начале июня и не может похвастаться изобилием и пышностью. Здесь же это дивное растение, ценимое многими как пряность и целебная трава, предстало перед нами во всей красе. Разумеется, ползучие кустикиего не могли соперничать с кустами горных рододендронов которые, увы, уже отцвели, но и листочки, и стебли, и ярко-розовые цветочки богородской травы были в самом соку и свежей прелести, так и сочась бальзамическим ароматом. Недаром многие считают, что ещё одно название чабреца «тимьян» происходит от слова «фимиам».

- Послушайте, но это никуда не годится, – вдруг услышали мы рядом с собой приглушённый, но возмущённый голос Девочки. – Вы только посмотрите, что они вытворяют.

- Кто вытворяет? – удивилась я.

- Ваши любимые питомцы! – фыркнула красотка.

- Да как же мы посмотрим, если мы их в упор не видим, – заметил Патоличев. Он начал оглядываться по сторонам, заметно встревожившись.

- Так что же они вытворяют? – довольно резко спросила я, очень надеясь, что ничего предосудительного и опасного Гномик с Душенькой не делают, а Девочка из вредности наводит на них напраслину.

- Они оба взобрались на рюкзак нашего проводника и делают вид, что это совершенно нормальный способ передвижения, – в голосе нашей первоэтажной красавицы звучало осуждение – то ли в адрес невоспитанных домовых, то ли в мой. Ведь я недвусмысленно посчитала её вздорной и необъективной.

- Но они же не создают ему неудобств и не добавляют тяжести, – Саша пытался трезво оценить происходящее.

- Ну-ну, – усмехнулась Девочка. – С таким попустительством они скоро и на голову сядут. И ножки свесят.

- А где двое других и что они делают? – поинтересовался Патоличев, чтобы отвлечь внимание красотки от наших ребят.

- Кузя бодренько топает рядом со своими, а начальник с третьего помогает папочке тащить мамочку.

- Какой молодец, – от души похвалил Саша.

- Может быть, мне вас тоже взять под ручки, чтобы вы немного ускорили темп? – поинтересовалась Девочка. – А то что-то начал отставать.

Мы с Патоличевым переглянулись: это шутка или искреннее предложение помощи?

- Ну, не хотите – как хотите, – смущённо произнесла красотка.

- Это было очень мило с вашей стороны предложить нам содействие, – растроганно произнесла я.

- Если устанем, обязательно попросим вас помочь, – от души добавил Саша.

- Ладно, пойду посмотрю, как там остальные, – кажется, наша Хуана, смущённая, но польщённая нашими словами, почувствовала себя ответственной за благополучие своих людей. А я вновь с гордостью подумала о том, что не такой уж паршивый у нас на первом этаже коллектив, раз ему не чужды ответственность и взаимопомощь.

Вскоре мы подошли к тому месту, где за рекой из находящегося чуть поодаль крутого скалистого склона горы бил мощный водопад. Поток воды устремлялся в ущелье, чтобы слиться с Адыр-Су. Мы перебрались по узкому мосточку на другую сторону и начали движение вверх по усыпанному камнями склону, чтобы максимально приблизиться к удивительному природному творению. Николай объяснил, что водопад рождают лежащие выше ледники. Дождь к этому времени стал более ощутим, и валуны и булыжники под ногами постепенно намокали и становились скользкими. Обильные травы альпийских лугов здесь, вблизи водопада, всё чаще замещались россыпями самых разнообразных камней. Многие из них напоминали гранит и мрамор, имелись и полупрозрачные осколки, похожие на кварц. Глаза разбегались, и хотелось посвятить время и изучению горных цветов, и погружению в мир разнообразных горных пород. Что касается животного мира, то в начале нашего пути нам встретилось непугливое и неагрессивное стадо ухоженных коров. Корма здесь, в царстве долгой влажной весны, наверняка были на славу. Но не коровами едиными богата здешняя природа. Если верить плакату, виденному нами у фуникулёра, животный мир Приэльбрусья достаточно богат. Волки, медведи, лисы, рыси, дикие коты, серны и косули входят в перечень его фауны. А в середине прошлого столетия здесь можно было встретить снежного барса - ирбиса, который, увы, сейчас на грани исчезновения. Ну, и, разумеется, какие же Кавказские горы без горных козлов и туров, а также без гордо парящих над вершинами хищных птиц вроде грифов, сипов, бородачей и орланов?

Сашу Патоличева магнитезировал приближающийся ревущий водопад. Возможно, автомеханику этот звук напоминал шум мотора. Он ускорил шаг, не отрывая взгляда от бурлящего низвергающегося потока, а я, постоянно отвлекаясь то на кусты отцветшего, но достойного украсить любую городскую клумбу или парк рододендрона, то на удивительные россыпи камней, неожиданно то ли оступилась, то ли поскользнулась на влажной гладкой поверхности. И точно бы грохнулась и покатилась в находившееся рядом глубокое русло, проложенное струёй водопада. Но чьи-то руки с двух сторон ловко подхватили меня и крепко поставили на ноги.

- Вот спасибо, – от души поблагодарила я, теряясь в догадках, кто именно пришёл мне на помощь.

- Это мы, – отозвался Гномик.

- Решили всё-таки слезть с чужого рюкзака? – поинтересовалась я.

- Да это Душенька, – вздохнул домовой. – Теперь даже не знаю, как её успокоить.

- Надо идти на поиски, – раздался взволнованный голос нашей лесной сущности.

- На какие поиски? – сразу встревожилась я.

- Двое альпинистов не вернулись в лагерь с маршрута и вчера в условленное время не вышли на связь, – пояснил Гномик.

- Но ведь у них просто могла сесть батарейка, – предположила я.

- А наш проводник предчувствует, что с ними случилось что-то плохое, – возразила Душенька.

- Он поэтому такой невесёлый? – спросила я, хотя ответ на этот вопрос был очевиден. – Но куда же вы собираетесь отправиться? Спасением пропавших альпинистов должны заниматься специально подготовленные люди. И наверняка есть порядок действий, который действует в таких случаях.

Сущности молчали, и я чувствовала, что домовые не согласны бездействовать.

- Вы хотите, чтобы я попросила Николая указать предполагаемый район поисков? – спросила я. – Но тут есть один нюанс - ведь он, в свою очередь, захочет узнать, откуда получена информацию.

Я нашла глазами проводника и с удовлетворением убедилась, что тот стоял у самого водопада, оживлённо беседуя с уже добравшимся туда Сашей. Ну что же, возможно, именно с Патоличевым Николай поделится неожиданно возникшей проблемой. Тогда я ещё не знала, что альпинистское братство не любит посвящать посторонних в свои трудности. Особенно когда дело касается непродвинутых туристов-дилетантов вроде нас или зачастивших в горы эзотериков, ищущих «места силы» и верящих в различную замысловатую абракадабру. Николай верил в человеческие силы и разум и молился, чтобы страховка не подвела. Хотя и прекрасно знал, что лучшая страховка – тщательная подготовка. Но горы всегда проверяют человека на прочность, и гибель может ждать даже самых подготовленных. Вот об этом и беседовали Николай с Александром, стоя рядом с бурлящей завесой мощного водопада Гумачи, питаемого одноимённым ледником. Название происходит от слова «кумач», означающего «полотно». Гора, завешанная полотном. Исследователи полагают, что местные жители посчитали полотном ледник, толстым слоем лежащий на её северном склоне. Но у меня есть предположение, что именно водопад, плотным белым потоком закрывающий часть горы, с давних пор ассоциировался у людей с полотняным занавесом. Чья теория верна, остаётся только гадать.

Дождь то усиливался, то затихал, туман по-прежнему крупными клоками плыл по долине, не давая насладиться полной панорамой окружающих гор. Лишь урывками – то там, то здесь - выступали из серых подвижных облаков то высокий скалистый пик, то частичка далёкого белого ледника.

Наша группа, успев сделать впечатляющие фотографии на фоне Гумачи, двинулась в обратный путь. К этому моменту мы с Сашей уже успели пожалеть, что не обзавелись дождевиками и непромокаемой обувью. Наши вроде как обладающие защитой от влаги ветровки начали чувствительно намокать, а кроссовки хлюпали влагой. Однако из своего немалого походного опыта я прекрасно знала, что туристы редко заболевают, попав в сложные погодные условия. То ли сама природа защищает любящих её детей, то ли изнеженный городской организм, попав на волю, мобилизуется и хорошо справляется. Поэтому мы все дружно шагали в лагерь, стараясь не обращать внимания на обрушившуюся на нас непогоду. А дождь шпарил всё сильнее и сильнее.

Нас догнали Паша с Наташей, облачённые в синие дождевики.

- Молодцы, что вытащили нас сюда, – произнёс Павел Валерьевич.

- Не ругаетесь, что так погода подвела? – поинтересовалась я.

- Представляю, как тут красиво, когда ярко светит солнце и цветут рододендроны, – живо отозвалась Наташа. – Но и в такую погоду здесь есть на что посмотреть. После этих гор наши окрестности будут казаться совсем скучными.

- Но и в наших краях есть своя прелесть, – возразила я. – Взять хотя бы море, которое никогда не заменят ни Баксан, ни Адыр-Су.

- Ну, и где же обещанная форель? – не забыл упрекнуть нас Паша. – И как я вас послушал, сам себе удивляюсь. И даже удочку на всякий случай прихватил. Достаточно взглянуть на эту кипящую воду, чтобы убедиться, что никакой рыбы здесь быть не может.

- Да ладно, – как можно серьёзнее заявила я. – Учёные уже давно доказали, что ледники здесь работают в качестве морозильной камеры. Как только они начинают таять, хранящаяся в них рыба тут же оживает и устремляется с потоком в русла рек.

- А как же рыба попадает в эти ледники? – Павел Валерьевич с не менее серьёзным видом включился в игру.

- Как-как, вместе с дождём, разумеется, – меня уже вовсю понесло, и ни о какой достоверности и наукообразности речи больше не шло.

- Во-во, – укоризненно вставил свою реплику Патоличев. – А после таких дурацких шуточек по долинам и по взгорьям бегают толпы сбитых с толку людей и плодят суеверия.

- И носятся с удочками по камням, – добавила я со вздохом.

- Ладно, припомнится, – угрожающе произнёс Паша. – Всем ставриду принесу, вам не принесу.

- Мы больше не будем, – как можно жалостливее и правдивее произнесла я.

На это Павел Валерьевич только презрительно хмыкнул.

Мы уже подошли к палаточному лагерю, который в такую дождливую погоду отнюдь не выглядел безопасным и уютным прибежищем. Его обитатели спешно снимали с натянутых между деревьев верёвок не просохшее, а ещё больше намокшее бельё и натягивали дополнительные защитные плёнки на крыши своих жилищ.

В этот момент мы им совсем не завидовали и эгоистично радовались тому, что будем ночевать в сухом каменном корпусе. Тогда мы ещё не знали, что неотапливаемое здание в сырую прохладную погоду немногим лучше сырой палатки в горном лесу.

Не знали мы и о том, что наши сущности нашли повод поразвлечься, когда мы проходили через лагерь. Как оказалось, эта постоянно обитаемая в летний сезон рощица давненько привлекла местных белок. Они здесь особенные – тёмного цвета. Думаю, что именно о таких писал Толкиен, выдумывая своё Чернолесье. Но в белках долины Адыр-Су нет ничего зловещего. Напротив, здесь, в палаточном лагере, они практически ручные. И увидев одну из таких пушистых красавиц, наша Душенька не смогла удержаться, и, приняв образ чёрной белки, весьма схожий со столь знакомым и близким ей образом чёрной кошки, быстро поднялась по сосне на верхние ветки. Такое превращение не на шутку взволновало постоянно опекающего свою странноватую подружку Гномика, и ему пришлось со всей присущей бесплотным сущностям ловкостью карабкаться по деревьям. Наш ответственный домовой прилагал немалые усилия, чтобы не потерять из виду шустрых зверьков, затеявших весёлую игру на значительной высоте. Оставшаяся тройка духов, как и следовало ожидать, была весьма обрадована неожиданным приключением.

- Держу пари, он их не догонит, – нашёл нужным высказаться Кузя-Клерк.

- И когда же эта недокошка прекратит свои выходки? – с укоризной вопросила Девочка. - Я бы на месте нашего четырёхэтажного поставила вопрос ребром: либо я, либо лес. Нельзя же всё время жить как на пороховой бочке.

- Может быть, они просто решили согреться, – предположил Бабайка-Босс. – Я бы не отказался посидеть в тёплом месте и выпить тёплого чая.

- Ну да, – заметил Кузя, – с вашей комплекцией по деревьям не наскачешься.

- С какой такой комплекцией? - возмутился невидимый Босс. – Да я, если захочу, всех этих белок перескачу.

- Да вы ещё и стихи слагать умеете, – льстиво восхитился Кузя.

И в этот момент духи второго и третьего этажа увидели бодро шагающую небольшую группу молодых скалолазов в сопровождении подтянутого инструктора средних лет. Их снаряжение говорило о том, что ребятам предстоит совершить горное восхождение. Босс тут же забыл о том, что собирался отдохнуть и согреться, залюбовавшись парой входивших в группу симпатичных стройных скалолазок, а Клерк с присущим ему любопытством никак не захотел упустить возможности увидеть работу настоящих альпинистов. Не позаботившись о том, чтобы предупредить своих людей, две безответственные сущности отправились следом за группой спортсменов.

Девочка на этот раз утратила бдительность, так как была полностью поглощена безуспешной погоней Гномика за двумя белками, ловко скачущими с одной сосны на другую. Стоит ли говорить, что и нам было не до вышедших из-под контроля невидимых домовых. В этот момент мы думали только о том, чтобы снять с себя мокрую одежду и обувь и переодеться в сухое.

Когда мы очутились в своих неотапливаемых комнатах, сразу стало ясно - о том, чтобы просушить вещи, мечтать не приходится. И это счастье, что наша компания оказалась достаточно опытной и позаботилась о том, чтобы было во что переодеться. Зашедшая в нашу дамскую комнату Елена пригласила нас на обед, но мы, посовещавшись, решили рассмотреть альтернативные варианты.

В тот момент мы ещё и не догадывались, что ни один из пятёрки домовых не вернулся вместе с нами. Душенька в беличьем облике сигала с дерева на дерево в компании одного из лагерных зверьков, Гномик безуспешно пытался догнать её, чтобы настоятельно призвать быть человеком и спуститься на промокшую земную твердь. А распрекрасная невидимая Хуана, устав отслеживать гонку Механика за шустрыми белками, пребывала в недоумении, куда могли податься её верные воздыхатели Босс и Клерк. Она точно знала, что духи второго и третьего этажа не последовали за своими людьми, но никак не могла поверить, что парочку понесло назад, в окружавшую лагерь долину Адыр-Су, где маячили туманные горные выси.

Дождь между тем то стихал, то начинался вновь, не оставляя надежды на летнее сухое тепло и ясную погоду. Девочке не хотелось отправляться на поиски, и она размышляла, пойти ли ей вслед за нами или набраться терпения и дождаться, когда белки с Механиком устанут скакать по деревьям, а Бабайка с Кузей соизволят явиться пред её светлые очи. И в этот момент она заметила, что из-за ближайшей сосны на неё смотрит лагерный домовой. Наша красотка, уже имевшая положительный опыт общения с духами моря, не стала пугаться. Она попыталась передать духу альплагеря мысль о том, что ни она, ни её бесплотные друзья не претендуют на то, чтобы покуситься на палаточный городок и чем-либо ущемить интересы его нематериального хозяина. Она просто ждёт, когда пара духов, прибывших вместе с ней, наиграется с белками.

Лагерный внял полученной информации и с необыкновенной ловкостью начал взбираться на сосну. Девочка встревоженно наблюдала за его действиями, уже изрядно пожалев, что навела хозяина палаточного городка на след своих товарищей. Однако Гномик, скачущий в кроне высокой сосны в тщетной попытке угомонить разыгравшуюся чёрную белку, всё-таки не был настолько глух и слеп, чтобы не заметить чужого бесплотного духа своей породы. Если перевести на наш человеческий русский язык то, что сказали друг другу домовые, получился примерно следующий диалог:

- Сейчас не самое лучшее время для игр, – без злости, но весьма сурово произнёс дух альпинистов.

- А не могли бы вы объяснить это вашей белке? – не без изрядной доли раздражения отозвался Гномик.

- Белки созданы лесом, чтобы скакать по деревьям, – резонно отозвался лагерный. – Не очень понятно, почему тем же занимаются домовые, созданные людьми.

- Видите ли, – вдруг решился поделиться сокровенным наш бесплотный Механик, – в нашем редком случае милая сущность формировалась сначала людьми, а потом лесом. А я просто вынужден её постоянно догонять.

- Я так понимаю, что ваша та, которая потемнее? – поинтересовался бесплотный альпинист, внимательно приглядываясь к пушистым зверькам.

- Обычно она превращается в чёрную кошку, – Гномик, которого успели измотать фокусы Душеньки, вдруг оказался болтливее Стаса.

- Никуда эта ваша кошкобелка не уйдёт, – пообещал дух лагеря, с необыкновенной ловкостью перебираясь на нужную ветку и преграждая резвящимся зверькам путь к отступлению.

Быстро сориентировавшийся в новой ситуации Механик занял позицию с другой стороны. И только в этот момент разыгравшаяся Душенька наконец-то поняла, что они с лагерной белкой в вершинах сосен не одни. И спрятаться от двух домовых, находившихся в далеко не игривом настроении, ей не удастся.

- Может быть, достаточно? – поинтересовался Гномик, обращаясь к тёмной белке и стараясь не выходить из себя.

Лесная девушка послушно дематериализовалась и не забыла учтиво поприветствовать лагерного домового. Она сразу поняла, что это здешний хозяин и что он недоволен.

А вежливый Гномик-Механик не преминул сердечно поблагодарить лагерного за содействие и принести извинения за несанкционированное вторжение в законные владения бесплотного духа прибежища альпинистов.

Конфликт был исчерпан, и трое наших невидимок без промедления покинули охраняемую суровым и умелым домовым-альпинистом территорию.

На прощание Девочка нашла нужным предупредить их нового знакомого о том, что с нами прибыло ещё двое невидимок и что они, скорее всего, пройдут через палаточный городок, направляясь к месту стоянки своих людей. Она также уверила лагерного, что никакой опасности отставшая пара домовых не представляет. Нашла за кого ручаться и кого выгораживать!

Когда Гномик, Душенька и Девочка уже покидали лагерь, отчаявшись обнаружить в палаточном городке исчезнувших Бабайку с Кузей, лесная девушка вернулась к смотревшему им вслед домовому и взволнованно спросила:

- А те двое альпинистов, что не вернулись, нашлись?

- На поиски отправилось несколько групп, - сдержанно ответил лагерный. – Прошу раньше времени не сеять панику и хранить молчание.

- Хорошо, - пообещала Душенька и бросилась догонять своих.

Гномик и прекрасная сущность первого этажа в ожидании лесной девушки успели перекинуться парой слов.

- А тебе ещё не надоело догонять и ловить? – поинтересовалась Девочка как можно безразличнее. - Надоело, - со вздохом откликнулся Механик. – Но по-другому пока не получается.

- Может быть, ей куда веселее с белками, чем с тобой, - предположила красотка.

- Может быть, - согласился Гномик. – Я не такой пушистый красавчик и не слишком силён в прыжках по соснам.

- Так есть ли смысл постоянно навязываться? – поинтересовалась наша первоэтажная. – Отправляйте её назад, на прежнее место жительства. Как говорится, баба с возу, кобыле легче.

- Она не баба, а я не кобыла, - дух четвёртого этажа был задет за живое и уже пожалел, что слишком разоткровенничался. – И не думаю, что врозь нам станет легче.

- «Людям нужны тяжелые времена и трудные испытания, чтобы развить мускулы души». — задумчиво процитировала Девочка Эмили Дикинсон. – Теперь и духи решили гоняться за трудностями, озадачившись душевным культуризмом.

- Мускулы никогда не помешают, - согласился Механик, с напряжённым вниманием глядя на возвращающуюся Душеньку. - Особенно когда вокруг так много крутых гор и высоких сосен.

Трое домовых больше нигде не задерживались и сразу отправились разыскивать нас. Они надеялись, что и Кузя с Бабайкой уже давно присоединились к своим людям.

Глава 5. Йети Уллу-Тау

Уж не знаю, кому из пары наших активных и неугомонных духов второго и третьего этажа пришла в голову идея развлечься самим и привнести свежую струю в горные байки альпинистов. Однако ни постоянно срывающийся из дрейфующего над долиной Адыр-Су тумана дождь, ни сопутствующая ему сырая прохлада не помешали Бабайке с Кузей незаметно покинуть своих материальных и нематериальных спутников в тот момент, когда наша группа, опечаленная разыгравшейся непогодой, досрочно возвращалась в лагерь. Неугомонная парочка отправилась рыскать по горам, где в эту ненастную пору проводились плановые учебные тренировки небольшой, но амбициозной группы начинающих молодых скалолазов. Идя по следу целенаправленно движущихся альпинистов, домовые продвинулись гораздо дальше нас по долине Адыр-Су и свернули на узкую скалистую тропу, приведшую спортсменов и незаметно присоединившихся к ним невидимок в суровое, но по-своему живописное место, традиционно предназначенное для завершающих тренировок перед зачётными категорийными восхождениями.

Сначала Босс на пару с Клерком просто внимательно наблюдали за процессом, расположившись в непосредственной близости от напряжённо работавших на естественном скалодроме девчат и парней. Молодые альпинисты внимательно слушали инструктора и были готовы без устали выполнять все его указания. Опытный и умелый руководитель группы действовал в соответствии с суворовским принципом «Тяжело в учении, легко в бою», поэтому проявлял строгость, граничащую с безжалостностью, когда проверял полную готовность своих подопечных к предстоящему штурму отвесной скальной стены. Наши домовые из городского офиса были настолько увлечены техникой горных спусков и подъёмов, что с полным вниманием выслушивали ремарки инструктора, относящиеся к статическим и динамическим верёвкам, узлам, муфтам, карабинам и индивидуальным страховочным системам. Наши бесплотные, а потому невесомые и неуязвимые материальными объектами сущности без труда смогли бы одолеть любые высоты и пропасти, но их завораживали человеческие приспособления для покорения заоблачных вершин и глубоких расселин. Они даже имели наглость осторожно потрогать и покрутить шаловливыми лапками почти все имеющиеся в наличии альпинистские устройства. При этом Кузя и Босс ничуть не задумываясь о том, что могут нанести вред своими манипуляциями и подвергнуть опасности людей, чья жизнь и здоровье напрямую зависели от исправности и надлежащего состояния альпинистской амуниции. Потом, правда, они уверяли нас, что очень внимательно слушали наставления и просто пытались довести до ума то, что было не до конца отлажено студенческим альпотрядом.

Инструктор поставил задачу подняться с одной скальной площадки на другую. Будучи бывалым альпинистом и зачастую являясь консультантом местного подразделения МЧС, он прекрасно понимал, что погода не благоприятствует тренировкам. Однако два фактора – сжатый график альпинистских сборов и желание испытать молодых спортсменов в максимально жёстких условиях – заставляли тренера не отклоняться от плана в ожидании у гор погоды. Он знал, что погода здесь всегда непредсказуема, и был абсолютно уверен, что многократно проверенный учебный подъём не преподнесёт ни ему, ни его подопечным никаких особенных сложностей и неприятных сюрпризов. Однако он был не в курсе того, что незримо присоединившиеся к его группе Бабайка-Босс и Кузя-Клерк уже замыслили очередное дурачество.

Трудно сказать наверняка, кто из их родителей вдохнул в них идею водящегося на высокогорьях снежного человека, но парочка духов имела все возможности, чтобы легенду сделать былью. С лёгкой руки Павла Валерьевича импозантный дух третьего этажа прекрасно освоил образ сказочной мохнатой Бабайки. И этот образ оказался очень близким к сложившемуся в головах людей облику загадочного и таинственного йети – то ли покрытого густой длинной шерстью человека, то ли прямоходящей крупной человекообразной обезьяны.

В предвкушении большого веселья двое забавников расположились позади скального выступа на верхней площадке. Они терпеливо дождались, когда поднялся последний седьмой альпинист из группы. И в этот момент вышел ёжик из тумана. Просто удивляюсь, как запыхавшиеся от напряжённой тренировки ребята тут же не свалились обратно, когда из-за камня к ним вразвалку двинулось нечто крупное и лохматое.

- Медведь! - вскрикнула девочка с русой косой, оказавшаяся ближе всех к Бабайке.

- Какой же это медведь? – возразил худощавый парнишка, чем-то напоминающий Егорова. – Это горилла какая-то.

- Сами вы гориллы с медведями, - возмутился ещё один их товарищ, самый высокий. – Типичный снежный человек.

- Здесь, в Приэльбрусье? – ахнула рыженькая девочка в синем защитном шлеме. – Они здесь отроду не водились.

- Напротив, - возразил высокий. – Алмасты, кабардино-балкарский йети, издревле известен и довольно часто себя здесь проявлял.

- Ни разу об этом не слышала, - недоверчиво протянула рыженькая. Она не отрывала глаз от остановившегося и неподвижно застывшего в паре метров от неё лохматого Босса. – Так это точно алмасты?

Кузя, оставшийся невидимым, был весьма разочарован тем, что парни не испугались, а девчонки не подняли визг. Однако изобретательный дух второго этажа не стал предпринимать никаких действий, надеясь, что их весёлое приключение всё-таки выйдет на нужную траекторию.

- Что там происходит? – сурово крикнул инструктор снизу. – Если проблемы, немедленно сообщите.

- Тут походу снежный человек на нас вышел и стоит, - стараясь не сильно кричать, отозвался высокий, чуть наклоняясь над преодолённой стеной.

- По какому ходу? – не понял инструктор.

- Не по ходу, а прямо тут, на площадке, - пояснил альпинист.

- Немедленно спускайтесь! - дал приказ старший. – И не делайте резких движений, не провоцируйте его.

Молодёжь переглянулась. Они прекрасно понимали, что команды инструктора нужно выполнять беспрекословно.

- А сфотографироваться? – чуть ли не заискивающим тоном вдруг поинтересовался Бабайка не своим начальственным басом, а куда более высоким и вежливым голосом. Босс волновался, что симпатичные и умелые молодые люди покинут их, так и не вступив в контакт.

Нематериализовавшийся Кузя не сдержался и возмущённо фыркнул: разве пристало легендарному йети говорить человеческим голосом, да ещё и такие глупости!

Семеро спортсменов в изумлении уставились на говорящего реликтового гоминида.

- Да это прикол какой-то, - наконец произнёс худенький. – Как вы сюда взобрались, господин ряженый?

- А сколько стоит с вами сфоткаться? – деловито поинтересовалась рыженькая.

- Бесплатно, - широко улыбнулся Бабайка, обретая не только привычный сочный бас, но и свою обычную самоуверенность и вальяжную раскованность. – В качестве награды за смелость и мастерство.

- Ух ты! – восхитилась русоволосая, без страха подходя к добродушному домовому. – Это руководство альплагеря придумало такое представление или наши, университетские,постарались?

- Мы дома скажем, что встретились с настоящим Бигфутом! – добавила рыженькая, быстро подбежав и взяв Босса под руку. – Костюмчик у вас просто великолепный, я сперва чуть было не поверила, что вы настоящий.

- Вот из-за таких подделок и не поймёшь, есть ли в горах настоящие йети или всё это сплошная мистификация, - осуждающе произнёс высокий.

Однако и он, и ещё трое парней без колебаний подошли, чтобы сфотографироваться.

Худенький парнишка деловито достал из своего нагрудного кармана смартфон, чтобы сделать снимки. Однако его тут же отвлёк призывный и настороженный голос инструктора:

- Дайте знать, что происходит!

- Всё в порядке, - откликнулся фотограф-любитель, - здесь человек в костюме йети. Мы сделаем снимок и тут же спустимся.

- Какой человек в костюме? – всполошился инструктор. – Никаких заявок в лагере на подъём сюда не было. Вот из-за такой самодеятельности и происходят неприятности и трагедии.

Рыженькая жестами призвала фотографа поспешить, чтобы не волновать оставшегося внизу старшего. Группа действовала организованно, и, как отметил потом Кузя, никто из них не проявил творческого задора – выстроились в ряд, будто на школьной фотографии. Откуда духу второго этажа было известно про школьные фотографии, остаётся только гадать. Возможно, довелось рассматривать Женины школьные альбомы у Кузиных.

Фотосессия прошла быстро и слаженно. На прощание каждый из семерых альпинистов посчитал своим долгом пожать лапу снежному человеку. Бабайка-Босс со всей серьёзностью и присущим ему начальственным добродушием провёл процедуру рукопожатия.

- Он ещё пытался обняться и облобызаться, - ехидно заметил Кузя-Клерк, когда двое этажных делились своей скальной выходкой. - И ладно бы только с парнями. Но сознаюсь, девчата были симпатичные и весьма раскованные.

Но до вечера с разбором полётов, когда две изобретательные шкодливые сущности поделились с нами подробностями своих приключений, было ещё далеко. Это уже перед тем, как отправиться ночевать в сырой и холодный корпус, мы воспользовались отсутствием Нины и Наташи, ушедших в один из вспомогательных домиков. Там нашлась примитивная, но тёплая душевая, где можно было смыть походную грязь и согреться. А все посвящённые вызвали двоих затейников на допрос с пристрастием. Разговор происходил на заросшей иван-чаем полянке у лагерного стадиона.До полной темноты было ещё далеко, и мы внимательно выслушали подробности о йети Уллу-Тау. И даже не знали, негодовать на невменяемую парочку домовых или всё-таки восхищаться их изобретательностью и артистизмом. Ведь мы уже убедились, что творческий порыв наших домовых не остался без внимания и пристального интереса невольных зрителей и участников представления. Но обо всём по порядку.

После прогулки, которая из-за промозглой погоды оказалась короткой и не слишком утомительной, наша группа постепенно собралась в полуподвальном кафе альплагеря. Здесь хозяйничала целая семья местных жителей – бородатый, но ещё далеко не старый отец в камуфляже, его заботливая, доброжелательная и спорая в стряпне супруга, а также несколько детей, начиная подростками и заканчивая совсем малюткой, которая, однако, тоже помогала обслуживать посетителей. Обстановка здесь, как и во всём лагере, была очень простая – деревянные столы с лавками, тёмная барная стойка без излишеств, за которой колдовали старшие дети, готовя напитки и закуски. В углу на вешалке имелась национальная одежда, создававшая кавказский антураж, на стенах сушились травы, а над стойкой – вяленая рыба. Ассортимент блюд включал восточные супы типа лагмана и плов, но особой популярностью пользовались хычины – традиционные балкарские блинчики с двумя начинками на выбор – традиционной сырно-картофельной и мясной.

Но кроме хычинов и ароматного чая из трав, подаваемого в высоком заварном чайнике на всю занявшую стол компанию, посетителей привлекал в кафе находящийся слева от входа камин. Сделан он был как-то очень разумно, потому что дрова в него подкидывались немаленькие, да и сам огонь полыхал жарко, словно костёр. Однако ни дыма, ни запаха гари и в помине не было. И многие из промокших и озябших обитателей лагеря садились близко-близко к негасимому очагу, чтобы полностью отдаться теплу и уюту.

Первой в это тёплое и сытное местечко перебралась чета Бабаевых, а потом потянулись и вернувшиеся из мокрой долины остальные. Обеды и ужины в находящейся выше просторной столовой были достаточно дороги, а комплексный набор блюд не оставлял привередам выбора. Поэтому девять людей не сговариваясь решили не пренебрегать положенным нашей группе бесплатным завтраком, но дальше использовать гостеприимное заведение с камином.

Мы попивали горный чаёк в ожидании своих порций хычинов. Их довольно быстро пекла в кухонном отсеке хозяйка, а разновозрастные дети разносили тарелки с маслянистыми мягкими блинчиками посетителям.

И вдруг в кафе вошла уставшая, возбуждённая и, разумеется, весьма промокшая группа молодых альпинистов. Семеро спортсменов сразу заняли местечко у камина, решительно передвинув поближе к огню пару свободных лавок.

- Да ты посмотри внимательно! – убеждал худенький парнишка своего более высокого товарища. – Когда маска, это всегда заметно. Стоит только увеличить его голову, и сразу ясно – глаза настоящие. И морда тоже.

Они оба внимательно уставились в экран смартфона.

- Ни разу не было информации о том, что йети умеют разговаривать, - безапелляционно заявил высокий. – А этот мужик не просто произносил слова, но делал это абсолютно грамотно и логично.

Так как наш стол находился неподалёку, практически каждое слово альпинистов долетало до наших ушей. Егоров выразительно переглянулся с Пашей. И все остальные посвящённые ясно прочитали их мысли. А мы-то было абсолютно уверены, что наши домовые всё время сопровождали своих людей в пути, а потом потихоньку просочились вслед за нами в кафе и с нетерпением ждут подачи хычинов, наслаждаясь вкусом и ароматом потягиваемого нами травяного чая.

- Так вы действительно повстречали снежного человека? – не удержался от вопроса Паша, сидевший ближе всех к камину.

- Честно говоря, мы решили, что это розыгрыш, - смущённо сознался щуплый альпинист, державший в руках смартфон.

- А глянуть можно? – поинтересовался Павел Валерьевич. И даже достал из кармана куртки свои рабочие очки, чтобы если уж глянуть, то наверняка.

Несокрушимое обаяние нашего шефа подействовало бы и не на таких доброжелательных и простодушных ребят, как семёрка замёрзших и промокших альпинистов. Молодые люди, сохраняя серьёзный и озабоченный вид, с готовностью передали смартфон Паше, к которому тут же присоединились и остальные. Опекуны домовых больше не испытывали сомнений. На групповой фотографии возвышался наш Бабайка-Босс. И никто из нас также не сомневался, что где-то поблизости от снимающихся находится неугомонный и невидимый Кузя-Клерк. Вот же массовики-затейники!

- В общем, есть вероятность, что это настоящий алмасты, - прервал воцарившееся за нашим столом озабоченное молчание высокий альпинист. – Если бы это существо просто вышло на нас, мы бы практически не сомневались, что нам повезло увидеть настоящего эльбрусского йети. Но, хоть убейте, ни за что не поверю, что снежные люди специально подкатывают к альпинистам и на чистом русском языке предлагают сфотографироваться.

- Но я уже там, на площадке, заметил, что наряд у этого мужика больно хорошо сделан – шкура смотрелась как настоящая, - взволнованно подключился к разговору кудрявый парень, самый широкоплечий из группы.

- А зверем от этого лохматого типа пахло? – на полном серьёзе поинтересовался Патоличев.

Альпинисты переглянулись.

- Да вроде не пахло, - отозвалась рыженькая. – Я совсем близко стояла. Шерсть у него чистая и не очень жёсткая.

- Да, если это и подделка, то очень умелая, - нашёл нужным заметить Павел Валерьевич, внимательно разглядывая фотографию и состроив весьма серьёзную гримасу.

А Роман Каримович Бабаев сокрушённо покачал головой. И только присутствие рядом изумлённой и заинтересованной супруги не позволило ему вслух высказать свою догадку об истинной природе обнаруженного в горах снежного человека. А также выразить возмущение несанкционированными действиями созданного им домового. Максим Сергеевич Егоров был тоже заметно взволнован, и Женя Кузина с беспокойством поглядывала на него.

- И что вы дальше с этим собираетесь делать? – поинтересовался Игорь Кузин у молодёжи.

- Завтра же попросим инструктора повторить подъём, - решительно заявил высокий парень, а остальные согласно закивали головами.

- Насколько знаю, снежные люди не задерживаются долго на одном месте, - Паша умел проявить компетентность. – Хотя есть вероятность, что где-то поблизости имеется его убежище.

- Да вообще непонятно, как он туда забрался, - горячо произнёс темноволосый паренёк в жёлтой ветровке. – Вы же обратили внимание, что никаких пеших подходов к верхней площадке ни снизу, ни сверху нет. Нам, в таком случае, придётся логично предположить, что обнаруженный нами алмасты – самый настоящий альпинист.

- Или с вертолёта спустился, - предположил Бабаев.

- Ну, вертолётов тут давненько не было, - заметил высокий. – Наш инструктор пошёл выяснять, кто мог забраться на площадку учебного скалодрома. Боюсь, что кому-то за эту самодеятельность придётся ответить. Михалыч настроен очень решительно. Мало ему непредсказуемых эзотериков, возникающих в самых неожиданных местах, так теперь ещё некие лохматые чудики повадились вмешиваться в тренировки.

- Так уж и повадились, - попытался охладить его пыл кудрявый. – На моём веку это первый увиденный вживую йети из плоти и крови.

Наша группа осторожно переглянулась. Насчёт плоти и крови парень явно поспешил. Мы были весьма обеспокоены очередной дерзкой проделкой наших домовых, но всё-таки понимали, что ни сами невидимки, ни приведшие их сюда люди никогда и ни при каких условиях не будут разоблачены и призваны к ответу. Даже если кто-то из нас проболтается, нам всё равно не поверят. Однако мы испытывали немалое смущение и неудобство от того, что приходится морочить головы и сбивать с толку ни в чём не повинных и очень симпатичных молодых людей, пытающихся разгадать тайну появившегося в горах мохнатого существа.

Что касается самих бесплотных создателей снежного человека, то конец их приключения оказался весьма неожиданным и чреватым серьёзными осложнениями. Кузя-Клерк и Бабайка-Босс терпеливо дождались, когда семёрка отважных альпинистов спустилась вниз, повинуясь настоятельным приказам инструктора и тщательно соблюдая все необходимые правила. Наша парочка этажных домовых планировала тут же незримо присоединиться к спортсменам, чтобы отправиться назад в лагерь, а заодно послушать отзывы благодарных зрителей об их коротком, но не совсем провальном представлении. Однако они не успели осуществить спуск на нижнюю площадку, когда на верхней стало совсем неуютно и опасно. Своей легкомысленной шуткой офисные домовые растревожили и даже оскорбили духов гор. А эти бесплотные порождения ледников, ущелий и пиков ничуть не напоминали выращенного альпинистами и вполне договороспособного лагерного домового. Здесь Кузе с Бабайкой пришлось вновь встретиться лицом к лицу с опасными и непредсказуемыми порождениями дикой природы. Условно их можно было бы назвать горными.

- Кого там только не было! – горячо и взволнованно восклицал обычно хладнокровный, циничный и скептически настроенный дух второго этажа, делясь с нами пережитым ужасом. – Просто целый зоопарк, и все разные, но будто спаянные одной скально-ледяной глыбой. И эта глыба грозила всей своей звериной мощью обрушиться на нас.

- Но в последний момент, когда мы уже пришли в полное отчаяние и готовы были без сопротивления отдаться на растерзание, - в голосе Бабайки всё ещё ощущался заметный трепет пережитых волнений, - наверху вдруг проявился взбешённый белый леопард. Его хвост ходил ходуном, а беззвучный мощный рык грозил вызвать лавину или камнепад. И мы каким-то чудом догадались, что хозяин ледников не позволяет своим духам расправиться с нами, но он, как и они, тоже очень недоволен и велит нарушителям границ убираться немедленно.

- Стоит ли говорить, что мы не стали ожидать повторения приказа, - завершил рассказ Кузя. – Извиняясь и благодаря могучего повелителя гор, мы скатились вниз, понеслись прочь что было сил и вскоре присоединились к нашим студентам. Они как раз возвращались в лагерь.

- Белый леопард – это наверняка ирбис, снежный барс, - уточнил Павел Валерьевич. – Прекрасно, что горы хранят память об этом давно исчезнувшем виде.

- Может быть, где-то ещё прячутся единичные особи, - без особой уверенности произнесла я.

- А некоторые единичные особи никак не приучатся соблюдать дисциплину, - со вздохом прокомментировал Роман Каримович Бабаев.

Бабайка-Босс в ответ тоже виновато вздохнул. А Кузя неопределённо хмыкнул.

- Я бы на вашем месте, - довольно громко и строго обратилась к собравшимся людям Девочка, - вынесла последнее серьёзное предупреждение трём из присутствующих здесь домовых. Тем, которые ничуть не думают об остальных и шляются и скачут где попало. Мы пришли сюда с добрыми намерениями, а не для того, чтобы дестабилизировать обстановку.

- Ну что же, - констатировал Саша. – Последний раз обращаемся к троим нарушителям: прекращайте баловство и побеги. В следующую поездку возьмём только тех, кто прошёл испытания.

- Какие ещё испытания? – недовольно пробурчал Кузя. – Мы взрослые самостоятельные духи и сами решаем, что можно, а что нельзя.

- Знаешь, голубчик, - отрезала Девочка, – командуй на своём втором этаже, а не в горах. Скажи спасибо Ирбису, что живы остались.

- Спасибо, Ирбис! – послушно произнёс Клерк, на этот раз ничуть не дурачась.

И мы все услышали, как рядом в горах пророкотал приглушённый раскат грома.

Глава 6. Поляна Желаний

Увы, ни одежда, ни обувь в сырой атмосфере горной долины даже не подумали высохнуть. Ночью наша продрогшая до самых костей команда натянула на себя всё, что только можно из стареньких постельных принадлежностей, выданных кастеляншей альплагеря, да ещё и весь сухой запас собственной одежды. А новое прохладное утро, пришедшее на смену промозглой ночи, отнюдь не обещало быть солнечным. Но мы не собирались жаловаться и скулить, а решительно оделись в так и не просохшую походную одежду и обувь, справедливо рассудив, что, скорее всего, нам всё равно намокать. Завтрак в большой столовой на этот раз включал в себя вкусную овсяную кашу и оказался согревающим и питательным.

На площадке перед административным зданием нашу группу уже ждал Николай. Тем, кто не запасся палками для скандинавской ходьбы, но был не очень уверен в своей устойчивости на горных тропах, он предложил удобный деревянный посох из личных запасов. Сознаюсь честно, что мы с Сашей, привыкшие к частым горным походам в окрестностях родного города, решили обойтись без подпорок. Возможно, в данном вопросе я проявляла излишнее легкомыслие, упорно отказываясь признавать возрастные изменения организма. Уже могли подвести и зрение, и суставы, и чувство равновесия. И это неизбежно грозило падениями с весьма тяжёлыми последствиями. В этот второй и последний день нашего тура нам предстояло подняться на Поляну Желаний, расположенную ближе к Матери-горе Уллу-Тау.И путь туда был намного сложнее, чем вчерашняя прогулка к водопаду.

Дождь так и не собрался, хотя туман по-прежнему окутывал наш путь. Часть дороги была уже нам знакома, но потом тропа начала неумолимо подниматься вверх. На этот раз мы двигались по тому же берегу Адыр-Су, на котором располагался лагерь, не переходя реку. С высоких гор, стерегущих долину, то там, то здесь сбегали быстрые ручьи. Однако крупные водопады остались за рекой, где скалистые стены были круче.

- Вода здесь очень вкусная, - порекомендовал наш проводник. – Пейте без боязни.

И группа тут же воспользовалась приглашением. Мы черпали ладошками и набирали в походные пластиковые бутылочки ледяную, кристально чистую горную воду, какой, как ни старайся, не сыщешь ни в одном городском супермаркете. И я точно знала, что компания наших невидимок была тут как тут и всецело разделила наш восторг и искреннее удовольствие. Они старались не производить лишнего шума, но лёгкие всплески и побрызгивания, как и тихий счастливый шёпот, не остались незамеченными друзьями домовых. К счастью, остальные члены нашей группы были слишком поглощены своими эмоциями и красотой практически нетронутой природы и то ли вовсе не заметили, то ли просто не придали значения странным явлениям, происходящим на их глазах.

Каменистая тропа, украшенная горными цветами и валунами, становилась всё круче, и в какой-то момент Нина Бабаева поняла, что её не слишком здоровые ноги не позволят осилить крутой склон. Мы клятвенно обещали разволновавшейся и пришедшей в отчаяние женщине снизить темп, а Роман Каримович героически поддерживал и вдохновлял свою супругу. Однако присущая Нине деликатность и забота о ближних заставила её настоять на своём: она возвращается в лагерь и будет терпеливо ожидать нас в тёплом кафе. Бабаев ничуть не колебался и отправился в обратный путь с не выдержавшей испытания горами супругой. Нам было немного обидно, что наши друзья не попадут на Поляну Желаний, но это не мешало всем искренне восхищаться тёплой и трепетной заботой, которой милейший и добрейший Каримыч без всякой показухи окружал свою любимую жену.

Проводив взглядами наших друзей и помахав им на прощание руками, мы продолжили свой путь вверх, не уставая любоваться и тем, что находилось у нас под ногами, и то возникающими, то вновь испаряющимися в тумане крутыми горными склонами – порой зелёными, порой скалисто-серыми. Однако сама Уллу-Тау никак не хотела показаться впереди. И я, совсем отчаявшись, сложила ладони перед грудью в индийско-непальском намасте и с полагающимся поклоном обратилась к гордой подруге Эльбруса:

- О, Мать-гора, прекрасная Уллу-Тау, яви свой прекрасный белоснежный лик твоим преданным сыновьям и дочерям. Не оставляй нас своей милостью и своим добрым расположением.

Патоличев едва удерживался от смеха, наблюдая за моими напрасными стараниями.

- Она же прекрасно видит, что ты закоренелая атеистка, - прокомментировал Саша. – Так что зря стараешься – прогноз, увы, не изменится.

Пейзаж, постоянно теряясь в подвижном, но достаточно густом тумане, приобретал новые черты. Живописный альпийский луг быстро сменялся усыпанной самыми разнообразными камнями, но практически лишённой растительности местностью. Однако эта кажущаяся безжизненность не выглядела ни тоскливой, ни лишённой привлекательности. Напротив, пейзаж, созданный горными лавинами, отличался не земной, а, скорее, космической красотой.

Огромные валуны, природные россыпи и рукотворные горки камней всё чаще встречались на нашем пути, и это означало, что мы наконец-то поднялись на Поляну Желаний. Эта заповедная долина представляла собой нечто вроде относительно небольшого горного плато, где царила и солировала каменистая земная твердь, а вода и растительность уходили на задний план, исполняя роль ненавязчивого аккомпанемента. Судя по обилию аккуратно сложенных из округлых горных камней башенок, народ наш очень доверчив и свято верит в то, что правильно уложенный камушек в правильно выбранном месте способен исполнить любое желание и круто изменить жизнь.

Как вскоре оказалось, наша руководительница Елена со всей серьёзностью отнеслась к данному походу и принесла в своём рюкзаке найденный в долине Адыр-Су красивый розоватый камень довольно внушительных размеров. Проигнорировав тот факт, что вся наша группа весьма скептически отнеслась к вере в волшебство и не собиралась следовать традиционному для данного места ритуалу, женщина выбрала самую большую горку и осторожно вознесла свой камень на самую верхушку. По лицу Николая можно было прочитать, что и он совсем не одобряет все эти новомодные штучки, превращающие трепетное общение с природой в дешёвый аттракцион на потребу коммерческих тургрупп. Однако когда Елена со всей серьёзностью заговорила, мы внимательно прислушались к её словам.

- Я хочу, чтобы осуществилась самая заветная мечта всех женщин Земли, - ограничилась она одной короткой фразой и замолчала.

Но все прекрасно поняли, что имелось в виду, и каждый из присутствующих молча, но от всей души выразил своё полное согласие. Уверена, что в этот момент мы все были едины – и женщины, и мужчины, и бесплотные создания, созданные людьми. В последнее время мы до конца и очень остро осознали значение короткого слова, без которого невозможна полноценная жизнь на Земле. Да и само существование этой жизни под большим вопросом.

Мы не успели отойти от большой каменной пирамиды, теперь увенчанной нашим твёрдым желанием, когда прямо из-под груды камней выскочил невероятно изящный рыжевато-белый зверёк. Поначалу я приняла его за белку, но Патоличев удивлённо воскликнул:

- Да это же ласка!

- Да, это ласка, - подтвердил Николай. - Они привыкли, что туристы оставляют им угощение, и почти не боятся людей. Кстати, порой здесь можно встретить и настоящего горностая. Он чуть крупней, но отличить от ласки его можно только по более длинному хвосту с чёрным кончиком. Очень похожи эти два зверька.

Потом мы прогуливались по Поляне Желаний и ловили редкие моменты, когда пелена тумана прорывалась и удавалось увидеть небольшой фрагмент белого ледника Уллу-Тау. Там, за ней, была горная Грузия, когда-то близкая и родная, но ставшая чужой. И разделили нас отнюдь не четырёхтысячники вроде Матери-Горы, а злые и жадные люди, сделавшие ставку на частную собственность, предательство и национализм.

Мы пили удивительно вкусный горный чай из большого термоса Николая – вся группа из одной серебристой крышки, наслаждались его бальзамическим вкусом и любовались Поляной Желаний.

А бедняга Гномик в этот момент из последних сил уговаривал Душеньку иметь совесть и даже не пытаться догнать юркую ласку, прячущуюся в камнях. Девочка внимательно следила за нашей парой домовых, и её обуревали весьма сильные эмоции.

Спуск по уже знакомой тропе не был тяжёлым, и совсем скоро впереди показался палаточный лагерь, где, как мы теперь знали, обитал суровый, но не злобный домовой, созданный несколькими поколениями альпинистов.

Николай не настаивал: после Поляны Желаний группа устала, и людям хотелось хорошего отдыха в кафе. Однако оставался ещё один живописный водопад, который стоило увидеть, чтобы иметь более полное представление о впечатляющих красотах долины Адыр-Су. Если Гумачи низвергается из скального отверстия одним бушующим мощным потоком, то Койавган, расположенный ближе к входу в долину,напоминает скорее многоструйный и извилистый порожистый ручей. Гумачи прорывается сквозь гряду отвесных безлесных скал, а Койавган быстро и каскадисто сбегает по крутому, но не обиженному разнообразной растительностью зелёному спуску, усеянному ярко-розовыми полянками горного иван-чая и другими цветами альпийских лугов. Название Койавган переводится с карачаево-балкарского как овечий переход. Горных агнцев, выбравших это место в качестве удобного перевала, можно понять – окрестности водопада и одноимённой речки, устремляющейся в Адыр-Су, покрыты обильной сочной травой. А внимательным туристам удаётся найти здесь миниатюрные кустики горной костяники.

Путь к этому живописному и по-своему уникальному месту пролегает через тенистый сосновый лес под отвесными горами и является совсем не утомительным. Если, конечно, не считать необходимости перепрыгивать через многочисленные ручейки, которыми изобилует долина питаемой ледниками стремительной Адыр-Су. Поглядывая на высящиеся рядом отвесные горы, мы прекрасно понимали, почему это место столь притягательно для альпинистов.

Наши родные горные хребты побережья куда более снисходительны к туристам. И не только не слишком большой высотой, привычными хожеными тропами и даже проложенными в скальном грунте горными дорогами, с которыми неплохо справляются внедорожники. Даже если отклоняешься от проложенных туристами тропинок и начинаешь крутой подъём, практически всегда можно прекрасно обойтись без альпинистского снаряжения. Хотя находятся такие умельцы, которые застревают на значительной высоте на осыпающемся мергелевом склоне, испуганно хватаются за кусты или прочно держащийся камень, и их приходится снимать оттуда спасателям. Но такое случается редко.

Здесь же практически каждая исполинская гора, растущая ввысь из расположенной на более чем двухкилометровой высоте долины, являлась настоящим вызовом, пробующим человека на прочность. И чтобы покорить её, нужно неустанно призывать на помощь ум, силу, ловкость, а также усвоить чужой опыт, учесть чужие и свои ошибки. И, разумеется, упорно тренироваться, без всякого снисхождения преодолевая собственную лень и имеющиеся телесные слабости и несовершенства.

Николай в итоге набрал небольшую группу, куда вошли неутомимые и спортивные иногородние дамы, лёгкие на подъём и жадные до новых впечатлений Егоров с Женей и мы с Патоличевым. На тот момент я ещё не знала, отправились ли с нами невидимки, но могла предположить, что Босс предпочёл присоединиться к Бабаевым, наверняка отдыхающим в кафе, куда также направились Паша с женой. Мы вновь переправились через Адыр-Су и двинулись к подножию относительно пологой горы, на которой даже в этот пасмурный денёк искристо блистал Койавган. Николай провёл нас по долине, заросшей сосновым лесом, и предложил желающим подняться на желаемую высоту, чтобы сфотографироваться у водопада. У нас оставалось всего три часа до отъезда, и времени разгуливать в своё удовольствие было немного.

Бодрые иногородние туристки добрались до нижнего живописного уступа, чтобы устроить там фотосессию. А мы с Патоличевым присмотрели красивое местечко повыше, откуда было уже совсем недалеко до просматривавшегося скалистого перевала, с которого начинал своё стремительное падение Койавган. Макс и Женя отклонились вправо от водопада и теперь легко шагали по заросшей невысоким горным иван-чаем полянке.

Саша держал меня за руку, старательно помогая преодолевать сложные участки пути. И я подумала, что Гномик со своей подружкой наверняка проболтались Патоличеву, как накануне вовремя спасли меня от падения у водопада Гумачи.

- Жаль, что времени маловато, - произнёс Саша, глядя вверх. – Если бы мы перевалили через гору, то увидели бы ещё одну красивую долину. Про неё очень поэтично рассказывал Николай.

- Придётся вновь и вновь возвращаться сюда, - отозвалась я, ничуть не лукавя. – Эти удивительные места неисчерпаемы, и очень хочется увидеть их в ясную погоду.

- Когда ты рядом, для меня нет плохой погоды, - неожиданно произнёс Патоличев.

Я даже не нашлась, как среагировать на это признание. Но этого и не понадобилось, потому что Саша решительно привлёк меня к себе и крепко поцеловал. И это был очень хороший поцелуй, ничуть не хуже того, что получился у нас в автомастерской. Но в какой-то момент мне, завороженной и увлёкшейся неожиданной страстностью и нежностью Патоличева, вдруг подумалось, а не шпионит ли за нами вездесущий Гномик, который имеет привычку честно закрывать глаза, но при этом всё видит и знает. И хотя Саша совсем не планировал так быстро выпускать меня из своих объятий, я окинула взглядом окружающую местность и совсем близко обнаружила увлечённо целующуюся молодую парочку. Сначала у меня мелькнула мысль, что это наш Макс и Женя Кузина, но потом до меня неожиданно дошло, что именно происходит. И когда я встретилась взглядом с Патоличевым, то нашла полное подтверждение своей догадки. Актёр из него был так себе.

- И кто всё это придумал? – задала я вопрос, глядя в смущённое и виноватое лицо этого героя-любовника и стараясь не сильно упиваться своей прозорливостью и догадливостью.

- Мы просто хотели попробовать, получится или нет, - со вздохом покаяния ответил Саша.

- И что, получилось? – поинтересовалась я, стараясь не психовать и сохранять достоинство и спокойствие.

- Пока не знаю, - честно сознался Патоличев, ища глазами парня с девушкой.

Парочка растворилась в воздухе, что было совсем не удивительно.

- Не обижаешься? – осторожно поинтересовался Саша, обнимая меня и пытливо заглядывая в глаза.

- Эксперимент продолжается? – съязвила я, размышляя, вырваться из его тёплых объятий или вести себя смирно.

- Видишь ли, - попытался объяснить происходящее Саша, не давая мне шанса разомкнуть его крепкие руки, - Гномик уже в полном отчаянии из-за того, что Душенька никак не успокоится и продолжает творить невесть что. А он очень хочет, чтобы у них всё было хорошо, по-людски, как у нас.

Ну что же, мой автомеханик выбрал правильную тактику. Значит, он считает, что у нас с ним всё хорошо и по-людски. Не считая смелых экспериментов с бесплотными сущностями, о которых механики не удосуживаются мне заранее сообщить. Хотя, знай я наперёд об этих коварных планах, у них наверняка ничего бы не вышло.

- Куда же они подевались? - озабоченно спросил Саша, выпуская меня из объятий и оглядываясь вокруг.

Мы увидели, что находившиеся ниже туристки начали спускаться в долину, где терпеливо ожидал нас Николай, чтобы проводить небольшую группу в лагерь. Значит, и нам пришла пора покинуть прекрасные каскады Койавгана, чтобы перекусить в кафе, собрать вещи и не опоздать к отъезду. Не успели закончиться верхние уступы водопада, как мы их увидели. На большом валуне сидела совсем юная и очень симпатичная парочка – парнишка в тёмной спортивной одежде и девушка в белой куртке.

- Похож на тебя? – спросила я Патоличева.

- Да вроде смахивает на мои школьные фотографии, - не очень уверенно отозвался Саша. – Только, как видишь, с годами я немного раздобрел, и у меня сильно поубавилось доверчивости и наивности.

- Не так уж раздобрел и не так уж поубавилось, - заметила я, искоса поглядывая на него.

Думаю, что этот человек понравился бы мне в любом возрасте. И Гномик в его новом, совсем юном, обличье был тоже необыкновенно хорош. И выглядел он вполне довольным жизнью и умиротворённым. Да и Душенька казалась весёлой и счастливой, хотя, на мой взгляд, всё-таки просматривалась в ней некая дичинка. Парочка ждала нас и безмятежно улыбалась, словно позируя для фотографии. Но мне показалось, что мысли духа четвёртого этажа были далеко. И стало очень любопытно, о чём размечтался наш Гномик-Механик и насколько удачно прошёл эксперимент с поцелуем.

И тут у меня под самым ухом прозвучал раздражённый голос Девочки:

- Ну что, никак не налюбуетесь?

- Вот уж не ожидала, что и вы здесь окажетесь, - мой голос прозвучал весьма недружелюбно и холодно.

Девочка лишь презрительно хмыкнула в ответ.

- Ещё одна участница эксперимента? – обратилась я к Патоличеву.

У меня начало складываться стойкое ощущение, что невидимки слишком бесцеремонно вторгаются в наше личное пространство. Пожалуй, в этот момент я впервые по-настоящему ощутила свою человеческую незащищённость и уязвимость в окружении этих назойливых бесплотных сущностей. Но мне сразу стало ясно, что Саша не имеет никакого отношения к явлению у Койавгана невидимой красотки с первого этажа. Девочка оказалась здесь по собственной инициативе.

- Да, вы правы! – весьма патетически воскликнула она. – Меня сюда никто не приглашал. Просто я захотела увидеть то, что захотели увидеть вы. И мне пришлось увидеть то, чего и вы не ожидали увидеть. Я так понимаю, что мы для вас подопытные кролики, с которыми можно делать всё, что заблагорассудится.

- Ничего подобного! – искренне возмутился Саша. – Если уж на то пошло, инициатива исходила от Гномика, а я всего лишь взялся осуществить его желание.

- А то, что при этом вы грубо проигнорировали мои желания, вас, разумеется, ничуть не касается, - злобно прошипела Девочка.

- О каких желаниях идёт речь? – постаралась уточнить я, совершенно не понимая, что так бесит нашу Хуану. – Мы же не мешаем вам любоваться водопадом, как вам и захотелось.

- При чём тут водопад? – воскликнула Девочка.

В её восклицании слышалось не только раздражение, но и отчаяние. Самоуверенной красотке явно было нелегко, и мне захотелось понять, что именно с ней происходит.

- Вам не нравится, что Гномик поцеловал Душеньку? – рискнула спросить я.

Саша удивлённо взглянул на меня: откуда, мол, такие дурацкие предположения? Однако я почувствовала, что не ошиблась. Мне сильно мешало то, что я не вижу лица красотки и не могу рассмотреть её мимику. Хотя домовые – не люди, и у них много возможностей мимикрировать и скрывать свои истинные чувства.

Девочка молчала, затаившись, но я прекрасно знала, что она анализирует ход моих мыслей. И тогда я решила не церемониться, а, обратившись к Патоличеву, вслух произнесла:

- Девочка влюбилась в нашего Гномика.

Саша приподнял брови, выражая одновременно недоверчивое любопытство и неподдельный интерес. Но он не успел ничего сказать, когда Девочка выпалила, явно обращаясь ко мне:

- Это вы во всём виноваты!

- В чём именно? – к счастью, я уже настолько привыкла к своенравной красотке, что ей не удалось вывести меня из себя. Напротив, я искренне хотела разобраться и помочь. – Насколько я помню, ваше кредо – не опускаться до уровня мужчин, а стоять на пьедестале и всячески помыкать ими в своих интересах.

- Да что ты так на неё взъелась? – решил заступиться за Девочку Саша.

Он был прав, я не хотела обижать наше прекрасное офисное порождение. Первоэтажная сущность молчала, и мне пришлось как можно мягче повторить свой вопрос:

- В чём именно я виновата?

- Вы его любите, - чуть помолчав, произнесла она. – А я слишком много общалась с вами в последнее время.

Я повернулась в Патоличеву, опасаясь, что откровения Девочки не придутся ему по душе. Но, кажется, на этот раз он решил реагировать адекватно, не ударяясь в ревность и сомнения.

- Тьфу ты, оказывается, это заразно, - растерянно произнёс Саша. – И что теперь будем делать?

- Быстренько спускаться вниз, чтобы не подводить остальных, - как можно бодрее произнесла я.

Мы знаками показали парочке на валуне, что пора возвращаться в лагерь. Гномик кивнул, и они, разумеется, тут же дематериализовались, чтобы не озадачивать наших несведущих спутников.

- Может быть, мне влюбиться в Кузю или Бабайку? – начала я вслух размышлять по пути.

На это Девочка, которая двигалась рядом с нами, только презрительно фыркнула.

- А меня ты, получается, совсем не любишь? – поинтересовался Саша. Вроде как в шутку, но я с беспокойством взглянула на него.

- Ага, в тебя влюбишься, и тут же несравненная Девочка посчитает, что ты её законная добыча, - рискнула и я пошутить.

Кажется, нам удалось сбить с толку нашу первоэтажную. Она некоторое время озадаченно молчала, пытаясь определить, насколько мы серьёзны.

- Я не собираюсь вставать между вами, - на всякий случай заверила она.

- От кого-то мы это уже слышали, - припомнил Патоличев.

- И заметь, я не раздуваю из этой неосторожной фразы целую историю и не делаю дурацких и неверных выводов, - не забыла вставить я.

- И что же мне теперь делать? – тоскливо спросила Девочка. – Вам хорошо, а мне не до шуток.

- Ну что же, - решила пофилософствовать я. – Вы же сами утверждали, что ничто человеческое домовым не чуждо. А людям иногда приходится страдать из-за неразделённой любви. Но это страдание всегда имеет свой срок. Потихоньку боль проходит, а жизнь продолжается.

- «Любовь бывает долгою, а жизнь ещё длинней», - напел Саша.

- А вдруг у домовых всё по-другому? – озабоченно поинтересовалась Девочка.

- «Новая встреча лучшее средство от одиночества», - продолжил напевать Патоличев, сменив мотив.

- Похоже, у Антонова найдётся ответ на любую сложность любви, - отметила я.

- Особенно когда композитору помогает поэт Танич, - с видом знатока добавил Саша.

У меня осталось ощущение, что нам удалось немного успокоить нашу первоэтажную красотку. Просто мне надо постараться поменьше восхищаться Гномиком. Глядишь, и блажь Девочки мгновенно пройдёт. Хотя какая же это блажь, если дело касается моего любимого Механика с четвёртого этажа? Стоп-стоп, не надо усугублять.

И тут мы увидели, что вслед за нами начали спускаться Максим с Женей. Они крепко держались за руки, и я бы ничуть не удивилась, узнав, что Егоров и Кузина тоже целовались у водопада Койавган. Такое уж это романтическое местечко.

- А Кузи-шпиона нет поблизости? – на всякий случай поинтересовалась я у Девочки.

- Он с папашей решил отдохнуть в кафе, - лаконично ответила она.

Мы ещё успели напоследок полакомиться хычинами с травяным чаем. Молодых альпинистов, увы, в кафе не оказалось, и наша команда осторожно обменялась опасениями, что ребята всерьёз занялись разгадкой тайны встреченного ими снежного человека. Тем более, их инструктор Михалыч наверняка так и не смог установить, кто именно бесцеремонно вмешался в их тренировку.

Когда мы вышли встречать шишигу-маслобойку, я обратила внимание, что забиравший наши вещи Патоличев вернулся к машине в компании той самой Татьяны, которая давно положила на меня свой внимательный глаз и наверняка сделала соответствующие выводы.

- Представляешь, она сходу поинтересовалась, как давно ты начала разговаривать сама с собой и обращались ли мы по этому поводу к психоневрологу, - не забыл потом поделиться со мной Саша. – Ну, и я, разумеется, поведал ей, что уже давно заподозрил серьёзную проблему и начал искать выход из тупика. И закончил рассказом о том, что светила психиатрии, к которым мы неоднократно обращались, считают эту твою особенность очевидным признаком высокой нравственности, ума и таланта. И тут она очень удивилась и отстала.

- И тут же начала громко разговаривать сама с собой, - предположила я.

Мы отправлялись в обратный путь, не зная, что в последующие сутки пропавшие в горах альпинисты будут найдены мёртвыми в ледниковой трещине, их тела доставит в покинутый нами лагерь нанятый спасателями коммерческий вертолёт. Мне довелось прочитать об этом печальном происшествии лишь несколько недель спустя. Судя по всему, подвела страховка. И меня потом долгое время преследовал вопрос Душеньки: «Почему люди приезжают сюда умирать?» А ещё хотелось узнать, что соединило в альпинистской связке-двойке одинокую тридцатилетнюю петербурженку и семейного сорокалетнего москвича. Наверняка они оба не смогли преодолеть магического притяжения гор и посчитали оправданным риск, когда отправились на ледник Юном по маршруту 4А категории сложности.

Глава 7. Сплав

Рабочая неделя между двумя поездками была такой же напряжённой, как и все остальные. Но мы с Пашей получили такой заряд бодрости в горах Приэльбрусья, что на удивление успешно и споро справлялись с производственными задачами в ожидании нового путешествия. Остальные члены нашей команды тоже были полны решимости продолжить горные приключения, и все без исключения дистанционно записались на рафтинг по реке Белой, который по отзывам был столь же экстремальным, сколь и безопасным. Мы также надеялись совместить комфортный отдых с плотным графиком других самых разнообразных впечатлений. Именно поэтому, по совету моей дочери, была выбрана база отдыха в станице Даховской, откуда рукой подать до нескольких очень привлекательных мест.

Да и сам приют, где мне однажды уже довелось побывать в более холодную пору, радовал гостей деревянными рубленными домами со всеми удобствами, круглогодичным открытым бассейном с джакузи и подогревом, мангальными зонами, ненавязчивым простым сервисом и тишиной. Находилась эта небольшая база в месте слияния двух горных рек – Белой и Даха. В начале весны их бурные потоки были непривлекательно грязно-коричневыми, но в разгар лета, как позже выяснилось, струящаяся вода оказалась прозрачной и заиграла совсем другими красками. И самым решающим аргументом за эту базу стал тот самый рафтинг, офис которого находился в паре сотен метров от неё. Офис - это, конечно, громко сказано, просто деревянный домик с террасой, где отважные покорители бурных рек брали напрокат гидрокостюмы, жилеты и каски. Здесь же происходили окончательные сверки списков и завершались финансовые расчёты. И именно отсюда отправлялись в путь микроавтобусы с надевшими экипировку рафтингистами и самим ярким плотом для сплава, гордо расположившимся на крыше транспортного средства.

Так как Адыгея со всеми её удивительными красотами – не отдалённое Приэльбрусье, на этот раз мы решили отправиться на отдых своим ходом. Дорога была знакомой и относительно недолгой, а скоростная и ухоженная трасса позволяла использовать не только внедорожник Патоличева и кроссовер Бабаева, но и Пашину городскую легковушку. Если выехать раненько, когда дороги ещё не забиты под завязку, можно добраться до нужного места в течение трёх-четырёх часов. Принимая во внимание все особенности данного путешествия, мы с Сашей решили не отлынивать от своих семейных обязанностей и взяли троих внуков, чьи летние каникулы не отличались разнообразием. И тут мне пришлось пожалеть, что Даниле, Диане и Олесе известно кое-что о домовых. Моя слабая надежда на то, что короткая встреча с Гномиком в саду Патоличевых быстро выветрится из детской памяти, оказалась тщетной. Когда детки узнали, что отправятся на короткий экстремальный отдых вместе с нами, первым вопросом был, поедет ли домовой.

- Это зависит от вашего поведения, – как можно суровее произнесла я. – Домовые появляются только там, где ребята ведут себя хорошо. И никому не рассказывают о том, что общаются со сказочными существами.

- Даже маме? – осторожно спросила Дианка, внимательно глядя на меня.

- Но мама же всё равно тебе не поверила, – произнесла я вместо ответа.

- Даже папе? – поинтересовался Данилка, напустив на себя небывалую серьёзность.

- А что, папе ещё не рассказали? – полюбопытствовала я.

Оба отрицательно покачали головами. Наверное, им хватило маминой реакции, чтобы не искушать судьбу и не выслушивать нотации ещё и от папы.

Троица внуков разместилась на заднем сидении Сашиного УАЗа, и я позаботилась о том, чтобы Олеся оказалась между братом и сестрой, весьма склонными к ссорам и дракам. Однако довольно скоро стало ясно, что спокойная и воспитанная девочка нашим активным и хулиганистым дракобезам не помеха. Обездраки или дракобезы – это собирательное наименование Дианы и Данилы, родившихся соответственно в Год Дракона и Год Обезьяны. Где уж тут требовать хорошего поведения при таком тяжёлом восточном гороскопе! Не успели мы проехать и половины пути, как Олеся взмолилась:

- Дедушка, ну успокой же ты их, пожалуйста! Они так дерутся, что на мне уже живого места не осталось!

- Ну-ка, дедушка, останови машину! – как можно суровее произнесла я. – Кажется, кому-то надо проветриться и дальше шагать пешком.

- Мы больше не будем! – горячо поклялись дракобезы.

Но я была уверена, что терпения у них даже меньше, чем у невидимок.

И в этот момент откуда-то сзади прямо на колени Даниле прыгнула чёрная кошка. Он тут же потерял дар речи – сперва от страха, а потом от восторга. Девочки тоже притихли в изумлении.

- Бабушка, откуда здесь кошка? – громким шёпотом вопросила Диана.

- Оттуда, – многозначительно произнёс Саша, не отрывая взгляда от шоссе.

Драки до конца поездки не возобновлялись. Большой любитель котиков Данилка самозабвенно и ласково поглаживал чёрную пушистую пришелицу, иногда разрешая девчатам почесать ей ушки и шейку. Вскоре наша материализовавшаяся в кошачьем образе Душенька начала весьма правдоподобно мурлыкать, чем очень порадовала детей.

- Надеюсь, они её не замучают, – прошептала я Саше.

- Её дружок начеку и не позволит перейти границы, – так же тихо отозвался он.

Наше путешествие проходило на удивление быстро и спокойно. Мы не теряли из виду остальные две машины, держащие хороший темп. Лишь в одном месте пришлось замедлиться, чтобы объехать последствия крупной аварии: на шоссе стояло целых пять изувеченных автомобилей. Потом мне довелось найти информацию, что какой-то горячий уроженец Кавказа умудрился в то утро вылететь на встречную полосу, наведя на ней полный кавардак. И только по счастливому стечению обстоятельств обошлось без погибших, лишь одного человека госпитализировали с серьёзными травмами. По справедливости этим пострадавшим должен был оказаться неадекватный водитель, грубо нарушивший правила дорожного движения. Но о том, кто именно пострадал, данных не было.

Как только навигатор показал, что мы выходим на финишную прямую, чёрная кошка неожиданно исчезла. Но наши умудрённые жизненным опытом внуки почти не удивились. Олеся решилась взволнованно спросить:

- Эта кошка волшебная?

- Из Лукоморья, – отозвалась я.

- Бабушка, но там же был Кот, – возразила Диана.

- А у Кота была жена, – не стала сдаваться я.

- А у попа была собака, – добавил Саша.

И тут я заметила, что Данила широко открыл рот и собирается громко зареветь. Ещё бы – неизвестно куда подевалась любимая живая игрушка!

- А к тем, кто плачет, волшебные кошки не приходят, – как можно убеждённее произнесла я.

Данила тут же захлопнул рот и передумал поднимать вой.

На десять часов утра было запланировано начало рафтинга, и нам пришлось сразу по прибытии в Даховскую отложить заселение в забронированные нашей командой апартаменты на базе отдыха и сходу отправляться с корабля на бал, а точнее из кареты на корабль. В деревянном домике на берегу мы получили полную экипировку для рафтинга. В неё, кроме удерживающих тепло плотных костюмов, входили оранжевые спасательные жилеты и столь же яркие защитные каски. Пришлось дождаться, когда Каримыч и его супруга справятся с нелёгкой задачей втиснуть в гидрокостюмы свои немалые телесные объёмы. Остальным понадобилось совсем немного времени, чтобы начать выглядеть заправскими спортсменами. Мы с Патоличевым обсудили, является ли рафтинг олимпийским видом спорта. Саша утверждал, что нет, но довольно близкий гребной слалом входит в программу летних олимпиад.

И вот мы разместились в автобусе и двинулись в путь, предвкушая удивительное приключение. Сначала движение осуществлялось по территории небольшого селения, расположенного в красивой Даховской долине, а потом дорога начала виться между зелёных отрогов близко подступивших высоких гор. Рядом то сужаясь, то вновь расширяясь петляла река Белая, которая в отличие от Адыр-Су не струилась кипящим белым молоком, а играла в эту августовскую пору изумрудными красками. Но это не мешало ей быть горной, то есть пенистой и бурной. И мы с опаской поглядывали на её хорошо заметные пороги, мысленно проходя предстоящий сплав.

Путь оказался совсем неблизким, но вскоре наш инструктор Виталий дал команду выгружаться самим и дружно нести к воде рафт, который понесёт нас дальше. Кроме Виталия, группу сопровождал такой же молодой фотограф и видеооператор Пётр, в задачу которого входило запечатлеть наши спортивные подвиги с разных точек и ракурсов. Съёмки начались практически сразу, и Данилка тут же принялся позировать, изображая бывалого рафтингиста. Места на просторном плоту хватило всем, и мы были полностью уверены, что и наши невесомые и невидимые друзья никуда не потерялись, а, скорее всего, незримо опекают троих детей, посаженных в центр.

Группа внимательно выслушала инструкцию и потренировалась дружно выполнять команды Виталия, занявшего место на корме. На первый взгляд, всё было совсем не сложно. И мои руки даже легко вспомнили, как надо держать весло, а ведь прошло уже немало лет с тех пор, как я занималась чем-то подобным. Сидевший передо мной в центре плота Данилка всё порывался поучиться грести, и Саша пообещал, что обязательно даст ему поработать веслом. Сам Патоличев производил впечатление заправского гребца, и я очень надеялась, что его мастерство поможет скрыть огрехи менее подготовленных людей. На нашей правой стороне взгромоздилась чета Бабаевых, отчего плавсредство дало небольшой крен. Однако и Роман Каримович, и его Нина смотрелись уверенно и не выказывали страха. Зато Кузины и Егоров, эти кабинетные высоколобые неженки, выглядели несколько напряжёнными и скованными, пытаясь точно выполнять указания инструктора и правильно держать весло. Было совсем нетрудно догадаться, что им куда привычнее управляться с мышкой и клавиатурой, чем с весьма непредсказуемым рафтом. Паша с Наташей смотрелись достойно, как и полагается заслуженному рыбаку и его верной подруге. Диана с Олесей, как и Данила, ничуть не боялись, ведь их окружали взрослые.

И вот наступил момент, когда плот, миновав относительно тихую заводь, вырвался на стремнину и начал быстро двигаться по течению. Мы сразу оценили мастерство Виталия, который раскатисто командовал «Ррраз!» и чётко корректировал действия левого и правого борта. Нам оставалось только мгновенно подчиняться и действовать максимально слаженно. Инструктор умудрялся не только полностью контролировать процесс, но и весело общаться с гребцами, а заодно и с туристами и рыбаками, облюбовавшими берега, мимо которых пролетал наш рафт. Паша со всем вниманием выслушал информацию одного такого рыболова о том, что форели здесь совсем немного. Так что он ничего не потерял, оставив на этот раз удочку дома.

Скорость движения была впечатляющей, и только точный расчёт и огромный опыт инструктора позволял нам ловко миновать торчащие из воды валуны и плавно проходить имеющиеся пороги. Виталий не забыл показать ствол дерева, лежащий на скале высоко над нами. До этого уровня поднимается вода в Белой весной, когда идёт интенсивное таяние ледников и бурлящая вода сметает всё на своём пути. После интенсивной гребли наступали периоды отдыха, когда плот свободно нёсся по течению. Но потом, особенно когда приближался очередной сложный порожистый участок, вновь звучало: «Ррраз! За Кавказ! За спецназ!», и мы дружно включались в работу.

Как вскоре выяснилось, примерно на середине маршрута была запланирована остановка. Под довольно высоким скалистым берегом имелся глубокий провал в каменном русле. Как пояснил инструктор, глубина в этом месте достигала шести метров. И именно здесь можно было безопасно нырнуть в холодную воду. Как было не воспользоваться такой возможностью? Нырять можно было с двух естественных площадок скалы. Нижняя находилась примерно на высоте среднего человеческого роста над водой. Верхняя, на которую нужно было забираться по боковой тропинке, достигала шести метров над уровнем реки. Наверх сразу отправились Саша и Паша, а остальные решили не испытывать судьбу и выбрали небольшую высоту.

Я прыгнула, не успев выслушать, куда нужно плыть после выныривания. И, разумеется, направилась к пришвартованному у скалы рафту. Но забраться на него оказалось непосильной задачей. Борт плавсредства почему-то не служил надёжной опорой, и мне никак не удавалось как следует опереться на него руками, чтобы выпростать из воды ставшее неожиданно тяжёлым и неуклюжим тело. Видя мои тщетные усилия, находившиеся поблизости Кузин и Егоров по совету инструктора затащили меня на рафт, используя лямки спасжилета. И у меня осталось стойкое ощущение, что тащить из воды неповоротливого бегемота в моём лице пришлось не только весьма худым Игорю и Максу, но и неким невидимым ребятам покрепче. Остальные участники скального погружения, приняв во внимание мой печальный опыт, после совершения прыжка быстро плыли к ближайшей отмели и спокойно выходили на берег.

Виталий координировал порядок прыжков с верхней и нижней площадок. Заодно он ещё и веселил ныряльщиков прикольными комментариями. К примеру, когда Павел Валерьевич уже летел с приличной высоты в воду, Виталий вдруг запричитал: «Ой, не туда, не туда!», заставив заволноваться не только Пашу, но и остальных. А под конец наш развесёлый инструктор показал настоящий мастер-класс, исполнив акробатическое сальто с шестиметровой высоты. Чувствовались большой опыт и постоянные тренировки на этом маршруте. Ни Саша, ни Паша, прыгавшие раньше, так рисковать не стали, они ограничились скромным прыжком «солдатиком». Очень эффектно погрузилась в изумрудный омут чета Бабаевых. Даже с небольшой высоты упитанные Нина и Каримыч осуществили абсолютно бомбические ныряния, достойные зазвездиться на просторах Интернета в качестве самого крутого «бултыха» текущего сезона.

Олеся, Диана и Данила тоже не подкачали. И хотя младший ещё не был уверенным пловцом, он ничуть не испугался и всё сделал как надо.

Гидрокостюмы не дали нам промокнуть и замёрзнуть в ледяной реке, и вскоре мы все были на плоту и продолжили свой путь.

- Наши все на месте, – успел прошептать мне Саша, когда мы занимали наши места вдоль бортов. – Гномик отчитался.

- Они тоже ныряли? – так же тихо поинтересовалась я.

- А как же, – отозвался Патоличев. – За ними не заржавеет.

Он подвинул к себе Данилу, и они вместе начали выполнять команды инструктора.

- Дай мне, я сам, – возмущался малой, но Саша держался твёрдо и не выпускал весла из рук.

- Не кричи, а то люди не услышат команд, – довольно строго произнёс невидимый Гномик на ухо Данилке, и тот сразу притих, испуганно оглядевшись.

Мы с ним встретились взглядом, и я успела приложить палец к губам: молчи, не выдай домового!

Мальчик больше не выделывался, но периодически озирался. Наверное, пытался обнаружить заговорившего с ним невидимку.

Вскоре мы вновь пришвартовались к берегу, чтобы высадить троих детей. Их брал под свою опеку Пётр, чтобы отвести к автобусу. Впереди был участок реки только для взрослых. Здесь находились самые опасные пороги.

- Ну, ребятушки, держитесь крепко! – вслух произнёс Павел Валерьевич, и все посвящённые хорошо поняли, к кому именно он в данный момент обращался.

Совсем недолго мы ещё двигались по относительно спокойной воде, но потом вновь зазвучало «Ррраз!!!», и наш рафт начал преодолевать новые препятствия, порой сильно кренясь и поднимая фонтаны сверкающих брызг. В какой-то момент сидящий позади инструктор довольно чувствительно столкнул меня внутрь плота, и я ясно ощутила прикосновения крепких невидимых рук, пытавшихся удержать меня и осторожно усадить на место. По-видимому, я была близка к тому, чтобы на очередном пороге вылететь за борт, но и Виталий, и неведомые ему невидимки вовремя пришли мне на помощь.

Думаю, что этот последний этап длился считанные минуты. Но время на быстро несущейся реке становилось практически неуловимым, и я пожалела, что не постаралась хоть как-то отследить его ход . Масса самых разнообразных впечатлений, сияющий блеск воды и брызг, и стойкое ощущение, что весь наш блистательный сплав уложился в короткий ослепительный миг.

Но каждому даже самому яркому и незабываемому мгновению приходит конец.Мужчины взяли ношу на себя, чтобы по крутому склону вознести к месту стоянки автотранспорта столь хорошо послуживший нам плот. Притихшие дети без драк и ссор ждали взрослых в автобусе, и мы отправились к отправной точке, где остались наши три автомобиля и откуда было совсем близко до нашего прибежища на предстоящие сутки.

Для меня и Дианы с Данилкой база отдыха, куда мы заселялись, была уже если и не родной, то хорошо знакомой дачей. В прошлый раз мы всей семьёй снимали здесь просторный дом с камином. Однако на этот раз наша компания решила выбрать апартаменты в комфортной двухэтажной избе и прилегающем к ней уютном одноэтажном домике на две семьи. О том, как будем размещаться, позаботились заранее. Нам с Патоличевым и тремя внуками достался верхний этаж большого дома с просторным залом и двумя маленькими уютными спальнями. Одну из них отдали девчатам, вторую заняли сами, а Данилке предоставили огромный раскладной диван в большой комнате. Над диваном, на высоком подиуме, поднимавшемся ближе к скошенному дощатому потолку, располагалась довольно вместительная кухня-столовая, где современное оборудование причудливо сочеталось с деревянными рубленными стенами и перегородкой, сделанной из искусно переплетённых и обработанных лаком ветвей деревьев.

Приятным бонусом к уютной планировке выступала крытая терраса с большим деревянным столом и двумя лавками по бокам. Мы сразу прикинули, что здесь разместится вся наша компания, когда придёт время вечернего застолья.

Этаж под нами заняли Кузины с крепко подружившимся с ними Егоровым. Честно говоря, после нашего пребывания в альплагере Уллу-Тау мы стали считать Максима и Женю если не женихом и невестой, то вполне состоявшейся парой.

Паша с Наташей и Бабаевы на этот раз заняли весьма скромные по размерам, но тоже очень уютные и комфортные помещения. Оба семейных жилища были абсолютно автономны, однако имели общую террасу, где два любителя рыбной ловли могли спокойно обсудить интересующие их темы в тёплой компании жизнерадостного духа второго этажа. Никто не сомневался, что Бабайка-Босс обоснуется именно в одноэтажном домике со своими ближайшими друзьями. Как и в том, что Кузя-Клерк никуда не денется от обитателей нашего первого этажа. Наша парочка домовых по умолчанию оставалась с нами. И только Девочка, независимая и свободолюбивая, была далеко не столь предсказуема. В каком-то отношении она была ещё большей кошкой, чем Душенька – предпочитала гулять сама по себе. Однако я была уверена, что, несмотря на свой гонор и самостоятельность, распрекрасная Хуана весьма привязана к нашему коллективу и ни за что не покинет нас. Тем более, вдали от родного первого этажа.

Я нашла минутку переговорить с Пашей, и он заверил меня, что имеет нужный запас Бабаевских шоколадок, чтобы обеспечить нашей Девочке приятный отдых в их домике.

Несколько отдохнув после активного рафтинга и освоившись на новом месте, мы вплотную приступили к разработке дальнейших планов. По предварительным наброскам завтрашнее утро мы должны были посвятить окрестностям Даховской, где имелась канатная дорога, поднимавшая туристов на хребет, представляющий немалый интерес с точки зрения популярных достопримечательностей.

В ходе обсуждения планов выяснилось, что мы с Сашей ещё ни разу не были на плато Лаго-Наки. А ведь именно это место является основной достопримечательностью Адыгеи, словно магнитом притягивающей толпы туристов и в зимнюю пору, и цветущей весной. Ну и пусть сейчас не сезон зимних катаний на лыжах, санях и собачьих упряжках, а майские и июньские красоты высокогорья уже остались позади. Зато у нас есть возможность полюбоваться плато в его августовской зрелой красе. И мы, прихватив Олесю с дракобезами (а заодно и парочку своих домовых), отправились в Лаго-Наки. Остальные предпочли плюхнуться в бассейн и заняться подготовкой к вечерней трапезе.

Знаменитое плато оказалось совсем недалеко. Мы миновали мост через реку Белую и начали плавно подниматься в гору по хорошо заасфальтированной дороге, которая оказалась на удивление пустынной. Прошло не так уж много времени, и наш внедорожник притормозил у въезда в природоохранную зону. Вскоре, заплатив положенный экосбор, мы оставили машину на стоянке и по экологической тропе направились на плато. Солнце клонилось к закату, и нами был выбран относительно короткий маршрут, чтобы успеть вернуться засветло. Несмотря на самый разгар лета, здесь, на плато, тускло белело несколько снежников – округлых ям, на дне которых не тает высокогорный лёд. Одно из таких ледяных хранилищ напомнило мне своими очертаниями ангельское крыло, на котором хорошо просматривались выразительные очертания перьев. Данилка решил спуститься вниз, чтобы повозиться в летнем снегу, но мы вовремя пресекли это рискованное приключение – карстовый провал был весьма глубок, а его крутые стены недвусмысленно обещали очень рискованный спуск.

Наша прогулка завершилась довольно скоро, так как мы спешили к мангальным зонам базы отдыха, где уже колдовали Паша с Каримычем. Совсем скоро женщины и дети дружно отправляли на нашу просторную веранду второго этажа одноразовые тарелки с ароматным шашлыком. Невидимый, словно бесплотные домовые, обслуживающий персонал базы не забыл включить вечернее освещение, состоящее из гирлянд золотых огней и включить пузырьковый нагнетатель, превративший голубой бассейн в самое настоящее джакузи. Вечер отдыха получился чудесным. И мы потихоньку убедились, что и домовые полностью насладились уютом и комфортом нашего позднего ужина. Он получился куда душевнее, чем напряжённое июньское застолье в приморском кафе.

Потом мы разошлись по нашим уютным деревянным апартаментам. Беспокойный Данилка долго не мог улечься на своём просторном диване и то привычно мучил пульт выключенного телевизора, то поочерёдно ломился в наши спальни. Однако, когда я, отчаявшись уложить его, пошла в душ, а потом вернулась, моим глазам предстала умилительная картина. Внучок крепко спал в обнимку с чёрной кошкой, а рядом сидел Гномик-Механик, небольшой и бородатый, и увлечённо листал детскую книжку.

Я прошла на уже убранную террасу, и домовой, ловко спрыгнув с дивана, последовал за мной.

- Давно мы с вами не делали зарядку, - с улыбкой произнёс он.

- Скучаете по своему четвёртому этажу? – поинтересовалась я.

- Для меня важнее люди, чем стены, - чуть подумав, ответил он. – А все, кто мне дороги, со мной.

Мы подошли к перилам. Бассейн был ярко освещён, и его отделанное плиткой дно придавало небольшому водоёму ярко-голубой цвет. В яхонтовой воде плескалась девушка в красном купальнике. Сказочно прекрасная русалка помахала нам рукой.

Глава 8. Уна-Коз

Вот и наступило воскресное утро, которое нам предстояло провести с максимальной пользой для души и ума в дивном природном краю. Я заметила, что постоянно мысленно сравниваю Адыгею с покинутым нами на прошлых выходных Приэльбрусьем. Обе эти природные сокровищницы Кавказа одинаково привлекательны для туристов, но, несмотря на популярность, каким-то чудом остаются относительно чистыми и не загаженными человеческой цивилизацией. И всё-таки, находясь географически рядом и входя в величественное горное царство Кавказа, они разные. Наверняка играют свою роль такие факторы, как максимальная высота гор и близость моря. В Адыгее природа в целом мягче, нежнее и, если можно так выразиться, тоньше и изящнее. Приэльбрусье – величественнее, грандиознее, суровее и монументальнее. И эти особенности в нашем случае были подчёркнуты погодой. Горы и долины Адыгеи улыбались нам солнышком и теплом, заставившими забыть туман, дождь и промозглую сырость окрестностей Уллу-Тау.

Ещё накануне вся наша дружная компания постановила отправиться по канатной дороге на возвышающийся над Даховской долиной хребет Уна-Коз. Судя по описанию пешеходного маршрута, пролегавшего по пологому гребню горы, здесь не было больших перепадов высот и опасных подъёмов и спусков. Путь подходил и для детей, и для тех взрослых, кому покорение гор давалось с трудом.

Двойные сидения канатной дороги заставили нашу команду разбиться на пары. Сначала были усажены Олеся с Дианой, следующую открытую кабинку заняли мы с непоседливым и непослушным Данилкой, а Саше досталось место с быстро подошедшим на посадку Игорем Кузиным, который делал всё возможное, чтобы почаще оставлять наедине Макса и Женю. Мне так и виделось, как папаша Кузи-Клерка мысленно потирает руки, видя, как его замыслы успешно реализуются. Но как же мы обойдёмся без Максима Сергеевича, если он вдруг надумает укатить вслед за Женей в Москву?

Пятнадцать минут подъёма пролетели быстро. Оглядываясь назад, мы открывали всё новые и новые красоты Даховской долины и окружающих её живописных гор. Верхняя точка подъёма встретила нас кафешками и стоянкой внедорожников, предлагающих джиппинг по хребту. Однако время до отъезда позволяло, и мы решили отправиться в пеший путь.

Находившаяся совсем рядом Пещера Желаний, куда нас привели указатели, оказалась скалистым гротом с большими круглыми отверстиями. Предприимчивые коммерсанты устроили рядом с пещерой распродажу ленточек, и Данилка тут же начал ныть, что ему обязательно надо приобрести и завязать яркую полоску материи, чтобы сбылось его самое большое и заветное желание (наверняка речь шла о миллионах долларов для покупки вкусняшек и игрушечных монстров). Однако цена на ленточки была столь неизмеримо завышена, что мы не стали поощрять рвачество. И это вызвало бурю негодования младшего участника наших приключений. Данилка забрался в одно из отверстий пещеры и, сильно надувшись, заявил, что без ленточки не двинется с места. На помощь нам с Сашей поспешили куда более сознательные Диана с Олесей, но их увещевания были гордо отвергнуты. Я опасалась, что сестра с братом затеют очередную драку на глазах всей честной компании, мирно и спокойно любующейся завораживающим видом со смотровой площадки пещеры. Мои опасения были тут же восприняты нашим Гномиком, который мгновенно забрался в каменное кольцо и, присев рядом с упрямцем, прошептал на ухо Данилке, что в этой пещере любое желание исполнится и без ленточки.

- Просто чётко произнеси его про себя, - убеждённо заявил домовой.

- А ты с нами дальше пойдёшь? – поинтересовался удивлённый и обрадованный Данила.

- Если не станешь упрямиться и капризничать.

- А кошка?

- Она не кошка, а девушка, - возразил Гномик.

- Она монстр?

- Сколько можно объяснять, что домовые не монстры! – в голосе домового послышалась нотка раздражения. И я ничуть его не осуждаю, мой внучок любого может вывести из себя.

Тем не менее, у нашего бесплотного Механика хватило терпения на то, чтобы уболтать Данилку безропотно продолжить путь. Мы вновь миновали верхнюю площадку Савранской канатной дороги, которая, как потом выяснилось, явилась первой и пока единственной канаткой на территории Адыгеи. А дальше на нашем пути встретился Грот древнего человека, где на данный момент обитали не древние люди, а обычные туристы. Наша группа просто заглянула в неглубокое отверстие и, убедившись, что места в тесном гроте для нас нет, проследовала по указателям дальше. Отставшая пара невидимок, однако, не сразу последовала за нами. Подначиваемый заскучавшим Кузей Бабайка-Босс мгновенно превратился в своего излюбленного персонажа и, заглянув в наполненное людьми скальное отверстие, громко и грозно вопросил:

- Это кто тут вломился в мою пещерку?

На этот раз шутка удалась на славу, всполошившиеся путешественники резво подскочили с камней, на которых уютно расположились, и бросились прочь из небольшого грота, уступая место якобы вернувшемуся в родной дом лохматому созданию. Не думаю, что оккупанты оказались настолько суеверны, наивны и доверчивы. Просто сыграл свою роль фактор неожиданности, да и совесть у туристов, слишком долго занимавших горную достопримечательность, суровым замечанием Бабайки была наконец-то разбужена.

Вдоволь насмеявшись, духи второго и третьего этажа покинули отвоёванное у трусоватых туристов скальное помещение и поспешили вслед за нами. Гномик, который вместе с Душенькой незаметно опекал детей, успел заметить проделку своих друзей.

- Вам было мало взбесить горного духа Ирбиса? – довольно строго спросил он.

- Да тут чисто, - заявил Кузя. – Можешь свою Душеньку спросить – ни горных, ни леших, ни прочего дикого сброда. Слишком много тут человеческого народа толчётся, всех духов давно распугали.

- Они правы, - отозвалась лесная девушка, по-звериному принюхавшись и прислушавшись. – Если кто-то из лесных и горных здесь обитает, то сейчас они далеко.

- Это и понятно, - решил выказать свою сообразительность Кузя-Клерк. – Канатную дорогу открыли десятилетие назад, но никакого постоянного жилья не построили. Лешие отправились в менее оживлённые дикие дебри, а домовым здесь неоткуда зародиться и закрепиться. Поэтому нам можно расслабиться. И превращаться когда угодно и в кого угодно. И делать всё, что захотим.

Остальные невидимки пребывали в сомнениях, выслушивая Кузины нахальные соображения. С одной стороны, надо было соблюдать дисциплину, чтобы не подвести взявших на себя ответственность людей. С другой стороны, природная живость и изобретательность нематериальных созданий постоянно толкала их на разные действия, которые не всегда отличались разумностью и, как мы уже убедились, могли причинить ощутимый вред и самим домовым, и окружающим их людям. Наша человеческая компания, как вскоре выяснилось, весьма переоценила своё благотворное и дисциплинирующее влияние на невидимок. Стоило им остаться наедине друг с другом, как начиналось брожение бесплотных умов, могущее вылиться во что угодно.

- Так куда они, говорите, двинулись? – вопросил Кузя, почувствовав, что остальные домовые с пониманием отнеслись к его выводам и не прочь как следует отдохнуть и подурачиться. – К Чёртову пальцу? Пришла пора вспомнить, кто такие черти и как они себя проявляют во всей своей инфернальной мерзости и дерзости.

- С нами же дети, - нашёл нужным возразить Гномик. – Они и так принимают нас за монстров, а с вашей лёгкой руки начнут верить и во всякую чертовщину.

- Например, в чёрных кошек, - съязвила Девочка.

- Чёрные кошки –не нечто потустороннее, - отозвалась Душенька. – Это люди приносят чёрным кошкам и котам много бед и вреда своими дурацкими суевериями.

- А я знаю чёрных кошек, - выразительно произнесла красотка с первого этажа, - которые приносят ощутимый вред домовым.

- А можно обойтись без намёков на то, что никого, кроме нас двоих, не касается? – Гномик начал не на шутку сердиться.

- Домовые всегда дружили с котами, - отозвалась Душенька, которую ничуть не задела колкость ревнивой Хуаны. – И даже продуктивно взаимодействовали, когда нужно было прогнать врага, угрожавшего их общему дому.

- Надо же, а вы, оказывается, ещё и грамотная, - искренне восхитился Кузя-Клерк.

- Я проживала с женщиной, закончившей Ленинградский технологический институт, - со скромным достоинством отозвалась лесная сущность.

Гномик одобрительно посмотрел на свою подругу, а Девочка нашла нужным заявить:

- На нашем этаже тоже есть дамы с хорошим образованием.

- В этом мы и не сомневались, - улыбнулся Механик с четвёртого. – Так к лицу ли нам, таким цивилизованным и образованным, опускаться до примитивного лицедейства?

- Так ведь скучно! – с жаром воскликнул Кузя.

- Ну что, будем пробовать превратиться в чертей? – оживлённо спросил Бабайка-Босс. – Или давайте угоним парочку вездеходов и прокатимся с ветерком.

- Не материализуясь? – уточнил Клерк со второго этажа.

- Можно и так, и так, - в раздумье отозвался Босс. – Сперва пусть народ удивляется и пугается, что внедорожник катится сам по себе, а потом – бац! И в нём едет пятёрка лохматых, рогатых и с копытами.

- Ну как, присоединяетесь? – спросил Кузя троих оставшихся духов и не забыл подзадорить Гномика: - Ты же такие машинки с закрытыми глазами водить можешь.

- Поедем? – спросил легко поддавшийся на провокацию Механик Душеньку с Девочкой.

Те согласно кивнули. Даже глазом не моргнули. И пятёрка наших домовых-затейников отправилась не вслед за нами, а в противоположную сторону. Туда, где скучали в ожидании платежеспособных пассажиров несколько крутых и навороченных внедорожников. И завороженный этим привлекательным пейзажем Гномик безошибочно выбрал хорошо знакомый ему УАЗ-Патриот, который имел вместо крыши странную металлическую конструкцию, сваренную из труб, но весьма надёжную на вид. Увидев, что их товарищ уверенно занял водительское кресло, остальные домовые лихо заскочили в автомобиль.

Стоящий рядом материальный водитель никак не ожидал, что его транспорт независимо от него легко повернёт легкомысленно оставленный в замке ключ зажигания и вроде как сам по себе ловко вырулит на лесную дорожку, ведущую по гребню хребта Уна-Коз в направлении одной из главных здешних достопримечательностей – живописной скалы Чёртов камень.

Не веря своим глазам, шофёр внедорожника какое-то время остолбенело наблюдал за действиями своего лихого стального коня, но потом бросился за ним следом. Гномик, заметив погоню, нажал на газ, и транспортное средство, подскакивая на неровностях горной трассы, устремилось прочь от своего ошарашенного происходящим хозяина.

К этому моменту остальные скучающие водители наконец-то заметили происходящее аномальное безобразие и бросились к своим внедорожникам, попутно давая разнообразные и противоречивые советы растерянной и взбешённой жертве угона. А полная невидимых домовых машина, ведомая опытным и умелым водителем, сумела быстро оторваться от преследователей и двинулась в нашу сторону.

Покинутая отставшими проказливыми невидимками группа людей в хорошем темпе двигалась по живописному лесу, следуя указателям. Так как дорога не изобиловала спусками и подъёмами, её без труда осилили и дети, и такой неважный ходок, как Нина Бабаева. Поэтому у Чёртова камня мы оказались даже чуть раньше домовых-угонщиков. И не пожалели, что выбрали именно этот маршрут. Скала над крутым обрывом, благодаря выветриванию мягкой горной породы, имеет своеобразную форму. Можно вообразить, что из земли высунулась рука великана и показывает кому-то рожки толстыми и короткими пальцами – указательным и мизинцем. Максим Егоров и Женя Кузина не побоялись подняться по крутизне скалы повыше и очутились между двумя огромными скальными отростками. Женин папа с увлечением начал делать снимки – парочка наверху смотрелась очень эффектно. Те, кто постарше, не стали рисковать и любовались скалой издали. Мы с Патоличевым бдительно следили за детьми, так как Данилка всё время порывался подбежать к самому краю обрыва. Мы очень надеялись, что и Гномик с Душенькой где-то рядом и смогут подстраховать нас, если шустрый и капризный мальчонка выкинет неожиданный фортель. Откуда нам было знать, что наши подопечные в этот момент и сами выделывали такое, что мелкие шалости Данилы можно было снисходительно проигнорировать. Он, по крайней мере, автомобили не угонял и в чертей в буквальном смысле слова не превращался.

В воскресный день в этом популярном месте находилась не только наша группа, но, к счастью, всё внимание присутствующих было приковано к Чёртову пальцу и ослепительно прекрасной панораме Даховской долины, открывающейся прямо за ним. Поэтому лишь немногие успели вовремя среагировать на автомобиль, съехавший с горной дороги в нашу сторону.

Ничего плохого не могу сказать по поводу мастерства Гномика-Механика. Он, несмотря на приличную скорость, сумел аккуратно вырулить в нужном направлении и безопасно затормозить, не доезжая нескольких метров до того места, где стояли и беседовали Паша и Каримыч, а чуть поодаль любовались пейзажем их супруги. Первым из нас заметил внедорожник Павел Валерьевич. Однако поначалу он подумал, что водитель и пассажиры близко подъехавшего автомобиля находятся среди туристов, делающих фотографии у Чёртова камня, или отошли к находящемуся чуть выше деревянному домику-кафе. Но вдруг, в считанную долю секунды, открытый «УАЗ-Патриот», переоборудованный для горного джиппинга, оказался наполнен самыми настоящими рогатыми чертями, чьи лохматые морды, украшенные забавными свиными рылами, светились буйной радостью.

- Вот же скотиняки! – не сдержал своего возмущения Павел Валерьевич, сразу опознав в развесёлых чертях нашу пятёрку домовых.

До остальных не сразу дошло, что вызвало гнев нашего шефа. Мы с Сашей оглянулись, почувствовав, что происходит что-то непредвиденное. И, разумеется, тоже сразу всё поняли. У меня возникло сильное желание схватить за мохнатую шкирку первого попавшегося под руку домового и дать ему или ей хорошего пинка под хвостатый зад. А ещё прикидываются умными и интеллигентными! Какие же мы глупцы, что пытаемся видеть в этой пятёрке непредсказуемых духов наши образы и подобия, копии цивилизованных людей.

Но если я гневалась в душе, не предпринимая решительных действий, то Патоличев не стал церемониться. Видя, что остальные мужчины, хотя и догадались в чём дело, слишком поражены и возмущены, чтобы действовать, Саша в несколько прыжков достиг внедорожника и успел ухватить сидящего на водительском месте парнокопытного за секунду до того, как перепуганные черти растворились в воздухе.

И тут я уже испугалась, что мой автомеханик совершит непоправимое и смертельно обидит или попросту изувечит нашего бесплотного друга.

- Не бей его, пожалуйста! – взмолилась я, бросаясь к машине, хотя и сама только что была готова без жалости отколошматить этих непослушных чертей.

- Попробуй его ударить, когда он не существует! – откликнулся Патоличев, в отчаянии хлопнув опустевшей ладонью о ладонь. – Я только хочу этого мерзавца спросить, почему он не попросил меня дать ему покататься на нашем «УАЗе», если уж так сильно хотелось.

- Наверняка это наш придумал, - сурово заметил подошедший Бабаев.

- Или наш, - предположил Игорь Кузин, который моментально среагировал на происходящее и уже тоже стоял рядом с нами.

- Уж от Девочки я такого точно не ожидала, - нашла нужным заметить я обвиняющим тоном. – Ни на кого нельзя положиться. Всё время как на минном поле, и не знаешь толком, где в очередной раз рванёт.

Сущности затаились и не подавали признаков жизни. И это было даже неплохо, потому что к месту наших разборок как раз подкатило несколько горных внедорожников. Водитель угнанного автомобиля опрометью бросился к своей собственности, и, оглядев собравшихся, с чувством облегчения выдохнул:

- Как же повезло, что никто не пострадал!

И мы с Сашей ясно услышали, как Гномик обиженно фыркнул:

- А с чего бы это кто-то должен был пострадать?

Честно сознаюсь, в этот момент у нас обоих отлегло от сердца. Наш любимый домовой держал всё под контролем и гарантировал безопасность. Мы переглянулись и почти хором выпалили:

- Чтобы больше таких фокусов не было!

- Бабушка, а куда подевались черти? – спросил подбежавший Данилка, про которого взрослые напрочь забыли. А он, востроглазый, успел-таки заметить, кто именно прикатил на угнанном автомобиле.

- Чертям стало тошно, и они отчалили, - ответил Саша, всё ещё сердясь и негодуя.

- А бабушка говорила, что чертей не существует! – торжествующе заявил внучок, задорно глядя на меня.

- А вспомни-ка, что ты сказал про монстров, - напомнила я. – Чертей не существует, но кое-кто может сыграть их роль.

- Домовые? – восторженным шёпотом вопросил Данилка.

Я с суровым выражением лица приложила палец к губам.

В этот момент к нам подошли Диана с Олесей, а с ними и Нина с Наташей, которые, на наше счастье, пропустили самое главное представление.

- Мы спросили туристов, они говорят, что ниже есть глубокая пещера с летучими мышами, - у Пашиной жены горели глаза. Было видно, что она очень хочет побывать в таком интересном месте.

- Я-то вряд ли туда спущусь, да и страшновато, - произнесла Нина Бабаева. – Так что подождём вас в кафе.

- А летучих мышей не существует, - вдруг заявил Данила. – Их придумали люди, чтобы пугать друг друга.

- Как это не существует? – возмутилась Олеся. – Если ты их в жизни ни разу не видел, то это не значит, что их нет в природе.

- Он просто ещё маленький и ничего не знает, - не забыла обидеть братца Диана.

- Сама ты ничего не знаешь! – возмутился Данилка, пытаясь стукнуть сестру в ответ.

- Уж я-то знаю, что летучие мыши существуют, - с важным видом заявила та, прячась за моей спиной. – А вот Бэтмена придумали люди.

- Сейчас спустимся в пещеру и убедимся, что летучие мыши существуют, - примирительно сказала я.

Оставив Бабаевых наверху, остальные начали спускаться по довольно крутой каменистой тропе, которая, однако, вскоре выровнялась и повела нас вдоль хребта назад, но несколько ниже гребня, по которому мы пришли к Чёртову пальцу.

Через несколько минут мы действительно оказались рядом с узким входом в пещеру. Поднявшись первым по насыпи к чернеющему проходу, Паша предложил включить фонарики наших смартфонов. Ведь дальше ясный день сменялся беспросветной ночью. Друг за другом мы осторожно переходили по неровному полу пещеры из одной узкой камеры в другую, но ни более просторных залов впереди не было видно, ни обещанных летучих мышей нигде не наблюдалось. Вскоре путь сквозь скалистые стены в сплошной темноте, прорубаемой лишь светом наших фонариков, стал совсем узким. Надо было возвращаться.

- Ну, что я говорил? – торжествующе произнёс Данила. – Никаких летучих мышей на свете нет.

- Всё, поворачиваем назад, - дал команду Паша. – Дальше совсем узко, а пыли на полу всё больше. Боюсь, что можем куда-нибудь провалиться.

- Ну что же, выходим, - согласилась Наташа, её поддержали и остальные.

Мы уже были довольно близко к выходу, когда перед нами заметались тёмные тени.

- А вот и летучие мыши, - с удовлетворением произнёс Максим, не дав испугаться вздрогнувшей от неожиданности Жене.

- Бабушка, а они не кусаются? – с тревогой спросила Диана.

- Могут цапнуть, если надумаешь хватать, - на всякий случай предупредила я. – А мыши-вампиры водятся не у нас, а в Южной Америке. Они маленькие и редко нападают на людей.

- Может быть, это никакие не мыши, - всё-таки решил настоять на своём Данилка. - Просто птички залетели. - Сам ты птичка, - усмехнулась его сестра. – Смотри внимательно.

И тут одна из летучих мышей словно нарочно застыла во всей красе перед удивлённым мальчишкой. Данила протянул было руку, но животное осторожно отодвинулось в сторону, поблёскивая глазками. Это странное поведение навело меня на мысль, что мыши совсем и не мыши. И не птички. Но я решила не высказывать свои соображения вслух. Вместо этого я пересчитала кружащие над нами тёмные тени. Их было ровно пять.

И вдруг они мгновенно испарились. Как раз в тот момент, когда впереди сквозь узкую расселину засиял светлый день, столь не похожий на вечную ночь горного подземелья.

- Фух, - произнесла Девочка, когда пятёрка дематериализовавшихся домовых ожидала нас на обратном пути от пещеры. – Кто же знал, что наткнёмся на пещерного.

- Я сразу поняла, что в этой чёрной дыре кто-то есть, - виновато произнесла лесная девушка. – Но решила, что это позабытый дух древнего человека.

- Он бы так долго не выжил, - задумчиво откликнулся Гномик. – Хорошо, что мы не забрались глубже, тогда точно не успели бы сбежать, пещерный бы нас настиг и блокировал. Давайте-ка впредь соблюдать осторожность. И сразу сообщать, если что-то подозрительное заметили, - последние слова Механик адресовал Душеньке.

Обратный путь прошёл спокойно. Люди устали, да и домовым хватило приключений. После спуска на канатке мы перекусили вкуснейшими местными чебуреками, напились травяного чая и купили пакетики с подобным чаем и адыгейской солью с собой.

Наши экстремальные туры завершались, но, перед тем как расстаться поздно вечером в родном городе, мы, посвящённые, дождались, когда Нина с Наташей завернули в ночной магазин за хлебом. Трое детей уже давно спали в Сашином «УАЗе». Мы на всякий случай отошли в сторонку и клятвенно пообещали друг другу, что продолжим совместные поездки.

- Но без домовых! – довольно громко заявил Павел Валерьевич.

Остальные люди озадаченно уставились на него, и наш шеф осторожно подмигнул, давая понять, что он просто воспитывает и испытывает наших бесплотных и очень шкодливых друзей. Невидимки наверняка в этот момент торчали где-то поблизости.

- Ну и ладно, - послышался беззаботный голос Кузи-Клерка. – Найдём людей и получше вас.

Воцарилась напряжённая тишина.

- Это шутка, - вкрадчиво пояснил невидимый Бабайка-Босс. И добавил, не дождавшись нашей реакции: - Вы лучшие, единственные и неповторимые.

Ну, и как было на них обижаться?

Глава 9. Конец августа

Как же тяжело было после насыщенных впечатлениями поездок вновь погружаться в бесконечную череду однообразных, но необходимых дел! Мы с Пашей по очереди сходили в отпуск, который и отпуском назвать было нельзя. Шеф пытался закончить ремонт квартиры, но его постоянно отвлекали звонками, а мне приходилось по два-три раза в неделю приезжать на работу, чтобы навести порядок в приносимых ежедневно документах, до которых, кроме меня, никому и дела не было. Вот это и есть современная оптимизация производства – сократить персонал до минимума и заставить оставшихся за небольшую зарплату везти на себе нескончаемый воз дел, не имея ни малейшей возможности полноценно отдохнуть. Да и отдыхать-то, если честно, было уже не на что.

Поэтому самыми светлыми воспоминаниями об уходящем лете остались две наши незабываемые поездки в горы. И даже плохая погода и дурацкие выходки домовых ушли на задний план, оставив в душе и памяти лишь благоуханную и чистую красоту кавказских высокогорий. Мы с Сашей завели привычку заваривать адыгейский травяной чай в прозрачном чайнике с металлическим фильтром внутри и, наслаждаясь ароматами мяты, душицы, чабреца и кипрея, потягивать божественный янтарный горный напиток в компании Лидии Петровны и двух наших невидимок под сенью виноградной беседки. Нам очень нравилось слушать рассказы Сашиной мамы, выросшей и прожившей в этих краях всю свою долгую жизнь. Во время оккупации она была слишком мала и знала о событиях той поры в основном от старших членов семьи. Эта тема была мне очень близка. Ведь и мои родные проживали в здешнем районе, и моя мама хорошо запомнила артобстрелы и бомбёжки, и то, как её отец ушёл в партизаны, а потом в город вошли фашисты, и она с оставшимися женщинами и стариками пряталась в вырытой во дворе щели.

Мы, в свою очередь, подробно делились с Лидией Петровной нашими приключениями в Приэльбрусье и Адыгее, оставляя за скобками всё, что было связано с домовыми. И невольно приходили к выводу, что бесплотные существа смогли внести свой вклад в реальную активизацию наших актив-туров. Девочка была права: без их выдумок всё прошло бы спокойнее, но не так интересно.

Наш август был наполнен не только интенсивной работой на предприятии и в автомастерской, но и домашними трудами. Консервный заводик исправно работал, и мы с Сашей при поддержке невидимок и Лидии Петровны дружно и умело воплощали в жизнь проверенные временем и совсем новые рецепты заготовок на зиму.

Но в один прекрасный день спокойное течение нашей мирной, предсказуемой и продуктивной жизни было нарушено, и впереди замаячили опасные пороги. Августовским вечером, подходя к хорошо знакомой и уже ставшей родной калитке, я вновь увидела на другой стороне улицы Дмитрия Алексеева. На этот раз он был в светлых брюках и ярко-оранжевой футболке. Парень стоял с независимым видом, но его угрюмость уже не так бросалась в глаза. Возможно, это тёмные цвета одежды придавали его облику нечто мрачное и зловещее. Сейчас я бы сказала, что Алексеев был сдержан и серьёзен. Он внимательно смотрел на меня, но не спешил приветствовать. И тогда я набралась смелости, ещё не зная, чем это может закончиться, и произнесла:

- Добрый вечер, Дмитрий! Может быть, зайдёте?

Мой голос прозвучал не так звонко и спокойно, как мне бы хотелось. В нём слышалось неуверенное вибрирование и лёгкая хрипотца. Парень не ответил, а испытующе посмотрел на меня. При этом он не сдвинулся с места. И, что было ещё хуже, не произнёс ни слова.

Я тут же подумала, что слишком поспешила, не найдя нужным заранее посоветоваться с Патоличевым. Что-то ненормальное было в том, чтобы вот так бессмысленно стоять по разные стороны проезжей части. Сейчас он опять молча развернётся и уйдёт. Может быть, Саша чего-то не знает, и красивый сынок Витьки Алексеева имеет серьёзные проблемы с головой. Но это вряд ли, тут же возразила я сама себе, вспоминая поведение этого субъекта на автостоянке в июне. А если я сейчас открою калитку и так же, молчком, покину улицу? Пожалуй, это тоже будет выглядеть неестественно. И невежливо. Но, как бы то ни было, не я создала эту странную ситуацию. Если парню нравится строить из себя бессловесного призрака, то это не моя проблема. Но почему же именно мне неловко? Так, стоп, я старше, опытнее, неужели не смогу как-то завершить это стояние на реке Угре? Точнее, на улице Виноградной.

- Хотите, я позову Александра Викторовича? – спросила я, повышая голос, чтобы было слышно на другой стороне, но пытаясь быть предельно вежливой.

И вдруг поймала себя на том, что в моей голове навязчиво крутится ремарка старой графини из оперы «Пиковая дама». Прерывая арию на французском, она обращается к своим прислужницам и приживалкам со словами: «Чего вы тут стоите?! Вон ступайте!» Но мне не хотелось быть старой графиней, а темноволосый загорелый юноша продолжал свою странную игру в молчанку. И тогда я довольно громко попросила немое изваяние подождать минуточку и отправилась искать Патоличева. Это заняло не одну, а не меньше десяти минут, так как Саша обнаружился в яме своего гаража и, как и следовало ожидать, в весьма чумазом состоянии.

- Слушай, там опять Алексеев стоит на другой стороне и строит из себя Каменного гостя.

- В смысле? – не понял Патоличев, продолжая орудовать гаечным ключом.

- Молчит и не реагирует. Возможно, считает ниже своего достоинства вести переговоры с женщиной.

- Ну и дурак, если так считает.

- Пойди и скажи ему, что он дурак.

На это предложение Саша благоразумно промолчал, а я продолжила:

- Может быть, он с тобой поговорит. Ведь он уже не первый раз приходит. Что-то ему нужно, но сказать не решается.

- Ага, нашла самого нерешительного.

- Саша, я его совсем не знаю, но он не просто так, от нечего делать, тут слоняется. Что-то его гложет.

Я хотела было рассказать Патоличеву о том живом взгляде, но это было слишком субъективно, чтобы впечатлить мужчину. Они по природе весьма толстокожи и не верят в женское восприятие тонких движений души.

- Пока ты тут делом занимаешься, он опять уйдёт, а я буду изнывать от беспокойства, не понимая, что ему от тебя нужно, - решила я надавить на совесть и ответственность Александра.

- Может быть, ты сходишь? – поинтересовался он, явно обращаясь не ко мне. Ага, решил впутать в это дело Гномика. Тот тоже находился в яме.

- Нет уж, лучше я докручу начатое, - откликнулся домовой. – Не люблю, когда по полчаса приходится кого-то упрашивать сделать самое простое дело.

- Ого, он уже меня воспитывать начал! - удивлённо воскликнул Саша. И патетически добавил, заметно переигрывая: – И кто бы вы думали, какой такой образец дисциплины и нравственности, взялся поучать меня хорошим манерам?

- Время уходит, так что не надо поминать чертей и летучих мышей, - беззлобно отозвался бесплотный механик.

- Ладно, докручивай, - согласился Саша, ловко выбираясь из ямы и наскоро вытирая лицо и руки куском ветоши.

Он направился к выходу, не предложив мне следовать за ним. Предполагался мужской разговор, и я, хотя и сильно беспокоилась, не стала вмешиваться. Но чуть позднее у меня сложилась полная картина того, что и как было сказано.

Когда Патоличев вышел из своей калитки, Дмитрий Алексеев уже перешёл дорогу и поджидал его, стоя у забора. Набрался-таки терпения, не смылся, как я в глубине души боялась.

- Добрый вечер, - первым начал разговор Саша и первым же протянул руку для приветствия, которую парень пожал, пожелав доброго вечера в ответ. – Пройдём в дом?

- Лучше проводите меня немного, - сдержанно попросил Дмитрий. – У меня мало информации, но это важно.

Они направились вниз, в сторону основной трассы.

- Шварц и Кастет имеют на вас зуб, - начал Алексеев. – Они и на меня взъелись, что я, мол, прогнулся и позволил вашей компании убраться подобру-поздорову. Но мне-то плевать, я скоро в армию ухожу, там меня никто не достанет. Шварц бы не стал нагнетать, ему хватило, но Кастет считает, что если мы начнём прощать обидчиков, с нами никто не будет считаться.

- А что, многие с вами считаются? – многозначительно поинтересовался Патоличев, сделав вид, что впечатлён тем, как шестёрки пляжных мафиози заботятся о своём авторитете.

- За нами стоят серьёзные люди, - спокойно, но весомо отозвался Дмитрий.

- Хозяин кафе?

- Не только.

- Так чего же хотят Шварц и Кастет?

- Они собираются причинить вам вред. У вас ведь есть мать, дочь, подруга, внучка…

- А что же они со мной не хотят напрямую встретиться? – поинтересовался Саша.

- Они считают, что вы владеете гипнозом и справиться с вами не так-то легко. Поэтому либо будет нападение на женщин, либо поджог или взрыв. Они пока не определились. И ещё предупредите ваших друзей, которые с вами там были. Они тоже могут пострадать.

- А они-то за что? За компанию?

- Те, кто над нами, уверены, что у них большие деньги. Хотят, чтобы мы либо подтвердили, либо опровергли наличие крупных купюр, которые видели свидетели.

- Это был гипноз, - веско произнёс Патоличев, прямо глядя в тёмные глаза молодого человека. – Я ручаюсь, что никаких реальных купюр в наличие нет.

- Всё равно, они хотят допросить того парня, кто эти купюры показывал. А надавить они умеют. И директор кафе очень заинтересовался девушкой, которая была с вами. Если вы расскажете мне, где её найти, я постараюсь обеспечить ей защиту.

- Понравилась? – усмехнулся Саша.

- Очень, - не стал отпираться Дмитрий.

- Не поверю, что у тебя до сих пор девушки нет, - произнёс Патоличев, слегка нахмурясь, так как живо припомнил папашу парня, у которого возлюбленных было «как грязи».

- Мне нужна одна и на всю жизнь, - серьёзно заявил Алексеев-младший.

- Это не та девушка, которая тебе нужна, - Саша совсем не желал, чтобы Витькин сын влезал во взаимоотношения с бесплотными духами. Тем более с Девочкой со всеми её выкрутасами.

- Я сам решаю, кто мне нужен, а кто нет, - довольно резко отчеканил Дмитрий.

- Это я уже заметил, - недобро произнёс Патоличев. – Даже можешь позволить себе не разговаривать с людьми, которые к тебе обращаются.

- Если вы о вашей подруге, то просто не хотел её впутывать в эти дела, - Алексеев оказался понятливым.

- Если с кем-нибудь из моих родных или друзей что-то случится, я знаю, где вас найти, - не повышая голоса, пригрозил Саша. – А тебе спасибо за предупреждение. Но если твоя доброта и забота проистекают из желания познакомиться с красивой девушкой, то ещё раз объясняю: это плохая идея.

- Почему?

- Потому что она любит другого, - отрезал Патоличев, не став вдаваться в остальные шокирующие подробности типа того, что тот другой вряд ли отвечает взаимностью, да и вообще они все бесплотные домовые, способные превращаться в птиц, чертей и летучих мышей.

- Но я смогу любить её сильнее и дать ей больше, - не стал сдаваться Алексеев. – Вы только подскажите, где я могу эту девушку найти.

- Давай так договоримся, - вдруг решился Саша, которому не хотелось врать, сочинять и запутывать парня, пришедшего к нам с добрыми намерениями. – Мы поговорим с этой девушкой, а дальше решать ей. Если захочет, она сама тебе всё объяснит. Только, пожалуйста, не рассчитывай, что у вас хоть что-то сложится. Здесь особый случай.

- Хорошо, спасибо! – с облегчением улыбнулся Дмитрий. – Вот только времени у меня остаётся совсем мало.

- Ладно, учту, - пообещал Патоличев.

Они пожали друг другу руки и разошлись. По просьбе Алексеева двое мужчин не стали обмениваться телефонами, но Дмитрий пообещал, что по вечерам вторника и пятницы он станет прогуливаться рядом с Сашиным домом. Это входило в его обязанности: по поручению старших бандитов он дежурил у калитки в надежде обнаружить фальшивомонетчика Кузю, а заодно отслеживал передвижения Патоличева и его близких, чтобы ресторанные мстители в подходящий момент могли нанести удар. Как мы поняли, взявший на себя эти шпионские обязанности Алексеев отнюдь не собирался нам вредить. Но он умело морочил головы туповатому Горилле и неадекватному Истеричке (они же Шварц и Кастет), сообщая весьма недостоверные сведения о наших действиях и передвижениях.

- И что, ты действительно считаешь, что мне надо рассказать обо всём Девочке? – удивлённо поинтересовалась я, когда Саша передал мне содержание разговора с Алексеевым.

Мы предусмотрительно дождались, чтобы Гномик завершил работу в мастерской и отправился в сарай, где обитала Душенька с подрастающим чёрным котёнком. Не хотелось озадачивать бесплотного Механика душевными терзаниями ревнивой Хуаны.

- Надо дать им шанс подружиться, - в раздумье произнёс Саша. – Ведь у тебя с духом Участка механизации смогли сложиться нормальные человеческие отношения.

- Но у меня есть ты, его реальный прототип, - горячо возразила я. - А наша Девочка способна так очаровать этого крутого, но совсем неопытного в любви парня, что ему непросто будет избавиться от своенравного призрака и найти близкого человека.

- Ничего нельзя предвидеть заранее, - заключил Патоличев. – Но если я пообещал, то должен обещанное исполнить. А твоя задача – не подвести меня и уговорить свою бесплотную подругу сходить на свидание с Димкой.

- Неплохо ты устроился, - проворчала я. – Сам пообещал, а выполнение обещания делегировал нам с Девочкой.

Но обещание было дано, а его выполнение однозначно поручено мне, и я ещё до того, как подступиться к нашей первоэтажной сущности, решила обдумать, как нам лучше действовать. Чтобы и домовых не подставить, и влюблённого бандита-доброжелателя не обидеть. И первое, что мне пришло в голову – это множественность нашей первоэтажной сущности. Ведь она с таким же успехом могла стать и мужчиной, соединив в себе привлекательные черты Паши, Макса, Зинчука, Богуна и остальных симпатичных и достойных представителей нашего сильного пола. Ну, и Стаса, на худой конец, ведь и маньячелло, если подходить объективно, представлял собой не чистый сгусток сплетен и наглых приставаний, но имел и ряд положительных качеств. Был аккуратен, ответственен, исполнителен и заботлив. И Девочке однозначно нравился. В общем, я додумалась до того, что нужно осторожно объяснить Дмитрию Алексееву, что понравившаяся ему девушка оказалась не девушкой, а парнем. Не голословно, разумеется, а с предъявлением доказательства в лице первоэтажного и вполне материального на вид Мальчика. Тем более, Патоличев уже подготовил почву, убеждая Диму, что понравившаяся парню красотка – особый случай.

Я не стала делиться своими соображениями с Сашей, не переговорив предварительно с самим объектом страсти. К тому же у меня было стойкое чувство, что мои трансгендерные планы не придутся нормальному мужчине по душе.

И в первый же рабочий день после беседы Саши с Дмитрием Алексеевым я пошла разыскивать Девочку. Несмотря на то, что красотка по определению обитала на нашем этаже, обнаружить здесь подвижную и независимую домовую не представлялось лёгкой задачей. Так как этаж был густо заселён нашими работающими людьми, активный поиск исключался. Поэтому я сделала ставку на то, что прекрасная Хуана могла забежать в гости на второй или третий этаж. И уж там-то я, даже если не обнаружу искомое, смогу без помех связаться с отзывчивыми друзьями Девочки и без проблем выйти на неё самоё.

Поэтому,возвращаясь со своей ежедневной производственной зарядки, я забежала на третий и мысленно позвала Бабайку-Босса. Но этажный домовой не отозвался. И это меня несколько озаботило. Возможно, он где-то проводит время с Кузей-Клерком, а это может быть чревато очередной мелкой или даже крупной пакостью. К счастью, у начальства этим летом появились новые увлечения, и наш учебный класс уже длительное время пустовал.

Но я действовала последовательно и целенаправленно. Забежав по пути и на второй этаж, я убедилась, что и Кузя то ли отсутствовал, то ли затаился. И оставалось проверить относительно изолированный кабинет Максима Сергеевича Егорова, где Клерк мог оказаться с большой долей вероятности.

Осторожно постучав, я была допущена в аппаратную, так как лучшего слова для определения обители нашего айтишника придумать трудно. И как ни странно, в тесном кабинете Макса обнаружились и Кузя, и Бабайка, которые поведали мне о странном поведении Девочки.

- Не хочу сказать ничего плохого о нашей драгоценной Сульфиде, - начал дух второго этажа, - но после завершения путешествий прекрасная дама нас полностью игнорирует.

- Так совсем немного времени прошло, - постаралась я высказаться в защиту нашей этажной. – Она переваривает полученные впечатления и предпочитает некоторое время побыть в одиночестве.

- Её стремление к уединению всё больше напоминает мизантропию, - заметил Кузя. – Она стала очень нервной и раздражительной. И нам хотелось бы понять, чем вызвано это дурное расположение духа. Уж простите за невольный каламбур.

- И чем мы ей вдруг не угодили, - добавил Бабайка-Босс.

В его сочном голосе на этот раз слышалась и искренняя забота, и отголосок невысказанной обиды.

- Я думаю, что причина не в вас, - решила я успокоить друзей Девочки. – Просто мы, люди первого этажа, немного перегрузили нашу домовую своими мыслями и чувствами. Очень надеюсь, что это пройдёт, и всё постепенно вернётся на круги своя.

- Вы, сударыня, как-то туманно выражаетесь, - заметил Клерк. – Хотелось бы конкретных формулировок. Что именно оказывает негативное влияние на разум и поведение нашей несравненной и блистательной Офигении?

Меня несколько озадачило исковерканное имя Ифигении, но я решила, что Кузя просто играется словами, а не подразумевает принесение Девочки в жертву, как это грозило дочери царя Микен Агамемнона.

- Если вы мне подскажете, где её найти, - вежливо и миролюбиво обратилась я к двум этажным, - я постараюсь поточнее выяснить, что именно с ней не так.

- Она сказала, что хочет отдохнуть от всех и, кажется, отправилась на четвёртый, - с готовностью поделился Бабайка.

- Или на пятый, - не мог удержаться Кузя. – То есть, на крышу или ещё выше.

Полы в нашем кабинете наверняка уже давно высохли, но Стасик заметил, что я забежала к Егорову, и не стал оглашать коридор призывными воплями. Поэтому я на цыпочках выбралась из аппаратной, по ближайшей лестнице взобралась на третий этаж, а потом, уже по другой стороне здания добралась до нужного мне четвёртого. Интуиция подсказывала, что наша первоэтажная сущность может, подобно мне, испытывать особую тягу к Участку Механизации.

Не успела я пройти в комнату с разломанным диваном, как раздался голос Девочки:

- Так и думала, что это вы.

- Пришлось вас поискать, - пожаловалась я и сразу перешла к делу: - Вас хочет видеть один юноша, и Саша пообещал, что передаст вам его просьбу о свидании.

- Речь о парне с этого этажа? – чуть помолчав, тихо спросила она.

- Речь не о духе, а о человеке, - произнесла я, прекрасно понимая, что не оправдала надежд нашей первоэтажной красотки.

- Этот человек видел меня на пляже? – поинтересовалась наша очаровательная Хуана. В сообразительности ей не откажешь.

- Нет, позднее, на автостоянке. Был в числе тех, кто пытался оказать на нас давление.

- Мерзкие типы, - заявила Девочка. – Под стать их ресторанному чудищу. И что за радость вам с такими общаться?

- Этот парень на нашей стороне. Он пришёл, чтобы предупредить об опасности, ведь эти бандиты жаждут мести.

- И я должна поблагодарить его? – уточнила невидимая красотка.

- Надо сделать так, чтобы он ничего не узнал о домовых и чтобы хорошо усвоил, что вы ему не пара.

- А вы сами не могли ему это объяснить?

- Саша пытался, но парень считает, что сумеет вам понравиться.

И я изложила Девочке свою придумку о превращении её в первоэтажного мужчину.

- Думаете, это будет хорошим развлечением? – спросила она с некоторым оживлением.

- Ваши друзья считают, что вы сильно захандрили в последнее время, - осторожно заметила я.

- Да, пожалуй, надо встряхнуться, - согласилась она.

Мы порешили на том, что на следующий день, во вторник, вместе уходим с работы и подкарауливаем Алексеева, шпионящего у калитки Патоличевых. Девочка не материализуется, пока не рассмотрит как следует заинтересовавшийся ею объект. А дальше действует по обстоятельствам.

- И не надо меня подстраховывать, - заявила Хуана, вновь решительно забравшаяся на пьедестал. – Я сама решу, как быть с этим воздыхателем.

- Хорошо, - согласилась я. – Но есть одно условие: парень не должен стать нашим врагом.

Глава 10. Вечер вторника

Мы с Патоличевым решили не засекречивать состоявшиеся переговоры с Алексеевым-младшим от наших друзей, и в тот же день, когда я общалась с Девочкой, Саша позвонил Бабаеву и Кузину.

- Это никуда не годится, - разгорячился Бабаев. – Нужно обращаться в полицию, чтобы пресечь действия этих террористов.

- Уверен, что пляжная мафия полиции не боится, - возразил Александр. – Тут надо что-то другое придумывать.

- Неужели мы не сможем найти достойные контрмеры против этих приматов? – вопросил в свою очередь Игорь Кузин. – Тем более, в нашем арсенале имеются такие бравые парни и девчонки с паранормальными способностями.

- Ты что, предлагаешь бросить невидимок в бой с бандой Шварца? – не скрыл своего беспокойства Патоличев.

- А почему бы и нет? – убеждённо воскликнул Игорь. – Домовые неуязвимы материальными существами и предметами, но могут применять в ответ физическую силу, не говоря уже о моральном воздействии.

- Ладно, попробую обсудить твоё предложение с Гномиком, - пообещал Саша.

- Мы с Женей и Максом тоже подумаем над красивым планом превентивного возмездия, - заверил Кузин. – А то вишь, какие ушлые – хотят добраться до нашего Кузи.

- А нечего было ему с купюрами играться, - резонно заметил Патоличев. – Если бы не ваши дурацкие развлекушки, меньше было бы проблем.

Девочка не заставила меня разыскивать её во вторник. Когда Паша с Егоровым уехали, уверенные, что меня встретит Патоличев, первоэтажная красотка материализовалась в нашем кабинете. Я внимательно оглядела как всегда безупречно и со вкусом одетую домовую. На этот раз её блестящие тёмные волосы были аккуратно уложены в узел, а изумрудное платье не казалось слишком вычурным, но вполне годилось для вечернего свидания – в таком иллюзорном мягком трикотаже можно и в пир, и в мир. Но как же наш план сделать её мужчиной?

- Я сориентируюсь на месте, - сдержанно откликнулась Девочка. – Но, как мы и договаривались, никто не должен вмешиваться. Я сама решу, что и как делать. И захочу ли я вообще, чтобы этот ваш непонятный тип меня увидел.

- Хорошо, - согласилась я. – Вот только не потеряйтесь по пути. Давайте знать, что вы рядом.

- Вот ещё, - презрительно фыркнула Девочка. – Не считайте нас тупыми, я с первого раза запомнила дорогу.

Кажется, наш очаровательный дух всё-таки был не в духе, и я, поневоле заставлявшая её действовать по нашему плану, решила благоразумно промолчать.

- Вот так-то лучше, - милостиво усмехнулась красотка. - И не переживайте вы так – лучше прогуляться, чем сидеть в четырёх стенах.

Я чуть было не заикнулась о её скучающих и переживающих друзьях со второго и третьего этажа, но побоялась вызвать новый приступ раздражения. Мы двинулись в путь, заранее отзвонившись Саше, и вскоре свернули на нужную нам улицу.

Вскоре Девочка поинтересовалась:

- Это вон тот, что торчит напротив вашей калитки?

- Да, его зовут Дмитрий Алексеев. Он живёт в этом районе, но ближе к центру, - я внимательно смотрела на визитёра и, когда мы подошли ближе, напомнила себе, что надо говорить с невидимой красоткой как можно незаметнее, чтобы снова не вызвать подозрений.

- Мы войдём внутрь, а потом я выйду уже в человеческом обличье, - тихо произнесла домовая.

Голос её звучал серьёзно и решительно. Она наверняка собралась полностью командовать парадом. И оставалось только надеяться, что нашей Девочке не изменят здравый смысл и осторожность.

Я всё-таки нашла нужным первой пожелать Алексееву доброго вечера, не особо надеясь на ответное приветствие. Однако он сразу отозвался, по-видимому, рассчитывая, что я приглашу его в дом и он сможет напомнить Патоличеву о данном обещании.

- Подождите немного, - коротко попросила я молодого человека.

Ну, что же. Если Девочка не захочет иметь с ним дела, Александр сумеет донести эту информацию до настойчивого ухажёра. Но, судя по всему, прекрасная Хуана решилась сыграть свою роль. Когда мы вошли в калитку, Патоличев уже дежурил у входа. И, как тут же выяснилось, вместе с домовыми. Они уже были в курсе и в весьма взволнованном состоянии.

- Давай я пойду с тобой, - горячо обратился невидимый Гномик к Девочке.

- Я в любой момент смогу исчезнуть, - отозвалась та. Однако было заметно, что забота Механика нашла отклик в её душе.

- Если он обидит вас, - добавила Душенька, обращаясь к нашей первоэтажной, - я выцарапаю ему глаза.

- Ну уж нет, - решительно заявила я. – Этот парень, несмотря на его дурную компанию, ничем не заслужил дурного обращения. Давайте вести себя как цивилизованные домовые.

- Как пожелаете, - ответствовал Гномик в своём духе. Однако мы с Сашей хорошо почувствовали, что наш друг держит порох сухим и готов защищать от любых посягательств и своих людей, и своих домовых.

- Возвращайтесь сюда, - дал указание Саша. – Я думаю, что разговор не слишком затянется.

- Хорошо, - согласилась Девочка.

Через секунду она стояла перед нами, а её рука лежала на засове. И не успели мы ничего сказать, как Девочка оказалась на улице, плотно закрыв за собой калитку. Я остолбенело смотрела на закрывшуюся дверь: она материализовалась точь-в-точь такой, какой я её видела двадцать минут назад в нашем кабинете. Вот же своенравная и неисправимая красотка! А я-то наивно предполагала, что она одобрила мою идею однозначно и навсегда отшить Диму Алексеева, обратившись в собирательный образ наших мужчин. Но желание нравиться оказалось сильнее. Зачем? Неужели ей так хочется вызвать ревность Гномика-Механика?

- Хана бандиту, - сокрушённо произнёс Патоличев.

- В смысле? – встревоженно поинтересовался Гномик.

- Заморочит она ему голову, - озабоченно отозвался Саша.

- Может быть, нам всё-таки пойти следом за ними? – осторожно спросила Душенька.

- Не поможет, - ответила я. – Девочка решила взять всё в свои руки. А парня действительно жаль.

Я не удержалась и, осторожно приоткрыв калитку, выглянула наружу. Вверх по улице в сторону близких гор неспешно двигались грациозная девушка в изумрудном платье в сопровождении стройного крепкого парня в светлых брюках и бежевой футболке. И никто бы не догадался, что только один из этой пары является человеком.

Конец третьей книги. Продолжение следует.