Отдел Магии ОСОБОГО Назначения

Глава 1. Мельник

Огромное серое облако закрыло горизонт и медленно надвигалось на меня. Оно поглотило лес и наступало на реку, пока я, как заворожённый, смотрел на него. Очнувшись, я бросился бежать, но серость была уже повсюду — она окружала меня со всех сторон, сжимая в кольцо. В вязкой серой массе копошились очертания человеческих фигур, протягивая ко мне костлявые руки…

"Мальчик наш, наш мальчик, не отдадим", шептали они.

Я закричал и проснулся от своего крика.

#########################################

— А ну отдай, живо! — Лорель перегнулась через стол и попыталась выхватить у меня голубя с золотым кольцом на лапке.

— Не отдам! Скажи волшебное слово.

— В жабу превращу! — Она схватила со стола справочник и запустила им в меня. Вернее, сделала вид, что запустила, но понял я это поздно, и голубя пришлось выпустить. Лорель метнулась через стол, схватила несчастную птицу и, довольная, уселась на своё место.

— Эй, я вообще-то уже начал заявку по нему заводить! Чёрт! — перо упало на заполненный бланк академии, на котором теперь медленно растекалось огромное чернильное пятно.

— Ничего страшного, новый бланк заведёшь. Сам виноват, договаривались же — золотые заявки мои!

Она ловко отцепила привязанную к голубю записку и посадила его в клетку к остальным.

— Риверхилл, — мечтательно произнесла она, поглаживая крохотную гербовую печать на записке. Однако, начав читать, её лицо нахмурилось и под конец совсем опечалилось.

— Что там? — поинтересовался я.

— Ограбление… — задумчиво произнесла она. — Вынесли всю казну королевства…

— А к нам это каким боком? Пусть стража этим занимается. Тайная полиция, в конце концов.

— Написано, что охрану усыпили, а золото вынесли, не открывая дверь… Блин! — Она кинула записку на стол и разочарованно посмотрела на меня. — Если хочешь, забирай себе.

— Нет уж, все золотые заявки твои, — съязвил я.

— Золотые… — она горько усмехнулась. — Откуда у них золото, они ж нищие теперь. Они даже нам не смогут заплатить. Может, вообще не стоит брать, а?

— Это пусть Ирвинг решает. Кстати, нам ещё не пора на планерку?

— Не знаю. Пит, забери заявку, а? Сделай доброе дело для коллеги.

— Доброе?! — я аж поперхнулся. — Сначала ты отбираешь у меня заявки, а потом просишь тебе доброе дело сделать! Ну уж нет!

— Пит, ну не будь ты таким козлом!

— Да иди ты… Сваливаешь на меня самый отстой, а сама только королевские заявочки забираешь. С принцами да с золотом ей подавай. А как не обламывается — так Пит, забери обратно, да? А вот хрен тебе! Сама разбирайся теперь!

— Вот точно козёл, — зло процедила Лорель.

— Ребята, а вы что ещё здесь? — В комнату вошла бабушка Мэгги. — Всё ругаетесь? Будет вам. Возьмите по пирожку.

Она протянула корзинку с печёными пирожками.

— Берите и пойдём, а то Ирвинг с утра опять не в духе, сейчас кричать начнёт.

Бросив на меня испепеляющий взгляд, Лорель забрала записку Риверхилла и стремительно выскочила, не забыв по пути забрать пирожок из корзинки.

— Не бери в голову, — ласково улыбнулась Мэг. — Она девушка молодая, незамужняя, вот и бесится. Но ничего, перебесится и успокоится. Пойдём уже. Возьми пирожок-то, а то остынут.

Я вздохнул, взял пирожок и поплёлся за ней. Оглядел напоследок нашу комнату – ничего ли не забыл? Солнце едва пробивалось сквозь свинцовые тучи на сером небе, и я мигом вспомнил недавний сон и рассказал о нем Мэгги.

Старушка остановилась и внимательно на меня посмотрела:

— Ты узнаешь кого-то в этом сне?

— Нет... не всех. Некоторые как будто знакомые, но… Я не знаю!

— Пит, — она казалась сильно встревоженной, что само по себе уже было тревожным знаком, — сны, которые мы видим, значат намного больше, чем мы обычно представляем. Твой сон… он похож на пророчество и оно совсем не доброе. Я о таком никогда раньше не слышала.

Она вздохнула: — Ты должен быть очень осторожен, Питер. И лучше, если ты никому об этом не будешь говорить. Чем больше людей будут знать о пророчестве, тем оно будет сильнее. Пойдем, Ирвинг будет ругаться.

"Здорово", — подумал я про себя, шагая за ней. "Только злого пророчества мне сейчас и не хватает".

#########################################

Ирвинг нас уже ждал. Развалившись на стуле, он мрачно наблюдал, как мы рассаживаемся, потом раздражённо рявкнул:

— Пришли! Не прошло и часа!

— Работали, — буркнул я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Работали? Отлично, я вам сейчас подкину работки! Никакой дисциплины! — Он принялся рыться в бумагах на столе.

Я незаметно оглянулся. Сзади расположился весь наш отряд оперативников — «демоны возмездия», как они себя сами называли. Могучий Торвин, который снова принёс на планёрку свой топор, рядом с ним некромант Финн — тот вообще, кажется, спал. Мэгги села рядом с Эльвирой — ведьмой, не расстававшейся даже здесь с магическим шаром.

Торвин наклонился ко мне и громким заговорщическим голос принялся шептать:

— Эй, Пит. Слушай историю! На свадьбе решили погадать и вызвали ведьму. Угадай, кто явился? Мать невесты! Ахахаха!

Я улыбнулся.

— Очередные глупые шутки Торвина? – Эльвира покачала головой. – И совсем не смешно!

Лорель недовольно обернулась на нас, приложив палец к губам.

Ирвинг наконец нашёл нужную бумагу и громко крикнул:

— Торвин!

Великан вздрогнул, даже я подпрыгнул. Как же всё-таки хорошо, когда на собрании ругают кого-то другого.

— Что у вас случилось в трактире? Давай рассказывай.

— Ну… искали призрака, остались на ночь. Как обычно.

— Нашли? Призрака?

— Нет…

— А я знаю, что не нашли! Знаю! Вот жалоба от трактирщика. Смотри — за вашу ночь пропало десять кувшинов пива, два бочонка вина и свиной окорок. Куда они делись, Торвин?

Верзила потёр щетинистый подбородок и выдал, наполняя комнату сильным запахом перегара:

— Это… хмм… была приманка для призрака!

— Что? — Ирвинг был настолько возмущён, что уже не находил слов. — Какая приманка, что ты несёшь? Да ты…

Набрав воздуха, он прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Повернулся к некроманту:

— Расскажи, что там было. Я его бреда больше не вынесу.

— Не было там никакого призрака, — голос Финна звучал глухо, как из могилы. — Я бы почувствовал. Торвин сам всё сожрал.

Некромант немедленно получил толчок локтем в бок.

— Да! Вот! — Ирвинг ткнул пальцем в лист. — Трактирщик так и написал: «С утра один валялся пьяным, второго вообще не было».

— А что мне там делать было? — начал оправдываться Финн. — Призрака не было, это хозяйский сын воровал вино.

— Точно! — Торвин стукнул кулаком по колену. — Это был сын трактирщика. Дело раскрыто, ахахаха!

— Ничего не раскрыто! — разозлился Ирвинг. — Из-за вас, олухов, мы потеряли отличного клиента! А учитывая, как он любит трепать языком — ещё и кучу будущих клиентов вместе с ним! Охх…

Внезапно у него задрожал талисман на шее. Он предостерегающе поднял руку. Нажал на зелёный камень в центре талисмана.

— Слушаю!

— Ты где сейчас? — из талисмана связи раздался нетерпеливый женский голос.

— На работе я!

— На работе он, видите ли, прохлаждается! А молоко ты купил? Я же просила вчера! Чем я их сейчас кормить буду?! Почему старшего не отвёл в школу? Лишь бы на работу свою сбежать!

Ирвинг пытался нажимать все кристаллы сразу, но голос не пропадал.

— Главное, сам успел позавтракать, а жене хоть бы яичницу сделал. Сегодня чтобы зашёл в лавку и взял колбасы и пшена детям, а ещё…

Ирвинг взял подушку с дивана, положил талисман на стул, накрыл подушкой и уселся сверху. «Бу-бу-бу» раздавалось из-под подушки.

— Давайте дальше по повестке, — вытирая пот рукой, продолжил он.

— А что, кстати, со спящей красавицей? Удалось её разбудить? Второй месяц заявка висит, между прочим!

Мне нравились наши утренние собрания. Мы были словно отряд могущественных воинов-защитников, которые планируют очередное спасение мира. А я, прикрыв глаза, ощущал себя крутым оперативников, частью этой могучей команды. Интересно, какая бы у меня была специализация…

— Вы команда разгильдяев! – Ирвинг покраснел – Ничего нельзя доверить! Лорель, что по сегодняшним заявкам?

Лорель встала — спокойная, ни следа от утренней ссоры. Как будто ничего и не было. Я в недоумении посмотрел на неё… Потом на бабушку Мэг. Кажется… Бабушка Мэг озорно подмигнула. «Ну точно! Снова что-то подмешала в пирожки. Ох, старая!»

— У нас осталась открытой заявка по русалкам с дальней заставы, ждут уже третий день.

— Напомни-ка, что там?

— Нападают на рыбаков, портят сети. Говорят, уже двоих утопили.

— Понятно. Эльвира и эмм… Финн, берёте себе русалок. Если что – вызывайте водяного, он нам должен... Если отказывается – пишите Лорель. Что ещё?

— Ограбление казны Риверхилла. Только пришло. Стражу усыпили, замок не тронут, а золото пропало.

— Хмм… Интересно. Торвин и Мэг — ваша заявка. Мэгги, прошу — следи за этим… в оба глаза. Не хватало нам ещё Риверхилл потерять. Проверьте там все следы, наверняка остались зацепки. Что ещё?

— У мельника с Кривой Горы снова завелись мыши.

— Никакого мельника! Он за прошлый раз ещё не заплатил! Так и передай ему! Еще что есть?

— В Трубичах пропала вода в колодцах.

— Хмм… Мэг, сможешь?

— Смогу-смогу. Знаю я одну травку заговорённую…

— Отлично. Тогда загляните к ним на обратном пути после Риверхилла. Оплата стандартная. Если задержитесь, командировочные как обычно. Лорель, они же первый раз к нам обращаются?

— Да.

— Отлично. Сделайте им скидку в десять золотых. Всё?

— Да.

— Хорошо. Задачи все знают. Торвин — в этом месяце ты без премии! Финн — под вопросом! Питер — остаёшься, тебе отдельное задание. Остальных не задерживаю.

Пока все расходились, Ирвинг достал талисман, из которого раздалось: «Я надеюсь, ты всё записал, у меня к тебе ещё будет разговор вечером…» Я нажал маленький красный кристалл сбоку, и голос прекратился. Ирвинг благодарно кивнул.

— Питер. Ты у нас недавно и пока числишься младшим оператором. Да-да, я знаю, что ты хочешь стать оперативником, но… тебе нужно подучиться магии, без этого никак. А пока что… хмм. В общем, твоё первое задание: у нас новый сотрудник, его надо встретить в порту. Зовут Люций. Он оперативник. Выпускник Академии, чуть старше тебя, думаю, общий язык найдёте. Подучись у него магии, Питер! Он будет ходить с Торвином, но пока надо ввести его в курс дела. Я сам не могу, дела… — Он покосился на талисман. — Встреть его, он в полдень прибывает. Покажи ему башню и всё остальное. У нас же гостевая свободна?

— Да.

— Ну вот, пусть пока там поживёт. И… организуйте уборку, в пятницу приедет Корнелиус.

Корнелиуса я любил. Ректор Академии и по совместительству наш директор. Добрый и душевный старикан. Именно ему я обязан своим назначением на пост помощника оператора магической поддержки. Если бы он меня тогда не забрал, я бы до сих пор чистил коровники в родных Подоличах.

— Сделаем в лучшем виде!

— Хорошо. Иди. Бери грузовую повозку, у стажёра много вещей, говорят.

#########################################

Я шел сквозь серый туман, с трудом делая каждый шаг. Сильный ветер пытался сбить меня с ног, а крошечные серые пылинки откусывали от меня по кусочку. Казалось еще немного – и меня не станет, я превращусь в эту пыль и растворюсь в тумане. Сотни серых теней пролетали мимо меня, хватая руками и шепча что-то не различимое. Я шел вперед – туда, где в серой мгле был едва различный просвет, шел из последних сил, с каждым шагом все медленнее и медленнее …

#########################################

У Люция и вправду было много вещей. Матросы безжалостно выкидывали чемоданы с корабля, пока по трапу неторопливо спускался молодой светловолосый парень, чуть постарше меня.

— Эй, мистер! — Сзади меня за рукав кто-то потянул. — Мистер! Вы встречать этот?

Судя по всему, передо мной стоял капитан этого корабля, коренастый и крепкий, хоть и небольшого роста. С огромной бородой он был больше похож на пирата, чем на официального представителя торгового флота.

— Да.

— Да-да. Платить два золотых, — радостно заулыбался капитан.

— С чего это? У него билет оплачен, вот документы.

— Не билет. Нет. — Он на секунду задумался, подыскивая слово. — Платить штраф.

— Какой ещё штраф?

— Этот… разбить мой компас и поджечь корабль. Почти поджечь. Матросы пугать сильно-сильно.

Тем временем матрос с наслаждением швырнул последний чемодан на пристань и что-то крикнул оскорбительное на непонятном языке, прежде чем нырнуть в трюм.

Люций принялся собирать чемоданы в кучу.

— Два золотых платить, — продолжал доставать меня капитан.

— У меня нет денег, — сухо ответил я. — Я всего лишь курьер. Нет золота, нет. — В довершение я указал на свои карманы, разводя руками. Может, так до него дойдёт.

— Эй! — Капитан выглядел крайне разочарованным. Посмотрел на Люция, на меня. Хотел что-то сказать, да передумал. Махнул рукой и отправился к себе на корабль. Странный тип.

Познакомившись и погрузив вещи Люция в телегу, мы покатили к башне.

— Что там с компасом? — не удержался я. — Сломал?

— Ну… Это они во всём виноваты! У них компас показывал неверно, я решил им помочь. Ну, ты знаешь, простое заклинание, которое усиливает магнитные свойства металлов.

— Ну допустим…

— Нет, ну может, я, конечно, и перестарался… В общем, компас лопнул, а стрелка разбила лампу. Масло разлилось, загорелось… ну и… поплавилось там внутри всё немного. Но это из-за того, что они тушили долго, сами виноваты.

— Понятно, — я улыбнулся. «Ходячая катастрофа. Только этого нам и не хватало».

В башне первым делом я познакомил его с Лорель. Действие успокаивающих трав в пирожке Мэгги уже закончилось, и Лорель снова стала циничной и насмешливой.

Люций её не заинтересовал. Скользнув по нему взглядом, она быстро поздоровалась и убежала по своим делам, всем своим видом показывая, что новый сотрудник это полностью моя проблема.

Вздохнув, я принялся показывать новичку всё убранство нашей башни.

— Здесь наш с Лорель кабинет. Наше гнездо, так сказать.

Мне нравился наш кабинет. Несмотря на то, что он был расположен в самом верху башни и топать туда по лестнице приходилось прилично, вид с него открывался просто шикарный. В нём были окна со всех сторон, чтобы голуби могли залетать отовсюду. У нас было два небольших стола, а всё остальное свободное место было заставлено клетками с голубями и шкафам с бумагами.

— Здесь мы принимаем заявки, обрабатываем их, пишем ответ. Голубь с золотым колечком — королевский, их мы должны в первую очередь брать. Без колечка — все остальные. Ах да — голуби с синим колечком — из Академии, но там не заявки, а скорее указания. Лорель, ответишь по утренним заявкам? Всё в работе, кроме мельника.

— Хитрый какой! А ты куда?

— Ирвинг попросил прибраться. Завтра Корнелиус приезжает.

— Ой. Идите, убирайтесь. Разберусь тут сама.

— Золото, а не человек! На обед как обычно?

— Да, спущусь. Давайте уже, топайте.

Гостевая комната оказалась совсем небольшой, чемоданы Люция пришлось сложить под лестницей. Но его это нисколько не расстроило, он с большим воодушевлением рассматривал всё вокруг.

— Каждое утро у нас планёрка. Оперативники отчитываются по задачам, получают новые. На Ирвинга особо не обижайся, если орёт — он быстро отходит. Зато, если что — всегда прикроет. Хороший мужик.

— А какие у вас задачи в основном?

— Да знаешь, самые разные… Но в основном бытовуха — кто-то пропал, кого-то убили. Ограбления, кстати, бывают. В прошлом месяце вурдалаки у болот появились, даже Ирвингу пришлось ехать.

— Вурдалаки, — Люций мечтательно потёр руки.

— Ага. И тебе что-нибудь перепадёт. Только ты пока вроде как с Торвином будешь. Правда, он малость контуженный…

— А ты почему не оперативник? — вдруг поинтересовался Люций.

— Да как тебе объяснить… Я же в магии совсем не разбираюсь. Меня тут ребята пытались обучить, но не идёт она у меня. Повторяю слово в слово — и никак. Даже у Лорель получалось, у меня, похоже, не судьба. Но мне и оператором неплохо. Ладно, давай поищем метлу.

Мы начали уборку с общего зала и дошли до столовой. После нашего гнезда столовая была моим вторым любимым местом. Мы проводили здесь всё свободное время, а Торвин даже устроил мишень на стене, куда с хохотом кидал ножи. Здесь стояла небольшая печь, в которой можно приготовить еду и огромный стол, за который можно было усадить целый взвод.

Люций оказался трудолюбивым малым, и мы быстро навели везде порядок. Но только мы решили почистить печь, как из неё выпрыгнула мышь, да так неожиданно, что я едва не упал. Люций стоял подальше и успел среагировать — протянув руку в сторону мыши, быстро прочёл какое-то заклинание.

— Люций! Осторожнее там с заклинаниями, ты его чуть на меня не направил!

— Прости, Пит. Но ты сам виноват, не надо было махать руками. Всё нормально с тобой?

— Да вроде живой…

Мне, похоже, повезло, и заклинание меня не коснулось. А вот мышонку повезло меньше — он лежал на спине и дёргал лапками, как будто продолжал убегать, только во сне.

— Чем ты его?

— Заклинание полного изгнания. Странно, мышь должна была просто сбежать отсюда, а не сдохнуть. Первый раз такое.

Мышь не переставала содрогаться и тихо пищала. Меня вдруг осенило — да это же Джаспер! У нас в столовой уже неделю как поселилась мышь, и мы назвали её Джаспером. Эльвира даже подкармливала её, хотя Торвин всё время норовил задавить её своим огромным сапогом.

— Боже, что это?! — в столовую вошла Лорель.

— Джаспер, — улыбнулся я. — Люций его прикончил.

— Уберите… это… — ледяным тоном произнесла Лорель, выбирая самый дальний от нас стол.

Я протянул руку за метлой, но в это время мышь очнулась и встала на лапы.

— Метлу поставь! — вдруг сказала мне мышь.

Я аж присел. Мышь переводила взгляд то на меня, то на Люция, который остолбенел не меньше моего.

— Что у вас там? — подала голос Лорель.

— Кажется… — я старался не отводить взгляд от мыши. — Люций очеловечил Джаспера.

— Ребята, вы серьёз…

— Только тронь меня! — сказала мышь. — Я не посмотрю на разницу в росте!

— О боже! — Лорель с тарелкой в руках осторожно обошла нашу странную компанию. — Разбирайтесь тут сами, мне некогда.

После того как Лорель ушла, мы продолжали молчать. Джаспер поочерёдно смотрел на нас чёрными бусинками глаз и, кажется, не собирался нападать или сбегать.

— И давно ты умеешь так колдовать? — спросил я у Люция, стараясь разрядить обстановку.

— Такое никто не умеет! — испуганно ответил Люций. — У нас в Академии ещё никому не удавалось очеловечить животное!

— Сам ты животное! — Джаспер был явно не в духе. — Ещё раз покажешь на меня рукой — отгрызу по самые плечи!

Мышонок запрыгнул на стол, принялся осматриваться по сторонам, потом прошмыгнул на подоконник и замер, глядя в окно.

— Что будем с ним делать? — спросил я вполголоса у Люция.

— Нуу... - протянул Люций. — Убивать его мы точно не будем. Оставим у себя, а там посмотрим.

#########################################

В этот раз мы не опоздали. Собрались почти все, не хватало только Торвина и Ирвинга. Люций нашёл себе место у окна, верхний карман его куртки подозрительно шевелился.

— Так, все в сборе? — в зал вошёл Ирвинг, в этот раз, впрочем, без талисмана связи.

Быстро оглядел собравшихся.

— Где Торвин? — поинтересовался он у Мэг.

Старушка лишь пожала плечами.

— Ладно, предлагаю пока начать без него.

Он повернулся:

— Знакомьтесь, у нас новый сотрудник, Люций. Оперативник. Пока на испытательном сроке, входит в курс дела.

Люций встал, карман на его куртке раскрылся, и оттуда высунулась недовольная морда Джаспера.

— Это ещё что за…

— Не что, а кто! — язвительно отозвался Джаспер. — Побольше уважения!

Ирвинг на секунду прикрыл глаза.

— Убери его… пожалуйста. Господи… Сегодня приедет Корнелиус, давайте без этих ваших сюрпризов.

— Итак, по повестке. Что с русалками, Финн?

Финн открыл глаза, мрачно произнёс:

— Русалок не было.

— То есть как? А что тогда произошло?

— Их там и не было никогда. Это были браконьеры — подала голос Эльвира. — Мы нашли трупы рыбаков. Закопанные в земле трупы. Мои косточки их нашли, — она положила руку на маленький холщовый мешок на поясе, обвела присутствующих возбуждённым взглядом. — Мои косточки никогда не ошибаются.

— Ну так и что?

— Финн их разговорил.

Я внутренне содрогнулся. Я однажды видел Финна в действии — и это было просто ужасно. Он выкопал полуистлевший труп и заставил его говорить — самое мерзкое, что мне довелось видеть в жизни! По трупу ползали черви, кожа свисала длинными лохмотьями, а некоторые части тела так и остались в гробу. Мертвец сидел неподвижно, отвечая на вопросы Финна, при этом его рот даже не открывался. То ещё зрелище.

— Кто их убил?

— Браконьеры. Убили рыбаков и пустили слух, что в озере орудуют русалки. А всё для того, чтобы не платить за лицензию и отвадить королевских инспекторов.

— Вот же, — Ирвинг потёр лысину. — Но вы молодцы. Финн, снимаю выговор. Так держать.

Финн коротко улыбнулся. Иногда мне казалось, что он вообще не с нами, а где-то наполовину между нашим миром и миром мёртвых. Он дремал на собраниях, не сразу отвечал на вопросы. Но дело своё он знал. Найти нечисть или допросить мертвяка — в этом он мастер. «Мёртвые никогда не врут» — любимое выражение Финна. Кажется, с мёртвыми ему иной раз интереснее разговаривать, чем с живыми.

— Всем привет! — с грохотом распахнув дверь, в зал ворвался Торвин.

— Ну наконец-то! — Ирвинг сегодня был на удивление спокоен. — Оставь топор возле двери. Рассказывайте, что по вчерашним заявкам?

— Есть две новости, хорошая и плохая, тебе с какой начать? — начала издалека бабушка Мэг.

— Говорите уже как есть!

— Может, пирожок?

— Говори уже!

— По ограблению. В общем, поговорили мы со стражей…

— Нормально так поговорили, да! — Торвин стукнул кулаком по столу. — Немного пришлось им помочь всё вспомнить, ахахаха! — Он ткнул локтем Финна.

— Да, Торвин немного надавил на стражей, а затем и начальник стражи всё рассказал, от моей травки-то. Всю правду выложил. Не было в казне никакого золота, и ограбления никакого не было, а охрана всё соврала.

— То есть дело раскрыто? Это хорошая новость?

— Ой, нет. Это-то и плохая новость. Король Риверхилла прикупил страховку от магических преступлений, а затем инсценировал ограбление, чтобы получить деньги. Думал, что мы не разберёмся, но не тут-то было!

— То есть он нам не заплатит?

— Нет. Обещал спустить на нас собак, если увидит в своём королевстве.

— Мда. Плохо дело. А что тут хорошего?

— С нами был инспектор из Банка Магии. По страховке. Ему вроде как понравилось, как мы быстро разобрались, обещал поговорить с руководством о постоянном контракте.

— Уфф. Отлично. Было бы неплохо. Что ещё у вас?

— Воду в Трубичах вернули.

— Молодцы!

— Только вот…

— Что?

— Не углядела я за Торвином, ох, прости дуру старую…

— Что он натворил?!

— Отправились мы, значит, в трактир. Перекусили слегка. Оставила я его на минуту, ушла собирать ясен цвет на холме. Возвращаюсь — батюшки! Трактир пылает, этот дерётся… ужас какой!

— Торвин! — взревел Ирвинг.

— Они сами напросились, — глухо ответил великан.

— Что на этот раз??

— Драконы, — негромко произнесла Мэгг.

— Опять он со своими драконами! — Ирвинг встал так резко, что отлетел стул. — Что ты как к ним привязался? Последнее предупреждение тебе, Торвин! Самое последнее! Ведь хороший ты был маг, Торвин! Что они тебе сделали, эти драконы, что у тебя постоянно от них крышу сносит?

Торвин насупился.

Я помню эту историю. Торвин ведь был одним из лучших магов Академии, а однажды его нашли в Красных горах всего избитого и без памяти. Что с ним случилось, никто не знает, но с тех пор он у нас. Он не помнит, кем он был, не помнит ни одного заклинания, но вот при упоминании о драконах впадает в ярость.

— Вот что с тобой делать, а? — не унимался Ирвинг. — Подрался бы просто, зачем трактир сжигать-то было?

— Придумал тебе наказание. — Он ткнул пальцем в Люция. — С сегодняшнего дня ходишь с ним. Обучаешь его оперативному делу, рассказываешь, что к чему. Премию в этом месяце не жди!

Великан сосредоточенно скрёб ногтем столешницу.

— Ладно. Лорель, Пит, что у нас по заявкам? Есть что интересное?

— Новых пока не поступало, — отозвалась Лорель.

— Хмм… Плохо. Надо придумать что-то, так мы совсем без денег можем остаться.

— Может, заявку мельника возьмём? — Все обернулись на меня. — Ну, того с мышами, с Кривой Горы. Заплатит потом, как деньги появятся.

— Какого ещё мельника? — нахмурил брови Ирвинг.

— Ну… вчерашняя заявка. У мельника с Кривой Горы завелись мыши. Мы не стали её брать, потому что он за прошлый раз ещё не рассчитался. А сейчас можно взять, раз других заявок нет.

— Лорель, ты понимаешь, о чём он?

— Нет, — Лорель недоумённо посмотрела на меня. — У нас никогда не было мельника с Кривой Горы. Там и мельницы вроде как не было никогда.

— Да как же! — я подошёл к столу, на котором ещё со вчерашнего дня оставался список заявок. — Вот…

Бумага вдруг потемнела, съёжилась и рассыпалась в серый пепел прямо у меня под пальцами. Тонкая струйка пыли поднялась в воздух и растаяла.

На секунду мне показалось, что я снова стою посреди серого тумана, а ноги проваливаются в жадный серый песок.

Я моргнул. На столе лежал обычный чистый лист. Никто вокруг даже не вздрогнул.

«Что со мной сегодня…» — подумал я, чувствуя, как холодеют пальцы.

— Ладно, — Ирвинг странно покосился на меня. — Заканчиваем. Жду от всех отчёты за вчерашнее. Корнелиус приедет уже через час, поторопитесь. Питер, с тобой все в порядке?

— Да. Просто… странно себя чувствую, может заболел.

— Хорошо. Как Корнелиус уедет, возьми себе пару дней выходных, отдохни. Лорель тебя подменит. Все свободны.

Когда все разошлись, мы с Лорель вернулись в наше гнездо. У меня все еще подрагивали кончики пальцев, а голова была как в тумане.

— Пит, что с тобой? – Лорель внимательно рассматривала меня. - Ты весь бледный. Все нормально?

- Да. Мерещится что-то. Наверное, не выспался.

- Ложись, - голос Лорель стал требовательным, но в то же время заботливым. Она разложила моё кресло и кинула на него овечью шкуру со стены. – Отдохни до обеда, с заявками я сама разберусь.

- А как же…

- Ложись! – Она чуть ли не силой уложила меня в кресло. Потрогала мне лоб. – И только попробуй встать! Превращу в камень!

Она принялась перебирать бумаги на столе, едва слышно напевая какую-то мелодию, время от времени поглядывая на меня. Я и не знал, что она могла быть такой заботливой.

Я послушно прикрыл глаза, боясь заснуть.

#########################################

Корнелиус, как всегда, приехал незаметно. Я его долго высматривал из окон нашего гнезда, а потом услышал голоса внизу и увидел у подножия башни запряжённую карету и головы встречающих.

Кинулся по лестнице вниз. Корнелиус о чём-то беседовал с Ирвингом, однако, увидев меня, сам пошёл навстречу с распахнутыми объятиями.

— Питер, мальчик мой, я так рад тебя видеть! — от него пахло сеном, старым деревом и каким-то едва уловимым восточным ароматом.

А я как был рад! Корнелиус единственный, кто относился ко мне как к родному. С детства все старались меня унизить, даже родная мать однажды заперла меня в хлеву со свиньями на всю ночь, потому что я вовремя не убрал за ними. Я решил с утра пожаловаться отцу, и тот отлупил меня так, что я несколько дней потом не смог даже присесть нормально. Страшно подумать, что со мной бы стало, если бы Корнелиус не забрал меня из дома в тот день…

— Как ты вырос! — он положил руки мне на плечи. — С магией всё так же? Оперативником стать не хочешь?

Я помотал головой:

— Боится меня магия. Не даётся никак.

— Не даётся, — он рассмеялся. Потом серьёзно добавил: — Это даже к лучшему, Пит. К лучшему.

#########################################

— Я думаю, что вы понимаете, что мой приезд не случаен, — начал разговор Корнелиус, когда мы собрались в зале. — Случилось несчастье, я прошу вас отложить все текущие заявки и немедленно взяться за это дело. С Академией я договорюсь.

Я хотел было сказать, что у нас как раз заявок нет, но Лорель, как будто прочла мои мысли, и ткнула локтем мне в бок.

— Пропал Эдвард, сын короля Генри из Эрланда. Стража не видела, чтобы он выходил из комнаты и из замка, но его нигде нет. Уже третий день как он пропал, и никто не имеет ни малейшего представления, где он сейчас.

— А почему Академия не пришлёт своих сыщиков? — подала голос Лорель.

— Генри боится огласки. Эдвард его единственный наследник, и, если он просто заблудился в лесу, а о его пропаже узнают разбойники… — Корнелиус помрачнел.

— Мы с Генри давние друзья, и он попросил меня привлечь вас для поисков. Придумаем легенду, чтобы никто не догадался, и всё разузнаем. Генри очень переживает, нужно постараться.

Что-то в его словах показалось мне тревожным. Как будто он сказал что-то неправильное, но никто этого не заметил…

— Выезжаем сейчас же. Десять минут на сборы и немедленно отправляемся. Ждать нельзя, с мальчиком может случиться всё, что угодно.

Я наконец вспомнил, что меня тревожило. Корнелиус сказал про единственного наследника, но разве это так?

— У Генри же есть старший сын — Ричард. Эдвард не единственный.

Все недоумённо обернулись на меня, и я вновь почувствовал себя глупо, как утром с историей про мельника. Даже Лорель, которая знала всех молодых принцев в округе, смотрела на меня с непониманием.

— Ладно, забудьте, — пробормотал я. Видимо, мне и вправду надо подсобраться, что-то стало много мерещиться в последнее время.

— Напоминаю, у вас десять минут, — Корнелиус не сводил с меня глаз. — Питер, задержись немного.

Когда все ушли, Корнелиус взял меня за руку и внимательно посмотрел на меня.

— Питер, ты правда считаешь, что у Генри есть второй старший сын?

— Конечно! Он даже обращался к нам в прошлом году, просил защитный амулет для боёв, но мы таким не занимаемся.

Я рассказал также и про утренний инцидент с заявкой мельника, и Корнелиус нахмурился.

— Я тебе верю, Пит. Кажется, я знаю, в чём причина, но мне нужно выяснить. Это всё очень серьёзно, прошу, пока никому об этом не рассказывай.

— Хорошо, — ответил я. — А кто-нибудь ещё… может пропасть также?

Корнелиус грустно вздохнул.

— Об этом можешь знать только ты. Думаю, дело в твоей невосприимчивости к магии. Собирайся, Пит, ты едешь с нами.

#########################################

Собрались мы и правда быстро. У оперативников, как правило, походные вещи всегда наготове, ну а меня ничего с собой и не было. Лорель вышла в походном платье, прочном и элегантном. С собой у неё была лишь небольшая дорожная сумка.

Я не мог себя сдержать.

— Лорель, а вечернее платье ты взяла с собой? А то вдруг тебя пригласит какой-нибудь граф, а тебе даже надеть нечего будет. Неудобно получится.

— Пит, меня хотя бы пригласят. А вот тебя, боюсь, дальше коровника не пустят.

— Почему это?

— У тебя манеры деревенские. Ты даже комплимент девушке не можешь сказать.

— Я… да я… — Я вдруг засмущался.

Лорель тихо засмеялась и отошла к основной группе.

«Вот дурак», — подумал я и огляделся. Надеюсь, никто этого не видел.

Мимо проходил Люций, из кармана у него таращился Джаспер.

— Джаспер! — я подошёл к ним. — Хотел тебя спросить…

— Валяй, только быстро, — невозмутимо ответила мышь. — Я собираюсь поспать до ужина.

— Скажи, ты не жалеешь, что стал… ээээ… разумной мышью? Сейчас жил бы себе в столовой, не надо было никуда идти. Если бы можно было вернуть всё обратно — захотел бы снова стать обычной мышью?

Джаспер смерил меня презрительным взглядом:

— Ну уж нет! Снова питаться вашими объедками? Ничего подобного! Я буду оперативником, не хуже, чем вы все! И буду получать жалование!

Я хотел было добавить замечание, что у Джаспера нет даже подходящих штанов с кошельком, в котором можно было бы хранить монеты, но передумал. Джаспер зевнул и полез в карман, уютно сворачиваясь там.

— Пит, я разговаривал с Корнелиусом, — вполголоса начал Люций. — Он сказал, что очеловечивание в принципе возможно, но это заклинание высшего порядка и оно недоступно людям... К тому же оно давно потеряно, и… я точно не мог его знать.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Корнелиус говорит, что это всё как-то может быть связано с тобой. Как будто заклинание по изгнанию грызунов попало в тебя и отскочило в Джаспера.

— Ты такое раньше видел?

— Нет, никогда, в том-то и дело. — Он во все глаза смотрел на меня. — Пит, почему ты невосприимчив к магии?

— Да не знаю я! — меня уже стал раздражать этот разговор. — Родился таким, вот и мучаюсь теперь.

#########################################

Ближе к ночи мы доехали до трактира. Гостевых комнат в трактире было мало, поэтому мы с Финном и Торвином расположились в конюшне. Мне было не привыкать, я всё детство провёл в подобных условиях, а вот Торвин возмущался. Финну же было всё равно, он достал книгу в чёрном кожаном переплёте, улегся на тюк соломы и принялся читать. Мне кажется, он вообще не спит по ночам, а только в дневное время.

Торвин ушёл в трактир, а я решил побродить рядом, тем более что ночь выдалась на редкость лунной. Гуляя по пустынной дороге, я вдруг подумал, что Кривая Гора совсем рядом и неплохо было бы дойти до неё и проверить, есть ли там мельница или нет.

Возможно, я сошёл с ума и лучшее, что я могу сделать, — это забраться на самый верх горы и спрыгнуть с утёса…

Мельницу я так и не нашёл. Исходил весь ручей вдоль горы, но даже следа постройки не обнаружил. Берег был весь заросший ивняком, как будто здесь и впрямь никогда не существовало мельницы. Только вот незадача — мельница точно здесь была, и я знал это наверняка. Больше того - здесь было самое удобное место для мельницы и очень странно, что никто из местных её так и не поставил.

Вернувшись обратно, я долго не мог заснуть и пошёл в трактир пропустить кружечку-другую, а заодно присмотреть за Торвином. Не хватало ещё, чтобы он и этот трактир спалил.

Посетителей в трактире было мало. Торвин громко храпел за дальним столиком, рядом с недопитой кружкой. Парочка юнцов резались в карты, трактирщик потихоньку убирал всё по местам.

— Что тебе? Мы скоро закрываемся.

— Мне бы попить чего, горло пересохло. Да и пожевать что-нибудь было бы неплохо.

— Есть пирог с репой. Последний кусок, — мрачно отозвался трактирщик. — Нести?

Ох, не люблю я репу. Но что делать, кушать-то хочется…

Трактирщик принёс кружку пива и кусок пирога. Собирался было уходить, как меня вдруг осенило:

— Скажи-ка, уважаемый. Пирог вы сами печёте?

— Сами.

— А муку вы где покупаете?

Я точно помнил, что никаких мельниц по дороге к трактиру не видел. И в единственном подходящем для этого месте — у ручья — мельницы тоже не было. Но ведь мука в трактире-то была!

— Да бес его знает, — трактирщик наморщил лоб. — Клавдия! Клавдия!

Из кухни выглянула маленькая суетливая женщина.

— Где мы муку покупаем? Тут спрашивают. А я что-то не помню…

— Муку-у-у, — женщина замерла, вспоминая. — Хоть убей, не помню! Но брали недавно, мешок только открыт. А что с ней не так?

Трактирщик покосился на меня. Я махнул рукой.

— Да всё нормально. Просто интересно стало.

Трактирщик переглянулся с женой и слегка поморщился, как будто устал от пьяных гостей. Но я же не был пьян! Я понял, что ещё утром мельница была и они купили там муку! А сейчас мельница исчезла, и вместе с ней исчезла память о ней, а вот мука осталась! Значит, мельница существовала!

Окрылённый своим открытием, я в один присест проглотил пирог и осушил кружку.

Но почему только я один всё помню?

Глава 2. Принц

Утро началось как обычно. Все уже успели позавтракать, пока я, невыспавшийся после вчерашних тревожных открытий, добирался до общего стола. Хотелось думать, что все это был лишь сон, но поймав на себе тревожный взгляд трактирщика, я вспомнил вчерашние приключения и мне снова стало не по себе. Надо бы поговорить с Корнелиусом.

— Сядь подальше, от тебя несёт навозом, — Лорель демонстративно зажала нос и шутливо замахала рукой, отгоняя меня.

Ей всегда удавалось поднять мне настроение. Я плюхнулся с подносом рядом с ней и коварно улыбнулся.

— А давай в следующий раз ты будешь спать в конюшне, а я в номере.

— Вот ещё! — Она нахмурилась. — И почему тебя вообще взяли, ты даже не оперативник.

— Я лучше, чем оперативник! Я знаю такие трюки, какие им и не снились. Например, фокус с исчезновением. Смотри!

Я взял кусок пирога со своего подноса и сунул его целиком себе в рот. Проглотил, почти не жуя.

— Это сложный фокус, но я тебя научу. Вот смотри, — я потянулся к её куску пирога. Лорель засмеялась, первая выхватила его и тут же съела.

— И совсем не сложно, — она пыталась его прожевать.

— А хотите загадку? – Торвин одним махом осушил свою кружку. – Где в одном месте можно найти лягушку, сушенных тараканов и мышиный хвост?

— В подвале? – сказала неуверенно Мэгги.

— В болоте. – присоединилась к беседе Эльвира.

— А вот и нет! Сдаетесь?! В супе трактирщика, ахахаха!

В этот раз шутка понравилась всем. Трактирщик возмущенно посмотрел на Торвина, но подойти не решился.

— Я, кстати, знаю заклинание с исчезновением, — внезапно подал голос Люций. Он уже успел позавтракать и с любопытством смотрел в нашу сторону. Джаспера он посадил перед собой, и тот неспешно обгрызал кусочек сыра.

Люций протянул руку к моей кружке и что-то быстро и негромко сказал. Я внутренне напрягся, но ничего не произошло. Люций ещё напряжённее уставился на кружку и резко сжал руку в кулак. Кружка в ту же секунду с оглушительным грохотом взорвалась, разлетевшись на сотни глиняных кусочков и обдав всех вокруг своим содержимым.

— Люций, ты что творишь? — Лорель была взбешена. Оглядела своё платье, всё в мелких брызгах. — Ты в своём уме вообще?

— Прости… — Люций растерянно смотрел на свой кулак. — Так не должно было быть… Кружка должна была просто исчезнуть на долю секунды…

— Ну… — я оглядел свой пустой поднос. — Можно сказать, что она исчезла, хоть и не совсем бесследно. Лорель, расслабься, там была всего лишь вода. Правда, это была моя вода, Люций!

— Вот это взрыв! Ахахаха! — к нам подошёл Торвин. Положил свою огромную ручищу Люцию на плечо: — Научи!

В такие моменты мне всегда было жаль Торвина. Лучший выпускник Академии, боевой маг первого порядка… Когда-то целые армии разбегались, услышав, что он стоит у них на пути. Это Люций должен учиться у него магии. Но Торвин всё забыл и теперь выпрашивает простое заклинание как простой школьник…

— Да это случайно получилось… — Люций едва не плакал.

— Научи! — Великан сжал ему плечо. — Чтобы можно было взрывать всё, что угодно! Тебе же это раз плюнуть!

— А ну убрал от него свои руки, отморозок! — Джаспер откинул в сторону сыр и медленно двинулся на Торвина. — Сейчас я из тебя буду котлету делать!

— Ух ты, мышь! — Торвин схватил поднос и занёс его над головой, намереваясь прихлопнуть Джаспера.

Тут уж мы все не выдержали. Люций пытался схватить прыгающего Джаспера, а мы с Лорель повисли на руках Торвина, выхватывая у него поднос. С другого конца стола запричитала Мэг.

— Так, народ. — К столу с подносом подошёл Ирвинг. С недоумением посмотрел на нашу возню. — А что у вас тут происходит?

— Да ничего, развлекаемся, — ухмыльнулся Торвин, поглядывая на воинственного Джаспера с некоторой долей уважения.

— Понятно. — Ирвинг заметил Джаспера и закатил глаза. — Так, давайте сразу договоримся: если эта мышь остаётся с нами, то она выполняет часть работы. Или пусть идёт на улицу, нахлебники нам не нужны.

Джаспер хмыкнул: — Да без проблем!

— Люций, ты будешь за неё отвечать, если что.

— Итак, у нас легенда — мы расследуем дело о пропавших драгоценностях из комнаты принца. Сам принц болеет и не выходит из комнаты. Ходим по замку, проводим расследование. Только без грубостей, Торвин. Неприятности с королём нам не нужны. Разбиваемся на пары, обследуем каждый свой сектор.

— Лорель и Питер, берёте на себя стражников. Узнайте, кто заходил к принцу и когда. Выписывайте всех подозреваемых — имена и время посещения.

— Торвин и Люций, ваша задача — искать магический след похищения. Исследуйте комнату принца вдоль и поперёк, ищите любые артефакты. Этого вашего… — он задумался.

— Джаспера, — подсказала Лорель.

— Да, Джаспера тоже привлекайте. Пусть поищет там, где не достанет человек.

— Эльвира, вы с Финном ищите мальчика снаружи. По земле, костяшками или вызовами покойников, как угодно, но вы должны найти путь, по которому его увезли из замка.

— Сделаем, — отозвалась Эльвира.

— А мне что делать, Ирви? — подала голос бабушка Мэгги.

— Мэг, тебе отдельная задача. Ты — наш шпион. Тебя не должны видеть с нами. Походи среди народа, поспрашивай про мальчика. Слухи, сплетни и всё такое. Если надо кого разговорить — ты знаешь, что делать.

— Я поняла, — в глазах знахарки блеснули озорные искорки.

— Хорошо. Мы с Корнелиусом идём к королю. Надо узнать текущую политическую обстановку, какие враги у короля, кто мог заказать похищение наследника. Покопаем сверху, так сказать.

#################################

К обеду мы добрались до замка. Мэг оставили за воротами, а сами разошлись по своим направлениям, договорившись вечером встретиться в гостевом доме и обсудить полученную информацию.

Если честно, я видел замки и побольше, но этот мне понравился. Он выглядел довольно крепким и одновременно каким-то уютным. Стены у него были сложены из серых блоков известняка, а все крыши покрыты красной глиняной черепицей. Две сторожевые башни на главных воротах напоминали мне нашу башню. Внутренний двор был довольно чистым, несмотря на то, он был окружен хозяйственными постройками со свинарниками и коровниками. Работы по наведению порядка и чистоты здесь было выполнено не мало, уж поверьте, я в этом разбираюсь.

В замке Лорель нравилось всё. Она с упоением разглядывала старинные гобелены, любовалась фресками на окнах, а бальный зал вызвал у неё такой сильный восторг, что мне чуть ли силой пришлось уводить её оттуда.

— Пит, ты не понимаешь! Я чувствую, что это моё место! Я рождена, чтобы жить здесь!

— Ты рождена, чтобы допросить охрану. Вот, кстати, их кабинет. Неужели мы дошли…

Стража ничего полезного не сообщила. На прошлой неделе возле комнаты принца дежурила смена Гаррета и Дункана — здоровые и малость туповатые ребята, которые, с их слов, ничего подозрительного не заметили. Был ещё начальник караула, Оливер, но мы его не застали.

— То есть вы никуда не отлучались все три дня? — недоверчиво переспросила их Лорель.

— Никуда, — в один голос ответили стражи.

— А в туалет?

Стражи переглянулись:

— По очереди.

— А ночью?

— Ночью всё королевское крыло запирается, у входа дежурит Тоби.

Мы поговорили с Тоби, правда, пришлось его разбудить для этого. Но он тоже никого не видел. И на посту он никогда не спит — опять же, с его слов. Тупик.

— Может, попросим Мэг их разговорить? — Лорель была обескуражена не меньше моего.

— Не поможет. Они же тупые как пробки. Если бы они что-то скрывали, я бы это заметила.

Пришлось дожидаться Оливера. Начальником караула оказался сухонький старичок, на ходу раздающий указания и пытающийся скрыться при виде нас.

— Этот может что-то скрывать, — шепнула мне Лорель.

— Оливер, можно вас на пять минут?

— Мне некогда, — он бросил на нас быстрый взгляд, как будто оценивая, насколько мы важны для него.

— У нас поручение короля, — быстро вставил я.

Это его остановило. Он ещё раз внимательно изучил нас.

— Что за поручение?

— Кража драгоценностей в комнате принца. Нам нужна ваша помощь, мы хотим разобраться, кто мог входить или выходить из покоев принца.

— Никто из посторонних. — Он жестом остановил подходившего к нему стражника. — У вас пять минут, спрашивайте.

— Отлично. Прежде всего — эти двое говорят, что возле комнаты всегда есть кто-то один из них. Это так?

— Да. Один из них всегда на посту. Послушайте, у них отличный послужной список, если вы думаете, что кто-то из них украл драгоценности…

— А что насчёт магии? — неожиданно спросила Лорель.

— Конкретнее, — Оливер напрягся, даже я это почувствовал.

— У вас есть какая-то защита от магии? — продолжала давить Лорель.

— У нас есть купол вокруг замка. Его ставил ваш руководитель, Корнелиус.

Я присвистнул. Купол, насколько мне известно, считался одной из самых совершенных магических преград. Внутри купола никакая магия невозможна в принципе, а поставить его могут только маги высшего порядка. А если его поставил Корнелиус… о каком-либо магическом похищении принца можно забыть.

— Если у вас всё, то мне пора. — Оливер коротко взглянул на нас и, пока мы собирались с мыслями, быстро отошёл в направлении оружейной.

— Ох, Пит, непростое это дело, — Лорель была не на шутку взволнована. Она посмотрела на охрану: — Они хоть и тупицы, но дело своё знают. Они бы не пропустили кого попало, да и не выпустили тем более. А уж принца бы никак не проморгали. А еще купол установлен... Что-то тут нечисто.

— Давай осмотрим комнату, — предложил я. — Здесь нам ловить уже нечего.

У комнаты принца дежурила другая смена охраны. Но насколько же они были похожи на Гаррета с Дунканом! У меня невольно закралась мысль, что стражу здесь подбирают из близнецов.

— Мы по делу об ограблении, — веско заявил я, когда мы приблизились к ним.

— Ещё одни, — буркнул здоровяк, похожий на Гаррета, однако пропустил нас. Правда, для этого пришлось показать ему наши бумаги с королевской печатью.

В комнате уже находились Люций с Торвином. Громила развалился на кушетке, в то время как Люций копался в королевской гардеробной, перекладывая вещи из шкафа на пол.

— О, привет, народ! — Торвин подскочил. — Узнали что-то? У нас здесь скукота!

— Узнали, что вокруг замка купол.

— Теперь понятно, почему мои заклинания не действуют, — к нам подошёл Люций. — А я-то думал, снова что-то напутал.

— Поэтому искать магические следы бесполезно. — Я подошёл к гардеробной, осматривая сложенные вещи. — А где Джаспер?

— Крысёныш где-то здесь лазает, — радостно ухмыльнулся Торвин. — Полезная скотинка оказалась.

— Я не крыса, я мышь! — Из-под кровати вылез Джаспер. — Здесь всё чисто. Даже я не смог бы выйти из этой комнаты незамеченным.

— Как-то слишком чисто, вы не находите? Как будто похититель… если он был — прибрался в комнате. — У меня из головы не выходила пропавшая мельница. А вдруг здесь то же самое…

Я провёл пальцем по шкафу — чисто…

— Люций! А есть ли заклинание, наводящее чистоту?

— Есть и не одно. Мы с ребятами постоянно ими пользовались, когда к нам приезжали родители…

— Смотрите, — Лорель указала на обувь в гардеробной. — Что вы видите?

— Обувь… — протянул я.

— А здесь? — она указала на пару домашних туфель, стоящих возле кровати.

— Тоже обувь. — Я начинал чувствовать себя дураком.

— А почему она здесь?

— Боже, скажи уже, что ты хочешь нам сказать! — взревел Торвин, и я мысленно согласился с ним.

— Ребята, ну вы чего. Домашние ботинки принца на месте — значит, принц лежал на кровати во время похищения. Одна пара уличной обуви отсутствует, — она указала на пустое место среди обуви. Затем нагнулась и что-то взяла оттуда, показала нам на ладони: — Это грязь. Обычная уличная грязь.

— Картина складывается так: принц лежал на кровати, возможно, спал. Кто-то его разбудил, навел магическую уборку. Потом принц встал, надел уличную обувь и пропал. Вывод: либо он сам ушёл, либо похититель его знал и уговорил уйти с ним. Но в любом случае принца в замке нет, иначе зачем ему было надевать уличные ботинки?

— Голова! — восхищённо сказал Торвин.

Лорель улыбнулась, довольная. И почему я сам до этого не додумался? Ведь я тоже видел эти ботинки. Всё-таки Лорель умная, этого у неё не отнять.

— Поэтому искать принца надо за куполом, вокруг замка. Может, принца превратили в дерево или в камень.

— Точно, надо попробовать заклинание розыска! — оживился Люций.

— Нет! — это мы с Лорель крикнули одновременно и тут же рассмеялись. Люций хороший малый, но от его заклинаний лучше держаться подальше.

Мы пошли к выходу. Эта странная чистота не выходила у меня из головы. Почему во всей комнате нет ни следа пыли, а под отсутствующими уличными ботинками осталась грязь? Как можно было применить заклинание чистоты внутри купола?

Выйдя за ворота замка, Люций попробовал применить заклинание розыска. Мы на всякий случай спрятались за дерево, Джаспер пытался было залезть ко мне в карман, но был осторожно перехвачен могучей рукой Торвина.

Однако ничего не произошло.

— Может, купол ещё действует? — предложил я.

В ответ Люций раскрыл ладонь и что-то быстро произнёс. На ладони появился маленький огненный шар. Люций провёл над ним второй рукой, и шар вырос до размера его головы. Затем он резко сжал ладонь в кулак, и шар пропал.

— Всё работает, — сухо сказал он. — Только розыск не видит принца. Вернее, видит… но как будто не здесь, не в нашем мире. Я такое в первый раз вижу.

Торвин, как ребёнок, смотрел во все глаза на огонь. Я, признаться, тоже. Магия меня всегда зачаровывала, хоть и никак не поддавалась мне. Может, это какое-то семейное проклятье? К тому же огонь меня всегда зачаровывал. Не знаю почему, но за всю жизнь я так и не получил ни одного ожога, хотя постоянно обжигался. Может мне так везло, а может…

#################################

В гостевом доме нас ждал Ирвинг. Выслушав наши истории, он как будто нисколько не удивился, словно ожидал именно такого развития событий.

— А я вам говорил, что будет непросто, — заявил он. — Раз уж сам Корнелиус взялся за это дело. Ладно, ждём остальных.

Пришла Мэгги. Ничего нового, впрочем, она не рассказала. По её словам, народ в замке догадывается, что с принцем что-то не так, но про похитителей никто ничего не знал. Даже златоуст не смог развязать языки.

Финн с Эльвирой заявились ближе к вечеру. Некромант был мрачен, как всегда, а вот Эльвира казалась откровенно расстроена.

— Не нашли! — с порога заявила она. — Ни кости, ни шар мой — ничего не нашли. Обошли весь замок кругом — хоть бы след какой, ан нет. Не бывает такого. Я даже осколки зеркала Душ собрала — и там ничего.

— Может, его в живых-то нет? — Ирвинг повернулся к некроманту: — Финн, спрашивал у… мёртвых?

«У своих, он хотел сказать», — вдруг подумалось мне. Финн странный, иногда мне казалось, что он проводит в загробном мире больше времени, чем среди нас.

— В мире мёртвых его нет, — как всегда немногословно ответил Финн.

В комнате повисла тишина. Все молча обдумывали услышанное.

— Да что же такое! — Ирвинг был озадачен, таким я его видел очень редко. — То есть вы говорите, что среди живых его нет и среди мёртвых тоже! Где же он тогда, чёрт его подери?!

Он посмотрел на меня. Я в ответ пожал плечами. Я и правда понятия не имел, где сейчас принц. Если верить Лорель, его увели из замка, но увели так, что это не заметила ни охрана, ни специальный отряд магической поддержки, прибывший на его розыск. И сделать это мог только маг высшего порядка, не меньшего, чем…

— Я иду к Корнелиусу, — заявил Ирвинг. — Если у кого-то есть что добавить, то говорите.

Он оглядел нас, потом забрал со стола свои записи и ушёл. Мы тоже стали расходиться, но, когда я проходил мимо Финна, он вдруг ухватил меня за рукав и шёпотом произнёс:

— Подожди, надо поговорить.

Когда все вышли, он повернулся ко мне и внезапно сказал:

— Питер, происходит что-то странное. Ты говорил про пропавшего мельника — это только начало.

Я вдруг заметил, что он дрожит. Невозмутимый и мрачный Финн чего-то боится! Это открытие так сильно потрясло меня, что я даже пропустил часть его речи.

— Финн, повтори, пожалуйста.

— Мёртвые забывают себя, Питер. Они не помнят, кто они, не помнят свою жизнь. Кто-то стирает им память, Питер — так же, как стёрли память о мельнике, про которого ты говорил.

Он помолчал и затем добавил, глядя мне в глаза:

— Мне страшно, Питер. Я не хочу исчезать.

#################################

Я так и не смог заснуть. Мысли постоянно крутились вокруг пропавших людей, пропавшего принца и Финна. Я знал, что Финн не боится смерти, он скорее жаждет туда попасть… но исчезнуть и потерять память – самое страшное, что могло с ним случится.

Я сам не заметил, как вышел наружу. Ноги сами несли меня прочь от замка, от душных тесных стен, ужасов и загадок его обитателей. Что ждет нас завтра? Новые исчезновения людей? Новая реальность, в которой люди и события в очередной раз перемешаны чьей-то сильной рукой, а лишние просто выкинуты из колоды? Насколько реален окружающий меня мир? Кто сходит с ума – я или он?

Первый раз с тоской подумал я о родном коровнике, о том, насколько понятен и предсказуем был там каждый новый день...

— Эй, оперативник! – со сторожевой башни меня негромко кто-то окликнул. – Подожди, я спущусь.

Ко мне спустился Оливер. Он был в обычном плаще стражи и казался сильно испуганным. Прежде, чем выйти из тени башни, он оглянулся по сторонам и долго смотрел на замок. Наконец подошел.

— Я знаю, что вы на самом деле ищете. – Он надвинул капюшон на голову. – Мальчика. Я знаю, кто его забрал.

У меня перехватило дыхание. Оливер в очередной раз осмотрелся и совсем тихо произнес: — Корнелиус.

Я оторопел. Корнелиус, которого я знал, не мог этого сделать! У меня это решительно не укладывалось в голове. Нет! Только не Корнелиус!

Оливер, видя мое недоверие, добавил: — Да, ваш Корнелиус. Я видел, как он выходил с принцем в ночь похищения. Они шли на запад, к красным горам.

— Это видел кто-то еще или только ты? – Я все еще не мог ему поверить.

— Наверное, только я. Я видел, как он проходил мимо моих ребят, а они даже головы не повернули. Они шли молча, а принц... он шел как во сне.

— А почему только вы это видели?

— Я не знаю, правда, – он всмотрелся в темноту. – Послушайте, это все, что я знаю. Не говорите никому, что это я вам сказал. Найдите мальчика, пожалуйста.

Он отступил в тень и исчез в ней быстрее, чем я успел еще что-нибудь спросить у него.

Вот это был поворот! Старый добрый Корнелиус, который, я уверен, не мог никому причинить зла – и вдруг похищает принца. И главное – зачем? И зачем он нас отправляет расследовать похищение тогда? А может быть, кто-то проник под его личиной? Но зачем тогда скрываться от всех? И кто мог применить заклинание личины внутри замка, где магия не действовала? У меня голова шла кругом.

Хотя, если задуматься, все складывается – над замком магический купол, который ставил сам Корнелиус. Значит, он же и мог его убрать. В комнате принца явные следы магической уборки – а само похищение выполнено точно с применением усыпляющей магии. Никто, кроме Корнелиуса не смог бы это сделать. Но зачем ему это надо было??

Я понял, что если буду думать еще, то моя голова взорвется, как переспелый арбуз. Нужен свежий взгляд со стороны, и желательно, чтобы это был кто-то поумнее меня.

Я отправился к Лорель.

Она открыла дверь почти сразу, как я постучал, как будто ждала меня. В ночной сорочке, с распущенными волосами, полусонная – я её такой видел впервые, и такая Лорель мне определенно нравилась.

— Тоже не спится? – Она улыбнулась, жестом приглашая зайти.

Но я не был настроен на подобные нежности.

— Лорель, появились новые сведения о мальчике. – и я передал ей разговор с Оливером.

Лорель вмиг стала серьезной. Коротко скомандовала: — Отвернись.

Через минуту передо мной предстала Лорель, которую я знал всегда – в походном платье, волосы собраны в пучок, деловая и насмешливая. Моя Лорель.

Она с сожалением оглядела свою комнату, меня… — Идем, Пит. Попробуем потолковать с Оливером. Нужно больше информации. Ты поел? Сегодняшняя ночь будет долгой.

Она поддела меня локтем, — Ты ведь даже не представляешь, на что я способна.

Мы отправились искать Оливера. Лорель, как и я, не верила, что Корнелиус мог похитить мальчика и мы с ней договорились держать всю информацию про Корнелиуса в секрете от всех, пока не получим больше сведений.

Мы бегом поднялись в левое крыло замка и увидели в самом конце коридора мелькнувшую фигуру Оливера в плаще. Помчались туда, что было сил.

В комнате отдыха охраны мы нашли только Гаррета с Дунканом. Или кого-то, похожих на них. За последнее время реальность так часто испытывала мою веру в неё, что я перестал чему-либо верить.

— Где Оливер? -сходу спросила Лорель

— Оливера здесь нет, — слишком медленно ответил Дункан. Так медленно, как отвечают, когда нужно потянуть время, чтобы отвлечь от чего-то важного. Лорель это тоже поняла.

— Тебе отрежут голову, за неподчинение царскому расследованию, — холодно сказала она. – Но сначала он, — и тут она указала на меня, — превратит тебя в мышь!

Видимо, говорящий Джаспер и на охрану произвел впечатление. Стражник побледнел и молча указал рукой на одну из дверей.

— Спасибо! – Лорель круто развернулась и направилась к двери, я едва поспевал за ней. Рванув ручку двери, она внезапно застыла, а затем стала медленно поворачиваться ко мне. Я не выдержал и заглянул через её плечо в проем комнаты – пусто…

Лорель смотрела на меня такими же пустыми глазами и медленно произнесла: — Питер, а что мы тут делаем?

Боже! Я оттолкнул её и ворвался в комнату. Она была совсем крохотной и абсолютно пустой, не считая заправленной кровати в углу и плаща на стене. Но где Оливер?

— Мы ищем Оливера, ты забыла?

— Кто это?

Это походило уже на какое-то сумасшествие. Охранник удивленно смотрел на свою протянутую руку, как будто не понимая, зачем он поднял её.

— Где Оливер?

Он посмотрел на меня такими же пустыми глазами, как Лорель, — Кто это?

Боги! Я снова метнулся в комнату, где еще минуту назад был Оливер. На стене висел его плащ — я точно это помнил. Сейчас плаща уже не было…

Реальность менялась вокруг меня так быстро, что я чувствовал себя лишним в этом мире. Как будто это не они – а я теряю память и выпадаю из обыденного мира. У меня подкосились ноги, и я едва не упал. Прислонился к стене. Тело затрясло крупной дрожью. Забирайте меня, давайте! Уничтожайте, испепеляйте, заставьте исчезнуть! Только перестаньте терзать меня своими загадками, верните мой привычный мир, в котором никто и никогда бесследно не исчезает!

— Питер, что с тобой? – Лорель не на шутку встревожилась. Она принялась поднимать меня на ноги.

Я с трудом поднялся.

— Пит, как мы тут оказались? Я ничего не помню.

Я с ужасом подумал, что Лорель — единственное, что мне по-настоящему дорого и что меня сейчас хоть как-то связывает с этим миром. Если с ней что-то случится, то... я резко подпрыгнул, представляя себе этот кошмар.

— Я тебе потом всё объясню. Лорель… нам надо бежать. Как можно дальше, от всего этого, бежать! Поверь, пожалуйста!

Лорель мне поверила. Она сжала мне руку, и мы помчались так с ней – рука об руку, прочь из замка, прочь от неведомого ужаса, что творился вокруг.

Ворота были закрыты, но я нашел небольшое окно в стене и протиснувшись сквозь него, прыгнул вниз. Лорель полезла следом, я протянул руки, чтобы поймать её, когда она прыгнет ко мне. Лорель прыгнула… и пропала.

Я почувствовал слабый поток воздуха на руках, дошедший ко мне после прыжка Лорель, почувствовал запах её духов… Но сама Лорель не упала ко мне, она словно растворилась в воздухе – молча, бесследно и в один миг, как будто её и не существовало вовсе.

Я отказывался верить в то, что произошло. Я перелез обратно и искал Лорель вдоль стены. Я осматривал каждый сантиметр стены, я звал её, я молил Бога, чтобы она появилась… но все было тщетно, Лорель пропала. Может быть, она просто передумала и сбежала? Стала невидимой? Она не могла пропасть, моя Лорель…

Был только один способ проверить. Я отправился к нашему гостевому дому, с трудом волоча ноги. Сейчас Лорель выпрыгнет из угла и, смеясь, станет рассказывать, как ловко она меня обхитрила. Будет спорить со мной, ссориться и шутливо обнимать в знак примирения. Будет отбирать золотые заявки и бегать вокруг стола от меня, кидаясь книгами. Где же ты, моя Лорель…

Финн не спал. Он устроился в кровати, как в гнезде, и читал при тусклом свете лампы одну из своих книг в черной обложке. Торвин храпел на соседней кровати.

Я долго не решался зайти к ним в комнату. Если случилось то, чего я так опасался, то я не мог это слышать и не хотел. Все, чего мне хотелось, это чтобы Лорель была с нами, была со мной, а эта ночь осталась только лишь кошмарным сном в наших воспоминаниях.

— Финн, — я все-таки пересилил себя и зашел в комнату. – Где Лорель, ты видел её сегодня?

Финн поднял на меня глаза и сказал то, чего я боялся больше всего, от чего у меня тут же подкосились ноги, и я мешком свалился на пол.

— Кто такая Лорель?

Я закричал. Сначала рычал как медведь, а потом просто кричал во все горло, пока не закончился воздух в легких. Возможно, я перебудил половину замка, но мне было все равно. Лорель — моя Лорель, пропала и никто больше её не знал.

Неужели, теперь во всем мире только я один буду её помнить? Неужели, я больше её никогда не увижу?

— Питер, ты её знал? Это связано с мельником и другими пропавшими?

— Да, Финн, да! – удивительно, но Финн помнил наш разговор. Хотя, надолго ли?

Торвин недоуменно посмотрел на нас: — Что за Лорель? Пит, тебе снова приснилось что-то?

— Приснилось?! – во мне начала закипать злость, которую раньше я за собой не замечал. – Да что вы понимаете в этом? Вы как слепые котята, которые не видят ничего, что происходит у них прямо перед носом! Но я вам докажу!

Я принялся лихорадочно искать хоть какие-то зацепки о Лорель, вспоминать все, что могло оставить о ней хоть какую-то память.

В это время в комнату пришел Ирвинг с Мэгги.

— Мэгги, пожалуйста, вспомни! Лорель — ты угощала её пирожками! Это было вчера. Ну же!

— Питер, что с тобой? Ты как будто болен. Что у тебя с глазами? И… я не помню никакой Лорель.

— Ахххххррр, — злость все сильнее закипала во мне. – Как вы можете её не помнить, она же столько лет работала с вами! Обрабатывала заявки!

— Питер, с заявками всегда ты один работал, — с тревогой в голосе заметил Ирвинг.

— Вы все забыли!! – проревел я. Бросился из комнаты мимо застывших коллег и помчался к Корнелиусу. Он должен мне все рассказать!

Глава 3 Сфера

Корнелиус при свете лампы читал книгу в черном переплете с рисунком дракона на обложке. При моем появлении он её поспешно захлопнул. Слишком поспешно, как мне показалось, впрочем, мне было на это плевать.

— Корнелиус! Что за чертовщина здесь творится? Где Лорель?

— Питер, мальчик мой, прошу сядь, успокойся. Бог мой, что у тебя с глазами? А руки??

Я посмотрел на свои руки. Обычные руки, только вот… они отдавали зеленым оттенком, а на ощупь были как необработанное дерево – шершавые и с острыми чешуйками. Он указал мне на зеркало на стене, я посмотрел в него и отшатнулся – мои обычно зелено-серые глаза стали ярко оранжевыми с огромными черными зрачками. Это было одновременно и страшное и захватывающе. Я продолжал всматриваться в своё отражение, пока мне не стало казаться, что оно в ответ всматривается в меня...

Я сел на стул, закрыл лицо руками.

— Корнелиус, что со мной? И где Лорель? И что с принцем? Почему вы его увели?

— Питер, успокойся, — он вышел из-за стола, подошел ко мне, положил руку на плечо, — я помогу тебе и попробую вернуть твою Лорель.

— Вы знаете, кто она? – глухо спросил я.

— Нет. Но это не важно. Подожди, я тебе все объясню!

— Твое изменение во внешнем виде... Ты знаешь, Пит, что все драконы вымерли очень давно. Но… это не совсем так. Последний дракон умер совсем недавно и ты, Пит… ты его сын. Ты последний дракон и в тебе течет их древняя кровь. Восемнадцать лет назад тебя нашли совсем крохой и отдали в деревню, где тебя воспитывали приемные родители.

Я застыл. Я отказывался ему верить, но мои зеленые чешуйчатые руки и огненные глаза говорили мне, что он был прав.

— Но как…

— Твой отец дракон, Пит, а мать человек. Поэтому ты сейчас больше человек, чем дракон, но чем больше в тебе силы и злобы, тем сильнее в тебе просыпается драконья кровь. Возможно, когда-нибудь ты станешь настоящим драконом, но пока ты не готов.

— Мои настоящие родители, — мне тяжело давались слова, голова едва соображала, — они еще живы?

— Когда тебя нашли, с тобой был только твой отец. К сожалению, он напал на нас и нам пришлось его убить. Прости Пит, но много пути не было, иначе он убил бы всех нас. Мы не хотели зла ни ему, ни тебе, но вынуждены были защищаться. Да, в той битве участвовал Торвин и именно из-за твоего отца он лишился памяти.

— Вы убили моего отца??

— Пит, нам пришлось! Не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, но поверь – нам пришлось это сделать!

Он присел на кончик стола

— Как бы то ни было, Пит, ты теперь последний дракон и только ты сможешь остановить то, что происходит вокруг. Мы, маги, называем это забвением. Мир рушится, Пит, и ты единственный, кто еще может его спасти.

К черту мир, захотелось мне закричать. К черту мир, к черту драконов, верните мне мою Лорель. Корнелиус как будто прочитал мои мысли.

— Ты можешь спасти свою Лорель, Питер. И всех людей…Понимаешь… Земля возникла из пустоты, из вселенского ничего. Жизнь на нашей планете зародилась только благодаря вам, драконам. Когда-то, очень давно, из осколков погасшей звезды родились драконы и наполнили нашу планету жизнью. Они защищали её от забвения, в которое её возвращала Вселенная.

— Жизнь — это чудо, Пит. Жизнь создали драконы с помощью древней магии, и только драконы могут ею управлять. Помнишь вашего очеловеченного мышонка? Он стал таким только благодаря твоей магии, Питер. Люди не могут создавать новую жизнь или новое сознание, это могут делать только драконы.

Но я же ничего не делал, — подумал я. Я просто стоял рядом…

— Драконы зародили жизнь, и драконы же её защищали тысячи лет, пока последний из них, твой отец, не умер. Вселенная стала восстанавливаться, и сфера забвения с каждым годом росла все сильнее. И мы об этом могли только догадываться, потому что забвение касалось и нас самих, людей. Мы не помним тех, кто пропадает, их помнишь только ты. И только ты можешь запечатать сферу и прекратить её распространение.

Это было похоже на бред. Весь мой маленький мир состоял из простых вещей — коровник, башня, друзья-оперативники, Лорель… Сюда никак не помещались драконы, сферы, секреты мироздания, о которых говорил Корнелиус. Впрочем, с забвением я уже достаточно крепко познакомился.

Корнелиус принял мое молчание за сомнение и достал книгу, которую читал перед моим визитом.

— Эту книгу мы нашли в пещере, рядом с твоим отцом. Её написали драконы и она по праву принадлежит тебе, Пит. Я отдам её тебе, как только мы все закончим.

– Что закончим? Закроем сферу?

— Да, Пит. Сфера с каждым днем разрастается все сильнее, но я не мог тобой рисковать, пока ты был не готов. Честно, говоря, я не знаю, готов ли ты сейчас…

— Я готов! Корнелиус, отведи меня к пещере, скажи, что нужно сделать, и я закрою эту чертову сферу! Только скажи, как спасти Лорель!

Я был зол на Корнелиуса, на себя, на весь этот несправедливый мир, который вот-вот рухнет в небытие. Единственное, что мне сейчас хотелось – вытащить оттуда Лорель, живую и здоровую, а дальше будь что будет.

— Мальчик мой, это очень опасно. В ядре сферы невероятная концентрация магии. Любой человек внутри сферы мгновенно лишается памяти и превращается в… нечто бесформенное. Он становится просто бестелесной оболочкой без разума, без души, без чувств. Это ужасное зрелище, Пит.

Я сразу вспомнил свой сон, вспомнил сотни серых тел, что кружили вокруг меня в сером тумане.

— Но… – мне не хватило воздуха закончить предложение. К счастью, Корнелиус меня понял.

— Если ты вытащишь оттуда свою Лорель, Питер, то обещаю тебе – я сделаю всё возможное, чтобы вернуть её в наш мир.

— Тогда идем! Сейчас же!

— Хорошо, мальчик мой, хорошо. Спускайся вниз, я соберусь и спущусь. Здесь недалеко, пару часов всего.

Пока я ждал Корнелиуса, я смог немного собраться с мыслями и вспомнил, что меня тревожило во время разговора с Корнелиусом – он так ничего не сказал про принца. Зачем он его забрал? Он ли это был?

Корнелиус спустился, готовый к походу. В темном дорожном плаще, с котомкой и своим неизменным посохом из резного дерева.

— Питер, ты уверен, что хочешь пойти? Это может быть очень опасно для тебя.

— Я готов. Корнелиус… Хотел спросить тебя… Для чего ты взял принца? Куда ты его увел? Охрана видела, как ты выходил с ним. Если это был ты, то зачем мы расследуем его исчезновение?

Корнелиус быстро и оценивающе оглядел меня. Оглянулся на замок. Задумался.

— Понимаешь, Питер. Был шанс закрыть сферу с помощью принца. Это не обычный мальчик, у него великое будущее. Нет, он человек, но… мы сделали все, что могли, но сферу закрыть не получилось. Он остался внутри и скорее всего погиб.

Мне стало его жаль. Хоть я его и не видел, но его одежда, обувь, игрушки в комнате…

— Может он еще жив?

— Питер, когда ты будешь внутри, попробуй найти его. У вас, драконов, должны быть дополнительные чувства. Если он жив – ты почувствуешь это, просто настройся на поиск жизни. В том мире жизни нет совсем и мальчика ты должен почувствовать.

— Хорошо. – Что-то еще не давало мне покоя. – А зачем тогда мы здесь расследуем его исчезновение? Разве король не знает, что ты его забрал?

— Питер, мальчик мой – он снова положил мне руку на плечо. – Это все политика, понимаешь. Вы здесь для того, чтобы сделать вид, что вы его ищете. Если у тебя получится его спасти – это будет просто чудо. Но... я все потом расскажу королю, подвиг его сына не останется незамеченным.

Это было странно, но я решил не уточнять дальше. В конце концов, Корнелиус знает, что делает, а в политические игры влезать я не хотел.

Тем временем мы подошли к пещере. Я бы никогда её не заметил бы, настолько она была скрыта от посторонних глаз. Корнелиус раздвинул ветки и мы протиснулись сквозь узкий проход в камне.

— Корнелиус, ты сказал, что вы нашли здесь меня и моего отца. Если мой отец был драконом, то как он проходил через этот проход?

— Питер, твой отец был драконом, но он жил среди людей и умел обращаться в человека. Иначе как бы он создал семью с твоей матерью? Он мог превращаться и в дракона. Надеюсь, ты тоже так сможешь.

— Зачем мне это?

— Питер, в сфере… ты должен быть драконом, иначе сфера тебя убьет. Я не знаю, как это работает, но раз ты начал превращаться, то внутри сферы должен закончить превращение. Помни, твоя главная задача – остаться живым, что бы ни случилось. Если чувствуешь, что не справляешься – иди обратно, к выходу. Ты нужен мне живым!

А я чувствовал, что должен спасти Лорель и принца. И закрыть сферу. Чего бы мне это не стоило. В мире пропало слишком много людей и многие из них намного лучше меня. Я должен прекратить это, даже если это станет последним, что мне получится сделать в жизни.

— Здесь мы тебя нашли, — он показал вглубь пещеры. В песчанике была выжжена небольшая комната, в которой стоял крохотный стол с нехитрой кухонной утварью, большая кровать и маленькая колыбелька. Настолько маленькая, что казалось, в ней невозможно поместиться даже младенцу. И тут меня как будто поразило молнией – я вдруг вспомнил это место, эту колыбельку, полумрак пещеры, громкий смех отца и запах матери, прижимающей меня к себе. Я стоял, не в силах сделать и шага, меня захлестывала волна воспоминаний, которых я до этого никогда не знал. Отец был громкий и сильный, от него пахло огнем… А мама… была теплой и мягкой, я вспомнил её нежные руки и колыбельную песню, которую она мне пела...

— Питер, у нас мало времени. Если ты готов, то пора приступать, — донеслось откуда-то издалека.

— Да… я готов… — Мне с трудом удалось вернуться в наш мир. – Скажи, что я должен сделать?

— Питер, ты должен зайти в сферу, в самое ядро. Найди, если сможешь, принца и свою Лорель. Возвращайся обратно. Непременно возвращайся, даже если никого не найдешь! Как только ты вернешься драконом, мы начнем закрывать сферу. Её может закрыть только дракон и сделать это можно только снаружи, Питер. Что бы там ни случилось, Питер, помни – ты нужен мне здесь!

Мы подошли к небольшому серому озеру в самой глубине пещеры.

— Сфера здесь. Сюда упали осколки погасшей звезды, Пит. Здесь зародилась ваша раса драконов.

Я с сомнением посмотрел в серую толщу воды. На мгновение в ней промелькнула длинная серая тень и уплыла в глубину.

— Я смогу там дышать?

— Да. Это не вода в её привычном понимании. Это… как бы тебе объяснить… особое состояние магии, её высшая концентрация. Ты все поймешь, когда зайдешь туда. Отправляйся, Пит. Я буду ждать тебя здесь.

Он смахнул со стола остатки посуды и вытащил из котомки книгу с драконом в черном переплете. Я подошел к краю озера и застыл. Что меня ждет в глубине? Смогу ли я превратиться в дракона? Останется ли со мной моя память? Я оглянулся на Корнелиуса – он раскрыл книгу и доставал из котомки странные предметы, в одном из них я узнал короткий серебряный нож и огромный коготь. Коготь дракона? Моего отца?

Я откинул все мысли из головы. Меня ждала Лорель. Если был хоть малейший шанс её спасти, то я должен попытаться.

Я вступил в серую воду. Меня сразу обожгло нестерпимой болью, как будто я сунул ноги в костер, только в тысячу раз больнее. Кожа покрывалась зеленой чешуей, боль стала ослабевать. Я сделал шаг вперед. Снова волна боли, на этот раз и снаружи и внутри – я чувствовал, как мои кости стали удлиняться, мышцы вытягивались, а на спине прорезались два крыла. Еще шаг – и два огромных крыла замахали в воздухе. Я чуть не упал, но оперся на свой шипастый хвост. Сделал еще шаг – и провалился в серую мглу с головой.

Я боялся захлебнуться в озере, но оказалось, что это невозможно в принципе. Я даже не понимал, дышал ли я вообще. Я стоял на дне этого серого озера, окруженный серым непроницаемым туманом, а вокруг меня пролетали серые тени. Это было как в моем сне, только все было наяву. Я попытался ощупать себя и изумлению моему не было предела – я и вправду стал драконом – огромным, тяжелым и наверняка очень грозным. Жаль, что здесь нельзя было посмотреть в свое отражение. Я поднял руки - теперь уже лапы как можно ближе к лицу и увидел громадные когтистые лапы, каждый коготь был размером с мою прежнюю голову. Интересно, какого роста я стал? Я попытался выдохнуть огнем, но ничего не получилось. Боль по-прежнему оставалась запертой внутри тела, по крайней мере в образе дракона я мог её сдерживать.

Что говорил Корнелиус? Найти принца? Почувствовать жизнь? Я пытался что-то почувствовать, даже раскинул свои огромные лапищи, только ничего нового не пришло. Я напрягался изо всех сил, но как ни старался, ничего, кроме тишины не слышал. Неужели принц погиб здесь?

А Лорель? Её я тоже не чувствовал. Вокруг меня продолжали сновать серые тени, иногда касаясь меня своими мягкими формами. Иногда они пролетали прямо сквозь меня. Неужели и принц и Лорель превратились в эти бестелесные создания, без памяти и без души? Как мне найти их здесь, среди сотен и тысяч одинаковых серых теней?

Я двинулся вперед. Тени вокруг ускорились, я стал различать их шепот:

«Он здесь»

»Он его ищет»

«Он хочет его спасти»

Я двигался вперед, пока не почувствовал едва различимую пульсацию где-то справа. Как будто где-то среди этой серой мглы билось живое человеческое сердце и его ритм эхом раздавался во все стороны.

Я свернул к нему. Водоворот теней вокруг усилился, шепот становился все сильнее. Иногда тени врезались в меня с такой силой, что едва не сбивали с ног.

«Он его нашел»

«Он его заберет»

«Мальчик нам нужен, мы должны ему помешать»

Теперь тени врезались в меня на каждом шаге, но драконья броня пока выдерживала. Я подошел и источнику пульсирования и увидел принца. Он лежал на серой земле с закрытыми глазами и как будто спал. Он был одет в королевскую походную одежду и в уличные ботинки, исчезновение которых заметила Лорель. Как он выжил в этой концентрированной магической среде, где могут находиться только драконы? Неужели, ему и вправду уготована настолько великая судьба, что его не сломало даже забвение?

Я осторожно поднял мальчика на руки и понес обратно. Я уже вполне освоился в сером озере и чувствовал направление к выходу из озера.

Тени продолжали меня атаковать со всех сторон. Они стали собираться группами по несколько штук и били по мне огромным кулаком. Я закрыл принца крыльями и шел вперед быстро, как только мог, пока тени раз за разом пытались меня остановить.

«Оставь мальчика, он нужен нам»

«Ты погибнешь здесь, если не оставишь его»

До выхода на поверхность оставалось всего лишь несколько десятков шагов, когда тени решили сменить тактику. Они вдруг выстроились передо мной в огромную бескрайнюю сеть, переплетаясь конечностями друг с другом. Попытка взять их с разгона не удалась, серая стена была хоть и гибкая, но невероятна прочная. Раз за разом я изо всех сил врезался в эту стену, но она оказывалась сильнее меня. Сил уже почти на осталось, одно крыло было сломано, голова с трудом соображала. Из разбитого плеча текла зеленая кровь, а серый заслон оставался все таким же неприступным.

«Он сдается»

«Он останется здесь, с нами»

«Мальчик наш»

Черт с вами! Я ведь так и не смог найти Лорель. Если она здесь – она стала одной из этой слившихся серых теней без памяти. Без Лорель я не выйду отсюда, а значит и рваться наружу нет смысла. Но и принца я вам не отдам! Обессиленный, я упал на колени, не выпуская мальчика из рук. Если он вам так нужен – забери его у меня! Но драться за него я буду до последнего вздоха!

Стена медленно надвигалась на меня. С трудом поднявшись, я уперся лапами и хвостом в серую землю и встретил тени выставленным вперед окровавленным плечом.

Давление было неимоверным. Стена образовала полукруг и тянула меня в центр сферы. Когти скользили по земле, хвост от напряжения был готов сломаться. Последний рывок – и я оступаюсь и падаю назад… как внезапно ощущаю сильный толчок сзади и шепот, ради которого я готов был отдать свою жизнь.

«Только попробуй упасть! В жабу превращу!»

Лорель! Моя Лорель уперлась мне в спину и толкала меня вперед, к выходу! Это было просто невероятно! Во мне неожиданно появились силы и, раздирая и без того разбитое плечо, я изо всех сил уперся в стену. Серая тень Лорель давила мне в спину, я напирал на стену, пока наконец в ней не образовалась дыра. Зарычав, я протиснул в неё плечо и дернулся изо всех сил, разрывая сплетенные конечности в клочья. Стена рассыпалась, я рванул вперед, подхватив тень Лорель свободным крылом.

«Задержите»

«Не выпускайте его»

Тени бросились за мной следом, но было уже поздно – я добежал до подъема на выход и выпрыгнул на берег, как выпущенный из-под воды детский мяч. Тени врезались в зеркало воды и расплывались на поверхности, не в силах выйти из озера.

Я осторожно раскрыл лапы– мальчик казался невредим. Раскрыл крыло, не дыша - под крылом лежала Лорель! Настоящая, живая Лорель!

Радость и боль оказались настолько сильны, что я потерял сознание.

— Очнись уже, ты всё пропустишь! – Корнелиус изо всех сил пнул меня ногой в бок. Боль вернулась, пронзая тело острыми иглами. Из плеча тонкой струйкой текла кровь, сломанное крыло отдавало тупой ноющей болью в спине при каждом вздохе.

Мальчика я так и не выпустил из рук, Лорель лежала на втором крыле.

— Чувствуешь себя героем, да? – он покосился на спасенных. – Только это все зря, Питер. Ты еще не понял? Мне они не нужны.

— Все, что мне нужно – у меня уже есть. Коготь первого дракона и кровь последнего дракона. – С этими словами он изо всех сил воткнул коготь мне в разбитое плечо.

Боль отразилась такой яркой вспышкой, что я подумал, что снова потеряю сознание. Но нет. Кровь хлынула еще сильнее.

Корнелиус торжествующе оглядел коготь, с которого стекала кровь: — Да, это то, что нужно.

— Зачем? — только и мог прохрипеть я.

— Зачем? Ты спрашиваешь зачем?? А зачем я, по-твоему, вытащил тебя из твоей дыры? –Его взгляд вдруг стал настолько злым, что я испугался – больше за принца и Лорель, чем за себя.

— Зачем? Зачем я о тебе заботился все эти 18 лет, Питер, а? Ты никогда не задавался вопросом – зачем этот старикашка возится со мной?

— Затем, что мне нужен был ты, Питер – ты дракон, а не ты мальчишка. Все, что мне нужно от тебя – это твоя драконья кровь. Остальное – к черту.

Он посмотрел на Лорель – Твоя девка сильно помогла мне. Если бы не она, может ничего и не получилось бы. Видимо, она много для тебя значит, раз из-за ты начал превращаться.

Он раскрыл книгу и начал что-то готовить на столе.

— Но вряд ли она что-то вспомнит. Сфера очищает память.

Я с ужасом посмотрел на Лорель. "Неужели она всё забудет?"

— Твой отец, кстати, так и не смог превратиться. Но он был силен. Как же он был силен! Мы втроем едва справились с ним.

Я попытался встать на ноги, но не смог. Сил у меня оставалось ровно на то, чтобы не потерять сознание.

— Не вставай. Мне пока не хочется тебя убивать. Ты должен увидеть, что у меня получится! Только представь, Пит – все эти души внизу – это будущие драконы! Мои будущие драконы! Сильные, могущественные и только мои! Ты будешь свидетелем рождения нового мира, Питер! Осталась всего ерунда!

Он открыл книгу и принялся нараспев читать из неё заклинание. Воздух вокруг него стал как будто гуще, в нем появились искры и запах серы. Я снова попытался подняться, но смог только опереться на одну руку – бой с серыми тенями дался тяжело.

Корнелиус тем временем закончил читать заклинание и пошел к озеру с когтем в руках. Он двигался осторожно и как будто торжественно, а сам коготь переливался маленькими молниями.

Армия драконов? Что Корнелиус хочет сделать с ними? Я вспомнил серые безликие тени в озере – голодные и жадные. Что будет с ними, когда они вырвутся на свободу, перерожденные драконами? Что станет с нашим миром? Я попытался дотянуться до Корнелиуса, но едва смог пошевелить рукой.

— Даже не пытайся, Питер. Лежи и смотри как творится история!

Он поднял коготь над головой, любуясь им, как вдруг весь задергался и принялся трясти рукой. Коготь выпал на пол, а вслед за ним из рукава вылетел Джаспер. Я не мог поверить своим глазам!

— Чертова мышь! – Выругался Корнелиус. Он пытался раздавить ногой Джаспера, но тот успел ускользнуть. В это время сзади него появился Торвин и заключил волшебника в крепкие объятия, не давая ему даже шевельнуть руками.

— Я его схватил! – Торжествующе закричал великан.

Ивринг с неожиданной прытью выскочил из-за спины Торвина, подбежал и закрыл Корнелиусу рот своей рукой. Волшебник задергался, вырываясь.

— Финн, скорей ко мне! Держи ему ноги!

Финн обхватил ноги Корнелиуса и изо всех сил удерживал их вместе, не давая вырваться.

Все это вдруг напомнило мне, как мы в деревне ловили хряка. Он был просто огромный, и, чтобы его зарезать, собралась половина деревни. Мы с отцом и двумя моими братьями держали разъяренного борова за лапы в то время, как мясник пытался дотянуться до него ножом.

Хряк в тот день от нас сбежал.

— Мэг, скорей сонный отвар!!

Пока Мэгги рылась в сумочке, Корнелиусу удалось укусить Ирвинга за руку и тот на пару секунд ослабил хватку. Этого времени Корнелиусу хватило, чтобы выкрикнуть какое-то заклинание, от которого все нападающие на него отлетели, как от стены.

— Глупцы! – Он взмахнул рукой, но тут же был сбит с ног каким-то невидимым ударом. Я проследил его взгляд – в глубине пещеры стоял Люций и в руках у него разгорался следующий огненный шар.

— Мальчишка, — со злостью прохрипел Корнелиус. Быстро взмахнул рукой и Люций отлетел к стене, подобно мешку с картошкой.

Подскочив на ноги, Корнелиус повернулся к Торвину и произнес несколько слов из заклинания на языке, который показался мне знакомым.

Торвин изменился в лице. Секунду назад это был наш Торвин – воин и разрушитель, двухметровый добряк с топором, а сейчас… на нас смотрел Торвин-маг первого уровня, умный, проницательный и от этого немного чужой.

— Торвин, выслушай меня! – Корнелиус поднял руку. – Помнишь, как мы хотели изменить с тобой этот мир? Как ТЫ его хотел изменить? Сейчас самое время! Вдвоем мы сделаем его таким, каким он должен быть! Мы всех заставим подчиниться, Торвин, только подумай – в наших руках будет целая армия драконов и магия! Ты даже не представляешь, Торвин, какая сила скрыта в древней магии этих тварей! Ты и я – станем самыми великими магами из всех, что когда-либо правили на этой земле! Выбирай, Торвин!

Торвин внимательно слушал Корнелиуса. Оглядел нас – стонущего Люция, отброшенных на землю Ирвинга и Мэгги, Финна без сознания. Задержал взгляд на мне — взгляд, полный раскаяния… и прощения? И прежде, чем он открыл рот, я понял, каким будет его решение.

— Нет, Корнелиус. К миру, построенному на крови, я не хочу иметь никакого отношения!

Он еще не успел договорить, как Корнелиус сбил его с ног магическим ударом. Не дав ему прийти в себя, он снова произнес заклинание на каком-то непонятном, но странно знакомом мне языке, и Торвин окончательно притих.

— Вы идиоты! – Корнелиус приподнял руку, как будто зачерпывая что-то из воздуха, потом резко опустил, упершись в невидимую опору. Надавил сильнее, словно упираясь во что-то. Люций застонал сильнее, Ирвинг задергался, будто его придавило к земле огромной тяжестью. Торвин лежал неподвижно, из-под его закрытых глаз текли слезы.

— Идиоты!! – Он надавил еще сильнее. – Вы что, хотели меня остановить?! Это же я вас создал, я! Весь ваш отряд должен быть всего лишь подготовить мне дракона! И только!

Он надавил еще сильнее. Ирвинг покраснел, задыхаясь, Мэгги дергала ногами как при припадке. На всех давила непомерная тяжесть, созданная Корнелиусом. На всех, кроме меня.

— Сегодня вам воздастся! Каждому из вас! За все, что вы совершили!

Он подошел к озеру, ища коготь. Недостаточно близко ко мне, но достаточно для…

Я оперся на одну из рук и что было силы взмахнул сломанным крылом. Адская боль пронзила спину, лучевая кость сломалась окончательно, сухожилия порвались и крыло беспомощно упало на землю.

Я на секунду потерял сознание, а очнулся от громкого протяжного вопля. Корнелиус отпрыгнул и теперь стоял по колено в сером озере, с ужасом смотря на свои дымящиеся окровавленные ноги. Десятки серых рук крепко держали его под водой за ноги и не собирались отпускать.

— Питер, спаси меня!! Мне больно!!! – Корнелиус смотрел на меня обезумившими от боли глазами.

— Разве это боль… — мне было тяжело говорить, сознание висело на волоске от падения в пропасть. – Как ты говорил – сегодня каждому воздастся… Настоящая боль ждет тебя впереди.

И словно услышав мои слова, серые руки рванули Корнелиуса за ноги и потянули в глубину своих вод, раздирая окровавленное тело на части, словно пираньи.

Последнее, что я услышал перед тем, как окончательно потерять от боли сознание – это раздающееся эхом моё имя «Питер! ПИТЕР!»

Глава 4 Новая жизнь

Планерки в это утро не было, мы ждали Ирвинга, который отправился в Академию за пояснениями. Рука у меня была на перевязи, в остальном же я чувствовал себя уже довольно сносно. Я снова был человеком и это для меня теперь самое главное. Ирвинг сказал, что маги могут закрыть сферу, по крайней мере я надеялся на это.

Торвин остался все тем же весельчаком в кожаных доспехах и никакого намека на того другого Торвина, который хотел попросить у меня прощения в пещере. Хотя, впрочем, он иногда замирает, глядя на меня, как будто что-то вспоминает.

Лорель осталась жива. К сожалению, память к ней не вернулась, она не помнила ни свою работу, ни меня. Даже имя своё забыла. Мэгг сказала, что это, возможно, временно, так что нам остается лишь ждать.

А вот принц очнулся. Удивительно, но он все помнил, даже то, что происходило под серой водой. Видимо, Корнелиус не ошибся и мальчика действительно ждет великая судьба. Посмотрим. Я же хотел бы забыть все… но, похоже, это будет преследовать меня всю жизнь…

Ирвинг собрал нас в столовой. Задумчиво оглядел всех.

— Странную вещь я выяснил. Оказывается, Корнелиус никуда о нас не докладывал. Платил нам из нашего же бюджета, а все отчеты просто складывал у себя в столе. О нас вообще там никто не знает! Мы как будто невидимки для них.

— И что нам теперь делать?

Ирвинг встал, подошел к окну. Посмотрел вниз на дорогу, на лес.

— То же, что и всегда. То, что мы умеем лучше всего – берем заявки, решаем их. Закрываем. Только… — видно, как тяжело ему было принять это – только ни перед кем не отчитываемся. Сами по себе.

— Сами по себе? Ахаха, наконец-то! – Торвин радостно стукнул кулаком по столу.

— Так! Ты только давай не расслабляйся здесь! – Ирвинг грозно посмотрел на великана. – Внутренние правила никто не отменял!

— Понятно, — Торвин незаметно подмигнул Финну, потом поймал мой взгляд и отвернулся. Все это время, с событий в пещере, Торвин меня избегал, но разговор с ним был неизбежен. Боже, как бы я хотел все это забыть и жить обычной прежней жизнью!

— Еще один момент, — Ирвинг вдруг посмотрел на меня. – К нам едет проверка из Академии, Питер. Подсобери бумаги со всех последних заявок. Подключи Лорель.

— А зачем они к нам едут? Мы же теперь не относимся к Академии.

— Как мне сказали – проверка на этичность. Мы действовали от имени Академии и теперь они будут проверять, насколько мы… хммм… соблюдали правила Академии.

— Но это же всё Корнелиус! – я начал было возмущаться, но Ирвинг меня перебил.

— Питер! Корнелиус мертв, мы теперь сами отвечаем за свои поступки! Они могут нас и закрыть, если найдут серьезные нарушения! Так что будь добр, разбери бумаги и наведи в них порядок.

Ну здорово! Корнелиус натворил дел, а мне разбирать. Интересно, слышал ли Ирвинг слова Корнелиуса о том, что весь наш отдел создан только для того, чтобы держать меня в поле зрения? А еще и привязать эмоционально…

Я мельком взглянул на Лорель. Она сидела рядом – тихая, молчаливая и совсем не похожа на себя прежнюю. Как же мне её не хватает…

— В общем, по слухам, приедет обычная канцелярская крыса. Посмотрит бумажки, составит отчет и уедет. Пожалуйста, — он вновь посмотрел на Торвина, — ведите себя нормально! Нам только не хватало сейчас с Академией поссориться!

— И кстати! С завтрашнего дня у нас полноценная работа! Жду всех в 9 утра в главном зале! Все, не задерживаю. Питер, останься.

Когда все вышли, Ирвинг закрыл дверь. Тяжело сел на стул.

— Питер, что с Лорель?

Я даже растерялся.

— Что? Учится, вчера вот протокол розыскных мероприятий заполняли…

-Понятно. А что с памятью у ней? Ты видишь какие-то улучшения?

— Нет, — глухо сказал я. Прогресса и правда не было, Лорель помнила все, что касалось её прошлой жизни, но совершенно не помнила работу в башне и не узнавала никого из нас. Она сама очень расстраивалась из-за этого, я даже видел, как она плакала.

— А что Мэгги? У ней получилось что-нибудь?

— Да ничего не помогает. Либо это уже навсегда, либо тут нужна какая-то магия посильнее.

— Я узнавал в Академии, там тоже об этом не слышали. – Он потер переносицу. – Питер, а ты сам не можешь? Ну своими этими новыми способностями?

— Какими способностями? Я не могу превращаться в дракона по щелчку пальцев. И тем более лечить кого-то. Я бы и себя вылечил, если б смог – я махнул забинтованной рукой.

— Понятно-понятно. А с книгой что?

— Люций пытается перевести. Пока он не получается. Говорит, настолько древний язык, что кроме книги больше никаких записей нет.

— Мда, — Ирвинг задумчиво покачал головой. – Со всех сторон тупик. Ну ладно, будем ждать. Хотел тебя попросить – попробуй провести с Лорель какую-нибудь эмоциональную перезагрузку. Только не сильно эмоциональную! Может быть, её что-то подтолкнет. Попробуй хотя бы.

— Хорошо, попробую.

— Ну ладно. Не задерживаю. Завтра не забудь собрать новые заявки и бумаги, Питер! Готовь бумаги к проверке, пусть мы хотя перед Академией отчитаемся и закроем вопрос.

— Хорошо.

— Ну ладно, иди. С Лорель поосторожнее!

#######################################

Когда я поднялся в нашу комнату, Лорель составляла отчет. Подняла на меня глаза и произнесла: — Снова обо мне разговаривали?

Я кивнул. Уж что, а проницательность у неё осталась.

— Питер, — она закусила нижнюю губу. – Давно хотела спросить… Скажи, а у тебя со мной… той мной… было что-то?

Вопрос застал меня врасплох.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ну… мы целовались? Или еще что… — Она покраснела.

Боже, я никогда не видел краснеющую Лорель. Это было бы забавно, если бы не было так печально.

— Нет, мы не целовались.

— Но… ты меня спас тогда из озера… вот я и подумала…

-Ну вообще-то это ты меня спасла. Если бы не ты, или твоя тень, я бы может так и остался бы в озере.

— Понятно. – Она приподняла чистый лист и что-то отметила на втором листке под ним. – Спасибо, Питер.

— Да пожалуйста.

Я вдруг вспомнил совет Ирвинга и решил им воспользоваться. Тем более, что Лорель сама подсказала мне как.

— Лорель, теперь у меня к тебе вопрос. Скорее предложение. Я хочу кое-что проверить, твоя задача – сидеть и не шевелиться. Ты готова?

— Да.

Лорель замерла. Я секунд десять медлил, пока наконец не решился. В конце концов я делаю это не для себя, а для неё.

Я подошел к ней и поцеловал её прямо в губы. Быстрым коротким поцелуем. Сердце колотилось как бешенное, кожа под рубашкой начала шелушиться и деревенеть. Только не сейчас!

Лорель вспыхнула. Она покраснела еще сильнее, глаза расширились, но она продолжила сидеть неподвижно.

— Ты что-то чувствуешь? – Голос у меня стал предательски хриплым.

— Нет. А должна?

— Ирвинг сказал, что это могло помочь вернуть тебе память. По крайней мере попытка не пытка.

— Я ничего такого не чувствую, Питер. Это было… приятно. Но я не вспомнила ничего.

— Понятно. Ну ладно, – я попытался улыбнуться. — Я скоро приду.

Я выбежал из комнаты, краем глаза заметив, как Лорель снова что-то записала в свой спрятанный листок. Мне было жарко и холодно одновременно. Сердце стучало как кузнечный молот, а голова горела. Приятно – это же хорошо? Или это просто комплимент, который всем говорят? Этих женщин никогда не поймешь.

Я взглянул на свои руки – так и есть, они уже сменили цвет на зеленый, стали заметно толще, а кожа грубее. В зеркало можно было не смотреться, я уже по отражению на стене понял, что глаза стали светиться ярко-оранжевым.

Так, надо успокоиться. Не думать о Лорель, думать о чем-то… спокойном. Мне вдруг вспомнился мой коровник, и я ухватился за это воспоминание, словно за спасительную соломинку. Ух вы грязненькие мои, сейчас я за вами уберу. Как же звали коров? Виктория, Анжелика и… Карамелька! Точно, Карамелька. Маленькая, с огромным белым пятном на боку, но почему-то дающая больше всех молока. Однажды к ним пролезла змея, и Карамелька её тут же затоптала. А потом начала её жевать. Как же мне влетело тогда от отца, когда он увидел свисающий хвостик у неё из пасти. Оказывается, коровам нельзя есть ядовитых змей, от этого у них может пропасть молоко.

Я снова посмотрел на свои руки – они стали почти обычного цвета. Сойдет. Надо бы заняться бумагами, но… я решил сперва заглянуть к Люцию.

Стажер-оперативник сидел за столом и старательно перерисовывал какую-то схему из черной драконьей книги.

— Пит, привет. Ты за книгой? Я еще не закончил.

— Нет, оставь пока у себя.

— Хорошо. А я никак не могу разгадать язык, на котором она написана. Похож на староальтский, но буквы совсем другие и слова никак не вяжутся друг с другом. Бессмыслица какая-то…

— Слушай, Люций. Когда я в пещере упал в обморок сознание — Лорель долго была без сознания?

— Да нет. Кстати, я заметил – и Лорель и мальчик очнулись практически в один момент, как ты отключился. Я еще подумал – вы как будто связаны были все трое.

— А что с принцем? У него же нормально все с памятью?

— С ним все хорошо, Ирвинг отвел его к отцу. Ты говорил, что у него был старший брат, но о нем никто не вспоминал. Даже принц ничего не сказал. Хотя он помнил все, даже все, что было там… в озере. Рассказал про стену из серых тел, ох и жуть какую ты перенес, Питер. Хорошо, что магистры её закрыли.

Это было странно. Я ведь совершенно точно помнил, что мальчик лежал с закрытыми глазами и все время, что я его нес, он лежал неподвижно, как будто спал. Как он мог помнить все это? Голова кругом.

— Кстати, Люций. Вы тогда очень вовремя меня спасли… Но как вы догадались идти к пещере? Вы же не поверили мне тогда про Лорель.

— О, забавно. – Люций улыбнулся. – Мы сначала не поверили, а потом Ирвинг стал прикидывать весь объем работ и сказал, что ты один точно не справился бы по всеми задачами, а значит, с тобой кто-то работал вместе. Ну мы и пошли за тобой следом, Эльвира нас вела точно по вашим следам. Ну и подслушали весь ваш разговор.

— Кстати, по поводу разговора… Как ты думаешь, Торвин действительно убил моего отца? Намеренно?

— Я не знаю, Питер. – Люций посмотрел прямо на меня, – Но Торвин хороший, правда. Тот, который с нами – он точно хороший и добрый. А тот, что был в пещере – он отказался от власти ради нас. Скорее всего, ради тебя, Пит. Я не знаю, что было с твоим отцом, правда, но Торвин вряд ли бы его убил просто так. Питер, я думаю, тебе надо его простить.

Простить. Как будто это так легко сделать, словно по щелчку пальцев – раз и простил.

Каково это – вспомнить свою колыбельку, помнить руки отца и его громкий голос… и видеть человека, который его убил? Видеть изо дня в день. Хоть он и не помнит всего этого, но все же…

— Люций, ты же слышал, что Корнелиус сказал Торвину? Ему можно вернуть воспоминания?

— Нет, Пит. Это заклинание, стирающее разум. Корнелиус его так хитро наложил, что стер память только о том Торвину про все, связанное с Академией… и с твоим отцом. Это безвозвратное заклинание, Пит. Думаю, мы теперь никогда не узнаем, что там случилось.

— Ладно, — меня уже стал напрягать этот разговор. – Пойду поработаю, много дел. Спасибо за помощь, Люций. И за участие.

— Да без проблем, Пит. Кстати, как Лорель? Что-то уже вспомнила?

— Нет. Пока никак. Но… надо подождать, может придет само.

— Да, подождем. Держись там.

— Хорошо.

Разговор с Люцией придал мне сил. Может и правда, надо немного подождать и память Лорель вернется? Ведь не все же она забыла, пока была этой тенью. И что она там всё пишет в своем листочке?

#######################################

На следующее утро никто даже не опоздал. Ирвинг хмуро разглядывал команду, но придраться было не к чему – все пришли вовремя. Даже Торвин был намного сдержаннее и молчаливее, чем обычно.

Лорель сидела молчаливая и смущенная, как будто это была её первая планерка. Бог мой, это ведь и правда была её первая планерка!

— Прежде, чем начнем, хочу напомнить – проверяющий приедет сегодня! Ведите себя как обычно, делайте то, что делали всегда. Я думаю, он ненадолго, на пару дней максимум.

— Ладно. Питер, Лорель, что у вас по заявкам? Давайте пока возьмем самые простые, нам сейчас ни к чему светиться.

Я кивнул Лорель, она встала.

— Есть заявка по черной курице в деревне Требка. Пишут, что приносит неудачу каждому, кто посмотрит на неё. А поймать не могут.

— Что за бред? – Начал было усмехаться Торвин, но быстро сник под грозным взглядом Ирвинга.

— Бред не бред, а проблема есть, её надо решать. Эльвира, слышала что-то про черных куриц?

— Я знаю проклятье, которое принесет неудачу, — ответила ведьма. – Но про курицу слышу впервые.

— Ага. Люций, а у вас в Академии рассказывали про такое?

— Нет.

— Серьезно? Это же у всех на четвертом курсе. Народные приметы или как-то так.

Люций отрицательно помахал головой.

— Странно. Но ладно. Эльвира, тогда бери себе заявку, отправляешься одна. С курицей справишься, думаю. Главное – деньги возьми наперед! А то мало ли как повернется. Что у нас дальше?

— А можно я голову курицы себе оставлю? – Эльвира хищно улыбнулась. – И лапки. На сувениры.

— Да хоть всю себе оставляй. Ты её поймай, главное! Лорель, давай дальше.

— Есть заявка по колодцу. Деревня Коптик. Из колодца доносится голос, местные боятся набирать воду, ходят в соседнюю деревню.

— Голос из колодца? Хммм... У них никто не пропадал в последнее время?

— Нет.

— Хммм. А этот голос из колодца что-то говорит?

— Просит пить.

В комнате воцарилась тишина. Ирвинг задумчиво смотрел на Лорель, Лорель не поднимала глаз от листка. Торвин ошалело смотрел на всех по очереди.

— Просит пить? В колодце?! — Ирвинг прикрыл глаза рукой. — Финн и...эмми... Мэгги, это ваша заявка. Съездите, посмотрите, что ему надо. Может утопленник какой. Верёвку возьмите из кладовой.

— Бедняга, -протянула Мэгги. — Приготовлю отвар из мухоморов с ясноцветом, после него неделю не захочется воды.

— Пить! В колодце! — Торвин развеселился, стукнул Финна по плечу. — Вот умора!

— Отстань, – Хмуро отозвался некромант.

— Так, Лорель, для этого малыша есть что-то? — Ирвинг указал на Торвина.

Лорель принялась смущённо перебирать заявки. Пришлось мне встать и помочь ей.

— Есть. У кузнеца в Трубечах пропал хряк. Пишут, что хотели зарезать, да он сбежал. Теперь ошивается по лесу и нападает на всех. Нужно поймать, а лучше убить.

— А ещё лучше — убить и принести сюда, — с нажимом произнес Ирвинг. — У нас свинина как раз заканчивается.

— Без проблем! — Торвин ухватился за топор. — Хоть прямо сейчас!

— Подожди. Что ещё есть, Питер?

— Остальное ерунда, подождёт.

— Хорошо. Тогда всё, не задерживаю. Джаспер! Подойди на минуту.

Мне было интересно, зачем Ирвингу нужен был Джаспер, поэтому я немного задержался, делая вид, что собираю бумаги.

— Джаспер. Так же тебя зовут?

— Да! — Хмуро ответила мышь. — Пора бы уже запомнить!

— Да-да, хорошо. Тебе персональное задание, раз уж ты решил стать оперативником. Сегодня приедет проверяющий, будет сидеть в архиве. Найди местечко себе там... посмотри за ним. Что делает, какие заявки смотрит, о чем пишет.

— Вы хотите, чтобы я следил за ним?! — Джаспер был как будто возмущен.

— Да.

— Двойной паёк!

— Эмм... Хорошо.

— Договорились!

Джаспер с гордым видом спрыгнул со стола, прошмыгнул под дверью и побежал в сторону архивной комнаты. Странно получается — даже мышь стала оперативником быстрее, чем я.

— Питер, — Ирвинг обратился ко мне. Кроме нас, в комнате уже никого не осталось. — Поговори с Торвином, пожалуйста. Он не такой плохой, как бы думаешь.

— Он убил моего отца!

— Да. Но это... Со слов Корнелиуса. Ты же знаешь Торвина, Питер, он не такой.

— Я не знаю, каким он был! — отрезал я.

— Но сейчас-то он другой! Это наш Торвин! Питер, ты пойми — люди меняются, они могут совершать ошибки, сожалеть о них. Поговори, пожалуйста с ним.

— Хорошо, — буркнул я, отправляясь в нашу с Лорель комнату. Что-то я не замечал, чтобы Торвин о чем-то сожалел. Как по мне, он как был грубым здоровяком, таким и остался. Как он только в оперативники попал!

Лорель я встретил в нашем "гнезде" с голубем и запиской в руках.

— Питер... У голубя золотое кольцо... Что это значит?

Ну вот и дожили. Лорель не знает, что делать с золотой заявкой. Меня вдруг стал разбирать смех, настолько сильно было противоречие между прежней Лорель и нынешней.

— Голуби с золотым кольцом – это королевские заявки. Короли тоже люди и им бывает нужна наша помощь. За такие заявки хорошо платят. Раньше… хммм… ты любила такие заявки.

Мы внутри команды договорились, что не будем при Лорель обсуждать то, какой она была раньше, потому что видели, как это её расстраивает. Но сейчас это у меня абсолютно вылетело из головы, и я вспомнил о нашем правиле, только когда заметил поджатые от обиды губы Лорель.

— Я поняла, — она отцепила записку от голубя и поместила его в отдельную клетку. Села за стол и принялась заносить заявку в наш журнал.

Мне было ужасно стыдно, что я так себя повёл с ней.

— Лорель, прости. Я… не хотел тебе напоминать о твоей прошлой жизни.

— Все нормально, Питер, — она даже сделала попытку улыбнуться. Конечно, эта улыбка была всего лишь тенью прошлой Лорель, но, по крайней мере, начало было положено. Кто знает, может быть новая Лорель станет ничуть не хуже прежней…

Она снова отогнула край листочка и записала что-то под него. Я уже не выдержал.

— Лорель, а что ты там все записываешь?

Она покраснела.

— Это… для меня. Мои личные записи.

— Ну что там? Совсем-совсем личное? А про меня там написано?

Она достала листок и смущенно посмотрела на меня.

— Про тебя там много написано. Я… думаю, что возврат памяти связан с тобой, надо только понять, как именно. Я записываю сюда все, что удается узнать про тебя… про нас… возможно, в этом есть ключ.

Я восхищенно посмотрел на неё. Как же мне захотелось обнять её сейчас! Моя прежняя Лорель – проницательная и сообразительная — возвращалась! Пусть она еще ничего не помнит, но она уже ищет себя!

— Ты молодец! — только и смог сказать я. – Продолжай, я думаю, у тебя все получится!

— Спасибо, — она снова спрятала листок. — Питер, утром прилетала заявка с голубым кольцом, это же из Академии, да?

— Да. Ты отдала её Ирвингу?

— Нет. Сначала хотела поговорить с тобой. Там… про тебя написано. Посмотри.

Она протянула мне скрученный листок. В её глазах промелькнула тревога – или мне показалось?

Странно, откуда Академия знает обо мне? Ирвинг сказал, что он доложил магистрам обо всем, что произошло в пещере. Обо всем, кроме моей роли. Обо мне и моих способностях кроме команды и мертвого Корнелиуса никто не знает.

«Питер из Отдела магии Особого назначения. Вам необходимо явится в Академию для дачи показаний по делу Корнелиуса. Возьмите с собой артефакты из пещеры. Альбиус»

Кто такой этот Альбиус? И откуда он узнал про артефакты – книгу и коготь? О них Ирвинг тоже не докладывал. Я отправился к нему.

Ирвинга я застал в его кабинете. Узнав о записке, он наморщил лоб и долго вспоминал что-то. Потом махнул рукой и достал свой блокнот.

— Альбиус, точно! – наконец нашел он нужный листок. – Магистр первого уровня, орден огня.

Увидев мой недоуменный взгляд, добавил – Один из магистров первого уровня, Питер. Причем, не самый выдающийся. Но я ему ничего не рассказывал про пещеру. Я общался только с Советом Трёх, они обещали все держать в тайне.

Пришлось напрячь все свои скудные знания об Академии. Совет Трёх — Ихтиус, Актиус, Нобиус – фактически управляли Академией и в целом задавали курс на развитие магии. В подчинении у них было около сотни магов первого уровня, некоторые из которых занимались преподаванием дисциплин у студентов, остальные занимались, видимо, чем-то еще. Тут мои познания о Академии заканчивались. Корнелиус тоже был магом первого уровня. Как и Торвин, кстати. А теперь еще и этот Альбиус.

— Надо ехать, Питер, — мрачно подытожил Ирвинг. – Я пока возьму Лорель под свой контроль, а ты езжай завтра прямо после планерки. Попроси Люция отвезти тебя до пристани.

— Книгу брать? И коготь этот…

— Да. Ну раз они написали, то бери.

— И… рассказать им всё?

— Питер, если будут спрашивать – то расскажи. Всё, начистоту. Если они начнут задавать о тебе вопросы – значит, они уже все знают, скрывать смысла нет. Себе дороже выйдет.

— Я слышал, — он понизил голос, — у них есть какая-то тайная служба, следователи и все такое. Если они вышли на след – пиши пропало. Так что лучше не отпирайся, но и лишнего тоже не говори. Только то, что спрашивают.

— Я понял.

— Как приедешь, зайди к ним в канцелярию, напиши, что добрался. И как поедешь обратно – тоже напиши, чтобы встретить тебя. Бери голубей с кольцом, они быстрее. Ну ты и сам знаешь. Книгу никому не показывай. У Люция получилось, кстати, с ней?

— Нет…

— Будешь в Академии – зайди к библиотекарю. Увидишь, он там один. Скажи, что ты от меня, он знает. Может быть у него получится.

— Хорошо.

Ирвинг мне слегка успокоил. Может и вправду, не стоит уже скрывать своё происхождение и честно всем признаться? Кому уж можно доверять, если не магистрам? Хотя, с другой стороны, Корнелиус, тоже был магистром…

Погруженный в раздумья и неторопливые сборы, я даже не заметил, как приехал проверяющий. Что удивительно – это был настоящий гном, невысокого роста и с густой бородой. Небрежно махнув нам рукой, он незамедлительно отправился в комнату с архивом и принялся читать наши журналы с заявками, что-то выписывая себе в блокнот.

Ирвинг называл его Брун. Вполне подходящее имя к гному, как по мне. Он не выходил из архивной комнаты до самого вечера и Джаспер, я так понимаю, был где-то рядом с ним.

А вот вечером Брун пришел ко мне.

— Питер? Ведь так?

— Да, меня так зовут.

— Отлично, Питер! Хотел с тобой поговорить!

Голос его был слегка глуховат, манеры неряшливы, а лицо скрывала огромная рыжая борода. Но вот глаза так и шныряли по комнате. Сдается мне, не так-то прост был этот Брун…

— Куда-то собираешься, Питер?

— Да, завтра еду… А вы по какому делу ко мне?

— Да-да, прости. Природное любопытство. Я, собственно, по вашему последнему делу, по похищению принца Корнелиусом. Вы в отчете указали, что нашли принца в пещере, вместе с Корнелиусом. И он там якобы проводил какие-то магические обряды. Так?

— Да.

— Корнелиус был один?

— Да.

— Он называл какие-то имена? Может быть прозвища? Может быть, звал кого-то из Академии?

— Нет.

— Хорошо. А ты видел, Питер, как он умер?

— Да. Это было перед тем, как я потерял сознание. Он упал в это озеро и утонул там. Это все есть в отчете.

— Да-да, я видел. Вы смогли одолеть магистра первого уровня, — он пристально посмотрел на меня, — а это не так-то просто. Я прямо удивляюсь вашей команде.

Я пожал плечами. Этот допрос начал меня уже нервировать. Однако, это был проверяющий из самой Академии, поэтому выгнать его я не мог.

— Питер, последний вопрос. Ты давно уже здесь работаешь?

— Почти два года.

— А как так получилось, что за два года ты не стал оперативником?

Тут он попал в точку. Крыть мне было нечем и рассказывать правду о своем происхождении я не мог. Да и не хотел. Я снова пожал плечами.

— Хорошо-хорошо. Извини, что потревожил, спасибо, что помог. Спокойной ночи, Питер.

— Спокойной ночи.

Когда он ушел, я еще долго валялся без сна, размышляя обо всем, что со мной происходит. Хотел бы я стать оперативником? Конечно, хотел! Заниматься заявками и журналами – это не моё точно. Вместо всего этого я лучше бы отправился с Торвином ловить гигантского кабана, изгонять признаков с Финном, рисковать жизнью и бывать в таких опасных местах, что и подумать страшно.

Вот это была бы жизнь! Ночевки у костра в лесу, дорожные байки-страшилки, стычки с разбойниками – вместо этого я проживаю жизнь унылого клерка, прикованного к письменному столу. Из происшествий у меня сейчас может произойти разве что порез бумагой.

Завтра меня ждет побег из рутины. Путь к Академии хоть и не такой большой, но все же достаточный, чтобы почувствовать себя наконец-то свободным. Пару часов до пристани, день на корабле и один день пешком. Интересно, что меня там ждет?

#######################################

Я и не заметил, как заснул. Очнулся в сером тумане и меня сразу бросило в пот. Неужели кошмары повторяются?

Но как я не напрягался, я не слышал ни одного шороха, не увидел ни одной пролетающей тени. Видимо, магистры закрыли сферу так, что все души пропали из неё. Мне стало даже любопытно, и я принялся бродить в сером облаке, изучая каждый его кусочек. Страх совсем прошел, к тому же я понимал, что это лишь сон, хоть и очень правдоподобный.

Я вышел на большую равнину, здесь туман слегка рассеивался и было видно лучше. Сверху даже пробивался какой-то свет. Что это – Солнце? Звезды или какое-то другое светило? Что это за мир?

Внезапно я услышал какой-то далекий зов, очень тихий, похожий на ветер, но налетающий периодами. Я не различал, что за слова в нем были, но чувствовал, что мне нужно туда. И я пошел туда – сквозь весь этот серый мир, спотыкаясь о камни, переползая через внезапно возникающие валуны. Острые холодные грани камней резали кожу и с каждым шагом идти становилось все труднее, серая мгла как будто не хотела меня пускать и становилась гуще вокруг меня, не давая продвигаться вперед.

#######################################

Я сделал очередной тяжелый шаг и открыл глаза – и оказался в своей постели в башне, тяжело дыша и обливаясь потом, как будто все это происходило вживую.

Что это было? Сон? Если да, то он был очень уж реалистичный.

В столовой меня ждал Торвин. Дождавшись, когда уйдут остальные, он подсел ко мне с пустой тарелкой, всем своим видом показывая, что настроен на серьезный разговор.

— Питер, давай поговорим. По поводу того, что было в пещере… и вообще. Про твоего отца.

— А что ты мне хочешь сказать про моего отца? Ты разве хоть что-то помнишь?

— Нет… Питер, я правда ничего не помню. И теперь уже вряд ли когда-нибудь вспомню. Но я хочу… Разобраться с этим. И с тобой.

Было видно, как тяжело даются ему слова признания. Мне и самому этот разговор был в тягость, но раз уж Торвин хочет разобраться в этом, то почему бы и нет.

— Питер, ты же знаешь меня. Уже не один год. Я теперь такой. Я не магистр и никогда им не стану — Боль в его глазах говорила мне о нем больше, чем его слова. – Я навсегда останусь таким, Питер. Того меня больше не существует. Если ты не можешь меня простить… я уйду. Я понимаю.

Я никогда Торвина таким не видел. Я видел громилу-Торвина, видел проницательного мага-Торвина. Но настоящего Торвина я видел только сейчас – искреннего, молящего о прощении. Если у людей все же есть душа, то Торвин мне только что открыл свою полностью, и это очень сильно меня тронуло.

— Торвин и ты прости меня. Я же злюсь не на тебя, а на того, другого Торвина… Что же поделать, если вы с ним так похожи, — я попытался улыбнуться, в то время как предательская слеза потекла по щеке.

— Друзья! – громогласно проревел Торвин, хватая меня в самые крепкие объятия в моей жизни.

— Друзья, — прошептал я, не в силах даже вдохнуть. Прошептал больше для себя, чем для него.

— Ну, пойдем на собрание! – Он хлопнул меня по плечу. – У меня такие новости – закачаешься!

Возле самой двери он обернулся: — Питер, я заходил к тебе час назад, где ты был?

— Так я… спал…

— Но тебя не было! Хотел поговорить, ну да ладно. Пошли уже!

Я отправился за ним. Не было? Что за бред, я же всю ночь спал в кровати. Что-то заставило меня взглянуть на свои руки – боги! Они все изрезаны и стерты!

В этот раз на планерку к нам заглянул Брун. Он долго извинялся и сообщил, что делает это исключительно ради соблюдения протокола.

— Я не буду вам мешать, просто тихо посижу в уголочке. Считайте, что меня нет вовсе.

Он положил перед собой стопку бумаг и принялся их перебирать, делая какие-то заметки. Ирвинг нахмурился, но решил все же начать собрание.

Я с ужасом смотрел на свои израненные руки. Мэгги проследила мой взгляд, нахмурилась и протянула мне один из своих пузырьков. Я помазал руки, раны приятно защипали.

— Итак, Торвин. Ты сегодня весь такой радостный, наверняка есть чем поделиться? Ну давай, рассказывай.

— Да! – Торвин как будто вырос на пару сантиметров. Радостно посмотрел на меня.

— Что по заявке?

— Ах, да. Завалил я эту скотину! Ох и крепкая оказалась! Привез в телеге, сейчас в подвале. Тяжеленая! На пару месяцев теперь еды хватит!

— Вот молодец! Вот прям хвалю! В кои-то веки взял сам и выполнит целиком заявку! И пропитание еще добыл! Не обещаю, но постараюсь выделить тебе премию в этом месяце!

Торвин весь светился от радости. Как же все-таки мало нужно человеку для счастья. Хвалите его и он расцветет.

— Как ты завалил эту зверюгу, давай рассказывай.

— Ахахаха! Подхожу я значит, к деревне и вижу – сидит тварь в кустах, только глазами на меня лупит. Огромные такие! Я значит, подкрадываюсь, а она – как рванет! Но я – то не дурак! Топором её раз – и точно промеж рогов!

— Молодец! Главное, что сам не пострадал! – Ирвинг потянулся было к столу, но замер на полпути.

— Повтори, что ты сейчас сказал?

— Я говорю – топором её раз! И лежит родимая!

— Топором?

— Да.

— Промеж рогов?

-ДА!

— Торвин! У тебя была задача – найти и убить кабана! А ты кого завалил?!

В комнате воцарилось молчание. Даже Брун отложил свои бумаги и недоуменно переводил взгляд то на Ирвинга, то на великана. Думаю, если бы не присутствие Бруна, то для Торвина все было бы намного жёстче.

— Эм… там была бешеная корова, как вы и сказали. Но она набросилась на меня! Я не виноват!

— Торвин!! У тебя была задача. Убить. Кабана! Боже… — Ирвинг прикрыл глаза рукой.

— Простите, а что происходит? – подал голос Брун с задней части комнаты.

— Эмм… да все нормально, рабочие вопросы. Уточняем задание!

— Понятно. Ваш…эээ… Торвин, он что-то не то сделал?

— Нет-нет, все так. Только немного… по-другому. Понимаете…

Вдруг к столу подошла Лорель и принялась перебирать бумаги. С торжествующим видом вытащила одну из них и, немного смущаясь, принялась читать:

— В Квидичах пропала корова. Оказалась – её утащил оборотень, но ей удалось сбежать. И она оказалась покусана оборотнем и теперь сама стала оборотнем. Местные жители просят найти и убить её. Воет по ночам, нападает на коровники. Коровооборотень.

— Коровооборотень? – недоверчиво переспросил Ирвинг.

— Да. – Лорель слегка кивнула в сторону Торвина.

— Ах, да. – Ирвинг принялся соображать на ходу. – Понимаете ли, профессионализм наших оперативников настолько велик, что они действуют… хммм... на опережение. Могли же пострадать крестьяне, дети в конце концов. Вот Торвин и не удержался и выполнил заявку быстрее, чем она пришла. Торвин, ты … молодец.

— А, ну понятно. Да, молодец. – Брун поставил галочку в бумаге и принялся читать дальше.

Ирвинг просверлил Торвина взглядом, но промолчал. Глухо выдавил: — Что у нас дальше? Эльвира?

— Я тут, — радостно отозвалась ведьма. – У меня все хорошо!

Она порылась в своей сумочки и достала из неё куриную голову на веревочке. Голова была абсолютно черная, а глаза как будто немного светились изнутри, словно два разгорающихся уголька.

— Бог мой, Эльвира! Убери это! – Ирвинг отвернулся в сторону и даже закрыл глаза.

-Ну сколько раз тебя просить – ну не тащи ты эти проклятые вещи на собрания! Хлопот от них потом не оберешься! Вот только неудачи нам сейчас и не хватает!

— Она же отрезанная, — улыбнулась ведьма.

— Да все равно! Просто не тащи! Оплату получила со старосты?

— Да.

— Хорошо. Как ты её, кстати, поймала?

— Ой, да просто совсем. Насыпала пшена в мешок, а потом — раз и схватила. Главное, не смотреть на неё.

— Молодец. Ну хоть кто-то может нормально выполнить свою работу. – Он покосился на Бруна, но тот был погружен в чтение.

— Финн, Мэгги, а что у вас? Узнали, что за голос в колодце?

— Узнали, милок, узнали – Мэгги чуть приподнялась над стулом. – Водяной это, чтоб его бес взял. Напился намедни, да и свалился в колодец. Утром всю воду выпил, а вылезти не смог. Вот и кричал оттуда, да никто не хотел помочь ему.

— Вот же скотина, — раздосадовано протянул Ирвинг.

— Мы его вытащили веревкой, да до речки доволокли. Вода в колодце набиралась, авось уже подошла.

— Ну молодцы. Финн, ты с нами? Финн?!

Финн открыл глаза.

— Я с вами. За водяным снова должок.

— Да, должок. Теперь уже не отвертится, как-никак жизнь спасли.

— А часто у вас такое происходит? – Вдруг подал голос Брун. – Водяной, это же ваш коллега, да?

— Нет-нет, — возмутился Ирвинг. -Это…хммм… наш подрядчик, так сказать. Он сам по себе, мы иногда даем ему задания, связанные с водной средой. Но мы …хммм… не может его контролировать, так что…

— А ну понятно. – Брун снова углубился в бумаги.

— Ну хорошо, — Ирвинг уже почти успокоился. – Лорель, что у нас там по новым заявкам? Кстати, народ, напоминаю – с сегодняшнего дня Питер в командировке и Лорель за старшую.

— Есть заявка про нашествие крыс…

— Мэгг, возьмите с Эльвирой крыс себе. И сделайте уже что-то со спящей красавицей! Второй месяц тянем, ну сколько можно уже! Финн! Попробуй ты. Может она уже и не спящая, а… разберись в общем. Лорель.

— Есть еще золотая заявка…

— Так, пока давай не будем. Отпишись им, — он покосился на Бруна, но тот не обращал на них внимание, — что заявка в работе. Возьмем, как сможем.

— А вообще, пусть сначала закончат с кабаном. Торвин!

Великан подпрыгнул на месте.

— Берешь с собой Люция и разделайтесь уже с кабаном!

— Я не хочу за ним смотреть, — возмутился Люций. – Он снова что-то учудит, а мне потом получать за него…

— Люций! Вы – напарники с Торвином и давай уже посерьезнее. Смотреть за ним — это тоже часть твоей работы. С вас кабан!

— А Джаспера мы берем? – Торвин хитро улыбнулся.

— Нет…

— Джаспер, это, простите, кто? – осведомился Брун.

— Это….хммм… наш скрытый оперативник.

— Если это та мышь, что наблюдает за мной с первого дня, то прошу, избавьте меня от её присутствия. Свои отчеты я готов показать вам в любое время, а её назойливое внимание меня отвлекает.

Он ткнул пером куда-то вверх и из-под потолка тут же высунулась мордочка грызуна.

— Можно подумать, мне это нравится! – возмутился Джаспер. – Я вообще-то оперативник, а не…

— Джаспер! – крикнул Ирвинг! – Идешь за кабаном! Точка!

Джаспер громко хмыкнул и тут же пропал в одной из щелей досок потолка.

Ирвинг протер лоб платком. – Это для вашей же безопасности, — пояснил он гному. – Джаспер у нас выполняет функции… хмм… телохранителя для наших гостей.

— О не стоит переживать! – Брун поднялся, собрав свои записи. – Я сам прекрасно могу постоять за себя. Однако, сегодня я услышал достаточно, благодарю вас за содействие.

— Вам…эммм… все понравилось?

— О, я не даю оценочных суждений – гном улыбнулся. – Свои протоколы я отправлю Совету. Но я вижу, что у вас все под контролем и это не может не радовать. Если что, я в архиве.

Когда гном ушел, все как будто замерли, а потом прорвались – Ирвинг кричал на Торвина, Эльвира что-то рассказывала Мэгги и поделилась с ней одной из куриных лапок, а Джаспер что-то доказывал Люцию, указывая лапкой на Торвина.

Я не удержался и подошел к Лорель.

— Коровооборотень? Серьезно?

— Питер, — она вдруг придвинулась ко мне и зашептала на ухо – я это придумала. Соврала.

— Ах ты, лиса, — я начал было смеяться, но осекся. Лицо Лорель было очень серьезно.

— Чтобы спасти Торвина. Он ошибся в заявке. Так нельзя.

— Да понятно. Но… ты молодец, да.

— Только не говори никому, пожалуйста. Я… не знаю, что на меня нашло.

— Не скажу, — торжественно пообещал я ей.

Провожали меня все. Даже Брун выполз из своего архива, и, щурясь на летнем солнце, молча смотрел, как мы собирали телегу. Конечно, без напутственных речей не обошлось, но оперативники — люди привычные к разъездам и расставаниями, поэтому спустя уже каких-то десять минут, во дворе никого не осталось, кроме Лорель.

— Ты все запомнила? – в очередной раз спросил я. – Обычные заявки в синий журнал, золотые…

— Я помню, — тихо отозвалась она.

— И еще. Ты ведешь свои записи. О себе и обо мне?

— Да, — она смутилась.

— Может быть, пока меня не будет, ты попробуешь вести дневник? Ну знаешь – каждый день пишешь обо всем, что происходит с тобой. Может быть и ерунда, конечно… Но вдруг поможет?

— Хорошо, — совсем тихо ответила Лорель. И добавила уже едва слышно: — Прощай, Питер. Береги себя.

Закинув сумки, я в последний раз оглядел нашу башню. Выцветшие кирпичи, добротная кладка. Воркующие голуби на карнизе. В окне рядом с архивом промелькнуло чье-то лицо. Брун?

— Поехали! – Люций взобрался на место кучера.

Я сел в телегу спиной к башне и отправился в одно из самых опасных своих путешествий.

Глава 5 Дневник Лорель

День 1.

Я решила вести дневник, как мне и посоветовал Питер. Он очень добр ко мне, хотя иногда я его совсем не понимаю. Что значил его поцелуй? Может быть, раньше, в той жизни, мы с ним все же целовались, и он мне солгал об этом? Я буду называть себя прежнюю Лори, мне кажется, ей бы подошло это имя. Питер мне почти ничего о ней не рассказывал, но я думаю, что знаю, какой она была - храброй, умной и совсем не такой, как я.

Питер сказал, что это Лори его спасла тогда из пещеры. Но он сказал так неуверенно. Может это была я? Лори ведь тогда уже потеряла память.

После отъезда Питера, все оперативники тоже уехали. Ко мне зашел Ирвинг, хотел проверить, как я заполняю журналы заявок. Вроде бы он доволен.

Сегодня была моя очередь наводить порядок в башне. Метла здесь оказывается, такая грязная. А ведро пропускает воду. Интересно, Лори тоже убиралась? Хотела бы я на это посмотреть.

День 2.

Интересно, добрался ли Питер? Сегодня к вечеру он должен дойти до Академии.

Хоть мне тут все и говорят, что это самый безопасный путь, я все равно переживаю. Он поехал к одному из тех магистров, что заправляют всем в Академии. Ирвинг сказал, что это все из-за того происшествия в пещере, но я о нем совсем ничего не помню.

Бруна сегодня не было на планерке. Торвин с Люцием привезли кабана, а Джаспер рассказывал, что, если бы не он, то кабан растерзал бы всех. Мне кажется, он хвастает.

Ирвинг хотел выкинуть тушу коровы, поэтому мне пришлось признаться ему про обман с коровооборотнем. Он сначала сердился, потом смеялся. Зато у нас мяса так много, что хватит на целый месяц. Только бы Питер поскорее вернулся.

День 3.

Сегодня на планерке Ирвинг снова ругался на Торвина. Оказывается, Торвин должен был нарубить дров, а вместо этого он притащил яблок, от которых всем стало плохо. Даже не знаю, что было бы, если бы не Мэгги. Оказывается, это яблоки из запретного леса, и они прокляты. Но какие же они были сладкие, почему у нас такие не растут?

Как же у меня болит живот.

Спящую красавицу так и не удалось разбудить. Финн сказал, что она где-то на границе между сном и смертью и не говорит с ним. Интересно, что он имел ввиду? Ирвинг сказал закрыть заявку и больше её никогда не брать. Бедная красавица. Неужели ей никто больше не поможет?

В Трубичах началась холера.Так сказал Ирвинг. Мэгги испугалась, но все равно отправилась туда. Что значит холера? Надо будет спросить у Ирвинга. Мэгги храбрая.

Интересно, как там Питер?

День 4.

С утра прилетел голубь с голубым кольцом. В записке было написано, что Питера арестовали за убийство Альбиуса. Я ничего не понимаю. Питер не такой, я же его знаю. Он добрый и веселый, он не может быть убийцей.

Ирвинг сказал, что это заговор. Мы собрались в общем зале и Ирвинг мне все рассказал. Оказывается, Питер – дракон и он последний такой в своем роде! Интересно, знала ли об этом Лори?

В этот раз к нам пришел Брун, хотя Ирвинг и не хотел его пускать. Я не совсем всё поняла, но Брун сказал, что он из тайного следствия, а в Академии есть предатели среди магистров, которые изучали темную магию. Он назвал их Союзом.

Оказывается, Корнелиус был не один, а в этом Союзе было еще несколько магистров. И вроде бы среди них был Альбиус, которого убил Питер. Или не убил?

Ирвинг долго ругался, а затем они все стали собираться. Мне он сказал оставаться в башне и следить за порядком, пока они едут вызволять Питера. Брун поехал с ними.

Бедный Питер, как он там, интересно?

Глава 6 Академия

Я очнулся на голом каменном полу с чертовски больной головой. Нащупал на затылке огромную шишку и запекшую кровь. Руки были скованы цепью и прикованы к огромному крюку в стене. Сколько я уже здесь? Что я такого натворил?

Вокруг царил полумрак, свет едва пробивался через решётчатое окно и щель под тяжелой массивной дверью. От стен исходил запах сырости, а от помойного ведра в углу несло таким тяжелым смрадом, что голова начала болеть еще сильнее.

Осторожно, стараясь не двигать разбитой головой, я принялся вспоминать вчерашний день. Когда я приехал в Академию, меня никто не встречал, это еще тогда мне показалось мне странным. Спросив у каких-то студентов номер комнаты Альбиуса, я отправился к нему.

Я долго стучал в его дверь, а затем просто толкнул её и вошел в комнату. Альбиуса нигде не было. Но когда я подошел к балкону, то увидел окровавленное тело между кроватью и окном, и я подозреваю, что это и был Альбиус. Я подумал, что он еще жив и попытался его поднять. Он еще дышал, как будто его убили за минуту до моего прихода.

Потом я услышал сзади голоса, увидел форму охраны Академии и спустя мгновение вырубился. Очевидно, меня приняли за убийцу этого магистра. Черт!

Я дернул головой и тут же пожалел об этом. Осторожно дополз до дощатой кровати и прилег на соломенный матрас. Положил голову на какую-то кучу тряпья в изголовье -да, это то, что нужно. Лежал, стараясь не шевелиться, понемногу приходя в себя. Магистры непременно во всем разберутся. С минуты на минуту ко мне придет главный или кто там у них и выпустит меня. Еще и извинится.

И пусть ищут настоящего убийцу. Я хочу домой.

#########################################

Ирвинг расположил штаб в гостевом доме в паре миль от Академии. На повестке дня стоял только один вопрос.

— Какой у нас план?

— Нужно узнать точно ли Питер в тюрьме сейчас. – подал голос Люций.

— Точно, — Ирвинг указал на трактирщика, — в тюрьме, слухи уже по всему району.

— Питер этого не делал, — прогремел Торвин. – Надо напасть на тюрьму и забрать Питера!

— Ага. Чтобы нас рядом посадили. – Эльвира посмотрела на Ирвинга. – Надо пойти к руководству и все им объяснить. Питер и правда не мог этого сделать.

— Может и мог, — внезапно вмешался Брун. — Вы же его совсем не знаете.

— Это что значит — не знаем?! – Возмутилась Мэгги. – Ты что такое несешь, борода твоя бесстыжая! Шел бы ты отсюда подобру-поздорову!

— Подождите! – Ирвингу пришла в голову мысль. Он раскрыл было рот, но замер, покосившись на гнома.

— А почему мы должны тебе доверять?

— Да, почему?? – подхватила Мэгги, но осеклась под грозным взглядом начальника.

— Я же вам уже объяснял, — терпеливо начал Брун. — Я совершенно не при чем в этой истории с Питером. Вы же знаете, я был с вами, когда это все произошло.

— Да он это все подстроил, к гадалке не ходи, — Торвин положил руку на рукоять топора. – Может быть, его разговорить немного?

— Я могу вам помочь спасти Питера, — гном не обращал внимание на великана. – Но с одним условием.

— Это каким же?

— Я помогаю вам с Питером, а вы – помогаете мне.

— Что тебе надо-то, клещ ты поганый, — начала было Мэгги, и Ирвингу пришлось на неё прикрикнуть.

— Что ты хочешь взамен? – Ирвинг недоверчиво наклонил голову к гному.

— Я не буду раскрывать вам всех подробностей, но моя цель – раскрыть Союз. Кто-то из магистров убил Альбиуса и он же захочет вам помешать освободить Питера. Мне нужно, чтобы вы действовали как обычно, а я буду наблюдать – за вами и за магистрами, которым будут вам мешать.

— То есть мы – наживка для вас?

— Если говорить на прямоту – то да. Но у нас с вами взаимовыгодное сотрудничество.

— Все равно звучит как наживка, — хмуро заметил Ирвинг.

— Ну что, по рукам?

Ирвинг задумался и вздохнул. Оглядел команду, задумался. Наконец отозвался.

— По рукам. Как будто у нас есть выбор.

— Отлично. Сразу говорю – я не буду участвовать в ваших операциях, моя миссия -остаться инкогнито. Но я могу помочь вам с планом, я знаю Академию как свои пять пальцев. Чертежи тюрьмы я вам принесу, есть кое-какие связи.

— Освободи Питера, раз у тебя связи, — глухо отозвался Торвин.

Брун даже не повернулся к нему.

— Во-первых, убийство магистра довольно серьезное обвинение и моих связей тут будет недостаточно. Во-вторых, у нас с вами уговор.

— Хорошо, — примирительно сказал Ирвинг. – Для начала давайте сходим на место преступления.

#########################################

— Я не пойду в Академию! – Люций был решителен как никогда.

— Да объясни ты – почему?

— Не могу! Не пойду и всё!

— Люций, у нас Питер в беде! Отложи свои капризы, сделай милость, а! Ты тут учился пять лет, что теперь изменилось, что ты не хочешь туда идти?

— Я… не могу объяснить. И не могу идти туда.

Ирвинг почувствовал слабину в его голосе: — Давай так: мы быстро сходим, узнаем что к чему, а потом сядем и ты нам все расскажешь. Если захочешь, разумеется.

Люций молчал, отвернувшись.

Брун смотрел поочередно то на Ирвинга, то на Люция, пока наконец не разразился громким смехом.

— Я понял, почему он не хочет идти! Это ведь ты был тогда!

— Я сам расскажу! – Люций аж подпрыгнул на месте.

— Что. Случилось. Рассказывай уже!, – Ирвинг уставился тяжелым взглядом на стажера.

— Пять лет назад я едва не сжег всю Академию, — не отрывая взгляд от пола начал Люций. – Это случилось на дополнительных занятиях с магистром Левиасом. Мы искали способ получить неугасимый огонь…

— И нашли его, ахахаха! – Развеселился Торвин. Глядя на серьезное лицо Люция, перестал смеяться и сказал извиняющимся тоном: — Гммм. Извини, продолжай.

— В общем, в ту ночь я остался в лаборатории проверять один эксперимент. Он длился довольно долго, к тому же оказался неудачным… в общем, я остался тогда ночевать в лаборатории магистра Левиаса. А ночью случился пожар.

— Божешки мои, — запричитала Мэгги.

— Я едва успел выпрыгнуть в окно, хорошо хоть второй этаж. А вот наша лаборатория выгорела полностью. Да и остальные... Они все выгорели тогда.

— Я помню этот пожар, — сказал Брун. – Огонь тогда едва до Академии не добрался. Видимо, твой эксперимент и правда оказался удачным, огонь вообще никак нельзя было потушить. Кто-то из магистров тогда применил водное заклинание.

— Магистр Зельдиус, — продолжил негромко Люций. — В общем, меня тогда исключили из Академии.

— Подожди-подожди! — сказал Ирвинг. – Я же своими глазами видел твой диплом!

— Я его подделал, — едва слышно произнес Люций.

— Что?! А рекомендации?

— Тоже…

— Ах ты! – Ирвинг был взбешен и растерян одновременно. – Но как? Зачем?!

— Чтобы попасть в команду. Я думал, что если поработаю какое-то время, накоплю опыт…

— Нет уж! – В голосе Ирвинга зазвенели злые металлические нотки – Никакого опыта! Считай, что ты уволен! Подделать диплом, это надо же…

— Можно подумать, ты никого не обманывал! – Джаспер высунулся из кармана и гневно посмотрел на Ирвинга. – Что теперь, нам всем увольняться?!

— Ирви, — мягко вставила Мэгги, — Он же не со зла. Он хороший мальчик, ты же его знаешь. Дай ему шанс.

Ирвинг с удивлением посмотрел на неё, а потом на остальных. Люций не открывал взгляд от пола, Мэгги и Эльвира смотрели с сочувствием, а Торвин как будто даже с восхищением. Бруна же словно забавляла вся эта ситуация.

— Ладно, будь по-вашему. Но с одним… нет, с двумя условиями! Первое – Люций идет с нами в Академию! Это не обсуждается! Второе – когда все закончится, мы устроим голосование. Раз уж мы команда, сами по себе и все такое – значит и решать будем командой! Ну так что?

— Я согласен, — Люций почти не раздумывал.

— Ура! – Обрадовался Торвин. Потрепал по плечу Люция: – А научишь меня делать этот твой огонь?

#########################################

Сонные пирожки у Мэгги получались лучше всего. Сонная трава была сладкой на вкус и чем-то напоминала печеное яблоко. Первый стражник заснул почти сразу, а второй, более толстый, заподозрил неладное и принялся тормошить товарища, но спустя минуту отключился сам.

— Десять минут, — прошептала Мэгги, перешагивая через лежащие вповалку тела охраны.

Комната Альбиуса представляла собой образец аскетичного убранства. Кровать, небольшой стол с книгами, стул и совсем крохотный балкон, выходящий во внутренний двор – не хватало только решеток на окнах и получилась бы весьма неплохая одиночная камера.

Ирвинг принялся просматривать книги, а Эльвира с Финном осматривали комнату в поисках хоть каких-то следов.

Единственным украшением комнаты служил огромный гобелен над столом, на котором была вышита сцена охоты.

— Ахахаха, вот умора – Торвин принялся разглядывать вышитое полотно. – Магистры охотятся на дракона, ну и фантазия у этих ребят! Нарисовали бы сразу летающих крокодилов, чего мелочиться-то?

Брун стоял в стороне и старался не до чего не дотрагиваться, но внимательно за всем наблюдал. Вскоре, из-под кровати вылез Джаспер и недоуменно развел маленькими лапками: — Здесь даже хлебных крошек нет. Прибрались.

— Совсем как комната принца, — задумчиво произнес Люций.

— Что ты сказал? – заинтересовался Брун.

— Я говорю – похоже на комнату принца, которую мы обыскивали. Там была применена магическая уборка и здесь, похоже, тоже.

— Занятно, — ответил Брун и замолчал.

— Ну тогда нам тут больше ловить нечего, — Мэгги покосилась на просыпающихся стражников. – Время. Пора.

Выйдя из здания Академии, Ирвинг решительно зашагал в сторону «штаба», как вдруг остановился, пораженный идеей.

— Брун, -спросил он требовательно. – Где в Академии держат трупы магистров?

#########################################

Поздно вечером, поймав момент при неторопливой смене стражи у морга, команда проникла в морг и довольно быстро они отыскали труп магистра. Альбиус лежал на столе в центре зала, накрытый погребальным саваном.

Брун откинул саван и быстро осмотрел тело. Тихо присвистнул.

— Не меньше десятка ножевых ранений. Проникающих. Кто-то явно не хотел, чтобы Альбиус остался в живых.

На Ирвинга это не произвело никакого впечатления. Он коротко кивнул Финну и принялся расставлять свечи.

Обряд воскрешения трупов у Финна был отточен до автоматизма. Собственно, это было не воскрешение, а только призвание души из мира мертвых. Трупы не оживали, но они могли отвечать на вопросы, хоть и совсем не долго. Самая полезная часть такого допроса была в том, что мертвые никогда не врали.

Финн помазал глаза покойнику какой-то мазью, прочел короткое заклинание и легонько стукнул мертвого магистра по лбу. Тот немедленно поднялся и остался сидеть на столе. Все дружно отпрянули от него. Все, кроме Финна.

— Как тебя зовут? – Финн воодушевленно смотрел на ожившего покойника.

— Альбиус. – Голос шел из головы трупа, но рот его при этом был закрыт, а грудь не вздымалась.

— Ты мертв?

— Да.

Финн торжествующе посмотрел на Ирвинга. Его привычная сонливость и апатия исчезла в один миг, некромант был возбужден и радостен одновременно. Он с упоением вдыхал воздух, наполненный медовым тлением свечей и запахом разложения. Такие чувства он испытывал только при общении с мертвыми.

— Ты знаешь, кто тебя убил?

— Да.

— Это был Питер?

— Нет.

Ирвинг переглянулся с Бруном. Если же не Питер, то кто?

— Назови его имя.

Магистр замер. Его голова медленно повернулась к Финну, затем обратно. Потом стала поворачиваться из стороны в сторону все быстрее, как будто просто болталась на палке.

— Назови его имя!

Голова мертвого магистра крутилась с невероятной скоростью. Затем раздался короткий треск и тело вспыхнуло ярким огнем, рассыпая вокруг искры горящей плоти.

— Прекрати! – Финн схватил пригоршню земли из маленькой баночки и кинул её в горящий труп. – Прекрати!

Но труп разгорался все сильнее. В одно мгновение он словно взорвался и Финн отпрянул, а куски тела продолжали гореть жарким пламенем, будто были пропитаны маслом. Воздух наполнился запахом горелой плоти и плавящихся костей.

Спустя минуту все было кончено, на столе осталась лишь горстка обугленных костей, вокруг которых продолжал тлеть саван. Тело магистра сгорело полностью.

Финн стоял потрясенный.

— Что за фокусы, Финн? – Ирвинг был напуган и зол одновременно.

— Я не знаю. Я первый раз такое вижу… Я все сделал правильно!

-Да, правильно. – Брун отшвырнул ногой кусок горелой кости. — Это был обет молчания. Заклинание высшего порядка, накладываемое, чтобы сохранить тайну. Очевидно, действует и после смерти…

— Высшего? Значит – кто-то оттуда? – Ирвинг кивнул вверх.

— Возможно. Но вам это лучше не знать. По крайнем мере это был не Питер.

#########################################

В этот раз я почти дошел до таинственной фигуры, что звала меня. Несмотря на то, что препятствий становилось все больше – идти стало легче. Сила тяжести как будто уменьшилась и некоторые валуны я просто перепрыгивал. Туман вокруг оставался все такой же плотный и осязаемый, казалось, еще немного – и из него можно вырубить ступени и идти вверх. Странно, что дышать при этом можно было совершенно свободно.

До фигуры оставались считанные метры, и я уже протянул руку, чтобы коснуться её… как сквозь сон раздался металлический треск и туман стал разрываться клочьями, а я открыл глаза и обнаружил себя все в той же зловонной и сырой камере.

Голова уже почти не болела. Интересно, в этот раз я покидал камеру во сне? Я пожалел, что со мной нет сокамерника. Что случится, когда я наконец дойду до этой фигуры?

#########################################

Металлический стук раздался уже совсем рядом со мной и в щели под дверью показалась тарелка.

— У тебя пятнадцать минут – раздался равнодушный голос. – Потом собираю тарелки. Если не успеешь, то завтра останешься без еды.

Голос пошел дальше по коридору, а я заглянул в тарелку. Есть совсем не хотелось, но любопытство взяло верх. В тарелке оказалась каша, больше похожая на цементный раствор, и кусок плесневелого хлеба. Я бы не смог такое есть, даже если б был еще голоднее, чем сейчас. Кажется, мы даже наших свиней в деревне кормили и то получше.

Голос шел обратно, и я догадался вылить кашу в помойное ведро и подставить под дверь пустую тарелку.

— Молодец, — похвалил безликий голос и снова понесся дальше по коридору.

Я с запоздалым сожалением подумал, что надо было вывалить кашу просто на пол. Возможно, завтра она не покажется мне такой безвкусной. Кто знает, сколько мне придется здесь находиться. Интересно, как там Лорель?

#########################################

День 7.

Если честно, я не думала, что в башне станет так тоскливо одной. И даже немного страшно. Я устроила себе кровать прямо в нашей комнате. С голубями спать не так страшно. Пока они воркуют, я могу спать.

Я продолжаю принимать заявки. Их уже накопилось так много, что потом придется выбирать, какие выполнять, какие нет. Но я продолжаю всем отвечать, что заявки в работе. Сегодня пришла интересная записка – в одной деревне за ночь пропали все молодые девушки. Даже те, что были заперты. Интересно, зачем их было запирать?

Может быть, они пропали так же, как я когда-то? Скорее бы все вернулись.

День 8.

Сегодня я нашла ежа! Настоящего, с колючками! Он такой смешной. Я налила ему молоко в блюдце и оставила его на кухне. Он так ворчит, совсем как Ирвинг на планерках.

А еще я видела змею. Интересно, она ядовитая или нет? Она так быстро уползла, что я даже не успела её рассмотреть.

После обеда я решила погулять вокруг башни. Какая же она старая! Я нашла несколько кирпичей, который почти выпали, а за ними видно кладовую! Надо будет сказать Ирвингу.

День 9.

Сегодня я получила записку из Академии! От Ирвинга. Питер и правда в тюрьме, но он никого не убивал. Они хотят идти к Совету. Бедный Питер, я так волнуюсь за него.

#########################################

— Так, народ. К Совету идем мы втроем – я с Торвином и Люцием. Насчет Торвина правда не уверен, но должны пустить. Но если что – ждите нас возле входа, будьте готовы подтвердить все, что видели в морге. Брун, ты с нами?

— Нет. – Гном улыбнулся, — мне нельзя раскрывать себя.

— Ну хорошо.

— А почему только вы идете? – нахмурилась Мэг. – Я тоже хочу!

— К Совету пускают только учеников Академии. Там с этим строго. Но, я думаю, мы там недолго будем. Вы же все слышали, что сказал Альбиус, Питер тут совсем не причем.

— Я бы на вашем месте не бы столь оптимистичен, — ухмыльнулся Брун.

— Разберемся, — отмахнулся Ирвинг. – Люций, ты как?

— Нормально.

— Ладно, двинули.

Возле здания Академии им навстречу прошел невысокий мужчина в накидке магистра. С удивлением посмотрел на разношерстную компанию, задержал взгляд на Люции… Прошел еще пару шагов и остановился как вкопанный.

— Люций! Ты?!

— Марк? – Люций был поражен не меньше его. – Ты магистр?

— Третьего уровня, — небрежно, но со сдержанной гордостью ответил Марк. – А ты где сейчас?

— Я … на службе. Особый отдел по расследованию и все такое.

— Здорово, — Марк еще раз окинул взглядом остальных. — Вижу, торопитесь... Ну, не буду задерживать.

— Ага, — вмешался Торвин.— Совет не будет ждать!

— Вы к Совету? – Марк растеряно смотрел на Люция. – А по какому поводу?

— По своим делам, — вмешался уже Ирвинг. – У нас мало времени, идем.

Ирвинг двинулся дальше, остальные пошли следом. Люций пожал плечами, как бы извиняясь и отправился догонять команду. Марк шел уже неспеша и все время оглядывался на них, пока они не скрылись за поворотом дорожки.

— Это твой знакомый? – спросила Мэг, когда Люций поравнялся с ней.

— Да. Мы на одной курсе учились. Надо же – уже магистром стал. Вот дела.

— А ты заметил, как он испугался, когда узнал, что мы к Совету идем?

— Наверное. Совет все боятся.

— Да, но только он как будто тебя испугался. Я в этом разбираюсь, что-то с ним не чисто, ох, попомни мои слова.

— Смотрите! – Торвин ткнул рукояткой топора в пристройку к Академии. Огромное здание с кучей окон, в которых сновали туда-сюда студенты. Часть окон были сильно обгоревшие, а помещения внутри казались черными и совершенно безжизненными.

— Люций, твоих рук дело? Ахахаха. – Торвин хлопнул огромной рукой Люция по спине.

— Моих. – мрачно ответил Люций. – Они кстати много чего отремонтировали, здесь почти всё выгорело.

— Ахаха, ну ты и разрушитель!

Перед кабинетом Совета стоял магистр в сером боевом облачении. Он тут же указал Торвину на топор и жестом приказал бросить его. Торвин нарочито медленно отстегнул топор и передал его Финну.

— Заходим, — коротко приказал Ирвинг и первый потянулся к ручке.

Ручка была выполнена из массивного серого камня с зеленым камнем на торце. Когда Ирвинг потянул за ручку, камень слегка засветился и дверь открылась.

Люций с некоторым сомнением схватился за ручку и камень тут же засиял. Люций прошел вслед за Ирвингом, на мгновение приоткрыв огромную светлую комнату за дверью.

Торвин схватился огромной пятерней и что было силы потянул вниз. Камень вспыхнул так ярко, что магистр не сдержался и бросил на него удивленный взгляд. Торвин замер, держась за ручку. С ошарашенным видом оглянулся на команду: — Я вспомнил эту дверь! И эту ручку! Я был здесь раньше!

Он медленно открыл дверь и вошел в комнату. Лицо магистра снова стало бесстрастным, он лишь жестом указал остальным на небольшие диванчики в дальнем углу коридора.

— Совет приветствует вас.

За большим столом сидели три фигуры в красно-серых мантиях и с масками на лицах. Правила требовали абсолютной беспристрастности, поэтому никто из посетителей никогда не видел лиц Совета Трех.

— Мы знаем, кто вы и зачем вы пришли. Но мы не можем освободить вашего друга. Он подозреваемый в убийстве магистра первой степени.

— Он не мог этого сделать! Он…

— Мы знаем, кто он. Вы скрыли данные в отчете, но Совету все известно.

— Он не виноват! – Ирвинг сделал шаг вперед. – Мы вчера допрашивали труп убитого. Его убил не Питер!

— А кто же это был? – спросила фигура в центре стола.

— Мы… не знаем. Труп сгорел. Он не смог назвать имя.

— Сгорел? – Магистры переглянулись.

— Брун сказал, что это обет молчания! – крикнул Люций.

— Кто такой Брун?

— Это гном из тайной полиции! Вы должны его знать!

Фигуры переглянулись.

— Мы не знаем такого.

– Он сказал, что наложить обет молчания может только магистр высшего уровня. Один из вас предатель!

Фигуры снова переглянулись. Магистр в центре стола наклонился к Люцию:

— Ты обвиняешь Совет? Мальчишка, не закончивший курс и едва не спаливший всю Академию? Недоучка, подделавший свой диплом?

Люций побледнел.

— По крайней мере он никого не убивал! -Вступился Ирвинг. – Как и Питер! Мы пришли сюда с доказательствами и справедливым решением Совета!

— У вас есть какие-то еще доказательства, кроме слов?

— Нет… Но мы все видели…

— Разумеется, видели, — заметил тот, что справа. – И уничтожили труп, очень удобно. Теперь никто не узнает, что было на самом деле.

— Но… мы хотели…

— У вас было санкционированное разрешение на допрос трупа? – Спросил тот, что сидел в центре.

— Нет.

— Труп сгорел полностью?

— Пара косточек осталось! – крикнул Торвин. – Можем принести!

— Очень жаль. Вы уничтожили единственную улику, которая помогла бы раскрыть дело. Мы могли бы вытащить имя убийцы своими способами, не разрушая при этом тело.

Магистры коротко переглянулись. Те, что с краю, кивнули центральному магистру.

— Вот вам справедливое решение: судьбу вашего друга будет решать суд. Аудиенция закончена.

— Это нечестно! – Ирвинг подошел к столу. Внезапно перед ним материализовался, словно из воздуха, магистр-охранник, точная копия того, что стоял перед дверью. Он взмахнул руками и Ирвинга развернуло на месте. Снова взмах – и неведомая сила поволокла Ирвинга к двери.

Торвин даже не раздумывал. Ощупав пряжку на поясе, где еще недавно висел топор, он сжал кулаки и бросился на магистра. Перед ним тотчас появился еще один магистр и разъяренного великана постигла та же участь. Люций сжал кулаки, но предпочел сам отправиться к выходу.

Глядя, как Торвин изо всех сил молотит по воздуху, продолжая скользить к двери, тот магистр, что справа, мрачно заметил: — Мда. Печальное зрелище. Не думал, что увижу такое когда-нибудь.

Сидящий по центру развернулся в его сторону: — Ты же знаешь, что с ним произошло, Нобиус! Так что побольше уважения! Если бы не он… Академия-то может и выстояла, но нас бы точно не было. Да он достоин быть в Совете больше, чем любой из нас!

Нобиус лишь пожал плечами.

#########################################

— Возмутительно! — Ирвинг мерил трактир широкими шагами, едва не снося столы. Каждый его шаг звучал так, будто он давил кого-то из Совета прямо под каблуком. — Выкинули, как щенков! Даже выслушать толком не захотели!

Брун сидел в углу за отдельным столом и спокойно допивал свой эль.

— Что они сказали? — спросил он, не поднимая глаз.

— Сказали — нет доказательств! — рявкнул Ирвинг. — Как будто наши слова для них — пустой звук. Теперь будет суд.

Брун поставил кружку и тяжело вздохнул.

— Суд — это плохо. Очень плохо. За убийство магистра первой степени обычно дают пожизненное в Кристальной Башне. А тут все улики против Питера… и ни одной в его пользу.

Ирвинг резко остановился и ткнул в гнома пальцем:

— А теперь давай-ка поговорим о тебе. Совет заявил, что не знает никакого Бруна. Кто ты такой на самом деле?

Гном посмотрел на него с лёгкой усмешкой.

— Я — Брун. Имя, конечно, выдуманное. Как и эта внешность, — он провёл рукой по своей густой рыжей бороде. — Неужели вы правда думали, что я буду ходить по Академии в своём настоящем облике?

За столом повисла тяжёлая тишина.

Торвин медленно положил руку на рукоять топора. Мэгги прищурилась. Даже Финн открыл глаза и заинтересованно уставился на гнома.

— Дальше мы будем обсуждать это без тебя, — жёстко сказал Ирвинг.

Брун приподнял бровь, но спорить не стал. Медленно поднялся, отряхнул плащ.

— Как хотите. Только помните — против вас играет очень сильный соперник. Тут уже не жизнь Питера, а скорее ваши жизни будут на кону.

— Справимся, — буркнул Торвин.

Брун посмотрел на великана и вдруг громко, искренне расхохотался. Смех был настолько неожиданным и громким, что за соседними столами начали оборачиваться.

— Наивные… — вытирая слезу, сказал он. — Вы даже не представляете, во что влезли. Ладно. Питера держат на третьем этаже западного крыла. Всё-всё, ухожу.

Когда гном вышел, в трактире ещё несколько секунд стояла тишина.

— Не нравится мне он, — первой нарушила молчание Мэгги. — Совсем не нравится.

— Мне тоже, — тихо добавил Люций. — Слишком много знает.

Ирвинг тяжело опустился на стул и обвёл всех тяжёлым взглядом.

— Так. С Бруном потом разберёмся. Сейчас главное — Питер. Давайте думать, как его вытаскивать.

Глава 7 Побег

Охрану у главного входа удалось усыпить относительно легко. Мэгги, изображая добродушную старушку, угостила скучающих солдат свежими пирожками. Уже через пять минут оба мирно храпели, прислонившись к стене.

Но дальше начиналось самое сложное.

— Главное — не дёргаться, — тихо прошептал Люций, поправляя чужой шлем. Форма стражника сидела на нём мешковато, брюки волочились по полу, пришлось их подвернуть.

Торвин, напротив, выглядел в форме охранника неожиданно внушительно. Он крепко держал Ирвинга за связанные за спиной руки, старательно изображая грубого конвоира.

— Это произвол! — громко возмущался Ирвинг, стараясь, чтобы его было слышно на весь коридор. — Вы не имеете права! Я требую встречи с начальником!

Они прошли первый пост. Два стражника в главном зале откровенно ухмылялись.

— Ого, кого поймали? — спросил один.

— Напал на Совет, — буркнул Торвин, стараясь говорить как можно грубее. — С ножом.

— С ножом? — второй стражник присвистнул. — Совсем с ума посходили. А что за нож?

— Кухонный, — не удержался Ирвинг. — Я им хлеб нарезаю, идиоты!

Стражники заржали.

— Хлеб и Совет — одним ножом, да? — хохотнул первый. — Куда его?

— На третий. Западное крыло, — ответил Люций.

— В особый блок? Ну-ну… Держите его покрепче, этот хлебный разбойник еще и на вас набросится. С хлебом и маслом, ахахаха.

— Эй, принимайте хлебного убийцу! – крикнул он в коридор и оба расхохотались в голос.

Для второго поста пришлось повторить историю. Те смеялись еще громче, но дверь на лестницу открыли.

Они прошли дальше. Как только стражники закрыли дверь, Ирвинг тихо, но яростно прошипел:

— Если я ещё раз услышу слово хлеб, я точно кого-то убью…

— Ну вы где застряли?! – На лестнице их ждал Джаспер. — Гном не соврал, Питер на третьем этаже.

— Ты его видел? Разговаривал с ним? Как он? – Обеспокоенный Ирвинг растирал перетянутые веревкой руки.

— Не видел! У них дверь наглухо закрывается. Я вам что, призрак??

— Откуда тогда ты знаешь, что Питер там? – язвительно заметил Торвин.

— По запаху, дубина! Я же мышь. У мышей нюх даже лучше, чем у кошки. Например, твои носки смердят так, что…

— Так, давайте потом обсудите носки. У нас мало времени. Идём. – Ирвинг первый пошел по лестнице, остальные двинулись следом.

Когда они добрались до третьего этажа и собирались открыть дверь, как услышали, лязг решетки на первом этаже и чьи-то уверенные шаги. Охрана больше не гоготала, а едва слышно что-то отвечала новому посетителю. Ирвинг не удержался и заглянул вниз. И сразу же отпрянул, с застывшей маской страха на лице. Красно-серая мантия!

— Здесь Совет! Бежим!

Они едва слышно закрыли дверь и со всех ног помчались по коридору, вслед за Джаспером. Никто уже больше не думал о маскировке, цель была одна – опередить Совет и спасти Питера, во что бы то ни стало!

Коридоры мелькали длинной тусклой змеей, пока Джаспер наконец не остановился перед одной из многочисленных дверей и указал на неё лапкой.

— Здесь.

Торвин, не раздумывая ни секунды, отошел как можно дальше и изо всех сил разбежался, с огромной скоростью врезавшись плечом в тяжелую массивную дверь. Та даже не шелохнулась. Торвин взревел и попытался пробить дверь снова. Но дверь даже и не думала поддаваться. Увидев, как из плеча великана сочится кровь, Люций его мягко оттолкнул.

— Подожди, я сам попробую.

— Ты?! Здесь… нужна… сила… — Торвин с трудом дышал. Ужасно болело плечо и ноги.

— Сила не всегда решает, — мягко ответил ему Люций и принялся читать заклинание, поднося руки к замку. На руках вспыхнуло желтое пламя.

Где-то вдалеке раздался стук открываемой двери с лестницы.

— Скорее! — Ирвинг выглядывал в коридор. – Он идет сюда, точно. Если он нас здесь застукает – конец и нам и Питеру!

— Как могу! – У Люция от напряжения выступил пот на лбу. Огненный шар в его руках раскалился докрасна, и вместе с ним начал плавится замок камеры. Торвин оперся на дверь и принялся раскачивать её взад-вперед. Воздух был наполнен запахом жженого дерева, замок уже начал болтаться в двери, как Ирвинг заметил фигуру в мантии и в маске в последнем прямом участке до них.

— Скорее, скорее! – взмолился он.

Торвин дернул за дверь изо всех сил и дверь наконец распахнулась.

#################################

На этот раз я дошел до фигуры. Последние несколько метров оказались довольно легкими, туман как будто расступался передо мной. Интересно, это само так происходит или я начинаю уже воздействовать на эту мглу?

Фигура обернулась сразу же, как я до неё коснулся. Я долго думал о том, кто меня ждет в этом тумане. Очередной заблудивший призрак? А может быть, отец? В глубине души я очень сильно надеялся встретиться с ним. Я даже думал, что это мог быть Корнелиус, хоть и своими глазами видел, как тени растерзали его на части.

Но передо мной стоял совершенно незнакомый мне мужчина. Средних лет, с короткой бородкой и уверенным взглядом. Он слегка улыбнулся и протянул мне руку. Я готов был поклясться, что знаю его, но совершенно не мог вспомнить кто он.

— Привет, Питер. Наконец-то ты добрался.

— Я знаю… вас? Кто вы? Зачем вы меня ждали здесь?

— Ты еще не понял, Питер? Вижу, что пытаешься вспомнить. – Его улыбка стала шире.

— Я – Эдвард. Тот самый принц, которого ты спас тридцать лет назад. Прости, в твоем времени это было совсем недавно.

— Эдвард? – я наконец вспомнил, кого он мне напоминал. Конечно же, спасенного принца. Те же черты лица, тот же спокойный взгляд… Вот только мальчику сейчас должно быть лет 9, а мужчине передо мной…

— Гадаешь, почему так произошло? Не надо. Я сам всё объясню.

Он махнул рукой и туман вокруг нас расступился окончательно. Затем он как будто приподнял воздух и резко бросил его перед собой. На пустом месте перед нами внезапно возник стол и пара стульев.

— Садись, разговор будет долгим, — он указал на ближайший ко мне стул.

Я в полнейшем удивлении от происходящего подошел к стулу и попробовал потрогать его. Стул оказался таким легким, что я без труда поднял его одной рукой.

— Легче паутины, — удовлетворительно заметил мой собеседник. – И при этом крепче стали, вот что удивительно. Жаль, что такое возможно только здесь.

Я осторожно присел на стул, и он даже не прогнулся.

— Здесь – это где? И как так получилось, что ты здесь такой взрослый?

— Я называю это место Пограничьем. Корнелиус использовал меня, чтобы открыть сферу забвения, но ты меня вытащил из неё. И теперь я могу возвращаться сюда когда захочу.

— Но мы же закрыли сферу! Вернее, Академия…

— Питер, сфера это всего лишь один из входов в Пограничье. Пограничье разделяет наш мир и мир хаоса, который царит во Вселенной. Это довольно маленький мир, к тому же наполненный этой серою пылью, как ты мог заметить. Но он очень необычен, Питер. В нем свои законы. Например, здесь нет неба и звезд и совершенно нет времени.

— Что значит, нет времени? – Голова у меня уже шла кругом. Я даже и представить такое себе не мог.

— Что такое время, Питер? Это связь причины и следствия. Здесь причина может случится позже следствия, а какое-то событие может произойти само по себе. Понимаешь, Питер? В Пограничье нет времени как в нашем мире и именно поэтому Пограничье удерживает мир от хаоса.

— Я не понимаю… — я потряс головой. – А почему тогда вы… ты здесь такой взрослый?

Эдвард рассмеялся.

— Можно на ты. Я здесь давно, Питер, с тем самых пор, как ты меня вытащил из сферы. Я, можно сказать, из будущего, только не вашего, а своего. И только недавно я научился сам управлять временем в этом мире. Это оказалось не очень-то и сложно.

— А я так смогу? – я вдруг подумал, что можно было бы вернуться в прошлое и не дать Лорель оказаться тенью и потерять память. А еще спасти всех тех бедолаг, которые пропали в сфере.

— Можешь. – Он как будто читал мои мысли. – Только управление временем работает внутри Пограничья, в нашем мире так не получится. И этой серою пылью, — он взмахнул рукой и вокруг меня закружились десятки маленьких серых вихрей – тоже можно управлять. Как-нибудь я покажу тебе город, который я здесь построил – уверяю, ни один город Земли с ним не сравнится. Жаль только, что я не могу его заселить людьми. Хотя, ты знаешь — я научился делать самоходные машины, которые двигаются по дорогам и почти закончил с механическим человеком. Только представь — огромный город с высоченными домами, наполненный жизнью, хоть и механической!

Я попытался это представить, но моя фантазия не позволила мне вообразить что-то, выше нашей башни. Огромный механический город — как это вообще можно вообразить себе!

— Но сейчас ты должен мне помочь. Это как раз то единственное, что я сделать сам не могу. Я пытался, но даже здесь есть свои ограничения.

Мне уже стало интересно, что же за помощь ему здесь нужна. Он может управлять временем и событиями, может построить огромный город в одиночку — и вдруг, ему нужна моя помощь?

— Питер, ты должен встретиться здесь со мной, девятилетним. В своем времени.

Это не шутка? Я оторопело посмотрел на него. Эдвард был серьезен.

— Питер, это очень важно. Ты должен найти здесь меня – мальчика из вашего времени и сказать ему одну очень важную вещь. Я пытался, сотни раз, но это место, этот мир не дают мне встретиться с самим собой.

— Хорошо. Что сказать?

— Пожалуйста, запомни всё точно. Когда-то, совсем давно, тридцать лет назад, ты мне сказал эти слова, и я хочу, чтобы ты их повторил их для мальчика слово в слово.

Это было похоже на безумие. Тридцать лет назад меня и на свете не было, а уж Эдварда и подавно. Но передо мной стоял взрослый Эдвард и я не секунды в этом не сомневался. Я чувствовал его образ. Точно так же, как чувствовал тогда в сфере, когда искал мальчика. И этот образ был точно таким же.

— Эдвард, то есть, я, доходит до пропасти и останавливается. Ты должен ему помочь её преодолеть. Запомни слова: Ты не должен бояться. Думай не разумом, а сердцем и прыгай. Повтори.

Он внимательно уставился на меня. Я повторил. Потом еще раз. И еще. Наконец он улыбнулся и удовлетворенно кивнул.

— Думаю, все будет хорошо.

— Как же я найду мальчика?

— О, это довольно просто. Пограничье, оно... расположено ровно под нашим миром, только… в другом как бы слое. Как слоеный пирог, знаешь. – он ухмыльнулся. — Слой – наш мир, слой – пограничье, слой – хаос. Если ты представишь себе какое-то место в нашем мире, то можешь перейти в него в Пограничье.

— Эдвард никогда не отходит от замка в Пограничье. Просто вспомни как выглядит замок, закрой глаза и вообрази, что он прямо перед тобой. Давай попробуем!

Следующие несколько минут мы занимались тем, что перемещались в мире Пограничья. Это и впрямь оказалось несложно. Чем лучше я представлял себе место, где хочу появится, тем быстрее получался переход.

— И самое главное, Питер. Чтобы в любой момент возвращаться из Пограничья в реальный мир, тебе нужен якорь. Какое-то место в нашем мире, куда тебе захотелось бы вернуться больше всего. Думай об этом месте изо всех сил – и ты окажешься рядом с ним.

Я сразу подумал о Лорель. И о нашей башне с огромными окнами во все стороны и о нашем с ней уютном кабинете, наполненном воркованием десятков голубей. Интересно, как она там сейчас?

— Я знаю такое место, -вырвалось у меня. – Только… у меня к тебе вопрос, Эдвард. А точнее – просьба.

Эдвард вопросительно склонил голову.

— Ты же помнишь Лорель. Она потеряла память там, в сфере… Я хочу ей помочь.

— Я понял. – Он задумался. Наконец произнес – В нашем мире ей помочь невозможно, Питер. Она прошла через сферу в Пограничье, значит, только в Пограничье ей можно вернуть память. Ты должен привести её сюда.

— Но она же не сможет.

— Она не сможет. А вот ты – сможешь. Схвати её крепко-крепко и представь себе Пограничье, представь так ярко, как только получится. Здесь осталась частичка её души, Питер. Как только она здесь появится, они воссоединятся.

Логика в его словах была. Но тащить Лорель сюда, где она еле выжила и потеряла память… Мне стало страшно. А вдруг случится что-то похуже? А вдруг она уже никогда отсюда не выйдет?

— Самое главное, Питер – Лорель должна тебе доверять. Не стоит тащить её сюда обманом или во сне. Она должна сама захотеть обрести себя, только тогда всё получится.

Отличное дело. Задача из рискованной стала вдруг еще и практически невыполнимой. Лорель вряд ли захочет отправляться со мной в какой-то неизвестный и опасный мир, она стала слишком осторожна и боязлива после всего, что с ней произошло. Я горько усмехнулся.

И снова Эдвард как будто прочитал мои мысли. Он улыбнулся и наклонился ко мне, положив руку мне на плечо.

— Питер, все будет хорошо. Ты должен больше верить в себя. Лорель смелая девушка и намного решительнее, чем ты думаешь. Все получится.

— И кстати. – Он порылся в кармане, достал небольшой листок бумаги и что-то написал на нем карандашом. Это послание, для твоих друзей. Оставь его на видном месте, когда будешь уходить.

#################################

За дверью камеры… никого не было. Обугленный замок двери остывал на холодном тюремном полу, а на столе в камере оставалась недоеденная каша в грязной тарелке. Только вот Питера в камере не было.

— Он был здесь! Он никуда не выходил! – Джаспер гневно смотрел на остальных. – Я бы почувствовал!

— Спокойнее, Джаспер. Ты все правильно сделал, — Ирвинг внимательно осматривал камеру.

— Смотрите! – Он указал на выцарапанную надпись над кроватью, сделанную, судя по всему, ложкой, которая валялась рядом.

«Не ищи меня в тени,

Я на солнце, посмотри»

— Детский стишок? Зачем Питер его оставил?

— Нам нужно уходить, — Люций был встревожен не на шутку.

— Здесь нарисован дракон и… голубь? Что это значит?

— Уходим! – Люций потянул Ирвинга за руку и они выбежали из камеры дальше по коридору, пока не скрылись за очередным изгибом дорожки.

— Дракон…и…голубь.. – тяжело дыша, размышлял Ирвинг на ходу. – Черт возьми, что это значит?

Добежав до окна, Ирвинг стянул плащ и снял обмотанную вокруг тела веревку. Они скинули её вниз, привязав одним концом за выступающий каменный подоконник. Эльвира с Финном стояли внизу. Эльвира негромко заухала, как сова.

— Все чисто, спускаемся.

Один за другим они спустились по веревке, не забыв посадить Джаспера в карман к Люцию. Мэгги караулила начало улицы.

— Где Питер? – тут же спросила она.

— Нету его. Не было. Давай попозже поговорим. -Ирвинг оглядывался по сторонам и быстро зашагал в сторону таверны.

Подойдя к таверне, Ирвинг, шедший впереди, вдруг замер и предостерегающе поднял руку. Из полумрака вышла фигура в мантии магистра. Фигура подошла к освещенной стороне улицы, откинула капюшон и под ним оказался… Марк, магистр второго уровня.

— Люций, мне надо с тобой поговорить. – Марк выглядел растеряно.

— Может быть потом? Я сейчас тороплюсь.

— Это важно… Пожалуйста… Отойдём?

— Нет, говори при всех. У меня больше нет тайн от друзей.

Марк помялся и на минуту замолчал.

— Люций, вы сегодня ходили к Совету, я видел. Я… много думал о том, что случилось… Я не могу больше скрывать это.

— О чем ты, Марк?

— Это я устроил тот пожар, Люций! Случайно… Я… тоже хотел быть первым на курсе, но в ту ночь мои эксперименты провалились и пожар возник из-за меня…И когда тебя схватили, я никому об этом не сказал…

— Ах ты, — Мэгги замахнулась на магистра сумкой, но Ирвинг ловко перехватил её руку и отвел её в сторону.

Марк сжал голову в плечи и ни на кого не смотрел.

— Люций, завтра мы сходим к Совету, и я обо всем признаюсь. Это ты должен быть магистром, а не я. Я больше не могу обманывать! – Он с отчаянием посмотрел на Люция. – Не могу!

Люций замер в полнейшей растерянности. Он смотрел то на Марка, то на Ирвинга, как будто решая, что выбрать. На секунду он прикрыл глаза и тут же их открыл, коротко улыбнувшись своим мыслям. Сделал шаг вперед к Марку.

— Это очень сильный поступок, Марк. Твоё признание… очень помогло мне.

— Люций, тебя восстановят в Академии! Ты сможешь быть магистром, как и хотел!

— Смогу. Но… не хочу. Марк, я не хочу быть магистром. Когда-то хотел, а сейчас у меня есть работа и друзья, я… хочу остаться с ними.

— А как же Совет?

— С Советом решай сам. Но знай – я тебя прощаю и зла на тебя не держу. Да иди же ты сюда!

Люций подошел к Марку и одним рывком схватил его в объятия.

— Дружище! Мне тебя так не хватало!

Марк обнял его в ответ, но ничего не мог говорить, из глаз текли слезы.

— Эй, осторожнее! Раздавите же! – Из кармана высунулся заспанный Джаспер. – Еще и ревут оба! Что здесь происходит?!

— Все нормально, Джаспер, — улыбнулся сквозь слезы Люций. – Просто встреча старых друзей.

#################################

Фигура в маске остановилась перед дверью камеры и посмотрела вслед беглецам.

Питера среди них не было, как и не было его в камере. Он пропал и это совершенно точно. Но что это? Фигура сняла маску.

Под маской оказался Брун. Он принялся читать послание на стене:

«Не ищи меня в тени,

Я на солнце, посмотри!»

— Забавно, -сказал он вслух. – Если Питер не сошел с ума, то это подсказка. Но что она означает?

Он осмотрел каждое слово, внимательно разглядел нацарапанных дракона и голубка. Странно, но фигурка дракона как будто что-то напоминала. Как будто, он видел её где-то раньше.

Я на солнце, посмотри

— На солнце… на самом виду? И такой знакомый дракончик.

Он обыскал камеру, но больше подсказок не было. Память отказывалась сообщать, где она видела эту картинку и Бруну ничего не оставалось делать, как покинуть камеру. Шагая до лестницы, он продолжал прокручивать в голове стишок и фигурку…

До двери оставался всего шаг, как его словно ударило молнией. Он остановился, замер и бросился обратно к камере. Дракончик на стене камеры – точно такой же дракончик был нарисован на гобелене у убитого Альбиуса! Охота на дракона! На самом виду! На полотне изображены Альбиус и все члены Союза!

Брун бросился со всех ног вниз. Мимо охраны проскочил так, что дверь оказалась вырвана с петель вместе с замком. Ворвавшись в Академию, бросился к комнате Альбиуса. Схватил горящую свечу со стены и поднес к гобелену – точно! Вот Альбиус, его можно узнать по шикорополой шляпе. Это Корнелиус со своей любимой тростью. Рядом еще два магистра и… фигура в едва различимой мантии Совета. Как он её раньше не заметил! Он вглядывался в фигуру, пока не заметил в руках четки. Нобиус! Нобиус это и есть глава Союза!

Словно в ответ на его мысли, на конюшне заржали лошади и громко распахнулись ворота. Он посмотрел в крохотное окно и увидел, как вдалеке три фигуры в мантиях магистров спешно скачут прочь из Академии. Секунда – и они растворились в темноте, словно их и не было.

— Опоздал всего на минуту! – процедил он сквозь зубы. – На одну проклятую минуту!

Сжав кулаки, он продолжал смотреть им вслед, словно загипнотизированный. – Я найду вас. Обязательно найду!

#################################

— Так вы не поняли? Питер, ай да молодец! – Торвин от избытка чувств стукнул кулаком по столу.

— Если ты понял, то объясни нам, — хмуро отозвался Ирвинг.

— Торвин самый умный, — ухмыльнулся великан. – Никто не понял, а Торвин понял.

— Говори уже!

— Ладно. Когда я заходил к Питеру – там, в башне, ночью, он куда-то пропал. А мне он говорил, что спал всю ночь.

— И что?

— А то, что Питер умеет куда-то перемещаться.

— Ну допустим. И куда же он переместился?

Торвин достал тряпичную салфетку и кусок карандаша. Осторожными неуклюжими движениями он принялся рисовать на салфетке дракончика и голубка. Ирвинг застонал. Он едва дождался, когда Торвин закончит рисовать.

— Это понятно! Ну и?

Торвин аккуратно вывел рядом с фигурками башню с большими окнами.

— Наша башня? Питер сейчас там? С Лорель?

Торвин радостно кивнул.

— А что бы сразу не сказать? Ох, художники! Так, народ, отправляемся в башню.

Глава 8 Возвращение

День 10.

День последний!

Я вернулась! Наконец-то! Эта запись будет последней в дневнике! Обещаю, я его когда-нибудь прочитаю. А потом сожгу!

Лори – ужасное имя! Зачем я себе его выбрала?! Ненавижу это имя!

Питер сегодня ночью вернулся. Как же он возмужал! Если это из-за тюрьмы, то надо почаще его туда отправлять! Шутка!

Мы с Питером сегодня были в мире, который он называет Пограничье. Ужасное место, все такое серое и мрачное, я бы не хотела в нем одна оставаться! Питер сказал, этот мир вроде бы как-то отдельно от нашего мира, но как-то с ним связан, я не поняла.

Мы там встретили Эдварда! Бедный мальчик, он там бродил совсем один. Питер с ним разговаривал. Сначала я думала, что захлебнусь всей этой серой пылью, но она какая-то невесомая, будто ненастоящая. Зато там есть камни. И даже горы! Но их не увидишь, пока совсем в них не упрешься!

Питер сказал, что здесь я обрела память, а я не помню, чтобы её теряла! Я помню, как мы искали принца, а потом я очутилась здесь. Так странно. Питер, говорит, что я много дней никого не помнила, даже себя. Это так жутко!

А еще этот дневник. Это же совсем не мой почерк! И мысли не мои, я бы так никогда не подумала бы! Так ужасно!

Я его прочитала. Бедная Лорель, как же ей было тяжело! И как я её понимаю!

И да! К Питеру есть вопросы! По поводу поцелуя! Пойду его искать. Всем пока!

Глава 9 Фиона

— Да, и как насчёт отпускных? — спросил Торвин с хитрой ухмылкой.

— Отпускные?? — Ирвинг как будто перестал дышать. Прошло несколько секунд прежде, чем к нему вернулась речь.

— Какие ещё тебе отпускные, ты ещё ни одну заявку с начала месяца нормально не выполнил! Где голова волкозайца, ты обещал ещё на прошлой неделе принести. Эльвира её ждёт!

— Я жду, касатик — томно протянула ведьма.

— И вообще, зачем тебе отпуск? Ты у нас так сильно устал здесь? -Ирвинг не унимался. — Куда ты поедешь?

— К Питеру в замок! — сказал великан и громко расхохотался.

— Прости, Пит. Или может, ваше высочество Пит? Ахаха.

— Может и так! — мне уже порядком надоели эти шутки про замок. С тех пор как Люций перевел несколько страниц моей книги и на одной из них упоминалось что-то про замок дракона у подножья Красных гор, шутки в мой адрес не затихали. Оперативники бывали в тех местах и все как один утверждают, что никакого замка там и в помине нет.

— Ладно, закончили с шутками. Торвин! Волкозаяц с тебя! Что у нас там еще по заявкам?

Внезапно, кто-то забарабанил в дверь башни. Ирвинг выглянул в окно, удивленно посмотрел на всех.

— Там девушка. Кто-то ждет гостей? Нет? Питер, открой пожалуйста.

Ну вот. Как охотиться на волкозайца, так Торвин. А как открыть дверь, так сразу Питер. Интересно, Ирвинг доверит мне хоть сколько-нибудь серьезное дело?

Девушка оказалось довольно мила. Она была даже больше мила, чем красива, скорее всего, причина была в её аккуратном платье и небольшой розовой шляпке.

— Эмм.. вы к кому?

— Я к Финну, я его сестра. Фиона. А ты Питер, да? Ой, как же я рада тебя увидеть, я так много о тебе слышала.

— Спасибо, — несколько смущенно ответил я и отвёл её в наш общий зал.

— Финн, принимай гостей, — я распахнул дверь, — к тебе приехала сестра.

Сонливость Финна тут же пропала, он подскочил, как будто его ужалила оса.

— Фиона, что ты тут делаешь?

— Ой, Финн, я тут проездом. Захотела узнать, как ты тут, познакомиться с твоими друзьями.

— Тебе же нельзя! Ты знаешь…

— Да я тут всего на один день. Расслабься, братишка. – Она села на стул у окна. – Я пока тут посижу, тихо, как мышка. О, Лорель. Шикарная кофточка! Все, молчу.

Ирвинг ошалело переводил взгляд то с Фионы, то на Финна. Так ничего и не решив, обратился к Лорель: — Давай что там дальше по заявкам.

Лорель улыбнулась Фионе и продолжила: — Есть заявка от гильдии кузнецов. Им нужен минерал — Красный молох. Пишут, что нужно для нового сплава.

— Мэгг, знаешь такой?

— Знаю, Ирви, знаю... Я бы и себе такой набрала бы, только я давно его не встречала.

— А найти сможешь?

— Ох не знаю…

— Я знаю! – внезапно вмешалась Фиона. – Я пока к вам шла, видела такой. – Она порылась в сумочке и достала крохотный кусочек красного камня и протянула его Мэгги.

— Он! – старушка покрутила камушек в руках. – Милая, скажешь, где нашла?

— Непременно скажу и даже провожу! Тут недалеко. А еще там рядом златоуст растет с такими огромными цветками. А ясноцвета там…

У Мэгги загорелись глаза, она незаметно для себя подсела поближе к Фионе.

Ирвинг на секунду задумался, потом кивнул Лорель: — Берем заявку. Мэгги, на тебе. Что еще у нас?

— Есть заявка для Питера, — Лорель озорно подмигнула мне. – у фермера пропал поросенок.

— Лорель! – я начал было возмущаться, но тут она рассмеялась в голос.

— Прости, Пит, — отдышавшись, оправдалась она. – Видел бы ты своё лицо.

— И вот совсем не смешно.

— Лорель, давай без шуточек. Питер пока, хм, не готов к заявкам. Питер, я понимаю, но давай подождем.

Снова ждать. Кто бы знал, как мне надоели эти отчеты, бумаги да журналы! Академия положительно оценила нашу деятельность и вроде как даже разрешила использоваться своё имя в заявках, но взамен потребовала присылать отчеты. А раз уж я так хорошо подготовил бумаги к приезду Бруна, то и новые отчеты легли на меня. Ненавижу!

— Есть заявка от смотрителей кладбища в Бруньках. Кто-то переворачивает каждую ночь могильные камни. Пишут, что ставили охрану, но не смогли поймать.

— Отлично. Финн, возьмешь себе? Попробуй устроить засаду, если нужно, бери Эльвиру с собой.

— Финн, а возьмите меня, — внезапно подала голос Фиона. – Ну пожалуйста. Мне кажется, это так интересно, все эти ваши расследования, засады.

— Нет! – Резко ответил Финн. – Фиона, тебе нельзя, ты же знаешь!

Фиона в ответ обиженно надула губки.

— Так, Финн. Твоя сестра остается здесь только на сутки. Ни на какие заявки не едет. Через сутки можешь взять телегу и отвезти её в трактир. Но здесь ей нельзя дольше оставаться. У нас практически режимный объект!

— Понял, — буркнул Финн. – Вы и сами не захотите её оставить.

— Ой, ну что ты такое говоришь, она же сама прелесть. — Мэгги села рядом с Фионой. – Голубушка, у меня есть лепестки колендулы, могу с тобой поделиться.

Фиона радостно улыбнулась: — Тогда я тебе дам корень василиска, у меня их два.

Ирвинг перевел взгляд на Лорель: — Для мелкого у нас есть что?

Джаспер скорчил гримасу в сторону Ирвинга. Тот поправился: — Для нашего храброго мелкого оперативника есть задачи?

Лорель перебрала листы с заявками.

— Эта подойдет? Кто-то обокрал магазин в Углецах. Пропал только сыр и вино, а все остальные продукты на месте.

— Интересно. Джаспер, твоя заявка. Люций, ты закончил с книгой Питера? Поедешь с Джаспером?

— Я могу книгу с собой взять.

— Отлично. Тогда забирайте себе заявку.

С тех пор, как Брун дал Люцию дневники Первого магистра, тот значительно продвинулся в переводе книги. Оказалось, что книга – это сборник заметок древних драконов. «Последнюю запись делал твой отец», сказал мне тогда Люций. «И здесь еще много пустых страниц». Как будто я знаю, что мне там писать! Про то, как я день за днем обрабатываю заявки??

— Что еще?

— Есть странная заявка из Боровичей. Кто-то по ночам бегает по деревне и заглядывает в окна. Пугает местных.

— Торвин! Берешь себе! И про волкозайца не забудь!

Ирвинг на пару секунд задумался. – Мэгги, выдай ему траву для бессоницы. А то ведь проспит.

Торвин задумчиво почесал затылок. Потом подмигнул Фионе: — Вот все хорошо у оперативников. И кормят бесплатно и зарплату вовремя платят. Но как дают заявки, так хоть увольняйся!

Фиона залилась негромким смехом. Надо признаться, смех у неё был очень приятный, как будто кто-то играет на арфе. Странно, но я первый раз слышал, чтобы кто-то так долго смеялся над шутками Торвина.

— Торвин, ты такой смешной, — Фиона отправила ему крохотный воздушный поцелуй. Торвин в ответ совершенно недвусмысленно ей подмигнул.

— Так, давайте по делу. Лорель, есть что срочное?

— Ну… – она перебрала бумаги – ничего такого, что не могло бы подождать до завтра.

— Хорошо. Все свободны. Торвин!

Великан замер на полпути к Фионе.

— Торвин! Свободны – значит, занимаемся заявками, а не… хмм… Прошу всех выйти, Фиона останься. Раз уж ты здесь, пожалуйста, выслушай несколько слов о внутреннем порядке.

Ирвинг выпроводил нас и закрыл дверь. Мне ужасно хотелось послушать, что он скажет Фионе, я даже сделал вид, что у меня какие-то дела в кладовой напротив. Но голоса разобрать не получилось, только довольный бас Ирвинга и звонкий, как колокольчик, смех Фионы.

— Питер, ты чего здесь пропал? – Лорель спустилась за новой папкой для бумаг.

— Ищу.. перо новое.. – буркнул я первое, что пришло в голову.

— Ой, да возьми у меня в кувшине, — она положила мне руку на плечо и слегка оттолкнула в сторону. – И о чем же они говорят?

— Лорель! – вспыхнул было я, но тут дверь в зал открылась. Из комнаты вышла улыбающаяся Фиона и довольный Ирвинг. Я даже не помню, когда его таким видел.

— Повторяю – по любым, абсолютно любым вопросам обращайся сразу ко мне! – Ирвинг заметил нас и сразу нахмурился. – Питер, Лорель, жду отчеты.

Не дожидаясь ответа, он ушел в свой кабинет.

— Лорель, милая, — Фиона ухватила Лорель за локоть, — ты слышала, что случилось на свадьбе герцога Александрийского? Ты не поверишь!

Они пошли на кухню, Лорель тут же забыла про меня. Стало даже немного обидно.

— Все подружки невесты пришли в одинаковых платьях! А все потому, что в замке появился новый портной и он..

Дальше мне стало не интересно, и я отправился в наш кабинет. Видимо, отчеты сегодня придется заполнять одному. И новых перьев в кувшине Лорель, как назло, не было!

С утра Фиона была на своем месте в общем зале. Я уставился на Ирвинга, но он и не думал её прогонять. Каким-то непонятным образом ей удалось завоевать его расположение. Я оглядел остальных – все были заняты своим делом и как будто совсем не замечали Фиону. Как там говорил Ирвинг – режимный объект? Смешно.

Я встретился взглядом с Финном и тот поспешно отвел взгляд. Он точно что-то знает!

— Давайте начнем, — Ирвинг пододвинул к себе бумаги. – Что у нас по вчерашним заявкам?

— Милый, только давай побыстрее, — промурлыкала Фиона. – Ты обещал отвезти меня в город.

— Да, и давайте побыстрее в этот раз, — Ирвинг как завороженный смотрел в отчеты, будто не в силах поднять взгляд.

— Торвин, что с Боровичами? Нашел того, кто в окна подглядывает?

Великан поднялся, задумчиво почесал бороду.

— Нашелся подлец, да.

— И? Рассказывай, не томи. Кто это был?

— Козел.

— Козел??

— Да.

— Так, мы про одного козла говорим? Который блеет и с рогами?

— Да-да.

— Торвин поймал козлика, — захихикала Фиона, — какой молодец.

— Молодец, Торвин, — похвалил его Ирвинг. Торвин смущенно улыбнулся.

— Куда дел козла?

— Отпустил…

— Какой ты добрый, — протянула радостно Фиона. – Вам бы всем поучиться у Торвина и не обижать бедных зверюшек.

— Молодец, Торвин, — задумчиво протянул Ирвинг. – А с волкозайцем что?

— Ирви! — снова вмешалась Фиона. – Оставь в покое несчастных зайчиков, ну что они тебе такого сделали??

— Волкозайца отменяем, — сказал медленно, словно, через силу, Ирвинг. – Молодец, Торвин.

Мне пришлось ущипнуть себя, чтобы проверить, что это не сон. Торвин отпустил козла. Не поймал волкозайца, которого пытались найти уже вторую неделю. Ирвинг три раза назвал его молодцом. Или я брежу наяву или весь мир сошел с ума. Что происходит?

Я снова поймал бегающий взгляд Финна и начал потихоньку двигаться к нему.

— Мэгги. Красный молох нашли?

— Нашли, Ирви, — Травница медленно встала, растерянно посмотрела на Фиону, – целый мешок набрала, пусть присылают гонца.

— Отлично, — Ирвинг сделал пометку в отчете. – Лорель, отправь им письмо.

Лорель молча кивнула.

Я пытался поймать её взгляд, но она упрямо смотрела в заявки, меланхолично делая какие-то пометки.

— Что у нас еще из заявок? Люций с Джаспером вернулись? – Он наконец поднял голову, обводя взглядом зал.

Вы когда-нибудь смотрели в глаза мертвой рыбы? У неё огромные мутные зрачки, которые к тому же совершенно пусты и не выражают ровным счетом ничего, даже отражения в них нет. Полнейшее равнодушие к жизни и к смерти. Я однажды в кладовой наткнулся на залежавшуюся рыбину и порядком испугался.

У Ирвинга были точно такие же зрачки. Как будто, это был не человек, а кукла с нарисованными глазами, которую потянули за ниточки, чтобы она подняла голову на секунду. Жуткое зрелище. Мертвецы Финна и то выглядели живее.

Финн! Я подобрался к нему и заглянул ему в глаза – обычный живой Финн, разве что как будто слегка испуганный.

— Финн! Что здесь творится??

— Тссс! Не смотри на неё, не говори с ней! – Он попытался закрыть мне рот рукой, оглянулся на Фиону и вдруг замер на стуле, съеживаясь на месте.

Я заметил движение со стороны Фионы, повернул голову и внезапно её лицо возникло прямо перед моим. Еще секунду назад она была рядом с Ирвингом, а сейчас каким-то невероятным образом очутилась рядом со мной.

У неё были вертикальные зрачки и раздвоенный язык, совсем как у змеи. И почему я раньше этого не замечал? И почему остальные этого не видят? Почему все замерли вокруг?

— Питер, мальчик мой, — её слова отозвались у меня целым ворохом воспоминаний. – Я тебе нравлюсь? Хочешь меня поцеловать?

Её язык высунулся на несколько дюймов и слегка пощекотал мне шею. Было щекотно, немного противно, и слегка тревожно. Но, почему-то, страха я совсем не ощущал.

— Кто ты?

— Я Фиона, — она улыбнулась. Взяла меня за руку, её пальцы были совсем ледяные. – Я тебе нравлюсь, Питер? Ты вот мне очень нравишься. Мне кажется, я влюбилась, Питер.

— Что у тебя с языком?

— Что? Ты видишь меня?! Но как?

Она обернулась к брату: — Это твоих рук дело? Как он меня видит?!

Финн вцепился в стол, намереваясь скользнуть под него. Пришлось мне спасать бедолагу.

— На меня твоя магия не подействует, Фиона. Или кто бы ты там ни была. Оставь меня и всех остальных в покое. Уходи.

Она озадачено посмотрела на меня. Потом улыбнулась во весь рот и потянулась ко мне губами. Я отпрянул. Лицо Фионы скривилось в разочарованной ухмылке.

— Значит, это правда, что о тебе говорили. Но как это возможно?

— Не думай. Просто уходи отсюда.

Краем глаза я заметил, что все остальные в зале совсем не двигались, только один Финн дрожал, словно лист.

— А если я не уйду?

— Тебе придется!

— А ты заставь меня!

Её руки внезапно стали вытягиваться, а пальцы удлинялись и сливались вместе, пока не превратились в тонкие отростки, похожие на змеиный хвост. Она обвила меня своими руками-змеями, прижав мои руки к телу.

— Питер, мальчик мой. Я оставлю тебя и твоих друзей в живых, просто подчинись мне, — прошипела она мне в ухо, продолжала стягивать свои объятия все сильнее. Я буквально слышал, как мои ребра стали трещать, но одновременно с этим я почувствовал, как внутри меня поднимался жар. Как будто кто-то раздувал огромное пламя и оно захватывало все мое тело! Кожа в одно мгновение покрылась костяной чешуей, а руки налились мощными мышцами, вытянувшись в огромные когтистые лапы. Первородный драконий огонь!

Фиона отскочила так быстро, что я едва заметил её перемещение. Теперь она стояла у выхода из зала и с ужасом смотрела на меня.

— Значит, это правда!

— УХОДИ! — Неожиданно, даже для самого себя, проревел я. Изо рта полетели искорки огня. Проревел так громко, что, казалось, сам воздух вокруг вздрогнул, а со стола бумажным фонтаном взлетели все бумаги.

Фиона исчезла в то же мгновение. Дверь в зал оказалась распахнутой, а секунду спустя хлопнула входная дверь башни.

Я медленно приходил в себя. Не знаю, смог бы я контролировать себя дальше. Моя драконья сущность была словно сама по себе. Я ощущал себя наездником дикой необузданной лошади — тебе кажется, что ты ей управляешь, но одно неосторожное движение — и она несет тебя, а ты уже ничего не можешь с ней сделать.

Финн сидел, охватив голову руками и медленно раскачивался на стуле. Я протянул было к нему руку, но быстро сообразил, что моя когтистая лапа могла бы его напугать.

Я выбежал в открытую дверь и закрылся в кладовой. Не знаю, видели ли остальные эту сцену, но продолжать пугать их мне не хотелось бы. Я принялся с закрытыми глазами вспоминать всех своих питомцев в коровнике и когда дошел до кроликов, почувствовал, что пламя внутри погасло. Оглядев себя со всех сторон, вернулся в зал вполне себе человеком.

В зале была привычная, я бы даже сказал, семейная обстановка. Я чуть не прослезился.

— Зачем ты отпустил козла, Торвин?? — Ирвинг стукнул кулаком по столу. — Ты хоть понимаешь, что они нам теперь не заплатят? Не заплатят мне — я не заплачу тебе! А ещё репутация!

Торвин стоял, опустив голову, всем своим видом показывая раскаяние, хоть и не совсем искреннее.

— Ты понимаешь, что ты целый день потратил впустую? — продолжал бушевать Ирвинг. — Чтобы завтра же голова этого козла была у меня на столе! Или это будет твоя голова, Торвин! Все, иди! Сил моих больше нет.

— И волкозайца не забудь! — крикнул он вслед удаляющейся фигуре великана. Тот в ответ вскинул руку, сжатую в кулак.

— Одно наказание с ним, -пробурчал Ирвинг, переводя взгляд на меня. Раньше мне было слегка не по себе, когда он так внимательно меня рассматривал, но теперь я был только рад его живому общению и искреннему интересу в глазах.

— Ты куда пропал, Питер? Что смешного я сказал?

— Да все нормально. Я.. эмм.. за пером выходил в кладовую.

— Опять ты прохлаждаешься где-то, когда нужен здесь! Помоги лучше Лорель с бумагами.

Лорель на коленях собирала бумаги под столом. Я принялся ей помогать, она приветливо подмигнула. Затем застыла, подняв несколько листов с обугленными уголками и вопросительно посмотрела на меня. Я сделал вид, что совершенно не причем.

— Финн, разобрался с кладбищем? Что там было?

Некромант все ещё сидел, обхватив голову руками.

— Эй, Финн! Ты здесь, с нами? Что с кладбищем?

Финн наконец услышал свое имя, откинулся не стуле и недоуменно посмотрел на начальника.

— Да что с тобой такое! Что по заявке?

— А, кладбище… — Финн наконец обрёл дар речи. — я не ходил туда.

Ирвинг подпрыгнул, словно игрушка на пружине.

— Что значит, не ходил?! А чем же таким ты был занят, уважаемый Финн, что не ходил выполнять заявку? Расскажи, может нам тоже надо все бросить и помогать тебе!

— Уже не надо, — глухо отозвался Финн, — Она больше не вернётся.

— Кто она?!

Финн замялся. Видно было, как тяжело ему об этом говорить.

— Моя сестра... Я сегодня закрою заявку, обещаю

— Хорошо. Давай решай уже свои семейные проблемы и начинай работать.

— У Финна есть сестра, ого, — шепнула мне Лорель. — Хотела бы я на неё посмотреть.

Я уставился на нее в изумлении. Может быть, я сплю и события последних дней мне просто сняться? Но нет, глядя на невероятно бледного Финна, я решил, что мир по-прежнему реален и мне надо непременно обсудить с некромантом его сестру.

— Поверь мне, Лорель, лучше с ней не встречаться.

Провожаемый недоверчивым взглядом напарницы, я подсел к Финну. Тот сидел спокойно, но как будто слегка нервно.

— Рассказывай мне всё.

Финн поежился, будто от холода.

— Не сейчас, Пит. Потом. Это… Лучше, если об этом никто не узнает.

— О чем не узнает? – Эльвира сидела сзади нас и все слышала. – Что у вас за секреты, мальчики?

— Эльвира! – мне уже порядком надоела эта неопределенность. – Ты ничего необычного не замечала час назад?

— Нет. Обычная планерка.

— А вчера? Ты помнишь Фиону?

Финн слегка вздрогнул, услышав имя сестры. Эльвира смотрела на меня спокойно и слегка недоуменно.

— Фиона… Что-то как будто знакомое, но… Нет, не знаю. А кто она?

— Да не важно. – я сдался. Если никто Фиону не помнит, то и допытываться до остальных не имело смысла.

Планерка к тому времени уже закончилась. Последняя уходила Мэгг, копаясь в своей сумке и бормоча «Откуда у меня корень василиска? Хоть убей не помню как я его нашла».

— Ну что, Финн. Рассказывай. Это и правда твоя сестра?

— Да. – Он грустно улыбнулся. – Родная. Только видимся мы не часто. Она…хммм.. особенная.

— Это я уже заметил. Она может сюда вернуться?

-Теперь уже нет. Тебе удалось её напугать, Пит, теперь она будет избегать это место всегда.

Ну хоть что-то хорошее.

— А почему она так превращается? Что с ней? И почему остальные её не помнят?

— Она суккуб, Питер.

Я напряг было все свои извилины, но так и не смог вспомнить, кто такие суккубы. Финн принялся объяснять.

— Она умеет гипнотизировать и управлять человеческими эмоциями. Она как вампир, только вместо крови ей нужны ваши чувства.

— Ваши? А тебя она не может загипнотизировать?

Финн улыбнулся.

— В детстве она постоянно пыталась это сделать. Но со мной у ней это никогда не получалось. Мама говорила, это от того, что в нас течет одна кровь.

— Ну и семейка, у вас конечно, Финн. Я надеюсь, от вас к нам больше никто не придет?

— Нет, это исключено. – Он стал серьезным. – Я не знаю, как она вообще сюда пришла, я никому не говорил, где я работаю.

— Видимо, мы теперь настолько известные, что все о нас знают, даже твоя сестра. Кстати, а почему ты нас сразу не предупредил о ней?

— Я… не мог, Питер. – Финн заволновался. – У нас с ней договор – я не говорю про неё, она не выдает мою тайну.

— Здорово! То есть, если бы не я, мы бы все здесь сдохли бы, только потому, что у вас с ней там какой-то договор!

— Да не сдохли бы. Она убивает только в крайних случаях. Обычно она живет до тех пор, пока у людей не заканчиваются все эмоции, а затем уходит. А люди потом становятся обычными. Не сразу, конечно, а со временем.

— И сколько это длилось бы?

— У всех по-разному, Пит. Первый её муж работал кузнецом в нашей деревне. Она его за две недели высосала так, что он потом еще год не мог ни с кем разговаривать. А с последним мужем жила три года, и он выглядел как обычно всегда. – Финн ухмыльнулся. – Крепкий попался мужик.

— Да уж. Нам еще повезло.

— Одно я не могу понять, Финн. Что такого ты скрываешь от всех, что готов был пожертвовать нашими жизнями, только ради того, чтобы мы об этом не узнали?

— Я… не могу тебе сказать об этом, Пит. – Финн снова стал отстранённо холоден. – Это… личное.

— Знаешь что! – я был на него еще достаточно зол, — Это твоё личное чуть не стоило нам всем жизни! Или ты рассказываешь мне сейчас или я иду к Ирвингу и все ему рассказываю!

— Пит, не надо! – Финн слегка побледнел. – Я.. расскажу, но только тебе!

— Весь в внимании.

— Давно, еще в детстве, мы с Фионой договорились – я никому не рассказываю, что она суккуб, а она не рассказывает, что я был.. – Финн замялся. – был бардом.

— Бард? Который поет песни? Ходит по трактирам, сочиняет песни – вот этот бард?

— Да… У меня была своя гитара и я играл на ней свои песни. Я хотел стать бардом, Пит, но потом все поменялось… Теперь ты знаешь. Пожалуйста, не рассказывай об этом никому.

Я не знал, смеяться мне или плакать. Это существо, она же сестра Финна, едва не убила нас всех только потому, что Финн не хотел, чтобы мы узнали, что он в детстве пел песни на гитаре. Песни на гитаре!

— Пит, ты обещал!

— Да не расскажу я. Но… неужели тебе это так важно? Это же просто музыка.

Финн помедлил.

— Однажды, в трактире…меня закидали помидорами после выступления. Все кричали, один даже выбил стул подо мной. А трактирщик выгнал, не заплатив, как будто я попрошайка какой.

Финн сжал губы.

— Это было как будто в прошлой жизни. Но с тех пор я дал себе слово никогда об этом не вспоминать и общаться только с мертвыми.

Я заметил в уголках его глаз маленькие набухшие слезинки. Не удержался и обнял его.

— Финн, общайся с нами. Мы хоть и живые, но твои друзья. А если захочешь петь – я с радостью послушаю. А помидоров у нас все равно нет.

Финн попытался улыбнуться сквозь слезы и неуклюже обнял в ответ. Не знаю, сколько времени мы так сидели, но, заслышав шаги снаружи, быстро отодвинулись друг от друга.

— Вы чего тут пропали? – Лорель схватила бумаги со стола. – Пит, между прочим, мог бы и помочь…

Внезапно её прервал стук в дверь башни.

Глава 10 Башня

К нам стучались в дверь сотни раз и каждый стук был особенным. Кажется, я даже научился по стуку угадывать посетителей. К нам стучались простые жители и короли, разгневанные мужчины и застенчивые девушки. Иногда стук был едва различим, а иной раз грохот от него был слышен в соседней деревне. Однажды к нам ломился огромный разъярённый циклоп, едва не вынес нам дверь. С того времени зубастый одноглазый череп стал главным украшением комнаты Торвина.

Но этот стук отличался от всех прочих. Он был спокойным, размеренным и в то же время каким-то невероятно властным и требовательным. Лорель тоже это почувствовала, я видел, как расширились её глаза. Мне стало по-настоящему тревожно.

— Пит… — начала было Лорель, но я уже бежал по лестнице к двери.

За дверью, отступив от башни, стоял мужчина в дорогом костюме из шелка. Он не делал попытки войти, а просто стоял и ждал, очевидно, когда к нему все спустятся. Что-то в нем было странное и сначала я долго не мог понять, что именно и лишь внимательно рассмотрев его лицо, я наконец понял – у него были заостренные уши! Это был эльф, настоящий эльф!

Об эльфах я знал совсем немного – разве только то, что они жили очень долго и были невероятно умны. А еще они вроде как никогда не общались с простыми людьми, и я совершенно не понимал, что этому эльфу надо было от нас.

Мужчина в костюме продолжал стоять и ждать, смотря куда-то поверх моей головы. Когда спустился Ирвинг, он наконец представился: — Добрый день. Я Элиан, управляющий.

Он не протянул руку Ирвингу, как того требовал обычай, впрочем, Ирвинг и сам не шел к нему.

— Прошу ознакомиться, — Элиан небрежным жестом открыл свою сумку и достал оттуда какую-то бумагу и вытянул её к направлению Ирвинга.

Ирвинг продолжал стоять на месте и сверлить эльфа глазами. Я понял, что ни один из них не сделает и шага друг к другу, поэтому взял бумагу из рук Элиана и отдал её Ирвингу. Тот немедленно принялся её читать и с каждым прочитанным словом его лицо все больше серело. Наконец он дочитал и глухо спросил: — Сколько у нас времени?

— Два часа, — сухо ответил эльф и с едва уловимой насмешкой принялся разглядывать остальных членов команды.

— Что там, Ирви? – спросила Мегги.

— Приказ о выселении, — Ирвинга как будто подменили, у него опустились плечи и вообще он стал похож на старика.

— Какое такое выселение? – Мегги скрестила руки, злобно посмотрев на эльфа.

— Наша башня — это собственность Академии, — принялся объяснять Ирвинг. – Корнелиус её оформил в аренду и я пытался её перекупить у Академии, но не успел…

— И что же, они нас сейчас выгоняют? – Не унималась Мэгги.

— Да. Приказ подписан советом Трех.

— Да как они смеют??

— Что за шум, а драки нет? – Из башни вышел Торвин. Завидев его, эльф заметно занервничал, а сзади него внезапно материализовались три фигуры. Вглядевшись, я еле удержался, чтобы не присвистнуть – это были магистры первого уровня! В одинаковых серо-красным мантиях и с боевыми посохами наперевес.

— Торвин, ты представляешь, нас хотят выселить. Вот этот вот – Мэгги указала пальцем на эльфа.

— Все нормально, сейчас я с ним потолкую, — Торвин сделал было шаг по направлению к эльфу, но тут же был остановлен Ирвингом.

— Торвин, не дури! Они тебя в порошок сотрут! Стой на месте. Это приказ!

С лица Торвина пропала ухмылка. Он тоже заметил магистров за спиной эльфа теперь задумчиво поглаживал рукоять топора, как бы прикидывая, в кого из его метнуть.

— Питер, а ты сможешь их… остановить? – негромко произнес Финн, подходя ко мне сбоку.

Я прикрыл глаза и попытался было разбудить в себе драконье пламя, но ничего не почувствовал. Поэтому только лишь отрицательно мотнул головой. Почему я никак не могу им управлять?

— На всякий случай напоминаю, — эльф даже не посмотрел в мою сторону. – Любое сопротивление будет расценено как нападение на членов Академии с последующим уничтожением нападающего.

Мэгги воинственно фыркнула. Эльвира так напряженно смотрела на эльфа, что я подумал, что она хочет его загипнотизировать.

Сзади ко мне подошла Лорель.

— Питер, это кто?

— Какой-то управляющий. Эльф.

— Это управляющий банка магии, — так же тихо сказал нам Финн. – Считайте самый главный там. Наверное, даже главнее Совета.

— Ого, — Лорель посмотрела на эльфа с любопытством.

— Так, народ – Ирвинг говорил медленно, видно было, как каждое слово дается ему с трудом. – У нас всего два часа. Берем только самое необходимое и грузим в телегу.

— Отчеты? – зачем-то спросил я.

— К черту отчеты! – столько злости в голосе Ирвинга я еще никогда не слышал. – Берите голубей.

Следующие два часа пронеслись как одно мгновение. Мы только и делали, что хватали вещи и тащили их вниз. Ирвинг заперся в своем кабинете и поначалу я беспокоился за него, но потом он вышел, волоча за собой огромный набитый мешок. Я помог ему спустить его, нащупав какие-то книги сквозь ткань.

Все вещи в телегу не поместились, а клетки с голубями так тем более. Мы их просто поставили рядом. Вещи Люция я упаковал в его чемоданы и спустил к остальным. Интересно, есть ли у Джаспера какие-то вещи в башне? Наверное, я бы не смог их достать, даже если они бы и были.

Пока мы таскали вещи, никто и не думал о том, что будет дальше. Но когда мы встали перед башней со всем своим скарбом, растерянность прямо-таки читалась на лицах.

— Что дальше, Ирвинг? – Эльвира единственная, кто действительно взяла только самое необходимое. Или у неё так мало было вещей? По крайней мере свой магический шар она точно не забыла.

Ирвинг пожал плечами: — Пока не знаю. Поживем в трактире какое-то время, я съезжу в Академию, буду добиваться возвращения нашей башни.

— А что они такое делают? – с испугом в голосе спросила Лорель.

Мы дружно обернулись к башне. Маги висели в воздухе вокруг неё, подняв свои посохи, а вот Элиан, наоборот, отходил от неё подальше. Как будто опасался чего-то…

Первым на них, как ни странно, бросился Финн. За ним бежал Торвин и все остальные. Ирвинг нам что-то кричал вслед, но мы уже не слышали. Нашу башню хотят разрушить!

Маги даже не обернулись на нас. Не добегая нескольких метров до них, мы разом врезались в невидимую стену и повалились вповалку друг на друга. То, что мы увидели дальше, было похоже на настоящий кошмар наяву.

Маги закончили читать заклинание и одновременно подняли свои посохи. Башня стала вытягиваться, кирпичи с треском отламывались друг от друга и поднимались вверх – вместе с окнами, дверями и лестницей. Каждый кирпичик отделился от другого и висел в воздухе, как будто это был огромный детский конструктор. Можно было увидеть всю нашу схему помещений, это было красиво и ужасно одновременно. Затем маги резко опустили посохи вниз, и вся башня с огромным грохотом рухнула на землю! Удар был настолько сильным, что земля рядом с нами содрогнулась и те, кто были на ногах, свалились на траву. В воздух поднялась пыль, но невидимая стена вокруг башни не пускала и её и пыль поднималась по невидимому куполу вверх, повторяя очертания башни.

Затем магическая стена пропала и пыль ровным слоем стала растекаться по всей поляне. Магов уже не было, они появились у дороги возле своих лошадей и спустя пару секунд уже мчали прочь, возглавляемые Элианом.

— Зачем? Зачем вы её разрушили, идиоты? – Кричала во весь голос Мэгг.

Торвин не выдержал, издал какой-то совсем дикий рык и изо всех сил метнул топор вслед уезжающим. Лорель плакала, уткнувшись в моё плечо, а лицо Финна не выражало ничего, оно было словно каменное. Эльвира, прихрамывая, брела обратно к вещам, а Ирвинг просто смотрел на место, где была наша башня и время от времени вытирал рукой лицо.

Я и сам был готов расплакаться, тем более, когда Лорель заливала мне слезами рубаху, но что-то внутри меня не давало мне раскиснуть. То самое драконье пламя, которое вырывалось из меня при встрече с опасностью, теперь тихо тлело во мне, словно согревая изнутри. Оно как будто говорило – все хорошо, все правильно, успокойся. Но разве это правильно – уничтожать наш дом, нашу работу и место, где каждый из нас оставил частичку своей души?? Башня – единственное место, где я наконец мог чувствовать себя по-настоящему живым и полезным человеком. А еще это был мой якорь в мире Пограничья, хоть это беспокоило меня сейчас меньше всего.

Не сговариваясь, мы пошли к Ирвингу.

— Что теперь? – спросила его Эльвира.

Ирвинг растеряно посмотрел на неё: — Я… я не знаю. У нас нет башни, нет заявок… нет работы. И я…не ваш начальник. Я не знаю…

— Предлагаю отправиться в трактир! – громогласно заключил Торвин. – И там как следует все обдумать!

Ирвинг на секунду задумался и кивнул: — Хорошо. У меня есть кое-какие сбережения, на первое время хватит. А дальше..

— Не торопись, Ирви, — Мэгги мягко взяла его под руку. – Может мы что-нибудь еще придумаем.

Пока мы обвешивали телегу вещами, из леса вышли Люций с Джаспером. Люций ужаснулся от картины разрушения, хотя Джаспер отнёсся более спокойно. Но пока Люций проверял свои чемоданы, Джаспер вдруг вскрикнул и помчался к обломкам башни. Он довольно долго там пробыл, и мы уже стали звать его, как он вылез совсем с другой стороны, довольный, прижимая к груди маленькими лапками какой-то кусок ткани.

— Джаспер, тебя же могло придавить, — принялась отчитывать его Лорель. – Что ты там искал? Это же какая-то тряпка просто.

— Это не тряпка! – рявкнул мышонок. Он торжественно развернул ткань перед нами: — Это моя форма оперативника. Я сам её шью. Только она еще не готова! Не смотрите!

Он свернул ткань и затолкал её в один из боковых карманов чемодана Люция.

— Ну что? Готовы? – Торвину не терпелось отправиться в путь.

Оглядев в последний раз большую груду кирпичей, я уже было собрался брать клетки, как вдруг заметил одинокого голубка, кружившего над местом башни. Бедняга, он даже и не знал, что ему теперь не за чем было лететь сюда. Вдвоем с Лорель мы приманили его к клеткам и закрыли вместе с остальными. К ноге голубя была прицеплена бумажка с заявкой – обычной, без кольца. Отцепляя её, Лорель улыбнулась и протянула бумажку мне: — Питер, это наша последняя заявка. Она твоя.

Не разворачивая бумагу, я сунул её в карман, и мы тронулись в путь.

— Я хочу стать воспитателем в детском саду, — сказал Торвин под всеобщий смех. Мы сидели за огромным столом в таверне, заставленным нехитрой местной едой и напитками.

— Ну а что, хорошая не пыльная, столовая опять всегда рядом, — Торвин как будто говорил всерьез, хоть и улыбался, видя наше веселье.

— Торвин, эти маленькие монстры даже тебе не под силу, — засмеялась Эльвира.

— И топор тебе не поможет, — заключил Ирвинг, — отберут топор и надают по шее.

Таверна сотряслась от дружного смеха. Торвин хохотал громче всех. Трактирщик посмотрел с недоумением, остальные посетители сидели как можно дальше от нас. К черту все правила и приличия, сегодня, возможно, последний день, когда мы вот так собираемся командой. Я только сейчас осознал, насколько счастлив был последние несколько лет.

— Питер, а ты что собираешься делать? – внезапно повернулся ко мне Финн.

За столом стало тихо. Все обернулись на меня, и я вдруг понял, что не знаю ответа. Что я умею – чистить коровники, да заполнять отчеты. Даже в дракона нормально превращаться не умею.

Я пожал плечами. Внезапно меня осенило:

— А давайте выполним последнюю заявку! Она у меня.

Я достал из кармана свернутую записку и передал её Лорель. Та передала Эльвире, а та отдала Ирвингу. Он взял записку в руку и внимательно посмотрел на нас.

— Последняя заявка! – Торвин схватил пустую кружку и принялся стучать ею по столу, отбивая ритм. – Последняя заявка! Последняя заявка!

— Последняя заявка! – подхватили мы, стуча по столу чем попало. Грохот поднялся невероятный. Трактирщик направился было к нам, но оценив размах плеч Торвина, быстро передумал.

Ирвинг прочел записку. Нахмурился. Посмотрел на меня. Прочитал еще раз, Я заметил, как у него от удивления раскрылись глаза.

— Делаем ставки! – прокричал Торвин. – Я за то, что там про ведьму!

За это он немедленно получил укоризненный взгляд от Эльвиры. Она не осталась в долгу: — Там про грубого неотёсанного мужлана, которого надо проучить.

Торвин расхохотался.

— Читай, Ирви, — попросила Мэгги.

Ирвинг снова посмотрел на меня. Удивленно.

— Заявка про призрака, — начал он. Торвин разочаровано махнул рукой. – Про призрака в заброшенном замке у Красных гор.

Тут все снова посмотрели на меня. Люций с изумленным видом хлопнул себя по карману, проверяя, на месте ли книга. Лорель не удержалась и ткнула меня своим острым локотком: — Все-таки ваше величество, да, Пит?

— Да уж, — я не нашел, что сказать. Мысль о том, что у меня теперь есть собственный замок – одновременно радовала и пугала просто до безумия. Что в этом фамильном родовом гнезде меня могло ждать? И что за призрак там?

— Здесь даже написано, как найти замок, — Ирвинг перевернул бумажку.

— Аггррррхх! — Торвин издал почти звериный рык, — Идем в замок Питера!