От воровки до королевы 2

Глава 1

Мужчина замахнулся ножом. Только в эту секунду осознала, что снова нарвалась. После Генри и Уилла пора было бы уже усвоить урок. Здесь долго не любезничают.

Реакция у меня хорошая даже в новом теле. Машинально сделала шаг назад и закрыла руками голову. Нападающий промахнулся и чуть не свалился на начинающую промерзать землю, но всё же удержался на ногах. Собиралась убежать, не драться же мне против человека с холодным оружием? Но запнулась о свой же подол. Не надо было прогуливать тренировки по бегу в длинных платьях!

Человек схватил меня за локоть, причём так сильно, что я сморщилась от боли. Высвободиться было бы проблематично. Закричала на всю улицу, надеясь на помощь прохожих. Он снова замахнулся, и я не нашла ничего лучше, чем схватиться за эту руку с ножом и вложить все силы в то, чтоб не дать ему нанести удар. Ну чем не сцена из боевика? Здесь только эпичной музыки не хватает.

Он давил рукой вниз, прямо к моему горлу, я же старалась оттолкнуть её как можно дальше. Всё это заняло доли секунды, долго бы я давать отпор не смогла, несмотря на регулярные занятия спортом.

Внезапно услышала глухой звук, а потом мужчина рухнул на землю. Нож тоже со звоном упал вниз. Подняла взгляд — передо мной стоял Ричард с кинжалом в руке. Только кинжал был в ножнах. Кажется, он вырубил его ударом рукоятки.

— Вы в порядке? — спросил он, а потом наклонился к нападавшему и забрал нож. — Нужно незамедлительно позвать констебля.

Я ещё не до конца осознала, что произошло. Отошла поближе к дверям пивной и попыталась отдышаться, при этом тряся рукой, которая болела после чрезмерного напряжения. Ричард тем временем заметил вдалеке какого-то человека и, сунув ему монету, попросил позвать констебля. О нет, опять эти блюстители порядка. Как же не хочется с ними связываться.

— Почему он напал на вас? — спросил Ричард. — Умеете вы находить себе проблемы.

— В этом вы правы. Не смогла сдержаться… — я тёрла локоть. — Он вообще приходил не ко мне, вы же слышали. Если злюсь, теряю голову.

Ричард покивал, видимо соглашаясь с тем, что я о себе говорила. Вот это делать было не обязательно!

— Это я вас разозлил?

Я отвела взгляд и скрестила руки. Не хотелось признаваться, хотя всё и так очевидно.

— Не думал, что вас разозлит то, что я не стал есть ваши новые блюда. Я бы всё равно оплатил даже то, к чему не притронулся.

Не думал он. До него не доходит, что дело не в деньгах.

— Почему всем нравится, а вам нет?

В этот момент подумала совсем не о гамбургерах, а о себе. Ещё недавно два успешных торговца оказывали мне чересчур навязчивые знаки внимания, а он реагирует на меня… никак.

— Я избирателен, — ответил Ричард. — Если что-то понравилось, то уже не могу этому изменить.

Вот и пусть жуёт свою баранью ногу каждый раз.

Вокруг нас столпились любопытные прохожие. Где они были, когда меня пытались зарезать? Это напомнило мне, что я так и не поблагодарила Ричарда.

— Спасибо, что спасли. Я уже и не ждала ни от кого помощи.

— Сразу понял по его виду, что он опасен. Не стоило выходить на улицу, особенно в вашем расположении духа.

Я кивнула и снова уставилась на валяющегося мужчину. Где там этот констебль? Надеюсь, мне не придётся никуда ехать, чтоб давать показания… Моё ограбление коррупционера осталось безнаказанным, и это вдохновляло на новые свершения. Так что встречаться с констеблями, шерифами и тому подобной нечистью желанием не горела.

Прохожие без стеснения разглядывали и нас, и тело на земле, обмениваясь репликами:

— Ой, он мёртв?

— Нет, дышит вроде.

— Напился, что ли?

— Разойдитесь, — сказал им Ричард. — Сейчас сюда придёт констебль.

— А я его знаю! — воскликнул один из зевак с жёлтыми зубами. — Это ж сосед мой. Напротив живёт. Мы его Костяной шулер прозвали.

— Костяной шулер? — переспросил Ричард.

— Ещё какой! Глупцов зазывает сыграть… А кости-то у него непростые. Сколько бедных людей облапошил. Так ему и надо, пусть полежит.

— А где именно он живёт? — уточнила я, будто между делом. — Чтоб констеблю передать.

— Так где же ещё, как не в доме на мосту между лавкой свечника и кожевенных дел мастера? — важно проговорил прохожий.

— А он один живёт? Вы предупредите жену, что домой сегодня не вернётся.

— Жены у него нет, один живёт. Была какая-то девица распутная, только уж давно не появлялась.

Эти вопросы я задавала неспроста. Если Костяного шулера заберут в тюрьму посидеть за нападение, то мне бы не помешало наведаться в его жилище и поискать все те деньги, что он из людей выманил. Интересно, сколько там накопилось? Вот если меня саму не заберут на допрос, сразу после работы отправлюсь, осмотрю, что там за замок, а уж потом решу, что делать. Лучше не откладывать, а то конкуренты не дремлют.

Наконец появился констебль. Сразу приказал всем расступиться и спросил, что произошло. Я рассказала:

— Этот человек пришёл к служащей пивной, чтобы потребовать деньги, которые она якобы проиграла в кости. Но он — мошенник, многие подтвердят. Служащая испугалась, не хотела к нему выходить, тогда это сделала я. Вышла на улицу, чтобы прогнать, а он накинулся с ножом. Чуть не убил! Этот господин, — я показала на Ричарда, — своим ударом лишил его сознания.

Констебль недоверчиво посмотрел на меня и на мою грудь в отдельности, куда ж без этого.

— С чего это ему на тебя с ножом кидаться? Может, ты что-то не договариваешь?

Конечно, самое время жертву обвинять. Но тут Ричард заговорил:

— Господин, всё так и было. Я сидел за столом в пивной, как вдруг этот человек с силой открыл дверь, создавая ненужный шум. С самого начала выглядел подозрительно. Просил позвать подавальщицу. Но вместо неё вышла эта девица. Я услышал крик и тут же выбежал.

— Представьтесь, — попросил констебль.

— Ричард Малколм, сын графа Йоркского, — ответил он.

— Хм, — констебль сразу выпрямился. — Графа Йоркского? Это вы недавно в рыцарском турнире победили?

— Нет, это мой брат, — спокойно ответил Ричард.

Констебль уважительно кивнул и произнёс:

— Раз вы ручаетесь, что всё так и было, не вижу причин вам не верить.

— Что его ждёт? — поинтересовалась я.

— Штраф, а то и тюрьма. Сначала отвезём в тюрьму «Ньюгейт» до разбирательства.

«Вот так неудачно ты зашёл», — пронеслось у меня в голове.

Люди констебля помогли связать моего обидчика и потащили. Будет ему «доброе утро», когда очнётся.

Представление закончилось, и любопытные сразу рассосались. Ни Мод, ни Изабель ни разу не вышли проверить, где я. И вообще, как там мои подчинённые? Голова шла кругом. Некогда даже прийти в себя. Выжила? Значит, иди работай.

Мы всё ещё стояли с Ричардом у входа. Не хотелось, чтоб он уходил. Теперь неизвестно, когда вернётся, ведь у нас в пивной он совсем нечастый гость.

— Благодарю, что спасли меня во второй раз, - я нарушила молчание.

— Во второй? Каждый бы поступил также.

Ну да, ну да, оно и видно. Не знаю, каким чудом я вдруг догадалась сказать:

— Я буду за вас молиться во время мессы!

Ричард поднял брови:

— Куда вы ходите на мессу?

Я бы тоже хотела знать «куда». Кто бы подсказал.

— В разные церкви, — начала я, отводя взгляд, — Ну и в Собор Святого Петра.

С этим точно не прогадаю.

— Я тоже там бываю, но вас ни разу не видел.

Потому что смотришь не туда.

— В это воскресенье обязательно там буду. А вы?

Ричард замешкался, а потом кивнул, будто это обычное дело:

— Да, полагаю, что и я там буду, если не отправят в какое-нибудь графство по делам.

Мне кажется, или я сама назначила ему свидание? Ну я девушка современная, да и вообще не люблю упускать «своё».

— Пойдёмте внутрь. Ваша еда уже, наверное, готова. Если у вас ещё есть аппетит.

Ричард кивнул, и мы проследовали в пивную. Там жизнь текла будто в параллельной вселенной. Все спокойно пили эль, уминали закуски, разговаривали, не замечая того, что творится снаружи. Только зайдя в помещение, поняла, как сильно замёрзла, ведь вышла на улицу только в форменном льняном платье. Со стола, за которым ранее сидел Ричард, уже успели всё убрать. Изабель, разливающая эль, усмехнулась, глядя на нас двоих. Догадываюсь, о чём она подумала.

— Я принесу вам эль и лучшую баранью ногу, — пообещала я Ричарду.

— Не стоит, — проговорил он и взял со скамьи перчатки. — У меня и правда пропал аппетит. Да и вам лучше отдохнуть после нападения. Вот деньги за еду.

Ричард достал из кошелька несколько монет и протянул мне. Я покорно их приняла, чувствуя, как сжимается желудок.

— До встречи, — сказала я тихо, чтоб никто не услышал.

Ричард слегка улыбнулся и вышел из пивной, а я повернулась к Изабель.

— Где ты ходишь? — она нахмурилась, но в её взгляде светилось любопытство.

— Ох, умоляю, налейте мне эля. Меня чуть не убили! Человек, который пришёл к Мод… накинулся с ножом, а никому и дела нет! Вот только Ричард его по голове и ударил.

Изабель подняла брови:

— Я слышала какие-то крики, но не придала значения. Мало ли кто там визжит. Так значит, этот молодой человек тебя спас? С чего вдруг?

Странный вопрос. Может быть, потому что… мог?

— Он видел, как я вышла с ним поговорить, а потом услышал крики.

Изабель внимательно посмотрела мне в глаза.

— А ты, наверное, и рада?

Разозлилась и сама налила себе эль из бочки. Я бы предпочла, чтоб обошлось без поножовщины. И всё же без этого не возник бы прогресс в моём общении с Ричардом.

— Он сын графа Йоркского, — выдала я, — Что это значит?

Изабель присвистнула:

— Ну и желания у тебя. На графского сына засматриваешься! Его ж отец в парламенте заседает.

— Ого, — так высоко ещё не замахивалась.

— Но судя по возрасту, сын он не старший, а значит веса особого пока не имеет… Знаешь же, что все привилегии старшему переходят, а остальные либо в чиновники, либо в священники идут, что тоже неплохо. Элис, не заглядывайся ты на него. Тут и других претендентов хватает. Взять хоть того, кто тебя после закрытия ублажал.

— Ой, Изабель, мне не до этого, — я осушила кружку. — Ни на кого я не засматриваюсь. Пойду лучше на кухню.

К моему удивлению, конца света на кухне не произошло. Все кое-как справлялись. А Мод, виновница произошедших событий, вылупилась на меня с вопросительным взглядом.

— Потом поговорим, — сказала я.

Теперь, когда я немного пришла в себя, всерьёз задумалась о том, чтобы посетить дом этого шулера. Несмотря на стресс, чётко запомнила расположение его дома, которое выдал прохожий. Время шло к закрытию, мои сотрудники вроде справлялись довольно прилично. Думаю, никто не будет возражать, если я уйду раньше после того, как чуть под нож не попала? Надо было этого шулера на исправительные работы на кухню вместо тюрьмы отправить. Курицу бы на наггетсы разрезал.

Кстати, о ножах… Для того, чтоб открыть замок или засов, мне понадобятся инструменты, а здесь их предостаточно. Прихватить их незаметно много труда для меня не составит. В этом я спец.

Для начала откопала самый тонкий нож, который здесь был. Но этого мало, с одним ножом идти как-то несолидно. Ага! На глаза попался тонкий железный прут, на котором жарили мясо. Завернула эти предметы в ткань и после того, как переоделась, сунула за пояс, скрыв плащом. Главное самой не напороться.

Перед уходом дала наставления своим подчинённым, потом сама отчиталась перед Изабель и поспешила к мосту, на котором мне предстояло отыскать нужный дом.

Лондонский мост выглядел совершенно не так, как я привыкла. Сейчас на нём с двух сторон располагались дома и лавки. Телегам в середине очень сложно разъехаться. И зачем застраивать мост? Вот в двадцать первом веке ничего этого нет — только простор и красота. Вспомнила тут же, как проезжала по мосту в телеге с монахинями. Интересно, чем там всё закончилось…

Найти дом оказалось несложно. Я шла на запах лавки кожаных дел мастера. Она пахла будто химический завод.

Надвинула поглубже на лицо капюшон и подошла ближе. На двери обычный засов, не то, что огромный замок у мясника Флешера. Правда, он ему не помог. Судя по перекошенным стенам, покрытым плесенью от влажности, шулер много внимания жилищу не уделял, значит, и замок незамысловатый. Решено. Вернусь к темноте, но до комендантского часа.

Дома я переоделась в мужскую одежду. Хорошо, что пока холодно, грудь под плащом можно скрыть без проблем, а вот когда тепло будет, плащ вызовет подозрения… С собой взяла пустой кошелёк. Надеюсь, будет чем его наполнить.

Когда окончательно стемнело, я снова вышла на улицу и направилась к мосту. Теперь там было заметно тише. Лавки закрылись, ставни захлопнули, только из редких окон пробивался свет. Где-то ругались, где-то плакал ребёнок.

У дома шулера я остановилась не сразу. Сначала прошла мимо, будто мне совсем не сюда, потом вернулась с другой стороны и лишь тогда замедлила шаг. Рядом никого не было. У свечника темно, у кожевника тоже. Лишь дальше по мосту кто-то тащил тележку и громко ругался. Чем больше шума там, тем меньше внимания здесь.

Поднялась на крыльцо. Доски под ногами тихо скрипнули. Я застыла и прислушалась. Никто не выглянул, никто не окликнул. Значит, пока везёт.

Дверь была старая, разбухшая от сырости. Щель между косяком и створкой виднелась отчётливо. Снаружи висела железная скоба, но главный запор, скорее всего, находился внутри.

Я вытащила из-за пояса нож и железный прут. Вот что радует в этом Средневековье, что здесь ни камер наблюдения, ни телефонов, на которые могут случайно заснять, ни сигнализаций.

Осторожно просунула кончик ножа в щель и начала двигать его вверх и вниз, нащупывая внутренний засов. Дерево сопротивлялось, лезвие застревало, пальцы скользили от волнения. Наконец нож уткнулся в засов. Следом просунула прут и попыталась подцепить край бруса. С первого раза ничего не вышло. Прут сорвался и тихо звякнул о железо. Я сжалась всем телом. Да я сама тут погромче сигнализации!

Во второй раз действовала медленнее. Просунула нож глубже, слегка приподняла засов снизу и одновременно толкнула его прутом. Что-то внутри скрипнуло, дёрнулось и наконец сдвинулось в сторону. Я быстро скользнула внутрь и сразу прикрыла её за собой, оставив лишь тонкую полоску воздуха. Несколько секунд стояла неподвижно, пока глаза привыкали к темноте.

Пахло здесь ужасно — потом, дымом и кислым элем. По запаху помещение могло посоперничать с таверной Джека. В темноте разглядеть что-то было проблематично, но и зажигать свечу не хотелось. Небольшой луч света проникал через ставни, и я решила пока идти наощупь. Главное понять, где могут лежать деньги. Вариантов немного: кожаный кошелёк, сундук или шкатулка. Не под подушкой же он монеты хранит. Рядом с кроватью как раз стоял сундук, крышку которого я приподняла с брезгливостью. Вдруг там его грязные штаны?

Внутри и правда были набросаны тряпки. Жаль, у меня перчаток нет, а то копаться в них, да ещё в темноте — аттракцион для людей с железным желудком и отсутствием обоняния. Но пришлось сунуть руку и прощупать содержимое. Звон под тряпками тут же лишил меня чувства брезгливости.

Ого, там что, сплошные монеты? Мне не кажется? Откинула тряпки и провела рукой по звенящему металлу. В мой кошелёк всё это не поместится. Недолго думая, с чувством эйфории я достала свой тканый мешок, в котором несла свои инструменты, на дно накидала тряпок, а сверху принялась сыпать монеты вслепую. Иногда промахивалась, и они падали на пол. Чтобы уменьшить звон, приходилось прокладывать ещё слои ткани. Я не видела номинал монет, но их количество впечатляло. По ощущениям будто сундук с сокровищами откопала.

Когда мой мешок заполнился на треть, я услышала шаги и приглушённые голоса. Вот чёрт, неужели хозяин дома вернулся? Если так, здесь Ричарда нет, чтобы меня защитить.

Как можно тише закрыла крышку сундука, аккуратно взяла мешок и в панике замерла, думая, куда же спрятаться. Единственное, до чего я смогла додуматься, это залезть под кровать и придвинуться как можно дальше к стене. Ну я просто как ребёнок, который закрывает лицо и думает, что его не видно.

Дверь открылась, и кто-то вошёл с фонарём в руках.

Глава 2

Фонарь тускло осветил комнату, и я увидела три пары ног. — Почему дверь открыта? — послышался мужской шёпот. — Эй, Мартин, ты дома? — Странно, может быть, засов сломался? — спросил другой. — Забираем деньги и уходим. Надеюсь, он их не припрятал в другом месте. — Если Мартин нас надул, то лучше бы ему из тюрьмы не возвращаться. Сразу на тот свет отправится. Говорил же, надо сразу свою долю забирать. — Хватит болтать, давайте искать.

Свет от фонаря прыгал то в одну, то в другую сторону. Только бы он не запрыгнул на меня. Иначе потом на меня запрыгнут они. А что ещё могут сделать трое мужчин с одной девушкой в тёмной комнате?

Я боялась дышать и шевелиться. Надежда только на то, что они не полезут искать под кроватью, хотя при свете дня меня было бы видно ещё у дверей. С кровати не свисало ни одеяло, ни что-то ещё, что могло бы скрыть пространство под ней.

— Вот же сундук, ослепли, что ли? — произнёс раздражённый голос.

Они подошли совсем близко, а мне, как назло, хотелось вдохнуть воздух, потому что в таком положении грудь сильно сдавливал топ, который я сама и сшила.

— Посвети скорее. — Один мужчина опустился на пол и открыл крышку сундука.

Они оказались совсем рядом. Если кто-то наклонится, то я пропала!

— Подожди, это всё? Сколько здесь? — Потом посчитаем. Мне он не меньше двух шиллингов должен. — И мне! — Не выдумывай! Ты столько не работал. — Правду говорю, дай сюда!

По звукам поняла, что каждый пытается придвинуть сундук к себе. Ещё немного, и мне их разнимать придётся.

Один из них зашипел:

— Тише! Разберёмся, кому сколько причитается, позже. Сыпьте монеты сюда. Сюда, я сказал, а не к себе в кошелёк!

Я лежала под звуки монет, сыпящихся не в мой мешок. Неприятно, прям и уши режет, и сердце.

Вдруг раздался ещё один неприятный звук — звон колокола.

— Быстрей-быстрей! Сыпем! Сейчас ворота в город закроются!

Мужчины засуетились, и один из них выронил монеты. Одна из них закатилась под кровать. Нет, только не это. Я тут же увидела перед собой очертания руки, щупающей пол. Ещё немного, и он нащупает мой нос. Я видела эту монету, она валялась совсем не там, где он искал. Тогда я решилась подвинуть её прямо к его ладони. Звон других монет заглушил возможный шум, исходящий от меня. Человек нащупал металлический кругляшок и быстренько вытащил его из-под кровати. Даже спасибо не сказал.

— Ну всё уже, там только тряпьё осталось. Бежим скорее. Скажем, что встречались с друзьями, что живут на мосту. Да? — Да нас эти постовые хорошо знают, вопросов задавать не будут. — Выходим!

С топотом они наконец покинули дом, а я осталась лежать как вкопанная, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Неужели пронесло? Спустя несколько минут выбралась из своего укрытия. Ну и замёрзла же я лежать в неотапливаемом помещении на полу. Вот только мешок с деньгами согревал.

Осторожно выглянула из дома, приоткрыв дверь. На мосту ещё слышалась какая-то возня. А ворота уже, кажется, закрыли! Не попасть мне домой до утра. Если б не эти люди, успела бы добраться до звона колокола.

Встала посреди комнаты, прижимая мешок к груди. И что теперь делать? Единственный вариант — притаиться здесь, не выходить же на улицу с мешком денег и расхаживать за городской стеной? Слышала, что здесь и проституция, и нелегальные делишки по ночам делаются. Но не ложиться же мне спать на этот потный и вонючий матрас? Странный человек, этот шулер — деньги есть, а он не может нормальный матрас купить.

Села на скамью у стола, положила мешок поближе и опустила голову на руки. Завтра на работу, нужно хоть немного отдохнуть, хотя засыпать тоже опасно. Вдруг опять кто-то наведается?

Какое-то время я так и сидела, вспоминая драку, Ричарда и думая о том, что неплохо было бы приобрести платье, в котором не стыдно идти на мессу в один из главных соборов города. Неужели я так на него запала, что сразу позабыла страх перед священниками и церковью? Осталось молитвы заучить.

В конце концов усталость победила, и я уснула. Проснулась из-за утреннего звона колокола и не сразу поняла, где нахожусь. Представляю, какой вид у меня после сна в таком положении. Теперь предстояло быстро добраться до дома, спрятать деньги и идти в пивную. Эта ситуация напомнила мне мою жизнь в двадцать первом веке. То самое чувство, когда ты под утро возвращаешься домой после того, как вырубилась у кого-то на вечеринке. Сейчас хотя бы похмелья нет.

Выскользнула из дома, пока лавки не открылись, и смешалась с толпой. С самого утра началась суматоха, можно сказать, образовалась пробка из людей и телег. Кто-то в город ехал, кто-то — из города. Только дойдя до дома, вспомнила, что в мужской одежде, и надо бы осторожней быть. Так-то плащ почти всё закрывал, но если забыться, то штаны и мужские сапоги могут показаться из-под него в самый неподходящий момент.

В своей комнате я пересчитала монеты, несмотря на то что опаздывала на работу. Не смогла бы я спокойно работать, не зная, какой у меня улов. Монет было много, но номинал небольшой — в основном пенсы и куча фартингов. В одном пенсе — четыре фартинга, это самая мелкая монета. Но в сумме получилось чуть больше одного фунта. Весьма неплохо, но могло быть и лучше, если б эти мужчины не пришли! Эх, сколько денег упустила…

Я бережно убрала деньги в сундук под замок, полюбовалась им, затем умылась и отправилась на работу. Пока шла в пивную, размышляла о своём будущем. Нужно иметь чёткий план, а то пока непонятно, ради чего я рискую, залезая в чужие дома. Но мне не хватало информации о том, как здесь устроен бизнес. Торговец тканями ничего мне толком не рассказал. А у меня в голове чётко засели воспоминания с экскурсии, на которую я ходила всё с той же опекуншей, которая шила нижнее бельё. Потащила она меня в музей моды, потому что одной идти не хотелось. Обещала после сводить в кафе, потому я не возражала.

В этом музее помимо всевозможных современных тканей и манекенов с необычными нарядами был и зал, посвящённый истории. Экскурсовод оказался очень харизматичным, что даже я слушала с открытым ртом. Чётко помню, как он рассказывал, что Англия богатела на производстве ткани. Тогда меня впечатлил его рассказ о том, что даже в Средние века английское шерстяное сукно считалось одним из лучших в Европе. Вот только процесс изготовления был не из лёгких… А каким именно, я, конечно, забыла.

В середине дня в пивную наведались два друга-торговца. После того случая мне как-то стыдно было их обслуживать. Хорошо, что у меня есть веская отговорка — следить за приготовлением закусок. Однако спустя какое-то время в кухню пришла Изабель:

— Элис, тебя тот светловолосый господин спрашивает, — при этом посмотрела многозначительно. — Зачем? Что ему нужно? — А мне почём знать. Сходи и узнаешь.

Надеюсь, он не предложит продолжить свой рассказ про производство ткани после закрытия. Вышла в зал с каменным лицом, чтоб сразу обозначить своё настроение, и процедила:

— Хорошего дня, господа. — Хорошего дня, — ответили они оба.

Лоренс, торговец тканями, достал какой-то маленький мешочек, перевязанный лентой. Алвин же тут же нахмурился.

— Элис, это тебе, моя маленькая благодарность, — он протянул мне мешочек. — Благодарность за что? — напряглась я. — За еду, например, — улыбнулся он и посмотрел на меня хитрым взглядом.

Торговец Алвин, видимо, не ожидал от своего друга такого хода и проговорил:

— Элис, я обещал принести для этой пивной лучшую рыбу! Так вот, лучшую пока не поймали, но скоро, на днях уж точно!

Это рыба должна быть, как минимум, золотая…

После беспокойной ночи в доме шулера я вообще не была настроена на вот эти разговоры. Но мешочек взяла и заглянула. Вдруг там что-то ценное? Внутри оказались синие стеклянные бусы. Ой, как «мило». И что я должна делать? Это он так ухаживает? Меня никто в курс местных обычаев не вводил.

— Спасибо, — сказала я, не решаясь отказаться. Это ж просто бусы. — Ты будешь хорошим украшением для этих бус, — сказал Лоренс.

Уже и комплименты в ход пошли. Да я не против, главное, чтобы не навязывался. Толку всё равно никакого.

— Благодарю, очень красиво. Мне пора на кухню, — сказала я и поторопилась оттуда.

— Покажи, что он тебе принёс, — сказала Изабель. Мод и остальные тоже вытянули шеи. Смотрят так, будто там ключи от машины. — Что это значит, Изабель? Я в ваших городских обычаях не разбираюсь. — Понравилась ты ему, даёт понять, что есть намерения. — Только серьёзные или нет, не уточняется, — усмехнулась я и, убрав бусы, сменила тему: — Изабель, а нет ли у тебя знакомых, которые в изготовлении тканей работают? Кто бы мне показал и рассказал? Если что, я и заплатить немного могу. — Тебе зачем? Уже пивная моя надоела? — Здесь много не заработаешь. — А там, думаешь, много? — встрял повар Джеффри. — Моя сестра пряльщицей работает. Все пальцы в кровь стирает, а жалованье ниже, чем в пивной.

Как бы им объяснить, что я хочу владеть производством и чтоб все у меня тканями закупались. Работать сама не собираюсь.

— Может ли твоя сестра мне рассказать, как там всё устроено? — Не знаю, — нахмурился повар, — делать ей больше нечего. Да и тебе тоже. — Заплачу четыре пенса ей, если всё расскажет и покажет. И тебе один. — Ха, — усмехнулся Джеффри, — богатая, что ли, деньгами сорить? Я спрошу у сестры, но не думаю, что тебя пустят в мастерскую! Управляющий у них строго за всем следит.

Ну я же туда не воровать иду…

Изабель недовольно покачала головой:

— Что ты придумываешь? Устроила здесь лавку закусок, а теперь в другую сторону смотришь? — Я же пока никуда не собираюсь. Это так… мечты. Изабель, а как у вас прибыль? Вы довольны?

— Такой большой прибыли у меня никогда не было. Если б ещё мясо вовремя привозили! Посетители жалуются, когда их любимых блюд нет.

С этими словами она поспешила обратно в зал, и я тоже вернулась к работе: смотреть за своими подчинёнными, переделывать за них блюда, разносить заказы и подслушивать чужие разговоры. Оба торговца уже ушли, и я спокойно перемещалась по залу, выискивая тех, кто встретился в пивной для обсуждения важных дел. Не всегда можно услышать что-то полезное, и не всегда понятно, о чём речь. Жалко, я не могу расхаживать между столами вечно. Хоть диктофон изобретай!

— Барон передал награду, — донеслось до моего уха.

Вот это уже интересно. Я сделала вид, что вожусь со свечой на столе.

— Заеду за своей долей после Ноттингема. Поедем туда в понедельник. — С кем дом оставить? Без охраны оставлять нельзя.

Я подобралась ближе и начала двигать пустые столы, будто хочу выровнять их в одну линию.

— Зачем? Никто поблизости не живёт. Что случится за пару дней? — Лучше оставить двоих, чтоб потом не оправдываться перед бароном. — Ладно уж, оставлю кого-то, например, Леджера. Не думаю, что он обрадуется, конечно. Тогда и Беннета оставлять надо, а то подерутся. — Этих идиотов ставить вместо охраны? Да у них один разум на двоих. — Значит, вдвоём справятся. — Дай Бог. — Не буду долго сидеть, мне ещё добираться. Ну и местечко выбрал хозяин. Заброшенная ферма… вот как он нас ценит. Дороги ужасные, лошадь спотыкается. — Ты награду видел? Вот и молчи. Не так и далеко. Зато это уединённое место, никто не сунется. Особенно когда про ту старую церковь страшные слухи разнесли. Стороной обходят. — Думаешь, выдумки всё? Нету там духа убитого священника? — Да кто ж знает. Может, и есть. Иногда слышу завывания.

Направилась на кухню, а то уже начала привлекать внимание, про себя повторяя услышанную информацию: на какой-то заброшенной ферме есть дом, в котором лежит награда от некого барона, и охранять её будут два идиота. Опознавательный знак — разрушенная церковь.

Наверное, стоит туда наведаться. Если денег не достану, так хоть на приведение посмотрю.

На следующий день меня обрадовал Джеффри:

— Давай, Элис, мне пять пенсов. — За что? — Сестра согласилась показать тебе мастерскую. Но только после обедни, когда управляющего не будет. Он всегда уходит в это время. — А почему это тебе пять пенсов? — прищурилась я. — Тебе один, а сестре четыре. — У меня им сохраннее будет. — Джеффри, а сестра твоя тоже так считает? — Да какая разница. Глупая она баба. Считать нормально не умеет.

Я не согласилась:

— Нет уж, ты так про женщин не выражайся. Не забывай, что тут хозяйка — женщина.

— Ладно, — вздохнул повар и отвернулся к столу. — Запоминай дорогу до мастерской.

Пришлось уйти из пивной на свой страх и риск, оставив моих подчинённых без присмотра. Они уверяли, что уже всё выучили. Но иногда их необходимо было подгонять, иначе их готовка растягивалась надолго. Изабель восприняла мой уход без восторга.

— Что думаешь, я тебе просто так платить буду? — Изабель, главное результат. — За сегодня получишь на пенс меньше, — отрезала она. — И чтоб больше такого не было! А если сильно задержишься, вообще не заплачу.

Я закивала, хотя не была уверена, что вернусь вовремя. Сложно совмещать работу, грабежи и ещё что-то. Хорошо, что выходные у меня бывали. Например, в воскресенье пивная не работала по какому-то указу. Оказалось, многие пользовались выходным, чтобы пойти в злачное заведение, а не в церковь. Священникам это не понравилось.

Еле нашла эту мастерскую. Она располагалась очень далеко от Вестминстера. Пока шла, сильно замёрзла. На меховые плащи деньги тратить не хотелось.

Ямы с помоями по краям дороги, кажется, тоже замёрзли и затвердели. При мне человек решил наступить туда и провалился по колени. Хорошо, не засосало, как в болоте.

Мастерская находилась в трёхэтажном здании. Уличная дверь была приоткрыта. Я слегка постучала и заглянула внутрь. Там было темновато и тесно. Свет проходил через открытую дверь и маленькие окна со ставнями. В воздухе висел запах шерсти, пыли и дыма. Видимо, где-то в доме горел очаг.

На скамьях сидело несколько женщин, поглощённых работой.

— Хорошего дня, — я дала о себе знать. — Я ищу Кэтрин Сэдлер. — Ну, нашла уже, — подняла голову светловолосая девушка с пухлыми щеками и курносым носом. — Ты работаешь с Джеффри? — Да, я — Элис Хиллс. Спасибо, что согласилась помочь.

Девушка быстро отложила прялку, встала и отвела меня в сторону:

— Давай деньги, только никому не говори здесь, что ты мне за это заплатила. — Хорошо, — прошептала я и сунула ей монеты.

Кэтрин сказала остальным женщинам:

— Я тут всё покажу. Знакомая моего брата хочет узнать, как мы тут работаем, чтоб понять, стоит ли это того. — Не стоит, — твёрдо заявила одна из женщин. — Вы только Эллиоту не сдавайте меня! Понятно? Не то веретеном в глаз получите!

Вот это по-нашему. Бойкая девица.

— Ну слушай, — почесала голову Кэтрин, — надо торопиться.

Я приготовилась слушать. Придётся всё запоминать, записать некуда, да и не буду же я ходить с пером и чернилами? Я ведь не Ричард Малколм. Да и цели запомнить всё досконально не было. Хотелось получить общее представление, смогла бы я что-то подобное организовать или нет?

— Вот тут у нас в тюках шерсть. Она уже отсортирована и вымыта. У этой шерсти штапель короткий, она на широкую ткань пойдёт. Её в воде и моче обработали, чтоб от жира овечьего избавить. Потом повесили и палками выбили. — Подожди, говори медленнее. Я не успеваю. — Да говорю же, времени нет. Эллиот может вернуться. В общем, потом шерсть смазывают маслом и отдают на чесание. — Что ещё за чесание? — переспросила я. Не думала, что всё так сложно. Я ждала, что мне сразу покажут, как ткань делать. — Но это тяжело, — продолжила Кэтрин. — Видишь, в углу доски с гвоздями стоят. Они для гребнечесания, чтоб вычесать узелки и грязь. Доска тяжёлая, только мужики нормально справляются.

— Что это тут у вас? — послышался громкий мужской голос у нас за спиной.

Мы обе резко обернулись. У дверей стоял высокий мужчина лет двадцати пяти с почти квадратной головой и жидкими волосами. Кэтрин тихо выругалась.

— Ой. Эллиот, это моя знакомая. Вот зашла проведать. Я ей рассказала, чем мы тут занимаемся.

Мужчина хмыкнул и громка стуча сапогами по деревянному полу, подошёл ближе и осмотрел меня с головы до ног, но не так, как мужчины из пивной. Он кинул взгляд на мои руки, плечи и даже за спину заглянул.

— Работу, что ли, ищешь? – энергично спросил он, — Лишние руки не помешают. Телосложение у тебя крепкое, смотрю. Жаль раньше не пришла. Только этих обучил… — Да, ищу, — торопливо проговорила я. — Только опыта мало. Но очень уж интересно посмотреть, как ткани делают. Разрешите взглянуть одним глазком?

Мужчина прошёл в комнату, внимательно просканировал, что успели сделать женщины за время его отсутствия, потрогал руками пряжу, а потом вновь повернулся ко мне:

— Ну чего смотреть-то? Ничего не поймёшь, раз не разбираешься. Здесь обучаться надо. Садись сюда, бери шерсть.

Обучаться прядению вот так с разбега не входило в мои планы. Слишком уж этот управляющий активный попался. — Да мне хотя бы сначала понять справлюсь или нет. Зачем зря ваше время на обучение отнимать, — я кокетливо склонила голову на бок. Мужчина задумался на секунду, а потом ударил ладонью по стене в порыве энтузиазма:

— Ну посмотри, раз так любопытно. Только недолго. Меня зовут Эллиот. Я здесь любую работу с закрытыми глазами могу проделать. У меня в семье все с сукном работали.

— Как замечательно! — воскликнула я с наигранным восторгом. — Всегда хотела пойти в прядильщицы или ткачихи. Но в семье у меня только поля возделывали да эль готовили. Очень восхищаюсь я мастерством ткачей.

Эллиот вскинул голову:

— Платили бы ещё достойно. Обычные ткачи получают не сильно меньше меня, а я — настоящий мастер!

Какое самомнение! Но я решила подыграть:

— Значит мне повезло, что я вас застала. Кэтрин мне про вас рассказывала.

Эллиот выпрямил спину, покосился на Кэтрин, которая ничего не понимала, а потом важно кивнул:

— Спрашивай, что хотела.

— Кэтрин мне про эти доски говорила. Сказала, что только мужчинам под силу на них работать.

Управляющий перевёл взгляд туда, куда я показала:

— Карды это, — проговорил он и подошёл к доске, — чтоб шерсть вычёсывать. Есть у нас работники, кто этим занимается. Иногда и самому приходится. Работа никчёмная!

Говорил Эллиот очень эмоционально.

— Столько времени впустую уходит, и руки отваливаются.

Да уж, вручную тягать эту доску с гвоздями сотни раз… примитивное изобретение. Неужели не додуматься до чего-то получше?

Мужчина задумался и будто забыл о моём присутствии. Я покашляла, он вздрогнул и сказал:

— Ах да, о чём это я?

— А этот, как там… — в спешке уже слова стала забывать. — Ну станок? Покажите, как ткань делают.

Эллиот усмехнулся и покачал головой.

— Станок… — мечтательно протянул он. — Станок — это настоящее чудо. В другой комнате стоит.

— Очень интересно посмотреть, — я похлопала ресницами.

— Подожди-ка, — прищурился управляющий, — Туда я тебя не пущу!

— Почему? – удивилась я.

— Вдруг ты что-то вынюхивать пришла? Извини, девица, но я тебя не знаю. Вот устроилась бы работать, обучилась сначала прясть да вычёсывать, показала себя, тогда ладно.

— А что это какая-то тайна? — моему разочарованию не было предела.

— Не то, чтобы и тайна, но я сам некоторые из станков собирал. А пару из них улучшил даже. Уметь надо! Над ходом поработал. Теперь и нить не рвётся, и ногу от педали не ломит к полудню.

Он что думает я его секретные наработки сворую? Кошелёк, ещё ладно, но вот какой-то ход у станка… за кого он меня принимает?

— Мне, конечно, за это не заплатили, — вдруг скривился управляющий, — Хозяин прижимистый. Ему наплевать! Работает — и ладно. Так что я подумал, больше угождать не буду, всё равно не оценят.

— Да, — кивнула я, — Понимаю.

— Так что девица суди по своим силам. Работы много, под вечер тяжело, но привыкаешь. Пока обучаешься, платить никто не будет.

— Мне подумать надо, - попятилась я, — Спасибо, что уделили время.

— Подумать? – негодующе покачал головой Эллиот, — Думать – это дело благородное. Но лучше поторопись.

Улыбнулась, кивнула и вышла из мастерской.

Я торопилась в пивную, где собиралась обсудить с Изабель новые условия работы. Мне нужен более свободный график. Мои нововведения приносят ей деньги. Никто ещё пока не смог повторить наши закуски в своих пивных. Так пусть не шпыняет меня, как последнюю подавальщицу! Посещение мастерской навело меня на одну идею, но для её осуществления нужно заполучить больше средств. За пределами пивной.

Глава 3

В пивную я вернулась, запыхавшись. Зато согрелась, пока шла быстрым шагом. Изабель, как всегда, стояла на раздаче эля и многозначительно посмотрела на меня. Надеюсь, ничего не произошло в моё отсутствие, а то я тут планы настроила, а меня сейчас уволят…

— Всё в порядке? — спросила с надеждой.

Изабель поджала губы и ответила не сразу:

— В моей пивной по-другому быть не может. Думаешь, ты ушла и порядок пропал? Я здесь слежу за всем уже много лет!

Ну и что тогда так нервничать? Кажется, кому-то не хватает признания.

— Изабель, конечно, вы прекрасно справляетесь. Я подумала, что что-то случилось. Может быть, хотите отдохнуть? А я пока буду эль разливать.

Надо её задобрить перед серьёзным разговором. Изабель не возражала. Сразу передала мне место у бочки и скрылась в подсобном помещении. Только спустя пару часов, когда посетители жевали закуски, а Мод бегала между рядами, собирая пустые кружки, я подошла к хозяйке с тарелкой моего нового блюда — ролла с курицей. Пришлось постараться и с помощью Джеффри испечь тонкую лепёшку, а внутрь положить курицу, капусту, зелень и соус из горчицы, сливок и чеснока.

— Что это ещё?

— Попробуйте, — настояла я.

— И как тебе такое в голову пришло? На свиток похоже, — хмуро произнесла Изабель, но не отказалась.

— Ну как?

— М-м, мне нравится, — ответила Изабель с долей удивления, — Выглядит изысканно! Какое тесто тонкое… добавь это в список наших блюд. Необычно-то как!

— Конечно, — кивнула я, — обязательно включу и научу наших поваров их готовить. Но у меня к вам просьба.

— Какая? — Изабель напряглась.

— Хочу попросить у вас возможность периодически уходить из пивной по другим делам. Обещаю, что буду это делать, оставляя всё под контролем. Прошу вас не ругаться на меня так, как вы это делали сегодня. Мои идеи сделали вашу пивную известной на весь город! Может быть, я заслуживаю особых условий?

Изабель ответила не сразу, потому что жевала ролл.

— Как-то быстро ты поднялась, не находишь? — наконец выдала она, — в жизни такого не видела, чтоб крестьянка из деревни через месяц уже в Лондоне свои правила диктовала!

Завидует, что ли?

— Но я уже вам хорошо помогла, значит, не такая уж и обычная, — возразила я, — пожалуйста, Изабель. Не отказывайте. Вы же знаете, что посетителям я нравлюсь.

Хозяйка вздохнула:

— Это верно. Хорошо, я разрешаю тебе иногда отлучаться. Но не злоупотребляй!

Этого мне было достаточно. Теперь иногда можно заниматься делами, не боясь начала комендантского часа. На кухне, под ворчание моих подчинённых, у которых не получалось сделать тонкую лепёшку для ролла, я спросила:

— Кто из вас духов видел? Есть они, как думаете?

— Есть, конечно, спрашиваешь ещё! — воскликнула Мод.

Практически все с ней согласились, кроме скептически настроенного парня, который умел читать.

— А в Лондоне есть места, где духов замечали? А то я их до ужаса боюсь.

— Да хоть на кладбище Святого Гроба, — сказала моя подчинённая Джоан.

— Ну по кладбищам я гулять не собираюсь. А может быть, ещё какие-то места, вокруг которых жуткие слухи ходят?

Все задумались, но тут Джеффри уронил горшок, и мы аж подскочили. Джеффри рассмеялся:

— Вам и духов не надо, чтоб напугаться! А вот насчёт слухов, моя Кэтрин их обожает. Рассказывала, что рядом с фермой Клеркенуэла есть церковь. Во время чумы все на ферме поумирали. И как-то раз разбойники собрались на ферму, чтоб чужим имуществом поживиться. Но больше всего хотели в церковь попасть. Там много ценных вещиц имелось. Зашли в церковь, а там священник ещё живой. Умолял пощадить, а они его зарезали прямо в святом месте! Тут крыша начала обваливаться и пришибла одного из разбойников. Остальные убежали, а потом тоже от чумы умерли. Так и стоит эта церковь полуразрушенная, и последние месяцы оттуда странные звуки доносятся, вой, стоны…

— Брр, зачем ты это рассказал? — заныла Мод, — страшно.

Этого рассказа оказалось достаточно, чтобы сопоставить факты. Надеюсь, в Лондоне только одна такая церковь с «духом». Значит, мне нужно как-то добраться до фермы Клеркенуэла, чтобы добыть ценности. И сделать это нужно в понедельник.

Значит, в воскресенье на мессу, чтоб увидеть Ричарда, а в понедельник на дело. Внесла бы в ежедневник, а так запомнить придётся.

Про мессу я бы в любом случае не забыла. Во-первых, колокола трезвонили, настойчиво напоминая, а во-вторых, очень уж хотелось увидеть Ричарда где-то ещё, кроме пивной. А то там с ним все разговоры о еде. Тошнит уже. Конечно, он мог и не прийти, но я надеялась. Правда, на что именно — сама не понимала. По статусу до него не дотягиваю, а он, сразу видно, что не из тех мужчин, кто заводит отношения без обязательств направо и налево. Или это я ему просто не понравилась…

Я надела лучшее платье и даже бусы, подаренные Лоренсом. Хоть где-то сгодился этот торговец. До собора отправилась пешком. Хм, как будто были другие варианты. В воскресенье людей на улицу вывалило больше, чем обычно. Сложно уворачиваться и от телег, и от прохожих с каким-то грузом на спине или в руках.

Наконец вышла на широкую площадь перед собором и подняла голову. Передо мной возвышался не тот собор, который я привыкла видеть в двадцать первом веке, а другой — весь в острых арках, башенках и резных фигурах. В будущем только название от него сохранилось, а этот собор сгорит через пару веков. Перед входом кипела жизнь: торговки кричали, продавая пироги и свечи, мальчишки бегали, нищие тянули руки и что-то говорили.

Подошла ко входу и ужаснулась: народу стекалось слишком много. И как в этой толпе я его найду? Мы же ни о чём конкретном не договаривались. Дожила, конечно. За парнем по соборам бегаю. Ладно, если с ним не встречусь, то хоть присмотрюсь, кого ограбить можно.

В собор заходили и простые горожане, и богато одетые. Кто-то поодиночке, а кто-то целыми семьями. Я смешалась с толпой и растерянно двигалась ко входу, поддавшись течению. Внезапно услышала над ухом шёпот:

— Элис.

И тут же обернулась. Ричард Малколм стоял позади меня с идеальной осанкой и спокойным глубоким взглядом. Я хотела что-то сказать, но по его виду поняла, что не стоит. Поэтому продолжила движение. Войдя в собор, сразу обратила внимание, как все прихожане растекаются в разные стороны. Богато одетые держались в стороне, ближе к хору, а другие — в нефе. Интересно, куда же мы пойдём? Нам, кажется, не по пути.

Я обернулась на Ричарда. Он остался в нефе ближе к выходу, я встала рядом. Что, не желает меня в угол для аристократов приводить? Не очень-то и хотелось.

— Хорошего дня, — наконец сказал он, повернувшись ко мне совсем немного.

— Хорошего дня, — ответила я.

Возникла пауза. В жизни так неловко себя не чувствовала! Я плохо понимала, как вести себя в такой ситуации. Мы просто рядом постоим? Свидания, которые я заслужила. Тут тебя лапают и на колени сажают, либо в церкви рядом постоять зовут.

— Как вы меня здесь нашли? — тихо спросила я, — не думала, что здесь такие толпы.

— Вы же говорили, что часто сюда ходите, — заметил Ричард.

Упс.

— Я здесь ни разу не была, — честно ответила я.

— Понимаю, вы же только недавно переехали в Лондон. Наверное, не успели. Не стоило этого стесняться.

Ага, прямо в точку попал. Не успела.

— Здесь и правда много людей. Я предпочитаю небольшие церкви. Более уединённые, — продолжил он.

Да, уединение не помешает. Подняла голову, чтобы получше рассмотреть интерьер собора. Через витражные окна падает цветной свет. По бокам расположены отдельные алтари со свечами, тканями, изображениями святых и позолоченными деталями. На стенах выведены фразы на латыни.

— Lux perpetua luceat eis, — прочитала я вслух и попыталась перевести, — свет… они… светит. Нет, вечный свет им…

— Пусть вечный свет светит им, — поправил Ричард, — вы знаете латынь?

Какие-то знания после занятий с Агатой всё-таки остались.

— Да, брала уроки, — чтоб не думал, что я только эль умею разносить.

— А на английском читаете?

Я прыснула от смеха. Понимаю, что для четырнадцатого века такой вопрос вполне нормален, особенно если спрашивать девушку, а тем более не из аристократии. Но я представила, что меня об этом спросили в двадцать первом…

Из-за смеха на меня обернулись. Ричард нервно зашевелился.

— Чем я вас развеселил? — немного уязвлённо спросил он.

— Простите. Да, конечно, я умею читать и писать, — а потом добавила на всякий случай, — и считать.

Не стала уточнять «особенно деньги».

— Надеюсь, не обидел вас этими вопросами? — уточнил Ричард.

Я повернулась к нему, и мы встретились взглядами. Его спокойствие и интеллигентность меня с ума сводили. В двадцать первом веке я таких парней сторонилась. Казались до ужаса скучными. Здесь же не хватало чего-то адекватного и предсказуемого.

— Не обидели.

Тут началась служба — пение хора, потом всё читалось на латыни. Вскоре мне уже наскучило так стоять. Я ничего не понимала, конечно, как и многие другие. Но я-то пришла сюда не ради службы. Начала топтаться на месте, спина устала. Пока я так елозила, задела руку Ричарда своей и так и оставила её. Он сначала дёрнулся, а потом вернул руку на место. Мы так и стояли, прикасаясь тыльными сторонами ладоней. Пахло от него приятно. Не потом и сыростью, как от многих, а скорее деревом и воском. Я чувствовала краем глаза, что он смотрит. Не выдержала и повернулась. Он не отвёл взгляд, только смотрел уж очень внимательно, серьёзно. Что он разглядеть пытается?

Когда служба закончилась, мы вышли из собора одними из первых. Пока толпа не разошлась, медленно шли по площади.

— Вчера заходил в пивную, но вас не видел, — сообщил Ричард.

— Наверное, я тогда уходила по делам. В текстильную мастерскую.

— Зачем? — он повернул ко мне голову и тут же убрал прядь волос, упавшую на глаза.

— Да вот мечтаю свою мастерскую открыть. Когда-нибудь, — призналась я честно.

Ричард даже запнулся и чуть в грязь не упал.

— Вы же недавно говорили, что стали управляющей в пивной.

— Да, — пожала плечами, — одной из управляющих. Но это слишком мелко для меня.

Ричард будто дар речи потерял. Открыл рот, но ничего не ответил.

— Что-то не так? — спросила я.

— Сложно понять вас. То вы компаньонка леди, то вы из леса выбрались, а бандиты нет. То в пивной новые блюда делаете, а теперь… мастерская. За вами не успеть.

Да, темп в Средние века слишком медленный, с двадцать первым веком не сравнится.

— Кто захочет, тот догонит, — выдала я.

— Разве женщине стоит думать только о работе? — спросил он.

— А о чём ещё?

Ричард ответил не сразу:

— Девушка с вашими данными могла бы найти поддержку, а не нести всё на своих плечах.

— Никто поддержку пока не предлагал, — ответила я и посмотрела ему в лицо.

Ричард смутился, отвёл взгляд.

— Я имею в виду… Вы ведёте себя слишком независимо, как будто не допускаете мысли, что могли бы выйти замуж. Тогда бы не пришлось так много трудиться. Я, честно говоря, удивлён.

— Вы правильно заметили, — ответила я, — я полагаюсь только на себя. Пришлось учиться этому с детства. Не нашлось ещё человека, на которого бы могла положиться.

Ричард сдвинул брови, но ничего не сказал. Не знаю, о чём он думал, но мне хотелось узнать о нём побольше.

— А вы… вы говорили, что клерк. Чем занимаетесь?

По его поведению, по тому, как подбирал слова, было видно, что он не привык вести такие разговоры с женщинами. Есть же наверно какие-то правила общения среди высших слоёв. Они не разговаривают в стиле «Привет, кем работаешь?».

— Сейчас в королевской канцелярии. Там много разных дел. Вам такое не будет интересно.

— Это ещё почему? Наоборот, мне очень интересно.

— Дипломатические письма пишу, документы составляю, проверяю.

Неплохо иметь знакомого, который в курсе внутриполитических и внешнеполитических дел. Только использовать его совсем не хотелось. Правда, мне до политики, как до открытия Америки.

— Никогда много от руки писать не любила. Лучше на компьютере, — выдала я без задней мысли.

— Что? — Ричард непонимающе нахмурился.

Вот это провал, надо было ляпнуть такое именно с ним. Это я что, так расслабилась? Не успела ничего ответить, как какой-то седоволосый мужчина с тростью его окликнул, внимательно разглядывая нас обоих. Ричард сделал от меня шаг в сторону, а потом повернул голову:

— Элис, рад был нашей случайной встрече. Мне пора. Хорошего дня!

— Хорошего дня, — еле выдавила я, стараясь скрыть досаду.

И это всё? Нет, ну а что я могла ожидать? Не в кино же он меня поведёт. И ещё видно, что смутился, когда его со мной знакомый увидел. Навязываться не собираюсь, мне есть чем заняться. Но если стесняется моего общества, зачем вообще тогда пришёл? Не забыл же о нашем разговоре, меня в толпе отыскал…

Раз уж у меня целый день впереди свободный, нужно использовать это время для продумывания плана по ограблению дома возле церкви. Для начала необходимо понять, как туда добираться, подготовить оружие. Смущали, конечно, два охранника, которые будут на страже. Но, с другой стороны, мешок с камнями на что? Это рискованное предприятие, но выбирать не приходится. Босса, который бы хорошие наводки, как в будущем давал, у меня нет. Может и к счастью.

Пришлось отправиться на ярмарку, она как раз работала в воскресенье недалеко от собора. Купила небольшой кинжал на всякий случай. Вдруг пригодится для самообороны? Не камнями же едиными… Приобрела и моток верёвки, тоже лишним не будет. Ещё беспокоило отсутствие личного транспорта. Если место ограбления далеко от дома, мне что через весь город пешком идти? А если добыча большая? Не могу же я арендовать телегу с извозчиком для такого дела…

Набрала камней, каждый обернула тканью и завязала в небольшой мешок. В прошлый раз такое орудие хорошо сработало.

Долго выясняла у Мод и служанки, где та разрушенная церковь находится. Сказала, что хочу при свете дня посмотреть. Они не удивились такому желанию. В Средневековье каждый развлекается как может. Служанка даже со мной пойти хотела, только хозяйка дома, к счастью, её не отпустила.

По моим подсчётам идти до места придётся не меньше двух часов в одну сторону. А то и три-четыре, может быть, поблуждать придётся. К тому же из разговора тех людей запомнила, что дороги в убитом состоянии. Выходить надо заранее, а это значит, что с работы раньше уйду. Хорошо, что с Изабель успела договориться об особых условиях.

С самого утра в понедельник я сама и готовила, и блюда разносила, чтобы хозяйка пивной на меня сильно не ворчала потом. Подчинённым раз десять наставления давала доработать как следует.

— Что там у тебя за дела? — пристал повар Джеффри, — я, может быть, тоже так уходить хочу.

— Молчи, — шикнула я на него. А то не хотелось бы, чтоб из-за меня все работники начали бастовать. Тогда Изабель на меня вообще обозлится.

Когда посетителей после обеда поубавилось, я решилась уйти. Сначала зашла домой и взяла всё необходимое. Мужские штаны положила в сумку. Может быть, переоденусь где-нибудь. А может, и в платье придётся остаться. Но идти в мужском обличии при свете дня не решилась, чтоб внимание не привлекать. Шла через весь город быстрым шагом. Интересно, Ричард зайдёт сегодня в пивную? Да какая разница? Нельзя о нём думать, отвлекаться, нужно сосредоточиться на деле. В отдельно стоящие дома я ещё ни к кому не залезала. Неизвестно вообще, вернусь ли живой.

Узнать заброшенную ферму оказалось несложно. Располагалась на окраине города. Вокруг много покосившихся домов. Сразу видно, что никто не живёт. Дороги с ямами, канавами, затвердевшая грязь повсюду. Надо оглядеться и прикинуть пути отхода.

Без зелени вообще депрессивная картина вырисовывалась. Видимо, народ поумирал, а новые ещё не облюбовали эти земли, да и работать на них некому.

Пару раз присаживалась на поваленные деревья. Идти было тяжело, а мне ещё силы понадобятся. Наконец впереди показался двухэтажный дом из камня. Окна узкие с решётками, а вокруг забор. За забором виднелись деревянные крыши каких-то построек. Слева от дома в метрах пятидесяти как раз та самая церковь. В одной части крыша отсутствовала, в стенах чернели окна без витражей. Рядом торчали кресты и покосившиеся надгробия. Жутковатое место.

Подходить ближе не стала, осталась наблюдать в стороне, за деревьями. Прислушивалась, доносятся ли из-за забора звуки. Вскоре начало темнеть, никаких голосов со стороны дома не доносилось. Как бы вообще туда попасть? Через забор перелазить, что ли?

Стоя в одном положении, начала замерзать, руки задеревенели. Ужас, в каких условиях работать приходится. Послышался какой-то пронзительный стон. Я вздрогнула и покосилась на церковь. Что это ещё такое? Или ветер просто завывает? Стон повторился, а у меня сердце в пятки ушло. Теперь понимаю, почему это место все стороной обходят. Да нет, ерунда какая-то. Надо быстрее сделать, что запланировала, и бежать подальше. Ждать смысла нет. Те двое из пивной говорили, что уезжают в понедельник, и на охране только двое останутся. Вот и проверим.

Вышла не переодевшись. Пришлось бы сначала платье снимать, а я уже дрожала от холода. Но дело не только в этом. Женский облик мог бы ещё пригодиться.

Натянула капюшон посильнее и подошла к деревянным воротам. Они закрыты изнутри. Обошла немного по периметру забора, заглянула в щель. Пока никого не видно. Перелезла через забор и чуть не повисла на нём, так как платье зацепилось за что-то. Пришлось с силой дёргать, из-за чего шнуровка совсем расслабилась. Но мне не до внешнего вида. Приземлилась рядом с горкой дров. Хорошо, что не на неё. Схватила одно небольшое полено, параллельно сканируя взглядом территорию, а потом спряталась за деревянную постройку. В окнах первого этажа виднелся отблеск свечи. Значит, там точно кто-то есть.

Подождала какое-то время, периодически выглядывая из засады. Наконец из дверей дома появилась тёмная фигура, посмотрела по сторонам, повернулась и уже собиралась вернуться в дом, но тут я кинула из засады полено, чтобы привлечь человека на шум.

— Это ещё что? — услышала голос, а затем приближающиеся шаги.

Сжала свой мешок камней, затаила дыхание. Он уже совсем близко… Выпрыгнула из-за постройки и шибанула его своим орудием. Тот издал короткий вскрик и рухнул на землю. Всё получилось шумнее, чем я рассчитывала. Быстро оттащила его за постройку, засунула в рот ткань и кое-как связала руки за спиной.

— Эй, Беннет! Что там у тебя? — раздался громкий бас. Я выглянула снова. Из дома выдвинулся второй, уже более массивный человек. Только шёл он немного по другой траектории, из-за угла не набросишься. Когда увидит тело своего напарника, мне мало не покажется… Соображать надо было быстро, а у меня как раз платье спадало из-за развязавшейся шнуровки…

— Беннет, куда пропал?

Вышла из-за постройки и встала прямо перед ним на протоптанную тропинку. Тот резко затормозил, остолбенев. Руки с орудием держала за спиной.

— К-к-кто ты? — выдавил мужчина, — кто? Господи, спаси.

Я стояла перед ним в белой рубахе и с длинными распущенными волосами, частично скрывающими лицо. Молча и в темноте. Конечно, не надеялась, что он от страха сознание потеряет, но заставить растеряться точно удалось.

— А я от Беннета, — проговорила я, быстро двигаясь по направлению к нему.

— Что? А? — в ступоре переспросил он.

— Вот, — сказала я и, вытащив руку из-за спины, ударила по голове. Тот упал сразу, даже не вскрикнув. Вернулась за своими вещами, связала руки и оделась. Надеюсь, больше никого в доме нет… Оттащила второго за другую постройку и немного подождала. Больше никто из дома не выходил, и шевелений в окнах не было. Кажется, пора пробираться внутрь. Тянуть нельзя, а то вдруг остальные вернутся.

Внезапно послышался стон и голос:

— Помогите…

У меня от неожиданности чуть сердечный приступ не случился. Неужели кто-то из охранников очнулся? Но я же им рты заткнула, да и голос звучал с другой стороны.

— Помогите…

Здесь что, ещё кто-то есть? У меня участилось дыхание. Что за кошмарное место?!

— Кто здесь? — испуганно спросила я.

— Я в яме, в я-я-яме, — донеслось откуда-то.

Какой ещё яме? Я осмотрелась по сторонам, недалеко от забора на земле и правда что-то чернело. Меня дрожь пробрала. Медленно подобралась к тому месту, из которого исходил голос. Без освещения рассмотреть что-то непросто. Но на уровне земли разглядела решётку, а под ней в свете луны на меня смотрели чьи-то глаза.

Глава 4

В яме и правда сидел человек, мужчина. Я отшатнулась, посмотрела по сторонам: может, тут помимо него ещё кто-то есть?

— Госпожа, помогите, умоляю, — сказал он слабым голосом.

Делать мне нечего? Откуда я знаю, кто он. Я за ценностями пришла, а он мне помешать может. Сделала пару шагов от ямы, потому что пахло из неё просто ужасно.

— Богом молю, помогите! Всё, что угодно для вас сделаю.

— Ты кто? — тихо спросила я. — Почему тебя сюда посадили?

— Люди барона Томаса де Редфорда похитили меня, чтоб моему хозяину, барону де Брейну, отомстить. Они давние враги. Думали, я все его тайны выдам. Наверное, ждали, что мой барон меня выкупить из плена захочет, пойдёт на уступки в их конфликте. Но… я уже третий месяц здесь. Не выйду живым. Прошу вас, помогите…

— И как я должна помочь?

— С вами кто-то ещё есть?

— Нет.

— Я слышал удары… Вы что же, одна моих надзирателей убили? Кто вы?

— Не убивала, — возразила я. — Просто вырубила на время. Они скоро могут очнуться. А я за наградой от барона пришла. Где она, знаешь? И что за награда?

— Скажу, всё, что знаю, госпожа! Скажу! Только помогите! Здесь замок на решётке, а ключ у кого-то из них.

— Что там за награда, сначала скажи.

— Золотые монеты. Слышал, как они говорили… Эти головорезы барона де Редфорда — бывшие солдаты. Оба барона земли не поделили. Теперь вредят друг другу.

— Золотые монеты… — повторила я, чувствуя прилив радости. Нужно их срочно отыскать и убираться.

— Прошу вас, — завыл человек не своим голосом.

Тут до меня дошло:

— Это ты так стонешь, что люди стороной это место обходят, думают, что в церкви дух завёлся?

— Не знаю, наверное. Нет сил больше.

Конечно, жалко мне стало этого человека. Но могла ли я доверять ему? Это мужчина и не простой. Работал на какого-то барона. Вдруг сам меня в эту яму кинет и с наградой сбежит? Правда, возможно, сил у него на это не хватит…

— Поклянись, что меня не тронешь, если выпущу, — сказала я.

— Клянусь! Клянусь, госпожа.

Да уж, госпожа… Хотя мне понравилось, что он так меня назвал. Не девица, а госпожа, даже почувствовала себя по-другому.

— Сейчас ключ поищу, — сказала я и пошла к постройкам.

— Спасибо, спасибо, — раздавалось из ямы.

Как-то не хотелось подходить к тем стражникам. Я же только руки им связала. Вдруг ногой ударят, если очнулись. Подошла к тому, которого вторым ударила. Слегка ногой дотронулась, чтобы проверить, пришёл в себя или нет. Он не пошевелился. Тогда нагнулась и, напрягшись, перевернула его на спину. В темноте ничего не разберёшь… Пришлось на ощупь искать. То ещё удовольствие. На поясе висела целая связка — сняла её, потом разберусь.

— Госпожа! Нашли? — не унимался пленник.

— Нашла, но тут целая связка, — раздражённо проговорила я. Столько времени зря теряю. Без освещения невозможно справиться.

Решила сходить в дом за свечой. В комнате горел очаг, подошла к нему, чтобы немного согреться. Комната выглядела неопрятно: повсюду кувшины, пустые или с вином, кружки. На стенах — потрёпанные охотничьи трофеи. На столе горела свеча, её-то я и взяла, вернулась к яме. Надеюсь, не пожалею об этом. Поставила свечу на землю и принялась подбирать ключ к замку.

— Я видел, он такой тёмный, среднего размера, — говорил человек за решёткой.

Да они тут все тёмные и средние! И все похожи друг на друга. Испробовала половину, пока не нашла нужный. Замок разомкнулся, я отворила сначала одну половину решётки, затем вторую и отошла, подняв подсвечник. Рядом в сумке лежал кинжал. Надо было сразу достать.

Человек кряхтел, пытаясь вылезти, но не получилось.

— Слишком высоко, дадите руку?

Ну вот ещё… сейчас меня в яму потянет. Ключ на всякий случай себе на пояс повесила. Подошла ближе, наклонилась с протянутой рукой, не без брезгливости. Вонь была такой сильной, что я еле сдерживала позывы стошнить. Его рука схватилась за мою, я потянула назад. Только бы он на меня не рухнул, а то мыться в мои планы не входило!

К счастью, он просто упал на четвереньки, я успела отскочить. Взяла свечу одной рукой, другой — сумку. Мужчина попытался подняться на ноги. Получилось не с первого раза. Теперь при свете свечи я смогла наконец его рассмотреть. Он оказался очень высоким, гораздо выше меня, но чрезмерно худой, просто кожа да кости. На вид уже совсем не молодой. На лбу глубокие морщины, весь заросший, в грязных лохмотьях. Жаль, руки заняты, я бы нос зажала.

Пока я разглядывала его, он тоже внимательно рассматривал меня. Весьма удивлённо. Несколько секунд мы молчали, затем он подошёл ближе:

— Я ваш вечный должник, госпожа. Вы спасли меня от мучительной смерти.

— Помогите тогда золото найти, — сказала я и скривилась, не в силах скрыть отвращения от его запаха.

— Конечно, — подорвался он. — Мне бы только воды.

Да уж, вода ему бы точно не помешала.

Мы направились в дом, мужчина слегка хромал. В доме при свете очага и свечи я увидела, что открытые участки его тела покрыты ссадинами и кровоподтёками. Внутри всё сжалось. Он принялся опустошать все сосуды, которые стояли на столе, хотя в них была далеко не вода.

— Вы бы вино не пили, а то сразу опьянеете без еды, — заметила я. Если быстро опьянеет, будет не в состоянии сбежать.

— Да, конечно, — он тут же вернул кружку на стол, но потом сунул себе в рот валяющуюся на столе корку хлеба.

Я же принялась поспешно осматривать комнату. Никаких сундуков и шкатулок. Дом немаленький — два этажа. Придётся в каждой комнате рыскать. Взяла подсвечник, покосилась на мужчину и вышла из комнаты. Тот сразу поплёлся за мной, тоже со свечой в руке.

— Вы знаете барона? — спросил он, не поспевая.

— Нет.

— Я сначала подумал, мой хозяин, барон де Брейн, наконец прислал людей, чтоб меня освободить. Но женский голос услышал и понял, что не по мою душу пришли. А вы на кого работаете? Впервые вижу, чтоб женщина в одиночку лезла в логово...

— Я сама по себе, — ответила, не оборачиваясь. — Просто ворую.

Я уже обыскивала другую комнату, нервно по ней метаясь. Надо сосредоточиться и успокоиться, но что-то не получилось. Дыхание сбилось, усталость накатила. А ещё надо до дома добираться. Только как посреди ночи?

— Вот, — услышала я голос за спиной и обернулась. Мужчина протягивал мне мешок из дорогой ткани.

— Что это?

— Награда, которую вы ищете.

Сам нашёл? Быстро взяла мешок у него из рук и заглянула. И правда, внутри блестели золотые монеты. Сердце сразу забилось сильнее, про усталость совсем позабыла.

— Спасибо, — произнесла я удивлённо. — Ну, мне пора. Вы тоже тут не задерживайтесь.

— Подождите! — воскликнул мужчина и рухнул передо мной на колени. Я испуганно отпрыгнула. — Возьмите меня с собой. Я ваш должник, буду помогать. Если в одиночку воровством промышляете, я вам пригожусь!

Округлила глаза и уставилась на высоченного мужчину, наёмника какого-то барона, стоящего на коленях передо мной. Я тут же выпрямила спину.

— Расскажи о себе, — произнесла я и почувствовала, что мой голос зазвучал по-другому. Смотрела на него сверху вниз, и мне это понравилось.

— Моё имя — Самсон Болдер. Сын конюха. Мой отец работал на родителей барона де Брейна, так что мы с ним были с детства знакомы, росли вместе. Так я и стал его доверенным лицом. Ни разу не подвёл, верно служил.

А он и правда мог бы быть мне полезен. Если уж сам предлагает, зачем отказываться? Помощь мне не помешает, особенно в тех делах, где женщин видеть не привыкли. К тому же не первый год в Средневековье живёт, в отличие от меня.

— Хм, значит, желаете мне служить? — уточнила я, скрестив руки и слегка запрокинув голову назад. И откуда у меня эти жесты взялись?

Тот взглянул мне в глаза, потом опустил голову вниз:

— Честно говоря, привык служить человеку высокого происхождения.

Ах, вот как. Я нахмурилась. Значит, уже не госпожа?

— Я принадлежу к очень древнему и знатному роду, — заявила твёрдо. — Но моё рождение держали в тайне. Собираюсь найти доказательства и добиться признания. А пока набираю капитал так, как могу.

Именно в этот момент мне захотелось и правда найти своих настоящих родителей, узнать, откуда на самом деле Элис Хиллс. Раньше эта цель не стояла на первом плане. Ожерелье пропало, никто ничего не знает. Считала, были бы деньги, то остальное неважно. А теперь поняла, что высокое происхождение заставляет других преклоняться. Оказывается, это может быть полезно, и что уж таить, приятно.

Самсон тем временем переваривал информацию:

— Какому роду? — спросил он, не поднимая глаз.

— Я вам скажу об этом позже. Пока мы ещё ни о чём не договорились.

— Госпожа, я буду рад служить вам. Почту за честь. Вы спасли меня от мучений, в одиночку одолели стражников… Кстати, где они? — он вдруг поднял голову и с беспокойством огляделся.

— За деревянными постройками, — я махнула в сторону. — Связала им только руки. Как бы не высвободились.

Самсон тут же встал и направился туда, куда я показала. Поспешила за ним. И что он делать собирается?

Один из стражников уже очнулся и дёргался на земле. Другой ещё лежал в отключке. Самсон сорвал клинок с пояса одного из них и замахнулся, говоря проклятия. Я покашляла. Мужчина перевёл взгляд на меня и медленно опустил оружие.

— Не хотите, чтобы я их убивал?

— Предпочитаю обходиться без крови, если это возможно, — ответила я.

— Госпожа, — вздохнул Самсон и отошёл на шаг от стражника, который мычал, глядя на меня с мольбой в глазах. — Вы не представляете, что со мной делали. Я три месяца сидел в яме, не мылся, в туалет ходил там же, еду мне как собаке прямо в грязь кидали, чтоб слизывал. Открывали решётку и палками избивали. Деться некуда было, уже о смерти мечтал. Барон меня предал, а я полжизни ему служил. Не выдал его секретов…

Да уж, врагу такого не пожелаешь… Я смотрела то на мужчину, то на стражников и отметила про себя, что Самсон не стал убивать без моего разрешения, субординация налицо.

— Думаю, эти люди заслуживают смерти, — наконец произнесла я. Надо дать ему возможность хоть так отыграться. Иначе будет потом думать о мести, вместо того, чтоб выполнять мои поручения.

Тот кивнул:

— Спасибо, госпожа. Вы не сказали, как вас зовут.

— Элис.

Стражник изо всех сил пытался вырваться. Самсон поставил ногу ему на спину.

— Я отойду, — поспешно проговорила я, — и, когда закончите, уберите их куда-то из моего поля зрения.

— Конечно, госпожа Элис.

Прижала к себе сумку с монетами и вернулась в дом. Понравилось приказания отдавать. Госпожа Элис, это ж надо…

Самсон быстро расправился со стражниками, я старалась не оборачиваться. Судя по звукам во дворе, ему не так просто было их оттащить. Неудивительно с таким истощением.

Вернулся запыхавшись и облокотился на стену:

— Бросил их в яму, — он прикрыл глаза и тяжело дышал.

Я дала ему время, а потом сказала:

— Нужно спешить. Найдите здесь нормальную одежду. А то много внимания привлечёте. И поскорее.

Тот поднялся по лестнице на второй этаж, но не быстро, видимо, что-то с ногой. Пока он искал, что надеть, я любовалась монетами. В свете свечей они красиво блестели.

Вернулся Самсон в какой-то тунике, серых штанах, но без плаща. Это плохо, так бы капюшон помог скрыть лицо. Ну хоть обувь нормальную нашёл.

Завидев его, я тут же направилась к выходу. Надо отойти отсюда подальше и спрятаться. Через городские улицы идти не вариант, дозорные точно остановят. Придётся где-то ждать окончания комендантского часа.

Перекинула сумку через плечо и направилась к воротам. Самсон, прихрамывая, последовал за мной.

— Госпожа Элис, куда мы идём? — спросил он, когда мы молча шли несколько минут.

Я ответила не сразу… Думала, как поступить. Он не может появляться со мной там, где я снимаю комнату, особенно в таком виде.

— Я дам вам немного денег на постоялый двор. Если вас туда пустят… с таким запахом. Приведите себя в порядок, наберитесь сил. Потом найдите меня в пивной в Вестминстере.

— В пивной?

— Я там работаю.

— Я решил, что вы живёте за счёт воровства, — задумчиво произнёс мужчина.

Да уж, а у меня такая многозадачность.

— Работа в пивной мне нужна для прикрытия. Руковожу поварами. Собираю там полезную информацию. Находится она в Вестминстере, в этом районе часто собираются непростые люди. Именно в пивной я услышала об этом месте и награде от барона.

Самсон сначала ничего не ответил, лишь посмотрел с долей восхищения. А спустя время сказал:

— Удивительно. Вы же ещё совсем молодая, а такие вещи вытворяете. И ведь никто не подумает на вас. Очень умно.

Мы шли в темноте по той же неудобной дороге. Мой спутник сильно замедлял наше движение. В конце концов сел на землю:

— Не могу больше. Ноги не держат.

Конечно, когда несколько месяцев в яме сидел и почти ничего не ел… Ну и что теперь делать? Самсон сам предложил решение:

— Вдалеке хижина или сарай, видите? Попробую до туда дойти. Можно переждать, а на рассвете продолжить путь.

— Хорошо, так и сделаем, — вздохнула я, — всё равно, чтоб в комендантский час не попасться, лучше пересидеть.

Медленно дошли до одиноко стоящего сарая, а вдалеке уже чернела плотная застройка. Внутри на полу лежала полусгнившая солома. Мы оба сели на неё, и на меня тут же навалилась усталость. Поняла, что отдых мне тоже не помешает. И как я в таком состоянии пойду в пивную?

— Убил бы всех этих гадов, — вдруг произнёс Самсон слабым голосом, облокотившись на стену. — Уже человеком себя не чувствовал, даже хуже животного. Но они только исполнители, что приказали, то и делают. А вот мой хозяин, которому всю жизнь отдал, предал и забыл.

Не даёт ему покоя этот барон. Если он сейчас начнёт думать о мести и жалеть о прошлом, то меня это не устраивает.

— Барон не заслуживает того, чтоб тратить на него время. Но если хотите мстить, оставляю это на ваше усмотрение.

Самсон ничего не ответил, только вздохнул, а через какое-то время захрапел. Я тоже сидела в полудрёме, размышляя, где бы я могла использовать его помощь. Мне же надо будет ему платить… сколько? Я не богата, как барон. Но мне польстило, что этот человек готов помогать мне не из-за денег и не из-за влечения, а из-за своих убеждений.

Проснулась от голоса:

— Госпожа Элис, уже светает.

Открыла глаза. Сквозь щели сарая пробивались лучи солнца. Ну и запах внутри, надо было хоть дверь приоткрыть. Тут же поднялась и вышла наружу, принялась глотать свежий воздух. За мной вышел и Самсон. В свете восходящего солнца я смогла получше его разглядеть. Выглядел гораздо хуже, чем казалось ночью. Очень худой, одни глаза остались, все черты лица заострены, длинные чёрные волосы и борода. Весь в синяках, царапинах, да ещё с какой-то сыпью, наверное, из-за антисанитарии. В целом выглядел почти как лондонский бомж двадцать первого века.

— Вам сколько лет? — поинтересовалась я.

— Сорок пять, если не ошибаюсь.

А я думала, сто пятьдесят. Пустят ли его хоть на какой-то постоялый двор? Хозяева обычно судили о платёжеспособности по внешнему виду.

— Идти сможете?

Он кивнул, при этом тоже разглядывая меня на свету.

— Тогда пойдёмте. Провожу до ближайшего постоялого двора, а то можете не дойти. Дам денег на несколько ночей и на еду. Только вы не ешьте сразу жирное, а то умереть можно.

— Почему ещё? — не понял он.

Ох, мне что, ещё объяснять надо?

— После долгого голода желудок может не выдержать. Хуже станет. Если что, я предупредила.

— Благодарю вас за доброту. Клянусь, что отплачу за всё.

Посмотрим, как он отплатит. Хотя на монеты не посягнул, а всё мне отдал. Уже показатель верности.

Кое-как доковыляли до захудалого постоялого двора. То, что надо. Там меньше придираются. Я достала из сумки около тридцати пенсов. Не такая и маленькая сумма, но я расщедрилась, помня о золотых. Могу позволить.

— А если вас искать будут? — спросила я.

— Будут, конечно, — уверенно кивнул Самсон. — И пусть. Устрою для них радушный приём. Можете не сомневаться.

Я скептически подняла брови.

— Будьте осторожны.

— Конечно. Я найду вас, госпожа Элис.

Так и хотела сказать: «Если тебя не добьют», но промолчала. Он зашёл внутрь, я подождала немного, чтобы убедиться, что не выгнали, и поспешила домой. Золотишко надо припрятать. Понятия не имела, какой номинал у этих монет и что на них можно купить, но уже полагала, что это пока моя самая большая добыча.

После такого приключения чувствовала себя отвратительно. Как же не хотелось никуда идти. Сразу вспомнила слова Ричарда о том, что мне лучше думать не о работе… Ну не знаю, пока мне только стеклянные бусы дарили, больше ничего. А Ричарду легко советы раздавать, сидя в королевской канцелярии.

Посчитала монеты, их оказалось тридцать четыре. Неплохо, надеюсь, это весомая сумма. И, мне кажется, я её заслужила. Вот человека спасла…

Через силу дошла до пивной. Всё тело ломило, в голове туман. Как-нибудь продержусь.

— Ты чем вчера занималась? — сразу же спросила Изабель. — Такая бледная и медлительная сегодня.

— Просто не выспалась, — ответила, зевая.

— А гости-то вчера распробовали этот свиток с курицей.

— Его что, уже подавали? — удивилась я.

— Да, решили подать… — она ухмыльнулась. — Твоим поклонникам-торговцам. Так захвалили, что тут же новые заказы посыпались. Даже этот… твой аристократишка приходил.

— И что же? — я сразу же проснулась.

— Недовольно глядел на них, осуждающе. Даже не доел своё блюдо и ушёл.

Я вздохнула. Не пойму я средневековых мужчин.

Ричард пришёл и сегодня, почти под закрытие. Заказал только напиток, который я сама ему принесла.

— Вас вчера снова не было, — заметил он. — Так часто отпускают?

— Я сама решаю, — устало улыбнулась.

— С вами всё в порядке?

— Просто устала, — отмахнулась я. Даже сил не было ему глазки построить.

— Конечно, — понимающе кивнул он. — У вас тут постоянно так много посетителей… и все ваши блюда хвалят. Наверное, работали без передышки?

Так хотелось взять и рассказать ему правду о том, как бесстрашно залезла в дом, где некий барон держал пленника, забрала награду его людей, шла пешком по холоду… Но он бы точно не понял.

— Да, вы правы, — ответила.

— Позволите вас проводить до дома? — вдруг спросил.

Я онемела на время.

— Не только вас, но и вашу хозяйку, например. Если ей по пути, — тут же спохватился. — Я, конечно, не предлагаю идти вдвоём.

Обрадовал, называется. А Изабель это надо?

— Я живу в одном доме с другой служащей. Мы часто вместе ходим. Если хотите сопроводить, пожалуйста.

Интересно, как Мод отреагирует?

Ричард молча кивнул. А я пошла давать Мод наставления:

— Пойдёшь с нами, а потом вспомнишь, что что-то забыла и скажешь, что сейчас догонишь. А потом иди другим путём, чтоб мы вдвоём остались.

На кухне все надо мной посмеялись. Правда, в глазах девушек читалась зависть.

К счастью, всё прошло по плану. Мод нехотя удалилась, и мы остаток пути шли вдвоём.

— Как ваша семья? — спросил Ричард. — Осталась в Кенте?

— Да, — вздохнула я, делая вид, что скучаю. На самом деле я иногда скучала по Томасу и даже по леди Агате, но не по «матери» с «братом».

— Вы из крестьян? — осторожно продолжил, и я поняла, что он пытается понять, точно ли я из низкого сословия.

— Почему вас это волнует?

Ричард замотал головой:

— По вам не скажешь, что вы всю жизнь в деревне прожили. Не похожи на обычную крестьянку.

— А на кого похожа?

Он задумался.

Глава 5

Мы с Ричардом шли мимо плотно стоящих домов. Лавки ещё работали, продавцы зазывали, видя хорошо одетого господина. Я ждала ответа на вопрос, на кого же я похожа, если не на крестьянку. — Ни на кого, — вдруг ответил он. — Не сочтите за оскорбление. Я сейчас задумался и понял, что впервые сталкиваюсь с такой девушкой. Слишком активная для дворянки и слишком умная для крестьянки. Можно подумать, он со многими девушками общался. Но пусть продолжает. — Вас это пугает? — спросила я. Ричард слегка сдвинул брови и помотал головой, правда, не очень убедительно. Я принялась греть руки дыханием. Погода стояла мерзкая. Скоро моя первая зима в Средневековье. Уже предвкушаю…брр. — Что-то ваша подруга так и не догнала нас, — он обернулся, видимо, чтобы сменить тему. — Вдруг что-то случилось? — Ну только если в кости снова решила поиграть, — пошутила я. Ричард слегка улыбнулся: — Того человека осудили. К вам не приходили люди коронера? — Нет, — сказала я. Я и забыла уже о костяном шулере, которого ограбила. Столько навалилось. — Завтра утром заседание суда над мошенником, напавшим на вас с ножом. Притормозила: — А почему мне никто не сказал? Наверное, я должна там быть? — Необязательно. Я дал показания. Этого будет достаточно, их зачитают в суде. Выдохнула, а то воспоминания о суде манора у меня не самые приятные. Интересно, Ричард постарался, чтоб меня не вызывали, или это в порядке вещей? Когда суд надо мной был, ни одного свидетеля и правда не вызывали. Зато присяжные высказывались… — Хорошо, что мне не нужно идти. Надеюсь, преступника накажут, а то вдруг вернётся мстить. Ну или деньги свои искать. — Не вернётся, — твёрдо сказал Ричард. Как я мечтала поговорить о чём-то без формальностей. Но приходится соблюдать неведомые правила. Хотелось бы расспросить про его семью, но не уверена, что это правильно. — Вот и мой дом, — сказала я, остановившись. Ричард поднял глаза от первого этажа к третьему. Приглашать на чай не буду. Комната рядом с туалетом не подходит для романтической обстановки. — Вы живёте здесь? — переспросил Ричард. — Арендуете половину дома? Я усмехнулась: — Вот ещё! Только комнату на первом этаже, - показала на своё окно. Ричард сдержанно кивнул, посмотрел на меня, потом снова на дом. Он что, ожидал, что я живу во дворце? Не понимаю. Или увидел социальный разрыв между нами? — Вам здесь нравится? — спросил. Пожала плечами: — Нет, но зато свой угол. Лучше, чем спать в таверне на кухне. А вы где живёте? — не удержалась я. — Иногда ночую при дворе, когда работаю допоздна. А в другое время — в доме в Вестминстере. Это дом моего отца. Родители живут в семейном замке, но часто приезжают сюда. Семейный замок, дом в Вестминстере — неплохо… Лучше бы в гости пригласил. Пока мы стояли, уже и Мод появилась с другой стороны дороги. Покосилась на нас и отвела взгляд. — Хорошего вечера, Элис, — тут же попрощался Ричард. — Храни вас Бог. Я тоже попрощалась и зашла в дом. Не знаю, к чему это всё приведёт. Он соблюдает приличия, и с такими темпами мы никуда не продвинемся. Мод ждала у дверей моей комнаты. — Ну что? Расскажи хоть, раз из-за тебя пришлось на холоде стоять. Что он тебе сказал? — Ничего такого. Хотя… для тебя есть полезная информация. Завтра суд над тем мошенником. — Как же хорошо, что он попался. А то, где бы я столько денег взяла? — Попался он только потому, что на меня с ножом кинулся, — хмуро возразила я. — Слава богу, что обошлось. А то грех на мне был бы. Ну а графский сын что же? Чего хотел? — Не знаю, Мод. — Я бы на твоём месте время на него не тратила. — Охотно верю, — сказала и скрылась за своей дверью.

Уселась на кровать, тут же открыла сундук, полюбовалась деньгами. Так и не выяснила номинал золотых. Может, надо было у Ричарда спросить, он же из богатой семьи.

Явно чего-то хочет, но сомневается. Конечно, работница пивной из деревни не чета графскому сыну, хоть и не наследнику. А мне что делать? Сохнуть по нему и довольствоваться редкими встречами? Хорошо, хоть на дела отвлекаюсь.

Сил на тренировку не было, выспаться бы после сумасшедшей ночи. Интересно, как там Самсон?

Целую неделю я жила без приключений. Помогала совершенствовать приготовление «свитка с курицей», собрала крупицы информации от посетителей, но ничего путного не попадалось. Зато выяснила, что золотая монета называется «нобль» и равна восьмидесяти пенсам. Учитывая, что таких монет у меня хранилось тридцать четыре, то по средневековым меркам — это небольшое состояние. Могла бы позволить купить дом в небольшом городе или в маноре хозяйство завести. Делать это я, конечно, не буду.

Только бы Самсона не поймали, и он меня не выдал. Пока я выбрала не светиться с этими деньгами. Хотела подождать, объявится ли мой помощник, который так клялся, что за всё отплатит и будет служить. Может, что-то случилось? Даже собиралась сходить на тот постоялый двор проверить, но передумала.

А в пивной опять торговец тканями объявился и сразу потребовал меня позвать. Я ему личная официантка, что ли? — У меня третья лавка открылась, — заявил. — Поздравляю, — вежливо, но сухо сказала я. — Не было времени сюда заглядывать, — продолжил Лоренс, нахмурив высокий лоб. — Что, продажи хорошо идут? — не выдержала. — С Божьей помощью. — Ну хорошего дня, — я улыбнулась и собиралась вернуться на кухню. — У меня для тебя кое-что есть. Видишь, не забываю! Притормозила и настороженно уставилась на очередной мешочек. Подарки я люблю, но не хочу быть обязанной. — Бери-бери! Сам выбирал! На нас уже другие посетители обернулись и следили, приму ли подарок. Решила взять, портить отношения с этим торговцем не хотелось. Он всё-таки всем мои блюда рекламирует. На этот раз внутри оказалась брошь. — Не стоило, — сказала я для приличия. — Могу я сегодня после закрытия остаться? Мы же в прошлый раз не договорили. — Спасибо, я уже про изготовление тканей всё узнала, — ответила я не без ехидства. — А хочешь в лавку ко мне зайти? Самую лучшую ткань подберём! Платье сошьёшь. Вот пристал. Мне, конечно, такое внимание приятно, хотя бы можно почувствовать себя желанной. Только сразу видно, что мужик он хитрый, взгляд у него такой… Зато знает, чего хочет. Но если вдруг Ричард увидит, как я ухаживания Лоренса принимаю, то посчитает распутной. А мне бы этого не хотелось… пока. Вежливо отказала, хотя хорошая ткань была бы не лишней. Тот только слегка усмехнулся с хитрым прищуром. Такое впечатление, что мои отказы его не расстраивают, а только азарта добавляют. Ну конечно, брошь-то я взяла…

Вернулась к работе. Пока этот торговец в зале сидит, я не могу за другими подслушивать. Он же постоянно взглядом за мной следит. Спустя время вышла проверить, не ушёл ли. К счастью, его стол пустовал. Только за самым дальним столом заметила другого знакомого. Сначала по лицу не узнала, а вот по худобе сразу поняла — Самсон. Он сбрил бороду, волосы укоротил, и это хорошо. Сидел с кружкой и настороженно глядел на дверь. Увидев меня, выпрямился, даже будто обрадовался. Оглянулась по сторонам и подошла: — Пришли всё-таки? — А как же? — тихо ответил он. — Сменил три постоялых двора. Вот плащ купил. — Выглядите получше. — До сих пор привыкнуть не могу, что не в том проклятом месте. Я наклонилась и прошептала: — По поводу пропажи или людей барона что-нибудь слышно? — Искали меня на первом постоялом дворе, но хозяин не выдал. Оказалось, ненавидит барона де Редфорда. Но пришлось вглубь города переселяться. — Деньги остались? — спросила я. — Почти нет, госпожа Элис. — Послушайте, здесь мы не можем долго разговаривать. Подождите меня на улице после закрытия. Постойте в стороне. Самсон кивнул. Я принесла ему пару блюд и заплатила сама. Изабель удивлённо подняла брови. — Мой дядя, брат отца. В Лондон приехал на несколько дней, — объяснила я. — По виду будто из тюрьмы сбежал, — скривилась хозяйка. — Хотя вы похожи. Оба черноволосые. Я не стала это комментировать. Пусть верит, что мы родственники.

Самсон ждал меня на противоположной стороне улицы возле свечной лавки. Я быстро перешла дорогу, успев перебежать перед телегой.

— Давайте пройдёмся, чтобы внимание не привлекать.

Самсон проследовал за мной. — Я сказала, что вы — мой дядя, чтоб меньше вопросов задавали. Тот удивлённо кивнул, потом ожидающе посмотрел мне в глаза. Видимо, я должна дать какие-то указания, рассказать о планах. Они у меня были. — Самсон, — вполголоса произнесла я, чтоб прохожие не услышали, — я хочу, чтобы вы сняли целый дом на своё имя. Лучше бы отдельно стоящий, на окраине и сразу за городской стеной. Первый этаж должен быть просторным. Для чего предназначаться будет — потом расскажу. На втором должно быть несколько комнат, в одной из них будете жить вы. Глаза Самсона загорелись. Я позволила себе осмотреть его оценивающе. Для этого пришлось задрать голову. Мне нужен такой человек, который бы своим видом наводил страх, чтоб другим не повадно было лезть, куда не просят. Но пока выглядит весьма жалко. — Побыстрее придите в форму, а то какой из вас защитник в случае чего. — Не волнуйтесь за это, госпожа Элис. Уж я верну себе прежнее состояние. Та яма сломила тело, но не дух.

— И ещё, — добавила я, — пока ходите по улицам в поиске дома, обратите внимание, где обитают какие-нибудь мальчишки-беспризорники. Они нам понадобятся в будущем в виде осведомителей.

Самсон повернулся ко мне с удивлением во взгляде.

— Нужны люди, которые будут нашими ушами и глазами. Не всегда получается собрать информацию в пивной.

Самсон кивнул с открытым ртом. — Также, касательно моего происхождения. Он заинтересованно уставился. — Может быть не сейчас, не сразу, но хочу, чтобы вы попытались найти моих родственников. Обсудим это позже, в доме. — Конечно… Какие-то средства мне полагаются?

Задумчиво помолчала для вида, потом произнесла:

— А как же? О своих забочусь. Я вытащила несколько пенсов на жильё и еду. — Тратьте разумно, — предупредила мужчину, гораздо старше меня. Так необычно давать указания, я могу войти во вкус. В двадцать первом веке такого опыта у меня не было. — А деньги на аренду? — Сначала найдите, потом сообщите мне цену. Арендовать хочу на год или полтора. Представляю, какая там может быть сумма… Эх, не люблю с денежками расставаться. — Как скажете, — согласился Самсон. — Тогда буду ждать новостей, — сказала я и попрощалась.

По дороге домой думала, что неплохо было бы арендовать отдельное жильё и для себя. В доме, который арендует Самсон, я, конечно, жить не собиралась. Он нужен мне для осуществления планов. Да и тем более жить с чужим мужчиной здесь недопустимо. Надоело сидеть в своей вонючей коморке. Хозяйка дома всё равно за всё дополнительные деньги тянет. То нельзя в выходной день себе на кухне просто так ничего приготовить, даже из своих продуктов, то вдруг за воду из колодца хотела взимать. К счастью, одумалась. Но надолго ли?

Когда пришла домой, служанка крикнула мне со второго этажа: — Элис, постой! Ну что ещё, неужели хозяйка требует оплатить аренду заранее. Это она тоже любит. — Тебе письмо, — с энтузиазмом проговорила она, спускаясь по лестнице. Округлила глаза и даже слегка испугалась. Интересно, от кого? Может быть, от семьи из манора? Нет, они же не знают мой адрес.

Служанка спустилась и протянула сложенный лист плотного пергамента, аккуратно загнутый и скреплённый тёмной восковой печатью с чётким оттиском перстня. Снаружи было выведено моё имя и адрес, без упоминания отправителя. Пергамент был слегка потёрт по краям, будто его несли не слишком бережно, но печать оставалась целой. — Спасибо, — сказала я, чувствуя, как в груди поднимается волнение. Моё первое письмо в Средневековье. Надеюсь, это не повестка в суд. — От кого? — любопытная служанка вытянула шею. — Не знаю, — нахмурилась и поспешила к себе в комнату.

Аккуратно разорвала печать и открыла небольшой лист пергамента. Внутри ровным курсивом был выведен текст. Сразу посмотрела на подпись — Ричард Малколм. Как бы я ни пыталась сохранять спокойствие, всё равно жар прилил к лицу. Неожиданное завершение дня. Повезло, что письма — его работа, почерк разборчивый.

Достопочтенной Элис, да пребудет с тобой здоровье и мир.

Пишу вам из места, куда я отослан по делу службы. Надеюсь, вы в добром здравии и у вас всё спокойно. Дорога была долгая, дела здесь не дают отдыха, но я часто вспоминаю о вас. Не пишу лишнего, но знайте, что мысли о вас порой отвлекают меня больше, чем следовало бы человеку на службе. О деле мошенника сообщаю: суд постановил держать его в заключении три года, и на том всё завершилось. Да будет над вами Божья милость.

Он бы ещё написал «Да прибудет с тобой сила». Но всё же это короткое письмо привело в восторг. В жизни писем не получала. Ни в той, ни в этой. Значит, думает обо мне. Только не написал, на сколько он уехал, когда вернётся. Я что, ждать должна? И ждать чего? Нетерпеливо вздохнула, ещё раз перечитала письмо и убрала в сундук к другим сокровищам. Обратного адреса не было. Но это и хорошо, потому что я понятия не имела, как правильно писать письма.

Самсон объявился снова через четыре дня. Ждал меня вечером у дверей пивной. Выглядел немного лучше. Синяки и царапины на лице уже зажили, вид немного здоровее, но всё ещё анорексичный. — Госпожа Элис, я нашёл дом. Надеюсь, он вас устроит. Там всё, как вы и хотели, даже сарай пристроен. Вот сарая мне ещё не хватало. Хотя… если вдруг понадобится завести лошадь, может и пригодится. — Какая цена? — Договорился о двадцати шиллингах в год. — Немало… — Другие и двадцать пять запрашивали. Но там мебели больше. — Нам мебели много не надо. На первом этаже её будет по минимуму, — сказала я, всё ещё прикидывая в голове, могу ли я себе позволить такую сумму. Тридцать четыре золотых составляли примерно двести двадцать три шиллинга, плюс ещё деньги с двух предыдущих ограблений, которые пригодятся для другого дела. Ну и жалованье в пивной. Пока хватает. — Ты уверен, что дом хороший? — Да, госпожа Элис. Среди разных вариантов он оказался лучшим, по моему скромному мнению. Будете сами смотреть? — Конечно. Притворюсь вашей дочерью, чтоб хозяин ничего не подумал. Самсон улыбнулся и кивнул. — Можем пойти туда завтра. Я утром договорюсь. Хозяин живёт далеко, но оставил в доме управляющего. — Тогда зайдите за мной в пивную, а я попробую уйти с работы.

На этом мы и договорились. Я надеялась, что не совершала ошибку. Всё-таки действовала одна, без поддержки и советов. В целом я к такому привыкла в двадцать первом веке. Но здесь было страшнее.

Когда Самсон показался в пивной и заказал кружку эля, я постаралась быстрее дать наставления своим поварам, задобрить Изабель рассказами о том, что помогаю дяде с поиском жилья, и покинула своё рабочее место. — Как вы всё успеваете, — восхитился Самсон. — Где учились, позвольте спросить. Мне скоро полвека стукнет, но чтоб девушка восемнадцати лет и там и тут успевала, да ещё и… не боялась такие опасные ограбления совершать, впервые вижу. Знал я и дочерей, и сестёр барона, они вам и в подмётки не годятся. Надеюсь, он не льстит, а говорит искренне. — Дочерям барона просто не надо думать о выживании, — заметила я.

Самсон пожал плечами. Шли мы долго, я жалела, что не купила тёплую одежду. Да и многие на улице старались двигаться быстрее, чтоб согреться. Из крыш домов выходил дым от очагов, и я задумалась, что тоже бы не отказалась от своего очага.

Дом стоял на окраине Лондона, чуть в стороне от плотной застройки, с небольшим двором перед входом, ограждённым низким деревянным забором. Стены были добротно сложены из дерева с глиняной обмазкой, без заметных трещин, крыша ровная.

Нас встретил бородатый управляющий. Внимательно взглянул на меня, затем на Самсона. — Господин Болдер, проходите. — Вот пришёл с дочерью. Управляющий улыбнулся и кивнул мне. Я поприветствовала в ответ и направилась оценивать помещение.

Внутри первый этаж выглядел опрятно, пол утрамбован и выровнен. Я насчитала две несмежные комнаты и кухню. Одна из комнат была большим залом. Лестница на второй этаж оказалась довольно прочной, ступени не шатались. Наверху — три небольшие комнаты. Сквозняков почти не чувствовалось, и в целом дом производил впечатление не роскошного, но ухоженного и пригодного для жизни. То, что надо. Мой помощник справился с первым поручением.

Управляющий сам составил на пергаменте договор и поставил печать своего хозяина. — Свидетелей для закрепления договора будете звать? — спросил он. Свидетели мне ни к чему. Я помотала головой, а Самсон озвучил: — Обойдёмся без свидетелей. Лучше документ напишите, что деньги получили.

После он передал управляющему кошелёк с нужной суммой. Тот пересчитал монеты и удовлетворённо распрощался, предварительно упомянув просьбу хозяина хорошо следить за домом.

Наконец мы с Самсоном остались одни. В отдельном доме даже дышится легче. Жаль, не могла в нём остаться. — Выбирайте себе комнату на втором этаже, — сказала я, и Самсон поспешил наверх.

Я же осталась посреди просторного зала. Теперь как можно скорее нужно начать то, ради чего эта аренда затевалась…

Глава 6

Я позвала Самсона на кухню, потому что там стоял старый деревянный стол и скамья. Придётся потратиться на мебель, и лучше поскорее. — Госпожа Элис, я выбрал себе самую большую комнату, если вы не против. В других кто-то тоже будет жить? — Посмотрим, — ответила я, думая о другом. — Я хотела обсудить вопрос о поиске моих родственников. Самсон сел на скамью с серьёзным видом. — Меня подкинули крестьянам в маноре в Кенте. Получается, в 1333 году. Самсон прищурился и продолжил внимательно слушать. — В корзине, где я лежала, были деньги и ожерелье с драгоценными камнями. Такими вещами обычные люди не раскидываются. Также на пелёнке был вышит орнамент, похожий на герб Мортимеров. Мне сказала об этом леди из манора. Не знаю, правда ли это или просто совпадение. Больше я ничего не знаю. Есть ли надежда найти хоть какую-то зацепку? — Ожерелье и пелёнка при вас? — спросил Самсон. Почувствовала себя по-идиотски. — Нет, — отвела глаза в сторону. — Пелёнка осталась у матери в маноре, а ожерелье… украли. — Кто украл? — воскликнул Самсон. Сердце неприятно сжалось, когда вспомнила тот вечер: умирающий Томас и осознание, что меня предали. — Вор, член банды… Его зовут Уолтер Карпентер. С тремя из банды я разобралась, но они не знали, где ожерелье. Уолтер с ними не поделился и сбежал. — Разобрались с членами банды? — переспросил Самсон ошеломлённо. — Но как? — На самом деле мне повезло, так сложились обстоятельства, — ответила я, но мужчина уже смотрел на меня глазами, полными восхищения. Затем, помолчав, проговорил: — Не хочу вас огорчать, госпожа Элис, но это будет очень сложно. Нужны свидетели, записи о рождении. При наличии ожерелья мы могли бы зацепиться за его изготовителя, разузнали бы о владельцах. А так… — А если узнать что-то о самой семье, а потом надавить, заставить признаться? Самсон вдруг усмехнулся и покачал головой: — Хорошая идея, но на всё нужно время. Чтобы заставить кого-то из семьи признаться, нужно иметь против них что-то серьёзное. — У всех богатых семей есть скелеты в шкафу. Главное — хорошо искать. — Верно. Только бы зря не потратить время. Вдруг вы относитесь к другой семье? — Я не спешу. Главное — начните копать. Самсон кивнул. — Сделаю всё, что могу. Я осмотрела кухню. Сейчас бы не отказалась от чашки кофе, но пока только вода из колодца.

— Теперь к тому, зачем мне дом, — продолжила я, видя, что за окном начинает темнеть. Самсон кивнул и приготовился слушать. — Хочу свою ткацкую мастерскую, — выдала я. Такого мужчина явно не ожидал. Сначала рассмеялся, думая, что шучу. Я недовольно нахмурилась, и он тут же стал серьёзным. — Вы хотите, чтобы здесь… сидели ткачихи? — озадаченно произнёс Самсон. — Нет, — помотала головой. — Пока нет. Я хочу, чтобы в большом зале для меня изготовили станок. Такой, которого ещё ни у кого нет. — Как это? Не понимаю, госпожа Элис. — Была я в мастерской, посмотрела на эти примитивные доски… Можно же придумать куда более удобные приспособления. Сами ткацкие станки не видела, но чувствую, они тоже недалеко ушли. В общем, хочу нанять человека, который придумывает усовершенствованные станки. Тогда я смогу производить ткань быстрее и лучше. — Вы уверены? — на лице моего помощника отобразилось полнейшее недоумение. Представляю, как это выглядело со стороны. Неуёмная девчонка, привыкшая грабить, с непонятным происхождением, да ещё вдруг говорит о каких-то станках. — Удивительно, — только и произнёс он. — А я думал, что барон — слишком деятельный… — Если вам не под силу выполнять эти поручения, лучше сразу скажите. Вы будете жить в доме, следить за тем, как продвигается дело, чтобы я не платила изобретателю просто так. — Что вы, госпожа Элис. Я справлюсь. Может быть, у вас ещё какие-то идеи есть? – он вдохнул воздух и замер. — Пока достаточно. Самсон облегчённо выдохнул. На следующий день я отправилась в ту ткацкую мастерскую, в которой работала сестра Джеффри. Во время прошлого посещения у меня и появилась мысль не просто открыть свою собственную мастерскую, а усовершенствовать оборудование. То, на чём они работали, меня не вдохновляло. Но сама я придумать бы не смогла. Могу только подкидывать идеи и направлять, примерно представляя, что должно получиться. С экскурсии в музее моды я помнила, как визуально выглядели станки века восемнадцатого-девятнадцатого. Особенно после того, как фотографировала свою опекуншу на фоне громоздких машин. Эх, как же плохо, что я мало в чём разбираюсь, а то совершила бы научную революцию. По дороге в мастерскую, задумалась о том, что буду говорить Эллиоту. Кем только не приходится быть, даже переманивать людей из одной компании в другую. Чтобы он воспринял меня всерьёз придётся предложить выгодные условия.

В мастерской стояла напряжённая атмосфера, и звучал громкий голос Эллиота, управляющего: — Быстрее, в срок не успеваем! Тяни нить вот так, что ты перекручиваешь? Вошла внутрь и остановилась у дверей. Прядильщицы тут же подняли головы, Эллиот замолчал и прищурился: — А, помню тебя. Решилась всё-таки? Мне сейчас некогда будет с тобой возиться. Хозяин пригрозил, чтоб до конца недели новую партию изготовили. — Господин Эллиот, я могу с вами поговорить? — спросила я, понимая, что пришла совсем не вовремя. — Некогда, девица. Приходи через неделю. Сначала я правда хотела удалиться, но потом подумала, что не хочу терять столько времени. Дом будет просто так простаивать. — Пожалуйста, у меня важный разговор. Я не просить работу пришла. — Ну говори, — Эллиот развёл руками. — Наедине. Управляющий вздохнул и повёл меня в помещение, где никого не было, только тюки с шерстью и ещё с чем-то. — Я слушаю, девица, — сказал Эллиот, а сам принялся пересчитывать тюки. Как бы так начать? Он же меня всерьёз не воспримет… — Господин Эллиот, я в прошлый раз приходила не для того, чтобы на работу устроиться. — Хм, а для чего тогда? — спросил управляющий, всё ещё не обращая на меня должного внимания. Кажется, он старался сделать несколько дел одновременно. — Знаете, я уже давно планировала открыть свою мастерскую, присматривалась… Но поняла, что эти рабочие инструменты далеки от совершенства. Теперь Эллиот смотрел не на тюки, а на меня, но так, будто я несу что-то несуразное. — Вы, я заметила, человек активный, умный. Сами станок усовершенствовали, хоть мне и не показали. Собираюсь открывать свою ткацкую мастерскую, но хочу, чтобы она отличалась от других. Я ищу такого человека, который сможет придумать что-то совершенно новое. Поэтому предлагаю вам работать на меня. — Подожди-подожди, — замахал руками Эллиот. — То есть ты мне работу предлагаешь? Вот тебе и новости. А ты сама откуда взялась? Пропустила последний вопрос мимо ушей: — Заплачу за полгода вперёд, чтоб вы не волновались, что останетесь без дохода. У меня есть деньги, чтобы платить вам хорошее жалованье. У меня вы будете изобретать что-то новое, улучшенное. Сами говорили, что вас тут не ценят по достоинству! Эллиот стоял, нахмурив брови, в ступоре. — Не понимаю. Это какая-то шутка? Кто… То есть ты предлагаешь работать на тебя, на девицу малолетнюю? Закатила глаза: — Предлагаю. Деньги имеются. Рабочее место тоже арендовано — просторный зал на первом этаже дома. Там мой помощник живёт, за всем приглядывает. Буду приезжать, обсуждать с вами идеи, смотреть на результат. — А если не придумаю ничего? Тоже… платить будешь? — теперь я завладела его вниманием полностью. — Как это не придумаете? Вы же выросли в семье суконщиков. Знаете всё от и до. Что вам стоит? Рассказывали же, что сами станок собрали. Я вас не буду слишком торопить, но и годами просто так деньги получать не надейтесь. Но если создадите то, что мне надо, я будете получать проценты от дохода мастерской. Вам такие условия ещё кто-нибудь предложит? Тот озадачено почесал затылок. — Я готова дать год, полтора… Главное, чтобы были хоть какие-то результаты. Эллиот явно не был готов принимать никаких решений, да и вообще выглядел шокированным. — Вы подумайте, — сказала я. — Зайду через пару дней. Можем съездить в то место, где будете работать. — Кто за тобой стоит? На кого сама работаешь? — Я ни на кого не работаю. Это моя идея, — терпеливо сказала я. — Не смотрите на то, что я молодая и женщина. Я всё равно найду человека. Если не вы, то кто-то другой станок изобретёт. После этих слов Эллиот нахмурился, заходил по комнате. — Подумаю, дай пару дней. Тут ещё дел полно, как всё бросить? — Думайте, — кивнула и оставила его. Мне тоже надо было торопиться, ведь работу в пивной никто не отменял. Поздоровалась с Изабель, которая вовсю разливала эль. Та лишь косо на меня посмотрела. Ну конечно, два дня подряд прихожу-ухожу, когда вздумается. Но деньги-то мои блюда ей приносят?! Так что извиняться не собираюсь. — Слыхали?! — воскликнул один из посетителей, обращаясь к Изабель, когда она поставила ему очередную кружку. — Вчера в дом к сборщику пошлин забрались, Эдгару Уэстли. Знали такого? Изабель сморщилась: — Припоминаю… И что же? — Нашли его мёртвым в собственной постели, а сундуки пустые. Так, кто-то хозяйничать вздумал. Я почувствовала укол жадности, будто украли мои деньги, а не некоего Эдгара. — Неужели сборщики пошлин хорошо живут? Не себе же они эти деньги забирают, — проговорила я. — Кто их знает, — пожала плечами Изабель, а потом тихо добавила: — Если честно, не жалко. А я задумалась, как бы мне ещё обогатиться. Теперь у меня и дом, и Самсон, и много планов, на которые деньги требуются. Вот бы какого-то горожанина найти с полными сундуками ценностей. Чтоб по-крупному, как в последний раз с золотыми монетами вышло. А то теперь, когда я не с пустыми карманами, уже и напрягаться по мелочи не хочется. Результаты меня радовали, теперь бы только не потерять всё это. Два дня быстро пролетели, и я снова наведалась в мастерскую. Если откажет, придётся напрячься и искать кого-то другого. Но Эллиот мне показался многообещающим… Он хотя бы любил то, что делает, энтузиазм бросался в глаза. К моему удивлению, только завидев меня в дверях мастерской, Эллиот тут же бросил дела, оборвал речь на полуслове и радостно поприветствовал: — А, хорошего дня, Элис! Выйдем на улицу? Послушалась, пребывая в небольшом шоке от такой перемены. — Ну что, когда приступать? Могу хоть сейчас! Я тут уже кое-что обдумал. А что если поставить деревянную раму… — Подождите, — остановила я эту волну. — То есть вы согласны? — Да! — воскликнул Эллиот чересчур громко. Надо же, даже уговаривать не пришлось. Видимо, совсем его нынешняя мастерская не устраивает. — Хорошо, тогда подготовьте список того, что там нужно. Завтра воскресенье… поедем в дом и обсудим. Только после обедни. — То есть я могу уходить с этого места? Не обманешь? У меня семья. — Можете хоть сейчас уходить. — Представляю лицо хозяина! — усмехнулся Эллиот. Лучше бы новый станок представлял… В воскресенье утром я отправилась на ярмарку, чтобы наконец закупиться чем-то на зиму. Купила тёплый плащ, шерстяное одеяло, перчатки. А то я тут людей на работу нанимаю, а хожу в простецких вещах. Надо соответствовать. При мне одного парнишку поймали на воровстве, скрутили и послали за бейлифом. Дилетант. Но под хорошим руководством может быть мне очень полезен. Надо бы послать Самсона к бейлифу для выкупа его штрафа… Если здесь такое практикуется. А как ещё людей набирать? Гуляя между рядами с прилавками, услышала радостное восклицание: — О, дорогая Элис! — услышала восклицание и обернулась. За деревянным прилавком стоял Лоренс. За его спиной висели яркие ткани. Над прилавком натянут холст. На прилавке — тоже рулоны с тканями. И здесь он. — Хорошего дня, — вежливо улыбнулась. — Подходит сюда, — позвал он. Торговцы из соседних лавок и некоторые покупатели тут же уставились на нас. Ну почему здесь все такие любопытные?! Спокойно подошла к прилавку Лоренса. — Хочешь, ткань для тебя подберу? Подумала немного и кивнула. Мне и правда нужно сшить новые платья. Может, скидку сделает? Лоренс расплылся в улыбке. Даже удивительно, что взгляд был не хитро-насмешливый, а обычный. Видимо, на своём рабочем месте он себе такого не позволяет. — Вот поглядите, эта мягкая, но тёплая шерстяная ткань. Зелёный цвет тебе к лицу. Хотя такой красоте что угодно пойдёт. Ждала, пока поток его любезностей закончится и он озвучит цену. Ткань и правда казалась качественной, но всё же в некоторых местах была неровной — где-то тоньше, где-то толще, да и не такой уж и мягкой, какой могла быть. А цвет не насыщенный, а блёклый. Ткани моего производства должны стать плотными, равномерными с насыщенными ветами. — Будешь брать или что-то другое выберешь? Ты меня слышите? — привлёк моё внимание Лоренс, пока я задумалась о своём производстве. — Сколько стоит? — спросила я. Лоренс нахмурился: — Элис, да я бы сам заплатил, чтоб тебя в таком платье увидеть! Я закатила глаза. — Прости, не хотел оскорбить. Но уж очень видная девица. Я-то раньше не понимал, почему мой друг Алвин к вам в пивную постоянно наведывается. Но как увидел, сразу ясно стало. — Заворачивайте ткань, — коротко сказала. – Я оплачу. Не могу принимать такие подарки.

Что-то он разошёлся. Явно потом будет считать, что имеет права предъявлять мне требования. — Хм, - нахмурился Лоренс, - Как скажешь. Был бы рад увидеть тебя в этой ткани. А лучше… Он осёкся. Хорошо, что не добавил «а лучше без неё». На нас и так все смотрели. Время шло к обеду, и меня ждала встреча с Эллиотом. Надо забирать товар и уходить. — Знаешь, Элис, — фамильярно обратился торговец, — а родители твои далеко живут? Я бы с отцом твоим побеседовал… Ещё чего он там придумал? — Мой отец умер, мать и брат живут в Кенте. Но я сама по себе, от семьи не завишу. — Это хорошо, — лицо Лоренса приобрело тот же хитрый взгляд. Я уже хотела съязвить, но вдруг Лоренс приосанился, лицо стало серьёзным. — Вот идёт госпожа Маргарет Уинтер, богатая вдова. Видишь, со слугой, который наверняка её кошелёк несёт. Надеюсь, деньги она потратит у меня в лавке. — Богатая вдова? А где она живёт? — невинно спросила я. — Её дом все знают, недалеко от собора Святого Павла. С резными ставнями и узорами на двери. — Как мило… Значит, она растрачивает наследство мужа? — Трёх мужей, — улыбнулся Лоренс. — Говорят, у неё ещё есть владения в Эссексе. — Хм, — сдержанно кивнула, стараясь не показывать проснувшийся интерес. Между тем эта госпожа приблизилась к лавке Лоренса и, никак не отреагировав на его приветствия, принялась бесцеремонно трогать ткани с таким видом, будто они ей только в половые тряпки годятся. Лоренс выжимал из себя улыбку, услужливо поднося всевозможные варианты и расхваливая состав и качество материала. Снобизм дамы меня немного разозлил. Что она нос воротит? Выбор на ярмарке небольшой. У всех ткани примерно одинаковые. Решила немного подыграть Лоренсу. — Господин, заверните мне ещё вот эту и эту ткань, пока не раскупили. Качество отменное, такие материалы только у вас, больше ни у кого. Богатая вдова окинула меня удивлённым взглядом, нахмурилась, а потом схватила ту ткань, на которую я показала. — Я первая её взяла! Что за невоспитанная девица! Лоренс сначала растерялся, но я подала ему знак. Тот не смог сдержать ухмылку. К счастью, вдова этого не заметила, так старалась набрать побольше тканей с прилавка. — Давайте помогу, госпожа! — подскочил Лоренс. — Это были мои ткани! Мои! — с досадой выкрикнула я и, кивнув Лоренсу, пошла прочь. Надеюсь, госпожа не потратит все свои сбережения, а то она неплохо подходит в кандидаты для следующего крупного ограбления. К нему нужно тщательно подготовиться, чтоб обошлось без крови и привлечения внимания.

Глава 7

Мы с Эллиотом встретились уже на окраине города, а до самого дома пошли вместе. Он шёл чересчур быстро на своих длинных ногах, я же еле поспевала.

— Думал, моя жена не одобрит, когда всё расскажу, — заявил он, — а она наоборот… порадовалась.

— Так правильно, — усмехнулась я, — раньше вы работали с кучей женщин, а теперь только с одной. И то я буду отсутствовать.

— Я об этом не подумал, — удивлённо сказал Эллиот и какое-то время шёл в задумчивости.

— А вы что ей рассказали, чем заниматься будете? — вдруг спросила я. Надо было сразу предупредить, чтоб хранил это в тайне.

— Ну… — замялся он.

— Никто не должен знать. Пусть ваша жена молчит. Для окружающих вы работаете в другой мастерской и никаких подробностей.

— Как скажешь.

— Она должна понимать, что если кто-то начнёт вынюхивать, подсмотрит идею, то ваша семья на этом не обогатится.

— Ты права. Мы никому не скажем, клянусь.

Я вздохнула, какое-то время шли молча. Затем Эллиот вдруг спросил:

— Так у тебя есть покровитель, кто деньги даёт? Не пойму что-то. Или наследство?

Хотела пробурчать «наследство покровителя». Может быть, его такой ответ устроит?

— Давайте договоримся, что вопросов об этом вы задавать не будете. Ваше дело — работать.

— Хм, — пожал плечами Эллиот, — ладно. А деньги за полгода я когда получу?

— Сегодня после обсуждения планов.

Самсон встретил нас у входа в дом. Эллиот, кажется, сначала напрягся. Они оказались почти одного роста, Самсон лишь немного выше. Надеюсь, он скоро наберёт вес и мышечную массу, чтобы наводить страх и отпугивать любопытных от дома.

Я представила их друг другу и объяснила:

— Самсон здесь живёт и следит за домом. К нему вы можете обращаться в случае чего. Он мой помощник и доверенное лицо.

Эллиот уважительно кивнул, приняв серьёзный вид и поначалу держался в стороне от Самсона.

Мы прошли в дом, и я сразу показала Эллиоту зал:

— Это помещение я отдам в ваше распоряжение.

Эллиот довольно присвистнул и прошёлся по пока пустому пространству.

— Пойдёмте наверх, — сказала, — вы же подготовили всё, Самсон?

— Да, госпожа Элис, — он активно закивал, — надеюсь, вам понравится.

Мы поднялись на второй этаж. В одной из трёх комнат я решила устроить что-то в виде кабинета с большим столом. Комната для совещаний, если выражаться современным языком. Вот только экрана и проектора не хватает.

Они сели на скамью, а я — на деревянный стул с высокой спинкой. Прямо как большой босс, мне нравится. Сразу приступила к обсуждению:

— Мне бы хотелось ускорить и усовершенствовать весь процесс изготовления ткани. Вот та чесалка для шерсти, или для гребнечесания…

— Карды, — перебил Эллиот.

— Да, вот эти карды тоже можно улучшить. Так, чтоб любой мог этим заниматься, а не только сильный мужчина. Чтоб не нужно было руками поднимать эти доски с гвоздями, а, например, крутить ручку или рычаг, и оно как-нибудь само…

— Хм, вот так задача…

— Дам вам идею. Можете представить себе бесконечную доску для гребнечесания?

— Такого не бывает.

—А если сделать широкий цилиндр с гвоздями, а другой цилиндр с крючками, на который прикрепляется шерсть? Расположить их рядом, и если крутить, то шерсть будет вычёсываться. Я так это представляю, но саму конструкцию детально придумать не могу.

Эллиот выпучил глаза. Таких глаз я ещё не видела. Затем почесал затылок и сказал:

— Работать будет интересн

Самсон просто внимательно слушал.

— Что касается прядения… Ненормально, что этот процесс сейчас выглядит настолько примитивным. Столько прядильщиц требуется для такой работы… Мне кажется, одно умное приспособление может заменить их всех!

Эллиот фыркнул, но тут же поджал губы под суровым взглядом Самсона.

— Допустим, там должно быть колесо, — сказала я, взывая к своей памяти.

— Колесо? — нахмурил лоб Эллиот.

— Да, подумайте в этом направлении. Что если там будет сразу несколько веретён, они все соединены как-то…

— Хм-м, откуда у вас такие идеи?

Не ответила, только слегка улыбнулась. Пусть мучается догадками.

— Но самое главное — это ткацкие станки. Вы мне их тогда не показали. Предполагаю, что там тоже всё недалеко ушло. Мне не нравится качество тех тканей, что у нас продаются. Они всё какие-то неравномерные. В станках должны быть валы с цилиндрами.

— Валы?

— Да, и цилиндры, их много. Но если у вас появятся другие мысли, вы вправе их воплощать в натурную величину после согласования со мной.

В глазах Эллиота вспыхнул азарт. Это хорошо.

— Ну и задачу передо мной поставила. Ты где-то подглядела такое? В другой мастерской?

Я вспыхнула. Вместо того, чтоб допрашивать меня, лучше бы о станках думал.

— Неважно! Ты должен сделать то, чего ни у кого ещё нет! Скажи, ты готов?

Церемониться больше не собиралась.

— Готов. Разве я бы пришёл тогда?

Самсон уставился на Эллиота немного угрожающе.

— Самсон достанет материалы, которые будут нужны. Сначала начертишь свои идеи на пергаменте. Работать будешь с утра до вечера. Если покажешь хорошие результаты, подниму жалованье. А сейчас выплачу сразу за полгода, как и обещала. Но учти, с деньгами сбежать не получится.

— Да, учти, — вклинился Самсон.

— Да я и не собирался никуда сбегать. Я что вор? Я — честный человек.

— А теперь сходи вниз, подумай, что тебе понадобится. Мне нужно с Самсоном поговорить наедине.

Эллиот встал с задумчивым видом, даже споткнулся на ходу. Надеюсь, он уже думает над будущими изобретениями.

— Госпожа, вы ему доверяете? — спросил Самсон, когда дверь закрылась.

— Доверие — вещь дорогая. Будем наблюдать. Пока он кажется мне увлечённым человеком.

Самсон кивнул.

— Ты нашёл мальчишек, которые бы на нас работали?

— Да, это несложно. Пока троих. Дал им по пенсу для начала.

— Пусть слушают и наблюдают. Особенно за богатыми. Хочу знать их секреты, это может оказаться полезным. Кстати, сегодня на ярмарке поймали какого-то воришку. Что если переманить и его? Попробуешь узнать, куда такого человека поместили? Может, можно заплатить за него штраф? Тогда он будет нам обязан.

— Скорее всего, он либо в «Тане», либо в «Комптере».

О, знакомая тюрьма «Тан»… Не буду рассказывать, что я там тоже побывала.

— Пусть проследят ещё за вдовой Маргарет Уинтер. Живёт в доме рядом с собором Святого Павла. Нужно понять, стоит ли её состояние того, чтобы тратить на неё силы.

— Понял. Что-то ещё, госпожа Элис?

— Мне бы тоже хотелось арендовать для себя жильё получше.

Мечтала жить отдельно, без хозяев и других съёмщиков, но в этом и заключалась проблема. Такого понятия, как отдельная квартира, не существовало, целый дом для меня одной будет ни к чему. Да и могут возникать вопросы… Откуда деньги у простой работницы пивной? Можно было снимать целый этаж, это получше, чем одна комната, но тоже не совсем то. Лишние глаза и уши мне ни к чему. Поделилась своими мыслями с Самсоном.

— Да, госпожа, — задумчиво кивнул он, — это действительно редкость, чтоб молодая девушка имела средства снять целый дом, без мужа или наследства. Но я буду иметь в виду, вдруг что-то подходящее найдётся.

Только я спустилась вниз, Эллиот тут же подлетел:

— Элис, для создания станка для гребнечесания понадобятся железные детали. Их придётся заказывать. И ещё я подумал, что дерево дуба лучше всего подойдёт для основы.

— М, ладно… Но может, сначала нарисуешь, как это будет выглядеть? Не нужно тратить материалы просто так.

— Я не дурак! — воскликнул тот, — знаю толк. Целой мастерской управлял. Нарисую, конечно.

— Хорошо. Договорись обо всём с Самсоном. И приходи сюда уже завтра. Хорошего вечера.

— Храни тебя Бог.

Через пару дней в пивной я с тоской поглядывала на посетителей в зале. Когда уже Ричард вернётся? Перечитывала его письмо каждый день перед сном. Никогда не была романтичной и сентиментальной, но сейчас цеплялась за появившиеся чувства, как за что-то чистое и светлое. Когда вокруг грязь, болезни, вонь, смерти на каждом шагу, понимание, что я способна любить, успокаивало и поднимало дух.

Не стала дожидаться закрытия, решила уйти из пивной раньше. Всё равно на сегодня запасы мяса закончились. Слишком быстро посетители разобрали закуски, а новое мясо закупить не успели. К счастью, в этом не было моей вины. Закупками занималась Изабель. Пришлось некоторым довольствоваться хлебом и бобами.

Вышла на улицу, думая, не пойти ли мне проведать, как там Эллиот работает, но в нескольких метрах заметила идущего по дороге Ричарда. Несмотря на то, что уже темнело и что капюшон скрывал часть лица, я узнала его по осанке и размеренной походке. Заулыбалась зачем-то и сделала несколько шагов навстречу.

— Элис, — проговорил он, — рад вас видеть. Уходите?

— Ричард, вы вернулись? Я рада… Куда уезжали?

Закидала вопросами, забыв о приличиях. Он огляделся по сторонам и ответил:

— Я вернулся вчера вечером из Йорка. Вы получили моё письмо?

— Да, — кивнула, — спасибо, что написали.

Несколько секунд молчали.

— И как там в Йорке дела? — спросила, чтоб разрядить обстановку.

— Город ещё не восстановился после чумы, много домов пустует. Сейчас хотя бы народ из деревень стал переезжать.

Вздохнула и кивнула с пониманием.

— Сейчас король старается установить там порядок. Нужно поддерживать работу новой администрации. Ну а вы как, надеюсь, в добром здравии?

Хотелось бы похвастаться, что у меня теперь мужчины в подчинении, дом и куча планов. Но вместо этого произнесла:

— Спасибо, всё неплохо.

— Знаете, в одном аббатстве по пути мне посчастливилось приобрести очень красивый часослов. Как только увидел, сразу подумал о вас. Поэтому, не задумываясь, купил, вспомнив, что вам не всегда удаётся попасть на мессу.

Часословом называлась книга с молитвами, которые нужно читать в течение дня. У Агаты такой был. Я сначала растерялась, даже не сразу сообразила, как правильно реагировать.

— Не волнуйтесь так. Мне просто хотелось сделать вам приятно. К сожалению, я не взял книгу сегодня. Не был уверен, что застану вас. Но на днях непременно принесу. Сам он с кожаной обложкой, приятно держать в руках. Вы сможете носить его с собой!

Посмотрела ему прямо в глаза. Так приятно стало от мысли, что он не забывал обо мне в поездке. В животе запорхали бабочки. С подарком он, конечно, не угадал, но это неважно.

— Я бы хотела посмотреть на него сейчас, — выдала.

— Сейчас? Но у меня при себе его нет.

— У меня никогда не было книги! Это такая редкость! — воскликнула с восторгом, — мне уже не терпится помолиться по нему.

С этими словами я схватила его за руку, а потом «смущённо» отдёрнула и опустила голову.

Думаю, Ричард не ожидал такого рвения. Я снова подняла глаза. Он явно о чём-то судорожно думал. Надо было спросить, дома ли его родители.

— Что ж, раз вы так обрадовались, я просто не смею вам отказать. Отправлю его вам с посыльным.

— Зачем же посыльный? — удивилась я, — просто пойдём к вам домой. Я подожду у дверей.

— Не знаю, стоит ли вас утруждать дорогой до моего дома. Вы, наверное, устали на работе.

Да что ж такое-то, а? Увижу я его часослов сегодня или нет?

— Наоборот, не отказалась бы пройтись. После душной пивной в самый раз подышать воздухом. А вы по дороге расскажете о вашей поездке.

Ричард посмотрел на дверь пивной, потом на меня и кивнул:

— Хорошо, Элис. Идти не так далеко.

— Какие зимы здесь обычно? — спросила я как можно непринуждённее, — это моя первая зима… в Лондоне.

— Постоянные туманы, сырость повсюду. То дождь, то снег. Иногда терпимо, но бывает и сильный мороз.

Хотела спросить, какие он знает способы согреться, но боюсь, предложил бы помолиться. Так мы дошли до двухэтажного здания. По форме оно походило на остальные. Такой же узкий фасад, но всё же более ухоженный. За домом явно следили. Я поёжилась от холода. Ричард покосился, достал ключ и сказал:

— Могу вынести вам книгу сюда. Или хотите немного погреться у очага? Простите, если оскорбляю вас этим предложением.

— Очень хочу погреться, — обрадовалась я и направилась к двери.

Я и правда замёрзла, но больше всего мне хотелось остаться с ним наедине. Надоели эти встречи на людях. Ричард открыл дверь и пропустил меня вперёд. Внутри нас встретила темнота. Он сразу же зажёг свечу. Вот уже и романтическая обстановка образовалась. Сняла плащ и повесила на крюк у двери. Ричард странно на меня посмотрел. Ну да, я же пришла погреться, а сама раздеваюсь.

— Элис, проходите сюда, — он показал вперёд и провёл меня через небольшую столовую в кухню, где находился очаг, который ему ещё предстояло зажечь. Поставил свечу на стол и принялся возиться с дровами.

— А слуги у вас есть? — решила разведать обстановку.

— Когда родители приезжают в Лондон, привозят с собой слуг и кухарку. Но это бывает нечасто. Ко мне же иногда приходит горничная, а ем я на службе или у вас в пивной.

Огонь разгорелся, и я подошла ближе к пламени и остановилась рядом с Ричардом. Хоть картину пиши. Чёрный квадрат, потому что ничего не видно толком.

— Ричард, очень пить хочется, — сказала я.

— Ох, простите, что сразу не предложил. Вам воды?

— А вино есть? — брякнула я. Ну а что, свечи горят, осталось только вино достать.

— Есть гасконское, — сказал Ричард, не видя подвоха. Учитывая, что алкоголь был безопаснее для здоровья, чем вода из сомнительных источников, многие предпочитали целый день пить эль, а те, кто побогаче не отказывались от вина.

— Гасконское подойдёт.

Ричард кивнул, направился вглубь кухни, погремел посудой и принёс два металлических кубка. Один протянул мне:

— Прошу.

— Спасибо, Ричард, — я улыбнулась и отпила немного. Ричард выпил всё залпом.

— Даже жарко стало, — сказала я, махая на себя рукой.

— Раз вы согрелись, сейчас принесу книгу.

— Я с вами! — воскликнула, ставя кубок на стол. — Мне не по себе оставаться одной в чужом доме.

Ричард на секунду замешкался, но потом согласился.

— Не помню точно, где я его оставил. Посмотрим в кабинете, — он взял со стола свечу, и мы прошли в небольшую комнатку на первом этаже. У окна стоял массивный деревянный стол с чернильницей и стопками пергамента, рядом — стул и сундук.

— Сейчас поищу, — произнёс Ричард, ставя свечу на стол. Я сделала несколько шагов в сторону и осмотрелась — весьма уютно. На одной из стен висела плотная ткань, видимо, от сквозняков.

Разглядывая полку с книгами, попятилась назад и случайно наткнулась на Ричарда, который как раз обходил стол.

— Ой, извините, — сказала я, но не отошла.

— Это моя оплошность, — произнёс он и застыл.

Мы стояли вплотную друг к другу, лицом к лицу. Не знаю, может быть, подействовало вино, но он сначала осторожно провёл рукой по моему лицу, а потом вцепился губами в мои губы. Я прильнула ещё сильнее, обняла его.

Дальше об осторожности уже речи не шло — чернильница упала на пол, листы пергамента разлетелись в стороны, а я сидела на столе. Наконец-то можно было излить ту страсть, что накопилась. Его руки начали спускаться ниже, к моей груди и талии, а я совсем не возражала. Даже не смогла сдержать тихий стон от удовольствия. Но Ричард вдруг остановился. Вопросительно на него посмотрела. Он нахмурился и немного попятился назад.

— В чём дело?

— Элис, — сказал он со страданием на лице, — это неправильно. Я не хочу вредить вам.

— И как вы мне навредите?

Внутри начала расти досада. Навредит он, если пойдёт на попятную. Или он не хочет платить налог за лишение девственности?

— Я хочу сразу предупредить, что не смогу на вас жениться. Поэтому лучше прекратить.

Я выдохнула и улыбнулась:

— Не волнуйтесь. Я это понимаю.

Я ж не в сказку про Золушку попала, а в Средневековье.

— Это грех… — продолжил он, — не хочу ломать вам жизнь или обманывать ваши ожидания. Но и забыть тоже не могу. Вы очень необычная девушка...

— Ричард, мне всё равно, — я спрыгнула со стола, — я о браке и не думаю. Мне важнее свобода. Именно поэтому я и уехала в Лондон.

Не знаю, поверил он мне или нет, но, кажется, этот ответ его успокоил, потому что он снова приблизился. А я спросила:

— Может, поищем часослов в спальне?

Глава 8

На работе в пивной я очутилась даже раньше Изабель, пришлось топтаться у двери. Конечно, ведь ночевала-то я совсем неподалёку. Не в своей комнатушке рядом с туалетом, а в весьма удобной спальне, правда, кровать была рассчитана на одного, но так теплее. Прошло больше недели после нашего с Ричардом первого свидания наедине.

— Ты что такая довольная? — с подозрением спросила хозяйка, подойдя через несколько минут. — Скоро мясо привезут, я договорилась. Больше не буду доверять старому Кристоферу. Из-за него столько убытков и столько недовольных! Как бы посетители не ушли в другие заведения насовсем!

— А я давно советовала сменить поставщика. Не волнуйтесь, никто не найдёт так быстро замену вашей пивной.

— Дай бог, — сухо ответила Изабель, открывая тяжёлую дверь.

Пока возилась на кухне, вспоминала вчерашний вечер, прикусывая губу. Глупая. Главное — не раствориться и не забыть о своих целях. За это время ни разу не посетила Самсона и не узнала, как дела с работой Эллиота. Позволила себе расслабиться. Но не всё же об ограблениях думать.

Под вечер в пивной появился Ричард.

— Чего желаете? — спросила я, стараясь не выдать эмоций.

— Хочу попробовать блюда, придуманные вами, — заявил он с едва заметной улыбкой.

Подняла брови, спрашивая взглядом: как же его любимая баранья нога? Изменит ей?

На этот раз я уже не лезла из кожи вон во время готовки. Гамбургер решила больше для него не делать, раз сразу не оценил. Так что подала ему наши «свитки с курицей».

— Элис, — произнёс он как можно тише, когда я поставила перед ним блюдо, — придёшь сегодня снова?

Я на секунду зависла. Так хотелось согласиться, как и все предыдущие дни. Мы оба вошли во вкус. Надо сказать, что Ричард тоже сильно расслабился, опаздывал на работу и невнимательно писал письма, из-за чего на него разозлился вышестоящий чиновник.

Неделю назад, когда я «пришла за часословом», Ричард впечатлился моим активным поведением, при том, что с виду для меня это тоже оказался первый раз, как и для него. Но никто же не будет рассказывать о партнёрах из двадцать первого века. Потом он опять повторял, что не хотел так со мной поступать:

— Это блуд, — произнёс он. — Я тебя обесчестил, и в случае чего твоя репутация будет испорчена.

Кто кого, конечно, обесчестил, но я рада, что он всё-таки переживал за мою репутацию. Я его ещё подразнила, чтоб добить:

— Вот ты какой, Ричард, коварный. Соблазнил бедную крестьянку в большом городе. Теперь я обесчещенная вернусь в манор.

Глядя на терзания совести, отобразившиеся на его лице, я засмеялась. Он, кажется, выдохнул.

— Можно подумать, — добавила, — что до тебя так никто не делал… Даже я, кажется, родилась от порочной связи какого-то аристократа.

Ричард резко приподнялся в кровати, будто поражённый молнией. Мне пришлось рассказать о ситуации с моим происхождением. Не видела смысла скрывать, да и пусть знает, что во мне тоже может течь голубая кровь.

— Если б ты доказала, что принадлежишь к дворянам, возможно, наш союз бы одобрили. При наличии хорошего приданого.

— А что, без приданого невесту не рассматриваешь? — спросила немного уязвлённо.

— Без приданого не положено. Таковы правила. Я получу в собственность один из домов и землю, если женюсь. Невеста тоже должна быть из знатного рода и с приданым. В моей семье всегда заключались выгодные браки. Преумножалась собственность, приобретались титулы.

— Ты никогда бы не пошёл против семьи? — поинтересовалась я.

— Как это — пойти против семьи? Элис, это немыслимо. Мой отец в парламенте. Я просто не посмею.

Я его могла понять. Глупо идти против устоев, особенно когда есть что терять. Но тут же почувствовала прилив ревности. Не знаю, как можно сохранять спокойствие в такой ситуации. Вроде бы и не хочу сама выходить замуж, чтоб связывать себя по рукам и ногам. Но и обидно быть недостойной и уступить его какой-нибудь леди.

— Ричард, вряд ли я вдруг найду родителей, получу дворянскую фамилию и наследство. От меня не просто так избавились, чтобы резко признавать.

Он вздохнул:

— Я сразу понял, что на крестьянку ты не похожа. Есть в тебе что-то непостижимое. Манера говорить, какие-то неожиданные идеи и живость.

Так мы и проводили время вместе. Только пришлось провести с ним беседу о предохранении в том виде, в каком это возможно, чтобы не наделать ещё бастардов. Правда, мы не только в постели развлекались. Я задавала вопросы о том, что творится во дворце и вообще в мире. Он как никто должен был в этом разбираться.

— Расскажи, Ричард, насчёт войны ничего не слышно? Очень уж я боюсь этого.

Мы как раз перешли на кухню и уселись у очага.

— Сейчас пока затишье. Но ты, наверное, понимаешь почему. Чума всех вымотала. Людей не хватает, а уж про деньги и говорить нечего.

— А у французов?

— У французов такая же ситуация. Хоть, по слухам, новый король там и старается собрать новую армию, у них проблем побольше нашего. Наши солдаты не дают им спокойствия.

— Как именно?

Ричард нахмурил лоб:

— Устраивают рейды. Собираются небольшим отрядом, заходят на территорию, сжигают деревни, крадут скот, припасы и возвращаются назад. Иногда и пленных берут. Потом за пленного дворянина можно получить хороший выкуп.

Меня передёрнуло. Ричард это заметил:

— Что такое?

А мне вспомнился какой-то фильм как раз про Средневековье, где показывали такую сцену, только там ещё и женщин насиловали, но Ричард об этом упоминать не стал.

— А если бы на английские деревни кто-то напал? Всех бы поубивали, забрали скот… А в деревнях у людей и так почти ничего нет.

Ричард заметил:

— Элис, это война. Так мы ослабляем противника. У них не будет полей, скота, значит меньше припасов, меньше сил. Не волнуйся, наши земли лучше защищены. По крайней мере от французов… А вот шотландцы иногда брыкаются. Защититься от них полностью тяжело — граница слишком длинная.

— Лучше бы уж объединились, — задумчиво произнесла я. — Из-за чего они нападают?

— Так мы их короля в плену держим, — усмехнулся Ричард. — Не знаю, слышала ли ты в своём маноре, что этой вражде уже много лет. Англия давно хочет подчинить Шотландию, а Шотландия воюет за независимость.

— То, что они за независимость воевали, это я знаю, — выдала и замолчала. Лучше обойтись без спойлеров.

Мне нравилось разговаривать с Ричардом, потому что он оказался очень образованным для Средневековья. Когда узнала, что он учился в Оксфорде, сразу вспомнила оксфордского мажора, которого разводила в прошлой жизни. Конечно, в Средневековье университетское обучение сильно отличалось по своему формату, но всё же он изучал множество предметов, причём на латыни.

Так что, когда Ричард снова позвал меня к себе домой, причём прийти я должна была тайно, чтоб никто лишний раз не видел, я взяла волю в кулак и отказала.

— Сегодня не могу, — прошептала, стоя рядом с его столом. — Увидимся в другой раз.

— Почему?

— Нужно заняться делами, — я пожала плечами.

Кажется, мой ответ ему не понравился, а меня это позабавило.

— Попробуйте лучше «свиток с курицей», — сказала громко. — Вы же ради этого пришли.

Ричард перевёл взгляд на тарелку, вздохнул и откусил. Я напряглась.

— Мне нравится, — сказал он, прожевав. Интересно, он соврал, чтобы мне угодить, или правда? Иногда сложно понять, что он думает на самом деле.

— Правда вкусно, — добавил он, видимо заметив недоверие у меня на лице.

— Тогда хорошего вам вечера, — проговорила я и поспешила в кухню. Если я хочу раньше уйти, чтобы добраться до дома на окраине города, придётся выложиться по полной.

Вообще работа в пивной мне уже начала надоедать, особенно когда в сундуке ещё достаточно денег на жизнь. Она выматывала, постоянные посетители, позволявшие себе фамильярности, тоже раздражали. Но пока уйти с работы не решалась. Для этого ещё рано.

Выглянув в зал и увидев, что Ричард ушёл, я попрощалась с Изабель и направилась навестить Самсона и Эллиота. А вдруг они там расслабились? Кутят там на мои деньги… и про дела забыли.

Но мои опасения, к счастью, не оправдались. Сначала я увидела Эллиота в рабочем зале. Он сидел за столом, которого раньше не было. Видимо, Самсон всё организовал. Перед ним лежали листы пергамента, чернила, и он что-то бормотал вполголоса.

— Элис? — подскочил он, когда меня заметил. — Ну наконец-то! Где вы пропадали? Я уже давно хотел поделиться с вами идеями. Самсон не давал мне ничего конструировать без вашего одобрения.

— Я была занята, — ответила, обещая себе больше надолго не исчезать. — А где же Самсон?

— Он ушёл куда-то с утра, — пожал плечами Эллиот. — Передо мной не отчитывается. Зато меня допрашивает каждый раз.

Посмотрел на меня с укором. Мечтал стать свободным изобретателем, а за ним тут следит чернобородый страж.

— Он контролирует, чтоб мои деньги были потрачены не зря.

— Понимаю, — произнёс Эллиот, нахмурился, а потом, кинув взгляд на пергамент, снова оживился. — Посмотрите! Вот я изобразил, как может выглядеть устройство для гребнечесания. Использовал вашу подсказку с цилиндрами.

Я подошла поближе и поднесла свечу. На этом чертеже я мало что могла разобрать: какие-то надписи, стрелки и неясное изображение устройства.

— Ничего не понимаю, — недовольно произнесла. — Как тут можно что-то разобрать?

— Это не то, — поспешно проговорил Эллиот и принялся рыться в кипе листов. Затем выудил нужный и сунул мне под нос. — Только, Элис, вы говорили про два цилиндра, а я подумал, что этого недостаточно. Их должно быть больше.

— Хм, — кивнула я, пытаясь вникнуть.

— Вот это рама, — Эллиот ткнул пальцем. — Сюда крепится большой цилиндр и несколько маленьких. На цилиндрах — крючки.

— А дальше что?

— Смотрите, сюда кладём шерсть, а потом маленькие валики подхватывают её. Большой цилиндр вычёсывает материал.

— А как она приводится в движение?

— Я думал о ножной педали.

Скептически посмотрела на изображение. С педалью тоже далеко не уедешь. Процесс должен быть лёгким и быстрым. Но от чего-то всё равно нужно отталкиваться. Промежуточные результаты тоже должны быть.

— Какие материалы тебе нужны?

— В основном дерево, кожа и металлические крючки.

— Хорошо, думай пока над остальным. Где же Самсон?

Я прошлась по дому, который уже успел приобрести более обжитой вид. Ожидала увидите кружки с элем, вином и беспорядок, но Самсон всё держал в чистоте. Удачно я его из ямы достала.

Самсон появился в доме, когда я уже собиралась уходить. Путь до моего жилища занимал приличное время, а комендантский час ждать не будет.

— Госпожа Элис, — воскликнул он, — а я ходил искать вас в пивной! Думал, что-то случилось.

Да уж, случилось. Знал бы он, чем я занималась все эти вечера.

— Пойдём наверх поговорим, обсудим кое-что.

— Конечно, — кивнул мужчина и, кинув на Эллиота суровый взгляд, пропустил меня вперёд на лестнице.

— Какие есть новости? — я сразу перешла к делу. — У меня мало времени до комендантского часа.

— Госпожа, мне удалось выкупить того парня из тюрьмы. Зовут его Патрик, он приезжий из Честера.

Я уже и забыла о нём, но одобрительно кивнула.

— Снимает койку у городских ворот. Я дал ему поручение следить за той вдовой, как вы и просили.

— И что же?

— Интересное дело получается. Мне мальчишки тоже слухи передавали о том, что в городе орудует вор. Так-то, конечно, не один, но этот действует в одиночку, не в банде, как многие.

— Хмм, — недовольно нахмурилась. — Я уже не раз натыкалась на конкурентов. Но что с того?

— Так вот, мне доложили, что некий человек также следит за вдовой. Когда наши люди наблюдали за её домом и прогулками по городу, неподалёку мелькала одна и та же фигура. Он может ограбить её раньше!

Задумалась, стоит ли бороться за ценности той вдовы или оставить в покое.

— Удалось выяснить, каково её состояние? Стоит ли вмешиваться?

— Эта дама живёт в маноре, которое ей оставил последний муж. Но любит приезжать в Лондон тратить деньги, заказывать наряды и украшения.

— В таком случае нужно торопиться, пока не потратила все привезённые деньги.

— Согласен, госпожа Элис.

— В доме есть слуги?

— Только двое. Один слуга её постоянно сопровождает, а служанка ходит на рынок за продуктами.

— Вот бы нам раздобыть ключ… Я бы переоделась в служанку и зашла в дом в дневное время.

Самсон помолчал, я обратила внимание, что он уже набрал больше веса и даже приобрёл приятные черты лица.

— Вы хотите пойти в дом одна?

— Поскольку будет светло, нужно, чтоб кто-то стоял снаружи и мог подать знак или отвлечь хозяйку в случае возвращения. И, кстати, лучше бы иметь телегу с лошадью. Вдруг там какие-то объёмные ценности? Например, золотой подсвечник или серебряная посуда.

— Но на телеге сложнее скрыться, — возразил Самсон. — Учитывая, какое столпотворение у собора Святого Павла.

— Знаю, но лишним не будет. В случае чего я просто смешаюсь с толпой, а вы возвратите телегу и лошадь.

— Хорошо, госпожа Элис.

— Сможет ли этот Патрик или мальчишки выкрасть ключ у служанки? Это сильно облегчит задачу. Не пришлось бы взламывать замок средь бела дня. Я бы и сама выкрала, но не хочу показываться там заранее.

— Завтра же займусь этим, госпожа Элис.

Обвела взглядом нашу комнату для совещаний и улыбнулась. Кажется, у меня свой настоящий штаб. Что бы сказал Джейкоб? Надеюсь, он в тюрьме за моё убийство.

— Касательно моего происхождения ничего не выяснили?

— Нет, не успел. Подобраться к этим людям непросто.

— Что ж, понимаю, — вздохнула я, вспоминая слова Ричарда. Но затем отбросила мысли о нём. Установить своё знатное происхождение я должна не для того, чтобы стать подходящей невестой, а чтобы открыть перед собой больше дверей.

— Мне нужно спешить. Завтра вечером постараюсь заглянуть. Если будут срочные новости, сами приходите в пивную. Но лучше дождитесь меня здесь.

Еле успела добраться до комендантского часа. Пошёл снег и прикрыл всю городскую грязь, правда, ненадолго. Оказавшись у себя в комнате, первым делом проверила сундук. Деньги на месте — это главное. Потом ко мне постучалась служанка:

— Хозяйка попросила тебя позвать.

— Зачем?

— А мне почём знать? Иди и узнаешь.

Нехотя поднялась на второй этаж, предвкушая очередной допрос. Только бы она не обнаружила пропажу вещей её сына. Теперь бы я могла их вернуть на место, но как-то рисковать не хотелось.

— Почему у себя не появлялась? — спросила хозяйка первым делом.

Ей-то какая разница? Откуда она вообще узнала?

— На работе ночевала, — громко ответила я.

— Врёшь!

Я сжала кулаки и отвела взгляд. Вот поэтому и хочу снять отдельное жильё.

— Давай говори! Если не ночуешь, я на это время буду кого-то другого заселять!

Она что, хочет сдавать мою кровать, пока я у Ричарда? Такая предпринимательница пропадает.

— Я буду ночевать, буду! — крикнула. — А сдавать мою комнату незаконно!

— Мне решать! Моя комната и мои порядки! Столько денег потеряла за эти дни!

Пока мы друг друга перекрикивали, прошло минут двадцать. Хозяйка вроде успокоилась, но я всё равно стала побаиваться, что заселит кого-то, кто будет лежать на моей кровати, а ещё сундук и прихватит. Нужно убираться отсюда поскорее.

На следующий день в пивной появился Самсон, хоть я предупреждала, что лучше этого не делать.

— Простите, госпожа Элис, — сказал он виноватым тоном, когда я поставила перед ним эль. — Был неподалёку и решил сам зайти, чтоб вам не пришлось лишний раз по темноте возвращаться.

Я кивнула.

— Ключ у меня.

— Уже? — поразилась.

— Патрик с утра отвлёк служанку вдовы разговорами, когда та шла в мясную лавку, и снял ключ с пояса.

— Замечательно! — обрадовалась я. — Мне нужно с ним поскорее познакомиться.

— Госпожа, — продолжил тихо говорить Самсон, — и слуги, и вдова отправятся в собор на вечернюю службу в воскресенье. А на следующий день будут возвращаться в Эссекс.

— Значит, это наш единственный шанс, — вздохнула я. — Что ж, тогда будем готовиться к воскресенью. Сможешь арендовать телегу с лошадью?

— Конечно, — кивнул тот и сделал глоток эля.

— Тогда сегодня я всё обдумаю, а завтра приду в дом.

Отошла от стола Самсона и увидела Ричарда, который, кажется, всё это время наблюдал, как я о чём-то перешёптываюсь с Самсоном. Вот чёрт.

— Господин, вы уже сделали заказ? — улыбнулась ему.

— Да, — ответил он с напряжением в голосе.

Повисла пауза. Ричард покосился на Самсона, потом на меня. Нахмурился, но ничего не сказал.

Затем дверь открылась, и в пивную ввалились Лоренс и Алвин. Этого мне только не хватало. Все в сборе!

— О, красавица! — воскликнул Алвин. — Давненько тебя не видели.

— Хорошего вечера, господа, — процедила я.

— Как ты, Элис, в добром здравии? — спросил Лоренс, усаживаясь за стол. — Я уже соскучился по твоим блюдам. Уезжал за новыми тканями, можешь зайти в лавку посмотреть.

— Что вам принести, господа? — спросила сдержанно под пристальным взглядом Ричарда.

Самсон враждебно косился на торговцев. Приняв их заказы, сбежала на кухню. Как бы Лоренс не позволил себе лишнего…

— Мод, отнесёшь блюда тем господам? — попросила я.

— А что, они сегодня без подарков, и ты их обслуживать не хочешь? — съязвила та, но выполнила мою просьбу.

Когда вышла из кухни, Ричард всё ещё сидел, уже за пустым столом. Торговцев не было, как и Самсона.

— Элис, ты меня избегаешь? — спросил Ричард, когда я подошла ближе.

— Нет, конечно.

— Почему те мужчины позволяют так к тебе обращаться?

Теперь он допрос устраивает.

— Они просто посетители, — заверила его. — Ты видишь, что тут люди постоянно ко мне цепляются.

Ричард неодобрительно вздохнул и покачал головой.

— Мне это не нравится. Не хочу, чтоб кто-то вёл с тобой себя так, как эти вульгарные купцы. Эта работа может тебе навредить.

— Ричард, ты знал, что я здесь работаю. А сейчас вдруг недоволен? Да, у меня есть поклонники.

Он подался вперед, становясь всё более мрачным. Тихо продолжила:

— Но я тебе верна. Знаешь, я могла принять чьи-то ухаживания ещё до того, как мы… вступили в отношения. Но не захотела. А теперь мне это тем более не нужно.

— Как я могу быть спокоен, зная, что кто-то позволяет говорить тебе непристойности или вообще трогать?

Я еле сдержала смешок. Какой он, оказывается, собственник.

— Ты на мне не можешь жениться, но я и не претендую. Ничего тебе не говорю. Вот и ты смирись с тем, что я делаю. Это моя работа и хозяйка здесь старается не допускать непристойного поведения со стороны посетителей.

Ричард вздохнул, глаза забегали, видимо переваривал то, что я сказала. Потом вспомнил:

— А кто тот высокий бородач, с которым ты долго шепталась?

— А это… - протянула я загадочно, — это человек из моей свиты.

— О чём ты? – опешил Ричард.

— Ты заметил, что у меня много идей. Так вот этот человек мне кое с чем помогает.

— Элис, — Ричард выглядел сбитым с толку.

— Извини, мне надо идти работать, — я решила закончить разговор, потому что некоторые посетители начали поворачивать головы.

Развернулась и ушла на кухню. Проходя мимо Изабель у бочки эля, увидела, как та усмехается.

Отправилась домой вместе с Мод после закрытия. Она что-то рассказывала про своего кузена, но я не слушала. Прошлая неделя показалась блаженством, зато теперь наступила суровая реальность. Нужно думать, как обчистить богатую вдову. Не обеднеет, если заберу у неё немножко лондонского имущества. До ограбления оставалось два дня.

В воскресенье я, переодевшись в самое своё простое платье и старый плащ, взяла в корзину с «покупками» и направилась к дому вдовы. Зазвонили колокола. Вечерняя служба началась. В руке я сжимала большой почерневший ключ. Самсон с телегой ждал неподалёку от чёрного входа. Мы кивнули друг другу. Перед входом в дом оглянулась по сторонам, скрывая лицо под капюшоном, вставила ключ в замок, который с лёгкостью поддался, и вошла внутрь. Теперь нельзя терять ни минуты.

Первый этаж оказался богаче, чем я ожидала. Резная скамья, на столе стояла толстая восковая свеча, которая здесь стоила целое состояние. У стены — добротные сундуки с железными скобами, на лавке было брошено красивое шерстяное покрывало, у двери висел дорогой плащ с меховой отделкой. Вдова явно не бедствовала. Я прошла вглубь кухни и открыла один из сундуков. Так я и думала — серебряные приборы. Но настоящие деньги, скорее всего, были наверху. Решила сначала подняться на второй этаж, чтоб не таскать серебро с собой.

Шум, раздавшийся у входа в дом, тут же приковал меня к полу. Замерла, вслушиваясь в медленные и осторожные шаги. Кто-то двигался сюда. Неужели слуга вернулся? Или сама хозяйка?

Я так и стояла у сундука возле стены. Тёмная фигура появилась в проходе кухни. Это был мужчина. Увидев меня, вздрогнул и отскочил, кажется, собираясь бежать, но вдруг остановился и уставился. Приподнял капюшон с лица, и я поняла, что передо мной Уолтер.