Остров ведьмочек

Глава 1

Пролог

«Что так больно-то, мамочка… Кости выворачивает и кровь, как будто кипит. В голове тысяча молоточков: тюк-тюк-тюк! Так всегда после операции? И звуки эти странные, откуда в палате щебет птиц? Окна точно не отрыть — зима на улице. Или это для расслабления? Чтобы после наркоза легче приходить в себя… Больно… Выключите этих долбаных птичек»!

— Поднимайся! Ррразлеглась!

— Изыди, — прохрипела и даже это единственное слово я с трудом смогла выговорить, ощущение, словно я выпила парочку бокалов чего-то расплавленного.

— Вставай! Сгоррришь, — прорычал тот же противный голос.

— Не могу, мне нельзя, я после операции, — вновь прохрипела, так и не открыв глаза, даже сквозь смежённые веки, было больно от слишком яркого ослепительного света.

— Дуррра!

— Сссама такая, лучше воды принеси… Ай! Совсем что ли?! — воскликнула, почувствовав удар в лоб чем-то острым, и тут же меня кто-то дёрнул за волосы.

— Уходи! Быстррро!

— Ну всё, сама напррросилась, — прорычала я и всё так же с закрытыми глазами, опираясь на кровать (почему-то твёрдую) — поднялась, — так… ща, глаза открою.

— Быстррро!

— Да что же ты… Ой… мамочки! — всхлипнула я, с недоумением осматриваясь.

Глава 1

— Где я? — промычала, с недоумением осматриваясь, — это ещё наркоз действует?

— Выйди из кррруга!

— Ты где, Говорилка? Аааа, больно… тело горит! — кожу жгло так, будто меня пару раз окунули в кипящее масло, — уберите! Уберите огонь! Аааа…

— Шаг сделай!

— Не могу, — прохрипела, падая на колени, одновременно пытаясь стащить с себя, как мне казалось, пылающую на теле одежду.

— Умрррёш! Сгоррришь!

— Да что б тебя, — прошипела, встав на четвереньки, с трудом, переставляя руки и ноги, поползла за черту.

Дремучий лес с мохнатыми и покрытыми мхом, елями и соснами, каменный алтарь со странными желобами, разбросанные серые камни кругом, с проросшими сквозь них дикими цветами, всё это никуда не исчезло, глюки ползли со мной.

— Вышла, — произнесла Говорилка, в её голосе послышались довольные нотки. «Почему я решила, что это ОНА, со мной говорит»? — это были мои последние мысли, а потом меня поглотила серая мгла.

— Поднимайся! Ррразлеглась.

— Ты не оригинальна. И кто вас так учил общаться с пациентами? И вообще, я отказываюсь разговаривать, пока мне не дадут воды, — высказалась, продолжая, валятся на травке. Не знаю, сколько я была в отключке, но солнце уже так не слепило, хотя над головой не было видно даже небольшого клочка неба, густые ветви деревьев создали довольно плотный свод.

— Ррруку пррротяни… вода там.

— Угу, — пошарив руками вокруг себя, словно рисуя на снегу звёздочку, наткнулась на что-то похожее на бутыль, — спасибо, Говорилка.

— Пей и пошли.

— Ага, щас, — пробормотала, поднося ёмкость к носу, — фу, что за бурда?

— Настой помёта летучих мышей и ррромашка

— Брр, — выплёвывая изо рта набранную жидкость, — ты сдурела, Говорилка, предупредить заранее нельзя было.

— Пей, нет там ррромашки, зато силы восстановит.

— Нет, спасибо, да и жажда прошла, — отказалась, отставляя подальше от себя подозрительную жидкость, — и куда меня глюки занесли? Яркие ещё такие…

— Остррров ведьм.

— Угу, нормально, куда ещё… бывший муж всегда мне говорил, что я ведьма. Ладно, подождём, должно же отпустить, — откинулась на траву, забросив руки за голову, принялась разглядывать веточки, хорошо лежат, наслаждаясь отличной погодой, — интересно, анестезиолог сказала максимум два часа и должно пройти. Видимо, мне забористый состав попался или организм не принял, а что? Спиртное же не переношу, может, и наркоз тоже.

— Ты всегда такая болтливая?

— Это риторический вопрос? И вообще, ты мой глюк и должен меня поддерживать и во всём соглашаться, — буркнула, подрыгивая ногой, — а вообще хорошо — уснула зимой, очнулась летом на травке. Вот ещё бы, плед и стаканчик прохладного напитка… уммм.

— Не могло пррритянуть серррезную… — почти с завыванием протянула Говорилка, — теперррь мучайся с ней.

— А ты не мучайся, просто исчезни… чёрт всё же лежать неудобно, камень что ли в попу упирается?

— Ррритуальный нож.

— Что?! Говорилка, ты не глюк, ты тормоз! — рявкнула, вскакивая на ноги, — что за фигня?!

— Ррритуальный нож, — повторила Говорилка, в её голосе слышалась издёвка.

— Вижу, что не булочка с изюмом! Что он здесь делает? И когда меня уже отпустит? А?! — уперев руки в бока, я уставилась на огромный нож с деревянной резной ручкой, лезвие которого было размером больше чем две мои ладони, — кровь? Моя? Я поранилась?

— Всего паррру надрррезов.

— Так… Села и успокоилась, — пробормотала, сев на землю, уставилась на свои руки, вернее, уже не мои, — где маникюр? Кольцо? Шрамик? Ай!

Ущипнув себя за руку, окровавленными пальцами, я убедилась, что это всё ещё я, но блин! Больничный халат превратился в странный белый балахон, весь в кровавых разводах. Ноги босые и грязные, вместо короткой стрижки — коса.

Раскидистые кроны вековых деревьев над головой, сквозь который едва пробивались лучи, темнеющее сумрачное небо, алтарь и всё вокруг настоящее и даже запах прелой травы приятно щекотал нос. А та противная дрянь в бутылке, действительно помогла справиться с жаждой. Да и сил прибавила, казалось, что сейчас горы сверну. Запустив пальцы в траву, откинула голову и, прикрыв глаза, зашептала: хочу назад, хочу назад.

— Там ты умерррла, — противный голос Говорилки подтвердил мои догадки.

— Нет. Я в больнице, простая операция, всего лишь аппендицит, я сейчас очнусь.

— Прррими, Селин тебя пррризвала, отдав свою жизнь.

— Говорилка, ты глюк. Сейчас меня отпустит, и я очнусь в больнице, а рядом добрый дядечка — доктор. И пахнет лекарствам, а не вот этим всем.

— Прррими даррр окончательно, — с настойчивостью дятла, повторял глюк.

— Замолчи, ты мне кажешься, — обхватив руками колени, уткнувшись в них лбом, я как мантру повторяла, — кажешься, ты кажешься.

— Прррими даррр, он ррразрррывает тебя.

— Приму отстанешь?

— Прррими

— Печёт, что же это такое… больно, да что б тебя, — закричала, ударив кулаками о землю, — аааа, что это?

— Ррраскррройся, прррими

— Принимаю дар, принимаю! Пусть только всё закончится, — прокричала, надрывая горло, боль была невыносимой, меня, как будто разорвало на много маленьких Катек, а потом собрало в одну большую.

Очнулась в полной темноте, на небе не было ни одной звёздочки, а я всё так же продолжала лежать на травке, но в этот раз сил даже пошевелить рукой у меня не было.

— Отваррр выпей

— А… Говорилка… я думала всё — прошло. Слушай, ты же мой глюк, почему рычишь?

— Привыкла

— Ооо, можешь же. Ночь? — заторможено протянула я, язык заплетался, мысли были тягучие.

— Да

— Хм… много времени прошло, — подсчитывая, что действие наркоза всё же давно должно было закончиться, — Так говоришь остров ведьм?

— Уже нет

— Да? Меня переместило? — удивлённо переспросила я, — надо же, быстро…

— Нет, ты всё ещё здесь… ведьм нет, остались неинициированные ведьмочки

— Ага, значит, остров ведьмочек, ну это всё меняет. А я кто?

— А ты верховная ведьма

— И почему я не удивлена, — задумчиво пробурчала, — и давно?

— Как силу приняла

— Так вот, что за дар. Ясно и что они делают? Эти верховные

—Много… постигают мир, природу, учатся, копят знания и мудрость. Помогают любому, кто нуждается в них — безвозмездно, — уточнила Говорилка, — лечат больных, учат ведьмочек…

— Всё, поняла, хватит, — не хочу быть ведьмой — надоело.

— Ты была ведьмой в своём мире?

— Почти, — хмыкнула я, — все мы почти ведьмы. Так, хватит валяться, где говоришь отвар, гадость, конечно, но бодрит знатно.

— Рядом, подтащила к тебе ближе.

— Хм… интересно, — чуть приподнявшись, чтобы было удобно отхлебнуть глоток вязкой бурды, спросила, — так ты не только говорить можешь, но и ходить?

— Угу

— Фу… ну гадость же, — вытерев рот ладонью, тут же её одёрнула, — чёрт! Забыла, что она в крови. И где живут ведьмы верховные? Не здесь, полагаю?

— В деревню идём, там заждались тебя.

— Надеюсь, не инквизиторы? И жечь меня не будут?

— Нет, о тебе ещё не знают, всех ведьм сожгли, а у неинициированных ведьмочек силу заблокировали.

— Здрасте! Так стой, не пойду. Это сейчас, что? Узнают, что я верховная и тут же сожгут? Всё жду здесь, когда отпустит, — возмущённо рыкнула я, — так и знала, что какая-то подстава есть в этом даре: «Прими дар! Раскройся»

— Селин? — тихий детский голосок раздался из-за ствола огромного дерева, напугал меня до чёртиков.

— Глюк? Ты что? Раздвоился? — на всякий случай уточнила, от понимания, что маленький ребёнок ходит по лесу, ночью, волосы у меня на голове зашевелились.

— Нет, это Агги, за тобой пришла, — тихо проронила Говорилка.

— Селин, ты в порядке? С кем разговариваешь, — на полянку вышла совсем крохотная девочка, на вид лет пяти, бледненькая и худенькая.

— Всё хорошо, — кивнула, осматриваясь, в поисках взрослого, но рядом с девочкой никого не обнаружила, — ни с кем, сама с собой.

— Идём в деревню, девочки беспокоятся, ты говорила, быстро управишься.

— Идём, — выбора мне не оставили, маленькая холодная ладошка, взяв меня за руку, потянула в сторону едва виднеющейся тропинки. А кричать и упираться, что я не Селин, а Катька не видела смысла, слишком уж всё настоящее сейчас, даже моя бурная фантазия неспособна такое выдумать.

— Мы все травы приготовили, завтра надо обменять, может, молока привезут.

— Может, — согласилась, всё ещё не понимая, куда меня занесло, и почти беззвучно прошептала, — глюк ты здесь?

— А Марни нужны ботинки, мы подшили старые, но пальцы давят.

— Ботинки завтра тоже привезут? — я искренне сочувствовала неведомой мне Марни, сама как-то по дурости купила красивейшие туфли, которые жутко натирали.

— Нет, Корс сказал, чтобы эти донашивала, ты забыла?

— Ага, забыла, — ответила, мысленно расчленив Корса, — завтра разберёмся с этим… кто он?

— Так следящий? Он и травы, и настои наши забирает, а в обмен привозит продукты и одежду, только жадный.

— И мы живём на острове?

— Селин, говорила тебе, не надо ходить на капище. Не можем мы силу принять, а ты пошла…

— Агги, а лет тебе сколько? — уточнила, для ребёнка пяти лет, девочка очень даже неплохо развита.

— Тринадцать осенью будет, опять забыла?

— Сколько? — прохрипела, запнувшись о торчавший корень из-под земли.

— Как браслеты одели, так сила, что была — уходить стала, — подняв ручку, Агги показала на широкий железный наручник. — Ой! А твои где?

— Не знаю, — прошептала, уставившись на свои руки, на которых остался, лишь только розовый след, как будто браслетом натирало.

— Как же так, Корс магов позовёт, и они тебя сначала заберут, а потом сожгут, как маму, верховную и всех остальных, — запричитал ребёнок.

— Тихо, тихо, — падая на колени, обняла девочку, — всё будет хорошо, придумаем что-нибудь. Когда Корс прибудет?

— Утром, — всхлипнула Агги.

— Пойдём назад, поищем у алтаря и обратно наденем

— Только маги их запечатывают и открывают, — покачала головой Агги, — они спадут

— А мы их склеим, — пробормотала, лихорадочно вспоминая различные способы крепления железных браслетов, — давай искать.

Нашли литые наручни быстро, но они действительно ни в какую не хотели закрываться, в итоге обмотав их оторванной от балахона, что на мне было надето, лентой, кое-как скрепили их. И только после этого мы снова пошли в деревню, до неё было совсем немного. Небольшая, всего на домиков двадцать, с широкими улицами, полный зелени. Сами домики были красивые с резными ставнями, в некоторых окнах горел тусклый свет.

— Я пошла, — Агги остановилась у одного из них, — ты тоже иди.

— Угу, — кивнула и замерла у ворот дома Агги, глядя девочке вслед, чуть позже, когда девочка скрылась за дверью, пробормотала, — знать бы ещё куда.

— Покажу.

— Говорилка, ты вернулась! — воскликнула, подпрыгнув от страха и радости одновременно, — никогда не думала, что буду так рада глюку.

— Я Ррроза, — снова переходя на удлинённое Р, с калитки соседнего дома, вспорхнула огромная чёрная ворона, — твой фамильяррр.

— Ведьма, фамильяр? А ступа с метлой есть? — фыркнула, рванув за улетающей Рррозой.

Глава 2

Дом верховной ведьмы, где мне с сегодняшнего дня предстояло жить, оказался самым последним и самым большим из всех мной здесь увиденных. Он стоял одной стороной у кромки леса, другой выходил на небольшую площадь, а слева виднелась тонкая полоска синевы.

Та часть домика, которую я успела осмотреть, была довольно уютной. Небольшая кухня, светлые стены, широкое окно с занавесками в мелкий цветочек, рабочий стол, раковина, плита. Обеденный стол, укрытый скатертью и четыре стула с высокими спинками, всё это выглядело добротно и как-то по-домашнему. Правда, с практически пустыми полками, помимо посуды и прочей кухонной утвари я в ней ничего не обнаружила.

А нет, забыла — мешочки, баночки, коробочки с травами, их было много... Но, кроме ромашки, я ничего не смогла определить. Зато было чистенько, всё буквально сверкало, даже котелок блестел натёртыми боками.

— Давай сначала, — сдавив пальцами виски, я принялась перечислять, — Селин, в теле которой я очнулась, была неинициированной ведьмой, её маму — верховную ведьму убили маги, причина такого поступка неизвестна. Так?

— Да, — кивнула ворона, расхаживая по столу, за которым я сейчас сидела, прихлёбывая пустой ромашковый чай.

— Господи я с вороной разговариваю, — простонала, жутко захотелось постучаться головой о столешницу, что я с трудом сдержалась, — Верховная ведьма, точно не было злой и разные гадости не делала? Мор и заразу на людей не напускала и любовников не травила?

— Нельзя ведьмам быть злыми, сила покинет.

— Ясно, что ничего не ясно, — тяжело вздохнула, — всех ведьм взрослых убили, а оставили маленьких девочек? Сколько было самым младшей? А сколько Селин? И сейчас сколько исполнилось?

— Убили, — подтвердила Роза, — ведьмочке было тринадцать, сейчас двадцать один. Самым маленьким меньше года тогда было.

— Восемь лет прошло, — задумчиво протянула, прикинув, это ж сколько времени девчонки тут живут, — значит, восьмилетний ребёнок присматривал за новорождёнными?

— Верррно, — каркнула Роза, разволновавшись снова переходя на рычание.

— Гады! — рыкнула я, делая мысленную зарубку, оторвать… хм, магам всё, — Получается, в двадцать один проходит инициация?

— Только никто не выживает, браслеты разрушили потоки, принять силу не могут

— И сколько уже ведьмочек погибло?

— Пять, Селин шестая, но девочка недаром дочь Верховной ведьмы, — каркнув, Роза продолжила, — нашла книги матери, спрятанные от магов, только не всё смогла открыть, но свиток в которой описан обряд добровольной жертвы, распечатала.

— Значит, это благодаря ей я здесь? — нахмурилась, переворачивая страницы, лежавшего на столе талмуда, в ней были нарисованы цветочки, листики и прочая ботаника, закорючки под каждым рисунком мне были незнакомы.

— Обряд притягивает только свободную душу, там ты умеррра

— Угу, — буркнула, прикрыв ладонями лицо и немного помолчав, продолжила своё расследование, — и сколько нас здесь?

— Осталось пятнадцать, ты старшая, через год сила призовёт ещё одну ведьмочку.

— А я зачем здесь?

— Новая душа — старые заклинания не действуют, — наверняка, если бы Роза смогла, она бы точно пожала плечами и покрутила крылом у виска, с такой интонацией она мне ответила, — сила нашла сосуд, теперь ты Верховная, таких несколько столетий в этом мире не было. Надо сохранить оставшихся ведьмочек, иначе мир погибнет.

— Час от часу не легче, — пробормотала, — что-то не чувствую я ничего… а мир, как называется?

— Эониум

— Мдя… не выговорить. А мне, значит, сейчас надо всех ведьмочек спасти? — уточнила, мне всё ещё не верилось в этот бред, — а по какой системе отбора меня выбрали?

— Сама удивляюсь, — ответила эта ехидна, — но сила не ошибается.

— Замечательно… И я значит могу колдовать?

— Нет

— Опять? И что я за Верховная ведьма, если колдовать не могу?

— Не умеешь, — каркнула Роза, показывая лапкой на внушительную стопку книг, — учиться надо.

— Как там Вовка из тридевятого царства сказал: «Опять учиться? Не хочу», — прошептала, широко зевая, — Роза, а спать где?

— Сама ищи, меня в дом не приглашали.

— А что так? Вредная? — поднимаясь из-за стола, снова несколько раз зевнула, — что ж так рубит-то.

— Силу приняла, день и ночь спать будешь, — сообщила ворона, усаживаясь на спинку кресла, — не слышали меня… ведьмы слабые стали, не было фамильяров. Ты первая за столетия такая.

— Хм… О как, и не знаю гордиться этим или нет, чувствую, где-то подвох кроется, — пробормотала, покидая, судя по огромным шкафам с книгами, массивным дубовым столом в центре комнаты и прочей атрибутике — кабинет.

Вывалившись из светлой комнаты в тёмный коридор, несколько раз моргнула, настраивая зрение, хотя это было очень сложно, веки прекрасно закрывались, а вот открываться отказывались.

— Такс… направо, — махнув рукой в левую сторону, я двинулась прямо по коридору, шатаясь словно пьяная, — никогда больше не буду ведьмой.

Это были мои последние слова, которые я смогла ещё более или менее внятно произнести, открыв первую же попавшуюся на моём пути дверь, обнаружила за ней горизонтальную и свободную поверхность и не раздеваясь, я плашмя рухнула на что-то мягко-пушистое — отключилась.

— Да встаю я… кто такой назойливы-то, — глубже, запрятав голову под подушку, изо всех сил брыкала ногами, — ещё минуточку.

— Селин! Корс подплывает, ты старшая он говорит только с тобой, — продолжал нудить писклявый голосок, дёргая и щекоча меня за пятки.

— Я уже ненавижу этого Корса, — воскликнула, рывком поднимаясь с кровати: «Или на чём я спала»?

— Ты почему не у себя в комнате? — Агги и ещё один ребёнок, лет так десяти, стояли рядом со мной, я же, обняв руками мешок с чем-то, шуршащим (подушка) сидела на шкуре не опознанного мной животного, то есть на полу (кровать).

— Хм… не дошла, — буркнула, осматриваясь.

Судя по всему, я спала в гостиной, с камином из красного обожжённого кирпича, рядом с ним аккуратной стопочкой сложены дрова. С милыми, местами потёртыми креслицами у окна, рядом с ними пара пуфиков для ног. В углу чайный столик, на котором лежала ажурная вязанная салфетка и большой судя по виду мягкий диванчик, с подушками и пледом в клеточку: «Ну почему я до дивана не доползла» мысленно застонала я.

— Джейн придумала, как скрепить твои браслеты, — произнесла Агги, кивая в сторону своей подружки, — давай сюда руки.

Подать не успела, Джейн молниеносным движением, схватив одну из моих рук, ловко размотала кусок оторванной вчера ткани от балахона, чем-то капнула на две половинки, несколько секунд подержала, сдавливая, и вуаля, как новенькие.

— Ух ты! Здорово, спасибо, — искренне поблагодарила девочку, совсем не хочется быть сожжённой злыми магами, — вторая?

Со вторым браслетом справились тоже очень быстро, ещё раз поблагодарив, заставила себя подняться с пола. Замерев ненадолго — осмотрелась, мне повезло! Из гостиной вела только одна дверь, значит, не заблужусь.

— Я умоюсь и идём, ждите меня у входа, — пробормотала и рванула к двери, надо ещё Розу разыскать, узнать побольше об этом Корсе, кто такой и с чем его едят. Но ворона не нашлась ни на кухни, ни в кабинете, в ванной её тоже не было.

Прекратив бесполезное занятие — найди ворону, я вернулась в ванную. Вся такая светленькая, белая плитка в синенький цветочек, раковина в виде цветочка, отполированные до блеска латунные краны и вентили и зеркало, в котором сейчас отражался подросток, лет восемнадцати: курносый нос, пару веснушек, губки бантиком, синие глазки и светлые волосы.

— Какая-то не правильная ведьма, ещё и верховная… а где мыши летучие на стенах? Пауки, травы, черепа единорогов? — бурчала себе под нос, пока отмывала с рук кровавые разводы, — нет же, здесь всё кругом в цветочках и рюшечках… тьфу.

Во мне снова было полно энергии, хотелось бежать, что-то делать, казалось, чуть ослабь контроль, и я взлечу. Ещё вчера мне объяснила ворона, что у меня избыток силы, он опьянил, дурманил, и по-моему, меня до сих пор не отпустило.

Приведя себя в порядок, огляделась, всё тот же балахон в кровавых разводах, босые ноги, сейчас хоть чистые.

— Так, а одежда? Не идти же в этом…

Комната нашлась на втором этаже домика, тоже в рюшках, но хоть одежда была вполне себе сносной. Юбка тёмного синего цвета, длинной по щиколотку, светло-кремовая рубашечка с рукавом три четверти, туфельки в тон, без каблуков. Всё чинно и благородно, осмотрев гардероб верховной, я в очередной раз убедилась, что ворона мне лжёт, ну не могут так выглядеть ведьмы.

— Ты что так долго? — возмутилась Агги, стоило мне высунуть голову за дверь, — Корс не любит, когда опаздывают, может недодать часть продуктов.

— Разберёмся, — произнесла, спускаясь по скрипучим ступеням.

До берега моря, океана? Дошли быстро, всего метров пятьсот, у небольшого пирса была пришвартована лодка, а рядом стоял невысокий кругленький мужичок, сложив ручки у себя на пузике, притоптывал одной ножкой. Следящий, а видимо, это он, был, кажется, зол, его нахмуренные брови, и торчащие усы, указывали наивысшую степень раздражения.

— Ну вот, сердится, — пропищала Агги, прячась за меня, Джейн, что-то буркнула, я не разобрала, что именно, но была с ней полностью согласна.

— Глубокоуважаемый господин Корс (надеюсь, здесь есть господины) мы так рады вас видеть на нашем острове, — принялась болтать, не давая открыть рот, враз покрасневшему мужчине, — вы такой славный… Ой, а это всё нам, а ну как девочки, быстро поможем таким сильным и мужественным господинам.

Как говорила моя мама, ты и мёртвого достанешь своей болтовнёй, не позволив открыть рот Корсу и его помощнику, сидящему в лодке. Я, Агги и Джейн быстро выгрузили всё, что было в лодке. Да, было сложно, некоторые короба пришлось тащить волоком, но своя же ноша не тянет, поэтому вытаскиваем. Быстро, пока Корс стоит с открытым ртом и переваривает. Как только лодку освободили от всего, что в ней лежало (возможно, вытащили и чужое) всучили следящему мешок с травами и коробочку с бутыльками, подхватив под руку всё ещё ошеломлённого мужчину, усадила его в лодку и подмигнув обалдевшему помощнику, оттолкнула плавсредство от нашего берега.

— Спасибо, — здесь главное — поблагодарить, — вы настоящий джентльмен, счастливого пути.

— Селин, так много? — прошептала Агги, всё ещё не решаясь сдвинутся с места.

— Хм… это же на день? — поинтересовалась, осматривая нашу добычу, хоть я и много болтаю, но основное уяснила: мужик жадный и наглый, поэтому первое не дать ему сказать, второе вытащить быстро что есть.

— Нет… на две недели, — ответила Джейн

— Что? — воскликнула я, и зло сощурив глаза, пробормотала, глядя в спину уплывающего от острова Корса, — вот же жучара.

Глава 3

— Ну и что здесь у нас? — перетаскав коробки и мешки в ближайший дом, а это, оказался, дом верховной ведьмы, я принялась проверять, чем нас порадовал Корс, — нда… негусто.

— Ты что, это так много, — с восторгом пискнула Агги, Джейн энергичными махами головы её поддержала.

— Нас пятнадцать? На две недели: мешок килограммов на двадцать пять муки, маленькая крынка масла, небольшой мешок крупы, кажется, перловой, вяленое… мясо? Десяток яиц, пять бутылок молока, куль картошки, сетка лука, три щуплых кабачка, два кочана капусты, соль, сахар и… Это что? — кивая на мокрый свёрток, который уколол мне палец и был отложен в сторону.

— Рыба.

— И это на две недели? На пятнадцать человек? — ещё раз уточнила я, мне никак не верилось в такую подставу.

— Да, — снова дружно закивали головой два ребёнка.

— А огороды у нас есть? Морковь, помидоры, огурцы, зелень? Живность в лесу бегает?

— Огороды есть, там только не растёт ничего. А живность нельзя убивать, ты что, — воскликнула Агги.

— Сила пропадёт, — уточнила Джейн.

— Какая? Она у нас есть? — хмыкнула, — ладно разберёмся. Это всё хранится в общем месте? Или разбирается по домам?

— В общем, готовим по очереди, — ответила Джейн, — сегодня твоя.

— Отлично, значит сразу в бой, — пробормотала, тяжело вздохнув, — тогда зовите помощников, надо утащить всё это. Не всё время же нам таскать эти мешки и коробки.

До общего домика добрались быстро, вообще деревенька была крохотной и всё стояло рядышком. Двухэтажные здания, с покосившими калитками и местами повалившимися заборами. Вчера ночью, видно я была в не вменяемом состояние и этого не заметила. Краска на резных наличниках облупилась, на одном доме ветром сорвало часть крыши, в ещё у одного было разбито стекло, которое, как смогли, заколотили доской и везде были заметны следы запустения.

И только зелень: цветы, трава, кусты, деревья и прочая ботаника была ухожена и радовала взор, сочностью, ароматом и красками.

Перетаскав наш скудный улов на кухню, заодно познакомилась ещё с тремя ведьмочками. Та самая Марни, у которой обувь уже давно мала (надо Корса раскулачить). Табита, рыжая зеленоглазая хохотушка пятнадцати лет, на вид — десять. И Вивьен — жгучая брюнетка, тихая и очень красивая, ей было семнадцать.

— Всем спасибо, все свободны, — поблагодарила девчонок, понимая, что сейчас мне необходимо время, чтобы прийти в себя, слишком уж всё быстро происходит. Как только дверь за недоумевающими ведьмочками закрылась, я, словно истукан застыла посреди кухни, тихо застонав, осмотрелась.

Домик был похож на мой, но, возможно, чуть меньшим размером. Кухня сверкала чистотой, гостиная была вполне вместительная и стол с пятнадцатью стульями вольготно устроился в центре комнаты.

— Угу, — тяжело вздохнув оглядела фронт работы, — столько всего, не знаю, что прям и приготовить.

— Ты даже сама с собой болтаешь, — прокаркала ворона, влетевшая в открытое окно кухни и которая до сего момента, где-то пропадала.

— Роза? Привет и где ты пряталась? — спросила, развязывая мешок с крупой.

— Пока рано ведьмочкам знать о твоей силе, учиться надо

— Ясно, а учить ты меня будешь?

— Сама должна, а я подскажу

— Всё сама и сама, — буркнула, — готовить умеешь? Из трёх продуктов сделаешь первое, второе и компот?

— Я ворона, — возмутилась Роза, сверкнув своими глазищами

— Хорошо тебе, а мне придётся…, — протянула, задумчиво оглядывая выложенные на стол богатства, — огород знаешь где?

— Так во дворе, но не растёт там ничего, — сообщила Роза, уже известные мне сведения

— Странно, кругом зелени полно, а в огородах не растёт обычная морковь, — бурча, я отправилась на поиски этого странного полтергейста, надеясь, что хоть одну дохлую морковь я найду.

— Так нельзя для себя, это баловство одно, ведьма Рина любила эксперрриментирровать

— Что значит, нельзя для себя? И что теперь от голода помирать? А раньше, чем питались? — возмутилась, пробираясь сквозь заросли сорняка, вперемежку с потрясающе красивыми цветами.

— Дары жители носили, в благодарность за травы, наговоры, обереги и лечение.

— В общем натуральный обмен, а как стали неугодны ведьмы, сразу лишились всего. Только не пойму, почему всё же нельзя для себя? Не во вред же?

— По преданиям, силу ведьмы стали терять.

— По преданиям… и как давно прекратили использовать для себя? — я всё же решила попробовать, силу я всё равно не чувствую, терять не жалко, как пришло, так и ушло. Как там, в книгах: представь, что сила струится по твоим рукам?

— Не помню, ещё при моей матери прекратили.

— Отлично, — кивнула, застыв над чахлой морковкой, с трудом обнаруженной среди зарослей сорной травы. Там же были тоненькие перья лука, пара веточек укропа и что-то похожее на листик кабачка, но могу ошибаться.

— Ты что задумала? — прокаркала Роза, обеспокоенно заскакав по забору

— Не мешай, — рыкнула, прикрыв глаза, стала представлять, как сила (чёрт его знает какая) струится по моим рукам, — Струится, я сказала, — минут через пять, чуть приоткрыв глаза, посмотрела на результат моих потуг, — Фигня какая-то!

Вырвав дохлую морковь с указательный палец толщиной (ничего я её помельче покрашу), а также лук и укроп, вернулась на кухню.

— Ты бери миску, замесишь тесто на лепёшки, будет вместо хлеба, — дала задание вороне, Роза от такой наглости смогла, лишь открыв клюв, беззвучно каркнуть, — а я займусь кашей.

Не знаю, где обычно завтракали ведьмочки, но к обеду подтянулись все сюда, забавно вытягивая шеи, принюхивались к аппетитным запахам, шедшим от кастрюль.

— Прошу, — махнув рукой в приглашающим жестом, принялась раскладывать по мискам наваристую кашу. Её я приготовила на мелко покрошенном вяленом мясе, предварительно часа два потушив его на воде, оно в итоге разварилось на мелкие волокна, туда же к нему была добавлена обжаренная на ложечке сливочного масла найденная, мелко покрошенная морковь и несколько горстей крупы. Каша вышла вполне даже ничего — вкусная.

Вместо хлеба были обжарены на сухой сковороде (масло надо экономить) лепёшки, тесто простое: яйцо, капля молока, мука и соль. Очень даже съедобно.

И компот… перевернув все банки в шкафах на кухне, нашла горсть сушёных яблок, в огороде ободрала одну веточку смородины, ягоды на ней отсутствовали, но и листики тоже сойдут. Там же за домом был обнаружен колючий куст шиповника, горсть ягоды я у него всё же выклянчила, подумаешь, пару раз оцарапала руки. Так что, добавив несколько ложечек сахара, получился неплохой компот, довольно ароматный и вкусный.

— Ты готовить научилась? — ехидно проронила ведьмочка, чуть младше меня, доедая последнюю ложку рассыпчатой каши.

— Угу, — кивнула, было заметно, что девица нарывается, но сейчас вступать в противостояние мне совсем не хотелось, — пришлось.

— На капище головой ударилась? — продолжила развлекаться Сами (её имя услышала, когда к ней обратилась Джейн) темноволосая с ярко-зелёными глазами девушка, вот она была больше похожа на ведьму.

— И ей, — снова кивнула, допивая компот, девчонки помладше тоже почти закончили обедать, но уходить не спешили, видно наша перепалка с Сами не первая.

Пятнадцать девчонок… младшим по восемь лет, все маленькие, худенькие, как тростиночки. Кожа тоненькая вся просвечивает. Ручки былиночки, а на них огромные грубые железные наручни, которые сильно натирают кожу. Как они умудряются, свои руки поднимать с такими кандалами — удивляюсь.

— Всё надеешься, выжить? — буркнула ведьма, понимая, что от меня сегодня реакции не дождётся, — не выйдет через месяц твоё совершеннолетие, а значит инициация

— Угу и мы все умрём, — не дала закончить ехидной девице, лихорадочно соображая: «Ведь ворона сказала, что у меня вчера была инициация, что-то не сходится», — так если вы все поели, прошу покинуть гостиную, мне надо убрать здесь всё. На ужин будет… не придумала ещё.

— Мы же не ужинаем, — хмыкнула Сами, — точно головой ушиблась, Агги сказала, ты не всё помнишь? Снова пыталась на капище силу принять?

— Мы же это уже выяснили? — удивлённо приподняла бровь, сложив руки на груди, — или ты тоже головой ушиблась и теперь у тебя кратковременная память, как у рыбки? Моргнула и мозг очистился?

— Ты?! — вскинулась Сами, поднимаясь из-за стола, громко фыркая.

— Я, — согласно кивнула, — и ещё раз прошу всех покинуть помещение и да, ужин будет.

С трудом дождавшись, когда все ведьмочки выйдут из общего дома, я метнулась на кухню, в надежде застать там ворону, кажется, она мне должна.

— И что ты на девочку взъелась, — прокаркала Роза, с укором взглянув на меня, стоило мне ворваться в святая святых дома — кухню.

— Я?! — моё изумление не было наигранном, — на эту ведьму? Вообще, это она ко мне пристала, я ещё между прочим, была вполне вежлива.

— Девочка боится… они все боятся… с каждой смертью, им становится всё страшнее, — прокаркала ворона, поумерив мой боевой пыл.

— Ты… это, мне зубы не заговаривай. Почему Сами, да и все ведьмочки считают, что день рождения у Селин…

— У тебя, — не удержалась вредная ехидна

— У меня, — повторила и взглянула так, что ворона должна была испепелиться, — день рождения только через месяц?

— Верховная так пожелала, — пожала крыльями Роза, честное слово, если бы сама только что этого не увидела, никогда бы не поверила, что такое возможно.

— Мдя… очень информативно, — промямлила, так и не получив внятный ответ, — а что там насчёт учёбы? Есть знания, как вырастить картоху по-быстрому, или зайца приманить? Хотя… кто-то должен его того… а ещё разделать, а у меня ручки и мясо я готовое в магазине всегда покупала.

— Нет таких знаний, а если и были, но утеряны.

— Никого от тебя толку, — пробормотала и тут же с надеждой спросила, — а может, ты пока со стола приберёшь? И посуду помоешь, а? А я поучусь? Нет? Вредная ты.

— Я фамильяр, — каркнула Роза

— Угу, а я Катька и что теперь, — каркнула в ответ, направляясь в гостиную, уборку никто не отменял, а ещё ужин готовить, осталось найти из чего, — слушай, а лес далеко? Лешие водятся?

— Где ты жила, ведьма? — удивлённо каркнула ворона

— Там уже не живу, — печально прошептала, припоминая дату своей смерти, — давно не живу.

Снова возвращаясь в прошлое. Весна… яблоневый цвет, его сладкий аромат, обновлённый мир… пьяный муж, сильный толчок в спину, удар животом о край стола, дикая разрывающая боль, больница и приговор — ребёнок не выжил… и больше у меня не будет детей.

А мне тридцать пять и всё вроде бы было когда-то хорошо. Знакомство с будущим мужем, красивая свадьба, счастливая семейная жизнь — целых десять лет, а потом безработица, обвинения меня во всех неудачах, пьянство… я три года терпела, поддерживала — дура! Потом год трезвости и долгожданная беременность, а через три месяца — смерть… Вернувшись с больницы, выгнала мужа из дома, продала квартиру и уехала из этого города, где всё напоминало о прошлой жизни, в которой меня уже нет.

Наверное, тогда у меня появилась моя циничность, розовые очки спали и мир оказался мерзким, жестоким и несправедливым.

А потом острый аппендицит, наркоз и капище…

Глава 4

— Всё, — облегчённо выдохнула, падая на стул, — кто молодец? Я молодец! И Роза тоже!

За два часа я и ворона быстро управились. Убрали и вымыли посуду, приготовили ужин. Ну, вернее, я мыла, потом варила уху, потушила овощи, пожарила ещё лепёшек, приготовила чай. Роза ходила рядом, комментировала мои действия и ехидничала, за что получила пару раз по клюву.

— Теперь учиться, — безапелляционно произнесла ворона, сверкнув на меня своим чёрным глазом.

— Идём, — согласно кивнула, поднимаясь со стула, — хочу рукой, как царевна-лягушка махнуть, и чтобы всё исполнилось.

— Каррр? — запнулась о тарелку ворона, вытаращив в изумлении на меня глаза

— Вот тебе и кар, — хмыкнула и ещё раз оглядела свои труды, — надо Агги сказать, чтобы после ужина не забыли помыть посуду.

Выйти из общего дома не успела, Агги и остальные ведьмочки уже столпились во дворе и, замерев у порога, принюхивались.

— Селин, а, правда, ужин будет? — вытирая вымазанные в чем-то зелёным ручки, спросила Жасмин, одна из самых младших ведьмочек. Их всего было три: Грете и Жасмин по восемь лет и Амара, той девять.

— Правда, уже всё готово, — подтвердила, выходя из дома, — Агги, мне надо уйти, поужинаете, уберите со стола, пожалуйста.

— Хорошо, — неуверенно ответила Агги, оглядываясь на остальных ведьмочек, те еле заметным движением головы — кивнули. Ну, кроме Сами, та делала вид, что даже не смотрит в мою сторону.

— Ну вот и отлично, я буду у себя, — улыбнувшись, отправилась в дом Верховной ведьмы Селин, теперь уже мой дом, — мдя… занесло меня.

Зайдя в дом, решила осмотреться. Раз мне придётся жить здесь, необходимо узнать, где и что лежит. А то так и спалиться недолго, итак, вон считают, что на капище головой ударилась.

Заглянула в каждую комнату, в каждый уголок, проверила шкафы, полочки и даже под кровать залезла. Что сказать, милый дамский домик, с нежным дизайном рукодельницы и травницы.

— Роза, здесь действительно ведьмы жили? — с сомнением уточнила, поднимая с кровати, подушку внушительного размера, одетую в наволочку с вышитыми гладью цветами, но больше всего меня умилила — кружевная салфетка на туалетном столике, — как будто у бабушки в деревне.

— Семь поколений, — кивнула ворона, — ещё пра-пра-пра-бабка была самой сильной ведьмой, а потом сила стала исчезать.

— Ясно, — задумчиво протянула, — ну что идём зелья варить? В подвале такая лаборатория занимательная, столько скляночек, микстурок и прочих странностей. И мыши сушёные там есть, кстати.

— Не понимаю, откуда эта дверь появилась, — недовольно пробурчала ворона, — я же там столько летала, и Селин всегда мимо проходила.

— Ну не знаю, сама же сказала, такой как я, давно не было, — произнесла, спускаясь по ступеням, — или вы невнимательно глядели.

Скрытую из виду маленькую неприметную дверцу в подвал я обнаружила на заднем дворе дома. Облазив логово ведьмы снизу доверху, вышла во двор, там было очень красиво: цветы яркими пятнами росли буквально везде, а ещё было много незнакомых мне растений и трав, наверняка лекарственных. И странные ягоды на низеньком кусте, в углу заднего двора, что граничит с лесом, ярко-красные, на вид очень аппетитные, но пробовать я не рискнула, мало ли, хвост ещё вырастит.

Вот там-то за кустом и скрывалась дверка, которая вывела нас в подвал, самой настоящей ведьмы. Склянки с кусочками кореньев, мутной жидкостью, паутиной и ещё с чем-то непонятным. Ароматные травы пучками сушились вдоль одной из стен. С потолка небольшой гирляндой висели засушенные мышки — честное слово, я их опознала. А ещё порошки, слизь, два паука, притаившиеся в углу и не пылинки. Это странная тяга к чистоте меня стала пугать, я, конечно, не свинюшка, но вот так вылизывать подвал точно бы не стала.

— Сначала травы выучить надо, а потом зелья варить, — менторским голосом прокаркала ворона.

— Будем обучаться, практикуясь, — хмыкнула, — пока я, перечитаю все книги в библиотеке, старость придёт, поэтому хватаем пару фолиантов в кабинете с описанием отваров и бежим экспериментировать.

— Ты что задумала? — спросила ворона, подозрительно сощурив глаза, — чует мой клюв, намучаюсь я с тобой.

— Я добрая и хорошая, — возмутилась я вполне естественно, — хочу Корсу зелье сварить, чтобы лысина заколосилась.

— Нет таких зелий.

— Должны быть, что за ведьмы здесь, ничего не могут? — бурчала, выбирая подходящие книги, в основном все они были о травах. Прочитать я ничего не могла, все эти закорючки и хвостики были незнакомы, — хм… а ты читать умеешь?

— Нет, я ворона-фамильяр, — чуть ли не рыком, каркнула Роза

— Тогда у нас проблемы, — плюхнулась на стул и подперев рукой подбородок, задумчиво уставилась на книжную полку, — читать я не умею.

— Ты безграмотная? Сила! Кого ты притянула, — трагическим голосом прокаркала ворона.

— Я бы попросила, так-то я владею тремя иностранными языками в совершенстве, в том числе и читать, и писать на них прекрасно умею, — тут же возразила, — хм… четыре, но, судя по всему, могу на нём только говорить.

— Карр?

— Ну я же с тобой говорю, значит, знаю вороний и местный, ооо… значит пять, — воскликнула я, — не могли полную опцию в меня закачать при переносе, вот как теперь разобраться, что здесь написано.

— Где-то здесь был…, — пробормотала Роза, разглядывая корешки книг

— Ты же читать не умеешь, что хочешь найти?

— Но картинки-то знаю, где-то тут стояла книжка, которую Селин читала, когда ещё Верховная жива была.

— Тебя же в дом не приглашали? — хмыкнула, уставившись на вдруг смутившуюся ворону, — подглядывала?

— Следила за подопечными, ещё моя бабка была фамильяром в этой семье, — сердито буркнула Роза, обидевшись на обвинение, — а уже мою мать не слышали.

— Прости, — мне сделалось стыдно, к концу дня я стала понимать, что моя язвительность и циничность, вдруг увеличилась в разы и куда-то делся такт и вежливость, — я думаю на сегодня достаточно, слишком много всего произошло, время позднее, идём спать.

— Ты иди, а я книгу поищу, — кивнула Роза.

— Ладно… и спокойной ночи, — пожелала, прежде чем выйти из кабинета.

В комнату шла, с трудом передвигая ноги, словно меня разом покинули силы, видимо, после осознания своего поведения, не совсем правильного, меня придавило совестью. Ведь я действительно несправедлива, попав сюда, где маленькие девочки не живут, а выживают, я даже не забеспокоилась, приняла как должное и только фыркала, и бурчала.

— А ещё пугала девочку смертью, — пробормотала себе под нос, забираясь в кровать, — я же старше, пусть не внешне и должна быть серьёзнее. Кать, когда ты стала такой?

На этот вопрос ответа у меня давно не было и сегодня я его тоже не получила — заснула как только моя голова коснулась подушки.

Я не знаю, сколько мне удалось поспать, но проснулась от странного стука за окном, на улице было ещё темно и, как назло, на небе ни звёздочки.

— Ррроза, — прошептала я, от напавшего страха, мои зубы выбивали задорную чечётку, — Роза, ты здесь?

Но ворона снова, где-то шлялась, а на улице было всё так же темно и стук во дворе продолжался.

— Не пойду, пусть стучит, — буркнула, укутавшись в одеяло потуже, — дверь заперта, окно я тоже закрыла ещё с вечера.

Через десять минут монотонный стук стал раздражать, на улице, казалось, сделалось ещё темнее, а по углам комнаты поползли страшные тени.

— Всё равно не пойду, — вскакивая с кровати, напялила на себя розовый халатик, — где-то здесь была ваза...

Вооружившись, хоть чем-то, я опустилась на четвереньки, чтобы меня не было видно и поползла к окну поближе. Благополучно добравшись, осторожно высунулась из-за шторки, но ничего не увидела. На улице была чернильная ночь и даже силуэты деревьев незаметные, а настойчивый стук, стал громче и противнее.

— Не пойду, — упрямо пробормотав, вернулась в кровать, спрятала голову под подушку, но не помогло, этот бряканье ничего не глушило, как раз наоборот, стоило прикрыть уши, как звук стал громче, словно он раздавался уже у меня в голове, а не шёл из заднего двора ведьминого дома.

— Роза, — вновь позвала ворону, но в ответ тишина, — где тебя вечно черти носят, всегда, когда нужна тебя, нет, какой-то неправильный фамильяр.

Снова вскочив с кровати, заметалась в поисках одежды, сидеть и слушать это бряканье — мои нервы больше не выдержат.

— Возьму кочергу у камина и если что шандарахну по затылку этого шутника, — разговаривая вслух, пока спускалась по ступеням, мне казалось, так спокойнее, — Роза?

Во двор вышла через заднюю дверь, которая вела из кухни, пробираясь практически на ощупь, брать лампу не стала, иначе буду ярким светлым пятнышком видна тому самому дятлу.

Пройдя почти весь двор, приближаясь к источнику звука, я, как и предполагалось, оказалась у двери подвала, того самого, который был незаметен вороне и Селин.

— Не смешно, — пробормотала, глядя на открытую дверь и пятясь, лишь бы оказаться подальше от этого странного места, добавила, — ночью в этот склеп я спускаться не буду, не за что.

— Селин, — тихий загробный голос, раздавшийся у меня над головой, напугал меня до зелёных мушек в глазах и до инфаркта в придачу.

— Роза, коза ты такая, — прошипела я, уже замахнувшись кочергой на возможного нападающего, — где ты была, я думала, меня этот стук с ума сведёт.

— Какой стук? — с недоумением переспросила ворона, — и что ты ночью бродишь по двору, ещё и с кочергой?

— Кхм…, погулять решила! Ты издеваешься, ты, правда, не слышишь это бряканье? Словно кто-то хочет выбраться из подземелья.

— Нет, листья деревьев на ветру шумят, мышь в траве копошится, калитка скрипит, — принялась перечислять Роза.

— Я поняла, — прервала ворону и еле волоча ноги двинулась назад к дому, — я просто схожу с ума, да, просто, всё просто…

— Так что за стук?

— Который сейчас идёт оттуда, — резко развернувшись, махнула рукой в сторону подвала, — и теперь он стал ещё громче, даже тебя с трудом услышала.

— Надо сходить проверить, — задумчиво произнесла ворона, глядя в открытую дверь подвала.

— Угу, сходим и меня там по темечку и на запчасти, — буркнула, тоже уставившись в тёмный зев, — слушая, а мы же дверь запирали, когда уходили, да?

— Кажется, запирали, — подтвердила Роза

— И она там была одна?

— Другой не видела, хотя я и эту не видела, пока ты её не открыла, — с сомнением пробормотала ворона, и немного помолчав, добавила, — идём?

— Разум мне подсказывает, что это дурная, просто отвратительная идея, — прошипела я, — но этот непрекращающийся звук, уже бесит.

— Значит не идём?

— Идём, — уверенно кивнула, обхватывая удобней кочергу обеими руками, — ты первая.

— Почему? Я вообще этот звук не слышу, — возмутилась ворона.

— Объясни, что делают фамильяры и зачем они ведьме вообще нужны? — спросила, замерев на пороге спуска в подвал, — хм, тише стал, стоило приблизиться.

— Подсказывают и помогают, а ещё защищают, — ответила птица, — я всё ещё его не слышу.

— Вот, — протянула я, — ключевое слово — защищают, поэтому ты первая, если, что глаз выклюешь, тому дятлу.

— Какому дятлу? Ты знаешь, что там дятел? — изумлённо переспросила ворона.

— Дятлу, что сейчас стучит в подвале, — раздражённо рыкнула я, зато страх прошёл, ещё бы противный звук прекратился, вообще было бы прекрасно.

Глава 5

Сработали слаженно. Первой в тёмный подвал влетела ворона, угрожающе сверкая своими глазищами, затем проследовала я, хрупкий подросток, с кочергой наперевес, с устрашающим выражением лица (я очень старалась его таким сделать).

Однозначно, тот дятел, увидев наш грозный десант, должен был умереть… от смеха, но в подвале никого не оказалось, а противный звук прекратился.

— Ну и где дятел? — спросила Роза, бесстрашно расхаживая по столу, между бутылочек, коробочек и кулёчков.

— Хм…, — промычала, осматриваясь, я впервые растерялась и не знала, что сказать. От лампы, за которой мы всё же решили сходить в ведьмин дом, прежде чем совершить этот марш-бросок, исходило достаточно света, чтобы увидеть, что в подвале кроме нас, никого нет.

— Стук есть?

— Хм…

— Сила! Ведьма разучилась говорить, — трагическим голосом воскликнула ехидна.

— Ты всегда такая болтливая? — процитировала ворону и немного помолчав, добавила, — здесь, что-то изменилось, но я пока не пойму — что.

— А тебе не показалось?

— Нет, не показалось, — повторила за вороной, скопировав её интонацию в голосе, — вот смотри, его здесь не было.

— Хм…

— Угу, — кивнула, задумчиво разглядывая появившийся из ниоткуда, сундук, — интересно кто его сюда притащил?

— Не знаю, — прошептала ворона, боязливо оглядываясь.

— И что будем делать?

— А я откуда ведаю? — удивлённо спросила Роза, перелетев со стола на пол, она готовилась к отступлению.

— Кто у нас фамильяр? — возмутилась я, в очередной раз убедившись, что от вороны никакой помощи.

— И что? Теперь должна всё знать?

— А нет? — уточнила, удивлённо приподняв бровь, — вот так всегда, всё самой приходится делать.

Бурча, выставила перед собой кочергу, я медленными крохотными шажочками кралась к сундуку, непонятно, как появившийся в центре помещения. Большой, обитый железом с огромным висящим замком, на его крышке был нарисован череп и один вид его жутко пугал. Я, конечно, понимала, что подвал, дом ведьмы, говорящая ворона — это уже ненормально, но неизвестность пугала сильнее.

— Долго ещё? — не удержалась ворона, наблюдая за передвижением беременной улитки.

— Что б тебе долго жилось… и счастливо, — выругалась я на ворону, вздрогнув от неожиданно громкого звука, — не каркай! Итак, страшно.

— Это сундук, — недоумённо пробормотала Роза, продолжая следить за мной, со скептическим прищуром.

— Угу… сундук, волшебным образом очутившийся в подвале, — буркнула, сделав ещё шажочек, — а двери я запирала, кровью своей между прочим. Дверь в подвал я обнаружила случайной, осматривая задний двор дома ведьмы, зацепилась платьем за колючий куст и пока высвобождалась, оцарапала ладонь, вот ей-то и оперлась о стену, которая тут же сдвинулась с жутким скрипом в сторону. — Запирала, — подтвердила Роза, тоже подозрительно взглянув на сундук. — Ааааааа, — заорала я, подпрыгивая на добрых полметра, стоило сундуку сдвинуться с места.

— Каррр, — испуганно каркнула Роза-фамильяр, которая должна ведьму защищать, теперь она улепётывала на своих двоих из подвала, совершенно позабыв про крылья.

— Трусиха! — громко крикнула я и со всей силы стукнула по сундуку кочергой, — на, получай!

Сундук тут же замер, ворона скрылась, а я, тяжело дыша, словно пробежала марафон минимум десять километров на каблуках, стояла с кочергой в руках и не сводила свой взгляд с подозрительного нечто.

— Что там? — шёпотом спросила ворона, высунув голову из-за двери, полностью показаться не решилась.

— Не двигается, — пожала плечами, — кажется, я его убила, кто бы он не был.

— Тогда уходим.

— Отличное предложение, — кивнула и пятясь, двинулась к выходу, не забывая поглядывать на замерший сундук.

— Селин, — зловещим голосом прошипела ворона (и как ей это удалось), нагнав на меня ещё больше жути.

— А?

— Он двигается за тобой.

— Нет, тебе кажется

— Говорю, двигается

— Ну нет же! Ааааа! Да что б тебя, — дико заорала снова ударив, действительно ползший за мной сундук, — бежим!

Рванув к ступеням, решив спасаться бегством, я наступила на неожиданно появившуюся под ногами метлу и со всего размаха рухнула на пол. Не мешкая, я вскочила на ноги, не забывая прихватить в руки выпавшую кочергу, закрыв глаза от страха, принялась ей размахивать.

— Не подходи! Не подходи! — сиплым голосом пищала я, пятясь к выходу, — Зашибу!

— Селин, он близко! Справа! — группа поддержки в лице трусливой вороны, координировала мои махи, — да не туда бьёшь! Опять промазала!

— Получай! — прохрипела, почувствовав, как кочерга, наконец-то приложившись о сундук — зазвенела.

— Ведьма, он открылся, — крикнула Роза, я же до сих пор продолжала отступать с закрытыми глазами и ничего не видела.

— Что? — задыхаясь переспросила, запнувшись о ступеньку.

— Говорю, сундук открылся и больше не двигается, — прокаркала ворона, всё ещё прячась за дверью и только её клюв был виден в щёлку.

Приоткрыв один глаз, я, вытянув шею и пристав на носочки, попыталась заглянуть внутрь странного сундука.

— Все рецепты, записи, заклинания... вытряхнула своими ударами, — скрипучий и недовольный голос, оказался неожиданным, а следом визгливый крик — противным, — еле в кучу собрала, хулиганка!

— Кто? — ошарашенно переспросила, с недоумением посмотрев на ворону, затем на сундук.

— Ну не я же, — пробурчал тот, кто сидел в сундуке, — ты что дерёшься! Я звала, звала.

— Кого? — снова уточнила, мысленно усмехнувшись: «По-моему, в этом теле или мире, я тупею»

— Сила! — трагическим голосом взвыло из сундука: «Хм… кого-то мне это напоминает», — все ведьмы такие глупые?

— Нет, нам такая досталась, — горестно вздохнула Роза, выползшая из окопа, в котором просидела весь бой.

— Так значит, — сощурив глаза, я, подхватив поудобнее кочергу, ткнула ей сундук, — а, ну выходи, кто там такой смелый.

— Я не могу, у меня нет ног, — хмыкнуло и тяжко вздохнув, продолжило, — я гримуар.

— Тебя ж, уничтожили, ещё лет триста назад, — подхватилась ворона, слетая вниз к сундуку, — а ты здесь?

— Здесь, — грустно промычало, — заперли, а я, между прочим, без силы чуть не исчезла, слабая стала.

— Бедняжка, — посочувствовала Роза, погладив гримуар, — а меня не слышат и мать мою тоже.

— Что делается, а как жить-то?

Стоять после всех перенесённых волнений, я была не в силах, подтянув из угла ведро, перевернула и с «удобством» разместившись, принялась слушать жалующихся друг другу о непростой жизни, фамильяра и гримуара.

— И колдовать не могут, силы нет совсем, — печально сказала ворона, смахивая крылом невидимые слёзы с глаз, — не слышат.

— И знания поди растеряли все, — завыл гримуар, который так и продолжал лежать в сундуке.

— Растеряли, — подтвердила Роза, — вон Сила в тело ведьмы иную душу притянула, хоть слышать нас может, да намаемся мы с ней.

— Намаемся, — согласилось из сундука, — да только одна она осталась, беречь надо и учить.

— Так! Всё, устала, — оборвала страдания двух подружек, — время ночь и я хочу спасть, тебя достать из сундука? Или понравилось там сидеть?

— Она всегда такая?

— Угу, ведьма.

— Она самая, а будете вредничать, оставлю здесь, — согласилась и зловеще захохотала.

— Ох, ты ж, настоящая ведьма, — обрадованно воскликнуло из сундука, — ну наконец-то, ну мы устроим.

— Ээээ, — ошеломлённо промычала Роза, раскрыв клюв, — добро надо, добро! Сила исчезнет!

— Да мы немного, — заверил гримуар, радостно хихикая.

К сундуку я подходила не без опасения, мало ли кто оттуда выпрыгнет, но всё обошлось. В нём была только книга. Кожаная потрёпанная обложка, сверху выбиты треугольники-кружочки, подозрительное бурое пятно в левом углу, а в середине красовались два чёрных ворона — символ мудрости и пророчества.

— Иди сюда, — аккуратно поднимая книгу, которая оказалась довольно тяжёлой, я принялась её разглядывать, — и чем ты говорила?

— Сила, она безнадёжна! — взвыло у меня в голове, — это ж даже новорождённые ведьмы знают.

— А если странички повыдёргиваю? — сощурив глаза, я предупредила о возможных последствиях.

— Нельзя, во мне хранятся знания многих поколений сильнейших ведьм.

— Угу и где они, ведьмы эти? — усмехнулась, осматривая подвал в поисках сумки, пакета или мешка, чтобы засунуть в неё это болтливое с завышенным самомнением нечто.

— Умерли, — горестно вздохнула книга.

— Именно… ага, вот эта в самый раз, — обрадованно воскликнула, заметив под столом подходящую по размеру корзинку, — для чего ведьме фамильяр я знаю: умничать, прятаться за спиной ведьмы во время опасности и надоедать. А для чего гримуар?

— Во мне записаны все законы… — важно начала — это всезнайка.

— Трёхсотлетней давности, — ехидно прокомментировала я, Роза, укоризненно взглянув на меня, покачала головой.

— А ещё хранятся ритуалы, вызовы, заклинания, изображения духов и работы с ними, описание необходимых ритуальных инструментов, одежды, трав, камней...

— Интересненько, — пробормотала, пыхтя забираясь вверх по ступеням, мне жутко не терпелось покинуть этот подвал.

— Гримуар — это настольная книга ведьмы, которой она пользуется и постоянно пополняет новыми сведениями.

— Отлично, просто замечательно, но всё завтра, — произнесла, бухая на стол корзину с вдруг ставшей не подъёмной книгой и зевая, продолжила, — а я спать.

— А учиться? — одновременно прокричали ворона и гримуар

— И не будить! Иначе закладки выдерну и перья ощипаю! — рявкнула, с тоской взглянув на лестницу, что вела в комнату с мягкой кроваткой.

— Утро же, — шёпотом пробормотала Роза.

— Ведьма, — толи выругалась, толи похвалила книга.

Глава 6

— Селин, поднимайся!

— Один… всего один день спокойно выспаться, — пробормотала, зарываясь под подушку и уже оттуда глухо рявкнула, — я много прошу?!

— Ты обед пропустишь, — пискнул детский голосок, — сегодня Сами готовит.

— Встаю, — пробурчала, почувствовав вдруг сильный голод, — пять минут и буду готова.

Зайдя в ванную комнату, пройдя мимо зеркала, я резко остановилась и ошеломлённо уставилась на своё отражение.

— Это… как? — прошептала, разглядывая новую себя. Нет, кардинальных изменений со мной не произошло, цвет волос тот же, веснушки все на своём месте (я пересчитала) вот только я, кажется, стала выглядеть взрослее, не семнадцатилетний подросток. Черты лица изменились, взгляд стал другим, хм… и грудь, по-моему, увеличилась.

Решив, что ломать голову над этим странным явлением в одиночестве нет смысла и я вернулась в комнату, подобрала соответствующий наряд, чтобы скрыть выступающее безобразие, рванула на обед. Есть с каждой минутой хотелось всё сильнее.

— Всем привет, — поприветствовала, влетая на кухню общего дома. Все ведьмочки уже сидели, каждая на своём месте, а Сами расставляла тарелки... с водой.

— Здравствуй, Селин, — недружно поздоровались девочки, жадно приступая к обеду.

Стоило мне устроиться, Сами тут же поставила и для меня тарелку, с супом. Ага, я ошиблась и издали не разглядела два крохотных кусочка, вяленного и, судя по всему, не проваренного мяса, в каждой тарелке ведьмочки в том числе и моей. Пятнадцать крупинок перловки и куски недоваренного лука.

— М… вкусно, — пробормотала, выпивая первую ложку жидкого бульона, — а на второе?

— Капуста жареная.

— Отлично, — думая про себя, что такими темпами я исчезну или блеять начну.

Обед прошёл в молчании, а вышли все из-за стола голодные, по крайней мере, я точно. Но обижать ведьмочку не стала, поэтому поблагодарила и быстро покинула дом, перед этим выслушав от каждого ребёнка, кто куда и зачем идёт.

Если я верно поняла, каждая ведьмочка занимается посильным трудом на благо общины. Собирают выращенные в саду лекарственные травы, сушат, готовят настои, мази и прочую ведьминскую ерунду. Часть детей занимались в садах прополкой, рыхлением и поливом. Кто-то остаётся присматривать за общинным домом, так сказать, дежурный по кухне. И у меня тоже была обязанность, я готовила растирку, микстуры от кашля и ещё что-то, оказывается, у Селин всё же сохранилась капля силы и её лекарственные сборы были более эффективнее.

Но сейчас мне было не до микстур от кашля, надо учиться, причём срочно. Сила есть — ум нужен, хихикала, пока, возвращаясь к своему дому. Если продолжить вот так жить, в скором времени мы просто все умрём от голода, а ещё не забываем, про кандалы на руках девочек.

Подходя к дому, я себя так накрутила, что появись рядом со мной Корс, его бы посетил маленький зверёк песец.

— Заявилась, — недовольно пробурчал гримуар, стоило мне переступить порог кабинета, — день почти подошёл к концу, а она только проснулась.

— Не бухти, кто виноват, что днём ты звать не можешь?

— Я звала, — возмутилась книга, — да ты не слышала

— Где Роза? — прекратила дальнейшее нытьё

— Улетела на материк. Она раз в неделю присматривает за магами, узнает, что там происходит и предупреждала бы, да её не слышат, — укорил гримуар непонятно кого.

— Замечательно, своя шпионка в стане врага, — довольно потирая ручки, воскликнула я, — а теперь давай.

— Что давай, — с недоумением в голосе переспросила книга.

— Учи давай

— Ну открывай, — довольно проронил гримуар и вот чувствовала какую-то пакость, так нет же…

— Ай! Что это? — крикнула, рассматривая, как на пальце проступает алая капелька.

— А ты думала, знания, собранные веками самыми сильнейшими ведьмами так просто всем, откроются? А вдруг ты маг подлый и теперь хочешь узнать все тайны ведьмовские.

— Ага, он самый, — буркнула, открывая первый лист гримуара, — и где здесь написано, как быстро вырастить овощи?

— Хм… нет такого заклинания

— А наколдовать окорок свиной или тушку птицы?

— Ведьма! Ты издеваешься!

— Нет, — искренне ответила я, не понимая, что так разозлило книгу.

— Во мне знания, как демона призвать, горы разрушить, ядовитые растения быстро поднять, чтобы со злодеями разобраться, кап…

— Так, а вот здесь поподробнее, — перебила разнервничавшийся гримуар, разве виновата я, что после невероятно вкусного супа с водой, кроме еды, я ни о чём думать не могу. А вспомнив наши запасы на две недели, мне хочется завыть.

— Страница, тысяча пятьсот седьмая, — обрадовалась книга, моей тягой к знаниям, — здесь сказано, что надо…

— Я сама, — остановила всезнайку, уставившись на открытую в нужном месте страницу, удивлённо хлопала глазами — я понимала, что написано.

— Видела? Чтобы вырастить необходимое растение, надо подкормить его запасами яда, — довольно прокомментировала книга.

— Это что за абракадабра? — уточнила, ткнув пальцем в набор букв, — это каким узлом надо язык скрутить, чтобы такое выговорить?

— Заклинания, — назидательным голосом изрекла всезнайка, — их тебе надо выучить, но прежде идём в подвал, там ещё сохранился яд горзы, нужно три дня поливать им растение.

— Угу, — кивнула, переписывая на листочек заклинание, — всё я готова.

— Как? Эй, ты куда? — воскликнул гримуар, подпрыгивая на столе, — меня возьми.

— Ты будешь бухтеть и мешать

— Не буду, — заверила меня всезнайка.

— Смотри мне, — зачем-то погрозила пальцем и, уложив книгу в корзину, устремилась к выходу, — ты чего такая тяжёлая стала.

— Знания распечатываются, — гордо произнесла книга, — скоро стану ещё тяжелей.

— И будешь лежать на столе в кабинете, хотя нет. Вдруг маг какой заявится, верну тебя в подвал и будем тебя с Розой навещать раз в неделю.

— Нет! А как же учится…

— Выпишу пару страничек — выучу, — пожала плечами, не понимая в чём сложность.

— А как же... я придумаю что-нибудь.

— Ну придумай, — согласилась я, осматриваясь, за время нехитрого разговора, мы добрались до ведьминого сада, в нём чахлой морковки не росло, — на чём бы поэкспериментировать?

— Может, не надо? — с сомнением в голосе проронил гримуар, — необходимо всё выучить, а уж потом.

— Неее... долго, времени нет. Будем сразу на практике, — возразила, продолжая выбирать подходящий куст.

Я, конечно, понимала, что рискую и влезаю в то, где совершенно ничего не соображаю. Но меня словно что-то толкало и подзуживало — попробуй. А вообще, я всегда была очень ответственным и предусмотрительным человеком, а здесь я ведьма.

— А яд ты не взяла, — не забыла упомянуть книга, — и три дня нужно кормить.

— Я и не собиралась это делать, — с усмешкой бросила я, — мне надо вырастить овощи для ведьмочек, а то скоро ветром унесёт, такие худющие.

— Я же сказала, нет таких заклинаний, — буркнула всезнайка.

— Будут… вот как ты думаешь, подходящий кустик?

— Может, тогда хоть подальше уйдёшь? Не ровен час, вырастишь дрянь какую

— Хм… здравое предложение, в лес?

— Давай, — тяжело вздохнул гримуар

— Нет, там растений много, как вырастут все и не выбраться, так и помру молодой и красивой.

— Кхм… — хмыкнула книга, но комментировать всё же не стала и правильно сделала.

— На берег идём, там травка маленькая растёт, вот её и вырастим.

— Идём, — снова тяжело вздохнул гримуар, — всё равно же сделаешь по-своему… ведьма.

— Оставлю здесь, — предупредила, подхватив корзинку в руки.

Пока шли к берегу моря, гримуар узнал от меня немало новых и интересных производных. Некоторые её возмущали, но многие восхищали.

— Надо страничку отдельную выделить и записать, — восторженно пищала всезнайка, — как ты сказала: «Греби ушами в камыши» и «Ондатра тоскливая».

— Угу, всё хватит, обратно не потащу, — прохрипела, падая на зелёную травку, — ты много ешь.

— Это знания.

— Всё равно не потащу, или уменьшайся, или вырасти себе ноги и топай сама.

— Ведьма

— Знаю, — лёжа на травке, я пыталась отдышаться, чуть сощурив глаза от яркого солнечного света, смотрела в небо, по которому медленно проплывали маленькие пушистые облака. Понимая, что той боли, что разъедала меня изнутри больше нет — исчезла. В теле появилась лёгкость, хотелось жить. Возможно, при перемещении вся боль, горечь и вина — стёрлись, остались лишь смутные воспоминания.

— Ты долго будешь валяться?

— Нет, — ответила, поднимаясь, — ну что приступим?

— А может, не надо?

— Надо, — уверенно произнесла я, всматриваясь в неровные строчки, — Kwa hisani ya raiamwema. Ni anasimama wazi. Nguvu shina na miiba. Huu ndio utetezi wake. Kama una rafiki mzuri. Yeye kupambana na mwisho.

— Не получилось? — спустя минут пять спросила книга, в её голосе слышалось сочувствие и капелька ехидства.

— Нет, — задумчиво протянула я, — может, надо было коснуться рукой об эту траву? И представить, как сила струится? А вообще, где она? Сила эта?

— Везде, — ответила всезнайка.

— И стало сразу всё понятно. Ладно возвращаемся, — горестно вздохнула, представив, сколько ещё тащить на себе тяжёлый гримуар.

— Наверное, ты неправильно прочитала? Я плохо расслышала последнюю строчку, там что было про защиту.

— Слово в слово повторила, — возразила я, — Yeye kupambana na mwisho.

— Ну точно, а надо было: Yeye kupambana FAT mwisho.

— Ещё раз попробуем? — предложила книге, но тут же замолкла, ошарашенно наблюдая за происходящим.

Со стороны моря к острову быстро приближалась чёрная точка, но стоило ей пересечь не видимую глазу черту, как трава молниеносным движением вырастила свои травинки, ловко спеленав нарушителя границы — шмякнула его о землю.

— Эээ, — промычала книга, тоже находясь в шоке от происходящего.

— Каррр, — воскликнул нарушитель, всё ещё лежащий в объятиях воинственной травы.

— Ррроза, — промямлила я, осторожно пробираясь к вороне, трава, которая только что вставшая стеной высотой около двадцати метров, теперь снова лежала красивым и уютным ковром.

— Безобррразие! Стоило вас оставить одних, — возмущалась птица, клювом пытаясь освободится, но после каждого её движения, трава всё сильнее сжимала свои объятия.

— Гримуарчик? — прохныкала я, не зная, как подступится к кокону.

— Скажи, чтобы отпустила.

— Да? Так просто?

— Твоё же создание, — хмыкнула книга, — не мешая я записываю новое заклинание, это ж надо… траву оживила.

— Отпусти, — добавив строгости в голосе, произнесла я, прекратив слушать восторженную всезнайку.

Трава шевельнулась, но не выпустила ворону. Фамильяр недовольно каркнув, клюнула ближайшую травинку.

— Отпусти, Роза своя! Её ловить не надо, — проговорила и заметив, что ничего не происходит, продолжила, — ты большая молодец! Очень храбрая и сильная!

После моих слов все травинки выстроились в ровный строй, а ворону распеленали, та, не мешкая, рванула на своих двоих подальше от грозной защитницы, на ходу ругаясь. Услышав новые слова, гримуар зашелестел страничками:

— Повтори, что сказала!

Наблюдая за этим безобразием, я, тяжко вздохнув, пробормотала, — картоху таким заклинанием выращивать не стоит, боюсь представить себе, что из этого выйдет.

Глава 7

На протяжении недели я штудировала болтливый гримуар, одновременно слушая ехидные комментарии вороны.

Я сердилась, повторяя не проговариваемые слова, Роза обеспокоенно поторапливала и только всезнайка оставалась довольной, пополняя свою «отдельную страницу» новыми словечками.

— Всё, на сегодня хватит, — устало пробормотала, откидываясь на спинку стула, — завтра пойдём экспериментировать. Запасы подходят к концу и надо что-то решать с этим быстро.

— Уверена? — уточнила книга, ставшая, в два раза больше и тяжелее. Гримуар так и не придумала, как уменьшится и теперь горестно вздыхала, когда мы её оставляли в одиночестве.

— Нет, но надо пробовать, — пожала плечами я, — выучить разом всё что в тебе записано, просто не достижимо.

— Ну… почему можно, — осторожно пробормотала всезнайка, чуть уменьшившись в размерах, самую капельку.

— Что! — рыкнула я, уставившись на эту наглую особу, — и ты молчала, Роза нет, ну ты глянь на эту вредину. Отдам тебя Барси, она у нас любвеобильная.

— Не надо Барси, — взвизгнула книга, ворона ехидненько засмеялась.

Барси — наша защитница-трава, выбрала для себя именно такое имя, честно признать ей подходит, ластится как кот. И эта кошечка оказалась действительно очень любвеобильной дамой, теперь мимо неё кроме меня никто спокойно не может пройти. Все попавшие в её поле зрение ловились, опутывались и прижимались к сердцу, ну то есть к корням.

Ворона с первого раза не поняла такой подставы и была ещё раз поймана, когда в полёте очутилась слишком близко к Барси. К вечеру только хватились нашей Розы, та ещё два дня на нас дулась. Нее, ну, правда было очень смешно, такая зелёная гусеница с головой вороны, орущая на весь остров и Барси укачивающая расшумевшееся дитятко, пыталась засунуть в клюв вороны яркий цветочек.

В итоге, на общем собрании я, ворона и книга, постановили, что необходимо сообщить о новом питомце девочкам-ведьмам, мало ли кто из них забредёт в объятия зелёной красавицы.

Самия, конечно же, не поверила и, прихватив с собой Агги и Джейн, отправилась доказывать мне, что я наглая врунишка. Зря она меня так назвала, да ещё и приблизилась к Барси. С трудом уговорила травку не душить в своих объятиях мою обидчицу. Напуганные девчонки с визгом отскочили, Самию успокоили. До сих пор не помню, что плела, но, кажется, поверили в неудачное исследование с эликсиром и найденном среди бутылочек на полке мерцающем порошке. Говорить, что у меня есть Сила, ворона не рекомендовала.

И вот теперь, когда я мучаюсь, зубрю этот неподъёмный талмуд, с трудом выговаривая зубодробительные заклинания, чтобы быстрее освоить Силу и освободить ведьмочек от кандалов, мне сообщают, что можно ускорить процесс обучения.

— Так и знала, что ругаться будешь, — промямлила книга, обиженно захлопываясь.

— Конечно буду! Да тебя лет сто надо читать, а выучить так все триста! — злилась, на бесполезно потраченные дни, а можно было одним махом все знания загрузить в мою голову, — вот скажи, зачем в тебя записали, как варить суп, а? Другой книги не нашлось? Ведь обычный гороховый суп!

— Ведьма, книжки перепутала, а что уже внесено не убрать.

— И много таких перепутанных? — уточнила, сощурив глаза, чувствуя, что закипаю.

— Достаточно, вы ведьмы несобранный народ, — буркнул гримуар и ехидно добавил, — а ещё не благодарный.

— Рассказывай, как запихнуть всё, что в тебе есть одним махом.

— Больно будет, поэтому и не предлагала.

— Потерплю

— Очень больно, на такое решились только две ведьмы и знаний было в два раза меньше, а приходили в себя три дня, — предупредил гримуарчик.

— Хм… но выбора у меня нет, — пробормотала, тут же вспомнив жуткие ощущения на капище.

— Может не надо, — прокаркала Роза, с сочувствием взглянув на меня, — будем по очереди выбирать нужные заклинания.

— Слушай, сама не хочу.

— Переверни меня, — тяжко вздохнул гримуар, но не удержался и зловеще продолжил, — открой последнюю страницу, там источник всех знаний.

— Что ж, ты такая толстая стала, — пыхтя, я с трудом перевернула книжку, — такс… и что тут у нас… ага.

— Даже не знаю, тебе бы сразу лечь надо, — задумчиво протянула ворона, тоже вглядываясь в книгу.

После её слов мне стало ещё страшнее, но как я ранее сказала, выбора у меня нет. Изучать этот талмуд, пробираясь сквозь дебри ненужного, я буду слишком долго. А малышке Агги стало плохо, уже два дня не поднимается с кровати. Роза, которая может быстро передвигаться по острову и пока ведает больше меня, сообщила, что та сила, что с рождения дарована всем ведьмочкам, из-за кандалов — разрушается. Так уже было два года назад, ведьмочку спасти не удалось…

— Утащить тебя в комнату я не в силах, — проговорила я, с укором взглянув на огромную книгу, — значит, принесу сюда шкуру из гостиной, подушку и плед. И наверное, двери и окна надо запереть, неизвестно сколько я проваляюсь.

— Я прослежу, — заверила Роза, с сочувствием глядя на меня, — и водички поближе принеси.

— Хорошо, — кивнула, покидая кабинет, — я мигом.

Готовилась к получению знаний, как к чему-то ужасному. Закрыла все двери и окна в доме, натащила из кухни колющих и режущих предметов. Кувшин с водой и стакан, кусочек чёрствой лепёшки. Шкуру расстелила на полу, туда же кинула подушку и плед.

— Ну всё, я готова, — с сомнением в голосе произнесла я, сделав глубокий вдох, положила ладонь на пентаграмму и зашептала, — Maarifa yana nguvu! Kura ya maoni ni amani... haitoshi kujua ukweli kina: ni lazima mateso (Знание — сила! Незнание — покой… Глубокую истину недостаточно узнать: её надо выстрадать)

Стоило закончить, как тысяча иголочек впились в мою ладонь, я с трудом удержалась, чтобы её не одёрнуть. И тут же голову прострелила острая боль. Через минуту почувствовала, как ладонь освободилась и я словно в тумане, натыкаясь на кресло, стул, еле передвигая ноги, буквально рухнула на пол и отключилась.

Не знаю, сколько времени пролежала на этой шкуре, но встать с первого раза не смогла. Тело затекло, а руки отказывались слушаться.

— Селин, — обеспокоенно спросили гримуар и ворона, которая тут же опасливо отодвинулась от меня подальше.

— Да? — сиплым голосом прохрипела, горло болело жутко, словно я, не прекращая орала несколько дней подряд.

— Ты как?

— Как будто меня пожевали и выплюнули.

— Ты помнишь кто я? — не отставала ворона, я же, заметив рядом с собой пустой кувшин, удивлённо приподняла бровь.

— Тебя помню, но не помню, чтобы пила воду, — проронила, осматриваясь. Кабинет выглядел плачевно, будто пережил шторм, цунами и песчаную бурю одновременно.

— Вернулась, — облегчённо выдохнули ворона и книга.

— А я уходила? — прохрипела и тут же закашлялась

— Сейчас водички принесу, — суетливо подхватилась Роза и упорхнула в открытую дверь. Через минуту она притащила стакан с водой, держа его в лапах.

— Спасибо, — поблагодарила, чувствуя, как живительная влага обволакивает горло, давая облегчение, — так что здесь произошло? И как долго я провалялась?

— День всего, — ответила всезнайка, — но такого я никогда не видела.

— А по ощущению не меньше недели, — пробормотала, приводя себя в порядок, почему-то рубашка была расстёгнута, волосы всклокочены, да и вообще в целом вид был безумный.

— Ты все жизни ведьм, которые были хозяйками гримуара, через себя пропустила, — тихо пробормотала Роза, — не знала, что ведьма Осин была такой жестокой, а ведьма Рина, слишком любила мужчин.

— Хм? — недоумённо уставилась на напуганную ворону, я прислушалась к себе, — ох ты ж… и когда я так повеселилась.

— Не ты, — хмыкнул гримуар, — а ведьмы, чьи знания, память, чувства сохранились во мне.

— Пройдёт немного времени и всё уляжется, — печально продолжила Роза, — ты бы шла, умылась, что ли, а то ведьмочки придут — напугаются.

— Добрая ты, — насмешливо бросила, попыталась подняться, но силы притяжения оказались мощней и меня придавило к полу, — здесь полежу.

— Там Агги хуже стало, — произнесла ворона и меня тут же подбросило, — так бы сразу.

— Вернусь, перья выщипаю, — пообещала я и поплелась в ванную, — нет, с такими нагрузками пора переезжать на первый этаж, не заберусь же.

Не с первого раза, но всё же я добралась до ванной, потом до комнаты и умытая и переодетая появилась в кабинете почти полна сил.

— А поесть что-нибудь осталось? — состроив просительную мордаху, я окинула бардак в кабинете, — ещё и убираться.

— Лепёшка есть, та, что ты принесла и Амара у порога капусту жареную оставила, и каша там, по-моему, в миске лежит.

— Отлично, — воскликнула, рванула из дома, предвкушая будущий пир, никогда за собой не замечала такой тяге к еде, но как объяснил гримуар, это восполнение потраченной Силы.

Слопав всё, что было до последней крошки, я вернулась в кабинет, где ворона и гримуар, что-то вполголоса обсуждали.

— Приступим, — воскликнула, напугав двух заговорщиц, — тысяча девятьсот восемьдесят шестая страница.

— Готово, — отрапортовала книга, открывшись в нужном месте.

— Отлично, вот смотри, чтобы снять браслет нужна кровь, сила и добровольная жертва, — прочитала, водя пальцем по неровным строчкам, — сила есть, кровь — раздобудем, кто будет жертвой? Меня нельзя, сразу предупреждаю.

— Меня тоже, я должна за тобой присматривать, — тут же отреагировала Роза.

— А во мне знания, — пропыхтел гримуар, — они хранятся для поколений.

— Так и знала, — фыркнула, насмешливо взглянув на двух своих подружек, — ладно пожертвую свою прядь волос.

— Это не жертва, — возразила книга.

— С чего это? Это мои волосы, мне их жалко, но я жертвую.

— Не по правилам, — продолжила бурчать книга, Роза с удивлением переводила взор то на меня, то на гримуарчик, но не вмешивалась.

— Где написаны эти правила? А? — хмыкнула, мысленно потирая ручки, — нет точных данных в твоей книги, там так и было написано: «часть себя принести добровольной жертвой».

— Так про душу же, — сердито прохрипела книга, обиженно захлопнув обложку.

— Где написано про душу? Часть себя, прядь волос часть меня? — спросила, но гримуар надулся и молчал, — Роза?

— Часть, — потрясённо подтвердила ворона.

— Я эту часть добровольно жертвую, — подытожила, поднимаясь, — всё пошла экспериментировать, Роза, ты можешь подглядывать.

— Вот ещё, — фыркнула ворона, но я точно знаю, что стоит мне покинуть дом, как она тут же рванёт вдогонку.

— Ничего у тебя не выйдет, — крикнул вслед гримуар.

— Не каркай, не ворона, — бросила в ответ.

Глава 8

Приближаясь с каждым шагом к дому Агги, меня окутывало странное волнение, чего-то прекрасного и одновременно жуткого.

И было откровенно боязно идти туда, начать использовать Силу, а если не выйдет? И малышка погибнет? Но выбора, к сожалению, нет… переступая порог комнаты, несколько раз моргнула, вглядываясь, на окнах плотные шторы были задёрнуты, и помещение находилось в полумраке.

— Селин? — прошептала Самия, украдкой стерев со щеки слезу, — сегодня я дежурю… Знаешь, ей утром было лучше, но час назад стала хрипеть.

— Самия… я должна кое-что сделать, и ты мне можешь помочь, — осторожно начала говорить, одновременно осматриваясь, — только прошу оставить всё, что сейчас произойдёт втайне, и я должна предупредить, что не уверена в том, что у меня получится.

— Селин, о чём ты? — с недоумением взглянув на меня, пробормотала ведьмочка, меняя влажную тряпицу на лбу у Агги. Малышка была неестественно бледна, над верхней губой собрались капельки пота, а из груди доносился свист, будто ребёнку что-то мешало дышать. Такая крохотная, с тёмными кругами под глазами, на огромной кровати.

— Клянись Силой.

— Хм… всегда была дурной. «Мать Сила, да лиши меня благословения, если раскрою кому-либо, то что сейчас увижу, услышу и почувствую», — проговорила Самия, и с горькой усмешкой добавила, — ну и что дальше?

— Принеси нож, миску, закрой двери дома и иди сюда, — распорядилась я, откидывая с Агги одеяло.

Самия, молча ничего не сказав, сделала, что я просила и с немым укором, замерев у кровати, наблюдала за моими действиями.

Я же, расправив сложенный вчетверо клочок бумаги, ещё раз перечитала заклинание и, посмотрев на крохотное запястье Агги, тяжело вздохнув подняла к потолку голову, пробормотала:

— Помоги…

Откромсав прядь своих волос, кинула их в миску, следом чиркнув лезвием ножа свою ладонь, взвизгнув от резкой боли, несколько капель выдавила туда же. Выдохнув и сжав челюсти, трясущими руками сделала крохотные надрезы на обеих запястьях Агги, выдавив с них по капельке крови.

Теперь осталось всё смешать и, не сломав язык, прочитать заклинание и молится, Силе, Всевышнему, да хоть чёрту, главное, чтобы всё получилось.

— Селин? — прошептала ведьмочка, настороженно наблюдая за мной, — ты уверена?

— Нет, — покачала головой, — но я должна попробовать.

— Да… надо попробовать. Агги умирает, и если у тебя получится…

— Осталось немного, — перебила ведьму, не нравятся мне такие разговоры, — Самия я не знаю, что произойдёт после того, как я закончу, но прошу, помоги.

— Конечно

— Начинаю, — предупредила ведьмочку и, сделав глубокий вдох, произнесла, — Kutupa mbali pingu tight, Angalia huku na huku! Fikiria tu juu ya mema, Kusahau yaliyopita. Na kuwa na mzigo mzito, Hit barabara! (Сбрось оковы тесные, оглянись вокруг! Думай только о хорошем, прошлое забудь. И, расставшись с тяжкой ношей, отправляйся в путь)!

Как только последние слова были проговорены, столп света неизвестно откуда взявшийся в тёмной комнате, пронзил мертвенно-бледную Агги и меня, тело ребёнка изогнулось, из груди раздался хрип, следом жалобный крик и звонким звуком, словно удар колокола, раскололись на две половинки железные браслеты, висящие на тоненьких ручках маленькой ведьмочки.

— Селин! Как? Агги, она… Она, ей лучше… — неверующе сжав кулаки, так что побелели костяшки, бормотала Самия, переводя свой взгляд то на меня, то на Агги, — Селин!

Девушка успела подхватить, падающую меня. Как только свет исчез, мои ноги разом ослабели, и я повалилась на пол.

— Спасибо, — поблагодарила Самию, падая в кресло, — посмотри, как девочка.

— Итак уже вижу, что лучше, как такое возможно?

— Воды принеси, пожалуйста, в горле пересохло.

— Держи, — Самия подала стакан с холодной водой уже через минуту и с трудом дождавшись, когда я его осушу, нетерпеливо повторила, — как?

— На капище мне удалось избавиться от браслетов, они свалились с меня, после произнесённого заклинания, но я не была уверена, что сработает на вас. За эту неделю перерыла много заклинаний, искала ответы, торопилась.

— Но Агги стало хуже, и ты решила попробовать? — перебила меня Самия, — ты молодец! Я видела, что тебе было больно.

— Да…, — кивнула, потирая рукой в районе груди, видимо, в этом месте у меня концентрируется Сила.

— Но у тебя же браслеты на руках?

— Они так же спали, их мы подобрали у алтаря вместе с Агги, а Джейн каким-то образом склеила их.

— Но нарушение цепи магов я не вижу, — задумчиво протянула Самия, внимательно посмотрев на мои руки, тут же перевела взгляд на валяющие на полу наручни Агги, — и здесь нет нарушения.

— И? Это же хорошо?

— Да, но странно.

— Ещё бы, — устало буркнула, обхватив голову руками, — но лучше так.

— Ты сможешь снять с остальных?

— Я попробую и постараюсь сделать всё, что в моих силах, — заверила девушку, в глазах которой появилась надежда, — но не сегодня.

— Конечно, не сегодня, — улыбнулась Самия, — но надо взять с каждой ведьмочки клятву Силы, девочки хорошие, но маги изворотливые, жестокие и смогут вытянуть из нас сведения обо всём произошедшем.

— Надо, — согласно кивнула, чувствуя, как тело понемногу восстанавливается, — нам необходимо время, чтобы обезопасить себя и свой остров.

— Ха, так та Бариска всё же ожила не благодаря эликсиру? — тут же отреагировала Самия, забавно наморщив носик.

— Пыталась вырастить, — усмехнулась я, — нам продукты нужны, думала морковь, да картошку и что там ещё в огороде есть увеличить.

— Не удалось, — рассмеялась Самия, — у меня где-то лежали мамины записи, она пыталась разобраться, почему у нас овощи не растут, я тебе дам посмотреть

— Спасибо и, кстати, не советую травку называть Бариской, она Барси и эта дамочка очень обидчивая, залюбит до смерти.

— Запомню, — очень серьёзно ответила ведьма, тут же обрадованно воскликнув, — Агги, малышка, ты очнулась.

— Что вы тут делаете, — просипела девочка, оглядывая комнату, — ночь?

— Нет, — покачала головой Самия, не обращая внимания на бегущие слёзы из глаз, — ты просто болела, но теперь всё хорошо.

— Болела?

— Да, болела. Самия у нас есть отвар? Супчик? Агги наверняка голодна, и я тоже, — преувеличенно бодрым голосом воскликнула я, думая, что Самия не такая уж и ведьма.

— Есть, сейчас сюда принесу, — всхлипнула девушка, покидая комнату.

— Я умирала? — тихим голосом спросила Агги, уставившись на меня таким взглядом, что у меня мурашки по спине поползи, от нестыковки увиденного.

— Да, — не стала врать этому взрослому ребёнку.

— Я помню, как пекло в груди, как что-то рвалось ко мне, — прошептала малышка, — всё-таки сила у тебя есть?

— На капище получила, — снова не стала отнекиваться, — почему ты и Джейн никому не рассказали о том, что я сняла с себя браслеты?

— Никто тебе не верил, только я и Джейн, — пожала плечами кроха, которая с каждой минутой выглядела всё лучше, — зачем тогда говорить.

— Спасибо, — поблагодарила столь рассудительную ведьмочку, — но клятву стоит принести.

— Знаю, — кивнула и повторила те же слова, что и совсем недавно Самия.

— Так, — с облегчением выдохнула я, и потирая руки, прошептала, — ну сейчас мы с вами такое устроим.

— Что устроим? — в комнату с подносом в руках вошла Самия и тут же принялась ловко расставлять тарелки и кружки на небольшой прикроватный столик.

— Переворот, — хмыкнула я и рассмеялась, заметив удивлённые лица девчонок, — магов убить, людей в рабы и будем править миром.

— Селин! Ну и шуточки у тебя, — возмутилась Самия, продолжив своё занятие.

— Какие тут шуточки, я вполне серьёзно, — возразила я, подхватывая со стола тарелку с жидкой перловой кашей, — для начала Корса раскулачим, сделаю так, что сам всё привезёт по списку.

— Нет, он жадный, — покачала головой Агги, — и злой.

— Ничего, выбора у него не останется, — зловеще прошипела я, состроив страшную гримасу, отчего ведьмочки прыснули от смеха.

— Не выйдет, — настояла на своём Агги, держа в руках кружку с отваром, она, прикрыв глаза, с наслаждением вдыхала лёгкий аромат мёда и ромашки.

— Посмотрим, — задорно, подмигнула, поднимаясь с кресла, — Самия спасибо, мне пора идти. Завтра приходи после обеда ко мне, попробуем ещё раз…

— Хорошо, и… спасибо, Селин.

Домик Агги покидала с чувством счастья и удовлетворения, но его тут же попытались испортить.

— Двери заперли, окна закрыли и шторы задёрнули, — каркнула недовольная ворона, которой не удалось подсмотреть.

— Прости, но по-другому нельзя.

— Хоть щёлочку оставила бы.

— Как-то не до этого было.

— Ведьма, — бросила ворона и полетела вперёд.

— Надо же обиделась, — пробормотала, глядя вслед отдаляющему фамильяру, — ладно придумаю что-нибудь.

Через десять минут я входила в кабинет, в котором Роза с чувством жаловалась на бессовестную меня — гримуару. Тот тяжело вздыхал, ругался, на злую ведьму, которая не хочет носить его с собой, а она, между прочим, похудела на целых сто грамм.

— Перья выщупаю, странички повыдёргиваю, — рыкнула я, напугав этих заговорщиц своим неожиданным появлением.

— Ведьма! — разом выкрикнули помощнички.

— Она самая, — согласилась я, — кто будет гуньдеть, тому не расскажу, как всё прошло.

— Не буду, — снова разом произнесли ворона и гримуар.

— Так-то, в общем, Агги лишилась браслетов и ей теперь гораздо лучше, поняла? — ехидно обратилась к гримуару, — жертва принята, завтра придёт Самия, будем с неё кандалы снимать, хорошо ведьмочек немного, а то ходить мне лысой.

— Не может быть, — буркнула книга, раскрыв страничку на какой-то страшной кракозябре.

— Сама такая, — хохотнула, наблюдая за ошалевшей вороной, — кстати, о лысой. Открой мне страницу пятьсот тринадцатую.

— Не буду, опять вычитаешь и перевернёшь, как тебе удобно, — заворчала книга, — а эти знания копились столькими могущественными ведьмами.

— Ага, открывай, а то Барси отдам, — пригрозила я

— Не унесёшь, я толстая, — ехидно прошипел гримуар.

— Ради такого дела волоком утащу, а Роза поможет.

— Карр, — возмутилась ворона, закатив глаза, — Сила! Что ведьма, что гримуар!

— На, читай! Ведьма, — крикнула книга, раскрываясь на нужной странице.

— Вот так бы сразу, — довольно пробормотала, вчитываясь в строчки, — какой корявый почерк был у ведьмы, жуть просто. Это какая буква?

— Р или нет, Д, — задумчиво принялся гадать гримуар.

— Ладно, попробуем и так, и так, — махнула рукой на непонятные каракули, — ворсинка мыши, лапка паука, глаз выдры, какая-то лерсака и порошок миртвы. Сила, что это? И кто из вас отправится за глазом выдры?

Глава 9

Прошло три дня с тех пор, как мне удалось снять браслеты с ручек Агги, малышка с той поры стала гораздо лучше выглядеть. Поправилась, тёмные круги под глазами и бледность прошла, теперь этот тринадцатилетний ребёнок похож скорее на лет так десять, а не пять — шесть, как ранее.

Я тоже изменилась… Хм, из подростка превратилась в такую прям красавицу, правда, вредный гримуар уверяет, что до прекрасной и уже давно мёртвой ведьмы Азалеи мне далеко.

Ну так, ещё бы, я за эти три дня почти всех ведьмочек освободила, первую после Агги — Самию, через часик восстановившись, ещё одну. Итак, каждый день, к вечеру я с трудом поднималась в комнату, а добравшись, до кровати падала навзничь.

Сегодня ещё с двух снять и отправлю их Джейн, она умничка увлекается механикой, а теперь у неё появилась ещё, и Сила и мы с ней такого наворотим.

Зелье для Корса мне всё же удалось сварить, глаз выдры не понадобился, это оказалось название травы, которую запасливая ведьма, хранила в том же подвале, где я обнаружила вредный гримуар. Зелье я испытала на растениях — работает отлично. Осталось дождаться жадного Корса… я уже и список необходимого заготовила, весь вечер с девочками вносили всё необходимое, внушительный такой получился.

А ещё мы каждый день учились чувствовать Силу, садились с освобождёнными от кандалов ведьмочками в кружок и под бубнешь гримуара, который слышу только я, пытались найти в себе место концентрации силы. Все усердно учились, понимая, что от этого зависит наша жизнь.

— Селин, мы пересадили Барси рядом с каждым домом, — отрапортовали две малышки.

Вырастить такую же защитницу мне пока не получилось, и обсудив с ней, ой не спрашивайте, как мне это удалось, мы приняли решение её рассадить, а там она сама постарается увеличить количество травинок.

Для начала Самия, которую всё же великодушно простили, высадила Барси маленьким пучочками вдоль всего берега, сделав такой зелёный заборчик, охраняющий весь остров по периметру. А вот теперь решили ещё и возле каждого дома ведьмочки посадить.

Ещё бы с воздуха защитится, но ворона уверяет, что маги летать не умеют, самолёты, дирижабли и прочее ещё не придумали и даже ведьмы ни на мётлах, ни в ступах по воздуху не передвигаются. Но это я ещё просто не добралась…

— Умницы, теперь полить не забудьте.

— Селин! Лодка! Лодка к берегу подплывает, через десять минут будет, — прокричала Агги, бегущая со всех ног в нашу сторону.

— Чёрт! Не по графику! И кого это так рано принесло?

— Маги так только могут появляться, — напугано прошептала Самия, — что делать?

— Без паники, как договаривались: ты и девочки малюем морду-лица пострашнее, будто вот-вот помрёте от бессилия. Барси притворись травой и пока не дам команду, не шевелись! И даже на ветру тоже, никакого движения! А я пойду в дом за списком.

К берегу шла одна, нарисовав тени под глазами, выделила скулы, припудрила волосы, чтобы были тусклыми (зря мы, что ли тренировались с девочками) я, еле волоча ноги, добралась-таки до гостей раньше их прибытия.

Ворона следила за происходящим сверху, клятвенно пообещав, в случае нападения на её любимую ведьмочку, расклевать темечко наглому магу.

Ну а я, как бы ни храбрилась, натянув полуобморочною гримасу на лицо, принялась громко постанывать, стоило лодке коснуться берега.

— Селин? — спросил красивый бархатный мужской голос, от которого по моему телу пробежались, пританцовывая мурашки.

— Да, — просипела я, подволакивая ноги, сделала ещё один шажочек, но всё же не слишком близко, как раз на то расстояние, где сможет дотянуться Барси.

— Я, Дэвид Крайтон по приказу Его Величества, требуется осмотреть ваш остров, узнать, что вам необходимо.

— Добро пожаловать, господин Дэвид Крайтон, — чуть улыбнувшись и тут же застонав, я мысленно ругнулась «Вот не вовремя ты Дэвид, ох как не вовремя, со своими проверками», — что вас интересует?

— Вы пригласите меня? — с улыбкой произнёс этот нахал, надо сказать очень красивый нахал…

— Конечно, — кивнула, — а ваш помощник тоже идёт?

— Нет, он останется в лодке.

— Хорошо, тогда пройдёмте, — пригласила мага, отправилась назад к домикам, надеясь, что ворона проследит, за вторым проверяльщиком, чтобы не шастал по острову.

Что сказать, шли мы очень долго, идти я по легенде не могла — обессилила, а так хотелось быстро избавиться от шпиона.

— Селин? Вы плохо выглядите, — вдруг на полпути, спросил маг, видимо, устал передвигаться со скоростью улитки.

— Силы покидают нас, — прохрипела и натурально так закашлялась, — и питаемся очень скудно.

— Я разберусь с питанием, — задумчиво произнёс маг, а про силы сделал вид, что не услышал. Мысленно расчленив мужчину, я стала идти ещё медленнее.

— Дома обвешали, ремонтировать некому. Еды привозят крохи, да вы сами всё увидите. Обувь стёрлась, а кому-то стала мала, нам девушкам приходится много трудиться, чтобы готовить для людей отвары, мази, травяные сборы, но за это очень мало дают, — я принялась ныть и жаловаться, а что приехал проверить — получай.

— Его Величество только принял наследство от своего отца и обязательно в скором времени рассмотрит вашу просьбу, — заученно, видно, не один раз такое говорил, произнёс Дэвид.

— Спасибо, я буду вам благодарна, — улыбнулась я, и чуть помедлив, добавила, — а браслеты, удерживающие нашу силу, снимете? Ведьмочки погибают и нас остаётся с каждым годом все меньше.

— Я не могу сейчас вам ответить Селин, — стушевался маг, было заметно, что эта тема обсуждаться не будет.

— Очень вас прошу, — процедила, чувствуя, как Сила во мне взбунтовалась, с трудом уняв её, я продолжила, — отвару?

Накормив мага, пожелав ему подавится, жидкой кашей, без мяса, напоив отваром, мы прошлись по домам, где ещё обитали ведьмочки. Показав пару комнат, наиболее печальных, поныв, как плохо, нам живется, я повела его к Самии и Агги. Девчонки должны притвориться полумёртвыми и лежать в своих кроватях.

— А это Самия, у нее скоро совершеннолетие, — всхлипывая прошептала я и зловеще добавила, — в этот день ведьмочки умирают, если не снять браслеты.

Я всё еще надеялась на сострадание мага, но… всё было зря, зло сузив глаза, мужчина кивнул, что-то про ведьмино отродье и быстро покинул дом Самии, к Агги идти отказался и уже спустя двадцать минут отплывал от острова.

— И что? — спросила ворона, усаживаясь рядом со мной.

— Мирно не получится, — горько усмехнулась я, — еды нам не видать, вся эта проверка, только узнать живы мы здесь ещё или нет. Что же, значит, идем по плану…

— Пойдём, надо гримуару рассказать, как всё прошло, а то изведётся весь.

— Ты иди, а я к ведьмам.

— Селин, и как? — подскочила Самия с кровати, заметив, что сейчас я одна.

— А ни как, не видеть нам послабления и, главное я не пойму за что, — буркнула я, усаживаясь в кресло, — действуем по плану. Первое обезопасить остров, второе раздобыть еды, сделав хорошие запасы в случае осады.

— Как? Корс жадный, — воскликнула Самия, ударив кулачком по кровати, на которой продолжала изображать умирающую.

— Для начала предложим ему волшебное зелье, — зловеще прошептала я, — уверена, он останется довольным.

— Тот твой рост волос? — уточнила девушка, — так он заберёт его, и всё.

— Ну… я с собой возьму только каплю, да и дело не в росте, важное остановить его, — рассмеялась я, представив это зрелище.

В том, что может не получиться я старалась не думать, на луке вышло отлично, значит, и на лысой макушке Корса, наверное, получится.

— Завтра должен приплыть, если, конечно маги пустят.

— Не приплывёт, будет думать, что делать, — пожала плечами, — надо действовать по ситуации, сейчас нет смысла накручивать себя.

— Ладно, пошла смывать с себя эту гадость, — вскакивая с кровати, проговорила Самия, — и девочкам сообщу, что можно, как ты сказала — рассекречиваться.

— Иди, а я в лес схожу, надо осмотреться

Гуляя в лесу, ничего особенного и нужного для себя не увидела, обычные деревья, обычные кусты. А мне необходимы защитники острова. Испытав силу, на чём только можно, я выяснила главное — наша сила действует только на живом или там, где есть живое и в основном это были растения. Лопаты, мотыги, топоры ни в какую превращаться в живых не хотели.

— И почему здесь леших нет? — пробормотала, усаживаясь на поваленное дерево, — а то было бы неплохо. Леший магов в лес уводил бы на съедение волкам, русалки топили… Красота.

— Болтаешь? Сама с собой? — ехидно прокаркала ворона, усаживаясь на ветку дерева, с которой тут же на меня посыпалась пыльца.

— Пчих, Роза! Пчих, что это за дрянь такая! — вытирая слёзы и слюни, отбежав в сторону, стряхивала жёлтую гадость с волос, с одежды, лица, волос.

— Ты ведьма? Тебе лучше знать, — возмутилась ворона, — тебя гримуар зовёт, просил передать: «Хватит отлынивать от учёбы».

— Закладки вытащу, — выругалась я, — идём. Там ещё две ведьмочки не освобождённые, может, сил хватит, ещё на одну, и всё!

— А завтра ходить не сможешь, Корса кто будет встречать?

— Да, силы мне потребуются, с этим жуком предстоит непростой разговор.

До домика верховной ведьмы добралась быстро. Ворона давно обогнала меня и уже встречала меня в кабинете с важным видом расхаживая по столу, рядом лежал гримуар, задумчиво перелистывая странички.

— Что скучаем? — крикнула я в открытое окно, напугав своим возгласом ворону и книгу. Честное слово, сама не ожидала от себя такого, видимо, во мне все знания ведьм уложились и порой проявляется вредная черта присущая только им.

— Селин! — возмущённо каркнула ворона, — ведьма!

До самого вечера я изучала гримуар, мало закачать знания, их надо ещё разместить в голове в нужном порядке, а самое верное, это хотя бы пролистать книгу, чем я вечерами и занималась. Ну и выписывала, по моему мнению, интересные заклинания, рецепты отваров и зелий.

— Нет, — возразил гримуар, — это ведьма Рилка неверно записала, не удалось заклинание.

— Хм… ну судя по записям, она, скорее всего, ошиблась в расчётах, смотри здесь обычная арифметическая ошибка.

— Интересно… и никто же не увидел.

— А зачем тебе ходящие деревья? — уточнила ворона, изумлённо посмотрев на меня.

— Помнишь то дерево, с которого посыпалась пыльца? Вот бы оно переместилось, а если не одно, так вообще красота. И по команде обсыпали нарушителей этой чихающей дрянью. А Барси быстро сматывала магов в кокон.

— Ведьма, — восхищённо пробормотала гримуар и фамильяр.

— А то! — довольно хмыкнула я, и тут же серьёзно добавила, — осталось воплотить задумку.

Уважаемые читатели!

С понедельника выходим в график, каждый день с понедельника по пятницу.

Читайте с удовольствием!

Глава 10

— Уважаемый господин Корс, очень прошу привезти всё по списку, — повторила я, но проверяльщик упорно делал вид, что не слышит меня, ладно сам напросился, — я вижу, что вас очень смущает появившаяся залысина на макушке, могу помочь.

«Ага, совсем небольшая», которую он пытался прикрыть выращенной сбоку прядкой волос, но ветер, к сожалению, плевать хотел на внутренние переживания Корса.

— Чем это? — тут же заинтересованно посмотрел на меня мужчина

— Я тут на досуге, зелье приготовила, — как бы, между прочим, начала я, мысленно хихикая: «Ага, почти три дня над ним сидела, чтобы нужный состав получить», — так вот, если капнуть совсем крохотную капельку на луковичку, волосы начнут расти с невиданной скоростью и это никогда не прекратиться.

— Врёшь поди, — прошептал Корс, настороженно оглядываясь на сидящего в лодке помощника.

Я, Агги и Самия давно уже выгрузил всё, что в ней было, предусмотрительный следящий, вытащил всё нам не предназначенное ещё на противоположном берегу, так что в этот раз запасы были весьма скудными.

— Неа, давайте проведём испытание, вот хотя бы на этом, — торжественно воскликнула я, вытащив из-за спины горшок с зелёным луком, — такс… совсем капельку и растираем.

Через минуту зеленное пёрышко явно подросло, ошеломлённый от такого зрелища, Корс быстро выхватил из моих рук бутылочку и с довольным видом метнулся к лодке.

— Эй! А список? — крикнула вслед, воришке, но лодка уже отплыла от берега на приличное расстояние, — хм… шустро идут.

— Ну вот, я же говорила тебе, — горестно вздохнула Самия, — теперь ничего не получим, а после последнего твоего раскулачивания, этот гад меньше привёз чем ранее доставлял.

— Ничего, два дня дам максимум и припрётся за списком, — зловеще предрекла я, взглянув на недоумевающих ведьмочек.

— Ой! А это как? — воскликнула Агги, показывая рукой на длинное около метра перо лука.

— Издержки Силы, — пожала плечами, — без другого зелья, а вернее, порошка, лук не прекращает расти. Кстати очень удобно, ты его срезаешь, оно растёт, срезаешь, а оно снова растёт, правда, максимум метра три, но тоже неплохо.

Закончив объяснять, я наконец взглянула на Самию и Агги, на их лицах застыл такой восторг и предвкушение скорой расправы, что даже я испугалась.

— Селин, — просипела Самия, давясь от смеха, — день даю, он же свою лысину, чем только не приглаживал. Помнишь, даже водоросли зелёные пытался прицепить, припудрив перед этим.

— Не помню, но вид наверняка был презабавный, — расхохоталось я, представив кругленького мужичонку с зелёным пучком на голове, — он их хоть высушил?

Домой возвращались весело смеясь, Агги и Самия, перебивая друг друга, делились забавными историями, произошедшими с этим Корсом. Да, сейчас, когда дама с косой не стоит за спиной, можно немного расслабиться, ведьмочки это заслужили.

Затащив небогатый улов в дом, оставила Самию с Агги готовить, с тех пор как я стала освобождать ведьмочек от браслетов, меня освободили от дежурства на кухне, наверное, мой вид девочек откровенно пугал. Что сказать, я сама на себя без опасения не могла взглянуть, чёрные круги под глазами, синие губы и бледный цвет лица. Упырь, а не ведьма.

Добравшись до огородика, где росли лекарственные травы, под чутким присмотром Вивьен и Лилит, двух знойных красавиц ведьмочек семнадцати и девятнадцати лет. Я, окликнув девушек, позвала в дом верховной, пора и их освободить от ненавистных наручней.

— Корс привёз продукты?

— Да Лилит, но сэкономил на нас знатно.

— Мы тут с Вивьен решили, как только Сила в нас появится, в растения и отвары, по капле добавлять, может платить больше будут.

— Не уверена, — с сомнением в голосе ответила девушке, которая, как и все мы здесь, пыталась решить острую проблему.

— Знаете, у меня к вам будет предложение, одной Барси недостаточно, нам бы ещё кого, да желательно посильнее.

— Можно розовые кусты посадить, — задумчиво произнесла Вивьен

— Или девичий виноград, его плети крепкие, — подхватила Лилит.

— Всё просто здорово, но нужен кто-то мощнее, чтобы как ухнул, маги растерялись, а лучше на время отключились.

— Хм… мы подумаем, — слаженно кивнули девушки

— Подумайте, а сейчас заходим, — пригласила ведьмочек в дом.

После проведённой необходимой процедуры я валялась тряпочкой на кровати. Подниматься и куда-то идти сил не было. Даже как бы я ни хотела есть, сдвинутся с места я не могла. Видно ведьмочки были взрослые и кандалы сроднились с ними, пришлось немало потрудиться, чтобы снять их.

— Так и знала, что Сил у тебя не будет, — сердито пробормотала Самия, заходя в комнату, следом за ней зашла Энид и Амара, в каждой из них в руках было по миске, от которых шёл аппетитный аромат.

— Мы тебе похлёбки принесли, — сообщила Амара, усаживаясь прямо на кровать, девочка уже стала больше походить на девятилетнего ребёнка, но всё равно ещё была такой крохотной.

— Спасибо, — поблагодарила, соскрёбывая себя в кучку, — как там девушки?

— Хорошо, что с ними будет, — пожала худенькими плечиками Энид, — сначала шатало, как и всех от переизбытка магии, а сейчас ничего оклемались.

— Отлично, завтра, надеюсь, и я восстановлюсь, — тихо произнесла я, — и устроим шабаш?

— Что? — одновременно воскликнули ведьмочки, изумлённо переглянувшись друг с другом, тут же уставились на меня.

— Шабаш, — повторила я, еле сдерживая улыбку, уж слишком забавные личики были у девчонок, — праздник: зажжём костёр, будем петь, плясать, хм… что-нибудь есть.

— А правда, что ты Корсу зелье сделала и он теперь с косами будет ходить, — спросила Амара, вытаращив на меня свои огромные глазёнки.

— Правда, и скоро он заявится

— А я могу в список мёд внести?

— Конечно, а разве его нет?

— Не помню

— Проверим, — серьёзно пообещала я, думая, что надо бы узнать про шоколад, сахар и прочие вкусности, всё же на острове живут в основном дети.

До поздней ночи проболтали с ведьмочками у моей кровати, к нам присоединились остальные девчонки и мы вроде как устроили пижамную вечеринку, только, без угощений. Но было весело, шутили, смеялись, рассказывали страшилки.

И даже Роза поприсутствовала, нагло подглядывая за нами в окно, но сама виновата, могла бы и поучаствовать, но пока она упорно скрывала своё присутствие, как и гримуар, который горестно стонал у меня в голове.

Утро пришло неожиданно рано, но я была полна сил и, сбежав вприпрыжку со ступеней, не останавливаясь, влетела в кабинет.

— Гримуарчик! Я такое придумала, тебе понравится.

— Что? — буквально на пару сантиметров подпрыгнула на столе книга, то ли от испуга, то ли от нетерпения.

— Страница три тысячи двести пять, — распорядилась я, наблюдая, как быстро зашелестели листики, — вот смотри, здесь написано, как уменьшить стол.

— И? — уточнил, не понимая, к чему я веду.

— Ну как же, давай с помощью этого заклинания, тебя уменьшим

— Стол не живой, я живая, — ворчливо пробормотала книга, но страничку не перевернула.

— Здесь всего-то два слова поменять.

— А вдруг не получится?

— А что ты теряешь?

— Исчезну…

— Хм… вопрос, давай тогда на живом испытаем, — предложила, осматривая кабинет в поисках чего-нибудь ползающего или летающего, но как специально никого не обнаружила, ну, кроме вороны, влетевшей в окно.

— Может, её? — предложил гримуар.

— Кого? — тут же спросила Роза, услышав в интонации книги, подвох.

— Нет, её тоже не будем, — усмехнулась, наблюдая за вороной, которая целится клювом, в книгу, ровно в то место, где по её давнему мнению, у той находится глаз, — добрые вы обе, я на улицу.

Не успев выйти за ворота дома, я была сбита с ног малышкой Жасмин и Гретой, те, запыхавшись, перебивая друг друга, принялись рассказывать, по их мнению, что-то невероятное.

Услышать и понять сквозь непрекращающуюся болтовню маленьких ведьмочек было очень сложно, но меня спасли. Самия, чуть прикрикнув на расшумевшихся и взволнованных девочек, рассказала, что так всполошило детей.

Оказалось, что Вивьен и Лилит, недолго думая и рассуждая, с раннего утра отправились в лес. И вот теперь следом за ними из него идёт… да-да идёт своим ходом — дуб, огромный лет так сто ему.

— Это ты им сказала? — с укором взглянув на меня, Самия пыталась сделать серьёзное лицо, но у неё это плохо получалось.

— Ну, мы поговорили, только я даже не предполагала, что они дуб оживят, да и вообще, как это возможно!

— Как-как корнями передвигает и дуплом, в котором, между прочим, белка жила, подмигивает, — всё же не выдержала ведьма и расхохоталась.

— А белка, что? — прыснула я.

— Кулаком грозится, — хихикнули Грета и Жасмин.

— Кулаком? На кого?

— А не поняли, то ли на Вивьен, то ли на дуб этот.

— Идёмте глянем на это чудо… вот ещё, теперь надо думать, что с ним делать.

Вивьен, Лилит и дуб мы нашли у кромки леса, обе ведьмочки стояли с довольными улыбками, дуб озорно подмигивал пролетающим мимо него птицам, белка, насупившись, сложив лапки на груди, сидела на ветке рядом с дуплом. И вот это всё мне теперь разруливать. Стоило нам с Самией появится в поле зрения дерева, он тут же подбоченясь, подмигнул, хм… а он тот ещё ловелас.

— Селин, ты видела, что получилось, — рванули в нашу стороны возмутительницы спокойствия, радостно крича при этом.

— Вижу, — хмыкнула я, — это, знаете ли, трудно не заметить. И как вам это удалось?

— А мы, книгу мамину нашли, — ответили девушки, на мгновение лица ведьмочек стало печальным, — там заклинание было одно, ну мы подумали и немного подправили его, нам же нужен защитник.

— Угу, — кивнула, рассматривая всё ещё продолжающего важно стоять дуб, — а без белки дерева не нашлось?

— Нет, там все такие были, а эту мы просили уйти и даже нашли новый домик, но она… отказалась.

— Ясно, ну и куда его определим? Так-то надо к берегу и не в одном экземпляре. Я думала, можно было на иву взглянуть, у неё ветви длинные. А этот неповоротлив, какой из него защитник.

Но дуб, видно обиделся, на такое определение и тут же принялся доказывать, что он ещё ого-го какой. Вскинув пару веток, он сбросил с себя, в отдалении от нас, несколько желудей, из которых тут же повалил дым, стоило им коснуться земли.

— Вижу, вижу, — закашлялась я, хоть мы и стояли не слишком близко к эпицентру, но и нам досталось немного вонючего и слезоточивого дыма, — но берег? Тебе будет удобно?

Получив заверение в виде размахивающих веток и склонившегося пару раз ствола, я, махнув рукой, повела нашу охрану в обход деревни. Белка категорично отказывалась покидать ожившее дерево и, кажется, как только животинка отошла от шока, была очень довольна, всё же не каждая может похвастаться таким домиком.

Жила в лесу, сейчас перебралась ближе к морю — красота. Вот только за орехами бегать далековато, ну ничего кто дуб оживил, тот и придумает, как кормить белку. Кстати, и её надо бы взять в охрану острова, посадить на довольствие, а что, у неё тоже есть грозное оружие — зубы.

Глава 11

— Ничего не поняла, что значит, обиделась? И, главное, кто?

Устроив дуб и белку на пригорке у берега моря, так чтобы ему было удобней швыряться орехами, я решила проведать Барси, посмотреть, как идёт расширение нашего заборчика, а получила вот это всё: хаотичное дёрганее травинок, сердитые размахивания и обиженное надувание.

— Давай ещё раз, в воде кто-то обиделся, что я не дала ему имя и не разговариваю? — ещё раз уточнила у Барси, та яростно закивала травинками, соглашаясь и явственно указывала ими же в сторону моря.

— Таксс… Роза, ты чего-нибудь понимаешь?

— Нет, но думаю, стоит сходить к воде, — произнесла очевидное ворона.

— Угу, пошли

До моря было недалеко, подойдя ближе, я с недоумением уставилась в воду, пытаясь разглядеть хоть что-то, но, кроме камешков на дне, мальков, плавающих между зелёными лианами водорослей, ничего не увидела.

— Что думаешь? Кого я здесь обидела?

— Не уверена, но, может, рыбу?

— Ага, вот этих, что плавают, — со смехом произнесла я, и тут же взвизгнула от неожиданности.

Зелёные водоросли, быстро выскочив из воды, сложив лианы в виде восьмёрки, сердито стукнули другими по воде, так что брызги разлетелись в разные стороны на добрых пять метров.

— Так это тебя, — воскликнула я, ошеломлённо вытаращив глаза на это чудо хотя, мне кажется, после всего увиденного меня трудно чем-то было удивить, но такого я нечестно ожидала.

— Кажется, это она, — снова подтвердила очевидное ворона.

— Ты ж моя зелёненькая, прости меня. Ты так хитро скрылась в воде, экая умничка, и я тебе не увидела, — принялась заглаживать свою вину, лихорадочно соображая: «Это получается, моё заклинание, когда я Барси оживила и в воду ушло? Сила! Надеюсь, кроме, водорослей там никто больше не ожил».

— По-моему, она тебя почти простила

— Что ж, давай и тебе имя подберём: Водя? Зелень? Хм… Лия? Ооо, нравится, — с облегчением выдохнула, не слишком долго перебирали, с Барси минут тридцать на это потратили, — значит Лия.

Водоросли быстро-быстро закивали и прокрутились вокруг своей оси, правда, тут же вернулись в исходное положение.

— И что ты можешь Лия? Ага схватить и утопить — чудно! А рыбу поймать? Нет, ни эту. Да, большую, — разговаривая методом слов и пантомимы, мы с Лией всё же договорились. Теперь по моей команде она не будет подпускать к берегу лодки и прочие плавсредства, и ловить для нас рыбу, которую через час уже доставит. А с меня душевный разговор раз в неделю — заскучала водоросль бедная.

Спустя час, как и уговаривались я с довольной мордахой, в обнимку с огромной рыбиной шла к деревне, ещё три таких же лежали на берегу под присмотром Лии, Барси и Розы — хорошие у меня помощники.

— Девочки! У нас сегодня шабаш! — воскликнула я, вваливаясь на кухню общего дома, — вот, рыбу изловили. Да, имейте в виду, в море у берега острова ожили водоросли, очень добрая и весёлая Лия, если нетрудно, забегайте поболтать, скучно девочке.

Вывалив всё это застывшим от навалившегося на ведьмочек счастья, Хильда и Табита, дежурившие сегодня на кухне, наконец отмерли и взвизгнув рванули к огромной рыбине судя по её виду, Лия расщедрилась и выловила для нас лосося.

— Селин, а что с ней делать-то, у нас таких не было — больших, — уточнила Табита, обходя вокруг рыбины.

— Эту будем на углях запекать, я такой рецепт знаю — закачаешься, — ответила, предвкушая скорый пир, — так, нужна тележка, там на берегу ещё несколько штук лежит, Барси с Лией охраняют.

Когда рыба была доставлена, распотрошена, из голов и хвостов мы сварили наваристую уху, не чета той, которую я готовила из костлявых тощих рыб, привезённых Корсом. Часть засолили, а часть отнесли в ледник, завтра нажарим.

Ну а сегодня вечером, вернее, уже ночью, устроим шабаш с песнями, танцами и вкусным рыбным шашлычком.

Возвращаясь в дом верховной, то есть в мой, я продумывала развлечения для ведьмочек, всё же жить больше восьми лет, зная, что в любой момент ты умрёшь из-за отсутствия силы, это очень тяжело и девочкам необходимо немного развеяться.

— Вот и где ты ходишь, — обиженно заворчала книга, стоило мне войти в кабинет, Роза уже была здесь и явно поделилась последними новостями.

— Уже доложили, так что повторять не буду, — буркнула, падая в кресло, — и, между прочим, сегодня проверила действие заклинания на уменьшения, а ты ворчишь.

— Ой, прости, — воскликнул гримуар и, подпрыгивая в нетерпении, заканючил, — ну скажи как? Как прошло? Удалось?

— Удалось, — кивнула, не став уточнять, что паучок был сам по себе не слишком большой и, возможно, пока я отвлеклась, успел смыться, — пробуем, только смотри, может на тебе не сработать.

— Я готова, — торжественно произнесла книга, наверняка Роза в красках описала сегодняшние приключения и теперь, гримуару самому не терпеться поучаствовать во всём этом. Наверное, я бы тоже от тоски взвыла, лежи я одна на столе в кабинете.

— Приступим, хотя…, — задумчиво протянула я, — а как обратно? Не читать же тебя под лупой.

— Может здесь есть, — зашелестела книга страничками в поисках нужной.

На протяжении часа мы переделывали старые заклинания на новый лад, постоянно проговаривать зубодробительные слова, чтобы привести гримуар в нужный размер, это не целесообразно и недальновидно.

Поэтому обложившись бумагой, карандашами и даже линейкой, никогда бы не подумала, что ведьмы используют арифметику в своих заклинаниях. Я и ворона, под бубнешь гримуара ползали по полу, делая требуемые отметки. И вот когда всё было перепроверено, наверное, в сотый раз, дважды выдохнув, я принялась зачитывать абракадабру, а на последней фразе смалодушничав — прикрыла глаза, всё же к гримуарчику я успела привыкнуть, хоть он и вредный.

— Ну что? — прошептала я, чуть приоткрыв один глаз, чтобы тут же распахнуть оба в изумлении, — эй, ты здесь?

— Здесь, — воскликнул гримуар, то ли счастливо, то ли сердито.

— А где здесь? — я и Роза в недоумении разглядывали совершенно пустой стол.

— Тута, — буркнуло глухо, — я не уменьшился, я стал невидимым.

— Мдя… И что делать? — спросила у вороны, понимая теперь, куда смылся паучок, — а легче ты стала и попробуй вернуть своё состояние обратно.

— Сейчас… не выходит.

— Плохо, как тебя читать теперь? — пригорюнилась я, задумчиво постукивая пальцами по столу, — так, а если вот здесь поменять.

И снова ползание по полу, только на этот раз гримуар молчал, возможно, обиделся или дошло, что его комментарии нам всё же мешали.

— Должно получиться, готова?

— Давай уже, — тяжело вздохнула книга, — я уже ко всему готова.

— Тьфу тьфу, — постучала по столу, прежде чем начинать зачитывать новый вариант заклинаний, лишиться гримуара мне не хотелось, — ура! Ура! Получилось, ты видимая и уменьшилась. Ну-ка, теперь сама.

Минут тридцать гримуар развлекал нас и себя, то уменьшаясь, то возвращаясь в свой исходный размер. В итоге пришли к выводу, путём проведённых исследований. Размер книги с ладонь не делает гримуар толще, странным образом листочки исчезают, но нужные странички открываются. И даже уменьшившись до размера перепелиного яйца, тоже всё сохраняется, но не читабельно, слишком всё мелкое.

— Я тебя обвяжу верёвочкой пока и повешу на шею, будешь везде со мной, потом сделаем какой-нибудь кулон, — произнесла, осторожно обматывая книгу ниткой, — Роза посмотри, на улице стемнело?

— Да, — каркнула ворона, перелетев к окну ближе уточнила, — шабаш?

— Он самый, — усмехнулась я, размещая гримуар так, чтобы ему было лучше видно, — идём, как говорил Карлсончик-дорогой — пошалим.

Шабаш решили устроить у кромки леса, ведьмочки уже натаскали сухие ветки, принесли пледы, отвар, кастрюлю с маринованными кусочками рыбы.

— Да будет шабаш! — воскликнула я, зловеще захохотав и подпалила костёр.

До самого утра мы пели и пили, а ещё ели, плясали, скакали, в общем, дурили кто, на что способен. Но было весело! Самые младшие ведьмочки Грета, Жасмин и Тея, усевшись на притащенной Вивьен шкуре и уже сладко посапывали, налопавшись вкусной рыбки. Такими сытыми мы давно не были и поначалу просто сидели, и рассказывали страшилки, одна другой ужаснее. Что самое интересное про себя же, услышанные от Корса, от остальных «добрых» людей, что за восемь лет заплывали на этот остров.

Господи, что только не насочиняли: и младенцев мы едим, и мужчин немощными делаем... кто? Вот эти малышки, которые сами ещё дети? А как мы, оказывается, мор напускать умеем, все коровы в соседней стране померли, потому как, кто-то из нас чихнул.

Слушая этот бред, я не знала, смеяться или плакать, но то, что в головах людей эта ересь давно и глубоко проросла и изменить будет сложно, я понимала. Поэтому: первое продовольственные запасы и независимость, второе безопасность, а ещё бы мужичка в хозяйстве, хоть самого завалявшегося. А дальше посмотрим…

— А теперь танцы, — взвизгнула Ива и пустилась в пляс под завывание ветра, шелест листьев и уханье совы. Пламя костра освещало полянку, огни звёзд мерцая создавали чарующее видение круживших ведьмочек.

— Как же хорошо, Селин, — прошептала Самия, укладываясь рядом со мной, она, подложив руки под голову, тоже стала наблюдать за падающими звёздами, — я чувствую Силу, природу, всё вокруг нас дышит, живёт.

— Я тоже, невероятные ощущения и с каждым днём всё сильнее

— У тебя скоро инициация, — проронила Самия, перевернувшись на живот, обеспокоенно взглянула на меня.

— Была уже, в тот день, когда открылись браслеты, — тихо ответила я, внимательно наблюдая за ведьмой.

— Как? У тебя же только через две недели день рождения?

— Нет, мама почему-то скрывала ото всех этот день, — пожала плечами я, — не спрашивай почему, я не знала.

— Так это же здорово, значит… значит, и я? Я тоже выживу? — сиплым голосом прошептала Самия, с надеждой уставившись на меня.

— Уверена, что да, — кивнула я, успокаивая ведьмочку, — мы все выживем и постараемся разобраться, что случилось восемь лет назад и кто в этом виноват.

— Маги! — рявкнула Самия, напугав своим возгласом танцующих ведьмочек.

— Думаешь так просто? Кто-то сделал так, что ведьмы стали терять силу? Почему они перестали пользоваться ей для себя, кто сказал, что нельзя?

— Не знаю — ошеломлённо прошептала Самия

— Вот и я не знаю, но должны выяснить и прекратить. Смотри, чем больше мы стали использовать Силу и не только для кого-то, но и для себя, мы становимся сильнее, я так точно.

— И я…

— Значит, ведьм умышленно ослабили, делая это постепенно и лишь тогда пришли маги и, убив инициированных, заковали нас.

— Ты думаешь, среди ведьм была…

— Возможно, но только свои могу так всё изменить, извне ведьмами управлять было бы сложно.

— Надо поднять все записи, дневники старых ведьм

— Надо, вот мы и займёмся этим, рано или поздно маги разведают, что у нас теперь нет удерживающих Силу кандалов и к этому дню мы должны быть готовы.

Глава 12

Ни я ни Самия не угадали. Корс оказался упрямее, чем мы думали. Его лодка появилась только через три дня, о ней мне сообщила ворона, а той доложила белка, взявшая на себя роль дозорного и гонца одновременно.

Шли к подплывающей лодке готовые ко всему, но не к тому, что увидели. Благо до берега было ещё слишком далеко и наш громкий хохот, надеюсь, не был слышен.

К нам плыла Рапунцель, да… она самая, только вместо косы из лысой макушки, кучерявилась длинная прядка волос размером с пяточек, плывя следом за лодкой, такой длинной она была.

— Доброе утро, господин Корс, за списком вернулись?

— Ты! — затрясся мужчина, но выговорить, как он мне благодарен, не смог, так переполняли его чувства.

— Я! И не нужно благодарить, вижу вы, как счастливы.

— Ведьма! — рыкнул он, но подойти опасался.

— Где?! — очень натурально удивилась я, оглядываясь за спину.

— Почему они растут?

— Кхм… вы так спешили, что забыли ещё один компонент, — пожала плечами, растянув губы самой своей лучшей улыбкой в арсенале.

— Давай сюда свой компонент, — требовательно протянул руку жук Корс

— Сначала список! Потом остальное

— Магам расскажу!

— Да, пожалуйста, они нас сожгут и ходить тебе с косой до самой смерти, — как можно равнодушнее произнесла, и чуть помолчав добавила, — бабы поди смеются?

— Ведьма!

— Я за неё, — цокнув пятками, отрапортовала, еле сдерживая прорывающий смех. Самия и Агги, спрятавшись за моей спиной, тоже сцепив зубы и выпучив глаза, старались не рассмеяться.

— Две туши свинины, двадцать тушек курицы, яйца…, — принялся зачитывать вслух, наш список Корс, после каждой строчки его глаза поднимались всё выше и вот-вот окажутся на вершине лысой горы.

— Да и козу, — подтвердила, заметив приподнятую в удивлении бровь у следящего, его помощник, по-моему, давно валялся на дне лодки без чувств.

— А корова-то тогда зачем! — закричал Корс, приведя в сознании своим криком обморочного.

— Занадом! — рявкнула я в ответ.

— Ведьма!

— Знаю! И быка!

— Его нет в списке!

— Будешь орать и отказываться, ещё добавлю!

— Как я всё это привезу?

— Ничего сделаешь несколько ходок, здесь недалеко и два дня на всё это, иначе косонька твоя вырастит ещё больше.

— Я не соберу столько за два дня! — взвизгнул жучара, а глазки забегали, точно пакость замыслил, надо ворону отправить, пусть проследит.

— День! Сегодня до конца дня успеешь продукты, ткань, обувь, одежду привезти, живность завтра доставишь.

— Было два!

— А нечего гундеть, продолжишь в том же духе, останется несколько часов, — предупредила его, — и мужика привези.

— Какого? — затрясся Корс, отходя от меня на шаг

— Любого, мне всё равно, главное крепкого.

— Зачем? — испуганно заблеял, отступая, помощник уже схватился за вёсла и был готов в любой момент стартануть с места.

— Съем! — рыкнула я, щёлкнув зубами, придав трусливым мужикам ускорения и глядя вслед уплывающей лодке, прокричала, — через час жду первую партию заказов и смотри у меня!

— Ты их напугала, — прохрипела Самия, икая от смеха, — он аж позеленел весь от страха.

— Селин, а зачем нам мужик? — тоже хихикая, с трудом выговорила Агги.

— А кто будет за всем этим хозяйством приглядывать? Ну, допустим за птицами мы и сами сможем, но построить для них курятник точно нет. А свиней кто будет этого… того? Корову, может, и подоим, молока раздобудем, а сено? Подлатать домики наши? В общем, мужик в хозяйстве пригодится, поселим его в свободном доме, да приглядывать Барси поставим, мало ли.

— Верно, что-то не подумала.

— Всё возвращаемся, надо проверить всё ли готово к приёму продуктов, здесь Барси присмотрит, Белка (не стали ломать голову над именем так и зовём) сообщит. А Лия, слышишь? — дождавшись, когда водоросль высунется из-под воды, продолжила, — заметишь подозрительных личностей, типа магов, к острову не подпускай.

К домикам почти бежали, пока нет курятника, нужен хотя бы загончик и, чтобы сверху было прикрыто, помню у бабушки было, сетка вместо крыши висела, не знаю зачем, но лучше сделать.

— Табита, Энид тащите эту сетку сюда, — командовала, сидя на сарайчике. Мы уже успели воткнуть в землю пару жердей, очистить, судя по всему, хранилище садовых инструментов и теперь пытались натянуть невесть откуда взявшуюся рыбацкую сеть.

— Ива, нитями приматывай… ага, здесь, Амара натягивай…ой, девочки помогите.

Шум, гам суета, но она радовала, всё это делалось для себя…

— Плывут! Две лодки плывут — большие.

— Народу в них много? — тут же спросила я у вороны, она уже успела слетать на материк, отследила суетящегося Корса и вернувшись осталась приглядывать за берегом вместе с болтливой Белкой.

— Нет, Корс и его помощник

— Отлично… девочки вы тут сами, а я пошла встречать. Самия, Вивьен за мной.

До берега мы добрались быстро и успели как раз вовремя, лодки только стали причаливать.

— Ведьма! Всё что просила, привёз, — крикнул Корс, кряхтя выбираясь и нагруженного по самые борта лодки.

— Не всё! Завтра жду, корову с быком, свиней, козу и мужика, — перечислила, наблюдая, как помощник перетаскивает наши запасы из лодки на берег.

— Может… эта, мужика не надо? — заикаясь прохрипел Корс, — я две козы привезу.

— Нет, без мужика никак. Если потрудится хорошо, может, отпустим, — сжалилась я над следящим, цвет лица которого стал меняться с зелёного на синий.

— Трудится?

— Конечно! Курятник построит, дома починит, дел в деревне много.

— Ага-ага, — быстро закивал головой Корс, — с этим разберёмся.

Как только лодки были освобождены от груза, они тут же покинули наш остров, а мы с тоской и одновременно радостью оглядев разложенные на берегу наши заказы, взвизгнув от счастья, принялись закидывать в тележки долгожданные продукты.

До самого утра мы разбирали привезённое Корсом. Тушки свиней, кое-как раскромсав на части, распределили в ледник, туда же отправилась мясо телятины, тушки кур и несколько гусей. Молоко, яйца, творог, масло, сметана были расставлены с краю.

Крупы, мука, мёд, сахар, сушёные и свежие ягоды и фрукты. В кладовую общего дома всё не влезло, пришлось растащить по своим домам.

Уставшие, но довольные мы сидели за общим столом, прихлёбывая горячий отвар с наскоро постряпанным печеньем, и щурились от удовольствия.

— Селин, идём спать, Белка сообщит о прибытии лодок, — зевая, прошептала Самия. Маленькие ведьмочки давно уже спали в своих кроватках и только я, Самия, Ива, Табита, Вивьен, Энид и Лилит, засиделись за столом.

— Идём, — кивнула, с трудом поднимаясь.

— Я завтра кашу сварю на молоке и блинчиков испеку, как мама делала, — еле ворочая языком прошептала Лилит.

— А я картофельное пюре приготовлю и котлет нажарю, — добавила Вивьен.

Я же, покидая кухню последней, мысленно убила, расчленила и закопала, а перед этим жестоко пытала, тех, кто так поступил с маленькими детьми.

Утро для меня настало в полдень, ворчливая ворона и нудный гримуар, в течение часа ныли мне под ухом, что пора вставать и приниматься за обучение ведьмочек.

— Перья… закладки, — пробормотала, еле ворочая языком.

— Угу, — ухнула Роза, совершенно не опасаясь верховной.

— Ох… как ноженьки и рученьки болят, — взвыла, поднимаясь, — гримуарчик, там заклинания случайно нет, чтобы боль прошла.

— Случайно есть, — ехидно ответила книга, — кто бы учился.

— Ты же видишь, совсем некогда, необходимо обустроить быт ведьмочкам, а на голодный желудок учёба не идёт.

— Угу, — теперь угукнула книга, прям слёт филинов у меня.

— Так есть что?

— На, читай, — сжалился гримуар, открыв страничку в нужном месте.

— Такс, — протерев руками глаза, в которых ещё всё расплывалось после сна, я принялась читать очередной набор не выговариваемых слов, — спасибо.

Через пять минут мышцы перестали болеть и вообще я себя чувствовала прекрасно.

— Я в общий дом — завтракать, ты со мной?

— Конечно, — воскликнул гримуар, уменьшаясь и делаясь невидимым.

— Ух-ты!

— Ночью потренировался, здорово получилось?

— Потрясающе, теперь ты ещё и невидим, только на минутку появись, а то я не знаю, к чему тебя привязать.

Приведя себя в порядок, нацепив гримуар на шею, с вороной в сопровождении я отправилась на первый завтрак в этом мире, ну и что, что он в полдень.

На кухне было шумно и весело, малышня уплетала кашу, закусывая обещанными блинчиками. Ведьмы постарше уже готовили обед, Самия что-то записывала, сидя тут же за столом. И никто, судя по всему, сегодня не спешил к своей работе, травы не собирали, зелья не варили, грядки не пропалывали…

— Ну что девочки, сегодня отдыхаем, а завтра за работу?

— Зачем? Еда есть, сегодня ещё довезут остальное, — ответила за всех Энид.

— Затем, что прекрати, мы сейчас поставлять зелья и отвары, маги заинтересуются нами, а мы пока не готовы встретить их, — объяснила обрадованным ведьмочкам, — поэтому делаем вид, что всё по-прежнему, да и зелья нам самим могут пригодиться, ну и практика в использовании Силы тоже важна.

— Хм… но у нас есть Сила, мы же можем отбиться?

— Есть, но ты ещё учишься ей пользоваться, а какая у магов мы с вами не знаем.

— Ладно, — обиженно кивнула Табита, остальные ведьмочки понуро опустили свои головы.

— Так, не куксимся! Распределяем время, днём работа, следом пару часиков отдых, потом учёба. Станем сильнее, справимся со всеми пакостями. А вечером игры и развлечения! Новые заклинания, задумки — приветствуются!

После моих слов ведьмочки оживились и тут же принялись обсуждать идеи. Гримуар и ворона несколько дней назад поведали, что Сила не вредит ведьмам, так что как бы мы не экспериментировали, с нами ничего не случится, а вот с испытуемым…

— Лодки плывут, — сообщил гримуар, уж не знаю, как он общается с вороной, но тоже так хочу.

— Самия, Лилит идёмте встречать, — поднялась из-за стола, окинув взглядом оставшихся ведьмочек — вроде успокоились.

— Что-то их слишком много, — обеспокоенно произнесла я, тут же дав команду Лии, — придержи их, близко пока не подпускай к берегу, надо рассмотреть, что там.

— Ты думаешь, Корс магам сказал? — испуганно прошептала Самия, Лилит замерла и, казалось, не дышала.

— Нет, но стоит предусмотреть всё, — ответила, мысленно обращаясь к гримуару, — Розе скажи, пусть взлетит над лодками, проверит.

Через двадцать томительных минут ожидания от Розы прилетело сообщение, что в лодках, кроме мешков, животных, птиц в сетках, Корса, помощника и мужика никого нет.

— Лия, пропускай, — распорядилась, но всё равно на душе было неспокойно, — Барси приготовься.

Травинки тут же выстроились в ряд, до этого валяющие в разные стороны.

— Селин?

— Сейчас Самия, если что ты знаешь, что делать, — напряжённо пробормотала, внимательно следя за мешками.

— Ведьма! — крикнул Корс, выбираясь из лодки, на его макушке красовался тюрбан, сплетённый из той самой пряди волос, — теперь всё. Привёз как ты и просила, живность дед Родан сейчас выведет, в мешках лежит зерно для птицы, ты про него забыла.

— Спасибо, — с облегчением выдохнула я, — выгружайте.

Когда всё было выгружено, выведено, я подала Корсу две склянки.

— Вот этим полностью покроешь голую часть, через час, когда отрастут нужной длины, посыплешь порошком, состригаешь как надо. Расти будут, но уже, как им и положено.

— Хм… ведьма, — замялся Корс, — а от… этого, ну мужской силы, есть зелье?

— Договоримся, — хмыкнула я, — через недельку приплывай.

Глава 13

Мужика привезли… Самого завалявшегося, видно, выбирали всей деревней и отправили явно помирать кого не жалко. Ну как мужик, дед старенький лет сто. Еле шёл ведя за собой тощую бурёнку и при моём приближении трясся словно осиновый лист на ветру. Не знаю чем его так запугал Корс или, может, подкупил, но боялся он нас до икоты.

— Дед Родан?

— Да, — даже это слово он с трудом выговорил, так стучали от страха его зубы, какие остались.

— Дед Родан, ты нам помоги с живностью разобраться, курятник нужен, коровку с бычком определить, — произнесла, с сомнением глядя на шатающего от ветра дедулю, — а мы тебя подлечим.

— Так это? А есть? — промямлил дед, оглядывая меня, Самию и Лилит.

— Кого? — с недоумением посмотрела на корову, — мы для молока её, а вот свиней да, на мясо.

— А меня? — заикаясь уточнил дед

— Тебя есть? Дед, ну ты совсем! Ты по хозяйству, мы девочки к нему не приученные, потому что не было его у нас, загубим корову же.

— Да? И всё! — обрадованно воскликнул дед Родан, но всё равно продолжал держать безопасное, по его мнению, расстояние.

— И всё! — рыкнула я, мысленно ругаясь на Корса, но работаем с тем что есть, — мы тебе домик выделили, ты сам его подлатай. А потом и за наши возьмись, доски в полу сгнили, окна разбились, забор завалился. Дрова ещё понадобятся, в одном из домиков печь засыпалась.

— Это мы мигом, это сделаем, — бормотал сам себе под нос дедуля, шаркая ногами, медленно двигался к деревне ведьмочек, — сперва Марту определим.

— Марту?

— Корову вашу.

— Ясно, дед Ронад, ты голоден?

— Нет, пообедавши.

— Отлично, тогда за работу.

Определив мужика у одного из домиков, во дворе которого стоял довольно большой сарай, оставив присматривать за ним Розу, отправились дальше.

— Селин, а козу куда? — пыхтя пробормотала Лилит, толкая перед собой тележку, в которую поставили клетку с птицой.

— Надо бы ещё один сарайчик найти, пусть пока во дворе заброшенного дома живёт.

— Там страшно, — прошептала Самия вздрагивая.

— Я буду ходить, — успокоила суеверных девочек, надо же, сами ведьмы, а боятся проклятий.

Этот так пугающий ведьмочек дом, стоял на приличном отдалении от деревни. Обветшалый, покосившийся, местами провалился под землю. Окна были разбиты и зияли темнотой, а скрип давно несмазанных петель на дверях добавлял страха.

Узнав об этой развалюхе я и Роза до неё прогулялись и даже умудрились пролезть через разрушенную часть стены внутрь, но ничего страшного и жуткого не обнаружили. Обычный дом ведьмы, прогнившее дерево, пыль, кучи листьев и паутина. Даже не одного тайного лаза в подвал или комнату, где срывались бы скелеты прошлой хозяйки этого домика. Ну если только страх наводили сами стены, тёмные от копоти, хотя огня точно не было и сам воздух, затхлый и тухлый, что ли.

Но всё равно, маленькие ведьмочки обходили этот дом стороной, да и те, что постарше, старались близко не приближаться.

История заброшенного дома была мне непонятна, да и версии были разные. По одной из них, там жила старая ведьма, которая принесла в жертву мужчину и, выпив его крови, умерла, её за злодеяние наказала Сила. По другой она вызвала нечто, что поглотило её и, став страшным то ли упырём, то ли чудовищем, как по мне, это одно и то же, сбежала грызть юных ведьмочек. Третья, на мой взгляд, адекватная — ведьма обиделась, что её не выбрали верховной и, наслав проклятия на остров — исчезла бесследно.

«Вот во дворе этого дома и будем держать козу, травы для её пропитания там достаточно»: мысленно усмехнулась, продолжая перетаскивать под навес зерно. И всё-таки Корс почти хороший, предусмотрел это. Хотя… может, ему кур с петухом, было жаль.

До самого вечера мы разбирались с хозяйством, ещё и наутро осталось. Надо было распределить живность, подготовить для них кормушки, временную крышу над головой. Когда ещё дед Родан им домики построит… а ведь ещё гнёзда для кур и насест, который со смехом и руганью я и Лилит крепили к стенам сарайчика. Потом все вместе ужинали, впервые за столь долгое время сытно, вкусно и разнообразно. Супчик с мясом, жаркое, салатик из свежих овощей, печенье и компот. Дед Ронад, правда, отказался с нами сесть за один стол, побаивается нас ещё, хотя Амара и Жасмин, рассказали, что с ними он говорил уже не заикаясь.

— Я ему отвар приготовила и мазь, колени у него совсем больные, — произнесла Табита, прожевав потрясающе нежнейший кусочек мяса из жаркого.

— Да, ему бы ещё настойки укрепляющей и мазь согревающую, — добавила Энид.

Обе ведьмочки, как только с них сняли браслеты, стали видеть очаги заболевания у нас, у животных, вот и у деда заметили. Их отвары и мази от этого стали гораздо эффективнее, по крайней мере, синяк на ноге Амары, прошёл буквально за час, стоило только намазать для неё специально приготовленной настойкой.

— Сделайте, пожалуйста, а то мы загоняем деда, а он нам ещё нужен, — хмыкнула я, вспомнив испуганное лицо мужчины, мда… суеверие страшная сила, — вы бы ещё на Корса посмотрели, его вроде как кое-что беспокоит, а он там пока ещё нужен.

— Глянем, — усмехнулись ведьмочки, смущённо хихикая.

Домой вернулась за полночь, Розам горестно вздыхала, то ли жалея меня, то ли ругала, гримуар бурчал, что я совсем забросила учёбу, а я так устала, что даже новые наказания для них не смогла придумать, а старые уже не действуют.

Добравшись до комнаты, я, быстро привела себя в порядок, с наслаждением легла в кроватку, зарываясь носом в подушку — хорошо.

А утро было недобрым и наступило для меня слишком рано… в комнату ворвалась Джейн и Марни, с таким криком, что я от неожиданности и испуга, подскочив на кровати, сформировала в руке огненный шар, размером с большое яблоко.

— Это что? — разом замолкли ведьмочки, уставившись в восхищение на мою ладонь.

— Да чтоб я знала, — прошептала, ошеломлённо рассматривая яркие всполохи внутри мяча, — нужна помощь.

— Селин, а пойдём на улицу, — дала дельный совет Джейн, пятясь к двери.

Выходили из дома верховной странной процессией, Джейн первая, настороженно оглядываясь, умудрилась где-то прихватить ведро с водой. Следом шла я, на вытянутой руке торжественно несла огненный шар. Ну а замыкающим была Марни, она выкрикивала на весь остров о произошедшем, созывая ведьм на внеочередной сбор.

Так вот, я в белой сорочке до пят, босая, с ошалелым взглядом, с волосами, торчащими во все стороны и пламенем в руках. Ведьмы чуть ли не с бубном, орущие на всю деревню и ворона, парящая над головой.

Понятно, почему дед Родан быстро метнулся назад в свой домик и, похоже, нам его оттуда уже не вытянуть — забаррикадируется навсегда.

— Селин! Что случилось? Ты горишь? Тебе больно? — засыпала меня вопросами Самия, выскочившая из своего дома, тоже в белой сорочке. Следом из домиков, словно горошины из стручка гороха, высыпались остальные ведьмочки, одетые под копирку.

— Хм… не больно, но шагать с вытянутой рукой надоело, а куда его выбросить не знаю, — ответила я, еле сдерживая улыбку. Приведения… да, мы сейчас выглядели все очень жутко: лохматые, помятые, испуганные в белых одеяниях на фоне сумрачного утреннего неба.

— Как? — прохрипела Геяра, рассматривая крутящийся шарик в моей руке.

— Да кто ж его знает, — ответила и не выдержав засмеялась, — напугалась, вон их.

— Джейн? — с изумлением переспросила Хильда, вытаращив на ведьмочку свои глазёнки.

— Угу и Марни, — наябедничала я, приходя в себя после случившегося, я наконец включила голову и мысленно обратилась к гримуару: «Что делать-то»? и получила тут же ехидный ответ: «Я уже думала, что и не вспомнишь… сбрось ты его на землю, в метра трёх от себя, туда где не жалко… давно такого не было, даже и не вспомню, когда».

— Так девочки, надо это выкинуть, куда бросать будем? — спросила у ведьмочек, сама тоже принялась лихорадочно вспоминать место, которое не особо жалко, но, как назло, в голову лезли мысли только о наглом маге, что заявлялся сюда недавно.

— Идём, покажу, — быстро ответила Ива и рванула в сторону леса, показывая дорогу, — яма есть недалеко, там ничего не растёт, сколько себя помню.

— Есть такая, — подтвердила Самия, — там и вода после дождя никогда не собирается.

До странной на вид ямы мы добрались быстро, там действительно ничего не росло и была тёмная, словно горело это место неоднократно.

— Удалились все метров на пять от ямы, — распорядилась я и дождавшись, когда девочки будут в безопасности, тоже отошла от неё на три шага и швырнула огненный мяч. Но... видимо, я, похоже, с ним сроднилась, так как покидать он меня отказывался, — Не поняла? Давай уже!

— Ты сильнее попробуй, — подсказывал мне гримуар, а я вконец рассердившись, затрясла рукой, пытаясь сбросить прилипчивый шарик.

— Я уже по-разному пробовала, — рыкнула я и принялась стряхивать огонь второй рукой, но он просто перелез на другую сторону, — ах так! Ну и сиди здесь!

— Селин! Может его можно попросить вернуться? — прокричала издали Самия, оглянувшись на девочек, увидела, что предусмотрительные ведьмочки уже стояли намного дальше, чем пять метров.

— Угу, как?

— Ну... просто скажи

— Иди домой, а? — скептично пробормотала, не надеясь на чудо, но мячик стал быстро втягиваться в ладонь и подмигнув крохотным огоньком — исчез, — да ладно? И всё? Так просто?

— Получилось? — спросила Джейн, в её голосе слышалась вина, — он ушёл?

— Ага, ушёл... куда не знаю, — пожала плечами я, направляясь к девочкам, — давайте по домам, ещё часик можно поспать, позже будем разбираться с этим явлением.

— Селин?

— Да? — устало откликнулась, тело вдруг стало ватным, и я с трудом передвигала ноги.

— Давай я тебя провожу, ты неважно выглядишь, — предложила Вивьен, подхватывая меня под руку, — ты бледная стала и испарина на лбу.

— Спасибо, не откажусь, — заплетающим языком произнесла я, — ой, Джейн, а у вас-то что произошло?

— Ничего страшного, восстанавливайся, — быстро ответила Марни, стыдливо опустив голову, — мы потом расскажем и прости, всю ночь сидели над этим и забылись.

— Не переживайте, всё в порядке, — махнула рукой, пытаясь успокоить разволновавшихся ведьмочек, и тут же с усмешкой продолжила, — благодаря вам я теперь знаю, что стала драконом и могу извергать пламя.

До кровати, можно сказать, доползла, упав на неё навзничь, я тут же отключилась, последнее, что я услышала, это был тихий шёпот Розы: «Это к переменам! Сила — помоги»!

Дорогие читатели!

С 16 июня книга станет платной

Покупая платную подписку, вы вознаграждаете автора за её труд.

Хочу заранее поблагодарить Вас за поддержку!

Для меня это очень важно!

Спасибо, что Вы со мной!