Остров моих снов

Глава 1. Спасение

/иллюстрация Daria Sogrina-Druc/

Чистый вымысел. Может быть, нечто подобное случилось в параллельном мире. Я подслушала чьи-то мысли. Разве можно упасть, удариться головой, и очутиться на море? Если б такое было возможно, многие бы падали с удовольствием, чтобы попасть на морской отдых. (Шутка)

Все имена вымышленные, совпадения случайны.

***

Солнечные лучи ласкали веки. Прохладный ветер щекотал щеки и нос. Совсем близко плескалась вода.

— Забыла закрыть кран в ванной? Почему лежишь? Встань и беги, – девушка проговорила испуганно и распахнула глаза.

Перед ней простиралась бесконечная водная гладь.

— Море? Как я здесь оказалась?

Она оглядела себя и еще больше удивилась, увидев ситцевый халат и тапки.

— Я в домашней одежде? Вижу сон или кто-то подшутил надо мной?

Девушка сидела, вернее, полулежала на влажной глыбе или гладком куске скалы, торчащем из воды. Она не помнила, когда вцепилась в ее края, словно боясь соскользнуть с ровной поверхности. Осмотрелась и слева увидела зеленый остров – высокий холм, деревья с пышными кронами, белоснежный пляж. Рослый загорелый молодой человек в шортах помахал ей рукой. Она ответила тем же.

— Как меня зовут? – словно спохватилась, задала себе самый простой вопрос, и выдохнула: — Века, полное имя Вероника. Уф, помню хоть это.

Еще раз посмотрела вокруг и ужаснулась, на горизонте увидев плавник.

— Акула! – крикнула в отчаяньи.

Кто-то теребил ее за плечо:

— Века, проснись! Это всего лишь сон.

Знакомый голос успокоил, она открыла зеленые глаза, захлопала пушистыми ресницами, возвращаясь в реальность. Рыжеволосая девушка тяжело вздохнула и села.

— Снова приснилась акула?

— Да, Джон. Плохой сон пророчит нам неприятности.

— Вспомни, мы победили акулу. Позже ты ее ела, — синеглазый парень, лежащий рядом с ней в постели, широко улыбнулся. Его непослушные рыжие кудри, торчащие во все стороны, вызвали у нее улыбку.

— Ты попал ей в левый глаз, она уплыла вправо, но теперь за нами охотится иная акула – генерал.

— Что-нибудь придумаем, — упавшим голосом пробормотал Джон.

— Я должна осуществить задуманное. Не отговаривай меня.

— Мы можем влипнуть в серьёзную историю. Твоя откровенность подскажет ему, где находимся.

— Нам пора из дичи превратиться в охотников. Эту страну считают образцом справедливости, где соблюдаются законы во имя человека.

— Мне бы твою уверенность и решительность.

— У нас все доказательства, что генерал преступник, а он распространяет о нас мерзости и обвиняет в терроризме. Не спорь. Я размещу весь материал в инете. Пусть пользователи полюбуются и выскажутся. С их мнением приходится считаться и лидерам крупных держав. Наш номер дорогой, в нем должен быть доступ в сеть.

Она оглядела зеркальный шкаф, темные полированные тумбы, красивые светильники над широкой кроватью, взяла смартфон и уверенно заскользила пальцами по экрану.

— Сегодня отдохнем в номере. Устала, нет сил, надоело бегать из города в город, — она потянулась и продолжила отправление фотографий.

— Закажем еду, — он сел в постели.

— Ты голоден? Хочу кофе, есть не смогу. Нервное напряжение не спадает.

— Как скажешь, — он поднял трубку и заказал легкий завтрак.

Заказ принесли через пятнадцать минут. Оба успели освежиться под душем. После завтрака Вероника продолжила начатое занятие. Джон оделся в джинсы и свитер, и подошел к окну. Перед ним раскинулась площадь. Прежде чем выехать на нужную улицу, машины кружили по кольцу вокруг памятника. На противоположной стороне простирался ухоженный парк.

— Века, полюбуйся какая красота! Выйдем из душного помещения, подышим свежим воздухом, посидим у пруда, прогуляемся по аллее с фонтанами.

— Сейчас. Почти закончила, задам время публикации: шесть часов вечера.

— Люди вернуться с работы, будут обедать. Вряд ли их заинтересует чья-та жизнь.

— Ошибаешься, после трудового дня им любопытно, как и чем живет мир.

Она вскочила, натянула джинсы и короткий чёрный топ. На плечи набросила тонкий бежевый кардиган. Села на кровать и обулась в кроссовки.

— Я готова, — она сзади обняла друга, выглянула из-за его плеча. – О, какой пейзаж!

Изящная девушка оказалась на голову ниже долговязого парня.

Захватив сумочку, красавица танцующей походкой направилась к выходу.

Парочка погуляла по парку, посидела у фонтанов.

Веронику не покидало ощущение, что за ними наблюдают. Между деревьями лениво прошел полицейский. Влюбленные собирались перейти площадь, желая вернуться в номер. Их остановили три блюстителя порядка, один из них вежливо попросил:

— Предъявите документы.

Она вопросительно уставилась на Джона. Он обреченно вздохнул. Ее сумочка висела на правом плече. Вероника крепко ухватилась за локоть друга. Левой рукой достала паспорта.

Высокий полицейский открыл документы, посмотрел на них, сверяясь с фотографиями, вслух прочитал:

— Вероника Ива, — не глядя на нее, вернул паспорт. — Джон Барри, вы арестованы, — на запястьях парня защелкнулись наручники.

— За что? – вскинулась подруга.

— Он знает. Не мешайте, гражданка.

— Я пойду вместе с ним. Если так надо, наденьте наручники и на мои руки, — она крепче вцепилась в локоть спутника.

Обоих посадили в машину. Краски дня потухли, она задрожала всем телом и прошептала:

— Одна надежда на инет.

— Где вы устроились? – синие глаза полицейского, севшего на переднее сидение, смотрели на обоих пытливо.

— В гостинице напротив, номер 303 снят на моё имя, — дерзко произнесла подруга задержанного.

Машина подъехала к лестнице, ведущей ко входу изящного здания. Блюститель порядка покинул переднее сидение, взбежал по ступеням, влетел в вертящуюся дверь, на ходу доставая удостоверение, подошел к регистратуре:

— Добрый день!

— Добрый день, Ганс! Какое дело привело к нам?

— У вас остановилась Вероника Ива. Мне необходимо осмотреть ее номер и унести багаж.

— Она заняла люкс комнату 303 на третьем этаже. Оплатила двухдневное пребывание.

— Вопрос оплаты обсудим после проверки номера.

Ганс поднялся на указанный этаж, вошел в просторное помещение, огляделся:

— Мебель из дорогого дерева. У них так много денег? — надел перчатки.

Гардероб оказался пуст. Ничего не обнаружил и в тумбах. Открыл яркий чемодан на колесах, стоящий возле обширной кровати, стал доставать одежду, и класть на постель:

— Девица аккуратная, столько всего поместилось.

Ощупав пустой чемодан, не нашел тайников или двойного дна. Во внутреннем кармашке обнаружил кредитки:

— Интересно, чьи они? Кто из них богач? — он старался складывать вещи в прежней последовательности.

Ганс выкатил чемодан к лифту, спустился в регистратуру.

— Передайте Веронике Ива сумму за день. Заберите чек, — администраторша протянула бумажки стражу порядка. – Симпатичная пара. Надеюсь, они не нарушили законы.

Вскоре патрульная машина остановилась перед отделением.

— Осталось полчаса, — взглянув на часы, пробормотала Вероника, выбираясь из автомобиля вслед за другом. – Продержимся.

Влюбленная пара в сопровождении тех же полицейских проследовала в кабинет, расположенный в конце длинного коридора. Справа находились камеры предварительного заключения. Некоторые из них оказались занятыми любопытными гражданами, глазевшими на прибывших сквозь прутья решетки. Слева в ряду окон в крупных горшках цвели многолетние комнатные растения. Молодые люди шагали, опустив головы.

Высокий стройный светловолосый мужчина в форме полковника встал из-за стола.

— Она не желает оставлять парня одного, — доложил подчиненный. – Не обманула с гостиницей. Багаж чист. Вероника, возьмите сумму с чеком – гостиница вам вернула.

Она машинально вложила протянутые бумажки в сумочку.

Ганс откатил чемодан к окну.

Начальник полицейского участка посмотрел на нее с уважением. Девушка решительно выдвинула два стула – пара села.

— Спасибо, Ганс, подожди в коридоре! – исполнительный страж порядка покинул помещение.

— Выслушайте нас, пожалуйста, — подруга задержанного с мольбой смотрела на начальника.

— Вы знаете, почему задержан Джон Барри? – ее изучали строгие серые глаза. Хозяина кабинета не покидало чувство, что он знает девушку.

— По требованию генерала. Настоящий преступник хочет убить свидетеля его злодеяний! – голос Вероники звучал решительно.

«Голос я не слышал, — полковник продолжал рассуждать мысленно, — но ее взгляд смущает. Может, видел фотографию?».

— Есть международный договор. По нему мы обязаны задержать Джона Барри. Суд разберется.

— Суда не будет. Как вы не понимаете? Генерал хочет убить невиновного человека.

Игнорируя ее просьбу, начальник позвонил:

— Генерал, мы задержали того, кого вы ищете. Можете забрать парня.

— Если б я была гражданкой вашей страны, вы бы выслушали меня? – непроизвольно, коверкая первые слова, она перешла на язык государства, в котором они пребывали.

— Но вы не гражданка.

— Мой отец гражданин и известный человек. Дайте бумагу, запишу его данные.

Она аккуратно вывела на листке: лорд Роберт Гилдерой.

Прочитав имя на бумажке, взгляд полковника изменился:

— Это вы сейчас придумали? Откуда знаете наш язык?

— Я должна рассказать многое. Впрочем, через пятнадцать минут весь мир узнает кто преступник. Все доказательства ушли в Интернет.

— Покажите ваши доказательства.

— Подключите мой смартфон к компьютеру.

Она нашла снимки и начала комментировать.

— Пираты привезли заложника, он мальчишка. Обратите внимание на их довольные лица. Здесь пацана тащат в пещеру. На следующем изображении Джон приносит парнишку на пляж. Заложник пытается ползти. У него нет сил.

— Откуда у вас фотографии?

— Есть и видео. На острове снимается сериал. Джон Барри работает оператором. Группа сделала перерыв и уехала. Джон остался. Никто не знал, что в тот момент он находился на том клочке суши. Освободите его руки от наручников. Прошу вас.

В коридоре раздались крики. Трое военных ворвались в комнату, за ними влетел Ганс. Вероника обняла Джона за голову и привлекла к себе. Генерал достал пистолет и снял с предохранителя.

— Остановитесь! – шеф отделения встал с места.

Ворвавшийся вояка направил оружие на парня. Одной рукой Ганс ударил по пистолету, другой — электрошокер разрядил в нарушителя. Раздался выстрел. Пуля вошла в письменный стол. Двое военных дёрнулись к генералу и к кобуре, но полковник остановил их взглядом, указав на видеокамеру над собой. Дверь распахнулась, вбежали полицейские. Стрелявший вояка растянулся на полу. Сопровождающих лиц вывели из помещения.

— Пересядьте на диван, — Веронику попросил хозяин кабинета.

Парочка встала, пересела на короткий диван перед окном. Ее била дрожь, он пытался ободрить подружку, шептал:

— Тихо, успокойся. Ты храбрая девушка.

Через несколько минут полицейские принесли прозрачные пакеты. В них лежали огнестрельное и холодное оружия, ремни, бумажники, телефоны. Изъятые предметы начальник положил в сейф. Ганс обыскал генерала, выложил на стол содержимое его карманов.

— Проверь воротник, — шеф попросил подчиненного.

С воротника Ганс снял ампулу и положил на стол. Полковник вложил капсулу в пакетик и вместе с остальными вещами нарушителя убрал в сейф. Закрыл его на ключ.

— Не имеете права, — генерал начал приходить в себя. Ганс помог ему встать на ноги. На запястьях застегнул наручники.

— Джефф Малфой, вы арестованы по обвинению в организации и нападении на полицейский участок. Над нами вмонтирована камера. Все необходимые материалы передам вашему послу. Проводите задержанного в камеру.

Когда в комнате остались четверо, хозяин жестом пригласил пару к столу. По его знаку Ганс снял с Джона наручники.

— Позвольте представиться, Виллоу Вропинг. Прошу прощения за инцидент. Юная леди, поясните остальные кадры.

Она облегченно вздохнула, прошлась подушечками пальцев по смартфону.

— Прилетели военные, двое из них должностные лица, они пришли на пляж. Никто не собирается помогать парнишке. Он лежит словно вещь на песке. Появляется злой генерал и ногами бьет пацана. Помощник Джеффа Малфоя достает телефон и просит принять позу. Кадр появится в СМИ – радостный вояка обнимает спасенного мальчика. Разве что слезу не пустил. Привели пиратов. Тащат еще одного. Он упирается с криками: «Я яхтсмен, шел мимо острова, хотел набрать питьевой воды». Озверевший чинуша показывает ему снимки в своем смартфоне. Видимо, яхтсмен – руководит пиратами. «Тебя сдала твоя девка, — рычит генерал». Всех увозит вертолет.

Они возвращаются примерно через час – без парнишки. Пираты в изодранной одежде. Очевидно, их пытали. У военных в руках лопаты. Все направляются в пещеру. Пленники копают глубокую яму – себе могилу. Их бросают туда, бьют лопатами по головам. Все снимки и видео разошлись по сети. Вижу, есть первые комментарии.

Хозяин кабинета посмотрел на девушку с восхищением. Позвонил кому-то:

— У меня сюрприз. Приезжай немедленно ко мне на работу.

В дверь шумно ввалился богато одетый крупный визитер.

— Молодые люди, — Виллоу обратился к парочке, — пересядьте на диван.

— Преступников не хочешь арестовать, зато задержал генерала моей страны. Нарушаешь международный договор.

— Господин посол, надо мной висит камера. Сядьте и смотрите, что происходило в моем кабинете считанные минуты назад, — полковник развернул экран к посетителю. Взгляд гостя становился угрюмее с каждым кадром записанного события.

— Подобное происшествие считаю вооруженным нападением на вверенное мне отделение. Все материалы перешлю на ваш адрес. Запишите его на листке. Интернет полон комментариев по поводу истинного преступника. Займитесь информацией вплотную. Тот же пакет данных уйдет нашему прокурору.

— Что скажете людям, собравшимся на улице? – посол ехидно улыбался.

Шеф полиции подошел к окну, поднял жалюзи.

Перед зданием собралась толпа с плакатами: Долой террористов!

Опустив жалюзи с безразличным лицом, начальник полицейского участка вместе с посетителем направились к выходу. Увидев их на лестнице, толпа умолкла. Журналисты вышли вперед с микрофонами:

— Что ответите нашим зрителям и читателям?

— Несколько минут назад в Интернете появились подлинные снимки и видео с места событий. Мы изучаем материалы и вам рекомендуем. Все кадры чёткие, — спокойно ответил начальник отделения.

Люди уткнулись в смартфоны. Толпа мгновенно рассеялась.

— Предатели, быстро переметнулись, — посол недовольно хмыкнул, и поспешно сел в свой роскошный автомобиль с темными стеклами.

Как только он отъехал, на остановке припарковалась дорогая иномарка. Водитель выбежал, и распахнул дверь перед пассажиром.

Из салона вышел высокий стройный мужчина средних лет со светлыми волосами в строгом костюме, и направился в здание.

Чувствовалось, что важный посетитель не впервые входит в отделение. Он быстрым уверенным шагом повернул налево, и двинулся в конец коридора. Дверь открылась раньше, чем гость подошел к ней.

— Кажется, у меня твоя дочь, — тихо произнес Виллоу. – Набери воздух в легкие.

Гость судорожно вздохнул, и шагнул в проем.

На диване, прижавшись друг к другу, словно испуганные голубки, сидели парень и девушка. Вошедший мужчина рухнул перед ней на колени.

— Прости меня, дочка, — синие глаза смотрели с мольбой и надеждой.

— Лорд Роберт Гилдерой, встаньте, — она пробормотала смущенно.

— Вам лучше уехать сейчас же. Толпа может вернуться в любой момент, — напомнил шеф полиции.

— Спасибо, Виллоу!

Гости поднялись и поспешили к выходу – спереди отец и дочь, следом Джон катил чемодан.

Полковник с улыбкой наблюдал из окна, как влюбленные сели на заднее сидение, лорд устроился впереди.

Едва машина отъехала от здания, Вероника разразилась рыданиями.

— Что с тобой, дочка? – лорд растерялся. Протянул парню пачку салфеток и бутылку воды.

— Генерал стрелял, она испугалась, — пояснил Джон, пытаясь успокоить подружку, подавая ей очередную салфетку.

Она не успевала вытирать слёзы, непрерывным потоком льющиеся из глаз.

— Негодяй! – возмутился отец.

— Полицейский успел среагировать.

По знаку лорда машина остановилась. Отец подал дочери пластиковый стаканчик. Джон налил воды. Она пила глотками, пытаясь успокоиться. Джон достал из ее сумочки таблетку и дал ей.

— Как вас зовут, молодой человек?

— Джон. Простите, что не сразу представился.

Лорд позвонил:

— Луис, подготовь ее комнату и для друга — гостевую, — «ее» произнес значительным тоном.

Через некоторое время машина въехала в распахнутые ажурные чугунные ворота частного владения с ухоженным участком, и остановилась у широкой лестницы красивого особняка. Лорд и его спутники поднялись по ступенькам. У входа в двухэтажный дом ждал высокий крепкий мужчина с сединой в волосах в форме дворецкого. Он гостеприимно распахнул тяжёлые створки дубовой резной двери, над которой висел зажженный фонарь.

— Комнаты готовы, милорд, — отчитался с поклоном.

— Спасибо, Луис!

— Нам с Джоном нужна одна комната, — вмешалась Вероника.

— Как угодно юной леди. Перенесем к вам необходимое бельё.

Глава 2. Знакомство с домочадцами

Наступали сумерки. Во дворе зажегся фонарь, осветивший белый дом.

Следом за лордом и его спутниками по лестнице ко входу в особняк стремительно поднялся худощавый невысокий юноша в джинсах и яркой майке с вызывающими рисунком и надписью, и насмешливо спросил:

— Отец, привез гостей? Кто на сей раз надеется на бесплатный ужин?

— Евген, придержи язык! Дорогие мои, не слушайте глупца.

— О, погодите! Вижу героев Интернета. Ты привел в наш дом террористов?

— В нашем доме один террорист – это ты. Твоя информация устарела, загляни в сеть и прочитай свежие новости, — лорд оттеснил насмешника к стене.

Луис провел парочку до комнаты на втором этаже:

— Дверь снаружи открыть невозможно. Горничная принесет бельё для парня. Ужин через полчаса. Я провожу до гостиной. Вот и Луиза, — дворецкий задержался у входа.

Молодая девушка приятной наружности в синем строгом платье с белым передником приветливо улыбнулась, присела в реверансе, положила на кровать белоснежный халат и простыню. Луис ждал в коридоре, чтобы закрыть дверь.

Вероника с интересом разглядывала комнату: мебель из красного дерева не казалась кричащей, изящный светильник висел над широкой кроватью, на трюмо стоял серебряный колокольчик для вызова прислуги:

— Я первая приму душ, хотя ты можешь сразу присоединиться, — Вероника побежала в санузел.

У красивого зеркала в ванной обнаружила прозрачный шкафчик с разнообразной косметикой: шампуни, кремы. На крючке висели халат и банное полотенце розового цвета.

— Всё предусмотрел для девочки, — пробормотала польщено.

Джон скинул брюки и свитер, постоял недолго, взял халат и последовал за девушкой.

Освежившись, разгоряченные и довольные оба вышли из ванной комнаты, и сели на постель.

— Оденемся солидно.

Она достала из чемодана вечернее длинное прямое бирюзовое платье. Для друга выбрала дорогой темно-синий костюм, бельё и бледную сорочку по тону подходящее к ее наряду. Казалось, чемодан безразмерный – оттуда вытащила туфли себе и парню. Влюбленные быстро оделись.

— Это Луис, — раздался голос в коридоре, в дверь постучали.

Вероника открыла.

— О ключе не беспокойтесь – открывать и закрывать – моя обязанность. Надеюсь, вы мне доверяете.

— Не сомневайся, Луис. С нами можно и на ты.

У двери появился лорд. Из своей комнаты, расположенный чуть левее на противоположной стороне вышел Евген:

— О, голубки разоделись.

— Ступай в гостиную, иначе твое место займет кто-то другой, и будешь ужинать у себя в гордом одиночестве, — строго велел ему лорд.

— Бегу, бегу, спешу выполнить приказ.

Лорд, парочка и Луис зашагали следом.

Хозяин дома сел во главе овального стола:

— Дочка, сядь слева от меня. Джон садись рядом с ней. У нас будет гость. Позови повара, Луис.

— Я здесь, милорд, — слева от хозяина дома появился мужчина крепкого телосложения в белоснежных халате и колпаке.

— Что у нас на ужин?

— Много разных блюд из рыб лучших сортов, телятины, курицы. Я не знаю, что любит леди, и потому приготовил кушанья разных народов.

— Я голодна и съем всё, что принесете. Я непритязательна в еде. Нам за месяц чего только не пришлось отведать, — Вероника улыбнулась доброжелательно.

***

Шеф полиции — полковник Виллоу Вропинг, подъехал к своему дому, нажал на кнопку пульта, распахнулись ворота в чугунной ограде вокруг ухоженного участка с двухэтажным особняком, через минуту открылся гараж. Автомобиль въехал внутрь. Всё закрылось автоматически.

Хозяин дома прошел по узкому коридору из гаража на кухню.

— Отец, сегодня будем ужинать? – на стуле сидел парень лет двадцати с каштановыми волосами, в остальном полная копия Виллоу.

— Макс, закажи себе ужин в ресторане Петера. Я ухожу к Роберту. Нужно уточнить некоторые детали запутанного дела.

— Имеешь в виду шумиху в Интернете? Виновники у него в гостях?

— Не совсем так – ты ошибаешься кое в чем. Расскажу, когда всё выясню.

Виллоу перешел в гостиную и позвонил:

— Ганс, как дела?

— Мы на двух машинах катаемся по вашей улице и перпендикулярной к ней, пока всё тихо.

— Хорошо, продолжайте дежурство.

Набрал другой номер:

— Луис, откроешь мне нашу дверь.

***

Дворецкий исчез, повар ушел на кухню, в гостиной появился Виллоу.

Луис вернулся и встал между лордом и Евгеном.

— Рад тебе, друг. Сегодня ты сделал меня счастливейшим человеком, — с чувством произнес лорд, приветствуя гостя.

Вероника, кивая мыслям, улыбнулась полковнику. Джон посмотрел на гостя благодарно.

Повар принес первое блюдо и положил порцию лорду, следующую – Веронике, затем, наполнив тарелку Джона, подошел к гостю. Евгену кушанье досталось в последнюю очередь.

Дворецкий отведал кусок из тарелки лорда.

— Как всегда, проверяешь, Луис. Боишься, что твоего драгоценного хозяина отравят, — съехидничал Евген.

— Напрасно я назвал тебя Евгеном, хотел чаще повторять имя любимой. Теперь буду звать тебя Гастер.

— Что это значит? – насупился насмешник.

— Укороченное от слова «гангстер», — усмехнулся шеф полиции, сидящий по правую руку парня.

— Новоявленные дорогие умеют пользоваться ножом и вилкой?

— Я метко бросаю эти приборы, — предупредила Вероника. – Попробовать? Спорим мне за броски ничего не будет?

Насмешник угрюмо уставился в тарелку, словно раздумывая: стоит ли кушать.

Она быстро поглощала приносимые блюда и перешла на сладкое: приличный кусок торта-суфле и пирожные с орехами стремительно исчезли с посуды, которую едва успевал менять довольный повар:

— Что выпьет леди?

— Ромашковый чай. Джону тоже принеси.

— Чай уже готов. Приятно, что угадал ваш вкус.

— Мне налей кофе, — попросил Виллоу.

Ужин подошел к концу. Луиза и повар ловко убирали посуду. Стол опустел.

— Теперь все пойдем в кинозал, посмотрим фильм, откроем, точнее, чуть приподнимем занавес тайны, — вставая, велел лорд.

Вероника направилась следом под руку с Джоном.

Евген хмыкнул и пристроился за ними.

— Я слежу за тобой, — рука Виллоу легла на его плечо.

В маленьком зале на стене висел большой телевизор и стояли два ряда стульев с подлокотниками. Луис вставил кассету в устройство, лежащее на подставке, и подал пульт хозяину дома. Лорд сел на левый крайний стул первого ряда.

— Дочка, сядь рядом со мной. Джон, займи место возле нее.

— Мне где сесть? – недовольным тоном спросил Евген.

— Гастер, садись на правый стул второго ряда.

Парень подчинился, рядом устроился шеф полиции.

— Сейчас ты увидишь маму – Евгению, — лорд обратился к дочери.

— Мою маму зовут Оливия, — возразила Вероника.

— Вот, что я говорил? Привел в дом не пойми кого, и выдает за свою дочь! – воскликнул Евген.

— Заткнись! – лорд встал, тяжко вздохнул. – Я совершил много ошибок. В момент регистрации данных о родителях думал об Оливии – она рожала в муках в другой больнице, потому в графе: «имя матери» записал Оливия. Дай мне время, дочка, я расскажу всю сложную историю. Пока просто посмотри на Евгению.

На экране появился кадр: на скамье у пруда сидела девушка полная копия Вероники.

— Так не бывает! – Вероника встала и направилась к телевизору.

Повернулась к Джону и упала в обморок. Парень успел ее подхватить.

— Неси Веронику в вашу комнату, — лорд попросил Джона.

— Я вызову семейного врача, — громко сказал Евген.

— Как заботлив! – скептически заметил Виллоу.

Джон донес девушку до кровати, уложил на постель. Рядом появилась тучная женщина со шприцем.

Вероника подняла веки, наткнулась на злой взгляд темных глаз, и отодвинула опасную руку:

— Уйди от меня!

— Она семейный врач, — пояснил отец.

Пышка сжала упрямые губы, свободной кистью откинула челку коротких густых волнистых каштановых волос.

— Она убийца! – воскликнула Вероника, усаживаясь на постели.

— Уходите, — женщине велел лорд.

— Джон, дай мою сумочку, достань таблетки и бутылку.

— Нашу воду пить боишься? – съязвил Евген.

Шеф полиции вытолкал насмешника из комнаты:

— Тебе лучше уйти к себе.

Луис вышел в коридор и грубо ввел парня в его спальню, закрыв дверь на ключ, задвинул малозаметную щеколду наверху почти на краю резной двери:

— В сериалах можно увидеть нечто полезное.

Когда в комнате Вероники остался лишь лорд, она спросила:

— Папа, в доме есть скрытое безопасное место?

— Да, в подвале. Надеюсь, тебя не смущает это обстоятельство. О нем мало кто знает.

— Уведи нас туда. Здесь оставаться опасно, — она кинула испуганный взгляд на балконную дверь.

Отец подошел к двери, прислушался, открыл и выглянул в коридор. Там стояли Луис и Виллоу. Лорд сделал приглашающий жест Веронике и повелительно указал дворецкому куда-то. Девушка взялась за ручку чемодана. Джон отобрал у нее груз и понес. Все тихо двинулись к тайной двери, которую открыл верный слуга. Внутри зажегся свет и показалась винтовая лестница, четверо: Виллоу, Вероника, Джон и хозяин дома спустились. Луис закрыл за ними.

Внизу оказалось достаточно просторно.

— Подвал сделан давно на всю площадь дома, — пояснил лорд. – В нем есть всё для проживания четырёх человек около месяца. За перегородкой спальня, — указал лорд, — Джон, неси туда чемодан.

— Я понимаю, что вы устали, — вмешался Вилллоу, — но я остался не ради праздного любопытства. Юная леди, ответьте на некоторые вопросы. Можете лечь на диван. Если сильно устанете, засыпайте.

— Я переоденусь, с вашего разрешения.

— Мы подождем, — улыбнулся Виллоу.

Джон надел спортивный костюм. Вероника вернулась в шелковой цветной пижаме и легла на диван. Парень устроился у нее в ногах. Друзья сели в кресла.

— Что вас интересует? – уточнила девушка, отодвинув подушку, опираясь на локоть.

— Почему вы оттолкнули руку врача и обозвали убийцей?

— Вы мне не поверите.

— Поверим, дочка, сегодня произошло столько всякого маловероятного для скептика.

— Я слышу мысли. Она подумала: сейчас тебя отправлю к матери Евгена. У него мелькнула мысль: в этот раз убьёт сразу, выкрутимся.

— Похоже, Роберт, твои предположения верны, — Виллоу позвонил: — Ганс, что происходит у дома?

— Из особняка вышла тучная женщина с чемоданом, села в такси.

— Запомнил номер? Следуй за ними.

— Задержать?

— Желательно. Проследи, чтобы по пути она ничего не потеряла.

— Выполню.

— Как я мог поверить рекомендации незнакомых людей? – сокрушался лорд. – Очевидно, она убила дорогих мне людей.

— Юная леди, можно спросить: как у вас появилась эта способность и поясните, когда стали понимать наш язык? Вы его изучали, узнав кто ваш отец?

— Вы в курсе, что я побывала замужем?

— Нет, — друзья ответили хором, и удивленно переглянулись.

— Я жила в элитном детдоме: собственный парк с каруселями, купание в близлежащем озере.

— Благотворительная организация сдержала обещание, — пояснил лорд.

— Вскоре купание отменили – утонул мальчик. В день моего семнадцатилетия мне выделили отдельную квартиру. Со мной жила воспитательница, я называла ее мамой. Так надо было для посторонних людей, чтобы не возникало неудобных вопросов. Она знакомила меня с районом, в котором мы жили, помогла устроиться на работу, учила делать покупки, учитывая наличие денег. Готовить научили на уроках домоводства. Сначала она обучала, потом следила и не подсказывала, ждала, как я самостоятельно смогу выполнить то или иное задание. Через восемь месяцев она решила, что я готова жить одна, и стала чаще уходить в детдом. Нас с Асей поселили в одном районе, мы встречались в кафе во время обеденного перерыва и в выходные дни. Теперь думаю, что Вадим не случайно зашел за нами. Сначала он присматривался к нам, прикидывая к кому приставать: говорить комплименты, делать подарки. Ася не такая доверчивая как я. В первый раз он подарил обеим маленькие букетики подснежников.

— Он приставал к несовершеннолетней? – поразился лорд.

— Да, мы ему сообщили об этом. Воспитатели предупреждали нас: не знакомьтесь со случайными людьми. Я поверила ему – у него вкрадчивый, мягкий, ласковый голос, рассказывает много интересных историй. Он красиво ухаживал: дарил цветы и дорогие конфеты. Каким-то образом Вадим узнал, что воспитательница больше не остается у меня и напросился ко мне в гости: «Пусть подруга тоже придет. Приготовишь нам кофе, я принесу шоколад и фрукты».

— Видимо, следил за тобой, узнал адрес.

— Пришел, восхищался чистотой и уютом в квартире. Пригласил к себе. Мы отказывались. «Ладно, я просто покажу моё жильё снаружи». Мы поверили, он силой завел нас в особняк. Подарил мне кольцо, Асе вручил коробку дорогого шоколада, и выпроводил из дома. Асе нужно было бить тревогу, бежать в детдом, но она думала, что не следует мешать моему счастью – Вадим искусно изображал влюбленного мужчину. Можно сказать: он меня изнасиловал и удивился: «Не ожидал, что ты девочка. Всегда думал, что у сирот свободные нравы. Теперь, как порядочный человек, я обязан на тебе жениться».

— Как ему удалось зарегистрировать брак с несовершеннолетней?

— Вадим юрист, умеет обходить законы. Сначала всё шло хорошо – ему нравились мои обеды и аккуратность. Он забрал документы на квартиру, и однажды заявил: «Мы живем в большом доме, твою квартиру я продал и полученную сумму положил на твое имя». Он врал, деньги перевел на собственный счёт.

— Негодяй! – воскликнул лорд.

— Наверно, я зря рассказываю, вас расстроила.

— Вы не дошли до сути: ответа на мой вопрос, — мягко уточнил Виллоу.

— Продав квартиру, муж изменился. Начал меня воспитывать: бить по любому поводу и просто так.

— Бедный ребенок, сколько тебе пришлось вынести, — удрученно пробормотал лорд, схватившись за голову.

— Однажды муж врезал по моему лицу перед уходом на встречу с компаньоном. Удар оказался сильным. При падении, возможно, я обо что-то стукнулась, потеряла сознание. Меня спас его деловой партнер – иностранец. Он напросился в гости: «Мы у дома, боишься пригласить к себе? У холостяка не убрано?». «Нет, я женат. У нас образцовый особняк, — смутился Вадим». Моё счастье, что посетитель вошел первым, не позволил хозяину подойти ко мне, лежащей на полу, позвонил медикам. Они приехали, пострадавшую забрали в больницу, мужчины поехали за скорой помощью. Джон сказал, что бывают случаи, когда от сотрясения мозга появляются какие-то способности: телепатия, владение языком предков.

Рассказчица сонно зевнула, Виллоу встал, лорд вышел с ним. Джон направился в спальню, откинул покрывало на кровати, вернулся к дивану, взял Веронику на руки, перенес на постель, устроился рядом. Она повернулась, легла на него, обняв левой рукой. Он укрыл ее одеялом.

Друзья украдкой подглядывали из-за перегородки.

— Она обращается с ним как с мягкой игрушкой, — улыбнулся лорд.

— Они многое пережили врозь и вместе, нашли друг друга, и заслужили счастье.

Виллоу повел друга к узкому коридору.

– Мне пора. Спокойной ночи!

— Спокойной ночи!

— У меня еще не закончился рабочий день. Пойду, узнаю новости, — Виллоу запер вход в свой подвал ключом. Как только зажегся свет, прошел по коридору, поднялся по лестнице, закрыл верхнюю дверь.

Сын ждал на кухне:

— Не голоден?

— Нет, меня сытно накормили. Выпью кофе.

— Надеюсь, расскажешь новости.

— Я мало что выяснил. Она дочь Роберта, как две капли воды похожа на мать, — Виллоу позвонил.

***

Луис серьёзно отнесся к желанию девушки спрятаться, потому тихо открыл дверь ее комнаты. Не зажигая свет, из гардероба достал рыжеволосую огромную куклу и большого медведя. Обе игрушки он уложил на кровать, подложил подушки, чтобы они смотрелись, как люди в постели, укрыл одеялом и пробормотал:

— Обманем врагов. Подарки для девочки должны сыграть роль спасителей.

Тихо ушел, закрыв за собой.

Евген пытался открыть свою дверь – отходил от нее и снова пробовал. Луис наблюдал за ним со смартфона. Несколько дней назад он украдкой установил камеры во всех комнатах. Подошел к двери парня, отодвинул щеколду:

«Пусть наркоторговец отправляется в клуб».

Луис быстро прошел на кухню, расположенную далее по левой стороне коридора.

Проверив карманы, Евген выбрался из комнаты, запер дверь на ключ, и выбежал из особняка. Пультом открыл гараж и ворота, выехал на машине. Всё за ним закрылось автоматически.

Луис заглянул в комнату охраны – двое работников резались в карты.

— Охранять кто будет? – дворецкий громко произнес в разговорное устройство на кухне.

— Мы наблюдаем, — сконфуженно произнес один из охранников.

— Дурни, боюсь, вы пострадаете первыми.

— Не беспокойся о нас, Луис.

— Уволить вас что ли?

Лорд вызвал дворецкого:

— Спишь? Мне не спится.

— Принести горячего молока?

— Да, пожалуй, выпью.

Луис подогрел молоко, влил в чашку, положил на блюдо с крышкой для горячих кушаний. Собрал всю оставшуюся после ужина еду, тарелки накрыл прозрачными крышками. Всё положил на обычный поднос, его перенес в левый крайний шкаф, нажал на скрытую кнопку. Пища уехала в подвал. Дворецкий спустился вниз. Лорд ждал на кухне:

— Что принес?

— Молоко и остатки ужина. Хотите торт? – Луис поставил перед лордом чашку.

— Нет, положи еду в холодильник. Дочь съест утром. Я видел, что ты придумал с игрушками.

— Поэтому не спите – ждете результата. Я прослежу. Вы знаете, что у меня бессонница, — Блюда с прозрачными крышками Луис перенес в холодильник. Нажав на кнопку в стене, вернул порожнюю посуду на кухню.

— Бездельник ушел?

— Почему бездельник? Он нарокоторговец. Деньги у него водятся.

— Давно? Почему ты молчал?

— Не хотел вас огорчать. И любовница есть.

— Хорошо, что он мужик.

— Кто знает, кто знает? – насмешливо произнес дворецкий. – Ложитесь спать. Я всё выключу и уйду.

Луис ушел к себе, не переставая следить за камерами наблюдения в доме. Луиза видела сны, лежа в его постели.

После полуночи в комнате Вероники открылся балкон, кто-то в чёрном одеянии несколько раз выстрелил из оружия с глушителем по игрушкам, установил камеры на двери и скрылся.

«Вот и всё! Обман удался, – подумал Луис, наблюдая за действием незнакомца с телефона. – Пожалуй, прикрою дверь на балконе. Очевидно, она не надежная, как наша охрана. Камеру и фонарь во дворе убийцы разбили. Охранников не тронули».

— Идиоты, закройте вашу дверь на щеколду. Нас не охраняете, хотя бы о себе позаботьтесь.

Охранник задвинул запор:

— Спасибо, Луис! Сегодня поспим по-человечески, — второй парень раскрыл диван.

— Неблагодарные, — качая головой, Луис прошел в комнату Вероники, тихо задвинул балконную дверь, вышел в коридор, и запер место преступления на ключ.

Глава 3. Ночное дежурство

На землю опустилась безлунная ночь, в небе заблестели звезды.

Виллоу расположился в кресле гостиной своего дома: «Пусть Ганс сегодня работает самостоятельно. Я придумаю, как его отблагодарить».

— Ганс, что выяснил? — полковник ждал отчета.

— Баба сменила тачку, попутно выбросив что-то в мусорную урну. Нам повезло: мусоровоз только отъехал, улики упали в пустую емкость, — мужчина тихо рассмеялся. – В пакете обнаружил использованный шприц, разбитые ампулы с сильным и слабым ядами. Мы вычислили такси, следуем за сыном. Он подобрал ее в центре города, направляется в деревню на окраине. Мне хорошо знаком тот край, едем по траве, чтобы не шуметь. Почти подъехали к дому. Она тучная особа, но с нами Дрю, верзилу не удивишь тяжестью мешка.

— Сколько вас?

— Трое с водителем.

— Удачи! Будьте осторожны!

Машина, ехавшая по дороге, свернула к дому. Молодой человек вышел пошатываясь.

— Он либо пьян, либо очень устал. Работает хирургом в клинике. Возможно, вышел с работы после операции. Мать заставила привезти ее в глушь, чтобы спрятаться, — Ганс пояснил сослуживцам. – Крис, выходим и пытаемся войти в дом. Не нужно давать ей время одуматься, и разобрать чемодан. Думаю, сын нас впустит.

Двое полицейских подошли к дверям домика, водитель направился к окну.

Ганс постучался.

— Откройте, полиция!

— Что за дела? Что заставило вас приехать в глушь? Утром я должен быть в клинике, у меня плановая операция, — открывая, ворчал усталый хирург, внешностью похожий на мать.

— Мы к Минне Вибек, — Ганс решительно шагнул в комнату.

— Мама легла спать.

— Вы только вошли. Она не успела раздеться.

— Мама, к тебе пришли, — сын постучался в спальню.

— Я собралась спать и разделась.

— Оденьтесь. Вас спрашивает полиция. У нас несколько вопросов, — потребовал Ганс.

Минна открыла окно. Снаружи, раскинув руки, стоял здоровяк Дрю.

— Крошка, прыгай в мои объятья, потискаю твои сиськи. Можно мне самому подняться? – карие глаза смеялись, полные губы послали воздушный поцелуй.

Она закрыла окно, и наглухо зашторила. Подошла к трюмо, открыла ящик, достала что-то, и запихала в потайные карманы широкого платья с многослойной юбкой.

«Что если глупец бросится защищать мамочку?», — Ганс решил не рисковать, электрошокером на малой мощности уложил хирурга в кресло.

— Что вам нужно? – Минна вышла из спальни. – Что вы сделали с моим мальчиком?

Она подбежала к хирургу. Ганс применил к ней электрошокер большей мощности. Двое полицейских с трудом удержали падающую тушу.

— Я пришел вовремя, — Дрю вошел в дом.

Взвалил толстушку на плечо, и понес к машине. Напарник помог уложить грузную особу на заднее сидение, и надел на нее наручники.

Ганс остался в доме, вошел в спальню, осмотрелся, натянул перчатки. Открыл ящик трюмо. Достал лекарства, положил в пакетик. Под ящиком обнаружил второе дно, в нем лежали украшения. Драгоценности переложил в целлофановый мешок. Всё собранное сложил в крупный пакет.

«Такие дорогие побрякушки она не могла купить, как бы много ей не заплатили. Похоже, украла или ей подарили за темные дела».

Захлопнув дверь дома, Ганс сел на заднее сидение. Чемодан и пакет с собранными уликами забрал сослуживец, севший впереди.

Минна Вибек медленно приходила в себя.

— Выпустить второй разряд? – спросил Ганс.

— Не надо, прошу вас. Я сама пойду в участок, — попросила жалобно.

— Я помогу, крошка, — радостно отозвался водитель. Она смутилась.

Патрульная машина остановилась у лестницы отделения. Дрю открыл заднюю дверь. Пышка пыталась юркнуть мимо него. Рядом с ней возникли двое полицейских. По лестнице спустился еще — один.

— Крошка, куда спешишь без меня? Я обещал тебе помочь, — Дрю схватил ее сзади за грудь. – Вся мягкая, аппетитная, таких люблю.

Ганс выпустил в нее слабый разряд электрошокера. Она обмякла. Верзила взвалил тушу на плечо, и донес до кабинета начальника отделения:

— Похоже, тебе нравится кататься на мне.

Ганс открыл дверь. Полицейские посадили задержанную в кресло с подлокотниками, чтобы она не упала.

— Туша весит две тонны, — Дрю вышел в коридор.

Крис внес в кабинет ее чемодан и пакет с уликами. Толстушка замычала, приходя в себя.

— Минна Вибек, вы находитесь в полицейском участке. Надо мной висит камера. Всё что скажете, как поведете себя, может быть использовано против вас, — Ганс произносил слова громко и четко.

— В чем меня обвиняют? – она промолвила медленно, пытаясь собраться с мыслями.

— В убийствах: супруги и отца лорда Роберта Гилдероя, и в покушениях на него самого и его дочь.

— Какие у вас доказательства моей вины? – ее взгляд прояснился, лоб нахмурился.

Ганс достал мелкие пакетики, и бесстрастным голосом произнес:

— В первом из них использованные шприцы и капсулы с ядом, которые вы бросили в мусорное ведро, сбегая из особняка лорда, где работали домашним врачом. На целлофане сохранились ваши пальчики. Во втором пакетике яды из вашего трюмо. Сейчас проверим коробку для багажа. Должен быть тайник, — Ганс вытащил все вещи, вскрыл дно чемодана. – О, сбоку кинжальчик. Короче, пишите признание. Может, суд учтёт его при вынесении приговора.

— Что мне грозит?

— Много лет на общественных работах в отдаленных местах.

— Я действовала по указке члена семьи. Вы и его привлечете к ответственности?

— Не сомневайтесь, в нашей стране каждый преступник получит по заслугам, — он смотрел прямо в глаза.

— Мне плохо, я устала, убегая от вас, — она отвела взгляд.

— Напишите признание. Вижу, вам не так плохо, как пытаетесь убедить меня. Очевидно, стараетесь оттянуть время. После того как выполните мою просьбу, наша медсестра окажет вам помощь. Мы вызвали сотрудницу.

Минна написала довольно много, но не спешила ставить подпись.

Дверь распахнулась, въехала каталка.

— Садись на нее, отвезем в кабинет врача. Она скоро подойдет.

Пышка живо вскочила с места.

— Не так прытко покидай кресло. Не забудь про подпись под признанием, — строго велел Ганс, — иначе получишь разряд, и отправишься в специальную камеру.

Она торопливо подписала стоя. Он прочитал бумаги, и жестом разрешил ей занять каталку.

— Ложись, так для тебя будет удобнее, — над ней стоял Дрю.

Она нахмурилась, но подчинилась. Ее повезли в конец коридора.

— Танк или баба? – увидев ее, загоготал генерал.

Каталку ввезли в кабинет врача.

— Ступай к стене, встань к ней лицом, — велела медсестра, указав направление. – Советую подчиниться, — у нее в руке был пистолет. – Я полицейский потом мед работник. Здесь и всюду камеры. Имею право стрелять без предупреждения.

Тучная особа стрельнула глазами по сторонам и подчинилась. У двери стояли двое блюстителей порядка с оружием в руках.

— Руки подними, прислони к стене, ноги поставь на ширину плеч, — медсестра дубинкой развела ступни.

Минна оглянулась. В кабинете кроме каталки имелся шкаф и вертящееся кресло. Ее плеча коснулся холодный металл.

— Мне не нравятся рукава платья. Что в них прячешь?

— Ничего, — удивилась арестантка.

Ножницы стремительно разрезали рукава и плечевые швы – платье упало к ногам задержанной. Она возмущенно закричала:

— Что вы делаете со мной? По какому праву?

— Легкие в норме. Наденьте халат. В кабинете присутствуют мужчины.

На плечи задержанной лег белоснежный халат.

Медсестра ступней толкнула упавшее платье к ногам коллег. Один из них вынес одеяние из кабинета.

— Сядьте на табурет, — медсестра велела пышке, подтолкнув к ней маленькую скамью, — снимите кроссовки. Нехорошо в них ложиться на простыню. Наденьте легкие тапки.

Толстушка подчинилась — по спине гуляла дубинка. Вернулся полицейский, унес кроссовки.

— Ложитесь на каталку. Вас осмотрит врач.

— Почему вы грубы со мной? – пышка нервничала.

В кабинете появился Ганс:

— В карманах вашего платья найдены шприцы с ядом. Для кого они предназначались? Очевидно, для нас. Вы не просто так закрылись в спальне сельского дома. В кроссовках прятали отмычки. Собрались среди ночи покинуть отделение? Недооцениваете наших сотрудников. Видимо, хорошо подготовились, потому что полковник стал чаще навещать лорда Роберта.

Запястье Минны охватил браслет с экраном, через минуту на нем высветились данные.

— Вам позавидует любой спортсмен – пульс и давление в норме. Вы сейчас в состоянии пробежать стометровку, — сообщила врач. — Хотите уснуть? Дам снотворное.

Медик – брюнетка с каменным лицом, сделала укол.

Арестантка уснула. Двое полицейских завезли каталку в последнюю камеру в коридоре, ухватились за простыню и перенесли тяжелое тело на железную кровать. Заперли дверь с решеткой.

— Еле поместилась на кровати, если повернётся на бок, упадёт, — громко заметил Дрю.

Ганс позвонил шефу из кабинета:

— Она написала признание, много улик доказывают ее вину. Сейчас спит.

— Молодец! Сегодня ты поработал вместо меня. Я заказал тебе ужин у Петера. Разбудил твою супругу, просил впустить курьера. Взял три порции. Надеюсь, вам понравится ужин.

— Спасибо, Виллоу! Ты настоящий друг.

— Спи хоть до двух часов дня. Ты заслужил.

Ганс запер кабинет, и направился к выходу:

— Надеюсь, парни, ночь пройдет спокойно, — бросил на ходу дежурным.

— Я останусь на дежурстве. Она меня боится, будет лежать тихо, — обещал верзила.

Словно назло Дрю, после ухода Ганса арестантка начала вопить.

— Сирена, не баба, — генерал вцепился в решетку.

— Эй, дура, заткнись! – послышалось из разных камер.

— Крошка, соскучилась по мне? Хочешь мужика? – над ней возник Дрю. – Договоримся.

— Здесь есть камера, ты мне ничего не сделаешь, — она пролепетала неуверенно, увидев в его руках дубинку. – Почему не снял наручники?

— О, компьютерщик посмотрит порно, и удалит без моей просьбы. В наручниках выглядишь сексуальнее.

— Не надо, пожалуйста, уходи. Я даже шептать не буду. Тихо усну.

— Я должен согласиться за просто так? – Дрю играл дубинкой.

***

Рассвело. В подвале оказалось достаточно светло. Под потолком имелись широкие и узкие окна. Снаружи они скрывались за колючими кустами роз.

Вероника проснулась рано утром, начала ласкать Джона.

— Может, не стоит увлекаться? Что если твой отец за нами следит?

— Ну и что? Тогда ему должно быть стыдно: некрасиво подглядывать. Где он был, когда мне нужна была защита? Куда делась моя мама?

— Ты упала в обморок, лорд не хотел перегружать тебя информацией. Имей терпение.

— Разве оно у меня было? Иди ко мне, не прячься, — ее руки скользнули под тонкое одеяло.

*

Роберт проснулся, лежал, и думал:

«Вместо перегородок следовало поставить стены и двери, но подвал — убежище имел другие цели: связь с Виллоу. Идея Луиса с игрушками сработала».

Он успел посмотреть записи камеры наблюдения из комнаты Вероники.

Раздался условный стук в дверь – удар, пауза, два удара, пауза, удар. Роберт встал и подошел к коридору Виллоу.

— Не спишь? – друг открыл дверь.

Друзья прошли в спальню Роберта. Сосед сел в кресло.

— Какие новости? – лорд понял, что полковник пришел не просто так.

— Баба написала признание. Первую порцию яда насыпал твой приёмыш.

— Знаю, хочу сказать, что догадывался. Луис понял раньше меня, потому пробует мою еду. Луиза дважды роняла стакан с соком – может, от страха, что в напитке что-то плавало. В любом случае оба спасли меня не раз.

— Что будем делать с твоим приёмышем? Он несовершеннолетний.

— Он старше Вероники на месяц. Отец подделал документы, чтобы выдать малютку за сына Оливии. Евген был хилым ребенком, весил меньше нормы. Данные можно уточнить. Я знаю имя биологического отца.

— Отдадим его под суд?

— Парень заслужил наказание. Марта – его мать, была чудесным человеком. Без зазрения совести пацан убивал ее медленно, затем стал травить моего отца, который любил и баловал ублюдка. Подлец пытался отравить меня и убить Веронику.

— Вы можете привлечь его к суду и за наркоторговлю, — в комнате появился Луис.

— Ничего себе новость. Почему молчал? – Виллоу смотрел удивленно.

— Я недавно установил в его комнате камеру наблюдения, и не сразу понял почему он постоянно проверяет карманы.

— После полудня пришлю Ганса. Вчера у него был тяжелый день, дал ему время выспаться.

— Есть еще кое-что. Милорд расскажет и покажет. Мне пора приступить к своим обязанностям.

Виллоу вопросительно смотрел на друга. Роберт показал кадры, как Луис положил куклу и мишку в постель Вероники, как убийца стрелял в игрушки.

— Почему не вызвали полицию?

— Луис считает, что к вам удобнее звонить после полудня, словно молодые решили поспать подольше.

На телефон Виллоу пришло сообщение, он прочитал вслух:

«Баба призналась, что убила семью Вернеров по заказу их отпрыска, теперь он вступил в права наследства. Наркоман сообщил о медсестре Евгену, и написал липовую рекомендацию».

— Мне пора на работу. Думаю, сначала Ганс займется ночным происшествием. Обыск в комнате приёмыша проведем ближе к вечеру, так запутаем недоброжелателей. Чем позже они узнают правду, тем лучше для вас, — Виллоу скрылся в своем коридоре, и запер дверь.

Занятые собой голубки не заметили прихода и ухода соседа.

***

Полковник сел в иномарку и позвонил Дрю:

— Ты голоден или сразу отправишься спать?

— Я выспался, но голоден. Баба быстро сдалась. Почему-то меня боится.

— Закажу еду для тебя в ресторане. Возможно, курьер приедет раньше меня.

Виллоу позвонил Петеру:

— Есть готовая еда для мужчин?

— Есть. Что прислать и сколько порций?

— Четыре порции вкусных блюд из мяса: отварное, шашлык, мясные салаты и деликатесы. Я их должник. Голодных трое.

К отделению почти одновременно подъехали курьер и полковник. Дрю, стоявший в дверях, сразу забрал пакеты из рук курьера, и вбежал в здание:

— Крис, идем в комнату отдыха набивать желудки, — радостно сообщил напарнику, стоявшему в коридоре.

Посмеиваясь, Виллоу вошел в кабинет.

Пока он изучал результаты работы Ганса, сотрудники наелись. Дрю захватил большой бутерброд, и постучал в дверь кабинета.

— Входи, — полковник смотрел выжидающе.

— Этот бутерброд для бабы, чтобы у нее был стимул, — еду положил на диван.

— Веди ее сюда.

Дрю направился к камерам.

— Не привлекли запахи пищи? – верзила обратился к Минне.

— Не только я жрать хочу.

— Какое мне дело до других, крошка? — он вывел толстушку в коридор. – Вспомни вчерашнее обещание и получишь еду, ожидающую тебя в кабинете начальника.

— Какое обещание?

— Не надо сейчас петь о девичьей памяти. Смотри на диван внимательно, — они вошли в кабинет, он усадил ее в кресло, снял наручники. – Я тут постою. Напишешь, что рассказала ночью. Как только подпишешь признание, получишь бутерброд. В нем мясо. Время пошло.

Он положил перед ней чистые листы и ручку. Она оглянулась, увидела еще одного полицейского с дубинкой.

— Ждешь Ганса? Он придет с минуты на минуту, но его лучше не злить.

Она писала торопливо, старательно выводя буквы, бросая голодные взгляды на диван.

Виллоу, сидевший в своем кресле, насмешливо смотрел на нее.

— Что мне за эти дела будет? – она уставилась на него.

— Суд решит, учтёт чистосердечное признание, — полковник развернул к себе листы, быстро прошелся глазами по тексту.

— А заказчику ничего не светит?

— Ему придется ответить за свои деяния. Подпиши, я уже прочитал.

Дрю толкнул ее в плечо. Она недовольно вздохнула, и под бумагами вывела подпись мелкими буквами. Желая убедиться в подлинности, полковник сравнил ее каракули с изображением в компьютере.

Наручники захлопнулись на полных запястьях. Полицейский протянул обещанный бутерброд. Арестантка приоткрыла его, вдохнула запах мяса, откусила кусок, и встала.

— Ступай к себе, принесу сок, — велел Дрю.

Женщина радостно улыбнулась.

— А нам мясо? – спросил генерал, когда они шли мимо его камеры.

— В каше ищи, скоро принесут завтрак.

— Бабе шашлык, мужикам каша.

— Она написала чистосердечное признание, а вы ведете себя недостойно.

Едва полицейский запер за Минной, Виллоу вышел из кабинета:

— Дрю, ты наелся? Выедешь на дежурство?

— Хочу кофе. Готов патрулировать.

— Поезжай на мою улицу. Луис угостит кофе, я ему подскажу, — тут же позвонил сыну Минны Вибек:

— Ваша мать задержана по подозрению в многочисленных убийствах по заказу. Она написала два признания касательно двух семейств. Вы можете навестить мать у нас в участке до 18:00, позже ее переведут в тюрьму.

***

Луис сам вынес поднос к патрульной машине, остановившейся у калитки.

Дрю перенес на соседнее сидение коробку с печеньем и поднос с крышкой. Под ней оказалась большая кружка с ароматным кофе. Блюститель порядка захрустел печеньем, запивая напитком.

— Свежей выпечки нет. Повар придет к полудню. Для молодых испечет обязательно, тогда и вас угощу, — обещал Луис.

— Люблю свежую выпечку, хотя она считается вредной для желудка.

Допив кофе, Дрю с дубинкой в руке подошел к машине, долго стоявшей у противоположного тротуара:

— Что ты здесь забыл? Уезжай! Хозяева особняка не любят, когда глазеют на их окна.

— Люблю красивые особняки, — усмехнулся водитель.

— В инете их миллионы, там рассматривай сколь угодно долго.

Глава 4. Игра в прятки

Солнечные зайчики плясали в окнах белого особняка. Свежий утренний ветерок гулял по саду.

Евген вернулся в особняк раньше обычного — в десять утра, вошел на кухню:

— Что уцелело из еды после вчерашнего обильного ужина и обжорства объявившейся родственницы?

— Ничего не осталось, — Луис качнул головой отрицательно. – Повар придет к полудню.

— Жрать хочу!

— Ешь печенье с кофе.

— Сделай мне яичницу.

— Сам делай.

— Напугал. Сделаю.

— Ты что-то умеешь?

На телефон Луиса пришло сообщение от Роберта: пусть Луиза по каталогу в Интернете закажет повседневные платья для Вероники, брюки и майки для Джона.

Луис переслал просьбу Луизе.

Евген поставил на плиту сковороду, положил большую ложку масла. Разбил пять яиц, взбил, вывалил в булькающую пену. Яичница поднялась. Он выключил газ, выложил кушанье на большую и глубокую тарелку. Сверху побросал кусочки сыра, сел, и стал есть.

— Кто научил тебя готовить? – дворецкий положил перед ним плоскую тарелку с ломтиками хлеба.

— Любовница, некоторые бабы могут заставить.

— Заставит жениться?

— О, нет, конечно — она проститутка, — парень поморщился.

Евген съел завтрак, выпил кофе, которое ему подал Луис, и скрылся в своей спальне.

«Отлично, меня устраивает запах на кухне», — дворецкий улыбнулся.

Быстро сделал яичницу из шести яиц, успел нарезать сушеное мясо, обмазанное специями. Приготовил еще одну порцию яства с нарезанным продуктом. Кушанья положил на поднос, тарелки накрыл крышками, и повторил вечерний трюк – отправил еду в подвал.

Луиза ответила на сообщение: курьер привезет заказ через пятнадцать минут.

***

Вероника прошла на кухню, увидела поднос, подняла крышки:

— Мужчины, скорее сюда! Пора завтракать. Горячие блюда вкусно пахнут. Налетай пока не остыли.

Она быстро достала еду из холодильника и разложила на столе. Отец и друг сели. Молодая хозяйка положила перед ними тарелки, на них выкладывая яичницу и салаты.

***

«Молодец! Сообразила, что делать. Чувствуется, что выросла в детдоме, — дворецкий наблюдал за ловкими движениями юной леди с восхищением».

— Здесь какой-то иной запах. Я чего-то не знаю о вкусах отца? – на кухню влетел Евген.

Луис повторил действия с высушенным мясом:

— Это для меня. Я тоже ем так.

— Ты себе снова сделаешь. Дай кушанье мне — аппетитно пахнет.

— Ладно, сегодня я добрый, — дворецкий выложил яичницу на тарелку, и поставил перед ним.

— Мы сегодня кушать будем? – на кухне появилась Луиза.

— Моё поручение выполнила?

— Найдешь в своей комнате.

— Сделай яичницу, наш завтрак отобрал очень голодный юноша.

Евген наелся, вскочил, и скрылся в своей спальне. Луис вышел следом, быстро задвинул щеколду на его двери, направился к себе, забрал пакеты, спустился в подвал. Оставил заказ на лестнице, поднялся, закрыл за собой, отодвинул щеколду над комнатой парня, и вернулся на кухню.

***

Роберт Гилдерой перенес пакеты в гостиную:

— Дочка, примерь одежду. Есть и майки для Джона. Если ему не понравятся, может, я стану одеваться по–молодежному.

***

Луис и Луиза позавтракали. Время близилось к полудню.

— Луиза, займись спальней юной леди, — он поцеловал девушку в лоб и шепнул: — Постарайся всерьёз не принимать увиденное – это игра.

Горничная в высокие стаканы налила томатный сок, поставила на поднос, внесла в комнату, которую открыл дворецкий.

Увидев расстрелянных куклу и мишку, у порога уронила поднос, и испуганно завопила:

— А.а.а, что с ними?

К ним подбежал Евген.

— Выйди! – Луис выставил его за дверь.

— Их убили? Вызови полицию.

— Я так и сделаю. Они разберутся. Луиза, убери разбитые стаканы, и вытри пол.

— Вояк навела на наш дом своими разоблачениями. Может, мне пару дней пожить у любовницы? Написать об инциденте на своей странице в инете?

Парень пытался сделать снимок, дворецкий старался ему помешать.

Попутно Луис успел позвонить Виллоу:

— Полковник, пришлите полицейских, покушались на жизни наших близких. Пусть приедет Ганс, если не занят.

— Понял, — ответил Виллоу.

— Иди, поезжай, пиши, — Луис теснил Евгена в коридор.

Луиза быстро справилась с уборкой. Дворецкий запер комнату Вероники.

Евген поспешно выехал на своем автомобиле.

— Прекрасно! Не будет крутиться под ногами, – Луис остался доволен.

Охранники позвонили в дверь особняка.

— Ступайте на кухню для прислуги, бездельники, Луиза вас накормит, — дворецкий впустил их в дом.

— Парни сменили нас, — смущенно пробормотали провинившиеся охранники.

Луис прошел в комнату охраны, где сидели двое, обратился к сероглазому брюнету, он вскочил с места:

— Как дела, Генри? Вы в курсе, что стреляли в спальне юной леди?

— Мы всё увидели.

— Наша камера разбита.

— Я немного хакер. Мы подсмотрели через камеру полиции на нашей улице. Балконную дверь давно пора сменить на современную. Следует установить ёжики на стене, чтобы невозможно было взобраться на балконы. Подозреваю, что наемные убийцы снова попытаются проникнуть в дом.

— Разумные замечания. Учту, — Луис вышел к Гансу, подошедшему к воротам.

Дворецкий повел полицейского к себе, запер дверь на ключ:

— Здесь мы можем поговорить, — подробно рассказал о своем замысле и ночном происшествии.

Оба направились в комнату Вероники.

Ганс позвонил водителю:

— Дрю, привези устройство для проверки наличия прослушки, пока я тут поколдую.

Блюститель порядка внимательно осмотрел балконную дверь, заметил камеры:

— Торопились, наследили, сниму отпечатки пальцев, — произнес нарочито громко.

Он снял камеры после того, как Дрю принес устройство.

Услышав шум мотора, спросил у дворецкого, наблюдавшего за действиями опытного полицейского:

— Луис, кто-то уехал?

— Хозяин вывез молодых в более безопасное место.

— Дрю, проследи, чтобы за ними не увязались ночные визитеры.

Водитель выбежал из дома. Патрульная машина на огромной скорости проехала мимо легковушки с запачканными номерами, и загородила улицу.

— Эй, раз ты полиция, тебе всё можно?

— Всё можно. Сейчас оштрафую тебя за грязные номера.

— Взятку хочешь?

Дрю выписал штраф, чек прилепил на стекло. Краем глаза успел заметить, что иномарка лорда скрылась за углом длинной улицы.

— Гад, ведь не поспоришь с ним, — пробурчал водитель, оплачивая штраф.

***

Троица поднялась по ступенькам в супермаркет – их трудно было узнать. Джон смазал кудряшки кремом, и завязал на затылке в хвост. Вероника собрала волосы в пучок, и украсила его чёрным бантом. Лорд надел джинсы и майку. В таком одеянии больше походил на старшего брата своих спутников.

Вероника вошла в Интернет, отправила сообщение опекунше Аглае Соловей из организации: «За мир в семье».

— Нашла отца, посмотрите новости в инете.

Через некоторое время пришел ответ:

— Наконец, ты отозвалась. Я не догадалась прочитать скандальные новости.

— Правда на нашей стороне.

— Не сомневаюсь. Узнала, что и Джону здорово досталось.

— Мы вынуждены скрываться, на нас покушались, на связь выйти пока не смогу.

Лорд Гилдерой что-то купил. Троица спустилась к иномарке. Дрю подошел к водителю.

— Поедешь за мной, заедешь на мойку, возле которой остановлюсь.

— Делай, как он говорит, — водителю велел лорд.

Иномарка въехала на мойку. Ее вымыли. Работник указал на другой выезд.

Теперь они оказались на задней улице. Дрю дежурил у особняка, отогнал подозрительную легковушку:

— В доме совершено преступление. Здесь нельзя стоять. Преступники могут вернуться и убить случайного прохожего.

Недовольно хмыкнув, водитель отъехал на большой скорости. Дрю подал знак водителю лорда заехать в гараж.

Троица снова спустилась в подвал. Устроилась в гостиной.

— Дочка, ты оказалась права в своих опасениях, — лорд показал им кадры расстрела куклы и мишки.

— Красивые игрушки, но я выросла. Отец, расскажи о маме. Где она, что с ней?

— Разве я не сказал? Прости, дочка, говорить об этом тяжело, — Роберт набрал воздух в легкие, и грустно произнес, — она умерла при родах. Тебя спасли, роженицу — не смогли.

— Расскажи подробно. Мне важно знать.

— После получения диплома меня – молодого специалиста, направили в восточную страну помощником посла в красивом крупном городе.

Хозяин дома включил телевизор, висящий на стене, и показал несколько фотографий:

— Посмотри на дворцы, музеи, площади. На этом снимке мы с Евгенией стоим перед зданием посольства. То фото, которое ты видела – момент нашего знакомства. Наши отношения развивались стремительно. Следующий кадр запечатлел событие в кафе — я сделал ей предложение, и под аплодисменты посетителей надел кольцо на миниатюрный палец.

— В некоторых музеях я побывала – воспитательница повела.

— Похоже, она хороший человек.

— Все работники детдома чуткие люди.

*

Роберт продолжил рассказ:

Евгения снимала квартиру. Мы пошли к ней, отметили нашу помолвку. Отец никогда не вмешивался в мою личную жизнь, и я решил, что имею право жениться без его согласия. Тут же позвонил, всё ему рассказал.

— Как ее фамилия? – он спросил строго.

— Разве это важно? – вопрос меня удивил.

— Очень важно. Ты вводишь жену в нашу семью.

— Любимая, какая у тебя фамилия?

— Вальтер.

Я повторил отцу, он пришел в ярость:

— У тебя есть невеста, ты не женишься без моего согласия на другой девушке.

Он выключил телефон. Дальше хуже – тот же вопрос задал отец Евгении и тоже рассердился:

— Ты нам не дочь. Денег посылать не буду, живи, как знаешь, раз встречаешься с кем попало без моего согласия.

Мы оба словно оглохли и ослепли – сидели, не понимая реакцию родителей.

На следующий день мой отец прилетел с Оливией и заявил:

— Она сирота. Я обещал ее отцу, что ты женишься на ней.

— Что за средневековые привычки? Красивая девушка может сама выбрать себе жениха.

Перед смертью отец успел сказать, что раскаивается в том своем решении:

— Я сделал несчастными многих, виноват в смерти невинных девушек и ребенка. Сработала слепая вера в справедливость предков, преданность клановой вражде.

Причину вражды не назвал. Заставил зарегистрировать брак с Оливией, и провести с ней брачную ночь. Больше я ни разу не прикоснулся к ней, но она забеременела сразу. Понимая, что не могу оставить Евгению, которая была в положении, устроил любимую у стариков в ближайшей деревне. Ездил к ней три раза в неделю, иногда каждый день. Оливия страдала, зная о моих чувствах.

Мой руководитель однажды сказал отцу: вы поступили неправильно, и пока не понимаете, к сожалению.

Примерно через месяц, как любимая поселилась в деревне, я застал у нее подругу. Она без конца твердила, что жизнь трудна, сложно найти работу. Я предложил ей составить компанию Евгении, стал ежемесячно платить девушке крупную сумму.

Оставались считанные дни до родов. В полдень мне позвонили испуганные старики:

— Приезжайте немедленно, Евгении плохо. Она неудачно упала.

Я мчался как ненормальный. Мне повезло, что на дороге не оказалось автоинспекции. Евгения стонала и молчала, вероятно, не могла говорить. Каждый вздох ей давался с трудом. Ее уложил в машине на подушки, которые заботливо принесли старики. Они не смогли найти паспорт, телефон и сумочку. Я ехал на предельной скорости. Меня остановила полиция:

— Нарушаете правила, превышаете скорость.

— Жена рожает, ей очень плохо, — я указал на Евгению.

Мне посочувствовали, отпустили.

Врач потребовал паспорт роженицы. Я снова поехал в деревню. Мы перерыли всю одежду, все вещи в комнате, но так и не нашли документ. К тому же исчезли: сумочка, телефон, украшения и деньги. Даже обручального кольца на пальце не оказалось. Я ни с чем отправился в больницу.

Гинеколог вышел из операционной через два часа:

— Мать не смогли спасти, девочка родилась здоровой. Привезли паспорт роженицы? Мы должны были сначала зарегистрировать, после принять роженицу, но учли срочность. Знайте, что она не просто упала, а катилась, возможно, по ступеням. На всем теле масса ушибов и много внутренних разрывов – они стали причиной смерти.

— Гадина та тётка! — Вероника произнесла со злостью.

— Какая тётка?

— Мне едва исполнилось семь лет. К ограде подошла странно одетая женщина и подозвала к себе: «Как ты на нее похожа, детка. Я убила твою мать. Прости меня». Охранник подбежал к забору: «Не слушай ее, она сумасшедшая. Видишь плохо одета». Он увел тётку на остановку, ругая: «Не смей здесь показываться! Сдам полиции».

Роберт продолжил с горечью.

— Подруга исчезла, старики не вспомнили, когда ее видели в последний раз. Я вернулся в больницу обессиленный, и попросил показать ребенка. Видел тебя мельком. Отец позвонил и сообщил, что у Оливии начались преждевременные роды: «Ты виноват. Она переживала. Вот результат. Я отвез роженицу в больницу. Роды сложные». В тот момент подошла женщина и потребовала свидетельство о браке: «Я из органов опеки. Мы вынуждены забрать новорожденную. Граждане иных стран лишены возможности усыновить либо удочерить малолетних детей.

— Но она моя дочь, — я возмутился.

— Докажите, иначе впишите в книгу ваши имена.

В тот момент я думал, что жизнь Оливии под угрозой, и в графе: «мать» вписал ее имя. Почти сразу спохватился:

— Я ошибся.

— Вы не имеете права исправлять, — женщина скрылась вместе с книгой.

— Куда вы ее увезёте? – запоздало крикнул ей вслед.

— В дом малютки. Вы сможете помогать ребенку через благотворительные организации, — вздохнул врач, захлопнув дверь перед моим носом».

Позвонил отец, назвал адрес больницы, где рожала Оливия. Я ехал, словно пьяный.

— Ты опоздал, Оливия и мальчик...— отец заплакал, — Что я натворил?

Я упал в обморок. Пролежал в палате два дня почти без сознания, был безучастен ко всему, не интересовался тем, кто их хоронил. Все вопросы решил отец, ничего мне не сообщил. Перед смертью назвал адрес кладбища. Обеих девушек похоронил на соседних участках. Оказывается, он часто ездил к ним, просил прощения, платил за ухоженность могил.

*

Джон обнял подругу. Веронику бил озноб.

— Я пытался найти фото той дряни, узнать откуда она взялась, но безуспешно. Подруга ловко прятала лицо, когда я снимал Евгению. Мне не нужна была фотография компаньонки, такое поведение меня устраивало. Я же не знал, что из зависти можно убить и ограбить, — Роберт почти шептал, заканчивая рассказ.

***

Перед оградой особняка Гилдероя собралась толпа, в основном состоящая из девочек. В оживленной массе выделялись журналисты с микрофонами. Люди шушукались, что-то обсуждали. К воротам подошли охранники.

— Что вас привело к частному владению? – резко спросил Генри, самый решительный из двоих.

— В особняке совершено преступление. Мы хотим знать подробности, — выкрикнула журналистка.

Охранники переглянулись. К ним направлялся страж порядка.

— В доме только недавно появилась полиция. Откуда у вас сведения о преступлении? – к журналистке обратился Дрю.

Его мощная фигура смутила девушку.

— Сын лорда Гилдероя рассказал на своей странице. Вы не заглядываете в инет? Посмотрите, есть фотография, — репортер ткнул в свой смартфон.

На снимке виднелась часть постели с рыжей головой и паркет, залитый чем-то красным.

— Мы работаем, нам некогда читать глупости.

Дрю сделал снимок.

— Слухи быстро распространяются. Не хотите дать время полиции, чтобы разобраться в происшествии? — у ворот возник Ганс.

— Сын лорда написал, что виноваты вояки.

— Да? Он крупный специалист в криминальных делах? Вы не спешите с выводами, иначе после придется извиняться перед читателями и зрителями. Полиция обязана опираться на улики, не на призрачные намеки и предположения. Расходитесь! – Ганс повелительно махнул рукой.

Толпа нехотя уходила от ворот. Две девочки остались, одна из них сфотографировала особняк:

— Пожить бы в таком доме.

— Ты должна была родиться в семье древнего и богатого рода, поэтому лорд Роберт Гилдерой постоянный член парламента.

— Теперь понятен радостный тон заметки Евгена.

— Что ты поняла?

— Он снова стал единственным наследником.

Девочки убежали.

— Как тебе их намеки? – Дрю кивнул Гансу.

— Пожалуй, учту, — согласился Ганс.

Прошло два дня. Та же толпа вечером собралась возле отделения полиции.

Дежурный доложил Виллоу.

Полковник вышел к людям, его окружили журналисты с микрофонами:

— Что скажете о преступлении совершенном в особняке лорда Гилдероя, и где он сам.

— Где находится лорд Гилдерой, его личное дело. Мы получили новые улики, возможно, связанные с известным вам делом. Проверяем данные. Не мешайте нашей работе.

— Полицейские слоняются без дела.

— Вы считаете, что в здании не должно быть полицейских? Нарушителей законов никто не должен охранять?

— Простите.

— Расходитесь, — полковник поднялся по ступеням.

Глава 5. Очередное нападение на особняк

Полуденное солнце слепило взор и согревало воздух по-летнему. Прозрачные облака словно застыли на синем небе.

После обеденного перерыва Ганс и Виллоу стояли возле растений в коридоре полицейского участка.

Сильно толкнув дверь, в здание вошел посол страны Джеффа Малфоя. Как всегда, шумно дыша, обратился к начальнику отделения:

— Полковник, мне нужно поговорить с генералом без свидетелей.

— У нас нет таких возможностей. Можете общаться только в камере предварительного заключения.

— А ваш кабинет?

— Чтобы вы украли вещи из сейфа или какие-нибудь улики? В кабинете над моей головой висит видеокамера. При всём уважении к вам, ее снять не смогу, несмотря на высокий рост.

— О камере забыл. Пять минут в моей машине?

— Хотите выкрасть преступника?

— Ведите меня к нему.

— Ганс, проводи господина посла.

Полицейский открыл камеру, впустил в нее гостя, и запер за ним.

— Можете общаться хоть час.

— Не стойте над душой!

Ганс отошел от камеры.

— Оба живы. Если б голубки подохли, всем бы рассказали о горе лорда, — генерал заскрипел зубами.

Ганс перешел ближе к кабинету, встал возле шефа полиции, тихо произнес:

— Долго будем их прятать?

— Тварь дает указания по телефону напасть на особняк Роберта, и захватить заложников, — Виллоу подслушивал разговор. – Что предпринял Луис для усиления безопасности?

— Поставил новую балконную дверь с бронированным стеклом. Снаружи на стену прибил ёжики – смешной дизайн, но на балконы не пробраться. Заменил разбитые камеру и фонарь.

— Как насчет обыска в комнате Евгена?

— Луис сообщит, когда парень забежит домой за очередной партией товара. В данный момент он у любовницы.

— Интересно, наркобарон за ним следит?

— Наверное, следит за своим добром. Будем еще внимательней дежурить на вашей улице.

*

Евген забежал домой к закату дня. Луис задвинул щеколду на его двери, прошел на кухню, и позвонил Гансу:

— Он у себя.

Полицейские приехали раньше, чем ожидал дворецкий. Охранники впустили блюстителей порядка, и стояли у калитки, не зная, что делать.

Ганс шумно стучал по двери особняка, Крис ждал указаний во дворе.

Луис открыл и спросил испуганно:

— Что-то случилось?

Дворецкий действительно испугался, страж порядка вел себя решительно.

— Мы обязаны обыскать ваш дом.

Дрю сидел в машине за оградой вокруг участка Гилдероя. Водитель внимательно смотрел по сторонам, заметил две не внушающие доверия иномарки. Похоже, они имели разные цели, очевидно, мешали друг другу, поспешили покинуть улицу. Блюститель порядка запросил данные по номерам автомобилей.

Луис незаметно отпер дверь Евгена. С дипломатом в руке Ганс стремительно зашел в комнату, на ходу натягивая перчатки.

— В чем дело? – дворецкий вошел следом, смотрел удивленно. – Это связано с происшествием у дочери лорда?

Евген встал из кресла, растерянно хлопая глазами.

— Нет, – Ганс положил дипломат на столик в центре помещения, достал из кейса и запустил летающую видеокамеру. – Она запишет всё, что здесь произойдет.

/смарткамера moon — умная летающая камера/

Полицейский подошел к парню, и бесцеремонно толкнул в кресло:

— Так мне удобнее. Советую не делать лишних движений, иначе мой напарник наденет на вас наручники.

В комнату вошел Крис.

Евген пытался незаметным движением опустошить карманы. Наручники закрылись на его запястьях. Выпавшие из рук пакетики с белым порошком оказались на столике, который Ганс перенес в дальний угол. Туда же переставил и разобрал свободное кресло.

— Легко работать в просторной комнате, — на дне обнаружил много доз наркотиков.

Из дипломата Ганс достал небольшой целлофановый мешок, в нее вложил найденные улики.

— Если бы доз оказалось два или три пакетика, ты мог заявить, что взял для себя или тебе подбросили недоброжелатели. Однако их больше двадцати штук – это наркоторговля. Подумай о чистосердечном признании.

— Луис меня ненавидит. Он накапал вам на мозги.

— Тебя сдала твоя подружка.

— Любовница не могла, — чувствуя, что проболтался, Евген прикусил язык.

— Я пришел не за наркотиками. Минна Вибек написала два признания: в первом — назвала тебя заказчиком убийств, во втором – выдала того, кто рекомендовал ее тебе.

— Вот дрянь, — парень сник.

— Луис, кто покупал кресла?

— Евген привёз месяц назад.

— Ого, видать ты давно занимаешься прибыльным делом.

Металлоискателем Ганс проверил разобранное кресло. Звук подсказал наличие металла. Полицейский отверткой ковырнул сбоку, дно поднялось. На нижней доске лежали кинжалы в чехле и пистолет в кобуре. Страж порядка перенес оружия в отдельный целлофан, и поместил в кейсе.

— Все орудия убийства новые. Очевидно, у тебя водятся немалые деньги.

Быстро собрав проверенное крупное сидение, Крис толкнул его в противоположный угол комнаты, и велел Евгену пересесть. Ганс разобрал освободившееся кресло. На дне находились пачки с ампулами.

— Здесь яды. Что и требовалось доказать, — их сунул в отдельный целлофан, и разместил в дипломате.

Собрав кресло, Крис разобрал постель. Под матрасом оказалось пустое пространство. На дне громоздились упаковки с наркотой.

Ганс достал из кейса большой целлофановый мешок, переложил в него все пакетики с порошком.

— Под матрасом склад зелья. В некоторых государствах за пару доз расстреливают. Мы их считаем отсталыми народами. Может, они умнее нас? Луис, у вас найдется крупный пакет?

Дворецкий вернулся скоро с огромным плотным пустым пакетом. Ганс бросил в него мешок с наркотиками, и ответил на звонок Дрю.

— Возле дома замечена подозрительная иномарка. В ней может находиться наркобарон, — сообщил напарник.

— Спасибо, что предупредил!

Выключив телефон, Ганс обратился к хозяину комнаты:

— Евген, для твоего блага буду обвинять тебя в покушении на жизнь Вероники, иначе не доедешь до участка. Наркобарон рядом с особняком.

— Понял, — упавшим голосом произнёс парень.

— Луис, ты обещал Дрю кофе и сладости.

Через некоторое время дворецкий поспешно вышел из дома с тяжелым грузом в руке, и направился к Дрю, ждущему у машины с мигалкой:

— Ваш кофе и свежая выпечка. Проверьте.

— Вкусно пахнет, — Дрю заглянул в пакет, сел в машину. Напарник загородил обзор для посторонних.

Из особняка вышли Ганс, Евген в наручниках и Крис.

— Не имеете права на меня валить все преступления, совершенные в доме! – крикнул Евген.

— Тебя сдала твоя подружка – домашний врач. Ты ей платил, чтобы она травила твою мать. Ты урод и должен сидеть в тюрьме, — останавливаясь у ступенек, гневно отрезал Ганс, идущий впереди цепочки.

Дрю успел достать из пакета верхний кулёк с кофе и пирожными. Мешок с уликами толкнул под сидение. Ганс с Евгеном устроились за ним. Блюстители порядка сели по машинам и, включив сирену, помчались к отделению.

Возле полицейского участка их ждал дорогой автомобиль без номеров. Как только Крис вышел с пакетом, из подозрительной иномарки выбежали двое человек, и выхватили ношу из рук стража порядка.

— Эй, верни наш кофе! – Крис закричал возмущенно.

Проверив содержимое целлофана, мужчины, укравшие кулёк с едой, вернули полицейскому:

— Прости, нас обокрали. Мы думали, что ты несешь наше добро.

— Почему иномарка без номеров? – страж порядка нахмурил лоб.

— Она в процессе оформления, — как ни в чем не бывало незнакомцы вернулись к своему автомобилю.

Виллоу стоял у входа в здание, пальцем сделал знак, который означал: не время заводить новое дело.

— Шеф, принеси одеяло! — крикнул Дрю.

— Опять подобрал живность? – начальник неодобрительно покачал головой.

— Щенок нам не помешает.

Виллоу направился в кабинет. Дежурный принес одеяло.

Дрю завернул в него пакет с уликами и бережно понес к полковнику:

— Получи щенка, шеф, — ношу оставил на столе.

Евген сидел на стуле с подлокотниками. Виллоу устроился на диване. Жалюзи за его спиной были опущены, комнату освещала люстра строгих форм.

Ганс, занявший вертящееся кресло начальника, развернул одеяло, убрал мешок с наркотиками в тумбу.

— Пиши, как получал товар, где реализовывал, в чьем доме и когда отдавал деньги барону, — Ганс подвинул к парню чистые листы. – Ты уже проговорился о любовнице.

— Если барон узнает, я покойник. Не имеете права меня допрашивать – я несовершеннолетний.

— Уже месяц, как совершеннолетний, — вмешался Виллоу. — Мы можем запросить справки. Лорд Гилдерой старший, которого ты отравил, подделал документ, чтобы приёмыш чувствовал себя полноценным членом семьи. Мать тебе всё рассказала.

***

Утро следующего дня выдалось серым, небо затянулось неплотными облаками. Тревога словно захватила в плен обитателей богатого особняка.

Полицейский патруль не покидал две улицы, огибающие белоснежное здание лорда. Рассерженный хозяин вышел на связь со спикером парламента:

— Я член парламента или уже отстранён от дел? Почему в своей стране чувствую себя беженцем? По какому праву на мой дом совершают вооруженное нападение, вынуждая меня скрываться?

— Мы не знали об этом лорд Роберт Гилдерой. Об инциденте немедленно сообщу президенту. Вы в курсе кто исполнители и заказчик?

— Да, заказчик преступник — генерал, напавший на полицейский участок. Исполнители – его подчиненные.

Над городом пронесся гул вертолета, на лужайку дома лорда высадился десант из пяти человек. Они прикладами автоматов стучали по входной двери.

Луис открыл. Трое из них ворвались в прихожую.

Один из военных, задержался у входа в особняк, в руке держал рупор:

— Лорд Роберт Гилдерой, выдайте нам террористов, иначе мы убьем ваших слуг.

Второй из напавших вояк во дворе держал автомат наготове.

Ганс вызвал шефа полиции, и заворчал:

— Сейчас он выдаст свою дочь. Разбежались в своих желаниях.

Через десять минут полковник вышел из своей машины с рупором в руке:

— Наемники, даю вам пятнадцать минут, чтобы убраться из особняка, не причинив вреда кому-либо. Этого времени достаточно, чтобы добраться до тюрьмы, куда помещен ваш генерал. Я свободно войду и, не колеблясь, выпущу в него все пули своего оружия. Время пошло.

Полковник уехал на полицейской машине, включив сирену и мигалку. Улицы опустели, автомобили жались к тротуару, пропуская патруль.

*

Ворота исправительного заведения открылись раньше, чем полковник припарковался на стоянке. Очевидно, работники его ждали. Все двери открывались услужливо, экономя заданное время.

Виллоу Вропинг стремительно вошел в тюрьму. Его приветливо встретил начальник. Они быстрым шагом продвигались по длинному коридору. Справа и слева разместились камеры с металлическими дверьми со встроенными окошками.

— Здорово ты их прижал. Они поспешили разместить видео в инете. Сотрудники нашей системы подключились с твоими требованиями. Я не стану мешать тебе, — заявил начальник тюрьмы.

Он открыл камеру, в которой сидел Джефф Малфой, уткнувшись в телефон.

— Вели своим собакам покинуть особняк члена парламента лорда Роберта Гилдероя. Считаю до трех, — полковник держал над головой заключенного пистолет.

— Тебя посадят, и лишат работы, — генерал побледнел.

— Зато ты будешь мертв, — зло усмехнулся Виллоу и проговорил, не делая длительных пауз. — Раз, два...

— Уходите немедленно, — вояка крикнул в трубку, он не на шутку перепугался.

Полковник позвонил Гансу:

— Доложи.

— Они убрались.

— Мразь, ты будешь вкалывать в каменоломне, — полковник сквозь зубы бросил генералу, и быстрым шагом покинул камеру.

***

Вечером Виллоу пришел к лорду по тайному коридору:

— Думаю, вам можно жить открыто. Я нашел выход из создавшейся ситуации. Выродок больше не посмеет организовать нападение. Пора нам выступить в суде.

— Хорошо, Луис привел в порядок комнату Вероники.

— Почитай, что пишут в инете: общественность многих государств на вашей стороне.

***

Свидетелям с трудом удалось протиснуться сквозь толпу, ждущую у ступенек здания. Группа военных, поддерживающих генерала и его помощников, демонстративно заявилась в форме, и с каменными лицами стояла в стороне.

Зал суда оказался полон. Люди следили за происходящим молчаливо.

Роберт Гилдерой пришел с парочкой – Вероникой и Джоном, в сопровождении охранников. Влюбленные оделись одинаково: в серый свитер и черные джинсы.

Когда стороны обвинения и защиты, и подсудимые заняли свои места, полиция закрыла двери. Судья вошел, присутствующие встали.

Первым к трибуне вышел полковник. Положил руку на свод законов страны, и произнёс клятву:

— Клянусь говорить правду и только правду!

— Виллоу Вропинг, расскажите суду, как было дело, — первым задал вопрос Бенни Гови, адвокат подсудимых.

Виллоу заговорил неторопливо, четко произнося каждое слово.

— Когда Джона Барри привели в мой кабинет, с ним протиснулась девушка. Сопровождающий полицейский пояснил, что она не желает отпускать парня. Как водится в подобных случаях, я немедленно сообщил генералу о задержании.

— Повторите точно свои слова.

— Генерал, вы можете забрать парня.

— Почему вы нарушили международный договор?

— В моем кабинете побывало несколько тысяч человек. Люди вели себя по-разному. Случалось, посетитель говорил одно, после отказывался от своих слов. Поэтому я установил камеру. Всё что происходит в комнате, записывается. Девушка, сидевшая напротив меня, попросила посмотреть доказательства невиновности парня и преступного поведения генерала. При обыске в занятом ими номере и в их вещах не найдено ничего противозаконного.

— Да кто она такая, чтобы осуждать генерала?

— Любящий и честный человек. Сначала я отказался: суд решит кто в чем виноват. Она воскликнула: «Суда не будет! Как вы не понимаете: преступник убьет свидетеля своих преступлений. Впрочем, через пятнадцать минут весь мир узнает истинного убийцу».

— Что она себе позволяла? – возмутился защитник.

— Ваш подопечный доказал мне правдивость ее слов, устроив вооруженное нападение на полицейский участок.

— Это еще не доказано, — пробормотал хмурый адвокат.

— Вы не верите собственным глазам и ушам? На видео с камеры, висящей надо мной, до которой и мне не дотянуться, ясно видно, как Джефф Малфой стреляет. В кого? Он попал в стол, значит мог попасть в меня – полковника полиции. Продолжу: она добавила: «Я не гражданка, вы не желаете меня слушать. Мой отец гражданин и известный человек. Его станете слушать?». На бумажке записала фамилию лорда. Пока она говорила, я ловил себя на мысли, что лицо очень знакомо, и пытался вспомнить, где мог ее видеть. Прочитав имя члена парламента, вспомнил и понял, что она не лжет.

— Вот так легко поверили, — адвокат развел руками.

— Посмотрите на экран. Вероника, встаньте, повернитесь к залу. Вот фотография, которую увидел более года назад.

Присутствующие ахнули. Некоторые привстали, разглядывая кадр и девушку, и переглянулись.

— На снимке ее мать. Разве не очевидно? Обратите внимание на дату.

— Ну да, вы же с лордом дружите, — подколол защитник. Подсудимые сверлили его взглядами, требуя решительных слов.

Обращаясь к судье, полковник невозмутимо продолжил:

— Ваша честь, поясню, когда увидел снимок. Более года назад ко мне привели парнишку. Он затеял драку в дорогом ресторане, разбил зеркала и витрину. В моём кабинете орал: я сын лорда, по какому праву меня задержали? Я узнал драчуна, видел как-то раз, вызвал отца. Лорд пришел, заплатил крупный штраф, извинился за поведение непутевого юноши, и увез его домой. Мы с лордом Робертом знакомы с детства. Потеряли друг друга из вида на многие годы – учеба, работа.

— Ближе к теме, — нетерпеливо перебил взвинченный защитник.

— Я решил поговорить с Робертом по-дружески, и направился к нему поздно вечером. Лорд меня принял, не удивился визиту, повел в кабинет. Я собирался высказаться об избалованности единственного отпрыска. Он начал рассказывать о трагедиях в личной жизни. Вывел на экран снимки девушки и признался, что собирался жениться. Отец был против их брака из-за клановой вражды. Девушка умерла при родах. Новорожденную дочь отобрали. Малютку не разрешили удочерить, не дают адрес – по законам той страны. Если нужны подробности, спросите у лорда. Мальчика он подобрал на улице во время благотворительной акции. Женился на матери, усыновил дитя. Парнишка не уважает законы, успел многое нарушить. Разве вы не стали бы слушать дочь друга, зная, что он ищет родного ребенка?

Судья стукнул молотком:

— Адвокат Бенни Гови, почему вы путаете суд, перенося предмет обсуждения на личность девушки? Первое предупреждение.

— Ваша честь, она разместила в Интернете снимки и видео оболгавшие моего подопечного.

— Снимки и видео слишком четкие, к ним не придраться. Решили покопаться в моей жизни, — с места крикнула Вероника.

Зал оживился, судья сердито стукнул молотком:

— Тишина в зале.

— Дочка, ты в суде, — тихо напомнил лорд.

— Чувствую, свидетельница, вы согласны дать показания, — серьёзно произнес судья.

— Я не согласна, — сидевшая в середине помещения светловолосая женщина средних лет крупного телосложения подняла руку, и встала.

— Кто вы такая? Представьтесь.

— Аглая Соловей, ее опекун, член международной организации: «За мир в семье».

— На каком основании вы против опроса свидетеля?

— Вероника Ива несовершеннолетняя.

— Сколько нам ждать до ее совершеннолетия?

— Вы невнимательно смотрели ее документы, и вызвали в суд? Придётся подождать три дня, даже если она, в силу своего решительного характера, согласится.

— Может, вы нам поясните, как стали опекуншей Вероники? – встрял прокурор.

Судья жестом пригласил ее к трибуне.

Симпатичная, синеглазая женщина с короткой стрижкой, в сером деловом костюме спокойно прошла, и встала на указанное место:

— Члены нашей организации постоянно дежурят в больницах. Все клиники мира с нами сотрудничают. Мы всегда присутствуем при обследовании пострадавших, поступивших в бессознательном состоянии. Вероника оставалась в коме три дня. На ее теле явно виднелись следы насилия – синяки и ссадины, среди них и застарелые, врачи обнаружили немало внутренних повреждений. Когда она пришла в себя, я спросила: кто тебя избил? Вероника ответила: муж.

— Вы врете? Несовершеннолетняя не может быть замужем! – воскликнул Бени Гови.

— Вы оскорбили не меня, а международную организацию. Ваш представитель находится в зале.

Женщина, сидящая в центре помещения, встала:

— Ваша честь, вы знаете, что и в нашей благополучной стране не так хорошо в семьях.

— Извините, — адвокат опустился на стул.

— Мы сообщили мужу – Вадиму Милошину, что Вероника пришла в себя, — невозмутимо продолжила Аглая. — Он пришел, принес сумку с вещами, бросил на постель свидетельство, и заявил: мы в разводе, здесь твоя одежда, больше ничего у тебя нет. «А моя квартира? – спросила Вероника». «Ты жила в моем доме». «Ты продал квартиру, которую мне подарило государство». Вадим Милошин собрался уйти, путь ему преградил полицейский. Мы с ним прошли в соседнюю свободную палату. Я объяснила бывшему супругу пострадавшей, что у него проблемы – он попадет в тюрьму, если не примет условия нашей организации.

— У вас так много прав? – не унимался защитник подсудимых.

— Не сразу после основания организации, но постепенно государства согласились сотрудничать с нами, увидев положительные результаты. Будучи юристом, Вадим навел справки, и вынужден был согласиться с нашими требованиями: вернуть Веронике сумму за квартиру, оплатить лечение. Так как они были женаты более месяца, по законам нашей страны, она имеет право на половину имущества супруга – таким путем девушка получила две кредитки.

— Она разбогатела и парочка спокойно бегала из страны в страну, не считаясь с тратами, — усмехнулся адвокат.

— Джон тоже пострадал от своей агрессивной жены. Он известный кинооператор у себя на родине, и у него есть деньги, — возразила Аглая, нисколько не удивляясь раздражению защитника подсудимых. — Ваша честь, разрешите продолжить?

Судья кивнул и смотрел заинтересованно. Он не предполагал, что в деле возникнет столько подводных камней.

— Вадим оплатил месячное лечение Вероники в той же клинике. Хотя не все раны зажили, врачи выписали девушку, и разрешили отдохнуть в нашем лагере. Так я стала опекуном. Купив ей всё необходимое, отправила на отдых, надеясь, что свежий воздух и компания молодых людей поможет сироте (так думала о ней в тот момент) забыть моральную и физическую боль. По правилам нашей организации я обязана следить за подопечной, чтобы никто не обидел, даже близкие родственники, если таковые возникнут. В наших лагерях не бывает посторонних, отдыхают только пострадавшие от мужа тирана или агрессивной жены. Там и познакомились Вероника и Джон.

— Почему вы решили, что пострадавшая девушка сирота? – поинтересовался прокурор.

— Я навела справки, узнала адрес детдома, говорила с директрисой. Она ничего не рассказала о лорде, видимо, не верила в его отцовские чувства. Думаю, сейчас она раскаивается, что не позволила отцу общаться с дочерью.

— Я не боюсь никаких вопросов, — с места крикнула Вероника и обратилась к судье: – О вашем правосудии все говорят с уважением. Надеюсь на ваше понимание.

На телефон судьи пришло сообщение. Прочитав его, он подтянулся и объявил:

— Заседание продолжим завтра. Просьба к свидетелям не опаздывать, — затем, отвернувшись от зала, позвонил, и тихо произнес в трубку: — Простите, господин президент, слушаю вас.

— Судья Бенджамин, что вам нужно от несовершеннолетней дочери члена парламента лорда Роберта Гилдероя? Он уже угрожает снять свои подписи с жизненно важных документов. Когда начнете судить кровавого генерала? Возмущены пользователи сети даже в его стране. И там наглого вояку никто не поддерживает.

— Будет сделано, как должно быть. Завтра девочка выскажется, и мы поведем заседание в нужном русле.

— Не забывай: мир следит за развитием событий в прямом эфире. Из-за возможностей сети и разрешением всем иметь смартфоны, пользователи размещают важные куски заседания. Людей теперь обмануть трудно.

Лорд, Вероника и Джон, окруженные охранниками в роли телохранителей, протиснулись к выходу. Толпа встретила их аплодисментами и криками: — Молодцы!

Свидетели поспешно сели в машину.

За порядком на площади пристально следили Ганс и Дрю. Крупных и высоких полицейских хорошо знали горожане и сторонники генерала, и потому молча расступались.

Глава 6. Откровение

Вливаясь в широко распахнутые окна, золотистые лучи заходящего солнца отражались в изящных подвесках большой люстры, в стеклах шкафов, на хрустальной посуде невысокого серванта. Прохладный ветерок вносил в помещение запах хвойных деревьев.

Отважная троица богатого дома собралась в просторной гостиной, наполненной светом и аппетитными ароматами. В особняке Роберта Гилдероя обитателей ждал сытный обед.

Вероника успокоилась. Изысканная еда вызвала у нее восторг:

— Вы волшебник! — она похвалила повара.

После обильной еды молодежь уединилась.

Роберт решил осмотреть новшества в спальне дочери, зашел, рассмотрел балконную дверь, сел в кресло.

— Так даже лучше: меньше стекла, рама надежнее. Нужно следить за обновлениями в бытовом плане. Старинные особняки не в моде. Расскажи, дочка, как вы познакомились. Вижу по вашим глазам, вы что-то скрываете.

Молодые люди переглянулись и рассмеялись.

— В такое невозможно поверить.

— Я поверю во что угодно.

— Нас никто не подслушивает?

Джон вскочил, заглянул в сан узел.

— Луиза ушла.

Парень вышел на балкон, вернулся.

— Здесь нет никого.

Вероника успокоилась, и хитро улыбнулась.

— Представь, лежу с закрытыми веками, чувствую, как ветер ласкает лицо, теребит волосы. Воздух изумительный. Близко плещется вода. Забыла закрыть кран на кухне или в ванной? Открываю глаза, передо мной морской простор. Как я здесь оказалась? Оглядываюсь, слева вижу остров. Парень в шортах на берегу машет рукой. Осматриваю себя, удивляюсь: одета по-домашнему — в халате и тапках, лежу на обломке скалы, торчащей из воды. Я не умею плавать. Что делать? Растерянно смотрю вокруг, справа появился плавник. Акула! – кричу в отчаяньи. Как защититься? Снимаю тапки. Мимо меня пролетает стрела. Слежу за ее полетом. Она попадает акуле в левый глаз. Хищница отчаянно бьет по воде, забыв о девушке на камне, уплывает вправо. Парень подплывает в лодке, помогает мне забраться в нее.

***

Заседание суда продолжилось на следующий день.

Судья вежливо обратился к Веронике:

— Вы готовы выступить в суде или вам сложно отвечать на вопросы?

— Готова, ваша честь, — с гордо поднятой головой, она вышла к трибуне.

Как всегда, первым начал расспрашивать защитник генерала, Бенни Гови:

— Свидетельница, вы ввели суд в заблуждение, утверждая, что не были на острове.

Вероника громко рассмеялась.

— Простите, ваша честь, — успокоившись, обратилась к судье. – Я выросла в сиротском доме. Год назад государство мне выделило отдельное жильё. Никуда за пределы города я не выезжала. Восемь месяцев жила с воспитательницей. Она выполняла роль мамы: приучала к самостоятельной жизни — так принято. Затем со мной познакомился Вадим, он стал моим супругом. Вадим садист, он получает удовольствие, причиняя боль. Его радовали мои слёзы. После очередного удара по лицу угодила в больницу в бессознательном состоянии, где провела больше месяца. Международная организация «За мир в семье» пострадавшей от мужа тирана подарила путевку. Подумайте сами: как я могла попасть на остров? Нелегально: по воздуху, в трюме корабля, плывущего мимо клочка земли, где снимается сериал? Может, меня, как кинозвезду, пригласили на главную роль? Всю информацию можно проверить.

Зал заметно развеселился.

— Как проверить ваши слова? – не унимался защитник подсудимых.

— В зале сидит моя опекунша Аглая Соловей из организации: «За мир в семье».

Женщина встала, махнула рукой Веронике:

— Ваша честь, могу показать снимки, сделанные в детдоме в разные годы, видео, снятое в день семнадцатилетия воспитанницы.

— Подойдите к трибуне, — пригласил судья.

— Мне дашь весь материал, — Аглае тихо шепнула Вероника, возвращаясь на своё место.

В том же строгом деловом костюме светловолосая женщина спокойно встала перед трибуной. Серьезная опекунша подключилась к телевизору, висящему за судьёй, ближе к секретарю, сидящему левее, и комментировала кадры:

— Очевидно, перед нами Вероника. Она не сильно изменилась с тех пор, только повзрослела и похорошела.

Польщенная девушка встала с места, театрально раскланялась.

— На всех кадрах стоит дата. На первом снимке мы видим девушку с тортом. На втором – директриса вручает ей символичный большой золотой ключ. На следующем фото воспитательница приносит ее сумку, усаживает воспитанницу в такси. На последнем – Вероника ключом открывает дверь своей квартиры.

— Спасибо! Садитесь на своё место, — велел судья.

Защитник снова жестом пригласил Веронику к трибуне:

— Вы рассказывали об острове убедительно, словно успели хорошо погулять по нему.

— Поясню. Представьте, месяц я тесно общаюсь с молодым человеком. Мы сбежали вдвоем от вашего генерала. Я плохо говорила на языке Джона. Он всё время рассказывал об острове и съемках. Парень обожает свою профессию. Иногда в кафе нас подслушивали с соседних столиков, и смеялись тому, как неловко я пыталась повторить за ним. От его рассказов мне часто снилась морская хищница. Я вскакивала с криком: Акула! Очень близко видела раскрытую пасть с острыми зубами. Что туда бросить, тапки? Я надеялась, что у моего героя есть лук со стрелами. Уф, какое облегчение – он угодил гигантской рыбине в глаз.

Присутствующие рассмеялись. Судья улыбнулся.

— Кстати, о языках. Откуда вы знаете язык этой страны? – не растерялся защитник Бенни Гови.

— Я думала, что плохо запоминаю языки – так утверждали мои учителя. Может, они не самые лучшие специалисты? Откуда знаю язык страны отца, если нам его не преподавали? Однажды муж переусердствовал в воспитании, ударил сильнее обычного.

— Ах! – пронеслось по залу.

— Я упала. Может, ударилась обо что-то. Своим спасением обязана иностранцу — деловому партнеру супруга. Оба зашли в дом за каким-то документом. Иностранец вошел первым, вызвал медиков, заметил синяк под моим глазом. Неизвестно, сколько я пролежала без сознания. В коме оставалась три дня. Как-то раз мы с Джоном сидели в кафе, две девушки разговаривали на незнакомом языке, но я понимала, о чем они беседуют. Ощущение необычное, словно в голове сидит переводчик. Я сильно удивилась. Джон сказал, что есть такие случаи, когда человек после удара головой начинает понимать язык предков.

— Сказки какие-то, — пробормотал Бенни Гови.

— Я верю, — произнес судья, кивнув секретарю.

— Технический перерыв, — объявил секретарь.

Судья и стороны обвинения и защиты покинули зал.

— Здорово ты поставила его на место, — Джон поцеловал любимую.

— Я вспомнила, что ночью видела на балконе тень. Вояка поставил камеру, нас подслушивают. Похоже, ёжики им не помеха. Кто бы сомневался, — Вероника сказала громко.

Она презрительно повела плечами, подошла к Аглае:

— После заседания поедем к нам. Пожалуйста, не отказывайтесь.

— Дочь меня опередила, — рядом появился лорд, указал на плечистого парня, — вас проводит к машине наш охранник Генри.

Через полчаса заседание продолжилось.

Адвокат подсудимого жестом попросил Веронику выйти вперед:

— Вы утверждаете, что муж садист вас бил. Как несовершеннолетняя оказалась замужем?

— Вадим юрист, хорошо знает, как обходить законы. Вам ли сомневаться в возможностях профессии? Вы упорно стараетесь увести заседание по иному пути, чтобы выгородить кровавого генерала. Кажется, обвиняете меня во всех смертных грехах.

— В соседнем здании имеется необходимое оборудование. Там вас могут обследовать, материалы предоставят суду. Что скажете?

Девушка удивленно подняла веки, посмотрела на судью.

— Только с согласия и в присутствии отца. Может, вы решили избавиться от неудобного свидетеля.

Судья кивнул, к Веронике подошли медики и лорд.

Вероника с отцом вернулись в зал, заседание продолжилось.

— Мы получили ваши снимки, можем рассмотреть в зале, — заявил адвокат обвиняемых.

На экране появились кадры частей ее тела. Медик стал комментировать, указывая места ушибов, синяков, внутренних разрывов, трещин.

Зал притих. Вероника хмуро посмотрела на судью:

— Как вы могли допустить подобное унижение несовершеннолетней? Вы всему миру показали мое тело. Что здесь происходит? Судят косвенную свидетельницу, разместившую снимки и видео, или кровавого генерала за вооруженное нападение на полицейский участок?

— Как вы разговариваете с судьей? – возмутился Бенни Гови.

Вероника схватилась за трибуну. Перед ее глазами всё поплыло. Она падала. Джон вскочил, успел поймать девушку. Зал ахнул. С ней на руках парень направился к выходу. Сердитый отец шагал за ними, обошел, стал расталкивать толпу.

Судья встал, начал читать:

— За неоднократные попытки увести заседание в ложном направлении, суд постановил Бенни Гови — защитника подсудимого Джеффа Малфоя и его помощников, оштрафовать в сумме сто тысяч в международной валюте. При повторении подобного поведения, сумма штрафа удесятерится. Заседание продолжится завтра.

Судья покинул зал. Подсудимых увели. Присутствующие стали расходиться.

Генри подошел к Аглае, сквозь толпу повел ее к семиместной машине лорда. Она уселась рядом с девушкой.

Джон приводил подругу в чувство: похлопал по щекам, дал таблетку из ее сумочки. Отец поднёс ей стаканчик с водой.

***

Обед в доме лорда прошел в хорошем настроении. Вероника успокоилась, рядом с ней сидела Аглая:

— Вижу, тебе все рады, ты у себя дома. Жаль, что в вашем случае детдом не сделал исключения.

— Пользователи инета дружно осуждают генерала, наглого адвоката и пассивного прокурора, — рассмеялась довольная Вероника.

После обеда хозяин дома пригласил присутствующих в кинозал.

— Дочка, садись в другом конце помещения, хочу посекретничать с гостьей, — хозяин дома попросил Веронику.

Когда все заняли места и скрип стульев прекратился, Аглая вывела на экран телевизора снимки и видео из детдома. Луис скопировал их на кассету.

Вероника негромко поясняла другу кадры.

— Аглая, вы спасли мою дочь, — тихо произнёс Роберт.

— Это моя работа.

— Я ваш должник и считаю, что вы достойны премии за свой нелегкий труд, — лорд настойчиво велел ей открыть сумочку, положил в нее пачку денег.

— Что вы, это лишнее. Если хотите мне помочь, переведите сумму на наш счёт.

— Не сомневайтесь, именно это действие мы с вами организуем через мой смартфон. Переведем на расчётный счёт вашего фонда – назовите номер, ... так... 100 тысяч в международной валюте.

— О, вы щедры.

— У меня просьба.

— Чем еще могу быть вам полезна?

— Свяжитесь с директрисой детдома. Хочу поговорить с ней, и попросить еще снимки моей девочки.

Опекунша позвонила:

— Рита Белая, с вами говорит Аглая Соловей.

— Добрый вечер, Аглая! Надеюсь, у вас хорошие новости.

— Я в гостях у Роберта Гилдероя. Дочь нашла отца, ее приняли замечательно, чувствуется девочку ждали давно. Она дома. Лорд просит вас с ним поговорить.

— Мне жаль, что я не сразу поняла чистую душу доброго человека. Передайте ему трубку.

В трубке смущенно закашляли.

— Здравствуйте, Рита Белая!

— Лорд Роберт, прошу меня простить. Мы были слишком напуганы плохими вестями об усыновленных и удочеренных сиротах, в вашем случае перестарались. Я слежу за судебным процессом над кровавым генералом. О чем вы хотели попросить?

— Если вы имеете снимки и видео с моей девочкой, я хотел бы их приобрести. Вы не против моего очередного благотворительного вклада на ваш счёт? Напишите номер.

Лорд перечислил 100 тысяч на счёт детдома.

— Вы, как всегда, щедры. Надеюсь, Вероника будет счастлива с Джоном.

Луис доложил: комната для гостьи готова.

— Но у меня назначена встреча, — неуверенно проговорила Аглая.

— Останьтесь сегодня у нас, — попросила Вероника. — Папа, знаешь, она дважды спасла мне жизнь.

— Расскажи, дочка, чувствую, ты еще не всё рассказала.

— Когда я жила на квартире фонда, Вадим узнал, что я одна, хотел ворваться: стучал, кричал, требовал открыть. Соседями оказались мужчины из той же организации, они выдворили крикуна из здания. Во второй раз Вадим подослал убийцу. Когда он пытался открыть дверь, те же соседи вырубили его электрошокером, вызвали полицию. В участке обрадовались, что поймали преступника, за которым бегали давно.

Хотя Ганс снял чужую камеру наблюдения, хозяин дома, гостья и молодые, решили не рисковать – вдруг их подслушивают, и молча перешли в подвал.

— Дочка, расскажи, что было дальше на острове. Ты же не против присутствия Аглаи, — отец ждал ответа с интересом.

— После удара и падения какая-то сила перенесла меня на остров, видимо, сработало моё желание спрятаться от Вадима. Я искупалась в водоеме, созданном для съёмочной группы. Джон принес полотенце и сухие вещи одной актрисы: спортивный костюм и кроссовки.

— На острове снимали фильм, я работал оператором. Все уехали, мне захотелось отдохнуть в одиночестве, — признался Джон. – Однако рад твоему чудесному появлению. Пообедаем вместе, я успел выловить и пожарить рыбу.

Мы вошли в двухэтажный деревянный дом. Он накрыл на стол, мы поели.

— Покажу тебе остров. Искупаешься в речке, полюбуешься водопадом, — предложил Джон.

— Пресная вода есть? Бери бутылки.

Джон взял бутылки и пакеты для фруктов. В лесу красиво, зелено, на пышных ветвях зреют плоды. Мы искупались, набрали воду, нарвали бананы. Он привел меня к дереву. На нем оказался домик, висела веревочная лестница. Оставив свой груз возле толстого ствола, оба быстро поднялись в домик. Я выглянула в окошко, увидела лодку.

— К тебе плывут гости.

Сняв и увеличив снимок, Джон испугался:

— Это пираты, у них заложник.

— Подними сюда наш груз.

Он спустился, принёс пакеты, я помогла их поднять.

— Сиди тихо, — велел мне и исчез.

В полу домика оказалась дыра, позже Джон пояснил, что отверстие сделано для туалета, который еще никто не использовал. Я подняла крышку и видела, как Джон складывает вокруг ствола ветки с крупными листьями – он скрывал наше убежище от посторонних глаз. Джон убежал. На песке разворачивалась трагедия: пираты мучили мальчика. Мой спаситель вернулся с пакетом. Он успел взять одеяло, большой нож и банку с шоколадным кремом.

Прежде чем пираты проникли в коттедж съёмочной группы, Джон выпрыгнул в окно.

Позже через дыру в полу домика мы видели, как бандиты тащили заложника к пещерам.

— Кто построил дом? – спросил один из пиратов.

— Здесь снимается сериал. Ты не знал? — ответил напарник.

— Вдруг группа вернется?

— Режиссер по телевизору объявил, что сценарий дописывается. Съёмки продолжатся через месяц. Бросим его в пещере, пойдем купаться в речке.

Бандиты оставили мальчишку в пещере и ушли. Джон пробрался к пацану, ножом срезал веревки, потащил его наверх в укромный угол. Задвинув каменную плиту, закрыл вход в скрытое место. Из пакета достал одеяло, заложника посадил на него, отклеил рот, дал ему бутылку с водой, протянул бананы. Шкурки выбросил из второго выхода. Оттуда можно спуститься с холма. Кожуру съели маленькие кабанчики. На острове бегает целое семейство.

— Занятные приключения, — вставил лорд.

— Я участвовал в скаутском движении. Мне на острове пригодились многие навыки, — пояснил Джон.

— Сам расскажи, — потребовала подружка.

— Раздался рокот вертолета. В пещеру вбежали бандиты, бросились искать мальчика. Его зовут Джи. Мы успели познакомиться. Пиратов схватили военные. Я потащил заложника через второй выход вниз с холма, оставил на песке, попросил:

— Никому обо мне не рассказывай, иначе меня убьют. Скажи, что сам освободился от веревок.

— Я снимала их на пляже, — тихо добавила Вероника. – Когда военные улетели, в домик постучали. Сначала мы боялись открывать.

— Это друг, я островитянин, не бойтесь меня, — донеслось снаружи.

Мы открыли, он попросил нас спуститься и пойти с ним.

— Племя боится военных, мы прячемся в пещерах. Идите со мной, вдруг враги вернуться.

Оказалось, за водопадом кусок скалы отходит. Отодвинув камень, мы перешли в другую часть острова, спустились в подземные пещеры. Островитяне угостили нас мясом раненой акулы, радовались, что Джон подарил им большую рыбу. Военные вернулись, потопили яхту главаря пиратов. Как только вояки убрались, племя помогло Джону отремонтировать небольшой корабль.

— Я смог на нем проплыть недолго, он начал тонуть. Меня подобрала большая прогулочная яхта.

— Я ушла к домику на дереве, попросив островитян никому обо мне не рассказывать. Они не удивились. Я очнулась в больнице. В палате меня раздели врачи, не спрашивали об одежде. Как происходил тот загадочный переход? Не знаю. Может, я находилась в томографе.

— Признаюсь, меня удивила иная одежда на тебе в палате реанимации, — улыбнулась Аглая. – После твоего рассказа всё прояснилось. Я слышала о таком случае, но считала маловероятным исчезновение в одном, и появлении в другом месте.

— Джон, будешь рассказывать про остров, говори всё, но забудь о Веронике. Считай, что ее там не было, — попросил лорд.

— Конечно, не сомневайтесь во мне, — горячо подтвердил парень.

Глава 7. Истина всплывает

На следующий день судебное заседание продолжилось. Лорд и его спутники сели в первом ряду, Аглая заняла прежнее место.

Зал заседаний вновь оказался полон.

Судья вошел, присутствующие встали.

Снова к трибуне подошла Вероника.

— Я вам задаю вопросы, пытаясь выяснить откуда вы знаете такие подробности про остров, — на своем настаивал адвокат обвиняемых.

— Ваша честь, мало того, что Джон всё время рассказывал о райском клочке суши, он его рисовал на чём придется. Теперь я могу с закрытыми глазами провести экскурсию.

Вероника из сумочки достала пачку бумажек: обрывки салфеток, туалетной бумаги, листочков отрывного календаря. На всех них был изображен остров.

Прокурор решил проявить активность, взял бумажки и отдал судье.

— Неплохо, — судья с интересом рассматривал рисунки.

— Покажу качественные снимки, назовите, что и где расположено, — не унимался адвокат обвиняемых.

Появилась первая фотография.

— Чувствую себя на экзамене по географии. На снимке вид острова с моря. Дом для съёмочной группы расположен слева.

— Что за дом?

— Кажется, двухэтажный, деревянный дом. Справа высокий холм, внутри пещера, где военные заживо похоронили пиратов. Левее для съёмок построили домик на дереве с пышной кроной.

Появились снимки, подтверждающие слова свидетельницы.

— Вокруг дерева густые заросли, скрывающие домик. Может, пора вызвать оператора? Джон знает лучше, что он делал на острове.

— Только по вашим рассказам можно сфабриковать снимки.

— Сфабриковать? Вы знакомы с семьями всех трех военных, сидящих на скамье подсудимых с довольными лицами? Они вам предоставили семейные видео? Вы смогли сравнить? – свидетельница насмешливо смотрела на защитника.

— С чего вы взяли?

— С чего вы взяли, что можно сфабриковать видео, не зная людей в лицо, не имея их видео на руках. Может, Джон провидец? Джон, предскажи мою судьбу!

— Выйдешь за меня замуж! — с места крикнул парень.

— Вне всякого сомнения.

Зал рассмеялся. Толпа на улице скандировала: Позор генералу!

— Вы слишком рассудительны. Я сомневаюсь, что вы несовершеннолетняя и дочь лорда.

— В сиротском доме нас учили отстаивать свои права, не гнуться под хотелки других людей. Можете сделать тест на родство. Мне всё равно что вы собираетесь этим доказать. Если суд не станет разбирать дело кровавого генерала, я выскажусь на улице, в Интернете. Не понимаю, кто здесь прокурор. Почему меня не защищает от нападок адвоката обвиняемых? Раз генерал должностное лицо сильного государства, значит может любого убить, и ему за злодеяние ничего не будет? Мы обсуждаем вину оператора, пожелавшего прожить месяц на райском острове? Это серьезное преступление? Судить всех, кто посмел отдохнуть на море! Где журналисты? Где корреспонденты страны жестокого вояки? Вы смелые при обсуждении демократии в чужих странах. Легко говорить о справедливости, осуждая отсталые государства.

С заднего ряда поднялась светлая, сероглазая девушка, одетая в сиреневый деловой брючный костюм:

— Ваша честь, разрешите мне оправдаться? Независимым журналистам есть о чём поведать миру.

Судья жестом пригласил ее выйти вперед.

Довольная Вероника села на своё место.

— Ты отважная девушка, — Джон крепко сжал ее руку.

Журналистка подошла к столу, протянула судье свои документы. Затем прошла к трибуне, и поклялась говорить только правду.

— Меня зовут Вивиен Эли. Я независимый журналист. За последние две недели стала известной, благодаря снимкам и видео Вероники. Уже больше месяца расследую деятельность генерала. В нашей стране много людей недовольных его кровавыми действиями. Это не слухи. Он многим людям навредил. Есть случаи самоубийства парней, не выдержавших насилия нынешних подсудимых. Через киностудию я узнала местонахождение острова. Независимые корреспонденты создали фонд, собрали средства, чтобы мы с оператором посетили остров, и ознакомились с местом преступления. Вас удивит, что я расскажу. У меня есть видео, подтверждающее мои слова. Позвольте воспользоваться вашим телевизором? – она обратилась к судье.

— Да, конечно.

— Протестую! – крикнул защитник обвиняемых.

— Протест отклонен. Наконец, обсуждение дела идет в нужном направлении. Вивиен, продолжайте.

— Нам повезло, что остров расположен недалеко от нашей страны и режиссеру понадобились участники съемок. Меня и оператора взяли на борт вертолета, потребовав плату за сидячие места. Съёмочная группа встретила нас восторженно. Джона все уважают, хотя некоторые высказывались осторожно, боясь мести военных. Мы прошли в пещеру в сопровождении их оператора. Он пояснил, что ступени вверх они вырубили вдвоем с Джоном для сериала. Мы поднялись и обнаружили укромный угол с широким лазом. Вот смотрите. В пещере явно кто-то что-то раскопал. Перед нами возник странно одетый мужчина в возрасте:

«Я житель острова. Моё племя вынуждено скрывалось от военных. Надеюсь, вы поможете нам жить нормальной жизнью.

— Откуда знаете наш язык? – я спросила удивленно.

— Меня научили рыбаки, я им показывал лучшие места рыбалки. В пещере была могила. До вашего приезда они раскопали три трупа, и закопали их возле реки. Это опасно для нас – вода станет убивать. Мы похоронили мертвецов в другом месте».

Мужчина показал нам свежий холмик. Мы связались с нашей группой, чтобы друзья заплатили экспертам. Специалисты прилетели, раскопали могилу и увезли трупы. Ждем результатов, хотя догадываемся, кого мы обнаружили. С нами связалась девушка двадцати двух лет, член банды, которая захватила заложника. Теперь она похожа на старуху. Пираты ошиблись – украли не того мальчика. Генерал и его люди насиловали девушку неоднократно, чтобы она призналась, куда повезли заложника.

— Они еще и насильники? – в зале громко возмутились.

Журналистка кивнула, и продолжила:

— О похищенном пиратами мальчике мы выяснили следующее: он заложник генерала два года. Джефф Малфой обманул племя, что научит юношу военному делу. В последний момент вождь отказался. Генерал пригрозил, что всех расстреляет, если парнишку попытаются отнять у него. Поэтому племя скрылось в подземных пещерах. Однако островитяне видели всё, о чём Вероника поведала миру. Жители острова уважают Джона и Веронику за смелость. Семья Джеффа Малфоя так же называет его кровавым. Жена наглого вояки поверила в опекунство мужа, жалела воспитанника, купала, кормила и обучала нашему языку.

— Вы многое выяснили. Когда успели столько? Маловероятно, — скептически заметил защитник подсудимых. Лицо Бенни Гови покрылось красными пятнами.

— Вы невнимательно слушаете. Я уже сообщила, что занимаюсь деятельностью подсудимого больше месяца. Нужны свидетели? У оператора есть видео с датами съёмок, но к этому делу собранная информация не относится. Опекун не собирался учить воспитанника чему-либо, зато часто избивал – может, хотел убить? Был случай захвата острова с подложным усыновлением. Можно заложника обследовать, чтобы убедиться в жестоком обращении с ним. Мы начали расследование с того момента, как Джефф Малфой объявил Джона Барри террористом, и стал преследовать. Знаем, что Джон получил премию, как лучший оператор года. До этого случая у нас скопились жалобы на генерала. Кому верить? Честному человеку.

— Пожалуй, пора взглянуть и поговорить с бывшим заложником, — заявил судья.

В зал ввели парнишку в белой пижаме.

— Почему он так одет? – возмутилась Вивиен.

— У него проблема с психикой, ни с кем не общается, — заявил сопровождающий врач.

Как только юный свидетель поравнялся с первым рядом, где сидели лорд и парочка влюбленных, Джон встал с места и тихо позвал:

— Джи.

— Джон! – парнишка радостно кинулся к нему, обнял за талию.

— Вот, а вы говорите: он ни с кем не общается, — заметил судья. – Джон подойдите с ним к трибуне. Вас юноша не боится. Попросите его ответить на наши вопросы.

Когда Джи подошел к трибуне, кто-то ему под ноги подложил скамью, он живо встал на нее.

— Вы добрый, — парнишка сказал судье, — вас не боюсь. Спрашивайте.

— Сколько тебе лет?

— По вашим меркам мне шестнадцать лет, а по нашим – пора учится заботиться о племени: ловить рыбу для всех, метко стрелять, убить кабана.

— Генерал с тобой обращался жестоко?

— Мужчина не должен жаловаться кому бы то ни было.

— Ответ достойный мужчины.

— Ваша честь, разрешите нам взять Джи с собой. С Джоном он чувствует себя в безопасности. Мы сами отвезем его на остров, — Вероника обратилась к судье и вопросительно посмотрела на отца.

Лорд кивнул утвердительно.

Секретарь объявил технический перерыв, судья встал и вышел из зала.

Лорд и его домочадцы покинули зал заседаний. Джи радостно шагал рядом с Джоном.

— Молодец! – толпа у здания приветствовала островитянина.

Полиция отогнала с площади подозрительные машины. Дрю сопровождал героев дня до ограды вокруг особняка, и остановился на улице.

Когда машина лорда подъехала к воротам, они распахнулись. Охранники ждали во дворе. Последним из автомобиля вышел Джи. Он с любопытством разглядывал двухэтажный особняк. Как только семья и гость подошли к ступеням, Джи обратился к Веронике:

— Твой дом? Красивый!

— Это дом лорда, — поправил Джон.

— Она же его дочь, — возразил Джи.

Юноша подбежал к лорду и поцеловал руку:

— Милорд, спасибо вам! Спасибо, что пригласили к себе!

— Ты гость моей дочери, значит и мой тоже, — лорд смутился.

— Папа, снимем ёжики, они не помеха воякам и уродуют особняк.

— Останутся дыры.

— Посадим плющ. Поговори с садовником.

— Хорошая идея.

За обедом Джи поразил всех умением пользоваться столовыми приборами и с достоинством держаться за столом.

Вечером Джи спал в гостевой комнате. Рядом с кроватью сидела Луиза и тихо пела колыбельную песню.

Утром курьер привёз заказ Луизы: одежду для мальчика и большого мишку.

Джи обрадовался игрушке, обнял за шею. В гостиной нового друга посадили рядом с островитянином.

Когда обитатели дома пили чай с выпечкой, в калитку особняка позвонили журналисты:

— Позвольте нам войти в дом ненадолго, — они попросили охранника.

Охрана связалась с Луисом.

— Милорд, к нам рвутся журналисты. Они твердят о необходимости показать и рассказать о Джи.

— Не уверен, готов ли Джи к присутствию посторонних. Ладно, зови их лишь на несколько минут.

Оператор и две журналистки вошли в гостиную в тот момент, когда Джи с удовольствием ел пирожное с кремом, запивая чаем. По знаку девушек оператор сделал несколько снимков:

— Кадры красноречивее слов. Спасибо! Мы уходим.

Джи проводил их удивленным взглядом. Гости ушли, Луиза вытерла салфеткой губы парнишки. Он вскочил с места и бросился к лорду, обнял за шею и поцеловал руку:

— Спасибо, милорд! Вы приняли меня как родного.

— Хороших людей много. Не нужно всех бояться, — лорд прослезился. – Кто тебя всему научил?

— Супруга генерала. Она неплохая женщина. Редко поднимала на меня руку, только если я вел себя неправильно.

— Бедный ребенок, — участливо вздохнул лорд.

***

Заседание суда продолжилось и на следующий день. Получив нагоняй от президента, судья надеялся вынести приговор подсудимым, однако адвокат обвиняемых снова придумал что-то.

Бенни Гови обратился к судье:

— Я бы хотел задать пару вопросов лорду Роберту Гилдерою.

— Какое он имеет отношению к делу ваших подзащитных? – нахмурился судья.

— Что вас интересует? – с места спросил лорд.

— Выходите вперед, если вам нечего скрывать.

Лорд вышел к трибуне с высоко поднятой головой, положил руку на свод законов и громко произнёс:

— Клянусь говорить правду и только правду.

— Как вы объясните суду, что ваш сын находится под следствием? – ехидно спросил Бенни Гови.

— В нем нет ни капли моей крови. Он мне неродной, я усыновил малютку. Мой отец предложил помочь соотечественникам. Я надеялся, что окруженный заботой и не зная лишений ребенок вырастит хорошим человеком. Все домочадцы любили мальчишку и баловали. Его мать – Марта, была доброй женщиной и часто просила меня рассказать мальцу правду о рождении. Она ему всё поведала, когда сыну исполнилось пятнадцать лет, считая его достаточно взрослым для подобной истины. Новость озлобила юнца с барскими привычками. Корыстолюбец долго вынашивал жуткий план, как уничтожить всю нашу семью, чтобы завладеть имуществом. Начал с родной матери. Друг наркоман посоветовал эгоисту обратиться к медсестре, знающей действия ядов. Урод, иначе язык не поворачивается его назвать, медленно травил собственную мать, похоронил, и продолжил грязное дело. Следующей жертвой хладнокровного убийцы стал мой отец, который потакал его капризам, и называл продолжателем рода. Чаша моего терпения переполнилась, когда себялюбец попробовал убить мою дочь. Хотя негодяй предпринимал попытки отравить меня, я не думал выдать его правосудию. Я ответил на ваш вопрос?

— Он несовершеннолетний.

— На месяц старше Вероники. Думая, что моя дочь потеряна для нас, мой отец подделал документ о рождении, чтобы выдать его за моего ребенка от жены Оливии. К сожалению, оба умерли во время тяжелых родов. Наши знакомые не знали об этом факте. Можно сделать запрос, я помню имя биологического родителя пацана. Для меня очевидно, что гены имеют важное значение. Муж Марты много зарабатывал, но вел распутную жизнь: проигрывал в карты, наделал долгов, напивался, а в день появления сына на свет разбился на машине взятой в кредит с друзьями. Супруге пришлось отдать всё – деньги и украшения, чтобы расплатиться со всеми. Оставшись без поддержки, роженица и малютка голодали, не получая даже пособия, потому что являлись гражданами другого государства. Им помогали соседи. Они же обратились в благотворительную организацию. Теперь чувствую, что нужно было откупаться деньгами, помочь с переездом, и все были бы живы. Я ответил на ваш вопрос?

— Спасибо, милорд! – ответил судья и жестко сказал: – Больше не станем ворошить прошлое семьи лорда, иначе, Бенни Гови, лишу вас слова.

— Перейдем к рассмотрению материалов дела, — после значительной паузы продолжил судья. – Мы все посмотрели видео, сделанное в кабинете начальника полицейского участка. У нас нет никаких оснований думать, что кадры сфабрикованы. Иначе работу всей нашей полиции придется считать бесполезной. Бенни Гови, вам и вашим подзащитным следовало относиться с большим уважением к исполнительным властям нашей страны. Суд видел обратное отношение. Ваш подопечный организовал два постыдных нападения на дом лорда Роберта Гилдероя. Вы вызвали справедливую волну возмущения у всего народа, где всяк ребенок уважает члена парламента. Пытаясь отвлечь судебный процесс от кровавого генерала, под лупой искали грехи в его семействе. Подобным поведением доказали, что в нашем государстве преступник получит достойное наказание за свои злодеяния.

Секретарь объявил технический перерыв.

Лорд решил воспользоваться передышкой, и со своими домочадцами в сопровождении охранников покинул зал заседаний.

— Папа, тебе не интересен ход заседания и какое решение примет суд? – удивилась Вероника.

— Мы всё увидим по телевизору в прямом эфире – журналисты многих телеканалов пришли с операторами. Мне надоели злорадные рожи генерала и его помощников. Часто возникает желание подойти и врезать им, как следует.

— О, неожиданно, а я завидую твоей выдержке и терпению. Тебе удается скрывать свои мысли и желания.

— Многие годы, проведенные на заседаниях в парламенте, научат и не такому, — усмехнулся отец.

Когда машина лорда въехала во двор, Джи выбежал из дома и обнял Джона:

— Без вас скучно, хотя Луис и Луиза добрые, — признался островитянин.

Глава 8. Возвращение на остров

Ветер гнал облака на восток, солнце клонилось к горизонту, и давно скрылось за массивным зданием.

Судебный процесс над военными близился к логическому завершению.

Как только прозвучал приговор, сторонники подсудимых сели по машинам, неустанно сигналили, выражая таким образом свой протест. Полиция боялась, что они навредят людям, собравшимся на площади. Толпа радостно скандировала: Браво, судья!

Ганс и Дрю тщетно пытались отогнать машины сторонников генерала с площади перед зданием правосудия. Виллоу Вропинг взял рупор, и решительно вышел вперед:

— Согласно нашим законам я – известный вам Виллоу Вропинг, имею полное право войти на территорию любой организации, базирующейся в нашей стране, и взять отпечатки пальцев всех сотрудников. Так легко вычислю всех виновников нападения на особняк члена парламента лорда Роберта Гилдероя. Даю вам шанс уйти безнаказанными. Я редко бываю снисходительным по отношению к преступникам.

Группу поддержки подсудимых как ветром сдуло.

Адвокат и прокурор рискнули выйти из здания через час после закрытия зала судебных заседаний, когда убедились, что толпа рассеялась.

***

Домочадцы Роберта Гилдероя собрались в кинозале, смотрели новости дня.

Зевая на ходу, Вероника присоединилась к ним:

— Что я пропустила? Что показали в новостях? – она села между отцом и Джоном.

— Суд выслушал трех свидетелей, просивших отнестись снисходительно к помощникам генерала, подчеркивая, что офицеры слепо выполняли его приказы, не смели перечить грозному руководителю, — рассказал Джон.

— Строгий судья ответил просителям: «Возможно, в вашем государстве суд учтёт чистосердечные признания помощников генерала, но в этом зале мы их не услышали». Наконец-то я узнал должностное лицо нашей страны, который никогда не оправдывал преступников. Он обратился к обвиняемым с вопросом: вам есть что сказать в своё оправдание? Оба офицера отказались выступить в свою защиту. Они не раскаиваются в содеянном. Всё время сидели нагло улыбаясь, — вставил отец.

— Они до последнего мгновения были уверены, что адвокат сумеет их оправдать, — скептически заметила дочь. – Преступники надеялись выбраться чистыми из грязи.

— К их огорчению судья встал, прочёл неудобное для троицы решение суда: «Мы рассматриваем дело о вооруженном нападении на полицейский участок. Согласно нашим законам, постановляю: генералу и его помощникам присудить пять лет колонии строгого режима. По истечению срока подсудимых передадим государству, чьими гражданами они являются. Приговор окончательный, обжалованию не подлежит».

Отец отвлекся на фотографии из зала суда, и добавил:

— Их рожи вытянулись от удивления. Осужденные вояки хмуро уставились на Бенни Гови. Я доволен результатом. Прокурор и адвокат не показывались. Судья вышел к журналистам.

Вероника внимательно слушала интервью.

— Как вы расцениваете ход судебного процесса и его результат? – к судье обратилась журналистка главного телеканала.

— Должен признаться, гнев нашего народа, направленный против адвоката подсудимых, был справедлив. Бенни Гови словно испытывал наше с вами терпение. Хочу поблагодарить лорда Роберта Гилдероя за выдержку. Он вел себя, как подобает истинному представителю древнего рода. Мы вправе гордиться такими сынами.

— Папочка, я горжусь тобой! – Вероника с чувством обняла отца.

— Вы с Джоном тоже держались достойно, — довольный лорд улыбался.

Сытно поужинав, молодые люди прогулялись вокруг особняка, посидели в ажурной беседке:

— Наконец, рассмотрим участок. Здесь красиво, — улыбаясь, произнесла Вероника.

Влюбленные с интересом разглядывали ели и кусты в форме зверей. Охранники неспешно шагали вдоль ограды, Дрю пару раз медленно проехал по улице.

Виллоу пришел в подвал через тайный ход, его ждал Роберт.

— Кажется, всё получилось по нашему: недоброжелателей – исполнителей воли генерала, я напугал. Думаю, они сегодня же улетят с базы.

— Надеюсь. Дети вышли в сад, сидят в беседке. Им пора чувствовать себя свободными гражданами сильного государства.

— Не хочешь отвезти их в поместье?

— Моего желания мало, важнее настроение дочери, — Роберт улыбнулся.

***

В подень Виллоу доложили, что с базы вылетел вертолет с десятком военных на борту. Полковник обрадовал новостью семью друга.

По просьбе Джона Луис рано утром будил Джи, они занимались физической подготовкой юноши — бегали вокруг особняка, делали упражнения на лужайке. Приняв душ, оба спускались в гостиную.

Прошла неделя

— У нас есть соления? – уплетая яичницу со специями, утром за завтраком Вероника обратилась к повару.

— Какие соления желаете?

— Принеси все какие есть. Я хотела сказать: принеси по чуть-чуть, попробую.

— Хочешь улучшить аппетит? – уточнил Джон.

— Могу одолжить аппетит.

Перед ней появилась большая салатница с солёными мелкими помидорами, огурцами, цветной капустой и морковью.

Вероника захрустела ими. Рядом с солениями повар положил тарелку с тонко нарезанным отварным мясом.

— Ты так смачно жуешь, мне тоже захотелось. Можно взять что-нибудь из салатницы?

— Попроси у повара для себя.

Перед Джоном появилось блюдо с солениями и мясом.

— Папа, мы обязались доставить Джи на остров, — доев добавки, заявила Вероника. — Он скучает, и племя ждет его с нетерпением. Соплеменники связались с Джоном через активную журналистку Вивиен Эли. Съёмочная группа готова взять Джона на работу. Его же уволили под нажимом кровавого генерала. Кстати, где сейчас вояка?

— На каменоломне трудится. Пытается симулировать болезнь.

— Надеюсь, местные нарушители законов покалечат наглого вояку.

— Как ты жестока, дочка.

— Меня больше всего возмутило жестокое обращение с Джи. Я своими глазами видела, потому простить не смогу. Его помощники такие же злобные, как «грозный руководитель».

Джи смотрел на дочь лорда с обожанием.

— Во время еды старайся не говорить о неприятных вещах, — тихо попросил Джон.

— Ты прав, любимый. Мне учиться и учиться выдержке. Учти, папа, я тоже должна посетить остров.

— Дочка, купи подарки для племени.

— Ты прав, я об этом не подумала. Пойдем в супермаркет вместе с Джи.

Повар успел принести чай и пирожные. Вероника с аппетитом уплетала выпечки одну за одной.

— Дочка, мне показалось или ты в интересном положении? Может, вам пора оформить брак?

— Этим вопросом займемся после посещения острова.

— Один раз в жизни буду настойчив: вы с Джоном регистрируете брак. Сначала отметим радостное событие, затем подумаем, каким путем вас быстрее доставить к племени.

— Нам придется написать заявление, и ждать месяц? – Вероника недовольно сдвинула брови.

— Думаешь, у меня меньше возможностей, чем у твоего бывшего мужа? Мне позвонила директор вашего детдома – Рита Белая, и сообщили о нем интересные новости. Рассказать?

— Если он получил, что заслужил.

— Его судили за убийство первой жены. Однако прохиндею удалось избежать наказания. Несмотря на протест общественности, суд оправдал негодяя. Дальше произошло чудо. В тот же день ему привезли дрова для камина. Соседи утверждали: он пожадничал – заплатил меньше, чем полагалось.

— Вадим всегда так поступал. Рабочие разозлились и бросили дрова во дворе. Однажды он заставил меня собирать поленья, и складывать их под навесом, потому что боялся поцарапать белые ручки.

— В этот раз жадина поступил точно так же: заплатил мало. В отместку рабочие бросили поленья во дворе беспорядочной кучей. Ночью началась гроза с жуткими молниями. Одна из них ударила по сухим дровам, те загорелись. Порывистый ветер распахнул окно, занавеска выпала наружу, ее охватило пламя. Соседи в особняке напротив видели, но не стали звонить пожарным.

— Получилось, — Вероника захихикала.

— Что получилось, дочка?

— Прости, я прервала твой рассказ.

— Водитель машины, проезжавшей мимо пылающего коттеджа, вызвал пожарных. Соседи наблюдали, как из дома на носилках вынесли погорельца. Медики скорой посмеивались: жить будешь, но станешь уродом, мы постараемся. В погорельце они узнали героя прошедшего судебного процесса. Ты хотела что-то рассказать.

— Так ерунда: всё что ты рассказал, мне приснилось, — ее глаза лукаво блестели. — Мошенника должны были посадить в тюрьму. Бог покарал, раз судебная система оказалась бессильна. Что ты сказал насчёт возможностей?

— Как член палаты лордов, ускорю регистрацию брака. С кем следует, я уже договорился.

Вероника вскочила с места, обняла отца за шею, звучно поцеловала в щеку.

— Повтори, дочка, я не расслышал, — просиял Роберт.

— Милорд, хочу с вами посекретничать, — к нему обратился Джон.

— Пойду-ка я в свою комнату, — Вероника ушла к себе.

Луис открыл дверь. Вероника шумно зевнула. К двери подошел Джи с мишкой в руках. Она легла на постель, островитянин рядом с ней положил игрушку.

— Джон, хорошо, что ты пришел, — не открывая глаз, она повернулась на бок, обняла мишку и уснула.

Луис и Джи переглянулись, вышли улыбаясь.

Через час в спальню Вероники заглянула Луиза с подносом. Оранжевый сок и красивый кекс аппетитно пахли.

— Луиза, ты вовремя, — сонно пробормотала Вероника, усаживаясь на постели, и с удовольствием проглотила, что принесла горничная.

— Давно, это с вами?

— Ты о чем?

— Сонливость.

— Не знаю. В зале заседания приходилось подавлять зевоту.

— Вы забеременели?

— Кажется, так.

— А я боюсь признаться, — прошептала горничная. — Думаю, Луис будет против ребенка.

— Не говори ему, но роди, — тихо произнесла Вероника, и улыбнулась заговорщически. — Моему сыну понадобится друг и братишка. Хотя не пойму кого ждать – мальчика или девочку. Меня тянет на солёное и на сладкое. Где Джон?

— Они с милордом уехали час назад. Намеревались купить обручальные кольца.

— Без меня уехали. Если мне не понравится кольцо или оно окажется не по размеру?

— Обменяют, хотя милорд ни разу не ошибся – его слова.

Луис вошел в спальню, и торжественным голосом произнес:

— Юная леди, милорд и Джон просят вас спуститься в гостиную.

Вероника вскочила, и с напускной церемонностью вышла из спальни.

— Что станем отмечать?

— Что-то хорошее.

— Луиза, занесешь туда бокалы, — Луис запер спальню на ключ. – Надо поговорить с милордом о дверных замках. Евгена нет с нами – некому безобразничать, незачем закрывать комнаты.

Джон стоял в центре гостиной, хозяин дома сидел во главе стола. Отдохнувшая Вероника грациозно вплыла в зал.

— Дочка, садись в кресло.

Джон упал перед Вероникой на колени, и открыл коробочку, которую держал в руке:

— Любимая, выходи за меня замуж.

Она достала из коробочки широкое, но плоское кольцо с одним маленьким бриллиантом:

— Какая прелесть! Я согласна.

— Садитесь за стол, — пригласил лорд.

Луис открыл бутылку шампанского, и разлил по бокалам. Когда молодые сели на привычные места, хозяин особняка положил перед ними две коробочки:

— Я купил их, когда мы сбежали из подвала в супермаркет. Тогда твердо решил, что вы обязаны расписаться, дорогие мои, любимые. Я искал дочь, нашел двоих детей. Ура! – счастливый Роберт поднял бокал.

Три бокала соприкоснулись и зазвенели разом.

К застолью присоединился Виллоу с сыном. Соседи пришли через калитку в воротах, и принесли подарки молодоженам: бриллиантовое колье для невесты и перстень для жениха.

Ночью жених в постели обратился к невесте:

— Объясни, почему ты хихикала, когда твой отец рассказывал о твоём бывшем муже? Ты к этому причастна? У тебя появилась новая способность?

— Забудь, — она загадочно улыбнулась.

***

Через неделю молодые летели к материку, ближайшему к райскому острову. Оттуда небольшой вертолет доставил молодоженов на яхту.

Вероника позвонила отцу:

— У тебя красивая яхта.

— У нас, — поправил лорд Роберт. — Куда бы ты не пошла, прошу тебя: возвращайся на яхту, и ночуй в своей каюте.

— Слушаюсь и повинуюсь, — дочка счастливо рассмеялась.

Яхта подплыла к обратной стороне острова, где расположены пещеры. Белоснежный пляж охватывали невысокие скалы и редкие пальмы. К удобному пирсу причалили две большие лодки. Сначала на родной берег выбрался Джи в шортах и цветной майке. Он подал руку Веронике. Поддерживаемая сзади Джоном, она шагнула на грубые доски, низкие каблуки застучали по деревянной дорожке. Красавица сняла босоножки, прошлась по кромке моря, с удовольствием погружая стопы в воду. Потрогав мелкий песок, села.

Из второй лодки моряк вынес чемодан Джи, огромный зонт и пластиковое кресло.

Зонт раскрыл над девушкой, под ним поставил кресло, на нем удобно расположилась Вероника:

— Вы как хотите, мне нравится пляж. Пока уходить никуда не собираюсь.

Джи направился к пещерам, громко позвал соплеменников на своем языке. Люди высыпали с радостными криками. Островитяне окружили парня, тискали по очереди. Почтительно расступились перед вождем:

— Ты возмужал, — обрадовался отец, обнимая сына.

— Я жил у добрых людей, — Джи поклонился вождю.

Парень быстро открыл чемодан, достал клеенку, высыпал на нее печенья разных форм:

— Дети, вам подарок.

Взяв в руки горсть печений, с поклоном протянул отцу. Вождь положил в рот одну выпечку, кивнул одобрительно, ребятня чинно потянулась за сладостями.

Глава достал из чемодана широкую яркую майку, отошел в сторонку. Соплеменники подходили по очереди к подаркам, брали какую-нибудь вещь, довольные отходили.

— Мои друзья приплыли со мной, — Джи указал на Джона и Веронику.

Парочка поклонилась вождю.

— Мы счастливы, что вы посетили нас, — вождь улыбнулся.

Неожиданно он подошел к Веронике, опустился на одно колено, обнял ее за талию, приложил ухо к животу. Все умолкли и смотрели, ожидая объяснения.

— Я услышал биение двух сердец, — вождь ушел в пещеру.

— Похоже, он прав, — растерянно пробормотала девушка, и громко сказала: — Джон идем к вашей группе.

Супруг словно онемел от слов вождя, кивнул мыслям, бросился за Вероникой. Парень не позволил ей прикоснуться к скале. Джи подбежал раньше, толкнул камень. Троица оказалась за водопадом.

Джон провел ее под водой, нависая над ней, чтобы она не промокла.

Лес жил своей жизнью: пели и щебетали птицы с ярким оперением, визжали кабанчики, шелестели листья, летали насекомые.

— Как разнообразен мир чудесного местечка! Как я соскучилась по райским фруктам! – Джи поднес Веронике плоды инжира.

Они медленно прошлись по лесу, остановились у ствола дерева с домиком. Кто-то убрал заросли вокруг.

— Похоже, уже снимают сцены на дереве, — предположил Джон.

— Где лестница? Хочу подняться.

— Пойдем, поздороваемся со съёмочной группой, — он настойчиво уводил ее вправо.

Когда они проходили мимо крупного ствола, Джон рассмеялся:

— Я прятался в дупле, когда все садились на яхту.

— Я думала, ты выжидал в пещере.

Группа сидела в коттедже на берегу, и оживленно обсуждала сценарий. Парочку встретили восторженно: одни обнимали Джона, другие жали ему руку.

— Хочешь приступить к работе? – спросил режиссер.

— Простите, у меня другие планы.

— Джон, нам понравилась ваша история, мы решили включить ее в сериал, — заявил режиссер фильма.

— Включайте.

— Как насчет вашего участия в ролях героев?

— Нет, нет, и еще раз нет! Вы не заметили, что моя супруга беременна? Куда денете ее живот, когда она ляжет на камне?

— Расскажите подробнее этот эпизод.

Молодожены больше часа рассказывали группе, как познакомились. Оператор снимал обоих с разных ракурсов. Сценарист записывал разговор на видео, дописывая в блокнот некоторые задумки.

Солнце повернулось к западу. Яхта отчалила от острова, когда Вероника уснула, согласно новой привычке.

— Как себя чувствуешь, дочка? – Вероника ответила на звонок отца.

— Прекрасно: от морского воздуха мне хорошо, пляж чудесный. Жаль, что не умею плавать. Может, Джон научит.

— Если встретишь Виллоу, не удивляйся.

— Нас ждет ужин, — Джон поцеловал любимую. – Потом посмотрим первую серию фильма, который я снимал. Оценишь мою работу. Мне важно твоё мнение.

После сытного ужина, взглянув на настенные часы, Вероника неуверенно спросила:

— Может, прогуляемся по острову?

— Сумерки наступают. Лучше подыши морским воздухом. Я поставил кресло на стороне моря.

— Мне кажется или яхта движется?

— Море качает.

— Какое уютное, мягкое кресло. Я могу в нем уснуть, — она забралась на сидение с ногами.

— Не беспокойся, милая, я унесу тебя в постель.

— Укрой меня пледом. Изумительный вечер.

В безоблачном небе заблестели первые звезды.

Глава 9. Наркобарон

Суд над Евгеном начался через неделю после процесса над генералом с тем же судьёй по его просьбе.

Судья Бенджамин так объяснил свое желание:

— Господин президент, я в общих чертах знаком с делом.

— Вы поаккуратней, пожалуйста, не забывайте о престиже лорда Роберта Гилдероя. Мне тоже пересказали проблему, которая свалилась на парламентария.

— По нашим законам, мы имеем возможность предоставить лорду право самому решать меру и место наказания его приёмного сына. Юноша без стыда и совести замешан в убийствах членов семьи, и в наркоторговле.

*

Шеф полиции посетил Евгена в тюрьме. Начальник исправительного учреждения открыл камеру свиданий.

В кармане пиджака Виллоу Вропинг нажал кнопку смартфона – запись, сел напротив парня.

— Скажи только мне: где наркобарон передавал тебе товар?

— Вы не выдадите меня барону?

— Нет, наоборот помогу. Ты об этом скоро узнаешь.

— Товар получал от барона лично в ресторане у Петера.

— Как передавал выручку?

— Ладно, она умеет за себя постоять. Так и быть скажу – у любовницы. Известная проститутка живет возле собора: двухэтажный коттедж в переулке. Названия улицы не знаю. Она принимала нас после семи вечера.

— Почему наркодельца называешь бароном?

— Он представитель древнего рода Кёнигов.

— Да? Ладно, разберусь. Ты больше ничего не натворил? Ты в курсе, что он тебя ищет?

— Я в казино проиграл поместье. Он дал мне взаймы.

— Как умудрился проиграть то, что тебе не принадлежит?

— Все знали, что я единственный наследник лорда.

— Не прочитав завещание, наркоделец поверил слухам?

— Ему обо мне по моей просьбе сообщил Томми Вернер, давший координаты Минны Вибек.

— Наркоман поведал о тебе многое.

— Продал меня?

— За пакетик наркоты убийца родных продаст кого угодно.

— Его судили?

— Да. Сейчас он проходит лечение в клинике.

— Значит избежит наказания за убийство семьи.

— Не избежит. После лечения отбудет срок.

Виллоу вышел из камеры, и направился к иномарке оставленной за воротами тюрьмы.

Из машины позвонил Петеру:

— Пошлю фото. Что скажешь о нем?

В трубке слышался стук посуды.

Через минуту ресторатор ответил:

— Барон Гуди Кёниг наш постоянный клиент. Обедает каждый день со своими гостями с пяти до семи вечера. Сейчас ждет свой заказ.

— Надеюсь на твое понимание и умение хранить тайны.

— Не сомневайся во мне, я всегда помогал тебе.

— Я отправлю в твой ресторан своего помощника в гражданской одежде. Посади парня поближе к барону. Его зовут Ганс. Он скажет: как всегда.

— Высокий, светлый, синеглазый парень. Я ему не раз отправлял курьера.

— Ты не ошибся.

*

Судебный процесс над Евгеном подходил к завершению. Суд выслушал свидетелей: Минну Вибек, Луиса и Луизу, а также любовницу.

— По велению подсудимого я делала его матери и старшему лорду Гилдерою уколы со слабым раствором яда, — Минна Вибек подтвердила свои показания, — мне больше нечего добавить.

— Как-то случайно подобрал выпавшую из кармана парня ампулу с ядом, когда был жив старший лорд Гилдерой. Однажды я заметил, как подсудимый пытается что-то подсыпать лорду Роберту, с тех пор пробовал еду хозяина, — Луис сообщил суду.

— Не помню число, тогда выронила стакан сока для старшего лорда, потому что в нем плавало нечто непонятное. Сильно испугалась, что разбила посуду, — сообщила Луиза.

Во время процесса подсудимый сидел, опустив голову, и бормотал себе под нос:

— Кругом одни предатели.

Прокурор обратился к подсудимому:

— Мы разобрались в том, как вы убили членов семьи. Наркотики вы не употребляете – это выяснили наши врачи. Ответьте на вопрос: почему вы занялись торговлей возбуждающих веществ?

— Меня заставили.

— Кто и как вынудил вас продавать наркотики?

— Барон мне пригрозил, что выдаст мои секреты: речь о домашнем враче — Минне Вибек. Я испугался и согласился на него работать.

— Как звать барона?

— Не знаю. Он велел себя так называть.

— Где получали отвар, и отдавали выручку?

— Когда как – барон сам назначал встречу.

— Где реализовывали товар?

— Пакетики сбывал в ночном клубе постоянным клиентам.

Прокурор вызвал любовницу Евгена.

— По нашим сведениям в вашем коттедже наркоторговцы отдавали барону суммы, вырученные от продажи наркотиков. Что скажете по этому поводу?

— Моё занятие легальное. Мой коттедж посещают многие, иногда они приходят одновременно. Я не знаю, передавал ли кто-то из них пакет другому. Вероятно, в те минуты я была занята в другой комнате, — игриво заявила любовница.

*

Виллоу пришел к другу через тайный коридор.

— Судья постановил, что мне решать вопрос о месте и мере наказания Евгена. Что скажешь? – Роберт произнес растерянно.

— Отправим его на наш остров. Я позвоню и расскажу управляющему всю правду. Ты сообщи своей команде о проделках Евгена. Не стесняйся в словах – осуждай его, не мучаясь. Наденем браслет наблюдения за ним. Главное, всем скажем, что урод убил собственную мать. Думаю, многие следили за судом. В новостях процесс освещали подробно. Вряд ли кто-то станет ему сочувствовать.

*

Утром полковник приехал в исправительное учреждение.

— Согласно твоей просьбе, Евген помещен в одиночную камеру, на прогулки не выходит. Как долго останется у нас? – спросил начальник тюрьмы.

— Надеюсь увезти сегодня вечером. Нужна соответствующая бумага. Этим занят лорд Гилдерой.

Начальник тюрьмы открыл камеру Евгена. В тесном помещении поместились две узкие кровати и столик между ними. Парень сидел на постели.

Виллоу Вропинг сел напротив.

— Ты напряжен. Кто-то тебе угрожал?

Арестант вздохнул:

— Вчера мне принесли посылку, сказали от женщины, кажется, от матери. Я отказался и выругался.

— Думаешь, барон тебя нашел? Ладно, спрячу тебя.

— Знаю, вы человек слова, но боюсь, папаша примет плохое решение. Судья сказал, что лорд решит мою судьбу.

— Ты совсем не знаешь Роберта. По-моему, он слишком добр. Мы с ним попытаемся изменить тебя, хотя это трудная задача.

***

К полудню шеф полиции вернулся в кабинет, занял рабочее кресло, включил компьютер. Обрадовался полученным письмам – пришли ответы на запросы о бароне Гуди Кёниге.

Первым оказалось сообщение из архива страны.

Из соседнего государства пришел ответ от архивариуса: Кёнинги отрицают наличие родственников за рубежом, к письму приложил данные для связи с главой рода.

Ближайшие соседи по фотографии опознали мошенника и фокусника, который пропал бесследно три года назад.

Ганс вошел в кабинет:

— Когда начнем операцию по задержанию преступника?

— Сегодня. Я получил достаточно информации о лже-бароне. Прочитай сообщения.

— Как интересно, — лицо помощника вытянулось.

— Поезжай домой, надень лучший костюм, на такси к пяти часам направишься к Петеру.

— Мне также следует переодеться для спектакля, — Виллоу вышел из кабинета и запер, обратился к полицейскому, стоящему в коридоре:

— Крис, возьми ключи от служебной квартиры, у нас с тобой важное дело.

Шеф указал на иномарку, приглашая подчиненного занять переднее сидение. Сначала мужчины подъехали к дому Вропинга. Через тайный коридор Виллоу прошел к лорду Роберту, забрал нужный документ для вывоза Евгена из тюрьмы.

Наскоро перекусив в кафе, стражи порядка забрали парня в наручниках из исправительного учреждения. Отъехав недалеко, заметили легковушку с испачканными номерами.

Водитель иномарки въехал в узкий переулок. Едва он выехал из тесной улочки, легковушку блокировали патрульные машины. Полицейский выписал штраф. Заключенный нервничал, и постоянно смотрел в зеркало заднего вида.

— Снимите наручники, — попросил Евген, когда они вошли в квартиру.

— Будь моя воля, я бы тебя выпорол, — Виллоу усмехнулся и ушел.

— Нас за дураков считаешь, юнец? – Крис рассмеялся.

— Я не сбегу, потому что боюсь барона.

— Верить тебе? Ты хладнокровно и медленно убивал собственную мать. Таким людям верить нельзя.

— Как сниму одежду, как пойду в туалет?

— Есть куда пристроить наручник.

***

Ганс вошел в зал, сел за указанный столик, рассеянным взглядом наблюдал за завсегдатаями ресторана. Ему принесли заказ, он начал есть неторопливо. Неслышно перемещались официанты, негромко переговаривались клиенты, звякала посуда. Небольшие люстры, зеркала, освещение и тихая музыка создавали праздничную атмосферу.

Про себя заметил: «Двое мужчин ведут себя настороженно».

Справа сидели барон и солидный мужчина крепкого телосложения, который беспокойно озирался.

— Не нервничайте, Курт, берите товар. Зачем вам неприятности?

— Вы толкаете меня на преступление.

— Не нужно столько пафоса. Все хотят жить богато.

Курт взял сверток, сунул в карман. Вышел из-за столика, ушел не попрощавшись.

Выйдя из здания, Курт сел в свою иномарку и отъехал. На следующей улице его остановила полиция, проверила удостоверение, сфотографировала и отпустила.

— Я что-то нарушил?

— Нет, таков порядок: остановили, сделали снимок документа.

Доев ужин, Ганс попросил дорогого вина и закуску. Официант вернулся с блюдцем и бутылкой, наполнил бокал темным напитком. К барону подсел худощавый мужчина. Он нервно оглядывал зал.

— Успокойтесь, Лео, всё под контролем. Парни ждут меня на выходе. Берите пакет, — из полиэтиленовой сумки под столом барон достал сверток, положил ближе к посетителю.

Ганс записывал разговоры, пересылал Виллоу, иногда говорил в трубку улыбаясь:

— Да, дорогая, я на работе.

К столику барона подошли двое полицейских в форме и перчатках:

— Предъявите документы? Чьи сверток и сумка?

Оба отказались. Барон указал на Лео. Мужчина остолбенел от неожиданности.

— Пройдемте с нами, поговорим, выясним, — блюстители порядка вывели Лео с уликами из ресторана.

Двое подозрительных посетителей направились следом.

Испуганного мужчину посадили в его иномарку, уехали с ним:

— Не переживайте. Мы устроили спектакль для барона. Его телохранители следили за нами. Вызовем вас, если понадобятся свидетели, — полицейский сфотографировал удостоверение личности.

Отпустив Лео, парни пешком вернулись к ресторану. Улики оставили в патрульной машине, подходили к припаркованным автомобилям, просили водителей освободить площадь:

— Ресторан посетит министр внутренних дел. Лучше переждите на соседних улицах, мы их освободили.

Телохранители барона не соглашались покинуть площадь:

— Нам велено ждать хозяина.

— Зачем вам проблемы с министром? С хозяином легче договориться.

— Так много никто не платит, — пробормотал один из охраны.

— Оставьте автомобиль за углом, вернитесь пешком. В чем проблема? – полицейский ждал их выезда.

К ресторану подъехал Виллоу Вропинг. Водитель открыл ему дверь. Шеф вышел в дорогом бархатном костюме, оглядел площадь.

— Ему можно? – спросил телохранитель наркодельца.

— Он зам. министра, — отдавая честь, полицейские вытянулись в струнку.

Из здания вышел наркобарон и направился к своему автомобилю.

Ему нужно было обогнуть иномарку. Виллоу подошел к нему.

— Позвольте представиться, барон Вропинг, — полковник протянул ему кисть.

— Барон Гуди Кёниг, — подошедший протянул руку.

На его правое запястье Дрю застегнул наручник, второй – защелкнул на своём — левом. Высокий наркоделец оказался мельче полицейского. Виллоу открыл заднюю дверцу машины:

— Садитесь, барон, нам есть о чем поговорить.

— Кто вы? – под натиском Дрю задержанный плюхнулся на сидение и подвинулся. Здоровяк устроился рядом.

— Зам.министра внутренних дел, — Виллоу обогнул иномарку, и уселся слева от него.

— Когда вас назначили?

— Недавно, забыли вам доложить.

Ганс занял место водителя, и отъехал от ресторана. Телохранители пытались пристроиться следом. В узком переулке полиция перекрыла путь.

Наркобарон тщетно пытался разглядеть свой автомобиль в потоке машин.

Через десять минут задержанный сидел в кабинете начальника отделения. За его спиной стояли Ганс и Дрю.

Телохранители лже-барона приехали к участку с опозданием, поднялись по лестнице. Путь им преградили полицейские.

— За что задержали барона Гуди Кёнига?

— Полковник хочет поговорить с ним по душам. Вы поезжайте к особняку и охраняйте. Если понадобитесь, он вас вызовет.

Начальник отделения положил перед задержанным чистые листы:

— Напишите кто вы, где родились, где провели юность, когда приехали в нашу страну, какое получили образование, когда купили дворец, в котором живете.

— Я представитель древнего рода Кёнигов, родился и детство провел в поместье в нашей стране.

— Где находится поместье?

— Я в нем не был с детства, нужно посмотреть архив семьи.

— Где же вы жили?

— У отца были проблемы, мы часто переезжали. Учился в соседнем государстве на юриста, но не получил диплом.

— Убедили: завтра посетим ваш дворец, посмотрим архивы.

— Вы мне льстите: скромный коттедж называете дворцом. Почему откладываете осмотр на завтра?

— Я послал запрос о вашем роде в наш архив, чтобы облегчить вам задачу.

— Я имею право на один звонок. Мне необходимо позвонить домашним.

— У вас нет мамы, жены и детей. О ком речь?

— Слуги привыкли получать указания на ночь.

— Переживут, охрана уже сообщила им новость.

— Я имею право позвонить адвокату.

— Он скоро явится.

Одна из горничных позвонила юристу. Через полчаса в кабинет начальника отделения постучал грузный мужчина в дорогом костюме.

— Я адвокат Янус Локот. Почему вы не позволили моему клиенту позвонить мне? Вы нарушаете права барона Кёнига: арестовали, не имея ордер, — сердито заявил юрист.

— Я получил ответ на запрос из нашего архива. Позвольте, прочитать вслух:

«Мы изучили все документы, связанные с баронами в нашей стране. Представители подобной фамилии не проживали у нас. Два года назад в столице обосновался Гуди Кёниг. Он одинок. В его документах есть недочеты, возможно, они не действительны».

— Что? Этого не может быть Я подписал с ним договор. Я должен поговорить с клиентом.

— Ганс, проводи адвоката к задержанному.

Суетливая походка выдавала растерянность юриста.

— Полковник получил странный ответ из архива, — начал Янус Локот, усаживаясь напротив клиента.

Ганс отошел от камеры.

— Какой ответ? – прошептал наркобарон.

— Представители подобной фамилии не проживали в нашей стране. Гуди Кёниг обосновался в городе два года назад. В документах есть недочеты, вероятно, они не действительны. Что я могу сделать для вас? – тихо уточнил адвокат.

— Пусть охрана посетит поместье лорда Роберта. Хочу знать о нем всё.

Ганс вошел в кабинет, когда Виллоу подслушивал разговор:

— Вас ждет большой сюрприз, — шеф моргнул помощнику.

Телефонный звонок прервал занятие начальника отделения.

— Слушаю, господин министр.

— Мне рассказали о вашей находчивости при аресте наркодельца. Вместе с президентом мы не раз обсуждали вопрос: как вас наградить за преданную службу. Вы подсказали прекрасное решение. Моя секретарша едет к вам с приказом о назначении, и ордером на арест и обыск в особняке барона. Поздравляю с новой должностью: зам.министра!

— Спасибо! Я тронут до глубины души. Вы знаете, что служу не ради наград и повышений. Что входит в мои функции?

— Продолжайте расследование дела о наркотиках. Вы имеете право входить в любое отделение, использовать полученные ими данные, вмешиваться в их работу. Что еще узнали о бароне?

— Пошлю вам ответы на мои запросы. Надеюсь поговорить с главой настоящих Кёнигов. Видео вам перешлю.

— Удачи, барон Вропинг! Кого предложите на своё место?

— Моего помощника Ганса Мессе. Он проявляет инициативу, в состоянии самостоятельно распутывать дела.

— Завтра получите приказ о его назначении.

В кабинет робко постучали. Дверь открыл Ганс, пропустил вперед себя красивую девушку – сероглазую шатенку.

— Я принесла ордер на арест и обыск в особняке наркобарона, и приказ о вашем назначении, — улыбнулась Мари, секретарша министра. – Поздравляю с повышением, Виллоу! – она открыла папку, нашла листы, и протянула для подписи.

Полковник улыбнулся девушке, прочитал, расписался. Она отдала ему бумаги.

— Когда отметим ваше повышение, зам.министра?

— Уточню некоторые вопросы, связанные с последним делом, и всех приглашу в ресторан.

— Я думала, пригласите в свой особняк, — Мари протянула с разочарованием.

— Подумаю над вашим предложением.

— До свидания, Виллоу! – Мари скрылась за дверью.

— Сколько ждать нам? – Ганс смотрел выжидательно.

— Скоро отметим. Сделай копии приказа и ордера, и приведи задержанного лже-барона и адвоката.

Глава 10. Серьёзные улики

Запад заалел. В небе появились розовые рваные облака.

В кабинет начальника полицейского участка вошли адвокат с Гуди Кёнигом в наручниках в сопровождении Дрю.

— Специально для вас сделал копии ордера и моего назначения на новую должность, — шеф отделения протянул им бумаги.

— Если вас повысили, значит моим делом займется кто-то другой? – лицо наркодельца прояснилось.

— Не надейтесь, поблажек не будет. Мои возможности умножились: я имею право взять на себя любое дело в стране. Я получил всю интересующую меня информацию. Приступим к самому главному: проведем обыск в вашем особняке.

Дрю перенес наручник Гуди Кёнига с правого запястья на свою левую руку, толкнул задержанного к выходу. Здоровяк посадил его в патрульную машину, усаживаясь рядом, слева устроился руководитель операции — Виллоу, Ганс сел за руль. Юрист поехал за ними. Лже-барон заметил, что сзади едет закрытый фургон и еще один автомобиль с мигалкой.

Эскорт машин остановился перед оградой вокруг красивого двухэтажного строения. Оно казалось красным в лучах заходящего солнца. Высокий каменный забор не скрывал его из-за внушительного постамента. На противоположной стороне улицы сиротливо стоял одноэтажный длинный домик.

— Воистину дворец, — Ганс загляделся.

Полиция вывела Гуди Кёнига из легковушки, за ними шел адвокат. Он оглянулся и ужаснулся: из фургона высыпал десяток людей в масках и бронежилетах – группа спецназа. Ганс нес дипломат.

— Да, мы серьёзные люди, — полковник ответил на удивленный взгляд юриста.

— Уверен, вы ничего не найдете, — начал юрист.

Дрю продолжил известный анекдот:

— Сказал лорд супруге, заметив, как горничная прятала заначку в корсет.

Увидев владельца дворца, охранники распахнули ворота, молча впустили всех в обширный двор. Автомобили въехали в свободное пространство.

Владелец, сопровождающие полицейские и юрист поднялись по ступенькам широкой лестницы, и вошли в открытые настежь двери. Прислуга – пять женщин, выстроилась вдоль коридора.

— Чего застыли? – прикрикнул на них господин, — займитесь своими делами.

Женщины скрылись из глаз.

Ганс открыл дипломат, выпустил летающую камеру, ходил из комнаты в комнату, водил рукой по стенам, незаметно оставил на них камеры видео наблюдения.

Люди в масках стояли вдоль стен просторных помещений. Каждый держал в руке какую-нибудь вещь.

— Начнем со спальни, — велел руководитель операции, оглядев огромную комнату: широкую кровать, две большие тумбы из чёрного дерева по бокам, зеркальный шкаф, светильник, картину над постелью с множеством подушек на цветном шёлковом покрывале. – Дрю, найди сейф, ты у нас специалист по обнаружению и вскрытию тайников.

К владельцу особняка подошел спецназовец. Дрю перенес наручник со своей руки на его запястье. Верзила рукой прошелся над необъятной кроватью. Снял картину. Нажал на кнопки, малозаметные под обоями. Попробовал иные комбинации – дверца распахнулась. Сейф оказался забитым до верха пачками банкнот.

— Что за картина? – поинтересовался шеф полиции.

— Наш родовой герб, — лицо владельца покрылось пятнами.

— Ганс сфотографируй полотно. Где семейный архив?

— Не скажу. Это моё личное дело, — гневно выпалил Гуди.

— В прикидку, в тайнике двадцать миллионов, — предположил верзила.

Человек в маске протянул для денег черный полиэтиленовый мешок.

Ганс разобрал кресло, на дне оказались небольшие свертки, один из них раскрыл наполовину:

— Выручка одного из торговцев.

Другой спецназовец протянул для свертков целлофановый пакет.

Прислуга застыла в проеме двери, не рискнув войти в помещение.

Дрю успел разобрать постель, убрал матрас, с помощью полицейского поднял деревянный щит. Присутствующие увидели золотые слитки, пачки денег, украшения в прозрачном пакете.

— В клинике, где проходят лечение наркоманы, двадцать человек находится в критическом состоянии, почти полсотни пациентов не могут передвигаться самостоятельно. Ежегодно пять молодых женщин становятся вдовами с малолетними детьми на руках. Можете посмотреть статистику. Вы в то же время спите над золотом и брюликами, — Виллоу презрительно смотрел на Гуди.

Спецназовцы положили найденные богатства в разные мешки.

— Унесите в фургон, останьтесь там, пусть другие придут. Нам предстоит найти главное. Куда он унесет столько сокровищ? – задумчиво произнес начальник отделения.

— В преисподнюю, — верзила рассмеялся гортанным смехом. Глаза хозяина метали молнии, по лицу ходили желваки. – Вы не знаете, где она находится? На каменоломнях, — грустно закончил здоровяк Дрю.

Внимательно изучая стены, Виллоу прошелся по широкой прихожей:

— Что за дверь? – указал на малозаметную доску в стороне от спальни владельца.

— Не знаю. Ключей нет, туда никто не входит. Может, кладовая, — хозяин выдавил еле слышно.

— Дрю — специалист по открыванию дверей.

Усмехаясь мыслям, верзила толкнул доску. Она затрещала.

— Закрыта изнутри на щеколду, кто-то навалился на нее всем телом. Поберегись! — Дрю толкнул еще раз.

За дверью ойкнули, кто-то покатился по ступеням, вход открылся. Спецназовец с большим фонарем вошел, осветил лестницу. Нашел и нажал на выключатель. Внизу оказалось просторное помещение. На полу скрючился человек с сединой.

— Дедуля, поднимайся, — верзила протиснулся в узкий проём, спустился, заботливо поднял мужчину, лежавшего у первой ступеньки.

— Спасибо, сынок!

— Проводи дедулю на свежий воздух, — к подошедшему спецназовцу обратился Дрю. Надевая наручники на задержанного, пояснил удивленному человеку: – Так надо.

Ганс запустил камеру слежения, прошелся по подвалу. В углу притулился шкаф-сейф.

— Дрю, ты умеешь открывать тайники.

Верзила повозился со связкой ключей. Створки шкафа открылись. Внутри на двух полках лежали прозрачные тюки с чем-то белым. Ганс снял отпечатки пальцев, вскрыл один из мешков, достал маленькие пакетики.

Адвокат спустился по лестнице, следуя жесту полковника.

— Что требовалось, нашли.

Юрист и клиент переглянулись.

— Я могу поужинать? – спросил хозяин. – Я голоден. Из кухни идет вкусный запах. Присоединяйтесь!

— За час в ресторане не наелись? – усмехнулся Ганс.

— Прошло два часа, я понервничал. Неожиданные открытия: подвал, какие-то тюки в сейфе.

К ним спустился спецназовец с двумя порожними черными мешками. В них запихал тюки с белым порошком в пакетиках.

— Разберемся. Мешки занесите в фургон, дедулю посадите к Тиму. В лаборатории изучат состав порошка. Посмотрим записи камер наблюдения вокруг особняка за последнюю неделю, — спокойно произнес руководитель операции. – Поднимайтесь! Наш повар накормит всех задержанных.

***

Эскорт машин вернулся к отделению. Гуди Кёнига ввели в камеру. Адвокат с ним посекретничал и ушел.

Люди в масках внесли все мешки в кабинет начальника отделения.

— Парни, останьтесь, пока подождите близ здания, — попросил новоиспеченный зам.министра, захлопнув дверь, — отметим моё назначение.

— Так это правда? – раздались радостные голоса. – Поздравляем! Заслуженное повышение.

Виллоу позвонил в ресторан:

— Петер, пришли мне на работу двадцать порций еды, как обычно, и шесть бутылок безалкогольного напитка. У тебя найдется? Столько же завтра в полдень пришлешь в министерство.

— Что отмечаешь?

— Назначение на должность зам.министра.

— Поздравляю! Зайдешь, выпьем вместе.

— Непременно.

— Угораздило же меня обедать у Петера, — пробормотал Гуди Кёниг, услышав разговор. — Похоже, они приятели.

Курьер приехал через пятнадцать минут. Полиция без масок заполнила здание. Еду внесли в комнату отдыха. К бутылкам Петер приложил пластиковые стаканчики.

Повар раздал задержанным миски с кашей, вложил в каждую кусок мяса. Крис налил всем безалкогольного напитка.

— Дрю, занеси стаканчики задержанным, — попросил зам.министра.

— Поздравляем, — промямлили в камерах, когда Виллоу прошел мимо них.

— Спасибо! – он кивал, глядя на задержанных людей.

***

Отправив Гуди Кёнига и его подчиненного (дедулю) в тюрьму, в полдень следующего дня полковник заехал в министерство. Кивнув секретарше, прошел в кабинет руководителя. Ему навстречу вышел подтянутый мужчина средних лет в бархатном костюме.

— Господин министр, не будем откладывать суд над преступником. Я уже выслал часть документов для ознакомления судье, прокурору и адвокату.

— Все материалы отослал? – министр листал бумаги.

— Нет, не хочу давать защитнику возможность активно вмешиваться в процесс.

— Согласен с вами.

В кабинет вошла секретарша:

— Курьер привез еду из ресторана.

— Накрой на стол в зале заседаний, позови сотрудников, — весело велел министр.

После застолья, когда все сотрудники разошлись, виновник торжества обратился к секретарше:

— Мари, приглашаю вас в ресторан Петера. Когда вам удобно?

— Не хотите пригласить к себе?

— Петер надеется выпить со мной, оттуда поедем ко мне. Куда и когда заехать за вами?

— Я подъеду сама к семи часам. Живу близко от ресторана.

— Убедили. На несколько минут забегу на работу.

— Как дела, Ганс? – полковник решил сначала позвонить.

— Нормально. Отдыхай сегодня. Мы с Дрю всё держим под контролем.

Переодевшись дома, Виллоу на такси подъехал к ресторану. Почти одновременно с ним из автомобиля вышла Мари.

Пара вошла в зал, села за указанный столик. Один официант ловко сервировал столик на троих. Другой — принес закуски и напитки. В ярко освещенном зале чувствовалось оживление: звякала посуда, переговаривались посетители, из высоких динамиков лилась тихая музыка.

К именитому посетителю подсел элегантный синеглазый мужчина крепкого телосложения:

— Добрый вечер!

— Вы Петер? – догадалась Мари.

Повар кивнул, открыл бутылку дорогого напитка, налил всем в пузатые бокалы.

Троица выпила, закусила.

Виновник торжества позвонил сыну:

— Макс, ты дома?

— Жду тебя, отец. Заказать ужин?

— Нет, я привезу еду от Петера.

— Видимо, вы хотите уйти, — догадался ресторатор.

— Надеюсь, не обидишься за ранний уход, — Петер улыбнулся понимающе. — Собери нам пять порций еды. Мне необходимо отметить с сыном, потом с другом.

— Две порции могу позднее послать лорду Роберту, — предложил ресторатор.

— Да, спасибо!

***

Макс открыл дверь отцу, и замер при виде гостьи. Девушку смутил внимательный взгляд серых глаз.

— Вижу, между вами прошла искра, — по-доброму улыбнулся отец. – Познакомься, Макс, Мари пришла поздравить меня с назначением. Помоги мне накрыть на стол.

— Позвольте мне этим заняться. Где кухня? – она смело пошла в указанном направлении.

Гостья ловко расставляла посуду на столе. Выкладывала еду в широкие блюда. Возле каждой тарелки разложила приборы, поставила высокие бокалы.

— Ваш друг вкусно готовит.

Виновник торжества выпил с молодыми. Сын включил музыку, и пригласил Мари на танец.

Роберт позвонил соседу:

— По какому поводу корзина?

— Отметим моё повышение.

— Приходи через калитку в саду, охранник откроет. Луис уже дал задание повару, помощники сервируют стол в гостиной.

Друзья сидели за столом допоздна, неторопливо ели, пили, обсуждали последние события.

Виллоу отдыхал в гостевой комнате Роберта.

***

— Мы выгнали твоего отца. Куда он ушел? — утром в постели сонно пробормотала Мари.

— К соседу через общую калитку. Может, у него ночевал. Почему встала рано? – спросил Макс, заметив, как девушка одевалась.

— Мне нужно заехать к себе, переодеться.

— Я тебя отвезу домой и на работу. Устраивает?

— Да, — она наклонилась, взъерошила каштановые кудри парня, поцеловала в губы.

Он вскочил, и исчез в ванной.

«Богато живут, но ничего кричащего не увидела – нет замысловатых статуэток, дорогих светильников, изящных ваз и бокалов, хотя вся посуда красивая. Казалось бы, всё простое, но нет дешевых предметов. Каждая вещь на своём месте. У владельца строгого особняка прекрасный вкус».

Макс вернулся быстро.

— Ступай в душ, я приготовлю чай и кофе. После вчерашнего осталось много вкусностей.

Когда оба, весело болтая, пили кофе со сладостями, на кухню зашел Виллоу. Опытный взгляд заметил полные тарелки с блюдами из ресторана.

«Очевидно, о еде забыли, ели в меру, предаваясь телесным утехам. Девушка устала от одиночества, и обратилась к опытному мужчине, не зная, что у него взрослый и красивый сын».

— Приятного аппетита!

— Присоединяйтесь! Я налью вам кофе, — Мари сразу поставила перед хозяином дома столовые приборы, тарелку, кружку с ароматным напитком.

— Извини нас, мы побежали, — Макс обнял красавицу, парочка покинула особняк.

***

Парень довез подругу до высотного здания.

— Еще есть время и работа рядом. Зайдёшь?

Его не пришлось уговаривать.

Войдя в квартиру, парочка не сдерживала нахлынувшие чувства.

— Ты меня не осудишь, если признаюсь, что не просто так напрашивалась в гости к вам?

— Рад, что пришла. Как и ты, я устал ужинать и завтракать один.

— Где твоя мама? Я слышала, что полковник давно одинок. Прости за неудобный вопрос.

— Мама погибла от пули наркомана. Отец погоревал, и решил бороться с бандитами. Он известная личность, потому министр назначил барона Вропинга на должность шефа полиции.

— Мне кажется, он добрый. Такие люди притягивают. Я хотела опереться о надежное плечо.

— В детстве он не давал мне чувствовать отсутствие матери. Я говорил ему: ты папа и мама. Часто засыпал у него на груди. Дед прислал нам горничную и кухарку. Обе аккуратные и добрые женщины. Почти десять лет работают у нас.

— У вас чисто и уютно.

***

К машине влюбленного парня подошли двое, открыли дверцу, что-то бросили на сидение, сделали снимок. Через минуту скрылись на легковушке с запачканными номерами. Их остановила полиция, выписала штраф.

— Пока вы тут глупостями занимаетесь, возле высотного здания стоит иномарка, которую водит наркоман.

— Вы так уверены?

— На сиденье в спешке он потерял пакетик с зельем. Вот посмотрите.

— Вы для нас засняли наркоту. Спасибо за помощь полиции! – стражи порядка переглянулись. Пока один из них фотографировал удостоверение водителя, другой незаметно снял пассажира.

***

Макс вернулся домой, когда полковник собрался уходить.

— Папа, позволишь мне пригласить Мари вечером к нам?

— К тебе, — поправил отец. – Если вам хорошо вдвоем, живите вместе, где вам удобно.

— Ты самый лучший из отцов! – счастливый парень крепко обнял Виллоу.

***

В начале рабочего дня полковник стремительно вошел в кабинет, за ним зашел Ганс.

— Парни принесли снимок. Похоже, твоего сына решили подставить.

— Вычислить недоброжелателей просто, если есть записи видеокамер.

— Есть записи скрытых камер, ребята этим занимаются.

В кабинет постучали. Вошел кучерявый, темноволосый юноша в очках.

— Слушаю, Эрик.

— Шеф, я вычислил недоброжелателя. Посмотрите на снимок, — он протянул распечатку.

— Знакомая легковушка. Мне нужны подробные кадры. Скоро пригодятся.

***

Двое мужчин подъехали к деревне на иномарке. Им навстречу шел селянин с ружьём за спиной и сумкой. Рядом с охотником бежал пёс.

— Мы немного заплутали. Нас интересует поместье лорда Гилдероя. Оно большое?

— Вы совсем рядом. Их особняк не виден, он находится за домом Вропингов. Трудно сказать какого размера поместье лорда. К нему есть объездной путь. Кажется, сейчас в нем обитает лишь прислуга. В данный момент барон Вропинг старший живет один.

— Его сын шеф полиции?

— Да, селяне ими гордятся. Оба рода дружат веками. Они всегда любили охоту и рыбалку, потому решили не спорить по поводу территорий. У них общий лес – нам позволяют охотиться. Теперь они редко стреляют зверей и птиц. Пруд, как маленькое озеро, полон рыбы. Жителям окрестных сел разрешено ловить ее только для собственных нужд, — крестьянин шел, поясняя на ходу.

К двухэтажному изящному строению подъехала машина. Из нее вышли двое. Парень нес огромный пакет, девушка держала в руках книгу.

— Похоже, у барона гости.

— Спасибо! – приезжие незнакомцы распрощались с селянином, вернулись к своей иномарке.

Один из них тут же позвонил:

— У нас плохие новости для Гуди Кёнига.

— Расскажи подробно, — потребовал жесткий голос.

— Поместье лорда Гилдероя граничит с имением барона Вропинга – шефа полиции. Самое скверное, что у них общие лес и озеро. Они несколько веков дружат, никогда не делили территорию. Видимо, обо рода достаточно богаты.

Глава 11. Наказание

Утреннее солнце пускало блики по воде. Синь моря спорила с небосводом. Мелкие волны почти бесшумно бились о борт яхты.

Вероника проснулась бодрая, вскочила, приняла душ, и хотела выйти на палубу.

— Милая, мы тебя заждались. В кают-компании накрыт стол. Повар хочет побаловать тебя новыми блюдами.

— Я только на минутку выйду на палубу, посмотрю на остров.

— Не спеши. Мне есть что рассказать, но сначала поедим. Твой малыш проголодался. Возможно, их двое.

— Ты поверил вождю?

— У тебя резко возрос аппетит. Ты одновременно хочешь соления и сладкое.

Мягко, но настойчиво парень повел супругу в кают-компанию.

— Милый, ты два дня выпускал меня на палубу только вечером.

— Меня беспокоит твоя сонливость, — Джон ввел супругу в просторную гостиную с телевизором на стене, мягкими диванами на противоположной стороне, длинным столом с высокими стульями.

— У нас гость? Почему ты молчал? Доброе утро, полковник! Какими судьбами? Где сейчас мой отец?

За столом восседал Виллоу Вропинг в своей форме.

— Доброе утро! Где лорд Роберт, не знаю. Ему выпала трудная задача – решить меру и место наказания Евгена. С одной стороны он сердит на приёмыша, с другой стороны – лорд добр и понимает свою вину: не доглядел, слишком избаловал, доверился случайным людям, не проверил рекомендацию.

— Что за история вышла со свидетельницей?

Вероника ела в темпе, сметая всё, что приносил повар: рыбу, раков, отварное мясо, соления.

— Вы в курсе проблемы, о ней мало кто знает? Ах, да, вы обладаете телепатией. Интересно, что она вам подсказала?

— Любимая, ты стала скрытной, — в разговор вмешался супруг.

— Та женщина – домашний врач, отказывалась от своих показаний, — пояснила супругу, и обратилась к гостю: — Почему она жаждала увидеть Дрю?

— При свидании в тюрьме заявила полицейскому, что влюбилась в него. Он угостил женщину печеньем и шоколадом.

— Напрасно, так она решит, что он к ней неравнодушен.

— Он женат. Его супруга красива и молода. Дрю решил, что сладости заставят злодейку вести себя адекватно. Она иногда ведёт себя как психически больная.

— Очевидно, хитрая женщина надеется из тюрьмы перейти в психушку и оттуда удрать.

Когда повар принес выпечку и фрукты, она обрадовалась плодам инжира:

— Джи принес? Почему меня не дождался?

— Он принес инжир и манго поздно вечером, когда ты спала.

— Мы сами к нему пойдем, да?

— Нет. Мы с лордом Робертом решили показать тебя гинекологу, — Джон произнес серьёзно.

— Оба поверили словам вождя?

— С этим вопросом шутить не станем.

— Где мы сейчас? Куда плывём? Чувствую, яхта движется, думала, огибаем остров.

— Мы находимся у берегов южного материка. Выйдем в порту и самолетом улетим домой.

— Как полковник оказался на яхте? – она обратилась к гостю.

— Прилетел на вертолете. У вас крепкий сон, раз не слышали гул вертушек. Мой друг поручил мне посадить его дочь на самолет.

— Мы не прогуляемся по городу?

— Здоровье важнее прогулок, — пояснил супруг.

— Папа так напуган перспективой иметь двоих внучат?

— Наоборот, надеется, что вождь не ошибся, и мечтает отвезти нас на природу в родовое поместье.

— Я с удовольствием погуляю по лесу, искупаюсь в озере.

***

Через час корабль причалил к пирсу в крупной марине – гаване для яхт. Супруги и полковник спустились по трапу.

Моряк тащил чемоданы на колёсах. Виллоу рассказывал историю порта. Джон указывал на здания. Мимо них незамеченным прошел Евген в наручниках, в сопровождении полицейского. Сначала парень хотел окликнуть Веронику, сказать нечто гадкое, но передумал:

«Зачем унижаться перед ней? Вероятно, ее рассмешит моё плачевное состояние. Пожалуй, я должен благодарить полковника за то, что отвлекает девицу. Или она уже оформила брак с оператором? Бабе важен штамп в паспорте».

Парень тяжко вздохнул и пошел быстрее, глядя себе под ноги.

Виллоу посадил молодоженов на самолет, и вернулся в порт.

***

Еще засветло полковник поднялся на борт яхты. Евген и полицейский стояли на верхней палубе.

— Ступайте в кают-компанию, — им велел шеф полиции.

— На моей руке браслет слежения. Так ли нужны еще и наручники? – арестант спросил наивным тоном.

— Ты пока не осознаешь серьёзность ситуации. Боимся, что бросишься в воду, а море кишит акулами, — пояснил полицейский.

— Крис, отстегни наручники, — полковник велел конвоиру.

Евген бросился к борту. Крис схватил парня за руку, мгновенно пристегнул к обручу на конце каната.

— Повисишь, как приманка для акулы. Смотри, она ждет тебя.

Парень посмотрел вдаль, увидел в море плавник белой хищницы и сник.

— Для чего здесь канат? – уточнил, чтобы скрыть страх.

— Грузы поднимать на борт. Он длинный, гуляй с ним. Можешь войти в каюту.

— Меня поселили в каюту молодоженов? Они все вещи забрали? Быстро вы переметнулись на сторону террористов, дядя Виллоу.

— Урод, я жалею об одном: что не настаивал на госпитализации Марты. Она терпела муки, но боялась выдать сына, а ты убивал ее медленно и хладнокровно.

— Этот подлец убил родную мать? – на палубу вышел повар. – Я его кормить не стану или дам ему объедки.

— Не будь столь суров, Павел. Парень боялся остаться на улице без имущества.

— Он не достоин изысканной еды. Вас я покормлю отдельно, — повар развернулся и сердито покинул палубу.

Евген направился в свою каюту, потащив за собой тяжелый канат, бормоча:

— Сегодня одни неприятности.

Когда арестант вошел в кают—компанию, полицейские ужинали. Волоча за собой канат, Евген сел напротив мужчин. Ему пришлось долго ждать повара. Тот пришел через полчаса, поставил перед парнем тарелку с остатками разных блюд.

Арестант нахмурился, но взялся за вилку, стал есть.

— Привыкай. Не факт, что на острове тебя будут кормить лучше нашего повара, — скептически заметил полковник.

— Позвольте я поем. После поясните, что меня ждет в ближайшем будущем.

Шеф полиции молча доел свой ужин, допил вино.

— Я не знаю, что тебя ждет. Я общаюсь с управляющим. Он не вмешивается в дела бригад. Каким способом собраны продукты на вывоз, его не волнует. Интересует результат: количество ящиков для отправки на материк. Работа, еда, ночлег, развлечение, наказание рабочих – всё в руках бригадира. Многое будет зависеть от него.

От последних слов парень струсил, и старался смотреть в стремительно пустевшую тарелку, чтобы скрыть охвативший его ужас.

— Пока не забыл: тебя доставлю на остров под именем Гастер. Если назовёшься Евгеном, проживёшь недолго. Тебя ищет наркобарон.

— Что с Томми Вернером?

— Я говорил, пока он проходит принудительное лечение в клинике.

— Ему сойдет с рук убийство четырёх взрослых человек и малютки?

— После лечения отбудет наказание на острове подобного моему.

Евген посмотрел удивлённо:

— Вы доставите меня на собственный остров?

— Ты замкнут в себе, потому ничего не знаешь об окружающих людях. Я барон Вропинг.

— Я слышал, что по соседству с нашим поместьем живет старый барон Вропинг.

— Это мой отец.

— Кажется, вы спасаете меня от барона Гуди Кёнига.

— Он всем заморочил голову своим липовым гербом, — Виллоу весело рассмеялся.

— Он нас обманул? Кто же он?

— Мне сегодня пришел ответ на запрос из страны малозаметной на карте. Его зовут Вик Нинин – фокусник и мошенник. Он купил недвижимость на имя человека, у которого украл документы. Потом оформил дарственную на сфабрикованный паспорт на имя барона Гуди Кёнига. Ловкач, артист, врёт, не сморгнув ни разу. Процесс над ним скоро начнется. Он сядет надолго. Я постараюсь. Ты будь тише воды и ниже травы, выполняй, что велят. Только так сможешь выжить.

— Я хотел побриться, но после вашего откровения передумал. Теперь меня с острова не выгнать. Думаю, бородка чуть изменит лицо.

— Умнеешь на глазах.

Через день после обеда показался большой остров.

— Прибыли, — Крис отстегнул арестанта от каната, защелкнул на руке парня.

Гастер медленно подошел к трапу, кинул взгляд на синее море.

«В детстве радовался, что буду купаться в теплой соленой воде, валяться на песке, играть в мяч с мамой. Неужели не смогу сбежать? Чего мне не хватало на воле? Может, к берегу причаливают яхты? Как догадаться, что слуг Вика Нинина нет на их борту? Вик – укороченное от слова «победитель». Влип победитель по самое не могу».

Арестант сошел на берег после Виллоу, за ним следовал Крис. Стражи порядка успели переодеться в гражданскую одежду.

— Добро пожаловать на остров, барон Вропинг! – приветствовал управляющий.

— Принимайте еще одного работника. Его зовут Гастер. Определите новичка в бригаду, — Крис снял наручники.

— К нам идет бригадир Лео Бекер. Ему нужны работники. Теперь им легче будет выполнить дневную норму.

— Гастер, знаешь правила острова? – уточнил Лео, высокий темноволосый здоровяк с серыми пронзительными глазами.

— Нет. Просветите меня. — «Крепкий мужик мне в папаши годится, очевидно, силен, от такого не сбежишь. Надо было спортом заниматься, а не за девками бегать. Теперь понимаю, как был прав папаша, когда говорил: у тебя масса возможностей, а ты занимаешься глупостями, — уныло подумал парень».

Синева моря не радовала, он с неприязнью перевел взгляд на начальника. Никогда прежде ему не приходилось подчиняться.

— Ступай за мной, — велел здоровяк.

Оба подошли к ближайшему дереву с толстым стволом.

— Это не простое, а позорное дерево: к нему привязывают провинившегося работника и наказывают, — парень побледнел, бригадир заметил его замешательство и усмехнулся. – Барон запретил бить плеткой, но я умею воспитывать ремнем. Чтобы избежать наказания, достаточно работать добросовестно. Если не сможешь выполнить норму в первый день, я учту старание. Если такое повторится снова, лишу слабого алкогольного напитка в комнате отдыха. В третий раз останешься без ужина. В четвертый раз высеку ремнем, привязав к дереву.

— Сегодня разрешите мне поужинать? — Гастеру с трудом удалось подавить дрожь в голосе.

— Только поужинать, без напитка. Ужин через час, когда с поля вернутся работники.

Виллоу поднялся на борт яхты лорда Роберта, когда управляющий закончил погрузку грузового отсека ящиками с фруктами и омарами, и получил бумаги на продукты. Белоснежный трехэтажный корабль отчалил от берега.

Бригадир повел нового работника к двухэтажному зданию в глубине острова.

Гастер озирался, оглядывал территорию. Вдоль берега росли крупные раскидистые деревья.

«Словно хотели скрыть остров от посторонних глаз».

***

К причалу подошла небольшая яхта.

— Кто такие? – окликнули с берега.

— Капитан хочет поговорить с владельцем.

— Это частное владение. Хозяин никого не принимает. Он занят, уплыл по своим делам.

— Ответьте вы на вопросы.

— У нас один ответ: пушка на берегу – спасение от назойливых посетителей. На острове нет достопримечательностей. Плывите к материку. Мы уже вызвали полицию.

— Нас интересует...

Управляющий выстрелил в воздух из пистолета.

Яхта отчалила и поплыла в море.

Сделав снимки непрошенного гостя, управляющий отослал их Вропингу:

— Яхта приплыла сразу после вашего отплытия.

— Проследи за ними. Пошли муху, — велел владелец.

***

— Ты чего побледнел? — Лео Бекер заметил замешательство новичка.

— Наркобарон до меня добрался.

— Не переживай, отвадим их от острова. Смотри, полицейский катер появился.

Втянув голову в плечи, парень побрел за бригадиром:

«Кругом полиция. Только так спрячешься от Вика Нинина. Похоже, он догадался кто его предал».

Перед ними возвысился крупный особняк. Они остановились.

— На первом этаже кухня, столовая, комната отдыха и кабинет врача. На втором – спальни. Каждая бригада имеет свою комнату. Женщин много: хозяйка, кухарка и работницы. Эмили выдает постель, бельё, повседневную одежду и обувь. Зайдем к ней, получишь все необходимые вещи. Нравы у нас свободные, но драки запрещены. За выяснение отношений последует наказание. Со временем познакомишься со всеми, — пояснял бригадир, стараясь не сильно пугать трусливого юношу.

— Могу спросить: вы из местных жителей?

— Похоже, ты не в курсе куда тебя занесло. На этот остров привозят тех, чей грех судья не посчитал страшным, чтобы отбывать наказание в тюрьме. Есть несколько подобных мест для раскаявшихся преступников.

— Значит у меня есть шанс вернуться к нормальной жизни?

— Кажется, начинаешь прозревать. Работай добросовестно, подчиняйся начальству, веди себя скромно. Управляющий всё зачтет и доложит барону. За грубые нарушения, неподчинение и число наказаний к сроку прибавится некое количество месяцев. За выполненную работу начисляется сумма, которую положат на банковскую карту или перешлют семье. Барон лично приплывает за работником, отбывшим наказание. Люди уплывают на волю довольные заработками.

— На острове нет местных жителей?

— Барон обеспечивает нормальным питанием. Медицинское обслуживание хорошее. Некоторым нравится климат, окружение. Они просят оставить их на острове. Управляющий назначает им зарплату. Вольные люди вправе покинуть остров в любое время.

— Яхта часто приплывает?

— В три месяца раз обязательно, случается и чаще, если привезли нового работника или у кого-то вышел срок, и он намерен перебраться на материк. Вольный человек может уплыть на полицейском катере.

— Могу спросить: вы из вольных людей?

— Нет, но возможно останусь. Климат мне подходит.

— За что вас осудили? – Гастер ждал ответа со страхом: за вопрос меня не выпорет?

— Я убил наркоторговца. Барон Вропинг мне объяснил, что виновен наркобарон, а того мужчину запугали и заставили торговать зельем. Моего сына посадили на иглу. Ты за что попал сюда?

— Меня заставили продавать наркоту. Полковник решил мне помочь за то, что я назвал имя наркобарона.

— Так, — бригадир напрягся. – Назови имя негодяя.

— Он мошенник и лгун. Имя фальшивое, но полковник арестовал его, и узнал о нем всю правду. Наркобарон скоро предстанет перед судом и сядет надолго – барон Вропинг обещал.

Гастер познакомился с Эмили, получил постель, и с бригадиром направился в спальню. На полу лежали матрасы, на многих из них горкой высилось постельное бельё.

— Выбери себе свободное место, учись разбирать и собирать постель. За неряшливость тоже будешь наказан. Самостоятельность не бывает лишней в свободной жизни. Ты из бывших богатеев?

— Да. Сейчас понимаю, каким был дураком. Получая всё, не ценил, что имел. Какие работы придется выполнять?

— Пойдем за одеждой. Она удобная для здешнего климата.

— Кто ее привозит?

— Барон покупает из суммы, вырученной от продажи продуктов.

— Есть ванная? Где купаются и стирают одежду?

— Есть умывальники. На первом этаже расположена общая душевая. Стирать вещи и купаться будешь в море.

Эмили принесла рубашку, брюки, туфли и шляпу, улыбнулась новичку.

— Ты ей приглянулся, — заметил бригадир, — Не обижай нашу любимицу.

— Она мне в матери годится. Зачем ее обижать?

— Женщина – огонь.

— Чем я буду заниматься?

— Собирать фрукты, если созрели, сажать саженцы, с территории убирать пожелтевшие листья и негодные стебли. Может, станешь чистить рыбу. Это решает управляющий. Неудовольствие считается неподчинением. Наказывать придется мне.

Оба спустились в столовую. Работники заходили шумной толпой. У многих были одинаковые рубашки или брюки.

— Словно близнецы, — пробормотал Гастер.

— Народ, знакомьтесь, Гастер, мой работник.

Некоторые люди кивнули, другие – не обратили внимание, усаживаясь за длинный стол со столовыми приборами: ложками и вилками.

Перед каждым едоком женщины поставили полные глубокие тарелки — поверх каши лежал кусок мяса. В широких блюдах подали нарезанные фрукты, в толстых стаканах принесли соки.

— Хорошо кормят – сытно, — Лео предупредил недовольство новичка, хмурящего лоб. – Очевидно, тебе не приходилось засыпать голодным и есть из простой посуды.

Гастер уткнулся в тарелку, ел и вспоминал «объедки» повара яхты.

Посуда на столе быстро опустела. Наевшись, работники переходили в комнату отдыха. В большом помещении в разных концах работали два крупных телевизора. На экранах шли различные фильмы. В середине зала стояли столики с шашками и шахматами.

— Карты есть? – поинтересовался Гастер.

— Нет, — жестко ответил Лео, — они запрещены.

— Можно отдохнуть иначе?

— Пока светло, иди купайся, стирай одежду. В любом случае придется вернуться в дом. На острове ночью не всегда безопасно, — добавил Лео, зная о трусости новичка.

Никто не спешил общаться с Гастером. Он сел на диван ближе к телевизору и смотрел старый фильм.

***

Утром бригадир растолкал Гастера.

— Вставай, умывайся, убери постель, завтрак ждет в столовой.

Соседи торопливо покидали спальню. Новичок вышел последним.

Едва Гастер доел кашу, запивая чаем, бригадир толкнул парня в бок:

— Бери корзину и ножницы, идем к полю, будешь собирать ананасы.

Все корзины, вложенные друг в друга, с инструментом и перчатками внутри лежали в углу комнаты и оказались с одинаково большими с ремнями по бокам.

— Идем к полю, покажу, что будешь делать, — бригадир водрузил корзину на спину новичка.

Гастер увидел крепких мужчин, одетых иначе – в форме синего цвета: брюках, рубашке, фуражке и галстуке. Так же оделся бригадир. На поясе тех мужчин висели дубинка и оружие в кобуре.

— Наши охранники, — пояснил Лео. – Смотри, что делают другие работники.

Новичок смотрел на участок удивленно:

— Откуда достают плоды?

Бригадир подвел парня к началу полосы:

— Смотри на куст внимательно. Увидел плод? Срезал, бросил в корзину, пошел дальше. Делай, как сосед. Шевелись!

Парень пошел быстрее, рвал плод, подражая соседу – мужчине среднего возраста.

— Могу спросить? – обратился к нему.

— Не отвлекай человека от работы! – сердито прикрикнул бригадир, шедший сзади.

Скоро у парня закружилась голова, он остановился почти в конце полосы.

— Ах, ты негодник! – бригадир потащил его к ближайшему дереву. – Почему отлыниваешь от работы?

— Я остановился на минуту. Больше не буду, — заныл парень.

— Сначала выпорю, потом не будешь.

Бригадир снял галстук, завязал Гастеру руки, привязав к дереву.

— Так надо для твоей пользы, — почти шепнул ему на ухо. – Закрой глаза.

Повернув парня лицом к стволу, спустил с него штаны, взялся за свой ремень.

Из кустов вышел незнакомец с телефоном, и снял момент удара о голую задницу.

Лео Бекер резко обернулся:

— Ты кто? Почему бездельничаешь?

— Просто хотел посмотреть.

К незнакомцу подошел охранник в форме, отобрал телефон, снял свой галстук. Отвязав Гастера, Лео привязал незнакомца к дереву.

— Заснял момент порки? Лео, начинай этого тоже запечатлеем. Будут смеяться друг над другом.

Лео нанес незнакомцу три удара. Тот заорал.

— Будешь знать, как бездельничать и смущать моих работников. Уходи на свой участок.

Незнакомец поднял штаны, схватил телефон, убежал в кусты.

— Кто он? – у охранника тихо спросил Лео.

— Приплыл к острову в лодке. Их двое, они кого-то ищут.

— Работай! – Лео громко велел Гастеру и тихо добавил: – Мы разберемся.

Мужчины неслышно скрылись в кустах.

На берегу увидели лодку. Двое незнакомцев — одного из них выпорол Лео, взялись за весла.

— Он на острове. Ему ремнем всыпал бригадир, — сообщил первый незнакомец. — Я заснял момент наказания. Пошлю шефу.

— Почему не садишься?

— Напоролся на колючки. Ничего, приму душ, смажу кремом, — первый парень закашлял, пытаясь скрыть смущение.

***

Капитан долго смеялся над его снимками.

— Порадую барона. Два снимка с разных сторон. Пацана тут хорошо гоняют: заставляют работать и порют за малейшую провинность. Жаль не дают яхте причалить. Что ты заснял? – обратился ко второму из наблюдателей за жизнью острова.

— Все работают рьяно, выполняют норму. Всюду снуют надзиратели. Люди похожи на рабов.

— О! Эта новость обрадует шефа еще больше.

***

Управляющий островом смеялся, следя за яхтой:

— Хорошо иметь мухи: невидимые видеокамеры. Надеюсь, получив снимки, наблюдатели уплывут восвояси.

Глава 12. Настоящее имя наркобарона

Постепенно темнело. Рабочий день давно закончился. Ко дворцу президента подъехала иномарка. Водитель позвонил.

— Господин президент, завтра начнем процесс над наркобароном.

— Судья Бенджамин, что еще полковник узнал о бароне? Достаточно ли улик против преступника?

— Вы знаете, что Виллоу Вропингу удалось невозможное: арестовать наркобарона без перестрелки с телохранителями, узнать кто он на самом деле, откуда баснословное богатство, попутно раскрыв другие преступления. Полковник считает, что нет смысла откладывать заседание. Сегодня мне и прокурору прислал необходимые бумаги. Как зам.министра, ему позволено вести процесс, выдавая информацию частично, чтобы не дать адвокату возможность ввести присяжных в заблуждение.

— Вышлите мне видеоматериалы, если они есть.

— Есть, разрешите, занесу лично?

— В течение часа.

— Я рядом с дворцом.

— Поднимайтесь, заинтриговали.

— Мы увидим главу семьи Кёнигов в его родовом замке, — судья включил видео.

.....

— Я Джек Кёниг – глава многочисленного семейства, в данный момент сижу в кабинете на последнем этаже древнего замка. Надо мной висит картина с изображением герба, которому более трёхсот лет. То что лже-барон, не побоюсь этого слова, выдает за наш герб – насмешка над теми кто смыслит в геральдике. На его рисунке изображен ушастик из детского мультфильма на фоне крепости.

На экране появилась картина.

— Посмотрите внимательно на настоящий герб. Лев стоит на задних лапах и указывает на родовой замок, над которым реет флаг. Вот снимок здания. Выйдя из него, оглянитесь, я помашу рукой.

Улыбнувшись по-доброму, продолжил:

— Вас удивит интерьер просторных помещений. Залы часто обновляются. Семья хочет пользоваться современной техникой. Некоторые помещения сохранили дух старины, в их числе личная библиотека, где я отдыхаю душой, вспоминая предков.

Хозяин открыл боковую дверь, позволив на минуту заглянуть в святая святых. Помещение заполнили: старый секретер с письменными принадлежностями, книжный шкаф с потрепанной литературой, резной высокий стул, левую сторону заняло окно с решеткой, на правой стене висели портрет владельца и канделябры по бокам.

— Веду дневник, пока его содержание держу в секрете. Пройдем к лестнице и спустимся в залы, где старина переплетается с современностью.

Преодолев много ступенек, оказались в огромном зале. Видимо, потолок высокий.

— Мы всегда жили в своей стране, пользовались уважением общества, умели создавать блага, поэтому уезжали только туристами. Многие члены семьи любят путешествовать, покупать картины и книги. Наш замок открыт для посещений. Ко мне ходят небольшими группами. Я достаточно богат, но мне не чуждо желание заработать на туристах. Здание требует ремонта и поддержания чистоты. Билет за вход недешевый, но люди приходят, им интересна история государства. В малой столовой посетителям предлагают чай со сладостями, приготовленными по семейным рецептам с ягодами из собственного сада.

С высокого потолка свешивалась чёрная кованая люстра с лампочками. В центре огромной столовой стоял овальный стол с троноподобными стульями. Хозяин направился к своему креслу. Повар и помощники принесли многочисленные сладости и выпечку, в красивые чашки наливали горячий напиток.

— Обратите внимание на стены. Картины привезены из разных стран в разные века, — Джек Кёниг сел, неторопливо и молча пил травяной чай с выпечкой.

На экране появлялись картины, украшавшие все стороны столовой. Хозяин замка встал из-за стола, и направился в следующий зал.

Большой зал походил на музейный – на стенах не осталось свободного места, всюду висели картины разных размеров.

— Правую сторону заняли портреты моих предков и молодых членов семьи.

С потолка свисали две кованые люстры с лампочками.

Следующее помещение занимала огромная библиотека с читальным залом, оснащенным столами с настольными лампами.

— Некоторые посетители приходят в замок, чтобы заглянуть в библиотеку и почитать книгу. Им выдаю абонемент с месячным сроком дешевле входного билета. Приятно, что люди читают художественную литературу, изучают языки и историю.

С кованой люстры в центре зала свисали лампочки.

Слева и справа от широкого коридора оказались запертые двери. Стены украшали бронзовые канделябры.

— Здесь спальни моих детей и внуков. Они закрыты для посещений. Члены семьи заняты в разных сферах. Почти все живут и работают в столице. Среди них есть преподаватели вузов, ученые, поэты и художники, торговцы, сотрудники муниципалитета и владелец крупного предприятия. В праздники приезжают к деду. Со временем нас стало больше и огромный замок не вмещает всех родных. Я построил гостиницу. В нем ночует молодое поколение.

Хозяин замка встал у окна и указал на красивое трехэтажное здание.

— Некоторым туристам нравится наша местность: лес и озеро. Они останавливаются в гостинице. Если свободных мест нет, желающим остаться выдаем палатку и спальные мешки. Климат умеренный, по ночам тепло. Скажите честно: вы бы покинули райское место навсегда?

.....

Гость выключил видео:

— Подсудимого и адвоката ожидают сюрпризы.

— Подозреваю, это верхушка айсберга, барон Вропинг дошел до подножия, иначе не настаивал бы на начале процесса.

— На скамье подсудимых окажется банда, не только наркобарон.

***

Зал заседаний не вместил всех желающих. Полковник полиции объявил об открытом процессе. Перед зданием суда установили большой двухсторонний экран для трансляции происходящего в зале.

Народ шептался. Ввели троих подсудимых: наркобарон сел в центре, двое его телохранителей устроились по бокам. Присяжные заседатели, стороны обвинения и защиты заняли свои места. Судья вошел, присутствующие встали. Каждый присяжный произнес клятву, обещая рассматривать дело честно и беспристрастно.

К трибуне вышел Виллоу Вропинг, поклялся говорить только правду.

— Могу узнать: почему столь поспешно начали процесс, прошло всего три дня, как арестовали моего подзащитного? В чем обвиняете телохранителей? – первым полковнику задал вопросы адвокат, поклонился присяжным, ожидая от них поддержки.

Виллоу Вропинг повернулся к присяжным:

— Отвечу на первый вопрос, хотя решил начать рассказ с личности подсудимого. Как к нему обращаться? Наш участок долго гонялся за ним. На самом деле мы собирали информацию более двух лет. На скамье сидит банда. О телохранителях поговорим подробно вспоминая все дела, где они замешаны.

Совсем недавно мы расследовали дело об убийстве наркоторговца. Изучив данные компьютера убитого, поняли, что человека запугали, шантажировали и заставили заняться «мерзким делом» — слова взяты из его дневника. Убийца мстил за сына и хотел спасти других парней. Он раскаялся в содеянном и отбывает срок. Из того судебного процесса я понял, что необходимо найти предприятие, где производят наркотики и его владельца.

Два года всё рабочее время я тратил на изучение всех правонарушений в стране. Некоторые сотрудники изучали видеоматериалы, искали в них общие моменты: одних и тех же преступников, угнанные машины. Мне приносили данные о потерянных документах, крупных ограблениях и покупках. Зачем нужны были документы? Как правило, со счетов по ним грабители снимали все суммы. Из краденого сложилось баснословное число. Главное, работников нашего участка интересовали имена потерпевших и на чье имя приобреталось дорогое имущество. Услышав фамилию Кёниг, я вспомнил о дарственной на дворец. Хорошо иметь великолепную зрительную память.

Присяжные одобрительно качали головами. Полковник продолжил речь, часто обращаясь к ним.

— Убийство наркоторговца мы расследовали до конца, но в суде не выдали всю информацию. На самом деле, наша сплоченная группа нашла наркобарона, но уже мертвым в другом государстве.

Убийцы привезли труп на угнанном автомобиле и специально закопали неглубоко, чтобы органы охраны правопорядка обнаружили и завели дело. Короче, преступники хотели создать впечатление, что человека убили в его стране и поспешно захоронили. Грибники наблюдали момент выноса тела в чёрном мешке из багажника дорогой машины. Сознательные граждане засняли, что успели, и сообщили в местную полицию. Злодеи вели себя так, словно никого не заметили и торопились избавиться от страшного груза, что маловероятно.

Наркобарон приезжал в нашу страну надолго: на месяц или два, но звонил жене раз в неделю. Супругу наркобарона Лени Ли обеспокоило долгое молчание мужа, она обратилась в ближайший полицейский участок. В морге опознала мужчину, сообщила номер его иномарки. С помощью невидимых камер наблюдения стражи порядка узнали маршрут поездки убитого. Из архива ведомства мы выяснили куда направлялся Лени Ли, возможные места встреч с наркоторговцами.

В поисках убийц, следователи провели обыск в особняке наркобарона и обнаружили несметные богатства: валюту, золото и украшения, о них супруга убитого не знала. Банки по запросу полиции выдали следующее: все огромные суммы Лени Ли сняты со счетов.

Молодцы их следователи – они вышли на нашу границу, обратились к нам, и передали всю собранную информацию. Так дело наркобарона попало в наш участок. Следуя по постоянному маршруту Лени Ли, мы вычислили цех по производству зелья. Машина богача исчезла. Есть еще белые пятна на нашей сети наблюдения. Бандиты узнали о них и пользуются.

Готовую партию товара успел изъять новоявленный наркобарон. На некоторое время он затаился, чтобы след не привёл к нему. Убив прежнего владельца цеха, помощники местного наркодельца захватили список должников и наркоторговцев.

— Как давно вы узнали о цехе? Вы нам сказки рассказываете? – адвокат побелел от страха, подсудимый бросал на него испепеляющие взгляды.

— Больше месяца. Временно пришлось заняться не менее важным делом – преступной деятельностью генерала Джеффа Малфоя.

— За месяц еще больше молодых стали наркоманами по вашей вине.

Присяжные недоуменно переглядывались.

— Нет. Я не знал, где, кто и как распространяет зелье.

— Вам трудно было найти производителя наркоты?

— Среди бумаг убитого наркобарона нашлись акт о купле небольшой фирмы по производству лекарственных средств и договора с клиниками о реализации продукции. Предприятие законное и половина цеха изготовляла морфий для лечебных учреждений. Вторая его часть – скрытая, производила наркотики.

Обнаружив преступный конвейер, мы конфисковали тюки с товаром, заменили на другие мешки, и следили за ними, чтобы узнать, куда везут зелье. Все работники скрытого цеха наркоманы и помещены в клинику в тяжелом состоянии. Подсудимого не волнует судьба этих людей. Он знал, что им плохо, ждал их смерти, надеясь найти новых жертв – трудяг, готовых вдыхать пары возбуждающего средства.

— Что находится в ваших мешках?

— Сахарная пудра. Ганс, принеси пакетики.

Ганс раздал пакетики судье, присяжным, прокурору и адвокату.

— Не бойтесь их вскрывать.

Судья оказался смелее всех: открыл пакетик, понюхал, макнул в пудру палец, попробовал на вкус:

— Сладкая пыль.

Присяжные также смело попробовали на вкус и заулыбались.

— Значит в особняке вы не нашли наркотики, — адвокат вздохнул облегченно. – Вам нечего предъявить суду. Вы не можете моего клиента обвинить в наркоторговле.

— Ошибаетесь. В ресторане под столом мы обнаружили пакет, в котором почти два килограмма дорогого товара. На всех упаковках отпечатки пальцев лишь вашего подзащитного. Полиция арестовала наркоторговца Лео, но он не прикоснулся к свертку, который подсудимый толкнул к нему. Наш сотрудник снимал всё на видео и записал все разговоры обвиняемого с гостями – теми, кого он заставил путем угроз и шантажа торговать наркотиками. Все они предстанут в суде в качестве свидетелей. Отныне им некого и нечего бояться.

— В тот день в ресторане мой подзащитный принимал лишь Лео, кого вы задержали.

— Я не обязан открывать вам секреты моей работы.

Секретарь объявил о техническом перерыве в заседании. Судья встал и вышел.

***

Заседание продолжилось на следующий день.

— Мы хотим знать кого судим, — первым начал прокурор. – Полковник, расскажите суду, что вы выяснили о подсудимых. Как их зовут?

— Сейчас мы выясним личность главного подсудимого. Гуди Кёниг – фальшивое имя.

— Как давно вы его услышали? – спросил адвокат.

— Повторюсь: секреты профессии выдавать не намерен. Услышав в первый раз фамилию Кёниг, вспомнил о дарственной на дворец. Согласитесь, мало кто станет делать столь дорогие подарки.

— Коттедж вы называете дворцом, — скептически заметил адвокат.

— В дарственной бумаге здание названо дворцом и таковым он выглядит. Недавно выстроенная каменная стена из-за рельефа местности не скрывает величественный особняк. Меня заинтересовала личность получателя. Я обратился в наш архив. Получил такой ответ:

«Мы изучили все документы, связанные с баронами в нашей стране. Представители подобной фамилии не проживали у нас. Два года назад в столице обосновался Гуди Кёниг. Он одинок. В его документах есть недочеты, возможно, они не действительны».

Что еще более невероятно в этой истории: даритель оказался разорившимся бизнесменом. Разорился и после сделал безумно дорогой подарок? Полученная информация озадачила. Я стал искать по миру представителей рода Кёниг. Нашел их только в одном государстве. Послал запрос: есть ли у них родственники в иных государствах? Получил ответ от архивариуса: Кёнинги отрицают наличие родичей за рубежом, к письму приложил данные для связи с главой рода. Послушайте, что он рассказывает, — полковник включил видеозапись.

На экране появился седой, но крепкий старик в старомодном костюме свободного кроя. Он сидел в кожаном кресле с высокой спинкой. Присутствующие с большим интересом посмотрели фильм.

Присяжные тихо переговаривались:

— Крепкий старик. Чудесное место.

— Какая связь фильма с моим подзащитным? Возможно, это рекламный ролик, — недоуменно спросил адвокат.

— Ожидаемый вопрос, поэтому за день до начала процесса я с помощником слетал к нему в гости. Смотрите следующий фильм.

На экране Виллоу и Крис поднялись по трапу рейсового самолета. Зрители на билетах увидели дату вылета. В следующих кадрах путешественники в такси подъехали к высокой и широкой лестнице, ведущей к замку.

— У входа в здание нас встретил дворецкий и повел к лифту. В старинном замке много современной техники. Мы поднялись на пятый этаж. Должен заметить, что срединный ярус очень высок, так что подниматься по лестнице долго, хотя она в прекрасном состоянии. Посмотрите.

На экране появилась лестница с пролетами, покрытая ковром.

Хозяин встретил гостей перед открытой дверью в кабинет.

— Далее увидите нас в скрытом кабинете, — полковник пояснял медленно. — В малом зале мы выпили чай с выпечкой. В большом зале рассмотрели портреты предков. Нет никаких общих черт в их лицах с кареглазым подсудимым. Во всех портретах старшего и младшего поколений чувствуется родство: упрямый подбородок и крупные серые глаза. На минуту заглянули в библиотеку. По моей просьбе прошли в кабинет врача.

— Вам нужно лекарство? Зачем хотели посетить медика? – уточнил хозяин замка.

— Мне необходимо уточнить: действительно ли между нашим обвиняемым и вами нет родства. Надеюсь, я вас не обидел.

— Понял, — Джек улыбнулся, — вам необходимо сделать тест на родство. Я согласен. Нашему роду не нужны самозванцы, тем более, совершившие серьезные преступления. Для большей достоверности позовём моего старшего сына. Он отдыхает у себя в спальне.

Врач взяла мазок у обоих мужчин семьи.

— С вашего разрешения тест проведем в лаборатории нашего министерства.

— Сообщите мне результат, — старик улыбнулся.

— Вы у меня не брали мазка! – раздраженно крикнул подсудимый.

— Ожидаемая реакция. Вспомните, что в день вашего задержания, наш участок отмечал моё повышение. Дрю разнес всем задержанным стаканы с напитком. С вашей посуды лаборанты сняли слюну. Лаборатория министерства сделала тесты.

Пауза была многозначительной. Ганс внес в зал конверты и положил перед судьёй. Лицо обвиняемого пошло пятнами. На экране появились снимки листов с результатами: Джек Кёнинг и старший сын – вероятность родства 99,9%, Джек Кёнинг и лже-барон, результат отрицательный 100 0%.

— Ну и что? Они могут быть однофамильцами, — вставил адвокат, несмело улыбнувшись мысли.

— Не спешите с выводами. У обвиняемого есть родители и настоящее имя.

— Назовите его имя, — вставил прокурор, и повернулся к присяжным: – Нам интересно.

— Как найти семью, не зная имени? Некоторые потерпевшие рассказывали о фокуснике, считая его вором, укравшим документ. Я послал фотографии лже-барона в правоохранительные органы соседних стран. Ближайшие соседи по фотографии опознали мошенника и фокусника, который пропал бесследно три года назад. Мне назвали имя и адрес семьи. Поговорив с Джеком Кёнингом, я на машине поехал по указанному адресу. Вик Нинин, вас совсем не интересует жизнь родителей?

— Встаньте, подсудимый, ответьте на вопрос, — велел судья.

Обвиняемый колебался две минуты и поднялся.

— Как докажете, что я Вик Нинин?

В зал вошли седые мужчина и женщина. Видимо, ей было тяжело шагать, он ее поддерживал. Муж встал возле трибуны, для жены подвезли коляску, она села.

— Расскажите о себе, — попросил Виллоу Вропинг.

— Мы циркачи – иллюзионисты и фокусники. Три года назад, после исчезновения сына, я получил травму, — стал рассказывать мужчина. – Мы лишились заработка. Пенсия слишком мала. На лечение не хватает.

Женщина всё время смотрела в пол, она себя плохо чувствовала. Внезапно подняла взгляд и увидела сына:

— Вик, почему ты нас забыл?

Подсудимый закрыл лицо ладонями.

Присяжные заседатели нахмурились.

— Мы провели тест на родство... – начал Виллоу.

— Перестаньте! Да, они мои родители. Мне нужна была свобода. Предки слишком честные, с ними много не заработаешь.

— Ганс, увези супругов в гостиницу. Очевидно, женщине плохо.

— За чей счет они живут в гостинице? – жестко спросил обвиняемый.

— За мой счет.

— Вот почему продались.

— По законам нашей страны дети обязаны содержать родителей.

— Вы отобрали у меня много денег, можете дать им немного.

— Вы отбирали у молодых людей не только деньги, но и здоровье, у иных — жизнь.

— Что станет с тем богатством? 25% из них ваши? — съехидничал Вик.

— Суд решит, что с ними делать. Процесс только начался. Потерпевших много.

Мать Вика уже уезжала в коляске, обернулась и переспросила:

— Потерпевших много? Какой стыд, — она посмотрела укоризненно на скамью подсудимых.

Все присяжные смотрели на подсудимого осуждающе.

Глава 13. Банда наркобарона

Наступила бархатная ночь. Словно разноцветные огоньки, в небе заблестели звезды.

Поздним вечером Виллоу Вропинг позвонил президенту:

— Господин президент, настало время обсудить судьбу богатства, конфискованного у наркодельца. Вне сомнения, адвокат Янус Локот задаст подобный вопрос, пытаясь склонить присяжных на свою сторону.

— Что вы предлагаете?

— Создадим фонд из наличности, найденной у мошенника. Объявим аукцион – продадим дворец и ценности, обнаруженные в нем. Пострадало много семей. Некоторым придется сразу вернуть всю украденную сумму. Вдовам и сиротам наркоманов следует ежемесячно выплачивать пособия.

— Я согласен с вашим предложением. Арендуйте один этаж в здании, расположенном в центре города. Наймите сотрудников. Пусть они создадут банк данных, сверяясь с вашей информацией. Вы намерены включить в список прежних пострадавших?

— Конечно. Люди не виноваты в том, что в их семьи беда пришла раньше. Прежним пострадавшим труднее выживать.

***

Интерес к судебному процессу над наркобароном возрос. Немало граждан собралось на площади перед дворцом правосудия. Установилась благоприятная солнечная безветренная погода. Толпа расступилась перед Виллоу и рукоплескала.

Судебное заседание продолжилось после того, как в переполненном зале обвиняемые, стороны обвинения и защиты, присяжные и судья заняли свои места.

К трибуне снова вышел Виллоу Вропинг, поклялся говорить только правду. Он повернулся к присяжным:

— Сегодня выясним личности телохранителей Вика Нинина, сидящего в центре троицы. Справа от своего шефа уселся Ивер Келд — мужчина с седыми волосами ниже плеч. Умеет производить впечатление наивного человека, не очень сильного старика. Его здоровью и силе позавидует любой тридцатилетний парень. Слева устроился темноволосый и черноглазый Лоритц Мадс. Смотрит удивленно, с завидным спокойствием, будто не понимает, почему оказался на скамье подсудимых. Оба помощника наркобарона нередко мелькали в кадрах, связанных с преступлениями. Неразлучная пара разъезжала на разных машинах, почти всегда с замазанными номерами и чужими документами. Оба старательно прятали лица.

Перед выходом на очередное задание седовласый Ивер менял цвет волос. Впервые вышел на Вика Нинина в фитнес клубе.

Однажды я подумал:

— Будь я криминальным авторитетом, где бы стал искать помощников и телохранителей, способных на тяжкие преступления? Такие люди следят за здоровьем, не теряют форму, значит их можно найти в фитнес клубе или в тренажерном зале. Я обошел несколько таких мест. Не все имели камеры наблюдения. Напротив одного здания с тренажерами расположено небольшое предприятие, которое серьёзно отнеслось к собственной безопасности. Забрав копии всех архивов, я принялся их изучать.

Светловолосый здоровяк сразу бросился в глаза – как он играл мышцами в тренажерном зале. Не только я залюбовался его телосложением. К нему подходили солидные люди, вручали визитки. Несомненно, они надеялись нанять силача в телохранители. Похоже, ему не нравились условия предлагаемых работ – он по-прежнему появлялся в тех же местах. На чёрно-белых кадрах Ивер Келд выглядел светловолосым. Длительное время это мешало нам в его поиске.

Я пропустил момент найма. Светловолосый верзила неожиданно исчез. Видимо, его нашел наркобарон — подсудимый.

Почти год назад прошла информация о самоубийстве владельца ночного клуба Генриха Хайда. В его гостиной мы обнаружили испорченный компьютер и телефон. Наши специалисты долго приводили в чувство ноутбук — важный источник информации. Криминалисты не согласились с мнением навязанным журналистами, но и не могли опровергнуть неоправданные слухи.

Определив друзей по номерам в смартфоне повешенного, опросили многих. Мужчины отзывались о нем, как о самой веселой, жизнерадостной личности в их компании. Возможно ли весельчаку за считанные дни впасть в депрессию и повеситься? Объявился психотерапевт утверждающий, что беседовал с ним до гибели. Явился в отделение по собственной инициативе? Следователь записал время посещения Генриха Хайда, внесенное в книгу посетителей психолога. Однако многие общались с владельцем ночного клуба в те же часы в зале увеселительного заведения. Похоже, имел место подкуп врача. Да, человек слаб, но одновременно с взяткой его могли запугать. Не спешите осуждать специалиста.

— Вы не согласны с версией самоубийства? Весь город утверждал обратное, – адвокат Янус Локот направил взгляд на присяжных, и недоуменно развел руками. — Вы утверждаете, что Генриха Хайда убили. Какова причина убийства?

— Полиция обязана опираться на улики, а не на предположения и слухи. Многое было непонятно в нашумевшем деле, — присяжные слушали внимательно, некоторые следили за реакцией адвоката – он заметно нервничал: подпрыгивал на месте, сжимал кулаки. Сел на стул, хмуро глядя на рассказчика.

Обвинитель обратился к заседателям:

— О причине убийства скажу позже. Наличие двух бокалов озадачило полицию. С кем он пил перед смертью? Человек повесился на люстре, однако не оставил следов. Если сам решил свести счёты с жизнью, то некоторое время должен был висеть, схватившись двумя руками за толстые прутья. Кто стёр следы пальцев? Почему сейф оказался пуст? Друзья утверждают, что у покойника не было долгов, напротив он давал людям взаймы. Престижный ночной клуб в столице всегда был прибыльным. Куда делось богатство владельца? Следовало посмотреть видео, записанное невидимой камерой, которую хозяин особняка предусмотрительно установил на люстре.

Долго мучились наши парни с поврежденным ноутбуком. Но упорные знатоки своего дела добились желаемого – смогли восстановить важные кадры, запечатлевшие трагическую ночь. Убедитесь сами.

Первый ролик записал момент, когда к дому днем подъехала невзрачная машина, из нее вышел здоровяк со светлыми волосами, свисающими с плеч. Он требовательно постучал в дверь. Ему открыл хозяин.

— Что решил насчет предложенного дела? – решительно спросил гость.

— Идите с ним, сами знаете куда. Не смейте меня беспокоить, иначе я обращусь в полицию, — Генрих захлопнул дверь.

Вот вам и причина убийства – отказ от предложенного дела. Что мог предложить наркоделец? Торговать наркотиками.

Вероятно, в те минуты у владельца особняка находилась гостья. Сосед видел, как до того в дом входила девушка, но не знает, когда она ушла. Ее приход и уход хозяин или некто нам неизвестный удалил из компьютера. Видно по времени.

Мы не знали, кто или что отвлекло Генриха Хайда. Он не позвонил нам. Кажется, полиция не давала повода усомниться в оперативности.

— Может, Генрих не верил в вашу оперативность, или боялся, что станете обвинять его в разных грехах, — иронично вставил Янус Локот.

— Не знаю, чем заслужили недоверие некоторых лиц. Никаких грехов мы не обнаружили.

— Не думаю, что имело место недоверие. Популярность Виллоу Вропинга велика. Ему верят, аплодисменты на площади перед началом заседания предназначались полковнику, — заявил прокурор. – Скорее всего, Генриха отвлек звонок, неизвестная девица, или его запутала какая-то иная информация.

— Посмотрите второй ролик, который удалось восстановить, — Обвинитель указал на экран.

После полуночи в кадре крупным планом появилось лицо светловолосого здоровяка. Он вошел в дом, поднялся по лестнице. За ним последовал еще один верзила.

Когда наши специалисты получили чёткое лицо светловолосого, немедленно стали искать информацию о нем в интернете. Отыскали даже цветное изображение и массу недовольных откликов, узнали имя бывшего спецназовца — Ивер Келд.

На всех видео светловолосый силач виден мельком – он умело прятался. Увидев в подвале лже-барона седого человека, Дрю – наш сотрудник, сразу его опознал. У нас своя система знаков, и парни поняли: перед ними опасный преступник — убийца и грабитель. Многое из богатства, изъятого у Вика Нинина, принесли телохранители.

Компьютерщикам отделения удалось восстановить самые важные кадры страшного для успешного бизнесмена дня – присутствие девицы и убийство в богатом особняке.

— Ах! – зал невольно пережил потрясение: сторонники подсудимых неприятно удивились, противники обрадовались. Только присяжные сидели с беспристрастным видом. Все смотрели на экран, ожидая увидеть главное действо.

— Должен добавить, я встретился с прежним руководителем Ивера. Он не удивился, что бывший подчиненный стал преступником, и сообщил: здоровяк отличался жестокостью, был уволен после многочисленных жалоб.

— В ваших глазах мы все можем стать преступниками, — адвокат поклонился присяжным.

— Не все, защитники бандитов вызывают подозрения в преступных наклонностях, — заметил прокурор.

— Ваша честь, с вашего позволения, приглашу в зал гостью убитого владельца клуба, ту самую девицу, — громко произнёс полковник.

Зал замер. Присутствующие обернулись. Дверь отворилась, Ганс ввел в помещение вульгарно одетую особу с красными волосами ниже плеч в наручниках.

Танцующей походкой она подошла к трибуне.

— Представьтесь! – велел судья.

— Замира Кандр.

— Чем занимаетесь, где живёте?

— Больше года я живу в особняке барона Гуди, помогаю по хозяйству.

— Как познакомились с подсудимым?

— Он нашел меня на улице. Я легально торговала своим телом, — она глянула вызывающе на судью и присяжных. – Не понимаю, почему меня арестовали, и привезли на заседание суда.

— Позвольте, объясню, — обвинитель обратился к судье.

После одобрительного кивка продолжил:

— Девица не осведомлена о том, что совершила преступление: у нее нет разрешения на «выход для торговли телом». Желающие заняться подобной деятельностью сначала обязаны пройти врачебный осмотр. Проверив ее показания, и просмотрев кадры невидимых камер, мы убедились в своём предположении: она в первый же час встретила Вика Нинина. Если бы Замира познакомилась с ним через сутки или позже, не имея прав жрицы любви, ей пришлось бы выполнять исправительные работы в медицинских учреждениях – за каждый нелегальный день положен месяц такого труда.

Замира растерянно озиралась, ловила взгляд адвоката подсудимых. Он избегал ее глаз.

— Теперь поговорим об ее участии в убийстве владельца ночного клуба. Я уже сказал, специалисты отделения восстановили запись с камеры, закрепленной на люстре. Посмотрите, — полковник включил ролик. — На кадрах ясно видим, как во время отсутствия кавалера, Замира достает из сумочки пакетик, насыпает в стакан Генриха порошок. Отпив пару глотков напитка, он падает со стула. Она звонит кому-то. Через минуту в комнату входят двое в перчатках. Темноволосый верзила садится за компьютер, и усиленно стирает информацию. Затем заливает клавиатуру содержимым бокалов. Светловолосый непрошенный гость вскрывает сейф, перекладывает его содержимое в пакет. Отдает девице. Она убегает вниз, где ждет подельников. Светлый гость достает из кармана веревку и тащит хозяина на середину помещения. Ставит два стула под ярким светильником, уменьшает освещение. Генрих приходит в чувство и пытается поднять веки. Ему удается увидеть убийцу. На сетчатке глаз запечатлен Ивер.

Думаю, достаточно. Не нужно показывать ролик полностью. Всю запись присяжные смогут посмотреть в совещательной комнате, — Виллоу выключил видео.

— Замира Кандр, что скажете в своё оправдание? – судья строго обратился к девице.

— Гуди попросил меня познакомиться поближе с Генрихом. В тот день должна была зайти к нему в гости, и дождаться прихода наших парней. О дальнейших планах я ничего не знала.

— Вы не догадывались, что подсыпали в бокал кавалеру, который вам доверял? – спросил прокурор.

— Я высыпала в бокал снотворное, чтобы он не посягал на мою честь, — девица ответила с вызовом.

— Действия ваших парней связаны с вашей честью?

Она повесила голову и кусала губы.

— Ганс, уведи ее в комнату ожиданий, — попросил Виллоу.

Самоуверенная особа покинула зал с высоко поднятой головой, сопровождаемая осуждающими взглядами.

— Полковник, расскажите суду, как вы отыскали девицу, — попросил прокурор.

— Генрих Хайд должен был находиться в клубе всю ночь. Почему он остался дома? В его телефоне в журнале входящих звонков оказался номер, недавно выданный человеку, у которого два года назад украли документ. Наш сотрудник Дрю позвонил, хотя мы не надеялись услышать голос звонившего в тот злополучный день. Ответил женский кокетливый голос.

— Котик, — задыхающимся голосом заговорил Дрю, — Почему ты так со мной поступила? — она отключила телефон.

Услышав голос Замиры на допросе, мы узнали девицу, звонившую Генриху.

Мы долго искали гостью владельца клуба. Видевший ее сосед дал достаточно точное описание. Всё прояснилось в день обыска во дворце лже-барона. Среди прислуги, встречающей господина, девицу тут же опознал Ганс. Степень вины Замиры решат присяжные.

Как мы нашли и опознали Лоритца Мадса? Полицейский Крис умеет делать вид, что общается с кем-то по телефону, и снимать всех подряд. Второй телохранитель, сидящий на скамье подсудимых, старался не попадаться нам на глаза, но и его запечатлел любопытный и как бы занятый разговором Крис. Пока мы искали сокровища и мешки с порошком, он отправил снимки компьютерщикам, и получил ответ: Лоритц Мадс – второй из убийц.

— Так вы всю прислугу запишете в банду, — возмутился Янус Локот.

— Я вызвал к себе оставшихся охранников, кухарку и горничную. Они к банде не причастны.

Для охраны дворца Вик Нинин нанял братьев спортсменов неделю назад всего на два месяца, обещав высокую плату. Честные ребята признались: приняли предложение, нуждаясь в деньгах, не догадываясь о том, какие дела творятся на вверенной им территории. Они сообщили: горничная Лилиана работала три дня. Однажды парни увидели ее плачущей. На их вопрос: в чем проблема? Она ответила: вынуждена остаться, хотя желает убежать далеко, но идти ей некуда. О кухарке охранники предположили, что она работает у барона дольше всех, а Замира появилась позже, но намного раньше братьев.

Кухарка Анитра Туйл, скорее всего, одна из первых потерпевших граждан нашей страны. Познакомилась с Виком Нинином два года назад. Мошенник успел сделать поддельный документ, жил в гостинице, искал постоянное и бесплатное пристанище. На автовокзале украл бумажник Анитры и ждал ее реакции. Она растерялась, когда не обнаружила денег и кредитки, села на скамью и заплакала. Богатый господин – так два года выглядит Вик, подошел к ней, участливо поинтересовался проблемой, проводил девушку домой. Убедившись в аккуратности хозяйки, напросился к ней в жильцы. Анитра с радостью согласилась, выделив ему большую комнату в небольшом коттедже.

Вик Нинин утверждал, что перечисляет плату за жильё на ее счет в банке. Организовав банду из лиц, сидящих с ним на скамье подсудимых, предводитель обсуждал с ними очередное дело у Анитры. Девушку отправлял в магазин за продуктами. Она готовила им еду. Мошеннику понравилась стряпня Анитры, он решил взять ее во дворец, и уговорил первую жертву продать свой дом. Ее счет мы заблокировали – она призналась: лже-барон перечислял туда крупные суммы. Однако мы учтем наличность, которая была у нее в бумажнике и на карте до встречи с Виком Нининым. Прибавим суммы, которые он якобы платил ей за жильё, приплюсуем стоимость коттеджа. Выплатим заработанное лицам непричастным к темным делам наркобарона. Остальное конфискуем. Всех жильцов дворца придется выселить. Красивое и богатое здание следует вместе с другими ценностями продать на аукционе.

— Вырученную сумму использовать в свою пользу? – съехидничал адвокат.

— В пользу государства и потерпевших, — ответил прокурор.

— Какие дела обсуждали бандиты у Анитры? – полковник продолжил рассказ. — Список жертв. Телохранители воровали удостоверения личности, они большие мастера по вскрытию дверей дорогих иномарок. К сожалению, есть белые пятна на карте города. Необходимо поставить еще невидимые камеры наблюдения. Моим парням удалось найти за городом невзрачный дом с большим гаражом для угнанных машин.

До ареста главаря банды горничная прожила во дворце всего три дня. Поняв желания хозяина, она всё-таки согласилась работать. Молодая женщина успела побывать замужем. Супруг оказался деспотом. Когда она рискнула сопротивляться, он выгнал жену из дома, развелся с ней. Лилиана осталась ни с чем, родичи отказались принять ее обратно в деревню. Наше отделение постарается ей помочь.

— Этим четверым работникам вы не предъявите обвинения? – поинтересовался адвокат банды.

— Нет, они не виноваты в том, что попали во дворец к бандитам. Однако есть несколько лиц, которых нанимали на один или два разбойных нападения или для слежки за кем-то. Они понесут наказание, если присяжные сочтут их действия преступными.

Глава 14. Потерпевшие

Солнце скрылось за горизонтом, окрасив его в оранжевые тона.

Освободившись от дел, Виллоу Вропинг решил отдохнуть и пообщаться с соседями.

Поздним вечером он постучал в тайную дверь подвала. Роберт открыл и впустил друга.

— Наслышан о твоих подвигах. Уверен, присяжные будут на стороне справедливости, — лорд приветствовал полковника.

Оба направились в гостиную.

— Надеюсь. Меня предупредили о пакости, которую приготовил наркобарон.

— Что он мог придумать? – нахмурился Роберт.

— Его слуги, с моего ведома, проникли на остров и сделали несколько снимков. На первом изображении видно, как бригадир устроил показательную порку Евгену. В следующем кадре непонятно кого наказывают. На самом деле парню достался лишь один удар, три раза верзила всыпал наблюдателю с той же комплекцией, что и твой приёмыш. Это запечатлел охранник с другой стороны, так что не разглядишь фигуру и одежду. Я хотел, чтобы чужаки оставили мальчишку в покое. Пусть наркобарон думает, что предателю лучше жить в страданиях, чем умереть от пули бандита. Второму шпиону удалось сфотографировать работников на полях. Меня обзовут рабовладельцем. Не удивляйся, увидев фото.

— Ха-ха-ха, ты здорово придумал. Уверен, парнишка с перепугу начнет изменяться, возможно, раскается в своих поступках.

— Какие у вас хорошие новости?

— Мы ждем двойню, — радостно ответил Джон, спустившись с Вероникой.

— Гинеколог обследовал? – уточнил Виллоу.

— Опытная женщина сообщила о двоих, но не смогла определить пол детей – лежат лицом друг к другу. Дочь ест сладкое, как Евгения, и соленое, как твоя Леония, — глаза Роберта сияли от счастья.

— Поздравляю, Вероника! Надеюсь, родишь благополучно. Поезжайте в поместье на свежий воздух.

— Уже собираемся, — заулыбалась Вероника. – Что отвезти барону Вропингу? Чем его порадовать?

— Своим присутствием. Ему скучно в огромном доме, хотя отец весь день сидит на солнышке у озера и ловит рыбу.

***

В назначенное время в переполненном зале заседаний обвиняемые, стороны обвинения и защиты, присяжные и судья заняли свои места. Судебное заседание продолжилось.

К трибуне снова вышел Виллоу Вропинг и поклялся говорить только правду. Он повернулся к присяжным:

— Сегодня поговорим о потерпевших от произвола банды Вика Нинина.

Подсудимые сверлили глазами адвоката Януса Локота. Тот кивнул им и выдохнул.

— У меня вопрос к судье: имеет ли право говорить о пострадавших от моих подзащитных человек – владелец острова с рабами? Позвольте, я покажу снимки, — адвокат обратился к присяжным и подключился к телевизору.

Судья кивнул и смотрел удивленно.

На экране появились кадры с наказанием Евгена и наблюдателя. На следующих снимках люди рьяно собирали плоды ананаса.

— Что скажете суду, полковник? – поинтересовался адвокат.

— Сначала я выскажусь, — усмехаясь, заявил судья. – Из ваших слов я понял, что вы не слушаете иных судебных дел кроме своих, где вы заинтересованы материально. Суть проблемы вам пояснит полковник.

Полковник повернулся к присяжным и начал речь неторопливо.

— Я немало лет работаю начальником полицейского участка. Не всякий совершивший преступление злодей. Многие решились на уголовно наказуемое деяние нечаянно, из отчаяния, переполненные эмоциями. Они ограбили или убили, не зная всех тонкостей дела и законов общества. Так многодетный отец остался без заработка и стал грабителем. Ему следовало обратиться в благотворительные организации и всё бы обошлось. В подобных случаях не совсем справедливо оступившегося человека сажать в тюрьму к отпетым негодяям, но он должен понести наказание. Как быть? У меня возникло иное решение проблемы – трудотерапию. В помощь государству предложил использовать свой остров. Поскольку таких правонарушителей оказалось много, на закрытом заседании парламента я попросил примкнуть к проекту богатых лордов. Некоторые согласились.

— Чем ваши работники отличаются от рабов? – не унимался адвокат.

— Люди на моем острове трудятся весь положенный им срок не более восьми часов в день. Работники получают необходимую одежду и в достаточном количестве пищу. Выращенные ими плоды и морепродукты продаются на ближайшем материке. Из полученной выручки покупаются еда и вещи для островитян. Некоторый процент из полученной наличности вычитается в пользу государства на оплату судебных издержек и выплаты пострадавшим. Всегда остается сумма, которая высылается семье. Остаток заработанного накапливается на банковском счету работника.

— Вы рассказали о райских условиях. Есть желающие остаться там навсегда?

— Да, некоторые люди остаются. Пора подумать о дополнительном здании и новом занятии для них.

— Они согласны вкалывать как рабы?

— Не путайте понятия. Они работают добросовестно и получают вознаграждение за свой труд. Вольным людям управляющий назначает зарплату, определяет некий круг обязанностей. Эти работники могут покинуть остров в любой удобный момент.

— Что значит удобный момент?

— Остров оторван от материка. К нему причаливает моя яхта или полицейский катер. Всё ж данный кусок суши имеет статус закрытого учреждения.

— Полиция возит людей на материк?

— У нас есть договор. Некоторые люди теряются, получив свободу, чувствуя себя не совсем комфортно на большом материке. Полиция помогает им приспособиться к жизни на воле и следит за ними, чтобы их не обидели случайно или намеренно.

— Так и ходят в рабочей одежде?

— На моем острове тепло. Такая одежда удобна. Уплывающим на время или навсегда выдаются костюмы или джинсы с майками. Погуляв по городу, сделав покупки, вольный человек может вернуться на остров на том же катере.

— Как вы объясните наказание ремнем провинившегося работника?

— Обычно наказывают иначе: увеличив срок отбывания наказания. Мне следует поговорить с управляющим, чтобы выяснить, что произошло в данном случае.

— Он вам докладывает не обо всем?

— Зная парнишку, предположу, что избалованный юноша, не привыкший трудиться, разленился и рассердил бригадира. Каждая бригада ежедневно выполняет некую часть общих дел. Возможно, ответственный за работы вспылил. Если он отбывает срок, управляющий может прибавить ему месяц за превышение власти и унижение подчиненного. Для вольных людей у главы острова есть иные способы порицания. Еще есть вопросы по данной теме?

— Чем заняты арестанты на других островах? – Янус Локот посмотрел на подсудимых, подняв брови и разведя ладони, словно просил у них прощения.

— У каждого острова свой климат, значит сажают иные культуры. Где-то работают заводы по производству соков или компотов. Я их не посетил ни разу.

Словно не заметив смущение Януса, Виллоу продолжил:

— Позвольте, перейду к теме заседания. Хочу рассказать о потерпевшем Арни Хехтче. Он владел прибыльным рестораном в центре города. Всегда ходил пешком. Обладая недюжинной силой, не считал нужным иметь телохранителей.

В узком переулке, где нет камер, его подкараулили Ивер и Лоритц. Предложили заняться наркоторговлей. Видимо, Арни их послал, как и Генрих. Наглым бандитам такой ответ не понравился. На следующий день подсудимые похитили смелого мужчину. Ему вкололи наркотики, пытаясь силой заставить человека подчиниться.

Супруга забила тревогу на следующий день, написав заявление в полицию. Мы опросили многих. Вероятно, его выкрали в том же проулке. Наши сотрудники пришли к такому выводу, проследив обычный путь Арни до дома. Он отсутствовал два дня.

Арни вернулся домой в ужасном состоянии, успел сказать жене:

— Вызови медицинскую помощь. Мне делали уколы, похоже передозировка наркоты.

Увы, врачам не удалось спасти Арни.

Его обследовали наши медики и пришли к заключению, что Арни никогда прежде не использовал наркотики, хотя его мучители пытались создать такое мнение.

— Почему вы обвиняете Ивера Келда и Лоритца Мадса?

— Мы тщательно изучили видео с камер на перпендикулярной улице. Среди машин, въезжающих в проулок обнаружили легковушку с затемненными стеклами и замазанными номерами. Исследовали ее путь до окраины. Отыскали автомобиль в гараже краденых иномарок. На одной из невидимых камер лицо Ивера видно полностью.

Подробный ролик предоставлю присяжным в совещательной комнате. Пока посмотрите усеченный вариант: легковушка въехала в проулок вслед за шагающим Арни, выехала оттуда через пятнадцать минут. Арни не вышел на улицу, исчез бесследно. На следующем отрывке видна машина с нетерпеливым Ивером под светофором с невидимой камерой. Обратите внимание на дату и время.

Расскажу еще об одном чудовищном случае запугивания с целью заставить человека торговать наркотиками. Дени Стуф владелец кафе, прекрасный семьянин отказался от гадкого предложения стать наркоторговцем. Подсудимые, сидящие справа и слева от наркобарона, выкрали младшего сына Дени из детского сада. Воспользовавшись доверчивостью наивного четырехлетнего ребенка заманили в машину к Вику Нинину, отвезли далеко за город и бросили малыша в диком лесу. Что они с ним сделали в салоне авто на их совести. Впрочем, совести у этих недолюдей нет.

К поиску малыша подключились добровольцы на всех окраинах города. Нашему сотруднику удалось найти ребенка. Мальчик привязался к здоровяку и сейчас сидит с родителями в его машине. Признаюсь, мне страшно звать сюда самого маленького свидетеля преступлений банды. Как он выдержит присутствие похитителей в зале? Для взрослого человека подобная встреча — это огромный стресс. Хорошо, что мы смогли заслужить доверие Тима. Позову его к нам на несколько минут. Вы разрешите, ваша честь?

После кивка серьёзного судьи, полковник позвонил.

— Дрю, приведи семью.

Мальчика нес на руках полицейский, родители шли сзади.

— Дени, расскажите суду, что было после возвращения сына, — прокурор попросил отца ребенка, жестом пригласив к трибуне. Супруги встали на указанное место.

— Тим боялся всех, держался за юбку матери. Я испугался, что бандиты захотят повторить акцию устрашения или убить ребенка. Пришлось продать кафе. Мы потратили немало денег, но пока всё так же малыш боится посторонних людей. Он привязался к полицейским, полюбил их форму.

— Дядя Вилли! – радостно закричал ребенок бросившись к Виллоу Вропингу. — Когда поплывём к острову?

— Скоро. Сначала бандитов посадим в тюрьму.

— Этих, которые меня увезли в лес? – мальчик показал пальцем на подсудимых и спрятался за Виллоу. – Я их боюсь.

— Со мной никого не бойся.

— Я помню.

— Ты поплывешь с родителями на моей яхте, я к вам прилечу на вертолете. На корабле все дяди добрые.

— Ух ты, можно мне сесть на вертолет?

— Можно. Иди к Дрю.

Присутствующие в зале притихли, женщины вытирали слёзы. Дрю уносил ребенка под сочувствующими взглядами. Родители мальчика шли, опустив головы. Ганс открыл дверь и закрыл за ними.

— Вам удалось разжалобить публику. Это все потерпевшие? – скрипя зубами, поинтересовался адвокат.

— Эти потерпевшие отказались стать наркоторговцами. Других владельцев заметных заведений вашим подзащитным удалось запугать. Телохранители Вика Нинина входили в их заведения и показывали владельцам три фотографии: повешенного Генриха, Тима в лесу, зарытого в грязные листья, и Анри с исколотыми руками.

— Негодяи! – невольно выкрикнул кто-то из женщин.

— Тишина в зале! – судья несильно стукнул молотком.

— Кто-то рискнёт признаться, что сбывал наркотики? – ядовито спросил адвокат.

— Да, теперь им некого бояться.

Нам удалось обнаружить список лиц, распространявших возбуждающие средства в своих заведениях по приказу прежнего наркобарона Лени Ли. Многие из них вынужденно подчинились новому наркодельцу. Некоторые владельцы престижных мест развлечения рассказали, что Вик Нинин часто появлялся вместе с Лени Ли. Когда прежний шеф исчез, Вик заявил им, что он выкупил у старика все дела.

Врал, конечно. Почему я так уверен? Наши соседи передали нам всю информацию об убитом Лени Ли. В документах есть описания мужчин, тащивших в лес таинственный груз. О них поведали свидетели – грибники. Когда им показали снимки телохранителей Вика Нинина, ни у кого из троих не возникло сомнения, что видели именно подсудимых. Посмотрите на ролик, полученный из невидимых камер слежения. Ивер с крашенными волосами, но прическа та же.

Первым из потерпевших приглашу Курта Кёлинга.

Сидевший во втором ряду мужчина крепкого телосложения в дорогом костюме встал и уверенной походкой прошел к трибуне.

— Потерпевший, представьтесь, – к нему обратился судья.

— Курт Кёлинг, владелец ресторана.

— Что поведаете суду?

— Двое телохранителей наркобарона подошли ко мне, когда я собирался сесть в свою машину. Сначала заговорил седовласый – предложил выгодное дельце: его слова, он их произнес с высокомерием. Темноволосый бандит разложил на крыше автомобиля три снимка: повешенный на люстре мужчина, ребенок в грязи и листьях и исколотая мужская рука со шприцем. Ухмыльнувшись, обронил: тогда придется выбирать. «Ладно, подумай, ответишь завтра, — прищурившись, усмехнулся седой». Можете меня назвать слабаком, но у меня трое детей. Я сдался. Не распространял наркотики. Платил наркобарону из своего кармана. Зелье сдал полиции.

— Где отдавали деньги?

— У любовницы. Там еще тот притон. Противно было входить в особняк. Стыдно, что дом расположен близ собора.

Все потерпевшие заняли два ряда в зале судебных заседаний. Сначала к трибуне выходили те, кого недавно заставили сбывать наркотики. Они рассказывали то же самое: брали свёртки с зельем, но отдавали деньги из своего кармана, зелье сдали полиции.

— Вы их обучили? – ехидно спросил адвокат, поклонившись присяжным, словно приглашая заседателей в свидетели.

— Есть же идиоты, которые платили мне из своего кармана, — пробормотал Вик Нинин, — подсудимые недоуменно переглядывались.

— Да, не все люди законченные негодяи как вы, — им ответил полковник, и продолжил: — Банда применяла к каждому пострадавшему ту же тактику запугивания, обещая в случае отказа сделать с непокорным то же что и с Генрихом, Арни или Дени. Думаю, на нашу просьбу явиться в полицию с полученными наркотиками откликнусь все. Мы надеемся положить конец безнаказанности наркодельцов.

Те, кто стал торговцем еще при Лени Ли, не видели снимков с Генрихом, Арни и Дени. Запуганные прежним наркодельцом, они распространяли наркотики.

— Кого еще вы посадите на скамью подсудимых? – к концу заседания уточнил адвокат, не ведая, как выкрутиться из создавшейся ситуации.

— Охрану Лени Ли. Вик Нинин заплатил некоторым из них, чтобы не мешали Иверу и Лоритцу схватить шефа. Кто не согласился, тех отключили с помощью напитка со снотворным. Охранники проснулись, когда дом ограбили и хозяина увезли. Этим людям предъявим обвинения по запугиванию владельцев заведений. Телохранители, согласившиеся сотрудничать с новым наркобароном, замечены и в других делах банды. Деятельность каждого человека рассмотрим подробно. Присяжные решат какую меру пресечения им назначить.

Обвинитель сделал паузу и обратился к судье:

— Ваша честь, разрешите объявить о фонде для пострадавших от наркобаронов?

— Да, полковник, это важная информация для наших граждан.

Виллоу Вропинг повернулся к залу, стараясь смотреть в камеру телевидения.

— Уважаемые граждане страны, богатства, конфискованные у наркодельцов, по приказу президента переданы в созданный им фонд помощи потерпевшим от наркодельцов. В новостях на экране телевизора вы увидите адрес офиса и его телефоны. В данный момент идет монтаж компьютеров.

Наши сотрудники начнут принимать людей завтра. Специалисты полицейского участка перенесут имеющуюся информацию в ноутбуки службы. Некоторым пострадавшим будет выплачена вся украденные сбережения. Вдовам и сиротам дадут некую сумму и ежемесячно они станут получать пособие. Мы не делим семьи на прошлых и нынешних потерпевших. Желательно, каждому явиться в офис, но надеемся, что не все хлынут к нам сразу. Контора не дает денег, но выдаст карту, по которой человек сможет получить наличность или перевести ее на иной счет. Пособие детям будут перечислены матери или опекуну.

Глава 15. Неудавшаяся подлость

На темном бархатном небе сияли яркие звезды разных цветов и величин. Время от времени, словно сговорившись, небесные тела осыпались с небосвода.

Полковнику Виллоу удалось освободиться от дел лишь поздно вечером. Он тихо въехал в свой гараж, запер всё, и позвонил управляющему островом.

— Герхард, как дела?

— Прекрасно, господин барон! Все смотрим заседания суда. Островитяне от души смеялись над словом: «рабовладелец», — весело откликнулся управляющий.

— Как ведет себя юнец?

— Работает и смотрит на бригадира с открытым ртом — ловит каждое слово, старается ему угодить, ходит за ним, как преданная собачонка. Парень понял, что Лео спас его от пули бандита.

***

Утренний сон оказался тревожным. Дневной свет залил просторные комнаты особняка.

Виллоу разбудил солнечный луч, просочившейся сквозь щели между занавесками. Он старался сохранить спальню в прежнем виде, как при супруге. Комната была и осталась белой: мебель и стены, никаких излишеств.

«Хорошо спать одному, но порой не хватает женских ласк. Прости мне подобные мысли, Леония. Макс ночует у своей подружки. Надеюсь, у них любовь. Что-то непонятное приснилось. Предупреждение любимой?», — он потянулся и бодро встал.

Закончив утренние процедуры, позавтракал, снял пижаму, и надел форму.

«Заеду к отцу, успею вернуться к началу заседания».

Вропинг старший любил определенный сорт сыра и чёрные булочки. Зная слабости родителя, Виллоу вчера успел купить продукты. Захватив пакет с вкусностями, хозяин прошел в гараж.

На улице дежурил Дрю. Несмотря на протесты зам.министра внутренних дел, сотрудники участка следили за передвижением шефа. Парни сомневались, что задержали всех бандитов, связанных с наркобароном.

Утренняя трасса пустовала, водитель мог развить предельную скорость. Повернув на проселочную дорогу, Виллоу неслышно подъехал к поместью. Дворецкий открыл глухие железные ворота, барон въехал в просторный двор и остановился возле великолепного серого двухэтажного особняка с современными темными стеклами в двустворчатых окнах.

— Доброго дня, господин! Ваш батюшка сидит на берегу, — доложил седовласый, высокий, худощавый старик в униформе. – С ним вышел ваш гость.

Отдав пакет дворецкому, Виллоу направился к озеру по тропинке из плит мимо зеленой ухоженной лужайки с молодыми ёлками. Звякнул телефон, он достал аппарат из поясного чехла.

— Слушаю, Ганс.

— За вами следовала машина с помощниками адвоката. Они остановились, не доезжая до деревни. Будьте осторожны.

— Не приближайся к ним, запусти муху, не отключайся, — барон надел наушники, телефон положил в карман формы.

Невидимый дрон полицейские называли мухой.

Виллоу подошел к старцу, сидящему с удочкой у воды. Парень, которому что-то в ухо говорил старший Вропинг, вскочил с места.

— Здравствуй, отец! – сын поцеловал старика в щеку.

— Здравствуй, Вилли! С чем приехал?

— Соскучился. Привез тебе вкусности. Как себя чувствуешь?

— Общаясь с Гамлетом, молодею.

— Барон Вильгельм интересный собеседник. У вас прекрасная библиотека, — смущаясь, пробормотал высокий худой парень с грустными серыми глазами на бледном лице с тонкими чертами. Он с удочкой отошел от хозяев поместья.

***

На пути, ведущем к селу, в иномарке с затемненными стеклами сидели двое мужчин. Пассажир в сером костюме вышел с каким-то предметом в левой руке, и двинулся к ограде вокруг особняка. Достигнув забора, внимательно посмотрел по сторонам.

— Чего надо, дяденька? – возле него появился мальчишка.

Незнакомец оглядел пацана невысокого роста лет восьми на вид. Оправился от неожиданной встречи и решил использовать ее в свою пользу:

— Хочешь заработать?

— Деньги все любят, — озорно сверкнул глазами малец, и деловито поинтересовался: – Много дашь? Что нужно сделать?

*

— Мужчина возле вашей ограды пытается подкупить ребенка. У него в руке взрывчатое устройство, — доложил Ганс.

Полковник побежал к дому. Дворецкий вышел ему навстречу.

— Там мальчик..., — начал барон.

— Мой внук Роман, господин.

*

Незнакомец полез в карман, достал кипу банкнот, рассмотрел, положил обратно, из середины на ощупь вынул крупную купюру и протянул пацану:

— Тебе проще, ты мелкий. Хочу подслушать важный разговор. Эту штуковину закрепи под машиной, — мужчина протянул устройство. Роман не спешил забирать вещицу. – Выполнишь просьбу, подойдешь к нам и получишь такую же бумажку.

— К вам куда? Что смогу купить на эту бумажку?

— Тут недалеко стоит машина. Купишь любую игрушку или много конфет.

— А компьютер?

— Компьютер дорогое удовольствие.

— Выполню просьбу, если удвоите сумму.

Незнакомец нахмурился, но протянул мальчишке еще одну купюру.

— Обманете, дайте сразу всю сумму! – потребовал бойкий малый.

— Нахал, — зло сверкнул глазами незнакомец.

— Не хотите, как хотите, пачкайте свой костюм, — Роман толкнул калитку и вбежал во двор.

Незнакомец бросился следом. Перед ним возник полковник Виллоу.

— Что вам надо?

— Э.э.э, — замялся мужчина, — пацан украл мои деньги.

— Пройдем в дом, посмотрим запись камеры видео наблюдения. Если вы правы, мальчика накажем. Много у вас украл?

— Сотню, — незнакомец запихивал в карман устройство.

— Что у вас в левой руке? – полковник направил на гостя оружие. – Ступайте по тропинке. Уверен, это не ваша игра. Зачем вам неприятности?

Незнакомец подчинился.

*

Водитель иномарки вышел посмотреть, чем занят пассажир. Чугунную ограду обвивало вьющееся растение. Он не смог разглядеть действие, происходящее во дворе.

Внезапно на дороге появилась полицейская машина и остановилась у ограды. Из нее вышел Дрю и обратился к незнакомцу:

— Вы к Вилли?

— Я хотел спросить: кто живет в особняке? — растерялся водитель иномарки.

— Предъявите документы.

— Они в машине, — мужчина отступал, раздумывая над возникшей ситуацией.

— Не мучай человека, Дрю, арестуй, — велел Ганс, выходя из второй полицейской машины, неожиданно преградившей путь.

— Но за что? – водитель иномарки остановился, растерянно глядя на крупных полицейских. Не считая себя мелким, возле стражей порядка выглядел подростком.

Ганс знал, что Виллоу увел первого незнакомца к пустырю – следил за ними по смартфону.

«Устройство оставили, можешь взрывать, — услышал в наушниках приказ».

— Что в вашем кармане? – Дрю застегнул наручники на запястьях незнакомца.

Крис дубинкой поднял руки задержанного вверх.

Из кармана брюк незнакомца Ганс вынул коробочку с кнопкой и нажал.

Мощный взрыв потряс окрестности.

— Вы собирались взорвать особняк или машину Вилли? – словно ничего не случилось, поинтересовался Ганс.

***

Виллоу и незваный гость нагнулись и отвернулись от облака пыли, взметнувшегося ввысь. Полковник схватил и крепко держал незнакомца за руку.

Когда пыль улеглась, хозяин поместья повернул гостя лицом к себе, и недоверчиво спросил:

— У вас мальчик украл деньги?

После кивка мужчины барон позвал:

– Роман, иди к нам, не прячься.

Мальчишка выглянул из-за дерева, подбежал к хозяину поместья и протянул банкноты.

— Чужое брать нельзя. Отдай их владельцу.

Незнакомец дрожащей рукой запихал купюры в карман. Через минуту Виллоу застегнул наручники на его запястьях.

— Роман, за смекалку и помощь мне, я должен купить тебе подарок, вечером получишь компьютер, — обещал барон.

— Ура! – малец от радости запрыгал на месте.

***

В спальне особняка лорда Гилдероя супруги Джон и Вероника успели проснуться. Он любовался женой, отметив про себя, что любимая девушка стала красавицей. Она с удовольствием разглядывала обстановку – дорогую мебель, картину, висевшую на противоположной стене. Поле с яркими цветами – ромашками и васильками, звало на прогулку.

Сильный взрыв подбросил обоих на широкой постели.

— Ты испугалась, любимая? – Джон смотрел на Веронику озабоченно.

— Чуть-чуть. Посмотри что случилось.

Джон подошел к окну и по-привычке сфотографировал. Увеличив изображение поднес к супруге.

— Похоже, полковник Виллоу задержал кого-то с взрывчаткой и обезвредил опасный подарок.

— Я подозревала, что близость особняка блюстителя порядка принесет нам некие неприятные сюрпризы.

В дверь тихо постучали и вошел лорд Роберт.

— Как вы? Дочка, сильно испугалась? — отец подошел к окну.

— Немного, мы оба подпрыгнули от неожиданности.

В спальню вплыла горничная с подносом. Как всегда, в темно-синем платье и белом переднике, она улыбнулась.

— Выпей воду, родная, — Джон взял с подноса стакан и протянул Веронике.

— Пожалуй, спущусь к дяде Вильгельму, — решил Роберт.

***

Требовательно зазвонил телефон в кармане пиджака задержанного водителя иномарки. Дрю аккуратно достал аппарат.

— Да, — лениво ответил на звонок.

— Как дела? Доложи, — велел жесткий голос.

— Нормально. Взорвали, — подражая задержанному, простонал насмешник.

— Заедешь за гонораром, — телефон отключился.

— Поехали за гонораром, — задержанному весело велел Дрю. — Едем к дому?

— К зданию суда, — испуганно пробормотал водитель иномарки.

*

Виллоу и пассажир иномарки в наручниках прошли мимо удивленных Вильгельма и Гамлета, стоявших на берегу озера. На губах отца застыл вопрос, но он промолчал, понимая, что не стоит мешать сыну при исполнении служебных обязанностей.

— Увидите в новостях, — бросил им Виллоу, направляя задержанного к тропинке, ведущей к особняку.

Полковник и незваный гость подошли к калитке забора, огораживающего особняк. К ним подбежал дворецкий с щеткой. Мужчины остановились, позволив старику отряхнуть с них пыль.

— Спасибо! – барон поблагодарил сообразительного слугу и толкнул гостя на дорогу.

— Увезите террористов-неудачников к зданию суда. Заведите в комнату ожиданий, — шеф велел подчиненным.

Посадив задержанных в полицейские машины, Крис забрал у водителя ключ иномарки. Три автомобиля отъехали от поместья.

Полковник вложил оружие в кобуру и позвонил компьютерщику.

— Эрик, собери из случившегося видеоролик для суда.

— Уже вырезаю куски.

***

Полиция подъехала к площади перед судом. Стражи порядка вывели задержанных, и, освобождая проход сквозь толпу, направились к зданию.

— Привезли еще двоих, — громко объявил человек из толпы.

— Сколько бандитов развелось, боже спаси! – воскликнула женщина.

Арестованные шли, низко опустив головы, надеясь, что их не узнают.

Площадь заполнил народ. Виллоу торопился, через полчаса припарковался возле суда. Его узнавали и начали рукоплескать. Толпа расступалась. Кивая людям, полковник влетел в здание. Звякнул телефон, принимая ролик.

В переполненный зал заседаний ввели обвиняемых. Они не спешили садиться, переглядывались, искали глазами адвоката. Янус Локот обошел все помещения и увидел помощников в наручниках в комнате ожидания.

— Почему задержали этих людей? – растерянно обратился к Гансу.

— Полковник объяснит в зале. Вероятно, покажет видео.

Оглушительно зазвенел звонок, призывая всех сторон судебного процесса занять положенные места. Адвокат поспешил в зал.

Когда стороны обвинения и защиты, присяжные и судья сели, судебное заседание продолжилось.

Виллоу Вропинг вышел к трибуне:

— Ваша честь, позвольте показать ролик, снятый не более получаса назад.

Судья кивнул, удивленно посмотрел на прокурора. Тот пожал плечами и отрицательно качнул головой.

Экран включился. Присутствующие увидели, как Виллоу припарковался близ особняка. Следовавшая за ним иномарка проехала по дороге и остановилась. Пассажир с предметом в левой руке вышел и направился к ограде. К нему подбежал мальчик. Человек протянул мальцу две купюры. Пацан вбежал в калитку, за ним последовал незнакомец. Появился полковник с оружием. Мужчины направились к пустырю. Пассажир иномарки оставил предмет на земле. Оба отошли к лесу. Водитель иномарки направился к ограде. Подъехали две полицейские машины, арестовали водителя. Раздался взрыв. Верх взметнулся высокий столб пыли. Виллоу крепко держал чужака за запястье.

— Ах! – заволновался зал.

— Вам знакомы эти люди, полковник? Они хотели взорвать вашу машину или особняк? – уточнил судья.

— Они помощники адвоката. Спросим у них, — полковник позвонил.

Ганс ввел в зал пассажира иномарки.

— Представьтесь! – велел судья, когда красный от напряжения мужчина подошел к трибуне.

— Волдо Даниель, — задержанный закашлял, отпил воды из стакана на трибуне.

— Чем занимаетесь?

— Помощник адвоката Януса Локота.

— Что вы делали у особняка Вропингов?

— Должен был подложить взрывное устройство близ автомобиля, чтобы полковник опоздал на заседание.

Адвокат смотрел в пол и скрипел зубами.

— Мы видели какой мощности был взрыв – мог уничтожить автомобиль и снести часть здания. Что велели мальчику?

— Дал ему денег, чтобы он оставил устройство вместо меня. Пацан обманул и убежал, забрав мои банкноты.

Зал облегченно рассмеялся.

— Молодец, ребенок! – раздались аплодисменты.

— Тишина в зале! – улыбающийся судья тихо стукнул молотком.

— Вы выполняли задание адвоката? – судья обратился к задержанному.

— Протестую! — Янус Локот вскочил с места.

— Протест отклонен. Ответьте на вопрос, Волдо.

— Да. Мне с полковником делить нечего.

Янус сел на место, его щека дергалась.

Виллоу Вропинг вызвал водителя иномарки. Мужчина рассказал то же самое, что и напарник.

— Слова полковника о преступных наклонностях оказались пророческими, — насмешливо произнес прокурор, глядя на адвоката.

— Я напишу заявление в полицию, — обещал обвинитель.

Янус Локот сидел, пытаясь ладонями остановить дрожь в ногах.

— Мы выслушали следователя, свидетелей и потерпевших. Предоставим слово защите, — судья обратился к Янусу Локоту.

Адвокат медленно поднялся и произнес заикаясь:

— После просмотра видео и нависшего надо мной уголовного дела мне трудно говорить. К сожалению, все выступающие ругали обвиняемых. Возможно, моим подзащитным выпало трудное детство в бедности. Они выбрали не лучший, вернее, худший путь к богатству.

Зал зашумел в негодовании.

Судья призвал присутствующих к тишине, и обратился к обвиняемым:

— Подсудимые, вам есть что сказать в своё оправдание?

С каменными лицами все трое отказались выступить в свою защиту, бросая сердитые взгляды на Януса Локота, без сил упавшего на своё место.

*

Оставив присяжных в совещательной комнате, остальные участники судебного процесса разошлись. Обвиняемых увезли в тюрьму, задержанных повезли в участок. Адвокат вышел из здания, когда зал и площадь опустели.

Солнце постепенно склонялось к западу, отражаясь в окнах трехэтажного здания с яркими рекламами.

Виллоу Вропинг подъехал к крупному торговому центру, бодро взбежал по лестнице, и исчез за вертящейся дверью. Его интересовал отдел техники.

— Мне необходим ноутбук, — он обратился к менеджеру.

Получив коробку, двинулся к кассе.

Покупатели узнали полковника и рукоплескали. Появился владелец магазина.

Когда Виллоу пытался заплатить, владелец отодвинул его руку:

— Вы спасаете нас от бандитов. Мы вам многое должны. Для кого подарок?

— Обещал спасшему меня мальчику, — улыбнулся барон.

Кто-то протянул пакет. Туда посыпались шоколадки и игрушки.

— Передадите герою дня, — доносилось ото всюду.

Через час в гостиной поместья Вропингов Роман в окружении деда, родителей, хозяев и Гамлета, уплетал конфету, разворачивая упаковку ноутбука.

— Оставь компьютер здесь. Завтра с тобой займемся, — предложил Гамлет.

— Сладости будешь кушать сам или поделишься с друзьями? – поинтересовались родители.

— Идем домой, соберу мальчишек, покушаем сладости и разберем игрушки, — деловито решил Роман.

В гостиной появилась семья лорда Гилдероя. Располевшая Вероника с округлившимся животом шла, переваливаясь с ноги на ногу. Джон шагал рядом, держа ее под руку.

— Подарок от нас герою дня, — Вероника протянула Роману большую коробку.

— Открыть? – мальчик вопросительно посмотрел на родителей.

Они кивнули, ребенок развязал бант, разорвал бумагу, открыл подарок.

— Ух ты, радиоуправляемый вертолет.

***

Наступила безоблачная ночь, небосвод покрыли яркие светила. Окраины притихли, центр города сверкал огнями реклам, зовущих в ночные клубы и рестораны. В тихих переулках светили бледные фонари.

Виллоу вернулся к себе около полуночи и позвонил управляющему островом:

— Герхард, как дела?

— Отлично, барон. Все рады за вас. Я горжусь тем, что мальчик мой односельчанин.

— Хочу построить жильё для тех вольных, кто остаётся на острове. Вели сделать пирс и подведи свет. Как выпадет время соберу строителей, куплю материалы и привезу всё на барже.

— Где хотите строить жильё?

— Пристроим к особняку – сэкономим стену.

— Привезите избранниц охранников.

— Непременно. Вероятно, привезу не двоих, а больше девушек, но после окончания строительства.

Глава 16. Неожиданная встреча

Солнце осветило верхушки елей, окружающих большой двор. Запели птицы, залаял пес, вдали замычала корова.

Джон и Вероника проснулись в поместье Роберта.

— Чувствуется близость деревни, — сонно пробормотала Вероника. – Как здесь спокойно, особенно после той нашей беготни, — она рассмеялась.

— Хорошо, что хорошо кончается, — согласился Джон.

Кто-то тихо постучался.

Джон вскочил, открыл дверь.

В комнату вошел лорд, за ним вплыла горничная с подносом.

Вероника села, взяла стакан с водой.

— Как спалось, дочка? – поинтересовался отец.

— Спасибо, папа!

— Подожду вас в гостиной, — лорд вышел, закрыв дверь.

— У отца появился утренний ритуал, — дочь тихо засмеялась.

— Он наслаждается каждой минутой твоего присутствия, — улыбнулся муж.

После завтрака супруги и лорд Роберт расположились в уютных креслах.

— Папа, расскажи нам о Луисе. Мне кажется, вы ровесники. Как он появился в вашем доме? Почему ты относишься к нему как к другу, а он подчеркивает, что слуга?

— Луис обещал привезти Луизу, — напомнил отец.

— После полудня.

— Ладно, пока их нет, расскажу.

Улыбнувшись мыслям, Роберт начал рассказывать.

*

В те годы мы жили на окраине. Наша семья занималась благотворительностью, поэтому мой отец всегда ходил пешком по городу, был внимателен к прохожим: не нуждается ли кто-то в помощи.

Однажды он увидел на улице мальчонку в изодранной одежде. Тот сидел на земле и горько плакал.

— Ты голоден? – лорд Гилдерой спросил участливо.

Малыш всхлипнул, посмотрел на богато одетого человека большими глазами и кивнул. Спаситель взял его за руку и привел в ближайшую булочную. Там хорошо знали благотворителя. Служанка владельца принесла стул и посадила дитя, продавщица протянула ему булочку. Он стал жадно есть.

— Не торопись, подавишься, — подсказал лорд.

Малец послушался — стал есть медленнее. Рядом с ним появился столик со стаканом чая и кресло для господина.

Как только булка была съедена, изголодавшемуся едоку дали пирожок с мясом. Ребенок старательно пережевывал пищу, запивая чаем.

Благотворитель разглядывал худое, измученное тельце бедняги, и размышлял, что с ним делать. Он мог отвести малыша в приют, но почему-то не хотел с ним расставаться.

Лорд привел мальчика в особняк. Велел кухарке искупать найдёныша, нашел ему одежду.

После купания ребенок уснул, видимо, от усталости. Отец взял его на руки, принес в мою комнату, уложил на кровать.

— Ой, кто это? – я обрадовался спящему гостю.

— Тише. Принес тебе товарища. Он станет твоим братом.

Найдёныш встрепенулся и встал на ноги, поклонился спасителю, затем мне:

— Буду вашим слугой. Позвольте представиться: меня зовут Луис. Вы спасли мне жизнь, милорд. Мой долг служить вам и вашему сыну до конца моих дней.

Мы рассмеялись по-доброму: ребенок произнес слова признательности, как взрослый, начитанный человек. Луис улыбнулся.

— Сколько тебе лет?

— Я сбежал из дома, когда мне исполнилось пять.

— Как долго ты скитался?

— Наверно, полгода.

— Расскажи о себе, — попросил отец.

— Не спрашивайте, умоляю, — Луис заплакал.

— Успокойся, вытри слёзы, — спаситель протянул носовой платок. — Не хочешь рассказывать, не надо.

Слуга внес маленькую кроватку, служанка постелила постель.

— Ложись, поспи, — отец велел Луису.

Найдёныш испугался, отрицательно покачал головой.

— Слуга не может спать в комнате господина.

— Глупости. Роберту будет спокойнее, если ты будешь рядом.

— Конечно, — я кивнул ободряюще.

Луис просыпался чуть свет, терпеливо ждал моего пробуждения, помогал мне одеваться и раздеваться, играл со мной, вслух читал сказки, восхищаясь книжными иллюстрациями.

Однажды к нам пришли супруги. Мы играли в гостиной. Увидев их, Луис напрягся.

Отец сразу почувствовал его смятение, и велел нам:

— Мальчики, ступайте в свою спальню.

Мы поднялись и побежали к двери.

— Какие милые дети, — услышали вслед слова леди.

Супруги пришли с просьбой о помощи от какой-то организации, наверное, поэтому одели строгую темно серую одежду. Отец вышел из гостиной, вернулся с деньгами. Не успел зайти в комнату, услышал их разговор между собой. Хозяин дома остановился и прислушался.

— Таким мог быть наш сын, — сказал муж.

— Не вспоминай о нем. Я всем говорю: «Он умер, мы его похоронили». Лучше считать сына мёртвым, чем бродягой, — высокомерно ответила жена.

Когда гости ушли, отец поднялся к нам.

— Ты должен рассказать о себе, — строго велел Луису.

— Они мои родители, не отдавайте меня им, — малыш заплакал.

— Не переживай, я тебя никому не отдам. Людям не интересно, кто ты. Любопытным скажу: Луис внук кухарки. Расскажи мне правду.

Найдёныш тяжело вздохнул, стал рассказывать.

**

— Меня били за любую провинность — не то сказал, не так оделся, не правильно ответил слуге или гостю. Однажды я не выдержал унижения, после порки сбежал, в чем был, в лес. Там столкнулся с хорошим человеком. Ойле назвал себя сказочником и странником, рассказывал разные истории о зверюшках, веткой рисовал на песке, учил выживать на природе. Он меня предупредил:

— Если меня арестуют, спрячься и убегай. Закон запрещает бродяжничать — взрослых сажают в тюрьму, детей отдают в приют.

Не прошло семи дней, моего друга арестовали, я сбежал. Без Ойле стало трудно, я голодал. Случайно оказался вблизи от дома. Может, меня ноги привели туда или я ходил кругами. Увидев мать, спрятался за сараем. К ней подошел кузнец:

— Госпожа, ваш сын вернулся?

— Не напоминай о нем! Для нас он умер, — она смотрела сердито.

**

— Милорд, вы спасли мне жизнь. Такое забыть невозможно, — Луис произнес серьёзно.

— Ты рассуждаешь, как взрослый человек, — удивился спаситель.

— Я прочитал много книг. У отца огромная библиотека. Он хотел, чтобы я поступил в университет.

— У тебя не было игрушек?

— Папа говорил: игрушки созданы для бездельников.

**

С тех пор Луис живет с нами. Прилежно учился со мной, сидя дома. Помогал мне делать уроки. Когда я предложил ему сдать экзамены, получить диплом юриста, Луис изумился:

— Зачем мне диплом?

— Станешь работать, много зарабатывать.

— Я вам мешаю? – он растерялся. – Тогда я уйду.

— Куда уйдешь? Ты нам не мешаешь, помогаешь во всём.

— Больше не заводите подобных разговоров.

*

С восемнадцати лет Луис служит у нас дворецким. Я считаю его другом, часто прошу совета.

— Папа, вы жили в другом особняке? Как же поместье? – поразилась дочь.

— Наши деды: Гилдерой и Вропинг, решили переехать в столицу. У барона не хватило денег приобрести дом, потому что все свои средства вложил в дело. Кажется, через четыре года, не знаю точно, мы вернулись в поместье, папа продал жильё. Свободную наличность вложил в совместное предприятие с другом. Вскоре им удалось разбогатеть, они купили соседние участки в городе. Там не спеша построили известные вам особняки.

Во дворе остановился автомобиль.

— Видимо, Луис и Луиза приехали, — предположила Вероника.

Волоча чемодан, появился водитель. За ним шли располневшая, радостная Луиза и серьёзный Луис.

— Дай тебя поцелую, — Вероника встала, обняла Луизу.

— Доброго дня, милорд, — дворецкий приветствовал господина, приветливо кивнул супругам.

Слуга подошел к водителю и взял чемодан.

— Луиза, мы приготовили вам комнату на первом этаже, устраивайтесь. Я засиделась. Джон, прогуляемся по двору, — Вероника направилась к двери.

Супруги медленно прошлись по просторному двору мимо беседки с креслами, гуляли по тропинке вдоль зеленой лужайки с елями, подошли к калитке. За ней обнаружили измученного старика в поношенной одежде.

— Леди, дайте кусок хлеба, — на нее с надеждой глядели усталые глаза.

— Заходите, дедушка, Джон принесет еду, — она распахнула калитку.

Джон вернулся с пищей, обернутой салфеткой, протянул бродяге.

Луис вышел во двор, долго смотрел на странника, бережно держащего булку с мясом, жующего с удовольствием, неторопливо, и радостно воскликнул:

— Ойле – добрый друг!

— Кто ты? Откуда меня знаешь? – поразился бродяга.

— Ты спас меня, когда я был ребенком. Меня зовут...

— Луис, у меня неплохая память, — улыбнулся странник. – Ты вырос и возмужал.

Во дворе появился владелец поместья.

— Луис, отведи сказочника в свою комнату, искупай.

— Вы знаете обо мне? – старик перестал жевать, и смотрел на высокого господина удивленно.

— Ступайте с Луисом. После поговорим, — улыбнулся лорд.

— Славно, что Ойле подошел к калитке. Джон, прогуляемся к озеру, — попросила Вероника.

Через час семья и гость собрались в гостиной к ужину. Ойле пришел в одежде Луиса, великоватой для него, хотя дворецкий закатал рукава и штанины. Кудрявые светлые волосы странник зачесал назад. Из-под лохматых бровей весело смотрели синие глаза. Старик преобразился, оказался моложе, чем о нем думали.

Кухарка накрывала на стол, появился барон Виллоу.

— Луис приехал с Луизой, — заметил сосед, усаживаясь в конце стола. — У вас гость?

— Барон Вропинг, к нам пожаловал Ойле, — пояснил Луис.

— Помню-помню: сказочник-странник.

— Вы знаете обо мне? — изумился гость.

— Барон — полковник и зам.министра внутренних дел. Ему положено знать обо всех, — шутливо добавил владелец поместья.

— Мне пора, — Ойле поднялся.

— О, нет! Теперь вы будете жить с нами, — возразил хозяин дома. – Мы ожидаем пополнение. Вы будете рассказывать деткам сказки.

— Небольшая плата за крышу над головой и вкусную еду, — Ойле сел на место.

— Перестаньте переживать. Закон о бродяжничестве принят давно. Вы ведь из тюрьмы вышли, благодаря этому указу, — вставил полковник. – Запишите ваши данные, я сделаю вам паспорт. Воспользуюсь служебным положением.

— Зачем? – странник не на шутку перепугался.

— В жизни всякое случается. Документ не будет лишним.

— Заставите жить в богадельне? – тихо спросил бродяга.

— Нет. Как вы могли такое подумать? Вы спасли Луиса – замечательного мальчика ставшего прекрасным человеком. Я займу очередь на сказочника. Надеюсь, сын жениться и порадует стариков внуками.

— Где я буду жить? – прошептал Ойле.

— Завтра поедем в город. Несколько дней поживем в особняке, — предложил Луис.

— Погуляем по улицам?

— Непременно, — Луис подмигнул компании.

— Можно я здесь посплю?

— Нет, будешь спать в той маленькой комнате – это гостевая.

— Ладно, — обреченно согласился странник.

— Луис, почему торопишься? Можете пожить в поместье. Места достаточно, — поразился лорд.

— Я договорился с художником. Он разрисует детскую комнату.

— Ух, ты! Как интересно! – восхитился Ойле. — Поеду с тобой, Луис, непременно. Всегда мечтал встретиться с настоящим мастером.

Компания заулыбалась.

— Предлагаю всем подышать свежим воздухом, — Вероника поднялась с места.

*

Ойле спал спокойно, словно младенец. Проснулся ранним утром, и с интересом разглядывал комнату: две кровати и тумбы между ними, уютные небольшие кресла и высокий гардероб. Вся мебель белого цвета.

— Мне впервые в жизни повезло. Добро, брошенное в воду, вернулось ко мне через тридцать пять лет. Не помню, когда спал в теплой чистой постели, ел в приятной компании за столом в богатой гостиной. Пожалуй, Луису повезло встретить хороших людей почти сразу, как расстался со мной. Спасибо, боже!

Луис вошел с поясом, помог другу одеться. Подпоясал широкую рубаху.

— После завтрака поедем в город, купим тебе одежду по размеру.

**

Погуляв немного по центральным улицам столицы, бывшие бродяги вошли в большой торговый центр. Купили вещи для странника. Когда Ойле и Луис ходили по отделам, сказочник признался:

— Давно не был в городе. В магазин меня не впускали. Как красиво внутри! Один долго гулял бы по этажам.

— Нам пора заняться делами. Я служу дворецким. У меня есть обязанности. Детскую комнату отремонтировал. Покажу тебе, может, что-то посоветуешь. Купим краски и кисти.

— Мне тебе советовать?

— Ты красиво рисовал, я помню.

Мужчины вошли в отдел канцелярских товаров. От разнообразия образцов у Ойле разбежались глаза.

Луис купил самые дорогие кисти и краски.

**

Едва иномарка остановилась перед красивым чугунным забором, Ойле воскликнул от восхищения.

— Ах, какой дворец! Как тебе повезло, Луис!

— Да, я счастлив жить с лордом Робертом.

Охранники открыли ворота. Машина въехала во двор. Луис и Ойле вышли из салона. Дворецкий познакомил охрану с новым жильцом.

Странник ходил по особняку с открытым ртом.

— Где детская комната?

— Сначала поедим. Время обеда. Повар ждет нас на кухне, — возразил Луис.

После обильной трапезы Ойле разморило.

— Может, прогуляемся? – стараясь не опускать веки, неуверенно предложил Луису.

— Пройдемся вокруг особняка, рассмотришь территорию и займемся делом.

Словно ребенок, Ойле радовался зверюшкам из кустов, резной беседке, величественному особняку.

Луис показал новому жильцу весь дом. Вдвоем посидели в кинозале.

— Разрешишь мне что-нибудь порисовать новыми кистями? – сказочник задал мучивший его вопрос.

— Конечно, идем в детскую комнату.

Сначала нерешительно, но с каждым мазком всё более вдохновляясь, Ойле как на белом полотне рисовал зверей, деревья, родники и холмы. Луис принес широкий табурет, чтобы рука сказочника достала верхние части стен. Постепенно на самой длинной стороне пустого помещения поселились сюжеты сказок.

Стемнело. Дворецкий входил, выходил несколько раз, не решаясь прервать художника. Наконец, не выдержал и включил свет. Маленькая люстра зажглась, сказочные персонажи ожили на стене.

— Хватит на сегодня. Ойле, ты замечательный мастер. Приглашенный художник вряд ли нарисует лучше. Сейчас же вышлю снимок лорду Роберту.

— Снимок? – поразился сказочник.

Луис сфотографировал стену, отослал изображение. Затем показал кадр живописцу.

— Замечательная работа. Чудеса на цветном полотне. Все будут в восторге.

Словно подслушав Луиса, пришло сообщение от хозяина особняка.

— Ойле волшебник и непременно разрисует дом в поместье. Виллоу занял очередь — тоже хочет расписать стены.

Утром Ойле продолжил работу. За пять дней, сказочник разрисовал все свободные места на сторонах просторного помещения. Луис купил еще краски и кисти.

Приглашенный мастер пришел вечером, позвонил в дверь. Луис открыл.

— Прежде чем мы войдем в комнату, я должен извиниться перед вами, — поднимаясь по лестнице, дворецкий произнес смущаясь. – Дело в том, что неделю назад я случайно встретился с давним другом и пригласил к нам. Он художник, не удержался от соблазна раскрасить комнату. Заглянем в нее, вы увидите, что получилось в итоге его стараний.

— Волшебство! — мастер ходил по комнате, трогал стены. — Я могу найти вам работу. Восхищен вашим творением.

— У Ойле много заказов, — серьёзно сообщил Луис.

***

В поместье Роберта включили телевизор, перенесли на экран снимки, присланные Луисом.

— Талантливый человек, талантлив во всем, — заметил Виллоу. – Мне кажется, сказочник скрывает нечто неприятное в биографии. Возможно, он пережил такие же унижения, как Луис. В прошлом многие родители жестоко обращались со своими детьми, требуя от них неукоснительного подчинения.

— Я послал Луису сообщение о наших желаниях расписать стены особняков.

— Попрошу отца зайти к вам, посмотреть снимки.

— Я побегу к нему, — Джон вскочил с места.

— Дорогой, пойдем вместе, прогуляемся, — Вероника поднялась с кресла.

— Пусть и Гамлет придет, — добавил Виллоу.

— Приведем непременно.

Звякнул телефон Роберта.

— Пришло сообщение от Луиса: «Ойле решил расписать пол». На дереве получатся удачные рисунки. Забью пол квадратными плитами, уже их заказал.

Вероника и Джон вернулись с Вильгельмом и Гамлетом.

— Прекрасная работа. Где вы нашли талантливого художника? – разглядывая снимки, изумился барон Вропинг старший.

— Я тебе рассказывал о страннике, — напомнил Виллоу.

— Какое чудесное совпадение – он сам пришел к вам, Роберт.

Слуги накрывали на стол: разложили чашки и тарелки со столовыми приборами, принесли печеное и разные сладости, разлили чай.

После дружного чаепития Роберт обратился к Виллоу:

— Как обстоят дела в судебном процессе против банды наркобарона?

— Завтра судья огласит приговор. Присяжные вынесли вердикт, признали всех виновными. Они посмотрели много материала: снимков и документов, которые нельзя было показывать в прямом эфире телезрителям. Предполагаю, что троим главным подсудимым грозит пожизненное заключение с конфискацией имущества. У обоих убийц на счету по семь миллионов в международной валюте. Остальные помощники – охранники и телохранители бывшего и нынешнего наркодельца, получат от двух до пяти лет колонии строго режима. Замира Кандр просила меня о встрече. Она надеется, что я заберу ее на свой остров. Я ей отказал. Если суд решит отправить девицу на трудотерапию, это будет другой кусок суши — такой человек способен разрушить мир в любой компании.

— Она так красива?

— Дело не во внешности, а в характере.

*

Луис заметил свет в гостевой, куда поселил Ойле, тихо вошел, сел в кресло:

— Не спится, друг?

— Думаю о капризах судьбы. Как к тебе отнеслись другие члены семьи лорда?

— Мама Роберта тяжело болела, часто звала нас к себе, радовалась, что у сына появился друг. Она рано умерла. Больше никого из членов семьи я не застал.

— Я счастлив не меньше тебя, что подошел к калитке в ограде вокруг особняка лорда, но зачем барону нужны мои данные?

— Однажды в книгах лорда я нашел документ на моё имя. Задумался, зачем он его сделал? Не так давно случилась одна неприятная история. Благо она хорошо закончилась для всех обитателей дома. Мой документ пригодился в суде. Как-нибудь расскажу подробно.

— Как он узнал твою фамилию?

— Некоторое время спустя, как я попал к Гилдероям, пришли супруги, просили денег для какой-то организации. После их ухода пришлось признаться спасителю, что они мои родители. Видимо, лорд знал их и записал фамилию для Роберта. Дружище, что скрываешь о себе? Ты не мог совершить преступление. Что тебя беспокоит?

— Моё прошлое. Я родился в богатой семье, рано научился читать. Меня увлекли сказки. Мне исполнилось шестнадцать лет, когда дописал книгу: «Сказки загадочного леса». Украсил текст рисунками. Очень гордился собой, но не успел показать работу отцу и матери. Случилось несчастье: родители погибли в ужасной аварии. Надо мной взял опекунство дядя. Найдя мою книгу, разорвал ее в клочья: «Наша фамилия не может стоять на нелепых сказочках. Ты пойдешь учиться в военную гимназию или отправишься в духовную семинарию. Иначе катись на все четыре стороны». Так я стал бродягой без гроша в кармане.

— Ты не думал, что дядя всё подстроил, чтобы завладеть вашим имуществом?

— Какие чудовищные вещи ты говоришь.

— В мире много зла. Барон честный и добрый человек. Он разберется в любом запутанном деле не ради денег и славы. Верь мне и ему тоже.

Глава 17. Разоблачения

/замок, Шотландия/

Наступила глубокая бархатная ночь. Небосвод покрылся разноцветными мигающими огоньками.

Городской особняк лорда Гилдероя погрузился в сон. Гостевую комнату освещал бледный фонарь во дворе.

Ойле не спалось. После дня, насыщенного работой и новыми впечатлениями, странник не мог расслабиться, и размышлял над вчерашним разговором с Луисом.

«Придется вспомнить о возрасте. Мне столько лет, как я себя чувствую. Не так давно вдова барона восхищалась моим телом. Женщины всё ещё не могут пройти равнодушно мимо меня, конечно, если я чист и в нормальной одежде. Кухарка мне строила глазки, намекала понятно на что».

На полу появилась тонкая полоска света. Дверь отворилась и закрылась. В комнату проникла женщина в халате с пакетом в руке, который осторожно положила в кресло. Туда же скинув халат, осталась в ночной рубашке. Легко сбросив рубашку, нагая гостья шагнула к кровати.

«Гладкая белая кожа, как у мраморной статуи, — восхитился Ойле. – Кухарка красива».

— Подвинься, — она прильнула к нему всем телом, стала расстегивать его пижаму, так же ловко стянула с него штаны. Он смотрел на нее с удивлением.

Кухарка легла сверху, прошлась языком по шее. Покрывая его торс поцелуями, опускалась всё ниже. Сначала руками потом губами ласкала интимное место, подтянулась, заглянула в прикрытые глаза и решила, что ему приятно. Продолжила радовать мужчину. Когда его плоть стала большой, приподнялась и впустила внутрь себя...

— Как соскучилась по запаху мужской кожи! Согрею тебя своим теплом, —прошептала ему в ухо. – Не прогоняй меня. Скажи что-нибудь.

— Луис выбирает ароматные шампуни. Как тебя зовут?

— Лана. Здесь не так темно. Ты меня не узнал? В доме лишь две женщины: прачка и кухарка. Я готовлю для художника с любовью. Рассмотрела твои рисунки – красота! Ты не заметил моих пылких взглядов?

— Вкусно кормишь.

— Я принесла выпечку, которая пришлась тебе по вкусу.

Лана соскользнула с него. Взяла пакет из кресла. Достала и развернула сверток. Положила ему на живот. Перед ним лежали кексы.

— Откуси, — она ловко взяла один кекс и сунула ему в рот.

Он приподнялся на подушках. С удовольствием съел всю выпечку.

Она убрала бумагу в пакет.

— Порадуй меня, — жарко шепнула в ухо. – Поменяемся местами. Хочу почувствовать тяжесть твоего тела.

«Она хочет забеременеть? – пронеслась мысль. – Вряд ли, стара для подобного дела. Может, ошибаюсь? Какая разница? У меня ни кола, ни двора – позариться не на что. Впрочем, женщины непредсказуемы».

Утомленные страстной ночью оба уснули: он лежа на спине, она устроилась на нем.

Едва забрезжил свет, фонарь погас. Лана открыла глаза и тихо встала. Оделась, поцеловала партнера в губы:

— Спасибо!

Забрала пакет и вышла из комнаты.

Луис не спал – он страдал бессонницей. Посмотрел, что происходит в гостевой, видел нежный поцелуй.

«Оба довольны прожитой ночью. Как дела в поместье? Жаль, что в тот день не удалось зайти в кабинет, оставить камеру. Хотя ночью там нет никого, днем могут происходить интересные события. Надо признаться самому себе: я любопытен – нравится подглядывать за другими людьми. Пришлось оставить шпиона у Луизы, — он заглянул к ней. – Спит спокойно. К ней хорошо относится Вероника. Женская солидарность в действии».

*

Едва обитатели поместья Роберта Гилдероя позавтракали, к ним присоединился Виллоу Вропинг.

— Добрый день, Роберт. Давно мы с тобой не пили в кабинете.

Джон и Вероника вышли прогуляться. Друзья поднялись на второй этаж. Слуга принес им поднос с бокалами и закуску к крепкому напитку. Закрыл за собой дверь. Лорд запер комнату на ключ.

— Поговорим без свидетелей. Мне пить нельзя, придется сесть за руль, — барон влил напиток в бокал, ополоснул и перелил во второй. – Создадим иллюзию питья.

— Тебя что-то волнует?

— Вроде появилось свободное время. Отправь мне данные Луиса и Ойле, займусь их судьбами. Оба выходцы из богатых семей, но остались без гроша, кола и двора.

Роберт повозился в аппарате. Пикнул смартфон Виллоу, принимая информацию.

— Как дела на острове? – поинтересовался лорд.

— Вчера слетал на материк со строителем и каменщиком. На барже отправил их вместе с необходимыми стройматериалами к острову. Островитяне воодушевились и стали выдвигать идеи по обустройству временного места жительства. Вместе чертят план второй половины здания. Сегодня разгрузят баржу.

— Ты к нам прямо с самолета? – улыбнулся Роберт.

— Да, руки чешутся. Не могу сидеть без дела, хотя мне дали недельный отпуск.

— Всё что узнаешь, расскажешь только мне.

— Да, поэтому и этот разговор держи в секрете.

*

Неделя пролетела стремительно.

По просьбе Вероники Ойле расписал стену в ее спальне в столичном особняке. Все ночи Лана приходила к сказочнику. Они подружились и уже не прятали свои отношения.

— Дружище, будь осторожнее, Лана не простой человек, — Луис усмехался.

— У меня ничего нет. Зачем ей нищий? – Ойле недоуменно развел руками.

— Ты отлично рисуешь, заказчики ждут тебя, все работники лорда и барона об этом знают. Когда закончишь книгу, мы ее издадим. Вероятно, разбогатеешь.

— Смешны разговоры о богатстве. Ничего страшного не случится. Если она захочет денег, порадую красавицу.

— Женщин больше волнует замужество, не деньги. Она из таких особ.

— Я на жизнь смотрю проще, — Ойле беспечно махнул рукой. – Годы пролетели. Я стар.

— Я тоже так думал, скоро стану отцом.

— Так тебе всего лишь сорок. Я на семнадцать лет старше.

— Погоди, выходит, я восхищался двадцати двух летним парнем?

— Что ты думал обо мне?

— Считал тебя взрослым дядей.

— Ничего удивительного, дети считают стариками тех, кто старше их хоть на десять лет. Когда мы встретились, на мне потрепалась одежда, нам приходилось спать в поле, на траве или в лесу в дупле.

— Помню, одну ночь мы провели в сарае рядом с козами.

— Лишь однажды искупались в речке.

*

Министр внутренних дел новому заместителю выделил комнату в здании управления. Виллоу Вропинг взял в помощники Криса и Дрю.

По просьбе полковника многие сотрудники его участка занялись поисками информации о семьях Луиса и Ойле.

С Ойле всё оказалось проще. Его настоящее имя – Тони Гейнене, не оставило сомнений о происхождении. Архив министерства выдал только одну семью с подобной фамилией. Вне сомнения, в палате лордов до недавнего времени заседал дядя странника – Герберт Гейнене. Он владел особняком в городе и замком в глубинке.

Старший лорд Гейнене более века назад обосновался в провинции соседней с землей барона Вропинга. По сведениям полицейских бывший член парламента в столице отсутствовал.

Полдень минул, когда полковник добрался до сказочной, ухоженной чащи. Дорога плавно свернула под арку из ветвей раскидистых деревьев. Водитель невольно залюбовался живописной тропой и поехал медленно, чтобы ненароком не задавить зверька. Лес оказался большим, дорога длинной. Чащоба жила собственной жизнью: пели птицы, журчал ручей, рычал медведь. На пути появился олень с ветвистыми рогами.

Виллоу выехал из красочной тропы в лесу и очутился перед просторным полем. Очевидно, селяне вырастили и убрали пшеницу. В пятистах метрах на высоком холме высился сказочный замок.

«Теперь понятно почему Ойле вырос романтиком: окружающий пейзаж и сам замок выглядят фантастическими, словно переносят зрителя в сказку», — Виллоу остановил машину, сфотографировал восхитительный холм, поле, лес.

Из леса вышел седовласый селянин в прохудившейся одежде:

— Видали красавца оленя? Он опустил рога?

— Да. Что за примета?

— Сулит вам удачу. Моя помощь нужна?

— Любезный, кто построил замок?

— Покойные супруги Гейнене. Старый лорд оставил им большой дом, но единственный сын переделал строение в прекрасный замок.

— Единственный сын?

— Старый лорд усыновил мальчика, чтобы сыну не было скучно расти одному. К сожалению, супруги — владельцы имения, погибли в аварии. Их наследник стал сиротой. Дядя – тот приёмыш, взял опекунство над ним. Однажды юноша сбежал. Люди судачили, что новый хозяин выгнал паренька. Не выдавайте меня, иначе получу десять плетей. Я стар, порки не выдержу. За нами следят. Если решат, что вы долго стоите тут, мне попадет. Охранников не обмануть.

— Поблизости есть родник?

— Только в крепости.

— Вы помните того юношу – настоящего владельца замка?

— Да, он жив? – на лице селянина мелькнула радость. Виллоу кивнул. – Вы принесли хорошую новость – олень прав.

Барон завел мотор и поехал к крепости. Во внушительной стене вокруг волшебного особняка оказались глухие железные ворота. На правой стороне имелась высокая калитка.

Виллоу подошел к ограде, осмотрелся, нажал на звонок. Открылось окошко.

— Чего надо? – сердито спросил охранник.

— Скажите лорду Герберту, прибыл барон Вропинг.

Нежданный гость следил за сообщениями смартфона.

«Побеседовал с жителями близлежащего села. Сначала меня боялись, но узнав, что я помощник Виллоу Вропинга, заговорили наперебой. Они считают, что родителей Ойле убили. Убийц было двое. Бандиты шантажировали заказчика, тот их отравил грибами и похоронил на местном кладбище», — написал Крис.

«Приеду с нотариусом», — обещал Дрю.

«Жду, — полковник ответил обоим помощникам».

Охранник вернулся, громко топая сапогами, открыл калитку. У входа в красивое строение ждал дворецкий. Он проводил барона в гостиную.

«Дворецкому давно пора приобрести новую форму, — про себя заметил гость».

Полковник успел основательно изучить огромное помещение: обитую бархатом крупную мебель, столик, книжный шкаф, секретер, круглый стол и стулья с высокими спинками. Все предметы из дорогого дерева. Через пятнадцать минут появился хозяин в шёлковом халате.

— Простите за опоздание. Чувствую себя неважно. Каким ветром в наши края занесло занятого человека — зам.министра внутренних дел, барона Вропинга? — Герберт развалился на диване.

— Вы правы: я занятой человек, поэтому сразу перейду к сути дела, приведшего к вам. У меня один вопрос: хотите громкого скандала или согласитесь с моими условиями?

— О каком скандале речь? – Герберт нахмурился и сел прямо.

Гость начал рассказывать ровным тоном, следя за реакцией хозяина.

— Однажды добрый лорд усыновил мальчика. Где-то я слышал подобную историю. Богатый человек имел наследника, но посчитал, что в состоянии сделать счастливым еще кого-нибудь. Отроки выросли, получили юридическое образование. Отец завещал родовое имение родному сыну Бобби, приёмному — купил дорогой особняк в столице. Бобби перестроил огромное жилище в сказочный замок и родил сына. Приёмыш остался бобылём и решил завладеть всем имуществом благодетеля. Наняв двух убийц, юношу, не достигшего совершеннолетия, сделал сиротой.

— Довольно! – сердито крикнул хозяин. – Что вы требуете?

Во дворе раздался вой сирен полицейских машин.

— Сейчас придет нотариус. Напишете завещание, в нем всё имущество оставите Тони Гейнене. Немедленно покинете замок в чем одеты.

— Бродяга жив? – хозяин напрягся.

— Вы лишили юношу всего, но жизнь отнять не смогли, хотя желание возникало. Знаю, пытались неоднократно осуществить задуманное злодеяние.

— Если не соглашусь с вашими требованиями?

— Обещаю долгий и подробный судебный процесс. Будете остаток дней влачить жалкое существование с клеймом убийцы. Вы лишили человека имени, состояния, и заняли его место в парламенте. Вам нет прощения в нашем обществе.

— Мне нужно время, чтобы собрать свои вещи.

— У вас нет собственности в имении. Уйдете в чем одеты. Вам есть куда уехать с личным водителем. Тони ушел в лес, вернее, вы его выгнали в никуда без гроша в кармане на долгих сорок лет, сломав ему жизнь.

Дворецкий ввел в гостиную полицейских с нотариусом.

— Заполните бланк по этому образцу, — нотариус кивнул только полковнику и положил на столик перед Гербертом листы. – Вы оставляете Тони Гейнене всё своё имущество, потому что он единственный наследник.

Дворецкий недоуменно переводил взгляд с одного гостя на другого.

— Дружище, в замок вернется настоящий хозяин, — ему весело пояснил Дрю.

Дрожащими руками Герберт заполнил бланк. Нотариус забрал и сделал снимки.

— Завещание передано в архив, вы не сможете написать другое, — уведомил юрист.

— Полиция будет за вами следить. Вам запрещено приезжать в имение, — предупредил полковник.

— Если захочу встретиться с племянником?

— Вы убийца его родителей. Между вами нет ничего общего.

— Вы наслушались сплетен сельчан?

— Мы прочитали архивные данные и протоколы полиции, нашли свидетелей. У нас достаточно улик для громкого дела, не сомневайтесь.

Присутствующие в гостиной вышли во двор. Туда же высыпали удивленные слуги и охрана.

— Хорошо, что собрались все обитатели имения. У господина Герберта в замке нет имущества. Ему и его водителю запрещено приезжать сюда. Они не имеют право проезжать мимо крепости. Полиция следит за ними. К вам вернется настоящий хозяин.

— Тони жив! – слуги радостно переглянулись.

— Могли бы менее бурно выражать свои эмоции, — пробурчал Герберт, усаживаясь на переднее сидение иномарки.

*

Крис с нотариусом последовали за иномаркой Герберта. Эскорт автомобилей замыкала полицейская машина с Дрю за рулем. Пропустив всех вперед, полковник посмотрел на ручные часы.

— Всего четыре часа дня. Чета Смутти — родители Луиса, живут поблизости. Заеду к ним, нет смысла откладывать визит.

Дрю направился в деревню близ поместья Греты и Додика Смутти.

Когда Виллоу подъехал к невысокой возвышенности, пришло сообщение от Дрю.

«Сначала селяне молчали. Кто-то пробубнил, что полиция на стороне сдуревшей ведьмы. Узнав, что мы расследуем некоторые темные дела, люди заговорили уверенней. Все считают, что хозяйка поместья сошла с ума».

Затем помощник зам.министра послал запись. Виллоу прослушал ее до конца, и ответил:

«Отлично сработано, Дрю. Вызывай скорую психиатрическую помощь».

Массивные ворота гостеприимно распахнулась, едва водитель иномарки подъехал к ограде. Въехав во двор, полковник вышел из автомобиля. Грета Смутти стояла, радостно раскинув руки:

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, барон Вропинг!

— Вы знаете меня?

— Кто же не знает обличителя наркодельцов?

Гость последовал за недовольной женщиной – он проигнорировал ее порыв, не подал руки.

«Может, она надеялась, что я поцелую увядшую кисть? – он усмехнулся».

От столба во дворе отвязывали мужчину со спущенными штанами.

— После, после, — пропела хозяйка, словно речь шла не о порке, а о чем-то приятном.

Дворецкий с поклоном открыл вход в дом, побежал вперед и распахнул дверь в гостиную.

Грета шла быстрым шагом. Виллоу не отставал от хозяйки.

Оба устроились в мягких креслах вокруг столика. Гость заметил, что хозяйка оделась, словно устраивала прием высокородных гостей.

— Я вас слушаю внимательно, — елейно прозвучал ее голос.

— Где ваш супруг? – словно гость не в курсе.

— Увы, скоропостижно скончался год назад. Я теперь богатая вдова, — Грета прищурила глаза и протянула к нему руки. Он откинулся в кресле.

— Его хватил удар?

Она кивнула.

— Какая новость могла сразить здорового мужчину?

— Он вспомнил, что наш малыш умер в раннем возрасте.

Гость выдержал паузу.

— Ваш сын жив. Его неверно информировали.

— Что вы говорите? Это невозможно, — она насупила брови.

На стене слева от гостя висел современный крупный телевизор.

— Разрешите, покажу снимки.

Виллоу подключился к экрану и вывел первый кадр. На земле сидел малыш в лохмотьях и горько плакал. Ее глаза расширились, рот приоткрылся от удивления. На следующей фотографии тот же ребенок в чистой одежде играл с ровесником.

— Откуда у вас снимки?

— От благотворителя. Последний раз ваш сын плакал, умоляя доброго богача не возвращать его жестоким, бессердечным родителям.

— Как вы смеете меня называть бессердечной? Я член благотворительной организации, – от возмущения хозяйка подскочила на месте.

— Организация требует от вас применять к людям любого возраста телесные наказания?

— Я не... – она прикусила язык, вспомнив, что полковник стал свидетелем отвязывания наказуемого от столба. – Я только напугала дерзкого человека, должника.

— С какого возраста вы воспитывали сына таким способом?

— Он нас не слушался. До года орал по ночам, мешая нашему отдыху. Позже не хотел учиться.

Грета умолкла. Полковник внимательно изучал ее телодвижения.

— Есть два варианта: либо вас определят в психиатрическую клинику, либо вы предстанете перед судом за убийство супруга и преступления против жителей близлежащего села.

— Вы не посмеете.

— Посмею. У меня масса улик и свидетелей.

Во дворе раздался вой сирен полицейских машин и скорой помощи. Через пять минут в комнату вошли Дрю, Крис и люди в белых халатах.

Грета билась отчаянно. Дрю выпустил в нее заряд электро шокера. Она обмякла. Ее усадили в кресло и сделали укол. Санитар внес носилки, вдову уложили на них и вынесли во двор.

Дворецкий молча стоял у дверей.

— Сообщите всем, скоро приедет наследник.

— Мальчонка жив? – радость мелькнула на лице высокого худощавого седого человека.

— Луис давно не мальчик, но хороший человек.

Глава 18. Вступление в права наследования

Сумерки сгущались. Тени деревьев ближайшего леса словно гнались за иномаркой.

Виллоу Вропинг возвращался в поместье в хорошем настроении. Звякнул его телефон.

— Что-то случилось, Герхард? – барона удивил звонок управляющего островом.

— Отправлю вам два видео, сами решайте, что с этим делать.

— Жду.

Пикнул телефон, принимая весточки.

— Первый ролик записан в кабинете управляющего, — догадался Виллоу, подъезжая к поместью.

Остановил просмотр, въехал в гараж, направился в свою комнату. Закрылся на ключ, включил видео.

*

Герхард встал, в кабинет входили Лео и робкий Евген.

— Что вас привело ко мне? Слушаю, — разговор начал управляющий.

— Говори, молодой человек. Почему смущаешься? – юнца подтолкнул бригадир.

— Мне нравится остров и жители. Работаю, как все. Хочу увидеть наш кусок суши благоустроенным. Может, я нетерпелив – молод, но у меня есть вопрос. Конечно, его следовало задать барону. Возможно, вам он говорил об этом.

— Смелее, парень, — Лео положил руку на плечо подопечного.

— Я благодарен барону и Лео. Если б меня не привезли на остров и бригадир не устроил спектакль с поркой, я лежал бы в могиле.

— Короче, — потребовал управляющий.

— Какой срок мне назначили? – выпалил Евген.

— Лео, ты знал, зачем пришел? — Герхард мрачнел на глазах.

— Знал, — признался бригадир.

— Ты в курсе за какие подвиги барон привез юнца к нам?

— Он не рассказал, хотя я спрашивал.

— Чего молчишь? Признавайся, Евген, — голос управляющего звучал гневно.

— Гастер, — поправил бригадир.

— Нет, барон поменял имя, чтобы слуги наркодельца не нашли малолетнего преступника.

— Так он тот пацан, который бегал в поместье лорда Роберта? Мы считали его хорошим мальчиком, очевидно, ошиблись. В молчанку играешь, Евген? – рассердился Лео.

— Мне стыдно. Я не смогу рассказать правду, лгать не хочу. Здесь я понял многое и раскаиваюсь, но прошлого не вернуть, — бледнея, пролепетал арестант.

— Выкладывай, что натворил, — бригадир повысил голос.

Подчиненный упал на колени и закрыл лицо руками.

— Я скажу: Евген хладнокровно и долго убивал свою мать – травил ядом.

— Погоди, так значит мы смотрели процесс над ним. Как же я не узнал негодяя? Мы все ждали, что за два убийства тебе дадут двадцать лет в колонии строго режима. Прости, Герхард, я не знал, с кем имею дело. Прежде хотел просить барона привезти сюда моего сына. Теперь передумал, — в гневе сжимая кулаки, Лео развернулся и вышел.

Евген зарыдал, вскочил с колен, и выбежал следом.

*

— Да, — задумчиво произнес Виллоу, — юнец решил, что за пару месяцев усердного труда заслужил прощение. Посмотрю вторую запись.

*

Вытирая слёзы рукавом, Евген выскочил на берег. Лео разделся и бросился в море. Парень последовал за ним.

Через некоторое время оба вынырнули из воды. Лео надел рубашку. Евген припал к его животу.

— Что делаешь? – бригадир оторвал голову подчиненного от себя.

— Я давно пытаюсь тебя отблагодарить. Не отталкивай меня. У меня нет никого. Я смогу порадовать доброго мужчину, — Евген крепко обнял Лео за талию, припав губами к интимному месту.

— Кто тебя этому научил?

— Я умею многое. Я был любовником наркобарона.

— Очередная новость хуже предыдущей, — бригадир оттолкнул парня, скинув рубашку, ушел в море.

— Тебе приспичило? Я не против, — над Евгеном возник охранник Питер.

— Почему ты за мной ходишь, — Евген сел, прижав колени к подбородку.

— По приказу барона, если ты не понял. Тот спектакль он придумал, мы сыграли. Моя работа – подчиняться Вропингу. Будь моя воля, в тот день я бы стоял и наблюдал, как тебя расстреливают.

Евген стал торопливо одеваться. Лео выскочил на берег, лихорадочно оделся и направился в здание.

*

Виллоу позвонил.

— Герхард, удали ролики из телефона, не допускай юнца к разгрузке баржи. Похоже, он не оставил мысли о побеге.

— Может, лучше запру его в камере в день прибытия баржи?

— Так будет лучше. Я тоже удалю ролики. Не нужно огорчать Роберта.

— Сделаю, как велите.

Виллоу принял ванну, надел спортивный костюм, и перешел на кухню.

— Какие новости? – к нему подошел отец.

— Хорошие новости для Луиса и Ойле. Вернул им права на поместья. Знаешь, отец, странник вырос в сказочном месте, в фантастическом замке. Его родители создали романтичную атмосферу: ухоженный холм, чудесный лес.

— Как же Ойле стал бродягой?

— Дядя, не родной – приёмный сын деда, убил родителей юноши и выгнал наследника из замка.

— Ты не можешь судить злодея?

— Не хочу громкого скандала бывшему парламентарию. Играя на этом факте, выбросил злыдня из поместья, приказал жить в городском особняке, и заставил написать завещание.

— Ты прав, престиж страны может пострадать. Рад, что государственный деятель в тебе говорит чаще вспыльчивого человека, — улыбнулся отец.

Поужинав, Виллоу позвонил Роберту.

— Есть важный разговор.

— Приходи, не стесняясь. Мы восторгаемся работой Ойле.

Через несколько минут барон присоединился к восторженной компании.

— Роберт, давно мы вдвоем не уединялись в кабинете.

Друзья поднялись на второй этаж, Луис занес им бокалы и закуски, и удалился. Лорд запер дверь на ключ.

Хозяин разлил коньяк по бокалам.

Гость развернул шоколадную конфету, внимательно рассматривая предметы мебели, и спросил:

— Луис входил сюда до моего прихода?

— Да, они приехали днем. Ойле занялся раскраской комнаты. Луис принес сюда напитки.

— Вижу, успел кое-что оставить. Луис, подслушивать и подглядывать – плохая привычка, — полковник снял камеру со шкафа с книгами, завернул в фантик и положил в сейф, который открыл Роберт.

Хихикая, друзья выпили. Гость что-то высматривал в смартфоне и показал другу. Луис с пустым бокалом в виде полусферы подошел к кабинету. Открытой стороной бокал прислонил к двери.

— Луис, помоги мне, — раздался голос Вероники.

Дворецкий вздрогнул, сунул бокал в карман, поспешил на зов.

— Я установил камеру в коридоре, хитрец хотел подслушивать древним способом, — рассмеялся Виллоу.

— Что-то выяснил о них?

— Да, завтра отвезу друзей в поместья.

— Как же раскраска комнат?

— Месяц у обоих будут другие заботы.

— Не томи, рассказывай.

— Ойле отпрыск рода Гейнене.

— Погоди, Герберт Гейнене его дядя?

— Герберт приёмный сын главы рода. Чтобы единственный наследник не скучал в одиночестве, богатый человек усыновил мерзкого типа. Знал бы старый лорд, что приютил будущего убийцу родного сына.

— Худший вариант моей истории?

— Да. Старый лорд оставил сыну Бобби огромный дом, приёмышу подарил особняк в столице. Подлецу всё было мало. Бобби перестроил дом в сказочный замок, лес преобразил в фантастическую чащу. Герберт задумал всем завладеть и заодно занять кресло в парламенте. Нанял убийц – супруги погибли в подстроенной катастрофе. Юношу выгнал в никуда без гроша.

— Отдай его под суд!

— Престиж страны пострадает. Его подпись стоит под многими договорами. Я выгнал злодея из замка и заставил написать завещание. Подлец бездетен. У него нет семьи и наследников.

— Что узнал о Луисе?

— Впусти его в кабинет.

Роберт встал и открыл дверь. Дворецкий оказался в коридоре.

— Присоединяйся, выпей с нами, — Виллоу налил напиток в бокал.

— Я не смею с господами, — по-привычке слуга стоял навытяжку.

— Брось. Ты теперь Луис Смутти. Завтра будь готов с Ойле поехать со мной по важному делу. Не хочу тебя расстраивать заранее. Лучше обрадую – многим не терпится увидеть живыми и здоровыми вас обоих. С сегодняшнего дня оба владеете поместьями, где росли.

Луис растерянно захлопал ресницами:

— Вы уверены, что нам стоит туда возвращаться?

— Да. Ты не веришь словам зам.министра внутренних дел?

— Простите, барон, неожиданная новость. Что стало с моими предками?

— Они в отдаленных местах. Ты их там не застанешь.

— Оба умерли?

— Не все вести сразу. Остальное узнаешь завтра.

— Ты ждешь наследника. Он должен где-то расти. Почему не в родовом имении? Перевари услышанное. Перестань подглядывать, — добавил Роберт.

Друзья рассмеялись.

— Пойду пожалуй, — задумчивый Луис покинул комнату.

Он направился на первый этаж, где сказочник подравнивал некоторые линии на раскрашенной стене.

— Друг, нам есть о чем поговорить. Заканчивай работу, — странник удивился серьезности тона дворецкого, отложил кисти в сторону.

Ойле и Луис занимали одну спальню.

— О чем решил побеседовать сегодня? – в комнате отважился спросить Ойле.

— Завтра едем вступать в свои права, — Луис запер комнату на ключ.

— Какие права?

— Наследования.

— Мне пора уходить, — странник засуетился.

В комнату постучали. Луис открыл.

— Зря я тебя предупредил, — в проеме возник Виллоу. – Оба струсили. Вы эгоисты, думаете лишь о себе. О несчастных селянах кто подумает?

— Что случилось с ними? – испугался Ойле.

— Поедем, увидишь. Селяне обрадовались, узнав, что возвращаются настоящие хозяева. Они надеются на перемены к лучшему. Люди ошиблись? Огорчим их, обманем ожидания?

— Нет, поедем, поможем, — обещал Ойле.

— Чем можем помочь? – смутился Луис.

— Не торопись, узнаешь завтра. Я вам помогу. Если надо, воспользуюсь служебным положением. Пора навести порядок в глубинке. Вдали от столицы действуют средневековые порядки. Позавтракайте пораньше. Приду к десяти. Будьте готовы к поездке. Форма одежды парадная, — Виллоу закрыл за собой.

— Барон прав: следует вспомнить о других людях, — согласился дворецкий.

— Кого он имел в виду?

— Жителей близлежащих сел. Ложись спать.

*

Барон пришел утром, как обещал, оглядел спутников, жестом указал на иномарку.

— Отец, куда они едут? – Вероника тихо поинтересовалась у лорда.

— Вечером узнаем.

Троица направилась в столицу. Зашла в крупный торговый центр.

Виллоу завел спутников в отдел мужской одежды, выбрал дорогие костюмы.

— Я сказал: форма одежды парадная. Луис, у тебя ее нет до сих пор? Тебе Роберт зачем дал карточку?

— Карточкой оплачиваю заказы господина.

— Забудь это слово. Хватит, сколько отслужил. Не обижай Роберта своим упрямством. У вас обоих много денег на счетах. Я перенес на карты некую сумму. Купим приличные костюмы и смартфон для Тони Гейнене, — услышав свое настоящее имя, Ойле напрягся. — Надеюсь, Луис, у тебя он уже есть.

— Да, аппарат необходим для связи с милордом.

— С Робертом.

— Мне трудно менять привычки.

— Постарайся. У тебя получится.

Из маркета Луис и Тони вышли преображенными, но с пакетами в руках – отказались выбрасывать прежние вещи.

Виллоу выехал на трассу, ведущую на окраину города. По пути Луис объяснял Ойле, как пользоваться смартфоном, обменялся с ним номерами.

— Сначала заедем в волшебный лес, он ближе расположен, — водитель увеличил скорость иномарки.

На нужном перекрестке он свернул к лесу, зеленевшему вдали. Чаща выглядела внушительно, машина въезжала на ухоженную тропу медленно. Тони во все глаза смотрел по сторонам.

— Ищешь оленя? – уточнил Виллоу.

— Вы его встретили. Он красив, как прежде?

— Великолепен.

— Я рад, что он вам повстречался. Олень показывается не каждому путнику.

— Фантастический лес, — прошептал Луис.

— Мы с тобой в нем пожили немного, — напомнил Ойле.

— Почему ушли из него?

— За нами гнались стражники.

— Они знали про землянку?

— Не сомневаюсь, — с горечью подтвердил Тони и обратился к водителю: — Где сейчас дядя? Мне предстоит столкнуться с ним?

Иномарка выехала из леса. Им навстречу мчался автомобиль Герберта. Виллоу перекрыл ему путь.

— Не высовывайтесь, сидите тихо. Если будет нужно, позову.

— Дрю, вы где? – полковник позвонил помощникам.

— Едем по сказочному лесу.

— Выезжаете, блокируете Герберта.

Водитель бывшего парламентария пытался объехать препятствие. Из леса выбрались две полицейские машины и окружили иномарку нарушителя. Трое полицейских с оружием в руках вышли из машин, и заставили Герберта и его водителя покинуть свои места. На их запястьях застегнулись наручники.

Полковник с оружием в руке подошел к Герберту:

— Я предупреждал вас не появляться в этих краях.

— Соскучился.

— Дрю, обыщи нарушителя приказа. Луис, принеси пустой целлофан.

Из карманов Герберта полицейский достал украшения в пакетиках и пачки банкнот. Виллоу все складывал в мешок, поданный Луисом.

— Крис, проверь багажник, — велел полковник.

Полицейский забрал ключ у задержанного водителя и открыл багажник.

— Здесь картины и ящики с предметами роскоши.

— Луис и Ойле, несите вещи сюда, — Виллоу открыл багажник своей иномарки.

В карманах водителя Дрю обнаружил много пачек денег.

— Кто же впустил воров в замок?

— Охрана кто ж еще, — ответил Крис.

— Засунем нарушителей в багажник их автомобиля.

— Ты жесток, — поморщился полковник.

— Можно мне прокатиться на иномарке?

— Захвати с собой задержанных людей.

— Слушаюсь, шеф, — Дрю толкнул Герберта и его водителя к задней двери. – Сидите тихо, не сердите дядю, — на его фоне оба выглядели мелкими.

Полиция уехала вслед за иномаркой Герберта.

— Дядя меня не узнал, — выдохнул Тони.

— Ты его боишься? – удивился Виллоу.

— Он важная шишка.

— Уже нет.

Полковник направился к двум людям шедшим к лесу.

— Куда собрались? – размахивая оружием, уточнил полковник.

— Домой, в село.

— Поднимите руки вверх, иначе выстрелю. Луис, принеси пустой мешок. Ойле, обыщи воров.

Из карманов охранников друзья извлекли много пачек банкнот.

— Ступайте по домам, — охранникам велел полковник.

— Но вы отобрали нашу зарплату.

— За воровство желаете сесть в тюрьму? Верну назад, только что уехавших полицейских.

— Не надо, — охранники побежали в лес.

Когда иномарка подъехала к крепости, ворота широко распахнулись. Машина въехала во двор. Все трое вышли. Слуги выстроились в линейку.

— Господин барон, мы не смогли препятствовать воровству, — огорченно начал говорить дворецкий и осекся, рассмотрев гостя: – Тони, ты вернулся.

— Надеюсь надолго, Ален.

— Мой мальчик вернулся! – к Тони бросилась женщина преклонного возраста.

— Няня, ты меня помнишь?

— И ты меня не забыл, красавчик.

— Ален, помогите занести вещи в дом, — барон открыл багажник.

Луис и Тони аккуратно доставали из багажника картины и ящики. Дворецкой и слуга заносили в замок. Барон вынес из салона целлофан с ценностями. Ойле взял с сидения прежнюю одежду.

Все вещи занесли в просторную гостиную.

Разбитый телевизор на стене висел наклонившись на бок. Ноутбук валялся на полу.

— Что за погром? — полковник огляделся, и обратился к дворецкому: — Как вы могли допустить подобное варварство?

— Я не смог ничего поделать. Прежнему господину помогали охранники.

— Что еще испорчено?

— Два больших и три малых телевизора, один ноутбук.

Полковник позвонил.

— Дрю, вы где?

— Подъезжаем к городу.

— Включи громкую связь, — минуту спустя полковник продолжил. — Не выйдет расстаться с твоими пассажирами мирным путем. Вези их в участок. Расскажи Гансу, что задержанные грабители разбили технику в замке. Пусть посадит их на пятнадцать суток.

— Слушаюсь, шеф. Арестованный Герберт, что вы разбили в замке?

— Купленную мной технику.

— Вы слышали, что вас ждут исправительные работы. Как бывшему члену палаты лордов, поняли, что вам предстоит мыть улицы и убирать в парках столицы.

— Мне убирать? – крикнул Герберт.

— Ваш поступок – обычное хулиганство.

— Что я должен сделать, чтобы избежать подобного позора?

— Оплатить стоимость разбитой техники, либо купить новые телевизоры и компы. В любом случае придется заплатить штраф – вы отвлекли полицию от важных дел.

Герберт заскрипел зубами.

— Везите нас в особняк. Я закажу новую технику для замка.

— Оплатите стоимость техники, и заплатите штраф.

— Да, я же сказал.

— Ганс, пришли полицию к особняку Герберта. Он обещал заказать и оплатить новую технику для замка, и заплатить штраф. Выпиши чек.

— Дождись парней, — попросил Ганс.

*

Барон повез новоявленных богачей в село. Дома были в плохом состоянии, селяне немыты. Коттеджи старосты и владельца магазина выделялись на фоне нищеты.

— С чего бы ты начал, Тони? – спросил Виллоу.

— Селян следует искупать.

— Звони Алену. Начнем отправлять к нему людей. Заглянем в магазин.

В ухоженном торговом зале цены на товары оказались заоблачными.

— Кто-то что-то покупает? – удивился Луис.

— Все берут в долг.

— Долги отменяются, — жестко заявил барон. – Покажите книгу расходов. Кто доставляет товар?

— Товар привозит водитель старосты. Цена формируется с учетом расходов на топливо. Восьмую часть прибыли отдаю господину Герберту.

— Тони Гейнене владелец замка. Ему ничего отдавать не нужно. Эту партию продадите за свою стоимость. Старосте придется забыть о доходе с магазина. Если вы не в курсе, поясню: я зам.министра внутренних дел, прислан в провинцию для наведения порядка.

— Слушаюсь, — пролепетал мужичок, бледнея на глазах, доставая книгу расходов.

— Я изучу список товаров и цены, — обещал Тони, забирая книгу.

Важная троица села в машину и поехала дальше.

Через некоторое время иномарка остановилась возле внушительного особняка. Полковник постучал в дубовые ворота забора вокруг дома старосты.

— Чего нужно? – спросил сердитый голос.

— Полковник полиции барон Вропинг хочет видеть старосту.

Калитка распахнулась. В проеме возник испуганный человек с большим животом в шёлковом халате.

— Я староста. Входите, барон.

Полковник не собирался переступать порог дворца на фоне трущоб.

— В замок вернулся законный владелец Тони Гейнене. Хочу предостеречь вас от противоправных действий, полиция следит за вами. Мои сотрудники установили видимые и невидимые камеры наблюдения. В тюрьму сажаем не только исполнителя, но и заказчика преступлений.

Пока полковник беседовал со старостой, Тони шагал по селу, выпрямив спину. Он начал осознавать значимость своей фигуры, понял, как может помочь людям. Некоторые его узнавали. Люди радостно приветствовали улыбчивого синеглазого человека, иные кланялись.

— Все с семьями ступайте в замок, — велел Тони.

В замке началась суета. Селяне приходили с домочадцами, их купали во всех ванных комнатах. В каталоге Ален выбрал мужские вещи, горничная — одежду для женщин и детей. Она же заказала выбранные предметы в интернет магазине. Искупавшиеся взрослые надевали халат либо пижаму. Их в гардеробах Герберта висело много. Детей закутали в простыни и поили сладким чаем.

Наконец, приехали машины с вещами и продуктами, заказанными Аленом. Тони оплатил товары из денег, отобранных у Герберта и охранников.

Люди выбирали одежду по размеру. Женщины с детьми переходили в другую комнату, там одевались и возвращались в гостиную. Мужчины одевались в необъятной спальне Герберта.

Когда все оделись, уселись за накрытый стол. Повар приготовил разнообразные блюда. Матери стояли за детьми – не всем хватило места за длинным столом.

— Внимание! – барон обратился к селянам. – Тони заметил, в каких плохих домах вы живете, потому решил не возвращать деньги, отнятые у вас жадным Гербертом, а построить новые жилища. Он купит строительные материалы, пригласит мастеров.

— Луис, тебе предстоит то же самое, — Виллоу улыбался.

— Дел много, до зимы не управиться.

— Старики, женщины и дети поживут в замке до окончания работ, — добавил Тони.

Эпилог

/родовое поместье, Abbotsford замок Вальтера Скотта/

Солнечные блики бегали по бирюзовым волнам. Морская гладь пенилась, унося вдаль от берега мутную воду.

К пирсу причалила белоснежная яхта. Красивый корабль встречала небольшая группа жителей острова.

Подтянутый высокий человек в джинсах и синей майке с рукавом легко спустился по трапу.

— Добро пожаловать, господин барон!

— Здравствуй, Герхард! У меня мало времени, позови юнца.

— Он здесь, — Лео подтолкнул к Виллоу растерянного Евгена.

— Живо поднимайся на борт, Гастер. Поговорим, — парню строго велел барон.

Евген взбежал по трапу на первый ярус корабля.

«Что-то случилось? Почему дядя Вилли перешел на кличку, данную мне папашей? Видимо, ему послали снимки или видео с Лео, или Герхард накапал».

— Ступай в мою каюту, — велел барон, отворив дверь. – Здесь поговорим без лишних ушей.

Парень плюхнулся в указанное кресло гостиной части каюты.

— Гастер, ты снова ищешь варианты побега. Считаешь нас дураками, себя шибко хитрым.

— Я не... – пытался оправдаться парень, но не нашел слов. – На острове хорошо, атмосфера дружеская. Мне незачем сбегать.

— Остров напичкан мухами – невидимыми камерами. Я видел все твои попытки проникнуть на баржу. Ты не исправим. За совершенные преступления придется ответить. Желаешь в тюрьме отсидеть срок по всей строгости закона?

— Нет, — испугался арестант.

— Попытаюсь тебе объяснить последствия твоего побега. Допустим ты спрятался на барже и добрался до материка. Как думаешь, почему я выбрал такую форму вашей одежды?

— Она удобная для работы в жару.

— Она похожа на тюремную форму.

Гастер выпрямился в кресле: «Зачем мне об этом напоминать?».

— Баржа прибывает на материк поздно ночью. Сейчас глубокая осень. Там иной климат – гораздо холодней, чем на острове. Куда отправишься, когда выберешься на берег?

— Я не думал об этом.

— Хитрец не привык размышлять, оставляя сие скучное занятие на других. Допустим, не замерз, где-то ночевал. Утром направился в банк. Надеешься снять деньги с собственного счёта. Да, Ник выполнил обещание — положил сумму на твоё имя. Без документа в любом отделении кредитно-финансового учреждения посетителю в тюремной одежде никто не выдаст ни гроша. Я конфисковал твои сбережения во всех банках мира, отдал валюту в фонд пострадавших от наркоторговли.

Каждое слово полковник произносил четко, словно молотком вбивая парня в сидение.

— Кто вам рассказал о сделке с Ником?

— Твой друг Вернер. Стены всюду имеют уши и длинный язык. Знаю за какие заслуги любовник получил обещанную сумму. На материке подобные услуги случайного человека стоят не тысячу, а десять единиц в той же валюте. Заплатит таксист или его пассажир. В парке никто не рискнет подпустить тебя близко к себе. Заработанных денег хватит на простой бутерброд. Спать будешь под мостом? Кого-нибудь ограбишь? Это лучший вариант, если удастся провернуть дельце незаметно, но жизнь преподносит самый плохой исход.

— Что может быть хуже?

— Тебя сдадут полиции: моряки с баржи, случайные прохожие, клерки банка. Законопослушным может оказаться каждый встречный человек. Есть другой финал – бандит введет тебя в шайку – не доживешь до двадцатилетия. Перспектива нравится?

— Нет. Никто не хочет подобного конца, — Гастер прятал взгляд, пытаясь скрыть страх.

— Почему, отбыв срок, люди хотят остаться на моем острове? На воле нужно найти работу, чтобы платить за еду, коммунальные услуги, прочие радости. На райском клочке суши за всё это плачу я, моя голова болит от мысли чем занять людей, как заработать на пищу, одежду. Ступай! Задумайся над моими словами.

Гастер вышел из каюты, в голове стучало: «Последний шанс вырваться на свободу». Он спустился в трюм. Виллоу наблюдал за ним. Парень спрятался за ящиками с продуктами на продажу.

Полковник его нашел, и вывел на палубу.

— Ты не оценил моих стараний. Шагай к трапу, — от сердитого голоса арестант съежился.

Гастер спустился на берег, полковник шел следом.

— Лео, ублюдок не понимает слов. Займись его воспитанием. У меня нет времени, меня ждут, — Виллоу поднялся на борт.

— Вы меня испугали беседой, я хотел спрятаться, и подумать над вашими словами, дядя Вилли! — в отчаянье крикнул Гастер, понимая распоряжение полковника.

Яхта отчалила. На палубе никто не стоял.

— Придется выполнить приказ, — Лео толкнул парня к дереву. Снял галстук, руки подопечного привязал к толстой ветке.

— Не надо, Лео, прошу тебя. Я буду, как всегда, послушен, — заныл арестант.

— Не позорься. Я исполню волю господина Вропинга.

Бригадир опустил штаны наказуемого, снял ремень.

Гастер кричал от боли и унижения, слёзы текли из глаз непрерывным потоком.

— Ты жалок, истеричная девка. Я из тебя сделаю мужика, — после четвертого удара Лео отошел от дерева.

— Что делаешь? — наказуемый вздрогнул от прикосновения.

— Протираю перекисью, чтобы не было заражения, — прозвучал голос Эмили. – Неужели больно?

— Нет, прохладно, спасибо!

— Сейчас смажу кремом – быстро заживет.

— Есть раны? – ужаснулся парень.

— Незначительные. Как можно так разозлить добрых людей?

— Хочу на волю. Моё желание преступно?

— За тяжкое преступление каждый гражданин должен ответить. Ты убил двоих.

— Откуда знаешь?

— У стен есть уши и длинный язык. Тебе барон не говорил? – Эмили отвязала его от дерева, галстук оставила на ветке.

— Следуй за мной! – велел управляющий, ждущий возле девушки.

Гастер поплелся за Герхардом сквозь строй островитян. Оба остановились перед камерой.

— Поживешь здесь несколько дней. Запирать не стану. На койке удобнее лежать с твоей задницей. Еду будут приносить.

Управляющий прикрыл за собой металлическую дверь и строго обратился к жителям, толпившимся в коридоре:

— Ступайте по своим делам.

***

Виллоу вернулся в поместье взвинченным. Отец сразу понял состояние сына:

— Что случилось? На тебе лица нет.

— Сегодня вспыльчивый человек не сдержался.

— Кто довел тебя до гнева?

— Приёмыш Роберта. Как волка не корми...

— он в лес смотрит. Надеется сбежать?

— Да. Только не говори Роберту.

Беззвучно открылась входная дверь в особняк. В гостиную вошел сосед.

— Что собрался утаить от меня? Это касается Евгена. Он сбежал?

— Не отказался от этой мысли. Почти вся охрана следит за ним.

— Выпори, — Роберт произнес спокойно.

— Я велел Лео высечь неблагодарного щенка.

— Почему нервничаешь? Ты поступил правильно. Я должен был годы назад пацану не раз надавать по попе. Было за какие поступки. Жалость плохой советчик. Сейчас мы не стояли бы перед печальными последствиями.

— Он трус. Будет орать и жаловаться.

— Разве его слезливая речь может изменить мнение островитян о тебе? Раз твое сердце не на месте, позвони Герхарду.

— Спасибо, друг! Ты меня успокоил.

Виллоу потянулся за телефоном к поясному чехлу, вызвал управляющего островом:

— Как дела, Герхард?

— Юнца поселил в камере. Не запираю. Пусть поживет там один, пока заживут ранки. За ним ухаживает Эмили. Посмотрите.

Пикнул телефон барона, принимая снимки: Евген, лежащий на животе с обнаженной задницей, и Эмили, сидящая рядом на стуле. На его попе виднелись красные полосы. Она наносила крем на ранки.

— Жалуется?

— Никто не воспринимает его нытьё всерьёз.

Успокоенный Виллоу отключил телефон.

— Лучше расскажи, как дела у Луиса, — попросил Роберт.

— Сначала дворецкий с горничными решили ограбить нового владельца, и сбежать с водителем. Дрю и Крис перехватили грабителей, и вернули в особняк. Всех четверых Луис выгнал без гроша. Остальных слуг пока оставил. С селянами обошелся как Ойле – искупал и начал строить дома. Луизу пока оставь в своем поместье. Пусть родит спокойно. В обоих селах плохо с медиками. Друзьям придется решить и этот вопрос. Я помогу. Есть опыт с нашими селами.

— Сможешь заставить Евгена учиться хотя бы бухгалтерии?

— Жду пока он сам додумается.

***

В коридоре горел свет, но арестанту в камере он не мешал, хотя проникал в открытое окошко с решеткой. Гастер второй день лежал на животе. Дверь отворилась, в проеме возникла женская тень в длинной рубашке. Гостья вошла и села на койку.

— Подвинься, лягу рядом.

— Сколько тебе лет, Эмили?

— Почему спрашиваешь? – она помолчала минуту и выдала: — Я почти в два раза старше тебя, глупыш.

— У меня ощущение, что ты надеешься забеременеть от меня.

— Тебе какая разница?

— Вдруг заставишь жениться.

Она рассмеялась.

— Глупыш, зачем женщине замужество?

— Не знаю. Думаю, женщине нужен штамп в паспорте, чтобы на стороне меньше судачили. Наверно, каждая из вас хочет надежное плечо и материальный достаток.

— Ты много имеешь? Считаешь себя надежным человеком?

— Ты права, — он вздохнул грустно, – у меня нет ничего.

— Никто из женщин не согласится выйти замуж за убийцу матери. Ты опасный тип. Твой следующий шаг угадать невозможно.

— Зачем ты со мной?

— Ты молод, красив и безнадежно глуп. Если я перестану ходить, придут любители твоих физических данных. Они караулят возле камеры.

— Их много? – он поежился.

— Никто из них не намекал?

— Охранник.

— Охранник мог пошутить, другие серьёзнее и они опаснее. Я хожу из жалости.

— Значит не хочешь забеременеть?

— Хочу. Уверена, господин Вропинг будет не против ребенка.

— Причем здесь барон?

— Детям нашего села он выдает пособие. Матерям одиночкам помогает во всем. Возможно, построит мне дом.

— Многим помогает? Государство дает пособие.

— Глупец, барон не считает государственные выплаты достаточными и потому приносит наличность старосте. Тот распределяет деньги по списку.

— Зачем ему прирост населения?

— Молодые мужчины уезжают на заработки. Господин Вропинг не хочет, чтобы село опустело.

— Поэтому вы его защищаете. Много селян на острове?

— Охранники, управляющий, я и Лео.

— У барона много денег, поэтому он всем помогает. Если б я заработал много, может и мне пришло в голову делиться с другими.

— Тебе делиться? – она хихикнула. – Жадность из тебя выпирает. Чего тебе не хватало? Ремня.

— Снова права. Я получал всё, что просил у деда. За шалости меня никогда не наказывали.

— Ты выбрал своеобразный способ отблагодарить благодетеля: убил свидетелей, знающих о настоящей наследнице и о том, что ты приёмный сын.

— Не за это. Я боялся остаться ни с чем.

— Не оправдывайся, неблагодарный глупыш.

***

Три месяца спустя Евген по смартфону попросил барона уделить ему несколько минут.

— Что за срочность? Закончил учёбу? – Виллоу смотрел хмуро.

— Закончил и подсчитал ваши расходы. Дядя Вилли, вы тратите деньги на питание островитян из своего кармана, выделяя им сумму на будущее.

— Да, это так.

— Зачем вам убыточный остров?

— Считай мои расходы благотворительностью.

— Хочу вам предложить открыть мелкие цеха. Они помогут заработать больше денег, создадут рабочие места для вольных людей, и покроют некоторые расходы.

— Интересно. Все расчеты распиши подробно. Рассмотрю.

***

Вечером Виллоу сидел в кабинете Роберта.

— Тони не терялся – пользовался успехом у женщин. Наша кухарка Лана беременна от Тони, — разговор начал хозяин особняка.

— Жизнь налаживается: в селах Луиса и Тони строят дома, их женщины скоро подарят друзьям наследников, Вероника разродилась двойней, Мари подарит нам внука. Я навел порядок в полицейском участке округа. Твой приёмыш взялся за ум – всерьёз занялся экономическим самообразованием.

— Может, решил выбраться с острова, изображая бурную деятельность.

— Главное, пусть втянется в свои проекты.

Друзья подняли бокалы.

— За хорошие новости!