Остров безмятежных

Глава 1

Солнце, не торопясь, клонилось по ясному небу к западному горизонту. Длинной стрелой река разрезала густой лиственный лес.

Грэм подлетел к своему брату ближе и какое-то время они молча парили в воздухе. Увэ по натуре не самый разговорчивый дракон в отличие от брата Грэма, который искренне верил, что яйцо с Увэ когда-то подменили. Мать отрицала сей факт, но Грэм продолжал упрямо верить, что Увэ не родной ему. Вот и сейчас тот о чём-то думал, а делиться не хотел.

– Опять разрабатываешь план по спасению вымирающих видов? – полюбопытствовал Грэм, слегка поддразнивая своего перламутрового братца.

– Нет.

– А что тогда такой задумчивый?

– Я ищу.

Грэм посмотрел вниз. Кого мог выискивать Увэ посреди леса? Но вдруг тот стремительно бросился вниз. Грэм едва поспевал за ним, бросая в спину брата проклятия.

Увэ резко притормозил и развернулся к Грэму, хлопая своими крохотными, но очень сильными крылышками.

– Ты ведь не оборванная торговка, чтобы визжать и грозить десятью небесными карами? Там! – Он ткнул пальцем вниз. По обходной тропе, чтобы случайно не напороться на бога Фрейра, насвистывая бодрый мотивчик, шёл человек.

– Руос? Это ведь Руос?

– Да ты у нас ещё не слеп! Давай к нему! Надо рассказать.

Грэм упёр лапки в боки и повис в воздухе.

– Муха ты циклопная, это же человек! У него даже магии нет. Зачем ему это надо?

Увэ недовольно фыркнул.

– Если я муха, то ты надоедливая мошкара! К тому же, туп как валун, – проворчал он и полетел к Руосу.

Карликовые драконы Таракона были размером с ладонь и легко помещались на человеческих плечах. Увэ присел на самый край, чтобы длинная шевелюра парня не щекотала его тело.

– Привет, Руос! – крикнул Увэ прямо ему в ухо. – Куда путь держишь?

Парень улыбнулся. Ему даже не пришлось смотреть в сторону дракончика, чтобы понять, кто с ним разговаривает.

– Да вот, хотел хотя бы один день прогуляться без приключений и наставлений, – сказал он, после чего на другое плечо приземлился Грэм. И тут Руос нахмурился. – Так-так… если братья Таракона сидят оба у меня на плечах, жди какой-нибудь подлянки. Что вам нужно?

– А разве ты не слышал? – спросил фиолетовый дракончик тем пониженным, таинственным голосом, которым всегда говорил о мудрых вещах.

– Что я должен услышать? Ты же знаешь, Увэ, что до моей деревни слухи доходят в последнюю очередь!

– И не надо тебе знать! – завопил огненный Грэм. Его крылышки затрепетали, от тяжести собственных эмоций он едва не свалился с плеча Руоса. – Говорят, люди спят хорошо, когда мало знают!

– А ещё молчание продлевает жизнь несносным оранжевым драконам.

– Это смех продлевает жизнь. А ты быстро сдохнешь, потому что всегда серьёзный и бурчишь.

– Ну, хватит! – не вытерпел Руос. Эти двое способны вывести из себя кого угодно, особенно, если орут в оба уха, словно в трубочку. Руос остановился, присел и вытянул руки, приглашая переливающихся дракончиков к себе на ладони. Затем посмотрел на Увэ и спокойно сказал: – Я знаю вас уже очень давно и прекрасно понимаю, что без причины вы не сядете мне на плечи. Так, что я должен услышать?

Грэм взлетел так, что оказался на уровне глаз Руоса, демонстрируя свою обиду и неодобрение, затем сложил лапки на груди, хмыкнул и отвернулся. Руос не мог сдержать улыбку, заметив, скосившийся на него взгляд рыжего дракончика.

– Прекращай, Грэм! Не будь букой! – Парень взял дракона в ладонь, работающие крылья щекотали кожу. – Всё равно слухи до меня дойдут. Нет смысла скрывать это сейчас.

– Монд Лан может угрожать опасность, Руос, – сказал Увэ. – Ледрис покинул остров с целью найти какого-то человека. Никто не знает, что он задумал. Однако маг прихватил с собой книгу заклинаний. Теперь ни один маг не сможет стать хранителем…

– Начнётся хаос! – перебил брата Грэм. – Война! Безмятежные почувствуют вкус крови!

– Не начнётся, – осадил его Увэ. – Если книга вернётся на остров, то ничего не случится.

– Ледрис ушёл к людям. А если они узнают, что он маг, то смерть ему обеспечена. И как же тогда книга вернётся на Монд Лан?

– С человеком.

Брови Руоса взлетели вверх. Теперь стало ясно, почему Увэ решил ему всё рассказать, а где-то в подсознании, там, куда самому не залезть, засело предчувствие, что скоро он окажется по самые уши в очень неприятной и плохо-пахнущей жиже.

– Скажите-ка мне, Таракона, а я здесь причём? – всё же решил осведомиться он.

Грэм фыркнул огнём, который тут же растворился в воздухе. Но Увэ не стал обращать на этот выпад никакого внимания, он важно прошествовал по руке парня и остановился на небольшом расстоянии от его лица.

– Страж уже отправился в погоню за Ледрисом. К счастью, книга может сообщить о себе, если ее откроют. А человек ее откроет. И ты, Руос, первый, кого вызовет к себе король.

– Книгу не найдут! – проворчал Грэм.

– Полетай! – в один голос крикнули Увэ и Руос.

Затем парень спросил:

– Вызовет король? Но зачем?

– Ты будешь проводником того человека, ты станешь его покровителем.

От этих слов Руос так и замер. И он ещё хотел прожить тихую мирную жизнь?

Глава 2

Платье стало мокрым от пота. Изнуряющая жара забирала последние силы, и Дору начало неумолимо клонить в сон. Зевая, а потом вздыхая, она открывала книгу за книгой и искала заметки, требующиеся для курсовой подруги. Кили сидела тут же, но вместо того, чтобы искать, она постоянно отвлекалась на переписку со своим парнем в телефоне. Дору это злило, но сделать она ничего не могла.

В библиотеке, кроме них, казалось, никого не было. Однако через стол за спиной Доры сидел мужчина. Библиотекарша дремала за своим столом. Дошло уже до того, что из уголка её морщинистого рта бежала слюна. Зрелище не из приятных.

Дора обернулась и встретилась взглядом с мужчиной. Он сидел в странной одежде и зрачки были неестественно бирюзового цвета. Вздрогнув, Дора вернула взгляд в книги.

– Какого чёрта тебя понесло именно в эту старую библиотеку? – зашипела Дора.

– Ну как? – протянула Кили, надувая пузырь из жевательной резинки. – Мара сказала, что именно здесь можно найти самые древние Заметки по истории. Ну, Дора, тебе трудно, что ли?

Надутые губки подруги растопили сердце Доры, и она принялась дальше листать книги, умирая от жары.

– Вентиляторы бы поставили, – все равно пробурчала она.

Кили вдруг хихикнула, затем встала.

– Я сейчас вернусь. Дон хочет услышать мой голос. Пять минуточек, хорошо?

Новый вздох. Знала Дора эти «пять минуточек», растягивающиеся на часы. Со скучающим видом она протянула руку за очередной книгой, но оказалось, что книг не осталось. А заметок по-прежнему было мало.

Изнемогая от жары, она всё же встала, чтобы взять ещё несколько книг. Мужчина с бирюзовыми глазами куда-то подевался, Дора не заметила, как он ушёл. Но почему её должно это волновать?

Библиотекарша продолжала спать, тихо посапывая. В библиотеке стояла мёртвая тишина, только её шаги нарушали её. Лениво бредя по рядам, она искала нужные книги. И вдруг увидела мелькнувшую тень в другом конце ряда. Сердце задрожало в груди от внезапного страха.

Из любопытства Дора заглянула в соседний ряд, но никого не обнаружила. Решила, что показалось и хотела вернуться в свой ряд, но вдруг снова показалась тень. Дора побежала вперёд, завернула в проход, где видела тень, но там никого не оказалось.

Показалось.

От жары разыгралось воображение.

Рассердившись на себя, Дора сдунула чёлку и вернулась к поискам книг. Поскорее бы избавиться от этого бремени и выйти на свежий воздух, к побережью, к морским волнам, разносящим солёный запах свежести. Книги, книги, книги. От них кружилась голова.

Вдруг что-то шаркнуло за спиной. Вновь ощутив прилив страха, Дора обернулась. Из ряда выбилась книга – толстая и большая. Каким образом она вылезла? Дора решила поправить книгу, но едва коснулась корешка, почувствовала силу. Её будто чем-то наполнили, как наполняют пустой бидон водой. Буквы сверкнули голубоватым светом.

Дора зажмурилась, думая, что от жары и тусклого библиотечного света в глазах помутнело. Сделав медленный вдох, затем выдох, она открыла глаза. Книга выглядела обычно. Никакого света. Её привлекло другое – буквы. Такого скрипта она в жизни не встречала.

Взяв книгу в руки, пролистнула несколько страниц. Ощущение было такое, как будто в неё вкачивали воздух. Язык совершенно незнакомый. Она покрутила книгу, но не обнаружила цифр. Страницы также не были пронумерованы. Только текст золотыми буквами.

Любопытство сразило Дору наповал. Воспользовавшись тем, что библиотекарша спит крепким сном, она быстро сложила использованные книги ей на стол, а находку незаметно сунула в сумку. Она вернёт книгу завтра. А сегодня залезет в интернет и поищет информацию о языке. Может, удастся перевести кое-что.

Кили расстроилась, не получив нужное количество заметок. Уставшая Дора посоветовала подруге поискать в интернете, а в библиотечных книгах ничего путного, только время зря потратили.

Дома первым делом Дора приняла душ и сменила платье. Она любила длинные трикотажные сарафаны, ткань приятно ложилась к телу и не раздражала. Но выяснилось, что она все сносила. Пришлось надеть джинсовые шорты и лёгкий топ. Волосы оставила мокрыми – приятно ощущать на плечах прохладу.

Отказавшись от ужина, Дора села с книгой за компьютер.

Прошёл час, другой. Ничего. Никакой информации. Книга словно из воздуха появилась.

Странностей было много. Дора четко понимала, что не желает возвращать книгу в библиотеку. Листая её, она ощущала прилив энергии и власти. А когда в комнату забежала взбалмошная пятилетняя сестрёнка и попыталась открыть книгу, та не поддалась.

Смущённая таким событием, Дора попросила маму попробовать открыть книгу. Та тоже не смогла. Няня Трины сделала попытку, но книга не поддалась. При этом Дора открывала книгу у них на глазах, а они не могли. Чудеса!

Перед сном, когда Дора погасила свет, книга вновь засветилась. Значит и прежде ей не показалось. Не испугавшись, Дора подошла к столу, где лежала книга, и поняла, что светились буквы. И она их понимала!

Губы сами зашевелились, произнося написанное:

– Ку гранум але ти нималь…

Девушка отшатнулась, когда книга сама раскрылась перед ней.

– Что это значит? – шёпотом спросила Дора, ощущая гулкое биение сердце внутри.

Буквы обернулись, и теперь она читала фразу на своём языке:

Следуй за ним и не бойся.

«Что это значит?» – подумала она, а в следующую минуту за окном сверкнули бирюзовые глаза.

Дора вскрикнула, затем посмотрела на дверь, побоявшись потревожить домочадцев. Как она объяснит произошедшее?

Бросившись к окну, она увидела тень, затаившуюся у ворот. Страх исчез, на его место пришло любопытство. Руки и ноги действовали сами по себе.

Книга отправилась в сумку, Дора перебросила лямку через плечо, подняла окно и выбралась в ночь.

Она последовала за тенью.

Глава 3

Дома шли по спирали вверх. Каждый домик, сооружённый из прочных материалов, утопал в зелени. Иной раз, если в окнах не горел свет, никто не мог различить строение в гуще деревьев, а особенно в ночном мраке. И только чёткая спиральная тропинка из белого гладкого камня могла привести к дверям того или иного дома.

Руос и двое его летающих друзей медленно подбирались к вершине холма, откуда по магическому мосту они попадут на плывущий остров к королю. Никто его ещё не разыскивал, но раз Таракона волнуются, то Руос непременно должен знать, может он чем-то помочь безмятежным или же продолжит своё скудное существование в людской деревеньке.

Снизу никто моста не увидит. Все плывущие острова, что находятся высоко над уровнем океана, соединены с основным островом невидимыми мостами, которые можно разглядеть, лишь приблизившись.

Руос жил на Монд Лан с детства, его давно не удивляли подобные чудеса. Ступив на мост, он посмотрел вдаль. Не плывёт ли сюда корабль стража? Но поверхность океана лишь блестела на солнце, радуя глаз своим спокойствием.

– Некогда пейзажем любоваться. Вперёд! – проворчал Грэм, потоптавшись на плече Руоса. Увэ летел рядом и тоже глядел на горизонт.

– Не командуй, мышь волосатая! Ещё тебя мы слушать должны. Руос, смотри, там!

От возбуждения Увэ отлетел на расстояние так, что его было видно не больше, чем муху. Но Руос не смотрел на дракончика Таракона. Он всматривался совершенно в другую точку.

Из туманной дымки выступил тёмный силуэт и стал двигаться плавно в направление местного порта. Это корабль стража.

– Любопытно, – Руос почесал затылок. – Нашёлся Ледрис или, как вы говорили, страж везёт человека с книгой…

Увэ вернулся, а Грэм спорхнул с плеча Руоса. На них со стороны королевского острова несся всадник в развивающемся плаще с вспомогающим копьём в левой руке. Его двухголовый конь едва касался поверхности моста. Руос отошёл на два шага назад, но понимал, что на середине моста и не успеет добежать до «суши».

– Упси, – крякнул Грэм и зажмурился.

– Руос, берегись! – в панике кричал Увэ.

– Куда прикажешь деться? Прыгать? – не падая духом, шутил Руос.

Всадник, заметив препятствие, взмыл в воздух, перепрыгнул Руоса, после чего остановился за его спиной. Руос обернулся и увидел торчащий из-под капюшона зелёный нос. Ясно. Это дрэм Грог – зелёное носатое существо с длинными ушами, прислужник короля.

Руос поклонился. И дракончики попробовали сделать поклон, но перевернулись в воздухе, после чего решили спрятаться за спиной человека. Грог смотрел на них долго и сурово.

– Руос, – низким, твёрдым голосом с хрипотцой произнёс Грог.

– Я шёл к королю, чтобы…

Зелёный прислужник выставил руку вперёд, заставив Руоса оборвать фразу.

– Это хорошо. Я за тобой. Король велел привести самого активного и знающего в людской деревне. Всем известно, что это ты. Руос, которого воспитывали эльфы.

– Да, – с готовностью кивнул парень и указал на корабль. – Там человек?

– Король получил послание от стража. Книга возвращается на остров с человеком. Ты будешь встречать его.

– Замечательно, – Руос выдавил улыбку и подумал: «Я ещё не пробовал работать нянькой и гидом одновременно. Это судьба».

Дрэм Грог без лишних эмоций сказал, что им следует поторопиться. Руос сел на коня дрэма, и они стремглав понеслись вниз по холмам к порту.

Грэм и Увэ остались наблюдать с моста, им, коротышкам, всё равно не угнаться за двухголовым конём.

– Как думаешь, новый хранитель молодой или старый? – спросил у брата Грэм.

– Молодой или старый – не всё ли равно?

– Не всё. Старый человек ворчливый и докучливый. А с молодым поиграть можно. Как с Руосом.

– А тебе лишь бы играть, оранжевые перья!

Грэм повис в воздухе, сложив лапки. Крылышки работали в полную силу, чтобы удержать вес дракона.

– Перья у твоей бабушки, понял? И вообще, что это я тут с тобой время теряю! Полетел я в порт, погляжу, что там за хранитель новый.

Увэ из принципа полетел в другую сторону, к своему гнезду, думая о том, что после побега Ледриса на острове спокойствия не будет. Чужаков здесь не любили никогда. Остров скрыт от глаз простых смертных. Если корабли подбирались близко к защитной оболочке, маги вызывали бурю, заставляя корабли менять курс. Боги, управляя своей стихией, тоже отгоняли пришельцев. Так, бог Фрейр имел связь с солнцем и дождём и мог направлять магов, обеспечивая своей силой. Плодородная земля Монд Лан тоже его заслуга. Фрейра никто никогда не видел, но те, кто преклонялся перед ним, имел богатый урожай. К Браги обращались за мудрым советом. Поговаривали, что из запаса его мудрости и опыта книга заклинаний черпала знания. Изложенные в книге красноречивые строки – заслуга бога Браги. Один из самых умных и хитрых богов Гермес имел способность видеть, слышать и прикасаться к призракам. Духи помогли ему создать язык для книги заклинаний. Был на острове ещё один бог – Локи. Этот своего не упустит. Бог хитрости, озорства и обмана всегда начеку. Он бродит по острову и творит свои скверные делишки. Непросто будет новому человеку привыкнуть к этому месту.

Монд Лан красивый. Настоящий рай посреди океана. Зелёный, цветастый, плодородный и населённый различными расами. У каждого на острове своё предназначение, здесь нет войн, жизнь кипит, как и везде. Трудолюбивые гномы дварфы добывали полезные ископаемые с последующим изготовлением из добытых металлов всяких хитроумных изделий. Однако эти гномы не прочь выпить пиво в перерывах между работой в кузне, одним словом, любители побухать-подраться-погорланить похабные песенки. Увэ как раз пролетал над их кузней и слышал эти самые завывания. Вот, чем нельзя похвастаться. Локи их частый гость, ибо с этими гномами у него строились дела наилучшим образом.

Уставший от всех этих думок, Увэ завернул за скалу, чтобы лететь в своё гнездо, и врезался во что-то такое же летающее.

Ударившись спинкой о камень, Увэ скатился вниз и застрял в ветвях карликового дерева. А потом услышал смех, и фиолетовая шкурка от злости стала почти чёрной. Из горла вырвался огонь.

– Грэм, у тебя глаза на затылке? Или тебе воздуха не хватает для обширного полёта?

– Откуда мне было знать, что ты вырулишь из-за скалы прямо на меня.

– А-а-а! Что б тебя! Вытащи меня отсюда!

Грэм подлетел ближе и с любопытством посмотрел на барахтающегося в ветках брата.

– Знаешь, кто наш новый хранитель?

– О, ты опять? Я застрял, видишь? Освободи меня.

– Ты удивишься, – продолжал Грэм, не обращая на вопли Увэ внимания. – Молодость, красота – всё при… Это не мужчина, не-а. Руос едва слюной не поперхнулся, когда увидел её.

– А?

Увэ замер.

– Девушка. Первая человеческая девушка на Монд Лан.

Из горла Увэ вырвался огненный кашель. Под тяжестью его тельца треснула ветка, – как раз та, что удерживала фиолетового дракончика, – и в следующее мгновение Увэ с криком улетел вниз.

Грэм зажмурился, когда тот плюхнулся в воду.

– Ну что за балбес? Крылья для чего? Я всегда говорил, что он вылупился из яйца какой-то курицы.

Глава 4

Тихая, мирная жизнь закончилась, когда на землю Монд Лан ступила женская ножка.

Руос закашлялся, не сумев скрыть возмущения по-другому. Грог с присущим дрэмам могуществом и величием сложил руки перед собой, не выражая ровным счётом ничего. Грэм с немалым усилием поднял капюшон, чтобы скрыть зелёную голову существа.

– Гостья может испугаться, – шепнул он, когда дрэм намерился прихлопнуть дракончика, словно муху.

– Тогда и ты исчезни, – буркнул Руос, после чего Грэм улетел восвояси. Он увидел, что хотел.

А Руос смотрел, как страж ведёт испуганное создание по трапу. Женщина! Надо же! На этом острове никто и никогда не видел женщину-человека. А у неё ещё и книга! Руос переместил взгляд на серую сумку, через материю которой просматривались очертания книги. Безмятежные скоро превратятся в мятежных. И почему именно ему, Руосу, на голову свалилась эта тощая ноша?

Он выступил вперёд и улыбнулся. И эта улыбка выглядела глупо на фоне испуганного лица девушки. Страж подвёл её за локоть.

– Сэр Руос? – стражи ко всем обращались «сэр». Они прислужники, исполнители. Любой, кто мог им приказывать, назывался «сэр» или «мадам». Стражи покорны, но холодны. Прикажешь убить – они убьют, не моргнув. Король велел привезти книгу любой ценой, страж повиновался. Девушка с лёгкостью последовала за его тенью, и добровольно ступила на корабль. Она не кричала и не билась в истерике, когда они вышли в море, а страж без удовольствия сказал ей, что её хочет видеть король. Она задавала много вопросов, на что получала глухой ответ – «увидишь» или «узнаешь». Один раз она стукнула его, но поранила себе руку и больше не пыталась. Сейчас она с опаской рассматривала остров и людей, ожидавших её, но любопытства в её голубых глазах было больше. Страж говорил ровно, монотонно: – Король просит вас сопровождать мадам Дору.

Девушка резко повернулась к нему.

– Откуда вы знаете моё имя?

– Ваша подруга так вас называла в библиотеке.

«Мужчина за соседним столом», – наконец поняла Дора. Это его тень сновала туда-сюда по книжным рядам.

– Руос. К вашим услугам, – любезно произнёс парень, протягивая руку девушке.

Дора её пожала.

– К моим услугам? Вы в этом уверены? Лично мне кажется, что меня сюда насильно привезли. Где я, вообще? Что это за… – тут Дора обомлела.

С первого взгляда всё выглядит обычно. Порт с кораблями, небольшие скалы, зелень, песок под ногами. Но если рассмотреть место повнимательнее, становится жутко. Необычные строения свисали с краёв скал, а справа шла кирпичная стена с арками, которая наполовину утопала в воде. Над скалами летали непонятного происхождения птицы. Каменная тропа, покрытая зелёным мхом, уходила куда-то вверх, а по краям её возвышались древние колонны. А дальние постройки были скрыты туманом.

– Вы на острове Монд Лан, – сказал Руос. – Вы наша гостья, ничего не бойтесь. Просто не отходите от меня далеко. А вот если надумаете бежать, пожалеете уже через секунду.

Она уставилась на дрэма и всё пыталась понять, кажется ей или этот человек зелёный. Руос заметил её взгляд.

– Грог, ты можешь идти. Передай королю, что я приведу девушку, как только введу её в курс дела. А для начала её необходимо накормить и… – он оценивающе оглядел Дору с ног до головы и обратно. – И переодеть.

– Чем вам не угодила моя одежда?

– Она странная.

– Вам сказать, что действительно странно?

– Что же?

– Вы и весь ваш остров!

– Он не мой.

Дора открыла рот, но увидела лошадь с двумя головами и как закричит:

– Что это за чертовщина?

– Ты чертовщины ещё не видела. А это всего лишь конь.

– У него две головы!

– Таким родился. В вашем мире нет таких?

– В моём… Кто вы такие и что вам нужно от меня? – Дора уперла руки в бока.

– Мы? Безмятежные. Добро пожаловать на Монд Лан.

– Вы издеваетесь.

– Нисколько.

– Зачем я здесь?

– У вас книга.

– Так возьмите её, – она сняла сумку и протянула Руосу, – и отпустите меня домой.

– Не выйдет. Мне книга не подчинится. Она слушается только своего хранителя.

– Хорошо. Где он, ваш хранитель? Позовите его немедленно.

– Это… вы.

Дора на минуту лишилась дара речи. Она, наверное, уснула и ей снится безумный сон. Жара подействовала и она уснула. Да!

– Что вы делаете? – со смехом спросил Руос, увидев, как девушка щипает себя.

– Я должна проснуться. Немедленно. Ну же!

– А вы не думали, что для того, чтобы проснуться, надо сначала, – он сделал паузу, – уснуть.

Её голубые, как глубины океана глаза застыли на его лице. Резко разозлившись, она пнула песок.

Руос развернулся и пошёл по покрытой мхом тропе вверх.

– Следуйте за мной или оставайтесь. Однако не забывайте, что без меня вам будет здесь не сладко. Кто знает, что обитает на этом острове, – чуть насмешливо добавил он.

Дора посмотрела в ту сторону, где скрылся конь с двумя головами, затем быстро поднялась на ноги и, надевая обратно лямку сумки через плечо, побежала за Руосом.

– Подождите! Не бросайте меня здесь! А-а-а…

Глава 5

Он хорошо слышал её шаги и крик с просьбой подождать. А потом слова сменились громким а-а-ансамблем, хруст веток, шлепок и тишина. С минуту Руос стоял, как вкопанный, затем подумал сокрушенно: «А ведь она и часа на острове не пробыла».

Карликовые циклопы выставляют ловушки везде, где не попадя, и не важно, кто в неё угодил – сожрут, не зажарив. И если он не вытащит девчонку из грязной ямы в ближайшее время, циклопы за ней явятся и – прощай, новая хранительница.

Кстати, книга!

Руос быстро подбежал к краю ямы. Девушка стояла по пояс в грязи. Лицо и волосы испачканы, на голове приклеились листочки и веточки, которые она успела нацеплять, пока падала. Но главное! У девушки хорошо развит инстинкт. Её правая рука была вытянута вверх. Она держала спасённую сумку с книгой.

– А вот это ты молодец, – похвалил он её и опустился на колени. – Давай мне книгу.

– Ещё чего! Сейчас заберёшь и слиняешь, а я в грязи останусь.

Что-то булькнуло в жиже, и Дора вскрикнула.

– Чтобы вытащить тебя, понадобится сила и обе твоей руки. Могу успокоить: ты и книга – неразделимы. Если я её заберу, то открыть не смогу. И никто не сможет.

– Почему?

Снова булькнуло, и Дора практически интуитивно отдала Руосу сумку с книгой.

– Вот именно. Будешь болтать, станешь пищей циклопа или огромного дождевого червя.

– Кого, кого? О, святые! Где я?

– При падении память отшибло?

– Эй, как там тебя!

– Р-У-О-С. Руос.

– Чёрт с тобой, вытащи меня отсюда! – Дора бросилась к земляной стенке и принялась карабкаться, но сколько ни пыталась, скатывалась обратно. В слякотной жиже увеличилось количество пузырьков. Она закричала громче. – Что это? Мамочки!

Рядом упала зелёная верёвка.

– Хватай! Я тяну.

Дора уставилась на переплетённые стебли и на секунду замерла в раздумье: «И откуда он достал верёвку так быстро? Они все здесь со странностями». После этих мыслей она обхватила верёвку двумя руками, и Руос начал вытягивать её из ямы. В этот момент из жижи высунулось что-то склизкое и розовое. Дора не удержалась, чтобы посмотреть. У этого нечто была пасть с острыми зубами. Существо клацало прямо под её ступнями. От страха и ужаса Дора сама начала лезть по верёвке, сопровождая свои движения отрывистыми криками.

Лицо Руоса было обеспокоенным.

Земля чуть дрогнула. Дора повисла на верёвке и закричала ещё громче.

– Не ори ты! Лезь вверх.

– Мне страшно!

Руос сделал ещё усилие. Карликовый циклоп выглянул из-за скалы. «Карликовый» – одно название, это существо, как два Руоса в высоту и как шесть Руосов в ширину.

– Ну и создала же ты мне проблем, – пробурчал он и дёрнул её на себя. Дора упала прямо на Руоса. Силой тяжести их выбросило с лестницы в кусты, а поскольку это была холмистая местность, они покатились вниз кубарем и в конце концов их остановил куст.

Руос ударился спиной о толстый ствол и упал лицом вниз. А под ним лежала ошарашенная Дора. Грязная и мерзко пахнущая Дора. Но небесно-голубые глаза, в которые Руос неотрывно смотрел, заставили забыть обо всём на свете. Девушка тяжело дышала, но тоже с любопытством рассматривала лицо красивого мужчины. А потом сказала:

– Ты меня раздавишь.

Шевельнувшись, Руос неотрывно смотрел в лицо девушки, прекрасные черты лица, ровный носик, идеальная линия подбородка и… чувственные губы. Он всегда думал, что только эльфийки имеют безупречную внешность. А теперь под ним настолько красивое и нежное создание, что, казалось, можно сломать её пополам и разрушить красоту. Он аккуратно скатился с неё и упал на спину.

Земля содрогнулась во второй раз, но теперь уже от крика. Всплеск! Что-то крякнуло, взметнуло ввысь над деревьями и снова булькнуло.

– Циклоп разозлился и порвал дождевого червя за то, что тот «сожрал» его добычу, – легко объяснил Руос.

Дора пялилась на мужчину, а в груди колотилось сердце.

– Здесь, я смотрю, опасно.

– Нисколько. Мы безмятежные. Не устраиваем войн, каждый живёт и существует по своим принципам.

– Только что я угодила в ловушку, какой-то гигант разорвал чудище на две половины! Безмятежные?

– Да, – беззаботно ответил Руос.

– А если бы меня так…

– Никто бы не плакал, поверь. Но… книга заклинаний осталась бы без хранителя.

– Книга заклинаний. Отлично. – Она посмотрела в чистое небо. Такое же голубое, как и везде. Но что же это за остров такой с двухголовыми лошадьми, червями с неё ростом и циклопами из книжек? Тем не менее, рядом лежал обычный человек с нормальными ушами, красивыми вьющимися волосами; щетина на лице обрамляла красивые губы. У Руоса она отметила большие глаза и густые ресницы. В профиль он был ещё более очаровательным. Она ещё раз подумала о книге. – Книга заклинаний… Книга! – вскрикнула Дора и села. – Где она?

Руос встал. Спина болела после удара, поэтому он медленно разогнулся.

– Книга осталась около ямы.

– Вот же! – и она пошла вверх по склону.

– Ты куда?

– За книгой, куда же ещё?

Руос покачал головой.

– Ты не в ту сторону пошла.

Глава 6

Монд Лан – это редчайшее место на земле. Более красивого и живописного места Дора никогда не видела. Несмотря на то, что её семья жила на берегу моря в красивом коттедже с садом, её ничто не должно было удивить. Однако такой необычайной красоты она даже в книгах не встречала.

Скалы остались позади, но всплески волн, ударяющиеся о каменные стены, слышался до сих пор. Она жадно впитывала какофонию природных звуков, любовалась необычными растениями. Иногда хотела прикоснуться к ним или понюхать цветы, но Руос грозно запрещал. Подпрыгивая от неожиданного возгласа, она шла дальше.

Лямка сумки с книгой снова впилась в грязное плечо. Грязевые ванны – это хорошо, но не тогда, когда она на тебе полностью высыхает и ты чувствуешь, как покрылся трещинами.

Они пробирались по лесу. Руос сказал, что так безопаснее всего. Здесь ловушек меньше.

– И куда же мы идём? – наконец спросила Дора, надеясь, что, как только они разберутся с книгой, отпустят её домой. – Нам далеко?

– Я веду тебя в свою деревню. Нельзя тебе показываться перед королём в таком виде.

– Ну да, – согласилась Дора. – Грязь не мешало бы смыть.

– Грязь? Ты думаешь, что дело только в грязи?

Девушка посмотрела на него со смущением.

– А что ещё не так?

– Да всё! – Руос всплеснул руками. – Твоя одежда, волосы…

– А что не так с моей одеждой?

– О, на тебе её почти нет!

Доре стало вдруг смешно, хотя должна была обидеться.

– Тебя смущает одежда девушки, которая жила в совершенно другом мире? Эй, дикарь, ты бывал хотя бы раз где-то ещё, кроме этого острова?

– Я здесь вырос. Здесь помру. Мне незачем шататься по другим местам.

– Вот и мне незачем было. – Она остановилась и сложила руки на груди. – И чего это я сюда сунулась, интересно? – с иронией произнесла она. – Ах да! Меня сюда приволокла книга! Я и забыла.

Руос смотрел на неё в упор, уперев ногу в камень. Девица не подарок. Она явно не из пугливых. Неудивительно, что книга выбрала её. Красивая, смелая, выносливая.

– Пить хочешь?

– Я думала, ты никогда не спросишь. У нас, знаешь ли, любого гостя с порога спрашивают – чай или кофе.

– Чай? Кофе? Это что ещё за зелья такие?

В этот момент Дора перестала дышать, настолько неожиданно это прозвучало.

– Чай, конечно, сойдёт за зелье. А кофе – это нечто другое. Ладно, где твоё питьё.

– Вон!

Руос кивнул в сторону ручья.

Дора ошеломлённо уставилась на тонкую полосочку воды.

– Э… мне встать на четвереньки и пить? – Руос с улыбкой кивнул. – Я тебе козочка, что ли? Здесь никакой тары нет? Стакана, бутылки, крышки какой-нибудь.

– Кто такая «козочка»?

– Бе-е-е или Ме-е-е.

Руос вопросительно глядел на неё. Он не понимал. На острове не было коз.

В конце концов, махнув рукой, Дора отправилась к ручью пить. Набирала ледяную воду в грязные ладошки и пила. «Что же это за остров такой? – задавалась она вопросом. – Здесь люди говорят на таком же языке, как и я, но многих слов не знают. Они без понятия, что такое чай или кофе. У них нет коз! Или эти животные по-другому называются? Зато есть существа, которых я в жизни не видывала. Необычные растения…»

Пока она сидела, раздумывала над водой, к ней подбирался стебель. А Руос отвлёкся на какой-то шум вдалеке, поэтому не видел, как Демоница опутала ноги гостьи. Дора закричала, когда стебли потащили её прочь.

Руос, выругавшись, вынул острый нож и побежал за Демоницей, скорость которой была в два раза больше человеческой. На подмогу явился Ггерой, старый друг Руоса, – эльф из его деревни. Он передвигался по деревьям куда быстрее Руоса, поэтому смог нагнать Демоницу и перерубить стебель. Шипя и извиваясь, оставшийся отросток уполз восвояси. А тот стебель, что опутывал ногу Доры, тут же высох.

Отдышавшись, Дора сначала проверила, сколько царапин осталось на её теле. Кожа горела от боли. Затем она гневно посмотрела на Руоса.

– Я живая дойду до вашей деревни?

– Откуда мне было знать, что ты привлечёшь все неприятности на свете!

Ггерой спрыгнул с ветки. Сильный, мускулистый парень с белоснежными длинными волосами. Дора обомлела, когда он вежливо протянул руку и помог ей встать.

– Меня зовут Ггерой. Я – друг.

– Осторожно с ним. Он в тесных отношениях с Асгардой.

– Это возлюбленная?

– Ха-ха-ха! Нет. Это богиня любви, милочка. Ггерой цепляет любую самочку, а потом бросает её. Он разбрасывается красивыми словами, проявляет внимание, а когда получает своё, забывает про свою любовь и ищет новую.

– Хм.

– Ты бы не мешал, Руос.

– Ах, но зато он хороший друг.

– Чего о тебе не скажешь, – заметила Дора, разглядывая украдкой уши эльфа. Настоящий эльф! Вот это да! – Полагаю, этот милый Ггерой доведёт меня до деревни в целости и сохранности, раз у тебя это не получается, проводник, – с этими словами Дора взяла эльфа под руку и пошла вперёд.

Руосу ничего не оставалось, как идти за ними, ведь в ответе за неё не Ггерой, а именно он сам – Руос.

Глава 7

– Почему Ледрис сбежал с острова? Почему решил передать книгу человеку? – спрашивал король.

Советник Мицар стоял перед пьедесталом в задумчивом состоянии. Маг вот уже несколько дней пользуется заклинаниями, чтобы это выяснить, но проблема в том, что без «Книги заклинаний» эти ответы недоступны. Обычное колдовство не действует на хранителей, и не важно, бывший он или нынешний. Хранители накладывают защиту, и лишь тот, кто вправе открыть «Книгу заклинаний», сможет найти ответы. Ледрис на протяжении веков являлся хранителем книги. И вот, он ни с того ни с сего покинул остров, подвергнув безмятежных опасности. Должна же быть этому логичная причина. Ледрис не был врагом, он верно служил королю. Маг был стар, но не немощен. Мицар видел его за день до исчезновения. Они побеседовали на тему расширения деревни Эльфов, поскольку их население увеличилось в два раза, домов не хватает. Ледрис открывал при нём книгу, чтобы та подсказала, как обезопасить деревню. Мицар вспомнил, как долго хранитель рассматривал страницу, как хмурилось его лицо, но не придал этому большого значения, ведь ответ Ледриса был вполне ободряющим. «Книга советует строить на восток от ручья», – сказал он, после чего ушёл и больше не появлялся.

– Ваше Величество, а возможно ли, что книга сама велела ему поступить именно так?

Король принял во внимание такое предположение.

– Да, нельзя исключать воздействие книги. Одного не понимаю: на острове много магов, зачем же Ледрису направлять сюда неопытного человека? Девчонку!

– Мы не узнаем этого, пока она сюда не придёт и не раскроет книгу.

– Девчонка уже на острове?

Советник немного оживился. Король не злится, а это хороший знак.

– Грог доложил, что она на острове. Руос знакомит её с нашими местами. Девушка должна быть готова к встрече с Вами, Ваше Величество, – Мицар поклонился. – Думаю, это займёт не больше суток.

– А быстрее никак?

– Никак. Она никогда не встречалась с тем, что увидит сегодня. Мы же не хотим, чтобы хранительница лишилась дара речи. Испугается, книги не откроет. Хранителя мы тронуть не можем, Ваше Величество, иначе, сами знаете, книга останется закрытой до появления нового хранителя. А где его искать потом?

– Я и без тебя всё это знаю! Обеспечь ей безопасность. Нельзя, чтобы её убили. А голодных хищников на острове хватает.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – снова поклон.

Мицар вышел во двор. Кого попросить о защите? Только Богов.

Очутившись в своей башне, Мицар отдал все силы на то, чтобы призвать Гермеса. Его духи могли бы оказать невидимую защиту. Гермесу не понравилось, что его потревожили, но когда маг-советник изложил свои требования, Бог задумался.

– Человек, говоришь?

– Да. Она наша новая хранительница, но не маг, что усложняет задачу. Если она погибнет на острове, мы потеряем защиту. О, Великий Гермес, взываю о помощи! Только ты один способен дать невидимую защиту и не напугать девушку.

– Если о ней прознает Локи, он попробует воспрепятствовать. И мои духи против него бессильны.

– Локи может задурить ей голову, но не убьёт же. Какая ему польза в этом?

– Локи хитрый сорванец. Он сделает всё, чтобы вернуть Ледриса, ибо Ледрис часто поощрял его желания.

– О! – советник был искренне удивлён. Чтобы маг способствовал проказам Бога озорства и коварства? Это новость!

– Либо он обхитрит девицу таким образом, что она станет его жертвой. И ведь не узнаешь, где Локи обретёт обличие. Мои духи этого не поймут.

– С Локи я как-нибудь решу. А ты всё же направь своих духов к девушке, пусть берегут её и книгу, как могут. Завтра она предстанет перед королём. Если Книга позволит, мы заменим хранителя, сотрём девушке память и отправим домой.

– Будь по-твоему.

Гермес исчез.

Дора шла по лесу между Руосом и новым другом эльфом, когда услышала голоса. Они были похожи на слабый шёпот, но слов не разобрать. Девушка остановилась и прислушалась.

– Слышите?

Руос и Ггерой переглянулись, затем пожали плечами.

– Нет.

– А я слышу. Шёпот. Но откуда он идёт, не пойму.

– Какая-то ты странная, – сделал вывод Руос и возобновил путь.

Дора устала; высохшая грязь причиняла неудобства, раны после езды по земле жгли. Лучшие аттракционы мира! Никому не пожелаешь. И что её ждёт дальше?

А дальше лес закончился. Они вышли на край утёса, а внизу простирался рай. Зрелище, по сравнению с тем, что Дора видела до этого, намного красивее, но настолько невероятно, что она рот раскрыла, без страха ступив к краю утёса. Внизу простиралась река с маленькими и большими водопадами. Она неслась через камни, проходила в арку из толстых корней необычных деревьев. На другой стороне виднелись низкие домики с черепичными или соломенными крышами. Она видела движение человечков, не подозревая, что это поселение эльфов. Но не это вызвало восторг. Над рекой парил остров. Поразительное зрелище, почва уходила вниз, но не доставала до воды. Было видно торчащие корни, а наверху – целые строения. Как такое возможно?

– Этот остров… висит! – вскрикнула она, тыча пальцем в него.

Руос сдержал смех.

– Да, такие острова поддерживаются за счёт магии.

– Магии! Вы уверены, что я не в сказку попала?

– Это реальный мир, недоступный обычным людям. Ещё раз добро пожаловать! А там, – он указал на противоположную сторону, – моя деревня.

– Нам, что, придётся вниз спускаться?

– Побойся Бога! Здесь есть мост.

– Вы знаете, кто такой Бог? – она подошла ещё ближе к краю, чтобы посмотреть вниз, но шёпот усилился в голове, а потом её неожиданно отбросило назад. Вскрикнув, Дора быстро встала и начала крутиться вокруг своей оси. – Кто это был?

Руос посмотрел на Ггероя. Они догадались, но Доре решили не говорить, что Гермес её защищает. Руос даже понял, что это король приказал.

– У нас много Богов, милая Дора. Это у вас он один. Не пугайся. Ты просто подошла близко к краю, а духи этого утёса не позволили тебе упасть.

– Духи утёса! Я чокнусь! – она пошла вперёд мимо Ггероя. – Где ваш мост?

– Точно не там, куда ты шагаешь, – усмехнулся Руос и пошёл в обратном направлении.

Теперь, когда духи Гермеса рядом, за неё можно не беспокоиться.

Глава 8

Любопытство не покидало Дору, поэтому она ни на минуту не замолкала. Всё спрашивала, спрашивала, спрашивала. Ггерой ушёл вперёд, став проводником, а Руос шёл рядом и устало отвечал на надоедливые вопросы.

– На этом летающем острове кто-то живёт?

– Да.

– Люди?

– Нет, не люди. У меня для тебя новость: людей на острове ничтожное количество, а девушка-человек и вовсе одна.

– И как… вы делите её, что ли?

Руос сначала не понял, а потом как расхохотался.

– Вот умора! Девушка-человек – это ты. А мы и с красивыми эльфийками дружим.

– А на том острове кто живёт? – она снова посмотрела на чудо чудесное и по мере того, как они поворачивали, она увидела водопад. От самой вершины островной горы волной вода стекала к основанию почвы, а потом спадала в реку стеной. Неземное зрелище.

– Если я скажу, что там живёт ведьма?

– Ведьма? Ну, я уже ничему не удивляюсь. Она добрая?

– Добрая.

– А как к ней попасть?

– Никак.

– А как она оттуда спускается?

– По воздуху.

– На метле? – усмехнулась Дора.

– Да, – серьёзно ответил Руос.

– И много тут таких островов?

– Десятки.

Она сказала, что не удивляется? Можно забыть.

– Насколько же огромен этот… Монд…

– Монд Лан. Он размером с три ваших Нью-Йорка. На острове много жителей и со временем ты с ними познакомишься.

Дора дотронулась до сумки с книгой и задумалась.

– Я больше не вернусь домой?

– Этого я сказать не могу. Я не король.

– Он решает?

– Он и книга.

Мост, на который они ступили, оказался прозрачным, и у Доры закружилась голова, когда она посмотрела под ноги. Внизу бушевала река. Руос понял, что ей страшно, и подал руку. Улыбнувшись, Дора вложила свою руку в его ладонь и стала смотреть перед собой, в спину Ггероя.

– Эльфы здесь не слишком разговорчивы, – заметила она.

– Они просто осторожны с чужаками, вот и всё. Когда они узнают тебя поближе, будут такими же болтливым, как и ты.

– Я болтливая?! Я всего лишь интересуюсь местом, куда попала, между прочим, не по своей воле!

– Ладно, ладно.

– Да! И я не понимаю. Если здесь живут безмятежные, тогда почему на острове столько опасностей? И… к чему защита?

– Остров скрыт от всяких людских спутников с помощью магии. Если этот щит уничтожить, начнется война, потому что люди заходят сюда пробраться, а мы не станем их пускать. Тогда начнется мятеж. Сейчас всё тихо и спокойно. Понимаешь мою мысль? Опасности, таящиеся внутри острова, не столь важны. Циклопы, голодные растения, ведьмы, драконы не грозят существованию острова. Эти твари страшны только для неосторожных обитателей. Но они при этом поддерживают жизнь.

– Кажется, моему мозгу требуется перезагрузка.

– Мы почти пришли. Мой дом за тем кипарисовым деревом.

Дора прищурилась. Кипарисовое дерево виднелось пока что маленьким пятнышком. Она выдернула свою руку и обняла себя. Из домов повысовывались лица, которые с любопытством наблюдали за гостьей. Дора не смела крутить головой, поэтому двигала только глазами, жалея, что выглядит как оборванка.

– Ггерой! – крикнул Руос. – Думаю, нам понадобится помощь Фелтис. Ванная, платье и вся эта женская чушь не по мне.

Кивнув, Ггерой скрылся за домами. Они сменили курс.

– Что? Ты больше не ведёшь меня в свой дом?

– Я подумал, что тебе у Фелтис будет лучше. У нее семья – добряки и весельчаки. В её доме найдется комната для тебя. А у меня, в моей холостяцкой берлоге, тебе будет скучно.

– Угу. И Фелтис – эльф?

– Это деревня эльфийская, поэтому ты будешь иметь дело с эльфами. Да они, как мы! Почти.

– Угу. – Дора старалась молчать и не задавать вопросов, хотя это было трудно. Однако Руос устал от этого маленького путешествия и от её болтовни. Дора это понимала, поэтому сдержалась.

Они подошли к белому удлинённому домику, издалека похожему на гриб с окошками. Вокруг ухоженная территория, благоухали цветы, над домом возвышались необычные деревья. Навстречу к ним вышла потрясающей красоты девушка с белокурым конским хвостом, из которого торчали несколько тонких косичек. Эльфийские уши бросались в глаза, но не уродовали девушку. На ней было необычное белое платье с медными узорчатыми вставками. Верх был практически открыт, лиф не поддерживался лямками. А рукава крепились на локтях и разлетались к кисти.

Девушка приветливо улыбнулась.

– Меня зовут Фелтис Лунный Гнев. Добро пожаловать в наш дом!

– Я просто Дора. Спасибо. Здрасьте.

– Я оставляю тебе Дору, Фелтис. Зайду утром. Мне предстоит вести её к королю, поэтому сделай всё, что подобает.

– Не волнуйся, Руос. Дора в надёжных руках.

На плечи девушке прыгнула белая пушистая кошечка, и у Доры загорелись глаза.

– У вас есть кошки! Ну надо же! – Она протянула руку, чтобы погладить животное, но кошка зашипела:

– Не трошь-шь.

Будь Дора слабее, она упала бы в обморок.

Глава 9

После долгого путешествия, невероятно сильных эмоций и шока, только теперь, сидя на стуле в эльфийском доме, Дора осознавала всю серьёзность своего положения. Она за сотни километров от своего дома. Родители не в курсе, куда она пропала, ведь Дора не планировала исчезать, а значит, никакой записки домашним не оставила.

От мысли, как там её мама с папой, Дора впала в ужас и отчаяние. Когда вернулась Фелтис, на Доре лица не было.

– Ванная готова! – радостно сообщила эльфийка и тут же спрятала улыбку. – Что с тобой?

– Фелтис, а здесь есть почта? А интернет?

– Интер – что?

– Интернет. Чтобы я могла с мамой связаться. Ну, через компьютер.

Фелтис недоуменно смотрела на Дору и ничего не понимала.

– Тогда почта, – пыталась достучаться до девушки Дора. – Письмо отправлю, сообщу, что жива и здорова. Они ведь искать будут.

– О! – только и воскликнула Фелтис. Затем поманила за собой. – Вот тут ванная. Вода тёплая. Я добавила пены, расслабишься. Мыло и шампунь здесь. Этим сможешь обтереть своё тело. – Фелтис прошлась к зеркалу и ступила на бамбуковый коврик. Слева на крючках висели тряпки. – Я подобрала тебе платье и бельё. На ноги мы надеваем вот такие сандалии. Они удобные при беге, а на подошвах есть шипы. Смотри! Видишь? Они помогут взобраться на любой склон, даже на скалистый.

Дора молча следила за движениями эльфийки, но всё ещё ждала ответа на свой вопрос. Фелтис вышла из ванной, так ничего и не ответив насчёт почты. Похоже, придётся доставать этим вопросом Руоса.

После ухода Фелтис Дора задвинула засов изнутри и осталась в крошечном, но очень светлом помещении. Маленькое окошко, находившееся почти под потолком давало достаточно света. Стены, как и коврик напоминали бамбуковое плетение, но наверняка Дора сказать не могла, ибо здесь много нового. Коты разговаривают!

Ванная – это, скорее, деревянная низкая бочка, только овального типа. Рядом очень много полочек с бутыльками и тюбиками. Здешние женщины ничуть не хуже ухаживают за собой. Фелтис была очень красивой, а её кожа – идеальной, что теперь не удивляло.

Сняв с себя грязную одежду, Дора бросила её в уголок и забралась в ванную. Волшебно! Просто бесподобно! Она впервые за несколько часов смогла поистине расслабиться.

Мылом, которое пахло лавандой, она смыла с себя грязь. Здесь был краник, и она смогла заменить серую воду на чистую. Вода по-прежнему была тёплой. Затем она понюхала шампунь. Хвоя. После этого чудо-средства волосы блестели, словно налакированные.

Ощущения были приятные, когда она вылезла и обтерлась странным, чуть шероховатым полотенцем. Чувство как после массажа. Бельё – это бесшовные телесного цвета трусики и из такого же материала полоска на грудь, ничуть непохожая на стандартный лифчик, однако она принимала формы груди и практически исчезала на коже. Грудь была скрыта, полоска сидела крепко, но при этом осталась абсолютно незаметной. Дора только и делала, что повторяла: «Вау! Как круто! Нашим модельерам есть над чем поработать».

Далее шло платье. И тут Дора нахмурились. Она понятия не имела, как носить эту вещь. Минут пятнадцать она крутила её и вертела, надевала то так, то эдак, но в конце концов удалось сообразить. Это была короткая юбочка сочного зелёного цвета, корсет, который поддерживался плетёной ленточкой на шее и медный пояс в форме треугольника.

Первые впечатления от обуви были не очень хорошими. Сандалии казались неудобными и жесткими, но походив по комнате с минуту, Дора привыкла.

Из ванной она выходить не спешила. На полках стояли десятки интереснейших бутылочек. Девушка надеялась найти крем для лица, но язык ей был незнаком, поэтому она не смогла прочитать ни названий, ни для чего все эти косметические средства нужны.

Взгляд упал на синюю баночку. Дора открутила крышечку и понюхала содержимое. Запах был изумительный. Сладкий, медовый. Консистенция напоминала обычный крем. Она сунула палец и захватила горошину крема. Намазала тыльную сторону руки. Увлажнил. Значит, она нашла то, что надо. Смазав хорошо лицо этим самым кремом, Дора наконец вышла из ванной комнаты.

Её пригласили к столу.

– Мы обедать собираемся, – сказала Фелтис. – Руос предупредил, что ты всё ещё ничего не ела. Не знаю, сможешь ли ты есть нашу пищу, но раз Руос её любит, думаю, и ты полюбишь.

– О, я всеядная. Уверена, мне понравится. Пахнет вкусно!

Но когда Дора бросила взгляд на стол и увидела жареные лапки насекомых, ей стало не по себе. А чем питаются эльфы? При подробном рассмотрении Дора заметила аппетитный хлеб и даже мясо. В центре стояла вазочка с дикой малиной.

Фелтис принялась представлять Доре членов своей семьи. Полненькая женщина в платье травяного цвета, которая суетилась около стола – была её матерью. Отец, высокий и ещё совсем молодой, сидел во главе стола. У Фелтис были братья Куина Живой и Эльфарандо Звёздный охотник. Оба неописуемо красивы, с длинными черными волосами. Ггерой, как выяснилось, жених Фелтис. Он тоже пришёл на обед.

Они что-то говорили ей, но Дора не слушала. Ощущая странный жар на лице, она забеспокоилась и не смогла сосредоточиться.

– Дора? – Фелтис испуганно смотрела на неё.

– У меня горит лицо, – произнесла Дора, дотрагиваясь до пылающей кожи. И боль усиливалась. Дора как закричит: – У меня лицо горит! Спасите!

Матушка Фелтис сразу сообразила, в чём дело и, браня свою дочь, смочила тряпку в ледяной воде.

– Зачем ты дала ей Дермис?

– Дермис? О Господи! Что это ещё такое? – Дору трясло. Из глаз брызнули слёзы, хотя она не плакала. Это эффект от крема.

Фелтис растерялась.

– Я дала ей только шампунь и мыло. Дора, ты намазалась мазью из синей баночки?

– Он… Он так вкусно пахнет. У нас так крем для лица пахнет.

На лицо Доры рухнула ледяная тряпка, и сразу полегчало.

За столом стоял хохот.

– Дермис – это мазь от боли в спине, – чуть позже объяснила Фелтис. – У мамы часто спина болит, вот она и держит мазь в ванной. В следующий раз спроси, прежде чем мазаться. Я принесу тебе крем для лица. Ежевичный. А пока располагайся. Здесь ты будешь спать.

Дора устало оглядела полупустую комнату с деревянными стенами и столиком в углу.

– А кровать где?

Пальчик Фелтис показал наверх. Кровать находилась под потолком, прямо около окошка, и держалась на железных подпорках. С краю свисала лесенка. Дора взяла книгу заклинаний и залезла на кровать.

– Спасибо, Фелтис.

– Тебе пора отдохнуть. Я приду к тебе утром. Если что-то понадобится, не стесняйся, заглядывай в соседнюю комнату. Я рядом.

Эльфийка скрылась за дверью. Дора немного посидела в задумчивости, затем открыла книгу. Зачем она это сделала, сама не знала, но чувствовала, что открыть её необходимо.

На чистом листе проявились буквы. Сначала они были непонятны Доре, но постепенно она начала видеть буквы родного языка, и фраза стала чёткой. Дора прочитала:

МАГИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА СЛАБЕЕТ.

Глава 10

Несмотря на усталость, Дора долго не могла уснуть. С улицы доносились непонятные звуки. Это не пение сверчков, как у неё дома, а нечто иное, очень мерзкое. Воображение рисовало какую-то склизкую тварь, похожую на того разорванного червя из ямы, только маленькую, которая с остервенением что-то всю ночь вылизывала. Именно такой звук доносился из окна: шлык-шлык.

Потом она задремала, но вздрогнула, когда книга свалилась на пол.

Дора перегнулась через край кровати. Книга была раскрыта. Но сообщение было другим. Девушка слезла и всмотрелась в буквы.

Сообщение гласило:

ТЫ НА ОСТРОВЕ МОНД ЛАН. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ХРАНИТЕЛЬНИЦА!

«У-у-у, какая вежливая книга!» – улыбнулась про себя Дора.

Очутившись снова у себя на кровати, Дора открыла окно и вдохнула свежий утренний воздух. А потом рассмотрела представший её взору вид. Всюду зелень, цветы, благоухание. Здесь ей нравилось. Место было сравнимо с раем на земле. Вот только трава неестественно шевелилась.

Дора внимательно пригляделась. Нет, её кто-то шевелил. В траве кто-то прятался.

– Эй! – шепнула Дора, хихикнув. Она решила ничему не удивляться в этом месте. – А ну, вылезай оттуда! Эй!

– «Эй» – твоя мамочка. А я – Торнадо.

Дора вздернула брови. Нет, не удивляться не получится. К ней вышел белый, очень пушистый и неуклюжий кот. Вышел и сразу рухнул на пятую точку. Размером он был больше, чем обычная кошка. Предположительно, в нём поместилось бы две кошки. Но до чего же он был толстый!

– Д-Дора.

– Кто? Дура?

Девушка сплюнула, рассердившись.

– Идиот! Меня зовут Дора!

– А мне Дура нравится. Ты человек, да?

– Не вздумай называть меня Дурой. А то я тебя буду Оданрот называть.

Глаза кота расширились и стали как будто зеленее.

– Сама придумала? Такого имени не существует.

– Если ты прочитаешь своё имя задом наперед, то существует. Ты же моё имя коверкаешь, и я могу.

«Я говорю с котом! О, мамочка, ты могла это представить, когда рожала меня?» – подумала Дора, но продолжала разглядывать пушистого карапуза.

– Эй, умный Торнадо, может ты знаешь, как отправить письмо за бугор?

Кот принялся вылизываться.

– Эй, коти-ик?

– Письмо за бугор, – отозвался Торнадо, лизнул хвост, но язык застрял, и кот принялся вытягиваться, чтобы избавиться от прилипшей шерсти. Когда он это сделал, то чувствовал себя измождённым. – Ох уж мне эти утренние ванны! Что ты имеешь в виду под словом «письмо»?

– Мне надо отправить послание маме. Она места себе не находит, беспокоится за меня.

– У меня бабка такая была, черная кошка, всегда место искала и не находила. В итоге садилась, где придётся. И мама твоя пусть так сделает.

– Тьфу ты! Котяра, я спросила, как сообщить, что я жива и здорова маме с папой?

– Нет. Ты спросила, как отправить письмо за бугор. За каким бугром живут твои родители?

Дора, рассвирепев, нырнула в комнату, легла на кровать и закрыла глаза. Это ведь кошачий мозг. Не лучше дождаться Руоса и обо всём расспросить? Однако Торнадо желал разговоров. Он запрыгнул на окно… Ну, как запрыгнул. Запрыгнул и сполз, зацепившись за край рамы когтями, затем начал карабкаться и пыхтеть. Дора не выдержала и помогла коту залезть на оконную раму.

– Вот упёртое животное, – пробурчала она, пытаясь отдышаться. Котейка тяжеловатый однако. – Мои родители живут далеко от этого острова. Я приехала сюда, ничего им не сказав.

– Так спроси книгу.

– О чём?

Кот спрыгнул с окна на кровать и сел около книги.

– Всему вас, людей, учить надо. Грэм сказал, что ты новая хранительница. А хранители умеют открывать книгу и читать всё, что она предскажет.

– Это я уже поняла.

– А ещё там есть заклинания. Только тебе их выпрашивать надо. Например, открываешь книгу на чистом листе и говоришь: «О, книга, выведи заклинание на превращение кота в гриб».

– Какой хороший пример.

– Гриб тебе не расскажет того, что я расскажу, – буркнул Торнадо.

– Значит, я могу и вопросы книге задавать?

– Да.

Дора села и положила книгу на колени.

– Но она ведь письмо не отправит.

Кот закатил глаза.

– Но спросить её-то ты можешь!

– А-а-а! – только теперь до Доры дошло, что ей пытался втереть большой пушистый кот. А ведь он не туп.

С воодушевлением Дора открыла книгу и спросила: «Как послать маме с папой весточку о том, что жива и здорова?»

Книга на самом деле высветила буквы – ответ. Но улыбка Доры померкла в секунду.

– Эта книга знает не больше тебя!

– Что она ответила?

Зло посмотрев на кота, Дора язвительно повторила написанное:

– «ОТПРАВЬ ИМ ПИСЬМО»! Как???

И книга ответила:

ЧЕРЕЗ ПОСЫЛЬНОГО. ИДИ К ВЕДЬМЕ РАКЕЛЬ.

Дора подумала дождаться Руоса, а потом вдруг вспомнила, что он поведёт её к королю, а значит, откажет в просьбе. Она резко посмотрела на Торнадо:

– Ты знаешь, как идти к этой Ракель?

– Ну, знаю.

– Сопроводи. Пожалуйста.

– А что мне за это будет?

– А что ты за это хочешь?

Торнадо подошёл к Доре и замурчал, начал тыкаться головой ей в ладонь.

– Сделай меня своим советником.

– Что? – Дора рассмеялась. – Зачем он мне?

– У всех магов-хранителей есть советник. У Ледриса он тоже был.

– И тоже кот?

– Нет. У него был не кот. Но разницы нет. Сделаешь – отведу к Ракель.

Что будет от того, если она назначит неглупого кота советником? Ничего. Ей ведь всё равно. Проведя по пушистой шёрстке ладонью, она улыбнулась и сказала, что Торнадо отныне её советник. И кот, важно поставив хвост трубой, запрыгнул на окно.

– Тогда в путь! И… не гладь меня слишком часто. Я, по правде говоря, не люблю нежности.

Они спустились на землю через окошко и, пробираясь сквозь заросли, вышли на широкую тропу. Дора снова перевесила лямку сумки с книгой через плечо. Сандалии ощущались намного лучше, чем её старые кеды. А волосы развивались на ветру, словно шелковые нити.

Утро было солнечным и приятным. Они с Торнадо запели весёлую песенку, которая возникла в голове совершенно спонтанно. Но Дора ничему больше не удивлялась.

Глава 11

Руос сделал большие глаза.

– Как нет? Как это нет? А книга?

– И книги нет, – виновато ответила Фелтис.

Утром Руос проснулся в хорошем настроении. Через несколько часов он передаст гостью королю и снова будет свободен. Так он думал до того момента, пока Фелтис его не огорошила: Дора сбежала.

На семью эльфов обрушились стандартные человеческие проклятия.

Фелтис в это время разглядывала свои ногти, иногда вздыхала. Мать эльфийка обняла сковородку, в ужасе таращась на Руоса. Отец эльф свистел в сторону. Братья Куина и Эльфарандо делали вид, что их это не касается. И только Ггерой решил дать Руосу оплеуху, чтобы заткнулся.

Руос ошалело таращился на Ггероя.

– Надо искать, а не языком шуршать, – сказал эльф. Фелтис благодарно улыбнулась ему.

– А где искать? – Руос покрутился. – Куда она ушла? Может, туда? – он пошёл от дома к дороге. – Нет? Или туда? – ринулся на запад. – О, мне приснилось, что она пошла туда! – язвительно бросил он и пошёл на восток к зарослям. – Только что мне подскажет? Что мне…

Фелтис тоже приблизилась к месту, где Руос стоял.

– Примятая трава.

– Тут следы.

Присев, Фелтис изучила их.

– Кошачьи…

– Ну естественно! А я-то думал!

– Руос, ты никогда меня не дослушиваешь!

– Треснуть ему ещё разок? – предложил Ггерой.

– Не надо, – запротестовал Руос. – Вы поймите меня. Я сегодня должен доставить девчонку с книгой к королю.

– Вспомни, что случилось на утёсе, – припомнил Ггерой.

Фелтис заинтересовалась:

– А что там случилось?

– Дору охраняют духи Бога Гермеса. Куда бы она ни пошла и с кем бы ни пошла, она под защитой.

– Локи до этих духов, как мне до здоровья своей печёнки!

– О, святой гриб! Зачем Локи нужна эта девушка? – возмутилась Фелтис, теряя терпение. – Что он с ней будет делать, скажи? Смотри, тут следы сандалий. Похоже, здесь побывал и Теодор. С ним она и ушла.

– Как же достал меня этот кот! Говорил, надо бубенчики ему отрезать, чтобы знал, как в чужие дома лезть и людей воровать.

Ггерой подошёл ближе к Руосу и шепнул:

– Забыл? У него уже пять лет как нет бубенчиков.

– Я всё слышу, – предупредила Фелтис, затем нырнула в кусты. – Ну вот, облепиховая ветка надломана. Теодор всё ещё верит, что лёгкий, как пушинка. Кстати, а виновато в том, что он толстый, отсутствие бубенчиков!

– Следы Доры там есть?

На первый взгляд ничего не было видно. Но Фелтис одна прекрасно помнила цвет ткани платья, которое она подала Доре, и яркий зелёный клочок материи она заметила на конце обломанной ветки. Теперь сомнений не было – Дора ушла с котом Теодором.

– Эй, бравые ребята! За мной!

– Почему в кусты? – поинтересовался Ггерой.

– Давайте же, пока я след не потеряла!

Фелтис, Руос и Ггерой вышли на дорогу и на этом их поиски завершились, потому что пойти они могли куда угодно, а следов на камне коты пока не научились оставлять.

В это время в эльфийскую деревню решили заглянуть братья Таракона. Грэм летел впереди, а Увэ без особого желания тащился за ним, хлопая крыльями.

– Увэ, смотри, наш старый друг Руос! Давай спустимся и спросим, как прошла встреча с девчонкой из другого мира?

– Давай, – устало согласился фиолетовый дракончик.

Руос, заприметив Таракона, скривил гримасу. Сейчас ему было не до дружеских разговоров с карликовыми драконами. Однако прогонять их себе дороже.

– И чего это вы приуныли? О, знаю! Вы играете в молчанку, нельзя разговаривать и смеяться.

Грэм начал подлетать к каждому и корчить страшные, но в тот же момент смешные рожицы. Взгляд Увэ встретился с взглядом Руоса, и пока Грэм кривлялся, пытаясь рассмешить эльфов, Увэ спросил тихо:

– Случилось что-то?

– Да. Я потерял новую хранительницу, и завтра на рассвете мне будет секир-башка, – сказал он и изобразил повешенного, вывалив язык.

– Ага! Руос пошевелился, пошевелился! – закричал Грэм и раскланялся перед эльфами. – Поздравляю. Поздравляю.

Увэ снова обратился к Руосу шёпотом:

– Когда это случилось?

– Что? О чём вы там шепчетесь? – заинтересовался Грэм.

– У нас нет времени, Грэм, правда. И нисколько нам не весело, – с грустью произнёс Руос, осматривая окрестности

Увэ объяснил непутёвому брату, что произошло, а Фелтис добавила известные им детали. Теперь молчали все. Таракона зависли в воздухе, эльфы принюхивались к воздуху, а Руос уселся на землю и взялся за голову.

– Мне крышка. Король зажарит меня своим огнём и оставит одни угольки.

– Подождите, – Грэм воспрянул духом, – это остров. Куда она денется, если её не съедят? Надежда ведь есть. Давайте искать, спрашивать. Вы на земле ищите, а мы с воздуха поглядим.

– Увэ прав. Может, она не ушла из деревни, – согласилась Фелтис.

– Я – Грэм!!!

– Какая разница? Увэ, Грэм… Искать надо!

И они пошли наугад.

Грэм полетел последним, бурча под нос:

– Разница большая. Он – фиолетовое недоразумение, а я весёлый и находчивый дракон Таракона.

Глава 12

Деревня закончилась, и Доре стало жутковато, как только они вошли в густой лес. Вокруг глухо, кроны деревьев закрывали небо, из-за чего день резко превратился в вечер; хруст веток казался таким громким, что создавалось ощущение, будто оказался на дне пустой стеклянной бутылки.

– Теодор, ты уверен, что этот путь верный?

– Другого просто-напросто не существует. Ракель живёт в глуши, где нет ни души. Она не любит гостей и…

– Подожди, подожди. Если она не любит гостей, значит она нас не примет.

– Скажешь, что книга прислала, и она поймёт, – важно сказал кот, вильнув хвостом.

– И долго нам идти? – спустя время спросила Дора.

– Ишь ты, думаешь, остров маленький, да? Лес пройдём, затем овраг перейти надо будет. Там дорогая сельская, и роща, где мурриканы живут.

– Мурри-кто?

– Мурриканы. Не то лошади, не то кошки, не то рептилия… зато душа добрая, если приручить удастся.

– Зачем мне их приручать?

– Тебе быстро до Ракель добраться надо?

– Надо.

– Вот, они и довезут. К тому же, к дому Ракель пешком не пройти.

Дора растерянно смотрела на впереди идущий пушистый комок и уже жалела, что решила отправиться к ведьме. Повернуть назад она не могла, ведь мама с папой дома места себе не находят. И лес такой страшный и дремучий, что сама она вряд ли найдёт дорогу в деревню эльфов.

Смутное предчувствие чего-то недоброго закралось в душу. Стоило ли доверять какому-то коту? А если он не добрый пушистый комочек, а превратившееся в милоту чудовище? Воображение рисовало Доре немыслимо жуткие картинки. Она впилась взглядом в кота и не отводила до тех пор, пока тот это не почувствовал.

– Мяу, я понимаю, что прекрасен, но человеческими женщинами не интересуюсь. Не смотри на меня так.

– А ты самоуверенный! Зачем мне влюбляться в кота?

– Вот и я думаю – зачем. Пришли.

Дора сама отогнула листы папоротника и увидела овраг, который отделял лес от сельской дороги глубокой раной. На дне оврага бурлила грязь, и Дора вспомнила огромного червя в яме, в которую угодила в самом начале пути. Она попятилась.

– В грязь не полезу и не проси!

– Думаешь, и я свою шерстку марать стану? Нет. Но и моста здесь нет.

– Как же мы овраг перейдём, не испачкавшись?

– По дереву!

Очень медленно Дора подняла взгляд на то самое дерево, ветви которого дотягивались до дороги. Однако она не уверена была в том, что под тяжестью её веса ветки не утянут её в самую грязь. Где живут эти страшные черви!

– Э-э-э… Тогда мне надо превратиться в кошку! Или… О! Я спрошу книгу!

Вкусив всю прелесть книги, заменяющую всемирный поисковик Гугл, она немедленно раскрыла её и задала вопрос, но ответ пришёл очень странный: БЕРЕГИСЬ.

И понимай как хочешь!

Дора надула щеки, затем села на землю прямо перед оврагом.

– Хорошо, что эта книга не посоветовала построить мост. Однако это предупреждение… «Берегись». Чего? Оврага? Теодор, ты же мой советник, скажи, пожалуйста.

– Но и я не знаю, хранительница.

Как он царственно её назвал, вызвав чувство гордости и уважения к самой себе. В жизни Дору называли только «дочь» да «студентка». Ей начинало нравиться на этом острове.

– «Берегись», – вновь повторила Дора и спросила книгу, но никаких букв не возникло. – Ну какой же это поисковик? А где тут заклинания?

– О нет! Не экспериментируй! Убьёшь ещё нас!

Дора не слышала возгласы Теодора, в голову ворвались голоса, неразборчивый шёпот, и тревожное чувство вновь возросло. Листья папоротника зашевелились, девушка вскочила и замерла. А потом вздохнула с облегчением.

– Руос! Как хорошо, что ты меня нашёл! Я уже пожалела, что доверила свою жизнь коту. Но мне надо к ведьме Ракель, чтобы отправить письмо родителям, а Теодор любезно согласился показать мне дорогу. Только не злись. Руос?

Парень долго смотрел на неё, затем на книгу в руке, и она, заметив это, быстро убрала её в сумку.

– Не волнуйся! С книгой ничего не случится.

Руос улыбнулся уголком губ. Теодор зашипел.

– А ну брысь! – фыркнул на Теодора Руос. – Непутёвая котяра.

– Руос! Зачем ты так?

Теодор шмыгнул в кусты и с бешеной скоростью понёсся через лес обратно в деревню эльфов.

Дора нахмурились.

– Этот кот ненавидит меня, как и я его. Идём. Раз тебе надо к Ракель, я с радостью помогу добраться до её дома. Я знаю, где можно обойти этот овраг.

– Ух ты! Как здорово! А я ещё сомневалась в тебе, – обрадовалась Дора. – Как только отправлю письмо, мы пойдём к королю, обещаю.

– К королю?

– Разве ты не должен отвести меня к королю?

– Да-а! – рассмеялся над своим невежеством Руос. – К королю. Конечно!

Руос сегодня казался очень странным. «Не выспался», – решила Дора и пошла вслед за ним. Тревога отступила, освободив место спокойствию. А о слове «Берегись» она даже не вспомнила. Может потому, что избавилась от зла? Теодор ведь убежал.

Глава 13

А в это время настоящий Руос осматривал кусты в надежде обнаружить след Доры.

Весь в опилках, листочках, колючках выныривал он из очередного куста. И ничего.

Фелтис забралась на дерево и всматривалась в долину, затем перевела взгляд туда, где скрывался мост. Мост хоть и невидимый, но тех, кто по нему идёт, очень хорошо видно. Он был пуст. Чувствуя лёгкую вину за то, что не углядела, Фелтис поникла.

Рядом повисли в воздухе Грэм и Увэ.

– Она как сквозь землю провалилась, – возмущённо сказал огненный Грэм.

– Полагаю, она вышла из деревни, – признала Фелтис, затем посмотрела туда, где Руос метал ветки от злости и негодования. – Вот так друг доверился мне, а я…

– А почему мы ищем Дору, а не Теодора? – вдруг задался вопросом Увэ. – Коты имеют запах. Его можно быстро найти.

Грэм с сомнением сложил лапки на груди, пока работали крылья.

– Да? А нюхать ты будешь?

– Я не пёс Лаэлап, я не могу выслеживать всё подряд. Но есть же те, кто возьмётся за такую работку.

Все трое поглядели друг на друга, затем в один голос выкрикнули:

– Флинт!!!

Грэм усмехнулся.

– И раз идея пришла в голову Увэ, то он и летит за ним.

Флинт жил на краю эльфийской деревни. Увэ до него быстро добрался. Это был стройный, ловкий пёс средних размеров с короткой густой шерстью цвета тёмной яшмы, которая будто впитывает свет ночи. Его глаза – янтарные, с проницательным и чуть мистическим блеском, которые видели не только фактический мир, но и скрытые за ним тайны. Нос Флинта – тонкий и чрезвычайно чувствительный, способный уловить даже самые едва заметные запахи магии или следы редких существ. Он умел бесшумно двигаться, словно тень. Он был свободен и могуч. Вот только уговорить его выйти на поиски было почти нереально. Флинт подчинялся королю и хранителю. Увэ же не относился ни к тому, ни к другому.

Он подлетел к спящей собаке и осторожно присел на ухо.

– Что за муха! – возмутился Флинт, лапой смахнув дракончика.

Тот полетел по траве: бряк, шмяк, бряк шмяк. «Ай! Ой! Ай! Ой!» – только и слышалось. Флинт поднял свою собачью бровь.

– Чего тебе, фиолетовый?

– Я… – дракона ещё шатало во все стороны. – Надо найти человека.

– Я не бюро заказов, – буркнул пёс и положил голову на лапу.

– Флинт, очень нужно.

– Раз нужно, ищи. Или у тебя есть приказ короля? О, а может, хранитель книги нашёлся? Тогда он сам лично должен прийти.

– Флинт, можешь считать, что это для короля…

– Считать – не считается, – упрямилась собака.

– Считается! – Увэ никогда не выходил из себя, но сейчас у него не хватило терпения. Вежливость с Флинтом бесполезна. Только псу было чихать на писк из травы. Он мог прихлопнуть Увэ одним шлепком.

Маленький дракончик Таракона улетел обратно ни с чем и с прискорбием сообщил, что Флинт отказался.

– Я и не сомневался, что ты не справишься. У тебя просто-напросто нет способности! Ты слышала, Фелтис, что яйца Таракона могли подменить? Уверен, мой настоящий брат где-то на другом конце острова. А этот…

– Грэм, не будь таким злюкой. Увэ просто не такой, как ты, – попыталась защитить фиолетового дракона Фелтис, а сама уже шла в сторону дома Флинта. – Сейчас мы уговорим Флинта вместе.

Вскоре она положила лоскут зелёной ткани перед собакой, и когда он лениво уставился на ткань, сказала:

– Это ткань от платья нашего нового хранителя. Сегодня мы должны представить её королю, но она исчезла вместе с Теодором. Как думаешь, Флинт, станешь ли ты героем, если отыщешь нашу хранительницу вместе с книгой?

Поразмыслив немного, Флинт согласился. Он обнюхал лоскут и сказал, чтобы вели туда, откуда хранительница ушла.

Так начались поиски. Руос с Ггероем присоединились к команде. Запах повёл Флинта в лес. И только они успели войти в него, как вдруг послышался треск и тяжёлое пыхтение. Таракона вспорхнули вверх. Фелтис спряталась за спину Ггероя. Флинт насторожился. А Руос продолжил путь, поскольку человеческий слух был не столь острым. И когда на него вдруг понеслась белая и пушистая туша, он застыл с выпученными глазами.

– О нет, нет, нет…

Кот, завидев Руоса, сделал глаза ещё круглее, шерсть вздыбилась. Он зашипел. Притормозил и вдруг попятился.

– Как… ты здесь? – кот явно был ошеломлён.

Флинт тут же обнюхал его и заявил:

– Она была с ним.

– Не трожь меня, мокрый нос! – вскрикнул кот, брезгливо скорчив рожицу. Затем вдруг сел и стал тяжело дышать. – Давно я так не бегал.

– Теодор, где Дора? – спросила Фелтис, присев рядом с ним.

– Так она с ним осталась.

– С кем?

– С Руосом. Он сам меня прогнал. Одну бы я её точно не бросил бы…

– Но я здесь, – в недоумении сказал Руос.

– Вот и мне интересно, как ты здесь очутился.

Грэм подлетел к Фелтис и уселся ей на плечо.

– Боюсь, у меня неутешительные прогнозы. То был не Руос.

– Локи! – в один голос крикнули Фелтис, Ггерой, Увэ, Руос и даже Флинт.

А там, где появляется Локи, даже свет начинает дрожать. Опасность дышала Доре в затылок. Безмятежным не будет спокойствия там, где этот хитрец вошёл в игру.

Глава 14

Дора шла за Руосом, думая, что он ведёт её обратно в эльфийскую деревню, но вместо этого они уходили всё глубже в лес.

– Ты ведёшь меня к королю?

– Я веду тебя туда, куда ты желаешь.

Обрадовавшись такому повороту, Дора широко улыбнулась и сказала:

– Я шла к Ракель. К ведьме. Книга сказала, что она поможет мне отправить письмо моим родителям. Обещаю, что после этого пойду к королю.

– Книга сказала?

– Угу. – Лес редел, становилось теплее, и сквозь редкие деревья пробивались солнечные лучи, играя на коре и листьях, будто приветствуя её. Дора улыбнулась шире. – Прости, что я убежала. Я просто переживаю за своих родителей, которые понятия не имеют, где я.

Руос покосился на сумку, где лежала книга.

– Что же ты скажешь своим родителям? Наш остров – это тайна.

– Я… – а она и не думала, что скажет им. Может, ведьма подскажет. – Важно, что я поставлю их в известность, мол, я жива и здорова.

– Для этого тебе не нужна Ракель.

– Хм. Только не говори, что ты запрятал в своём доме компьютер с проведённым WiFi!

Брови Руоса непроизвольно сомкнулись, а глаза забегали по лицу сияющей Доры. Откуда ему было знать, что всё это значит! Даже Богам порой недоступны некоторые знания. Особенно, если это Бог Локи.

– Просто идём со мной, и узнаешь, что я запрятал.

Тон у Руоса был холодным, да и шёл он чуть впереди. Хотя вчера он всё время следовал позади неё. Доре это показалось слегка подозрительным. Но и остров был сам по себе очень неправдоподобным. Стоило бы удивляться?

Когда они вышли из леса и очутились на поляне, Дора замерла. Простор раскинулся вокруг, как мягкое зелёное море, залитое тёплым светом. Трава была выше колен, и каждая стебелька мерцала росой, словно маленькие кристаллы играли на солнце – пурпурные с золотыми краями, голубые с прозрачными лепестками, как будто их соткали из стекла.

А впереди паслись необычные животные. «Мурриканы. Не то лошади, не то кошки, не то рептилия…» – вспомнились слова Доре. Они и вправду такие! Существа с телом стройным и мускулистым, как у лошади, но с лицом ящерицы и мягкой кошачьей мордочкой. Рожки блестели на солнце, а глаза – огромные, янтарные – смотрели прямо на Дору, будто читали каждую её мысль.

Она не могла отвести взгляд. Её дыхание застряло, а сердце забилось быстрее от волнения и восторга.

«Какие они красивые!» – подумала она.

Ни одно из существующих в мире слов не могло описать то удивление, которое охватило её. Мурриканы медленно двигались чуть вдалеке от неё, сквозь траву скользили их лёгкие шаги, а Дора ещё раз ощутила, что попала в место, где возможно всё.

– А правда, что их можно приручить? – спросила она Руоса.

Руос сделал довольно долгую паузу. В глазах скрывалась лёгкая насмешка.

– Правда, но… не каждый готов. Они чувствуют страх, желание контролировать, нетерпение.

– То есть… я не могу подойти к ним и погладить?

Наклонив голову, Руос посмотрел на Дору. В глазах отражался странноватый блеск.

– Сначала тебе придётся стать для них другом, другом, который не пытается их подчинить. Они вредные животные. Они сами решают, подпустить тебя или нет.

– А если я буду терпеливой?

– Терпение – ключ. Но его не всегда достаточно. Муррикан сам выбирает момент, чтобы довериться. Иногда… это не случается никогда, – он хихикнул. – Многое будет зависеть от тебя. Зачем тебе муррикан?

– То есть они… умнее нас?

– Кого это – нас?

Дора запнулась, почувствовав лёгкую тревогу.

– Нас – людей.

Он повернулся и пошёл.

– Глупые ты вопросы задаёшь.

Дора нахмурилась. С Руосом они знакомы меньше суток, но даже так она не узнавала прежних манер и добродушия. Да, Руос казался раздражённым вчера, но он был добр к ней. Сделав шаг, она вдруг остановилась, услышав в голове шёпот. Он был таким громким, что она не могла пошевелиться.

– Тихо! Тихо! Что происходит?

Руос остановился и с подозрением уставился на неё.

– Ты здорова?

– А? Э… – Дора решила не говорить о голосах в голове. Руос знал о них, но сейчас странным образом не понимал, что она снова их слышит. – Я голодна. Представь, я ещё не завтракала.

До рыночного городка совсем не далеко, и Локи решил вести свою жертву в таверну, где готовят вкусное жаркое. Там никто не поймёт, что Руос ненастоящий, поскольку тот редко ходит по таким заведениям. Дора послушно шла за фальшивым Руосом и думала, что не так.

Когда они пришли, Дора попросилась в уборную. К счастью, в таверне был приличный туалет, отделанный деревом. На стене даже зеркало висело. Дора посмотрелась на себя и осталась довольна видом. Она помыла руки, после чего достала книгу и спросила шёпотом:

– Руос опасен? Что мне делать?

Золотистые буквы проявились на чистом листе:

ЭТО НЕ РУОС. БЕГИ.

Глава 15

Мозг судорожно работал, однако Дора не знала, как поступить. Куда она побежит? И если это не Руос, тогда кто?

Она вышла из уборной и вернулась за столик, с осторожностью разглядывая Руоса. На столе перед ним стояла кружка пива, если она правильно поняла. С её стороны стояла чашка с дымящимся блюдом.

Она села и улыбнулась ему. Он улыбнулся в ответ.

– Пиво с утра пораньше? Сильно.

Локи знал, что Руос не пьёт пиво, но девчонка не могла выучить его так быстро. Он хитро прищурился.

– Пока искал тебя, разнервничался. Теперь хочу немного расслабиться. Не страшно. Я не пьянею.

– О-о, да ты Бог!

Локи испуганно захлопал глазами, не совсем понимая: она его раскусила или это всего лишь комплимент.

Дора приступила к еде. Если уж убегать, то надо сначала нахаляву покушать. Потом может не выпасть шанса. Она понятия не имела, где находится и в какой стороне деревня эльфов. На книгу она сильно не надеялась. Ведь что книга? Напишет два слова, и думай. Да и вряд ли она согласится поработать навигатором.

– Ну, и куда мы путь держим? – уверенно, смело спросила она. А сама подумала: «Если это не Руос, я должна проверить».

– Туда, откуда ты сможешь связаться с домом.

– Это далеко?

– Нет.

– Близко?

– Да.

– Очень близко?

– Очень.

– И я смогу написать маме с папой?

– Сможешь.

– А потом мы отправимся к королю?

– Потом отправимся.

– А потом вернёмся в наше местечко?

Руос замер. Дора в упор смотрела на него и ждала ответа.

– Какое ещё местечко?

«Что это за существо такое? Похоже, раскусить его не так просто. Или книга решила пошутить?»

– Ну… ты забыл? Там, где мы… я и ты…

Псевдо-Руос присосался к пиву, а глаза так и шарили туда-сюда.

– Не ответишь?

– Не отвечу. Ты что-то напутала, видимо.

Она положила ложку в рот и почувствовала, что мясо какое-то скользкое.

– Это чьё мясо?

– Мясо? Это фирменное блюдо этого заведения – улитки в подливе.

Ровно секунду Дора сидела с идеальной осанкой, а услышав слово «улитки», рухнула в реальность: с громким «пф-ф!» её тарелка получила вторую порцию обеда. Подливка оказалась на столе и на лице Руоса. Они уставились друг на друга. Дора – испуганно, а Руос – в недоумении.

– Вообще-то, надо спрашивать, ем я такое или нет, – проговорила она и нарисовала улыбочку.

Руос терпеливо взял салфетку – Дора отметила, что на этом острове салфетки жёлтого цвета и похожи на тонкую бумагу – и вытер лицо.

– Это лучшее блюдо… заведения.

Дора осталась голодная. И в таком состоянии ей пришлось думать, как бы убежать от непонятного существа в обличии Руоса. Странно пока то, что она не раскусила его. И все попытки сводились к тому, что их разговор сходил на нет. Руос куда-то вёл её. И чем дальше они шли, тем сильнее росло убеждение, что «очень близко» на этом острове – понятие растяжимое.

Через некоторое время они оказались на рынке. Дора видела эльфов и других странных созданий, шуршащих крыльями, скользящих по воздуху или тихо разговаривающих друг с другом. Дора осторожно двигалась по узким рядам за Руосом, чувствуя, как мягкий мох слегка пружинит под ногами. Её уши были закрыты волосами, так что её могли принять за эльфийку. Ну… может, чуточку загорелую. А они умеют загорать?

Заворожённая новым зрелищем, Дора крутила головой, рассматривая товары. На одной из лавок лежали фрукты, мягко светящиеся изнутри. Дора осторожно коснулась одного – и он вспыхнул нежно-розовым, словно приветствуя её. Эльф за прилавком улыбнулся и протянул ей ягодку на пробу. И поскольку Дора была всё ещё голодная, она попробовала её. На вкус ягодка была одновременно сладкой, как мёд, и свежей, как утренний дождь.

Руос купил ей кулёк.

Довольная, она начала лопать ягоды. Дальше она заметила кристаллы, висящие на нитях и ловящие свет. При каждом её движении они меняли оттенки: от голубого до золотого, отражая её удивление. Рядом кто-то продавал миниатюрных дракончиков: они щебетали и выпускали из носа дым.

Дора сделала шаг к лавке с зельями. Руос не отставал. Она искала возможность ускользнуть, но пока не удавалось. И вдруг она увидела…

– Мазь!

– Что?

– Мазь! Мазь! «Дермис»! Руос, пожалуйста, купи мне эту мазь.

– Зачем она тебе?

– Спина болит. Ну, пожалуйста.

Локи купил мазь неугомонной хранительнице. И чего только не сделаешь, чтобы задобрить того, у кого важная книга. Он не хотел её спугнуть. Девушка должна чувствовать себя в безопасности. А разговор их ждёт уже в его убежище.

Дора положила «Дермис» в сумку, надеясь, что свойства этой мази помогут избавиться от врагов.

Когда они оказались в самом центре рынка, где было какое-то кошмарное столпотворение, но зато играла музыка, послышался топот. Народ всполошился и рассыпался в разные стороны, отделив Дору от Руоса-Локи.

Растерявшись, Дора отступала назад, чтобы её ненароком не раздавили. Вдали показались двухголовые лошади – точно такие же, как она видела вчера, когда прибыла на остров. Всадники были зелёные, на головах капюшоны. От страха Дора едва держалась на ногах, сердце стучало в висках. Кому расскажи – не поверят! Народ вокруг неё метался, кричал и бежал, сбивая всех с ног.

Что происходит?

Вдруг что-то мелькнуло у ног. Крошечное существо с прозрачными крылышками, сияющими в суматохе, свистнуло и исчезло. Засмотревшись, Дора не заметила, как наступила на крышку колодца.

Вскрикнув, девушка полетела вниз. Полёт был недолгий, но приземление мягким не назвать. Дора лежала, не в силах пошевелиться. Книга больно упиралась в бок. Над головой с глухим ударом захлопнулся люк, и темнота сжалась вокруг, словно живая, обнимая её со всех сторон.

Глава 16

В темноте вдруг загорелись глазища, такие круглые и большие, что Дора не смогла бы угадать, какому зверью они могли бы принадлежать. Сначала одна пара, затем вторая, третья… и все эти глаза были направлены на неё.

– Я не съедобная, – бросила Дора, надеясь отогнать от себя эти глаза. И отползла, насколько позволила стена.

– У неё уши не заострённые, – прозвучал хриплый, старческий голос.

– Из этого можно сделать вывод, что это человеческое существо? – послышался деловитый голос с другой стороны.

– Но это же… женская особь. Нонсенс.

– Да, согласен. Женские человеческие особи водятся только за пределами нашего острова.

«Особь». «Водятся».

Эти слова резали слух.

– Простите, любезнейшие, – подала свой голос Дора, старательно вглядываясь в темноту, – я, вообще-то, умею говорить. И я – человек. Женщина. Только вчера прибыла на остров. Кто вы?

– Мы? – по голосу существо старалось быть важным. И это был уже третий голос. Доре дико хотелось их разглядеть, но глаза всё никак не привыкали к темноте.

Скоро она узнает, что попала к подземному народу под названием таркусы. Эти существа невысокие, но коренастые, ростом едва доходящие до пояса взрослого человека. Их кожа влажная, зелёно-жёлтая, словно поверхность лягушки после дождя. Голова по форме напоминает череп черепахи, с широким лбом и выступающими скулами.

Главная особенность таркусов – огромные круглые глаза, приспособленные к вечной тьме подземелий. В этих глазах отражается любое движение света, и потому кажется, будто они видят гораздо больше, чем должны.

Одеваются таркусы в длинные белые халаты, иногда подпоясанные верёвкой или кожаным ремнём, – знак того, что они не дикари, а учёные и экспериментаторы. Чем именно они занимаются в своих лабораториях под землёй – неизвестно: то ли пытаются вывести новые виды грибов-бактереедов, то ли изучают кости умерших существ, то ли варят странные зелья, которые потом продают торговцам.

При всей своей учёности у них есть слабость: они невероятные сплетники. Эти подземные жители знают всё обо всех – кто куда пошёл, что сказал, с кем встретился. За пару монет они расскажут любую тайну… или приврут, чтобы заработать ещё больше.

Важный голос замолк, затем вновь заговорил:

– Монетка имеется?

– Нет. Я бедная. А что, мне нужно заплатить, чтобы вы мне сказали, с кем я говорю?

– Ты свалилась в наш дом, и хочешь бесплатных ответов на вопросы?

Вот это да! Дора едва со смеху не покатилась. Эти большущие глаза её совершенно не пугали, напротив, вызывали любопытство. Она улыбнулась, и один из них спросил:

– Чего ты лыбишься, красотка?

Дора быстро спрятала улыбку. Они видят её лучше, чем она – их. Посмотрев наверх, она подумала о люке, через который попала сюда, но там поблизости мог ходить фальшивый Руос. А эти существа могут показать ей другой путь… если он у них есть.

Тогда в голову стукнула идея.

– Спорим, я сама узнаю, кто вы такие?

– Хм. Любопытненько.

– Ей не угадать. Если она только вчера сюда прибыла, то не знает о нашем существовании.

– Кстати, а как ты упустил такую новость?

– Вообще-то, я вчера болтала с Грэмом, – вдруг возник женский низкий голос. – И он сообщил, что на остров привезли женщину-человека.

И вдруг Дора почувствовала прикосновение. Сначала она ощутила прохладу и лёгкую липкость, словно по коже пробежала холодная капля, оставив тонкий след. Пальцы у существа были короткие, но сильные, с мягкими подушечками без когтей. Такое прикосновение не похоже ни на человеческое, ни на животное – в нём было что-то одновременно мерзкое и чужое, но и осторожное, как будто таркус боится навредить.

В первое мгновение Дора ощутила панику и отвращение. Её всю передёрнуло, словно к ней прильнула жаба. Но потом ощущение поменялось, ведь хватка не грубая, а будто исследующая, прощупывающая, и это странным образом не пугало.

– Она тёплая, – сообщила женщина таркус.

– Зато вы – холодные, – заметила Дора, стараясь не шевелиться.

Кто-то сбоку начал трогать её волосы.

– Я всегда мечтала о таких волосах! Мягкие, длинные, блестят даже в темноте… Ты знаешь, как редко под землёй встретишь такое сокровище?

Она провела рукой чуть выше плеча Доры, будто боясь или наоборот предвкушая прикосновение.

– У нас – только грибы, мох, шерсть зверей… Всё грубое, ломкое. А у тебя – как шёлк, как вода, что утекает между пальцев. Я бы могла часами заплетать, расчёсывать, хранить прядь у сердца…

Её глаза распахнулись ещё шире, блестя в темноте, и в них было что-то от ребёнка, получившего игрушку.

Дора смахнула противные руки с себя и вжалась в стену за спиной.

– Не пугай гостью! – прохрипел старческий голос.

– Значит так, – не выдержала Дора, сердце которой вот-вот выпрыгнет из груди, – я через минуту узнаю, кто вы такие. И если угадаю, вы проведёте меня кое-куда. Сделка?

Молчание.

Дора нащупала книгу в сумке.

– Ну? По рукам?

Ответ прозвучал от старца:

– Хорошо.

Она задала вопрос и открыла книгу. Голубоватый свет от страниц осветил подземелье. Испуганные существа отпрянули, закрывая свои глаза, но зато теперь Дора их чётко видела.

А книга написала: ТАРКУСЫ.

– Вы – таркусы, народ подземелья. Правильно?

– Хранительница, – прошептал кто-то из них.

Их мордашки казались невинными и напуганными. Дора вдруг ощутила превосходство.

– Да! Я отныне хранительница этой книги. И мне надо попасть… к Ракель. Ну так как, таркусы? Готовы проводить меня?

Старец вышел вперёд и пожал плечами.

– Если коленок не жалко…

Глава 17

Дора сразу поняла, что сделка вышла не слишком выгодная. Подземелье таркусов оказалось вовсе не тёмным и уютным ходиком, а длинным кривым туннелем, где им можно было идти во весь рост.

А ей?

Ей приходилось ползти на четвереньках, колени скреблись об камни, локти ныли. Повернуть назад нельзя – там Руос, не настоящий.

– Ну и весёленькая экскурсия, – пробормотала она, тяжело вздыхая и пыхтя. – Хоть коврик бы постелили…

Таркусы оглядывались на неё с искренним интересом. Их круглые глазки блестели в голубоватых огоньках, и они перешептывались, явно обсуждая странную человеческую гостью.

– Ш-ш-шепчутся… – зашипела Дора, ударившись лбом о низкий выступ. – Конечно! Давайте обсудим, как нелепо я выгляжу! Смеёмся все дружно, ага!

– У нас никогда не бывало гостей, – сказал один из странных существ. – Местные делают вид, что нас нет.

– Да-а, – протянул женский голос, – пока информация не понадобится.

– К слову об информации, – пыхтела Дора, – проявите смекалку, покажите, какие вы умные и всезнайки. Почему книга сказала, что со мной был не мой проводник Руос, если внешность была один в один?

Молчание.

– Что? Языки проглотили? Или такие задачки таркусам не по зубам?

– Она смешная, – донеслось сбоку.

– Но громкая… – вздохнул другой таркус.

– Хранительница же! – важно заметил третий. – Пусть ползёт, значит, так надо.

– Эй! А отвечать мне кто-нибудь будет? – снова крикнула Дора и села передохнуть. Таркусы тут же сгрудились вокруг неё.

– Что ты нам дашь за это? – спросил самый зрелый таркус.

– Я? А вам мало того, что я хранительница книги?

– Что нам до этого? Мы можем оставить тебя в этих туннелях. Поверь, ты без нас не выберешься. Если нужны ответы, ты должна дать нам что-то взамен.

Дора испытала ужас. А с виду невинные!

– Э-э-э, мы так не договаривались! Что значит – «оставить в этих туннелях»? Вы обещали отвести меня к Ракель!

– Тогда ползи молча.

– Далеко ещё? – устало спросила Дора, потирая больные коленки.

– Да мы только начали.

Впервые Доре хотелось расплакаться. Темнота давила, эти существа – их было слишком много. Коленки, разодранные до крови, болели. Книга тяжёлым камнем оттягивала правый бок. Нет, она этого не выдержит.

А ещё её страшно клонило в сон. Она не могла больше сопротивляться. Веки налились свинцом, и она провалилась в вязкий, тревожный сон.

Сквозь дремоту до неё донёсся гулкий, хлюпающий шёпот таркусов.

– Локи всё просчитал… – послышался голос.

– Да, принял облик Руоса, и глупая хранительница пошла за ним сама, думая, что он не враг, – захихикал другой.

– Теперь книга почти у нас… Чем не ценность?

– Дубина! – проворчал женский голос. – Книгу никто, кроме неё открыть не сможет. А ты думаешь, зачем Локи бы стал прибегать к такой хитрости? Потому что даже богам не по силам открыть книгу.

Дора дёрнулась, сердце ухнуло вниз. Локи? – имя ужалило её, как оса. Она ведь знала его. В её мире Локи был всего лишь персонажем мифов, скандинавский бог хитрости и обмана. Полубезумный трикстер, смеющийся над богами и людьми. Дора читала о нём в университетской библиотеке, листала комиксы, даже видела фильмы. Но там он был образом – выдумкой, игрой, легендой.

Не может быть… – Дора судорожно сглотнула. – Значит, тут он настоящий? Настоящий бог, а не строчка на бумаге?

Ей стало не по себе. Она, человек из её спокойного, привычного мира, оказалась в месте, где мифы ожили. Где существа из легенд плели свои планы, где шёпот о богах звучал не в учебниках, а прямо в подземных коридорах.

Но если здесь есть Локи… кто ещё скрывается в этих глубинах?

Прижав ладонь к груди, Дора вздохнула, а нащупав подвеску, крепко сжала. Тепло металла казалось чужим, обжигающим. Собрав все силы, она сдёрнула её с шеи и резко подползала к старику.

– Вот! Берите это. Оно дорогое. Только ответьте мне на вопросы.

Таркусы замерли. Несколько секунд в темноте стояла тягучая тишина, потом до Доры донёсся довольный хрип. Холодная рука сгребла подвеску.

– Вот это другое дело. Теперь спрашивай. Мы скажем всё, что знаем.

Дора села.

– А свет здесь есть?

Двойной хлопок, и коридор осветился множеством огоньков. Сначала Дора ничего не поняла, но когда пригляделась, её едва не стошнило. Предложенный завтрак Руосом-Локи – ещё цветочки!

По стенам ползали толстые жуки с прозрачными брюшками, внутри которых переливался голубой свет, словно жидкий огонь. Когда их хлопком будят, они начинают мерцать и гудеть. Но при близком рассмотрении было видно их острые челюсти и крючковатые лапки.

– Да это светожуки, не стоит их бояться.

– Да ну! Они не похожи на дружелюбных.

– Они тебя не тронут. Зато свет есть, как ты просила, – сказал старец, просматривая блестящую подвеску на свет.

– Значит, на острове живут боги?

– Да.

– Локи. Кто ещё?

– Их много. Но только Локи существует сам по себе. Остальных могут вызывать только маги.

– Как от него спрятаться? Скажите.

Таркусы переглянулись, огромные глаза блеснули в полумраке. Самый старший, с морщинистой желейной кожей, хрипло засмеялся:

– От Локи никто не прячется. Он сам решает, кого видеть, а кого забыть.

Другой добавил, шепеляво вытягивая слова:

– Но-о-о… есть места, где даже его взор тускнеет. Там, где нет зеркал и отражений. Там, где тьма древнее его хитростей.

– Или если закрыться не телом, а именем, – вмешалась женщина таркус. – Локи любит имена. Если у него твоё имя – он найдёт. Если потеряет – будет искать вечно.

Они захихикали вразнобой, каждый перебивая другого:

– Можно откупиться…

– Можно запутать след…

– Можно отдать чужое имя вместо своего…

Слова сливались в липкий хор, но Дора вдруг поняла: за всей болтовнёй скрывается правда. Локи нельзя обмануть силой, но можно – хитростью, так же, как он сам.

Глава 18

Солнце стояло в зените, раскаляя лесные поляны и заставляя листья мерцать золотом. Ветер еле шевелил ветки, в воздухе витал запах смолы и трав. Птичьи трели как будто пытались заглушить гул тревоги, не покидающий обеспокоенные сердца. Каждый шаг по мягкой земле отдавался в мозгу Руоса: время беспощадно. До заката оставались часы, а Дору нужно было доставить к королю прежде, чем враги нанесут удар. Если они опоздают, то головы им спалят без колебаний.

В душе Руоса кипела ярость. Локи успел влезть в его кожу и увёл Дору.

– Локи мог запутать следы, – сказал он хмурясь.

Флинт зарычал.

– Ты чувствуешь злость. А след – это моя работа. Мы ищем не Локи, а Дору. – Пёс ткнул носом в траву. – Здесь проходили двое. Одна походка лёгкая, осторожная… девушка. Вторая – наглая. – Флинт поднял голову, его глаза встретились с круглыми глазищами Торнадо. – Ты!

– Я пытался сказать, что здесь мы с Дорой проходили вместе. Так что ищи лучше.

– Не заткнёшься, котяра лохматая, разорву на части.

Фелтис присела между ними и нежно сказала:

– Торнадо, иди впереди с Ггероем. А мы с Флинтом сзади будем.

– Хм. – Кот важно поднял хвост и неуклюжей походкой пошёл, куда было велено.

Подлетел Грэм.

– Там, впереди, поле с мурриканами. Мы думаем, что она ходила по нему. Есть примятая трава.

– Флинт! – крикнула Фелтис. – К полю с мурриканами!

Примятая трава и чёткий запах постепенно вывел их к харчевне. Руос и Ггерой зашли туда одни. Хозяин харчевни, милый и опрятный эльф, завидев Руоса, воскликнул:

– Вы снова к нам! Как приятно! Ваша дама не стала есть нашу еду, и я обеспокоился: может приготовлено было не вкусно…

Руос и Ггерой переглянулись.

– Дело в том, – начал Ггерой своим низким бархатным голоском, – что девушка потерялась. Мы подумали, что она сюда вернулась.

– Что вы, нет. Она как ушла с вами в сторону рынка, так и не появлялась.

Этого было достаточно.

Однако рынок встретил их не шумом и криками торговцев, а тягучей, густой тишиной. Лавки стояли брошенными: одни – накрытые дорогими полотнищами, другие – пустые, с ободранными досками, словно хозяева уходили или улетали в спешке.

– Что за чёрт… – Руос остановился, нахмурившись. – Здесь с самого утра должно было быть людно. Что случилось?

Фелтис провела ладонью по стойке, на которой остались несколько зернистых ягод.

– Я тоже хотела бы знать. И раз здесь была Дора…

– Случилось? – Торнадо важно выпятил грудь и обвёл пустую площадь взглядом. – Случилось то, что все сбежали. И, заметьте, бросили даже деньги на прилавках. – Он ткнул лапой в медную монету, прилипшую к доске, которую Ггерой поспешил спрятать у себя в кармане.

Флинт принюхивался к земле, крутясь на одном месте:

– Здесь запах Доры. Её запах смешался с дымом и… двухголовыми. Хм… Здесь были дрэмы?

Грэм пискнул и прижался к плечу Ггероя:

– Дрэмы?! Так они, наверное, забрали Дору у Локи. А иначе зачем они явились на рынок и распугали невинный народ? Я даже представляю картину. Маг видит, что Дора, сопровождаемая мнимым Руосом, идёт не в том направлении, сообщает королю. Он же распоряжается забрать хранительницу. Ах! Руос! Если это так, то… тебя ждут большие неприятности.

– Грэм, не нагнетай, – Фелтис оглядывала территорию. – Уверена, что дрэмы просто наводили порядок. Если бы они пришли за Дорой, никто не разбежался бы. Что скажешь, Флинт?

– Запах пропадает здесь. Она дальше не пошла.

– Ну вот! – обрадовался Грэм и гордо взмахнул крылышками. – Её посадили на двухголового и увезли. Поэтому и запаха нет.

Но Флинт не слушал бред мелюзги, он вынюхивал след девушки, топчась на одном месте и не понимая, почему запах обрывается именно здесь. Он обнюхивал настойчиво, рычал, царапал лапой доски, но потом посмотрел на Руоса.

– Здесь она исчезает. Локи не способен на подобные чудеса.

– Это невозможно, – отрезал Руос. – Она не могла исчезнуть. Она даже не маг.

Фелтис опустилась рядом с Флинтом на колени, провела рукой по камням мостовой и нахмурилась.

– Камни странные. Слишком новые. Как будто их кто-то перекладывал.

– Или что-то прикрывал, – мяукнул Торнадо, лениво шевеля хвостом. Его огромные глаза сверкнули. – Пожалуй, я чувствую пустоту под лапами. Эхо.

Грэм и Увэ сорвались с плеч Ггероя.

– Люк. Там люк! – крикнул Грэм.

– Локи увёл её вниз. В логово тех, кто прячется от света, – выдал Увэ.

Они принялись искать заветную дверь в подземелье. И нашли. Флинт обнаружил швы в земле. Дверь однозначно вела вниз, но жители того мира не дураки. Они не оставляют ручек, за которые можно дергать.

– Люк невозможно открыть без магии, – сказала Фелтис.

– А если там Дора? – занервничал Руос. – Мы должны попасть туда.

– Для этого надо найти «ключ», – устало произнёс кот.

И все посмотрели на Флинта.

Глава 19

Коленки Доры горели, когда, наконец, таркусы открыли люк, и она смогла выбраться на свежий воздух.

Сырой ветер коснулся кожи, повеяло влажной землёй и хвойной смолой. Под ногами ещё чувствовалась твёрдая глина, тянувшая холодом из недр, но воздух уже был другим – лёгким, живым, наполненным шёпотом листвы.

Она подняла голову. Перед ней стоял тёмный, густой, как стена, лес. Ветки переплетались так плотно, что казалось, ещё шаг, и их ветви обовьют её и утащат в свои владения. Дора крепко сжала лямку сумки. Деревья были исполинские, их стволы уходили ввысь, теряясь в сизом тумане, а где-то наверху просачивался свет, серебристыми лоскутами ложившийся на землю.

И вдруг взгляд Доры зацепился за нечто невозможное. И если вчера она видела такое чудо издалека, то сейчас оно возвышалось почти над головой. Дора раскрыла рот. Совсем близко, за лесными кронами, распахивалась пропасть, над которой висела громадная тень. Огромный остров, оторванный от земли, парил в воздухе, медленно покачиваясь. Его скалы сверкали влагой, по краям стекали вниз тонкие водопады, исчезающие в бездне, а из почвы торчали толстые корни.

На острове темнела башня и сияли крохотные огоньки, похожие на светляки или звёзды, заблудившиеся среди корней. От самого вида этой висящей твердыни перехватило дыхание. Зрелище было жутким и прекрасным одновременно, как сон на грани кошмара и чудес.

Ещё некоторое время Дора смотрела на парящий остров, пытаясь глазами найти хоть какой-то путь к нему. Она обвела взглядом обрыв, низкие тучи, переливы света на водопадах… но мостов не обнаружила. Ни подвесных канатов, ни каменных арок – ничего.

«Как же туда попасть?» – в груди зародилась острая тревога. Она уже знала, что в этом мире всё устроено не так, как в книгах её мира. Но мосты ведь должны быть! Торнадо был прав, когда говорил, что к Ракель так просто не попасть.

Она повернулась к таркусам, собираясь спросить, как попасть на этот остров. Но за спиной стояла ровная поверхность земли. Тёмный люк, из которого они вывели её наружу, был плотно закрыт и невидим, будто и не существовал вовсе.

Ни шороха, ни шёпота, ни блеска огромных глаз. Её окружали только лес, обрыв и пустота.

Дору охватила досада.

– И что мне теперь делать?

Для начала она решила воспользоваться советом маленьких существ из туннеля. Локи проще всего найти того, чьё настоящее имя звучит или о ком часто думают. Если Дора вслух «снимает» с себя имя и временно навешивает другое, то это собьёт его с верного пути.

– Эй, остров, меня зовут Иоланда! – крикнула она в пустоту, и голос эхом разнёсся по опушке. – Если кто-то ищет Дору, то у меня плохие новости – она осталась в туннелях.

Таркусы обещали, что это создаст магический шум, то есть Локи, ловя её имя, получит в ответ искажение. Он будет искать её там, где её нет. Её также предупредили, что чужое имя нужно держать до конца пути, пока не окажется в безопасности, и нельзя обмолвиться своим настоящим именем, иначе защита рассыплется.

На вопрос, насколько прочна такая защита, таркусы нехотя сказали, что со временем Локи может догадаться, но выигранное время бесценно.

Стоять на одном месте Дора была не намеренна, поэтому пошла вдоль опушки, осторожно отодвигая влажные ветви. Воздух здесь был иным – чувствовался запах сырой земли и какой-то живой тёплой пульсации, как если бы сам лес слушал её шаги.

И вдруг из-за стволов впереди раздалось хрипловатое фырканье. Девушка замерла.

Из тумана вышло существо высокое и гибкое, с мощными ногами и узкой грудью. На первый взгляд – лошадь, но под шкурой играли тугие, чешуйчатые мышцы. Дора уже встречала это существо. Она смотрела, как заворожённая, на святящуюся гриву и на миленькие рожки, напоминающие веточки янтарного цвета. Глаза большие, кошачьи, но тёплые, с золотистыми бликами.

Перед ней стоял муррикан.

– Поразительно! – выдохнула Дора. – А ты тоже говорить умеешь?

Он вскинул голову, настороженно вытянул шею, втягивая воздух. Нет, он не умел разговаривать, но явно заинтересовался Дорой.

Она знала, что бегство или резкий жест заставят животное исчезнуть в одну секунду. Поэтому просто стояла, медленно выдыхая, как делают дети, когда боятся спугнуть бабочку.

– Я не собираюсь навредить тебе. Мне нужно попасть на тот островок, к Ракель.

Муррикан приблизился на шаг, потом ещё на один. Его морда дрогнула от любопытства, но глаза оставались настороженными. Дора опустилась на колени и опёрлась ладонями в землю.

– Не бойся, – прошептала она. – Я тоже ищу путь. Заблудилась, как и ты.

Она протянула руку, но не к нему, а к земле, показав, что не несёт угрозы. Через некоторое время животное подошло ближе, вдохнуло запах её волос, шевельнуло губами у её щеки и тут же отпрянуло.

Так началась их осторожная игра. Дора поднялась на ноги и пошла вперёд, муррикан последовал за ней, держась на расстоянии.

– Если бы я знала, чем ты питаешься… – начала она, но вдруг вспомнила о книге.

Перед тем, как открыть её, она задала мысленный вопрос, и книга почти сразу ответила: МУРРИКАНЫ ПИТАЮТСЯ СУШЕННЫМИ КОРНЯМИ. ЭТО ТВОЙ МУРРИКАН.

– Слышал? – так как читала вслух, а животное стояло неподалёку, смело заметила она. – Ты – мой.

Они прошлись ещё дальше. Дора нашла корень и угостила его. А спустя часы, когда над долиной спускался млечный свет Монд Лана, муррикан подошёл сам и позволил коснуться своей гривы.

В этот самый момент Доре показалось, что из-под её ладони прошла тихая волна тепла. Муррикан принял её. А значит, она больше не одинока.

Глава 20

Муррикан нёс её вверх, в горы. Дора сама не знала, почему доверяет этому животному. Может потому, что книга сказала, что он её муррикан. А может, просто выбора не оставалось. Приближалась ночь. Дора проголодалась и устала. Она всё ещё не попала к Ракель. Её родители до сих пор ломают голову над тем, где же их дочь.

Они поднялись на самую вершину холма, и вдруг Дора увидела мост. Она поражённо смотрела на него и глазам своим не верила. Счастье переполняло до такой степени, что она чуть не задыхаясь крикнула:

– Это же мост! Мост на плавающий остров, да?

Он ответил ей низким мурчанием, в котором слышался ветер и шелест трав. Дора поняла, что он радуется вместе с ней.

– Тогда вперёд!

Муррикан ступил на мост, невидимый снизу, и под его копытами дрогнул воздух. Казалось, он идёт по воде.

Дора затаила дыхание. Над головой сквозь облако проплывал остров, исполинская глыба с мерцающими огоньками по краю. Она успела подумать, что всё идёт как нельзя лучше, как вдруг в воздухе что-то пронеслось со свистом, задело её за волосы, и муррикан взбрыкнул.

– Эй! – Дора вскрикнула, хватаясь за гриву. – Ты чего?!

Она видела, что что-то крошечное мельтешило перед глазами муррикана, но не могла разглядеть. И вдруг…

– Это мы! – прогремел над ухом звонкий голос, и рядом завис крошечный дракончик, весь в огненных искрах. – Не бойся, мы здесь, чтобы спасти тебя, Доррр…

Дора резко зашипела:

– Ш-ш-ш! Не называй моё настоящее имя. Ш-ш-ш… Локи привлечёшь. Зови меня Иоланда.

– Иоланда? Но…

За ним, на гриву муррикана, опустился второй – серебристо-фиолетовый, крылья тонкие, почти прозрачные.

– Грэм у нас вечно болтает невпопад.

– Я? Невпопад? – возмутился Грэм. – Да я, между прочим, навёл на след. – Он подлетел к самому лицу Доры и грозно сощурился. – Как тебе удалось приручить муррикана?

– Чёрт, да кто вы такие?

– Мы – друзья Руоса. Они ищут тебя по всему острову. Зачем сбежала? – ругался Грэм, сложив лапки на груди.

– Мне надо к Ракель. А вы, кстати, задерживаете.

– Нет! Тебе надо к королю!

– Грэм, – тихо перебил Увэ, – может, сбавишь тон?

Тот фыркнул и уселся на гриве животного, всё ещё шевеля крылышками.

– Ладно, ладно. Но если с ней что-нибудь случится, я свалю всё на тебя.

Увэ закатил глаза, затем обратился Доре:

– Руос должен доставить тебя к королю до заката. Потому что после заката солнца ты навсегда останешься хранительницей книги. А пока ещё есть время, тебя можно вернуть домой.

– Что?! – В глазах Доры появился ужас. – Почему мне сразу об этом не сказали? Муррикан? – она мягко похлопала животное по загривку. Тот тихо мурркнул, будто понял её намерение и стал поворачивать назад. – Молодец. Найдём настоящего Руоса и поедем к королю. Я должна успеть. – Она повернулась к фиолетовому Увэ. – Показывайте муррикану дорогу!

– Кто сказал, что она ничего не знает? Глянь, она освоилась на острове быстрее, чем ты после того, как вылез из куриного яйца.

Увэ лишь смерил Грэма усталым взглядом. Этот рыжий никогда не перестанет дразнить его, своего брата.

Сумерки спустились тихо, как дыхание большого зверя. Воздух стал вязким, в нём зажглись первые искорки – то ли светлячки, то ли отблески невидимых глаз. Муррикан шёл мягко, почти бесшумно, под копытами шелестела трава, а от его боков тянуло теплом.

Дора вглядывалась вперёд. Между стволов скользили две крошечные тени. Грэм и Увэ спорили на ходу, кто первый заметит Руоса, но их перебранка звучала приглушённо, почти мирно.

Лес густел. Листья казались чернильными, и лишь где-то далеко между ветвями просвечивала последняя полоска заката.

«Ещё немного, и мне никогда не вернуться домой», – с ужасом подумала Дора.

Вдруг впереди мелькнул свет от костра. Муррикан вскинул голову, ускоряя шаг. Дора пригляделась и смогла различить фигуры: высокий силуэт в плаще, рядом двое стройных, с узкими лицами и светящимися глазами. Чуть поодаль – белое пятно хорошо знакомого ей кота. И массивный пёс с настороженно поднятой головой.

На этот раз никакого обмана.

– Руос! – крикнула она.

Муррикан тихо замер, зная, как важна эта встреча. Дракончики уже летели вперёд, громко перекрикиваясь:

– Мы нашли её! – крикнул Увэ.

– Не «мы»! Я! Я нашёл её! – перекрикивал Грэм.

Руос сорвался с места, чтобы помочь Доре слезть с муррикана. Фелтис, тонкая и светлая, шагнула с улыбкой вперёд. Флинт настороженно фыркнул, а кот Торнадо прищурился, зевнул и лениво пробормотал:

– Ну, наконец-то. Можно ужинать.

Глава 21

Тишина. Пламя костра негромко потрескивало, отбрасывая тёплые блики на лица и листья, на мокрые от росы корни. Дым поднимался вверх. Ночь обещала быть безветренной.

Глаза Доры были сфокусированы на громадном острове, по-прежнему висевшем в воздухе. Она всхлипнула.

– Я всего лишь хотела передать весточку родителям. Уверена, они места себе не находят… а теперь…

Над ними – чёрное небо, без звёзд, но с тонким светом где-то за горизонтом. Светом, который скоро уйдёт.

Она сморгнула слёзы.

– Руос, это правда? После заката я не смогу вернуться домой?

Руос опустил голову, кивая, но не осмеливаясь сказать эту правду. Зато Торнадо не стеснялся говорить:

– Ты отныне стала нашей хранительницей Книги Заклинаний. Почему это расстраивает тебя?

– Я не хочу быть никакой хранительницей книги! – закричала она, срывая с себя сумку и бросая в кусты. Флинт сразу же принёс её обратно, но Дора отвернулась и заплакала. – Хочу домой…

Если бы Локи не запутал её, если бы она не попала к таркусам в туннели, она успела бы и к ведьме Ракель, и к королю. Возможно, уже была бы на пути домой. От понимания этого ей стало только хуже. Как она могла повестись на ложного Руоса? Зачем позволила прогнать кота?

Муррикан лизнул ей щёку. Язычок животного был мокрый и холодный, но ей было приятно и тепло от этого жеста. Дора погладила своего муррикана. С другой стороны, неужели она не будет скучать по этому милому животному? А как же все её новые друзья? Руос, Фелтис, Ггерой? Кот Торнадо, который стал её советником… Даже дракончики показались ей забавными и очень милыми.

Она вдруг резко встала.

– Ладно. Ведите меня к королю. Я хочу послушать, что он скажет.

Солнце почти село, сердце Доры сжалось, но она всё равно забралась на муррикана и приняла у Руоса сумку с книгой.

– Мы будем дожидаться вас в деревне, – сказала Фелтис, поглаживая Флинта. Ггерой встал рядом с ней.

– Если нужна будет помощь, только свистните.

Торнадо мурлыкнул.

– Может, возьмёшь советника с собой?

– Нет. Руос должен привести меня к королю, он это сделает. До скорой встречи.

Руос подошёл ближе, и в отблеске костра его глаза казались темнее, чем прежде. Спокойные, но настороженные, как у человека, знающего, что впереди неизвестность. В этот момент Дора увидела разницу между настоящим Руосом и Локи. И она могла поклясться, что отныне Локи её не сможет обмануть.

– Ты готова? В путь?

Дора кивнула. Слова давались с трудом, в горле стоял ком.

К Ракель она так и не попала…

Она бросила последний взгляд на тех, кто оставался.

– Мы будем ждать, – сказала Фелтис. – Вернитесь до рассвета.

Руос махнул.

– До встречи!

Муррикан сделал первый шаг. Лес за их спинами становился темнее и тише. Они шли рядом. Ночь сгущались. Где-то далеко, за линией холмов, мерцал свет – то ли замок, то ли мираж.

Дора пыталась представить свою дальнейшую жизнь на этом острове – безмятежном, но в тот же момент полным опасности.

– Почему ты не дождалась меня утром? – строго спросил Руос. Теперь, когда эмоции остыли, он решил выяснить все обстоятельства этого утра.

– Я не думала, что уйду далеко, не думала, что меня обманет Локи.

– Как ты сбежала от него? Это почти невозможно.

– Я упала в люк… к таркусам.

Руос поднял голову и удивлённо посмотрел на Дору. Девушка в своём тонком зелёном одеянии ёжилась от холода. Тогда он снял с себя плащ и протянул ей.

– Накинь.

А сам остался в шелковой рубахе.

– Благодарю, – сказала она холодно и набросила на свои плечи плащ. – Это таркусы привели меня через свои туннели к острову Ракель.

– С чего ты вообще взяла, что тебе надо к Ракель? Кто надоумил тебя? Торнадо?

Дора полежала плечами.

– Книга.

– Ооо… Вижу, ты активно учишься ею пользоваться.

– Руос… – она немного помолчала, затем набрала в лёгкие воздух и сказала: – Вчера перед сном я открыла книгу и… появилось сообщение…

– Какое?

– В книге было написано, что магическая защита слабеет.

Руос остановился.

Тишина сразу стала другой – настороженной, будто сам воздух прислушался к её словам. Даже муррикан тихо фыркнул, подняв голову. Дора почувствовала, как холод пробежал по спине.

– Это плохо, да?

– Очень…

Лес вокруг изменился: ветви шептались друг с другом, листья дрожали без ветра. Всё живое, казалось, понимало – защита, что удерживала зло снаружи, рушится.

Глава 22

– Что это за защита? Расскажи мне, Руос.

– Мы называем остров Безмятежным не по пустякам, – начал он, тихо шагая рядом с мурриканом. – Монд Лан сам по себе опасен, конечно же. Безмятежность – это состояние, наложенное на него магией. Защита скрывает остров от людских глаз, от кораблей, самолётов и тех, кто ищет славы или богатства. Она скрывает Монд Лан и делает так, что люди проходят мимо и не видят.

Он обернулся и посмотрел на парящий остров, чёрный силуэт которого едва различался вдалеке.

– Магия эта сложна. Представь не плотную стену, а слой тумана, который прячет клочок земли. Только тот, кто знает истинное имя острова и тот, кто держит Книгу, может рассеять этот туман и сделать остров видимым. И только хранитель Книги заклинаний имеет право накладывать такую защиту и поддерживать её.

Руос сделал паузу. Дора уже поняла, что это предупреждение.

– Она слабеет, потому что некому её поддерживать?

– Да, Дора. Теперь понимаешь, почему мы торопимся? Мы уже потеряли много времени. Если защита слабеет, то рано или поздно остров кто-нибудь увидит. Люди любят чудеса и сокровища, поэтому отправятся на гибель. Учёные бросятся сюда, чтобы удовлетворить своё любопытство. Торговцы приедут сюда за прибылью. Правительство – за властью. Начнётся поток: исследователи, авантюристы, армейские отряды… Не важно, кто придёт первым. Важно то, что этот поток нарушит хрупкий порядок. – Руос сжал кулак. – Тогда войны не избежать. Могут быть уничтожены редкие виды существ…

Они прошли немного в тишине. Затем Руос остановился, помог Доре слезть, и они пошли вперёд, а муррикан следовал за ними.

– Хранитель Книги – единственный, кто может восстановить или усилить эту защиту. Это не рутинный обряд; это акт, требующий Книги, знания, времени и воли. Если книга молчит, если хранитель ослаб – защита тает.

– Я имею право передать книгу новому хранителю?

– В том-то и дело, что нет. Уже нет. Время вышло, и ты вступила в права. Теперь ни у короля, ни у тебя нет выбора. Маги будут обучать тебя.

– Я не уверена, что справлюсь.

– Раз Ледрис решил, что отныне ты станешь хранительницей, значит, у тебя есть скрытый талант… или способность управлять магией.

Дора хихикнула.

– В жизни даже фокус с копеечкой не могла показать.

– Это не фокусы, Дора. Это очень тяжкий труд.

– Почему Ледрис смог передать мне книгу, а я не могу… тебе, например?

Руос улыбнулся, польщённый её доверием.

– Через много лет, когда заработаешь бессмертие, сможешь найти себе замену. Для этого тоже требуется короткое время. Обычно Книга сама подсказывает.

Они замолчали.

Вдруг что-то шевельнулось в кустах, и Дора отпрыгнула с визгом. Руос закрыл её собой и насторожился, вытащив кинжал.

– Кто здесь?!

Кусты дрогнули сильнее, и наружу с ворчанием задом выбралось огромное пушистое нечто. В лунном свете блеснули жёлтые глаза.

– Да чтоб у меня шерсть клочьями выпала! – проворчал кот, вылезая на тропу. – Вот ты как людей встречаешь, Руос? С ножом наперевес?

– Торнадо… – выдохнула Дора, узнав кота.

– А ты думала, я брошу тебя одну?

– Она со мной, – возразил Руос.

Кот уселся прямо посреди дороги, тяжело вздохнул и ответил:

– С тобой не безопасно. Проверено.

– По-моему, тебе было сказано возвращаться в деревню.

– Я непослушный кот, ясно? А ещё я – советник Доры.

– Ш-ш-ш, – зашипела Дора, услышав своё имя. – Не призывай сюда Локи.

– Локи? – в голосе Торнадо звучало удивление. – Чем тебя пугает Локи?

Она сощурила глаза. Затем быстро отвела Руоса в сторону. Кот за ними внимательно следил.

– Руос, ты называл меня по имени во время разговора?

– Не помню. Может быть… – Он замолчал и повернулся в сторону, где всё ещё сидел Торнадо. – Полагаешь, это…

– Тихо. Притворимся, что не догадываемся. У меня есть идея.

И Дора в двух словах на ушко поделилась своей идеей с Руосом.

Глава 23

Ночь опустилась густым шёлковым покрывалом. Над маленькими озёрами висел прозрачный туман. Вода отражала звёзды, казалось, будто небо упало в глубину, смешав свет с темнотой.

Посреди этого безмолвного сияния медленно выступал из мглы остров – ещё больше, чем остров Ракель. Он не стоял на воде, а плавал в воздухе, словно покоился на дыхании ветра. Замок, венчавший остров, напоминал картинку из детской книжки: зубчатые стены и высокие шпили.

Вокруг царила тишина. Муррикан двигался к вершине холма. Дора, мирно спала, обняв шею животного. Руос мужественно шёл рядом, стараясь не думать об усталости. А вот Торнадо-Локи с ними уже не было. Что же с ним случилось?

Дора предложила Руосу называть её Иоландой, но этот номер не прошёл. Кот косился на них, когда слышал это имя, не понимал, но не исчезал. Дора решила, что Торнадо настоящий, потому что Локи, по словам таркусов, терпеть не может двуличие. Такое умозаключение могло бы погубить девушку, если бы рядом не было Руоса.

Когда они вышли из леса, Руос чуть сбился с пути и задумался. Толстый белый кот с самодовольной важностью покачивал хвостом, уши подрагивали.

– Сюда, – мяукнул он, оборачиваясь. – Короткий путь через каменные холмы.

– Холмы? – насторожился Руос, зная, что логово Локи в камнях. – Но Монд Лан здесь сплошь равнина, – решил схитрить он.

– Ну… раньше были холмы, – не моргнув, ответил кот. – Ты, наверное, просто не знаешь.

Дора шагнула было за Торнадо, но Руос остановил её, положив руку на плечо.

– Подожди. – Его взгляд стал внимательным и холодным. – Торнадо, ты ведь говоришь, что родом из Долины Света?

– Разумеется, – ответил кот, зевая. – Лучшее место, где можно ловить солнечных ящериц.

– Тогда скажи, – Руос прищурился, жестом незаметно показав Доре, чтобы садилась на муррикана, – какого цвета у них глаза?

Кот моргнул. Откуда этому хитрецу знать такие вещи? Только Торнадо – истинный уроженец Долины Света знает ответ.

– Зелёные, – тем не менее ответил Локи. – Нет, подожди… янтарные… или…

– Не отвечай, – резко сказал Руос. На лице мелькнула победная улыбка. – Потому что солнечные ящерицы слепы.

Локи выпрямился, глаза вспыхнули неестественным золотом.

– Ах вот как… игры в догадки?

– Ты плохо выбрал маску, – произнёс Руос, доставая кинжал. Серебро сверкнуло в лунном свете. – Настоящий Торнадо остался с нашими друзьями в деревне.

Воздух дрогнул, и кот исчез, оставив после себя шлейф искр и лёгкий запах озона.

Дора вздрогнула, сердце рвалось из груди.

– Он ушёл?

– На время, – ответил Руос.

Над лесом послышался глухой раскат. Луна скрылась за облаками. Дора посмотрела на Руоса.

– Надо спешить, – сказал он. – Пока Локи не придумал новый облик.

И теперь они приближались к мосту. К тому самому мосту, с которого Руос увидел маленькую точку в море – приближающийся корабль, на борту которого находилась Дора. Он с нежностью посмотрел на спящую девушку. Отныне она принадлежит острову Монд Лан. Единственная женщина-человек. И именно ему, Руосу, предстоит оберегать её. От осознания своей ответственности у него появилась улыбка на лице. Такое прекрасное создание стоит беречь.

Ровно до середины мост был пуст. Но вскоре навстречу вышел двухголовый конь. Суровый дрэм Грог намеревался сопроводить их в замок.

– Король недоволен. Вы слишком сильно опоздали.

– Локи крутился под ногами, едва не увёл её в своё логово.

– Она знает?

Руос печально вздохнул.

– Знает. Думаю, со времени привыкнет к своему новому статусу.

– У неё нет выбора.

– Грог, Дора видела предупреждение в книге о том, что защита слабеет. Мицар тоже там будет?

– Будет. Отныне он станет её учителем. Если защита слабеет, нам стоит поторопиться.

Дора открыла глаза, когда муррикан прошёл в ворота. Она не помнила, как задремала в дороге. Сказались усталость, тревога и бескочечные события. Но теперь сон слетел с неё, и она увидела замок. Сердце сразу ухнуло вниз.

Это не было похоже на королевское строение, описанное в детских книжках. Башни вздымались вверх не прямыми стрелами, а изогнутыми, плавными, как закрученные в спираль ветви. Каждая башня тянулась к небу, расправляясь, как могучие крылья в полёте.

Стены замка тоже не были ровными: они напоминали чешую. Крупные, гладкие плиты переливались в лунном свете серебром. Откуда-то сверху слышалось низкое гулкое эхо. Дора сглотнула и хотела что-то спросить у Руоса, но увидела нечто страшное, зелёное и, вскрикнув, вздрогнула.

– Тише, Дора, – с другой стороны сказал Руос, – ты на территории короля. Здесь нет врагов.

– Я стараюсь не удивляться, но это сложно.

– Это Грог – слуга короля. Он страж и охраняет мост.

– Почему у замка такие формы? – спросила Дора, всё ещё думая, что у неё плывёт перед глазами.

– Замок строился под короля. Он не человекоподобный.

– Я сейчас опять увижу… – она покосилась на дрэма. – Что-то необычное?

– Ты ведь выстоишь?

Они вошли в замок. Стены светились красным.

– Не… знаю.

Дора оглянулась. Грог взял муррикана и увёл.

– Не волнуйся, твой муррикан будет в целости и сохранности. Его накормят и напоят.

– Он не убежит?

– От тебя он теперь ни на шаг.

Успокоившись после этих слов, Дора смелее пошла вперёд. Они долго поднимались по крученной винтовой лестницей, затем шли по коридорам, петляющим то вправо, то влево, то вверх, то вниз. И наконец, перед ними раскрыли двери.

Руос взял Дору за руку, и они шагнули в большой зал.

Увидев короля, Дора потеряла дар речи.

Глава 24

Рот не закрывался. Она видела перед собой чешуйчатое тело красно-синего цвета и уже знала, что король – существо невероятных размеров. Чешуя поблёскивала, и казалось, каждая пластина хранила внутри себя каплю пламени и каплю ночного неба одновременно.

А когда перед ней появилась голова, Дора едва не пошатнулась.

Голова дракона была величественной и пугающей, как сама стихия. Глаза не звериные, вовсе нет. А разумные, глубокие, цвета расплавленного золота, с вертикальными зрачками, в которых можно было утонуть. Он наклонился к ним так близко, что Дора почувствовала, как воздух вокруг дрогнул. Его дыхание было тёплым, пахло дымом.

Дора на секунду закрыла глаза, но, пообещав себе оставаться мужественной, тут же открыла.

Руос сделал глубокий поклон.

– Ваше Величество…

– Руос, – мягко произнёс король, не отводя взгляда от Доры, – я просил привести Хранительницу утром. Что же тебя так задержало?

Тут Дора сообразила, что Руосу может из-за неё хорошо достаться, она тоже поклонилась и сказала:

– Это моя вина. Своим побегом я навредила только себе. Думаю, это уже… известно. Я всего лишь хотела послать родителям весточку, что со мной всё в порядке. Я не знала… – и тут голос дрогнул. Дора отвернулась.

– За ошибки нужно платить, – мудро заметил король. – Мы перед магией бессильны. Отныне ты будешь здесь, пока Книга сама тебя не отпустит.

– Только я не смыслю ничего в магии.

– Ваше Величество, – осмелился влезть Руос, – Дора видела послание в книге. Защита острова слабеет, и если людские спутники заметят точку в океане, нам придётся…

Руос прервался, когда в глубине замка раздались короткие шаги. По закруглённой каменной лестнице к ним спускался небольшого роста мужчина с длинными ушами, загнутыми вверх. Не эльф. Не человек. Доре на секунду показалось, что похожего мужчину она видела однажды. Особенно бросились зрачки неестественно бирюзового цвета. И вмиг Дора мысленно вернулась в библиотеку в своём мире.

– Ваше Величество, я торопился как мог. Я уже здесь!

– Дора, – обратился к ней король, дыхнув дымом. Девушка с трудом удержалась на ногах. – Это твой учитель, твой наставник и помощник. Маг Мицар.

Мицар с важным видом поклонился Доре, затем обратился к королю.

– Могу я увидеть её?

– Если Хранительница позволит.

Дора метнула вопросительный взгляд в сторону Руоса, как будто спрашивала: «О чём они?». И Руос одними губами произнёс: «О книге». Только теперь она вспомнила и ощутила тяжесть книги заклинаний.

– Э… Она здесь, – сказала Дора, и у Мицара, она готова была поклясться, загорелись глаза.

– Нам нужно, чтобы ты раскрыла книгу и зачитала заклинание, которое она пришлёт тебе.

Дора с подозрением смотрела на короля.

– Откуда вы знаете, что Книга пришлёт мне заклинание? – Толчок в бок. – Ваше… Величество…

– Открой и убедишься в этом, – спокойно ответил дракон.

Возникло очень плотное молчание. Только огонь в высоких чашах потрескивал, отбрасывая отблески на стены.

Дора стояла рядом с Руосом перед королём-драконом и магом Мицаром, с трудом веря в происходящее. Её ладони вспотели, когда она достала Книгу Заклинаний и раскрыла её. Страницы сами перелистнулись, как будто их перебирали невидимые руки.

– Она отзывается, – тихо произнёс Мицар. Его длинные уши слегка дрогнули, реагируя на магию. – Книга всерьёз признала её.

Пальцы Доры остановились на странице, которая сияла мягким голубым светом. Слова на ней были непонятны: переплетающиеся символы, подобные узорам на чешуе короля – живые и текучие.

– Прочти, – велел король. – Не бойся.

– Но как? Я же не умею…

Мицар подбодрил её:

– Ты начни и увидишь, что буквы подчиняются тебе. Давай же.

Она начала читать. Звук слов был странным – язык сам складывал звуки, как будто она всегда знала этот язык.

– «Shael’tharan mara ilenora dooraa…»

Она узнала своё имя в смеси этих незнакомых слов и испугалась. Но как только последнее слово сорвалось с её губ, страница вспыхнула золотым светом, и буквы завертелись прямо перед её глазами, – и это видела только она – переплетаясь, переворачиваясь… и сложились теперь в понятные ей слова:

«Я – Хранительница Дора.

Я принимаю память.

Сохраню знание.

И не позволю тьме поглотить маленький мир безмятежных».

Тепло окутало её грудь, нечто невидимое, но ощутимое, будто мягкая лента, обвила её запястье. На коже появился тонкий знак – та же руна, что сверкала на груди дракона, только не грубая, а нежная.

Мицар удовлетворённо произнёс:

– Печать принята.

– Что… что это значит?

– Теперь ты – часть нашего мира, Дора, – объяснил Мицар, – в тебе отныне живёт магия.

Король выдохнул, и в воздухе пахнуло огнём. В его глазах отражалась Дора. Не гостья. Не чужая

Теперь – Хранительница.

Глава 25

Хранительница.

Дора смотрела на себя в зеркало и видела уже не ту прежнюю Дору, которая могла перекусить сандвичем с утра, надеть любимый сарафан и, чмокнув маму в щёку, убежать в университет. В отражении она видела повзрослевшую и изменившуюся внешне девушку с меткой на запястье, которая время от времени светилась.

Зеленое платье, которое дала ей Фелтис, стало грязным и чуть порвалось в некоторых местах. Но бельё, – до того удобное – скрывало всё, что могло выглядывать наружу.

В замке ей отвели комнату, чтобы она могла отдохнуть до утра. Мицар уже готовился посвятить её во все тайны магии. А Доре было страшно. Что если она не справится?

Она отошла от зеркала и посмотрела на книгу, которая лежала на кровати.

«Книга будет всегда с тобой, но у неё должно быть своё место», – сказал Мицар.

– Где же я найду для тебя место, если у меня даже дома нет.

Вдруг ей очень сильно захотелось снова оказаться в доме Фелтис и её семьи. У них тепло и уютно. Замок короля казался холодным и мрачным. Даже богато обставленная комната с её тёплыми тонами не создавала должного уюта. Дора знала, что за дверью коридор, от которого веет холодом.

«Ilenora Dooraa – так меня будут называть местные. А ведь как красиво звучит!»

В дверь тихо постучались.

– Дора, это Руос.

Она открыла тяжёлую дверь. Руос вошёл. На нём не было плаща, только брюки и рубашка с длинными рукавами, которая должна быть белой, но стала серой за весь день. Волосы всклокочены, щетина увеличилась.

Некоторое время они молча разглядывали пол, стены – что угодно, но только не друг на друга.

– Король – дракон? – наконец произнесла Дора.

– Он хороший правитель. Он хранил этот остров веками.

– Сколько он живёт?

– Такие как мы родились бы уже сотню раз… Он знал этот остров ещё совсем молодым.

Дора вздохнула, затем кивнула на книгу.

– Куда мне её?

– Всегда при себе.

– Но она тяжелая.

– Она может понадобиться тебе в любую секунду. Если научишься исчезать в одном месте и появляться в другом, то…

– Где я буду жить? Здесь мне не нравится.

– Маги живут…

– Я не маг! И я хочу уютный человеческий дом, раз уж мне предстоит жить на этом острове.

– Я бы взял тебя к себе, но король не разрешит. Правила такие. Хранители не могут жить среди простого народа.

– А Хранительница имеет право выйти замуж и переехать в дом своего мужа?

Наступило молчание. Руос растерянно смотрел на девушку. Во взгляде – непонимание.

– Ясно, – заключила Дора, опустив руки, – если вам неизвестно, кто такие козы, то не удивлюсь, если вы ничего не знаете о браке. А как у вас семьи строятся?

– Ах вот ты про что! Ты хочешь семью? Ну… девушка выбирает себе самца в женихи, а потом…

– Самца, – повторила Дора и хохотнула. – Добро пожаловать в мир животных. Вы вроде начитаны, Книга Заклинаний есть. Вы что, не женитесь здесь?

– Жених и невеста заключают союз, – неуверенно пояснил Руос.

– Ага. «Брак» у вас называют «союзом». Отлично. Тогда давай сначала, – она подошла ближе к Руосу и посмотрела в открытые глубины его глаз, аж дух захватило. – Я выбрала своего самца и хочу заключить союз, а потом переехать в его дом.

Зрачки Руоса забегали.

– Ты… хочешь… Э…

– Да! Что тут непонятного! – И она, шагнув к нему ещё ближе, прижалась губами к его рту. Затем отпрянула, тяжело дыша. Он даже не разомкнул губы. – Так понятнее?

Он заморгал.

– Дора… Э… Хранительница не может заключать союзы.

– Что?! Значит, я заточена в эту темницу на веки вечные, чтобы колдовать и не познать мужские… ну, союза???

– Да.

Дора застыла.

Просто остановилась, будто кто-то нажал кнопку «пауза» на целую минуту.

Она даже моргать забыла.

Руос неловко переступил с ноги на ногу.

– Дора? С тобой всё хорошо?

Она медленно повернула к нему голову, словно ржавые петли крутились у неё на шее.

– Значит, – произнесла она зловеще спокойным голосом, – Хранительница не может заключать союзы.

– Да, – жалобно повторил Руос, не понимая причину её поведения.

Тишина натянулась как струна, и вмиг Дора взорвалась:

– А никто, между прочим, не сообщает это в начале?!

– Дора…

– В начале, Руос! Ладно, вы не спросили, хочу ли я втягиваться в эту книгу, но о своих правилах нельзя было сказать? В начале! Когда вы мне «добро пожаловать» говорили! Когда вручали мне судьбу острова – никто не подумал упомянуть, что я тут, значит, святой монах-отшельник?! – Она ходила по комнате, скрестив руки на груди. – Я, тут, выходит, должна охранять мироздание, шастать по туннелям с таркусами, разбираться с богами-перевёртышами, чуть не умереть три раза подряд… и в награду – жизнь без поцелуев, без романтики и без мужчин?!

– Эм… – попробовал вставить слово Руос.

– Не «ЭМ»! – рявкнула Дора. – Что это вообще за мрак? Я – человек! Живая! Могу любить, дышать и… ОЙ КАК МНОГОЕ могу! Могла… наверное…

В конце концов, Руос улыбнулся. Она встала к нему спиной, и он осмелился коснуться её волос. Она взбрыкнула.

– Не тронь волосы Хранительницы! Укушу! – затем толкнула его. – И вообще, уходи. Вон из моей опочивальни!

Хотела хлопнуть дверью, но она оказалась слишком тяжёлой, пришлось толкать спиной. Затем скатилась на пол и несколько раз поколотила пол кулаками.

Глава 26

К утру псих прошёл.

Какое-то существо в женском обличии принесло ей новое платье. На этот раз розовое и не очень короткое. Под юбку надевались очень тонкие шортики без швов. Живот был закрыт, а толстый пояс с треугольной бляшкой украсил весь наряд. Дора с минуту смотрела на себя в зеркало и решила, что превратилась в воительницу-красавицу из книжек.

«Воительница, которой нельзя любить. Несправедливо!» – посетовала она про себя, затем повернулась к существу. Морда лисицы, длинное платье, фартук, но никакого хвоста. Вместо лап, человеческие руки.

– Ты понимаешь меня? – аккуратно спросила Дора, надевая лямку сумки через плечо.

– Да, мэм. Я вас понимаю.

– Куда мне идти? Я готова.

Существо с лисьей головой поклонилось, затем жестом приказала следовать за ней. Они долго шли по коридорам и лестницам. Дора думала, что эти каменные джунгли никогда не закончатся. Но в конце концов Лисья голова толкнула тяжёлые деревянные двери, и они вошли в светлый, просторный зал.

– Ожидайте, – сказала Лисья голова, поклонилась и ушла.

Для места, в котором, казалось бы, должны жить тени и запах жжённых трав, тут было довольно уютно. Высокие полки терялись в сиянии мягких шаров-светляков, что медленно кружились под перекладинами, как ленивые золотые рыбы. На широких столах лежали аккуратные россыпи кристаллов, перья странных птиц, банки с мерцающими жидкостями и огромный глобус Монд Лана, неторопливо вращающийся сам по себе.

Дора прошлась вдоль стеллажа, разглядывая книги с названиями вроде «Хронология Стихийных Ошибок» и «Краткое руководство по катастрофам, вызванным неопытными учениками». Ей почему-то стало не по себе.

Она хотела лишь чуть-чуть сдвинуть симпатичную шкатулку с резьбой – буквально на сантиметрик, чтобы посмотреть, что под ней, – но та предательски завибрировала, скользнула и со звонким дзинь! упала, расплескав по столу горсть блестящей пыли.

– Уййй, – заскулила Дора, резко вдохнула и в панике начала размазывать блёстки своим широким рукавом, затем ладонью, потом подушками пальцев – только хуже стало.

В итоге она как-то так всё стёрла, что следы почти исчезли… если не присматриваться.

Она выпрямилась, гордо вдохнула и уже было обрадовалась своей хитрости, когда за спиной прозвучал мягкий, ехидно-вежливый голос Мицара:

– Очень тонкая работа, Хранительница. Особенно вот это пятно в форме вашего большого пальца. Хотите, я оставлю его как декоративный элемент?

– Я…

– Знаю, не хотели. Но всё-таки будьте осторожны. В моём доме очень много опасных порошков.

Дора посмотрела на свои ладони. Они слегка светились. К горлу подступил страх. Кто её просил трогать вещи мага?

Мицар сухо посмеялся.

– Вам многому предстоит научиться, Хранительница. Поднимите свои ладони и сделайте вид, будто толкаете невидимую стену.

Дора не думала, что от этого последует какой-то эффект. А думать надо было, потому что сначала она увидела зеленоватое свечение, а затем вывалилась в пространство. Лёгкий вскрик. Дора зажмурила глаза, и едва удержала равновесие. А когда открыла глаза, уже громче закричала.

– Где я?! Маг Мицар?

Комната мага исчезла. Перед Дорой расстилался тёмный лес. Как такое возможно? Только что она была в помещении, а сейчас… она даже чувствовала холодный ветерок, а в нос бил хвойный запах.

Дора боялась сдвинуться с места. Посмотрев на свои ладони, никакой пыльцы она не увидела и сколько ни толкала воздух, ничего не получалось. Справа хрустнула ветка, Дора в страхе отпрянула в сторону.

– Кто здесь?

Бесшумная, почти тягучая тишина леса нарушилась странным шуршанием – будто что-то тяжёлое и липкое тянулось по полу, цепляясь за камень. Дора замерла, она почти не дышала. Звук становился ближе, настойчивей, будто живое существо искало путь к теплу и крови. Затем – низкий гул. Сердце у Доры ухнуло куда-то в живот, ноги похолодели. Она медленно обернулась… и увидела, как тянутся сизо-зелёные стебли, толстые, как верёвки, блестящие от сока. Они двигались с пугающей уверенностью, неуклюже, но целеустремлённо, выползая по камню.

В полумраке показалась Демоница. Цветок-хищница раскинула мясистые лепестки, на концах которых поблёскивали крохотные зубцы. Когда-то она уже пыталась утянуть Дору в свои липкие объятия, но размах жадных щупалец сейчас был ещё больше. Стебли скользнули по земле, готовясь рвануться. Дора отпрянула, воздух застрял в горле, а потом прорвалось отчаянное, пронзительное:

– Аааааа!

Щупальце метнулось к её щиколотке. Секунда, ещё миг, и оно бы сомкнулось. Но пространство перед ней вздрогнуло, и из пустоты вынырнула чужая ладонь. Она ухватила Дору за запястье, резко дёрнула, и мир перемешался пятнами. Дора, хлопнувшись на гладкий пол, снова очутилась в освещённой комнате Мицара.

Маг нависал над ней, слегка насмешливо приподняв бровь.

– Можем считать, что подготовительный экзамен не пройден. Начнём наш первый урок, Хранительница.

Глава 27

Фелтис увидела Руоса в окно и сразу же вышла во двор, чтобы встретить его.

– Руос! Ты один?

– Да. Дору посвятили в Хранительницы. Она осталась в замке короля.

Они вдвоём сели на ступеньку крыльца, опустили головы и задумчиво смотрели в землю.

– Почему ты ушёл?

– Закончилась моя роль проводника. Королю я больше не нужен. А Доре… – Руос помолчал, чувствуя, что рядом кто-то пристраивается. – У Доры новое предназначение. Для этого её привезли на остров. Маг Мицар взял на себя ответственность обучать её.

– Как Дора себя чувствует?

– Не знаю. Она прогнала меня и… я решил, что больше не нужен.

Торнадо замурлыкал, и Руос повернул голову. Кот разлёгся на перилах крыльца, вытянув лапы, будто занимает трон.

– Чувствую, мяу, ей без советника не обойтись. Как ты мог оставить её одну?! Среди магов и дрэмов. А если один из них наступит на неё, маленькую и хрупкую?

– Там король. Доре не угрожает опасность. Она справится, и дрэмы ей не страшны.

– Но ты грустишь, – заметила Фелтис.

– Грущу? – Руос хохотнул. – Нет, я… я просто устал. Почему я должен грустить? Я снова свободен.

На крыльцо вышла мама Фелтис, чтобы позвать всех к столу. Фелтис подхватила Руоса под руку и повела в дом, приговаривая: «Не верю я тебе. Ты рисковал своей жизнью ради неё, и теперь просто устал? Не рассказывай сказки!»

Торнадо поднялся и спрыгнул на лестницу. Проводив взглядом эльфийку и человека, кот вальяжно спустился, косолапя прошёлся по тропинке, затем перешёл в лёгкий бег и в конце концов ускорился.

– Пока вы чешете языком, я займусь делом, – сказал он.

Ещё не добежав до конца улицы, Торнадо выбился из сил.

В это время Грэм и Увэ пролетали над эльфийской деревней. И вновь спорили.

– Я тебе говорю, – ворчал Грэм, работая крыльями, – тот мост шелестит СЛЕВА. Сле-ва!

– А я тебе говорю, – спокойно тянул Увэ, – он шелестит СПРАВА. Потому что ветер сегодня с северо-востока.

– Северо-востока? Кто это вообще выдумал? Это же направление для романтиков и картографов!

– Грэм, направление ветра не зависит от твоих чувств, – вздохнул Увэ.

– Да всё зависит, яйцеголовый! Ветер знает, что я ненавижу северо-восток. Поэтому и дует назло.

– Именно поэтому, – ровно сказал Увэ, – он и дует оттуда, а значит мост шелестит справа.

– Да НЕ СПРАВА, а СЛЕВА! Я в прошлом году уже слышал.

– В прошлом году ты слышал собственный желудок.

Грэм вопросительно посмотрел на своё пузо.

– Он тоже шелестит?

– Когда ты голодный – он рычит. Как вулкан.

– Спасибо! Очень мило!

– Это был комплимент.

– Это не комплимент, тупая ты неоновая мелочь!

– У меня новость – ты тоже мелочь.

– Ой, всё! Хватит! Я обиделся!

– На кого?

– На ветер.

Они облетели купол и теперь двигались в сторону скал.

– Я тебе говорю, мы летим НЕ туда! – рявкнул Грэм, хлопая крыльями так, что листья закружились.

– Мы летим как раз туда, куда надо, – невозмутимо ответил фиолетовый Таракона. – В отличие от некоторых, я вижу карту в голове.

– Карта у тебя в голове… перекошена! Как и вся твоя жизнь. Ты каждый раз ведёшь меня не тем маршрутом!

– Это оптимальный маршрут.

– Опти-что?

– Оп-ти-маль-ный, – медленно повторил Увэ.

– Не ругайся при мне!

Они ещё минуту пикировали друг за другом, пока взгляд Грэма не зацепился за что-то белое внизу.

– Стой! Тормози! Снижайся!

– Грэм, не ори, у меня барабанные перепонки не из титана…

– Снижайся, сказал!

Они нырнули вниз и зависли над тропой. По ней медленно… очень медленно плёлся Торнадо. Глаза полузакрыты, хвост волочится, язык свисает на бок, как флажок поражения.

– Ого, – сказал Увэ. – Он жив?

– Эй, жирный полосатый! – крикнул Грэм. – Ты куда расплавился?

Торнадо поднял голову с видом мученика.

– Иду… к Доре…

– К кому?! – в один голос крикнули Таракона.

– К Доре… Хранительнице… – сказал кот. – Ей нужен советник.

– Советник? Ты? – Грэм едва не подавился воздухом.

– Да, – важно ответил Торнадо. – Умный. Влиятельный. Опытный.

Увэ задумчиво кивнул:

– Ну… большой он точно опытный.

– В смысле «опытный»?! – возмутился Грэм. – Он же через десять шагов умирает!

– Не умираю, – тяжело вздохнул Торнадо. – Просто… отдыхаю чаще.

Грэм загоготал:

– Советник, который засыпает на лестнице! Ты пробовал по королевским лестницам подниматься?

– Грэм… – начал Увэ. – На лестнице засыпаешь ты, причём в полёте.

– Это было один раз!

– Семь раз.

– Дважды!

– Я считал.

Грэм надулся, как пастила в кипятке.

– Ладно, неважно! – выкрикнул он. – А где Руос? Он же с Дорой был?

Торнадо важно фыркнул:

– Руос дома страдает.

– Из-за чего? – поинтересовался фиолетовый Увэ.

Кот расправил усы, словно это могло придать ему значительности.

– Из-за любви.

– О-о-о, вот это смертельное проклятье! Беги, пока не поздно!

– Сам беги, – буркнул Увэ. – Любовь – это прекрасно.

– Угу. Когда не больно.

Торнадо выпрямился.

– А я – к Доре. Она ждёт мудрый совет.

Грэм хмыкнул:

– Ну да. Мудрый. Из-за которого потом придётся тебя тащить обратно на носилках. Тяжёлого.

– Я невесомый, как облачко, – обиделся кот.

– Как гроза, – поправил Увэ.

Трое посмотрели друг на друга. Воцарилась тишина.

А потом снова начали спорить, но уже ни о чём, просто по привычке. И медленно тронулись вперёд.

Глава 28

Дора вышла к пруду случайно. После утомительных лекций Мицара ей хотелось пройтись. Каменные стены замка здесь сходились плотным кольцом, как будто обнимали воду, не выпуская её холодное дыхание наружу. С потолка падали редкие капли – кап… кап… – и каждый звук возвращался эхом, умножаясь и растекаясь по пространству.

Пруд был тёмным, почти чёрным, но в глубине мерцал слабый голубовато-фиолетовый свет, словно под водой медленно дышало небо.

Дора сделала шаг ближе, и вода дрогнула.

Из глубины показалось нечто вытянутое, гибкое. Она отпрянула, сердце ударило в горло. Существо медленно всплыло, без всплеска. Его гладкое тело переливалось холодными оттенками, а по коже струились узоры, похожие на морозные трещинки на стекле.

Уши дрогнули, маленькие рожки с ответвлениями блеснули влажным светом. По спине прошла волна – мягкие округлые наросты светло-оранжевого цвета медленно сжались и разжались, как при дыхании. А по голове и по бокам вспыхнули биолюминесцентные пятна. Не ярко, словно существо не желало её напугать.

– Ты… кто? – прошептала Дора.

Существо не ответило. Лишь наклонило голову, и жест этот был удивительно живым, почти человеческим. Длинный хвост описал в воде ленивую дугу, и эхо отозвалось мягким гулом.

Оно подплыло ближе и осторожно вытолкнуло на каменный край нечто светящееся. Какой-то камень. Он сиял флуоресцентным светом – холодным и ровным, какой исходит от луны.

– Это мне? – спросила Дора.

Существо прострекотало и ещё раз подтолкнуло камень к девушке.

Дора медленно взяла его в ладонь. Камень оказался тёплым.

Быстро достав книгу, она раскрыла её и спросила:

– Что за камень у меня в руке? Светится. Тёплый. Мне дало его существо из пруда…

Не успела она договорить, как строки сложились в ответ:

«Флуоресцентос – камень выбора. Он не указывает путь и не предсказывает будущее.

Он откликается на решение.

Камень горит, когда человек стоит на распутье, и гаснет, становясь холодным, если выбранная дорога – истина.

Если же путь ложен, свет не исчезнет, а станет горячее и тяжелее.

Люминоры отдают флуоресцентос лишь тем, кто не стремится владеть судьбой, а готов нести ответственность за один-единственный выбор».

Дора оторвала глаза от книги и посмотрела на существо. Люминор спокойно смотрел на неё.

– Значит, с помощью этого камня я могу узнать, правильный ли выбор сделала?

Люминор мягко коснулся воды хвостом. Биолюминесцентные пятна вспыхнули ярче, что, видимо, означало – да.

Вернувшись в комнату, Дора отыскала толстую нить, аккуратно просунула её в отверстие камня, и теперь он стал кулоном. Она надела его на шею и посмотрела в зеркало.

«Нет, слишком заметен», – мелькнула мысль.

– Куда же мне тебя деть?

Он тёплый, и Дора ясно это чувствовала. А ещё он излучал яркий свет, что станет приманкой для недоброжелателей. Она быстро сняла его с шеи и положила рядом с книгой. Порылась в сумке и неожиданно нашла мазь «Дермис», которую купил ей Локи. Дора улыбнулась, рассматривая своё имущество. Книга Заклинаний принадлежала ей теперь официально, и метка на запястье была тому доказательством. Камень, возможно, поможет понять, правильный ли выбор она делает. А мазь легко могла стать оружием, ведь она на себе испытала её эффект.

Сложив всё аккуратно в сумку, она задумалась. Она не могла всюду носить эти вещи с собой. Мицар уже говорил, что у книги должно быть своё место. Но и у Хранителя тоже должно быть своё место.

– А где жил Ледрис? – спросила она Мицара, когда они вновь встретились за обедом.

Дора впервые ела в стенах замка за огромным столом. И обслуживала их всё та же непонятная сущность с лисьей головой. Перед Дорой поставили тарелку горячего супа с кореньями и ароматными травами, свежий мягкий хлеб с хрустящей корочкой и мёд в маленькой чашечке. Мицару же принесли более странное блюдо – это тонко нарезанное мясо, запечённое с холодными специями, светящийся соус с серебристым отливом и тёмный травяной настой. Дора поморщилась, глядя на всё это не очень аппетитное варево. А супчик был что надо!

– У Ледриса есть хижина.

– А где она?

– Зачем тебе?

– Я подумала… раз Ледрис ушёл в наш мир и не вернётся, я могла бы занять его дом. Сам подумай, я здесь как неприкаянная. Разве Хранитель может быть бездомным?

Мицар чуть не подавился куском мяса.

– Он жил… на холме…

– Здесь много холмов. Это далеко?

– Да, Хранительница. Дом стоит на вершине, его охраняют псы. И рядом… ни души.

Дора разочарованно вздохнула.

– Тогда где же мне жить?

– Здесь, в замке. Разве здесь плохо?

– Я – человек, хочу напомнить. Мне здесь холодно и… жутковато.

– Пожалуй, – Мицар вытер рот салфеткой, – стоит поговорить с королём.

– Я не боюсь расстояния. У меня есть муррикан… Муррикан! – от волнения Дора подпрыгнула на месте. – Где он? Как он?

Мицар не успел ответить. В столовую вошёл дрэм Грог, неизменно угрюмый и зелёный. Дора передёрнула плечами при виде него и отодвинула от себя тарелку.

– Хранительницу желают видеть.

– Кто? – насторожился Мицар.

– Белое пушистое создание утверждает, что он её советник…

– Это Торнадо! – обрадовалась Дора, вскочила и побежала в направлении двери.

Грог вздохнул и покачал головой. Мицар окликнул девушку, чтобы сообщить – ей не в ту дверь.

Глава 29

За короткое время говорящий кот и даже цветные дракончики стали Доре роднее, чем весь прежний мир по ту сторону острова. Она выбежала на внешний двор замка и, увидев большого кота, бросилась его тискать.

– Она… – мрачно начал Грэм, зависая в воздухе, – сжимает его.

– Не просто сжимает, – поправил Увэ, внимательно наблюдая. – Она совершает ритмичные обнимающие движения.

– Это нападение?

– Похоже на ритуал привязанности. У людей по ту сторону так принято.

Кот Торнадо издал сдавленный звук где-то между «мррр» и «помогите», пытаясь вывернуться из рук Доры.

– Он сопротивляется, – отметил Грэм. – Значит, ему не нравится.

– Нет, – возразил Увэ. – Смотри: он не использует когти. Это пассивное принятие судьбы.

– Ужасная судьба, – проворчал Грэм. – Его тискают, как подушку.

– Возможно, – задумчиво сказал Увэ, – кот выполняет роль антистрессового артефакта.

– Тогда артефакт шипит?

– Перегрев, – серьёзно ответил Увэ.

В этот момент Дора радостно прижала кота к щеке, не взирая на то, что он был большой как три кота.

– Всё, – заключил Грэм. – Он не переживёт вторую фазу.

– Какую?

– Поцелуи.

Второй фазы не наступило. Дора наконец поднялась на ноги, оправила платье и умиротворённо вздохнула, с тихим облегчением. Она больше не одна в этом холодном каменном строении.

– Рада вас видеть.

Торнадо смотрел ей за спину, и Дора обернулась, но тут же вскрикнула от неожиданности. Прямо за ней стоял этот мерзкий, зелёный Грог.

– Э… а в какой парикмахерской тебе косички заплетали? – спросила она первое, что пришло в голову. У Грога действительно на голове были длинные и крученные волосы, напоминающие бельевые верёвки, что висели во дворе родительского дома.

Вместо ответа он ещё больше нахмурился.

– Позволь объяснить, Хранительница, – деловито начал Торнадо. – Я явился сюда, чтобы продолжить свою деятельность. Помните, вы назначили меня советником? Я здесь, – и он низко поклонился.

Таракона тоже поклонились, но в воздухе.

Дора не помнила, чтобы сама назначала кота в советники, но сейчас была готова на всё, лишь бы он не ушёл.

– Да! – воскликнула она. – И мне нужен хороший совет. Хранитель не может жить в замке короля. Мне нужен дом. Что же ты мне посоветуешь?

– А? Э… А молоко у вас найдётся? Мне бы подкрепиться, иначе в голове пусто. Мяу.

– Слышал, Грог? Молоко нужно! – величественно сказала Дора, вогнав дрэма в ступор.

– Я страж, а не кухарка.

– Тогда где эта… носатая?

Грог свистнул, и к ним вышел маленький карлик. Он провёл их обратно в столовую, где Мицар заканчивал трапезу.

– А я привела гостей. Молока коту, – с важностью сказала она существу с лисьей головой. – И… А вы что хотите? – спросила она Таракона.

– Хм. Молоко?! Это что, еда или наказание? – проворчал Грэм.

Но Увэ спокойно ответил:

– Если честно… я бы не отказался от копчёной рыбы с поджаристым краешком. И без молока. Молоко – это что-то подозрительное.

– А я хочу что-нибудь, что хрустит, горит и убегает. Если не убегает, то хотя бы хрустит.

Лисья голова всё поняла и удалилась. После того, как Торнадо напился молока, а дракончики полакомились рыбкой, за столом завязался разговор. Мицар не ушёл, а решил послушать, для чего эти чудики сюда явились.

– Советник, говоришь? – потирая бороду, произнёс Мицар.

– Торнадо сказал, что у Ледриса тоже был советник.

– О, правда? Он так сказал? И кто же это был?

– Не важно кто. Главное, был, – уверенно сказала Дора.

Мицар улыбнулся.

– Разрешите снова представиться, Хранительница. Мицар – маг-советник. На весь остров Монд Лан я единственный советник. Никаких котов, коней и прочих… представителей мира животных советниками не назначали, сколько себя помню.

Искры полетели в сторону кота, когда Дора посмотрела на него.

– Ну… жизнь меняется, меняются хранители и… советников становится больше. Разве нет? – невинно ответил кот.

– Поскольку они ваши друзья, я не стану их прогонять. Но не советую оставлять их в замке. Королю это не понравится.

– Так! – Дора хлопнула ладошками по столу так, что дракончики взлетели, и встала. – Дом не даёте, а теперь ещё не позволяете моим друзьям оставаться здесь? Не желаю такой жизни! Мне нужен дом, куда я могу привести своих друзей, не спрашивая разрешения, советник Мицар, – чуть тише добавила Дора. – Мне неуютно здесь. Я могла бы приходить сюда на обучение, но не жить здесь.

Дракончики переглянулись.

– Дом, – важно протянул Грэм, расправляя крылышки. – Это стратегически верно. Где дом, там миски.

– И окна, – добавил Увэ невпопад. – Из окон удобно выглядывать врагов. Или соседей. Иногда это одно и то же.

Торнадо фыркнул:

– И диваны. Короли, между прочим, редко думают о диванах. А зря.

Дора не улыбнулась. Она стояла прямо с упрямо сжатыми губами.

– Я не шучу, – тихо сказала она. – Мне нужен дом. У Ледриса он был. И у меня он должен быть.

В этот момент воздух потяжелел. С каменных сводов донёсся глухой, низкий голос:

– Желание Хранительницы услышано.

Король вышел из тени. Его взгляд красно-зелёных глаз скользнул по Доре, задержался на Таракона… и чуть дольше – на коте.

– Хранитель не может существовать без места, где сердце будет спокойно, – продолжал он медленно. – Ты выберешь дом сама. Где пожелаешь.

Таракона просияли.

– Мы же говорили, – шёпотом сказал Грэм, – короли разумны.

Увэ кивнул:

– Особенно когда слушают нас.

Мицар стоял в стороне. Его губы сжались в тонкую линию, брови сошлись, а лицо приняло такое недовольное выражение, будто он только что узнал, что законы магии переписали… без него.

Глава 30

Руос спал, когда в открытые окна ворвались дракончики Таракона с визгом и спорами.

– Вставай, Руос!

– Проспишь всё на свете!

– Он вообще живой? – спросил Увэ, засомневавшись.

Одеяло дёрнулось, большой палец ноги шевельнулся.

– Такого не убьёшь. Эй! – возмутился Грэм. – Люди обычно реагируют, когда их будят.

– Этот – нет, – фыркнул Увэ. – Подозрительно.

Руос глухо зарычал и перевернулся на другой бок.

– Вы ворвались в мои владения, между прочим, – промямлил он, не открывая глаз.

– Ты в курсе, что произошло? – почти крикнул Грэм прямо ему в ухо.

– Все уже знают! – на подоконник запрыгнул Торнадо. – Кроме тебя. Как всегда-у.

Руос резко сел на кровати.

– Ну и что же произошло? – отчеканил он, сжимая виски.

Дракончики переглянулись.

– Нууу, – протянул Грэм.

– Это сложно объяснить, – вздохнул Увэ.

– Ты сначала проснись, – посоветовал кот, вылизывая шерстку.

– Вы сейчас серьёзно? – голос Руоса стал опасно спокойным.

– Король услышал! – радостно выпалил выпалил Грэм, танцуя в воздухе.

– Дора сказала, – перебил Увэ.

– Дом! – хором сообщили все трое.

– Какой ещё дом?! – Руос терял терпение.

– Новый, – важно сказал Грэм.

– Не в замке, – уточнил Увэ.

– И ты там нужен, – добавил Торнадо и тут же свалился с подоконника в траву. Все услышали короткое «Ай». Но никто не бросился спасать кота.

Руос сжал кулаки, глубоко вдохнул, выдохнул… Затем медленно встал с кровати. Надел рубаху и открыл дверь. На секунду ему подумалось, что всё это продолжение сна. В его дворе стоял муррикан, а рядом, облокотившись на дерево плечом, со сложенными на груди руками стояла Дора.

Он выпрямился, замер и даже не сразу моргнул. Он спит? Но она слишком… настоящая. Слишком спокойно стоит для сна. Он медленно вдохнул, затем выдохнул. Если это сон, то он сейчас закончится. В такие прекрасные моменты либо всё плывёт, либо резко обрывается. Но двор никак не расплывался. Дерево под ногами было ощутимым. Воздух – утренним.

Не сон. Тогда… что происходит?

Мысль ударила неожиданно сильно. Она не в замке, а у его дома. Она пришла к нему жить?

Он быстро осмотрел двор, надеясь найти подсказку, но глаз его ничего не цеплял. А её спокойствие вызывало тревогу. Руос потёр переносицу.

– Добро… пожаловать…

– Проснулся? – Дора не поменяла позу. – Нужна рабочая сила. Одна я не справлюсь, а эти малыши и толстопузики, – она кивнула на Таракона и кота, – не смогут оказать мне реальной помощи.

– Можно узнать…

– Можно. Я пожелала жить там, где люди. Король разрешил выбрать дом. К сожалению, здесь только один свободный дом нашёлся. Только он… в ужасном состоянии. Зато мы с тобой соседи! – Дора широко улыбнулась. – Я буду жить на той улице, – её пальчик указал на серую крышу.

Руос знал этот дом. Когда-то там жили люди, но их не стало. Дом никто так и не занял, потому что поговаривали, что призраки прежних владельцев никуда не ушли. А они были вроде как сумасшедшими. Но, конечно же, никто Доре об этом не рассказал.

Ощутил ли он радость? Что-то просветлело в его душе, ему как будто полегчало. Но когда в памяти всплывали воспоминания их последней встречи, её близость, дыхание, а потом ярость и…

– Эй? Руос, ты идёшь? – вернула его в реальность Дора.

– Только… оденусь.

Руос развернулся, чтобы войти в дом, но перед этим бросил взгляд в небо и глазам своим не поверил. Таракона поднялись выше. Они тоже это заметили. Торнадо оторвался от вылизывания, его большие зелёные глаза также устремились вверх. Дора отошла от дерева, чтобы рассмотреть то, что видят остальные.

Если смотреть невооружённым взглядом, небо было привычным – ровным, спокойным, голубым. Но стоит присмотреться, как начинаешь видеть странность: высоко, почти на грани зрения, тянулась неровная тень, будто кто-то провёл по небу тупым лезвием. Это вовсе не облако. Прореха дрожала, едва заметно пульсировала, как истончённая ткань, натянутая до предела. Цвет неба внутри неё был другим. Не тем, каким должно быть небо над островом.

– Это то, о чём я думаю? – спросила Дора, подойдя ближе к Руосу.

Он едва заметно кивнул.

– Да. Остров в опасности…

Глава 31

Забыв о своём новом доме, Дора вошла в дом Руоса и положила книгу на стол, но пока не открывала. Сначала она хотела понять, что именно требовать от книги. Руос одевался в соседней комнате. Таракона впервые за долгое время молча сидели на подоконнике. Кот Торнадо запрыгнул на стол и терпеливо ждал, подёргивая хвостом.

– Какая же я Хранительница, если понятия не имею, как поступать в таких ситуациях, как эта? – вслух ругалась она. – Небо в трещинах. Это означает, что магический щит, скрывающий остров, исчезает?

Она смотрела на кота.

– Да, – ответил Руос за спиной. Он поправил воротник коричневой куртки и пригладил волосы назад (хотя это не помогло и кудряшки снова упали на лоб). – Дора, чему тебя научил Мицар?

– Мицар? Он… учил меня справляться в необычных обстоятельствах. На самом деле настоящего обучения у нас ещё не было. Что же мне делать? Идти в замок?

– Книга инструктирует Хранителя, как правило, – заметил Торнадо.

Руос подтвердил это кивком головы. Затем подошёл к столу и посмотрел на обложку книги.

– Ни я и никто из жителей никогда не задавался вопросом, каким образом Хранитель создаёт щит. Мы знали, что в безопасности, и этого было достаточно. Дора, нам надо попробовать. До замка даже на муррикане далеко. Давай, открой книгу, спроси, что тебе делать.

Дора с минуту думала, затем повернулась к книге, но не успела даже коснуться её, как она резко раскрылась, словно почувствовала намерение Хранительницы. Чернила на страницах зашевелились, складываясь в строки.

«Зафиксирован разрыв защитного купола. Истончение критическое. Рекомендовано немедленное восстановление».

– Я… не маг, – чуть не плача выдохнула Дора. – Я понятия не имею, что делать.

Ответа не последовало. Вместо него страницы перевернулись, показывая символы – сложные, написанные явно не для человеческих глаз.

Дора почувствовала, как внутри поднимается паника. Не страх, а осознание, что от неё ждут невозможного.

– Что это?

– Нам не видно, Дора, – сказал Руос и положил бумагу с карандашом на стол. – Попробуй скопировать то, что показывает книга.

И только она попыталась скопировать символы, как вдруг они стёрлись, но прежде чем Дора потеряла бы всякую надежду, появились понятные её глазу буквы – инструкции. От счастья она даже хохотнула.

– Ладно. Я попробую.

Она шагнула к окну. Прореха в небе была почти незаметной, но Дора чувствовала её кожей. Она подняла руку, и в тот же миг метка на запястье вспыхнула мягким, тревожным светом. Испугавшись, она отдёрнула руку от окна, чувствуя, как сильно колотится сердце.

Руос оказался рядом. Он взял её руки в свои и посмотрел в глаза.

– Магия работает. Ты сможешь. Не бойся.

– Мне страшно.

– Страшнее будет, если наш остров засечёт ваш спутник, Дора. Это случится не сразу, а лишь тогда, когда защита полностью откроет остров. Эта прореха ничтожна. Ты можешь подлатать её.

Его руки были тёплыми, но Дора чувствовала вибрацию из-за того, что активировалась собственная магия. Собравшись с мыслями, она снова подошла к окну и подняла руку. Тепло разлилось по венам, непривычное, дикое, будто сила искала выход и не знала дороги.

– О, – хрипло сказал Грэм, – это уже что-то.

– Рано радуешься, – буркнул Увэ.

Дора попыталась повторить заклинание из книги. Воздух дрогнул, словно натянутая плёнка, отбросив их всех на пол. Края разрыва на мгновение сжались.

И тут всё пошло не так.

Свет на запястье Доры замерцал, стал резким, болезненным. В голове зашумело. Сила вырвалась рывком и рассыпалась, не зацепившись ни за что.

– Нет, нет, нет… – простонала Дора, хватаясь за стол. – Я делаю что-то не так.

Метка погасла, оставив лишь слабое тепло и ощущение пустоты. Книга замолчала. Торнадо прыгнул ближе и сердито махнул хвостом.

– Ну конечно. Дали человеку магию и сразу чинить небо. Логично, что ничего не логично.

Дора опустилась на стул, сжимая запястье. Она не чувствовала себя Хранительницей. Она чувствовала себя человеком, которому вручили ключ и не объяснили, как им пользоваться.

Тем временем, на улицах началось оживление. Дракончики вылетели посмотреть. Торнадо тоже пытался разглядеть что-то с подоконника, но понять ничего не мог. Дора и Руос выбежали на улицу. Двери домов распахивались одна за другой, эльфы выходили на улицы. Поспешно и молча, будто по невидимому знаку. Кто-то не запирал двери, кто-то бросал корзины с едой прямо на пороге. Поток эльфов стекался в одну сторону – к дороге.

– Что происходит? – задалась вопросом Дора, выбегая вперёд.

Руос уступил кому-то дорогу и на миг выпустил Дору из поля зрения. Шёпот, шаги, стук копыт, треск повозок – деревня наполнилась гулом. Никто не объяснял, никто не отвечал на вопросы. Они просто шли, и этот безмолвный порыв пугал сильнее криков.

Руос хотел пойти за Фелтис, но никак не мог найти Дору. Дракончики взвились выше, чтобы понять происходящее. Торнадо исчез где-то в кустах. Поток сжимался, разрывал их, толкал в разные стороны.

– Дора! – крикнул Руос, поворачиваясь вокруг своей оси.

И тогда он увидел её.

Она уже сидела на муррикане, сумка с книгой перекинута через плечо. Животное двигалось уверенным шагом вперёд. Дора не оглядывалась. Лицо её было напряжённым, сосредоточенным.

– Дора! Стой! – голос Руоса сорвался и утонул в гуле толпы.

Она удалялась. С каждым шагом всё дальше, становясь недосягаемой. Муррикан вынес её из хаоса, и через несколько секунд она стала лишь движущимся силуэтом на дороге.

Руос остался среди чужих спин и шагов, с ощущением, будто кто-то резко вырвал из него воздух. Но стоять так вечность он не мог. Рванув против толпы, он помчался к дому Фелтис.

Глава 32

Муррикан чувствовал желание Доры, поэтому не останавливался и шагал вперёд. Деревня осталась позади, растворившись между стволами и белыми крышами. Ветер рвал подол розового платья, сумка с Книгой Заклинаний тяжело билась о бедро. Она гнала зверя к замку короля, снова и снова прокручивая в голове одну и ту же мысль: если сделает неверный шаг, случится нечто по-настоящему страшное. Магия в ней была живая, горячая, но непослушная. Книга говорила намёками, а не учила. Этого было слишком мало.

За спиной ещё долго тянулся гул голосов. В толпе кричали, не стесняясь:

«Хранительница слаба… слишком слаба».

«Ей доверили наши жизни, а она даже не пытается…»

«Она человек, что она вообще здесь делает?»

Эти слова впивались глубже, чем страх. Дора не понимала, что именно происходит с эльфами, но чувствовала их гнев. Время уходит, и если она не найдёт решение сейчас, остров потеряет защиту и всё самое ценное, что хранилось здесь веками…

Дора не заметила, как проехала долгий путь. Сначала пересекла широкую поляну с мурриканами, где стройные силуэты зверей скользили в высокой траве, словно тени. Они подняли головы, провожая её янтарными взглядами, но не сдвинулись с места.

Потом был рынок – шумный и непривычно тревожный. Торговцы сворачивали лавки, кто-то спорил. Они смотрели на Дору во все глаза, и она не стала задерживаться ни на миг.

Дальше начинался лес. Тёмный и плотный – самый короткий путь к мосту, ведущему к плавающему острову, на котором возвышался замок короля. Муррикан мягко вошёл под кроны, и мир вокруг сразу стал тише, будто лес проглотил все звуки.

Но тут дорогу ей преградили.

Между деревьями стоял человек в тёмном плаще, слишком спокойный для такого дня. Посох опирался о землю. Дора резко натянула поводья.

– Мицар? – удивлённо выдохнула она.

Муррикан фыркнул, но остановился. Ничего не подозревая, Дора спешилась.

– Что вы здесь делаете? – спросила она, всё ещё не чувствуя опасности. – Я ведь держала путь в замок, к вам.

Мицар улыбнулся чуть ласково.

– Я увидел всё в магический шар, – ответил он. – Трещину. Панику в деревне, куда ты отправилась. Я знал, что ты спешишь к замку. – Он сделал шаг ближе. – Ты ведь помнишь пыльцу, с помощью которой можно оказаться где угодно… я решил поторопиться. Поэтому я здесь.

Сердце Доры сжалось, плечи опустились.

– Мицар, я не смогла закрыть трещину, хотя пыталась. Мне не хватило магии или… опыта, не знаю. Книга отказывается говорить. Мне нужна помощь и срочно. Эльфы в деревне ведут себя странно.

– Что ты имеешь в виду, Дора?

– Они собрались и куда-то двигаются. Из разговоров я поняла, что они недовольны Хранительницей. Я очень боюсь последствий при любом раскладе. Прошу тебя, помоги.

Мицар склонил голову.

– Конечно. Конечно, – сказал он мягче. – Я как раз знаю, что делать. Ты готова? Если так, то следуй за мной.

Глава 33

– Фелтис? Фелтис, ты понимаешь, что происходит? Что с ними? – кричал Руос, ворвавшись в дом своей подруги. – Где Ггерой? Нам срочно нужно к замку.

Фелтис некоторое время смотрела на уходящую толпу своего народа. Её родители тоже отправились вслед за жителями. Но она была слишком растеряна, чтобы расспрашивать.

– Я… не знаю, где Ггерой. Нам нужны лесные рыси. Подождёшь?

– Попробую найти Ггероя.

– Уверена, он ушёл с ними. Жди меня здесь, Руос, если хочешь быстро добраться до замка.

И Фелтис в минуту исчезла с поля его зрения. Она остановилась у края леса и подняла руку с длинными тонкими пальцами. Свист был тихим, как короткая, переливчатая нота, больше похожая на дыхание ветра, чем на звук.

Через мгновение лес как будто пробудился.

Из-под папоротников показалась тень. Затем – светлые и внимательные глаза. Рысь вышла бесшумно, словно выросла из земли: высокая, гибкая, с густой пятнистой шерстью и длинными ногами. Кисточки на ушах дрогнули, улавливая каждое движение хозяйки.

Она подошла вплотную и склонила голову. Фелтис положила ладонь ей на шею, и рысь тихо фыркнула, признавая зов и волю. Ни упряжи, ни повода не было. Им хватало одного взгляда.

Рысь легла, и Фелтис смогла забраться на животное.

Спустя считанные минуты рысь вместе с Фелтис и Руосом покинула деревню. Когда они добрались до моста, ведущего к плавающему острову, путь уже был перекрыт. Белые эльфийские одежды заполнили пространство от перил до первых камней настила, а у самого входа острова стояли дрэмы – неподвижные, как живая стена.

Руос спрыгнул с рыси и, не оглядываясь, пошёл вперёд, расталкивая толпу. Фелтис последовала за ним. Где-то сбоку раздалось знакомое фырканье Таракона.

– Это настоящий хаос! – воскликнул Грэм.

– Это протест! – подхватил его брат Увэ.

Руос и Фелтис не отреагировали. У самого начала моста они остановились. Грог со своим суровым видом выступил вперёд. Он раздавал приказы короткими резкими жестами, его длинные уши топорщились ещё сильнее обычного.

– Нам нужна Дора. Она здесь? – спросил Руос.

Грог не сразу ответил. Он бросил взгляд на толпу, потом на дрэмов, и только после этого глухо произнёс:

– Им тоже нужна Дора.

– Зачем им Дора? – испуганно спросила Фелтис.

Дрэм понизил голос:

– Чтобы разорвать её на куски.

Фелтис нахмурилась.

– Мой народ не способен на это! Она не сделала ничего такого, чтобы желать ей смерти.

Тут в разговор вмешался Грэм:

– Как? Вы не знаете, для чего они все сюда пришли?

Толпа скандировала имя короля.

– Хранительница, по их мнению, слишком слаба, – продолжал дракончик Грэм. – Острову нужен другой Хранитель. Не человек, а настоящий маг.

Руос повернулся к Грогу.

– Это правда?

– К сожалению.

– Нам нужно к Доре. Пропусти.

– Её здесь нет, Руос. Уходите и уведите свой народ.

– Нет здесь? Тогда… где же она?

– Нам надо её найти, пока ее не нашли они, – и Фелтис показала рукой на эльфов.

Они покинули мост, незаметно скрылись в лесу, но эльфы ещё долго продолжали скандировать: «Хотим нового Хранителя! Мага! Не человека!» Руос с помощью Таракона попробовал рассказать, что случилось утром.

– Она искренне старалась, – доказывал Увэ. – Возможно, щель стала видимой, когда она пыталась её залатать.

– Мы пробовали подняться выше щели, но нашим крылышкам это не по силам. – Грэм уселся на голову рыси. – Но уверен, остров просматривается.

– И с каждым часом щели будут всё шире, – печально сказала Фелтис. – Где нам искать Дору? Куда она могла уйти? Думаете, она испугалась и просто сбежала?

Руос молчал. Он лишь помнил колыхание её розового платья в момент, когда она отдалялась от деревни. Если он её не найдёт, не простит себя. Дора смелая девушка, считал Руос. Ледрис не стал бы выбирать её… Ледрис? Но ведь её выбрала книга, а не Ледрис!

Он резко похлопал Фелтис по плечу.

– Ты можешь убедить свой народ, Фелтис. Хранителя не выбирает король или бывший Хранитель. Его выбирает сама Книга! А спорить с Книгой Заклинаний нельзя, ибо она может однажды перестать писать. Давай вернёмся. Ты разгонишь эльфов, после чего Грог позволит нам повидаться с Мицаром. А уж он сможет найти Дору.

– Ты гений, Руос.

– Ура! – запрыгали дракончики. Рыси это не понравилось, она фыркнула, и Таракона взлетели. – Ура! Руос умён не по годам!

– Местные недооценивают человеческую силу, – улыбнулся Руос и подмигнул.

Скандирование и гул вернулись, но теперь Фелтис и Руос знали, что делать.

Глава 34

– Что это за место?

Мицар привёл Дору не к замку, не к башне и не к тайному домику, как она ожидала, а к месту, которое с первого взгляда выглядело тихим и безопасным.

Логово скрывалось в расщелине скалы, почти незаметной с тропы. Камень здесь был тёплым на ощупь. Внутри пространство расширялось, превращаясь в зал с неровными стенами, испещрёнными тонкими светящимися жилами, медленно пульсирующими, как будто прямо в камне текла живая магия.

Вдоль стен стояли полки с предметами, назначение которых невозможно было угадать. Часы без стрелок, маски без глазниц, зеркала, отражавшие не лицо, а смутные силуэты. На низком каменном столике лежали свитки, скреплённые не печатями, а узлами, завязанными так сложно, что ни один мудрец не развяжет.

В центре зала находился круг, выложенный из разных материалов: камень, металл, кость, стекло. Ни один фрагмент не повторял другой. Когда Дора подошла ближе, у неё на мгновение закружилась голова, будто круг тянул к себе мысли.

Воздух был наполнен запахом озона и чего-то сладкого.

– Здесь ты сможешь научиться управлять тем, что тебе дали, – спокойно сказал Мицар.

– Мицар, надо остановить эльфов. Они словно взбесились. И всё из-за меня! – голос Доры дрогнул. – Я не могу «залатать» щит. Вскоре остров будет, как на ладони.

– Спокойно, Дора, дитя моё. Мы вместе шаг за шагом предотвратим все несчастья. Сейчас отдохни, наберись сил. Затем откроешь книгу и задашь правильный вопрос.

– Я не знаю, как правильно задавать вопросы книге. Она говорит обрывками. Я её не понимаю.

– Будешь читать мне. Уж я пойму.

Мастер иллюзий взмахнул рукой, и Дора оказалась на мягкой перине. Такой удобной, что её тело тут же расслабилось и обмякло. Она закрыла глаза и почти сразу уснула. Сон, который она увидела, оказался тревожным. Голова её металась, и Мицар, который на самом деле был не кем иным, а самим Богом Локи, имел прямое к тому отношение. Он контролировал её сновидение, при этом выгоняя защищающие её голоса.

Дора увидела, как земля вздрогнула под ногами, а потом разошлась глухим треском. Остров будто взбесился. Камень распадался, корни деревьев вырывались наружу, а сами деревья вспыхивали один за другим огнём. Небо потемнело, и в нём раскрывались рванные раны.

Дора бежала. Куда – сама не знала. Впереди всё рушилось, позади ничего не оставалось. Воздух был густым, пах гарью и страхом. Каждый шаг отдавался в груди, а сердце спотыкалось вместе с её непослушными ногами.

Вдруг она увидела Руоса.

Он стоял среди хаоса. Живой, невредимый. Облегчение ударило так сильно, что перехватило дыхание.

– Руос! – закричала она и бросилась к нему, протягивая руки.

Он посмотрел на неё странно – холодно и безразлично.

Когда она почти дотянулась до него, он протянул свои руки и резко толкнул её. В этот момент мир перевернулся. Дора полетела в пустоту, в раскрытую пропасть, где не было ни дна, ни света. Крик застрял в горле, страх стал плотным, а мечты – безнадёжными. Руос злобно хохотал. Слеза скатилась по её щеке. Прощай…

Её мягко подхватил воздух.

Дора не осознавала, что под ней образовалась магическая подушка – святящаяся и надёжная. Падение остановилось. А потом её понесло вверх.

Мицар стоял на краю. Его плащ не трепал ветер, лицо было спокойным, взгляд – уверенным. Вокруг него хаос отступал, словно не смел подойти ближе. Трещины смыкались, огонь гас, земля становилась послушной.

– Я говорил, что ты не одна, – сказал он.

Он протянул руку, и Дора ухватилась за неё.

– Запомни, – добавил Мицар, глядя ей прямо в глаза. – Никому не доверяй…

И сон погас.

Локи был доволен проделанной работе. Когда Дора открыла глаза и увидела своего спасителя, с облегчением вздохнула.

– Я уснула?

– Уверен, сон пошёл тебе на пользу.

– Я не могу спать, Мицар. Мне снятся кошмары, потому что остров в опасности. Давай займёмся делом.

И только она вылезла из постели, как чудо-кровать исчезла. Но вместо неё перед Дорой образовался стол. Она тут же достала книгу, и перед тем как открыть, спросила:

– С чего начнём?

Локи знал, что делать. Он был осторожен. Теперь, когда Дора у него в логове, под его покровительством, опасаться было нечего. Он вобрал в себя воздух, медленно выпустил его, затем сказал:

– Попроси у книги заклинание, которое успокоит эльфов. Книга знает, как дать эльфам передышку. Важно, чтобы ты сказала, что эльфы взбунтовались.

– С ними ведь ничего не случится? – засомневалась Дора.

– Доверяй мне, Дора. Я не причиню своему народу вреда. А книга – тем более.

Дора сделала всё, как просил Мицар. Книга мгновенно среагировала. Сначала она выдала слова на непонятном языке:

Lapidem tempus accipe,

Vox sileat, motus dormiat.

Quod vivit – maneat,

Stare. Tacere. Expectare.

– Я не могу это прочитать. Непонятно.

– Проси перевод на твой язык.

Она попросила. Слова тут же преобразились.

И она прочитала:

«Пусть время примет форму камня. Пусть голос умолкнет, движение уснёт. Живое останется живым. Дышащее подождёт».

Дора резко отпрянула от книги, в ужасе прикрыв рот рукой.

– Мы убьём эльфов?

– Ну что ты, – мягко произнёс Мицар. – Мы их на время успокоим. Повторяй за мной.

И Локи произнёс текст, что был написан изначально. Дора лишь повторила. Голова стала тяжёлой, метка на запястье засияла, а через секунду магия вырвалась наружу. Дора упала на пол, чувствуя сильнейшую слабость.

Магия понеслась по острову невидимой волной, скользя по земле, по воздуху. Эльфы замирали на ходу. Крик обрывался, шаг застывал, взгляд стекленел.

Над островом воцарилась тишина.

Глава 35

Толпа не слушала.

Слова, произносимые Фелтис, тонули в шуме, как камни в воде.

Фелтис повторяла одно и тоже до хрипоты в горле:

– Книга выбирает! Не король, не народ, не бывший хранитель!

Она твердила что-то о терпении, о древних правилах, о времени.

– Послушайте, вы ведь боитесь не самой Хранительницы. Вы боитесь пустоты, которая открылась в небе.

В толпе зашевелились, но эльфийка продолжала, не ускоряя речь:

– Книга никогда не выбирала самого сильного или самого слабого. Книга выбирала того, кто сможет её хранить. Да, мы имеем право не принимать её выбор, но отменить его не в силах.

Она оглядела лица перед собой.

– Если мы сейчас нарушим границу короля, то нарушим договор, который старше любого из нас. И вот тогда остров погибнет. – Фелтис опустила руки. – Дайте времени сделать то, что оно всегда делало лучше нас. Наберитесь терпения. Хотя бы до рассвета.

Таракона, кружась над головами, пытались перекричать гул, вставляя свои резкие замечания.

Эльфы лишь теснились плотнее. Волнения переросло в злость, злость – в решимость. Когда они двинулись вперёд за границу королевской территории, воздух вокруг изменился. Движение оборвалось на полушаге. Руки, ещё секунду назад сжатые в угрозах, застыли. Лица окаменели, стали неподвижными.

Фелтис сделала шаг назад и остановилась. Её пальцы так и не разжались. Она стала частью неподвижного ряда, взгляд её остался устремлённым к Руосу.

Бросившись к ней, Руос схватил девушку за плечо, но под ладонью был не живой отклик, а холодная неподвижность. Он отдёрнул руку, словно обжёгся.

– Фелтис?.. – позвал он тихо.

Ответа не последовало.

Над площадью стояла стояла гулкая тишина, в которой даже крылья дракончиков зашуршали слишком громко.

– Что с Фелтис? – выдавил Увэ, опускаясь ниже.

– Что с ними со всеми? – подхватил Грэм, зависнув в воздухе и не зная, куда лететь. – Они все просто… застыли.

Дрэмы перестали отдавать команды. Один из них обернулся к Грогу, но тот молчал, не находя слов.

– Это не заклинание короля, – сказал наконец кто-то из дрэмов. – Мицар тоже на это не способен.

Через две минуты Мицар в сопровождении двух начинающих магов вышел на мост. Зрелище, представшее перед его взором, впечатляло. Впервые он видел столько эльфов, застывших как камни. Он приказал дрэмам убрать статуи эльфов с моста. На территории королевского островка их быть не должно, ибо, вновь ожив, им будет проще бунтовать. Самым лучшим было вернуть их в деревню. Фелтис же Грог занёс в замок.

– Почему только эльфы застыли? С нами же всё в порядке, – задался вопросом Руос.

– Боюсь, вердикт мой тебе не понравится, Руос. Где Хранительница?

– Мы думали, она пришла сюда, – удивился Грэм.

Увэ тут же поддакнул.

– Эльфы взбунтовались, и Дора на своём муррикане уехала, как мы думали, в замок.

– Здесь её нет. Но вот магия её…

– Что ты хочешь этим сказать?

– Заклинание могло прийти только из Книги.

– Что? Ты хочешь сказать, что Дора заколдовала эльфов?

Мицар долго смотрел на застывшую Фелтис, затем вздохнул.

– Моя магия против магии Хранительницы бессильна. Я знаю много, да, но Книга знает больше, чем я. Возможно, Дора спросила, как остановить бунт, и Книга дала ей это заклинание. Дора ещё совсем неопытна и может наделать ошибок.

– Эльфы бунтовали против Хранительницы, – сообщил Руос. – В небе заметная щель, которую Дора по ошибке расширила. Эльфы думают, что она угробит остров. Фелтис, – Руос посмотрел на статую, – пыталась объяснить им, что решение Книги нельзя оспорить. А потом случилось это…

– Их настигла магия Доры.

– У меня один вопрос, – вклинился Грэм, присев на плечо Руос. – Где Дора, если не в замке?

– Мицар, это можно узнать? – спросил Руос.

– Я попробую, но ничего не обещаю.

Они хотели подняться к Мицару, но путь им преградил король.

– Что происходит?

Мицар и Руос вкратце объяснили ситуацию. О бунте, о трещине в небе, о магии Доры и её исчезновении. Оба говорили крайне осторожно, чтобы не разбудить спящий огонь внутри короля-дракона, ибо одного его дыхания хватит, чтобы сжечь целый остров дотла.

Король отнёсся к новостям с холодным спокойствием. Ему и не свойственно паниковать. В любой ситуации он должен принимать решения. И сейчас ему на ум пришло обратиться к богам.

– Ты должен непременно попросить помощи богов, Мицар, – сказал король. – Открой круг призыва и поговорите с ними. Любой намёк – шаг вперёд.

Мицар подчинился. Круг, начертанный им, не вспыхнул, но воздух стал плотнее, как перед дождём. Таракона укрылись под волосами Руоса, сам же Руос отошёл подальше от круга. Запах свежей травы ударил в нос. Фрейр не возник фигурой, он был лишь очертанием света. Услышав вопрос мага, он ответил:

– Девушка жива. Но земля под ней не её. Корни не узнают её шагов. Она ушла туда, где чуждо.

Руос нахмурился.

– Где искать её?

– Там, где молчит камень…

Свет рассеялся.

Мицар продолжал нашёптывать заклинания. Следом за Фрейром послышался тихий перебор струн.

Браги усмехнулся, будто ему было жаль слов.

– Она рядом с тем, кто говорит правду так, что она звучит как ложь…

– Это не поможет, – вздохнул Руос.

– Это единственный ответ, который вы поймёте слишком поздно, – спокойно произнёс Браги. – Ищите не дорогу. Ищите несоответствие.

Струны стихли.

Ветер прошёлся по каменному полу замка, тронул плащи, взъерошил волосы Руоса, отчего дракончикам пришлось отлететь на верхнюю полку и спрятаться за толстыми книгами.

Гермес не показывался. Слышался лёгкий смешок.

– Мои духи с ней, разве ты забыл, Мицар? – сказал он. – Когда они шепчут, она слышит.

– Она в опасности? – поинтересовался Руос.

Пауза.

– Опасность рядом с ней. Но не в ней.

Мицар поднял взгляд туда, откуда доносился голос:

– Ты знаешь, кто это?

– Конечно, – легко ответил Гермес. – Но если скажу, вы побежите не туда и всё испортите.

Ветер стих.

Руос стукнул кулаком по стене, его накрыл хвост короля, желающий утешить храброго парня.

Последней тенью легла холодная тяжесть. Асгарда стояла перед ними, как северная ночь. Она не смотрела на короля. Она не смотрела на Мицара. Её взгляд медленно остановился на Руосе. Дракончики перестали двигаться и почти не дышали.

– Они такие огромные, – шепнул Увэ.

– Замолчи ты, мелкота! – в ответ прошипел Грэм.

Асгарда изучала Руоса некоторое время, затем сказала:

– Ты пойдёшь за ней и не вернёшься тем, кем был.

Руос не отвёл глаз.

– Это смерть?

– Это выбор, – ответила богиня. – И он будет о ней. Твоё сердце, человек, станет ключом.

И холод исчез.

Круг погас.

Король снова повторил то, что уже сказал:

– Любой намёк – шаг вперёд.

Дорогой читатель, тебе же не жалко поставить лайк? Меня он взбодрит и вдохновит

Глава 36

Остров больше не держал равновесия.

Высоко над ним магическая трещина расползалась по небесному куполу. Сама защита была невидима, но разрыв светился тонкой линией, будто по воздуху провели раскалённым лезвием. От неё расходились новые прорехи, мерцая холодным светом. Небо постепенно раскрывало тайну безмятежного острова.

Эльфы стояли неподвижно – не мёртвые, но и не живые. Их отнесли в деревню и расставили вдоль домов, под навесами, у порогов. Они смотрели в пустоту стеклянными глазами, ветер шевелил их волосы, а рыси пришли охранять своих хозяев, чувствуя, что они не ушли навсегда.

Флинт метался между статуями, обнюхивая их застывшие ладони и тихо поскуливая, отступал и снова возвращался. Торнадо выгибал спину, шипел на неподвижные лица, ожидая, что они моргнут, но ничего не происходило.

– Нам надо найти Дору, – сказал Торнадо, запрыгнув в пустую телегу. – Ты умеешь этим управлять?

– Я попробую учуять её запах.

Без споров и препираний они отправились на поиски Хранительницы в опасно застывший лес.

Под землёй таркусы разносили вести быстрее ветра, пугая всех жителей острова. Их шёпот проходил по корням, по каменным жилам, по подземным туннелям: Хранительница исчезла. Купол слабеет. Время сжимается. Остров в опасности.

Существа попрятались по домам. Рынок опустел. Навесы хлопали на ветру, лавки стояли открытыми, но никого не было – только перевёрнутая корзина и рассыпанные яблоки у фонтана.

Люминор ушёл в глубину. Вода над ним сомкнулась тяжёлой гладью. Он не пел и не светился, как раньше, а затаился на самом дне, пока остров не вернёт себе безопасность.

Дрэмы укрепляли замок. Их зелёные, носатые силуэты мелькали на стенах. Руны обновлялись, охранные знаки усиливались, мост проверяли снова и снова. Любой, кто придёт к замку, будет допрошен.

А далеко от всего этого, по краю острова, дракончики Таракона и Руос шли рядом с Мицаром. Никто ничего не говорил. Дракончики поднимались ввысь, пытаясь разглядеть место, где могла скрываться Дора. И каждый раз возвращались ниже тревожные.

Времени оставалось мало.

Глава 37

Дора вышла к берегу. Волны вздымались высоко и с глухим грохотом обрушивались на скалы, а солёная пена – кружевная и белая – расползалась по чёрному камню. Ветер швырял брызги ей в лицо, но она не отворачивалась. Смотрела на метку на запястье и думала: «Куда пропал Мицар?»

Вот уже несколько часов она дожидается его в этом странном месте. Он обещал вернуться быстро, но больше не появился.

Подняв голову, он смотрела на тускло светящуюся трещину. Дора не понимала своих чувств. Ещё несколько дней назад она яро желала вернуться домой. Она до сих пор помнила о ведьме Ракель, которая, возможно, смогла бы ей в этом помочь. Но это было так давно… Теперь она не думала о доме, словно кто-то переключил рычажок в её мозгу. Остров стал ей родным, хотя она ни дня не прожила в своём новом доме. Она хотела защитить жителей острова, хотела научиться владеть магией… и не хотела домой. Больше не хотела.

Из помещения донёсся шум. Сердце Доры наполнилось надеждой. Мицар вернулся! Осторожно перескакивая через скользкие камни, он юркнула в расщелину.

– Мицар?

В комнате стоял вовсе не Мицар, а какой-то незнакомец. Высокий и стройный. Длинные белые волосы спадали по плечам и казались почти светящимися на фоне тусклого света. Лицо безупречное и очень красивое. В его чертах не было ни божественной суровости, ни человеческой грубости. Создавалось ощущение, будто он принадлежал не миру, а его отражению.

Он молча смотрел на неё.

– А где Мицар?

Незнакомец сделал шаг вперёд.

– Это мой дом. Мицар попросил меня присмотреть за тобой. Ему необходимо быть подле короля. Поэтому я к твоим услугам, Дора.

Девушка прищурилась.

– Мицар не говорил ничего о… помощнике и о том, что это чужой дом.

– Я – друг. Меня зовут Эллиар, – добавил он после короткой паузы. – Я не бог и не человек. Можешь считать меня… жителем этих скал.

Волна ударила о скалу особенно громко. На мгновение Доре показалось, что шёпот духов в голове стал громче. Как будто они предупреждали.

– Эллиар, значит. Почему я должна доверять тебе? А если ты убил Мицара и теперь хочешь причинить вред мне?

– Если бы я хотел причинить тебе вред, Дора, – с улыбкой говорил он, – ты бы не успела задать этот вопрос. – Пауза. – Мицар жив. Он вернулся к королю, потому что нужен старому дракону. Ты не должна мне доверять. Ты вообще никому не должна доверять. Но если хочешь спасти остров, то придётся мне довериться. Отсюда тебе не уйти без моей помощи – это тоже помни.

– Что мы можем сделать для спасения острова? Надо закрыть магические щели, но я не могу. Они только шире становятся.

– Иди сюда. Кое-что покажу.

Дора приблизилась.

– Не бойся. – Его пальцы чуть коснулись её висков, и тепло разлилось по всему телу. – Расслабься и ни о чём не думай.

Шум волн стих. Стены скал исчезли.

Под ними развернулась тьма, прорезанная светом. Остров казался крошечной тенью среди бескрайней воды. Ни деревьев, ни замка, просто обломок чего-то древнего. Это даже не остров, а торчащая из воды глыба.

– Так его видят с высоты люди, – шептал на ухо голос.

В темноте неба медленно пульсировала светящаяся трещина.

– Если трещина расширится, «глыба» покажет красоты острова. Тогда люди узнают…

– Я должна стать достойной Хранительницей. Жители острова в меня не верят, – опустив плечи, сказала Дора.

Эллиар отпустил её виски, после чего комната вернулась.

– Я здесь, чтобы помочь.

– Хорошо. С чего мы начнём?

«С провокации короля», – злорадно подумал Локи. Затем мило улыбнулся девушке, применяя всё обаяние Эллиара. Люди такие предсказуемы, хихикал про себя бог, стоит рядом оказаться симпатичной мордашке, девушки тают и готовы на всё. Этим оружием Локи и воспользовался.

Цель Локи – разбудить огонь короля дракона.

Цель Локи – уничтожить магический щит, чтобы боги вышли на свободу.

Людской мир для Локи – это хаос, новые игры, новые страхи. На острове слишком всё правильно, слишком спокойно и скучно. Там, где люди, игры будут намного интереснее.

Он посмотрел на Дору и улыбнулся.

– Ты знала, что король скрывает в себе магию? Та магия намного сильнее магии Хранителя. Ты можешь не не пытаться залатать небо, ибо это сложно. Направь свою магию к королю, которая разбудит его силу и… щели будут закрыты в одно мгновение.

– Почему Мицар мне об этом не сказал?

– Он не может нарушить обещание, данное королю. Но я не принадлежу королевскому двору. Я сам по себе. Поэтому могу делиться с тобой.

– Откуда тебе это стало известно, если не от Мицара?

– Я родился раньше Мицара, я знаю очень многое.

Дора с недоверием посмотрела на красивого мужчину. Затем открыла книгу, задав вопрос: «Как разбудить силу короля?»

Книга ответила ей очень быстро. Дора уставилась на единственные два слова и не знала, как поступить. Она попалась? Это была ловушка?

Взгляд на Эллиара, затем снова на надпись. Что делать?

ЛОКИ РЯДОМ – всего два слова, но они были весомее любого заклинания.

Глава 38

– Что написала книга? – нетерпеливо спросил Эллиар.

Дора, подумав, сказала:

– Здесь инструкции. – Она закрыла книгу, положила в сумку, которую поспешно перекинула через плечо. – В этом помещении нельзя проводить ритуал. И моря быть рядом не должно.

– Но остров окружён морем.

– Да, но мы могли бы пройти в центр острова. Мне нужен мой муррикан.

– Прости, но твой муррикан сбежал.

Дора так и застыла на месте, не зная, что делать и как себя вести. Муррикан не мог покинуть её. Одно из двух: либо Локи лжёт, либо муррикана прогнали.

– Тогда мы должны идти пешком. – И она направилась к выходу. Она была уверена, что успеет выскользнуть наружу. Но стены дрогнули, камень заскрипел и проход сузился. Дора сделала ещё один шаг, но проём стал ещё уже, чем был секунду назад. Девушка остановилась, понимая, что в западне. – Ты не можешь этого сделать…

– Не торопись, – мягко сказал Эллиар за её спиной.

Она медленно обернулась. Эллиар стоял на том же месте. Белые волосы чуть колыхались, хотя ветра внутри не было. Его лицо оставалось спокойным, почти ласковым.

– Я же сказал, что намерен помочь, но не так быстро.

Стены снова едва заметно сдвинулись.

Дора почувствовала, как холодок прошёл по позвоночнику. «Он не собирается меня выпускать», – подумала она. Книга сказала, что перед ней Локи, и она охотно поверила. Как же она так легко угодила в его ловушку – уму непостижимо! Дора никогда не могла назвать себя глупой, но на этом острове она делала одну ошибку за другой. И только холодный разум должен победить. Главное – не бояться. Дора видела в спокойной улыбке Эллиара терпение, как у хищника, который знает, что добыча всё равно никуда не денется.

Он подошёл к ней. Дора не шевельнулась.

– Ты напряжена, – сказал он мягко. – Не нужно. Я не собирался пугать тебя, всего-навсего мера предосторожности. – Его взгляд стал тяжелее, глубже. В нём появилось странное притяжение. В тёмные глаза хотелось смотреть дольше, чем следует. – Я понимаю, слишком много ответственности для одного человека. Послушай меня, нельзя принимать поспешных решений. Ходить по острову сейчас опасно, – в мгновение она оказалась в тупике, спина коснулась холодного камня, Эллиар протянул руку и упёрся ею в стену. – Доверься мне. Книга не могла проинструктировать тебя подобным образом. Мы попробуем ещё раз, хорошо?

Он провёл по щеке девушки пальцем нежно, почти невесомо. По всему телу пробежала приятная дрожь. Грудь девушки поднималась и опускалась, дыхание стало учащённым. Казалось, что если она просто кивнёт – станет легче. Но в голове шевельнулся шёпот: не верь. Она моргнула и высвободилась из кольца рук Эллиара.

– Книга не скажет ни слова в этом месте.

Пауза. Локи внимательно наблюдал за ней.

– Этот дом глушит её. Она так и написала – не здесь. – Дорадержалась уверенно. – Если ты и впрямь хочешь помочь закрыть щели… нам нужно выйти.

Взгляд Эллиара стал задумчивым.

– Книга молчит здесь? Интересно…

В глазах существа мелькнула тень сомнения… или расчёта. Локи был богом лжи. Но даже боги иногда предпочитают проверить в ложь, если она может привести к нужному ответу. Он сделал шаг в сторону двери, проход снова стал расширяться.

– Тогда идём, – спокойно сказал он и улыбнулся, – Покажешь мне место, где она говорит.

Дора первая выскользнула из дома Локи. Холодный воздух ударил в лицо, и она невольно глубоко вдохнула. Пространство вокруг казалось шире после сдавленных стен. Но расслабляться она не позволила себе ни на секунду. Эллиар шёл следом.

– Ну? – Локи оглядел берег. Взгляд скользнул по тёмной воде, по камням, по линии леса. – Где книга заговорит с тобой?

Дора тихо произнесла:

– Мне нужен мой муррикан.

– Ты всё ещё надеешься? – усмехнулся Эллиар. – Я же говорил тебе. Твоё животное сбежало. Умные существа чувствуют опасность раньше людей.

Они двинулись в сторону леса. Дора тихонько насвистывала, но Локи не понял смысла этого свиста. Пока из-за тёмных камней не донёсся резкий звук. Маленькая тень выскочила на свет и стремительно понеслась к Доре. Это был её муррикан.

Остановившись возле неё, он распушил хвост и возмущённо пискнул. Дора осторожно коснулась его головы.

– Я здесь и не бросила тебя. Ты должен отвезти меня в центр острова.

Муррикан с готовностью присел, позволив девушке забраться на спину. Дора улыбнулась Эллиару, одновременно жулькая гриву животного, затем наклонилась к маленькому ушку, словно желая успокоить его, и шепнула всего два слова: СПАСИ МЕНЯ.

Локи наблюдал за ними внимательно.

Муррикан замер всего на долю секунды. Потом его хвост взметнулся, и он резко дёрнулся вперёд, Дора так и осталась лежать у него на спине, не в силах выпрямиться. Камни под ногами мелькнули, ветер ударил в лицо.

Локи сделал шаг вперёд, понимая, что только что его обвели вокруг пальца. Для бога расстояние не было преградой – достаточно желания, и пространство складывалось, как тень. И он собирался шагнуть сквозь воздух прямо перед Дорой, как вдруг почувствовал лёгкое сопротивление. Как невидимая паутина между камнями и ветром. Локи остановился. Вокруг него прошёл холодный и тихий шёпот. Дора под защитой духов Гермеса.

Муррикан тем временем уже нёс Дору вверх по склону, между камней и низких кустов. Локи мог бы разорвать эту преграду. Но это заняло бы время, а время сейчас работало против него.

Он посмотрел вслед бегущей фигуре и слегка ухмыльнулся.

– Беги, Дора. – Его глаза блеснули. – Всё равно далеко не уйдёшь.

Глава 39

Муррикан рассекал воздух. Ветер свистел в ушах Доры, трава хрустела, камни мелькали на земле, но девушка всё чаще их закрывала, ибо голова начинала кружиться. Она изо всех сил прижималась к его тёплой спине и молилась, чтобы не упасть.

Она не оглядывалась, боясь увидеть за ними белую фигуру Локи.

Когда муррикан наконец остановился, Дора осмотрелась и обнаружила, что они на широкой поляне, где высокая трава и редкие деревья. Над головой – расколотое небо. Светящаяся трещина пульсировала прямо над ними, и теперь Дора смогла рассмотреть её.

Соскользнув на землю, она тут же ударилась коленями о землю, но трава смягчила боль. Сердце колотилось так, будто ещё немного, и оно выскочит наружу.

– Пожалуйста, – прошептала она, вытаскивая книгу.

Пальцы дрожали. Она раскрыла её наугад, но страницы сами перевернулись, остановившись на знакомых строках.

– Помоги мне, – произнесла Дора вслух. – Я не знаю как… но помоги.

Метка на запястье вспыхнула, напугав девушку. Тёплый свет разлился по ладони и потёк к странице книги.

Дора подняла руку к небу. Слова заклинания вырвались с губ сами собой. Воздух задрожал. Свет рванул с невероятной силой вверх. На мгновение трещина дрогнула, и Дора широко улыбнулась, думая, что на этот раз получилось.

Вспышка ударила в небо так ярко, что трава вокруг легла от ветра. Затем свет рассеялся. Трещина не исчезла. Она стала шире.

Дора опустила руки.

– Ну почему? – прошептала она. – Что же я делаю не так?

Муррикан коснулся мордой её волос. А Дора закрыла лицо ладошками. Но потом, воспрянув духом, снова открыла книгу и вслух спросила:

– Я Хранительница?

Книга написала: ДА.

– Тогда почему я не могу залатать защиту острова?

Книга написала: ТЫ СМОЖЕШЬ.

Дора разозлилась. Книга только обещала, но результата от этого совершенно никакого. Она собралась забраться на спину муррикана, чтобы ехать в замок, когда в небе мелькнули две стремительные точки. Одна ярко-огненная, а другая – фиолетовая.

Девушка замерла, дожидаясь, когда они приблизятся. Она уже догадалась, кто это может быть – братья Таракона.

– О, великолепно! – раздался громкий голос.

Грэм первым пронёсся над поляной и резко затормозил прямо перед её лицом.

– Ты что творишь? – Увэ завис рядом, раздражённо хлопая крыльями.

– Мы тебя ищем по всему острову, а тут, – Грэм посмотрел вверх и фыркнул, – небо взрываешь!

Дора растерянно смотрела на них, но в душе всё пело от радости. Одна она больше не справится.

– Где все? Вы одни?

Дракончики переглянулись.

Грэм раздражённо дёрнул хвостом.

– Дорогая моя, по твоей вине половина острова стоит, как статуи!

– Что это значит?

– Эй, Увэ, она не понимает.

– Эльфы окаменели, – мрачно пояснил Увэ.

– Что?.. – Дора побледнела.

Грэм скрестил лапы на груди.

– Вот именно. Что.

Увэ внимательно посмотрел на неё.

– Мы думали, это ты сделала.

Дора опустила голову и покачала головой. В памяти вспыхнуло лицо Мицара, а за ним и лицо Эллиара. Холодное понимание накрыло её.

– Это… был Мицар. Он сказал, что книга поможет успокоить эльфов и устранить бунт. Я думала, это Мицар. Но это не Мицар. Теперь я это понимаю. Я попала под влияние Локи. – Упав на колени, девушка закрыла лицо руками. – Как мне теперь всё исправить? Ледрис сделал плохой выбор. Я никчёмная Хранительница. У меня получается только разрушать.

Дракончики молчали.

В этот момент до поляны добрались Руос и Мицар. Увидев Дору, Руос перешёл на бег. Он упал рядом с ней на колени и обнял.

– Нашлась. Какое счастье. Дора, ты нашлась.

– Да, я нашлась. Спрячьте меня, заточите в подземелье, свяжите. Я больше не должна приносить несчастья.

– Что ты такое говоришь?

Мицар поднял книгу, и Дора резко отпрянула от него, думая, что перед ней Локи. Но Мицар протянул ей книгу и сдержанно улыбнулся. Он понял всё без слов. Маг обратился к Руосу:

– Я прочитаю заклинание, и девушка уснёт. Держи её крепче.

Руки мага опустились на неё, и мягкое сияние окутало Дору. Мир вокруг замедлился. И в тот момент, когда свет начал пронизывать её, Дора поняла одно: этот путь будет опасным, но она не одна. А потом мелькнула мысль, крепко укоренившаяся в сердце: «Если я выдержу это испытание, то стану Хранительницей по-настоящему».

Глаза девушки закрылись, тело обмякло в руках Руоса. Дора добралась до замка в глубоком сне.

А со стороны, невидимый для всех, за ними наблюдал Локи. Улыбка скользнула по его губам…

Глава 40

О происхождении острова не было одной-единственной версии. Легенды ходили разные. Старые маги говорили, что он возник там, где слишком близко сошлись потоки силы. Эльфы утверждали, что земля сама поднялась из глубины. Боги же предпочитали не отвечать, ибо если они отвечали, то после их слов вопросов становилось только больше.

Но в одном сходились все – остров появился не случайно.

Магия просочилась в привычную реальность. Сила не знала меры. Она искажала и разрушала. В итоге богами была создана изолированная точка – место, где можно было удержать силу, не уничтожая.

Так появился остров.

Не просто участок земли посреди океана, а узел, на котором держалось равновесие.

Остров лежал далеко от материков – настолько, что даже если бы его обнаружили, ни одна карта не смогла бы точно указать место. Он находился в тёплых водах, где океан был спокойнее, чем в других широтах, но это спокойствие было обманчивым. Здесь не знали зимы. Время текло в вечном лете. Воздух оставался тёплым даже ночью, а ветер приносил свежесть с океана.

Иногда небо затягивалось внезапно. Собирались тучи, словно по чьей-то воле, и тогда начинались проливные дожди. Они проходили так же резко, как и приходили.

С какой стороны света находился остров, никто не мог сказать точно. Он был слишком далеко от привычных ориентиров. Моряки, случайно подходившие к этим водам, теряли ощущение направления. Компасы вели себя странно, а течение уводило корабли в сторону, даже если ветер был попутным. Маги старались, потому что снаружи остров никто не видел, но если корабль врежется в сушу, будет катастрофа.

Удержать силу – значит взять ответственность. Остров не мог существовать сам по себе. Ему нужен был страж. Не тот, кто будет просто править. А тот, кто станет частью самой границы – удержит силу не властью, а самим своим существованием.

Остров создавали вместе.

Никто из богов не мог удержать такую силу в одиночку, и поэтому каждый вложил в него часть себя.

Асгарда задала порядок – связала всё так, чтобы ни одна сила не разрушила другую. Гермес провёл границы – сделал так, чтобы остров оставался отделённым от остального мира. Браги наполнил его памятью и знанием. Фрейр вдохнул жизнь и дал земле способность расти, дышать и меняться.

А Локи добавил движение.

Остров не был мёртвым. Жизнь в нём постепенно размножалась.

С самого начала в центре острова находилось яйцо. Никто не создавал его специально. Оно появилось как часть самого острова. Сгусток силы, собранной из всего, что вложили боги. Внутри этого яйца вспыхивало тепло, в нём дышало существо.

Боги не спешили. Они знали, что такие вещи не происходят по приказу. И однажды яйцо треснуло. Из него появился дракон. Маленькое существо, в котором чувствовалась мощнейшая сила. Он рос рядом с богами, и именно они стали его первыми наставниками. Они не учили его создавать магию – в этом не было необходимости, потому что сила уже была частью его природы. Гораздо важнее было научить его чувствовать границы своей силы и понимать, когда она начинает выходить из-под контроля.

Дракон стал значимой фигурой на острове. Но им нужен был инструмент, который сможет не просто хранить знания, но и направлять силу острова. Именно тогда боги создали книгу. Книга дала острову имя. Дракон, как первый Хранитель, создал магическую защиту, скрывающую Монд Лан от людских глаз.

В один день всё изменилось. Дракон не мог оставаться одновременно правителем и Хранителем. Книга сама выбрала себе Хранителя, а дракон стал королём, чья сила по сей день поддерживала основу острова.

С тех самых пор Книга выбирала разных существ. Чаще всего Хранителем становились маги. Однажды выбор пал на эльфа, и это считалось редким исключением. И вот пришло время, когда книга выбрала человека из вне.

Причины, по которым боги согласились остаться на острове, со временем начали забываться. Для одних это было осознанное решение – способ сохранить равновесие и не допустить разрушения границ между мирами. Для других – вынужденная мера, с которой пришлось смириться.

Локи к числу смирившихся не относился.

Он принимал участие в создании острова наравне с остальными. Его сила была частью той самой магии, которая удерживалась внутри щита. Но в отличие от других богов, он не видел в этом решении окончательного смысла.

Для Локи жизнь на острове стала ограничением.

За пределами Монд Лан мир жил иначе. Люди принимали решения, ошибались, меняли ход событий. Именно человеческая жизнь привлекала Локи. Возможность влиять на кого-то – было его самым большим желанием. Существа, населявшие остров, были частью той же магии, что и он сам. Они чувствовали ложь, не поддавались обману и не реагировали на него так, как реагировали бы люди.

Даже эльфы, несмотря на свою природу, оставались слишком близки к равновесию, чтобы стать частью его игр.

Остров для него становился… пустым.

За его пределами всё было иначе.

Люди не чувствовали магию. Они сомневались, верили и разочаровывались. Их страхи, желания и выборы создавали ту самую нестабильность, в которой сила Локи проявлялась в полной мере.

Там он сможет влиять, направлять и создавать иллюзии, выгодные для себя. Он сможет обманывать, наблюдать за последствиями и менять их снова. Люди станут хорошим источником энергии, которую нельзя получить на острове.

Он хотел выйти за пределы и – о, удача – на остров пришёл неопытный человек, который способен вывести его наружу.

Локи не собирался отступать. Он не позволит Доре стать настоящей Хранительницей. Она не спасёт остров. Вместо этого она его… уничтожит.

Глава 41

Закрытые веки дрогнули и поднялись вверх. Дора уставилась в потолок. Она его не узнавала. На секунду подумала, что эта комната – иллюзия. Локи снова поймал её в свои сети. Поэтому, когда в комнату вошёл Руос, она в панике отползла к изголовью.

– Не подходи.

– Дора, это я.

– Откуда мне знать?

Руос улыбнулся и протянул руку.

– Пощупай. У меня есть пульс.

Она недоверчиво уставилась на запястье мужчины. Её так часто обманывали, что она не знала, чему верить.

– А вдруг у Локи тоже есть пульс?

– Он – Бог. У него нет пульса. Ну же… Я плотный. Ты хоть раз дотрагивалась до Локи?

Дора не могла этого припомнить.

Руос сел у кровати, чуть наклонившись вперёд. Его взгляд был внимательным, напряжённым, но при этом спокойным. Он протянул ей стакан воды. Дора отказалась пить, хотя во рту всё пересохло.

– Я не спасла остров… Эльфы! – вскрикнула она в панике и попыталась встать. – Я должна их вернуть…

Руос мгновенно оказался рядом, сжал её за плечи.

– Ложись, – сказал он ласково, полушёпотом. – Сейчас не время вершить подвиги. Ты ослабла.

– Но я… я должна исправить.

– Дора.

Он произнёс её имя так, что она невольно замолчала.

Руос осторожно уложил её обратно, не отпуская сразу. Они смотрели друг другу в глаза. Это длилось достаточно долго, чтобы успеть смутиться. Они оба отвели глаза. Руос выпрямился.

– Мицар велел тебе отдыхать. Тебе необходимо восстановиться. Он строго наказал, чтобы без него ты не занималась никакой магией. Потому что ты ещё совсем неопытна в этом деле и можешь навредить острову.

– Где он?

– Он рядом с королём. Явится сюда сразу, как только ты восстановишь свои силы.

– Я не больна.

– Физически – нет. Но это не значит, что ты можешь заниматься магией. С эльфами ничего не случится. Мицар сказал, что они могут так веками стоять, а потом проснуться и жить как прежде.

Между ними повисла долгая тишина. Руос не отводил от неё своих тёмных глаз, и Дора, почувствовав это, повернула голову. Теперь их взгляды встретились.

– Чего хочет Локи? Я не понимаю и хочу это знать, Руос.

– Это долгая история.

– У меня много времени. Если ты не Локи, то расскажешь мне правду.

Дора устроилась удобно и жестом позвала его сесть рядом. Руос отбросил одеяло в сторону и сел. Кровать была узкой, но для них никаких преград не существовало. От Руоса исходило приятное тепло, и Дора прижалась к нему.

– На протяжении столетий Локи пытается обдурить каждого нового Хранителя, чтобы тот вспорол защиту. Локи желает вырваться наружу, где много людей, власть, жажда войн и тому подобного.

– Значит, если я не залатаю защиту, и остров откроется нашему миру, Локи выйдет наружу и жизнь людей окажется в опасности?

– Да, Дора. Магия удерживает богов внутри острова. Но если другие боги не рвутся наружу, то Локи их не поддерживает. Ему здесь скучно, потому что безмятежные привыкли к его уловкам и могут их угадать. Ледрис частенько беседовал с ним и уверял короля, что держит бога и его желания под контролем, хотя никто никакой уверенности дать не может. Ледрис исчез внезапно. Возможно, Книга почувствовала опасность…

– Но если Книга почувствовала опасность с Ледрисом, то как она могла выбрать меня в Хранители?

– Видишь ли, – он невольно взял её руку в свою и погладил. Дора заметила этот жест, но руку не отняла. – Книгу создали боги острова, и Локи принимал в её создании участие. Его энергия есть в книге, поэтому она иногда делает неожиданный выбор. Но спорить с Книгой никто не имеет права.

Дора не отводила взгляда от его пальцев, которые нежно поглаживали кожу её рук.

– А ты как попал на остров? Ты ведь не существо, а человек.

– Я был ребёнком. Мне рассказывали, что корабль врезался в остров и потерпел крушение. Все, кто был на борту, утонули. А я чудом выжил. Меня нашли Таракона и привели эльфов. Так я и вырос в их деревне.

– Значит, ты родился в обычном мире.

– Да, конечно. На Монд Лан люди не рождаются. Здесь есть ещё пара человек – мужчины. Но они уже пожилые и не особо любят выходить из своих домов.

Они постепенно теряли слова. Близость между ними становилась опасно настоящей. Двое потерянных людей – единственных на острове, которые могут продолжить этот род здесь. Оба чувствовали неизбежность происходящего. Руос чуть наклонился, Дора не отстранилась. Однажды она поцеловала его, но то было не по-настоящему. Сейчас всё было по-другому. Они оба тянулись друг к другу. И вот он – долгожданный поцелуй. Руки Доры легли на плечи Руоса.

Но вдруг:

– ОГО!!!

В открытые окна ворвались Грэм и Увэ.

– У тебя найдётся попкорн и носовой платочек, Увэ? – Грэм сел в воздухе и сложил руки на груди, как в кинотеатре. – Это так романтично! Это так трогательно! О, вы продолжайте, продолжайте.

Руос и Дора давно не целовались, а смотрели на них со смущёнными улыбками.

– Вы вообще как… – попытался Руос, но Грэм перебил:

– Продолжайте же! Мы можем подождать. Ну, пять минут. Или десять?

– Максимум три, – вставил Увэ. – У нас там вообще-то катастрофа.

– Подожди, куриное яйцо! Уверен, это их часть плана по спасению острова.

Дора закрыла лицо руками.

– Это невыносимо.

Увэ наклонился к Грэму и шёпотом, но так, чтобы все слышали сказал:

– Думаешь, это новый вид магии?

– Очень мощная магия. И у неё даже название есть – любовь.

Руос встал.

– А ну! Вон. Оба.

– Уже уходим! – радостно сказал Грэм, в воздухе пританцовывая. – Только один вопрос…

– Да летите же!

Дора тоже встала.

– А что за катастрофа? Что-то случилось?

Дракончики переглянулись, словно желая перекинуть слово друг другу. Это насторожило Руоса и Дору.

Глава 42

Они почти бежали.

Дора едва поспевала за Руосом, только и делала, что цеплялась взглядом за тропинку между домами. В голове всё ещё гудело после пробуждения, но слова дракончиков Таракона не оставляли выбора. На ней было всё то же розовое платье, но Руос снял пояс, и теперь оно болталось на талии, вызывая дискомфорт.

Они перепрыгнули через миниатюрный заборчик, ограждающий клумбы, которые уже не спасти. Дом Фелтис оказался впереди, Дора узнала белый фасад и крышу, похожую на шляпку гриба. Прямо возле крыльца стояли три статуи – Фелтис и её родителей. Чуть в стороне стояла статуя Ггероя, повёрнутая к Доре и Руосу спиной.

Они остановились, стараясь восстановить дыхание. Таракона уселись у Ггероя на голове. Руос медленно обошёл статую, и Дора увидела, как изменилось выражение его лица, когда он понял, что дракончики не шутили. На нём отразился ужас.

Дора не хотела на это смотреть. Да, сейчас Ггерой каменный, но вскоре она оживит эльфов, и что тогда? У статуи не было носа.

– Не может быть, – прошептала Дора, закрывая рот рукой. – Он без носа.

Под огромным листом рядом с крыльцом что-то зашевелилось. Они повернули головы на шум. Торнадо спрятался под листом, а его круглые глазища испуганно взирали на них. Казалось, он сам не верил в происходящее.

– Как это произошло? – спросил Руос.

Грэм подлетел ближе.

– Торнадо дурачился, ну, как это любят делать коты…

– Неправда!

– А ты помалкивай, – прикрикнул Руос. – И не думай, что это сойдёт тебе с лап. Продолжай, Грэм.

– Прыгал он! Прыгал и представлял себя невесомой снежинкой! Вот и… допрыгался.

Дора нашла нос в траве, подняла и подала Руосу.

– И что же, ожив, он останется без носа?

Никто не ответил Доре. Повисла тишина. Затем Руос сказал, выпрямившись:

– Так, надо что-то делать.

– В доме есть клей, – сказал Увэ. – Можно приклеить.

– Ты тупоголовый! – возмутился Грэм. – Клеем нос заклеить? Он оживёт и будет клеем дышать? Нет. Надо лентой перевязать.

– Вы же это не серьёзно? – бросил Руос.

– Мы варианты хотя бы предлагаем!

– Не пойдут.

Они присели на ступеньки крыльца. Руос держал нос Ггероя в руках, крутил его, словно от этого мог появиться ответ. Торнадо осторожно выглянул из-под листа, наблюдая за ними. Дора положила голову на плечо Руосу.

– Мы не можем его так оставить, – тихо произнесла она.

– Не можем, – ответил Руос.

Дора снова посмотрела на нос, и вдруг в голове скользнула догадка.

– На острове живет ведьма Ракель. Торнадо вёл меня к ней, чтобы она подсказала, как передать весточку домой. Мне Книга подсказала. Руос, эта ведьма может помочь?

– Есть такая, – подумав, сказал он. – Магией Ракель обладает сильной. Но ты не можешь просто прийти к ней и попросить вернуть нос на место. Ракель отшельница и не делает ничего для чужаков.

– Но ведь я Хранительница книги.

– Она на это не смотрит. И сделает для тебя что-то только после того, как ты дашь ей что-нибудь в дар.

Грэм вмешался:

– И этот дар ей должен понадобиться.

– Да! За пустую безделушку она ничего не станет делать, – добавил Увэ.

– И что мы можем ей дать? – нахмурилась Дора, сжимая каменный нос Ггероя в руке.

Руос вздохнул.

– Вот это и есть проблема.

Они снова посмотрели на статую. Потом на нос. И почти одновременно тяжело вздохнули.

Кот осторожно присел рядом с девушкой.

– Мяу, спроси книгу.

И в этот момент Дора вспомнила, что сумка с книгой сейчас не с ней. Запаниковав, она помчалась в дом Руоса. И вся компания, включая Руоса, последовали за ней. Дома Дора аккуратно положила нос на стол и достала книгу. Затем осмотрела сумку. Внутри нашлась жгучая мазь Дермис от боли в спине и дар существа из пруда в замке короля. Это был камень выбора – Флуоресцентос. Он горел в её руке, а это означало, что истинный путь до сих пор не выбран.

– Откуда это у тебя? – удивился Руос, не сводя взгляда с камня.

– Люминор преподнёс в дар. Так Книга сказала.

– Люминор? – произнёс приглушённо Руос.

– Люминор? – в один голос ахнули дракончики.

– Что? – Дора не понимала. – Разве не так называется существо, что живёт в пруду в замке короля?

– Так, но… Его столетиями никто не видел. Даже сам король, – всё ещё поражённый говорил Руос. – Он не просто показался тебе, а вручил подарок. Дора, ты действительно значима на этом острове. Люминор – это создание добрейших богов. Понимаешь?

– Нет. Но я правда пытаюсь.

– Спрячь этот камень и никому не показывай, – сказал Увэ. – Найдутся те, кто захочет его выкрасть. Он твой.

– Да, Увэ прав, – согласился Руос.

Торнадо запрыгнул на стол.

– Открывай уже книгу. Давай узнаем, как вернуть этот дурацкий нос статуе.

Дора взяла в руку нос Ггероя и вслух спросила о Ракель и о том, как можно вернуть эльфу его часть тела. И Книга ответила:

ЗЕЛЬЕ РАКЕЛЬ СИЛЬНОЕ. СМАЗАТЬ, И НОС ВЖИВЁТСЯ В КАМЕНЬ. ПЛАТА ВЕДЬМЕ НЕ МАТЕРИАЛЬНАЯ. НИКАКИЕ ВЕЩИ ЕЁ НЕ ИНТЕРЕСУЮТ. ОНА ПОПРОСИТ САМА.

Закрыв книгу, Дора посмотрела на каждого в этой комнате.

– Что ж, выход есть. Надо идти к Ракель.

Глава 43

Руос, Дора на муррикане, дракончики Таракона и кот Торнадо поднялись на холм, с которого смогли попасть на плавающий остров с одним единственным домиком среди густого леса. Троп не было, и Руосу пришлось расчищать дорогу острым мечом.

Торнадо распластался на спине муррикана позади Доры. Он не привык много ходить, вес добавлял хлопот при ходьбе. Грэм пытался пристыдить его словами: «Ты же кот! Ты мог бы забраться на дерево и оттуда указывать нам путь». Торнадо с умным видом парировал: «У вас обоих есть крылья. Вы маленькие, вот и указывайте путь».

Споры были бесконечные. Дора только вздыхала, а Руос и вовсе игнорировал их.

К счастью, вскоре показался домик, и спорщики притихли, заворожённые пейзажем вокруг дома ведьмы. Он стоял, словно намеренно укрытый лесом. Невысокий, с тёмной крышей, покрытой мхом. Он почти сливался с окружающей зеленью. Стены оплетали тонкие вьющиеся растения с мелкими белыми цветами, настолько живыми, что казалось, будто это сотни глаз, наблюдающие за непрошеными гостями. Окна были узкими и в них отражался свет.

Вокруг дома не было ни троп, ни следов чьего-либо присутствия. Только густая трава, мягкая, как ковёр, и деревья, стоящие ровно, как будто их кто-то выстраивал самостоятельно.

– Мне здесь не нравится, – тихо сказал Увэ, фиолетовым пятном зависнув выше.

– Очень тихо, – прошептал Торнадо. Он спрыгнул в траву и практически утонул в ней.

Руос огляделся, затем медленно сделал шаг вперёд. И в тот же момент трава под его ногой резко потемнела. Будто выгорела за секунды. Руос отступил.

– Стойте на месте, – велел он друзьям.

Дора крепко вцепилась в гриву муррикана, а сердце её билось так громко, что перебивало тишину вокруг. Грэм приземлился на ухо муррикана и сказал:

– Вряд ли Ракель сможет навредить Хранительнице.

Подумав, Дора спрыгнула на землю и сама пошла вперёд. Трава оставалась зелёной, и друзья последовали за ней. Они медленно продвигались вперёд, проверяя каждый шаг. Торнадо снова сидел на спине муррикана. Иногда трава под ногами оставалась мягкой и живой. Иногда темнела, и приходилось отступать. Когда они подошли ближе к дому, воздух стал плотнее.

Дора почувствовала это первой.

– Мне трудно дышать.

– Ощущение, будто что-то горит, – сказал Грэм, отлетая назад.

Руос тоже чувствовал запах дыма, при том, что ничто не горело.

– Ракель не хочет нас пускать, – сказал он. – Если мы продолжим путь, она нас задушит.

Дора закашлялась. Руос взял её за руку, и повёл в сторону. Муррикан с котом на спине пошёл за ними. Таракона взмыли вверх. Они обошли дом, чтобы попробовать с другой стороны. Это было нелегко из-за высокой травы. Запах дыма исчез, но впереди возникла преграда. Не стена, а скорее, натянутая плёнка в воздухе. Муррикан остановился, и Торнадо поднял голову вверх.

– Зачем такие сложности? Мяу!

– Это всё из-за тебя, пушистый, – фыркнул Грэм. – Умей ты прыгать, не пришлось бы нам иметь дело с этой плёнкой.

– Хватит мня доставать, ржавый микроб! Давно когти о твою шкуру поточить хочу.

– Рискни, и я спалю твою белую шубу. Станешь первым сфинксом на этом острове.

– Не раньше, чем ты станешь чьей-то едой.

– Заткнитесь! – крикнул Увэ, кивая в сторону.

Дора стояла у преграды, прислушиваясь. До неё доносились голоса, шёпот. Они велели положить ладонь на плёнку, и Дора подчинилась. Тепло разлилось по ладони, как будто её держали за руку. Дора замерла, и с ней замерли остальные.

– Мы не враги. Пожалуйста, Ракель, впустите нас.

Лёгкий ветер прошёл между деревьями.

Преграда растворилась.

– О, это было проще, чем я думал, – выдохнул Грэм, будто сам лично приложил к этому лапу.

Они подошли к дому. Дверь открылась сама без звука и без скрипа. На крыльцо вышла ведьма Ракель.

Дора не сдержала удивления. Перед ней стояла не сгорбленная фигура из старых книг и легенд, а молодая женщина. Её кожа была светлой, почти прозрачной. Длинные волосы спадали мягкими волнами, тёмные у корней и уходящие в серебро на концах. Глаза – спокойные, внимательные, с лёгким холодом.

Она была безумно красивая.

Руос остолбенел, открыв рот. Грэм присвистнул. Увэ спрятался. Торнадо принялся вылизываться. Дора сделала шаг к ведьме.

– Ракель, меня зовут Дора. Я – Хранительница Книги Заклинаний. Мы пришли с миром.

– Вы потревожили мой покой.

– У нас экстренная ситуация! – выпалил Грэм, приземлившись на плечо Доры.

Ракель улыбнулась, затем протянула руку, и Грэм сел ей на палец.

– Ты – маленький проказник, – сказала она. – Где ты должен быть?

– Знаю, знаю, знаю. Я должен охранять яйца в скалах. Но они мои друзья. Я хочу помочь.

– Ты хочешь насобирать больше сплетен. – Ведьма резко посмотрела на Дору. – Зачем вы пришли?

Дора достала каменный нос и показала Ракель.

– Нам нужна помощь.

– Помощь стоит дорого, – сказал спокойно Ракель. – И вы все это понимаете.

Дора кивнула.

– Скажи цену.

Руос рванул к ним.

– Подожди…

Ракель подняла руку, и за спиной Доры выросла стена, скрывшая друзей.

– Это только твоё решение, Хранительница. Ты это сделала. Ты превратила эльфов в статуи, тебе спасать беднягу от страшной участи. Я беру не вещи, которые слишком быстро теряют ценность. Мне нужно то, что остаётся. В тебе живёт любовь.

Дора почти не дышала.

– Ты готова отдать её? – спросила Ракель.

В руке Доры лежал каменный нос Ггероя.

– Ты хочешь забрать у меня любовь?

– Я заберу не твою способность любить. Лишь то, что связывает тебя ним, – палец был направлен на то место, где стоял Руос. Ракель точно знала, где он. – Ты будешь помнить, но перестанешь чувствовать.

– И тогда ты дашь своё зелье?

– Да.

– А эльфы вернутся?

– Я дам пыльцу, которая сможет их оживить.

Решение Дора приняла быстро. От любви нет никакой пользы. Зато Ггерой останется жив и другие эльфы оживут.

– Хорошо. Я согласна.

Ракель довольно улыбнулась и поманила девушку к себе.

– Тогда подойди.

Глава 44

Эльфийская деревня ожила в один прекрасный миг. Зелье подействовало так, будто кто-то снял тяжёлое покрывало с целого мира.

В первые минуты Руос, Дора, Таракона и Торнадо наблюдали лёгкое непонимание и осмысление произошедшего.

Сначала дрогнули пальцы статуй. Потом по площади прошёлся шум голосов, кашля, возмущённых восклицаний. Каменная серость сходила с лиц, уступая место краскам жизни. Кто-то падал на колени от облегчения, кто-то озирался по сторонам, не понимая, сколько времени прошло.

У крыльца дома Фелтис стоял Ггерой.

Он трогал переносицу с таким выражением лица, словно пытался вспомнить неприятный сон.

– Странно. Очень странно, – пробормотал он. – Будто меня ударили чем-то тупым.

Торнадо, который пристроился на верхней ступеньке крыльца рядом с ним, резко отвернулся и начал умываться с преувеличенным усердием.

Грэм подлетел к коту и хлопнул крылом по уху, тот зашипел. Грэм подлетели к эльфу.

– Дышишь нормально?

– Переносица побаливает, – ответил он, морщась. – Но дышу нормально.

– Значит, это просто последствия окаменения.

Руос почти не слушал их. Он искал глазами Дору.

Когда увидел её среди оживших эльфов, внутри отпустило. Всю дорогу от Ракель она не произнесла ни слова. Вроде ничего не изменилось, но она вела себя отстранённо. Когда любопытный Грэм спросил, какой дар запросила ведьма, Дора сказала, что этот дар ни на что не повлияет, и не так это важно. Однако Руос заметил перемену в её поведении, но пока не разгадал сути.

Теперь, когда эльфы ожили и могли вернуться к жизни, они могли поговорить обо всём, что случилось с тех пор, как она приехала на этот остров. Он подошёл к ней, улыбаясь открыто, как никогда.

– Всё получилось, – сказал он тихо. – Дора, у нас всё получилось. И если мы решили такую мелкую проблемку, то сможем закрыть и защиту. Остров будет вновь под защитой точно так же, как и люди твоего мира.

– Да, – равнодушно ответила Дора.

Они долго смотрели друг на друга. Руос с обожанием, а Дора ждала продолжения диалога. Но его не последовало. Вместо этого Руос наклонился к ней, намереваясь запечатлеть победный поцелуй. Но Дора увернулась. Руос обалдел. Она поправила волосы, будто ничего особенного не произошло, затем улыбнулась и сказала:

– Раз уж проблема решена, я, пожалуй, займусь благоустройством своего дома.

– Чем-чем?

– Домом, – терпеливо ответила она. – Мне ведь нашли дом, а я в нём ещё ни разу не была. Надо будет решить, как облагородить сад, расставить мебель и навести порядок.

Дора уже смотрела мимо Руоса. Её взгляд был направлен туда, где несколько молодых эльфов помогали разбирать перевёрнутые лавки на площади. Один из них поднял голову, заметил её взгляд и улыбнулся белоснежной улыбкой.

Дора кокетливо улыбнулась в ответ и даже махнула пальчиками.

– Какой красавчик. Очаровашка!

Челюсть Руоса упала вниз. Что такое сейчас происходит?

– Кхе-кхе! Дора?

– Да? – она посмотрела на него вежливо, почти безразлично.

– Что ты делаешь?

– Собираюсь идти домой, – и с этими словами она направилась в сторону своего дома. Но проходя мимо эльфов, остановилась. – Эй, мальчики, вам не нужна помощь?

– Эта работа не для нежных ручек Хранительницы, – флиртовал один из эльфов.

– А мне поможете? Я хочу обустроить дом, и сильные руки мне не помешают.

– С удовольствием. Только скажи, что нужно делать.

– За мной!

Полностью проигнорировав Руоса, она пошла вперёд, уводя за собой трёх потрясающе красивых эльфов.

Грэм поперхнулся воздухом.

– Это ещё что за…

Увэ прищурился.

– Либо я ослеп, либо наша Хранительница прибрала к рукам самых красивых эльфов деревни!

– Она только что сошла с ума, – мрачно буркнул Руос.

Он смотрел ей вслед с таким выражением, что Торнадо предпочёл тихонько сползти за ближайшую корзину.

Фелтис бесшумно подошла к Руосу. Она видела, что происходит, и некоторое время наблюдала за Дорой, которая уже смеялась над чем-то, сказанным одним из эльфов. Затем перевела взгляд на Руоса, лицо которого покрылось красными пятнами от злости.

– Чем же ты провинился?

– Я тоже хотел бы это понять. Всё шло так замечательно. Я думал, между нами возникла искра.

– Женщины просто так не начинают избегать мужчин. Должна быть причина. Подумай, что ты сделал.

– Я ничего не делал, Фелтис.

Она склонила голову на бок.

– Тогда это хуже.

– Благодарю за поддержку.

Она не улыбнулась. Слишком внимательно смотрела на Дору.

– Нет, – произнесла Фелтис, – здесь что-то не так. Ты должен мне всё рассказать. Пойдём в дом. Поговорим без дракончиков.

– Я всё слышу! – возмутился Грэм.

– В том и проблема. Вам задание – наблюдайте за Хранительницей, чтобы глупостей не натворила.

– Задание? Прямо как настоящим воинам? – обрадовался рыжий.

– Скорее, Грэм! – ответственно подошёл к заданию Увэ. – Надо поспешить, пока Дора не наделала делов. Эти молодые эльфы – сущие дьяволята!

Глава 45

Красавчики эльфы ушли, и Дора занялась уборкой. Теперь вся мебель в маленьком домике стояла так, как ей того хотелось. В главной комнате стоял полукруглый диван, два кресла с деревянными подлокотниками. Посередине Дора решила поставить столик. Торнадо где-то нарвал цветов, и девушка поставила их в вазу. Комната дышала светом. Ей нравилось здесь.

Спальня с одной узкой кроватью и длинным шкафом была ещё меньше. Дора разложила свои артефакты: Книга Заклинаний, камень Выбора и мазь «Дермис». Мазь Дора хранила как сувенир, купленный богом Локи. Украсив полку цветами, Дора отошла на шаг и склонила голову на бок.

– Что скажешь, Торнадо?

– Скажу, что дом у тебя уютный, мяу. Я таким похвастаться не могу.

– А ты где живёшь?

– Я? Где я живу?

– Да. У тебя же есть дом?

– Я бродячий кот, Дора. Я живу там, где придётся.

Дора задумалась. Они снова вышли в главную комнату, залитую дневным светом. В окно Дора увидела своего муррикана. Он стоял в тени, жевал травку. Это животное не нужно было привязывать или закрывать в вольер – а всё потому, что мурриканы крепко привязывались к хозяину и страдали без него. Муррикан, выбрав однажды, больше не уходил.

Кот запрыгнул на диван и принялся неуклюже вылизывать белую шёрстку.

– Оставайся у меня жить, Торнадо.

Он замер с языком наружу.

– А можно?

– Конечно! Ты же мой советник. Разве нет? Да и мне не будет одиноко одной.

– Мяу. Извини за нескромный вопрос, но как же Руос?

– Руос? А что Руос? Он мой хороший друг. И у него есть свой дом.

В дверь постучались, и Дора вздрогнула. Торнадо решил сам посмотреть. Запрыгнув на подоконник, он смог увидеть край коричневой ткани и позолоченного ободка сапог. Он знал, кто пришёл.

– Открывай без страха, – сказал Торнадо, разваливаясь на подоконнике. Солнышко припекало, и желание было немного вздремнуть. – Это Фелтис.

Дора пригласила эльфийку в дом, показала ей своё новое гнёздышко, после чего они прошли в крошечную кухню, где стоял квадратный стол и три стула. Торнадо с ними не пошёл, решив вздремнуть в своём новом жилище. Дора приготовила чай из трав, которые передала мама Фелтис через Увэ.

– Уверена, ты станешь прекрасной хозяйкой в этом доме, – похвалила её Фелтис. – Эльфы народ мирный. Мы привыкли к людям, которые здесь живут. Женщин мы не видели ещё. Ты первая, но ты это и так знаешь. Тем не менее, эльфы, как я заметила, от тебя в восторге.

– Правда? Но до окаменения вы восстали против меня.

– Они забыли, Дора. Не знаю, что это было за заклинание, но оно стёрло в нашей памяти последние сутки до окаменения. Я тоже не помню того дня. Пыталась напрячь память, но… нет, пусто.

– Это хорошо, потому что последние события напугали меня. Я попала в лапы Локи. Именно он в образе Мицара заставил заколдовать вас.

– От Локи трудно избавиться, особенно, если ты человек с книгой Хранителя.

– Руос сказал, что Локи рвётся наружу.

– Это правда. Ему на острове скучно по понятным причинам. Он мешает тебе закрыть трещину. Его цель – расширить трещину до таких размеров, когда бог беспрепятственно сможет прорваться сквозь неё.

– Мне срочно нужно набраться опыта, чтобы закрыть трещину и не позволить богу навредить миру, где живут мои родители.

– Уверена, у тебя всё получится. Слушай Мицара, хорошо? – Фелтис сделала глоток чая. – А теперь расскажи, что произошло у Ракель.

Дора вся сжалась.

– У Ракель? Да ничего. Она мирно нас отпустила.

– Таракона сказали, что она приняла что-то от тебя в дар, и только потом дала зелье. Что ты ей отдала?

Дора разнервничалась, начала прибирать на столе, хотя убирать особо было нечего.

– Важно не что я ей отдала, а то, что вы наконец живёте дальше, а не заточены в камень. Я вас заколдовала – заключила в камень, я и пожертвовала наименьшим, чтобы исправить свою ошибку.

– Но ты сказала, что тебя заставил Локи.

– Да, но не силой. Хитростью. Тем не менее, я сделала это своими руками. Моя метка загорелась, когда я произносила заклинание. Значит, я совершила эту ошибку.

Фелтис встала, дошла до раковины, где налила себе воды.

– Скажи, что ты чувствуешь к Руосу?

– К Руосу? – Дора была искренне удивлена. – Я признательна ему за помощь и… поддержку.

– И всё?

Девушки смотрели друг на друга. Дора – с непониманием, Фелтис настойчиво.

– Да, всё. А что ещё я должна чувствовать к Руосу?

– Я хочу быть честной с тобой, Дора. – Она подошла ближе. Эльфийка казалась выше, стройнее и белее в сравнении с человеком. Дора непроизвольно сделала шаг назад. – В деревне вас видели… целующихся.

– Это Таракона растрынделись! – разозлилась Дора. Вспышка такой раздражительности навела Фелтис на определённую мысль, которую пока не пожелала озвучить. Дора хмурилась. – Маленькие сплетники. Я с ним не целовалась. Руос сам меня поцеловал. Но для меня это ничего не значит. Я едва его знаю!

– Хорошо. Я просто спросила… Может, потому что Руос неравнодушен к тебе, и он очень переживает из-за того, что ты как-то уж очень резко охладела к нему.

– Я никогда не говорила с ним о любви. Не знаю, что он там себе придумал. Возможно, дело в том, что на этом острове нет других человеческих женщин. И тут я… Стандартное мужское влечение, Фелтис!

– Не думаю, – пожала плечами эльфийка и поставила стакан в раковину. – Руос чист душой. И мне кажется, что он любит тебя.

На кухне появился Торнадо с важным видом.

– Не хотел бы прерывать столь интересную беседу, леди, но за Дорой прибыл Грог. Пора начинать занятия по магии.

Фелтис ничего не оставалось, как уйти. Разговор считался неоконченным. Она успела заметить, с каким беспокойством Дора реагирует на имя Руоса. Её слова будто бьются о стену. Фелтис не верила этой девушке до конца.

Вечером, когда эльфийка прогуливалась с Ггероем по окрестности, задала ему важный вопрос: сможет ли он сопроводить её к Ракель. Что-то произошло именно там, у ведьмы на острове. И Фелтис выяснит – что именно.

Глава 46

– Управление магией – это не только произнесение слов заклинаний и выброс энергии, – наставлял Дору Мицар. Они находились в его мастерской. Дора выглядела рассеянной, хотя отчаянно старалась впитывать сказанные слова мага. – Ты должна уметь чувствовать свою магию. Она живёт в нас, бежит по венам так же, как и кровь… Дора, ты слушаешь?

– А? Конечно. Я должна чувствовать магию. Просто я не понимаю, как её можно чувствовать, если магия появляется спонтанно.

– О, это целое искусство! Поэтому не каждый может стать магом.

– Это не мой выбор. Я должна стать магом, вне зависимости от моих желаний. Мицар, мне поистине страшно.

– Не бойся, моя девочка, я помогу. У меня большой стаж в обучении. Не одного мага воспитал. Сейчас будем тренировать твои необузданные силы.

Мицар оказался терпеливым учителем. К удивлению Доры, он не заставлял её сразу открывать книгу или читать опасные заклинания. Первый день прошёл почти нелепо.

– Магия любит намерение, – объяснял он деловито, поглаживая бороду. Они стояли у длинного деревянного стола в мастерской Мицара. – Запомни – не силу или страх. Намерение.

Перед Дорой стояла кружка остывшего чая.

– И что мне делать?

– Нагреть.

Она посмотрела на кружку. Потом на Мицара. Потом снова на кружку.

– Нагреть? А не легче поставить чайник?

– Нет, не легче. Нагрей её магией.

Дора вытянула ладонь над чаем, нахмурилась и попыталась представить тепло. Ничего не вышло. Мицар напомнил, что магия – это намерение. И Дора попробовала снова. На этот раз она сосредоточилась не на факте тепла, а на воспоминании. Она представила горячую чашку какао из детства, тепло, которое остаётся в ладонях зимой. Кружка едва заметно задрожала, и Мицар, заметив это, улыбнулся.

Дора замерла.

– Получилось?

Мицар кивнул, но не спешил расхваливать. С каждым днём становилось легче. Дора понимала принцип, по которому работала магия. Сначала Дора научилась нагревать воду. Дома она нагревала каждый второй стакан. Умудрилась даже ручей в деревне нагреть. Ходила по деревне и спрашивала, кому нагреть чаёк.

Потом она научилась зажигать свечи, не прикасаясь к спичкам, что, по словам Руоса, уже считалось достижением. А через несколько дней она смогла заставить сухой лист подняться с земли и кружить вокруг ладони. Лист прожил в воздухе всего три секунды, после чего ударил её по лицу.

Через неделю они вышли к фонтану перед замком короля, и Мицар ровно шесть часов учил её менять направление струи. Дора решила попрактиковаться во дворе Руоса. У него имелся маленький фонтанчик. Руос при этом наблюдал. Ей почти удалось, и он начал хвалить девушку. Но вдруг струя выстрелила в сторону и окатила Руоса с головы до ног. Таракона хохотали весь вечер.

Магия перестала казаться Доре диким зверем.

Вечерами, на закате, она, Руос и Таракона отправлялись на прогулку по острову. Иногда к ним присоединялись Фелтис и Ггерой, который очень часто чихал, и ни один лекарь не мог объяснить причину.

На четырнадцатый день Мицар выглядел довольнее обычного.

– Пора двигаться дальше, Хранительница, – сказал он.

Дора напряглась.

– Что… мы будем делать?

– Ты принесла Книгу, как я просил?

– Да.

Они устроились в светлой мастерской. За окнами шумел лес, где-то вдали гремел гром – редкое явление на острове, но так решил Фрейр.

Дора осторожно положила Книгу на стол. Знакомое покалывание прошло по пальцам.

– Подумай о чём-нибудь лёгком и открой её.

Если бы Дора могла контролировать свои мысли так же естественно, как магию, ничего необычного она бы в Книге не прочитала.

Страницы зашевелились, источая голубой свет. Чернила двигались по бумаге, складываясь в слова. У Доры в волнении забилось сердце, руки похолодели. Она читала, а на лице читался ужас. Мицар спрашивал, что она видит, а Дора не могла произнести и слова.

ЩИТ ИСТОНЧАЕТСЯ, РАСШИРЯЕТСЯ, ОПАСНОСТЬ УВЕЛИЧИВАЕТСЯ.

Она сглотнула. Следующая строка появилась сразу под первой.

ПРОСНЁТСЯ ОГОНЬ.

ЛЕСА ЗАГОРЯТСЯ.

ЗЕМЛЯ РАСКРОЕТСЯ.

У Доры перехватило дыхание.

– Нет.

Ещё строчка, которую она боялась читать, но этого было не избежать. Прочитав последнее предсказание, Дора почувствовала, как по спине пошёл ледяной холод. Слова въелись в мозг, словно старая ржавчина.

ВРЕМЕНИ НЕ ОСТАЛОСЬ.

Глава 47

Она гнала муррикана на всех скоростях в деревню. Фрейр злился, с неба капали холодные капли дождя, но Дора не обращала на них внимания.

Она спешилась почти на ходу, сделала муррикану больно, когда уцепилась за шелковистую гриву. Бежала, спотыкаясь, к дому Руоса. Постучала в дверь, но в ответ услышала тишину. Руоса дома не было.

Дора подняла голову и посмотрела в небо. Крупные капли омывали её лицо, волосы давно намокли. Она мёрзла, но отнюдь не собиралась домой. Ей срочно необходимо было найти Руоса.

Фелтис тоже не оказалось дома. Её мама не имела представления, куда дочь могла отправиться. Дракончики Таракона не летали над головой и не надоедали своими спорами. Она надеялась застать Торнадо дома, но кота тоже не обнаружила.

– Где же вы? – прошептала Дора и открыла книгу, совершенно не задумываясь над своими действиями.

Буквы засияли синим светом сначала на незнакомом языке, затем перестроились в знакомые символы. Дора прочитала:

У ТЕБЯ ОТОБРАЛИ ЛЮБОВЬ. ВЕРНИ ЕЁ.

Она отступила на шаг, не зная, что думать. Кто отобрал? Зачем?

А следом разумный вопрос:

А она любила? Кого?

Послышался слабый шум. Дора выбежала в главную комнату и подпрыгнула на месте. Вернулся Торнадо.

– Ох и напугал ты меня! – держа руку у груди, она вернулась в спальню. Буквы в книге исчезли, и она её захлопнула. – Торнадо? Я случайно не говорила, что отдала Ракель в дар?

– Н-нее понимяу.

– Ну как? Ты же тоже там был.

– Был. Но ты не стала говорить, что отдала Ракель. Мы решили, что это что-то незначительнояу.

– Книга сказала, что я должна вернуть любовь, которую у меня забрали.

– О. Книга так сказала?

– Да. А ещё она предсказала нечто страшное. Мне необходимо найти Руоса и Фелтис. Где они?

– Погоди-ка. Что предсказала книга? Мир расколется надвое?

– Почти.

Кот запрыгнул на кровать и уставился на меня во все глаза.

– Что значит «почти»?

– Не знаю, как объяснить, Торнадо. Могла бы спросить у Мицара, но сбежала от него, так ничего и не объяснив. Я испугалась. Книга говорит, что если щит истончается, появится огонь. Остров… сгорит.

– Что?!! Тогда надо будет прыгать в воду? А я не умею плавать! Я не хочу плавать, я… не хочу в воду!

Впервые Дора слышала кошачьи сокрушения по поводу нежелания лезть в воду. Но её мысли были не о том, как сбежать с острова, а как его спасти и не допустить огня.

– Надо понять, откуда возьмётся источник огня и устранить его.

– А что тут понимать? Король. Он – дракон, и его пламя спит. Но если его разъярить, то контролировать свою силу он не сможет, и тогда от острова ничего не останется. Об этом ещё Ледрис говорил.

Дора стояла как вкопанная, не зная верить этому или нет. Торнадо, казалось, говорил серьёзно.

– Что это значит? Почему его пламя спит?

Торнадо запрыгнул – своей тушей, скорее, вскарабкался – на подоконник и обернул хвост вокруг лап. Говорил он без пафоса.

– То, что сидит в короле, не совсем огонь. – Кот задумчиво шевельнул ушами. – Это сердце острова. Когда боги создали Монд Лан, они поняли, что одной магии недостаточно. Ей нужен якорь. Нужно что-то живое, сильное и вечное. Тогда появилось яйцо, из которого вылупился дракон. Вместе с ним родилось и особое пламя.

– Что же оно делает?

– Ничего. Пока король спокоен, его пламя течёт медленно, как тёплая река. Он не опасен и поддерживает мир. Но вот гнев дракона способен стать силой. – Кот поднял глаза на Дору. – Если наш король придёт в ярость, его пламя изменится.

– То есть…

– Он спалит остров. С каждым криком ярости он будет источать столько огня, сколько в печи нет. Леса загорятся, – спокойно говорил Торнадо, глядя в окно на те самые леса, – Земля начнёт трескаться. Магия вырвется наружу, как вода из разбитой плотины.

– Но король ведь не станет уничтожать собственный остров, – возразила Дора.

– Конечно, он этого не хочет.

– Тогда почему Книга так боится его пробуждения?

– Если найдётся тот, кто намеренно заставит дракона разгневаться… никто уже не остановит огонь…

Глава 48

Руос шёл, опустив голову. Он ни с кем не разговаривал, поэтому, что Фелтис с Ггероем, что Таракона старались не тревожить его печаль своими нравоучениями. Они медленно двигались вперёд, к деревне, и думали, как быть дальше.

Грэм первый не выдержал и нарушил молчание:

– А если попробовать снова завоевать её сердце?

– Ты же слышал Ракель! – воскликнул с досадой Увэ. – Любовь отобрана, и её не вернуть.

– Если любовь у ведьмы Ракель, почему тогда Руос не влюбился в неё? – задумался Грэм.

– Потому что у Доры забрали любовь, а не её внешность.

Фелтис покачала головой. Ох уж эти дракончики!

А Таракона продолжали, порхая над головой Руоса.

– Ну и ладно, забрала Ракель любовь. На что она ей?

– А вдруг коллекционирует, – гордо предположил Увэ.

– Угу. Ну и пусть! А мы новую любовь взрастим, вот увидишь, старина Руос! Мы поможем! Не падай духом!

Он тяжело вздохнул.

– Меня больше всего угнетает то, как легко Дора распорядилась этой любовью. Неужели я для неё так мало значил?

Грэм оглянулся на Ггероя.

– Дора пожертвовала любовью во спасение. Не будь эгоистом, Руос.

Услышать такое от маленького существа было всё равно что получить пощёчину. Руос разом растерял всё, что собирался сказать. Он усмехнулся и сказал:

– Не ожидал, что однажды меня будет воспитывать дракончик ростом с половину моего сапога.

– А кто ещё способен тебя воспитать? Я хоть и маленький, а рассуждаю взрослее, чем ты, великан. Не в росте измеряется мудрость. – Грэм важно расправил крылья. – Всё равно ты эгоист.

– Опять? – простонал Руос.

– Опять.

– Когда-нибудь я скормлю тебя карликовым циклопам или демонице.

– Не скормишь. Слишком ты добрый для этого. Да и есть меня никто не станет. Я слишком костлявый.

– Зато болтливый.

– За болтливость на казнь не отсылают.

Увэ громко расхохотался.

– Видишь? Настроение у него уже лучше!

Даже Фелтис улыбнулась.

Ггерой хлопнул ладонью по животу.

– Раз уж мы перестали ругаться, предлагаю заняться куда более полезным делом.

– Каким, например? – спросил Грэм.

– Поесть.

– Это было ожидаемо.

– И выпить, – невозмутимо закончил эльф. – На голодную голову ещё никто мир не спасал.

Через несколько минут вся компания спустилась с холма в торговый городок, где находился любимый трактир Ггероя под названием «Старая мельница». Они заняли свободный столик, коих было совсем мало. Эльфы любили сюда заглядывать. Дёшево и вкусно.

В трактире пахло жареным хлебом, пряными травами и свежесваренным вересковым элем – любимым напитком эльфов. Эль был легче человеческого пива, с лёгкой медовой сладостью и терпким ароматом лесных цветов.

Хозяин молча расставил перед ними тяжёлые деревянные кружки. Эль здесь не нужно заказывать, его приносили всем посетителям без спроса.

Ггерой сделал первый глоток и снова пожаловался, что не ощущает аромата эля, как раньше. Но всё равно остался довольным.

– Теперь можно думать.

Руос развернул на столе карту острова. На ней уже появились три новые отметки.

– Вчера жители деревни снова обнаружили трещины. Вот здесь и здесь.

Фелтис тихо добавила:

– Сегодня утром я видела в разрыве… что-то странное.

– Самолёт, – догадался Руос.

– Разве самолёты летают над островом?

– Обычные пассажирские нет, но вот если с неба что-то странное заприметили, могли начать вынюхивать.

– Он летел так близко, что я смогла разглядеть его крылья.

Грэм уселся на край кружки Фелтис, которая не пила эль.

– Значит, щит становится прозрачнее.

За окном прогремел далёкий гром. Все одновременно посмотрели наружу. Небо ещё неделю назад было ясным. Теперь тяжёлые серые облака почти не покидали остров. Дождь начинался внезапно. Ветер менял направление без причины. Иногда в трещинах вспыхивали короткие голубоватые молнии.

– Боги недовольны, – тихо сказала Фелтис.

– Или предупреждают… – задумчиво поправил Руос.

В этот момент дверь трактира распахнулась. Вошёл высокий мужчина в дорожном плаще. Гость незамедлительно нашёл тех, кого искал. И они его заметили.

Глава 49

Ггерой в ту же секунду оживился, узнав мужчину.

– Эй! – радостно окликнул он его. – Иди к нам! Какими судьбами здесь?

Мужчина улыбнулся знакомой улыбкой и пошёл к их столику. Никто не заметил ничего странного. Для них это был один из приближённых короля, которого они знали уже много лет. Он поздоровался со всеми, снял плащ и сел рядом с Руосом.

Под знакомым всем лицом скрывался Локи. Он нетерпеливо взял кружку с элем, – которую по привычке принёс официант, – и мысленно улыбнулся: «Всё идёт так, как надо. Эльфы – доверчивый народ, а человек слишком озабочен своими проблемами, чтобы заметить подмену. Они охотно сделают то, что им предложишь, если вовремя посеять мысль».

– У вас озабоченные лица, – заметил он.

Ггерой вздохнул.

– Жители острова наблюдают каждый день, как щит рвётся.

– А что с Хранительницей?

– Она учится, но быстро не получится, – сказала Фелтис. – Она даже не маг. Ей очень сложно. Да, она хочет помочь острову, но магия её не слушается.

– А ты разве не говорил с Мицаром? – смекнул Руос. – Служишь королю, живёшь под боком.

– Я не думаю об этой трещине. Дел и без того по горло, – Локи глотнул эля. – Но вот что я скажу… – он чуть подался вперёд, чтобы сказанное услышали только его собеседники и никто больше. – Я тут случайно услышал одну важную вещь. Король может залатать трещины своим огнём.

– Это опасно, – твёрдо сказал Руос. – Разве я не прав, Фелтис?

– Я не знала, что король на это способен, но… если и так, то для этого придётся пробудить древний огонь, а вот это действительно опасно.

– Король умеет контролировать своё пламя. Если никто не станет его злить, то ничего не случится.

Ггерой задумался.

– Мы можем поговорить с королём. Возможно, он согласится с этим предложением и поможет острову. А когда Дора наберётся сил, закроет и укрепит щит.

Идея всем понравилась. Прямо из трактира все трое и дракончики Таракона отправились в замок. Увэ заметно нервничал.

– А наш огонь не поможет? Ну а вдруг!

– Ты размером с камушек, а трещина растянута на целое небо! – возмутился Грэм. – И достался же мне брат-недоумок!

Через некоторое время они уже пересекали мост, ведущий к замку короля. Суровый дрэм Грог встречал непрошенных гостей нахмурившись. И чем ближе они становились ворота, тем меньше звучало шуток. Даже Грэм перестал отпускать колкости, а Увэ молча летел рядом, то и дело поглядывая на небо.

Трещины стали заметнее.

Днём они казались тонкими светящимися линиями, но теперь одна из них медленно разошлась ещё шире. Сквозь разрыв на мгновение промелькнул серебристый силуэт самолёта и тут же исчез за облаками.

Фелтис подняла голову.

– Если щит ослабнет ещё немного… люди смогут увидеть остров.

Дрэм преградил дорогу гостям.

– С чем пожаловали?

– У нас важное дело, – сказал Руос, слегка склонив голову. – Дело не терпит отлагательств.

– Я доложу, но мне необходимо знать, что за дело.

– Трещины. Они становятся шире. У нас есть предложение королю.

Дрэм, ничего не ответив, скрылся в замке. Другие четыре дрэма выстроились в линию, чтобы непрошеные гости не ворвались без разрешения.

Король встретил их в большом зале и внимательно выслушал. Он не перебивал. Лишь иногда переводил взгляд на карту острова, которую Руос разложил на длинном каменном столе. Светящиеся трещины были отмечены красными чернилами. За последние дни их стало больше, и это только те, что они сами обнаружили.

Когда Руос замолчал, дракон ещё долго думал о чём-то.

– Вы предлагаете мне пробудить древнее пламя, – наконец произнёс он. – Вы понимаете, как это опасно?

– Понимаем, Ваше Величество, – ответила Фелтис. – Но если ничего не предпринимать, щит продолжит рушиться. У Мицара спросите, сколько времени займёт обучение Доры.

Король медленно покачал головой.

– Древний огонь неуправляем. Если он проснётся, мне придётся удерживать его каждое мгновение. Достаточно одной вспышки гнева… и пламя перестанет подчиняться.

– Но вы всю жизнь учились владеть собой, – возразила Фелтис. – Никто лучше вас не справится с этой силой.

– Даже тот, кто умеет хорошо плавать, может утонуть в шторм, – заметил дракон.

В зале повисла тишина.

Ггерой осторожно нарушил её:

– Ваше Величество, мы не требуем спасать остров в одиночку. Дора продолжает учиться. Как только она станет достаточно сильной, она укрепит щит. Вам всего лишь нужно временно залатать швы, чтобы выиграть время.

Из ноздрей короля шёл дым, когда он выдыхал. Пауза затянулась. Дракон решался.

– Если древний огонь действительно способен временно укрепить разрывы, возможно, риск оправдан. Однако такие силы не пробуждаются по одному желанию. Я посоветуюсь с Мицаром, после чего он сам сообщит вам день, когда я буду готов.

Руос, Фелтис и Ггерой поклонились. Увэ прятался под волосами Руоса, Грэм – под шевелюрой Ггероя. Выходя из замка, никто из них не чувствовал облегчения.

Древнее пламя – это риск. Он либо спасёт, либо уничтожит. Но они получили надежду, и хотя бы это придавало сил.

Глава 50

Луна висела над островом, словно серебряный фонарь, зацепившийся за край неба. Свет мягко ложился на траву, белые стены домов и широкое крыльцо, где, подтянув колени к груди, сидела Дора. Сидела и думала обо всём, что пережила на этом острове. Она вспоминала фигуру в библиотеке и книгу, которую по неосторожности открыла, и та поддалась. Теперь Дора здесь. Рядом развалился Торнадо, большой белый кот. Он лениво водил хвостом по ступеньке и время от времени поднимал голову, всматриваясь в тропинку.

– Они долго, – тихо, со вздохом сказала Дора. – Надеюсь, с ними ничего не случилось.

– Вероятно, у них важная миссия.

Дора хмыкнула.

– И часто здесь жители уходят на миссию.

– Ну… обычно миссия местных заключается в том, чтобы сходить на рынок и не быть никем съеденным.

Дора пронзила Торнадо взглядом. Кот только что сказал ужасную вещь. Ей было страшно даже подумать, что какой-нибудь червь или злобное растение могло поглотить столь милых существ.

Но вот вдалеке послышался знакомый писк, и у Доры отлегло от сердца. Она встала и в ожидании застыла. Ветерок обдувал её каштановые волосы и румяное лицо. Через мгновение над деревьями показались Таракона, и Дора широко улыбнулась.

– Мы летели быстрее ветра! – закричал Увэ, ещё не подлетев ближе.

– Неправда! – возразил Грэм. – Никто не может летать быстрее ветра! Тем более ты!

Торнадо принялся вылизывать себя.

– Ой, от них не жди путёвого рассказа.

А Грэм с Увэ затеяли спор.

– Ты чуть мимо не пролетел.

– Это ты кружил вокруг мельницы! – защищался Увэ.

– Я осматривал местность!

– Ты перепутал мельницу с башней!

– Она была очень похожа!

– Да у башни даже этих… крыльев нет!

Дракончики так увлеклись спором, что едва не столкнулись друг с другом и с шумом приземлились прямо перед крыльцом. Язык Торнадо замер, затем он попытался избавиться от налипшей шерсти.

А Дора рассмеялась.

– Откуда вы летите? Где Фелтис и Руос?

Дракончики переглянулись. В сумерках их кожицы были особенно яркими. Дора легко могла разглядеть оранжевое и фиолетовое пятно.

– Вы принесли новость? – осторожно спросила она.

– А…

– Мы…

– Подожди. Это должен Руос рассказать.

Грэм взлетел.

– Что будет, если мы расскажем? Остров взорвётся?

– Грэм, это неправильно.

– Эй! – крикнула Дора. Метка на её запястье сверкнула, и Грэм это увидел.

– Дора, ты… Увэ, ты видел это? Ты видел? Торнадо, а ты видел? – Грэм порхал около запястья Доры. – Ты что-то почувствовала?

– Только ярость, – пробормотала Дора, разглядывая потухшую метку. – Только ярость, – шёпотом повторила она.

В этот момент из-за поворота показались Руос, Фелтис и Ггерой. Они возбуждённо что-то обсуждали, но когда подошли к воротам дома Доры, замолчали. Ггерой попросил чай, и Дора с удовольствием пригласила их дом.

Через несколько минут все уже сидели за небольшим деревянным столом. Дора поставила чайник и виновато улыбнулась.

– Простите… угостить мне вас нечем. Я до сих пор не разобралась, что здесь едят. Да и боюсь, с меня плохая повариха.

– Так Руос тебя научит, – сказал Ггерой и хлопнул парня по плечу. – Завтра сводит тебя на рынок и всё расскажет. Да, дружище?

– Да, конечно. Если сама Дора не будет…

– Не будет! – быстро сказал Фелтис. – У неё нет выбора. Если она хочет научиться жить среди нас, ей нужен наставник и…

– А я на что? – перебил Торнадо, но тут же мяукнул, потому что Ггерой наступил ему на хвост. – Следите за ногами, господин эльф! Мой хвост – ценнейший артефакт.

– Твой артефакт только на смех гномам! – брякнул Грэм. – Что? Я слышал, как гномы развешивают кошачьи хвосты и забавляются с ними.

– Это ложь! Гномам кошачьи хвосты не нужны!

Качая головой, Дора разлила травяной чай по чашкам. Потом Руос подробно рассказал об их визите к королю и о разговоре. Так же он упомянул о предложении пробудить древнее пламя и о том, что решение ещё не принятое.

– Этот шаг поможет нам выиграть время, – объяснила Фелтис. – Пока ты учишься, трещин становится больше.

– У неё метка загорелась сегодня, – сообщил Грэм. – И знаете, в какой момент? В момент ярости.

Все уставились на Дору.

– Что? – растерялась девушка. – Дракончики спорили, а я… разозлилась немного. Это была секундная вспышка… Вы чего?

Дора испугалась, потому что Ггерой, Фелтис и Руос переглядывались так, будто что-то знали. Дора перевела взгляд с одного лица на другое.

– Фелтис?

Эльфийка вздохнула.

– Дело в том, что… твоя магия реагирует на эмоции.

– Магия реагирует на эмоции? То есть, если я злюсь, могу сделать что угодно?

– Нет, нет, нет, – испуганно замахал руками Ггерой. – Не вздумай только проверять. Сначала поговори с Мицаром, спроси, как вести себя в такой ситуации.

– Да, ибо это может быть опасно, – добавил Руос. – Не для тебя. Для окружающих.

– Что это значит?

Торнадо запрыгнул на скамеечку рядом с Дорой и сел. Его зелёные глаза были направлены на неё – живые и серьёзные. Он всё понял.

– Помнишь, что я рассказывал тебе о короле? О древнем пламени. Оно связано не только с его силой. Оно просыпается, когда дракон теряет контроль над собой.

Дора нахмурилась.

– Но я не дракон.

– Пока нет причин думать иначе, – быстро сказала Фелтис.

Руос посмотрел на неё исподлобья:

– Очень успокаивает.

– Я пытаюсь не напугать её.

– Поздно. Я уже напугана. – Дора посмотрела на свою метку. – Если ярость вызывает магию, которую я не смогу контролировать, я начну её бояться. Ведь получается, я опасна.

– Все опасны, когда злятся, – заметил Руос.

Вмешались дракончики.

– Но не все способны случайно пробить небо, – бросил Увэ.

– Справедливое замечание. – Грэм подлетел ближе к девушке. – А ещё ты можешь однажды начать дышать огнём!

– Грэм! – хором крикнули Руос, Фелтис и Ггерой.

– Что? Я просто готовлю её морально.

Руос схватил дракончика за хвост и отодвинул от Доры.

– Хватит. Ты готовишь её к тому, чтобы она тебя поджарила. И вообще, посиделки закончились. Разбредайтесь по домам. Доре нужно отдыхать. Завтра важный день. Дора, я лично буду сопровождать тебя до замка. Нам необходимо поставить Мицара в известность. – Он коснулся её плеч, и девушка вздрогнула. Щёки залились румянцем. Руос смотрел ей в глаза. – Ты всему научишься. Я обещаю.

Фелтис знаками начала звать всех на выход. Тихо, осторожно они попятились к двери, боясь нарушить момент. Руос и Дора смотрели друг на друга, никого не замечая. Грэм и Увэ умилялись. Ггерою пришлось засунуть их за пазуху, иначе они выкинули бы фокус.

Снаружи Фелтис стала серьёзной. Торнадо запрыгнул на балку крыльца и уставился на луну.

– В ней зарождается огонь, – произнёс он вовсе не как кот, а как существо мудрое.

Фелтис закусила губу.

– Книга Заклинаний всегда знает, кого выбирает. Видимо, и на этот раз выбор был не случайный. Дора была рождена для этого острова. Это происки богов…

Глава 51

Мицар хмурился, пока слушал Руоса. Иногда переводил взгляд на Дору, а та, наоборот, избегала смотреть на мага. Когда Руос замолчал, Мицар подошёл к девушке. Кроме них в комнате замка больше никого не было.

– Покажи запястье.

Дора протянула руку.

Метка выглядела обычной – тонкий серебристый узор, напоминавший переплетённые ветви. Мицар провёл над ней ладонью, не касаясь кожи. Почувствовал лёгкое тепло, но не более.

– Метки у всех одинаковые? – спросила Дора.

– Нет. Узоры всегда разные. – Он приподнял рукав, и Дора увидела его метку: тёмно-серую, похожую на стебли розы с шипами. – Но узор ни о чём не говорит. Это не характер и не предназначение. Это место, откуда выходит энергия. Другое дело – то, как она реагирует в определённые моменты.

Дора посмотрела на Руоса, тот пожал плечами.

– Хорошо, если мне удастся увидеть, как это происходит.

– Как это сделать? Специально же не заставишь метку работать, – сказал Руос.

Мицар улыбнулся.

– Метку – нет. Но Дору ведь можно разозлить.

– Как?

– Уж не знаю. Постарайся.

Руос и Дора уставились друг на друга, но никто из них не знал, что делать. Мицар отошёл, предпочитая наблюдать со стороны. Руос топтался на месте.

– Ладно. Кажется, я должен тебя разозлить.

– Меня трудно разозлить.

– Но я всё же постараюсь. Признаться, в последнее время вспоминаю нашу первую встречу и знаешь что? Я ведь не хотел становиться твоим проводником. Мне тебя навязали.

– Сочувствую.

– Времени прошло мало, но за этот период ты стала мне ближе, чем кто-либо ещё в деревне. Я открылся тебе. Мне казалось, что это взаимно, но… ты продала наши чувства ведьме.

Вот тут Дора напряглась.

– Продала? Я ничего не продавала. Не неси чушь.

– Мы с Фелтис и Ггероем ходили к Ракель, и она подтвердила, что взяла у тебя зародившуюся любовь. Из-за тебя Ракель чуть не заточила меня в своём замке. Чудом удалось сбежать. Вот что ты со мной сделала.

Кулачки Доры сжались. Щёки залились румянцем.

– Да я… Между прочим, я сделала это ради спасения Ггероя и всех эльфов. А ты о себе только думаешь! Не нужна мне любовь самодовольного существа.

– Я такое же существо, как и ты. А ради спасения эльфов для начала не надо было бросаться заклинаниями, которых не знаешь.

Метка дрогнула, и Мицар это заметил.

– Да что ты вообще об этом знаешь?

По комнате пробежала тёплая волна. Чашка на полке тихо звякнула. Свечка вспыхнула в углу.

– Руос, закрой окно, – приказал Мицар, и тот без вопросов подчинился.

Когда дело было сделано, Мицар повернулся к Доре.

– Ты чувствуешь жар в груди?

– Ну… немного.

– Скажи, что ты хочешь сделать с Руосом. Только говори, что чувствуешь.

Дора напряглась, покосившись на мужчину, которого когда-то полюбила, а потом разлюбила. А сейчас ненавидела.

– Хочу… сжечь его.

Никто не ожидал, но Дора резко подняла руку, и в Руоса полетел маленький сгусток огненной энергии. Руос от неожиданности застыл с широко раскрытыми глазами. Мицар магическими нитями успел словить огненный клубок.

– Умерь свой гнев, Дора, – мягко приказал Мицар.

Дора опустилась на пол, тяжело дыша. Она внезапно заплакала.

– Я не хотела, Руос.

– Она это не контролирует, – заметил Мицар, помещая пойманный сгусток в особый металлический контейнер для изучения. – Невероятно. – Маг достал толстую книгу в потёртом кожаном переплёте. – Здесь собраны все легенды острова.

– Она чуть не убила меня! – Руос всё ещё был в шоке.

– Сядь и утихомирься. Я бы не дал этому случиться. Дора, ты в порядке?

Она пересела на диванчик.

– Да. Мне лучше. Но не заставляйте меня повторять подобное.

– У меня есть старая легенда, – Мицар провёл пальцем по потёртой обложке, при этом проигнорировав слова девушки. – Уж очень много совпадений, и когда я её поведаю, вы сами всё поймёте.

– Значит, мы были правы. Дора не просто так пришла на этот остров, – заключил Руос.

– У меня нет доказательств, но вы сможете их найти. Книга Заклинаний тоже должна помочь, ведь Книга управляется богами. Ну так как, Дора? Ты готова услышать легенду?

– Думаю, у меня нет выбора. Я должна разобраться, должна понять, что могу сделать для острова, потому что пока что я чувствую, что только порчу всё.

Она случайно повернула голову и встретилась со взглядом Руоса. Он с нежностью смотрел на неё. Испуг и замешательство испарились, будто их вовсе не было. Дора вздохнула.

Мицар положил руку ей на плечо и мягко улыбнулся. Тонкие усы растянулись в разные стороны, а в уголках глаз появились морщинки-лучики. Доброта так и струилась в воздухе. На душе внезапно стало легко и спокойно.

Они расселись друг против друга в небольшой круг. Мицар раскрыл книгу и начал рассказывать легенду…

Глава 52

– Когда я был учеником много лет тому назад, мой наставник однажды сказал странную вещь: «Не все пророчества пишутся для того, чтобы их исполняли. Некоторые появляются для того, чтобы их забыли». Тогда я рассмеялся, сказав, что это глупость. Но вот сейчас… уже не смешно. – Он секунду помолчал, разглядывая пожелтевшие от времени страницы. – Эта легенда старше первых Хранителей. Её записали ещё тогда, когда боги только закончили создавать остров.

Дора подалась вперёд, когда Мицар начал читать. Вскоре он перестал смотреть в строки, будто знал легенду наизусть.

– Когда Владыка Чертогов и Семени, щедрый Фрейр, сковал сердце Скалы, он запечатал в ней то, что не должно было сгореть. А мудрый Браги укрыл эту тайну в вязи слов, доступных лишь избранным. Тогда Гермес, Преступающий границы, протянул нить между мирами. Он заклял Времена, дабы в срок среди земель без магии явилась та смертная душа, что унаследует Искру – слепок того же Изначального Пламени, что горит в груди Короля Дракона.

Ибо сказано: Книга найдёт Её и приведёт к подножию Твердыни. Но Дверь в каменной толще останется слепа, пока в груди Чужестранки не проснётся Священная Ярь. Лишь когда ярость дочеловеческого Огня заставит её кровь закипеть, невидимые Врата Фрейра отзовутся на зов Драконьего пламени.

Вход там, где древний камень глух к росе и корням трав – в ущелье, где время застыло в тени Трикстера. Смотри на ту скалу, что плачет сухими слезами, и помни: Локи держит руку на чужих ключах, но Врата откроет лишь её Ярость.

Мицар замолчал. По спине Доры пробежали мурашки, ведь она услышала столько знакомых вещей. В голове не укладывалось, как она – маленькое смертное существо – могла обладать силой.

– Что находится в том месте?

– Возможно, – Мицар потянул паузу, посох в его руке поскрипывал от легкого напряжения, витавшего в воздухе, – ответы на наши вопросы.

– Сухие слёзы на скале… – шёпотом повторила Дора, и снова пробежал по коже мороз. Ни в каких снах она такого не видела. Но вдруг память швырнула её назад, в липкий полумрак ущелья, где Локи с улыбкой гиены шептал ей ядовитые слова. – Я была там. Это то самое ущелье, где держал меня Локи в лице Мицара. Но… что за этими Вратами?

– Да, – выступил Руос, который до этого молчал, приводя мысли в порядок. – Что там спрятал Фрейр?

– Ничего, что можно взять в руки, и ничего, что далось бы легко, – ответил Мицар, подняв на Дору тяжёлый взгляд. – Там покоится Первооснова. Сила, которая уравновешивает Пламя Дракона. Если ты та, о ком гласит эта легенда, Дора, то твоя истинная суть – не разрушительный пожар, а сердцевина, способная этот пожар удержать.

Дора и Руос бросили друг на друга взгляд надежды. Если всё это правда, то остров можно спасти и защитить. Если Дракон может уничтожить остров огнём, то она, Дора, может устранить разрушение. Разве это не выход?

– Врата скрывают Источник, который научит тебя управлять Искрой, а не быть её рабыней.

– Значит вот почему у неё ничего не получалось?

– Увы, но именно это и является причиной. Я не смогу её ничему обучить, потому что наша Хранительница – не обычный маг. В ней течёт Искра.

«Маг». Дора выпрямила спину, приосанилась от гордости. Не человек, а маг. Ух ты!

– Но легенда говорит, что Врата откроются только от ярости, – заметил Руос. Он шагнул вперёд, закрывая Дору плечом, его голос звенел от скрытой тревоги. – Вы хотите, чтобы она поддалась гневу прямо у Локи под носом? Защита острова истончилась до предела. Едва Дора вспыхнет, как спичка, Локи сорвёт покров и вырвется в мир людей!

– Но, Руос, разве есть другой выход? – возразила девушка. – Если я не рискну, то никогда не смогу поставить защиту.

Руос резко повернулся к Доре, взирая на неё с тем немым отчаянием, которое бывает лишь у человека, видящего, как его любимая шагает к пропасти.

– Локи только этого и ждёт. Если ты потеряешь контроль хотя бы на миг – сгорит всё. Ты, я, замок, этот остров. А Локи окажется в твоём прежнем мире… Должен быть другой способ. Мицар, ведь должен быть?!

– Нет другого пути, – твёрдо сказал маг. – Однако, Руос, сынок, ты ошибаешься. Трикстер ждёт слепой ярости. Уродливого, хаотичного гнева беспомощности. Легенда же требует Праведной Яри.

– Я ничего не понимаю! – в отчаянии крикнула Дора.

– Ярость – это не только желание уничтожать, Дора.

– О да! Мы всё видели и слышали, – ворчал Руос.

– Это ещё и великая сила защиты, – продолжал маг, не обращая на взбунтовавшегося парня внимания, – когда ты бьёшься за то, что тебе дорого. Локи рассчитывает на твой страх. Но если твой огонь будет рождён не слепой злобой, а любовью и волей уберечь этот мир… Врата отворятся, а защита выстоит.

Дора перевела дыхание, чувствуя, как внутри, где-то под сердцем, отвечая на слова мага, едва заметно потеплела та самая унаследованная Искра.

Ночной воздух после душной башни Мицара казался ледяным. Мост, парящий над тёмной бездной, отзывался гулким эхом под их шагами.

Дора шла быстро, крепко сжав кулаки. В её глазах отражался холодный свет звёзд, но внутри теплилось то самое пламя. Рядом шагал муррикан. Дора не стала садится на него, пока они на мосту.

– Дора, остановись! – Руос нагнал её на лошади, спешился, а когда она не послушалась, подбежал и решительно схватил за локоть, заставляя обернуться. – Это тонкий лёд. Одно неверное движение, одна секунда, когда гнев захлестнёт тебя без остатка, и ты начнёшь уничтожать. Локи победит. Я не могу позволить тебе так рисковать.

– Как тебе объяснить, что выбора нет? – Дора вздёрнула подбородок, вырывая руку. Свежий ветер трепал её волосы и гриву муррикана за ее спиной, но в голосе не было ни капли колебаний. – Что ты предлагаешь? Сидеть и ждать? Мы и так слишком долго ждали. Я пойду к той скале, Руос. Пойду и сделаю то, что должна. Хочешь ты того или нет.

В тёмных глазах Руоса промелькнула целая буря: страх за неё, досада от собственного бессилия и глухая боль. Он смотрел на девушку, которая отдала ведьме Ракель самое ценное – свои чувства к нему, оставив между ними лишь ледяную пустоту. И всё же каждый день он бился за то, чтобы вернуть хотя бы отголосок того тепла.

Он тяжело вздохнул, опустил плечи и покачал головой, сдаваясь.

– Ладно, – тихо, но твёрдо произнёс он. – Пойдёшь. Но не одна. Мы пойдём все вместе: ты, я, Фелтис и Ггерой. Твои друзья не оставят тебя там, и я – тем более.

Упрямая решимость на лице Доры мгновенно сменилось детским, искренним восторгом. Облегчение и благодарность захлестнули её с такой силой, что она, не думая, шагнула вперёд и порывисто обняла Руоса за шею, уткнувшись носом в плечо.

Руос на мгновение оцепенел. Дыхание перехватило, а сердце в груди сделало сумасшедший кувырок – совсем как тогда, когда они вместе скатились с холма, и она оказалась так близка.

Он помедлил секунду, боясь спугнуть этот призрачный миг, а затем медленно, с глубоким трепетом поднял руки и осторожно обнял её за спину.

Глава 53

Деревня эльфов в этот час была погружена в тревожное, хрупкое затишье. Воздух на острове казался густым и плотным, вековой лес не шелестел, словно затаил дыхание перед бурей.

В уютном эльфийском доме, пахнущем сушенными травами, хвоей и свежей выпечкой, кипела работа. Мать Фелтис – всё та же статная, сдержанная эльфийка с глазами цвета зрелого ореха – с тихим вздохом укладывала в полотняные мешки дорожные припасы. Под её пальцами мелькали плотно свернутые хлебцы из пыльцы и лесной муки, которые способны питать путника целыми днями; аккуратные брусочки сушеного ягодного пастилада и фляги с прозрачным, слегка светящемся нектаром, восстанавливающим силы. Пожилая эльфийка заметно волновалась: её пальцы чуть дрожали, когда она затягивала кожаные шнурки на тюках. Путь к проклятым сухим скалам был опасен даже для бывалых воинов, а отправлять туда неопытную молодежь казалось ей настоящим безумием.

– Ох, ох, ох, – причитала она. – Бедой это закончится.

Между делом Фелтис и Ггерой слушали рассказ Доры и Руоса в полном молчании. Когда зазвучали последние слова древней легенды про «сухие слёзы» и ярость, заковавшую Врата, мать Фелтис начала вздыхать громче. Ггерой лишь кивнул. Он всегда искал возможность блеснуть силой.

– Если ты чувствуешь, что готова, Дора, я тебя поддержу, – ободряюще сказала Фелтис. – Книга Заклинаний выбрала тебя. По легенде же ясно! Значит всё должно произойти, и неважно, каковы наши желания или опасения.

– Боюсь, что ярость её погубит, – осмелился возразить Руос. – Вы не раз слышали об опасности огня Дракона. Он заточён в замке лишь потому, что внешние факторы могут легко вызвать в нём ярость. Я дико боялся, когда не доставил Дору к королю вовремя…

– Когда ты сбежала, помнишь? – пояснила Фелтис, когда Дора нахмурилась. И ткнула пальчиком в кота: – С этим.

– У меня-у имя есть.

Как всегда, огромный белоснежный кот, больше похожий на помесь песцового муфты и маленького медведя, перевалился с боку на бок и важно прошагал туда, где лежал рюкзак Руоса.

– И я – Торнадо Советник Хранительницы! – с глубоким достоинством заявил кот, устраивая свою пушистую тушку прямо поверх вещей. – Я обязан сопровождать её. И вы мне не запретите. Без моего мудрого руководства вы же в первой сосне запутаетесь!

– Мудрого? Ты в прошлый раз полчаса муху на окне ловил и разбил любимую вазу в чужом доме! – раздался тонкий, писклявый голосок.

Прямо над головой Руоса взвился огненно-рыжий Грэм. Из его ноздрей от возмущения выскочило крошечное колечко дыма.

– Помолчал бы, чешуйчатый заварник! – фыркнул Торнадо, не удосужившись открыть глаза. Морда тяпкой: никого не вижу, никого не слышу. – Я анализировал траекторию полёта врага. Что могу, кстати, и сейчас сделать с одной большой мухой.

– Только не засни, пока анализировать будешь!

Фиолетовый Увэ спикировал с полки с сушёными травами прямо коту на ухо.

– Если кто и должен вести отряд, так это мы. Мы – воздушная разведка!

– Скорее уж воздушная тревога, – буркнул Руос, но уголки губ его дёрнулись.

– Мы с вами, и это не обсуждается! – в один голос застрекотали дракончики, закружив вокруг Доры и готовясь снова ввязаться в жаркий спор о том, кто из них главнее.

Ггерой тем временем подошёл к открытому окну и хмуро запрокинул голову. Белый хвост откинулся назад. Сетка ярких трещин в небе за иссиня-чёрными кронами деревьев пульсировала всё тревожнее. Он молча взял свой тяжёлый рубящий топор, пристегнул к поясу брусок для заточки и приладил за спину короткие метательные клинки, способные на лету рассекать агрессивные вьюны и плотные стебли хищных растений.

Руос проверил крепление кожаных ремней и привычным движением ножен подогнал одноручный меч к бедру, проведя пальцем по кромке тяжёлого щита – в узких ущельях именно он станет первой защитой для Доры.

Фелтис быстро проверила натяжение тетивы своего лука и перебрала стрелы в колчане: отточенные стальные наконечники для монстров соседствовали с особыми, пропитанными горючей смолой и вытяжкой из усыпляющих трав. Мать Фелтис вложила Доре в руки плотный кожаный чехол с длинным лесорубным ножом с зазубренным обухом и повесила ей на шею мешочек с солью и защитными рунами, способными развеивать мелкие иллюзии Локи. Книга Заклинаний была при Доре в сумке из более плотной ткани, туда же она закинула мазь Дермис – не как средство от боли в спине, а как оружие.

Пока велась подготовка братья Таракона перестали язвить. Грэм и Увэ уселись на лямках рюкзаков, глубоко вздыхая и накапливая в крошечных гортанях искры для будущих вспышек. Торнадо выпустил длинные когти, поочерёдно вонзая их в дубовый порог горницы, и подготавливал арсенал к ночному броску.

Мать Фелтис, кряхтя, затянула узел на последнем тюке с едой и всплеснула руками, переведя взгляд с наточенных клинков на темнеющее окно.

– Когда вы думаете отправляться? – В её голосе зазвучала непреодолимая тревога, когда она увидела ответ в глазах своих детей. – Вы же не собираетесь идти прямо сейчас? Скоро ночь опустится на лес! В темноте хищные растения вдвое опаснее, а твари только и ждут, когда вы потеряете дорогу. Переночуйте в деревне, дождитесь рассвета!

– У нас нет времени ждать рассвета, – твёрдо возразила Дора, проверяя, легко ли лесорубный нож выходит из чехла на поясе. – Каждая потерянная минута играет на руку Локи. Мы должны идти, даже под покровом тьмы.

– Дора права, матушка, – поддержала девушку Фелтис. – Если мы будем ждать утра, мы потеряем время, трещин может стать больше.

– К тому же, – хмуро добавил Ггерой, – рассвет может оказаться поздним сроком.

Мать тихо заплакала, уронив лицо в ладони. Фелтис обняла её с одной стороны, а Дора – с другой.

– Дракон намерен уже завтра выплеснуть свой огонь, чтобы хоть временно запечатать щели в магическом куполе, – произнёс Руос. – Если мы не успеем пробиться к Вратам до этого… другого шанса не будет. Мицар сказал, что не сможет обучить Дору магии, даже если будет пытаться веками. Магия в ней, и она сама проснётся… Я сам не хотел бы рисковать, но мои друзья правы.

– Мы успеем, – твёрдо сказала Дора, взглянув на друзей, замерших дракончиков и кота, который с важным видом топтался у порога. – Выходим прямо сейчас…

Глава 54

– Уйди с дороги! Я первый полечу!

– Эй, Грэм, тебе воздушного пространства мало? – возмутился Увэ, отлетая в сторону.

Двор встретил их прохладой и глухой ночной тишиной. Звёздный свет скользил по утончённым дорожным костюмам, пошитым эльфийскими мастерами из плотного, но мягкого шелковистого материала, расшитого серебряными нитями. На Доре и Фелтис были приглушённо-изумрудные и тёмно-серые камзолы с высокими воротниками, облегающие штаны из прочной мягкой кожи и изящные сапоги на невероятно удобной плоской подошве, позволяющие ступать абсолютно бесшумно. Руос и Ггерой облачились в тёмные плащи с глубокими капюшонами и легкие кожаные колеты, укреплённые грациозными стальными пластинами на плечах и запястьях.

Первым на призыв ответил верный конь Руоса – статный, с искрящейся вороной шерстью, похожей на ночной бархат, и длинной гривой, в которую будто были вплетены нити лунного света. Он тихо фыркнул, ткнувшись мордой в плечо хозяина.

Фелтис тихо, едва слышно свистнула. Из густой тени вековых деревьев выскользнула её огромная лесная рысь. Она бесшумно приблизилась, ступая мягкими лапами по траве, и замерла у ног эльфийки, готовая слиться с лесом в любой миг.

Рядом с рысью с глухим рычанием приземлился зверь Ггероя – гибкий леопардовый грив с пятнистым телом и зоркой соколиной головой. Его перья на загривке поблёскивали металлом, а мощные когти легко впивались в влажную землю.

Дора замерла, закрыла глаза и мысленно позвала своего спутника. Через мгновение воздух во дворе слегка задрожал, и перед ней появился муррикан, который по-прежнему хранил верность своей Хранительнице.

Не успела Дора взмыть на спину своего животного, как Торнадо с неожиданной для его туши прытью вскочил на крупу муррикана прямо позади неё. И развалился там с максимальным комфортом, заявив всем видом, что поездка на таком благородном звере – единственное, что соответствует его статусу.

Дракончики Таракона, вспыхнув от такой наглости, взмыли вверх и зависли над отрядом.

– Дорога через проклятый лес вслепую – верная смерть, – проговорил Увэ.

Ггерой забрался на своего грива, затем, протянув руку вперёд, прошептал древнее эльфийское заклинание. Из глубокой травы и крон деревьев на его зов вылетела целая стайка крошечных светляков-лампирид. Дора встречала таких однажды. Они закружились над отрядом, вспыхивая мягким, ровным золотистым светом, который разогнал мрак и мог указать путь к сухим скалам.

– Держимся вместе и не отстаём, – скомандовал Руос, подмигнул Доре и пустил своего коня вскачь.

Отряд сорвался с места, растворяясь в ночной тени под пульсирующим растрескавшимся небом.

Первые несколько часов пути прошли удивительно гладко. Лес словно замер, а золотистый свет призванных Ггероем ночных светляков мягко рассеивал мрак.

Они сделали привал на небольшой поляне у тихо журчащего ручья, скрытого между древними валунами. Пока Руос и Ггерой распрягали и поили животных – конь и муррикан жадно пили воду, а рысь и грив чутко прислушивались к шорохам ночи, – Фелтис быстрыми движениями разложила на плоском камне эльфийские припасы.

Вскоре затрещал небольшой костёр.

Поджаренные на огне хлебцы пахли невероятно аппетитно, а пара глотков восстанавливающего нектара быстро вернули свежесть сил и энергию. Вокруг царила приятная тишина, нарушаемая лишь мерным треском полыхающего костра. Дора села поближе, чтобы погреть руки.

Фелтис шепнула Ггерою, что надо бы посодействовать парочке. Эльф схватил кот, но прежде сжал его челюсть пальцами, чтобы не пискнул. Шикая, Фелтис призвала Таракона отправиться на прогулку с ними. Руос улыбнулся, когда увидел хитрецов, отделяющихся от костра.

Выждав пару мгновений, Руос тихо подсел к Доре ближе. Девушка даже головы не повернула. От неё веяло сдержанностью и отстранённостью. Она о чём-то усердно думала. И Руос поспешил поинтересоваться:

– О чём задумалась?

– Думаю, сможет ли Книга Заклинаний указать путь к сухим скалам.

– Я точно знаю, что есть лес мёртвых деревьев. Оттуда скалы видно с воздуха. Грэм и Увэ смогут заметить изгиб горной гряды. Даже если Книга не подскажет путь, мы их найдём.

Кивнув, Дора молчала.

– Не холодно? – тихо спросил Руос, поправляя край её тёмной накидки.

– Нет, – был сухой ответ. – Возле костра тепло.

– Ты всю дорогу была молчалива. Думаешь, мы не найдём Врата?

– Нет. Я думаю, что на кону слишком много поставлено, Руос. Если я ошибусь, пострадают все жители острова. Почему именно я? Ну почему?

– Ты избранная. Смирись с этим и… ты не ошибёшься, – твёрдо сказал Руос, желая подбодрить девушку, хотя сам в это не очень верил. Он протянул ей флягу со сладким травяным отваром. – Выпей. Тебе нужно расслабиться. Помни, что не одна на этом пути.

Дора перевела на него взгляд. В темноте его глаза горели такой искренней заботой, что упрямая стена внутри неё дала небольшую трещину. Она медленно взяла флягу, сделала глоток и снова устремила взгляд на костёр.

– То существо из пруда, люминор, дал мне камень выбора. Что я должна выбирать?

Руос застыл, думая.

– Уверен, ты поймёшь.

«Камень горит, когда человек стоит на распутье, и гаснет, становясь холодным, если выбранная дорога – истина.

Если же путь ложен, свет не исчезнет, а станет горячее и тяжелее.

Люминоры отдают флуоресцентос лишь тем, кто не стремится владеть судьбой, а готов нести ответственность за один-единственный выбор».

Дора помнила слова Книги наизусть, и она продолжала думать над их значением. Камень по-прежнему горел. Свет просачивался через ткань сумки.

– А если выбор – это Врата?

Руос не сводил с лица девушки глаз. Не важно, что она говорила. Пусть говорит, лишь бы слушать этот пр красный голос. А когда тёмная прядка упала, он лёгким движением заправил её за ухо девушки. Она повернула голову, и неожиданно их лица оказались в очень опасной близости. Сердце Руоса готово было выпрыгнуть из груди, а Дора была загипнотизирована его любящим и искренним взглядом.

Её губы слегка приоткрылись.

Руос уже думал: что будет, если он её поцелует? Разбудит ли в ней новые чувства?

Мир в эти секунды перестал существовать, оставив невообразимо короткое расстояние между ними. Руос почти коснулся её губ своими, выдыхая её имя, как вдруг ночную тьму разорвал дикий, леденящий душу крик.

Глава 55

Руос и Дора отпрянули друг от друга и тут же вооружились, прислушиваясь.

Крик повторился. Руос толкнул Дору за спину. В этот момент с неимоверной скоростью мимо них пролетел Торнадо (теперь Дора поняла, почему такое имя у кота), он юркнул прямо под рюкзаки и затаился. Ггерой и Фелтис появились рядом, вооружившись.

– Вы слышали? – спросила Фелтис. – Я боялась, что оно проснётся.

– Что это?

– Корневерт! – бросил ей в ухо Грэм.

– Кто?

– Древнее чудовище, живущее в сухом лесу.

– Одно из жутких созданий, порождённых тёмной магией Локи, – добавил Увэ.

На этот раз крик стал ближе и сопровождался оглушительным треском ломающихся веток.

– Ой, – Дора вскрикнула, увидев нечто, похожее на помесь исполинского высохшего паука и ожившего трухлявого пня. Вместо ног у него были мощные, гибкие корни. – Оно одно? Или будут ещё?

– Хоть бы был один, – заныл Увэ и спрятался под волосами Доры. Девушка передёрнула плечами от щекотки.

Через мгновение на поляну выскочила рысь Фелтис. Зверь тяжело дышал, янтарные глаза горели неистовым огнём, а за его спиной из чащи буквально вывалилась гигантская тень.

Дора закрыла рот ладошками и попятилась назад, едва не угодив в огонь костра. Руос вовремя дёрнул её за руку.

Тело существа, сотканное из переплетенных, обугленных корней и древней коры, передвигалось на шести длинных деревянных лапах. Пасть – дупло издало ещё один вибрационный вопль, от которого заложило уши.

– Всем назад! – крикнула Фелтис, на ходу спуская тетиву. Стрела с тихим свистом вонзилась прямо в древесный сустав твари, но та лишь глухо закричала, сбив рысь с ног мощным ударом колючего хвоста-корня.

Руос мгновенно вступил в бой. Перехватив щит, он принял на себя следующий удар гигантской лапы. Дерево с грохотом врезалось в металл, Руоса отбросило назад, но он быстро встал на ноги, подсекая мечом нижний корень твари.

Сверху камнем упал Ггерой на гриве, нанося точный удар топором. Корневерт взвизгнул и закружился, затем взметнул гибкий корень и сбил Руоса с ног. Тварь нависла над Руосом, готовая вонзить в него сотни костяных шипов.

Грэм и Увэ обнялись в воздухе. Торнадо закрыл глаза лапами. Фелтис была слишком далеко от чудовища, она стреляла, но стрелы пролетали мимо цели. Эльфийка паниковала.

Дора увидела тварь над Руосом и закричала во всё горло:

– Нет! Ты не тронешь его!

– Дора назад! – кричала Фелтис.

Но что-то уже происходило.

Корневерт услышал голос девушки и замер.

Дикий, парализующий страх за жизнь Руоса сжал её сердце. Она не думала ни о чём. Всё, чего хотела – защитить. Ладони обожгло нестерпимым жаром. Из рук Доры ударил ослепительный, чисто-белый столб огня. Пламя мгновенно захлестнуло Корневерта. Чудовище не успело издать предсмертный крик, как древняя кора вспыхнула, и за считанные секунды гигантский древесный паук осыпался на землю горсткой серого горячего пепла.

Волна силы спала так же внезапно, как и накатила. Дора пошатнулась и тут же плюхнулась на землю, тяжело дыша и в шоке уставившись на свои дрожащие ладони. Она совершенно не ожидала, что способна на такое.

Руос, поднимаясь с земли, перевёл изумлённый взгляд с кучки пепла на Дору.

– Эй, – тихо произнёс он, подходя к ней, – ты спасла меня, знаешь это?

– Она нас всех спасла, – поправил его Торнадо, подобравшись ближе.

И дракончики молча парили в воздухе рядышком. Ггерой спрыгнул с грива.

– Ещё немного, и я перебил бы этой твари ноги.

– Нам пора двигаться дальше, – сказал Руос. – Дора, ты в порядке? – та кивнула, и он добавил: – Раз так, давай посмотрим, что скажет Книга и…

Руос не договорил. Все головы повернулись туда, откуда слышался страдальческий плач Фелтис. Дора первая сорвалась с места. Когда они подбежали, перед ними открылась тяжёлая картина.

Фелтис сидела на коленях во мху, прижимая к себе голову своей рыси. Зверь тяжело и рвано дышал, а его янтарные глаза подёрнулись мутной пеленой боли. На боку рыси, там, где пришёлся удар шипастого корня Корневерта, зияла рваная рана, из которой сочилась тёмная кровь.

– Она хотела защитить меня, – сглатывая слёзы, прошептала Фелтис.

Её руки, испачканные в крови, дрожали, когда она пыталась приложить к ране целебные травяные повязки из эльфийского тюка.

Ггерой опустился рядом с ней на одно колено, быстро осматривая рану. Его лицо помрачнело.

– Нет. Это не просто ранение, Фелтис. В кровь попал яд Сухих Скал. Наши травы лишь замедлят его, но не остановят.

– Как же она пойдёт? – с тревогой спросила Дора и подняла глаза на Руоса и Ггероя. – Мы ведь не можем бросить её здесь одну. Раненую.

Руос нахмурился, оценивая обстановку, затем посмотрел в небо.

– Оставить её здесь нельзя, – твёрдо сказал он. – Но если мы задержимся, то не успеем к Вратам до рассвета. Ггерой, твоё снадобье из светящегося нектара сможет поставить рысь на ноги?

– Лишь на пару часов, – хмуро отозвался эльф. – Ей нужен покой и магия очищения, которой у нас нет.

Фелтис подняла заплаканные глаза.

– Идите без меня. Я останусь с ней. Вы должны успеть…

– И речи быть не может, – отрезала Дора, а в голосе зазвучали стальные нотки Хранительницы. – Мы пришли сюда вместе и уйдём вместе.

Внезапный инстинкт, будто чья-то невидимая рука дёрнула за нить, заставил Дору расстегнуть сумку. Пальцы нашли на дне небольшой тюбик. Это была жгучая мазь «Дермис» – та самая растирка от боли в спине, которую она когда-то нанесла на лицо: оно горело, словно на него положили раскалённую кочергу. А потом этот тюбик ей купил Локи, находясь в образе Руоса, на рынке. Она знала, что мазь бесполезна в данном случае, но подсознательное чутьё вело её, и она не смела ему сопротивляться.

Сорвав крышечку, густо зачерпнула пальцами пахучую массу и…

– Дора, что ты… – начал было Руос, но осекся.

Ошарашенные друзья замерли, не веря своим глазам. Дора решительно опустила ладонь прямо на осквернённую ядом рану рыси и принялась втирать, появилось жжение. Чувствовало ли животное?

Рысь мирно лежала на боку, позволяя Доре лечить себя. В тот миг, когда мазь соприкоснулась с кровью, в правой руке Доры появилось знакомое ощущение.

Из-под кожи светящейся струйкой вытекла чистая магия, смешалась с обычной эльфийской мазью, вступая с ней в невероятную реакцию.

«Дермис», разогретый магической искрой, мгновенно нейтрализовал тёмный яд Сухих Скал. Рана зашипела, рысь тоже. На глазах у потрясённых друзей, края разрыва начали стремительно сходиться. Густая тёмная кровь сменилась здоровой алой. Затем дыра в боку зверя затянулась, оставив лишь ровную розовую полоску молодой кожи, которая тут же начала обрастать густым мехом. Дора и сама не ожидала такого эффекта. Ладонь жгло неимоверно сильно. Крича от боли, она добежала до ручья и сунула руку в воду.

– Вот вам и человеческая девушка, – наконец собрав челюсть, пробурчал Торнадо.

Глава 56

Книга Заклинаний указала направление через мёртвый лес, который ещё недавно казался непроходимым лабиринтом, а теперь лежал перед ними как на ладони.

Муррикан двигался вперёд. Грэм и Увэ, уставшие и сонные, сидели на гриве животного, внимательно глядя перед собой. За спиной Доры спал Торнадо. Рысь и грив Ггероя не отставали от муррикана. Руос на лошади старался держаться чуть впереди. Деревья вскоре расступились, и они вышли к подножию Сухих Скал.

Дора вдохнула тяжёлый воздух и огляделась. Небо стало чуть светлее, и иссиня-чёрные каменные глыбы, уходящие острыми пиками прямо в небосвод, виднелись довольно чётко. Она не увидела ни одного кустика, ни травинки – лишь голая, холодная порода.

– Я была здесь. Я точно была здесь раньше, – сказала она.

Конь Руоса тревожно бил копытом. Другие животные также были взволнованны. Муррикан издал тихий рокот. А рысь и грив Ггероя пригнулись к земле, чутко водя ушами.

Торнадо подсел к спине Доры ближе.

– Ох и не нравится мне это место. Ох, не нравится…

– Я никогда не был в этой части острова, – сказал Увэ, тяжёлый воздух тянул крылышки вниз, отчего дракончик не мог набрать высоту. – И не знал о его существовании.

– Никто никогда не лез в дебри Сухих лесов, – сказал Грэм. – Нам тут просто нечего делать. Сюда приходят хищники питаться падалью.

– А Врата где? – спросил Торнадо.

– Это и есть Врата, – сказал Ггерой.

– Вот эти скалы? – удивился рыжий Таракона. – И что нам делать дальше? Что открывать?

– Тебе-то точно ничего открывать не придётся, – заметил Руос, спрыгивая с лошади. – Дора должна понять, где дверь. Так сказал Мицар.

Фелтис достала стрелу из колчана и натянула тетиву, вглядываясь в тёмные расщелины между камнями. Осторожность ещё никому не помешала. Опасность могла крыться там, откуда её меньше всего ожидаешь. Её смущало уже то, что Локи до сих пор не появился. Такие походы от него не скроются. Это даже как-то подозрительно. Фелтис посмотрела на своих друзей. А мог ли Локи быть сейчас среди них? Её глаза встретились с большущими зелёными глазищами Торнадо, он нахмурился.

– Ты чего так на меня смотришь? – буркнул он, чувствуя её недоверие.

– А вдруг ты Локи.

– Я?! Локи? Ты тоже яду Корневерта хлебнула? Как я могу быть Локи? А я тогда куда делся, если оно так?

– Да куда угодно. Связанный в кустах.

Руос согласился с Фелтис:

– А ведь верно. Это слишком подозрительно. Трикстер никогда не оставляет такие вещи без присмотра. Если его здесь нет… значит, он либо готовит нечто куда более масштабное, либо ждёт, пока мы сами совершим ошибку.

Дора стояла перед тёмными глыбами, но не чувствовала ровным счётом ничего.

Воздух здесь был настолько плотным и сухим, что от каждого вдоха перехватывало горло. Ни травинки, ни шороха ветвей, ни звука. Тишина была настолько звенящей, что болели уши. Настоящая мёртвая зона, где замерли даже ветра.

Врата должны были быть здесь, но сколько бы они ни кружили между мёртвыми камнями, не находили абсолютно ничего, что указывало бы на древний проход.

Дора остановилась, переводя дыхание, и растерянно посмотрела на свои ладони, затем на Книгу на поясе. Эти руки среагировали, когда Руос едва не погиб. Эти руки вылечили рану рыси. Почему же теперь молчат? И Книга молчала. Она спрашивала её, но получала странный ответ: ТОЛЬКО ХРАНИТЕЛЬНИЦА ЗНАЕТ.

Внутри всё сжалось от подступающего отчаяния и усталости.

– Ничего, – тихо сказала она, и её голос прозвучал чуждо в этой страшной тишине. – Я ничего не чувствую. Никаких подсказок.

– Может, это не то место? – Фелтис вглядывалась в тёмные расщелины, сжимая лук. – Мы могли неверно истолковать легенду.

– Но на острове нет других Сухих Скал, Фелтис! Это единственное скверное местечко, где Боги могли спрятать силу, – подал голос Ггерой, отмахиваясь от зависшего в воздухе молчаливого Грэма. – Но если Врата скрыты, то мы ничего и не увидим. Это она должна искать, – он ткнул пальцем в Дору.

Девушка сложила руки на груди и насупилась.

Нервы у всех были на пределе. Усталость ночного похода, страх перед невидимым Локи и тикающие часы до рассвета сделали своё дело. Напряжение вспыхнуло моментально.

– Легенда о «слезах сухой скалы» оказалась просто красивой сказкой! Чушь! – Дора сжала кулаки, чувствуя, как бессилие превращается в едкую обиду. – Я не хочу здесь оставаться.

– Эй! Мы зря рисковали? – крикнул Грэм, плетясь за ней. Крылышки стали ещё тяжелее. – Зря пробирались через лес? Зря боролись с Корневертом?

– Зря! Всё зря! Я поверила в эту ложь, а не надо было.

– А ведь я говорил, – громко и важно бросил Руос, делая шаг к ней. – Я с самого начала говорил, что это безумная идея. Но ты ведь упрямая! А сейчас, между прочим, Король у купола, в одиночку латает швы, рискуя всем островом, пока мы ищем то, чего здесь нет!

Эти слова стали последней каплей. Всё накопленное напряжение, страх за друзей, груз ответственности и обида на собственное бессилие вырвались наружу горячей волной.

– Ах, прости, пожалуйста! Я хотя бы что-то делаю! А ты только и делаешь, что сомневаешься!

– Я забочусь о тебе, Дора!

– Если бы мы не пошли, – перебила она его, – у нас бы не было вообще никакого шанса! Я пытаюсь нас спасти, Руос! Пытаюсь спасти весь этот чертовый остров! И не сижу сложа руки, как…

Именно в этот момент – на пике её искренней, кипящей Праведной Ярости – произошло то, чего они так долго ждали.

Глава 57

Король-Дракон стоял на самой вершине Северного утёса, прямо под израненным, растёкшимся небом. Внизу простирался весь его край – зелёный, замёрзший в смертельном ожидании. Закрыв глаза, король обратился внутрь себя, пробуждая то, что веками спало и не было тронуто.

Древний Огонь Первородных. Это пламя было настолько лютым и неудержимым, что его величайшей опасностью всегда оставалась граница контроля: вспыхнув однажды от безумной ярости, оно могло сжечь всё живое.

С тихим рокотом, от которого содрогнулись скалы, грудь Короля озарилась глубоким слепящим светом.

Огонь проснулся.

Вены Дракона налились жидким золотом, а дыхание превратилось в раскалённый маревый вихрь.

– Этот огонь бессилен, Дракон! – раздался за его спиной знакомый женский голосок. – Зря ты их послушал.

Король резко обернулся. На краю утёса стояла Дора. Дора! Но как она здесь оказалась? У подножия находились дрэмы. Это невозможно!

– Дора? – Дракон на мгновение приглушил рвущееся наружу пламя, в его глазах мешались изумление и тревога. – Что ты здесь делаешь? Ты должна быть в безопасности, ты ещё не готова к такой магии!

– В безопасности? С тобой? – Дора сделала шаг вперёд, её губы искривились в едкой, исполненной презрения улыбке. – Ты просто старый, немощный ящер, который цепляется за свои ржавые Врата. Ты думал, что я правда стану Хранительницей чужого мне острова? Думал, что я стану слушать ваши глупые наставления? Это был мой план. Я и не пыталась учиться магии. Всё, чего я хотела – сбежать с этого никчёмного острова, вернуться домой. Давай, залатай эти дыры. Ты не сможешь! Этот остров обречён, как и твой никчёмный огонь.

Каждое слово задевало самое живое. Неужели Книга Заклинаний ошиблась? Да как такое возможно?

– Ты! Жалкая девчонка! Как ты смеешь?!

– Нет больше острова, слышишь? Я уничтожила Книгу Заклинаний! Нет Книги – нет острова.

– Лжёшь!

Всё накопленное отчаяние, груз вековой ответственности за народ и боль за умирающий остров вспыхнули внутри Короля единым, мгновенным взрывом.

– Никогда нельзя трогать то, что тебе не принадлежит. Я – человек. Я принадлежу своему миру и никогда бы не смогла быть здесь счастлива. Смотри! Нет Книги! – Дора отступила к краю скалы. – Я свободна! От тебя! И от этого острова! А теперь попробуй меня остановить, динозавр!

Разум Дракона померк. Безумная, свирепая ярость вырвалась из-под контроля.

– Я уничтожу тебя! – взревел Король с такой силой, что рассыпались древние валуны.

Из его груди вырвался страшный, слепящий столб Древнего Огня, способный испепелить всю армию. Пламя мгновенно накрыло фигурку девушки… но на долю секунды до этого «Дора» захихикала. А потом рассыпалась стопками тёмных фиолетовых искр.

Локи! Это был Локи.

Осознание на Короля обрушилось слишком поздно. Трикстер добился своего, ибо огонь, который должен был аккуратно запечатать трещины в небе, уже невозможно было остановить или направить назад.

Первородное Пламя вырвалось на свободу.

Дракон резко ослаб и рухнул вниз с утёса.

Огонь понёсся с вершины, словно ослепительная лавовая река.

Леса вспыхивали в считанные секунды. Лесные существа – от крошечных светляков до гигантских гривов – с диким воплем бросились прочь, ища спасения в глубоких ущельях.

В эльфийской деревне началась паника. Воздух заполнился дымом, а светящиеся кроны вековых деревьев загорались, словно факелы. Эльфы метались, спасая детей и древние фолианты.

В своём уединённом домике на вершине плавающего острова ведьма Ракель резким движением распахнула окно.

– Началось…

Горизонт застилал белое ревущее пламя. Ракель нахмурилась и без промедления начала шептать защитные заклинания, возводя водяные и земляные щиты.

Глубоко под землёй народ таркусов учуял неестественную гарь. Перепуганные подземники со страшным писком и шумом побежали по своим узким каменным туннелям, спасаясь от жара, проникающего даже сквозь толщу породы.

Наблюдавший за Куполом из своей башни Мицар замер у астрономического окна. Его лицо побледнело, а в глазах отразилось ослепительное зарево.

– Нет, – шепнул он с отчаянием.

Поняв, что именно разбудил Король, он сжал посох так, что побелели костяшки, а во взгляде промелькнул неподдельный ужас.

Древний Огонь скатывался к побережью, врезался в морские волны, но даже вода не в силах его остановить – море шипело, закипало и отступало, испаряясь густыми клубами пара.

Остров охватил всеобщий пламенный хаос.

Глава 58

Грэм и Увэ болтали без умолку, пока они пробирались через Сухой лес обратно в деревню.

– Ты это видел? Просто на ровном месте Дора вспыхнула, как факел!

– Дубина! – брякнул Грэм, подпрыгнув в воздухе. – Если бы как факел, она давно сгорела бы. Как фонарик! Магия вышла наружу. Это чудо из чудес! Мицар обзавидуется!

Торнадо тяжело вздохнул и положил морду на лапы.

– Заткните их кто-нибудь.

Дора шевельнулась. Она не слушала Таракона, витала в своих мыслях, вспоминала ощущения. Слово «фонарик», брошенное Грэмом, скользнуло где-то по краю сознания и растаяло. Внутри всё гудело. Она помнила тот миг до мельчайших подробностей. Как лёгкий упрёк Руоса вызвал поток внутреннего тепла. Это было похоже на то, как будто бы в её жилах вместо привычной человеческой крови потекло жидкое солнце. Кожу обожгло приятным, покалывающим электричеством, а метка на запястье запульсировала так мощно, что Дора перестала чувствовать собственную ладонь. При этом из Скал шёл странный, необъяснимый поток воздуха. Она буквально видела, как вокруг неё пошли золотисто-бирюзовые волны. Но самым пугающим было чувство первобытной силы.

Она не причинила своим друзьям никакого вреда. Чтобы выплеснуть ярость, она направила силу на скалы и практически разбила их на осколки. Потом свет скрылся внутри неё, застыл и оставил лёгкое чувство тревоги. Дора до сих пор чувствовала опустошение и странный гул в ушах.

Руос тоже молчал, изредка поглядывая на неё с немым любопытством. Но в конце концов нарушил затянувшуюся паузу.

– Как ты себя чувствуешь?

– А как она должна себя чувствовать? – ворчливо бросил Грэм, зависнув на уровне его лица. – Обычный человек стал супер магом!

Руос отмахнулся от дракончика, словно от мухи. Грэм насупился, затем полетел к Фелтис утешаться.

– Дора? – повторил Руос.

– Я не знаю. Думаю…

– О чём?

– О том, как же я смогу управлять магией, если понятия не имею, как её вызывать… и когда. Как залатать шрамы в защите, если я буду находиться в спокойном состоянии? Я до сих пор ни на что не способна. Всё равно, что дать мне меч и сказать: «Дерись, как воин, Дора».

– Ты дважды интуитивно пользовалась магией, – влезла в разговор Фелтис, ласково поглаживая свою рысь, пока та плавно двигалась вперёд. – Ты спасла Руоса. Вспомни, ты хорошо знала, что делать и куда бить. Ты уничтожила деревяшку, даже не осознав это. А мою рысь как ты спасла? Откуда ты знала, что «Дермис» вперемешку с твоей магией станет исцелением для неё?

– Я не знала. Я даже не знала, для чего ношу эту мазь с собой.

– Видишь? Это Искра, что живёт в тебе. Она знает. Не ты.

– Но чтобы активировать эту магию, меня надо разозлить.

– Не просто разозлить, Дора, – тихо и мягко возразила Фелтис. – Посмотри сама, как всё происходило. В первый раз тебя довело до бешенства то, что Корневерт собирался убить дорогого тебе человека…

В этот момент Руос усиленно старался скрыть довольную улыбку. Торнадо ему подмигнул, и тот сразу стал серьёзным.

– Твоя магия вспыхнула, чтобы защитить Руоса, – продолжала Фелтис. – А в случае с моей рысью? Тебя разозлила сама несправедливость и моя беспомощность, когда животное умирало, а я ничего не могла сделать. – Она ненадолго умолкла, подбирая точные слова, затем заглянула Доре прямо в глаза, когда та повернула голову. – Твоя ярость – не злая. Она праведная. Ты зажигаешься от гнева, когда видишь чужую боль или несправедливость, и в этот миг в тебе просыпается сокрушительное желание всё исправить и всех спасти. Именно эта сила и нужна, чтобы запечатать швы и поставить новую защиту острова: твоя злость на возникшие обстоятельства и горячее стремление защитить наш мир. Понимаешь?

Дора лишь грустно вздохнула, опуская взгляд на свои ладони, где под кожей всё ещё угасало недавнее тепло.

– Но сейчас нет никаких обстоятельств, – тихим голосом отозвалась она. – Всё застыло. Даже Локи притих.

– Кто знает, может, это хороший знак, – подметил Ггерой.

Ночь отступала медленно и неохотно. Впереди, за верхушками деревьев, небосвод подёрнулся бледным розовато-золотым глянцем – над островом Монд Лан затеплился долгожданный рассвет.

После безумного ночного похода усталость навалилась свинцовой тяжестью. Ггерой тихо прикрывал глаза на ходу. Фелтис боролась с зевотой, а дракончики Грэм и Увэ совсем притихли, свернувшись клубочками в капюшоне Фелтис. Торнадо похрапывал за спиной Доры.

– Всё, привал, – твёрдо скомандовал Руос, останавливаясь у края, покрытой мягким мхом зелёной рощицы. – Хотя бы на некоторое время. В таком состоянии мы не можем идти к королю.

Спорить никто не стал. Руос подошёл к муррикану и протянул руки, чтобы помочь Доре спуститься. От сильного утомления её ноги совсем отнялись и, соскальзывая со спины зверя, она оступилась и чуть не рухнула на траву. Даже Торнадо встрепенулся, цепляясь когтями в нежную кожу муррикана. Животное дёрнулось от боли, и Дора полетела прямо в руки Руоса. Он подхватил её, крепко удерживая за талию и прижимая к себе.

Дора замерла. Их лица снова оказались в опасной близости. В её груди мгновенно вспыхнул и прошёл сладкой волной электрический ток. Ни Дора, ни Руос ещё не знали, что Ракель, колдуя, вернула девушке забытые чувства. Сердце Доры пошло вскачь. Взгляд застыл на его губах, её собственные губы чуть приоткрылись, а от тёплого прикосновения его сильных рук по коже пробежали мурашки. Она вспомнила всё: и былую нежность к нему, и то, как сильно её тянет к этому мужчине, несмотря ни на какие обиды.

Дора хотела признаться, но оставила это откровение при себе, потому что не успела произнести ни слова.

Воздух вокруг них резко изменился. Животные разволновались. Дракончики взметнулись ввысь, проверяя свои ощущения.

– Чувствуете? – принюхиваясь к воздуху, спросила Фелтис.

Ответов не требовалось. Все чувствовали.

В свежесть утреннего леса неожиданно ворвался тяжёлый, едкий и удушливый запах гари.

Глава 59

Дора вышла вперёд, тревожно всматриваясь вдаль. Волосы раздувал горячий ветер. За её спиной плечом к плечу стояли Руос, Фелтис и Ггерой.

Перед ними, насколько хватало глаз, простирался бескрайний океан изумрудных крон. Лес казался обманчиво спокойным, погружённым в утреннюю прохладу. Деревья смыкали свои густые ветви, скрывая под собой любые шорохи. С земли горизонт выглядел чистым, но нос ведь не обманешь. Запах усиливался, вызывая у Доры и Руоса кашель.

Дракончики вдруг дружно закружились, прорезая воздух писклявыми криками:

– Это дым! Дым! Но… он какой-то неправильный!

– Он светится! Смотрите, оно горит белым! – выкрикнул сверху Увэ, зависая в потоках воздуха.

Только с высоты их полёта открывалась жуткая картина: прямо над центром леса, пробиваясь сквозь плотный зелёный ковёр, поднималась фосфоресцирующая стена ослепительного марева. Снизу, с земли, этот свет казался лишь странным отблеском рассвета, но дым затягивал небо всё быстрее. Над островом Монд Лан стремительно темнело, воздух тяжелел от едкого смога, а в прохладном утреннем ветерке закружился пепел.

– Святая Фрейя… это же огонь Дракона! – прошептал Торнадо, медленно пятясь назад и вздыбив шерсть.

Фелтис и Руос посмотрели друг на друга.

– У него не получилось, – произнёс Руос.

– Увы… – печально ответила эльфийка.

На мгновение все застыли в полном оцепенении. В ушах гудела звенящая, давящая тишина, за которой уже угадывался далёкий, нарастающий гул разбушевавшейся стихии. Никто не мог понять, как это возможно – ведь Король должен был беречь свой огонь.

– Что происходит? Почему Король выпустил свой огонь? – спросила Дора, проверяя молчавшую метку на запястье.

– Кто-то помешал ему! – сделал вывод Ггерой.

– Кто-то? Да это Локи! – брякнул Грэм с воздуха.

– Нам нужно спасать жителей! – закричала Дора, оборачиваясь к своим друзьям. Её глаза встретились с глазами Руоса. В них читался испуг. В зрачках заплясали отблески далекого пламени. – Целая деревня эльфов, таркусов под землёй, звери в лесу… они же сгорят заживо! Куда их вести?

– Ты думаешь, у нас припасено на этот случай местечко? О нет! – иронично бросил Ггерой. – Боги именно это и вложили в Короля. Если он выпустит огонь, то острову конец. А если горит магия Дракона, она обуглит даже воду.

– Только магия способна остановить магию, – сказал Торнадо. – Но не магия Мицара. Уж она бессильна.

– Вы хотите сказать, это должна быть моя пробудившаяся магия? Но… я не знаю как…

– Боюсь, – Руос подошёл к девушке ближе и взял за руки, – тебе придётся идти в самую гущу событий, чтобы вызвать ярость.

Она обернулась и посмотрела на лес.

Полная решимости Дора запрыгнула на своего муррикана.

– Ну что, друг, либо мы погибнем, либо спасём остров.

– Фелтис, Ггерой! – обратился к ним Руос, перекрывая нарастающий гул в небе своим командным голосом. – Бегите в деревню. Немедленно!

– Но что мы можем сделать? – Фелтис с ужасом вглядывалась в светящееся марево, окутывающее кроны деревьев. – Нам некуда бежать! Куда мы их отведём? Спастись от этого огня невозможно!

– На земле спасения нет, но оно есть в воздухе.

– Точно! – закричал Увэ. – Каллуя!

Ггерой резко вскинул голову.

– Плавающие острова? Ты с ума сошёл, Руос? Огонь Дракона пожрёт и их!

– Каллуя – самый высокий островок, парящий над землёй, – отрывисто пояснил Руос, оглядываясь на отдаляющуюся фигурку Доры и её муррикана. – Стихии потребуется время, чтобы добраться до него. Вполне вероятно, что огонь не достанет до него. Жители будут в безопасности, пока Дора не погасит огонь. Ваша цель – поднять эльфов и всех, кого сможете, на Каллую. Половина из них умеет летать, пусть помогут остальным.

– А ты? – с беспокойством спросила Фелтис.

– А я… Я иду с Дорой.

И Руос, запрыгнув на лошадь, помчался за Дорой.

Они мчались через лес к замку. Дыхание перехватывало от нарастающего жара. Дора резко повернула муррикана, перекрывая Руосу путь и резко закричала:

– Нет! Ты не маг! Ты не можешь идти со мной. Пожалуйста, спасайся. Я… я Хранительница. Я должна попытаться… Но ты… – она всхлипнула. – Ты не можешь здесь погибнуть. Уходи с Фелтис, Ггероем, Таракона!

Руос крепко сжимал поводья и не собирался отступать.

– Пожалуйста, Дора, мы теряем драгоценное время!

Его конь тяжело дышал, всхрапывая от ужаса.

– Да! Поэтому уходи и дай мне уйти. Позволь сделать то, что я должна!

– Нет.

– Нет? Но...

– Я слишком люблю тебя, Дора, чтобы бросить одну бороться с этим пламенем, – просто и веско ответил Руос, и в его голосе было столько нежности и стальной решимости, что у Доры перехватило дыхание. – Куда бы мы ни шли, идём вместе. Я твой щит, помнишь? Я выиграю для тебя время. Ну же, Дора!

Ей ничего не оставалось, как продолжить путь. Слёзы бежали по щекам, но она ничего не могла изменить. Это его выбор.

Выбор…

Она бросила взгляд на сумку. Камень Люминора по-прежнему светился. Когда же она сделает свой выбор?

Внезапно земля начала содрогаться.

– Что происходит? – закричала она, притормаживая муррикана.

Глухой, утробный рокот, доносившийся из самой глубины острова, заставил Дору вскрикнуть. Прямо перед ними, в замшелой земле, начали появляться глубокие трещины, из которых вырывались струйки горячего пара.

Конь Руоса вскинулся на дыбы, заржав от невыносимого ужаса. В панике сбросил Руоса, едва не задев его копытом, и, не разбирая дороги, скрылся среди деревьев, уносясь прочь от смертельной опасности.

Руос тяжело рухнул на землю, больно ударившись о корень дерева и глухо вскрикнув.

– Руос! – закричала Дора, заставляя своего муррикана остановиться. Не раздумывая, она спрыгнула с его спины и бросилась к упавшему мужчине.

Жар приближался с каждым мгновением. Лоб Доры покрылся испариной. В воздухе закружился пепел, смешанный с искрами неостывшего волшебства.

– Я в порядке, Дора! Беги в замок! Скорее! Не теряй время!

Руос попытался подняться, но сильный удар о корень давал о себе знать. Дора не слушала его. Она бежал к нему, спотыкаясь и плача. Она хотела помочь ему, но в этот момент произошло то, чего они меньше всего ожидали.

Земля под ними, не выдержав колоссального напряжения, начала расходиться. Огромная, зловещая трещина, словно хищная пасть, начала стремительно расширяться, разделяя поляну на две части. Дора остановилась, и затем начала отбегать назад. А Руос уцепился за корни, пытаясь подняться, но земля начала отползать вниз. Миг – и Руос, не удержавшись на сползающем склоне, сорвался вниз.

Дора замерла, вспоминая, как сама летела вниз, рассматривая небо – предсказание Локи. В глазах девушки застыл немой ужас. Она видела Руоса, повисшего над бездной, из которой вырывался раскалённый пар, и понимала, что стихия, которую они пытались остановить, разделила их.

Возможно, навсегда…

Глава 60

Это был рык – дикий, вибрирующий, исполненный такой силы и боли, что он заглушил любой существующий на планете шум.

Это был момент, когда для Доры всё исчезло. Остался только Руос. Руос, летящий в ревущую, парящую бездну. Его глаза, встретившись с её взглядом в этот последний миг, были полны не страха, а бесконечной, отчаянной любви и тоски.

В голове Доры вспыхнуло лицо Локи. Его кривая ухмылка на рынке, его тёмные намёки, его предупреждение. Он не просто так показал ей тот сон… Это было его творением, его хитроумным планом, разыгранным как по нотам. Локи с самого начала знал, к чему ведёт. Он отвлекал Дору, запутывал её друзей. Он подсказал им, чтобы Дракон залатал дыры на время. Он задумал уничтожить остров, чтобы стать свободным.

И тогда чистая, неконтролируемая ярость, подобно сокрушительной лавине, затопила всё её существо. Это была ярость Хранительницы, у которой посмели отнять самое дорогое.

Ярость, не знающая границ, не подчинялась законам.

Из горла вырвался крик. Нечеловеческий крик.

Ни один тигр или лев в её родном мире не смог бы издать звук подобной мощи. Это был голос самой магии, пробудившийся в ней отчаянным призывом.

Метка на её запястье вспыхнула ослепительно бело-голубым пламенем. Свет был настолько ярким, что озарил всё вокруг.

Кожу на руке Доры обожгло нестерпимым жаром, который мгновенно сменился леденящим холодом. Этот холод, зародившийся в метке, начал стремительно распространяться вокруг неё. Воздух, ещё мгновение назад раскалённый до предела, моментально стал ледяным. Искры в дыму погасли, пепел застыл в воздухе, а раскалённый пар, вырывавшийся из трещины, превратился в ледяные кристаллы. Дора чувствовала, как её собственное дыхание превращается в пар, но холод не причинял боли – он был её силой.

Повинуясь дикому желанию спасти, Дора метнула этот холод в пропасть. Она не думала о заклинаниях или формулах – магия текла, откликаясь на её волю. Холодный воздух, столкнувшись с раскалённым паром бездны, моментально превратился в плотное облако ослепительно-белого тумана.

Это облако подхватило Руоса за долю секунды до того, как он навсегда бы исчез с лица земли, окутало его и, повинуясь воле Хранительницы, начало его поднимать наверх.

Дора смотрела вниз. Внутри кипел гнев, но он был уже не хаотичным, а сфокусированным.

– Ну, Локи! – прошептала она, и её голос прозвучал так же холодно, как воздух вокруг. Изо рта при каждом слове вырывался густой пар. – Я покажу тебе, кто такая Дора. Да, я человеческое существо. Я слаба по сравнению с богами. Но моё трогать нельзя. Ты Бог, Локи. Ты Трикстер, ты хитёр и коварен. Ты плетёшь интриги веками. Но я… я Хранительница этого острова. И я хитрее. Я не подчиняюсь тебе, а творю свою судьбу.

Облако бережно опустило Руоса на землю – туда, где стояла Дора.

Он тяжело рухнул на траву, кашляя и пытаясь отдышаться. Его лицо было бледным, в глазах читалось изумление.

– Дора! – воскликнул он, глядя на неё и её святящуюся метку. Его голос дрожал от волнения. – У тебя… у тебя получилось! Это…

– Надо торопиться, – отрывисто бросила она, не давая ему договорить. Потому что чувствовала, как ледяная волна силы начинает медленно спадать. Огонь, на мгновение отступивший, начала приближаться снова. – У нас мало времени. Надо отправляться.

– Да. Скорее, едем к замку! – поддержал её Руос и осмотрелся. – Но моя лошадь сбежала.

– Есть муррикан.

Она подозвала животное. Дора легко запрыгнула на него и погладила по загривку. Руос, поднявшись с земли, тоже хотел запрыгнуть на муррикана позади Доры, но животное вдруг вскинулось на дыбы.

– Он не подпустит меня к себе. Мурриканы любят только свою хозяйку.

– Но Торнадо ехал на нём.

– Торнадо – кот. Это другое.

– Попробуй ещё раз.

Они пытались справиться с этим препятствием. Дора уговаривала муррикана, ласково гладила по шее, но стоило мужчине сделать хоть малейшую попытку приблизиться к нему, как муррикан снова вскидывался на дыбы. Словно животное видело в Руосе соперника, который пытается отобрать у него внимание хозяйки.

На лице Руоса отразилось отчаяние. Огонь поглощал лес. Каждая минута промедления могла стоить многим жизни. Он посмотрел на Дору, на её муррикана, на огонь.

– Езжай, Дора. Оставь меня. Я… я не имею права задерживать тебя, – его голос был полон боли, но также и решимости.

Руос хотел отпустить её, но в этот момент произошло неожиданное.

Прямо перед ними, из лесной чащи, выбежал огромный, мощный пёс с густой, коричневой шерстью. Это был Флинт – ищейка, который однажды помогал искать Дору.

Флинт подбежал к Руосу.

– Прыгай, человек! – раздался зычный голос.

Не раздумывая, Руос запрыгнул на собаку, и они помчались в сторону замка. Дора расчищала путь своим холодом.

В замке царил хаос, но одновременно – тишина. Залы были пусты. Они бежали быстро. Благодаря тому, что замок Дракона находился на плавающем острове, огонь пока его не задел. Они боялись, что мост сгорел, но огонь и до моста не добрался. Когда они въехали на мост, Дора поставила ледяной забор, и теперь огонь не посмеет сюда просочиться.

Мицар вышел к ним навстречу. Его лицо было искажено удивлением и непониманием.

– Вы… вы живы? – его голос дрожал. – Но как такое возможно? От этого огня не спастись! Вы смогли открыть Врата? Дора, ты пробудила силу?

Старый маг задавал очень много вопросов. Он сразу почувствовал, как только Дора переступила порог залы, что температура упала. Иней начал стремительно покрывать колонны и полки.

Он обратил внимание на светящуюся ледяным светом метку.

– Ты получила не просто магию, да?

– Она может бороться с огнём короля, Мицар, – поспешил сказать Руос.

– Дора, ты должна заглянуть в книгу. Спроси: «Кто я?»

Дора так и сделала.

Книга рассказала, что она стала Хранительницей Холодной Искры. Если Древний огонь Короля нёс в себе ярость и испепеление, то магия Доры, пробужденная отчаянным желанием, несла в себе ледяной покой и заморозку.

– Где Король? – спросила Дора, захлопывая книгу.

– У скал. Если… он ещё жив…

– Что значит «ещё жив»?

– Он мог погибнуть, Дора. Ведь, выпустив огонь, он становится слабым и уязвимым.

Ярость снова набирала силу, и Дора рванула к дверям.

– Ты куда? – строго спросил Руос.

Понимая, что её не пустят одну, она солгала, что должна кое-что проверить в библиотеке, и, воспользовавшись моментом, проскользнула к выходу.

Муррикан, чувствуя решимость Хранительницы, летел быстрее ветра.

Она искала Дракона. Долго и отчаянно.

Наконец, она нашла его среди хаоса раскалённых камней и застывших в ледяных кристаллах луж. Король-Дракон лежал на чёрных обугленных камнях. Он был неподвижен. Его тело казалось сдувшимся, опустошённым. Казалось, что Великий правитель острова Монд Лан сгорел изнутри, выпустив весь свой огонь наружу.

Дора замедлилась. Её метка пульсировала тихо и печально, пока она приближалась к Королю. Она осторожно протянула руку и коснулась холодной, покрытой пеплом чешуи на морде Дракона. Её пальцы задрожали.

Над островом, окутанным пламенным хаосом, произошло невероятное явление.

Вместо раскалённого пепла и искр, появились первые снежинки.

Крупные, пушистые и ослепительно белые.

Глава 61

Снег падал с неба, укрывая белым покрывалом всё вокруг. Мир вокруг погружался в холод и тишину.

Дора смотрела вверх как заворожённая. И это она? Она сотворила это явление? Или ей помогали Боги?

Она смотрела на Дракона и думала, как ему помочь, когда воздух слегка дрогнул. Дора почувствовала чьё-то присутствие и подумала, что Руос нашёл её.

Но нет.

За спиной раздался тихий, до боли знакомый смех.

Дора резко обернулась.

Среди застывших ледяных кристаллов луж стоял мужчина с длинными белыми волосами. Дора знала его имя – Эллиар. Также она знала, кто скрывается под этим обликом. Серебристые глаза и лицо, исполненное той божественной красоты, что у Доры перехватило дыхание. Он был великолепен и ужасен одновременно.

Это был Локи. Бог Обмана. Хранитель тайн и повелитель иллюзий.

– Мы снова встретились, красавица!

– Локи.

– Мне нравится, как ты называешь моё настоящее имя. Звучит сладко. – Он медленно развёл руками. – Щит рассыпается. Ничто больше не удерживает остров. И ты всё ещё думаешь, что можешь остановить меня? Как? Своим снегом? – Он посмотрел на неподвижного Дракона и наигранно печально вздохнул. – У него больше нет сил противостоять мне. И у тебя, Дора… у тебя тоже нет сил.

– Я так не думаю.

Улыбка Локи стара шире.

– Смелость – очаровательная человеческая привычка. Люблю людей.

– Не будь самоуверенным. Ты всего лишь один из богов. Не всё тебе подвластно.

Дора уже не сомневалась в своих доводах. Это всё Локи. Он всячески оттягивал момент, когда Дора узнает о Вратах. Он уводил её, прятал, заставил заморозить эльфов, чтобы потом голова была забита этой проблемой. Локи прекрасно знал, что Древний Огонь уничтожит остров, а вместе с ним и защиту. И тогда он станет свободным. Он ждал, когда трещин станет больше, чтобы посоветовать её друзьям направить Короля залатать трещины. И Локи вызвал гнев у Короля. Каким образом? Всё просто – он перевоплотился. В кого? Неужели в неё – в Дору?

Метка на запястье Доры сияла таким ярким, ледяным светом, что озаряла часть разрушенных скал. Ледяной поток силы внутри неё не угас.

Локи тихо рассмеялся.

– Ты такая миленькая. Хочешь убедиться?

Он исчез.

Дора резко обернулась.

– Не старайся, – голос прозвучал справа.

Она по инерции вскинула руку, выпуская вспышку магии. Но в той стороне никого не оказалось.

– Непосильная задача, не правда ли?

Теперь он стоял за её спиной. Дора успела заметить серебристую прядь волос боковым зрением. Она снова развернулась. Ещё дин силуэт мелькнул впереди. Потом слева. При этом Локи хохотал. Он появился ещё в нескольких местах, волосы вспыхивали, сливаясь со снежным покровом, а насмешливый голос разносился повсюду:

– Где же твоя сила, Хранительница?

Дора кружилась вокруг себя всё быстрее.

– Я всесилен! Тебе меня не победить! – продолжал Локи, появляясь то тут, то там.

Голова у Доры кружилась. И вдруг… Мир поплыл. Земля ушла из-под ног. Потеряв равновесие, она упала. Полёт был недолгим, а страх и злость подстелили снежную подушку. Белые хлопья вспыхнули голубым светом и взметнулись вверх, окутывая девушку, словно тёплым шарфом.

Дора глубоко вздохнула. Магия сама защитила её.

Вдалеке слышался голос Локи: «Тебе никогда меня не победить! Ха-ха-ха!»

Она подняла голову и увидела, как последняя сияющая нить магического купола лопнула. Небо теперь стало тёмно-синим и опасным. Взгляд поймал Локи. Он замер, медленно поднял лицо вверх.

– Наконец-то…

Смех его напоминал того безумца, кто веками ждал свободы. В последний раз взглянул на Дору и сказал:

– Прощай, Монд Лан…

Его тело начинало растворяться. Ещё секунда… и он уйдёт в мир людей.

– Нет! – звериный рык повторился. Дора не контролировала этот гнев и действовала по велению Искры.

Подняв обе руки, Дора замерла. Её лицо побелело, она чувствовала, как её собственное дыхание превращается в пар. Локи чувствовал свободу, но она не позволит ему уйти.

– Я – Хранительница Книги Заклинаний. Я – Маг и Хранительница Холодной Искры. Мой долг – защитить этот остров любой ценой!

Её Искра, вырвавшая Руоса из бездны, не угасла, а наоборот – разгорелась с новой силой. Повинуясь дикому желанию исполнить свой долг, Дора метнула холод к небу.

Холодный воздух, столкнувшись с раскалённым паром, образовал новый щит.

Новый купол.

Он сомкнулся, осветляя небо.

Локи ударился о невидимую преграду.

– Нет! Нет! Нет! – кричал он неистово.

А в следующую минуту он «лопнул», обернувшись облаком света. Тысячи серебристых искр разлетелись по воздуху и исчезли.

Дора тяжело опустилась на колени, утопая в снегу.

В голове непривычно стихло. Голоса покинули её – духи Гермеса исчезли. Им больше незачем охранять её.

Холодный ветер ласкал лицо девушки, когда она подняла голову. На вершине скалы стоял полупрозрачный Бог Браги. На его лице появилась едва заметная улыбка. Он кивнул, будто говорил без слов:

«Ты справилась сама. Ты победила».

Фигура растворилась в солнечном свете.

Снег медленно таял…

Глава 62

Снег исчез так же быстро, как появился. Белые хлопья растворились в траве прозрачными каплями, стирая последние следы зла.

Дора медленно отвела взгляд от неба. Оно снова стало нежно-голубым. Ни единой святящейся трещины больше не пересекало его, а с океана тянуло свежим солёным ветерком. Воздух стал теплее, успокоившись, как успокоилось сердце Доры.

Опомнившись, она поспешила к Королю-Дракону.

Он лежал неподвижно среди расколотых камней. Его дыхание стало ровным. Серо-фиолетовая чешуя тускло переливалась на солнце, а длинные усы едва заметно дрожали при каждом вздохе.

– Ваше Величество… – тихо позвала Дора, опускаясь рядом на колени. – Как вы себя чувствуете?

Дракон не сразу ответил.

Сначала тяжело вздохнул. Глаза были по-прежнему закрыты, а слова выходили, словно из глубины прожитых столетий.

– Всё… погибло… – застонал он. – Я уничтожил… Я поверил ему… Это была не ты, Дора, а я, старый дурень, поверил… – в его голосе было столько боли, что Доре показалось, будто он плачет.

Она осторожно коснулась тёплой чешуи.

– Тихо. Всё уже позади. Щит вернулся. Остров снова скрыт от мира. Локи не смог вырваться. Он спрятался. Уверена, он нас долго теперь не побеспокоит.

Дракон медленно открыл глаза. В их глубоких, почти синих зрачках отражалось спокойное небо. Он долго смотрел вверх. Ветер прошёлся по траве мягкой волной. Где-то далеко снова запели птицы. Шум водопадов усилился, вновь зазвучав музыкой Монд Лана.

– Но это невозможно! Мой огонь должен был уничтожить всё живое… весь остров…

– Да. Но я потушила его своим холодом.

Он всмотрелся в лицо девушки.

– Так ты та самая Холодная Искра, о которой ходили легенды?

– Наверное, да, – она нежно улыбнулась. – Что мне сделать для вас? Чем помочь?

Улыбка Дракона была почти незаметной, но от неё лицо стало выглядеть добрее.

– О, Дора, ты уже сделала всё, что было нужно. Ты спасла остров.

Дора чувствовала гордость и какой-то непривычный прилив энергии, но всеми силами старалась удержать детскую радость в себе. Дракон молчал, вспоминая что-то.

– Значит… Книга Заклинаний была права. – Огромная лапа медленно поднялась. Острые когти осторожно сложились внутрь, чтобы не поранить девушку. Подушечкой пальца он бережно провёл по её щеке, поправил выбившуюся прядь волос и на мгновение задержал лапу у её головы. Удивительно отцовский жест. – Столько веков мы искали самого сильного мага. А Книга всё это время искала самого сильного человека.

Дора почувствовала, как к горлу подступил ком. Она хотела что-то ответить Королю, но слова растворились в неожиданном шуме.

– Дора!

В воздухе над ними появились дракончики Таракона.

– Она живая! И Король жив! Ура-а-а! – кричал Увэ.

Грэм подлетел к Доре ближе. Девушка широко улыбалась – она была рада их видеть.

– Ты видела снег? Я его видел в первый раз в жизни!

Дора звонко засмеялась.

– Если будешь злить меня, засыплю тебя снегом с головой.

– Я скучал, – заурчал дракончик.

Оба Таракона начали ластиться и льнуть к Доре, заставляя её хохотать. Но улыбка исчезла, когда показались остальные. Руос бежал впереди всех, не замечая ни камней, ни поваленных стволов. За ним двигались Маг Мицар, Фелтис и Ггерой. Они вернулись! Торнадо важно восседал верхом на Флинте, а бедный пёс с каждым прыжком недовольно рычал. Ему явно не понравилась идея везти толстого и вредного кота на себе. Но разве Торнадо оставляет кому-то выбор?

– Ты самый скверный кот, каких я только встречал, – ворчал Флинт. – Да простят мне собачьи боги этот стыд!

Руос оказался рядом с Дорой. Он протянул руки, боясь, что она может оказаться миражом. Как же он испугался, когда не обнаружил её в замке. Хорошо, слуга видела, как Дора покинула замок, и это дало им шанс отправиться на поиски, куда следует, а не без толку бродить по замку.

Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга.

Он видел её растрёпанные волосы и ссадины на руках.

Она видела его глаза, полные страха, который через мгновение уступил место облегчению.

– Дора, – выдохнул он, а в следующий миг крепко обнял её.

Чувствуя, что находится в родных руках, Дора уткнулась лицом ему в плечо. И поняла то, о чём не смела и подумать: она полюбила Руоса всем сердцем.

– Я думал, что потерял тебя, – прошептал Руос, поглаживая её по тёмным волосам.

– Прости меня.

– За что, любимая?

– За то, что заставила тебя переживать.

Руос тихо усмехнулся.

– Если выбирать между переживаниями и жизнью без тебя… – он покачал головой.

Дора почувствовала, как защипало глаза.

– Наверное, это и есть любовь? – тихо произнесла она. – Когда не представляешь жизни без своего человека. Когда думаешь: если он не выживет, я последую за ним. Именно такими были мои мысли, когда ты падал…

– Да, – ответил Руос, не колеблясь.

После этого он нежно поцеловал свою любимую. Робкий, несмелый поцелуй, в котором была вся дорога, которую они прошли вместе. Он был похож на первый солнечный луч после тёмной, непроглядной ночи.

Когда они наконец оторвались друг от друга, вокруг стало неожиданно шумно. Рядом закружили дракончики. Увэ сел на плечо Доры, а Грэм – на плечо Руоса.

– Ура! Случилась любовь!

– Я же говорил, что они созданы друг для друга, – со знанием дела заявил Грэм.

Фелтис рассмеялась и захлопала в ладоши. Ггерой обнял её за плечи, а когда она посмотрела на него, он поиграл бровями. Фелтис сначала отвернулась, гордо вздёрнув носик, но быстро передумала и подставила свои губки Ггерою. Ещё один поцелуй был встречен хлопками.

– Ради такого можно и кота довезти на своей спине, – устало вздохнул Флинт.

– Вот видишь! Мяу… Ты начинаешь привыкать к величию.

После такого заявления кот был сброшен на камни.

Мицар стоял около Дракона и смущённо улыбался.

– Кто бы мог подумать…

– Боги всё знали заранее, – заметил Король.

Дора присела, чтобы достать Книгу Заклинаний из сумки. Ветер перебирал её волосы. И вдруг она заметила, что камень Люминора, когда-то сиявший бирюзовым светом, погас. Она осторожно взяла его в руки.

– Он больше не светится…

– Потому что твоя душа сделала выбор, – сказал Мицар. – Больше он тебе не нужен. Выбрось и отпусти.

Крепче сжав камень а ладони, Дора закрыла глаза и представила, как после всего прощается с островом и со всеми, кого успела искренне полюбить. Нет. Она больше не вернётся в свою старую жизнь. Её дом здесь, на острове.

Её выбор – это дом и любовь на Монд Лан.

Отныне она принадлежит этому миру.

Подняв руку, она размахнулась и бросила камень в океан.

Ветер снова пробежал по траве и деревьям.

Над Монд Лан простиралось чистое голубое небо.

Глава 63

Замок пробудился раньше солнца.

По каменным галереям сновали слуги с охапками цветов, дрэмы устанавливали ограждения, феечки развешивали серебристые ленты, а у входа в тронный зал уже выстраивались местные музыканты. Даже суровые стражники улыбались, ведь впервые за долгие века остров готовился к празднику.

Сегодня у Монд Лан появится официальная Хранительница.

Дора больше не была простой девушкой, случайно оказавшейся среди чужого мира. После пробуждения Холодной Искры её судьба навсегда переплелась с судьбой Короля-Дракона. Теперь она должна была жить рядом с королём, в холодном каменном замке, где веками принимались решения, определявшие жизнь всего острова. К счастью, её возлюбленный Руос последовал за ней без колебаний.

– Если честно, – сказал он накануне вечером, – мне абсолютно всё равно, где жить, лишь бы только ты была рядом. И не исчезла.

– Постараюсь предупреждать, если научусь исчезать, – пошутила Дора.

– Желательно. Хотя бы за минуту.

Они рассмеялись, потом поцеловались.

В этот день больше всех страдал Торнадо. Фелтис завязала ему на шее тёмно-синий бархатный бантик. Кот застыл с выражением глубочайшего оскорбления.

– Я похож на праздничную булочку.

– На очень важную, белую и пушистую будочку… тьфу ты! Булочку, – поправился Ггерой.

Кот пронзил эльфа ненавистным взглядом. Затем зашипел.

Грэм завис перед мордой Торнадо.

– Не переживай. Если станет совсем стыдно, можешь идти задом.

– Почему задом?

– Чтобы бантик был с другой стороны.

Увэ согнулся в воздухе от смеха. Торнадо демонстративно плюнул в сторону дракончиков, хмурясь.

– Однажды я составлю список всевозможных пыток и проверю их на вас обоих.

– Ты – милый котик, – влезла Фелтис, поглаживая его под подбородком, Торнадо инстинктивно замурлыкал. – Помни, что Советник Хранительницы должен выглядеть официально. Бантик не снимай. – Затем выпрямилась. – Идём, ребята?

– Да! А то все лучшие места займут, – крикнул Грэм, вылетая из дома.

Споры продолжались до самого замка. Разве Таракона могут лететь молча? Нет, ни за что. Бесплатное радио.

Фелтис сегодня выглядела особенно красивой. Белое платье без рукавов переливалось в солнечном свете, а длинные светлые волосы украшали живые цветы. Ггерой надел тёмную жилетку поверх непривычной сорочки, тщательно пригладил белые волосы и даже натёр рукоять своего любимого топора до блеска.

– Топор-то зачем? – скривилась Фелтис.

– Аксессуар, – только и ответил Ггерой.

Улыбки исчезли сразу после того, как они переступили порог замка.

Навстречу выбежал Руос.

– Доры нигде нет.

Все остановились.

– Что значит нет? – обеспокоенно и одновременно удивлённо спросила Фелтис.

– Она была в комнате. Готовилась. Я вышел буквально на несколько минут проверить, всё ли готово. Когда вернулся… Дверь открыта, а её нет.

– Следы? – Ггерой включился в дело.

– Никаких. Как испарилась.

Грэм задумался, постукивая по щеке лапками, зависнув в воздухе.

– Опять происки Локи?

Никто не ответил.

Этого имени оказалось достаточно, чтобы радость мгновенно превратилась в тревогу.

На площади плавающего острова уже собирались жители. Все ждали новую Хранительницу. Но с каждой минутой становилось ясно, что произошла задержка.

– Флинт!

Пёс-ищейка появился с таким видом, будто его подняли во время самого сладкого сна. Он намеревался отдохнуть от забот и постоянных поисков (недавно гном потерял какую-то щепку – и только подобная ерунда выматывала больше всего). Он бурчал и возмущался, но всё равно принюхался.

– Как много запахов! Учтите, если это опять кто-то пошёл полюбоваться цветочками…

– Это Дора.

– Тогда ладно.

В тот момент, когда Дора стояла перед зеркалом, рассматривая шикарный наряд, поверхность зеркала дрогнула. Из серебристой глубины шагнула Ракель. Всё такая же молодая и красивая. Чёрное платье почти растворилось в тени. Она протянула руку и, схватив Дору, потянула в свой портал.

Дора только и успела, что моргнуть, как они оказались на ведьминском островке. За окнами её домика шумел лес, в камине горел волшебный огонь. Пока он горел, ведьма могла перемещаться.

– Зачем ты меня сюда привела?

– За тобой остался должок.

– Не понимаю.

– Когда острову угрожала опасность, я решила вернуть тебе любовь к Руосу, потому что знала, что без любви ты не смогла бы источать ту силу, которая была тебе дарована.

– Подожди. Ты знала о силе?

– От меня трудно что-то скрыть. Но я не привыкла делиться всем, что вижу. Порой моё вмешательство пагубно. Но сегодня, когда всё позади, я хочу забрать своё обратно.

Дора медленно покачала головой, отступая.

– Но я не хочу отдавать свою любовь. Ракель, прошу.

– Нельзя пренебрегать моей добротой.

– Руос – моя жизнь. Я не представляю, как буду без него.

Ракель задумалась, но мольбы Доры не принимала.

– Договор нельзя нарушать. Мы договорились на обмен – любовь за жизнь эльфов. Это серьёзное соглашение. Если хочешь оставить любовь, тогда я заберу жизнь эльфа.

Дора заплакала.

– Нет, нет, нет! Я не убийца! Пожалуйста, не поступай так…

– Договор нельзя разорвать.

– Неужели нельзя найти что-то другое?

– Нельзя.

Ракель позволила Доре поплакать, затем спросила ещё раз:

– Ну? Мы теряем время. Ты должна появиться на посвящении. Жизнь эльфа или любовь к Руосу?

Дора замерла.

– А ты знаешь, кто такой Эллиар?

Ведьма удивлённо подняла бровь.

– Конечно. Эльфийский развратник. Тёмный эльф. Нарушил все возможные законы острова, за что его заточили.

Дора прищурилась. Локи пользовался его обликом. Но ведь это эльф – плохой эльф.

– Забирай Эллиара.

– Вместо любви?

– Да.

Впервые за весь разговор ведьма улыбнулась.

– Красивый обмен, – она тихо посмеялась. – Когда-то половина деревни сходила по нему с ума.

Ракель сочла тёмного эльфа хорошей игрушкой. Она приняла дар. Ни одна из них не знала главного – настоящий Эллиар давно исчез. Локи до сих пор носил его лицо.

Когда Ракель его нашла, Локи не знал, что его ждёт. Тело эльфа уязвимо. Ракель провела рукой по щеке Эллиара, и заклинание сработало мгновенно. Тёмные нити обвили душу Локи. Серебряные глаза вспыхнули настоящим ужасом. Тело ему больше не подчинялось, но и выйти из него у Локи не получалось.

– Идём домой, дорогой, – пропела ведьма, уводя эльфа за собой.

К сожалению, ведьма, вдохновлённая новой игрушкой, не провела Дору через портал. Пришлось вызывать муррикана.

Она вскочила ему на спину.

– Поспеши, дружок! Я не должна опоздать.

Существо сорвалось с места. Лес промелькнул зелёной рекой. Замок показался впереди.

Мероприятие собирались отменить, чтобы заняться настоящими поисками. Но не пришлось. Дора появилась вовремя. Спрыгнув с муррикана, она спросила:

– Я успела?

Руос сложил руки на груди и нахмурился.

– А как же обещание предупреждать за минуту до исчезновения?

– При условии, что я буду об этом знать.

– Ничего серьёзного?

– Нет. Ракель поздравила меня, навсегда вернув любовь к тебе.

Руос расплылся в улыбке, затем обнял её.

– Я так испугался.

Когда солнце поднялось чуть выше, Король-Дракон вышел на главный балкон. Рядом шёл Мицар. По другую сторону – Руос. А между ними появилась Дора. Она приблизилась к перилам. Ветер легко коснулся её волос.

Внизу простиралось всё, что теперь стало её домом: леса, реки, водопады, плавающие острова и скалы.

Сотни существ, когда-то бывших для неё незнакомцами, склонили головы.

Дора гордо смотрела на свой народ. Когда-то она мечтала вернуться домой. Но сегодня она осознала:

Дом – здесь.

Дом – Монд Лан.