Остаться просто человеком том 1

Пролог

От лица ГГ:

Рано или поздно смерть приходит ко всем. Настигла она и меня.

Не скажу, что умереть не страшно, но я повидал слишком много смертей на своём веку, чтобы не понимать, чем всё заканчивается. К тому же умер я во сне, так что, можно сказать, мне повезло.

Как я понял, что умер?

Ну, в данный момент я брожу по абсолютно чёрному пространству в виде белого сгустка чего-то, что, скорее всего, является моей душой.

Не знаю, сколько я здесь нахожусь — да и имеет ли это значение? Вполне возможно, что это всего лишь часть процесса очищения души от воспоминаний прошлой жизни. Не вижу смысла как-то этому препятствовать. Если это происходит, значит, с большой вероятностью, так и должно быть.

Странно, но со временем я ничего не забыл. Даже наоборот — стал вспоминать детали и моменты, которые давно стерлись из памяти. Возможно, виной тому было отсутствие какой-либо активности: кроме движения вперёд, мне просто нечем было заняться. Потому я невольно погружался в свои воспоминания, проживая их заново.

В какой-то момент я встретил существо, похожее на меня, но меньше. Как истинный джентльмен, я подошёл поздороваться.

К сожалению, говорить оно не могло, зато умело передавать эмоции. Страх, непонимание, одиночество и отчаяние — именно это наполняло его.

Разумеется, я не мог оставить его одного. Так мы и пошли дальше вместе. Я показывал и рассказывал ему моменты из своей жизни, а он внимательно слушал.

Не знаю, сколько мы так шли.

Со временем я стал замечать, что мы меняемся. Моё тело из бесформенного сгустка начало приобретать человеческие черты, а его — наоборот, звериные.

В какой-то момент он передал мне образ, в котором показывал меня. Не сгусток, а таким, каким я был раньше. Пожилой мужчина в пальто и шляпе — полностью белый, словно карандашный рисунок на листе бумаги.

Он же изменился окончательно, став полностью оранжевым котом.

Так мы и продолжили путь. Со временем кот, взявший себе имя Калидус — от латинского calidus, «тёплый», сокращённо Кали — начал говорить. Сначала это были отдельные звуки и буквы, которые постепенно складывались в слова.

Вскоре нам стали встречаться и другие существа, похожие на нас. Однако эти на попытки заговорить никак не реагировали — они просто стояли на месте. Приняв общее решение, мы взяли их с собой, аккуратно укладывая в карманы моего пальто.

Иногда нам попадались иные сгустки — те, что при попытке общения нападали на нас. Вреда они причинить не могли, но, к сожалению, нам приходилось оставлять их одних. При попытке положить таких в карман они начинали бросаться на других существ.

Спустя некоторое время собранные нами сгустки начали по одному подавать признаки жизни.

Так продолжалось бы и дальше, если бы мы не встретили нечто, отличное от всех остальных.

Оно было выше нас, чёрное, но отчётливо различимое на фоне пустоты. Две руки, две ноги. Тело скрывала чёрная мантия, полностью закрывающая кожу. На руках — перчатки, голову и лицо прятал глубокий капюшон.

Разумеется, мы подошли познакомиться. Было ли нам страшно? Нет.

Я давно принял смерть. Как и Калидус.

— Здравствуйте, — произнёс я. — Меня зовут Виктор, а это Калидус. Надеюсь, мы не отвлекли вас от чего-то важного.

Существо повернулось к нам, опустилось на колени и склонило голову, оказавшись на одном уровне с нами.

— Приветствую тебя, возвышенный. Моё имя — ⸢⋇⟁⧫⸥. Что тебе нужно?

— Очень приятно познакомиться, ⸢⋇⟁⧫⸥. К сожалению, я не совсем понимаю, что значит «возвышенный». Единственное, в чём я уверен, — я мёртв. По крайней мере, мне хочется на это надеяться. Не хотелось бы тревожить живых своим пребыванием в коме. Мы же подошли без особой цели — просто поздороваться и, если получится, познакомиться.

Существо задумалось.

— Хм… Судя по тому, что я вижу, твоя душа чиста, и на ней нет следов влияния ни одного из божеств. Позволь объяснить тебе ситуацию.

Ты находишься в пространстве между планами смерти, доменами богов, механизмами реинкарнации и иными структурами мироздания. Иногда у рек душ случаются сбои, и из них выпадают души, не утратившие воспоминаний.

Почти всегда это происходит искусственно — по воле богов, желающих получить чемпиона или игрушку. Иногда они вытягивают души сюда ради разговора. Но в редчайших случаях сбой происходит сам по себе.

В девяноста девяти целых девяноста девяти тысячных процента таких случаев душа просто отправляется на перерождение с сохранённой памятью. Однако ты попал в тот ничтожный остаток, который не просто сохранил воспоминания, но, даже не достигнув реки, выпал из неё.

В рамках необъятной омнивселенной такое иногда случается.

Судя по твоему спутнику и тем душам, что покоятся в твоём пальто, ты уже встречал других, оказавшихся в подобной ситуации. Обычно у таких душ есть три пути: раствориться в пустоте, привлечь внимание божества или… неосознанно возвыситься, вернув себе прежний облик.

Последнее происходит реже, чем в одной десятитысячной процента случаев. Даже боги не знают, как именно происходит естественное возвышение, не подстёгнутое их силой.

Но ты пошёл дальше.

Ты не просто возвысился — ты повёл за собой другие души.

Ты не позволил им раствориться, подводя их к возвышению.

Это доброе деяние, достойное награды. Проси — чего ты желаешь?

— Благодарю, но прежде мне нужно понять: какую роль вы играете во всём этом?

— Я — Сборщик. Я ищу выпавшие души и возвращаю их обратно в поток реинкарнации.

— Тогда единственное, о чём я прошу, — помогите тем душам, которых мы успели собрать.

Я осторожно достал из кармана платок, в который укутывал найденных существ. Не знаю, как это работало, но они всегда помещались в нём, независимо от размера. А затем платок без труда умещался в кармане.

Я повернулся к Калидусу.

— Даже не думай, Виктор. Ты от меня не избавишься.

— Даже так, — протянул Сборщик. — Что ж… благодарю.

Он извлёк из внутреннего кармана мантии огромный мешок. Открыв его, он показал нам море сгустков самых разных цветов.

Я осторожно переложил собранные нами души внутрь. Когда закончил, Сборщик убрал мешок.

— И всё же, теперь ты достоин награды вдвойне. Скажи — чего ты хочешь?

— Мне не нужна награда. Я счастлив, пока могу помогать существам, не заслуживающим быть стёртыми.

— Увы, — покачал он головой. — Без награды оставить я тебя не могу. Таковы правила, вписанные в само мироздание. Но раз уж ты желаешь помогать другим — так тому и быть.

Я отправлю тебя в мир, который станет твоим новым домом. А затем дам силу, что позволит тебе отправляться в иные миры, нуждающиеся в спасении, и возвращаться обратно.

— Прошу прощения, — сказал я, — но я не уверен, что справлюсь. Ни один, ни даже вместе с Калидусом. В конце концов, я всего лишь человек, а он — кот. Даже если вы наделите нас силой.

— Хм… Тогда предложи свой вариант.

— Есть ли у тебя способ, с помощью которого мы могли бы наделять силой других? Чтобы они могли сражаться с тем, что угрожает невинным — вместе с нами или даже без нас?

Сборщик задумался.

— Есть у меня одна такая вещь. Она даст силу вам обоим… и позволит даровать её другим. Согласен ли ты на такой исход?

— Я не против. А ты, мой пушистый друг?

— Не вижу ничего дурного, — ответил Калидус. — К тому же не оставаться же мне здесь одному.

— Значит, решено.

Мгновение — и я оказался в небольшом переулке, выходящем на оживлённую улицу. Судя по слуху, я находился где-то, где говорили на английском.

Одет я был в своё любимое бежевое пальто и шляпу того же цвета. Под пальто — футболка и джинсы. На ногах — сапоги военного образца.

В руке покоилась ручка тяжёлого чемодана на колёсиках. На руках, к слову, были добротные кожаные перчатки.

Рядом со мной, устроившись у ноги, сидел упитанный белый кот с чёрными пятнами. Через мгновение он уже взбирался по пальто. Стоило мне слегка помочь ему рукой, как он кое-как забрался мне на плечи, обмотавшись вокруг шеи.

— Ну что же, мой пушистый друг, — произнёс я, — нас ждёт новое приключение.

Ответом мне было протяжное «мяу».

— Жаль, что я больше тебя не понимаю, — вздохнул я. — Но, надеюсь, мы найдём решение.

Перестав гладить и чесать кота, я поставил рядом чемодан и принялся проверять карманы.

Из находок: достаточно пухлый кошелёк, телефон без пароля, паспорт и водительские права. Там же обнаружилась лицензия на ношение холодного оружия.

За пальто, плотно прилегая к телу, располагались ножны с изогнутым ножом. Кажется, подобное оружие называют кукри. На ощупь он был… странным. Стоило мне коснуться рукояти, как в голову тут же хлынула вся необходимая информация.

Кинжал назывался «Ветвь Сансары».

Принцип его действия был прост и одновременно пугающ. Держа его в руках, я мог видеть души существ — людей и не только. Если душа была достаточно яркой, это означало, что в одной из своих реинкарнаций её носитель был кем-то значимым, оставившим след в истории.

Такие существа могли стать целью кинжала.

Достаточно было нанести даже лёгкий порез, чтобы эффект вступил в действие.

Существо, попавшее под влияние «Ветви Сансары», получало силу, связанную с той реинкарнацией, которая оставила след в истории мира.

Прислушавшись к собственным ощущениям, я понял, что сам тоже подхожу под требования кинжала. Как и кот, устроившийся у меня на плечах.

Убрав ладонь с рукояти, я задумался.

Прежде чем делать столь серьёзный шаг, следовало найти временное место для жизни.

Заметив неподалёку кафе, я направился туда. Увы, с животными вход был запрещён, так что нам пришлось немного побродить по городу, прежде чем мы нашли заведение, куда можно было заходить с питомцами.

Зато за это время удалось выяснить, куда именно мы попали.

Это был город под названием Хэппи-Харбор. Говоря начистоту, я впервые слышал о таком месте.

Усевшись в кафе, я заказал себе обед и жареную рыбу для моего друга.

Пока нам готовили заказ, я с помощью телефона сначала выяснил текущий год, а затем — где находится город под названием Хэппи-Харбор.

На дворе был конец девяностых, при этом уровень технологического развития заметно опережал тот, что существовал в моём родном мире. Сам город находился в штате Род-Айленд, в регионе Новой Англии. Чтобы лучше сориентироваться, я открыл карту мира и принялся искать другие знакомые названия. Довольно быстро мне попались Готэм, Метрополис, Стар-Сити и им подобные.

На этом месте многое встало на свои места.

Пусть я никогда не был большим фанатом комиксов, но о Бэтмене и вселенной ДС в целом я, разумеется, слышал. Теперь стало понятно, где именно я оказался.

Запросы вроде «Лига Справедливости», «Дарксайд» и им подобные ничего не дали. Зато информацию про Бэтмена, Супермена и Флеша я нашёл. Значит, я попал во время, предшествующее их появлению. Как я уже говорил, комиксами я интересовался слабо и плохо представлял, что именно происходит в этой вселенной, но кое-что всё же отложилось в памяти. Например, формирование Лиги Справедливости было связано с неким вторжением на Землю — правда, кем именно оно было устроено, я уже не помнил.

Дальнейшие размышления прервал обед, принесённый официанткой.

Поев, я вновь взялся за телефон и начал искать подходящее место для ночлега. Найдя отель, куда разрешалось заселяться с животными, мы направились туда.

Разместившись в номере, я занялся содержимым чемодана. Ничего необычного там не оказалось: одежда, предметы гигиены и ноутбук с зарядными устройствами — как для него, так и для телефона.

Закончив с этим, я вытащил кинжал из ножен.

Выглядел он странно — словно на металлической основе проросло дерево.

(Изображение «Ветви Сансары» можно увидеть в доп. материалах)

Переглянувшись с Кали, я сделал небольшой надрез на пальце, после чего принялся ждать. Первые десять секунд ничего не происходило, а затем в мою голову начала поступать вся необходимая информация.

Как я понял чуть позже, из-за того, что в пустоте моя душа вознеслась, я полностью слился со своей прошлой значимой реинкарнацией, получив полный объём сил и способностей сразу — не так, как это будет происходить у других.

Существует три стадии слияния с прошлой реинкарнацией:

пробуждённый — от 10 до 50% возможностей,

вернувшийся — от 50 до 80%,

совершенный вернувшийся — от 80 до 100%.

Также существует титул великий вернувшийся — сто процентов и более от возможностей, полученных от прошлой реинкарнации. В этом случае существо выходит за пределы, предусмотренные изначально.

Именно на последней стадии — великого вернувшегося — я сейчас и находился.

Чем-то моё нынешнее состояние напоминало слуг из Fate. В своё время мой внук увлекался этим фандомом и познакомил меня с ним.

Я был реинкарнацией Ричарда Уиттингтона, также известного как Дик Уиттингтон.

Кто же это такой?

Если говорить кратко — мальчик, который, начав путь в нищете и имея при себе лишь одного кота, сумел стать одним из богатейших людей Англии конца XIV — начала XV века. Одна из первых «success story» в европейской культуре. Символ надежды и успеха для детей из приютов, ведь, согласно легенде, он и сам вышел оттуда.

Кроме того, он был крупным благотворителем: содержал множество приютов, финансировал больницы, строил дороги, тюрьмы и общественные здания.

Что же дала мне эта прошлая жизнь?

Две пассивные и три активные способности. Раз уж я уже провёл параллель со слугами, то в дальнейшем буду разделять умения на личные навыки и Noble Phantasm. А раз уж начал с Fate, то и классовую основу я возьму оттуда — пусть и не все классы будут использоваться.

Взяв лежавшие неподалёку лист бумаги и ручку, я принялся записывать, чтобы ничего не забыть.

⸻

Классы:

Сайбер — мастера меча.

Высокий баланс атаки, защиты и сопротивления урону.

Арчер — дальнобойные бойцы.

Чаще всего используют луки, но главное — атака на расстоянии и тактика.

Лансер — владельцы копий и древкового оружия.

Отличаются высокой ловкостью и пробивной силой.

Райдер — мастера передвижения и езды.

Используют ездовых существ, транспорт или мобильные Noble Phantasm.

Кастер — маги, чародеи, волшебники.

Обладают мощными заклинаниями и способностями, но слабы в ближнем бою.

Ассасин — тихие убийцы.

Специализируются на скрытности и мгновенных атаках.

Берсерк — безумные воины.

Огромная физическая сила ценой рассудка.

Руллер — существа, обладающие способностями поддержки, управления и защиты союзников.

Авенджер — воплощения мести.

Становятся сильнее от ненависти и боли.

Сэйвер — мессии и спасители.

Несут просветление и защиту человечеству.

Шилдер — щиты человечества.

Защита превыше атаки.

Вотчер — наблюдатели и свидетели истории.

Способности, завязанные на наблюдение и слежку.

Пока что это все классы, которые я решил добавить в будущую систему. Также я изменил описание класса Ruler, сделав упор на поддержку — всё же войны Грааля здесь не существует.

Характеристики:

Перед тем как составить собственный профиль, я ещё раз зафиксировал систему параметров.

Всего существует шесть базовых характеристик:

1. Сила

2.Выносливость

3.Ловкость

4.Магическая энергия/ Мана

5.Удача

6.Благородный Фантазм/Noble Phantasm

Да, я решил оставить термин «мана», поскольку не был уверен, на какой именно энергии работает эта сила.

Сила

•Урон в ближнем бою

•Способность ломать, метать, удерживать

Выносливость

•Количество урона, которое можно выдержать

•Сопротивление ядам, боли и усталости

Ловкость

•Скорость передвижения и реакции

•Точность и уклонение

Магия/Мана

•Запас магической энергии

•Сила способностей и Noble Phantasm

Удача

•Критические моменты

•Сопротивление «гарантированным» эффектам

•Общий показатель везения

Благородный Фантазм/БФ/Noble Phantasm

•Качество и мощь Noble Phantasm

Система рангов:

Система рангов (от низшего к высшему):

E → D → C → B → A → A+ → EX

Ранги не линейны.

A — это не «в два раза сильнее B». Каждый уровень качественно превосходит предыдущий.

E — Минимальный уровень

•Слабо превосходит обычного человека

•Часто встречается у небоевых или ограниченных слуг

Примеры:

•Сила E — немного сильнее атлета

•Магия E — практически отсутствует

D — Низкий

•Заметно лучше человека

•Начальный уровень для слабых боевых классов

Пример:

•Ловкость D — реакция профессионального спецназовца

C — Средний (героический минимум)

•Типичный уровень для большинства вернувшихся

Примеры:

•Сила C — способность поднимать автомобили

•Выносливость C — переживать выстрелы и тяжёлые удары

B — Высокий

•Значительно выше нормы

•Элитные герои

Примеры:

•Ловкость B — уклонение от сверхзвуковых атак

•Магия B — полноценный боевой маг

A — Пик человеческого возможного

•Максимум, доступный силе реинкарнации до титула Великого вернувшегося

•«Граница легенды»

Примеры:

•Сила A — разрушение зданий

•Выносливость A — бой без отдыха против армии

A+ — Условное превышение

•Временно превышает A при выполнении условий

•Часто зависит от ситуации или способности

Примеры:

•Сила A+ при активации умения

•Удача A+ при благоприятной судьбе

EX — Неизмеримо

•Не поддаётся сравнению

•Может быть:

•слабым по числам, но уникальным по эффекту

•или абсолютно запредельным

Примеры:

•Удача EX — манипуляция судьбой

•БФ EX — нарушение законов реальности

[Личный профиль:

Имя: Виктор Молотов / Ричард Уиттингтон / Дик Уиттингтон

Класс: Руллер

Параметры:

•Сила — D

•Выносливость — C

•Ловкость — C

•Магия — B

•Удача — A+

•БФ — A

Личные навыки

1. Кот Судьбы (A)

Вы либо выбираете, либо материализуете кота, приносящего удачу.

Эффекты:

•Возможность разговаривать с выбранным или созданным котом

•Пассивное увеличение Удачи

•Нейтрализация низкоранговых угроз (ловушки, яды, слабые враги)

•В отдельных случаях — автоматическое предотвращение смертельного исхода

⸻

2. Зов Колоколов (A+)

Судьбоносное предзнаменование.

Эффекты:

•Один раз за бой позволяет изменить исход события

•Усиливает союзников в критическом состоянии

•Может отменить неблагоприятный «бросок судьбы»

⸻

3. Лорд-мэр Лондона (В)

Навык управления и защиты.

Эффекты:

•Повышает защиту союзников

•Усиливает эффекты поддержки

•Даёт иммунитет к ментальному контролю низкого и среднего уровня

⸻

4. Приют для тех, кто только начал путь (A)

Выбранное здание становится детским приютом.

Эффекты:

•Здание официально регистрируется как детский приют

•Раз в месяц в приют попадают пять необычных детей, нуждающихся в защите

•Максимальное количество таких детей — 15

•Несокрушимость: приют, созданный Ричардом Уиттингтоном, существует вечно, и лишь боги способны этому помешать

⸻

Благородный Фантазм

“Дик Уиттингтон и его кот”

Ранг: A

Тип: Анти-Армия / Поддержка

Дальность: Средняя

Максимум целей: союзники и поле боя

Описание:

Призывает легендарный сценарий судьбы:

•Союзник на грани поражения возвращается и побеждает

•Враги теряют бонусы, основанные на численном превосходстве

•Союзники получают:

•усиленную регенерацию,

•рост Удачи,

•временную защиту от фатальных ударов]

Совсем забыл написать про типы NP.

Типы Noble Phantasm:

Анти-юнит — против одной цели

Анти-Армия — против группы

Анти-Крепость — разрушение укреплений

Анти-Мир — воздействие на структуру реальности

Анти-Планета — планетарный масштаб

Анти-Армия (призыв) — призыв союзников или армий

Поддержка — усиление, лечение, защита

Концептуальный / Авторитетный — воздействие на уровне понятий

Мрамор Реальности — разворачивание внутреннего мира

Запечатывающий — ограничение способностей

Информационный / Наблюдательный — контроль и сбор данных

Самопожертвование / Плата — требует серьёзной цены

Один Благородный Фантазм может иметь несколько типов.

Возвращаясь ко мне. Созданный профиль подошёл бы Совершенному вернувшемуся, но я — Великий. И мой выход за пределы оказался простым: энергия. У меня она не ограничена. Я могу использовать любые свои способности столько раз, сколько позволяют условия их активации.

Кроме того, одна из способностей из-за особенностей моей души изменилась. Теперь приют, который я создам, будет одновременно существовать во всех городах, занимая небольшие пустующие здания. Всё это будет абсолютно официально — со всеми документами и разрешениями.

Показав Калидусу свои записи на паре листков, я использовал на нём способность «Кот Судьбы».

По телу кота пробежали мурашки, и я услышал знакомый голос в своей голове.

— Дурень, ты же мог всё это записать на телефоне. Теперь придётся фотографировать и переписывать.

— Прости уж старого дурака, мой маленький друг, слишком привык я всё писать на бумаге.

— И что бы ты без меня делал. Да, вот здесь, почеши чуть выше.

После пары минут приятного времяпрепровождения я вернулся к главному.

— Калидус, ты тоже можешь стать… а как нам себя назвать?

— Воплощёнными.

— Да, неплохо. Так вот, ты тоже можешь стать воплощённым. Будем пробуждать твою прошлую реинкарнацию?

— Ты ещё спрашиваешь. Интересно, каким великим котом я был.

Осторожно взяв его за лапку, я сделал маленький укол кинжалом. Постояв без движения несколько секунд, он принялся проговаривать свой профиль.

Взяв один из лишь частично заполненных листов, я принялся записывать.

[Имя: Калидус / Трим

Класс: Rider

Параметры:

Параметр

Ранг

Сила E

Выносливость C

Ловкость A

Магия D

Удача A+

БФ B

Личные навыки

Профессиональный мореплаватель (B)

•Трим может эффективно использовать любое средство передвижения: корабли, лодки, даже людей как «транспорт».

Морской инстинкт (A+)

Трим никогда не теряется на воде или корабле.

Эффекты:

•Пассивное увеличение выживаемости и реакции

•Автоматическая навигация в море

•Повышение удачи экипажа и союзников на воде

Кошачья ловкость (A)

Даже на скользкой палубе Трим всегда остаётся на ногах.

Эффекты:

•Повышает уклонение и реакцию

•Позволяет избегать ловушек и атак

•Может мгновенно менять позицию на поле боя

Путешественник миров (B)

•Увеличивает скорость перемещения по любым территориям

•Позволяет союзникам перемещаться быстрее и избегать опасностей

⸻

Благородный Фантазм

“Trim, Кот-Мореплаватель”

Ранг: B

Тип: Анти-армия / Поддержка

Дальность: Средняя

Максимум целей: союзники + корабли

Описание:

•Трим призывает дух морского путешественника, обеспечивая:

•мгновенное предчувствие опасности

•повышение удачи и выживаемости всех на борту

•возможность временного ускорения передвижения по морю и суше]

— Очень… необычное чувство.

— Есть такое. Но, как я понял, ты ведь тоже Великий вернувшийся, а не Совершенный?

— Да. Мой БФ теперь не просто призыв духа поддержки, а целый призрачный боевой галеон — полностью снаряжённый пушками и с призрачной командой, способной вступать в бой и наносить реальный урон.

— Неплохо, друг, неплохо.

— Что дальше?

— А дальше мы…

[Система заданий приветствует своего хозяина]

— Чего замолчал?

— Судя по всему, у нас появился новый спутник. Приветствую тебя, система. Я Виктор, это Калидус. А тебя как звать?

[Система не имеет имени]

— Это плохо. У каждого осознающего себя существа должно быть имя. Как насчёт Анастасия? Ты не против?

[Зафиксировано имя: Анастасия]

— Прости, Анастасия, если ты не против, что я буду тебя так называть, но я пока слабо тебя понимаю.

— Эй! Да с кем ты там разговариваешь?

— А ты её не слышишь?

[Система взаимодействует только с её владельцем.

«Зафиксировано имя» — принято к использованию.]

— Что ж, стало чуть понятнее. Прости, Калидус, но она пока не может с тобой общаться.

Настя, я не хочу быть чьим-либо владельцем или хозяином. Я не рабовладелец. Вот с Калидусом мы друзья и партнёры. Хочешь быть нашим другом?

[Обработка понятия… принято к сведению.

Параметр «хозяин» заменён на «друг».]

— Ну, хотя бы так. Хотя сомневаюсь, что ты поняла меня полностью. Ладно, Настя, расскажи немного о себе.

[Я — система заданий. С моей помощью вы можете выдавать существам задания, за выполнение которых вы и они будете получать награду.

Задания могут либо отправлять выбранных вами существ в другие миры на время их выполнения, либо быть связаны с событиями планетарного, континентального или государственного масштаба в этом мире.]

— Понятно… Как я уже сказал, я Виктор, а это Калидус. Мы…

В разговорах пролетело несколько часов. После этого, приняв душ, мы легли спать, перед этим посмотрев новости и видео на ноутбуке.

Возвращаясь к Насте, вот к чему мы в итоге пришли. В момент, когда я буду наносить порез существу, у него будет появляться метка, видимая только ему и другим воплощённым. Она будет выглядеть как компас, стрелка которого всегда указывает в сторону ближайшего моего приюта.

У людей и гуманоидов компас будет появляться на внутренней стороне руки — между лучевой и локтевой костями. У животных метка также будет появляться на конечностях, но так, чтобы они могли её увидеть.

Когда они будут приходить ко мне, я буду выдавать им их первое, тренировочное задание.

Пока что всё.

Встав по будильнику пораньше, я пошёл умылся, после чего, собрав вещи и выписавшись из отеля, мы отправились к нужному месту.

Ещё вчера, гуляя по интернету и изучая историю города, в котором мы оказались, я наткнулся об упоминании об одном старом, заброшенном особняке.

Благодаря способностям Калидуса, мы добрались до особняка пешком достаточно быстро. Это был старый, каменный, поросший травой особняк. Сам особняк был обнесён каменным забором, таким же старым, как и сам особняк.

Сорвав с ворот старый замок, я из отворил, сопровождалось этой действие огромным скрипом.

— Друг мой, осмотришь особняк на наличие посторонних? У тебя это должно получиться лучше всего.

— Конечно, друг.

Спрыгнув с плеча, кот сорвался со скоростью, еле видимую глазом, оставляя после себя послеобразы. И ведь это даже не полная его скорость.

Через пару минут он вернулся обратно.

— Никого разумного нет, разве что было пару десятков зверушек, да на крыше гнездо с яйцами.

— Понятно, надеюсь, ты яйца не трогал?

— Я по твоему кто, змея? Нет конечно, а вот грызунов я словил, после чего связал их хвосты и запер в одной из комнат.

— Отгрызут ведь хвосты и сбегут.

—… Секунду.

Снова сорвавшись в рывке, он вернулся через семь секунд.

— Теперь не сбегут, я их оглушил.

— Ясно, ну что же, я начинаю.

Разведя руки в стороны, я переменил фантазм и, для театральности, хлопнул в ладоши.

От меня во все стороны разошлась волна, буквально меняющая всё вокруг.

С железной ограды исчезла ржавчина а сама она засияла как новая. Каменная укладка стен на глаза восстанавливалась и очищалась. То же самое происходило и с дорожкой, ведущей к особняку. Сад вокруг также стал восстанавливаться и из дикого превращаться в ухоженный.

Волна добралась до дома и выбитые стёкла встали на места. Немногочисленные граффити стирались, а сама кладка обновлялась. Вскоре вся территория особняка условно сияла.

Схватив чемодан, я направился к двери, когда она отварилось и на порог вышла черноволосая девушка средних лет в чёрных одеждах, что носят работницы приютов в фильмах.

— Приветствую вас, директор, приют готов к работе, осталось только придумать название.

— Приветствую, можете звать меня по имени, Виктор, а это Калидус, а как зовут вас, мисс?

— Можете звать меня Эмили, мистер Виктор, очень приятно знакомству.

— Давайте без мистер, просто Виктор, нам с вами ещё работать и работать. А по поводу названия… пусть будет Тёплый Очаг.

— Принято, Виктор, добро пожаловать домой!

————————————————————————

P.S.: Как примерно выглядит ГГ и его кот можно увидеть в доп. материалах и на обложке книги.

Глава 1

От лица ГГ:

Пустив меня внутрь, Эмили принялась показывать все помещения приюта: столовую, кухню, детские комнаты, ванные, комнаты для персонала, кладовую, детскую игровую и многое другое. Здесь даже имелся небольшой зверинец: в клетках сидели ухоженные мыши, а в инкубаторе лежали птичьи яйца. Закончили мы осмотр в моей личной комнате и кабинете.

— Спасибо, Эмили. Позвольте спросить, всё ли у нас есть для работы и знаете ли вы, когда прибудут наши первые опекаемые?

— Всё необходимое имеется, причём с самовосполняемым запасом. Если что-то потребуется, я вам сообщу.

Первые дети прибудут в течение ближайших суток.

— Тогда позвольте уточнить: что с отоплением, электричеством, водоснабжением и канализацией?

— Все системы функционируют исправно.

— Хорошо. Следующий вопрос — персонал. Пока что я видел только вас, а приют у нас довольно большой, пусть здесь и будут жить всего пятнадцать детей. Кстати, об этом… нельзя ли увеличить их количество? Приют ведь действительно просторный.

— Кроме меня, никакого другого персонала не требуется. Приют самостоятельно выполняет большинство функций: уборку, готовку, стирку, уход за садом.

К сожалению, увеличить число детей, проживающих в приюте, невозможно. В случае превышения лимита особняк, как бы прискорбно это ни звучало, будет самостоятельно выводить лишних детей за ворота.

— Печально… Тогда вернёмся к персоналу. Если вас достаточно, зачем в особняке предусмотрены дополнительные комнаты для персонала, помимо вашей?

— На случай, если вы захотите нанять внешних специалистов: учителей, врачей, наставников, либо просто поселить здесь кого-либо.

— Я, к сожалению, не запомнил, сколько у нас таких комнат?

— Девяносто девять.

— Хм… Я точно помню, что их было меньше. Неужели приют будет создавать новые, если потребуется?

— Так и есть, Виктор.

— Понятно. В каком возрасте дети будут поступать сюда?

— В возрасте восьми лет.

— Нельзя ли сделать так, чтобы они попадали сюда раньше? Я пока слабо понимаю, что именно означает формулировка «нуждаются в защите», но не думаю, что речь идёт о чём-то хорошем.

— К сожалению, это невозможно.

— Понимаю. Тогда перейдём к следующему вопросу. Как я понял, приют существует одновременно во всех городах. Как именно это работает?

— Следуйте за мной.

Мы спустились обратно на первый этаж и направились ко второму входу — тому самому, который она ещё не показывала.

В своё время я посмотрел одно прекрасное произведение под названием «Ходячий замок». В нём была дверь, которая с помощью специального механизма вела в разные места.

Здесь принцип оказался похожим, только вместо механизма использовалась книга. В ней были записаны все города, разделённые по странам, а над дверью висела пока пустая табличка.

Ради эксперимента я открыл книгу и выбрал город Санкт-Петербург. Подчеркнул его ручкой, прикреплённой к книге на цепочке. Затем закрыл её и положил обратно на постамент. В тот же миг на табличке над дверью появилось название города.

Коснувшись дверной ручки, я открыл дверь. Выглянув наружу и увидев вывески на русском языке, я убедился, что, по крайней мере, мы действительно оказались в России.

Вернувшись обратно, я снова взял книгу и открыл её на той же странице. Перевернув ручку, я воспользовался ластиком, также прикреплённым к ней.

Подчёркивание спокойно стерлось, оставив название города нетронутым.

— Эмили, вы случаем не подскажете, в каком возрасте обычно поступают в среднюю школу и какие знания для этого требуются?

Эмили ненадолго задумалась.

— В данной стране в среднюю школу обычно поступают в возрасте одиннадцати–двенадцати лет. Для зачисления требуется базовый уровень знаний: чтение, письмо, счёт, основы естественных наук, истории и обществознания. Также учитываются социальные навыки и способность к адаптации в коллективе.

— Понятно. Как думаете, мы сможем дать нашим воспитанникам такой объём знаний?

— Думаю, да — и даже больше. На мой взгляд, мы вполне способны обеспечить обучение вплоть до старшей школы. Приют может самостоятельно создать необходимые классные комнаты, от вас потребуется лишь преподавательский состав. План обучения я разработаю.

— Уверены, что справитесь?

— Да.

— Что ж, домашнее обучение так домашнее обучение. Правда, если я ничего не путаю, нам потребуется оформить соответствующие документы.

— Не беспокойтесь, Виктор. Всеми юридическими вопросами, связанными с приютом, детьми и сотрудниками, я займусь сама.

— Раз уж вы так говорите, я вам доверяю. И раз вы упомянули детей то скажите, как именно они будут поступать в приют?

— С интервалом в пять минут они будут появляться в главном холле, уже со всеми документами и личными вещами.

— Понятно. Калидус, прогуляешься со мной? Поищем детского врача и преподавателя языков. Я ведь правильно понимаю, Эмили, что дети будут поступать из разных стран?

— Всё верно. Однако не беспокойтесь: на территории приюта вы, как директор, и я, как главная управляющая, способны свободно разговаривать на любом живом языке.

— Рад это слышать. Ну так как, Калидус?

— Да иду я, иду, чего разорался.

Подождав, пока кот заберётся мне на плечо, я подошёл к книге.

Закрыв глаза, я постарался активировать способность «Зов Колоколов». Формальным условием её активации был бой, однако, по идее, как Великий вернувшийся, я мог обойти это ограничение.

Открыв первую страницу, я начал медленно вести пальцем по списку названий.

В какой-то момент на краю сознания раздался тихий, но отчётливый звон колоколов. Я открыл глаза и увидел, что мой палец остановился на городе Барселона.

— Эмили, скажи, а какая зарплата у служащих приюта?

— Предлагайте любую денежную зарплату, приют платить её сам. У вас она, кстати, тоже есть.

Подчеркнув город, я шагнул вперёд — и оказался на узкой улочке, залитой тёплым дневным светом. Закрыв за собой дверь, я обернулся и увидел аккуратное трёхэтажное здание с неброской вывеской:

Приют «Тёплый Очаг».

Я запомнил адрес и, поправив воротник пальто, направился прочь от приюта. Барселона встретила меня шумом, запахами моря и еды, голосами людей и бесконечным движением. Я шёл без спешки, полагаясь не столько на глаза, сколько на внутреннее чувство, что отзывалось слабым эхом колокольного звона где-то глубоко внутри.

Калидус, устроившийся у меня на плечах, лениво водил хвостом.

— Ищем врача, — пробормотал он. — Желательно хорошего. И желательно такого, который согласится работать в странном приюте без лишних вопросов.

— Судьба любит неожиданные и странные встречи, — тихо ответил я. — Значит, найдём.

Мы свернули с туристической улицы в более тихий квартал. Здесь было меньше шума, больше старых домов и вывесок на каталонском. В какой-то момент я сновал услышал колокольный звон, поводив головой, мы направились на звук.

Я остановился у небольшого медицинского центра. Табличка над входом гласила:

Centro Médico San Lluís

Педиатрия · Семейная медицина

— Кажется, мы на месте, — произнёс я, ощущая, как звон колоколов становится чуть громче и будто доносится уже изнутри здания.

Калидус дёрнул ушами. Как оказалось, он тоже слышал этот звук, порождённый способностью.

— Ага. Либо это наш человек… либо ты просто зря потратишь время.

— Не ворчи.

Я толкнул дверь и вошёл внутрь.

В нос сразу ударил характерный запах антисептика. Небольшой холл был чистым и аккуратным: стойка администратора, несколько стульев для ожидания, детские рисунки на стенах. За стеклянной перегородкой слышались приглушённые голоса и быстрые шаги.

Колокольный звон усилился.

Я сделал пару шагов, и в этот момент из коридора вышла женщина лет тридцати с небольшим. Белый халат был накинут наспех, волосы собраны в небрежный пучок, под глазами — явные следы усталости.

— Сеньор, вы по записи? — спросила она по-испански.

Наши взгляды встретились.

Я непроизвольно коснулся рукояти ножа под пальто и увидел вокруг неё слабое, но отчётливое свечение. Её душа не подходила для становления воплощённой, но от этого не становилась менее ценной. Напротив — она была чище и ярче, чем у большинства обычных людей. Колокола прозвучали особенно ясно.

— Нет, — спокойно ответил я. — Я здесь по зову судьбы.

Она нахмурилась, явно собираясь что-то сказать, но затем глубоко вдохнула и неожиданно устало усмехнулась.

— Забавно. Знаете, вы первый человек, от которого я это слышу. Проходите. Меня зовут Мария Ровира. У меня как раз перерыв.

Я кивнул и последовал за ней.

Калидус тихо замурлыкал у меня на плече.

— Ну что ж… похоже, ты не зря сюда зашёл.

Мы прошли в небольшой кабинет. Мария устало опустилась на стул, сняла очки и на мгновение прикрыла глаза.

— Итак, — произнесла она спустя пару секунд, — давайте начнём с простого. Кто вы и зачем вам понадобился педиатр, который работает на полторы ставки и уже неделю спит по четыре часа?

Я сел напротив и на мгновение задумался, подбирая слова.

— Я директор одного частного приюта, — начал я. — Он только что открылся. Дети будут… скажем так, разными. И я бы хотел пригласить вас на должность врача.

Мария внимательно посмотрела на меня, будто пытаясь разглядеть подвох.

— Вы предлагаете работу? — спросила она тихо.

— Да. Скажите, сколько вы получаете здесь?

Она на секунду замялась, затем назвала сумму.

— Я буду платить вам в три раза больше.

Мария моргнула.

— Простите… сколько?

— В три раза, — спокойно повторил я. — Официально. С полным медицинским обеспечением, предоставляемым жильём и питанием.

— Это… — она запнулась и нервно усмехнулась. — Это такая шутка?

— Ни в коем разе.

— Подвох в детях, — честно сказал я. — Некоторые из них будут травмированы. Некоторые — больны. Некоторые… слишком рано столкнулись с тем, с чем не должны сталкиваться вообще.

Она медленно опустила взгляд на меня.

— И вы уверены, что справитесь с таким приютом?

— Я хотя бы попытаюсь им помочь, — ответил я честно.

Мария некоторое время молчала, затем устало выдохнула и слегка покачала головой.

— Знаете, — наконец сказала она, — сегодня утром я собиралась написать заявление об увольнении. Просто ещё не успела.

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Дайте мне адрес вашего приюта, сеньор директор. Я хочу увидеть его своими глазами.

Я достал ручку и аккуратно записал адрес на листке из блокнота.

— Вот. Буду ждать вас завтра утром. Там же и подпишем договор. Не забудьте, пожалуйста, все необходимые с вашей стороны документы.

Мария приняла листок, пробежалась по нему взглядом и усмехнулась.

— Вы так уверены, что я соглашусь?

В ответ я лишь улыбнулся.

Выйдя из медицинского центра, я вдохнул тёплый барселонский воздух и сверился со временем. Уже близился полдень.

— Ну что, Калидус, — негромко произнёс я, — первую задачу мы выполнили.

— Ага, быстро мы.

— Ну так сама судьба на нашей стороне.

Я направился обратно к приюту. Следовало вернуться вовремя — не только ради дел, но и ради простого любопытства. Мне хотелось лично проверить, как именно работает кухня.

Дверь приюта встретила меня привычным мягким щелчком. Стоило переступить порог, как я сразу уловил запах готовящейся еды — тёплый, домашний, удивительно спокойный.

— Эмили, — позвал я, проходя вглубь здания, — обед уже готовится?

— Да, Виктор, — отозвалась она почти сразу. — Я решила приготовить несколько вариантов блюд. Хотела, чтобы вы оценили варианты детских обедов.

— И сколько же их всего?

— На каждый приём пищи предусмотрено три варианта. Они будут меняться ежедневно, чтобы питание оставалось сбалансированным и разнообразным.

— Тогда составите нам компанию?

— С удовольствием.

Мы прошли на кухню. Она была просторной и светлой. Всё здесь выглядело новым, но при этом не стерильным — скорее уютным, по-домашнему. На плите тихо что-то кипело, в духовке доходило блюдо, а на длинном столе уже были аккуратно расставлены тарелки.

Эмили ловко разложила еду, поясняя:

— Первый вариант — классический: суп, основное блюдо и гарнир. Второй — облегчённый, больше подойдёт детям с чувствительным желудком. Третий — универсальный, без привязки к конкретной кухне, чтобы было проще адаптировать детей из разных стран.

Я попробовал каждое блюдо понемногу и невольно кивнул.

— Если дети будут есть так каждый день, они быстро забудут, что такое плохое питание.

— Это и есть цель, — спокойно ответила Эмили.

Калидус, до этого с подозрением принюхивавшийся, осторожно вытянул шею, после чего фыркнул.

— А для котов тут что-нибудь предусмотрено?

Эмили на секунду задумалась, затем достала из шкафа и поставила перед ним небольшую миску.

— Разумеется.

Калидус удовлетворённо замурлыкал.

Я откинулся на спинку стула, наслаждаясь атмосферой уюта и спокойствия.

Закончив приём пищи, мы вновь собрались в дорогу.

Теперь нам требовался учитель-лингвист — человек, способный говорить на множестве языков и, что куда важнее, умеющий работать с маленькими детьми.

Я вновь подошёл к книге городов. позволив Зову Колоколов снова вести себя, мой палец уткнулся в Хельсинки, столица Финляндии.

— Холодно, — тут же прокомментировал Калидус. — Надеюсь, мы быстро решим все дела и вернёмся.

Ободряюще улыбнувшись коту, я подчеркнул название города и вышел за дверь.

Холодный воздух ударил в лицо сразу. Узкая улица, аккуратные фасады, серое небо и неспешные прохожие — всё говорило о сдержанности и порядке. За моей спиной, как и прежде, стояло трёхэтажное здание с уже знакомой вывеской: Приют «Тёплый Очаг»

— Значит здание, вероятно, примерно одно и тоже во всех городах, — тихо отметил я.

Запомнив адрес, мы двинулись вперёд, следуя тихому звону.

Пройдя пару кварталов, я заметил старое здание библиотеки. Свет в окнах горел даже днём, а у входа стоял человек, разговаривающий с ребёнком — спокойно, на уровне его глаз, без суеты и раздражения.

Колокольный звон стал чуть отчётливее.

— О, — протянул Калидус, приподнимая уши. — Кажется, мы нашли нашу цель.

Я остановился, внимательно вглядываясь в сцену перед собой.

— Да, — тихо ответил я. — И всё же удача — поистине страшная сила.

У входа в библиотеку мужчина лет сорока разговаривал с девочкой. Судя по выражению её лица, разговор был непростым: она то сжимала рукава куртки, то бросала взгляд на дверь, словно боялась, что её сейчас выгонят. Мужчина же держался спокойно, говорил мягко, иногда переходя с финского на английский, а затем — к моему удивлению — на шведский.

Вот после перехода на последний язык девочка закивала и сама стала отвечать ему на нём.

Я слабо знал шведский, так что понять то, о чём шла речь не мог. Но, по некоторым косвенным признакам, могу сказать, что, скорее всего, девочка потерялась.

— Сколько языков, как думаешь? — шёпотом спросил Калидус.

— Минимум три. Уверен, что больше.

Мы подошли ближе. Мужчина заметил нас не сразу, но когда увидел, вежливо кивнул, не прерывая разговора. Он закончил фразу, девочка кивнула и, чуть поколебавшись, зашла внутрь библиотеки.

Только после этого он полностью повернулся ко мне.

— Могу помочь? — спросил он на английском с едва заметным акцентом.

— Возможно, — ответил я и позволил себе лёгкую улыбку. — Меня зовут Виктор. Я ищу учителя языков. Для детей.

Он приподнял бровь, но в его взгляде не было ни насмешки, ни раздражения — лишь живой интерес.

— Здесь? — уточнил он, кивнув на библиотеку.

— Не совсем. Я представляю частный приют. Международный.

Колокольный звон в голове прозвучал особенно ясно.

Мужчина на мгновение задумался, затем медленно выдохнул.

— Знаете, — сказал он наконец, — обычно такие разговоры начинаются совсем иначе. Но… продолжайте. Мне действительно интересно.

С английского я резко перешёл на русский.

— Насколько я понимаю, девочка, с которой вы только что разговаривали, потерялась?

Мужчина внимательно посмотрел на меня, затем на Калидуса у меня на плече и только после этого ответил, тоже на русском, пусть и с лёгким акцентом.

— Да. Она из Швеции. Приехала с матерью, но потерялась в центре города. Телефон разрядился, адреса отеля она не помнит. Я как раз собирался связаться с полицией.

С русского я перешёл на испанский.

— Не думаю, что в этом есть необходимость. Вон там, чуть дальше по улице, мечется женщина — она явно ищет своего ребёнка.

Мужчина проследил за направлением моего взгляда, затем снова посмотрел на меня — уже иначе, более внимательно.

— Вы уверены? — спросил он на испанском.

— Абсолютно, — ответил я на французском. — Материнская паника плохо маскируется.

Он хмыкнул и повернулся к дверям библиотеки. Сказал что-то по-шведски — мягко, успокаивающе. Девочка выглянула, сначала нерешительно, но затем её лицо заметно оживилось. Она быстро заговорила, указывая рукой в сторону улицы.

— Ja… ja, mamma, — услышал я знакомые слова.

Через минуту они уже выходили вместе. Мужчина держался чуть позади, словно давая девочке пространство. Я же заметил, как по улице действительно почти бегом шла женщина — растрёпанная, с покрасневшими глазами, судорожно оглядывающаяся по сторонам.

Девочка вырвалась вперёд первой.

— Mamma!

Следующие секунды были предсказуемы: объятия, слёзы, благодарственные слова на смеси шведского и английского.

Я наблюдал со стороны, не вмешиваясь.

— Ну? — тихо протянул Калидус. — Долго ещё? Тут, между прочим, холодно.

— Нет, — так же тихо ответил я. — Уже почти закончили.

Когда всё наконец улеглось и мать с ребёнком ушли, мужчина подошёл ко мне сам.

— Вы были правы, — сказал он на арабском, приняв правила навязанной мной игры. — Спасибо. Не каждый день встречаешь человека, похожего на вас.

— Профессиональная деформация, — уклончиво ответил я на китайском. — К сожалению, я не слишком хорошо говорю по-арабски. Как вас зовут? — закончил я, переходя обратно на английский.

— Александр Нюстрём, — представился он. — Лингвист, преподаватель, переводчик… иногда нянька и логопед.

— Очень приятно, — кивнул я.

Он усмехнулся.

— Знаете, — сказал Александр после короткой паузы, — вы что-то говорили о работе?

— Говорил, — подтвердил я. — И всё ещё предлагаю. Международный приют. Дети от восьми лет. Приют небольшой, но с оплатой проблем не будет.

Я протянул ему листок с адресом.

— Приходите завтра утром, часам к десяти. Посмотрите всё своими глазами, а заодно и заключим договор.

— Вы так уверены, что я соглашусь?

— Я просто верю в судьбу.

На этом мы распрощались, и я направился обратно в приют. С самым необходимым мы разобрались. Конечно, со временем придётся найти ещё пару преподавателей, но точно не сегодня. Сейчас мне хотелось другого — попробовать увидеть местных героев. По крайней мере тех, о ком я хоть что-то знал.

Вернувшись в приют, я ненадолго задумался перед выбором: Метрополис или Централ-Сити. В Готем я решил отправиться ночью. К сожалению, на этом мои знания о том, где и как можно встретить местных героев, почти исчерпывались. В этом мире существовало немало городов и мест, о которых в моём прошлом мире даже не слышали.

В конце концов я решил положиться на случай. С учётом моего показателя Удачи — да ещё и с котом на плече — мне определённо должно было повезти.

Выбрав наугад, я отправился в Метрополис.

Значит, Супермен.

Дверь приюта мягко закрылась за моей спиной, и мир снова сменился. Я вышел уже на широкую, залитую вечерним светом улицу. Высокие стеклянные здания отражали небо, между ними проносились потоки машин.

В этот раз я не использовал Зов Колоколов, ведь на данный момент я пришёл сюда лишь ради наблюдения, а не судьбоносной встречи.

— Хм, — протянул Калидус, оглядываясь. — Город как город. Только какой-то слишком чистенький… и люди улыбчивей, чем обычно.

— Вера людей способна на многое, — спокойно ответил я. — Особенно когда она регулярно подтверждается делом.

Я прошёлся по улице, позволяя себе просто наблюдать. Люди спешили по своим делам, смеялись, разговаривали, кто-то ел на ходу, кто-то уткнулся в телефон. Обычная жизнь.

Пройдя пару кварталов, я вышел к зданию банка. Современное, стеклянное, с охраной у входа и спокойной очередью внутри. И всё же что-то внутри меня подтолкнуло меня зайти внутрь.

Я не стал спорить с интуицией.

Мы с Калидусом вошли в просторный зал. Я встал в стороне, будто обычный клиент, и прислонился к колонне, наблюдая. Ничего необычного: кассы, электронное табло, приглушённые разговоры.

Ровно до того момента, как раздался первый выстрел.

Стекло входной двери разлетелось с оглушительным звоном, и в зал ворвались трое в тяжёлых бронекостюмах. Металлические маски, автоматическое оружие, движения — резкие, отработанные.

— Всем на пол! — проревел один из них, выстрелив в потолок.

Началась паника. Люди закричали, кто-то упал, кто-то попытался спрятаться за стойками. Охрана даже не успела толком среагировать — их обезоружили за считаные секунды.

Калидус напрягся у меня на плече.

— Ну вот, — буркнул он. — А говорил — порядок.

— Терпение, — тихо ответил я. — Если моя память мне не изменяет, вскоре всё закончится, а если нет, то мы немного вмешаемся.

Я не двинулся с места. Просто смотрел. Видел, как один из грабителей направил оружие на плачущую женщину, требуя код доступа. Видел, как дрожат руки у кассира, перекладывающего деньги в сумки.

В этот момент появился тот, кого я хотел увидеть.

Воздух наполнился резким порывом ветра. Грабители даже не успели понять, что произошло.

Один из них вдруг оказался впечатан в стену — аккуратно, без крови, но так, что металл брони смялся. Второй попытался развернуться, но оружие в его руках исчезло, а сам он оказался подвешен в воздухе, удерживаемый за ворот.

Третий выстрелил.

Пуля ударилась об грудь героя, смявшись и упав на пол.

В центре зала стоял он.

Красно-синий костюм, плащ, спокойный взгляд. Ни гнева, ни злости — лишь уверенность.

— Всё кончено, — сказал он ровно. — Поднимите руки.

Вас никто не тронет, если вы не будете сопротивляться.

Оставшийся грабитель сделал глупость — попытался бежать.

Через секунду он уже сидел на полу, аккуратно связанный чем-то вроде металлических скоб, а рядом лежал его шлем.

Всё заняло меньше десяти секунд.

Наступила тишина. Люди медленно начали подниматься, кто-то плакал, кто-то аплодировал.

Супермен оглядел зал, убеждаясь, что никто не ранен, после чего исчез в порыве ветра, оставив после себя связанных грабителей и ошеломлённых людей.

С момента его появления я так и не убрал руку с рукояти кинжала. Жаль — для становления воплощённым он не подходит.

— Ну как он тебе, Калидус? — спросил я, когда мы вышли на улицу.

— Быстрый, — признал кот, лениво махнув хвостом. — Но я могу быть быстрее, если захочу.

— Вероятно, и он тоже, — усмехнулся я. — Ладно, свою цель мы выполнили. Пойдём обратно.

Дорога до приюта заняла совсем немного времени. Я шёл спокойно, не торопясь, но руку с рукояти кинжала так и не убрал. Мне было любопытно — насколько часто я смогу вот так, почти случайно, находить тех, кто способен стать воплощённым.

Ответ пришёл быстрее, чем я ожидал.

Уже недалеко от входа в приют я заметил человека. Он стоял под уличным фонарём, будто раздумывая — идти дальше или повернуть назад. Обычная куртка, потёртый рюкзак, немного сгорбленная фигура. На вид — ничем не примечательный, небритый мужчина лет тридцати пяти.

— Я слышал, что коты чувствуют, какой перед ними человек, — тихо сказал я. — Как думаешь, он хороший или плохой? Стоит ли нам его воплощать?

— Моя интуиция ничего против него не говорит, — отозвался Калидус.

— Тогда подойдём и сначала поговорим.

Мужчина поднял голову и посмотрел прямо на меня. В его взгляде не было агрессии, но была настороженность — та самая, что появляется у людей, слишком многое повидавших.

— Простите, — сказал он первым. — Вам что-то нужно?

— Здравствуйте, меня зовут Виктор, — представился я. — Ответьте, пожалуйста, на один вопрос. Честно.

Если бы у вас появились суперспособности — не важно какие, — как бы вы их использовали?

Он явно ожидал чего угодно, но не этого.

Мужчина хмыкнул, опустил взгляд на асфальт, затем снова посмотрел на меня.

— Забавный вопрос, — медленно сказал он. — Обычно его задают детям… либо это делают сумасшедшие.

— Я не возражаю против обоих вариантов, — спокойно ответил я.

Он помолчал ещё пару секунд, затем пожал плечами.

— Наверное, постарался бы помогать людям. Чтобы больше никто не оказался в той же яме, где побывал я.

— Почему же вы не делаете этого сейчас? — спросил я.

Мужчина усмехнулся криво.

— Потому что я обычный человек. А обычные люди, знаете ли, смертны и не всесильны.

Я кивнул, принимая ответ.

— Что ж, — тихо сказал я. — Меня устраивает ваш ответ.

Дальше всё произошло быстро.

Я резко выхватил кинжал и одним отточенным движением перерезал ему горло. Не было ни крика, ни боли, ни крови — вместо этого из разреза хлынул поток лепестков сакуры, светящихся и невесомых, которые тут же рассыпались в воздухе, растворяясь, будто их никогда и не существовало.

Тело мужчины мягко опало на асфальт. Он был без сознания, но жив.

— Это было немного жутко, — заметил Калидус, глядя на происходящее. — Не уверен, что когда-нибудь привыкну к этому, даже зная, что ничего плохо не произойдёт.

— Привыкать к такому и не должно быть легко, да и делать этого не надо, мы же не маньяки какие — ответил я.

— А ты уверен, что нас не засекли камеры, или кто-нибудь не видел, как ты этого мужика зарезал?

Я огляделся. Улица была пуста — поздний вечер, редкие прохожие, и ни один не оказался поблизости в нужный момент.

— Почти уверен, что нет. Слишком высокий показатель Удачи. Хотя спасибо, что напомнил, впредь и правда стоит быть осторожнее. Судьба не всегда может благоволить мне.

Достав телефон, я набрал номер скорой.

— Обморок, мужчина лет тридцати пяти, — спокойно сообщил я диспетчеру. — Похоже на сильное истощение. Адрес…

Я дождался, пока сирена не приблизилась, и лишь после того, как передал мужчину медикам, спокойно развернулся и направился обратно к приюту.

Вернувшись внутрь, я закрыл за собой дверь и на мгновение прислонился к ней спиной, позволяя тишине особняка сомкнуться вокруг.

— Итак, — протянул Калидус, устраиваясь поудобнее у меня на плече. — Один воплощённый в процессе пробуждения.

— Это только начало, — ответил я, подходя к книге городов. — Героев за всю историю человечества набралось изрядное количество. Я бы хотел подготовиться к вторжению, которое и создаст Лигу Справедливости. Жаль лишь, что я не знаю, когда именно это произойдёт.

— Зато знаешь, где, — лениво заметил Калидус.

Я хмыкнул. Конечно знаю, ведь вторжение, скорее всего, будет происходить по всей земле.

Мой палец снова скользнул по строкам, выбирая следующий город.

Централ-сити.

Я подчеркнул название. Табличка над дверью сменилась, и в следующее мгновение я шагнул вперёд.

Централ-сити встретил меня ветром.

Тёплым, сухим, постоянно движущимся, словно сам город никогда не стоял на месте. Люди вокруг шли быстро, говорили быстро, даже машины казались чуть резвее, по крайней мере мне так казалось.

Мы гуляли вдоль набережной, когда внезапно где-то впереди раздался визг тормозов, крик — и почти сразу же размытая красно-жёлтая вспышка пронеслась по улице. Через секунду всё выглядело так, словно ничего и не происходило.

— Я почти не видел его движений, — отозвался Калидус. — Лишь силуэт, слишком быстрый даже для меня нынешнего.

— Так и должно быть, —тихо произнёс я. — — Вроде как он может разгоняться до такой скорости, что способен путешествовать во времени.

Что ж, это стоило ожидать. В отличие от Супермена, которого можно было относительно спокойно разглядеть, Флэш действовал иначе. Неудивительно, учитывая то, что его сила в скорости.

— Ладно, — сказал я, отрывая взгляд от воды. — Пошли искать кандидата в воплощённые.

— Ты в каждом из трёх городов хочешь пробудить по одному? — уточнил Калидус.

— В идеале — во всех городах мира, — честно ответил я. — Но тогда они просто не успеют развиться хотя бы до стадии Вернувшихся, так что ограничимся пока основными городами Америки, — основная масса и героев, и злодеев появится именно здесь, в этом я был абсолютно уверен, — и столицами крупных государств.

Я на мгновение задумался и мысленно обратился к системе.

— Настя, подскажи, сколько времени занимает выполнение твоих заданий по времени этого мира?

[Секунда. Независимо от сложности задания, после его выполнения существа возвращаются через одну секунду.]

Я усмехнулся.

— Что-то подобное я и ожидал.

— Это… удобно, — признал Калидус после того, как я поделился с ним информацией.

Мы свернули с набережной вглубь города. К моменту, когда солнце уже почти зашло за горизонт, а нашёл то, что искал.

Молодой парень сидел на ступенях подземного перехода, уставившись в телефон с треснутым экраном. Рюкзак валялся рядом, куртка была слишком тонкой для вечернего ветра, а плечи — напряжённые, будто он ждал удара с любой стороны.

Я сел рядом, не нарушая его личного пространства.

— Добрый вечер, — сказал я спокойно. — У вас всё в порядке?

Он дёрнулся, быстро поднял голову.

— А… да, да, всё в порядке, — ответил слишком поспешно.

— Не нужно врать, — мягко возразил я. — Я же вижу, что что-то случилось. Уважьте любопытство старого человека.

Парень помолчал, затем медленно выдохнул.

— Я… опоздал, — сказал он наконец. — Опоздал на собеседование. Второе за месяц. Денег почти не осталось, ночевать сегодня, скорее всего, придётся здесь.

— Родные? — коротко спросил я.

Он покачал головой.

— Нет. Только я.

— Неужели даже на самую захолустную койку денег нет?

— Нет. Всё, что было, потратил на билет сюда. Осталось только немного на еду — до тех пор, пока не найду работу.

Калидус тихо шевельнулся у меня на плече, внимательно разглядывая парня. Его хвост медленно качнулся — условленный знак того, что интуиция кота не чувствует ни лжи, ни опасности. Скорее всего, он говорил правду.

— Скажите, — продолжил я после короткой паузы, — если бы вам дали суперсилы, не важно какие, как бы вы их использовали?

Парень усмехнулся, но без иронии — скорее устало.

— Постарался бы заработать денег… ну и помочь людям, по возможности.

Я кивнул.

— Что ж, с денежной проблемой я вам помочь смогу. Найдите меня, как очнётесь.

— Чт… — начал он.

Вопрос оборвал кинжал, вонзившийся ему в сердце. Без боли, без крови — лишь короткая вспышка света и россыпь едва заметных лепестков, растворившихся в воздухе. Парень обмяк.

Я осторожно усадил его, прислонив к стене. Со стороны он выглядел так, словно просто задремал от усталости. Быстро осмотревшись, я убедился, что камер поблизости нет: место было малолюдным, укрытым от ветра и достаточно тёплым, чтобы он не замёрз.

— Ещё один, — тихо произнёс Калидус.

— Да, — ответил я. — И, надеюсь, не последний на сегодня.

Убедившись, что всё сделано правильно и парень в безопасности, я развернулся и направился обратно к зданию приюта.

Следующий город — Готэм — ждал.

Подойдя к книге, я без колебаний нашёл нужное название. Стоило кончику пальца коснуться строки, как в груди неприятно кольнуло. Плохое предчувствие было редким гостем в моей жизни, но сейчас оно звучало слишком отчётливо, чтобы его игнорировать. Судя по всему, если я отправлюсь туда прямо сейчас, неприятностей будет не избежать.

— Как думаешь, Калидус, стоит ли нам ввязываться в эту авантюру? — спросил я, не убирая палец со страницы.

— А сам-то как считаешь? — фыркнул кот. — Конечно же нет. Нам пока неизвестны пределы твоей удачи, а светить мой галеон раньше времени — идея так себе.

— Рад, что наши мысли совпадают, — кивнул я, убирая руку. — Как бы мне ни хотелось помочь людям, которые могут оказаться в беде, если я погибну, то не смогу помочь куда большему числу людей… М-да, извечная дилемма.

Я закрыл книгу и тяжело вздохнул.

— В общем зале, кажется, был телевизор, — добавил я после короткой паузы. — Пойдём посмотрим новости Готэма. Скорее всего, они многое прояснят.

Калидус согласно махнул хвостом.

Глава 2

От лица безымянного мужчины в больнице

Боже, как же болит голова.

Последнее, что я помню, — странный разговор с пожилым мужчиной, который носил на плечах развалившегося кота. А потом…

Я резко распахнул глаза и инстинктивно схватился за горло.

Цело. Ни ран, ни шрамов — будто его вчера и не перерезали.

Чуть приподнявшись и оглядевшись, я понял, что нахожусь в больнице. Белые стены, характерный запах лекарств, мерное гудение аппаратуры — всё на своих местах.

Я встал и, слегка пошатываясь, направился к выходу из палаты.

В коридоре меня тут же перехватила медсестра.

— Постойте, вам нельзя вставать!

— Пустяки, — отмахнулся я. — Лучше подскажите, где у вас тут туалет?

Она явно хотела возразить, но, посмотрев на меня ещё раз, лишь указала направление.

Добравшись до нужного помещения и справив нужду, я облокотился на раковину и взглянул в зеркало.

И не сразу узнал в отражении себя.

Мои прежде каштановые волосы заметно потемнели, черты лица стали резче, будто кто-то подчёркнул их тонкой, но уверенной линией. Глаза же… глаза приобрели глубокий тёмный оттенок, почти чёрный, словно в них добавили тени.

— Что за… — выдохнул я.

В голове крутилась навязчивая мысль. Было чёткое ощущение, что это — моё имя. Настоящее. Глубинное. Но ведь у меня уже есть имя.

Меня зовут Алекс.

И всё же внутри всплывало другое — чужое и одновременно родное. Оно вертелось на краю сознания, но каждый раз ускользало в последний момент, не давая себя ухватить.

Раздражённо выдохнув, я потянулся к крану с водой — и в этот момент взгляд зацепился за несоответствие.

На внутренней стороне предплечья, между локтем и кистью, проступала татуировка в виде компаса.

Я медленно повернул руку. Стрелка уверенно указывала куда-то в сторону.

— …Отлично, — пробормотал я. — Просто прекрасно.

Всё это пахло очень странным дерьмом.

Решив пока не забивать себе этим голову, я помыл руки и вышел к ресепшену. Документы оформили быстро.

Через полчаса я уже выходил из больницы.

Ещё через час был у себя в недавно снятой квартире.

К счастью, сегодня был выходной. Да и назвать то место, где я подрабатывал, полноценной работой язык не поворачивался.

Я бросил рюкзак у стены, сел на край кровати и снова посмотрел на татуировку.

И тут меня ждал ещё один сюрприз.

Стрелка компаса изменила направление.

Нахмурившись, я встал и сделал шаг в сторону. Стрелка тут же плавно повернулась следом. Ещё шаг — и снова поворот. Пройдясь по комнате кругом, я с немалым изумлением наблюдал, как стрелка меняет своё положение синхронно со мной, будто всегда указывая на одну и ту же точку… где-то за пределами квартиры.

— Ладно, — медленно произнёс я вслух. — Значит, либо я схожу с ума… либо вчерашний старик с котом что-то со мной сделали.

Я ещё раз прошёлся по комнате, после чего начал одеваться. Любопытство не позволило бы мне просто отмахнуться от происходящего, даже если бы я очень захотел. Немного поразмыслив, я надел под куртку кобуру с травматическим пистолетом — на всякий случай.

Окинув себя последним взглядом в зеркале, я вышел из квартиры и направился туда, куда указывал компас.

Петляя по городу и пару раз сверяясь с меткой, я наконец вышел к невысокому зданию с вывеской: «Приют “Тёплый Очаг”».

Обойдя его по кругу и убедившись, что стрелка компаса уверенно указывает именно сюда, я нажал на звонок.

Дверь открыла привлекательная женщина средних лет.

Не задав ни единого вопроса, она жестом предложила следовать за ней.

Пока мы шли по коридорам, я не мог не заметить, как из-за одного из поворотов выглянули несколько детских голов, с откровенным любопытством наблюдая за нами. Их было трое — и все блондины. Разве что у одного волосы были ярко жёлтые, когда у других двух соломенные.

Стоило мне задержать на них взгляд чуть дольше положенного, как дети тут же юркнули обратно за угол, исчезая из поля зрения.

Поднявшись по лестнице, женщина подвела меня к массивной двери. Пропустив меня внутрь, она тихо закрыла её за моей спиной.

Я оказался в просторном, светлом кабинете, оформленном в тёплых тонах. За большим рабочим столом сидел тот самый пожилой человек. Рядом, на подоконнике, развалившись на подушке, лениво зевнул кот.

Напротив старика, на одном из трёх стульев, сидел высокий худощавый парень с чуть загорелой кожей и слегка раскосыми глазами. Внешность у него была… своеобразной. Увидь я его в платье или свободной одежде, легко мог бы принять за девушку, косящую под парня. А может, так оно и было.

Пожилой мужчина поднял на меня взгляд и слегка улыбнулся.

— А вот и второй наш гость прибыл, — произнёс он спокойно. — Что ж, присаживайтесь. Думаю, у вас есть вопросы, на которые вы бы хотели получить ответы.

…Примерно час до этого.

От лица главного героя

Чуйка меня не подвела. В Готэме и правда произошла катастрофа: Джокер распылил свой «веселящий» газ, превращающий всех, кто его вдохнул, в безумцев.

К счастью, Бэтмен снова спас город.

Встав рано утром, я принялся прорабатывать несколько важных моментов. Во-первых — вопрос найма персонала и возможных ограничений.

Как оказалось, ограничений не было вовсе. Я мог предложить существу любую профессию, и пока она имела смысл, оно получало соответствующую зарплату.

Затем я задал Насте ещё пару вопросов касаемо заданий. Может ли она сама создавать и выдавать их?

Ответ оказался простым: да, может.

— Эмили, подскажи, пожалуйста, — обратился я к управляющей, — приют может создавать любые помещения в зависимости от необходимости?

— Да, Виктор.

— Тогда попробую сформулировать точнее. Сможет ли приют создать комнату, которая поможет выявлять таланты воплощённых? Чтобы сократить время на самостоятельные поиски.

Она ненадолго задумалась.

— …Думаю, да. Приют способен на это. Когда вам потребуется такая комната?

— По моим ощущениям — уже сегодня. Немного позже появления первой группы детей.

— Я успею всё подготовить.

— Отлично. Кстати, скоро начнут появляться дети?

— Через десять минут. К завтраку.

— Понятно. Тогда я буду в гостиной. Хочу увидеть, как это будет выглядеть.

Усевшись в кресло, я вместе с котом принялся ждать.

Ровно в тот момент, когда часы на стене показали 8:00, в центре комнаты появился круг мягкого света. Из него шагнула фигура восьмилетнего мальчика. Он был одет в синюю рубашку с белым воротником, чёрные шорты и простые ботинки с высокими носками. В одной руке он держал плюшевую игрушку — белого тигра, в другой — небольшой чемодан. Голову украшала жёлтая панама.

Отличительной чертой были его глаза: белые склеры и радужки странного фиолетово-жёлтого оттенка.

(Фото — в дополнительных материалах.)

— Здравствуй, — мягко сказал я. — Как тебя зовут?

Едва я заговорил, сразу заметил, что слова звучат не на английском, а… на японском.

— Ацуши Накадзима, сэр, — ответил он. — А это мой новый приют? Как я здесь оказался?

Он с осторожным любопытством и нескрываемым восхищением разглядывал окружающую, явно дорогую обстановку.

— Меня зовут Виктор, но можешь называть меня директором. Я владелец этого приюта. И да — ты сейчас именно в нём. А как ты здесь оказался… скажем так, иногда в мире случаются чудеса.

Ты не против подождать здесь пару минут, пока появятся твои будущие друзья? А потом мы все вместе отправимся осматривать комнаты и завтракать.

— Х-Хорошо… — кивнул Ацуши, после чего с настороженностью добавил: — А где остальные дети?

— Приют только что открылся, — ответил я. — Ты первый ребёнок, который переступил его порог.

— Понятно…

Пока проходили несколько минут до появления следующего ребёнка, мальчик заметно переминался с ноги на ногу. Ему явно хотелось всё рассмотреть, потрогать, заглянуть в каждый угол.

Пока сложно было сказать, являлось ли это хорошим воспитанием…

Или же страхом сделать что-то не так и быть наказанным.

В следующий раз из круга вышел ещё один мальчик. Он был одет в кожаный доспех, на плече висел меч в ножнах, а в руках он держал походный баул с вещами.

(Фото — в дополнительных материалах.)

Он внимательно и настороженно осматривал окружение. По его позе, по тому, как он держался, сразу становилось ясно: что такое сражение и как убивать — он знал слишком хорошо.

— Здравствуй. Меня зовут Виктор, я директор и владелец этого приюта. Это Ацуши. А тебя как зовут?

— Гатс.

И на этом он замолчал.

Не знаю, через что ему пришлось пройти, но я искренне надеялся, что со временем он сможет расслабиться… и снова стать ребёнком.

— Приятно познакомиться. Нам нужно подождать прибытия остальных сирот. Ты не против немного подождать?

— …Хорошо.

Пять минут прошли в тишине.

Затем круг появился снова.

Из света вышел блондин с растрёпанными, торчащими во все стороны волосами. Одет он был в шорты и футболку с изображением закрученного символа — какого-то водоворота. Я смутно помнил, как правильно называлась эта одежда. В руках у него не было ничего. Видимо, это и были все его вещи.

(Фото — в дополнительных материалах.)

— Здравствуйте! Меня зовут Наруто! Даттэбайо! — выпалил он с широкой улыбкой.

— Здравствуй, Наруто. Меня зовут Виктор, я директор и владелец приюта. Это Ацуши и Гатс — твои будущие соседи. Можешь познакомиться с ними, пока мы ждём ещё двоих.

Он уверенно зашагал к мальчишкам.

— Привет! Давайте дружить! — радостно заявил он.

— Д-Давай… — осторожно ответил Ацуши.

Гатс лишь фыркнул в ответ.

У меня начали закрадываться подозрения, что дети либо были не из этого времени, либо и вовсе из других миров. Пусть я и был далёк от японской анимации, но о произведении под названием «Наруто» — при моей-то работе — я слышал.

Пока дети знакомились, круг появился снова.

В четвёртый раз из света вышли двое. Близнецы — блондины, мальчик и девочка. Одеты они были в дорогую одежду, сейчас испачканную кровью. В руках мальчик сжимал топор, а девочка стояла рядом, держа нож.

(Фото — в дополнительных материалах.)

Заметив их затравленные взгляды, я шагнул вперёд.

— Н-Не подходи! — закричал мальчик.

Используя возросшие характеристики воплощённого, я в одно мгновение выбил оружие из их рук. Подойдя ближе, я просто обнял их обоих.

— Тише… тише. Всё закончилось. Вы в безопасности, — говорил я спокойно, осторожно поглаживая их по спинам.

Калидус спрыгнул с моего плеча и начал тереться о детей, тихо мурлыкая.

Они оба разрыдались.

— Эмили, — позвал я управляющую.

— Я здесь.

— Покажи мальчикам комнаты. А я пока побуду с этими двумя.

— Так точно, Виктор.

Пока я сидел рядом с детьми, позволяя им выплакаться, я отчётливо понимал: в кратчайшие сроки мне нужен детский психолог, работающий с тяжёлыми случаями. А лучше — несколько. Либо, как минимум, необходимо было записать детей на приёмы к специалисту, которому можно доверять и который гарантированно будет держать язык за зубами.

Через некоторое время мне всё же удалось разговорить близнецов. Своих настоящих имён они уже не помнили и просили называть себя Гензелем и Гретель. Правда, кто из них кто, они сами сказать не могли, постоянно путаясь.

Я не психолог, но даже без профильного образования было видно: тяжёлая диссоциация личности и следы сексуального насилия. Не удивлюсь, если их ещё и заставляли причинять вред другим детям.

М-да…

Тем временем часы показали без десяти девять, а значит — пора было завтракать.

Осторожно подхватив близнецов на руки, я отнёс их в столовую. Пока ребята с осторожным интересом пробовали кашу, бутерброды с сыром и компот, я быстро поел сам и оставил детей на попечение Эмили.

— Так как это ваш первый день в приюте, — сказал я им, — вы свободны выбирать, чем хотите заняться. Единственные ограничения: не выходить за пределы территории особняка и не заходить в мой кабинет. У нас есть игровая комната с самыми разными игрушками и сад — он полностью в вашем распоряжении.

Дети в целом отреагировали с живым интересом. Лишь Гатс смотрел на меня с явным недоумением.

Покинув столовую, я направился ко второму входу. Предчувствие отчётливо подсказывало: с минуты на минуту появится гость.

Калидус остался с детьми. В котах есть своя, особая успокаивающая магия — сейчас она была необходима как минимум двоим из пяти.

Я подошёл к двери как раз в тот момент, когда в неё позвонили. Взглянув на табличку над входом, я прочитал: «Централ-сити».

Значит, один из воплощённых… или кто-то ещё.

Открыв дверь, я увидел вчерашнего парня. Правда, он заметно изменился: стал чуть ниже ростом, кожа приобрела лёгкий загар, глаза — едва заметный раскос. Черты лица и тела стали более мягкими, почти женственными.

Хм. Похоже, воплощение видоизменяет тело. Почему со мной и Калидусом такого не произошло? Пожалуй, это можно списать на особенности нашего состояния.

— Слова про денежную помощь ещё в силе? — спросил он, приподняв бровь.

В его голосе и манере держаться чувствовались перемены: он стал увереннее в себе, чуть надменнее, чем вчера.

— Конечно, — кивнул я. — Прошу, пройдёмте в мой кабинет.

Мы дошли до нужного помещения. Я занял своё кресло за столом, а он сел на один из заранее подготовленных стульев напротив.

— Я уверен, у вас возникло множество вопросов, — начал я. — Я постараюсь ответить на каждый из них. Но сначала нам нужно дождаться ещё одного гостя, оказавшегося в схожей ситуации.

— Что ж… хорошо, — согласился он после короткой паузы.

— Благодарю. Позвольте полюбопытствовать: процедуру, которую я провёл с вами, я применял к другому человеку впервые. Расскажите, как вы себя чувствуете. Что ощущаете?

Я внимательно посмотрел на него, стараясь не упустить ни одной детали.

— То есть я был вашим подопытным кроликом?

— И да, и нет, — спокойно ответил я. — Процедура безопасна, могу утверждать это на собственном опыте. Ваше же состояние мне интересно потому, что до воплощения я и сам был не совсем обычным человеком. Мне важно понять, есть ли различия.

— Отлично, тогда слушайте. Если обобщить… — он чуть задумался. — Я чувствую себя сильнее, гибче и куда выносливее. В голове крутятся странные мысли и обрывки воспоминаний, словно я когда-то что-то умел, но забыл и теперь пытаюсь вспомнить.

И ещё… имя. У меня есть чёткое ощущение, что моё имя не одно. Но второе постоянно ускользает, как бы я ни пытался его ухватить.

— Понятно, — кивнул я. — Вскоре я всё вам объясню. Осталось всего три… два… один…

Дверь открылась, и Эмили впустила в кабинет мужчину, которого я встретил в Метрополисе. Он изменился не так сильно, как сидящий напротив парень: волосы сменили цвет, а черты лица стали резче.

— А вот и второй наш гость прибыл, — произнёс я. — Прошу, присаживайтесь. Полагаю, у вас накопилось немало вопросов.

Как только он занял свободное кресло, я начал рассказ — тот самый, что продумал ещё вчера вечером.

— Начнём с простого. Вы знакомы с теорией реинкарнации?

Дождавшись согласных кивков, я продолжил:

— Тогда идём дальше. Существует такая вещь, как Вера. В каком-то смысле это вполне осязаемая сущность — особый тип энергии. Раньше она уходила разным богам, сейчас в основном одному… хотя я не уверен, что ему, в отличие от остальных, она вообще нужна.

Я сделал короткую паузу.

— Нас интересует другое. Что происходит, если энергия Веры направляется не на божество, а на человека — или даже просто на существо, необязательно разумное? Возможны два сценария.

В первом случае существо осознанно или инстинктивно находит способ использовать эту энергию.

Во втором — энергия накапливается в душе и уходит вместе с ней на перерождение. Но пока существо помнят, пока о нём говорят, Вера продолжает копиться. Никто не знает, до какого предела это может дойти и к чему приведёт.

— Но один достаточно безумный маг решил схитрить с этим явлением, — продолжил я. — Он создал артефакт, способный искусственно пробуждать накопленную энергию Веры, даруя разумному сверхспособности, связанные с его прошлой жизнью.

Уверенный в собственной исключительности, он применил артефакт на себе и просчитался. Он не умел видеть души напрямую — а значит, не мог оценить объём накопленной энергии и понять, что он некогда не был великим или известным. Маг погиб, а его знания и сам артефакт в итоге достались мне.

Я слегка развёл руками.

— Немного доработав устройство, я провёл процедуру, которую он называл воплощением, сначала на себе. И именно это дало мне одну крайне неприятную, но полезную способность — предчувствие глобальных событий.

Я посмотрел на обоих мужчин.

— В ближайшем будущем миру грозит нечто извне. Масштабная катастрофа. Подробностей я, к сожалению, сказать не могу.

Понимая это, я не имел права просто сидеть сложа руки. Поэтому начал ходить по городам и искать тех, кто подходит для воплощения и при этом не станет грабить и разрушать, получив силу, а захочет помогать людям.

Я сделал паузу.

— Вы стали первыми воплощёнными, помимо меня. Ах да, забыл представиться: в этой жизни меня зовут Виктор. Имя же своей прошлой жизни я пока оставлю при себе.

— Алекс, — представился один.

— Джон, — добавил второй.

— Очень приятно. Теперь, когда мы разобрались с предысторией, вернёмся к настоящему. Существует три этапа развития сил у воплощённых…

Дальше я рассказал им об этапах развития, классах и их возможностях. Объяснил, что каждый воплощённый обладает NP, что существует система характеристик и уровней, и как всё это между собой связано.

— На этом введение можно считать законченным. Есть вопросы?

— А можно сделать какую-нибудь брошюру со всей этой информацией? — спросил Алекс.

— Такая идея у меня была. Пока она в процессе реализации, но вскоре брошюра появится.

— Всё это очень интересно и познавательно, — заговорил Джон, — но остаётся два вопроса. Как продвигаться по этапам и что с деньгами?

— Для продвижения по этапам нужны две вещи: время и образ жизни. Со временем вы и сами будете всё сильнее сливаться со своей прошлой жизнью, получая её навыки и сверхспособности. Но чтобы процесс шёл быстрее, вам нужен образ жизни, связанный с прошлой реинкарнацией.

Не обязательно полностью её копировать, но, к примеру, если ваша прошлая жизнь была связана с искусством — стоит попробовать заниматься чем-то подобным. Чтобы лучше понять себя, советую посещать музеи, галереи, выставки.

— Звучит интересно, — кивнул Алекс, — но всё же… откуда брать деньги?

— Тут мы подходим ко второй теме — вашему геройству. Мы заключим магический контракт. За каждую спасённую жизнь вы будете получать определённое количество валюты. Её размер зависит от того, в какой опасности находились люди. Искусственно создавать опасные ситуации нельзя, магия будет отслеживать это и штрафовать вас. Эту валюту можно обменивать на обычные деньги, заказывать артефакты, аномальные предметы и тренировки. Кроме того, время от времени я буду отправлять вас на особые задания — там тоже можно зарабатывать очки и получать награды.

Я слегка улыбнулся.

— Чтобы вы быстрее разобрались в том, кем были, я дам вам аванс — в долг ваших будущих очков. По пятьдесят тысяч долларов каждому.

Однако, чтобы перейти на первый этап — «Проснувшийся», — вам нужно вспомнить своё Имя.

Вы готовы заключить такой контракт?

Они переглянулись.

— Как будто у нас есть выбор, — хмыкнул Алекс.

— Выбор есть всегда, — спокойно ответил я.

В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошла Эмили. Она молча положила на стол два договора и вышла.

Пока они внимательно читали документы, я протянул руку к Калидусу. Используя её как мост, он перебрался с подушки ко мне и устроился на коленях. Я машинально стал гладить его за ушами.

Я, к слову, только сейчас заметил, что кот уже давно находится в кабинете.

Закончив читать, они подписали договоры. Я поставил свою подпись следом и протянул им руку, чтобы закрепить соглашение. В момент рукопожатия Настя связалась с ними, создавая профили и выдавая первые задания.

Я мысленно обратился к ней:

— Настя, ты можешь сказать, чьи они реинкарнации?

[Да, могу. Вот профили.]

Я быстро пробежался по информации.

[Текущее имя: Джон

Истинное Имя (скрыто): Хатшепсут

(отображается только Виктору, пока они не достигнут стадии Проснувшегося)

Класс: Caster

Характеристики: ( в скобках показаны нынешние показатели, перед скобками максимальные)

Параметр

Сила E (E—)

Выносливость C (D)

Ловкость D (E)

Магия A (С)

Удача B (D)

NP A (C)

Личные навыки

(до первой стадии отображаются как «???», до стадии Совершенный вернувшийся ослаблены, на данный момент доступно 10%)

Колдовство — A (D)

• Полноценная ритуальная магия фараонов

• (Ослаблено: только простые заклинания, долгий каст, высокий расход маны)

Создание Территории — A (D)

• Создание храмов и святилищ

• (Ослаблено: временный алтарь, минимальные бонусы)

Имя Амона-Ра — A (C)

• Усиление магии, защита от проклятий

• (Ослаблено: кратковременный бафф на защиту от проклятий, без усиления магии)

Двойственная Идентичность Правителя — B (D)

• Игнорирование магических ограничений

• (Ослаблено: работает нестабильно и только на самого воплощённого)

Путь в Страну Пунт — B+ (D)

• Магия процветания, восстановления и торговли

• (Ослаблено: слабая регенерация маны)

Noble Phantasm

«Djeser-Djeseru — Храм Вознесённой Царицы»

•Тип: Создание территории / Поддержка

•Ранг: A (C)

Полная версия:

• Священная территория с мощными баффами союзникам

• Усиление магии, защиты и восстановления

Ослабленная версия:

• Небольшой защитный круг

• Слабое восстановление

• Ограниченная зона действия]

Текущее имя: Алекс

Истинное Имя (скрыто): Диего Родригес де Сильва-и-Веласкес

Класс: Caster

Характеристики:

Параметр

Сила E (E-)

Выносливость D (E)

Ловкость C (D)

Магия A (C)

Удача B (D)

NP A (C)

Личные навыки

Создание Территории — B (D)

• Мастерская художника как магическое пространство

• (Ослаблено: временная зона, минимальные бонусы)

Колдовство — C (E)

• Магия наблюдения и фиксации реальности

• (Ослаблено: ограничено визуальными эффектами)

Взгляд Художника — A (C)

• Видит истинную форму вещей

• (Ослаблено: краткое раскрытие, не работает на высшие сущности и сложную магию)

Живопись Реализма — A (D)

• Фиксация состояния цели в пространстве

• (Ослаблено: замедляет, но не «закрепляет» реальность)

Придворный Художник — B (D)

• Улучшение дипломатии и взаимодействия

• (Ослаблено: действует только в нейтральных ситуациях)

Noble Phantasm:

«Las Meninas — Картина, Смотрящая В Ответ»

•Тип: Мрамор реальности / Анти-мир

•Ранг: A (C+)

Полная версия:

• Разрушение иллюзий

• Потеря инициативы врагами

• Принудительное «наблюдение» истины

Ослабленная версия:

• Кратковременное искажение восприятия

• Снижение реакции противников]

Неплохой потенциал у обоих.

— Простите, — осторожно спросил Джон, — вы нас только что… системой наделили?

— Не совсем. Скорее это форма, которую приняло заклинание, чтобы вам было удобнее воспринимать информацию, отслеживать прогресс и задания.

— Ясно.

— Раз так, — сказал я, поднимаясь, — давайте пройдём в специально подготовленную комнату. Она поможет указать вам направление дальнейших поисков.

Пока мы шли, Алекс задал вопрос:

— Простите, мистер Виктор, а на каком этапе находитесь вы?

— Совершенный Вернувшийся, — ответил я, решив не уточнять, что уже вышел за пределы стандартных возможностей.

Комната, к которой меня привела чуйка, оказалась внутри больше, чем снаружи. Огромный зал, уставленный полками с самыми разными предметами.

— Вперёд, — сказал я. — Найдите предмет, к которому вас будет тянуть сильнее всего. Чтобы вы не размышляли слишком долго и действовали инстинктивно, у вас десять минут. После этого вас выбросит из комнаты.

Время пошло, — хлопнул я в ладоши.

Они разошлись. К концу срока каждый нашёл свой предмет:

Алекс — кисть для живописи.

Джон — осколок древней пирамиды.

— Ясно, — кивнул я. — Значит, прошлая жизнь Алекса связана с живописью, а Джона — с Древним Египтом.

У выхода я вручил им по пятьдесят тысяч долларов наличными — деньги уже лежали на тумбочке. Не раскрывая принцип работы двери, я по очереди отправил их обратно в их города.

Оставалось ждать.

Как и подсказывали ощущения, вскоре прибыли ещё двое — будущие работники приюта. Я принял каждого по очереди, показал рабочие места и жилые комнаты, выслушал искреннее восхищение условиями и оборудованием. После подписания контрактов они отправились собирать вещи для переезда. Оба снимали небольшие квартиры и были рады сменить жильё на просторное, особенно с учётом бесплатного питания.

Попросив Эмили заранее подобрать нужные города, я проводил их к выходу. Пункт о неразглашении в договорах их хоть и не особо насторожил, но показывать работу двери было ещё рано.

Закончив со всеми делами, я решил всё же отправиться в Готэм сейчас, а не ночью.

Выбрав нужное название, я шагнул за дверь.

Глава 3

От лица главного героя:

Готэм.

Из прошлой жизни я знал о нём немного: Бэтмен, Джокер. Ах да — Бэтмен ещё периодически берёт себе новых Робинов. Но это уже детали, слабо относящиеся к делу.

Собственно, на этом мои знания о Готэме и заканчивались.

Интернет быстро восполнил пробелы. Готэм стабильно входил в списки самых криминальных городов мира: коррупция, уличные банды, мафия, психопаты в масках, террористы с манией величия.

За дверью меня встретило серое небо. Оно нависало низко, будто давило на плечи. Здания тянулись вверх — угрюмые, потемневшие от времени. Где-то вдали завыла сирена, и почти сразу ей ответила другая. Люди вокруг двигались быстро, не задерживая взгляды ни на ком дольше секунды. На удивление, сам воздух пах не так уж и плохо.

Вздохнув поглубже, я активировал Зов Колоколов с одной-единственной целью — найти тех, кто подходит для воплощения. Тех, кто сможет стать героями.

Ускоренные с помощью Путешественника миров Калидуса, мы быстро пересекали улицу за улицей. Я не отпускал рукоять кинжала, двигаясь на едва ощутимый колокольный звон.

Однажды я выцепил из толпы человека, подходящего под критерии воплощения, но Калидус сразу отверг его.

Колокольный звон упрямо вёл дальше.

Мы свернули с относительно оживлённой улицы в переулок, затем ещё в один — уже, темнее, пропахший сыростью и чем-то металлическим. Свет фонарей здесь был редким и тусклым, а окна домов либо заколочены, либо завешаны грязными шторами. Калидус настороженно прижал уши, и я машинально замедлил шаг.

Звон усиливался.

Свернув за очередной угол, я оказался в тупике. Старый мусорный бак, обшарпанные стены, лужи, в которых отражался больной жёлтый свет фонаря. Колокольный звон шёл оттуда.

Подойдя ближе, я увидел её.

В мусоре лежала обнажённая женщина. Избитая, покрытая царапинами и синяками, но даже это отходило на второй план. У неё не было конечностей — явная, грубая ампутация. Всё тело испещряли надписи: вырезанные, выжженные, нацарапанные. Она находилась в предсмертном состоянии и, судя по всему, слишком долго подвергалась насилию.

Я видел многое за прошлую жизнь. Очень многое.

Но подобное — лишь однажды, во время зачистки особенно мерзкого притона, который по совместительству оказался рабским рынком.

И всё же…

Её душа.

Она пылала. Ярче, чем у всех воплощённых, которых я встречал до сих пор. Не треснутая, не угасающая — яростная, упрямая, цепляющаяся за саму идею существования.

Осторожно приподняв её голову, я заглянул ей в глаза. Взгляд был мутным — вещества, боль, истощение. Но под этим слоем я увидел то, что искал.

Отчаянное желание жить.

— Тебе очень повезло, девочка, — тихо сказал я. — Ветвь при воплощении восстанавливает все повреждения тела. Не знаю, слышишь ли ты меня сейчас и понимаешь ли… но, надеюсь, при первой возможности ты вернёшь мне моё пальто.

Резкий, точный удар кинжалом в сердце.

Вместо крови из раны вырвались лепестки сакуры. Они закружились в воздухе, мягко оседая на израненное тело, ложась поверх надписей, шрамов и синяков — словно пытаясь укрыть их от мира.

Достав небольшую записную книжку, я быстро написал адрес приюта, вырвал листок и аккуратно положил его во внутренний карман пальто. Затем накрыл им девушку.

— Увидимся, — добавил я почти неслышно.

Надеюсь, я не совершаю сейчас страшную ошибку, доверяясь этой способности.

Колокольный звон не исчез.

Он звал дальше.

Мы вышли из тупика и почти сразу вернулись к более широкой улице. Здесь уже были витрины, редкие прохожие, проезжающие машины. Готэм умел быть обманчиво живым, если не всматриваться слишком внимательно.

Звон вёл вверх по улице, к перекрёстку.

Там стояла патрульная машина с включёнными проблесковыми маячками. У капота находились двое полицейских. Один — совсем молодой — говорил с кем-то по рации. Второй, постарше, лениво опирался на автомобиль и оглядывал улицу.

С виду — обычный патруль. Более того, по ощущениям, потенциал для воплощения был у обоих. Но внутри всё равно что-то скребло.

— Что думаешь, Калидус? — тихо спросил я.

— Тот, что постарше, мне не нравится, — так же тихо ответил кот. — От него тянет гнильцой.

Я медленно кивнул, продолжая наблюдать.

— Сможешь, удерживая кинжал в зубах, перерезать горло молодому? — спросил я без эмоций, словно обсуждая погоду.

— Думаю, да. Смогу.

Мы отошли чуть в сторону, туда, где нас не было видно с улицы. Я быстро осмотрелся, убеждаясь, что поблизости нет работающих камер и случайных свидетелей, после чего передал кинжал Калидусу.

Кот исчез, оставляя послеобраз. Прошла всего секунда.

Он возник рядом так же внезапно, как и пропал, аккуратно возвращая мне кинжал.

Я вышел из переулка, изображая обычного прохожего, и посмотрел в сторону патрульной машины, желая увидеть, что произойдёт дальше.

Молодой полицейский так и не договорил фразу.

Он сделал шаг в сторону, будто собираясь обойти машину, затем резко дёрнулся, выронил рацию и осел на асфальт. Всё произошло настолько тихо и быстро, что со стороны это выглядело как внезапный обморок.

— Чёрт… — выругался напарник, оттолкнувшись от капота. — Эй, ты чего?

Он подошёл ближе, наклонился и стал ощупывать его.

— Диспетчер, у меня тут напарник в обморок упал. Вроде дышит, пульс есть. Я отвезу его в больницу, — начал он говорить в рацию.

Пусть будет так.

Колокольный звон всё ещё звенел в моих ушах, но я решил, что двух воплощённых для Готэма на данный момент достаточно.

Вернувшись в приют, я открыл список городов, которые раньше не существовали в моём мире, сохранённый в телефоне. Хотел записать в блокнот, но Калидус вовремя напомнил.

Итак, три города я уже посетил: Метрополис, Централ-Сити, Готэм. Остались Стар-Сити, Коаст-Сити, Блудхейвен, Ивеншо и другие. Всего — тридцать один город. Хорошо хоть не все находятся в Америке, так что реальное необходимое число несколько меньше. А ведь я ещё собирался посетить столицы основных государств.

Ладно. Сделаем так: в день — как минимум три города. Если в каком-то не удастся найти воплощённых… значит, такова судьба.

Итак, пойдём по порядку. Следующим будет Стар-Сити, а затем… пусть будет Хаб-Сити. Последний, если верить интернету, чуть ли не хуже Готэма, но зато без суперзлодеев. По крайней мере, официально.

Выйдя в Стар-Сити, я, ведомый Звоном Колоколов, дошёл до небольшого кафе. Время было обеденное: занятые столики, негромкий гул голосов, звон посуды, запах свежего кофе и жареного мяса. Место выглядело уютным.

Мы сели у окна. Калидус устроился на соседнем стуле, свернувшись клубком и изображая самого обычного кота. Звон был едва заметен — тонкий, фоновый, но устойчивый.

Он стал отчётливее, когда к нам подошла официантка.

Молодая женщина, уставшая, но всё ещё держащая на лице профессиональную улыбку. Она достала блокнот и начала перечислять позиции обеденного меню, привычно не поднимая глаз.

— Простите, — перебил я, когда она дошла до напитков. — Не могли бы вы наклониться чуть ближе? Здесь довольно шумно, а я плохо слышу.

Она без колебаний сделала шаг вперёд и слегка наклонилась ко мне, продолжая говорить — автоматически, по инерции.

Я нанёс удар в сердце.

Движение было коротким и точным, скрытым между столом и её телом. Лезвие вошло беззвучно. Её глаза расширились — не от боли, скорее от удивления. Я подхватил её прежде, чем она успела упасть, и аккуратно опустил на пол, удерживая так, будто ей действительно стало плохо.

Я громко позвал на помощь, привлекая внимание. Посетители вскочили со своих мест, кто-то уже тянулся к телефону. Калидус спрыгнул со стула и с громким, испуганным мявом юркнул под соседний стол.

— Вызовите скорую! — сказал я, стараясь, чтобы голос дрожал ровно настолько, насколько нужно. — Она просто упала, я даже не понял, что произошло!

Кто-то повторил мои слова, словно эхо. Кто-то уже диктовал адрес диспетчеру. В кафе началась суета — та самая, в которой никто не смотрит внимательно и не задаёт лишних вопросов.

Хоть такое редко, но случается. Человеку стало плохо на работе и он, по какой-то причине, упал в обморок.

Я осторожно положил её на бок, как полагается по инструкции, и убрал руку. Звон Колоколов стих, подтверждая сделанное.

Мы ушли раньше скорой — достаточно было просто раствориться в потоке людей, выходящих на улицу.

Следующий город — Хаб-Сити.

Вы когда-нибудь смотрели старые нуарные детективы? Вот примерно такая атмосфера встретила меня здесь — только без закадрового голоса. Или, по крайней мере, я его не слышал.

Асфальт был мокрым, но дождя пока не было —просто Хаб-Сити никогда толком не высыхал. Запах табака, дешёвого алкоголя и чего-то гнилого въелся в воздух намертво. Здания стояли плотно, будто сдвинутые друг к другу нарочно, чтобы между ними всегда оставались тени.

Люди здесь не спешили. Они шли медленно, сутулясь, с опущенными головами, будто каждый шаг давался с усилием. Взгляды — колючие, цепкие. Такие смотрят не из любопытства, а из привычки.

— Не нравится мне это место, — пробормотал Калидус, выглядывая из-под моего запасного пальто, оказавшегося в приюте на вешалке. Пока что приют — моя любимая способность, лишь немного опережающая Звон Колоколов, но если без последний я бы, пусть и с большей затратой времени, но справился бы, то приют избавляет меня от кучи проблем разного толка. Под пальто же кот решил перебраться из-за повышенной сырости воздуха, что ему очень не понравилось.

Зов Колоколов проявился почти сразу — глухой, тяжёлый, будто и сам с трудом пробивался сквозь эту вязкую реальность. Он тянул нас вперёд, вниз по улице, прочь от редких витрин и фонарей, в сторону кварталов, где свет был роскошью, а тьма — нормой.

Что-то меня самого потянуло на нуарную тему, вон как говорить стал, пусть и мысленно. Окажись я здесь в прошлой жизни, пришлось бы поработать. Впрочем, никто не мешает мне заглянуть сюда позже.

Мы свернули за угол — и звук усилился.

Под мостом, между опорами, под капающей грязной водой, сидел мужчина. На вид — лет сорок, может, больше. Плащ, давно потерявший цвет, не по размеру. Руки дрожали — то ли от холода, то ли от абстиненции. Перед ним стояла пустая жестяная банка.

Он поднял на меня глаза.

В них не было ни надежды, ни отчаяния. Только усталость. Та самая, что приходит, когда человек слишком долго живёт в мире, где от него ничего не зависит.

Звон бил прямо от него.

— Странное чувство, он вроде и подходит, но всё равно чувствуется некая пустота, надломленность. — тихо сказал Калидус.

Я присел рядом, не касаясь его.

— Как жизнь? — спросил я.

Мужчина усмехнулся криво.

— А это считается жизнью? — ответил он и закашлялся. — Если да, то паршиво.

Возможно туберкулёз.

Он не спрашивал, кто я. В подобных местах такие вопросы задают редко — из вежливости, а не из интереса.

Я смотрел на него несколько секунд, оценивая не тело — душу. Она подходило. Не так, как у той девушки в Готэме, но подходила.

— Знаешь, — сказал я наконец, — иногда судьба даёт второй шанс.

Он хмыкнул.

— В этом городе? Не смешно.

Я нанёс удар быстро.

Без слов, без церемоний. Просто положил руку ему на грудь, будто помогая удержаться, и позволил клинку сделать своё дело.

Он даже не успел понять.

Наблюдая за тем, как из раны появляются лепестки сакуры, а само тело заваливается на бок, я не думал об воплощённом бомже, нет, я размышлял о другом.

Когда я рассказывал первым воплощённым легенду о маге, я врал лишь частично, в остальном про сам механизм воплощения я рассказал правду, как и про то, что если ранить этим ножом не подходящее существо, оно умрёт. Интересно, делало ли это кинжал ультимативным оружием? Сложно сказать. В любом случае, я не особо хочу его применять, только если в крайней безвыходной ситуации.

Вернувшись в приют, я встал перед книгой с городами, настраиваясь на поиск психолога для детей. Да и других преподавателей следовало поискать.

Девушка, что уже распрощалась со своей жизнью:

Я медленно открыла глаза и несколько секунд просто смотрела в темноту. Вокруг было тихо. Чуть приподнявшись, я поняла, что на меня накинуто чьё-то пальто.

Стоп.

Приподнявшись?

Я резко посмотрела на свои руки.

На руки, которые мне отрезали. Я видела это. Помнила. Слишком хорошо.

В голову хлынули воспоминания — последний месяц Ада. Боль, унижение, грязь, вещества, которые стирали границы между днём и ночью. Раньше я бы закричала. Заплакала. Свернулась бы в комок.

Но сейчас — ничего.

Эти воспоминания больше не имели надо мной власти. Они были… фактами. Неприятными, тяжёлыми, но не ломающими.

Я выбралась из мусорного контейнера и начала осматривать своё тело, не испытывая ни стыда, ни смущения.

Хрупкость исчезла. Я стала выше. На животе обозначились чёткие линии мышц. При движении под кожей рук проступали тугие, жилистые канаты. На запястье я заметила татуировку — компас.

Но даже это было не главным.

Моё тело изменилось полностью: формы груди и задницы стали больше, волосы — светло-каштановыми вместо прежней чёрной копны. Я ощущала себя… собранной. Цельной.

В голове мелькали обрывки мыслей, знания, навыки — чужие и одновременно мои. И имя. Моё настоящее имя. Я пыталась его нащупать, но каждый раз оно ускользало от меня.

— Ой, гляньте-ка, — раздалось за спиной. — Какая краля. И, судя по всему, специально для нас разделась.

Я обернулась. В начале переулка стояли пятеро бандитов.

Страха не было.

Раньше — был бы. Сейчас — пусто.

— А чего молчим, краля? Мы…

Я перестала их слушать. Глаза скользили по переулку, словно что-то искали. Взгляд зацепился за кусок металлической трубы.

Я наклонилась и подняла его.

Пока я рассматривала металл, в голове словно щёлкали замки. Движения, расчёты, понимание дистанции — всё вставало на свои места, будто я всегда это умела, будто я всегда знала, как обращаться с копьём.

— Эй! Ты вообще меня слушаешь?!

Он подошёл слишком близко.

Удар был быстрым и точным. Мужчина рухнул, оглушённый. Остальные выхватили ножи — но это уже не имело значения.

Через несколько секунд все пятеро лежали на земле, хватаясь за сломанные конечности. Труба не выдержала — плохой металл погнулся. Я отбросила её в сторону.

— Раздевайтесь, — сказала я этим татям.

Слово «тати» всплыло само собой. Старое. Чужое. Но почему-то точное.

Пока они выполняли приказ, я подняла пальто и тщательно его осмотрела. Во внутреннем кармане оказалась записка с адресом и короткой надписью:

«С днём рождения».

Я усмехнулась.

Собрав деньги и выбрав подходящую одежду и обувь, я накинула пальто на плечи. Оно сидело так, будто всегда было моим.

Сначала — магазин. Нужно хотя бы бельё.

Потом — адрес из записки.

А дальше…

Дальше можно будет подумать и о мести.

От лица Джеймса Гордона, комиссара полиции:

От работы с документами меня отвлёк осторожный стук в дверь.

— Мистер Гордон, — раздался голос секретарши. — К вам посетитель.

— Кто именно? — не поднимая головы, спросил я.

— Говорит, что из недавнего пополнения. Представился одним из новичков. Просит личной встречи. Пускать?

Я на секунду задумался, затем кивнул, незаметно сдвинув руку к ящику стола, где лежал пистолет.

В Готэме излишняя осторожность — это не паранойя, а профессиональная привычка.

— Пусть заходит.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл молодой мужчина. Чёрные волосы, аккуратная причёска, телосложение — спортивное. Двигался уверенно, без суеты, что для новичка было… нетипично.

Он закрыл за собой дверь и повернулся ко мне лицом.

— Стажёр патрульной службы Майкл Ривз, сэр, — представился он чётко, по уставу. — Прибыл по поводу сегодняшнего инцидента.

Майкл Ривз, Майкл Ривз. Помню такого, только он выглядел по другой. Достав его дело, я открыл его на странице с фото и снова перевёл взгляд на стажёра, подняв бровь.

— И поэтому тоже, сер. Мой напарник может подтвердить, что отвёз меня в больницу, а там уже то, что я вышел оттуда таким.

Хм…

— Если ты не врёшь, есть идеи, что с тобой случилось?

— Нет. Перед тем, как упасть в обморок, я почувствовал сильную боль в шее. Также у меня такое ощущение, как будто я что-то хорошо умел, но, по какой-то причине забыл, а ещё имя. У меня есть чёткое знание, что у меня два имени, только вспомнить второе всё не удаётся, оно каждый раз ускользает.

— Понятно, что-то ещё?

— Да, вы не против, если я покажу на примере вон того диванчика?

— Если это его не повредит, то делайте.

Подойдя к дивану, он одной рукой, схватив за край с лёгкостью поднял его и помогал в воздухе, после чего положил обратно.

— У меня появилась сверхчеловеческая сила, скорость и, наверное, прочность. До того как зайти сюда, я попытался поднять служебную машину и у меня получилось. Ещё у меня на руке появилась татуировка с движущейся стрелкой. — показал он на пустое место на руке, — только её, кроме меня, никто не видит.

—… Ясно. Давай так, задержишься сегодня сверхурочно, а я позову одного нашего друга и мы вместе попытаемся понять, что с тобой случилось, это не проблема?

— Никак нет.

— Хорошо, свободен.

Как только он вышел за дверь, я набрал нужный номер.

— Алло, Бэтмен? У меня тут проблема…

От лица одного бомжа:

Я очнулся резко. Просто открыл глаза — и сразу понял, что уже смеркалось.

Осмотрелся. Никого поблизости. Тихо. Слишком тихо.

Странно. Вроде бы тот старик меня ножом пырнул. Я это помнил. Чётко. Или… привиделось? Я вроде не пил.

Поднявшись, я вдруг заметил, что привычная ломота в теле исчезла. Совсем. Ни в спине, ни в суставах. Наоборот — внутри была странная лёгкость, будто я сбросил с себя лишний вес, которого никогда не замечал.

Я подошёл к ближайшей луже и посмотрел на отражение.

Борода выглядела… ухоженной. Не спутанной, не клочковатой. Волосы — и вовсе закручивались в кудри.

Это как вообще возможно?

Я стал внимательнее осматривать и ощупывать себя. Старые шрамы исчезли. Все. Тело вернулось в форму, которую я потерял много лет назад — ещё до момента, как меня выперли с работы на улицу, до бутылки.

На руке я заметил татуировку. Раньше её точно не было.

И только потом до меня дошло главное: за всё это время я ни разу не закашлялся. Ни разу. А ведь раньше не мог и пяти минут прожить без этого.

Ладно. С этим можно разобраться и завтра.

На свою голову я решил срезать путь через переулок — и наткнулся на компанию с явно бандитской внешностью и повадками. Таких я раньше обходил десятой дорогой.

Но они прошли мимо.

Будто меня не было.

Я остановился, обернулся — никто даже головы не повернул. Ни взгляда, ни слова.

Это было… странно и не типично для этого города.

Добравшись до места, где ночуют такие же, как я, я заметил одну вещь: меня не замечали. Совсем. Когда я попытался заговорить с одним из них, тот вздрогнул и уставился на меня с удивлением.

— Ты… откуда тут взялся? — пробормотал он. — Я тебя не видел.

Это уже было интересно.

Лёжа на своём месте, я снова посмотрел на татуировку. Компас. Стрелка указывала в сторону, отличную от той, куда смотрела раньше. И я был уверен — раньше она показывала иначе.

Значит, эта штука указывает на какое-то конкретное место.

Что ж. Завтра схожу и посмотрю.

Всё равно делать нечего.

От лица главного героя/Виктора:

После поиска будущих учителей, меня навестило два из четырёх воплощённых: обе воплощённые девушки. Первая также, с моего разрешения, осталась пока жить в особняке, так как ей не куда было идти. На долго ли это, я не знаю, но пока что она займёт должность охранника.

Вторая же девушка, на удивление, почти не изменилась внешне, разве что волосы стали длиннее.

К моменту из прихода как раз были готовы брошюрки со всей необходимой информацией. Два им из прочитать, отвёл в комнату талантов, как я назвал специально подготовленное помещение со множеством объектов.

Первая девушка, своё имя она не назвала, сказав, что та личность мертва и пока она не вспомнит своё прошлое имя, будет ходить безымянной, выбрала осколок расписной тарелки с территории древней Москвы. Вторая девушка, представившаяся Элли, взяла револьвер времён дикого запада.

Выдав им по 50 000 тысяч, как и с прошлыми воплощёнными, я отправил их обратно по городам.

Конечно я посмотрел их профили.

[Имя: Элли/ Фиби Энн Мозис/ Энни Оукли

Класс: Archer

Параметры:

Сила D (E)

Выносливость C (D)

Ловкость A+ (B)

Магия E (E–)

Удача A (C)

NP A (B)

Личные навыки:

Сопротивление Магии (Magic Resistance) — D (E)

•Минимальная защита за счёт концентрации и самоконтроля

•(Ослаблено: почти отсутствует)

Абсолютная Меткость — A+ (B)

Фирменный навык Энни Оукли.

•Практически идеальная точность при стрельбе

•Может:

•сбивать летящие объекты,

•поражать цель без смертельного исхода,

•попадать в микроскопические уязвимости

•(Ослаблено: требует времени на прицеливание)

Стрельба Без Убийства — A (C)

Навык принципа, а не техники.

•Позволяет выводить противников из строя без летального исхода

•Эффективна против:

•оружия,

•снаряжения,

•узловых элементов техники

•(Ослаблено: работает только на неподвижные или медленные цели)

Звезда Шоу Дикого Запада — B+ (C)

Сценический и социальный навык.

•В присутствии зрителей:

•повышается концентрация,

•растёт Удача,

•усиливается контроль над выстрелом

•Может временно подавлять враждебность публики

•(Ослаблено: эффект слабый и кратковременный)

Доверие Партнёру — B (D)

Навык, рождённый выступлениями с риском для жизни.

•Позволяет сражаться рядом с союзниками, не причиняя им вреда

•Снижает вероятность «дружественного огня» почти до нуля

•(Ослаблено: действует только при заранее согласованной тактике)

Noble Phantasm:

「Little Sure Shot — Выстрел, Который Не Ошибается」

(Little Sure Shot — The Shot That Never Fails)

Ранг: A (B)

Тип: анти-юнит

Дальность: 1–100 метров

Макс. цели: 1

Описание

Noble Phantasm воплощает не оружие, а репутацию.

Выстрел, сделанный Энни Оукли, — это момент, когда мир ожидает попадания.

Эффекты активации

•Один выстрел получает:

•почти абсолютную коррекцию траектории,

•игнорирование внешних помех (ветер, дым, отдача),

•возможность неубийственного исхода по выбору Archer’а

•Может:

•обезоружить,

•вывести из строя,

•поразить строго заданную точку

•(Ослаблено: коррекция траектории ограничена, возможен промах при активной защите)

Не пробивает абсолютные защиты и не игнорирует концептуальные иммунитеты.]

А вот первая, как я и ожидал, меня поразила.

[Имя: нет/ Дмитрий Михайлович Пожарский

Класс: Lancer

Параметры:

Сила B (C)

Выносливость A (B)

Ловкость C (D+)

Магия B (D)

Удача B / A+ (C / B)*

NP A+ (B)

Личные навыки:

Сопротивление Магии (Magic Resistance) — B (C)

•Отменяет заклинания до трёх строк

•Современная магия действует слабо

•(Ослаблено: нестабильна против формализованной магии)

Божественность (Divinity) — D (E)

•Квази-сакральный народный защитник

•(Ослаблено: почти полностью символический эффект)

Ратоборец Отечества — A (B)

•Усиливает END и LUK при обороне/освобождении

•Бафф распространяется на союзников

•Враги «смуты» ослабляются

•(Ослаблено: действует только на Пожарского и 1–2 союзников)

Тактика Единения — B+ (C)

•Подавляет внутренние конфликты

•Повышает эффективность коалиции

•Даёт временное перемирие

•(Ослаблено: малые группы, бонус ~10–15%)

Непоколебимая Стойкость — A (B)

•Иммунитет к ментальным атакам ниже A и 50% ослабления всех, что выше.

•(Ослаблено: иммунитет до B, A-эффекты частично проходят)

Присяга на Верность Земле — C (D)

Обет, данный народу и земле, а не конкретному властителю.

•При попытке принудить Пожарского к действиям против Отечества:

•на принуждающего накладывается концептуальный дебафф

(снижение Удачи, Маны, Выносливости)

•Пожарский получает усиление

(повышение END, LUK и сопротивления контролю)

•Эффект усиливается, если принуждение исходит от союзника

•(Ослаблено: дебафф и бафф короче по времени и слабее по рангу)

Оружие Народного Воеводы (Armament of the People’s Prince) — B (C)

Способность призывать личное оружие Пожарского.

•Материализует копьё / рогатину / древковое оружие,

выкованное как символ не дворянской дуэли, а народной войны

•Оружие обладает:

•повышенной эффективностью против захватчиков и узурпаторов

•устойчивостью к разрушению

•(Ослаблено: оружие нестабильно, требует подпитки маной, бонусы снижены)

Оружие не является Noble Phantasm, но резонирует с ним.

Noble Phantasm:

「Союз Земли и Воли — Второе Народное Ополчение」

(Zemlya i Volya — The Second People’s Militia)

Ранг: A+ (B)

Тип: Анти-армия / Ритуал / Поддержка

•Массовое усиление союзников

•Нивелирование численного превосходства врага

•Создание мощных, лучевых энергетических атак

•Требует двух Ключей (Князь и Земский Староста, последний может быть выбран из союзников)

•(Ослаблено: ограниченная аура объединения, однократное применение)

Не активируется для захвата и тирании.]

Немного непонятно было про необходимость «двух ключей», но как пояснила Настя, второй ключ, по сути, становится батарейкой, отдающий свою жизненную энергию, Ману, волю или любую другу энергию для подпитки фантазии.

Ну надо же, сам Пожарский! В остально больше сегодня ничего важного не происходило, разве что ночью был инцидент. Ацуши, как я понял, оказался оборотнем, а сегодня как раз была полная луна, вот он и превратился. Правда не в волка, а в молодого тигра. Быть бы беде, да вот только Калидус его быстро задоминировал, за счёт своей ловкости А ранга. Дети даже и испугаться не успели, скорее наоборот, затискали тигра, боящегося что-то сделать под взглядом кота. Даже Гатс к этому присоединился.

На этом день точно подошёл к концу и меня ждал следующий. А если верить моим ощущениям, то он будет интересным, не обязательно в плохом смысле.

Глава 4.1

От лица Алекса / Диего Родригес де Сильва-и-Веласкес

Итак, что мне стало известно? В прошлой жизни я был известным художником. Если верить подписи под выбранной мной кистью, — испанским. Вполне возможно, что даже очень известным.

Но с чего начать поиск? Первой мыслью, навеянной словами того старика, был музей. Второй — то, что это бессмысленно, когда есть интернет.

Усевшись на своём старом диване, я открыл ноутбук и вбил запрос:

«Самые известные испанские художники».

Результат оказался… слишком широким. Список внушительный, толку мало. Я попробовал иначе:

«Самые известные картины испанских художников».

Теперь было получше: хотя список картин не появился, зато выдало десятку наиболее известных живописцев Испании.

Я пролистывал страницу за страницей, рассматривал одну картину за другой. И вдруг взгляд зацепился за неё.

Маленькая девочка в пышном белом платье.

Вокруг неё хлопочут фрейлины.

Няньки? Нет. Именно фрейлины.

Где-то глубоко внутри что-то щёлкнуло, будто старый замок повернули в нужную сторону.

Менины.

Девочку зовут Инфанта Маргарита.

Сзади, в глубине комнаты, стоят две фигуры: монахиня и мужчина. И их имена всплыли так же легко, как если бы я слышал их вчера.

Донья Марсела де Ульоа — монахиня-гувернантка.

Дон Диего де лас Колуньяс — телохранитель.

С правого переднего плана на зрителя смотрят два карлика — мужчина и женщина, а у их ног лежит мастиф.

Николас Пертусато и Мари Барбола.

Наконец, слева, из-за холста выглядывает мужчина с пышными усами и кудрями до плеч. Почти как у меня сейчас, только длиннее.

И в этот момент меня накрывает чувство родства.

Узнавания.

Возвращения домой.

Я перевёл взгляд на подпись:

«Менины», 1656 год — Диего Веласкес.

Да.

Да, всё правильно.

Я откинулся на диван и впервые за долгое время выдохнул свободно. Наконец то, что держало меня в напряжении с момента воплощения, исчезло.

Я знаю, кто я.

Я — Диего Родригес де Сильва-и-Веласкес.

Мысль прозвучала в голове громко, и тут же — как удар молотком — на меня обрушился поток воспоминаний. Обрывки сцен, запахов, привычных движений кисти. Навыки, которыми я владел всю жизнь, вернулись ко мне, как возвращаются мышцы после долгой спячки.

И вместе с ними — знания о моих способностях.

Создание территории — D

Позволяет на два часа превращать любую комнату в магическую мастерскую художника, полностью оснащённую всем необходимым для живописи и доступной мне магии.

Магия наблюдения — E

Ритуалы и заклинания для наблюдения на расстоянии, сканирования, создания магических фотографий и фиксации момента. Невысокая сила, но широкая применимость.

Взгляд художника — C

Я вижу правду и ложь.

Иллюзии, грим, маскировка — всё это больше не работает против меня. Я вижу, когда человек врёт, или выдаёт себя не за того, кем является. Простые магические сокрытия тоже бесполезны.

Живопись реализма — D

Мой взгляд способен замедлять то, что я вижу: процесс, явление, движение, болезнь. Не частично, а полностью. Нельзя замедлить одно крыло птицы — но можно весь полёт. При этом сама птица будет двигаться с одной скоростью.

Эффект держится 30 секунд, если не активировать способность снова или не поддерживать зрительный контакт.

Придворный художник — D

Эта черта даровала мне умение вести себя в высшем обществе, говорить с важными людьми и не выглядеть при этом лишним.

И наконец самое важное.

Noble Phantasm — «Las Meninas: Картина, Смотрящая В Ответ» (С+)

Я могу создать на холсте пространство, а затем поместить врагов внутрь него. Небольшое измерение размером с комнату, с обязательным выходом, который должен либо быть виден, либо о нём можно узнать внутри картины. Правила внутри задаю я, и они не могут навредить тем, кто туда попадает, но могут ограничивать, путать и искажать восприятие.

Ограничений много.

Но и возможностей — не меньше.

И у меня уже роились десятки идей и для картины, и для костюма.

Я поднялся с дивана. Нужно было закупиться: краски, кисти, карандаши и мелки, холсты, бумага, ткань, кое-какие минералы — расходники никто не отменял.

Проходя мимо зеркала, увидел, что у меня начали появляться усы, а волосы стали чуть длиннее и гуще.

Я пожал плечами.

Похоже, и внешность тоже постепенно возвращается к своей прошлой форме, хоть и сохраняя некоторые признаки нынешней.

Одевшись, я вышел за дверь. Меня ждало много работы.

От лица Джона / Хатшепсут

Получив на руки пятьдесят тысяч, я первым делом поел, снял номер в отеле и наконец-то нормально помылся.

Только разобравшись с базовыми потребностями, я подключился к отельскому Wi-Fi и начал копаться в интернете.

Своё имя я узнал достаточно быстро. Первым же предложением в поиске был список знаменитых фараонов Египта. И среди них — я.

Хатшепсут. Вторая женщина-фараон в истории. Дочь той, к которой, по преданию, приходил сам Амон-Ра. Строительница, правительница, чьё царствование было достаточно мирной эпохой.

Я на секунду замолчал, переваривая информацию.

И сразу же поставил себе чёткую границу:

Да, в прошлой жизни я был женщиной. Но сейчас я мужчина. И это остаётся неизменным.

Теперь перейдём к тому, что я получил.

Колдовство — D

Магия фараонов и жрецов древнего Египта:

ритуалы и заклинания, связанные с песком, мёртвыми, огнём.

Пара ритуалов плодородия и очищения земли, а также лечебные формулы.

Но знаний мало.

Слишком мало.

Я ощущал пробелы — как будто помнил лишь верхушку огромной пирамиды, скрывающейся под песком.

Когда я перейду из стадии «проснувшегося» в стадию «вернувшегося», память должна раскрыться больше. Это если верить Виктору — и я ему верю.

Создание Территории — D

Умение возводить простое святилище для египетских богов.

Такое место даёт:

•возможность приносить жертвы,

•совершать ритуалы,

•получать ограниченные благословения,

•и небольшой бонус к восстановлению энергии.

Проблема одна — святилище временное.

Полноценный алтарь я пока создать не способен, а значит взаимодействие с богами остаётся поверхностным.

Использовать его как источник энергии также не получиться, из-за чего половина магии становится недоступна.

Имя Амона-Ра — C

Ослабленное, но принадлежащее настоящему Богу благословение. Даёт лёгкое усиление магии, если подпитать его энергией,

и защищает от не слишком сильных проклятий.

Пока слабое — но это временно.

Двойственная Идентичность Правителя — D

Позволяет мне обходить ограничения, связанные с особыми артефактами, барьерами и древними механизмами.

То, что закрыто для обычного человека или мага, для фараона — не препятствие.

Путь в Страну Пунт — D

Особая магия, временно повышающая регенерацию тела и энергии.

Главное — это магическая способность, а не ритуал.

Её нельзя отменить, прервать или обезвредить.

И я могу накладывать её не только на себя, но и на других.

Потенциал огромный. Остаётся дождаться развития.

Noble Phantasm

«Djeser-Djeseru — Храм Вознесённой Царицы» (C)

Позволяет мгновенно создать на выбранной территории защитный контур:

•усиливает защиту всех союзников внутри,

•формирует купол, отражающий атаки извне,

•ускоряет моё восстановление маны,

•убирает до половины — а то и все — вербальные или ритуальные компоненты заклинаний.

По сути, это поле боя, которое подчинено мне.

Я в нём — центр. Остальные — под моей защитой.

Итог

Я получил очень интересную силу — пусть пока и требующую подготовки.

Но это сила фараона, которой можно пользоваться разумно и с выгодой.

Теперь осталось выбрать костюм, чтобы сохранить личность и безопасность, и придумать имя. С этим проблем не будет — магия мне в помощь.

Выбравшись из отеля, я направился по магазинам.

Мне требовались мел, мыши для жертвенных ритуалов, минералы и кое-какие другие вещи.

И, что самое странное…

Я чувствовал себя почти спокойно, нет, я чувствовал предвкушение!

Древний правитель вернулся в этот мир и мир увидит величие древнего Египта и одного из его фараонов!

От лица Дмитрия Михайловича Пожарского / Дмитрии Пожарской

Пришлось изрядно постараться, чтобы выяснить своё имя.

Без документов лететь в Россию и разбираться через музеи истории я не могла, так что оставалось только то, что было под рукой — купленный неподалёку ноутбук и интернет.

К счастью, русский язык я понимала сразу, как родной.

Странно, учитывая, кем была раньше, точнее в какой период жила… но жаловаться на это я не собиралась.

Итак.

Я — Дмитрий Михайлович Пожарский.

А теперь, с поправкой на новое тело — Дмитрия Пожарская.

Получив воспоминания и сведения о способностях, я села и начала внимательно их разбирать, одно за другим.

Сопротивление Магии — C

Позволяет игнорировать простые магические воздействия — те, что не требуют формул, ритуалов или компонентных заклинаний.

Примеры… увы, в моей голове отсутствуют.

Придётся искать мага, чтобы протестировать, либо попросить Виктора — он, по его словам, в магии кое-что понимает.

Божественность — E

Что это такое точно, я пока не поняла.

Способность даёт слабую защиту от концептуальных эффектов и вмешательств во время и пространство.

Пока что едва заметную.

К примеру, если кто-то остановит время, я это почувствую. И буду понимать, что со мной делали, пока время было неподвижно.

Ратоборец Отечества — B

Пока я сражаюсь за людей или землю, которые считаю своей родиной, моя выносливость и общая прочность значительно усиливаются.

Кроме того, я могу усилить ещё двух союзников.

Сильная способность.

Но завязанная на понятии «родины». А сейчас… ни Америка, ни нынешняя Россия такой не являются. Зато хоть, пока я сражаюсь за людей, она работает нормально, так что можно пока об этом забыть.

Тактика Единения — C

Пока я действую в группе, я и союзники получаем 10–15% усиления — зависит от сплочённости.

Моё присутствие снижает вероятность внутренних конфликтов.

По сути — идеальная способность для командной игры.

Непоколебимая Стойкость — B

Даёт иммунитет ко всем ментальным атакам B-ранга и частичное сопротивление A-рангу и выше.

Определить, что именно относится к «ментальному воздействию B-ранга», а что к A — сложно: примеры в брошюрах были слишком расплывчаты.

Понятно лишь одно: всё, что выше C-ранга, относится к сверхчеловеческому.

Присяга на Верность Земле — D

Необычная способность. Укрепляет меня и ослабляет всех, кто пытается использовать меня против государства, которое я считаю своей Отчизной.

Но поскольку ни Америка, ни нынешняя Россия под это условие пока не попадают — способность бесполезна.

По крайней мере — сейчас.

Оружие Народного Воеводы (Armament of the People’s Prince) — C

Позволяет призвать рогатину — копьё, наносящее повышенный урон узурпаторам.

Крепкое, мощное, но энергозатратное.

Есть альтернатива:

наложить эффект на обычное копьё, превратив его в «Оружие Народного Воеводы».

Потребление энергии снижается, эффективность остаётся.

Noble Phantasm

「Союз Земли и Воли — Второе Народное Ополчение」(Zemlya i Volya — The Second People’s Militia) — B

Ритуал, который требует второго участника — любое разумное существо.

Активировав его, я превращаюсь в ходячую артиллерийскую батарею по уровню разрушений. Причём, возможно, что не одну.

Плюс я продолжаю усиливать союзников.

Теперь к минусам/ограничениям:

•ограниченный радиус действия;

•ритуал работает всего час;

•обновление требует огромного количества энергии — как моей, так и второго участника.

Это мощнейший козырь. Но для него нужна команда.

С этим разобрались, теперь остался костюм и снаряжение. Предположим, копьё я могу найти, а вот создать подходящий костюм…

Ладно, так как никаких идей в мою голову не приходит, обращусь с этим к Виктору, авось поможет.

От лица Элли / Фиби Энн Мозис

Уволившись из кафе и собрав вещи, я, не раздумывая, взяла ближайшие билеты на самолёт. Уже через пару часов я была в штате Оклахома, в городе Оклахома-Сити.

Именно здесь располагался Национальный музей ковбоев и западного наследия, а вместе с ним — Зал славы ковбоев.

Едва приземлившись, я поймала такси и направилась прямо туда. Мне не терпелось пробудить свои суперсилы, а потом вернуться в родной город и творить справедливость во мраке ночи!

…В этот момент таксист, бросив взгляд в зеркало заднего вида, увидел, как пассажирка на заднем сиденье вскидывает вверх сжатый кулак. Лицо её при этом было слишком уж возбуждённым и предвкушающим.

«Неужели она настолько фанатеет от ковбоев и Дикого Запада?» — мелькнула у него мысль.

Впрочем, это было уже не его дело…

Приехав на место и купив билет, я вошла внутрь большого здания.

С первого же шага по галерее меня накрыло чувство родства и узнавания — такое сильное, что я просто застыла на месте, не в силах сделать ни шагу, ни вдоха. Так я простояла около минуты, пока сердце наконец не перестало колотиться.

Потом я обошла весь музей. Медленно. Внимательно. Разглядывая каждый экспонат, каждую фотографию, каждое имя.

Когда я дошла до секции своей прошлой жизни, сомнений уже не осталось.

Я — Фиби Энн Мозис.

Более известная как Энни Оукли.

Лучшая снайперша своего времени.

И способности у меня оказались соответствующие.

Сопротивление Магии — E

Невосприимчивость к самым слабым магическим воздействиям.

Абсолютная Меткость — B

Если у меня есть хотя бы секунда на прицеливание — я не промахнусь.

Неважно, что именно является моей целью.

Стрельба Без Убийства — C

Умение выводить противника из строя без летального исхода.

Пока что — только если цель стоит на месте или двигается медленно.

Звезда Шоу Дикого Запада — B+

Пока у моего «шоу» есть зрители, я стреляю точнее и мне откровенно везёт.

Чем больше зрителей — тем сильнее эффект.

Минус один: работает всего десять минут с начала выступления.

Доверие Партнёру — D

Если тактика оговорена заранее, координация в группе повышается, а вероятность «дружеского огня» падает почти до нуля.

Noble Phantasm

「Little Sure Shot — Выстрел, Который Не Ошибается」 (B)

Раз в десять минут я могу сделать выстрел, траекторию которого способна корректировать на линии огня.

Пуля может огибать укрытия, рикошетить, менять угол — и при этом обладает колоссальной пробивной силой.

К примеру, танк она прошьёт насквозь.

Обратный рейс был только ближе к вечеру, так что, закончив с музеем, я отправилась просто гулять по городу.

И где-то по дороге заметила, что стрелка на моей татуировке-компасе уверенно указывает на одно из зданий.

Из чистого любопытства я пригляделась внимательней.

Это был точно такой же приют, какой я уже видела в Стар-Сити.

Вот прям точь-в-точь.

Дверь открыла та самая черноволосая девушка — Эмили. Она молча пропустила меня внутрь и только потом спокойно спросила, куда мне нужно.

— В Стар-Сити, — ответила я.

Эмили кивнула, словно ожидала именно этого. Она подошла к стоящей рядом книге, раскрыла её и что-то быстро записала. Затем снова вернулась ко мне и открыла дверь.

За ней была уже не та улица, на которой я находилась.

За ней оказался переулок в моём родном городе.

Глава 4.2

От лица пока ещё безымянного бомжа:

Хорошенько выспавшись и всё ещё оставаясь никем не замечаемым, я отправился туда, куда указывала стрелка на компасе.

Она привела меня к зданию странного приюта.

Странного — потому что оно выделялось. Чистотой. Целостностью. И какой-то… другой аурой, не похожей на всё остальное в этом городе.

Но была и ещё одна странность.

И она касалась не самого здания, а реакции окружающих.

Всем было плевать.

Для Хаб-Сити это, в общем-то, норма, но здесь было иначе. Приют выглядел новым, будто только что построенным. При этом, обойдя его по периметру, я не нашёл ни одного граффити, ни мусора, ни выбитых окон. А ведь в этом городе подобные «украшения» появляются почти мгновенно.

Ещё один момент — тишина.

От здания не исходило ни звука. Ни шагов, ни голосов, ни скрипа половиц. Я напряг слух, который со вчерашнего дня стал куда острее, но всё равно — ничего.

В окна тоже нельзя было ничего разглядеть. Большинство были закрыты шторами или просто не просматривались. Лишь одно, ближе к крыше, было приоткрыто, но находилось слишком высоко, чтобы я смог что-то увидеть.

Я постучал.

Дверь открыла женщина средних лет, представившаяся Эмили. Сказав, что директора сейчас нет, она спокойно уточнила, по какому я вопросу.

В ответ я молча вытянул руку, показывая татуировку.

Она кивнула — словно этого и ждала — и впустила меня внутрь. Затем дала мне тонкую брошюру.

Вот оно, значит, как.

Я — реинкарнация какого-то известного человека. И это даёт мне суперспособности.

Пройдя в комнату, заставленную полками и странными предметами, я машинально осматривался, пока взгляд не зацепился за белую маску с усами.

Я подошёл ближе и прочитал подпись:

«Маска Анонимус».

Что-то в ней показалось мне до боли знакомым.

Я спросил, могу ли воспользоваться компьютером. Мне без лишних вопросов передали вполне приличный ноутбук.

На мгновение возникло желание схватить его и сбежать.

Но мысль исчезла так же быстро, как и появилась.

Я задал простой вопрос:

что такое маска Анонимуса?

Ответ пришёл мгновенно.

Это маска Гая Фокса.

Моя маска.

Потому что я — Гай Фокс.

Не самый удачливый террорист-революционер, оставивший своё имя в истории.

Иронично, учитывая то, что до того, как стать бомжом, я был полицейским.

Итак, мои способности.

Сокрытие Присутствия — C

Пока я нахожусь в знакомой местности и среди инфраструктуры, меня почти невозможно заметить, если я сам этого не захочу.

Это не невидимость — просто человеческий мозг перестаёт фиксировать моё присутствие.

Работает даже с камерами.

По крайней мере, до тех пор, пока я не совершаю что-то слишком громкое, яркое или агрессивное.

Заговор Пороха — C

Знания о взрывчатых веществах, их создании, правильной закладке и маскировке.

Причём не только классических, но и импровизированных.

Вера Против Закона — C

Повышает сопротивление страху, допросу и пыткам.

Эффект усиливается, если давление исходит от представителей власти — например, полиции.

Человек Без Лица — D

Людям сложнее запомнить моё лицо и опознать меня по нему.

Поджигатель Идеи — E

Мои значимые действия получают более широкий резонанс.

Как именно это работает — не до конца ясно.

Но, к примеру, если я взорву здание, люди вряд ли поверят в «утечку газа».

Noble Phantasm

「Remember, Remember — The Fifth of November」 (B)

Взрыв становится полуконцептуальным.

Он наносит не только физический урон, но и бьёт по легитимности цели:

ломает мораль, сеет хаос, снижает эффективность командных действий, вселяет страх.

Этот урон может распространяться меметически — через слухи, новости, газеты.

Сложно. Но чертовски интересно.

Если учесть, что теперь я могу зарабатывать, занимаясь «геройством», и без надзора сверху — мои способности подходили для этого… специфически.

Если бы не одно «но».

Заговор Пороха дал мне знания не только о взрывчатке, но и о газовых и химических бомбах. Не всегда летальных.

Почему — не знаю.

Но раз дали, надо брать.

На выходе из приюта я столкнулся с мускулистой женщиной, представившейся Дмитрией. Немного поговорив выяснилось, что мы оба являемся воплощёнными на стадии проснувшиеся, только она собиралось действовать в Готэме, когда я собирался заняться Хаб-сити. Передав мне свои контакты на случай, если мне понадобиться помощью, она направилась, как я понял, к себе в комнату, держа пакеты с покупками.

Выйдя из приюта с кругленькой суммой зелёных, я начал прикидывать планы.

Оружие у меня есть — старый схрон никто не тронул. Значит, нужно остальное.

Чёрная одежда, перчатки.

Маска Анонимуса — для образа. И пара квартир под базы.

К счастью, теперь деньги на всё это есть.

От лица главного героя / Виктора:

Сообщение о новом проснувшемся застало меня сразу после разговора с подходящим психологом. Немолодая женщина, с усталым, но цепким взглядом — именно та, что специализировалась на сложных, травматичных случаях, вроде тех, с которыми мне предстояло работать. Она согласилась выйти в приют уже завтра.

Мы попрощались, и я попросил Настю открыть профиль нового воплощённого.

[Имя: Кристофер / Гай Фокс

Класс: Assassin

Параметры:

Сила: D (E)

Выносливость: C (D)

Ловкость: B (C)

Магия: C (D)

Удача: D (E–)

Благородство (NP): A (B)

Личные навыки: …]

Гай Фокс, значит.

Неудавшийся террорист. Человек, чьё лицо со временем стало символом вендетты и протеста.

Честно говоря, как «героя» я его видел слабо. Слишком узконаправленные способности, правда кто знает, человеческая изворотливость не имеет предела.

А вот для будущей войны с захватчиками?

Идеальный диверсант.

Я закрыл профиль.

С психологом разобрались. Теперь — дальше по плану.

Я открыл список городов.

На сегодня были запланированы: Коаст-Сити, Фоусетт-Сити и Гейтуэй-Сити.

Начнём по порядку.

Как и в прошлый раз, я активировал Зов Колоколов — уже начинаю искренне любить эту способность — и отправился на поиски тех, кто подходил для воплощения.

К концу дня их было четверо.

В Коаст-Сити это оказался старый ветеран. Чтобы воплотить его, пришлось проникнуть в дом — тихо, без лишних свидетелей. Он спал крепко, и всё прошло быстро.

В Фоусетт-Сити звон привёл меня к восьмилетней девочке.

На всякий случай отменил способность и активировал её снова, изменив посыл: искомые воплощённые должны стать отличными живыми героями.

Результат не изменился.

Колокольный звон упрямо вёл всё к той же точке.

К той же девочке.

После короткого раздумья я всё же решился на воплощение.

В Гейтуэй-Сити я нашёл двоих. Как я понял — супружескую пару. И оба подходили под критерии.

Я действовал быстро.

Зарезав обоих, я почти сразу получил сообщение от Насти.

[Виктор, советую в этом месяце воплотить лишь ещё одного человека и на этом закончить.]

Я отошёл чуть в сторону, в тень переулка.

— В чём дело, Насть? — тихо спросил я.

— Опять этой женщине в твоей голове что-то понадобилось? — фыркнул Калидус.

— Да, мой друг. Сейчас узнаю, а потом расскажу и тебе.

Ответ пришёл почти сразу.

[Проанализировав работу кинжала, я пришла к выводу, что воплощение создаёт нагрузку на артефакт.

Если вы продолжите в том же темпе, Ветвь может сломаться.]

Я нахмурился.

— Это плохо… — пробормотал я. — Значит, до вторжения я смогу воплотить лишь одиннадцать человек. Не считая меня и тебя, Калидус.

Я прикинул в уме.

— Во время самой войны за первый месяц— ещё тринадцать. Потом снова. Зависит от того, как долго будут идти боевые действия.

Кот задумчиво дёрнул хвостом.

— Значит, надо решить, где будет последний, — сказал он. — Может, в нашем городе? Как там он назывался… Хэппи что-то?

— Хэппи Харбор, — поправил я. — Да, неплохой вариант.

Я усмехнулся краем губ.

— Всё равно из-за незнания сюжета выбор в любом случае будет наугад.

Я посмотрел в сторону выхода из переулка.

— Значит, пусть будет так.

Вернувшись в особняк, я вышел за его пределы и, благодаря ускорению Калидуса, быстро добрался до города пешком. Вечерний воздух, почти ночной, был прохладным, улицы — почти пустыми, а фонари отбрасывали длинные, неровные тени. Да, уже настал вечер, долго же я ходил.

Я шёл, внимательно оглядываясь по сторонам. Люди встречались редко: запоздалые прохожие, редкие машины, силуэты в окнах домов. Звон вёл меня вглубь города, прочь от оживлённых улиц.

— Калидус, а какой сегодня день недели? — спросил я своего кота.

— Понедельник. — вытягивая и втягивая когти проговорил кот.

Звон привёл меня в небольшой старый парк. Здесь не было ни фонарей, ни камер — только узкая дорожка, пара скамеек и детская площадка, давно не видевшая ремонта.

Я замедлил шаг.

На одной из скамеек сидел человек. Мужчина лет тридцати пяти, может, сорока. Одет просто, без излишеств. Он смотрел куда-то перед собой, но взгляд был пустым — будто он уже принял решение и просто ждал.

Я сел рядом, будто случайный прохожий.

— Поздно гуляете, — сказал я, не глядя на него.

Он усмехнулся.

— Иногда тишина нужна больше сна.

Я кивнул. Мы помолчали несколько секунд.

— У вас есть дети? — спросил я.

Он чуть заметно вздрогнул, но ответил честно:

— Был сын.

Этого было достаточно.

— Надеюсь, вам повезёт.

Он даже не успел обернуться.

Кинжал вошёл точно и быстро.

Я аккуратно уложил его на скамейку, словно он просто уснул.

Вернувшись в приют, я как раз успел к ужину. Посидел с детьми, поспрашивал, послушал, как у них прошёл день.

После ужина мы с Эмили уложили их спать.

Когда последний свет в коридорах погас, я поймал себя на мысли, что нужно заняться будущим детей всерьёз.

Надо будет подыскать особых учителей — как минимум для Ацуши и Наруто.

Для первого, в теории, можно найти кого-нибудь из оборотней. Магия в этом мире существует, я в этом уверен, так что и подобные существа должны быть.

А вот с Наруто всё сложнее.

Я понятия не имел, что делать с чакрой в мире, где, скорее всего, никто ею не владеет. Вряд ли тут найдётся хоть кто-то, кто способен обучать подобному.

Впрочем… разберёмся.

Судьбу мне в помощь.

По какой-то причине сон не шёл совсем. Тело устало, голова — тоже, а сознание упрямо отказывалось отключаться.

Возможно, дело в интуиции, говорящей, что у меня будет ночной гость.

Я включил небольшой светильник, взял наугад книгу с одной из полок библиотеки особняка и устроился в кресле.

Страницы тихо зашелестели под пальцами.

От лица Джеймса Гордона:

Мы сидели в моём кабинете втроём: я, новичок Майкл и Бэтмен.

— Итак, Бэтмен, — начал я, сцепив пальцы, — я правильно понимаю, что моему подопечному ничего не угрожает? Более того, он стал сверхчеловеком, способным кидаться автомобилями, принимать малокалиберные пули на голую кожу и двигаться с почти неуловимой для человеческого глаза скоростью.

Плюс — откуда-то взявшиеся навыки владения мечом на уровне, позволяющем в одиночку крошить десятки людей.

— Да, — коротко ответил он.

Я вздохнул.

— Ладно. Допустим. Тогда что с татуировкой, которую видит только он?

— Я не смог обнаружить её своими средствами. Стрелка указывает на недавно появившееся здание приюта «Тёплый очаг». Приют возник словно из ниоткуда, но со всеми документами. И — что особенно странно — никто не задал вопросов. По владельцу приюта информации нет.

— И что будем делать? — спросил я.

— Вы — ничего. Я — пойду на разведку.

— Нет, — отрезал я. — Так дело не пойдёт. Мы хотя бы будем рядом. Если вдруг что — прикроем.

Он на секунду задумался.

— …Приемлемо.

Мы остановились в полицейской машине неподалёку от здания. Трёхэтажный приют выглядел… неправильно. Слишком чистый. Слишком… просто слишком.

Нам оставалось лишь ждать, пока Бэтмен закончит и, если что, постараться подстраховать его.

Взгляд со стороны:

Бэтмен добрался до здания первым. Беззвучно, как тень, он поднялся по стене к открытому окну под самой крышей и скользнул внутрь.

Комната встретила его тишиной.

Небольшое помещение, больше похожее на мансарду: аккуратный стол, стеллаж с книгами, кресло у окна. Никакой пыли. Никаких следов спешки или заброшенности. Свет — мягкий, тёплый, будто здесь действительно кто-то жил. Не временно. Постоянно.

Он внимательно осмотрел комнату. Проверил углы, мебель, потолок, пол. Ничего подозрительного.

Тогда он шагнул дальше — к двери.

Открыв её, он оказался… в точно такой же комнате.

Не похожей.

Той же самой.

Повернувшись, он увидел за спиной ещё одну такую же комнату. Абсолютно идентичную: тот же стол, те же книги, то же кресло у окна. Даже расположение теней совпадало.

Он медленно подошёл к окну — тому самому, через которое проник внутрь.

Оно было закрыто.

Это уже было невозможно: он точно помнил, что окно оставалось открытым. Он попытался открыть его. Рама поддалась легко.

За стеклом был город.

Ночной. Реальный. С огнями, движением, далёкими машинами. Всё на своих местах.

Он сделал шаг вперёд — и снова оказался в той же комнате.

Без толчка. Без провала. Без ощущения перемещения. Просто комната. Та же. Идеально та же.

Бэтмен не выругался и не ускорился. Он просто принял это как факт — и начал работать.

Он оставил пару засечек на мебели: одну на ножке стола, вторую — на нижней кромке книжной полки. Потом перешёл в соседнюю комнату через дверь.

Засечки были на месте.

Значит, это не бесконечная цепочка одинаковых комнат. Это одна и та же точка пространства, замкнутая на себя.

Как идеальная петля, где переход — это не перемещение, а повторное «вхождение» в один и тот же объём с иной логикой восприятия.

Он медленно обошёл комнату, на этот раз не как подозрительный объект, а как механизм.

Всё слишком чисто. Слишком симметрично. Слишком «правильно».

В обычной жизни идеальная чистота бывает только в трёх местах: в выставочных залах и комнатах дезинфекции и в заранее подготовленных ловушках.

Он остановился у стены, где стоял шкаф. Большой, старомодный, с глухими дверцами и тяжёлой спинкой.

Раньше он бы не стал его двигать: это могло бы быть шумно и привлечь внимание владельца, но сейчас это больше не имело значения.

Он поставил ладони на боковины и сдвинул шкаф в сторону. Тот послушно поехал, будто стоял на скрытых роликах. Никакого скрипа, никакой тяжести — словно шкаф был не деревом, а декорацией, рассчитанной на один жест.

За ним обнаружилась небольшая дверь. Почти незаметная, словно часть стеновой панели: низкая, узкая, без ручки. Её можно было бы принять за подсобку или нишу… если бы ты не был человеком, который привык считывать такие детали первыми.

Бэтмен присел, провёл пальцами по кромке. Дверь была настоящей. чуть толкнув рукой, он её открыл.

И вышел в ту же комнату.

Только теперь всё вокруг было в разы больше.

Не «кажется» больше — больше по-настоящему. Стол возвышался как пьедестал. Кресло у окна стало похожим на мягкую башню. Половицы — широкие, как мостовые. Текстура дерева везде была грубее, крупнее, детальнее: прожилки, сколы, шероховатости — всё выросло вместе с масштабом.

Он замер всего на секунду. Понял главное: уменьшился не он. Увеличилось пространство. Причём без изменения пропорций — всё было так же, как раньше, только гигантским.

Он поднял взгляд на окно.

Окно, через которое он вошёл, теперь было на высоте нескольких этажей. За стеклом всё так же виднелся город — огни, силуэты, движение.

Он достал тросомёт и выстрелил крюком в раму. Верёвка натянулась. Он дёрнул — проверяя сопротивление.

Рама не скрипнула. Не дрогнула. Окно не повело.

Как будто окно не было окном.

Он опустил взгляд. На полу, рядом с плинтусом, где раньше стояла незаметная книжка, теперь лежал предмет, на который невозможно было не обратить внимания.

Потому что в новом масштабе эта «книжка» стала размером с матрас.

На обложке не было названия. Только символ: круг, пересечённый линией, и маленькая стрелка.

Символ выглядел как что-то среднее между компасом и указателем входа.

Бэтмен присел рядом. Провёл рукой по обложке. Она была тёплой. Не комнатной температуры — именно тёплой, будто хранила тепло ладоней того, кто прикасался к ней недавно.

Он открыл.

Страницы были пустыми.

Он перелистнул.

Пусто.

Ещё.

Пусто.

Слишком демонстративно. Слишком «вот тебе книга, но в ней ничего».

Он остановился на случайной странице и поднёс фонарик ближе, меняя угол света. Иногда на пустой бумаге проявляются водяные знаки или выдавленные следы.

И увидел.

Не текст — рельеф.

Очень тонкий, почти невидимый. Вдавленные линии. Как будто по странице провели чем-то твёрдым без чернил. Контуры складывались в простую геометрическую фигуру: квадрат с вписанным кругом и четырьмя отметками по сторонам света.

Компас.

Он перелистнул ещё. На следующей странице — тот же рисунок, но отметки смещены. На третьей — снова, но уже с иной последовательностью. На четвёртой — появилось маленькое, едва заметное «окно» в одном из углов фигуры.

Это было не послание. Это была инструкция.

Он закрыл книгу и оглядел комнату заново, но теперь — как карту.

Стол. Стеллаж. Кресло. Окно. Дверь. Шкаф.

Шкаф… был сдвинут. Но за ним двери уже не было. Стена была цельной, гладкой, будто никакой ниши никогда и не существовало.

Бэтмен не удивился. Он проверил кромку стены ладонью и нашёл тонкую, едва ощутимую вибрацию — как у работающего оборудования, спрятанного за панелью.

Значит, дверь то появляется, то исчезает.

Вся комната была не ловушкой. Нет, это была огромная головоломка, расставленная на кого-то, похожего на него.

На всякий случай активировав связь, он, как и ожидалось, не получил ни единого сигнала.

Раз комната была головоломкой, то и как у любой головоломки у неё были правила:

1.она честная;

2.она не терпит спешки.

Это если считать, что её творец играет по правилам.

Он прошёл к столу — огромному, как футбольное поле. Используя крюк он поднялся на его поверхность.

На ней повсюду были царапины. Старые, хаотичные, будто кто-то писал по дереву ножом. В обычном масштабе их легко принять за естественный износ. Но теперь они читались как линии.

Осмотревшись, он забрался на стоящее рядом кресло, чтобы лучше увидеть весь узор.

Царапины образовывали схему.

Ту же самую: квадрат, круг, отметки, маленькое «окно».

Но здесь добавлялось кое-что ещё: возле отметки «восток» была дополнительная линия — как короткий штрих. Возле «юга» — два. Возле «запада» — один длинный.

Код.

Обычному человеку пришлось бы сновать туда сюда от кресла к книге, либо постараться перерисовать, но перед нами стоял Бэтмен, который запомнил те изображения наизусть сразу.

Он быстро пришёл к выводу, что книга показывала последовательность, а стол — соответствие.

Следующий шаг был очевиден: нужно было «повернуть» комнату.

Не физически — логически.

Бэтмен спустился со стола и подошёл к стеллажу. Книги на полках в гигантском масштабе стали похожи на стены домов, но одна из них была чуть выдвинута наружу.

Он потянул крюком. Стеллаж двинулся.

Не упал — именно двинулся, на шарнире. Как дверь. За ним открылся узкий проход — словно межстенное пространство.

Бэтмен шагнул туда.

И снова — комната.

Но теперь масштаб был нормальным.

Тот же стол. Тот же стеллаж. То же кресло. Но — кое-что изменилось: свет стал холоднее. И в воздухе появился запах. Не пыль — скорее свежая краска и мокрое дерево. Запах ремонта, который был закончен минуту назад.

А ещё — на столе лежал лист бумаги.

Обычный. Белый.

На нём — аккуратным почерком — было написано одно слово:

«Смотри».

Бэтмен не стал трогать лист. Вместо этого он посмотрел на стены.

И заметил, что на каждой стене есть едва видимая линия — словно по штукатурке прошёлся невидимый карандаш. Линии сходились к одному месту: к окну.

Он подошёл к окну. Оно было закрыто. За стеклом — всё тот же город.

Он открыл и снова не вышел.

Он снова оказался в комнате.

Но теперь, если посмотреть на окно, город за ним был искажённым. Здания перевёрнуты крышей вниз, люди ходили на руках и колёса машин крепились к верху перевёрнутых машин.

Интересно.

Он снова открыл книгу (ту самую, что была пустой). Внутри теперь проявились буквы. Тонкие, как водяной знак.

«Север — не выход. Восток — не дверь. Запад — не путь. Юг — не конец.»

Почти бессмыслица.

Именно такие фразы и были ключами в хороших головоломках. Потому что они не дают ответа напрямую. Они учат, как думать.

Бэтмен поднял взгляд и увидел на стене — над плинтусом — крошечную отметку. Раньше её не было. Теперь она была: маленький компас, едва заметный, с одним выделенным направлением.

Стрелка показывала… не на стену. Она показывала на кресло.

Он подошёл к креслу и опустился на колено, проверяя его нижнюю часть.

Под тканью, на раме, был выгравирован символ — тот же круг с линией. А рядом — четыре маленьких насечки.

Север — одна. Восток — две. Юг — три. Запад — четыре.

Постояв мгновение, он направился на север. Подойдя к стене, он осторожно принялся ощупывать её, пока не нашёл небольшое углубление за обоями. Зайдя туда пальцами, он потянул её на себя. Это была дверь без ручки, спрятанная за обоими.

В первые с момента попадания сюда, он оказался в коридоре.

Коридор был узким и простирался от одной двери до другой. Кроме дверей тут было окно и компас на стене. За окном был снова обычный Готэм.

Взглянув на компас, он пошёл на запад, то есть обратно.

Он оказался… в комнате, где всё было чуть иначе.

Стол стоял на другом месте. Стеллаж — ближе к двери. Кресло — повернуто спинкой к окну.

Но это всё ещё была та же «модель». Просто переставленная, как шахматная доска после хода.

На столе теперь лежал другой лист.

«Не туда, куда смотришь. Туда, куда не смотришь.»

Бэтмен молча поднял взгляд.

И увидел на потолке люк. Маленький. Неприметный. Такой, который в обычной комнате ведёт на чердак. Здесь же он был слишком «правильным», слишком аккуратным, слишком новым.

Он подпрыгнул, ухватился, открыл.

Компас на стене показывал, что верх это Запад. За окном город снова был перевернут.

Внутри — не чердак. Внутри — узкий колодец, уходящий вверх в темноту. Не тёмную — тусклую. слабый свет там есть.

Колодец был длиннее, чем мог быть в реальном здании. Стены — гладкие, без швов. Иногда он видел на них выцарапанные символы: круги, стрелки, короткие линии. Чьи-то попытки объяснить. Чьи-то попытки выйти.

А потом колодец закончился.

И он вышел… на площадку, похожую на балкон, который не мог существовать внутри комнаты.

Внизу были двери. Много дверей. Разные. Старые. Новые. Белые. Тёмные. Двери без ручек, двери с ручками, двери с табличками.

На табличках не было имён. Были слова.

«Страх».

«Вина».

«Гнев».

«Гордость».

«Жалость».

«Надежда».

«Долг».

И в центре — одна дверь без таблички.

У каждой из дверей был замок. Двери были собраны по группам, находясь на против одной из сторон света. Указывающий компас был на полу.

Он посмотрел на двери с эмоциями — и отвернулся. Не потому что эмоций нет. А потому что он слишком хорошо знает их цену.

Его взгляд остановился на слове «Долг». Подойдя к ней он уже хотел начать набирать цифры, когда решил в последний раз осмотреть комнату.

Пройдясь по ней взглядом, он перевёл взгляд на верх и увидел там слабо освещённую фреску, где всё было перевёрнутым.

Развернувшись на ровно 180, он подошёл к двери с надписью «Свобода» на Юге и вбил код.

3441

За дверь оказался кабинет. Свет был включён, а за столом сидел немолодой человек в пижаме и с котом на коленях.

—Ну здравствуй, гость, чаю?

Глава 5

От лица Виктора:

Чуйка меня не подвела.

Гость действительно был. И гость — более чем необычный.

Мой приют решил посетить сам Бэтмен.

К слову, интересная у приюта оказалась система защиты от незваных гостей — причём такая, о которой я до этого момента даже не подозревал. По сути, это был лабиринт с загадками. Стоило свернуть хоть раз не туда — и выбраться становилось очень сложно, долго и утомительно.

Бэтмен, надо отдать ему должное, справился.

Ну вот он и добрался до моего кабинета.

Как раз минуту назад Эмили принесла мне чай, а Калидус развалился на подоконнике, лениво щурясь на ночной город.

Я сделал глоток, оценивая вкус чая. Отличный, прям как я люблю.

— Ну здравствуй, гость, — сказал я спокойно. — Чаю?

Бэтмен ничего не ответил. Он просто стоял, неподвижный, как статуя, внимательно осматривая кабинет.

— Ну, нет так нет, — пожал я плечами. — Меня зовут Виктор. Вон там, — я кивнул в сторону подоконника, — лежит Калидус.

Кот лениво приоткрыл один глаз, посмотрел на гостя и снова закрыл его.

— А вы, — продолжил я, — позвольте предположить… Бэтмен?

Я поставил чашку на стол и посмотрел ему прямо в маску.

— Так позвольте поинтересоваться, — повторил я спокойно, — с какой целью вы залезли в мой приют?

— Кто вы? — спросил он.

Голос был ровным, если можно так сказать.

— Я Виктор, — ответил я. — Директор этого приюта.

Бэтмен продолжал молча смотреть на меня. Ни жеста, ни движения.

Я вздохнул и чуть развёл руками.

— Эх… давайте так. Вы постараетесь сформулировать свои вопросы чётко, а я дам на них ответы. Раз уж вы прошли мою небольшую головоломку, — я позволил себе лёгкую улыбку, — то, по крайней мере, ответы вы заслужили.

На это Бэтмен молча полез за пазуху. Движение было плавным, без резкости.

Он достал фотографию и бросил её на стол.

Я опустил взгляд.

На снимке была рука. Чужая. Мужская.

А поверх фотографии — схематичный рисунок, точно повторяющий татуировку воплощённых. Стрелка, линии, знакомая форма.

Я не подал виду, но внутри отметил: быстро, хотя чего-то такого и стоило ожидать, воплощая людей в Готэме.

Бэтмен нарушил тишину:

— Что это?

Я медленно взял фотографию, ещё раз внимательно посмотрел на неё и только потом поднял взгляд на гостя.

— Это, — сказал я спокойно, — созданная мной магическая татуировка. Она нужна для того, чтобы те, кто получил от меня силы, могли найти это место и получить ответы на свои вопросы.

— Зачем? — коротко спросил он.

— Перед тем как начать проводить эту процедуру на других, я провёл её на себе, — ответил я без пафоса. — И, скажем так, результатом стало видение.

Я сделал паузу, давая словам осесть.

— Катастрофы. Примерно через месяц. Вторжение в этот мир. Либо инопланетное, либо иномирное — через порталы. Точно сказать не могу. Но масштаб будет такой, что обычными средствами с этим не справиться.

Бэтмен внимательно меня слушал.

— Именно по этой причине я и даю людям силы, — продолжил я. — Чтобы у этого мира было больше шансов отбиться.

— Принцип отбора, — сказал он. — И как это работает.

— Я вижу души, — ответил я просто. — Поэтому знаю, кто именно стоит передо мной. Какой это человек.

Я наклонился и открыл ящик стола.

— Что до механики… — я достал тонкую брошюру и протянул её Бэтмену. — Я как раз подготовил объяснение. В общих чертах, разумеется.

Он прочитал её быстро. Слишком быстро для обычного человека, но вполне в его стиле. Закончив, Бэтмен приложил пальцы к уху и коротко заговорил:

— Можете спокойно заходить, комиссар. Вас проводят к нам.

Через пару минут в комнате появились ещё двое. Я дал им прочитать брошюру, не торопя и не комментируя. После этого мы направились в комнату поиска.

Коридор, ведущий к нужному помещению, проходил рядом со спальнями. Когда мы шли мимо, одна из дверей чуть приоткрылась, и из темноты на нас внимательно посмотрел Гатс.

Я остановился на секунду, успокаивающе кивнул ему и жестом показал, что всё в порядке. Он помедлил, затем закрыл дверь. Мы пошли дальше.

Я почувствовал на затылке пристальный взгляд и, слегка повернув голову, посмотрел на Бэтмена.

— Вас что-то интересует?

— Эти дети, — сказал он. — Кто они?

— Скажем так, — ответил я после короткой паузы, — это приют для травмированных и необычных детей.

Я немного помолчал, затем добавил:

— Кстати, раз уж зашла речь. Не могли бы вы помочь мне в одном небольшом деле?

— В чём именно?

— Понимаете, до недавнего времени я был, в некотором роде, отшельником. Все мои связные, через которых я доставал нужные товары и искал разумных ушли на перерождение.

У вас есть знакомые маги? Кажется, в Готэме жила одна семья, но я не помню ни имён, ни адреса.

Бэтмен кивнул.

— Я уточню.

— Спасибо.

Пока полицейский по имени Майлз занимался своим делом, я осторожно коснулся кинжала и внимательно посмотрел на присутствующих в комнате.

К сожалению, никто из них сейчас не подходил для воплощения по крайней мере в этой жизни. Я отчётливо видел, как вокруг них вьётся плотная дымка разных цветов. От кинжала мне тут же пришло осознание, что так проявляется активное накопление веры при жизни.

Уже сейчас, если я встречу их реинкарнации, смогу пробудить нынешнюю жизнь.

Веры в них накопилось достаточно — и, что важно, они вовсе не собираются умирать.

Выбранным предметом оказался осколок доспеха из Кастилии XI века, будущей Испании.

Выдав Майклу наличные, задание и его собственный профиль, я проводил их до выхода.

— Мне нужно отслеживать деятельность воплощённых, — произнёс Бэтмен уже на пороге.

Я покачал головой.

— Пока они не начнут творить откровенные злодеяния, я не буду вмешиваться в их жизнь.

Скажу лишь одно: в Готэме на данный момент два воплощённых.

Мы несколько секунд просто смотрели друг другу в глаза.

Затем он кивнул и и вышел за дверь.

Я выдохнул.

— Ну что, Настенька… — пробормотал я. — Покажи мне профиль нового воплощённого.

[Имя: Майкл Ривз / Родриго Диас де Вивар / Сид Кампеадор

Класс: Saber

Параметры:

Сила: B+ (C)

Выносливость: B+ (C)

Ловкость: B (C–)

Магия: D (E)

Удача: B (D)

Благородство: A (B)

Личные навыки:

Сопротивление Магии (Magic Resistance) — C (D)

•Защита от простых и нестабильных заклинаний

•Основано на вере и рыцарской дисциплине

•(Ослаблено: работает нестабильно и требует концентрации)

Верховая езда (Riding) — B (C)

•Асовое управление боевым конём

•Эффективен в манёвренном и рейдовом бою

•(Ослаблено: усиление даётся лишь по двум выбранным характеристикам скакуна)

Кампеадор — B+ (C)

Чемпион поля боя, но не абсолютный дуэлянт

•Преимущество в честных поединках один на один

•Повышенная эффективность против воинов и рыцарей

•(Ослаблено: лишь небольшая прибавка к точности и таймингу)

Рыцарь Изгнания — B (C)

Навык, рождённый жизнью вне двора и закона

•Повышает выживаемость и боевую устойчивость без поддержки

•Усиливается вне официального признания властей

•(Ослаблено: эффект кратковременный и ситуативный)

Верность Чести — B+ (C)

Личный кодекс морали

•Сопротивление ментальному принуждению

•Усиление выносливости и удачи при защите союзников

•(Ослаблено: сопротивление лишь до B-ранга, бафф ограничен)

Тактика Пограничной Войны — B– (D)

Опыт командира малых отрядов

•Эффективна в обороне, рейдах и затяжных конфликтах

•Слаба в генеральных сражениях

•(Ослаблено: знания применимы только при равенстве или превосходстве численности)

Noble Phantasm I

「Тисона — Меч Достойного」

(Tizona — Blade of the Worthy)

Ранг: A (B)

Тип: Anti-Unit

Дальность: 1

Макс. цели: 1

Описание:

Легендарный меч Сида, усиливающий владельца только при соблюдении личного кодекса чести.

Эффекты:

•Значительное усиление силы и точности ударов

•Повышенная эффективность против обманщиков и узурпаторов

•(Ослаблено: действует как высококлассное оружие с небольшим бонусом, без концептуального урона)

Noble Phantasm II

「Последний Победный Поход — Тайфа Валенсия」

(La Última Victoria — El Camino a Valencia)

Ранг: A (B)

Тип: Anti-Army / Support

Дальность: 1–50

Макс. цели: Сид и признанное им «войско»

Описание:

Сид материализует не войско, а саму концепцию своего величайшего триумфа в изгнании — путь к завоеванию Валенсии.

Эффекты:

1. Дорога Завоевателя

•Призрачная дорога, существующая независимо от местности

•(Ослаблено: длина до 15 км, нестабильна, не проходит по воздуху)

2. Благословение Пути

•Сопротивление страху, замедлению и контролю

•Рост характеристик за победы

•(Ослаблено: максимум +1 ранг, эффект кратковременный)

3. Изгнание и Воля

•Фантазм не работает при официальной поддержке государства

•Источник силы — статус изгнанника

Особенности:

•Уязвим к искажению концепций пути, цели и триумфа

•«Перерезание» дороги обнуляет накопленные бонусы]

Очень даже неплохо.

К тому же я впервые вижу два Noble Phantasm у одного воплощённого.

Вернувшись в кровать, на этот раз я уснул спокойно и без сновидений — и проспал до самого утра.

Утром, после завтрака, меня навестила пара из Гейтуэй-Сити.

Редкий случай, когда фраза «мы будем любить друг друга и в следующей жизни» приобретает буквальный смысл.

Мужчину звали Итан, девушку — София.

[Имя: Итан / Рагнар Лодброк

Класс: Berserker

Параметры:

Характеристика

Ранг

Сила A (B)

Выносливость A (C+)

Ловкость B (C)

Магия D (E)

Удача A (C)

Благородство (NP) A (B)

Личные навыки

Безумное Усиление (Mad Enhancement) — B (C)

•Значительно повышает STR и END

•Снижает рациональность и способность к тонкой тактике

•(Ослаблено: усиление заметно слабее каноничного)

Избранник Вальхаллы — A (C)

•Повышает параметры при риске смерти

•Чем безнадёжнее бой — тем сильнее Рагнар

•(Ослаблено: работает только при реальной угрозе гибели)

Король-Налётчик — B+ (C)

•Усиливает союзников в рейдах, морских боях и внезапных атаках

•Подавляет страх и сомнения

•(Ослаблено: действует только на малые группы)

Смех Перед Концом — A (B)

•Иммунитет к страху и отчаянию

•Позволяет продолжать бой при смертельных ранах

•(Ослаблено: снижает, но не отменяет эффекты страха и боли)

Noble Phantasm

「Песнь Ворона — Смерть Есть Пир」

(Raven’s Song — Death Is a Feast)

Ранг: A (B)

Тип: Anti-Army / Self

Описание:

Рагнар принимает собственную смерть как награду.

На короткое время он становится воплощением берсерка, чья ярость притягивает судьбу.

Эффекты:

•Резкое усиление STR и END (+1 ранг)

•Игнорирование боли и усталости

•После завершения — сильнейшее истощение

(Ослаблено: усиление ниже, длительность короче)]

Сагу о Рагнаре Лодброке я в своё время читал. Увлекался в детстве, знаете ли, Скандинавией. Так что догадаться, кто такая София, было несложно.

[Имя: София / Лагерта

Класс: Lancer

Параметры:

Характеристика

Ранг

Сила B+ (C)

Выносливость A (B)

Ловкость B+ (C)

Магия D (E)

Удача B (C)

Благородство (NP) A (B)

Личные навыки

Сопротивление Магии — C (D)

•Базовая устойчивость за счёт воли и дисциплины

•(Ослаблено: действует нестабильно)

Щитоносная Дева — A (B)

•Повышает защиту союзников рядом

•Может перехватывать атаки, направленные на других

•(Ослаблено: работает только на одну цель)

Тактика Железной Линии — B+ (C)

•Усиливает союзников в обороне и удержании позиций

•Особенно эффективна против численного превосходства

•(Ослаблено: бонусы снижены)

Несломленная — A (B)

•Иммунитет к страху и подавлению

•Позволяет продолжать бой при тяжёлых ранах

•(Ослаблено: снижает эффект, но не отменяет полностью)

Noble Phantasm

「Стена Щитов — Пока Мы Стоим」

(Shieldwall — As Long As We Stand)

Ранг: A (B)

Тип: Anti-Army

Описание:

Лагерта разворачивает легендарную стену щитов.

Эффекты:

•Значительное повышение защиты союзников

•Снижение урона от массовых атак

•Чем меньше численность — тем выше эффективность

(Ослаблено: зона действия меньше, эффект короче)]

Ещё ко мне подошла Дмитрия с просьбой помочь ей с костюмом и снаряжением. Я передал её в руки Эмили — у той как раз был опыт в подобных вопросах — и остался в кабинете один. Калидус убежал играть и одновременно присматривать за детьми.

Подойдя к стене, я нажал на одну из досок. Та мягко ушла внутрь, и часть стены отъехала в сторону, открывая скрытый проход.

О существовании этого тайного хода я узнал только вчера — именно через него наблюдал за действиями Бэтмена.

Я вошёл в проход и спустился по короткой лестнице к комнате, выделенной психологу. Устроившись в удобно расположенном кресле, я включил систему наблюдения и стал слушать разговоры с детьми.

Психолог оказался настоящим профессионалом. Он не давил, не торопил, не вытаскивал признания силой — и всё же дети, один за другим, начинали говорить сами.

Начну по порядку.

Ацуши.

Наш белобрысый маленький оборотень. В прошлом приюте он подвергался систематическим издевательствам — как физическим, так и моральным — со стороны воспитателя. Над ним проводили эксперименты, его пытали. И при всём этом он выглядел вторым по нормальности из детей.

Наруто.

Здесь всё оказалось в пределах ожидаемого: травля со стороны жителей родной деревни, других детей приюта и воспитательниц.

Надо будет найти менталиста, который сможет проверить его разум на наличие возможных закладок. По обрывкам знаний о его мире я помнил, что там могли так делать. С учётом же того, что он для них был оружием, такие закладки обязаны быть.

Гатс.

Как я и ожидал, он был из средневековья. Более того, он был из отряда наёмников. Судьба у него сложилась не очень хорошо. Он рос среди убийц и воров, каждый день сражаясь за своё выживание. Два года назад его стали учить сражаться на мечах, е не так давно, примерно месяц назад, над ним надругались. Через неделю после этого случилась битва, после которой Гатс заколол раненного насильника. Всё это сильно ударило и по так расшатанной психике и морали мальчика.

Я нахмурился.

Надо будет позже ещё раз поговорить с психологом, чтобы он точно не болтал. И заодно поинтересоваться, не обладает ли он какими-либо способностями: дети были слишком откровенны с, по сути, незнакомым человеком.

Самый тяжёлый случай был с близнецами. Если опустить огромное море грязи, что вылилось на психолога, дети попали в руки мафиозников, которые использовали их как секс-рабынь, дав им имена Гензель и Гретель. Свои они, к сожалению, забыли. Их принуждали сниматься в в педофильских фильмах, в которых им приходилось либо убивать других детей, либо подвергаться изнасилованию.

Во время одни из таких съёмок мальчик сумел зарубить топором одного из мучителей. Именно тогда они и попали в мой приют.

Я медленно выдохнул.

М-да… Сицилия, значит. Надо будет снова туда сходить, а ещё в Мексику бы заглянуть. Кстати, я был в этом мире вообще? Хотя если и был, так просто про себя информацию я не найду.

Поступим по другому. Схожу на пару мест своей былой славы. Если там всё ещё стоят те гадюшники. Что же, придётся снова залить их кровью.

Глава 6

От лица Джеймса Гордона:

— Так. Начнём по порядку, — я раскрыл блокнот. — То есть ты — реинкарнация Родриго Диаса де Вивара?

— Да. В прошлой жизни я был Сидом Кампеадором, — уверенно ответил Майкл.

— Понятно. Тогда дальше: класс?

— Сэйбер. Мастер меча.

— Ясно. Теперь характеристики.

— Сила — C.

Выносливость — C.

Ловкость — C–.

Магия — E.

Удача — D.

Благородство — B.

— Записал. Переходим к способностям.

— Сопротивление магии уровня C, — сказал Майкл. — Если я сосредоточусь, могу игнорировать простейшие магические выбросы. Я в прошлой жизни не сталкивался с магами, так что сравнивать не с чем. Просто знаю, что могу защититься от слабых эффектов.

— Сконцентрируйся, — сказал Бэтмен.

Мы находились в пустой квартире — одной из его запасных убежищ. Обстановка была минималистичной: бетон, матрасы, тренажёр, аптечки. Бэтмен шагнул ближе, достал электрошокер и коротко ударил Майкла по руке.

Никакой реакции. Ноль.

— Как я и предполагал, — произнёс он. — “Магическое сопротивление” читается системой шире. Это устойчивость к энергии в целом.

— То есть, если я напрягусь, я теперь неуязвим к электричеству? — удивился Майкл.

— Нет, — сказал Бэтмен. — Но выдержишь гораздо больше, чем обычный человек.

— Жаль.

— Продолжим, — вмешался я. — Следующая способность?

— Верховая езда уровня C. Я могу управлять любым живым скакуном.

— «Любым» — это как? — уточнил я.

— Если общество воспринимает существо как скакуна, я инстинктивно знаю, как на нём ездить.

— Вера опять решает, — заметил Бэтмен. — В городе это почти бесполезно… хотя, кто знает.

— Дальше, — сказал я.

— Кампеадор, уровень C. В честном поединке я читаю движения врага почти интуитивно. Особенно если он — воин или рыцарь. Эффект усиливается, если одна из сторон придерживается дуэльного кодекса.

— Значит, ставка на одиночные бои, — произнёс Бэтмен. — Ты хочешь быть героем?

— Да! Поэтому я и пошёл в полицию. Я хочу спасать людей.

Бэтмен, кажется, это одобрил — по крайней мере угол его маски чуть дёрнулся.

— Продолжай.

— Рыцарь Изгнания уровня C. Пока я действую без поддержки властей, повышается устойчивость, внимательность и… не знаю, как назвать. Чутьё.

— Понятно.

— Верность Чести уровня C. Пока я следую своему кодексу и защищаю мирных — растут удача и выносливость, а к ментальному воздействию появляется сопротивляемость.

— Уже интереснее, — сказал я. — Что ещё?

— Тактика Пограничной Войны уровня D. Я могу командовать как малыми, так и большими отрядами. При численном превосходстве могу гарантировать победу над почти любым противником.

— Что ещё?

— Два Фантазма.

— Говори.

— Первый: «Тисона — Меч Достойного», уровень B. Магический меч Европы. В руках того, кто следует чести, он усиливает атаки и позволяет создавать энергетические слэши. Сейчас я потяну максимум три слабых.

— Второй?

— «Последний Победный Поход». Уровень B. Я создаю путь — буквально. Дорогу. Пока мы идём по ней, союзники получают защиту от страха, замедлений, ментального давления. За каждую победу характеристики растут. Если достигаем цели — усиления сохраняются на час.

— Ограничения? — спросил Бэтмен.

— Цель нужна изначально. Дорогу можно «перерезать». Если мы сойдём с неё — бусты исчезают. Один раз в сутки. Максимум пять километров.

Бэтмен молча слушал, затем произнёс:

— Я забираю его.

Я моргнул.

— В каком смысле — «забираю»?

— Майкл Ривз. Сирота. Одинок. Родных нет. Он хочет быть героем — значит, ему нужно обучение. Я прослежу.

Я посмотрел на Майкла.

— Ты не против?

— Наоборот! — оживился он, — Я только за!

— Ладно, — выдохнул я. — Тогда я передаю его тебе.

Бэтмен коротко кивнул:

— Я присмотрю за ним. И будь готов — где-то в городе находится ещё один воплощённый.

От лица Алисы/??????:

— Знаешь, это достаточно иронично.

— Ты так считаешь?

— Конечно! Проживать уже пятую свою жизнь и, наконец, вспомнить первую лишь потому, что это решил сделать какой-то проходящий мимо маг. А главное он никакое отношение к Индийскому пантеону не имеет, даже более того, скорее всего понятия не имел, кто я такая.

— Кстати да, надо будет сходить к этому магу и спросить, как он это сделал. Благо он сам оставил нам компас к нему.

— А не боишься идти к явно не слабому магу на его территорию? К тому же, судя по всему, специализирующемуся на душах?

— Не надо принижать моих, точнее теперь наших, возможностей. Я как бы демонический царь и маг, сам Равана! Обладавший десятью головами и двадцатью руками.

— Спасибо, что напомнил, но мы пока что вернули лишь 10% от нашей мощи, хотя не стоит отрицать, что новые способности, связанные с нашей историей, достаточно интересны. Кстати, разве я не должна измениться телом из-за пробуждения?

— В обычном случае так бы и произошло, но, так как я смог сохранить свой разум, то я доработал процесс, превратив его в нашу вторую форму. А способности да, необычные. Я и не знал, что будучи демоном могу применять веру таким образом. Я даже не уверен, что сами боги применяют её так.

— Ясно. Ой, чуть не забыла представиться, хотя ты и так знаешь. Я Алиса, школьница, очень приятно!

— Да, мне тоже приятно. Интересно, а вместе со мной не проснётся случаем Рама?

— Я думаю нет, ведь мы осознали себя не сами.

— Тоже к этому склоняюсь. Ты планируешь, кстати, возвращаться в Индию?

— Конечно! Ведь я, как и ты, почитаю Шиву! Только для начала требуется восстановить все свои силы, переговорить с тем магом, насоздавать себе снаряжения и узнать как там обстановка в пантеоне.

— Не забудь ещё узнать, кто сейчас правит Ракшасами, прежде чем призывать кого-то из наших бывших слуг.

— Разумеется.

Весь этот диалог промелькнул в голове девочки за секунды, пока она вместе со своими папой и мамой гуляли по парку.

Даже чуть отвлёкшись на мороженное, в голове девочки во всю строили сложные магические формулы и заклинания, которые она постепенно вживляла в себя и подготавливала заранее на случай неожиданного нападения, а также для будущего создания артефактов.

В обычной ситуации, даже получив способность демонического царя к множеству потоков сознания и созданию магии, она бы не могла всё это провернуть, но случилось то, чего Виктор точно не ожидал.

Будучи связанной с божественным пантеоном сущностью, путь и демонической, Равана сохранил своё сознание и все свои воспоминания, при этом не слившись с сознанием своей реинкарнации, благодаря чему, можно было сказать, что в данный момент в одном теле находились две души — маленькой девочки, умной не по годам, и очень древнего демона последователя Шивы.

От лица Дмитрии:

Я не ошиблась, обратившись к Виктору. Он дал мне всё, что я просила.

Теперь моё тело скрывал доспех, стилизованный под древнерусский, но созданный по всем современным канонам защиты.

Сам доспех был слоистым, сочетающим мягкую поддоспешную основу из ударопоглощающего волокна. Поверх — ламинарные пластины из лёгкого композита, окрашенные под «закалённое железо». Усиления на ключевых зонах: плечи, грудь, живот, бёдра. Налокотники и наколенники в форме сегментов кольчато-пластинчатого типа. Высокий воротник, прикрывающий шею и часть подбородка. Широкий пояс с подвесами под сумки и запасной кинжал. Ну и плащ тёмного оттенка, закреплённый фибулой.

Смотрелся он как смесь реального древнерусского панциря и функционального бронекостюма XXI века: крепко и внушительно.

На правом плече — мой главный символ защиты: чёрно-красный рисунок древнего герба княжеского рода.

А на плече, удерживаемое одной рукой, лежало моё оружие: копьё-рогатина.

Кто бы что не думал, но в реальности это не палка с вилкой на конце, а тяжёлое, с широким листовидным наконечником и двумя удерживающими штырями у основания, не позволяющими копью уйти слишком глубоко в тело, оружие.

Я стояла перед зеркалом, ощущая вес доспеха, баланс оружия, и впервые по-настоящему чувствовала себя собой.

Сегодня — первая ночь.

Первая ночь меня, как героя.

И я знала, куда отправлюсь в ней первым делом.

К тем, кто заслужил моё возмездие.

Выйдя из приюта и забравшись на ближайшее здание, я прыжками принялась двигаться в сторону рабского гадюшника, где меня держали.

Сегодня прольётся чья-то кровь.

Взгляд со стороны:

Ночь в Готэме не была просто тёмной — она была вязкой. Как сырость, что въедается в одежду и в мысли. Город выл сиренами где-то далеко, а здесь, между крышами и чёрными переулками, царила тишина, в которой слишком хорошо слышно собственное дыхание.

На одной из крыш, на фоне холодного неба, стояла фигура в доспехе.

Дмитрия Пожарская смотрела вниз, туда, где среди складов и грязных фасадов пряталась дверь без вывески и окон. Её нельзя было назвать тайной: для тех, кто жил внизу, подобные места чувствовались кожей. Такие здания не светились — они гасили свет вокруг. Люди рядом проходили быстрее, не глядя по сторонам. И никто не задавал вопросов.

Никто. Кроме неё.

Она выдохнула.

И пошла.

Движение было не акробатическим, вовсе нет. Прыжки — короткие, точные, экономные. Слишком выверенные для человека без подготовки.

Она спустилась с крыши в узкий переулок, где пахло мокрым бетоном и ржавчиной. Дверь была в полуподвале, за ржавой решёткой, как вход в подсобку. Камера — над дверью. Ещё одна — на углу. Привычная схема.

Дмитрия подняла взгляд на объективы.

И не стала “играть в невидимку”. Ей это было не нужно.

Она шагнула в зону видимости.

Пусть видят. Пусть успеют испугаться, ибо сегодня их последняя ночь, по крайней мере для той жизни, которую они знали до этого.

Она подняла руку — не как для приветствия, а как для приговора. И в этот момент вокруг неё словно сгустилась тяжесть. Как будто воздух зарябил от давления.

Ратоборец Отечества не требовал громких лозунгов. Ему достаточно было одного: она пришла не тот ко ради мести. Она пришла за теми, кого держали здесь силой.

Дмитрия подошла к двери. Это по сути это была просто стальная пластина на защёлке изнутри.

Для того, чтобы войти, требовалось правильно постучать и назвать код.

Рогатина легла на плечо, как продолжение позвоночника. Дмитрия подняла ногу и ударила точно по центру двери, вминая и вбивая её внутрь.

Внутри пахло духами, дешёвым алкоголем, наркотиками, кровью и сексом.

В коридоре — приглушённый свет. Музыка где-то дальше. Голоса, смех. Её усиленный звук уловил чей-то плач. Ещё один тонкий голос, просил прекрати и не убивать его.

Пальцы на копьё под перчаткой побелели от силы сжатия.

Первый охранник выскочил из-за угла, держа в руке пистолет. Он успел только открыть рот, собираясь что-то сказать, когда рогатина совершила свой взмах, напрочь отрубив ему сначала одну руку по локоть, а потом и вторую.

Интересный факт. Если метал наполнить магической энергией, то он может нагреваться. В случае рогатины Пожарской. Пока она поддерживает на копье образ оружия княза, оно спокойно может нагреваться до 2 000 градусов по Цельсию.

Обрубки, от соприкосновения с металлом тут же прижились, не позволяя охраннику умереть от кровопотери.

Он хотел закричать от жуткой боли, но прилетевшее в висок древко вырубило его, точно оставив после себя сотрясение.

Ещё один взмах, и место ног теперь у него два коротких обрубка.

Переступив через тело, она продолжила своё движение.

Дальше по коридору выбежали ещё двое. Оба с автоматами. Впрочем, им это не особо помогло.

Первое движение рассекает огнестрел как нож масло, после чего из настигает та же участь, что и предыдущего охранника (бытиё сталинским самоваром).

За очередной дверью — зал. Там были люди, столы, бутылки, полумрак. Повсюду можно было увидеть, как люди приживались разврату и насилию.

Заметив её, кто-то что-то крикнул. Кто-то засмеялся, не поняв, что это за клоун к ним пришёл.

Кто-то встал, увидел её — и резко перестал смеяться. Другие похвастались оружие и навели на неё дула автоматов.

Им это не помогло.

Минута. Ровно столько понадобилось, чтобы безвозвратно искалечить тридцать с лишним человек.

Ей было абсолютно плевать, кто перед ней, какое он имеет положение и кем является. Перед её копьём все были едины.

За ближайшим столом к двери мужик бандитской внешности, как бы помягче сказать, «драл» девочку 15 лет. Платье на девочке, что раньше было достаточно неплохим, сейчас представляло собой лишь лоскуты ткани. Мужик держал девчонку за горло, душа и прижимая к столу, смотря в стеклянные глаза задыхающегося подростка.

Раскалённая рогатина вошла ему под рёбра сбоку и вышла через спину, как нож через мокрую бумагу. Кровь брызнула широкой дугой, заливая стену. Он повис на оружии, дёрнулся — и упал.

Несмотря на страшную рану, она его не убила. Нет, смерть будет слишком простым наказанием для них.

Они стреляли. Прятались её зарезать. Угрожали связями, предлагали деньги, умоляли о пощаде. Это не помогло никому.

Пули отскакивали от доспеха, не нанося хоть какого-то вредя женщине в доспехах, да и выстрелов успели сделать всего лиши пару, прежде чем копьё пробило им позвоночники.

Всё что было дальше — огромное количество криков боли и страха, хруст ломаемых костей и чавканье разрезаемой сгораемой плоти.

Закончив с общим залом, она принялась ходить по закрытым номерам.

В таким местах всегда очень хорошая звукоизоляция, благодаря чему никто из клиентов этого места не слышал того, что происходило на первом этаже.

Комната за комнатой. Она заходила внутрь и лишала конечностей нечисть, что прячется за человеческими лицами.

Лишь один раз она не успела.

Какой-то жирный урод сжимая за горло маленького мальчика во время своего греховного деяния сломал ему шею прямо в момент, когда она открыла дверь.

Ярость затопила её разум. Собрав тушки всех тварей и рабов в главном зале. Она принесла предметы развлечений мерзких господ. После чего, подвесив из всех одно за другим на крюки, принялась медленно снимать с них кожу с помощью инструмента для чистки овощей.

При этом она очень внимательно следила за тем, чтобы они все оставались в живых. Образование позволяло.

Закончив пытку, она молча развернулась и пошла на выход.

— Постойте! Как вас зовут?

Обратилось к ней девушка. Судя по всему, только недавно попавшая сюда.

— Это не важно. Звоните в полицию.

Больше ничего не говоря, она вышла на воздух.

Тем временем, за её спиной, бывшие рабы забивали всем, что было под рукой, тварей, что посчитали себя выше правил господних.

Глава 7

От лица ГГ/Виктора:

Новый день начался с визита ещё двух воплощённых.

Первым оказался мужчина, потерявший сына. Его звали Томас, и за этим именем скрывался Андреас Везалий — человек, положивший основу современной научной анатомии.

Кастер.

Причём — с крайне любопытным Благородным Фантомом, направленным против божеств и бессмертных.

Интересно… сработает ли он на Дарксайде

[Вероятность подобного без выхода за границы возможного: 1%]

— Спасибо, Насть. Покажи-ка ещё раз его профиль.

Я пробежался взглядом по развернувшимся данным и невольно усмехнулся.

[Имя: Томас / Андреас Везалий

Класс: Caster

Параметры:

•Сила — E (E–)

•Выносливость — D (E)

•Ловкость — C (D)

•Магия — A (C)

•Удача — C (D)

•Благородство (NP) — A+ (B)

Личные навыки

Создание Территории — A (C)

Анатомический Театр.

Мастерская, где тело перестаёт быть святыней.

•Усиливается анализ тел, духов и фантомов

•Снижается эффективность магии, основанной на «таинстве»

•(10%): требуется обновление каждые 30 минут, бонусы снижены на ранг

Колдовство — A → (C)

Магия формул, схем и принципов.

•(10%): только простые и медленные ритуалы с высоким расходом маны

De Humani Corporis Fabrica — A+ (B)

Особая магия анатомического анализа.

•Любое существо с телесной формой:

•теряет «неуязвимость» для Кастера

•его слабости становятся известны Везалию

•Повышенный урон по:

•регенерации

•бессмертию

•«божественной плоти»

•(10%): эффект активен только после наблюдения или вскрытия объекта

Вскрытие Лжи Тела — A (C)

Тело не умеет лгать. Даже если душа — да.

•Выявляет:

•иллюзии

•подмену форм

•ментальный контроль

•маскировку ран и состояний

•(10%): не работает против чисто духовных форм

Ересь Против Чуда — B+ (D)

Знание как форма отрицания божественного произвола.

•Ослабляет или отменяет:

•чудеса

•божественные навыки

•предначертания судьбы

•(10%): локально и кратковременно

Холодный Разум Учёного — B (D)

•Иммунитет к панике и внушению

•(10%): лишь повышенная устойчивость)

Благородный Фантом

「Corpus Apertum — Homo Non Sacrum」

The Opened Body — Человек Без Тайны

Ранг: A+ (B)

Тип: Анти-Единица / Концептуальный

Дальность: 1–20

Макс. цель: 1 существо (или зона Территории)

Описание:

Концептуальное вскрытие.

Цель перестаёт быть чудом — и становится объектом анатомии.

Эффекты:

Полная версия:

1.С цели снимаются:

•Все божественные ранги защиты, мифологические «покровы» и биологические механизмы «неуязвимости».

2.Все её способности переводятся в биологические и структурные термины, лишаясь внешней подпитки энергией.

3.Урон по цели:

•игнорирует регенерацию,

•подавляет бессмертие,

•масштабируется от сложности организма.

Эффекты (10% версия):

•Снимается один тип защиты

•Повышается получаемый урон от союзников

•Отменяется «чудесное спасение», основанное на манипуляции судьбой или реальностью.]

Вторым посетителем оказался ветеран. Старик по имени Дейв — боевой лётчик в отставке.

Воплощение прошло по его телу мягко, омолодив его, но не стерев прожитые годы.

Он оказался реинкарнацией Альбрехта Валленштейна.

[Имя: Альбрехт Валленштейн

Класс: Rider

Параметры:

•Сила — C (D)

•Выносливость — B (C)

•Ловкость — C (D)

•Магия — B (D)

•Удача — A– (C)

•Благородство (NP) — A+ (C)

Личные навыки

Верховая Езда — B (C)

•Управление любыми военными средствами передвижения, усиление характеристик во время езды.

•(10%): минимальные бонусы)

Полководец Наёмной Войны — A

Он не ведёт армии.

Он нанимает войну.

•Формирует боеспособные отряды из маргинальных сил, наёмников, беженцев.

•Войска самофинансируются за счёт конфликта

Война Как Бизнес — A

Каждое сражение:

•генерирует ресурсы за счёт количества убитых противников и нанесённого им вреда.

•ослабляет экономику противника

Астролог Судьбы — B+ (D)

•Предсказание исходов боёв по звёздам

•(10%): туманные результаты)

Человек, Которому Не Доверяют — B (D)

•Снижение урона от предательства, атаки из засады

•(10%): частично)

Благородный Фантом

「Bellum Germanicum — Война, Пожирающая Империю」

Ранг: A+ (B)

Тип: Анти-Армия / Анти-Территория

Полная версия:

1.В выбранной зоне:

•возрастает хаос,

•падает лояльность,

•война становится самоподдерживающейся.

2.Все армии:

•теряют снабжение,

•вынуждены воевать ради выживания.

3.Валленштейн и его войска:

•усиливаются от продолжительности конфликта,

•получают бонусы к END и LUK.

10% версия:

•Локальное поле истощения:

•ухудшение снабжения,

•рост усталости,

•лёгкий бафф Валленштейну. ]

Очень интересный случай.

Ни Настя, ни я не понимаем, почему две его способности ранга A работают в полной мере.

Но… мне это только на руку.

Дейв сразу понял, кто он, когда нашёл свой предмет в галерее. В молодости он увлекался военной историей — закономерный итог.

Мы быстро обсудили формирование небольшой боевой группы для зачистки отдельных мест. Получив финансирование, он отправился поднимать старые связи.

Оставшись в одиночестве, я развалился в кресле.

— Итак… с боевым отрядом вопрос решён. Теперь — учителя.

— Думаю, обычных преподавателей ты можешь поручить Эмили, — лениво заметил Калидус.

— Ты уверен?

— Более чем.

Не успел я ответить, как дверь уже открылась.

— Я могу чем-то помочь, господин директор?

Я усмехнулся.

— Мы как раз о вас говорили. Думаем поручить вам подбор обычных преподавателей.

Она задержалась на секунду, явно прокручивая варианты, после чего кивнула.

— Я могу задействовать ресурсы приюта без ограничений?

— Кстати, спасибо, что напомнили. Именно об этом. Где вообще проходят границы возможностей приюта?

— На уровне, близком к божественному.

— То есть, чисто гипотетически, если мне понадобится вооружить армию — скажем, тысячу человек — современным военным снаряжением, да ещё и зачарованным по максимуму, я смогу это сделать?

— Да. Но без внешнего источника энергии это займёт время. Производство и зачарование потребуют огромных затрат, так что накопление энергии займёт от недели до месяца.

— А если источник энергии будет?

— Тогда всё зависит от его мощности. При максимальных показателях — до суток.

— Ясно. И что вы собираетесь предложить преподавателям?

— Зарплату и омоложение.

— Что требуется для омоложения?

— В течение месяца находиться исключительно на территории приюта и иметь заключённый контракт.

Я хмыкнул.

— Возможности впечатляют. Но я сомневаюсь, что изначально способность приюта должна была быть настолько… всеобъемлющей.

— Вы правы. В момент воплощения приюта на меня было оказано внешнее воздействие. Оно не объясняло целей. Лишь назвало своё имя: ⸢⋇⟁⧫⸥.

— Теперь понятнее. Судя по формулировкам, вы и приют — одно целое?

— Да.

— Хорошо. Насколько сильно омоложение и сколько раз его можно пройти?

— Два раза. До двадцати пяти биологических лет.

Если после омоложения разумный проводит на территории приюта не менее девяноста пяти процентов времени, он может жить бесконечно — вплоть до уничтожения планеты.

Приют привязан в первую очередь к миру, во вторую — к вам. Благодаря этому он продолжит существовать и выполнять свои функции даже после вашей смерти.

— Благодарю за разъяснение. Тогда вопрос обычных преподавателей оставляю на ваше усмотрение.

Я займусь поиском учителя по магии, бою и холодному оружию, а также преподавателя-оборотня. Я ничего не упустил?

— Вы также хотели найти преподавателя для Наруто.

— Верно. Благодарю. Тогда — в путь.

В первую очередь я решил заняться магом.

Подойдя к двери, я, как всегда, активировал Зов Колоколов и выбрал нужный город.

Это оказалась Прага. Интересный выбор.

Колокола прозвенели глухо, будто неохотно, и дверь открылась.

Меня встретил холодный узкий переулок, наполненный запахом сырости, камня и человеческого гомона. Город жил своей жизнью — плотной, многослойной, равнодушной к случайным гостям.

Я прошёл вперёд, не торопясь. Накатили воспоминания о времени, проведённом здесь с семьёй: туристические маршруты, светлые улицы, смех, совершенно другая Прага — та, что никогда не пересекалась с изнанкой.

Зов привёл меня к пустой стене переулка.

Я прислушался — и без колебаний шагнул вперёд, проходя сквозь неё, словно её и не существовало. Собственно, так оно и было. Иллюзия. За ней скрывался скрытый от чужих взглядов переулок с необычными магазинами и посетителями.

К счастью, моя одежда не слишком выделялась. Я всегда предпочитал качественные вещи — а здесь это было скорее нормой, чем роскошью.

Идя по улице, я разглядывал витрины и читал названия. Амулеты, ритуальные принадлежности, старые книги и другие предметы.

Зов Колоколов вёл себя странно. Он то звучал ясно, то обрывался, будто что-то вмешивалось, сбивало ритм. Но направление всё ещё угадывалось.

Первым оказался мужчина средних лет, хозяин лавки защитных печатей. Аккуратный, собранный, с выверенной аурой человека, привыкшего держать дистанцию.

Я изложил предложение спокойно, без нажима.

Он выслушал — и покачал головой.

— Нет, — сказал он сразу. — Я бы не стал подписывать такой контракт, даже если бы знал, кто вы такой.

Второй была женщина-алхимик, седая, но с ясным, цепким взглядом. Она слушала дольше, задавала уточняющие вопросы, внимательно рассматривала условия. Даже, казалось, заинтересовалась.

— Щедро, — признала она наконец. — Подозрительно щедро.

— Мне нет смысла обманывать.

— Знаю, — кивнула она. — Но всё равно нет. Я не понимаю, какую игру ты собираешься затеять, а учить неизвестных мне малолеток — даже за продление жизни — я не собираюсь. Как-нибудь сама справлюсь.

Третий маг оказался молодым и дерзким. Он даже не пытался скрывать усмешку, выслушав меня.

— Учить детей? — переспросил он. — Да ещё и каких-то беспризорников? Туда им и дорога. Пусть они хоть новые Мерлины — если их семьи их бросили или они сдохли, это их проблемы. Так что отстань от меня и не мешай закупаться.

М-да.

Дальше я пробовать уже не стал. Было очевидно: подход неверный.

Выйдя из переулка, я почти сразу почувствовал слежку. Пришлось серьёзно покататься по городу, сменить несколько маршрутов, пару раз нырнуть в места, куда обычный человек не сунулся бы. Только под конец удалось окончательно сбросить хвост.

Вполне возможно, что столь открытая попытка нанять мага ещё аукнется мне в будущем.

Раз не получилось с опытными, пойдём от обратного.

Попробуем завлечь молодого. Того, кто жаждет знаний.

Идеальный вариант — маг из обнищавшего рода. Без связей, без поддержки, но с амбициями и голодом до силы.

Вот только чтобы его завлечь, нужны сами знания.

Возможно, приют сможет предоставить их самостоятельно, но лучше перестраховаться. Избыточная подготовка ещё никому не вредила.

Итак, где бы мне их найти?

В голову приходит только библиотека Ивана Грозного. Благодаря моей способности это не должно стать проблемой… но эту легенду оставим на потом.

Сначала стоит вычистить более доступные цели: забытые тайники, клады, скрытые библиотеки, места, о которых знают единицы или давно забыли вовсе.

Я повернулся к Калидусу.

— Калидус, ты не против немного покопаться в земле и, возможно, полазить по пещерам?

— Виктор, — лениво ответил он, — мне, в сущности, всё равно. Куда ты — туда и я.

Я кивнул.

— Отлично. Тогда начнём.

От лица Джона / Хатшепсут:

Наконец-то я закончил подготовку.

Первым делом я занялся костюмом. Добыть все необходимые материалы оказалось непросто, но магия и лёгкий гипноз — удивительно универсальные инструменты. С их помощью я без лишнего шума получил всё, что требовалось.

Одеяние истинного фараона состояло из нескольких элементов: украшенный золотом головной убор, жёсткий золотой каркас на шее и плечах, массивные браслеты на руках, широкие шаровары с богато инкрустированным поясом и позолоченная обувь.

Каждая деталь была зачарована. Основные чары — сокрытие личности и создание защитного барьера вокруг тела. Для этого я активно использовал призываемый временный алтарь, а также жизненную силу пары бандитов, предварительно пойманных под гипноз. Ничего личного — они просто оказались под рукой.

В браслеты я вложил заклинание огненной стрелы. Простое, но надёжное боевое плетение: формирует снаряд, движущийся со скоростью обычной стрелы, с температурой около двухсот градусов. Против незащищённой цели — более чем достаточно.

Отдельного упоминания заслуживали священный символ Амона-Ра и посох со змеиной головой.

Символ удалось освятить. Это дало мне защиту от проклятий и огня — пока не слишком мощную, но стабильную. Со временем эффект усилится.

Посох же я превратил в хранилище маны и встроил в него два заклинания: огненные цепи и песчаную бурю.

Первое позволяло создавать управляемые огненные цепи — либо напрямую от посоха, либо из заранее наложенной печати. Температура цепей могла достигать тысячи градусов.

Второе заклинание использовало вложенный в посох песок, воссоздавая его в нужном объёме и закручивая в вихрь. В основном это было средство отступления и замедления противника: разгонять песок до действительно смертельной скорости требовало слишком больших затрат маны.

К счастью, с маной у меня проблем не было.

Уже сейчас мой запас сил был сопоставим с тем, что я имел в прошлой жизни. А что будет, когда я достигну хотя бы ранга вернувшийся? Не говоря уже о совершенном вернувшемся…

Я смогу творить такие заклинания, о которых современные маги даже не мечтают.

К слову, надо будет заглянуть в одну ещё не разграбленную гробницу. Там и ресурсов достаточно, и тел для создания нежити хватает. А если удастся поднять самого фараона…

Я мысленно усмехнулся и оборвал себя.

Ладно. Увлёкся.

Так вот, всё было готово. Оставалось начать.

С помощью гипноза я выяснил точное время планируемого ограбления банка и подготовился быть рядом именно в нужный момент. К счастью, оно намечалось на ближайшие дни, и я успевал завершить все приготовления.

Кстати, недавно — ещё до моего воплощения — в городе появился новый герой. Его называли Суперменом. Пока что он ограничивался спасением людей из пожаров, вытаскиванием кошек с деревьев и прочей показательной ерундой.

Надеюсь, он не станет серьёзной помехой.

А если вмешается…

Что ж. Я постараюсь произвести на него правильное впечатление.

(Лучшее найденное мной изображение того, как сейчас выглядит Джон в костюме, я оставил в дополнительных материалах.)

Глава 8

От лица Джона / Хатшепсут:

И вот настал нужный день. Опять воспользовавшись гипнозом, я, получив план здания со всеми камерами, пробрался внутрь.

В данный момент я находился в главном зале в одном из углов, поддерживая статическую иллюзию пустого пространства и лёгкое ментальное воздействие, заставляющее людей не сильно сосредотачиваться на моём расположении.

Подобный метод был самым оптимальным по энергии и моей маскировке. Я должен был появиться эффектно, дабы произвести нужный эффект.

И вот настал нужный момент. Вооружённая группа людей врывается в банк и вместе с тем я выпускаю в другой части города гулей.

Теперь осталось правильно всё здесь разыграть.

Взгляд со стороны:

Всё началось внезапно.

Грохот входных дверей разорвал привычный шум банковского зала. Стекло осыпалось на мраморный пол, и внутрь ввалились люди в масках, с автоматами и дробовиками наперевес. Один из них почти сразу выстрелил в потолок — короткая очередь, чтобы подавить панику.

Паника, впрочем, всё равно началась.

Крики. Кто-то упал на пол, закрывая голову руками. Женщина у стойки регистрации закричала, когда ей приказали лечь. Охранник потянулся к кобуре — и тут же получил пулю в лицо.

— ВСЕ НА ПОЛ! — рявкнул главарь. — ЭТО ОГРАБЛЕНИЕ!

И в этот момент воздух дрогнул.

Словно кто-то медленно вдохнул — и пространство подчинилось этому вдоху.

В дальнем углу зала, там, где секунду назад был лишь пустой участок пола, поднялась пыль. Сначала — тонкой струйкой. Потом — шире, плотнее. Песок, которого в банке быть не могло, закрутился в медленный вихрь, поднимаясь от пола до человеческого роста.

Один из грабителей обернулся.

— Эй, вы это видите?..

Вихрь разошёлся.

Из песка шагнула фигура.

Покрытая золотом одежда. Белый и красный лён.

Массивные браслеты, сияющие в искусственном свете ламп. Посох с змеиной головой, будто вырезанной из живого огня.

Головной убор фараона отбрасывал тень на лицо, скрывая черты, но глаза… глаза горели мягким, солнечным светом.

Песок осыпался, будто кланяясь.

— Достаточно, — раздался голос. Глубокий, спокойный. Он не был громким, но почему-то слышался всем.

Грабители замерли.

— Что за… — начал кто-то.

Главарь первым пришёл в себя.

— ОГОНЬ! — заорал он.

Выстрелы ударили почти одновременно.

Очереди прошили воздух. Пули летели прямо в фигуру в золоте — и застывали, будто ударяясь о невидимую стену. Некоторые сплющивались, другие падали на пол, звеня и перекатываясь.

Барьер вспыхнул тёплым золотым светом, очерчивая силуэт.

Фигура даже не пошевелилась.

— Я пришёл не за вашей кровью, — произнёс он спокойно. — Но и позволить вам продолжать — не могу.

Браслеты на его руках загорелись.

Не вспышкой — тлеющим светом, как раскалённый металл.

Он поднял руку.

Фшшш—

Огненная стрела сорвалась с запястья и ударила точно в автомат одного из грабителей. Металл вспыхнул, повело ствол, патроны детонировали с сухим хлопком. Мужчина заорал и выронил оружие, катаясь по полу, сбивая пламя.

Вторая стрела — в дробовик.

Третья — в пистолет главаря.

Ни одна не попала в человека напрямую.

Все — в оружие.

— ЧТО ЭТО ЗА ХРЕНЬ?! — закричал кто-то, отступая.

Песок снова поднялся — на этот раз тонкими потоками, стелясь по полу, путаясь под ногами. Один из грабителей поскользнулся и упал, выронив сумку.

— ЛЕЖАТЬ! — голос фараона стал жёстче. — Оружие — на пол. Сейчас же.

Кто-то подчинился сразу.

Кто-то — после того, как ещё одна огненная стрела расплавила магазин автомата прямо в руках.

Посетители банка смотрели, затаив дыхание. Кто-то плакал, закрывая лицо ладонями. Кто-то дрожащими пальцами снимал происходящее на телефон, даже не осознавая, что именно видит.

И именно в этот момент через распахнутые двери в зал хлынул поток холодного воздуха.

В проёме появился человек в синем костюме с алым знаком S на груди.

— Думаю, дальше я возьму всё на себя, — сказал он спокойно, без угрозы, но так, что спорить с этим утверждением никому и в голову не пришло.

Супермен окинул взглядом зал: обезоруженных грабителей, следы оплавленного металла, песок, который уже начинал осыпаться и исчезать, словно его здесь никогда и не было. Затем его внимание остановилось на фигуре в золоте.

— Кто ты такой? — спросил он прямо.

Мужчина в фараонском облачении медленно повернул голову. Благодаря воплощению он отлично мог контролировать свою мимику, ничем не выдав своего удивления от столь скорого прибытия героя.

Любопытный момент. Судя по ощущениям от созданных существ, гулей не убили — их связали, обездвижили, лишили возможности сопротивляться. Грубо, но эффективно. Погнутая арматура держала их крепче любых наручников.

Полиция уже отвезла их в камеры и сейчас, вместе с медиками, пытались понять, кто или что это.

Лёгки приказ и ожившие трупы перестают подавать признаки жизни, лишившись энергии.

— Можешь называть меня Фараон, — ответил мужчина. Голос его был ровным, чуть приглушённым, — Рад наконец встретиться с тобой лично, Супермен. Мне есть о чём с тобой поговорить. Но сначала… — он коротко кивнул в сторону связанных грабителей. — Давай доведём дело до конца и передадим этих людей правосудию.

Супермен на секунду задержал взгляд на его лице, словно пытаясь увидеть что-то большее.

— Согласен, — сказал он наконец. — Ты не против?

Фараон слегка развёл руки — жест, в котором не было ни вызова, ни подчинения.

— Вперёд.

Через десять минут всё было кончено.

Полицейские выводили преступников, врачи осматривали заложников, а репортёры уже стекались к зданию банка, предчувствуя громкий материал.

Шутка ли — в городе, возможно, появился ещё один супергерой.

Фараон стоял спокойно, позволяя происходящему идти своим чередом, когда Супермен подошёл к нему.

— Если ты не против, предлагаю продолжить разговор в более… тихом месте. Позволишь?

— Разумно, — кивнул тот.

Подхватив Фараона, Супермен стремительно поднялся в воздух, и уже через мгновение они оказались на одной из ближайших крыш.

Ветер трепал плащ героя. Город гудел внизу, словно огромный живой организм.

— Даже не знаю, с чего начать, — признался Супермен после короткой паузы.

— Спрашивай, что хочешь. Я постараюсь ответить, — спокойно отозвался Фараон.

— Хорошо. Тогда начнём с простого. Итак… кто ты?

— Ты и другие можете называть меня Фараоном. Своего настоящего имени, уж прости, я не скажу.

Супермен кивнул, принимая ответ.

— И зачем ты вмешался? В этом городе знают: если нужна помощь, я приду.

— Скажем так, — Фараон слегка склонил голову, — ты меня вдохновил. К тому же я оказался рядом в нужный момент. Иногда этого достаточно.

— Хм. Понятно. Тогда ещё вопрос — без обид. Ты человек? В смысле… землянин?

— Вроде ещё вчера был человеком и себя таковым считал, — усмехнулся Фараон. — И менять это в ближайшее время не планирую. А ты, судя по вопросу, не с Земли?

— Я не скрываю, что по сути являюсь пришельцем, — ответил Супермен. — Хотя и вырос на Земле. Тогда то, что ты делал в банке… огонь, песок — это мета-способности?

— Нет. Мимо. Я маг. Самый настоящий.

— Подожди… магия реальна?

— Более чем, — спокойно подтвердил Фараон. — Тебе бы, кстати, стоило обзавестись защитой от неё. Хотя бы от простого гипноза.

Супермен нахмурился.

— Ты хочешь сказать, что сейчас используешь на мне гипноз?

— В момент твоего появления в банке — да, — честно ответил Фараон. — Лёгкое воздействие. Благодаря ему ты изначально был настроен ко мне благожелательно. К счастью или к сожалению, полноценный контроль разума — не моя специализация. Я больше по защите и атакующей магии.

— И ты не боишься мне об этом говорить? — в голосе Супермена прозвучало напряжение.

— Я знаю, что ты не убиваешь, — ровно ответил Фараон. — И, кроме того, я предпочитаю быть с тобой честным.

Супермен замолчал, глядя на огни города.

— Понятно… Дай мне немного времени подумать.

Фараон молча кивнул, позволяя паузе растянуться.

— Хорошо, — заговорил герой, — Давай так. Через два дня мы встретимся… к примеру на этой крыше и я скажу, что решил на счёт твоего предложения и тебя в целом. Идёт?

— Идёт, только поможешь спуститься? С тобой это будет намного проще.

— Тебя куда-то подбросить? Мне сложно.

— Да, добрось меня, пожалуйста, до адреса ХХХХХХХХХХХХХ. Знаешь, где это?

— Да, конечно. Тогда держись.

От лица Алекса / Диего Родригеса де Сильва-и-Веласкеса:

Я долго размышлял над тем, каким должен быть мой костюм.

Слишком вычурный — привлечёт ненужное внимание.

Слишком простой — не создаст образ.

А образ, как ни крути, — это половина успеха.

В итоге я решил не изобретать нечто принципиально новое и обратился к прошлому. К тому, что уже однажды работало.

Я воссоздал костюм, похожий на тот, что носил при дворе в прошлой жизни. Не буквальную копию — скорее интерпретацию. Тёмная, почти чёрная ткань с глубоким винным оттенком, свободный крой, длинные полы, позволяющие двигаться без скованности. Магия позволила сделать ткань удивительно прочной: она гасила удары, сопротивлялась порезам и почти не горела.

Энергии у меня было много — с этим проблем не возникало.

А вот знаний… знаний катастрофически не хватало.

Я чувствовал себя человеком, которому дали мощный инструмент, но забыли приложить инструкцию.

С сокрытием личности, впрочем, я справился. Маскарадная маска — на первый взгляд просто аксессуар, но после зачарования она скрывала не только лицо, но и саму идеюмоего облика. Камеры скользили взглядом мимо, память цеплялась за детали и тут же их теряла. Если кто-то и вспомнит меня — то исключительно в общих чертах.

Теперь я был готов.

Мой способ «геройствовать» был прост и прагматичен. Я не обладал десятками заклинаний, не мог бросаться молниями или поднимать здания. Зато у меня было связывание.

Специально зачарованная кисть, особые краски. Одно резкое движение — и капли, попавшие на цель, превращались в нити. Гибкие, прочные, живые. Они стягивались, фиксировали конечности, лишали подвижности. Не калечили. Не убивали. Ровно то, что нужно.

Кроме этого я умел создавать:

•щит из красок — полупрозрачную завесу, гасащую удары;

•хлыст из красок — для контроля дистанции;

•и, в крайнем случае, помещать себя или противника в картину.

Последнее было опасно. И для цели, и для меня.

На данный момент у меня было всего две подготовленные картины:

одна — для экстренного отхода,

другая — для изоляции противников.

Экспериментировать без необходимости я не собирался.

Дождавшись ночи, я вышел на свой первый патруль.

Правда, происходил он не в моём родном городе.

Централ-сити.

Город быстрый. Шумный. Постоянно находящийся в движении, будто сама реальность здесь торопилась. Я знал о нём достаточно — и, главное, знал, кто здесь обитает.

Именно поэтому я и оказался здесь.

Ещё тогда, выйдя из приюта, мы с Джоном договорились об обмене. Если можно так выразиться. Он искал место, где мог бы действовать открыто. Я — где можно начать осторожно.

Супермен был не слухом и не легендой. Он был фактом.

А факты я предпочитал учитывать.

Разговор оказался… неожиданным. Выяснилось, что мы вообще из разных городов, а приют, через который мы прошли, обладал возможностью телепортации между ними. Деталь, о которой нам «забыли» сообщить.

В итоге мы договорились.

Я переехал в Централ-сити.

Он — в мой город.

Вещей у меня было немного, так что это произошло быстро и без особых проблем.

Ночь в Централ-сити была яркой.

Слишком яркой.

Неон, отражающийся в лужах. Рёв моторов. Где-то далеко — сирены. Город не спал. Он просто менял ритм.

Я двигался по крышам, осторожно, без спешки. Сначала — наблюдение. Всегда наблюдение.

И долго ждать не пришлось.

В переулке было четверо. Один прижат к стене. Другой требовал деньги и телефон. Классика.

Я вдохнул. Выдохнул.

Начнём.

Кисть скользнула в карман с краской. Движение — резкое, почти неуловимое. Краска брызнула, будто случайно.

— Что за… — успел сказать один из них.

Нити сомкнулись мгновенно. Руки, ноги, торс. Второй попытался отскочить, случайно попадая битой по прижатому к стене человеку — щит из красок возник между нами, приняв на себя удар биты.

Хлыст. Рывок. Ноги противника подсекает, он падает.

Третий — умный. Он побежал.

Я не стал догонять. Прицелившись, я как бы мазнул кистью перед ним.

Краска легла в воздухе, будто мазок по холсту. Пространство дрогнуло — и беглец врезался в невидимую плоскость, после чего исчез.

Картина на моей ладони стала чуть тяжелее. Это был небольшой рисунок в рамочке. Внутри рисунка была пустая белая комната с столом, за которым сидел манекен и раскладывал карты. Дабы выйти, требовалось просто победить манекен в дурака, что было не сложно.

Я не стал сильно мудрить для начала, да и магии это требовало очень много. Чем сложнее будет пространство внутри картины, тем больше энергии уйдёт на её создание и поддержание пленника внутри.

Впрочем, мне этого и не надо.

Чуть дёрнув картину, я как бы вытряхнул последнего грабителя наружу, прямо перед собой. Связав его красками, Я подошёл к жертве.

— Всё в порядке? — спросил я спокойно.

Он кивнул, не находя слов.

— Полиция уже едет, — добавил я. — Постарайтесь больше не ходить здесь ночью.

Развернувшись, я скрылся в переулке.

Когда я снова оказался на крыше, сердце билось быстро.

Но не от страха, а от предвкушения. Адреналин плавал в моей крови, наполняя желанием двигаться и действовать.

Что же, я не собирался себе отказывать в этом.

Глава 9

От лица Элли / Фиби Энн Мозисы

И вот я готова.

Моя первая ночь.

Моя первая вылазка.

Моё первое выступление в роли супергероя.

Честно? Я нервничала.

Не так, чтобы тряслись руки — нет, руки у меня как раз были удивительно спокойны. Но внутри всё гудело, будто я стояла на сцене перед полным залом. Прям какое-то чувство ностальгии.

Костюм… костюм я подобрала просто идеальный.

Ковбойская шляпа сидела чуть набекрень — ровно так, как надо. Красная рубашка, плотно заправленная, кожаная жилетка поверх неё — потёртая, но крепкая. Чёрные брюки, не сковывающие движений. Ну и, конечно, сапоги. Настоящие. Тяжёлые. Со звёздочками на шпорах.

Без них — какой вообще ковбой?

На поясе у меня висели два пистолета в кобурах — привычный вес, почти родной. За спиной — ружьё, закреплённое так, чтобы можно было сорвать его одним движением. Сзади же на поясе — подсумок с магазинами и патронами. Всё на своих местах. Всё проверено по три раза.

(Фото есть в дополнительных материалах. Как на арте, только с ружьём и маской, закрывающей верхнюю часть лица.)

Я не собиралась идти в бой неподготовленной.

— Ну что, девочка, — пробормотала я себе под нос, глядя в зеркало. — Пора выходить на сцену!

Ночь встретила меня прохладным воздухом и шумом города.

Я стояла на крыше, чуть пригнувшись, в тени вентиляционных коробов. Внизу — улицы, огни, редкие машины. Город жил своей жизнью и даже не подозревал, что сегодня в нём появится новый вершитель правосудия.

Да, этому городу точно нужен супергерой! Почему то мне захотелось найти где-то статую горгульи и пафосно на ней встать.

Я глубоко вдохнула.

Так, запомни. Сначала анализируем ситуацию, а уже потом решаем, как в неё вмешиваться. Я не пуленепробиваемая, а хотелось бы.

Поэтому я начала двигаться аккуратно.

Крыша — пожарная лестница — следующий дом. Я выбирала маршруты, где меньше света и камер. Иногда останавливалась, прислушивалась. Иногда просто сидела, болтая ногами над пустотой, и смотрела вниз.

И долго ждать не пришлось.

Крики.

Глухие, злые, испуганные.

Я замерла, прислушиваясь, затем мягко переместилась к краю крыши и заглянула вниз.

Переулок.

Двое мужчин.

Один — держит женщину за руку, слишком крепко.

Второй — шарит по её сумке.

— Давай быстрее, — прошипел один. — Пока никто не…

Он не договорил.

Я уже летела.

Оттолкнувшись от края крыши, я ушла вниз, позволив телу сделать то, к чему оно привыкло в прошлой жизни. Воздух свистнул в ушах, мир на мгновение перевернулся — я сделала кульбит, затем ещё один, оттолкнулась ногой от стены, сменив траекторию, и мягко приземлилась на асфальт в нескольких метрах от них.

Пыль едва заметно взвилась.

Главное моё преимущество — скорость, ловкость и меткость. Не стоит об этом забывать.

— Руки вверх! — рявкнула я, и два пистолета оказались у меня в руках быстрее, чем они успели осознать происходящее.

Грабители дёрнулись, резко обернувшись.

— Ты кто такая? — хмыкнул один, пытаясь выглядеть уверенно. — Косплейщица?

Я не ответила.

Щелчок.

Выстрел.

Пуля просвистела в миллиметрах от его уха и врезалась в кирпичную стену, выбив искры и крошку. Улыбка с его лица исчезла мгновенно.

— Последний раз повторяю, — сказала я холодно. — Оружие на землю. Руки вверх и за голову. Потом — отойти в сторону и на колени.

Второй грабитель нервно сглотнул. Первый медленно поднял руки.

Я перевела взгляд на женщину, которая всё ещё стояла, прижавшись к стене, не до конца осознавая, что произошло.

— Мэм, вы в порядке?

Она вздрогнула, затем быстро закивала.

— Да… да, боже, да, я в порядке. Спасибо… спасибо вам!

— На здоровье, мисс. Сможете вызвать полицию?

— Да! Сейчас!

Она уже доставала телефон, дрожащими пальцами набирая номер.

Я не сводила прицела с мужчин, пока они не подчинились полностью. Один попытка дернуться — и пистолетный ствол тут же сместился, обещая очень неприятные последствия. Через минуту оба уже сидели на коленях, связанные пластиковыми стяжками.

— Лежать тихо, — бросила я.

Развернувшись, я сорвалась с места и через пару мгновений оказалась на пожарной лестнице, а затем — на крыше.

Сердце колотилось.

Но это был хороший стук.

Следующее ограбление было грубым и шумным. Трое вломились в круглосуточный магазин, один — с обрезом. Я зашла через чёрный ход, тихо, как тень.

Они даже не поняли, что произошло.

Выстрел — по кассе, чтобы отвлечь. Второй — в потолок. Паника. Крики. Я вынырнула из-за стеллажей, пистолеты смотрели им прямо в лица.

— На пол! Сейчас же!

Один попытался развернуться. Ружьё хлопнуло, но пуля ушла мимо — я уже сбивала его с ног ударом ноги. Через минуту всё было кончено.

Продавец смотрел на меня, как на мираж.

— Вы… вы кто?

Я улыбнулась под полями шляпы.

— Можете звать меня… Стрелком!

Связав грабителей и убедившись, что они обездвижены, я тут же ушла.

Третья ситуация была сложнее.

Аллея. Пятеро — все явно под наркотой. Девчонка в углу, зажатая, почти не сопротивляющаяся.

Я не стала разговаривать.

Первый выстрел — в асфальт у ног. Второй — выбивает нож из руки ближайшего к девчонке бандиту. — Бегите, — сказала я девушке.

Она не стала переспрашивать.

Двое попытались напасть. Ошибка с их стороны.

На будущее, надо будет заряжать один пистолет боевыми патронами, другой травматическими.

Я двигалась быстро, резко, без колебаний. Удар рукоятью пистолета в лицо, оглушая и выбивая зуб. Подсечка. Крик боли. Они падали, даже не понимая, что их остановило.

Я двигалась слишком быстро для них.

Последний успел выхватить пистолет и выстрелить в меня.

В этот момент время как будто замедлилось. Я видела, как эта пуля приближается ко мне.

Чуть дёрнувшись, я пропустила её мимы и своим выстрелом выбила пистолет из его руки, после чего ударом оглушила его.

Когда всё закончилось, я стояла, тяжело дыша, и чувствовала, как дрожат пальцы.

Не от страха.

От адреналина. Боже, какое чудесное чувство.

Время шло и вот наступило утро.

Под конец я перестала считать количество остановленных преступлений, запомнив в основном лишь первы три.

Если верить системе, то за сегодняшнюю ночь я спасла 17 человек!

В какой-то момент я поймала себя на ощущении, что стала чуть быстрее.

Не радикально. Не так, чтобы сразу бросалось в глаза. Но прыжки стали легче. Реакция — чётче. Выстрелы — точнее. Как будто тело само подстраивалось под ритм.

И ещё одно.

Когда я, наконец, остановилась на крыше и позволила себе просто сесть, опершись спиной о вентиляционный короб, я почувствовала.

Не словами. Не цифрами.

Но где-то глубоко внутри было ясное понимание: я стала ближе к переходу на новый ранг. Пусть совсем немного, но ближе!

Я улыбнулась.

— Неплохое начало, Элли, — тихо сказала я себе.

Город внизу продолжал шуметь, не зная моего имени, не видя моего лица.

Но это было только начало.

И впереди у меня ещё очень много работы. Надо только поспать пару часов и сходить в приют забрать деньги за спасённых людей.

От лица безымянного бомжа / Гая Фокса:

Сегодня — день, когда всё должно начаться.

Пары дней оказалось достаточно. Не потому, что план был прост, а потому что я знал, чего хочу. Незаметность Ассасина позволила мне проникать туда, куда обычно я бы не смог попасть без боя.

Изначально я думал о другом.

О более мягком варианте.

О том, чтобы выглядеть в глазах толпы героем, спасителем, кем-то, кого можно полюбить сразу.

Но потом пришло резкое осознание.

Мне не нужно, чтобы меня любили. Мне нужно, чтобы меня услышали. Моя цель — спасать людей и очищать этот город от грязи, а не в игре на публику.

Это было похоже на просветление. В тот момент я понял, зачем получил эту силу. Зачем вернулся. Пусть для одних я стану злодеем, именем, которое будут проклинать с экранов. Пусть.

Для других — я стану тем, кто первым осмелился.

И вот настал день Х.

Сегодня на главной площади Блудхейвена — праздник. По сути единственный день, когда люди этого проклятого места могут выдохнуть, пусть и не полностью.

Камеры. Прямой эфир. Улыбки. Заранее написанные речи.

Идеальный момент для запланированного мной действия.

В одиночку я бы не справился так быстро. Я благодарен тем, кто откликнулся. Старым друзьям, коллегам. Тем, кто когда-то тоже верил, а потом оказался выброшен на обочину, как и я.

Мы были разными. Но нас объединяло одно — усталость от молчания.

Маска Гая Фокса…

Иронично, но именно её нигде не нашлось. Пришлось брать маску из приюта как основу и производить тут.

Так как это был след, производителя, который с нами контактировал, пришлось устранить, после получения первой партии в 1000 масок.

И вот момент истины. Пусть нас всего несколько десятков, но этого достаточно.

Взгляд со стороны:

— Спасибо, Джонс. Мы ведём прямой репортаж с главной площади Блудхейвена! Сегодня здесь проходит ежегодный городской праздник, и, как вы видите, собралось огромное количество людей…

И в этот момент что-то меняется.

Из людского потока, прямо за спиной репортёра, выходит человек. Закрытая одежда. Серая толстовка. Капюшон, отбрасывающий тень на лицо.

Белая маска.

Искажённая ухмылка. Усы. Борода. Прищуренные глаза, словно знающие больше, чем должны.

(Фото в доп материалах. По сути просто маска анонимуса, но если кому интересно, вот фото как это выглядит.)

Его заметили лишь в последний момент, когда он был уже совсем рядом с репортёром. Охранники попытались его задержать. Резкое, неразличимое для глаз движение рук и они падают на землю, будучи убитыми с помощью двух железных заколок, вонзённых в горло.

Человек в маске на сверхчеловеческой скорости достаёт пистолет и приставляет его к голове репортёра.

Рядом подходит ещё один человек в такой же маске, но в другой закрытой одежде. Он передаёт дрожащему от страха репортёру бланк с текстом и требовательно стучит по нему пальцем.

— М-М-Мне прочитать?

Заикаясь от страха спрашивает репортёр.

Человек в маске, держащий бланк, кивает.

— Х-хорошо, — собравшись с силами, репортёр начинает.

— Мы устали ждать. Мы устали видеть бездействие властей. Мы устали от коррупции и бандитизма. Именно поэтому, сегодня, в день основания этого города, мы берём его судьбу в свои руки.

В этот момент к ним подъезжает машина — белый минивэн.

Открыв двери, из них выходит ещё один человек в точно такой же маске. Из автомобиля он выкатывает телевизор. Достав пульт. Он включает его.

Экран разделён на четыре квадрата. В каждом из них видна прямая съёмка разных зданий.

Некоторые смогли тут же узнать достаточно известные бандитские притоны, лаборатории и склады товара.

Репортёру дали новый бланк с текстом.

— Сегодня день, когда мы, Безликие, объявляем войну всему криминалу этого города и п-пусть они з-захлебнуться кровью — под конец снова стал заикаться репортёр, поняв, что прочитал.

Один из Безликих, державший пистолет, достал из кармана рукоять с кнопкой, после чего нажал на неё.

По всему городу раздаётся звук от множества взрывов. На экране же видно, как все четыре здания превращаются в огненные шары.

Камера резко перестаёт показывать происходящее и возвращается в студию.

От лица Гая Фокса:

Это было странное чувство.

С одной стороны — я прекрасно понимал, что то, что я делаю, неправильно. Не просто «плохо», а именно неправильно, на уровне самой идеи.

С другой — вся моя суть, каждая мысль, каждый обрывок памяти подталкивали меня вперёд, требовали нажать на кнопку.

Когда я это сделал — когда активировал свой Фантазм — я почувствовал это сразу.

Медленное, уверенное нарастание.

Как будто что-то внутри меня наконец-то встало на своё место, будто я двигался в верном направлении.

Я становился сильнее.

Насколько именно — сказать было сложно, но сомнений не оставалось: рост был реальным.

А значит… я всё делал правильно.

От лица Виктора:

От исследования и, по сути, мародёрства уже третьей найденной библиотеки меня отвлекло сообщение от Насти.

[Внимание. Один из воплощённых достиг 20% слияния со своей прошлой реинкарнацией.]

— О? — я приподнял бровь. — Это… хорошо. И кто же у нас оказался настолько геройственным и самоотверженным?

— Ты опять с Настей разговариваешь? — лениво спросил Калидус.

— Да. Представляешь, кто-то уже достиг двадцати процентов.

— Ого!

Следующее сообщение пришло почти сразу.

[Это была реинкарнация Гая Фокса.]

Я мгновенно напрягся.

В голове всплыл лишь один сценарий, при котором ассасин с подобными способностями мог бы так резко продвинуться.

— Настя, — медленно сказал я, — а скажи… как именно он этого добился?

Ответ пришёл без задержки.

[Гаем Фоксом был произведён подрыв четырёх зданий с применением Фантазма, а также публично объявлена причастность к данному акту.]

Мои кулаки сжались сами собой.

Терроризм.

Самый прямой, самый грязный вариант. А при таком сценарии невинные жертвы неизбежны.

— Что случилось? — Калидус приподнялся, настороженно посмотрев на меня. — Виктор, мяу, что произошло?!

— Помнишь того бомжа, который оказался Гаем Фоксом?

— Конечно помню. Что он натворил?

— Устроил теракт.

Калидус замолчал.

— …Мудак, — наконец сказал он. — Но знаешь… он не показался мне плохим человеком. И уж точно не психом. Скорее наоборот. Да и твои способности ведь отметили его как героя.

— Возможно, — ответил я холодно. — Что-то изменилось. Но если он выбрал этот путь — нам придётся его покарать.

— Тут я с тобой согласен, — медленно кивнул Калидус. — Но… может, для начала хотя бы выслушаем его?

Я на секунду прикрыл глаза.

— …На месте разберёмся.

Глава 10

От лица Виктора:

Разобравшись с очередным древним захоронением, полным ловушек, я вернулся в приют. Место оказалось на редкость неприятным: старые каменные коридоры, ожившие скелеты, чисто механические ловушки и головоломки, некоторые из которых были рассчитаны на куда более массивных существ, чем человек. Кто бы ни строил это место, он явно не рассчитывал, что спустя сотни лет сюда заявится кто-то вроде меня.

Тем не менее результат стоил потраченных усилий. Несколько артефактов, пара старых фолиантов и один крайне любопытный амулет, который, судя по ощущениям, был связан с защитной магией.

Сдав находки на хранение в приюте и оставив пару пометок для Эмили, я отправился в Блюдхейвен — переговорить с Фоксом. Честно говоря, до сих пор не знаю его настоящего имени.

Разговор вышел… долгим.

Очень долгим.

Он явно ожидал моего визита и подготовился основательно. Когда я вошёл, меня уже ждал целый набор документов, схем и даже статистических данных.

И, как бы мне ни хотелось это признавать, в какой-то момент я поймал себя на мысли, что начинаю соглашаться с его доводами.

Без покровителей свыше возможен был лишь такой вариант.

Я ненавижу подобные вещи.

Политика.

Всегда одно и то же. Где бы ты ни оказался — даже в реальности про комиксовых героев и злодеев — она всё равно находит способ испортить тебе настроение и твою жизнь.

Компромиссы.

Грязные решения.

Смерти, которые приходится принимать как неизбежность.

Вот почему всегда так?

Даже в другом мире меня преследует эта противная и липкая реальность. А ведь я наивно надеялся, что хотя бы в мире героев комиксов всё будет проще. Что здесь добро и зло разделены чёткой линией.

Как же. Всё как всегда. Подсознательно я и так уже это знал и ожидал, но от этого не становится легче.

Мне срочно нужно было выпустить раздражение.

Боевая группа ещё не была собрана, а значит я не мог снова пройтись по местам своей былой славы. В противном случае неизвестно, чем бы это закончилось даже если бы я смог сделать всё в одиночку.

Следовательно, оставалось два варианта:

либо найти себе какое-нибудь отвлекающее занятие,

либо… найти женщину.

Калидус, как всегда, предложил третий путь.

— Виктор, — лениво протянул он, развалившись на спинке кресла, — а ты не пробовал что-нибудь менее разрушительное? Например… видеоигры?

Я тогда лишь скептически приподнял бровь.

Но идея оказалась неожиданно здравой.

Заодно можно было показать детям что-нибудь новое.

Поэтому я заглянул в один из магазинов в Метрополисе и купил пару картриджей.

Вернувшись в приют, мы довольно быстро организовали небольшую игровую зону.

Что же… в очередной раз мой друг оказался прав.

Это оказалось удивительно расслабляющим занятием.

Мы играли несколько часов. Иногда к нам присоединялись дети, когда у них были перерывы в занятиях. Честно говоря, это было даже приятнее, чем я ожидал.

Я уже собирался вернуться к поиску знаний о магии и продолжить изучение найденных артефактов, как вдруг моё чутьё резко встрепенулось.

Кто-то приближался. И это был очень интересный гость. Судя по тому, как у Калидуса встала дыбом шерсть, гость был ещё и крайне опасным.

— Мяу… — тихо протянул кот, прищурившись.

Предупредив Эмили о возможном посетителе, я сам отправился открывать дверь. И как раз в тот момент, когда я подошёл к ней, в звонок позвонили. Я открыл дверь почти мгновенно. На пороге стояла маленькая девочка в лёгком платьице.

Почти мгновенно я узнал её.

Это была та самая девочка, которую порезал Калидус по моей просьбе.

Я слегка улыбнулся.

— Здравствуйте, маленькая леди. К сожалению, я не знаю вашего имени. Меня зовут Виктор, хозяин этого приюта. А вас?

Девочка спокойно посмотрела на меня.

Слишком спокойно для ребёнка её возраста.

— Здравствуй, маг, — сказала она. — Меня зовут Алиса. Приятно с вами познакомиться.

Я невольно усмехнулся.

— Мне тоже очень приятно. Судя по тому, что вы понимаете, кто я такой, в вас уже начали пробуждаться воспоминания прошлой инкарнации? Или, возможно, это я совсем ослеп и не заметил на ваших родителях следы людей, изучающих мистику?

Я слегка развёл руками.

— Впрочем, что это мы разговариваем на пороге. Прошу вас внутрь, миледи. Будете чай с печеньем?

Девочка на секунду задумалась.

— Не откажусь.

Я отступил в сторону, пропуская её.

Мы направились в мой кабинет.

По дороге нам встретился Ацуши. Судя по всему, его попросили что-то принести, либо он просто отпросился по нужде. Уступив нам дорогу, он пошёл дальше.

Алиса проводила его взглядом и тихо, почти незаметно хмыкнула. Похоже, память действительно начала просыпаться. Слишком уж внимательный взгляд для ребёнка. Вероятнее всего её прошлая личность была либо связана с магией, либо с наукой. Хотя… возможно, я ошибаюсь.

В кабинете нас уже ждал горячий чайник и тарелка с тем самым печеньем Юбилейным. Тем самым, которое я любил ещё в детстве. Я взял одно, аккуратно надломил его и попробовал. И почти сразу расплылся в довольной улыбке.

— Итак, мисс, — произнёс я спокойно, откинувшись в кресле и внимательно наблюдая за девочкой. — Полагаю, у вас накопилось немало вопросов. Это совершенно нормально. Воплощение редко проходит незаметно, и почти всегда вызывает у людей… мягко говоря, определённое недоумение.

Я слегка постучал пальцами по столу, после чего протянул ей тонкую брошюру.

— Для начала держите вот это. В этой небольшой брошюре изложена основная информация о текущей ситуации, а также объясняется сам принцип воплощения. В общих чертах, конечно. Полная картина несколько… сложнее.

Девочка молча взяла лист бумаги. На прочтение у неё ушла… секунда. Буквально секунда.

Если бы не мой показатель ловкости, я бы, скорее всего, просто не заметил, что произошло. Но я видел. Я видел, как её глаза двигались на сверхчеловеческой скорости, поглощая информацию.

Интересно. Очень интересно.

— Вижу, вы уже ознакомились с текстом, — произнёс я после короткой паузы. — Признаться, впечатляет. Не каждый способен прочитать страницу за секунду.

Я слегка наклонился вперёд.

— Позвольте мне взять вашу руку и наложить на вас одно небольшое заклинание, о котором вы прочитали.

Она без колебаний протянула руку.

Я аккуратно коснулся её ладони.

В тот же момент я мысленно обратился к системе.

— Настя, кто она?

Ответ пришёл почти сразу.

Но не мгновенно.

[Обнаружена защита.]

Я слегка приподнял бровь.

Интересно…

[Запущено углублённое сканирование.]

[Производится внедрение диагностического конструкта…]

[Обход внешних защитных слоёв…]

[Анализ структуры души…]

Несколько секунд ничего не происходило.

А затем перед моими глазами развернулся профиль.

[Имя: Равана]

Класс: Кастер

Параметры:

Сила: A (C)

Выносливость: A (C)

Ловкость: B (C-)

Магия: EX (B)

Удача: C (D)

Благородство (NP): EX (B)

Личные навыки:

Территориальное Создание A+(В)

Как великий правитель Ланки и могущественный маг, Равана способен создавать мощную магическую территорию. Его мастерская принимает форму Золотой Ланки, значительно усиливая магию, призыв и контроль над демонической энергией.(Все эффекты ослаблены на два ранга)

Создание Предметов A

Обладает глубокими знаниями магии, алхимии и священных текстов. Может создавать магические артефакты, талисманы и оружие, наполненное демонической или божественной силой.

Многоголовый Разум — EX (B)

Равана обладал десятью головами, каждая из которых являлась отдельным сознанием.

Эффекты:

•Одновременное ведение нескольких потоков мыслей

•Параллельное создание нескольких заклинаний

•Иммунитет к перегрузке сознания

(Ослаблено: одновременно поддерживает до трёх потоков сознания)

Царь Ракшасов — A+ (C)

Равана был правителем расы демонов-ракшасов.

Эффекты:

•Усиление демонических существ

•Лёгкость в подчинении духов и теневых существ

•Повышенная устойчивость к проклятиям

(Ослаблено: действует только на слабых духов и созданий)

Преданность Шиве — EX (B)

Равана был одним из величайших последователей бога разрушения.

Эффекты:

•Повышенная устойчивость к разрушительной энергии

•Усиление магии разрушения и трансформации

•Благословение при призыве разрушительных сил

(Ослаблено: эффект проявляется лишь кратковременно)

Демоническая Многорукая Боевая Форма — A (C)

Истинная форма Раваны включала двадцать рук.

Эффекты:

•Возможность временно проявлять дополнительные магические «конечности»

•Одновременное использование нескольких заклинаний или артефактов

(Ослаблено: создаёт лишь 2–4 магические руки)

Магия Вед — A+ (C)

Равана был одним из величайших знатоков ведической магии.

Эффекты:

•Ускоренное изучение магии

•Повышенная эффективность ритуалов

•Снижение затрат маны при сложных заклинаниях

(Ослаблено: действует только на ритуальную магию)

Благородные Фантазмы:

「Ланка Золотого Владыки」

Golden Lanka — Throne of the Rakshasa King

Ранг: EX (B)

Тип: Anti-Army / Territory

Описание:

Материализация легендарной столицы Раваны — золотого города Ланки.

Эффекты:

•Создание временной магической крепости

•Усиление демонов и духов внутри территории

•Сильное подавление врагов

(Ослаблено)

•Создаёт лишь малую магическую цитадель

•длительность — несколько десятков минут

「Чандрахаса — Клинок Шивы」

Chandrahasa — Blade of the Moon

Ранг: EX (A)

Тип: Anti-Unit / Anti-Divine

Описание:

Меч, подаренный Раване самим Шивой.

Эффекты:

•Колоссальное усиление атак

•Сильный урон божественным существам

•Разрезает магические барьеры

(Ослаблено)

•усиление только на один ранг

•ограниченное число ударов (30)

「Десять Голов Царя Демонов」

Dashanana — King of Ten Minds

Ранг: EX (B)

Тип: Self / Conceptual

Описание:

Воплощение истинной природы Раваны.

Эффекты:

•активирует десятикратное мышление

•мгновенный анализ магии и стратегий

•ускоренное создание заклинаний

(Ослаблено)

•увеличивает скорость мышления лишь в несколько раз

•быстро истощает ману.]

Я невольно замер. Ого… Передо мной действительно находился Равана, один из владык демонов, правитель ракшасов и, если верить легендам, существо с десятью головами и двадцатью руками.

[Внимание! Зафиксирована двойственность души.]

Я слегка нахмурился.

— Что это значит? — тихо спросил я мысленно.

[Равана не слился с Алисой, а остался отдельным сознанием, полностью осознающим себя]

Я медленно поднял взгляд на девочку.

— Что ж… теперь многое стало понятнее.

Я сложил руки перед собой.

— Позвольте задать один уточняющий вопрос. С кем именно из вас двоих я разговаривал до этого момента? С Алисой… или с Раваном?

Девочка на секунду замерла. А затем улыбнулась.

— До этого вы разговаривали со мной, Виктор! — сказала она уже более живым, детским голосом. — Но раз вы смогли обойти нашу маскировку и всё поняли, думаю, будет честно дать слово Равану.

Она слегка наклонила голову.

— Он очень просится поговорить.

На секунду её тело словно застыло. Глаза потеряли детскую мягкость.

Когда она снова подняла взгляд, передо мной уже был кто-то другой. Кто-то гораздо старше и опасней.

— Ну здравствуй… маг.

Я невольно улыбнулся.

— Здравствуй, владыка ракшасов.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

Затем он заговорил.

— Маг… ответь мне на несколько вопросов.

Его голос будто был пропитан энергией. Он завораживал. Не будь у меня опыта в общении с такими личностями, кто знает, что могло бы произойти.

— Как?

Он чуть наклонил голову.

— Зачем?

Пауза.

— И… самое главное.

Его взгляд стал холоднее.

— Почему я не должен убить тебя прямо сейчас и стереть это место с лица земли, чтобы никто не узнал о моём возвращении раньше времени?

На это я лишь по-доброму улыбнулся в широкой улыбке. Правда почему то мои коллеги по работе часто называли это волчьим оскалом.

— Начну по порядку.

Я спокойно поднялся и подошёл к окну.

— Как?

Я слегка постучал пальцами по подоконнику.

— С помощью одного очень любопытного артефакта. Уверен, ты и сам этого понял. О механизме было написано в брошюре.

Я повернулся к нему.

— Зачем?

Я пожал плечами.

— В каком-то смысле я… пророк.

Я слегка поморщился.

— Не люблю это слово. Но другого подходящего определения у меня нет.

Я сделал паузу.

— И поверь мне… впереди очень тяжёлые времена.

Равана внимательно слушал.

— Теперь последний вопрос.

Я посмотрел прямо ему в глаза.

— Почему ты меня не убьёшь.

Я слегка развёл руками.

— Всё довольно просто.

На данный момент… ты не сможешь этого сделать.

Он прищурился.

— Даже учитывая все твои заготовки.

Я постучал пальцем по столу.

— Даже учитывая те заклинания, которые ты уже начал вплетать в свою ауру.

Я слегка улыбнулся.

— И даже учитывая тот интересный ритуал, который ты подготовил на случай моего нападения. Ты умрёшь в тот самый миг, как попытаешься напасть или навредить.

Затем Равана тихо рассмеялся.

— Ха…

Он покачал головой.

— Ясно.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Расскажи мне про угрозу.

Я медленно выдохнул.

— Скоро в этот мир придёт война.

Я сделал паузу.

— Вторжение. Кто именно это будет — я не знаю.

Я начал перечислять.

— Это могут быть демоны, иномирцы. Возможно, кто-то из богов решит снова поиграть в свои древние игры.

Я слегка усмехнулся.

— Или, например, олимпийцы устроят очередную катастрофу.

Я покачал головой.

— Я не знаю.

Я посмотрел прямо на него.

— Но вот что я знаю точно.

Я сделал короткую паузу, давая словам немного повисеть в воздухе.

Иногда тишина говорит больше, чем длинные объяснения.

— Это будет лишь начало.

Я вернулся к креслу и медленно сел, позволяя себе чуть расслабиться, хотя внимательность я не ослаблял ни на секунду.

— Всё, что требуется от тебя и других воплощённых, на самом деле довольно просто: Защищать этот мир, а также, по возможности, спасать людей… и других разумных существ, которые этого заслуживают. Поверь, таких будет достаточно. Ну и время от времени выполнять некоторые мои поручения.

Я поднял ладонь, не давая ему перебить меня.

— Не переживай. Ничего унизительного или бессмысленного. Скорее… задачи, выгодные всем сторонам.

Я на секунду задумался, после чего добавил:

— Кстати, одно такое задание я как раз планирую на завтра.

Я слегка постучал пальцами по столу.

— Приходи вечером. Скажем… часов к восемнадцати по твоему часовому поясу. Думаю, к тому времени я уже соберу всех остальных.

— И что же от нас будет требоваться? — спросил он.

Я снова улыбнулся.

— Скажем так…

Я сделал небольшую паузу.

— Мы будем спасать жизни. А заодно… делать вас сильнее.

Глава 11

От лица Виктора:

Проводив Алису — или, если быть точнее, Равану — до самого выхода из приюта, я некоторое время стоял в коридоре, задумчиво глядя на закрывшуюся за ней дверь.

Если бы мне кто-то ещё до смерти сказал, что я буду спокойно беседовать с реинкарнацией одного из демонических владык древности, да ещё и в теле маленькой девочки, я бы, скорее всего, просто не поверил этому человеку. Смеяться, пожалуй, не стал бы, но отнёсся бы к подобной новости с изрядной долей скептицизма.

Постояв ещё немного, я вздохнул и вернулся к делам.

Через Настю я разослал сообщение всем воплощённым о предстоящем задании и необходимости явиться к назначенному времени. Заодно решил уточнить несколько технических деталей самой миссии.

До этого момента я знал лишь общие принципы работы системы, но сейчас предстояло впервые воспользоваться её основной функцией — межмировыми заданиями.

Сам процесс переноса для нас оказался достаточно простым.

Мы должны были собраться в одном помещении. После этого система активирует перенос и отправит всех участников миссии в указанный мир.

С нами будут перенесены все предметы, которые мы держим в руках, носим на себе или которые каким-то образом закреплены на теле. Ограничений по весу и объёму, как таковых, нет, но вещи должны достаточно плотно прилегать к телу. Ту же машину, например, перенести не получится, а вот, к примеру, шкаф — вполне.

Также каждый воплощённый мог взять с собой одно дополнительное существо. Неважно, будет ли это человек, животное или какое-нибудь иное создание — система не делала различий. Главное, чтобы существо находилось рядом с участником миссии в момент переноса. Для его вещей работали те же правила.

Это открывало довольно интересные возможности, о которых я обязательно подумаю позже.

До отправления оставались ещё сутки. А значит, у меня было время подготовиться.

Через Эмили я попросил подготовить для меня кое-какое снаряжение.

Мне была нужна трость со скрытым клинком, компактный пистолет и особое чёрное пальто с несколькими скрытыми карманами и креплениями под оружие. В подобном пальто я довольно часто ходил в прошлой жизни, особенно в молодости.

Длинное чёрное пальто с поясом и двумя рядами пуговиц, из плотной ткани и с высоким воротником. В нём удобно двигаться, легко прятать оружие и, что немаловажно, оно создаёт довольно внушительный образ.

Конечно, раз уж приют обладал возможностями, близкими к божественным, всё это снаряжение следовало не просто изготовить, а зачаровать.

Этот вопрос я полностью передал на усмотрение Эмили.

Я мог сколько угодно строить из себя человека, разбирающегося во всём, но реальность оставалась реальностью — в магии я почти не разбирался.

Во всяком случае, пока.

Моё знакомство с мистикой в прошлой жизни было довольно поверхностным. Скорее это была смесь любопытства, исторических исследований и необходимости по работе в отдельных случаях.

Максимум, в чём я хоть немного ориентировался, — это славянские амулеты, некоторые рунические символы и, как бы странно это ни звучало, определённые элементы магии Вуду.

Да и то…

Я до сих пор не был уверен, что из этого действительно работает, а что является лишь красивым фольклором и фантазией людей.

Теперь же у меня появился шанс разобраться в этом по-настоящему.

Но не сейчас.

Это дело будущего и, желательно, наличия большого количества свободного времени.

Тем временем воплощённые постепенно прибывали в приют.

Для перемещения я решил подготовить отдельное помещение.

Через Настю мне удалось получить доступ к своеобразному редактору помещений приюта. Поигравшись с ним, я смог создать достаточно антуражное место.

Просторный зал, размером примерно с бальный. В центре помещения я добавил большой магический круг. Он занимал почти треть всего пола, правда, его функция была исключительно декоративной.

Я немного покрутил настройки освещения, добавил каменные стены, несколько колонн и слегка затемнил потолок.

В итоге получилось нечто среднее между тайным залом древнего ордена и классическим подвалом какого-нибудь чернокнижника из фильмов.

Разве что без черепов, крови и мёртвых тел.

К назначенному моменту все были в сборе.

Причём не только сами воплощённые.

Гай, Дейв, Джон и Майкл пришли не одни.

Гай и Дейв явились в компании нескольких бойцов в разгрузке и с автоматами. Собственно, оба сами были экипированы примерно так же и тоже были вооружены огнестрельным оружием.

Я только надеялся, что они добрались до приюта достаточно незаметно. Совсем не хотелось разбираться с полицией, у которой после такого точно появятся вопросы.

Джон же пришёл в компании созданной им нежити.

Это были гули.

По сути — зомби, но с сохранившимися навыками тела.

Они двигались немного скованно, но всё равно производили довольно неприятное впечатление. Серые лица, мутные глаза и абсолютно бесстрастные выражения.

Когда Джон попросил разрешения оснастить их хоть какой-нибудь бронёй и оружием, я ответил согласием, но сразу предупредил, что это будет лишь на этот раз.

И, наконец, Майкл. С ним, как ни странно, пришёл Бэтмен.

Честно говоря… чего-то подобного я и ожидал.

Он стоял чуть в стороне от остальных, внимательно осматривая помещение. Взгляд его скользнул по каменным стенам, магическому кругу и каждому из присутствующих.

— В чём именно заключается задание? — тихо спросил он.

— В спасении и защите людей или, по крайней мере, разумных существ, достойных этого. Дело в том, что я и сам пока не знаю, в чём оно будет заключаться. То, что я знаю, я уже сообщал.

Он молча кивнул и снова оглядел помещение.

— Тогда начинайте.

Как раз осталась минута до назначенного времени.

Я сделал шаг в центр круга.

— Все готовы?

Мне ответил хор из подтверждающих голосов.

Я мысленно обратился к Насте.

— Активируй задание.

Несколько секунд ничего не происходило.

А затем перед глазами появилось сообщение системы.

[Обнаружено задание.]

[Мир: Goblin Slayer(Видно только Виктору)

Тип миссии: оборона населённого пункта

Локация: пограничная крепость Валленштейн

Описание:

Армия гоблинов движется к крепости. Город будет атакован в течение нескольких часов.

Основные цели:

Предотвратить падение крепости.

Уничтожить лидера армии гоблинов.

Сохранить как можно больше жителей.

Дополнительные цели:

• Минимизировать разрушения. • Сохранить гарнизон крепости.

Награда:

• увеличение процента слияния • артефакты • Неизвестно

Время до начала осады: 3 часа.]

— Ну что ж… — тихо сказал я. — Поехали.

В тот же момент круг вспыхнул.

Мир на мгновение ослепительно побелел.

Затем появилось странное ощущение, будто тело стало невесомым. Пол ушёл из-под ног, и на долю секунды возникло чувство свободного падения. А потом всё резко прекратилось.

Мы стояли на опушке леса. Прохладный ветер трепал траву, где-то в ветвях тихо шелестели листья.

Впереди проходила дорога.

Она вела к небольшому городу-крепости, возвышавшемуся на холме примерно в километре отсюда: каменные стены, башни, деревянные ворота.

Над стенами лениво развевался флаг с неизвестным гербом.

— Похоже, прибыли, — констатировал Джон, оказавшийся ближе всех ко мне после переноса.

[До начала осады: 2 часа 58 минут.]

Я перевёл взгляд на крепость.

С виду всё было спокойно. На стенах стояли стражники, по дороге к воротам двигались телеги. Никакой паники и никаких признаков подготовки к осаде.

Судя по всему, о скором нападении либо не догадывались, либо сильно его недооценивали.

Мы начали двигаться к городу.

Дорога заняла около двадцати минут.

По пути нам встретились несколько крестьянских телег и пара всадников. На нашу группу они смотрели с удивлением, но без особой настороженности.

Путники здесь явно были обычным делом.

Когда мы подошли к воротам, стражник лениво поднял руку. По седым волосам и множеству старых шрамов было видно, что повоевать ему пришлось изрядно.

— Стоять.

Он внимательно окинул нас взглядом. Особенно его заинтересовали гули.

— Это ещё что за…?

— Телохранители, — спокойно сказал Джон.

Стражник поморщился.

— Некромант… — процедил он сквозь зубы. — Если бы не указ короля о ненападении на магов без явной агрессии с их стороны, будь уверен — ты бы уже лежал там, где стоишь.

Джон на это никак не отреагировал.

— С какой целью вы пожаловали в наш славный город? — продолжил расспрос стражник.

Я сделал шаг вперёд.

— Достопочтенный страж. Подскажите, в вашем городе есть отделение гильдии авантюристов? К городу приближается армия гоблинов, и мне срочно нужно доложить об этом в гильдию.

Стражник фыркнул.

— Да какая ещё армия? Скорее всего обычный рейд под предводительством чемпиона. Не впервой. Нечего панику поднимать.

— Вынужден не согласиться. Я собственными глазами видел гоблина-лорда в окружении десятка чемпионов. Так что ради жизней жителей этого города пропустите нас внутрь и проводите до гильдии. Или пошлите кого-нибудь вместе с нами.

Стражник прищурился.

— Гоблин-лорд, говорите? — он на секунду задумался. — Чем докажете?

Я пожал плечами.

— Ничем. Но лучше перебдеть, чем потом об этом жалеть.

Стражник почесал подбородок.

— Хм… Не убедили. Но ребят и правда стоит растрясти — расслабились слишком.

Он обернулся к одному из солдат.

— Эй, Марек! Бегом в гильдию авантюристов и к магам. Передай, чтобы собирали людей на внеплановую отработку сценария полномасштабной атаки. И чтобы без оправданий с их стороны!

Солдат кивнул и быстро побежал в сторону города.

Стражник снова повернулся к нам.

— С вами пойдёт один из патрулей. Просто чтобы вы не натворили глупостей. А то одеты вы… мягко говоря, странно.

Он ещё раз осмотрел нашу компанию.

— Разве что та пара северных воинов и двое рыцарей хоть немного похожи на местных.

Он сделал небольшую паузу.

— Только учтите: если вы нас обманываете, сильно вам не поздоровится. Уж это я вам обещаю.

Я чуть склонил голову.

— А вы, прошу прощения, кто?

Стражник выпрямился.

— Капитан гарнизона Рудольф Хальм. Командую обороной крепости.

Он пристально посмотрел на меня.

— И, честно говоря, надеюсь, что вы ошибаетесь, что станет отличным поводом, чтобы повесить вас за ложную тревогу на главной площади.

— Виктор, — представился я. — Приятно познакомиться. Мои сопровождающие назовутся при необходимости сами.

Я слегка улыбнулся.

— И что же целый капитан крепости делает на воротах?

Рудольф фыркнул.

— Да вот, встречаю таких чудиков, как вы.

Он кивнул в сторону нашей группы.

— Вы себя со стороны видели? Особенно этого… — он указал пальцем на Бэтмена, — …в чёрной маске с заострёнными ушами.

Он покачал головой.

— Вообще ни капли не подозрительно.

Капитан усмехнулся.

— Скажите спасибо, что я хотя бы вас слушаю, а не приказал открыть по вам огонь из луков и приложить магией.

Я чуть склонил голову, принимая его слова без лишней иронии.

— Благодарю. Тогда, может быть, позволите нам наконец пройти? Некоторым из моих спутников необходимо пополнить запасы реагентов и свитков, другим — обновить снаряжение. Заодно мы бы хотели присоединиться к обороне города, если вы не против. Думаю, часа-двух нам вполне хватит.

Капитан прищурился, изучая меня ещё раз, словно пытаясь понять, насколько серьёзно стоит воспринимать наши слова. Затем махнул рукой в сторону ворот.

— Проходите. Только повторяю — без глупостей.

Я кивнул.

— Разумеется.

Капитан уже собирался отвернуться, когда вдруг остановился и снова посмотрел на меня.

— Кстати… — произнёс он. — Если вы так уверенно говорите про армию, то ответьте мне на один вопрос.

Он скрестил руки на груди и слегка наклонил голову.

— Сколько времени, по-вашему, осталось до нападения?

Я на секунду прикрыл глаза и мысленно обратился к системе.

[До начала осады: 2 часа 43 минуты.]

Открыв глаза, я снова посмотрел на капитана.

— Около трёх часов. Может, чуть меньше.

— Хм… — протянул он, явно обдумывая услышанное. — Плохо.

Сказав это, капитан жестом велел стражникам открыть проход, и мы наконец вошли в город.

Первым делом я попросил сопровождающих нас солдат проводить нашу группу к ближайшему ломбарду.

Не зная заранее, в какой именно мир мы попадём, я решил перестраховаться и взял с собой несколько золотых слитков, изготовленных приютом. Универсальная валюта, которая в большинстве миров имеет примерно одинаковую ценность.

Ломбард нашёлся довольно быстро.

Хозяин — сухощавый мужчина с цепким взглядом и тонкими пальцами — сперва долго рассматривал один из слитков, проверяя его на подлинность. Он даже попробовал слегка надпилить край и внимательно осмотрел структуру металла.

— Чистое золото… — пробормотал он, явно не скрывая удивления. — И откуда же у вас такие вещи?

— Семейное наследство, — спокойно ответил я.

Он понимающе хмыкнул, хотя по выражению лица было ясно, что не поверил ни слову.

После недолгого, но весьма оживлённого торга мы сошлись на более-менее приемлемой цене. Я обменял несколько слитков на местные золотые монеты.

Затем, выйдя на улицу, разделил полученные деньги между воплощёнными и их спутниками.

— Пользуйтесь с умом, — сказал я. — И сразу предупреждаю: такая щедрость — единичная акция.

После этого мы направились на торговую улицу.

Город оказался довольно оживлённым. По улицам ходили люди, гремели телеги, из лавок доносились запахи кожи, металла и пряностей. Торговцы громко зазывали покупателей, кузнецы работали у наковален, а где-то неподалёку играла уличная музыка.

Однако меня интересовали не столько готовые товары, сколько местные материалы.

Если мы действительно оказались в мире, где существует развитая магия и подземелья, то именно сырьё представляло наибольшую ценность.

Благодаря пространственным карманам, вшитым в моё пальто, я мог позволить себе довольно серьёзные покупки.

И я не стал этим пренебрегать.

После долгих переговоров с одним из торговцев мне удалось приобрести небольшой слиток мифрила — редкого и крайне ценного металла, отличающегося невероятной прочностью при малом весе.

Металл отливал холодным серебристым блеском и даже на ощупь ощущался иначе, чем обычное железо или сталь.

Кроме того, у одного из лавочников, специализирующихся на товарах из подземелий, я купил средний магический кристалл. Подобные кристаллы, как выяснилось, иногда находят авантюристы в глубинах подземелий.

Он мягко светился изнутри, словно внутри него тлел слабый огонь.

К сожалению, найти адамантий в этом городе не удалось. Да и, сказать честно, у мня просто кончилось золото. В будущем надо брать больше. Тем не менее результатом покупок я остался доволен.

За торгами, разговорами и быстрыми обходами лавок прошло всё отведённое мной время. Когда мы снова собрались на площади, до начала осады оставалось около получаса. К этому моменту мы уже успели осмотреть большую часть города и его укреплений. Стены были крепкими, гарнизон — достаточно многочисленным, а на башнях стояли баллисты.

Однако чувствовалось, что защитники не воспринимают угрозу всерьёз. Ну, это пока что. Главное, все на местах, отрабатывая, так сказать, тактику.

— Ну что ж, — тихо сказал я. — Осталось только убедить местное командование дать нам те позиции, которые нам действительно нужны.

Глава 12

От лица Виктора:

— Итак, для начала определимся, кто какую роль на себя возьмёт?

Я обвёл взглядом собравшихся.

— Я с Калидусом будем поддержкой, — продолжил я спокойно. — Это ваше задание и проверка боевых возможностей. Не бойтесь рисковать. В этот раз я гарантирую, что все вы вернётесь живыми. Начнём по порядку. Джон?

Все уже были экипированы, сосредоточены и в целом понимали, что это не тренировка в привычном смысле. Даже несмотря на мои слова о гарантии возвращения, ощущение опасности никуда не делось. И это хорошо. Без этого него не будет быстрого роста. Всё же, не смотря на реинкарнацию, большинство здесь присутствующих — гражданские.

— Гулей в первый строй, — ответил Джон без паузы. — Я сам пойду к магам и буду вместе с ними поддерживать вас. Заодно опробую некоторые свои способности и заклинания.

— Принято. Алекс?

— Я бы остался в городе на случай прорыва внутрь. Я не слишком силён в прямом противостоянии.

Логично. По возможностям он всё же больше дуэлянт, к тому же специализирующийся на сражении на своей территории.

— Элеонора?

— Зовите меня просто Элли, — поправила она. — Займу позицию вон на той башне, к примеру. У меня не особо много патронов с собой, так что постараюсь выцеливать самых опасных.

— Так ты у нас снайпер? — влез в разговор Дейв.

— Что-то типа того!

— Как закончим, я подгоню тебе нормальную пушку, а не это старьё.

— У нас не так много времени, потом обсудите, — я коротко кивнул. — Дмитрия?

— На передовую, — как всегда коротко и ясно.

— Кристофер?

— Я с моим другом будем держать оборону в городе.

— Майкл?

Он переглянулся с Бэтменом. Тот едва заметно кивнул.

— Мы с Бэтменом будем в городе.

Я на секунду задержал взгляд на тёмной фигуре. Его подход мне не нравился, всё же Майкл Сейбер, то есть мечник — боец ближнего боя первой линии. Впрочем, если они сделают упор на удержание города и эвакуации мирных жителей, то ладно.

— Для профилактики, — добавил я. — Гоблины в большинстве миров — искусственно созданные существа. Биологическое оружие. У них нет собственной популяции в привычном смысле. Они размножаются через захват других видов. Этот мир не исключение. Надеюсь, вы не будете проявлять ненужный гуманизм к существам, которые созданы убивать и получают от этого удовольствие.

Да, Бэтмен, это в первую очередь сказано для тебя, хотя я сомневаюсь, что это как-то убедит тебя.

— Итан?

— Мы с Софией присоединимся к Дмитрие. Мы полезнее будем на стенах.

— Дейв?

— Мы возьмём на себя авантюристов. Если договоришься.

— Попробую.

— Отлично.

Он развернулся и сразу ушёл, не тратя времени.

— Алиса?

— Я понаблюдаю.

— Учитывай, награда зависит от вклада.

— Тогда займусь спасением горожан.

— Томас?

— Лазарет.

— Отлично. Тогда все на позиции.

От лица Джона / Хатшепсут:

Уверен, что без гипноза не обошлось.

Слишком уж быстро и гладко нас пропустили внутрь, да ещё и позволили занять позиции без долгих проверок. Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. Главное — бой.

Для меня всё сводилось к двум вещам: проверить гулей в реальных условиях и собрать как можно больше информации о магии этого мира. Ну и, разумеется, уничтожить максимальное количество противников.

Жаль, я ещё не достиг уровня, при котором можно было бы поднимать тела прямо на поле боя. Это бы кардинально изменило ход сражения. Пока приходилось довольствоваться заранее подготовленными.

Впрочем…

Я перевёл взгляд на своих гулей.

Они стояли перед первой линией. Неподвижные, словно статуи. Но я чувствовал, как внутри них циркулирует энергия. Это не было удивительно, всё же это я их создал и контролировал.

При подходе ко второй линии обороны мне навстречу вышел пожилой мужчина в мантии и с посохом. Внешний вид настолько соответствовал стереотипу «мага», что на секунду это даже показалось забавным.

— Я так понимаю, тебя направили к нам?

— Да.

Он окинул меня быстрым, цепким взглядом.

— Какого ты уровня и какие заклинания у тебя заготовлены?

— Простите, не совсем понимаю про уровни, — спокойно ответил я. — Из заготовленного в артефактах — огненные стрелы и барьер. Сам могу в ритуальную магию и усиление союзников.

Он нахмурился.

— Ты… не знаешь про уровневую систему? Из какой глуши ты, юноша, вылез?

Я не стал отвечать.

— Впрочем, не важно, — продолжил он. — Если выживем, потом объясню. Встань вон туда.

Он указал на группу магов позади основной линии.

Я кивнул и направился туда.

Группа оказалась разношёрстной.

Молодые маги, пара опытных, один явно ученик. Они уже начали подготовку к заклинаниям: кто-то наносил руны на землю, кто-то держал в руках посохи, наполняя их маной.

Я встал рядом, не вмешиваясь.

Пока было время, надо было проверить несколько моментов.

Призыв и создание алтаря прошли без проблем.

Передо мной сформировалась знакомая конструкция — каменный постамент с тонкими, уходящими в глубину узорами. Камень был холодным. Это не очень хорошо, он должен быть чуть тёплым.

Сконцентрировавшись, понял, что алтарь не работал. Энергия не текла.

Она не уходила и не возвращалась. Просто накапливалась внутри, словно в замкнутом сосуде без выхода. Причём накапливалась с поразительными потерями.

По сути, в чём смысл алтаря?

Отдать — чтобы получить.

Здесь же я мог только отдавать.

Даже забрать обратно — невозможно.

Фактически, это был просто накопитель. Бесполезный, если не существует того, кто должен принять жертву и ответить.

Я чуть нахмурился.

Значит… в этом мире нет богов.

Точнее, нет тех, кого я знаю.

Сами боги здесь, скорее всего, есть. В этом я почти не сомневался. Но связь с ними — иная. Либо закрыта. Либо требует других ключей.

Проблема точно не в магии. Её я прекрасно чувствовал. Правда ощущалась она более насыщенной и густой, чтоли?

Я убрал алтарь.

Пока он бесполезен.

Следующим шагом стал мой фантазм.

Я активировал его на минимуме.

Золотой круг появился под ногами — тусклый, почти невидимый. Я сжал его до предела, оставив внутри только себя.

Это позволяло мне держать конструкцию в готовом состоянии, без необходимости разворачивать её заново. Лишь поддерживать.

Сам по себе фантазм усиливал тем сильнее, чем большую территорию охватывал. Соответственно, и затраты росли пропорционально.

Я закрыл глаза. Войдя в лёгкий транс, начал пропускать через себя окружающую ману, постепенно накапливая её в источнике.

— ГОТОВНОСТЬ! НАПАДЕНИЕ! — раздался крик со стены.

Я не открывал глаз.

Вместо этого подключился к зрению одного из гулей.

Передо мной открылся обзор на дорогу и линию леса.

Из-за деревьев вырвались вытянутые силуэты — гоблины на волках, их аналог лёгкой конницы. Низкие, жилистые тела, цепляющиеся за спины зверей, копья в руках, резкие движения, почти синхронные. Волки двигались быстро, уверенно, не сбиваясь с курса, явно натасканные на подобные атаки.

Судя по построению, их план действительно был рассчитан на внезапный удар. Быстрое сближение, прорыв через ворота и дальнейшая резня внутри города до того, как гарнизон сможет организовать оборону.

К их сожалению, ворота уже были закрыты.

Конница резко замедлилась, не останавливаясь полностью, но теряя темп. Несколько особей ушли в стороны, оценивая стены, остальные начали перестраиваться, уходя за первую волну.

Из леса начала выходить основная масса.

Классические гоблины.

Сгорбленные, зелёные, с вытянутыми мордами, длинными ушами и непропорционально большими руками. Лица перекошены в постоянной злобной гримасе. Движения резкие, нервные, но в массе — достаточно организованные.

Первая волна — полуголые.

Самодельное оружие: дубины, кривые ножи, копья из грубо обтёсанных веток и костей или камней.

За ними — уже полноценный строй из щитоносцев и копейщиков.

Ровные ряды, выдерживающие дистанцию.

Я попытался углубить обзор дальше, но в этот момент раздался приказ.

— ЛУЧНИКИ! ГОТОВЬСЬ! ПЛИ!

Интересно… усиливает ли он голос сам или использует артефакт?

Стрелы уже летели.

Первый залп обрушился на передние ряды.

Гоблины начали падать.

Часть — сразу.

Часть — с задержкой, захлёбываясь кровью.

Эффективно ли это?

Да.

Достаточно ли?

Нет.

Передняя орда приняла на себя основной урон, но за счёт плотности построения и давления сзади линия не замедлилась. Конница успела уйти за пределы зоны поражения, потеряв лишь пару волков.

— ВТОРОЙ ЗАЛП! ПЛИ!

Ещё одна волна стрел.

Чуть скорректированный угол дал результат — несколько всадников были выбиты, ещё пара зверей рухнула, сбивая остальных.

Но в целом это не меняло картины.

Гоблины подошли вплотную.

Из леса выкатился таран.

Грубая конструкция, но массивная, усиленная металлическими вставками.

Параллельно начали собираться лестницы.

Я заставил гуля чуть повернуть голову, оценивая ситуацию на стене.

Линия бойцов была плотной, но ограниченной по пространству.

Мои гули там только мешали бы.

Я отдал приказ.

— Вниз.

Они не колебались, сразу прыгнув вниз. Да и не могли они колебаться.

Они спрыгнули со стены и буквально утонули в массе гоблинов. Гоблины налетели на них со всех сторон, но гули не реагировали на боль. Только на структурные повреждения.

Один получил копьё в грудь.

Острие прошло насквозь.

Он схватил нападавшего и притянул к себе, вгрызаясь в шею.

Другого сбили с ног.

Начали рубить.

Он продолжал двигаться, хватая противников за ноги, замедляя их.

Они не могли долго продержаться.

Но и не должны были.

Их задача — связать, замедлить, создать хаос.

С этим они справлялись. Я отметил это как успешный результат, разве что на будущее стоит несколько доработать костную структуру и когти. На руках.

Эх… будь у меня больше времени, материалов и воспоминаний, я бы довёл их до полноценного состояния. Псевдоживые конструкции с регенерацией, автономией и самовосстановлением, да ещё и с зачарованным костяным оружием, высасывающим жизнь.

Это возможно. Я это знаю. Просто пока недоступно.

Ещё бы в моём мире найти нормальных воинов для тел и вообще будет сказка. Надо будет, кстати, по памяти наведаться в Египте в определённые места. Может повезёт.

— МАГИ! ГОТОВНОСТЬ!

Я открыл глаза, поднял руку и активировал браслет.

Первая огненная стрела ушла в скопление гоблинов.

Рядом включились местные маги: Огненные шары, ледяные снаряды, воздушные лезвия.

Классический набор, в общем. Не хватает каменных кольев. А нет, вот и они. Прям фэнтезийный набор.

Я из заклинаний манипуляции с землёй владею только связанных с песком и песчаником.

Это всё хорошо, но… Их применение этих заклинаний отличалось. Не в смысле конечного эффекта или цели.

Но что-то было не так. Такое ощущение, что они использовали Ману по другому. Видимо, другая магическая система.

Даже страшно представить, насколько Виктор должен быть сведущ в магии, раз может перемещаться в полноценные другие миры, а не ближайшие измерения. И сколько же у него должно было скопиться знаний?

От лица Дмитрии:

Я стояла на стене и наблюдала за приближением противника.

Слишком много.

Даже не по ощущениям, а по факту. Если бы мы не вмешались и не подняли тревогу заранее, гарнизон просто не успел бы занять позиции. А даже сейчас численное превосходство было за противником. Причём значительное.

И это… хорошо, ведь мои способности сильно завязаны именно на это.

Я перевела взгляд в сторону.

Недалеко от меня стояли Итан и София.

Как я поняла, они были мужем и женой. Это читалось в их движениях, в том, как они держались рядом, в том, как реагировали друг на друга даже без слов.

Повезло им.

Правда, я не знала, кем они были.

София использует копьё со с круглым щитом. Движения чем-то похожи на таковые у меня. Почти наверняка Лансер.

А вот Итан… Сложно сказать.

Либо Сейбер, либо Берсерк. В любом случае я представителей этого класса в живую в первые вижу, поэтому точно пока-что сказать не могу.

Ладно.

Узнаем в бою.

Мы вообще как-то странно взаимодействовали до сих пор. Никто не задавал лишних вопросов. Ни о прошлом, ни о возможностях. Каждый просто принимал других как данность. Как бы это не стало негласным правилом, никому не рассказывать, кем ты был.

Пока гоблины не добрались до стен, я начала подготовку.

Я сосредоточилась.

Ратоборец Отечества.

Навык активировался мгновенно.

Зелёный свет мягко разлился вокруг, обволакивая меня, Итана и Софию. Он не был ярким или ослепляющим, скорее плотным, как туман, который на секунду задержался в воздухе, а затем впитался в тело.

Я почувствовала, как мышцы становятся плотнее, дыхание — ровнее, а реакция — чуть быстрее.

И главное — устойчивость. По другому прочность тела и носимого доспеха.

В этот момент я захотела ударить себя по лицу, но подавила этот порыв.

Чёрт. Надо было заранее обсудить фантазм. Для его активации нужен второй ключ — кто-то с достаточным запасом энергии.

Теперь уже поздно. Ладно. Буду работать тем, что есть.

Тем временем гоблины подошли вплотную.

Крюки полетели вверх.

Металлические, грубо сделанные, но тяжёлые.

Они цеплялись за край стены.

Лестницы начали подниматься.

— СБРАСЫВАТЬ! — раздались крики офицеров.

Солдаты тут же включились в работу: рубили верёвки, сталкивали лестницы, били по рукам тех, кто уже почти забрался наверх. Но гоблинов было слишком много. Там, где падала одна лестница, тут же поднималась другая.

Первый гоблин показался над краем стены.

Я уже двигалась.

Шаг. Выпад.

Раскалённое копьё вошло прямо под челюсть, прожигая плоть и кости. Тело дёрнулось и обмякло ещё до того, как я выдернула оружие.

Второй полез следом.

Удар в плечо, толчок вверх.

Острие прошло насквозь, оставляя рваную обугленную рану. Гоблин с хрипом отлетел назад, сбивая тех, кто поднимался за ним.

Я начала ускоряться.

Один удар — один противник.

Копьё работало почти само, подчиняясь ритму боя. Я не думала о каждом отдельном ударе, просто выбирала цели и устраняла их.

Лестниц становилось всё больше. К тому же по нам начали работать стрелки.

Сначала редкие выстрелы.

Затем плотнее.

Стрелы били по щитам, по камню, по людям.

Появились и маги.

Слабые, но неприятные заклинания. Спасибо сопротивлению, я их полностью игнорировала за счёт того, что они, по сути, были простыми сгустками энергии с разным стихийным уроном.

Я коротко оценила обстановку.

— Итан, София — левый сектор, — сказала я, не оборачиваясь.

— Принято, — ответила София.

Они сразу сместились.

Я осталась одна на участке.

Рогатина пошла в ход шире.

Я перестала ограничиваться точечными ударами.

Размашистый взмах.

Острие прошло по дуге, задевая сразу нескольких.

Кости ломались.

Плоть рвалась.

Жар от оружия оставлял ожоги даже при касании.

Гоблины, едва поднявшись на стену, тут же теряли равновесие и падали, крича от боли.

Один из солдат рядом упал, будучи раненый стрелой.

Я не смотрела на него, лишь подхватила лежащий рядом меч, убивая ближайших гоблинов и позволяя оттащить его за стену.

Наполнив меч Маной, я заставила его раскалиться до красна. Долго он так не продержится, но хоть что-то.

Я развернулась и рубанула по поднимающемуся гоблину.

Лезвие прошло через плечо и грудь без сопротивления, разрезая его на две половины.

Хорошо.

Меч начал деформироваться уже через несколько ударов.

Металл не выдерживал.

Я отбросила его, взяла следующий.

Повторила.

Оружие ломалось.

Но этого хватало, неплохо дополняя атаки копьём.

В какой-то момент я заметила изменение.

Полуголые гоблины закончились.

Их место заняли другие: В кожаных доспехах и с нормальным оружием. И двигались они иначе. Более слаженно и осознанно, что ли.

Они стали опаснее, но не достаточно.

Копьё проходило через их защиту так же, как и раньше: Кожа, металл, плоть, дерево. Разницы не было.

А вот меч стал ломаться быстрее. Я не задерживалась на этом. Сломался — выбросила, после чего подобрала что-то следующее.

Через некоторое время я поняла, что тут я осталось одна. Линию стражников давно оттеснили слишком далеко от меня.

Я была буквально окружена гоблинами, старающимися закидать меня живым мясом.

Я чуть сильнее сжала древко.

— Ну, поехали.

Крутанула копьё.

Взмах.

Десяток тел одновременно дёрнулся и осел.

Я шагнула вперёд.

Новый удар. Без каких-либо остановок и задержек. Мне они не требовались.

Удар.

Смещение.

Толчок.

Ещё удар.

Я не держала позицию.

Я вырезала пространство вокруг себя.

Каждый шаг — освобождённая зона.

Каждое движение — минус от одного до десятка противников.

Если они считают, что смогут убить меня отрезав от основной линии и закидав мясом, то они сильно заблуждаются.

Глава 13

От лица Элли / Энни Оукли:

М-да, дела.

Забралась я, значит, на башню.

С неё открывался прекрасный вид на город и подступающую армию.

Когда мы только вошли в крепость, я ещё думала, что «армия гоблинов» — это, может, сотня-другая тварей. Ну, максимум несколько сотен. Что-то вроде большой банды, которую местные стражники спокойно отобьют со стен, а мы будем стоять рядом для красоты и подстраховки.

Ну вот не могла я себе представить многотысячную армию.

До этого момента.

Не знаю, сколько их было точно, но, мягко скажем, слишком много. Ещё и этот таран, множество лестниц и какая-то воздвигаемая осадная конструкция. Или что это вообще было? С такого расстояния сложно понять. Выглядело как груда брёвен, щитов и верёвок, которую кто-то собирался использовать, чтобы либо добраться до стены, либо завалить часть укреплений.

Ничего приятного, в общем.

Башня представляла собой открытую площадку с большим сигнальным барабаном. Рядом стоял барабанщик — невысокий, широкоплечий парень лет пятнадцати.

Поставив винтовку на перила и проигнорировав его непонимающий взгляд, я прикрыла один глаз, сосредотачиваясь на мушке прицела.

Позицию я выбрала удачную.

Не самую высокую в крепости, но зато с хорошим обзором на главные ворота, два участка стены и приличный кусок поля перед ними. Отсюда можно было работать и по тем, кто лезет на стены, и по тем, кто готовит прорыв.

Жаль, патронов у меня было немного.

То есть не то чтобы совсем мало, но и не так много, чтобы позволить себе стрелять как в сценах из дешёвых боевиков. Там, где герой палит во все стороны, а враги сами красиво падают.

Итак, с кого бы начать?

Хм…

А вот этот гоблин в перьях очень похож на клишированного шамана. Вообще гоблины тут были прямо как в тех японских мультиках или дешёвых фэнтезийных книжках. Зелёные, мерзкие, мелкие, с вытянутыми мордами и глазами, в которых слишком много злобы для существа такого размера.

Шаман был в чём-то вроде грязной мантии из шкур, с костяным жезлом в руке, ожерельем из зубов на шее и, конечно же, шапкой из перьев. Потому что какой же ты шаман, если у тебя нет перьев? Он стоял далеко позади основной массы, окружённый двумя щитоносцами, и что-то визгливо орал, размахивая палкой.

Плавный вдох.

Половина выдоха.

Щелчок спуска.

Выстрел.

Пуля ушла вниз под острым углом, прошила воздух, проскользнула между двумя дёргающимися фигурами и вошла шаману точно в глаз.

Голова фэнтезийного монстра дёрнулась, жезл вылетел из руки, а тело рухнуло навзничь.

Я позволила себе короткую улыбку.

— Один.

— Что?.. — осторожно спросил барабанщик.

— Да забей, — ответила я.

Я перезарядила винтовку привычным движением и снова прильнула к прицелу. Хорошо. Первая цель снята. Теперь надо понять, кто следующий.

Снизу всё уже превращалось в настоящее безумие.

Лучники крепости били залпами. Не идеально, но достаточно слаженно. Похоже, гарнизон здесь и правда был не из худших. Стрелы падали на передние ряды гоблинов, выкашивая тех, кто бежал без щитов и брони. Но толпа почти не замедлялась. На место одного упавшего тут же вставали трое.

Волчья конница уже ушла в стороны, потеряв темп после закрытых ворот и первых залпов.

Они не стали бессмысленно ломиться под стрелы, а начали искать слабые места, носиться вдоль стен и прикрывать тех, кто тащил лестницы.

Жаль, а я думала, это тупые монстры лишь с капелькой интеллекта. Найти бы ещё их командование, что отдаёт основные приказы.

Я перевела взгляд к тарану.

Грубая штука. Несколько толстых брёвен, обитых металлом, на примитивной раме. Снизу толкают гоблины покрупнее. С боков щитоносцы. Спереди кто-то тащит грязные шкуры и деревянные щиты, чтобы закрываться от стрел.

О! А вот и один из командиров, командующий тараном.

Гоблин выше обычных и другого цвета. На нём кожаная броня с металлическими накладками, на плечах — какие-то грязные перья, в руке короткое копьё. Он стоял рядом с группой щитоносцев и короткими жестами направлял тех, кто толкал таран.

Интересно, а у них есть военные звания? Если есть, то какие?

Пока в моей голове гуляли мысли на отвлечённые темы, я пыталась выявить удобный для стрельбы миг.

Проблема была в щитах. Двое прикрывали его почти полностью. Стрелой такого не взять. Во всяком случае, обычной. Но у меня не стрела.

Я чуть сместила винтовку, ловя момент.

Щитоносец слева шагнул вперёд, закрывая командира от лучников со стены. Второй в этот момент повернул голову на крик. Образовалась тонкая щель.

Пойдёт.

Выстрел.

Пуля прошла между щитами и ударила командира в горло.

Он схватился за шею, сделал два нелепых шага назад и рухнул.

Таран на мгновение сбился с ритма. Не остановился, конечно, но гоблины возле него начали орать друг на друга, перестраиваться и толкаться.

— Два.

Взгляд стоящего рядом парня изменился. Видимо, до него дошло, что я считаю трупы.

Этого хватило, чтобы активировать одну из моих особенностей. Навык «Звезда Шоу Дикого Запада» ощущался странно. Не так, как мои руки или глаза. Скорее как едва заметное давление где-то на границе сознания. Когда на тебя смотрят, когда ждут результата, когда зрители — пусть даже испуганные и ничего не понимающие — видят твой выстрел, мир будто становится чуть более благосклонным.

Странное чувство, которое сложно описать.

Снизу донёсся первый тяжёлый удар.

Таран всё же достиг ворот.

Дерево загудело.

Я поморщилась. Звук был неприятный.

Ворота пока держались. Над ними лили кипяток или что-то похожее, сбрасывали камни, стреляли вниз. Но гоблины под прикрытием щитов продолжали работать. Им плевать на потери. Главное — довести дело.

Смогу ли я как-то его остановить?

Один крупный гоблин держал цепь, которой фиксировали переднюю часть конструкции. Если выбить его, таран не развалится, но перекосится. А если перекосится, удар потеряет силу.

Выстрел.

Пуля вошла ему в локоть.

Жаль, чуть промахнулась. Он дёрнулся в последний момент. Гоблин завизжал, отпуская цепь. Конструкция дёрнулась, один из ударов прошёл косо и пришёлся не в центр створки, а ближе к краю, где дерево держало лучше.

— Три, — пусть это был не ваншот, но он всё равно труп с такой-то раной.

На стенах уже начался ближний бой.

Лестницы поднялись, а гоблины полезли вверх.

С высоты башни было видно, как на одном участке стена держится уверенно, на другом проседает, на третьем почти рушится под давлением. Гарнизон был сильным, но не железным. Солдаты уставали. Их сбивали стрелы. Маги отвлекали вспышками и сгустками энергии. Гоблины лезли снова и снова.

Я увидела Дмитрию.

Её трудно было не заметить.

Красный жар от раскалённой рогатины мелькал среди гоблинов, как линия огня. Она уже почти не держала строй вместе с людьми. Скорее сама стала отдельным участком стены. Туда лезли, падали, горели и снова лезли.

Честно?

Страшная женщина. Не хотелось бы мне сражаться против неё.

Чуть левее Итан и София перешли на другой участок. София держала щит и копьё так, будто всю жизнь только этим и занималась. Итан же… Итан был странный. Он не выглядел как бездумный зверь, но каждый его удар был таким, будто он пытается не просто убить гоблина, а сделать это максимально жестоко и показательно.

Берсерк?

Наверное.

Я снова сосредоточилась на поле.

Новая цель.

Гоблинский лучник, но не обычный.

Этот стрелял не по толпе на стенах, а выбирал офицеров. Я увидела, как его стрела чуть не попала местному сержанту в шею. Мужик в моменте оступился, что и спасло ему жизнь.

Выстрел.

Пуля попала лучнику в грудь и отбросила назад.

— Четыре.

Я быстро проверила патроны.

Ещё десять патронов, после чего придётся переходить на пистолеты. Ну вот не думала я, что мне понадобится именно ружьё. Я его вообще чисто на всякий случай взяла.

Вот было бы побольше боезапаса… Эх.

Снизу снова ударил таран.

Ещё раз.

И ещё.

Видимо, появился новый командир.

Я поискала глазами, кто направляет. С первого раза не увидела. Слишком много щитов, дыма и движущихся тел.

Ладно.

Если не видно командира, постараюсь повредить сам таран. Может, что получится. Хотя чего тут ломать? По сути же это просто скреплённые между собой брёвна на палках.

Три выстрела подряд — три трупа.

— Семь.

На соседней стене что-то вспыхнуло зелёным.

Я резко повернула ствол.

Ещё один шаман.

Этот был ближе, но прикрыт лучше. Вокруг него стояли сразу четверо щитоносцев, а сам он проводил заклинание, указывая жезлом на стену. Там, куда он целился, гоблины начали карабкаться быстрее. Сам же он время от времени кидал огненные шары во врагов.

Я чуть сместилась, упёрлась коленом в каменный выступ, наклонила винтовку. Угол был неудобный. Очень. Пуля должна была пройти через промежуток между плечом щитоносца и краем лестницы, а потом попасть не в голову, а хотя бы в руку или жезл.

Обычный стрелок сказал бы: «невозможно».

Плавный вдох.

Выстрел.

Пуля ударила в костяной жезл.

Тот разлетелся на осколки.

Шаман взвизгнул, а зелёное сияние мгновенно погасло.

Добить?

Хотелось, но надо экономить патроны.

Башня вдруг дрогнула.

Не сильно. Но достаточно, чтобы барабанщик вцепился в край барабана.

— Что это было?

Я посмотрела вниз.

Ага.

Гоблины подтаскивали осадную конструкцию ближе к стене. Не башню, нет. Скорее передвижной настил с защитным навесом. Под ним могли подвести бойцов почти вплотную и начать массово цеплять крюки или работать по основанию стены.

И вот это уже проблема.

Я поискала взглядом, кто её толкает. Слишком много целей. Простые гоблины, несколько крупных, щиты сверху. Стрелять по ним — трата патронов.

Зато были верёвки.

Толстые, натянутые, удерживающие боковые балки.

Если одну перебить, конструкция не развалится. Если две — может повести, а вот если перебиты будут три основные верёвки…

Я улыбнулась. Пора устроить маленькое представление.

Первый выстрел.

Верёвка лопнула.

Второй.

Ещё одна.

Третий.

Металлическая скоба отлетела, и передняя часть конструкции просела.

Гоблины под навесом завизжали, пытаясь удержать его, но вес уже пошёл не туда. Настил перекосило. Один край врезался в землю, второй поднялся, сбрасывая нескольких тварей прямо под ноги своим.

С крепостной стены раздался радостный крик.

— Восемь, девять… ладно, пусть будет пятнадцать.

— Ты точно человек, а не замаскированная эльфийка? — тихо спросил барабанщик.

— В основном да, хотя иногда из зеркала на меня смотрит вампир.

Он не понял шутки.

Жаль.

Снизу к воротам снова двинулась группа волчьей конницы. Теперь они не пытались прорваться. Они несли что-то вроде связок горшков или кожаных мешков. Зажигательные смеси? Ядовитый дым? Кислота? Не знаю. Проверять не хотелось.

Поставив винтовку, я достала пистолеты. Дистанция меньше, а цели быстрые.

Ружьё мощнее, но пистолеты намного скорострельнее.

Первый всадник.

Выстрел в мешок.

Тот лопнул.

Жидкость брызнула на волка и соседнего гоблина. Через секунду оба начали дымиться и кататься по земле.

Кислота. Прекрасно.

Второй. Попала в руку. Мешок падает под ноги своим.

Третий успел метнуть свою ношу.

Я поймала летящий сосуд взглядом.

Сбить? Конечно.

Пуля ударила по горшку в воздухе.

Тот разлетелся ещё до стены, обдав кислотой толпу гоблинов снизу.

— Ха! — я не удержалась. — Вот это было красиво.

— Да! — неожиданно выкрикнул барабанщик, чуть покраснев. — Да, это было красиво!

Я… даже не знаю, как реагировать. Мне было настолько очевидно, что я ему нравлюсь, при этом такое у меня впервые.

Похоже, у меня появился первый фанат. Пусть и в другом мире.

Навык самоусиления стал работать немного лучше. Что же будет, когда за мной будет наблюдать десяток фанатов? А сотня? А тысяча? Что, если это будут миллионы?

Я слышала крики, удары, скрежет металла, но всё это больше не мешало. Наоборот. Словно всё поле боя превратилось в арену. Без аплодисментов, зато с огромным количеством очень мерзких мишеней.

Ещё один сосуд.

Выстрел.

Промах?

Нет.

Пуля не разбила сосуд, но попала в ремень, которым тот был закреплён. Горшок сорвался, ударился о землю и разбился уже среди гоблинов.

Тоже считается.

Однако радость была недолгой.

Со стороны леса вышли новые фигуры. Ростом и цветом они были как тот убитый мной командир, только в кольчугах, с большими щитами и короткими топорами. Они двигались плотной группой к участку, где Дмитрия уже была отрезана от остальных.

Они что, хотят взять её массой?

Опасно, так как я не знаю, сколько у неё выносливости и как долго она сможет продолжать в таком темпе.

Я подняла ружьё.

Есть ли смысл стрелять?

Чуть поколебавшись, я перевела прицел. Если вдруг ей станет совсем худо, я помогу, а так можно попытаться выцепить более важные цели.

Впрочем, ей моя помощь не понадобилась. Её рогатина прошла по дуге, и передняя группа просто перестала существовать как организованная сила.

Я снова перевела взгляд к воротам.

Таран продолжал работать.

Медленнее, но продолжал.

И вот там появилась настоящая проблема.

Гоблин ростом с человека, облачённый в полноценные доспехи и с молотом в руках.

Он не просто подошёл к воротам. Он оттолкнул мелких тварей, встал перед створкой и ударил сам.

Глухой треск прошёл по дереву.

— Ой, нет, милый, — сказала я. — Так не пойдёт.

Я прицелилась ему в глаз.

В этот момент он поднял руку, и пуля ударила в металлический наруч, оставив вмятину, но не пробив.

Предчувствие? Или просто повезло?

Неважно.

Второй выстрел сразу делать нельзя.

Он уже понял угрозу.

Чемпион поднял голову и посмотрел прямо в мою сторону.

Вот ведь гад.

— Кажется, он тебя увидел, — сказал барабанщик очевидную вещь.

— А тебе разве не надо бить в свои барабаны?

— Нет. Приказов пока не поступало.

Чемпион взревел и ударил по воротам ещё раз.

Сосредоточившись, я применила один из навыков. Little Sure Shot.

Полная активация была слишком энергозатратной с моим-то резервом маны, но ситуация вынуждала. Интересно, а у меня может быть энергетическое истощение? И если да, то как оно ощущается?

Я сменила позицию, легла ниже, поймала момент между ударами.

Мир сузился. Нет башни, нет барабанщика, нет города, нет армии. Ничего нет.

Есть только я, винтовка и цель. Выстрел, который не ошибается.

Спуск.

Пуля ушла не туда, куда должна была уйти по обычной траектории. Она чуть сместилась, прошла мимо поднятого наруча, задела край молота, изменила угол и вошла чемпиону точно в открытую пасть в момент рыка.

Затылок разорвало. Тело ещё секунду стояло, будто не понимая, что уже мертво. Потом рухнуло прямо перед воротами.

Я выдохнула и почувствовала, как по пальцам и телу прошла лёгкая дрожь.

Видимо, энергоистощению быть, особенно если я ещё раз такое проверну.

На стенах кто-то закричал от радости.

— Сорок один, — залитых кислотой я также считала.

Барабанщик смотрел на меня с открытым ртом.

— Закрой рот, — сказала я. — А то муха залетит.

Перещёлкнув затвор, я снова перевела взгляд на поле боя.

Патронов почти не осталось, а это значит, что вскоре придётся сократить дистанцию для пистолетов. Уж из них я смогу пострелять вдоволь.

Глава 14, часть 1

Взгляд со стороны на Итана/ Рагнара Лодброка и на Софию/Лагерту:

Когда Дмитрия коротко приказала им сместиться на левый сектор, они даже не переглянулись.

Не потому, что не хотели.

Просто не было нужды.

Они и без слов уже давно научились понимать, кто из них что сделает в следующий момент. Это не имело отношения к чудесам, старым сагам или вернувшимся воспоминаниям из прошлых жизней. Хотя они, конечно, тоже сыграли свою роль, усилив то, что и без этого уже существовало.

Итан работал механиком в автосервисе на окраине Гейтуэй-Сити. Он умел возиться с железом, много молчал, редко лез в чужие дела и всегда возвращался домой поздно, пахнущий машинным маслом и металлом. Сильные руки, упрямый характер. Говоря проще — человек дела, а не слова.

София работала фельдшером в городской службе скорой помощи. Работа сложная, требующая определённого характера и навыков. Именно это качество в своё время и зацепило Итана сильнее всего. Он сам однажды говорил ей, уже после свадьбы, что полюбил её окончательно не тогда, когда она впервые ему улыбнулась, а тогда, когда увидел, как она, вылезая из машины скорой помощи под ливнем, за полминуты командным тоном построила трёх здоровых мужчин и заставила их делать именно то, что нужно.

Уже по этому можно было понять, кто в их семье занимал главенствующие позиции.

Они были мужем и женой задолго до того, как Итан стал Рагнаром, а София — Лагертой.

И, наверное, именно поэтому воплощение легло на них особенно странно и особенно правильно.

Память прошлых жизней не разрушила их отношения.

Не подменила. Не заставила играть в чужую любовь. Наоборот.

Словно две уже крепко сплетённые нити вдруг усилились ещё одной, древней и куда более грубой, но удивительно прочной.

И сейчас, когда они вдвоём бежали по стене к проседающему участку обороны, это чувствовалось в каждом движении.

София шла первой.

Щит на левой руке, копьё подхвачено ближе к центру, чтобы удобнее было работать в тесноте стены. Она двигалась быстро, но без спешки, не срываясь на ненужный рывок. Итан держался на полшага позади, с оружием, которое часто приписывают в историях его соплеменникам: тяжёлым двусторонним топором с длинной рукоятью — секирой. Слишком тяжёлой для большинства людей, но в его руках она смотрелась естественно.

Иронично, учитывая, что сам Итан был родом из Сибири. Русский иммигрант, сменивший имя, документы и жизнь. Почему он переехал, настоящим ли было имя «Итан» — Софию это не волновало.

Левый участок стены трещал по швам.

Туда уже забрались гоблины.

Не много — пока не много, но достаточно, чтобы гарнизон начал отступать на несколько шагов, пытаясь перестроиться.

Первый солдат, которого они увидели, пятился назад со щитом в руке и кровью на лице. Перед ним, визжа и перебирая кривыми ногами, лезли трое гоблинов в кожаных доспехах. Один прыгнул, пытаясь вцепиться человеку в шею.

София не сбавила хода.

Щит ударил коротко и жёстко, вбивая морду твари в каменный зубец. Почти одновременно копьё ушло вперёд, в горло второму.

Итан тоже не стал останавливаться.

Топор описал короткую дугу и срубил третьему руку вместе с плечом. Гоблин завыл, попятился, поскользнулся на крови и рухнул вниз со стены.

— Строй! — рявкнула София ближайшим солдатам. — Щиты поднять! Не пятиться! Вы мужики или бабы из борделя?!

Люди машинально подчинились. Один совсем молодой парень с побелевшим лицом замешкался, но проходящий мимо Итан рявкнул:

— Встал в строй, щенок!

Парень вздрогнул и поднял щит.

София вклинилась между двумя щитоносцами, принимая на себя первый натиск. Гоблины полезли плотнее, толкая друг друга, рыча, оскаливая зубы. Они не были хорошо обучены в человеческом понимании, но за счёт количества, наглости и полного отсутствия страха создавали давление, от которого обычный гарнизон быстро начинал ломаться.

София почувствовала, как навык отзывается в теле.

Щитоносная Дева.

Чуть подправив стойку, она наклонилась вперёд, выставляя копьё и щит.

Посыпавшиеся удары не заставили её даже шелохнуться.

Лёгкий тычок копьём и его возврат слились в одном движении, обрывая жизнь очередного гоблина.

Тактика Итана кардинально отличалась от тактики его жены.

Топор опустился сверху вниз, раскалывая щит вместе с рукой, которая его держала.

Обратным движением Итан ударил другого гоблина кулаком в висок, буквально вбив голову в плечи и ломая позвонки.

Остриё копья скользнуло по его доспеху, оставив борозду, но не остановило его даже на миг. Итан перехватил древко, рванул на себя, а когда гоблин, не ожидавший такой силы, дёрнулся вперёд, встретил его ударом лба в переносицу. Кость хрустнула, тварь повисла на своём же копье, а потом Итан добил её ударом ноги, сбрасывая вниз.

И чем дольше продолжалась битва, тем шире становилась улыбка на лице северянина, а атаки — безумнее и опаснее.

София видела это краем глаза и едва заметно выдохнула.

Вот оно.

Началось.

Она уже успела заметить эту перемену после воплощения. Раньше Итан тоже умел драться — жизнь в плохом районе и работа руками обычно делают мужчину куда менее беззащитным, чем кажется со стороны. Но он никогда этим не наслаждался.

Сейчас же всё было иначе.

Он буквально упивался боем. Каждый его жест, взгляд и действие кричали о том, что он наслаждается бойней.

Схватив рукой за голову одного из гоблинов, он сжал её, дробя череп и окропляя себя остатками крови и мозга.

Это пугало.

И одновременно возбуждало.

Да, София тоже изменилась. К лучшему это или к худшему, покажет лишь время. Но пока что это всё ещё был её муж, и вне боя он вёл себя вполне как обычно. Просто теперь в нём было больше того, что раньше пряталось глубоко внутри.

— Справа! — крикнул кто-то из солдат.

София развернулась.

По соседней лестнице уже полезли новые гоблины. Эти были крупнее и в лучшей броне. Один нёс небольшой прямоугольный щит, второй — крюк на цепи, третий — короткий топор и связку ножей на поясе.

Плохо.

Это уже не тупое мясо.

Щит Софии ударил в край лестницы, пытаясь сбить её вниз, но снизу гоблины держали крепко. Тогда она просто сместилась, пропуская первого на стену.

Тварь оскалилась, решив, что противница ошиблась.

И в этот же миг София поймала его на шаге.

Щит врезался в щит, ломая ритм, копьё ткнуло под край наплечника, и гоблин согнулся. В этот момент Итан уже оказался рядом. Его топор коротко взлетел вверх и опустился, раскалывая гоблина от ключицы до грудины.

Второй, с крюком, попытался обойти Софию слева.

Она не успевала повернуться полностью.

Итан видел это.

Он резко шагнул вбок, принимая удар ножа на предплечье так, будто даже не заметил боли, и врезал гоблину плечом. Тот отлетел к зубцу стены, потерял равновесие, и София без лишних слов добила его выпадом в шею.

— Руку покажешь потом, — бросила она.

— Не сейчас, Соф.

— Это ты меня сейчас заткнуть попытался?!

Подобные споры после воплощения стали происходить всё чаще, но нельзя сказать, что оба не получали удовольствие от таких мелких переругиваний.

Гоблины продолжали лезть.

Удивительно, но из местных рядом с ними пока никто не умер. Всем очень везло.

Прям очень.

Вот кто-то оступился, пропустив мимо стрелу, а вот очередной гоблин на замахе поскользнулся на крови, не добив упавшего солдата.

А вот магический снаряд со стороны гоблинов вместо того, чтобы поразить человека, случайно столкнулся со стрелой в воздухе. Причём со стрелой со стороны гоблинов.

Чудеса да и только.

Тем временем бой продолжался.

Топор описал широкую дугу, срубая сразу двоих, а затем Итан пошёл вперёд. Гоблины, уже успевшие закрепиться, на секунду растерялись, увидев человека, полностью игнорирующего их атаки, но секунды для Итана было достаточно.

Один получил удар ногой в колено, что с хрустом выгнулось назад, прежде чем удар локтем сломал ему челюсть, свернув голову от силы удара.

Остальным повезло больше.

Их просто располовинило широким ударом секиры.

Сейчас Итан выглядел как классический варвар, какими их представляют в книгах: полностью залитый вражеской кровью и плюющий на их атаки.

София работала иначе. Там, где Итан разрывал врагов, она создавала строй из солдат. Её копьё не делало широких эффектных дуг. Оно двигалось короче и рациональнее. В лицо, в горло, под локоть, под край шлема, в пах, в кисть — туда, где удар даёт максимум результата за минимум усилий.

Тактика Железной Линии действовала вовсю, усиливая каждого, кто вставал рядом с Софией или в одну с ней линию.

Жаль, Щитоносная Дева работала лишь с ещё одной целью, а не со всеми союзниками. Усиление защиты от навыка, кстати, лежало на Итане, что и позволяло ему игнорировать почти все атаки, не превращаясь при этом в дуршлаг.

Пока что всё шло в допустимых пределах.

Да, гоблинов было очень много, а постоянный обстрел из луков и магии отвлекал, но этого было недостаточно даже для полноценной активации навыка Несломленная.

Сколько там бой шёл?

Минут двенадцать.

Всего двенадцать минут, а стена уже была залита кровью, завалена телами, обломками лестниц, щитами, стрелами и кусками доспехов.

И всё же София понимала: так будет не всегда.

Сражение только началось.

По правую руку от неё какой-то местный офицер, весь в копоти и с рассечённой щекой, орал на людей, заставляя их подтягивать резерв на стену, одновременно с этим унося раненых.

Снизу снова ударил таран. Гоблины тут же завизжали громче, будто почувствовали момент.

На этот раз вверх пошли не полуголые и не лёгкие бойцы, а новая группа — в кольчугах, с широкими щитами и короткими топорами. Твари были ещё выше обычных и другого цвета. Двигались они не быстро, но уверенно, прикрывая друг друга.

Первый из них поднялся на уровень стены, выставив щит и позволяя остальным занять участок стены.

Итан шагнул в центр, принимая внимание на себя. Тут же поднимающиеся гоблины попытались избавиться от него, насев с разных сторон.

Безумное Усиление ещё не раскрылось в полную силу, но его тень уже лежала на каждом движении и каждой мысли Итана. Там, где обычный боец инстинктивно бы ушёл назад, он шёл вперёд. Там, где разум подсказывал отступить и не рисковать, в нём поднималось другое знание: чем ближе к смерти, тем ближе к истинной силе, ибо именно в этом твоё предназначение.

Топор врезался сверху, ломая шлем, череп и всё, что было под ним. Рывком назад Итан высвободил лезвие, поймал новый удар плечом, почти не замечая, как металл царапает доспех, и вогнал локоть в лицо противнику, ломая нос и вдавливая его внутрь.

Чуть дальше по линии снова начался провал.

Высокие гоблины, встав в строй, отталкивали людей к противоположному концу стены, создавая устойчивый плацдарм.

София уже была на месте, стараясь сдержать группу гоблинов.

Она подняла щит и на выдохе активировала свой Фантазм.

「Стена Щитов — Пока Мы Стоим」

Эффект не выглядел как огромная стена света или сияющий купол.

Всё было куда практичнее.

Вокруг Софии на несколько мгновений словно уплотнился воздух. Затем от её щита по камню стены и телам ближайших союзников прокатилась едва заметная волна.

Мгновенно перед каждым союзником появился полупрозрачный купол, прикрывающий от атак извне, но позволяющий атаковать изнутри.

Единственный минус заключался в количестве людей.

Союзников было слишком много, поэтому защита получилась не слишком прочной. Сила Фантазма распределялась по всем барьерам сразу, и каждый отдельный купол мог выдержать не так уж много.

Но этого хватило.

Стрелы, летящие со стороны гоблинов, начали с глухими хлопками врезаться в прозрачную защиту, теряя скорость и сбиваясь с траектории. Магические сгустки, похожие на грязно-зелёные комки огня, расплющивались о барьеры, оставляя на них мутные разводы и трещины. Удары топоров и дубин стали глуше, слабее, будто гоблины внезапно начали бить через слой плотной воды.

Высокие гоблины попытались продавить строй ещё раз.

Не получилось.

Они навалились сразу группой. Обычно такой удар должен был смять защитников, сбить передних с ног и позволить задним ворваться в образовавшуюся брешь.

Но на этот раз строй выдержал.

Солдаты отшатнулись.

Кто-то вскрикнул.

У одного из куполов пошли трещины.

Но линия не развалилась.

— Давить обратно! — рявкнула София. — Не стойте! Давите!

Люди подчинились.

София двигалась вместе со строем.

Она чувствовала, как Фантазм тянет из неё силы, иссушая её не слишком большой энергетический запас.

Хорошо хоть, он тратил в основном выносливость, а не ману, на своё поддержание.

Она ударила щитом в лицо гоблину, пытавшемуся пролезть между двумя солдатами, и тут же всадила копьё ему под рёбра. Тварь согнулась, захрипела, и один из местных добил её ударом меча по шее.

И на несколько секунд ей даже показалось, что они стабилизировали участок.

Потом она почувствовала Итана. Не увидела, а именно почувствовала.

Глава 14, часть 2

Взгляд со стороны на Итана/ Рагнара Лодброка и на Софию/Лагерту:

Пока София удерживала строй и раздавала приказы, Итан окончательно слетел с катушек.

Высокие гоблины, поняв, что продавить щитоносцев не получается, попытались обойти через край участка.

Только для того, чтобы быть разорванными на части.

Безумное Усиление раскрылось полностью в пределах его нынешней доступной силы.

Лишние сомнения и мысли сгорели, оставив после себя лишь одно желание.

Бить.

Ломать.

Давить.

Терзать.

Убить.

Убить.

УБИТЬ.

Воздух вошёл в грудь рывком, словно он вдохнул не дым и кровь, а ледяной морской ветер. В ушах ударил крик воронов. Не настоящих — внутренних, сотканных из памяти, веры и чужой легенды.

Он перестал сдерживать навык.

Тело стало тяжелее и быстрее одновременно. Мышцы налились силой, боль отступила куда-то далеко, а улыбка на лице наконец превратилась в оскал.

— Итан!

Он услышал её крик, но ответил не словами.

Он поднял секиру и активировал свой Благородный Фантазм.

「Песнь Ворона — Смерть Есть Пир」

По всему полю битвы разнеслось карканье воронов, взявшихся из ниоткуда.

Звук был странным.

Слишком громким для обычных птиц.

Слишком близким для тех, кто слышал его даже сквозь лязг оружия, крики, удары тарана и грохот магии.

А потом всех — и союзников, и противников — накрыло ощущение неминуемой смерти.

Не страх в обычном смысле, а скорее осознание: смерть здесь, рядом, уже положила руку тебе на плечо и ждёт, когда ты ошибёшься, чтобы укутать в своих объятьях.

Люди вздрогнули. Кто-то побледнел.

Гоблины тоже почувствовали это, но для них ощущение было куда хуже. Они не понимали, что происходит. Их примитивная злоба и стадный напор на мгновение захлебнулись, столкнувшись с чем-то древним, грубым и настолько уверенным в праве убивать, что даже созданные для насилия твари инстинктивно попятились.

Страх же смерти был для них сам по себе противоестественным, по крайней мере для большинства полу разумных созданий, ведь лишь ступив на уровень Чемпионов они могли полноценно ощутить этот страх, как бы странно это не было.

На камень стены упали чёрные, рваные пятна, похожие на силуэты воронов. Вокруг самого Итана воздух стал плотнее, грубее, почти осязаемо тяжёлым.

Гортанный рёв заглушил звук ломающихся и разрываемых гоблинских тел.

А затем Итан со всего маху прыгнул со стены вниз, прямо на наступающих гоблинов.

— ИТАН! — выкрикнула София, выпадая из строя, но холоднокровность быстро взяла над ней вверх и она вернулась обратно.

Сейчас она ничем не могла помочь своему мужу, вынужденная надеяться лишь на Виктора, обещавшего сохранение жизни для всех воплощённых.

Всё, что она могла сделать, это усилить напор и надеяться, что Щитоносная Дева позволить продержаться Итану как можно дольше.

С высоты стены при прыжке обычный человек разбился бы или, как минимум, сломал ноги. Даже крепкий боец пожалел бы о таком решении сразу после приземления.

Но Итан сейчас не был обычным человеком.

Он рухнул на группу гоблинов, как живой снаряд.

Камень, земля, кости и тела встретили его удар разом.

Первых просто раздавило под его весом и силой приземления. Ближайшие оказались слишком близко к удару секиры и были рассечены ещё до того, как успели понять, что произошло.

На несколько метров вокруг образовалась пустота.

Итан выпрямился, весь залитый красной кровью: своей, чужой, гоблинской — роли это уже не играло.

Секира в его руках казалась темнее, чем раньше. На лезвии не просто блестела кровь — она словно впитывалась в сам образ оружия, становясь частью ритуала.

Он поднял голову.

Перед ним была армия.

Сотни гоблинов в ближайших рядах и тысячи за ними.

За спиной — стена.

А впереди — пир из трупов врагов рода людского.

Итан безумно рассмеялся, прежде чем рвануть вперёд, как танк, почти не обращая внимания на гоблинские копья.

Он врубился в строй, и в него тут же полетело самое разное оружие: от ножей и копий до крючьев и сетей.

Вот сети были умной идеей.

Кто-то из гоблинских командиров быстро понял, что обычными ударами такого противника не остановить. Его надо связать, замедлить, завалить массой.

Первая сеть полетела сверху.

Вместо того чтобы уклоняться, берсерк ударил по ней. Секира вошла в плетение, разрывая верёвки, и тут же продолжила движение, снося голову гоблину, который стоял за ней.

Вторая сеть легла на плечо.

Её тут же попытались натянуть.

Итан шагнул вперёд, дёргая к себе тех, кто держал сеть, чтобы следующим ударом секиры перерубить их. Одному из упавших гоблинов он раздробил голову сапогом, даже не замедляясь.

Залп вражеских лучников пришёлся прямо по нему, игнорируя потери от дружеского огня.

Часть стрел вонзилась в броню, часть — в тело. Одна скользнула по щеке, оставив красную линию. Что было довольно странно, учитывая надетый шлем.

Итан полностью проигнорировал это, продолжая убивать.

София сверху сжала зубы так, что заболела челюсть.

— Дурак, — выдохнула она.

Она прекрасно понимала: сейчас он силён. Очень силён. Но не бессмертен. Его Фантазм игнорировал боль и усталость, усиливал тело, давал чудовищную устойчивость, но не отменял физику полностью. Если его завалят, если пробьют суставы, если одновременно нападёт десяток громил, подобных тому, что только что упал у ворот, да ещё перед этим накинут на него несколько сетей, всё может закончиться плохо.

А ведь она ещё и не знала, что могли сделать с ним шаманы.

Оставалось лишь верить, что всё обойдётся.

И ждать.

Уж дома она ему устроит за такое безрассудство.

Секира описывала широкие дуги, разрывая плотные группы. Иногда он бил не лезвием, а древком, ломая челюсти, рёбра и руки. Иногда просто хватал гоблина свободной рукой и использовал как живой щит или снаряд.

Один хобгоблин — а высокие гоблины оказались именно ими — попытался ударить его большим топором.

Итан принял удар на рукоять секиры, сблизился и врезал ему лбом в лицо. Затем схватил противника зубами за открывшееся горло и вырвал кусок плоти, сплюнув рядом.

Тем временем София почувствовала, как её Фантазм начал трескаться по краям.

Барьерные купола вокруг солдат начали тускнеть. Один исчез полностью после того, как в него ударил гоблинский огненный сгусток. Другой рассыпался под градом стрел. Третий держался, но выглядел тонким, почти прозрачным.

Она отключила Фантазм сама, не дожидаясь полного распада.

Остатки силы лучше сохранить, чем позволить эффекту развалиться неконтролируемо.

Как бы она ни хотела, она не могла прыгнуть за Итаном вниз.

Не сейчас.

Если уйдёт она, левый сектор вновь начнёт проседать, а гоблины полезут наверх. Тогда Итан внизу будет сражаться не ради прорыва, а ради бессмысленной показухи, пока стена за его спиной развалится.

Внизу гоблины начали реагировать на Итана всерьёз.

Из глубины строя вперёд пошли более крупные особи. Не обычные хобгоблины. Эти были выше, шире, с толстыми руками и тяжёлыми щитами. Мини-чемпионы, если использовать условную классификацию. За ними двигались копейщики, пытаясь держать дистанцию и колоть из-за спин.

Хорошее решение.

Против обычного берсерка оно могло бы сработать.

Первый щитоносец принял удар секиры.

Щит выдержал. Лезвие застряло в дереве и металле.

Гоблин оскалился.

Итан тоже.

Он не стал вытаскивать оружие. Он просто толкнул секиру дальше, наваливаясь всем телом. Щит треснул, рука за ним сломалась, и только потом лезвие вошло в грудь.

Копьё ударило сбоку.

Попало.

Наконечник вошёл под рёбра.

Итан повернулся на удар, словно это было не ранение, а чей-то слабый толчок.

Свободной рукой он схватил древко, рванул на себя, вытаскивая гоблина из-за строя, и ударил его лицом о собственное колено.

Вытащив древко и игнорируя вяло текущую кровь, он метнул копьё в одного из хобгоблинов, пробивая его и стоящих за ним насквозь.

Вообще удивительно, что копьё смогло его ранить при выносливости C+. Это ведь уже сверхчеловеческий уровень прочности.

С рёвом Итан врубился в группу мини-чемпионов. Бесконечный поток ударов посыпался по его уже побитой броне. Берсерк в долгу не оставался.

Гоблины начали замедляться. Ближайшие к нему уже не рвались вперёд с прежней бездумной яростью. Их толкали сзади, шаманы визжали, командиры орали, но передняя линия видела, что происходит с теми, кто подходит слишком близко.

И вот тут Фантазм Итана проявил вторую сторону.

Не только физическую.

Психологическую.

«Песнь Ворона» била по морали.

Для людей на стене он выглядел чудовищем, но чудовищем своим. Тем, кто в одиночку прыгнул вниз и теперь крошил врага, отвлекая на себя огромную часть давления. Это вселяло в защитников почти безумную уверенность.

Для гоблинов же он становился противоположным.

Смертью, которая не падает.

Целью, которую никак не удаётся завалить.

Пиром, на который их самих тащат как мясо.

В глубине гоблинского строя начали звучать другие команды.

К Итану стали стягивать не просто ближайших бойцов, а целые группы. Его пытались изолировать от стены, отрезать, окружить полукольцом и задавить числом.

София видела это с высоты стены.

— Итан! — крикнула она.

Он не услышал.

Или услышал, но не смог ответить.

Безумное Усиление и Фантазм тянули его вперёд, туда, где врагов больше. Где опаснее и где всё ближе шанс умереть.

Она сжала копьё.

Плохо.

Очень плохо.

Если он уйдёт ещё дальше, связь Щитоносной Девы оборвётся окончательно, а потом его могут взять в кольцо.

Чёрт, что же делать?

Спрыгнуть вниз — идея не лучшая. Сам прыжок для неё прошёл бы без проблем, но она не Итан. Её почти сразу завалят числом.

Взгляд наткнулся на офицера, раздающего приказы. А если точнее — на камень у него на груди, который делал голос громче, когда в него говорили.

Своеобразный рупор.

— Офицер. Мне нужен ваш усилитель голоса.

— Я не могу его вам отдать. Это личный офицерский артефакт.

— Это не просьба. И нужен он мне на пару фраз.

Офицер поколебался пару секунд. Видимо, понял, что если он не подчинится, София вполне способна забрать амулет уже с его трупа.

Он снял артефакт и протянул ей.

Чуть сжав камень в руке, она накинула его на грудь и рывком, раскидывая вставших на пути гоблинов, добралась до края стены.

— ИТАН! ТУПОЙ ТЫ МЕДВЕДЬ! ТЕБЕ КОМУ ГОВОРЯТ?! К НОГЕ, ПСИНА ТЫ БЛОХАСТАЯ! ИЛИ Я ТЕБЯ НА ДИВАН ВЫСЕЛЮ!!!

Её голос, усиленный артефактом, разнёсся над стеной, полем боя и ближайшими рядами гоблинов.

На секунду замерли даже солдаты.

Итан вздрогнул.

Буквально.

На пару мгновений он пришёл в себя и оглянулся на жену.

Этого хватило.

Безумный оскал стал чуть более человеческим.

А затем Итан со всего размаху припустил обратно к стене, прорубая себе коридор из плоти.

Гоблины попытались остановить его.

Бесполезно.

Те, кто вставал на пути, исчезали под ударами секиры, разлетались в стороны, падали с переломанными костями или просто оказывались втоптаны в землю. Он больше не углублялся в строй. Теперь он шёл обратно.

Добравшись до стены, он одним мощным прыжком взлетел вверх, зацепился секирой за край камня, подтянулся и забрался на площадку.

Камень под его руками был скользким от крови.

Секира скрежетнула по краю стены, оставляя глубокую борозду.

Итан перевалился через зубец, тяжело поднялся и, всё ещё улыбаясь, попытался сказать:

— Ну чего ты сразу на диван-то, я…

— На перевязку, — жёстко сказала она.

Кольчужный доспех Итана напоминал скорее лохмотья нищего, чем броню. Сквозь него можно было увидеть множество ран, покрывающих всё тело. Кровь стекала по рукам, капала с пальцев, впитывалась в разорванные ремни и ткань поддоспешника.

— Но стена…

— На. Перевязку.

— Соф…

Она наклонилась ближе.

— Ещё одно слово, и я сама тебя уложу и потащу в лазарет.

Итан открыл рот.

Потом закрыл.

На его лице мелькнуло что-то вроде здравого смысла.

— Да, командир.

— Вот и умница.

В этот момент за стеной, в городе, что-то взорвалось, громко бахнув.

Ударная волна прокатилась по улице за воротами, заставив нескольких солдат пригнуться. Над крышами поднялся столб дыма и пыли.

София резко обернулась.

Итан тоже повернул голову, мгновенно забыв про перевязку.

— Даже не думай, — сказала она, не глядя на него.

— Я ещё ничего не сказал.

— Я тебя слишком хорошо знаю.

Он хмыкнул, но спорить не стал.

София крепче сжала копьё, глядя в сторону дыма.

Если взрыв произошёл внутри города, значит, кто-то всё-таки прорвался.

Подкоп? Вполне возможно, что к штурму давно готовились и в городе был тайный туннель. Возможно даже не один.

Глава 15

Глава 15

От лица Дейва / Альбрехт Валленштейн:

Как же меня всё это быстро задолбало.

Не люблю наёмников-одиночек.

Не просто так они работают одни. Чаще всего у них либо навыков нет, либо характер отвратительный. Иногда и то, и другое сразу. Любят изображать из себя волков-одиночек ровно до того момента, пока не приходит что-то действительно серьёзное. А потом внезапно выясняется, что один человек не может быть одновременно разведкой, штурмовиком, резервом, командиром, сапёром, обозом и медиком.

Этот мир был не лучше.

Когда мы с Карлом — моим сослуживцем, которого я взял с собой, — добрались до места сбора местных авантюристов, я понял это окончательно.

Гильдия располагалась недалеко от центральной площади. Большое двухэтажное здание: нижняя часть из камня, верхняя деревянная, вывеска с мечом и кружкой, во дворе стойки для лошадей, у входа несколько телег и бочки с водой. Всё вполне в духе средневековья, разве что чище, железа больше и магия, куда же без неё.

Внутри было ожидаемо шумно.

Собравшиеся люди обсуждали, какая вожжа ударила в голову командиру крепости, что он решил проводить учения, и кого пришлют ими командовать. Хорошо хоть никто не пил. Это уже достижение.

В остальном реально полезных бойцов — хорошо если половина. Остальные либо новички, либо те, кто привык сражаться маленькими группами.

Жаль, нет возможности посмотреть на них в нормальной обстановке и выделить лидеров больших групп без спешки.

Карл тихо хмыкнул рядом со мной.

— Что скажешь?

На нас уже поглядывали, так как на фоне местных вояк мы сильно выделялись.

— Почти все сброд, — ответил я. — Но за неимением другого будем работать с тем, что есть.

— Значит, начинаем?

— А мы сюда зачем пришли? Пива выпить? Так оно здесь сто процентов разбавленное и на вкус как моча.

Я пошёл вперёд.

В гильдии авантюристов принята система рангов, основанная на материалах:

фарфоровый — новички;обсидиановый;стальной;сапфировый;изумрудный;серебряный;золотой;платиновый.

Носят эти значки на верёвках на шее. Удобно для быстрого понимания, кто перед тобой и на что он хотя бы теоретически способен.

Обведя зал взглядом, я быстро выделил самую шумную компанию.

У дальней стены стоял здоровенный тип с квадратной челюстью, короткой бородой и шрамом через нос. На нём была кольчуга, под ней хороший поддоспешник, меч на поясе, топор за спиной. Говорил он громко, что-то обсуждая со своим компаньоном.

Жетон он держал поверх брони показательно.

Сапфировый.

Я размеренным шагом направился к нему.

Заметил он меня, когда я был уже в каких-то пяти шагах.

— Чего-то надо, дед?

— Ага. Базаришь много. Решил с тебя начать.

Он не оскалился и не полез сразу в драку, что немного удивило.

— Ребят! — громко обратился он ко всем в зале. — Заткнитесь, а? Тут, похоже, от стражи командир пришёл. Или я не прав? Больно уж экипировка у тебя странная.

— Какая есть, — ответил я. — Как звать?

— Нолан.

— Дейв.

Мы пожали руки.

Неожиданно.

Если честно, ещё секунду назад я думал, что сначала набью ему морду, а потом уже начну разговаривать. Впрочем, это, скорее, говорила возвращающаяся во мне натура. Альбрехт никогда не любил лишнюю спесь в подчинённых.

— Итак, — сказал я громко, разворачиваясь к остальным. — Раз уж вы такие понятливые, командиры групп — ко мне.

Создание и распределение групп много времени не заняло. Все друг друга знали, разве что была пара приезжих групп, но они не сильно выбивались на фоне остальных.

Самых боевитых и высокоранговых я отправил патрулировать город. Более слабые, сведённые в одну общую группу, отправились к солдатам в качестве носильщиков и помощников. Толку в прямом бою от них было бы немного, а вот таскать стрелы, воду, перевязочный материал, уводить раненых и передавать приказы — это тоже работа.

Я подобрал маршруты патрулей так, чтобы город был перекрыт не сплошной линией, а сетью. Центральная площадь, подход к воротам, квартал складов, район мастерских, внутренние улицы, узкие проходы между домами, выходы к крышам и лестницам.

В общем, учитывал возможность нападения как сверху, так и из-под земли.

И не зря.

Примерно через полчаса с начала битвы — за временем я особенно не следил, но где-то так — в городе прогрохотал первый взрыв.

Неплохо так бахнуло.

— Вот же ж… — выдохнул Харт, капитан приставленной ко мне команды.

По пути уже стало понятно, что это не просто случайный подрыв чего-то мне неизвестного, так как пороха я не видел.

Из-под земли в двух местах вывернуло доски, камни и грязь.

Значит, лазы.

Сообщив через рацию об этом Карлу, взявшему на себя ещё одну группу, я принялся поливать вылезающих гоблинов свинцом.

В патронах я мог себя не ограничивать. Благодаря двум полностью разблокированным навыкам они сами появлялись в магазине автомата. Мне даже менять его не требовалось.

Как это работало?

За каждое убитое мной или моим подчинённым существо мне капала определённая энергия. Её можно было тратить на воплощение того, что попадает под категорию ресурса или боезапаса.

Благодаря тому, что противников было очень много, а всех авантюристов записало в мои подчинённые, пока что я выходил в плюс по получаемой энергии, что не могло меня не радовать.

Это будут очень весёлые ближайшие пару часов.

— Не давать им рассыпаться! — рявкнул я.

Местные авантюристы, к счастью, поняли всё быстро.

Один из лазов выходил прямо под хозяйственным навесом. Доски, бочки, ящики — всё это красиво взлетело в воздух, а через секунду из дыры полезли зелёные морды.

Обернувшись, я увидел ещё одну неприятную картину: трое гоблинов, воспользовавшись суматохой, уже успели прорваться в соседний проулок. Один тащил мешок, второй — связку глиняных горшков.

Пройдясь по ним короткой очередью, я скосил всех троих, после чего сорвал с пояса гранату и бросил её в лаз.

Бумкнуло хорошо.

Землю и щепки взметнуло вверх, края прохода осыпались, а крики снизу мгновенно сменились кашлем, руганью и визгом. Не факт, что я завалил весь ход до конца, но ближайший выход точно перекрыл.

Проделав то же самое с оставшимися проходами в этом квартале, я направился к горшкам, чтобы понять, что это вообще за дрянь.

В этот момент рация коротко треснула.

Голос Карла был спокойным, как всегда.

— Приём. У нас тоже лаз. И ещё один в квартале мастерских. Давим, но лезут активно. На складах прорыв взял на себя Майкл. Конец связи.

— Приём. Принял. Это который с мышью? Если начнёт не хватать людей — отходите к перекрёстку и делайте узкую линию. Конец связи.

— Приём. Приказ принят. Да. Конец связи.

Я огляделся по сторонам.

Ребята немного устали, но всё ещё были полны энтузиазма. Хороший знак.

Осмотрев горшки, открывать их я не стал. Очень вероятно, что там либо взрывная, либо горючая смесь. В мешке обнаружилась пара костей, покрытых странными узорами.

Логика подсказывала, что просто так тащить кости они бы не стали, а значит, это что-то связанное с местной магией.

— Эй, магус, подойди-ка.

Молодой паренёк, приставленный к моей группе, подошёл.

Вообще с магами и жрецами было негусто. Почти все либо на стенах, либо рядом с ними. Нам дали только совсем молодых.

— Знаешь, что это такое?

— Н-нет, сер.

— Ясно, толку от тебя ноль. Короче, из мешка не доставать. Харт, пусть пара твоих ребят отнесут горшки на стены. Кости надо засунуть осторожно куда подальше и запомнить место, чтобы потом достать и посмотреть, что это такое.

— Слушаюсь!

— А хотя знаешь, отнеси кости сразу к магам. Пусть сами разбираются с этой хренью. Только найдите плотную ткань, ящик или что угодно, во что это можно запихнуть, не прикасаясь.

Пока выбранные люди бегали, я ещё раз взглянул на засыпанный проход.

Проблема с такими лазами в чём? Даже если ты завалил выход, не факт, что перекрыл весь туннель. Гоблины вполне могли просто отгрести завал с другой стороны или начать рыть рядом новый. Конечно, это не быстрый процесс, но всё же. Возможности местных мне до конца неизвестны.

Закончив здесь, мы продолжили патруль. Смысла спешить к Карлу или другим не было. Первый уже передал по рации, что они зачистили и завалили свои лазы.

Мысленно подключив его к своеобразной цепи — это сложно описать, никогда не умел нормально проговаривать вещи такого типа, — я потратил энергию на восстановление ему боезапаса и поставил такое же автоматическое восполнение, как и у меня.

С рацией на поясе, автоматом и гранатами я чувствовал определённое превосходство над местными, как испанцы над папуасами. Правда, забываться сильно не стоило. Возможности магии мне неизвестны. Да и, судя по фэнтезийному налёту, есть тут и свои, кхм, херои.

По пути мы наткнулись на несколько групп гоблинов, которых быстро зачистили. Либо какой-то из патрулей пропустил лаз, либо они всё же смогли прорваться. Плохо.

Единственный плюс — они пока не лезли в дома. Причина подобного мне была неизвестна, так как это вообще-то основа тактики городских боёв при захвате поселения и активных стычках с защитниками, но нам это было только в плюс.

Мы свернули в узкий проезд между складом соли и сапожной мастерской, когда впереди мелькнули ещё четыре зелёные рожи.

Быстро сняв их, мы продолжили патрулирование. Противник нам встречался достаточно часто, но выходило пока без потерь.

Это одновременно радовало и настораживало.

Радовало, потому что никто из моих не подставился, и вообще все были целы. По крайней мере, серьёзных ран я не видел. Настораживало — потому что слишком уж гладко всё шло для полноценной диверсии внутри города. Обычно, если враг действует настолько грамотно, как эти твари, за первой волной обязательно идёт вторая. К тому же я всё ещё не понимал смысла в их тактике, что тоже настораживало.

Я оглядел улицу внимательнее, вслушиваясь.

Дым над городом стал гуще. Со стороны стен всё ещё доносился ровный, тяжёлый гул боя: удары по воротам, крики, магические хлопки, редкие особенно громкие взрывы. Но внутри города всё было относительно тихо, особенно в переулке, куда мы зашли.

Мне это ой как не нравилось.

— Харт, — негромко сказал я. — Предупреди своих о возможной засаде.

Ребята разошлись чуть шире, сохраняя линию видимости друг с другом. Молодой маг, пока не пригодившийся мне, начал нервно вертеть головой и сильнее сжал свой посох. Я уже хотел сказать ему, чтобы не дёргался, когда из-за угла впереди выкатилась пустая телега с бочками.

Просто медленно выкатилась на середину улицы и встала.

— Ложись! — крикнул я.

И как только мы начали смещаться, телега рванула взрывом.

Не таким мощным, как граната, но достаточно сильным, чтобы осыпать улицу щепками, железными обручами и раскалённым мусором. Сразу после этого с крыш и из двух боковых дворов посыпались гоблины.

Странно, что не из домов, а именно из дворов, но с этой странностью разберёмся после.

На этот раз противник действовал куда умнее, взяв нас в клещи и начав поливать стрелами.

Хороший план.

Жаль их только разочаровывать.

Мне плевать на стрелы.

Встав на колено и вскинув автомат, я пустил нескончаемую очередь. Патроны восстанавливались быстрее, чем тратились, благодаря чему получалось создать целый ливень из пуль.

Через минуту никого из зелёных уродцев в живых не осталось. Удивительно, но у меня все были живы. Разве что два бойца были ранены, но в такой ситуации, да на открытой местности, это и правда почти чудо.

Глава 16

От лица Бэтмена:

Само моё нахождение здесь было странным.

Другой мир. Другие люди. Другой уровень развития общества. Другая система власти. Магия, используемая повсеместно. Жрецы, авантюристы, чудовища, подземелья, боги.

Или, как минимум, разумные сущности, которых здесь называют богами.

Пока недостаточно данных, чтобы сделать окончательный вывод.

Но достаточно, чтобы считать угрозу реальной.

Гоблины тоже не укладывались в привычную схему. На первый взгляд — низкоорганизованные гуманоидные хищники. Малый рост, высокая агрессия, стайное поведение, способность к обучению, примитивная культура насилия.

Но этого объяснения было недостаточно.

Слишком специфичная биология, удобная направленность поведения , высокая устойчивость к потерям и явная заточенность под войну против разумных рас.

Основываясь на том, что я успел узнать за короткое время, я признаю версию Виктора, что гоблины были искусственно созданы. Вполне возможно, как биологическое оружие.

Возникает вопрос откуда об этом знает Виктор. Он уже бывал тут или в нашем мире было/есть нечто подобное?

В любом варианте в этом мире выйти на предполагаемых создателей было несложно.

Боги.

Пока лишь теория. Недостаёт сведений, чтобы считать это фактом, но всё же.

Рассказы местных, отношение к монстрам, структура мира, повторяемость угроз, наличие систем рангов у авантюристов и удобная для внешнего наблюдателя логика противостояния разумных рас и монстров.

Опять же это всё неточно из-за недостатка информации малого периода её сбора.

Но сейчас не об этом.

Я стоял на крыше над внутренней улицей и смотрел вниз.

Стража металась, пытаясь закрыть сразу несколько направлений. На севере били тараном. На двух участках стены уже шёл ближний бой. На башне работала Элли — редкие, точные выстрелы.

Особая высокая точность попадания. Воплощение связано с снайперской или особо точной стрельбой.

Почти всем воплощённым удалось подложить маяки с прослушкой и камерой. Не всем. Но большинству.

При возвращении необходимо будет отследить каждого, установить гражданские личности, маршруты, социальные связи, уровень угрозы и стабильность психики. Записи с устройств — сохранить, расшифровать, сопоставить с наблюдениями во время миссии.

Виктор слишком быстро собрал вокруг себя людей. Либо подбирал изначально и уже одним махом воплотил, либо имеет быстрый способ находить подходящих людей.

То, что он даёт обычным людям сверхъестественные способности опасно.

Он говорит о защите и предполагаемой угрозе из вне.

Возможно искренне верит в это и это даже правда. Его способности до конца не ясны и пророчество может быть как среди них, так и проявлением магических знаний.

Но вера в собственные благие намерения не совершаемые преступления.

Гоблины действовали на удивление слаженно.

Не рой.

Роевое сознание проявлялось бы иначе. Меньше индивидуальной инициативы и более однородное поведение.

Видимо чёткая и беспрекословная иерархия, также компетентный командующий.

Несколько уровней исполнения: мясо для давления, хобгоблины для закрепления, шаманы для поддержки, диверсанты для внутреннего хаоса, волчьи всадники для доставки опасного груза.

Пока в бой не вступили не многочисленные чемпионы, выделяющиеся на фоне остальных гоблинов.

Внизу, у перекрёстка, Майкл держал прорыв к складам. Даже отсюда была видна эффективность, которая не должна была быть у человека с его жизненной историей.

Сид Кампеадор.

Пока единственный воплощённый, которого я успел найти помимо самого Виктора и перетянуть на свою сторону.

Исполнительный и отдающий всего себя.

Редкое явление среди жителей Готема, желающий изменить город в любящую сторону.

При возвращении потребуется переработать его снаряжение. Увеличить тренировки по нелетальному противодействию обычным людям. Отдельно — отработка контроля силы и скорости.

Он использует все возможности тела. Это хорошо на поле боя, но опасно вне него.

С востока донёсся рёв, больше похожий на медвежий.

Итан.

Значит, я был прав. Берсерк.

Над ним потребуется дополнительное наблюдение. Нужно понять, насколько боевое состояние отделено от обычной личности. Есть ли риск срыва. Какие триггеры. Насколько София способна удерживать его.

Снизу донёсся детский плач.

Я повернул голову.

Окно на втором этаже. Мальчик лет шести. Слишком близко к стеклу. За ним женщина, что-то говорит, но я не слышу.

Пущенная гоблином стрела должна была пробить плохое мутное стекло и попасть ребёнку в лицо.

Не попала.

Непонятно откуда вылетевшая деревяшка сбила стрелу в сторону. Наконечник вонзился в оконную раму, а мать наконец оттащила ребёнка от окна.

Не в первый раз.

Любая атака, которая должна привести к смерти или тяжёлой ране защитника, жителя или одного из нашей группы, не достигает цели. Гоблин подскальзывается, на него падает обломок, на пути снаряда внезапно появляется преграда, человек уклоняется, сам не понимая почему, стрела сталкивается с другой стрелой, камень отскакивает под неверным углом.

Перечисление можно продолжить и дальше.

Вероятность случайности падает с каждым новым случаем.

Манипуляция удачей?

Вероятностями?

Судьбой?

Если последнее, то уровень угрозы выше, чем я предполагал.

Слишком много вопросов. Слишком мало времени.

При возвращении потребуется консультация по магии. На примете есть иллюзионист, давно подозреваемый в обладании реальными магическими способностями.

Обладатель силы пока не определён.

Под подозрением трое.

Виктор.

Алиса.

Кот.

Последний показал слишком высокий интеллект, не животное поведение и осознанные реакции. Незаметно исчез в какой-то момент перед началом активной фазы. Врятли это случайность.

Алиса — неизвестная переменная.

Я поднял голову.

Над городом, слишком высоко для обычного наблюдателя, неподвижно висела девочка. Маленькая фигура на фоне дыма и серого неба. Слишком спокойная для ребёнка.

Она чуть повернулась лицом ко мне. Почувствовала взгляд с такого расстояния?

Вероятно.

Усиленные чувства. Магическое восприятие. Инстинкт хищника. Или всё сразу.

Она смотрела прямо на меня.

Я отвёл взгляд.

Одна из тех, кому я не смог подложить маяк.

Виктор.

Вероятнее всего, именно он является источником того, что сейчас происходит с защитниками, жителями города и нападающими.

Неизвестно, насколько нынешняя внешность Виктора принадлежит ему, а насколько — результату воплощения. Одежда тоже не ориентир. На примере Майкла понятно: воплощённые могут тяготеть к образам прошлой жизни, но не обязаны им следовать.

Остаются способности и кот.

Вопрос: способны ли животные воплотиться?

Согласно рассказанной Виктором теории — да. В истории достаточно названных животных, оставивших след в легендах, хрониках и массовой памяти.

Главный вопрос: кот является самостоятельным воплощённым или аспектом силы Виктора?

Пока неизвестно.

Приют.

Отдельная проблема.

По государственной базе всё чисто. Но подрядчики не помнят ни стройку, ни поставку материалов.

Возможно ментальное воздействие и стирание памяти.

Приют существует не только в Готэме.

В каждом городе, где я успел проверить.

Америка, Европа, Южная Африка. При этом одно и то же каменное здание в английском стиле может стоять посреди трущоб, рядом с современными домами или среди глиняных халуп — и никто не задаётся вопросом, почему оно здесь.

Никто не замечает несоответствие, пока его не тыкнуть в это носом.

Проверено на Альфреде.

Лишь в одном месте приют находится не в городе, а за его пределами. Особняк с отдельной территорией.

Вероятнее всего, это и есть основное тело образования, связанного со всеми остальными.

На собственном опыте доказано наличие возможностей манипулировать пространством внутри здания. Делает ли это сам Виктор или строение не известно.

Является ли это проявлением мастерства Виктора в эзотерических искусствах? Или отдельной способностью? Или частью Благородного Фантазма? Или самостоятельным существом?

Недостаточно данных.

Виктор выставляет себя магом.

Пока единственное, что он продемонстрировал напрямую, — сверхчеловеческие физические возможности тела, высокую осведомлённость, доступ к межмировому перемещению и способность воплощать.

То, что он не показывает магию, не значит, что её нет.

Скорее наоборот.

Люди скрывают то, на что рассчитывают в критический момент.

Либо это всё блеф и сам он магией не владеет, полагаясь на способности воплощения или что-то ещё.

Не стоит забывать и ещё об одном воплощённом. Человеке в маске, которого среди свидетелей уже начали называть Фоксом из-за образа и подрыва зданий.

Теория о реинкарнации Гая Фокса пока не подтверждена, но вероятна. Слишком много совпадений.

По словам Виктора, он воплощает тех, кого считает вероятными героями.

Ключевой вопрос: как он это определяет?

Что для него герой?

Моральный критерий? Историческая значимость? Сила легенды? Потенциал влияния? Возможность использования?

Требуется разработать план нейтрализации Виктора и отдельный план изъятия Ветви Сансары — так он назвал кукри, который носит с собой.

Название может быть символическим или отражать то, чем является на самом деле.

В городе раздались взрывы.

Один.

Второй.

Третий.

Я замер на секунду, сверяя направления.

Юг. Хозяйственные дворы.

Западнее складов.

Ещё один — ближе к мастерским.

Неизвестны пределы способностей того, кто влияет на удачу. Нельзя полагаться на них полностью. Любая защита и сила имеет недостатки и бреши.

Я нажал на кнопку связи.

— Майкл.

Шум. Удар. Дыхание.

— Слушаю.

— Взрывы в городе. Держись у складов. Если это не случайная диверсия, то напор на тебя усилят в первую очередь.

— Понял.

— Работай от обороны.

Короткая пауза.

— Принял.

Я уже двигался по крышам, меняя позицию для лучшего обзора, когда во дворе подо мной взорвался настил. Доски разлетелись, из пролома полезли гоблины.

Подкопы.

Как местные их не заметили?

Вопрос, не имеющий пока что особого смысла в ответе.

По ходу движения я бросил в пролом гранату со слезоточивым газом.

Газовое соединение подействовало на них сильнее, чем на людей. Гоблины закашлялись, заскребли когтями по лицам, начали отступать обратно, мешая тем, кто пытался выбраться следом. Возникла пробка.

Ближайший патруль уже идёт сюда. Успеют к моменту рассеивания газа.

На соседней крыше — движение.

Я прыгнул и врезался в гоблина, который уже тянул верёвку вниз. Он был лёгкий, но быстрый. Успел полоснуть ножом по наручу. Лезвие скользнуло по броне, оставив царапину.

От силы столкновения он слетел с крыши прямо перед патрулём.

Второй гоблин бросился не на меня, а к дымоходу. Приоритет — сигнал или сброс груза. На спине мешок. Внутри что-то звенит.

Я метнул бэтаранг.

Лезвие перерезало ремень. Мешок упал на черепицу, раскрылся. Глиняные горшки, кости с резьбой, моток грязной ткани, пропитанной маслом.

Гоблин всё равно попытался добраться до груза.

Я оказался рядом раньше.

Удар в солнечное сплетение. Поправка: у гоблинов расположение органов может отличаться. Но болевой отклик есть. Дыхание сбилось. Сустав плеча вывернут. Голова ударена о черепицу. Без сознания.

Ещё одни атаковал сбоку.

Уход и удар и очередное тело падает на крышу.

Патруль наконец заметил происходящее.

Я сбросил вниз связку с горшками, предварительно перерезав фитиль.

Стрела прошла рядом с плечом.

Не случайный выстрел. Проследив за траекторией нашёл стрелка.

Вторая стрела ушла туда, где я должен был оказаться, если бы продолжил движение по прямой. Третья — с поправкой на уклон. Хороший стрелок.

Хобгоблин.

Выше обычных, суше, собраннее. Кожаный шлем, короткий лук, кость на рукояти ножа, на предплечье — защитная пластина. Офицерская роль или элитный диверсант.

Я позволил ему увидеть силуэт между дымовыми полосами.

Он выстрелил.

Промахнулся на ладонь.

Я уже был рядом.

Он потянулся к мечу.

Слишком поздно.

Удар в кисть. Выбить оружие. Колено в рёбра. Захват за шею. Прижать к черепице.

— Где шаман?

Он оскалился.

Вопрос возможности говорить на всех местных языках оставим на потом.

Ответа не будет.

Зрачки расширены. Дыхание учащено. Страха нет. Только агрессия и готовность умереть.

Слишком сильная мотивация для обычного бойца.

Я усилил давление.

Он попытался укусить.

Бесполезно.

Через секунду он уже не мог сопротивляться.

Я оставил его связанным на крыше. Если выживет — можно будет допросить позже. Если нет — я не могу изменить всё местное средневековое общество всего за пару часов.

Лук забрал.

Неплохой. Лёгкий. Тетива смазана липким составом. Возможно, чтобы уменьшить скрип.

Я снова осмотрел город.

Гоблины больше не лезли гурьбой. Они начали оставлять ловушки и метки для своих.

Прорвавшееся мясо почти кончилось и остались в большинстве своём Хобгоблины.

Я нажал связь.

— Дейв.

Ответ не мгновенный.

— Слушаю.

— По городу разложены зажигательные бомбы, слушай предполагаемые места…

Прикинув план города и действия гоблинов, назвал предполагаемые точки.

— Понял, сейчас передам Карлу и другим патрулям.

Я посмотрел вниз.

Ещё один пролом. Двое гоблинов тащат связку к колодцу.

Смысла и возможности поджечь его нет, значит яд. Один из гоблинов подскальзывается и напарываться на оружие второго, тот от этого падает и тоже напарывается горлом.

Хм.

Требуется найти способ нейтрализовать влияние такой опасной способности и срочно.

Глава 17

От лица Виктора / ГГ:

На мгновение меня отвлекло ощущение стекающей по подбородку крови.

Тёплая, липкая.

Я машинально провёл пальцами по верхней губе, увидел красный след и тут же заставил себя вернуться к делу.

Чёрт.

Как же не вовремя.

Даже такая мелочь сейчас раздражала. Обычно после всего мной пережитого простая кровь из носа ничего бы для меня не значила. Просто сейчас это означало, что тело начинает не выдерживать и на пределе.

Это оказалось намного сложнее, чем я представлял.

Я впервые использовал свой Фантазм на полную. Нет, не так. Я использовал его на полную и ещё немного дальше того предела, который, скорее всего, вообще не стоило пересекать в обычной ситуации.

Но выбора не было.

Изначально я не знал этот мир, да и сейчас особо не знаю. Когда нас сюда перенесло, я просто решил, что это какое-то фэнтези, скорее всего тёмное. Мечи, магия, монстры, авантюристы и так далее.

Ничего особенно необычного на фоне того, что со мной уже происходило.

Да, гоблины здесь оказались в одной из неприятнейших своих вариаций, но это не так уж и удивительно, ведь это реальный мир с своими условностями.

Всё это было до тех пор, пока не развернул Фантазм. Всё оказалось намного хуже.

Это был не просто мир меча и магии.

Это было грёбаное игровое поле в клеточку.

Не в прямом смысле, конечно. Передо мной не возникла карта, расчерченная на квадраты, не появились миниатюры гоблинов, солдат и авантюристов, а сверху не склонились бородатые игроки с листами персонажей.

Хотя большой разницы между столом с картой, миниатюрами и реальным миром я сейчас уже не видел.

Если по итогам хода умирает человек, то какая разница, лежал он на деревянном столе фигуркой или стоял на стене с настоящим копьём в руках?

Это была игровая площадка для богов.

Что-то вроде ДнД, но лишь похожее на него. Не точная копия.

Скорее мир, чьи законы были выстроены так, что судьба смертных, монстров, героев и армий постоянно проходила через незримую механику бросков кубиков.

Я не видел их глазами. Не в физическом смысле. Передо мной не было стола, костяных или металлических кубов, которые катились бы по дереву. Это просто ближайшая аналогия, которая пришла в мой воспалённый от усилий мозг.

Почти каждый удар, блок, шаг, выстрел, заклинание, крик, рывок и падение проходили через бросок.

Солдат ставил щит под удар — бросок.

Гоблин пытался пролезть между двумя копьями — бросок.

Маг выпускал огненный сгусток — бросок.

Стрела летела сквозь дым в горло ребёнку, выглянувшему из окна, — бросок.

Продолжать так можно до бесконечности.

Всё это было спором вероятностей, в которые вмешивалась чужая многорукая воля.

И местные не могли этому сопротивляться.

По крайней мере в этом городе я не почувствовал ни одного человека, который был бы способен по-настоящему противостоять результатам этих бросков. Солдаты, авантюристы, маги, жители — все они были внутри правил. Кто-то имел бонусы. Кто-то штрафы. Кто-то был сильнее, опытнее, удачливее, благословлённее. Но всё равно оставался фигурой на доске.

Исключением были те, кого я привёл с собой.

Чужие самостоятельные фигуры, которые кто-то поставил на доску без разрешения хозяев стола.

Не знаю, как мой Фантазм должен был работать в моём мире и на каком принципе. Возможно, там всё было бы проще, а может сложнее.

Здесь всё подстроилось под местные правила.

Говоря по-другому, мой Фантазм позволил мне на время сесть за стол игроков.

Не стать богом, нет. Лишь взять в руки кости и бросать их за тех, кто иначе остался бы только ставкой в чужой игре.

Если упростить всю проделываемую мной работу с тысячами изменяемых вероятностей, бесконечным подсчётом малых событий и противостоянием чужой божественной воле, то сейчас я играл в кости с Гекатонхейром.

Гигантом со ста руками и пятидесятью головами.

Каждый его условный ход — сотни брошенных кубов.

Каждая рука — новый бросок.

Каждая голова — новый расчёт.

Каждый палец — новая поправка, новый шанс, новая попытка продавить нужный исход.

Я не видел его лица. Или видел сразу слишком много лиц. Тёмные силуэты на фоне чего-то похожего на бездонную яму. Полсотни голов, не совпадающих друг с другом как внешне, так и в эмоциях.

Сотня рук тянулась над городом, и эта же сотня рук бросала кости за гоблинов.

Я бросал за людей.

Что представитель греческой мифологии делает в этом мире, который явно не является Землёй или её альтернативной версией, я не знал. Как и точное имя этого великана. Гекатонхейры вообще были не одной сущностью, а группой чудовищно мощных первородных великанов. Бриарей. Котт. Гиес. В моей памяти всплывали имена, но ни одно не относилось к тому, кто сейчас давил на город.

Возможно, это вообще было просто похожее на них существо или образ бога.

Я пока мало разбирался в таких тонкостях.

Сейчас это не имело значения.

Он играл за гоблинов.

Я — за людей.

Как так получилось? Где покровитель людей? Где тот бог, который должен был сам бросать за своих смертных, определяя их судьбу?

Не знаю.

Может, здешние боги договорились не вмешиваться, а может, это поселение уже заранее отдали гоблинам как часть какой-то божественной партии.

Мне было плевать.

Я не собирался разбираться в правилах их божественной настолки, пока внизу умирают разумные.

Мне было важно только спасти как можно больше.

В бросках побеждал тот, у кого большее число.

На первый взгляд — до смешного просто.

Его число выше — стрела находит горло солдата. Моё выше — стрела срывается, ударяется в щит, ломается о камень или внезапно сбивается деревяшкой, оторванной взрывом от ближайшего навеса.

Его число выше — гоблин замечает щель в обороне и успевает ударить раненого в спину. Моё выше — раненый спотыкается, падает раньше удара, а копьё стоящего рядом стражника случайно оказывается как раз на пути гоблина.

Его число выше — горящий горшок долетает до склада с маслом. Моё выше — ремень на плече гоблина рвётся, горшок падает раньше и заливает огнём его же товарищей.

Примерно так.

Я выигрывал часто.

Очень часто.

Удача A+ была громадным грузом на чаше весов, который я мог класть на неё снова и снова, правда это тоже требовало определённых затрат энергии.

«Кот Судьбы» работал почти постоянно, нивелируя мелкие неудачи и проигрыши, сводя их в ничью, в новые броски либо сразу в мою пользу. Он не спасал от всего, но если смерть зависела от мелочи, от случайности, от неудачного угла или лишней секунды, навык цеплялся за эту мелочь и выворачивал её.

«Лорд-мэр Лондона» повышал защиту и не давал людям паниковать. вроде просто, но очень эффективно и полезно.

Несмотря на всё, я не всегда побеждал.

Каждый проигрыш ощущался как провал под ногами. Не всегда я сразу понимал, где именно он случился. Иногда только через секунду перед глазами вспыхивала линия: там стрела пробила плечо, там гоблин успел поджечь навес, там маг сорвал заклинание, там волк прорвался к лестнице.

Но на этот случай у меня были воплощённые и Калидус.

Последний был особенно полезен, чувствуя почти все мои действия и немного снимая с меня напряжение.

В этом мире его навык «Путешественник миров» позволил ему обмануть сам мир, заставив тот воспринимать его как своего, при этом всё ещё не подчиняясь результатам столкновения бросков.

Странная логика, завязанная на его бытие котом и причинно следственные связи.

Как говорится, коты ходят там, где хотят.

Я проиграл очередное противостояние.

Где-то в городе группа шаманов прошла незамеченной. Они пробирались к старому заброшенному двору за красильней, где земля уже была размечена заранее.

Какой-то ритуал.

Ничего хорошего защитникам он точно не сулил.

На мгновение мне открылось предначертанное будущее: Тёмное пятно, которое должно было развернуться через несколько минут. Что-то, что потянет за собой страх, тени, чужие голоса и резкое падение сопротивления в ближайшем квартале.

Гекатонхейр выиграл.

По правилам этого мира шаманы должны были остаться незамеченными. Патруль местных должен был повернуть в другую сторону.

Воплощённых же, способных обратить на них внимание как на зло не оказалось. Чистая случайность, не подконтрольная никому.

Ритуал должен был пройти без проблем.

По правилам богов — да.

Но я не был богом.

А значит, не был ограничен их договором до конца.

Я не мог просто взять и отменить проигрыш. Это не было в моих силах. Кубики уже упали. Результат был принят. Великан продавил свою волю, а я проиграл этот конкретный бросок.

Но я мог изменить то, что не было частью прямого броска. К примеру поток ветра в нужную сторону. Запах крови, который должен был рассеяться, но вместо этого потянулся вдоль крыши.

Сухой лист, сорвавшийся с карниза и упавший перед Калидусом.

И мой посыл дошёл до него.

Чёрно-белая тень сорвалась с крыши вниз, за мгновение на сверхскорости добравшись до скрытого двора.

Один шаман поднял голову. Слишком поздно. Когти распороли ему лицо, горло и глаз почти одним движением. Второй попытался ударить посохом, но Калидус уже был у него на спине.

Ритуал сорван.

А вслед за ним погибли и шаманы.

Гекатонхейр бросил ещё несколько костей, также внимательно наблюдая за боем, как и я. Или это для него была всего лишь игра?

Я ответил.

Серия побед.

Сотни маленьких побед.

Где-то волшебница успела поднять щит на долю секунды раньше.

Где-то случайная стрела пробила шею гоблина офицера.

Где-то ребёнок перестал плакать ровно в тот момент, когда его плач должен был привлечь гоблина к двери.

Маленькие победы.

Каждая из них стоила мне сил.

Кровь потекла не только из носа, но и из глаз.

Сначала я даже не понял. Просто изображение перед внутренним взором поплыло красным, а потом что-то горячее скатилось по щеке.

Во рту появился металлический привкус.

Я сидел глубоко в крепости, в закрытой каморке без света, чтобы не отвлекаться. Не самое героическое место для человека, который сейчас вмешивался в судьбу целого города.

Если бы рядом сейчас кто-то был, он, наверное, решил бы, что я умираю.

Возможно, был бы не так уж далёк от правды.

Воплощённые.

Они были бельмом на глазу у самого мира. Он не ненавидел их. У мира, наверное, вообще не было эмоций в обычном смысле. Но он сопротивлялся. Как тело сопротивляется попавшему в него вирусу или занозе.

Мы вмешивались в предрешённую судьбу.

И судьба пыталась затянуть края обратно.

Пока их защищала сама природа воплощённых и некоторые навыки, а также мой «Лорд-мэр Лондона». Пока они были не просто чужаками, а частью моей стороны в этой партии.

Моими условными «фигурами», пусть и не подчинявшиеся мне на прямую.

Но как долго это продержится без моей поддержки, я не знал.

Если я упаду, мир может попытаться компенсировать вносимые ими изменения.

Сейчас у нас шла битва на истощение.

Кто закончится быстрее?

Гоблины?

Или я?

Ответ мне не нравился.

Гоблинов было слишком много.

Таким темпом меня надолго не хватит.

Сотня рук великана вновь поднялась над полем.

Я почувствовал переломное изменение раньше, чем увидел его глазами.

До этого он давил условно опять же «широко». Множество разбросанных бросков для разных фигур.

Он испытывал город сразу в десятках мест за ход, заставляя меня разрываться между ними.

Теперь всё изменилось.

Вместо множества разбросанных бросков он сделал сотни бросков, но для одной фигуры и его ближников.

Собрал силу в кулак.

За пределами ворот, среди дыма, грязи и тёмной магии, из гоблинской массы вышел Лорд гоблинов.

Он был выше остальных не только ростом.

В нём чувствовалась власть. Это была божественно искажённая власть над низшими собратьями.

Власть главной твари стаи и множество подобных эпитетов, осознанных мной в момент, когда я на него взглянул.

Главная фигура бога в этой партии. Его условный «игровой аватар».

Вокруг него двигались Чемпионы.

Тяжёлые, широкоплечие, в грубой броне, с оружием, которое обычный гоблин даже не поднял бы. Они сидели на боевых волках, пропитанных тёмной магией шаманов. Из пастей волков тянулся дым. Глаза горели багровым. На шкурах чернели метки, похожие на обожжённые раны.

Они неслись к воротам, собираясь одним мощным рывком ворваться в город.

С десяток бросков направленные на пробития тараном ворот я успешно отбил. Мой ход.

У меня не было столько же возможностей для одновременного броска, как у него, так что приходилось изворачиваться.

Три броска на магическую площадную атаку.

Успех!

Таран накрыл небольшой огненный вихрь от группы магов.

Несмотря на это прочности у ворот оставалось немного.

Если Лорд с Чемпионами ворвётся в момент, когда ворота треснут, он станет остриём, которое разрежет оборону изнутри. Обычные гоблины хлынут следом. Паника пойдёт по внутреннему двору, даже несмотря на мой навык.

Гекатонхейр поднял сразу слишком много рук.

Он хотел вложить в этот бросок всё.

Не просто усилить Лорда.

Продавить событие.

Сделать так, чтобы ворота треснули именно в нужный момент для прорыва.

Сотни бросков.

Один замысел.

Значит, пора и мне.

Я облизнул губы, слизывая кровь, и поднял взгляд в потолок.

Туда, где над городом неподвижно висела маленькая фигура.

Алиса.

Похоже, настала твоя очередь показать, на что ты способна.

И заодно я узнаю примерный уровень твоей силы.

На крайний случай всё ещё оставался призрачный галеон Калидуса.

Я не хотел использовать его здесь.

Это пока один из немногих моих настоящих козырей.

Призыв корабля-призрака в осаждённом городе мог решить проблему, но лишил бы меня эффекта неожиданности в будущем.

К тому же я не мог предсказать, как мир отнесётся к такому громадному толи призыву, толи поднятию мёртвых.

Но если ворота падут, выбор был очевиден.

Я потянулся к Алисе и связанным с ней вероятностям.

В отличие от местной системы, с трудом, но я мог ими манипулировать.

Не так, как с обычными людьми.

Местные были внутри правил, и я мог менять их шансы, поднимать результаты, сдвигать мелкие случайности, бросать за них кости.

Воплощённые были иначе.

Они не принадлежали этому миру. Их линии были… другими. Некогда искать подходящие аналогии.

Я осторожно прикоснулся к линии Алисы.

Я не давил.

На прямую воплощёнными я пока не пытался манипулировать, да и сомневаюсь, что у меня когда-нибудь будет возможность напрямую управлять чьей-то судьбой. При всей привлекательности такой возможности, она мне не нравилась.

Чувствовалась в ней некоторая гнильца.

Одно дело — дать человеку шанс.

Другое — решить за него, каким путём он пойдёт.

Впрочем, мне и не надо было ей манипулировать.

Лишь немного подтолкнуть.

Дать возможность увидеть скачущую к воротам группу и возможные последствия.

Алиса повернула голову.

Я не мог увидеть её выражение лица. Всё же Фантазм не позволял мне именно наблюдать за полем боя, как через камеру. Скорее я чувствовал связи, шансы, намерения, переломы и узлы. Поэтому я не знал, как именно она отреагировала на показанное мной.

Но я почувствовал другое.

Множество кубов, уже брошенных Гекатонхейром, дрогнули.

Часть сбилась.

Часть потребовала переброски.

Часть вообще выкатилась за край невидимого стола.

Значит, моё послание она поняла и приняла.

Я выдохнул, чувствуя, как по подбородку снова течёт кровь.

— Давай, Алиса, — прошептал я в темноте каморки. — Жги.

Глава 18

От лица Алисы / Раваны:

Необычный мир.

Очень необычный.

Я парила высоко над городом, сидя на небольшом облачке и болтая ногами.

Ветер трепал волосы, а солнце приятно грело тело. Если бы не бой внизу, я бы хотела откинуться назад на облачко и просто полежать.

Мой взгляд опустился ниже, рассматривая город с высоты птичьего полёта.

Это всё выглядело завораживающе и одновременно немного пугающе.

Все эти солдаты, авантюристы, маги и противостоящие им гоблины. Прямо как в фильмах и сказках. Правда, в сказках тёмных и злых, если бы не мы.

А ведь ещё есть наблюдающие, но не вмешивающиеся боги. Разве они не должны быть добрыми и помогать тем, кто в этом нуждается?

Да, необычный и интересный мир, — произнёс Равана внутри моей головы. — Населённый расами, которые во многом своём на Земле вымерли ещё во время моего правления или уже тогда были малочисленными народами.

Касательно же богов… дитя, почти все из них чужды людям и их бедам или страданиям. Как вернёмся, надо заняться твоим образованием в этом вопросе.

Жаль, без полного поглощения я не могу передать тебе все свои знания и воспоминания, не касающиеся магии.

Побурчав о том, что не хочу учиться, я снова вернулась к наблюдению за происходящим.

Вот какой-то авантюрист ударил гоблина щитом и сам едва не упал. Стрела должна была попасть ему в шею, но в этот момент другой гоблин поскользнулся и сбил стрелка плечом.

— Как говорила одна мудрая черепаха: случайности не случайны! — произнесла я вслух.

Ты про Виктора? Да, его способность влиять на судьбу уступает греческим Мойрам или скандинавским Норнам, но, в отличие от них, он ничем и не ограничен. Очень опасный, а ещё удачливый бывший смертный маг.

— Как думаешь, это тяжело? Ну, не допускать смертей. Мы с тобой столько наблюдаем, а так ни разу смерть человека и не увидели. Лишь гоблинов.

Почти наверняка. Хоть сейчас его состояние и можно отнести к младшей божественности, он не является богом или полубогом. Подобные вмешательства, особенно в противовес такому же вмешательству настоящего божества, должны очень сильно истощать его дух и тело. Даже несмотря на особенность правил этого мира. Надо же додуматься — выбирать судьбу смертных с помощью бросков костей.

— Ну, не скажи, — возразила я, болтая ногами в пустоте. — Мне немного нравится. Мог бы получиться достаточно светлый и добрый мир, если убрать или немного доработать монстров. Смотри: герои, приключения, магия, разные расы, боги дают задания для героических подвигов… почти как в сказке.

Ты ещё слишком молода, дитя, и не понимаешь, что люди в своей сути прочны и порочны.

— А вот и неправда! — я возмущённо надула щёки. — Никто не рождается плохим. Это делают обстоятельства и другие люди, с которыми в своё время тоже поступили плохо. Они озлобились и теперь ведут себя так же. Вот. Так мама говорит.

Равана замолчал на несколько секунд.

Твоя… наша мать — умная и добрая женщина. Хотя с утверждением, что никто не рождается дурным, можно поспорить. В любом случае это не имеет особого значения. Ты не я и не обязана идти по моему пути.

Я опустила взгляд на свои ладони, заставив на них взвиться золотистые нити, принимающие разнообразные узоры.

— Так ты решил не возрождаться? — спросила я.

В том смысле, которого ты втайне боишься? Нет, не собираюсь. В том даю тебе своё слово.

— А в каком смысле ты имеешь в виду возрождение?

Я не собираюсь отнимать у тебя или у кого-то другого тело. Посмотрев на тебя, на твою жизнь и на окружающих тебя людей, я пришёл к мысли, что если судьба по велению Шивы сложилась именно так, значит, так тому и быть. Я буду помогать и обучать тебя, делиться опытом и предупреждать об ошибках, когда-то мной совершённых.

— Но разве тебе не хочется иметь своё тело и свои собственные чувства?

Дитя, меня здесь вообще быть не должно было. Многие поколения спустя я должен был переродиться пустым ребёнком, без памяти и в самом начале своего пути. Но я тут, и, несмотря на то что у меня есть шанс этого избежать, я не буду этого делать, так как принял эту судьбу.

К тому же тебе понадобятся мои знания. И силы, когда ты столкнёшься с Рамой.

Моя улыбка исчезла.

— Разве нам тогда обязательно сражаться? — спросила я. — Можно же всё спокойно обговорить. Поесть вместе мороженого или тортиков, например?

Я буду рад, если так и произойдёт.

— Правда?

Да. Но, боюсь, это маловероятно, так как наше столкновение предрешено Вишну. Впрочем, я буду рад, если ты найдёшь другой исход.

Я вздохнула.

Снизу раздался новый грохот.

Большой таран снова ударил по створкам, и даже с высоты я увидела, как по дереву и железным полосам пробежала дрожь.

Почти тут же гоблинов накрыл сформированный небольшой огненный шторм. Но на место сожжённых встали новые.

Таран же, судя по тому, что это не первая попытка его уничтожить, был магически защищён.

Вдалеке я заметила группу приближающихся гоблинов на чёрных больших волках.

Гоблины были намного крупнее и шире своих обычных представителей и облачены в подобие латных доспехов.

Впереди, на самом большом угольно-чёрном волке, нёсся самый крупный гоблин, одетый в дорогие доспехи и плащ, вооружённый явно не обычным ятаганом.

Несложно было догадаться, что это тот самый Лорд гоблинов.

Судя по самой сильной ауре и очень отвратительной карме, так и есть.

— Как думаешь, а он стоит много очков вклада по мнению Виктора?

Я не совсем понимаю, как ему удалось протащить нас в другой мир. То, что ты назвала нейроинтерфейсом, — достаточно интересное заклинание, вживлённое в ауру и работающее на смеси иллюзий, лечебной и ментальной магии. А вот как он нас перенёс в другой мир, я так и не понял. Тот магический круг не имеет смысла и явно бутафорский, призванный сбить с толку. Касательно системы баллов мне не ясно, сам ли он их начисляет или это как-то связано с коллективным бессознательным разумных? Точно не мир, последний активно нас отторгает. Разве что вон тот мелькающий на сверхскорости кот спокойно сойдёт для мира за своего. Впрочем, потом подумаем об этом. С нами хотят поговорить.

На мгновение в моей голове возникли образы того, что может произойти, если Лорд гоблинов прорвётся за стены.

Ничего хорошего, в общем.

А ещё я мельком увидела перспективу от его лица и огромного сторукого и пятидесятиголового великана.

Хм, силён. Его способность манипулировать судьбой опаснее, чем я думал, — сказал Равана. — Но не думаю, что он ещё долго продержится против гекатонхейра.

— А кто это вообще такой? — задала я вопрос вслух. — И он тебе родственник?

Из-за множества голов и конечностей? Нет. Хотя не стану утверждать, что в своё время не вдохновлялся подобными существами.

— То есть ты увидел какого-то великана с кучей рук и подумал: “О, хочу так же, только красивее”?

Я таким родился. Ну, почти. В общих чертах ты права, хотя я в первую очередь думал об эффективности.

— Скромненько.

Это не он, а они. Гекатонхейры — разновидность великанов греческой мифологии. Одни из порождений Урана и Геи. Те немногие, кто прошёл Титаномахию почти без потерь, по крайней мере из того, что было известно в моё время; я не смог найти информации о погибших. Мощные существа, сторожа опаснейших титанов в Тартаре. Нейтральная сторона в божественных конфликтах. С ними не каждый пантеон решится сразиться.

— А что один из них делает здесь?

Хороший вопрос, но ответа у меня на него нет. Я не всеведущ. К тому же меня самого несколько удивляет как это, так и то, что он именно тёмный бог.

Снизу волки ускорились. Их лапы били по земле так, что за ними тянулись тёмные следы. Шаманы где-то позади начали визжать, вливая в них силу. Чемпионы подняли оружие. Гоблинский Лорд ехал в центре, низко пригнувшись, будто уже видел перед собой пролом в воротах.

Если интересно, мы можем попытаться оставить здесь маяк. Когда окрепнем, откроем сюда проход снова и узнаем, что именно делает представитель такой силы в чужом мире, если это не просто произвольный образ бога.

— Звучит как очень интересная идея. Но сначала нам надо разобраться с гоблинами. Думаю, удар по их командованию и самым сильным бойцам будет достаточен?

Да. Если уничтожить Лорда, Чемпионов и усиленных волков одним действием, атака на ворота потеряет темп. К тому же есть предположение, что гоблины разом потеряют в своём интеллекте.

— Что предлагаешь использовать?

Давай подумаем. В будущем тебе надо будет научиться выбирать самой и действовать быстро. Потоки сознания в этом тебе помогут. Сейчас вариантов несколько. Мы можем проявить часть Ланки и подавить их как владыка территории. Но это слишком долго и слишком заметно для местных богов. Неизвестно, как они отреагируют. Можем вызвать Чандрахасу, но полное проявление клинка сейчас опасно для твоего тела. Можем ударить Магией Вед, направив мантру через образ клинка.

— А это как?

Чандрахаса — не просто оружие. Это дар Шивы. Даже будучи воплощённым в виде иллюзии, он будет обладать определённой силой.

— Значит, я могу сделать клинок из лунного света, в любой форме?

Грубое, но допустимое описание. Думаю, в данном случае да, но не пытайся это провернуть, когда будешь призывать настоящий меч.

— А насколько большим?

По желанию.

— Я смогу повторить тот клинок из “Сейлор Мун”, который мы недавно видели по телевизору?

Святой меч? Да, сможешь.

— Класс!

Активировав «Многоголовый Разум», я принялась создавать иллюзию, одновременно под предводительством Раваны формируя в мече заклинание.

В моих руках появился изысканный меч с серебряным лезвием, украшенным драгоценными камнями.

Воздух вокруг меня стал плотнее.

На коже проступили тонкие золотые линии, похожие на письмена, которые никто из местных не смог бы прочесть.

Множество призрачных желтоватых рук, выскочивших из-за моей спины, наложились на мои основные руки.

Я отвела клинок в сторону.

— Изначально я думала об ударе сверху, но огонь мог перекинуться на ворота и людей. Молния тоже плохо: там металл и слишком много защитников. Если ударить землёй, можно повредить стену.

Верно.

— Значит, нужно бить ветром, при этом сделать тонкий разрез, чтобы он прошёл перед воротами, но не задел людей.

Да. Пока всё звучит неплохо, хотя я бы на твоём месте просто призвал сделанные нами заранее магические луки и просто создал магический град стрел, но давай завершим то, что уже начали.

Встав на позицию удара, я принялась читать мантру. Сама я, несмотря на полученные знания, пока в них путалась, так что мне помогал Равана, подсказывая слова.

Золото на коже стало ярче.

Снизу некоторые люди подняли головы.

Маги на стене тоже должны были почувствовать.

Я ощутила, как множество кубиков со стороны Виктора застучали по столу, создавая для меня максимально благоприятные условия.

Взмах — и клинок распался на световые осколки, быстро растворяющиеся в воздухе.

Тонкая светлая дуга соединила место взмаха и приближающуюся группу на волках.

Те не успели даже вскрикнуть.

Линия продолжила тянуться до леса, остановившись перед опушкой.

Все, кого коснулась линия, пропали.

От них не осталось ничего.

Даже праха.

В этом и есть сила Чандрахасы. Лунный клинок, позволяющий манипулировать лунным светом и добавлять его к атакам. В данный клинок была вложена лунная концепция очищения, благодаря чему при использовании в любой атаке он приобретает очень интересные свойства, особенно против противников с плохой кармой. Впрочем, тебе рано об этом задумываться.

— А что именно произошло с теми гоблинами?

Ветер, усиленный лунным светом, перемолол их в невидимую глазом пыль.

— Ясно.

Устало откинувшись обратно на созданное мной облачко, я выдохнула.

— Ну, осталось немного. Большую часть армии я уничтожила. Ты там что-то говорил про маяк?

Да, не отключай потоки сознания. Нам с тобой требуется ряд сложных расчётов.

Глава 19

От лица Виктора/ГГ:

Зачистка почти мгновенно поглупевших после смерти своего Лорда гоблинов прошла рутинно и без происшествий.

После гибели командующего армия, по сути, рассыпалась. Ещё недавно гоблины действовали почти как единый организм.

Теперь же они снова стали теми самыми низшими монстрами, какими они и являются.

Великан ещё попытался немного посопротивляться в бросках кубиков, но после смерти Лорда почти сразу отступил, признав за собой поражение.

Это было настолько резко, что я едва не потерял концентрацию от облегчения.

Как только последний гоблин был убит, передо мной и всеми воплощёнными появилось сообщение.

[Миссия завершена. Ведётся подсчёт награды. До возвращения в родной мир 10:00… 9:59… 9:58…]

Десять минут, значит.

В будущем буду учитывать.

— Время же постоянно, Настя?

[Да. После выполнения миссии время до возвращения в родной мир всегда составляет 10 минут.]

Понятно.

Значит, после каждой миссии будет короткое окно.

Достав зеркальце и положив его на ближайшую полку, я, подсвечивая себе зажигалкой, привёл себя в порядок. Вид у меня был не лучший. Следы крови под носом, красные дорожки у глаз, бледная кожа и ощущение, будто меня несколько часов били изнутри по черепу.

Выглядело не смертельно, но неприятно.

Я достал одно из заготовленных зелий, призванных ускорить моё восстановление, откупорил пробку и выпил.

Вкус оказался неариятным. Собственно, как и у почти всех настоящих лекарств.

Горьким, травяным, с металлическим послевкусием.

Зато почти сразу стало немного легче.

Головная боль отступила на шаг, дыхание стало ровнее, а дрожь в пальцах почти исчезла.

Убедившись, что выгляжу более-менее сносно, я вышел из коморки и направился на стену, чтобы в последний раз осмотреть вид на город.

Валленштейн выжил.

Потрёпанный, окровавленный, но живой.

Солдаты добивали отдельных гоблинов, авантюристы проверяли переулки, маги тушили пожары.

У меня не было ни сил, не особого желание помогать ещё сильнее.

Так я и провёл оставшееся до телепортации время.

[00:02… 00:01… 00:00.]

Ни яркой вспышки, ни громкого хлопка.

В одно мгновение я вместе с остальными воплощёнными и уцелевшими спутниками снова оказался в подвале приюта.

Стрелки стояли почти там же, где и перед нашим уходом.

Здесь не прошло и минуты.

Либо, наоборот, прошли сутки, но стрелки снова оказались в том же положении.

— Можешь подсказать, Настя?

[Вы возвращаетесь в тот же момент, когда исчезли. Не прошло и секунды. Для внешнего наблюдателя вас объяла вспышка, после чего из опрятно одетых людей вы превратились в потрёпанных, окровавленных и местами раненых.]

Понятно.

Перед каждым из воплощённых снова появилось системное окно.

[Вклад рассчитан. Перед выдачей награды советуем оказаться в безопасном месте и быть готовыми к промежутку недееспособности. ]

Перед каждым высветился процент его вклада в победу.

Передо мной же открылся весь список.

[

Алиса / Равана — 23.5%Виктор / Дик Уиттингтон — 22.5%Дейв / Альбрехт Валленштейн — 12.5%Майкл / Сид Кампеадор — 11.5%Джон / Хатшепсут — 5.5%Калидус / Трим — 5%Дмитрия / Дмитрий Пожарский — 4.5%Элли / Энни Оукли — 4.5%София / Лагерта — 4%Итан / Рагнар Лодброк — 3%Томас / Андреас Везалий — 1.25%Алекс / Веласкес — 1.15%Кристофер / Гай Фокс — 1.1%]

Понятно.

Насть. В будущем, когда воплощённых станет больше, лучше изменить способ расчёта вклада, а то там вообще будут минимальные проценты у всех.

[Приняла к сведению]

Спасибо.

После этого я занялся более приземлёнными делами. Проверил, кто в каком состоянии, убедился, что критических ранений нет, выслушал пару эмоциональных реплик, попросил не принимать награду прямо здесь и сейчас.

Постепенно все разошлись.

Когда я наконец проводил всех из приюта, поднялся к себе в кабинет и уселся в кресло.

Кабинет встретил привычным спокойствием.

Всё было так обыденно, что произошедшее в Валленштейне на мгновение показалось сном.

Но кровь на рукаве быстро вернула меня к реальности.

— Ну-с, посмотрим.

Одним желанием я снова вызвал окно с наградой и нажал «Принять».

[Ваш вклад — 22.5%.]

[Повышение стадии слияния.]

[Ошибка. Стадия слияния пользователя находится на уровне “Великий Вернувшийся” и не может быть увеличена стандартным способом.]

[Информация записана на будущее.]

[Вследствие невозможности повышения стадии слияния увеличена дополнительная награда.]

[Выберите дополнительную награду:

Получение предмета.Получение навыка.Усиление случайного навыка.Усиление случайной характеристики.]

Я задумался.

Предметы мне способен создавать приют. Не любые, конечно, и не бесконечно, но для большинства бытовых и боевых задач этого пока хватало. Да и получать случайный предмет — такое себе удовольствие. Система могла выдать что-нибудь невероятно полезное, а могла вручить красивую, но почти бесполезную безделушку.

Усиление навыка звучало заманчиво, но слишком непредсказуемо. У меня уже есть несколько способностей, с которыми я до конца не разобрался. Сделать одну из них сильнее сейчас — значит потенциально получить ещё одну проблему.

Усиление случайной характеристики тоже не выглядело необходимым. Да, стать сильнее, быстрее или выносливее всегда приятно, но прямо сейчас меня устраивал текущий баланс. К тому же случайность — она и есть случайность. Получить лишнюю единицу туда, где она не нужна, было бы обидно.

Хотя полезной она может быть в любой характеристике.

В любом случае, это не последнее задание, и я ещё успею опробовать этот вариант.

Оставался новый навык.

Посмотрим, что мне выпадет.

Я нажал на нужный вариант.

На экране появился значок загрузки. Пара секунд ожидания — и возникло новое сообщение.

[Вами получен новый навык:]

[Золотое Правило B]

[Навык, отражающий судьбу человека, которому суждено притягивать богатство, ресурсы и материальные возможности.]

[В обычных условиях повышает вероятность нахождения, получения и сохранения денег, ценностей, полезных предметов и выгодных сделок.]

[В боевых и кризисных условиях увеличивает шанс обнаружить нужный ресурс, вовремя получить снабжение, найти подходящий инструмент или превратить случайную возможность в практическую выгоду.]

Хм.

Достаточно иронично, с учётом того, что я не сильно ограничен ресурсами благодаря приюту и «Зову Колоколов».

Впрочем, в любом случае полезный навык. Не боевой, зато долгосрочный. Деньги, ресурсы, выгодные сделки, нужные предметы — всё это звучало не так эффектно, как меч, молния или способность пережить смертельный удар, но в реальности именно на подобных вещах строится большинство планов и долгосрочных решений.

Надеюсь, поможет в поисках магических знаний.

[Навык успешно интегрирован.]

Небольшой зуд в теле оказался всеми изменениями, которые я смог ощутить.

Я ожидал чуть большего по ощущениям.

Я перевёл взгляд на кошачью лежанку рядом.

Калидус уже устроился там, свернувшись клубком, но при этом выглядел подозрительно бодрым для существа, которое ещё недавно носилось по осаждённому городу.

— А какую награду выбрал ты, Кали?

Кот приоткрыл один глаз.

— Характеристику, мяу.

— И какая выпала?

— Сила теперь E++.

Я моргнул. Неплохо. С учётом его ловкости и миниатюрности, убойное сочетание.

— Неплохо, особенно учитывая твою скорость.

— А то.

Калидус довольно прикрыл глаз.

Я почему-то был уверен, что если бы у него были руки, он бы сейчас самодовольно сложил их на груди.

От лица Кристофера / Гая Фокса:

Оказавшись со своими людьми на базе, я почти сразу улёгся в зоне отдыха и нажал «Принять награду».

Всё тело ныло. В ушах всё ещё стоял грохот взрывов, крики гоблинов, чужая ругань и отдалённый звон металла.

[Ваш вклад — 1.1%.]

[Повышение стадии слияния на 0.55%.]

По телу прошёл зуд, немного увеличивая мои физические возможности.

Я сжал и разжал пальцы.

Стал ли я сильнее?

Наверное.

[Вы получаете дополнительную награду.]

В руке из воздуха материализовалась как будто откуда-то вырванная старинная страница.

Я едва успел её поймать.

Бумага была плотной, желтоватой, с неровным краем. Чернила местами выцвели, но текст оставался читаемым.

Осторожно положив её на столик и под внимательными взглядами моих друзей, я прочитал написанное.

Это был рецепт слабенькой, но магической криогенной бомбы.

Подобное вполне было в моих сила для создания. Ингредиенты также не было сильне редки или сложны в обработке.

Достав телефон, я от греха подальше сфотографировал обе стороны страницы и отправил их на печать на ближайшем принтере.

Мои друзья молча наблюдали за моими действиями.

В комнате стояла тяжёлая пауза.

Наконец не выдержав, Клауд скинул маску и обратился ко мне:

— Крис, я всё понимаю, но что, блять, за хуйня это была? Во что ты нас ввязал?

Вопрос был справедливый.

Я сам хотел бы знать ответ.

— Я сам немного знаю, — повернувшись, ответил я. — Вот эта брошюрка — то, что дал мне тот старик по имени Виктор. Как только все ознакомятся, я расскажу то, что смог узнать сам.

— И да, парни, — добавил я, устало потерев лицо. — Магия реальна.

— Охренеть.

— Это пока самое точное описание ситуации, — согласился я.

От лица Алекса / Веласкеса:

В своей квартире я лежал на диване и держал полученную как дополнительную награду кисть.

Артефакт был не особо сильным. По крайней мере на первый взгляд. Он не стрелял огнём, не открывал порталы, не призывал духов и не превращал рисунок в живое существо.

Он просто позволял хранить краски сразу внутри кисти.

Но для меня это было достаточно полезно.

Очень полезно, если подумать.

Цвет можно было менять одним желанием. Краска не высыхала внутри. Кисть не требовала постоянной очистки, не пачкала руки, не портила оттенки и позволяла работать там, где обычные художественные принадлежности были бы неудобны.

Потянувшись, я повертел кисть в руках и подошёл к стоящему около окна мольберту.

На нём был закреплён холст.

Почти пустой.

Точнее, так мог бы сказать человек, который не смотрел внимательно. Для меня же на нём уже существовала будущая картина. Просто пока она была спрятана под первым мазком, намеченной композицией и ещё не выбранным светом.

Кроме моей геройской деятельности, мне, кстати, уже даже имя дали.

Художник.

Да, не особо оригинально, но как есть.

Наверное, могло быть хуже. Могли назвать Кисточником, Маляром или, не дай бог, Артменом. Так что Художник ещё ничего.

После первых выходов на улицы я стал продавать некоторые картины. Сначала просто ради денег. Потом из интереса. Потом понял, что это помогает не только кошельку, но и слиянию.

Каждая законченная работа, каждый внимательный взгляд зрителя, каждый момент, когда человек останавливался перед картиной и действительно начинал смотреть, будто подтягивал меня ближе к Веласкесу.

Это увеличило уровень слияния на несколько процентов и принесло неплохой доход.

Не состояние, конечно.

Но достаточно, чтобы перестать переживать из-за аренды и материалов.

В ближайшее время я собирался немного сократить свою геройскую деятельность, полностью от неё не отказываясь, и заняться художественным искусством.

Не потому, что мне надоело помогать людям.

Нет.

Просто я начал понимать: моя сила растёт не только от драк. Возможно, даже не столько от них. Веласкес был не воином или магом в привычно понимании. Он был художником, который видел реальность так, что его взгляд пережил века.

Если я хочу стать сильнее, мне нужно не просто бегать по крышам и ловить преступников.

Мне нужно постараться научиться видеть мир, как он.

Открыв краски, я осторожно опустил в них кисть и продолжил мазок, оставленный мной перед отправкой на задание Виктора.

Линия легла мягко.

Идеально.

Я замер на секунду, чувствуя, как внутри кисти меняется цвет на нужный мне.

Посмотрим, как сложится жизнь.

По крайней мере, пока что мне всё нравится.

От лица Томаса / Андреаса Везалия:

Награда меня мало интересовала.

Увеличение слияния было приятным. Полезным. Даже необходимым.

Полученный же дополнительной наградой магический скальпель пойдёт на разбор.

Если понять, как он работает, можно будет создать не один скальпель.

А десятки.

И куда лучше.

В данный момент меня больше интересовало тело лежащего на операционном столе хобгоблина.

Ещё до отправки на задание я сделал, путём достаточно больших денежных трат, пространственное хранилище, куда поместилось пять тел: два хобгоблина, два гоблина и один волк.

Покупка себя оправдала.

Полностью.

Я внимательно изучал их строение и анатомию, похожую на человеческую, но также сильно отличающуюся от неё.

Гоблины представляли скорее академический интерес из-за другого строения организма. Ничего особенно полезного в них не было. Слабая мускулатура, примитивная нервная система, высокая агрессивность, странная гормональная картина и следы внешнего, вероятно божественного или магического, вмешательства в саму основу вида.

Любопытно.

Но пока бесполезно.

А вот волк и хобгоблины были более интересны.

У волка нашлась особая железа, которая вырабатывала гормон, влияющий на его мозг.

На основе анализирующих магических заклинаний я пришёл к выводу, что вырабатываемые гормоны делали волка более восприимчивым к тренировкам, дрессировке и переносу наездника, при этом сохраняя все его дикие инстинкты и боевые возможности.

Иными словами, природа или создатель этого вида решили одну из главных проблем боевого зверя.

Послушание без потери хищности.

Изолировав орган, я осторожно отделил его и поместил в защищённое хранилище для дальнейшего изучения.

У хобгоблинов меня заинтересовали мышцы. Точнее, мышечные волокна, которые были одновременно похожи на человеческие, но при этом выдавали намного больший результат.

Технически говоря, при одних и тех же тренировках и рационе хобгоблин всегда будет сильнее человека.

Хоть и не умнее.

Я сделал несколько срезов, проверил реакцию ткани на слабое электрическое раздражение, затем на простейший магический импульс. Волокна сокращались мощнее, чем должны были. Не просто из-за толщины. Структура была иной. Более грубой, менее экономной, но крайне эффективной в краткосрочном применении.

Потребление энергии выше.

Износ выше.

Но сила — тоже выше.

Требуется провести некоторые опыты по вживлению и разведению данных тканей. Если эксперименты покажут себя удачно, можно будет подумывать о собственном изменении тела, а также использовать этот способ для торговли.

Конечно, не в сыром виде.

Не как гоблинскую мышцу, пришитую человеку.

Это было бы грубо.

Нелепо.

И, скорее всего, смертельно.

Но выделить принцип, адаптировать, вывести безопасную линию тканей, создать контролируемую модификацию — уже интереснее.

Мне требуется переговорить с тем египетским магом.

Он явно разбирается в некромантии.

Вероятнее всего, я тоже в ней что-то смыслю, но пока эти знания мне недоступны.

Жди, сын.

Рано или поздно я верну тебя обратно, и мы снова сможем жить как раньше.

Я задержал взгляд на инструментах.

На секунду в комнате стало слишком тихо.

Потом я заставил себя вернуться к работе.

А пока нужно переодеться и выйти наружу.

Поискать «добровольцев» для экспериментов.

Взгляд со стороны на одно закрытое лабораторное помещение:

— Сэр! Я готов начать.

В белой комнате с защитными панелями и стеклом для наблюдения стоял Майкл. По-другому — Сид Кампеадор.

Гладкие стены. Камеры в углах. Датчики движения. Тепловизоры. Несколько скрытых турелей нелетального подавления. На полу — разметка, по которой можно было отслеживать положение испытуемого.

Майкл знал не обо всём.

Но догадывался о многом.

Стоявший за стеклом Бэтмен нажал на одну из кнопок.

Из динамиков раздался его голос:

— Начинай.

Майкл кивнул.

Перед ним было только ему видимое системное окно. Ни одна камера его не фиксировала. Ни один датчик не показывал всплеска энергии. Для оборудования он просто смотрел в пустоту.

Это Бэтмену не нравилось.

Сильно не нравилось.

Но отсутствие данных — тоже данные.

Майкл нажал на панель.

Следующие десять минут он провёл на полу.

Тело выгнулось, мышцы судорожно напряглись, дыхание сбилось. Он не кричал, но несколько раз сжал зубы так сильно, что датчики зафиксировали опасное давление на челюсть.

Бэтмен не вмешивался.

Пока тела показатели оставались в допустимых пределах.

Когда приступ наконец закончился, Майкл несколько секунд просто лежал, тяжело дыша.

Потом медленно поднялся на колено.

— Сэр… повышение слияния прошло успешно.

— Процент?

Майкл назвал число.

Бэтмен молча записал.

Также Майкл сообщил, что в дополнительную награду ему предложили выбрать тип получаемого предмета.

— Зачитай весь список.

Майкл послушно зачитал.

Оружие.

Броня.

Лекарство.

Артефакт.

Инструмент.

Материал.

Книга.

И ещё несколько пунктов, требующих дальнейшего анализа.

Бэтмен думал недолго.

— Возьми лекарство.

— Принял.

Через мгновение у Майкла в руках появился пузырёк с красной жидкостью.

Ни вспышки.

Ни дыма.

Ни портала.

Просто появился.

Это Бэтмену понравилось ещё меньше.

Система могла создавать материю, перемещать её или доставать из неизвестного хранилища. Все три варианта были потенциальной угрозой.

— Положи на подставку.

Майкл осторожно выполнил приказ.

Сканеры не зафиксировали опасного излучения.

Магического всплеска оборудование тоже не уловило, что ничего не доказывало. У оборудования пока не было нормальной базы для магических измерений.

Требовалось как можно скорее найти магического специалиста для дальнейшей консультации и нахождения контрмер.

На этикетке, появившейся вместе с пузырьком, было написано:

«Большое зелье лечения».

Майкла выпустили только после повторной проверки состояния.

Пузырёк же забрали на анализ состава и дальнейшие эксперименты.

Кому именно его передадут и как будут исследовать, Майкл не знал.

Бэтмен ещё недостаточно ему доверял, чтобы раскрыть свою личность или основную базу.

Глава 20

От лица Виктора/ГГ:

С момента отправки на миссию прошла неделя.

За эту неделю много чего успело произойти.

Начнём с приюта.

У нас появились новые преподаватели.

Эмили смогла подобрать ещё учителей по всем школьным и некоторым университетским предметам. Математика, физика, химия, биология, история, литература, языки, основы экономики, право, логика, даже немного философии и риторики.

В основном это были очень старые люди.

Не просто пожилые, а именно те, кто уже начал чувствовать дыхание конца за спиной. Бывшие профессора, учёные, преподаватели закрытых школ, репетиторы из дорогих семей, люди, у которых за плечами была целая жизнь, но впереди оставалось слишком мало времени, чтобы начать что-то новое.

Они поверили в возможность продлить свою жизнь и решили попробовать.

Но были и несколько особенно интересных личностей.

Начну по порядку.

Первым был молодой человек достаточно потрёпанного вида.

На первый взгляд — обычный обедневший аристократ. Тонкое лицо, слишком старая для его возраста усталость в глазах, аккуратные, но уже поношенные вещи, манера держаться человека, которого с детства учили этикету.

Он был из обедневших родов Англии.

Причём очень старых и важных родов.

Настолько старых и важных, что аж магических.

Да, Эмили справилась с тем, с чем я сразу не справился.

Она нашла мага.

Звали его Оливер Эшкрофт.

Как я понял ситуацию, из-за конфликтов между семьями ему пришлось продать родовое магическое поместье вместе с большей частью знаний и артефактов.

История была неприятная, но для магической аристократии, судя по всему, не редкая.

В итоге наследник остаётся с именем, несколькими личными вещами, обрывками знаний и слишком большим количеством врагов, которые не хотят, чтобы он когда-нибудь снова поднялся.

Примерно в этот момент его и нашла моя помощница.

Эмили предложила ему новый дом, где его не найдут, работу, за которую будут платить, лабораторию, базовый доступ к материалам и время, чтобы заниматься собственным развитием и экспериментами.

Взамен — преподавание и определение таланта.

Это не значит, что я не собираюсь наведаться в спрятанную библиотеку.

Нет.

Появление Оливера скорее подтвердило, что нам жизненно необходимы собственные источники магических знаний, не зависящие от чужих родов, долгов и настроения старых семей.

Последние пару дней я иногда делал вылазки.

И, скажу честно, с новым навыком у меня получалось находить особо древние и богатые клады, лаборатории, склепы магов и не только намного чаще.

Один раз зов привёл меня к морю. Просто к тихому участку берега, где обычный человек увидел бы только песок, камни и водоросли.

Я немного там покопал и под песком нашлось тело.

Точнее, скелет.

Очень похожий на человеческий, но всё же не совсем. Слишком длинные пальцы. Чуть иначе устроенная грудная клетка. Неправильная форма черепа. Не так, чтобы сразу сказать “монстр”, но достаточно, чтобы я не стал списывать всё на особенности разложения.

Среди его вещей меня привлекла пара безделушек явно магического характера.

Кольцо.

Небольшая пластина с вырезанными знаками.

И тонкая цепочка, сделанная из неизвестного мне металла.

Металл не походил ни на золото, ни на серебро, ни на платину. Под пальцами он был прохладным, но не ледяным, а если смотреть под углом, казалось, будто внутри него двигается слабое голубоватое свечение.

Пока я не решил, что с этим делать. Так стоп просто поместил в хранилище приюта вместе с костями.

Кроме мага у нас появилось ещё три достаточно интересные личности.

Первый являлся старым мечником поздней европейской школы.

Француз по происхождению, хотя большую часть жизни провёл то в Италии, то в Швейцарии.

Сам я больше по ножевому бою, но его навыки смог оценить.

В обычной жизни он казался просто стариком: Сухим, худым, с тростью и чуть дрожащими пальцами. Но стоило ему взять клинок, как дрожь исчезала, спина выпрямлялась, а взгляд становился таким спокойным, что даже мне стало интересно, сколько людей в своей жизни он видел на конце шпаги.

С учётом того, как много в этом мире всего магического, особенно холодного оружия, навыки его применения точно не повредят.

Даже если ребёнок никогда не станет супергероем, умение не отрубить себе пальцы при контакте с магическим клинком уже будет полезным.

Возвращаясь к ножевому бою.

Вторым нашим приобретением стал бывший спецназовец.

Инструктор в отставке.

Не знаю, чем именно его заинтересовала Эмили и из какой конкретно он спецслужбы, но, судя по некоторым показанным приёмам и методам, я предполагаю, что он служил в британской SAS. Возможно, позже ещё и работал по линии военной разведки.

Это был специалист широкого профиля.

Почти как я сам.

Рукопашный бой, нож, пистолет, автомат, работа малыми группами, городская зачистка, скрытное проникновение, охрана VIP, эвакуация, базовая медицина, психологическая подготовка и обработка, а также многое другое.

Очень интересное приобретение.

Последним стал пошарпанный мужичок средних лет.

Вроде с виду ничего особого. Даже и не скажешь, что он оборотень.

К сожалению, это был европейский оборотень, превращающийся в увеличенного вдвое волка либо в гибридную форму. Сильный, живучий, быстрый, опасный, с хорошим нюхом и врождённым пониманием охоты.

Полезно, конечно, и от такого сотрудника я отказываться не буду, но изначально это не то, что я хотел.

Найти индийских или китайских оборотней-тигров для приюта не удалось. Точнее, Эмили их нашла. Вот только никого, кого бы она смогла уговорить пойти к нам, там не было.

Ёкаев же или духов мы решили не приглашать.

По крайней мере пока.

Стоит более подробно изучить эту область знаний и информации, но после.

Я не хотел однажды проснуться от того, что в приюте поселился “безобидный” дух, который решил воспитывать детей по законам эпохи Хэйан или потребовал ежегодных подношений кровью за право пользоваться коридором.

Это, конечно, был бы ещё тот цирковой номер, но всё же.

Времени до вторжения оставалось всё меньше.

Чуть больше двух недель.

Точной даты у меня всё ещё не было. Только расплывчатое “примерно через месяц”. Но чем ближе мы подходили к этому сроку, тем сильнее мне не нравилось происходящее вокруг.

Я стал думать, как именно к нему готовиться помимо подготовки воплощённых.

Рейд по местам своей молодости я, посмотрев на оставшиеся дни, решил отложить на потом.

Сейчас времени было слишком мало, а риск увязнуть в личных делах слишком велик.

Собравшись с Дейвом и его набранными сослуживцами, мы принялись думать, что делать.

Сослуживцы были разными.

Кто-то старше, кто-то моложе, кто-то всё ещё держался как военный, а кто-то уже давно выглядел как человек, который ушёл на гражданку. Сути это не меняло.

Конечно, они поворчали для приличия из-за сорванного мной же запланированного рейда, но когда они вникли в ситуацию, стали подкидывать варианты действий.

Один из них очень чётко подметил, что в последнее время по новостям сильно разгоняют тему с Суперменом. Причём не просто как с символом надежды или самым сильным героем планеты, а как с главным и чуть ли не единственным защитником мира.

Следовательно, ядерное оружие нам больше не нужно и его надо утилизировать.

На первый взгляд — красивая идея.

Мир без ядерного оружия. Но я уже слишком хорошо знал, как сильно стоящие у власти цепляются за свои большие игрушки, которыми можно угрожать остальным.

В последнее время я не слишком следил за новостями, занятый и увлечённый поиском сокровищ. А надо было держать руку на пульсе.

Особенно теперь и с учётом этой информации.

Значит, исходим из того, что правительство либо уже захвачено, либо активно обрабатывается.

Полностью?

Не факт.

Частично?

Почти наверняка.

Основываясь на этом, мы расписали план того, как стоило бы захватывать Землю с учётом знания всех условностей.

Мы пытались думать как атакующие: Главные производственные города, столицы, военные штабы, космодромы, атомные станции, узлы связи, спутниковые центры, тайные базы, места хранения ядерного оружия, порты, крупнейшие аэропорты, финансовые центры.

И, конечно, места, где с высокой вероятностью могут находиться будущие члены Лиги Справедливости.

Мы расписывали план долго.

Представляли себя на месте атакующих.

Потом — на месте защитников.

Потом снова атакующих.

И каждый раз картина становилась хуже.

Дейв, как и его друзья, знали многое, но только в пределах США и ближайших стран. Америка, Канада, Мексика, часть Карибского региона, немного Южной Америки. Где какие базы, как строится логистика, что имеет смысл ударить первым, что выглядит важным, но на деле вторично.

Азия и Европа оставались для нас почти недоступны.

К сожалению, нас было не так много, и мы не могли успеть везде.

Даже в Америке было слишком много стратегических мест для обороны.

К вечеру я отпустил ребят.

Дейв сказал, что постарается понабрать ещё бойцов, причём более молодых. С меня же требовалось особое снаряжение для них.

Сказав, что займусь этим, я устало откинулся на кресло в опустевшем кабинете.

Проблема была очевидна.

Людей мало.

Точек много.

Если поставить живую группу на каждое важное место, мы провалимся ещё до начала.

Неожиданное решение подсказала мне Эмили.

Големы.

Мощные боевые машины на стыке современного вооружения и магии.

В теории приют мог подобное производить. Причём производить массово и больших размеров.

Не человекоподобные игрушки из глины, которые медленно шагают и бьют кулаками, а полноценные боевые платформы. Бронированные корпуса, магические контуры, встроенное оружие, простейшая автономность, защита от взлома, системы распознавания, резервные команды, возможность действовать без страха, усталости и паники.

Современная война плюс древняя магия.

Проблема, как всегда, была одна.

Энергия.

Для того чтобы поставить одного голема хотя бы в каждой из крупных столиц, нужно двенадцать месяцев при нынешнем запасе энергии.

Целый год.

У меня было чуть больше двух недель.

Что же.

Передо мной сейчас стояла одна задача: добыть подходящий источник энергии для более быстрого создания големов.

В их боевых возможностях Эмили меня уверила.

Не полностью, конечно. Проверить всё равно придётся. Провести тесты, испытать броню, посмотреть, как голем реагирует на магию, взрыв, электромагнитный импульс, телепортацию, ментальное воздействие и банальный удар Супермена, если вдруг совсем не повезёт.

Но сама идея была рабочей.

В мире комиксов точно должны были найтись подходящие и мощные источники энергии.

Начнём тогда с того, чем занимались до этого.

С затерянной библиотекой.

Точнее — с Либереей Ивана Грозного.

Той самой легендарной библиотекой, которую я раньше решил оставить на потом.

Если повезёт, в её знаниях может быть подсказка, где искать подходящий источник энергии.

Или, если повезёт сильнее, в ней самой может оказаться нечто подобное.

А если не повезёт… что же, значит будем искать другой вариант.

Как бы мне не было жаль человеческих жертв, в комиксах всегда побеждают герои, а значит человечество в любом случае сможет выйграть. Главное найти способ сделать это менее болезненно.

Глава 21

От лица Виктора/ГГ:

И вот я снова в России.

В этот раз возвращение не сопровождалось ни радостью, ни ностальгией.

Времени для этого не было.

Я стоял в узком переулке недалеко от центра Москвы, опираясь на трость, и наблюдал, как Калидус изучает сидящего на подоконнике голубя.

Голубь с не меньшим вниманием изучал его в ответ.

Я поправил трость и вернулся мыслями к причине нашего прибытия.

Либерея Ивана Грозного.

Легендарная библиотека, о существовании которой спорили уже не одно столетие. Одни утверждали, что она появилась в Москве вместе с Софьей Палеолог и содержала часть византийского наследия. Другие приписывали ей древнегреческие рукописи и неизвестные труды римских авторов.

Существовали версии о хранившихся внутри алхимических трактатах, утерянных евангелиях, трудах античных философов и даже манускриптах, принадлежавших библиотеке Константинополя.

Иронично будет, если это окажется просто древним книгохранилищем без какой-либо серьёзной магии.

Полезным, без сомнений.

Но сейчас мне требовались не исторические хроники и даже не древние заклинания.

Постоянно активные навыки привели меня к небольшому антикварному магазину.

Вывеска выцвела, окна покрывал толстый слой пыли, а в витринах был выставлен разнообразный хлам: старые часы, медные подсвечники, фарфоровые фигурки, потрёпанные книги и несколько потемневших икон.

Всё это явно требовало ремонта и реставрации для того, чтобы стоило хоть что-то.

Даже странно, что подобное заведение всё ещё существовало почти в центре Москвы, недалеко от Красной площади.

Не магазин антиквариата, нет, скорее состояние самого магазина и того, что внутри.

Внутри пахло бумагой, старым деревом, воском и лекарственными травами.

За прилавком сидел пожилой мужчина с густыми седыми бровями. Он медленно поднял взгляд на меня, окинул одежду, трость и остановился на развалившемся у меня на шее Калидусе.

— С животными нельзя.

Я достал несколько купюр и положил на прилавок.

— Мы ненадолго.

Мужчина посмотрел на деньги.

Затем снова на кота.

— Ничего не трогайте без разрешения.

— Разумеется.

На полках лежали старые книги, пожелтевшие журналы, подсвечники и несколько амулетов, скорее всего поддельных.

Я медленно прошёл вдоль шкафов.

Я уже начал подозревать, что неправильно истолковал работу навыков, когда из глубины магазина раздался грохот.

— Я же сказал ничего не трогать! — возмутился продавец.

Не обращая на него внимания, я направился на звук.

Одна из полок старого шкафа не выдержала тяжести и обвалилась, открывая вид на небольшую шкатулку, частично спрятанную в нише стены.

Калидус сидел рядом и с самым невинным видом вылизывал лапу.

Не будь дорога каждая минута, я бы ещё поторговался, пытаясь убеди его расстаться с книгой добровольно.

Но сейчас у меня не было на это времени.

Взяв молитвенник одной рукой, я свободной достал из внутреннего крепления пистолет и направил его на продавца.

Мужчина испуганно отпрянул и прижался спиной к ближайшему шкафу.

Я убрал молитвенник под одежду, достал десять купюр по пять тысяч рублей и показал продавцу.

— Этого более чем достаточно.

Не сводя с него прицела, я положил деньги на край стола и спокойно направился к выходу.

Пистолет убрал только за дверью.

— Идиот, — произнёс Калидус. — И чего он боялся? Ты даже с предохранителя его не снял.

— Не все способны думать и действовать рационально в моменты страха.

— И всё же это было грубо.

— У нас осталось меньше двух недель до вторжения.

Найдя ближайшую свободную скамейку, я сел, достал молитвенник и принялся его изучать.

Ничего необычного на первый взгляд: Пожелтевшие страницы, старославянский текст, несколько записей на полях.

Потратив на изучение ещё пару минут, я заметил, что внутренняя часть переплёта слегка отходит.

Под кожей находилась тонкая медная пластина.

Я осторожно извлёк её.

На металле были выгравированы три колокола.

Ниже шли почти стёртые строки на старославянском. Большую часть разобрать не удалось, но одна фраза сохранилась достаточно хорошо:

«Где третий звон не слышит смертный, там память царская пребудет».

Ясно.

Всё больше шансов, что это не обычная библиотека.

Скорее всего, тут была какая-то загадка, связанная со звоном трёх колоколов. Наверняка сами колокола уже давно исчезли или были заменены, а мне предстояло бы поднимать исторические хроники, изучать старые церковные записи, вычислять места их первоначального расположения, а потом пытаться понять, в какой день и час звуки должны пересечься.

Спасибо «Зову Колоколов».

Абсолютно всё это можно было пропустить.

Сама пластина, если навыки привели меня именно к ней, являлась, скорее всего, чем-то вроде ключа

Я поднялся.

Использовав одно из найденных ранее колец, заставлявшее случайных прохожих отводить от меня взгляд и быстро забывать увиденное, я направился по прямой к предполагаемому месту входа.

Спустя некоторое время ускоренного благодаря характеристикам и навыку Калидуса движения мы оказались в лесу между Москвой и Александровом.

Место ничем не выделялось.

Лес как лес.

Наверное, тут снова была загадка или какой-то сложный ритуал.

Но вместо этого я просто наткнулся на барьер, который активно пытался отвести мой взгляд в сторону.

Каждый раз, когда я смотрел вперёд, внимание соскальзывало на дерево, камень или ветку под ногами.

Достав медную пластину, я коснулся ею барьера.

Воздух пошёл рябью.

Защитная завеса разошлась, пропуская нас внутрь.

Я вышел на небольшую поляну.

В её центре стояла маленькая деревянная молельня.

Дверь оказалась не заперта.

Внутри находились небольшой алтарь, потемневшая икона и несколько сгоревших свечей.

За алтарём скрывалась лестница, ведущая вниз.

Я достал зажигалку, но почти сразу на стенах вспыхнули слабые золотистые огни, освещая путь.

Через несколько минут спуска мы достигли небольшой площадки и двери.

Обитая серебром дверь из морёного дуба.

По её поверхности шли многочисленные руны, прерывавшие серебряные полосы и образовывавшие несколько наложенных друг на друга защитных контуров.

В центре находилась выемка для медной пластины.

Зачем использовать один и тот же ключ второй раз, я не понял.

Правда, смутило меня не это.

Перед дверью стоял высокий темнокожий мужчина в длинной светлой одежде и тяжёлом плаще.

Открытого оружия он не носил и был полностью поглощён разглядыванием рун, прерывающих серебряные полосы.

На вид ему можно было дать около сорока лет.

Я потянулся рукой под одежду и осторожно коснулся «Ветви Сансары».

Ох ты ж…

В свободное время, перемещаясь между городами, я тренировался определять возраст человека по душе с помощью кинжала. Всё же возможность видеть души в теории давала кое-какие преимущества помимо поиска реинкарнаций.

Душа стоявшего возле двери существа была не просто древней.

Она была огромной.

Не по размеру в физическом смысле. Скорее по количеству прожитого, накопленного и пережитого. Вокруг неё располагались слои защит, настолько сложные, что я смог рассмотреть лишь самую внешнюю часть.

И даже этого хватило, чтобы примерно оценить возраст.

Более одиннадцати тысяч лет.

Возможно, намного больше.

Человек ли это вообще?

Мужчина медленно повернулся ко мне.

Его взгляд спокойно прошёлся по моей одежде, трости, руке возле кинжала и Калидусу.

— Ты не должен был найти это место, — произнёс он. — Никто не должен был. Но ты здесь.

Он замолчал, продолжая спокойно разглядывать меня.

Я медленно убрал руку от кинжала.

Нападать на существо, прожившее тысячелетия и явно обладавшее какой-то силой было бы не просто глупо.

Это стало бы одним из самых коротких самоубийств в истории.

Я слегка склонил голову.

— Позвольте представиться. Виктор Молотов. А это мой друг и спутник Калидус.

Кот приподнял голову.

— Мяу.

Древний мужчина перевёл на него взгляд.

На несколько секунд в его спокойном лице появилось что-то похожее на интерес.

— Он не является обычным животным.

— Не является, — согласился я. — Как и я не являюсь обычным человеком, но это, вы, должно быть, уже поняли?

— Да… Ты видишь души?

На правую он спросил у меня.

— Лишь отчасти, — честно ответил я. — И только при помощи артефакта.

—Понятно. Можешь звать меня Доктор Мист. Под этим именем меня знают в последние века. Зачем ты ищешь Либерею?

Лгать подобному существу казалось крайне неразумным.

Да и в моей цели не было ничего, что требовалось скрывать любой ценой.

— Мне необходим мощный источник энергии.

— Для чего?

— Для быстрого создания защитных големов.

— Армии?

— Если получится создать достаточное количество, то да.

Мужчина никак не отреагировал.

— Зачем?

— Чтобы подготовиться к вторжению, которое должно начаться примерно через две недели.

Впервые его выражение немного изменилось.

— Какому вторжению?

— Этого я не знаю. Возможно, инопланетному. Возможно, иномирному или демоническому. Я знаю лишь приблизительный срок.

— Пророчество?

— Можно сказать и так. Необходимое человечеству и планете событие, которое менять не стоит.

Мужчина продолжал смотреть на меня.

— Настолько важно?

— Вполне возможно, что только если еле произойдёт, человечество сможет выжить в будущем.

Я не соврал. Пусть я не знаю сюжета комиксов, но я примерно понимаю, как у там бывают истории и что как часто в них есть угроза всему миру.

— Ты говоришь правду, — произнёс он.

— Стараюсь редко врать.

Он повернулся к двери.

— Я позволю тебе забрать один из источников и часть книг, но после этого ты отдашь ключ мне и забудешь об этом месте.

— Благодарю.

Он протянул руку к двери.

Несколько рун вспыхнули золотым.

Я достал медную пластину и вставил её в выемку.

Раздался первый удар колокола.

Затем второй.

Третий прозвучал где-то далеко под землёй.

Серебряные полосы на двери начали двигаться, перестраиваясь в новый рисунок.

В двери что-то щёлкнуло и она открылась во внутрь.

Войдя внутрь мы прошли по залу, уставленному кольчужными доспехами с оружием.

Вероятно, в случае силового проникновения, они должны были бы ожить и попытаться нас убить.

Пол под ногами был выложен плитами с именами на десятках языков. Некоторые я узнавал. Большинство ничего мне не говорило.

— Что именно хранится здесь? — спросил я.

— Не только книги, — ответил Доктор Мист. — Некоторые артефакты, один из которых ты и заберёшь, но вообще это в первую очередь тюрьма.

— А Иван Грозный тогда…

— Не создавал это место, а был лишь одним из владельцев ключей.

Следующий зал был разделён на два сектора. В первом были книги, во втором за витринами были разного вида предметы.

Подойдя к одной из витрин, Доктор Мист осторожно её поднял и коснулся предмета.

Это была стальная сфера, внутри которой крутилось по своей оси шар, похожий на маленькое солнце.

— Что это?

— Гелиакон Палеологов, — ответил Доктор Мист, не отвлекаясь. — Магический реактор, созданный византийскими мастерами.

— И как он работает?

— Тебе лучше не знать. Способ поглощать из него энергию найдёшь сам. Главное не ломай. Ты врятли это сможешь сделать, а если сможешь, умрёшь среди первых.

— Понял.

Я осторожно взял в руки сферу. Тёплая.

— Если хочешь что-то получить из местных знаний, сначала принеси что-то равноценное или абсолютно новое. Вон там, — он упала рукой на небольшой стенд у стены. На нём висели кольца, — ключи для телепортации. С их помощью защита библиотеку тебя будет пропускать. Если у тебя будут предметы, которые стоит спрятать куда подальше, приноси их сюда. В зависимости от предметов тебе дадут знания. Если надо кого-то запечатать, то также неси сосуд сюда. За содержание сущности с тебя разного потребуют какого-то количества знаний, но не тащи сюда никого сильнее богов, на подобие Чернобога. Артефакты брать не стоит, библиотека их обычно не отдаёт. На этом всё. До встречи. И да, в Африку своих големов можешь не посылать.

— Благодарю за помощь, — чуть поклонился я к Доктору Мисту.

Возле выхода Доктор Мист остановился.

— Виктор Молотов.

— Да?

— Твоя цель может быть благородной. Но это не делает абсолютно все средства допустимыми. Надеюсь, ты будешь учитывать это в будущем и мне не придётся приходить за твоей головой.

Через секунду он исчез. Просто растворился в воздухе.

Молча забрав кольцо, мы вышли наружу, направившись к ближайшему расположению приюта.

Придя домой, я нашёл Эмилию за шитьём.

Как только я зашёл, она остановилась и отложила спицы в сторону.

— Виктор?

Я достал из под одежды сферу. Всё же идея вшить карманы с расширенным пространством была хорошей.

— Такой источник энергии подойдёт?

Она взяла его в руки и внимательно осмотрела.

— Стабильный портал на солнце? Думаю да, но учитывайте, что подобное действие сильно истощит данный артефакт и ему придёт долго восстанавливать, накапливая энергию.

Я покрылся мелким потом. Если это и правда был портал на солнце, то при поломке сферы мог бы произойти сценарий апокалипсиса, как при отключении магнитных полей.

Как минимум смерть от радиации, впрочем это будет наименьшая из проблем.

— Если сам артефакт при этом не повредится, используй.

— Только истощится, сам артефакт не пострадает.

—Тогда я жду предварительные результаты уже завтра утром. Сегодня же я проведу день в приюте с детьми, что-то я немного подустал. Ах да, ещё вот это кольцо изучи, пожалуйста, и завтра расскажи мне о нём подробнее.

Глава 22

От лица Ацуши:

Я с трудом разлепил глаза от противного звона будильника.

Хотелось спрятаться под одеяло, накрыть голову подушкой и поспать ещё хотя бы пять минуточек. Я даже попытался это сделать, но звон не прекратился.

Будильники в приюте были особенными.

Пока не встанешь с кровати, выключить их не получалось. Можно было нажать на кнопку, выдернуть провод или накрыть будильник одеялом, но он всё равно продолжал звенеть.

Наруто однажды попытался разбить свой.

На следующее утро будильников у него стало три.

Вздохнув, я сел и опустил ноги на пол.

Звон сразу прекратился.

Потянувшись, я окинул взглядом комнату.

Она была не очень большой.

Кровать у стены, шкаф для одежды, письменный стол, стул, несколько полок и отдельная дверь в ванную. На подоконнике стоял маленький цветок, который мне подарила мисс Эмили. Я пока не знал, как он называется, но старательно поливал его через день, как было написано на бумажке.

Мисс Эмили сказала, что позже я могу выбрать для комнаты обои, ковёр и другие вещи.

Но даже без них она мне нравилась.

Потому что это была моя комната.

Только моя.

Я всё ещё не до конца к этому привык.

Иногда по утрам мне казалось, что сейчас откроется дверь и воспитатель скажет, что произошла ошибка. Что я не заслуживаю отдельной комнаты, мягкой кровати и чистой одежды. Что мне нужно собрать вещи и вернуться обратно.

Но дверь оставалась закрытой.

Никто не приходил.

Раньше мы жили в большой комнате, где стояло много кроватей. Там всегда кто-нибудь разговаривал, плакал, кашлял или ворочался во сне.

Потом что-то случилось.

Я не знал что.

Воспитатель сказал, что я опасен, и меня заперли отдельно.

Комната была маленькой, холодной и всегда запертой снаружи.

Меня навещал только воспитатель. Он приносил еду и учебники. Иногда оставался подольше и чему-нибудь учил.

Именно он научил меня писать и считать.

Поэтому я не мог сказать, что он всегда был плохим.

Наверное.

Иногда он помогал мне, иногда бил и говорил, что я никому не нужен и приношу всем одни несчастья.

Я не понимал, почему он то учил меня, то наказывал.

Наверное, я просто часто делал что-то неправильно.

А потом ко мне во сне пришёл странный человек.

Он что-то показывал и рассказывал.

Предлагал уйти.

Я плохо запомнил тот сон. Осталось только ощущение большого тёплого дома и уверенность, что там меня не станут запирать.

Наутро ко мне пришёл воспитатель.

Он помог собрать немногочисленные вещи, одел меня и куда-то повёл. По дороге он всё время повторял, что так будет лучше для всех.

И для других детей.

И для него.

И для меня.

Потом перед глазами что-то вспыхнуло, пол исчез из-под ног, а я оказался здесь, в новом приюте вместе с другими детьми, появившимися из воздуха точно так же, как я.

Вообще-то моя комната могла быть намного больше.

Достаточно попросить об этом мисс Эмили.

У Наруто, например, было сразу три комнаты, соединённые дверями. В одной он спал, во второй играл, а третью объявил своей складом для вещей.

Правда там пока кроме выданной и взятой с собой одежды были лишь пара палок, из которых он вместе с Гатсом планирует сделать деревянные мечи.

Я же не знал, зачем мне столько места.

У меня почти ничего не было.

Несколько комплектов одежды, книги, тетради, игрушечный тигр и цветок на подоконнике.

Мисс Эмили говорила, что я могу попросить новые вещи, если что-нибудь понадобится, но просить было неловко.

Иногда я боялся, что, если буду просить ещё, взрослые рассердятся и решат, что я жадный.

Я встал, надел тапочки и отправился в ванную.

Умываться холодной водой не хотелось.

Чистить зубы тоже.

Но мисс Эмили очень внимательно за этим следила. Она каким-то образом всегда узнавала, если кто-то решил схитрить.

Наруто однажды просто намочил щётку и сказал, что всё сделал, но она откуда-то узнала, что это не так.

Пока я водил щёткой по зубам, то думал о сегодняшнем расписании.

Обычно мы пять дней учились, а потом два дня отдыхали.

По утрам после завтрака у нас было четыре занятия по сорок пять минут. Между ними давали десятиминутные перерывы.

Сначала мне казалось, что это очень много.

В старом приюте я в основном занимался один по принесённым воспитателем учебникам. Если чего-то не понимал, приходилось ждать следующего раза, чтобы спросить.

Здесь учителя объясняли всё сразу.

И не били, если ответ оказывался неправильным.

Я всё ещё иногда вздрагивал, когда кто-нибудь из них подходил сзади, но они старались так не делать.

После обычных уроков начинались дополнительные занятия с особыми учителями. Каждый занимался примерно по часу, но иногда дольше.

Гатс ходил к месье Вальмону.

Это был очень старый и худой мужчина с тростью. Когда он просто шёл по коридору, казалось, что ему трудно даже удержаться на ногах.

Но стоило взять в руки меч, как он полностью менялся.

Гатс пару раз показывал нам палкой то, чему его научили.

Это было очень круто.

Правда, когда Наруто тоже взял палку и предложил сразиться, Гатс выбил её у него первым же ударом.

Наруто сказал, что просто не успел подготовиться.

Во второй раз случилось то же самое.

После третьего раза Наруто направился ходить на занятия вместе с Гатсом, пусть теперь ему и приходилось заниматься дольше всех.

Гатс тогда ничего не ответил, но мне показалось, что он чуть-чуть улыбнулся.

Раньше он вообще почти никогда не улыбался.

Наруто недавно стал ходить к мистеру Оливеру.

Он говорил, что мистер Оливер волшебник, настоящий маг, хотя сам Наруто называл его крутым шиноби. Странно, но разве шиноби это маги?

Как то раз мистер Оливер, на одном из общих уроков, которые он иногда у нас ведёт, решил показать настоящую магию.

Он мог зажечь огонёк над ладонью, заставить мел двигаться без рук и сделать так, чтобы написанные на доске буквы сами перестраивались в слова.

Наруто ужасно хотел научиться делать так же, но, по словам мистера Оливера, у него была несколько другая энергия.

В том месте, откуда его забрали, использовали чакру.

По словам Наруто чакра есть почти у каждого человека, по крайней мере та убыло в его деревне.

Если научиться правильно её использовать, можно выполнять самые разные техники.

В Академии, в которой он учился, их уже начали этому обучать.

Наруто рассказывал, что сначала нужно научиться чувствовать чакру внутри себя, потом выпускать её наружу, а уже после переходить к настоящим техникам.

Ещё их учили складывать специальные ручные печати.

Иногда после уроков Наруто показывал нам их целыми десятками подряд.

Я почти сразу запутывался.

— Нет-нет! — смеялся он. — Это Кабан, потом Собака, потом Петух… Ай, нет, наоборот!

Получалось у него не всегда лучше моего.

Пока что они изучали, как там было? Э-нер-ге-ти-чес-кую систему.

Они пытались понять, чем чакра отличается от привычной магической энергии и можно ли ею её заменить или что-то подобное. Не знаю.

Кроме этого они исследовали странную печать на животе Наруто.

Сам Наруто говорил, что никогда особенно не задумывался о ней.

Она была у него столько, сколько он себя помнил.

Обычно его не было видно, но мистер Оливер смог на короткое время сделать печать заметной.

Гензель и Гретель были самыми странными из нас.

В отличие от остальных, у них была одна общая комната.

Мисс Эмили предлагала разделить её на две, но они оба отказались.

Ещё я постоянно путал, кто из них Гензель, а кто Гретель.

Мне иногда казалось, что они специально менялись именами, чтобы никто не смог разобраться.

Только мисс Эмили почему-то всегда точно знала, кто перед ней.

Наруто изо всех сил пытался привлекать близнецов к нашим играм. Это не всегда получалось, но иногда они всё же присоединялись к нам.

Ну ничего.

Гатса же мы смогли привлечь к играм, несмотря на всю его серьёзность.

Значит, и с ними получится.

Касательно особых учителей, Гензель и Гретель каждый день ходили к профессору Вайцзеккеру.

Вообще-то к нему ходили мы все, но близнецы проводили там больше времени.

Профессор был немного странным.

Рядом с ним почему-то хотелось говорить.

Даже о вещах, которые сначала не хотелось рассказывать.

Когда я впервые попал к нему, то не собирался что-то говорить, но потом он спросил, нравятся ли мне пирожные, и через некоторое время я уже рассказывал о старом приюте.

Вчера мисс Эмили сказала, что сегодня у меня тоже начнутся дополнительные занятия. Только не с профессором, а особым учителем.

Она не объяснила, чему именно меня будут учить, поэтому я немного волновался.

Закончив утренние процедуры, я переоделся и направился в столовую.

Гатс уже сидел за столом и читал учебник.

Он держал книгу почти у самого лица и медленно шевелил губами, разбирая слова.

Из нас всех он был единственным, кто не умел читать и писать, когда появился в приюте.

Теперь он старался нагнать остальных.

— Доброе утро, — тихо сказал я.

Он поднял голову.

— Утро.

Я сел на своё место.

Вскоре пришли Гензель и Гретель.

Сегодня девочка была Гретелью, а мальчик Гензелем.

Наверное.

Они сели рядом, как всегда, почти касаясь друг друга плечами.

Последним прибежал Наруто.

Несмотря на то что будильники у нас звонили в одно время, он всегда вставал позже всех.

Сегодня вместе с нами завтракал директор Виктор.

Обычно он всегда был занят и ел с нами нечасто. В последние дни он выглядел особенно уставшим. Иногда останавливался посреди коридора, словно вспоминал что-то важное, после чего резко разворачивался и уходил в другую сторону.

Сегодня рядом с его стулом сидел Калидус и требовательно смотрел на тарелку.

— Нет, — сказал директор.

Калидус продолжил смотреть.

— Там же каша. Ты ведь её не слишком любишь.

Кот не отводил взгляда.

Директор вздохнул и молча полил лежащее в миске мясо своей кашей.

Мисс Эмили тут же долила ему недостающее.

После завтрака мы отправились на уроки.

Сначала была математика.

Потом чтение.

Затем история и занятие по окружающему миру.

Обычно сорок пять минут казались очень долгими, но сегодня я всё время думал о дополнительном занятии.

Кто будет моим учителем?

Чему меня станут учить?

К концу последнего урока я почти не слышал учителя.

Когда прозвенел звонок, Наруто сразу подбежал ко мне.

— Ты сегодня идёшь к оборотню!

— К кому?

— К тому дяде, которого недавно привела мисс Эмили. Он умеет превращаться в огромного волка!

Я замер.

— Зачем мне к нему?

Наруто посмотрел на меня удивлённо.

— Потому что ты и сам превращаешься в тигра.

— Я не…

Слова застряли в горле.

Я знал, что однажды превратился, мне об этом рассказали, но сам я почти ничего не помнил.

Только громкие крики и запах крови, такой пьянящий и притягательный…

О чём я?

— Не переживай, — Наруто хлопнул меня по плечу. — Если ты превратишься, мы потом опять на тебе покатаемся!

— Не надо на мне кататься, — тут же возмутился я.

Наруто убежал на своё занятие.

Немного постояв в коридоре и взглянув на выданный мне листок с номером комнаты, я пошёл искать нужную дверь.

Она находилась в дальней части приюта, рядом с тренировочными залами, где сейчас занимался Гатс и вскоре будет Наруто.

Остановившись перед ней, я несколько раз глубоко вдохнул.

Ничего страшного.

Мисс Эмили не стала бы отправлять меня к плохому человеку.

Наверное.

Я поднял руку и постучал.

— Входи, — раздалось изнутри.

Открыв дверь, я осторожно заглянул.

Помещение оказалось просторным и почти пустым.

Пол и стены были покрыты толстыми мягкими матами. Окон не было, зато под потолком горели яркие лампы. Возле одной стены стоял стол, на котором лежали бинты, бутылки, миски и какие-то травы.

У противоположной стены на стуле сидел немного потрёпанного вида мужчина.

Наверное, ему было лет сорок или пятьдесят.

Точно определить я не смог.

Нестриженые волосы, щетина, старая клетчатая рубашка и тяжёлые ботинки. Он выглядел скорее как лесник или рабочий, а не как учитель.

Мужчина махнул рукой.

— Заходи. Дверь закрой.

Я послушался.

Как только дверь закрылась, на ней загорелись тонкие серебристые линии.

Я вздрогнул.

— Иди сюда.

Я медленно подошёл ближе и остановился в нескольких шагах.

Мужчина несколько секунд просто смотрел на меня, потом втянул носом воздух.

— Значит, вот ты какой, — сказал он. — Ацуши, правильно?

— Д-да.

— Зови меня Ульфриком.

— Хорошо, мистер Ульфрик.

— Без «мистера». Просто Ульфрик.

Я кивнул.

— Ты умеешь превращаться?

— Простите?

— В тигра.

Я опустил глаза.

— Я не умею.

— Но превращался?

— Мне сказали, что да.

— А сам не помнишь?

Я покачал головой.

Ульфрик снова принюхался.

От этого стало немного неуютно.

— Запах у тебя странный, — произнёс он.

— Простите.

— Не извиняйся.

— За что?

Я не нашёлся с ответом.

Наверное, извиняться было не за что.

Но воспитатель говорил, что лучше извиниться лишний раз, чем заставить взрослого ждать.

Ульфрик ничего не сказал. Рядом с его стулом стояла большая сумка. Он открыл её и достал металлическую флягу.

— Для начала проверим самое простое. Один глоток.

Я взял крышку, в которую он отлил из фляги, и сделал маленький глоток.

На вкус жидкость оказалась горькой и травяной. В горле немного защипало.

Прошла минута, потом ещё одна.

Он попросил меня поднять руки, показать зубы и несколько раз глубоко вдохнуть.

Ничего не происходило.

Он забрал флягу.

— Ясно. Классический способ не действует.

— Это плохо?

— Увидим.

Он снова зарылся в сумке и достал маленький стеклянный пузырёк. Внутри плескалась густая фиолетовая жидкость. Вроде она даже светилась.

— Только один глоток?

— Маленький.

Ульфрик подал мне пузырёк.

Я сделал, как он просил, и сразу вернул сосуд.

Сначала ничего не произошло.

Потом пол качнулся и я ухватился за край стола.

В ушах зашумело.

Лампы стали слишком яркими, а запахи вдруг усилились.

— Слушай мой голос, — сказал Ульфрик.

Он говорил спокойно, но его голос словно доносился издалека.

— Постарайся сосредоточиться только на нём.

Я попытался.

Правда попытался.

Но сердце колотилось всё быстрее.

Пальцы заболели.

Я посмотрел на свои руки.

Ногти удлинялись.

Пальцы покрывала белая шерсть с чёрными полосами.

Я упал на четвереньки.

Одежда натянулась и начала рваться.

Внутри меня что-то проснулось.

Оно было большим, сильным, голодным.

Но почему-то не злым. Скорее испуганным.

Таким же испуганным, как я.

Мир стал огромным набором запахов и звуков.

Ульфрик что-то сказал.

Я хотел сказать, что всё ещё слышу его.

Вместо слов из горла вырвался рык.

— Спокойно, Ацуши. Ты в приюте. Здесь тебе ничего не угрожает.

Ацуши.

Это моё имя.

Имя…

Что-то быстро двинулось справа.

Я бросился за ним раньше, чем понял, что делаю.

Когти прошли по ткани.

Ульфрик выругался и отскочил.

Запах крови ударил в нос.

Всё вокруг на мгновение стало красным.

А потом перед мордой мелькнул яркий клубок ниток.

Он покатился по полу.

Мои уши сами повернулись в его сторону.

Я бросился следом.

Где-то очень далеко раздался басовитый смех.

Последнее, что я запомнил, — собственные лапы, огромные и белые, сжимающие мягкие нити.

Потом наступила темнота.

Очнулся я резко.

Сначала не понял, где нахожусь.

Я лежал на мягком полу, прижимая к груди огромный спутанный клубок красной шерсти.

Пальцы снова были человеческими.

Одежда оказалась целой, хотя раньше я точно чувствовал, как она рвалась.

Всё тело немного болело.

— Проснулся?

Я дёрнулся.

Ульфрик сидел неподалёку прямо на полу.

Его рубашка была разорвана на плече и груди. На коже виднелись длинные царапины, похожие на следы когтей.

Некоторые уже затягивались прямо на глазах.

— Это… я?

Голос дрожал.

Ульфрик посмотрел на порезы.

— Ты.

Я отпустил клубок.

— Простите…

— Ацуши.

— Я не хотел. Я правда не хотел! Я могу всё убрать, или… или вы можете меня наказать, только, пожалуйста, не говорите мисс Эмили, что я опасный. Я больше не буду. Я постараюсь никогда…

— Ацуши!

Я замолчал.

— Я знал, на что шёл, — сказал он. — Комната защищена. Раны заживут. Ты никого не убил и даже не пытался меня съесть.

— Но…

— Я оборотень, мальчик. Всё со мной будет нормально.

Ульфрик подвинулся ближе, но остановился достаточно далеко, чтобы я не испугался.

— Мы немного задержались, зато я увидел всё необходимое.

— Что именно?

Он начал загибать пальцы.

— Первое: ты не классический оборотень. Специфические травы и обычные способы на тебя почти не действуют, в отличии от Луны. Также у тебя нет слабости к серебру или святым символам.

Второй палец.

— Второе: превращение связано не с проклятием, а с твоей собственной силой. Это хорошо.

Ульфрик поднялся и протянул мне руку.

Я немного помедлил, но всё-таки взялся за неё.

Он помог встать.

Ноги дрожали, однако я удержался.

— На сегодня хватит, — сказал он. — Завтра начнём с теории.

— А что мы будем изучать?

— Я расскажу тебе больше про оборотней, их возможности и так далее. А теперь иди обедать. Остальные тебя, наверно, уже заждались.

Глава 23

Взгляд со стороны:

Подземный комплекс не имел имени.

Спрятанный внутри скал неподалёку от небольшого прибрежного города Хэппи-Харбор, он был построен ещё во времена холодной войны. В официальных документах объект числился недостроенным резервным командным пунктом, закрытым из-за обнаружившихся проблем с грунтовыми водами.

Документы лгали.

Комплекс был закончен.

Несколько десятилетий назад его законсервировали, оборудование вывезли, входы заварили, а существование большей части помещений убрали из архивов.

Бэтмен нашёл его три года назад.

Потребовалось ещё несколько месяцев, чтобы через цепочку подставных компаний приобрести землю над ним, заменить старые системы вентиляции, восстановить генераторы и провести независимые линии связи.

Он не планировал использовать это место в ближайшее время.

По крайней мере, не настолько рано.

Посреди главного зала стоял длинный металлический стол. Над ним висела объёмная голографическая карта Земли.

На карте горели красные точки.

Это не были точные места нападения.

Пока лишь приблизительные зоны, собранные из обрывков информации, повторяющихся образов и расчётов, вероятность которых Бэтмен всё ещё не считал достаточно высокой.

Однако вероятность не равнялась нулю.

Этого было достаточно, чтобы начать подготовку.

Бэтмен стоял в тени возле центрального терминала и наблюдал за показаниями датчиков.

Первым прибыл Флэш.

На одном из экранов появилась красная полоса. Наружные камеры едва успели зафиксировать смазанный силуэт, промчавшийся по ведущей к комплексу дороге.

Через несколько секунд дверь главного зала открылась.

Человек в красном костюме остановился перед столом, осмотрел пустое помещение и перевёл взгляд на неподвижно стоящего Бэтмена.

— Знаешь, когда загадочный мужчина в костюме летучей мыши присылает координаты заброшенного военного бункера и просит никому о них не рассказывать, это обычно выглядит как начало очень плохого фильма.

— Ты пришёл.

— Любопытство — страшная сила.

Флэш подошёл к столу.

— И всё же я ожидал хотя бы закуски.

— Их нет.

— Вода?

— В правом шкафу.

— Кофе?

— Нет.

Флэш посмотрел на него с искренним разочарованием.

— Ты действительно не умеешь проводить совещания.

— Совещание ещё не началось.

— Тогда у тебя всё ещё есть время заказать кофе.

Бэтмен ничего не ответил.

Флэш вздохнул, открыл правый шкаф и достал бутылку воды.

Вторым появился Зелёный Фонарь.

Системы обнаружили его задолго до прибытия. Ярко-зелёная точка вошла в атмосферу, снизилась над океаном, несколько раз изменила направление и только после этого направилась к Хэппи-Харбор.

Хэл Джордан не стал пользоваться тоннелем.

Он просто создал узкий энергетический бур, проделал отверстие в скале и оказался в одном из боковых коридоров.

Тревога сработала мгновенно, а красный свет ламп залил помещение.

Толстая металлическая перегородка опустилась перед Фонарём, отсекая его от главного зала.

Хэл постучал костяшками пальцев по металлу.

— Это обязательно?

— Был предусмотрен вход, — ответил Бэтмен по системе связи.

— Извини, мыш, я его не заметил.

— Ты его проигнорировал.

Тем не менее перегородка поднялась, пуская фонаря внутрь.

— Раз уж ты смог меня найти, то знаешь, что дверь не остановила бы меня, да?

— Знаю.

Третьей прибыла Чудо-женщина.

Она спустилась с неба перед основным входом и прошла весь путь пешком, не пытаясь найти более короткую дорогу.

Бэтмен следил за ней через камеры.

Диана внимательно осматривала стены, вентиляционные отверстия и каждый поворот коридора. Она не касалась оружия, но её правая рука несколько раз оказывалась рядом с рукоятью меча.

Когда дверь открылась, Чудо-женщина остановилась на пороге.

Её взгляд скользнул по Флэшу, Зелёному Фонарю, карте и только потом остановился на Бэтмене.

— Ты выбрал достаточно мрачное место для встречи.

— Это место является оптимальным. Всё остальное можно решить позже.

Диана прошла к столу.

Последним прибыл Супермен.

В отличие от остальных, камеры почти не помогли определить момент его приближения. Несколько датчиков зафиксировали движение воздуха, после чего он уже стоял перед внешней дверью.

Постучав, он дождался, пока Бэтмен откроет ему дверь.

Через минуту Супермен появился в зале.

Он коротко поздоровался с присутствующими, после чего посмотрел на объёмную карту.

Улыбка исчезла с его лица.

— Зачем ты собрал нас здесь, Бэтмен.

Бэтмен коснулся панели управления.

Двери закрылись.

По стенам зажглись дополнительные полосы света. Вентиляция перешла на замкнутый цикл, а все внешние каналы связи отключились.

Бэтмен вышел из тени и встал у края стола.

— Всё, что будет сказано в этом помещении, не должно выйти за его пределы без общего решения.

— Ты не можешь приказывать Корпусу Зелёных Фонарей, — заметил Хэл.

— Не могу, но преждевременная утечка может вызвать панику, заставить противника изменить планы или поставить под удар источник информации.

Чудо-женщина скрестила руки на груди.

— Ты собрал нас здесь, но всё ещё говоришь загадками.

Карта Земли уменьшилась.

Вокруг неё возникли изображения спутников, орбитальных станций и линий движения нескольких космических аппаратов.

Три из них были выделены красным.

— За последние четыре месяца три беспилотных зонда потеряли связь с Землёй, — начал Бэтмен. — Во всех случаях перед отключением приборы зафиксировали кратковременное электромагнитное возмущение.

Флэш поставил бутылку на стол.

— Солнечные вспышки?

— Не совпадают по времени.

— Космические лучи?

— Недостаточная интенсивность.

— Поломки оборудования?

— Зонды принадлежали разным странам, были построены в разное время и использовали разные системы связи.

На карте появились графики.

Флэш подошёл ближе. Теперь его весёлость почти исчезла.

Голограмма изменилась. На месте космических аппаратов появились фотографии:

Небольшой кратер в пустыне. Обгоревший металлический фрагмент. Несколько мёртвых животных. Разрушенная метеорологическая станция.

— Двенадцать дней назад в северной части Сахары упал объект, первоначально принятый за метеорит. Через четыре часа место было зачищено неизвестной группой.

— Правительственные силы? — спросила Диана.

— Возможно.

— Кто сообщил тебе об этом?

Бэтмен не ответил. Супермен нахмурился.

— Это тот же источник?

— Частично.

— Ты говорил, что расскажешь о нём больше.

— Расскажу, но позже.

Бэтмен увеличил фотографию металлического обломка.

— До зачистки один из местных жителей успел забрать фрагмент. Позже его нашли мёртвым. Официальная причина — отравление. Обломок исчез.

— У тебя есть образец? — спросил Флэш.

— Нет. Только спектральный анализ фотографии.

— По фотографии невозможно провести полноценный анализ.

— Достаточный, чтобы определить: материал не соответствует известным земным сплавам.

Хэл приблизился к изображению.

Зелёный луч кольца несколько раз прошёлся по снимку.

— И не похож ни на что из базы Корпуса. Но качество слишком низкое.

Супермен посмотрел на Бэтмена.

— Пока у нас есть три пропавших зонда и кусок металла, который мог быть чем угодно.

— Не только это.

Бэтмен провёл пальцами по панели.

Фотографии исчезли. Вместо них над столом возникла карта мира.

На этот раз на ней не было нескольких крупных точек, обозначающих предполагаемые места удара. Вместо этого десятки маленьких отметок загорелись по всей Северной Америке, Европе, Азии и Австралии.

Часть находилась в столицах.

Другие — рядом с военными базами, космодромами, исследовательскими центрами, телекоммуникационными узлами и крупными электростанциями.

Некоторые располагались посреди обычных городов.

— Что это? — спросил Флэш.

— Пропавшие люди.

— В мире каждый день пропадают тысячи людей.

— Эти вернулись.

Флэш нахмурился.

Бэтмен увеличил одну из отметок.

В воздухе появилась фотография мужчины средних лет в строгом костюме.

— Доктор Рональд Шоу. Специалист по спутниковым системам связи. Пропал на тридцать семь часов по дороге домой. Машину нашли на подземной парковке. Следов борьбы не было.

Рядом возникло другое изображение того же мужчины.

На этот раз он выходил из здания космического агентства.

— Через два дня вернулся на работу. Утверждал, что провёл время в загородном доме. Видеокамеры дома его не зафиксировали. Телефон всё это время находился в машине.

— Мог соврать жене, — заметил Хэл.

— Не женат. Загородного дома у него нет.

Появилась запись с камеры наблюдения.

Мужчина проходил через защищённую дверь, подносил пропуск к панели, вводил код и заходил внутрь.

— После возвращения он начал запрашивать доступ к системам раннего обнаружения и резервным каналам связи. Ранее эта информация не относилась к его работе.

— Его задержали? — спросил Супермен.

— Нет.

— Почему?

— Через четыре дня он исчез снова. На этот раз окончательно.

На карте загорелась другая точка.

Женщина в военной форме.

— Полковник Элейн Мортон. Пропала во время утренней пробежки. Вернулась домой спустя двадцать часов. После возвращения запросила полный список резервных командных бункеров НАТО.

Третья точка.

Молодой мужчина в лабораторном халате.

— Сотрудник «Стар Лабс». Исчез на три дня. Вернувшись, попытался скопировать данные об экспериментальных источниках энергии и исследованиях в области телепатии.

Четвёртая.

Женщина с бейджем крупной телекоммуникационной компании.

— Руководитель отдела связи. Получила доступ к системе экстренного оповещения населения шести стран.

Пятая.

Сотрудник атомной станции.

Шестая.

Чиновник министерства обороны.

Седьмая.

Инженер, работавший над орбитальной платформой.

Изображения продолжали появляться, пока над столом не возникло несколько десятков лиц.

— Все они пропадали на срок от нескольких часов до четырёх дней, — продолжил Бэтмен. — После возвращения их поведение менялось. Они начинали интересоваться информацией, к которой раньше не имели отношения.

— Это всё ещё может быть шпионаж, — сказала Диана. — Людей могли похищать, запугивать или подменять двойниками.

— Я тоже рассматривал эту версию.

— И?

— Двойники не объясняют это.

Бэтмен открыл ещё одну запись.

На экране появилась длинная промышленная галерея. По обе стороны от неё тянулись трубы и металлические конструкции.

Внизу стоял мужчина в рабочей форме. Тот самый инженер, фотографию которого они только что видели.

Он оглянулся, после чего приложил ладонь к защищённой панели.

Дверь перед ним открылась.

— Он находился внутри исследовательского комплекса, когда произошла авария, — сказал Бэтмен.

На записи вспыхнул яркий свет.

Из повреждённой трубы вырвался огонь.

Мужчину накрыло пламенем.

Флэш поморщился.

Однако рабочий не упал. Он отступил на несколько шагов, схватился за голову и закричал.

Крик был настолько громким, что даже искажённая запись передала его болезненную силу.

А затем тело мужчины начало меняться.

Кожа побледнела.

Черты лица поплыли, словно сделанные из разогретого воска. Волосы исчезли, руки вытянулись, пальцы стали длиннее, а человеческая одежда на несколько секунд провалилась внутрь тела, прежде чем снова появилась на поверхности уже в другом виде.

Перед камерой стояло высокое худое существо с совершенно белой кожей, красными глазами и вытянутой головой.

Оно дёрнулось, посмотрело прямо на объектив и исчезло.

Не убежало.

Просто стало невидимым.

Несколько секунд спустя камера сорвалась с крепления и разбилась.

Запись закончилась. В зале повисла тишина.

— Что произошло с рабочими комплекса? — спросил Супермен.

— Четыре человека погибли во время аварии. Ещё двенадцать получили ранения.

— А существо?

— Не найдено.

— Оно убило их?

— Причиной взрыва стала заложенная в системе перегрузка. Существо получило доступ к управлению за несколько минут до аварии.

— Значит, да, — мрачно произнёс Хэл.

Его кольцо засветилось ярче.

Он приблизил замерший кадр с белокожим существом и начал сканирование.

Несколько секунд спустя выражение лица Фонаря изменилось.

— Марсианин.

Флэш посмотрел на него.

— С Марса?

— Обычно слово означает именно это.

— Я думал, на Марсе нет жизни.

— Большинство земных приборов не способно обнаружить их поселения. Они скрыты под поверхностью планеты.

Супермен перевёл взгляд с Хэла на изображение.

— Ты уверен?

— Кольцо сравнило пропорции тела, способность изменять структуру тела и уходить в невидимость. Совпадение неполное.

— Почему неполное? — спросил Бэтмен.

Хэл несколько мгновений молчал.

— Потому что это не обычный зелёный марсианин.

— А какой?

На ладони Фонаря появилась объёмная модель существа.

— Белый.

Флэш посмотрел на фигуру.

— Цвет кожи настолько важен?

— Для марсиан — да. Их общество разделено сильнее, чем большинство землян могло бы представить. Зелёные составляют основную часть населения. Красные почти полностью относятся к жреческим и аристократическим линиям. Белые…

Хэл остановился.

— Что белые? — спросила Диана.

— Корпус располагает неполными данными. По крайней мере к которым у меня есть доступ. Марсианская цивилизация закрытого типа. Большая часть сведений получена от путешественников, дипломатов и нескольких преступников, покидавших планету. Насколько известно, белые марсиане находятся в нижней части их общества.

— Рабы? — спросил Супермен, нахмурившись.

— Не совсем. Скорее каста, которую веками считали опасной и неполноценной. Их изолируют, ограничивают и используют для тяжёлых работ.

— И теперь они находятся на Земле, — произнесла Диана.

Супермен внимательно просмотрел запись ещё раз.

— Ты считаешь, что все вернувшиеся после исчезновения люди были заменены марсианами?

— Нет.

— Почему?

— Часть могла быть завербована, подчинена телепатически или использована для передачи информации. Некоторые вернувшиеся не демонстрировали последующих изменений в поведении. Другие исчезли вместе с семьями.

— Телепатически? — переспросил Флэш.

Хэл погасил модель.

— Марсиане — телепаты.

Очень сильные. Они способны читать мысли, передавать образы, связываться друг с другом на огромных расстояниях и воздействовать на сознание.

— Насколько сильно воздействовать? — спросила Диана.

— Зависит от конкретного марсианина. Некоторые способны только слышать поверхностные мысли. Другие могут менять воспоминания, создавать иллюзии или заставлять человека совершать действия против его воли.

— Кроме телепатии? — спросил Бэтмен.

— Изменение формы. Невидимость. Изменение плотности тела.

— Они могут проходить сквозь стены, — произнёс Супермен.

— Да. Летать. Становиться тяжелее и прочнее. Некоторые обладают телекинезом.

— Сила?

— Значительно выше человеческой.

— Насколько?

— Сложно сказать. не хватает информации.

— Слабости?

Хэл снова взглянул на застывший кадр, где белый марсианин корчился в огне.

— Огонь.

— Мы уже видели, что он его пережил, — заметила Диана.

— Это не обычная физическая уязвимость. Для марсиан огонь связан с глубоко укоренённым страхом. Он нарушает концентрацию, ослабляет контроль над телом и телепатические способности. От сильного воздействия они могут потерять форму или сознание.

— Эту слабость можно преодолеть?

— Некоторые марсиане учатся контролировать страх. Тогда огонь перестаёт быть настолько эффективным.

Бэтмен сохранил информацию.

— Значит, мы не можем считать это гарантированным способом нейтрализации.

— Ты уже думаешь, как их поджигать? — спросил Супермен.

— Я думаю, как их остановить.

— Это не одно и то же.

— Если они готовят одновременное нападение на почти весь мир, разница может исчезнуть.

Супермен выдержал его взгляд.

— Пока мы не знаем, готовят ли они нападение.

Бэтмен вернул карту мира.

Теперь отметки соединились тонкими красными линиями.

Вместе они образовывали сеть, охватывающую большую часть развитых стран.

— Они похищали или заменяли специалистов по связи, обороне, энергетике, космическому наблюдению, медицине и управлению чрезвычайными ситуациями.

На карте начали загораться новые символы.

Спутники, военные базы, телестанции, аэропорты, порты, атомные электростанции, центры обработки данных.

— Если их целью был обычный шпионаж, они собирали бы секреты отдельных государств. Вместо этого они изучают системы, от которых зависит работа современного мира.

— Хотят вывести их из строя в один момент?— сказал Флэш.

— Вероятно. Это вызовет огромный хаос и без вторжения.

Хэл приблизил карту.

— Развитые страны.

— В основном, — ответил Бэтмен. — Там сосредоточена большая часть технологий и вооружённых сил, способных помешать вторжению. Но отдельные случаи обнаружены и в других регионах.

Супермен посмотрел на многочисленные отметки.

— Тогда зачем им зонд в Сахаре?

— Возможная капсула доставки, разведывательный аппарат или средство переброски оборудования.

— Но, если я правильно понял, Марсианам не нужны корабли, чтобы летать, — заметил Флэш.

— Для межпланетного перелёта нужны, — сказал Хэл. — Они способны перемещаться в космосе, но не пересекать огромные расстояния без защиты и запасов энергии.

Вокруг Земли возникло несколько зелёных окружностей.

— Я провёл первичное сканирование околоземного пространства. Никаких крупных кораблей. На орбите Луны тоже чисто.

— Может просто связаться с ихним правительством?

— Нет. Если белые марсиане действуют с разрешения правительства, запрос предупредит их. Если они действуют без разрешения, власти могут попытаться скрыть проблему, прежде чем Корпус вмешается.

Чудо-женщина продолжала рассматривать карту.

— Сколько их может быть?

— Недостаточно данных, — ответил Бэтмен, — Предполагаем масштабное полноценное вторжение. По отдельности никто из нас не сможет контролировать все возможные направления нападения.

— Ты уверен? — спросил Хэл.

— Если противник способен заменить людей в правительстве, армии и аварийных службах, нападение не обязательно начнётся с высадки кораблей. Оно может начаться с отключения связи, диверсий и атак изнутри.

На карте одновременно погасли десятки спутников. Крупные города остались без электричества. Военные базы потеряли связь.

На экране появилось схематичное моделирование беспорядков.

— Пока правительства будут пытаться выяснить, кто отдаёт настоящие приказы, марсиане смогут ударить открыто.

— Или вообще не станут нападать открыто, — заметила Диана. — Если способны носить лица правителей, им достаточно незаметно захватить власть.

— Это один из вариантов.

— Что ты предлагаешь? — спросил Супермен.

— Создать временную систему совместного реагирования.

Хэл усмехнулся.

— Временную команду?

— Можно назвать как угодно.

Общие каналы связи. Протоколы проверки личности. Распределение зон ответственности. Планы действий на случай телепатического воздействия или подмены одного из нас.

Флэш поднял руку.

— Начнём с последнего. Как мы должны понять, что Бэтмен — это настоящий Бэтмен, а не белый марсианин, который выглядит как Бэтмен?

— Магия, — сказала Диана. — Лассо Гестии заставит того, кого оно связывает, говорить правду.

— Сможет ли марсианин ответить, если сам считает себя человеком? — спросил Флэш.

Все посмотрели на него.

— Что? Они меняют память. Вдруг один из них сделает копию, которая искренне думает, что она настоящий человек?

Диана нахмурилась.

— Тогда лассо покажет то, что копия считает истиной, но не обязательно объективную правду.

— Значит, нужен комплекс методов, — сказал Бэтмен, — Я займусь их разработкой.Будьте готовы. Вероятность того, что всё начнётся в ближайшие дни очень высока. Они знают о нас и постараются устранить первыми. Будьте начеку.