Основы перевоплощений для попаданки

Пролог и Глава 1

Пролог

Теен перевоплощений

Сигнал на артефакте появился как-то вдруг. Да, Эльга помнила слова тэе, что тот не рабочий, потому стрелка и крутится безостановочно, но всё равно надеялась. Просто ну а что у неё ещё было кроме надежды? В Теене она пробовала перевоплощаться уже, кажется, вообще со всеми, кроме разве что только начинающих постигать искусство перевоплощений малышей, но выходили только химеры. Нестойкие, с низким индексом.

Её однокашники уже вовсю учились совместной работе и выполняли сложные упражнения, а ей оставалось только заниматься в паре с тэе или Вилом, благодаря силе Теена способными менять форму с природной на более адекватную. В природной у неё и с ними, увы, выходили химеры. Да, крылатые, но химеры.

Оставалось только надеяться, что подходящий ей партнёр просто где-то за пределами Теена. Может быть, уже из него выпустился, может быть, ещё не поступил. Потому она и ухватилась за эту возможность с артефактом, когда родственники из младшей ветви предложили такой выход. Да, сумасшедшая редкость, да, дорого, но это её шанс найти наконец того, с кем перевоплощения и без использования сил Теена будут держаться дольше десяти минут. Шанс доказать, что нормальная лэне, такая же как те, с кем они учились, участвовать в тренировочных полётах наравне с другими имеющими крылатые воплощения, спорить, кто неправильно поставил лапу… Найти в перспективе пару, наконец! Может, с низким индексом, но хотя бы какую-то. Ведь кому нужна дефектная лэне?..

Несколько минут Эльга смотрела на артефакт, а потом схватила его и помчалась переодеваться. Она должна найти своего партнера по перевоплощениям! Раз сигнал появился, он где-то рядом! Диапазон действия артефакта не может быть большим!

Вот только в реальности тот, кажется, был куда больше, чем она думала: она уже добралась до стены, а стрелка всё так же указывала куда-то вдаль. Кажется, где бы ни был её партнёр, он находился за пределами Теена. И это была проблема, потому что одной ей не перевоплотиться, а значит не взлететь. Нужно было искать кого-то, кто поможет.

Сначала она подумала про тэе и Вила, но, во-первых, тэе однозначно высказался насчет идеи с артефактом, а, во-вторых, у них наверняка ещё шли занятия: пока она бежала, видела, как улетела в тренировочный полёт одна из групп. Какая именно она понять не успела, но раз кто-то ещё занимается, наверняка и у тэе ещё могут быть занятия. Скажем, с младшими или средними. Нужен был кто-то другой. И быстро, пока артефакт не исчерпал вложенный в него запас магии.

После пары минут размышлений Эльга поспешила к дому, где жили двойняшки Шантерер. В их случае хотя бы не нужно потом бежать через половину города, чтобы найти второго из пары.

Парни её идеей куда-то лететь, да ещё прямо сейчас и с ней не прониклись. Пришлось не только показать артефакт, но и пообещать заплатить. Вот после этого они согласились.

Земля, немногим раньше

Лужа от нагребённого за зиму нерадивыми коммунальщиками сугроба разлилась от стены до стены, не давая ни малейшего шанса её обогнуть. Теоретически можно было обойти дом с другой стороны, но многоэтажка была длинной, так что это заняло бы никак не меньше пяти минут. А их у меня не было, я и так опаздывала, да и до остановки с этой стороны было куда ближе. Поэтому, приглядевшись, я выбрала наиболее мелкое место и, ставя ногу на пятку, чтобы, если что, утонул каблук, а не носок, двинулась вброд. До заветного «берега» оставалась какая-то пара шагов, когда каблук проскользнул, нога поехала, и я успела только взмахнуть руками, прежде чем полетела в воду спиной вперед.

Приземление вышло жестким. Я бы даже сказала, очень жестким. От боли и удара в глазах потемнело, а когда я попыталась опереться на локти, что-то под рукой хрустнуло и вроде бы прояснявшийся мир завертелся бешенной круговертью.

Глава 1. Здравствуй, новый мир

Новый удар я почти не почувствовала, в отличие от сомкнувшейся вокруг ледяной воды. Вот прямо ледяной-ледяной, как только из холодильника! Одежда мгновенно окончательно промокла, став раза в два тяжелее. Рефлекторно дернула руками, постаралась на что-нибудь опереться и, когда это вроде бы удалось, стараясь не обращать внимания на скользкие камни под руками и на холод, кое-как села. Перед глазами всё ещё было темно, голова и спина пульсировали болью, но сейчас я хотя бы могла дышать.

Воздух пах незнакомо. Журчала вода, как оказалось, когда в глазах прояснилось, ручей, посреди которого я и сидела. Ярко светило солнце, озаряя зелёную травку вокруг и высоченную красноватую гору слева от меня. Без шуток. Самую настоящую гору, вершина которой терялась в облаках, и в которой была, наверное, не одна тысяча метров. Кажется, головой я приложилась слишком сильно. Или это сон? Другого объяснения того, каким таким образом из города-миллионника я перенеслась в горную долину, я просто не представляла. Но этот вопрос оставила на потом.

Сейчас хотелось поскорее выбраться на сушу: ног и нижней части тела я от холода уже почти не чувствовала. Для этого, правда, сначала пришлось кое-как повернуться и встать на четвереньки, а потом уже пытаться подняться.

В результате этой попытки чуть снова не навернулась на каких-то склизко-скользких камнях, покрывавших дно ручья, и, решив больше не рисковать, метр до берега скорее проползла, чем прошла. По итогу чего потом, уже немного отогревшись, обнаружила, что расцарапала о какой-то камень руку и разодрала брюки. Да и остальная одежда знавала лучшие времена: пальто в насквозь мокром виде вообще напоминало скорее тряпку, чем верхнюю одежду, в ботинках хлюпало, пальцы на ногах едва шевелились…

Следующие полчаса я отжимала всё, что можно было отжать, отогревалась, параллельно разминая закоченевшие конечности, и отбивалась от так и норовящей впиться куда-нибудь мошки.

Главным образом из-за неё вскоре пришлось натянуть обратно противно мокрую одежду и обувь. После чего я наконец внимательнее огляделась.

С одной стороны долины стеной возвышалась та самая гора, с другой горы тоже были, но дальше и вроде как меньше. На пути к ним по краям луга, через который бежал ручей, виднелись невысокие отсюда деревья. Где я, у меня не было ни малейших идей: этого места я никогда раньше не видела ни вживую, ни в фильмах или на картинках. Что-то подобное, конечно, порой в ленте попадалось, но именно подобное, не такое же.

Как я тут оказалась, тоже не представляла. Нет, я помнила и лужу, и своё позорное падение, буквально иллюстрирующее фразеологизм «сел в лужу», но как из лужи я очутилась в ручье?..

Оставаться на месте я смысла не видела: сон или бред получившего сотрясение мозга, а делать что-то нужно. Двигаться решила по берегу ручья, следуя за его течением, рассудив, что куда-то он всё равно впадает. Может, конечно, в другой ручей, но рано или поздно всё же должна быть река. Да и вверх по течению ещё может оказаться гора, а вниз вряд ли. Ну и собственно, какая разница, в какую сторону идти, в своём собственном сне?

Идея оказалась здравой и небесполезной: вскоре ручей вильнул, и на галечной отмели обнаружилась позабытая мной сумка, смотрящаяся на белых камнях чужеродно яркой. Это заставило ускориться: в сумке были деньги, документы, а главное мобильный. Оставалось надеяться, что вынужденное купание ничему из этого не повредило.

Надеялась я зря. Сумка, вроде бы кожаная, тоже оказалась насквозь мокрой, документы спас только zip-пакет, в который я их упаковывала после того, как однажды в сумке у меня пролился антисептик, и паспорт едва не пришлось восстанавливать. Но кроме документов водой пропиталось все кроме аптечки, начиная с блокнота и заканчивая мобильным и купюрами в кошельке. А в отличие от кнопочных предков разобрать и просушить современный смартфон не так-то просто. Я не стала и пытаться – ни ключа для отсека с сим-картой и карточкой, ни тем более специальных инструментов для разбора корпуса я с собой не носила.

Но остальное наверняка можно просушить, так этим я и занялась. Разложенное на камнях содержимое сумки под ярким и отчётливо припекающим солнышком высохнуть должно было быстро, так что мне оставалось только ждать. Ну и постараться просушиться самой, конечно. Да ещё так, чтобы не быть при этом сожранной вездесущей мошкой.

Шум я услышала не сразу. За журчанием ручья, настырным звоном присоединившихся к мошке комаров и пением птиц слышно тот до поры до времени почти не было, я и не обратила внимания на новые звуки. Но, когда взвилась в воздух и тревожно завопила какая-то птица, поневоле заинтересовалась, что её спугнуло.

На противоположном берегу ближе к краю луга обнаружилась группа странно одетых и о чём-то громко спорящих на непонятном языке людей. Пока они меня не замечали, благодаря высокой траве, не иначе, но я не обольщалась, стоит подняться на ноги – заметят. Что-то в них меня насторожило, так что обнаруживать себя я не стала, наоборот распласталась на камнях и потянулась к подсохшей сумке, благо положила ту недалеко от себя, вывернула её и поспешно скидала как придётся сушащиеся вещи.

Двойняшки Шантерер перевоплощались в нетопыря. Очень крупного, больше Эльги, но всё же нетопыря. Летать на таком кому-то ещё уже было непросто, но если очень постараться и использовать пару приспособлений, возможно.

Стрелка изменила направление, когда они пролетали над луговиной в одной из долин. Эльга, как договаривались, затеребила ухо огромной летучей мыши. Та тут же пошла на снижение. Вот только в долине оказались люди. Судя по одежде и оружию, наемники. К счастью, хотя бы без луков.

Нетопырь изменил направление. Видели близняшки днём вполне сносно – перестраивать зрение с таким воплощением они научились давным-давно, да и вообще очень хорошо владели искусством перевоплощений, всё же тренировались вместе с детства.

Приземлились, заложив круг так, чтобы сначала горой, а потом деревьями прикрыться от лишних взглядов.

– Что будешь делать? – перевоплотившись, поинтересовался Тис.

– Попробую тихо туда пробраться, – вздохнула Эльга. Других вариантов она не видела.

– Уверена?

– Тот, на кого указывает артефакт, где-то там, ближе к ручью.

– Там есть кто-то, – кивнул Трин.

– Ну вот. Значит мне нужно до него добраться. Наёмники вроде бы пока далеко оттуда, если держаться в траве у воды, можно проскользнуть. А там перевоплотимся и взлетим.

– Если попадёшься, на нас особо не рассчитывай. Отвлечь их попробуем, но не больше. Хотя тэе скажем, конечно.

– Договорились.

Голоса постепенно приближались. Вещи я уже собрала, но давать о себе знать не спешила. Как-то не внушали они мне доверия. Потому сидела так, чтобы полностью скрыться за травой. Вот только меня всё равно нашли. Правда, не те тёмные, а некто совершенно иной.

Девчонка лет пятнадцати вылезла из ручья. Я, когда она появилась, едва сдержала вскрик. Светловолосая, с чуть раскосыми тёмными глазами, мокрая как мышь и дрожащая от холода. Поняв, что обнаружена, она приложила палец к губам и, когда я кивнула, ползком выбралась ко мне на берег. Вода стекала с её волос и одежды.

Оказавшись на насыпи, несколько минут она просто лежала. Я даже подумала о том, чтобы предложить ей свое пальто, только толку с того, мокрого?.. Хотя ей, наверное, и от него будет теплее. Я прекрасно помнила, какой температуры эта водица, так что подвинула к ней одежду.

– Одень, всё теплее.

Она мотнула головой и шепотом спросила:

– Рас та лэне?

Теперь уже я покачала головой. Кроме английского я иностранных языков не знала, максимум могла на слух отличить от китайского-японского итальянский-испанский, но никак не итальянский от испанского и тем паче китайский от японского. Да и английским владела на уровне «в школе учила, могу худо-бедно объясниться».

Девчонка нахмурилась и повторила вопрос, добавив к нему пару слов, уже скорее утвердительных.

– Я не понимаю. – Повторила по-английски: – Don’t understand you.

Она тоже сменила язык, но без толку. Я снова повторила тот же ответ.

Видимо, после этого до неё наконец дошло. Знаками попросив следовать за ней, она поползла… обратно к ручью.

Шепотом возмутилась:

– Я туда не полезу! – Меня ухватили за руку и потянули. – Он ледяной, я уже накупалась!

Девчонка возмутилась, попыталась что-то втолковать по-своему, а потом, видимо, поняв, что я все равно не пойму, вдруг схватила меня за обе ладони.

Миг, и мир снова завертелся, я почувствовала, что падаю, но через ещё одно мгновение ощущение падения прошло, а я снова увидела ручей, правда, с высоты, куда большей чем мой собственный весьма средний рост.

Повернула голову, увидела сумку и пальто, тоже странно уменьшившиеся, и попыталась снова их схватить. К вещам метнулась… лапа. Стоп! Что?! Пока я в шоке разглядывала превратившуюся в нечто непонятное руку, кто-то выкрикнул нечто агрессивно-предупреждающее. Вскинув голову, обнаружила, что ко мне бегут те самые ещё недавно спорившие люди.

Над головой хлопнули огромные крылья, а потом меня потянуло куда-то вверх. Каким чудом я успела схватить сумку, я сказать бы не смогла. Земля стала отдаляться, я закрутила головой, пытаясь понять, что происходит. Но единственным, что смогла разглядеть, были поднимающиеся и опускающиеся крылья, да сжимающие сумочку лапы. А где-то внизу под ними уже превратившийся в ленту ручей и тёмные точки вокруг него.

«Да не мешай ты! – зло рявкнула на меня девчонка на уже вполне понятном языке. Я попыталась обернуться: голос звучал совсем близко. – Головой не крути! Я из-за тебя не могу понять, куда лететь!»

«Лететь?! Как лететь?»

«Просто смотри прямо, а?! – потребовали у меня. Я повернула голову в нормальное положение и так замерла. – Во-от, так и смотри!»

Впереди была гора, словно даже не приближающаяся. Поросшая внизу деревьями, выше она становилась почти отвесной. Но мы летели именно к ней. Ощущения от полета были странными, но я не удивлялась – чего только не присниться! А в том, что это сон, я уже не сомневалась: ну не может же такое происходить в реальности?..

Голова немного кружилась, очертания горы впереди вдруг начали расплываться.

«Уже?! Ты издеваешься?! Постарайся хоть до края долины продержаться!» – теперь голос звучал обеспокоенно.

Я ничего не поняла.

«Не отключайся, ради всех богов! Если мы свалимся с такой высоты, это сразу насмерть!»

Я вроде бы и не собиралась. Просто перед глазами всё то и дело расплывалось, а голова всё сильнее кружилась.

Мы начали снижаться к горе впереди. Внизу замелькали деревья.

«Ещё немного! И смотри ты прямо, а не вниз!»

Я моргнула и уставилась прямо. Из-за этого и головокружения видно было не так много (хотя, кажется, как будто гораздо больше, чем обычно), да и, насколько мы высоко, я понимала смутно, но, по крайней мере, мы летели. И что-то в полёте, в проплывающих внизу деревьях и ручье, во вздымающихся и опадающих крыльях, пожалуй, было.

«Мне тоже нравится летать, – в голосе девчонки послышалась улыбка. Впереди показалась поляна, и мы начали опускаться на неё. – Не спи! Лапы!»

О чём она, я не поняла. В результате о землю мы приложились болезненно и грудью.

«Оох».

Мир снова крутанулся.

Осознала я себя уже сидящей на земле и в каком-то сером плаще. Рядом о чём-то спорили на непонятном языке уже знакомая девчонка и двое парней примерно её возраста. Она тыкала им во что-то вроде компаса и указывала на меня, они что-то возражали.

Но к решению пришли быстро. И вот тогда я впервые увидела, как это происходит. Один из парней схватил девчонку за руки и на их месте возник… монстр. Иначе я непонятное четырёхкрылое нечто с двумя когтистыми, похожими на орлиные, лапами назвать не могла. Второй парень как-то неохотно подошёл ко мне и протянул руки ладонями вниз.

Я ничего не понимала, но с другой стороны, во сне и не такое бывает. А если хорошо приложиться головой, тем более. Я же, кажется, приложилась весьма качественно.

– Мне надо взяться за них? Или что?

Парень что-то сказал, а потом схватил меня за руки. Мир крутнулся. А потом я увидела над собой когтистую лапу.

«Эй, не дергайся! Вот вроде взрослая тётка, а перевоплощаться не умеешь!»

Но замереть меня заставило не это, а знакомая сумка во второй когтистой лапе.

А потом я почувствовала, как когти сжались на животе, подняли меня, оторвали от земли и куда-то потащили.

«Повезло, что это воплощение мелкое, а у Эльги с Трином химера всегда большая, – прокомментировал это голос того мальчишки, что схватил меня за ладони, словно прямо в голове. – Лежи спокойно, глядишь и успеют дотащить, до того как начнёшь отрубаться. Тут до Теена не так и далеко».

Мы снова поднялись над деревьями и начали набирать высоту, но ощущения сейчас были совсем другие. Словно уже не я летела, а меня волокли. Что, собственно и недалеко от истины – нетопыринные и птичьи крылья молотили по воздуху где-то сильно выше, когти одной лапы сжимали мою тушку, а другой сумку.

Гора впереди действительно была высоченной, но мы и не пытались её перелететь, а скорее огибали. Вскоре впереди стал виден перевал, этакая седловина.

Он медленно приближался, в лицо ударил порыв ветра, потом ещё один и ещё. У меня снова закружилась голова.

«Вот слабачка! Терпи. Ладно, если просто отключимся, а если перевоплотимся?..»

Мы стали снижаться, чтобы преодолеть его почти у самой земли и снова немного подняться. По ту сторону перевала оказалась ещё одна долина, а сбоку от нас, на склоне возвышалось… возвышался… Замок? Город? Этакий Минас-Тирит из фильма, но с другой архитектурой и не под горой, а прямо в горе, тоже красной и, кажется, ещё более огромной, чем та, которую мы обогнули.

«Теен», – пояснили мне. Как будто это что-то объясняло!

Поселение – а это, пожалуй, всё же был город – не было таким уж большим, и располагалось в несколько ярусов, занятых домиками с красной черепичной крышей, пристроенными, кажется, прямо к горе, вьющейся вдоль них дорогой, огороженной высокой стеной с другой стороны. На верхнем ярусе возвышался настоящий замок с окнами-бойницами, крепостной стеной и почему-то широкими площадками вроде балконов, но больших. Такие же были и на других ярусах.

Разглядеть их я толком уже не смогла, когда мы долетели до города, мир вращался уже так, что всё казалось размытым. Да и мы площадки проигнорировали, направились к домам одного из верхних ярусов и скорее бухнулись, чем приземлились во дворе одного из них.

А потом мир крутнулся.

Очнулась я уже в постели в какой-то комнате с малюсеньким окошечком. Кажется спальне. По крайней мере, лежала я на старомодной кровати со столбиками, накрытая лоскутным одеялом. Кажется, без одежды, потому сначала я подтянула одеяло повыше, а потом уже продолжила осматриваться.

На сундуке под окном высилась гора подушек. Сбоку от него висел гобелен с растительным орнаментом. А неподалеку от двери о чём-то спорили уже знакомые девчонка и мальчишки. Пахло травами, причем скорее неприятно, чем вкусно.

– Эльга, – тронул девочку за плечо тот, кто стоял лицом ко мне, и указал на меня.

Девчонка оглянулась. На лице возникло облегчение. Потом она подошла и сунула мне в руки кружку, из которой и шёл травяной аромат.

– Я не буду это пить, – для убедительности мотнула головой.

Она выдала длинную тираду и настойчиво пихнула кружку мне в руки. Пришлось взять. Но пить я не стала, поставила около кровати.

– Эльга шале тэе теке, – заметил парень.

– Нор! Аше конел, – возразила ему девчонка.

Мальчишка что-то ответил, но второй поймал его за плечо, негромко сказал пару фраз и они, посмотрев на девчонку, вышли. Та, что-то сказав мне, поспешила за ними.

Я, оставшись одна, принялась ощупывать свою многострадальную голову, но вроде ссадин на ней не было. Расцарапанная о камни ладонь тоже выглядела не так уж плохо. Ребра немного ныли, но терпимо. А вот куда подевалась моя одежда, я не понимала. Видимо, это был сон из серии тех, когда ты понимаешь, что пришёл в школу или на работу в одном бюстгальтере или ночнушке вместо нормальной одежды…

Девчонка вернулась только через несколько минут. Указала на себя:

– Эльгиндее Ультереен.

– Катя, – я повторила её жест.

– Катиа?

Попробовала на английский манер:

– Кейт.

– Кэит?

Это тоже звучало так себе, так что пришлось искать более подходящую к местному наречию альтернативу:

– Екатерина. Рина.

– Рина, – вот теперь она действительно повторила без ошибок.

Я кивнула. Указала на неё:

– Эльга?

– Эльга, – согласилась спутница. Подняла с пола кружку и настойчиво пихнула мне в руки. – Рина лете лесет.

Помотала головой. Вздохнув, девчонка забрала ту, сделала глоток сама и, повернув посудину другой стороной, снова вручила мне.

Пить из неё сильнее не захотелось, но что таким образом мне хотели показать, я уяснила. Вредным содержимое не было. И, видимо, почему-то было нужно, чтобы я его выпила. Впрочем, если это сон, то почему собственно нет?..

Я сделала несколько глотков, поморщилась от вкуса и попыталась снова поставить на пол. Не тут-то было. Пока я не допила, девчонка не успокоилась, повторяя одну и ту же фразу в разных вариациях.

Зато потом и кружку забрала и снова вышла. Я села и завернулась в одеяло.

На этот раз вернулась Эльга с тряпками, при ближайшем рассмотрении оказавшимися платьем типа мешок обыкновенный, чем-то вроде короткой ночной рубашки и панталонами. Всё было сшито из той же странной серебристой ткани, что и одежда девчонки и тех мальчишек. С серебристыми же нитками, заметными по швам, отнюдь не машинным.

Поблагодарив, дождалась, когда она выйдет, и уже тогда стала одеваться – вся моя одежда куда-то исчезла ещё там, в горах, это я помнила отчетливо. В платье, пусть и таком странном, стало комфортнее и теплее. Не то что бы в комнате было холодно, под одеялом точно нет, но вот без с мокрыми волосами все же знобило.

Выглянув из комнаты, у двери обнаружила нечто вроде балеток, только тоже тканевых и с плотной, кажется, деревянной подошвой. Были они мне немного маловаты, но всё лучше, чем босой.

Эльги видно нигде не было, за дверью начинался небольшой коридорчик с несколькими дверями из него и лестницей. Девчонка, судя по звукам, спустилась на этаж ниже, так что заглядывать за другие двери я не стала, направилась к лестнице.

Та безбожно скрипела, так что, когда я спустилась, девчонка уже ждала около неё.

– Лесте, – скомандовала Эльга, для наглядности махнув рукой, чтобы я следовала за ней, и направилась куда-то вглубь дома.

Наверное, можно было бы остаться здесь или просто из принципа пойти куда-то ещё, но я решила плыть по течению и последовала за девчонкой.

Она привела меня на кухню и, подхватив кувшин, налила воды в уже знакомую кружку, а потом, сопроводив это словом, по всей видимости, обозначающее воду, протянула мне.

– Спасибо, – запить гадостный привкус трав действительно хотелось.

После этого Эльга достала и нарезала – почему-то кинжалом – хлеб, а к нему притащила из-за небольшой дверцы, видимо, в кладовую, копченный окорок. Отрезала от него кусок этим же кинжалом, положила на кусок хлеба и подвинула в мою сторону.

– Я пока не очень голодная.

Меня не поняли: девочка сделала ещё один странноватый бутерброд себе и принялась за еду.

Покачала головой, указала на свои руки и произнесла слово, обозначающее воду.

– Лесте, – поднялась девочка и сделала жест следовать за собой.

Поняла она меня правильно, судя по тому, что пришли мы в ванную. С деревянной бадьей, тазом и ведрами, которыми, видимо, следовало воду натаскивать. Эльга вручила мне что-то вроде мыла, зачерпнула из ведра и когда я намылила руки и положила жесткий кусочек обратно, полила на рук из ковшика.

После этого, мы вернулись на кухню и мне указали на бутерброд. Пришлось тоже взять. Надеясь, что пока я одевалась, руки Эльга успела помыть, взялась за бутерброд:

– Спасибо.

– Дэр, – улыбнулась девчонка. И, в пару укусов доев свой бутерброд, принялась делать третий.

Его снова подвинула ко мне и накромсала четвертый. Получился тот ещё более кривым, но её это, кажется, ничуть не смущало.

Отказываться не стала, и не потому что она всё равно не поймёт, а потому что как-то неожиданно поняла, что действительно хочу есть. Вот, казалось бы, ведь плотно пообедала перед выходом из дома! Или времени на самом деле прошло больше, чем мне казалось?

Пока ела, оглядывалась, убеждаясь, что сон у меня со средневековыми мотивами. Ничего даже близко напоминающего привычные приборы здесь не было. Вместо плиты что-то вроде средневекового очага, холодильника нет и в помине, посуда в основном глиняная. Раковины и той нет, только лохань. При этом под потолком висело что-то вроде лампы, а вот выключателя я не нашла.

Доев, Эльга сначала зарылась в один из стоящих у стены шкафов, как оказалось, чтобы найти вторую кружку, тоже глиняную, а потом вытащила из очага нечто очень смутно напоминающее кастрюлю. Зачерпнула из неё воду прямо кружкой, и уже в неё сыпанула каких-то листочков. Я проглотила совет использовать для этого хотя бы ковшик, что ли. Всё равно не поймёт. С моего молчаливого попустительства то же было проделано и со второй кружкой.

Меня о чём-то спросили, но я снова качнула головой:

– Не понимаю.

Пришлось ей объясняться жестами. Уяснив наконец, что она спрашивает, нарезать ли мне ещё, замотала головой, и Эльга утащила мясо обратно за дверку. А вот хлеба отрезала ещё.

Я не возражала – он был немного непривычный, но всё же вкусный. Настой на этот раз, как ни странно, тоже вышел ничего так, а может просто сказалось то, что он был тёплый. А, может, просто я слишком устала. Хотя как можно устать во сне?

После того как мы допили содержимое кружек, мне устроили что-то вроде экскурсии: показали кладовую с практически пустыми полками, гостиную, расположенную по другую сторону лестницы, ещё одну комнату не очень понятного назначения рядом с ней, и маленький туалет типа дыра в полу. На удивление расположенный прямо в доме и не «благоухающий» как это обычно бывает даже в уличных биотуалетах. Впрочем, чего я хочу от сна? Пусть и несколько странного?

Ориентировалась в доме и вела себя Эльга уверенно, похоже, было, что здесь она и жила. Косвенно это подтвердили и стоящие у порога сапожки явно её размера, то, как привычно она обогнула скрипучую половицу, под моей ногой разродившуюся целой симфонией скрипов, и легко найденная дополнительная кружка.

Эльга уже не пыталась ничего спрашивать, видимо, поняла, что с их языком у меня всё сложно, как и наоборот. Я тоже не горела желанием общаться.

Везде, стоило хозяйке что-то сказать и хлопнуть по стене, под потолком вспыхивали странные лампы. Комнаты же были заставлены громоздкой деревянной мебелью так, что было тесно даже вдвоём. Но, похоже, Эльгу это не слишком смущало.

А вот меня многое напрягало всё больше: единственная кружка на столе могла ещё ничего не значить, но у порога стояли только одни сапожки, в ванной висело одно единственное полотенце… Как будто жила она здесь совершенно одна. И, судя по тому, как заросла пылью немногочисленная посуда для готовки, пользовалась ей редко, если вообще пользовалась.

Закончив с экскурсией по первому этажу, девушка поднялась на второй и, остановившись около одной из закрытых дверей, указала на себя и на дверь:

– Эльга. – Я кивнула. Мы дошли до следующей двери, ту, за которой скрывалась уже знакомая спальня. Мне указали на неё: – Рина.

– Я могу здесь остаться?

Девушка помотала головой и повторила моё имя. Я указала на себя, на кровать и тоже назвала непривычное имя.

Эльга закивала. Похоже, я всё поняла верно.

Но сразу в комнату я не пошла, направилась вниз, знакомиться с местным сортиром, так сказать. И вот это желание было странным. Впрочем, странностей у этого сна хватало. Начиная с самого содержания, и заканчивая всем этим – усталостью, голодом, другими потребностями.

Потом уже помыла руки, умылась и, сообщив девочке, выглянувшей из гостиной, что пойду наверх, полежу, направилась вверх по лестнице.

В спальне царил полумрак: света маленькое окошко не давало, да и за тем уже, похоже, темнело, а как включить лампу я не понимала. Можно было пойти спросить у Эльги, но куда-то идти не хотелось – накатила усталость. Не став над собой издеваться, направилась к кровати.

Постель была довольно жёсткой, но оно и к лучшему: от мягких матрасов у меня потом болела спина. Поймав себя на том, что рассуждаю так, словно действительно собираюсь на ней спать, усмехнулась. Спать во сне. Вот ведь глупость! А между тем спать уже действительно хотелось. Поэтому я прилегла на пару минут и сама не поняла, как задремала. Чтобы проснуться от холода, забраться под одеяло и уснуть дальше.

Эльга проводила взглядом Рину и отправилась обратно на кухню. Набрала себе отвара– делала она его из-за гостьи, но самой тоже хуже не будет, если попьёт – и опустилась на табурет. Её находка оказалась странной. Мало того, что опыта перевоплощений у неё, несмотря на то, что выглядела она взрослой, не было совершенно, и отключаться она начинала уже через какие-то жалкие минуты полёта, но она ещё и не говорила на их языке и, кажется, вообще мало что понимала.

Но их природным обликом, по словам парней, оказался грифон. Да, всё ещё химера, но уже куда более гармоничная. К тому же, в какой-то книге по перевоплощениям Эльге попадалось мнение, что грифонов относят к химерам ошибочно, и на самом деле обычные для химерных воплощений ограничения на них не распространяются.

На это очень хотелось надеяться, но девушка отчетливо понимала, что для тэе аргументом такое воплощение не станет. Учитывая её странности, в Рине заподозрят шпионку и бросят в темницу. И плакала тогда последняя надежда Эльги. Нет, говорить взрослым о своей находке пока не стоило. Вот только убедить в этом близнецов удалось с трудом. Однако всё же удалось. А, позже, получив обещанные деньги, они и вовсе пообещали молчать как рыбы. Но, если тэе или Вил узнает, это Эльгина идея и её же ответственность. Она против такой позиции не возражала, та в общем-то была вполне правдивой. Разберется. Главное, что артефакт показывает на Рину, а значит шанс есть.

Поднявшись к себе, Эльга взяла странный вещевой мешок своей находки. Заглянуть внутрь и оценить содержимое – очень странное – она уже успела, но вопросов от этого стало только больше. Вот только задать их вне перевоплощения, похоже, не выйдет: Рина её совершенно точно не понимала. Поэтому сейчас решила вернуть вещи девушке.

Но та, когда она вошла, уже спала. Похоже, первые воплощения дались ей тяжело. И в этом как раз ничего удивительного не было. В отличие от того, почему они первые в таком возрасте. Она ведь давно уже должна была закончить Теен – выглядела она примерно сверстницей Вилеена. Тот же выпустился ещё до того, как сама Эльга сюда переехала, а она жила здесь не с семи-восьми, как большинство, а с пяти лет.

Светлые волосы, странные черные полосы под глазами, словно она подводила их углём, сейчас уже почти стершиеся. Очень странные вещи, и одежда, увы, исчезнувшая при перевоплощении. Откуда взялась в той долине Рина, Эльга не понимала. Но отдавать её в руки тех, кто наверняка постарается это выяснить, была не готова. Ей нужен этот шанс, и она его использует.

Утром я долго не могла понять, где это я. В комнате, где я проснулась, были каменные стены без обоев и украшений кроме какой-то тряпки, маленькое окошко без штор, но всё равно почти не дающее света, старомодный сундук около него и массивная кровать со столбиками. Эта самая кровать и зацепила в памяти ворох воспоминаний из сна. Или всё же не сна?!

В том, что сейчас я не сплю, у меня сомнений не было, я только что проснулась и это осознавала абсолютно чётко. Простое платье в пол, лежащее на том самом сундуке рядом с моей откуда-то взявшейся тут сумкой, и обстановка комнаты намекали, что всё увиденное мне тоже не приснилось. И это объясняло и то, что я во «сне» испытывала обычные человеческие потребности, и то, что ощущала боль, и многое другое. Кроме разве что того, как, черт побери, я здесь, а точнее в том ручье, оказалась?!

Глава 2. Последствия купания в горном ручье

Глава 2. Последствия купания в горном ручье

Это не сон! Чёрт… Это было дико. Да, блин, я скорее готова была поверить в то, что так здорово треснулась головой, что заработала сотрясение и загремела в больничку, но факты… Факты указывали на то, что происходящее не бред, не эффект от лекарств и тем более не сон.

Ладно, еда, естественные потребности, ну наложились ощущения тела, тот же голод или потребность в использовании, кхм, белого друга, мозг и подсунул решение проблемы, а тело тем временем с ложечки в больнице покормили. Откуда в этом случае возникла боль от удара о землю, или вкус трав в том отваре, или то, что я устала и захотела спать, объяснить сложнее, но тоже можно. И это все мелочи. Тревожные, но мелочи.

Проблема даже не в них, а в том, что невозможно проснуться и остаться во сне. А я совершенно точно проснулась, и это было не «вроде как проснулась во сне», а вполне реальное такое пробуждение. Ну то есть я была абсолютно уверена, что не сплю. Не знаю, как это объяснить, вот просто была уверена и все. И вот этот факт стал в копилке странностей тем самым последним камушком, который заставил меня взглянуть правде в глаза: я, кажется, и правда оказалась не пойми где, превращалась во что-то совершенно другое и летала. На самом деле летала. Да не сама, да скорее наблюдателем, чем “пилотом”, но сам факт того, что я помню, как ветер касался перьев на лице, помню это чувство высоты, помню боль от удара, когда не выставила лапы, помню, как сжимали меня когти той монстрячины, в которую превратились на моих глазах Эльга и тот парень. И это… Это было реально. Странно, но в этом… мире?.. реально.

Вот только как я здесь оказалась и почему, а главное, как мне попасть обратно, я совершенно не понимала. И хотела назад, к привычной жизни. Без всяких странных созданий. Пусть с ипотечной квартирой и без работы, но привычной моей жизни. Да, меня там никто не ждёт, но там моя – ну, почти моя – квартира! Я на первый взнос за неё не один год откладывала, отказывая себе даже в маленьких книжных радостях! И отдать её каким-то там двоюродным, которых в глаза десятилетиями не видела?! Или банку? Ну уж нет! Я вернусь к ней, доделаю, как и хотела, ремонт, заведу кота, найду работу… Но для этого нужно сначала вернуться. А вот как это сделать я близко не представляла. И с этим нужно было что-то делать.

К тому моменту как в дверь постучали, я успела несколько успокоиться. Да и смысл возмущаться, если девушка всё равно меня не поймёт?

– Рина сарте? – в дверь просунулась голова Эльги. Звучал голос немного странно, словно в нос.

Я к этому моменту уже разложила вещи из сумки досушиваться, отложив в сторону удачно завалявшийся после посещения стоматолога набор из зубной щетки и пасты, надела платье и сейчас пыталась разглядеть что-нибудь за мутным стеклом. Отозвалась:

– Если ты о том, проснулась ли я, то да, проснулась. Правда, совершенно не понимаю, почему здесь, а не у себя дома!

Эльга чуть наклонила голову и что-то переспросила, но я, разумеется, не поняла ни слова. Потому вздохнула, махнула рукой и направилась к двери и хозяйке. Та, правильно разгадав мои намерения, поспешила на кухню.

Завтракали мы снова бутербродами. У меня уже даже начало закрадываться подозрение, что готовить Эльга банально не умела, а кроме неё здесь никого не было. И косвенно это подтверждалось пылью на посуде. Но, может, не хотела связываться с растопкой очага. Или правильнее назвать это приспособление печью?.. Что бы это ни было, формой на русскую печку, которую мне приходилось пару раз в жизни видеть, оно не слишком походило.

Почти сразу после еды девушка жестами объяснила, что надо следовать за ней и вывела меня на улицу. Точнее на задний двор. Небольшой и с одной стороны отгороженный домом, с двух других – какими-то, видимо, хозяйственными постройками, а с третьей примыкающий к резко уходящей вверх скале.

Здесь Эльга остановилась и уже знакомым жестом протянула мне руки ладонями вниз. Сначала я хотела спрятать руки за спину, но потом вспомнила, что вот после этого мы могли наконец друг друга понять и всё же взяла её за руки.

Мир крутнулся.

Ракурс и поле зрения изменились, ощущения от тела тоже.

«Ты можешь мне объяснить, что за ерунда происходит, когда ты так делаешь? Почему вчера после этого я летела? И что это вообще было?»

«Перевоплощение. Ты – лэне».

«Эм. А по-человечески?»

Девчонка вздохнула:

«Не понимаешь, да? Ты действительно откуда-то не отсюда? Поэтому твои вещи такие странные?»

«Обычные вещи. Скорее это у вас здесь всё странное. И одежда, и всё остальное. Это и правда другой мир?»

«Не знаю. Возможно. Но я думала, другие миры – это сказки».

«Поверь мне, я тоже. Но, видимо, нет. Ваш на мой совсем не похож. Ладно. Что такое эти ваши перевоплощения?»

Путём нехитрых расспросов удалось выяснить, что в ходе перевоплощения те, у кого есть к ним способности – лэне и лайне, что бы это не значило – могут вроде как менять форму, становясь из людей разными существами. Вроде того увиденного мной вчера четырехкрылого когтистого монстра. Но вот как раз такое вот монстрячное называют химерой, а они почему-то считаются чем-то плохим. Грифон, который выходил у нас с Эльгой, это уже лучше, но его тоже официально относят к химерам, но вроде бы только официально. Так что лучше бы нам пока не показывать его и меня никому. Почему, я выяснить не успела – дальше игнорировать головокружение уже стало сложно, Эльга его заметила и перевоплотила нас обратно.

Вопросов после этого сеанса общения у меня стало только больше. Вот только задать их до следующего раза, видимо, не выйдет. Эльга шмыгнула носом. Когда мы вошли в дом, и она снова шмыгнула, я предложила:

– Давай, может быть, чаю сделаем?

Меня, разумеется, не поняли. Но горшок с водой в очаге оказался ещё тёплым, так что с горячим проблем не возникло. Потом я задалась вопросом готовки. Бутерброды с мясом – это неплохо, но это не еда как таковая. Вот только продуктов, из которых можно было бы готовить, в доме не оказалось.

То ли питалась Эльга где-то в другом месте, что, скорее всего, то ли так и жила с бутербродами. Я пожалела, что за выяснением про перевоплощения не узнала, где её родные. Пятнадцати-шестнадцатилетние девчонки не должны жить одни, даже если это околосредневековье и здесь возраст взросления другой. Вон достаточно взглянуть на её кухню и станет понятно, почему не должны.

Зато немного прояснился вопрос с посудой. Та здесь была довольно специфической, но не такой и однообразной, просто Эльга хранила её в шкафчиках.

Постановила:

– Нужны продукты.

Меня, конечно же, не поняли. Пришлось уже мне брать её за руку и тащить на задний двор.

После того как мир крутнулся, озвучила список продуктов.

«Ты умеешь готовить?»

«Само собой. Но, чтобы готовить, нужны продукты».

Когда Эльга пообещала, что сейчас за ними сходит, но мне лучше пока остаться здесь и её подождать, уже борясь с головокружением, спросила:

«Ты живёшь здесь совсем одна? Без взрослых?»

Ответ был коротким, но утвердительным. А потом мир снова завертелся.

Пока Эльга ходила по магазинам, или что тут у них вместо них, я порылась по шкафам, отыскала нечто отдаленно похожее на медную сковородку и хотела прибраться, но уткнулась в проблему с водой. Привычной раковины здесь, разумеется, не было, никакого крана тоже не имелось, только стояло неподалеку от очага ведро, а ближе к стене на табурете деревянная лохань. И, наверное, можно было налить в неё воду и в ней же помыть, но я предпочла подождать хозяйку.

Эльга вернулась примерно через час (ну, по субъективным ощущениям) с яйцами, молоком и маслом, за который я успела найти ложки, тарелки и тому подобное. Масло было только сливочное, подсолнечник тут то ли не знали, то ли не умели обрабатывать, но я решила, что подойдет и оно. Оставив продукты, девчушка снова ушла. Но вернулась быстрее и с овощами. Хотела уйти ещё куда-то, наверное, за мясом, но выглядела она уже так, что отпускать я её побоялась. Кажется, простыла, что после купания в ручье немудрено. Удивительно, как я сама умудрилась не простудиться.

Объясняться пришлось жестами, но смысл передать удалось, Эльга задвинула засов и переобулась в домашнюю обувь.

Потом, разобравшись, что я от неё ещё хочу, нашла мне такой же кусок чего-то вроде мыла, как лежащий в ванной, с некоторым удивлением проследила за тем как я старательно мою сначала яйца, а потом и овощи, и смазываю сковороду маслом, но спрашивать ничего не стала.

Разжигать очаг пришлось ей, но я внимательно смотрела, как она это делает. И, когда огонь разгорелся, поставила сковородку туда, где прежде стоял горшок.

Дальнейшее уже было делом техники.

Спустя некоторое время по кухне пополз запах вполне себе настоящей яичницы-глазуньи. Эльга смотрела на сковороду несколько удивленно, но с энтузиазмом. Кажется, это блюдо не было ей в новинку. Точно не было, судя по взгляду, с каким она смотрела на разложенную по тарелкам яичницу, поджаренную на больше напоминающей маленькую кастрюльку, чем сковороду посудине. Есть, правда, пришлось ложкой – вилок у неё я так и не нашла, а объяснить, что мне нужно не смогла. Но главное, что пообедали мы горячим, что уже было неплохо.

Водопровод, правда, в довольно странном виде, не заведенный в дом, здесь, как оказалось, имелся, вода, кажется, текла с гор по акведукам, так что пусть её и требовалось таскать со двора, хотя бы необходимости вытаскивать из колодца не было. Грязную воду, кажется, просто сливали в канализацию. Как работала она, я вообще сказать затруднялась. Но работала.

С посудой я решила не спешить, помыла пока только наши тарелки. Сейчас важнее было начать что-то делать с простудой. Правда как лечить ту без достижений фармацевтики я понимала смутно. Я бы просто купила какую-нибудь пшикалку в нос и ей притормозила насморк, пока проблема не развилась дальше. Но что делать в местных реалиях?..

Остановилась на горячем питье и отдыхе. Ну и поиске носового платка. А потому горячий чай… ну или настой на травах, раз чая нет, и в постель отсыпаться.

Идти спать Эльга отказалась наотрез, увязалась со мной обратно на кухню. На ужин я решила сделать картошку. Кроме неё девушка принесла лук и морковь – другой мир или нет, а овощи в целом были привычными. Правда, как оказалось потом, вкус несколько отличался, но не критично. Картофель был сладковат и в пюре без соли – ту на кухне Эльги я не нашла – это ощущалось особенно. Что не помешало девушке умять полкастрюли. Похоже, готовить она действительно не умела.

Смотрела она после этого так, что я не стала пытаться объяснить, что вообще-то пюре должно быть другим. И хотя с копчённым окороком его, конечно, есть можно, но вообще-то это все же гарнир. неплохо бы к нему что-то приготовить, тот же гуляш. Я, конечно, не мастер в кулинарии, но уж более-менее простые-то блюда к своим двадцати восьми научилась готовить и, кажется, вполне сносно.

Главное, что на отсутствие аппетита Эльга не жалуется, а значит не так и плохо пока себя чувствует. Будем надеяться, что всё обойдётся и не разболеется. А то что-то гложут меня подозрения, что тут об антибиотиках даже не слышали. Как и вообще о лекарствах кроме народных средств. А я близко не представляю, чем и как, например, сбивать температуру и, хуже того, когда вообще её уже сбивать, потому что и градусников здесь тоже точно нет!

Эльга что-то спросила, судя по выражению лица и умильному тону, просила приготовить ещё что-нибудь завтра.

– Завтра обязательно. Или омлет сделаю, или картошку пожарю. – Девушка нахмурилась. Оставалось только вздохнуть: – Завтра разберёмся. Пошли уже отдыхать.

В комнате я долго перебирала вещи, проверяя, как те высохли, а потом просматривала аптечку. В зип-пакете она не промокла, но, честно говоря, я не помнила, что у меня вообще есть. А проверить, похоже, стоило.

Я очень надеялась, что современные лекарства не потребуются, но всё же с ними спокойнее. Как-то на фоне переживаний за эту глупышку, за которой некому присмотреть, я уже даже перестала переживать из-за того, что оказалась непонятно где и неясно, выберусь ли. Отчасти потому что вопрос с возвращением быстро не решить, это уже ясно, а Эльга болеет и питается бутербродами сейчас. Будем надеяться, что завтра ей станет получше и можно будет попытаться выяснить, с кем из взрослых я могу поговорить о своей проблеме.

Утром стало понятно, что надеждам моим сбыться не суждено. А ещё более больная Эльга сразу после завтрака бутербродами (их уже делала я) начала куда-то собираться.

– И не думай! Тебе надо отлежаться!

Меня снова не поняли. Пришлось тащить на задний двор и после перевоплощения вправлять мозги на тему заботы о своём здоровье. Вот подросток есть подросток! Выяснилось, что ей нужно на занятия – вчера был выходной, а сегодня у них уроки.

«Пропустишь пару дней, ничего не случится. На тебя смотришь, уже хочется тебя отправить в кровать!»

«Да я просто простыла, ничего такого».

«Ничего такого легко может вылиться в осложнения! А с вашим уровнем развития это дорога в один конец! Поэтому давай ты день-два отлежишься? Я тебе что-нибудь приготовлю, не суп, конечно, который стоило бы, но, скажем, жаренную картошку».

Это заставило её заколебаться, а потом и согласится. Мучить её другими вопросами я не стала, уточнила пару чисто бытовых моментов, вроде того, где взять соль, и мы перевоплотились обратно. Постепенно я, кажется, привыкала к этому ощущению, да и голова начинала кружиться не прямо сразу.

День прошёл в бытовых заботах. Я прибиралась на кухне, готовила, разбиралась с тем, что здесь есть, а чего нет, и отпаивала Эльгу настоями. Как выяснилось, какие-то травки от простуды тут были, так что заварили именно их. Правда, не похоже, что они так уж помогали.

А ближе к вечеру в дверь постучали. Эльга, как раз доевшая свою четвертинку омлета, пошла открывать. Послышались голоса, а потом и шаги.

На кухню вошёл молодой, темноволосый и довольно симпатичный (особенно если представить его без усов) мужчина. Я бы дала ему лет тридцать с небольшим. На меня он смотрел удивленно и настороженно. Спросил что-то на своём языке.

Покачала головой:

– Я не понимаю.

Эльга принялась что-то объяснять, но я понимала только своё имя, время от времени проскальзывающее между других слов. Мужчина хмурился и переводил взгляд с меня на девочку. Что-то уточнял, она отвечала. Было максимально некомфортно вот так понимать, что меня обсуждают, но не иметь возможности объясниться самой.

Впрочем, с этим я, как оказалось, поспешила: минут через пять, после изучения того похожего на компас предмета, он снова посмотрел на меня и указал на дверь на задний двор.

Что он хочет, я не вполне поняла, но стоило выйти, Эльга схватила меня за руки:

«Это тэа’йе Вертее. Вилеен. Он помощник тэе».

Мне это ничего не сказало.

«Он хороший, но не верит, что ты мне подходишь для перевоплощений. И вообще сомневается насчет тебя. Поэтому я предложила показать», – пояснила она.

Дожидаться, пока у меня закружится голова, она не стала, мир крутнулся снова.

Вот только прежде чем я успела встать с земли, мужчина подошёл к нам и уже сам взял меня за руки. Всё снова завертелось.

«Кто ты? И откуда взялась?» – поинтересовались у меня.

«Разве Эльга не рассказала?»

«Я хочу услышать от тебя».

Скрывать свою историю не стала.

«Катя. Екатерина, если полностью. Можно Рина. И, видимо, я из другого мира».

«Это невозможно».

«Я тоже так думала, но тем не менее вот она я, в вашем странном мире. А я ведь не залазила ни в какие пещеры или необычные места! Просто шла, поскользнулась, упала и оказалась посреди ручья в той долине, где меня и нашла Эльга. Как так вышло, я понимаю не лучше вас. И я бы хотела вернуться домой».

«А где твой дом?» – похоже, он всё ещё не верил.

Я попыталась объяснить. Голова начинала кружиться. Вот только названия стран и городов, привычные мне, ничего мужчине не сказали. А голова тем временем кружилась все сильнее.

«Ты плывешь, – голос прозвучал с беспокойством. – Опыта перевоплощений у тебя совсем нет?»

«Я даже не знала, что так могу, – устало отозвалась я. – Говорю же, тогда с Эльгой это был первый раз».

«Тогда пора заканчивать. Но я приду завтра, и мы продолжим этот разговор».

«Погодите! Эльга. Ей нужна помощь. Она простыла в том ручье, он же ледяной. Ей нужны лекарства или что у вас тут есть, а может и врач. Не хватало ещё дотянуть до осложнений! Да и продукты нужны. Я же здесь ничего не знаю, я не смогу ни найти где их купить, ни объяснить, что мне нужно, ни разобраться с вашими деньгами!»

«С этим я помогу», – вот теперь его голос звучал мягче.

А потом мир закрутился, и уже мгновение спустя я обнаружила себя там же где и сидела. Рядом на коленях стоял мужчина.

– Вил, – представился он, указав на себя.

– Рина.

Эльга что-то выпалила. На лицо гостя набежала тень, он встал и повернулся к ней. Что-то сказал, указал на дом, помог подняться мне.

Гроза разразилась уже на кухне.

– Эльгиндее Ультереен! – его голос не обещал девчонке ничего хорошего. Судя по тону дальнейшей тирады, мужчина был очень и очень недоволен.

Эльга что-то отвечала, тыкала в «компас». Вилеен возражал. Похоже, отчитывал эту глупышку. Собственно, правильно. Я успела поразмыслить над ситуацией и то, что девчонка-подросток шатается по горам, без взрослых, в компании только сверстников и скрывается от каких-то непонятных личностей в ручье, меня тоже напрягало.

Девочка насупилась и потупилась и в какой-то момент возражать перестала, похоже, мужчина сумел до неё достучаться. А тот выговорился и смягчился. Подошёл, потрогал лоб, проворчал что-то, отошёл к шкафу, нашёл уже знакомый тканевый мешочек с травами, налил воду из ведра в горшок и поставил в не успевший остыть очаг. Развязал мешочек и вдруг нахмурился. Что-то спросил, а, когда она ответила, подошёл ко мне и схватил за руки.

Мир завертелся.

«Ты что-то подмешала в травы?!»

«Зачем мне?! Я в ваших травах ничего не понимаю!»

«Не знаю. Ладно, давай, лапы переставляй, мне нужно их понюхать».

«Как?»

«Да просто переставляй».

Я попробовала. Что сказать? Когда тебе подчиняются две лапы из четырёх, сложности неизбежны. И это ещё Вил движения своих старается согласовывать! Если бы не он, я бы вовсе улетела носом в пол.

«Просто нужно друг к другу притереться. Но теперь я верю, что ты действительно не перевоплощалась раньше».

Но худо-бедно до мешочка мы доковыляли и нос внутрь сунули. Чтобы сразу расчихаться.

«Гадость!»

«Да. Не знаю, откуда у неё этот сбор, но пить его нельзя».

«Она его уже сегодня пила».

«Много?!»

«Ну… Примерно половину горшка?»

Вил посмотрел на Эльгу, прислонившуюся к стене и какую-то бледненькую.

«Надо срочно вызвать рвоту!»

«У меня есть угольные… Сорбенты».

«Не совсем понял, но если это может помочь, давай. Но сначала надо очистить желудок».

Мир крутнулся.

Придя в себя, я бросилась наверх за угольными. Вилеен тем временем что-то объяснял Эльге.

Как назло, нужный блистер завалился куда-то в самый низ. Пришлось вытряхнуть всё содержимое аптечки на кровать. И даже тогда нашлись они не сразу, пришлось перебрать получившуюся кучку. Антигистаминные, антибиотики, оставшиеся со времен моей борьбы с хеликобактером, фурацилин, обезболивающее… Наконец в руки попались угольные и я, оставив всё остальное лежать на кровати, поспешила вниз.

Когда я спустилась, с опустошением желудка Вил с Эльгой, кажется, уже справились, потому что вышли из туалета. Вызывать рвоту здесь явно умели. Хоть что-то.

Я набрала кружку в горшке с просто кипяченной водой – не нравилось мне пить травяные настои, так что я кипятила воду – и поставила на стол, а потом начала выламывать из блистера угольные. Девочка пусть и не высокая, но не тростинка, примерно килограмм пятьдесят, возможно, и с небольшим хвостиком в ней есть, значит нужно пять штук, лучше шесть.

А вот дальше возникла проблема с объяснениями. Пришлось уже самой взять Вилеена за руки. Тот идею понял, отвел меня в сторону, чтобы мы ничего не уронили, и крутанул мир.

«Это называется Направить перевоплощение, – поправили меня. – Говори уже, что ты там хотела».

«Таблетки надо проглотить, не жуя, запивая водой. Они втянут в себя оставшееся в желудке и кишечнике. Это не поможет против того, что уже всосалось, но не всосавшееся уберёт».

«Понял».

Новый оборот и мужчина уже объясняет Эльге что делать. На таблетки она смотрела с подозрением и любопытством, но их выпила. Вилеен же вытащил горшок, где днём настаивали травы, и сунул нос в него. Что-то уточнил у девушки, кивнул, а потом подхватил горшок и унёс, чтобы вылить. Пустой поставил в лохань для мытья.

Я налила Эльге ещё воды. Чисто по логике, чтобы что-то вывести из организма, нужно больше пить. Она сморкалась, вздыхала, глядя на оставшийся омлет, но пила воду.

Вилеен на сковородку с едой тоже поглядывал. Не выдержав этих их взглядов, выложила остатки ему. И мужчина отказываться не стал.

Ещё с час они разговаривали. Кажется, он что-то выяснял. Мешочек с остатками травы отправился в карман, горшок он сам начисто вымыл с мылом. Потом, видимо, убедившись, что проявлять симптомы отравления она не спешит, Эльгу отправили спать. И даже до комнаты сопроводили, чтобы уж наверняка.

Я спустилась следом за мужчиной и протянула руки. Он заколебался, но всё же Направил.

«Что они делают? Ну, эти травы?»

«Влияют на контроль в перевоплощении, вызывают судороги и потерю сознания вне. Но зависит от концентрации и количества. Они сильно разбавлены обычными травами от простуды, перемешаны плохо, сверху были, похоже, в основном обычные, да и с количеством на такой объем Эльга ошиблась, так что не думаю, что получила большую дозу. Вот если бы она пила их несколько дней, как обычные противопростудные травы, всё было бы хуже».

«Откуда она вообще их взяла?»

«А вот это очень хороший вопрос».

Но ответ мне на него не дадут. Понятно.

«Я ни хочу никого винить бездоказательно. А ответ, который она на него дала, мне крайне не нравится».

«Почему она вообще живёт здесь одна? Должна же у неё быть какая-то родня, которая может о ней позаботиться? Хоть кто-то? Почему никто не следит за тем, покидает ли она город? Как вообще можно вот так бросить подростка? Она ведь даже готовить не умеет!»

Вилеен мысленно вздохнул.

«С этим всё довольно сложно. Но ты не права насчёт того, что она совсем без присмотра. Она учится в Теене и мы с тэе за ней приглядываем. Там есть общая столовая, так что готовить дома ей и не нужно. И, к слову, я тоже не особо умею. Обычно этим есть кому заняться».

«Тэе – это что-то вроде наставника или классного руководителя? Преподаватель?»

«Да. А я – его помощник. И я понимаю, на что ты намекаешь, да, это несколько не то. Но родственники Эльги… не думаю, что ей было бы лучше с ними, чем без них. Там младшая ветвь, из старшей она осталась последняя. Когда её родители погибли, кормилица привезла её в Теен, она с ней и жила. Но несколько лет назад она умерла, Эльга осталась одна. Вроде бы родственники даже хотели кого-то прислать, она отказалась. А они не могут пойти поперек слова старшей ветви».

Это многое меняло.

«Но можно же нанять кого-то и здесь? Хотя бы, может, приходящую горничную и кухарку? Почему она этого-то не сделала, если сама не справляется или не умеет?»

«Это тебе лучше обсудить с ней самой. И нам пора заканчивать. Первое время довольно опасно перевоплощаться так часто и надолго».

«Будь у меня другая возможность что-то обсудить, я бы ей с удовольствием воспользовалась. – Вернулась к изначальной теме: – Ты сегодня останешься за ней присмотреть? Я ведь, если ей станет плохо, не смогу позвать на помощь».

Он ощутимо заколебался, но всё же согласился:

«Ладно, останусь. В твоём присутствии это уже не так её компрометирует».

Мне стало смешно: эти их перевоплощения, после которых можно остаться без одежды, так не компрометируют, а остаться на ночь в одном доме очень даже.

«Можешь продиктовать мне под запись хотя бы какие-то слова и фразы? Чтобы, если что, я могла позвать на помощь и объяснить, что нужно?»

«А вот это отличная идея».

Вечер у нас с Вилом прошёл за немного странным изучением языка. Сначала он надиктовывал какие-то фразы, я записывала, а потом, уже направив перевоплощение, объяснял их значение. Цикл пришлось повторить трижды, но мой блокнот пополнился фразами типа: «Я – Рина, камеристка у Эльгиндее Ультереен. Можете подсказать мне дорогу к её дому?».

Заодно мне прояснили и кое-какие реалии их мира. Во-первых, лэне и лайне были местными дворянами вне зависимости от фамилий, просто потому что могли перевоплощаться. Те, кто происходил из древних родов, как Эльга и владел землями, обладал фамилиями кончающимися на -ен, фамилии на -ер же означали, что лайне или лэне безземельные. В моём случае и вовсе можно говорить было о чем-то вроде личного дворянства и то неподтвержденного. Был и ещё вариант окончаний с -ее, как у Вила, оно обозначало его связь с Тееном и к землям отношения уже не имело, просто все тае и таа’йе носили именно его.

Вопросов от такого объяснения осталось немало, но я уяснила главное: в моём случае некорректно называться шай, служанкой, только лаш’йе, камеристкой, личной помощницей. И лучше использовать это обозначение при представлении кому-то, поскольку в этом случае меня прикрывает статус Эльги и в любых сомнительных ситуациях вопрошающий обязан обращаться к ней. В общем хоть какая-то защита, пока я тут на птичьих правах и без документов.

Вообще-то, по словам мужчины, меня стоило бы отвести в Теен и показать тэе Альнее, а, возможно, и теенэе – главе, местного учебного заведения, но кое в чем Эльга права, я слишком подозрительна. И для меня в текущем моём нетренированном состоянии их любопытство может закончиться крайне плохо: как-то были связаны способы его удовлетворить со способностями к перевоплощениям. Подробности я выяснить уже не сумела – Вил направил обратное. И не зря, потому что, только снова оказавшись на полу, я поняла, насколько мне паршиво.

И мужчина это понял. Следующие минут сорок он варил уже другой травяной сбор, а потом отпаивал им меня. Вкус оказался знакомым, это же мне давала Эльга, когда я очнулась после перелёта.

Потом уже мне помогли добраться до постели, и я отключилась.

Рина была ужасно подозрительной, как и вообще вся эта ситуация с её появлением. Но совместные перевоплощения и её непонимание самых банальных вещей, а также искреннее беспокойство за Эльгу (в первую очередь как раз оно) заставили Вила всё же пойти навстречу девушкам и замолчать её появление. Да, против правил, но из дома она не выходит и едва ли может навредить Теену.

Иллюзий он не питал, Ниэн сразу же сообщит теенэе, а тот в вопросах безопасности принципиален и в этой ситуации меньше всего его будут волновать жизнь и здоровье Рины. А она без опыта перевоплощений не выдержит ни один из подходящих для выяснения истины способов. И получится, что ей уже будет всё равно, что решит на её счёт руководитель Теена.

Не последнюю роль сыграло и то, что их с ней перевоплощение оказалось звериным, точнее кошачьим, просто кошка выходила немного необычная, светлая, с коротким хвостом и кисточками на ушах. По крайней мере, по словам Эльги. С индексом в пятерку сходство характеров уже должно быть большим просто по определению, а значит Вил может пусть примерно, но судить её по себе.

Да и дать шанс Эльге хотелось, такое как у неё отсутствие совместимости с кем-либо, конечно, иногда случалось, но всё же было скорее исключением. Она и так чувствовала себя отщепенцем все те годы, что её сверстники совершенствовались, и всё больше закрывалась в себе. Жестоко лишать её надежды сейчас, когда что-то вышло.

Грифон, конечно, всё равно химера, то есть всё ещё двойка, но Вил его видел, получился он вполне гармоничным, без перекосов в размерах или нарушений строения. Это уже было гораздо лучше, чем результаты с кем-либо ещё без применения силы Теена, а если она ещё и права, и обычные ограничения химер на грифонов уже не распространяются, как не распространяются на пегасов, то это ещё большее сходство и уже реальный шанс.

Хотя, конечно, чтобы доказать это, придётся постараться, в том числе и из-за неопытности Рины. И едва ли Эльга справится с этим сама. Но он, пожалуй, может им помочь. Да, тэе, когда узнает, будет недоволен, он в принципе во многом поддерживает теенэе, но в данном случае Вил надеялся, что сможет до него достучаться.

Глава 3. Попытки объясниться

На следующий день признаков отравления у Эльги не появилось, да и симптомы простуды вроде бы пошли на спад. Было заметно, что она ещё болеет, но уже такого желания засунуть под одеяло и накормить лекарствами девочка не вызывала.

Вилеен ушёл сразу после завтрака, пообещав вернуться вечером. Правда, поняла я это только после того как заглянула в блокнот и благодаря тому, что в числе фраз, которые я вчера записывала, была произнесенная им. Означало это нечто заковыристое что-то вроде «До вечера».

Нужно было что-то делать с языком, как-то его учить. Вот только заучивание фраз – это не учеба, понимания так не достичь. Надо или учить словами, или ещё как-то.

Эльга выглядела пободрее, потому, поставив вариться картофель, я решила попробовать кое-что.

Указала на себя:

– Рина. – Потом на девочку: – Эльга. – Затем взяла ложку и указала на неё: – Лент?

Мне кивнули. Но, что я имею в виду, указывая на тарелку, всё равно сообразила Эльга не сразу. Зато потом меня осчастливили целым набором слов, обозначающих предметы. Только успевай записывать транскрипцию. Разумеется, девочка сунула нос в блокнот и долго рассматривала мои каракули, карандаш и бумагу.

Со столовых приборов и кухонной утвари мы перешли на продукты и другие связанные с готовкой вещи. Раз уж я ей занялась, нужно хотя бы выяснить, как попросить купить что-то нужное без перевоплощения. В общем время прошло с пользой.

Потом я чистила картофель, делала пюре, а Эльга смотрела. Кажется, ей было интересно. А может просто одиноко.

После обеда мы искали мне одежду, и нитки с иголками, чтобы я могла её подшить (пришлось перевоплощаться, чтобы объяснить).

С собой у меня были две иголки с чисто символическими по длине нитками – одна с черной, другая с белой. Зашить разошедшийся не вовремя шов, не более. Уж точно не подгонять по фигуре платье-мешок! Как выяснилось, очень правильно я не стала подшивать что-то своими нитками – не исчезающая при перевоплощении одежда из этой их серебристой ткани и нитки тоже требовала специальные.

Их, намотанные на деревянную катушку, и того же серебристого оттенка, Эльга отыскала после долгих поисков. Иглы искать пришлось ещё дольше: для моих эти нитки были слишком толстыми, так что я, пусть и попыталась использовать ту, где ушко побольше, но только убедилась в том, что для такой нужна игла покрупнее. Так что пришлось нам ещё раз идти на задний двор и перевоплощаться, а потом искать ещё и иглы.

Они, большущие и с широким ушком, в странной деревянной игольнице оказались убраны в шкатулку, та в один из сундуков, в общем, чтобы найти пришлось переворошить половину дома. Зато по ходу поисков нашлись другие полезные и, очевидно, давно куда-то затерявшиеся вещи вроде гребня, лент для волос и тому подобного.

В ходе нашего короткого общения в перевоплощении девочка, кстати, очень удивилась, когда я сказала, что умею шить. У них этим, кажется, занимались портные. Но, как я уже понимала, лайне и лэне были представителями местной аристократии, соответственно могли себе позволить слуг и неумение выполнять, казалось бы, обычные вещи. Даже девушки – ну или как минимум Эльга – видимо, из-за специфики их учебы рукоделием не занимались. Почему, если она из местной знати, у неё нет хотя бы служанки, я не вполне понимала, но спросить всё как-то не выходило.

Из меня швеи, конечно, тоже бы не вышло, но подогнать по фигуре, подшить длину или скроить что-то несложное я могла. Правда, всё же предпочла бы это делать не руками и на глаз, а на машинке с булавками и прочим, но тут особого выбора не было. Подошью и так. Надоело, что все болтается, как попало, так и норовя если не нырнуть в очаг (хорошо он не горел!), то где-нибудь зацепится. А запасное платье ещё больше в талии!

Мой словарь в ходе розыскной деятельности обогатился названиями предметов гардероба и ниток с иголкой.

Шить сегодня уже не стала, оставила на завтра – поиски затянулись и пора уже было, пожалуй, заняться ужином.

Стук в дверь раздался, когда я решала, что из оставшихся продуктов вообще можно сделать. Пюре осталось, но только на одного, а больше картофеля не было. Имелись ещё яйца, несколько луковиц и морковка.

Эльга ушла открывать, послышались голоса, и вернулась она уже вместе с Вилом. И, к огромному моему облегчению, продуктами. Да, в первую очередь снова молоком, ещё яйцами и картофелем, но кроме них мужчина захватил перья зеленого лука, свежий хлеб и копченную рыбину. Сложил всё на стол, ощупал лоб Эльги, кивнул и, посмотрев на меня, что-то спросил. И вот он совершенно точно вчера давал к этой фразе перевод, но, увы, заучить все фразы я ещё не успела.

Качнула головой:

– Не понимаю, – сообщила я на их языке. Вот это я зазубрила.

Мужчина вздохнул, подошёл и Направил перевоплощение.

«Я спросил, всё ли нормально», – пояснили мне.

«А. Я пока учу. Очень много всего и сразу, в голове каша».

«Понимаю. Как Эльга? Вроде бы уже получше?»

«Похоже на то. Сейчас главное, чтобы не добавила. Я бы ещё пару дней подержала её дома, прежде чем отпускать куда-то».

«Согласен. Я уже сказал тэе, что она простудилась и пока отлеживается, и обещал проследить, чтобы лечилась. – И сменил тему: – Я посмотрел ту книгу, о которой она говорила. Она права, там грифонов указывают как пятерку, не двойку, но это частное мнение автора. Сослаться на неё мы можем, но доказывать совместимость вам придётся на практике, а ты сейчас даже со мной ограничена минутами. Так что нужно тренироваться, если вы с ней хотите, чтобы тебя признали её официальным партнером по перевоплощениям. Да и в любом случае твой дар надо развивать и как можно скорее: сомневаюсь, что мы сможем долго тебя скрывать ото всех. В любой момент могут проговориться парни или кто-то кроме меня тебя увидит и начнёт задавать вопросы».

Честно говоря, я бы предпочла не тренироваться, а вернуться домой, но такого варианта у меня, очевидно, не было, да и бросить Эльгу было бы бесчестно. О её проблеме они оба немного успели мне рассказать, и я уже понимала, что с этим их артефактом в ту долину она рванула потому, что считала это едва ли не последней надеждой найти себе партнера для перевоплощений, с которым будут выходить не монстры. Каким образом артефакт чувствовал меня, да ещё, похоже, даже до того, как я там оказалась, я понимала слабо, но магия на то и магия.

Но говорить это Вилу я не стала.

«Я пока очень смутно понимаю, что от меня требуется».

«Это я объяснить смогу».

Потом он наконец объяснил, как правильно делить контроль над лапами и как вообще ими управлять – в случае с грифоном у меня, оказывается, был контроль всех четырёх, Эльга управляла крыльями. Это объясняло, почему мы так паршиво тогда приземлились.

«Когда конечностей сразу четыре, даже проще, не нужно договариваться или приноравливаться к партнеру. Но с крыльями есть нюансы: чтобы взлететь такого размера зверю, в идеале нужен разбег и толчок, и его даёшь ты. На одних крыльях подняться в воздух сложно, хотя тоже возможно. Немного нарастите время, постараюсь объяснить общие нюансы – сейчас вам только упасть с высоты не хватало. Я тоже из кошачьих, так что принципы, думаю, для нашей с Эльгой неприродной кошки и для грифона будут сходны».

Разумеется, я уточнила, о чем речь, и выяснила, что по наиболее частым природным обликам перевоплощающихся (он сказал лане и лэйне, но я предпочитала более ёмкий термин) делят на группы. Самые частые это псовые, кошачьи, птичьи, реже встречаются копытные, чешуйчатые, нетопырьи. Есть и совсем редкости вроде насекомных. Но вообще вариантов довольно много и с разными партнерами даже у одного лэйне могут получаться разные очень разные облики – скажем, с кем-то змея, а с кем-то ящерица, или с одним коршун, а с другим воробей-переросток.

«Эльга из птичьих и потому вдвойне странно, что возникли такие сложности. Ты, как и я, очевидно, из кошачьих, тэе из чешуйчатых».

«А те мальчишки?»

«Трин и Тис? Нетопырьи. Вдвоём превращаются в большущую летучую мышь. Крайне неудачный облик, если хочешь моё мнение: зрение днём надо перестраивать, с питанием в перевоплощении сложности… Но у них это практически родовой облик, так что родственники могут подсказать нюансы. С родителями индексы, как правило, высокие, так что там даже смена партнёра непринципиальна».

А у бедной Эльги родителей в живых, увы, давно нет, что тоже добавляет сложностей и чисто в плане перевоплощений, раз часть знаний тут передается внутри семьи. Девочку чисто по-человечески было жаль. Едва ли Вил или этот их тэе могли уделять ей много времени. Вон тэе даже сейчас, когда она болеет, не заглянул навестить, удовольствовался тем, что за Эльгой присматривает помощник.

Следующие несколько дней прошли примерно в том же неспешном ритме. Эльга приходила в себя, а я учила слова, выясняла и записывала новые, готовила и тренировалась. Поначалу больше с Вилом, лучше понимающим, как объяснять непонятные мне вещи и способным дольше поддерживать воплощение, но потом и с Эльгой тоже.

За эти дни мы не только подогнали одежду, но и постирали, погладили, прибрались в комнатах, в общем привели жилище в куда более приличный вид.

Вилеен больше с ночевкой не оставался, только заглядывал вечерами. Собственно потому мы и перешли к самостоятельным тренировкам. Тех двух, что получалось провести с ним, мне объективно было слишком мало.

На этом и погорели. Я проигнорировала тревожные признаки, Эльга их не заметила и всё пошло наперекосяк: я всё же отключилась, оставаясь грифоном. И, как потом выяснилось, она не смогла сама нас разделить.

Когда на стук никто не отреагировал, Вил сперва не придал этому значения, просто постучал громче. Но когда и через несколько минут ему не открыли, он напрягся. И задумался. Входную дверь выломать сложно, проще войти как-то иначе. Будь скала за домом не такой отвесной, можно было бы перебраться там. Но он её видел, без воплощения там не пробраться. Заходить сбоку и лезть через заборы всех соседей – долго. Стучать к соседям и перелазить от них – бесполезно, в одном доме давно уже не живут, во втором хозяева в отъезде. Разве что идти к соседям через дом. Остановившись на том, что попробует пройти этим путём, если не выйдет иначе, он попытался подцепить засов, пользуясь тем, что изнутри Эльга обычно запиралась именно на него, а не на замок.

Раза с пятого, когда Вил уже успел передумать все варианты того, что могло приключиться, и сбить костяшки от стука, засов всё же поддался и пошёл вверх.

Как влетел внутрь и пересёк дом, мужчина потом помнил смутно. Зато вид из задней двери запомнился ему отлично. Как он и боялся, грифон лежал на земле и вяло шевелил крыльями. Похоже, произошло то, что в принципе бывало частой ошибкой новичков: девушки не сумели разделиться и более слабая Рина отключилась. Или наоборот она потеряла сознание, а Эльга из-за этого не смогла направить обратное.

– Эль, ты меня слышишь? – таа’йе присел рядом с грифоном и заглянул ему в глаза. Эльга моргнула. – Хорошо. Постарайся Направить, но не как обычно, сплетая энергию, а направляя чисто свою.

Она моргнула. Вил ощутил слабое движение силы, но ничего не изменилось.

– Давно это произошло? Моргни, если больше часа назад.

Она моргнула.

Это было плохо. Крайне плохо.

– Так, давай я попробую влить в неё энергию и Направить вас сам.

Он сосредоточился, подцепил энергию, начал вливать её в грифона и… уперся в то, что Рина не была одной из учениц Теена. Она просто не принимала его энергию. Это заставило растеряться.

– Так. Спокойно, – больше себе приказал он. – Это поправимо. Просто придётся пойти другим путём. Я сейчас схожу за тэе и мы вас отсюда заберём. В Теене в пещере помочь с таким точно можно. Главное, постарайся оставаться в сознании, двоих бесчувственных разделять уже очень сложно.

По городу к жилищу тэе он нёсся так, словно от этого зависела его жизнь. Как назло тут было довольно далеко, почти на ярус ниже. По прямой-то, вертикально, минута, а вот по улице все пятнадцать.

– Вил? – удивился тэе, открыв дверь. – Что-то…

– Эльга! Они застряли в воплощении! – Вил развернул руки ладонями вверх. Направлять в такой ситуации лучше было тому, кто сильнее. Слишком далекий от природного образ им требовался. – Нужно что-то большое, вроде крылатой ящерицы. Они грифоном, он больше меня. У меня не получилось Направить их самому.

Тэе Альнее нахмурился, но сжал ладони и Направил. Спустя полминуты они уже поднимались над городом, чтобы почти сразу опустится на маленьком заднем дворе. Сначала Ниэн Направил обратное и попытался провести обратное для девушек так, но, похоже, уткнулся в ту же проблему, что и Вил.

– Эльга, нам придётся поднять вас лапами и перенести в Теен. Постарайся нам не мешать и ни в коем случае не направлять обратное, пока не приземлимся.

Грифон моргнул. Эльга сложила крылья вдоль тела. Собственно это всё что она могла – почти всё управление было у Рины.

Тэе снова сжал ладони помощника и Направил. Ящерица подобралась к грифону, и, когда Вил аккуратно обхватил его лапами, заработала крыльями.

Оторваться от земли с грузом, да ещё и без толчка оказалось сложно, и высоко подняться они не смогли, полетели чуть выше крыш, а около ворот и вовсе приземлились.

Ящерица наклонилась и ухватила грифона за очень даже кошачий загривок, словно кошка котёнка и так продолжила путь.

Ворота, двери, которые им придержали, коридоры, с трудом давшаяся в этом облике длинная лестница…

Когда они спустились вниз, и в огромной пещере начал загораться свет, Вил уже едва переставлял лапы.

«Рассказывай. Здесь уже не сверзишься», – потребовал Ниэн.

«Рина уже взрослая, примерно моя сверстница, но опыта у неё мало. С первого перевоплощения не прошло и недели, время наращивает хорошо, но пока что держится от силы минут десять с Эльгой, чуть подольше со мной».

«Облик с тобой?»

«Кошка. Большая и светлая, под цвет её волос».

«То есть пятерка против двойки. Разумеется, время с тобой будет больше!»

«Это не двойка. Была бы двойка, химера бы уже распалась, а она держится и уже больше часа, подозреваю, даже больше двух. Сродство выше», – возразил Вил.

Они тем временем добрались до возвышений, и тае опустил на одно из них грифона. Довольно аккуратно, надо признать. Потом направил обратное и уже в своём теле наклонился над грифоном.

– Эльга, мне придётся Направить принудительно, это неприятно. Не сопротивляйся. Серьёзно навредить это вам не должно.

– Рине может. Она не лэшка.

– Я не смогу признать её тэе’лэ, пока они в перевоплощении, так что других вариантов нет, – недовольно возразил тае. И, больше не тратя время, начал старый ритуал.

Вил встал так, чтобы успеть подхватить девушек, если при обратном они свалятся с возвышения.

Слова сплетались в замысловатые фразы, вокруг грифона начали собираться искры магии Теена. Той самой, из-за которой когда-то его основали именно тут и до сих пор не перенесли, несмотря на близость границы. Мало кому понятная магия самого этого места, позволяющая связанным с ним Вести, направлять чужие перевоплощения.

Искры закружились, а потом девушек разделило. Вил подхватил начавшую падать Рину и прижал к себе, спешно ощупывая, чтобы убедится, что принудительное её не покалечило. Но вроде бы хотя бы физически всё было в порядке – все части тела на месте, ни ран, ни переломов нет, сердце бьётся, дыхание есть.

– Эльга, слазь. Вил, клади её сюда, надо признать её и подпитать, пока не поздно.

Девушка поспешно сползла с возвышения, и Вилеен смог уложить на него Рину.

– Сколько прошло времени с момента, когда ты Направила?

– Не знаю. Много. Часов пять – это было вскоре после полудня.

Вил вздрогнул. Ниэн помрачнел ещё сильнее:

– Слишком много. Вил, ложись на второе. Я её признаю и попробуем подпитать через тебя, ваш индекс мы хотя бы знаем наверняка.

– Она выживет? – голос Эльги дрогнул.

И Вилеен её понимал. Они оба успели привязаться к Рине и вот так, просто по глупости и неопытности, её потерять?

– Я постараюсь, чтобы да, – пообещал тэе. – Всё, не мешай. Если хочешь помочь, сходи в лазарет за отваром. Сама выпей и принеси ей.

Эльга, кое-как, пошатываясь, ушла в сторону лестницы. Не оборачиваясь, явно понимая, что отослали её скорее потому что не хотят, чтобы она видела ритуал, чем потому что действительно есть необходимость в отваре. То есть, есть, конечно, но это могло подождать.

Тае начал заклятье признания, связывая девушку через себя с Тееном и этим давая так необходимый сейчас шанс.

– Вот так. Признание прошло. – Это Вил видел и сам. – Теперь давай её запитаем не базовой, а через тебя. – Предупредил: – Закончим, расскажешь, откуда она вообще такая взялась, и почему я о ней узнал только сегодня.

– Что угодно, только сохраните ей жизнь.

Тае резко обернулся. Кажется, не такого ответа он ждал.

Но спрашивать сейчас было уже некогда – Вил начал свою часть заклятья и Ниэну оставалось подхватить и направить энергию от него к Рине. Просто из-за связи с Тееном у тае и таа’йе доступ был выше, при необходимости сила Теена вливалась в них быстрее и более широким потоком. Учеников, тэе’ле, здесь, в пещере подпитать тоже можно было и напрямую, но совсем слабым потоком, а того сейчас было слишком мало.

Закончив заклятье, Ниэн присел рядом с девушкой, разглядывая её. Вил знал, что он видит. Невысокая, светловолосая, действительно примерно его лет лэне во вполне обычной одежде, но, тем не менее, всё равно какая-то иная, необычная. То ли формой бровей, непривычно тонких, то ли причёской, то ли ещё чем-то.

Вслух сказал он, правда, совсем не то, что ожидал помощник:

– Сила пошла, но нужно время. – Посмотрел на Вила: – А теперь рассказывай. Кто она и откуда взялась? Почему не знала про дар?

– Она не шпионка, – догадаться, о чём он подумал, было несложно. – Случайная странница между мирами.

– Это сказки.

– Я тоже так думал. Но я видел её вещи и перевоплощался с ней уже больше десятка раз и я уверен, что она не из нашего мира. Слишком многого о нём не знает, в том числе про перевоплощения. Не знает языка, не знает каких-то совершенно обычных мелочей. Эльга нашла её с помощью артефакта.

– Она мне его показывала, но он неисправен, я думал, это вообще подделка.

– И тем не менее. Она нашла её посреди долины, следуя за стрелкой артефакта. И то, что у них вышел грифон, свидетельствует в пользу того, что тот работал. – Напомнил: – У Эльги со всеми получаются химеры. Но ни одна химера не продержится пять часов, да ещё когда один из партнёров отключился. Их грифон стабилен и сбалансирован. Это не химера, и не двойка, а пятерка, как и писал Шитари Гинетриее. Я могу найти вам этот отрывок.

– Плевать на отрывок. Я поверю, что это не химера, когда они продержат его эти пять часов в сознании и не лежа словно дохлая курица, а активно.

Отчасти тае был прав, чтобы удостовериться наверняка сегодняшнего было мало. Но тут имелась одна вполне очевидная проблема.

– Ей до этого месяцы, если не годы тренировок. И то, если вы или теенэе не убьете её проверками.

– Если бы я хотел её убить, просто не стал бы ничего сейчас делать, – возразил Ниэн. – Я же признал, хотя ничего о ней не знаю, просто потому что ты посчитал её достойной. Так что успокойся. Что вообще за избыточная реакция?

– Из-за Эльги. Она заслуживает шанс. Не отнимайте у неё надежду.

Судя по тому, как посмотрел тэе, он не слишком поверил такому ответу. И, возможно, был прав.

Помолчав, сообщил:

– Теенэе нет в городе. Пока он не вернётся, я ничего предпринимать не стану. Но под твою ответственность.

– Спасибо.

– Займись её обучением. И, как оклемается, приводи познакомиться. Здесь, думаю, сам закончишь?

– Конечно. А вы?

– Проверю Эльгу. Как бы не свалилась где-то по пути в лазарет.

Опасения эти были не лишены оснований, так что задерживать тае Вил не стал. Рину он, благодаря подпитке, сейчас чувствовал и сам. Когда ощутил, что ей достаточно, просто прошептал завершающую формулу.

Эльга с отваром возвращаться не спешила. Возможно, проще было перенести саму Рину в лазарет, но он медлил, давая ей возможность ещё немного подпитаться.

Выждав ещё минут десять, всё же поднял девушку на руки и направился прочь из пещеры. За спиной медленно гасли огни: та снова погружалась в сон.

Очнулась я, как ни странно не в знакомой спаленке в доме Эльги или на заднем дворе, а на постели в незнакомой комнате, которую могла бы принять за больничную палату, будь мебель в ней не такой старомодной, а ширмы между кроватями не деревянными с множеством резных украшений. В воздухе витал запах трав. Под потолком висели всё те же странные светильники, что и у Эльги.

Заметив, что я села на постели, ко мне подошла одетая в длинное темное платье женщина и что-то спросила. Я покачала головой и на их языке сообщила:

– Я не понимаю.

Она попыталась сказать как-то иначе, но мне оставалось только развести руками и повторить заученную фразу. Собеседницу это явно не слишком порадовало. Что, впрочем, не помешало ей принести мне глиняный кувшин с знакомым травяным ароматом и кружку к нему. На вкус это оказалась ещё большая гадость, чем обычно.

Оставив меня медленно пить отвар, женщина ушла, но вскоре вернулась с усталым и каким-то сонным Вилееном.

– Вил?

– Рина, – он улыбнулся и жестом попросил лежать. Попытался объяснить, что случилось, но я понимала разве что отдельные слова. Перевоплощение, долго, Эльга, тае.

Прояснило это мало, но, учитывая, что я не помнила ничего после того как мы в очередной раз перевоплотились, выводы я сделать сумела. Похоже, что-то пошло не так во время перевоплощения.

– Эльга в порядке? – сначала по-русски, а потом на ломанном местном спросила я.

Вил кивнул. И выдал новую фразу, из которой я узнала «вечер» и «отдых». Остальное ему пришлось объяснять жестами.

– Ты хочешь сказать, что мне лучше остаться на ночь здесь? – Разумеется, меня не поняли. – Рина отдых вечер здесь? – я похлопала по кровати, на которой лежала.

Мужчина закивал.

– Эльга?

– Другая. Рядом. Отдых, Рина, – он, разумеется, был многословнее, но я поняла только эти слова.

– Ладно. Здесь так здесь.

Глава 4. Тэе Альнее

Утром за мной пришла, как ни странно, Эльга, а не Вилеен. О чём-то переговорила с сотрудницей, которая за мной присматривала, взяла у неё какой-то мешочек, кажется, с травами и, пользуясь немногочисленными словами, которые я уже запомнила, и жестами попросила следовать за собой.

Вопреки моим ожиданиям, мы не вышли на улицу ни через пару минут, ни через десять. И, если сначала я думала, что мы в каком-то доме, то теперь начала понимать, что, кажется, угодила в тот замок на самом верху.

Придержала девочку за руку:

– Эльга, это Теен?

Когда она кивнула, и я стала с интересом оглядываться. Но один ничем не примечательный коридор сменял другой: не было здесь ни украшений, ни картин. Только знакомые по дому Эльги лампы и изредка самые обычные деревянные двери с деревянными же ручками. Интересной была разве что сама постройка – замок, кажется, только частично был построен из камня, большей же частью вырублен в скале, по крайней мере, где-то я не видела вовсе никаких стыков, зато заметны были причудливые переходы цветов и текстуры.

Коридоры причудливо изгибались, пересекались с другими коридорами, несколько раз мы вообще проходили через довольно большие помещения, чтобы оказаться уже в других коридорах. В общем даже попытайся я запомнить дорогу, наверное, с этим бы не справилась.

Наконец Эльга постучала в одну дверей и, не дожидаясь ответа, заглянула:

– Тэе, нир лест кеста Рина.

Ей что-то ответили, и девочка толкнула дверь и вошла. Мою руку она при этом не отпустила.

– Рина, – указала на меня. Потом махнула в сторону поднявшегося из-за стола мужчины: – Тае Ниэнеен Альнее.

Хозяин кабинета оказался довольно хорош собой. И моложе, чем я представляла его по обмолвкам Вила и Эльги. Подтянутый, лет сорока, с короткими тёмно-каштановыми волосами, волевым подбородком, покрытом бородкой, и тёмными, наверное, карими, глазами. Одежду он носил примерно такую же невзрачно серо-серебряную как и Вил, и мы с Эльгой.

– Очень приятно, – по-русски сообщила я. Потом, спохватившись, продублировала на местном.

Мне что-то ответили, но я покачала головой:

– Не понимаю.

Вклинилась Эльга. Из её фразы я поняла «Вил» и «учить».

Мужчина нахмурился. Поднялся, подошёл к нам. И на каком-то другом, кажется, языке что-то спросил. Я покачала головой и повторила на их языке «не понимаю». Он, кажется, снова поменял язык. Я повторила.

– Рина астор лите нэсарт, – осторожно вставила Эльга.

– Нэрет. – «Знаю», как я перевела для себя. Тэе снова посмотрел на меня: – Лесте, – мне указали на дверь, но не ту, через которую мы вошли, а другую.

За ней оказался небольшой зал, пол в котором покрывал ковёр с длинным ворсом.

– Лесте, – повторил мужчина, разувшись и выйдя примерно на середину помещения.

Эльга легонько подтолкнула меня в ту сторону, и, когда я тоже разулась, что-то сказала.

– Нэрет. Шеё уконе леи. Лесте, Рина.

Пришлось подойти. Тэе знакомым жестом протянул руки ладонями вниз. И, когда я взялась за них, Направил.

Ощущения от перевоплощения с ним отличались. Было как будто легче и быстрее.

«Вчера я признал тебя тэе’лэ. Тэе всегда легче Направить ученика, – пояснили мне. – Подпитка и отдых, как я вижу, помогли».

«Я не помню, что случилось».

«Ваша с Эльгой ошибка. У новичков бывает. Не рассчитали время, ты потеряла сознание, она не смогла Направить обратно и вы застряли. Если Вил нашёл бы вас ещё на час-два позже, могли уже не оклематься. Ты так точно. – Я мысленно поёжилась. – Но он нашёл вовремя, привёл меня, а там уже я направил вам обратное принудительно, провёл принятие и мы подпитали тебя силами Теена. Но о возможных последствиях и своих впечатлениях, Эльга и Вил, думаю, сами тебе ещё расскажут. Давай пока займёмся делом. Открывай глаза. Или тебе неинтересно, что у нас вышло?»

Я послушалась. Помещение стало заметно меньше, Эльга, прислонившаяся к двери в дальнем его конце, тоже.

«В зеркало посмотри».

Только сейчас я заметила висящее на одной из стен небольшое зеркало в квадратной раме. Наклонилась к нему, чтобы увидеть… Змея зашипела, раздувая капюшон. Ну да, Вил же говорил, что тэе из чешуйчатых.

«Верно. Большинство моих природных перевоплощений так или иначе связаны со змеями и ящерицами. В общем ничего удивительного. И, раз с этим разобрались, давай к главному. Вил и Эльга кое-что мне рассказывали о тебе, но у меня всё равно остались вопросы. Начнём с главного. Откуда и как ты попала в Леендеену?»

Ожидаемо и сложно. Но я постаралась объяснить, как уже объясняла Вилу. Тэе пытался подловить на неточностях сначала в рассказе о моём появлении в этом мире, потом в целом в легенде, но мне используемые им термины не говорили вообще ничего, так что едва ли ему это удалось.

«Ладно. Я обещал Эльге и Вилу слишком тебя не мучить. Но мы об этом ещё поговорим», – прозвучало угрозой.

Но ответить я не успела – он Направил обратное и уже спустя мгновение я обнаружила себя лежащей на ковре. Почему-то в отличие от опытных перевоплощающихся оставаться на ногах у меня не выходило, все время приходила в себя уже сидящей на полу или земле. Видимо, была в этом какая-то хитрость.

Задерживать нас тэе не стал.

Снова изрядно поплутав по коридорам, мы спустились в холл. Просторный, но тоже довольно простой. Из украшений здесь были только щит с гербом, да вычурные держатели у светильников. Не давая мне время толком осмотреться, Эльга сразу направилась к дверям.

В замковом дворе оказалось многолюдно. Носились одетые в серое дети, что-то обсуждали облаченные в серо-серебристые штаны и куртки подростки, присматривали за ними несколько степенных дам. Тоже одетые в серебристые платья в пол, вроде наших с Эльгой, но более приличного вида.

Не обращая ни на кого ни малейшего внимания, девочка потянула меня к воротам. Около них дежурили двое мужчин с оружием, но едва ли стражу интересовали выходящие, так что они с Эльгой только обменялись приветствиями.

За воротами и стеной оказалось что-то вроде небольшой площади, отгороженной от пропасти высоким парапетом. Вид отсюда открывался потрясающий. Погода стояла солнечная, на небе ни облачка, так что видно было далеко.

Это действительно было красиво: вершины разной высоты, долина между ними, уходящая куда-то вдаль, бегущая по ней река… Внизу прижимался к скале город. Вверху – я обернулась – возвышался замок, окруженный стеной, но почти не закрытый ей. Высоченный, выше, кажется, даже горы, с площадками-балкончиками, арками, окнами… Это выглядело немного странно для крепости, если не знать про перевоплощения. А вот в контексте того, что крылатым надо где-то взлетать и садится, все эти балконы и площадки выглядели куда логичнее.

Когда я налюбовалась, Эльга потянула меня к воротам в стороне от замковых, за которыми собственно оказался город.

Улица, до того шедшая вдоль домиков, прижимающихся к замковой стене, трехэтажных, нарядных, пусть и небольших, после ворот продолжалась уже вдоль чуть менее богатых домов, жмущихся к скале. Вскоре она делала поворот и уходила вниз, на следующий ярус.

И, разумеется, не пустовала. Спешили по своим делам мужчины и женщины в почти такой же как у нас одежде, только в основном более многослойной и самых обычных и простых цветов, толкали тележки торговцы, резвилась ребятня. И не было ни машин, ни даже велосипедов. Но, несмотря на средневековые ассоциации, город был на удивление чистеньким: ни помоев, ни отходов на улице. Да и пахло здесь в основном вполне приятно.

На нас внимания местные жители не обращали, максимум иногда, встречаясь с Эльгой взглядами, кивали ей и шли дальше.

Минут пять спустя она остановилась около одного из домов. Снаружи её домик я видела только сзади, так что он это или нет, наверняка бы сказать не смогла. Но едва ли она бы пошла куда-то ещё, так что, думаю, он. Мимо прогрохотал тележкой пожилой мужчина. Прошла немолодая пара. Дождавшись, когда они отойдут подальше, Эльга приподняла цветочный горшок без цветов, просто с землей, и вытащила из-под него ключ.

– Подожди, – попросили меня, прежде чем скрыться внутри.

Вернулась на крыльцо она через пару минут с двумя сумками и, видимо, мешочком с деньгами.

– Идём.

Я повеселела: кажется, мы собирались за покупками.

Так и оказалось. Маленький рынок нашёлся минутах в десяти от дома, там где улица поворачивала на более нижний ярус. Торговали здесь, кстати, в основном какой-то зеленью да простыми продуктами вроде хлеба и пирожков. Ни мяса, ни какой-то консервации, ни молочки, максимум сушенные яблоки. Впрочем, возможно, дело просто в том, что мясом и молочными продуктами торгуют в лавках. Мясное Вил, кстати, ни разу не приносил, только рыбу, сыр, овощи. А, пока мы скрывали моё появление, я в лавку напроситься не могла.

Сейчас скрывать уже не было необходимости. Но на сегодня нам хватит и купленного и того, что осталось. Холодильника нет, ледника тоже, так что набирать продукты глупо, как бы ни хотелось.

Вил как обычно пришёл уже ближе к ужину. Внимательно изучил нас обеих, а потом, отмахнувшись от предложенной еды, перехватил мои ладони и Направил. Но только я обрадовалась, что смогу поговорить насчёт похода в лавку мясника, как мужчина перехватил инициативу и устроил мне обещанный тэе разнос вперемешку с рассказом о своих впечатлениях, когда ему никто не открыл и он, подковырнув засов, обнаружил нас в грифоньем виде валяющимися на земле.

«Ты же уже знаешь, сколько примерно можешь оставаться в воплощении, и как проявляет себя усталость! Почему не отслеживала?!»

На это мне сказать было особенно нечего.

«Сваляла дурака, признаю. Постараюсь быть внимательнее».

Кажется, такое быстрое согласие его ни на шутку удивило, потому что Вил некоторое время молчал.

– Вы уши прижимаете, – вдруг сообщила со смешком Эльга. – Выглядит смешно.

А я… я её поняла!

«Я на пробу чуть усилил слияние разумов. Так бывает удобнее общаться, – пояснил Вил. – И давай уже заканчивать. Тэе и так тебя сегодня наверняка достаточно долго держал в перевоплощении», – и направил обратное.

Я снова плюхнулась на пол.

– Я скоро вся в синяках буду с этими падениями!

Мужчина протянул мне руку и, когда я за неё ухватилась, потянул, и на короткий миг обнял:

– Осторожнее.

Следующим утром всё было иначе чем раньше: во-первых, Эльга меня разбудила, а, во-вторых, сразу после завтрака – яйца я сварила ещё с вечера – мы направились в Теен. Ну, как сразу… После того как разобрались с тем, чем здесь принято было чистить зубы – моя паста, которую я экономила как могла, всё же закончилась.

Дорога была уже знакома, идти недалеко, так что я оглядывалась, подмечая нюансы архитектуры и моды. Одевались здесь к слову, просто и, пожалуй, даже средневеково. На фоне большинства жителей одежда перевоплощающихся смотрелась, пусть едва ли сложнее, но дороже. Кроме нас к Теену направлялись и другие. Простые жители особого внимания на местную знать не обращали, видимо, живя рядом с учебным заведением для неё, давно привыкли.

Стражники пропустили нас без проблем, во дворе никто не носился и не играл. Видимо, дети или ещё спали, или тоже спешили на занятия. Правда, вопреки моим опасениям насчет последних, отвела Эльга меня не в класс, а в знакомый кабинет. Тэе снова над чем-то работал, но при нашем появлении указал на дверь.

– Идём. Эльга тоже.

Сегодня по какой-то причине он решил не продолжать меня расспрашивать, а, видимо, посмотреть, чему мы успели научиться. Эльга усиливать слияние разумов, как это делал вчера Вил, не умела, так что комментарии наставника сама я не понимала, и ей приходилось мне их переводить. Выходило дольше, но зато, кажется, часть эпитетов в мой адрес она при переводе опускала.

– Обратно, – наконец скомандовали нам.

Но на этом от меня не отстали – тэе Направил сам. Похоже, тоже подозревал, что в переводах Эльги были некоторые погрешности.

«Ты слишком много думаешь, когда переставляешь лапы. И вообще слишком много думаешь, из-за этого вы очень медленные. Потенциально это несинхронные действия и риск если не падения, то ошибок при посадке и взлёте. Скорее при посадке, потому что на взлете сначала действовать должна ты, а потом уже Эльга, она сообразит, а вот ты промедлишь».

Не сдержалась:

«И как вы это поняли?» – Вообще-то с его командами у меня было ещё промежуточное звено в виде перевода, а это тоже время!

«Я догадался про перевод. Но ты думаешь, я просто так просил вас поднимать по очереди лапы и крылья?»

Там списать всё на перевод было сложно. Задачу Эльга перевела до того, как мы приступили к её выполнению. Так что да, видимо, вывод был вполне объективен.

«Немного восстановишься, будем гонять вас по задачам на синхронизацию, – заключил он. – И не расслабляйся, с Вилееном на вас в работе я тоже найду возможность посмотреть».

Ответа он не дожидался.

Я снова оказалась на ковре. Тэе протянул руку, помогая встать и, повернувшись к Эльге, что-то той сказал.

Девушка возразила, завязался диалог, в котором я из-за скорости и длины предложений опять не понимала большую часть. Но в итоге тэе, кажется, удалось её убедить, потому что Эльга указала мне на тэе и заявила:

– Рина остаться, – и куда-то убежала.

Мужчина на это что-то проворчал, видимо, комментируя нашу коммуникацию, но сделал жест следовать за ним и переместился обратно в кабинет. Мне указали на стул.

Тэе сразу же вернулся к работе над какими-то бумагами. Я постаралась не мешать, но разглядывать обстановку мне быстро надоело, потому я подошла к шкафу и принялась изучать сложенные на полки фолианты. У Эльги книг не было, так что прежде возможности посмотреть на те мне не выдавалось. Зато теперь я начала понимать, почему она так удивлялась моему блокноту. Здесь, похоже, использовали не бумагу, а пергамент. Но проверять я не рискнула и книги не трогала, только рассматривала.

Мой интерес не остался незамеченным: тэе Альнее поднялся, подошёл ко мне, что-то спросил, явно по привычке, потому что фразу не закончил, взял привлекшую моё внимание книгу и открыл.

– Действительно не бумага. Надо же.

– Всё? – на своём языке спросил он. Но такие слова я уже знала.

Мотнула головой и указала на деревянные дощечки – как-то чужеродно, на мой взгляд, они смотрелись в явно предназначенном для книг шкафу. Мужчина взял и раскрыл их как книгу. Внутри обеих оказались углубления, залитые чем-то плотным, но достаточно мягким, чтобы по нему писать. Как я сообразила мгновением позже – воском. Нечто подобное использовали в древности и у нас, по крайней мере, я видела такое в музее, вот в таком, раскрытом, виде. Как их называли, вспомнить я, правда, не смогла, но суть уловила. Такие, кажется, использовали для записей, а потом перезаливали. В ситуации с пергаментом незаменимая штука.

Свободного места на воске было ещё много – сейчас исписаны значками, мало напоминающими знакомую мне письменность, были буквально несколько строк в одной из половинок – и я сделала жест, словно пишу. Мужчину это, кажется, удивило, но, ненадолго отойдя к столу, он вернулся с палочкой-стилусом и протянул его мне.

Не так давно я уперлась в то, что слова, обозначающие действия, а не предметы, как и разные сложные понятия, показать уже сложнее и, чтобы их узнать, нужно спрашивать при перевоплощении. Причем либо по одному, либо надеяться, что никто из нас не запутается в порядке. И вот для такого эти самые дощечки идеальный вариант – можно рисовать. Или договорится о каких-то обозначениях. Да и письменную речь, вполне возможно, придётся учить. В общем в досочки я вцепилась.

Тэе, вручив стилус, уставился на меня, кажется в ожидании объяснения моему интересу. Я вообще-то собиралась подождать Вила, но в принципе почему нет? Тем более рисовать я умею, а тут нужны и вовсе скорее схемы. Как минимум пополню словарный запас. А вечером можно будет перенести новые слова в блокнот.

Проблемой оказалось то, что это Эльга и Вил знали, что, если я на что-то показываю, я хочу узнать слово. Да и я начала со сложного – синхронизации, раз уж мы недавно про неё говорили, наивно полагая, что по рисунку грифона, крыла и лапы он поймёт, о чем речь. Но нет, тэе выдал скорее вопросительную фразу.

Пришлось отказаться от первоначальной идеи и начать с чего-то попроще. С предметов, а не действий. Ничего лучше, чем нарисовать стул, указать на стул и ткнуть в дощечку, мне в голову не пришло. Мужчина, что от него хотят, явно не понял. Потому что, забрав у меня стилус, написал на воске, по всей видимости, обозначающее стул слово. Как будто письменную речь я, не зная устной, могла понять!

– Нет. Слово. Название.

Но, видимо, это тоже ничего ему не объяснило – на меня смотрели всё так же вопросительно. Появилось желание выругаться, но вместо этого я оглядела кабинет в поисках чего-нибудь ещё, что можно узнаваемо нарисовать, но быстро от этой идеи отказалась. Не потому что не могла, а потому что не поймёт же!

Взяла стилус и нарисовала человечка в стиле детского рисунка, пририсовала ему платье и, указав на него стилусом, назвала:

– Рина. – Рядом с первым человечком появился второй: – Эльга. – Потом третий, уже без платья: – Тэе Альнее. – После чего я ткнула в рисунок стула. У Эльги дома были исключительно табуреты, так что правильного слова я не знала.

– Анер, – наконец сообразил, что от него хотят, собеседник.

Чтобы проверить, я указала на тот стул, где недавно сидела:

– Анер?

– Анер.

Обрадованная успехом, показала на стол, потом на книгу. И только убедившись, что мужчина наконец понял, что же я от него хочу, перешла к тем понятиям, с которыми были сложности. Дом, змея, птица, гора, солнце, дерево… В общем банальные вещи. Рядом с картинками я писала по-русски транскрипцию, стараясь делать ту максимально мелко – место на дощечках все же не бесконечно – но стилус не позволял слишком уж мельчить, слишком толстый. Но ничего. Воск тут можно плавить и выравнивать бесконечное количество раз. Просто перепишу все в блокнот.

В этот момент и появился Вил. При виде дощечек сначала нахмурился, но, разглядев мои каракули рядом с рисунками, улыбнулся:

– Слова?

Я кивнула.

Тэе что-то спросил, Вилеен ответил ему, а потом взял у меня дощечки и указал на рисунки по очереди. Я, сверяясь с записанной транскрипцией, перечислила нарисованное. В паре мест он меня поправил, но в основном некритично.

– ТастЭ, – мне продемонстрировали книгу. Потом указали на одну из бумаг (или пергаментов, в этом я не разбиралась, в общем листов) на столе тэе: – тастЕ.

– Поняла. – Взяла со стола один лист – к слову, гораздо более тяжелый и толстый, чем привычные мне бумажные – и подняла: – тасте. – Положила на место и ткнула в ближайший фолиант: – тастэ.

Вилеен кивнул и указал на дощечки и произнес новое слово. Я повторила и тоже указала на дощечки. А потом записала слово.

Тэе что-то уточнил и на этот раз тон был более серьёзным.

– Рина учится, – спокойно сообщил Вил. И, глядя на меня, специально медленно, чтобы я поняла, спросил: – Что сегодня нужно из еды?

Учитывая, что я собиралась готовить жаркое, тут же сообщила:

– Картофель. Мясо. – Обозначение для последнего я выяснила накануне у Эльги. На лице Вила появилось удивление. – Очаг, вода, горшок. – Слово варить я не знала. И, подумав, добавила: – Будет вкусно.

– Рина учится, – повторил Вил уверенно.

Где-то неподалеку ударил колокол. Это явно было каким-то сигналом, потому что оба мужчины поднялись. Тэе что-то сказал Вилу, тот кивнул и, взяв меня за руку, попросил идти с ним.

Сам тэе Альнее взял со спинки стула золотистую накидку из какой-то тонкой ткани и поспешил к выходу. Я, уверившись, что это какая-то форма (у Вилеена была такая же, но серебристая), пошла, куда повели.

Минут пять блуждания в местных коридорах, и мы оказались в зале больше расположенного рядом с кабинетом раза в два, но тоже с ковром и зеркалом. А ещё здесь было десятка два детей семи-восьми лет и присматривающая за ними чопорная дама.

– Тае Альнее, таа’йе Вертее, – склонила она голову при виде моих спутников. И уже громче что-то сказала детям.

Те почти мгновенно, словно сгорали от нетерпения, выстроились в две линии.

Что-то сказал, кажется, поприветствовал их тэе.

Дети поклонились и уселись прямо на ковер.

Вилеен указал мне на место сбоку и тут же уселся сам. Я послушно опустилась рядом, хотя пока не понимала, что происходит и зачем я здесь. Нет, то, что это какое-то занятие, было вполне понятно, о том свидетельствовали и поведение детей, и менторский тон объясняющего им что-то мужчины, но в моём-то присутствии какой смысл? Или меня просто побоялись оставить без присмотра?..

В какой-то момент тэе подозвал Вилеена, знакомо взял того за руки и окутался непроницаемым взгляду золотым облаком, из которого через мгновение вместо двух мужчин появилась огромная ящерица вроде гекона такого же бронзового цвета, как змея у нас с тэе. Прежде чужое перевоплощение я видела только мельком тогда у Эльги и того мальчишки, так что тут же заинтересовалась.

Да и не только я. Дети восторженно загомонили, но с места не сдвинулись. Рептилия прошлась перед ними, потом замерла и снова исчезла в облаке золотистых искорок.

Вил и тэе сначала ответили на вопросы, а потом и подозвали первых ребят.

И вот при виде того, как сначала девочка с ярко-рыжей гривой окутывается золотистым облаком в паре с тэе, потом такое же, но серебристое, скрывает Вилеена и темноволосого мальчишку, а на их месте появляются такая же рыжая как девочка кошка и черный зверек вроде суриката, я, кажется, наконец начала осознавать, насколько это здесь нормально. Да, мне говорили о перевоплощениях, и звучало это примерно как достаточно обыденный для местных процесс и я верила, но слышать и видеть своими глазами – это всё же не одно и то же.

Постепенно я даже начала замечать какие-то закономерности. Так, в парах с Вилом чаще всего получались звери (видимо, сказывалось то, что он говорил про кошачьих), в основном черного цвета, как его шевелюра, а в парах с тэе обычным был насыщенно бронзовый цвет и варианты разного вида змей и ящериц. Реже бывали птицы и другие крылатые, с той девочкой вышла кошка, ещё один раз получился кто-то вроде крупного волка, и, судя по оживлению присутствующих, это было неплохо…

Наконец снова ударил колокол и пошедшие на второй круг, только уже в других парах превращения остановились. В зал заглянула та самая чопорная женщина, и бурно обсуждающие прошедшее занятие дети потянулись к ней.

– Рина, – позвал меня тэе, когда дверь за последним ребенком закрылась. И указал на Вила. Похоже, намерен был исполнить обещание посмотреть на нашу с ним работу.

Мужчина привычным жестом протянул руки ладонями вниз. Я так же привычно уже за них взялась, и он Направил.

Мир закружился, и глаза я открыла уже, судя по отражению в зеркале, кем-то вроде рыси, только очень крупной и блондинистой. Прежде возможности рассмотреть, что у нас выходит, у меня не было – зеркало у Эльги было только в ванной, а там для нас было тесно, так что подалась вперед.

– Забавный эффект, – усмехнулся тэе, разглядывающий меня… нас.

Я удивленно замерла. То, что я его понимала, резануло по ушам.

«Я снова усилил слияние разумов, – поспешно пояснил Вил. – Так будет удобнее».

Я кивнула и снова уставилась в зеркало. Кошка действительно больше всего напоминала рысь, только очень странного оттенка, под цвет моих волос.

«А почему с детьми у тебя получались в основном черные звери, а со мной светлая рысь?»

«Как ты её назвала? Рысь? Потом повторишь, когда разделимся, а то я таких кошек прежде не встречал».

«Без проблем. Так почему?»

«Просто бывает, что лидирует цвет одного, а бывает, что его перебивает цвет другого. Это нормально. Просто по общему правилу чаще всего проявляется цвет направляющего».

– Вил, если вы насмотрелись на себя в зеркало, то, может, уже покажете, чего вы достигли? Утром с Эльгой это было довольно позорное зрелище.

Я мысленно вздохнула. Нет, в том, чтобы не понимать, точно были свои плюсы.

«Что он же вас заставил делать, что оценка настолько негативная? Вроде там же ты управляешь всеми лапами».

«Лапа-крыло-лапа… Он потом что-то говорил про асинхронность».

«Это не то что бы что-то необычное, вполне нормально, как и с синхронностью лап у четвероногих», – заверил Вил.

– И долго мне ждать?

«Давай на счет, как тренировались», – и начал считать. На раз шли вперед его лапы, на два мои. Главное было не запутаться.

– Тут лучше, чувствуется, что в этом случае синхронность вы отрабатывали. Но без счета пока не выходит, судя по ритму?

Я покаянно кивнула.

А тэе вдруг подобрался:

– А у кого из вас контроль над движениями головой? У Рины, ведь так? – Я снова кивнула. – Тогда как ты меня понимаешь? Вил ведь не успевает переводить.

Вил мысленно выругался, а потом мир крутанулся, и я снова перестала понимать тэе.

Разобрались с что, как и почему они быстро. Потом Вил снова присел напротив, поймал мои ладони и направил.

«А можно я просто посижу, а не буду бегать?»

«Устала?»

«Не то что бы, но я хотела столько всего спросить».

– Так и будете сидеть?

Я кивнула и подогнула свои лапы так, чтобы лечь. Вил чуть запоздало повторил.

– Ладно. Общайтесь. Только постарайтесь обойтись без обмороков, – как ни странно, согласился тэе. И направился к выходу. – Если что, я в столовую, потом буду у себя. Если не заглянете через час, так и быть, вас проверю.

Дверь закрылась.

«А что, кстати, означает «тэе»? И почему когда-то вы говорите тэе, а когда-то тае?»

«А – когда в общем. Тае, таа’йе. Э – когда о своём, – рассеянно отозвался Вил. – Соответственно в твоём случае Ниэн – тэе, а я – тэа’йе, все остальные через а. Используется, кстати, и при обращении, и при упоминании. Поэтому, если влипнешь в проблемы, можешь говорить уже не про Эльгу, а про одного из нас. Ученица – тэе’лэ, Ведомая, а потом уже упоминаешь нас. Поняла?»

«Угу. Потом только повтори, как это звучит. А что всё-таки это означает?

«Ведущий Перевоплощение. Ты же видела младших сейчас. Они пока, как и ты, сами Направить не могут, тэе их и направляет, Ведет, он ответственен за обучение лэшек».

«Красиво. И немного странно, что при мысленном общении эти понятия не переводятся, как другие».

«У вас нет аналогов. Я часть твоих понятий тоже слышу без перевода. Как название этой кошки. Но все равно лучше повтори, когда перевоплотимся, звуки несколько непривычные. – И без перехода сообщил: – Здорово придумала с циррами. Хоть как-то можно объясниться без перевоплощения».

Судя по тому, что звучало слово иначе, чем то, которое он говорил, этот термин всплыл из моей памяти.

На этом мы решили всё же заканчивать с перевоплощениями – начали появляться первые симптомы усталости.

После заглянули за циррами и ушли в кабинет недалеко от кабинета тэе, видимо, принадлежащий Вилу, выяснять те слова, с которыми были сложности из-за невозможности указать подходящий предмет.

Перевоплощаться, конечно, всё равно пару раз пришлось, но дело пошло на лад. Особенно, когда мы договорились, как на рисунках я буду обозначать движение. У Вила цирры тоже нашлись, так что проблем с местом у нас не было.

В результате к приходу Эльги я уже, пусть поглядывая в свои импровизированные таблички, но могла составить простое предложение не только с немногочисленными заученными наизусть словами, но и с новыми. Да, их тоже придётся учить, но, когда есть что учить и это не готовые фразы или сугубо названия предметов, уже проще.

Определенным плюсом было и то, что я сумела уговорить Вила сходить с нами в лавку мясника. Было у меня некоторое подозрение, что Эльгу, если мы пойдём вдвоём, там обсчитают, а она и не поймёт. Помощника же тэе наверняка побоятся обманывать, у него все же и статус, и он старше, и вообще мужчина.

Когда рабоче-учебный день в Теене подошёл к концу, и нас отыскала Эльга, мы направились в лавку, о посещении которой я думала уже давным-давно. Как-то на одних гарнирах и копченостях жилось грустно. Хотелось мясного.

Идти оказалось довольно долго, на один из нижних ярусов. И, стоило нам войти, а Вилу заговорить с хозяином, как я поняла, что не совсем верно считать местный уровень развития средневековым: у мясника оказалась витрина, так и пышущая холодом. Этакая морозилка вроде наших магазинных, только не электрическая и из пластмассы, а каменная. С какими-то странными чуть светящимися узорами вроде то ли рун, то ли ещё каких местных знаков. В целом же это был каменный ящик со слоем натуральнейшего льда, на котором и было разложено сырое мясо. Такого я совершенно не ожидала. Правда, всё остальное было вполне себе средневековым: с потолка свисали подвешенные на крюках копчёности. И никаких тебе нарезок и фарша, а тем паче котлет. Максимум – колбасы и те же сырые куски, разделенные на части.

Это было не то что бы хорошо. У Эльги я ничего подобного для хранения не видела, как и хоть чего-то отдаленно напоминающего мясорубку. Хотя, может, она и была, просто девочка её куда-нибудь запрятала, как уже было с теми же нитками.

Мои спутники сразу же нацелились на копченное мясо. Я же наклонилась над морозилкой, не трогая руками, но придирчиво изучая куски, пока наконец не остановила выбор на относительно небольшом кусочке. По принципу чтобы можно было приготовить сегодня и сразу съесть. В отсутствии холодильников, если понадобится, проще завтра снова сюда прийти, чем думать, как сохранить мясо.

– Эльга, – позвала я девушку и указала на выбранное.

На меня посмотрели с сомнением. Причем не только девушка, но и хозяин лавки. Я ответила прямым взглядом. Знаю я что делаю, знаю. Да, придётся повозиться, да и времени на готовку уйдёт больше, чем если бы тут была тушенка или котлеты, но сварить картошку с мясом я в состоянии.

Не сомневался, кажется, только Вил. Он что-то сказал Эльге, а потом обратился к продавцу. В результате через полчаса мы всё той же компанией устроились на кухне девушки с вытребованным мной куском мяса и добавленным к покупкам окороком.

Терять время я не стала – пока дошли, уже стемнело – и на нашедшейся разделочной доске порезала мясо, а потом села чистить картошку. Спутники жевали бутерброды и следили за моими действиями. И ладно Эльга, она и раньше проявляла интерес, но в этот раз и Вил тоже.

Вскоре мне их ничегонеделанье надоело, и как только бутерброды съелись, оба были приспособлены к делу: Эльга раскочегаривать очаг, с которым у меня пока возникали сложности, а Вил – таскать воду и для готовки, и для ванны.

Они, правда, кажется, не поняли, зачем мне ванна, ну да если бы очень хотели узнать, способ это сделать у них был. А раз перевоплощаться не спешат, значит не так и любопытно.

Когда я сунула в печь горшок – «кастрюлю» я брать не стала, у меня на неё были другие планы, так что обошлась глиняной посудиной – оба проводили его такими сомневающимися взглядами, что я едва сдержалась, чтобы их не стукнуть.

Вручила мужчине кастрюлю, сообщила заветное «Вода!» и через пару минут получила ту уже полной. Её тоже сунула в печь. Пусть греется. Раз Вил уже тут и ему несложно, почему не воспользоваться? Не нам же с Эльгой каждый раз таскать тяжести?.. Устроим банный день, пора бы уже, на самом деле ещё вчера стоило бы. Тем более я не отказалась бы постирать одежду, та уже в этом нуждается, и лучше делать это все же не в холодной воде.

Вода согрелась быстро, так что её я заставила Вила отнести в ванную: картошку время от времени все же стоит мешать, а вторая посудина будет этому препятствовать.

– Ну что вы так смотрите? – вздохнула я по-русски. И на их языке пояснила: – Тяжело. Вода. Ванна надо. Одежда в воду.

Косноязычие ужасное, но, кажется, меня поняли. И это, вроде бы, несколько примирило Вила с эксплуатацией его отнюдь не для готовки.

Пока ждали, продолжили нашу почти игру в нарисуй действие. Так мой словарь обогатился словами «носить», «наливать», «готовить».

– Красиво, – вдруг заметила Эльга, указав на последний рисунок стилизованной девочки с ложкой около кастрюли.

Я чуть грустно улыбнулась. Видела бы она, что я рисовала когда-то в художке… Но здесь такое точно никак не повторить. Разве что углем на какой-нибудь деревяшке, или этим же стилусом на воске. К слову…

После пяти минут мучений и упихивания рисунка на оставшееся место, я продемонстрировала им рысь. Очень стилизованную и упрощенную, но узнаваемую.

– Рысь, – указала я на неё.

Вил понял сразу, он слово уже слышал, а Эльге уже пояснил он.

– Красиво, – повторила девочка с таким восторгом, что я поняла, что уголь и ровная доска, похоже, будут следующим, что я стану добывать. Уголь можно взять в очаге, а вот с досками все сложнее. Но должны же здесь быть плотники, раз есть мебель, верно?

На вытащенный горшок Эльга и Вил посматривали насторожено и пробовать его содержимое отказались, пока не попробовала я. Я им всё равно наложила, конечно, чтобы потом не отвлекаться, но за ложки оба взялись только, когда я съела, наверное, уже полтарелки. А было, между прочим, вкусно. Да, местный картофель сладковат, а мясо жестковато, но вкус это не слишком портило.

А вот потом блюдо они распробовали, ещё и добавки себе положили. Я не возражала: хранить всё равно негде. На будущее стоит учесть, что на двоих стоит брать мяса поменьше. Правда, это если мне дадут готовить на двоих. Учитывая, что Вил бывает у нас каждый вечер, возможно, стоит сразу рассчитывать на троих.

Им явно понравилось, и на оставшееся смотрели уже с куда большим воодушевлением. Вот право слово, словно раньше не ели такое! Не поверю, что у них тут все повально не умеют готовить! Наверняка это просто мне так везёт.

Столовая же у них есть – тэе её упоминал только сегодня, Вил и того раньше, значит кто-то готовкой занимается вполне профессионально и при желании может сделать и вкусную еду. Просто, возможно, в таких масштабах заморачиваться не хочет, или ограничен ресурсами, поэтому получается так себе.

Уже когда Вил ушёл, приступили к стирке – при нём таким заниматься было неудобно. Потом пока ещё вымылись сами, пока вымыли головы местным аналогом мыла. Процесс затянулся: мытье по-местному означало обливание из ковша в лохани, а это гораздо дольше, чем под душем! Вот хоть изобретай им летний душ. Хотя уж до такого наверняка кто-нибудь да додумался, просто организовать это сложно, все же задние дворы закрыты от солнца домами и скалой, а больше никуда ты бочку не поставишь: крыши тут такие, что едва ли получится закрепить. Но, в конце концов, ну что я никогда не мылась, когда горячую воду отключали, что ли? Да, волосы так помыть сложно, но не невозможно же!

После мытья уже хотелось только под одеяло, так что планируемую работу со словарем я отложила на завтра.

Вот только утром, заглянув в зеркало, я обнаружила не только спутавшиеся гнездом волосы, но и кисточки на чуть вытянувшихся ушах и отчетливую такую светлую шерстку на спине и шее. Вот тебе и местное мыло!

– Эльга! – запахнув халат, точнее нечто вроде него, но для простоты я считала это халатом, я бросилась на поиски хозяйки. – Эльга, это что?! Почему?!

Глава 5. Новые вопросы и новые проблемы

Разбуженная моими вопросами Эльга видом кисточек на ушах не впечатлилась. Попыталась что-то сонным тоном объяснить, но я не поняла ничего кроме слов «дети» и «перевоплощения». Что, между прочим, ничегошеньки не объясняло!

Потому, вцепившись в её руки, развернула те ладонями вверх и несколько слов повторила слово «перевоплощение». Сначала она мотала головой, возражала, несколько раз упомянув тэе Альнее, но потом, видимо, поняла, что я не успокоюсь, всё же сдалась и встала.

Перевоплощаться в грифона в комнате было идей плохой – тот всё же крупнее рыси, потому сначала мы обе переоделись в ту одежду, что не исчезала, и вышли на задний двор, а потом уже Эльга Направила.

«Так бывает, когда учишься перевоплощаться, – сразу же успокоила она меня. – Потом контроль станет лучше и мех пропадёт».

«А до того я буду так? Девушкой-кошкой?!»

«Ну… Наверное».

«С ума сойти можно!»

«Ты научишься».

«Когда? Сколько это времени занимает у ваших детей?»

«Взять под контроль внешность? По-разному, честно говоря. У меня перья года два лезли. Сначала немного, а потом и вся голова в перьях, бывало, оставалась по нескольку дней…»

Если бы могла, я бы взвыла. А так получилось только невнятное «курлык».

«Не расстраивайся, смеяться не будут. Никто даже ничего не скажет, в Теене это постоянно с кем-нибудь происходит».

«Успокоила!»

Девушка, похоже, приняла произнесенную с сарказмом фразу за чистую монету:

«Раз уж ты встала, может, приготовишь что-нибудь?» – тон был просящим.

«Куда я денусь? Глазунью, омлет или салат? В прошлый раз мы вроде купили что-то вроде огурцов? Или оладьи?»

«А можно оладьи?» – они у меня ей нравились. И не то, что бы не нравилось остальное, есть она, кажется, распробовав, была готова всё, что я сделаю, но некоторые предпочтения уже появились.

Я тоже приноровилась к местной муке, кефиру – за ним, как и за молоком, ходили со своими кувшинами, что заметно затрудняло другие покупки – и посуде. В первый раз поломать голову, чем их тут можно перевернуть, да ещё так, чтобы не обжечься о край импровизированной сковородки, но получилось всё равно довольно вкусно.

«Можно, – злость парадоксальным образом почти сошла на нет. – Мёд найди. Только на большое количество не рассчитывай, иначе опоздаем».

Вил, к счастью, на мой странный внешний вид – а полностью прикрыть волосами кисточки на ушах не выходило, как я ни пыталась – отреагировал спокойно, при перевоплощении пояснив, что это нормально. И вообще на благо: как минимум позволит примерно понять, к каким обличьям я склонна от природы.

«На самом деле это хороший знак. Означает, что твой дар просыпается».

«И долго он будет «просыпаться»?» – мрачно поинтересовалась я.

«У тебя сложно сказать: ты взрослая. Обычно перевоплощениям учатся ещё в детстве, начиная лет с семи, а иногда и раньше. А тебе явно больше. Кстати, сколько?»

«У девушек вообще-то не спрашивают, – если бы могла, я бы поморщилась. Получилось, что тряхнула головой. – Но вообще двадцать восемь».

«Выглядишь моложе», – только и заметил на это Вил.

«И на том спасибо, – я не стала углубляться в то, с чего он так решил. То, что со здравоохранением и средствами для ухода за собой тут, видимо, не очень, я уже успела понять. – А тебе, кстати, сколько?»

«Недавно исполнилось тридцать, – отозвался мужчина. Ну, я думала, чуть больше, но в целом оказалась недалека от истины. Усы его старили. – Что?!»

«Это так, мысли вслух, – поняв, что про усы подумала слишком громко, мысленно отмахнулась я. И поспешила сменить тему: – Ты вчера что-то говорил про то, что можно повторить жаркое. Сходишь с нами к мяснику? Я боюсь идти только с Эльгой, её обсчитают, она и не поймёт. А я с вашими ценами и деньгами пока не разобралась».

«Без проблем. Вчера получилось действительно вкусно».

«Тогда вечером повторим. А вообще есть много разных блюд из мяса и курицы. Не все у вас реально приготовить – нет и оборудования, и части ингредиентов, но даже то, что реально, уже разнообразит жизнь. Так что если поможешь с покупкой, милости прошу, втроём веселее. И Эльге не так скучно».

«К слову об Эльге, сегодня у нас средние. Они уже Направляют сами и довольно неплохо работают в паре, так что тебе полезно будет посмотреть».

«А Эльга с ними или..?»

«Эльга со старшими. И отчасти в этом и её проблема. Там уже давно все со своими партнёрами».

«А она – белая ворона?» – уже спросив, сообразила, что он может и не понять сравнения.

«Что-то вроде того», – спокойно согласился Вил. Видимо, то перевело как-то понятно для него. Всё же от их перевоплощений была и польза. С языковым и культурным барьером уж точно.

«Средние», как их назвал Вилеен, оказались подростками лет двенадцати-тринадцати со всем из этого вытекающим, но пристать ко мне с вопросами или комментариями при тэе никто не решился. Они вообще, стоило нам войти, уже привычно выстроились в две линии и поклонились.

Тэе что-то сказал и все, на первый взгляд беспорядочно, зашевелились. Чтобы распределиться по залу и друг за другом начать окутываться серыми облачками. Причём, перевоплотившись, они тоже вели себя спокойно. Просто садились и ждали.

Кого тут только не было: птицы, звери, реже какие-то странные создания вроде горгульи и пегаса. Разных цветов и обличий. Даже птицы были разными. Я узнала лебедя, орла и какую-то в идеале, наверное, небольшую, но в исполнении учеников совсем немаленькую, серую пичужку, из тех, что легко встретить на какой-нибудь проселочной дороге. Волк, енот, большая мышь и что-то невнятно серое очень пушистое и с длинным хвостом…

Вил написал что-то на воске и протянул цирру мне. Я, разумеется, ни слова не поняла, а по картинкам рядом догадалась только о том, что речь об учениках (маленькие человечки), перевоплощениях и животных. Покачала головой, так что помощник тэе вздохнул, но руки не протянул, так что, видимо, это было не так уж важно.

Тэе что-то сказал помощнику и тот вернулмя с мешком.

Когда в зале – а занятие проходило в таком же, или вообще том же зале, что и вчера – не осталось ни одной не принявшей иное обличье пары, преподаватель снова что-то сказал. Кажется, озвучил следующее задание. Все зашевелились, запереглядывались и снова пришли в движение.

В мешке оказались мячи. Кажется, тряпичные. Зачем я не понимала ровно до того, как их раздали и не подумавшим превратиться обратно ученикам.

А вот потом начался какой-то цирк. Нет, сначала они просто их катали друг другу. Ну, насколько это может быть просто, когда среди присутствующих есть птицы. Да и вообще, похоже, в своих конечностях разобраться было не так-то просто даже кому-то с куда большим опытом, чем у меня. Я, глядя на всё это с трудом сдерживалась, чтобы не засмеяться. Нет, ну вы когда-нибудь видели, как мышь толкает мячик? А если то же самое делает то самое пушистое и хвостатое? И это даже если не обращать внимание на волка, тигра и енота, которые с задачей худо-бедно, но справлялись. Так же как пегас и горгулья. Этих, кстати, и в стороны мотало меньше и лапы у них не заплетались, несмотря на то, что вместе с крыльями конечностей получалось больше. У птиц тоже согласованность оказалась выше. Но они просто пихали свои мячи головой, даже не пытаясь махать крыльями.

Через какое-то время Вилеен снова вышел и вернулся с корзинами. Задача усложнилась. Теперь нужно было закатить мяч в корзину. И получалось это сделать лапами-ногами-головами с первого или даже со второго раза далеко не у всех.

Затем корзины не положили, а поставили, соответственно нужно было уже не закатить, а поднять и положить. Тоже та ещё задачка для заплетающихся лап, мешающихся крыльев и ушедшей погулять координации.

Удар колокола, кажется, был встречен всеобщим облегчением. И это они даже не в футбол или волейбол играли, а просто поднимали и пихали мячики в корзинки! Кажется, трудности управления телом после перевоплощения я всерьёз недооценивала. Похоже, проблема с асинхронностью была не только у нас с Эльгой.

Преподаватель что-то сказал, и серые облачка окутали друг за другом всех учеников. Корзины и мячи те собрали сами и сложили около дверей.

Вот только, оказалось, что я рано обрадовалась, что меня это не коснулось: дождавшийся закрытия двери тэе скомандовал:

– Вил, Рина, – нам указали на корзины и мячи.

Судя по выражению лица Вила, его это задача тоже не порадовала. Но никто из нас не спорил.

Повторить оказалось не просто сложно, а кошмарно сложно. И это у Вила были и опыт подобного, и понимание, как действовать!

– Без счета с синхронностью у вас тоже всё плохо, – заметил тэе. Он устроился на ковре и наблюдал за нашими попытками с ленивым любопытством. – Рина слишком много думает.

«Как ни странно, сейчас я с ним согласен. Не думай, когда переставлять лапу, просто переставляй. Тебе надо почувствовать себя рысью, жить ей, а не притворятся».

– Держись она подольше, я бы предложил закинуть их с Эльгой, а лучше вас вдвоём в горы и заставить выбираться. Но пока рано. Наращивайте время. И не только болтайте, но и делайте хотя бы базовые упражнения на синхронность. Или вон с мячом. Стыдно должно быть в таком возрасте уметь меньше десятилетки.

«Он знает, что я и сегодня его понимаю, да?»

«Само собой. И идея с горами хорошая, тебе бы это помогло. Но сейчас это или перевоплощаться туда-сюда каждые четверть часа, что неудобно, или ты отключишься максимум через час и я застряну там с тобой без сознания, хорошо, если на руках, а не в одном теле».

– Давайте обратно, – скомандовал тэе. – Завтра повторите. А сейчас пойдёмте уже обедать.

Готовили в местной столовой, конечно, и в самом деле так себе, но, по крайней мере, обед сегодня у меня был. Пришли мы, видимо, во время занятия – незадолго до этого как раз снова ударил колокол и в большом, действительно большом, не меньше, а, пожалуй, и больше какого-нибудь школьного спортзала из нашего мира помещении с колоннами, почти никого не было.

Раздача как таковая отсутствовала, еду нам принесли на подносе. Посуда тоже сплошь была глиняной, как и у Эльги дома, ложка деревянной. В общем, то ещё средневековье в отношении готовки и сервировки.

Мужчины обсуждали какие-то свои дела, я вяло ковырялась в тушенной капусте, когда к нам подсела женщина лет пятидесяти. Темноволосая, с заметной сединой, явно строгая. А ещё в штанах и рубахе, как мужчины, а не в платье. Тае Гервее, как представил её тэе. На меня она посмотрела с любопытством, что-то спросила, но я покачала головой, и за меня ответил Вил. После этого интерес ко мне утратили, заговорили между собой.

Вскоре ей принесли такую же, как у нас, еду, и женщина сосредоточилась на ней.

– Теенэе са’латар кре, – сообщила вдруг она, когда мы уже поднялись, чтобы уйти.

Вилеен разом подобрался. Тэе удержал спокойное выражение лица, но, кажется, и его сказанное чем-то обеспокоило. Женщине он что-то ответил, и мы поспешили к выходу.

После было ещё одно занятие с вчерашними детками, время до которого мы с Вилом коротали за выяснением новых слов. Особой разницы с тем, что было вчера, я не заметила. Мужчины просто по очереди ненадолго перевоплощались с детьми. Зато после одного из таких перевоплощений я убедилась, что мои кисточки на ушах не что-то из ряда вон – у одной из девочек после обратного перевоплощения на голове остались голубые перышки, тоже исчезать не спешащие. Превратилась она, кстати, в птицу вроде утки, что, видимо, и объясняло наши различия. Правда, была та скорее сизой, чем голубой.

А вечером, как и обещал Вил, мы снова сходили в лавку и я снова приготовила жаркое. Правда, в отличие от вчерашнего дня, мы не выясняли новые слова, а гоняли нас с Эльгой по тому издевательскому упражнению «лапа-крыло-лапа». Когда же перевоплотились обратно, и я проверила наш ужин, за меня взялся ещё и мужчина. Рысью мы учились хотя бы ходить без счета и не улетать при этом носом в землю или хуже того репейник.

Потом Эльга, хихикая, выбирала тот из шерсти, пока Вил мысленно объяснял мне, что же я делаю не так.

«Тае Гервее сказала, что теенэе вернётся послезавтра, – вдруг сообщил он. – Ниэн не сможет ему не сказать о тебе. А для теенэе в приоритете Теен. Если он использует, чтобы добраться до правды, один из тех способов, о которых я думаю, тебе придётся сложно».

«Не пытать же он меня будет!»

«Нет. – Он явно заколебался, словно сомневаясь, говорить ли мне, однако всё же сообщил: – Но слияние разумов можно использовать по-разному, том числе, чтобы увидеть память. Но это небыстрый процесс, а долго ты даже в просто перевоплощении не держишься».

«То есть может получиться, как тогда с Эльгой? Я отключусь в процессе?»

«Да. И дальше всё очень сильно зависит от способа, который он использует. Риск большой».

«Но сделать мы с этим ничего не можем, так? Ну, кроме того, чтобы усиленно тренироваться и пытаться нарастить время, которое я держусь?»

«Да. И тэе, и я не можем не подчиниться теенэе. Он – глава Теена».

«Едва ли главой мог стать кто-то недостаточно умный и ответственный. Давай надеяться, что всё обойдётся? Или что ему хватит нескольких минут моих воспоминаний, чтобы понять, что я не врала про другой мир?»

«Надеюсь».

На самом деле после этого разговора я сама паниковала куда больше Вила, просто в тот момент его требовалось приободрить, и я это сделала.

Следующим утром кисточки никуда не делись. На улице моросило и поверх одежды пришлось накинуть ещё и плащи, а по пути внимательно смотреть под ноги. Подходящей плотной обуви Эльга мне найти не смогла, у неё размер был меньше моего, та, которая имелась в запасах, в основном была большой, так что пришлось идти в обычных туфлях, а они тканевые.

«Сходим к сапожнику, это не проблема, – заверил Вил. Эльга сегодня сбежала сразу, как отвела меня к нему. Он же сразу потащил в ближайший зал. – Только лучше не сегодня, а в выходной, до него уже недалеко. Да и в такую погоду в Нижний город лучше не ходить. Мясника это тоже касается».

«Я сегодня собиралась сделать что-нибудь не из мяса: Эльга вон вчера страдала, что хочет ещё оладий, может, их и сделаем. Если кефир купим, конечно».

«Могу я купить и принести, чтобы не гонять вас под дождем».

«Договорились. Кстати, я всё хочу спросить, что у вас тут у всех с готовкой? Ладно, Эльга не умеет, её учить было некому, но ты-то ведь взрослый. Неужели на самом деле сам ничего не можешь приготовить?»

«Да я как-то и не учился. В столовой можно поесть», – даже растерялся мужчина.

Чтобы оценить столовую мне хватило одного посещения и еды в местной больничке.

«Но на вкус в столовой еда так себе».

«Да. У тебя лучше получается», – и прозвучало это скорее как констатация факта, чем комплимент.

«Ну хорошо. В Теене понятно. А как в походе там, или поездке? Вы же не постоянно в Теене?»

«Берём кого-нибудь, кто умеет готовить. Слуг обычно».

«Кошмар какой-то! А если с этим кем-то что-то случится? Голодать?»

«Ну почему? Кто-нибудь готовит. Дичь ощипать и сварить, или рыбу там, не так и сложно. Вроде».

«Но ты не умеешь», – поняла я страшное.

«Ощипать и разделать могу», – возразил мужчина.

«Но не приготовить?»

«Ты так об этом говоришь, словно это преступление».

«Да. Перед здравым смыслом. Так сдохнуть от голода можно просто из-за того, что даже банального приготовить не можешь и понятия не имеешь что делать с продуктами!»

«Да ну, скажешь тоже. В крайнем случае, можно поймать кого и сырым слопать, перевоплотившись».

«А не вывернет?»

«Волка или лису от сырого зайца?» – вопросом на вопрос ответил Вилеен.

По этому ответу я поняла, что для него мой вопрос звучал глупо. А между тем я понятия не имела, как меняется и меняется ли внутреннее строение при этих их перевоплощениях. Но не уверена была, что хочу об этом спрашивать.

«Ладно, всё с вами ясно».

«Ну а раз тебе ясно, давай показывай, что ты запомнила», – усмехнулся он и указал одной из своих лап на незамеченную мной до того корзинку и лежащий рядом мяч.

Я мысленно застонала.

Когда мы разделились, в зеркале отразилась… отразилось нечто. Я едва не взвыла: волосы вдоль линии роста от виска до виска превратилась в светлую шерстку, она же закрыла лоб до бровей. И это плюсом к кисточкам на ушах, а не вместо!

Вилеен, улыбнувшись, успокаивающе похлопал меня по плечу. Не удержавшись, легонько стукнула его. Улыбка стала шире, и помощник тэе направился к двери в кабинет старшего коллеги. Я поплелась следом.

Тэе Альнее к моему виду остался совершенно равнодушен. Его, похоже, занимали какие-то другие вопросы. Но я из слов, обращенных к Вилу, не поняла почти ничего. Тот, к слову, после сообщенного нахмурился. Потом мельком глянул на меня и ответил довольно резко. Теперь я удостоилась уже взгляда преподавателя. Он что-то спросил, но я развела руками: не понимаю.

Таа’йе снова посмотрел на Рину и вздохнул:

– Она не понимает вас, тэе. Действительно не понимает, я могу за это поручиться. Отдельные слова уже запомнила, но и их узнает ещё не всегда, а тем более не всегда использует. Но для неё наш язык чужой, так что не думаю, что стоит ждать быстрого прогресса. Если хотите поговорить, используйте перевоплощение.

– Чтобы она отключилась в процессе? Вы с ней и так долго занимались. Позже, после занятия, ещё можно попробовать, сейчас только начнёшь, отключится.

– Поэтому я и считаю, что ей рано к теенэе.

– Я передам ему твои слова. Но если он решит с ней пообщаться, не мне ставить их под сомнение.

– А кому? Кому кроме вас?! Рина – ваша тэе’лэ, вам и решать, позволять ли ему использовать на ней что-то из слияний разума!

– Ты перегибаешь. Я уже понял, что она тебе симпатична, но это не значит, что из-за твоей симпатии мы можем поставить под угрозу весь Теен!

– Она не несет угрозы!

– Ты так в этом уверен?

– Да!

– Значит, у теенэе ей ничего не угрожает. Он возвращается завтра, я постараюсь не попадаться ему на глаза до вечера, чтобы дать вам отсрочку ещё хотя бы на день, но это максимум, что я могу обещать. Ситуация с Риной несколько не та, чтобы молчать о ней дольше.

Это и так было немало, и Вил это понимал, но понимал он и другое: их не спасет один день. Вот если бы тэе сказал, что Рине пока это слишком опасно и воспользовался своим правом решать всё что касается учеников и дал им хотя бы пару недель, тогда это могло бы что-то изменить. Но день или два? Это не поможет.

Однако на конфликт с теенэе Ниэн не пойдёт, тем более когда сам сомневается.

Несколько мгновений помощник смотрел на него, словно сомневаясь, прежде чем кивнуть:

– Хорошо, тэе. – После чего протянул девушке руку и вместе с ней кабинет покинул.

Когда дверь за ними закрылась, стукнув по косяку чуть сильнее, чем это бывало обычно, Ниэн вздохнул. Похоже, насчет симпатии он преуменьшил. Впрочем, их индекс не так уж высок, всего лишь на единицу выше, чем у него самого с девушкой, так что, даже окажись та шпионкой, Вил переживёт. В отличие от Эльги, двойка там или всё же выше, но Рина стала той надеждой, за которую девушка уцепилась всеми конечностями. Он видел, как она изменилась, как наконец поверила в себя, и привязалась. До жути привязалась к совершенно чужой неизвестно откуда свалившейся подозрительной лэне.

И Вил, похоже, тоже. Но он – взрослый мужчина и понимает, что безопасность Теена прежде всего. Он сможет понять, ради чего эта проверка. Эльга же не поймёт, просто не захочет, воспримет как то, что у неё отобрали последнее, и хорошо, если не сломается. И вот за Эльгу Ниэн вполне искренне переживал. Да и грифон у них и правда был гораздо стабильнее всех прошлых попыток ученицы. Хотя бы поэтому нужно очень постараться убедить теенэе быть как можно более аккуратным.

Сама Рина волновала его поскольку-постольку, та была совершенно чужой, да, необученной, да, ученицей, но взрослой, не ребёнком. Объяснение происхождения её из другого мира укладывалось в ситуацию как нельзя лучше, но в него Ниэн не верил: странники между мирами были явлением слишком редким, почти легендарным. Скорее Рина что-то скрывала или угодила в переплет и потеряла память, в это поверить всё же было как-то проще.

Слияние разума однозначно сможет поставить точку в этом вопросе. Но отчего-то это Ниэна совершенно не радовало. Было тревожно. Как-то даже слишком тревожно. Словно он в шаге от бездны и вот-вот рискует сорваться вниз.

Вил привел меня на широкий балкон, откуда открывался такой потрясающий вид на горы, что он стоил даже пронизывающего ветра, пытающегося отобрать у меня плащ. Я замерла, жадно вглядываясь в расстилающуюся внизу долину, по которой бежала река, отвесные скалы окружающих гор и небо. Голубое-голубое небо: погода успела улучшиться.

Мужчина что-то сказал, а потом указал в сторону одной из гор, над которой парили птицы. Огромные птицы, как поняла я секунду спустя, когда те приблизились. Слишком большие, чтобы быть обычными. Затаив дыхание, я смотрела, как они становятся всё больше и больше.

Меня потянули в сторону, ближе к стене и вскоре я поняла почему: птицы выбрали для посадки площадку неподалеку от балкона, а ведь вполне могли сесть и сюда. Миг, серые облачка и вот уже вместо огромных птиц на площадке стоят человеческие фигурки в серых одеждах, которые треплет ветер. И это тоже было красиво.

– Лесте, – поторопил Вил, указав на дверь спустя некоторое время, за которое перевоплощавшие в птиц успели покинуть площадку.

Я кивнула, но не шелохнулась. Нам действительно уже стоило бы вернуться в тепло замка, но здесь было так красиво, хорошо и спокойно, что уходить не хотелось.

– Лесте, Рина, – вздохнул мужчина. Похоже, время поджимало.

Я ответила вздохом и первой направилась к двери.

Стоило нам оказаться в коридоре, ударил колокол, и помощник преподавателя заторопился. Кажется, сейчас по плану у них было занятие. Я старалась не отставать.

Минут через пять запутанного пути по коридорам и лестницам мы влетели в уже знакомый зал. Сегодня собравшиеся были старше, более того, среди них была Эльга и те двое мальчишек, которые помогали ей тогда. Остальные выстроившиеся в две линии подростки выглядели их ровесниками.

Тэе появился почти сразу после нас, поприветствовал группу и приступил к объяснениям. Впрочем, недолгим. Я уже собиралась устроиться на привычном месте на ковре, когда с объяснениями было покончено и ученики зашевелились, разбиваясь на пары.

Эльга направилась к нам. Что-то спросила у наставника, тот посмотрел на меня, на Вила, но потом кивнул. Девушка привычным жестом протянула мне руки ладонями вниз. Надо ли говорить, что я сразу же вложила свои?

Мир завертелся, и через миг я взглянула на него уже грифоньими глазами.

«Фух! Я боялась, что не разрешит, – в мысленном голосе Эльги было облегчение. – Ты сегодня уже перевоплощалась?»

«Да, с Вилом. А что?»

«Просто спросила, чтобы понимать, как долго ты удержишься. Даже если совсем немного, не страшно. Всё лучше, чем опять с Вилом или тэе практиковаться, словно ребёнок! – если бы могла, она бы поморщилась. – Ну что? Давай попробуем походить?»

«Давай».

После попыток ходить с контролем только двух лап рыси переставлять четыре лапы грифона было куда как проще.

Хвост возбужденно мотнулся, ударив по боку:

«Здорово!»

– Эльга, Рина, – окликнул нас тэе. И, когда мы на него посмотрели, что-то сказал. В отличие от перевоплощений с Вилом я опять ничего не поняла.

«Говорит, чтобы попробовали полетать, но высоко не поднимались, – перевела для меня Эльга и заработала крыльями. – Толкнись, когда я скажу».

Вокруг разминали лапы другие пары. Кто-то уже игрался с мячом, легко подбрасывая его в воздух и ловя, кто-то потягивался. И все словно бы случайно нет-нет, да посматривали на нас.

«Толкайся!»

Я напружинилась и подпрыгнула. Тело грифона само по себе уже было мне неплохо знакомо, да и по пластике напоминало уже отлично изученное рысиное, только подчинялось в львиной части мне практически единолично, так что вверх я взвилась легко, а потом крылья подхватили, и мы оказались в воздухе.

Сейчас, когда я понимала, что никакой это не сон, это было странно, но оттого, пожалуй, гораздо более прекрасно. Летала бы и летала. И мысленно Эльга со мной согласилась.

Вот только насладиться нам не дали: тэе окликнул и недвусмысленно указал вниз, потому, сделав ещё круг, мы пошли на посадку.

Пол ударил в лапы и я, чтобы погасить инерцию, пробежала ещё несколько метров. С шорохом за спиной сложились крылья.

А потом мир завертелся: Эльга направила обратное.

Когда я села, к нам уже направлялись тэе и Вил. Рядом сидела чрезвычайно довольная Эльга, сегодня тоже не удержавшаяся на ногах. Что-то сказала мужчинам и помогла мне подняться. Нас придирчиво оглядели, а потом сделали жест вроде «валите отсюда». Упрашивать нас не требовалось, с занятия мы тут же сбежали.

Время, судя по солнцу, заглядывающему в окну, уже приближалось к обеду, но в столовую мы не пошли, девушка вывела нас из замка. Похоже, сегодня занятий у неё больше не было.

В результате обедали мы у неё дома, наскоро сооруженными оладьями: я бы предпочла что-нибудь другое, но раз уж пообещала, надо выполнять. Тем более немного кефира оставалось.

Вил пожаловал, когда мы уже сходили на рынок повторно, и я замешивала тесто под следующую партию. Причем явился не только с обещанным кефиром, но и с мясом. Я мысленно выругалась, но деваться было некуда, пришлось ещё и чистить картошку, резать мясо и ставить то тушиться. А пока оно готовилось, уже печь оладьи.

Когда я закончила, их на тарелке оставалось с десяток, не больше. Остальное эти два проглота слопали.

– Между прочим, они неплохо хранятся. В отличие от мяса, – проворчала я.

Меня, разумеется, не поняли. Зато с интересом посмотрели в сторону очага. Проглоты! Оставалось только вздохнуть и отобрать у них тарелку с остатками оладий.

– Я тоже хочу. – И уже на их языке: – Это съест Рина!

Оба уставились ошарашенно. Кажется, сказала я что-то не то или не так. Ну и плевать. Я макнула первую оладушку в мёд и принялась есть. Вот теперь до них дошло. Вил рассмеялся, что-то сказал Эльге и поправил порядок слов. Кивнув, я заверила его, что учту и продолжила есть.

В очаге готовилась картошка с мясом, сияла под потолком, разгоняя полутьму кухни, странная лампа. А двое способных перевоплощаться в животных обитателей этого странного мира с завистью поглядывали на поглощаемые мной оладьи. Почему-то стало как-то одновременно уютно, стыдно и смешно. Подвинула тарелку на середину стола и к ней тут протянулись две руки. Оставалось только вздохнуть. Но улыбки я не сдержала.

Конец ознакомительного фрагмента