Основатель - 1

Глава 1

Пятьдесят лет в бизнесе – срок серьёзный. Для большинства выход на пенсию означает подвести итог, остановиться, выдохнуть, отбросить всё лишнее и подумать о себе - шашлыки на даче, банька по выходным, ну и телевизор, конечно. А для меня?

Я на пенсию не собирался.

Но мой врач, Лев Натанович долго смотрел на результаты анализов, слушал меня и выдал в итоге.

- Всё. Посадил ты сердце, Морозов. В лоскуты. Или ты ложишься в дрейф прямо сегодня или отчалишь в последний порт приписки.

- Натаныч, ты чего? Ты меня столько раз вытаскивал…

- А в этот раз всё! Доплясался. Сдавай дела, заходи в энергосберегающий режим. Созерцание цветочков, салатики, шахматы, медленные прогулки по лесу, никаких волнующих новостей. Максимум – бразильские сериалы. Без шуток. Ты меня знаешь.

Я его знал, как и он меня. Почти тридцать лет знал. Отсутствие юмора его профессиональная черта, за все эти годы он ни разу не пошутил.

- Да я ещё…, - начал было я.

- Это у тебя стадии пошли, - отмахнулся он. – Торг, депрессия, отрицание.

- Натаныч, - взмолился я. - Ты же сам мой ровесник, а работаешь? И я хочу своей корпорацией «Эол» рулить, ещё лет тридцать!

- Я-то? – криво усмехнулся он. – Меня двадцать два года уже, как выперли на пенсию, если хочешь знать, потому и работаю тут, в частной клинике. Я завещание составил, дела свои к смерти в любой момент подготовил. Даже гроб купил и работаю теперь пару часов в неделю, не больше… так что, понимаю о чём говорю! А у тебя запаса прочности сердца остался на пару процентов. Останешься на работе, новый год не встретишь. А уволишься, тогда походишь. И это… Насчёт гроба я не пошутил.

- Да я понял, ты ж не шутишь.

- Не шучу. Вот тебе мой вердикт, Морозов. Ты уходишь от дел. И гроб бы я тебе тоже, посоветовал купить, но это уже как приятель, а не доктор.

Лев Натанович не пенсионный фонд, он выгнал меня с должности улитимативно, пинком ноги.

Совет директоров, естественно, тут же забегал и заскулил: – Алексей Сергеевич, Вы легенда! Вы же с нуля подняли этот холдинг! Но… здоровье дороже. А хитрые глазки сверкают неискренней жалостью, за которой легко угадывается алчность. В них прямо-таки написано, «интересно, а что можно в связи с этой ситуацией урвать?»

Чёрт побери, одно инфарктное состояние, и уже акулы бизнеса закружили вокруг «Эола», как стервятники. Будь я на десять лет моложе, нашёл бы рычаги, прижал бы парочку неверных союзников, может, даже слил бы компромат на этого выскочку Семёнова из правления… Но увы! После провального квартала и так акции просели, а если я ещё трупом рухну посреди совещания, рынок просто взвоет.

В общем, передал бразды правления одному мажору из топ-менеджмента, сынку нашего министра, между прочим. Этот папкиными связями всех конкурентов разгонит как митинг на Болотной.

Подписал кучу документов, а сам поехал… Нет, не на дачу. В «Ритуал», по совету приятеля (а не врача), где заказал себе гроб по мерке и индивидуально подобранному дизайну. Да, у них есть такой сервис.

Конечно, когда ты, Алексей Морозов, создатель империи «Эол» и человек, придумавший двадцать пять способов заработать на обычной гречке, все будут вспоминать тебя с придыханием. Наши продукты в каждом доме от пельменей «Бабушкина забота» до энергетиков «Всеволод Ярый». Даже этот наш «Чудо-творог» в синих стаканчиках – всё наше, под собственными брендами.

…

- Алексей Сергеевич! – передо мной мялся как студент перед деканом мой охранник, он же водитель – Сергей.

- Да, Серёжа?

- Помните, я недавно вам говорил…

- Помню, на память не жалуюсь. Тебе сегодня на свадьбу к младшей сестре.

- Да…

- Ну так поезжай.

- Так я того, этого… В агентство позвоню, чтобы они временную замену прислали, вдруг вам понадобится?

- Серёжа, - я поморщился, - Избавь меня от этих одноразовых охранников. Обойдёмся без сопливых. Если захочу в магазин за кефиром сгонять, то права мои вроде действуют, водить не разучился, да и вообще, чай, не дитя малое.

- Неудобно как-то.

- Неудобно Серёжа, на потолке спать. Кстати, я завещание составил, тебе оставил квартирку двушку внутри садового.

- Да что вы такое говорите, Алексей Сергеевич!

- А ты не спорь со старшими. Ты мне местами был ближе, чем этим мои… наследники первой очереди. И вот я тут подготовил.

Я достал из стола пухлый конверт, из которого выглядывала увесистая пачка американских долларов.

- Сестре подаришь. От себя и от меня. Всё! Отставить споры! Должна быть какая-то польза от моей вынужденной пенсии. Поезжай. Возьми Альфа Ромео, чтобы по красоте подъехать. Ты человек Морозова, а не поросячий хвостик. Всё, давай, езжай.

- Ну если что, Алексей Сергеевич, вы помните, сто раз показывал, там в потайной секции в кресле пистолет зиг зауэр, полностью снаряжённый и смазанный.

- Окстись! Всё, поезжай.

…

Как назло, через час после отбытия Сергея мне позвонили из агентства, я даже сначала подумал кто такие, чего от меня хотят? Оказалось, мой гроб готов, просят заехать, забрать, но могут поместить на хранение, есть у них такая услуга.

- Не надо, у нас у самих место найдётся, - проворчал я по-стариковски и действительно поехал по московским пробкам.

И, с гробом в багажнике своего «эскалейда» неторопливо проталкивался по пробкам московского центра в обратном направлении, когда, повернув голову увидел…

Пятеро парней на тротуаре тихой центральной улицы прямо сейчас грамотно оттирали молодого парня в пиджачке, студентика.

Пятеро – гопота люберецкая, как из прошлого прилетела, в толстовках и накинутых капюшонах, они явно щемили парня. Немногочисленные прохожие малодушно отворачивали головы и переходили на другую сторону дороги, вроде – моя хата с краю.

Мой не особо острый в силу возраста, но опытный после пережитых девяностых взгляд зацепился за нож, который держал один из гопников.

Я чертыхнулся. Когда ты просто грабишь (что я всецело осуждаю) ты ножик не применяешь. Нож это уже поножовщина, это уже, быть может, увечья или убийство…

Я резко нажал на тормоз, позади протяжно забибикал таксист. Вспомнив слова Серёжи, я достал буржуйский пистолет, которым он же учил пользоваться. Травмат, но выглядел он грозно. Я не киллер и тут никого убивать не собираюсь, это не мой метод.

Я выскочил из машины и шагнул на тротуар.

- А ну-ка, отвалили от него.

- А то, что, дедуля? - усмехнулся один из отморозков, но его улыбку сдуло ветром, когда я выстрелил над их головами, а потом снова и снова.

Гопники как гиены, как голуби, после второго выстрела - побежали.

Я часто-часто дышал.

- Парень, ты как?

- С-спасибо, - губы его были сжаты, а сам он сосредоточен, держался стойко, будто анализировал ситуацию. – Вы мне помогли. Не знаю, чего они прицепились.

- А ты вообще кто? Может девушку кого из них увёл или что-то такое?

- Я? Ростик Г-голицин, студент. Никого я не уводил…

Сердце в моей груди заходилось бешеным ритмом. Пистолет клацнул о мостовую, кажется, я его выронил. Мир качнулся, я стал падать. Студент подхватил меня.

Тело стало лёгким, потянуло могильным холодом. В теле появилась какая-то лёгкость, словно я Элли, которую уносит долбаным волшебным смерчем.

Неужели приступ? Вот такая она, смерть… Чёрт, вот и гроб из бразильского ореха пригодится.

Тело куда-то перемещалось.

— Не бойся, избранный! — в темноте прозвучал проникновенный женский голос. - Твой путь только начинается!

* * *

Мир вспыхнул перед глазами с дурацкой чёткостью, как, бывало, после третьей рюмки ледяной «Белуги».

Я вздохнул так сильно, что, кажется, у меня треснули рёбра. Твою-то мать.

Я очутился на свежем воздухе, точнее, в каком-то зажопинском лесу, раскинувшись на спине, аки бомж с перепоя. Перед лицом раздражающе мотылялась какая-то былинка, отмахнувшись от которой, я издал полурык-полустон и сел.

Ни студента, ни пистолета, ни гопников, ничего…

Голова гудела не хуже трансформаторной будки, тело ныло, словно после драки с пацанами из соседнего квартала в годы моей шальной юности. В воздухе витала поэтическая свежесть, соревнуясь между собой, на все лады голосили птицы, от земли и травы поднимался лёгкий пар. Не иначе утро.

Я посмотрел на небо, как будто надеясь там найти ответ на вопрос, а какого чёрта вообще происходит?

Мысли в голове касательно недавних событий и моего текущего расположения постепенно замещались желанием просто очень крепко и длинно выматериться. Прям как на стройплощадке, чтоб узбеки забегали! Воспоминания как-то сами собой чередовались с крепким матом.

Я начал подниматься. Осторожно, медленно… Когда тебе семьдесят пять, привыкаешь перемещать себя как антикварную вазу, иначе сорвёшь спину. Потом целую неделю светят визиты личной медсестры с её болючими уколами, а вместо мягких рук любимого массажиста Вазгена тело будут мять весьма действенные, но доставляющие чрезвычайно болезненные ощущения руки Льва Натановича, заслуженного врача России.

Да где я, мать вашу?! Этот чёртов вихрь, женский голос...

Не, для галлюцинаций слишком реалистично. Значит, реально выдернули из банкетного зала и швырнули бог знает куда. Я что, помер? Неужто загробная жизнь - это вонючий лес и похмельный синдром?

Впереди замаячила женская фигура.

Высокая, в золотых доспехах, не то валькирия, не то участница московского фестиваля реконструкторов. Волосы длинные, хоть коси, до самых пят. Босиком, что для нашего климата явный перебор. В одной руке копьё, не бутафория какая, а серьёзная железка, этакая проколет любого, как жука, в другой фонарь.

Но самое впечатляющее – её кожа. Она блестела золотом, будто девушка не живое существо, а напротив, ожившая статуя. Никогда такой фигни не видел, наверное, что-то новомодное из фэшн-индустрии.

При всём при этом выражение лица у девицы важное и уверенное в себе, словно у федерального министра с пятилетним стажем.

Я замер, аки прогулявший лекцию студент перед появлением декана, не зная, то ли здороваться, то ли драпать.

- Здравствуйте, девушка, — прохрипел я, чувствуя себя полным идиотом. – Не подскажете, а где я, чёрт возьми, очутился?

Она резко развернулась в мою сторону, и я невольно отступил на шаг, когда её оружие отклонилось от вертикальной оси и пронеслось в будоражащей нервы близости перед моим лицом. Копьё – достаточно весомый аргумент, чтобы обращаться к этой министерше вежливо.

- Где? — прошипела она так, будто я только что наступил ей на ногу в переполненной маршрутке. — Я скажу тебе, где ты. Ты в Истоке, мире великой магии и ещё больших возможностей.

Я растерянно моргнул и ещё раз посмотрел на лес. В голове крутилась только одна мысль: – Ну и куда я влип?

- И как же, стесняюсь спросить, меня сюда угораздило попасть?

Стервозная девка, а иных эпитетов она пока что не заслуживала, закряхтела и потёрла переносицу, как главбух в конце квартального отчета.

- Я промахнулась. Облажалась, — пробормотала она себе под нос. — И теперь весь мой план полетел в тартарары.

Её копьё предательски дрогнуло, снова качнувшись в мою сторону, словно жило своей, недружественной лично ко мне жизнью.

- Ну, наверное, всё можно исправить, — выдавил я, чувствуя себя полным идиотом, который пытается успокоить разъярённую фурию. — Может, Вам чем помочь?

Тем временем в голове крутилось только одно логичное объяснение: инсульт. Да-да, именно так. Сейчас я валяюсь в Боткинской больнице, а всё это просто галлюцинации перегруженного мозга. Сейчас медсестра вколет что-нибудь успокоительное, и бред закончится.

— Помочь?! — она фыркнула, будто я предложил завалить мамонта голыми руками. — Смертные не в состоянии мне... помочь.

— То есть Вы… - мне хотелось сказать «министр культуры», но всё же усилием воли заставил себя говорить и мыслить её категориями, - богиня?

А про себя подумал, а объяснимо ли такое простым инсультом? Вдруг шиза накрыла на старости лет? Может, я вовсе не в Боткина, а в Кащенко?

- Я - Рада, — царственно, с металлом в голосе объявила она, - повелительница всех ветров Истока.

Рада, которая мне не рада… Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Точно Кащенко!

- Вы хотите сказать, что это Ваше божественное вмешательство меня сюда выдернуло? — тем временем «Кащенко» казался мне всё более и более вероятным вариантом. Ну и обрадуются завистники из Совета директоров! – А осмелюсь спросить, зачем Вы это сделали? Выкуп? Слухи о моём богатстве сильно преувеличены, и всё же я настроен на диалог.

Рада не отреагировала на намёки, вздохнула и ещё раз без удовольствия осмотрела меня с ног до головы, как официанта, который пролил кофе на её платье.

- Неудача, промах. Я послала волшебный вихрь захватить и доставить ко мне юного, храброго и умного Роса Голицына, который стал бы завоевателем во славу меня, но произошёл сбой. А ведь Ростислав именно тот, кому суждено возвеличить моё поселение!

Она снова вздохнула, как человек, который пришёл на авторынок купить Гелендваген, а ей подсунули десятилетний УАЗик. Да что там, в моём случае семидесятипятилетний!

Пока мы мило беседовали, мой взгляд сам собой так и косился в сторону копья. С богами я сталкивался впервые, и всё же они наверняка таскают оружие не для показухи. Зевс в мифах чуть что, гасил смертных без всякой жалости. А с этой… Спорить с ней, как с прокурором: ты ему цитату, он тебе ссылку. Короче, себе дороже. И, опираясь на свой жизненный опыт, я это прекрасно понимал.

- Тебе наверняка страшно и непонятно, — продолжила она со всё той же высокомерностью, к которой добавилось ещё и фальшивое сочувствие. Ровно также моя тётя Зина предлагала «просто зайти на пять минут», а потом три часа рассказывала про свои болячки и просила в долг, который, кстати, никогда не отдавала.

- Так вот! Ступай север, в город Златоград. Тамошние жрецы с радостью приютят тебя и объяснят, как устроен этот мир. Удачи.

Посчитав свою миссию выполненной, она развернулась, собираясь улизнуть.

- Постойте, эта самая… Величественная Рада! - я закричал, чувствуя себя обманутым вкладчиком, от которого ускользает Мавроди, - Вы не можете просто притащить меня в этот мир и бросить на произвол судьбы!

- Отчего же? Ещё как могу, — ответила Рада, даже не оборачиваясь. — Ты не мой избранник. Мне нужно возвращаться и готовиться к новому ритуалу. Этот прокол отбросил меня на годы и годы назад.

- Но как мне вернуться домой?! — в моём голосе уже проскальзывали панические нотки.

В глубине души я понимал, что продолжать данный бредовый диалог — чистое безумие, но что-то подсказывало, это не галлюцинации. Может, чересчур отчётливо чувствовался каждый листок под ногами, или слишком явно пахло хвоей и чем-то ещё… Медью, что ли? Как бы то ни было, если эта стерва сейчас смоется, а обратной дороги может и не найтись.

- Я, наверное, пропустила тот момент, когда сказала, что мне есть дело до тебя и твоей жизни, смертный? – она скептически изогнула бровь, - Этот мир теперь твой дом, а сколько ты в нём протянешь… Не знаю. И потом, в произошедшем есть и твоя вина. Твоё взаимодействие с субъектом Быстрицким сбило настройки магии и переориентировало действие на тебя.

Я рефлекторно сжал кулаки, отчего обратил внимание на собственные руки. Что за чёрт?! Кожа на руках какая-то... не моя.

- Имейте совесть! Мне семьдесят пять лет! — повысил я голос. — Мне не дойти до этого вашего Златограда!

- Ой, да брось! Хватит распускать сопли, — богиня уже отрывалась от земли, её доспехи зазвенели, как пустые банки на ветру. — Посмотри на себя.

Рефлекторно сделав, как велено, я обомлел. Кожа гладкая, упругая, мягкая. Ни морщинок, ни пигментных пятен, не висит. Никаких следов прожитых лет. Что за чёрт? Потрогал голову. Матерь Божья! Густая шевелюра, будто мне снова двадцать пять! Сделал несколько шагов, ноги не скрипят, спина не болит. Даже подпрыгнул от удивления и приземлился легко, как в молодости, без привычного хруста в коленях.

- Когда ты пересекал границы миров, моя магия вернула тебе идеальное здоровье, - объяснила Рада, зависнув в воздухе, как дрон. — Избранник не должен страдать от скрытых недугов. Для мальчишки это означало бы долгую жизнь без болезней, ну, а для старика... — она презрительно сморщила нос, — видимо, отмотала время назад, к твоим лучшим годам, ну и заодно языку Истока обучила, чтобы избавить от языкового барьера.

Я снова молод! Представляете, мудрость семидесятипятилетнего в теле крепкого парняги! С такой-то бодростью да вернуться бы в правление компании и потребовать назад свой кабинет! Они бы меня точно не узнали, это уж точно.

— Прощай, незнакомец, — бросила Рада, уже поднимаясь в воздух.

— Постой! Как мне вернуться обратно?

— Не мои проблемы, - донеслось откуда-то сверху, прежде чем она растворилась в ветре, оставив меня одного посреди этого чёртова леса.

Я постоял ещё какое-то время, ожидая, что проснусь в своей или, на худой конец, в больничной постели.

Однако мир вокруг оставался возмутительно реальным. Как его там? Источник? Исток? Похоже, я застрял в этом самом Истоке. По крайней мере, пока.

Хотя...

Что мы имеем в активах? Тело молодое, мозги соображают, я свободен. Если в этом мире действительно существуют магия и богини, то, возможно, и способ вернуться домой найдётся. В конце концов, теперь у меня есть два преимущества: молодое тело и прежний ум. Не самый плохой старт для приключений, не так ли?

Я нашёл тропинку и впервые за долгие-долгие годы побежал. Не вразвалочку, не семенящими стариковскими шажками, а по-настоящему, с ветерком, так, что сапоги гулко стучали по земле, а ветер свистел в ушах.

Одежда, похоже, тоже преобразилась во время телепортации. Вместо моего любимого костюма от Brioni — кожаная туника, словно из дешёвого фэнтези-фильма. На поясе болтались куча карманов и небольшой кинжал. Не то, чтобы серьёзное оружие, но хоть что-то. Интересно, водятся ли в этих лесах бандиты?

Я бежал, пока ноги не начали гореть, как после спринтерского забега. Но даже эта боль казалась приятной, ведь теперь тело снова слушалось меня и способно выдержать серьёзные нагрузки.

Останусь ли я молодым, если вернусь на Землю? Проверить это можно только одним способом.

Я добрался до развилки, где стоял покосившийся указатель. Налево деревушка Весёлое, всего в четверть километра. Направо тот самый Златоград, но аж в пятнадцати. Живот предательски заурчал. Логичнее всего заскочить в деревню, добыть пропитание, а уж потом двигаться дальше. Иначе придётся питаться подножным кормом, а я ведь понятия не имею, что здесь съедобно, а что ядовито. Даже безобидная на вид ягодка могла оказаться последней в моей жизни.

Решив так, направился в Весёлое по разбитой дороге, больше похожей на тропу, которую ремонтировали при царе Горохе.

Рытвины, кочки… Местами дорогу основательно размыли ручьи, образовав овраги. По этому бездорожью вообще кто-либо ходит?

Если посадить сюда двух мужиков из гоголевских “Мёртвых душ”, которые давали бы заключение, доедет телега до такой-то точки или не доедет, они бы сказали, что по такой дороге ничто и никуда не сможет доехать.

Может, они все тут летают? Богиня вот полетела. А грузы, похоже, на драконах возят? Ладно, разберёмся.

Я вышел из леса и увидел деревушку, точнее, шесть покосившихся лачуг, пшеничное поле поодаль и два более крупных здания из брёвен, нечто вроде сараев. Всё это добро выглядело так, будто его собирались разобрать на дрова ещё в прошлом веке. Особенно «радовала» крыша самого большого строения, она просела, словно спина престарелого мула, перетаскавшего на своём веку не одну тонну тяжестей.

Особого веселья в этом самом Весёлом я не заметил.

На деревянной вышке в центре торчал худосочный мужичок, видимо, дозорный. Заметив меня, он тут же зазвонил в колокол, будто возвещая о крупномасштабном нашествии орков.

И тут, о чудо, все двери в деревне распахнулись одновременно. Из них высыпало человек двадцать пять: мужчины с мозолистыми руками, женщины в поношенных платьях, ребятня, все неслись по направлению ко мне, сломя голову. Я инстинктивно схватился за кинжал, ожидая худшего... но тут заметил, что некоторые держат в руках букеты полевых цветов.

- Избранник прибыл! — прокричал коренастый мужик в длинных штанах и красном жилете. - Наконец-то явился наш спаситель!

Толпа ликовала. Люди обступили меня со всех сторон, сыпля под ноги цветочные лепестки. Женщины рыдали от счастья, мужчины хлопали по плечу так, что я едва удерживал равновесие.

- Эй, потише! Не наседайте! — пробовал я унять восторженных селян, отбиваясь от особенно ретивых ребятишек, которые висли на моих руках, как обезьяны на пальме.

- Вы явились! Наконец-то! — коренастый мужчина порывисто схватил мою руку в свои мозолистые ладони. - Я мэр Тихон, гордый глава и старейшина деревни Весёлое. По крайней мере был им до Вашего прибытия. О Боги, радость-то какая!

Толпа замерла в ожидании моих слов, я же чувствовал себя последним негодяем. Ведь эти люди ждали настоящего героя, а не случайно занесённого вихрем пенсионера из другого мира.

- Граждане! Кхе, кхе… Послушайте, я... э-э... боюсь, вышло недоразумение, — начал я, потирая ушибленное детскими объятиями плечо. — Меня не выбирали спасителем вашей чудесной деревни.

- Но наш дозорный видел богиню в небесах! — не сдавался мэр. — Она наверняка оставила Вас неподалёку, дабы Вы торжественно ступили на нашу землю!?

- Да там… ошибочка вышла, она собиралась сцапать другого, — вздохнул я. — Боги тоже иногда ошибаются. А высадила она меня здесь потому, что... ну... ей было лень разбираться, куда меня деть.

- Значит, Вы не наш избранник? — раздался из толпы женский голос, в котором уже слышались нотки разочарования.

Я отрицательно покачал головой: - Давайте я не буду корчить из себя того, кем не являюсь. Боюсь, что нет.

Местные, даром что крестьяне, информацию переварили быстро и хотя не принялись побивать меня камнями, за что им уже большое спасибо, стали расходится. И судя по сдержанной реакции и отдельным репликам «опять!», стало ясно, для деревни это не первый подобный случай. Женщины, вздыхая, подхватывали детей, мужчины ворчали себе под нос, бредя обратно по мокрой траве. Вскоре на дороге остались только я да мэр Тихон.

- Но Вы ведь всё равно чужак, верно? — спросил старейшина, который умел делать выводы даже из таких новостей.

- Меня зовут Алексей Сергеевич. Давайте сразу на “ты”, не люблю все эти расшаркивания. И по поводу чуждости. Если уж на то пошло, то да, я из другого мира, не Истока.

- Так-так… — мэр задумчиво почесал бороду. — Ну что ж, идёмте - идёмте. Хоть Вы явились к нам не как Божественный избранник, и всё же Вы гость, а гостей у нас в Весёлом кормят досыта.

Я не смог сдержать улыбку при слове «кормят». Ведь вместе с молодым телом ко мне вернулся и волчий аппетит, тот самый, что в двадцать лет заставлял съедать тройные порции.

Глава 2

Я сидел во главе длинного дубового стола, греясь у очага и налегая на угощение. Дом мэра, то есть не лично его дом, а скорее местная администрация, казался действительно просторнее остальных лачуг, но и его крыша кренилась так, будто вот-вот сложится, как карточный домик. Интересно, это такое особое наказание каждый день рисковать, что твоё рабочее место может сложиться в любой момент и стать твоей могилой?

Но сейчас меня волновало лишь одно: сочный жареный поросёнок и тёплый хлеб, пахнущий дымком. За столом хватало мест, но рядом сидел лишь мэр, угрюмо ковыряющийся в своей тарелке. Весь этот пир готовили для избранника, героя, который должен совершить великие подвиги, а я оказался всего лишь почётным гостем, случайным путником.

- Можно спросить, чем вообще занимается этот герой-чемпион, чей приход ожидался? — проговорил я с набитым ртом, стараясь не чавкать. Зверский голод после межмирового путешествия давал о себе знать.

Тихон поднял на меня усталые глаза, с усилием выдавив подобие улыбки.

— Ах да, конечно. В Истоке издревле существует обычай: если деревня удостоится милости богов, они ниспошлют ей Око Основателя, древний артефакт, позволяющий истинному избраннику видеть судьбу поселения как на ладони.

— Око Основателя? — переспросил я, заинтригованный. По смыслу вроде как что-то про наблюдение. Звучало куда солиднее, чем «Видеодозорный от фирмы Демчук и Партнёры».

— Да, — мэр оживился, делая широкий жест руками, будто очерчивая невидимую сферу. — Это магический шар, в котором отражается вся деревня, каждый дом, каждое поле, даже мысли людей. Тот, кто владеет им, может направлять развитие поселения, будто переставляя фигуры на шахматной доске.

Я задумался, откладывая вилку.

- То есть ваш спаситель-чемпион — это не просто лидер, а... стратег? Тот, кто видит деревню в реальном времени?

— Не только! — Хеммингс понизил голос, словно делился тайной. — Око Основателя дарует дар предвидения. Оно показывает, где построить мельницу, чтобы ветер дул в её крылья, как расположить дома, чтобы избежать пожаров... Даже предупреждает о набегах разбойников!

Подошла служанка и поставила передо мной вторую порцию ветчины. Её взгляд скользнул по мне с немым укором, мол, чужак, ну чего ты спрашиваешь? Явно же не провидец, не стратег, а так, погулять вышел.

Я же обидную оценку своей персоны проигнорировал, время покажет, кто из нас стратег.

— Без этого мистического видения настоящего роста поселения не добиться, — вздохнул мэр, обводя рукой свою покосившуюся резиденцию. — Ведь другие избранники тоже видят свысока. Они-то как раз и строят великие королевства.

- Стоп! Тихон, что за другие избранники?

- Ну как же, Избранников в мире достаточно много…

- Я понял, давайте об этом позже. И как же Избранник получает это ваше... Виденье и Око Основателя? Дар богини что ли? — поинтересовался я, промакивая хлебом мясной соус.

— Само видение? Нет, — мэр внезапно понизил голос, оглядываясь на притихшую прислугу. — Оно либо есть, либо его нет. Боги могут даровать иные благословения, умения, что формируют мастерство избранника. Хотя... — его пальцы нервно постучали по столу, — любой пришелец извне Истока может обрести это видение. Теоретически оно покажет избранника, если тот получит нужный инструмент.

— Не всё понятно, но очень интересно, — откинулся я на спинку грубо сколоченного стула, вытирая руки о рукав туники. Выражение лица мэра было мне знакомо, за сорок лет в совете директоров я видел его сотни раз: взгляд человека, который вот-вот попросит одолжение на «выгодных условиях».

— Послушайте, понимаю, Вам не терпится вернуться домой, — мэр нервно облизал пересохшие губы. — Если подумать, вряд ли Вы в восторге, что высокочтимая и не всегда считающаяся с мнением простых смертных богиня Вас похитила. Кем бы Вы не являлись в своём мире…

Он сделал паузу, собираясь с мыслями. Я молчал, давая ему возможность продолжить.

- Однако... — его пальцы вцепились в край стола, и я это действие заметил. Эх, не играть Тихону в покер! — Мы могли бы помочь друг другу. Наш городок ждёт избранника уже сотни лет. Ещё мой прадед каждую ночь молился ветреной богине, исполнял все ритуалы, а в ответ получал лишь презрительное молчание. Вот и теперь она пролетела мимо, бросив Вас у наших ворот, как ненужную поклажу, — голос его дрогнул. — Я начинаю думать, что нам никогда не дождаться своего героя.

- Да-а-а… Клиентоориентированность у её божественности не на высоте, то есть я хотел сказать, что ситуация унизительная, — кивнул, прикидывая, сколько же он попросит за этот «союз».

— А если... — мэр наклонился так близко, что я почувствовал запах кислого вина. — Если мы перестанем ждать милости богов и возьмём судьбу в свои руки с Вашей помощью, а?

- А Вы авантюрист! Мне нравится такой энтузиазм, — я одобрительно кивнул.

- Энту… Как? …зиазм? - мэр растянул слово, будто пробуя его на вкус.

- Да. Настрой, смелость, боевой дух. Жизненная стратегия, когда берёшь быка за рога, — пояснил я, привстав и показывая, как хватаю непокорное животное, несмотря на то, что оно сильнее и больше меня.

Лицо Тихона озарилось детской улыбкой.

- Мне нравится это слово! — затем он снова стал серьёзным. — Понимаю, что прошу невозможного. Дело в том, что мы небогаты. Взамен я не могу предложить ни золота, ни земель... Но если Вы поможете нам встать на ноги, все наши ресурсы, все постройки отойдут Вам. Вы станете правителем Весёлого.

Я смотрел на его лицо, освещённое тусклым светом, льющимся из грязного окна. В морщинах лице мэра читалась вся история унижений, он уже смирился с моим отказом, просто попытался в последний раз.

Ясен красен, стать правителем села из нескольких бедных лачуг – не предел мечтаний. Однако Тихон и слыхом не слыхивал о выражении, однажды сказанном Юлием Цезарем: “лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме”.

Хотя Тихон вёл речь об откровенной дыре, предлагал он как раз-таки позицию генерального директора “Весёлое Инкорпорейшн”. А я тем временем вспоминал свой особняк на Рублёвке, бесконечные залы, где эхом разносился стук каблуков по паркету. Ни звонков, ни орущих партнёров... Однако моя жизнь пошла под откос в тот момент, когда сердце сдало на совете директоров. Изменения стали неизбежны. Я мог бы уже лежать на Ваганьковском кладбище при условии, что мои наследники захотят на это потратитьтся. Находиться здесь и сейчас в этой лачуге молодым и здоровым - не такой уж плохой вариант.

Снова представил себе свой особняк, и даже в фантазии его двери из оригинального шотландского дуба с грохотом закрылись передо мной.

Я здесь. Я молод, силён, бодр, а теперь ещё и сыт. Я как тот бык, готов смести любые преграды.

А чем, собственно, мне грозит проба сил с этим Оком Основателя? Времени у меня имелось… Да сколько угодно! Способа вернуться домой пока нет, да и на Земле меня уже никто не ждёт. Особенно после того, как я передал бразды правления «Эолом» тому мажору. Меня, считай, скинули с доски, как отыгравшую своё фигуру.

- Никаких гарантий, дорогой Тихон, - сразу предупредил мэра, решительно отодвигая тарелку. — Во-первых, я в вашем мире новичок. Во-вторых, если честно, до сих пор допускаю мысль, что всё вокруг меня — бред горячечного сознания. Но раз уж попал сюда... — я развёл руками. — Так почему бы не попробовать? Если получится, возьмусь за вас.

— Ч-что? — Тихон поднял на меня глаза, в которых уже блестели слёзы, его пальцы судорожно вцепились в край стола. — Вы... это серьёзно?

- Серьёзно. О деле я всегда говорю серьёзно и не люблю повторять два раза. Привык отвечать за свои слова. Сделаю для деревни, что смогу, но чудес не обещаю.

— Конечно, конечно! Любые изменения – это уже чудо! — Тихон засуетился, но тут же понизил голос. — Но... народ может не понять. Они всё ещё ждут настоящего Избранника. Могут решить, что Вы присваиваете то, что Вам не принадлежит. Будьте осторожны. Хотя уверен, когда люди увидят первые результаты, сразу полюбят вас.

Я уже открыл рот, чтобы откровенно сказать, что мнение толпы меня волнует чуть менее, чем никак, но вовремя прикусил язык. Во-первых, политикой, а это именно она, я особенно не занимался и не интересовался. А во-вторых, чего Тихону объяснять? Вряд ли он понимал, что в вопросах управления мнение большинства так или иначе будет проигнорировано.

Со стороны подобное равнодушие кажется чёрствостью, но факт остаётся фактом. Критиковать легко, а вот добиваться реальных результатов...

Вместо этого я просто спросил: - А как нам получить доступ к Оку Основателя?

— Пройдёмте, — мэр отодвинулся от стола и провёл меня по длинному тёмному коридору, остановившись перед массивной стальной дверью без ручки и петель. На матовой поверхности чернел выгравированный символ, огромный широко распахнутый глаз.

Вся эта фундаментальность с остальной «администрацией» плохо сочеталась, скорее всего, тут работала местная магия.

— Сюда может входить только глава поселения, — Тихон провёл ладонью перед изображением.

Глаз внезапно вспыхнул синим огнём, подземелье огласилось пронзительным прерывистым сигналом, и дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая путь в темноту.

Я вздрогнул от резкого звука, многократным эхом отразившимся от стен.

— Впечатляет, — кивнул я, незаметно выдохнув и осматривая дверь. – У нас похожая система открывания дверей ставится в аэропортах, только пищит потише, конечно.

- Аэро… Как?

- Это такие гигантские здания, где железные птицы взлетают в небо. Ну и в торговых центрах, где толпы народу готовы продать душу за новую безделушку.

Мэр моргнул, как сова на солнце: - Железные… птицы?

- Ладно, неважно, — махнул я рукой. - Ваш вариант бесспорно атмосфернее.

Мы вошли в круглую залу с затемнёнными сводами. В центре на чёрном базальтовом постаменте лежало Око Основателя, хрустальный шар размером с футбольный мяч, наполненный мерцающим туманом. На постаменте пылали рубиновые письмена.

«Oculus Primordis».

- Вот оно, - с благоговением произнёс мэр и коснулся воздуха над шаром, отчего тот вспыхнул голубым сиянием.

Я промолчал, только покосился на надпись, которая вызвала ассоциацию разве что с «Оптимус Прайм».

- Боги отвернулись от нас, чужак, триста лет не являя своих посланников. Владыки прошлого пытались пробудить его силу, но... — он сжал кулаки, - Око молчало.

Широким приглашающим жестом он указал мне на возможность контактировать с шаром.

Я подошёл поближе, обхватил его ладонями, и мир вздрогнул.

Внимание! Идёт идентификация.

Избранный. Подтверждено. Проверка Покровителя. Ошибка!

Покровитель не обнаружен. Статус: «Безбожник»

Внимание! Система активирована и готова предоставить вам статус «Игрок».

Согласны? Да/Нет.

Я задумался. Тихон ничего такого не говорил. Проверяет меня? Нет, судя по всему, он и сам не в курсе.

У решения «Да/Нет» загорелся таймер 300 секунд и стал отсчитывать секунды, намекая что особенно долго размышлять я не могу.

Да.

Подтверждение.

Сообщение: Вы получили статус Игрок в Системе с соответствующими возможностями.

Важное – применение термина «система» признано крайне нежелательным, его использование в контексте Системы может повлечь наказание. Применяемая терминология – Магия, Магия мира Исток, иные синонимичные. В интересах сохранения баланса рассматривайте систему как магию. Применение термина «Игрок» признано крайне нежелательным, его использование в контексте Системы может повлечь наказание. Применяемая терминология – Владыка, Избранник, Избранный и иные синонимичные. Рассматривайте свой статус как магический.

Интерфейс системы рассматривается как магический, как и средства доступа к нему (прим. – на ранних стадиях доступ только через специальные средства (не уникально), Око и иные, по мере развития Избранника будет предоставлен прямой доступ как часть сознания.

Система/Магия мира Исток – саморегулирующаяся, существует для обеспечения мирного функционирования Истока. Следуйте целям мирного функционирования Истока и достигнете прогресса.

Рассматривайте работу системы как магию.

Существа типа «человек» не являются для Истока единственными, Исток представлен множеством, в том числе негуманоидных рас, все из которых имеют ценность и значения для Истока.

Цифровые показатели проводятся ситуативно, личный прогресс развития не показан в цифрах или процентах. Сосредоточьтесь на собственной жизни и той пользе что вы можете приносить Истоку.

Пояснения по общему правилу даваться не будут. Глобальные цели на выбор Игрока/Избранника. Обучения нет. Служба поддержки нет. Удачи в игре.

Зал исчез. Вместо него возник вид с высоты пятисот метров, будто с камеры дрона, который я когда-то запускал над своими угодьями. Поместье в Подмосковье требовало тотального контроля, оттого и десятки камер, датчики, спутниковые карты… А здесь тот же принцип, только в тысячу раз совершеннее.

- Черт возьми! — прошептал я, вернее, прошептало моё тело, так и оставшееся стоять в зале. - Да это же…

Картинка выглядела не то, что качественно, она была идеальной, будто я сам парил над поселением.

— Навороченная система наблюдения, — закончил я свою мысль, продолжая ладонями ощущать холод шара, - Один такой аппарат на моей усадьбе, и никакой охраны не нужно!

Повинуясь моему мысленному приказу, камера переместилась повыше. Теперь я видел деревню далеко внизу, крошечную точку на фоне бескрайних лесов. Над ней висела бирюзовая надпись «Веселое – Ур. 1», а границы обводила яркая светящаяся кайма.

Всё это до жути напомнило те странные игры, в которые днями напролёт играл мой племянник Юрочка.

Когда я заезжал к брату, мальчишка вечно сидел, уткнувшись в телефон. На экране мелькали какие-то разноцветные полоски, цифры, проценты, целая система непонятных мне значков. Особенно запомнились надоедливые шкалы выполнения, которые заполнялись так медленно, будто испытывая терпение игрока: «Строительство завершится через 3 часа», «Сбор урожая: 71%». Какая-то бессмысленная, на мой взгляд, трата времени.

И вот теперь я видел то же самое, только вместо пиксельных крестьян поле заполняли живые люди. Над кузницей висела прозрачная панель: «Ремонт крыши: 87%». У колодца мерцал счётчик: «Вода: 14/20 вёдер».

– Чёрт! - мелькнуло у меня в голове. Артефакт, а это Око являлось ничем иным, как артефактом, подвергал все процессы подсчёту и оцифровке, делая заодно их более понятными, осязаемыми. – Да это такая же дурацкая игра, только в реальности, а вместо компьютерных программ реальные люди!

- С Вами всё в порядке? — голос мэра прозвучал прямо у меня в ухе, хотя я всё ещё висел в воздухе на высоте птичьего полёта. Значит, пока моё зрение и перенеслось в Око, остальные чувства остались при теле. Я попытался ответить и, конечно же, получилось.

- Да, Просто… осматриваюсь, — пробормотал я, наблюдая, как над крышей кузницы заполняется зелёная полоска прогресса. Чёртов квест «Почини крышу».

- Всё в порядке, старейшина Тихон. Просто потрясающе! Я вижу всю деревню Весёлое как на ладони, где каждый занят делом, — ответил я, наблюдая за движением ресурсов в реальном времени.

— Прекрасно, прекрасно, — Тихон дышал учащённо и, кажется, сказал это с некоторым облегчением.

По тону голоса стало ясно, он нарушал какой-то древний запрет или же боялся последствий, о которых умолчал.

- А теперь... поверни Око, — прошептал он, используя ритуальную формулировку.

Я провел ладонью по поверхности шара, и картинка мгновенно изменилась. Над зданиями всплыли прозрачные таблички с символами:

- Ратуша: +5 золота (иконка монет);

- Охотничья избушка: +2 мяса (стилизованная оленья голова);

- Небольшая ферма: +10 зерна (пшеничный сноп).

Для меня всё выглядело как интерфейс стратегии, те же значки ресурсов. Но по тому, как мэр перекрестился, понял, для него это некое божественное откровение. То есть даже при многолетнем контакте с артефактом, он ему такое и близко не показывал.

— Что означают эти цифры? — спросил я, пальцы непроизвольно сжали шар чуть сильнее. Над ратушей мерцало «+5 золота».

Мэр вздохнул так глубоко, будто готовился к исповеди.

— Это дневная добыча деревни, господин. Нашим миром управляет магия, она позволяет получать доходы, нести расходы ресурсов и вводит в оборот деньги, однако ничего не делает просто так. За всё нужно платить. В том числе нужны ресурсы. Око показывает наши скромные возможности.

— Понимаю. Но что конкретно? Вот, например, мясо. Это одна туша? Или...

Старик заёрзал, его глаза бегали по голограмме с почти детским изумлением. Он видел эти цифры впервые, хоть и знал их наизусть в реальной жизни.

— Это наше сырьё, господин. Его можно переработать... — он замолчал, осознавая, что объясняет очевидное.

Мне вдруг вспомнились отчёты моего агрохолдинга, те же колонки цифр, только вместо магических шаров экраны с аналитикой.

Чёрт, да тут целая 1С “Управление предприятием” в одном шаре!

— Вы... вы действительно видите всё это? — прошептал Тихон. В его голосе смешались зависть, уважение и благоговение.

Я не ответил. Просто провёл пальцем по поверхности, и сфера взорвалась новыми данными: графики поставок, диаграммы эффективности... Цифры, на которые у меня в прошлой жизни уходили месяцы работы целого отдела аналитиков.

Старик ахнул, увидев, как шар засиял ярче.

Я снова провёл рукой по его поверхности, и мир перестроился. Слева от голограммы деревни развернулась чёрная панель с цифрами, точь-в-точь как монитор трейдингового терминала в моём бывшем кабинете.

Текущее состояние Весёлого:

· Население: 25 душ

· Потребление в день: 5 ед. пищи

· Ресурсы:

▰ Мясо: 3 ед. (1 ед. → 5 ед. пищи)

▰ Зерно: 8 ед. (2 ед. → 5 ед. пищи)

· Лимиты хранения:

✖ Мясо: не более 10 ед.

✖ Зерно: не более 15 ед.

Варианты:

✓ Переработать мясо в пищу;

✓ Отправить излишки на экспорт;

✓ Заложить в резерв (+10% к сроку годности).

- Вот же технологии! - в восхищении пробормотал я себе под нос. А мне приходилось платить целому отделу аналитиков по двести тысяч на руки за такие отчёты. А тут всё перед глазами в реальном времени без дурацких совещаний и бесконечных правок.

— Коснитесь Ока снова и взгляните на строения, — прошептал мэр дрожащим от волнения голосом.

Я провёл ладонью по поверхности шара, картинка снова изменилась. В левом углу поля появились плывущие символы, похожие на древние руны. А ещё я заметил, что больше не нужно касаться поверхности артефакта, стоило лишь мысленно сконцентрироваться на одном из них, как данные мгновенно перестраивались.

Око Основателя! Так вот как истинные правители видели мир! С такой силой любая деревня могла стать великой. Когда вся правда, как на ладони, решения рождаются сами собой.

А ещё я понял, почему мэру Тихону интерфейс не раскрывался. Дело вовсе не в магических запретах или иных суевериях. Интерфейс взаимодействует с пользователем, то есть со мной, и качество его работы зависит от интеллекта и способностей пользователя. Как ни печально, мэр для этого недостаточно умён и не имеет нужных представлений.

Если современному человеку показать самолёт, он его и увидит. Если показать самолёт аборигену из дремучих джунглей, он увидит железную птицу. А если показать самолёт пилоту, то профессионал увидит закрылки, силовую установку, панель с показателями и так далее. Из всех категорий с самолётом взаимодействовать сможет только пилот. И проблема только в пользователе, сама машина никаких запретов не даёт.

Я чувствовал, как внутри меня рождается азарт.

Воспоминания нахлынули новым неудержимым потоком. Вот моя первая контора, блокнот с потрёпанными страницами, где я вручную сводил баланс. Потом на смену блокноту пришли десятки менеджеров, их запутанные отчёты, и мои вечные сомнения на их счёт: подчинённые то ли дураки, то ли воры. А когда бизнес вырос до корпорации, я получал информацию через двадцать посредников, каждый из которых что-то скрывал или искажал.

А этот шар...

— С ним я вижу всё. Без лжи. Без прикрас, — вырвалось у меня, и я ощутил, как Око теплеет в руках, будто отвечая на мои мысли.

Глава 3

Я вновь провёл рукой по поверхности шара, и все строения на местности подсветились зелёными лучами, а земля превратилась в гигантскую шахматную доску, разделённую на квадраты. Большие здания занимали сразу несколько клеток, маленькие всего одну.

Над некоторыми участками парили значки ресурсов:

· Сноп пшеницы над фермой;

· Белый кристалл на дальнем холме.

И если в границах деревни таких символов высветилось немного, то за её пределами... Господи, да тут целые залежи!

Меня особенно заинтересовал тот самый кристалл. Даже не зная местных условных обозначений, я понял, это соль. Видимо, Око делилось со мной знаниями напрямую.

- Ваше мэрство, — не отрываясь от шара, спросил я, обратившись на «вы» чтобы подчеркнуть, что задаю вопрос неглупый и официальный. - А почему мы не разрабатываем вот тот холм?

Старик вздрогнул, будто я предложил ограбить храм.

- Потому что это запретные земли. Там обитают...

Пока он говорил, шар выдал список доступных построек с ценами:

· Рудник: 300 золотых;

· Казармы: 180 золотых;

· Амбар: 75 золотых;

Я тут же глянул на казну. Жалкие 15 золотых.

Мда-а, тут даже туалет уличный не построить. - Мэр, значит, я могу отдавать приказы на строительство? — уточнил я, изучая параметры рудника.

Тихон кивнул, но его лицо выражало сомнение, - Да, но... Вам понадобятся специалисты. Без фермера нивы не засеятся, без опытного воина казармы останутся просто бревенчатым сараем.

В углу зрения мелькнуло предупреждение.

Недостаточно: золото (285), мастер-горняк (1).

— И где мне найти этих специалистов? — спросил я, проводя ладонью по шару.

Интерфейс мгновенно отреагировал, выводя детальную статистику населения.

· Крестьяне: 20 (содержание: 0 зол./день);

· Советник: 1 (5 зол./день);

· Фермеры: 4 (1 зол./день);

Внизу появились опции повышения.

▢ Назначить горняком. Требуется кузница (отсутствует) + 50 зол.

▢ Обучить солдата. Требуется тренировочная площадка (отсутствует) + 30 зол.

- Типичная бюрократия, — проворчал я. - Чтобы нанять работника, сначала построй контору, получи лицензию, встань на учёт. Некоторые вещи неизменны для всех миров.

— Любого можно обучить, — пояснил Тихон, но отделять зёрна от плевел нужно вручную, потому что одни рождены пахать, другие — воевать.

Я уже листал досье жителей, где под каждым именем красовался целый набор характеристик.

▶ Кодран (37 лет)

Земледелие: 62/100

Строительство: 45/100

Боевая подготовка: 13/100

Магия: 4/100

▶ Элмар (29 лет)

Земледелие: 38/100

Кузнечное дело: 71/100

Лидерство: 55/100

- В задницу HR-ов, которые ведут себя как инопланетяне! — воскликнул я, припоминая, сколько платил и мучился для решения проблем в своей сети супермаркетов. А ведь Сталин учил, что кадры решают всё.

— Много цифр, — откашлялся я, просматривая списки. — Этот ваш... Око явно любит точность.

— Безусловно. Но я верю, что Вы… ты привыкнешь, - несмотря на мою просьбу обращаться ко мне на «ты» он части сбивался на «вы». - Когда человек на своём месте, и дело спорится, и душа радуется. Вы же сами знаете, мастер с огоньком в работе куда полезнее, чем десять равнодушных.

Я задумался, скользя пальцем по голограмме крестьянина с 62 баллами в земледелии: - В моём бизнесе платили за результат, а не за «огонёк».

Но тут взгляд упал на профиль молодого кузнеца, 84 балла в ремесле, 91 в усердии. Вспомнился Пётр, лучший токарь на одном моём заводе. Тот тоже горел делом, а его цех всегда выдавал рекордные показатели.

— Хотя... — неожиданно для себя пробормотал я, — если уж платить, то таким.

Око мягко пульсировало в ладонях, будто одобряя компромисс.

— Это не фигурки на игровой доске, господин, — мэр провёл морщинистой рукой по краю постамента. — За каждой цифрой — семья. К тому же надо помнить, что голодный мужик с вилами страшнее весеннего паводка.

Его слова заставили меня вздрогнуть. Я так увлёкся этим волшебным видением, что забыл очевидное: передо мной не безликие игровые единицы, а живые люди.

Вспомнилось, как мой управляющий докладывал о «сокращении расходов», а я подписывал приказы, даже не глядя на списки увольняемых.

— Ты прав, — неожиданно для себя выдохнул я. — Просто... эти знаки такие чёткие, что легко забываешь, что за ними стоят реальные люди. Я ещё осваиваюсь. Уважаемый Тихон, как, по-твоему, мне позаботиться о жителях?

Мёртвая тишина повисла в комнате. Мэр замер, будто не веря своим ушам, затем губы его дрогнули в едва заметной улыбке. Ему льстило, что управитель, человек, который так легко, буквально в первый же день взаимодействует с Оком, спрашивает его совета.

— Взгляните-ка на настройки, — он кивнул на шар, и в его голосе впервые прозвучала надежда.

Я провёл ладонью по поверхности, и перед глазами развернулись новые символы.

▶ Благополучие деревни

▸ Довольство: 58/100;

▸ Радость: 42/100;

▸ Здоровье: 63/100;

▸ Дух общины: 47/100.

Под цифрами мерцали пояснения:

«Низкая радость. Недостаток праздников»

«Среднее здоровье. Нужна баня»

— Общее довольство показывает, как люди относятся к Вам как к правителю, — пояснил мэр, водя пальцем по невидимым линиям в воздухе. — Если показатель высокий, они не станут бунтовать или саботировать Ваши указы. А вот радость...

Он прищурился, подбирая слова: - Это про их быт: красивые дома, праздники, время для семьи. Если всё это есть, тогда и на душе хорошо, и работа спорится.

Я кивнул, просматривая данные.

— Со здоровьем всё ясно. Но что значит «дух общины»?

Мэр оживился, будто ждал этого вопроса.

— О! Это наш боевой дух! — он потёр переносицу. — Увы, но вокруг полно владык, жадных до чужих земель. Чем богаче, тем более лакомый кусок.

Я изучил показатели.

▶ Боевойдух: 0/100;

▶ Радость: 0/100;

▶ Довольство: 0/100.

Ну да. Ноль - тоже цифра.

Лишь здоровье (68/100) выделялось зелёным благодаря колодцу с чистой водой и отсутствию болезней.

- Нулевые показатели... Как в том проклятом филиале под Волоколамском, — мелькнула невесёлая параллель. Я не стеснялся говорить непонятные вещи при мэре, он определённо не побежит ни к конкурентам, ни в налоговую с доносом.

— Много данных... — ворчал я, переключая проекции, пока не нашёл вкладку «Торговля».

Мэр нервно теребил бороду: - Господин, скажи прямо... У нас ещё есть надежда?

Я усмехнулся. Тут многие процессы брала на себя отнюдь не святая местная магия. Грабительский курс! Три шкуры за горсть соли!

- В бизнесе нет безвыходных ситуаций, только временные трудности.

Старик замер, его глаза округлились, он втянул ноздрями воздух, как дворовый пёс.

— Би-зин-се? — Тихон произнёс слово по слогам, будто пробуя на вкус незнакомое заклинание. Помедлив секунду, он махнул рукой и перекрестился: — Ладно, дайте боги, чтобы твои... бизинсы спасли нас от нищеты, в которой мы прозябаем.

Око вспыхнуло, будто смеялось вместе со мной над этим курьёзом.

Когда свечи в ратуше уже начали оплывать, а голова гудела от потока цифр и символов, мэр осторожно прикрыл ладонью поверхность шара.

— Прости, господин, но на сегодня довольно, — в его голосе впервые прозвучала усталость. — Око вытягивает силы даже из сильных мужей.

Я хотел возразить, но внезапно осознал, как дрожат руки. Время в магическом трансе текло иначе, за окном давно стояла глубокая ночь.

Это чем-то сродни игровой зависимости; подростки могут играть сутки без еды, сна и отдыха, но и они тоже устают.

— Пойдём, — мэр поднялся, бережно поддерживая меня под локоть. — Тебе… Вам нужен отдых.

Мы шли через спящую деревню, и только теперь я заметил, как сутулится старик, как тяжело ему даётся каждый шаг. Тем неожиданнее стал его жест, когда он остановился перед одним из убогих домов в деревне и распахнул дверь.

— Здесь Вы переночуете.

Я окинул взглядом скромную горницу с единственной кроватью, покрытой домотканым покрывалом.

— Стоп. Тихон, а ты?

Мэр лишь махнул рукой в сторону администрации.

- Мэр должен заботиться о своих людях. Я посплю в кресле на своём рабочем месте. Не было бы кресла, лёг бы спать на соломе.

Я хотел возразить, но он лишь снова махнул рукой: — Не спорьте. После долгого пути между мирами, после знакомства с Оком Вам, мой друг нужна хорошая постель. Спасибо за то, что взялись править поселением, это даёт нам надежду. И чтобы завтра Вы снова смогли работать, а не провалялись неделю без сил, требуется хороший крепкий сон.

Его упрямство обезоруживало. Я пообещал себе, что завтра же постараюсь обеспечить старику ещё одну кровать.

Обессиленный, положив руки на колени, я сидел на жёсткой кровати, разглядывая потрёпанные ковры, и ловил себя на мысли: - В моём мире чиновник отделывает свои хоромы золотом, а этот спит в кресле на работе. Может, получится с такими людьми кашу сварить?

Впервые за долгие годы я почувствовал нечто вроде уважения не к цифрам в отчёте, а к человеку.

- Надо постараться его не подвести, — мелькнуло перед сном.

Тихон оставил мне наполовину сгоревшую свечу, которую я поспешил затушить и занять горизонтальное положение.

Весь день я погружался в изучение магических проекций, впитывая принципы управления деревней. Око Основателя, так мэр называл эту силу, открывало невероятные возможности. С каждым новым слоем информации желание возвращаться в прежний мир таяло, словно последний снег на весеннем солнце.

А что, собственно, ждало меня там?

Я построил финансовую империю, которая выходила за пределы не только страны, но и континента. Но после первого миллиарда деньги превратились в абстрактные цифры, как счёт в бесконечной игре, где ты уже давно побил все рекорды. Я никогда не гнался за яхтами или дворцами, богатство для меня служило лишь индикатором, стрелкой на шкале жизненных достижений.

Опять-таки там меня похоронили. Мои нахлебники, наследники поделят имущество, директора власть, выстроятся новые отношения. Вернись я туда помолодевшим на полвека, меня дружно объявят самозванцем и выкинут вон, а то и попросту грохнут, потому что списать со счетов старика для них естественный ход вещей.

Здесь же...

Здесь каждая монета в казне означала новый колодец, который избавит детей от диареи. Решение о постройке лесопилки позволит возвести более качественные дома вместо лачуг. Мельница станет поставлять на столы домов хлеб. Дрова спасут семьи от зимнего холода. Впервые за тридцать лет я чувствовал, что мои действия имеют не только финансовый вес, но и несут в себе человеческий фактор.

Что там на вершине пирамиды Маслоу? А там вовсе не деньги. Вот почему те, кто вечно гонятся за наживой, остаются несчастны, нелюбимы, снедаемы неутолимой жаждой денег. И там, на вершине не власть, не секс и всё прочее.

На вершине пирамиды Маслоу, иерархической модели человеческих потребностей, находится самореализация в самом разном её проявлении.

Альпинист, поднявшийся на все восьмитысячники, пилот, освоивший фигуры высшего пилотажа, хирург, спасший тысячи жизней…

Я не хирург, не спортсмен, не художник, но хорошо умею управлять. Смогу ли проявить себя здесь, в странном мире под названием “Исток”?

Мне кажется, стоит попробовать.

Всё. Остаюсь в Истоке. Точка. Здесь начну всё с чистого листа и превращу захолустное Весёлое в процветающий город, регион и так далее. И только тогда... Только когда добьюсь здесь настоящего успеха, я, возможно, позволю себе подумать о возвращении.

Итак, есть план и задача на ближайшее будущее. Я подниму эту деревню до небес, либо меня задавят конкуренты, а в любом деле есть конкуренты, и чем ты круче, тем они серьёзнее сопротивляются.

Первая проблема, которая бросалась в глаза, жалкие крохи ресурсов. Да, мяса хватало, чтобы не протянуть ноги с голоду, но что толку в тухлятине через неделю? В моём мире эту проблему решали холодильники. Здесь же придётся искать магические аналоги, если, конечно, мне удастся раздобыть чары сохранения, как мне подсказывало Око Владыки.

Но путь к магическим инструментам далёк и требует ресурсов. Пока же придётся обходиться старым добрым способом, солить и сушить мясо. Для этого нужно выделить одного жителя, но вот незадача, обучение мясника требует 100 золотых. При нашем тощем бюджете это проблема.

Так. А пшеница? 10 единиц в неделю - неплохо, но толку от этого, если зерно просто гниёт в дырявом амбаре? Без должного оборудования большая часть пропадёт. Население и так обеспечено пропитанием, хлеб лишь приятное разнообразие, а не необходимость.

- Надо попробовать торговать, - окончательно решил я, ощущая знакомый азарт делового расчёта. - Превратим излишки в стартовый капитал.

С этими мыслями и уснул.

* * *

Утро.

Так, ладно. С чего начать разгребать это… э-э-э… хозяйство? Перво-наперво, что било по глазам в этой, с позволения сказать, деревне Весёлое, это, блин, полная финансовая задница. Вот прям классика жанра: ни дохода нормального, ни ресурсов толковых. Голяк. Капитал стремился к нулю, активы… Ну, разве что сами жители, и то с натяжкой.

Мясо, тут, конечно, как-то добывали. Ну, как “добывали”… Производство на уровне прожиточного минимума, хватало чисто чтобы народ с голоду не помер, на поддержание штанов, так сказать.

Натуральное хозяйство. Производят только для себя.

Но вот засада, сохранить большой запас скоропортящегося продукта тупо нет никакой возможности. Представил себе эту пасторальную картину: кучи парного мяса, сваленные где-нибудь в сарае, мухи уже слетаются со всей округи, запах через пару дней такой, что без противогаза не подойти... Бр-р-р, аж передёрнуло! Никаких тебе холодильников, ни морозильных камер из нержавейки. Каменный век, ёпрст. Точнее, средневековье, но сути дела это не меняло, логистика хранения запасов на уровне плинтуса.

Мирок этот, Исток, вообще застрял где-то в глубоком средневековье, по крайней мере на первый взгляд. Только вот фишка в том, что вместо нормальных, понятных технологий, как у нас на Земле, тут всем рулила магия. Забавно, конечно, если не сказать дико. Вместо инженеров какие-то колдуны в балахонах, вместо НИИ магические академии, надо полагать. КПД у них, интересно, какой? И есть ли здесь вообще такое понятие? А профосоюзы?

Вот и с хранением продуктов та же петрушка. Холодильник? Забудь. Вместо него какие-то там простенькие заклинания, типа «заморозь жратву». Звучит круто, спору нет, только вот хрен нам, начинающим, а не заклинания, как я понял. Доступ к таким «высоким технологиям», очевидно, Весёлому пока не светил от слова совсем. Это тебе не смартфон последней модели в кредит взять, тут явно требуются какие-то особые приблуды, артефакты или прокачанные специалисты-маги.

Путь к этим магическим «холодильникам», судя по всему, долог, тернист и, главное, дорог. Снова всё упиралось в ресурсы, причём, как я нутром чуял, немалые. Инвестиции нужны, и весьма серьёзные. А где их взять в этой дыре? Вопрос риторический.

Так что пока, короче говоря, выход просматривался только один: старый дедовский метод. Сушить мясо к чертям, солить его покрепче, чтоб не сгнило через неделю. Ну, типа как воблу к пиву, только в промышленных, так сказать, масштабах нашей деревни. Представил себе будущие ряды вяленого, тёмного, просоленного мяса… Не самый аппетитный натюрморт, прямо скажем, и на деликатес не тянет, но лучше, чем выбрасывать половину добычи или травиться тухлятиной.

Естественно, само по себе оно сушиться и солиться не станет. Нужен ответственный за дело человек, специально обученный крестьянин, которого надо срочно переквалифицировать под эту задачу. Специалист, так сказать, по вяленой говядине и солонине.

И вот тут, как всегда в таких ситуациях, ждал «приятный» сюрприз. Местные правила жизни и игры. Чтобы назначить кого-то на должность Мясника (звучит-то как солидно, почти как «директор мясокомбината»!), требовалось… Внимание! Выложить сто золотых! Сотку золота за то, чтобы человек просто начал резать, сушить и солить мясо! Прямо как лицензию на деятельность купить или налоги авансом проплатить за три года вперёд. Бюрократия и коррупция, мать их, даже в магическом мире от неё никуда не деться! Жесть.

Глава 4

А тут ещё проблемная казна, если сей термин, конечно, применим к данной деревушке.

В нашей кассе, как говорится, мышь повесилась ещё до моего появления. Денег реально кот наплакал, на дне сундука пара монет сиротливо перекатывается, да и те, небось, фальшивые. Так что вопрос встал остро, да так, что аж впился под рёбра: где срочно раздобыть бабла?

Нужно не просто найти, а буквально вчера наладить хоть какой-то вшивый денежный ручеёк, иначе мы тут загнёмся вместе со своим вяленым мясом и пустыми карманами. Улучшить кэш-флоу, найти новые источники дохода, диверсифицировать риски… Ох, Алексей Сергеевич, опять ты за своё, но без этого бизнес-подхода тут, похоже, ловить нечего.

Так, ладно, теперь разберёмся с той горой пшеницы, которая у нас тут непонятно зачем копится. Само по себе производство в десять единиц зерна за неделю, то бишь магия, воплощённая в сельское хозяйство, это, конечно, не бог весть что, но и не ноль, работать можно. Проблема в другом. Что, блин, с данным добром делать дальше? Пока что вся прорва злаковых свалена в такой доходяжный сарайчик, который, кажется, чихни посильнее, и развалится. Стены щелястые, крыша течёт, пахнет сыростью, прелым зерном и, к гадалке не ходи, мышами. Короче, склад уровня «гараж дяди Васи».

Ежу понятно, что без нормальной сушки и правильного хранения большая часть этого «богатства» просто сгниёт к чертям собачьим. Превратится из потенциального актива в прямые убытки. Если не уже. Стоит только копнуть поглубже… И ведь обидно, жратвы-то своей у нас и так хватает, народ сыт, каждую неделю базовые потребности закрываем. Хлеб из этой пшеницы — это, конечно, основа рациона, ну, типа, для разнообразия, но не то чтобы прям жизненная необходимость. Не помрут без него.

Залез мысленно в Торговые сводки. Ну-ка, что там рынок скажет? Ага, интерфейс услужливо подсвечивает, что базовая цена — десять золотых монет за центнер. Десять! А у нас на этом импровизированном «складе» уже этих единиц лежит десять тонн. Итого сто единиц! Остальное, я так понимаю, просто пропадает, идёт на корм скоту или тупо выбрасывается. Сто единиц по десять золотых… Это же тысяча золотых прямо здесь и сейчас! Прикинь! А если наладить еженедельный экспорт? Это же стабильные сто золотых в неделю! Отличный старт для нашего загибающегося бюджета, какой-никакой капитал!

Только вот одна загвоздка и, как всегда, самая неприятная. Цену-то я вижу, да. Базовую. А вот кому это всё продавать? Ни одного партнёра, ни одного контакта, вообще ноль информации о потенциальных покупателях. Рынка сбыта нет от слова совсем. Кому тут нужна моя пшеница? Куда её везти? Классическая проблема логистики и отсутствия каналов продаж. Как будто пытаешься впарить партию валенок в Африке без интернета и телефона. Блин, прямо как в старые добрые девяностые в России, товар есть, а куда его деть, хрен его знает. Надо срочно искать выход.

Как мне растолковал мой сельский голова Тихон, поблизости есть несколько деревень покрупнее нашей дыры. Правда, до каждой пилить на лошади дня два-три, не меньше. Логистика, блин, хромает на обе ноги, инфраструктура как после бомбёжки. А поскольку у нас ни толковых переговорщиков, ни, прости господи, дипломатов, ну, то есть специалистов по этой части шаром покати, топать ножками и лично договариваться обо всех торговых гешефтах придётся мне самому. Прям как в былые времена, когда сам себе и директор, и курьер, и грузчик.

Ну, а мне что? Мне норм. Мы люди не гордые. Проветрюсь немного, посмотрю, что за соседи тут у нас обитают, какие у них настроения, чем дышат. Ну и да, пора уже налаживать нормальные деловые связи, партнёрство там, все дела.

Деньги к тебе приходят через других людей, через социальные, говоря умным языком, связи. Никто не обогатится, если варится в собственном соку, как рак-отшельник. Надеюсь, получится замутить что-нибудь взаимовыгодное. Не в одни же ворота играть, правильно? Нужно, чтобы всем было интересно.

- Тихон, а что у нас по транспорту?

- Ась? Да есть скакун, зовут Улыбка.

- Прям скакун? А можешь мне его привести?

Тихон, не расспрашивая попусту, в кратчайшие сроки оседлал коня и подал его чуть ли не к дверям администрации. Я подошёл, критически осмотрел… Ну, скажем так, до скакуна ему как “запорожцу” до “мустанга”.

Короче, взгромоздился я на замученного жизнью рысака по кличке Улыбка. Уж не знаю почему “Улыбка”, не похоже, чтобы коняга сильно радовался жизни.

Проверил как он слушается поводьев, да и в целом животина оказалась смирная, и потрусил по дороге на восток. От скачки поднималась пыль, что не прибавляло комфорта, плюс постоянные колдобины, в общем, на лёгкую прогулку с любованием природными красотами поездка не тянула.

Улыбка тоже, надо сказать, от состояния пути-дороги восторгом не горел. Плёлся, спотыкался через каждые сто метров, фыркал недовольно, мол, «хозяин, ты куда меня попёр по этому бездорожью?». Я это дело сразу на карандаш взял. Если мы реально собираемся налаживать экспорт, а не просто картошкой втридорога спекулировать, грунтовку надо срочно приводить в божеский вид. Без нормальной логистики весь наш будущий капитал коту под хвост пойдёт, это ж очевидно.

А там всего-то миль пять, ну, километров восемь по-нашему, если напрямик через буераки, находилась ещё одна деревня. Разино называется. Избранника у них своего, как сказал Тихон, не имелось, тоже своего «смотрящего» от богов не подвезли, зато с природными ресурсами, по всему видать, повезло больше, чем нам.

Лес там, речка побогаче, земля поплодороднее, наверное, поэтому и разрослись они посильнее нашего Весёлого, которое, положа руку на сердце, пока больше смахивало на депрессивный хутор. Вот, собственно, и всё, что наш многоуважаемый мэр мог мне поведать про ближайших соседей. Негусто, прямо скажем.

Придётся на месте разбираться, что там к чему, проводить, так сказать, маркетинговое исследование боем.

Пока я трясся в седле на Улыбке, сделал интересное наблюдение.

В прошлой жизни, той, граница с которой прошла буквально вчера-позавчера, где я числился солидным Алексеем Сергеевичем Морозовым, главой «Эол Интернешнл», времени на конный спорт, хотя я мог себе его позволить, не было. Ну не ездил я верхом, даже на карусели в парке.

А тут хоп! Вскочил на этого конягу и рулю им так, будто всю свою сознательную жизнь только этим и промышлял. Всё на автомате. Может, это какой-то местный «стартовый пакет» для попаданцев? Типа, базовые навыки для выживания в Истоке тебе прямо в мозг прописывают, чтобы ты тут совсем уж дураком не выглядел? Удобная фича, если так. Либо, блин, верховая езда – это тупо проще, чем кажется со стороны, а все эти ковбойские фильмы нам просто лапшу на уши вешают?

Ближе к обеду я добрался до первой точки маршрута, деревни Разино. Ну, что сказать… Контраст с моим Весёлым налицо, разительный. Прямо как сравнить какой-нибудь элитный коттеджный посёлок на Рублёвке с дачным кооперативом под Воркутой. В Разино всё дышало… ну, не богатством, но крепким таким достатком. Дома ладные, свежие. Хотя и видно, что не вчера построены, но ухожены. Краска аж лоснится на солнце, крыши целые, не то, что в Весёлом, где каждая вторая конструкция грозит развалиться от чиха. Тут тебе и здоровенный загон для скота, коров штук тридцать насчитал, не меньше, и даже солидная сторожевая вышка. Ну, то есть в Весёлом она тоже имелась, но больше походила на криво сколоченный ребятнёй скворечник. Эта же удивляла геометрически выверенными стенами и добротностью. Под навесом сидел лучник, зорко осматривая окрестности. Серьёзный подход к безопасности, не то, что у нас, заходи кто хочешь, бери чего нужно.

— Стой! — громыхнул часовой с вышки, когда я подъехал поближе. Улыбка прижал уши и напружинился, готовясь чуть что, дать стрекача.

Боец натянул лук в моём направлении. — Кто таков? Предъяви пропуск!

Ну вот, началось в колхозе утро! «Предъяви пропуск». Прямо как на проходной режимного объекта.

- Эй, там, на верхотуре! Слышно меня? – заорал я, сложив руки рупором, чтобы точно докричаться. – Я Алексей Сергеевич Морозов! Из Весёлого! С миром пришёл, не стреляй!

Я потихоньку, подчёркнуто медленно, поднял пустые руки ладонями вперёд. Типа смотрите, пацифист, без оружия, чисто коммерсант.

- Хочу обсудить вопросы, так сказать, взаимовыгодного сотрудничества! Ну, торговлю, короче! Есть деловое предложение, может, заинтересует?

Лучник на стене, здоровенный хмурый мужик, такой убьёт и фамилии не спросит, в стёганой куртке, похожей на дедовский ватник, смерил меня долгим, тяжёлым взглядом.

Секунд десять, наверное, пялился, словно рентгеном просвечивал, решая, стоит ли вообще со мной разговаривать. Наконец нехотя, будто делая огромное одолжение, опустил свой лук. А лук-то, надо сказать, серьёзный агрегат, такой и лося завалит, не то что меня, бывшего офисного работника. Наконечник стрелы хищно блеснул на солнце, напоминая, что со стражем шутки плохи.

- Ты что, ихний Избранник? – пробасил он, продолжая лупатить сверху вниз. Голос хриплый, будто он гравий на завтрак жевал.

Опаньки! Первый вопрос на засыпку и прямо в лоб! Избранник, значит? Ну, если по чесноку, то формально нет. Никакой местный бог, будь он хоть трижды Рада или кто там ещё, меня сюда не командировал, мандат не выписывал, контракт со мной не подписывал. Статус у меня если не самозванец, то самозанятый.

Но, блин, с другой стороны, эта их хвалёная Стратегическая карта у меня перед глазами крутится, как квартальный отчёт в Excel. Всё вижу, всё под контролем. Так что вроде как и да, а с другой стороны вроде как и нет. Врать сейчас стрёмно. Репутационные риски с учётом убойной силы лука могут оказаться серьёзные. А ну как настоящий, лицензированный Избранник нарисуется? Потом доказывай, что ты не самозванец, а просто мимо проходил и решил порулить немного. Короче, надо отвечать уклончиво, но с достоинством. Дипломатия, мать её! Как на переговорах с налоговой, ей-богу.

- Я у них главный, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо и уверенно, без предательской дрожи. Типа, я тут власть, всё под контролем. – Руковожу процессом, обеспечиваю экономический рост и вот это всё. И хочу, значит, перетереть с твоим начальником. Есть серьёзный разговор, вопросы логистики и партнёрства.

— Ну ладно, — лучник, прикинув, что можно решение моей дальнейшей судьбы передать в руки своего босса, слегка расслабился. Бизнес-партнёров у границ поселения он явно не ждал. — Тадыть проходи. Прямо по курсу будет нашенская, значит, как это… А! Администрация. Там и встретишься с Управительницей.

Ни ворот тебе, ни даже завалящего частокола, чтобы хоть как-то обозначить границы и затруднить проход незваным гостям. Вообще ничего. Серьёзно, если бы сюда сунулась какая-нибудь приличная банда, ну или, не дай боги, регулярные войска с целью, так сказать, экспроприации, этот одинокий горе-вояка на своей каланче не продержался бы и пяти минут. Чисто мишень для разминки. Интересно, а где тут вообще ближайший крупный город? Златоград, что ли? И сколько отсюда до него?

Вопрос не праздный, логистика, куда ж без неё.

Я пропылил через довольно оживлённую центральную улицу. Народ шуршал, как в муравейнике: таскали брёвна, доски, что-то там сколачивали, в общем, вовсю кипела работа над возведением какого-то нового здания. Судя по размаху и общему виду, строили что-то вроде таверны. Ну, дело хорошее, правильное. Без сомнения, такая постройка разом поднимет уровень Радости у местного населения, будет где расслабиться после трудового дня, и что немаловажно, доход деревни увеличит. Грамотный ход, ничего не скажешь.

Администрация Разино, или как они её тут называют, ратуша, оказалась куда солиднее нашей скромной избушки. Здоровенное такое здание на высоком фундаменте, этажа в три, не меньше, да ещё и с цветными витражами в окнах!

Прям не ратуша, а какой-то мини-собор, ёпрст! Конечно, такая показуха – явный символ достатка, если не сказать роскоши. Но, надо отдать должное, люди вокруг выглядели вполне сытыми и здоровыми, не замученными жизнью. Видимо, действительно могли себе позволить такую красоту, не последние портки ради неё продавали. Тем не менее я себе на заметку эти витражи взял. Такие детали, знаешь ли, многое говорят о личности лидера, который всем кипишем рулит. Посмотрим, что за птица эта Стенька Разина.

Я шагнул внутрь и, знаешь, аж присвистнул про себя. Огляделся по сторонам… Ну дела! Интерьерчик тут, конечно, что надо, прямо «дорого-богато», не халупа какая-нибудь. Вдоль коридоров, как истуканы, застыли золочёные рыцарские доспехи. Блестят, заразы, аж глазам больно. Интересно, они настоящие или так, для понта? Пыли, кстати, на них ни грамма, видать, драят регулярно. Пахло чем-то странным, смесью полироли для металла и, кажется, старыми бумагами.

Со стен на меня пялились портреты. Похоже, одна семейка, дед с бородой и разбойного, но важного вида папаша. Рядом мамаша с кислой миной и дочка. Последняя вообще выглядела так, будто ей лимон скормили целиком. Мрачнее тучи, короче. И все, прикинь, прямо в душу смотрят, пока я тут выискиваю местную начальницу, эту самую Управительницу.

Но она меня нашла первой. Вынырнула из какой-то боковой двери тихо так, почти неслышно, скрипнула только одна половица под её ногой. В руках держала стопку увесистых книг. Я мельком глянул на обложки. Ба, знакомые всё лица! Книженции по продвинутым методам, так сказать, агрофитнеса: удобрениям, повышению урожайности и прочей фермерской лабуде. И все за авторством одного и того же мужика, некоего Иосифа Горина. Серьёзный подход к сельскому хозяйству, ничего не скажешь. Видимо, пытается поднять местный АПК на новый уровень.

- Добрый день, – говорю, протягивая руку для приличия. – Я Алексей Морозов из деревни Весёлое.

- Весёлое? – переспросила она, почти эхом. Сдвинула очки на кончик носа, простые такие, в роговой оправе, явно не под стать золотым доспехам вокруг, и уставилась на меня поверх стёкол. Взгляд такой… изучающий, без всякого энтузиазма.

Честно говоря, при всём показном гламуре местной конторы сама хозяйка оказалась совсем не так, как я себе представлял. Мои ожидания рисовали этакую местную царицу, а тут… Выглядела она уставшей. Нет, не просто уставшей, измотанной, выжатой, как лимон. Ни тени улыбки, лицо серое, под глазами круги, будто не спала неделю. Мрачная, серьёзная. Диагноз – ей явно позарез необходим отпуск. Прямо вот срочно на Мальдивы или хотя бы в санаторий на берегу реки Клязьмы.

Она мне напомнила этих наших земных бизнесменов-трудоголиков. Ну, которые когда-то открывали своё дело, чтобы «работать на себя» и «меньше париться», а в итоге впахивали круглосуточно без выходных и праздников, застряв в операционке по уши. Классика жанра. Вот и она, похоже, из той же оперы: тянет лямку, а радости в глазах ноль.

- Что-то я тебя такого весёлого не знаю или не помню, – наконец выдавила дамочка усталым голосом.

— Я тут от соседей, деревня чуть дальше по дороге, Весёлое называется, неужели не слышали? — начал я издалека. — Меня кличут Алексей Сергеевич Морозов. Прибыл, так сказать, с коммерческим предложением. Ну, то есть, переговоры провести от их имени, обсудить кое-какие вопросы сотрудничества.

— Да неужели? — она скептически хмыкнула, даже не повернув головы. — У них что, наконец-то Избранник объявился? Хотя нет, постой. Будь ты и впрямь Избранником, мы бы сейчас через магию трепались, а не вот так, лицом к лицу. Только время моё тратишь, а я, как видишь, по уши в делах, реально зашиваюсь.

Она махнула рукой в сторону стола в своём кабинете, заваленном бумагами так, что столешницы не видать.

— Так что или быстро, резко рассказывай, или вали откуда пришёл, чужак. И ещё лучше сразу вали.

С этими словами Стенька Разина, а это, без сомнения, была именно она, буквально отпихнула меня плечом, не сильно, но ощутимо намекая на то, что пора сворачивать переговоры, так сказать, на взлёте, круто развернулась и ушла.

Глава 5

Ну и нравы тут у местных управленцев, прямо как в налоговой в конце квартала!

Комнатушка, та, куда она скрылась, чем-то неуловимо смахивала на каморку, которую мне Тихон показывал, ну, типа их местная библиотека или архив, фиг поймёшь. Только вот загадочной двери с резным глазом тут не наблюдалось, просто голые, грубо отёсанные стены. Посередине здоровенный, видавший виды дубовый стол, заваленный так, что ножек почти не видно, а на нём всё книги в потёртых кожаных переплётах, какие-то потрёпанные свитки, пыльные фолианты, явно посвящённые сельскому хозяйству. В воздухе висел густой запах старой бумаги, пыли и, кажется, немного кислой капусты или чего-то столь же въедливо-деревенского. Не самый приятный букет, скажу вам.

— И всё же я останусь и потрачу немного Вашего драгоценного времени. Над чем, кстати, работаете, коллега-руководитель, если, конечно, не секрет? — не удержался я, заглядывая ей через плечо, пока она рылась в бумажных завалах.

Чисто профессиональный интерес, так сказать. Может, тут какие местные агротехнологии завалялись, которые и мне пригодятся, чтобы какой проект замутить или поучаствовать.

— Да чем только не занимаюсь, ёлы-палы, — ответила она с таким усталым вздохом, что, казалось, весь мир на её плечах держится. — И математика эта грёбаная, и архитектура, чтоб её, и агрономия, будь она неладна. Вот с севооборотом пытаюсь разобраться, но это, блин, та ещё задачка, скажу я тебе.

Она с грохотом шмякнула стопку пыльных фолиантов на стол, книги бухнулись, подняв облачко пыли, и подняла на меня глаза. Взгляд у неё был… Ну, как у человека, который пашет без выходных уже лет десять. — Понимаешь, Разино под управлением моей семьи уже сотни лет. И как-то так вышло, что Избранника нам боги не то, что не посылают, но даже и не планируют. Ну вот мы и решили, а на кой он нам сдался? Сидеть сложа руки, ждать у моря погоды, пока там, наверху, расщедрятся на подачку, дело, прямо скажем, не самое продуктивное. Так что мы всё сами, своими мозолистыми. Триста лет горбатились, и вот пожалуйста. Деревня четвёртого уровня. Нелегко пришлось, реально нелегко. Ну, я говорю «четвёртого уровня», — она чуть поморщилась, — но кто ж его знает, насколько это точно. Всевидения-то ни у кого из нас нет, сам понимаешь.

— Мои люди тоже решили не ждать милостей от богов, — многозначительно кивнул я, страхуясь на случай, если станет вопрос ребром о том, что я не настоящий избранник. — И попросили меня помочь им тут всё наладить, поднять хозяйство, так сказать.

Управительница снова кивнула и опять вздохнула, ещё тяжелее прежнего.

— Ну, ладно, рада за тебя, за твоих. Удачи, чего уж там. Сам видишь, работы тут непочатый край, просто завались. Но знаешь, бывало, что и другие деревни справлялись. Вон, говорят, жил такой Иосиф Горин. Мужик реально смог целый город отгрохать, прикинь, вообще без этой вашей Стратегической карты. Представляешь, какой геморрой?

– Так, ну вроде бы она меня уже не прогоняет. Тогда лирику в сторону, — подумал я. — Время для конкретики.

— Давай-ка к делу, — предложил вслух, без приглашения, но и без возражений со стороны хозяйки кабинета усаживаясь на один из скрипучих стульев и откидываясь на спинку. Стул протестующе скрипнул, но выдержал. — Как у вас тут с пшеничкой дела обстоят? С основным, так сказать, пищевым продуктом?

— С пшеницей? — переспросила она, будто я интересовался поставками кокаина из Колумбии. — Известно как, тут никакой тайны нет. Закупаем в Златограде, где ж ещё?

— И почём берёте опиум для народа? — уточнил я деловым тоном. — За единицу товара сколько отстёгиваете?

Управительница на секунду задумалась, потом протянула руку к потрёпанному гроссбуху, который одиноко лежал рядом со стопкой книг. Пошерстив несколько секунд пожелтевшие страницы, она наконец ответила: — Ага, вот оно. Уходит пятьсот золотых за закупаемые пятнадцать единиц в неделю.

— Две тысячи золотых в месяц за шестьдесят единиц, значит, — быстро прикинул я в уме. Цифры сложились мгновенно. — Нехило так. Дороговато выходит, не находишь?

— А что делать, земля у нас неплодородная, особенности местности. Не фонтан с фермерством, — призналась она, махнув рукой в сторону книг. — Без нормального колдовства, без всяких там магических удобрений тут хрен что нормально вырастишь, одна морока. Злаковые не растут, а без хлеба жрать не станешь, верно? А зарабатываем мы на другом. Хотя оно как, тут зарабатываем, там тратим, то на то и выходит.

Опаньки! А вот это уже интересно, — мелькнула у меня мысль. — Откровенность — это здорово. Если она не заливает, то прямо сейчас все карты на стол выкладывает. Серьёзно? Похоже, дама не совсем втыкает, что мы тут типа на переговорах, а не просто лясы точим. Ну-ну. Это мне только на руку.

С другой стороны, объективно, мы тут не совсем конкуренты, оба представляем общины, которые пытаются выжить в непростых местных условиях. А значит, никакого конфликта интересов у нас нет. Похоже, она это понимала лучше меня.

— А что, если я тебе ценник этот, ну, скажем так, существенно оптимизирую? — я постарался придать голосу максимум дружелюбия и открытости. — Мы готовы поставлять тот же объём, пятнадцать единиц в неделю, но уже по триста золотых за партию. Как тебе такое предложение?

Конечно, наши производственные мощности пока не дотягивали под такой контракт, чего уж там. Но в загашнике уже скопилось больше сотни единиц пшеницы, что давало недель шесть форы. Вполне достаточно, чтобы нарастить производство, тем более с таким неплохим дополнительным доходом. Этот контракт мог стать отличным стартовым капиталом для наших аграрных амбиций. Потянем, вполне себе потянем.

Стенька Разина секунду смотрела на меня так, будто я с дуба рухнул. Ну или как минимум предлагал ей поджечь местную церковь средь бела дня.

— Вы же понимаете, Алексей Сергеевич, что я не могу на это пойти. Это… это просто невозможно.

— Ещё почему? – я аж бровь поднял. – Что за фатализм?

— Причин как минимум две, – вздохнула она и устало потёрла переносицу. Видно, здорово достали её местные реалии. – Во-первых, эти наши… Торговцы своим партнёрам, так сказать, категорически запрещают торговать с кем-то на стороне. Вся коммерция только через них и никак иначе. А во-вторых, – она понизила голос, – лес, по которому ведёт более-менее приемлемая для логистики дорога просто кишит бандитами. Ну, разбойниками местными. Любые ваши обозы, которые сунутся к нам, эти головорезы стопудово разграбят ещё на подходе, оглянуться не успеете.

Я задумчиво потёр подбородок. Так, схема начинает проясняться. Монополисты и рэкетиры работают в связке. Коррупционное срастание, не иначе.

— Расскажите-ка поподробнее про этих… Торговцев. Что за контора?

— Ваш Весёлый, видать, и впрямь совсем крохотный, раз вы о них не слыхали, – хмыкнула Стенька, но беззлобно, скорее с усталой иронией. – Торговцы – это, считайте, хозяева всей торговли в Златограде и окрестностях. Они держат всё под собой: заключают договора, контракты со всеми фермерами и деревнями поблизости, организуют торговые пути, ну, караваны гоняют. И только у них хватает ресурсов нанять охрану, чтобы эти караваны защищать. А ключевой пункт их контракта, стандартной оферты, так сказать, работать только с ними. Эксклюзив, понимаете? Шаг влево, шаг вправо в плане торговли, и всё, ты нарушил договор. А это значит, что тебя тут же отключают от всех их услуг. Полностью.

— А, ну теперь понятно, – кивнул я. Картина маслом. Чистой воды монополия, приправленная рэкетом. – То есть, по-нашему говоря, это картель? Классический такой, со всеми вытекающими?

— Я таких слов мудрёных не знаю, – пожала она плечами. – Картель, не картель… Но знаю одно, если начну закупать зерно у вас, Торговцы тут же разорвут с нами все отношения. Пошлют лесом, и всё.

— И вы в чём конкретно от них зависите? Только зерно или что-то ещё? – уточнил я, пытаясь нащупать слабое место.

Она снова пожала плечами как-то совсем безнадёжно.

— Да вообще-то больше ни в чём. Цены у них на всё остальное аховые, просто грабёж. Но вот зерно… Без их поставок нам просто будет нечего есть. Крышка, понимаете? Это вопрос выживания. Если вы, допустим, ну, всякое ведь бывает, не сможете нас обеспечить продовольствием, то мы тут просто с голоду помрём. потому что Торговцы с нарушителями контрактов дел больше не имеют. Принципиально. Ни за какие деньги.

— А поскольку они подмяли под себя всю округу, то с другими деревнями вы тоже работать не сможете, – протянул я, прокручивая ситуацию в голове. Блин, ну до боли знакомая схема. Классический картельный сговор. Группашник дельцов, которые договорились между собой, чтобы держать цены высокими и стричь купоны. Да уж, «эффективные менеджеры» местного разлива. Наверняка ещё и откаты берут. Для самих Торговцев это, конечно, золотое дно, спору нет. Такой расклад даёт им возможность выжимать из мелких деревень, как Разино, последние соки, загонять в кабалу. Стандартная цена на зерно, как я прикинул, тут где-то 10 золотых за единицу. А эти ребята толкают его по 33! Тройная накрутка, ёпрст! Нехилый такой гешефт.

— Так что руки у меня связаны, Алексей Сергеевич, – развела руками Стенька. Взгляд у неё совсем потух. – Крепко связаны, это факт, и с ним остаётся только смириться.

— А так ли уж крепко? – я подался вперёд. – Давайте посчитаем. Что, если я предложу вам цену в 15 золотых за единицу? Это всего на пятёрку выше базовой себестоимости, учтите! Чисто символическая наценка. Вы будете платить всего 225 в неделю, это 900 золотых в месяц. Вы серьёзно думаете, что ваша деревня загнётся с голоду, если будет экономить… – я сделал паузу для эффекта, – тысячу сто золотых каждый месяц? Тысячу сто! Это же целое состояние по местным меркам!

Управительница метнула взгляд на свой гроссбух, толстенную такую книгу в потёртом кожаном переплёте, лежащую на столе. Открыла его, обмакнула длинное гусиное перо, похожее на сувенир из исторического музея, в чернильницу и начала что-то быстро чиркать на странице, шевеля губами. Цифры явно её огорошили.

— Сумма, конечно, впечатляет, – пробормотала она, не отрываясь от расчётов. – Прямо скажем, невиданная щедрость… Но хочу предупредить, ну, чисто из солидарности, что ли… Я вижу, чего ваша деревня пытается добиться, и уважаю это. Вы ведь у Торговцев могли бы выбить цену и получше. Для себя, я имею в виду.

— О, а меня совершенно не интересует работа с ними, – отрезал я. Последнее, что мне нужно – вляпаться в какой-нибудь эксклюзивный контракт с этими монополистами, который на корню убьёт все шансы моего Весёлого на реальную прибыль и развитие. Нет уж, спасибо, такой хоккей нам ни к чему. – К тому же, – добавил я, смягчив тон, – поймите правильно, зерно и экономия нужны вам, вашему Разино, а не этим Торговцам. Они и так жируют. А мой подход простой: будете процветать вы, поднимемся и мы. Я здесь ищу не просто разовую сделку, понимаете? Я ищу партнёров. Надежных партнёров. Может быть, даже друзей.

Она подняла на меня глаза, в которых мелькнуло что-то похожее на удивление и… надежду?

— Ты так… не по-нашенски говоришь. Я не про говор. Тут все гребут под себя и стараются обмануть. Не то, чтобы ты прямо честный, я бы тебе пару медяков в долг не дала, но смысл слов отличается сильно, да ещё и переосмысление Торговцев. Ты не такой как все, Алексей Сергеевич, – произнесла она медленно. – Но знаешь, если в твоих словах хотя бы толика правды, то приятно знать, что хоть кто-то думает не только о собственной шкуре, но и о том, чтобы другие не остались с носом.

— Ну что, по рукам? — спросил я, глядя ей прямо в глаза. Надо ковать железо, пока горячо.

Стенька Разина аж скривилась, будто лимон целиком проглотила, лицо у неё стало напряжённым, усталым. Видно , что человек терзается сомнениями: предложение заманчивое, но риски… Риски её пугали до чёртиков.

— А как же эти… Бандиты? — наконец выдавила она. — С ними-то что делать будем? Они ж тут, на тракте, как у себя дома шляются, мать их!

— Да я пока ехал, вроде тихо всё было, — пожал я плечами, стараясь выглядеть максимально беззаботно. — Ни одной подозрительной рожи не встретил. Спокойно, как на кладбище, только птички чирикают.

Хотя, конечно, — мелькнула мысль, — один раз проехать – это ещё не показатель. Могли и затаиться, гады.

- Лесом ехал?

- Нет, по пустым полям.

- В поле тоже опасно, путник виден издалека, а засада может в любой яме или овраге спрятаться. Да и потом, они одиночек и не трогают, смысла особенного не видят нищих крестьян без груза грабить! — отмахнулась Стенька. — На кой им сдался какой-нибудь бродяга с дырой в кармане? Им подавай караваны, телеги гружёные, понимаешь? Тех, у кого бабла нормально при себе, кто пожирнее выглядит. А так-то какой им резон попусту рисковать? Из-за пары-тройки несчастных золотых связываться? Пф-ф, не смеши. Это не их масштаб, не их уровень.

— А если я разберусь с бандосами? То есть, с разбойным людом? — спросил я твёрдо, добавив в голос металла. — Вопрос-то чисто организационный, ну, может, немного силового воздействия.

А про себя подумал: – Ну а что? Логистику им подпортить, пару показательных акций провести, и всё, разбегутся, как тараканы. Хотя, блин… Как именно это провернуть, пока хрен его знает. Но звучать надо убедительно, иначе какой из меня переговорщик?

— Короче, давай так договоримся, — я наклонился чуть вперёд, понизив голос. — Если я решаю вопрос с этими бандюками, ну, чтобы их тут и духу не было, чтобы тракт стал чистым, как совесть младенца, ты рвёшь свой договор с Торговцами к чёртовой матери и начинаешь работать со мной. Напрямую. Без посредников и их грабительских наценок.

Сделал паузу, давая ей время обдумать.

— Цена вопроса – двести двадцать пять золотых в неделю. Фиксируем на полгода. Нормальный прайс, сама понимаешь.

— Полгода? — переспросила она, удивлённо вскинув брови. — Чего так мало-то? Обычно тут договора заключают… Ну, типа, надолго, навечно почти.

— Слушай, я не сторонник этих вечных кабальных договоров, — пояснил свою бизнес-философию. — От них только напряги между партнёрами со временем возникают, недоверие всякое. Зуб даю. Лучше периодически, скажем, раз в полгода, сверять часы, садиться за стол и честно обсуждать, всех ли всё устраивает? Гибкость нужна, понимаешь? Рынок меняется, условия меняются, сегодня так, завтра эдак. Надо держать руку на пульсе.

Стенька помолчала, постучала пальцами по столу, разглядывая трещины на дереве. Видно было, как в голове у неё идёт напряжённый подсчёт. Наконец она подняла на меня глаза. Решимость перевесила сомнения.

— Ладно… — выдохнула она. — С одной стороны, рушить привычный порядок вещей трудно а с другой, этот… Как ты его назвал? Картель? Он у меня уже поперёк горла стоит. Сижу тут, как птица в клетке, крылья есть, а взлететь не могу. Да и потом, знал бы ты что у меня за семья, какая кровь! Мы народ решительный. И если ты и правда этих отморозков с дороги уберёшь, зачистишь тракт, то мне это приоткроет ещё пару возможностей, так что риски того стоят, да и цена такая, как говоришь… Тогда давай. Согласна.

Она решительно кивнула.

Я протянул руку.

- Пожму, когда лихих людей уберёшь. И договор с Торговцами порву, хрен с ними. Уж лучше понятные полгода с тобой, чем эта их грёбаная «вечность», от которой удавиться хочется. Если всё и правда, как ты говоришь, я в любой день недели выберу твой вариант, тут и думать нечего!

Глава 6

Сделка с правительницей деревни-соседки, Стенькой Разиной, как её величали, пока обладала весьма и весьма эфемерным статусом. Можно сказать, висела в воздухе, не подписанная и не скреплённая печатями. Однако по необъяснимой причине я верил в неё.

Чуйка, отточенная годами в бизнесе, подсказывала, всё срастётся.

Понятное дело, продвинутые агротехнологии – штука недешёвая, требующая серьёзных вложений, и этот внезапный приток бабла, считай, почти халявных сбережений, который я им предлагал, позволит Разино наконец-то запустить свои собственные фермы, не завися ни от кого. Может, со временем наша сделка и потеряет актуальность, кто знает? Но сейчас, сделав такой щедрый подгон, я по сути закладывал фундамент под будущие отношения. Инвестировал в лояльность, так сказать. А те деньги, которые мы с этой комбинации начнём грести лопатой, с лихвой покроют мои краткосрочные хотелки, а это, блин, главное. Появится стартовый капитал, тогда и дело попрёт по-настоящему, а мы развернёмся, покажем этим средневековым ребятам, что такое эффективный менеджмент.

Я неспешно трусил на своём “мустанге” со странным именем Улыбка, но ехал уже не полями, а по лесной дороге, выискивая этих самых бандитов. Сделка в Разино по сути висела на одном гвозде, поэтому перво-наперво нужно разобраться с головорезами, которые обложили данью местную трассу Е-95, или как её тут называли, Еловый тракт.

На счёт местного криминалитета у меня имелись планы поинтереснее, чем просто «разобраться» и пустить всех под нож. В конце концов любой ресурс можно использовать с умом.

В какой-то момент шестым чувством или просто паранойей бывшего топа, привыкшего, что за каждым углом может ждать подстава, я спинным мозгом почувствовал чей-то взгляд. Так, за мной наблюдают. Кто-то настойчиво пялился из-за деревьев, из густой зелёнки. Пока Улыбка лениво переставлял копыта по тропе, отбивая копытами сухую землю и фыркая на особо наглых слепней, я поднял глаза. Точно. На толстой ветке прямо над дорогой сидел мужик и держал в руке какую-то свистульку, похожую на птичий манок из рога или кости. Мы встретились взглядами. Он молчал, я тоже. Повисла неловкая пауза, блин, как на собеседовании.

— Что, дозорный, караулишь? — крикнул я вверх, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, без дрожи.

— А тебе какое дело? Мы тебя не трогаем, валите себе дальше со своей уродливой клячей, — рявкнул он в ответ довольно грубо. Голос хриплый, прокуренный или пропитый.

— Я тут по делу.

— Ну, говори.

— Прости, дозорный, но вопрос не твоего уровня. Есть важный разговор к вашему главарю, — ответил я максимально спокойно, игнорируя оскорбление в адрес Улыбки. Конь, кстати, недовольно дёрнул ухом.

— Слышь, умник, если ты с нашим атаманом заговоришь, то домой уже точно не на лошади поедешь. И вообще не факт, что поедешь, — усмехнулся он, показывая кривые жёлтые зубы. — Мы с тебя всё снимем до последней портянки. Так что дуй отсюда, пока цел, понял?

Типаж, конечно, колоритный: рожа немытая, щетина недельная, а нос такой, будто его всю сознательную жизнь вместо боксёрской груши использовали. Явно не раз ломали. Короче, типичный представитель местного криминалитета.

— Да у меня кроме этой «уродливой клячи», как ты выразился, и шмоток нестиранных уже которую неделю, ничего и нет, — парировал я с лёгкой иронией. — Сам видишь, не банкир на выезде. Так что последствий не боюсь. Веди к главарю.

— Ну, смотри, дело твоё. Сам напросился, — буркнул он, явно удивлённый моей настойчивостью, поднёс к губам свою костяную свистульку и дунул. Звук и впрямь походил на довольно натуральный птичий писк. Три коротких сигнала, один длинный. Из глубины леса, откуда-то справа, донеслись ответные трели. Шифровка, ёпрст, прямо как в шпионских фильмах.

— Лады, сейчас подойдёт. Ты это, веди себя прилично, понял? — сказал дозорный, спрыгнув с дерева с неожиданной для его комплекции лёгкостью и приземлившись мягко, как кошка. — А то он с тебя живьём шкуру спустит, даже не поморщится. Мы люди сурьёзные, с нами шутки плохи.

— Дык и я не шутить пришёл, чай, не камеди-резидент.

Ждём.

Меня, если честно, перспектива аудиенции у каких-то лесных разбойников не особо пугала. Приходилось в прошлой жизни иметь дело с ребятами и посерьёзнее, скажем так, в странах с «развивающейся демократией», где переговоры нередко велись под дулами автоматов. Там у «партнёров» частенько за спиной маячили мордовороты с калашами наперевес, и ничего, находили общий язык, договаривались. Любой человек, даже самый отбитый бандюга, способен включить голову и понять аргументы, если грамотно объяснить ему его же выгоду.

Главное – найти правильные слова и показать морковку, достаточно аппетитную, чтобы он за ней потянулся. Даже у самого жестокого и безбашенного атамана есть свои хотелки, амбиции или слабые места. Вся фишка в том, чтобы убедить его, именно ты можешь это дать. Вот и весь секрет успеха в переговорах, хоть в башнях Москва-Сити, хоть в диком еловом лесу.

Минут через двадцать, может, чуть больше, из лесной чащи, шурша прошлогодней листвой, вывалились несколько мужиков. Все как на подбор в каких-то потёртых кожаных обносках, похожих на броню, и с луками наперевес. Стрелы уже на тетиве, кончики остро заточены и смотрят точно в мою сторону. Целая ватага, блин. Но я стоял ровно, ни один мускул на лице не дрогнул, спина прямая, подбородок вверх. Главное – не показать страха. Эти ребята, они ж как звери, учуют слабину, и всё, пиши пропало, сожрут и не подавятся. Да и чего мне, собственно, бояться? Я сюда пришёл по делу с конкретным предложением. Почти уверен, каждый получит то, что хочет. Бизнес, ничего личного.

— Ну что, мужики, кто тут у вас за главного будет? – я, обвёл взглядом вооружённую толпу, говоря спокойным, даже немного скучающим тоном. Ясен пень, не эти рядовые бойцы тут рулят, но больше из леса никто не показался. Странно.

— Ну, допустим, я, – раздался голос сбоку. У дерева, непринуждённо прислонившись к стволу и с хрустом грызя яблоко, стоял уже знакомый мне типчик, тот самый дозорный с перебитым носом.

— Люблю сам за дорогой приглядывать, а то мои балбесы, – он кивнул на стрелков, – частенько не могут отличить, кто при бабле, и кого грабить – только время терять. Кирилл Ярый меня величать. А ты кто таков будешь?

— Алексей Сергеевич Морозов, – ответил я, поворачиваясь к нему. Вот же хитрый жук! Кажется, мужик весьма гордился тем, как обвёл меня вокруг пальца, на его лице играла самодовольная улыбка. Честно признаться, ход неплохой прикинуться простым наблюдателем, чтобы оценить ничего не подозревающего человека. Классика жанра, прямо как в девяностые. Надеюсь, я выглядел достаточно убедительно, и теперь меня не нашпигуют стрелами, как ёжика. Этот Кирилл явно не дурак, раз такие спектакли разыгрывает.

— Ну, здрав будь, Алексей Сергеевич, – Кирилл Ярый картинно развёл руками, мол, весь к вашим услугам. Яблочный огрызок полетел в кусты. – Чем обязан такому видному гостю?

— Я вообще-то представляю интересы деревни Весёлое, она тут недалече, – начал я издалека, переходя на деловой тон. – И до меня, так сказать, дошли определённые сведения, что твои орлы несут ответственность за нападения на караваны, которые здесь проходят.

— Ответственности мы не несём, не надо мне тут! Не имеем такой привычки. Знаешь ли, Алексей Сергеевич, путники сами напрашиваются, – усмехнулся Кирилл. – Нефиг с таким количеством добра тут шастать, ежели за себя постоять не можешь. Логично же?

Разбойники тут же подхватили смехом слова своего главаря, загоготали, напряжение спало, они даже луки чуть опустили. Раз атаман спокоен, значит, резни пока не предвидится. Атмосфера из враждебной стала, ну, скажем так, напряжённо-деловой. Почти как на стрелке где-нибудь в Люберцах лет тридцать назад.

— Я в этом регионе человек новый, – продолжил я, игнорируя шпильку. – И намерен наладить нормальный торговый путь, который пройдёт как раз по этой дороге. Так вот, Кирилл, вопрос конкретный, сколько будет стоить, чтобы твои люди обеспечивали безопасность моих грузов? Ну или хотя бы не трогали их?

— Чего-чего, прости? – Кирилл поперхнулся бы яблоком, если б не доел его. Лицо вытянулось от удивления, он даже переспросил, явно не ожидая такого поворота.

— Повторяю для тех, кто в танке, – чуть повысил голос, чеканя слова. – Сколько золота я должен тебе заплатить, чтобы мои поставки шли по этой дороге спокойно, и твои ребята их не трогали? Ты власть в лесу?

— Ну я, - легко согласился атаман.

— Так давай обсудим условия взаимовыгодного партнёрства, так сказать.

— Э-э-э… Забавная постановка вопроса. Во-первых, приятно, что ты, Алексеевич, достаточно умён, чтобы мою власть не оспаривать. Ну и во-вторых, на моей памяти ты первый, кто вообще такое спрашивает, – озадаченно протянул Кирилл Ярый.

Видок у него был такой, будто я предложил не крышевать мои караваны, а, не знаю… Вальс станцевать.

— Серьёзно, никто до тебя до такого не додумался. Обычно как? Соберут каких-нибудь лохов с вилами, типа ополчение, и давай на нас лезть. Или вон из Златограда иногда присылают пару-тройку своих мордоворотов чисто помахаться для галочки.

— Ну так я не дурак и рассчитываю, что разговариваю с таким же. Поэтому, уважаемый Ярый, – решил взять быка за рога, затягивать разговор себе дороже. – Я прекрасно понимаю, что ты и твои парни – люди вольные, считай, вне закона. Вам нужны деньги, это нормально, бизнес есть бизнес, даже такой. Но прикинь, всем будет только лучше, если мы с тобой договоримся. По-человечески. У меня сейчас, понимаешь, не хватает людей, чтобы нормально охранять конвои на Еловом тракте. Ну вот нет у меня своей ЧВК пока. Так что я готов отдать эту головную боль на аутсорс твоей, так сказать, «службе безопасности». Ты мои ходки не трогаешь ни туда, ни обратно и гарантируешь, что никто другой на них не позарится. Понятно моё предложение?

— А чё нам мешает просто взять и всё у тебя отжать, а? – хмыкнул Кирилл. Он картинно, явно на публику, вытащил из-за пояса нож, здоровенный такой тесак, которым только медведей разделывать, и резко шагнул вперёд, приставив холодное, чуть зазубренное лезвие к моей щеке.

Аж холодком по коже дёрнуло, но я и бровью не повел. Видал я такие понты в своё время, когда в девяностые бизнес поднимал, и покруче «аргументы» бывали. Дешёвый театр, я это по его глазам прочитал. Идея получать бабки, просто сидя на заднице, ему явно понравилась, ох как понравилась, хоть он и пытался корчить из себя грозного атамана.

— А то, что как только ты это сделаешь, я просто прекращу поставки, и бабло перестанет поступать. Нет безопасности – нет транспорта, - я спокойно смотрел ему в глаза, игнорируя железку у своей скулы. – И денежный ручеёк для тебя иссякнет. Моментально. Скажи-ка мне, уважаемый, много сейчас караванов по этой дороге шляется? А?

— Жидковато. Скучно, – буркнул Кирилл, медленно опуская нож. Кажется, мои слова попали в цель. – Если честно говорить, то мы с парнями уже давно нормального куша не срывали. Последний раз вообще какая-то лажа попалась, несколько тюков с шерстью. Блин, да кому она на хрен сдалась, эта шерсть? Мы ж не бабки-вязальщицы на рынке, такое добро и толкнуть-то некому.

– Вот именно! – я чуть повысил голос, закрепляя успех. – Если так и дальше пойдёт, вам придется сваливать отсюда, искать новое место под солнцем. А где жирный кусок, там, сам знаешь, либо охрана покруче, либо такие же голодные разбойники, только злее и безбашеннее, которые за свою «делянку» глотку перегрызут. Конкуренция, мать её. И потом, когда вы транспорт грабите, ваши жертвы склонны к глупостям и сопротивлению. Могут ранить, могут погибнуть сами.

— Мы без нужды насилие не применяем, хотя, конечно, можем.

— А по моей схеме риска нет, все счастливы и любят друг друга. В результате вы остаетесь здесь. Места тут знатные, спору нет. Лес вон какой… Красота! А воздух? Закачаешься! И главное, никаких тебе ментов поблизости, никто не лезет. Сидишь себе спокойно, а я тебе плачу за каждую ходку. Все в плюсе, все довольны. Ну?

— И сколько ты готов отстегнуть? – в глазах Кирилла блеснул чисто коммерческий интерес.

— На данный момент, – я сделал паузу, обдумывая стартовую позицию, – готов платить десять золотых за рейс. Оплата по факту. Водила каравана отслюнявит твоим людям, когда поедет мимо хоть в мою деревню, хоть обратно.

— Десять золотых?! – Ярый аж фыркнул от смеха. – Да мы с одной ходки, бывало, в десять раз больше поднимали!

— Бывало? – я ухмыльнулся. – И когда последний раз такое «бывало»? А?

Кирилл Ярый нахмурился, сверля меня взглядом. В его башке зашевелились извилины, пытаясь просчитать варианты.

— И много ты собираешься этих ходок делать?

— А вот это, друг мой, самое интересное! – я перешёл на доверительный тон, как будто посвящал его в великую коммерческую тайну. – Понимаешь, тут система какая. Ты даёшь мне спокойно сделать первые несколько рейсов. Моя деревня получает прибыль, развивается. Производство растёт, логистика налаживается. И чем больше товара я гоняю туда-сюда, тем больше ты зарабатываешь. Просто за то, что сидишь тут ровно и следишь, чтобы на дороге других банд не появлялось. А ты ведь и так этим занимаешься, это ж твоя территория, верно? Считай, пассивный доход на ровном месте!

— Десятка – это смех, – отрезал Кирилл, снова напуская на себя суровость. – Сотку давай. За ходку.

Я мысленно усмехнулся. Ну, началось. Или он реально такой жадный, или просто неплохой переговорщик. Решил задрать планку до небес, чтобы потом было куда падать, но всё равно выторговать себе кусок пожирнее моих начальных десяти монет. Стандартный приём, но рабочий.

— Сотня за рейс? Нет уж, спасибо, – я покачал головой. – Это ни тебе, ни мне не выгодно. С такими расценками я просто не смогу обеспечить нормальный объём перевозок, экономика не сойдётся, понимаешь? Дебет с кредитом не сойдутся. Я готов поднять своё предложение до пятнадцати золотых монет за бендюгу. Но с условием. Сверх этого ты получаешь фиксированную плату, сотню золотых в месяц. Типа оклада. Независимо от того, сколько рейсов я сделаю. Хоть один, хоть двадцать. Но! Оплата строго в конце месяца, и только если все мои грузы дошли до места назначения в целости и сохранности. Полная материальная ответственность, так сказать.

Кирилл аж зарычал от возмущения, побагровев: — Пятнадцать?! Да ты издеваешься, что ли? Я смотрю, ты сюда припёрся не договариваться, а чисто поржать над нами!

— И учти, это важно, – добавил я, понизив голос, чтобы звучало доверительнее. – Мы сейчас говорим про оплату за ходку, за каждый отдельный караван. Понимаешь? Как только мне понадобится гонять товар чаще раза в неделю, скажем, два раза, а то и три, если дела пойдут, твои бабки тут же удвоятся. Или утроятся. Прикинь? Ровно за те же самые телодвижения с твоей стороны. Меньше риска, больше выхлоп. Я зарабатываю, ты зарабатываешь, наши интересы явно совпадают.

Кирилл Ярый аж башку набок склонил, усиленно складывая что-то в уме. Морщины на лбу разгладились, сменившись выражением напряжённой работы мысли. Похоже, дошло.

— Хм, верно. Ты разбогатеешь, а за тобой следом и я… В смысле я с парнями. Так что верно подмечено, – протянул он задумчиво.

— Слушай, деревня у меня сейчас, ну, сам видишь, не Москва-Сити. Народу кот наплакал, ресурсов тоже. Тот прайс, что я предлагаю, он, скажем так, адекватен нашему текущему капиталу. Сколько есть, столько и плачу, всё по-честному. Но мы же расти собираемся, понимаешь? Обороты начнут увеличиваться, производство наладим, торговля попрёт. Это ж очевидно! – перевёл дух, давая ему переварить. – Так что как только мы поднимемся, я и тебе отстёгивать стану больше. Давай так договоримся, если ты сейчас соглашаешься на мои условия, я обязуюсь работать над увеличением выплат. Цель – довести до сотки золотых за ходку к концу этого года. Серьёзные деньги, согласен?

– Главное – закинуть наживку пожирнее, а там посмотрим, – подумал я про себя. – Сотня – это, конечно, пока вилами по воде, но звучит солидно. Стимул должен быть.

- Но! – я поднял палец. – Чтобы такие бабки платить, мне нужна не просто гарантия, что твои орлы не ограбят мои караваны. Нужно чтобы Еловый тракт находился под твоим контролем и в безопасности. В идеальном состоянии. Понимаешь, о чём я? Полный контроль и порядок. Чтобы дорога была как стекло!

– В смысле? Латать колдобины? – уточнил Кирилл, скривившись, будто ему предложили чистить конюшни.

– Материалы с меня, – кивнул я. – Да, расходники мои. Лопаты там, щебёнка, если найдём. Всё организую. Но если твои парни приведут дорогу здесь в божеский вид, чтобы телеги не разваливались на каждой яме, то к концу года станешь получать по сотне за рейс. Стабильно.

– Так это всего пять месяцев, – вдруг встрял один из подельников Кирилла, стоявший чуть позади. Видимо, считать умел. – Неплохой расклад, Кирюх!

– Цыц! – рявкнул на него Ярый, резко обернувшись. – Тебя кто спрашивает, умник? Язык прикуси, когда старшие говорят!

– Именно, пять месяцев, – подхватил я, не давая Кириллу сбить настрой. – Пятнашка за караван сейчас, и дороги держите в порядке. Плюс перспектива роста до сотни. Нормальный бизнес-план, по-моему. Логистика – это кровь экономики, а хорошая дорога – это артерия.

– А это… Ну, типа, если нас прижмёт где? – Кирилл почесал небритый подбородок, взгляд стал хитрее. – Сможем у тебя в деревне схорониться? Ну, там… перекантоваться? Народ твой нормально отнесётся, не повяжут?

– Сразу скажу. Если начнёте беспределить, убивать, грабить направо и налево, прикрывать не стану. Не мой профиль, сам понимаешь, у меня тут репутация на кону. Но пока руки у вас чистые, пока, так сказать, в рамках нашего соглашения действуете, не косячите, милости просим в Весёлое. Можете заглядывать, погреться, передохнуть, никто слова не скажет. С точки зрения моих людей вы вовсе не бандиты, а отважные защитники!

Глава 7

Разбойные рожи рядовых «защитников» расплылись, они переглянулись, польщённые таким обращением.

Кирилл на пару долгих мгновений завис, переваривая предложение. Там, внутри, как угорелые крутились шестерёнки, просчитывая варианты. Взвешивал риски, прикидывал выгоду.

– Думай, Кирюха, думай, – подбадривал я его мысленно. – – Предложение-то выгодное, хоть и с подвохом: работать придётся, а не грабить.

– И где гарантии, что ты нас не кинешь, а, Владыка? – наконец выдал он, глядя мне прямо в глаза.

– Элементарно, Ватсон. Если подставлю, что помешает тебе снова начать бомбить мои поставки? – я развёл руками. – Интерес-то у нас общий, понимаешь? Чисто экономический. Работаем вместе – оба в плюсе, поднимаем бабло. Один другого кидает, ну, значит, оба пролетаем с хорошим гешефтом. Теряем золотые, причём немалые в перспективе, – я протянул ему руку. – Так чего тебе терять-то? Риск, конечно, есть всегда, это бизнес, детка. Но у каждого имеются на другого рычаги, вот они и станут основой взаимного уважения и отсутствия позорного кидалова.

Кирилл покосился на своих парней, стоящих чуть поодаль с каменными лицами.

– Ну чё, братва? – рявкнул он. – Есть возражения у шайки-лейки? Кто против?

Один из бандитов, самый тощий и заморенный на вид, поднял руку.

– А это… это значит, мы жратву нормальную сможем покупать? – спросил он с надеждой в голосе. – А то долбаная охота уже в печёнках сидит, сил нет бегать за каждой косулей!

Я невольно усмехнулся. Это прозвучало даже не как вопрос, а как эдакое громогласное «ДА!», полное отчаяния и надежды на нормальный харч.

– Ну вот и всё, – констатировал я про себя. – Статус защитников плюс банальный голод – лучший аргумент в любых переговорах. Классика жанра. Эти ребята готовы на всё ради куска хлеба с маслом, ну, или чем тут его заменяют.

Я вернулся с первой, так сказать, деловой поездки довольный как слон, хотя и со слегка разбитым седалищем.

Разрулил всё чётко, как по нотам. И со Стенькой Разиной перетёр, и с этими бандюками местными, как их там? Бандиты Еловой Дороги, во! У их главаря, этого Кирилла Ярого, теперь чисто экономический стимул, чтобы мои транспорты не трогать. Кровный интерес, можно сказать, свой KPI на сохранность грузов. А мне какая-никакая, а крыша для моих телег. Если какая другая шпана сунется, эти ребята сами с ними разберутся, причём без лишних сантиментов, уж точно не так, как официальная власть, если она тут вообще есть. Короче, аутсорсинг безопасности в действии.

Вернувшись в своё Весёлое, я первым делом взялся за Мистический шар, или как там его… Око Владыки, чтобы глянуть на всё сверху. Сосредоточился, и картинка перед глазами поплыла, взмыла вверх, прямо как дрон над промзоной где-нибудь под Подольском. Вот оно, значит, какое Всевидение или Стратегическая карта, как её Стенька назвала. Один хрен, вид что надо.

Гляжу, моё Весёлое живёт своей жизнью, там, внизу, копошится народ. Муравейник, честное слово, но в хорошем смысле, конечно. Весь прикол в том, что видно не только мою вотчину. Лес этот Еловый как на ладони, и лагерёк бандюков Ярого, пяток халуп каких-то, дымок вьётся, и Разино тоже, вон оно, зелёненькое пятно на карте. У бандюков, кстати, уровень развития — пятёрка. Нехило так для лесных братьев. Навёл фокус. Ага, появились цифры, сколько их там, этих головорезов, ошивается, и главное, сколько золотых они с меня стричь будут каждую неделю. Прям абонентская плата за «спокойствие на дорогах», ёпрст. Чистый рэкет из девяностых, только легализованный через интерфейс.

Разино — уровень четвёртый. Поскромнее. Тоже видны ресурсы ихние, чем богаты, так сказать, основные производственные фонды. И граница вон какая широкая, зелёным цветом по карте разлилась, аж за околицу уходит. Но при этом, вот забавно, за чертой посёлка ни одной постройки. Вся движуха внутри, кучкуются. А над самой деревней значок висит типа рукопожатия или чего-то такого. Это наш с Разиной договорняк, символ торгового союза, Альянса Разино-Весёлое.

Так, а вот и Торговые сводки. Тут, значит, надо караваны создавать, загрузить их барахлом, назначить день отправки. Короче, логистика в чистом виде, всё как я люблю. Одна загвоздка, блин, нет у меня Мастера караванов. Это, как я понял, Специалист такой нужен, отдельная штатная единица в моём шараш-монтаж-хозяйстве. Нанять его, полтинник золотом вынь да положь, а у меня в кассе пятнадцать монет всего. С гулькин нос! Мыши в амбаре повесились от такой экономики. С такими финансами первую партию хрен отправишь, не хватает чутка, самую малость до нужной суммы. Обидно до соплей!

— Алексей Сергеевич, у тебя какой-то вопрос назрёл? — раздался вдруг голос Тихона.

Прям у меня в голове, что ли, или это динамик в шаре встроенный?

Я аж подпрыгнул на своей табуретке. Как он... через эту Стратегическую карту со мной связался? Телепатия местная или громкая связь для избранных?

— А ты откуда знаешь? — ляпнул я, всё ещё слегка охреневая от такого канала связи. — Тут что, мысли читают?

— Вообще-то я твой первый советник, — прогудел Тихон без пафоса, но с рабоче-крестьянским достоинством.

Эдакий мой персональный завхоз.

— Мне положено чуять, - продолжил он, - когда Избранник… То есть я хотел сказать, Владыка нуждается в помощи али каком стратегическом совете. Магией заложено, дай боги каждому. Как подрастёшь в силе да в Репутации, сможешь и других советников назначать по разным направлениям. Создашь как бы свой аппарат управления.

— Ну, аппарат — это хорошо, — протянул я.

— Так чего надобно-то? — подытожил он, возвращая меня к реальности.

— Слушай, Тихон, дело есть выгодное, прям горит! — я решил сразу перейти к проблеме. — Договор с Разиной заключил, экспорт налаживать надо, понимаешь? Торговые потоки организовывать!

— Не всё понятно, но впечатляет, — одобрил Тихон.

— Только вот бабла нет, — вздохнул я, — чтобы Мастера караванов нанять и первую ходку организовать. Полтинник золотых нужен как воздух. Кровь из носу!

— Пятьдесят золотых... — задумчиво повторил Тихон. — Сумма невеликая, да для нашего Весёлого пока заметная.

— Вот именно! — подхватил я. — Есть варианты, как раздобыть эти пятьдесят монет? Ну хоть какой-нибудь способ? Хоть тушкой, хоть чучелом? Может, кредит где взять под залог будущего урожая? Или резервы какие нераспределённые имеются?

— Налоги, господин, — проговорил Тихон, и тут же передо мной на Стратегической карте всплыло новое окно. Здоровенное такое, с кучей ползунков-процентовок. Текущая ставка, как и ожидалось, ноль целых, хрен десятых. — Можно, значит, и с селян налог брать. Они ж тут не только щи лаптем хлебают, какой-никакой доход у них имеется. Только вот их личное производство сильно зависит от общего уровня нашего, так сказать, процветания.

Я прищурился, разглядывая максимальную сумму золотых, которой вообще могли владеть эти ребята. Сто монет. Негусто. А ползунок общего налога можно ведь запросто выкрутить на любую цифру, хоть на все сто процентов. Реально грабёж средь бела дня. Я аж скривился. Блин, всю свою сознательную жизнь я слушал, как бизнесмены стонут про налоги, да и сам, чего греха таить, зверел, когда государство запускало свою лапу в мой карман. А теперь, значит, оказался сам в роли этого самого государства? Ну, типа, «это ж на благое дело», так, что ли, им втюхивать? Ага, щас! Точно также, как мне втирало моё родное правительство про очередные «проекты века» и «стабилизационные фонды». Я тогда политикам ни на грош не верил, и эти бедолаги мне сейчас точно не поверят. Как пить дать.

— И какая обратная связь прилетит, если их слишком жёстко прижать? — спросил я, пытаясь звучать как можно спокойнее, хотя внутри уже всё кипело.

— Я б на Вашем месте даже не спрашивал, — вздохнул Мэр. — Очевидно же. Но тут можно настроить, как часто налоги собирать. Разовая акция — ну, поворчат, конечно, но поймут, наверное. А вот если сделать это ежегодным или, не приведи боги, ежеквартальным мероприятием, тут и до бунта недалеко, — он сделал паузу, помялся. — Э-э-э… Тут такое дело… Я ж им про Вас ещё толком не рассказал. Понимаете?

— Прошу прощения, ЧТО?! — я чуть не заорал. Реально. — Ты хочешь сказать, ты им до сих пор не сообщил о моём… э-э… статусе?

Я мгновенно «вылетел» из Стратегической карты, аж голова кругом пошла, и рванул туда, где Мэр восседал на крыльце перед своей, прости Господи, ратушей. Воздух пах дымом от очагов и чем-то кислым, то ли капустой, то ли просто затхлостью.

— Да ты издеваешься, что ли?! — выпалил я, подлетая к нему.

Мэр аж руки вскинул, типа, защищаясь.

— Да пойми ж ты, господин хороший! Я тут все наши вековые традиции ломаю через колено! Это ж не шутки! Народ таким вещам, мягко говоря, не обрадуется. Я-то думал, что ты сперва как-нибудь их жизнь улучшишь, ну, проявишь себя, так сказать, а потом я бы им и преподнёс новость, но уже под позитивным соусом. Мол, смотрите, какой у нас Владыка добрый, мудрый, и как это ты говорил надысь? Эффективный! Во!

- Дефективный!

- Чаво?

- Позитивный соус, говорю! А если моим первым официальным распоряжением в этой дыре выйдет приказ вывернуть карманы и отдать половину своих кровных сбережений?! — я простонал, хватаясь за голову. — Тихон, ты меня в могилу сведёшь, ей-богу!

— Ну, если честно, я ж советник по общим вопросам, а не по налоговой политике, — попытался съехать с темы Тихон.

Всё понятно, ответственность на себя брать не хочет. Боится то есть.

— А ты разве не Мэр? — уточнил я, уже теряя терпение.

— Да это звание почти такое же бессмысленное, как наши подношения Раде, — махнул он рукой с тоской в голосе. — Слушайте, делайте, что считаете нужным. Я им скажу. Как-нибудь.

— Нет уж, нет уж! Созывай общий сбор. Сходняк, вече, собрание колхоза, тинг, как там у вас это называется? Сам с ними поговорю, — отрезал я.

Пора трясти дорогих акционеров.

Мэр кивнул и снова откинулся в своем скрипучем кресле, явно собираясь расслабиться. Я смерил его взглядом и нахмурился. Этот кадр точно из прошлой жизни, где работники ждут, что работа выполнит себя сама.

— Тихон! Я не имел в виду какое-то отдалённое светлое будущее, завтра или будущий год. Прямо сейчас, чёрт побери! Будь добр, шевели батонами!

— Есть, господин! Слушаюсь! — Тихон подскочил так, будто ему под зад дали пинка, и рысью бросился выполнять приказ.

Нет, я не был каким-то особенно злобным или агрессивным начальником по жизни. Но некоторым людям, блин, реально нужен хороший такой «волшебный пендель», чтобы начать двигаться. Возможно, это и не вина самого мужика. В конце концов он, похоже, всю свою жизнь просидел тут, ожидая у моря погоды. Наверное, сама мысль о том, чтобы сделать что-то по-настоящему значимое, ему в новинку. Эх, деревня…

Мыслишка, конечно, так себе, печальная. Я стоял и смотрел, как мужики и бабы из Весёлого потихоньку стягиваются к дому мэра, которое тут и администрация, и ратуша и вообще средоточие власти.

Народу набралось прилично, так, что внутри бы все точно не поместились, пришлось бы толкаться локтями, как в метро в час пик на Выхино. Значит, совещание проведём прямо здесь, на свежем воздухе, под открытым небом, которое, слава богу, пока не капало. Я огляделся в поисках хоть какого-то возвышения, ну, трибуны там или хотя бы ящика покрепче, чтобы речь толкнуть по-человечески, а не бубнить себе под нос.

Хрен там плавал. Голая площадь, утоптанная сотнями ног до состояния бетона, и ни одной бочки под рукой. Придётся так, с земли вещать.

Когда взрослые жители деревни наконец собрались, образовав плотное, пропахшее дымом и, кажется, кислой капустой полукольцо, ко мне подошёл Тихон. Весь какой-то напряжённый, аж желваки на скулах играют, взгляд бегает.

Проинформировал шёпотом, будто государственную тайну выдал, что велел всем оставить детей по домам. На всякий случай, мол, если вдруг разразится то, что он деликатно назвал «взрослыми разговорами». Ха! Я так прикинул, что он боится не просто пары крепких словечек, летящих в его адрес. Мысль о том, что их староста, их мэр по сути нарушил вековые традиции, даже не посоветовавшись ни с кем… Да эти ребята, судя по суровым лицам, могли его тут же и порвать, как Тузик грелку. Серьёзно, нравы тут, похоже, прямиком из лихих девяностых, только без малиновых пиджаков, никакого тебе правового поля. Надеюсь, мне удастся как-то разрулить эту стрёмную ситуацию, сгладить углы, пока не дошло до мордобоя или, скажем, публичного сожжения.

Взошёл на крыльцо, потому что хоть какое-то, да возвышение.

— Жители Весёлого! – начал я, стараясь держаться прямо и говорить уверенно, чтобы голос не дрогнул.

Прокашлялся для солидности. В конце концов опыт публичных выступлений у меня имелся, хоть и перед другой аудиторией. Там акулы бизнеса, а тут… Ну, тоже своего рода хищники, только голодные и обозлённые на жизнь.

— Я пришёл сообщить новость, которая вам может, мягко говоря, не понравиться. Сильно не понравиться, будем честны.

Какой смысл ходить вокруг да около, разводить тут политесы или делать вид, будто я им одолжение делаю? Традиция нарушена, факт, и никакими сладкими речами это не исправишь. Уж лучше сразу выслушать гнев, претензии, весь поток народного недовольства, чем потом делать вид, что всё тип-топ, всё под контролем. Проходили, знаем, ложь всегда вылезает боком, причём в самый неподходящий момент.

Народ уставился на меня с нескрываемым любопытством на обветренных лицах, удивление смешивалось с подозрением. Ясное дело, после того как они выяснили, что я не избранный, не местный Нео, способный взмыть в небеса и победить агентов Смитов, никто не ожидал моего возвращения.

Они ж понятия не имели, что я тут задержался после первой ночи. Когда я утром ускакал на их лошадёнке (кстати, где она?), они, видимо, решили, что чужак свалил восвояси и больше не вернётся. Ну да, с чего бы? Деревня – дыра дырой, делать тут нечего. А тут на тебе, здрасьте, я снова здесь. Сюрприз, блин! Их вытянувшиеся физиономии, на которых читалось немое «Какого чёрта?!», говорили сами за себя.

— Меня не выбирала ваша богиня в Избранники, – продолжил я, стараясь чеканить слова, чтобы дошло до каждого. – Скажу больше, я вообще не из вашего мира. Пришлый, если хотите. Попаданец, так у вас тут говорят? Не знаю. Но у меня есть дар, я вижу Стратегическую карту. Могу взаимодействовать с ней, управлять процессами, как если бы являлся настоящим Избранником.

Сделал паузу, давая народу время переварить информацию. Гудёж по толпе пошёл, как волна.

— Не стану притворяться, будто получил какие-то божественные силы свыше, это не так. Ваша магия для меня тёмный лес. Но у меня есть то, чего, похоже, нет у вас. У меня есть… хм… видение общей картины. Перспектива, если угодно. Да, именно так. Способность смотреть на всё не как на сраную деревню посреди леса, обречённую на вымирание, а как на проект. Бизнес-проект. Актив. С потенциалом роста, который нужно реализовать, и рисками, которые нужно просчитать и минимизировать. Время строить новое ЗАО «Весёлое», короче говоря.

Толпа замерла. Повисла тишина, плотная, как кисель в заводской столовой. Чувствовалось, что народ ждёт не только с любопытством, но и с каким-то затаённым напрягом, будто сейчас объявят о сокращении штатов. Никто, похоже, вообще не въезжал, к чему я клоню. Может, они тут настолько привыкли к своим устоям, к этой своей вековой колее, что даже представить не могли, что бац, и кто-то другой рулить начнёт? Типичная геронтократия в действии, власть старейшин, которым перемены как серпом по… Ну, ты понял.

Я перевёл дух. Ладно, Алексей Сергеевич, не дрейфь, ты и не такие презентации для совета директоров проводил, где каждый второй только и ждал, как бы тебя подловить. И продолжил, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без тени сомнения.

- Ваш староста Тихон, получил задачу типа приглядывать за вами, чтобы тут все процветали, богатели, ну вы поняли. Стратегический план, так сказать.

Толпа глянула на Тихона, он стоял с многозначительным видом. Не рядом со мной, но около здания, так, чтобы маячить вроде как на виду, но есть дело запахнет керосином, сбежать за хату, а оттуда в поля.

— Но! – продолжил я. - Когда мы с ним перетёрли все детали в ночь моего, так сказать, неожиданного появления… Короче, мы оба пришли к выводу, ваше Весёлое больше ждать не может! Всё, дедлайн сорван, проект горит!

Тут-то толпа и загудела, как потревоженный улей, блин. По общему смыслу, даже не понимая все слова, до них наконец допёрло, что я им, по сути, втираю про смену руководства. И по лицам чётко читалось, ох, ни фига они не рады такому повороту. Прям совсем. Смотрят волками, как будто я у них последний мешок картошки спёр.

Глава 8

— Так что, – поднапряг связки, стараясь перекричать начинающийся гул, – я решил взять это дело на себя. Антикризисное управление, если хотите. Прийти вашему Весёлому на помощь.

— Ишь ты! Сам он решил!

Люди переглядывались, толпа кипела возбуждением, но эмоции каждый испытывал разные. Пока что камнями в меня никто не кидал, и то ладно.

— Помочь вам подняться, раскрутиться, используя ту силу, которая у меня теперь есть. Тот самый стратегический подход, которого вам так не хватало для эффективного менеджмента!

Блин, вот такого со мной ещё не случалось. Чтобы толпа меня освистывала? Да никогда! Обычно как? Выхожу, толкаю речь про квартальную прибыль ЗАО «Эол», все хлопают. Объявляю об открытии нового завода где-нибудь под Воронежем, опять овации, улыбки до ушей. Типа, барин приехал, рабочие места привёз, инвестиции потекли.

А сейчас? Я, по сути, сказал этим людям, что всё, во что они свято верили, все их дедовские традиции жить по намеченной колее без помощи, но и без указки со стороны богов и всяких избранных, а уж тем более самозванцев, всё нужно засунуть псу под хвост. Просто потому, что кому-то, видите ли, ждать надоело. Мне, то есть. Эффективность требует жертв, особенно жертв чужого времени.

И тут они заорали.

Вопили так, что уши заложило, выплёскивая на меня всю злость, всё вековое недовольство своей паршивой жизнью, в которой теперь ещё и я же и виноват оказался.

— Дурак! – прошамкал какой-то особенно древний дед, брызгая слюной так, что пришлось утереться. Прямо как мой бывший зам по производству, когда я его премии лишил за срыв плана. – Узурпировав власть, ты так Богиню нашу Раду точно прогневаешь!

— Идиоты вы с Тихоном! – аж взвизгнула какая-то баба, красная, как варёный рак. Я уж испугался, что у неё глаза сейчас из орбит выпрыгнут от натуги. – Мы ж не просто так этих традиций держимся, есть причина! Веками так жили!

Короче, гвалт стоял неимоверный. Все орали, улюлюкали, поливали меня грязью почём зря. Атмосфера накалилась до предела, ещё немного, и полетели бы в меня не то, что тухлые яйца, а что похуже, гнилая репа или комья грязи. Местный колорит, мать его.

Тихон, надо отдать ему должное, не растерялся. Вот же старый лис! Вместо того, чтобы сбежать, он встал передо мной, заслонил своей широкой спиной и поднял руки, стараясь урезонить разбушевавшуюся толпу, прям как участковый, пытающийся разнять пьяную драку в коммуналке.

— Люди, люди, да угомонитесь вы! Потише! – закричал он, перекрывая шум.

Народ гудел, но громкость чуточку прикрутил.

— Да, мы, может, и нарушили древний уклад, не спорю, но ведь Богиня-то, Рада наша, она ж нас и так уже, ну, скажем прямо, не жалует! Забыла про нас, почитай! – голос у него дрожал, но он старался говорить твёрдо, по-хозяйски.

— И потом вспомните! Она ж сама нам этого пришлого подкинула, – он махнул рукой в мою сторону, мол, вот он, подарочек с небес, – а сама пролетела над нами, надежды наши всколыхнула, как весенний паводок, и была такова! Испарилась!

Народ продолжал гудеть, но фокус недовольства переместился в сторону божества, от которого на протяжении веков не обломилось никакой пользы.

- Сколько ж можно так жить, в отчаянии цепляясь за мысль, что она нам поможет? А? Доколе нам ждать у моря погоды?! – закончил Тихон почти что трагическим шёпотом, который, как ни странно, прорезал шум толпы.

— Других богов, что ли, мало?! — взвизгнул какой-то мужик в дурацкой шляпе, всей утыканной, прикинь, розами вперемежку с шипами. Цирк уехал, клоуны остались. — Теперь нам своего Избранника вообще не видать, как своих ушей!

Толпа взревела так, что у меня аж уши заложило. Реально озверели мужики. Я уж грешным делом подумал ну всё, сейчас порвут на британский флаг. Вот так, блин, и закончится моя карьера в этом мире, пришибут те самые люди, которым я тут пытался наладить жизнь, поднять, так сказать, с колен. Эпичный финал, нечего сказать.

Хотя, если так прикинуть чисто по-деловому, меня опять убивал бизнес. Ну или его местные аналоги. Так что мой кардиолог, царствие ему небесное, по ходу, оказался чертовски прав насчёт «завязывай с работой, Лёша, доиграешься». Доигрался, ага. Только немного не так, как он думал.

Короче, хватит сопли жевать.

Я решительно отодвинул Тихона, который, кажется, совсем скис, и вышел прямо к разбушевавшимся селянам.

— Так, мужики, тихо! — рявкнул я, стараясь перекрыть гвалт. — Поезд ушёл, фарш назад не провернуть! Сами же говорите, может, и прогневили богов этим делом. Но Тихон сделал то, что посчитал нужным! Чтобы вы тут, блин, выжили для начала! А потом, может, и зажили по-человечески, а не как сейчас!

— Брехня! — донеслось откуда-то из задних рядов. - Какое, к чертям, процветание от тебя ждать?! Ты ж чужак! Если боги тебя не благословят, то и нефиг тут распинаться, зря воздух сотрясать!

— Ну и что тогда делать, по-вашему? — я обвёл взглядом самые недовольные рожи. — Что мне такого сделать надо, а, чтобы вы наконец поверили, что я реально могу помочь, а не просто так тут лясы точу?

Шум понемногу стал стихать, толпа заворочалась, пропуская кого-то вперед. Показался старик, судя по мозолистым рукам и выцветшей рубахе, работяга. А-а, да это же Кузьма Поляна, местный фермер с большой буквы «Ф».

Как мне объяснял Тихон, единственный на всё Весёлое Специалист.

Народ перед ним расступился с уважением, значит, авторитетный дед, его слово тут что-то весит.

— Господин хороший, — поглаживая бороду, начал Кузьма Поляна, остановившись в паре шагов от меня. Голос у него был спокойный, но твёрдый, как утоптанный грунт под ногами. — Ты, видать, не понимаешь, мы этой традиции всю жизнь держались. И отцы наши, и деды. Да, многие тут не въезжают в твои эти… намерения благие. Я-то вижу, что ты не со зла, помочь хотел. Только… не твоё это место, понимаешь? Не твой уклад. Идти тебе надо отсюда.

— А всё, Кузьма, печать сломана, — глухо сказал Тихон, глядя на меня так, будто я одновременно и спасение, и проклятие. — Артефакт теперь его держит, он наш Владыка, считай. Привязан к деревне, крепко-накрепко. Свалит он от нас, и всё, кранты, рассыплемся, сгорим, сгниём. Магия нас разгонит.

- В лучшем случае так и останемся в этой дыре прозябать, в грязи и безнадёге куковать. Ты вспомни, Кузьма, — голос Тихона дрогнул, — сколько народу у нас каждую зиму от холода да голода загибается? А от хворей всяких? Счёта нет! Без Избранника нам эти проблемы не разгрести. Никогда!

На морщинистом, обветренном лице Кузьмы Поляны промелькнула тень, задумался старик, видать, крепко. Лоб нахмурил, седые усы пощипывает.

— Эх, Тихон, Тихон! Старый ты дурак, что втравил нас в это дело! Головой-то думал, а, когда его к Оку подпускал? — проворчал он наконец. — Но что сделано, то сделано, хрен ли теперь кулаками махать. Свинью из котлет не восстановишь.

Он обвёл взглядом собравшихся мужиков и баб, что с надеждой и страхом смотрели на него, ловя каждое слово.

— Моё слово такое: даём ему месяц, испытательный срок, так сказать. А если обоср… кхм… если не справится, не покажет результат, пустим его в расход. В жертву Раде принесём, чтоб гнев её утихомирить за твои, Тихон, художества.

Толпа тут же одобрительно загудела, видать, всем пришёлся по душе такой своеобразный компромисс. Ну и весело им, блин! Это же село Весёлое. Хотя ясен пень, радовались они не столько испытательному сроку, сколько перспективе устроить мне весёлую жизнь… вернее, смерть.

Для истосковавшегося по красочным зрелищам люда жертвоприношение — вроде как областной праздник с фейерверком, только вместо петард мои кишки. Впрочем, орущая толпа, жаждущая крови самозванца в случае провала KPI, здорово смахивала на собрание акционеров моего старого доброго ЗАО «Эол». Только там вилами не грозили, а так один в один. Ну, может, ещё галстуки подороже у ребят из списка крупных акционеров и морды более сытые.

Но я был спокоен, как танк.

Уж за месяц-то тут порядок наведу, не впервой. Опыт, знаете ли, не пропьёшь. По крайней мере смогу наглядно продемонстрировать экономический эффект от моих управленческих решений. Цифры покажу, динамику роста, всё как положено. Но нужно зафиксировать ещё один важный пункт в нашем, так сказать, устном договоре о намерениях.

— Я согласен на ваши условия, — сказал твёрдо, стараясь перекричать утихающий гул толпы.

Кузьма аж крякнул от удивления. Видать, думал, я сейчас в штаны наложу и побегу куда глаза глядят от таких-то перспектив.

— Но с одним условием: пока я тут, пока жив, вы все, подчёркиваю, ВСЕ, будете сотрудничать и выполнять мои распоряжения, как будто я полноценный Избранник без всяких «если». Сразу предупреждаю, решения будут приниматься разные, в том числе непопулярные. Оптимизация, реструктуризация, всё как положено в эффективном менеджменте. И мне нужна гарантия, что вы не устроите тут саботаж или, не дай бог, бунт на корабле при первых же трудностях.

Народ тут же притих, переваривая только что услышанные новые слова. Стопудово смысла никто не уловил, но хорошего они от них не ждали. На интуитивном уровне чуяли, что дело пахнет керосином.

Все тут же уставились на Кузьму. Как по команде. Ловили, что скажет старый авторитет. Да-а, занятно наблюдать! Этот Кузьма тут, похоже, реальный серый кардинал, неформальный лидер, так сказать. Веса у него явно побольше, чем у бывшего официального мэра. Тихон, похоже, так и не смог выстроить нормальные отношения с народом. Интересно, почему? Харизмы не хватило? Или просто управленец хреновый?

— Ладно, — буркнул Кузьма, помолчав с минуту и пожевав губами. — Месяц тебе сроку. Чтобы тут всё завертелось, закрутилось, чтоб деревня наша вздохнула по-новому. Слушаться будем, как договорились, но через тридцать дней, ровно через месяц, если не увидим реальных улучшений, если народ останется недоволен, пеняй на себя. Твоя судьба будет, мягко говоря, незавидной. Очень незавидной, — он выразительно провёл большим пальцем по шее, мол, чик — и готово.

— Если такова цена, что ж, готов её заплатить, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. Вызов принят. Я вытащу этих людей из дерьма, не подведу. Дам им то, что действительно нужно для выживания и, чем чёрт не шутит, даже для процветания. Построю в задрипанной деревне эффективную экономическую модель, и мы все от этого только выиграем.

Ну что сказать, установка налоговой политики – это, блин, как с зажигалкой над открытой бочкой бензина играть.

Я не стал тянуть кота за яйца и объявил разовую налоговую акцию. Довольно мощную, можно сказать, грабительскую.

Серьёзно, одно неверное движение, и вся эта богадельня взлетит на воздух.

Народ, конечно, окончательно охерел от столь мощного ветра перемен, посопел, но в итоге согласился, ровно как и обещал старый Кузьма. В основном согласие выражалось мрачным молчанием, то есть новость о налоговом сборе встретили без огонька.

Показатель Довольства жителей, отображаемый в Оке, тут же спикировал до депрессивных минус двадцати пяти. Прям как рейтинг какого-нибудь политика после очередного ляпа. По словам Тихона, это уже опасная зона, «предбунтовая территория», как он выразился своими витиеватыми фразочками, хотя наша договорённость с Кузьмой должна пока что удерживать их от совсем уж резких движений. Ну, по крайней мере, на какое-то время.

Тем не менее, надо признать, разговор прошёл даже лучше, чем я думал, видимо, моя планка ожиданий уже упала ниже плинтуса. Зато теперь можно потихоньку двигаться дальше, запускать процессы. Придётся, конечно, доказывать этим ребятам, что я не просто так тут штаны просиживаю, а реальный управленец.

Но честно говоря, в своих способностях я и не сомневался, уж сколько таких «недовольных акционеров» в своей жизни успокаивал, не сосчитать.

Когда толпа разошлась, добрался до шара и при помощи этого местного «палантира» сделал страшное: собрал только что обозначенные налоги.

С собранными пятьюдесятью золотыми, неплохой стартовый капитал, хоть и смешной по меркам ЗАО «Эол», я мог оплатить повышение одного из жителей до Мастера караванов и внести первый платёж Бандитам типа за крышу. Классика, блин.

Мысленно открыв меню повышений, ну или как там эта панель управления в Стратегической карте называется, уставился на доступную опцию «Назначить Специалиста».

Можно выбрать любого, реально любого Крестьянина и сделать его ну, не топ-менеджером, конечно, но кем-то поважнее. Мастером караванов. Ключевые компетенции, как тут и указано, Навигация, Торговля и Боевые навыки. Пролистав список кандидатов, я слегка охренел, большинство местных годились разве что картошку копать, показатели по всем пунктам ниже плинтуса. У Тихона оказался самый высокий навык Торговли, но, во-первых, я и сам уже разрулил большинство сделок, а во-вторых, мне нужен не переговорщик, а логист. Кто-то, кто шарит в навигации, понимает, как проложить маршрут из точки А в точку Б желательно без приключений на свою задницу.

Нашлась одна крестьянка, Наталья, двадцати трёх лет от роду. Навык навигации – целых четыре! Четыре из двадцати возможных, Карл! Да уж, кадры тут… специфические, но это лучший показатель на всю деревню. М-да, не густо. Выбирать не приходится, работаем с тем, что есть. Лучшее из худшего, как говорится. Я выбрал её кандидатуру и приготовился наблюдать за процессом, интересно же, как тут «повышения» происходят. Сверху, из точки моего обзора во Всевидении, к Наталье, которая безучастно сидела на какой-то перевернутой бочке и ковыряла палкой землю, метнулся спиральный поток синей магической энергии.

Прям луч света в тёмном царстве. Над её головой тут же высветилось слово «Повышена». Девка аж вздрогнула, удивлённо вперилась в небо, мол, что за спецэффекты? А потом её тело окутала зеленоватая аура, Наталья засветилась, как светофор на зелёный. Значит, приступает к работе.

Точно такую же ауру я видел вокруг Кузьмы, когда тот спозаранку отправлялся на свои поля. Зелёный цвет, как мне объяснил Тихон, означал, что Специалист выполняет свои прямые обязанности. Красный – отдыхает. А вот жёлтый – это сигнал тревоги, значит, что-то пошло не так, и обычно это «что-то» требовало моего непосредственного вмешательства.

Ну, как всегда, все проблемы на мне.

Меня тут же заинтересовал чисто технический вопрос, а как, собственно, работает это самое «повышение»? Неужели оно каким-то магическим образом вшивает человеку в башку все необходимые знания и навыки? Типа щелчок пальцами, и ты уже готовый Мастер караванов, знаешь все маршруты, подводные камни и как с кем торговаться? Очень хотелось бы верить, что так оно и есть, иначе я только что поручил реально серьёзное дело, целую логистическую операцию, блин, полному новичку. Девчонке, которая вчера ещё, небось, только и умела, что репу на огороде дёргать.

Рискованно, конечно, как стартап без чёткого бизнес-плана запускать. Но с другой стороны, а кого ещё назначить? Кадровый резерв тут, мягко говоря, не ахти.

Телепатия, встроенная в Око, это круто.

Мне удалось организовать поставку, не покидая тишины магического зала.

Пара мужиков, повинуясь (я вообще-то слышал как они мысленно матюкаются) моему указанию, подготовили к «рейсу» телегу, ещё один привёл и запряг лошадь, потом они втроём насыпали зерно в мешки и погрузили их в телегу.

Око, как самый ответственный завсклада, кстати, штука редкая и ценная, отобразило количество погруженного зерна. Вообще центнер, единица измерения, это примерно три мешка. Наверное, можно было бы сообразить мешки и побольше, но их тяжело таскать.

Пока грузили мешки, Наталья подошла к Тихону, тот подтвердил моё указание и снял с других работ. Теперь она штатный логист. Здорово, что не нужно подписывать ворох приказов от кадровиков, весь учёт брало на себя Око.

Рассказал девахе про «мзду» для бандитов, той же телепатией она узнала, куда ей ехать и зачем.

Так я организовал свой первый рейс-отгрузку и соврал бы, если бы сказал, что не волновался. Денег осталось с гулькин хрен. Если поставка сорвётся, плохи мои дела.

Глава 9

Ну что ж, первый обоз пшеницы отправился в Разино.

Глянул на Стратегическую карту. Время в пути – двенадцать часов туда и обратно, полный рабочий день, ёпрст! Значит, Наталья должна успеть дотрястись до места, сдать товар, получить кровные золотые и вернуться засветло.

Признаться, немного стрёмновато её отправлять одну, особенно в первый раз, мало ли что! Но я рассчитывал на Кирилла Ярого и его сотоварищей. Мы же договорились. Ему сейчас гораздо выгоднее сидеть тихо, не отсвечивать и ждать своего гешефта с охраны дороги, чем грабить одинокий караван. Ленивый хрен, поди, дрыхнет где-нибудь в своей берлоге после обеда.

А разбойнички, кстати, дорогу чинить и не думали, бабла у них на это пока что нет, да и у меня шаром покати. Я видел в интерфейсе стоимость ремонта над иконкой дороги. Пятьсот золотых! Пятьсот! Охренеть можно, откуда такие цены?! Была, правда, опция “использовать труд добровольцев из деревни”, тогда стоимость материалов снижалась до двухсот пятидесяти. Но и это, блин, серьёзные деньги. До такого капитала мне ещё пахать и пахать, как каторжнику на галерах.

Транспорт, он же очень миниатюрная версия каравана, медленно тронулся, поднимая облачко пыли. И тут же над дорогой на моей Стратегической карте всплыл красный индикатор: «Качество покрытия снижает скорость передвижения на 90%». Ага, вот оно что! Вот почему двенадцать часов, мать их! Ну да, дорога там – одно название: грязь по колено, колдобины такие, что поедешь чуть быстрей, телегу может разнести в щепки. Прямо как у нас весной в девяностые где-нибудь под Рязанью после затяжных дождей. И что мне с этим делать? Да ни хрена пока не сделаешь, оставалось только стиснуть зубы и ждать. Терпеть и ждать, как привык за свою долгую жизнь.

Скоро на мой счёт должны капнуть 210 золотых от сделки.

Вот, кстати, магическая система расчётов тут отменная.

Двести десять – это крохи, не бог весть какой капитал, конечно, но уже хоть что-то, стартовый актив. Надо бы срочно прикинуть, куда их вложить с максимальным КПД. Есть, конечно, всякие мелкие задачи по благоустройству деревни. Например, можно крышу в местной «мэрии» починить; интерфейс показывал, что весь кипишь обойдется всего в 15 золотых. Но какой в этом экономический смысл? Ноль! Чисто косметика, «улучшение эстетики поселения», как выражалась система. Красота, декор и прочие финтифлюшки – последнее, на что я собирался тратить деньги в этой дыре. Вот когда золотые девать станет некуда, тогда и займёмся дизайном.

А сейчас мне нужно производство. Производство и ещё раз производство! Поднимать экономику, налаживать выпуск продукции, увеличивать ВВП, так сказать. Индустриализация, блин, в отдельно взятом Весёлом.

Так, посмотрим, что тут у нас?

Разглядывая доступные постройки и возможные повышения для местных кадров, я прикидывал разные варианты развития событий. Путей нарисовалось несколько, как обычно, и выбрать самый верный – та ещё задачка, скажу я вам. Прямо как на совещании директоров, только ставки повыше. Гораздо выше.

Первый вариант, самый очевидный, вложиться в прокачку Фермы. Поднять её до второго уровня означало бы увеличить недельный урожай пшеницы с десяти единиц до двадцати. Чисто математически красиво, сразу закрываем дефицит по нашему торговому соглашению с Разино, прям как дыру в бюджете заткнуть. Но, блин, имелась одна загвоздка: этим ребятам из Разино нужно всего пятнадцать единиц в неделю. Спрос, как говорится, ограничен. Куда девать излишки? На склад? Ну да, с тем зерном, что уже накопилось, мы могли бы протянуть недель десять, оплачивая разницу.

В теории это дало бы время накопить на апгрейд, но сама модернизация Фермы стоила двести золотых и заняла бы десять дней. Долго, муторно и, по сути, отложенная выгода. Не мой стиль, когда надо быстро показывать результат.

Второй путь, который я прокручивал в голове, строительство Соляной шахты. Звучало солидно, перспективно. Соль – это ж почти валюта в таких местах, но тут свои подводные камни, причём немаленькие. А главное, шахта находилась за пределами наших текущих границ. То есть, хрен ты к ней подступишься, пока не построишь Территориальный маркер. Этакая пограничная застава, которая расширяет всю Вотчину.

Маркеры эти стоили по пятьдесят золотых штука, не копейки, но терпимо. А вот сама шахта… Триста золотых на строительство, плюс ещё сто пятьдесят сверху за то, чтобы назначить кого-то Старателем. Итого четыреста пятьдесят золотых. Серьёзный капитал для нашей дыры. Я бы смог наскрести такую сумму недели через три, не раньше. Но это, блин, впритык!

Учитывая, что на кону стоит моя собственная шкура, рисковать не хотелось. Шахта – это, конечно, долгосрочная инвестиция, стратегический актив, так сказать. Но сейчас мне нужно то, что даст быстрый эффект. Чтобы народ увидел, да, наш Владыка не штаны просто протирает, а реально пользу приносит. Прямо здесь и сейчас. Нужен пиар-ход, понятный каждому крестьянину.

И вот тут нарисовался третий вариант, Мясная лавка. По затратам сущие пустяки по сравнению с шахтой: семьдесят пять золотых за само здание и ещё сто на повышение специалиста до Мясника. Итого сто семьдесят пять. Подъёмная сумма даже для нашего скромного бюджета. А вот плюшек от этой лавки прилетало сразу несколько, и все ощутимые. Во-первых, она решала проблему хранения и консервации излишков мяса аж до ста единиц. Прикинь, сто единиц! И оно не портится, не тухнет, спасибо навыкам Мясника по вялению, копчению и прочей консервации. Это ж стратегический запас, ёлки-палки!

Во-вторых, что немаловажно для настроений в коллективе, Мясная лавка поднимала Радость местных жителей на два пункта. Мелочь, а приятно. Народ сыт – народ доволен, это аксиома. И наконец в-третьих, лавка генерировала бы пять золотых в неделю чистого дохода. Пассивный доход, Карл! Местные заходили бы туда затариться мясцом к обеду, оставляя свои кровные. Учитывая, что наша Охотничья изба уже сейчас приносила по две единицы мяса в день, мы бы быстро начали формировать запасы на зиму. Да и денежка бы капала. В общем, со всех сторон самый разумный и быстрый ход на данный момент. Однозначно лучший выбор из того, что я мог сделать прямо сегодня. Решено, строим Мясную лавку, а с шахтой потом разберёмся.

Чтобы не стоять часами напролёт в магическом зале я попробовал перенести шар Ока в кабинет отсутствующего сейчас мэра. Шар позволил это сделать, что меня порадовало, потому что другой вариант предусматривал оборудовать рабочее место в самом зале.

Однако проблем не возникло, Око, не очень тяжёлое и сравнительно небольшое по размеру оказалось «портативным», его можно было переносить на другое место.

И теперь, пока моё тело занимало освобождённый старый стол мэра, разум почти все двенадцать часов парил над деревней, наблюдая и подмечая, что можно улучшить. Эх, если бы управление моими старыми компаниями давало такие возможности, я бы мог в реальном времени следить за процветанием всех своих фабрик и предприятий! Чёрт возьми, да я бы от стола отходил только чтобы поесть. Да я бы…

Караван вернулся поздно ночью. Над повозкой висела надпись «Путешествие завершено успешно», и как только Наталья миновала ворота, можно было выдохнуть, считать рейс выполненным, а деньги заработанными. Кроме того я заметил слова «Повышение уровня» над головой самой Натальи. Похоже, работа в этом мире повышала уровень навыков работника, причём в прямом смысле гораздо нагляднее, чем дома.

Уведомление не исчезало, пока она распрягала лошадь, ставила её в стойло, разгружала повозку и шла домой. Значок «Работник» в моем интерфейсе светился, требуя внимания. Открыв вкладку, я увидел, что могу повысить уровень Натальи, выбрав одну из трёх специализаций.

Торговец-виртуоз: Наталья приносит на 10% больше прибыли с каждой поездки.

Искусный проводник: Наталья сокращает время в пути вдвое.

Грузовой магнат: Наталья может доставлять припасы сразу в два места за одну поездку.

Я весьма удивился, обнаружив, что отвечаю за столь узкую специализацию навыков Натальи. Должно быть, в этом и заключалась истинная сила доступа к «Стратегической карте»: возможность даровать жителям особые способности. Я выбрал «Торговца-виртуоза» и наблюдал, как уровень Натальи повысился до второго. Это не только улучшит финансовое положение деревни, но и поможет компенсировать расходы на сотрудничество с бандитами ради безопасности дорог.

Поскольку золото теперь имелось, я с чистой совестью отдал приказ на строительство Мясной лавки. Ожидаемо появилась сетка планировки, позволяющая разместить здание где угодно. Свободного места между стенами двух зданий оставалось не так уж и много, но я решил, что логичнее всего поставить лавку рядом с Охотничьей избой. так поставщикам не придётся далеко таскать добычу.

Как только я разместил заказ, на месте будущего здания появилась груда строительных материалов и размеченный фундамент. Над площадкой завис индикатор выполнения, показывающий 0%. Я быстро разобрался, что могу назначать крестьян на эту работу. Чем больше людей трудилось над лавкой, тем быстрее она строилась. Базовое время в десять дней рассчитывалось, исходя из работы одного крестьянина. Назначив десять человек, я сократил срок строительства всего до одного дня.

Тем более что лавка не представляла собой архитектурный шедевр: четыре стены, простейшая крыша, вывеска, внутреннее убранство.

Когда на следующее утро взошло солнце, я с нетерпением наблюдал, как десять крестьян, подсвеченные зелёным сиянием, направились к стройплощадке, чтобы приступить к делу. Однако само по себе количество работников не гарантировало наличия у них необходимого опыта, без бригадира всё быстро превратилось в хаос. Некоторые рабочие просто стояли без дела, другие пытались выполнять задачи, которыми уже занимались их товарищи.

Всё как на обычной стройплощадке.

Я скривился, осознав, что за первые пять часов шкала выполнения строительства едва доползла до жалких пяти процентов. Пять долгих часов! Моя первоначальная идея согнать побольше народу, чтобы побыстрее закончить, очевидно оказалась в корне неверной. Этот мир явно жил по своим правилам, и простая арифметика «больше рук — быстрее результат» здесь не работала или имела свои скрытые ограничения. Придётся методом проб и ошибок выяснять, какое количество работников оптимально для каждой задачи, чтобы они не мешали друг другу, а действовали слаженно.

Недолго думая, я сократил число строителей до пяти человек, а остальных немедленно распустил, позволив им вернуться к своим повседневным крестьянским заботам. Судя по интерфейсу, они восприняли это с явным облегчением и тут же разбрелись по деревне. Кто-то занялся уборкой, кто-то складированием припасов, кто-то присмотром за вечно снующей под ногами ребятнёй. Обычная размеренная жизнь простого люда.

Оставшаяся пятёрка рабочих, напротив, быстро нашла нужный ритм. Задач на таком небольшом объекте было не так уж много, и каждый смог сосредоточиться на своём участке: один подносил материалы, другой обтёсывал бревна, третий копал. Работа закипела, и шкала прогресса наконец-то уверенно поползла к заветным ста процентам. Я наблюдал за процессом со смесью волнения и неутолимого любопытства, словно ребёнок, впервые увидевший фокусника. Возводимая Мясная лавка росла и менялась прямо на глазах, но это совершенно не походило на привычное земное строительство. Здание словно пульсировало, вырастая скачками, игнорируя законы физики и сопромата. Стены появлялись из ниоткуда, крыша просто материализовалась в воздухе, но местных жителей, похоже, это нисколько не смущало, обыденная рутина.

Вот что значит привыкнуть к магии Истока.

В какой-то момент пришлось оторваться от завораживающего зрелища строительства в режиме Всевидения и вернуться в своё физическое тело. Банальные человеческие потребности, поесть, поспать, никто не отменял даже для Избранника.

Я ловил себя на мысли, что становлюсь… зависимым? Да, пожалуй, это пугающе точное слово. Или лучше сказать, одержимым? Одержимым видом сверху, ощущением контроля над целой деревней, возможностью наблюдать за каждым винтиком сложного механизма и искать способы его улучшить. Мир Истока разительно отличался от привычной мне Земли своей поразительной… прозрачностью. Стоило сфокусировать внимание на любом крестьянине, как тут же становилось ясно, чем он занят в данный момент, по крайней мере пока он находился «в рабочем режиме». Разумеется, личное пространство у людей сохранялось, заглянуть в чужой дом без разрешения Око Владыки не позволяло.

Проспав всего несколько часов, я обнаружил, что беспокойно ворочаюсь на кровати. Нельзя сказать, чтобы ложе мэра Тихона представляло верх комфорта: комковатый тюфяк, набитый жёсткой соломой, но дело было вовсе не в этом. Меня будоражило предвкушение. Предвкушение того момента, когда я увижу свою новенькую, с иголочки, Мясную лавку полностью готовой. Это щекочущее, почти забытое детское чувство ожидания рождественского утра и подарков под елкой. Странно, но простая деревенская постройка вызывала во мне больше искреннего азарта, чем многомиллионные сделки в прошлой жизни.

На следующее утро я проснулся, едва рассвело. Чувство какой-то неотложной срочности гнало меня с кровати, так что оделся я наспех, почти бегом, и ворвался в свой скромный кабинет. Там, терпеливо ожидая меня, уже сидел старейшина Тихон. Вид у него был несколько встревоженный.

— Доброго утра, Владыка, — произнёс Тихон, поднимаясь со своего старого, привычного места у стены. Он уважительно посторонился, жестом приглашая меня занять моё законное место во главе единственного в комнате стола.

— И тебе доброго, — буркнул в ответ несколько рассеянно, все мои мысли уже крутились вокруг дел. Я торопливо выхватил Око Владыки и, не теряя времени, его активировал. Передо мной мгновенно развернулась привычная панорама деревни, моя Стратегическая карта.

— У нас тут… небольшое происшествие случилось, Владыка, — начал Тихон с заметной неохотой, пока мой взгляд скользил по развернувшейся передо мной картине, выискивая строящуюся Мясную лавку.

Индикатор прогресса упрямо застыл на отметке в семьдесят процентов, и что самое тревожное, вокруг стройплощадки не было ни души. Никаких работ не велось.

— Что стряслось? — резко спросил я, чувствуя, как неприятный холодок пробежал по спине.

— Ну… — Тихон вздохнул, подбирая слова. — Один из работников, что трудился в ночную смену, потерял сознание от переутомления, прямо на рабочем месте упал. Из-за этого он не успел укрепить одну из несущих опор. В общем, половина недостроенного здания обрушилась прямо на Жору.

— Он жив?! С ним всё в порядке? — встревоженно спросил я, отключаясь от Ока Владыки. Все мысли о процентах и планах мгновенно вылетели из головы.

Тихон кивнул, и на его лице промелькнуло облегчение.

— Да, жив, слава богам. Ногу сломал, серьёзно, но жить будет. Мне пришлось отдать приказ немедленно прекратить все работы на стройке до выяснения обстоятельств, так сказать.

— Ты говоришь, они работали всю ночь? Без перерыва? — уточнил я, уже начиная догадываться, в чём дело.

Старейшина тяжко вздохнул, подтверждая мои худшие опасения.

— Да, Владыка. К сожалению… э-э… Вы забыли установить график строительных работ. Будь у нас бригадир, он бы сам всё настроил по умолчанию, как положено. Но без него люди просто работали по стандартному, заложенному в систему расписанию. Магия гонит их на работу в режиме двадцати четырёх часов в сутки. Круглосуточно.

Они ведь начали вчера в пять утра! Неужели они вкалывали всё это время без единой передышки, без сна и еды?! Осознание того, что я невольно сотворил с этими несчастными людьми, ударило обухом по голове. Я поморщился, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Ведь кто-то мог и погибнуть! Из-за моей проклятой некомпетентности! Я схватился руками за голову, пытаясь унять подступившую дурноту.

— Клянусь, Тихон… Не знал… Просто не подумал… — пробормотал я, голос предательски дрогнул.

— Ну, я так и подумал, — вздохнул Тихон, потирая морщинистый лоб. Вид у него был виноватый, словно он лично уронил ту злосчастную балку. — Честно сказать, я виню и себя, Алексей Сергеевич. Не догадался сразу предупредить, как только стройка Мясной лавки началась, да только Вы так ловко за всё взялись, так всё интуитивно у Вас получалось, будто сто лет этим занимались, ей-богу. Я и подумал, что такие мелочи… Эх!

— Должно быть, народ злится? — я потёр переносицу. Ещё бунта на стройке мне не хватало для полного счастья. Кадровые вопросы, травмы на производстве… Прямо как в старые добрые девяностые вернулся, только масштабы пока не те.

— Да не то слово, Владыка! — всплеснул руками Тихон. — В ярости! Прямо кипят все. Но… — он понизил голос, заговорщицки подмигнув, — есть и хорошая новость: ненавидят они Вас не больше, чем раньше. Так что, считай, статус-кво.

М-да, утешил так утешил. Стабильность, блин.

Глава 10

— Мы можем как-то помочь пострадавшему, Жоре этому? — спросил я, отгоняя невесёлые мысли. Производственная травма — это ЧП, которое требует немедленного решения. Нужна компенсация, лечение. В местных реалиях придётся вызвать, вероятно, целителя.

— Целителя можно призвать, — кивнул Тихон, — хотя это влетит в копеечку, скажу я вам. Весьма и весьма накладно для нашей казны будет, — он легонько постучал костяшкой пальца по обложке толстой “книги”, лежащей передо мной, видимо, локальный аналог ноутбука или, скорее, планшета с доступом к «госуслугам». — Откройте, Владыка, вот тут.

Я подчинился, чувствуя себя первокурсником на лекции по сопромату. Тихон ткнул пальцем в нужный раздел, указывая, куда нажимать или на что смотреть, интерфейс оказался не совсем интуитивно понятным. Открылась страница, которую я раньше точно не видел. Эдакий местный HeadHunter или биржа фриланса.

Перед глазами развернулся длиннющий список наёмников, авантюристов, специалистов самого разного профиля, которых предлагалось в случае надобности ангажировать за немалые, судя по всему, золотые. Некоторые особо крутые ребята из топа стоили аж до десяти тысяч золотых! Я прям присвистнул про себя. Десять тысяч! Да за такие бабки в моём мире можно нанять небольшую ЧВК для решения деликатных вопросов где-нибудь в Африке! Цены тут, конечно, конские.

— Это Биржа наёмников, — пояснил Тихон, по-своему истолковав моё изумление. — Они готовы помочь за плату в любом деле, на которое наймёте. Но учтите, Владыка, в отличие от наших, деревенских, эти авантюристы народ вольный, сами по себе. За что заплатите, то и сделают без Вашего прямого надзора или команд, как с Крестьянами или Специалистами. У них есть первоначальная стоимость найма, так сказать, вступительный взнос, а потом ежедневный тариф за услуги. Абонентская плата, если хотите.

— Ага, фрилансеры на аутсорсе, — хмыкнул я про себя. — Понятная схема. Лишь бы техзадание правильно составить, контролировать и процессы описать.

Я пролистал список, отфильтровав по специализации «Целитель». К счастью, лекари стоили куда дешевле десяти тысяч золотых. Имелись тут и узкие специалисты, владеющие только целительной магией, и универсалы, способные ещё и по другим магическим фронтам работать. Нанять самого простенького целителя начального уровня стоило 25 золотых сразу и ещё по 5 золотых в день за поддержание контракта. Уже терпимо, по крайней мере не придётся продавать последние штаны, чтобы подлатать работягу.

Я глянул на свои финансы, ну, точнее, на то, что тут вместо них отображалось на этой их Стратегической карте. Так, посмотрим, что у нас по золоту после всех “строек века”.

Мясная лавка уже оплачена, слава богу. Этот пункт расходов закрыт. Остаток на счёте сто пятьдесят золотых. Негусто, прямо скажем, после моих-то миллиардов в прошлой жизни. Но расслабляться рано. Ещё ж Мясника надо назначить, а это, блин, сотка золотых как с куста. Серьёзная инвестиция в кадровый капитал, ничего не скажешь.

Итого чисто теоретически на целительницу остаётся полтинник. Она просит двадцать пять. Вроде как влезаю в бюджет, но, ёпрст, двадцать пять золотых за сломанную ногу?! Это ж грабёж средь бела дня! Почти как приём в платной клинике где-нибудь на Арбате. Хотя... стоп!

Это ж мой косяк целиком и полностью, мой промах в планировании. Я ж тут Владыка, типа, ответственный за всё. Не учёл потребности персонала, не продумал логистику и элементарную технику безопасности. Думал, кину клич, и всё сами по уму сделают? Как же, держи карман шире! Тут тебе не ЗАО «Эол», тут средневековье, мать его. Без чёткого графика и контроля жди беды. Вот и дождался травматизма на производстве.

Надо разруливать ситуацию. И быстро. Нельзя людей бросать, это и для Репутации хреново, и для Боевого духа всей деревни.

Короче, скрипя зубами, я ткнул пальцем в нужную иконку на Стратегической карте. Нанять целительницу. Имя Ведана. Прибудет минут через двадцать, система обещала. Прям как доставка пиццы, ей-богу. Плюс в том, что она автоматом займётся не только бедолагой Жорой, но и всеми остальными хворыми и покалеченными в Весёлом. Типа комплексное медицинское обслуживание по цене одного вызова. Хоть какой-то КПД у этой траты.

Тихон, стоявший рядом и, видимо, наблюдавший за моими манипуляциями с Шаром Владыки или просто читавший всё по моему лицу, одобрительно крякнул. Его голос прозвучал по-стариковски тепло, аж непривычно.

— Хороший ты человек, Алексей Сергеевич, – сказал он, используя моё полное имя, что делал нечасто. – Ценишь ты людей, заботишься. Это правильно. Народ, может, и не всегда поймёт, не оценит сразу, но боги-то видят.

Я на это ничего не ответил, не до сантиментов сейчас. Вместо этого снова уткнулся в Стратегическую карту, пытаясь найти хоть какую-то информацию по организации строительных работ: графики, нормы безопасности, риски, да что угодно! Плюс надо срочно проанализировать другие потенциальные угрозы для моих людей, всякие там болезни, несчастные случаи, нападения диких зверей или, не дай бог, этих самых Бандитов с Елового тракта.

Хватит с меня сюрпризов. Второй раз на те же грабли наступать я не собирался. Ни за что. Пора включать режим жёсткого менеджмента.

Ну, несмотря на все косяки и пробуксовки, дела в нашем Весёлом, кажется, потихоньку начали выправляться. По шажочку, по кирпичику. Появилась какая-то надежда, что не всё так хреново, как казалось вчера.

Народ на “ура” воспринял открытие Мясной лавки, ещё бы, свежее мясо, а не одна кислая капуста да солёная рыба! Запахло жареным, дымком потянуло по деревне, сразу жизнь как-то веселее стала, что ли.

И мужик этот, Рудась, которого я назначил Мясником… Блин, ему реально попёрло, прям нашёл себя, видно сразу, что дело по душе, глаза горят. У него аж личный показатель Радости подскочил, прикинь? Как будто премию квартальную получил или ипотеку закрыл. А его кайф, как заразный вирус, передался и остальным, общая Радость в деревне махом на пять пунктов подросла. Мелочь, а приятно. Народ хоть немного расслабился, атмосфера стала… ну, не как на поминках, уже хорошо. Улыбаться начали, здороваться громче.

Но вот засада, Довольство моим правлением так и застряло на грёбаных минус двадцати пяти. Цифра эта красная так в глазах и рябила, когда смотрел на Стратегическую карту. Ни на йоту не сдвинулась! Я аж репу зачесал, ну что за хрень, а? Как из этой бюрократической ямы выбираться, как в плюс-то выйти? Это ж похуже, чем в московской налоговой отчётность сдавать, честное слово. Там хоть понятно, кому и сколько занести, а тут народное мнение, хрен поймёшь, как оно работает.

Тут подошёл Тихон, мой местный гуру и бывший мэр, погладил бороду, вздохнул.

— Не печалься, Владыка, – сказал он неспешным, чуть старомодным слогом.

— Как тут не печалиться? Не то, чтобы я так нуждался в народной любви, но так можно и до конца испытательного месяца своего деревенского царствования не дожить, свергнут, как последнего из Людовиков, и голову отрубят.

— Новые избы да сытые животы – дело доброе, дай боги здоровья. Но Довольство людское не как гриб после дождя подскакивает, ему время надобно вроде как доброй закваске, со временем только силу набирает. Инерция мышления, так сказать.

Типа то, что сейчас не вижу мгновенного результата на своей Стратегической карте, ещё не значит, что всё пропало, и я полный лузер. Просто народец тут, видать, тугодумный, не как в столице, где мнение людей каждые пять минут меняется вместе с новостями. Им надо пару-тройку дней, а то и недельку, чтобы допереть, какой мудрый и дальновидный у них теперь Владыка, который принимает правильные решения для их же блага. Ну-ну, посмотрим на этот «отложенный эффект». Главное, чтобы раньше не взбунтовались да вилы в бок не воткнули.

Ладно, хоть какой-то позитив.

С постройкой Мясной лавки я заметил, что уровень Весёлого почти дорос до следующей ступеньки. Там, в интерфейсе, под названием деревни такая Шкала выполнения есть, так вот она уже наполовину заполнилась. Похоже, ещё одно здание, и свершится долгожданное повышение уровня самого поселения.

Интересно, а кроме абстрактного поглаживания по головке такой прогресс даст возможность выбрать специализацию деревни или, может, какие-нибудь дополнительные плюшки?

А то наша многоцелевая нищета, это, конечно, надёжно, но низкоэффективно. Нужна фокусировка, как в любом нормальном бизнесе. Один город делает танки, другой кастрюли, а не всё вместе и кое-как.

Благодаря новой лавке, кстати, у нас появился стабильный приход, целых семь золотых в день капает. Пассивный доход, ёпрст! Правда, после вычета зарплаты специалистам, а эти ребята тоже кушать хотят, да и налоги, наверное, какие-то тут есть, хоть и невидимые, остаётся чистыми всего четыре золотых. Мда-а, негусто, прям как сдача в магазине после покупки самого необходимого.

Четыре монеты… Ну, на еженедельную дань этим бандитам с Елового тракта, ребятам Кирилла Ярого, хватит, уже не придётся из своего кармана отстёгивать или снова унижаться. Но вот чтобы накопить на Соляную шахту, с таким кэш-флоу это займёт вечность. Капитал нужен, серьёзный капитал! А где его взять? Кредиты тут не раздают, по крайней мере я нигде банков не видел.

Короче, надо срочно думать дальше, шевелить мозгами.

Я переключил своё внимание на Охотничью избу, решил проверить, какие там есть опции, что можно улучшить. Нужно повышать Производство, иначе так и будем сидеть на бобах и считать копейки, то есть золотые.

Мясо, которое мы сейчас добывали, служит, конечно, неплохим подспорьем для своих. Народ хоть белок увидел. Но если получится нарастить объёмы, тогда можно рискнуть и на экспорт замахнуться, продавать излишки соседям, той же Стеньке Разиной в Разино, например. Вот это уже больше походило на бизнес, на нормальную торговлю, а не на горькое выживание.

Как эта изба вообще работала? Да примитивно до безобразия! Требовался один Крестьянин, его я для простоты окрестил Васей-Охотником, который с раннего утра топал в лес и пару-тройку часов там шарился в поисках дичи. Чисто кустарное производство, никакой оптимизации логистики и управления персоналом.

Благо лес тут дикий, первозданный, ни тебе шумных дорог поблизости, ни деревень-соседей, чтобы за каждый клочок зверя спорить. Конкурентов — ноль. Судя по следам и запахам, оленей тут хватает, кабаны тоже пасутся, как у себя дома, ну и птицы всякой — тьма. Охоться – не хочу. Ресурсная база есть, — сказка, а не место.

Но вот проблема, этот крестьянин-Вася, по сути, полный дилетант. Ни обучения тебе, ни нормального снаряжения, так, небось с какой-нибудь дубиной или самодельным луком бегает. Шумный, неуклюжий. Удивительно, как вообще умудряется хоть что-то приносить из этого леса, кроме шишек и клещей. Поэтому и выхлоп от его «охоты» мизерный, а КПД стремится к нулю, как у старого «Запорожца».

Прикинул по интерфейсу, если прокачать Охотничью избу до второго уровня, там вроде как добавят нормальное снаряжение: луки получше, силки, может, капканы какие. И добыча мяса должна удвоиться. Звучало заманчиво, удвоение производства – это серьёзная заявка. Но, блин, цена вопроса – сто пятьдесят золотых! Да ещё и Мастерскую сначала построить надо, где эти самые улучшенные прибамбасы мастерить. Опять инвестиции, опять расходы. Эх, жизнь моя жестянка! Где взять столько золота? Опять всё упиралось в финансы. Классика.

Рассматривался, конечно, и другой вариант: назначить кого-нибудь Охотником. Это добавило бы +2 к суточной добыче мяса, а стоило всё удовольствие всего 25 золотых. Цена, в общем-то, смешная, хотя ежедневные расходы в 1 золотой слегка ударили бы по нашему скромному бюджету. Но, блин, с возможностью консервировать еду я мог бы толкать мясо в дальние деревни, не парясь насчет того, что оно протухнет по дороге. А это, извините, уже совсем другие деньги, прибыль могла взлететь до небес. Короче, чистая экономика, элементарный расчёт рентабельности.

Так что не стал долго ломаться и повысил мужика по имени… Охотник до Специалиста-Охотника. Ну вот такое имя у человека, пама-мама назвали. Да-да, выбрал его чисто из-за иронии, не смог удержаться. Тот немедленно метнулся в Охотничью избу, переоделся в какой-то походный прикид, закинул лук за спину и приготовился валить на промысел. Циферка прироста мяса тут же повисла над избой в моём интерфейсе, теперь мы генерировали 4 единицы мяса в день. Не бог весть что, конечно, но уже хоть какая-то производственная база. Оставалось только найти, кому это мясо, собственно, втюхать.

Я вызвал Торговые сводки. Ага, рядом с деревней Разино появился индикатор, это означало, что теперь можно замутить с ними новую торговую сделку через Караван, удалённо. То есть теперь не надо каждый раз тащиться на встречу, чтобы обсудить какую-то мелочь? Можно всё порешать прямо отсюда? Занятно, весьма занятно. Почти как видеоконференция в Zoom, только без тормозящего интернета.

Изучив менюшку, я отметил, что Разино само мясо не производит. Отлично, свободная ниша на рынке, и быстренько состряпал торговое предложение: доставка 14 единиц мяса в неделю по рыночной цене консервированного, 15 золотых за штуку. Неплохой гешефт намечался. Понятно, что мгновенного ответа я не ожидал, но надеялся, что они либо согласятся, либо выдвинут встречное предложение. Хотелось верить, что Наталья, Мастер караванов, не спасует и сможет выбить для нас выгодные условия. У неё там в характеристиках вроде как «Торговец-виртуоз» значился, вот и проверим.

Как только подтвердил отправку предложения, Мастер караванов тут же вскочила на коня и в этот раз в одиночку, без телег и охраны рванула в Разино, чтобы доставить моё послание Стеньке Разиной. Без груза путешествие должно занять гораздо меньше времени. Чистая логистика.

Пока ждал ответа, передо мной в воздухе материализовался новый символ, весы. Прямо как у Фемиды, только без повязки на глазах.

– Это ещё что за хрень? – спросил я, по привычке обратившись к Тихону за разъяснениями. Его голос, как всегда, возник будто из ниоткуда, бесплотный и немного гулкий.

– А-а-а, это Судебное разбирательство, Владыка, – ответил он. – Видите ли, Вы тут не только за экономику отвечаете. Вы глава поселения, а значит, если у жителей возникают какие-то споры, они обращаются к Вам за решением. Настал Ваш час вершить правосудие, так сказать.

– О как! Интересно девки пляшут, – пробормотал я. – Значит, я тут ещё и отдел кадров, и главный по разрешению конфликтов? Местный третейский судья, блин. Ладно, посмотрим.

Я открыл Вкладку конфликтов. Так и есть, ссора между двумя женщинами. Первая, некая Ольга, обвиняла другую, Севару, в краже денег. Фактов, правда, представлялось чуть больше, чем ноль, вообще никакой конкретики, одни эмоции.

– И они хотят, чтобы я вынес вердикт вот так, с ходу? – уточнил я.

– Можете вынести решение автоматически в пользу той или другой стороны, – подтвердил Тихон, – или можете заняться этим лично: выслушать обеих, разобраться в обидах. Есть и третий вариант, назначить Специалиста-Судью, который возьмёт эти дела на себя.

С одной стороны, идея лично посидеть, послушать жителей, помочь им разрулить тёрки казалась неплохой. Это могло бы повысить мой рейтинг доверия, так сказать, показать, что новый Владыка не просто эффективный менеджер, но и человек, которому не плевать на проблемы народа. Конечно, проще всего нажать кнопку и вынести автоматический вердикт, но такой безличный подход, скорее всего, только разозлил бы обе стороны, да и попахивало это какой-то бюрократической отпиской, а не реальным решением. Не мой стиль.

– Тащи их сюда, в мой кабинет, – распорядился я, закрывая интерфейс, который заменял мне и ежедневник, и компьютер. – Послушаем, что там за дело, разбор полётов устроим.

Пока Тихон отправился за спорщицами, я решил воспользоваться моментом и заглянуть в уборную, привести себя в порядок. “Уборная”, конечно, громко сказано, так, комнатушка с ведром и дыркой в полу. К счастью, я вырос в те времена, когда большинство населения довольствовалось удобствами во дворе и колодцем вместо водопровода, так что к подобному быту мне не привыкать. Хотя, признаться, единственное, по чему я по-настоящему скучал из прошлой жизни, это кондиционер. Здесь его явно не предвиделось, а жара стояла знатная, и пот лил ручьём.

Освежившись холодной водой из ведра, взбодрился немного, вернулся на свой пост, то есть за стол, и приготовил блокнот для записей. За свою долгую жизнь мне не раз приходилось разбирать конфликты между сотрудниками в «Эоле», но обычно такую мышиную возню, что и вспоминать смешно. А тут обвинение в краже, серьёзное дело по местным меркам. Стало немного не по себе от мысли, что если сейчас облажаюсь, то подозрения жителей насчёт моей компетентности только подтвердятся. Мол, пришлый Избранник ни черта не смыслит в наших делах. Такого допустить нельзя, репутация – мой главный капитал на данном этапе.

Дверь открылась примерно через полчаса, и в кабинет вошли две женщины. Ольга оказалась пожилой дамой, сгорбленной, с лицом, на котором отпечатались тяготы прожитых лет, измождённая и крайне раздражённая на вид.

Севара же, полная её противоположность, пышущая здоровьем молодка лет двадцати с небольшим, с копной ярко-рыжих волос и какой-то самодовольной ухмылкой на лице держалась так, будто уже выиграла дело. Да, контраст разительный: одна воплощение усталости и обиды, другая – юной наглости.

— Прошу, садитесь, – кивнул я на два грубо сколоченных, но крепких стула, стоящих перед столом. – Давайте разберёмся с этой проблемой спокойно. Ольга, расскажите, что случилось.

— Я скажу, что случилось! – запричитала старуха дребезжащим от волнения голосом. – Ушла я утром по делам, проведать Кузьму Поляну, а как вернулась, три золотых, что в горшке у меня припрятаны, пропали! А горшок этот вчерась видела только Севара, когда помогала мне снедь до дому донести! Она, окаянная, и стащила!

Я перевёл взгляд на Севару. Та лишь пожала плечами, ироничная ухмылка никуда не делась.

— А Ваша версия событий?

Севара картинно вздохнула.

— Не брала я её денег. Я весь день Рудасю помогала в Мясной лавке прибираться, он такой срач разводит, когда работает, просто ужас!

— И Рудась может подтвердить Ваше алиби? – уточнил я.

— Ну я же не всё время работала, выходила на перерывы, ну и всё такое, – уклончиво ответила она.

— Ольга, есть другие свидетели? Кто-нибудь видел, как Севара входила в Ваш дом?

Старуха замотала головой.

— Нету никого. Но я нутром чую, она это! Сердце ведь не обманет!

Так, понятно. Ни улик, ни свидетелей, только «нутром чую». В моём прежнем мире действовал принцип презумпции невиновности, не пойман – не вор. Если по-честному, решение тут напрашивалось само собой. Да, Севара вела себя вызывающе, но, возможно, она просто знала, что невиновна, и потому не парилась насчёт голословных обвинений. А может, девица и раньше промышляла подобным и выходила сухой из воды, но без доказательств это всё пустые слова.

— Значит, Ольга, доказательств её вины Вы не можете предоставить? Никто не видел Севару возле Вашего дома, и никто не может подтвердить Ваши слова? – переспросил я для верности.

— Я старше по возрасту и опыту, – выпрямилась старуха. – Моего слова должно вполне хватить, чтобы ты мне поверил! Раньше всегда так было!

Глава 11

– Боюсь, теперь так не работает, – мягко, но твёрдо ответил я. – Нельзя просто так обвинить человека в преступлении без доказательств. Вас даже дома не было, так откуда можете знать, что деньги взяла именно Севара? То, что она знала про горшок с золотыми, ещё ничего не доказывает, мало ли кто мог зайти.

– Севара лентяйка! – не унималась Ольга. – Целыми днями слоняется без дела, а жить богато хочет! Я ни капли не сомневаюсь, что она украла, просто потому что могла!

– А на что мне их тут тратить, эти золотые? – вмешалась Севара, обвинение в лени её явно задело. – Тут кроме еды и купить-то нечего.

И это, как ни крути, чистая правда. Предметов роскоши в Весёлом пока не наблюдалось, ну, разве что можно выбрать у Рудася куски мяса получше Но раз Севара помогала ему убирать лавку, он, скорее всего, расплачивался с ней натурой, той же самой едой. В общем, картина ясна. Я выслушал достаточно.

– Не знаю, как тут решали раньше, – начал я, хмуря брови и стараясь говорить веско и авторитетно, – но пока я здесь Владыка, действует простое правило: если обвиняете кого-то в преступлении, то должны быть доказательства. Нельзя основываться на догадках или предчувствиях, это несправедливо по отношению к Севаре.

– Ясное дело, лже-Избранник всегда на стороне ленивой и нечестивой молодёжи! – проскрежетала Ольга, с трудом поднимаясь на ноги. Она ткнула в мою сторону скрюченным пальцем. – Настоящий Владыка поступил бы по совести! По нашей совести!

С этими словами она вылетела из кабинета, ну, насколько быстро может вылететь разозлённая сгорбленная старуха, что-то бормоча себе под нос, осыпая проклятиями и меня, и Севару. Я посмотрел на оставшуюся девушку. Она выглядела искренне удивлённой моим решением.

– Испокон веков у нас так велось, что старшие скажут, тому и верят, – сказала Севара. – Спасибо, что не осудили меня огульно как Ольга.

– А как Вы думаете, что случилось с монетами? – спросил я.

– Да она, небось, сама их утром потратила, да забыла, – хмыкнула Севара, тоже поднимаясь. – Слушайте, Алексей Сергеевич, я понимаю, что моё мнение немногого стоит, но, по-моему, вы нормальный мужчина. Старшее поколение тут запугало, что Вы нас всех осудите и чуть ли не казните, а Вы… Вы поступили справедливо. Я обязательно расскажу об этом своим, они оценят.

И с этими словами она ушла по своим делам.

Первый Судебный процесс под моим руководством завершился. И, надо сказать, я чувствовал себя неплохо. Верил ли в невиновность Севары? Честно говоря, не на все сто процентов, уж больно самодовольно она себя вела. Но факт оставался фактом, доказательств нет ни за, ни против, а потому несправедливо заставлять Севару доказывать, что она не совершала преступления. Может быть, в этом мире не слыхали про презумпцию невиновности, но про неё знаю я.

По крайней мере моё решение, возможно, подтолкнёт Ольгу поискать реальные улики, если они существуют, а до тех пор мои руки связаны. Пока я у руля, никаких голословных обвинений терпеть не намерен, порядок должен быть во всем, даже в такой дыре, как Весёлое. Это вам не базар-вокзал.

К концу первой недели дела начали налаживаться. Из-за появления Мясной лавки и решения, вынесенного по закону, а не по сомнительным традициям, рейтинг удовлетворённости поднялся до минус десяти, что определённо радовало.

Моя популярность по-прежнему висела в минусе, но так как я стартовал с минус двадцати пяти, дела точно двинулись в гору.

Оставалось лишь преодолеть разрыв в несчастные десять баллов, и публичная расправа мне больше не грозила.

Я не винил людей за их неприятие и злость. Предложение Фермера, которое одновременно явилось ещё и ультиматумом, по сути своей предполагало отпугнуть, устрашить, заставить бежать отсюда со всех ног. Однако я не испугался.

Любопытно, а местные и в самом деле реально попытаются меня убить? Не знаю, не знаю… В основном жители так реагировали из-за страха, что их деревня никогда не выкарабкается из нищеты, а моё правление загонит их в ещё более глубокую яму.

Если бы мои вековые традиции и устоявшиеся взгляды также бессердечно отвергли, я бы тоже самую малость взбесился.

Однако ситуация мало-помалу менялась.

Я проснулся ранним утром и обнаружил, что Наталья вернулась с посланием от Стеньки.

Поскольку Наталья числилась караванщиком, а не посыльным или гонцом, то есть не специалистом по переписке, ей пришлось остаться в Разино и добиваться аудиенции у местного босса.

Это заняло пару дней. Если бы я использовал возможность запустить процесс быстрее, то пришлось бы нанять посыльного, например с аутсорса, а мы пока не настолько богаты, чтобы тратить деньги на ещё одного специалиста.

Стенька не отказывалась от сотрудничества, предлагая натуральный обмен и выдвигая встречное предложение.

Их деревне, мол, мясо наше до лампочки, они в основном на своих крупах сидят, а мясо так, роскошь, баловство. Однако раз уж у нас его избыток, она готова совершить обмен на ресурсы, а не на золото. Они там, видишь ли, выращивают шелкопрядов, которых можно использовать для производства шёлка у нас. В обмен на десять единиц мяса еженедельно в течение шести недель она предлагала нам аж пятьсот этих самых шелкопрядов.

Целый стартовый капитал, можно сказать!

Хм, предложение интересное, даже очень. Из шёлка ведь можно спрясть нити, а это в итоге значит снять с моих селян мешки из дерюги и одеть их наконец в нормальную человеческую одежду. Плюс к тому, мы, скорее всего, сможем толкать готовую ткань другим деревням. А поскольку шёлк – товар категории «люкс», то можно поднять реально серьёзные деньги. Прям настоящий гешефт намечается. Я даже задумался, а не воссоздать ли здесь аналог Великого Шёлкового пути из истории моего мира? Вот это был бы номер, а?! Новый Шёлковый путь имени Морозова, версия два ноль. Звучит!

Разве не здорово?

Я взял писчие принадлежности и принялся за ответ, слава Богу, опыт написания писем у меня огромный. Для начала поблагодарил Стеньку за предложение, в любом случае хорошо, что она не отвергла сделку, а предложила что-то своё. Нельзя рубить инициативу на корню, а то в следующий раз вообще ничего не предложит. Написал, что подумаю над её несомненно блестящей идеей.

Наталью я попросил ответное письмо отвезти ближайшим же рейсом, чтобы послание не становилось отдельным делом, отнимающим у неё время.

— Ти-и-и-ихон! — с порога позвал я, заходя в комнату дома мэра, которую мы использовали для приема пищи. – Есть у нас тут ещё деревни поблизости?

Тихон занимался нарезкой мяса. Я никогда не относил себя к категории приверед или гурманов, но местный рацион, хлебная каша да мясо, не казался мне особенно здоровой и сбалансированной пищей. Однако так как поставки всех продуктов зависели тоже от меня, своё мнение на этот счёт озвучивать не стал. Успеется.

— Дык, Разино и есть самое ближнее, Владыка. Следующая, дальше на юг, деревня Корнеево. А ежели ещё дальше, то там уже припасы нужны для долгого путешествия. Ну и Златоград, само собой. Но раз ты с Торговцами Гильдии дел иметь не желаешь, сомневаюсь, что тебе в городе что-то светит.

— Значит, Корнеево. Есть ли что-то, что мне нужно знать про это самое Корнеево, если решу туда съездить? – спросил я, размышляя о возможности наладить торговлю, производство шёлка и вообще расширить круг общения и деловых связей. Прощупать рынок, так сказать.

— Разино дружелюбная деревня. Там нет Избранника, и они давно решили всё взять в свои руки, наши же ждали посланника богов веками.

— Это я знаю. А Корнеево?

— У них есть Избранник и герой, ну, то есть он считается таковым.

— Погоди. Ты хочешь сказать, что это не так?

— Ну, я же не боги, судить не берусь. Однако ходят слухи, что ихний избранник не больно-то успешен и мудр.

— Глупый?

— Я такого не говорил, - уклонился от ответа Тихон, что можно было расценивать и как подтверждение. – Просто он не больно-то талантлив и миролюбив. То есть считается, что богам виднее. Раз послали, значит, хорош, но особого успеха он не достиг.

— То есть оказался некомпетентен?

— Э-э-э-э… Чево? Короче, если бы жителей попросили своих правителей похвалить, голоса жителей Корнеево не стали бы самыми громкими.

Хм, интересно девки пляшут по четыре пары в ряд. Такой же аутсайдер, как и я? Если он избранник, то скорее всего тоже иномирец. Может, даже с Земли. Не знаю, как разговаривать с условным земляком. А может, и не с Земли. Кто там знает, сколько во Вселенной миров, и из скольких путём киднеппинга могут вербовать себе управленцев местные божки? В любом случае есть только один способ это узнать: спросить напрямую.

— А что ещё говорят?

— Сказывают, что несколько лет назад из деревни массово попёр народ. Несколько беженцев, покинувших свои дома, на какое-то время приютили наши, прежде чем они перебрались в большой город. Судя по всему, их главный делал дурные вещи и плевал на всех и всё, из-за чего жители от него бежали, как ежи от пожара.

— Думаешь, опасный тип? - спросил я, надевая сапоги, их как раз сегодня утром кто-то надраил до зеркального блеска. Приятно посмотреть, чёрт возьми, даже запах ваксы чувствовался. Вот в такие-то моменты и накатывала ностальгия по прежним временам.

— Навроде того, — пожал плечами Тихон. - У избранных есть особые способности. Если он решит, что наша деревня стоит того, чтобы её захватить, то может заявиться сюда отнюдь не с дружественным визитом. Очень прошу, ежели вы с ним будете болтать, то будьте осторожны, не доверяйте ихнему главарю.

— Не волнуйся, дорогой. Раскрывать карты перед хрен пойми кем я не дурак.

— Хорошо, тогда и не стану волноваться, - несмотря на уверения морда Тихона всё же выражала беспокойство.

— Поставка пойдёт завтра, - я решил сменить тему, - так что хотелось бы съездить в Корнеево и обратно до этого. Если, конечно, успею. Пожелай мне удачи.

— Удачи, Алексей Сергеевич!

С этим напутствием я направился на коновязь, где наш общеколхозный конь по прозвищу Улыбка неспешно так и основательно пережёвывал сено и фураж.

Надо сказать, что с тех самых пор, как Наталья стала главной по караванам и логистике, она взяла на себя уход за нашим сельским мустангом, и теперь его прежде тощие бока больше не выглядели такими впалыми. Он подобрел, а шкура лоснилась. Пахло сеном, конским потом. Обычный запах конюшни, но теперь он казался почти уютным.

— Ну что, мой экологичный транспорт со встроенным автопилотом, ты готов?

Конь оторвался от процесса поглощения овса и посмотрел на меня с прищуром.

В это время показалась Наталья с ведром и щёткой, явно планировавшая помыть нашего скакуна.

— О, ты выводишь его на прогулку? - спросила она.

Как-то немного странно встретиться с ней лицом к лицу, поскольку раньше все наши взаимодействия осуществлялись с помощью команд, которые я отдавал с помощью Ока.

— В некотором роде. Совершу небольшую поездку. Обещаю, что верну его ко времени следующего рейса.

Наталья кивнула и поставила ведро.

— Хорошо, денёк отдыха мне не помешает.

Между нами повисло неловкое молчание, мы посмотрели друг на друга. Подмывало спросить, хорошо ли я справляюсь с работой микроправителя не потому, что не уверен в себе и нуждался в одобрении, а потому, что хотел узнать её личное мнение. Но спрашивать такое напрямую показалось неудобным, вместо этого задал другой вопрос.

— Ну, как тебе новая работа? — спросил как можно непринуждённее.

Наталья кивнула.

— Вполне. Честно говоря, в первый момент я не думала, что мне это понравится, но у меня проявился талант помогать Улыбке преодолевать трудности в пути.

— Скажи, а как ты относишься ко мне, моему приходу сюда?

Наталья рассмеялась.

— Не волнуйся, самоизбранный управитель, я не из тех, кто хочет твоей смерти. Ты продвигаешь людей, даёшь нам надежду, как-то будоражишь застоявшееся болото. Посуди сам, ты появился и помог мне повысить личный уровень, а ведь я на такое и надеяться не могла. Так что лично для меня ты Избранный и своё место занимаешь законно.

Я выдохнул с тихим облегчением. Чёрт, приятно слышать, хоть один лояльный сотрудник в этой шараге.

- Ну прямо гора с плеч. А можно задать личный вопрос?

- Если ли у меня жених? – спросила она, присаживаясь на край большой охапки сена и глядя на меня снизу вверх.

- Нет, не угадала. Что произошло, когда у тебя повысился уровень? Каково это?

Такой же вопрос я уже задавал Тихону, но его путаные объяснения ничего мне не дали.

— Это как… Ну, знаешь, когда не можешь что-то вспомнить и всё время копаешься в памяти, и тут перед сном бац! Как вспомнишь! Так приятно, сама собой улыбка на лице. Как будто внезапно я точно поняла, как ухаживать за конём, как управлять караванами и вообще тысячи нюансов. Будто озарение, словно молния среди ночи осветила, и всё сразу стало понятно, словно ты ребёнок, и тебе попался таланливый учитель, который разложил всё по полочкам.

— А было больно или там… странно?

— Ну, это мне точно не повредило, и нет, не больно и даже не неприятно. Это скорее напоминало озарение.

— Извини, мне просто любопытно, — сказал я. — Для вас, жителей Истока, видимо такое в порядке вещей, но там, откуда я родом, знания нужно зарабатывать потом и кровью. У нас нет никакого лидера или магии, которая может просто загрузить их тебе в мозг, нужно тратить годы и годы на учёбу и работу, чтобы чего-то достичь, реально вкалывать. Грызть гранит науки, так сказать.

— Звучит ужасно скучно и долго, — поморщилась Наталья и рассмеялась. — Нет уж, спасибо, я лучше останусь здесь.

Она полезла в карман и достала маленький мешочек с вяленым мясом.

— Вот, возьмите в дорогу, Алексей Сергеевич. Когда есть что пожевать, и ехать веселее.

Поблагодарив её, взял мешочек. Приятно просто поговорить с жительницей деревни без какой-либо скрытой повестки дня или попытки подлизаться. И ещё приятнее общаться с человеком, который не жаждал увидеть тебя болтающимся в петле.

Я переключил своё внимание на предстоящее путешествие, надеясь, что следующий разговор пройдёт также гладко. Хотя, зная жизнь, вряд ли. Особенно с этим Корнеево и её заведомо мутным лидером. Если уж даже Тихон с его весьма непритязательным отношением к людям предупреждал, что человек там сидит хитрый да лихой, значит так оно и есть.

При помощи Ока я подсветил и запомнил путь к новой для себя точке, да и заблудиться тут как в трёх соснах: три дороги, два перекрёстка. Чай не московские развязки.

Конь скакал бодро и весело, даже, кажется, помахивал хвостом, так что путь до деревеньки Корнеево преодолел довольно бодро.

И если сначала на душе чирикали птички и порхали бабочки, переполняя её тысячью надежд, то по мере приближения к концу маршрута и разворачивающегося передо мной вида настроение стало заметно портиться.

М-да, достославная деревня Корнеево… Зрелище, прямо скажем, не для слабонервных. Полная разруха. Местность тут, конечно, поровнее нашей будет, плоская, как блин, и конца-края ей не видно, тянется до самого горизонта. Само же Корнеево дыра дырой, честное слово. На отшибе какая-то древняя, времён Дон-Кихота перекошенная ветряная мельница скрипит на ветру, того и гляди рухнет, а хибары так вообще песня. Слезы, а не дома. Покосившиеся, с дырявыми крышами, некоторые вообще в руины превратились, будто Мамай прошёлся.

А народ… Те немногие, кого я вообще разглядел, брели по улицам как зомби после неудавшегося апокалипсиса. Шатаются, еле ноги волочат, на лицах печать вселенской усталости и безнадёги.

Жутковато, блин. И всё это «великолепие» обнесено здоровенным таким забором из металла. Спрашивается, на кой? То ли чтобы враги не пролезли, то ли чтобы свои последние не разбежались. Чует моё сердце, верен второй вариант.

Единственное здание, которое выглядело прилично, это местная ратуша. Или как её тут называть? Здоровенная такая дура размером с мою да разинскую вместе взятые, если не больше. Прямо не ратуша, а какой-то загородный особняк нувориша из девяностых, с широченной лестницей, ведущей к массивным каменным дверям.

Эту махину видно из любой точки деревни, и я вот никак не мог взять в толк, на кой хрен строить такой дворец, когда вся остальная деревня буквально в руинах лежит? Что за управленческий гений тут сидит?

— Эй, есть кто живой? — крикнул я, подъезжая к этим самым стальным воротам и выискивая глазами стражу, ну или хоть кого-то, кто мог бы меня впустить. Тишина. Ни души вокруг. Только Улыбка мой под седлом занервничал, ушами задёргал, тихонько фыркнул, мол, хозяин, ты уверен, что нам сюда? Не понравилось ему тут, и я, кстати, полностью с ним солидарен.

Вдалеке показался один из местных, мужик какой-то. Стоит и улицу метёт, причем на одном месте, туда-сюда, туда-сюда, словно в трансе, вообще не замечая ничего вокруг. То ли больные они тут все, то ли просто настолько вымотанные, что сил хватает только на бессмысленное махание метлой? Я крикнул ещё раз, уже громче, в надежде, что хоть кто-то обратит внимание. Ноль реакции. Полный игнор.

Ну, раз так… Взялся за створку ворот и толкнул.

Глава 12

И прикиньте, они открылись! Просто не были заперты. Вот до чего тут всё дошло, даже запор поставить не могут, чтобы ворота нормально закрывались. Разгильдяи!

М-да, кажется, я уже понял всё, что мне нужно знать про местного Избранника. Звали его Олег Корнеев, и он, похоже, полный профан в управлении.

Всё, на что хватило парня, так это отгрохать себе хоромы. Похоже, зря я сюда пёрся столько времени. Хотя раз уж приехал, надо бы выяснить, нет ли у этого Корнеева чего-нибудь ценного на продажу. Может, какое-никакое имущество завалялось?

Я проехал до ратуши и привязал коня к аляпистым украшениям на фасаде. Улыбке тут по-прежнему не нравилось, но терпи уж, рысак, мне надо пробовать выгадать хоть что-то для общего народного блага.

Внутри ратуша оказалась такой же запущенной, как и вся деревня снаружи, внешний лоск сплошь показуха. Стены голые, какие-то знамёна висят понурыми выгоревшими тряпками, штор и вовсе нет на карнизах, будто кто-то в припадке ярости их ободрал или просто спёр на продажу. И посреди всей этой разрухи в центре огромного пустого зала на полу сидел молодой мужик, можно сказать - парень.

На вид совершенно убитый горем, и при этом не такой уж и старый, может, даже, чуть моложе меня.

Сидит, уставившись себе под ноги, и ни на что не реагирует. Сюр какой-то.

— Приветствую, — сказал я, подходя ближе.

Молодой парень, голубоглазый, с густыми каштановыми волосами, поднял на меня мутный взгляд и прищурился.

— Ну чего ещё? — проворчал он недовольно.

— Полагаю, Вы и есть местный Избранник? — уточнил я, стараясь сохранять деловой тон.

— Избранник? Ха! — Корнеев криво усмехнулся и покачал головой. — Это они поначалу меня так называли. О великий! Избранный богами, наделенный невероятной силой! Красиво звучит, а? А потом чуть по мелочи налажаешь… Подумаешь, совершил пару ошибок, не отремонтировал амбар, пропустил крыс, позволил засориться колодцу! Это же ведь мелочи?! И эти неблагодарные свиньи, а не верноподданные, мрут или разбегаются как тараканы со сковородки! Ур-р-роды!

— А сейчас что стряслось-то? Катастрофа какая?

Корнеев тяжко вздохнул на мой вопрос и обхватил голову руками.

— Да я как в колесе белка, мужик. Замкнутый круг какой-то. Деревню поднимаю-поднимаю, она вроде начинает цвести и пахнуть, а потом бац! Какая-нибудь херня случается, я принимаю неверное решение, и всё летит к чертям, возвращаемся на исходную позицию. Все либо сваливают, либо гибнут в какой-нибудь дурацкой стычке с соседней деревней. Вечно одна и та же проблема, блин!

Я понимающе кивнул. Знакомая песня, хоть и в другом масштабе.

— Так ты, я смотрю, тоже с Земли?

Корнеев резко вскинул на меня взгляд, снова прищурившись.

— Ага, оттуда. А ты что, тоже?

— Ну да, вроде как земляк, — подтвердил я, вытаскивая из соседнего помещения шаткий деревянный стул, чтобы сесть напротив. Скрипнул он так, что я думал, развалится подо мной. — Я как раз на пенсию собирался, когда меня сюда закинуло. А ты?

— На пенсию? Ха, повезло тебе! — он снова криво усмехнулся. — Скажем так, там, – он неопределённо махнул рукой куда-то в сторону, – я жил по очень строгому распорядку: диета, режим, свежий воздух, физические нагрузки, алкоголь так вообще ни-ни. За всем шарили начальник колонии и группа вертухаев.

Зэк?! Интере-е-есно. Любопытненько, по каким таким критериям его выбрали на роль Избранника? Хах, неужели меня зацепила какая-то банальная зависть?! Или это просто… стыд за то, что крутой гендир мегакорпорации тут, похоже, не особо котируется по сравнению с бывшим уголовником?

— Значит, как понимаю, обратно ты не особо рвёшься, — предположил я, отстёгивая флягу с водой от пояса и протягивая ему. Парень жадно схватил её, сделал несколько больших глотков, но тут же скривился, поняв, что это вода, а не кое-что покрепче. Видимо, рассчитывал на горячительное.

— Как только сюда попал, меня прям переклинило от счастья, — продолжил Корнеев, возвращая мне флягу. — Ну сам подумай! Впаяли тридцатку за пару незначительных ошибок молодости, считай, почти всю жизнь коту под хвост. Тридцать долбаных лет в четырёх стенах, тупо пялясь в потолок! Перспективка… И тут на тебе, меня переносят сюда, дают вот это всё! Ну, блин! Я избран богами, получил суперсилы! Только вот… как был гопотой там, так, похоже, гопотой и здесь остался.

— И что теперь делать собираешься? — спросил я прямо.

Корнеев пожал плечами.

— Понятия не имею. Посижу тут, пострадаю ещё сколько-нибудь, наверное, а потом попробую снова. Всё равно тут больше делать нехрен, особенно когда ты гол, как сокол, ни золотого в кармане.

Ага, а вот это уже интересно. Это же золотая жила, а не ситуация, для меня и моей деревни, разумеется. Парень сломлен и подавлен, чаша его неудач переполнена, собственная вотчина в полной заднице, и он сам признаёт, что ни хрена не умеет управлять. Если действовать быстро и решительно, можно провернуть очень выгодную сделку. Я могу обеспечить его базовыми ресурсами для перезапуска, так сказать, подкинуть «гуманитарку», а взамен выторговать для себя нечто гораздо более ценное. К тому же наши деревни достаточно далеко друг от друга, так что можно не париться насчёт какой-нибудь внезапной агрессии с его стороны. Пока он соберёт армию, а соберёт ли вообще, и дотопает до меня, пройдёт уйма времени. Логистика у него явно хромает на обе ноги, да и видел я на улице этих “солдат”, такое войско разбежится на полдороге.

— Полагаю, стоит представиться. Я Алексей Сергеевич Морозов, — сказал я, протягивая ему руку.

— Олег Корнеев, — ответил он, пожав её. Ладонь у него была вялая, безвольная.

— Что ж, господин Корнеев, я управляю деревней, которая находится довольно далеко отсюда. У нас накопилось изрядно ресурсов, которые могли бы помочь Вам снова встать на ноги. Предлагаю наладить торговые отношения, взаимовыгодное партнёрство, так сказать.

Олег только головой покачал на мои слова.

— Да глянь, конечно, что у меня там в торговых сводках есть, но там ловить нечего, один хлам.

Я кивнул и мысленно открыл интерфейс торговых сводок, чтобы оценить активы нового «партнёра». Ресурсов у него действительно кот наплакал, шаром покати, голяк, зато имелся внушительный список ресурсов, помеченных как «недоступные». Среди них Лошади, Железо, какие-то Экзотические специи и Шерсть. Ого! Вот это уже интересно.

— Я заметил, тут есть ресурсы, которые не выставлены на торговые сводки, — сказал я, изобразив каменную невозмутимость. — Может, можно убедить Вас открыть к ним доступ для торговли?

— А, это? — он махнул рукой. — Да я и сам бы рад, но не могу, — пояснил он, поднимаясь на ноги и жестом приглашая следовать за ним. Мы поднялись по лестнице на несколько пролётов, пока не вышли на балкон ратуши. Горе-Избранник указал на несколько значков, которые парили над ландшафтом в отдалении. Обычно я видел такие иконки только через Око Владыки, но, возможно, раз он делился со мной своим видением, я смог их разглядеть и так. — Нужно специальное оборудование, чтобы их добывать, и специалисты тоже, а мне до этого как до Луны пешком. Денег нет и не предвидится.

— А что, если Вы просто продадите мне права на разработку этих участков? — предложил я, начав непосредственно воплощать возникшую в голове идею в жизнь. — Вместо того, чтобы тратить кучу денег на строительство зданий и найм специалистов, Вам в краткосрочной перспективе гораздо выгоднее просто продать эти права мне. Чистая инвестиция без геморроя.

— А так можно? — удивился Корнеев. — В смысле, это по правилам?

— По правилам? — переспросил я. — Насколько я успел заметить, тут особых правил-то и нет. Есть системы, которые расширяют наши возможности, это да. Но даже если в интерфейсе нет специальной кнопки для такой сделки, мы всегда можем составить контракт в реале. Бумажка, подписи, всё как положено. Юридически всё оформим.

Корнеев посмотрел на меня с каким-то странным выражением на лице и склонил голову набок.

— Ты уверен?

— А кто нам помешает? — спросил я риторически. – Мы ж с тобой с Земли, многое умеем и так.

Он задумался над моими словами на пару минут, потом медленно кивнул.

— Ладно, давай. Почему бы и нет? Но я за эти территории запрошу немало, сразу говорю.

— Вот моё предложение. Я готов заплатить 20 золотых за каждый участок земли…

— И это всё?! — тут же перебил меня Корнеев, видимо, ожидал большего.

— Дайте закончить, — остановил я его. — Я плачу 20 золотых за участок, после чего все права на разработку переходят мне. Я смогу строить на этой территории свои здания и управлять ими по своему усмотрению, а вы, в свою очередь, будете бессрочно получать 30 процентов от всех ресурсов, которые я там добуду.

— 30 процентов с каждого ресурса? — переспросил он, явно заинтересовавшись.

Я кивнул.

— Именно. Так что начальная сумма в золоте, может, и невелика, но в долгосрочной перспективе Вы получите отличный пассивный доход, не делая абсолютно ничего. А рентабельность от всех этих дополнительных ресурсов, генерируемых каждый месяц, с лихвой окупит мои первоначальные вложения.

— А если я захочу вернуть землю?

— Тогда воспользуетесь опционом на выкуп. Вы сможете выкупить землю обратно, заплатив мне двойную стоимость годового объёма добычи ресурса на этом участке.

Корнеев почесал в затылке.

— Ты ведь бизнесменом был, да? Серьёзным таким?

Я рассмеялся.

— Самую малость. Аккуратным и не подводящим своих партнёров бизнесменом, - решил поскромничать я.

— 20 золотых за ресурс, 30 процентов… — пробормотал он себе под нос, ёрзая и морща лоб. Было видно, что он колеблется. Хорошо. Подсластим пилюлю, чтобы он принял решение прямо сейчас, пока тёпленький.

— И вдобавок ко всему, — солидно добавил, не моргнув глазом, — я готов подарить Вам 50 единиц шёлка в следующем месяце, когда наши шелкопряды закончат производство.

— Шёлк? По рукам! — тут же согласился Корнеев. — Мне бы не помешали простыни помягче. Честно говоря, единственное, по чему я скучаю из старого мира, это нормальные кровати, а не эти тюфяки, набитые колючей соломой. Спать же нормально невозможно!

— Согласен, — кивнул я, снова пожимая ему руку. Этот год обещает стать очень, очень удачным. Для нас обоих. Ну, для меня так точно. А ему… Ну, 30% тоже неплохо для начала, особенно когда ты полный банкрот.

Мы заключили договор, скрепили его, как положено, рукопожатием и расстались, довольные друг другом.

Так, ну что, отжать права на землицу деревни Корнеево – это, я вам скажу, прямо-таки крупная победа.

Настоящий успех, можно сказать, стратегический прорыв!

К счастью, оказалось, что в Стратегической карте, ну, в этом магическом интерфейсе, через который я тут рулю, предусмотрена довольно продвинутая система контрактов. Просто Олег Корнеев, предыдущий, так сказать, Избранник Корнеево, видимо, никогда особо не заморачивался изучением всяких там дипломатических и торговых разделов. Ну, типичный раздолбай, чего уж там.

В итоге мы без проблем состряпали договор ровно на тех условиях, что и обсуждали: двадцать золотых за каждый вид ресурса. Я выбрал Пряности, Шерсть и Лошадей, самые, на мой взгляд, перспективные активы для старта. Железо пока трогать не стал, слишком дорого станет наладить там добычу и всю соответствующую инфраструктуру поднять. Не сейчас, короче. Может, позже выкуплю права и на него, когда деньжата появятся посвободнее, но пока что ферма специй, шерстяная мастерская да конюшня, все вместе взятые обойдутся точно дешевле, чем вбухивать бабло в какую-то там железную шахту.

Расстаться с шестьюдесятью золотыми оказалось не так уж и больно, знаете ли. Прямо скажем, не последние отдавал. Тем более, что пока я мотался туда-сюда, пришло время следующего каравана в Разино, и очень скоро наша казна снова приятно пополнилась.

Прям как дивиденды капнули, ей-богу.

Стандартные условия сделки, которые система предложила по умолчанию, десять лет. Десять лет эксклюзивного права на ресурсы Корнеево! Неплохо, очень неплохо. Меня, честно говоря, не особо парило, что не смогу немедленно начать использовать эти ресурсы, ну, не по мановению волшебной палочки там возникнут предприятия, ничего страшного.

Но момент выдался удачный, окно возможностей, так сказать, могло и захлопнуться. А так, зафиксировав контракт сейчас, я мог спокойно планировать развитие этих новых активов через пару-тройку недель, как только дела в родном Весёлом немного наладятся, встанут на рельсы.

Но вот что странно, несмотря на такую, казалось бы, блестящую сделку, уровень Довольства населения, этот, блин, ключевой показатель моей эффективности, ни на йоту не изменился! Как был на нуле, так и остался. Эти местные крестьяне всё также горели желанием привязать меня к ближайшему столбу и перепилить глотку тупым ножом. Фигурально, надеюсь.

Я мог видеть в интерфейсе Стратегической карты целый список причин их недовольства, и что самое обидное, там красным по белому светилось «Плохое судейство» или что-то в таком духе. Непредвиденный фактор, зараза, перечеркивал всю ту добрую волю, которую я с таким трудом наращивал у остальной части общины! Понимаете? Я ведь рассудил честно в той ситуации со старухой Ольгой, которая потеряла свои монеты, ну, или утверждала, что потеряла. А она, старая карга, пошла трепаться по всей деревне, что я, мол, судья никудышный, решения принимаю криво! Вот тебе и сарафанное радио в действии. Репутационные риски, чтоб их…

Шла уже вторая неделя моего, так сказать, правления в этом дивном новом мире.

На счету болтались 173 золотые монеты, готовые к инвестициям. Я принялся листать список доступных построек в Стратегической карте. Вариантов тьма, глаза разбегаются, но мне нужно что-то такое… То, что не только принесёт пользу для нашего роста, для экономики, но и вернёт людям веру в мои способности. Ну, типа, покажет, что новый Владыка – мужик дельный, а не просто залётный хрен с горы. Выбор зданий оказался просто огромным, реально подавляющим. Некоторые варианты подсвечены, это старый мэр Тихон оставил свои рекомендации. Удобно, конечно, но не всегда его советы были в кассу.

Одно из подсвеченных зданий особенно привлекло моё внимание, Таверна. О, это уже интереснее! Таверна давала +2 к Рейтингу путешественников в неделю и обещала генерировать по 10 золотых с каждого заглянувшего гостя. Не густо, но хоть что-то. Кроме того, что важно, она повышала Радость населения и, главное, Довольство.

А вот Рейтинг путешественников – новая для меня метрика, с которой я ещё не сталкивался. Название, вроде, само за себя говорило, по крайней мере, я на это надеялся, но строить предположения наобум в таком деле – гиблое занятие. Тут надо действовать наверняка, если хочу всё сделать правильно, по уму.

Поэтому я вызвал Тихона на короткий разговор, чтобы получить разъяснения из первых уст. Оказалось всё просто: у каждой деревни есть этот самый Рейтинг путешественников, который влияет на то, сколько народу заглянет деревню в любой момент времени. Путешественники тратят золото, покупают товары в лавках, а иногда, прикиньте, даже оседают и присоединяются к исконному населению. Разные типы зданий привлекают разное качество путешественников. Таверна, например, привлекает тех, кто просто находится в долгом пути, и кому нужны еда, пиво и крыша над головой на денёк-другой. Проезжие, короче.

Однако имелись и другие факторы, влияющие на наш Рейтинг путешественников. Например, качество дорог, а они у нас были, мягко говоря, убитые, как направление на Воркуту после бомбежки. Наличие крупных торговых путей поблизости, с чем нам повезло больше; Еловый тракт проходил не так уж далеко. Размер соседних городов. Ну, до Златограда от нас далековато. В общем, наш текущий показатель маячил на уровне минус пяти (-5!). Да, именно так, в минусе! Всё из-за того, что нам просто-напросто нечем привлечь проезжающих, да и дороги наши годились разве что для ралли-рейдов на выживание. Постройка Таверны подняла бы рейтинг всего лишь до минус трёх (-3). Негусто.

Вот если дорогу починить, тогда да, проблема бы решилась кардинально.

Но, может, меня пока не так уж сильно интересовала эта пассивная генерация золота от туристов? Да, это приятный бонус, цель на перспективу, но сейчас мне нужно дать жителям Весёлого то, что сделает их счастливее. Прямо здесь и сейчас. У них появилось хорошее мясо из новой Мясной лавки, теперь неплохо бы к нему раздобыть хорошую выпивку и организовать место, где можно посидеть, поболтать, расслабиться после трудового дня.

Ну, чисто по-человечески.

Глава 13

Таверна обошлась мне 120 золотых. Немало, но подъёмно. И всё, что требовалось для её нормального функционирования, это трактирщик, повысить которого до Специалиста стоило всего 10 золотых. Плёвое дело! Решение казалось очевидным, почти идеальным. И вот, оформив заказ на строительство, я с нетерпением, даже с каким-то мальчишеским азартом, наблюдал через Стратегическую карту, как рабочие, которым я, кстати, установил здоровый график без переработок, начали возводить здание у самого въезда в деревню. Я специально выбрал такое место, логично же, чтобы таверна сразу бросалась в глаза и привлекала гостей. Стратегическое расположение, так сказать.

Стройка продвигалась на удивление споро, возможно, даже быстрее обычного. Скорее всего работяги уже смекнули, что строят место для отдыха и расслабления, где сами же смогут потом посидеть и пропустить кружечку-другую после смены.

Довольный, я с гордостью наблюдал, как прямо на глазах поднимается вожделенное сооружение, но тут улыбка сползла с моего лица. Над новенькой Таверной завис большой красный круг, перечёркнутый линией. Классический знак «стоп». Что-то не так.

«Ресурс отсутствует», гласила подпись.

Да ёпрст!!!

Я тут же полез разбираться, и выяснилось, вот же засада, что наличие Таверны само по себе не означает наличие пива!

Да, Таверна служила местом продажи пива и еды, но сама их не производила. Ни того, ни другого, что шлёпнуло меня пыльным мешком по голове и стало немного… обескураживающим фактом. Да нелогично это, блин!

В мире Истока вообще хватало странностей, которые не укладывались в голове. Например, еда, производимая в Мясной лавке, каким-то магическим образом сама собой консервировалась и хранилась долго, хотя доступа к соли мы не имели вовсе. Или вот вам ещё пример насчёт жителей деревни. У всех имелся установленный еженедельный доход, который, казалось, брался вообще из воздуха! Так почему, чёрт возьми, Таверна не могла также волшебно сама производить пиво?!

Жители поначалу с любопытством собрались поглазеть на открытие нового заведения, всё же событие, как-никак, но вот засада, без ресурсов Таверна открыться никак не могла.

Народ постоял, потоптался и разошёлся, без сомнения разочарованный неспособностью своего лидера обеспечить их даже элементарной выпивкой. Ну вот, небось опять минус к Довольству…

Я стиснул зубы от досады. Вот же дебил! Только что вбухал кучу денег в здание, которое теперь будет просто стоять мёртвым памятником моей недальновидности. Ну почему не догадался проверить требования к ресурсам?! Почему?! Вместо этого так зациклился на повышении этого дурацкого рейтинга Довольства, что даже не удосужился посмотреть на другие параметры. Вот такая «туннельная» концентрация прямой путь к провалу в бизнесе. Я стоял, хлопал глазами и просто не мог поверить, что совершил такую ошибку всех новичков! Я, Алексей Сергеевич Морозов, прошедший огонь, воду и медные трубы российского бизнеса 90-х!

Но теперь отступать уже поздно, план действий утверждён, инвестиции сделаны. Здание есть, теперь нужно просто достать пиво.

Будем откровенны, если у русского человека есть цель добыть выпивку, он её стопроцентно отыщет даже вопреки всесильной магии и правилам какого-то другого мира!

Самый логичный вариант, сразу лезущий в голову, это варить своё, но для этого требовалось построить Пивоварню, соответственно потратив ещё 200 золотых. Двести! Но на этот раз, хорошенько всё взвесив, я первым делом проверил требования к ресурсам. Умный стал, ага. Пивоварня оказалась зданием-переработчиком, то есть она не генерировала сырье, а брала его и превращала в готовый продукт.

Значит, чтобы производить качественное пиво, нужно выращивать пивоваренный ячмень. Хотя можно использовать и пшеницу, но с ней процесс шёл гораздо медленнее. К тому же пшеница нужна для торговли с Разино, нашим стратегическим партнёром. Так что ячмень и только ячмень!

И всё же, как ни крути, иметь постоянный источник пива было бы очень кстати и для внутреннего потребления, и, возможно, даже на экспорт. Лишний источник дохода никогда не помешает.

Я заглянул в параметры Фермы, чтобы оценить свои возможности. Ферме присвоен всего лишь первый уровень, а это означало, что у неё не больше, не меньше, ровно один участок земли для посевов. Улучшение до второго уровня увеличило бы производственную мощность существующего участка на +5 единиц в неделю. Кроме того появилось бы новое, дополнительное поле. Хотя сейчас мы выращивали только пшеницу, в запасах имелись семена самых разных культур, включая ячмень.

Стоимость апгрейда составляла всего 50 золотых, и нововведение напрочь обнуляло мой недельный бюджет, но зато позволяло немедленно запустить выращивание ячменя. Я как раз успевал построить Пивоварню на следующей неделе, когда созреет урожай, и вот тогда дела пойдут в гору!

Решено! И я, не мучаясь сомнениями, улучшил Ферму.

Как же прикольно наблюдать, как она на глазах превратилась из старого скрипучего сарая в строение побольше с чуть более свежей краской на стенах. Рядом появился новый вспаханный участок земли, а над ним символ роста. Ячменю требовалось 7 дней, чтобы созреть. Магия, мать её! Удобно! Как раз к тому времени у нас должна заработать Пивоварня. Идеальная логистика!

Потратив всё золото на эту неделю, я вздохнул со спокойной совестью, ведь больше ничего не мог сделать в плане экономического развития. Закрыв интерфейс Стратегической карты, ну как “закрыв”, мысленно отпустив его, подошёл к Тихону. Старик сидел во дворе своего дома в кресле-качалке и мирно дремал на солнышке. На улице пахло пылью, сухой травой и чем-то неуловимо деревенским, может, дымком из трубы или навозом.

- А, Владыка! – встрепенулся он, завидев меня, и махнул рукой на соседнее пустующее кресло. – Закончил свои труды на сегодня?

- Часть закончил, – ответил я, опускаясь в скрипучее кресло. – Монета закончилась, что мне ещё остаётся делать?

Тихон пожал плечами и снова принялся мерно раскачиваться. Тишина, покой… Аж бесит!!

- И это вовсе не риторический вопрос, уважаемый, – сказал я чуть резче, чем хотел. – Имей в виду, у меня тут время тикает, если ты забыл. Дедлайн, так сказать. Мне нужен совет, что делать дальше.

- Ты всегда можешь съездить в город, – невозмутимо ответил Тихон. – Города устроены иначе, чем деревни. Ими не правит один Владыка, а каждый район имеет своего Графа. Эти Графы, стало быть, весьма озабочены своими делами, так что для внешних деревень угрозы не представляют. Ибо если какой Граф вздумает пойти войной на чужие земли, остальные Графы тут же сговорятся, уберут его по-тихому и поделят его владения.

- Звучит знакомо, весьма по-нашему, – хмыкнул я, вспоминая некоторые эпизоды из своей прошлой жизни. – Прямо как в Москве девяностых, делёж сфер влияния среди бандитов и чиновников, причём зачастую между одними и теми же людьми.

- В города стекаются большие деньги, – пояснил Тихон, прикрывая глаза. Солнце припекало, и старика явно клонило в сон. – Там денежные реки, но воспользоваться ими – вот настоящая задача. И всё же, пока районы Графов растут или уменьшаются, жизнь бурлит, у них есть ресурсы и потребности.

- А как же долбаные гильдии? – спросил я, думая о Торговцах, вернее, о Гильдии торговцев, которая держала в кулаке столько деревень своими эксклюзивными контрактами.

- Не знаю, я туда не езжу, с ними не дружу, не враждую, – сонно пробормотал Тихон, откидываясь в кресле и окончательно закрывая глаза. – Но там же город, в нём не одни только торговцы. В общем, Владыка, если не знаешь, куда себя деть, посети Златоград. А там… Будут таланты, найдётся и применение, главное, чтобы пучина разврата не затянула.

- Гм… Я категорически против разврата, дорогой Тихон, голова болит, чего бы полезного для деревни сделать.

- Моё дело предостеречь от соблазнов, - зевнул он, - Полезного там полно, главное чтобы на кривую дорожку не свернуть…

Тихон уже проваливался в дрему.

Меня так и подмывало растормошить его, задать кучу вопросов, но с другой стороны, возможно, он прав. Лучше один раз увидеть всё своими глазами. Может, даже навестить этих Торговцев, выяснить, как они там ведут дела. Пора наводить мосты или, напротив, готовиться к конфликту, всё же ясность. Как говорил Жюль Верн, «Лучше тигр на равнине, чем змей среди высоких трав».

Появится определённость, проще выстроить стратегию.

Ну, Златоград… Понтовое имя. Я привык к тому, что понты – штука скорее вредная, понтуется тот, у кого нет реальных плюсов. Зачем им такое название?

Вот взять к примеру Гренландию. Ну, допустим, когда её так назвали, там росли травы, потом климат чуть поменялся, но название «Зелёная земля» осталось. Применимое к охренительно большому острову, размером больше Западной Европы вместе взятой, оно немного сбивает с толку и обманывает незадачливого путешественника, который увидит там только вечную мерзлоту, лёд и уныние.

Так что я решил заведомо не питать иллюзий относительно Златограда, чтобы не разочароваться. В лучшем случае меня ждёт приятный сюрприз.

И всё же город меня приятно удивил.

По сравнению со всем, что я видел в Истоке до сих пор, это просто грёбаный мегаполис!

Реально как Москва после какой-нибудь захудалой деревеньки под Тверью. Стены… Мама не горюй, метра четыре в высоту, не меньше, а то и все пять! Каменюки такие замшелые, видно, что стоят не первый век, но хрен ты её пробьёшь. Сразу видно, строили с расчётом на то, что всякие “гости” с недобрыми намерениями будут регулярно наведываться. Любая осада тут захлебнётся, даже не начавшись толком. Чисто крепость, ёпрст!

Ворота стальные, высоченные, и сразу видно, тяжеленные, аж блестят на солнце. Перед ними натуральный блокпост. Стражники в броне, хмурые, как будто им с утра зарплату не выдали, лениво так шмоняются, проверяя нескончаемый поток народа.

А люди-то прут! Туда-сюда, туда-сюда, как в метро в час пик, кто в город, кто из города. Телеги скрипят, ослы орут, торговцы что-то горланят. А я, отвыкший от такого столпотворения за последние пару недель в своей дыре, то есть, простите, в Весёлом, аж немного опешил. Реально, как будто на Казанский вокзал попал после двух недель в глухом лесу. Шум, гам, суета…Прям голова кругом идёт!

Пристроился в хвост очереди на этот их КПП, стою, жду терпеливо. Делать нечего, порядок есть порядок даже в этом фэнтезийном бардаке. А самому любопытно до чёртиков, что там, за стенами? Как оно, внутри? Может, у них тут магия такая продвинутая, что дома, как в Москва-Сити, стеклянные? Или, может, реально встречу настоящих колдунов в остроконечных шляпах, которые фаерболами швыряются?

Пока стоял, размышлял, тревога потихоньку отпускать начала. За неприступными стенами явно скрывается что-то интересное, какие-то чудеса, ну или хотя бы возможности для бизнеса. Я себе твёрдо решил, домой, в Весёлое, должен вернуться хоть с чем-то ценным. Неважно, что у меня в кармане всего три несчастных золотых, найдётся что-нибудь стоящее, не зря же сюда тащился! Капитал надо наращивать, активы искать.

Наконец подошла моя очередь. Подошёл к стражнику у ворот. Мужик здоровенный, упакован в сверкающие латы, которые, блин, как будто сами по себе шевелятся, переливаются. Какое-то колдовство, стопудово! Я аж залип на секунду, пялясь на броню, а она реально будто плыла, искажая силуэт стражника, хотя сам он стоял столбом. Интересная технология, надо бы узнать, какой КПД у такой защиты.

– Цель визита? – буркнул стражник, лениво опираясь на свою алебарду. Голос такой, будто он уже тысячу таких, как я, сегодня опросил. За его спиной виднелась небольшая команда клерков. Сидят, бумажками шуршат, всё как у нас в любой конторе. Бюрократия, мать её, и тут процветает.

– Я Избранник из Весёлого, – доложил с достоинством, расправляя плечи. – Прибыл на встречу с Графами.

Ну да, формально меня боги не выбирали, но я уже как-то начал свыкаться с этим титулом. В конце концов деревня теперь на мне висит, и все шишки соответственно тоже мои. В кризисной ситуации именно мне придётся принимать жёсткие решения, разгребать дерьмо. Раз уж назвался груздём, полезай в кузов. Так что имею право называться Избранником с благословением там или без оного.

– Избранник? – переспросил стражник, как-то недоверчиво покосившись в мою сторону, а потом кинул взгляд через плечо на одного из клерков, на женщину с короткими каштановыми волосами и длинным шрамом через левый глаз. Да-а, видок у неё тот ещё, разбойничий какой-то. – Эй, проверь-ка его, будь добра.

– Пройдёмте сюда, пожалуйста, – вежливо попросила сказала клерк, поднимаясь. Голос ровный, без эмоций. Дама жестом указала мне на небольшую площадку сбоку, где прямо в воздухе парил большой светящийся шар. Зелёным таким светом мерцал, неприятненько.

Я пожал плечами и пошёл за ней к зелёному шару. Выглядит интригующе, конечно. Что за хреновина?

– Шар подтвердит Ваше происхождение и статус, – пояснила чиновница, пока мы шли. – Избранники пользуются Дипломатической неприкосновенностью в пределах города. Можете делать, что заблагорассудится, законы на Избранника распространяются не все: нет платы за вход, и не платите налоги со своих сделок. Но прежде чем я Вас проверю, должна предупредить, ложь о статусе Избранника карается. Вас будут судить, и наказание предусматривается вплоть до смертного приговора. Желаете продолжить?

– “Делать, что заблагорассудится”? Ага, как же! – подумал я цинично. – До первого серьёзного косяка или пока не перейдёшь дорогу кому не надо.

Сделав важное лицо, кивнул утвердительно.

Не думаю, что меня казнят. Если разобраться, мой статус очень спорный: вытащили как Избранника, Око принимает как родного, значит, имеет место спор о терминологии. Риск стоит привилегий, особенно что касается налогов. Эх, была не была!

Клерк сделала какой-то жест по направлению к шару, вероятно, активировав его. Тот издал какие-то странные булькающие звуки, начал покачиваться вверх-вниз, и сразу меня окатило волной зелёной энергии. Не сказал бы, что приятно. И тут же в груди кольнуло, появилась острая, внезапно накатившая тоска по дому, по прошлой жизни. Прямо до слёз прошибло. Перед глазами мелькнул мой кабинет в «Эоле», запах хорошего кофе… Всё длилось лишь мгновение, шар снова забулькал, чирикнул, как несмазанная телега, и прекратил сканирование.

– Вы действительно Избранник, – констатировала клерк и даже слегка поклонилась. Особенного уважения на её лице не отразилось, скорее «ходят тут, плату за проход не платят, семечку лузгают», но формальное уважение проявила уже здорово.

– Добро пожаловать в Златоград. Аура, которую даёт Шар Истины, будет сопровождать Вас всё время пребывания здесь. Люди будут знать о Вашем статусе и… Вашей силе.

- Отлично, теперь вроде как с мигалкой на башке пойду, – хмыкнул я про себя.

– А вот эта ваша Дипломатическая неприкосновенность, – спросил я вслух, решив уточнить детали, – как вы остановите меня, если я, скажем, решу тут немного… пошалить? Ну, чисто гипотетически. Преступление какое совершить?

– Серьёзные преступления приведут к тому, что Вас объявят вне закона в городе, – спокойно пояснила она. – А это значит, ни один Граф не станет иметь с Вами дел. Таким образом Вы просто перечеркнёте цель вашего визита сюда.

Логично. Рычаги давления экономические, это мне знакомо. Никто не испачкает об меня руки, просто лишат доступа к ресурсам и партнёрству. Грамотно. Я поблагодарил и последовал за чиновницей к специальной двери, через которую могли проходить только Избранники.

Эдакий теперь я ВИП.

Никаких тебе шмонов на оружие или контрабанду, просто какая-то руна на стене, которая должна сама открыться для тех, кто несёт метку Избранника. Я попрощался с провожатой и шагнул через порог.

Сам Златоград оказался… красив, чёрт возьми! Не ожидал даже! Улицы вымощены булыжником, ровненько так, не то, что у нас в Весёлом, сплошная грязь по колено. Здания из кирпича и камня, солидные такие, многоэтажные. Повсюду башенки торчат, а с них свисают яркие знамёна, видимо, гербы местных Графов или гильдий.

По улицам, как матёрые ППСники, по шесть человек в ряд гуляют патрули стражи, лязгают доспехами. Народ снуёт туда-сюда по своим делам, мужики, бабы, ремесленники, торговцы. Городские глашатаи на углах выкрикивают какие-то новости от своих сюзеренов. В общем, большой, живой город, кипит жизнью, чувствуется деловая активность. Прямо как на старом Арбате в хороший день, только с поправкой на Средневековье и магию.

Откуда-то потянуло жареным мясом, специями и… чем-то ещё незнакомым. Может, магией?

Глава 14

Но стоит помнить, что я сюда приехал не достопримечательности разглядывать и не запахи нюхать. У меня задача найти выгоду для Весёлого. Отыскать партнёров, ресурсы, технологии… Короче, всё то, что поможет поднять мою деревню с колен.

Я петлял по извилистым улочкам, выискивая конторы этих самых Графов. Проблема выявилась довольно быстро. Графов-то в городе аж восемь штук, у каждого свои интересы, своя экономическая специализация, всё как положено. Но их резиденции, или как их тут называют, ратуши, для меня оказались закрыты. Да, они видят мою ауру Избранника, всё понимают, но на аудиенцию записаться хрен там. Оказывается, для этого нужен определённый уровень Репутации.

Всё как на Земле. Формально все страны равны и являются членами ООН, но нельзя сравнивать Болгарию с потенциалом меньше, чем у Калужской области, и США. Также и у бизнесменов, директор компании ООО «Шараш-монтаж» не попадёт на приём к генеральному директору ПАО «Газпром».

Репутация, как мне объяснили словоохотливые помощники этих самых Графов после пары часов моих настойчивых попыток пробиться, складывается из размера твоей деревни, твоего личного капитала и каких-то там «великих деяний».

Графы – шишки большие, воротилы местного бизнеса, у них ресурсы, связи, всё серьёзно. А я со своим Весёлым мелкая сошка, пыль под ногами, и плевать им с высокой колокольни на мой статус Избранника. Ну, типа, есть у тебя дипломатический паспорт, и что? Денег-то у тебя нет, влияния тоже, так что вали отсюда, мальчик, не мешай серьёзным людям работать.

Проторчав несколько часов под дверями разных контор и выслушав примерно одно и то же в разной степени вежливости, я понял, прямой подход тут не работает. Нужна другая стратегия, как в девяностых: если дверь закрыта, ищи окно или чёрный ход.

Вконец уставший и злой я плюхнулся на скамейку возле какой-то таверны. Даже не одной, их тут целая куча, и вывески одна заманчивее другой. Для полноты картины в луже вольготно, как отпускник по санаротной путёвке, валялась свинья.

Сижу, кумекаю. Рассчитывал наладить контакты с Графами, заключить пару выгодных сделок, а теперь что? Полный облом. Может, по гильдиям пройтись? Вдруг какой-нибудь мелкий подрядчик или поставщик заинтересуется сотрудничеством? Надо же с чего-то начинать.

И пока я сидел и горевал, погружённый в свои невесёлые думы о попусту потраченном времени, из таверны рядом раздался дикий грохот и ругань. Дверь с треском распахнулась, и здоровенный детина, явно вышибала, выволок за шкирку другого мужика, поменьше, одетого в какую-то хламиду, похожую на мантию.

– Слышь, ты, урод! – заорал вышибала, тряся за грудки бедолагу. – Ещё раз здесь появишься, мы тебе не только руку сломаем, понял?!

С этими словами он с силой швырнул мужичонку прямо на булыжную мостовую, после чего с грохотом захлопнул дверь таверны.

Мужик в красной замызганной мантии и дурацкой мягкой шляпе попытался встать, но оказался настолько пьян, что ноги не держали. Он барахтался, как жук на спине, снова и снова пытаясь подняться и тут же падая. Прохожие брезгливо морщились и просто обходили его стороной, даже не глядя. Видимо, картина привычная, местный алкаш опять нажрался. Типичная городская обстановка.

Наконец мужичку кое-как удалось встать на четвереньки, потом на ноги, но, сделав всего пару шатких шагов в мою сторону, он снова рухнул. Я чисто рефлекторно подхватил его, не дав снова разбить нос о мостовую, и усадил рядом с собой на скамейку. От него несло перегаром так, что аж слёзы на глаза наворачивались.

– Ох, спасиб… ик… – пробормотал мужик, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

– Да не за что, – ответил я, внимательно его разглядывая. Оборванец, пьянь, но… На боку у него висела потрёпанная книга заклинаний, а рядом здоровенная металлическая фляга. Ага, значит, не простой алкаш. – Ты, случаем, не колдун будешь?

– Я Великий и Мудрый… ик… Фома! Как Фома Неверующий, только без «Неверующий». И с большой буквы «Ф», понял? – заявил он, покачиваясь и отчаянно борясь с гравитацией, видимо, довольно сильно тянущей его к земле.

– Приятно познакомиться, Фома, – сказал я, с трудом сдерживая усмешку. – А какой магией практикуешь, Великий и Ужасный?

- Великий и Мудрый! – поправил он меня, во всех направлениях сразу качая головой. Силой иллюзии!

Икнув ещё раз, маг взмахнул рукой и что-то пробормотал себе под нос. Ничего не произошло.

– Видишь? Я сделал воздух невидимым!

Тут я не выдержал и рассмеялся. Да уж, этот колдун явно знавал лучшие дни. Похоже, его основной талант – создавать иллюзию собственной значимости, и то получалось не очень.

– Слышь, братан, – обратился ко мне Фома, заговорщицки понизив голос, – у тебя монетки не найдётся? А то я чёт… ик… на мели совсем.

– Да неужели? – спросил я, чувствуя, как внутри начинает просыпаться деловая хватка. – А что за история с тобой приключилась?

– Моя история? О, я расскажу тебе, да! Когда-то я был очень, очень трезвым. А потом зашёл в эту таверну… и вышел из неё гораздо лучшим человеком! Вот и вся история, – он протянул ко мне грязную ладонь. – С тебя один золотой.

Так, кажется, у меня появился шанс. Этот тип, конечно, алкаш и раздолбай, но он колдун, и к тому же явно в отчаянии. Интересно, на что он способен, когда трезвый? Судя по тому, как его вышвырнули из таверны, денег у мужика точно ни гроша.

– Работу ищешь? – спросил я прямо.

– Пфе! – фыркнул Фома и с каким-то ожесточением задрал правый рукав своей мантии, показав выжженное на плече странное клеймо, большую фигурную буква «Т». Уродливый шрам, въевшийся глубоко в плоть. – Меня в этом городе внесли в чёрный список. Стоит сделать одну ма-а-аленькую ошибочку, и долбаные Торговцы ведут себя так, будто ты самый страшный злодей в мире! Слушай, ну не виноват же я, что они оставили ту бочку с пивом прямо на виду, где любой мог её взять! По-моему, я им даже услугу оказал, забрав её домой на сохранение.

– Значит, ты работал на Торговцев? – уточнил я. Гильдия Торговцев… Кажется, это серьёзные ребята в Златограде.

Фома кивнул.

– О да, я использовал свои иллюзии, чтобы помочь им проводить караваны мимо Бандитов, а иногда и мимо сборщиков налогов, хе-хе-хе… – он захихикал так сильно, что закашлялся. – Хорошие были времена, хорошие… Но стоит сделать одну малюсенькую ошибку, и бац! Ты теряешь всё.

– А почему бы тебе не поискать работу в другом городе?

– Назови мне хоть один город, куда Торговцы не запустили свои щупальца! – проворчал он. – Между нами говоря, я неплохой колдун, но не самый лучший. Никто не наймёт меня с этой Руной Позора. Во всяком случае никто из тех, кто хочет оставаться с Торговцами в хороших отношениях.

Я посмотрел на колдуна. Он всеми силами пытался сидеть ровно, хотя уже практически сполз со скамейки и привалился к стене. Пьян в стельку. Судя по его рассказу, пьёт он регулярно, да так, что докатился до воровства у работодателя.

Ненадёжный элемент, рискованный актив. В прошлой жизни я таких специалистов не нанимал, слишком большой риск и фактор нестабильности. Но! Фома владеет магией, и он изгой, никому не нужный в этом городе. А значит, его можно нанять за копейки. Вот только не приведёт ли наём такого кадра к полной катастрофе? Риск есть, и немалый, но и потенциальная выгода тоже.

– Выпить сильно хочешь? – спросил я вкрадчиво. Вопрос мгновенно взбодрил колдуна, который уже собрался заснуть.

– Очень! Невероятно! Я изысканно иссох! – выпалил он, глядя на меня широко раскрытыми мутными глазами, полными надежды.

– Я как раз строю пивоварню у себя в деревне, – небрежно бросил я. – Она будет производить большое количество пива для моих многочисленных, изнывающих от жажды граждан.

– Правда? – глаза Фомы загорелись ещё ярче. Кажется, клюёт.

– Чистая правда. И мне вот интересно стало… Ты работу ищешь?

– На пивоварне? – с надеждой спросил он.

– Ну, не совсем на пивоварне, – усмехнулся я. – Но она совсем рядом, в шаговой доступности. И более того, я дам тебе ключ от твоего собственного, личного запаса.

Фома уставился на меня, пытаясь переварить информацию проспиртованным мозгом.

– Ты ведь… Ты ведь не собираешься заманить меня в какой-нибудь переулок и прирезать, а?

- Не мой стиль. К тому же раз тебя выкинули из кабака, значит, ты гол, как сокол. Просто хочу тебя нанять.

- А как же запрещающее клеймо от Торговцев.

- А мне их санкции до лампочки.

- Правда? Ну тогда я буквально пойду за тобой куда угодно, если ты дашь мне этот ключ от личных пивных запасов, даже если это сопряжено с риском для жизни.

– Не волнуйся, – сказал я, похлопав его по плечу. – Я так не работаю. В моём Весёлом тебе абсолютно ничего не грозит.

– По крайней мере от других людей, – добавил я про себя. От меня вряд ли. Мне нужен его колдовской ресурс, и я его получу. Добро пожаловать в команду, Фома.

Ну вот, дела в большом городе, в этом их Златограде, мы с Фомой закончили, какое-никакое соглашение состряпали, и пора, как говорится, и честь знать. Потащились обратно домой, в моё Весёлое. Златоград, конечно, город возможностей, прямо местный аналог Москва-Сити, только с поправкой на фэнтезийные реалии: грязь по колено и запах соответствующий.

Но, блин, мне в нём пока ловить особо нечего, это факт. Моя деревня, Весёлое, – это ну совсем уж захудалая дыра, если по-честному. Репутация? Да какая, к лешему, репутация у вчерашнего попаданца, которого тут никто толком и не знает? Ноль целых, хрен десятых. Капитал? Тоже кот наплакал, золотых едва наскребаю на самое необходимое. На все эти крутые артефакты, всякие там Камни Дара и прочий магический хай-тек, что на рынке продавали за бешеные деньги, моих скромных сбережений явно не хватало. Пришлось губу закатать и признать, рановато мне ещё по таким ярмаркам раскатывать.

Не по роже каравай.

Но поездка даром не прошла, это уж точно. Не зря мы с Улыбкой тащились сюда, пыль глотали.

Теперь у меня имелась цель покрупнее, так сказать, стратегическая задача: нарастить репутацию, поднять свой вес в этом мире настолько, чтобы сам Граф какой-нибудь, вроде Демида Серебрянникова, счёл за честь со мной встретиться. Амбициозно? А то! Только вот как этого добиться, вот в чём вопрос, ёпрст! Придётся мозгами пораскинуть, бизнес-план набросать, чтобы и репутация росла, и деревня не загнулась. Задачка, блин…

Едва переступив, так сказать, порог родного Весёлого ( пыль столбом, запах дыма и чего-то кислого, капусты что ли? Привычный уже букет), я первым делом активировал Око Владыки и нырнул в свою Стратегическую Карту.

Надо ж проверить, как тут хозяйство без меня крутилось, не разбежались ли крестьяне. Гляжу на интерфейс, и тут бац! Новый значок какой-то висит, и подпись: «Бездействующий Герой». Ёпрст, это ещё что за новости?! А рядом целая новая вкладка для изучения, называется «Управление Героями». Похоже, этот наш Фома оказался не просто очередным Специалистом, как я поначалу прикинул, а настоящим Героем. С большой буквы «Гы», надо понимать.

Герои, как выяснилось из всплывших подсказок, это вообще отдельная каста, не чета обычным Специалистам или там Крестьянам-работягам. Функционал у них, судя по всему, совсем другой. Короче, им можно выдавать конкретные задачи, прямо как ценному сотруднику в нормальной конторе, и в любой момент по моему усмотрению переназначать на что-то другое. Вариантов работы для Героя имелось немало, но всё сильно зависело от его навыков и уровня прокачки, так сказать.

У Фомы высветились и класс, и специализация: колдун 2-го уровня, специализация иллюзии. Заклинаний он знал всего несколько, да и те применял, судя по описанию, так себе, без огонька. Из доступных ему заданий реально выполнимыми оказались только четыре. Первое – «Свободный поиск», то бишь, можно просто послать его шариться по окрестностям в поисках ценных предметов или золота. Что именно он притащит, хрен его знает, интерфейс подробностей не выдавал, просто обещал, что Фома не вернётся, пока не выполнит задачу. Рискованно, конечно, может и с пустыми руками заявиться или вовсе не вернуться. Уровень его честности тоже вызывал большие сомнения. Проще говоря, сопрёт, что найдёт и сквозанет в город пропивать.

Второе задание – «Устранить Угрозу». Тут я мог направить его в любую зону, где для деревни возникла какая-то опасность, и он должен был её зачистить. Но прямо сейчас никаких угроз вроде не наблюдалось, так что этот вариант пока отпадал.

Третий вариант, специальный, чисто под его профиль иллюзиониста – «Развлекать деревню». Типа использовать свои фокусы-покусы, чтобы народ веселить, представления там всякие устраивать с картинками в воздухе. Говорилось, что это здорово поднимет Радость в Весёлом, пока опция активна. Показатель, кстати, важный, влияет на общее Довольство.

Последняя возможность – отправить Фому на заработки, выставив его услуги на Биржу Наёмников. Это если бы он мне тут был совсем без надобности, тогда его нанимали бы.другие Избранники, а я бы получал процент с его дневного заработка. Эдакий аутсорсинг персонала.

Выбор, чем занять этого алкаша-иллюзиониста, для меня стал ясен с самого начала. «Развлекать деревню» – самое то для него. Поднимет Радость, а там, глядишь, и общее Довольство подтянется. В долгосрочной перспективе я, конечно, хотел разблокировать опцию, чтобы он обучал местных крестьян магии. Но для этого требовалось построить Башню Колдуна, а она стоила аж 2000 золотых, сумма по нынешним меркам просто космическая. Это явно задача на будущее, и очень отдалённое. А пока пусть хоть народ развлекает, поддерживает, так сказать, позитивный настрой в коллективе. Лишь бы пивоварню побыстрее построить, чтобы у него появился стимул тут задержаться, а то ведь того и гляди сбежит за добавкой в тот же Златоград.

На этом и решил закончить рабочий день.

Усталость после поездки в Златоград накатила знатная, ноги гудели, но и удовлетворение от проделанной работы грело. Завтра прибудет новая партия золота от Стеньки Разиной, и тогда можно запускать проект «Пивоварня». Третья неделя моего правления здесь, в Истоке, должна стать переломной. Пора наводить порядок железной рукой и завоёвывать уважение местного населения не мытьём, так катаньем. С этими мыслями я и отрубился, едва голова коснулась подушки.

* * *

Проснулся я на следующее утро не от будильника, ясное дело, хотя бы потому, что никакого будильника у меня не имелось.

Из сна, где я бегаю по лесу за графами, а графы представляют собой хлыщей в костюмчиках, летающих в каретах и вечно от меня ускользающих, меня выдернул стук в дверь.

В моём сне из-за очередного дуба вынырнул заяц. Не зайчик, милый и пушистый, а эдакий стокилограммовый здоровяк, и стал стучать по стволу кулаком. Кулаки у зайчика из сна нисколько не уступали знатному боксёру, и стучали они, прямо скажем, пугающе.

Стук выбил меня из сна, я сел, часто-часто дыша.

По двери колотили так, что она тряслась и ходила ходуном, будто её сейчас с петель снимут.

Вскочив на ноги, резко открыл. За дверью пыхтел Тихон, наш старейшина, мой советник, с выпученными как у варёного рака глазами.

– Прошу прощения, что беспокою, Владыка, – голос у старика дрожал и срывался, он явно бежал сюда со всех ног. – Но тут… Беда! То есть, это… Происшествие! Вам нужно поспешать!

Я заметался по комнате, натягивая штаны и рубаху. Что там ещё стряслось?! Неужели бунт? Рановато вроде, я им ещё пивоварню не построил. Да и если бы бунт, первым бы наверняка повязали самого Тихона. Я распахнул дверь и поспешил за стариком на деревенскую площадь.

Картина маслом: на лавке сидит Наталья, наш Мастер Караванов. Блть… Лицо – сплошной синяк, рука на перевязи висит. Видок у неё, прямо скажем, не для слабонервных.

– Что случилось? – рявкнул я, и первая мысль – бандиты Кирилла Ярого. Неужто нарушили договор?! Да я их всех до одного на ремни порежу, если это так!

– Я как раз ехала с еженедельной ходкой в Разино, – прохрипела Наталья, с трудом поднимая разбитое лицо. Рядом суетился Кузьма Поляна, наш фермер, пытаясь обработать ей раны какими-то примочками, но получалось у него, честно говоря, хреново. – А тут у самой деревни какие-то ублюдки дорогу перегородили, вооруженные до зубов. Сказали, Разино теперь для торговли закрыто.

Она поморщилась, когда Кузьма приложил очередную тряпку к её шее.

– Я спорить с этими головорезами не стала, попыталась развернуть повозку, но они меня стащили и… Ну, в общем, отделали по полной программе. Ящики наши разбили, зерно всё по земле раскидали. Спасибо, что не надругались. Сказали, мол, теперь тут Торговцы рулят, и вся торговля через них.

На небо, словно реагируя на моё настроение, набежали серые тучи.

Я сжал зубы. Твою-то мать! Все мои экономические схемы, планы на развитие и прочее-прочее рассчитаны на возможность ввозить или вывозить товары. То есть любая блокада — это почти гарантированная смерть.

Но больше, чем блокада, меня драконил сам факт нападения на моих людей. Как смели вы, сучьи дети, прийти ко мне с войной?!

И тут я запел. Негромко так, скорее себе под нос, но Наталья, Кульма, Тихон и Фома меня услышали. Услышали и не поняли. Вообще-то я пел для себя.

- Спокойно, дружище, спокойно! И пить нам, и весело петь,

Ещё в предстоящие войны тебе предстоит уцелеть.

Уже и рассветы проснулись, что к жизни тебя возвратят.

Уже изготовлены пули, что мимо тебя просвистят.

…

- Что вы говорите, Владыка?

- Говорю, что мы ответим.