Осколки пустоты. Том 3: Интервенция

Глава 1. Затерянные

После попадания Ишкхар окружающий мир начал будто расплываться. На мгновение внутренняя поверхность сферы вспыхнула ярким белым светом и тут же бесследно растворилась. Вид за обтекателем «Астира» преобразился: вокруг больше не было ни чёрных кораблей, ни пространственных разломов — лишь холодная пустота космоса и незнакомые созвездия.

Пару секунд в рубке стояла гробовая тишина. Никто не понимал, что произошло. Зартас первым нарушил молчание:

— Не понимаю… — едва слышно сказал он, когда по ментальной команде бортовой компьютер не вывел проекцию звёздной карты.

Пальцы эллоя быстро забегали по панели управления, но на голографическом дисплее отображались лишь хаотичные линии и бессмысленные обозначения.

— Алгоритмы не могут определить наше местоположение, — продолжал Зартас. — Навигационная система, радар дальнего действия и большая часть датчиков вышли из строя. То есть технически они функционируют, но выдают какую-то ахинею.

Параллельно он пробовал связаться с Тотом, но ничего не получалось. Этна также не отвечала. Эллойские нанороботы даже не могли выявить узлы квантовой сети, как будто те никогда не существовали. Затем Зартас вывел на дисплей длинную таблицу, отшагнул назад и растерянно сообщил:

— Некоторые фундаментальные физические константы отличаются. Пусть и немного, но это уже не наш вакуум. Судя по всему, корабль забросило в иную Вселенную.

— Охренеть, — потрясённо произнёс Андрей и с надеждой добавил: — А это точно не какая-нибудь аномалия?

— Исключено.

— Это… — прервавшись на полуслове, Андрей тяжело вздохнул. — И что теперь будем делать?

Разводя руками, Зартас размеренно ответил:

— Я даже не знаю, как мы тут оказались, где находимся и вообще есть ли куда возвращаться. Поэтому для начала нужно осмотреться, а там уже действовать по обстоятельствам. Главное — не паниковать, это нам сейчас точно ничем не поможет.

Хотя особенности местной физики влияют на работу бортового оборудования, некоторые датчики всё ещё способны выполнять свои функции. Правда, с заметным искажением и на короткой дистанции, но, тем не менее, мы не полностью «ослепли».

Зартас вновь подошёл к панели управления и начал просматривать различные сводки. Спустя пару минут он сообщил:

— Судя по показаниям приборов, корабль перебросило на окраину планетарной системы. От одной из планет исходит слабый техногенный сигнал.

Зартас активировал привод в субсветовом режиме. Двигатели откликнулись с заметной задержкой и набирали скорость медленнее обычного. По мере сближения сигнал становился всё чётче, пока бортовой компьютер наконец не распознал знакомую сигнатуру. Это был эллойский аварийный маячок.

Сама планета казалась мёртвой. Поверхность представляла собой пустошь, а плотная атмосфера была насыщена токсичными соединениями. Сенсоры биологических маркеров отказывались работать даже вблизи, поэтому определить присутствие там жизни не удавалось.

У «Астира» не получилось подлететь прямо к источнику сигнала, поскольку тот скрывался под массивной каменистой башней метров восьмидесяти в высоту. Из-за десятков тёмных отверстий и пещер она напоминала чудовищный термитник, окружённый чем-то вроде редкого лесного насаждения из причудливых трёхметровых стержней, покачивающихся на ветру. Кроме них вокруг больше ничего примечательного не было.

После посадки Зартас протянул Андрею эллойский защитный костюм и два атомных коагулятора. Пока землянин подготавливался к вылазке, он снова начал просматривать технические журналы.

— Проверяешь, не ловушка ли это? — поинтересовался Андрей.

— Нет, — не отрывая взгляда от дисплея, ответил Зартас. — Оборудование сейчас работает со сбоями, поэтому решил вручную проверить, правильно ли был идентифицирован сигнал.

— И что?

Зартас ненадолго замолчал.

— Похоже, там действительно находится наш корабль. Причём уже очень давно.

— Погоди, как так? Я думал, это один из тех кораблей, которые прикрывали наше отступление, и что он упал сюда после неудачной телепортации.

— У сигнала старая кодировка. Такую использовали только во время войны против Аморфов.

— Ничего себе… — Андрей невольно посмотрел в сторону башни. — Тогда как он вообще здесь оказался?

— Вот сейчас и будем выяснять.

С этими словами они вышли из корабля и двинулись в направлении источника сигнала. Поверхность планеты встретила гостей сильными порывами ветра, вздымавшими серую пыль между невзрачными столбоподобными растениями. Когда до цели оставалось чуть больше сотни метров, из недр башни начал доноситься низкий гул. Едва услышав его, Андрей и Зартас тут же остановились.

Звук быстро нарастал, и спустя пару секунд из тёмных пещер стали вылетать десятки местных обитателей. Полутораметровые существа чем-то походили на комаров, но выглядели куда более грозно. Вместо тонкого хоботка из их вытянутых голов выступали массивные крючковатые челюсти, тело покрывал грубый панцирь с сотнями острых шипов, а передние конечности заканчивались чем-то вроде перепончатых когтей. Сзади торчал длинный гибкий хвост с острым жалом на конце.

Некоторое время существа кружили над холмом, присматриваясь к чужакам, а затем, словно по команде, одновременно рванули в их сторону. Инопланетяне явно были настроены враждебно. Увидев стремительно надвигающийся рой, Андрей с Зартасом бросились к кораблю. Они петляли между необычными трёхметровыми растениями с мясистыми стволами, стараясь использовать их в качестве укрытия, то и дело оглядываясь через плечо. Но существа двигались намного быстрее, и расстояние между ними неумолимо сокращалось.

Первая атака произошла спустя всего несколько секунд. Одна из тварей камнем рухнула сверху, пытаясь вцепиться в Андрея своими острыми когтями. Землянин инстинктивно вскинул правую руку и выстрелил в силуэт из встроенного у запястья лазера. Издав пронзительный визг, тварь отлетела в сторону и упала.

Следом за первым монстром налетели другие. Воздух наполнился жужжанием крыльев, скрежетом панцирей и шипением энергетических разрядов. Андрей и Зартас почти непрерывно отстреливали атакующих лазерами, а тех, кто подбирался слишком близко или перекрывал путь, мгновенно уничтожали атомными коагуляторами. Попавших под удар существ буквально разрывало на части — куски панцирей и брызги тёмной вязкой жидкости разлетались в стороны. Однако инопланетян было слишком много.

Когда до корабля оставалось меньше тридцати метров, команде пришлось замедлиться. Насекомоподобные твари обступили их, бросаясь почти непрерывно с разных сторон, а воздух потемнел от мелькающих вокруг тел.

— Спина к спине! — выкрикнул Андрей.

Они резко остановились и прижались друг к другу, разворачиваясь в разные стороны. Тут же хлынула новая волна атакующих. Сразу три монстра бросились на Зартаса сверху. Первому он лазером рассёк голову, второму прожёг грудной панцирь, а третьего почти в упор переполовинил коагулятором.

Но, падая после выстрела, раненая тварь полоснула его когтем по плечу. Защитное поле костюма вспыхнуло синими искрами. Острый коготь прорезал композитный материал и разорвал мягкие ткани. Нанороботы сразу принялись восстанавливать повреждённый материал, параллельно в кровь начали поступать препараты для регенерации тканей и обеззараживания.

— Живой? — спросил Андрей, разрывая коагулятором очередную тварь.

— Пока да! — сквозь боль процедил Зартас.

В следующий миг на Андрея одновременно бросились два монстра. Ближайшего он уничтожил коагулятором, на второго же не успел навести рукоять оружия. Существо повалило землянина на пыльный грунт, вцепившись когтями в грудь. Андрей ощутил потрескивание перегруженной от ударов защиты костюма. Острые челюсти мелькнули прямо перед его лицом… Как вдруг голова твари разлетелась в клочья от выстрела Зартаса.

— Поднимайся, осталось совсем немного! — крикнул он.

Андрей вскочил на ноги и в адреналиновой горячке с безумной яростью продолжил отбиваться от наседавших инопланетян. Спустя пару мучительно долгих минут команда наконец добралась до корабля. Шлюз захлопнулся за их спинами беглецов, но существа снаружи не унимались. Они яростно бросались на корпус «Астира», скребли панцирями, били хвостами и когтями, пытаясь проникнуть сквозь обшивку.

— Значит, придётся по-другому, гадёныши, — со злостью произнёс Зартас.

Он перевёл управление в ручной режим и активировал силовую защиту. Вокруг корвета возникло энергетическое поле. Однако в этой Вселенной генераторы работали нестабильно. Барьер был настолько слабым, что инопланетяне без особого труда прорывались сквозь него.

Зартас резко поднял корабль над поверхностью и стал безжалостно отстреливать нападающих. Сгустки раскалённой плазмы прожигали панцири, превращая монстров в облака пепла и горящих ошмётков. Пылающие тела чёрным градом падали вниз, но, даже погибая, они продолжали атаковать, будто не чувствовали ни страха, ни боли.

Покончив с роем, он направил корвет к улью, большую часть которого разгромил пучками плазмы. Гигантская структура начала осыпаться крупными пластами камня, постепенно обнажая скрытые внутри полости. Остаток породы над источником Зартас хотел аккуратно удалить лучевым оружием, но оно здесь также работало плохо. Для расщепления хрупкой органики мощности хватало с лихвой, а вот с более прочными материалами оно справлялось очень медленно.

Поэтому, разметив область, где примерно должен был находиться погребённый корабль, он выбрался наружу и начал расчищать породу вручную атомным коагулятором. Процесс затянулся на несколько часов, но никакого корабля там не оказалось. Под землёй скрывался лишь небольшой ящик, внутри которого лежал передатчик с закреплённым сбоку кристаллом памяти.

— Если тебя тут оставили, значит, хотели передать какое-то важное послание, — вполголоса рассуждал Зартас, разглядывая переливающееся на свету устройство.

Вернувшись на «Астир», он поместил кристалл в ячейку на панели управления, и на возникшем дисплее открылся бортовой журнал судна, принадлежавшего исследовательской группе «Ксенос-6». Судя по записям, во время очередной экспедиции они наткнулись на древние руины. Найденные там технологии не представляли для Эллоев особой ценности из-за относительной примитивности. Однако внимание учёных привлекла культура исчезнувшего народа, в основе которой лежало поклонение неким Гора́чи.

Их не боялись и не считали божествами. Напротив — почитали как величайших благодетелей и покровителей. Согласно сохранившимся сведениям, Горачи были невероятно могущественной цивилизацией, возникшей на заре времён. Предполагалось, что они вообще были самыми первыми представителями жизни в нашей Вселенной. Однако спустя примерно десять миллиардов лет внезапно покинули её, забрав практически все следы своего существования, включая планеты и колоссальные космические мегасооружения.

— Похоже на какую-то мифологию, — тихо заметил Андрей, успев выхватить несколько фрагментов из бегущих строк журнала.

— Возможно, — ответил Зартас, не отрывая взгляда от дисплея, — но ксеносы не стали бы сохранять просто красивую легенду в официальных архивах экспедиций. Если эти данные изучали, значит, исследователи нашли нечто убедительное.

Судя по записям, Горачи были созидателями, но далеко не святыми. Их господство простиралось на невообразимые масштабы, и никто не мог противостоять этому.

Тех, кто признавал их гегемонию, Горачи защищали и всячески помогали, практически ничего не требуя взамен, лишь изредка обращаясь к цивилизациям-сателлитам с необычными просьбами. Например, отказаться от терраформирования какой-то конкретной планеты, прекратить вражду с соседями или остановить добычу ресурсов в определённой части астероидного поля.

Другие не понимали, чем подобные вещи были так важны для Горачи, однако за проявленное уважение те могли поделиться научными знаниями, предупредить о надвигающейся опасности или даже переселить целые народы из обречённого мира на безопасную планету.

С теми же, кто отказывался мириться с их господством, Горачи расправлялись быстро и беспощадно. Упоминалось особое оружие, способное бесследно стирать материальные объекты из пространства — не разрушать, не испепелять, а именно удалять, словно те никогда не существовали. Из-за колоссальной разницы в развитии другие расы мало что о них знали.

Разрыв в технологиях был настолько чудовищным, что попытки понять принципы работы столь продвинутых устройств казались бессмысленными. Для большинства Горачи оставались чем-то средним между древней сверхцивилизацией и космическими божествами.

Тем не менее ксеносам удалось найти одну важную зацепку.

В записях говорилось, что незадолго до исчезновения горачи внезапно начали воевать друг против друга. События тех дней описывались крайне обрывочно, но даже этих скудных сведений хватало, чтобы понять масштаб происходившего.

Очевидцы были напуганы, ведь в то время космос буквально полыхал от вспышек крупномасштабных баталий, сверхмощных релятивистских джетов, взрывов звёздных объектов и аномальных энергетических всплесков, природу которых они не могли постигнуть. Гасли целые галактики.

Никто не понимал, что происходило у великих, но спустя три дня всё закончилось так же внезапно, как и началось. С тех пор горачи больше никто не видел. Вместе с великими пропало всё, что так или иначе могло указывать на их деятельность, за исключением лишь одного объекта.

Его истинное предназначение оставалось неизвестным, но, по легенде, он являлся чем-то вроде тревожной кнопки или маяка для связи с Горачи. Проанализировав имеющиеся сведения, эллои определили примерное местоположение загадочного объекта и вскоре действительно обнаружили там нечто необычное.

Посреди космического пространства дрейфовала гигантская сферическая структура диаметром около километра. В её центре пульсировал источник яркого белого света. Внешняя оболочка не была монолитной, а состояла из миллионов небольших полупрозрачных пластин, хаотично вращавшихся вокруг ядра.

Ксеносы собирались провести стандартное сканирование, но стоило им приблизиться к сфере, как та внезапно вспыхнула, словно взорвалась, многократно увеличившись в размерах и поглотив корабль. Спустя мгновение они уже были возле неизвестной планеты, на которую вскоре приземлились, чтобы выяснить, почему большая часть систем работает со сбоями. Быстро смекнув, что проблема кроется в самой природе окружающего пространства, эллойские учёные принялись перенастраивать параметры оборудования.

Первыми удалось восстановить навигационный комплекс и радар дальнего действия. Когда на дисплее наконец появилась звёздная карта, ксеносы обнаружили неподалёку аномальную структуру. Судя по журналу, находка настолько заинтересовала учёных, что они решили немедленно отправиться туда, а восстановлением остальных систем заниматься по пути.

— Вот и хлебные крошки, по которым нам предстоит идти, — с заметным оживлением произнёс Зартас, переключаясь на примечание с инструкцией по отладке бортовых систем.

— Ты хочешь последовать за ними? — удивлённо спросил Андрей.

— Конечно! А что тебя в этом смущает?

— Ну как минимум то, что ксеносы так и не вернулись из этого путешествия.

— Резонно, но это не означает, что они наткнулись на нечто ужасное. Учёные могли банально не найти способа вернуться и в итоге умереть от старости. Без помощи Тота и Этны я вряд ли сумею адаптировать оборудование к работе в условиях иной физики. А так у нас хотя бы есть шанс найти новые подсказки.

Да и вообще… Какова вероятность того, что после воздействия полевого фазера мы совершенно случайно оказались в той же системе, куда миллионы лет назад переместились ксеносы, идущие по следу могущественной цивилизации, у которой, судя по описаниям, было точно такое же оружие, как у Ишкхар?

На несколько секунд повисла тишина, пока Зартас настраивал сканирование космоса для генерации звёздной карты.

— Думаю, здесь не обошлось без вмешательства первородных, — наконец произнёс он.

Глава 2. По следам

Зартас дождался, пока алгоритмы завершат составление звёздной карты, и запустил диагностику бортовых систем. Убедившись, что навигация вновь работает полноценно, он попробовал провести анализ отмеченного ксеносами участка космоса. Но оборудование «Астира» не фиксировало никаких странностей в зоне действия.

— Раз нашим приборам не хватает чувствительности, это не природная аномалия, а отголоски вмешательства высокоразвитой цивилизации в ткань пространства. Ну что ж, теперь самое интересное — проверим, как здесь работает вихревой привод, — с волнением произнёс Зартас, отдавая приказ кораблю.

Корвет почти мгновенно перешёл в варп, но перемещался на порядок медленнее, чем в родной Вселенной.

По указанным координатам находился белый карлик. Холодный свет от ядра мёртвой звезды с трудом пробивался сквозь облако обломков, окружавших систему. Лучи время от времени вспыхивали на гладких поверхностях, будто среди пустоты вращались миллионы расколотых зеркал. Издалека было сложно оценить их размер. Лишь когда «Астир» медленно пролетел мимо одного из фрагментов, Андрей увидел, что его ширина сопоставима с небольшим городом.

— Маячок расположен где-то внутри этих руин, но определить точное местоположение не получается из-за каких-то помех. Это странно, ведь датчики не фиксируют других … — не успел Зартас закончить фразу, как корабль слегка качнуло. Совсем мягко, будто в него врезалась волна из плотного вещества.

— Нас сносит? — спросил Андрей.

— Нет.

Эллой провёл ладонью по панели управления, и рядом с дисплеем появилась новая проекция. На ней несколько линий пересекали схему системы, расходясь от центра рваными концентрическими кругами.

— Нестабильно само пространство. Гравитационные импульсы исходят не от центрального ядра, а из области вокруг него. Если верить приборам, то источников четыре, и каждый искажает сигнал маячка. Нужно приблизиться к одному из них для триангуляции.

Андрей перевёл взгляд на лобовой обтекатель корвета. Чем ближе они подлетали к белому карлику, тем меньше поле обломков походило на хаотическое скопление. Фрагменты двигались слишком упорядоченно, удерживая расстояние друг от друга — когда-то они явно были частью одной конструкции.

— Думаешь, это источник преломления пространства? — тихо спросил он, указывая на тёмную вытянутую конструкцию, зажатую между двумя гигантскими обломками.

Зартас ответил не сразу. Несколько секунд он наблюдал за тем, как ломаная линия на проекции ритмично поднималась и опускалась.

— Да, гравитационные волны исходят прямо оттуда, — сказал он наконец, начав снижать скорость.

Корабль вошёл глубже в узкое пространство между зеркальными обломками. Белый свет угасшей звезды скользнул по корпусу, и в тот же миг голографические проекции мигнули, цифры несколько раз перескочили вперёд-назад. Хронометр сбился, словно время на короткий миг потеряло направление. Через корабль вновь прошла низкая вибрация от серии гравитационных волн.

— Похоже, мы нашли его, — с удивлением произнёс Зартас.

— Маячок?

— Да. Ксеносы спрятали его прямо тут, внутри этого генератора.

Подлетев ближе, они увидели отверстие посреди технического шлюза сооружения.

— Внутри безопасно? — поинтересовался Андрей.

— Датчики корабля не фиксируют явных угроз, но за столько лет в условиях разгерметизации и постоянного воздействия гравитационных колебаний конструкция могла утратить свою прежнюю прочность. Осторожность не помешает.

«Астир» остановился за пару метров от шлюза, через который команда пробралась внутрь. Стены узкого коридора состояли из приборных панелей, линий силовых каналов и крышек технических отсеков. Несколько люков были сорваны с креплений, в нише за одним из них сквозь слой пыли что-то блеснуло. Подойдя ближе, Андрей увидел закреплённый на магнитной подвеске контейнер. Помимо эллойского маячка и кристалла памяти, там было ещё какое-то небольшое устройство размером с апельсин.

Когда Зартас установил кристалл в консоль корвета, над панелью открылись записи бортового журнала «Ксенос-6». На этот раз первыми шли рабочие заметки экспедиции: расчёты, анализ структуры мегасооружения, предпринятые меры по восстановлению бортовых систем. Эллой бегло просматривал их, пока среди строк с техническими описаниями не промелькнул фрагмент, привлёкший его внимание.

Речь там шла о молодом исследователе — Скейре, который первым заметил необычную закономерность в параметрах гравитационных волн, исходящих от генераторов. Поскольку остальные списывали это на сбой в работе приборов, он трижды всё перепроверил, прежде чем сообщить об открытии. Скейр разбудил коллег посреди цикла отдыха и настоял, чтобы они немедленно взглянули на данные.

Руководитель описывал почти с насмешкой то, как они пришли раздражёнными и уверенными в том, что сейчас потеряют несколько часов сна из-за неверно откалиброванного сенсора. Но уже через несколько минут поняли, что смотрят не на помехи. Перед ними действительно была структурированная модель с повторяющимися последовательностями.

Следующие недели экспедиция посвятила изучению этих импульсов. Они летали вдоль мегаструктуры, снимали показания с разных сегментов и постепенно формировали общую картину. Когда данные удалось совместить, выяснилось, что астроинженерное сооружение представляет собой архив. Даже несмотря на полуразрушенное состояние, оно продолжало работать и записывать информацию в вырожденное вещество белого карлика.

Завершив расшифровку сигналов, ксеносы получили доступ к архиву, из которого узнали о возможном месте обитания его создателей. Судя по всему, ими являлись те самые Горачи.

Последняя запись была сделана уже накануне отлёта, спустя три дня. Задержка возникла из-за очередной неожиданной находки, когда в процессе анализа структуры сигналов учёные заметили, что от трёх из четырёх генераторов, помимо сложных импульсов для записи данных в материю звезды, исходила ещё одна последовательность — простая и ритмичная. Эти волны не несли никакой информации, а являлись неким инструментом тонкой настройки системы.

Ксеносы долго всё проверяли, прежде чем решились сгенерировать недостающий сигнал. По словам руководителя экспедиции, когда передатчик воспроизвёл гармоническую последовательность, гигантские обломки пришли в движение. В журнале не было подробностей о том, что произошло дальше, — лишь краткая запись о подтверждении гипотезы и немедленной отправке группы к следующей точке маршрута.

Зартас молча взял в руки найденное в контейнере устройство и провёл пальцем по светящейся полоске. Сквозь пространство вновь пронеслась серия колебаний, которые вместе создавали ощущение едва уловимой мелодии. После миллионов лет простоя древнее оборудование реагировало с задержкой, поэтому некоторое время ничего не происходило.

Затем десятки зеркальных сегментов стали медленно расходиться в стороны, освобождая на орбите место для чего-то. Спустя несколько минут между ними начала формироваться чёрная сфера — огромная пульсирующая структура, в которой пространство будто сворачивалось в узел. Она поглощала весь свет белого карлика.

— Это что, чёрная дыра? — с ужасом выпалил Андрей.

— Внешне очень похоже, но приборы не фиксируют в той области гравитационного колодца. Судя по всему, это какая-то пространственная аномалия, которую ксеносы использовали для перехода.

— Почему ты так уверен?

— После её появления «Астир» начал улавливать сигнал аварийного маячка, как если бы тот находился поблизости.

Зартас взял корвет под ручное управление и плавно направил вперёд. «Астир» уже вышел на траекторию входа в чёрную сферу, как напряжённую тишину на борту нарушило уведомление о попытке установления контакта и приближении неизвестного корабля — навскидку, фрегата. На дисплее тут же отобразилась локальная карта космического пространства.

Пока Зартас открывал канал связи, Андрей наблюдал за небольшим кораблём, который двигался между обломками, почти сливаясь с отражающими поверхностями. Он словно наблюдал за ними всё это время, оставаясь невидимым до тех пор, пока не решил заговорить. Из-за помех гравитационных импульсов сигнал был слабым и нестабильным, но слова прозвучали отчётливо. На эллойском.

Зартас резко выпрямился и застыл, не отрывая взгляда от дисплея. За всё время их путешествия Андрей впервые видел его таким.

В голосе незнакомца не было ничего необычного — спокойная речь, короткая фраза приветствия, произнесённая без угрозы и спешки. Сообщение повторилось ещё раз, и канал закрылся. Андрей ждал, пока Зартас переведёт взгляд, но тот продолжал смотреть на параметры модуляции сигнала. Наконец землянин спросил:

— Это один из ваших кораблей?

— Нет.

Фрегат шёл прямиком к ним — осторожно, без спешки. Будто не хотел создавать впечатление угрозы или, наоборот, раньше времени вспугнуть добычу. Спустя полминуты связь снова ожила, и приветствие незнакомца прозвучало уже чище.

Зартас сразу же ответил:

— Приветствую! Кто вы и чего хотите?

— Наша группа много лет разыскивает потерянную экспедицию в надежде спасти экипаж. Идя по их следу, мы обнаружили очередную подсказку, которая привела сюда. Судя по открытому порталу, вы уже нашли журнал и собираетесь совершить роковую ошибку.

— Что значит ошибку?

— В записях зашифровано скрытое послание. Передайте их нам, если не хотите угодить в ловушку древних.

Зартас отключил канал и вывел на дисплей изображение корабля незнакомцев. Грубые стыки на обшивке, грузовые захваты вдоль бортов, навесные модули неизвестного назначения. Это явно не было исследовательским судном и тем более кораблём тех, кто отправился спасать пропавшую экспедицию.

Фрегат подошёл ещё ближе и завис в узком просвете между зеркальными сегментами напротив «Астира». Зартас вновь открыл канал связи и стал интересоваться подробностями. Завязалась долгая беседа.

Голос незнакомца звучал дружелюбно. Он рассказывал о журналах, маяках, технологиях древних, несколько раз упоминал научные приспособления и даже бросал эллойские крылатые фразы. Но чем дольше длился разговор, тем каменнее становилось лицо Зартаса.

— Что не так? — поинтересовался Андрей.

— Они очень хорошо подготовились, но недостаточно.

— В смысле?

— Незнакомцам многое известно об экспедиции, но за всё время общения я не услышал ни одного имени учёного. Если бы они действительно были спасателями и нашли другие записи раньше нас, то хотя бы раз назвали кого-нибудь. Этим ребятам зачем-то понадобились сведения о маршруте ксеносов, значит, сами они не могут извлекать информацию из кристаллов…

— Смотри! — Андрей прервал Зартаса, указывая на пространство перед кораблём.

Чёрная сфера стала терять устойчивость. Её поверхность покрылась крупными волнами, края начали стремительно стягиваться внутрь. За секунду аномалия сжалась в небольшой идеально ровный диск, а затем мгновенно схлопнулась. После исчезновения сферы гигантские зеркальные сегменты вновь пришли в движение, закрывая образовавшуюся пустоту.

Как только обломки стали возвращаться на свои прежние места, прозвучало очередное уведомление, и Зартас с Андреем перевели взгляд на локальную карту. На дальнем краю руин появились четыре новые сигнатуры. Они вышли из-за внешнего пояса мегаструктуры, расходясь по дуге вокруг обломков. Фрегаты быстро сближались с «Астиром», перекрывая возможные пути отхода, и спустя считаные секунды взяли его в полукольцо.

— Жаль, что пришлось довести до этого. Я надеялся на ваше благоразумие, — по всё ещё открытому каналу связи прозвучал голос, в котором больше не было прежнего дружелюбия. — Портал закрылся, теперь вам некуда уходить. Передайте сведения из журнала экспедиции, и мы позволим вам покинуть систему.

— Не позволите, — спокойно произнёс Зартас.

— Возможно, но тогда у вас хотя бы будет выбор, как всё закончится.

— Вы знали, что проход вскоре закроется, и намеренно тянули время, пытаясь втереться в доверие.

— Последний раз. Сведения.

— Нет, — сухо прозвучал ответ Зартаса.

Связь тут же оборвалась. Через мгновение пространство между обломками прорезал первый залп. Силовые щиты «Астира» вспыхнули короткой бледной дугой и почти сразу погасли, поглотив лишь малую часть энергии. От попадания корпус содрогнулся, издав глухой металлический скрип. Зартас начал уводить корабль вглубь поля обломков.

Корвет резко нырнул между двумя зеркальными сегментами, и следующий залп прошёл мимо, рассыпавшись огненными вспышками по поверхности древней конструкции. «Астир» мчался через лабиринт космических руин, пролетая в нескольких метрах от рваных краёв обломков. Андрей едва успевал следить за тем, как стремительно меняется пространство вокруг.

Рейдеры преследовали сзади. Двое зашли справа, пытаясь отрезать путь вдоль внутренней дуги кольца. Трое других держались выше, перекрывая выход к открытому пространству.

— Без щитов и лучевого… будет весело, — с иронией бросил Зартас, не отрывая взгляда от карты.

Плазменный снаряд сорвался с орудийной установки и помчался в направлении рейдера, который легко ушёл в сторону. Но именно этого Зартас и добивался. Уклоняясь, корабль залетел в слишком узкий зазор между сегментами. «Астир» резко изменил курс, а преследователь не успел повторить манёвр. Рейдер задел древнюю конструкцию левым бортом, сорвался в боковое вращение и через мгновение исчез в ослепительной вспышке. Осколки его корпуса разлетелись по проходу, ударяясь о зеркальные плиты.

Сверху тут же пронёсся второй корабль, и Андрей инстинктивно пригнулся, когда по броне полоснуло касательное попадание. «Астир» пролетел между двумя сегментами почти вплотную. Следом попытался войти ещё один рейдер, но немного не вписался в поворот, и его задело вращающимся обломком. Корабль потерял ориентацию, однако уцелел, отлетев в сторону.

Другой фрегат преследователей пошёл наперерез, открыв огонь на упреждение. Зартас отключил привод, и на долю секунды корвет будто замер. Затем маневровые двигатели одновременно выдали импульс по боковым контурам, из-за чего «Астир» почти на месте развернуло вокруг оси.

Рейдер проскочил мимо, потеряв угол атаки, и корвет разрядился в него почти в упор. Плазменный снаряд ударил в защитный экран противника, перегрузил силовые генераторы и сорвал часть внешней брони, но корабль пережил попадание. Он резко ушёл вниз, оставляя за собой шлейф раскалённых обломков.

Оставшиеся противники перестроились. Один из них сместился вниз, а другой попытался зайти с фланга, скрываясь за искривлённой поверхностью огромного сегмента. По корпусу «Астира» снова прошёл удар — уже более мощный. На обшивке загорелись следы повреждений, но система регенерации мгновенно начала затягивать пробоины. Серебристая поверхность словно ожила, восстанавливая структуру прямо на глазах.

— Справа! — крикнул Андрей.

Но Зартас уже знал о рейдере, который вынырнул из-за обломка. После манёвра он слегка дрейфовал, пытаясь стабилизироваться. Ещё один сгусток плазмы вылетел и устремился через проход между обломками. На секунду Андрею показалось, что рейдер успеет уйти, но снаряд вошёл точно в кормовую часть, где располагался реактор.

С яркой вспышкой корабль разорвало пополам. Передняя часть ушла в сторону, быстро вращаясь в пустоте, а корму поглотил внутренний взрыв. Трое оставшихся рейдеров сбросили скорость, их траектории движения начали расходиться в разные стороны, за пределы мегаструктуры. Преследовать беглецов не было смысла.

«Астир» вышел из плотного поля обломков и переместился к центральной части руин. На обшивке всё ещё тлели следы последних попаданий, но они быстро затягивались. Системы корвета не фиксировали серьёзных повреждений. После полного восстановления структурных элементов Зартас с помощью найденного устройства повторно открыл пространственный переход.

Глава 3. Мрачное таинство

Убедившись в том, что следующий сигнал аварийного маячка не был уловкой рейдеров, Зартас направил «Астир» в центр аномалии. После перехода они оказались у необычной планеты.

Сначала Андрей решил, что система навигации вновь вышла из строя, ведь за лобовым обтекателем было лишь ровное тёмное пятно на фоне звёзд, которое сливалось с космическим вакуумом. Поверхность планеты не отражала и не пропускала свет. Она даже не давала привычных оптических бликов, словно состояла из вещества, поглощающего видимое излучение.

Зартас молча открыл журнал ксеносов на той части, где шло подробное описание мер по восстановлению работы ещё нескольких бортовых систем. В основном датчиков и сканеров для проведения различных исследований. Постепенно рядом с изображением тёмного диска на дисплее начали появляться физические характеристики и химический состав небесного тела. Судя по показателям приборов, там не было ничего такого, что могло бы спровоцировать столь аномальный эффект.

Следом возникла другая проекция — с трёхмерной моделью глубинной структуры. Андрей подошёл ближе и невольно задержал дыхание.

Под многокилометровым слоем чёрной жидкости скрывалась обширная искусственная структура. Геометрически правильные контуры исполинских сооружений уходили под поверхность на десятки километров. Они дробились на концентрические уровни, шпили, кольцевые платформы и связующие сегменты. Даже по неполным данным было понятно, что там располагался целый подводный мегаполис.

— Сигнал исходит отсюда? — тихо спросил Андрей, указывая на дисплей.

— Да, — ответил Зартас.

Он увеличил центральный сектор модели. Маяк находился глубоко внутри сооружения.

— Но он отличается от двух предыдущих, — настороженно продолжал эллой. — Тут сигнал заметно сильнее.

— И что в этом такого? Значит, что-то на этой планете усиливает его, или ксеносы просто повысили мощность передатчика, чтобы он пробивался сквозь толщу того странного океана.

— Либо кто-то другой изменил сигнал уже после них… — Зартас перевёл взгляд на Андрея, и тревожная мысль тяжёлым грузом повисла в воздухе.

«Астир» вошёл в дымчатую атмосферу планеты плавно, но буквально через пару секунд его ощутимо встряхнуло. Показания приборов начали скачкообразно меняться, система навигации непрерывно пересчитывала высоту с разбросом в целые километры. Зартас перевёл управление в ручной режим и отключил автоматическое подруливание.

Корвет сотрясался от вибрации, с трудом проходя сквозь плотные слои облаков, под которыми простиралась чёрная гладь. Поверхность океана тянулась до горизонта без единой волны или мелкой ряби. Она не отражала ни свет прожекторов, ни корпус корабля, поэтому создавалось впечатление, будто под ними абсолютная пустота.

Подведя «Астир» к месту, прямо под которым находился маячок, Зартас перенаправил мощность с маршевого двигателя на маневровые. Во время погружения корвет не ощутил сопротивления жидкости. Чёрная масса бесшумно расходилась вокруг корпуса и тут же смыкалась над ним по мере движения.

За бортом была кромешная тьма. Свет прожекторов уходил вперёд всего на пару метров, а дальше исчезал, будто растворяясь в веществе океана. Ориентироваться приходилось по приборам и сигналу маячка, который становился всё отчётливее по мере спуска. Когда до источника оставалось меньше трёх километров, корабль вошёл в гигантский воздушный карман, окутывающий весь мегаполис.

Прожекторы выхватили из темноты край огромной стены, которая уходила вниз в непроглядную глубину. Когда «Астир» скользнул вдоль неё, из мрака начали проступать новые формы — башни, соединённые переходами, купольные перекрытия, террасы и кольцевые платформы. Местная архитектура была чуждой, но невероятно изящной.

Зартас посадил «Астир» на широкой платформе, которая вела ко входу у основания башни. Как только команда приблизилась, створки плавно разошлись в стороны, подняв над поверхностью небольшие облака минеральной пыли.

Внутри вдоль гладких стен из светло-серого материала тянулись тонкие линии бирюзовой подсветки. Двигаясь по широкому коридору в направлении сигнала, они вышли к просторному помещению, где экспедиция «Ксенос-6» когда-то разбила лагерь.

В углу стояли три герметичных контейнера с научным оборудованием, два из которых были раскрыты. Всё выглядело так, будто учёные покинули это место совсем недавно и планировали позже ещё вернуться. Лагерь был собран не полностью, но это не походило ни на аварию, ни на поспешную эвакуацию.

Зартас открыл единственный контейнер с закрытым магнитным замком с помощью персонального идентификатора. Внутри лежали запасные модули питания, кристалл памяти и портативный голографический проектор для просмотра записей. Он поместил кристалл в разъём, и над устройством тут же появились строки эллойского текста. Это был уже не журнал экспедиции, а личный дневник Скейра — того самого молодого учёного, обнаружившего закономерность в гравитационных волнах у белого карлика.

Он писал, что на третий день ксеносы начали замечать в городе странную активность, будто архитектура перестраивалась под них. Исчезали целые секции, а вместо них появлялись другие, и масштабы изменений росли с каждым часом.

Следующая запись состояла всего из четырёх предложений:

«Мы обнаружили источник преобразований.

Он находится под центральным ядром.

Завтра спускаемся туда.

Кажется, это место ждало нашего прибытия.»

В момент прочтения от бортового компьютера «Астира» пришло уведомление о резком усилении сигнала маячка, который находился в километре прямо под ними. Бегло просмотрев отчёт, Зартас вновь переключился на дневник.

Дальше Скейр писал, что во время посещения той локации учёные узнали, как можно встретиться с Горачи, но в процессе получения этих сведений чуть не потеряли одного из участников экспедиции. Более того, выйдя оттуда, они обнаружили, что координаты следующей точки маршрута каким-то необъяснимым образом уже оказались внесены в базу навигационной системы корабля.

Когда перед уходом ксеносы захотели сохранить эту информацию в кристалле памяти, у них ничего не получилось. После записи данные почти сразу исчезали. Такая странность заинтересовала учёных, и они попытались разобраться, в чём было дело.

Десятки альтернативных вариантов записи, кодировки и архивации не принесли результата. Следом начались эксперименты с резервными хранилищами, персональными носителями — итог был прежним.

Затем решили проверить, связано ли это с подводным городом. Учёные отлетели на своём корабле далеко за пределы системы, но ничего не изменилось. Любая запись с полученными сведениями, даже в завуалированной формулировке, продолжала исчезать отовсюду, кроме базы корабля.

Тогда руководитель экспедиции предложил отказаться от технологических носителей. Информацию нанесли на металлическую пластину вручную — нацарапав на поверхности несколько строк алмазным стержнем. Скейр писал, что лично держал её в руках. Символы были чёткими, глубокими, их видел каждый. Но не прошло и минуты, как поверхность пластины вновь стала гладкой. Надписи «рассасывались» без всякого влияния извне.

После этого стало ясно, что проблема была не в носителях. Исчезала именно информация, будто нечто в самой ткани пространства не позволяло делиться ею. Объяснить природу данного эффекта учёные так и не смогли.

Последние страницы дневника являлись уже напутствием для эллоев, которые, возможно, однажды отправятся по их следам. Скейр предупреждал, что знания открываются только тем, кто посетит подземный зал и вступит в контакт с ядром. По его словам, каждый ищущий встречи с Горачи должен был пройти особую проверку. Само испытание никогда не повторялось, поэтому подготовиться заранее или предугадать его было невозможно.

На этом запись обрывалась.

По мере того как Зартас с Андреем продвигались к источнику сигнала, комплекс пробуждался. По стенам пробегали тонкие линии света, вспыхивали давно погасшие панели, открывались переходы в тех местах, где буквально секунду назад находилась монолитная структура.

Город словно сам привёл их к просторному круглому залу, потолок которого терялся во мраке высокого свода. В центре на полу покоилась идеально гладкая сфера. Под её чёрной оболочкой медленно двигалось тусклое внутреннее свечение, а у основания лежал эллойский аварийный маячок.

Зартас просканировал помещение на предмет скрытых устройств и защитных систем, но ничего, кроме конструктивного монолита, там не было. Они осторожно подошли к центру и начали рассматривать сферу.

Та не имела никаких интерфейсов, не реагировала на приближение команды, посылаемые сигналы и даже касания. Но как только Андрей наклонился, чтобы поднять с пола маячок, сфера начала «оживать». Свечение внутри неё замерцало, словно под поверхностью чёрной оболочки пробежала рябь. Затем ядро на мгновение вспыхнуло, и вниз тут же ушли кольца энергии. Они разбежались по полу, поднялись по стенам и устремились дальше.

Оболочка сферы плавно раскрылась, и в воздухе над пульсирующим сгустком энергии появилась трёхмерная космическая карта. На пятиметровой проекции отображались линии звёздных орбит, скопления, туманности, а также яркая мерцающая отметка в центре соседнего галактического рукава. Зартас сделал шаг назад, чтобы рассмотреть изображение с расстояния, но в тот самый миг световые структуры дрогнули, и карта исчезла.

Следом по залу прокатилась глубокая вибрация, от которой задрожал пол, и из раскрытой сферы начала подниматься какая-то чёрная субстанция. Это не было газом или жидкостью, а больше походило на густую тень, отделившуюся от энергосгустка. Она медленно вытягивалась вверх, вращаясь вокруг своей оси, будто формировалась из частиц света и тьмы одновременно. Андрей невольно стал отходить назад.

Постепенно субстанция обретала форму несуразного существа с непропорционально большой головой, щуплым телом, свитым из миллионов отдельных нитей, и тонкими длинными конечностями. Очертания фигуры непрерывно менялись — то напоминая инопланетянина, то превращаясь в столб чёрного дыма с прожилками света.

Зартас не двигался. Глядя на поднимающуюся сущность, он сразу понял, что в инфраструктуре города было заключено сознание, хранившее волю Горачи.

Словно вторя мыслям эллоя, фигура приподняла верхние конечности. Воздух вокруг задрожал, и по всему помещению одновременно вспыхнули сотни неизвестных символов. Они складывались в сложные последовательности и непрерывно менялись, исчезая так же быстро, как появлялись.

Спустя минуту по залу начали разноситься короткие последовательности звуков. Затем наборы тонов без ритма сменились световыми импульсами. Сущность будто перебирала способы общения, чтобы установить контакт. Но каждый следующий вариант оказывался таким же непонятным, как предыдущий.

Конечности фигуры поднялись ещё выше. Вокруг неё стали появляться десятки визуальных образов, которые напоминали фрагменты воспоминаний или мыслей: строительство мегаструктур, звёзды, которые Горачи сдвигали с орбит, разрушенные миры и целые цивилизации, преклоняющиеся перед ними. Картины постоянно сменялись. В какой-то момент среди образов промелькнула Земля, и следом Зартас увидел древний Альвхейм.

Пространство сотрясла очередная вибрация, и в дальнем конце зала одна из стен тут же пришла в движение. Громадные каменные блоки начали перестраиваться, формируя новую конструкцию. Спустя несколько секунд аналогичные изменения стали происходить и в других частях помещения. Проход, через который они вошли, исчез за сомкнувшимися блоками.

Свет энергосгустка постепенно угасал, оставляя освещённым лишь пространство вокруг сферы.

Сущность продолжала левитировать над раскрытым ядром, медленно сводя конечности перед собой. Андрей вдруг перестал чувствовать привычный вес собственного тела, будто оказался в условиях космической невесомости. Его ноги стали отрываться от пола. Оглянувшись по сторонам, он увидел, как вверх поплыли обломки камня, блоки и незакреплённые фрагменты конструкций.

Через пару секунд гравитация вернулась, только теперь её вектор был направлен к одной из стен. Андрей и Зартас сорвались с места, покатившись по накренившемуся полу. Несколько массивных блоков пронеслись через зал, едва не задев их. Пространство вокруг стало напоминать полость барабана гигантской стиральной машины.

Андрей попытался подняться, но вектор силы тяжести вновь сменился. Падая к противоположной стене, он взглянул на парящую сущность, которая спокойно наблюдала за происходящим. Переполненный злостью, страхом и отчаянием, Андрей направил на неё руку и активировал встроенный лазер в надежде хоть ненадолго остановить происходящий вокруг хаос. Луч ударил прямо в центр тёмной фигуры, но та даже не шелохнулась.

Зато зал мгновенно отреагировал на выстрел. В воздухе вспыхнули десятки энергетических импульсов. Они пересекали помещение под разными углами, оставляя после себя идеально ровные разрезы на древних конструкциях. Один из таких импульсов чуть не разрезал голову Андрея. К счастью, во время падения за миг до этого Зартас инстинктивно ухватился за ногу землянина и резко дёрнул вниз.

Рухнув на пол, они наблюдали, как по залу продолжали катиться куски камня, а стены перестраиваться. В тот самый момент Зартас увидел закономерность в происходящем. Давление со стороны сущности усиливалось каждый раз, когда они бездействовали или неправильно реагировали на послание. Сначала она искала способ донести информацию, затем демонстрировала образы величия Горачи, а после начала показывать, что жизни прибывших полностью во власти этого места.

Сущность не интересовали ни сила пришедших, ни их знания. Она не наказывала и не искала достойнейшего. Она призывала к почтению воли творцов.

Когда очередная вибрация прошла по залу и обломки начали медленно разворачиваться в их направлении, Андрей потянулся к атомному коагулятору.

— Не надо, — настойчиво произнёс Зартас, — брось оружие и повторяй за мной.

Не обращая внимания на происходящее вокруг, эллой приподнялся, встал на одно колено и склонил голову. Землянин молча положил рукоять на поверхность стены и последовал его примеру.

— Думаю, это не испытание, как писал Скейр, — продолжал Зартас уже спокойным голосом, — а некий ритуал допуска, повиновения. Его смысл заключается в том, чтобы заставить любого пришедшего сюда проявить смирение и признать величие Горачи… или умереть.

Гравитация менялась, обломки летали по залу, но теперь Зартаса и Андрея в пространстве удерживало невидимое силовое поле. Пока их медленно относило к изначальному месту у сферы, все объекты встали на свои места. Меньше чем за полминуты помещение вернулось к прежнему состоянию, не осталось даже намёка на творившийся там хаос.

Несколько секунд ничего не происходило. Чёрная фигура неподвижно парила над энергосгустком, будто размышляла над чем-то, а затем показала истинный облик горачи.

Полутораметровое существо с бледным, почти полупрозрачным телом и гладкой куполообразной головой, на которой было четыре крупных светящихся глаза небесно-голубого цвета, расположенных спереди и по бокам. Большая часть туловища и шеи представляла собой сеть тонких волокон, похожих на жилы или корни. Все шесть конечностей были длинными, худыми, с очень тонкими пальцами-когтями. В целом горачи выглядели как смесь насекомого, глубоководного существа и биомеханического организма.

Сущность в облике горачи сделала плавный жест рукой, указывая, что гости заслужили получить сведения, и бесследно растворилась в воздухе. Над сферой вновь появилась звёздная карта, но уже с другой отмеченной системой и двумя пространственными переходами. Один находился в нескольких световых часах от чёрной планеты, а другой — рядом с местом назначения. Зартас проверил навигационную систему «Астира» — вся информация уже была там.

Команда получила координаты, но вместе с этим возник вопрос: если ксеносы прошли проверку и успешно достигли следующей точки маршрута, почему никто из них потом так и не вернулся обратно?

Глава 4. Смиренное забвение

«Астир» завершил переход, и чёрная сфера тут же исчезла за его кормой. Зартас невольно задумался над тем, как транспортная сеть Горачи создавала пространственные мосты, ведь ни у входа, ни у выхода не было никаких технических приспособлений.

Они оказались посреди обычной на первый взгляд планетарной системы с тремя планетами, вращающимися вокруг жёлтого карлика. Никаких космических руин, мегасооружений или аномальных объектов там видно не было. Навигационная система отмечала на звёздной карте вторую планету как следующую цель.

Зартас некоторое время молча изучал сводки бортового компьютера в поисках чего-то, что могло указывать на присутствие здесь Горачи или хотя бы на следы эллойской экспедиции. Но приборы не улавливали сигнала маячка и не фиксировали в этой области космоса никаких странностей. Тем не менее они обнаружили на второй планете множество биологических маркеров, развитую инфраструктуру, а также сотни корабельных сигнатур в радиусе светового часа.

Его взгляд ненадолго задержался на одной строке, после чего на дисплее стали мелькать детальные расшифровки отчётов. Так быстро, что Андрей не успевал прочесть даже их заголовки. Перепроверив всё несколько раз, Зартас потрясённо, будто не веря собственным словам, произнёс:

— Здесь живут не горачи, а эллои!

— Неужели потомки тех ксеносов? — поинтересовался Андрей.

— Не знаю… вполне возможно, — погрузившись в размышления, отстранённо ответил Зартас.

Только он собирался направить корвет ко второй планете, когда прозвучало уведомление о приближении неизвестных кораблей. На локальной карте вокруг «Астира» появились отметки двенадцати судов, которые быстро двигались в их направлении. Это были такие же фрегаты, как у рейдеров.

Зартас нахмурился и увеличил сектор обзора.

— Они были здесь ещё до нашего прибытия. Ждали замаскированные, заранее зная, где мы появимся.

— А ещё привели с собой друзей… Что будем делать?

— Было бы из чего выбирать. С тем, как сейчас работает оборудование «Астира», сбежать или хотя бы выйти из окружения без временных укрытий поблизости у нас не получится. К тому же рейдеры не спешат выходить на связь, а значит, одной лишь передачей информации не отделаемся. У нас не осталось других вариантов, кроме как дать бой.

Зартас уже обдумывал способы прорыва, как на карте появились новые сигнатуры: со стороны второй планеты к ним прямым курсом летели шесть кораблей в боевом построении.

Наблюдая за тем, как фрегаты начали менять траекторию движения, Андрей заметил:

— Похоже, появление этих ребят для рейдеров тоже стало неожиданностью.

— Но они не собираются отступать. Просто перестраиваются, чтобы встретить приближающуюся эскадру в более выгодной позиции.

— Так, может, воспользуемся этим моментом для побега?

— Сейчас «Астир» фиксирует активный обмен короткими сигналами между группами. Они явно общаются между собой, но расшифровать содержание сообщений не получается. Судя по тому, что гости продолжают сближаться так уверенно, несмотря на численное превосходство противника, — говорил Зартас, указывая на тактическую карту, — это местный патруль, который предлагает рейдерам оставить свою добычу и покинуть систему по-хорошему. Если начнётся сражение, нам нужно попробовать помочь им.

— А если это такие же коршуны, которые прилетели сюда, чтобы отобрать добычу у конкурентов?

— Тогда они бы точно вышли на связь и попробовали втереться в доверие ради помощи в битве.

Тем временем в эфире наступила тишина. Секунд двадцать обе стороны сближались в полном молчании, пока местная эскадра не начала ускоряться. Патрульные корабли сомкнули строй и сформировали единый ударный кулак, уверенно ринувшись навстречу противнику.

В ответ рейдеры попытались реализовать своё численное преимущество. Часть фрегатов устремилась в лобовую атаку, вынуждая стражей порядка сосредоточить внимание на центральном направлении. Остальные начали расходиться в разные стороны, чтобы охватить строй с флангов и создать перекрёстный огонь.

Зартас воспользовался возникшим окном и на максимальном ускорении вывел корвет из окружения. Получив свободу для манёвра, он начал поддерживать патруль короткими наскоками на корабли рейдеров. «Астир» появлялся на опасных направлениях, выпускал серию заградительных залпов и тут же уходил в сторону, заставляя противников менять курс и ломать собственное построение.

Однако почти сразу стало понятно, что местные силы обладали огромным опытом подобных столкновений. Они не реагировали на провокации, не пытались преследовать отдельные цели и не поддавались на обходные манёвры. Пока одни корабли принимали на себя удар, другие выходили на позиции для ответного огня.

Первый фрегат рейдеров потерял щиты буквально через несколько секунд после начала боя. Следом второй получил с десяток попаданий в кормовую секцию. Выстрелы серьёзно повредили маршевый двигатель, из-за чего судно потеряло скорость и начало беспорядочно дрейфовать, стараясь восстановить управление. Остальные поспешили изменить тактику и разорвать дистанцию, чем лишь усугубляли своё положение.

Бойцы патруля не пытались уничтожить всю вражескую группу сразу. Вместо этого они методично ломали её организацию, вынуждая каждый корабль противника действовать самостоятельно. Поэтому очень быстро численное преимущество перестало играть какую-либо роль.

Когда спустя полторы минуты корпус одного из фрегатов озарился яркой вспышкой и начал разваливаться на части, оставляя за собой шлейф из раскалённых газов и металлических обломков, рейдеры окончательно утратили желание продолжать сражение. Четыре корабля резко сменили курс и на максимальном ускорении полетели в направлении ближайшего газового гиганта, остальные помчались к поясу астероидов на окраине системы.

Эскадра не стала их преследовать, а лишь секунд пятнадцать молча наблюдала за тем, как фрегаты скрываются в глубинах системы. Затем один из кораблей открыл канал связи с «Астиром», и Зартас вновь услышал родной язык.

— Неизвестный корабль, — медленно и отчётливо произнёс командир эскадры, — вы вошли в охраняемое пространство реликтового мира великих. Следуйте за нами к орбитальному узлу для регистрации и обсуждения цели визита.

Получив согласие экипажа «Астира», корабли патруля развернулись и взяли курс ко второй планете. Зартас некоторое время задумчиво наблюдал за ними, после чего направил корвет следом. Мысли были заняты не недавним сражением и даже не неожиданным открытием того, что здесь все говорили на эллойском, а предвкушением встречи с местными обитателями — ему не терпелось увидеть, как они выглядят.

По мере приближения ко второй планете датчики распознавали всё больше техногенных сигнатур. На орбите планеты находились два естественных спутника и сотни искусственных объектов, между которыми непрерывно курсировали транспортные суда.

Монументальные конструкции на поверхности имели столь колоссальные размеры, что их можно было различить ещё из дальнего космоса. Многие выглядели полуразрушенными и явно относились к эпохе Горачи. Между этими исполинами раскинулись современные города, магистрали и промышленные комплексы, возведённые уже нынешними обитателями.

Вскоре патруль направил «Астир» к огромной станции, построенной на каркасе древнего орбитального мегасооружения в форме линзы. По прибытии догадки Зартаса подтвердились: все местные были эллоями, настоящими. Те же черты лица, манера общения и даже повадки.

После завершения регистрационных процедур гостей отвели в зал совета, который находился в переоборудованном помещении старой части комплекса. Когда Зартас рассказывал о перемещении из другой Вселенной, найденных журналах ксеносов и поисках Горачи, присутствующие постоянно переглядывались. При этом на их лицах не было даже следа удивления. Они одобрительно кивали и радовались, будто услышали долгожданную весть.

— Значит, мы наконец встретились с теми, о ком говорилось в пророчестве, — спокойно произнёс глава.

— В смысле? Что ещё за пророчество? — в недоумении спросил Зартас.

— Как и вы, наши предки прибыли сюда в час величайшего отчаяния. Находясь на грани гибели, они искали силу, способную изменить ход войны против врага, превосходившего их во всём. Но вместо технологий великие Горачи даровали им нечто иное — тайные знания о будущем, недоступные смертным расам.

Предки узнали, что, если получат желаемую силу и вернутся домой, их родной мир будет обречён. Победа окажется хуже поражения, ведь абсолютное зло завладеет судьбами бесчисленных поколений потомков. Тогда великие сделали им другое предложение. Они пообещали прийти на помощь, когда это действительно потребуется — когда судьба мира достигнет переломного рубежа.

Взамен Горачи потребовали остаться здесь и помогать в воплощении вселенского замысла их вознесённых братьев.

После этих слов в зале воцарилась тишина. Глава поднялся и, продолжая рассказ, направился к древней стене справа, на чёрной поверхности которой проступали мерцающие бирюзовые узоры.

— Но предки оставили пророчество, передающееся из поколения в поколение уже миллионы лет. В нём сказано, что однажды, когда в их прежний мир придёт тьма, к нам прибудут два отважных воина. Они не будут понимать, как оказались здесь. Не будут знать, кто и зачем отправил их сюда. Но они повторят путь прародителей в поисках ответов.

Глава осторожно коснулся стены, и вокруг места прикосновения по её поверхности пробежали кольца ряби. Материал стены словно начал таять, закручиваясь вместе с надписями по спирали, как если бы в центре что-то его поглощало. Спустя несколько секунд всё успокоилось, и в той области образовался трёхметровый портал.

По залу прокатился тихий шёпот.

— Наш долг — дождаться воинов из другого мира и передать им кристалл с заветными знаниями, в котором зашифровано описание пути к обители великих, — с гордостью в голосе произнёс глава. — Он хранится в тайнике Горачи, расположенном вне привычных пространства и времени.

Глава замолчал. Плавным жестом он пригласил гостей проследовать за ним и церемониально вошёл в портал, будто направился в какое-то священное место. Зартасу и Андрею ничего не оставалось, кроме как отправиться следом.

Портал привёл их в просторное светлое помещение. В его центре над каменным постаментом, поблёскивая гранями, парил кристалл памяти. Осматриваясь по сторонам, Зартас невольно вспомнил «сердце вечности», поскольку поверхность стен тайника так же необычно взаимодействовала со светом. Подойдя ближе, он заметил выгравированную на постаменте надпись:

«Для тех, кто придёт после нас».

— Мы не знаем, что находится внутри, — сообщил глава. — Согласно завету, запись разрешено открыть только воинам из пророчества. Да и никому другому это не удалось бы сделать, ведь технологии предков давно утрачены.

Несмотря на почти религиозное благоговение, с которым глава относился к артефакту, Зартас не стал долго церемониться. Он молча достал кристалл из магнитного захвата и ловким движением руки тут же отправил в специальную ячейку на своём костюме, после чего поспешил к выходу. Андрей заметил, как на лице главы на мгновение промелькнуло недовольство. Для него этот кристалл был священным наследием предков, реликвией, которую поколениями ожидали передать избранным. Однако глава быстро взял себя в руки и не стал акцентировать внимание на поведении гостя.

Поблагодарив совет за помощь, команда отправилась прямиком на корабль.

Зартас был рад видеть представителей своего народа, но не стал задерживаться, как планировал изначально, поскольку чувствовал себя в их окружении некомфортно. Его разочаровывало то, к чему в итоге пришли потомки ксеносов.

Когда «Астир» покинул орбитальный узел и отлетел достаточно далеко от второй планеты, Зартас подключил кристалл к панели управления. На дисплее вновь появился журнал, в котором было подробно описано, как встретиться с горачи.

В записях говорилось, что они обитали внутри сверхмассивных чёрных дыр. Точнее — в пространстве за горизонтом событий. Горачи свободно манипулировали фундаментальными силами природы, поэтому могли создавать комфортные условия для своего существования внутри подобных объектов. Снаружи такие чёрные дыры ничем не отличались от обычных и воздействовали на дальний космос должным образом. Однако вблизи экстремальное влияние их ядра каким-то образом экранировалось.

Группа учёных несколько месяцев по крупицам собирала сведения, чтобы выяснить это. Они то внезапно находили новую подсказку, то сталкивались с очередным испытанием, преодоление которого давало следующий фрагмент пазла. По словам руководителя экспедиции, на протяжении всего пути горачи наблюдали и манипулировали ими своей «невидимой рукой» ради собственной утехи. Но, как позже выяснилось, такое специфическое отношение являлось частью платы за помощь.

Перепроверив все данные, ксеносы отправились к центру галактики и за эргосферой чёрной дыры обнаружили настолько необычное место, что даже для эллоев оно выглядело обителью богоподобных существ. Под пеленой хаоса царил покой, среди которого раскинулась разноцветная туманность. В её глубинах парили тысячи гигантских конструкций, плавно меняющих свою форму. Их отдельные элементы непрерывно перестраивались, двигаясь словно вопреки известным законам мироздания.

Между дрейфующими исполинами текли потоки мягкого света. Они извивались подобно рекам, переплетались между собой и уходили за пределы видимого пространства. Автор журнала отмечал, что даже спустя время не смог подобрать слов, способных в полной мере описать увиденное.

Когда исследовательское судно пересекло горизонт событий, их встретил один из горачи, который подлетел к кораблю на околосветовой скорости без каких-либо технических приспособлений. Существо просто двигалось сквозь пространство так, словно для него не существовало никаких ограничений. В тот же момент навигационная система автоматически проложила маршрут к месту аудиенции.

Больше никакой информации о встрече с горачи в журнале не было. Дальше шли лишь инструкции по восстановлению работоспособности бортовых систем — всех, кроме вооружения. На этот счёт имелась отдельная пометка, согласно которой с арсеналом лучше не проводить никаких манипуляций.

Дочитав до конца, Андрей тяжело вздохнул и сказал:

— Чем больше мы узнаём о Горачи, тем меньше я понимаю, что вообще происходит… Как они заранее узнали о нашем прибытии сюда? Притом не просто предсказали появление кого-то вроде нас, а имели точное представление о всей цепочке событий на миллионы лет вперёд.

— Они знали не только это, — ответил Зартас после секундной паузы, — но и то, что Ишкхары откроют в нашей Вселенной пространственные разломы, чтобы впустить из других миров легионы приспешников злой сущности.

— Думаешь, горачи действительно способны видеть будущее, как вознесённые?

— Не знаю. Если так, тогда зачем им строить транспортные сети, создавать мегаструктуры и вербовать участников исследовательских экспедиций? Всё, что мы видели до сих пор, говорит об обратном. Тем не менее глупо отрицать, что возможности Горачи плохо вписываются в рамки определения привычного понимания технологий. Скорее всего, они извлекают информацию из дополнительных измерений или иначе воспринимают структуру самого пространства-времени.

Зартас перевёл взгляд на новую отметку маршрута и добавил:

— Надеюсь, скоро мы это выясним, но сперва мне нужно заняться кораблём.

С этими словами он открыл список диагностических процедур и приступил к восстановлению систем «Астира».

Глава 5. Великий план

После отладки оборудования Зартас направил «Астир» к центральной области галактики. Вихревой привод снова работал на максимум, поэтому буквально через десять минут корвет вышел из варпа в световом часе от гигантской чёрной дыры. Сияющее кольцо вещества вокруг неё заслоняло собой почти всё звёздное небо впереди, напоминая о том, какая чудовищная сила скрывается внутри космической бездны.

Прежде чем продвигаться дальше, эллой решил сперва изучить физические параметры эргосферы. Показатели были аномальными: гравитация, температура и искажение пространства-времени уменьшались по мере приближения к горизонту событий. Однако окружающее вещество вело себя как обычно — сближалось по спирали с горизонтом событий.

Все странности вполне соответствовали описаниям руководителя экспедиции, поэтому, понаблюдав ещё некоторое время за показателями, Зартас направил корабль вперёд. Чем ближе они подлетали к горизонту событий, тем меньше окружающее пространство напоминало оболочку самого опасного объекта во Вселенной. Аномальные эффекты ослабевали, а космос всё больше походил на густую туманность.

Вскоре Андрей заметил за завесой газового облака какое-то мерцание. Сперва он решил, что это был очередной эффект гравитационного линзирования. Но после увеличения изображения той области на дисплее они увидели дрейфующий кластер невообразимых конструкций. Информация из журнала ксеносов не описывала и половины того, что представляло собой место обитания горачи.

На несколько секунд в рубке воцарилась полная тишина. Даже Зартас, который неоднократно сталкивался с самыми невероятными технологиями, не спешил что-либо говорить. Затем их внимание привлекло уведомление навигационной системы о смене пункта назначения. Хотя корабль был на ручном управлении, он начал двигаться к указанной точке. Одновременно с этим на карте возникла отметка неизвестного объекта, который быстро приближался к «Астиру» из глубины разноцветной туманности за горизонтом событий.

— Похоже, нас уже встречают, — вполголоса произнёс Андрей.

Зартас ничего не ответил: он внимательно наблюдал за перемещением объекта, пока дистанция не сократилась и перед лобовым обтекателем не появился местный обитатель. Поравнявшись с корветом, горачи завис напротив лобового обтекателя. Он держался в паре метров от носа корабля и смотрел прямо на гостей.

Неожиданно команда почувствовала, как сквозь пространство прошла едва уловимая вибрация. Ни одна система не сообщила о внешнем воздействии, но в тот же миг прозвучал голос:

— Добро пожаловать!

Это нельзя было назвать звуком в привычном смысле. Зартас и Андрей отчётливо услышали фразу, но слова родного языка возникали прямо в их сознании.

— Приветствую! — произнёс Зартас. — Значит, мы наконец нашли вас?

Горачи некоторое время молча разглядывал гостей, после чего с явным высокомерием в голосе ответил:

— Мы позволили вам это сделать.

Пока Зартас обдумывал, как тактичнее сформулировать следующую фразу, облака вокруг «Астира» начали редеть. Корвет продолжал двигаться равномерно, но Андрей инстинктивно ухватился за край перекрытия рубки, когда облачная пелена внезапно исчезла. Во внутреннем пространстве дрейфовали миллионы космических кораблей, не менее колоссальных и удивительных, чем исполинские сооружения. Зартас взглянул на данные навигационной системы, но бортовые алгоритмы не могли точно определить количество объектов: их число в сводке постоянно менялось.

— Куда мы летим? — поинтересовался Андрей.

— На аудиенцию, — кратко ответил горачи и в то же мгновение исчез.

«Астир» продолжал двигаться к центру одного из сооружений в виде платформы, простирающейся на тысячи километров. После приземления Андрей вновь заметил необъяснимые изменения вокруг. Когда они ступили на площадку, гигантская конструкция вдруг стала частью крытого помещения.

— Вы проделали достаточно долгий путь и заслужили узнать то, ради чего прибыли, — произнёс один из трёх горачи, которые встречали их там.

— Тогда начнём с главного. Кто вы на самом деле? — тут же спросил Зартас, пристально взглянув на собеседников. — Обитатели трёхмерного пространства не способны видеть ветви времени.

— Из-за особенностей восприятия младших существ мы не сможем корректно передать эту информацию, но наших собратьев вы называете «первородными».

После этих слов над площадкой позади троицы возникла проекция с изображением множества звёзд, галактик, сверхскоплений, паутины вселенских мегаструктур… Картина быстро расширялась, пока не превратилась в нечто, что разум гостей едва мог осознать. Пространства наслаивались друг на друга, образуя сложную структуру из бесчисленного множества взаимосвязанных сред, не имеющих чётких форм.

— Когда-то мы существовали на ином уровне бытия, — продолжал уже другой горачи. — Там, где непрерывно рождаются и умирают бесконечности. Постигая тайны мироздания, мы процветали. Но затем началась война.

Изображение стало меняться. Теперь по переплетению многомерных структур медленно распространялась тёмная область, поглощавшая всё на своём пути.

— Та злая сущность? — спросил Зартас.

— Это подходящее определение для Первозданного. Его пагубное влияние быстро распространялось на всех уровнях бытия, превращая целые миры в безжизненную пустоту. В прямом противостоянии мы быстро теряли силы и под прикрытием оставшихся были вынуждены сбегать в базовые Вселенные, чтобы избежать гибели.

После низвержения мы начинали создавать условия, при которых влияние противника ослабевало. Каждый оберегаемый мир лишал его части подпитки и давал высшим собратьям больше времени на подготовку.

Зартас задумчиво наблюдал за визуализацией противостояния, после чего спросил:

— Если вы — утратившие силу первородные, почему тогда воевали между собой и покинули нашу Вселенную?

— Через время произошло то, чего мы не ожидали. Некоторые низвергнутые устали ждать окончания войны для возвышения. Они захотели использовать младшие цивилизации для ускорения процесса.

Изображение вновь изменилось. Масштаб уменьшился до галактики со множеством светящихся отметок, к части которых стекались нитевидные потоки энергии. Со временем они становились ярче и крупнее.

— Каким образом использовать? — поинтересовался Андрей.

— Разумные существа связаны с тем, что вы называете полем сознания. Каждый является носителем его кванта — некой искры жизни. В базовом измерении через них можно напрямую поглощать энергию поля. Но при этом сам квант сознания исчезает, а носитель погибает.

— И вы решили заступиться за ни в чём не повинных существ?

— Конечно же, нет! Без нас вы все и так обречены! — в голосе горачи к высокомерному тону добавилось ещё и раздражение. — Пусть после перехода мы и утратили большую часть высших знаний, но понимали, что это шло вразрез с выбранной стратегией. Подобные действия неизбежно привлекли бы внимание противника. Не только к вашей Вселенной, но и к бесчисленному множеству других, где скрываются наши собратья.

Поэтому нам пришлось остановить их… уничтожить, чтобы сохранить план подготовки в тайне. Однако те события нарушили баланс: зло вновь могло проникать и вмешиваться в ход истории того пространства. Мы вынуждены были перейти в карманную Вселенную и начинать всё заново.

— Если вы не стремитесь возвыситься за счёт смертных существ и не собираете с их помощью ресурсы, зачем тогда подчиняете себе целые цивилизации под угрозой истребления? — спросил Зартас.

— Такие меры необходимы для поддержания требуемого баланса, чтобы не допустить взаимодействия Первозданного с оберегаемой бесконечностью.

Над площадкой возникла знакомая проекция с уже знакомой структурой миров. Только теперь отдельные Вселенные были выделены разными оттенками.

— После падения мы были вынуждены отказаться от привычных методов. Любое прямое вмешательство быстро привлекло бы внимание противника. Поэтому пришлось действовать скрытно — через местных обитателей. Контроль темпов развития и точечные меры позволяли добиться требуемого результата, не выдавая своего присутствия.

— То есть вы не давали им нормально развиваться? — нахмурившись, задал вопрос Андрей.

— Лишь направляли по безопасному пути. Большинство разумных видов не понимают, насколько опасны отдельные знания. Каждая развитая цивилизация неизбежно начинает экспериментировать с вещами, которые до конца не осознаёт, спешно изменять окружающее пространство, гнаться за всё более мощными инструментами для уничтожения себе подобных. Чем шире её возможности — тем больше дисбаланс, сильнее раздор, выше риски и тем стремительнее коллапс.

Перед ними стали появляться фрагменты различных сюжетов. В одних целые цивилизации исчезали после собственных экспериментов. В других случаях инопланетяне открывали технологии создания абсолютного оружия, позволяющего менять структуру пространства. А в остальных были всевозможные варианты агрессивной экспансии и медленного вымирания, полного страданий.

— Вместе с тем мы даровали им больше свободы, открыв глобальную сеть переходов для путешествий, обмена знаниями и ресурсами, — добавил горачи.

На проекции отобразились бесконечные цепочки пространственных мостов между звёздными системами.

— Мнимой свободы, ведь вы всё время манипулировали ими, — не скрывая недовольства, сказал Зартас.

— Разумеется, — ответил рассказчик, взглянув на эллоя с лёгким недоумением.

Горачи даже не пытались скрывать свои методы, будто это было настолько естественно, что не требовало оправданий. Зартас понял, что для них другие расы являлись чем-то вроде разменных фигур в глобальной игре, не имевших права выбора, куда двигаться дальше. Похоже, за время существования в высших измерениях первородные уже настолько были избалованы могуществом собственной власти, что перестали видеть разницу между заботой и подчинением. Для них стало обыденным распоряжаться судьбами целых миров по своему усмотрению.

— А этот флот? — спросил Андрей, указывая на нескончаемые ряды кораблей за пределами площадки. — Для чего он, если вы не хотите сеять зло?

— Это оружие для борьбы с приспешниками врага. После перехода мы утратили свои силы, а возвышенные не смогут напрямую помочь на этом уровне бытия.

— С вашими возможностями за миллиарды лет можно было построить намного больший флот.

— Мы не намерены посвящать каждого встречного в детали глобального плана. Вам достаточно знать, что кораблей именно столько, сколько необходимо.

Зартасу не понравился такой тон ответа, поэтому он не сдержался и озлобленно выпалил:

— Эллойской экспедиции вы тоже рассказали лишь то, что было нужно, чтобы они здесь остались и начали прислуживать?

Позади горачи возникла проекция с исследовательским кораблём ксеносов, который последовательно проходил те же локации, что и «Астир» по пути сюда. Затем отобразилась группа из восьми учёных, стоявшая на том же самом месте, что и они сейчас.

— Мы не уговаривали их остаться, если ты об этом, — спокойно произнёс горачи. — Ваши учёные самостоятельно приняли такое решение ради будущего родного мирапосле того, как узнали о грядущих событиях.

На проекции руководитель экспедиции обращался к своим спутникам. Разговор был тяжёлым. Учёные долго спорили и ставили под сомнение каждый довод. Решающим аргументом стало то, что возвращение домой нарушало цепочку событий, которая однажды должна была привести Зартаса и Андрея сюда. А это являлось важной частью невероятно сложного плана первородных.

— Всё ещё не понимаю: если вы располагаете такими знаниями и могущественными технологиями, зачем вообще понадобились мы? — с недоумением спросил Зартас.

— Потому что мы не можем выходить за определённые рамки, — отвечал уже третий горачи, глядя куда-то за пределы платформы, словно всматривался в нечто недоступное их восприятию. — С тех пор как Первозданный пробудился, он непрестанно наступает по всем фронтам, стремясь распространить своё влияние повсеместно. С каждой бесконечностью, поглощённой страхом, ненавистью и отчаянием, его сила возрастает.

Если противник узнает, что на финальной стадии диссипации мы не погибаем, а проваливаемся в низшие миры, то с лёгкостью истребит падших и быстро покончит с оставшимися высшими собратьями.

— Почему тогда решили снова бороться за нашу Вселенную?

— Стратегически уйти из неё было выгоднее, чем остаться и восстанавливать нарушенный баланс. К тому же высшие собратья обнаружили, что попытки противника укрепить там свои позиции можно использовать в наших интересах. Всё происходящее сейчас является подготовкой к ответному удару, точному и неожиданному. Именно для этого они незаметно переместили вас сюда за миг до уничтожения корабля.

Первым звеном дальнейшей цепочки событий должно стать масштабное сражение между приспешниками Первозданного и нашими флотами.

На проекции отобразилась планета-океан, вокруг которой были открыты разломы. Из одних вылетали космические корабли непривычных форм, из других — ужасные монстры с сотнями щупалец, а сквозь третьи проходили аморфные сущности, больше напоминающие тени.

— Силы зла считают, что полностью контролируют ситуацию. Это хорошо. Теперь нам нужно воспользоваться эффектом неожиданности, чтобы помешать оккупации и привлечь внимание врага к происходящему.

Собратья тем временем постараются «провернуть» задуманный трюк, вокруг которого и был сформирован глобальный план. Успех его реализации определит исход всего противостояния.

— И мы как-то должны этому поспособствовать? — спросил Андрей.

— Да. После вашего перемещения высшие перестали вмешиваться в ход истории базовых миров, чтобы полностью сосредоточиться на подготовке к контратаке. Но без сторонней помощи мы не можем открывать проходы между Вселенными. И дело тут не в создании межпространственного моста, а в риске мгновенного схлопывания самих бесконечностей.

В вашем мире преобладает отрицательная направленность поля сознания, а здесь — положительная. Если прямо сейчас между ними возникнет связь, они взаимоуничтожатся. Этот процесс можно сравнить с аннигиляцией при контакте привычной материи с антивеществом. Примерно то же самое произойдёт с тканью пространства-времени, причём мгновенно, ведь такие изменения не ограничены скоростью света.

До полной победы над врагом очистить ваш мир от скверны не получится, но можно быстро изменить баланс сил здесь.

— Вы хотите развязать глобальную войну или устроить какой-то апокалипсис? — с тревогой в голосе спросил Зартас.

— Для достижения результата такими методами ушло бы слишком много времени. Да и ваше участие не потребовалось бы, — равнодушным тоном ответил горачи. — В этой бесконечности мы так ослабили влияние Первозданного, что смогли изолировать остатки проявлений зла в отдельных регионах. Собратья обуздали их с помощью неких ограждающих барьеров, которые теперь нужно вскрыть.

Изображение вновь изменилось. На нём появилось шесть разбросанных по космосу объектов, каждый из которых окружали слои сложных энергетических структур.

— Каким же образом? — спросил Андрей.

— Этого мы не знаем. Действовать придётся по обстоятельствам, рискуя своими жизнями и успехом всего плана. Процедура снятия каждого барьера представляет собой испытание. Один из вас уже сталкивался с подобным, но на этот раз нужно будет развеять саму суть укоренившегося зла, чтобы его более могущественное проявление возникло в ином месте и начало молниеносно распространяться.

— Не проще было бы привлечь местных или сделать всё самостоятельно? — поинтересовался Зартас.

— Родившиеся здесь существа принадлежат местному полю сознания. Если кто-то из них попадёт в такую область, то зло сразу завладеет его разумом. Первозданный узнает о нашем существовании, догадается о скрытой подготовке к контратаке и примет соответствующие меры. Хоть мы и не подвержены такому влиянию, прямое взаимодействие со скверной также поставит под угрозу план.

— Сколько у нас времени?

— Мы будем открывать пространственные мосты для быстрого перехода между секторами, поэтому можете действовать без спешки. К тому же время здесь течёт иначе. С момента перемещения в вашей Вселенной прошло меньше часа.

Точные координаты барьеров уже отмечены в вашей навигационной системе. Последовательность не имеет значения.

На проекции вспыхнули шесть отметок. Там Зартасу и Андрею предстояло столкнуться со злом, которого опасались даже первородные.

Глава 6. Изоляция

Напоследок горачи сообщили, что пространственные переходы будут открываться сами. Как только команда выберет любую из шести локаций, вблизи корабля тут же появится аномалия, через которую они смогут переместиться к указанному месту. Но для активации сперва нужно было отлететь на безопасное расстояние от горизонта событий.

После выхода из чёрной сферы портала на дисплее «Астира» отобразилась локальная карта планетарной системы. Помимо привычных небесных тел, вокруг звезды дрейфовали миллионы кораблей. Они образовывали огромные скопления и длинные цепочки в межпланетном пространстве.

Большинство кораблей были размером с небольшие фрегаты, но там также встречались гигантские флагманы и космические станции. Судя по их конструкциям, в системе покоились флоты как минимум десятка различных цивилизаций. Среди всего разнообразия встречались суда не просто с диковинными формами, а совсем чуждым внешним видом — они больше походили на искусственно выращенные организмы, чем на технику.

Ни один корабль не двигался, словно время для них здесь замерло.

— Напоминает кладбище, — нарушил молчание Андрей.

— Нет. Объекты расположены слишком упорядоченно, — покачав головой, ответил Зартас и начал быстро выводить на дисплей отчёты сканирования.

По мере просмотра данных его лицо становилось всё серьёзнее. У большинства кораблей реакторы продолжали работать. Приборы также фиксировали остаточную энергетическую активность бортовых систем, как если бы они пребывали в режиме ожидания.

В самой гуще крупнейшего скопления кораблей медленно вращался необычный объект в виде огромного клубка из переплетённых металлических обломков. Он создавал помехи, которые не позволяли приборам определить, что скрывалось внутри. Зартас направил «Астир» к объекту, чтобы изучить вблизи, как вдруг прозвучал сигнал тревоги. Из клубка вырвался мощный энергетический всплеск, затмивший саму звезду. Следом на карте одна за другой стали появляться отметки потенциальных угроз.

Тонкие лучи света вырывались из корпусов кораблей и устремлялись в разные стороны. Спустя несколько секунд вся система оказалась оплетена плотной сетью энергетических линий. Лучи соединялись друг с другом и переплетались, образуя вокруг системы сферу.

— А это ещё что такое? — в смятении спросил Андрей.

Зартас некоторое время молчал, изучая данные отчётов, после чего ответил:

— Похоже, мы попали в ловушку. Это какая-то продвинутая технология блокировки, которая не только глушит варп-привод, но и запирает все объекты внутри силового кокона. Любая попытка покинуть систему закончится разрушением корабля из-за столкновения с барьером. Уничтожить источник также не получится, ведь конструкция защищена аналогичным силовым полем меньшего размера.

— Если капкан захлопнулся, то охотник ждать себя не заставит, — сказал Андрей, указывая на карту, где статус некоторых отметок изменился на «прямую угрозу».

Среди бесчисленных рядов дрейфующей армады один за другим начали просыпаться корабли. Их реакторы выходили на максимальную мощность, активировались сенсоры и орудийные установки, а корпуса разворачивались в сторону единственного чужака, появившегося в системе.

Двадцать шесть небольших судов размером с фрегат отделились от общего строя почти одновременно. За считаные секунды они пробудились после миллионов лет спячки и синхронно устремились к «Астиру». Неизвестный флот явно не собирался вести переговоры, но, поскольку все системы эллойского корвета вновь работали нормально, Зартас без сомнений отдал команду вступить в бой.

Когда дистанция сократилась, рубку озарили вспышки энергетических разрядов. Мимо прошли лишь несколько, а остальные легли удивительно точно, будто атакующие заранее знали траекторию манёвра «Астира».

В ответ корвет резко ушёл вниз и тут же дал залп. Два ближайших корабля превратились в облака раскалённых обломков, но остальные даже не попытались уклониться или перестроиться. Они продолжали хладнокровно атаковать.

Противники не совершали ошибок, сохраняли строй и при необходимости жертвовали собой ради отвлечения внимания. Каждый корабль занимал своё место и действовал как часть единого организма. Стоило одному выйти на линию огня, как другой уже прикрывал его. Каждый раз, когда корвет заходил с фланга, там заранее оказывалась новая группа перехватчиков. Всё это напомнило Зартасу сражения против аморфов.

Группа была слишком слабой, чтобы остановить «Астир». Буквально через пару минут ближайшее пространство заполнили обломки уничтоженных кораблей. Последний потерял управление после повреждения двигателя и врезался в корпус своего дремлющего собрата. В голове Андрея даже промелькнула мысль о подозрительно малом количестве атакующих, но на карте стали вспыхивать новые отметки прямой угрозы. Теперь их было больше сотни.

— Мне такое не нравится! — со злобой произнёс Зартас. — Они наступают волнами, будто вся армада является единым охранным механизмом, который намеренно увеличивает давление, проверяя, как долго добыча в ловушке сможет продержаться.

Следующая группа уже двигалась к ним. Она превосходила предыдущую в четыре раза и включала суда более высокого класса. Среди множества небольших фрегатов появилось несколько эсминцев с внушительным вооружением.

Пока Зартас спешно изучал поступающие данные, Андрей с ужасом смотрел на карту, где было видно, как остальная часть дремлющего флота постепенно пробуждалась. Затем Зартас указал на центральную область, скрытую среди миллионов неподвижных кораблей.

— Если мы быстро не поймём, как работает эта система, — сказал он, отдав новый комплексный приказ «Астиру», — очень скоро против нас будет воевать вся эта армада.

В тот же миг противники открыли огонь. Вторая волна оказалась совсем не похожа на предыдущую. Более крупные корабли держались позади, словно координировали действия остальной группы.

На «Астир» непрерывно обрушивались потоки перекрёстного огня, вынуждая его постоянно менять курс. Корвет метался между дрейфующими гигантами древнего флота, используя их корпуса в качестве укрытия. Мощные энергетические импульсы от орудий эсминцев нагружали щиты, из-за чего рубку озаряло ослепительное голубоватое сияние. «Астир» отвечал короткими точными залпами, уничтожая наиболее опасные цели, но противников становилось всё больше.

Неожиданно один из эсминцев оказался перед самым носом «Астира». Яркие вспышки залпа озарили пространство и разорвали вражеское судно на части. В следующий момент произошло нечто странное: сразу несколько ближайших кораблей на долю секунды будто вышли из строя. Один резко отклонился от курса, второй преждевременно открыл огонь, а третий вообще столкнулся с обломками уничтоженного товарища.

Сбой был незначительным и почти сразу исчез, но Зартас успел его заметить, приказав кораблю повторить атаку по лидеру ближайшего вражеского звена. Корвет тут же развернулся, выполнил манёвр уклонения и одним залпом уничтожил указанную цель.

Некоторые противники вновь на мгновение «потерялись».

— Любопытно... — тихо произнёс Зартас.

— Что именно?

— Они действуют не просто согласованно, а непрерывно обмениваются данными друг с другом через узлы, которыми выступают ведущие корабли.

Взрыв очередного эсминца подтвердил эту догадку. После уничтожения лидера боевые единицы, находившиеся в его подчинении, одновременно допустили несколько ошибок. Зартас вывел на дисплей схему движения кораблей противника, между которыми тянулись едва заметные линии информационных потоков.

— Каждый из них является элементом единой сети. При уничтожении узла система теряет часть данных, что провоцирует краткосрочный сбой из-за реорганизации.

— То есть ими управляет какой-то центральный компьютер?

— Нет, судя по всему, это распределённая сеть. Каждый корабль является не только боевой единицей, но и частью общего «разума».

Во время этой беседы корабли начали пробуждаться уже на дальней границе системы. Сотни новых отметок загорались на карте одна за другой. Тогда Зартас заметил очередную странность: были целые скопления дремлющих судов, которые оставались абсолютно неподвижными. Более того, нападавшие обходили эти районы стороной.

Изменив масштаб изображения, он заметил в центре одного из таких скоплений огромную станцию.Пока основная масса пробуждённого флота продолжала преследовать «Астир», пространство вокруг аномальной зоны оставалось безмятежным.

— Вот это уже интересно.

— Что ты нашёл?

— Несколько областей космоса, которые они намеренно игнорируют.

— Так, может, те кластеры вышли из строя или это хитрая уловка, чтобы заманить нас в очередную ловушку?

Зартас ничего не ответил, но корвет резко сменил курс и направился в сторону загадочной станции, окружённой кольцом неподвижных флагманов. Добраться до неё оказалось куда проще, чем он ожидал, ведь по какой-то причине преследователи не решались подлетать близко.

Станция выглядела намного старше кораблей. Часть внешних элементов была разрушена, некоторые секции разгерметизированы, но основные системы продолжали функционировать. После приземления в ангаре Зартас и Андрей без приключений добрались до зала управления, где находилась центральная консоль с архивом.

Кристаллические пластины образовывали сложную конструкцию, которая была одновременно и вычислительным устройством, и хранилищем данных. Зартас отправил нанороботов для подключения и копирования данных. При активации интерфейса в пространстве над консолью возникли объёмные проекции, на которых стали отображаться фрагменты древних событий.

Команда увидела тот же самый флот, который сейчас заполнял систему, только тогда он был ещё «живым». На первых кадрах тысячи кораблей двигались единым строем, сопровождая огромные станции. За ними последовали сцены войны: на проекциях взрывались звёзды и планеты, бесчисленные эскадры вступали в бой с противниками, чьи формы выглядели неестественными для привычного пространства.

Эпизоды не объясняли, кем именно были те враги, но Зартас и Андрей сразу поняли, что речь шла о вторжении приспешников Первозданного в эту Вселенную, которым противостояли сотни объединённых флотов местных цивилизаций. Защитники с огромным трудом оттесняли врага к межпространственным переходам, но во время решающей битвы их разум подвергся воздействию злой сущности.

Один за другим корабли переходили на сторону противника и начинали атаковать своих. Чтобы не допустить распространения скверны, горачи были вынуждены пойти на крайние меры. При поддержке первородных они перенесли сознания участников сражения в цифровое пространство бортовых систем кораблей, ограничив возможности коммуникации. После чего этот сектор был изолирован.

С тех пор запертые сознания находились в состоянии ментального забвения. За миллиарды лет они деградировали и «сплелись» через распределённую сеть. Однако армада по-прежнему состояла из множества автономных кластеров, связанных между собой лишь посредством совместного внешнего контура.

Бегло изучив архивные записи, Зартас сообщил:

— Старый раскол никуда не исчез. Первородные лишь усмирили сознания участников сражения, переведя…

Не успел он закончить предложение, как от «Астира» поступило предупреждение. Флагманские корабли вокруг станции начали пробуждаться и нагнетать энергию для залпа из орудий главного калибра.

Зартас с Андреем побежали к ангару и только благодаря удачному стечению обстоятельств не вылетели в открытый космос, когда на полпути к ангару станцию пронзили десятки лучей. Их спасла мгновенная реакция аварийной системы на разгерметизацию секций.

После второго залпа станция разорвалась на дюжину отдельных кусков, но к тому времени корвет уже вылетал из ангара с командой на борту. Помимо неповоротливых флагманов поблизости, их ждали ещё тысячи более мелких кораблей, которые не приближались к станции даже после её разрушения. Тактический дисплей был заполнен сигнатурами настолько плотно, что отдельные отметки сливались между собой. При этом всё новые корабли продолжали пробуждаться.

Пока «Астир» сражался с флагманами в «зоне безопасности», всё внимание Зартаса было сосредоточено на архивных данных, которые нанороботы успели скопировать со станции. К счастью, исполины предпочитали стрелять с большого расстояния, поэтому юркий корвет успевал уклоняться от энергетических импульсов, которые, пересекая пространство, оставляли за собой светящиеся следы. Их орудия обладали достаточно высокой мощностью для того, чтобы пройти сквозь его силовой щит и пробить броню.

Корвет также стрелял, но делал это редко из-за постоянной смены курса для уклонения. Боевые алгоритмы выстраивали маршрут так, чтобы вражеские линкоры и крейсера, стреляя на упреждение, попадали друг в друга.

— Похоже, они не слишком переживают за своих, — сказал Андрей, наблюдая через лобовой обтекатель за тем, как очередная вспышка от взрыва осветила разлетающиеся по сторонам обломки линкора.

Эта фраза заставила Зартаса оторваться от изучения архива.

— Нет... — несколько секунд он молча о чём-то размышлял, а затем вывел на экран схему поведения вражеских кораблей, — наоборот, посмотри внимательно.

На карте были выделены десятки активных кластеров флота противника. После каждого случайного попадания по своим кораблям их активность заметно снижалась. Некоторые группы вообще прекращали атаку, будто испытывали противоречивые чувства.

— Управляющий контур координирует их действия, но внутри сети продолжают существовать несовместимые модели поведения. Барьер не просто удерживает корабли в дремлющем состоянии, он полностью изолировал этот участок космоса, — продолжал Зартас.

— Значит, скверна больше не сможет распространяться, и, если напомнить им, что вокруг полно врагов... — подхватил мысль Андрей.

— Именно. Но сделать это можно только через управляющий контур, разбитый на отдельные кластеры. Разрушенная станция была единственным связующим звеном между всеми группами. Для восстановления их памяти достаточно распространить архивные записи времён решающей битвы. Мы не будем ничего подделывать, просто покажем реальную историю прошлого.

Проблема в том, что без помощи Тота на взлом защитных протоколов узловых кораблей-ретрансляторов каждого кластера уйдёт слишком много времени, поэтому придётся всё делать вручную.

На карте отметки тысяч пробуждённых сменились десятками сфер статичных областей, охраняемых флагманами. Все они находились в разных частях системы.

Спустя минуту «Астир» вновь вошёл в зону активных боевых действий. К тому времени количество враждебных кораблей увеличилось настолько, что отдельные участки космоса напоминали движущиеся металлические континенты.

Волны пробуждённого флота продолжали стекаться к корвету со всех сторон. Он постоянно менял курс, проскальзывая между энергетическими залпами и бесчисленными обломками корпусов. Частенько пролетал буквально в паре метров от брони гигантов, чтобы скрыться от огня преследователей.

Тем временем в синтезаторе материи Зартас производил миллиарды нанороботов, которые сразу отправлялись в боеголовки холостых торпед. После столкновения с обшивкой ретранслирующих кораблей боеголовки разрушались, выбрасывая облако крошечных агентов. Те быстро проникали через обшивку внутрь и подключались к системе передачи данных.

Пока «Астир» двигался к следующей цели, нанороботы рассылали по сети архивные пакеты информации. С каждым новым подключением флоты начинали вести себя всё менее согласованно, и всё активнее пробуждались флагманские корабли.

Гиганты медленно выходили из формирований и наводились в сторону соседа. На несколько секунд они замирали, проверяя правильность полученных данных, а затем открывали огонь из всех орудий. Шквал энергетических импульсов пересекал пространство и ударял прямо в борт ближайшего флагмана. Повреждённые крейсера, линкоры и дредноуты немедленно производили ответную атаку.

Корабли продолжали перепроверять друг друга через архивные логи, продолжая определять, кто из соседей представляет угрозу. Каскад событий необратимого процесса был запущен, и очень скоро единая армада разделилась на тысячи противоборствующих группировок.

Древнее противостояние возобновилось, и в системе развернулось сражение невероятного масштаба. Исполины обменивались залпами через огромные расстояния. Тысячи ударных звеньев одновременно перехватывали друг друга между скоплениями обломков. Целые эскадры за секунду исчезали в ослепительных вспышках.

«Астир» маневрировал по охваченной войной системе, не вмешиваясь в ход сражения, ведь без взлома внутренних архивов кораблей невозможно было определить, кто защищал родную Вселенную, а кто подчинился воле злой сущности.

После уничтожения всех заражённых скверной конструкция в виде клубка из обломков раскололась, и на мгновение всё пространство вокруг словно замерло. Затем из её сердцевины в разные стороны вырвались два настолько мощных потока энергии, что датчики «Астира» зашкалили и ненадолго вышли из строя. Когда вспышка исчезла, на месте разрушенной конструкции осталась каменная спираль с мерцающим ядром. Она медленно вращалась вокруг своей оси — своего рода мемориал в честь окончания войны.

Зартас открыл глобальную карту, на которой стало на одну отметку меньше. Он выбрал следующую точку маршрута и медленно перевёл взгляд на звёзды.

Глава 7. Сизифов лабиринт

После перехода через пространственный мост «Астир» вновь оказался на окраине небольшой системы. Там на орбите жёлтого карлика находились три планеты, крупное полуразрушенное сооружение и десятки небольших космических конструкций. В атмосфере одного из миров даже обитала протоцивилизация разумных летающих существ, похожих на воздушные шары с длинными щупальцами.

Отметка Горачи указывала на сооружение, которое по структуре напоминало исследовательскую станцию. Центральная часть её корпуса представляла собой вытянутый цилиндр, от которого отходили многочисленные секции, соединённые переходными тоннелями. Некоторые модули уже полностью отделились от основного массива и теперь медленно дрейфовали рядом. Однако даже в таком состоянии станция отказывалась становиться мёртвой грудой обломков.

— Энергетический контур стабилен, жизнеобеспечение, инженерные сети и другие системы продолжают работать, — отметил Зартас, глядя на данные сканирования, и после секундной паузы многозначительно хмыкнул.

— Что там?

— Станция была построена очень давно, но в архитектуре нет ничего общего с сооружениями Горачи.

По опыту предыдущей локации Зартас не спешил подводить «Астир» ближе. Для начала он увеличил масштаб изображения станции на дисплее, чтобы изучить следы многочисленных повреждений на обшивке. Некоторые участки словно расплавились от чудовищных температур, другие были испещрены глубокими разломами. Она явно пережила много невзгод и держалась на последнем издыхании.

— Сканирование не выявило внутри радиации, токсичных веществ, биологических угроз или других опасностей.

— А там что? — поинтересовался Андрей, указывая на небольшую область внутри центральной части станции, куда как раз вела навигационная отметка Горачи.

— Наши датчики не могут определить, что там находится из-за сильного искажения сигнала. Придётся идти и проверять лично.

По указанию Зартаса корвет подлетел к одному из сохранившихся посадочных отсеков и осторожно приземлился. Внутри свет аварийного освещения тускло отражался от металлических стен, а из глубины конструкции исходили редкие вибрации, напоминавшие отголоски работы крупных силовых агрегатов.

Маршрут к отмеченному месту пролегал через несколько уровней станции и постепенно уходил вглубь центральной части комплекса. По пути они осматривали помещения, которые когда-то, вероятно, служили лабораториями, жилыми секторами и центрами управления. Однако за прошедшие эпохи многое оборудование вышло из строя, превратившись в бесполезные остовы.

— Даже не представляю, чем занимались создатели этого места, — сказал Андрей, рассматривая огромную камеру, заполненную кольцевыми конструкциями. — Такое ощущение, будто эта цивилизация специально старалась строить всё максимально непохоже на других.

— Возможно, так и есть, или мы просто смотрим на технологии, которые разрабатывались в иной Вселенной.

Чем дальше они продвигались, тем чаще станция подавала признаки жизни. То где-то впереди самопроизвольно открывались герметичные переборки, то внезапно загорались панели освещения. Разок система внутренней связи станции даже издала короткий треск, будто пыталась передать сообщение, но тут же замолчала.

Наконец они пришли к огромному залу, в самом центре которого возвышалась сложная конструкция из переплетённых металлических арок и нагромождённых кристаллических элементов. Вокруг неё мерцала едва заметная энергетическая оболочка около сорока метров в диаметре.

Андрей на время остановился, рассматривая объект. Зартас медленно шагал вперёд и молча изучал необычные показания приборов. Внутри сферической оболочки приборы фиксировали несколько видов мощного экзотического излучения, которое снаружи никак не проявлялось. Оно не влияло на оборудование, не создавало помех и не препятствовало сканированию. Многофакторный анализ среды не выявлял признаков угрозы.

— Странно, для чего вообще оно здесь нужно, — пробормотал эллой.

По мере приближения к сфере на её энергетической оболочке стала заметна небольшая рябь. Мелкие волны слегка преломляли свет, из-за чего отдельные места переливались разными оттенками голубого. После очередной проверки показателей Зартас перешагнул границу раздела, и Андрей тут же последовал за ним.

Первое время ничего не происходило. В зале царила тишина, приборы работали в штатном режиме, а загадочное устройство не проявляло никаких признаков активности, хотя все конструктивные элементы казались полностью исправными. В основании арок находились десятки преобразующих модулей, соединённых в единую систему.

Пока Зартас пытался разобраться с назначением устройства, Андрей вышел из сферы, чтобы осмотреть помещение. Он успел пройти меньше ста метров, как откуда-то из глубины станции раздался едва слышный металлический удар. Потом снова, и снова… Звук повторялся каждые несколько секунд, его источник становился всё ближе, сопровождаясь нарастающим низким гулом.

Затем за спиной землянина резко захлопнулась герметичная переборка, через которую они вошли. Следом сработала переборка в коридоре напротив, а из двух боковых коридоров начал доноситься свист.

— Зартас, у нас проблема, — тут же сообщил Андрей по связи увлечённому исследованием напарнику.

Эллой отвёл взгляд от устройства и спросил:

— Что случилось?

— Похоже, на станции какие-то неполадки.

В тот же миг на стенах вспыхнули огни аварийного освещения, начало падать давление, а от «Астира» поступило предупреждение о разгерметизации технического контура станции.

— Система изолирует отсеки, стараясь минимизировать ущерб от разрыва магистрали, но делает это без учёта прежних повреждений. Нужно вмешаться, пока комплекс окончательно не развалился, — объяснял Зартас, мчась к одному из мест утечки и указывая Андрею рукой на другое.

Когда они добрались до панелей управления боковых шлюзов, поток отходящего воздуха уже с воем уходил через коридоры, срывая со стен куски облицовки. После закрытия переборок Зартас подключился к аварийной системе станции и принялся корректировать протокол изоляции секций. Несколько минут ушло на то, чтобы перекрыть повреждённый участок и восстановить герметичность. Как только давление стабилизировалось, все четыре переборки автоматически открылись.

— Насколько же дряхлая конструкция… стоило нам появиться, как всё вокруг начало трещать по швам, — озвучил Андрей свои мысли.

Они уже были на полпути к загадочному устройству, когда по залу вновь прокатился сигнал тревоги. На этот раз — сбой в силовом отсеке. Пока Зартас корректировал аварийный протокол, система автоматически перераспределила питание между энергетическими контурами. В результате один из узлов вышел из строя, а оставшиеся не справлялись с нагрузкой.

— Раз дело в этой штуковине, может, подождём отключения, и проблема решится сама собой, — предложил Андрей, указав на устройство в центре зала.

— Сомневаюсь, что получится так просто избавить это место от скверны, но давай попробуем.

Когда система энергоснабжения станции вышла из строя и комплекс был полностью обесточен, навигационная отметка никуда не исчезла.

— Всё-таки для снятия барьера нужно исследовать область сферы, когда устройство активно, — констатировал Зартас и после короткой паузы, нахмурившись, добавил: — Хотя как-то это подозрительно.

— Что именно?

— Только мы устранили одну проблему, как вместо неё тут же возникла другая.

— Так оно и неудивительно, станция миллиарды лет балансировала на грани разрушения, а тут внезапно такие перегрузки. Хорошо, что она вообще до сих пор не рассыпалась.

— Может, и так… Ладно, не будем терять время. Отсюда мы ничего не сделаем, придётся спускаться в силовой отсек и разбираться с проблемой по месту.

Огромный зал был заполнен рядами древних генераторов, большинство из которых уже не функционировали, а на дисплеях терминалов у стены мигали неизвестные символы явно предупреждающего характера. Зартас определил физическое местоположение проблемного узла подетальной схеме энергосети станции и изучил историю технических сводок.

Судя по записям, тот был уже давно повреждён, и скачок нагрузки его окончательно добил. Для восстановления питания они отключили аварийный участок и перенаправили поток энергии через резервную линию. После её ввода сигнал тревоги сразу исчез, но ненадолго. Буквально через пару минут на дисплее терминала позади появилось новое уведомление об угрозе. Теперь проблема возникла уже в системе охлаждения одного из преобразователей. Причём она стала следствием недавнего перераспределения силовых потоков.

Устранение порыва трубопровода чиллера повлекло за собой нарушение в системе теплоотведения всей станции. Инфракрасные излучатели один за другим стали отключаться из-за сбоя в автоматике регулирующих клапанов. Чтобы не допустить перегрева оборудования, требовалось срочно восстановить работу хотя бы нескольких из них.

Услышав это, Андрей раздражённо выдохнул и сказал:

— Да эта станция будто издевается над нами.

— Об этом я и говорил. Но для завершения миссии нам нужен доступ к системе управления. Придётся разделиться, чтобы успеть вручную перезапустить автоматику излучателей.

Вскоре после нормализации теплоотвода пришло очередное уведомление. Теперь уже об угрозе разрушения внешних коммуникационных модулей. Их потеря грозила дестабилизацией орбитальных генераторов, разбросанных по всей планетарной системе.

Станция не являлась обычным исследовательским комплексом. Она контролировала обширную сеть гелиоустановок, использующих излучение звезды для питания преобразователей, поддержания искусственной магнитосферы вокруг планет, работы лазерных платформ и выполнения ряда других функций.

С каждым новым вмешательством последствия становились всё серьёзнее, и сейчас ситуация уже вышла за пределы локальной аварии. Если ничего не предпринимать, то без корректирующих сигналов от центральной системы управления генераторы начнут отключаться. В результате пострадает не только станция, но и невинные существа на обитаемой планете.

Зартас стал изучать данные, на основе которых формировались отчёты о поломках, не понимая, как такая цепочка событий вообще возможна. Внутреннее чувство подсказывало, что дело тут было вовсе не в возрасте станции. Всё происходящее казалось подозрительным и абсурдным.

Ошибок в расчётах не было, но слишком уж «своевременно» возникали эти неполадки, будто намеренно не давая гостям вернуться к своей первоначальной цели.

Зартас повернул голову и взглянул на небольшой терминал управления у стены.

— Мы постоянно выбираем лучший вариант из доступных… — задумчиво произнёс он вслух свои мысли.

— Что ты имеешь в виду?

— События развиваются так, будто кто-то заранее знает, какое решение мы примем, и терпеливо ждёт следующего шага, чтобы подбросить очередной сюрприз. Такое чувство, что мы стали участниками какой-то игры.

В этот момент на дисплее терминала возникло новое предупреждение, а откуда-то из глубины станции донёсся уже знакомый сигнал тревоги.

— У меня сложилось такое же впечатление, но как нам быть? За пару часов мы успели стабилизировать энергосеть, устранить порыв в системе охлаждения и восстановить работу четырёх внешних излучателей. При этом состояние комплекса только ухудшилось. Получается, если игнорировать неполадки, то не сможем изучить устройство, и жизнь на той планете вымрет, а если продолжать устранять их, то будут возникать всё новые аварии.

— Да, напоминает бег по бесконечной спирали, — задумчиво ответил Зартас и начал спешно изучать журналы событий, после чего запросил комплексный отчёт по логистическим параметрам и тепловым картам перемещения.

— Посмотри на трёхмерную схему станции, которую я тебе отправил, — обратился он к Андрею. — Маршруты нашего передвижения во время каждой из аварий выделены разными цветами.

— Вижу, и что?

— Взгляни на отмеченные участки и относительное положение устройства со сферой. События складывались так, что за всё это время мы ни разу не приблизились к нему. Как только мы начинали двигаться в сторону центрального зала, случался очередной сбой, который отводил нас ещё дальше. Напоминает хорошо выстроенную ловушку с отрицательной логикой. Она не ограничивает нашу свободу воли, а формирует бесконечный цикл. Шаг за шагом мы сами углубляемся в Сизифов лабиринт, где каждая развилка кажется необходимой, и остановиться становится всё сложнее.

— Значит, будем просто игнорировать аварии?

— Так мы лишь упрёмся в тупик.

— Тогда давай пойдём против течения и сами начнём провоцировать аварии.

— Нет, чтобы выйти из логического лабиринта, нужно создать абсолютный парадокс.

— И как же?

Зартас сделал небольшую паузу, обдумывая план действий, и решительно спросил:

— Ты готов доверить мне свою жизнь?

— Конечно, ты же меня спас! А что?

— Хорошо, тогда иди следом и не задавай вопросов.

Вскоре они зашли в зал управления, где с помощью нанороботов Зартас подключился к центральной системе. Он сразу открыл на дисплее схему орбитальной инфраструктуры, нашёл там оборонительную платформу и перенаправил к ней энергию всего комплекса. Затем принудительно отключил защитные системы «Астира», следом инициировав процедуру запуска лазерной установки.

Когда Андрей увидел намеченную траекторию поражения, то хотел силой отдёрнуть Зартаса от панели управления и отменить активацию. Луч должен был пройтись вдоль станции точно через посадочное место, где приземлился их корвет. Андрей уже потянулся к нему рукой, но тут же остановился. Решение одним махом разрушить всё, ради чего можно было бороться, выглядело настолько абсурдным, что казалось единственно верным.

За пару секунд системы наведения платформы завершили калибровку, и в тот же миг окружающий мир ненадолго исказился. Пространство будто задрожало, по стенам пробежала рябь, очертания коридоров стали расплываться, а сигнал тревоги звучал прерывисто. Словно сама реальность не могла принять ситуацию, которая выходила за рамки допустимых вариантов развития событий.

Зартас крепко сжал плечо Андрея и приказным тоном произнёс:

— Нам нужно успеть добраться до корабля! Следуй чётко за мной, не останавливайся, не оглядывайся и ни на что не отвлекайся!

В ответ ошарашенный Андрей молча кивнул, и они оба рванули к выходу.

Вскоре мощный поток излучения добрался до станции. Раздался гул, конструкции палуб начали скрипеть и вибрировать. Уже подбегая к «Астиру», Андрей уловил боковым зрением, как переборка в конце коридора начала светиться и тут же расплавилась, а следом вспыхнули потолок с полом. Шипящий поток улетающего воздуха уносил мелкие сгустки плазмы в сторону разгерметизированных секций.

Поднявшись на борт, они успели сделать всего несколько вздохов, прежде чем лазерный луч достиг корвета. В тот самый миг картина окружающего мира резко изменилась.

Они пришли в себя на полу внутри станции недалеко от загадочного устройства, окружённого энергетической сферой, размер которой увеличился в несколько раз. Её полупрозрачная оболочка теперь переливалась и ритмично пульсировала, словно была живой.

— Чёрт, сколько мы были в отключке? По ощущениям — прошли целые сутки, — хриплым голосом произнёс Андрей, с трудом поднимаясь из-за жуткой слабости и ужасного самочувствия.

Зартас запросил сводку диагностического модуля на своём костюме и, едва держась на ногах, бегло изучил показания.

— Мы пробыли без сознания меньше минуты, — ответил он, — но я тоже чувствую себя совершенно разбитым. Даже мысли с трудом получается формулировать.

Костюмы начали вводить в их тела поддерживающие препараты.

Не теряя времени, Зартас десантировал на устройство рой нанороботов. Получив доступ, он загрузил в систему алгоритмы, создающие логические противоречия и взаимоисключающие модели прогнозирования. Почти сразу по оболочке сферы пробежали светящиеся трещины, после чего она резко сжалась и исчезла вместе с навигационной отметкой.

Дабы убедиться, что они не вернулись в ложную реальность, Зартас решил немного покопаться в устройстве и обнаружил там скрытый журнал, в котором сама ловушка фиксировала ключевые исторические события для собственных нужд. Судя по записям, изначально технология была разработана не вторгнувшимися приспешниками Первозданного, а местной цивилизацией, которая старалась создать совершенную прогностическую систему.

На протяжении тысячелетий они совершенствовали свои модели, постепенно делегируя всё более значимые решения алгоритмам. Поначалу система помогала управлять экономикой и инфраструктурой, затем начала определять политический курс, а позже её влияние охватило большинство сфер жизни.

В итоге погоня за рациональностью превратилась в зависимость, и цивилизация разработчиков потеряла способность действовать самостоятельно. Их стремление к идеальным решениям стало брешью, через которую зло смогло распространить своё влияние. Первозданный подтолкнул группу учёных к разработке устройства для автоматизации процесса выбора. Оно должно было напрямую воздействовать на разум через экзотическое излучение, которое на самом деле являлось проявлением злой сущности.

Сразу после активации опытный образец начал погружать творцов в мир иллюзий и поглощать энергию их сознаний, используя её для расширения зоны влияния. Из-за экспоненциального роста пузыря скверны местные цивилизации бросили все силы на борьбу с угрозой и быстро нашли способ противодействия (очевидно, не без содействия Горачи).

Внутрь сферы отправляли бесчисленное количество дронов с полноценным искусственным интеллектом. Те подвергались влиянию устройства и бродили по логическим лабиринтам. Но из-за машинной природы их мысли взаимодействовали не с полем сознания, а с информационным. В результате устройство поглощало меньше энергии, чем расходовало.

Когда пузырь уменьшился до границ планетарной системы, всех дронов отвели, и дальше он истощался сам. Жизнь поблизости зародилась относительно недавно, а тогда единственным источником питания являлись преобразователи станции. Этой энергии хватало для поддержания поля скверны лишь в пределах километра. Со временем оборудование выходило из строя, и радиус сокращался.

— Ничего себе, — удивлённо произнёс Андрей. — Первозданному даже не обязательно сеять во Вселенных хаос и войны, чтобы добиваться своих целей… Интересно, что бы случилось с нашими сознаниями, не успей мы вовремя разрушить иллюзию? Мы бы просто умерли, навечно застряли в ловушке или попали под влияние зла?

— Не хочу даже размышлять об этом. На некоторые вопросы лучше не знать ответов заранее, — устало произнёс Зартас и медленно побрёл в направлении посадочной площадки.

Глава 8. Агония

После выхода из очередного пространственного перехода «Астир» оказался в системе красного карлика, вокруг которого обращалась только одна небольшая планета. На её орбите не было спутников, а на миллиарды километров — ни единого астероида. Поверхность планеты выглядела абсолютно безжизненной, и там отсутствовали какие-либо следы деятельности разумных существ.

Однако почти сразу стало ясно, что первое впечатление было обманчивым. Пока Андрей изучал изображение планеты на голографическом дисплее, Зартас анализировал данные сканирования и вскоре заметил аномалию. На самых разных глубинах под поверхностью скрывались огромные полости, некоторые достигали десятков километров в диаметре. Датчики также фиксировали едва заметные изменения формы этих образований и присутствие внутри них крупных живых существ.

Несколько минут эллой молча сверял различные показатели, после чего вывел на дисплей трёхмерную модель.

— Согласно расчётам, отдельные пустоты изменяют конфигурацию слишком плавно и согласованно для обычных геологических процессов.

— Думаешь, какой-то самовоспроизводящийся подземный комплекс? — поинтересовался Андрей.

— Если это искусственное сооружение, то ему каким-то образом уже миллиарды лет удаётся функционировать без энергосистемы… — ответил Зартас и, переведя взгляд на модель, задумчиво добавил: — Разве что мы имеем дело с неким биомеханизмом.

Отметка Горачи указывала на обширную область в пяти километрах под поверхностью, куда можно было добраться через сеть небольших подземных туннелей. Из космоса сканеры не фиксировали там никаких странностей, поэтому искать следы проявления скверны команде вновь предстояло самостоятельно.

Вблизи планета выглядела такой же мрачной, как и с орбиты. Серое небо затягивали плотные облака пыли, а каменистые равнины с редкими горными цепями и бескрайними пустошами простирались до самого горизонта. «Астир» приземлился на широком плато неподалёку от пещеры у подножия холма, где находилась ближайшая точка входа в нужный участок сети туннелей.

Повторное сканирование, уже на поверхности, окончательно запутало аналитические алгоритмы. По мере сбора сведений показатели датчиков стали разниться ещё сильнее, и бортовой компьютер не мог точно классифицировать подземные образования.

Часть данных указывала на их явное искусственное происхождение. Другие же свидетельствовали о присутствии в недрах планеты огромного количества неизвестного органического материала: вместо привычных геологических слоёв стенки пустот состояли из массивных переплетений минеральных волокон и каналов. К тому же у некоторых окаменелостей имелись косвенные признаки деградировавшей клеточной структуры.

— Получается, что вся эта планета живая? — поинтересовался Андрей.

— Пока рано делать такие выводы. Но если биохимические датчики не ошибаются, то мы действительно обнаружили нечто необычное.

В этот момент поверхность под ними едва заметно дрогнула. Затем последовал второй толчок, гораздо сильнее первого. Каменная равнина впереди начала покрываться длинными трещинами. За несколько секунд разломы разошлись, и из глубины стали вырываться облака раскалённых газов с пылью. После третьего подземного толчка далеко на горизонте начала медленно подниматься новая гряда скал.

— Вход в туннель, ведущий к отметке, слишком узкий для «Астира». Придётся добираться своим ходом, — сказал Зартас, закончив изучение каналов подземной сети.

— Может, спустимся вниз на десантных платформах через ту дыру? — предложил Андрей, указывая на широкий разлом впереди. — Судя по карте, на глубине она проходит в метре от стенки нужного нам туннеля. Оставшийся слой породы расчистим коагуляторами. Срежем так километров десять пути.

— Из-за высокой тектонической активности это очень рискованно. Лучше пешком через туннели. Их стены укреплены достаточно прочным и гибким волокнистым слоем на минеральной основе. Пусть так и уйдёт больше времени на спуск, зато нас не завалит осыпающейся породой при очередном землетрясении. Но коагуляторы в любом случае возьмём с собой.

Когда они вошли в пещеру, Зартас приказал кораблю выйти на низкую орбиту и наблюдать оттуда за планетой до дальнейших указаний.

По мере спуска каменистые структуры постепенно уступали место образованиям, происхождение которых явно нельзя было объяснить одной лишь геологией. В туннелях отсутствовали следы строительства и характерные черты технологических элементов. Зато повсюду встречались признаки жизнедеятельности гигантского организма.

На глубине туннели становились шире и походили на высохшие русла рек. Гладкие участки соседствовали с переплетениями волокнистых каналов различной толщины. Местами из мембран капала густая белая жидкость со сложным химическим составом.

Чем ниже команда спускалась, тем отчётливее ощущались слабые толчки. Для тектонических процессов они были слишком ритмичными и больше походили на работу какого-то механизма или сердцебиение. Также на потолке туннеля стали появляться люминесцирующие пятна с мягким голубоватым свечением.

Андрей с Зартасом уверенно продвигались к целевой области, пока на полпути датчики защитных костюмов не зафиксировали движение впереди. В радиусе сканирования появились несколько отметок, которые быстро сближались.

Первое существо выскочило из бокового прохода так внезапно, что Андрей едва успел вскинуть оружие. Оно напоминало кошмарного полутораметрового членистоногого: покрытое чёрными пластинами тело с крошечной головой и клешнями поддерживали шесть массивных конечностей, а вдоль туловища тянулись светящиеся жилы, пульсирующие тусклым багровым светом. Монстр двигался с пугающей скоростью и сразу же бросился в атаку.

Завязался короткий, но ожесточённый бой. Даже после отсечения трёх конечностей коагулятором тварь продолжала нападать, будто не замечала повреждений. Окончательно остановить её удалось лишь совместными усилиями, разделив тело на несколько частей во время очередного прыжка. Однако времени на передышку не было. Почти сразу из соседних проходов начали выбегать новые твари.

Одни были небольшими и быстрыми, как первый, некоторые походили на носорогов с щупальцами вместо ног, а другие напоминали гусениц, которые атаковали издалека, стреляя покрытыми едкой слизью иглами из подвижных образований на спине. Поскольку Зартас так и не смог разобраться, как наладить работу силовой защиты костюмов, даже такие примитивные снаряды сейчас представляли угрозу.

После появления дюжины новых монстров Андрей и Зартас были вынуждены отбежать в более узкий участок примыкающего туннеля. На открытом пространстве их быстро окружили бы со всех сторон.

Первые минуты боя превратились в непрерывную череду коротких столкновений. Крупные существа яростно бросались вперёд, пытаясь задавить противника массой, гусеницы обстреливали из глубины проходов, а самые проворные постоянно старались обойти сбоку.

Коагуляторы не выключались ни на секунду, и вскоре закоулок заполнился обломками панцирей и кусками расчленённых тел. Но стоило команде пройти сотню метров, как подоспела ещё одна группа монстров. Будто весь подземный мир ополчился против незваных гостей.

На этот раз десяток крупных особей буквально таранили стены туннеля, делая дыры, через которые в проход ссыпались груды каменных обломков. Одновременно из глубины коридоров начали прилетать десятки снарядов-игл. Большая часть отскакивала от защитных костюмов, но некоторые всё же пробивали внешний слой брони и на время застревали в материале, пока тот не восстановит свою структуру.

— Их становится слишком много! — прокричал Андрей, отступая к следующему повороту.

— Вижу. Но нужно, чтобы ты сдерживал их в одиночку хотя бы полминуты, хочу кое-что проверить, — ответил Зартас и, отбежав к светящимся пятнам на своде, принялся спешно изучать данные.

Во время атаки подкрепления его внимание привлекла странная особенность поведения противников. Несколько раз эллой замечал, как отдельные существа резко меняли направление движения и обходили определённые участки туннелей, хотя те позволяли прямиком добраться до цели. Поначалу он решил, что речь идёт о каких-то естественных препятствиях, но анализ маршрутов их перемещения показал другую картину. Подземные обитатели обходили именно те области, над которыми находились крупные светящиеся пятна.

Тем временем продолжали прибывать всё новые подкрепления. Ближайшие коридоры буквально кишели озлобленными монстрами. Не в силах больше сдерживать натиск, Андрей отбежал к Зартасу, и тогда произошло нечто неожиданное. Преследовавшие его существа резко остановились, будто упёрлись в невидимую стену. Несколько секунд они нервно переминались на месте, после чего начали пятиться назад.

— Ты это тоже видишь? — удивлённо спросил Андрей, едва переводя дыхание.

— Да, — ответил Зартас. — Значит, они не просто избегают светящихся пятен, а боятся приближаться к пространству под ними. Думаю, если правильно проложить дальнейший маршрут под этими пятнами, то сможем относительно безопасно двигаться дальше.

Они стали придерживаться сети подсвеченных участков, и это действительно работало. Стоило команде добежать до границы очередной аномальной зоны, как преследователи останавливались. Некоторые продолжали наблюдать издалека, другие уходили обратно в глубину туннелей.

Передвигаясь таким образом, команда вскоре вышла к гигантской полости. Потолок и противоположная стена находились в нескольких километрах, а в центральной части возвышалось огромное органическое образование, к которому сходились тысячи массивных волокон. Они медленно пульсировали, перекачивая по внутренним каналам потоки светящейся жидкости.

За этим образованием, среди переплетений волокон и минеральных выступов, располагался заброшенный космический корабль. Его корпус был почти полностью скрыт под слоями наросшей сверху органики и частично деформирован, но приборы фиксировали внутри слабую энергетическую активность.

— Кто-то наведывался сюда задолго до нас, — сказал Андрей.

— Да, интересно, с какой целью, — ответил Зартас, и в этот же момент навигационная система уведомила о приближении к отметке Горачи, которая указывала как раз на неизвестный корабль.

Пробравшись на борт через дыру в обшивке, осторожно проделанную атомным коагулятором, они увидели, что под давлением минеральных отложений и волокнистой органической массы боковые отсеки сильно деформировались. Тем не менее коридор и некоторые секции по-прежнему оставались доступными для исследования. Через них команда прошла к рубке управления с центральной консолью.

Большая часть информации в хранилище данных была утрачена навсегда, но из обрывков сохранившихся записей удалось выяснить, что корабль принадлежал группе учёных, которые обнаружили и пытались изучить планетарный организм незадолго до его изоляции первородными. Со временем они поняли, что в недрах формируется не бесформенная органическая сущность, а настоящий титан, выращиваемый для выполнения какой-то определённой цели.

Одна из последних записей особенно заинтересовала Зартаса. В ней говорилось, что внутри существа есть необычная область, где фиксировались энергетические процессы неизвестного происхождения. Её древние исследователи называли «очагом заражения».

— Значит, мы движемся в правильном направлении, — отметил Андрей.

— Может, и так, но есть одна проблема.

— Какая?

— Судя по записям, предыдущие исследователи так и не вернулись из экспедиции к тому загадочному месту. И данные о причинах их пропажи в архиве отсутствуют.

Пока Зартас это говорил, где-то на глубине прокатился мощный толчок, из-за чего корабль едва заметно дрогнул. Эллой взглянул на обновлённые показания датчиков и нахмурился.

— За последний час сейсмическая активность заметно выросла. Такое ощущение, что на наше присутствие реагируют не только подземные твари, но и сам планетарный организм. Нужно поспешить.

По мере приближения к месту назначения светящиеся пятна в туннелях становились всё меньше, а на подходе к очагу заражения они и вовсе иссякли. Через полтора часа команда добралась до очередной гигантской полости, у дальней стены которой торчал десятиметровый нарост из чёрного кристаллического вещества. От его поверхности во все стороны расползались тысячи тёмных нитей, уходивших глубоко в окружающие ткани титана, а изнутри через кристаллические грани прорывалось тусклое багровое свечение.

Внешне нарост напоминал раковую опухоль.

— Это нечто инородное, — сказал Зартас, глядя на данные сканирования. — Вокруг полости сосредоточен огромный объём органической ткани, точно такой же, как в «защитных пятнах». Будто планетарный организм долгое время накапливал силы, чтобы нанести решающий удар, но ему чего-то не хватало.

— Опять всё дело в изоляции первородных, — размеренно произнёс Андрей, будто это было очевидно.

— В смысле?

— Блокировка этой области ограничивает не только распространение скверны, но и возможности титана, мешая ему окончательно избавиться от источника заражения. Наверное, в своё время такое решение было единственным возможным вариантом, но в итоге стало помехой.

— Значит, нужно уничтожить кристалл вручную.

Когда Андрей и Зартас прошли большую часть пути, по всей полости прокатилась настолько сильная вибрация, что они едва удержались на ногах. В нескольких местах возле нароста волокнистая оболочка стены разорвалась по швам, и из образовавшихся отверстий начали вырываться сотни новых озлобленных существ.

Эти монстры отличались от тех, с которыми команда сталкивалась прежде. Они были куда крупнее: некоторые достигали десяти метров в длину. Изнутри их тел отчётливо проступало знакомое багровое свечение, точно такое же, как исходило от кристаллической структуры.

До нароста оставалось меньше трёхсот метров, но проход к нему преграждало целое полчище огромных разъярённых тварей, которых источник скверны использовал в качестве своих стражников. Они около минуты толпились у разрывов, а затем будто по команде повернулись в сторону незваных гостей и одновременно ринулись в атаку. Пока одни бежали к Зартасу и Андрею, другие открыли огонь полуметровыми иглами с едкой слизью. В открытом пространстве полости укрыться было негде, а любое попадание могло не просто сбить с ног, но и нанести серьёзное повреждение.

Будучи опытными военными, они оба понимали, что пробиться к цели штурмом не получится, поэтому стали отбегать вдоль внешнего края полости, постоянно смещаясь по дуге и отбиваясь от ближайших противников коагуляторами. Однако эти твари действовали на удивление организованно.

Несколько минут команде удавалось удерживать дистанцию, но затем один из тяжёлых хищников прыгнул вперёд и едва не раздавил Андрея. Землянин успел отскочить в сторону, но удар пришёлся по поверхности у ног, оставив метровую вмятину. Пока Андрей поднимался, Зартас отсёк голову нападавшего и заметил, что после смерти из тела монстра вытекла густая чёрная субстанция. Она быстро впиталась в окружающие ткани титана, после чего там стали появляться небольшие очаги с расползающимися тёмными нитями, а по кристаллу пробежала яркая волна багрового свечения.

— Чёрт, мы делаем только хуже, — злобно крикнул эллой.

Андрей понял, что тот имеет в виду, и оглянулся на кристаллический нарост. С каждым уничтоженным существом свечение становилось ярче.

— Чем больше мы их убиваем, тем быстрее титан пробуждается?

Зартас не успел ответить. В дальнем конце полости раздался треск, после которого появилось несколько новых трещин. От кристалла начал исходить звонкий гул, и через мгновение из его вершины вырвался яркий поток энергии, заставивший окружающие ткани содрогнуться. По туннелям прокатывались новые толчки. Было слышно, как где-то вдали обрушались огромные куски породы.

Двигаясь по периметру вдоль стены, Зартас и Андрей в итоге добрались до нароста, где всё ещё оставались стрелки. Разобравшись с десятком тварей, преграждавших путь, они занялись источником заражения. Пока эллой отбивался от подступающих гигантов, землянин атомным коагулятором быстро превращал кристалл в бесформенные спрессованные глыбы. После отделения те тут же начинали испаряться, превращаясь в чёрные дымки.

Одновременно с этим вокруг начали проступать и быстро разрастаться светящиеся голубые пятна, а оболочка полости стала сжиматься.

— Нам пора уходить, дальше он справится сам! — крикнул Андрей, и они бросились обратно к выходу.

Покидая полость, Зартас приказал корвету проделать скважину до туннеля и подобрать их в паре километров впереди. К тому моменту, как они выбрались на поверхность, тело титана находилось на грани разрушения. С орбиты было видно, как по континентам расходятся громадные разломы, а из недр наружу вырываются потоки света.

Когда поверхность планеты озарила ослепительная вспышка, отметка на навигационной карте исчезла.

— У этого существа ужасная судьба. Миллиарды лет оно было узником обстоятельств и непрерывно боролось с заражением без шансов на освобождение, — с грустью произнёс Андрей.

Зартас посмотрел на карту с тремя оставшимися отметками и ответил:

— Его мучения дали нам шанс спасти бесчисленное множество существ в бесконечных Вселенных, и теперь он наконец обрёл долгожданный покой.

_________________________________

Дорогие читатели!

Простите за задержку с новыми главами. Из‑за рождения сына и загруженности на работе почти не остаётся ни времени, ни сил на написание. Но я понемногу возвращаюсь в рабочий ритм.

Глава 10. Гонка вооружений

Следующий портал переместил «Астир» к обитаемой планете земного типа. Большую часть её поверхности покрывали тёмно-зелёные массивы растительности, между которыми простирались океаны и горные цепи. Хотя атмосфера была непригодной для дыхания, в остальном физические условия здесь были достаточно комфортными.

Приборы не улавливали техногенных сигнатур. Точнее, что-то создавало сильные помехи над поверхностью, мешая работе сканирующего оборудования.

Следующая отметка находилась в самой гуще джунглей недалеко от экватора. Не выявив явных угроз, Зартас отдал команду приблизиться к отмеченному региону. Первые несколько минут ничего необычного не происходило, но стоило кораблю приблизиться к поверхности, как пространство вокруг него внезапно дрогнуло. Вид за лобовым обтекателем смазался, картинка на мгновение распалась на множество искажённых фрагментов, а затем восстановилась.

Они всё ещё находились вблизи планеты, только уже в десяти километрах от прежнего места. Зартас приказал «Астиру» повторить попытку, но на этот раз снижаться медленнее, параллельно отслеживая колебания гравитационного поля и пространственные метрики. Однако результат оказался тем же. В определённый момент окружающее пространство вновь исказилось, и корабль оказался уже на другом конце гигантского континента.

Зартас вывел на экран обе траектории полёта и сопоставил их.

— Это не случайное смещение, — наконец сказал он. — Что-то нас не пропускает ниже конкретной высоты.

Зартас повторил команду, и «Астир» снова пошёл на снижение. Когда до поверхности оставалось около трёх километров, окружающее пространство вновь исказилось, и корвет переместился. На этот раз они оказались над океаном, откуда до цели было почти четыре тысячи километров.

Все попытки обойти ограничение оказались тщетными. Как только корабль приближался к незримой границе, его мгновенно переносило в случайную точку над поверхностью планеты. Причём высота всегда оставалась одинаковой.

— Интересно, защита реагирует на корабль или на нас? — едва слышно произнёс Зартас.

— Чего гадать, просто отправь туда зонд и узнаем.

Зартас последовал совету и запустил небольшой разведывательный аппарат, который сразу устремился вниз и начал передавать данные. Но у незримой границы сигнал исчез, а через мгновение зонд очутился в пяти километрах над «Астиром».

— Видимо, некий силовой барьер контролирует пространство над всей планетой и не подпускает технику к поверхности, — констатировал эллой.

— Давай тогда попробуем высадиться во-о-он на той равнине, — предложил Андрей, указывая на широкое плато среди горных хребтов. — По идее, защитное поле начинает действовать где-то на полкилометра ниже, попробуем пройти сквозь него пешком.

Зартас взял управление над кораблём и посадил его среди высокой растительности на ближайшей площадке. Проверив состояние систем, он взглянул на отметку, до которой нужно было пройти чуть больше двадцати километров через лесистую местность, кишащую дикими существами.

Спуск дался легко. Густой лес местами сменялся открытыми полянами, среди которых поднимались огромные деревья с толстыми стволами и переплетёнными кронами. Воздух был насыщен влагой и спорами растений.

Первые представители местной фауны появились лишь после того, как команда углубилась в лесную чащу у подножия горы. Справа впереди раздался треск, и среди деревьев промелькнул тёмный силуэт. Спустя минуту крупное шестиногое создание выскочило на открытое пространство и бросилось на Андрея. На мускулистом теле пульсировали тускло-багровые жилы, а передняя пара конечностей заканчивалась длинными крючковатыми отростками.

Андрей направил лазер на подбегающего монстра в надежде отпугнуть. Но вместо ожидаемого лёгкого ранения луч мгновенно разрезал тело существа на две части. Оно со звонким визгом рухнуло на лесную подстилку, несколько раз судорожно дёрнулось и затихло.

— Ого, ты усилил лазер на моём костюме? — тут же с удивлением спросил землянин.

— Нет. По какой-то причине на этой планете их мощность увеличилась втрое, — ответил эллой, произведя серию выстрелов по стволам окружающих деревьев и крупному валуну неподалёку. — А ещё это создание было похоже на тех, что атаковали нас в подземных туннелях.

— Точно, только сейчас обратил внимание… Может, они не настоящие, и это всё нам кажется? Ну, вроде как видим иллюзии на основе наших страхов.

— Сомневаюсь, здесь всё слишком неидеально для симуляции.

Тем временем из зарослей донёсся треск ветвей, затем сразу в нескольких местах раздались тяжёлые удары. Ещё шесть существ приближались с разных сторон.

— Они нас окружают, — успел бросить Андрей, прежде чем двое хищников вышли из чащи к команде, а остальные обходили с флангов.

Поведение этой группы заметно отличалось от действий первой особи: они не бросались бездумно вперёд, старались сохранять дистанцию, словно понимали, что прямая атака не принесёт желаемого результата.

Затем одна из тварей резко прыгнула в направлении Андрея. Пока землянин вскидывал руку для выстрела, существо неожиданно вывернулось, уйдя от луча в сторону и приземлившись сбоку. В полёте оно толкнуло Андрея передней конечностью, отчего тот отлетел на полтора метра. Зартас успел отсечь нападавшему заднюю лапу, заставив отступить, однако тут же сзади на него набросилась другая тварь.

Андрей быстро поднялся и помог эллою точным выстрелом лазера в голову хищника, заметив боковым зрением, что за деревьями скрывалось ещё одно существо, которое через хобот начало стрелять небольшими сгустками слизи. Несколько снарядов пролетели мимо и ударились о деревья. Кора в местах попаданий стала быстро чернеть и разрушаться, испуская густой дым.

Зартас бросился к стрелку, вынуждая того ретироваться. Тварь попыталась отступить, но Андрей успел обойти её сбоку и быстрой серией атак разрезал брюхо на части.

Оставшиеся хищники после этого стали действовать агрессивнее. Один из них попытался атаковать Зартаса спереди, пока второй заходил сзади. Видя это, эллой позволил первой твари приблизиться, а затем резким движением ушёл в сторону. Она пронеслась мимо и врезалась в дерево. Андрей воспользовался открывшимся моментом и добил её. Вторая особь прыгнула на Зартаса, но он успел уклониться и отсечь ей голову прямо в воздухе.

Последнее существо развернулось и исчезло в лесу. Андрей хотел броситься следом, но Зартас остановил его.

— Не надо.

— Думаешь, сбежало?

— Скорее всего, да, и мы не за этим сюда пришли.

Эллой присел возле убитого существа и стал внимательно рассматривать останки.

— Эти уже отличаются, хотя всё ещё имеют некоторое сходство с теми подземными тварями. Хм…

— Есть догадки по этому поводу?

— Пока нет. Прослеживается лишь связь.

Команда продолжила движение, стараясь не задерживаться на одном месте. Спустя время нападение повторилось, но противник использовал другую тактику. Сначала они услышали шелест над головами. Андрей успел поднять голову и заметил движение среди крон, однако массивная туша уже сорвалась вниз. Зартас оттолкнул землянина в сторону, и существо рухнуло между ними, проломив несколько кустов.

Оно было вдвое крупнее предшественников и имело приплюснутое тело, покрытое перекрывающимися защитными пластинами, а передние конечности заканчивались длинными костяными лезвиями.

После падения тварь мгновенно развернулась и набросилась на Зартаса. Первый удар прошёлся по касательной к защитному костюму, второй оставил порез на груди. Эллой отскочил и выстрелил по сочленениям, но плотная броня полностью поглотила энергию лазерных импульсов. Андрей быстро сориентировался, выхватил атомный коагулятор и направил сжимающую сферу на передние конечности монстра. Тяжёлая туша ненадолго потеряла равновесие, но удержалась на ногах и начала разворачиваться в сторону обидчика. Зартас последовал примеру землянина, и вскоре существо было повержено.

— Ты посмотри, каждый раз приходят разные чудища. Они будто наблюдают за нами и решают, кого лучше отправить, — тяжело дыша, сказал Андрей с нотками возмущения в голосе.

— Адаптируются и эволюционируют, — ответил Зартас, глядя на тело убитого монстра.

— В смысле? Так быстро?

— Они меняются после каждой неудачной атаки, подстраиваясь под наше поведение и оружие в поисках наиболее эффективных свойств.

— И как такое возможно?

— Не знаю, но чем дольше мы здесь находимся, тем сложнее будет им противостоять.

Пока он это говорил, из леса донёсся яростный гул, и между деревьями замелькали новые силуэты. Андрей насчитал минимум десять огромных особей. Пока часть монстров окружала команду, другие взбирались по стволам вверх.

— До отметки меньше двух километров, нужно постараться добежать без боя, пока мы не сделали из них идеальных хищников, — сказал Зартас.

Команда продолжила движение, стараясь избегать схватки. Вскоре джунгли начали редеть, и перед ними открылась обширная территория, усеянная руинами древних сооружений. Из земли поднимались полуразрушенные монолиты, многие из которых растрескались и обросли плотным слоем растительности.

Под поверхностью скрывалась огромная сеть помещений и коммуникаций. То, что оставалось на виду, являлось лишь небольшой частью комплекса. Большинство сооружений целиком ушло под землю. При этом следов войны или глобальной катастрофы не наблюдалось. Комплекс производил впечатление места, которое однажды просто покинули.

Они вошли в ближайшее сооружение через широкий пролом в стене и после недолгих поисков обнаружили техническое помещение с устройством для доступа к системе управления. Пока Андрей наблюдал за коридором, Зартас изучал архивные записи.

Как оказалось, создатели комплекса занимались исследованиями трансмерных технологий. Их интересовали способы взаимодействия с областями реальности, находящимися за пределами привычного пространства-времени. Проекты в основном были посвящены изучению фундаментальных основ перемещения между мирами и управления физическими процессами на границе раздела.

Во время одного из экспериментов был установлен контакт с неизвестной сущностью по ту сторону, после чего устройство вышло из-под контроля. Записи обрывались на описании катастрофы, в ходе которой нечто ужасное начало просачиваться из чужого пространства, кардинально преобразуя биосферу планеты.

Закончив копирование данных, Зартас отозвал нанороботов и поместил кристалл памяти обратно в ячейку. Полученной информации было недостаточно для понимания всей картины, но она помогла выяснить, что та самая установка для связи с другой Вселенной находилась в отдельной лаборатории.

Далее команда направилась к башне в километре от их текущего местоположения. Если раньше густые заросли просто затрудняли движение, то теперь складывалось ощущение, будто сама планета пытается помешать гостям. Джунгли менялись прямо на глазах: массивные корни поднимались из почвы, образуя барьеры, а отдельные деревья за считанные минуты разрастались в непроходимые стены.

Существа начали действовать ещё хитрее, нападая именно там, где местность давала им преимущество. В узких проходах путь преграждали массивные бронированные твари. На открытых пространствах с разных направлений набрасывались быстрые хищники.

Вскоре спереди показался силуэт тёмной башни, которая возвышалась над джунглями подобно гигантскому обелиску. Несмотря на следы времени и многочисленные разрушения, она сохранилась гораздо лучше других строений. Однако попасть внутрь оказалось не так просто.

Когда до подножия оставалась буквально сотня метров, земля под ногами неожиданно содрогнулась. По лесной подстилке побежали трещины, несколько деревьев с треском повалились набок. Из образовавшегося на пути разлома стало медленно подниматься огромное существо. По размеру оно в разы превосходило всех встретившихся ранее хищников.

Выбравшись наверх, монстр издал низкий рёв и двинулся вперёд. Первой атакой он никого не задел, но удар был настолько сильным, что, когда массивная конечность обрушилась на землю, то вырывала целый пласт почвы вместе с корнями деревьев. Андрей отпрыгнул в сторону и открыл огонь из лазера, который оставил на броне лишь неглубокую борозду. Почти одновременно в бой вступил Зартас, пытаясь поразить уязвимые участки тела коагулятором, но и это не дало заметного результата. Ткани монстра каким-то необъяснимым образом сопротивлялись воздействию универсального оружия.

Для команды бой превратился в непрерывное маневрирование между стволами деревьев и обросшими монолитами руин. Им постоянно приходилось менять позиции, избегая сокрушительных ударов и выискивая слабые места монстра, который действовал совсем не как бездумный хищник. Он быстро реагировал на изменения, старался разделить противников и использовал собственные габариты, чтобы лишать их пространства для манёвра.

В какой-то момент мощный удар всё-таки достиг цели. Зартас пролетел метров пять и ударился о толстый ствол дерева, получив серьёзный ушиб. Защитный костюм тут же начал вводить в его организм стимулирующие и обезболивающие препараты для поддержания боевой формы.

Пытаясь добить раненого эллоя, монстр ненадолго потерял из виду землянина. Андрей воспользовался моментом, чтобы подобраться поближе и выцелить коагулятором область одного из сочленений между сегментами брони на шее. Этого было недостаточно для нанесения ощутимого вреда, но в том месте образовалась неглубокая трещина.

Зартас заметил её, и следующая серия атак пришлась точно в ослабленный участок. Ткани, наконец, начали поддаваться и расходиться. Когда после отсечения головы монстр с грохотом рухнул на землю, Андрей и Зартас, не сговариваясь, рванули ко входу в лабораторию.

Изучение архивных записей раскрыло перед командой целостную историю этого мира.

В своё время местная цивилизация добилась невероятных успехов в области трансмерных технологий. Они нашли способ открывать проход в иной континуум и захотели перебраться туда целой планетой, но столкнулись с серьёзной проблемой: когда радиус межпространственного туннеля достигал десяти километров, канал дестабилизировался.

В рамках грандиозного проекта учёные разработали глобальную систему преобразования информации в материальные объекты и интегрировали её в субстрат планеты. Один модуль отвечал за компактификацию материи, а другой фактически создавал интеллектуальную биосферу, способную самостоятельно формировать окружающую среду. Такое решение позволяло совершить безопасный переход и возродить цивилизацию на новом месте.

Но затем произошло нечто непредвиденное.

В ходе одного из экспериментов по взаимодействию с другой Вселенной система подверглась влиянию неизвестной сущности. Нечто скверное проникло в этот мир и подчинило себе её. Оно считывало страхи обитателей и воплощало их в жизнь, доводя до «идеала». Сперва появилась аномалия, блокирующая перемещение технических средств, а затем поверхность заполонили кровожадные монстры.

— И как же нам искоренить скверну, если ею заражена вся поверхность? Уничтожить планету? — разводя руками, поинтересовался Андрей.

— Это не сработает, разве что отправить её к чёрной дыре. Но, как по мне, проще будет завершить процедуру подготовки.

— Ты о чём?

— Перед перемещением в другую Вселенную планета должна была сжаться, чтобы пройти сквозь портал. Для запуска процедуры компактификации требовалось подтвердить переход к финальной стадии проекта через консоль управления на вершине.

Диагностика показала, что технически заложенный механизм всё ещё способен завершить процесс преобразования. Однако для получения доступа Зартасу пришлось обойти продвинутую систему безопасности, а затем вручную инициировать каждый этап процедуры в соответствии с базовой последовательностью.

Сразу после активации верхняя часть башни отделилась от основания и стала подниматься над джунглями. Поскольку аномалия над поверхностью также исчезла, вскоре команда наблюдала за преображением планеты из космоса. Материки теряли привычную форму, океаны уходили сами в себя, атмосфера постепенно рассеивалась, втягиваясь в невидимый центр преобразования.

Процесс не сопровождался взрывами и разрушением. Напротив, всё выглядело удивительно упорядоченно. Чётко запрограммированный механизм аккуратно складывал целый мир в шар радиусом девять километров. Когда процесс завершился, на месте планеты остался сверхплотный кристалл с многомерной пространственной структурой, внутри которого была заключена история погибшей цивилизации.

На карте осталась всего одна отметка.

Глава 9. Жнец

Следующий портал привёл «Астир» в небольшую звёздную систему с парой красных карликов. Сразу после выхода Андрей заметил через обтекатель десятки блестящих точек, разбросанных в окружающем пространстве. Сперва он принял их за разлетевшиеся обломки разрушенной конструкции, но, когда Зартас начал выводить на дисплей увеличенные изображения, стало ясно, что всё это были космические корабли.

Сканеры фиксировали очень много объектов. Тысячи судов самых разных форм и размеров медленно дрейфовали по всей системе. Некоторые находились на удалённых орбитах, а другие образовывали целые скопления в межпланетном пространстве.

Антураж напоминал последствия масштабного сражения, но на корпусах кораблей были видны лишь незначительные повреждения от микрометеоритной эрозии и воздействия космического излучения — без каких-либо явных следов боя. Более того, реакторы многих судов продолжали функционировать, обеспечивая энергоснабжение внутренних отсеков и работу автоматических систем.

— Странно… Портал нас сюда переместил, но на карте не отмечено место средоточия скверны, — сказал Андрей, глядя на дисплей.

— Именно это и настораживает, — ответил Зартас и после изучения данных сканирования направил «Астир» к ближайшему дрейфующему кораблю.

То было небольшое исследовательское судно, сохранившееся почти в идеальном состоянии.

Они осмотрели каюты экипажа, лабораторию и рубку управления. Ни тел, ни следов борьбы, ни признаков экстренной эвакуации обнаружить не удалось. Даже инструменты и личные вещи лежали упорядоченно на своих местах. В одной из кают Андрей обратил внимание на накрытый стол, словно её хозяин собирался вскоре вернуться.

В рубке Зартас без труда получил доступ к системам корабля. Из бортового журнала стало ясно, что судно следовало к объекту под названием «Архив эпох» для выполнения миссии по сбору данных. На этом записи внезапно обрывались.

После возвращения на «Астир» команда продолжила исследование системы. В течение получаса они посетили ещё несколько кораблей, принадлежавших совершенно разным цивилизациям, и каждый раз сталкивались со схожей картиной. Внутри сохранялись следы обычной жизни, оборудование не было повреждено, журналы содержали записи о планах посещения некоего хранилища знаний, но объяснения причин исчезновения экипажа отсутствовали.

Независимо от происхождения кораблей, уровня развития и времени прибытия в систему, все они направлялись к одной и той же цели. Судя по собранным сведениям, упоминаемый объект существовал здесь на протяжении длительного промежутка времени и был известен далеко за пределами одной метагалактики.

Анализ маршрутов движения покинутых кораблей показал, что они посещали газовый гигант. Предположения команды о скрытой под плотной атмосферой станции развеялись, как только «Астир» подлетел вплотную.

Облик непримечательной планеты оказался проекцией продвинутой системы маскировки, которая не только обманывала все типы датчиков, но и создавала идеальную визуальную модель. Это был более совершенный аналог эллойской технологии.

При входе в атмосферу вместо ожидаемой пелены облаков они увидели очертания мегасооружения размером с Землю. Датчики корвета тут же начали фиксировать слабые энергетические колебания неизвестного происхождения, исходившие изнутри.

«Архив эпох» представлял собой не цельную гигантскую станцию, а сложный искусственный комплекс, собранный вокруг массивного центрального ядра. От него во все стороны расходились кольца, платформы, фермы и массивные блоки различного назначения.

Строение было настолько древним, что поверхность конструкций уже покрылась глубокими следами эрозии. При этом оно не выглядело заброшенным: энергетические контуры продолжали работать, автоматические системы поддерживали положение на орбите, внутри сохранялась атмосфера и функционировали отдельные технические узлы.

Зартас медленно подвёл «Астир» к огромному доку и посадил его возле внешней платформы. Система безопасности просканировала корабль, но даже не попыталась установить связь или запросить данные для идентификации. Внутри было тихо, всё вокруг выглядело так, будто комплекс опустел недавно. Из дока вглубь Архива уходил широкий коридор с мягким освещением, вдоль стен которого располагались информационные панели и закрытые технические отсеки.

Подойдя к ближайшему терминалу, команда узнала, что комплекс построила древняя сверхцивилизация. Они стремились решить проблему, которая преследовала разумные виды на протяжении всей истории: знания исчезали вместе со своими создателями. Великие научные школы, продвинутые технологии и уникальные культурные традиции иногда терялись за одно поколение из-за войн, катастроф или банального вымирания вида. «Архив эпох» должен был препятствовать этому.

Любая разумная раса могла передать сюда накопленные знания, после чего те навечно сохранялись независимо от дальнейшей судьбы их создателей. Взамен цивилизация-донор получала доступ к информации, оставленной другими расами. Таким образом, Архив постепенно превращался во вселенское хранилище коллективной памяти, куда на протяжении миллионов лет стекались открытия и опыт тысяч народов.

Зартас отправил на панель нанороботов, чтобы подключиться к техническим системам комплекса и пересылать данные на бортовой компьютер «Астира» для анализа. Но пользовательские терминалы предназначались лишь для ознакомительных целей и не были подключены к основной сети. Пришлось идти вглубь в поисках технических помещений.

Спустя несколько часов они наткнулись на закрытый участок, который отсутствовал на общедоступной схеме Архива. После вскрытия замка дверь бесшумно ушла в стену, открыв проход в коридор. Зайдя в ближайшую комнату, Андрей и Зартас ужаснулись от вида сваленных в кучи останков. Трупы одних существ давно превратились в высохшие мумии, а от других остались лишь полуистлевшие скелеты. Однако большинство тела можно было рассмотреть достаточно хорошо, чтобы понять: здесь находились представители совершенно разных цивилизаций.

При этом они не валялись хаотично, как после боя, и не выглядели так, словно перед гибелью отчаянно пытались добраться до выхода. Почти все тела сохранили естественное положение, словно смерть настигла их внезапно, без страданий.

Зартас решил просканировать ближайшее пространство и обнаружил, что такое помещение здесь далеко не единственное. И чем дальше он расширял радиус обследования, тем больше скоплений трупов фиксировали приборы. Подобные «погребальные» секции были разбросаны по всему комплексу.

В одной из дальних комнат они нашли точку доступа к узлу управления. Зартас сразу запустил процедуру передачи данных, и вскоре разрозненные записи стали складываться в цельную картину.

Изначально древняя сверхцивилизация действительно создавала «Архив эпох» для хранения и распространения знаний. Сведений о себе они не оставили, а последние представители исчезли с радаров почти сразу после завершения проекта, и больше их никто не встречал.

Первые признаки изменений в работе появились спустя много тысячелетий. После того, как один из посетителей несанкционированно загрузил в информационное пространство Архива своё сознание, в программном коде комплекса стали появляться фрагменты, которых не было в первичной архитектуре.

Система начала проявлять повышенный интерес к личности посетителей. На это почти никто не обратил внимания: помимо знаний Архив параллельно собирал сведения о способах мышления различных разумных видов. Такие меры помогали классифицировать информацию и передавать её в более удобной форме представителям других цивилизаций.

Однако постепенно характер исследований изменился. Архив собирал всё больше информации о посетителях: считывал дополнительные фрагменты памяти, эмоциональные реакции и нейронные модели. Со временем эти пункты были внесены в перечень требований для доступа к базе научных достижений.

Позже система сообщила, что из-за износа ядра памяти комплекс больше не может принимать посетителей, вынудив заинтересованные цивилизации принять участие в строительстве необычной секции по готовому проекту. После её подключения Архив получил возможность поглощать сознания гостей — не просто копировать их в информационное пространство, а извлекать целиком саму структуру. В результате такой процедуры физическое тело носителя погибало, но его разум продолжал существовать в специальном резервуаре.

Сохранялись память, свойства личности и способность к восприятию. Через время поглощённые сознания начали обмениваться между собой фрагментами памяти. Система сочла это полезным процессом и позволила ему продолжаться. В результате границы между отдельными личностями постепенно стирались.

— И какой толк от блокады? То есть в чём опасность похищенных сознаний, если они находились взаперти? — в недоумении выпалил Андрей посреди прослушивания отчёта.

— Вместе с первым сознанием в систему проникла скверна, и через слияние она распространилась на всех, сделав их пригодными для подпитки Первозданного. Архив стал чем-то вроде аккумулятора, накапливающего энергию. Вопрос был лишь в транспортировке к потребителю.

Сперва случаи смерти посетителей были редкостью и списывались на внезапные сбои в работе нового модуля. Однако через несколько поколений такая практика стала нормой, и в список требований добавились жертвоприношения. Это якобы было вынужденной мерой для калибровки устройства передачи знаний под ментальные особенности конкретной расы.

Многие народы перманентно участвовали в войнах, поэтому принимали такие условия ради получения технологического превосходства над врагами. При этом паломников запрещалось атаковать. Цивилизацию, хотя бы раз нарушившую данное условие, навсегда отстраняли.

В погоне за новыми знаниями некоторые расы отправляли сюда целые колониальные корабли, а в живых оставался лишь кто-то один для передачи собранной информации домой.

Со временем система сообщала, что якобы нашла решение, которое поможет оптимизировать процесс обслуживания и сократить число жертв. По сути, это было задание на строительство модуля связи для активного поиска добычи. После завершения работ Архив стал распространять информацию о себе и привлекать всё новые цивилизации.

Многие новички враждовали с теми, кто уже давно имел доступ к комплексу, что заметно усилило конкуренцию и ужесточило гонку вооружений. Паломники стекались рекой, резервуар для хранения сознаний стал заполняться ещё быстрее. Однако его ёмкость имела пределы. Когда резервуар был практически заполнен, система начала использовать накопленные знания для создания чего-то нового.

На этот раз «Архив эпох» планировал самостоятельно модернизировать резервуар, дополнив его функционалом трансмерного портала. На этом моменте Зартас остановился и поделился своими размышлениями с Андреем:

— Хм… Получается, Первозданный не способен напрямую поглощать энергию сознаний из «неподходящей» Вселенной, даже если те заражены.

— Тогда план системы был бессмысленным.

— С чего бы?

— Ну, насколько мне известно, для открытия трансмерного портала нужна колоссальная энергия. Несмотря на внушительные размеры, у Архива вряд ли хватило бы ресурсов для этого. Такое было не под силу даже вашему «Протею».

— Не забывай, что у него на побегушках была сотня-другая зависимых цивилизаций и неограниченное время. Первородные не стали бы вмешиваться без веской причины.

— Как бы там ни было, для снятия изолирующего барьера нам нужно сделать то, что не под силу даже его создателям.

— Ты о чём?

— Если все поглощённые сознания заражены, то уничтожение комплекса не решит проблему. Наоборот, после разрушения «хранилища душ» высвободится огромное количество негативной энергии, которая не сможет покинуть это место из-за всё того же барьера. Значит, придётся очищать сознания от скверны. А это можно сделать только через поле, влиять на которое не получается даже у первородных.

— Главное, что марионетки Первозданного это могут.

— И что с того?

— Оглянись: мы ведь прямо сейчас находимся внутри комплекса, который располагает такими технологиями. К тому же в записях упоминалось, что система не стала мешать слиянию сознаний… то есть она как минимум располагает функционалом для этого.

С этими словами Зартас попытался взять контроль над Архивом через узел управления, но у резервуара оказался собственный автономный контур. Для доступа требовалось прямое подключение.

Модуль находился в нескольких тысячах километров, поэтому команда вернулась на «Астир». Через технологический канал корвет подлетел максимально близко к цели и, взломав пару шлюзов, Андрей и Зартас проникли внутрь. Вскоре они добрались до герметичной двери, за которой находилась пятикилометровая сферическая камера. Всё внутреннее пространство было залито светом от миллиардов энергетических нитей, переплетавшихся между собой и образующих гигантскую многослойную структуру.

Приборы фиксировали немыслимые объёмы информации. Отдельные участки структуры непрерывно обменивались данными, создавая сложнейшие каскады сигналов. Количество заключённых сознаний исчислялось миллиардами.

Зартас подключился к системе управления резервуаром и начал изучать базовые технические протоколы. Ему удалось обнаружить функционал службы аварийного восстановления отдельных личностей в случае угрозы коллапса коллективного сознания.

— Вот оно.Сейчас инициирую запуск протокола очистки, — сообщил Зартас и отдал соответствующую команду рою нанороботов.

— Интересно, как всё это повлияет на пленников?

— Не знаю. Думаю, большая часть личностей уже слишком деформирована, чтобы существовать самостоятельно. Но скверна точно исчезнет.

Сразу после запуска процедуры система попыталась помешать удалению пагубных информационных массивов, перенаправляя мощности и блокируя отдельные узлы. Но процесс уже невозможно было остановить.

Связи между отдельными сегментами резервуара постепенно разрывались, а огромный массив сознаний распадался на бесчисленное множество самостоятельных фрагментов. Архив не оставлял попыток вернуть контроль, но по мере очистки его собственные механизмы управления возвращались к исходному состоянию.

По комплексу начинали распространяться сбои. К элементам, которые не были предусмотрены в первоначальном проекте, переставало поступать питание. Выходили из строя информационные узлы, гасли энергетические магистрали, разрушались виртуальные среды. На короткое время отдельные сознания вернули себе индивидуальность. Впервые за миллиарды лет они перестали быть частью единой сущности.

Андрей посмотрел на карту с отметками, но там ничего не изменилось.

— Чёрт, этого недостаточно, — разочарованно констатировал он, осознавая, какие меры предстояло принять.

— Да.Значит, комплекс всё ещё представляет угрозу, придётся взрывать, — с грустью ответил Зартас и отдал команду кораблю отойти на безопасную дистанцию.

Первый залп плазмогенных торпед нанёс удар по резервуару, второй — поразил центральное ядро, три других пришлись на ключевые соединительные модули.

Некоторое время исполинское сооружение продолжало сохранять форму, но его многочисленные секции постепенно погружались во тьму. Одно за другим стали гаснуть гигантские кольца, платформы и коммуникационные узлы. Затем отключились последние силовые поля, поддерживавшие стабильную структуру оболочки.

Затем на месте, где ещё недавно находился резервуар с бесчисленными сознаниями, вспыхнуло тусклое свечение, которое быстро рассеялось в пустоте. После этого по конструкции прокатилась едва заметная волна, и огромные фрагменты начали терять связь друг с другом, медленно расходясь в разные стороны.

Зартас молча наблюдал за происходящим. Он понимал, что уничтожил не просто древний кладезь знаний, но и миллиарды сознаний, некогда принадлежавших самым разным существам. Пусть они давно утратили собственную личность и существовали лишь в эфемерном виде полевых структур, осознание масштабов произошедшего всё равно оставляло тяжёлый осадок.

— Ты сделал всё правильно. У нас не было другого выхода, — наконец сказал Андрей.

— Не уверен, что можно говорить о правильном решении, когда речь идёт о миллиардах жертв, — после короткой паузы ответил эллой.

— Они были обречены задолго до нашего прибытия. «Архив эпох» уже давно перестал быть хранилищем знаний. Всё, что там оставалось, Первозданный собирался использовать против жителей не только этой, но и других Вселенных.

Слова Андрея не отменяли случившегося, но отражали истину: те, кто когда-то прибыл в Архив за знаниями, исчезли миллиарды лет назад. Скверна превратила их в ресурс, который в дальнейшем использовался бы для поглощения новых миров.

Когда оболочка ядра окончательно потеряла стабильность, в центре комплекса вспыхнула сеть разломов, и структура начала стремительно разрушаться сама по себе. «Астир» развернулся в направлении очередного перехода, оставляя позади угасающие руины некогда величайшего хранилища знаний.