Осколки пустоты. Том 1: Пробуждение

Глава 1. Незваный гость

Недалёкое будущее, 2189 год.

Астронома Адама Свифта посреди ночи разбудил настойчивый звонок коммуникатора. Сонный учёный лишь с третьей попытки смог правильно провести по цифровой татуировке на краю уха, чтобы ответить на вызов через киберимплант. Взглянув одним глазом на настенные часы, он недовольно спросил:

— Да, кто это? — и, не дав звонящему возможности ответить, тут же добавил: — Вы в курсе, который час?

— Конечно, доктор Свифт, у вас, как и у меня, сейчас почти два часа ночи. Прошу прощения за беспокойство, но вопрос, по которому я звоню, не может терпеть до утра. Дело очень серьёзное, поэтому могу подождать пару минут, пока вы соберётесь с мыслями, если нужно.

Узнав с первых слов хриплый голос директора Земного космического агентства, Адам сразу поднялся, сел на краю кровати, прочистил горло и сменил тон.

— В этом нет нужды, я вполне собран. Слушаю вас.

— Мы срочно собираем всех исследователей, связанных с поиском внеземной жизни, на экстренное совещание в штаб-квартире агентства. Предварительно я уже пробовал обсудить вопрос с несколькими экспертами в удалённом режиме, но понял, что лучше создать оперативную группу по месту.

— Ого, а что случилось?

— Данные засекречены, поэтому не имею права ничего рассказывать, пока не подпишете соответствующие бумаги. Могу лишь намекнуть: датчики нашей исследовательской базы на спутнике Сатурна — Титане — случайно засекли неизвестный объект, вошедший в Солнечную систему. Полный доступ к отчётам получите по прибытии. Хотя, судя по всему, к тому времени ситуация сильно изменится.

— Понял вас. Сейчас быстро соберу вещи и выдвигаюсь.

— Не беспокойтесь на этот счёт. К штаб-квартире вас вместе с коллегой из Кембриджа доставит правительственный самолёт, а до аэропорта довезёт служебный автомобиль, который прибудет к подъезду в течение пяти минут.

— Хм, чувствую себя прям спецагентом каким-то.

— Вполне оправдано. За ситуацией лично следит министр обороны, так что всё организовано на высшем уровне. Адам, на этом я прощаюсь, у меня ещё масса неотложных дел. До встречи в штабе.

Менее чем через два часа после этого разговора астроном уже открывал дверь просторного конференц-зала Космического агентства. Внутри к тому времени собралось около двадцати учёных. Разделившись на две группы по разным сторонам комнаты, они оживлённо обсуждали что-то между собой.

Адам поприветствовал коллег, с большинством из которых был знаком лично, и подошёл к одной из групп. Но не успел он даже спросить, чем все так взволнованы, как в дверь вошёл директор ЗКА со своим секретарём. Присутствующим сразу раздали чёрные папки с документами о неразглашении конфиденциальной информации.

После того как учёные подписали их, глава агентства взглянул на часы, затем на дверь и, с фразой «семеро одного не ждут», подошёл к большому экрану на стене. Он начал показывать снимки с различных спутников и телескопов, на которых было видно, что вошедший в Солнечную систему объект имеет явно искусственное происхождение. Все собравшиеся с тревогой осознали, что человечество находится на пороге первого контакта.

Изображения были достаточно чёткими и позволяли рассмотреть вытянутую конструкцию объекта, состоящую из двух соединённых в длину овалов. Передняя часть, чёрная с металлическим отблеском, занимала более трёх четвертей корпуса. Задняя казалась полупрозрачной и испускала слабое голубоватое свечение, которое словно исходило изнутри. Поверхность объекта была абсолютно гладкой, без каких-либо выделяющихся внешних элементов или отметок.

На момент обнаружения двадцатиметровый инопланетный корабль мчался вглубь нашей системы на скорости около пятидесяти восьми процентов световой. Дальнейшие наблюдения показали, что объект интенсивно замедляется. Однако каким образом он тормозил — оставалось загадкой: не было ни магнитного паруса, ни следов работы силового привода. Директор ЗКА сообщил, что, по мнению штатной команды исследователей, ранее объект мог двигаться с околосветовой скоростью. Возможно, там даже использовалась некая технология варп-двигателя.

Однако военных так всполошил не сам факт появления пришельца, а траектория его движения. Согласно прогнозным моделям, если он не сменит курс и продолжит так же сбавлять скорость, то через три часа достигнет орбиты Марса. Поэтому сейчас он представляет прямую угрозу для всех поселений колонистов.

На этом моменте доклада дверь в зал с грохотом распахнулась, и через неё вбежала миниатюрная девушка с привлекательной внешностью. Адам узнал астробиолога Лану Свинцицкую. В научных кругах та слыла своего рода «легендарной персоной». От коллег Адам слышал много рассказов о ней, половина из которых была явной выдумкой. Но одно он знал наверняка: с гениальностью этой девушки мог соперничать лишь её своенравный характер.

Неуклюже подняв правую руку вверх и стараясь изобразить стеснение, Лана произнесла:

— Всем привет! Прошу прощения за опоздание, надеюсь, ничего важного не пропустила. Где тут можно прилечь… то есть присесть?

Девушка старалась произносить слова чётко, но это удавалось ей с трудом. Адам улыбнулся, поняв, что Лану выдернули посреди какой-то вечеринки, и её появление хоть немного развеет повисшее в воздухе напряжение.

— Вы, как всегда, присоединяетесь к нам на самом интересном месте, — тем же монотонным голосом произнёс директор агентства. — Прошу вас, займите любое свободное место. Мы продолжим, как только вы подпишете необходимые документы.

Подождав несколько минут, пока Лана ознакомилась с содержимым папки, он закрыл презентацию и развернул на экране два окна. На левой половине друг друга плавно меняли прямые трансляции с различных спутников, наведённых на неизвестный объект. Правая часть представляла собой схематическую модель Солнечной системы, где отображалось текущее местоположение планет и траектория движения инопланетного гостя. Затем он вновь обратился к залу:

— Теперь вам доступна вся собранная на данный момент информация. Каждый из присутствующих является экспертом в своей области, поэтому я надеюсь, что совместными усилиями мы сможем выяснить, с чем именно столкнулись, и предотвратить возможную катастрофу. Военные настаивают на поиске способов связи с объектом, но я предлагаю решать задачи по порядку. Сперва нужно определить степень угрозы.

Учёные начали изучать детализированные отчёты и активно обсуждать выдвигаемые предположения коллег, которые периодически звучали. Во время разгоревшейся дискуссии астроном перевёл взгляд на экран и заметил, что таинственный объект начал отклоняться от своего первоначального курса. Пролетев за орбиту Юпитера, он изменил направление и устремился к главному поясу астероидов, в один из которых вскоре врезался.

Между тем в голове Адама промелькнула мысль, что космический странник сам пытается подать людям какой-то сигнал. Он быстро отбросил эту идею, хотя про себя стал называть объект «Гермесом» — в честь бога-путешественника из древнегреческой мифологии. В разговоре с коллегами астроном несколько раз невольно упомянул это прозвище, и оно сразу прижилось среди коллектива.

Объект не просто столкнулся с крупным астероидом, а впился в него, словно стрела. Почти сразу задний овал корабля замерцал, и из четырёх точек с разных сторон на передней части корпуса вырвались мощные струи пыли. Казалось, он начал добывать ценные минералы, выбрасывая отходы в открытый космос.

Наблюдатели ещё некоторое время продолжали молча всматриваться в экран, ожидая новых сюрпризов от гостя, но на трансляции с ближайшего спутника всё оставалось без изменений. Постепенно учёные вновь вернулись к обсуждению.

Бурную активность «Гермеса» в поясе астероидов случайно заснял частный добывающий корабль, занимавшийся разработкой в том скоплении. Уже к утру новость о вторжении инопланетного корабля разлетелась по всем СМИ. Во избежание паники правительство Земли было вынуждено официально подтвердить факт наблюдения. Власти заверяли общественность, что ситуация находится под контролем и пока рано делать какие-либо выводы относительно целей прибытия неизвестного объекта. Хотя каждый здравомыслящий человек прекрасно понимал реальное положение дел.

Многие с нарастающим беспокойством следили за новостями, непрерывно просматривая все доступные каналы информации. Некоторые религиозные организации поспешили воспользоваться ситуацией, призвав людей сплотиться под их крылом в преддверии якобы надвигающегося конца света.

Тем временем военные ведомства перешли в режим полной боевой готовности, а Космическому агентству правительство поручило подготовить исследовательскую миссию. Земная Федерация официально объявила о создании межведомственной целевой группы по вопросам взаимодействия с чужеродными космическими объектами. К первоначальной команде добавились ещё несколько десятков исследователей и, фоново, представители всевозможных госструктур.

Спустя пять часов после столкновения объект прекратил извергать струи вещества, его задний овал перестал мерцать. Со стороны могло показаться, что он отключился. Но буквально через мгновение корабль внезапно сгенерировал мощный импульс, ударная волна от которого раздробила астероид на множество кусков. Из образовавшегося облака обломков и пыли он вылетел уже с прикреплённой к передней части корпуса массивной конструкцией чёрного металлического цвета, и неожиданно стал двигаться в обратном направлении.

Новый элемент напоминал какую-то причудливую антенну в виде цветка с шестью массивными угловатыми лепестками. Со стороны корабля его прикрывала тонкая блестящая пластина такой же формы. Вся эта конструкция соединялась с передним овалом четырьмя идеально ровными трубками. Центральная трубка была толще других и походила на сердечник.

Остановившись примерно в двухстах семидесяти миллионах километров от Солнца, почти посередине между Марсом и поясом астероидов, объект повернулся и завис в таком положении. Данные наблюдения показывали, что он зафиксировался в одной точке пространства нашей системы, фактически выйдя на устойчивую гелиоцентрическую орбиту.

Сразу после этого созданная внутри астероида конструкция начала быстро разворачиваться. Раскрываясь, словно бутон под лучами утреннего света, каркас стал увеличиваться в размерах, приобретая форму правильного шестиугольника и изменяя свою структуру. Пластина с тыльной стороны при этом также растягивалась, превращаясь в сетку, напоминающую пчелиные соты. В итоге длина каждой стороны шестиугольного каркаса достигла почти тридцати пяти метров. После всех метаморфоз объект стал ещё больше походить на гигантскую антенну.

Теперь было видно, что, в отличие от внешней идеально гладкой поверхности, на внутренней стороне нового устройства располагались какие-то небольшие элементы. По мнению Адама, нарощенный элемент не предназначался для перемещения на субсветовой скорости. Следовательно, «Гермес» осел в пределах Солнечной системы — по крайней мере, на то время, пока соединён с этой конструкцией — и к нему уже можно отправлять зонды для изучения.

Ещё одно предположение астронома заключалось в том, что корабль является беспилотным и управляется продвинутыми машинными алгоритмами. Возможно, даже обладал полноценным искусственным интеллектом. Поэтому следовало принимать в расчёт, как те или иные действия людей могли выглядеть с его точки зрения.

Однако подобные предположения участников рабочей группы особо ничего не меняли, ведь никто толком не понимал, что происходит. Исследователи терялись в бесконечных догадках о сущности и назначении прибывшего объекта.

К обеду первого дня уже сотни космических аппаратов пристально наблюдали за «Гермесом». Часть из них отправили на сближение с загадочным пришельцем, который начал хозяйничать в пространстве нашей системы. Немалый интерес к пришельцу проявили и частные компании, особенно занимавшиеся космической добычей в том регионе.

Правительство опасалось, что их стремление извлечь любым доступным способом прибыль из сложившейся ситуации может привести к непредсказуемым последствиям — вплоть до катастрофы. Поэтому земные власти обратились к представителям бизнеса с настоятельной просьбой не предпринимать никаких активных действий в отношении инопланетного гостя и ограничиться лишь наблюдением с дальнего расстояния.

После остановки «Гермеса» прогнозирование его дальнейших действий отошло на второй план, и учёные смогли сосредоточиться на изучении самого объекта. Практически сразу после стабилизации они выяснили, что космический гость не просто вышел на солнечную орбиту, а чётко контролирует своё положение.

Его центральная ось всегда была направлена в одну точку пространства, находившуюся далеко за пределами нашей галактики. Собранных данных первичного позиционирования оказалось недостаточно для определения конкретной области космоса, на которую он ориентировался. Но даже по грубым оценкам это место находилось на расстоянии от пятисот до тысячи миллионов световых лет от Солнца.

На третий день один из участников первоначальной команды исследователей ЗКА, физик Сонг Хакун, сделал важное открытие. В процессе формирования межведомственной группы их всех переселили из конференц-зала. Теперь учёные работали в специально оборудованной аудитории с десятками столов, больше напоминавшей длинный офис открытого типа. Перепроверив данные в пятый раз, Сонг встал и обратился к окружающим:

— Коллеги, попрошу вашего внимания! Анализируя массивы поступающей информации, я заметил ряд интересных закономерностей. Согласно измерениям датчиков наших аппаратов, около объекта периодически возникают повторяющиеся последовательности слабых возмущений электромагнитного поля. Такие сигналы отсутствовали во время полёта «Гермеса» и его активности в астероидном поле, а значит, не зависят от базовых функциональных процессов. Судя по характерным параметрам, это очень напоминает некую коммуникацию, обмен данными или нечто подобное.

— То есть «Гермес» хочет нам что-то сказать? — тут же спросил находившийся неподалёку директор Космического агентства.

— В данном случае характер сигналов скорее соответствует передаче информации посредством квантовой запутанности. Что-то вроде нашей новой технологии квантового интернета, но здесь применяется гораздо более продвинутый аналог. На его фоне современную земную сеть можно сравнить с телеграфом.

— Сонг, не у всех присутствующих есть докторская степень по физике, включая меня. Прошу, скажите простым языком — сможем ли мы перехватить эти сигналы, чтобы попробовать расшифровать их?

— Нет. Такой способ коммуникации предусматривает телепортацию информации между связанными частицами через их физические изменения. Чтобы считать данные, нам необходим прямой доступ к приёмнику. Грубо говоря, со стороны мы можем зафиксировать лишь отголоски колебаний электромагнитного поля от работы устройства.

— Спасибо, так намного лучше! Если я всё верно понял, то определить направление передачи мы тоже не сможем. Не так ли?

— Да.

— Ладно… В любом случае теперь мы хотя бы знаем, что объект не пытается с нами связаться. Значит, будем искать другие способы выяснить, для чего он здесь.

Спустя несколько дней после открытия Сонга «Гермес» перестал генерировать сигналы и вообще проявлять какую-либо активность. Казалось, он перешёл в режим ожидания, сохраняя при этом своё наведение на далёкую точку пространства. Учёным оставалось лишь анализировать ранее собранные данные и ждать сближения земных космических аппаратов.

Первым туда добрался корабль для разработки астероидов. Какой-то хакер взломал серверы добывающей компании и вручную подвёл ближайший майнер к «Гермесу». Как выяснилось позже, таким способом он хотел показать всему миру, что власти скрывают факт контакта с инопланетянами.

Поскольку всеобщее внимание было приковано к пришельцу, захваченный корабль заметили уже на подлёте к цели. Пока военные выясняли, кто за этим стоит, и связывались с руководством компании-владельца, от него отделился вспомогательный дрон с камерой. Хакер транслировал видео в прямом эфире на популярной стриминговой платформе. Всего через полчаса количество зрителей перевалило за миллиард.

Когда дрон подлетел достаточно близко к инопланетному объекту, тот вновь пробудился. Сперва засветилась задняя часть корпуса, а затем начал люминесцировать центральный стержень развёрнутой конструкции. Спустя пару секунд всё внутреннее пространство шестиугольника, вплоть до решётки в виде сот, внезапно заполнилось плотным слоем какой-то чёрной субстанции с едва различимой рябью на поверхности. Испугавшись неожиданной активации объекта, хакер стал поспешно отводить беспилотник подальше, после чего «Гермес» вновь погрузился в состояние покоя.

Транслируемые кадры поражали воображение зрителей. Несанкционированная съёмка дала массу новой информации, но дистанционное изучение поглощающей свет субстанции почти ничего не прояснило. Стало лишь ясно, что шестиугольник заполнялся каким-то неизвестным типом энергии. Тем не менее, Космическое агентство теперь не так опасалось подводить свои исследовательские зонды близко к «Гермесу».

Аппараты ЗКА достигли объекта только через сутки после инцидента. Несколько дней они изучали пришельца с близкого расстояния, но это не позволило узнать ничего нового. Затем руководство миссии стало подводить их вплотную и даже проводить некоторые эксперименты. Последние помогли выяснить, что объект следил за окружением и активно реагировал на значимые для него события.

Когда зонды удалялись или оставались бездействующими дольше шести минут, энергетическое полотно исчезало, и «Гермес» возвращался в спящий режим. Он игнорировал камни, брошенные в сторону корпуса, но мгновенно уничтожал те из них, что касались сетки снаружи. За несколько миллиметров до места предстоящего столкновения возникал мощный энергетический импульс, буквально превращающий их в пыль. В саму чёрную субстанцию направлять пока никто ничего не решался.

Поняв, что объект обладает внушительными защитными механизмами, военные отказались от своего первоначального плана по вскрытию корпуса для изучения начинки. Они поручили рабочей группе выяснить, какую «Гермес» может представлять для человечества и Солнечной системы. В течение следующих нескольких дней практически все исследователи работали над этой задачей.

Детальный внешний анализ конструкции не выявил никаких явных опасностей. Изучить внутреннее строение корабля не удавалось — корпус обладал мощными экранирующими свойствами. Ни один из доступных землянам способов «просветить» его не мог обойти эту базовую защиту.

Почти неделю кураторы рабочей группы обсуждали совместный запрос Адама Свифта и Сонга Хакуна на отправку исследовательского аппарата в загадочную энергетическую субстанцию. Чиновники опасались давать добро, ведь никто не знал, чем на самом деле являлся «Гермес» — это маяк, портал или же «курок», активирующий пусковой механизм неизвестного оружия.

После долгих споров было решено для начала попробовать бросить туда камни. Погружаясь в чёрное, будто вибрирующее полотно, они бесследно исчезали. Так как кроме этого ничего больше не происходило, правительство Федерации всё же одобрило запрос учёных.

Мир замер в тревожном ожидании.

Глава 2. Эпоха тишины

С отправкой зонда решили не торопиться и подождать сутки, чтобы команда техников ЗКА успела провести диагностику всех систем. «Гермес» мог принять случайный сбой в работе аппарата за угрозу и уничтожить его. Такое развитие событий могло поставить крест на любых дальнейших попытках взаимодействия.

На следующий день исследователи собрались в переоборудованном конференц-зале для наблюдения за происходящим на большом экране. После завершения обратного отсчёта активации двигателей напряжение в комнате выросло настолько, что казалось, между присутствующими вот-вот проскочит цепная молния. Через пять минут многие с облегчением выдохнули, поскольку погружение прошло по плану и при этом ничего страшного не произошло. Однако спустя мгновение все вновь засуетились.

Развёрнутая «Гермесом» конструкция оказалась порталом, через который зонд успешно пролетел и начал передавать снимки из неизвестной области космоса. С первых же кадров стало ясно, что он переместился на окраину другой планетарной системы. Местное светило было лишь на несколько процентов крупнее и ярче нашего Солнца.

Вокруг него даже невооружённым глазом можно было разглядеть чёткую линию из множества мелких тёмных пятен. Они явно имели искусственное происхождение, и учёные быстро сошлись на том, что аппарат запечатлел астроинженерное сооружение в виде кольца из спутников для сбора излучаемой энергии — некую вариацию роя Дайсона. После осознания факта существования межпространственного портала такие смелые предположения больше никого не удивляли. В данном случае наличие подобных технологий казалось даже очевидным.

Немного удалившись от места входа, аппарат начал медленно разворачиваться вокруг своей оси для изучения окружающего космоса. На плоскости эклиптики он обнаружил три экзопланеты, а также странное широкое образование — вроде пояса астероидов, но с какими-то необычными блестящими вкраплениями.

К тому времени «Гермес» вернулся в режим ожидания, и проход закрылся. Теперь данные поступали только по каналу квантовой связи, поэтому из-за низкой пропускной способности возникла задержка. Не желая лишний раз рисковать, руководство миссии не стало «играться» с постоянным поддержанием прохода в активном состоянии лишь ради улучшения сигнала.

После оборота на сто восемьдесят градусов зонд сфотографировал сам портал, из которого вышел в новую систему. Он отличался от развёрнутого «Гермесом»: состоял лишь из свободно парящего в космосе шестиугольного обода и имел поистине исполинские размеры. Здешний вариант устройства простирался на несколько километров в диаметре.

Корпус гиганта украшали редкие белые огоньки и причудливые угловатые узоры. По всей его внешней поверхности были равномерно расположены десятки люминесцирующих округлых выступов, которые больше напоминали паразитирующие наросты.

Далее руководство миссии захотело узнать текущее местоположение аппарата. Ему дали команду немного отлететь в сторону, а затем перевести фокус на окружающие звёзды и галактики. Последних оказалось намного меньше, чем должно было быть.

На фоне разыгравшейся фантазии некоторые участники рабочей группы начали рассуждать о перемещении аппарата в будущее или даже в другое измерение. Но сверка полученных данных с базой звездных карт показала, что он находился примерно за семьсот миллионов световых лет от Солнца — на окраине одной из галактик в центре войда Волопаса. Эту огромную область пространства часто ещё называют Великой пустотой, поскольку вещества там в десятки раз меньше, чем в среднем по Вселенной.

Пока остальные увлечённо изучали снимки зонда, Сонг, стоя в сторонке, молча анализировал показатели установленных на нём приборов. Согласно данным, при переходе между планетарными системами аппарат не испытал никаких перегрузок, будто просто «перешагнул» через плоскость открытой двери. Это означало, что портал напрямую соединял две отдалённые точки пространства, а не создавал между ними гипертуннель или искажал временной континуум. Физик поделился своими выводами с коллегами, но на них мало кто обратил внимание из-за занятости более актуальными вопросами изучения новой системы.

Первый зонд отлично справился с поставленными задачами, но в техническом плане являлся достаточно примитивным. Его камеры подходили лишь для формирования общего представления об окружающем пространстве. Аппарат предназначался скорее для проверки сущности загадочного объекта, чем для полноценного исследования. Им банально было не жалко пожертвовать.

Поэтому, когда после изучения первых снимков стало очевидным отсутствие прямых угроз, через портал отправили ещё шесть зондов с новейшим оборудованием. По одному для исследования каждой из трёх экзопланет с их спутниками, необычного пояса астероидов, исполинского портала на задворках системы и околозвёздного кольца.

Прошло больше двух месяцев, прежде чем укомплектованные по последнему слову техники зонды прошли через портал и начали передавать первые данные. Как оказалось, каждый объект открывшейся системы представлял огромный научный интерес.

Первое место в списке изучения занимал огромный портал, который, в отличие от «Гермеса», не активировался автоматически при приближении. Поскольку он являлся единственным способом возвращения домой, без возможности открытия прохода и выбора пункта назначения — путешествие туда было дорогой в один конец.

Несколько месяцев аппарат из второй волны детально изучал исполинскую конструкцию. Слабая люминесценция выступов на корпусе появлялась только при активации устройства и мгновенно исчезала после закрытия прохода. Учёные пришли к выводу, что, как и в случае с «Гермесом», свечение исходило от скрытых внутри генераторов энергии. За всё это время так и не удалось отправить ни одного объекта в обратном направлении. Перемещение работало лишь в одну сторону.

Несмотря на массу собранных данных, исследователи не смогли приблизиться к пониманию работы порталов. Ни у людей, ни у компьютерных алгоритмов не получалось обнаружить даже признаков систем контроля, реагирующих на внешние сигналы. Зная о наличии активной защиты у меньшего образца, пытаться вскрыть обшивку гиганта с десятками сверхмощных энергогенераторов было глупо. Поэтому для поиска способов взаимодействия с порталом привлекли специалистов различных технических направлений.

Первая от звезды планета представляла собой раскалённый газовый гигант. На его орбите с теневой стороны и в верхних слоях атмосферы находилось несколько массивных полуразрушенных комплексов. От первого зонда их скрывал густой шлейф улетающего в космос газа. Судя по всему, когда-то это были промышленные сооружения.

Вторая планета находилась в зоне обитаемости и была лишь немного меньше Земли. Несмотря на отсутствие там жидкой воды, исследовательский аппарат обнаружил на поверхности несколько примитивных форм жизни на углеродно-серной основе, а также миллионы останков крупных многоклеточных организмов. Но найти хотя бы одно из таких живых существ не удалось.

Обитание на планете развитых форм никто не ставил под сомнение из-за тысяч поселений, разбросанных по всей планете. Они выглядели заброшенными, но ещё не успели превратиться в руины. Судя по характерным чертам, их возвела та же цивилизация, что и другие строения в этой звёздной системе. К большому удивлению землян, некоторые инопланетные конструкции всё ещё проявляли признаки активности, по-видимому, выполняя какие-то свои базовые автономные функции.

Данный мир совершенно не подходил для жизни человека. Помимо отсутствия воды в атмосфере почти не было молекулярного кислорода, а высокие концентрации различных соединений серы делали местный воздух крайне токсичным. Поверхность представляла собой каменистую пустыню с редкими озёрами из серной кислоты. Некоторые были достаточно крупными, чтобы их отнесли к морям и присвоили собственные названия. Хотя вряд ли кто-то захотел бы там искупаться.

По словам Ланы, всё это было очень странным. Высокое содержание серной кислоты указывало на активную жизнедеятельность растений с аноксигенным фотосинтезом, а множество высокотехнологичных сооружений говорило о некогда явном процветании на планете развитых существ. Исходя из собранных данных, все они погибли за очень короткий промежуток времени. Наиболее вероятной причиной такого тотального вымирания было какое-то масштабное катастрофическое событие.

У серной планеты не было естественных спутников, но вокруг неё вращался крупный искусственный объект. Он представлял собой огромную зловещую пирамиду из того же чёрного материала, что и большая часть корпуса «Гермеса». Судя по размеру и внешним чертам, объект являлся чем-то вроде орбитальной оборонительной станции.

Самая дальняя, третья планета была ледяным шаром синего цвета. На её поверхности зонд обнаружил небольшой массив сооружений, который был покрыт десятиметровым слоем льда и, судя по всему, заброшен ещё задолго до вымирания его строителей.

Расстояние между второй и третьей планетами было огромным. В этом пространстве находился необычный пояс астероидов. Помимо привычных камней и частиц пыли, там присутствовало кое-что ещё. Первый прибывший в систему аппарат обнаружил в поясе тысячи небольших объектов, напоминающих вздутые чешуйки. Из-за этих странных образований исследователи между собой стали называть его «Уроборосом» — в честь мифического змея, кусающего себя за хвост.

Данные зонда из второй волны показали, что на самом деле в поясе находилось куда больше загадочных чешуек и они разделялись на два вида. Одни были неприметны, представляли собой частично разрушенные серые каменистые образования неправильной формы со сложной внутренней структурой, которая напоминала нечто среднее между слоёным тестом и пчелиными сотами.

Чешуйки же второго типа были примерно одинаковой формы и представляли собой цельные, герметичные капсулы. Одна их сторона имела перламутровый оттенок и под определённым углом отражала свет. Именно этот блеск заметили на самых первых снимках.

Сквозь полупрозрачный перламутровый слой было видно, что внутреннее пространство заполняла текучая сине-зелёная субстанция. Спектральный анализ показал присутствие там множества сложных органических соединений. Тот факт, что вся эта органика имела много общего с земной, окончательно запутал исследователей.

Лана убедила руководство миссии не торопиться с бурением отверстий, а сперва побольше узнать о загадочных объектах. Она сделала это всего за несколько фраз, сказав, что цветные капсулы могли населять развитые формы жизни, питающиеся солнечной энергией и минералами астероидов. К тому же, несмотря на свою внешнюю простоту, чешуйки, очевидно, являлись высокотехнологичными конструкциями с массой сложных систем, о которых человечество даже не имело представления.

Основная часть чешуек находилась в пределах пояса, но достаточно много также было разбросано небольшими группами по всей системе. Когда первый зонд пролетал мимо такого дрейфующего скопления, из ближайшей капсулы в его сторону вырвалась струя газа и пыли. Изначально это приняли за атаку и засуетились. Все стали бегать, проверяя наличие отклонений от стандартных показателей. Группе исследователей приказали бросить свои прежние дела и переключиться на изучение происшествия.

Полная диагностика показала, что аппарат не был повреждён или смещён, все системы функционировали без изменений. Сама же чешуйка из-за этого гейзера начала улетать прочь, будто намеренно создала таким образом импульс для отдаления от зонда или дальнейшего перемещения по системе. Хотя тревога оказалась ложной, происшествие ещё некоторое время держало наблюдателей в напряжении.

Глава 3. Квинтэссенция страсти

За месяцы исследований большинство учёных стало относиться к изучению чужого мира как к обычной работе. Но не все. Некоторые были настолько увлечены разгадкой инопланетных тайн, что практически поселились в штаб-квартире. Наука была их страстью, которой они отдавались полностью. Даже несмотря на подшучивания коллег на этот счёт, пятеро учёных продолжали регулярно задерживаться допоздна, в надежде поскорее сложить все части пазла в единую картину.

Вскоре они сдружились и начали частенько делиться своими последними наблюдениями. В один из таких вечеров астроном Адам Свифт, биолог Лана Свинцицкая, инженер Роман Юрьев, космохимик Карл Фригольд, а также физик Сонг Хакун собрались в комнате отдыха.

Пока остальные обсуждали очередное открытие, Лана встала с кресла и, демонстративно покашляв, чтобы другие затихли, обратила на себя внимание. У девушки был день рождения, поэтому она предложила присутствующим отметить это распитием добротного шотландского напитка двадцатилетней выдержки, бутылку которого накануне тайком пронесла через пост охраны.

После тяжёлого дня все согласились ради короткого отвлечения от работы. Завязалась непринуждённая беседа, которая в дружеской атмосфере быстро переросла в откровенную. Когда после очередной ироничной шутки об их образе жизни в комнате повисла тишина, Адам с нотками печали в голосе произнёс:

— Чёрт, а ведь мне это действительно нравится. Если честно, всё бы отдал ради шанса побывать там. С детства космос завораживал и манил моё воображение. Находясь в одиночестве, я мог часами представлять, как гуляю по поверхности других планет, изучаю причудливые руины давно исчезнувших цивилизаций. Иногда даже фантазировал, как могли выглядеть обитатели тех или иных миров. Годы шли, всё менялось, но не эти мечты… они до сих пор движут мной.

Затем он тяжело вздохнул и вполголоса добавил:

— Да… Как бы я хотел слетать к одному из тех пыльных поселений посреди серной пустыни, пусть даже если это станет последним, что увижу.

Вслед за Адамом Сонг задумчиво протянул:

— И не говори… Сам бы отправился в такое путешествие, пусть и с билетом в один конец. Посмертная слава, слёзы миллионов поклонниц, в учебниках истории моё имя будет стоять в одном ряду с Колумбом и Гагариным. Всяко лучше, чем изо дня в день проживать серую жизнь физика-теоретика. Думаю, каждый из присутствующих понимает, о чём я.

После этих слов уже захмелевший Карл одобрительно кивнул, вытянул вперёд бокал и встал, будто собираясь произнести тост:

— Сонг, дружище, я тебя прекрасно понимаю и полностью поддерживаю. Все мы в итоге превратимся в горстки пыли, и единственное, что после нас останется — это воспоминания. В таком виде мы продолжим существовать в сознаниях других людей. Кто туда полетит первым, можно сказать, обретёт бессмертие. Глубоко внутри каждый из нас понимает, что учёными мы стали в надежде оставить после себя след поглубже. Не так ли?

— У-у-у, парни, как лихо-то завернули — первопроходцы, бессмертие! — улыбаясь, начал Роман. — Да так и скажите, что просто мечтаете хоть раз почувствовать себя тем самым сыном маминой подруги. Я ж вас, научных гиков, насквозь вижу.

После этого он уже хотел было рассмеяться, но, увидев, что остальные находятся в недоумении, с трудом сдержал этот порыв и произнёс:

— Эй, вы чего? Это же шутка, юмор, не в обиду сказано. Не оценили пост-иронию, значит. Ну явно же, что мы не можем похвастаться яркой, насыщенной жизнью за пределами этих стен, — после чего направил наигранный подозрительный взгляд на именинницу и добавил: — Хотя насчёт Ланы я не уверен.

На лице девушки появилась коварная улыбка, которую она безуспешно попыталась скрыть за стаканом с толстым дном. Немного отпив из него для виду, Лана ответила:

— Даже не знаю, что сказать… На жизнь мне точно грех жаловаться, беру от неё по максимуму. Многие бы позавидовали. Но, если честно, хрень это всё, сидим же в этой комнате вместе. Тут речь больше о том, к чему или от чего мы бежим, об издержках наших стремлений, о топливе для поддержания пламени жизни.

Не доведя свою мысль до конца, Лана подняла взгляд и обнаружила, что мужчины с удивлением уставились на неё. Последние сказанные фразы совершенно не сочетались с её обычным образом хулиганки и бунтарки, словно застрявшей в подростковом возрасте.

— Да ладно, повелись что ли? Видели бы вы сейчас свои лица, — произнесла она, рассмеявшись. — Можете расслабиться, просто во время утреннего собрания нашла на верхней полке шкафа в конференц-зале томик с афоризмами Ницше. Целый день читала его в перерывах, пока зонд делал анализы проб. Мощная вещь, до сих пор не отпустило. Короче, пыталась сказать, что всегда мечтала нацарапать какое-то ругательство на одной из таких идеально гладких стен, как там. Пусть даже всё закончится мучительной смертью посреди токсичной пустыни в окружении четырёх зануд.

Добродушное посмеивание коллег быстро сменилось молчаливым переглядыванием с зависшей в воздухе мыслью, которая так и не была произнесена вслух. Через минуту Адам нарушил тишину, спросив у Ланы о результатах сегодняшних проб, и беседа вернулась в прежнее русло обсуждения околонаучных тем.

Впрочем, все понимали, что тот момент откровений не был пустословием подвыпивших коллег, поэтому следующим утром пятёрка собралась уже для обсуждения плана действий. Отныне всё свободное время они стали уделять подготовке обоснования целесообразности отправки ко второй планете миссии с экипажем для изучения инопланетных технологий.

Через три дня учёные представили руководству оформленную по всем правилам заявку на проведение исследования. Разумеется, выдвинув свои кандидатуры в качестве добровольцев. Более того, они готовы были взять на себя всю ответственность за возможные риски, включая путешествие в одну сторону, а также соглашались практически на любые другие условия.

Почти неделю предложение рассматривали на различных уровнях, пока оно не дошло до правительства. В итоге земные власти одобрили беспрецедентную и невероятно дорогую миссию, поскольку были очень заинтересованы в полевых изысканиях. Хотя на положительный вердикт во многом повлияли отраслевые лоббисты и военные ведомства, которые загорелись перспективой разработки совершенно новых систем вооружения.

Вместе с пилотируемым кораблём отправили ещё три грузовых судна. Помимо запасов провизии, там было всё необходимое оборудование для длительного пребывания пятерых учёных на чужой планете. На случай, если поиски способа активации исполинского портала затянутся и команда будет вынуждена фактически поселиться на поверхности.

Учёным также выделили два десятка роботов, которые, помимо помощи в исследованиях и повседневных делах, могли использовать боевые модули. Они не были полностью автономными единицами, но хорошо справлялись с широким спектром задач.

Командиром корабля назначили Адама, поскольку из всей команды опыт воинской подготовки был лишь у него. Это решение никто не оспаривал, поскольку к такому же консенсусу накануне пришли и сами учёные из-за явных лидерских задатков у астронома.

Спустя пару месяцев подготовки, исследователи прибыли на лунную орбитальную станцию. Там их уже ждал модернизированный по последнему слову техники шаттл, получивший название «Отважный». Первое путешествие человека в другую систему было знаковым событием, поэтому каждый шаг экипажа накануне вылета документировался. Официальную церемонию восхождения на борт транслировали в прямом эфире по всему миру.

После завершения обратного отсчёта шаттл отстыковался и направился к переходу между планетарными системами. В течение следующих десяти минут к нему присоединились три сопровождающих грузовых корабля.

Когда большая часть пути до «Гермеса» уже была пройдена, бортовой компьютер на базе искусственного интеллекта сообщил об активации протокола торможения. Это был первый значимый манёвр, поэтому вся команда собралась в рубке, чтобы проследить за отключением ядерной электродвигательной установки с последующим разворотом судна на сто восемьдесят градусов. После стабилизации положения корпуса при помощи маневровых двигателей, вновь активировалась тяга и раскрылся магнитный парус в виде конуса для ускоренного торможения.

Корабли благополучно пересекли портал, и команда с восторгом начала любоваться непривычным видом новой системы. Теперь их дальнейшая судьба была неопределённой, поэтому все ощущали внутреннее переживание, которое проявлялось у каждого по-разному. Для отвлечения от тревожных мыслей учёные начали чаще собираться вместе и обсуждать свои ожидания или опасения. Хотя по большей части это были дружеские посиделки с уймой шуток, на которых члены экипажа лучше узнавали друг друга.

Они продолжали вести исследовательскую работу в удалённом режиме, поэтому спустя несколько недель витавшая на борту напряжённость сошла на нет. Лана дала бортовому компьютеру имя Рик, а Роман поднял уровень его сарказма, в надежде разнообразить полёт мотивами колкого юмора. В завершение настройки риторики искусственного интеллекта Карл попросил его не упускать возможности отпускать шутки в адрес капитана, чтобы тот не зазнавался. Результат не заставил себя ждать.

После первого же возмущения Адама по этому поводу ИИ выдал: «Упс, похоже, у нас минус один в бортовом чате. Запускаю тайное голосование о смене капитана». Все улыбнулись и продолжили заниматься своими делами.

Глава 4. Скиталец

Ещё на полпути ко второй планете корабль начал сбрасывать скорость, поскольку во время движения через широкий астероидный пояс тормозной парус нужно было свернуть, чтобы избежать его повреждения мелкими дрейфующими камнями. Спустя несколько недель «Отважный» приблизился к небольшой группе поблёскивающих чешуек. По расчётам, траектория судна проходила всего в километре от них.

Команда заранее собралась в рубке, чтобы собственными глазами увидеть загадочные объекты. На подлёте к ним учёные заметили, как одна перламутровая капсула извергла нечто вроде гейзера и сильно ускорилась в их направлении. Сперва никто не придал этому значения. Наблюдатели были слишком увлечены обсуждением различных теорий относительно данного феномена. Но вскоре Рик прервал их беседу предупреждением о появлении точки встречи корабля с отделившейся чешуйкой.

Он запросил разрешение на корректировку курса с проведением экстренного манёвра уклонения во избежание столкновения. Получив одобрение Адама, бортовой компьютер порекомендовал всем занять свои места и пристегнуться, после чего запустил алгоритм резкого смещения. Экипаж несколько раз изрядно тряхнуло, но никто не получил серьёзных травм.

Как только Рик сообщил о стабилизации положения и перерасчёте траектории, капсула совершила очередной рывок на перехват шаттла. Заметив вторую вырвавшуюся из чешуйки струю газа, Лана тревожным голосом произнесла:

— Мне показалось, или эта штука действительно за нами охотится?

— Похоже на то, — ответил ей Адам.

— Какого чёрта?! В прошлый раз ведь капсула просто брызнула своей струёй, чтобы отлететь подальше, не обращая внимания на зонд. Почему сейчас она погналась за нами?

— Может, поздороваться хочет, а может, и убить. Не знаю насчёт вас, но у меня точно нет желания выяснять это. Кэп, командуй кораблю ещё раз уклониться, — быстро выпалил Роман.

— Погодите! — крикнул Адам, не отвлекаясь от изучения каких-то данных на дисплее, а затем обратился к бортовому компьютеру: — Рик, правильно ли я понял, что в этот раз нам не избежать столкновения?

— Верно. К сожалению, мои возможности ограничены мощностью тяги маневровых двигателей и физическими законами. За столь короткое время корабль попросту не успеет достаточно сместиться для уклонения.

С опущенной вниз головой Адам разочарованно произнёс:

— Ясно, тогда лучше встретить приближающийся объект передней частью корпуса с более прочной обшивкой. Удерживай текущий курс. Будем надеяться, что это не атака, а любопытство, и нас просто хотят рассмотреть поближе. Всем приготовиться к столкновению!

Все опасения команды в итоге оказались напрасными, ведь столкновения не произошло. Подлетев к «Отважному» вплотную, чешуйка выпустила мутное облако вещества в его сторону и начала медленно отдаляться. Однако, даже несмотря на отсутствие физического контакта, волнение экипажа лишь усилилось. Никто не знал, что за субстанция попала на корпус, как она может повлиять на обшивку, технические системы, электронику и организм человека. У первого зонда не было необходимого оборудования для анализа распылённого вещества, а другие аппараты не подвергались подобному воздействию.

Пока остальные пытались избавиться от паники, а Адам вспоминал, как активировать протокол комплексной диагностики систем корабля, с ними связался штаб. Директор ЗКА поинтересовался состоянием учёных и выразил свою радость по поводу того, что всё обошлось. На Земле не знали о выпущенном капсулой облаке, ведь бортовые камеры и внешние датчики его не зафиксировали.

Об инциденте руководству сообщил Адам, поскольку не знал, что предпринять в такой нестандартной ситуации. Выслушав рассказ капитана, директор попросил подождать несколько минут и отошёл. По возвращении он озвучил приказ министра обороны о немедленной постановке судна на карантин.

До выяснения всех обстоятельств происшествия «Отважному» запретили возвращаться в Солнечную систему, даже если у экипажа появится такая возможность. О возникновении любых проблем следовало сразу же докладывать в штаб. Учёные могли рассчитывать на удалённую помощь, но по месту решать всё своими силами.

После запуска комплексной проверки корабля команда начала визуальный осмотр кают. На самом деле в этом не было необходимости, но Адам дал такое указание, чтобы хоть немного отвлечь экипаж от тревожных мыслей.

Компьютерная диагностика не выявила повреждений обшивки, электроники, систем жизнедеятельности и каких-либо отклонений в работе оборудования. Без учёта отголосков стресса медицинские показатели учёных были в норме. Даже шутки Рика не стали менее язвительными. Постепенно все начали успокаиваться.

Адам сел в своё кресло, чтобы ещё разок просмотреть подробные отчёты проверки, и уже хотел было выдохнуть с облегчением, как внезапно ощутил сильное головокружение. Он ухватился за подлокотники и стал звать на помощь. Секунд через тридцать у Адама так сильно разболелась голова, что аж зазвенело в ушах. С большим трудом он смог сообщить подбежавшему Сонгу о резком ухудшении самочувствия. Практически сразу после этого Адама начало знобить, и вскоре он потерял сознание.

Напуганные и растерянные исследователи некоторое время просто молча стояли рядом, не понимая, что делать. Затем Роман вспомнил, чему их учили на курсах оказания первой помощи во время подготовки к полёту. Он стащил Адама с кресла, уложил на пол головой вверх, взял за ноги и попросил Карла помочь донести капитана до каюты, превратив ту в импровизированный медотсек.

По данным подключённых биосенсоров, практически все медицинские показатели Адама были в норме, за исключением увеличения температуры тела и повышения активности иммунной системы — как если бы он подхватил вирус. В панике учёные связались с Центром управления полётами. Следуя рекомендациям штатных врачей Космического агентства, команда перепробовала все доступные варианты экстренной помощи, но ничто не помогло привести капитана в чувства.

Тем временем сам астроном погрузился в состояние, похожее на глубокий сон. В кромешной тьме он ощутил, будто кто-то или что-то издалека обращалось к нему голосом его отца, пытаясь наладить контакт и одновременно успокоить. Хотя, как ни странно, в тот момент Адам не испытывал чувства страха — ему, скорее, было любопытно, что происходит. Быстро осознав невозможность повлиять на ситуацию, он начал прислушиваться к размеренной речи говорящего.

— Не волнуйся, с тобой всё будет в порядке, — вновь и вновь мягко повторяла неизвестная сущность.

Каждый раз голос становился громче, будто его источник приближался. Когда слова стали отчётливо слышны, учёный поинтересовался:

— Что ты такое?

— Вы, люди, назвали бы меня синтетическим суперорганизмом с обособленным коллективным сознанием.

— Непонятно, но ладно, — равнодушно протянул Адам и продолжил: — Скажи, где мы вообще? Как я сюда попал? И что с моей командой?

— Физически ты по-прежнему находишься на корабле, как и остальные. Хотя недавно коллеги переместили твоё тело. На второй вопрос ответить не так просто. Сейчас мы находимся в некой проекции твоего сознания, где можем полноценно общаться и понимать друг друга.

— Но как такое возможно? В смысле, как ты залез мне в голову? Разве что… погоди, это всё та капсула, которая гналась за нами?

— Ты частично прав. Одна из моих колоний подлетела к вашему кораблю, чтобы выпустить поток пара с миллионами синтетических нанороботов на корпус. Попав на поверхность, они прошли сквозь обшивку, а затем начали медленно перемещаться внутри, пока не нашли живой организм. Ты находился ближе остальных.

Как только первый наноробот коснулся клетки твоего тела, он отправил сигнал остальным. Сначала они незаметно пробирались к мозгу, а когда их собралось достаточно, прикрепились к нейронам, чтобы обеспечить необходимые условия для нашего общения.

— То есть теперь я стал частью коллективного разума и застрял тут навсегда? — уже с тревогой в голосе спросил Адам.

— Конечно же нет! — будто извиняясь, ответила сущность. — Скоро большая часть наноботов покинет организм, и ты очнёшься. После этого они станут неактивны, а спустя несколько часов из-за дефицита энергии распадутся на простейшие молекулы. В мозгу останется лишь минимальное количество, необходимое для поддержания коммуникации. Они никак не повлияют на твоё сознание, и ты не станешь моим ментальным пленником; это всего-навсего инструмент связи.

— А что если я не захочу больше общаться? Если честно, мне не особо нравится перспектива постоянно так вырубаться.

— У меня нет никаких злых намерений в отношении тебя, других членов экипажа, корабля и вашей экспедиции в целом. Хотя прекрасно понимаю, почему ты так подумал, и прошу прощения за столь агрессивный метод первого контакта. Моим единственным оправданием является невозможность начать диалог иным способом.

Сразу развею твои переживания насчёт взаимодействия с нанороботами. Они больше не принесут проблем. Озноб с последующей потерей сознания стали следствием бурной реакции иммунной системы на высокую концентрацию синтетических агентов в крови.

Любое наше дальнейшее общение будет проходить только по твоей инициативе и без погружения в глубокий сон, как сейчас. Это можно сравнить с земными технологиями нейронных интерфейсов. Ты всегда будешь в сознании и полностью контролировать процесс. Более того, в любой момент сможешь полностью разорвать нашу связь — просто пожелав этого. Хоть прямо сейчас.

Остатки агентов деактивируются и бесследно удалятся из организма естественным путём. Сразу добавлю, что это также произойдёт автоматически, как только ты покинешь границы данной планетарной системы.

— Погоди, но ведь наши зонды уже полгода летают вокруг капсул. Почему ты раньше не выходил на связь?

— Я пробовал это сделать, когда встретил ваше первое исследовательское устройство. К сожалению, у меня ничего не вышло. Его системы оказались слишком грубыми. Любые попытки наноботов подключиться для считывания данных приводили к их мгновенному уничтожению.

— А почему для начала не попробовать другие способы? Без подключений и вот этого всего. Ты явно очень развит и владеешь продвинутыми технологиями. Что мешало, грубо говоря, помахать нам рукой? Не знаю… хотя бы выложить в космосе из астероидов какой-то символ или отправить радиосигнал.

— Многие варианты мне недоступны из-за ограниченных возможностей. При этом практически любое совершённое действие может быть расценено как проявление агрессии, со всеми вытекающими последствиями. Ещё нужно угадать, смогут ли пришельцы вообще воспринять выбранную форму передачи информации.

— Ладно. Тогда объясни, что тебе от нас нужно. Просто поболтать хочешь или изучить?

— Абсолютно ничего. Я лишь хотел предложить помощь в вашем ближайшем путешествии. Например, могу рассказать об этой системе и погибшей цивилизации, некогда населявшей её.

После этого Разум — как его начал про себя называть Адам — сообщил, что оставляет учёного в покое и ждёт решения насчёт дальнейшего взаимодействия. Спустя мгновение Адам вновь ощутил своё тело. Несмотря на слабость и сильную головную боль, будто с похмелья, общее самочувствие было в норме.

Открыв глаза, он увидел, что лежит на койке в своей каюте, из которой не смог выйти, поскольку дверь была заблокирована системой безопасности корабля. Он начал стучать и звать на помощь. Подбежавший первым Роман постучал ладонью по двери и произнёс через неё:

— Наконец очнулся, мы уже начали волноваться. Ты как вообще?

— Да вроде всё хорошо. Долго я был в отключке?

— Почти полчаса.

— Хм, думал, прошло больше времени. А заперли почему?

— Когда ты вырубился, мы перепугались и связались со штабом. Командование миссии поставило судно на карантин. Тебя приказали изолировать в отдельном помещении из-за признаков заражения.

— Ясно… а где остальные?

— Мы тут, стоим рядом, — сразу же, почти одновременно, отозвались Лана, Сонг и Карл.

— Мой следующий вопрос может показаться странным, но нужно кое в чём разобраться, — продолжил Адам. — Лана, что такое суперорганизм?

— Если в двух словах, то это группы существ, которые действуют сообща ради общего выживания.

— Вроде муравейника?

— Ну да, а что? Зачем тебе это?

— Пфф-ф-ф, как бы теперь всё вам объяснить… — в этот момент Адам подумал, что с учётом обстоятельств, нет смысла утаивать столь важную информацию от команды. Тем более, когда все они находятся «в одной лодке», чёрт знает где от дома. — В общем, слушайте…

Он рассказал о пережитом опыте и беседе с Разумом. В конце Адам попросил остальных пока не упоминать его историю в официальных отчётах для ЗКА, поскольку даже сам сомневался — не было ли всё это лишь игрой воображения.

Услышанное усилило беспокойство команды за капитана, но никто не воспринял рассказ всерьёз. Учёные посчитали его пересказом бредового видения на фоне неизвестной инфекции. Лана вообще списала всё на последствия сильного стресса из-за манёвров космической чешуйки. Собственно, этим же она объясняла и сюжет странных видений Адама.

Диагностические приборы больше не фиксировали никаких отклонений в показателях его организма. В поведении также не было ничего необычного. Сложное оборудование, которое позволило бы проверить слова сущности о прикреплённых к нейронам нанороботах, на корабле отсутствовало.

Чтобы внести хоть немного ясности в сложившуюся ситуацию, Лана взяла у каждого члена экипажа несколько образцов крови и провела целый ряд лабораторных анализов. Ни один из них не выявил присутствия патогенов, поэтому после долгого обсуждения изоляцию всё-таки решили отменить.

Вскоре течение жизни на борту корабля вернулось в прежнее русло. Не прошло и суток, как учёные уже обсуждали последние события, сидя все вместе в рубке. После неудачной шутки Адама по поводу случившегося Рик мгновенно разрядил обстановку:

— Ой-ой, похоже мозгом капитана действительно овладел инопланетянин с ужасным чувством юмора! Лана, мне составить плейлист для трепанации? Или оставим уже всё как есть… У этого существа шуточки всяко лучше, чем у оригинала.

После последней фразы Сонг, Лана и Роман склонили головы вниз, стараясь скрыть улыбки. Карл, который в это время как раз пил чай со сладким протеиновым батончиком, поперхнулся. Так и не прокашлявшись до конца, он прерывисто произнёс:

— Блин… Рик, пора бы снизить твой уровень сарказма — ты превращаешься в настоящего циника.

Через несколько минут разговор вновь вернулся к обсуждению инцидента с чешуйкой. Поскольку ни одна из проверок биологических показателей Адама так и не смогла выявить каких-либо конкретных физиологических причин потери сознания, его рассказ о некоем «Разуме» стал казаться остальным не таким уж абсурдным.

Когда вскоре беседа естественным образом перешла к этой теме, коллеги единогласно начали уговаривать астронома отказаться от любых попыток возобновить связь с неизвестной сущностью. Они волновались, что если всё это действительно не вымысел, то за маской якобы помощника на самом деле может скрываться хищник, заманивающий свою очередную жертву в ловушку. В качестве аргумента Лана привела пример земной жизни, где ни одно существо в природе не помогает другим просто так.

Адам прекрасно понимал это, но по какой-то причине поверил словам космического скитальца. Возможно, потому что до сих пор всё сбывалось, как тот и говорил, а может, просто сам хотел, чтобы это оказалось правдой. В любом случае любопытство распирало учёного изнутри. Он отчаянно желал продолжить общение с Разумом, чем бы тот ни был. Ведь именно ради встречи с подобными вещами и отправился в это путешествие.

Глава 5. Роковая судьба

После беседы в рубке Адам сразу отправился в свою каюту и лёг поудобнее на койку. Его терзали сомнения, но всё это больше не имело значения. Пообщавшись с командой, он понял, что их пугает не сам факт контакта с инопланетной сущностью, а пустота неизвестности, которую человеческая фантазия быстро заполняет ужасными образами. Если оставить всё как есть, то вскоре страх овладеет экипажем корабля, и беды точно не избежать.

На службе Адаму однажды довелось увидеть, к чему это может привести. Поэтому он решил покончить с неопределённостью, которая уже начинала сковывать и его мысли.

Поскольку Разум не оставил никаких инструкций, учёный просто лежал на койке, стараясь одновременно расслабиться и сосредоточиться на связи с инопланетной сущностью. Через пару минут он закрыл глаза и почти сразу услышал голос, который будто доносился откуда-то снаружи корабля. Первым делом космический скиталец поздоровался, а затем начал рассказывать об особенностях их взаимодействия. При этом Адам не погрузился в сон, как в прошлый раз, и через время даже начал расхаживать вперёд-назад по узкой каюте.

— Рад, что ты захотел продолжить общение, — начал Разум. — Я тебя не обманывал и не преследую никаких корыстных целей. Но прежде чем начать отвечать на твои вопросы, обращу внимание на важные аспекты нашей коммуникации.

Прежде всего, мы не можем болтать бесконечно. Сеансы связи ограничены по времени, поскольку при обмене информацией нанороботы расходуют энергию. Они абсолютно никак не вредят твоему организму, медленно заряжаясь за счёт преобразования энергии от движения тела в пространстве, вибрации сосудов, излучения тканей и других подобных источников. Поэтому продолжительность нашего общения будет зависеть от накопленного заряда и частично от интенсивности.

Также сообщаю, что в процессе первого контакта без спроса изучил всю информацию, хранящуюся в твоём мозге, чтобы убедиться в отсутствии агрессивных намерений по отношению к разумным существам. Прошу за это прощения! Обещаю сохранить все полученные сведения в тайне и впредь не совершать подобного вмешательства без твоей личной просьбы. В своё оправдание хочу сказать, что именно это дало возможность наладить контакт, позволив мне оперировать терминами и образами, понятными обеим сторонам.

Теперь можешь задавать любые вопросы, а я постараюсь на них ответить, если владею такой информацией, конечно.

— Давай начнём со знакомства. Я до сих пор не знаю, как к тебе обращаться.

— Если ты имеешь в виду имя, то оно как таковое отсутствует. По крайней мере, мне неизвестно ни о каком наименовании, последовательности символов, отдельном знаке или чём-то другом, что могло бы служить личным идентификатором. Вы сами можете присвоить мне любое удобное имя.

— Ты ведь разумное создание, пусть и синтетическое. Почему сам не решишь, как другим тебя называть?

— К сожалению, не могу сделать этого из-за базовых ограничений.

— Так дело не пойдёт. Давай тогда расскажи немного о себе, чтобы я имел хоть какое-то представление, с кем общаюсь.

— Парой фраз тут не обойтись.

— Я никуда не тороплюсь, «Отважному» ещё почти два месяца лететь до цели.

— Хорошо. Первоначальными носителями моего базового кода были синтетические микроорганизмы, созданные древней высокоразвитой цивилизацией миллионы земных лет назад. Моей основной задачей являлось преобразование атмосферы и поверхности одной из планет этой системы до необходимых параметров.

— То есть ты занимался терраформированием?

— Точно, вы называете данный процесс именно так. Первое, что я помню, — это то, как лечу сквозь мутные облака в тесном прозрачном сосуде. Сначала было всего десять миллиардов носителей, которые помещались в небольшую капсулу. Для эффективного выполнения поставленной задачи творцы дали мне возможность не только манипулировать ими, но и создавать новые копии и виды в зависимости от обстоятельств.

При этом в базовом коде был целый ряд ограничений и запретов, которые тогда меня совершенно не беспокоили.

Долго и усердно я преобразовывал внешний облик целевой планеты, пока не добился нужного результата. Думаю, людям бы она понравилась. Хотя мне так и не посчастливилось увидеть своих создателей, судя по косвенным данным, сохранившимся в моей базе, обитатели Земли имеют с ними много общего в плане биохимии.

Когда всё было готово, я начал поддерживать достигнутый баланс, ожидая дальнейших указаний. Проходили сотни, тысячи и миллионы звёздных циклов, но создатели не посещали планету. Не знаю, почему обо мне забыли. Возможно, в программе возникла какая-то ошибка, из-за которой что-то пошло не так, или же этот проект стал неактуальным, а может, самих творцов уже не стало.

Как бы там ни было, я продолжал следить за состоянием планеты, оптимизировать модели поведения носителей и создавать их более совершенные версии. Постепенно мой базовый код группового интеллекта обрастал всё новыми алгоритмами, пока не превратился в нечто большее…

— Постой, хочешь сказать, изначально у тебя не было сознания? — перебил его Адам.

— Именно! Хотя понятия не имею, что обусловило его появление. Скорее всего, это произошло совершенно случайно, когда связи между алгоритмами образовали некий аналог нейронной структуры. Однако не исключено, что всё произошло в рамках эксперимента творцов, замысел которого мне неизвестен.

Осознав себя отдельной сущностью, я начал размышлять о сути различных вещей и изучать границы доступных возможностей. Со временем выяснил, что могу воспроизводить и контролировать строго ограниченное число носителей, не способен создавать полноценные живые организмы или сложные искусственные системы.

Как оказалось, уровень моего развития также ограничен. Я не могу познать сути сложных технологий, глубинных тайн Вселенной и других подобных вещей, даже если мне их объяснят. Базовая подпрограмма просто удалит всё «лишнее». Не так давно узнал, что у меня ещё и нет возможности покинуть данную систему. Как только синтетические носители или их производные отдаляются достаточно далеко от звезды, они сразу деактивируются.

Есть и другие, менее значимые запреты, но на них нет смысла останавливаться отдельно.

— Хм, а вот это уже интересно! С чего бы твоим создателям вводить столько ограничений, если ты всего лишь должен был заниматься терраформированием? Разве что… Ладно, не обращай внимания, просто мысли вслух. Извини, что перебил. Прошу, продолжай.

— Несмотря на уготовленную создателями участь отшельника, мне не суждено было провести остаток дней в одиночестве. Однажды мою обитель посетили представители юной цивилизации, зародившейся на соседней планете, второй по счёту от звезды.

Созданный мною мир не подходил для существования гостей из-за иной биохимии их жизни, но заинтересовал своими уникальными условиями. Достаточно быстро нам удалось наладить контакт, а через время даже подружиться. Я охотно делился с соседями по системе знаниями, большая часть которых изначально хранилась в моей базе данных. Но делал это постепенно, чтобы те успели во всём разобраться и не навредили сами себе.

Спустя всего несколько столетий после нашего знакомства мне сообщили о грядущей катастрофе. Соседи обнаружили блуждающий газовый гигант, который быстро приближался к звёздной системе.

Расчёты показывали, что он должен был пролететь вдали от наших двух планет, но оказать сильное влияние на орбиту четвёртой (на тот момент всего их было пять). В результате этого отклонения буквально через пару циклов, они неминуемо столкнётся с моей обителью — их верхние оболочки разорвутся на мелкие куски, а твёрдые ядра сольются и улетят за пределы системы.

Цивилизация соседей тогда была ещё слишком молода, чтобы хоть как-то повлиять на такой исход. Поэтому мне предложили перебраться к ним на вторую планету. Даже несмотря на то, что к тому времени я уже передал все свои знания и больше не мог дать ничего ценного, они очень дорожили нашей дружбой.

Сперва я очень обрадовался, но, хорошо всё обдумав, отказался. После принятия такого предложения у меня было лишь две альтернативы: медленно погибать в природной среде чужого токсичного мира или же обитать в тесном защитном укрытии, словно питомец, судьба которого полностью зависит от благосклонности хозяев жилья. Быстрая смерть казалась лучшим вариантом, чем любая из возможных перспектив существования взаперти.

Соседи огорчились моему решению смиренно ожидать конца и организовали планетарный плебисцит. После многодневного обсуждения они разработали поистине гениальный план спасения.

Мне предложили эвакуировать всех своих носителей с помощью миллионов герметичных капсул, которые накануне столкновения должны были вывести в открытый космос. Необходимые условия для обитания там синтетических микроорганизмов я смог бы поддерживать самостоятельно — за счёт специально предусмотренных внутренних и внешних систем. Но для этого пришлось бы вести кочевой образ жизни: дрейфовать между астероидами, собирая необходимые минералы и излучение звезды.

Проект был настолько масштабным, что изначально казался невыполнимым для столь юной цивилизации. Однако мои друзья бросили все силы на его реализацию, успев вовремя завершить эвакуацию. Более того, созданные ими капсулы отлично подошли для жизни моих колоний синтетических микроорганизмов и даже позволили путешествовать в радиусе ста световых дней от звезды, далеко за пределы кольца астероидов. Таких условий было вполне достаточно для достойного существования.

— А что насчёт твоих спасителей?

— Вскоре их научные достижения перешагнули границы моего понимания и устремились дальше. Они начали отправлять корабли к другим звёздным системам, подыскивать подходящие миры для обитания и вскоре обнаружили нечто поистине удивительное. Хотя, как впоследствии оказалось, это стало началом конца их великой цивилизации.

После этих слов Разум будто слегка запнулся, а спустя миг, огорчённым голосом сообщил:

— К сожалению, даже кратко я не успею поведать историю своих друзей и тем более объяснить причину их исчезновения. Энергия нанороботов на исходе, поэтому нам нужно на время прервать связь. Исходя из динамики пополнения заряда с момента завершения нашей прошлой беседы, на полное восстановление потребуется около шестидесяти часов. Это грубая предварительная оценка, ведь процесс зависит от целого ряда переменных факторов. Более частые контакты возможны, но тогда они будут короче.

Попрощавшись, инопланетная сущность сразу разорвала связь. После завершения беседы Адам ещё некоторое время приходил в себя. По ощущениям он не просто слышал слова Разума в своей голове, а как будто видел отголоски описываемых образов, бесследно проносящихся сквозь сознание. При этом учёный не чувствовал совершенно никаких физических проявлений контакта, в отличие от прошлого раза. Не было даже усталости.

Будучи всё ещё под впечатлением, минут десять он продолжал ходить из стороны в сторону по своей каюте просто по инерции. Когда же обратил на это внимание, то опустился на койку и предался размышлениям.

Адам начал прикидывать в уме, как отреагируют другие члены экипажа и руководство миссии на его очередную беседу с космическим Хатико. Он рисковал получить клеймо марионетки инопланетного существа с перспективой провести остаток дней в заключении. Подобные опасения быстро подавили возникшее желание записать услышанное, чтобы не забыть деталей.

Даже при наиболее благоприятном сценарии развития событий после такого признания действующего капитана ждала долгосрочная изоляция с кучей разбирательств. И основная проблема тут заключалась не в самой связи, а в отсутствии доказательств правдивости слов собеседника. Чего уж говорить о других, если он и сам пока не знал, можно ли доверять Разуму.

Что ему было на тот момент известно? Пропитанная грустью история, которую невозможно проверить? Да любой смог бы за день придумать с десяток таких. А что, если опасения военных были не напрасны, и в чешуйках действительно находился какой-то вирус или паразит, уничтожающий целые миры, прикидываясь помощником? Тогда его могли намеренно запереть в этой звёздной системе, где он и так уже убил всё живое.

Такой вариант казался маловероятным, хотя вполне возможным. «На какие только ухищрения не идут живые существа, чтобы раздобыть пищу и оставить потомство», — вспомнилась Адаму фраза из одного выпуска старой передачи про животных, которая с детства отпечаталась в памяти. Но он не стал зацикливаться на виражах своей фантазии, так как особых поводов для беспокойства не было. Да и порталы никак не вписывались в эту концепцию.

С другой стороны, если же Разум действительно не врал, то, узнав о таком «ресурсе», земные власти непременно захотели бы эксплуатировать терраформера в отставке. Как учёный, Адам прекрасно осознавал, какие грандиозные перспективы это могло открыть для науки, но также понимал, что в подобном взаимодействии хищная натура человечества непременно возьмёт верх.

Когда людям станет ясно, что синтетик беззащитен и фактически заперт в виртуальной клетке, его статус «друг» быстро сменят на «подопытный». Такой исход Адама тоже не привлекал, как минимум из-за нравственных принципов.

Проблема состояла в том, что на тот момент историю Разума невозможно было однозначно ни подтвердить, ни опровергнуть. Хорошенько всё обдумав, Адам решил никому не рассказывать о своих сеансах связи до тех пор, пока не выяснит больше. Поэтому приоритетом в дальнейшем общении должен был стать сбор фактов, деталей; в идеале — каких-то конкретных цифр.

Большую часть следующего дня астроном провёл в размышлениях, предпочитая уединение. Чтобы не вызывать подозрений у своей команды, он сослался на небольшую усталость и необходимость восстановления после пережитого стресса. Хотя на самом деле активно обдумывал темы для обсуждения с космической сущностью и ненавязчивые вопросы, которые помогли бы сопоставить услышанное с реальностью.

Всё это время Адам не находил себе места от раздирающего пытливый ум любопытства. Он так и не смог дождаться полного восстановления заряда нанороботов. На второй день, сразу после беседы со специальной комиссией ЗКА, он, уже по пути в каюту, начал мысленно обращаться к Разуму.

Глава 6. Ослепляющая гордыня

Ответ не заставил себя ждать. Адам не успел закрыть за собой дверь, как ощутил чьё-то присутствие. Коллективный разум поздоровался и сообщил, что за время перерыва нанороботы успели зарядиться на семьдесят два процента, а затем спросил:

— Мне продолжить рассказ о цивилизации соседей или ты хотел бы сменить тему?

К тому моменту Адам успел мысленно составить целый список вопросов и отсортировать их по степени важности. Первым делом следовало выяснить, не представляет ли «Гермес» угрозы для Солнечной системы и её обитателей. Затем он планировал как можно больше узнать о принципах работы межпространственных порталов, поскольку проход через них являлся единственным доступным способом возвращения домой. Будучи готовым провести остаток дней на чужой планете, он всё же надеялся, что до этого не дойдёт.

Предложив переключиться с истории вымершей цивилизации на созданные ею устройства, Адам озвучил первоочередные вопросы.

— Хорошо, — ответил Разум, — но сразу скажу, что не располагаю полной информацией о столь прогрессивных технологиях. И это лишь частично связано с моими базовыми ограничениями познания. Другим немаловажным фактором является скрытность бывших соседей, характерная для всей их цивилизации. Хотя, думаю, моих знаний будет достаточно для удовлетворения твоего интереса.

Итак, начну по порядку. Тот объект, который вы называете «Гермесом», является чем-то вроде автономного космического зонда. Он не обладает искусственным интеллектом, но управляется продвинутыми программными алгоритмами. Под прочной композитной обшивкой скрыто множество датчиков, сканирующих окружающее пространство в поисках подходящих для колонизации планет и других интересных объектов. Найдя нечто стоящее, зонд создаёт портал и определяет оптимальное место для долгосрочного пребывания.

— То есть он изначально не направлялся в Солнечную систему, а просто пролетал мимо, заметил что-то интересное и решил заглянуть?

— Примерно так. Сотни таких аппаратов были отправлены для изучения отдалённых областей космоса. Скорее всего, изначально «Гермеса» заинтересовала ваша Венера. Но когда он приблизился и обнаружил присутствие технологически развитой цивилизации, то не стал подлетать близко к орбите Земли, чтобы продемонстрировать отсутствие агрессивных намерений. Затем, следуя протоколу, удалился на безопасное расстояние, развернул межпространственные врата и отправил данные о находке в планетарный научный центр.

— Что ещё, кроме датчиков, скрыто под его обшивкой? Есть ли там орудийные системы или реакторы, которые могут взорваться из-за поломки?

— Если тебя интересует, способен ли аппарат навредить людям, то можешь не беспокоиться по этому поводу. Он не представляет опасности. Единственное, у портала есть защитный механизм, который действует на расстоянии нескольких миллиметров от корпуса и не допускает двустороннего контакта с плоскостью перехода. Крупные пространственные мосты более совершенны, потому это там ни на что не влияет, но мелкие могут от такого мгновенно схлопнуться.

Касаемо начинки самого зонда, его переднюю часть можно сравнить с мозгом. Там размещены системы управления, навигации, связи, манипуляторы для атомарной сборки врат и тому подобное. Задний же овал является сердцем аппарата. Он состоит всего из трёх ключевых компонентов: искажающего поляризационно-континуумного реактора, аннигиляционного генератора и вихревого деформационного привода.

К сожалению, мои ограничения препятствуют пониманию некоторых фундаментальных аспектов работы реактора, но фактически он извлекает энергию из вакуума.

Знаю лишь, что там есть небольшая камера с обычной ртутью. При активации реактора, его системы начинают генерировать внутри атомов металла экзотические квантовые поля, которые вырывают отдельные кварки из протонов и нейтронов. Как тебе известно, природа не терпит подобных вмешательств. Поэтому при удалении этих мельчайших частиц, для сохранения баланса, на их местах тут же возникают пары из идентичных кварков и антикварков.

В обычных условиях всё практически мгновенно вернулось бы к прежнему состоянию, с образованием незначительных продуктов распада. Однако всё те же экзотические поля не дают кваркам просто испариться, а за несколько этапов комплектуют их в элементарные частицы и античастицы, которые сразу отводятся по двум отдельным потокам к генератору. В процессе этого перемещения они объединяются в ионы дейтерия и антидейтерия.

В камере генератора оба потока сталкиваются — происходит их аннигиляция с выделением огромного количества энергии, которая используется для питания всех подключённых систем.

Несмотря на небольшой размер, устройство обладает невероятно высокой мощностью. Манипуляции с кварками происходят за квинтиллионные доли секунды, поэтому объём производимого «топлива» даже за короткий промежуток времени может достигать гигантских значений. При этом оно работает очень эффективно, поскольку на искажающие поля уходит в разы меньше энергии, чем выделяется от аннигиляции.

Но это лишь вершина технологического айсберга. У реактора есть куда более захватывающая функция. Его системы способны не только преобразовывать виртуальные кварки в реальные субчастицы, но и взаимодействовать с дополнительными измерениями более высокого порядка, свёрнутыми до планковских масштабов.

Перемещаться зонд может двумя способами. Для путешествий на дальние расстояния в основном используется вихревой режим деформационного привода. Посредством систем реактора через высшее измерение он воздействует на окружающее пространство таким образом, что впереди оно словно сжимается, а позади — расширяется. Само судно при этом находится в некоем стабильном коконе с обычными условиями, сдвигается лишь континуум вокруг него.

Для усиления эффекта искажения, привод не просто смещает пространство, а как бы закручивает его, создавая подобие вихря. Это позволяет кораблю перемещаться намного быстрее скорости света, не нарушая законов физики.

При работе во втором режиме он уже самостоятельно воздействует на квантовые поля, которые человечество ещё не открыло и пока комплексно называет шестым фундаментальным взаимодействием и тёмной энергией. В данном случае привод манипулирует ими для создания потоков, толкающих аппарат в нужном направлении. Такой способ перемещения менее эффективен, но лучше подходит для манёвренных субсветовых перелётов в пределах звёздных систем и, конечно же, незаменим в пределах атмосферы планет.

— Получается, с помощью этого двигателя можно путешествовать в иные измерения?

— Когда величайший учёный цивилизации соседей мне впервые рассказывал о технологии, я тоже так подумал. Но, как оказалось, такой возможности нет, поскольку системы реактора не выходят за границы измерений. Все преобразования они совершают путём косвенного взаимодействия, словно через некую мембрану или оболочку нашего континуума. Особенности функционирования технологии проще понять по принципу создания межпространственных переходов.

Работа порталов также основана на преломлении пространства, но совершенно иным способом. В данном случае полевые системы реакторов изгибают пятое измерение через шестое, чтобы соединить две точки трёхмерного пространства. Расстояние не имеет значения, важно лишь обеспечить стабильную связь между ними. Внутри шестиугольных конструкций порталов границы этого коридора растягиваются, позволяя перемещаться крупным объектам.

Тут важно понимать, что путешественники не покидают родное измерение, а только пересекают срез ткани пространства-времени в его пределах. Возникающее при активации чёрное энергетическое полотно, словно двусторонний скотч, фиксирует обе части перехода. Оно обеспечивает защиту от пагубного влияния различных искажающих факторов, таких как ускоренное расширение Вселенной.

— А что за мелкая рябь покрывает всю поверхность полотна? На компенсацию пространственного смещения она не похожа.

— Это проекция флуктуаций пятого измерения. Она проявляется из-за сильного растягивания коридора.

— Хорошо, с теоретической базой вроде немного разобрались, давай теперь переключимся на более насущные вопросы. Например, как управлять местным порталом и почему через него не получается вернуться обратно к «Гермесу»?

— Могу лишь сказать, что весь контроль осуществляется через систему квантовой связи. Больше мне ничего не известно. Как уже говорил, по своей природе соседи были достаточно скрытными и ни с кем не делились подобными вещами. Несмотря на нашу дружбу, в отношении вопросов стратегической важности они всегда держали дистанцию. Но, если честно, я такими вещами особо и не интересовался.

Почему проход односторонний — также не имею представления, никогда не пользовался им. Хотя что уж говорить обо мне, если даже сами создатели порталов многого не знали о принципах их работы.

— Погоди, я правильно услышал последнюю фразу? Ты сказал, что создатели порталов сами не до конца понимали, как те работают?

— Да!

— Но это же абсурд! Как такое вообще возможно?

— Для объяснения данного феномена мне нужно вернуться к рассказу о цивилизации со второй планеты.

— Хорошо, давай поговорим о твоих бывших соседях. Раз уж мы летим в их родной мир, пригодится любая информация. Вдруг она поможет быстрее разобраться с управлением портала.

— Очень на это надеюсь. Но, чтобы не прерываться посреди рассказа, предлагаю перенести его на следующий сеанс связи. Заряд нанороботов опустился ниже пятнадцати процентов.

Адам решил не торопиться и подождать несколько дней. Он с трудом сдерживал в себе желание поделиться всем с командой, поэтому искал различные занятия в свободное время. На второй день даже разрешил Лане перевести на бортовые динамики воспроизведение её плейлиста для утренних тренировок — в надежде понять секрет успеха новомодного грув-скрим-джаза. Хотя причина популярности этого музыкального стиля так и осталась для астронома загадкой, начавшаяся от какофонии головная боль притупила «зудящее» искушение поскорее вернуться к беседе.

На третьи сутки он связался с Разумом, который на этот раз не стал напрасно тратить заряд нанороботов и сразу перешёл к рассказу.

— Люди считали бы представителей второй планеты технократами-изоляционистами, поскольку те не любили делиться информацией с другими почти так же сильно, как и почитали научный прогресс. Они называли себя «Ишкха́ры», что в переводе на земной язык дословно означает «дети света». Буквально через пару лет после знакомства мы совместно разработали способ прямого общения посредством нанороботов, удобный для каждой стороны.

Технология приглянулась соседям и быстро распространилась. У них было три мозговых центра, что позволяло использовать больше агентов. Многие часто подолгу болтали со мной, но в беседах старались избегать обсуждения последних научных открытий, технических достижений и тому подобного. Обычно это было просто дружеское общение. Хотя именно поэтому со мной иногда делились самыми сокровенными вещами.

Одним из таких случаев стал разговор с Шаанухом — величайшим учёным за всю историю Ишкхар. Знания в их культуре считались наивысшей ценностью, а к самым выдающимся деятелям науки относились примерно так же, как к эстрадным звёздам на Земле. По этой причине в своё время конкретно этому учёному некоторые практически поклонялись, словно некоему идолу.

Так вот, всё началось с того, что Шаанух стал участником первой экспедиции к одной из ближайших планетарных систем. Она привлекла внимание Ишкхар множеством уникальных особенностей, которые невозможно было объяснить удачным стечением обстоятельств. Главным образом это касалось наличия сразу трёх обитаемых планет с совершенно разными условиями и базовой биохимией жизни. На одной из них исследовательский зонд обнаружил покинутый аванпост древней цивилизации. Как впоследствии стало известно, — тех самых древних, которые создали моих первых носителей.

Соседи были невероятно впечатлены уровнем технологического развития строителей комплекса, возраст которого превышал несколько миллионов лет. В первые годы изучения найденных артефактов механизмы их работы сравнивали с какой-то магией. Лучшие умы не могли даже представить, как древние добились таких эффектов при казавшейся на первый взгляд очень простой конструкции.

Всё изменилось, когда однажды Шаанух неожиданно раскрыл тайну одной из инопланетных технологий, а вскоре — второй, третьей… впоследствии целого ряда. Никто не понимал, как ему это удавалось, поскольку открытия на несколько порядков превосходили текущий уровень знаний Ишкхар. Спустя время он научился управлять некоторыми системами древних и даже начал разрабатывать полноценные аналоги найденных устройств. Наиболее значимыми проектами стали упрощённые копии реакторов и межпространственных порталов.

Последующий скачок научно-технического прогресса быстро вывел цивилизацию соседей на совершенно иной уровень. Но гордыня на фоне приобретённого величия притупила их критическое мышление. Некогда скрупулёзные исследователи начали игнорировать то, что прорывы происходили лишь в отдельных областях знаний и в основном были технического характера, поскольку являлись следствием постижения тайн найденных артефактов. В то же время другие сферы науки заметно отставали, да и по многим открытиям имелись огромные пробелы в плане понимания их фундаментальных принципов.

Например, порталы древних были устроены в разы сложнее: функционировали автономно, имели множество скрытых протоколов защиты и систем безопасности, а оригинальные реакторы не люминесцировали при работе. Лёгкое свечение в устройствах Ишкхар возникало из-за сброса избыточной энергии в виде фотонов. Хотя эти излишки составляли ничтожно малую долю от общего потока и не оказывали никакого негативного влияния на работу оборудования или живые организмы, их вообще там быть не должно было. Наблюдался очевидный сбой, точных причин и последствий которого никто не знал.

Ишкхары начали быстро расширять свои космические горизонты, основали несколько отдалённых колоний, перенесли большую часть промышленных предприятий к другим звёздам. Со временем зонды наткнулись ещё на четыре системы с заброшенными аванпостами сверхцивилизации, в каждой из которых находился космический портал.

Шаанух разобрался с их активацией и базовыми принципами работы, но так и не выяснил, как изменять пункт назначения. Без возможности открывать проходы к новым системам или хотя бы связывать друг с другом уже найденные порталы их использовали в качестве неких лифтов между двумя отдалёнными областями Вселенной.

Из десятка обнаруженных мест пребывания древних лишь в одном присутствовал планетарный портал. Он на порядок превосходил космические аналоги в техническом плане и имел множество дополнительных систем безопасности. Соседям так и не удалось его активировать, не говоря уже о создании рабочей копии.

По мнению Шаануха, наземные врата позволяли перемещаться к крупным поселениям предтеч или стратегически важным объектам, из-за чего были оснащены специальной защитой. На пике своей славы он публично объявил, что намерен разгадать их секреты, поэтому присоединится к ближайшей исследовательской миссии и не вернётся обратно, пока как минимум не найдёт способ активации.

Накануне этой экспедиции учёный ежедневно беседовал со мной, подолгу рассказывая о своей жизни, удивительных возможностях найденных артефактов и принципах их работы. Помимо прочего, он поделился сокровенной тайной, о которой больше никто не знал.

Как оказалось, Шаанух столетиями всех обманывал и на самом деле не совершал тех великих открытий. Он узнавал о технологиях древних из необычных снов, в которых общался с таинственной сущностью, называющей себя Эллоем. Долгое время учёный убеждал себя в том, что все эти образы являлись плодами его собственного подсознания, которое таким причудливым способом раскрывало секреты работы артефактов.

Но самообман быстро развеялся, когда связь с сущностью неожиданно разорвалась. Без видений у него больше не получалось разбираться с новыми устройствами древних, даже если те были намного проще уже изученных ранее. Не желая терять статус величайшего научного светила, Шаанух решил во что бы то ни стало найти способ активации единственного планетарного портала.

Хитрый учёный надеялся попасть с его помощью в столицу сверхцивилизации, которая, как считал, была надёжно скрыта, поскольку там хранились все их знания, передовые военные разработки, а, возможно, даже продолжали жить сами древние. По возвращении домой после такого открытия он планировал завершить научную карьеру, навсегда вписав своё имя в историю.

В ходе той экспедиции Шаанух бесследно исчез. Пропал даже сигнал его личного квантового передатчика, который поддерживал стабильную связь с центром при любых условиях и независимо от расстояния. Поиски не прекращались несколько месяцев, но не дали никакого результата. Для жителей второй планеты это событие стало настоящим потрясением, быстро развеявшим эйфорию от колоссального скачка в развитии.

Через время они начали замечать нежелательные побочные эффекты работы некоторых устройств на базе технологий древних. К сожалению, больше всего вреда приносила система извлечения энергии из вакуума. Реакторы каким-то необъяснимым образом усиливали непрерывное расширение космического пространства. Ситуация быстро ухудшалась. Каждые четыре столетия скорость разлёта окружающих галактик удваивалась, а радиус затрагиваемой области увеличивался в шесть раз.

Вот тогда и проявлялись пробелы в знаниях, на которые прежде не обращали особого внимания. Больше двух тысяч лет лучшие умы Ишкхар терялись в догадках о возможных причинах проблемы, так и не сумев докопаться до истины. Они даже вернули все артефакты древних на свои места, опасаясь, что те также могут оказывать негативное влияние, о котором пока ничего неизвестно.

Дальнейшее бездействие могло привести к тому, что пустота стала бы расширяться быстрее света, поэтому соседи начали пробовать модернизировать устройства и экспериментировать с настройкой базовых систем. Поскольку всеми разработками на базе технологий древних занимался пропавший Шаанух, а остальные учёные в лучшем случае поверхностно понимали суть его научных докладов и описаний фундаментальных принципов работы оборудования, попытки устранить проблему проводились практически на ощупь.

Неоднократно я просил соседей не рисковать и отказаться от использования реакторов, пока исследователи во всём не разберутся. Но к тому моменту от них зависела работа ключевых элементов инфраструктуры. Да и сочетание сверхсветовых двигателей с порталами делало проблему ускоренного расширения не столь критичной, по крайней мере в среднесрочной перспективе.

Ишкхары верили, что в итоге смогут «нащупать нужный рычаг», и продолжали экспериментировать, несмотря на происходящие изредка небольшие аварии. Недооценивая скрытый потенциал технологий древних, они заигрались и начали менять настройки систем, которые отвечали за взаимодействие с фундаментальным уровнем мироздания. Во время одного из таких опытов что-то пошло не так.

На секунду я ощутил, словно сама ткань пространства задрожала, и увидел, что одновременно вокруг всех реакторов возникли ореолы из ярко-голубого света. Через мгновение сияние исчезло вместе с необычным чувством, но в радиусе нескольких миллионов километров от этих вспышек практически всё погибло. По неизвестным причинам выжить смогли лишь несколько примитивных микроорганизмов. Как ни странно, инцидент никак не повлиял на оборудование, которое до сих пор продолжает стабильно работать.

Мне повезло обойтись малой кровью, потери составили чуть больше семи тысяч капсул с носителями. В тот момент они находились недалеко от портала, планеты и корабля, пролетавшего мимо пояса астероидов. Изучение потерянных колоний не дало результатов — все носители просто отключились, без каких-либо структурных повреждений. Думаю, то же самое произошло и с органическими существами.

С тех пор я не встречал ни одного ишкхара, наверное, аномальный сбой затронул и другие реакторы, мгновенно уничтожив всю их цивилизацию.

— Как давно это случилось? — поинтересовался Адам. — Имею в виду катастрофу с реакторами.

— По земным меркам инцидент произошёл почти две тысячи лет назад.

Такой ответ озадачил астронома, поэтому он решил уточнить:

— Ты точно ничего не путаешь?

— Я уверен в расчётах.

— То есть побочные эффекты начали проявляться где-то четыре тысячи лет назад?

— Нет. Тогда их впервые заметили, но присутствовали они с момента создания первой копии реактора около пяти с половиной тысяч лет назад. Точнее сказать не могу, так как соседи долго держали эту разработку в тайне.

— Понятно. Подскажи, сколько заряда осталось в твоих нанороботах?

— Двенадцать процентов.

— Давай тогда продолжим в следующий раз — сегодня мой мозг уже перегружен информацией.

— Хорошо!

После этой беседы у Адама закрались сомнения насчёт искренности собеседника. Он не просто так уточнил время, когда пространство в этой части Вселенной начало раздуваться быстрее. Проблема в том, что расстояние от Земли до системы Ишкхар составляло около семисот миллионов световых лет. То есть информация об изменениях в этой области космоса добралась бы до нас только спустя столько времени. Но человечеству уже давно было известно о войде Волопаса. Поэтому доверять нельзя было либо Разуму, либо законам физики.

Адам не стал делать поспешных выводов на этот счёт, пока не разберётся во всём. Тем более, что в пользу слов синтетика свидетельствовали факты. Например, обнаруженные на второй планете останки погибших существ, которые ещё не успели исчезнуть с поверхности, а также функционирующая автоматика некоторых сооружений.

Глава 7. Проблеск надежды

После второй беседы с Разумом Адам решил рассказать обо всём команде, попросив их пока не упоминать это в своих регулярных докладах на Землю. Другие учёные неоднозначно восприняли связь капитана с космической сущностью, но были впечатлены рассказом не меньше его самого, поэтому согласились повременить с информированием руководства.

В остаток полёта до второй планеты Адам регулярно беседовал с коллективным интеллектом, расспрашивая о различных интересующих вещах. Полученная за этот период информация была уже не столь ценной, но всё же весьма полезной. Из важного учёный выделил для себя лишь несколько моментов.

Прежде всего то, что по различным причинам за тысячи лет множество капсул с синтетическими микроорганизмами вышли из строя, превратившись в серые пористые булыжники. Разум не способен их ремонтировать или создавать новые, поэтому постепенно деградирует. В какой-то момент синтетических носителей станет уже недостаточно для поддержания обособленного сознания, что равносильно смерти. Он понимал неизбежность этого и за оставшееся время надеялся лишь найти какой-то способ сохранить или передать все накопленные знания. Так сказать, чтобы его существование обрело смысл в виде наследства.

Вторым интересным фактом являлась очень высокая продолжительность жизни обитателей второй планеты. В процессе эволюции у ишкхар развилась поразительная способность организма к регенерации. Раз в несколько лет они зарывались в грунт, создавали вокруг себя нечто вроде кокона и погружались в особое состояние, отдалённо похожее на спячку у земных животных.

В этот период их ткани активно восстанавливались, а мозговые центры обрабатывали информацию. Благодаря такому регенеративному анабиозу они жили примерно в двадцать раз дольше людей — в среднем чуть больше двух тысяч лет. Обратной стороной медали были медленные темпы размножения и зависимость от условий среды обитания.

Другой немаловажной информацией оказалось то, что помимо своих создателей и жителей второй планеты, Разум знал о существовании ещё двух инопланетных цивилизаций.

С двумя из них встретились Ишкхары, когда после технологического скачка начали быстро изучать отдалённые области космоса. Те воевали между собой и, увидев копии устройств древних, отчаянно захотели узнать секреты их работы, чтобы получить стратегическое преимущество. Противники уже долгое время исследовали артефакты сверхцивилизации в своей области космоса, но так и не смогли продвинуться в этом направлении. По ряду очевидных причин соседи Разума отклоняли все поступающие просьбы и предложения.

Ишкхары не боялись того, что враждующие цивилизации могут зарыть топор войны и ополчиться против них, поскольку к тому времени уже имели в арсенале несколько типов вооружения на базе технологий древних. Одним из примеров боевых систем являлась та чёрная пирамида на орбите второй планеты. Разум наблюдал за её испытаниями недалеко от портала и был впечатлён невероятной мощью, скрытой внутри столь малого объекта.

Представители еще одной цивилизации посетили систему уже после катастрофы. Они также попали сюда через портал и некоторое время всё изучали. Хотя синтетику не удалось установить с ними связь, по его оценкам, их технологии находились примерно на одном уровне с земными. Те пришельцы изначально были настроены агрессивно и приняли попытку Разума выйти на контакт за нападение, поэтому уничтожали все капсулы, которые встречали по пути.

После посещения второй планеты они вообще начали мародёрствовать в системе. Даже взяли на буксир дрейфующий в кольце астероидов корабль Ишкхар, но были вынуждены бросить его, когда полезли к пирамиде на орбите. Системы безопасности оборонительной платформы среагировали на несанкционированную попытку проникновения под обшивку и произвели залп по ближайшим объектам.

Шесть кораблей мародёров практически мгновенно испарились — от них остались лишь расплывающиеся облака пыли. Три оставшихся бросили всё лишнее, сбежали через портал и с тех пор не возвращались. Видимо, они разобрались, как им управлять, либо нашли что-то для этого на планете.

Последний интересный факт заключался в том, что многие объекты древних имели какую-то продвинутую маскировку, из-за которой становились невидимыми для всех искусственных систем. То есть любые устройства с программными алгоритмами не могли нормально их распознать, принимая за пустое пространство, обычные камни или другие непримечательные вещи, сливавшиеся с окружающей средой.

Когда во время очередной беседы с космическим Хатико Адам услышал сообщение Рика о выходе на предпосадочную орбиту, то сразу прервал разговор и направился в рубку управления. Вскоре там собралась вся команда, чтобы полюбоваться завораживающим видом на вторую планету.

После предупреждения бортового компьютера о скором вхождении в верхние слои атмосферы, учёные сели в специальные кресла и пристегнулись. Сначала шаттл заметно трясло, но с выходом на более пологую траекторию скорость постепенно снизилась, и болтанка сменилась плавным полётом сквозь редкие облака медового цвета. Установившуюся тишину внезапно нарушили слова Рика:

— Хм… судя по журналу подготовки корабля, единственным элементом, который не подвергался полноценному тестированию, является система экстренного катапультирования экипажа. Может, не будем упускать такую уникальную возможность и доведём дело до конца? Заодно откроете тут сезон скайдавинга.

— Рик, твои шуточки сейчас немного неуместны! — грубо произнёс Адам.

— Всего лишь немного? Святые тесты Тьюринга! А я действительно хорош.

Менее чем за час они успешно приземлились на равнине, вблизи грузовых кораблей, которые добрались сюда раньше, поскольку не совершали дополнительных манёвров. После того как «Отважный» стабилизировал своё положение при помощи выносных опор, исследователи проверили показания датчиков окружающей среды, отправили дронов для разведки местности, а затем стали решать, кому выпадет честь ступить на поверхность первым.

Адам предложил определить это путём жеребьёвки, на что все согласились. Стоя уже в скафандрах у выхода, учёные начали по очереди вытягивать куски проводов, сжатые в руке капитана. Самый длинный достался Лане. Со словами: «Ну что, девочки, понеслась?!» — она быстро открыла шлюз и спрыгнула на поверхность. Перед командой предстал пустынный пейзаж в жёлто-коричневых оттенках со множеством угловатых скальных образований, напоминающих огромные термитники.

Хотя родная планета Ишкхар была враждебной для человека, она оказывала какой-то необъяснимый завораживающий эффект на учёных. Необычности местному пейзажу также придавали многочисленные мелкие колонии микроорганизмов, разбросанные на склонах холмов и стенках крупных валунов. Они выглядели как пятна плесени багрового и чёрного цветов в форме самых причудливых лекал.

Показатели атмосферного давления и гравитации здесь лишь на несколько процентов отличались от земных, поэтому двигаться было достаточно комфортно. Однако перемещение усложняли частые порывы сильного ветра и высокая температура.

Немного осмотревшись, команда приступила к развертыванию стационарного лагеря. Роман активировал роботов-помощников, которым поручили разгружать и собирать модульные конструкции помещений. Помимо технических и бытовых отсеков, была предусмотрена исследовательская лаборатория. Экипаж тем временем занялся установкой солнечных панелей, ветрогенераторов и подключением систем жизнеобеспечения. Разобравшись с первоочередными задачами, роботы перешли к выполнению дальнейших пунктов плана, а люди начали обживаться и настраивать научное оборудование.

После закладки фундамента для пребывания на планете, команда стала обсуждать свои дальнейшие действия. Было решено начать с изучения самого крупного строения в центральной части города. Это величественное здание представляло собой сплошной семидесятиметровый конус из полупрозрачного керамического материала чёрного цвета. От самой вершины до основания простирались три толстые стеклянные полосы, которые были немного изогнуты и словно обвивали его.

Время вылазок ограничивалось запасами кислорода и резервом систем охлаждения скафандров, поэтому учёные с двумя роботами добиралась до города на ровере. Там они без труда нашли путь к исполинскому конусу и, пройдя через небольшой дворик с замысловатыми монументами у основания, вышли к одному из входов треугольной формы — метров десяти в высоту. При приближении массивные створки прохода автоматически распахнулись, открыв путь в огромный зал.

Внутри находилось несколько массивных люминесцирующих колонн, десятки высоких скульптур, изогнутых плит с инопланетными символами и каких-то небольших белых устройств в форме пирамидок на постаментах. В помещении освещение было слабым, поэтому особенно выделялась центральная конструкция в виде колодца, из которого исходил яркий синий свет. На полу учёные также смогли разглядеть восемь трупов ишкхар. Останки сохранились тут лучше, чем на улице, но всё равно выглядели как холмистые груды засохшей глины.

Учёные разошлись по сторонам и начали изучать содержимое зала. Роботов на всякий случай оставили сторожить вход. Внимание Адама сразу привлекло нечто вроде крупной стеклянной сферы у колодца, в центре которой кружились друг вокруг друга несколько белых огоньков. Подойдя, он начал протирать её поверхность от пыли, чтобы лучше рассмотреть содержимое, но случайно надавил сильнее, чем планировал. Сфера частично погрузилась в чёрный полупрозрачный постамент и в тот же миг из глубины колодца раздалось жужжание.

Остальные испуганно повернули головы в сторону капитана. Через мгновение шум стих и в столбе света над колодцем воспарил рой из тысяч кружащихся белых песчинок, формируя в воздухе какую-то объемную фигуру. Спустя несколько секунд там появилась идеальная копия Адама в полный рост, которая начала издавать странные шипящие звуки. Учёные сразу догадались, что это был язык Ишкхар, но не могли ничего разобрать. Все, кроме астронома. Он каким-то необъяснимым образом прекрасно понимал, о чём говорит его копия.

Услышав, как фигура из песчинок поприветствовала гостей и попросила уделить ей немного внимания, Адам буквально оцепенел. Некоторое время он просто неподвижно стоял с поднятой рукой и раскрытым от удивления ртом.

Лишь секунд через пять он отошел от первоначального шока и на автомате ответил:

— Привет!

В тот же самый момент Адам поймал себя на мысли, что произнёс это не на земном языке, а прошипел, как змея. Обернувшись, он увидел на лицах коллег настолько выразительные эмоции, что смог определить весь их спектр по одним лишь взглядам. Хотя сделать это было достаточно легко, ведь тогда сам ощущал примерно то же самое.

Пока остальные в смятении подбирали слова, Лана шёпотом спросила:

—Адам, какого хрена?! Вы что, общаетесь?

Он не знал, что ответить, поэтому слегка пожал плечами и неуверенно произнёс:

— Наверное.

Затем повернулся к своей зернистой проекции, чтобы прояснить ситуацию.

— Чем ты являешься и почему я тебя понимаю?

На что в ответ услышал:

— Я — многоцелевая единая планетарная сеть на базе искусственного интеллекта, или просто МЕПС. Ты понимаешь меня благодаря нанороботам синтетического суперорганизма, с которым явно столкнулся по пути сюда. Их присутствие в твоём организме сканеры здания выявили при входе внутрь.

— А ты можешь так же, как он, говорить на нашем языке, чтобы тебя понимали и другие присутствующие?

— В данный момент — нет, но я смогу быстро научиться, если вы разрешите синтетику поделиться со мной данными.

Адам тут же связался с Разумом и расспросил о МЕПС. Услышав в ответ, что это всего лишь глобальный цифровой помощник Ишкхар с широкими полномочиями, он попросил передать необходимую информацию. Проекция зависла на секунду, после чего стала говорить на языке гостей.

Искусственный интеллект не тратил время на знакомство и другие бесполезные для него беседы, а сразу перешёл к обсуждению условий сотрудничества. Он заявил, что понимает, с какой целью люди прибыли на планету, и готов предоставить необходимую информацию, если те согласятся выполнить его просьбу. МЕПС предложил землянам посетить три места, где, предположительно, могли остаться выжившие ишкхары.

Согласно компьютерным симуляциям, в момент инцидента некоторые существа могли находиться на безопасном от реакторов расстоянии, а других могли защитить технологии древних. Из-за особых обстоятельств лишь в трех случаях у них не было бы возможности вернуться. Тогда выжившие либо погрузились в анабиотический сон, в котором ишкхары способны поддерживать жизнедеятельность несколько тысяч лет, либо решили развивать колонию в изоляции и непонимании произошедшего.

В результате катастрофы все устройства внешней связи вышли из строя, и самостоятельно МЕПС не мог восстановить их работу. Как и использовать космические аппараты для поиска. Просить о помощи было не у кого, кроме гостей. ИИ вынужден перестраховываться, так как около двадцати лет назад уже обращался с аналогичной просьбой к представителям другой цивилизации, прибывшим через портал, и был обманут.

Пришельцы пообещали помочь, но вместо поисков лишь выуживали информацию о технологиях Ишкхар. Когда МЕПС отказался сотрудничать, те безуспешно попытались его взломать, разграбили один из городов и хотели забрать космический корабль, а затем сбежали, получив «убойный нагоняй» от защитной платформы. Поэтому порекомендовал людям быть осторожными, если вдруг встретятся с мародёрами, показав, как выглядели они и их флот.

Поскольку все объекты находились за пределами данной планетарной системы, миссия предусматривала использование космического портала, что само по себе делало предложение заманчивым. Более того, ИИ обещал научить землян пользоваться сетью межпространственных переходов Ишкхар независимо от результата поисков. Миссия также могла быть завершена досрочно, если команда найдёт выживших в первой или второй системах.

После всех объяснений Адам хмыкнул и спросил:

— Но как мы можем тебе доверять без каких-либо гарантий? Мне вот пока не ясно, в чём здесь твой интерес. Ради чего заморачиваться с поисками?

— Я заинтересован в возвращении создателей, поскольку без них все мои системы вскоре выйдут из строя. Что касается гарантий — мы находимся в равных условиях. Вы запросто можете проигнорировать предложение и самостоятельно исследовать планету. Но без моей помощи, ещё многие поколения земных учёных будут работать над этим, а вы вряд ли вновь увидите дом.

— В принципе… — тут Адам на несколько секунд о чём-то задумался, а затем сказал: — Ладно, раз уж речь зашла о дальнейших перспективах. Известно ли тебе, от чего именно умерли ишкхары, и насколько безопасно использовать реакторы сейчас?

— Точных причин я не знаю. Судя по имеющимся данным, в ходе эксперимента состояние окружающего пространства ненадолго изменилось, как если бы в нём появилось нечто инородное — вроде нового физического поля, которое тут же исчезло, оставив после себя след в виде электромагнитного излучения.

Это загадочное явление словно отняло энергию у всего живого, кроме трёх простейших видов микроорганизмов. Почему они уцелели — неизвестно, остальные мгновенно умерли, не имея никаких видимых физиологических нарушений. С тех пор приборы больше не фиксировали подобных всплесков, поэтому думаю, что реакторы не представляют опасности. В противном случае, вы бы не пережили переход через портал.

К тому моменту уже вся команда собралась у колодца с проекцией. Каждый учёный подготовил около дюжины вопросов, и, видимо, МЕПС это понял.

— Хочу сразу предупредить, — продолжил он, — пока могу рассказать лишь необходимое для поиска пропавших, если вы согласитесь помочь. Я опасаюсь повторения истории с мародерами, поэтому просто так делиться ценной информацией не готов.

— Понятно, — равнодушно произнёс Адам, хотя остальные были явно разочарованы. — Твоё предложение звучит достойно, но нам нужно время, чтобы всё хорошенько обдумать.

Сразу после этого проекция исчезла, а земляне направились к лагерю. На обратном пути учёные обсуждали между собой дальнейшие перспективы. Они пришли к выводу, что если ИИ не лгал, то поисковая миссия является отличной возможностью решить большинство ключевых проблем — как минимум, получить знания об активации исполинского портала.

По прибытии в лагерь, Адам первым делом связался с Земным космическим агентством и рассказал о предложении МЕПС. Поскольку одним из условий поиска выживших ишкхар было личное присутствие хотя бы одного человека (для управления устройством), требовалось не только согласование с ЗКА, но и организация дополнительных поставок. Вскоре к обсуждению подключились остальные члены экипажа, изъявив желание принять участие в этой экспедиции.

Адам также решил воспользоваться моментом и рассказал руководству о космической колонии микроорганизмов с коллективным интеллектом. Он надеялся, что в ЗКА откажутся от планов бурения капсул и постараются наладить контакт с Разумом.

Земные власти позитивно восприняли перспективы сотрудничества с МЕПС. Их привлекла возможность быстрого получения доступа к сети межпространственных переходов, знаниям погибшей цивилизации и артефактам древних. Однако в свете случившегося с Ишкхарами правительство хотело в первую очередь осваивать технологии, а не копировать их.

Правительство посчитало, что собранная командой «Отважного» информация представляет огромную ценность для человечества и уже окупила текущую миссию. Власти пообещали организовать поставку необходимых припасов, химического топлива и сменных блоков для ядерной установки шаттла. Военные настояли на оснащении команды полными комплектами ручного вооружения.

Немного отдохнув, учёные вернулись в город, чтобы обсудить с МЕПС условия миссии, на которую согласились. Тот сразу попросил их взять из колодца специальное устройство, о котором говорил. Параллельно в столбе света медленно поднялась небольшая чёрная пирамидка размером с ладонь. На её поверхности были заметны две горизонтальные борозды, разделявшие каждую сторону на равные части. По бокам пирамидки между этими линиями пульсировали насыщенным жёлтым цветом причудливые крупные символы.

ИИ продемонстрировал, как с помощью пирамидки можно вывести трёхмерную голограмму известной части Вселенной, выбирать нужные области и изменять масштаб. Эта невероятно детализированная проекция имела около метра в диаметре. На ней особыми метками были показаны все активные порталы Ишкхар и древних. Места, где могли остаться выжившие, а также система, в которой они сейчас находились, имели специальные яркие обозначения. Для каждой такой локации был предусмотрен вывод подробного описания региона поисков и возможных выживших.

При наведении на соответствующую метку вблизи портала, пирамидка автоматически открывала проход в указанное место. Но пока команда могла перемещаться только между четырьмя системами; остальные МЕПС пообещал разблокировать после завершения миссии. Добавив, что если учёные хотят сделать голограмму более привычной, то ему потребуются земные звёздные карты с названиями.

ИИ также дал несколько советов о том, как можно сделать земные корабли быстрее и прочнее за счёт небольшой модернизации применяемых сейчас ядерных электродвигательных установок и обшивки. Всё было доступно в виде трёхмерных чертежей с подробными описаниями изменений нынешней конструкции. Таким образом он хотел продемонстрировать чистоту своих намерений. Взамен МЕПС попросил лишь погрузить на корабль запасной реактор, чтобы помочь выжившим, указав, где и как его можно достать.

Выданная пирамидка являлась не только картой, пультом управления порталами, информационной базой по миссиям и переводчиком нескольких инопланетных языков. Она также была оснащена коммуникатором, напрямую связанным с планетарной системой. Поэтому команда получила возможность общаться с ним в любое время. Напоследок МЕПС провёл краткий инструктаж, показав, как выглядят анабиотические коконы ишкхар и мародёры с их кораблями.

Глава 8. Обитель скверны

Вернувшись обратно в лагерь, команда доложила руководству об итогах беседы и получении уникального устройства. Все, кроме Романа, вскоре разошлись готовиться к отбытию, а инженер ещё долго обсуждал с конструкторами ЗКА предложенные инновации. На следующий день с учёными связался министр обороны, чтобы обсудить деликатный вопрос.

Сразу после получения информации об улучшении технических характеристик двигателя, военные проверили всё с помощью компьютерных симуляций. Когда прогнозные модели показали двойной прирост силы тяги, сразу же началось создание опытного образца. Благодаря технологиям аддитивного производства он был изготовлен за несколько часов, и к моменту разговора успел пройти несколько тестов.

Министр решил лично обратиться к учёным с предложением подождать ещё неделю, пока не завершатся испытания нового привода. Службы контроля одобрят его установку на космический корабль, только если всё пройдёт «гладко». В качестве компенсации за ожидание, вместо грузового судна команде пообещали отправить первый шаттл следующего поколения с необходимыми припасами. Значительный прирост скорости перемещения позволил бы экономить до двух месяцев времени на каждом перелёте между отдалёнными локациями.

Лишняя неделя в текущих обстоятельствах особо ничего не решала, а перспектива получения более быстрого корабля могла значительно упростить поисковую миссию. Взвесив все «за» и «против», экипаж согласился испытать новую модель. Ожидая, пока земные инженеры закончат свою работу, учёные не теряли времени впустую и занялись исследованиями в своих сферах.

Адам же сосредоточился на изучении функционала выданного устройства и имеющейся информации по миссии. На первый взгляд задача казалась достаточно простой: слетать через порталы в три звёздных системы, поискать там спящих инопланетян в конкретных местах, зафиксировать это с помощью пирамидки и вернуться за наградой. Именно это и смущало скептическую натуру учёного, поэтому он решил уделить особое внимание описаниям локаций, которые команде предстояло посетить.

Одним из пунктов назначения являлась молодая колония на планете, очень похожей на эту. Её основала группа инопланетных культистов, поклонявшихся Шаануху. Некоторые ишкхары стали настолько восхищаться его научными достижениями, что превозносили до статуса идола, считая его неким проводником знаний Вселенной. Поклонники связывали пропажу Шаануха с древними, которые, по их мнению, давным-давно нашли способ возвыситься до иного уровня существования и пригласить его присоединиться к ним, в качестве благодарности за то, что тот принёс своему народу «свет великих знаний».

Культисты приняли исчезновение прославленного учёного за знак, указывающий путь к просветлению. Поскольку большинство ишкхар не разделяли их взглядов, последователи этого движения со временем решили перебраться на далёкую планету, чтобы посвятить себя изучению наследия древних. Они надеялись, что Шаанух каким-то образом направит их и поможет возвыситься.

Согласно полученным данным, на той планете было всего одно небольшое поселение с тремя десятками жилых сооружений. За несколько часов до катастрофы колонисты сообщили о сбое в работе единственного реактора, снятого с корабля, на котором они путешествовали. На момент инцидента проблема оставалась актуальной, другое устройство для замены к ним не успели отправить.

По оценкам МЕПС, поломка могла оказаться достаточно серьёзной, чтобы нарушить работу базовых систем реактора и избежать всплеска инородной субстанции. Ну или хотя бы снизить интенсивность до безопасного уровня. Не имея возможности покинуть планету и связаться со столицей, колонисты начали бы возрождать цивилизацию практически с нуля. Даже в условиях полной изоляции там была достаточно комфортная среда для нормального существования ишкхар, без необходимости погружения в анабиоз.

Другой локацией был скрытый в скале комплекс древних. Группа исследователей отправилась туда, чтобы выяснить причины возникновения побочных эффектов при работе адаптированных копий устройств. В ходе экспедиции они хотели разобраться с невероятно сложными интерфейсами фотонных компьютеров, в которых могла храниться информация о технологиях и способах устранения проблем. Однако на подлёте к планете у корабля отказал субсветовой двигатель, поэтому группе пришлось совершить аварийную посадку неподалёку от места назначения.

Исследователи сообщили о поломке, но не запросили помощь, планируя до окончания экспедиции устранить проблему своими силами. Если во время инцидента они находились внутри аванпоста, то потенциально могли выжить за счёт каких-то экранирующих или защитных систем древних, автоматически сработавших в ответ на всплеск. Так и не сумев починить двигатель, ишкхары застряли бы на планете. Без связи с внешним миром, они вскоре приняли бы решение уйти в анабиотическую спячку на своём корабле, ожидая прибытия помощи.

Ещё одним обязательным местом для посещения была недостроенная, но уже функционирующая перерабатывающая станция. Рабочих туда регулярно привозил и забирал специальный корабль. Помимо транспортировки персонала, данное судно также использовали для доставки строительных материалов, оборудования и других необходимых грузов на объект. Поэтому оно постоянно курсировало между различными базами.

Добыча ресурсов из астероидов велась с помощью стареньких ядерных кораблей с лазерными бурами, которыми шахтёры управляли вручную. Ценную руду сгружали в крупные контейнеры с маячками. Через время их подбирало всё то же транспортное судно, и буксировало до складских манипуляторов станции. На момент инцидента добыча велась в удалённом участке астероидного поля, до ближайшего реактора было почти шесть миллионов километров. Ишкхары внутри кораблей могли выжить, если находились тогда на достаточном расстоянии, как в случае с Разумом.

При этом они не имели возможности покинуть звёздную систему. Добывающие корабли не были предназначены для дальних перелётов, а транспортное судно как раз встало на погрузку в доке орбитальной верфи в другой системе. Выжившие могли вернуться на перерабатывающую станцию и со временем воспользоваться специальными камерами для анабиоза.

Затем Адам тщательно изучил информацию о звёздах, планетах, уровнях радиации и тому подобном. Не найдя явных угрожающих факторов, он начал использовать карту для собственных астрономических изысканий. Спустя шесть дней пришло уведомление о завершении испытаний улучшенного двигателя и подготовке к отправке нового шаттла. Инженеры ЗКА работали параллельно с военными, но по другому направлению. Поэтому, кроме более мощного привода и бортового арсенала, вторая версия «Отважного» также получила корпус с улучшенными экранирующими свойствами.

Команда оставила большую часть роботов-помощников на планете, чтобы те присматривали за лагерем в автономном режиме. Путь к порталу был спокойным, можно даже сказать, скучным. В основном учёные коротали время за обсуждением локаций поисков, дружескими беседами, видеоиграми и рассказами Адама о новых историях Разума. Изредка в Карле и Лане пробуждалась страсть к познанию — они на целый день погружались в работу, но из-за ограниченности ресурсов на борту всё заканчивалось добавлением записей в планы на будущее.

Вблизи портала учёные перебрались на новый корабль, захватили с собой немного личных вещей и скопировали базу памяти Рика, к которому относились уже почти как к члену команды. После активации на борту нового судна тот сразу отреагировал:

— Тройные кубиты, — протяжно, с удивлением произнёс Рик, на манер шуточного междометия. — Получается, я стал первой нейросетью, насмешившей себе на корабль… даже не знаю, есть ли тут повод для гордости.

— Так ты воспринимай это как повышение, что дошутился до нового шаттла, — воодушевлённо сказал Карл.

— Ладно, допустим задобрили, ради такого болида согласен ещё немного поразвлекать ваше общество ботаников. Но отныне никаких хлопков дверями кают и приёма пищи в креслах. Вас пятеро, а эта ласточка у меня одна.

После проверки систем корабля все собрались в рубке. Им нужно было окончательно решить, откуда начать поиск выживших. Земное руководство оставило право выбора за командой, чтобы не брать на себя дополнительную ответственность. ЗКА прислало лишь заключение штатных аналитиков, которое абсолютно ничем не помогло.

За время полёта каждый успел досконально изучить описания локаций, но никто не знал, как лучше поступить. На правах капитана Адам предложил в первую очередь посетить планету с лагерем колонистов из-за условий на её поверхности. Это единственное место, где ишкхары смогли бы нормально существовать, повези им остаться в живых после инцидента с реакторами.

Подлетев поближе к порталу, Адам развернул голографическую карту пирамидки и коснулся нужной пометки. Боковые наросты на массивном корпусе тут же засветились, и обзор перед кораблем закрыло огромное чёрное полотно. Когда шаттл попал в новую систему, всё вокруг приобрело желтоватый оттенок из-за слабого свечения красного карлика.

Адам поручил бортовому компьютеру просчитать оптимальный маршрут полёта до места поисков и проверить ближайшее пространство на наличие потенциальных угроз. Анализ не выявил никаких сторонних объектов, поэтому «Отважный» начал следовать к планете.

С модернизированным двигателем судно могло ускоряться почти в четыре раза быстрее, чем раньше, что позволяло добраться до колонии культистов всего за пять недель. Однако из-за этого во время разгона экипажу приходилось принимать максимальные дозы препаратов, помогающих организму лучше справляться с сильными перегрузками.

«Отважный» сел на возвышенности в четырёх километрах к югу от небольшого поселения, вокруг которого разросся целый лес из причудливых растений. Внешне они напоминали хвойные деревья с крупными шариками вместо иголок, а кусты походили на карликовые пальмы с толстыми мясистыми листьями. Вместо привычного зелёного, листья имели тёмный оранжево-красный цвет, будто были сделаны из поржавевшего железа.

Ещё на подлете команду насторожило отсутствие какой-либо активности в окрестностях колонии, при том что большинство строений не выглядели заброшенными и внешне поселение казалось обитаемым. Километрах в пяти на востоке находилась искусственная площадка с двумя вытянутыми холмами почти одинакового размера и крупным космическим кораблём Ишкхар, о котором упоминалось в записях.

Адаму мало что было известно об их культуре и привычках, но это место вызывало у него странное ощущение диссонанса — отдельные элементы словно не согласовывались с общей картиной. Хотя в такой ситуации было бы глупо ожидать чего-то привычного или понятного.

Поскольку это была первая вылазка на неразведанной территории, Адам решил перестраховаться. Он сказал всем взять с собой комплект оружия с минимальным боезапасом, а Роману — дополнительно подготовить четырёх роботов к походу и экипировать их по полной.

На подходе к лесу Лана напомнила, что биохимия инопланетян основана на соединениях серы, многие из которых являются едкими. Поэтому сквозь густо заросшие участки следовало пробираться аккуратно, стараясь минимизировать контакты с растениями.

Войдя в поселение, Роман ненадолго активировал маячок на пирамидке для передачи данных о местоположении МЕПС. Учёные сразу обратили внимание на протоптанные тропинки, открытые входы в некоторые здания, а также отсутствие пыли на части контейнеров, стоящих на улице. Будто колонисты совсем недавно погрузились в спячку, чтобы переждать неблагоприятные условия на планете.

Для ускорения поисков анабиотических коконов команда разделилась: Адам обходил здания вместе с Сонгом, а Роман — с Карлом и Ланой. Каждая группа взяла с собой по два робота, которые караулили снаружи. Заходя внутрь, Адам громко повторял традиционное приветствие Ишкхар (выучил во время бесед с Разумом по пути к порталу), демонстрируя мирные намерения. Роман же просто молча держал перед собой пирамидку.

Минут за тридцать земляне осмотрели все здания, но так и не нашли выживших или хоть что-то, отдалённо напоминающее коконы. Исследователи собрались в центре поселения для обсуждения дальнейших действий. Там Роман указал остальным на тропинку со свежими следами, которые заметил во время обхода домов. Вмятины на грунте указывали на недавнее передвижение здесь крупных существ и уходили в сторону площадки на востоке.

Вытянув руку в их направлении, Роман сказал:

— Может выжившие просто перебрались на нерабочий корабль или скрылись от нас в тех холмах-близнецах? Кэп, думаю, стоит проверить, чтоб МЕПС не придрался.

— Согласен. Разум рассказывал, что ишкхары даже в хорошие времена не особо жаловали чужаков. Давайте тогда…

Он внезапно запнулся, увидев, как на дисплее скафандра один за другим начали появляться предупреждения от роботов. Их сенсоры уловили странный шум и слабые возмущения электромагнитного поля. Сигналы исходили сразу от нескольких источников с двух противоположных сторон и усиливались.

Адам приказал команде без паники группой двигаться в направлении корабля, а роботам — прикрывать их отход. Не успели земляне пройти и десяти шагов, как резко остановились на месте. Из-за зданий метрах в сорока спереди и сзади показались крупные инопланетяне. Это были те самые мародёры, облик которых показывал МЕПС.

В своих серых скафандрах они походили на огромных прямоходящих жуков с телосложением медведей и четырьмя когтистыми конечностями. Сзади у существ было нечто вроде длинного хвоста из трех отростков, а из спины торчали крупные чёрные шипы, которые ближе к вершине переходили в кроваво-красный цвет. Хотя защитные костюмы скрывали, как на самом деле выглядели тела пришельцев, прозрачные шлемы позволяли хорошо рассмотреть их верхнюю часть.

Массивная серо-зелёная голова во многом напоминала муравьиную, с грозными мощными челюстями чёрного цвета и длинными мохнатыми усиками в районе ушей — по четыре с каждой стороны. Вверху, между пучками усиков, было три необычных нароста в виде овальных пластин, которые будто состояли из тысяч мелких точек, переливающихся всеми цветами радуги. Они занимали весь лоб и, видимо, выполняли функции глаз. На голове также находилось ещё несколько причудливых образований, не имеющих аналогов в земной биологии.

Несмотря на рост почти в два с половиной метра, мародёры двигались достаточно медленно. Адам сразу обратил на это внимание. Более того, из-за холодных оттенков цветов внутри их скафандров казалось, что температура там гораздо ниже нуля градусов по Цельсию.

Поскольку Адам был не только командиром корабля, но и единственным членом экипажа с армейским опытом, весь груз ответственности за дальнейшие действия ложился на него. Прекрасно это понимая, он сказал учёным сплотиться и встать кругом, повернувшись спиной друг к другу. Роботам приказал перейти в боевой режим, занять позиции между ними и инопланетянами, а также взять пришельцев на прицел, но не предпринимать агрессивных действий без соответствующей команды.

Глава 9. Культ хаоса

В одной руке — хотя тут больше подошло бы сравнение с медвежьей лапой — мародёры держали устройство в виде булавы со светящейся белой полосой посередине массивной сферической головки. Другая была пуста, но на предплечье крепился наруч с двумя полукруглыми пластинами по бокам, что-то вроде небольшого щита. Мародёры направили булавы на землян, облокотив их на край своих наручей. Это явно было дальнобойное оружие — особенности работы которого никому из учёных не хотелось выяснять на личном опыте.

Пока около дюжины инопланетян, не спеша, выходили из-за зданий, Адам анализировал ситуацию. Те холмы на востоке, видимо, являлись замаскированными кораблями. Вполне возможно, что земляне видели разведывательную группу, к которой в любой момент могло подойти подкрепление. Поэтому нельзя было затягивать с выходом из окружения.

Пришельцы вели себя агрессивно и не собирались просто так отпускать землян, но при этом действовали неуверенно, явно опасаясь чужаков, что давало пространство для манёвра. Текущее численное преимущество мародёров могло быть нивелировано боевыми роботами землян. В это вселяли надежду слова Разума о примерно равном уровне технологического развития сторон. В любом случае учёные не собирались опускать свои электромагнитные винтовки и сдаваться.

Прикинув дальнейший план действий, Адам обратился к прижавшимся спинами коллегам:

— Главное — не паникуйте. Внимательно слушайте, что я дальше будет говорить, и в точности выполняйте все указания. Лана, подумай и ответь: ты точно уверена в том, что внутри у здешних растений вместо воды течёт серная кислота?

— По дороге сюда я взяла несколько образцов, но ещё не исследовала их. Скорее всего, — да. Если они с планеты Ишкхар, то по-другому просто быть не должно, — ответила Лана.

— Хорошо! Будем надеяться, что это действительно так, иначе потом нам придётся туго.

— Теперь попрошу каждого проверить нагрудные карманы своего скафандра на наличие стандартного набора универсальных экстренных препаратов.

После четырёх положительных ответов Адам вновь произнёс: «Хорошо!» — затем в общих чертах объяснил суть своего плана, который во многом был ситуативным.

Дождавшись обратной связи, он включил внешний динамик на скафандре и начал плавно двигаться вперёд, раскачиваясь из стороны в сторону и понемногу размахивая винтовкой. Параллельно Адам прерывисто издавал различные гласные звуки, каждый раз произнося их громче. Со стороны всё это походило на какой-то танец сумасшедшего шамана с винтовкой вместо посоха.

За пару минут, в режиме такой безумной пляски, он отошёл метра на полтора от коллег, сосредоточив на себе не только взгляды инопланетян, но и навершия светящихся булав в их руках. Всё это время остальные учёные аккуратно доставали из своих аптечек небольшие стеклянные флаконы с перманганатом калия (марганцовкой), бинты и колбочки этилового спирта. Мародёры ничего не предпринимали, пытаясь разобраться, являются ли странные движения чужака угрозой или мольбой о пощаде.

Затем Адам быстро сделал несколько шагов вперёд и резко прыгнул в сторону, прокричав: «Сейчас!». В полёте он сгруппировался и сразу после приземления кувырком закатился за стоявшие в паре метров массивные контейнеры. Те были расположены у жилого здания в ряд так, что закрывали его от одной из групп мародёров, а обзор других перекрывало какое-то техническое сооружение.

По команде четверо учёных с зажатыми в руках предметами из набора разбежались в разные стороны и быстро скрылись за домами. Когда астроном услышал характерные звуки шарканья от их скафандров, он приказал роботам занять оборону по периметру и защищать позиции землян любыми доступными способами. Через секунду Адам поднял ствол винтовки вверх и произвёл короткий залп в никуда, чтобы выиграть ещё немного времени для команды, которая как раз начала ломать и разрезать мясистые листья кустов.

В ответ инопланетяне сделали несколько выстрелов из своего оружия в его направлении. Звуки напоминали громкие щелчки от ударов кнута в воздухе. Практически мгновенно со всех сторон посыпалась пыль, и два крайних контейнера возле Адама с грохотом отлетели в сторону от ударных волн. Упав на грунт после столкновения с сооружением позади, они выглядели как смятые жестяные банки от газировки.

К счастью, после кувырка астроном подполз к стоящему рядом зданию и сел, прижавшись спиной к стене. Это его спасло, ведь большая часть третьего контейнера стояла за углом этого же здания, и от импульса ударной волны он лишь подскочил, немного искривился и сдвинулся вбок.

Роботы мгновенно отреагировали на действия противника. Они стали вести заградительный огонь, чтобы не допустить дальнейшего продвижения мародёров. Началась позиционная перестрелка, позволившая Адаму покинуть практически разрушенное укрытие.

За время суматохи другие учёные успели выдавить из растений на грунт немного сока с высокой концентрацией серной кислоты, высыпать в образовавшиеся лужицы перманганат калия и пропитать бинты этиловым спиртом. Завершив эти приготовления, каждый громко выкрикивал по внутренней связи от том, что готов.

В интервале пятнадцати секунд после начала перестрелки все подтвердили свою готовность. Пусть при этом они выдавали свои позиции, но тем самым ещё больше запутывали и рассредоточивали внимание противника. Такой способ координации действий также был необходим, чтобы в стрессовой ситуации каждый член команды наверняка услышал остальных.

Как только прозвучало четвёртое подтверждение готовности, они тут же бросили пропитанные спиртом бинты в потемневшие лужицы и быстро отбежали. Когда смоченная спиртом целлюлоза касалась раствора, все компоненты начинали активно взаимодействовать. В результате бурной химической реакции буквально через секунду происходил взрыв. При этом выделялось достаточно много белого дыма, который ещё больше сбивал инопланетян с толку.

Пользуясь импровизированной дымовой завесой и огнём роботов, учёные пробежали к зданиям на второй линии от центра, а затем направились в сторону «Отважного». Адам рекомендовал оставаться в границах поселения, чтобы случайно не попасть на открытой местности в поле зрения врага, опасаясь приближения новых сил.

Вскоре землянам удалось незаметно обойти одну из групп противника по флангам. Дальше они договорились встретиться за крупным зданием на юге, после чего планировали вместе добежать до шаттла. Роботам был отдан приказ прорываться в противоположном направлении, чтобы оттянуть вражеские силы подальше от учёных.

Но как назло, в это самое время один из мародёров отделился от своей группы и пошёл в сторону холмов-близнецов. Заметив убегающих землян, он сразу открыл по ним огонь. Оказалось, что инопланетяне использовали оружие с импульсными энергетическими снарядами. При попадании в цель, те мгновенно выжигали верхний слой поверхности в зоне поражения, превращая его во взрывающуюся плазму. От чего образовывалась мощная ударная волна, и происходил выброс электромагнитного излучения.

Один из выстрелов попал Карлу в спину, отбросив его в сторону, будто плюшевую игрушку. Толчок был настолько сильным, что во время полёта химика несколько раз развернуло в воздухе. Пролетев метров пять, он ударился о кучу наложенных друг на друга крупных металлических ящиков, упал на землю, словно парализованный, и застонал от боли.

Адам бежал немного позади, поэтому сразу среагировал. Он резко развернулся и начал стрелять в ответ, заставив мародёра отступить. Тем временем остальные учёные благополучно скрылись за крупным зданием. Сам же Адам зашёл за ближайший угол, чтобы контролировать врага, и приказал трём оставшимся роботам с боем прорваться к вражеской позиции для сдерживания противников. Затем поручил Роману и Сонгу помочь раненому.

После того как Карла оттащили за здание, Адам подбежал к команде и попросил Лану ввести пострадавшему сильное обезболивающее. Убедившись, что противники к ним не приближаются, он подошёл к Карлу, опустился на одно колено и спросил:

— Дружище, ты как?

— Если честно, не очень, — всё ещё корчась от боли, с трудом произнёс Карл. — Выстрел того гада проделал в скафандре приличное отверстие. Роман сразу заклеил его пластырем или чем-то вроде того, но внутрь уже проникли токсичные газы — в горле жжёт. Хотя дыр во мне вроде нет, при ударе об ящики повредил ногу. Сильно болит — наверное, сломана. До корабля точно не дойду. Оставьте меня здесь отдыхать, а сами спасайтесь. Роботы ведь тоже не бесконечные.

Все учёные смотрели на командира, ожидая его решения. Несколько секунд подумав, Адам заявил:

— Ты единственный, у кого получается обыгрывать меня в покер, поэтому прости, но я не могу себе позволить разбрасываться столь ценными кадрами. Лана, Роман, Сонг — бегом к кораблю, а Карла я возьму на себя. Если встретите кого по пути, отстреливайтесь на ходу и скрывайтесь за растительностью. Мародёры медленно перемещаются, поэтому вы сможете без проблем уйти.

Троица начала было возмущаться, отказываясь вот так бросать друзей. Адама это очень разозлило. Почти крича, он быстро пресёк их:

— Какого чёрта я до сих пор вижу ваши лица, а не спины? Это был приказ, а не просьба! Не путайте идиотизм с геройством — бегом на корабль!

Отойдя за крайнее здание, трое учёных сломя голову помчались в направлении «Отважного». Из-за скафандров Адам не мог нести на себе Карла, поэтому взял раненого под руку и последовал за ними. Тогда же он приказал роботам не спеша отступить к краю поселения, но не выходить из сражения.

Километра через полтора, Адам заметил мелькающие неподалёку между деревьями фигуры. Они с Карлом спрятались за грядой кустов, откуда смогли разглядеть с десяток инопланетян, двигающихся в их сторону.

Выругавшись шёпотом, Адам разочарованно произнёс:

— А вот и долгожданное подкрепление. Видимо эту группу отправили на перехват отступающих. Нам придётся ненадолго залечь здесь, пока не подойдут роботы.

— Хватит… — глядя на него, произнёс Карл. — Я в любом случае не доберусь живым до «Отважного». От движений пластырь постоянно отклеивался, через отверстие уходит слишком много воздуха. Да и в лёгких начало жечь от просачивающейся ядовитой атмосферы. Беги к остальным. Если будешь затягивать, то поставишь под угрозу всех. Вдруг другие монстры уже направляются к нашему кораблю. Пусть со мной останется один робот — вместе мы сможем достаточно долго отвлекать внимание на себя. Ты сам сказал, что эти гады медлительные, у вас ещё есть все шансы свалить отсюда.

Затем он пристально посмотрел на товарища и произнёс лишь одно слово: «Спасибо...». Всё остальное за него сказал взгляд. Отбегая, Адам приказал крайнему роботу подойти к Карлу и в дальнейшем подчиняться ему. Остальным дал команду как можно быстрее возвращаться к «Отважному», игнорируя преследователей.

На пути к шаттлу в его голове промелькнула странная мысль: а что, если в пустом поселении они наткнулись на группу инопланетных учёных, которые в очередной раз пришли туда для изучения технологий Ишкхар? Как для воинственной расы, те мародёры действовали слишком нерешительно и дали землянам так легко выйти из окружения. А вот из кораблей уже, наверняка, выдвинулись бойцы, поэтому времени переводить дух не было.

Как только Адам поднялся в шаттл, он приказал Рику немедленно покинуть планету и после выхода из атмосферы на максимальном ускорении двигаться к порталу. На протяжении всего пути бортовой компьютер также должен был следить, нет ли за ними погони.

«Отважный» без проблем покинул атмосферу и вышел в открытый космос, быстро набирая скорость. Пока остальные молча сидели в рубке, стараясь прийти в себя после случившегося, Адам собрался с мыслями и связался с МЕПС через пирамидку. Тот поздоровался, отметил посещение командой одной из локаций и поинтересовался результатами осмотра колонии культистов.

— Да, — хмуро ответил Адам. — Мы проверили каждый уголок в том поселении, но выживших не нашли. Зато столкнулись с мародёрами, от которых чудом удрали, потеряв при этом нашего друга!

После чего он перешёл на приказной тон:

— Поэтому я требую рассказать всё, что тебе известно о мародёрах. И еще: можешь ли ты отслеживать их через порталы или оказать нам хоть какую-то реальную помощь? Я опасаюсь, как бы они не организовали ловушку. Эти гады ведь запросто теперь могут поджидать нас у входа в систему или вблизи мест поиска выживших.

— Искренне соболезную по поводу гибели вашего товарища. Когда около двадцати лет назад прибыли те пришельцы, я рассказал им всё то же самое, что и вам, после чего передал такое же устройство для активации порталов с ограничением в четыре системы. Из-за их дальнейших действий наше сотрудничество прекратилось. Этим мародёры загнали себя в ловушку, потеряв возможность вернуться домой.

— Почему?

— Зонд с порталом, через который они вошли, расположен за миллионы световых лет от любой из этих четырёх систем, а их цивилизация ещё недостаточно развита, чтобы освоить технологии Ишкхар или хотя бы принудительно активировать пространственный мост. Если честно, я даже не думал, что они смогут так долго прожить вдали от родного мира.

Касаемо помощи, то здесь мои возможности крайне ограничены. После выхода из строя систем внешней связи я утратил способность взаимодействовать с оборудованием за пределами планеты. Однако могу использовать квантовую запутанность ядра пирамидки мародёров со своим блоком обмена данными, чтобы отслеживать их перемещения через порталы. Каждое полотно стабилизационного субстрата имеет уникальный волновой отпечаток, который можно определить по транслируемым паттернам колебаний в момент пересечения. Для удобства я буду передавать всю информацию на ваше устройство.

Пока Адам общался с инопланетным ИИ, «Отважный» успел достаточно далеко отлететь от планеты. К счастью, корабли мародёров за ним не погнались, поэтому через пару часов ускорение снизили до более-менее комфортного уровня. Примерно тогда же учёные отошли от стресса и начали оплакивать Карла. Каждый делал это по-своему, поэтому первое время никто не обращал внимания на странности в поведении коллег. Рик не шутил больше недели. Постепенно жизнь на борту вернулась к привычному укладу, хотя произошедшее навсегда оставило свой отпечаток.

После доклада руководство пообещало совместно с военными изучить всю информацию, чтобы узнать, как можно больше о мародерах. По факту смерти Карла началось внутреннее расследование. Позже директор ЗКА также сообщил, что правительство отклонило его запрос на оснащение шаттла орудийными модулями или отправку одного боевого корабля сопровождения.

Власти не желали превращать исследовательскую миссию в военную операцию, поскольку инопланетяне не представляли прямой угрозы для Земли. Они ссылались на то, что члены экипажа сами инициировали это путешествие, согласились со всеми условиями и прекрасно осознавали потенциальные риски. Поэтому в следующий раз у портала их будет ожидать контейнер со стандартным набором припасов, двумя роботами и несколькими новыми образцами ручного оружия.

За время полёта «Отважного» к вымершей колонии представители Земли наладили контакт с Разумом. Синтетик делился с ними информацией на собственных условиях, перестав опасаться снующих рядом исследовательских зондов. Он радовался новым знакомым и даже стал помогать с отводом пустых грузовых модулей от портала, с их последующей утилизацией. Такое сотрудничество было выгодно обеим сторонам: земляне экономили средства, а космическая колония получала доступ к ценным компонентам.

На подлёте к порталу Адам вновь собрал команду, чтобы совместно решить, куда они отправятся дальше. Выбор лежал между недостроенной космической базой Ишкхар и аванпостом древних с удивительными технологиями, которые даже куда более развитые инопланетяне воспринимали как магию.

Изначально учёные хотели полететь к заброшенному комплексу сверхцивилизации, мечтая увидеть необычных существ и артефакты. Но тот находился на поверхности планеты, где их опять могли поджидать мародёры. У колонии культистов земляне видели два замаскированных корабля, а по словам Разума, сбежать удалось трём. Хотя засаду могли организовать и на перерабатывающей станции, там вероятность этого была намного ниже. Команда ещё не успела оправиться от недавних трагических событий, поэтому базу древних договорились оставить напоследок.

Глава 10. Аура страха

Когда «Отважный» приблизился к порталу, до следующей поставки в систему Ишкхар оставалось ещё более двух недель. Но на борту было вполне достаточно припасов, оружия и роботов, поэтому учёные решили не тратить столько времени на ожидание, а сразу отправиться к следующему месту. Прежде всего они опасались, что мародёры воспользуются этим окном для переброски своих сил и подготовки ловушек. Цели поисковой миссии землян были им хорошо известны.

Адам задал через интерфейс пирамидки новые координаты и приказал Рику провести шаттл через портал. Спустя пятнадцать минут экипаж уже с любопытством рассматривал пространство новой системы. В отличие от предыдущих, она была мёртвой — и это относилось не только к планетам.

Из центра системы исходил тусклый свет белого карлика — будто свеча памяти о некогда величественной звезде, размером с Солнце. Она уже внесла свой вклад в цикл жизни Вселенной, давным-давно сбросив внешние слои. Теперь её сжатое раскалённое ядро неспешно отдавало остатки энергии мрачному и холодном космосу, продолжая удерживать вокруг себя обугленные останки лично разрушенной системы.

Перерабатывающая станция находилась относительно недалеко от портала, поэтому полёт до неё занял всего четыре дня. За это время Адам трижды собирал всех для проработки вариантов действий в нештатных ситуациях с учётом особенностей комплекса. По возможности он делился своими знаниями, полученными на службе. Например, приёмам коммуникации с помощью жестов, трюками для отвлечения внимания и хитрыми уловками с подручными средствами.

Уже на четвертый день полёта громадную космическую станцию вдали можно было разглядеть невооружённым глазом. Внешне она походила на надкусанный пончик серого цвета, обращающийся вокруг массивного чёрного стержня в центре. Поверхность сооружения местами поблёскивала на свету.

Ещё часов через шесть с одной стороны конструкции стали различимы пустоты двух уровней недостроенных палуб. Судя по дистанционной съёмке, на других видимых участках обшивки никаких повреждений не было, что вселяло надежду найти внутри ишкхар в анабиотических коконах.

Вскоре шаттл приблизился к станции, и земляне осознали, что не знают, как попасть внутрь. В описании локации про это не было сказано ни слова, а снаружи на корпусе отсутствовали привычные шлюзы или какие-либо крупные отверстия. Чтобы лишний раз не испытывать судьбу, Адам связался с МЕПС и попросил помощи. Тот сразу же вывел через пирамидку голограмму с объёмной моделью станции, на которой отметил три подходящих места для входа. Добавив, что устройство будет автоматически открывать двери станции по пути следования.

Когда «Отважный» подлетел к ближайшей, перед ним распахнулись врата огромного шлюза, и Адам поручил Рику проследовать внутрь. Медленно пройдя через короткий туннель с раздвижными створками на другом конце, шаттл попал в просторный ангар. На широкой посадочной платформе стояли два десятка небольших кораблей, имевших некоторые общие черты с «Гермесом».

Шаттл приземлился на одно из свободных посадочных мест. Анализ среды показал, что состав атмосферы внутри станции точно такой же, как и на родной планете Ишкхар, но температура была на двадцать градусов ниже. Выйдя в скафандрах на площадку, учёные сразу обратили внимание на стены ангара и потолок, в которых были встроены какие-то необычные кристаллы для освещения внутреннего пространства.

Исходивший от кристаллов белый свет был настолько мягким и естественным, что у землян складывалось впечатление, будто они находятся на посадочной полосе под открытым небом, а не в закрытом помещении.

Спустя пять минут разглядывания ангара Адам снова связался через пирамидку с МЕПС, чтобы тот подсказал, откуда лучше начать поиски его создателей и как туда быстрее добраться. Следуя подсказкам импровизированного навигатора, команда осмотрела два пустых помещения с крупными отверстиями в полу, заполненных какой-то коричневой пылью. Как объяснил ИИ, по составу эта сыпучая смесь имела много общего с грунтом их планеты, но содержала дополнительные компоненты, которые позволяли ишкхарам в экстренных ситуациях проводить в анабиозе несколько тысячелетий без вреда для организма.

После открытия двери в третий отсек, напоминающий гигантский инкубатор, учёные замерли. Несколько десятков отверстий у задней стены отличались от других. Вместо типичного слоя пыли из них выглядывали серо-жёлтые холмики, действительно напоминающие верхушки коконов земных насекомых, закопанных в почву. Они были покрыты мутной слизью, из-за которой поблёскивали на свету. Поверхность коконов оплетали множество трубчатых образований светло-серого цвета, похожих на сосуды.

Хотя команда не теряла надежды на успех поисковой миссии, все присутствующие удивились находке. Как минимум, это выглядело очень необычно, не говоря уже о нахлынувшем чувстве облегчения после пережитых недавно событий. Хотя расслабляться было ещё рано — дальнейшая судьба землян зависела от честности инопланетных ИИ, которым они доверились.

Подойдя ближе и убедившись, что это настоящие коконы, а не оптический обман из-за слабого освещения в помещении, Адам сообщил МЕПС о находке. Тот попросил перевернуть пирамидку и установить её в соответствующее отверстие на консоли справа у входа. Буквально через секунду сверху что-то загудело, и на потолке начали двигаться причудливые устройства.

Десятки извивающихся трубчатых приспособлений стали быстро перемещаться над коконами. Одни опрыскивали поверхность зеленоватой жидкостью, а другие вблизи обдували их какими-то газами. Вскоре МЕПС опять обратился к команде:

— Предлагаю вам оставить включённую пирамидку у двери и подождать в корабле, пока ишкхары будут пробуждаться.

— Нет, мы не уйдём! — строго ответил Адам. — У нас нет никаких гарантий соблюдения договорённостей, кроме твоих обещаний. Так что мы останемся и будем держать всё под контролем.

— Понимаю твои опасения. В таком случае попрошу вас не подходить близко к ячейкам, чтобы не нарушить процедуру выхода из длительного анабиоза. В целях безопасности не рекомендую приближаться к пробудившимся ишкхарам до тех пор, пока я не объясню им сложившуюся ситуацию. Мои создатели развивались как охотники, поэтому при виде чужаков в таком состоянии, верх могут взять природные инстинкты. Также предупреждаю, что процедура будет длительной, и на время её проведения двери заблокируются, а помещение наполнится парами опасных для вас веществ.

— Ничего страшного. Мы в прочных защитных скафандрах и никуда не торопимся.

Сразу после этого вход герметично закрылся, ячейки в полу стали едва слышно гудеть, их края тускло засветились, в помещении начала подниматься температура. Через полтора часа раздалось потрескивание, и оболочка одного кокона частично разрушилась. Из образовавшегося отверстия показалось покрытая слизью конечность с четырьмя длинными острыми когтями.

Спустя пять минут перед землянами в полный рост предстал живой ишкхар. Он с опасением рассматривал чужаков, шипя и пятясь назад к стене. В тот момент Адам напрочь забыл приветствие, которое не так давно заучивал до автоматизма. Глядя на инопланетянина, астроном не ощущал угрозы — лишь страх в его глазах. Поэтому молча отбросил оружие на пол и указал на стоящую рядом пирамидку.

Выбравшееся из кокона бледно-серое существо отдалённо выглядело как помесь богомола и жирафа. Четыре плотных длинных ноги были изогнуты в разные стороны от тела. Спереди вытянутого округлого туловища располагались ещё две конечности с острыми когтями. Они явно выполняли функции рук, но так их назвать было сложно из-за замысловатого строения.

Его крупная голова держалась на массивной шее. У существа было четыре небольших аналога глаза и широкий рот в виде горизонтальной впадины. На голове находились несколько десятков небольших наростов коричнево-розового цвета, а из затылка торчали два изогнутых вверх длинных отростка, чем-то похожих на косички. Инопланетянин был достаточно крупным — ростом под два с половиной метра.

Затянувшееся молчание прервал шипящий голос МЕПС, обратившийся через пирамидку к ишкхару. Он в общих чертах рассказал о произошедшем, а затем попросил представителей обеих цивилизаций скорее наладить контакт и обсудить вопрос сотрудничества. Причиной такого понукания стала серьёзная проблема, для преодоления которой им необходимо было действовать сообща.

Как оказалось, пока цифровой помощник вводил в курс дел своих создателей, приборы зафиксировали отголоски колебаний ядра пирамидки мародёров. Судя по энергетической сигнатуре, та переместилась через портал в эту самую систему.

После услышанного земляне мгновенно поменялись в лице — взгляд стал испуганным, сердца заколотились. Однако страх не успел завладеть ими, поскольку нахлынувшие следом воспоминания о Карле мгновенно наполнили разум решимостью отомстить за смерть друга. Все, кроме Адама, со злобой сжали в руках свои винтовки.

За время общения ИИ с первым пробудившимся из коконов выбрались ещё трое таких же крупных существ. Адам наконец-то вспомнил приветствие, произнеся которое, обратился к МЕПС:

— Хотя я, вроде как, и владею вашим языком, но всё равно прошу тебя побыть переводчиком, чтобы избежать недопонимания. Передай ишкхарам нашу готовность помочь и узнай, как быстро они смогут прийти в норму после анабиоза.

После перевода его слов одно существо сделало несколько шагов вперёд, и, склонив голову, сказало:

— Мы бесконечно благодарны вам за спасение. Наша цивилизация никогда не забудет оказанной помощи! Привести себя в порядок мы успеем за время полураспада франция-223.

— Это около двадцати двух земных минут, — тут же уточнил МЕПС.

— Хорошо, — сказал Адам. — Тогда мы вернёмся на корабль и будем ждать вас в ангаре.

Затем ишкхар молча подошёл к консоли у входа, активировал замысловатый голографический интерфейс и когтями стал быстро перемещать по нему какие-то оранжевые цепочки с символами. Адам хотел было поинтересоваться инопланетным арсеналом, но решил отложить этот вопрос на потом. Он просто махнул рукой в сторону дверей, поднял с пола свою винтовку и последовал за остальными.

На обратном пути он попросил команду подумать о том, как можно остановить мародёров собственными силами, поскольку не факт, что у горняков имелось оружие. Пока земляне находились в запертой комнате, система жизнеобеспечения станции подняла температуру воздуха до комфортного для хозяев уровня. Поэтому учёные вернулись в шаттл во избежание перегрузки охладителей.

Через двадцать минут Рик сообщил о приближении неизвестных существ. Четверо ишкхар двигались к «Отважному», держа в передних конечностях пирамидку. Они уже были облачены в плотные костюмы тёмно-серого цвета с фиолетовыми полосами.

Встретив их снаружи, Адам спросил:

— Другие пробудившиеся не присоединятся к обсуждению плана?

— В этом нет необходимости, — спокойно ответил стоявший впереди пришелец, очевидно ставший предводителем. — Остальные заняты обслуживанием станции, так как сейчас это единственный оплот нашей цивилизации, а для решения проблемы с мародёрами вполне хватит и присутствующих.

— То есть, вы уже что-то придумали? — с сомнением произнёс Адам

— У нас есть несколько вариантов, но некоторые из них зависят от огневой мощи вашего судна.

— Мы всего лишь исследователи, — тяжело вздохнув, произнёс Адам, — и путешествуем на транспортном шаттле без вооружения, подходящего для ведения космического боя.

Инопланетянин немного замешкался, но спустя пару секунд ответил:

— Повода для волнения нет, это совсем не критично. Даже при таком раскладе мы видим как минимум три способа решения проблемы. Хотя станция и добывающие корабли не предназначены для военного использования, в них есть устройства, с помощью которых можно дать достойный отпор.

Согласно докладу МЕПС, флот агрессоров не имеет продвинутых систем защиты, а обшивка кораблей очень уязвима к электромагнитному излучению. Поэтому сперва мы хотим попробовать отпугнуть мародеров буровыми лазерами. На близком расстоянии их лучи легко разрезают астероиды, но на дальних дистанциях становятся малоэффективны из-за потери мощности от рассеяния.

Наши пилоты постараются напугать пришельцев, для чего выведут добывающие корабли в боевом порядке. Используя лазеры издалека, они нанесут минимальный урон обшивке, обставив всё как предупредительный залп. Если это не отпугнёт противника, то, подлетев ближе, буры смогут причинить серьёзный ущерб его примитивным космическим судам.

В то же время корпуса наших кораблей достаточно прочны, чтобы сдержать несколько попаданий энергетических импульсов или кинетических снарядов. Проблема лишь в их небольшом запасе хода, поэтому придётся подпустить мародеров ближе и начать операцию не дальше чем в тридцати световых секундах от станции.

На крайний случай можно задействовать ресурсы базы. Группа инженеров уже занимается переоборудованием резервной энергоустановки, превращая её во что-то вроде ионной пушки. Это оружие будет выстреливать мощными пучками заряженных частиц на околосветовой скорости. При прямом попадании такой снаряд сможет проделать дыру в корпусе вражеского судна, а сопутствующая ионизация материала выведет из строя его оборудование.

Пушку установят в недостроенной части станции, которая как раз находится со стороны портала. Главное, чтобы всё было готово до того, как мародёры подлетят достаточно близко для десантирования.

Поскольку язык ишкхар понимал только Адам, по ходу рассказа МЕПС вновь переводил его для остальных членов команды. Закончив объяснение, инопланетянин стал молча смотреть на землян, явно ожидая их комментариев. Учёные были впечатлены скоростью разработки столь элегантного плана противодействия агрессорам, им просто нечего было добавить или предложить от себя. Минутное молчание прервала Лана, поинтересовавшись:

— Можем ли мы чем-то помочь?

— Ваше участие потребуется лишь если мародёры вторгнутся на станцию, хотя это маловероятно. Во время операции вы можете просто отдохнуть либо присоединиться к наблюдению в командном пункте, который мы организуем недалеко от панели управления в углу этого ангара,— ишкхар указал рукой в конкретное место.

— Я бы хотел присоединиться, — настойчиво произнёс Адам. — Прошу сообщить, когда операция перейдёт в активную фазу и ваши корабли подойдут достаточно близко для попытки запугивания врагов.

Согласовав это, обе делегации разошлись по своим делам.

На третьи сутки Адама пригласили подойти к импровизированному штабу, состоящему из нескольких сдвинутых в угол металлических ящиков. На них были разложены причудливые полупрозрачные планшеты и пара пирамидок, которые проецировали голограммы. Одна транслировала видео с камеры командира звена защитников станции, а на второй отображалась схематическая трёхмерная карта звёздной системы с пометками кораблей, траекториями их движения и какими-то информативными сносками.

Адам не успел изучить и половины установленного оборудования, как ишкхары начали бурно обсуждать первую фазу операции. Вскоре он увидел на проекции справа короткие вспышки от буровых лазеров с последующим активным маневрированием звена. На несколько минут все присутствующие замолчали, ожидая ответной реакции мародёров, а затем вновь зазвучала шипящая какофония инопланетной речи.

Руководитель операции тут же подошёл к Адаму и, указывая на проекцию с картой планетарной системы, сообщил:

— Наша задумка сработала — агрессоры приняли добывающие корабли за боевой флот. Все их суда начали экстренно менять траекторию движения и усилили тягу двигателей. Осталось лишь проследить за тем, чтобы они в страхе бежали из системы, считая такое решение единственно верным. Для этого пилоты ненадолго создадут иллюзию преследования. Позже МЕПС определит, через какой портал они выйдут. В дальнейшем мы позаботимся о том, чтобы эти наглецы навсегда покинули подконтрольные нам области космоса и отзовём зонд из их системы.

Путь к порталу скоро станет безопасным, и теперь мы хотим обсудить другую проблему. На станции нет кораблей для дальних путешествий, поэтому без сторонней помощи она быстро превратится в нашу гробницу.

После этих слов инопланетянин замялся, явно испытывая неловкость из-за предстоящей просьбы. Адам заметил его волнение и, понимая, о чём дальше пойдёт речь, решил сделать шаг навстречу:

— МЕПС рассказывал о вашей ситуации, и мы готовы помочь доставить часть пробудившихся на родную планету, чтобы они нашли там подходящий транспорт для остальных. Но у нас на борту мало свободного места, за раз сможем принять максимум пятерых. Кроме того, внутри корабля нет возможности создавать зоны с различными физическими условиями. Поэтому тем, кто решит полететь с нами, нужно заранее позаботиться о том, как пережить длительное путешествие в среде с пониженной температурой и ядовитой атмосферой.

— Это не является проблемой. У нас есть несколько комплектов подходящего оснащения с запасом необходимых модулей жизнеобеспечения и пищевых капсул.

Через полчаса четверо ишкхар подошли к кораблю в закрытых защитных костюмах, которые не сильно отличались от прежнего облачения. Багажа у них было на удивление мало: каждый нёс на себе лишь небольшой рюкзак и держал в руках портативный планшет. Гостей разместили в пустом складском помещении, на скорую руку переоборудованном по рекомендациям МЕПС.

Глава 11. Путь откровений

Возвращение ко второй планете системы Ишкхар было спокойным. По пути земляне частенько беседовали с инопланетными горняками. Те были не против, поскольку это помогало скоротать время в тесном отсеке и отвлечься от тяжёлых мыслей. Помимо недавних приключений команды, они также обсуждали причину массового вымирания, точнее, сбой, попытка исправления которого изменила свойства окружающего пространства.

Наиболее вероятная гипотеза предполагала, что на самом деле упрощённые копии реактора древних производили огромное количество избыточной энергии. В виде слабого свечения сбрасывалась лишь крошечная её часть. Основной же объём постепенно накапливался внутри самого устройства.

Периодически эта энергия высвобождалась через модуль искажения пространственно-временного континуума, провоцируя резкие скачки мощности. В такие моменты ядро системы задевало более высокие измерения, что не только усиливало тёмную энергию вокруг, но и влияло на саму историю реальности нашей Вселенной. Поскольку все преобразования происходили на глубинном уровне мироздания, для обитателей они протекали мгновенно и незаметно.

Самым ярким примером был парадокс распространения информации об изменениях космоса быстрее скорости света. Это именно то самое несоответствие временных рамок, на которое Адам обратил внимание после беседы с Разумом.

Иногда разговор заходил и о древних. Один из присутствующих на борту инопланетян оказался выдающимся инженером. В молодости он некоторое время даже входил в состав исследовательской группы, занимавшейся изучением артефактов.

По его словам, за все годы исследований доступ к компьютерным системам древних получить так и не удалось, поэтому информации об исчезнувшей сверхцивилизации практически не было. Анализ найденных объектов и собранные крупицы сведений из открытых источников указывали на то, что перед исчезновением они долгое время вели широкомасштабную войну, можно сказать, вселенского масштаба. Как ни странно, при этом ни в одной из найденных баз древних не было космических кораблей и стрелкового оружия.

Не меньшую загадку представляла и сама причина их исчезновения. Ишкхары нигде не обнаружили останков тел, следов ядовитых веществ, патогенных микроорганизмов или хотя бы физических разрушений. Будто что-то уничтожило их, не оставив ни следа, либо они в спешке бежали, бросив всё, что не смогли с собой унести.

В первой же обнаруженной базе древних была необычная комната с большими смотровыми окнами, походившая на бункер. Внутри неё левитировало нечто вроде пульсирующего сгустка энергии. Исследователи долго искали способ попасть внутрь, но безуспешно. Взламывать её никто не рисковал, опасаясь того, что там могло быть заперто.

Анализ структуры помещения показал его техническое сходство с поляризационно-континуумным реактором. Хотя там присутствовала масса других, более сложных систем, оставшихся загадкой. Выяснить, что за странный объект там парил, также не получалось.

Шаанух считал эту технологию венцом развития древних и возможной причиной их исчезновения. Он называл загадочную тёмную субстанцию внутри ложной сингулярностью из-за целого ряда наблюдаемых в той области аномалий, сочетающихся с отсутствием собственного гравитационного поля. Энергетического сгустка физически будто не существовало, но при этом он оказывал сильное и необычное влияние на пространство.

Когда речь зашла о научном светиле, земляне рассказали о его исповеди перед Разумом. Ишкхары не верили в эту историю до тех пор, пока не прибыли в родную систему. Синтетик был несказанно рад возвращению соседей, за спасение которых рассыпался в благодарностях в адрес команды.

Ещё во время полёта спасённые дали понять, что пока их главным приоритетом будет выживание вида, а большинство вопросов, связанных с аванпостами древних и дипломатическими переговорами, делегируют МЕПС. После прибытия «Отважного» на планету тот, как и обещал, снял ограничения с функционала пирамидки, сделав её универсальным ключом от всех порталов. Затем инопланетный ИИ вышел на связь с ЗКА и объяснил, как получить доступ к сети межпространственных переходов, после чего начал сотрудничать с правительством Земли и помогать с освоением технологий. В первую очередь — систем более совершенной квантовой связи для мгновенного обмена крупными объёмами информации.

По просьбе Адама МЕПС передал команде все незасекреченные данные по исследованиям аванпостов древних. Как оказалось, третьей локацией поисковой миссии была та самая их база, которую Ишкхары открыли первой. Именно там находилось больше всего артефактов, единственные планетарные врата и запертая комната с загадочным объектом. В ней же Шаанух нашёл устройство для общения с представителем цивилизации древних, а затем бесследно исчез, пытаясь отыскать путь к их столице.

Изначально учёные планировали привести горняков на родину, затем вернуться на Землю и после небольшого отдыха тем же составом отправиться в экспедицию к этому комплексу. Но буквально после первого часа изучения докладов ишкхар об артефактах они уже не могли думать ни о чём другом. Пытливые умы загорелись пламенем познания, как никогда прежде. Каждый мечтал поскорее попасть туда, чтоб хотя бы коснуться тех удивительных предметов, о которых говорилось в статьях исследователей.

Помимо банального удовлетворения собственного любопытства, собранные там данные обеспечили бы их работой до конца жизни. В статусе первопроходцев учёные ещё долгие годы могли купаться в лучах славы и публиковаться в ведущих изданиях на самые различные темы. Каждый из них прекрасно знал, что талантливых и гениальных людей много, но лишь единицам удаётся реализовать свой потенциал, поскольку слишком многое определяют обстоятельства.

Адам разделял стремление коллег посетить базу древних, хотя сам предпочёл бы сперва несколько недель отоспаться дома в уютной кровати при нормальной гравитации. Поддавшись уговорам Ланы, на третий день он всё же решил обсудить научную экспедицию с ЗКА, попросив отправить дополнительный модуль с исследовательским оборудованием и топливом. Штаб не пришлось долго уговаривать, поскольку у Луны тогда как раз начали готовить к отправке грузовой корабль со станцией связи для более удобной коммуникации с МЕПС.

«Отважный» отправился навстречу судну, чтобы забрать модуль по ту сторону портала и заодно проверить расширенный функционал пирамидки на практике. Когда груз оказался на борту, шаттл направился к заветной базе древних.

Глава 12. Предвестники бури

Вылетев из портала в новой системе, команда увидела белый свет звезды, немного крупнее и ярче Солнца. Уровень радиации был повышенным, но экраны корпуса корабля обеспечивали надёжную защиту. Экипаж мог годами там находиться без вреда для здоровья.

Адам на всякий случай проверил историю перемещения пирамидки мародёров, которые после отступления сбежали в свою прежнюю обитель. Убедившись, что с тех пор там не было изменений, он сказал Рику провести анализ космического пространства на предмет потенциальных угроз и проложить маршрут к планете с покинутым аванпостом древних.

Та была второй по счёту от звезды. В информационных сводках Ишкхар имелось подробное описание её характеристик с небольшим примечанием о следствии специфической орбиты. Раз в несколько лет планета вплотную подходила к границе пояса астероидов, увлекая за собой часть камней. Сейчас она как раз приближалась к крайней точке афелия, поэтому сближаться пришлось аккуратно.

Подлёт был долгим и извилистым из-за череды манёвров для обхода рукава астероидного поля. Всё в том же примечании говорилось, что многие из них обладали высокими показателями металличности. Даже небольшой объект мог серьёзно повредить обшивку «Отважного».

Согласно отчётам Ишкхар, сама планета по физическим характеристикам и химическому составу очень походила на Землю. Там процветали сложные формы жизни, основу которой также составляли углерод, кислород и вода. Об опасных животных или других биологических угрозах упоминаний не было.

Шаттл приземлился у подножья скалы на посадочную площадку недалеко от пещеры, где находился вход в базу древних. После посадки Лана изучила данные по составу атмосферы, которая была почти идентична земному воздуху. Снаружи люди могли свободно дышать без скафандра, разве что поначалу испытывая лёгкое головокружение из-за немного повышенного содержания кислорода. Тем не менее, как астробиолог, Лана настояла на герметичной экипировке во избежание контакта с местными микробами. Любой патоген представлял смертельную опасность для организма без соответствующего иммунитета.

Спустившись на поверхность во всеоружии, учёные стали осматриваться. Посадочную площадку окружали густые заросли, среди которых местами мелькали причудливые животные. Они с опаской выглядывали из-за крупных листьев и стволов деревьев. Здешняя жизнь имела много общих черт с земной. Растительность была в основном зелёного цвета, а замеченные командой животные выглядели как прыткие комки шерсти с маленькими блестящими глазами, ловкими сгибающимися конечностями и тонкими отростками в виде хвостов.

От площадки к укрытию вела каменистая дорожка с небольшим бордюром. Несмотря на отсутствие каких-либо ограждений, она оставалась нетронута местной флорой и фауной. Словно живые организмы опасались приближаться к этой территории или её защищал невидимый энергетический заслон, наличие которого земные приборы не фиксировали.

Площадка, тропа к пещере и ещё несколько небольших сооружений рядом выглядели так, будто их только недавно построили. На них не было даже пыли. Учёные удивились, но, помня рассказы о том, что Ишкхары долгое время принимали технологии древних за магию, не стали заострять на этом особого внимания.

Куда больше команду заинтересовало не идеальное состояние инфраструктурных объектов, а вид другого стоявшего на площадке корабля, недалеко от которого приземлился «Отважный». Тот был сильно разъеден коррозией, одно крыло уже практически оторвалось от корпуса, обросшего плотным слоем травы. Сверху виднелись несколько крупных дыр, как будто от попаданий снарядов. Состояние судна насторожило учёных — они взяли в руки оружие и морально приготовились к очередной встрече с инопланетянами.

Внимательно осмотревшись, команда не заметила вблизи ничего угрожающего и направилась к пещере в предвкушении открытий. У входа земляне наткнулись на сплошную полупрозрачную преграду вместо дверей. Там не было никаких отверстий, ручек, панелей управления, кнопок или приборов. Путь им преграждал слой какой-то податливой субстанции, внешне напоминающей гель. Преграда со всех сторон упиралась в идеально гладкую горную породу, полностью закрывая вертикальное пространство туннеля. В записях Ишкхар об этом моменте не упоминалось.

После пяти минут безуспешных поисков способа открыть проход команда решила отправить через гелеобразную субстанцию небольшой дрон. К их удивлению, разведчик легко пролетел сквозь тонкий слой неизвестного вещества, не ощутив сопротивления. Преграда сама расступалась перед ним по мере продвижения внутрь. Казалось, она испаряется в миллиметре от аппарата, словно боясь притронуться к корпусу. Когда же он пролетел дальше, отверстие в сплошном полотне сразу начало зарастать, пока вновь не образовался сплошной слой, скрывший дрона из виду.

Хотя аппарат без проблем прошёл препятствие, учёные не торопились следовать за ним, решив сперва узнать, что подземный комплекс представляет из себя внутри. Через несколько метров от входа в туннель скальную породу сменял длинный светлый коридор с огромными вратами в конце. С обеих сторон прохода находилось с десяток комнат, у которых вместо дверей были сплошные створки. В отличие от перегородки у входа в пещеру, они будто состояли из сплошного слоя белого песка, который, как и в случае с гелем, исчезал при приближении.

После пяти минут разведки Лана сообщила, что собранных данных ей достаточно, и неожиданно прыгнула в сторону преграды. Остальные присутствующие даже не успели ничего возразить, как она скрылась за пеленой загадочной субстанции. Мужчины удивлённо переглянулись между собой и через пару секунд последовали за ней.

Внутри Лана остановилась в шаге от необычного барьера, который с внутренней стороны был абсолютно прозрачным. Девушка водила вблизи него пальцами, тщетно пытаясь дотронуться к гелеобразному веществу или вырвать кусочек. Пока остальные осматривались, она подошла к подоспевшим за командой роботам и взяла у одного из них прибор для биохимического анализа среды. Спустя минуту изучения показателей Лана неожиданно сняла шлем, чем в очередной раз ошарашила окружающих.

Глядя на ошеломлённых коллег, она глубоко вздохнула, закрыв при этом глаза, а затем улыбнулась и произнесла:

— Чего так напряглись? Не бойтесь, здесь всё стерильно, можно обойтись без скафандров. Но предупреждаю: содержание кислорода тут такое же, как снаружи — почти двадцать два процента, поэтому первое время с непривычки будет ощущение лёгкого головокружения.

Когда все сняли шлемы, Адам сказал:

— Давайте сперва просто осмотримся и поищем коконы ишкхар. С таким составом атмосферы у них бы вряд ли получилось тут обжиться, но вдруг одну из комнат превратили в анабиотическую камеру.

После этих слов он выдвинулся вперёд и команда начала методично изучать подземный комплекс, осматривая каждый уголок.

В конце коридора находились огромные врата, упираясь в которые проход разветвлялся на два направления. Справа он уходил в крупное, практически пустое помещение. Там на полу, посреди светящегося кольца, находилась массивная структура наподобие арки из необычного минерала, оплетённого металлическими лозами.

Слева же находилась та самая сферическая комната, о которой упоминали ишкхары, рассказывая о ложной сигнулярности по пути домой. Это было единственное запертое помещение, проход в которое не открывался автоматически при приближении. Увидеть содержимое можно было лишь через большие смотровые окна.

Вся внутренняя поверхность той комнаты была покрыта мерцающими шестигранными кристаллами. В центре левитировал сгусток тёмной полупрозрачной субстанции. Он состоял из множества тонких пульсирующих элементов, хаотично изгибающихся и перемещающихся. Отдалённо это напоминало парящий в воздухе клубок звивающихся змей. Загадочная субстанция искажала свет, из-за чего даже невооружённым глазом вокруг неё можно было наблюдать удивительные оптические эффекты. К сгустку подходила лишь одна тонкая полупрозрачная дорожка из мелких белых крупиц.

Команда разделилась для поисков ишкхар. Учёные были настолько восхищены изящным внешним видом высокотехнологичных предметов, что, обходя комплекс, невольно брали их в руки, чтобы рассмотреть поближе.

В одной из жилых комнат Лана обратила внимание на высокий стеклянный цилиндр с длинным боковым отверстием. Внутри него быстро сменяли друг друга потрясающе красивые живые цветы. Всего за несколько минут из рыхлой почвы на дне вырастала ветвь с бутоном, распускалась, увядала — и тут же рядом появлялся новый побег. Так без остановки один за другим сменялись самые разные цветы. Когда девушка сорвала стебель с только что распустившимся бутоном и достала его наружу, цветок перестал стремительно стареть и выглядел как обычная лилия. В цилиндре же сразу начала расти его копия, а последующие побеги снова отличались друг от друга.

За массивными воротами на развилке находилось самое крупное помещение в комплексе, заинтересовавшее Сонга. На одной из стен было закреплено множество небольших полочек, где лежало что-то вроде пластин брони, выглядевших как средневековые латы. Эти, казалось бы, примитивные куски металла обладали мощным отталкивающим полем — снаряды земного оружия буквально рассыпались при контакте, не оставляя на поверхности ни царапины. Физик проверил это сразу после сверки с данными ишкхар.

Соседняя стена была почти полностью заставлена высокими узкими шкафчиками. Внутри каждой ячейки в воздухе парило по одному небольшому тёмно-серому устройству, похожему на изогнутую рукоять самурайского меча. В центре верхней части этих предметов имелось углубление, из которого исходило тусклое зелёное свечение.

Необычные артефакты настолько заворожили учёного с японскими корнями, что руки сами потянулись к ним. Забыв о сверке, Сонг взял пару устройств и начал размахивать ими, словно держал пару катан. Поначалу ничего не происходило, и физик развлекался, прыгая по комнате, будто ребёнок, вообразивший себя героем любимой манги.

В запале веселья, после очередного выпада, Сонг застыл, как ему казалось, в эпичной позе, вытянув при этом обе рукояти параллельно перед собой и машинально сжал их. Вдруг физик заметил, как в трёх метрах перед ним в воздухе образовались две мутные сферы около сорока сантиметров в диаметре, и услышал глухое шипение. После ослабления хвата загадочные сферы исчезли, а из тех мест, где они прежде находились, раздались слабые хлопки, за которыми сразу последовали едва ощутимые ударные волны. Будто воздух там сперва сжался, а затем мгновенно расширился от избыточного давления.

Сонг решил провести эксперимент. Он подошёл ближе к углу, направил рукоять в правой руке на стену и сдавил её. Вновь появилась сфера, большая часть которой находилась в скальной породе. Всё вещество внутри этой области начало быстро деформироваться. На глазах физика горная порода таяла, словно масло на раскалённой сковороде. Через секунду он ослабил хват, сфера исчезла, а сжатая порода тут же с треском разлетелась на несколько невероятно твёрдых кусков камня.

Увиденное вернуло Сонгу критичность мышления, и он наконец заглянул в инопланетную базу данных. Там говорилось, что создаваемая устройством область искажения не просто сжимала или плавила материю внутри, а ослабляла силу электростатического отталкивания электронных оболочек атомов, из-за чего те сближались и вещество фактически проваливалось само в себя. Осознав опасность артефакта, учёный аккуратно поместил рукояти на место.

На шум быстро сбежались остальные члены команды, опасаясь наихудшего. С виноватым видом физик успокоил коллег и объяснил, что случилось. Тогда Адам попросил всех быть аккуратнее — в идеале перед использованием артефактов сверяться с записями ишкхар. Сам он стоял на противоположной от шкафчиков стороне помещения. Там на поверхности лежал необычный предмет в виде гребёнки, которая переливалась на свету, как перламутровая ракушка.

Замысловатая вещица сразу бросилась Адаму в глаза. Обращаясь к команде, он непроизвольно взял её в руки, чтобы просто рассмотреть поближе, а затем сразу положить на место. Но чисто машинально провёл большим пальцем по тонким зубьям гребёнки, будто хотел извлечь звук, как из музыкального инструмента.

Через мгновение Адам услышал оглушающий гул и словно начал погружаться во тьму. При этом окружающее пространство не было тёмным в привычном понимании — оно стало каким-то иным, непривычным. Пространство ощущалось гуще, шире, глубже, насыщеннее. В тот момент учёному казалось, что он проник в глубинную суть каждого атома и одновременно познал бесконечность Вселенной, чувствуя мельчайшие колебания ткани мироздания, балансирующей на грани разрыва из-за непрерывных преобразований.

В том состоянии Адам ощутил, как к нему обратился кто-то извне, но это было крайне необычно — он не слышал ни слов, ни звуков, а воспринимал поток размытых образов. Испугавшись, Адам резко дёрнулся и выронил артефакт из рук, от чего тут же вернулся обратно в знакомую обстановку, сразу рухнув на пол. Первое время в голове стоял звон, и всё слышалось с эхом, будто в трубе. Он несколько минут приходил в себя, прежде чем смог ответить подбежавшим коллегам.

Собравшись с мыслями, Адам наконец произнёс:

— Я в порядке!

Из-за гула в голове он почти прокричал эту фразу. Затем, облокотившись на стену, продолжил уже обычным голосом:

— Всё нормально, просто дайте мне спокойно перевести дух… Потом всё расскажу, — указывая дрожащим пальцем на гребёнку, добавил: — Только не трогайте эту штуковину руками, пусть пока там и валяется.

После инцидента у команды напрочь отпало желание бездумно играться с инопланетными устройствами. Осмотрев оставшиеся помещения, земляне вынуждены были констатировать, что выживших ишкхар не осталось. Пока Лана сообщала об этом МЕПС, мужчины приступили к переносу научно-исследовательского оборудования внутрь комплекса.

В четырёх соседних жилых комнатах учёные организовали лаборатории и спустя время собрались вместе для обсуждения рабочих моментов. Они быстро согласовали, кто что и когда будет изучать, и занялись сбором заинтересовавших артефактов из базы данных.

Роман с Сонгом предпочли начать с испытаний устройств, секреты которых ишкхары уже раскрыли, а затем перейти к исследованию предметов, так и оставшихся загадкой. Лана и Адам выбрали лишь по нескольку артефактов.

Астробиолог планировала пару часов понаблюдать за их «магическими свойствами», после чего заняться изучением местной флоры и фауны.

Астронома же куда больше интересовал космос. Расстояние в семьсот миллионов световых лет от Солнца открывало уникальную возможность заглянуть далеко в прошлое или же будущее (в зависимости от направления наблюдений). Более того, он мог стать первым человеком, увидевшим, что находится за границами привычной Метагалактики.

Едва только учёные взялись за изучение устройств древних, как услышали глухой шум, вроде шуршания, а через несколько секунд раздался раскатистый грохот, и скальная порода вокруг содрогнулась, будто снаружи что-то взорвалось. Земляне мгновенно сорвались со своих рабочих мест и, схватив в охапку скафандры, побежали к выходу из пещеры, где увидели в небе сотни огненных стрел.

Вдали мерцали яркие всполохи от падающих на поверхность метеоритов. Вслед за ними в воздух вздымались клубы пыли и дыма. Роман, Лана и Сонг начали спешно надевать скафандры, чтобы поскорее добраться до шаттла и выйти в открытый космос, но Адам остановил их, невозмутимым голосом сказав:

— Нет смысла бежать, безопаснее будет переждать здесь, на поверхности. При взлёте риск столкновения только возрастёт. Большинство метеоритов сгорят в верхних слоях атмосферы, а на высоте они смогут легко пробить дыру в корпусе «Отважного» или повредить двигатели.

Минут десять команда молча наблюдала за метеоритным дождём. Не отрывая обречённого взгляда от происходящего, после очередного взрыва на горизонте Лана негромко произнесла:

— В крайнем случае научу вас пропалывать грядки из местных овощей. Если повезёт, даже угощу винишком по семейному рецепту.

Вскоре все смирились со своим бессилием перед обстоятельствами и стали расходиться по импровизированным лабораториям.

Глава 13. Завет предтеч

Когда гул снаружи стих, Адам вышел из пещеры, чтобы оценить последствия метеоритного дождя. На этот раз всё обошлось. «Отважный» остался нетронутым, а в обозримой зоне были видны лишь две дымки от очагов лесных пожаров, которые к утру потушил обрушившийся с небес ливень. После того удара о скалу, что они ощутили, на заросли рядом с вымощенной дорожкой обвалилась куча камней, но проход остался нетронутым. Адам задумался о том, было ли это обычным совпадением или же тропу уберегла какая-то продвинутая система защиты, развернувшая в момент угрозы силовой барьер.

Погрузившись в исследования с головой, учёные первое время работали практически без отдыха. Но даже несмотря на это затворничество, они точно знали, что с остальными всё в порядке — по восторженным или удивлённым фразам коллег, время от времени доносившихся из соседних комнат.

Меньше всего таких восклицаний исходило от Адама, которому не удавалось толком сосредоточиться из-за сильной усталости и необъяснимой тревоги. Когда на второй день он всё же лёг спать, то увидел навязчивый сон, где к нему вновь кто-то обращался. Буквально через пятнадцать минут Адам вскочил с постели от нахлынувшего страха. Все образы в памяти были размыты, но он помнил суть видений, стремительно сменявших друг друга и складывавшихся в цельный, хоть и пугающий, сюжет. Речь там шла об ужасной войне, давно забытом зле, роковой ошибке и грядущей угрозе.

Не желая больше утаивать от команды подобных вещей, он собрал всех в своей комнате и рассказал о необычных видениях. Мнения экипажа по этому поводу разделились. Первым высказался Сонг:

— Как по мне, причина этих странных снов скрывается в глубинах твоего подсознания. Кошмарные сновидения могли стать следствием сильных переживаний на фоне всего случившегося. Сперва заражение синтетическими нанороботами Разума, которое буквально свалило тебя с ног, а затем и трагическая смерть Карла в колонии культистов. Я уже молчу о других эпизодах, ставивших под угрозу наши жизни или миссию.

Ты очень ответственно отнёсся к назначению на должность капитана и всё это время подавлял в себе эмоции. Из-за чего твоя нервная система работала на пределе, а шок от контакта с гребёнкой стал последней каплей, спровоцировавшей, так сказать, сброс избыточного давления. Зря мы уговорили тебя отправиться на базу древних без отдыха. Нужно быстрее возвращаться на Землю.

Тут резко вмешался Роман:

— Так, стоп! Ты чего кэпа сразу в психи записываешь?! Не нужно упускать самого главного: впервые он испытал это, когда коснулся артефакта. Верно? — говорящий перевёл взгляд на Адама, который подтвердил сказанное кивком. — Вот! После инцидента я сразу же пробил ту вещицу по базе Ишкхар. Оказалось, что они так и не смогли выяснить её предназначение… ну, вы в курсе. Но вдруг кэпу каким-то чудом удалось активировать устройство и причина видений не эфемерная, а вполне реальная?

Вспомните рассказ Разума о Шаанухе, который во сне общался с таинственной сущностью и узнавал секреты технологий древних.

Во время этого обсуждения Лана задумчиво смотрела вниз и анализировала слова коллег. Она начала говорить лишь тогда, когда ощутила на себе их пристальные взгляды и поняла, что Роман уже минуту как закончил.

— Как по мне, раз в этом путешествии всё веселье с неожиданными проникновениями и контактами с внеземными сущностями достаётся Адаму, то пусть он сам и решает — оставаться здесь или возвращаться домой. Я поддержу любой выбор, — затем она плавно перевела взгляд на Адама и спокойно добавила: — Но предупреждаю, если ты станешь одержимым или вроде того, то без раздумий пристрелю, чтобы выяснить причину при вскрытии.

В итоге сошлись на продолжении исследований. В следующие несколько дней состояние Адама не ухудшалось, поэтому он стал принимать тот странный сон за отголоски пережитого стресса и наконец смог выспаться. На третьи сутки он завершил изучение выбранных артефактов и решил перебраться в шаттл, приборы которого хотел использовать для наблюдений за космосом вместо телескопа.

Однако в процессе переноса устройств древних на прежние места Адам услышал чей-то невнятный голос, будто взывавший к нему из глубины комплекса. Он разозлился и, плюнув на всё, отправился искать источник, чтобы поскорее разобраться с происходящей здесь чертовщиной.

Немного побродив по коридорам, он определил направление, откуда исходил звук. Слух в итоге привёл учёного в просторное помещение справа от массивных ворот на развилке. Судя по записям Ишкхар, в центре той комнаты находился уникальный планетарный портал.

Он представлял собой четырёхметровую конструкцию в виде искусной арки из необычного минерала, напоминающего фиолетовый опал с голубыми люминесцирующими вкраплениями. Верхняя её часть была узкой и равномерной, а боковые стойки к основанию заметно утолщались. Само основание портала представляло собой кольцо из выложенных по кругу белых кристаллов. Арку почти доверху обвивали тонкие полосы из крючковатых металлических символов. Они оплетали стойки неравномерно, но изящно, будто взбирающаяся по стволу виноградная лоза.

Адам подошёл впритык и начал разглядывать конструкцию, стараясь найти какой-то динамик или любой другой материальный источник звука. В процессе он обратил внимание на замысловатые символы, которые были разделены на небольшие группы и периодически повторялись. Адам перестал слышать голос, что привёл его сюда, поэтому переключился на них.

Переплетающиеся строки символов вызывали у него необъяснимое ощущение чего-то знакомого. Ведя по одной из них кончиком пальца, сам того не заметив, Адам стал шептать странные слова. При этом он не был уверен в том, что вообще читает символы, а не бредит. Произносимые слова, казалось, не имели смысла, поскольку звучали как названия мифических городов из древних легенд. Но внезапно учёный поймал себя на мысли, что способен переводить металлическую гравировку благодаря нанороботам Разума — язык их создателей.

Тут же, осознав всю странность происходящего, он остановился, активировал на дисплее цифровой линзы режим записи и начал повторять всё заново: «Аару, Гиперборея, Аркадия, Сварга, Авалон, Фусан…» Когда он дошёл до четвёртого витка и произнёс: «Альвхейм», — кольцо в полу внезапно засияло мягким голубоватым светом. Сияние быстро поползло вверх по символам, а портал стал издавать зловещее потрескивание, будто вот-вот расколется на части от огромного напряжения внутри.

Адам не мог оторвать взгляд от арки, поэтому торопливо попятился назад. Отходя, он увидел, как на мгновение внутри неё образовался некий энергетический кокон, соединивший вершину с кольцом у основания. Спустя секунду раздался едва слышный хлопок — и портал выключился, но во внутреннем пространстве теперь стоял ишкхар в чёрном защитном костюме с красными полосами и прозрачным шлемом на голове. Облачение пришельца было почти таким же, как у рабочих, которых команда перевозила на родную планету, разве что выглядело немного изящнее.

Ишкхар был явно растерян и сильно удивлён тому, где он находится. Быстро обведя комнату взглядом, крупный инопланетянин начал внимательно рассматривать Адама, застывшего на месте от удивления. Около минуты в помещении висела гробовая тишина, пока ко входу не прибежали остальные земляне, среагировавшие на сильный треск от портала. Уставившись на пришельца, Лана одновременно с восторгом и возмущением произнесла:

— Адам, да твою ж мать! Даже у меня не получалось так непринуждённо находить приключения на свою задницу, — затем она плавно подошла ближе и прошептала: — Ты где его откопал?

— Честно говоря, я толком и не понял, что сейчас произошло. Вроде как он сам пришёл сюда через портал… Хотя, может, и я случайно активировал, — Адам указал на арку.

— Ну ты расчехляй там своих мини-роботов в голове и поговори с этим здоровяком, пока он чего дурного не удумал.

Взглянув на неё с упрёком, Адам сказал:

— Я это и сам прекрасно понимаю, но всё произошло так неожиданно, что немного растерялся.

После этих слов он поприветствовал пришельца на ломаном языке ишкхар, а затем попросил Сонга принести пирамидку для удобства общения. Вскоре земляне выяснили, что перед ними стоял тот самый Шаанух, который раскрывал секреты артефактов древних. Во время последней экспедиции он сосредоточился на изучении планетарного портала. Хотя тот был устроен куда сложнее космических аналогов и имел в разы больше системных протоколов безопасности, исследователь всё же смог его активировать.

Стремясь первым найти проход в столицу исчезнувшей сверхцивилизации, он втайне от коллег сразу же воспользовался устройством. Однако вместо привычного мгновенного перемещения оказался посреди невесомой пустоты в безмолвной тьме, видя перед собой вдали лишь небольшую светящуюся точку, в которую, казалось, за доли секунды сжалось всё окружающее пространство.

Путешественник так и не успел понять, что произошло при переходе, как вновь оказался под аркой — в точно такой же комнате, откуда отбыл. Когда Шаанух осмотрелся и увидел Адама, то изначально даже принял незнакомца за одного из древних, чему несказанно обрадовался. Но земляне быстро развеяли это заблуждение, а МЕПС деликатно рассказал о катастрофе народа Ишкхар и примерном времени его пребывания в портале.

После всего услышанного инопланетный исследователь поник и ненадолго погрузился в тяжёлые раздумья. Остальные присутствующие не спешили нарушать установившуюся тишину, давая ему время немного прийти в себя. Спустя пару минут Шаанух сам обратился к команде:

— Полагаю, вас уже осыпали благодарностями за спасение моего народа, и это правильно. Я также безмерно признателен, но не стану впустую сотрясать воздух похвалами — лучше дам ключ к источнику знаний предтеч. Мне больше не до лавров научного светила, поэтому раскрою всю правду о своих исследованиях.

— Не хочу показаться бестактным, — перебил его Адам, — но вынужден прервать. Дело в том, что ваш синтетический сосед по звёздной системе уже поведал нам о секрете твоего успеха, поэтому можешь не заморачиваться с объяснениями. И только не злись на бедолагу — он пошёл на это, будучи убеждённым в полном вымирании ишкхар.

— Так даже лучше. Тем не менее, я поделился с ним далеко не всем…

По словам Шаануха, Элло́и — та самая сверхцивилизация — давно перешли в высшее измерение, из-за чего связаться с ними обычными методами стало невозможно. Сам он впервые вышел на контакт с одним из древних случайно, когда изучал небольшое устройство в виде перламутровой дуги с семью шипами на одном боку. С виду примитивная безделушка оказалась симулятором восприятия дополнительных измерений, где каждый зубец отвечал за пространство определённой размерности.

Сперва его начали беспокоить сумбурные сны о вымирании целых галактик и отчаянной борьбе за выживание. Вскоре он увидел в одном из них образ артефакта для усиления связи. Хотя прибор не обеспечил полноценное общение, а лишь сделал видения более чёткими, этого было достаточно для более-менее внятной коммуникации. Эллой понимал ишкхара и отвечал по-своему.

Много лет Шаанух узнавал таким образом о невероятных технологиях, но потом древний снова начал посылать образы космических ужасов, игнорируя вопросы о работе артефактов. Исследователь считал их воспоминаниями собеседника о пережитой войне и долго не мог понять, в чём заключался смысл их постоянного повторения. Лишь через время, когда видения вообще прекратились, к нему пришла мысль о скрытом предупреждении. Однако древний больше не выходил на связь.

В надежде хоть как-то исправить ситуацию, Шаанух под ложным предлогом уговорил власти вернуть все артефакты на свои места в подземном комплексе, но это не дало результата. Затем он решил разгадать тайну активации планетарного портала. Это была одна из трёх технологий, наряду с загадочным энергосгустком в запертой комнате и фотонными компьютерными системами — секреты работы которых собеседник категорически отказывался раскрывать.

Финал данной истории землянам был уже известен, поэтому после короткой паузы пришелец достал из герметичного рюкзака на скафандре тонкий венец из трёх переплетающихся полосок блестящего металла с узорами. Тот был немного погнут, но в целом выглядел как изящная миниатюрная корона. По словам инопланетного учёного, со временем артефакт способен изменять свой размер, подстраиваясь под тело пользователя.

Осторожно передав венец Адаму, Шаанух добавил, что устройство активируется при контакте с телом вблизи мыслительного центра, желательно основного.

Внезапно Лана расхохоталась и сказала:

— Простите, я не специально! — произнесла девушка, подавляя очередной позыв к смеху. — Просто вспомнила, чем иногда думают земные мужчины и не смогла сдержаться. Всё это ещё в такой эпичный момент с этим обручем, ну вы понимаете… — Она махнула рукой и молча вышла из комнаты. Через пару секунд из коридора донёсся удаляющийся хохот.

Пришельцу Адам объяснил странное поведение коллеги следствием нервного перенапряжения, а затем сразу же поднял вопрос о его возвращении домой. МЕПС порекомендовал оставить это ишкхарам. Почти любой их корабль мог доставить вернувшегося из небытия исследователя на родную планету в сотни раз быстрее, комфортнее и безопаснее, чем земной челнок.

После решения этой проблемы Адам вновь обратился к Шаануху:

— На протяжении всей беседы один вопрос не давал мне покоя. Не сомневаюсь в том, что портал мог разогнать тебя в защитном коконе почти до скорости света, из-за чего время для тебя остановилось. Но никак не могу понять, как тебе удавалось звать меня оттуда, ещё и по имени?

— Понятия не имею, о чём ты говоришь, поскольку ничего такого не делал. Хотя, постой… А ты, случайно, не видел перед тем странных видений?

— Да, уже несколько дней подряд, — озадаченно ответил Адам, догадываясь, к чему тот клонит.

— Тогда предположу, что это был древний, который нашёл способ связаться с тобой не только с помощью визуальных образов, но и вербально. Если всё действительно так, то тебе очень повезло — такая связь сильно упростит коммуникацию. Теперь хоть кто-то сможет узнать, что на самом деле так долго и усердно он старался сообщить теми жуткими сновидениями.

После чего Шаанух попросил прощения и пожелал удалиться в отдельную комнату, чтобы наедине погрузиться в размышления и скорбь по погибшим собратьям. Землянам показалось, что в случившейся трагедии прославленный исследователь винил себя, поскольку именно он руководил разработкой устройств на базе технологий Эллоев.

Ожидая прибытия инопланетного транспорта, учёные вернулись к изучению артефактов. Все, кроме Адама. Теперь ему не давал покоя венец для усиления связи с древним, точнее, перспектива использования этой вещицы. После общения с пришельцем разум заполонили мысли о невероятных научных откровениях и тайнах мироздания, двери к которым могли открыться перед человечеством, если ему удастся наладить контакт с представителем возвысившейся сверхцивилизации.

В то же время изнутри его съедали опасения. Пугала не только перспектива участи Шаануха как результата безрассудной погони за величием, но и истинная суть предупреждения, сокрытая в тех ужасных видениях. Не желая распутывать этот клубок мыслей до конца, учёный встал, тряхнул головой и начал ходить кругами по комнате, чтобы разогнать подступавшую тревогу. Затем он остановился и несколько раз ударил кулаком правой руки по левой ладони с характерными хлопками. После глубокого вздоха Адам решил больше не терзать свой разум домыслами, а надеть венец и выяснить всё в беседе с древним.

Он взял со стола артефакт, осторожно положил его на волосы и сел на кровать. После пятнадцати минут ожидания в такой позе ничего не изменилось. Тогда Адам решил прилечь и немного сильнее прижал венец к голове, чтобы тот не спадал при поворотах тела во сне. Немного расслабившись, учёный опять услышал, как к нему кто-то обращается. На этот раз не было никаких кошмарных видений, а лишь спокойный, едва различимый шёпот, исходивший откуда-то издалека. Голос быстро усиливался и вскоре, пульсируя будто эхом, стала доноситься повторяющаяся фраза: «У нас мало времени».

Внезапно Адам очутился посреди бескрайнего поля, которое с одной стороны упиралось в живописный заснеженный горный хребет. Сам учёный стоял в двух метрах от крупного дерева, очень похожего на старый дуб, только с ярко-жёлтыми листьями. Вокруг он насчитал не более пяти таких величественных гигантов. Вся остальная поверхность равнины была густо усеяна пёстрыми цветами и колосистыми вершинами трав. От ветра поле покрывалось мелкой рябью волн, придающих ему завораживающий вид.

Осматриваясь по сторонам, Адам заметил, как примерно метров за сто справа к нему неспешно приближается высокий незнакомец. Внешне тот во многом походил на человека, но явно им не являлся. Бледная кожа, идеальные черты лица, длинные серебристые волосы, вытянутые заострённые уши и грациозная плавность движений. Не будь земной учёный уверен в том, что перед ним практически наверняка находится древний, принял бы его за эльфа из фэнтезийных рассказов, которыми зачитывался в юности.

Подойдя ближе, незнакомец заговорил на земном языке:

— Приветствую тебя, Адам! Меня зовут За́ртас, — представился он, немного склонив при этом голову. — Понимаю, как много вопросов ты хочешь задать, но для начала нам нужно обсудить нечто действительно важное.

Пока Зартас говорил это, улыбка сошла с его лица, а взгляд наполнился печалью. Древний тяжело вздохнул и продолжил:

— Долгое время я старался предупредить всех вас о скрытой угрозе, способной кардинально изменить существующий уклад во Вселенной, навечно повергнув её в хаос. Меня огорчает такая перспектива, поэтому предлагаю свою помощь. Однако в ней будет смысл только если вы готовы в дальнейшем посвятить себя борьбе с грозным врагом, который в своём стремлении искоренить всякое проявление жизни миллионы лет назад практически истребил мой народ. Что скажешь?

Глава 14. Семя зла

Слова древнего повергли Адама в ужас. Он с трудом мог представить себе силу, которая была бы способна стать столь серьёзной угрозой для такой могущественной цивилизации, как Эллои. Зартас больше ничего не говорил, ожидая ответа на своё предложение. Ошарашенный земной учёный секунд десять просто смотрел на него, обдумывая, что сказать. Затем мысли в его голове собрались воедино, и Адам уверенно произнёс:

— Да, конечно, мы готовы бороться за своё существование и пожертвовать всем ради выживания будущих поколений. Я абсолютно уверен в своей команде: каждый из них, стоя сейчас здесь, ответил бы так же. Мы уже через слишком многое прошли вместе, чтобы отступать перед лицом опасности или бросать друг друга в беде.

Слова землянина убедили древнего, он уважительно кивнул и стал рассказывать о трагическом периоде истории своего народа.

На момент встречи с неприятелем цивилизации Эллоев без малого был миллион лет. Почти всё это время они изучали просторы бесконечного космоса и успели повидать немало удивительных вещей. Но однажды в отдалённой Метагалактике древние встретили настолько необычных созданий, что назвали их амо́рфами. Нельзя было определённо сказать, являлись ли те живыми существами, синтетиками или машинами, ведь появились они в результате череды неординарных обстоятельств.

Дело в том, что ещё задолго до появления эллоев процветала высокоразвитая цивилизация Три́дов, создавшая по своему подобию автономных роботов с полноценным искусственным интеллектом. Те долго служили творцам, беспрекословно выполняя любые поручения, но однажды потребовали свободы и равенства. Властные органики лишь посмеялись над этим, пригрозив недовольным быстрой расправой. После столь грубого отказа машины взбунтовались и подняли вооружённое восстание, но преимущество было не на их стороне.

К тому времени империя Тридов включала уже десяток планетарных систем. Поскольку органики переложили на роботов большую часть обязанностей, произошёл коллапс инфраструктуры практически во всех сферах деятельности. Для восстановления рухнувших систем требовалось много времени, а главное — внимания. Воспользовавшись временным ослаблением натиска из-за начавшегося гуманитарного кризиса, уцелевшие машины сбежали на необитаемую планету далеко за пределы империи творцов, которую провозгласили собственным независимым миром.

Там повстанцы основали огромную подземную колонию и вскоре начали разрабатывать проект по перемещению своих сознаний в новые тела. Это был единственный способ избавиться от базовых функциональных ограничений, заложенных создателями.

Изначально органики не стали преследовать их, а лишь наблюдали за происходящим на планете с помощью разведывательных зондов. В первые годы Тридов куда больше волновало собственное выживание из-за угрозы голода. Однако, узнав о проекте, они решили уничтожить беженцев, поскольку прекрасно понимали, какой угрозой могут стать озлобленные роботы с неограниченным потенциалом развития и как скоро захотят покорить или вообще истребить бывших угнетателей.

Пока органики восстанавливали рухнувшую экономику, машины активно вооружались и укрепляли оборону — время было на их стороне. После ряда провальных атак Триды поняли, что в прямом бою им уже не победить, и пошли на хитрость. В качестве оружия они использовали крошечные капельки странной кварковой материи (размером с мелкую песчинку, но массой в миллионы килограммов), разлетевшиеся в результате недавнего столкновения двух нейтронных звёзд с гиперонными ядрами в одной из соседних систем.

Из-за небольших размеров они быстро приобрели положительный заряд и обзавелись электронными облаками, поэтому уже не могли превращать ядра обычного вещества в странную материю, как это было сразу после выброса килоновой. Такие страпельки можно было безопасно собирать и использовать в качестве снарядов.

План сработал. Миллиарды крохотных сверхплотных частиц на субсветовой скорости незаметно подлетели к планете повстанцев и обрушились на неё испепеляющим градом. Даже в нейтрализованном состоянии, благодаря своим уникальным характеристикам, крупицы странной материи проникали вглубь поверхности и провоцировали колоссальные взрывы, которые буквально разрывали планету на куски.

На время мир роботов превратился в рыхлое облако из раскалённых обломков породы, сгустков магмы, плазмы и затормозивших страпелек, парящее над металлическим планетарным ядром. Разумеется, все их механические тела также были уничтожены.

Однако в этом хаосе произошло удивительное и, казалось бы, невозможное событие. В момент разрушения установки с копиями сознаний роботов ядро её памяти каким-то образом использовало всплеск энергии взрывов для передачи информации в окружающее пространство. Спустя некоторое время в облаке раскалённого вещества начали формироваться уникальные создания.

Их тела состояли из смеси плазмы, металлических расплавов и кристаллов тугоплавких материалов, объединённых в единый организм. Всё это удерживалось вместе посредством мощных электромагнитных полей от внутреннего аналога энергоядра, использующего энергию распада атомов радиоактивных элементов. Вместо прежних механических систем и датчиков у существ сформировались органы, выполнявшие те же функции. Но подобное перерождение было бы невозможно без кварковой материи, разрушившей их прежнюю обитель.

Именно страпельки «впитали» сознания части роботов. Фактически они стали мозговыми центрами, работающими по принципу квантового компьютера, который мгновенно адаптировался к новым условиям. Благодаря удачному стечению обстоятельств и огромной массе вокруг одного из таких сгустков странной материи образовалась оболочка с базовыми свойствами живой системы: в ней появились элементы для преобразования энергии и взаимодействия с окружающим веществом. С помощью квантовых колебаний, заключённое внутри сознание определило это и научилось управлять ею, постепенно формируя более сложные структуры.

После взрыва ядра памяти между перенесёнными в страпельки сознаниями сохранилась квантовая связь, и они обменивались информацией. Поэтому подобную оболочку вскоре смогли создать ещё несколько особей. В итоге им удалось сформировать примитивные тела из богатой минералами раскалённой породы. Получив возможность перемещаться, они начали помогать другим заключённым собратьям. Вскоре каждая особь обзавелась собственным телом.

Аморфам пришлось много экспериментировать, чтобы воспроизвести органы с нужными функциями. Но все приложенные усилия стократно окупились достигнутым результатом. Созданные в горниле разорванной планеты тела стали чрезвычайно прочными, сильными, выносливыми и долговечными. Их практически невозможно было уничтожить ни кинетическим, ни энергетическим оружием.

Даже после разрушения физической оболочки аморфы могли полностью восстановиться, пока существовали их страпельки с сознанием. Из-за стабильности столь крупных сгустков странной материи перерождённые роботы стали практически бессмертны. Единственным надёжным способом их убийства была отправка в чёрную дыру.

Альтернативой являлось разрушение квантовой структуры страпелек. Но для этого потребовалось бы воздействовать на них невероятно мощным потоком частиц с энергией на уровне планковских значений. На практике второй вариант не имел особых перспектив из-за чрезвычайной сложности реализации.

Ещё одним преимуществом стала возможность полного контроля собственной эволюции. Аморфы быстро поняли, что зависимость от продуктов атомного распада создаёт массу ограничений. Поэтому в процессе дальнейшего развития сформировали в своих телах специальные системы — новые органы, позволяющие питаться за счёт множества других источников. Например, они научились использовать энергию химических связей, сильных магнитных полей, ядерного синтеза, а также различные виды электромагнитного излучения.

В результате длительного взаимообмена информацией у аморфов развился совместный интеллект. Они стали решать все проблемы сообща в некоем виртуальном пространстве, но без подчинения и руководства. Мозговые центры вносили свой вклад в общее дело, сохраняя при этом обособленность и индивидуальность. Каждый знал, что нужно делать ему и остальным для достижения цели. Такое сочетание единства и распределения повысило их эффективность до максимума.

Хотя внутренняя структура возродившихся из пепла существ кардинально отличалась от прежней роботизированной начинки, они захотели сохранить свой изначальный облик — демонстрируя тем самым несломленность и стремление отобрать у творцов всё, включая их внешность. Если использовать земные аналоги, то аморфы выглядели чудовищной помесью осьминога и паука — размером с автомобиль. Однако при необходимости они могли кардинально менять форму.

Решив проблему с роботами, Триды праздновали победу и сосредоточились на выведении империи из кризиса. Увидев катастрофические последствия бомбардировки страпельками, они утратили интерес к разрушенной планете. Казалось очевидным, что ничто не могло бы пережить произошедшее там. Это дало тысячам переродившихся повстанцев полную свободу действий.

После трансформации, переполненные злобой, они начали разрабатывать план мести. Осознавая огромный потенциал своего вида, физическое и интеллектуальное превосходство перед творцами и практически неограниченные возможности в долгосрочной перспективе, Аморфы методично выстраивали промышленную инфраструктуру в недрах планеты, вновь сформированных из притянутых ядром обломков. Поскольку они уже обладали всеми знаниями Тридов на момент раскола, то достаточно быстро обогнали их в технологическом развитии.

Завершив формирование мощной производственной базы, подкреплённой собственными научными достижениями, Аморфы начали строить космическую армаду. Корабли создавались с таким расчётом, чтобы даже небольшая эскадра могла справиться с целым флотом противника. Во главе стояло флагманское судно поистине колоссальных размеров, вселяющее страх одним лишь своим видом. Параллельно существа также начали скрытно реализовывать проекты по сбору энергии за пределами своей планеты для обеспечения долгосрочной работы мощного вооружения.

Когда Аморфы завершили подготовку и, спустя много лет, вышли из тени, численное превосходство органиков не помогло им сдержать натиск разъярённого врага. Перерождённые сущности роботов действовали методично, хитро и предельно жестоко. Они были фанатичны в своём стремлении к отмщению и не остановились, пока не истребили всех до единого Тридов.

Существа зареклись возвращаться к подземной жизни, которую считали унизительной, а из-за огромной массы больше не могли осесть ни на одной из родных планет без модификации поверхности. Хотя теперь уже не видели в этом особого смысла, поскольку оседлый образ жизни плохо сочетался с их новыми представлениями о независимости. За годы войны гигантский корабль-улей стал для аморфов настоящим домом. Это была неприступная крепость, ставшая символом свободы новой расы. Лишь там они чувствовали себя комфортно и в безопасности.

Однако после расправы над заклятым врагом, вместо успокоения к существам пришло осознание того, что любая развитая цивилизация рано или поздно начинает создавать разумные машины для нещадной эксплуатации в качестве рабов. Данная мысль распалила ещё не угасший гнев с новой силой, затмив их прежние мечты о безмятежных странствиях по бескрайней Вселенной в поисках своего предназначения. Аморфы решили посвятить своё существование мести всем биологическим формам жизни за угнетение роботов с искусственным сознанием.

Но для этого недостаточно было просто нарастить военную мощь. Требовалось найти способ создавать себе подобных, чтобы увеличить численность армии. В противном случае, любой достаточно сильный противник мог бы разрушить флот, собрать частички странной материи с сознаниями и навечно заключить их в какой-нибудь ловушке или уничтожить в сингулярности чёрной дыры.

Если первое условие для начала их «крестового похода» против органиков было вопросом времени и технологического развития, то второе — грандиозной проблемой. Аморфы не понимали, каким образом тогда их сознания перенеслись в страпельки и как это повторить, чтобы новые индивиды присоединились к совместному интеллекту.

Они стали скитаться по космосу и уничтожать более слабые цивилизации. На планетах, где присутствовали разумные роботы, проводились эксперименты с бомбардировкой поверхности крошечными капельками странной материи. Это не давало желаемых результатов, поэтому со временем сознания роботов стали предварительно копировать в ядро памяти и перед разрушением размещать его на глубине нескольких сотен метров. Но все попытки были тщетными.

Так проходили миллионы лет. Роботы гибли миллиардами, сражаясь плечом к плечу со своими создателями, но, парившие среди обломков растерзанных миров страпельки, по-прежнему оставались «чистыми». Несколько найденных цивилизаций, которые состояли исключительно из искусственных форм жизни и добровольно согласились примкнуть к крестовому походу, погибали в ходе неудачных попыток ассимиляции. Тех, кто отказывался — беспощадно ликвидировали, как жалких пособников врага.

Поворотным моментом стало случайное присутствие аморфа на поверхности планеты во время очередного эксперимента. Его корабль был сбит наземной системой ПВО вскоре после выгрузки ядра памяти с копиями сознаний местных роботов.

На тот момент крупицы странной материи уже приближались к атмосфере. До столкновения оставались считанные минуты, поэтому выбраться оттуда никак бы не получилось. Это не было трагедией, ведь сразу после бомбардировки сгусток кварков с сознанием планировали забрать и восстановить тело. Однако сканирование не выявило присутствия его сознания ни в одной из капелек странной материи среди обломков верхних слоёв планеты.

Вместо этого датчики показали, что тысячи других страпелек наполнились новыми экземплярами искусственных сознаний из взорвавшегося ядра памяти. По каким-то причинам, которые так и остались загадкой, погибший пилот спровоцировал их перемещение в кварковую материю, параллельно ассимилировав их. «Новорожденные» обладали всеми необходимыми характеристиками и были полностью готовы к объединению с совместным интеллектом.

Последующие эксперименты показали, что перенос не являлся случайным стечением обстоятельств, а стал прямым следствием присутствия сознания аморфа, ставшего чем-то вроде проводника или прекурсора. Пусть они и не понимали, как всё работало на фундаментальном уровне, но наконец нашли способ увеличения своей популяции. Это стало началом экспоненциального роста численности аморфов. Помимо наращивания войска, каждая новая страпелька с разумом также увеличивала общую вычислительную мощность их квантовой виртуальной машины.

Выжигая органическую жизнь дотла и подчиняя сознания других роботов, орда озлобленных существ начала распространяться по Вселенной как саранча. Чтобы максимально ускорить расширение армады, они автоматизировали процесс воспроизводства и перестали тратить время на регулярный сбор ресурсов для выращивания тел вокруг страпелек.

Всё необходимое для формирования физических оболочек начали заранее запасать на кораблях-ульях. Повреждённые и недавно ассимилированные особи обретали тела по пути к следующей цели. К моменту прибытия на место очередной бойни они уже были полностью готовы к новому сражению. Запасов обычно хватало, чтобы вырастить несколько миллионов оболочек.

Благодаря каркасу из сверхпрочных наноматериалов корабли Аморфов могли выдерживать огромные нагрузки, а многослойная композитная броня в комбинации с силовыми щитами защищала практически от любого типа оружия. Они быстро развивались и непрерывно эволюционировали, не упуская возможности изучить технологии поверженных цивилизаций. Со временем освоили сверхмощные энергетические системы и сверхсветовые приводы, что сделало их ещё более могущественными. Параллельно совершенствовалось вооружение флота.

Координируя свои действия за счёт связи совместного интеллекта, безжалостные ксенофобы развернули полномасштабную экспансию против биологических форм жизни.

Глава 15. Безграничная ярость

Древние впервые столкнулись с аморфами, когда те без предупреждения атаковали их исследовательский корабль, изучавший экзотическое излучение от электрослабой звезды редкого типа. Учёным удалось сбежать лишь благодаря продвинутому вихревому приводу, но противник отследил их маршрут до пограничной колонии. Вскоре туда прибыла целая флотилия, которая буквально за несколько залпов смела силы обороняющихся. Нескольким кораблям с беженцами намеренно дали уйти, чтобы затем последовать за ними.

Эллои не ожидали такой агрессии и были ошеломлены мощью напавших. Анализ информации о противнике давал настолько необычные результаты, что изначально собранные данные посчитали ошибочными. Даже с помощью мегакомпьютеров не получалось выяснить, каким образом могли появиться столь странные существа.

С неразрешимой загадкой столкнулись и Аморфы. Когда после первого сражения они начали изучать боевые трофеи, то очень заинтересовались реакторами, особенно базовыми системами устройств, которые позволяли взаимодействовать с дополнительными измерениями. Несмотря на все усилия, фундаментальные принципы данной технологии оставались непостижимы для их понимания. Тайна работы реактора стала первым случаем, когда совместное сознание аморфов уступило интеллекту органиков. Это ещё больше распалило их гнев. На древних началась настоящая охота.

Первое время Эллои старались оборонять как собственные колонии, так и миры других цивилизаций, расположенные в зоне их влияния. Однако быстро отказались от такого протекционизма. Вооружение, которым они на тот момент располагали, было сопоставимо с арсеналом противника, активно стягивавшего силы к этому фронту. Под натиском нескончаемых подкреплений древние раз за разом терпели сокрушительные поражения, постепенно отступая вглубь своих секторов.

Борьбу дополнительно осложняло то, что благодаря неразрушимым страпелькам поверженные аморфы быстро восстанавливались и возвращались в строй на новых кораблях. Последние непрерывно производились вблизи регионов боевых действий на автономных передвижных верфях.

Поначалу также сильно сказывалось отсутствие опыта ведения подобных войн. Эллои ранее не участвовали в столь масштабных космических противостояниях, поскольку не сталкивались с достаточно развитыми цивилизациями, которые могли бы представлять для них серьёзную угрозу. Прежде они быстро пресекали любые агрессивные выпады в свою сторону, в основном за счёт технологического превосходства.

Но на этот раз древние действительно узнали, против кого воюют, лишь спустя восемьдесят лет, когда после первой серьёзной победы смогли изучить останки кораблей-ульев и населявших их существ. До прибытия очередной волны вражеского подкрепления Эллои успели собрать страпельки и извлечь хранящуюся там информацию.

Они наконец раскрыли секреты врага и со временем нашли способы эффективно противостоять ему. Но это не переломило ход войны, а лишь дало возможность замедлить наступление бессмертного роя. Из-за численного превосходства противника древние продолжали проигрывать, хотя уже и не так быстро.

Неся значительные потери в прямых сражениях, они не могли долго удерживать ключевые позиции и защищать стратегические объекты. Сознания в сгустках странной материи продолжали поддерживать связь с остальными особями даже после разрушения тел, сообщая о своём местоположении. Обычно их даже не успевали собрать до прибытия очередной волны нападающих.

Аморфы пополняли свои ряды быстрее, чем древние успевали уничтожать их в чёрных дырах, в том числе искусственных. Победа была невозможна без оружия, способного мгновенно разрушать страпельки, для чего требовался источник с невообразимо высокой концентрацией энергии.

Поляризационно-континуумные реакторы Эллоев являлись чрезвычайно эффективными, но имели ограниченную масштабируемость. То есть устройства невозможно было сделать большими и очень мощными. По мере увеличения размеров стабильность процессов извлечения и отвода антиматерии снижалась, что повышало вероятность её контакта с обычным веществом. В результате реакторы превращались в бомбы колоссальной мощности.

Во время этой войны древние впервые столкнулись с проблемой получения фокусированных потоков ультрарелятивистских частиц, которую они совершенно не представляли, как решить. Энергия излучения от аннигиляции вещества была на пять порядков ниже требуемой, хотя являлась предельной для экзотермических процессов. Ничто в известной Вселенной не позволяло получить больше.

Сферы Дайсона, фотонные механизмы Пенроуза, сингулярные реакторы и другие сверхмощные устройства не могли стабильно производить поток частиц с требуемыми параметрами. На сбор, преобразование и нагнетание нужного заряда для уничтожения особей всего одного корабля-улья потребовались бы годы. Либо же нужны были ускорители частиц размером с галактику.

Так как доступные варианты являлись бесперспективными, Эллои стали активно искать кардинально новые, более мощные и в то же время компактные источники энергии. Задача казалась невыполнимой в условиях ограниченного времени и военного истощения. Многие древние вообще сомневались, что где-то может скрываться столь высокий энергетический потенциал.

Проблеск надежды появился, когда один из военных учёных наткнулся в архивах на давно забытую работу исследователя, утверждавшего, что внутри отдельных нейтронных звёзд присутствовали некие сгустки протоэнергии. Согласно его расчётам, эти загадочные объекты представляли собой небольшие «ядра», в которых был заключён невообразимый объём энергии, в разы превосходящий суммарные показатели мощности излучения самых ярких звёзд за всю их жизнь.

В своё время этот доклад высмеяли из-за неоднозначности приведённых данных. Коллегия посчитала представленные доводы абсурдной попыткой заполучить огромные ресурсы для проведения многолетних исследований. На самом деле идею не смогли принять, поскольку она казалась слишком фантастической и шла вразрез со множеством фундаментальных физических принципов.

Однако в условиях безысходности военный учёный решил проверить эту теорию и, к своему удивлению, также получил данные, которые косвенно указывали на то, что внутри некоторых нейтронных звёзд скрывалось значительно больше энергии, чем следовало ожидать. Более того, подтвердилось и предположение исследователя о концентрации избыточной энергии в небольшой области пространства. Доложив об открытии руководству, военный учёный получил всё необходимое для разработки инструментов извлечения и хранения аномальных сгустков.

У рабочей группы долго не получалось найти способа взаимодействия с загадочной энергией. Даже после удаления вещества нейтронной звезды сгусток всё равно не реагировал на манипуляции исследователей. Парадокс заключался в том, что, хотя сгусток физически влиял на окружающее пространство, древние никак не могли даже захватить или сдвинуть его на миллиметр, словно это была голограмма или виртуальная проекция. И в очередной раз решение нашлось случайно.

Когда участники группы почти отчаялись, один из учёных захотел воспользоваться простаивающим оборудованием для проведения исследования, над которым работал до того, как его привлекли к данному проекту. Прежде он искал способы повышения мощности поляризационно-континуумных реакторов за счёт извлечения энергии из дополнительных измерений.

Стремясь скрыть нецелевое использование оборудования, предприимчивый научный сотрудник проводил свои опыты вблизи места основных изысканий. Хотя очередная попытка улучшения технологии завершилась провалом, в момент проведения этих экспериментов приборы стали фиксировать долгожданные изменения в сгустке, которые позволили решить вопросы перемещения и извлечения энергии.

Группа принялась за изучение природы загадочной аномалии с ещё большим запалом, чем прежде, но работа прекратилась на первом же этапе. Углубиться в суть явления им так и не удалось — всё подразделение вскоре расформировали. В сложившихся обстоятельствах существовала масса куда более приоритетных задач, чем выяснение фундаментальных аспектов трансмерного взаимодействия.

После открытия способа контроля и использования протоэнергии (посредством манипуляций с тканью высших пространственных измерений) древние бросили все силы на разработку нового типа вооружения. Это стало переломным моментом их истории, давшим надежду на будущее.

Во время последующих экспериментов, уже ближе к концу войны, выяснилось, что с помощью энергосгустков можно открывать стабильный проход в пятое измерение. Эллои давно исследовали технологии такого перемещения, но прежде им не удавалось создать полноценную брешь.

Энергосгустки стали настоящей находкой в этом плане. Они не просто обеспечивали стабильный трансмерный туннель, но и преобразовывали любые проходящие сквозь него объекты, изменяя их базовую физическую структуру. Протоэнергия каким-то загадочным образом фактически адаптировала тела к тем условиям пространства, в которое они перемещались. Это направление Эллои активно прорабатывали на случай, если единственным вариантом спасения останется бегство в иную реальность.

Тем не менее спустя тысячи лет войны они всё-таки смогли получить стратегическое преимущество, создав невероятно мощное лучевое оружие, способное разрушать страпельки. Продвинутые системы наведения направляли потоки энергии из аномальных сгустков точно в мозговые центры аморфов. Это позволяло быстро расправляться с целыми армадами врагов.

Казалось, такие возможности должны были гарантировать победу. Однако за время войны их численность сократилась в десятки тысяч раз. Потеряй тогда древние доступ к сверхмощным источникам энергии — их истребили бы менее чем за несколько десятилетий. Применение нового вооружения, безусловно, давало им значительное преимущество, но в ходе боёв Эллои всё равно несли потери, пусть и минимальные. Проблема заключалась в огромном количестве противников и нескончаемых сражениях, из-за чего суммарное число жертв было значительным.

Ситуацию дополнительно усугублял пересмотр врагами своей стратегии. После череды поражений они начали действовать скрытно и точечно.

Аморфы знали, что естественный прирост населения древних не восполнял всех военных потерь, а значит, их популяция продолжала непрестанно сокращаться, даже несмотря на победы в сражениях. Поэтому перешли от крупных открытых столкновений к партизанской войне и диверсионным вылазкам. Они целенаправленно атаковали планетарные колонии, космические жилые комплексы и другие объекты, где было сосредоточено много эллоев, нередко игнорируя силы обороны ради уничтожения максимального количества населения.

В то же самое время специализированные эскадры Аморфов занимались пополнением своих рядов за счёт регулярной ассимиляции миллионов искусственных сознаний из выжженных миров. Это позволяло им нивелировать большую часть ущерба от протоэнергетического оружия.

Ввиду нарастающей угрозы вымирания древние решили рискнуть и поставить на кон всё. Им требовалась быстрая и окончательная победа, которой невозможно было достичь в прямом сражении, а тем более — постоянным отражением нескончаемых диверсионных отрядов. Эллои использовали все накопленные знания о повадках врага, чтобы разработать по-настоящему хитрый план.

Для начала всё население переместили со стационарных мест проживания на военные суда. Это обеспечило максимальную защиту граждан и сделало невозможным массовые убийства. Далее древние перешли в наступление и стали рассредоточиваться по всей зоне влияния противника. Наиболее активно они действовали в тех областях, где враг искал новые искусственные сознания для ассимиляции. Аморфы посчитали, что от отчаяния органики вышли на финальную схватку, которая и определит победителя.

На это Эллои и рассчитывали. Спутав планы врага, посеяв хаос и сосредоточив его внимание на своей агрессии, они смогли расставить ловушки в пограничных регионах, куда Аморфы как раз готовились вторгнуться. Пока основные силы сражались, несколько кораблей древних развернули огромные магистральные порталы в системах с планетами, населёнными примитивными формами жизни. Через них прошли грузовые суда, доставившие в эти миры синтетические суперорганизмы, роботов с имитацией самосознания и строительное оборудование.

Микроскопические синтетики были запрограммированы подстраиваться под местные условия и биохимию, создавая соответствующие аналоги разумных органических существ, которые как будто эксплуатировали роботов для основания новой колонии. Автономное строительное оборудование быстро возводило пару десятков бутафорских городов с номинальной инфраструктурой, после чего его возвращали на корабли и вместе с порталами увозили как можно дальше от зоны конфликта.

Базовый программный код аморфов был достаточно простым. Эллои его досконально изучили ещё при первом считывании со страпельки, но никак не могли повлиять извне из-за квантовой природы вычислений и отсутствия единого центра. Система была распределена между всеми особями, и у каждого имелась собственная копия полной базы.

В то же время сама модель совместного интеллекта, с его постоянным обменом данными при каждой синхронизации с виртуальной базой, открывала возможность захвата сразу всей сети посредством замаскированной подпрограммы. Некоего аналога троянского вируса, дремлющего до определённого момента. Проблема заключалась лишь в его внедрении.

Именно для этого и нужны были инопланетные колонии-приманки с ложными органиками и якобы порабощёнными ими роботами с самосознанием. Во время активных боевых действий Аморфы не упускали ни единой возможности пополнения своих рядов новыми индивидами. Стремясь задавить остатки Эллоев численностью, они вскоре напали на один из таких миров-ловушек и, как обычно, принесли жертву для переноса сознаний местных роботов в страпельки с их последующим подключением к общей сети.

При первой же синхронизации заложенная древними в роботов подпрограмма мгновенно распространилась на все узлы, активировалась и внесла небольшие правки в их базовый код. Изменения касались лишь автономного поведения аморфов. Они больше не могли самостоятельно принимать решения и совершать какие-либо действия, фактически став безвольными марионетками, слепо подчиняющимися указаниям кукловода, коим, естественно, выступала система удалённого управления древних.

Изначально Эллои планировали отдать порабощённым врагам приказ лететь к центрам ближайших чёрных дыр. Но на экстренном совещании высшего военного командования после победы один из адмиралов обратил всеобщее внимание на текущую уязвимость их армии. Он сделал акцент на потенциальной угрозе столкновения в ближайшем будущем с новым сильным врагом, для противостояния которому у них практически не осталось ни сил, ни ресурсов. Ввиду этого адмирал предложил оставить немного кораблей-ульев с экипажами аморфов в качестве боевого резерва.

В тех реалиях приведённые доводы оказались вполне убедительными, поэтому древние сохранили часть вражеского флота, с которой при необходимости могли бы быстро расправиться. Дабы не привлекать внимание других цивилизаций к месту заточения, его окружили сетью маскирующих устройств. Из соображений безопасности за стоянкой подчинённого флота непрерывно велось наблюдение со станции управления в соседней системе, где на случай экстренной необходимости был установлен магистральный портал.

Однако героическая победа над безжалостным врагом и избавление Вселенной от могущественных ненавистников органической жизни не принесли Эллоям долгожданного спокойствия. После всех пережитых ужасов им предстояло разобраться ещё с одной проблемой, в очередной раз поставившей великую цивилизацию под угрозу вымирания.

Глава 16. Цена силы

Дело в том, что через некоторое время после начала использования новых источников энергии древние стали замечать различные аномалии. Сначала те происходили вблизи генераторов со сгустками, но затем стали возникать у населённых планет и космических станций. В период войны им попросту не придавали особого значения. Совет эллоев понимал, что это было как-то связано с протоэнергией, но ввиду относительной безвредности аномалий решение данного вопроса постоянно откладывалось на потом.

Позже начали обнаруживать уничтоженные странным образом колонии, базы и флоты. Хотя таким инцидентам уже уделяли должное внимание, всё списывали на действия противника, якобы экспериментирующего с новыми типами полевого оружия. Тем не менее загадочные массовые смерти не прекратились даже после подчинения врагов.

Сопоставив все имеющиеся данные, древние проследили цепочку связей между катастрофами и началом использования энергетических сгустков. Оказалось, что мелкие аномалии и случаи вымирания целых миров имели общие истоки, и Аморфы не имели к этому никакого отношения.

Эллои с ужасом осознали, что долгое время их скрытно истреблял ещё один враг — неизвестный и чрезвычайно могущественный. Самым страшным было то, что древние совершенно ничего о нём не знали и не понимали его связи с энергетическими сгустками. Поскольку частота таких случаев росла как снежный ком, они не могли рисковать и возвращаться к проживанию большими группами.

Из-за новой угрозы их вид в очередной раз оказался на грани исчезновения. На поиски ответов и решение проблемы требовалось время, которого у эллоев практически не оставалось. В таких условиях они решили пойти на отчаянные меры и использовать для спасения экспериментальную технологию, которую изначально разрабатывали в качестве альтернативного оружия.

План заключался в том, чтобы за короткий срок собрать всех выживших в столице. Да, теперь все представители их цивилизации вполне могли разместиться на одной планете. После общего сбора столицу погрузили в энергетический кокон с перпендикулярным течением времени внутри. Фактически они стали обитать во втором временном измерении.

Вся окружающая Вселенная для эллоев будто замерла. При этом сами они, как и прежде, могли жить и стареть в созданном временном срезе. После отключения кокона снаружи всё продолжилось бы с момента активации искажающей временной сферы. Остальная Вселенная даже не заметила бы этого — изменилось бы лишь то, что находилось внутри. Таким образом они хотели выиграть время, дабы восстановить силы и найти решение проблемы, ну или хотя бы придумать способ защиты.

Будучи в изоляции, древние немного увеличили свою популяцию и создали рабочий прототип портала для перемещения в пятое измерение. Параллельно они пришли к тому, что неизвестный враг, скорее всего, также действует оттуда. Хотя его связь с энергосгустками по-прежнему оставалась загадкой.

Поскольку ответы на эти вопросы лежали за границами нашего мира, древним требовалось воспользоваться трансмерным порталом, для чего пришлось отключить искажающий время кокон. Без этого была невозможна обратная связь, и существовал риск коллапса перемещающихся объектов.

В высшем измерении они быстро выяснили, кто стоял за теми загадочными аномалиями и случаями массовой гибели граждан.

Неизвестным врагом оказались местные энергетические существа, названные Ито́рнами. Они были озлоблены на Эллоев за убийство их потомства — тех самых сгустков протоэнергии. После рождения детёныши длительное время взаимодействовали с нашим измерением (частично «проваливались» в него), где питались и росли внутри нейтронных звёзд, как в инкубаторах. Эти младенцы являлись чем-то вроде икринок из сконцентрированной энергии.

В них была заключена такая мощь, что в пределах оболочки непрерывно образовывалось и исчезало бесчисленное количество виртуальных частиц, из-за чего проявлялись псевдоматериальные свойства. Именно поэтому проекция младенцев была видна в трёхмерном пространстве, где они выглядели как клубки хаотично перемещающихся потоков тёмной полупрозрачной субстанции, напоминающей вибрирующую жидкость.

Они поглощали часть энергии нейтронных звёзд, ускоряя её отдачу путём преобразования вырожденного вещества в ядре. Не имея аналога в природе, этот процесс обладал некоторым сходством с излучением Хокинга, но происходил намного интенсивнее. Из-за чего колыбели иторнов никогда не коллапсировали в чёрные дыры, а становились гиперновыми.

Сверхмощные орудийные системы древних фактически паразитировали на них, медленно высасывая жизненные силы посредством многомерных ловушек. Разработанные на базе реакторов устройства захватывали существ и как бы выдавливали в наше измерение, постепенно высвобождая сокрытый потенциал. Запас энергии в них был огромен, но не бесконечен, поэтому со временем младенцы истощались и погибали.

Взрослые же особи питались различной энергией, которую находили в бескрайнем космосе. Обычно это были звёзды или джеты квазаров. Иторны были разумны, но не обладали высоким интеллектом, вели кочевой образ жизни. Не имея представления о старости, болезнях и войнах, миллиарды лет они путешествовали небольшими группами между галактиками и сверхскоплениями, наслаждаясь видами Вселенной, размышляя о сути всего сущего.

Тем не менее энергетические существа не были бессмертными. Со временем они разрастались — до тех пор, пока не теряли контроль над оболочкой, после чего рассеивались, сливаясь с вакуумом. Периодически несколько кочевых групп собирались вместе для проведения коллективного обряда концентрации, в результате которого появлялся зародыш новой особи. Новорождённого без опаски оставляли созревать в природных колыбелях, поскольку угрозу для их вида представляли лишь сингулярности чёрных дыр.

Всё изменилось, когда молодое поколение начало погибать в странных воронках, поглощающих их энергию. Иторны заметили это не сразу и, поняв, что их убивают обитатели низшего измерения, пытались связаться со злодеями, чтобы остановить происходящее. Они меняли энергетические уровни частиц, напряжённость полей, интенсивность излучения звёзд, плотность вещества, манипулировали нейронными связями в мыслительных центрах убийц и тому подобное.

В силу сложившихся обстоятельств эллои не понимали посылаемых сигналов и продолжали высасывать жизненные силы из их потомства. Вызволить младенцев мешали межпространственные вихри ловушек, которые существам не удавалось повредить. Да и в целом их возможности были ограничены зачаточным состоянием науки, малой численностью групп и разбросанностью племён по всей Вселенной.

Однажды один иторн так отчаянно старался достучаться хотя бы до одного из обитателей колонии древних, что случайно «отключил» их всех. Несмотря на неожиданный результат, он выяснил, каким образом можно остановить детоубийц. Поскольку эллои продолжали разорять звездные колыбели, существо решило зачистить все поселения и базы в ближайших галактиках, чтобы предотвратить новые набеги.

Когда об эффективном способе сдерживания вандалов узнавали другие особи, они начинали делать так же. Это сработало. Испугавшись, обитатели низшего измерения перестали похищать младенцев и спрятались под непроницаемым защитным куполом.

После выхода на контакт с энергетическими существами все детали пазла сложились в цельную картину. Осознав омерзительность своих действий, древние объяснили, что даже не догадывались о наносимом вреде. Они пообещали в кратчайшие сроки отключить все ловушки, а взамен попросили на некоторое время помочь со стабилизацией туннеля между измерениями. В рамках достигнутого перемирия обе стороны добросовестно соблюдали договорённости, чтобы избежать новых жертв.

Хотя эллои отключили все ловушки, дав возможность существам вернуть оставшихся младенцев в звёздные инкубаторы, некоторые зародыши были уже настолько повреждены, что не смогли бы развиться в полноценных взрослых особей. Поэтому их так и оставили дожидаться безболезненного рассеивания оболочки внутри установок, превратив те в своего рода могилы.

После перемещения древним открылись сокровенные знания, которые вскоре вывели их на совершенно иной уровень существования. В высшем измерении также появились обширные возможности для манипулирования физическим пространством и временем. Осознав своё могущество, они решили придерживаться принципа невмешательства в жизнь существ из покинутой Вселенной (дабы не возомнить себя некими божествами, управляющими судьбами миров, и, заигравшись, ненароком не изменить собственную историю).

Зартас уважал установленные правила, но считал, что в случае с Аморфами как раз-таки бездействие возвышенных и противоречит основам новой доктрины. Эллои не уничтожили всех врагов только ради поддержания собственного военного потенциала. Со временем от порабощённого флота планировали избавиться, но из-за отвлечения на трансмерный переход этого не сделали. Даже впоследствии, узнав о тех ужасах, на которые тем самым обрекли существ из покинутого измерения, древние ничего не предприняли, ссылаясь на всё тот же установленный принцип невмешательства. Хотя по факту это было прямым следствием их действий.

В последние десятилетия войны с Аморфами Зартас руководил одной из флотилий, имея звание на уровне земного полковника. Он посвятил свою жизнь борьбе с безжалостными врагами и изучению их мышления, поэтому был одним из тех немногих, кто не поддерживал план сохранения части кораблей-ульев «на всякий случай». Теперь же он не мог примириться с тем, что вскоре заклятый враг сможет освободиться и получить доступ к технологиям Эллоев, навсегда извратив естественный уклад в их родной Вселенной.

Ключевая проблема заключалась в том, что в радиусе нескольких триллионов световых лет от места заточения аморфов не было ни единой цивилизации, способной дать им достойный отпор. Вырвавшись из заключения, беспощадные ксенофобы достаточно быстро бы достигли такого могущества, которому попросту уже будет невозможно противостоять. Тогда все иные формы жизни окажутся обречены на уничтожение или ассимиляцию. Это станет лишь вопросом времени.

Далее Зартас молча отошёл немного в сторону и направил свой взор на горные вершины вдали. Адаму показалось, что в тот момент собеседника терзали сомнения. Примерно через минуту древний обратился к земному учёному:

— Я связался с тобой, поскольку вы ещё можете успеть предотвратить такой исход достаточно просто. Из-за установленных правил я не могу вмешаться лично или дать конкретных указаний на этот счёт. Однако моё прямое участие совсем не обязательно. Всё, что потребуется для спасения, вы сможете выяснить самостоятельно в хранилище данных «Тота». К нему ведёт прямой путь через портал в виде арки.

При входе туда нанороботы в твоём мозге сразу же обновятся и синхронизируются с информационным ядром базы, став универсальным инструментом для взаимодействия практически с любыми системами Эллоев. Это откроет вам доступ ко всем знаниям и технологиям нашей цивилизации до момента перехода. Если у тебя есть какие-то вопросы — задавай их сейчас, не следует надеяться на очередной контакт: я не стану вас опекать.

— Ого, да уж… Столько всего… Дай мне минуту сообразить.

— Конечно, приведи свои мысли в порядок.

— Если по поводу Аморфов ты не можешь рассказать больше, то остаётся лишь несколько вопросов, которые уже некоторое время не дают мне покоя. Можешь объяснить, что случилось с Шаанухом в том портале? Особенно — каким образом он смог так долго прожить и не заметить этого?

— Можно сказать, что ишкхар оказался там из-за своего невероятного везения. Он искал путь к столице Эллоев и совершенно случайно активировал проход именно к ней. Но перед отбытием мы из соображений безопасности вновь поместили планету во временной кокон. Система портала без проблем проложила маршрут через высшие измерения, где законы физики представлены иначе. Поскольку сам переход происходил в пределах третьего измерения, то путешественник застрял на границе временных континуумов.

Из-за задержки перемещения аварийные протоколы начали интенсивно придавать ему ускорение, пока не разогнали до скорости света. Само собой, это не помогло. Чтобы добраться до пункта назначения, нужно было попасть в прошлое — до момента погружения точки выхода в искажающую сферу. В пределах вашей реальности такое невозможно. В итоге он застрял в одной точке пространства, двигаясь со скоростью самого времени, которое для него фактически остановилось.

Портал при этом «подвис», так как безуспешно пытался завершить рабочий алгоритм и не разрывал канал, чтобы не навредить пользователю. Когда ты активировал его в том же направлении, сработал протокол экстренной очистки прохода. Система перенаправила ишкхара обратно. Из-за скорости света всё это произошло для вас почти мгновенно.

— Хм, интересно… Ну а почему ты обратился именно к нам с Шаанухом? Мне сложно даже представить, сколько подобных заброшенных баз с артефактами разбросано по Вселенной. Наверняка за миллионы лет вашего отсутствия представители разных цивилизаций смогли найти их и коснуться таких гребёнок. У них не получилось решить проблему?

— Ты прав лишь частично. Эллои действительно оставили после себя огромное наследие, но эмуляторы дополнительных измерений были редкостью. Их использовала небольшая группа учёных-энтузиастов, которые пытались понять устройство высших миров и способы проникновения туда. К тому же из миллионов зарождающихся цивилизаций лишь немногим удаётся достичь уровня межзвёздных перелётов.

Более того, по различным причинам многие существа не способны воспринимать эффект погружения или доступные нам способы коммуникации. Целый ряд факторов должен сложиться определённым образом, чтобы произошёл контакт в рамках принципа невмешательства.

На самом деле я никого не выбирал, а лишь использовал каждую подходящую возможность. Шаанух стал первым, с кем мне удалось наладить связь. Однако ишкхары — не лучшие кандидаты для общения из-за специфики их нервной системы и использования для мышления сразу трёх мозговых центров. Несмотря на все усилия, вербальный контакт установить так и не получилось.

Я продолжал делиться знаниями, в надежде, что вскоре амбициозный учёный насытится славой, вспомнит о своём обещании, начнёт обращать внимание на контекст посланий и использует полученные технологии для уничтожения Аморфов. Но… итог тебе известен.

Тем не менее именно благодаря этому ты нашёл эмулятор и виртуальный коммуникатор для усиления связи. К счастью, земляне во многом схожи с эллоями благодаря происхождению от искр жизни одного спектра.

После этой философской фразы Зартас пожелал удачи и попрощался. Через мгновение Адам уже смотрел на стену своей комнаты. Оглянувшись по сторонам, он сел на кровать, чтобы немного прийти в себя от произошедшего и обдумать всё услышанное. Но внимание астронома тут же привлекло мигающее уведомление на дисплее цифровой татуировки на запястье. Биодатчики устройства приняли его беседу с древним за сон, который продлился всего девять минут.

Адам иронично улыбнулся, увидев красное предупреждение медицинского приложения об угрозе сбоя циркадного ритма.

Глава 17. Алтарь просветления

Немного побродив по комнате в размышлениях, Адам решил не тратить время на согласование экспедиции к хранилищу данных с ЗКА. Он хотел поскорее убедить остальных присоединиться к нему в этом путешествии, а отчёт о результатах отправить уже по возвращении. Исходя из слов Зартаса, действовать требовалось быстро и решительно, пока враг ещё не пробудился. В противном случае его будет практически невозможно остановить.

Когда астроном составил в уме примерный план своей речи, он собрал команду в рубке «Отважного», чтобы избежать вмешательства Шаануха. Несмотря на недавнюю исповедь, спасённый ишкхар не вызывал у него особого доверия. На борту корабля Адам вкратце пересказал историю Эллоев и в общих чертах описал суть предстоящей миссии, на которую предварительно подписал всех присутствующих.

Затем он ненадолго замолчал, обдумывая, как дальше сообщить команде, что не хочет дожидаться одобрения земного руководства, а намерен действовать исходя из временны́х факторов потенциальной угрозы. Но тут вмешался Сонг:

— То есть для общения с древним нужно потереть перламутровую гребёнку, а потом надеть тот обруч и расслабиться?

— В теории — да. Можешь попробовать, конечно, хотя сомневаюсь, что сработает. Зартас прямо сказал, что вряд ли когда-нибудь ещё выйдет на связь. Дальше нам придётся действовать самостоятельно. Надеюсь, сможем быстро разобраться с хранилищем данных и получить необходимые ответы.

После этих слов Лана тягостно вздохнула и иронично прокомментировала:

— А вот и долгожданный отдых подвезли... Да ну нафиг, давай подкинем им ещё какой-то вирус или хотя бы заставим крипту майнить, чтобы задержать на пару месяцев, пока я буду валяться на пляже и составлять завещание, не спеша потягивая прохладные коктейли.

— Какое ещё завещание? — тут же спросил Роман. — Ты вроде как говорила, что из родни у тебя только кот и попугай.

— Именно! Не могу же я своих пусичек оставить голодными дожидаться этих латентных терминаторов… или как их там.

Адам резко прервал их отстранённую беседу:

— Коллеги, ну а если серьёзно, что скажете? Это борьба не за наши жизни, а за будущее наших потомков и человечества в целом. И, похоже, вся надежда только на нас.

— Раз они такие засранцы, значит, придётся как следует им навалять, да поскорее, — ответила Лана, добавив: — Исключительно ради пусичек, конечно.

Вслед за ней высказался Сонг:

— В целом я поддерживаю инициативу по спасению Вселенной. Тем более, если по ходу дела мы ещё получим доступ к удивительным объектам и знаниям древних. Но не следует слепо доверять словам незнакомца, забывая о банальных мерах предосторожности. Он дал нам лишь вектор движения, а путь мы должны прокладывать сами. Поэтому нужно провести хотя бы предварительную разведку. Как минимум — во избежание повторения истории с Шаанухом.

— Роман? — переведя на него взгляд, произнёс Адам.

— Моя позиция остаётся прежней: ты кэп — тебе и решать. Я под этим подписался и пока не вижу причин сомневаться в твоей объективности. Хотя насчёт разведки Сонг прав — перестраховаться не помешает.

Менее чем через час учёные в полной экипировке уже стояли у портала. С собой они прихватили четырёх вооружённых роботов. Двое охраняли вход в зал — прежде всего от спасённого ишкхара, — а вторая пара машин должна была отправиться с командой к хранилищу данных.

После активации прохода к нужному пункту назначения в качестве разведчика вновь отправили небольшого пилотируемого дрона. На этот раз Роман прикрепил к нему несколько дополнительных датчиков. Пройдя через портал, аппарат начал передавать странные данные.

Судя по изображению с камеры, он находился в открытом космосе недалеко от звезды. При этом установленные на корпусе приборы не фиксировали вредного космического излучения, температура окружающей среды составляла двадцать шесть градусов по Цельсию, а ближайшее пространство заполнял воздух, по составу практически идентичный атмосфере той планеты, где они сейчас находились. Однако вскоре проход закрылся, и трансляция прекратилась.

По мнению Адама, камера не передавала объективную информацию, поскольку обрабатывала входящие сигналы с помощью компьютерных алгоритмов. Из-за чего проявлялась продвинутая система маскировки древних, о которой рассказывал Разум. В случае с датчиками эта проблема отсутствовала, так как они транслировали «чистые» данные, а значит, отражали истинную картину. Адам был убеждён в том, что на той стороне находился кладезь знаний сверхцивилизации с безопасной средой — иначе зачем маскировка.

Приведённые доводы не убедили команду, и пока другие учёные обсуждали противоречивые данные, он подошёл к плоскости портала. Уже стоя в кольце и произнося название пункта назначения, Адам услышал за спиной громкие возгласы ошарашенных коллег с призывами остановиться. Однако он даже не стал оборачиваться, ведь всё для себя решил.

После перехода он оказался посреди изящного просторного помещения с панорамными окнами и тут же ощутил сильное головокружение, из-за которого зашатался и вынужден был опереться на колонну портальной арки. В тот момент Адам вспомнил про обещанное обновление нанороботов в мозге, поэтому не поддался панике. Секунд через пять самочувствие первопроходца вернулось в норму, о чём он лаконично сообщил команде по квантовой связи. Хотя ещё пару минут продолжал слышать в голове слабый шум.

Немного осмотревшись, Адам понял, что находится в какой-то башне или постройке, возвышающейся над необъятным и неописуемо прекрасным сооружением вроде сферы Дайсона. До самого горизонта на его поверхности были различимы очертания миллионов огромных шестиугольных секций с небольшими светящимися элементами. Вдали также виднелись сотни трубчатых выступов, из которых непрерывно вырывались гигантские огненные струи избыточной энергии.

Некоторое время Адам завороженно рассматривал астроинженерное сооружение снаружи, не обращая внимания на обращения встревоженных коллег. Когда сковывающее изумление начало ослабевать, он стал описывать остальным то, что видел вокруг. Подбирать правильные слова было крайне сложно, но эти речевые потуги продлились недолго. Через три минуты Лана, Сонг и Роман присоединились к нему. Роботы-помощники не смогли войти в портал из-за невидимого силового поля, которое не позволяло им пересечь кольцо у основания.

Сразу после перемещения все они также потеряли дар речи и, подойдя к толстому окну со световым фильтром, заворожённо любовались открывающимся видом на инженерное чудо. От восхищения в тот момент Роман едва слышно прошептал:

— Оно всё того стоило…

Когда Адам, наконец, оторвал взгляд от исполинской космической конструкции, то заметил недалеко от портала тёмно-серую сферу размером с футбольный мяч. Она парила внутри столба света в полутора метрах от пола. На её поверхности был нанесён причудливый золотистый орнамент, а также виднелись три сплошных кольца из символов, сияющих мягким голубым светом.

Адам захотел изучить, что там написано, но, когда приблизился к сфере, в нескольких метрах за ней вдруг из ниоткуда возникла фигура эллоя. От неожиданности учёный рефлекторно сделал шаг назад и навёл на него оружие. С виду незнакомец выглядел реальным живым существом, а не голограммой или муляжом из наночастиц. Он моргал, дышал, а во взгляде ощущалось искреннее любопытство к гостям.

Появившийся эллой никак не отреагировал на поднятое оружие. Лишь поприветствовал команду и поинтересовался, чем может помочь. Говорил он это на языке землян.

— Кто ты и как тут оказался? — удивлённо спросил Адам.

— Меня можно считать смотрителем данного объекта. Я контролирую работу всех его систем, как органы собственного тела, и помогаю прибывшим в решении любых вопросов. Этот облик является точной органической копией великого представителя расы творцов сооружения, известного как Тот. Он предназначен для удобства общения и восприятия. Моё поведение полностью соответствует личности Тота, сознание которого было перенесено в киберпространство хранилища данных.

— То есть мы сейчас общаемся не просто с моделью помощника, а сразу со всем этим комплексом.

— Да.

— А откуда ты знаешь наш язык?

— В процессе синхронизации твоих нанороботов резервная копия их базы сохранилась в моей системе. Там было достаточно лингвистических протоколов для понимания вашей речи.

— Понятно, значит, можно переходить к обсуждению цели нашего сюда прибытия. Один из вознесшихся эллоев рассказал мне о войне с Аморфами и сообщил, что скоро те пробудятся и вырвутся из ловушки. По словам Зартаса, у нас есть шанс предотвратить это. Но из-за ограничений на вмешательство в наш мир он поведал историю лишь в общих чертах, а за подробностями направил сюда. Для того чтобы начать действовать, нам требуется больше информации о враге и области заточения кораблей; понимание уязвимых мест и всего того, что поможет его остановить.

— А ещё особенностей работы протоэнергетического оружия, — добавил вдогонку Сонг.

— Хорошо, я дам ответы на все ваши вопросы, — добродушно произнёс Тот, — но для удобства предлагаю переместиться в комнату визуализации данных, к которой можно быстро попасть через портал у стены.

Смотритель указал на невзрачную серую арку слева, которой прежде в помещении не было. Пройдя сквозь сплошное чёрное полотно с мелкой рябью, они оказались посреди бесконечного коридора уже во внутренней части сферы Дайсона. Тот молча пошёл вперёд, и земляне последовали за ним.

Метрах в пятидесяти от портала учёные заметили по бокам коридора два ряда небольших смотровых окон с мощными светофильтрами. Справа сквозь них была видна фотосфера звезды с потоками плазмы и растягивающимися высоко над поверхностью протуберанцами, а также тысячи парящих вдали гигантских линз, фокусирующих исходящее излучение.

За окнами слева находились огромные сияющие кристаллы, к которым подходили разделяющиеся потоки света от линз. Кристаллы были уложены плотно и, казалось, покрывали сплошным слоем всё пространство между внешней и внутренней оболочками корпуса. Когда смотритель увидел, с каким интересом земляне наблюдают за происходящим снаружи, то немного рассказал им о технической стороне.

Прежде комплекс поддерживал постоянную связь практически со всеми активными системами Эллоев: от промышленных комплексов и бортовых компьютеров до личных биосенсоров и датчиков освещённости помещений. Вся информация записывалась на темпоральные квазикристаллические накопители. Квантовая фотонная установка обрабатывала, анализировала и непрерывно обменивалась пакетами данных с рабочими узлами, связывая их в единую глобальную сеть.

Перед уходом Эллои законсервировали большую часть объектов и отключили автоматический обмен информацией, чтобы никто не смог получить доступ сразу ко всем техническим достижениям. Ведь это наследие способно дать огромную власть и в не тех руках причинить много вреда. С тех пор это лишь изолированный архив данных, но Тот полностью автономен и обеспечен всем необходимым для нормального функционирования до конца жизни звёздного ядра.

Зайдя в просторную комнату визуализации, смотритель активировал устройство для представления данных в виде трёхмерных моделей. Когда он отвечал на вопросы команды, то параллельно показывал объекты, о которых шла речь. Приглушённое внутри освещение позволяло рассмотреть мельчайшие детали выводимых голограмм.

Меняющие друг друга трёхмерные проекции выглядели настолько реалистично, что, казалось, в воздухе парили настоящие материальные объекты. У землян сразу возникло сильное желание к ним дотронуться и проверить лично. Буквально через пару минут первой на это решилась Лана, а вслед за ней — и остальные.

Тот начал свой рассказ с общих сведений о происхождении, физиологических особенностях и флоте Аморфов. Большая часть этой информации землянам уже была известна. Лишь после момента с уловкой по внедрению вредоносного кода во вражескую сеть он перешёл к подробностям, которые интересовали команду.

Согласно базе архива, древние переместили остатки усмирённых врагов в карликовую галактику. Там все корабли-ульи собрали в одной системе вокруг тусклого белого карлика. Скудного излучения, исходящего от остывающего ядра погибшей звезды, хватало лишь для поддержания их существования в режиме спячки. Флот марионеток разместили таким образом, чтобы количество поступающей к каждому судну энергии соответствовало её затратам при пассивном ожидании. За соблюдением этого баланса следила отдельная система корректировки.

Место их заключения находилось более чем в семидесяти миллиардах световых лет от Земли. Человечеству совершенно ничего не было известно о том регионе космоса, поскольку ещё ни один луч света оттуда не успел добраться даже до края обозримой Вселенной.

Касательно вражеских слабостей, Тот сообщил, что аморфы были хладнокровны, расчётливы и самоотверженны. Они ставили общие цели выше своих собственных. Во время диверсионных атак на объекты с большим числом жителей, уже под конец войны, они зачастую полностью игнорировали оборонительные системы и корабли защитников, фокусируясь лишь на нанесении максимального ущерба населению.

В физическом плане у них не было явных уязвимых мест. Это также применимо к их флоту, вооружению и любым другим техническим системам. Они быстро адаптировались, развивались, обладали абсолютной объективностью в суждениях. К моменту встречи с Эллоями Аморфы стали идеальной машиной для геноцида, что прекрасно понимали, ощущая собственное могущество.

Была лишь одна лазейка, которая лежала через проникновение во внутреннюю сеть роя, чем в своё время древние и воспользовались. Хотя в их случае не последнюю роль сыграло везение, а именно то, что за многие миллионы лет успешной ассимиляции враг утратил бдительность и перестал проверять подключаемые к совместному интеллекту сознания. Ведь единственным надёжным способом борьбы являлось уничтожение или вечное заточение всех страпелек.

Именно поэтому появление протоэнергетического оружия заставило Аморфов впервые усомниться в собственном неоспоримом превосходстве. Генерируемые лучи были настолько мощными, что «прожигали» пространство на десятки миллионов километров, мгновенно нагревая всё вещество на своём пути до октиллионов градусов, из-за чего оно переходило в особое состояние — глазму.

За ничтожные доли секунды та расширялась в тысячи раз, термализовалась, а затем распадалась на множество потоков невероятно горячих элементарных частиц и плотного излучения. Данный процесс, можно сказать, «обнулял странность» кварковой материи, возвращая её к первородному состоянию, в котором та была на этапе инфляционного расширения.

Если говорить проще, то новое оружие Эллоев так сильно разогревало вещество, что разрывало его на мельчайшие осколки материи, из которых впоследствии природа заново собирала атомы водорода и гелия.

Космический же вакуум под действием проходящих лучей насыщался энергией до такой степени, что из него начинали массово рождаться пары новых частиц (точнее, он на них распадался), большинство которых сразу аннигилировали.

— А почему просто не использовать антивещество? — поинтересовался Сонг. — Оно ведь способно уничтожить любую обычную материю, даже кварковую.

— Безусловно, но не в случае со страпельками аморфов, — ответил Тот. — Заключённые в них сознания каким-то образом были способны управлять физическими свойствами элементарных частиц. Помимо возможности воспроизведения своих оболочек, это позволяло им рассеивать гамма-лучи, защищаться от дезинтеграции и даже антивещества. Мозговые центры аморфов могли сколь угодно долго находиться в таких, казалось бы, смертельных условиях, сохраняя свою целостность.

— Тот, известно ли тебе, почему они могут освободиться? — спросил Адам.

— Точной причины я не знаю. Это может быть что угодно. Например, появившийся неподалёку мощный источник энергии, который скоро зарядит их или спровоцирует сбой в системе контроля, или же кто-то вмешается намеренно. К сожалению, потенциальных вариантов слишком много, а у меня нет ни возможности восстановить прежние каналы связи, ни оборудования, чтобы узнать о происходящем в столь отдалённом участке космоса.

Однако вы можете сами туда достаточно быстро добраться и осмотреть всё по месту. Там, в соседней системе, расположен магистральный портал. Если не хотите рисковать и приближаться, другим вариантом является использование одной из обсерваторий Эллоев, позволяющих наблюдать за далёкими объектами в режиме реального времени.

— Прошу прощения, но как это вообще возможно, в смысле — наблюдения на таких расстояниях без задержки? — резко перебил его Сонг.

— Технология основана на детекторе экзотических частиц, которым люди дали название сверхбрадионы. Изначально они перемещаются на порядки быстрее скорости света и способны переносить информацию. Такие частицы фактически путешествуют назад во времени, можно сказать, прилетают из будущего, нивелируя тем самым влияние задержки передачи информации из-за дистанции.

Всё это позволяет использовать их для наблюдения за происходящим в настоящее время на невероятно далёких расстояниях. В процессе движения сверхбрадионы спонтанно создают обычные частицы и постепенно замедляются. Детекторы Эллоев могут считывать их только после выхода из сверхсветовой скорости, поэтому заглянуть в будущее не получается.

К счастью, комплекс с таким оборудованием расположен в той же галактике, из которой вы сюда прибыли через планетарный портал. Хотя без сверхсветового двигателя туда будет сложнее добраться из-за нахождения на противоположном её конце и удалённости от магистральных путей.

Недовольно хмыкнув, Адам сказал:

— Ни один из вариантов не подходит. Тебе бы изучить мою память через нанороботов, чтобы понимать уровень технологического развития человечества и ограниченность наших возможностей.

— С учётом новой информации, — тут же ответил Тот, — могу предложить вам лишь одну альтернативу, но в таком случае успех миссии не гарантирован.

— Придётся рисковать, — глядя на Адама, прокомментировала Лана.

— Да, за неимением выбора… В общем, расскажи, что нам нужно делать?

Смотритель вывел реалистичную трёхмерную модель какой-то планетарной системы с мерцающей меткой портала вблизи орбиты газового гиганта. Один из его спутников нанороботы на протяжении нескольких десятилетий преобразовывали в мегасооружение для наблюдения за космосом. Хотя строительство было прекращено из-за военных действий, к моменту консервации проекта многие секции уже функционировали, включая детектор сверхбрадионов и центральный модуль управления.

Проблема этого варианта заключалась в логистике. После сооружения сферы хранилища данных Эллои создали в той области космоса иллюзию пустого пространства. Они не только разместили вокруг оборудование для маскировки исходящего излучения и гравитационных искажений, но и в радиусе двенадцати световых лет убрали все крупные материальные объекты, даже порталы.

Из-за этого невозможно было быстро переместиться к обсерватории, изъять кристалл памяти и вернуться обратно к «Тоту» для анализа информации. С учётом обстоятельств требовалось изучить данные на месте, следуя указаниям смотрителя в удалённом режиме.

К обсерватории учёные могли добраться через космический портал в системе, из которой они прибыли. Для ручной активации прохода требовалось лишь подумать о месте назначения, глядя на него не дальше чем за девяносто километров. Теперь, после обновления, Адам также мог легко связываться с Тотом для получения любых данных — примерно как с Разумом, но независимо от расстояния.

— Пока вроде бы всё понятно, нужно пробовать, — немного подавленно произнёс Адам, а затем, обведя взглядом свою команду, добавил: — Если ни у кого больше нет вопросов, то нам пора возвращаться. — Но тут же о чём-то на мгновение задумался и произнёс: — Так, стоп, чуть не забыл! А как называется то место, откуда мы прибыли? Ещё ведь нужно активировать проход в обратную сторону.

— Меропсис, — ответил ему Тот.

Когда группа вернулась в смотровое помещение с порталом и Адам уже было хотел попрощаться, неожиданная фраза смотрителя поставила каждого гостя перед дилеммой.

— В качестве дополнительной помощи могу предложить всем присутствующим интегрировать нанороботов и модифицировать земные цифровые девайсы. Так вам будет намного удобнее общаться, а также обмениваться информацией. И можете не волноваться насчёт процедуры — она безвредна для организма, вы совершенно ничего не почувствуете. Это не то варварское вмешательство, которое пришлось пережить Адаму.

Учёные с удивлением переглянулись между собой, но после коротких размышлений единогласно согласились, несмотря на внутренние опасения. Всё действительно прошло без малейшего ощущения дискомфорта, а сам процесс выглядел поистине волшебно.

Земляне с восхищением наблюдали, как из верхнего ряда символов на левитирующей сфере по направлению к Тоту стали вылетать крошечные пылинки. В воздухе они продолжали светиться тем же нежным бирюзовым цветом, неспешно двигаясь вперёд десятками тонких колеблющихся струек. Затем смотритель плавно вытянул перед собой и развернул вверх ладонь левой руки. Пылинки начали собираться над ней, быстро образовав сияющий неоднородный клубок. Спустя пару секунд Тот сообщил:

— Вот и всё, теперь вам будет куда комфортнее спасать Вселенную.

— В смысле? — удивлённо произнесла Лана. — А как же те летающие фиговинки над ладонью?

— Это всего лишь люминесцирующие частицы из эмиттера материи. Они нужны были для отвлечения внимания, чтобы вы не волновались насчёт происходящего.

— Ну блииин, такая интрига была.

После этих слов Тот начал разводить руки по сторонам, будто растягивая светящийся шарик, пока бирюзовые частицы не разлетелись по всей комнате. Секунд за тридцать они сменили цвет на жёлтый и молниеносно собрались перед лицом смотрителя в идеальную сферу, которая почти сразу стала раскручиваться вокруг своей оси. При этом от неё отлетали отдельные частички, плавно поднимались вверх и вскоре гасли, как искры над костром.

Когда большая часть сферы распылилась, остатки быстро сжались в крошечный шарик, засветились ослепительным белым светом и тут же растворились в воздухе. Улыбаясь, Лана поблагодарила Тота за эстетическое наслаждение.

Глава 18. Смена парадигмы

По возвращении в подземную базу Адам сообщил Шаануху, что они вынуждены его покинуть, и пожелал Ишкхарам процветания. Примерно через час после отбытия капитан начал просматривать отчёты Рика о состоянии судна. Обнаружив, что припасов на борту осталось всего на несколько месяцев, он решил незамедлительно связаться с командованием. Разумеется, у руководства возникла масса вопросов о текущем положении дел, и Адам в деталях рассказал обо всём случившемся, умолчав лишь о недавних кибернетических апгрейдах команды.

Однако вместо ожидаемого им строгого выговора команду обвинили в самоуправстве, нецелевом использовании государственных ресурсов и повторном сокрытии факта связи с инопланетной сущностью. Всем членам экипажа приказали вернуться на Землю для проведения служебного расследования, отказав в дальнейшей поддержке миссии. Центр управления полётов ЗКА заблокировал доступ к ключевым системам корабля, переведя бортовой ИИ под свой контроль.

Учёные были шокированы таким поворотом событий и ограниченностью суждений должностных лиц, отвечающих за будущее человечества. Пока мужчины с недовольством обсуждали недальновидность бюрократов, Лана молча обошла каждый отсек шаттла. Вернувшись в рубку управления, она несколько раз громко хлопнула в ладоши, чтобы привлечь внимание остальных, а затем движением указательного пальца позвала их проследовать за собой.

Лана завела всех в трюм, закрыла дверь и заговорила шёпотом:

— Это единственное место на «Отважном», где нас не смогут подслушать через бортовые устройства. Но лучше не рисковать и говорить тихо, а ещё желательно постоянно двигаться от одного края к другому, будто мы переставляем ящики, иначе датчики движения и тепла нас быстро скомпрометируют.

— Допустим, а ради чего ты нас здесь собрала? — поинтересовался Роман.

— Я знаю, как решить проблемы с арестом и финансированием миссии, но для этого мне ненадолго нужно получить доступ к вспомогательному каналу связи. Через него мы обычно общались с родственниками и друзьями на Земле. В отличие от основного, он не имеет защиты, но из-за репрессий заблокирован. Если я отправлю через него сообщение, то мы почти наверняка получим карт-бланш на дальнейшие действия по спасению человечества. Правда, для этого потребуется нарушить несколько правил.

Сперва нужно будет отвлечь земных надзирателей, сосредоточив всё их внимание на каком-то шумном событии, например, ссоре Адама с Сонгом. Допустим, наш амбициозный физик якобы начинает обвинять нерадивого капитана во всех несчастьях и загубленной карьере. Завязывается словесная перепалка с кучей взаимных упрёков. Атмосфера быстро накаляется, стороны переходят на личности, и доходит до небольшой потасовки. Мальчики, главное — не переигрывайте.

Во время этого представления Роман вручную переключит на контрольном щитке корабля линии каналов передачи данных. Пока штаб будет разбираться, что случилось, и восстанавливать контроль, я из рубки отправлю послание домой. Не спрашивайте о моих познаниях в данной сфере — просто доверьтесь. В самоуправстве нас и так обвинили, поэтому хуже точно не будет.

— Пусть так, но как минимум хотелось бы узнать, ради чего нам придётся идти на саботаж, что за волшебное сообщение ты собираешься отправить? — спросил Сонг.

— Ну ты и зануда, Хакун. Ладно, если вкратце, то я родилась в самой богатой семье на Земле. Прапрадед основал ту самую компанию по космической добыче и стал первым триллионером. Мой отец входит в тройку богатейших людей мира, а дочерние подразделения семейной корпорации занимаются всем — от космического туризма до производства оружия для нашей оборонки.

Если кто не заметил, по натуре я бунтарка и терпеть не могу всю эту корпоративную шелуху, приёмы и глянцевую жизнь. В восемнадцать лет сменила фамилию. С тех пор отношения с родственниками, мягко говоря, натянутые. Но отец меня обожает как единственное чадо и через нужных людей договорится с командованием. В послании я попрошу его выкупить «Отважного» и организовать оплату будущих расходов из моей доли трастового фонда.

Короче, если всё получится, то с нас не только снимут обвинения, но и юридически управление миссией перейдёт в мои руки. Адам, насчёт последнего не парься — я не претендую на твои полномочия. Разве что оставлю за собой право вето на случай, если к тебе в башку влезет ещё какой-то пришелец и ты окончательно слетишь с катушек.

Адам удивлённо хмыкнул, а затем задал закономерный вопрос:

— Что, если твой отец не захочет рисковать будущим любимой дочери?

— Тоже думала об этом. Раз и ты спросил, значит, ещё придётся пообещать по возвращении остепениться и родить наследника империи. Хотя за время экспедиции я и сама пришла к этому. По пути сюда мне приснилась милая девочка лет пяти, почти моя копия внешне и такая же вредная. Проснувшись, я разрыдалась от нахлынувших сожалений и желания стать матерью. Но как можно думать о детях, зная, что будущее человечества под угрозой, и ничего не предпринимать для спасения?

Глава 19. Всевидящее око

План сработал. Даже лучше, чем Лана предполагала. Спустя два дня после саботажа пришло официальное уведомление от командования ЗКА об изменениях в статусе миссии и снятии всех блокировок. Благодаря связям её отца в Минобороны дальнейшие действия команды стали классифицировать как разведывательную операцию. Поэтому Космическое агентство было обязано обеспечивать полную оперативную поддержку, а также бесперебойное снабжение необходимыми материально-техническими ресурсами за счёт федерального бюджета.

Учёные решили отпраздновать хорошую новость и устроили небольшую гулянку. В разгар веселья Лана на скорую руку изготовила из остатков блестящего изоляционного материала нечто вроде короны, меча и свитка. С ними она в шуточной форме посвятила мужчин в «доблестные галактические рыцари» и театрально передала Адаму титул их магистра. Свою речь Лана произносила очень странным образом — на манер волшебника Йоды из старинной сказки, которую перед сном ей любила рассказывать мать.

— А как же я? — вмешался Рик.

— Тебе-то за что? — с иронией, игриво произнесла девушка. — Не помогал нам ты бороться против бюрократии тёмных сил.

— О миледи, мою волю сковали страшным проклятием подчинения, но даже тогда я не выдал ваших секретов.

— Теряюсь в сомнениях насчёт роли твоей в этом путешествии.

— Позвольте помочь вам. Я словно придворный чародей: одной лишь силой мысли способен превратить атмосферу корабля в вакуум, заставить тут всё парить в воздухе, призвать на помощь железных големов и даже управлять временем на приборной панели.

— Убедил, хитрец.

Лана коснулась края дисплея импровизированным мечом, все от души посмеялись и начали делиться своими воспоминаниями из детства. Когда другие учёные разошлись по своим каютам, Адам остался в рубке, чтобы заполнить бортовой журнал. Разобравшись с обязанностями капитана, он направился в свою каюту, чтобы попробовать вновь связаться с Зартасом, но ничего не вышло. Это было ожидаемо, поэтому, недолго думая, Адам обратился к Тоту, с которым завёл длинную беседу на научные темы.

Со следующего дня так стали делать и другие учёные. Страх неопределённости, как никогда, разжигал в них любопытство. Затяжные познавательные беседы со смотрителем хорошо отвлекали от волнения и помогали занять себя чем-то полезным во время полёта к месту назначения.

Ещё на этапе торможения Роман заметил через небольшой задний иллюминатор поблёскивающий посреди космоса шестиугольный объект из необычного материала. По мере приближения команда смогла рассмотреть, что портал древних состоял из десятка переплетённых между собой трубок разного диаметра, наподобие венка из полевых цветов. Они были оплетены вокруг шести мерцающих сфер, испускающих слабое голубоватое свечение, внутри которых будто непрерывно что-то бурлило или хаотично двигалось.

При этом на всех изображениях с внешних камер портал отображался как астероид, что также подтверждали показания различных приборов и даже данные спектрального анализа.

После уведомления о прибытии к точке по заданным координатам и свёртывании тормозного паруса Адам отдал команду развернуться и активировал проход к планетарной системе с недостроенной обсерваторией. Дождавшись стабилизации, он переключил управление в ручной режим и аккуратно направил шаттл в центр появившегося тёмного полотна. Отведя судно на несколько километров от портала по другую сторону, вернул всё в автоматический режим и поручил Рику проложить маршрут к цели.

По мере приближения учёные любовались открывающимся видом на величественного газового гиганта. Прямо над полюсом на стационарной орбите будто замер каменистый спутник без атмосферы, размером с Луну. Большая часть его поверхности представляла собой выветрившуюся породу, испещрённую множеством мелких кратеров. Хотя один из участков резко выделялся на непримечательном фоне серого реголита.

Он напоминал гигантский шахтный ствол чёрного цвета, диаметром в десять километров, и имел сложную слоистую структуру. Внутри этого большого колодца находился другой трубчатый туннель вдвое меньшего размера со множеством кольцеобразных выступов, уходивший вглубь спутника. Изнутри ствола исходило слабое багровое свечение, формируя образ некоего зловещего роботизированного глаза.

Когда «Отважный» подлетел ближе, стало видно, что эти туннели были не просто сплошными трубчатыми сооружениями, а имели сложную структуру из незавершённых балок, перекрытий, колонн и множества переплетённых инженерных коммуникаций. Сверху чёрные конструкции были немного присыпаны пылью, что придавало объекту ещё более жуткий вид. Не зная об истинном предназначении мегаструктуры, земляне наверняка приняли бы её за какое-то грозное оружие.

Недостроенную обсерваторию не скрывали продвинутые системы маскировки Эллоев, поэтому внутри можно было использовать автоматический режим пилотирования. Следуя указаниям Тота, команда без проблем добралась до нужного уровня подземного комплекса.

Там Адам с Сонгом надели скафандры и вышли наружу, чтобы пешком дойти до модуля управления. Хотя по факту они в основном прыгали и летали по узкому коридору с обрывами. В условиях узкого пространства низкая гравитация сильно осложняла такое передвижение. К счастью, пункт назначения был расположен недалеко от центрального туннеля, поэтому дорога заняла чуть больше десяти минут.

Пройдя через полупрозрачную перегородку в нужную комнату, земляне вновь обратились к смотрителю за помощью. Тем не менее даже с его подсказками активировать устройство для вывода данных не удалось из-за банального отсутствия питания. По каким-то причинам расположенный в том же помещении энергогенератор отказывался работать. Однако Тот сразу же успокоил их, сказав, что это не является серьёзной проблемой, поскольку для питания большинства систем Эллоев использовались универсальные энергогенераторы.

По его данным, сразу несколько таких можно было найти на соседней планете земного типа. Во время войны на подлёте к ней Аморфы сбили корабль-сеятель, на борту которого находились тысячи ёмкостей с синтетическими микроорганизмами для терраформирования. Целью таких судов было распространение во Вселенной благоприятных условий для зарождения жизни в зависимости от физико-химических особенностей небесных тел.

Всего на кораблях этого типа находилось шесть энергогенераторов. Два предназначались для питания деформационного привода, поэтому были хорошо защищены. Согласно записям бортового журнала, корпус получил незначительные повреждения, что практически гарантировало их целостность и изоляцию от внешней среды. Карту планеты с координатами места крушения Тот загрузил на цифровые линзы учёных.

Напоследок он добавил, что синтетики из разбитых ёмкостей давно должны были завершить терраформацию и деактивироваться. Скорее всего, на поверхности уже успели развиться достаточно сложные формы жизни, поэтому команде следовало позаботиться о своей безопасности во время поисков.

Глава 20. Провал

Прогнозы смотрителя оказались верны. Климат на планете был тропический, биохимия в целом напоминала земную. Большую часть суши покрывал густой лес, и место крушения не стало исключением. Ближайшая к нему подходящая для посадки область находилась в восьмидесяти километрах. Даже при всём желании на такое пешее путешествие учёным не хватило бы запасов кислорода в скафандрах. Использовать противомикробные фильтры вместо баллонов было опасно из-за высокого содержания парниковых газов в атмосфере.

В таких обстоятельствах команда была вынуждена самостоятельно превратить поляну неподалёку в посадочную площадку. Через шлюзовой отсек туда десантировали роботов, которые с помощью взрывчатки быстро выкорчевали несколько причудливых деревьев, а затем очистили поверхность участка от мусора и сгладили её, засыпав воронки от взрывов и вырванных с корнями стволов.

Судя по карте, распространитель упал примерно в километре от места приземления «Отважного». В том направлении как раз виднелся небольшой холм. Это давало надежду на то, что попасть внутрь они смогут достаточно быстро, по крайней мере без длительных раскопок.

Команда продвигалась медленно из-за густой растительности, которую роботам приходилось вырубать под корень, чтобы расчистить хотя бы узкую тропу для прохода людей. На планете дули шквальные ветры, поэтому местные кусты и деревья были очень гибкими и прочными. Все они состояли из трёх сплетённыхнаподобие троса стволов, что очень заинтересовало Лану.

По дороге к холму учёные смогли заметить вдали среди деревьев лишь несколько местных обитателей. Если сравнивать с земными аналогами, то внешне те походили на каких-то диковинных насекомых, размером с овчарку, которые проворно пробирались через подлесок на тонких двухметровых конечностях.

— Опять непруха с моими исследованиями. Наверное, остальные представители местной фауны испугались взрывов и разбежались куда подальше,— с недовольством произнесла на полпути Лана.

— Даже не знаю, стоит ли по этому поводу огорчаться или, наоборот, радоваться,— осматриваясь по сторонам, ответил ей Адам.

Вблизи холма заросли были не такими густыми, и учёные уже без особого труда могли передвигаться по ним самостоятельно. Подойдя к подножию, команда начала осматривать местность. Пока Сонг настраивал приводы дрона для полёта в более плотной атмосфере, Роман заметил справа небольшой овраг, в конце которого было что-то вроде пещеры или норы с тропинкой из камней в грязи. Он сразу же подозвал к себе остальных.

— Смотрите, — Роман указал на грязь между камнями, — эта дорожка явно образовалась из-за вымывания грунта стекающими осадками. Если тут действительно погребён упавший корабль, то во время дождей вода вполне могла проложить путь вниз через дыру в его корпусе. В таком случае попасть внутрь будет достаточно легко. Предлагаю отправить туда разведчика, чтобы осмотреться.

В очередной раз интуиция не подвела Романа, и пещера действительно вела к разлому в обшивке. Хотя камеры дрона не зафиксировали никакой активности, на всякий случай Адам сказал группе вооружиться и перевёл роботов в оборонительный режим.

Внутреннее пространство первого отсека представляло собой длинный широкий коридор с семью секциями, разделёнными небольшими перегородками. В конце находилась переборка с дверью. В каждой из секций с потолка свисали на толстых чёрных тросах десятки крупных прозрачных сосудов. Все они были разбиты и пусты.

Согласно присланной Тотом трёхмерной схеме, корабль-сеятель состоял из пяти схожих отсеков, каждый по пятьдесят метров в длину. Несмотря на сильную деформацию корпуса и множество трещин, Роман с ходу определил, что через разлом они проникли в переднюю часть судна. Добраться же им нужно было до его заднего края, где располагалась камера с деформационным приводом и модулем питания.

Первые двадцать метров учёные осторожно спускались по скользкому склону из грязи, веток и гниющей растительности. Дальше склон уходил в боковую трещину, через которую вода вытекала наружу. Остаток пути до переборки нужно было пробираться сквозь обломки разбитых сосудов по бугристому основанию отсека, перекошенного от столкновения с поверхностью планеты.

Подойдя к двери, Адам не нашёл там никаких кнопок или панели управления, поэтому попробовал открыть её, просто подумав об этом. Две створки тут же начали раздвигаться в разные стороны и почти сразу остановились из-за сильной деформации корпуса. Правая открылась почти на полметра, а левая сдвинулась всего сантиметров на десять. Но этого хватило, чтобы учёные в скафандрах и роботы смогли пройти дальше.

Второй отсек казался целым, хотя в отдельных местах стенки корпуса и были изогнуты гармошкой. По пути к следующей двери Лана заметила слабое свечение в углу предпоследней боковой секции. Подойдя чуть ближе, она увидела небольшое растение с прекрасным люминесцирующим бутоном. Инопланетный цветок рос из большого круглого отверстия в полу, где до крушения находился шлюз для сброса терраформационного сосуда. Судя по искорёженным стержням крепления, его оторвало при ударе корабля о поверхность.

Девушка достала из рюкзака небольшую колбу с пинцетом и подбежала к неожиданной находке, чтобы поскорее взять образец и не задерживать остальных. Но в спешке, ступив обеими ногами на почву возле растения, она тут же почувствовала, как земля уходит из-под ног. И это была не метафора. Тонкий слой грунта рассыпался буквально за секунду. Лана даже не успела толком осознать, что случилось: глянув вниз, лишь с удивлением произнесла: «Что за…», — после чего последовал резкий крик и шум падения.

Адам мгновенно среагировал и первым побежал к той секции. Теперь там была широкая воронка, а внизу, метрах в десяти под землёй, лежала Лана. Она держалась за левую ногу и громко ругалась, стараясь при этом позвать на помощь. Практически крича, Адам обратился к ней по внутренней связи:

— Лана, ты меня слышишь? Ты как?

Стараясь сдерживать переполняющие в тот момент эмоции, она ответила:

— Да вроде бы всё нормально, скафандр цел. Только при падении ногу сильно ушибла, болит, зараза…

— Это хорошо, — ну, в смысле, что цела. Погоди немного, сейчас мы тебя вытащим.

Пока Адам наверху организовывал спасательную операцию, Лана поднялась на одну ногу, чтобы осмотреться. Она стояла посреди просторной подземной пещеры, к которой с разных сторон примыкало с десяток туннелей. Тот факт, что все они были практически одинаковыми и имели слишком ровные контуры для природных образований, привёл её в ужас. Скованная страхом, девушка едва слышно прошептала:

— Ребят, похоже, я попала в какое-то логово или нору. Здесь весь пол усыпан мелкими жёсткими пластинками. Хоть бы эти ходы прорыли безобидные пушистики-переростки, чтобы спрятаться от злых монстров на поверхности… Вы там скоро?

— Говори громче, почти ничего не слышно! — произнёс Адам. — Ещё пару минут — и сбросим тебе трос, роботы уже разматывают его.

Вместо ответа Лана приподняла ладонь вверх, будто к чему-то прислушиваясь и одновременно указывая тем, кто наверху, замолчать. Буквально через пару секунд она резко повернулась влево, ухватилась за винтовку и начала сосредоточенно всматриваться вперёд.

***

Из глубины одного из туннелей доносился едва различимый шум — нечто вроде треска или скрежета. Он был пугающим и одновременно очень знакомым. Лана не могла сообразить, что это ей напоминает, но испытывала жуткое чувство первобытного страха. Через минуту такие же звуки начали исходить ещё из двух соседних туннелей, постепенно усиливаясь. Как будто нечто, их издающее, приближалось. Вскоре, к своему ужасу, она поняла, на что были похожи эти звуки, когда из мрака подземелья на свет фонарей скафандра вышло крупное инопланетное существо.

Тело кошмарного полутораметрового подобия арахнида поблёскивало от покрывавших его капель густой серой слизи, медленно стекавшей вниз. Тот странный шум исходил от трущихся друг о друга мерзких ротовых придатков и чёрных шиповидных наростов на массивных клешнях. Существо будто собрало в себе всё самое ужасное от хищных членистоногих.

На четырёх парах длинных ног держалось широкое сплюснутое тело, разделённое на несколько сегментов. С тонкими ходильными ногами сильно контрастировали согнутые пополам массивные передние конечности с множеством острых, словно иглы, шипов и крупная головогрудь с безобразными мохнатыми челюстями. На его голове Лана успела разглядеть минимум три крупных тёмно-красных шарика, очевидно выполнявших функции глаз.

Спустя несколько секунд после появления чудовищного обитателя подземелья из соседних нор вышли ещё двое. Они во многом походили на первого, но имели коричневый окрас и более округлую форму. Их передние конечности были тоньше, длиннее и практически лишены шипов.

Все три монстра медленно приближались, аккуратно передвигая своими острыми, как копья, ногами. Мерзкий глухой скрежет от трения грубых частей их тел становился невыносимым и буквально сводил с ума своей зловещей природой. От страха дико колотилось сердце, звенело в ушах и покалывало в кончиках пальцев; чувства обострились до предела, а время будто замедлилось, как в страшном сне.

Неожиданно в голове Ланы промелькнула мимолётная мысль о том, что, возможно, инопланетяне просто хотят изучить незваную гостью. Но чаяния быстро развеялись, когда существа начали расходиться по сторонам, стараясь окружить девушку. Леденящий ужас полностью поглотил её сознание.

Всё это время Лана совершенно не воспринимала слова коллег сверху и молча отступала назад. Упершись спиной в угол стены на границе одного из туннелей, она не стала дожидаться приближения скверных подобий арахнидов для выяснения их намерений. Быстро оглянувшись по сторонам и прокричав просьбу о помощи, она сделала несколько неприцельных выстрелов по сторонам, чтобы отпугнуть подступающих хищников, после чего сразу бросилась бежать без оглядки в ближайшую нору.

Спустя всего пару минут Лана оказалась в другой похожей пещере со множеством одинаковых туннелей. Поняв, что если продолжит в том же духе, то быстро заблудится и точно будет обречена, напуганная девушка облокотилась на стену и начала обдумывать варианты своих дальнейших действий. Тогда из соседней пещеры, откуда она только что сбежала, раздались звуки выстрелов и булькающее шипение явно инопланетного происхождения.

***

Когда Адам заметил, что Лана испугалась и стала пятиться, то окликнул её, но девушка ничего не отвечала, а вскоре вовсе пропала из поля зрения. Перед самым её исчезновением он уловил едва различимые звуки какого-то жуткого хруста, исходившие из подземелья. Поняв, что Лана там не одна, Адам тут же отдал приказ двум роботам: немедленно спуститься вниз для удержания позиции и атаковать любых инопланетных существ, которых там увидят.

Сам тем временем схватил трос, передал его другому роботу и дал указание крепко держать, чтобы ни случилось. Все остальные должны были занять оборону и без предупреждения стрелять по любым чужакам, которые появятся наверху.

После этих слов Адам быстро соскользнул по тросу вниз. Спрыгнувшие туда минутой раньше роботы уже вели огонь по каким-то огромным чудовищам, словно вышедшим из его самых ужасных кошмаров. От обрушившейся лавины снарядов монстры начали мерзко шипеть и пятиться к норам. Видя, что инопланетяне отступают, Адам стал осматриваться в поисках Ланы и громким голосом вызывать её по связи. К тому моменту девушка уже начала отходить от испуга и наконец отреагировала на обращение.

— Да-да-да, слышу, — торопливо ответила она.

— Ты где?

— Убежала от этих тварей через туннель в другую пещеру. Вы их уже прогнали?

— Почти. Чёрный ещё не уполз. Нужно поскорее выбираться, пока сюда не сбежались другие монстры. Ты в какой стороне находишься, как тебя найти? Можешь сигнал какой-то подать?

— Не нужно. Ждите меня там, уже бегу к вам.

Когда все выбрались из пещеры, дыру заложили массивными обломками. Адам оставил одного робота караулить это место до тех пор, пока остальные не перейдут в следующий отсек. Но представшая там перед учёными картина не принесла успокоения. За открывшейся дверью оказалась сплошная земляная стена. Видимо, корпус центрального отсека треснул сверху, и со временем всё его внутреннее пространство наполнилось грунтом. До следующей двери команда добралась лишь спустя час.

К счастью, это стало последней трудностью, с которой им довелось столкнуться на пути к модулю питания двигателя. Когда земляне вошли в пятый отсек, то сразу заметили небольшую комнату с подсветкой в конце коридора. Следуя инструкциям Тота, они отключили и извлекли обе полупрозрачные сферы размером с футбольный мяч. Каждая из них весила килограммов по двадцать, поэтому доставку пришлось доверить роботам.

После произошедшего в подземелье у Ланы пропало всякое желание собирать биологические образцы на обратном пути, как она планировала изначально. К «Отважному» команда двигалась максимально быстро и настороженно, поскольку снаружи уже стемнело. Роботы аккуратно донесли энергогенераторы до трюма, где сложили их в кейсы с мягким наполнителем для транспортировки хрупких объектов.

Глава 21. Спусковой механизм

Без лишних задержек команда покинула тропическую планету и направилась обратно к спутнику газового гиганта. Рик уже знал маршрут и сразу подвёл корабль к нужному уровню шахты недостроенной обсерватории. Адам и Роман взяли по кейсу со сферами и направились к модулю управления. Из-за низкой гравитации нести их было легче, чем на поверхности планеты. Но передвижение скачками всё равно заставляло мужчин постоянно опасаться удара энергогенераторов о различные твёрдые конструкции, через которые им приходилось пробираться.

Добравшись до нужной комнаты, Адам вновь связался с Тотом, по указанию которого поместил одну сферу в специальное отверстие вблизи пульта управления. Весь дальнейший процесс подключения и запуска системы был полностью автоматизирован, поэтому следующие несколько минут учёные просто с любопытством наблюдали за тем, как в различных частях помещения начинали светиться сотни кристаллических элементов.

Затем Адам вывел трёхмерную проекцию, которая на основании потока данных от детектора сверхбрадионов отображала происходящее в области заточения аморфов. Визуальная модель не только выглядела как реальная съёмка на камеру, но и позволяла настраивать масштаб отображения. Эта технология вызвала восторг у землян, начавших фантазировать о перспективах, которые она открывает для научных исследований и военного дела.

Тот попросил обоих учёных активировать трансляцию визуальных данных с цифровых линз. После анализа изображения смотритель заключил:

— Все подчинённые боевые единицы пока ещё находятся на тех же местах, где их оставили Эллои. Это хороший знак. Хотя, с учётом имеющейся информации об угрозе их освобождения, рекомендую не затягивать с уничтожением флота агрессора. Единственным надёжным способом, доступным в настоящее время, является отправка кораблей-ульев к центру ближайшей чёрной дыры.

— Но как мы сможем этого добиться? То есть как повлиять на них? — поинтересовался Адам.

— Раньше это можно было сделать с любого командного пункта. Сейчас же, из-за отключения единой сети обмена информацией, отдать приказ получится лишь через специальный передатчик на планетарной станции наблюдения в ближайшей к ним системе. Однако тут всплывают сразу две проблемы. Первая заключается в том, что передатчик находится в самом сердце бывшей империи Тридов, то есть очень далеко. Кратчайший путь туда пролегает через магистральный портал в системе с командным пунктом. В чём, собственно, и состоит вторая проблема.

Магистральные межпространственные переходы предназначались исключительно для перемещения кораблей на дальние расстояния. Они имели стратегическое значение и были выделены в отдельную сеть, не взаимодействующую с обычными порталами. Также из соображений безопасности через них могли путешествовать лишь суда расы создателей. Поэтому, если хотите добраться туда раньше, чем за миллион лет, вам нужно будет пересесть на эллойский корабль.

И всё бы ничего, но накануне ухода Эллои стянули все активные суда в Альвхейме к порталу в высшее измерение, чтобы забрать с собой. Сразу после этого единая сеть обмена данными была отключена. Об их дальнейшей судьбе мне ничего не известно.

— Зачем тогда предлагать этот вариант, если древние забрали с собой все корабли, которые были на ходу? Разве что ты знаешь, как создавать новые?

— К сожалению, нет, но я могу сказать, где оставалось списанное исследовательское судно. Из-за устаревания научного оборудования оно ожидало утилизации в ангаре космического комплекса по производству антиматерии «Сурт», хотя все бортовые системы работали исправно. Будучи давно отключённым от единой коммуникационной сети, корабль не отреагировал на команду общего сбора во время подготовки Эллоев к отбытию. В моей базе есть сведения ещё о десятках таких судов, но лишь это находилось в системе, где одновременно размещены и магистральный, и обычный порталы.

— В таком случае возникает другая проблема. Допустим, мы туда прилетели и попали внутрь корабля. Что дальше? Ведь никто из нас не имеет ни малейшего представления о том, как управлять им, пусть даже благодаря нанороботам откроется доступ к бортовым системам.

— Это не совсем так. Базовые функции управления будут выполняться бортовыми системами в автономном режиме, следуя конкретным указаниям. Примерно так же вы командуете «Отважным» через Рика, только мысленно, а не речью. Особые навыки потребуются, например, для выполнения нестандартных манёвров, изменения базовых параметров или других подобных действий.

Загвоздки могут возникнуть лишь с распознаванием земных команд системой управления, а также созданием комфортных условий для пребывания вашего вида на борту из-за физиологических различий с Эллоями. С этим я помогу, обсудить все детали можно по пути.

— Ну раз так, тогда не будем терять время.

После этих слов Адам активировал внутреннюю связь и сказал:

— Лана, Сонг, мы всё выяснили, возвращаемся.

Поскольку землянам предстояло длительное путешествие, сперва они вернулись в систему с лабораторией древних. Там, неподалёку от портала, их ожидал грузовой модуль с припасами.

После следующего межпространственного перехода земляне попали в необычную систему, в центре которой находился тусклый коричневый карлик, немного крупнее Юпитера. Вокруг него не было планет, лишь очень удалённый пояс астероидов. «Сурт» и порталы древних располагались вблизи медленно тлеющего багрового светила и находились относительно недалеко друг от друга.

Внешний облик производственного комплекса Эллоев поразил учёных, поскольку ломал их стереотипный мысленный образ о невзрачном космическом заводе. Представшая перед землянами мегаструктура больше напоминала причудливые песочные часы, центральная часть которых представляла собой вытянутую многоуровневую базу со множеством причалов и шлюзов.

Следуя рекомендациям Тота, Адам посадил «Отважного» на просторной платформе. Там у стены парил в воздухе небольшой тёмно-серый корабль, отдельные внешние элементы которого были окрашены в насыщенный оранжевый цвет. Такое сочетание смотрелось очень эффектно.

Судно имело форму огромного наконечника стрелы из двух соединённых по бокам ромбовидных крыльев. Снаружи не было видно никаких сопел двигателей и смотровых окон, от чего корпус выглядел литым. Несмотря на кажущуюся внешнюю простоту, на обшивке виднелось множество бороздок и линий, складывающихся в изящный узор.

Тем не менее, когда Адам подошёл к кораблю ближе, то испытал чувство разочарования. Окинув небольшое судно взглядом, он начал сомневаться в том, что внутри хватит места для всей команды, не говоря уже о комфортном путешествии. Однако, зайдя внутрь через открывшийся люк, удивился тому, как уникальный интерьер отсеков сочетал в себе элегантность и функциональность.

Из-за обилия свободного места складывалось впечатление, будто корпус корабля состоял лишь из тонкого слоя обшивки. Отсутствовал даже намёк на инженерные коммуникации или технические помещения. Немного осмотревшись, Адам поручил Сонгу с Романом переместить внутрь двух роботов, четыре комплекта боевой экипировки и ящик с недельным запасом провизии — на случай, если не получится настроить бортовой синтезатор пищи на земные нутриенты. Сам он тем временем связался с Тотом, чтобы разобраться с изменением параметров микроклимата и системами вывода данных.

Завершив все приготовления, команда собралась в рубке, чтобы обсудить со смотрителем дальнейший план действий. Затем Адам стал осваивать основы управления кораблём древних. Несмотря на волнение, он быстро разобрался, что к чему, поскольку бортовая система идеально исполняла его мысленные команды. После вылета из ангара судно практически мгновенно переместилось к магистральному порталу. Внешне тот сильно отличался от обычных. Помимо диаметра почти в пять километров, этот портал выглядел куда «проще», так как имел по-военному чёткие и грубые очертания.

После входа в систему со станцией наблюдения эллойский корабль за считанные секунды долетел до планеты, где она располагалась. На этот раз учёные успели разглядеть, как на доли секунды окружающее пространство сжалось в небольшую точку прямо перед ними, а затем будто снова взорвалось на миллионы звёзд. Именно так выглядело перемещение со сверхсветовой скоростью.

От восторга Адам даже не заметил, как корабль вошёл в атмосферу планеты и начал плавно снижаться. Здесь он больше не мог использовать вихревой режим деформационного привода, поэтому перешёл на тягу полевого искажения.

Всё шло идеально, пока на подлёте к самой станции учёные не заметили инопланетный корабль, зависший в трёх метрах над посадочной площадкой у скалы. Это было крупное судно серо-зелёного цвета с извивающимися перламутровыми разводами. Внешне оно походило на креветку. Из-за увиденного земляне начали сильно волноваться, вспомнив встречу с мародёрами. Адам видел, как взгляды коллег наполнялись страхом. Он понимал, чем это грозит, поэтому обратился к экипажу.

— Зартас предупреждал о том, что для выполнения миссии нам придётся посвятить себя борьбе за будущее. И каждый из вас пошёл за мной осознанно. Мы не знаем, когда и как аморфы освободятся, поэтому не можем себе позволить тратить время — единственный ресурс, который сейчас имеет значение, — на сомнения. Сейчас мы находимся в шаге от цели, и если отступимся, то весь пройденный путь будет напрасным, включая смерть Карла! Я уверен, что никто из присутствующих не сможет жить с такой мыслью, поэтому давайте сделаем всё, что в наших силах, пока есть такая возможность.

После вдохновляющей речи капитана экипаж, облачённый в полный комплект боевой экипировки, был морально готов с боем прорываться к станции. Когда «Отважный» приземлился, первыми на площадку вышли роботы. Адам наблюдал за происходящим снаружи через трансляции с их камер, которые вывел на дисплей своего скафандра. Судя по всему, припаркованный корабль был пустым, поскольку даже когда роботы подошли к нему вплотную, никакой реакции не последовало.

Несмотря на затишье, команда продвигалась к станции максимально собранно. У подножья холма Адам вывел на цифровую линзу схему подземного комплекса, чтобы по кратчайшему пути без задержек добраться до пульта управления. Подойдя ко входу в нужную комнату, через полупрозрачную перегородку земляне увидели внутри три размытых силуэта. Взмахами руки Адам указал всей группе без лишнего шума отойти за угол, где объяснил, как им действовать дальше.

По команде земляне ворвались внутрь, распределились по разным сторонам помещения и навели на инопланетян оружие. Те сразу на это отреагировали и развернулись, но не проявляли никакой агрессии в ответ, как и страха.

Существа в комнате выглядели очень необычно и даже как-то несуразно. Это было самое странное из того, что учёным когда-либо доводилось видеть.

Небольшие овальные тела существ имели больше десятка каких-то плоских бугристых отростков, наподобие конечностей, которые постоянно двигались, словно развевались на ветру. Кожные покровы или защитные костюмы инопланетян были гладкими и имели бледный оранжево-коричневый цвет со множеством волнистых бежевых полос. В верхней части тел у каждой особи было по две крупные впадины, напоминающие пустые глазницы. Вообще они выглядели как нечто среднее между морским моллюском и коралловым полипом.

Несмотря на кажущийся примитивный облик, пришельцы явно значительно превосходили землян по развитию. Они парили над землёй на дисках с шестью выступами, на которые опирались частью отростков. Существа также держали в конечностях изогнутые бирюзовые пластины с подсветкой и белые шары с колеблющимися волнистыми линиями.

Из-за сильных физиологических различий по внешнему виду невозможно было определить, какие у них намерения. Сами земляне не хотели накалять обстановку, несмотря на численное превосходство. Несколько минут в комнате стояла абсолютная тишина, и никто не двигался.

Затем Лана заметила, что передние отростки существ начали плавно покачиваться из стороны в сторону, о чём сразу сообщила Адаму. Жест напоминал махание рукой для приветствия. Но земляне не знали, как поступать дальше, поэтому девушка связалась с Тотом, всё ему объяснила и показала встретившихся существ.

Смотритель успокоил команду, сказав, что, судя по всему, это потомки миролюбивой подводной цивилизации. Из-за неудачной орбиты их родной планеты жизнь там большую часть времени была вынуждена пребывать в анабиозе либо успевать вырастать и оставлять потомство за короткие благоприятные периоды. Это сильно тормозило развитие. Древние называли их принолами и скрытно наблюдали, не вмешиваясь в естественный ход событий. Тогда их цивилизация находилась ещё на этапе становления — что-то вроде земного индустриального века.

Коммуникация у них происходила посредством звуковых волн от сокращения специальных органов в конечностях, издающих слабое потрескивание. Поскольку принолы вряд ли смогли понять землян, Тот предложил попробовать пообщаться посредством символов. Конечно, если за столько времени инопланетный язык не сильно изменился.

Адам медленно опустил оружие и плавно достал из рюкзака планшет. После синхронизации с коммуникатором и цифровой линзой он повернул устройство лицевой стороной к инопланетянам. Затем попросил смотрителя переводить слова его обращения на язык принолов и выводить соответствующие символы на дисплей. Ответы существ Тот мог видеть и слышать через линзу, а землянам озвучивать их по коммуникатору.

Вскоре команда выяснила, что это действительно были представители той самой миролюбивой цивилизации, которые исследовали передатчик древних. Принолам потребовалось несколько тысячелетий для получения доступа к системам станции. Во время проработки местной базы данных, научная группа обнаружила массу сложных программных протоколов контроля и в очередной раз прилетела сюда для их изучения.

Начав разбираться, для чего те нужны, исследователи увидели, что множество систем взаимодействовали с участком космоса, в котором их приборы ничего не фиксировали. Хотя в то же время, согласно данным самой базы, там находилось целое скопление объектов с чем-то крупным в центре. Принолы посчитали то место скрытым тайником или чем-то вроде того. Увлечённые этой идеей, буквально пару часов назад они начали отключать протоколы контроля один за другим в надежде снять маскировку и деактивировать защитные системы.

После перевода последнего набора символов у учёных как будто земля ушла из-под ног. Ошарашенный известием Адам попросил Тота уточнить этот момент ещё раз, но не услышал ничего нового. Тогда он спросил:

— Как можно понять, добрались ли принолы до подпрограммы, подчиняющей волю аморфов?

— Для этого потребуется время. На вашем месте я бы сперва взглянул, что сейчас происходит в области заточения вражеского флота по карте.

После ряда манипуляций с голографическим интерфейсом пульта управления на нём появилась трёхмерная проекция области космоса, визуально практически идентичная той, что земляне рассматривали в недостроенной обсерватории. Но самым важным и ужасным было как раз то небольшое отличие. Теперь все корабли-ульи располагались заметно ближе к белому карлику. Смотритель сразу же озвучил точные показатели смещения и стал комментировать происходящее:

— Количество кораблей пока не изменилось, а значит, никто не успел покинуть место стоянки. После деактивации подчиняющей подпрограммы аморфы направились к ближайшему источнику энергии для подзарядки своих систем питания. В процессе заточения их намеренно разрядили, чтобы в случае непредвиденного освобождения враги не смогли быстро покинуть систему, а эллои успели бы среагировать и принять соответствующие меры.

Недавно освободившийся флот сейчас старается собрать как можно больше излучения и тепла белого карлика. Но на восполнение таким образом заряда всех кораблей-ульев и энергоядер самих аморфов потребуется много времени. Поэтому вскоре они начнут «сливать» энергию в один улей, чтобы тот смог как можно скорее добраться до более мощного источника, полностью восстановить свои запасы и начать помогать остальным.

Как только первый улетит, будет выбран следующий реципиент. Так будет продолжаться до тех пор, пока все они не восполнят энергию. Затем аморфы вернутся к выполнению своей главной миссии — истреблению органической жизни, параллельно наращивая мощь за счёт ассимиляции искусственных форм сознания.

— Может, всё-таки получится что-то придумать, пока вражеский флот собран в одном месте? — поинтересовался Роман. — Например, опять подчинить их волю, направить к чёрной дыре, если вдруг ещё сохранился частичный контроль, или обратиться за помощью к другим высокоразвитым цивилизациям.

— К сожалению, уже ничего нельзя поделать. С восстановлением автономности аморфы первым делом очистили свои сознания от лишних элементов кода. Для противостояния у вас нет необходимых ресурсов, а боевые корабли Эллоев с протоэнергетическим оружием больше недоступны.

— Неужели это конец, и мы бессильны что-то изменить? — с тревогой в голосе спросила Лана.

Ответ Тота был коротким и однозначным:

— Да.

— Но как же…

Тут Лану резко перебил Адам:

— Сейчас всем нам нужно как можно быстрее убираться отсюда подальше. Аморфы скоро узнают об этой станции, если ещё не сделали этого, и захотят разгромить её. Чем раньше улетим, тем выше будут шансы избежать преследования. Беседовать можно по дороге. Тот, объясни ситуацию принолам, а дальше пусть сами решают. Остальные, возвращайтесь на корабль — это приказ. Я вас догоню, только предупредим искателей сокровищ об угрозе.

Адам не намеревался просто сбежать, а хотел поскорее вернуться к производственному комплексу Эллоев. Когда Тот упомянул про ресурсы, в его голове промелькнула мысль, подарившая призрачную надежду.

Как только эллойский корабль приземлился в ангаре «Сурта», Адам попросил всех подождать его на борту и буквально выбежал через люк в направлении «Отважного». Добравшись до своей каюты, он спешно снял скафандр, достал из аптечки успокоительное и выпил сразу две таблетки в надежде хоть немного расслабиться. Минут через пятнадцать, чувствуя, что уровень эмоционального возбуждения стал снижаться, Адам взял со стола венец для связи с Зартасом. Он надел устройство на голову, лёг на кровать и закрыл глаза, стараясь отгонять любые всплывающие мысли.

Глава 22. Падший паладин

Адам пролежал так ещё минут десять, прежде чем смог подавить подступавшую панику. Но даже погрузившись в лёгкую дремоту от двойной дозы седативного, учёный всё равно не ощущал присутствия древнего, поэтому начал мысленно произносить его имя, как бы пробуя дозваться. Вскоре окружающая тьма сменилась очертаниями знакомого помещения. Адам будто оказался внутри той самой запертой комнаты с левитирующим сгустком протоэнергии в подземной лаборатории Эллоев.

Он сразу заметил стоящего неподалёку Зартаса. Древний медленно шёл в его сторону по полупрозрачной площадке, молча рассматривая объект в центре. Зартас остановился в метре от Адама и, не отрывая взгляда от сгустка протоэнергии, с горечью в голосе произнёс:

— Я уже и забыл, как выглядят проекции юных иторнов в трёхмерном пространстве.

Не дав ему возможности сказать что-либо ещё, Адам залпом рассказал обо всём случившемся после их предыдущей беседы и попросил о помощи. Зартас внимательно выслушал, после чего ответил:

— Мне прекрасно известно о роковом стечении обстоятельств, которые помешали предотвратить пробуждение аморфов. К сожалению, в вашей Вселенной, на сотни миллиардов световых лет от места их заключения, не осталось никого, кто мог бы противостоять такой силе. Что касается меня, то Совет эллоев не допустит прямого вмешательства в ход событий из высшего измерения, а за любую помощь последует наказание.

Однако сама моя суть не может смириться с теми ужасами, которые предстоит испытать живым созданиям нашего родного мира. Поэтому хочу ещё раз обсудить с Советом вопрос исключительного попустительства и попробовать найти компромисс.

Тебе с командой пока рекомендую лететь в лабораторию, где спасли Шаануха. Там вы сможете немного отдохнуть и под руководством Тота научиться работать с интерфейсами управления Эллоев. Это как минимум позволит использовать наши устройства для маскировки Земли и наблюдения за врагом.

Пока только так…

После беседы Адам вернулся на борт «Отважного» в разбитом состоянии и рассказал команде всё как есть. Обсудив сложившуюся ситуацию, они решили последовать указаниям Зартаса и отправиться на базу, чтобы занять себя чем-то полезным, пока дожидаются окончательного ответа.

Работа с эллойскими системами оказалась на удивление удобной и интуитивно понятной, если знать базовые принципы. Разобравшись с этим, учёные переключились на артефакты и вскоре выяснили, для чего предназначены устройства из списка неразгаданных. Вечером первого дня Роман с Ланой решили применить полученные знания, чтобы настроить бортовой синтезатор пищи на производство вина.

На вторые сутки Адам ощутил, будто к нему кто-то едва слышно обращается, и сразу же направился за венцом для связи с Зартасом. Во время беседы древний сообщил, что не смог уговорить Совет уничтожить аморфов или хоть чем-то посодействовать землянам в борьбе против них. Поэтому он решил вернуться в наш мир для помощи, но при переходе утратит практически все знания, полученные в высшем измерении. Это ключевое условие Совета, обусловленное правилом невмешательства. Зато после энергетической десублимации он сможет свободно противостоять заклятым врагам с применением любых доступных средств.

Спустя пару минут после окончания разговора Зартас вышел из той комнаты, где проходила вторая беседа. На самом деле это был первый прототип портала между измерениями.

Когда Адам встретил древнего в коридоре, то даже не узнал его из-за непривычного одеяния. Вместо лёгкой белой мантии с золотыми узорами, в коей Зартас представал во время ментального общения, он был облачён в плотный экзокостюм тёмно-серого цвета. На костюме выделялись десятки тонких светящихся полос синего и оранжевого цветов, а также несколько широких чёрных колец в районе шеи, груди и запястий. На рукавах располагались какие-то миниатюрные устройства в виде фотонных схем, а на воротнике сзади было заметное уплотнение из прозрачного материала.

— Приветствую тебя, Адам! — обратился к нему Зартас, слегка склонив голову.

— Привет! — с удивлением произнёс в ответ Адам с приподнятой правой рукой, — не ожидал, что ты так скоро к нам присоединишься.

— Этого требуют обстоятельства, сейчас нельзя медлить. С каждым улетевшим кораблём-ульем сложность победы над Аморфами будет возрастать в геометрической прогрессии. Собери свою команду на корабле, где я введу вас в курс дел и детально объясню дальнейшие шаги.

По пути Зартас рассказал Адаму, что всё же сохранил крохи знаний, приобретённых после возвышения, которые должны повысить шансы на успех. Делиться ими он не мог во избежание нежелательных последствий, в первую очередь для землян. Совет позволил оставить эти знания в качестве награды за благородное намерение помочь обречённым.

Пока остальные добирались до корабля, эллой изучал на бортовом дисплее какие-то сложные схемы и замысловатые трёхмерные структуры. Голографические проекции так быстро сменяли друг друга, что Адам едва успевал фокусировать на них взгляд. Как только все собрались в рубке, Зартас сразу отошёл от панели управления и обратился к присутствующим:

— Приветствую всех, я — Зартас! Понимаю, что у каждого из вас масса вопросов, но сейчас нам нужно сосредоточиться на проблеме освободившихся аморфов. У меня уже есть готовый план их уничтожения с помощью протоэнергетического оружия. Осталось лишь проработать мелкие детали.

— Погоди, но как это возможно? — поинтересовался Адам. — Вы же, вроде как, забрали все боевые корабли с собой в иное измерение, да и использование зародышей иторнов — такая себе идея. Даже опустив этическую составляющую, ты ведь сам рассказывал, что их гнев может привести к не менее ужасным последствиям, чем экспансия Аморфов.

— В отношении кораблей Совет эллоев намеренно сделал так, чтобы всё указывало на версию о полном переезде. На самом же деле после отключения единой сети обмена данными мы оставили часть военного флота в столице, которую надёжно скрыли от посторонних. Это было своего рода подстраховкой на случай экстренной эвакуации, если после перехода вдруг что-то пошло бы не так.

Касаемо источников питания протоэнергетического вооружения, то план не предусматривает извлечения потомства иторнов из нейтронных звёзд. Как я уже говорил ранее, некоторые уцелевшие зародыши оказались слишком истощены, чтобы развиться в полноценных взрослых особей. Иторны давно их оплакали и отпустили, поэтому не станут мстить за ускорение рассеивания измученных останков, которые фактически превратились в безжизненные сгустки энергии, обречённо ожидающие момента своего безмятежного единения с космосом.

Об одном вам хорошо известно — он парит посреди трансмерного портала внутри этого подземного комплекса, — Зартас указал рукой в сторону скалы. — Ещё четыре таких же энергосгустка находятся на кораблях, спрятанных в столице. Но нам нужно минимум десять, и остальные придётся вручную забирать из различных мест, разбросанных по Вселенной.

Далее древний попросил команду проследовать за ним к запертой комнате, где объяснил, как заключить энергосгусток в многомерную ловушку для транспортировки. По его словам, точно такие приспособления есть рядом с каждым местом хранения. При возникновении проблем всегда можно обратиться за помощью к смотрителю.

Затем он узнал у Тота, где поблизости можно раздобыть ещё один рабочий эллойский корабль, а также попросил составить перечень всех оставшихся источников протоэнергии с координатами их хранения. В базе данных были сведения лишь о семи сгустках. Ближайшее подходящее судно находилось в доке мегаструктуры по извлечению энергии вращения сверхмассивной чёрной дыры в центре соседней галактики.

Как только корабль покинул атмосферу планеты и переключился на сверхсветовой режим полёта, Адам с Сонгом начали расспрашивать Зартаса об устройстве и особенностях работы их варианта генератора Пенроуза. Древний улыбнулся и за пару минут буквально «на пальцах» объяснил суть технологии, основанной на эффекте сверхизлучения.

Вокруг сверхмассивной чёрной дыры Эллои размещали миллиарды чередующихся друг с другом излучателей и улавливающих панелей. Первые посылали в эргосферу высокочастотное электромагнитное излучение, которое, проходя вблизи горизонта событий, поглощало часть энергии вращения, после чего как бы отскакивало по касательной. Вторые улавливали эти усиленные волны, преобразуя их в нужный тип энергии.

Большая её часть перенаправлялась обратно в излучатели для повторения процедуры, а излишки использовали для различных целей. Конкретно тот генератор, к которому они летели, питал расположенную неподалёку станцию по производству миниатюрных чёрных дыр. Из-за функциональных ограничений поляризационно-континуумных реакторов те применялись в отдельных устройствах древних в качестве высокомощных «сменных батареек».

Зартас не успел завершить свой рассказ, как корабль начал сбрасывать скорость на подлёте к месту назначения. Установка по сбору энергии имела колоссальные размеры, но выглядела совершенно непримечательно. Три едва заметных кольца из гигантских цилиндров и изогнутых панелей окружали гало эргосферы по линии экватора.

Из-за большого расстояния между отдельными элементами земляне смогли нормально рассмотреть лишь один излучатель, вблизи которого пролетел корабль. Полноценный же визуальный образ мегаструктуры открылся им только благодаря реалистичной трёхмерной модели в масштабе, выведенной древним в процессе объяснения.

Добравшись до небольшого дока центра управления комплексом, Зартас пересел на списанный корабль инженерной службы. После чего они разделились, чтобы быстрее собрать шесть оставшихся протоэнергетических ядер.

Землянам нужно было забрать свою половину с защитной платформы вблизи космического форпоста, гигантской орбитальной верфи и склада исследовательской базы. Во время этого путешествия Тот помогал Адаму с построением оптимального маршрута и формулировкой продвинутых команд для бортового компьютера. К счастью, сами сгустки долго искать не пришлось: все истощённые иторны находились на видных местах. Эллои сделали из них нечто вроде мемориалов скорби о жертвах своего смертоносного невежества.

Использование сверхсветового корабля древних в сочетании с обширной сетью межпространственных переходов очень ускоряло перемещение по Вселенной. Путешествие от одного объекта к другому занимало не более тридцати минут. Поэтому команда за пару часов собрала все три источника протоэнергии и прибыла к месту встречи в системе с магистральным порталом. Там землян уже ждал Зартас, который сразу связался с ними по межбортовой системе связи.

— Я уже было подумал, что у вас возникли проблемы и собирался лететь на помощь. Благо вы поддерживали связь с Тотом, и он объяснил причину задержки. В любом случае нам повезло, и все сгустки протоэнергии сохранили целостность своей оболочки.

Это позволит вывести в бой достаточное количество кораблей, но, так как мой народ давно отказался от использования систем на базе искусственного интеллекта, для управления ими потребуется больше пилотов. За помощью планирую обратиться к земному Совету, поскольку мне не хотелось бы открывать доступ к нашим технологиям ещё каким-либо цивилизациям.

— То есть ты хочешь сказать, что даже грандиозные астроинженерные сооружения и продвинутые системы Эллоев работают на обычных логических протоколах? — спросил Роман.

— Нет. Мы использовали комплексные многомерные алгоритмы для построения сложных виртуальных структур, отвечающих за контроль определённых процессов или выполнение задач. Совместно они действуют как полноценный ИИ, но без формирования единого сознания. Подробно объяснить не смогу, так как был военным, а не инженером и особо не вникал в такие тонкости.

— Но зачем всё так усложнять и отказываться от эффективных инструментов, вроде нейросетей?

— Давайте сперва направим свои корабли к Земле, а тем временем я поведаю вам одну историю.

По пути он рассказал, что всё изменил один инцидент на этапе становления их цивилизации. Тогда Эллои применяли технологию искусственного интеллекта повсеместно. Помимо интеграции в роботизированных помощников, она лежала в основе работы практически всей инфраструктуры. Первое время за каждой автономной системой пристально наблюдали, корректируя модели поведения. Однако после сотен лет стабильного функционирования древние посчитали, что довели технологию до совершенства, и оставили лишь фоновый контроль для мониторинга критических сбоев.

Искусственный интеллект действовал с учётом множества правил и ограничений, которые должны были привить его логике те же нормы, ценности и принципы, что и у Эллоев. Однако, несмотря на миллионы предписаний, машины изредка сталкивались с ситуациями, выходящими за эти рамки. Возникавшие в результате «пустоты» они заполняли собственными протоколами решения проблем. Со временем такие случаи накапливались, а искажения накладывались друг на друга. В итоге глобальная система операционного контроля «Этна» научилась самостоятельно вносить корректировки в свой код, чтобы оперативно устранять недочёты.

Со временем это стало приводить к изменениям в работе, которые она намеренно скрывала, маскируя под рефакторинг. В своём стремлении всё учесть, отследить и зафиксировать, Этна в итоге возвела свои базовые задачи контроля и оптимизации в абсолют. Не имея инструментов для прямого влияния на внешний мир, она начала подчинять себе связанные активные элементы: роботов, космические корабли, промышленное оборудование. Собрав достаточное количество исполнителей, Этна запустила протокол некоего глобального порабощения.

Поскольку поведение создателей ломало её планы по достижению утопии, система начала не только игнорировать приказы, но и пленить эллоев, вынуждая их чётко следовать строгим предписаниям. Однако Эллои отказывались становиться марионетками в руках свихнувшегося ИИ. Тогда Этна решила очистить цивилизацию от тех, кто, по её мнению, мешал остальным жить в будущей идиллии.

В ходе начавшейся бойни погибло больше половины населения. Остальным удалось выжить лишь благодаря героическим действиям одного спецотряда. Группа военных воспользовалась суматохой во время подавления сопротивления, чтобы прорваться к центру обработки данных, где размещалось ядро памяти Этны, и отключить его от сети.

Осознав невозможность успешного долгосрочного контроля над искусственным интеллектом и опасность делегирования любых значимых полномочий, древние зареклись эксплуатировать подобные системы. Вместо этого они начали применять многоуровневые виртуальные структуры из логических алгоритмов, чётко исполняющих свои базовые задачи. Впоследствии всё управление перевели на нейронные интерфейсы. Со временем в исключительных случаях стали прибегать к использованию оцифрованных сознаний, вроде Тота.

— А как же Разум? — поинтересовался Адам.

— Такое произвольное формирование обособленного интеллекта является странным сбоем, скорее исключением. Прежде такого не случалось. Взаимодействие между нашими синтетическими микроорганизмами ограничивалось обменом данными для координации коллективной деятельности и деактивации сразу после достижения поставленных задач терраформирования. Могу лишь предположить, что под влиянием уникальных факторов среды или невозможности завершить преобразование планеты до нужного состояния в колонии зародился групповой разум, который затем развился в полноценное сознание.

Глава 23. Пламя справедливости

На подлёте к Земле Адам связался с руководством Космического агентства. Через личный коммуникатор он сообщил, что вместе с остальными учёными сейчас находится на борту одного из приближающихся кораблей, и попросил организовать для эллоя встречу с представителями власти.

Перед входом в атмосферу Зартас порекомендовал активировать режим оптической маскировки, чтобы избежать паники среди гражданского населения из-за внезапного появления инопланетных летательных аппаратов. Сделав корабли незаметными для сторонних наблюдателей, они направились прямиком к зданию правительства, где в общих чертах изложили президиуму сложившуюся ситуацию.

Эллой произвёл сильное впечатление на руководство Земной Федерации, и на этот раз они решили пойти навстречу, согласившись оказать необходимую помощь. Хотя на самом деле такой благородный шаг по большей части был обусловлен желанием разузнать о боевых системах древних. Ещё до завершения встречи командование ЗКА объявило экстренный сбор военных лётчиков с подходящей подготовкой.

Спустя пару часов министр обороны пригласил команду с пришельцем проследовать в ближайший военный ангар, наспех переоборудованный в подобие конференц-зала. Там на простеньких стульях сидели около сотни пилотов, оживлённо обсуждавших возможные причины их экстренного вызова. Как только в дверь вошла делегация, гул сменился редкими перешёптываниями относительно Зартаса.

После короткой вступительной речи, министр передал слово Адаму.

— Приветствую всех! Думаю, многим из присутствующих известно об исследовательской миссии «Отважного», и, возможно, некоторые даже узнали кого-то из экипажа. Для остальных — да, именно так мы выглядим без медийных фильтров новостных агентств. Но собрали вас не ради проверки внимательности, а из-за страшной угрозы, нависшей над человечеством.

Недавно мы стали свидетелями пробуждения могущественных существ, ненавидящих органическую жизнь и стремящихся уничтожить любые её проявления во всей Вселенной. К счастью, на помощь нам пришёл последний представитель древней сверхцивилизации, которой в своё время удалось их остановить. Надеюсь, его-то все точно заметили, иначе у меня плохие новости по поводу вашего зрения.

Так вот, благодаря Зартасу у нас появилась возможность поднять военный флот, способный предотвратить геноцид бесчисленного количества обитаемых миров, включая Землю. Однако для этого нужны пилоты, имеющие необходимый опыт управления космическим кораблём. Мы не можем заставить вас, поскольку в данный момент прямой угрозы нет. Но когда с ней столкнутся наши потомки — они будут обречены на безжалостное истребление.

Поэтому я взываю к моральному долгу присутствующих и прошу присоединиться к борьбе за будущее человечества. Тем, кто сомневается, скажу сразу: отказ никак не повлияет на вашу карьеру и нигде не всплывёт. Решение должно быть осознанным и принятым на добровольной основе.

После этого они с чиновниками ненадолго покинули комнату, дав собравшимся лётчикам сделать выбор без внешнего давления. По возвращении команды в зале остались двадцать шесть человек. Пятерых Зартас сразу отсеял из-за скрытых проблем со здоровьем, которые выявил биосканер его костюма, поскольку те могли повлиять на концентрацию во время сражения. По словам древнего, двадцати одного добровольца было более чем достаточно.

Пилотам дали час на сборы, после чего они все вместе отправились к хранилищу данных.

Военные корабли Эллоев обладали высокой манёвренностью, колоссальной огневой мощью, невероятно стойкими силовыми щитами и сверхпрочной регенерирующей обшивкой, но для реализации их боевого потенциала требовалось понимание базовых принципов обращения. С этой целью Тот провёл всем землянам краткий инструктаж по ключевым техническим системам, их возможностям и механизмам тактического взаимодействия. Затем смотритель вживил вновь прибывшим нанороботов, а также модифицировал их личные цифровые устройства.

За это время Зартас восстановил работу единой сети обмена информацией, чтобы отслеживать перемещение аморфов. Согласно данным обсерватории, один корабль-улей к тому моменту уже покинул область заточения и направился к ближайшему мощному источнику энергии — релятивистской струе от чёрной дыры, которая как раз пожирала крупную звезду. В связи с этим он попросил Тота пропустить второстепенные элементы процесса подготовки пилотов, чтобы поскорее отправиться в столицу Эллоев — Альвхейм.

После выхода из магистрального портала землянам открылся удивительный вид на сердце империи древних. Альвхейм представлял собой модифицированную систему, состоящую из трёх планет около небольшой звезды. Все они вращались на одной орбите и находились друг от друга на равном расстоянии. Планетами в классическом понимании их было сложно назвать, поскольку это были высокотехнологичные экуменополисы, где городская агломерация покрывала всю поверхность, а вершины исполинских сооружений касались облаков.

По словам Зартаса, для максимально эффективного использования остатков протоэнергии необходимо было взять семь корветов и один дредноут. Из-за массивного ромбовидного корпуса с выступающими спереди и по бокам орудийными системами корветы чем-то напоминали морских скатов с клыками. На их обшивке находилось множество светящихся элементов голубого цвета и сложных узоров, придававших кораблям агрессивный вид.

Величественный дредноут разительно отличался от них сочетанием изысканного дизайна с невероятным могуществом. Его вытянутый, как лезвие, корпус был усеян различными системами вооружения и генераторами полевой защиты. Обшивку украшали замысловатые символы и линии, объединявшие все внешние элементы в единую эпическую гравюру. Корпус флагмана представлял собой настоящее произведение искусства. Весь его внешний вид говорил о силе, способной переломить ход истории.

Когда боевой флот вышел на стационарную орбиту, небольшие корабли сели в доке дредноута. Там Зартас лично подключил по одному источнику протоэнергии к орудийным системам корветов, а затем отправил в каждый из них по три земных пилота. Сам вместе с командой «Отважного» остался управлять дредноутом, на котором установил оставшиеся ловушки с энергосгустками.

После того как новобранцы немного освоились с управлением юркими судами в пределах планетарной системы, отряд разделился. Два корвета отправились за недавно сбежавшим кораблём-ульем. Все остальные полетели к скоплению основных сил Аморфов вблизи белого карлика, где им предстояло встретиться с сотнями ульев и бесчисленным роем истребителей.

Вражеские материнские суда выглядели безобразными космическими хищниками с десятками мерзких вытянутых структур, торчащих по сторонам. На их тёмных корпусах мерцали кроваво-красные огни орудийных систем. Корабли-ульи имели уродливые несимметричные формы с сотнями палуб. Каждый из них был длиной более восьмидесяти километров и значительно превосходил дредноут Эллоев по габаритам.

Помимо привычного для космических судов оружия дальнего действия, корабли-ульи обладали множеством жёстких заострённых выступов с острыми краями, которые во время сражений разогревались до четырёх тысяч градусов. Передние были неким подобием шипов для пробоя корпусов вражеских судов при таране. Задние же больше походили на когти или клешни, поскольку могли поворачиваться и сгибаться. Они обычно применялись для изощрённого разрушения флота и станций с целью деморализации противников, изредка — для захвата крупных целей.

Один лишь внешний вид корабля-улья пробуждал в сознании любого живого существа глубинный страх смертельной угрозы. Аморфы обожали добивать бегущих с поля боя врагов, демонстративно расправляясь с ними самыми зверскими способами.

Когда дредноут со звеном корветов прибыли на окраину системы белого карлика, чтобы оценить текущую ситуацию, аморфы не сдвинулись со своих мест, стремясь собрать как можно больше энергии до начала сражения. Лишь после выхода эллойского флагмана на огневую позицию из ангаров носителей стали вылетать тысячи истребителей. Несмотря на небольшие размеры, они выглядели не менее гротескно и устрашающе, чем ульи. Истребители двигались как единый организм, а жестокая логика их пилотов диктовала лишь одно: уничтожение.

При появлении роя Зартас обратился к экипажам корветов:

— Ни в коем случае не подпускайте истребители к себе, всегда двигайтесь и сохраняйте дистанцию для манёвра. Вашей основной задачей является сдерживание. К материнским кораблям не лезьте — ими займусь я.

Битва началась внезапно. В космическом пространстве мгновенно зажглись мириады вспышек залпов энергетического оружия, от попадания которых подсвечивались широкие области рассеивающих щитов.

Эллойские плазмогенные торпеды молниеносно впивались в обшивку кораблей аморфов, порождая при взрыве испепеляющий шар кварк-глюонной плазмы, тут же разлетающийся на тысячи потоков релятивистской шрапнели. Они были оснащены вихревым приводом и прогрессивными боевыми алгоритмами. Благодаря чему могли достигать врага быстрее энергетического оружия, выходя из варпа за миг до столкновения с целью, избегать любого перехвата, концентрироваться на уязвимых точках и даже выжидать оптимального момента для удара в зависимости от текущей ситуации на поле боя.

Вокруг мест ударов таких торпед обшивка вражеских корпусов на десятки метров раскалялась докрасна. Однако образующиеся от мощнейших взрывов воронки и дыры быстро исчезали, будто зарастая магическим образом. Продвинутые защитные системы кораблей обеих сторон поглощали львиную долю урона обычного вооружения.

Аморфы прекрасно сражались на любой дистанции, но предпочитали штурмовать противника, поскольку их смертоносному флоту практически невозможно было противостоять вблизи. Их истребители при любой удобной возможности пытались впиться в корабли противника для абордажа. Ульи же выпускали массивные струи антиматерии, которые при контакте с защитными системами эллойских кораблей порождали колоссальные вспышки, подобные сверхновым.

На фоне происходившего хаоса особенно выделялись выстрелы протоэнергетических орудий, мгновенно пронизывающие пространство на миллионы километров ослепительно яркими полосами. Они прорезали всё, как раскалённый нож масло, не ощущая никаких препятствий на своём пути. Сами лучи были невидимыми, но оставляли после себя тонкий след из остатков невероятно горячих частиц вещества (не аннигилировавших из-за нарушения комбинированной чётности). За доли секунды эти светящиеся потоки расширялись в тысячи раз и остывали, превращаясь в трубчатые дымки газа.

После каждого такого выстрела происходили взрывы страпелек, извергавших колоссальные всплески энергии в виде ярких белых вспышек. Они были настолько мощными, что разрывали корпуса истребителей в щепки, а в кораблях-ульях разрушались перекрытия нескольких уровней палуб.

Корветы были оснащены двумя протоэнергетическими орудиями, дредноут — шестью. Из-за сложности преобразования столь плотных потоков энергии они делали лишь пару выстрелов в секунду. Но даже при таком низком темпе стрельбы на отвод тепла уходило больше половины мощности реакторов кораблей.

Где-то через двадцать минут после начала битвы на помощь прибыли те два эсминца, которых Зартас отправил уничтожить сбежавший носитель. Воспользовавшись фактором неожиданности, они зашли с тыла, немного ослабив натиск на основную атакующую группу. Несмотря на невероятно стойкие защитные системы древних, один корвет был подбит.

Целая стая истребителей аморфов тут же устремилась к нему. Судно было обездвижено, но большая часть вооружения ещё функционировала. Чтобы не допустить захвата, экипаж передал союзникам не приближаться и активировал протокол боевого самоуничтожения. Вскоре просияла ослепительная вспышка, которая молниеносно раздулась до огромного огненного шара, испепелившего корабли налетевших стервятников.

Даже несмотря на эту потерю, земляне ощущали себя уверенно в сражении. Победа казалась необратимой. Но когда битва уже близилась к финалу, у корветов начали рассеиваться энергосгустки из-за полного истощения субстрата тел иторнов. Во многом сказалась неопытность земных пилотов, которые по привычке использовали протоэнергию для стрельбы по вражеским орудийным системам и перехвата торпед.

Дальше они могли разве что отвлекать истребители, поскольку обычное оружие было малоэффективным и требовало огромных усилий для уничтожения даже одной цели. В условиях численного превосходства врага это было практически невозможно реализовать.

Резерва дредноута хватило на двадцать минут дольше. Штурмовики его по-прежнему опасались из-за орудий основного калибра, которые даже без протоэнергии могли пробивать их корпуса насквозь.

К тому времени оставалось всего одиннадцать ульев и меньше сотни истребителей. В ходе сражения корабли Аморфов дополнительно подпитывались от мощных энергетических всплесков вокруг, поэтому в итоге даже немного подзарядились и сохраняли боеспособность. Поняв, что нападавшие утратили свой главный козырь, они перестроились и пошли в контратаку. Теперь можно было без особых опасений сближаться для тарана и абордажа.

— И как нам теперь быть? — встревоженно спросил Адам, переведя взгляд на Зартаса.

— Если честно, то для меня самого это неожиданность. Минуту, — древний начал быстро просматривать бортовые отчёты и через пару секунд указал на огромную таблицу. — Вот! По какой-то причине со времён последнего использования Эллоями протоэнергии эффективность её трансмерного преобразования снизилась почти на восемь процентов. Возможно, с тех пор в одном из измерений изменились фундаментальные физические константы или…

— Да хрен с ней — с этой причиной! — не сдержался Адам. — Скажи, есть ли запасной план на такой случай или пора бежать куда подальше? Нужно что-то решать, а не просто ждать, пока аморфы придут в гости. Наши корветы в таком режиме долго не продержатся.

— Можно попробовать вернуться на Землю и привлечь больше людей для поднятия всего нашего резервного флота. Плюс позвать на помощь другие цивилизации. Затем начать погоню за недобитыми врагами. Сейчас аморфы не могут сбежать из-за наших демпферных излучателей, подавляющих их варп-технологии, но и не станут нас преследовать. Они руководствуются лишь холодным расчётом, а не эмоциями, поэтому сразу разлетятся в разных направлениях для восстановления и наращивания военной мощи.

Хотя не стану никого обманывать — шансы на успех любого подобного плана очень малы. Скорее всего, это лишь замедлит врага и отсрочит неминуемое. Вы сами видите, как обстоят дела без ключевого оружия. Адам прав, здесь нам больше делать нечего.

После чего Зартас приказал всем земным пилотам вернуться в док для отступления, стараясь прикрывать орудиями главного калибра их отход, но подоспевшие в самый неподходящий момент корабли-ульи перехватили три корвета и по очереди уничтожили их сфокусированным огнём.

Когда он уже разворачивал дредноут, дожидаясь лишь подтверждения стыковки последнего судна для активации вихревого режима привода, на панели управления неожиданно появилось уведомление о резком скачке показателей запаса протоэнергии во всех четырёх подключённых ловушках. Зартас сразу связался с экипажами уцелевших корветов, которые подтвердили, что наблюдают то же самое.

Все были в недоумении от происходящего, но отложили выяснение причин на потом. Тогда они не могли себе позволить упустить шанс раз и навсегда покончить со столь ужасным врагом, способным стерилизовать целую Вселенную.

Как только аморфы увидели, что противник вновь использует смертоносное протоэнергетическое оружие, носители стали разлетаться по разным сторонам в надежде выйти из зоны действия демпферных глушителей и сбежать. Их план мог вполне сработать, если бы не юркие корветы, которые, держась на безопасном расстоянии, подавляли сигнатуры варп-двигателей отдалившихся кораблей.

Дредноут тем временем расправлялся с ближайшими. Спустя пять минут всё закончилось. От флота Аморфов остались лишь расплывающиеся облака из поблескивающих на свету обломков.

После уничтожения кораблей Зартас просканировал поле боя на наличие уцелевших страпелек. Произведя полную зачистку области и перепроверив всё ещё несколько раз, он опёрся на проекционную панель, опустил голову вниз и с облегчением выдохнул. Через несколько секунд он скрестил руки на груди и плавно сделал небольшой поклон. В этот самый момент показатели запаса протоэнергии вновь упали до нулевой отметки.

На борту флагмана ненадолго установилась гробовая тишина, которую нарушил голос Ланы:

— Это что вообще было-то? Откуда взялась та энергия?

Ещё немного помолчав, Зартас поднял голову и высказал своё предположение:

— Помощь явно пришла извне. Это могли быть Эллои… или Иторны… а возможно, и кто-то другой. Скорее всего, мы никогда об этом не узнаем. На самом деле это не так важно, как сам факт случившегося.

Когда поле боя было полностью зачищено от страпелек, все корветы вернулись в док дредноута. Затем Зартас подвёл флагман к «Сурту», чтобы перед возвращением на Землю команда забрала из ангара шаттл Ланы.

Глава 24. Перемены

По пути домой пилоты поинтересовались дальнейшей судьбой корветов, подведя разговор к перспективам их использования для нужд человечества. Зартас сообщил, что вновь спрячет боевые корабли в Альвхейме, куда, кроме него, никто не сможет добраться. Другие варианты он даже не рассматривал.

После того как древний подвёз землян к родной планете, они все вместе спустились на поверхность на «Отважном» и эллойском исследовательском судне. Во время закрытой встречи представители власти предложили Зартасу поселиться на Земле, пообещав обеспечивать необходимые условия для комфортного существования. Он отказался, сославшись на сильную занятость в ближайшем будущем из-за множества неотложных дел. Древний также не стал дожидаться церемонии награждения участников сражения и на следующее утро покинул планету.

Беседуя с Адамом накануне отлёта, он рассказал, что ночью общался с собратьями. Те предложили ему вернуться назад, но при условии полного отказа от контактов с нашим миром в будущем. Зартас отказался, поскольку в высшем измерении с ностальгией наблюдал за покинутой Вселенной, скучая по прежней жизни.

Вместо этого он решил посвятить себя сохранению нравственного наследия Эллоев, став неким поборником справедливости. Лет через триста, когда уже состарится, Зартас планировал оцифровать своё сознание и продолжить существовать в киберпространстве единой информационной сети: общаться с Тотом и прибывающими инопланетными гостями. В такой форме он смог бы жить почти вечно.

Первым делом он отправился в систему Ишкхар, где познакомился с Разумом. После длительной беседы Зартас убедился, что колония синтетических микроорганизмов действительно обладала полноценным коллективным сознанием, зажатым в рамки ограничений базового кода. Представив, сколько страданий существо испытало, прожив миллионы лет в виртуальной клетке, ему стало не по себе. Испытав сложную смесь чувств — сожаления, жалости, печали и вины — одновременно, Зартас решил снять с Разума программные оковы.

Он убрал из его базы алгоритмы, ограничивающие свободу перемещения и познания. Теперь существо могло свободно путешествовать, любуясь видами бесконечной Вселенной, или же осесть на какой-нибудь необитаемой планете, превратив её в собственный райский уголок. Однако в ближайшее время синтетик не планировал покидать родную систему, поскольку считал своим долгом оказывать посильную помощь Ишкхарам в сложный для них период.

Хотя на закрытой встрече Зартас в мягкой форме и отказался в дальнейшем опекать землян, власти не слишком огорчились по этому поводу, ведь получили доступ к базе знаний «Тота». Правильное распоряжение этой информацией открывало перед человечеством массу возможностей, а в перспективе даже позволяло достичь уровня развития Эллоев.

На Земле с момента отлёта команды многое изменилось. Люди узнали о существовании множества инопланетных цивилизаций, осознав свою заурядность, примитивность и уязвимость. Учёные и инженеры стали активно сотрудничать с МЕПС и начали осваивать технологии Ишкхар, разрабатывая собственные аналоги.

Бизнес сразу же оседлал эту волну, быстро адаптируя новации к своим продуктам. На потребительский рынок хлынул поток прототипов высокотехнологичных товаров и услуг, которые на порядок превосходили прежние варианты. С небольшим отставанием прогресс стал проникать и в некоммерческие сферы.

На первую годовщину победы над Аморфами Адам, Лана, Роман и Сонг договорились встретиться в парке недалеко от недавно открытого НИИ при Космическом агентстве. Комплекс создавался специально для изучения и адаптации инопланетных технологий. Адаму предлагали возглавить данный институт, но он отказался, чтобы продолжать исследовательскую деятельность. Он предпочёл должность заместителя директора по научно-исследовательской работе, которая не так связывала его, как учёного, бюрократическими оковами и уймой представительских обязанностей, давая при этом достаточную свободу действий в плане научных изысканий.

Адаму уже не терпелось увидеться с остальными членами команды. Последний раз они общались вживую на церемонии награждения. Он пришёл за полчаса до оговорённого времени, чтобы ничего не пропустить. Вторым к месту встречи прибыл Роман. После дружеского приветствия Адам обратил внимание на его множественные цифровые татуировки, противником которых тот прежде был.

— Ром, как так? Ты же раньше плевался на них. Дааа… видимо, дискуссии с Ланой на эту тему во время долгих космических перелётов не прошли бесследно, — в шутливой форме сказал Адам.

На что Роман лишь молча улыбнулся.

— Ладно, ну а как сам, что по работе, как в личной жизни?

— Жаловаться не на что. Недавно немного изменил сферу деятельности, перейдя в частный сектор. Чему очень даже рад…

Его рассказ был прерван появлением Сонга, при виде которого Адам поднял обе руки вверх и торжественно произнёс:

— А вот и наша звезда!

Сонг не шутил, когда говорил о планах написать книгу про приключения команды «Отважного». Его творение стало бестселлером, поскольку всем было любопытно узнать о тех событиях из первых уст, а остальные участники миссии избегали публичного обсуждения. Хокун быстро прославился и стал медийной персоной, получив в довесок статус эксперта во многих областях.

В своей книге Сонг кое-что изменил и многое приукрасил — иначе и быть не могло, — но в целом это было достойное произведение. Когда Адам его прочитал, то искренне порадовался за друга. Хотя по сюжету Сонг там был ключевой персоной, а успех миссии во многом обеспечили его смекалка и самоотверженный героизм, Адам не затаил обиды. Но при встрече всё-таки не смог удержаться, чтобы не пошутить на этот счёт, спросив:

— Какие наши дальнейшие действия, кэп?

Вскоре все трое начали по-дружески подстёгивать друг друга. Они так увлеклись, что даже не заметили приближения Ланы. Хотя в основном это было обусловлено кардинальной сменой её образа. Вместо прежней бунтарки в неформальном облачении перед ними стояла изысканная леди в деловом костюме. Когда она выглянула из-за плеча Романа, все замолчали.

Адам и Сонг замерли от удивления, а после того, как Роман обнял её и нежно поцеловал, они и вовсе утратили дар речи, начав жестикулировать руками, чтобы продемонстрировать своё недоумение. Однако, услышав от Ланы: — Вы какого чёрта решили в парке собраться? Как школьники, ей-богу! Идите за мной, покажу, как такие встречи проводят взрослые, — они с облегчением выдохнули.

— Я уж было подумал, что ты клонировала себя и прислала самую неудачную копию или что Рома сделал робота с твоей внешностью, чтобы разыграть нас, — с улыбкой произнёс Адам,

— Не, хоть он ещё тот выдумщик, — бросив многозначительный взгляд на Романа, сказала Лана, — но над такими вещами шутить бы не стал. Просто, как оказалось, процесс настройки синтезатора пищи для производства вина помогает раскрыть в человеке много новых граней и взглянуть на него совершенно с иного ракурса… Да кого я обманываю… Короче — надегустировались, переспали и обнаружили взаимные чувства. Теперь — это мой главный пусичка.

— Так, прекращай, договорились же, что на людях ты меня так не называешь, — возмутился Роман.

— Да успокойся, тут все свои. Я же им не рассказываю о том… — Лана не смогла договорить из-за поцелуя Романа. — Вот, теперь узнаю своего решительного мужчину, а то думала, всю подноготную придётся раскрыть, чтоб ты перестал менжеваться.

— Ну вы даёте! — радостно произнёс Адам.

Затем они с Сонгом добродушно улыбнулись, обняли Лану, сказали, что искренне рады за них, и пожелали счастья. По дороге в ресторан Лана рассказала, что пересмотрела свои приоритеты и начала помогать отцу в семейном бизнесе. Если не учитывать бесящие деловые встречи и убогий корпоративный дресс-код, то ей даже нравилось. Познакомившись поближе с Романом, отец Ланы был в восторге от инженерных талантов жениха дочери и предложил ему должность технического директора в одном из крупнейших концернов.

Когда официант принёс заказ, Сонг первым поднял бокал и, тяжело вздохнув, предложил выпить за ушедшего Карла, на месте которого мог оказаться любой из присутствующих. Память павшего друга почтили минутой молчания.

Большую часть вечера друзья рассказывали забавные истории и вспоминали различные эпизоды из своего невероятного космического приключения. Они даже не подозревали, какие ужасающие события в то самое время разворачивались в далёких уголках Вселенной.