Осколки прошлого

Глава 1

Глава 1. Термос

Кай жил один с сентября. Мать уехала в Польшу — сначала на полгода, потом на год, потом сказала «ещё немного, сынок, тут платят нормально». Она звонила по воскресеньям, в шесть вечера, ровно. Голос в трубке был бодрый, с помехами. «Как учёба? Деньги пришли? Ешь горячее?» Бабушка звонила раз в неделю из Борисова, вздыхала так, что было слышно через трубку. Кай говорил «всё нормально» и клал трубку первым.

Квартира была маленькая, двухкомнатная, с обоями в цветочек, которые клеила ещё бабушка. В холодильнике — что купил сам. На столе — ноутбук с треснувшим углом и стопка тетрадей. На полу — гантели: турник во дворе зимой обледеневал, а бросать форму было нельзя. Кай знал: если перестать двигаться — стены сомкнутся.

Он не жаловался. Просто иногда, возвращаясь из школы, стоял в прихожей минуту-другую, слушал тишину. Потом включал свет во всех комнатах сразу.

Лилию он заметил в октябре. Шёл по коридору, а она стояла у окна с Роуз и смеялась. Запрокинула голову, волосы рассыпались, и в смехе было что-то, от чего Кай остановился. Не от красоты. От того, что ей было по-настоящему весело. Будто она не играла.

Он пошёл дальше. Что он мог сказать? «Привет, я Кай из девятого, я живу один и иногда разговариваю со стенами»?

Через неделю он стоял в столовой и покупал какао. Не планировал. Просто на улице было холодно, а у него с собой был старый отцовский термос. Он налил туда горячее какао, взял два одноразовых стаканчика. На перемене увидел её — она выходила из кабинета, огляделась и пошла к лестнице. Кай догнал.

— Привет.

Она обернулась. Посмотрела снизу вверх — он был выше её на полголовы. Без удивления, просто ждала.

— Держи, — он протянул стакан. — У меня с собой термос. Тут много. Не пропадать же.

Она посмотрела на какао. Потом на него. Потом опять на какао.

— Ты всегда так делаешь?

— Как?

— Подходишь к незнакомым с напитками.

— Ты не незнакомая. Ты Лилия из одиннадцатого.

— А ты?

— Кай. Из девятого.

— Кай из девятого, — повторила она. И взяла. — Спасибо.

Она ушла. А он стоял и чувствовал, как горит лицо.

Так это и началось. Каждое утро он наливал в термос какао и брал два стакана. Иногда она брала сразу. Иногда говорила «ой, я уже пила» и проходила мимо, и он потом допивал остывшее какао сам, потому что выбрасывать было глупо. Но чаще брала. И эти две минуты — пока она стояла рядом, грела руки о стакан и говорила что-то вроде «сладко очень, но вкусно» — были единственным, что держало его в школе.

Он узнал про Диана случайно. Стоял у кабинета физики, ждал звонка, и услышал, как Лилия говорит с Роуз.

— Он вчера опять.

— Что опять?

— Ну… опять. Не хочу.

— Лиль.

— Всё нормально. Правда.

Голос был ровный. Слишком ровный. Кай отошёл. На следующий день снова налил какао.

Диан был из одиннадцатого. Капитан баскетбольной команды, широкий, с той уверенностью, которую даёт привычка брать своё. Кай видел его в коридорах — тот всегда смеялся громче всех и клал руку Лилии на плечо так, будто ставил печать. Кай не боялся его. Но и не искал встречи. Он просто носил какао.

А потом был стадион.

Кай тренировался. Подтягивался — раз, два, три, до десяти, потом до пятнадцати, потом сбивался и начинал заново. Краем глаза заметил компанию на лавке: Лилия, Роуз, Джеймс, Диан. Сидели близко. Но это было не его дело.

Он подтягивался. Считал. Дышал. Не смотрел.

Голоса стали громче. Диан говорил быстро, резко. Лилия отвечала тише, но твёрдо. Кай не слышал слов. Только ритм. Спор. Потом Диан встал. Резко. Скамейка скрипнула. И его рука дёрнулась — не удар, но движение, от которого Лилия вздрогнула и отшатнулась.

Кай не помнил, как оказался рядом. Просто в какой-то момент он стоял между ними.

— Она сказала, чтобы ты отошёл.

Диан посмотрел на него. Они были примерно одного роста, но Диан шире в плечах. От него пахло злостью и дешёвым одеколоном.

— Ты кто вообще?

— Неважно. Она сказала, чтобы ты отошёл.

— Это моя девушка. Иди гуляй, малой.

— Я не малой.

Диан усмехнулся. Шагнул вперёд. Кай не отступил. Внутри всё дрожало. Он боялся, что его ударят. Боялся, что не справится. Боялся, что Лилия скажет «не лезь» и он вернётся к турнику, и всё будет как раньше. Но она не сказала. Она стояла за его спиной, и он чувствовал её взгляд.

— Ты чё, серьёзно? — спросил Диан. — Девятый класс. Герой.

— Я не герой. Просто она сказала отойти.

Пауза. Диан смотрел на него. И Кай увидел — на секунду, короткую, как вспышка — что-то ещё. Не страх. Усталость. Как будто Диан тоже не хотел этого всего. Как будто он тоже стоял когда-то у окна и смотрел, как живут другие. А потом научился брать.

— Ладно, — сказал Диан. — Разбирайтесь сами. — Он сплюнул. Повернулся. Пошёл. Джеймс поднялся и пошёл за ним. Роуз осталась.

А потом начался дождь.

Мелкий, холодный. Лилия стояла в лёгкой куртке без капюшона. Кай снял свой шарф — старый, серый, вязаный, — и протянул ей. Пришлось наклониться, потому что она была ниже.

— На. А то промокнешь.

— А ты?

— Мне идти пять минут. Не умру.

Он не стал ждать. Развернулся и пошёл. Дождь бил по футболке, по плечам, по лицу. Он не оборачивался. Боялся, что если обернётся, то увидит её сожалеющую улыбку — ту, которую дарят младшим. Или, что хуже, не увидит ничего.

Он не знал, что за его спиной Лилия стояла с его шарфом в руках и смотрела ему вслед. И что Роуз тихо сказала:

— Он тебе не просто так какао носит, Лиль.

И что Лилия ничего не ответила. Потому что не знала, что сказать.