Осколки души: Наследие Древних

Пролог

Арбахерман стоял, чуть наклонив голову, на вершине своей башни и печально взирал на свой массивный лабиринт с большим количеством беседок, стоящих по разным участкам лабиринта. В каждой из беседок лежали его лучшие артефакторные изделия. На создание каждого из своих артефактов он потратил частицы своей души, придав тем самым им необычные, а порой и пугающие свойства.

Стоит сказать, что его артефакты не были детскими поделками недалёких магов и ни в какое сравнение почти не зависели от правил других миров. Ну и самое главное, что при правильном использовании его артефакты могли поспорить с поделками богов, а в некоторых аспектах даже их превзойти, давая мастеру дань уважения и признания, хоть и не в широких кругах. И хоть он не мог превзойти даже первых учеников их бога, он всё равно считался лучшим артефактором древних, что возносило его на достаточно высокий уровень в иерархии древних.

Окидывая своими пронзительными голубыми глазами взгляды на беседки, в его голове шевельнулась досадная мысль, что он так и не успел найти артефактам достойных владельцев, а тем более сделать привязку крови, навсегда закрепив за ними статус владельца.

В эту секунду, прерывая вялый поток мыслей Арбахермана, словно не давая ему решить, что делать, по лабиринту прокатился грохот и крики ярости — это были искусственно выведенные биологические конструкты, которые когда-то были созданы Арбахермантом, снова выясняли, кто из них сильней и главнее в этом лабиринте. Как ни странно, в своё время ему нравилось создавать этих созданий, придавая им черты настоящих хищников, но с того времени утекло много воды. Настолько много, что он уже и сам не помнил, по подобию кого он их создавал. Однако сейчас Арбахерманта беспокоили совсем другие мысли. А именно война богов.

Арбахерман в глубине своей души проклинал всё больше разгорающуюся войну с богами. Самое главное было то, что их создатель кинул клич, от которого, увы, нельзя уклониться его народу, а таким народом были древние. И, собираясь на последний бой, Арбахерман понимал, что им не суждено победить в этой войне. Вот только и сохранить нейтралитет не получится. А значит, скорее всего, он умрёт, как и все остальные древние. И произойдёт всё в ближайшие часы или даже минуты. Кто знает, сколько они смогут продержаться против богов.

Арбахерман последний раз тяжёлым взглядом окинул лабиринт и остановил свой взгляд на портале, стоящем в одном из многочисленных участков его лабиринта. Он на несколько секунд замер, смотря на запечатанный портал, а потом, подумав, слетел с башни и подлетел к порталу. Остановился он резко и начал вглядываться в пространство над порталом. Там сияла почти невидимая для всех, кто не обладал астральным взором, печать, мановением руки он разрушил печать запрета, которая не давала перемещаться через портал в его домен. Запретные руны астрала — один из разделов, которые древние познали лучше тех, для кого они были изначально созданы.

В голове Арбахермана возникла мысль дать шанс младшим расам, которым покровительствовали древние. Пусть у них будет шанс завладеть этими артефактами, подумал Арбахерман. Ему как мастеру очень хотелось, чтобы его артефакты получили свой путь и своё начало, а их владельцы с любовью и уважением отдавали дань неизвестному им артефактору. Вот только доберутся до его артефактов самые достойные, а до обладания доменом вряд ли вообще кто-нибудь когда-то доберётся.

Он взмыл над лабиринтом и башней и в последний раз окинул взглядом лабиринт, в котором были заточены его артефакты, словно в темнице. Арбахерман был поистине великим мастером, и ему было очень жаль, что все его артефакты не имеют владельцев. Для мастера порой самое главное была не сама его жизнь, а то, как будут использоваться созданные его руками вещи.

Однако он не знал, что, вложив в каждый из своих артефактов частичку своей души, у него появился шанс возродиться в случае, если хотя бы один артефакт наберёт нужное количество энергии и попадёт в руки талантливого призывателя.

Тяжело вздохнув, он мановением руки создал небольшой личный портал и покинул домен, не надеясь больше вернуться сюда.

* * *

Как же хорошо сидеть на террасе своего загородного дома и попивать чаёк, когда тебе никто не мешает, никто не тревожит, никто не навязывается. Остаётся только сидеть и попивать чай, попутно слушая пение птиц. Думать о вечном и мечтать о несбыточном.

Но всё это рано или поздно заканчивается, и пора идти выкапывать яму под осенние листья с моего немаленького сада.

Но как же не хочется этим заниматься, но надо. Я с кряхтением поднялся из-за стола и пошёл к выбранному мною месту, это единственное место, где по какой-то причине не растут деревья, они постоянно увядают и заболевают. Возможно, закопанные там листья как-нибудь помогут деревьям на этом участке земли начать расти? А то негармонично смотрится эта половина сада без деревьев.

Хотя кого я обманываю, всё равно ничего там не начнёт расти от небольшого количества компоста. Да и почему мне надо, чтобы там что-то росло? Вполне хватает и того, что есть. Надо будет потом построить там какой-нибудь сарай. Но это будет уже не сегодня. И не завтра, всё-таки бюджет и время ограниченно.

Вытащив из хлама свою садовую лопату, я начал копать. Копать пришлось довольно долго, пока не наткнулся на что-то твёрдое, по звукам камень. Но, нагнувшись и убрав небольшой слой земли, я увидел каменную кладку, которой тут быть не могло. Пожалуй, чую, сегодня мне будет чем заняться, подумал я, пробуждая в себе дух исследователя.

Налегая на лопату, я начал медленно, но верно раскапывать дальше. И чем дольше я углублялся и расширялся вширь, тем больше вырисовывался узор старинного здания. Здания, которого здесь быть не должно, хотя кто знает, что могло тут быть до гражданской войны, а следом и Великой Отечественной. Возможно, какое-то поместье дворян.

Когда я полностью раскопал, спустя пару дней, в ходе которых я подумывал всё бросить и закопать всё от греха подальше назад, но дух исследователя всё-таки брал верх над здравым смыслом, и я продолжал копать дальше. И наконец-то я смог докопать и увидеть то, что там скрывалось от посторонних взглядов.

Это было разрушенное здание, которое всё это время было под моим участком! Здание частично уходило дальше вглубь земли. Но даже той части, что я смог откопать, хватило, чтобы я смог пролезть внутрь руин.

Оказавшись в развалинах, которые, по ощущениям, чудом держали свои своды, я увидел непонятные, настораживающие чуть светящиеся символы на стенах. Вдоль коридора было достаточно много обваленных проходов, в которые так просто, увы, было не попасть. Поэтому, осмотревшись по сторонам, я заметил в конце коридора лестницу, к которой и направился, надеясь, что не найду её такой же обваленной, как и всё это здание.

Идти было достаточно сложно, ведь весь пол был усеян мелкими крошащимися под ногами камнями, которые изрядно заставили меня помучиться, преодолевая зигзагами коридор, стараясь обходить наиболее подозрительные места на то, чтобы обвалиться прямо под ногами.

Спустившись по достаточно крутой и хлипкой на вид лестнице, я вышел в небольшой комнате. Осматриваясь по сторонам, я увидел перед своими глазами непонятную арку, напоминающую отдалённо портал. Находилась она посредине небольшой комнаты напротив входа в помещение.

Рядом с ней располагалась панель управления, на которой, как и на арке, были написаны всё те же символы, которые так часто попадались мне по пути сюда.

Подойдя ближе, я увидел, что посередине панели управления располагалась самая большая кнопка, а вокруг неё располагались другие, более мелкие кнопки. Некоторые кнопки уже были нажаты. С боку по кругу панели управления ниже кнопок были лампочки, которые пока что находились в неактивном состоянии. И да, теперь у меня не оставалось сомнений, что это портал. Иначе вся эта конструкция теряла свой смысл.

Начав более детальный осмотр комнаты, я заметил на окаменелом столе непонятную книгу. Она выглядела очень древней и была довольно сильно потрепана от времени. Я, движимый любопытством, аккуратно открыл книгу и разочарованно вздохнул: в книжке были всё те же непонятные мне символы. Но между тем в книжке были и иллюстрации. В результате изучения иллюстраций и логики я понял, что для запуска нужно нажать на центральную кнопку. Хотя кого я обманываю, это и так было очевидно, даже думать не надо было.

Что делать дальше — непонятно, да, надо будет позже осмотреть и другие помещения, потому что я уверен, что они тут есть, ведь большая часть проходов здания была обвалена, и кто знает, что ещё тут может скрываться, но вернёмся к порталу.

И как вы думаете, что я сделал? Может, позвонил в полицию или в научный центр? Нет, я взял и решил активировать портал. Ничего не меняя в настройках, я нажал на центральную кнопку на пульте управления. Еле слышно раздался щелчок, после которого я замер, ожидая активации портала. Символы на арке загорелись, после чего на несколько секунд повисла звенящая тишина. Символы в это время наливались всё ярче, пока не достигли своего предела, после чего раздался небольшой хлопок и появилась дрожащая плёнка портала, за которой ничего нельзя было, к сожалению, рассмотреть.

Портал полностью активировался, а дух исследователя не собирался меня покидать, заставляя сделать несколько шагов, чтобы войти в портал. И я сделал эти несколько шагов, даже не задумавшись о том, чтобы подготовиться к тому, что может меня ждать на той стороне. Нет бы проверить, куда он ведёт, с помощью камеры, но нет, безрассудство победило здравый смысл, а с ним и мысли, заставляя просто наслаждаться ощущением эйфории, охватившей меня после того, как я вошёл в портал, навстречу неизвестности.

На мгновение я зажмурился, просто наслаждаясь этим чувством, и вывалился из портала, чуть не свалившись. Чувство эйфории пропало так же внезапно, как и появилось. При внимательном рассмотрении я понял, что споткнулся об ступеньку, которая непонятно зачем тут вообще нужна. Хотя, может, именно для того и нужно, чтобы эйфорию сбивать, в принципе не столь важно.

Оглядевшись по сторонам, я понял, что оказался в неизвестном мне месте, хотя было бы странно, если бы я это место узнал. Перед моими глазами находилась беседка, а в ней стоял пьедестал с мечом. В первую очередь я посмотрел в другие стороны и увидел и другие беседки в округе с разными предметами. За беседками высились огромные стены, которые были почти со всех сторон от портала. Из тех предметов, что я видел: жезл, копьё, ещё разное оружие и ювелирные изделия.

Но я направился к ближайшей беседке с мечом, этот меч как будто бы манил меня к себе. Я шёл, не задумываясь о последствиях и о том, что тут просто обязаны быть обитатели этого места, до беседки я дошёл быстро и, войдя внутрь, схватил меч с пьедестала. Не знаю, зачем я его схватил и для чего, ведь воровских повадок я за собой никогда до этого не наблюдал.

Но после того, как я схватил меч, в округе начал сгущаться мрак. А по ушам резанул душераздирающий крик. Понимая, что надо уносить ноги из этого места, я бросился бежать к порталу, не обращая внимания по сторонам, но на половине дороги мне преградило путь непонятное существо, напоминающее чем-то сороконожку. Сороконожка бросилась на меня. Меч будто бы сам дёрнулся в сторону и перерубил тело монстра напополам. Мне некогда было удивляться, а тем более рассматривать тварь. Мне хотелось одного — поскорее выбраться из этого проклятого места. Которое продолжало давить визгом по ушам.

Уже подбегая к порталу, я услышал взмахи крыльями за моей спиной. Спотыкаясь об всю ту же ступень, что и раньше, я забежал в портал и, добежав до кнопки, в последнюю секунду успеваю выключить портал. Ну как почти, на полу осталась лохматая когтистая лапа. Я ещё секунд пять постоял, вслушиваясь в тишину, а затем закружилась голова, и я провалился в черноту.

Глава 1

Прошёл месяц с момента, как я нашёл портал. Я весь месяц не сидел сложа руки и пытался расшифровать символы, находящиеся как на рамке портала, так и на пульте управления. Но аналогов таких символов не мог нигде найти: в книгах по криптографии похожих символов не было, в интернете тоже. Поэтому, немного подумав, я начал реставрировать руины. Чтобы они не упали мне на голову во время моего нахождения там, хотя после достаточно долгого осмотра я понял, что они крепче, чем кажутся на первый взгляд. Но всё же решил перестраховаться.

Начал усиленно тренироваться и заниматься спортом, убегать ведь как-то надо. Прочёл тонну книг по выживанию, половину забыл, ну и неважно, впрочем, зато время потратил. Потренировался владению мечом, что у меня на самом деле получалось замечательно, а меч ощущался как продолжение руки. И теперь я смело могу сказать, что я готов вновь зайти в портал.

Я взял с собой рюкзак с провиантами. Ввёл первые попавшиеся на угад координаты из книги и зашёл в портал, готовясь испытать ту эйфорию, что испытал в прошлый раз. Но уже ступив в портал, понял, что я забыл взять меч с небольшого принесённого мной столика возле портала. К сожалению, возможности вернуться за мечом у меня уже не было.

Выйдя из портала, на этот раз хотя бы не было ступеньки, что меня порадовало. Осмотревшись, я остался немного в замешательстве. Такое ощущение, что я очутился в настоящем времени. За моей спиной с тихим шумом схлопнулся портал.

Оглядываясь, я видел много современных небоскрёбов, но были и отличия: повсюду снуют люди с какими-то разными техническими приборами, явно немного не вписывающимися в их стиль одежды. По небу, тихо гудя, летают летающие машины, что свидетельствует о том, что развитие в этом мире ненамного, но превышает наше, да и отличий я уже много нашёл. Конечно, оставался вариант, что это недалёкое будущее, но я что-то очень сомневаюсь в этом.

После моего здесь появления все начали оборачиваться на звук в сторону портала, пока я глазел по сторонам, заметил некоторые отличия от наших зданий в стиле, незначительные, но всё-таки непривычные. Вскоре вокруг портала собралась целая толпа. Они говорили на непонятном мне языке, а некоторые даже подходили и что-то спрашивали у меня.

К площади, на которой я очутился, медленно подлетел летающий автомобиль, на котором был изображён непонятный мне герб. Из машины вышло четверо людей в гвардейской форме. А вот и местные полицейские пожаловали, подумал я.

Они направились в мою сторону, что-то громко говоря толпе. Толпа начала расступаться перед ними, и было заметно, как некоторые из толпы посматривали на гвардейцев с опаской. Сразу становилось понятно, что гвардейцы тут не просиживают штаны, а делами занимаются.

Гвардейцы приблизились ко мне на расстояние двух шагов и, остановившись, начали что-то спрашивать. Внутри меня медленно начала зарождаться паника, так как портал закрылся, а людей, стоящих передо мной, я понять не могу, и тут даже я себя смог мысленно похвалить за то, что я не взял с собой оружие, иначе сейчас была бы совсем другая картина.

В любом случае я начал сначала пробовать говорить на русском, потом перешёл на английский, и всё равно стоящие напротив меня гвардейцы смотрели на меня с недоумением и непониманием. На несколько долгих секунд повисла звенящая тишина, в ходе которой гвардейцы недоумённо переглядывались, а я с печалью и обречённостью смотрел на них.

Однако от моего взгляда не утаилось то, что один из гвардейцев почесал затылок, а потом что-то быстро начал говорить своим товарищам. Договорив с ними, он быстрой походкой направился к машине. Спустя пару минут копания в машине он нашёл то, что искал, и радостно направился в нашу сторону. В руках он нёс неизвестный мне предмет. При детальном рассмотрении я понял, что это небольшая пластинка.

Подойдя ближе ко мне, он приблизился вплотную и положил какой-то треугольник мне за ухо, разглядеть точно я не успел, а через секунду уже было не до этого. В глазах потемнело от пронзившей меня резкой боли. Я почувствовал, как что-то входит под кожу в районе уха. Боль нельзя было передать словами. Однако скоро это закончилось, и я смог наконец сфокусироваться на окружающих меня гвардейцах.

— Теперь ты нас понимаешь? — спросил гвардеец, пристально глядя на меня.

В голове сразу пронёсся поток мыслей, который сходился на том, что у них есть технологии, которые очень бы пригодились нашему миру. А ведь если получится как-то открыть портал и наладить торговлю, то с этого можно очень хорошо заработать.

— Да, где я? — спросил я у гвардейцев, потому что по-другому их язык называть не поворачивался. Довольно улыбнувшись, гвардеец произнёс:

— Вы находитесь в Арсалийской империи. Пройдёмте, пожалуйста, за нами, нам надо вас представить своему начальнику.

Ну, само собой, они не могут просто разрешить мне гулять по городу, да и мне будет полезно попасть в то место, где мне, скорее всего, ответят на возникшие в моей голове вопросы. Кстати, неплохой достаточно вариант развития события с попаданием в развитый мир ещё и в город, а то мог попасть при выходе из портала и в более плохую ситуацию, но кто мог знать, что портал закроется?

После моего утвердительного ответа, в ходе которого я понял, что я ответил им на их языке, они направились в сторону летающей машины, я, естественно, последовал за ними. Сев в машину, я начал задавать им разные интересующие меня вопросы, на которые, увы, они не дали мне ответа, сославшись на приказ. Раздался еле слышимый звук двигателя, и машина плавно поднялась в воздух. Уже летя в летающей машине, я рассматривал небоскрёбы, которые очень быстро проносились перед глазами.

Вскоре мы подлетели к возвышающемуся над другими небоскрёбами зданию. Как я понял, это было здание местных стражей правопорядка. Влетели мы на этаж-парковку, где было ещё множество разных летающих машин и персонала. Выйдя из машины, меня повели по коридорам к высокоскоростному лифту, на котором мы уже и поднялись на этаж, где располагались кабинеты.

По этажу вели меня недолго и привели в кабинет, в котором сидел полноватый мужчина с нарочно скучающим видом. В его глазах читался интерес, который он очень плохо пытался скрыть. Выслушав гвардейцев, он попросил их удалиться. После ухода гвардейцев он начал разговор со мной.

— Здравствуйте, присаживайтесь. — сказал он мне, и, дождавшись, пока я сяду, он снова заговорил: — Мне бы хотелось услышать о том, как вы попали в нашу империю.

Я принялся ему рассказывать про свой мир и найденный мной портал. Во время моего рассказа он только сидел и иногда задавал уточняющие и наводящие вопросы. После того как я наконец закончил рассказ, он встал и принялся ходить по кабинету.

— Это всё очень занимательно, но… — сказал он и замолчал.

— Но? — переспросил я, думая о своем.

— После вашего рассказа я вспомнил один из случаев прибытия в наш мир через этот портал. И я вам могу помочь и свести с тем человеком, который вышел из того портала. — сказал глава управления гвардии.

Оп-па, вот это уже удача, которую нельзя упускать, ведь именно человек, вышедший из портала и долгое время тут проживший, должен суметь помочь мне с возвращением назад.

— Я бы был вам очень признателен в этом. — произнёс я осторожно.

Пристально поглядев на меня, он улыбнулся и сказал:

— Отлично, я напишу письмо, которое передам со своими гвардейцами, которые вас и доставят к нему. И не переживайте, после моего письма он обязательно вас примет.

— Буду вам очень признателен. — ответил я.

— Ах да, чуть не забыл, — произнёс начальник гвардии, которого звали Арис. Он быстро двинулся к полке и начал там что-то искать. Найдя, он протянул этот предмет мне. Это было складное зеркало, которое он назвал нефритом голоса и объяснил, как им пользоваться. А также предостерёг, что надо его скрывать абсолютно от всех.

Меня такой вариант устроил, поэтому я, недолго думая, закинул нефрит голоса в карман своей ветровки, потому что прямая связь аж с начальником гвардии — это очень хорошее подспорье, особенно для меня.

— Ну что ж, раз мы всё обсудили, то подождите буквально десять минут в коридоре, пока я обо всем распоряжусь и напишу письмо.

Через десять минут я снова шёл по коридорам в сопровождении гвардейцев. И размышлял о том, что неплохо будет по дороге расспросить гвардейцев о мире, в котором я очутился, да и узнать о том человеке, к которому меня везут, тоже надо.

Арис:

Арис сидел в своём кабинете, размышляя о прошедшем разговоре. Разговор выдался на редкость интересным. Арис поднялся, прокручивая все события прошедшего часа. Началось всё с того, что ему сообщили верные ему гвардейцы о прибытии в их мир через портал человека. Само по себе это было уже небывалое событие, ведь портал считается нерабочим. Лучшие умы империи пытались его открыть, но у них, увы, это не вышло. Когда же к нему доставили этого человека, у главы департамента стражи родился план, как разыграть свою новую партию.

В результате разговора он заставил молодого человека чувствовать себя обязанным ему. Главной задачей было незаметно ввести этого человека в доверенный круг князя. А зная, как князь любит продвигать доверенных ему людей на высокие должности и статусы, была возможность позже надавить на этого молодого человека тем, что благодаря его рекомендации князь его и принял, и заставить сообщать его обо всех планах князя. Благо быстрая связь с молодым человеком через нефрит голоса, стоящий как космос, у него есть, не зря он является главой тайной безопасности, осталось только дождаться правильного момента.

Глава 2

На следующий день я сидел в выделенной мне комнате в резиденции князя. Сегодня должна быть моя аудиенция у князя, и я очень ждал этого момента. Вам, наверное, интересно, что я смог узнать у гвардейцев по дороге в резиденцию князя, которая, кстати, находилась довольно далеко от города. Первое, что я у них узнал, так это то, что князь достаточно известен, ну а как иначе, всё-таки князей всего три. Сделал он карьеру очень быстро, буквально летя по ступеням.

В тот момент времени он после выхода из портала попал в руки городской стражи. Начальство тогда быстро сориентировалось и доложило в столицу императору. Почему в этот раз так не сделали, тоже было понятно, еще один выскочка в империи никому из знати не нужен.

Заинтересованный тогда ещё молодой император пригласил никому не известного путешественника на аудиенцию. Позже он был приглашён имперской канцелярией на бал. На балу в тот день находилось множество знатнейших людей империи, и так вышло, что они захотели скомпрометировать нового фаворита в глазах императора.

Произошла ссора, в результате которой состоялась дуэль. В начале дуэли тогда ещё простолюдин выкрикнул лозунг «За императора и империю». Заметивший дуэль и действия своего гостя император после победы подзывает его и объявляет о присуждении ему княжеского титула и земель. В общем, личность известная, очень занятая, да и императору преданная. Ну да попробуй тут быть кому-то не преданным, если тебя буквально из грязи в князи вывели.

Ещё гвардейцы рассказали мне и о политической ситуации, сложившейся вокруг императора Арсалийской империи. Под руководством императора были огромные земли, которые он разделил между тремя князьями. Которых, в свою очередь, поставил наместниками над баронствами и герцогствами. Хоть политика императора и была направлена на то, чтобы сплотить между собой всех своих подданных, это выходило из рук вон плохо.

Причиной такого была коррупция на разных уровнях государства. Да, коррупционеров ловили, сажали, но всё равно всех не получалось изничтожить. Князья, в свою очередь, вели интриги между друг другом и обращали свои взоры на подконтрольные себе территории в случае, если падал их доход с этих земель. А так их даже не волновало, если на тех землях менялся резко правитель, главное, чтобы платить не прекращали.

Бароны тоже были не прочь повоевать и вели между собой почти непрекращающиеся войны за более богатые территории, разумеется, не забывая платить налоги с новых земель. Короче, проблем в империи было множество, и решать их как-то надо. Из-за чего императору приходилось постоянно придумывать и вводить новые реформы.

Но мало было внутренних проблем империи, так были ещё и внешние политические проблемы. Изредка на имперские земли покушались другие империи. Впрочем, это было императору даже где-то выгодно, после каждой такой войны империя расширяла свои владения, а дворяне на время объединялись для борьбы с внешней угрозой. Пожалуй, единственной грозной силой, представляющей угрозу, являлась раскинувшаяся почти на половину континента Скупиринская империя.

Скупиринская империя славилась не меньшим технологическим развитием, а где-то даже его и превышавшим. Да и армия была в несколько раз лучше, что, впрочем, никогда не мешало обеим империям мирно сосуществовать.

Из-за двери в мои покои, прерывая поток моих мыслей, раздался стук, и после моего разрешения войти на пороге показался дворецкий, звали его Лука. Сказав, что меня для важного разговора в своём кабинете ожидает князь, Лука вышел в коридор, давая мне несколько секунд, чтобы я закончил свои приготовления к приёму. Я придирчиво осмотрел себя в зеркале, всё-таки на приём иду, и, удовлетворившись своим внешним видом, последовал за быстро удаляющимся дворецким.

Проходя по резиденции князя, я в который раз отмечаю обставленность всех коридоров и комнат с избыточным изыском и роскошью. Повсюду висели картины, стояли столики с разным оружием, что немного нарушало технику безопасности, но будем считать, что у всех, кого сюда допускают, есть понятие о чести. Двигались мы недолго и вскоре вышли в приёмный зал.

В приёмном зале сидело парочку человек, ожидающих разрешение на вход. Попросив меня секунду подождать, дворецкий с уверенным видом пошёл к двери, подле которой стояла парочка охранников. После того как он перекинулся парой слов с охранниками, дворецкий поманил меня рукой. Я пошёл следом за дворецким, который уже входил в кабинет.

Вошли мы в достаточно просторный кабинет. Оглядывая кабинет, могу сказать, что он также был обставлен с роскошью, однако в этот раз уже без избыточности. Князь сидел в середине кабинета за своим столом. После того как мы вошли в кабинет, князь завёл разговор.

— Лука, прошу оставить нас с этим молодым человеком наедине.

— Да, конечно. — Ответил Лука, покидая кабинет.

После ухода дворецкого между нами с князем повисла тяжёлая тишина, за время которой я успел достаточно хорошо осмотреть своего собеседника. На самом деле князь был в довольно почтительном возрасте. По моим ощущениям, ему было чуть больше пятидесяти. Густая растительность на лице добавляла в глазах любого человека ему мужественности. Князь был довольно спортивного телосложения. Глянув на его руки, лежащие на столе, я увидел на правой руки перстень. В конце я посмотрел в его глаза, где плескалось непримиримое любопытство и предвкушение от предстоящего разговора.

— Чего же вы не присаживаетесь, молодой человек? Ах, простите, совсем не знаю вашего имени. — Обратился он ко мне. Спохватившись, я присел и только потом начал говорить. — Меня зовут Максим.

— Приятно познакомиться, Максим. — В тот момент, пока он это говорил, я думал, как к нему обращаться, ведь мне это так никто и не сказал. «Что-то плохо я готов к встрече», — пронеслась мысль.

— А вы…

— Ах да, можете обращаться ко мне Павел Алексеевич. А вас, насколько я понимаю, привело сюда желание узнать, что вам теперь делать и как вернуться обратно в ваш мир? — Спросил он.

— Да, Павел Алексеевич. У меня множество к вам вопросов, и очень хочется получить на них ответы. Если вы, конечно, не против.

— Разумеется, но сначала я бы у вас тоже кое-что хотел бы узнать.

И вот только сейчас я понял, что он перешёл и говорит на русском языке, что достаточно сильно упрощает разговор, в том числе и потому, что мне не надо мучиться несколько секунд, ожидая, когда произойдёт перевод с их языка на наш.

Да и на русском намного привычнее именно мне говорить. Да, конечно, благодаря устройству, которое мне дали, не приходилось сильно заморачиваться, говорил я сразу на их языке, правда, очень сильно идёт нагрузка на мозг, затрудняя долгие разговоры, потому что слова из их языка запоминаются сразу.

— И что же вы хотите у меня узнать? — спросил я.

— Видите ли, мне тоже очень интересно узнать, что произошло за то время на Земле, пока меня там не было. — сказал Павел Алексеевич, выжидательно на меня смотря.

Спустя довольно много продолжительных расспросов о Земле, в ходе которых я точно узнал, из какого он временного промежутка. А был он из промежутка существования Советского союза.

После князь рассказал немного о истории, благодаря которой он и оказался в этом мире. Оказывается, в 1939 году он и его товарищи-учёные нашли в архивах упоминание о каком-то древнем артефакте, благодаря которому можно было перемещаться в разные миры.

Тогда ещё молодые учёные, заинтересованные этими документами, отправились на раскопки примерного расположения этого портала. Портал они нашли, и Павел Алексеевич решил не дожидаться остальных, отправился исследовать портал. Сам портал, насколько я понял, был где-то в сибирских пещерах. Уже переместившись, он понял, что оказался в западне, и с тех пор ищет способ выбраться отсюда. Причём он поделился со мной теорией, что, скорее всего, портал схлопывается именно из-за различия проходящего времени между двумя мирами.

В результате размышлений я пришёл к выводам, что либо учёные из экспедиции все по какой-то причине умерли в пещере, либо всю их находку засекретили, и теперь она находится где-то в тайной лаборатории России. По-другому просто не понять, почему учёные не попытались отправиться следом спасать одного из своих товарищей.

— Ну что я могу вам сказать? Ваши рассказы меня очень впечатляли, и мне надо время, чтобы обдумать всё то, что вы мне рассказали. Если вы не возражаете, давайте продолжим наш разговор чуть позже, сейчас, к сожалению, у меня много других дел, которые я, увы, не могу оставить без своего внимания. — Сказал князь мне.

— Да, конечно, я понимаю, что у вас много работы. Да и, признаться честно, я уже сам устал от нашего разговора. Но я готов его продолжить, как только вы освободитесь и будете готовы меня принять для продолжения нашего знакомства. — Ответил я.

Поднявшись со стула и ещё раз попрощавшись с князем, я вышел из кабинета и направился по коридорам резиденции князя, рассматривая картины. Но это было не основным, что я хотел сделать, а хотел я найти выход в княжеский парк. Как мне сказали гвардейцы, парк мог по своей шикарности проиграть только императорскому, ну а как я мог упустить возможность побывать во втором по шику парку в империи?

Плутать, к счастью, пришлось мне недолго, и вскоре я обнаружил дворецкого. Который в это время с какой-то гордостью рассматривал один из мечей.

— Лука, не мог бы ты меня проводить, пожалуйста, в парк? — Спросил я у него.

— Да, ваше сиятельство. Позвольте, я вас туда проведу. — Сказал он.

— Буду тебе очень признателен, Лука. — Ответил я, обрадованный тем, что мне больше не придётся здесь плутать.

Через пару минут мы были уже в парке. Парк был великолепен, сразу было видно, что на его содержание тратились огромные суммы денег. Но, честно, после того как я не раз был в лучших парках страны, тут я не видел почти никаких отличий. Повсюду росли цветы, были проложены дорожки и по классике стояли скамейки. Я распрощался с дворецким и начал бродить по парку в поисках каких неизвестных на земле растений.

Через какое-то время я вышел к небольшому фонтану, возле которого была неприметная беседка. Я решил зайти в беседку, чтобы немного передохнуть. Погода была довольно солнечная, и меня быстро разморило. Признаться, я сам не заметил, как заснул, а когда проснулся, был удивлён.

Князь:

Князь сидел в своём кабинете и переводил дух, только что он наконец закончил все свои дела и наконец освободился для того, чтобы продолжить разговор с молодым человеком, который находится сейчас где-то в его владениях.

В кабинет постучались, и после разрешения войти вошёл Лука, который принёс чай с небольшой булочкой и поставил поднос на стол. Князь, встрепенувшись, начал потягивать из кружки чай, начав разговор.

— Спасибо, Лука, что бы я без тебя делал. — Произнёс князь, надкусывая булку.

— Что вы, господин, я как порядочный дворецкий просто обязан заботиться о своём господине. — Произнёс в который раз Лука.

— Да, Лука, мне очень повезло с тобой, и я, если ты не против, хотел узнать, где в данный момент находится мой гость? — Спросил князь, выжидающе глядя на Луку.

— Ваш гость уже как полдня ходит по вашему прекрасному парку. — Произнёс Лука.

— Вот и парком я тебе тоже обязан, без тебя я бы, наверное, на него и забил. — Произнёс благодарно князь.

— Не думаю, вы прекрасный хозяин. — Произнёс Лука.

— Спасибо тебе, Лука, за верную службу на протяжении долгих лет, можешь идти отдыхать, сегодня ты мне больше не понадобишься. — Произнёс князь, допивая чай.

Лука подхватил пустой поднос и вышел из кабинета князя, а сам князь, встав из-за стола, бодрой походкой направился через чёрный вход в парк искать своего гостя, и кажется, что князь даже знал, куда направился его гость.

Проснулся я оттого, что в животе немного бурчало. Появилось небольшое чувство голода, которое и вытащило меня из моего сна. Открыв глаза, я увидел, что наступил вечер. Надо признать, что вечер был поистине необычным, ввиду того что из беседки открывался потрясающий воображение вид. Ничего подобного раньше я в жизни не видел, и это добавляло таинственности происходящему.

Я глядел вперёд, туда, где находился фонтан, там открывался невообразимый вид. Я сидел и наслаждался открывшимся мне видом, не обращая ни на что больше внимания. Мне было очень любопытно наблюдать за происходящим возле фонтана. Цветы словно находились в необычном танце, парили на небольшой высоте от земли. Каждый из цветков переливался разными оттенками радуги, весело подплясывал в воздухе. Издавая при этом звуки, похожие на мелодию.

В голову пришли мысли, которые заставили ненадолго задуматься о том, что будет дальше со мной в этом мире. Такой удивительный мир вызывал у меня в душе дух исследователя, который хочет разгадать все тайны и загадки в этом мире за тот короткий срок, что предначертан ему судьбой. Мне хотелось как можно дольше оставаться в этом мире и с жадностью впитывать знания. Возможно, получится и что-то принести в свой мир после возвращения.

Я все продолжал надеяться, что разговор с князем, который мы договорились продолжить потом, раскроет мне немного тайн об этом поистине интересном мире. Ещё в глубине теплилась надежда на то, что князь сможет помочь в поисках того, что поможет выбраться из этого мира.

Вдруг со стороны входа в беседку послышались шаги. Неторопливые, но при этом достаточно слышимые. Повернув голову, я увидел входящего на порог беседки князя, который не спеша направился в мою сторону. Присев рядом со мной, он перевёл взгляд на танцующие цветы и неторопливо завёл разговор.

— Признаться, я не ожидал вас тут увидеть. Но раз вы уже оказались тут, то я думаю, что вы уже успели оценить красоту прекрасного сада и его небольшую тайну. — Говоря это, князь всё смотрел в сторону танцующих цветов. — Наверное, вас интересует, почему цветы так себя ведут? — спросил медленно князь, который и так знает, что в нашем мире нет ничего подобного, после чего продолжил говорить.

— Сейчас у них сезон цветения и опыления. Признаться, я и сам, когда впервые их увидел, был восхищён. Мне бы очень хотелось исследовать и другие различные виды цветов и растений, но, увы, титул князя накладывает свои ограничения на свободное время.

А как бы хотелось снова хоть немного побыть в роли обычного учёного и неспешно изучать тайны и загадки природы. Этот сад был создан для того, чтобы я хоть немного мог расслабиться от своих обязанностей. А сами цветы я нашёл по пути из столицы и перенёс в свой сад.

Теперь я иногда могу наблюдать за размножением и опылением цветов, которые я назвал парящими, хоть они и танцуют только во время брачной ночи. Многие растения, живущие в моем саду, поражают своим разнообразием моих гостей, а с моим садом по роскоши может поспорить только королевский парк.

— Да, это поистине завораживающее зрелище. И я понимаю вашу печаль и обязанности, которые на вас лежат. — ответил я.

На какое-то время в воздухе повисла звенящая тишина. Каждый из нас думал о своём, попутно смотря на причудливый танец цветов.

— Конечно, не хочется говорить о делах. Но они, к сожалению, требуют какого-нибудь решения. — сказал князь.

— Я весь в вашем распоряжении и буду рад вас выслушать. — ответил я.

— Видите ли, я обдумал всё вами сказанное и могу вам сказать и уверить, что я давно уже ищу информацию, которая, возможно, сможет приоткрыть тайну того, как работает портал. И что нужно для того, чтобы он снова заработал. — сказал князь и на минуту задумался.

— Я, конечно, на верном пути к тому, чтобы добраться до той информации, но на это потребуется ещё какое-то время. Но я придумал, чем на это время вас занять. Да и мне этим вы окажете огромную услугу, если поможете. — сказал князь и выжидающе посмотрел на меня.

— Я буду вам очень признателен и помогу вам, если это будет в моих силах. — ответил я, чуть подумав.

— О, тут вы можете не переживать, на самом деле задание не такое сложное, как на первый взгляд. Я назначу вас как внебрачного сына и последнего наследника барона Коньякова. От вас потребуется только поуправлять территориями во владении барона, пока я не найду подходящую замену на твоё место, ну или пока я не смогу найти способ вернуть тебя домой. — ответил он.

— Но позвольте, разве вы не собираетесь вернуться? — спросил я.

— Что вы, мне нет в этом необходимости, к тому же в этом мире я добился достаточно больших высот и влияния. А в том мире у меня уже никого из родственников, скорее всего, не осталось, ведь вы сами говорили, что с того времени, как я оказался тут, прошло уже много лет. — ответил он мне с небольшой насмешкой.

Вот тут и кроются мои опасения, что я могу в свой мир вернуться с разницей в несколько месяцев, а может даже в года.

— Знаешь, пожалуй, этот разговор немного затянулся, чем я этого ожидал, да и, к сожалению, у меня ещё есть некоторые незаконченные дела. Да и надо будет подготовить кое-какие документы, подтверждающие твою личность и высокий статус. — С этими словами он встал, похлопал меня по плечу и удалился из беседки.

Уже давно сгустились сумерки, а я всё задумчиво следил за брачным танцем цветов. В голове было множество вопросов, на которые я не мог себе до конца дать ответы. Но я всё-таки был очень впечатлён этим миром и словами князя, который за секунду сделал мне достаточно интересный подарок. Попробовать себя в роли небольшого правителя — это будет незабываемый и интересный опыт, который приведёт меня к новым свершениям.

Глава 3

Прошло пару дней после прошедшего разговора между мной и князем. Всё свободное время я гулял по саду и читал различные книги по этому миру, благо, как оказалось, визор, который в первый день мне выдали гвардейцы, не только переводил речь с одного языка на другой. Но и имел намного больше различных применений. И да, благодаря нему я смог переводить язык арсалийцев, правда, всё так же с задержкой, но эффект, как и в прошлый раз, был недолгий. И уже через сутки я не только общался на их языке, но и читал.

Да, тот небольшой плоский треугольник назывался визором, если переводить на наш язык. Как я понял, это что-то от остатков технологий древних. Однако опять-таки мне намекнули сильно не распространяться об этом ещё тогда, летя в летающей машине. Но сейчас не об этом.

Изучив множество книг, а также порасспросив Луку, я выяснил, что этот мир очень отличался от привычной нам Земли. Как по жанрам книг, так и по истории создания самого мира. О чём говорить, если тут даже флора и фауна превосходили развитие той, что на Земле.

К примеру, где-то в южной части континента находятся всегда ледяной остров, где растут ледяные цветы. И, как пишут в некоторых ботанических книгах, это может быть остаточный след от исследований древних. Где-то в океане встречаются водяные драконы, тоже, скорее всего, остаток следа древней цивилизации, но не суть.

Я многое обдумал за два дня времени и понял, что простой прогулки по этому миру не получится, да и приключения я умею на свою пятую точку находить, потому я и не сомневался, что приключения запомнятся на всю оставшуюся жизнь, ну, если, конечно, смогу выжить, разумеется. Помимо этого во мне всё также горел азарт, и я ждал и не мог дождаться момента, когда меня наконец отправят во владения барона, и вот полчаса назад приходил Лука и сообщил, что меня ждёт князь. Времени я терять сильно не стал и подготовился.

Даже успел собрать вещи к выезду, предварительно проверив, всё ли я забрал из комнаты из своих вещей. Вещей на самом деле, кроме увесистого рюкзака, в котором до сих пор лежали полезные принадлежности. Моя уже не раз выручавшая меня в плохую погоду ветровка тоже была уже на мне, готовая меня защищать как от жары, так и от непогоды. Вообще ветровка была уникальной в своем роде. И в своем мире я тогда отдал немало, чтобы ее себе приобрести. Оставив рюкзак на стуле всё же не таскать же за собой его, я направился в приёмный зал, благо уже выучил маршруты передвижения.

В приёмной, как и всегда, сидело пара человек, печально ждущих своей очереди. Быстрыми шагами я пересёк приёмный зал и, сказав пару слов охраннику, вошёл в кабинет. В кабинете был как сам владелец кабинета, так и дворецкий, который внимательно слушал всё, что говорил ему князь. Заметив меня, они оба поднялись из-за стола, и князь пошёл к книжному шкафу, не забывая разговаривать с моей скромной персоной.

— Ну что ж, дорогой мой товарищ. Вот и пришло время вашего временного назначения на должность барона. — в шутливом тоне сказал князь. А глаза при этом оставались предельно серьёзными, какими были перед самым началом разговора.

— Документы и всё остальное я приготовил. Всё, что вам осталось, это сесть в карету и отправиться к вашим новым владениям. Но перед этим я бы хотел преподнести вам один свой подарок, который может вам пригодиться в вашем нелёгком пути, да и по статусу он вам положен.

С этими словами он достал из своего стола обычный карандаш. Я на него посмотрел с недоумением. Я ведь думал, что он может вручить мне какое фамильное украшение, ну или на крайний случай родовой перстень, похожий на тот, что находится сейчас у него на руке.

— Вижу, ты очень удивлён тем, что я тебе даю, по твоим мыслям, обычный карандаш. Я и сам был удивлён, когда мне вручали точно такой много лет назад. — сказал князь, смеясь. Потом, подобравшись, он снова заговорил, на этот раз серьёзно.

— Возьми его в руку и мысленно отдай команду на активацию, и увидишь, как в твоих руках появляется одно из самых грозных оружий, существующих в этом мире.

Я, послушавшись совета князя, сделал так, как он сказал, правда, ещё до конца не понимая, зачем это делаю. В ту же минуту в моих руках появилась рукоять меча, и через секунду появился и сам меч. Я, потрясённый происходящим, посмотрел вопросительно на князя. Нет, ну действительно, а как ещё смотреть на него после такого прекрасного подарка, который, скорее всего, не раз спасёт мою пятую точку из передряг.

— Меч — это одна из немногих технологий древних, которая дошла до нас вместе с чертежами. Такие мечи в основном доступны для дворян. Но иногда встречаются и у обычных людей. Главное их преимущество — это прочность и компактность, ну и возможность прорубить проход даже в некоторых стенах. А главный минус — цена в ресурсах для их создания, и делают их всего пару мастеров на всю империю.

Я стоял и слушал качающего головой князя, снова поражаясь тому, что он только что рассказал мне. А ведь узнать, что меч может даже некоторые стены проламывать, очень полезная информация, особенно если знать, как ее правильно применить.

— Убрать меч можно по команде, опять же мысленной. Ну что ж, раз ты оценил мой подарок, то мы можем с тобой на время проститься. Как только я найду информацию о предмете, который поможет активировать портал, я тебе пошлю гонца.

— Я вам очень благодарен за ваш подарок и помощь, которую вы мне оказываете. Пусть вам сопутствует удача в поиске нужной вам информации. — очнувшись, произнес я. Продолжая рассматривать подаренный мне князем меч. После чего наконец мысленным усилием приказал мечу вернуться в неактивное состояние и положил его в карман ветровки.

— А вот ещё и твои документы. — Князь взял в руки смутно похожую на наши обычные паспорта, но всё же отличающуюся от них удостоверение личности. Да ещё и имелся некий контраст цвета из-за ярко-синего оттенка на обложке.

Я взял в руки свои новые документы и, раскрыв, начал читать, что там написано, а написано там было слишком много липовой информации, вплоть до самого имени. И так, по документам меня теперь зовут Маркиз Коньяков, и имелась приписка снизу титула барон, рядом с которой, скорее всего, находился родовой герб Коньяковых.

— Имя пришлось изменить, ну не переводится нормально оно на язык этого мира. — Начал оправдываться князь, из-за чего мне пришлось его в срочном порядке заверить, что меня всё полностью устраивает и что ему не о чем беспокоиться. После мы ещё немного поговорили о некоторых вещах, и, распрощавшись, он вернулся к своим делам, а я направился в столовую, чтобы подкрепиться перед тяжёлой дорогой, которая сегодня предстоит мне.

Должен сказать, что кормили в столовой у князя отменно, и пусть мне теперь немного не по статусу обедать вместе с работающими тут простолюдинами, мне на это было все равно. Ну не собираюсь я из-за статуса полностью менять свой привычный образ жизни, да и на самом деле у меня и титул-то липовый, и об этом знаю только я и князь с Лукой, который предан князю по гроб. Не знаю, правда, почему он настолько предан, но это, пожалуй, не моё дело, и не мне о нём узнавать.

После обеда я зашёл в свою комнату, чтобы забрать свой рюкзак, и, окинув напоследок комнату, выделенную мне князем, покинул её. В эту комнату я ещё раз вряд ли вернусь. Хотя, как знать, может, и не в последний. Быстро найдя дворецкого, который и провёл меня к карете, которая должна будет доставить меня к владениям барона Коньякова.

По дороге мы разговорились с дворецким. И Лука ещё немного рассказал про интересующую меня информацию. Рассказал он и то, что древними называли цивилизацию, которая жила множество лет назад, а все они являлись потомками слуг древних. Думаю, не надо говорить, что их технологии были намного прогрессивнее тех, что есть сейчас, да и использование старых технологий древних говорит само за себя.

В кармане ветровки лежал подарок князя — меч-карандаш. Признаться, я до сих пор был в неком диссонансе. Тот самый карандаш у меня вызывал небольшой страх. Ну а вдруг он активируется в тот момент, когда будет лежать в кармане? На это моё беспокойство Лука ответил, что это устройство древних, а как известно, в устройствах древних предусмотрена некая защита для владельца от случайной активации.

Вот только как предмет древних и на основе чего понимает, что я случайно захотел активировать меч, непонятно. Может, всё-таки стоило заканчивать обучение на инженера-программиста, но всё равно эти знания, скорее всего, не смогли бы мне понять, на основе чего работает прибор древних. А у меня уже три предмета древних, а я только сюда попал, что будет потом? Буду, скорее всего, как новогодняя ёлка ими обвешан.

А может быть и наоборот, и мне не повезёт столкнуться с местными бандитами ну или на крайний случай дворянами, потому что я явно не смогу победить обучаемого с самого детства дуэлям дворянина. О чём даже говорить, если я и оружием владею так себе, да и рисунку боя меня никогда в жизни не обучали, просто не было необходимости в этом. Вот огнестрельным оружием я умел пользоваться, да только вот и достать его трудно, а держать его без лицензии у себя вообще противозаконно.

Наконец мы дошли до выезда с резиденции князя, где стояла обычная карета, которые в современном мире можно увидеть в музее. Но дело не в этом, мне стыдно признаться, что я так и забыл вам рассказать про существование некого закона, который запрещал пользоваться всем, кроме гвардии и армии, летающим транспортом, но и тут бывали некоторые исключения, пускай и не всегда. И я честно понимаю, почему это было сделано. Во-первых, каждая новая машина обходилась империи в крупную сумму, ну и помимо этого одна летающая машина хоть и облегчала путь, да и занимала намного меньше времени, но в первую очередь были именно военного образца. И да, тут не было привычного в нашем понятии топлива.

Ну и была проблема в дефиците пилотов такого транспорта. Поэтому я сейчас и стоял, к сожалению, не у летающей машины, а у кареты с лошадьми. Я неуклюже залез в карету и, попрощавшись в последний раз с Лукой, крикнул кучеру, чтобы он начинал движение. Карета довольно резво тронулась, и мы начали наш путь, который займет, скорее всего, больше одного дня. Карета быстрым ходом отдалялась от резиденции, но я успел последний раз в окно окинуть резиденцию князя перед тем, как она скрылась из виду за деревьями, густо росшими за территорией резиденции. Как я знаю, наш путь изредка будет проходить через лес, что вызывало некоторые опасения. Но, как говорится, только вперёд и только за приключениями.

Кабинет князя:

Князь смотрел в окно в сторону удаляющейся кареты с его гостем, который наконец покинул его резиденцию. Конечно, жаль было расставаться с таким интересным молодым человеком, но дела есть дела. А его интересов было очень много в том, чтобы новый барон Коньяков восстановил былую славу баронства. В его планах было подготовить эту территорию к обороне и началу отражения наступления Скупиринской империи.

К сожалению, он пока ещё даже не рассказал тому о предстоящей угрозе, потому что был всё ещё не уверен в своих опасениях, хоть, с другой стороны, его агенты приносили тревожные новости о перемещении Скупиринской армии. К сожалению, действующему императору Скупиринской империи становилось очень тесно по соседству с другой империей. Да и война, если подумать, обоим сторонам конфликта будет невыгодна, но тут опять-таки не народу решать, что выгодно, а что нет. А значит, стоит перестраховаться и направить несколько писем важным фигурам империи.

В кабинет постучался и вошёл дворецкий. — Я всё сделал, как вы и сказали, ваш гость уехал выполнять свои новые обязанности. Князь немного подумал перед своим ответом и сказал: — Ты молодец, Лука, но, к сожалению, твои дела на сегодня не закончены. Тебе предстоит отправиться к князю Вальхамскому и отдать ему письмо, которое я сейчас напишу. Князь принялся быстро строчить письмо своему дорогому другу. Уже после, когда он наконец всё дописал и запечатал его своей печатью, он, передав письмо Луке, отправился в сад через чёрный вход, находящийся в его кабинете.

Лука взял протянутый ему конверт и срочно покинул кабинет князя, направившись в конюшню, где было несколько всегда готовых к отбытию экипажей.

Несколько часов спустя кабинет Вальхамского:

Тихий стук разбудил задремавшего за бумагами князя. Приподняв голову, князь проворчал пару ласковых по поводу визитёра, который потревожил его сон. Кинув взгляд влево, где стояло зеркало, и приведя себя в порядок, князь наконец прокричал:

— Входите.

В кабинет вошёл известный и единственный незаменимый посланник князя Павла Алексеевича, которого, если правильно помнил князь, звали Лука. Князь недовольно глянул на часы: несмотря на то, что приём уже как час был окончен, его посмели потревожить, и это не добавляло симпатии стоящему перед ним обычному слуге. Но и высказать пренебрежения посланнику князя Павла Алексеевича князь Вальхамский не может, всё-таки друг.

— Вы по какому вопросу? — спросил наконец князь, не дождавшись ответа от простолюдина. Ну да, соблюдает устаревшее и иногда бесящее правило. А ведь закон о запрете простолюдинам первым говорить был упразднен ещё сорок лет назад.

— Князь Павел Алексеевич передал со мной письмо, ваша светлость.

— Письмо? И где оно? — Усмехнулся князь Вальхамский, надеясь, что посланник его потерял.

— Вот, ваша светлость. — Лука передал князю письмо, которое тот осмотрел и, разорвав печать на конверте, начал читать содержимое письма.

Дорогой мой друг, довожу до твоего сведения, что Скупиринская империя начинает скапливать на приграничной территории войска.

Ну, за это князь Вальхамский и сам знал, и это очень его раздражало. Его разведка ничуть не хуже, только пожелать он все равно ничего не может без разрешения императора. Армия-то князьям не подчиняется, если только их не назначают главнокомандующими.

В связи с этим в столицу к императору надо направить письмо с предложением на получение управления армии тобой и мной. В свою очередь, в эту игру уже вмешался неизвестный до конца фактор.

P. S.: поздравляю с женитьбой твоего сына, передай ему от меня искренние пожелания в счастливой и долгой жизни с его новой супругой. Искренне твой друг Павел Алексеевич.

М-да, и вот доставил он мне новой работы, пронеслось в мыслях князя Вальхамского. С другой стороны, все равно планировал письмо в столицу направлять, так почему бы императору не получить сразу два письма?

Так, а что там ещё в конце написал он? Князь снова перечитал последние строки и улыбнулся. А говорит, что у него нету рядом с моей персоной своих людей, так и поверил. Свадьбу-то ещё нигде не афишировали, хотя, может, уже и стоит. А то что-то совсем заработался, даже бал в честь свадьбы сына не устроил. Непорядок, надо будет распорядиться.

Так, и теперь надо решить, что делать в первую очередь. В первую очередь стоит написать ответное письмо князю, а потом надо ещё написать письмо императору. Князь принялся писать письмо князю, а содержание его было таким:

«Дорогой мой друг, я очень рад, что ты находишься в добром здравии и не забываешь следить не только за тем, что происходит за границей, но ещё и о том, что происходит в моей семье. И я бы очень хотел больше рассказать о довольно смешной истории, которая приключилась во время самого мероприятия венчания, но, к сожалению, не могу, понимая, что твой человек не уйдёт раньше, чем я передам ему письмо с моим ответом. В свою очередь, к этому письму будет прилагаться письмо к императору, которое, если я правильно понимаю, ты хочешь передать вместе со своим письмом. Кстати, приезжай двенадцатого числа, устроим наконец официальный бал, на котором наконец и сможем нормально поговорить. Позже отправлю официальное приглашение.»

P. S.: невестка ждёт первенца, скоро стану дедушкой. С любовью и искренностью, твой друг князь Вальхамский.

Перечитав внимательно письмо и убедившись, что ничего не забыл, князь Вальхамский сложил его в конверт и скрепил своей печатью, затем принялся быстро составлять письмо императору Арсалу Великому.

Лука все ещё стоял, дожидаясь, когда князь допишет второе письмо. Наконец князь подозвал Луку и вручил ему два письма с наказом доставить в целости и сохранности оба письма. Затем хозяин выпроводил гостя и остался один, размышляя о том, что хорошо бы было поесть и ложиться спать, а с документами и завтра на свежую голову можно разобраться.

Глава 4

В лучах заходящего солнца, которое очень быстро покидало небосклон, двигалась карета новоиспечённого барона Коньякова. Карета двигалась по достаточно густому лесу, находящемуся всего в дне пути от владений барона. Очень быстро начинали сгущаться сумерки. А как известно, это идеальное время для засады и быстрого нападения. Ну а наш герой и его кучер совсем не подозревают о том, что встретится им уже очень скоро в этом лесу.

Барон Коньяков, ничего не подозревая, ехал в карете и что-то писал в свой походный блокнот, захваченный из дома перед отправлением в этот мир. Барон очень старательно записывал то, что ему громко рассказывал кучер, как вдруг раздался резкий свист, и кучер, вскрикнув, замолк, чтобы больше никогда не встать с этой грешной земли.

Я сидел в карете и слушал кучера, когда произошло что-то непонятное. Во время рассказа кучера я услышал непонятный свист, и кучер, вскрикнув, замолк. Вдруг везде послышались какие-то звуки и шуршание. Потом карета резко остановилась, и я услышал множество голосов.

Тут до меня начало доходить, что я нахожусь в крайне печальном положении. Из их разговора я смог понять, что кучер мёртв. Поняв, что это разбойники, которые вряд ли оставят меня в живых, у меня в душе закрался сильный страх. Вдруг все разговоры смолкли, и я услышал чей-то хриплый бас.

— Будешь слушаться и делать, как я сказал, и останешься жив. А теперь медленно и без резких движений открываешь дверь кареты и выходишь с поднятыми руками, и без глупостей мне тут.

Похоже, это обращались ко мне. Ну да, а к кому еще, я тут один вообще-то. Недолго думая я понял, что единственный вариант выжить — это делать то, что говорит мне этот неизвестный разбойник. Решившись, я крикнул, что выхожу, и попросил не стрелять, начал медленно выбираться из кареты. Да, глупо, но другого варианта не было. Открыв дверь кареты, я медленно с поднятыми руками начал выходить из кареты.

На меня направилось как минимум семь арбалетов. В то время как я медленно выходил, кто-то из разбойников резко взял меня за шиворот и стащил со ступенек кареты и бесцеремонно бросил на землю. Я попытался подняться, и мне тот же голос сказал встать на колени. Выполнив их требования, я стоял и ждал, что будет дальше. Готовясь к самому худшему.

Разбойники разошлись полукругом, целясь на меня арбалетами. В середине их построения встал широкоплечий, давно небритый разбойник. У него на поясе висел топор. Скорее всего, он и был лидером разбойников. Мерзко ухмыльнувшись, он снова заговорил:

— Посмотрите, братья, кто попал к нам в сеть. Это не обычный купец или посыльный, а целый барон. Ну что, барон, наверное, и документы при себе имеются? Бархат, осмотри-ка его хорошенько, как нам повезло, что бароны стали настолько наивными, что не имеют уже при себе даже дружину.

Ко мне подошёл с достаточно умным видом разбойник. Он быстрыми движениями опытных рук обшарил все мои карманы и почтительно передал всё найденное в карманах своему главе.

Атаман шайки разбойников начал неторопливо осматривать вещи, бывшие при мне. Небрежно взяв удостоверение моей личности, он начал его читать, затем с ухмылкой посмотрел на меня, а потом презрительно скривился и произнёс: «Жалкий аристократишка», после чего швырнул документ куда-то в сторону.

Дальше он осмотрел со стороны блокнот и, подозвав одного из разбойников, сказал ему разбираться в записях. Сам он начал осматривать последний лежащий в его руках предмет, который являлся подарком князя. Вызвав оружие, он снова задумался и, хмыкнув, кинул под мои ноги меч, подаренный князем.

— Вставай и защищай свою честь, барон. — Сказав это, он приказал своей шайке разойтись ещё большим полукругом и опустить оружие. Видно было и то, что он просто забавляется надо мной, давая оружие, уверенный, что я ничего не смогу сделать и вообще буду вымаливать у него пощады. Ага, сейчас, разбежался.

Ну что ж, придётся его разочаровывать. Подобрав меч, кинутый к моим ногам, я стал, медленно поднимаясь на ноги, у меня созрел план. Я наконец смог достаточно хорошо осмотреть опушку леса, на которой мы находились. Спереди меня находился тот самый глава разбойников. Он уже успел снять с пояса свой массивный топор и неспешно перекидывал его из руки в руку. Позади меня находилась большая часть разбойников и сама карета. Туда отступать был не вариант.

В голове медленно родился план. Я честно не верил в свои силы победить опытного разбойника в схватке, и всё, что мне оставалось, это попытаться сместить битву к так желанным кустам, которые находились позади разбойника. Благо по лесу я умел ориентироваться хорошо, а главное, почти бесшумно передвигаться.

Атаман разбойников, наконец потеряв терпение, с криком ярости кинулся в атаку. С первых секунд на меня посыпался град ударов. Которые я с трудом успевал отбивать, параллельно потихоньку смещаясь к видневшимся краем глаза кустам. Мой противник, поняв, что я собрался сделать, усмехнулся и, ускорившись, начал наносить ещё быстрее свои удары. Тесня назад к карете, возле которой стояла вся остальная шайка, увлечённо наблюдая за боем. За несколько минут схватки я уже дважды был легко ранен оружием противника. К счастью, не критично для того, чтобы умереть, по крайней мере сразу.

Я уже начал понимать всю тщетность моих сопротивлений, вдобавок к которым я, отступая под градом осыпающихся на меня ударов, споткнулся об камень и начал падать. В этот момент мой противник находился в прыжке и не ожидал произошедшего. Поддался сильно вперёд и открылся передо мной, за что и поплатился, получив удар мечом. Быстрый перекат, чтобы уйти из-под падающей на меня ещё живой туши противника. Пока противники не опомнились, я наконец смог шмыгнуть в чащу леса.

Повисшую гробовую тишину разорвал крик поверженного разбойника. После его крика разбойники, до этого стоящие в ступоре, опомнились и кинулись за скрывшимся в густой чаще аристократом. Наш герой продолжил свой опасный забег с целью скрыться от погони. В это время на поляне остался один единственный разбойник, который уже, по сути, и не жилец.

Железный борода со стонами пытался остановить льющуюся из него литрами кровь, обильно вытекающую на землю из глубокой раны, оставленной оружием дворянина. Нечеловеческим усилием через боль он смог перевернуться на спину и уставиться в бесконечное небо. В его мыслях проносились все события прошедшего часа. После того как один из его наблюдателей засек приближающуюся карету и сообщил ему об этом. Он, как и множество раз до этого, организовал грамотную засаду.

Все шло гладко, по его команде был снят кучер, а двое из его шайки быстро смогли запрыгнуть на лошадей и остановить их. Потом, когда он понял, кого они захватили по символу на карете, он лишь ухмыльнулся, поняв, что за рыбка попалась в их сети. Они не собирались оставлять в живых аристократа. Только в последний момент, после осмотра вещей, которые были при аристократе, он решил провести с ним бой. Оказать, так сказать, честь барону, оказавшемуся в их руках, умереть достойно, с оружием в руках.

Железный борода поморщился, если бы не случайность, то барон сейчас был мёртв, а он сам не истекал бы кровью, всеми оставленный и забытый. Чувствуя, как жизнь утекает у него сквозь пальцы, он собрал последние силы и раскрыл глаза, уставившись в звёздное небо. Вскоре железный борода испустил последний вздох.

Спустя время по тёмному лесу, почти ничего не видя, пробирался отряд разбойников, их стало намного меньше, чем было. Возглавляющий небольшой отряд оставшихся подчинённых бархат принял здравое решение отставить преследование человека и вернуться к месту атаки на карету. Вернувшись на опушку, бархат увидел лежащего без движения железного бороду. Подойдя ближе, бархат понял, что железный борода мёртв. Оглядевшись и чуть подумав, бархат приказал оставшимся из банды разбойникам занять места в карете. И приготовиться к отбытию.

Обыскав железного бороду, он двинулся к карете. Остановился он рядом с трупом кучера и снова начал обыск. Обыскав кучера, он нашёл небольшой мешочек денег и медальон, служивший пропуском почти в любые владения. Бархат слегка ухмыльнулся пришедшей в голову идее, как использовать этот медальон. Забравшись на место кучера, бархат последний раз окинул тяжёлым взглядом полянку и направил карету в путь к ближайшему трактиру, находящемуся всего в двадцати минутах верховой езды.

Барон Коньков:

Над головой пролетело несколько арбалетных болтов. К счастью, снова мимо, в мыслях бушевало небывалое раздражение. Как мне всё это уже надоело, думал я, спрятавшись в зарослях. Уже давно стемнело, радовало то, что свет луны пробивался через достаточно густые кроны деревьев, а мои преследователи так и не отставали. Не теряя надежды меня отыскать и изловить.

Самый шустрый из них уже выбежал на небольшую полянку, которую густо скрывают макушки деревьев, но при этом лунный свет все равно проникал достаточно для того, чтобы можно было видеть моих врагов. А врагов хватало, особенно шустрых.

Рядом с моим укрытием послышались шаги, и, пройдя мимо моего укрытия, ещё двое разбойников вышли на поляну. Один из них заговорил с товарищами.

— Ну и куда он делся? — спросил первый из тех, что появился на поляне. — Мы его не смогли засечь, сто пудов где-то спрятался, скотина. Я предлагаю возвращаться, мы достаточно далеко оторвались от наших. — Сказал, задыхаясь, подошедший последний из разбойников. — Вы хотите упустить его после всего произошедшего? — спросил хрипящий разбойник, стоя возле моего укрытия. — Всё равно ему из леса не выбраться самому, да и темнеет так быстро, что мы его и в тридцати шагах скоро не увидим.

В моей голове затрепеталась небольшая надежда, что сейчас разбойники уйдут, когда я невольно чихнул. Поняв, что я обнаружен, не раздумывая бросился к ближайшему разбойнику. Лёгкое касание мечом до сонной артерии, и один из разбойников, не ожидавший ничего подобного, валится на землю, а я уже бегу ко второму. Второй успевает среагировать и бросает в меня свой не заряженный арбалет, который до этого пытался зарядить, и выхватывает нож. Успешно увернувшись от летевшего в меня арбалета, достаю лёгким финтом второго противника, не давая ему времени для того, чтобы метнуть в меня нож.

В крови бушует адреналин, вызванный неожиданной схваткой, а я рвусь к последнему разбойнику. Последний разбойник успешно уклоняется от моего первого удара. И завязывается короткая схватка, которую я старался как можно быстрее закончить, помня, что где-то поблизости бродит остальная банда. Клинки свистят в воздухе, а я потихоньку продавливаю оборону противника, тесня его к небольшому оврагу, которого раньше не видел из своего временного укрытия. Наконец ценой двух царапин я достаю последнего противника, и он валится мне под ноги, уже не в силах встать и продолжить бой.

Оглядевшись, быстро осматриваю место произошедшего сражения, из полученных ран сочилась кровь. Адреналин, который так будоражил кровь и притуплял боль, начал сходить на нет. Я, сделав несколько шагов, случайно поскользнулся на скользких камнях от крови последнего из моих врагов и улетел в овраг, промелькнула мысль, что даже после смерти разбойник не может утихомириться от желания меня убить.

Падая в овраг, почувствовал какое-то сопротивление воздуха, а потом в глазах померк и лунный свет, который за сегодня уже не раз мне помог и в беге по лесу, и в битве, иначе без него я был бы уже давно мёртв. Голову начало нещадно разрывать болью, сколько это продолжалось, не знаю. Очухавшись, я смог через силу и боль перевернуться на спину. В голове мелькнула мысль, что я, пожалуй, достаточно долго пролежал в овраге. Настолько долго, что, осмотревшись, я увидел наступивший рассвет.

Лёжа не в силах подняться из-за сковавшей тело боли, я всё смотрел в кроны деревьев, сквозь которые пытались пробиться лучи рассвета. С небольшого кустика на краю оврага упала капелька росы. Только сейчас я наконец понял, как сильно хочется пить. С трудом поднявшись на подкашивающиеся ноги, силясь преодолеть боль, сковывающую моё тело, я двинулся к чуть видимому ручейку в дали оврага.

Пока двигался к ручью, пару раз чуть не грохнулся на землю, в глазах периодически темнело, видимо, я потерял достаточно большое количество крови и ранения не прошли для меня даром, но самое главное, чтобы не было никакой инфекции в крови. Наконец я добрался до ручейка и на некоторое время припал к так желанной живительной влаге. Наконец напившись, я сел и, на удивление, почувствовал себя намного лучше, что немного начало меня радовать. Осмотрев себя, понял, что я весь в крови, но это не самое страшное в данной ситуации, помнится, я как-то на спор провёл в лесу целую неделю, вот тогда было да, страшно.

Спустя пару минут я перестал чувствовать жгучую боль в местах ранения, беглый осмотр в местах, где мне были нанесены ранения, показал мне не тот результат, который я ожидал. И вот представьте, какое у меня было удивление, когда я понял, что раны почти полностью затянулись. Похоже, я нашёл ещё одно из чудес природы этого мира, которое помогло мне выжить в этом жестоком мире.

Не знаю, сколько прошло времени, я просто сидел возле ручейка и думал, когда в стороне вдруг послышались настораживающие шорохи. Я насторожился, помня о разбойниках, собственно, из-за которых я оказался в достаточно плачевной ситуации. Я, всполошившись, начал глазами искать меч, который должен быть где-то рядом с тем местом, в котором я очнулся после падения в овраг. Шелест послышался ещё ближе, и я обернулся, чтобы посмотреть на то, что так старательно двигается в мою сторону сквозь чащу леса.

Паук! Первая паническая мысль была при виде того, кто так старательно спешил в мою сторону, буквально скользя над землёй, опираясь на деревья для движения. Огромный мохнатый паук с большим количеством глаз. Я, признаться, многого на свете не боюсь, но пауков жуть как боюсь, поэтому я решил, что лучше делать ноги.

И вот, поддавшись паническим мыслям, я рванул в другую сторону оврага. Пробегая мимо того места, где лежал меч после моего падения, я всё-таки задержался, чтобы его подобрать. Благо активный меч было видно издалека. Мысленным усилием я смог перевести меч в спящий режим, и в моей руке снова возник обычный карандаш, быстрым движением руки засунул его в карман ветровки и ринулся дальше.

Я бежал не останавливаясь, надеясь, что в конце оврага есть пологий подъём. За спиной трещали деревья, нечастые в этом овраге, но неприятные, которые всё-таки периодически приходилось огибать. За спиной разорвался дикий рёв, который открыл мне второе дыхание.

Казалось, я смогу убежать от преследующей меня твари, когда меня лишило этой последней надежды крутой подъём из оврага. Оказался я в таком положении, что за спиной догоняет паук, а подняться я, увы, не смогу. Оглядевшись, я смог найти альтернативный подъём. Справа от меня находилось поваленное дерево, которое так удачно упало на край оврага. Не теряя времени, я начал взбираться по упавшему дереву из оврага. Вдруг дерево зашаталось и покатилось, а я кубарем полетел вниз головой, свет снова померк в глазах.

Паук стоял над человеком и размышлял, что делать дальше, он не мог определить, жив ли человек. После того как этот дурень начал от него убегать, паук, заметивший его, погнался за ним, помня приказ патриарха пауков, который обязывал всех пауков в случае появления в их владениях людей доставлять их к нему. И вот теперь он просто не знал, жив ли человек, который так эффектно свалился.

На самом деле паук направился по своим делам и теперь не знал, что ему предпринять: отправиться дальше или притащить к патриарху человека, который так и продолжал не подавать признаки жизни. Вдруг человек зашевелился, а паук наконец смог принять решение и быстрым движением лап закинул на свою спину человека и, оплёл его паутиной, двинулся вглубь территории пауков. Надеясь, что человек не умрёт по дороге туда.

Глава 5

Паук бесшумно двигался по лесу, скользя низко над землёй. На его спине лежал и спал человек. Да, как бы смешно это ни звучало, очнувшись на спине паука, наш герой решил сбросить своё спасение на случай, справедливо рассудив, если паук сразу его не убил, то и потом не убьёт, и уснул.

Я, в свою очередь, наблюдая за этой картиной, был немного в негодовании и, если бы у меня была возможность, то сменил бы главного героя на кого-то более достойного. Но, к сожалению, я лишь тень, наблюдатель, астральный дух. Как вам будет угодно меня называть, я не могу влиять на героя, но могу хотя бы передавать всё, что происходит с героем и другими персонажами, когда это не может передать вам сам главный герой. Хотя, признаться честно, у него это получается крайне скверно.

Сам я ещё не раз появлюсь на страницах этой книги, и, возможно, каждая наша встреча принесёт вам больше информации как о прошлом нашего главного героя, так и о судьбах других персонажей. Сам я на самом деле больше всего знаю именно о прошлом главного героя, но с течением времени я, возможно, смогу раздобыть информацию, которой обещаю обязательно с вами поделюсь.

Самого меня мучает вопрос о моём происхождении, я не знаю, зачем и для чего был создан и какие у меня есть цели, кроме как наблюдать за нашим главным героем. Надеюсь, что, наблюдая за главным героем, я смогу это выяснить. Потому что когда я появился и чуть пришел в себя от панических мыслей, я чувствовал внутри себя нитку, которая даёт постоянное понятие, где находится наш главный герой.

Тем временем герой продолжал спать, а паук наконец добрался до паучьей вотчины и вышел из леса на отвесный обрыв, с которого открывался отличный обзор. Перед взором паука предстало гнездо всех пауков, место, где пауки много лет чувствуют себя в полной безопасности.

Огромная долина укрывалась в центре леса. Вдали находился заброшенный, обветшавший замок размером с небольшой город. Замковые стены тут и там покрывали лианы и трещины, предавая замку заброшенный на первый взгляд вид. Но это было не совсем так, в замке проживало не одно поколение пауков. Сам замок был поделён пауками на семь секторов, каждый из секторов отвечал за определённые задачи.

На некоторое время паук замер, любуясь родным гнездом. В голове у паука мелькали образы воспоминаний о первом его подъёме на этот обрыв вместе с отцом. Первые полёты и наставления его отца. «Каждый паук в мире мечтает летать», — говорил ему отец, и это оказалось грустной правдой.

Племя пауков хоть и не имело крыльев, как птицы, но всё-таки смогли найти некоторый выход из сложившейся ситуации. Теперь он стоял на краю обрыва и в предвкушении плёл из паутины своеобразный парашют. Парашют его научил делать его отец, пока ещё был жив и не умер в схватке с муравьями, с которыми периодически возникали конфликты на границе земель.

Завершив наконец плести парашют, он приготовился к прыжку, который каждый раз был как самый первый. Оттолкнувшись от земли, он прыгнул со всего размаха вниз, через секунду он уже развернул парашют-паутину. Парашют, подхваченный порывами ветра, позволял медленно парить над землёй, плавно снижаясь к стенам замка.

Паучье сердце сжалось от захвативших его эмоций полёта и наслаждения, наслаждением ни с чем не сравнимым в его жизни. Он летел и не думал больше ни о чем, кроме полёта, наслаждаясь каждой секундой, до последнего паря над землёй. Но всё в жизни рано или поздно подходит к концу, вот и полёт пауков закончился приземлением под стены замка.

Лёгким прыжком паук преодолел стену и направился в сторону северного сектора. По пути он видел множество маленьких паучков с их родителями. Маленькие паучки весело переговаривались мыслеречью, пытаясь успеть за пауком, который несёт на своей спине человека. Он приземлился возле южного сектора, где и проживало всё основное население пауков. Многие пауки оглядывались ему вслед, видя на его спине человека, что так и продолжал спать, не реагируя почти ни на что.

Наконец он приблизился к северному сектору. Слухи очень быстро расползались по замку, и поэтому его терпеливо уже ждали несколько стражников. Остановившись рядом с ними, он что-то быстро начал им рассказывать, используя мысленную речь. Стражники, внимательно выслушав его, сказали следовать за ними.

Паук шёл и предвкушал от встречи с патриархом, ведь до патриарха могли добраться только избранные. Свита у патриарха была из высокопоставленных пауков, а стражниками считались самые верные пауки, не раз доказавшие свою верность в битвах на границах.

В северном секторе проживали все ближайшие родственники и соратники патриарха. Это был самый ухоженный из всех секторов, ведь патриарх любил всё прекрасное и часто прогуливался по своему сектору. Наконец Сызам прошёл последнюю охрану и в сопровождении двух пауков-стражников вошёл в башню Патриарха.

Патриарх заседал в достаточно просторной башне. Сидел он на своей паутине и что-то старательно говорил висевшему почти под самым потолком пауку. По бокам от него находилась его свита, которая была готова в любую секунду сорваться выполнять все его приказы. Наш паук, которого, кстати, звали Сызам, стоял оглядываясь и ждал, когда с ним заговорит патриарх пауков.

Наконец патриарх пауков обратил на него и его сопровождение внимание. Вопросительный взгляд он кинул на одного из стражников. Стражник быстро начал передавать образы по ментальной связи. Выслушав стражника, патриарх немного встрепенулся в предвкушении и наконец обратился к самому Сызаму.

— Ну что ж, показывай своего человека, которого ты нашёл, я бы очень хотел с ним поговорить.

На этой мыслеречи Сызам начал снимать с себя человека, который так и спал на его спине. Мохнатыми лапами он аккуратно проставил человека, который в ту же секунду начал заваливаться на пол. Подхватив и удерживая лапой человека, Сызам послал ментальный посыл человеку. Человек в свою очередь продолжил спать как ни в чем не бывало.

Патриарх внимательно наблюдал за всем происходящим и терял потихоньку терпение. Наконец ему надоело ждать, и он послал сильный ментальный голос в сторону человека, вложив туда лишь одно слово.

— ВСТАВАЙ! — от этого крика человек наконец очнулся, но после этого сразу грохнулся на четвереньки и принялся тереть виски.

Я проснулся от громкого крика, который, казалось, раздавался из самой головы. Виски скрутило нестерпимой болью, и я, не удержавшись на ногах, упал на четвереньки и схватился за нестерпимо болящую голову. Наконец вески перестали раскалываться от боли, и я смог не только встать, но и оглядеться вокруг.

Признаться, мне не понравилось то, что я видел вокруг себя. Вокруг меня были пауки, большинство из них висело на паутине в каком-то определённом порядке. Посередине сидел самый большой паук, который буравил меня всеми своими чёрными глазами.

Обернувшись назад, я увидел трёх пауков, одного из них я узнал, так как он именно и гнался за мной. И так я попал в достаточно страшную ситуацию, из которой, казалось, не было выхода. Тут я снова услышал голос в своей голове.

— Очнулся, человек, у меня к тебе множество вопросов, — сказал мне самый большой из пауков, висящий посередине паутины. Насколько я понял, он обратился к моей скромной персоне по ментальной связи. Пока я это всё осознавал, он снова заговорил: — Я бы очень хотел узнать, откуда ты взялся и что делаешь в моих владениях.

Итак, что мы имеем? Пауки умеют общаться через мыслеречь, но могут ли они читать мои мысли? Скорее всего, нет, иначе я был бы уже мёртв. В моих мыслях не было ни одного лесного слова ни про главного паука, ни тем более остальных, а значит, у меня есть варианты выбраться отсюда, если я смогу их как-то уговорить, а значит, придётся постараться и применить мои невысокие навыки красноречия. Хотя кого я обманываю, у меня их нет.

Дальше начался достаточно долгий разговор, в ходе которого мне было выдано задание и обещание, что если я его выполню, то они меня отпустят. М-да, всего-то патриарх пауков хотел, чтобы я спустился в какое-то подземелье и узнал о судьбе какого-то другого человека, который давным-давно тут жил и не раз помогал всем паукам. Но самое главное его достижение было то, что он спас всё семейство пауков от неминуемой гибели, вызванной войной с муравьями.

Сархаим — так звали того человека, которого мне предстоит найти, и что-то я не уверен, что он мог выжить. Возможно, мне придётся повторить его судьбу. После разговора по моей просьбе он приказал своим сородичам проводить меня к тому месту, где мне надо будет спуститься в подземелье, а ещё приказал принести мне наконец еды. Да, у меня все ещё был страх перед пауками, но теперь не настолько сильный, тем более что патриарх приказал меня не трогать.

Вышел я из башни, направляясь за тем самым пауком, который меня сюда и притащил. Он вёл меня к тому месту, в которое мне придётся спуститься, неплохо было бы его уговорить перед этим меня накормить. Чуть подумав, я решил его немного расспросить об жизни пауков и том задании, которое мне предстояло выполнить…

Патриарх пауков сидел и размышлял о прошедшем разговоре: он наконец смог найти человека, который ради сохранения своей жизни отправится узнать о судьбе друга его отца, который не раз помогал всем паукам. Да что там говорить, он, можно сказать, и спас в своё время всю стаю пауков от полного вымирания в войне с муравьями.

Патриарх очень любил своего отца и поэтому, когда тот захотел узнать о судьбе человека, который отправился в западный сектор в небольшое здание, которое стороной обходят все пауки. Причиной этому стал необъяснимый страх, который появлялся при приближении к тому зданию. Надежда была только на то, что человек не только не сбежит, но и сможет потом рассказать о судьбе. Сам патриарх направился к своему старенькому отцу, отошедшему от всех дел, чтобы рассказать эту новость.

Спустя час:

Я сидел на полу и насыщал свой неусытный желудок, а на расстоянии двух метров от меня стоял мой сопровождающий, ну или, можно сказать, надзиратель, главной задачей которого является следить за тем, чтобы я не вздумал сбежать. Хотя, казалось бы, куда тут можно сбежать?

Кругом полно пауков, и я сомневаюсь, что успею хотя бы выбраться за стены замкового комплекса. Да и дороги я не знаю, так что вполне возможно, что я буду, убегая, не приближаться к внешним стенам замка, а, наоборот, удаляться в глубь замкового комплекса. Да, пришлось очень сильно попотеть, чтобы получилось уговорить Сызама отвести меня в место, где меня накормят.

Кстати, этого паука, который меня доставил в паучье логово, звали Сызам, и он очень мечтает научиться летать. М-да, эту информацию я смог у него выведать буквально за несколько минут неспешной ходьбы. Но позже пришлось очень постараться, чтобы Сызам хоть что-то рассказал. Ну естественно, что просто так он информацией не захотел делиться, и мне пришлось рассказать ему немного о своём мире и о том, что я очень хочу вернуться назад.

Так я наконец смог у него узнать про интересующие меня вещи. Одной из самых интересных вещей, которую я узнал, пожалуй, стало то, что я, грубо говоря, нахожусь, похоже, на другом континенте. Представьте мою реакцию на то, что я узнал, что тут существуют множество разумных рас насекомых, но при этом на континенте почти невозможно встретить людей. Тем удивительнее было моё появление.

Придя к мысли, что с тем оврагом явно что-то было не так, я немного не понимал, как мне вернуться назад. В голове была теория попробовать осмотреть овраг, потом, если получится, благополучно выполнить задание патриарха пауков. Ну, если, конечно, останусь в живых и не сгину в неизвестность, как Сархаим, судьбу которого мне ещё предстоит выяснить. Но мне эта авантюра очень не нравилась, хотя выхода другого, конечно, не было.

В общем, чем быстрее начну, тем быстрее закончу. Придя к этой мысли после того, как достаточно набил себе брюхо, я встал и сказал Сызаму:

— Сызам, я готов, веди меня к вашему проклятому зданию, о котором ты мне немало страшных сказок рассказал. Сызам, не ответив, встал и двинулся по коридорам замка.

Я последовал за ним. Вообще, я за это время побывал на множестве небольших двориков, которые порой достигали размеров нескольких футбольных стадионов, располагающихся внутри замковых стен. По этой причине, кстати, я и пришёл к своим выводам, что тут легче заблудиться, чем суметь сбежать.

Наконец мы пришли к ключевой точке нашего пути, потому что Сызман заявил, что дальше он не пойдёт. Я, назвав его трусом, смело пошёл вперёд, старательно показывая расслабленный вид. Было немного жутковато приближаться к ещё более заброшенным руинам замка. От этих руин так и веет чем-то забытым и жутким. Тут, конечно, и появились те мысли, что пауки, как менталисты, более чувствительны к этой ауре, которая так старательно исходит от руин.

Войдя в пролом в стене, я оказался в достаточно просторном зале, брусчатка под ногами немилосердно трещала. Повсюду лежали небольшие обломки потолка. Я решил осматривать всё это здание со всеми его коридорами и проходами. Но сначала я решил искать то место, в которое я сам бы никогда в жизни не полез. Вскоре я нашёл небольшую лестницу, ведущую на второй этаж здания, но меня больше интересовал не второй этаж, а небольшой проход, который был за лестницей.

Проход этот уходил вниз, и я, конечно, в глубине души надеялся, что это будет просто обычный винный погреб, в котором ничего кроме вина и нет, но в это мало верилось. Чуть постояв у прохода, я наконец решил, что делать, и полез во внутренний карман ветровки. Ветровка очень пострадала, но ещё держалась, что меня немного, но радовало, как-то не хотелось остаться совсем без неё в таком месте. Во внутреннем кармане ветровки лежал небольшой карманный фонарик. Достав его, я отправился в чёрный, зловещий туннель, ведущий неотвратимо вниз.

Лестница, по которой я спускался, была очень крутой, приходилось постоянно смотреть под ноги, чтобы случайно не свалиться и не полететь кубарем по ступенькам. Наконец спустившись, я оказался в просторном зале, в котором лежало несколько людских скелетов. Видимо, не одно столетие тут лежат, стало немного жутко.

Поняв, что стоит осмотреть их поближе, я подхожу ближе и заметил то, что их, по-видимому, и убило. Возле скелетов лежали поломанные стрелы, а одна из стрел торчала и в самом скелете. На полу тоже валялось несколько поломанных стрел. Больше в этой комнате я ничего не заметил, возможно, где-то и есть какой-нибудь скрытый тайник, но вряд ли. Чуть подумав, я стал двигаться дальше, в сторону замеченного мной ранее прохода в конце зала.

В конце зала оказалась новая лестница, которая вела снова вниз. Потом были ещё залы, которые я проходил и спускался по новым лестницам всё ниже в глубь. В какой-то момент мне начало казаться, что я хожу кругами, как бы это странно ни звучало. Резко остановившись посреди очередного зала, я задумчиво начал оглядывать комнату.

Тут я наконец понял, что меня смущает: в каждом зале, в который я проходил, я видел одну и ту же картину. Те самые скелеты лежали одинаково, в одних и тех же самых позах, и стрелы торчали в тех же самых местах. Решив проверить это, я снова пошёл вниз по лестнице и снова оказался в точно таком же зале. Тут у меня в душе зародилась паника. Я стал лихорадочно думать, как выбраться из сложившейся ситуации.

Наконец я принял решение идти назад, надеясь, что смогу выбраться. Поднявшись наверх по ступенькам, я вышел не там, где предполагал. Я предполагал, что сейчас окажусь в зале, но вместо этого оказался в помещении, напоминающем темницу.

Ничего совершенно не понимая, я начал идти мимо тюремных камер. Это место и изменение в проходах меня очень напрягает. В камерах тоже лежат скелеты. У меня мелькает мысль, что тот, кто управляет этим местом, специально намекает, что я его невольный пленник. Но зато теперь я понял, почему назад не вернулся Сархаим. Меня это открытие совсем не радовало, и я срываюсь на бег и бегу по коридору темницы, который кажется бесконечным.

Спустя минут десять бега я натыкаюсь взглядом на открытую камеру и останавливаюсь в полном ступоре. Эту камеру и дверь в неё ведущую я уже пробегал. Я это определил по небольшой табличке, которая тут висела. Кстати, возле других камер никаких табличек не висело, а эта камера не только как будто предлагала в неё войти, но и одновременно от неё веяло чем-то зловещим и не предвещающим мне ничего хорошего в обозримом будущем. И ещё до этого она была закрыта, я это точно помнил.

Отчётливо понимая, что если я так и буду стоять напротив камеры, не решаясь в неё войти, могу и не суметь выбираться из этого замкнутого круга. Так не хочется идти, но я делаю первый шаг, а затем и уже быстро вхожу в камеру. В итоге ничего плохого не случилось, я стоял посреди пустой камеры, и никто не пытался ни закрыть дверь, которая была за моей спиной, ни напасть. Последний раз окидываю камеру и поворачиваюсь к выходу.

Шокировано замираю на месте, не понимая, как такое возможно, но быстро вспоминаю возможности этого необычного места, делаю шаг в новое место, напряжённо думая, что меня здесь ожидает. Вышел я, кстати, на опушку леса, а за моей спиной с грохотом захлопнулась дверь. Повернув голову в сторону камеры, понимаю, что её тут больше нет. Грязно выругавшись, я продолжаю рассматривать окрестности и замечаю небольшую тропинку.

Глава 6

Дух и частица души:

Хоть у меня и нет возможности помочь нашему герою, я всё-таки пытаюсь хотя бы осознать происходящее вокруг. На самом деле это очень плохо получается, сквозь стены я, к сожалению, в этом месте не могу проходить, и мне приходится ни на секунду не отставать от нашего героя. А то потом ещё искать его в этих проклятых подземельях.

Собственно, сам барон Коньяков двигается по тропинке в полном непонимании всей ситуации. В его мыслях полный кавардак, с которым он даже не успевает разобраться. Наконец тропинка выводит барона Коньякова из леса на отвесный обрыв, внизу которого видна долина. По середине долины стоит небольшой домик. К этому домику ведёт всё та же тропа.

Барон Коньяков осторожно начинает спускаться по извилистой тропе, которая всё так и вела к единственной цели в этом месте. Барон Коньяков, естественно, не знает, что это за место, но я вам напомню, что в этой долине должен располагаться заброшенный замок, в котором живут пауки. Тем страшнее было это перемещение во времени и пространстве, о котором не подозревает наш главный герой по причине того, что в своё время всё проспал. Нет, ну как можно было проспать всё интересное? Хотя, с другой стороны, я не знаю, что сам бы делал на его месте, так что не мне его судить. Хотя нет, всё-таки мне больше некому.

Барон Коньяков наконец спускается в долину и достаточно быстро добирается до самого дома. В доме были закрыты окна ставнями, и наш герой решил постучать в дверь. Впрочем, он не надеялся, что ему ответят, и поэтому был очень сильно удивлён, что ему ответили. Я тоже был удивлён такому повороту событий, ведь до этого казалось, что в этом месте нет ни единой души, кроме нас двоих.

Стараясь далеко от барона в этом месте не отходить, я полетел следом за ним. Влетев в дом, я почему-то увидел синюю даль и облака. Посмотрев вниз, я понял, что стою на краю облака. Внизу открывался вид и на избушку, и на лес, по которому я следовал за бароном.

Хотя по отношению ко мне понятие «стою» странное, поэтому просто левитирую в нескольких сантиметрах над землей. Самого барона Коньякова я не увидел, и это заставило меня напрячься. За спиной раздался чей-то голос, пронзительный голос.

— Интересное у вас будущее, — сказал неизвестный голос. Развернувшись, я увидел перед собой духа. Он смотрел на меня и лукаво улыбался. Доброжелательно при этом всем выглядя.

— Кто вы и почему вы не хотите нам дать отсюда выбраться? И что с бароном? — спросил я, надеясь узнать, что барон Коньяков ещё жив, а не умер, пока я тут прохлаждаюсь в ожидании ответов на свои вопросы.

— Не переживайте, барон Коньяков пока что в полной безопасности, да и не могу я идти против воли пророчеств, не мне их отменять, — сказал дух, стоящий рядом со мной и смотрящий в даль горизонта. Кстати, может его мне так и называть? Ведь он действительно, скорее всего, и является смотрящим за этим местом.

— Но кто вы и что это за место, и почему вы можете меня видеть? — спросил я. Да, глупый вопрос, тем более что я уже и сам догадался, но не вырезать ведь этот момент из книги просто потому, что я сам уже осознал глупость своего вопроса?

— Я проводник, одно из творений древних. Меня создали для охраны врагов древних, — сказал он задумчиво, смотря в даль. Так, а вот теперь можно будет узнать больше о самих древних, что меня радует.

— Но кто такие эти древние? — спросил я, демонстрируя свою заинтересованность в данном вопросе.

— Древние? — усмехнулся дух, веря в свое превосходство надо мной. — Это раса людей с высоким технологическим развитием и познанием мира. Великие мастера войны и великие изобретатели. Своей силой и технологиями они были подобны многим богам. Они могли бы существовать миллионы лет, если бы не последняя война богов, поставившая большой крест над их существованием.

Так, становится всё интереснее и интереснее, про войну богов ни я, ни наш персонаж ничего не слышали, впрочем, наверное, как и все, кто сейчас живёт на материке, иначе в книге истории материка об этом упомянули бы.

— Война богов? — переспросил я, ожидая развёрнутый ответ.

— Древние не раз нарушили вселенский баланс и убили не один мир с их покровителями. В какой-то момент богам это надоело, и они пошли восстанавливать вселенское равновесие, где в кровавой схватке и проиграли древние. А я с тех пор остался один, ведь мои создатели покинули этот мир для помощи своим в войне богов.

— Но если древние все погибли, то почему ты продолжаешь выполнять их приказ? — спросил я, негодуя, почему создание древних до сих пор не вырвалось отсюда, а ведь, как он сам раньше и сказал, это место — тюрьма для врагов древних, но ведь он надзиратель, так почему не может отсюда выбраться? Что-то мне не верится, что он до сих пор им верен…

— Ты думаешь, что древние не найдут лазейку возродиться? — спросил с усмешкой дух. — До сих пор над просторами миров есть их устройства, которые собирают кровавую жатву из душ. Да и всё равно, даже если бы я хотел выбраться, мои создатели всё предусмотрели, — с печалью в голосе произнес дух.

— И что, боги не видят в этом угрозу? — спросил я, не в силах всё это осознать.

— Видят, но, к сожалению, все боги миров не имеют права на прямую вмешаться, пока не нарушится вселенское равновесие. — ответил он.

— И откуда всё это знаешь ты, если ты создан для охраны тюрьмы? И, насколько я понял, не можешь от неё далеко удаляться?

— У древних было много могущественных врагов, и часть из них находилась в этих стенах, и они имели множество знаний. — С этими словами он перенёс нас к тюремным камерам и начал идти вдоль камер с пленниками, ну как идти — лететь. Вот а как мне так научиться перемещяться между пространством? Тоже был бы непротив по щелчку пальца перемещяться, а не летать только за главным героем.

— Кармадон, последний из рода знающих. Умеющий читать послание вселенной и знающий ответ практически обо всём. Он был младшим богом, но его расу нашли древние и начали уничтожать после отказа признать их господство. Он вмешался, но не рассчитал силы и был пленен. — Всё это он говорил, остановившись возле невзрачной камеры, в которой сидел пленник и что-то читал в книге.

Дух полетел дальше, продолжая говорить.

— Гархан, который благодаря своей ментальной силе уничтожил не одного древнего, пока его не поймали в ловушку и не создали абсолютную сферу, защищающую от ментального воздействия.

Сказав это, он наконец остановился и, обернувшись, заговорил тихим голосом. В этот момент его глаза жалостно сияли.

— В этих камерах находятся все самые непримиримые враги древних, не удостоенные чести быть убитыми. Прошло уже множество тысячелетий с тех пор, как состоялась война богов, но они так и остались все в своих камерах, даже толком не улавливая течение времени, обречённые на вечное заключение. Древние были страшной и грозной силой и изучали само собой ещё и время, учась его обманывать и замедлять.

Поняв, что пауза затягивается, я наконец решил, какой следующий вопрос задать.

— Но ведь ты можешь их освободить? — спросил я, не в силах вынести печальный и обречённый вид всех тех, кто находится в этом проклятом месте.

— Если бы у меня была такая возможность. Я не могу ослушаться приказа создателя, который меня создал. — Вздохнул тяжело дух. — Но в то же время мне никто не говорил, что я не могу выпустить из темницы нарушителей границ тюрьмы. И я бы вас уже давно выпустил. Но, к сожалению, ваши дела ещё незаконченны в этом месте, так что будем ждать, когда барон Коньяков сообразит, как выбраться из этого места. Увы, единственное, чем я могу ему помочь, так это дать подсказку.

— Возможно, у тебя еще много вопросов? — спросил дух. — И я могу на часть из них дать тебе ответ, пока Коньяков будет выбираться от предсказательницы.

Предсказательница и барон Коньяков:

Я добрался до конца тропинки и оказался у дома. Окна были прикрыты ставнями, и я, ничего лучше не придумав, решил постучать в дверь, впрочем, не сильно веря, что мне кто-нибудь ответит. На моё удивление, из-за двери раздался приглушённый голос, разрешивший войти.

Войдя в дом, я увидел сидевшую на ковре довольно привлекательную девушку. Которая что-то тщательно высматривала в небольшом шаре. В шаре плескался густой туман, и я не мог никак разглядеть, что же она видит в этом шаре. Наконец девушка оторвалась от созерцания шара и посмотрела пристально на меня. Конечно, в тот момент не было и мысли о том, что она может быть шарлатанкой, хотя это и так ясно не тогда, когда я попал в неизвестное место со своими законами и правилами.

— Давно ко мне не захаживали гости, — сказала она с лёгким интересом, смотря на меня. Я стоял и не знал, что ответить на ее слова.

— Интересное у тебя будущее. — задумчиво сказала она, смотря на меня. В мыслях крутился интерес, как ее зовут и что она уже успела увидеть в моем будущем, с досадой подумал я, как будто мне самому интересно знать заранее о том, что будет дальше.

— Я Шахерезада, предсказательница, могу видеть как будущее человека, так и его прошлое. — Тут я серьезно напрягся, мне как-то не хотелось, чтобы кто-то мог узнать о моем прошлом, там много всего такого, о чем я до сих пор вспоминаю с содроганием и раскаяньем. Ещё у меня возникли подозрения, что она умеет читать чужие мысли. Кстати, Шахерезада случайно не та, которая была в «Тысячи и одной ночи»? Хотя нет, там ведь в книге и конец истории был, так что вряд ли.

— Да, я умею читать чужие мысли. Я сильный менталист. Не переживай, я никому не расскажу о твоём прошлом, — сказала она, нахмурившись.

— Если ты умеешь читать мои мысли, то, наверное, уже знаешь, зачем я сюда пришёл? — спросил я.

— Да, я знаю, где находится выход из этого места, и я обязательно тебе расскажу, где находится тот, за кем ты пришёл, чтобы ты мог его тоже забрать из этого места, ему тут не место, как, впрочем, и тебе. — сказала она, пристально вглядываясь в меня.

— Но перед этим я бы хотела у тебя попросить о небольшом одолжении, которое и тебе принесёт огромную пользу в будущем. — сказала Шахерезада.

— И что мне предстоит сделать? — спросил я, думая, что сейчас меня как запрегут работой на десять лет вперед.

— И вовсе я тебя не заставлю работать, сама справляюсь, хотя следовало бы для профилактики, да и мне было бы не скучно. — со смехом сказала она. — Видишь ли, да, я могу заглядывать в будущее, но при этом вижу не всю твою жизнь, а лишь важнейший в ней промежуток времени, да и то не весь, а только часть. Поэтому я хочу подсадить к тебе на душу своего ментального наблюдателя. Да и тебе может пригодиться мой помощник и помощь, которую я тебе смогу через него оказать в своё время. — сказала она.

— Но твой интерес не только ведь в том, чтобы помочь мне? — спросил я. — Ментальный наблюдатель позволит мне наблюдать за твоей жизнью. У меня на самом деле не так много развлечений в этом месте, да и я по сути являюсь вечной узницей этого места. — сказала она со вздохом и печалью.

— Я согласен. — сказал я, стараясь не думать о том, за чем сможет наблюдать Шахерезада по ходу моей жизни.

Шахерезада встала и направилась в мою сторону, подойдя почти впритык. Она приложила свою ладошку к моему лбу на несколько секунд и произнесла:

— Ну вот, теперь в тебе находится мой ментальный наблюдатель, а теперь я могу тебе немного рассказать и о том, что тебе предстоит сделать, чтобы выбраться из этого места.

Дух и осколок души:

— Шахерезада даже у древних была, как ни странно, в почёте, и ей создатели даже создали отдельную проекцию своего маленького мирка. Но даже я очень удивлён тем, как она поступила в этот раз, и ведь даже не нарушив ни одного запрета, смогла придумать вариант, как разнообразить свою жизнь в этом месте. Жаль, я так не могу. — задумчиво сказал дух мне.

— Так вот, отвечая на твой вопрос, могу сказать, что я на самом деле немногое тебе могу рассказать. Начнём с твоего первого вопроса: ты являешься одной из частей души барона Коньякова. Как это случилось? Барон Коньяков, насколько я понимаю, уже не в первый раз ведь проходит через портал? — сказал дух.

— Через портал второй раз. — сказав это, я наконец осознал то, что я это действительно откуда-то это знаю, хотя тогда я точно ещё не наблюдал за нашим главным героем.

— Вот тебе и ответ, конечно, я не знаю, какой частицей души ты являешься, но могу тебе объяснить, почему так произошло. Видишь ли, технологии древних были созданы древними, а древние искали любые способы, которые бы помогли бы им вернуться даже после их смерти.

Поэтому они и экспериментировали с душой, в какой-то из таких экспериментов они смогли заметить, что душу можно делить на части. Тогда они взяли уже созданный межмировой портал и придали ему свойство разделения души на части почти каждый раз, когда ты проходишь через портал. Но, к сожалению, это не помогло решить проблему с возвращением к жизни в случае смерти.

Тогда совет древних решил создать возможность для обычных смертных, которые были слугами древних. Так сказать, подсластить самым верным службу. Взамен на часть души, которую теряли слуги, они при переходе в другой мир, к примеру, с магией получали высочайшие способности к магии этого мира и могли унести и использовать её и в других мирах. Тогда древние впервые и нарушили негласный закон мировоздания.

Можно ли собрать душу воедино, не знаю, такого никто никогда не делал. Да и ты ничего с этим поделать не сможешь. Твоя надежда только на основного тебя, но вопрос только в том, когда он поймёт, что и как надо сделать. Да и вообще поймёт ли, что теряет по частям себя. — сказал дух задумчиво.

Тут действительно были опасения, каким образом главный герой поймёт, что делать, даже не догадываясь о всей проблеме, да и я самого себя хорошо знаю и сомневаюсь, что он не будет идти на пролом куда-то спеша, не пытаясь остановиться и посмотреть назад.

Барон Коньяков:

Шахерезада рассказала, как мне выбраться из этого места и что меня ждёт по пути к выходу из этого места. Для начала она рассказала, что мне надо пройти через скрытый проход, который находится внутри водопада, находящегося где-то на западе. Потом меня ожидает битва со стражем, и тут важное предупреждение, которое мне дала Шахерезада, — это избегать касаться земли во время того, как он будет подпрыгивать и приземляться. По её словам, если я попаду под удар, расходящийся по земле, то я буду оглушён, как и случилось с Сархаимом.

И вроде бы всё хорошо, я теперь знаю, как мне выбраться отсюда и что надо для этого сделать, только меня никак не отпускало то, что произошло уже в тот момент, когда я от неё уходил.

В тот момент, когда я уже открывал дверь на выход, я услышал за спиной тихий таинственный голос. Повернувшись, я увидел Шахерезаду, которая стояла в двух шагах от меня, но в её глазах был точно такой же туман, как и в её шаре. И она начала говорить, вроде бы пророчество, насколько я понял. Дословно пророчество, которое она мне говорила, звучит так:

Придут времена кровавых закатов,

И смерть прилетит, собирая кровавую дань,

Исчезнут во тьме легионы рассвета,

И мир готов погрузиться во тьму.

Но появится тот, кто не готов мириться с концом,

Последний, кто может призвать легионы мертвецов,

И вступит он в бой за судьбу своего мира,

И станут в единый строй мертвецы и живые,

И обрушат всю мощь на врага.

И дрогнут враги, но не отступят,

За спинами их лишь тьма.

И вступят в неравную схватку мёртвые с живыми против тьмы.

И покинет последний защитник мира свой дом, сражённый в неравной схватке.

Ты же будешь за всем наблюдать, не в силах напрямую вмешаться.

Глядеть на потерю ещё одного мира и усиление неконтролируемой угрозы, нависшей над всеми мирами.

Почти не в силах как-либо им помешать.

Я, конечно, понимаю, что звучит немного как бред, но не знаю, что и думать теперь. Но в любом случае я знаю, что я вряд ли захочу мириться с судьбой наблюдателя и попытаюсь сделать всё, что будет от меня зависеть, чтобы помочь тому неизвестному в борьбе за его мир. И остановить ту угрозу, о которой говорила Шахерезада. Если, конечно, раньше времени не умру, конечно, потому что что-то мне подсказывает, что это лишь один из вариантов пророчества, а значит, и путей судьбы.

Глава 7

Водопад я нашёл, идя вдоль долины. Вершина водопада была на обрыве, который, как мне рассказала Шахерезада, опоясывал полностью всю долину. Не знаю, насколько на самом деле эта долина огромная, но я, как ни старался всматриваться вдаль, не смог увидеть с другой стороны такого же обрыва, а так да, сколько времени я шёл, надо мной всё время нависал обрыв.

Водопад впадал в достаточно большое озеро с лазурным оттенком воды. Но меня интересовало не само озеро, а то, что мне предстоит. Испытать на своей шкуре обрушивающуюся на тебя с огромной высоты воду — такое себе занятие, да и промокнуть до нитки не очень хочется. А ведь ещё есть немаленький риск поскользнуться на камнях. Но делать нечего, и я потихоньку начинаю приближаться к подножью водопада.

Чем ближе я приближался, тем сильнее нарастал гул падающей воды. Я шёл упрямо, не останавливаясь, внутрь водопада. В какой-то момент я зажмурился, и через пару шагов на меня обрушилась вся толща воды. Идти, когда на тебя падают тонны воды, было невыносимо сложно, но через несколько минут я уже почувствовал, как на плечи перестал давить непосильный груз воды, и раскрыл глаза.

Оказался я в довольно просторной пещере, и, обернувшись, опять не увидел проход, из которого я сюда пришёл. Единственное, что напоминало о моем только что пройденном пути, — это обильно текущая ручьями с меня вода.

Я решил долго на месте не стоять и двигаться дальше по коридору пещеры, вскоре я вышел на круглую арену. За моей спиной захлопнулась решётка, которую до этого не было видно. На противоположной стороне арены медленно со скрипом начала подыматься решётка. Я начал озираться в поисках какого-нибудь укрытия. Но на арене не было никаких укрытий. А значит, обхитрить тварь никак не выйдет, что очень плохо.

Взглянув вверх, я увидел клетку, в которой стоял человек и что-то хотел мне сказать. Но я, к сожалению, не мог услышать то, что он говорил. Человек, поняв тщетность своих попыток, обречённо взмахнул рукой и начал смотреть куда-то в другую сторону.

Видимо, это и был тот самый Сархаим, которого мне надо было найти. Моё внимание от него отвлёк медленный скрип решётки. Взглянув в сторону звука, я убедился, что осталось совсем недолго ждать и за это время стоит хотя бы попытаться увидеть моего противника. За решёткой в темноте прохода кто-то стоял, но я не мог рассмотреть, кто, а значит, и тактику боя я не мог создать, что могло критично сказаться на моих шансах на победу.

Когда решётка полностью открылась, из темноты прохода вышел огромный здоровенный амбал с ручищами и кулаками как моя голова. Он был голый по пояс, выставляя на вид все свои здоровенные мускулы. В руках у него была огромная тяжеленная булава, которой он не переставал играть, перекидывая её с одной руки в другую. Он неспешно направлялся в мою сторону с видом непобедимой скалы, которая может размазать меня как букашку и не заметить.

Внутри меня бушевал коктейль эмоций, который очень сильно мне мешал собрать метавшиеся в страхе мысли, которые лихорадочно пытались найти выход из сложившейся ситуации. Я был готов почти на всё что угодно, но не на такой расклад вещей, и как вы мне прикажете эту скалу побеждать?

Дрожащей рукой я достал из своего кармана ветровки меч-карандаш и, активировав, решил принять единственное решение, пришедшее мне в голову, и дожидаться противника на месте. Напряжённо ожидая, что он предпримет.

Противник неумолимо приближался, а я уже весь был на нервах, ведь ничего толкового не приходило в голову. Сократив достаточно большое расстояние, противник оказался всего в четырёх-пяти метрах от меня и молниеносно атаковал. Я, не ожидавший такой прыти от своего противника, чудом успел увернуться от удара и попытался сразу увеличить расстояние между нами, пока не стало слишком поздно.

К сожалению, уйти на большое расстояние от своего противника я не успел, и пришлось принимать его удар булавы на меч. Удар булавы снёс меня ударной волной, ну да, а на что еще я рассчитывал, принимая удар? На обратном неудачном для меня движении его булава краем задевает моё плечо, и меня пронзила адская боль. От боли я падаю на спину и еле успеваю перекатиться от следующего удара моего противника. Булава вонзилась в то место на арене, где несколько секунд назад была моя голова. Перекатившись, я успеваю сгруппироваться и даже полоснуть своим мечом ногу противника.

Впрочем, это мне сильно не помогает, потому что его кожа была очень крепкая, и мой меч оставил лишь глубокую рану. Мне снова приходится уходить от его смертоносных атак, попутно пытаясь увеличить между нами расстояние.

Несколько долгих минут он заставлял меня метаться по всей арене, пока не загнал меня к одной из стенок, не давая мне время на то, чтобы суметь продумать, как выбраться из такой позиции. Мой противник в полной уверенности двигается ко мне, и я уже готовлюсь к неизбежному, прощаясь с жизнью, и тут он совершает ошибку: он подпрыгивает, видимо, хотя меня оглушить своим коронным ударом и пленить, но я, помня слова Шахерезады, моментально понимаю, что у меня появился рискованный, но шанс на победу.

Мой противник подпрыгивает с поднятой над головой булавой, и в этот момент я отталкиваюсь от стены и прыгаю в его сторону, метя мечом в район его сердца. Меч чувствует сопротивление, но входит в моего противника, а я обхватываюсь ногами и повисаю на массивной туше своего врага.

Противник дёргается и начинает медленно падать, я, понимая, что сейчас произойдёт, в последний момент успеваю увернуться от падающей булавы и успеваю выскользнуть из-под падающей на землю уже мёртвой, но всё так же массивной туши своего противника.

Меч торчал из спины противника, а я стоял уже чисто на адреналине, сердце бешено колотилось в груди. Мозг до сих пор не хотел осознавать, что я выжил и всё обошлось, в голове летала мысль, что так близко от смерти я ещё не был. И если бы не предупреждение Шахерезады, я был бы уже мертв. Плечо терпимо саднило, и я даже заметил, как рана на плече начинает зарастать. Моя догадка по поводу источника воды оказалась верна. Прислонившись к стенке, я просто уставился на какое-то время в пустоту, пытаясь осознать свою победу и перевести дух.

Сархаим:

Сархаим сидел в клетке и поедал небольшой хлебец, вытащенный из кольца путника. Он множество раз прокручивал в своей голове последний бой, который привёл его к заключению в клетку. Сархаим проклинал это место и свою жажду охотника за наследием древних, которое могло находиться тут.

А ведь всё началось в тот день, когда его друзья пауки, которым он покровительствовал, поведали ему о странном месте в их гнезде. Он, глупец, сразу сложил два плюс два и отправился за добычей. Но кто мог знать, что он попадёт в самое защищённое и засекреченное место древних. И ведь он вообще не знал о том, что в городе была целая подземная тюрьма древних, отец ни о чём подобном ему никогда не говорил.

Вначале всё шло хорошо, и он, как по нотам, изучал помещение за помещением, беспечно собирая артефакты древних. Но всё изменилось в тот миг, когда он в очередной раз прошёл в новую локацию. Да, имея все свои знания, он мог находить переходы древних, и в какой-то момент вышел на эту злосчастную арену, на которой его победили подлым трюком и заточили, сделав вечным узником этого места.

Он давно потерял счёт времени и жил лишь потому, что за всю свою жизнь набрал в своём кольце путника провианта, которого бы хватило небольшому городу на пару лет. Надежда выбраться всё ещё не покидала Сархаима, но здравый смысл подсказывал, что ему может помочь только чудо. Потому что он перепробовал всё, что мог.

Вдруг он услышал грохот решётки и, не веря своим глазам, подошёл к краю клетки и увидел, как на арену вошёл человек. Он оглядывался и наконец заметил сверху клетку, в которой сидел Сархаим. Он начал что-то кричать человеку, находящемуся внизу. Но вскоре Сархаим осознал, что человек его не слышит, и, обречённо взмахнув рукой, повернулся в сторону прохода, из которого вскоре должен выйти тот, кто победил его.

Сархаим знал, что у человека, который сейчас стоит снизу, нет никаких шансов против его противника, и вскоре это начало подтверждаться. Сархаим с напряжением следил за схваткой, происходившей внизу. Увы, первая же стычка оказалась для человека крайне неудачной, и он уже был покасательно ранен в плечо. Противник начал неистово наседать на человека, предвкушая свою скорую победу.

В какой-то момент человека загнали в угол, и Сархаим решил, что для человека всё кончено, как вдруг произошло неожиданное: противник человека подпрыгнул так же, как и в тот раз, когда победил Сархаима, но через несколько секунд Сархаим не поверил своим глазам: человек стоял как победитель над поверженным врагом, а враг лежал с выходящим из его спины мечом.

Барон Коньяков:

Я немного перевёл дух, собрался с мыслями и поднялся. Нужно было решить, как спустить клетку, в которой сидел Сархаим. Словно услышав мои мысли, клетка вдруг загремела и начала медленно опускаться вниз. Когда она достигла земли, распахнулась, и из неё нетвёрдой походкой вышел человек.

Это был мужчина лет сорока пяти, в хорошей физической форме. С необычно заострёнными ушками. Он шёл расслабленно, но был готов к любым неожиданностям. Остановившись в пяти шагах от меня, он внимательно рассматривал меня.

— Ты и есть тот самый Сархаим? — небрежно спросил я, продолжая разглядывать его. На нём была лёгкая кираса, но он был безоружен. На руке он носил непримечательное кольцо.

— Хм, откуда ты знаешь моё имя, странник и, как бы мне не хотелось признавать, мой освободитель? — спросил он, продолжая меня настороженно осматривать. Готовясь к любым неожиданным действиям с моей стороны.

— Меня зовут Максим, а послали меня узнать о твоей судьбе пауки. — ответил ему я уставшим голосом. После моего ответа он немного успокоился и начал более спокойным тоном говорить.

— Ну что ж, путник, вижу, нам с тобой предстоит долгий разговор, а, как известно, такой разговор лучше всего проводить за чашечкой чая. — С этими словами он на несколько секунд ушёл глазами куда-то в пространство и материализовал передо мной стол. На стол он поставил самовар и чашки под чай. Я полностью ошарашенный стоял и не понимал, откуда он все это взял. Видя моё затруднение, он достал откуда-то два стула и, сев на один из них, начал мне объяснять.

— Видишь, у меня на пальце кольцо, это артефакт древних с подпространством внутри. Садись, садись, разговор лучше вести сидя. — Поняв, что он прав, я уселся на предложенный мне стул и по примеру Сархаима начал наливать из самовара чай, попутно расспрашивая его.

Вот и получается, что сложилась довольно-таки странная сцена: мы вдвоём сидим на арене за столом и, попивая чай с местными фруктами, общаемся. Вскоре мой собеседник окончательно расслабился и лучился добродушием.

В ходе расспросов он мне рассказал историю своего заточения, а я в свою очередь поведал про весь свой путь, который прошёл до этого момента. Нам никто не мешал, и мы могли позволить себе сидеть часами и разговаривать. В какой-то момент начали слипаться глаза и клонить в сон, тогда мой собеседник достал из своего кольца два спальных набора охотников, и мы улеглись немного передохнуть.

В мыслях до сих пор крутились его слова:

— Я знаю, где находится искомый тобой предмет. Находится он в катакомбах под столицей Скупиринской империи. Но если я правильно понял то, что ты мне сказал, то у тебя мало шансов даже выбраться с этого материка. — Говорил он.

— Как получилось так, что этот материк населяют разумные расы-насекомые? Видишь ли, в своё время здесь, в середине материка, стояла лаборатория древних. В ней они проводили эксперименты. В ходе этих экспериментов и были выведены многие виды разумных рас насекомых. Сархаим на несколько секунд задумался и продолжил.

— Позже они искусственно начали расселять по всему материку своих улучшенных созданий. Всё было хорошо, древние могли бы дальше продолжать свои эксперименты, если бы их всех не призвал их бог-покровитель на битву богов. — Сказав это, он задумался, а я задал новый вопрос, который меня так долго мучил.

— Но ты говоришь, что сам был свидетелем тех событий и про древних многое знаешь, случаем не являешься ли ты древним?

— Да, меня можно назвать одним из древних. Я наполовину полукровка, мой отец один из древних, а мать эльфийка. Да, я работал в лаборатории и могу тебе сказать, что до сих пор продолжаю эксперимент, хоть и не в той форме, как планировалось.

— Но что случилось с лабораторией? — спросил я.

— Можно сказать, что лаборатория стала жертвой эксперимента, — невесело улыбнулся мой собеседник. — На моей памяти это был единственный раз, когда все расы разумных насекомых объединились. Меня до сих пор не отпускает картина штурма лаборатории, где я впервые был в шаге от смерти.

— Остался ли хоть кто-нибудь из персонала лаборатории кроме тебя? спросил я.

— На момент, когда я попался в ловушку этого места, было несколько человек из персонала лаборатории, которые продолжали эксперимент. Но что сейчас с ними и сколько точно я провёл здесь времени, мне неизвестно. Но я думаю, с ними всё хорошо, все они слишком осторожные да и прожили не одну сотню лет. — Задумчиво ответил Сархаим.

Вот, пожалуй, и всё, что я смог выяснить на данный момент. Но я надеюсь, что завтра смогу получить еще больше информации, в конце концов он явно мне что-то не дорассказал, не знаю почему, у меня такое чувство, но он явно что-то скрывает, но я не буду, пожалуй, лезть в чужие тайны.

Кабинет князя:

Князь расхаживал по своему кабинету и тревожно ожидал прихода начальника своей стражи. В руке у него был потрепанный бумажный свёрток, который он то и дело разворачивал и начинал читать.

А ведь, казалось, ничего сегодня не могло испортить прекрасное настроение князя. Лука прекрасно справился с поручением и принёс от князя ответное письмо, где был положительный ответ. И вот чуть ближе к полудню прискакал посыльный от барона Вельского с печальными известиями. И вот князь снова и снова перечитывал письмо, лежащее у него в руках.

Довожу до вашего сведения, полученные из уст моего начальника службы безопасности, что в пределах моих земель. На территории трактира «Бурелом» была задержана шайка разбойников, которые приехали в трактир поздней ночью. На счастье, в тот момент там находился отряд моих стражников. Стража произвела захват разбойников и в ходе допроса выяснили, кому принадлежала карета. Спешу вам сообщить, что карета принадлежала барону Коньякову, что с самим бароном, мне выяснить пока не удалось. Я отправил патруль стражников на место происшествия, указанное одним из бандитов.

Искренне ваш, Барон Вельский.

В дверь наконец постучали, и князь замер возле окна. Затем выкрикнул разрешение входить и принялся ждать. После разрешения войти вошёл глава безопасности князя Серат.

— Ваше княжеское величество, вызывали? — спросил он, гадая, почему его вызвали.

— Вызывал, читай, — сказал коротко князь и с этими словами протянул ему лист.

Пробежавший глазами по тексту Серат поднял глаза.

— Твоя задача прибыть на место происшествия и всё осмотреть самому, если потребуется, снарядишь экспедицию по поиску барона Коньякова. Всё понял? — Князь начал нервно постукивать по подоконнику.

— Да, ваше благородие, всё понял. Разрешите идти? — ответил князю Серат.

— Разрешаю. — С этими словами князь отвернулся и задумчиво уставился в окно.

Глава 8

Императорский дворец Скупиринской империи:

Далеко, пока наш герой только собирается выбираться из земель насекомых, на другом материке в это время проходил разговор, который мог всё изменить в ближайшее время.

Перфирий, который являлся главой тайной разведки Скупиринской империи, спешил на вечерний приём к императору. Войдя во дворец с чёрного хода, он прямиком направился в покои императора Скуприя пятого. В голове он всё думал, как представить доклад императору, ведь, несмотря на профессионализм его людей, несколько из них попались в лапы императора Арсала Великого, который сразу всё понял и начал готовиться к предстоящей войне. И теперь не получится внезапно напасть, как планировалось изначально, а значит, стоит спешить. Наконец он вошёл в покои Скуприя пятого и огляделся.

Император Скуприй пятый, как и ещё несколько человек в его кабинете, склонился над картой и что-то оживлённо говорил.

— Варкан, я согласен с вашим планом наступления на восточные провинции, но я прошу вас всё-таки сосредоточиться над западными провинциями Арсалийской империи и не растягивать свои силы на несколько направлений. Внешних и оборонительных укреплений на востоке у нас предостаточно.

— Слушаюсь, мой император, — почтительно ответил генерал.

Наконец император заметил Первия и посуровел.

— Перфий, надеюсь, у тебя уже есть запасной план, который поможет нам создать Арсалийской империи проблемы? — спросил он.

— Ваше императорское величество, я могу вам сказать, что я не только придумал план, но и уже осмелился частично начать его выполнение.

— Что за план? — спросил император.

— Мои разведчики смогли узнать, что у императора Арсала Великого есть незаконнорождённый брат, который по совместительству сейчас является тайным главой разведки Арсалийской империи.

Император Скуприй задумался, а потом медленно произнёс:

— Это очень хорошо, но я так и не услышал главного.

— Я счёл своим решением сделать, так сказать, предложение и предложить ему после нашей победы сделать его наместником этих земель. — Последние слова Перфий облегчённо выдохнул, не увидев на лице императора гнева.

— Я одобряю твоё решение и надеюсь, что твой человек сможет до него добраться. — ответил император Скуприй, пронзительно смотря на него.

— Всё будет исполнено в лучшем виде. — поспешил его заверить Перфий.

Отвернувшись от Перфия, Скуприй пятый обратился к коренастому мужчине низкого роста лет тридцати.

— Симал, я надеюсь, ты выполнил поручение, которое я тебе давал? — спросил император.

— Да, ваше императорское величество, Ризанская империя вступит в войну через неделю начала войны. — ответил Симал, который был послом императора.

— Отлично, вы все можете идти. — Сказав это, император удалился в соседнюю комнату.

Переглянувшись между собой, генерал и посол подозвали к себе Перфия и начали ему что-то оживлённо нашёптывать.

Барон Коньяков:

Проснулся я от шума. Настороженно оглядевшись, я увидел Сархаима, который сидя осматривал поверженного мной врага. В куче рядом с ним лежали вещи: мой меч-карандаш, который мой спутник достал из врага, булава и непонятный для меня предмет, который Сархаим задумчиво осматривал.

Встав, я направился в его сторону. Сархаим заметил меня не сразу. Я успел даже рассмотреть предмет, который он так старательно рассматривал. Это был небольшой и с виду непримечательный амулет. Вот только при более тщательном рассмотрении через плечо Сархаима я обнаружил на амулете три непонятных мне круга, которые так внимательно изучал Сархаим. Меньший из всех кругов светился зелёным светом. Остальные два были просто серыми. Мой новый знакомый поднял голову и заметил меня. Потом, расплывшись в улыбке, заговорил:

— Ну что ж, искатель. Тебе, как и мне, предстоит ещё много путешествий, и для облегчения хранения вещей у меня есть подарок для тебя.

Не добрый день, ничего, и главное, сразу к делу, не начиная, как вчера, с обеда, и продолжая упорно именовать меня искателем, что очень сильно начинает раздражать. Кстати, а что за подарок-то он хочет мне подарить? Зацепившись за эту мысль, я решил пока не возмущаться. Наконец, дождавшись от меня пристального внимания, он материализовал у себя в руке точно такое же кольцо, как и у себя, и передал его мне в руки.

— Кольцо искателя, один из самых популярных и распространённых артефактов на пике могущества древних. Главное, что в него можно сложить почти всё что угодно, главное, чтобы места в артефакте хватило. Кольцо может принять любой вид: от перстней с родовым гербом до самых примитивных железных колец, которые обычно используют люди из вашего народа для того, чтобы сделать предложение. Хоть я этого и не пойму, но это не важно.

Я, недолго думая, надел кольцо на палец и поблагодарил Сархаима. Все мои возмущения как ветром сдуло, ну а как по-другому, такого подарка я точно не ожидал получить. Он грустно улыбнулся и продолжил:

— К сожалению, это лишь маленькая часть того, что я могу тебе дать за свое спасение. Я, конечно, попытаюсь тебе помочь вернуться на материк, но это всё равно не закроет мой долг перед тобой.

Вздохнув, он передал мне в руку ещё и амулет, который до этого так пристально изучал.

— Даже я, который разбираюсь в артефактах древних, могу тебе сказать только то, что этот артефакт будет служить хозяину верой и правдой, а каждый из кругов отвечает за свой вид силы, который дарует тебе артефакт. В нашем случае самый маленький из кругов отвечает за оглушительный прыжок. На что способны ещё два, я не знаю, но со временем они должны будут зарядиться силой. А значит, ты сможешь в будущем разобраться, за что они отвечают.

Я взял амулет и, недолго думая, повесил себе на шею. Рискованно, знаю, но пусть лучше он будет висеть у меня на шее под ветровкой, да и шанс, что я смогу научиться им пользоваться, повысится. Ну и не надо забывать про оглушительный прыжок, зная меня, он может мне пригодиться в любой момент.

— Оружие принадлежит тебе по праву победителя. — С этими словами он пошёл накрывать не убранный со вчерашнего вечера стол.

Я дотронулся до булавы и мысленным посылом захотел её отправить в кольцо. Я провалился вместе с булавой в подпространство. Вокруг меня было абсолютно пустое пространство огромной пещеры размером, наверное, как несколько футбольных полей. Я оставил булаву на полу, захотел вернуться назад. Через секунду я уже вынырнул в обычный мир. И направился к столу, не забыв прихватить и засунуть в карман ветровки меч-карандаш.

После небольшой трапезы мы отправились в открытый проход, откуда вышел мой противник. Идя за Сархаимом, я подмечал, что он раз через какое-то время останавливался у разных стен и через секунду вынимал из них круглые пластины и прятал их в кольце. Не задавая вопросов, я просто шёл за моим спутником.

Самое интересное, что моего спутника абсолютно не смущало отсутствие нормального освещения, и ему не приходилось пользоваться фонариком, чтобы хоть что-нибудь видеть. Памятуя, что он на половину эльф, я решил, что ему в наследство досталось острое зрение. Вскоре мой спутник заметил, как я смотрю на его действия и вытаскиваемые им предметы, и соизволил до объяснения.

— Сгустки энергии душ, использованные, пожалуй, даже слишком часто в этом месте. Позволяют скрыть объект от посторонних глаз. В своё время нам говорили, что они могут скрыть помещение даже от взгляда богов. Довольно часто используется в местах закрытого доступа. Заводы артефакторики, лаборатории, склады.

— Но как ты их видишь? — спросил я.

— Я на половину древний, забыл? — Насмешливо ответил он.

Дальше мы шли молча и вскоре начали подыматься по лестнице. Вышли мы в том же месте, где я впервые зашёл в это место. Развалины всё так же продолжали стоять, и через несколько минут мы были уже снаружи. Как всё-таки приятно после долгого нахождения в подземелье выйти на свежий воздух.

В отдалении от здания на паутине висел Сызам, тихо посапывая во сне. При нашем приближении он открыл свои восемь глаз и отправил ментальный посыл.

— Справился, человек. И даже лучше, чем мы все ожидали. — Не знаю, слышал ли эти слова Сархаим, по крайней мере, его лицо никак не изменилось.

— Прошу проследовать за мной. — Послав это паук и убедившись, что мы следуем за ним, он двинулся по коридорам замкового комплекса.

Вскоре мы пришли в башню короля пауков, но в этот раз тут присутствовал ещё более старый паук, скорее всего, он и является отцом нынешнего паука. При виде Сархаима старый паук оскалился и послал в нашу сторону радостный ментальный посыл.

— Друг мой, ты всё-таки жив, ты не представляешь, насколько я рад этому. Теперь и умереть можно спокойно. — Сархаим стоял чуть склонив голову, по его щеке катилась скупая мужская слеза.

Спустя пару часов:

Я сидел на краю стены, подальше от меня на паутине сидел Сызам. После начала встречи меня тактично попросили удалиться. Сархаим сказал, что он сам меня найдёт после завершения разговора.

За это время я успел и подкрепиться, и немного, так сказать, пополнить свои запасы. В своё кольцо я сложил множество разных фруктов, принесённых пауками. Что меня очень порадовало, так это то, что в моё кольцо поместится еды на десятки лет существования небольшого городка. Конечно, если я их буду правильно складывать, а не как в уголок даже без полок и ящиков. Ещё одной особенностью кольца было то, что провизия не портится со временем.

У следящего Сызама за пару часов я в подробностях узнал про быт пауков, их обычаи и многое другое. После моего возвращения Сызам стал намного охотнее отвечать на мои вопросы. Сзади послышался шорох, и через несколько секунд рядом подсел Сархаим. Я повернул в его сторону голову и начал ожидать, когда он заговорит.

— Знаешь, за то время, пока меня не было, многое тут изменилось. И я мог бы тебя с удовольствием пригласить побольше погостить, но, как мне в детстве говорила мама, если можно сделать дело сегодня, не стоит откладывать его на потом. Поэтому мы сейчас отправимся в путь к тому месту, в котором тебя нашёл Сызам.

— Это хорошая новость, Сархаим, — вздохнул я, с небольшой печалью понимая, что вскоре меня ожидает путь сначала к своим новым владениям, а затем и в столицу Скупиринской империи.

— Ну что ж. — С этими словами Сархаим сказал пару слов Сызаму и, когда тот спустился вниз с паутины, запрыгнул ему на спину и крикнул: — Садись, чего замер?

Меня долго уговаривать не пришлось, ведь я уже понял, что угрозы для меня паук не представляет. И запрыгнул ему на спину. Убедившись, что я крепко сижу, Сархаим скомандовал двигаться, и мы поехали. Мы быстро двинулись к единственному выходу из долины. Уже через десять минут мы забрались на обрыв и двинулись по лесу.

По лесу паук двигался достаточно быстро и ловко, и в некоторых местах расстояние он преодолевал небольшими прыжками с массивных стволов деревьев на другие деревья. Через какое-то время мы выбежали к широкой реке, возле реки было несколько гигантских муравьев. При виде нас муравьи вздрогнули и разбежались в разные стороны. Сархаим нахмурился и начал быстро перекидываться с Сызамом словами. Что отвечал ему паук, я не знал. Но Сархаим рассердился.

— Плохо, совсем осмелели, гады. — Процедил Сархаим.

— Что-то случилось? — спросил я обеспокоенно.

— Ничего, кроме того, что муравьи опять начали заходить на чужую территорию. Но это уже мои проблемы, и я с ними потом разберусь. Похоже, мне придётся заглянуть на огонёк к старому знакомому.

— Знакомому? — переспросил я с интересом.

— Да, помнишь, я тебе говорил, что кроме меня уцелели и другие из лаборатории? Вот один из них взял под своё крыло муравьев. Я в свою очередь взял и спас от полного вымирания пауков, которые и воевали с муравьями.

Над нашими головами послышался птичий крик. Подняв голову, я увидел огромных орлов. Один из орлов вошёл в вираж и начал быстро снижаться. На его спине виднелась небольшая точка. Напрягая глаза, я старался рассмотреть, что там находится. Вскоре я смог рассмотреть на его спине девушку.

Орёл с удивительной плавностью для такой большой птицы приземлился на землю, с его спины грациозно соскользнула девушка и направилась в нашу сторону. Настоящая эльфийка, стройная, чуть с бледноватой кожей и заостренными ушками. Длинные золотистые волосы доходили до её стройных бёдер. А в ее глазах можно было утонуть. Ее шагов не было слышно, но ещё при её приближении Сархаим спрыгнул с паука и направился в её сторону.

Сархаим шёл в её сторону, но, увидев, что её лицо было искривлено в злой гримасе, Сархаим медленно попятился, но это его не спасло от звонкой пощёчины.

Помассировав щеку, Сархаим с возмущением сказал:

— Тарониэль, за что?

— За то, что позволил себе пропасть на несколько лет. За то, что ты ничего мне не сказал, куда отправился. За то, что ты не взял меня с собой и позволил за себя волноваться. — Каждое своё возмещение она сопровождала звонкой пощёчиной.

На моё удивление, Сархаим просто стоял и смиренно пережидал её пылкую речь. После того как она замолчала, он упал на колени и начал говорить:

— Прости меня, Тарониэль, я не думал, что попаду в ловушку, из которой не буду в состоянии выбраться сам.

— О чем ты только думал, когда решил отправиться неизвестно куда, никого не предупредив? Я думала, что тебя съели пауки. И я уже собиралась с твоим другом идти искать твои останки. — Тарониэль стояла возмущенно, смотря на Сархаима.

— Погоди, но как вы собирались идти туда, если пауки никого не пускают на свою территорию? — спросил Сархаим.

Тарониэль фыркнула и сказала:

— Фарон сказал, что может провести через владения пауков орду муравьев.

Все это время я пытался аккуратно слезть со спины паука. И в итоге брякнулся о землю. В мою сторону повернулись взгляды. Тарониэль с лёгким любопытством спросила у Сархаима:

— Кто этот человек и почему он сопровождает тебя?

— Это Искатель. Он меня и вызволил из ловушки, в которую я угодил. — Чуть замешкавшись, произнёс Сархаим.

— Спасибо, Искатель, что вытащил Сархаима из ловушки. — улыбнувшись, сказала Тарониэль.

Что примечательно, так это то, что Сархаим упорно продолжал меня называть Искателем. Но переубеждать его в обратном я так и не решился, ну, по крайней мере, уже точно не сегодня.

— Тарониэль, я тебе все расскажу по дороге, но сейчас мне надо доставить моего нового друга до его места появления на этом материке. Не могла бы ты нас подкинуть по воздуху? — Говорил Сархаим, смотря на орла.

— Конечно, садитесь на орла. — С этими словами она сама запрыгнула на орла и принялась нас ожидать.

Мне в этот момент в голову пришла идея, и я не замедлитель, но поделился с ней Сархаимом.

— Сархаим, а орёл может принести в лапах паука? — спросил я.

— Может, но зачем? — Он, нахмурившись, спросил.

— Мне Сызам рассказывал про то, как он любит летать, и он очень хотел полетать так, как это делают птицы. — ответил я.

Сызам, который это все слышал, послал всем присутствующим свой утвердительный ответ.

— Ну что ж, раз такое дело, то конечно. — На моё удивление, это произнёс не Сархаим, а улыбающаяся Тарониэль.

Вот кто меня тянул за язык, теперь сижу обмотанный паутиной на спине паука. Который сам обмотал часть своих лап об лапы орла. Сверху на спине орла о чем-то возбужденно говорят между собой Сархаим и Тарониэль. Ветер нещадно дует, а внизу открывается по-настоящему завораживающий вид, но всю картину портят рвотные позывы, которые мне приходилось сдерживать на каждом вираже.

Вскоре мой организм чуть привык, и стало легче настолько, что я смог начать любоваться открывающимися сверху видами, правда, мне надоело смотреть и вниз, но поговорить, как назло, было не с кем, хотя, наверное, я все равно бы не выдержал разговора сейчас. Сызам полностью отдался полёту и не реагировал на мои слова. Вот и приходится ожидать, когда наконец закончится полёт.

Спустя довольно продолжительное время мы начали снижаться. Самое тяжёлое в снижении — это было растормошить паука, чтобы он наконец распутал свои лапы от лап орла.

Наконец паук распутался и начал распутывать меня, сидящего на его спине. В стороне приземлился Сархаим. Взмахивая крыльями, орёл начал подыматься в высь.

— У Тарониэль появились дела, кто-то напал на Южное гнездо Орлов. — сказал задумчиво Сархаим.

— Она справится. А нам с тобой надо ещё дойти до родника. Чуть меньше чем через десять минут доберёмся. — опередил мои вопросы Сархаим.

Ещё через десять минут мы были у того места, где меня поймал паук.

— В этом месте и правда когда-то находился массив пути, связывающий два материка. Но он ведь давно разрушен. — задумчиво сказал Сархаим.

У меня к тому моменту уже была идея, как попасть назад, и я, попрощавшись с Сархаимом, на прощание он мне, кстати, выдал точно такой же нефрит голоса, который был у меня, и сказал:

— Даже если ты окажешься в своём мире, ты всегда сможешь со мной связаться, я думаю, что у тебя не раз возникнет потребность в знании некоторых вещей как о древних, так и об артефактах.

Дальше пошёл я один вдоль оврага. Моя идея заключалась в том, чтобы повторить прыжок в овраг с того места, где я упал.

Наконец найдя примерное место моего падения, я оступился и снова кубарем полетел в овраг. В глазах на секунду померк свет. Поднявшись со дна оврага, я заметил разительные изменения, в голове замелькала мысль: «Получилось». Конечно, хотелось бы не так болезненно каждый раз, но ладно.

Выбравшись из оврага, я заметил, что дело клонится к вечеру. Хотя на той части материка только позднее утро. На поляне всё ещё лежали трупы убитых мной разбойников. Решив, что не стоит оставлять снаряжение убитых бандитов, я их обыскал. Помимо оружия при них я нашёл небольшие кожаные кошельки, и на этом всё. По-видимому, бандиты были налегке, либо где-то поблизости отсюда находится их лагерь.

Теперь мне предстояло вспомнить свой ночной путь и добраться до места нападения на карету. Вздохнув, я поторопился, надеясь добраться до места засветло.

Серат:

Глава службы безопасности князя Серат стоял на поляне, где случилось нападение на князя Коньякова. Быстро смеркалось, и уже несколько раз его люди звали его в карету, чтобы уехать отсюда. Тела к тому времени, как прибыл Серат и его люди, были уже убраны, а следы, как назло, затоптаны. И вот вроде Серат уже всё осмотрел, и тут больше делать нечего. Но какое-то предчувствие заставило его задержаться.

Вдруг из кустов послышался шорох, и оттуда, кряхтя, выбрался барон Коньяков. Увидев Серата, он расплылся в улыбке и заговорил: «Приятно видеть, что моя пропажа была замечена и что князь послал на мои поиски лучших специалистов».

— Ваше благородие, позвольте освидетельствовать, с вами всё в порядке, вы не раненый? — спросил чуть удивлённо Серат, на его памяти было впервые видеть дворянина, который смог выжить и вернуться на место происшествия.

— Со мной всё хорошо, правда, чуть-чуть голоден. — сказал барон с улыбкой на устах.

— Ваше благородие, прошу пройти в карету, которая доставит вас в резиденцию князя. — сказал Серат.

— Конечно, но путь нам предстоит долгий. — сказал со вздохом печали барон.

Глава 9

И снова я у князя в гостях, да, я смог благополучно выбраться из леса и наткнулся на людей князя, которые и доставили меня сюда. Конечно, в первые несколько минут глава безопасности был в неком шоке от моего вида. Ну естественно, ведь моя единственная ветровка была в очень плачевном состоянии.

Покои, в которые я не рассчитывал вернуться ещё долгое время, были никак не изменены. Сейчас я сидел в своей комнате, только проснувшись, и продолжал свои записи в походный блокнот.

В дверь постучались, и после разрешения войти вошла служанка, которая принесла мой новый костюм. Ещё вчера при виде моего внешнего вида князь распорядился, чтобы мне сшили новый.

Признаться, я очень сильно был удивлён, что мне смогли починить и мою ветровку, которая висела отдельно от всего костюма. Насколько мне было ещё раньше известно, дворяне ценили практичность вещей. Поэтому камзол, который мне выдали и в который я облачился полностью, не стеснял мои действия, но при этом был очень изящный.

В принципе логично, что дворяне предпочитали вещи, которые не будут стеснять их движения, ведь очень часто на знатных приёмах происходили дуэли. Конечно, многие дуэли были не до смерти, потому что император не сильно был рад, когда его люди уничтожали друг друга.

Закончив наконец со своим внешним видом, я вышел из своих покоев и направился в сторону небольшого зала, где можно было перекусить. Должен сказать, что еда тут тоже была на высшем качестве, как и всё остальное, и после окончания своей трапезы я отправился в сад, который не переставал меня поражать своим великолепием. В саду я пробыл недолго, так как дворецкий Лука позвал меня в кабинет князя.

Войдя в кабинет князя, мне пришлось несколько часов пересказывать свои приключения, правда, опустив некоторые небольшие детали. Я ни словом не обмолвился о кольце и его свойствах, но при этом рассказал князю, где находится искомый нами предмет. Князь сидел задумчивый и после небольшой паузы проговорил:

— То, что ты узнал, где находится предмет, это хорошо, но, к сожалению, в преддверии того, что у нас начинается скорая война с Скупиринской империей, у тебя не получится попасть в их столицу. Да и к тебе у меня будет огромная просьба: за оставшееся время подготовить оборону своих земель, людей я сколько смогу тебе выделю.

— Но как так получилось, что скоро вспыхнет война? — спросил я очень обеспокоенно.

— Это уже неизбежно и от нас не зависит, нам остаётся только подготовиться к ней, — ответил грустно князь. — Я очень рассчитываю на твою помощь, и да, я помню, что ты потерял документы, которые нашёл Серат, и они уже приведены в прежний вид, но, помимо этого, у меня ещё есть одна вещь, которая принадлежит роду Коньяковых, не поверишь, буквально на днях было найдено место смерти одного из сыновей барона и только вчера мне его доставили.

С этими словами он протянул мне небольшой перстень, на персоне был изображён змей, кусающий свой хвост, который символизирует бесконечность. Хм, что-то похожее я уже где-то видел, но где? Точно не в этом мире. Сам камень, на котором и был изображён змей, был из рубина. А так перстень был покрыт золотом.

Поблагодарив князя, я вышел из его кабинета и направился в свои покои, собираясь сегодня выехать в свои владения, которые ещё предстоит подготовить к обороне. Помня о свойствах своего кольца, я сразу пожелал, чтобы оно приняло образ только что выданного мне перстня, а сам перстень спрятал в кольце.

Чуть ближе к обеду я наконец выехал из поместья, князь учёл свою прошлую ошибку и выдал мне на непродолжительное время в сопровождение два десятка воинов-конников. Их командиром являлся статный солдат лет сорока пяти, отслуживший в армии короля достаточно большой промежуток времени. Звали его Мираз.

Через несколько часов мы уже пересекли тот самый злополучный лес, ведь ехали верхом. Признаться, такой способ мне был намного удобнее и больше нравился, в детстве я очень сильно любил кататься на лошадях.

Вскоре мы въехали в небольшой городок, и, едя по нему, мы узнали о казни разбойников, назначенной на сегодня. Заинтересовавшись, я вместе с Миразом отправился на площадь, где должна была состояться казнь.

Очень тяжело было протиснуться сквозь толпы народа, который собирался, чтобы посмотреть на это зрелище. Ну конечно, ведь в этом мире нет телефонов, и поэтому у людей из развлечений только казни да работа.

Оказавшись на площади, я вздрогнул, ведь уже узнал тех людей, которые сидели в клетке под открытым небом. Это были те самые разбойники, которые на меня напали. Было их в клетке всего семеро, и тут в голове у меня зародился план. Но вот оставался вопрос: если я даже смогу их как-то освободить, то как я смогу быть уверен в их верности и том, что они меня не предадут в случае чего?

Спросив у Мираза, можно ли как-то освободить тех людей, которые сидели и ждали казни, он удивлённо спросил, зачем мне это нужно. После того как я объяснил ему свой план, он задумался, а потом невесело спросил: «Но зачем вам это?»

В ответ я ему начал говорить, что если мне надо оборонять огромную территорию баронства Коньяковых, то их явно не хватит. А так у меня может появиться ещё семь человек, которые умеют держать оружие в руках.

Вскоре мы стояли рядом с главой стражи этого города и пытались с ним договориться.

— Я вас правильно понял, ваше превосходительство, вы хотите выкупить этих разбойников? — переспросил он.

— Да, я хочу выкупить этих разбойников, тем более что я, возможно, сам хочу с ними разобраться. — ответил ему я.

— Хорошо, за десять золотых я готов вам их отдать. — ответил он.

— Вот и отлично. — сказал я, помня, что у меня в кошельке, который перед самым отъездом выдал мне князь, находится около пятисот золотых.

Расплатившись, мы отошли от главы стражи и двинулись к клетке, в которой сидели сами разбойники. Клетку к этому времени открыли, и все семеро вышли. Один из них, который являлся главным и уже всё знал от стражников, кинулся к моим ногам.

— Ваше превосходительство, прошу помиловать меня и моих людей. Я и мои люди готовы вам служить. — сказал Бархат.

— Встань, — сказал я, — то, что ты и твои люди готовы мне служить, это похвально. Но я хочу сказать, чтобы ты и твои люди знали: если вы будете верно мне служить, я обещаю, что вы будете достойно вознаграждены. Но помните, предателей я тоже буду наказывать соответственно.

Убедившись, что они меня услышали, я распорядился прикупить ещё семь лошадей, но при этом наказал пока не давать бывшим разбойникам оружия в целях безопасности.

Вскоре мы покинули город и пустились в путь, но теперь нас стало на семь человек больше. Бархат держался близко ко мне и рассказывал без утайки не только о связях, которые имеет, но и об опасностях, которые могут встретиться на нашем пути. Но уже вскоре произошел первый конфликт.

— Ваша обеспокоенность напрасна, многие разбойники предпочитают обходить стороной хорошо вооружённые отряды. — ответил Мираз.

— Это только в том случае, если мы не встретим на пути банду Молота. — ответил ему в тон Бархат.

— Слышать от бывшего разбойника такую уверенность об его братии невыносимо. — ответил Мираз, злясь.

— Мираз, я попрошу тебя не вмешиваться в мои разговоры. — ответил я раздражённо.

— Извините, ваше благородие. — ответил Мираз злобно, смотря на Бархата, который был весел.

Ох и намучаюсь же я с ними, подумал я. Нет, всё-таки моя идея уже не кажется мне настолько хорошей. Да, я почти на сто процентов уверен, что бывший разбойник не предаст, но при этом Мираз был уверен в обратном и всем своим видом демонстрировал своё недоверие.

Надежда добраться до ночи до моих владений не оправдалась, и мы заночевали в небольшом трактире. На следующий день, чуть ближе к обеду, мы пересекли границу моих земель и двинулись в сторону города, рядом с которым, как мне рассказал Мираз, находится замок барона. На подъезде к городу нас встретил конный разъезд стражи.

Один из стражников, по-видимому, капитан отряда, подъехал к нам и начал говорить.

— Ваше благородие, — обратился он ко мне, — барон Коньяков просил сопроводить вас до его замка. Прошу вас следовать за нами.

С этими словами он, как и его люди, развернулись и двинулись впереди нас. Я, который уже хотел возмутиться за такое отношение, решил промолчать. Возможно, у них так принято сопровождать, подумал я и двинулся вместе со своим отрядом. Рядом тихо себе под нос бурчал что-то про ненадлежащую службу Мираз.

Вскоре мы добрались до замка барона. Замок был окружен рвом для воды. Справа от замка виднелся город. Слева находилось озеро, которое тянулось вдоль южной стены замка. Мы быстро приближались к мосту, который по совместительству и являлся замковыми воротами. Как окажется позднее, замковые ворота располагаются сразу с трёх сторон, что немного мне, конечно, непонятно.

Когда мы въехали внутрь, нас встретил старичок. Как оказалось позднее, это был дворецкий, который служит уже второму поколению Коньяковых. Сам старичок был одет в элегантный, но при этом простой костюм. Моих людей разместили в казарме, которая тут тоже была.

А меня сразу повели на стену, где, как мне сказал старый слуга, сейчас находится старый барон Коньяков, который велел, как только мы прибудем, привести меня к нему. Вот только мне как-то было не сильно охото лезть, но ладно.

Поднявшись на западную стену, я увидел сидящего на стуле и смотрящего вдаль на город человека. Старичок, имя которого я так и не узнал, обратился к человеку, который, к моему удивлению, и оказался старым бароном Коньяковым.

Обернувшись, барон хриплым голосом попросил своего слугу удалиться, а сам начал внимательно меня рассматривать. Я в свою очередь тоже внимательно его рассматривал. Это был человек лет семидесяти шести, элегантно одетый, с грустной полуулыбкой и отсутствием блеска в серых выцветших глазах.

Отвернувшись и уставившись в даль, он заговорил:

— Ты мне очень напоминаешь старшего сына, которого звали Хамар, — сказал он грустно. — Такая же жажда приключений в глазах. И взгляд никогда не прислушивающегося к советам старших человека. И он, как и ты, думая, что он лучше всех всё знает. Вот только это его и сгубило, поэтому я надеюсь, ты не допустишь его ошибки.

— Второй сын был разгильдяй и пьяница, бегающий всё время по балам да барам. Он умер на запретной дуэли, — грустно сказал барон.

— Ещё у меня был третий, незаконнорождённый сын. Его звали Дамар, и я хоть и негласно его поддерживал, но и он где-то исчез, и до сих пор от него нет известий. И я думаю, что его уже и нет в живых.

В его серых, выцветших от времени и нервов глазах стояли слезы.

— Я знаю, что твоей задачей является подготовить мои земли к отражению атаки будущих наших врагов, и будь уверен в том, что я постараюсь оказать тебе всю посильную помощь, какую только смогу.

— Буду вам очень благодарен, — ответил я.

— Ты можешь идти отдыхать с дороги, а не слушать бредни старика, — с грустью в голосе ответил барон.

Попрощавшись с бароном, я двинулся вниз, где меня дожидался слуга. И уже идя за слугой, я наконец смог у него спросить, как его зовут. Звали его Силим, и он уже не одно поколение служил семье барона. Доведя меня до моих покоев, он меня покинул. Конечно, плохо, что я не успел узнать у него всё, что хотел, но у меня, помимо этого, есть и другие темы для размышлений перед сном.

Например, о том, что неплохо было бы попросить уроков владения оружием от Бархата и Мираза, а то до сих пор не знаю даже простых азов и до сих пор ещё жив только благодаря удаче. Но если будет война, то только одной удачей я точно не вывезу, а значит, придётся как-то учиться. И ещё надо будет осмотреть свои земли для создания плана по их обороне. В общем, дел у меня в ближайшее время хватает.

Начальник гвардии:

В кабинете на пятнадцатом этаже департамента гвардии происходил разговор, который уже в ближайшее время мог очень сильно навредить Арсалийской империи и изменить расклад сил.

Напротив уже давно нам известного начальника гвардии империи сидел с виду ничем не примечательный человек, каких много, особенно в повседневные будни, на улицах.

Но Арис в свою очередь чувствовал рядом с собой матерого спеца, которого было бы очень приятно на самом деле попытать в подвалах гвардии, в которых уже не одну сотню лет происходили пытки. Но, к сожалению, не сегодня и не сейчас, с грустью подумал Арис.

— С чем вы пожаловали и почему требовали личной встречи именно со мной? спросил Арис, внимательно следя за каждым движением своего оппонента. Опасаясь, что его люди его не обыскали, было уже несколько прецедентов за его службу. — Вы, наверное, уже догадались, что я принадлежу к иностранной разведке. — Утвердительно сказал незнакомец.

— И что потребовалось иностранной разведке от честного служителя Арсалийской империи? — с иронией спросил Арис, подобравшись. — Ну что вы, не скромничайте, вы как-никак являетесь хоть и незаконнорождённым, но братом императора Арсала Великого. — С намёком произнёс гость.

Арис, услышав это, судорожно дёрнулся. Как и от кого они прознали, ведь о том, что он принадлежит к императорской династии, знало всего несколько человек, ведь это держалось в тайне от всех. Наконец, взяв себя в руки, он заставил себя успокоиться и продолжать дальше слушать.

— Я вижу, вы поняли, что я пришёл не с пустыми руками. — Произнёс довольный произведённым эффектом гость. — Допустим, и что же это за предложение? — задумчиво ответил Арис.

— Мой император Скуприй Пятый предлагает вам сотрудничество. От вас лишь требуется в меру своих возможностей саботировать работу империи. Взамен вы после нашей победы будете наместником над всеми новыми землями. — Любезно ответил неизвестный. — Мне надо подумать. — ответил Арис, немного оглушённый свалившимся на его голову предложением.

Незнакомец оставил на столе Ариса нефрит голоса и произнёс слова прощания, заканчивая разговор.

— Ну что ж, буду ждать вашего ответа, — улыбнувшись, сказал гость, поднимаясь с кресла и уходя из кабинета. Он уже знал, что получит положительный ответ, и мысленно потирал руки, предвкушая премию от своего начальства. Признаться, для него это было самое лёгкое дело, которое он проворачивал за последние пять лет.

Оставшись один в кабинете, Арис ещё долго взвешивал все за и против и вскоре пришёл к выводу, который и привёл его к предательству, о котором ещё никому не известно, кроме нас с вами. Тем более что тут был шанс отомстить князю, который опередил его и смог обнаружить и доложить о подготовке к войне Скупиринской империи. За что и прилетело Арису от его брата, которого он никогда не любил.

И стоит что-то решить с мальчишкой, который уже, на удивление, стал бароном, он неизвестный фактор, который неизвестно как может повлиять на всю ситуацию уже в ближайшем будущем.

Арис не хотел просто упускать из виду уже тот факт, что мальчишка выжил после нападения на него разбойников и, мало того, позже, как ему доложили разведчики, взял и сделал оставшихся разбойников своей охраной. А значит, он может вполне преподнести ещё неприятных сюрпризов.

Не нравился ему и тот факт, что он ничего не сказал ему, хотя имел при себе такой редкий артефакт древних, как нефрит голоса, которым Арис его научил пользоваться. Да и решать с ним надо что-то, ведь он неизвестная фигура в планах князя. И самым надёжным способом было просто убить барона, а значит, стоит поручить дело уже давно покровительствуемой им банде Молота. Им он и поручит убийство новоиспечённого барона Коньякова, не всё же им на его финансирование сидеть ничего не делая.

Глава 10

Барон Коньяков:

Следующие две недели пролетели очень быстро, за две недели я в сопровождении Бархата и Мираза успел почти полностью осмотреть земли баронства. На территории баронства располагалось несколько деревень и два мелких городка. И всё это ближе к границе соседнего баронства, что добавляло немного оптимизма в подготовке успешной обороны, осталось только дождаться военизированные подразделения.

На границе с Скупиринской империей в основном леса и горы, что меня немного порадовало, и я уже даже знал, куда размещу большую часть выделенных мне на бумаге подразделений. Да, пока эти подразделения у меня только на бумаге, но я надеюсь, что в скором времени это изменится.

Вот только мне обещают, что отряды дойдут до нас через две недели. И ещё меня всё время не покидает чувство беспокойства, как будто над нашими головами собираются тучи, которые вот-вот рванут. Но это, скорее всего, сказывается на мне напряжение и беспокойство из-за надвигающейся войны, месяц у нас всё равно ещё есть, так что опасаться не стоит.

Но перестраховаться надо, поэтому я уже попросил у старого барона Коньякова приказать своим людям, потому что они отказывались признавать меня как руководителя, что меня очень сильно бесило, собираться возле замка барона.

Сегодня по плану было осмотреть последний участок довольно большого лесного массива. И вот, взяв снова всю свою охрану, а я не сильно представляю, зачем они мне в таком количестве в лесу нужны, но да ладно, приходится брать, иначе потом Мираз вместе с Бархатом будут целый день нудить, такое уже было.

Уже через полчаса мы были в окрестностях леса, но когда мы начали въезжать в лес, ко мне обеспокоенно на лошади подъехал Бархат.

— Господин, нам не стоит ехать в лес. — Нервно сказал он. Ехавший подле меня Мираз, хохотнув, сказал:

— Что, бывший разбойник испугался леса? И что ты весь дрожишь, как будто смерть увидел? — спросил он, нахмурившись. На подколки Мираза я уже не обращал внимания, на самом деле они с Бархатом уже давно сдружились, но всё равно подкалывают друг друга понемножку.

Бархат, сглотнув, показал на с виду ничем не примечательное дерево. При внимательном рассмотрении на стволе дерева я заметил чуть видимую чёрточку, похожую чем-то на китайский иероглиф.

— Видите метку? Это метка, которую ставят разбойники перед местом засады, чтобы свои не угодили. — Пояснил Бархат.

— Какая поразительная забота! — Съязвил Мираз. Видя, что разгорается не нужный сейчас мне спор, пришлось вмешаться:

— Мираз, тихо, и ты, Бархат, тоже. — И замолчал, убедившись, что они слушают, я продолжил: — Бархат, иди со своими людьми через лес и проверь, если есть засада, её надо вырезать.

— Мираз, а мы с тобой пойдём прямо по дороге, только скажи своим людям, чтобы были готовы. — Сказав это, я стал дожидаться, когда мои приказания будут выполнены.

Уже когда в лесу скрылся отряд Бархата, мы двинулись по тропинке в лес. Мираз, проникнувшись всей ситуацией, ехал молча и собранно, готовясь к любой неожиданности.

Двигались мы нарочно неспешно, чтобы дать отряду Бархата время на обнаружение засады и её нейтрализации. Руку я держал в кармане, сжимая меч-карандаш, который был готов достать буквально за секунду.

Чем больше мы углублялись в лес, тем напряжённее становилась ситуация. А засады всё не было и не было. Я уже несколько раз видел места, где очень хорошо можно было организовать засаду и просто всех нас из арбалетов перестрелять. Не понимаю только, почему они не решили сделать засаду в этих местах.

Вскоре позади послышался стук копыт. Обернувшись, мы увидели вернувшийся отряд Бархата. Подъехав ко мне, он быстро начал докладывать.

— Две засады ликвидированы, а также мы точно узнали, что это за банда разбойников. И где находится их лагерь. — Секунду подумав, я произнес:

— Веди нас, Бархат, к лагерю разбойников. Всем быть наготове.

Лагерь разбойников:

Молот сидел чуть отстранённо, глядя в огонь. Он почти не слышал, о чём шептались остальные разбойники, его мысли были далеко от них. Он был озабочен пропажей отряда засады. Время уже клонилось к вечеру, а от них нет никаких вестей. Неужели люди барона Коньякова смогли обнаружить и ликвидировать его людей? Но нет, такого не может быть, он послал самых опытных и умелых. Однако факты говорили об обратном.

Похоже, задача будет намного сложнее, чем он сначала себе представлял. Надо бы связаться с начальством, на которое он уже больше года работает. За это время он уже не раз ликвидировал неугодных людей по приказу Ариса. Среди этих людей уже был один из Коньяковых, и теперь ему предстояло убить ещё одного. Интересно, и почему Арису так мешают бароны Коньяковы?

Молот на самом деле не представлял, чем Арису мешают так Коньяковы. И сейчас задумчиво катал в руках перстень Хамара. Чем же ты заслужил оказаться в списке врагов Ариса, задумчиво подумал он. А чем второй из Коньяковых это заслужил? Однако ему деньги платили не за это, и он оставлял все вопросы при себе.

От размышлений Молота оторвал так знакомый и уже много раз им слышанный свист тетивы. Рядом с ним вскрикнул и рухнул в собственной крови один из разбойников. Вскочив и схватившись за свой молот, из-за которого он и получил своё имя, он кинулся в сторону уже начавшейся схватки его людей и неизвестного конного отряда. Откуда они только взялись? Успел подумать Молот перед тем, как его через несколько секунд схватки поразило в сердце копьё, которым дрался всадник.

Барон Коньяков и его отряд:

На лагерь мы напали не сразу. Почти до самого вечера мы из укрытий следили за тем, что происходит в самом лагере. Высчитывали количество разбойников, их расположение и охрану, ходящую по периметру базы. Всего на начало операции нас было тридцать, считая и меня в том числе.

Операцию мы начали только тогда, когда начало быстро темнеть. Мы распределились на два отряда. Восемь бывших разбойников во главе с Бархатом отправились снимать дозоры, позже они начнут стрельбу по находящимся в лагере бандитам из трофейных арбалетов.

Остальной отряд взобрался на коней и после сигнала Бархата быстро рванул с места к лагерю, находящемуся всего в тридцати метрах от места нашего сбора. Мы быстро преодолели расстояние, разделяющее нас от лагеря, и на огромной скорости ворвались в него.

Для меня это был первый практический бой на лошадях. Да, Мираз за достаточно короткое время сумел меня натаскать на действие в группе, но всё равно было немного страшновато. А ведь ещё Мираз выдал мне копьё и сказал постараться хотя бы поразить одну цель, зная, что я и так до сих пор ещё очень неважно держусь в седле.

А тут ещё и копьё, которое меняет мою точку опоры. Нет, вот мне кажется, он просто специально издевается, но вслух это я не сказал, помня, как я уже раз попробовал на одной из тренировок ему возразить. Да, пятьдесят кругов в полной экипировке по замку я не забуду никогда.

Так вот, о чём я? Мы ворвались в лагерь, где-то отдалённо послышался залп отряда Бархата. Разбойники, ошеломлённые внезапной атакой, почти не смогли оказать достойного сопротивления против хорошо подготовленного и напавшего внезапно конного отряда. В общем, подводя итоги битвы, могу сказать, что хоть мы и напали внезапно, всё равно один из людей Бархата умудрился схлопотать шальную стрелу в руку.

Спустя несколько минут бой закончился, а я стоял над поражённым мной бандитом. Копьё пробило ему грудь и вошло ровно в сердце, и на что он, интересно, надеялся, когда напал на меня, вооружённого копьём против его молота? И как он только им вообще пользовался? Впрочем, уже не так важно.

Меня больше интересовал начавшийся, пусть и немного муторный, но сбор трофеев. Снятые с убитых разбойников снаряжение и ценные вещи аккуратно сгружали возле большого костра. Трофеев было немало, сразу виднелось то, что разбойники себе ни в чём не отказывали.

Снаряжение оказалось настолько качественным, что вооружение некоторых баронских дружин других баронов, по словам Мираза, было намного хуже. А чего по деньгам стоила только груда железного оружия, заставило меня присвистнуть. По оценкам Бархата, снаряжение можно было сбыть в общей сложности на сумму в 500 золотых.

По мимо брони были ещё и две стопки арбалетов по пять и сотни колчанов со стрелами. В неподалёку была, можно сказать, братская могила разбойников, где уже прикопаны все разбойники, убитые нами. В лагере мы решили остаться на ночь, так как было небезопасно перемещаться ночью. Выставили часовых, и многие отправились спать в шалашах разбойников.

Только мы втроём, Бархат, Мираз и я, сидели и обсуждали, что нам делать с трофеями, ведь унести, как оказалось, наш отряд сможет немногое. Мда, кроме золота, это добро сразу с кошелями перекочевало к новым владельцам, делили на всех поровну, невзирая на вклад каждого.

Сам я сидел сейчас на сундуке, заполненном золотом, и не хотел с него слазить. Убитый мной бандит оказался главарём банды, опознанный Бархотом как Молот. Мда, молот у него, конечно, тоже был тяжёлым, я еле смог его дотащить до сундука. И ещё перстень с гербом Коньяковых, лежащий в кармане разбойника. Похоже, я теперь знаю, что случилось со старшим сыном барона.

Наконец я решил, что могу доверять своим-то людям, в конце концов, они со мной ещё надолго, да и крещение боем мы, можно считать, прошли. И поведал я им о своём перстне волшебном. Мда, если бы не характер человека, который любит пошутить, так бы и было, но нет, взял, встал с сундука, потянулся и подошёл демонстративно к горе вещей, опустился на одно колено и по очереди начал дотрагиваться до предметов и перемещать их в кольцо путника.

Завершил своё представление тем, что, дотронувшись до сундука, убрал его в кольцо и наконец посмотрел на ошарашенные происходящим лица Мираза и Бархата, которые сидели возле костра и до этого вели со мной разговор. Мда, только эта реакция стоила того. Дальше на меня просыпался град вопросов, на которые я вынужден был отвечать. В результате меня промурыжили пол ночи, и только потом разрешили ложиться спать.

На следующий день я проснулся не выспавшийся, и от этого был раздражителен, только за утро, пока готовились к выезду, успел всех достать. Соответственно, на обратном пути мы все ехали молча, и когда добрались до замка, я остался один, потому что все поехали в город. Ну конечно, они ведь получили сумму, которую обычно один дружинник получает за пять лет работы. Вот как на бухаются до потери пульса, и что мне потом с ними делать?

Но ладно, этим фактом я не был сильно расстроен, и уже через полчаса был в кабинете барона и рассказывал ему о том, что нашёл и уничтожил убийц его старшего сына. Он после этих слов словно помолодел и стал намного веселее, хотя я не пойму почему. Впрочем, я сильно не заморачивался этим вопросом и, отдав в руки барона перстень его старшего сына, отправился досыпать то, что не успел доспать за ночь и утро.

Прошло ещё пару недель, за эти пару недель я не раз был на тренировках, которые организовали Мираз и Бархат, похоже, они решили ещё сильнее меня доконать и теперь изматывали меня с утра до ночи на тренировках. Хотя на них на самом деле сложно злиться, ведь за это время я смог подтянуть стрельбу из арбалета и научиться тем основам, которые могут спасти мне жизнь в будущем. Но все равно это не отменяет того факта, что они, пожалуй, слишком сильно взялись за мою подготовку. А ведь ещё и отряды, выделенные мне для обороны моих земель, до сих пор не пришли.

И вот сегодня с утра я снова стоял на тренировочной площадке, когда со стороны ворот раздались тревожные голоса. Решив узнать, что там происходит, мы с Миразом и Бархатом двинулись на звуки, медленно смещающиеся в глубины замка. В глубине души я надеялся, что это наконец военные отряды пожаловали.

Ещё через полчаса мы узнали от посыльного с границы, что началась война с Скупиринской империей. Вот только у нас нет даже подготовленных позиций, и армия не успела подойти, это ведь катастрофа, подумал я. Единственное решение, что мы приняли вместе со старым бароном, это запереться в замке и пережидать осаду, которая скоро может начаться.

Благо еды в замке было достаточно, а свою баронскую дружину барон загнал в замок, и только после этого вечером, когда на горизонте показались вражеские войска, мы смогли наконец закрыть ворота и принялись ждать, что будет происходить дальше.

Ночью был усиленный гарнизон, который, впрочем, не сильно и нужен был, ведь ещё есть ров, который тоже надо как-то переплыть, а как мне сказал барон, под кромкой воды находятся острые железные колья, которые были туда воткнуты ещё при его прадеде.

На следующий день мы сидели на стене замка и смотрели на вялую оборону города, который очень скоро был взят солдатами Скупиринской империи. Стрел мы не боялись, они просто сюда не долетят. Нас пока не трогали, и тут было только два предложения: либо они решили нас оставить напоследок, либо хотят перед штурмом попытаться договориться.

Оба из этих вариантов, впрочем, нам были безразличны, за время штурма того же города ни разу не применялась артиллерия, а это значит, что на этом участке фронта её и нет. Да, мы заблокированы в замке, да, мы вроде как должны были помочь обороняющемуся городу, но спрашивается, зачем нам выходить к врагам, если они сами могут убиваться об нашу укреплённую позицию? Да и город все равно не принадлежал барону. Конечно, я осознавал, что мы должны были их защищать, но не в меньшинстве ведь?

Вскоре, как мы и предполагали, появился глашатай, который предъявил нам ультиматум: либо сдаёмся, либо всех нас уничтожат. Мда, нет бы наоборот попытаться договориться, но нет, сразу угрозами сыплют. Короче, послали мы его куда подальше, а дальше в нашу сторону полетели стрелы, которые безвредно падали у подножья замковой стены.

К вечеру на штурм пошли лодки, которые почти сразу пошли на дно с продырявленным дном. По озеру лодки просто были расстреляны горящими стрелами. И всё, на этом весь штурм закончится, к сожалению, их командиры оказались не дураками, чтобы терять просто так своих людей и задерживать продвижение армии. Оставили довольно внушительную силу, где-то в тысячу человек, как насчитал Бархат, и двинулись дальше. Теперь можно выдохнуть, вряд ли отряд прикрытия сам пойдёт на штурм без приказа.

Сидя на крепостной стене и задумчиво смотря на отряды врага, я смог с помощью бинокля рассмотреть позиции противника. Бинокль был в рюкзаке, который в своё время забрал Бархат ещё при первом нашем знакомстве. И спрятал в тайнике прямо перед городом, ну а потом просто передал мне после того, как поступил, грубо говоря, ко мне на службу.

Первое, что бросилось в глаза, это то, что несколько сторон были осаждены разными подразделениями. Позже мне Мираз пояснил, что это разные дружины разных баронств, и предположил, что они могут быть каждый сам за себя. Решив понаблюдать несколько дней и решить, что буду делать с этой информацией, я отправился на боковую, мысленно взвешивая все за и против пришедшим в голову планом действий.

Императорский дворец Арсалийской империи:

— Ваше императорское величество Арсал Великий, нам только что стало известно, что Скупиринская империя без объявления войны пересекла нашу границу.

Сообщил императору советник.

— А что наши войска? — спросил император, который уже был не в духе.

— Наши войска не успели занять и построить оборонительную линию в некоторых приграничных западных баронствах. А в тех, где уже начались работы, были прекращены в связи с отступлением с этих территорий.

— Почему наши войска отступают, а не отражают нападения? — нахмурился император.

— Там не совсем войска, там в основном дружины баронов, которые не желают воевать без поддержки армейских подразделений. А те, кто пытаются обороняться, довольно быстро умирают в бессмысленных схватках.

— Хм, а что наше секретное оружие, которое нам обещал князь Павел? — Оно ещё не готово, мой император, ответил советник. Ещё несколько дней работы до завершения всего проекта.

Вертя печально известное ему письмо, пришедшее ещё четыре недели назад, и ведь было время на подготовку, но генералы решили сделать по-своему и ослушались приказа императора. Ну что ж, похоже, стоит провести несколько показательных казней среди высшего военного руководства.

— Очень плохо. Иди, сообщи генералам, что я ими очень недоволен, и сегодня зайдёшь за приказом о назначении князя Павла на командование Западным фронтом, отвечающий за это направление генерал не оправдал моего доверия. А на командование Восточным фронтом назначь князя Вальхамского. Надеюсь, они сумеют исправить ситуацию, сложившуюся на фронте. — Произнёс император.

Немного еще подумав, император сказал:

— И подготовь ещё документ на казнь высших военных чинов, виновных в нашей неготовности к войне.

— Слушаюсь, мой император, осторожно ответил советник. И поспешил ретироваться из кабинета выполнять поручения императора. Сам император подошёл к карте и отметил известные ему на данный момент границы. И вот надежда теперь только на то, что князь Павел сможет исправить ситуацию, сложившуюся на данный момент.

Так приграничную зону мы потеряем полностью, и три крупнейших портовых города, скорее всего, тоже. Войска просто из того места, где они сейчас находятся, не успеют дойти до этих городов. А сегодня надо ещё подписать план операции по высадке наших войск на побережье южных провинций Скупиринской империи.