Ошибки прошлого. Книга третья.

Глава 1

Глава 1.

Путешествие в запретные земли.

— АРТУР, БЕГИ! — закричала Олька.

Я сидел в окружении близких мне людей и судорожно оглядывался, силясь понять, в чём причина паники и от кого мне нужно бежать?

— Не ори и объясни нормально, что случилось и от кого бежать? — попытался я выяснить причину её паники.

— Вошедший человек в коричневом плаще — это биокорп-диверсант. Ему расправиться с тобой как два пальца об асфальт.

— Нас тут восемь человек, если вдруг не заметила. Причём не самых слабых.

— Артур, милый, ты не понимаешь, кто такие диверсанты. Скорость, с которой он убьёт всех твоих друзей, не подвластна человеческому глазу. Ты и моргнуть не успеешь, как все твои друзья будут мертвы.

— И как долго он может так двигаться?

— Не время для бравады, братик, прошу, беги.

— Ответь на вопрос? — настоял я на своём.

— При наличии ИДЭ (источник дополнительной энергии) минуту легко. Если нет, то секунд десять. Точнее не скажу. База неполная, да и данных маловато. Какой версии биокорп, какая система усыновлена? Слишком много переменных, чтобы дать точный ответ. Но поверь, Арти, ему и этого времени хватит, чтобы убить под сотню таких, как вы. Несмотря на все ваши фокусы.

Мужчина тем временем, не проявляя никакой агрессии, прошёл до стойки, сделал трактирщику заказ и сел за столик у окна.

— Друзья, мне нужно отойти. Знакомого встретил.

Под удивлённые взгляды собравшихся за столом я прошёл через зал и подошёл к вошедшему мужчине.

— Артур, что ты творишь??

— Отключись, — отдал я команду, выключая ассистента. Да, жёстко, но её паника мешала мне.

— Здравствуйте, могу ли я к вам присесть?

Сидевший за столом мужчина смерил меня взглядом, а после кивнул.

— Я Артур, а вас как зовут?

— Кантемир, — ответил он, снимая с себя плащ.

Первое, что бросилось в глаза, он был очень загорелым, ощущение, что он всё своё время проводит под палящим солнцем, будто деревенский житель какой. А вот остальное слегка выбивалось из общего образа. Крепок телом, причём развито всё пропорционально, никаких перегибов в ту или иную сторону. Чисто выбритое лицо, аккуратно постриженные волосы, белоснежные зубы. В принципе, ничего в этом удивительного нет, та же Виктория или Альберт с Ичиро следят за собой будь здоров. Но удивило не это, а то, что на лице Кантемира не было ни одной морщины, абсолютно ни единой. Идеальная кожа, будто чистый лист бумаги. Как это возможно?

— Позвольте узнать. Зачем вы здесь?

— Пришёл за тобой.

— Убить?

— Возможно. Смотря как пройдёт наша беседа.

— Что вам нужно?

— Накопитель энергии, который ты украл в школе чёрных алхимиков под горой. А также информация по поводу взрывного порошка, с помощью которого ты уничтожил их.

— Вы из чернушек? — задал я вопрос и тут же понял, какую глупость сморозил. Откуда в братстве чернушек «Биокорп»? Хотя...

— Оль, такое вообще возможно? Хм-м, а в ответ тишина. Твою налево. Я же сам её отключил.

— Нет, я не принадлежу к данной организации. Я вообще не принадлежу к какой-либо структуре на большой земле. Скажем так я сам по себе.

— В таком случае откуда вы знаете про накопитель боли (так я решил назвать его для себя)? Раз вы не из братства.

— Накопитель боли? Не понимаю. Поясни, будь любезен? — попросил он, облокачиваясь на стол и приближаясь ко мне. Явно не хочет, чтобы нас кто-то подслушивал.

— Чернушки используют кристалл для накопления энергии, причиняя человеку мучительную боль, и когда человек умирает, эманации смерти наполняют кристалл. Я точно не уверен, что всё именно так, но то, что всё происходит в таком порядке, видел лично. Приврал я немного.

— Понятно, и спасибо за пояснение. Теперь отвечу на твой вопрос. Узнал я от самих чернушек, разбивший небольшой лагерь возле горы и пытавшихся выяснить, что же произошло. И да, он мне нужен. Отдай, и я не причиню тебе зла или твоим близким.

— Нет, — сказал я и, видя, как он хмурится и собирается что-то сказать, живо заговорил, поясняя свой отказ: — его нет у меня.

— Мальчик, не стоит обманывать. Я точно знаю, что он у тебя. А если ты думаешь, что вы сможете со мной справиться, то лучше тебе не проверять это. Поскольку я в таком случае вряд ли остановлюсь и пощажу кого-то. Мы поняли друг друга?

— Я и не обманываю вас. Он лопнул, когда я держал его в своих руках, рассыпаясь на мелкие осколки. Это случилось после того, как я попытался отколоть кусок и продать. Вновь соврал я. Ну не говорить же, что я хотел впитать энергию, полученную истязанием живых людей. Хотя в тот момент были другие мысли, не будут ли приходить ко мне во снах те, кто послужил источником энергии для накопления. Даже сейчас вспомнив стало противно.

Мой собеседник молчал тридцать четыре секунды. После более спокойным тоном произнёс:

— Доказательства? Или все умрут.

— Есть.

— Погоди дай угадаю. Ты собрал то, что рассыпалось? — Я кивнул.

Я и вправду тогда собрал всё в мешочек. Полагая, что и в таком виде он мог бы пригодиться в ордене для изучения. Вы просто не представляете, какого это мне стоило труда. Почти полтора часа я ползал на карачках, отчищая сначала кровать, а после пол.

— Сейчас принесу, — встав, я вернулся к друзьям и, достав из сумки, весившей на стуле кожаный мешочек, вернулся к Кантемиру. На вопрошающие взгляды друзей дал знак не делать резких движений. Всё хорошо.

— Вот, держите, — протянул я ему мешочек с кристаллическим песком.

Развязав его и заглянув внутрь, он аккуратно перевернул его и часть высыпал себе на открытую ладонь. Ровно минуту рассматривал его, а после вернул содержимое обратно.

— Ты не соврал.

— Хотите, оставьте себе, если он вам так нужен.

— Нет, — протянул он мешочек, — в таком состоянии он для нас бесполезен.

Под «нами» он, вероятно, имеет в виду Гармонию, — подумал я, хотя это и так было очевидно.

— Что по поводу взрывного порошка?

— Я столкнулся с схожим под горой впервые. Прежде мне доводилось видеть такое. И не слышал, чтоб кто-то изготавливал что-то схожее. Видимо, это была новая разработка чернушек. Про порох для пушек знаю, если вас это интересует. Но тот если и изготавливают, то только в мастерских королей.

— Нет, не интересует. Ты знаешь, где я могу найти этих ваших Черных алхимиков?

— Видимо, под землёй, в старых шахтах судя по обнаруженной школе. Но в некоторых королевствах они живут в открытую, вплоть до то что некоторые из них имеют свои лавки по продаже эликсиров.

— Что ж… Рад, что ты благоразумный парень и не стал лезть в бутылку. Возвращайся к друзьям. Возможно, мы вновь свидимся.

Встав из-за стола, я по привычке протянул ему руку для пожатия, и он её пожал.

— А всё-таки кто вы? — ответа мне не дали.

Когда я вернулся на своё место, Кантемир уже выходил в двери.

— Поделишься? — первым задал вопрос Альберт. И все тут же с любопытством уставились на своего ученика.

Деваться было некуда, и я рассказал им, немного изменив историю. Например, поведал о том, что накопитель лопнул, когда я доставал его из сумки, а он, выскользнув из рук, упал на пол. Конечно, это было неубедительное оправдание, к сожалению, лучше я придумать не успел. А в отколотый кусок они бы точно не поверили.

Человек, с кем я вёл беседу, по моему рассказу оказался сотрудником королевской СБ, поставленным на дело королём и искавшим следы черных алхимиков. Он догнал нас, чтобы уточнить некоторые детали, так как у них появились новые сведения после захвата у горы отряда чернушек. После допроса пленных они предположили, что тот взрывной порошок предназначался для оппозиции, стремившейся к смене власти. Понимаю, временные рамки не совпадали, но уж как есть. Как сказала Олька надо больше читать, и фантазия стане куда богаче.

Меня, конечно, пожурили за сборщик, а после посоветовали не переживать, так как в том году нам удалось захватить аналогичный. Таким образом нашим братьями и сёстрам из крыла алхимиков есть что изучать.

Ещё я понимал, что завтра мне придётся детально поведать наставнику о своих приключениях, отвечая на сотни уточняющих вопросов. Потому ночь я проведу в составлении легенды.

Помимо прочего неожиданным стало открытие, что никто из ордена ученика по имени Артур — не отпускал, а это была моя экзаменационная практика. Оказывается, раньше такое часто практиковали, отправляя учеников в большой мир, чтобы те набили шишки самостоятельно и учились с ними справляться. А дабы путешествие учеников прошло без особых эксцессов, за ними посылали следить тройку теней, готовых вмешаться в любое время. Вот и за мной следила тройка Шона. Так себе у них это получилось, если честно. На что мне ответили, мол, твоей жизни ничего не угрожало, а за Марата и Ичиро они ответственности не несут. Обиды я на них не держал и знал случись что они бы вмешались. А сейчас лишь держат марку.

По рассказам Гарольда, от аналогичной практики давно отказались, но я так удачно подвернулся, да и Альберт якобы застрял, что старейшины, по-видимому, решили возобновить старые традиции. И я Более того знаю, кто выдвинул подобную идею на совет — Леонард. Ух-х, неугомонный старикашка. Припомню я ему ещё… С другой стороны, такая практика и вправду действенна. Она принесла мне множество знаний и опыта. С наставником я бы действовал совсем по-другому. Поэтому в этот раз я не в обиде. Но если только чуть-чуть.

На следующей день меня как я и предполагал ожидал допрос с пристрастьем. Столько матерных слов от своего наставника я ни разу не слышал, да и Гарольд пару раз прошёлся «добрым» словом услышав о моих похождениях. При этом приговаривая коли Римус творил что-то похожее ему конец. Мне после такого лучше с Римом какое-то время не пересекаться. Он быстро смекнут откуда дует ветер перемен.

Когда допрос был окончен, Аль позвал на задний двор и обнажив меч предложил мне тренировочный спарринг. По окончанию Альберт взял мою шпагу и ещё часа полтора практиковался сначала с Ичиро, а после и Шоном, далее с обоими сразу.

— Легко, удобно и практично, — озвучил он итог, возвращая мне моё оружие. — Однозначно, хочу такой же себе клинок, но нужна практика, оружие и техники. Артур, откуда ты брал техники и оружие? Тебя явно кто-то обучал. Слишком ловко ты им владеешь.

— Помните, мне «совет» меч подарил?

— Конечно помню, я же там присутствовал.

— Ну так вот, его мне и переделали. (про принтер я не захотел рассказывать). А что касается техник, я их в библиотеке в четвёртом зале обнаружил, в одной из книг. В ней же, кстати, про оружие прочитал, — не моргнув и глазом соврал я. — С практикой же мне помог Ичиро. Пока вас не было рядом, он стал моим наставником по оружию.

Поймал себя на мысли, что я слишком много вру в последнее время. Надо бы избавляться от этой привычки. Тем более врать наставнику — последнее дело.

— Да? Ну ладно. Надо глянуть на неё, когда вернёмся. Покажешь, где она лежит?

— Эм-м, тут такое дело, наставник. Я как бы на остров в ближайшее время не собираюсь возвращаться.

— Не понял? Ты что, не едешь с нами?

— Ну-у-у-у, как бы да, — пожал я плечами. — Раз, по вашим словам, практику я сдал, то теперь могу сам выбирать для себя цели. И я давно Марату обещал помочь в одном деле, а долги нужно отдавать. Вы сами этому учили.

Какое-то время Альберт обдумывал мои слова, а после, тряхнув головой, словно отгоняя ненужные мысли, спросил:

— Когда планируешь возвращаться?

— Год, а то и полтора точно уйдёт, а после ещё надо заскочить к Ичиро домой, — глядя, как нахмурился Аль, добавил: — Но перед этим обязательно заскочу.

— Ладно, я пока учеников брать не планирую, в связи с этим проведу годик-другой на острове, малышню поднатаскаю. Устал я что-то в последнее время. И смотри у меня, — погрозил он мне пальцем. — Чтобы вернулся целым и невредимым, а то я зря что ли буду ждать твоего возвращения.

— Скажите, наставник, а как совет поступит с Гарольдом? — сменил я тему на более волнующую.

Сразу он не ответил. Почёсывая бороду, он отошёл к забору и, облокотившись на него, задумчиво произнёс:

— Не знаю, Арти. Тут всё довольно сложно. Он нарушил правило и изготавливал эликсиры вне замка для войны, в которой орден во всеуслышание заявил: помогать людям убивать друг друга он не будет. Но также Хэл не выдал секретов изготовления. Я это тщательно проверил. В общем, старейшины решат, но, считаю, покидать ему более остров не разрешат и учеников брать тоже. Быть ему учителем до конца дней своих.

— Не самое плохое, что может случиться. Главное, чтобы не казнили. Римус только-только принял сердцем смерть наставника, а если он вновь его потеряет, боюсь, это сломает брата.

— Тут ты прав. Надо бы не забыть на совете надавить на это.

***

На постоялом дворе мы провели ещё пару дней. Слишком много было вопросов, какие необходимо разобрать и принять по ним решение. Деньги, выданные мне Славом, я передал с отчётом Альберту. После я в компании моих братьев, оставив Ичиро и Марата в заведении, отъехали на недельку. Наш путь лежал в город, где имелась неприметная лавка травника Джоила. На самом деле это была точка, где члены ордена могли пополнить запасы эликсиров, передохнуть с дороги, передать сообщение в орден, получить деньги и одежду. Аль, находясь в лавке, внимательно осмотрел мою сумку, попутно задавая уточняющие вопросы о том, куда я собираюсь и кто со мной идёт. Он предположил, что мне предстоит множество сражений, и мои запасы для такого далёкого путешествия слишком скудны. Отказываться не стал, я же себе не злобный Буратино. Альберт во время пути посоветовал не забывать о тех, кто ждёт дома. Так что, когда мы останавливались на ночлег, я писал письма для друзей, Фоули, Майкла и Хейли, расписав в них без подробностей о своих приключениях. А вот для Имани, я постарался расписать в духе её любимых книг. Ушло аж семь листов. И кто сказал, что писать легко?

Покончив с делами и попрощавшись со всеми, я клятвенно пообещав Альберту не совершать глупых поступков, вернулся на постоялый двор.

Собрав вещи и пополнив запасы, мы отправились в город Карфаген. Наш путь шёл всё так же по торговому тракту, что, словно вены, окутали большую землю. Идти по оному было— сплошным удовольствием. Ни тебе таверн по золотому за блюдо, ни тебе женщин. Правда мои спутники моей радости не разделяли.

В итоге наша компания добралась чуть больше чем за два месяца. Первым делом, въехав в город, мы решили посетить порт, а уж после думать, где остановиться.

Стоя на причале, я с открытым ртом, впрочем, как и Марат, таращились на громадный корабль, с борта которого на нас в ответ глядел улыбающейся до ушей Дориан и остальные наши друзья. Но были там не только они: слева от капитана стояла молодая девушка, в ком я узнал Марию Медичи. Кстати, рядом с ней находился весьма хмурый дядька, чем-то напоминавший мне Лоренцо. Возможно, родственник. Интересно, а она что тут делает?

— Артур! — услышал я знакомый девичий голос и резко развернулся на него.

Ко мне шла Виктория Свен, собственной персоной.

— Сегодня прям день сюрпризов, — произнёс я довольным голосом, сжимая в объятиях принцессу.

***

Спустя час я сидел в портовом кабаке для гостей порта в кругу друзей и «знакомых». Это было приличное заведение, и цены там были такие, что у меня не дёргался глаз от нервного тика. Чему был исключительно рад. Похоже эта моя практика станет ассоциироваться исключительно с потерей золота.

Капитан же, когда мы утолили первый голод, с грустным выражением лица поведал нам, что же случилось с «Удачливым Рони».

— Некто Дакар Банго знаком тебе?

— Опосредованно, а так я с ним не знаком, но вот Ичиро имел удовольствие встречаться лично.

— Плохой человек, — сказал словно выплюнул японец и вернулся к еде.

— Ясно. Короче, этот Дакар, потеряв сына и ещё нескольких родичей, совсем обезумел на этом фоне. Он как-то выяснил, что ты дружен со мной, Абу и Джафаром. В прямом столкновении он не сразу понял, что ему нас не одолеть. И отступил только после того, как потерял пятерых людей, чтобы его сожрали медузы.

Всё-таки команда у нас немаленькая, да и набрали мы в неё дополнительно пару десятков опытных волчар. Так что Дакару поквитаться не удалось. Потом этот гадёныш затаился, а мы, погружённые в заботы, позабыли о нём, и зря. Этот выродок осьминога заплатил местным бандюгам, чтобы те сожгли мой корабль, — Дориан схватил полный стакан пива, выпил залпом, вытер пенные усы рукавом и только затем продолжил.

— Не знаю, сколько он отвалил, но полыхнуло знатно. Тушить было бесполезно. Благо никто из команды не пострадал, так парочка идиотов, купившихся на халявное пиво и уснувших во время вахты. Представляешь, Арти, эти выкормыши акулы не пожалели бочонок пороха. И где взяли-то, якорь им под киль. В общем, пока шли разбирательства, искали свидетелей и исполнителей, Дакар отдал богу душу, а всё его имущество перешло городу. Так как родственников, кто бы мог претендовать на наследство, не обнаружилось. Хотя я точно помню, что был человечек, то ли племянник, то ли сводный брат, но он куда-то волшебным образом испарился.

— А жена? — спросил Марат.

— Женщин в таких вопросах никто в расчёт не берёт. Он же не знатный был. Богатый, влиятельный, но не более. Он вроде как многим дорогу перешёл, потому-то и раздербанили имущество в столь короткие сроки. Якорь ему в глотку.

Тут я заметил, как Мария слегка поморщилась, а Вика слегка скривила уголок губы.

— Но суть не в этом. Нам ничего не перепало, а денег у нас и у наших друзей не хватало в том числе и на вшивый баркас. Поскольку мы всё вложили в улучшение «Удачливого Рони». Тогда к нам пожаловала прекрасная Мария Медичи и предложила свой корабль за малую долю в двадцать процентов.

— ЧТО?! Какие ещё к чертям двадцать процентов? — попытался вскочить Марат из-за стола. Не дал ему этого сделать Ичиро, вовремя положивший руку ему на плечо, заставляя того опуститься на стул. А Мария скрестила пальцы на особый манер, и, как я смог догадаться, это был знак для Джованни — не реагировать. Кстати, он приходился ей двоюродным дядей и был поставлен её отцом охранять в данном путешествии.

— А вы случайно никого спросить не забыли? — продолжил возмущаться мой приятель.

— Успокойся, друг, — вступил в беседу Джафар. — Мы сразу дали понять, кто главный и что без тебя принять такое решение мы не имеем права.

— А-а-а... Ну так с этого и надо было начинать. А то двадцать процентов, — хмыкнул Марик и откинулся на спинку стула.

— Дорогие друзья, я понимаю вашу заинтересованность. Нас всех привлекли обещания несметных богатств, озвученные моим приятелем. Ну, кроме меня. Я лишь возвращаю долг. Однако, как говорят русские, не стоит делить шкуру неубитого медведя.

— Кто такие русские? — поинтересовался Дориан, и, судя по ожиданию, отразившемуся на лицах окружающих, немногие из них знали ответ на этот вопрос.

— Русские были правителями самого большого государства в мире. Их земли простирались от Европы до Азии. Одна из стран, чьё оружие убило мир.

— Никогда не слышал о них, но эта присказка кажется мне очень мудрой, — согласился со мной Ворчун.

— Если бы ты выбирал книги, что я тебе давал, а не вино, то знал бы, кто это и чем они знамениты, — поддел его Советник.

— Всё это, конечно, здорово, но предлагаю обсудить проценты, пока никто не понёс серьёзные убытки. Ну, кроме вас, Капитан, — предложила Мария перейти к делу, так как не особо любила пустые разговоры. Время — деньги, девиз их рода. Который я просчитал на входе в торговую гильдию.

— Джа, Абу, вы тоже всё потеряли? Или я неправильно понял капитана? — Марат был очень расстроен, и его поведение сейчас совсем не напоминало моего приятеля, с которым я провёл столько времени. Если это так, то придётся выделить Марии заявленные двадцать процентов, а это моему приятелю явно очень не хотелось.

— Нет, — одновременно ответили они, отрицательно качая головами. — Мы закупили всё необходимое для путешествия и положили на склад, чтобы перед погрузкой ещё раз всё тщательно пересчитать. Так как команда увеличилась, и нужно было быть готовыми к любым неожиданностям. Спрос-то с нас, например коли воды не хватит.

— Замечательная новость!

— В таком случае перейдём к вам, — повернулся он к Медичи. — Уважаемая Мария, вы уже знаете, куда и зачем мы отправляемся? — спросил Марат, и в его голосе прозвучала непривычная серьёзность. Когда речь заходила о деньгах, мой друг менялся на глазах.

— Нет, но, по заверениям Джафара, это дело стоящее, а мой отец имеет отличную чуйку на дела что принесут роду золото. Мы готовы рискнуть.

— Говорю всем и сразу. Мы заключим письменный договор, где будут расписаны обязанности каждого и получаемый им процент в случае удачного похода. Но будут и штрафы. Только после подписания оного все узнают пункт нашего назначения. Все согласны? — возражающих не нашлось.

— Эм-м... Я нет. И подписывать не буду, — заявила Виктория. — Я наделена королём определёнными полномочиями, но подписывать такой документ не имею права.

— Так ты и на долю не претендуешь, — недоуменно произнёс Марат. — Потому-то тебе и не нужно ничего подписывать.

— Ой, ну тогда ладно, — легко согласилась моя принцесса и откусила кусочек пирожного. Не выдержав, я сделал то же самое. Уж больно вкусно она его ела.

После долгих обсуждений, в ходе которых иногда звучали крики, угрозы и даже нецензурная брань, мы всё же сладили и подписали документ в конторе у местного нотариуса. Он, пока мы обсуждали условия, покинул кабинет и вошёл спустя час, когда наступила относительная тишина.

Выглядел он так:

Договор.

Данный документ определят процент добычи и обязанности всех участников. Таких как Марат Алтынов...

Поясню этот момент. «Чтобы оформить всё официально, нам пришлось получить для него документ на второе имя. В двадцать лет не подобает не иметь никаких документов. Пожурил парня Нотариус.

С другой стороны, они в прибрежном городе и нужны-то ему не были. Марика и так все знали. Когда он спросил у меня про мои документы, я лишь отмахнулся, дескать, всем занимается орден. Не желая говорить об имеющихся в моей сумке документах для пропуска почти в каждое королевстве, где они требуются». Если что, второе имя ему придумал я, а он, услышав перевод, немного подумав, согласился.

Данный документ определят процент добычи и обязанности всех участников. Таких как Марат Алтынов, Комаров Артур Сергеевич, Мария Медичи, Дориан Тортуга, Джафар ибн Фахим, Абу Мариус, Ичиро Токугава.

По данному соглашению вся найденная добыча разделиться следующим образом:

Марат Алтынов получает двадцать процентов — взамен он после подписания данного документа указывает всем включённым в договор точку назначения и что именно там хранится.

Комаров Артур Сергеевич получает — двадцать процентов. Обязуется разобраться с системой защиты и обеспечить безопасность прохода к искомому.

Джафар Фахим, Абу Мариус получают — пятнадцать процентов, обеспечивают продовольствием и всем необходимым на всё протяжение путешествия.

Дориан Тортуга — двадцать пять процентов. Из своей доли обязан покрыть расходы на команду и обязуется доставить до точки назначения, а после вернуть всех в порт Александрии. Также команда будет использована для переноса грузов и защиты от врагов как на воде, так и на суше.

Мария Медичи получает пятнадцать процентов — взамен предоставляет корабль, передавая его капитану Дориану Тортуга на всё время путешествия.

Ичиро Токугава получает три процента — взамен берет на себя обязанности по обеспечению защиты на случай нападения пиратов, изменённых животных и любых других сущностей.

Оставшиеся два процента будут разделены между семьями погибших.

Подписав все необходимые бумаги, мы стали готовиться к отплытию. Услышав от Марата, куда мы направляемся и зачем, Дориан, ругаясь, но так по-доброму, отправился в порт набрать ещё пятьдесят человек. Во-первых, судно, предоставленное Медичи, почти в полтора раза больше по габаритам, а отрывать часть команды от управления на перенос грузов и прочего не дело. Во-вторых, воды там очень опасные, и помимо морских тварей часто можно встретить корабли Очистителей и не только их. Поэтому нам нужны не только опытные моряки, готовые к бою, но и сильные разнорабочие.

Джафар и Абу, узнав точку назначения и о планах капитана набрать команду, отправились докупать необходимое. Посетовав на то, что лучше бы они это сделали в Александрии, мол, цены в Карфагене заоблачные. Это они ещё в королевстве Эдварда не бывали, вот уж где точно цены заоблачные. Надо бы им как-нибудь рассказать о наших приключениях.

Мария же со своим дядей, как и мы с Викой, отправились пройтись по магазинам. Путь предстоял неблизкий, а лавки по пути нам вряд ли встретятся. Плюсом Мария настояла взять с собой команду охранения из десяти человек. Вся десятка служит дому Медичи, и платить им станет она из собственного кармана. Никто возражений не высказал, да и верные люди не помешают. Мало ли что взбредёт в голову нанятой команде, когда они узнают, какой груз несёт в трюмах судно Медичи. А они узнают, в этом уж никто не сомневался. Такого шила в мешке не утаить при всём желании.

Виктория по распоряжению короля докупила всё мне и себе необходимое. Поскольку просьба, за которую я взялся, потребует немало сил и ресурсов. Отправлюсь я в компании Ичиро и Виктории. Возможно, Ворчун с Советником захотят присоединиться, всё-таки это по их профилю, и я был бы рад их компании. А вот Викторию я очень брать не хотел. Слишком там опасные земли, но таково было слово Эдварда. Она станет его глазами, и она же подтвердит, если искомый нами предмет не окажется там, где должен быть. В таком случае король посчитает просьбу выполненной. Марата решил не брать, да он и не попросится. В случае успеха он не обратит внимания на моё отсутствие. Тем более пусть он лучше останется и присмотрит за нашей долей, если, конечно же, всё удастся. А то мы уж все в своих мечтах тратим несуществующее золото. А так делать нет смысла. Разочарование бьёт больнее.

Кстати, когда услышал просьбу короля, то дал чётко понять, мне необходимы кристаллы, для чего — не сказал, но объяснил, якобы, они здорово повысят «наши» шансы достичь цели. За день до отправки мы с Викторией решили провести ночь вместе. Вика вручила мне пять синих кристаллов, и скажу, немалых таких размеров. Король явно рассчитывает на удачный исход. Но в тот момент было не до них, и я убрал накопители в сумку, полностью отдав всё своё внимание милой девушке по имени Виктория Свен.

Утром следующего дня радостная девушка заняла ванну и напевала весёлую песенку, лёжа в горячей воде. Я же, оставшись в одиночестве, не стал терять время и, воспользовавшись обстановкой, достал кристаллы из сумки. После взял в руки шпагу и вставил в её рукоять не самый крупный, но и не самый мелкий из них. Глазки змейки на миг блеснули белым светом и погасли. Как же это красиво.

Четыре кристалла я проглотил, а вот самый крупный подумал-подумал, да и оставил про запас. Кто знает, что нас ждёт впереди. Нет, я, конечно, понимал, что у меня будет шанс и не один разжиться в запретных землях кристаллами, но так я буду себя чувствовать куда уверенней и спокойней. Тем более мне надо следить не только за собой, но и моей девушкой.

Спустя какое-то время я с удовольствием разглядывал появившиеся надписи перед глазами.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Получено 0,7 энергии.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Получено 1,1 энергии... И так далее.

В итоге получил аж 3,9 десятых энергии.

Давненько я не видел подобных цифр. Аж настроение скакнуло вверх в предвкушении новых улучшений. Потратив эти единицы энергии, я стану на ступеньку ближе к своей основной цели. И так за последний год толком не продвинулся. А мысль о второй стадии и той прорве энергии, необходимой для её активации, вновь понизила градус моего настроения. Так, надо отвлечься.

— Олька, куда будем тратить? — А сам мысленно потирал ручки. — Чего молчишь? Может, уже хватит обижаться? И только через минуту моих стараний достучаться до неё, наконец я сообразил в чём дело — я же её отключил.

— Система, активирую ассистента. И как только я это проговорил, то первое, что я услышал:

— Ну ты и гад, братец. Знаешь, сколько я всего хочу тебе сказать?

— М-м-м, примерно представляю.

— О-о-о, нет. Ты и близко представить этого не можешь. Так, стоп, а почему ты жив? Момент.

На две секунды наступила полнейшая тишина, а после в голове раздался крик, отчего зазвенела моя бедная головушка:

— Артур, твою налево! Я просмотрела логи, то, что ты сделал, было весьма беспечно с твоей стороны. Он мог тебя убить. Этот биокорп изначально создан для убийств. Зачем было так рисковать? Ты же мог убежать. Своим поступком ты подверг нас обоих…

Я сидел на кровати и помалкивал. Всё-таки она не могла болтать больше двух месяцев, и теперь ей нужно выговориться. В своё оправдание скажу — я полагал, Оле просто обиделась, из-за чего и не разговаривала всё это время.

Немного покричав, моя сестра, наконец, ослабила давление и произнесла более спокойным тоном:

— Но признаю, ты поступил разумно, хоть и не знал этого.

— О чём ты?

— Если бы не отключил меня, он мог бы почувствовать моё присутствие в ту секунду, когда вы пожали друг другу руки на прощание.

— Понятно. И… Извини за то, что отключил, но и ты пойми. Решения, как мне поступать, я должен принимать сам. Мир?

— Мир.

— А теперь расскажи, на что мы потратим энергию? Не терпится получить новые плюшки.

— Не на что.

— Это почему это? — произнёс я вслух, так как не ожидал подобного поворота событий. Я вроде как уже был готов к новым способностям. А тут такой облом.

— Артур, ты с кем разговариваешь? — услышал я Вику из ванны.

— Ни с кем. Сам с собой болтаю.

— А-ну ладно, я почти закончила. Зайди ко мне через минуту, нужно потереть спинку.

— Хорошо, приду.

— А вы зря времени не теряете. Да?

— Олька, объясни мне, пожалуйста, почему мы не будем улучшать биокорп? Я вообще-то под это дело специально в качестве предоплаты попросил у короля кристаллы.

— Вспомни, что произошло недавно? Когда тебе была нужна энергия для преследования алхимиков, её не оказалось. Поэтому мы с тобой создадим неприкосновенный запас в три единицы. Всё, что наберём выше этого уровня, мы будем вкладывать в улучшение биокорпа и активацию способностей.

— Как ни грустно это признавать, но твой план кажется разумным. А учитывая то, что я не знаю о том, какие неприятности нас ждут впереди, это решение кажется ещё более верным.

— Замечательно. А теперь дуй и потри спинку, а я пока поразмыслю, куда лучше вложить оставшиеся крохи энергии.

Как бы мы ни спешили, но наша компания проторчала в порту почти неделю. То одно, то другое. Слишком много нюансов, многое необходимо учесть. Моими-то стараниями прибрежного города больше нет, и пополнить провиант нам станет неоткуда. А значит, лучше перебздеть, чем недобздеть, приговаривал Абу, покупая очередную бочку с солониной, ящики с сухарями и засоленными лимонами.

И вот долгожданный день настал. Корабль с прекрасным именем «Алый рассвет», отбросив швартовые, отправился в далёкое путешествие, полное захватывающих и опасных приключений. Последних я надеюсь окажется не много.

Я с Викторией стоял на палубе и смотрел в сторону города. Пройдёт немало времени, прежде чем мы вернёмся в цивилизацию. Одна надежда на людей, составивших список необходимого для Вики, и моих приятелей Абу с Джафаром, обеспечивающих наше путешествие.

Честно говоря, всё необходимое для моего похода уже лежит в сумке и висит на поясе. Остальное я добуду сам, как-никак меня этому учили столько лет, и с этим проблем не возникнет. Для остальных, включая Марию и её родственника, а также Викторию, которые не привыкли к самостоятельной жизни, отсутствие привычных удобств станет серьёзным испытанием.

Но самое главное, мы прихватили с собой двух целителей, имеющих опыт походов в запретные земли. Это спасёт немало жизней, поскольку разбрасываться эликсирами «Вита» я не собирался, о чём предупредил всех ещё до подписания договора. Народ принял это спокойно. Все хорошо знали им цену.

Глядя на быстро удаляющийся порт, в голове всплыли слова наставника Альберта: «это время, проведённое вместе, покажет, чего стоит твоя с Викой «любовь». Или вы разойдётесь, как в море корабли, или ваши отношения окрепнут и в будущем станут как скала».

Всё будет хорошо. Но как говорится — это не точно.

Глава 2

Глава 2.

Первые потери.

Шёл одиннадцатый день путешествия. Позавчера наш корабль прошёл Гибралтарский пролив. Во времена предков ширина пролива составляла что-то около пятнадцати километров, сейчас же всего два. Нам пришлось потратить почти полтора дня в ожидании, чтобы смочь пройти на ту сторону прямиком в Атлантический океан. И дело было не в огромных очередях, хотя, точнее, не только в них, а в том, что к проливу приплыли какие-то морские твари, что с лёгкостью прогрызали корпус стоящих там судам. Мы уж было хотели разворачиваться, дабы не потерять единственный корабль, но твари, погубив четыре судна и сожрав их команды, покинули воды пролива, вернувшись в океан.

В тот день у нас состоялся сбор в капитанской каюте, где мы обсуждали, стоит ли соваться туда, если там так опасно. Дориан всех заверил, что уже плавал по этому маршруту, правда, не так далеко, как мы планируем нынче, но всё же. В прошлый раз этим гадам не хватало скорости догнать каравеллу, некогда известную под именем «Удачливый Рони». «Алый рассвет» способен развивать скорость куда большую, а потому они нам не страшны.

Ночью, лёжа в кровати, обнимая Викторию, спавшую рядом, я вспоминал то, что произошло. В ту секунду, когда кто-то крикнул, дескать, морские гады уходят, я услышал незнакомый звук. Едва на грани слышимости, а после почувствовал у себя в голове чьё-то присутствие. Вот только оно схлынуло так же быстро, как и появилось. Ощущение было сродни тому, когда я разговаривал с королевой формиков и Октупусом. Естественно, я никому об этом не рассказал. Я не хочу, чтобы орденских считали психами, точнее одного из них. Ордену и так приписывают кучу странностей, не хватало, чтобы ещё начали лепетать, будто мы разговариваем с животными и прочими тварями. А то Марат с Ичиро нет-нет да и посматривают на меня странными взглядами, а если начнут остальные так делать… Скажем так — мне бы этого не хотелось. А чего хотелось, так это понять. Как животные научились мысли, речи?

В те моменты, когда я предавался размышлениям, мне пришла в голову идея. Животные, достигшие определенного развития, обретают некий разум. Свою идею высказал Ольке, на что получил ответ, мол, идея имеет право на существование. Далее чувство любопытства задало вопрос: а какой же тогда у них кристалл? Может, фиолетовый? Но теперь я этого ещё не скоро узнаю. Если с тем же Октопусом я бы ни за что не справился, то с королевой я вполне мог. Прошёлся бы по краю, но, думаю, смог.

Где искать аналогичных им, не представляю, но в следующий раз я не упущу подобной возможности. Было бы круто вернуться в орден и повесить на шею кристалл фиолетового цвета. Из мечтаний о кристалле выдернул голос Вики.

— Ты уже проснулся? — широко зевнув, спросила Виктория. Осознав, как это выглядит, она тут же прикрыла рот ладошкой, при этом извинившись, а следом издала смешок. Чем она мне нравилась, так это тем, что, когда девушка была со мной наедине, в ней не было чопорности, присущей знатным.

— Не так давно.

— А почему ты не пошёл умываться?

— Я любовался тобой. Ты очень красивая, когда спишь.

— Ой, ты такой милый, когда говоришь приятные вещи! А скажи что-нибудь ещё? — А сама прильнула к моей груди.

— «Мечты и слезы, цветы и грёзы тебе дарю.

От тихой ласки и нежной сказки я весь горю.

А сколько муки святые звуки наносят мне!

Но силой тёртой пошлю всё к чёрту.

Иди ко мне».

Закончив, притянул её к себе и поцеловал. Когда мы оторвались друг от друга, первое, что она спросила: не сам ли я написал эти строки.

— Нет, что ты, — рассмеялся я. — Так могут писать только гении, что появляются в нашем мире раз в сотню лет. Ну, по крайней мере, я так думаю.

— Тогда кто? Кто автор?

— Сергей Есенин, русский поэт, жил примерно три тысячи лет назад. В нашей библиотеке есть книга с его произведениями. Стихи у него потрясающие! Уж поверь мне.

— Судя по услышанному, верю.

— Только не все они написаны в культурном контексте, но большинство просто великолепны.

— А ты можешь мне ещё почитать из его творчества?

— Да, но не сейчас. Нам пора вставать. Ты же помнишь, как наш кок не любит, когда опаздывают к завтраку.

— Это да. Такого ворчуна я в жизни не встречала. Этот ваш Абу по сравнению с ним молчун.

— Есть такое. Ладно, встаём, а то Марик всё съест.

Когда мы поднялись на палубу, стояла восхитительная погода. Дул лёгкий солёный ветерок, даря освежающую прохладу. Которого очень не хватало в обеденное время. Потому как к двенадцати на палубе лучше не показываться, солнце начинало печь нещадно.

Дориан был умным капитаном и, как только мы попали в океан, принял решение сменять вахты каждые три часа. Не дело, если случись какая беда, а часть команды не в состоянии держать оружие.

Когда мы подошли, то обнаружили, что за утренним столом давно все собрались и едят, и никто нас ждать не стал. И правильно сделали. Завтракая, народ весело болтал о чём-то. Но на самом деле, немного посидев и послушав разговоры, понял: весельем тут и не пахло. Обсуждение недавнего слуха о том, что далеко на севере существует земля, населённая обычными людьми, набирало серьёзные обороты. По словам тех, кто распространял эту информацию, попасть туда невозможно из-за опасностей, подстерегающих в лесу, — монстров, способных менять свою форму под окружающую среду. Ещё у них якобы такие острые когти, что разрывают любую броню как бумагу.

Марат высказал мнение, что это вряд ли способно быть правдой. Если невозможно пройти через монстров, то как люди узнали о существовании этой земли?

Абу, который верил в правдивость этого рассказа, предлагал свою теорию: возможно, люди, живущие на той стороне света, смогли пройти через лес. Например, группа воинов могла отправиться в путешествие, но выжил только один. Он-то и рассказал о живущих там людях, но умер от ран, нанесённых неизвестным монстром.

Сидящие за столом разделились на два лагеря. Одни поддерживали мнение Марата, полагая, что за прошедшие сотни лет кто-то должен был оттуда попасть на большую землю, а Ичиро и Дориан считали, что Абу прав.

— Капитан, а где мы находимся? Хотя бы примерно сможете сказать? — прервала Виктория назревший спор, собиравшийся явно перейти во что-то большее. И это странно. Учесть, что сейчас утро и никто не пьян. Или всех так сильно взбудоражила мысль, что где-то есть ещё земли с выжившими после всемирной катастрофы?

— Если только… — Дориан встал, глянул на компас, почесал макушку, затем бороду, облизнул палец и, сев обратно, выдал: — По правому борту должны быть запретные земли. Там вроде когда-то была страна Испания, коли мне не изменяет память.

— Мы в пятидесяти двух километрах от города Ла-Корунья. Некогда входил в состав Испании. Был знаменит белоснежными пляжами, обилием церквей и разных замков. Сегодня мёртвая земля, заселённая такими монстрами, как леопардус, варан, гиппопотамус и прочими, — проговорив всё это, я закинул кусок яичницы в рот и зажевал.

За столом воцарилась тишина. Причём и моряки, стоявшие в нескольких метрах от стола, смолкли пребывая толи в шоке то ли ещё в чём. Первым в себя пришёл Джафар.

— Это вас так учат в ордене?

— Ага, — ответил я с набитым ртом, за что тут же получил тычок от Вики.

— Артур, негоже говорить за столом и вообще где-либо с набитым ртом. Это неприлично.

— Проф-фти, фёрт, — выругался и получил ещё тычок. Такая мелкая, а так больно бьёт.

Прожевав и запив отваром, я окинул народ, продолжавший безмолвствовать с поражёнными лицами. Похоже, стоит объясниться.

Прочистив горло, я начал:

— У нас…

— У вас хорошая и богатая библиотека, — закончил за меня Марат и заржал. — Знаем, слышали сотню раз.

— Библиотека моего отца так же огромна, но, чтобы знать столь подробно обо всех уголках мира… Боюсь, необходимо потратить не один год, дабы всё это прочесть и запомнить, — высказалась с недоверчивостью в голосе Мария.

— У нас…

— У них наверняка есть волшебные эликсиры, выпив которые ученики ордена запоминают прочитанное с первого раза. Да, Артур? Я прав? — Не успокаивался Марик.

— Ты же помнишь, куда тебе идти в таких случаях?

— Не могу, дружище, — он широко улыбнулся и обвёл руками окружающую нас воду. — Как ты видишь, вокруг вода. Так что, прости, не пойду.

— Хм-м. Что-то давно мы с тобой не практиковали кулачный бой. Как считаешь, может, стоит возобновить наши тренировки?

— К сожалению, есть другие дела, — сразу же отказался мой болтливый друг.

— Какие у тебя могут быть… — начал было я, но вновь был прерван. Только на этот раз не моим приятелем, а моряком, стоявшим у левого борта и глядевшим куда-то вниз.

— Человек за бортом! Человек за бортом! — заорал он, и все кинулись к нему, но тут же замерли. Кричавший снова заорал, но на этот раз из-за торчавшего из его груди шипа белого цвета. Не удержавшись, он завалился и плюхнулся в воду. Что моментально окрасилась красным.

— Команде отойти от борта, а сухопутным кры… в общем скрыться в каютах тем, кто не сражается. Разрази меня гром. Достать щиты, готовить луки, — посыпались одна команда за другой. — Шевелитесь, каракатицы, иначе нас продырявят и все весело пойдём на дно.

Все, кто был из команды на палубе, спешно доставали луки, натягивали тетивы и лезли по вантам наверх, где имелись специальные для лучников гнёзда. Оттуда они принялись отстреливать стреляющих водных монстров.

Я же, прикрыв Викторию собой, сопроводил её в каюту, а сам после выбежал на палубу с луком наизготовку, забрав его у одного из членов команды.

Подбежав к борту, я было собрался спустить тетиву, но не успел, так как пришлось уворачиваться от летящего мне в шею шипа, а потом ещё и ещё.

— Да сколько же вас здесь?

Но вместо рыб ответил мне Джованни, что так же, как я, сидел на корточках и, прислонившись к бортику спиной, держал лук с наложенной на него стрелой.

— Много, парень, очень много, — и, оскалив зубы, хищно улыбнулся.

Судя по всему, он прям наслаждается сложившейся ситуацией. Чудной какой-то. Хотя уж лучше такой, чем трус.

Перегнувшись через борт, я, выбрав монстра, показавшегося на долю секунды, дабы выпустить свой смертоносный шип, отпустил тетиву с наложенной стрелой, пробив тому глаз. Сородичи монстра не упустили момента и набросились на раненого, разорвав того на куски за считанные секунды.

— М-да. «Так себе у него друзья», — выпуская очередную стрелу и глядя, как монстры раздирают раненого собрата.

— А знаешь ли ты своих друзей? — услышал я вопрос Джованни. Но не было понятно, мне ли он его задаёт или просто философствует. Спрашивать, что он имел в виду, я не стал. Не время и не место. Но я запомнил это. Если этот Медичи что-то знает за моих приятелей, я хочу об этом знать.

Битва продолжалась целых сорок три минуты. Стая, нападавшая на нас, была чудовищна, огромна. Я лично подстрелил как минимум штук пятнадцать, а то и поболее. Джованни не меньше моего. Откуда я это знаю? Так мы считали подбитых во всеуслышание, и в какой-то миг битвы это переросло в некие соревнования — кто больше подстрелит. Надо признаться, лучник он отменнейший. И где только научился так стрелять? Надо бы взять несколько уроков.

***

В результате битвы команда потеряла троих человек. И семерых раненых. Последними уже занимались целители и, как ни странно, Вика. Их жизням ничего не угрожало. Среди раненных я заметил и японца, неудачно поймавшего плечом шип.

— Ичиро, вы как? Жить будете? Вероятно, стоит позвать поверенного, ну там завещание написать? — подошёл я и сел рядом на палубу.

— Очень смешно, Артур. Кусо[1], — ему стало не до меня. Лекарь, воспользовавшись тем, что японец отвлёкся, выдернул шип и приложил чистую тряпку, закрывая рану. Перевязав плечо, отпустил Токугаву.

— Кажись, о тренировках пока стоит забыть? — констатировал я очевидный факт.

— Мне да, — согласился он. — Но! Если действительно жаждешь получить опыт и стать мастером, я бы тебе предложил на время моего восстановления договориться о спаррингах с Джованни. Знаю этого человека как весьма опытного мечника. Поверь, тебе понравится скрестить с ним клинки.

— Да-а? — заинтересовался я ещё больше дядей Марии. — А я хотел попросить показать пару уроков в стрельбе из лука. Ладно, поговорю и по этому поводу тоже.

— Скажи мне, Арти, зачем так изнурять себя тренировками? Я же понимаю, это не просто так. Твоих умений достаточно, чтобы одолеть большинство моих знакомых, если не всех. Ты лучше многих умеешь сражаться с изменёнными в запретных землях. Но продолжаешь упорно тренироваться и искать умелых людей, чтобы перенять их опыт. Мы уже неплохо знакомы, и я прошу тебя удовлетворить моё любопытство и простить за назойливость.

Немного подумав, я принял решение довериться японцу и рассказать часть правды.

— Вспомни утренний спор. Скажем так… М-м-м. В общем, те монстры они… Короче, это правда.

— Что именно?

— Да всё. Монстры, способные становиться невидимыми. Город, где живут обычные люди, ну, почти обычные. И чтобы сразиться с ними, я имею в виду изменённых монстров. Мне надо стать сильнее. Намного сильнее. Чтобы, когда я туда добрался, то смог с ними справиться.

— А зачем тебе туда надо? — в ответ я промолчал. Всем своим видом показывая, что пока это всё, что он услышит.

— Ясно, спасибо и на этом, — Токугава благодарно поклонился.

— Возможно, учитель, я когда-нибудь тебе поведаю историю мира, о которой ты даже не догадываешься. Вот только, боюсь, она тебе совсем не понравится.

— История — не самая приятная дама, но она необходима для того, чтобы лучше понять прошлое, осознать настоящее и подготовиться к будущему, — сказал Токугава, как обычно, высказывая глубокую мысль.

— Удивительно, но в зале, где мы изучаем жизнь наших предков, висит надпись, которая в точности повторяет твои слова. Интересно, откуда тебе это известно?

— Мой дед её частенько повторяет. Особенно когда я не хотел учить историю предков.

Мы проболтали с ним ещё час, обсуждая моё обучение в Ордене и сравнивая с его клановым обучением. Многое оказалось схожим. Но всё же мой учитель по фехтованию был потрясён, насколько тщательно готовят детей в замке на горе.

Кстати, когда я наставнику рассказал, что попросился в ученики к Ичиро Токугаве из рода Токугава, он не выказал никакой ревности, чего я в тайне немного опасался. Наоборот, похвалил и сказал, что слышал о них как о серьёзных мастерах, которые в совершенстве овладели искусством боя на мечах. Он также посетовал на то, что мне следует усердно учиться, чтобы потом передать свои знания братьям и сёстрам. Ичиро слышал это и не возражал против того, чтобы я поделился в будущем своим опытом с другими.

Наша принцесса весь бой провела в каюте, а сейчас находилась среди раненых и помогала целителям. Это стало для меня приятным сюрпризом. Во-первых, она не боялась запачкать руки в крови. Притом ей не важно была ли это благородная кровь или нет. Во-вторых, поразило её глубокое знание медицины. Это же отметили и оба лекаря.

Заметив, что Виктория освободилась, я оставил учителя и поспешил к ней. Я помог ей вымыть руки, и мы сели за стол, чтобы закончить завтрак, который так и не успели завершить.

Потягивая горячий отвар, она рассказала мне о том, откуда у неё эти знания. Ещё когда она была подростком. Её отец настоял на том, чтобы она получила медицинское образование, но, к сожалению, она не смогла завершить обучение. Выбрав другой путь.

Что же касается отца. Он был военным человеком, и рождение дочери стало для него полной неожиданностью. Однако он не потерял надежду и, как только она немного подросла, нанял для неё наставника по лекарскому делу, надеясь, что в будущем она станет главой военного медицинского корпуса.

Отец умер, и Виктория бросила учёбу, так как не особо любила это дело. Тем не менее знания никуда не исчезли. И, как я видел, зря она не доучилась. У неё явно талант. Главное, крови не боится, а это уже многое значит. Ну да ладно. Как говорит Фоули — каждому своё.

***

Прошло одиннадцать дней, пять из которых мы провели в безветрии. Долбанный штиль. Я и не думал, что буду так радоваться, когда на шестой день наконец-то подул слабый ветерок. В порыве радости один из членов команды упал за борт. Дориан, пребывая в прекрасном настроении, решил не применять строгие меры, а лишь отправил его драить палубу.

А ещё я был рад, что за то время, пока мы дрейфовали в открытом море, на нас никто не нападал, а потому всё вернулось на круги своя. Наши дни напоминали больше день сурка. Подъём, завтрак, тренировка с Джованни и его людьми, любезно согласившимися помочь на время, пока мой учитель не восстановится. Обед, вновь спарринги. Далее вечерний ужин и время с Викторией.

Стоит отметить, что она не бездельничала. Пока я оттачивал мастерство владения шпагой, девушка не сидела на палубе и не любовалась мной. Вика, вооружившись двумя кинжалами, под руководством Эцио осваивала искусство ножевого боя. Её учителем назначили немолодого мужчину, служившего на «Удачливом Рони» ещё во времена, когда Дориан ходил в помощниках капитана.

Опыта схваток тому было не занимать, да и Вика своим упорством дала понять старому морскому волку, что желает перенять все знания, которые он сможет ей дать. Старик, похоже, сам вошёл в раж, ибо их тренировки занимали не меньше времени, чем мои.

Так и проходил день за днём, пока не произошло одно занимательное событие.

Наш корабль только что вошёл в пролив Ла-Манш, и мы планировали через него попасть в Северное море. Вот только к удивлению капитана, возникли непредвиденные трудности.

Согласно нашим данным, наименьшая глубина Ла-Манша составляла около двадцати метров. Но лоцман, который вёл нас впереди, внезапно замахал руками. Он сообщил, что уровень воды в этом районе опустился ниже, и теперь нам не пройти.

— Капитан, чего делать-то будем? — задал Абу вопрос, вертевшийся у всех на языке.

— Чего-чего. Разворачиваться, если только не хотите понести «малышку» на себе.

Естественно никто не изъявил такого желания, из-за чего Дориан, показательно тяжело вздохнув, схватился за штурвал и выкрутил его до конца влево.

— Пойдём в обход. А наш навигатор подскажет, если вдруг что. Да, Арти?

— Да, — ответил я, стараясь скрыть раздражение. Он словно решил меня задеть. После того как я вычислил наше приблизительное местоположение, он почему-то подумал, что нам нужно обсудить ситуацию и выяснить, кто лучше ориентируется в водах. Но разве я хотел этого? Меж тем отступать было некуда. Он проиграл спор. Разве могло быть иначе? Всё-таки у него в голове не было живого компьютера в виде Ольки, которая постоянно вносила данные о солнце, ветре, расположении звёзд и многом другом, позволяя мне видеть на карте наше местоположение.

Надо бы помириться, но вот идей, как это сделать, нет от слова совсем. А то из-за произошедшего на судне возникла напряжённая атмосфера, а этого лучше избегать. Но при этом не сообщать же ему об ассистенте. Во-первых, не поверит, а во-вторых, не пойдёт. И на библиотеку не сослаться. Надо придумать другой способ, но вот какой, я пока не придумал.

Спустя неделю наш корабль шёл по Кельтскому морю. В Ирландское море мы решили не соваться, боясь того, что и там море могло измельчать.

Я стоял рядом с капитаном на палубе, готовясь к непростому разговору. И когда я сделал глубокий вдох, то возникло ощущение, где-то рядом есть кристаллы, и их много-много. Я давно научился не обращать внимания на мелкие скопления накопителей. Например, у Дориана в кармане имеется крохотный накопитель шестого уровня, то бишь — синий. У Марии на шее ожерелье из синих кристаллов, они небольшие, но всё же. Кстати, они выглядели не хуже сапфиров, но стоили гораздо дороже. В том числе у членов команды имелись белые, а то и зелёные кристаллы. Люди считали, что они приносят удачу, вот и носили с собой.

Сейчас же меня чуть ли не трясло, но как это объяснить Дориану? Опять возникнет сотня вопросов, на которые я не смогу дать ответов. Отойдя к борту, я включил улучшенное зрение и вгляделся в воду. То, что я увидел, потрясло до глубины души.

— Дориан, идти ко мне срочно!

Нет, я, конечно, ожидал, что он не послушает, но, по-видимому, профессионализм в нём пересилил. И, подойдя ко мне, он всмотрелся туда, куда я указывал пальцем.

— Видите?

— Ни черта не вижу, — ответил он через минуту. Ну да, логично. У него же такого зрения, как у одного «необычного» парня.

— Там огромный затонувший корабль. В нём наверняка есть чем поживиться. Он явно потонул, когда шёл в обратном направлении, — начал я придумывать историю на ходу. — Его трюмы наверняка набиты артефактами или другими ценностями. Он выглядит как новенький, похоже, затонул совсем недавно.

— Пусть даже всё так, как ты говоришь. Нам ни за что туда не добраться. Слишком глубоко.

— Я знаю способ, как это сделать.

— Кто бы сомневался, — пробурчал он, отвернувшись.

— Дориан, может, хватит? Мы с вами знакомы всю мою жизнь. Ну такой я вот уродился. Что мне теперь, тупым сделаться, чтобы вам полегчало?

— Да нет, парень. Это я зря на тебя воду дую. Фактически твоя задница в море без году неделя. И мне непонятно, как ты ухитряешься так точно определять наше местоположение. И молчи про библиотеку, а то стукну.

— Кэп, вы же знаете, что секреты нашего ордена я не могу вам выдать. Несмотря на то, насколько мы с вами близки.

— Ладно, к сиренам их, эти ваши секреты. Изрекай уж, что за способ-то такой дивный, о котором ни один капитан не ведает.

— Вы когда-нибудь слышали про водолазный колокол?

***

Узнав о затонувшем корабле, на палубе началась суета. Уже пошли слухи среди команды, что мы нашли якобы то, что искали, и трюмы судна, лежащего на дне, полны золота. И теперь мы все богаты. Счастье что капитан у нас бывалый и быстро навёл порядок, раздав самым говорливым швабру, а тем, кому не хватило, отправил на кухню драить котлы.

— Итак, Артур, с чего начнём? — задал вопрос Дориан, когда все собрались вокруг меня.

Вместо того чтобы начать объяснять, я взял листок бумаги и начал рисовать водолазный колокол. Закончив с рисунком, пустился в объяснение. По мере того, как я говорил, окружавшие со всех сторон стол люди задавали уточняющие вопросы.

— И на какую глубину максимум он способен погрузиться? — с алчными огоньками в глазах поинтересовался Ворчун. Видимо, уже представил, как начнёт подымать сокровище со дна морского.

— Всё зависит от конструкции. Скажем, если колокол высотой три метра и шириной основания около двух, то до ста метров, — стоявший слева Дориан от удивления присвистнул.

— Только вот при такой глубине воздуха внутри останется сантиметров тридцать, не больше. Но есть решение. В верхней точке установить кожаный шланг и подавать через него воздух. Так человек сможет находиться очень долгое время под водой. Но есть определённые нюансы. Например, такие как давление воды. И чем глубже погружение, тем крепче должна быть конструкция колокола.

— Из чего делают эти твои «шланги»? — Выговорил по слогам Джафар незнакомое слово.

— Наши предки их делали из резины, пластика и чего-то ещё. Сейчас эти технологии утеряны. Мы же можем воспользоваться альтернативным способом. Сшить рукава из кожи или сойти на берег и поискать тростник, на крайний случай пустотелые деревья.

— Вряд ли в этих землях растёт бамбук, — высказался Ичиро, молчавший всё это время.

— Ладно, что-нибудь придумаем. Если найдём что-то похожее, то, соединив их между собой, получим трубку, через которую и станет поступать воздух.

— А сработает?

— Конечно, — ответил я скептически настроенному Дориану. Он явно хочет попасть на затонувший корабль и очень видно по нему, но слабо верит в мою идею. Ничего, когда мы закончим, сам начнёт проситься попробовать. А мы не пустим. Рисковать капитаном никто не станет. Хе-хе.

— А как вы доставите его к нам? Берег-то, далеко.

— Мы обвяжем их верёвками, как плот, и поведём за собой.

— Вам понадобится много верёвки. Хорошо, что у нас с ней нет проблем. Не правда ли, Ворчун? — Советник с лёгкой иронией взглянул на своего друга, но тот не ответил.

Следующие четыре часа я детально рисовал строение колокола и отдельных его частей. Капитан с Абу и Джафаром, знавшие о наличии всего содержимого в трюмах, подсказывали, что у нас есть в наличии, а чего нет. Кожи, к сожалению, мало, и сшить из неё длинный рукав вряд ли удастся. Потому оставили её, чтобы обшить ею нашу конструкцию снаружи.

Возник вопрос: что делать с подачей воздуха? Подумали, покумекали и решили поступить следующим образом. Я с несколькими моряками сойду на берег для поиска необходимого. Они же пока начнут собирать каркас из досок, лежащих в трюме на всякий случай.

«Алый рассвет» вошёл в залив Дингл и встал в десяти километрах от пляжа. А корабль, который я заметил, находился примерно в пятидесяти километрах от залива.

Так как шлюпка у нас была одна, то много народу мы взять не могли. А желающих потоптать твёрдую землю было немало.

Со мной отправился Ичиро, восстановившийся после ранения, ну почти. Также с нами был Даниэль — друг Марии, который, по её словам, прекрасно разбирается в дереве. Отец Дани, Марио Брус, владеет столярной мастерской. Та мебель, которая так поразила меня в кабинете Лоренцо, была сделана в мастерской их семьи. Джафар, проживший в Александрии не так уж и долго, подтвердил её слова, объяснив, что и сам частенько заказывал в той лавке себе и Абу мебель. И был поражён не только качеством, но и, конечно же, ценой. Однако качество стоило потраченного золота.

Почему я так был дотошен к тем, кто пойдёт со мной? Да потому что терять просто так людей я не намерен и нести ответственность тоже. Земли здесь дикие и опасные. Сюда мало кто ходит из искателей, так как брать тут особо нечего. Если вообще ходят. Я, кстати, не помню, чтобы кто-то из ордена говорил об посещении Ирландии. Обычно все, кто возвращался, шли в крыло хранителей знаний и заполняли журнал, а после на большой карте в общем зале появлялись пометки. Дабы не ходить дважды в одно и то же место. И вот на той карте пометки посещения данных земель я не видел. Что ж. Надо будет всё потом подробно записать.

— Братик, нужна помощь? — заговорила Олька, когда мы работали вёслами, гребя к берегу, до которого оставалось около километра.

— Не откажусь.

Я был так увлечён, что совсем позабыл о том, что у меня есть доступ к обширной библиотеке, или, как Олька её называет, к базе данных.

— Артур, если не сможешь найти подходящее дерево или тростник, есть другой способ. Можно разрезать ствол, удалить сердцевину, а затем снова соединить его. В результате получится ствол с внутренней полостью. Только желательно найти дерево, обладающее хорошей водостойкостью. Да и стоит придумать, чем обработать швы. В этом случае поможет либо клей, либо смола.

— Тут есть такие? И как нам сделать клей? Хотя из рыбы же можно сделать. Надо бы этим озадачить Дориана.

— Ага. Тут когда-то был заповедник Деррикуннихи. Там росли дубы. Так вот, они бы тебе отлично подошли. Срезать ветки или поискать молодые дубы. Из них получатся отличные трубки.

— Звучит здорово.

— Да и тем более мы недалеко от него. Хотя за прошедшие тысячелетия он должен был разрастись. Полагаю, проблем с поиском не возникнет.

— Спасибо за подсказку.

Помимо нас троих в лодке находилось пятнадцать крепких мужчин, умевших держать как топор, так и оружие.

Доплыв до берега, первыми высадились мы с Ичиро. И когда убедились, что всё нормально и никто сейчас не выпрыгнет из-за обильно растущих здесь кустов, дали команду выгружаться остальным.

[1] Дерьмо - ругательство по-японски.

Глава 3

Глава 3.

Ирландия и её обитатели.

Стив Коул, известный как «сто процентов» или «сотка», прожил всю свою жизнь в Карфагене. Это прозвище он получил из-за количества детей — их у него было семеро. По его словам, он занимался сексом всего семь раз в жизни. Как он часто сам про себя шутил, что каждый раз, когда они с Ларой занимались любовью, через неделю она заявляла о своей беременности. Поэтому друзья и коллеги прозвали парня Стив «сто процентов».

Если бы не строгий характер его жены, то многие женщины не отказались бы провести с ним ночь. Во-первых, он был очень привлекательным, а во-вторых, почти у каждой пятой жительницы города были проблемы с беременностью. Потому как мужики предпочитали много пить, что не способствовало дето рождаемости.

Мужчину сомнительная слава не беспокоила, а вот его жену даже очень. Лара внимательно следила за мужем, и не дай боги ему задержаться в порту — ночь любви ему обеспечена.

Сидя на мешке с пшеном с только что разгруженного им корабля, Сотка жевал вкуснейший бутерброд, приготовленный вдовушкой по имени Жанна. Она часто подкармливала его в надежде, что как-нибудь он всё же заглянет к ней в гости, и мужчина уже подумывал, а почему бы и нет. От крамольных мыслей отвлёк старший сын Роберт.

— Бать, тут такое дело… — Замялся старший сын, не зная, как сообщить отцу не самую приятную новость. — В общем, мать беременна.

— В смысле? Как беременна? Когда? Почему? Ты уверен? — запричитал он.

— Так это… Лиана, когда в дом вошла, мать её загнала мыться. Орёт на неё, значится, воняешь, как свинья после выгула. Хотя я точно знаю, что мелкая утром мылась. Сам ей помогал воды натаскать.

— Да что ж так в жизни не везёт-то, — Стив сник, а недоеденный бутерброд выпал из его рук.

— Да ладно тебе, бать. Прорвёмся. Я тут слышал вчера в таверне, на «Алый рассвет» команду добирают. Сроком на год как минимум. Платят щедро, по два золотых в месяц, плюс кормёжка и доля в добыче. Я попробую записаться. Если возьмут, то попрошу деньги вперёд. Вам с мамкой полегче станется.

Вскочив на ноги и схватив Роберта за плечи, отец начал задавать вопросы:

— Год, говоришь? Уверен? Кто сказал?

— Да, отец. Я слышал от знакомого. Более того, есть там сказали, может и на дольше растянуться.

От этих слов на лице отца появилась заговорщицкая улыбка, которая совсем не понравилась Робу.

— Далеко ли плывут? А впрочем, не важно, — махнул рукой Коул. — На каком причале стоит корабль и когда отплывают?

— А-а-а. Ты что задумал, бать? Что-то мне не нравится блеск в твоих глазах.

— Не отвечай вопросом на вопрос. Это неприлично, Роберт, — и дал лёгкий подзатыльник старшему, чтобы тот лучше запомнил очередную мудрость.

— На восьмом. Говорят, завтра отплытие, — потирая макушку, произнёс первенец Стива.

— Передай матери: пусть не ждёт сегодня.

— Отец, а возьми с собой? Пожалуйста, не бросай с ней. Сбегу ведь, — взмолился Роб, моментально осознав ту гору проблем, что свалятся на его плечи, как только мать узнает о побеге отца. А ничем другим это не назовёшь.

Немного подумав, взвесив все за и против, многодетный отец, согласно кивнув своим мыслям, выдал: — А давай, сынок. Ты телом крепок, да и я вроде как не старик. Глядишь, твоей матери денег оставим. Братьев и сестёр оденем, не исключено, что и в школу какую отправим, — мечтательно проговорил Коул.

На радостях старший кивал, как болванчик, со всем соглашаясь.

— Да не стой ты. Веди уже, где там этот твой «Алый рассвет».

Всё это вспоминал Сотка, сидя в шлюпке и ожидая разрешения от юнца вылезти на берег. По сути, он моложе Роберта года на три точно, но этого мальца все слушают будто умудрённого сединами старца. Куда это годится?

— Слышьте, а чего это малого все слушают будто собачки хозяина?

— Заткнись, Сотка, — зло рыкнул огромный, словно гора, Гард. Служивший под началом Дориана уже второй десяток лет. У него была роскошная огненно-рыжая борода, за которую он и получил своё незамысловатое прозвище. А ещё у него на плече имелась татуировка в виде обнажённой женщины, танцующей в огне. Мало кто решался задать ему вопрос о значении данного тату. Последний, кто спросил, лишился почти всех зубов. Больше смельчаков не нашлось.

— Да ты чего, — испугавшись, отодвинулся Коул. На сколько это было возможно в тесной шлюпке. — Я же так, ради интереса.

— Если бы не этот «малой», как ты его назвал. Меня б здесь не было.

— Это как? — решился спросить Стив после минутной паузы, чьё любопытство пересилило страх.

— Слыхали за «Железного Арни», что кошмарил всех в красном море?

— Да. Да, знаем, был такой, — раздались нестройные голоса сидящих в шлюпке.

— Ну так этот малой, — Гард весело усмехнулся, вспомнив поединок Артура, — короче, он уделал Арни как ребёнка.

— Да ты, поди, бредишь, Борода. Чтобы это мальчишка одолел самого «Железного Арни»? Тем более этой своей зубочисткой, которую он носит гордо на поясе? Пф-ф, да в жизни не поверю, — фыркнул Роман по кличке «Кот», один из набранных в Александрии.

— Гард говорит правду, — поддержал его Даниэль. — Когда Артур принёс голову в коробке, мой господин — Лоренцо Медичи — лично вручил ему две сотни золотом. Советую вам всем, общаясь с ним, выбирать выражения. Парень за словом в карман не лезет и, если что, мигом нашинкует на салат. А эта его зубочистка легко сдержит удар двуручного меча. Вы просто не видели его в деле. Поверьте, он вас сможет удивить. Мой учитель Джованни провёл с парнем несколько спаррингов. И знаете что? — Дан оглядел смотрящих ему в рот моряков. — Он ни разу не выиграл. Мастер меча ни разу не выиграл, — добавил он более вкрадчиво, дабы слушателей проняло.

Воцарилась тишина, и только Кот, тряхнув головой, полным недоверием голосом произнёс:

— Думается мне, вы посмеяться над нами задумали, господа хорошие? — Сжав кулаки, произнёс Роман.

— Идите сюда, — крикнул Артур и поманил рукой.

Ссору развивать не стали, «пока что». Никто не любит, когда над ним потешаются. А моряки особенно.

Спрыгнув в воду, народ начал толкать шлюпку до берега, сделав это, её вытащили на песок.

И пока все разбирали орудия труда и вешали оружие на пояс, Артур подошёл к ним и заговорил.

— Всё, что они вам поведали об Арни, — чистая правда. Кто сомневается и начнёт сеять смуту в наших рядах, вызову на дуэль. Теперь по делу. В этом месте множество изменённых птиц, советую почаще смотреть вверх, а лучше возьмите с собой луки, — сказав это, он под удивлёнными взглядами развернулся и зашагал в сторону леса.

У всех возник одинаковый вопрос: как он услышал? Всё-таки он находился почти в сотне метров.

***

Я шёл впереди шагов на двадцать и внимательно прислушивался к лесу. Видно было, что тут не ступала нога человека многие сотни лет. Из чего можно предположить, тварей здесь огромное количество.

В этот раз я взял с собой сумку и всё своё снаряжение, и трижды перепроверил её содержимое. Кто знает, с чем или кем мы столкнёмся. Лучше уж быть готовым. А то выбежит нам на дорогу леопардус, начнётся схватка, а у меня вдруг «Виты» нет или снаряды для рогатки оставил в каюте. И я ему такой: «Стой, киса, погоди, до корабля сбегаю за вещами и сразу вернусь, честно-честно».

Смех смехом, но бдительности я не терял и был полностью сосредоточен на окружающем нас лесе, не забывая, конечно, поглядывать в небо. Ирландия всегда славилась огромным разнообразием птиц, и многие из них ещё во времена предков были опасны, а под действием яда, ну то есть радиации, они и вовсе стали страшными тварями.

Я попросил Ичиро позаботиться о людях. Он кивнул и начал распределять их, расставляя так, как делал это, когда был вольным искателем и ходил в запретные земли. Хотя какие они теперь запретные, если туда сейчас идут все, кому не лень? Более того, Очистителей уже никто особенно не боится. Многие группы вольных искателей объединялись в крупные отряды и дают им серьёзный отпор в случае их нападения. Но пока что весь восток был под контролем Очистителей. У них там довольно крупные силы распложены, и соваться туда нет смысла. Да и пусть сидят там, а остальным хватит добычи и в этой части света.

Тем временем, пока я предавался размышлениям, японец построил людей. Лучников он поставил в центр, более сильных — прикрывать нам спину, а остальных распределил по флангам. Он сам вместе с Даниэлем пошёл впереди.

— Дан, как думаешь, насколько нам углубиться в лес, чтобы найти подходящее дерево?

— Трудно сказать, Артур. Из того, что вижу сейчас, нам ничего не подходит. Нам дуб или сосна нужна.

— А почему эти не подойдут? — указал я клинком на окружающие нас деревья. — Мы же не корабль строим, а всего лишь хотим изготовить длинную трубку. Она и нужна-то нам на день, ну, возможно, три. Вряд ли дерево успеет сгнить за это время.

— Дело не в этом. Вот представь: сидишь на глубине и надеешься на этот твой «шланг». И вдруг кора начинает пропускать воду. Капля за каплей, и вот ты возвращаешься в колокол, а там уже нет воздуха. И что тогда? Всплыть ты уже не успеешь.

— М-да, не хотелось бы.

Я живо представил ситуацию у себя в голове, и меня передёрнуло в лёгком ужасе. Перспектива задохнуться не прельщала.

— Значит, идём дальше.

***

Двигаясь по опушке леса, я ни на миг не расслаблялся. Стоит это сделать, и всё, пиши пропало. Потому глубоко в лес мы не заходили. Так, метров на сто зайдём, глянем деревца и обратно на опушку. Будь я один, я бы рискнул зайти дальше. А с этими новичками это сродни смерти. Их смерти, естественно.

В очередной раз углубившись в лес и не найдя того, что искали, мы вышли на опушку. Внезапно я услышал звук рассекаемого воздуха, а следом вскрик мужчины, вышедшего из леса первым. На него спикировала огромная птица с размахом крыльев не менее трёх-четырёх метров и ударом клюва размозжила тому голову. Далее, схватив когтями обмякшее тело, начала активно махать крыльями и медленно взмывать вверх. Лучники было попытались подстрелить её, но две стрелы, угодившие в туловище хищника, просто-напросто отлетели от неё, не сумев пробить перья.

Достав пращу и вложив камень, я раскрутил её и что было силы запустил снаряд.

— Есть попадание! — торжествующе воскликнул я, когда мой камень угодил чётко в клюв, отчего птица выронила жертву. Но, как я мог видеть, особого урона я не нанёс. Всё же клюв птиц сплошная кость, и обычным камнем его не пробить.

На материке мне доводилось видеть схожих птиц, они назывались грифы и были не меньше напавшего на нас. Однако у них не было столь мощного и острого клюва, как и когтей длиной сантиметров десять, как у этого хищника.

Что самое примечательное, окрас птицы был чёрным сверху и белым снизу. Тварь, похоже, всё это время парила над нами, ожидая удобного случая для атаки, а мы её и не замечали, тупо глядя вперёд.

Я же говорил, что возможны атаки с воздуха, но меня не услышали. В результате мы потеряли одного человека. Впрочем, в какой-то мере я тоже виноват. Так как не заметил приближение птицы.

— Всем зайти в лес и захватить убитого! — скомандовал я. Никто не посмел ослушаться. Борода, подхватив тело, под прикрытием лучников бросился в чащу. Отряд быстро растворился среди густых крон, а я остался на опушке, ожидая повторного нападения. А оно повторится. Я же не дал ему унести добычу, да и по носу, то есть клюву, щёлкнул знатно.

Ичиро залез на дерево с луком на изготовку. Предположив, что защита у него крепка лишь снизу, а вот сбоку или сверху вполне можно пробить.

Долго ждать атаки не пришлось. Уже через пять минут я услышал хлопание крыльев, а следом — стремительное пикирование с единственным желанием пробить и мою голову. Похоже, я задел его за живое, раз он так быстро вернулся и так глупо атаковал.

Ичиро метко выстрелил, попав стрелой в прижатое крыло. Это позволило сбить концентрацию летящей твари. Я воспользовался заминкой и, наполнив тело энергией, сделал рывок в сторону, уходя от смертельного удара. Одновременно с этим я направил энергию кристалла в клинок, нанеся рубящий удар и отрубив голову. Мёртвая туша, врезавшись в землю и прокатившись несколько метров, подняла фонтаны брызг.

Это было рискованно, но Олька заверила меня, что теперь моё тело способно на большее. Можно сказать, что когда я выпускаю энергию в каналы по телу, то моё состояние сравнимо с принятием «Фуерза». Только сам эффект слабее, раза так в четыре. Уже такая мощь кажется мне невероятной, и я даже боюсь представить, что будет, когда биокорп достигнет второй стадии развития. И что станет, если в этом случае принять «Фуерза»? У-у-у-у-х, похоже, я становлюсь крайне опасным.

— Братик, а ты помнишь, что тебе сказал отец?

— Если ты обретёшь силу и выберешь путь разрушения, твоё сознание умрёт.

— Вот именно. А посему помни свою миссию. Да, это дела будущего. Понимаю, Артур, твоя новая сила будоражит сознание. Но, пожалуйста, держи себя в руках, иначе сила вскружит тебе голову. Ты станешь неосторожен и можешь погибнуть. Вспомни хотя бы Кантемира. Развиться до его уровня тебе необходимо употребить накопителей на сумму минимум триста единиц.

— Сколько?! Ты серьёзно? Мне что, всю Ирландию вырезать ради кристаллов?

— А почему бы и нет? Не забывай, Артурчик, технологии Гармонии продвинулись очень далеко. Да, ты её продукт и являлся на тот момент передовой разработкой. Но прошло семнадцать лет, кто знает, каких монстров создал отец для Матери.

— Ты не врёшь? Триста единиц? Это ж… — пропустил я её слова мимо ушей.

— Ага. И он мог свернуть тебе шею, а ты более того не успел бы среагировать, но притом ещё и подставил бы друзей.

— А теперь, соберись.

— Только последний вопрос. Добравшись до уровня того диверсанта, хватит ли этого, дабы одолеть монстров, охраняющих Гармонию?

— Нет. Но будешь где-то рядом.

— М-да, перспективы окрыляют.

Тем временем Ичиро спустился с дерева и, встав рядом со мной, бросил взор на мёртвую тушу орлана. Только эта птица уже слабо напоминала своего предка, изменившись почти до неузнаваемости. Теперь она известна под именем Аквила.

— Это было красиво, — произнёс он.

— В этом есть и ваша заслуга, учитель.

— Как думаешь, Арти, он тут один или…?

— Или, — сказал я, приподымая клинком крыло. — И это самка. Получается, скоро нас ждёт встреча с более опасным противником.

— Ваши уже с ними сталкивались?

— Да, но это было давно. Если мне не изменяет память, в последний раз наш орден посещал Ирландию более двухсот лет назад. В этом местности нет ничего интересного, поэтому орден быстро потерял интерес к этому острову.

— Думаю, нам лучше уйти в лес. Мне сподручнее сражаться с хищниками, чем… — не договорив, Токугава отлетел в сторону от моего толчка.

Миг спустя на том месте, где только что стоял японец, сомкнулись когти на моей руке.

Разнёсся торжествующий клёкот птицы, уносящей меня в небо.

***

В то же время.

Ичиро встал на ноги, не сразу осознав, что произошло и почему Артур его толкнул. Только когда он увидел, как аквила уносит юношу высоко в небо, до него дошло, что случилось.

— Похоже, мне никогда не удастся отдать долг чести, — с грустью подумал он.

Весь отряд выбежал к нему, и все с удивлением смотрели на хищника, уносящего свою добычу.

***

Виктор Кроу, добравшись до Карфагена, первые дни провёл, отдыхая лёжа в ванне в компании двух прекрасных девиц. А в это время по городу бегал нанятый им человек и искал для него дом. Когда новое жилище было найдено, Кроу отправился на смотрины, взяв с собой так понравившихся ему девушек.

Двухэтажный особняк на улице Фиников впечатлял. На радостях Кроу выдал премию мужчине, стоявшему рядом и глядевшему на него с заискивающими глазками.

Следующие три недели пролетели незаметно. Денег было море, а потому думать о том, чтобы выйти на работу, не приходилось.

Надоев развлекаться в домашних условиях, Вик решил выйти в город, желая сменить обстановку и девушек заодно.

Сидя в особом заведении и выбирая себе новых, сопровождающих, Кроу, снова похвалил себя за то, что проигнорировал Кристенсенов и не скрестил мечи с Орденским. В этом человеке явно есть что-то странное. Он слишком силён для своего возраста. А когда Кроу увидел его в замке, ему почудилось, что тот стал ещё сильнее.

Выбрав на этот раз рыженькую по имени, Лола, он отправился с ней в казино испытать удачу. Вот только сегодня она была слепа к его желаниям. Проигравшись в пух и прах, бывший бретёр, наводящий ужас на всю Александрию, брюзжа себе под нос, плёлся домой. Куда делась эскортница, он не помнил, да и плевать на неё. Сегодня он проиграл половину из того, что у него лежало в банке.

Желая сократить расстояние, он свернул в переулок, а на выходе из него ему преградил путь мужчина в чёрном, а следом и за спину вышли двое.

— Виктор Кроу?

— А ты кто ещё такой?

— Меня просили передать тебе привет от Константина Кристенсена, — договорив он тут же попытался пырнуть ножом в живот.

Да, бретёр был пьян, но опыт схваток никуда не делся. Перехватив руку за запястье, Кроу вывернул её на особый манер, заставляя убийцу выпустить нож. Поймав на лету выпавшее оружие, Вик ловким движением вогнал лезвие напавшему в левый глаз, пробивая мозг. Несостоявшийся убийца умер мгновенно.

Развернувшись к тем, кто заходил со спины, он приметил, как эти двое замерли в изумлении, осознавая, что их лидер мёртв. Переглянувшись, эти двое несмышлёнышей, возомнивших себя крутыми наёмными убийцами примерно двадцати пяти лет от роду. Бросились бежать прочь от своей цели, не желая так рано встретить смерть.

— Трусы, — Вик сплюнул на землю. Далее, обчистив карманы трупа, он спешно, насколько позволяло опьянённое тело, покинул переулок.

Утром Кроу принял решение как можно скорее покинуть город. Ему пришла в голову мысль переждать суматоху в одном из прибрежных городов, основанных вольными искателями в запретных землях. Он планировал провести там как минимум год, а лучше — три, пока Эдвард не расправится с бароном. И только после этого позволить себе вернуться.

Забежав в банк, он снял все свои наличные и отправился в порт, чтобы найти подходящий корабль. Однако по пути его ждали некоторые неожиданные события. Ещё на выходе из здания Медичи он заметил за собой слежку. Тихо выругавшись, Вик постарался сделать вид, что не заметил преследователей, и продолжил свой путь к порту. Он лихорадочно размышлял, как ему поступить в этой ситуации.

Сегодня удача, казалось, была на его стороне. Как раз в этот момент от причала собирался отходить знакомый ему корабль. Он несколько раз видел его в Александрии, но не мог вспомнить, кому он принадлежит.

Он покрыл лицо и одежду дорожной пылью, снял дорогой кафтан, чтобы его не узнали. Взял мешок и перекинул его через плечо. Затем он смешался с толпой грузчиков, нёсших ящики с припасами в трюмы корабля «Алый рассвет».

***

Сильный порыв ветра бил в лицо, из-за чего толком разглядеть, где мы проносимся не удавалось. Я молился, чтобы он не отпустил свою добычу, ибо лететь вниз далековато. Поскольку, когда мы находились примерно на высоте метров тридцать, я по первой глупости попытался достать его шпагой, но хищник, разжав лапу, выпустил наглеца, то бишь меня, отправляя в свободное падение. Когда до земли остались считанные метры, он вновь подхватил кричащую добычу (или визжащую), только в этот раз его когти впились мне в ногу. Более попыток освободиться я не предпринимал.

Прошло десять минут.

— Слышь, птица, я из тебя шашлык сделаю. Нет лучше курочку гриль. Отпусти на землю. Я же тебя на рагу пущу. А хочешь, я тебе перья ощиплю на живую? А ну, кому говорю, отпусти! — ноль внимания.

Прошло минут сорок, как эта летящая тварь несла мою тушку в неизвестном направлении. Я ему угрожал, обзывался и даже пытался вырваться. Последнее я делал не особо старательно. Потому как летели мы весьма высоко. Я не могу точно сказать, на какой именно высоте, но когда он только поднялся в воздух, и я, извернувшись смог найти взором Ичиро, то японец с отрядом уже выглядели как крошечные точки.

К концу первого часа я почувствовал, как мы стали набирать ещё большую высоту. Подняв голову, я наконец понял, куда он меня притащил — в своё гнездо. Подлетев к нему, он разжал лапы, сбрасывая добычу. Было больно. Подушек то никто не постелил.

Само гнездо было огромных размеров — почти три метра в диаметре. Я ожидал здесь увидеть птенцов с открытыми клювами, но их не было. А было одно единственное яйцо, и, похоже, оно вот-вот вылупится. То есть это он заранее озаботился едой для потомства. Какой заботливый папаша. Ну, мы ещё посмотрим, кто чьим ужином станет. Или сколько там сейчас времени?

Птица, взмахнув крыльями, улетела прочь, прекрасно понимая, что мне отсюда не выбраться. Всё-таки гнездо находилось на одиноко торчащей скале. Высотой так метров триста не меньше. Выбраться-то я смогу, но если он будет мне мешать, то шанс сверзиться крайне велик. Получается, надо дождаться, когда он вернётся, и убить его, а уж после спокойно заняться своим спасением. Похоже на план.

Первым делом достал мазь и обработал раны. Они не то, чтобы сильно беспокоили, но мало ли какая зараза была на лапах летающего засранца.

Сидя в гнезде, начали одолевать не самые лучшие мысли.

И вот нужен был мне этот корабль со своими драгоценностями. А вдруг в нём вообще только белые да серые кристаллы? В такую жоп… То есть неприятности из-за них угодил.

— Самобичеванием потом займёшься. Лучше подумай, чем встречать будешь, скоро он вернётся. Для птенца тебя одного явно маловато.

— Уже придумал, — ответил я, доставая рогатку и подготавливая снаряд с жидкостью, разъедающей всё, до чего она коснётся. — Жахну ему прямо в клюв, и его песенка спета.

— Только будь поаккуратнее. Как бы он перед этим гнездо не столкнул. Этот может.

— Хм-м, — задумался я. — А между тем если сбить на подлёте, такое возможно. Притворюсь-ка я мёртвым, а когда он сядет на край гнезда, выстрелю.

— А если он зацепится лапами и попытается сдёрнуть гнездо?

— Отвергаешь предлагай.

— Используй яд. Так есть шанс, что он умрёт прямо в гнезде. Только тебе придётся продержаться секунд десять пока яд подействует.

— А это отличная идея. Молодец, сестрёнка. Осталось выпить «Патентия», чтобы были силы проткнуть его. А то я помню, как пустил по клинку шпаги энергию кристалла и сжёг яд.

Вдруг раздался треск, я, сидевший возле яйца, резко отшатнулся, переместившись в другой конец гнезда.

— Он что, решил вот именно сейчас вылупиться?

— Похоже на то, братец.

— И чего мне делать?

— Слушай, у меня возникла отличная идея. Я прямо сегодня фонтан идей. Свисток, что ты сдёрнул с шеи любителя люпусов, у тебя с собой?

— Вроде бы, — порылся я в сумке и, доставая его, спросил: — А зачем он тебе? — начав подозревать какой-то подвох.

— Птенцы, когда вылупляются, считают мамами тех, кого видят первыми.

— И-и-и?

— Предлагаю тебе завести питомца.

— С дуба рухнула? Где я, а где питомец? Как ты предлагаешь мне его кормить? И чего ты взяла, что он вообще захочет быть питомцем?

— Тогда убей его. Он же всего лишь монстр. Да, маленький, но монстр. Который, когда вырастет, начнёт убивать. Ради пропитания, но это конечно же неважно.

— Э-э-э, погоди. Он же дитя совсем, — пошёл я на попятную.

— Короче, братец. Когда он вылупится и заметит тебя, дунь в свисток, а лучше несколько раз и дай ему еду. Так он станет ассоциировать, твой голос с едой, и всегда прилетит к тебе.

— С чего ты всё это взяла? Откуда такая уверенность?

— Интуиция.

— Допустим это так. Взять-то я его с собой всё равно не могу.

— И не надо. Если всё удастся, то он сожрёт своего отца и тем самым наберётся сил. Когда будешь проплывать обратно, просто заберёшь птенца и всё. Может он вообще к тому времени сам умрёт или его сожрут.

— Ты так легко об этом рассуждаешь, как будто раз сто уже проворачивала нечто подобное.

— В те дни, когда я была жива, у меня был питомец. Немецкая овчарка. Умнейшая собака скажу я тебе. Поверь, иметь питомца — это потрясающее чувство. Почти так же весело, как и детей.

— У тебя были дети? Сколько ты вообще прожила?

— Не-а, детей, к сожалению, не сложилось, — с грустью ответила она. — А прожила я всего тридцать лет в первый раз и двадцать семь во второй. В третий пятнадцать, а вот четвёртого не было.

— А почему так мало?

— Биокорп дал сбой, а отец не знал, как это исправить. Ладно потом как-нибудь расскажу.

Пока мы болтали, скорлупа окончательно треснула и развалилась на несколько частей. То что осталось смотрело большими жёлтыми глазами, а следом произошло то, чего я никак не ожидал.

— Мама? — услышал я писклявый голос у себя в голове и от удивления дунул в свисток.

— Твою налево. Это что сейчас было? Как он смог пробраться в мою голову?

— Фиксирую ментальное воздействие. Слуша-а-й, а ведь ты же хотел повстречать развитого животного, способного говорить. Мечты сбываются.

— Ну как бы да. Но…

— Кушать, кушать, кушать, — зазвенело в моей голове.

— Чего делать-то?

— В смысле чего делать? Покормить.

— Так в моей сумке кроме вяленого мяса ничего нет больше. Ему такое вообще можно?

— Мне-то почём знать? У меня собака была, она на молоке по первой росла.

Достав полоску вяленого мяса, бросил её в открытый клюв. Прошла секунда, максимум три, и я опять услышал: «кушать, кушать, кушать».

— Да где я тебе столько еды найду? Жуй медленнее! — чуть прикрикнул я, кинув в открытый клюв ещё полоску мяса. И… Это подействовало. Птенец, склонив голову набок, моргнул своими большущими жёлтыми глазами, а затем я вновь услышал: «кушать, кушать, кушать». Ан-нет, не подействовало.

— Артур, попробуй обратиться к нему так же, как ты это делаешь, когда обращаешься ко мне.

Отвечать не стал, а сразу начал действовать. Минут десять я пытался донести до него мысль — еды нет, но всё безуспешно.

— Арти, кажись, я знаю, в чём дело. Ему необходимо дать имя.

— Как же мне его назвать? Птичка? — усмехнулся я.

— А почему бы тебе не проявить фантазию? Она у тебя богатая, — произнесла Олька с усмешкой в ответ.

— Интересно, это мальчик или девочка?

— Сам же видел, как он отреагировал, когда ты на него прикрикнул, — это явно самец. Если бы это была самка, она бы вжала голову — защитный инстинкт.

— Самец, говоришь, — задумчиво произнёс я, перебирая в уме возможные имена.

— Придумал! Нарекаю тебя — Фулгур.

— А теперь скажи ему то же самое, но мысленно, — посоветовала Олька.

— Нарекаю тебя — Фулгур. Что означает «Молния».

Птенец замер, а затем одобрительно кивнул и через долю секунды — кушать, кушать, кушать.

— Ты тоже это видела? — спросил я, кидая ему полоску мяса. — Он что понял меня?

— Да. Видимо, ему понравилось имя. А судя по скорости, с которой они нападают, это имя подходит ему как нельзя кстати.

Я сам не заметил, как подошёл и погладил птенца по головке, пока тот жевал, точнее, глотал очередную полоску мяса.

— Ой, это так мило. Я знала, что у тебя доброе сердце и ты не убьёшь дитя.

Ответить я не успел, так как услышал звуки приближающей птицы.

Смазав ядом гремучей смерти клинок и выпив эликсир, придающий сил, приготовился ждать. На всякий случай лёг рядом с птенцом и притворился мёртвым, а себе на живот положил несколько полосок мяса. Издалека станет казаться, будто он пожирает мою плоть. Прикрытие так себе, но, считаю, сойдёт. Прошло с пяток минут, прежде чем я приоткрытым глазом увидал зависшего над гнездом аквила, держащего в лапах кабана.

Сбросив добычу, к моему счастью, птица не улетела, а клювом аккуратно коснулась Фулгура, но тот отпрянул, чем, видимо, сильно озадачил аквила. И я рассудил, что лучшего момента для атаки не будет. Собравшись, я нанёс удар снизу вверх, пробивая голову и вонзая остриё в мозг. Хищник, не ожидавший такой подставы, среагировать не успел. Как, впрочем, нанести мне какой-либо урон. Он лишь перевёл взгляд с меня на птенца и в ту же секунду рухнул замертво.

Я старался не встречаться взглядами с птенцом. Почему-то на душе было гадко. Нет, я понимаю почему, но будь это там, на земле, я бы, как говорится, вообще не парился. Но вот так вот прямо на глазах ребёнка, хоть и не человека. Гаденько.

— Артур, спешу тебя заверить, у животных всё наоборот. И в данной ситуации был убит опасный хищник, а не его родитель. Так как для Фулгурика ты мама, ну, то есть отец, я хотела сказать.

— Погоди-погоди. Как ты его назвала? Фулгурик?

— Да, а что такое?

— Не называй его так. Он Фулгур, гордый и опасный птиц.

— Ой-ой-ой защитник птичек нашёлся. Кто-то вообще хотел его убить.

— И в мыслях не было.

— Кушать, кушать, кушать, — услышал я вновь и, развернувшись к птенцу, проговорил: — С чего хочешь начать?

Начали мы с кабана. Прикончил он его часа за четыре, ну, то есть съел. Кабан же уже был мёртв. Что у малыша за метаболизм, я без понятия. Но слово «кушать» мне теперь станет сниться в кошмарах.

Разделывая тушу, я извлёк кристалл зелёного цвета. Такой мог дать примерно 0,2, а то и все 0,3 единицы энергии. Вообще непонятно, как её определять. Иногда в зелёном куда больше энергии, чем в синем. Вытерев его об штаны, я было хотел закинуть в рот, но Фулгур не дал мне это сделать.

— Дай, надо.

Поднявшись с колен, я подошёл к нему и протянул руку. Малыш аккуратно взял накопитель и проглотил, а после добавил:

— Развитие, сила.

— Знаю, но мне как бы тоже развиваться надо, — ответил я, поглаживая его.

Идее кормить его мясом Аквила я поначалу воспротивился, но Олька убедила, что это норма. Отрезав кусок, кинул мальцу, и тот проглотил. Затем ещё и ещё. Почти до самого вечера я кормил его, а он буквально рос на моих глазах. Не то чтобы сильно, но процентов на двадцать точно.

Аквил порадовал меня крупным синим кристаллом. Он лишь слегка уступал тому, что я вытащил из Тигриса, которого мы убили в пещере с Римусом.

И секунды не прошло, как раздалось в голове: «Дай».

— Это твой питомец, и чем он больше сил наберёт на старте, тем он станет сильнее. Если что, то так вообще со всеми, хоть с детьми, хоть с собаками, ну, ты понял принцип. Питание и хороший уход на этапе развития многое значит. Не стоит забывать, конечно, и о генах, но с такими родителями, как у него, проблем точно не будет, — выдала Олька, пока я размышлял, давать ему его или не давать.

НО после такого как не дать-то? И как только синий, красивый, большой кристалл, который мог дать мне много энергии, был проглочен. Я наблюдал забавную картину. В глазах Фулгура сверкнули искорки молнии, после чего он завалился и… сладко засопел. Разве птицы сопят? Похоже, что да.

Время уже подходило к вечеру, а жечь костёр, дабы пожарить себе мясо, находясь в деревянном гнезде, я не решился. Доев последнее две полоски вяленного мясо, я, набросав перьев, улёгся спать. Пить хотелось страшно, но спускаться в такую темень я не рискну. Всё хватит на сегодня пора спать. Сон пришёл раньше, чем моя голова коснулась импровизированной подушки. А мне приснился сон, который я ещё долго не забуду.

Глава 4

Глава 4.

Возвращение на корабль, неожиданные находки и конечно твари морские.

Сон 3.

Подсознание Комарова Артура Сергеевича.

«Артур — биологический вид человек. Возраст — восемнадцать лет. Версия биокорпа — 17-я. Установлена операционная система „Гармония“, редакция „Разведчик“ расширенная».

Первая стадия развития закончена на 99.9 процентов. Условия для перехода на второй уровень выполнены. Необходимо согласие носителя на трансформацию.

«Да|Нет» — светилась надпись перед глазами.

Я не стал спешить и нажимать «да». Мне нужно было обсудить всё с сестрой. Дабы чётко осознавать, чем это может грозить и что я получу в итоге, а точнее, какие проблемы меня ждут. А они будут. Только в сказках у костра или в книгах, которые читает Имани, герой получает одни только плюшки. В моём же случае всё не так просто.

Кстати, а вот интересно, как она там поживает? Как прошла её практика? Всё ли с ней хорошо?

— Здравствуй, сын!

— Привет, отец.

Наверно, когда я её увижу, то совсем не узнаю. Скоро пройдёт год, как мы виделись в последний раз, а сколько ещё пройдёт времени, прежде чем мы вновь свидимся? И когда это… Стоп. Отец?

Я быстро завертел головой по сторонам. Переход из яви в сон произошёл так быстро, что я даже не успел это осознать.

Я сидел на скамейке в парке, где мы с отцом в последний раз беседовали.

— Ещё раз здравствуй и поздравляю тебя с твоим совершеннолетием.

— Эмм-м… Спасибо.

— Теперь тебе можно пить алкоголь и приходить домой во сколько хочешь.

— Да я как бы… Но Сергей Кириллович рассмеялся, и я понял, что он так шутит.

— Пойдём, отметим это дело.

Окружающий нас парк сменился на заведение, где мы уже сидели за столом, накрытым разнообразной едой.

Посередине стола стоял торт в виде белой горы с коричневыми вкраплениями. На вершине была установлена свечка в форме цифры восемнадцать красного цвета. Отец, достав необычное огниво, зажёг её.

— Мысленно загадай желание, а потом задуй свечку.

— Почему мысленно?

— А то не сбудется, — ответил он с таким серьёзным лицом, что я и переспрашивать не стал.

— Загадал?

Немного подумав, я пожелал застать родителей живыми, когда доберусь до Гармонии.

— Да.

— Тогда дуй.

Сделав это, учёный ещё раз поздравил меня и отрезал большой кусок торта, положив его мне в тарелку, следом подавая маленькую ложечку. Зачем так издеваться, я не понял. Кусок большой, а ложечка маленькая. Странно это.

— Попробуй, он очень вкусный.

Положив в рот небольшой кусочек, я начал медленно жевать, силясь понять, нравится он мне или нет.

— Твою налево, как же это вкусно. Виктория бы точно оценила его по достоинству, — проговорил я с восторгом. Прожевав первый кусочек, я сразу закинул в рот новый.

— Понравилось?

— Ещё бы. Как называется сие чудо?

— «Панчо».

— «Панчо»? — Проговорил я неизвестное слово.

— Я дам тебе рецепт, его несложно готовить. Только я не знаю, сможешь ли ты найти ананасы.

— Смогу, они растут на большой земле. Далее мне было не до разговоров. Я пробовал все блюда, что были на столе, и, когда насытился, мы встали и пошли гулять.

— Отец, — услышав это, Сергей сбился с шага, но скоро восстановил равновесие. — А почему ты не сказал, что мой новый ассистент — моя сестра?

— Это было её решением. Когда я её попросил присмотреть за тобой, она сразу дала понять, если брат окажется «плохим» человеком, если что, это я смягчил, там были слегка покрепче выражения, — усмехнулся Сергей Кириллович. — Она не будет тебе рассказывать ничего из прошлого, а только действовать в рамках, установленных системой.

Мы гуляли, болтали. Он спрашивал, где я сейчас нахожусь и чем занят. Потом мы говорили о Виктории, моём путешествии на большую землю. Отец сетовал на то, чтобы я был осторожнее. Спустя час я задал вопрос, интересующий последние два года.

— Отец, вот я с тобой общаюсь, делюсь мыслями и прочим. А когда мы увидимся, как ты вообще узнаешь?

— Тебя-то? — усмехнулся он весело. — Всё, что тут происходит, в реальной жизни в момент нашей с тобой встречи скопируется в моё сознание. И для нас всё останется как прежде, а я же буду в курсе всего, того, что с нами произошло. Мои эмоции, мысли — всё это встанет на свои места. Не переживай, сын. И да, я просмотрел логи и хотел похвалить тебя. Ты оперативно набираешь силу, без перекосов. Да и сам растёшь хорошим человеком. На сколько это возможно в новом мире.

Помни. На второй стадии навыков станет больше, и расход энергии увеличится, но, поверь, тебе понравится. Не зря же я столько лет разрабатывал твой биокорп. Кстати, твоя сестра принимала в нём самое активное участие. Многие способности, о которых я и не мыслил, были добавлены исключительно по её просьбе.

— Это какие же?

— Например, подсветка уязвимых мест. Ух и попотеть мне пришлось, чтобы это осуществить. Правда, Хельга прознала и внедрила её во все следующие биокорпы, ну да ладно. Зато остальное я всё же утаить смог. Тупая железка.

— А какие ещё?

— Прости, сын, но не могу рассказать. Огнеслава просила этого не делать.

— Так мою сестру зовут Огнеслава?

— Да. А как ты её называешь?

— Олька. Я предыдущую назвал Ольга. А чтобы не путаться, поменял одну букву.

— Хм-м. Хорошо, подумаю над этим. Она вроде должна была сохранить эту часть воспоминаний о себе. Я старался не сильно сокращать её память, но похоже что-то упустил.

— А зачем было сокращать? «Это могло ей навредить или мне?» — спросил я с любопытством. Поскольку в таком случае она, получается, не всё помнит и многое рассказать не сможет.

— Так нужно было, сын. Если бы я этого не сделал, то предыдущий ассистент мог что-то заподозрить. Скопированное сознание человека занимает много пространства. А в виду немалых объёмов данных пришлось хитрить и часть урезать. Впрочем, не забивай себе голову. И вообще просыпайся. Переход на вторую стадию завершён.

— Но я же…

***

Попрощавшись, он отправился на охоту, а я, вооружившись ножом-когтём, начал вырезать выемки для рук и ног в горе, дабы спуститься на землю. Ох и страшно мне было.

Когда я почувствовал твёрдую почву под ногами, солнце уже клонилось к закату. Я снял с пояса эликсиры «Фелис» и «Вис» и, сделав глоток бордо, направился к кораблю.

Пробираться сквозь лес дело было привычным. Двигаясь в темноте, я мог наблюдать огромное количество мелких животных, снующих тут и там. Сразу видно, давно здесь людей не было.

Родник я нашёл в пяти километрах от скалы. Пил я медленно, так как боялся простудиться, но когда Олька напомнила, что заболеть простудой мне не грозит, то начал пить без остановки. Утолив жажду, я вооружился пращой. Уж больно кушать сильно хотелось.

Удача улыбнулась мне примерно через час. Я смог подбить птицу, что сидела на ветке и выслеживала кролика. Почему я убил птицу, а не косого? Да тут всё просто: она была жирнее. Единственное, чего опасался, так это того, что мясо окажется невкусное, но обошлось.

Я ощипал и поджарил тушку, и голод отступил. Настроение поднялось, и я пошёл дальше, напевая про себя песню.

Вернулся к берегу, где стоял наш шлюп, только к вечеру следующего дня. И то, что я увидел, меня порадовало. Команда была занята делом. С корабля к ним на помощь сошли ещё около двух десятков моряков, и теперь они усердно занимались заготовкой дерева.

Кроме того, что требовалось для системы подачи воздуха, они решили заготовить материал и для колокола, чтобы не расходовать уже имеющиеся в трюме запасы. А приняли они такое решение из-за того, что не могли знать, когда я вернусь. Молодцы, ничего не скажешь.

Японца я не нашёл, зато мне навстречу шёл Марат.

— Вернулся. Что-то ты долго. Случилось чего? — съехидничал Марик, но так, без злобы.

— Расскажу — не поверишь, — поздоровавшись с ним, я сел на край шлюпа. Народ странно косился в мою сторону, но я старался этого не замечать.

— Ичиро сказал, тебя птица унесла. Правда, что ли?

— Было дело. Притащила к себе в гнездо, желая накормить мною своего детёныша. Я ему говорил, что не вкусный, не послушал. Представляешь, оно находится на одиноко стоящей горе, выстой метров триста. Я пока спустился, страху натерпелся. Жуть, короче.

— А что с напавшей на тебя птицей?

— Ну коли я перед тобой, — я победно улыбнулся. — Синий кристалл был мне наградой. Здоровый такой.

— И, конечно же, съел, — это Марик произнёс шёпотом. А я согласно кивнул. Не став говорить, что отдал другой птице. Пока это ни к чему.

— Слушай, у нас почти всё готово для сборки водного колокола. Ждали только тебя. Есть несколько вопросов, — сменил он тему.

— Это понятно, но чего вы спасать не пошли? — вернул я наш разговор к моей персоне.

— Как это не пошли? — деланно возмутился Марат и заржал. — Пошли, целую толпу собрали, только мы с Ичиро пытались им объяснить, что это бесполезно и ты сам скоро вернёшься, но нам не поверили. Виктория, знавшая тебя без году неделю, и то не переживала.

— И?

— Вернулись, не солоно нахлебавшись. Стоило им немного углубиться, как их атаковали изменённые кабаны ну «Аперы». Потрепали их знатно. Хорошо никто не умер. Сидят теперь на палубе, раны зализывают. Балбесы неверующие.

Говоря всё это, он не переставал довольно склабиться.

— Ваша вера в меня, конечно, впечатляет, но на будущее… — поняв, какую глупость говорю, махнул рукой. — Правильно вы поступили. Сам же много раз вам говорил не ходить за мной.

Наступила тишина. А я, немного подумав, решил всё же поговорить с приятелем о возникших в моей голове к нему множества вопросов. Раз уж появилась возможность.

— Марат, отойдём. Не хочу, чтоб лишние уши нас слушали.

— Ну-у, пошли, коли надо.

Отойдя вдоль берега и убедившись в том, что никого поблизости нет, спросил:

— То место, куда мы идём. Как тебе удалось туда добраться?

— Не понимаю вопроса.

— Как я уже понял, ты бывал там, и у тебя не получилось попасть внутрь. Так?

— Да, — с насторожённостью ответил он.

— Знаешь ли, от Франкфурта до прибрежного поселения весьма далековато. Тебе не кажется?

— К чему клонишь?

— Мне непонятно, как ты смог в одиночку добраться до него, да ещё прокопать тоннель под землю. А потом ещё раз вернуться туда. Что-то не складывается картина.

— Кто тебе это рассказал? Абу с Джафаром?

— Нет. Можешь и не думать на них.

Марик как-то разом сник, опустил плечи, а после и сам сел на песок.

Я сел рядом в ожидании услышать правду. Прошла минута, пришлось поторопить.

— Давай, друг, рассказывай. Дело нешуточное. Ты столько народу убедил в том, что там золото. Люди вложили огромные деньги, многие — всё, что у них было. Пойми — дело может кончиться весьма печальными последствиями.

— Я там не бывал, — признался он.

— Это я и без тебя понял. Но откуда эти подробности?

— Мой отец.

— А причём тут он?

— Я позаимствовал его историю тамошнего пребывания и выдал за свою. Мать, прежде чем свалить на большую землю, отдала мне его дневник. Со словами — держи своё наследство, типа, это единственное, что оставил тебе батя.

— Хм-м. И ты думаешь, написанное там — правда?

— Какой смысл ему было лгать самому себе и писать неправду? К тому же никто в нашем поселении никогда не говорил, что мой папка был сумасшедшим. Да, он был немного безбашенным, но не более того.

— Получается, он пропал по дороге туда? Много с ним было народу?

— Как мне удалось выяснить, где-то сорок человек он смог убедить. Но никто из них не вернулся.

— Шли они по земле или как мы в обход?

— На своих двоих.

— Понятно. Ладно, вставай. Будем надеяться, хранилище не разграблено.

— Ты расскажешь остальным?

— Нет. Смысла не вижу. Это и так изначально была авантюра чистой воды. Но все там, — указал я на дрейфующий корабль, — хотят золота и готовы пойти на многое, лишь бы его заполучить. Поэтому каждый сам себе злобный Буратино.

— Какой ещё Буратино?

— Это из книжки. Как-нибудь дам почитать, когда будем в библиотеке.

— Ох уж мне эта ваша библиотека, — обречённо вздохнул Марат, закатывая глаза.

Когда мы уже собирались возвращаться, то услышали крики, призывающие людей к оружию. Солнце давно скрылось за горизонтом, а недалеко от шлюпа горело всего пару костров, которые давали не особо много света. Поэтому люди не сразу заметили, как из леса к ним вышли кабаны. Те, у кого были мечи, вооружились ими, а те, кто не взял с собой оружие, схватились за топоры. Судя по размерам кабанов, это точно были изменённые животные, именуемые — Апер. И похоже это те, о ком рассказывал Марик.

Аперы в запретных землях встречаются часто. Живут они стадом примерно от десяти до пятидесяти особей. От своих предков отличаются не только размерами и клыками, но шкурой. Она стала куда твёрже, и пробить её просто так не выйдет. Уязвимые места — глаза, брюхо и место под нижней челюстью. Но поди тут попади.

В ордене, когда нас учили с ними сражаться, говорили: первое правило — бежать. И нет в этом ничего зазорного. Коли он один, можно принять бой, а если их более двух — однозначно бежать. Они сильные, ловкие, живучие и никогда не отступают. А ещё крайне мстительные. Одного нашего брата эти твари неделю преследовали.

Вот и сейчас они пожаловали, дабы закончить бой с теми, кто сбежал, приведя с собой подмогу. К берегу из леса вышло аж семь взрослых самцов. Серьёзная сила.

— Марик, беги к шлюпу и доставайте луки. Пусть лучники встают за спины. У тех, у кого имеется оружие, в первые ряды. Я же пока попробую отвлечь их на себя. Как только увижу, что у вас всё готово, побегу в вашу сторону. На вот, держи, — протянул ему баночку с ядом гремучей смерти, — никому в руки не давай. Выбери самого меткого лучника, и пусть он макает краешек наконечника. И следи, чтобы он руками не трогал. Умрёт моментально. Да и сам будь аккуратнее.

— Сделаю, — и он рванул с места.

Первым делом дунул в свисток. Если птенец прилетит, то получит свежего мяса, а нам станет немного полегче. Далее я вынул пращу из сумки, подобрал у ног покрупнее камень, и чтобы было силы начал раскручивать смертоносное оружие. Нужно было атаковать, пока они не набрали разбег. Первый снаряд угодил самому крупному в бок. Впрочем, не причинив особого урона. Но я на это и не надеялся. Единственное, чего я добился, — привлёк к себе внимание. В принципе, что мне было и нужно. Второй выстрел оказался более удачным: мой снаряд попал точно в глаз. Кабанчик взвизгнул от боли и рванул ко мне. За ним и все остальные. Кажись, это вожак.

— Олька, смотри, какой он здоровый, как кабан. Ха-ха. Смешное сравнение, да?

— Обхохочешься. Артур, будь серьёзнее.

— Да я сама серьёзность. Ты только, глянь. Килограммов пятьсот, не меньше, весит. Я таких ещё не видел.

Третьего выстрела не последовало, потому как я побежал на пределе сил. А делать это по песку получалось так себе. Притом убегать далеко я был не намерен. Мне всего-навсего надобно было отвлечь внимание. Сам я, с ними, наверное, не справлюсь. Хотя…

— Беги давай и не отвлекайся, — тут же прикрикнула сестра. — Тоже нашёлся истребитель монстров.

К моему удивлению и не только моему, аперы не могли догнать. Они дышали мне в спину, но нагнать не могли. Похоже, мой биокорп стал куда сильнее. Я фактический и усталости совсем не чувствую.

Сделав круг и заметив, что построение готово, побежал к ним по большой дуге. Хорошо хоть у монстров от размера мозгов не прибавилось, они так и бежали за мной след в след. Если бы эти боровы были сообразительные, как тот же Фулгур, то, боюсь, меня бы уже окружили и сожрали. И стоило его вспомнить, как он тут же появился. Схватив того, кто бежал последним, он взмыл вверх, скрываясь в темноте.

— Спасибо, — мысленно обратился я к нему, но ответа не последовало. Видимо, так это не работает. После об этом подумаю, а пока бежать.

Моряки были не пальцем деланные. И пока я изображал из себя приманку, мужики, взяв несколько брёвен и наскоро заточив их, выставили перед собой. Я же, пробежав между ними и вынув шпагу, приготовился отражать атаку.

Первых двух бежавших за мной мы насадили на импровизированные копья. Это их не убило, но остановило и дало мне время нанести смертельные удары. Оказавшись возле них, я поочерёдно ткнул шпагой в глаза. Не прошло много времени, как хищники умерли. В это время оставшаяся четвёрка, видя, что произошло с сородичами, взревев, бросились в атаку с разных сторон.

Моряка, чьего имени я не знал и стоявшего чуть в стороне с луком на изготовке, апер с разбегу боднул клыками, подкидывая вверх, не давая тому и шанса выстрелить. Мужик изломанной куклой приземлился на песок. Но лучник, стоявший на шлюпе, воспользовался этим. Когда животное задрало морду, он выстрелил, угодив стрелой под нижнюю челюсть, угодив в одно из уязвимых мест. Тварь пробежала ещё метров десять и свалилась замертво.

Крупного апера с клыком сантиметров под двадцать, похоже, один он где-то потерял, оббегающего колья справа, встретил мужик по прозвищу Борода, если мне не изменяет память. Ударом знакомого мне молота точно в лоб он остановил животное, а следом на него накинулись замершие по бокам четверо моряков с мечами, шустро изрубая тушу на куски.

Если бы оставшиеся двое проявили благоразумие, они бы убежали, и никто бы их не преследовал. Но они не были такими. С налитыми кровью глазами они бросились в яростную атаку. К сожалению, им удалось ранить двоих, прежде чем они пали.

Я активировал кристалл и рубанул ближайшего апера по спине, расчленив его. Последнего же Марат и ещё пятеро мужчин зарубили, предварительно ткнув ему в лицо ствол дерева. Пока он пытался отбросить его, наши наносили остервенелые удары по туше. И хоть он сдох с минуту как, двое продолжали рубить.

Двое раненых были добиты Бородой. Так как имели раны, не совместимые с жизнью. Как бы я ни хотел им помочь, но, боюсь, на их излечение ушли бы все эликсиры «Вита» высшего уровня. А на такое я не мог пойти.

Мы предали огню тела погибших. Никто не был особенно опечален. Все осознавали, где мы находимся и какие опасности таят в себе эти земли. Хотя в этом месте нет яда, присущего запретным землям, но опасных хищных животных предостаточно. Так что стоит радоваться тому, что выжил.

Самого крупного, кому я подбил глаз, мы разделали и стали жарить на костре. Остальные же туши, выпотрошив, отправили утром на корабль. Свежее мясо команде не помешает. Все внутренности я велел закопать в песок. Ибо не стоит приманивать к нам водных тварей. Кто знает, какие здесь бродят монстры.

Да, кстати, из всех шести туш мы получили исключительно зелёные кристаллы. Два крупных, а оставшиеся четыре весьма мелкие. Самый крупный я забрал себе, так как это я его убил. Второй получил Борода. Также свою долю получил лучник, умудрившийся попасть. Остальные три были выкуплены мною. Деньги разделили между всеми, кто принимал участие. Главное, в обиде никто не остался. Все сидели у костра довольные, поедая жаренное мясо и мысленно тратя привалившие с неба золотые.

Закончив с деревом, мы погрузились в шлюп и отправили его вместе с частью команды. Затем они вернулись за нами, и мы начали собирать водолазный колокол. На это ушла почти неделя. За это время я дважды спускался на берег, чтобы раздобыть свежего мяса. Некоторые хотели пойти со мной, но им было отказано из-за высокой опасности. Я брал с собой Ичиро и молотобойца. Хорошо зарекомендовавшего себя во время боя. Дважды прилетал Фулгур, подросший так сильно, что я его по началу принял за взрослого Аквила. Шучу. Моего питомца я уж везде узнаю. И да, общение получалось только тогда, когда мы смотрели друг другу в глаза. По-другому не выходило.

Всю конструкцию мы собирали под моим чётким руководством. Но если быть честным, то за всем следила Олька. Ей, как и мне, не хотелось бы, чтобы колокол схлопнулся от давления, когда я буду сидеть внутри. Ну, то есть мы. В базах данных она обнаружила, что для погружения наши предки использовали поршневой насос для подачи воздуха. На борту уже был такой насос, предназначенный для откачки воды, поэтому создать помпы для колокола не составило труда. Благодаря этому люди могли получать свежий воздух и находиться под водой значительно дольше.

И вот наконец-то всё готово. Настал тот самый день погружения. На палубе собрались все, кому было не лень, а таких не нашлось. Все желали увидеть это странное сооружение в действии. Многие заключали пари: якобы, у орденского не выйдет. Другие же, кто хоть немного слышал обо мне, наоборот, уверяли тех в обратном и ставили на меня. Ходили слухи, будто оно было сделано по каким-то секретным эскизам ордена искателей и что за него мне Медичи заплатили тысячу золотых. Кажется, на корабле ходят такие бредни. По крайней мере, так мне сказал Дориан, когда мы остались наедине.

— Итак, друзья. Я спускаюсь и протестирую наше изделие. Ещё раз повторюсь: если дёрну за верёвку один раз — всё хорошо. Два раза, после пауза на две секунды и затем определённое число — это на сколько метров необходимо стравить трос держащий колокол. Три быстрых — опасность, поднимайте. Я повторял и повторял, даже записал всё на бумаге. Но никто не жаловался. Все относились к этому нормально, понимая, чем мне это грозит.

В качестве грузов для нашей конструкции были использованы ядра. Оказывается, на корабле имелась огромная пушка. Настоящая и рабочая, а к ней аж четыре бочонка пороха. Где Лоренцо их достал, я не знаю, но за свою дочь он явно переживает. И готов на многое, лишь бы с ней ничего не произошло. Странно, почему я её раньше не заметил. Хоть она и скрыта.

Наступил решающий момент. Корабль встал на якорь неподалёку от затонувшего судна, и меня находившегося внутри начали опускать в воду. Чтобы предотвратить его падение, нам потребовалась помощь тридцати человек, что держали тросы, на которых он висел.

Я находился внутри и сидел на небольшой жёрдочке. Из оружия взял только нож коготь. А вот пояс с эликсирами дополнил, вставив «Вита» высшего уровня. Мало ли чего там может произойти.

Опустившись, вода потихоньку начала заполнять внутреннее пространство. Хорошо вода была тёплой, но с каждым метром погружения её температура падала. Несильно, но чувствительно.

— Артур, послушай, у нас в наличии почти пять единиц энергии. Мы можем потратить две на улучшение лёгких и кожаного покрова. Это позволит тебе на дольше задерживать дыхание и сохранять тепло.

— И что, на это уйдут все две единицы? — сказал я, обалдев от таких затрат.

— Да. Вторая стадия — это не только новые плюшки, но и увеличение энергозатрат для улучшения биокорпа. Поверь, в будущем многие способности будут требовать постоянной подпитки. Но мы можем это решить, если раздобудем ИДЭ.

— И где их нам взять? Позволь спросить.

— В тех местах, где наш папка оставил закладки, должны быть пеналы с капсулами.

— А с их помощью возможно… Ну как это говоришь… Ах да, прокачаться?

— Нет. Они дают исключительно питание для биокорпа с уже активированными и прокаченными способностями.

— А почему я в таком случае развиваюсь за счёт кристаллов?

— Ну тут, скажем так, вышло немного не по плану.

— Расскажешь? — заинтриговала она меня.

— Хм-м. Почему бы и нет. Когда великий учёный, по совместительству наш батя, задумывал твоё «создание», он мало чего ведал о природных накопителях, а точнее, не знал ни фига. Ты же помнишь, что вокруг Гармонии нет изменённых животных.

— Ага, помню.

— Потому основной расчёт строился на то, что ты с моей помощью отыщешь спрятанные им закладки, где, помимо ИДЭ, должны были лежать ускорители развития и устройство связи.

— А где ближайший?

— Не перебивай. Все вопросы потом.

— Как скажешь. Я весь во внимании.

— «В тот день, когда мы сделали так, чтобы тебя нашли, то человек, я имею в виду наставника Альберта, не обратил внимания на кейс, лежащий рядом с тобой в машине. Он должен был активироваться от твоего прикосновения, когда тебе исполнилось бы тринадцать лет. Тем самым дать возможность развиться до третей стадии к восемнадцати годам.

— Ну ему как бы не до этого было. На него люпус напал, и он был немного занят спасением своей и моей жизни. Ой, прости, — извинился я, забыв, что обещал не перебивать.

— Да, этого мы не учли. Всё же наши люди редко настолько далеко выбираются за пределы Гармонии. Между делом. Ни ему, ни тебе ничего не угрожало. Наш человек находился недалеко и мог в любой момент вмешаться. Но выйти на прямой контакт ему было запрещено. Только в случае крайне необходимости.

Но сейчас не об этом. Я настояла, чтобы ещё на этапе создания твоего биокорпа в него была встроена возможность получать энергию из дополнительных источников. А уж как именно это сделать, пусть думает сам, всё-таки он у нас Гений.

Это, кстати, было мною предложено на случай, если по какой-то причине тебе не достанутся ускорители развития или закладки каким-то образом обнаружат другие люди. Слишком много неизвестных факторов. Да и простую людскую жадность нельзя было исключать. Я не желала обрекать тебя на жизнь без шанса победить Хельгу.

Из-за этого твоё рождение пришлось отложить почти на сто пятьдесят лет. А я за это время прожила четыре жизни. И только работа над тобой придавала мне желание жить. Всё-таки я первая в семье Комаровых и мне страшно хотелось иметь братишку или сестрёнку.

Но вернёмся к нашим баранам. Отец не мог просто так взять и изобрести в главной лаборатории новый биокорп с невероятной по тем временам способностью извлекать энергию из природных или созданных человеком источников, кроме изобретённого им ИДЭ.

Ты и представить себе не силах, насколько это круто было бы, получись у него такое. Съел обогащённый уран, и твой организм извлекает все полезные микроэлементы, насыщая тело энергией, а после избавляется от ненужного мусора типа радиации или чего там ещё. Или же засунул пальцы в розетку и заполняешь внутренний источник по самое не хочу. Понимаю, примеры так себе, но суть, думаю, уловил.

— Вроде бы пока понимаю, — ответил я слегка неуверенным голосом.

— Получись у него такое провернуть, и Хельга тут же бы узнала об этом. Он убеждён, что в таком случае она бы немедленно приказала внедрить эту функцию во всех жителей без исключения. Для этого пришлось бы умертвить ныне живущих обитателей Гармонии и использовать их тела для приготовления питательного раствора, необходимого при создании новых для них же биокорпов. Мать в такие моменты вообще не церемонилась с людьми. Ей было плевать на то, что кто-то только родился, а кто познал первую любовь. Для неё время и их желания не имели ни имеют никакого значения.

А для Комарова Сергея Кирилловича это означало убить всех, кого он знает: соседей, друзей, коллег, повара в столовой, любимых чёрт возьми. Ну ты понял.

— Ага, — только и буркнул я, офигевая от услышанного.

— В те годы население Гармонии было ещё не особо большим, но всё же отец на такое ни в жизнь бы не пошёл.

— И вот настал день, когда нашему папке удалось создать первый опытный образец. Но, к сожалению, он оказался провальным, как и последующие двадцать семь штук. Так как изобретённые им биокорп извлекал лишь крохи энергии. Помимо этого, были и другие проблемы. Такие, как например тело категорически не принимало заряженные частицы, умирая от радиаций и прочих болезней. Вот представь, не умирай ты, и тебе бы пришлось сожрать сотню килограмм радиоактивного материала, дабы набрать десяток единиц.

Если бы не я, папка бы точно забросил эту идею и вернулся бы к первоначальному плану. Но я умею добиваться своего. Хе-хе, — издала победный смешок Олька.

Пришлось снова надолго погрузиться в размышления, откуда тебе брать ресурсы для развития и улучшений. Вариантов было не особо много, а те, что приходили в голову, ни один из них не подходил или оказывался неэффективным. И тогда нам помог случай. К Сергею в лабу пришёл Кларк, он из отряда поисковиков. Старый друг, в общем. Наш родитель ему как-то помог, выбив у Хельги разрешение на второго ребёнка, но не суть. Короче, когда он был на очередной вылазке со своим отрядом, то убил напавшее на них животное, а так как возвращаться по темноте опасно, а группа поисковиков отошла от города довольно-таки далеко, ребята решили заночевать в развалинах, а животное съесть. Вот при разделке оного и был обнаружен первый в Гармонии кристалл, или, как мы его называем, природный накопитель.

К счастью, мой новый друг по имени Кларк раздобыл для нас ещё несколько таких накопителей, и уже на основе их строения мы ну то есть отец и построил твой биокорп. Если что, то ты в единственном экземпляре. Случится так, и твоё тело погибнет, другого такого не создать. В ближайшем будущем точно. Во всяком случае, после того как твоё тело было создано, он все наработки уничтожил, дабы не осталось и намёка на его работу.

— Охренеть, — всё, что я сказал, выслушав историю своего создания.

— Я хоть настоящий сын?

— Самый настоящий, — ответила она, а потом добавила: — На сколько это возможно. Твоё сознание исключительно твоё и не чьё-либо.

— Знаешь, мне тут отец снился, и он поведал, что тебя зовут Огнеслава, — а в ответ тишина. Никакой реакции.

— Олька?

— Да-да, я тут. Просто пытаюсь вспомнить.

— Он сказал, что не мог поместить тебя ко мне полностью, и часть тебя необходимо было то ли урезать, то ли сократить. Я, если честно, не совсем понял. Какие-то там проблемы с двойным сознанием могли возникнуть.

— Всё, хватит болтать. Поговорим позже. Раз мы остановились, значит, уже на месте. Всё, Артур, пора выгружаться.

И то верно. Мы достигли двадцативосьмиметровой глубины. Пока погружались в воду, Олька использовала две единицы, усилив дыхательную систему и кожаный покров. Теперь я могу задержать дыхание на двадцать минут. При этом активно двигаться. А моя кожа сохраняла тепло лучше прежнего в полтора раза.

Когда я выразил восхищение этой способностью, Олька рассказала, что наши предки, нырявшие за жемчугом, умели задерживать дыхание на долгое время без использования каких-либо биокорпов. Конечно, при активном движении время пребывания под водой сокращалось, но это уже не так важно. Однако вскоре она призналась, что пошутила. Дескать, на самом деле, те люди задерживали дыхание всего лишь на пару минут. Этого им вполне хватало.

Затем она рассказала, что существует рекорд по задержке дыхания, который до сих пор остаётся непобитым. Этот рекорд принадлежит хорвату Будимиру Шобату. Он сумел продержаться под водой 24 минуты и 37 секунд, и это достижение остаётся непревзойдённым.

Я был впечатлён, когда услышал об этом. Думаю, любой человек был бы впечатлён, услышав такое. Я помню, как мы играли с братьями и сёстрами на горячих источниках, соревнуясь, кто дольше продержится, не выныривая. Мой максимум составлял пять минут, а у ребят — ещё меньше.

***

Дёрнув за верёвку три раза подряд и дважды с паузой в пару секунд, я дал понять, со мной всё в норме. Выпив «Фелис» и «Вис», взял в руки нож-коготь и нырнул во тьму.

Поначалу хотел включить тепловизор и посмотреть, нет ли рядом каких тварей, но меня обломали. Оказывается, морские обитатели не выделяют в достаточной мере тепло, чтобы их можно было засечь.

Проплыв немного вперёд, я заметил очертания корабля, а затем и его самого. Благодаря своему улучшенному зрению и эликсиру «Фелис», мне удавалось видеть всё очень чётко на расстоянии до пятнадцати метров. Подплыв поближе, я оценил размеры. Судно было гораздо больше нашего и, очевидно, принадлежало богатому человеку.

Носовая фигура корабля, или, как её ещё называют, «ростра», представляла собой силуэт красивой женщины с вытянутой рукой, в которой она держала меч, указывая вперёд. Лицо было вырезано с большим мастерством и выглядело очень привлекательно. Одна эта скульптура обошлась своему хозяину в приличную сумму. Из чего я и решил, что хозяин, кому принадлежит фрегат, крайне богат.

Подплыв к кораблю, я сразу же начал исследовать его со всех сторон. Мне было важно понять, почему он затонул. Возможно, это было связано с опасным морским монстром, который мог представлять опасность для нас, или же с тем, что судно дало течь. В любом случае, пока не выясню, в трюмы не полезу.

С той стороны, к которой я подплыл, всё выглядело вполне естественно. В тоже время, когда я угодил на противоположную сторону, то увидел огромную дыру ниже ватерлинии. Её размеры были впечатляющими, и я сомневался, что это дело рук какого-то морского существа. Судя по тому, куда смотрят доски... Скорее всего, что-то вырвалось изнутри, разрывая в клочья корпус судна прокладывая себе путь наружу. Каких-либо других повреждений я не увидел. Впрочем, им и этого хватило.

Таймер, расположенный в правом нижнем углу моего поля зрения, отсчитывал последние мгновения. Он показывал, что в запасе осталось всего три минуты и семнадцать секунд. Развернувшись, я поплыл в направлении колокола.

Отдышавшись и немного отдохнув, я вновь погрузился и поплыл к кораблю. В этот раз намереваясь заглянуть в его нутро. Подплыв к судну, я дёрнул за ручку двери, но та была заперта изнутри. Срезав петли ножом и отворив дверь, я резко отшатнулся. Нет, я понимал, что здесь будут трупы команды, но то, что сейчас всплывало на поверхность, мало походило на человека. Лицо мертвеца было сильно обезображено, как и всё его тело. Кроме того, оно было вздуто от воды, что делало труп ещё более пугающим.

— Что с ними произошло? Кто их так?

— Трудно сказать. Но по первым признакам очень похоже на смерть от лучевой болезни или какого-либо вируса, что калечит тело. Точнее сказать не выйдет.

Всего в проходе нашлось три трупа, у каждого в руке меч или топор. А странно то, что ко мне они были повёрнуты спиной. Когда я схватил ближайшего за плечо и развернул к себе, на меня посмотрело чудище из детских страшилок, рассказанных старшими братьями. И поэтому-то я испугался, выпуская драгоценный воздух.

— Артур, нам нужно срочно на поверхность. Если эти тела пострадали от радиации или заражены вирусом и их извлекут из воды на палубу, есть шанс заболеть всем, кто там сейчас находится.

Не успела она договорить, как я уже мчался наверх. Я понимал, что нельзя так резко подниматься на поверхность, это могло привести к проблемам с сердцем и разрывам сосудов.

Олька на эту тему провела со мной не один урок о безопасности нахождения в морских глубинах. Но в данный момент мне было плевать, ибо на «Алом рассвете» моя Виктория.

Работая руками и ногами, я успел опередить всплывающие тела. Очутившись на поверхности, заорал:

— Дориан! Дориан! — звал я, при этом, стараясь, держаться подальше от всплывших недалеко от трупов. И как только он перегнулся через борт, я произнёс:

— Трупы не трогать. Они заражены ядом предков.

Но кэп был умным человеком и не задавал глупых вопросов, моментально сообразив, чем это грозит всем собравшимся. Они огромными шестами отвели трупы подальше от корабля, а после скинули шесты в море.

— Артур, поднимайся, это слишком опасно, не стоит оно того, — крикнул кэп, бросив мне верёвочную лестницу.

— Никак. Я дотронулся до одного из них.

Услышав это, лица всех, кто был у борта, побледнели. Виктория, стоявшая слева от Дориана, не стала устраивать панику или убегать в слезах, а наоборот поинтересовалась, что им нужно делать и как они могут мне помочь.

«Потрясающая она и моя», — мелькнула мысль. И я ей улыбнулся, получив улыбку в ответ.

— Если в течение суток не почувствую себя плохо, тогда посмотрим. Пока же скиньте мне еды и продолжайте подкачивать воздух. Ночь я проведу внутри колокола.

Поймав мешок с едой, я нырнул в воду и, оказавшись внутри, перекусил на скорую руку, а оставшуюся еду повесил на крючок. Пока действуют эликсиры, стоит этим воспользоваться и продолжить исследовать судно.

В проходе более трупов не было, и я осторожно поплыл вперёд, стараясь держаться за стены. Большинство дверей были запертыми, но покамест мне они были не нужны.

В конце коридора я увидел вычурную дверь, которая, как я предположил, вела в каюту капитана. Она тоже была заперта, но вскрыть её не составило труда. Осмотревшись, я не нашёл тела, зато в дальнем правом углу каюты стоял здоровенный сейф.

Подплыв к нему, я явно ощутил искомые мною накопители, иными словами, кристаллы. Железный шкаф не устоял перед моим ножом и уже через секунду показал мне своё нутро. А там было на что посмотреть. Сундучок, в котором лежали кристаллы, несколько мешочков с золотыми монетами. Два пистолета древних, револьвер и ТТ, он же тульский Токарев. Пришла мне на помощь с опознанием сестра. На самой верхней полке я обнаружил ещё один примечательный предмет. Это что-то типа хранилища. Аналогичные использовали, чтобы беречь вещи в сохранности. Они не горели и не пропускали влагу. Аналогичный я видел у Дориана.

— Интересно, что там внутри? Деньги? Драгоценные камни? «Фиолетовый кристалл?» — последнее я произнёс предвкушением. Ну, а вдруг.

— Скорее всего, судовой журнал, — ответила Олька. — Он является главной ценностью для любого капитана. А теперь тебе пора уходить.

И действительно, таймер показывал, что воздуха у меня осталось на пять минут и шесть секунд. Я схватил сейф и ящик с кристаллами и поплыл к выходу. Сначала я хотел оставить кристаллы, но потом вспомнил, как королева формиков поедала их горстями, и ту странную тварь, от лапы которой мне достался мой нож-коготь. Как-никак та гадина тоже питалась накопителями, извлекая их из своих мёртвых детёнышей. Я подумал-подумал и решил не рисковать, прихватив коробочку с собой. А то знаю я их. Стоит отойти, и тотчас заплывёт сюда какая-нибудь зараза и сожрёт мои кристаллики. До этого они, скорее всего, не могли дотянуться, так как стенки сейфа сделаны из довольно-таки толстого металла. А теперь, пожалуйста. Хрен вам.

Всплыв внутри и разместившись на жёрдочки, я, конечно же, первым делом глянул в сундук и был приятно удивлён. Серых и белых там было мало, процентов десять. А вот все остальные были зелёные и с пяток синих. Я понимал, что это принадлежит всем, и потому синие не стал трогать. Ну ладно, два я съел. Потом вычтут из моей доли.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Получено 1,3 единицы энергии.

— Какого?! — начал негодовать я.

— Олька, объясни мне одну вещь. Когда я проходил практику на Шри-Ланке и поглощал накопители, мне, бывало, за зелёный давало по пол единицы, а сейчас, съев два синих в сумме, получил всего 1,3. Как так-то? Да и в Турции Марат дал зелёный, из которого я получил почти целую единицу энергии. В том числе те что дала Вика и то дали куда больше.

— Не смогу.

— Почему? — не отставал я.

— Понимаешь, накопители природного происхождения нами не изучены. От слова совсем. Я же тебе рассказывала. Максимум, чего отец добился, так это перенастроил твои энергоканалы и дал возможность поглощать и впитывать природную энергию. А почему зелёный даёт больше, чем синий, хотя последний встречается куда реже, я тебе не скажу. Потому как без понятия.

— Я считал, ты всё знаешь. Раз участвовала в моём создании, — в ответ сестра рассмеялась, а отсмеявшись, ответила:

— Спасибо, конечно, но нет, к сожалению, не всё. И я не учёная, как наши родители. Я любила играть в видеоигры. Рисовать картины, сочинять музыку. Короче, твоя сестра творческая натура.

— А как же твоя помощь в моём создании, ну я про способности и прочее.

— Так я из игр идеи брала. По сравнению с нашими предками технологии Гармонии ушли далеко вперёд. И многое, что в то время казалось фантастикой, сейчас для жителей «нового мира» обычное дело. Вот я и рассказывала папке о любимых фишках, что понравились мне в той или иной видеоигре. А он, если был в силах, то внедрял её в твой биокорп. У тебя там много чего появится интересного, но нужна энергия много-много.

— Эм-м, ясно. Надо тогда аккуратненько уточнить этот вопрос у наших алхимиков в Ордене. Наверняка это как-то влияет на создание эликсиров.

— Почему бы и нет. И да, кстати, ты прав, Арти. Стоит подумать, почему так происходит. Но поверь, когда окажемся в Гармонии и уничтожим ИИ, сможем более детально изучить этот вопрос. Да и благодаря тебе у нас появятся много-много данных, плюс статистика.

— А эту вашу ИИ нельзя как-нибудь не уничтожать? А сделать более дружественной, что ли? Как я могу судить по вашим с отцом рассказам, Хельга очень умная, и мне кажется, с ней стоило бы договориться. Дабы она поспособствовала в очистке запретных земель. Ну, чтобы люди жили не только на большой земле, но и в других местах.

— Я не знаю. Тебе лучше спросить об этом нашего родителя. Но, на мой взгляд, это вряд ли возможно. Сергей Кириллович почти три тысячи лет пытался изменить её характер и заставить немного полюбить человечество, но, по его словам, он не достиг значительных успехов. Лишь небольшие изменения и уступки, не более того.

— Артур, не тяни, открывай уже коробочку. Хочу узнать, что за трагедия тут произошла.

— Как скажешь, — отложил я сундучок и взял в руки сейф.

Я открыл коробку и обнаружил внутри толстую книгу в кожаной обложке. Больше там ничего не было. На лицевой стороне было тиснение с названием судна и именем командира.

«Ревущий ветер» — фрегат его величества Генриха XIV.

Капитан Мейсон Блэк.

Открыв первую страницу, я с увлечением погрузился в чтение. В начале интересного толком не нашлось. Наблюдения кэпа, описание проблем с командой и так по мелочи, а вот к концу чтиво начало набирать обороты, став весьма занимательным.

2739 год, 12 августа.

Сегодня я был вызван лично к его величеству Генриху XIV. Наш разговор проходил тайно, и кроме начальника службы безопасности с нами никого не было.

Мне поручили важное задание: добраться до запретных земель и проникнуть в тайный бункер. Там, судя по записям, откопанным книжными червями, наши предки хранили оружие. Мне необходимо его забрать, а после как можно быстрее доставить к началу войны. Всё было строго засекречено. Поэтому с нами отправился человек СБ Самюэль Бри. Он должен проследить, чтобы никто из членов команды не проболтался, также он единственный, кто знает, как проникнуть внутрь.

Самюэль был интересным собеседником и умело играл в шахматы. За время путешествия мы весьма сдружились, а пара нападений на нас Очистителей сделали нашу дружбу ещё крепче.

2740 год, 13 марта.

До бункера мы добрались без особых проблем. Морские монстры нападали редко, а пиратов мы и вовсе не встретили.

Само хранилище нашлось именно там, где и должно было быть. А вот с проникновением внутрь вышла заминка, так как дверей, преграждающих нам путь, там было огромное количество, а, глядя на мигающие лампочки над ними, они ещё и до сих пор работали. Сирену этим червям в жёны. Бри же лишь разводил руками, не в силах справиться с замками. Медузу им в глотку, этим умникам.

2740 год, 22 июля.

На то, чтобы попасть в нутро бункера, у нас ушло почти сто дней. Оказавшись внутри, мы отправились на поиски оружия, якобы в этом месте наличествующего в огромном количестве. Да вот только ничего тут нет. Пусто. Точнее, мы нашли двадцать автоматов, столько же пистолетов и один пулемёт. Всё хранилось в смазке и оттого дошло до наших дней в прекрасном состоянии. Но ни о каких тысячах ящиках не могло быть и речи.

Бри ходил мрачнее тучи, ибо полагал, что удачно выполненное задание поможет ему подняться по карьерной лестнице, а тут такой облом. Ещё и звери стали нас атаковать с каждым днём всё яростнее и яростнее. Потеряв пятнадцать членов команды, я отдал приказ о возвращении на корабль.

Самюэль Бри было пытался остановить меня, но весомых доводов, почему нам здесь стоит задержаться, не привёл, оттого ему пришлось отступить. Зато хоть кристаллов раздобыли в приличном количестве. Давно хотел прикупить новый дом. Да и жену пора бы найти.

2740 год, 29 июля.

Помимо оружия, я, посовещавшись с командой, решил прихватить всё, что не приколочено. Множество артефактов предков перекочевало в трюмы моей прелести, или, как их называл Бри, — реликвии. Он был только за, мол, так есть шанс, что нас не сильно-то и накажут за провал. Вопрос, с чего это виноваты мы, что там не было оружия, я, конечно, задавать не стал. И так понятно, кого сделают козлом отпущения.

2740 год, 8 августа.

Сегодня умер наш баталёр. Поначалу он слёг с температурой, потом его рвало. Да так сильно, что он чуть ли свои потроха не выплёвывал.

Придав тело воде, мы пошли дальше. Но тут случилось страшное. Следом за Грегом заболел наш кок Джейсон, а за ним трое матросов — Джейк, Билли и Ясен.

В тот день СБ-шник выдвинул теорию, что в том бункере мог быть яд предков и мы прихватили что-то, что источает этот самый яд. Всё-таки все, кто заболел, не единожды спускались в трюм, к Грегу, что заседал в тесной каморке среди вещей, прихваченных нами. Дверь туда запечатали и поставили двух охранников.

2740 год, 13 августа.

Прошла почти неделя без того, что кто-то заболел. И я наконец облегчённо выдохнул. И стоило мне подумать, что всё хорошо, как мой старпом, делая доклад, упал на палубу, потеряв сознание. Спусти три дня он скончался.

2740 год, 15 августа.

«Ревущий ветер» — фрегат его величества Генриха XIV.

Третий день стоим в дрейфе.

Между мной и Бри состоялся диалог, он уверял, что необходимо как можно живее добраться до большой земли, показавшись лекарям короля. У них наверняка имеется лекарства, способные не дать нам умереть. Я же настаивал на том, что покамест не выясню, в чём причина, никуда не пойду.

Этот урод, вместо того чтобы принять моё слово, начал подбивать команду на бунт. Они с боем прорвались в каморку Грега и, вооружившись найденным оружием, направились в мою сторону. Но среди этих морских чертей не все являлись предателями, и Санчо старый друг, вовремя предупредил о разгорающемся бунте.

Верные мне парни заблокировали выход на палубу, не давая им выбраться наружу, и, следовательно, давая мне возможность совершить задуманное.

Сейчас я спущусь и взорву бочонок с порохом. Дабы моя прелесть упокоилась на дне морском. Ибо если мы попадём на большую землю, то есть шанс, что мы принесём им погибель. Теперь я, кажется, понимаю Очистителей и зачем они вообще появились. Пусть будет проклят Бри и наши предки навеки.

Всем удачи и выпейте за мою душу рому.

Капитан Мейсон Блэк.

Закрыв журнал, я ещё какое-то время просидел в тишине. Сотни мыслей вертелось в голове. Одно я понял точно. Этот Мейсон ценой своей и жизни членов команды, кажись спас большую землю от уничтожения. Крутой мужик он был.

— Оле, как мои дела?

— Небольшое переохлаждение. Ничего серьёзного не наблюдаю. Но всё равно. Достань-ка лучше несколько накопителей и проглоти, а я на полученную энергию усилю твой иммунитет. Мало ли какой вирус они прихватили из лаборатории.

Проглотив семь зелёных, я получил аж три единицы, хотя мысленно был настроен максимум на две. Всё тратить не стали, а только, как и хотели повысили иммунитет. Правда теперь на подпитку оного уходило каждый день 0,02. Вроде не так уж и много, но, когда их станет с десяток это станет ощутимой проблемой. Стоит озаботиться хорошим запасом на будущее.

Просидев до утра, я не скажу, что выспался и набрался сил, но чувствовал себя более или менее прекрасно. Перекусив остатками еды, я, выпив поочерёдно набор эликсиров, отправился исследовать корабль. В этот раз я решил зайти через пробоину.

Прочитав журнал, стало понятно, почему нигде не обнаружилось тело. Его, похоже, разорвало на куски, когда он взорвал бочонок с порохом. Впрочем, не он был моей целью, а желание найти что-нибудь ценное из того, что они вынесли из той лаборатории. Боялся ли я заразиться? Очень, и потому в комнату Грега я ни ногой, а вот прихватить пулемёт и несколько автоматов, о которых говорилось, я был не против. Это оружие может нам пригодиться.

Ящики я нашёл быстро. Открывать их не стал, так как на них была маркировка, и Оля сразу подсказала, какие из них нам нужны.

Выбравшись на поверхность, я услышал слитный вздох облегчения.

— Что, похоронили Артурчика? А вот фиг вам, — улыбнулся я, замечая, как лица близких мне людей расслабляются и на них появляются не смелые улыбки.

— Дориан, спускай шлюп. Будем загружать «добром». После чего я следующую неделю проведу в нём. Я прочитал судовой журнал, и там говорилось, что хватало трёх дней, для того чтобы понять, болен человек или нет.

— Хорошо, сделаем, — на палубе засуетились все. И это естественно, всем хотелось узнать, что же я там такого нашёл.

До самого вечера мы поднимали ящики и грузили их в ялик. Вместе с оружием я прихватил и пару ящиков с патронами. На всё про всё у меня ушло семнадцать вылазок. После таких нагрузок мне хотелось одного — жрать. Поев горячей похлёбки, я поблагодарил Ичиро озаботившегося этим и вновь нырнул.

Мой путь лежал в каюту Мейсона. Очистив сейф капитана, я последний раз огляделся и, не найдя ничего ценного, стал продвигаться по коридору, желая сегодняшнюю ночь переночевать в лодке. И в этот момент передо мной возникло несколько существ, чьи глаза светились голубым. В них будто молнии искрились. Секунду мы играли в гляделки, а после эти гадины рванули в мою сторону, я же, наоборот, от них.

Я понимал, что не успеваю добраться до каюты Блэка, поэтому нырнул в проём, ведущий на уровень ниже. Там, пробираясь через трупы, я искал путь к спасению. Удача мне улыбнулась: люк, ведущий вниз, был открыт, и я успел нырнуть в него, закрыв за собой. Это дало мне преимущество в доли секунды перед тварями.

В голове возникла идея выбраться через выбоину. Пусть они долбятся в люк, а я спокойненько выберусь наружу. Воздуха оставалось достаточно, но всё равно стоит поторопиться. Но твари не были глупы и ринулись в обход. Что примечательно, они не расталкивали трупы, а аккуратно оплывали их. Похоже, чуяли в них заразу и потому не прикасались. Какие умные. Чтобы вы сдохли, — пожелал мысленно, а сам вплыл через люк на самый нижний ярус.

В этом месте мертвецов было больше всего, и большинство обезображено, как и те, кого я встретил в начале. Вроде уже встречал их, но, честно скажу, мне было жутко и даже очень. Создавалось ощущение, что вот-вот, да и хватит кто-нибудь за ногу.

Кстати, у четверых я наблюдал оружие предков, что висело через плечо. И, судя по одежде, отличавшейся в лучшую сторону, тот, кого я именно сейчас рассматривал, и был тем самым Самюэлем Бри.

— М-да. Выглядишь так себе.

На шее я приметил медальон, но брать не решился. Ну его к чертям.

Дверь в коморку Грега я также заметил. Она, к моему удивлению, была открыта, и я всё-таки заглянул туда. Понять, что тут навалено, не представлялось возможным. Кто-то остервенело распорол ящики, вываливая их содержимое наружу.

— Я бы на твоём месте здесь ничего не трогала. Всё же не бессмертный, а твоя защита не стопроцентная.

— Помню, — ответил я и оттолкнулся от стенки, придавая себе ускорения. В конце коридора имелась ещё одна дверь, за которой и должен быть основной трюм. Вскрыв его, я попал к месту, где капитан подорвал себя, пуская судно на дно и таким образом спасая, возможно, человечество.

Я, готовый в любой момент вернуться, высунул осторожно голову наружу из пробоины. Вроде никого не видно. Ладно, рискнём.

Таймер в углу показывал, что мне осталось чуть меньше трёх минут. Доплыть до шлюпа я не успевал, а потому мой путь лежал в сторону колокола.

Гребя руками, я постоянно оглядывался. Вокруг была тишина, погони не было. Но я не расслаблялся. Именно моя насторожённость спасла мне жизнь.

В очередной раз обернувшись, я заметил, как ко мне стремительно приближаются те самые существа, которых Олька опознала как — европейский конгер. Правда, эти существа совсем не были похожи на их предков. Если раньше угри достигали максимум полутора метров, то эти были как минимум все три. «В обхвате шестьдесят семь сантиметров», — сообщила мне сестра.

— И зачем ты мне это говоришь? — гребя что было сил, спросил я.

— Для общего образования.

Каким-то чудом мне удалось заплыть внутрь. Только морских чудовищ это не остановило, как я втайне надеялся. Они начали поочерёдно выныривать из воды, пытаясь ухватить за ногу. Одной из тварей удалось меня подцепить, но моя кожа куда крепче, и потому я получил неглубокую рану. Что начала стремительно зарастать, а энергия так же стремительно таять.

Олька вовремя отключила боль, ибо в совокупности со страхом я вполне мог свалиться с жёрдочки. Морды у них были страшны до такой степени, что мертвецы на затонувшем корабле по сравнению с ними просто красавцы.

Держась правой рукой за крюк, я встал ногами на сиденье, а левой, вооружённой ножом-когтём, бил по выныривающим мордам. Лезвие неизвестной до сих мор животного, легко проходило сквозь кожу угрей, убивая, но не всех с первого раза. Промелькнула мысль, что и эти отвалят, занявшись мёртвыми сородичами, но не тут-то было. Гады продолжали свои попытки откусить кусочек, не считаясь с потерями. Так продолжалось минут десять, за это время я получил ещё два ранения, но при этом убил пятерых. Да только меньше их почему-то не становилось. И вдруг колокол, в котором я сидел, содрогнулся от мощного толчка. Не удержавшись, я полетел вниз, погружаясь в воду. Я думал, всё, моя песенка спета, но Олька посоветовала глянуть себе за спину.

ТВОЮ НАЛЕВО!!! — закричал я, пытаясь забраться внутрь. Правда, смысла уже не было, так как колокол от полученного урона дал трещину.

— А ты чего такая спокойная? — В ответ тишина. — Что мне делать?

На меня неслось громадное существо с открытой пастью. В которой я наблюдал несколько рядов острейших зубов, готовых откусить кусок, да какой кусок, оно проглотит и не заметит. Что ж так не везёт-то, а?

Как говорится у русских: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Когда новоприбывшему хищнику оставалось до своей цели каких-то полтора метра, между нами проплыл конгер, желавший атаковать первым, и страшная громадина сомкнула челюсти в попытке перекусить неудачника пополам. Угорь оказался не так прост. В ту же секунду он атаковал, выпустив электричество, отчего челюсть хищника свело в судорогах, как и его самого. Конгеры резко переключили своё внимание с более мелкой и юркой добычи на огромный, но ещё живой кусок мяса, начав откусывать от неё здоровые шматки.

— М-мм, а это необычно.

— Что именно? То, что они напали на него, или то, что не отвечала? — Находясь в шоке от происходящего, зло спросил я.

— Конгеры времён предков не имели возможности применить электричество. На это были способны совсем другие угри, — проигнорировала сестра. Ответив только на основной вопрос.

Дожидаться окончания схватки я, конечно же, не стал. А проворно перебирая руками и ногами, поплыл к лодке. Когда я отплыл примерно метров на двадцать, обернулся и увидал совсем другую картину. Картинка была нечёткой, но этого было достаточно, чтобы понять — ситуация изменилась. Скуалус, в простонародье — акула, пришла в себя и принялась атаковать угрей. Теперь она действовала куда резвее, не давая тем применить свои способности.

Я забрался на ялик и стал ждать нападения. Я понимал, что после того, как он наестся тварями морскими, он наверняка захочет полакомиться мной. А шлюп для него не станет преградой. Однако подняться на корабль я не мог. Лучше умереть в сражении, чем заразить всех, кто там есть.

— Артур, какого хрена там у тебя произошло? — заорал Ворчун, перегнувшись через борт. — Все троса к херам вырвало. Люди едва удержались, чтобы не полететь в море.

— Акула в гости пожаловала, — ответил я, а сам продолжал пристально наблюдать за водой. — Решила, что из Артура выйдет замечательный ужин.

— А тебе, значит, идея быть её ужином не зашла? — захохотал Абу, а я отрицательно замотал головой.

— Я не вкусный.

— Переберёшься к нам?

— Нет. Могу заразить. Поверь, друг, если бы видел то, что видел я, то уже рубил канат, связывающий нас.

— А сейчас-то чего высматриваешь?

— Её, родимую, здоровенную скуалус собственной персоной.

Ворчун на миг пропал из виду, а когда появился, держал в руке копьё.

— Лови, — и кинул мне оружие, — с ним сподручнее.

Поймав копьё за древко, я приготовился ждать. Все, кто сейчас находился на палубе, молчали, дабы не отвлекать меня. Народ прекрасно сознавал: из нас двоих выживет только один.

Я же надеялся, что они здорово друг друга измотали, а потерянная кровь лишила её основных сил. В том, кто выиграет в схватке, я конечно же не сомневался.

Скосив глаза в правый верхний угол, тяжело вздохнул. Энергии осталось всего 0,7 ед. Большинство ушло на регенерацию и часть на усиление мышц. Дабы я быстрее добрался до «спасительного» шлюпа.

Благо элексиры ещё действовали, и приближение морского дьявола я приметил заранее. Времени мне вполне хватило, чтобы сдёрнуть «Фуерза» с пояса и выпить.

— Когда она подплывёт или это он, не важно, короче. Вложи остатки энергии в силу, чтобы я не отвлекался. Хорошо?

— Сделаю.

Акула набрала приличную скорость, желая покончить со мной одним ударом. Да только кто же ей даст. Ещё в тот момент, когда до столкновения оставались считанные сантиметры, я прыгнул ему навстречу, держа древко двумя руками и вгоняя наконечник копья чётко меж глаз. Мой удар был настолько силён, что двухметровое копьё ушло до середины, пробивая мозг, а следом и сердце.

— Краем уха я услышал, как кто-то на корабле вскрикнул — Мамочки. Видимо Вика.

По инерции мёртвая туша всё же саданула в шлюп, опрокидывая его, но корпус не повредило. Спасибо тем корабелам, что его построили.

«Надо будет поставить им выпивку», — мелькнула мысль, когда я держался за киль ялика.

Спустя какое-то время лодку перевернули. Затем скинули несколько тёплых одеял и предали горячей еды. Поев и закутавшись в них, я мгновенно уснул. Разговаривать с кем-либо желания не было никакого. Народ также не решился меня беспокоить, предпочтя оставить разговоры на завтра. Правильно, завтра, всё завтра.

Интерлюдия Сокотра.

Домой, на остров Сокотра, прибыло судно с пятью членами ордена. Их никто не встречал, так как весть о своём прибытии они не отправляли. Войдя в двери замка на горе, орденские своим появлением нарушили ежедневную рутину. Совет старейшин, как и большинство народу, собралось во дворе замка. Все радостно приветствовали Хэла, считавшегося погибшим. Особенно радовались дети, кого он воспитывал и обучал премудростям искателя. К удивлению самого Гарольда, из толпы выбежал Римус и крепко обнял учителя. Мужчина же не удержался и обнял парня в ответ. В то же время сам размышлял, откуда он здесь взялся. Поскольку он вроде как должен был быть в запретных землях с Боромиром.

— С возвращением домой, друг, — проговорил Шед, выходя на середину площади. — Мы рады, что слухи о твоей смерти оказались слухами.

Альберт понял, почему тот назвал его лишь по имени, без упоминания приставки «наставник». Им ещё предстоит решить, как с ним поступить, а перед этим выслушать доклады. Ибо суд старейшин справедлив. По крайней мере, к членам ордена.

— И я рад вернуться в родную обитель, — отодвинув от себя ученика, ответил Хэл.

Спустя минут десять все разошлись по своим делам, а старейшины в сопровождении Альберта и Гарольда отправились в комнату, где и свершиться суд. Тянуть смысла не было. Да и что способно быть важнее чем семья.

Первым взял слово виновник случившегося. Он поведал главам ордена историю своей жизни с того момента, как его подстрелили, и до встречи с Ловким в Джуфии. Затем всё внимание переключилось на Альберта, который поделился сведениями о деятельности наставника, которого все считали пропавшим без вести.

Слово «мёртвый» не звучало как в стенах замка, так и за пределами оного. Пока тело не будет найдено, член семьи считается пропавшим. И в этот раз все вновь смогли убедиться в том, что основатели были правы. Вводя данное негласное правило.

— Хорошо, мы вас услышали. Решение совет вынесет через час. Только прежде, чем вы выйдете, ответьте мне вот на какой вопрос. Вы, когда напились, приготовили для принцессы какой-то подарок на прощание, а ныне королевы Адеолы, новообразовавшегося королевства. Меня сжигает любопытство, что вы ей подарили?

Наставники переглянулись и буквально заржали, словно лошади. Вытерев слёзы, выступившие от смеха, Аль, продолжая улыбаться, произнёс:

— О-о-о поверьте, наш дар она запомнит до конца дней своих.

***

Королевство Авиталь.

Столица Новум.

Дворец её величества Адеолы первой.

Настоящее время.

Адеола проснулась в прекрасном расположении духа. Открыв глаза, она увидела за окном восхитительную картину: голубое небо, яркое солнце и стаю птиц, направляющихся на запад. Этот момент стал для девушки знаком, что сегодняшний день будет наполнен радостью и позитивом.

Стоило ей подняться, как тут же в двери влетели служанки. Первые спешно стали менять бельё на кровати, вторые раздевать принцессу для принятия водных процедур.

Юная королева прошла в соседнюю комнату и погрузилась в купель, наполненную горячей водой вперемешку с ароматными травами и до краёв белой пеной.

— Вы сегодня через чур тихие. Что-то случилось? — поинтересовавшись, монаршая особа продолжила водить рукой по пене. Обычно их не заткнёшь, пока не выболтают все новости, а тут тишина.

Не услышав ответа, девушка обернулась. Лица служанок были белее мела.

— Отвечайте своей королеве! Что случилось? Почему вы молчите? — в гневе воскликнула венценосная особа.

Галина, старшая служанка, выбежала из комнаты и через несколько секунд вбежала обратно, держа в руках большое зеркало.

— Ваше величество, взгляните сами, — сказала она и отвела взгляд.

Королева, поражённая таким странным поведением служанки, вышла из воды и посмотрела в зеркало.

— И что? Я не вижу ничего необычного. Лишь прекрасное тело, которое хотят заполучить все мужчины на земле.

— Спина, — едва слышно произнесла новая служанка, которую звали Карина.

Адеола повернулась и увидела на своей некогда белоснежной спине, похожей на чистый лист бумаги, множество тёмных пятен.

— Что это? — в ужасе воскликнула она.

— Волосы, ваше величество, — ответила Карина, не поднимая головы.

— Какие ещё волосы на моей спине? — начала она кричать.

Карина хотела промолчать, но, испугавшись, всё же ответила:

— Чёрные и длинные, как у собаки.

И тут её осенило. Вчера утром она впервые воспользовалась подарком алхимика, который помог ей достичь своих целей. К её удивлению, он не держал на неё зла и притом преподнёс бесценный дар в знак признательности за всё хорошее, что она для него сделала. Подарком являлось масло, что при нанесении на кожу омолаживало её, делая похожей на кожу младенца.

Я отомщу тебе, Гарольд, чего бы мне это не стоило — сделала себе засечку в памяти королева, а вслух произнесла совсем другое.

— Придворного алхимика ко мне, СРОЧНО!

***

Орден искателей истины.

Спустя час.

Двери распахнулись, и вышедший в коридор Леонард пригласил ожидавших решение совета.

— Мы обсудили и приняли решение: отныне вы не имеете права покидать остров и брать учеников. С сегодняшнего дня вы назначаетесь учителем в средних группах.

— Погодите, но-о я не готов. Назначьте лучше в начальную.

Видя, что старики никак не реагируют на мольбы. Он продолжил свои попытки.

— В этом возрасте они через чур агрессивны. У них это как его… — защёлкал пальцами Гарольд.

— Переходный возраст, — пришёл ему на помощь Альберт.

— Да-да он самый.

— Нет, — ответили ему хором совет.

— Надолго? — обречённо произнёс старый-новый наставник.

— Сто пятьдесят лет, — ответил Лео.

— Эм-м... Это шутка? Я столько вряд ли проживу, — невесело улыбнулся бывший, а теперь снова действующий наставник.

— Ах да, забыл упомянуть. В качестве дополнительного наказания, дабы вы нас раньше времени не покинули, вам Гарольд придётся дважды принять эликсир омоложения.

— Эм-м, это что шутка? — повторился Хэл. — Может, не надо так жёстко? Я же не предал орден. Давайте лучше я на кухню работать пойду или на склад добро перебирать. Чего я вам плохого сделал?

— Решение принято и обжалованию не подлежит.

— Прости брат, знал бы сам тебя прикончил, — произнёс Аль сдерживая смех.

Глава 5

Глава 5.

Пункт назначения.

На следующий день, плотно поев, я принялся доставать то, что вчера вновь кануло в морскую пучину. Недалеко от покоящихся на дне ящиков лежала мёртвая туша скуалуса. За ночь её облепили сотни более мелких гадов, устроив себе настоящий пир.

Закончил я ближе к обеду.

Всё это время меня одолевало жгучее любопытство. Всё-таки я не терял надежды стать тем, кто найдёт фиолетовый кристалл. Хотя, если вспомнить, то я уже находил накопитель необычного цвета — жёлтого. В логове королевы. Однако дал он сущие крохи.

А ещё, кажется, я потихоньку начинаю ненавидеть воду.

При моём приближении вся пирующая мелочь бросилась в рассыпную. Давая более крупному хищнику взять причитающееся.

С моим чувством определения кристаллов отыскать его не составило особых проблем. Уже через шесть минут я всплыл, держа в руке розовый камушек.

Многие, включая Викторию, пытались выведать, что же там я нашёл и какого хрена вчера вообще произошло. Но я хранил молчание. Не из вредности, конечно, просто не хотел рассказывать всё по десять раз. Вот завтра, если ничего не случится, то, забравшись на борт и приведя себя в норму, поведаю всем о случившемся.

Утро следующего дня встретило ярким солнцем и прохладным ветерком.

— Доброе утро, сестра. Как наши дела?

— Доброе. Всё отлично. Организм здоров на 95 процентов.

— Эм-м. А почему не полностью? — застыл я. — Вроде чувствую себя прекрасно. Вместо ответа я получил ворох сообщений.

«Артур — биологический вид человек. Возраст — восемнадцать лет. Версия биокорпа — 17-я. Установлена операционная система „Гармония“, редакция „Разведчик“ расширенная».

Перех на вторую стадию завершён.

Распакованы и установлены следующие обновления.

Дыхательная система — версия 2.0.

Усилен кожаный покров (повышена регенерация, эластичность, контроль тепловыделения), — версия 2.0.

Остальные улучшения без изменений.

Расходы энергии на установку обновлений увеличены от 10 до 15 процентов.

Умения, требующие постоянной подпитки.

Повышенный иммунитет, расходы 0.02 в сутки — отключён. Недостаток энергии.

Биокорп имеет следующие повреждения.

Кожаный покров: повреждения составляют 2 процента — восстановление приостановлено. Необходимы строительные материалы (белки, углеводы…).

Мышечный каркас: повреждения составляют 3 процента — обнаружены множественные разрывы тканей, восстановление приостановлено. Необходимы строительные материалы (белки, углеводы…).

Мысленно смахнув справку в сторону, как она меня учила, я, осознав, что яд предков не подцепил, хотел было уже вернуться на корабль, но передумал. Вместо этого отцепил ялик и, схватившись за вёсла, направился к берегу. Лучше подождать ещё сутки, как планировал. Мало ли.

Идея была проста: закопать оружие и забрать его по возвращению. Оно опасно и может привести к печальным последствиям. Вообще зря его вытащил оттуда. Так-то я понимаю, почему решился его забрать. Всё из-за записей Мэйсона, где говорилось о невероятном количестве напавших на них изменённых, ну и естественно я не забыл о бунте. Нам такого не надо. А ещё я подсознательно не хотел терять людей, отправившихся с нами. Понятно, они все люди взрослые и знали, на что подписались, но юношеский максимализм брал своё. Да я знаю, что это такое. Моя сестра всё объяснила, и я был вынужден с ней согласиться. Себе же оставил два пистолета, найденных в сейфе капитана, и пулемёт, решив на всякий случай прихватить с собой. Как и боеприпасы.

До самого вечера я таскал ящики в лес. Хорошо, что в шлюпке нашлась лопата, закреплённая к бортику. Почему-то о ней я сразу не подумал. Было бы невесело возвращаться.

Закончив, я развёл костёр дунул в свисток. Сидеть у огня в одиночестве не было желания. А болтать с сестрой… Ну, в общем, я захотел увидеть питомца.

— Ой, да признаю уж, что соскучился. А то сидит тут такой, придумывает отмазки разные. И сестра ему не собеседник. Тоже мне…

Примерно через пять минут я набрал полные лёгкие воздуха и уже собирался подуть ещё раз, как вдруг услышал хлопанье крыльев.

Рядом со мной приземлился Фулгур. Его размеры значительно выросли, он, конечно, ещё не Аквил, но уже близко. Обильное питание изменённым мясом и кристаллами делает своё дело. Всё-таки Ирландия мало посещается, если вообще сюда заходят вольные искатели. Потому животных здесь видимо невидимо. Рай для таких как мой питомец.

Я и сам, кстати, начав поглощать их, в таком количестве заметно увеличился в размерах. Хорошо живот не растёт. Или это из-за накопителей?

— Звал? — возник в голове вопрос от питомца.

— Да. Хотел узнать, как у тебя дела?

— Всё хорошо, родитель. Развитие идёт.

— Я вижу. Совсем большой стал. Скоро будешь грозой всей Ирландии, — поняв его заминку, поспешил объясниться: — Я имел в виду всех здешних земель.

— Я буду стараться, родитель. И стану сильным.

Знаете, что поразило? Как легко я воспринял новость о том, что изменённый научился говорить. Да, мысленно, но всё же. Олька была не меньше в шоке чем я, и она убеждена, что они обрели разум за счёт этих цветных камушков. А вот откуда они взялись, сестра не знает и причём не представляет, как это могло произойти. Ничего подобного не было во времена предков.

После непродолжительной беседы мой питомец, отойдя в сторону резко взмыл вверх, но отсутствовал он недолго. Буквально через полчаса он притащил к костру свежую тушу молодого апера. Килограмма на пятьдесят.

— Чувствую слабость, тебе нужны силы, — и подвинул клювом ко мне тушку.

— Благодарю, Фулгур. Я и вправду весьма голоден. Последние пару дней выдались те ещё….

Мой организм, видимо, настолько был без сил, что я съел около шести килограмм мяса. Прежде чем насытился. Остальное доел питомец.

Я дал ему попробовать приготовленного мясца, но он выплюнул со словами:

— Глупо. Силы мало.

Ну да, когда жаришь мясо, полезные свойства по большей части сгорают. Но есть сырое я не намерен. Пока что.

— Фулгур, ты же понимаешь, что я тебе не родитель? Мы совсем разные.

Я решил поговорить начистоту. Мне не хотелось строить отношения с ним на лжи. Это было бы неправильно. Да и противно такое.

— Да.

— Но память прародителей говорит: кто с тобой во время твоего рождения, тот с тобой навсегда.

— Интересная эта ваша «память», — проговорил я, ковыряясь щепкой в зубах.

— Если ты мне не родитель, то кто?

— Я бы предпочёл быть тебе братом. Как смотришь на то, чтобы называть брат Артур? Ну или можно Арти.

— Брат Арти. Хорошо. Я буду звать тебя брат Арти.

— Можно просто Арти.

Достав из кармана розовый кристалл, я показал его питомцу на раскрытой ладони.

— Знаешь, что это?

— Да.

— И что же? — от возбуждения, что сейчас получу ответ на главный вопрос человечества, я подался вперёд.

— Развитие, сила, память предков, связь с ней.

— О какой связи ты говоришь? С кем с ней?

— Нашей, абсолютной, прародительницей. Не хватает развития объяснить.

— Тебе что-нибудь ясно?

— Не-а, но очень интересно, — ответила сестра, явно с интересом слушающая нашу беседу.

— Лови, — кинул я ему розовый камушек, и тот ловко поймал его, сходу проглотив. Жалел ли я? Определенно нет. Получилось добыть один раз, получится и ещё.

— Благодарю тебя, Арти. Это даст много развития. Подобного нет в здешних землях. Я искал. Мало силы, слабые носители.

— Знаешь, я тоже такого нигде и близко не встречал. Это мой первый розовенький. Но ты мой младший брат, а моя семья должна быть сильной. Сильна семья, силён и я, — процитировал я слова старейшин.

— Я запомню эти слова, старший брат. А теперь мне пора, время охоты, время развития.

— До скорой встречи, Фулгур.

Он сделал несколько шагов в сторону, а затем, расправив крылья, взмыл в воздух, стараясь не поднимать пыль.

Я ещё немного посидел на берегу, а затем вернулся в лодку. Я решил провести ночь в ней, так как на волнах мне намного легче заснуть.

Рано утром, когда я проснулся, то ещё раз проверил себя на наличие каких-либо изменений. В очередной раз убедившись, что со мной всё в порядке, поплыл к кораблю. Съев два зелёных, я получил 0,5 десятых энергии. Маловато, конечно, но что поделать. Стоит часть отдать народу, а то зря, что ли, они столько корячились с этим колоколом. Зато этого хватило, чтобы восстановить биокорп до 100 процентов и ещё осталось целых 0.1, а потому «Повышенный иммунитет» снова активен.

На палубе встречало двое: Дориан и Виктория. Не успели мы перекинуться и парой фраз, как из своих кают поднялись на палубу абсолютно все, включая Марию с Джованни.

— Ну как, жить будешь? — подходя спросил японец с серьёзным лицом, а глаза так и смеются.

— Туше, учитель, — ответил я, расплывшись в улыбке. — Но вот когда нёсшийся сквозь толщу воды белый скуалус, размерами с наш ялик, я не был уверен в том же самом.

— Погоди, Арти, рассказывать, — остановил Дориан. — Бьерн! Зелень подкильная. Где тебя носит?

— Да здесь я, капитан, — из окружившей нас толпы вышел мужчина, своим видом больше напоминавший шар. Это был наш нетерпеливый кок — Бьерн. При всех своих необъятных размерах этот человек бился как сам сатана, орудуя двумя кинжалами. Я лично наблюдал за ним во время того, когда нас на абордаж взял Железный Арни. С таким, как он, шутки плохи, и я ещё ни разу не слышал, чтобы кто-то пошутил насчёт его лишнего веса. Дураков тут нет.

— Накрывай поляну, сегодня гуляем, а завтра отплываем, — команда встретила слова капитана радостным возгласом.

Не прошло и пары часов, как всё было готово, и все сидели за столом, а члены команды — ну, они кто где. Всё же среди нас были знатные, кому не пристало сидеть за одним столом с обычными людьми. Мне это было не по нраву, но лезть со своим «фи» я не собираюсь. Так было и так будет. Не мне менять устои.

Утолив первый голод, тишина воцарилась на корабле, и все уставились на виновника в моём лице в ожидании рассказа.

Сделав ещё глоток воды, я начал повествование, негоже людей заставлять ждать. Никто не перебивал, всё слушали внимательно. Рассказ я, несомненно, подготовил заранее, и про те ящики, а точнее, что в них, я не сказал, заменив оружие на бутылки с вином. Понимаю, когда вскроется правда, им станет обидно, но ничего, переживут. А это главное.

В конце рассказа я открыл сундук с кристаллами, все без исключения восторженно ахнули. Мало кто видел столько зелени за раз. Разве Мария Медичи, ну, может, Виктория, и то не факт. Притом, когда мы с Мариком, Абу и Джафаром вышли из муравейника, наш улов был намного скромнее.

— Ящики выкупит орден. Те, кто пожелает, смогут получить бутылку вина, а кто не захочет — получит золото.

Естественно, что Дориан был в курсе, о содержимом. И поддержал моё решение.

— За столько лет в них, наверное, уже не вино, а ослиная моча! Лучше уж золото, капитан, — выкрикнул кто-то из команды. Остальные же моряки поддержали говорившего.

— Триста акул вам в глотку. Принято! — с силой ударив по столу ладонью, провозгласил командир судна.

Обнаруженный пистолет-револьвер я при всех подарил Дориану в знак уважения. Попутно рассказав о том, сколько раз этот человек выручал в трудную минуту и да не отказывал в помощи. Ни в жизнь не думал, что грозный командир способен так смущаться. До такой степени что сквозь густую бороду я приметил покрасневшие щёки. Ух и стесняшка. Вслух я этого, конечно же, не произнёс. Мне ещё жить хочется.

День за разговорами прошёл незаметно. Как говориться — отдыхать не работать. Вечером, когда мы с Викой остались одни, я достал из сумки пистолет.

— Это мой тебе подарок. Тульский Токарев, он же ТТ. Знаменитое оружие русского народа. Завтра я его почищу и приведу его в надлежащий вид. А после научу тебя из него стрелять. Станет так сказать тебе помощником от назойливых мужчин. Хе-хе.

Хорошо, что в комплекте были все необходимые инструменты для ухода за оружием. Видимо, Мэйсон Блэк был очень ответственным человеком. Мне предстоит не так уж много работы. А ещё он выглядел великолепно со звездой на рукояти. Не стыдно было дарить.

— Спасибо, — приняла она оружие дрожащими руками. — А оно не опасно?

— Нет, конечно. Да не переживай так, я знаю, как с ним обращаться, — соврал я. Ну не соврал, а приврал немного. Оле обещала за ночь всему обучить. Но терзаю смутные сомнения, что ночью мне станет до этого.

Отложив оружие, рыжеволосая девушка, тяжело дыша прильнула ко мне.

— Знаешь, я ни разу в жизни ни за кого столько не переживала. Каким-то шестым чувством я верила, что с тобой всё будет хорошо. Почему так, сама себе объяснить не могла, но верила. Прошу тебя об одном, Артур, не оставляй меня.

***

Следующий месяц пути мы провели без каких-либо особых происшествий. Пройдя Кельтское море и войдя в Северное, мы почти достигли первой точки. До места высадки оставалось не так много, и скоро мы начнём наше путешествие по суше.

Дабы не упускать время впустую, я сосредоточился на обучении бою против нескольких противников. В роли них выступили Джованни со своими людьми, Борода, что был освобождён на это время от работы по моей личной просьбе, и Ичиро. После наших тренировок с холодным оружием я приступал к практике с огнестрельным оружием, обучая Викторию, кэпа и ещё двоих, что представили к пулемёту, который мы установили на корме. Правда, уже к следующей практике к нам присоединились все, включая Марата, Абу с Джафаром. Патронов было не так уж чтобы много, но базовые знания получили все, даже Мария не отказалась научиться.

Гард задал как-то вопрос, откуда я в столь юном возрасте столько знаю и умею? На что тут же получил слитный хор голосов — у них хорошая библиотека. Мне же оставалось только закатить глаза.

***

Точка прибытия: 53.598129, 8.393082.

— И так, товарищи компаньоны. Мы прибыли в пункт назначения. Дальше топаете ножками, — сообщил всем радостную новость временный командир корабля «Алый рассвет», расхаживая по палубе с револьвером за поясом.

— Часть команды отправиться с вами, как мы и договаривались. Оставшиеся же займутся обустройством лагеря на берегу. А также после проверки запасов мы скорее всего займёмся заготовкой еды на обратный путь. Кто отправляется, а кто остаётся?

В итоге пошли все. Ну, кроме капитана, он остался руководить работами.

Из моряков, кого я знаю, с нами пошёл Гард «Борода», Стив «Сотка» с сыном Робертом. Кстати, отлично показавшие себя на заготовке дерева и в сражении с аперами.

Эцио, учитель Вики, отказался, сославшись на возраст, и я был с ним согласен, и потому настаивать не стал. Одно дело обучать, другое — сражаться с хищником. Скорость и реакция — вот что важно. А тут твари бродят такие, что моргнуть не успеешь, как окажешься в чьей-то пасти.

На сборы, переодевание и подготовку всего необходимого нам потребовалось шесть часов. В какой-то момент я подумал, не пойти ли вперёд одному и не разведать обстановку, но отказался от этой заманчивой идеи. Никто не сможет присмотреть за «моей» девушкой лучше, чем я.

Кроме того, удивило, что Эдвард не отправил с ней охрану. Племянница короля прибыла в Карфаген в сопровождении всего лишь двух пожилых женщин и кучера лет пятидесяти, полностью седого. Почему так не понятно. С той же Марией куча народу, а она далеко не родственница короля.

Но вернёмся к Вике. Девушка выглядела потрясающе в своих кожаных брюках и куртке. Хотя этот костюм и создавал впечатление будто сшит для красоты, облегая тело, на самом деле был создан исключительно для защиты. Одежды были выполнены из дублёной кожи с металлическими бляшками, которые надёжно фиксировались. На поясе висел ТТ и пара кинжалов. Через плечо висела сумка, собранная лично мною.

У неё было достаточно времени, чтобы подготовиться к нашему походу, и она его потратила с умом. Явно кто-то знающий помогал ей в подготовке к путешествию, но я так и не удосужился спросить. Я понял одну вещь: когда я с ней, у меня из головы вылетают все вопросы.

Тряхнув головой, я постарался выкинуть её образ из головы, сосредоточившись на походе. Честно признаюсь, получилось так себе.

— Уважаемые, слушаем внимательно! Если, конечно, хотите выжить. — Встал я так, чтобы все видели, кто говорит. — Запомните главные правила. Не жрать никакие ягоды, в том числе те, что вам якобы знакомы. Если я сказал «стоять», вы замерли и не двигаетесь. Услышали «бежать», значит, несётесь и не оглядываетесь. Помните, нас много, и мы будем привлекать внимание всех тварей в округе. Поверьте, их вряд ли испугает наше оружие или наша численность. Так как народу больше десятка, то, скорее всего, стоит ждать нападения стайных животных. Будьте осторожны. По одному не ходить, по двое — тоже. Захотели отойти до ветру — взяли с собой двоих, а лучше четверых. Далее. Из всех собравшихся опыт есть только у некоторых. Поэтому сейчас мы все разделимся на группы. Чтобы каждый не бегал ко мне с вопросами, а шёл к своему главе отряда. Главой первой группы назначается Абу Мариус. Вторая — Джафар ибн Фахим. Третья — Марат Алтынов. Четвёртая — Гард «Борода». Пятая и последняя — Леоне Медичи.

«Леоне Медичи. Мужчина, сорок два года. Младший брат Джованни. Девять лет опыта хождений в запретные земли. Занимался поисками артефактов исключительно для рода Медичи. Был командиром отряда искателей, состоящего из людей рода. Почему был? Однажды после очередного спарринга мы с ним сидели на палубе, и он рассказал мне грустную историю. И не только мне, ведь кроме нас с Викой на палубе находилось много других членов команды и наших спутников.

В тот роковой день сердце подсказывало ему, что грядут неприятности. И они не заставили себя ждать, явившись им в виде огромного бурого урса. Хищник напал на отряд ранним утром, когда одни ещё спали, а другие только просыпались. В схватке с изменённым он потерял большую часть команды.

Его старший сын Алессандро, который уже пятый год ходил с ним в походы, остался инвалидом, потеряв левую руку. Сам Леоне в бою с самым опасным животным, (по моему мнению), лишился половины правого лица и части плеча. Сейчас-то он выглядел как новенький, и всё с помощью эликсира «Вита» высшего уровня, который он всегда носил с собой на случай подобных травм. Этот эликсир был приобретён главой их рода за огромную сумму денег и предназначался исключительно для тех, кто носит фамилию Медичи. Я не стал заострять на этом внимание. Да, мы иногда продавали его, но цена была настолько высокой, что проще было обратиться к чёрным алхимикам. Но пометку у себя в голове сделал. А с другой стороны, они весьма богаты и могли себе его позволить.

Почему он не отдал этот эликсир сыну и не попытался срастить ему руку? Пока шло сражение не на жизнь, а на смерть, конечность утащил ларум.

«Эта тварь могла. Та ещё гадина», — высказался потом Ворчун.

Я с господином Ичиро Токугава идём впереди и разведываем путь. Леоне со своей группой двигается в авангарде. Группа Ворчуна в арьергарде. Лучники с девушками идут в центре. Левый фланг берёт на себя Марат, а правый — Советник. Группа Бороды на быстром старте. Видите, кто-то не справляется со своей стороны, помогаете им. Помогли — сразу же вернулись в центр.

— Всем всё ясно? — спросил я у народа, застывших в изумлении. — Чего встали? Пошевеливаемся, распределяемся по группам, — захлопал я активно в ладоши.

Кое-как, но народ определился, кто с кем пойдёт, и мы наконец выдвинулись.

***

Первые два дня прошли без происшествий, и на нас никто не напал. Но я, естественно, не надеялся, что так будет и дальше. Прекрасно осознавая, к нам присматриваются, за нами следят и оценивают. Стоит кому-то нарушить правила безопасности, и мы получим первые потери. А они будут, я нисколько не сомневался. И старался мысленно себя к этому подготовить, мол, сами виноваты, я предупреждал.

Наш путь лежал к городу, когда-то имевшему название Франкфурт-на-Майне. Там, по записям отца Марика, и было хранилище, заваленное золотом. Многие спрашивали, почему мы сделали столь огромный крюк, нежели можно было пойти напрямик. Всё дело в том, что в Адриатическом море, как и в остальных морях, омывающих берега, некогда принадлежавшие Италии, орудуют множество пиратов и Очистителей. Хотя, в принципе, это одно и то же. Терять на них время не с руки. А если мы будем загружены золотом, корабль станет лёгкой добычей для их юрких судёнышек.

Но проблема была не только в этом. Все прибрежные земли кишат вольными искателями, и коли среди них найдётся крайне любопытный товарищ, пожелавший проследить, куда это мы такой толпой сорвались, то это способно перерасти в огромные неприятности на обратном пути.

Сейчас мы шли с моим учителем метров на сто вперёд.

— Слушай, я, кажется, вчера видел аквила в небе. Разве они тут обитают? Мне казалось, эти птицы живут исключительно на острове.

— Тебе не показалось. Я тоже его видел.

Я пока решил не раскрывать ему и кому-либо тайну, что это был мой младший братец. Как бы это странно ни звучало. Да-да, Фулгур, когда испробовал розовый кристалл, неплохо так усилился. Но об этом чуть позже. После чего всю ночь носился по острову в поисках — развития. И, не найдя ни одного достойного противника, вернулся ко мне с явным желанием отправиться в другие земли. Объясняя это тем, что там он точно получит много-много — развития. Я пытался его отговорить от этой затеи, но ничего не вышло. Единственное, предупредил — не приближаться к кораблю, но он и не собирался. Сообщив мне, что сначала посетит соседний остров и уж коли и там не найдёт необходимого, последует за мной. Кстати, пробыв там неделю, Фулгур, не впечатлившись местной фауной, полетел дальше.

Догнать нас ему не составило особых проблем. Мы-то обходили острова по большой дуге, а он летел напрямик. Что примечательно, наша с ним связь вышла на новый уровень. Если раньше, чтобы нам поговорить, он должен был быть рядом, то вчера он впервые обратился ко мне на расстоянии примерно пятисот метров, в это время паря надо мной в небе. Мы договорились с ним, что теперь он станет моими глазами в небе и если увидит стаю животных, направляющихся в мою сторону, то предупредит. Я же, если встречу достойного носителя — развития, должен буду дать ему первым возможность атаковать.

— Стоит всех предупредить, чтобы и за небом поглядывали.

— Да, согласен. Повторения случившегося нежелательно. Потому как я вряд ли пойду за тем, кого утащат.

— А если это будет одна милая девушка из рода Свен? — подмигнул он мне.

— Ну тогда господин Токугава поведёт отряд в одиночку, а я, как в сказках, отправлюсь спасать принцессу, — улыбнулся я, не переставая смотреть по сторонам.

Японец вернулся к отряду предупредить об возможном нападении с неба, а я пошёл вперёд.

Идти было не столько трудно, сколько неудобно. Человеческих тропинок в этом местности не протоптано, а из-за большого количества людей, следовавших за нами, приходилось выбирать оптимальный маршрут.

Было заметно, что люди в эти места давно не заходили. С одной стороны, это хорошо, так как мы избежим лишнего внимания. С другой стороны, это означает, что здесь много диких животных. Насколько я помню из уроков, в этих краях невероятное разнообразие хищников — от мелких, таких как белки, до крупных, включая медведей. И те, и другие могут доставить немало хлопот.

Сейчас за нами с дерева наблюдают несколько изменённых белок — сциурус. Эти существа, как и обезьяны, могут быть очень вредными. Они кидают камни и скрываются в ветвях.

Если бы сциурус действовали поодиночке, это было бы не так страшно. Но они охотятся небольшими группами по пять-десять особей. Хотя их силы и недостаточно, чтобы пробить человеку голову камнем, неприятные ощущения тебе гарантированы. А если по голове прилетит сразу три десятка камней, то не каждый котелок сможет это выдержать. Ходить в шлеме в такую жару не каждый захочет, но лучше изливаться потом, чем кровью.

Из размышлений о мелких вырвал голос Ичиро, сообщившего, что люди просят о перевале.

«М-да, так мы и за месяц не дойдём», — подумал я, обречённо вздыхая. Поскольку надеялся максимум дней на пятнадцать, но, похоже, мы тут застрянем надолго. Нет, я понимаю, у нас много неподготовленного народу. Да и сумок с инструментом и прочими мелочами полно, что замедляет скорость. Всё ж таки если мне не удастся вскрыть дверь, придётся её долбить молотками да кувалдами. Но всё равно слишком медленно. Да и не за время я переживал, а за то, что к нам набегут толпы хищников. Что для них может быть лучше, чем медленно идущая добыча?

Японец по-своему оценил моё молчание:

— Артур, я понимаю, непривычно вести за собой такое большое количество людей. Но самое важное — это осознать, что ты не отвечаешь за их поступки, как и жизни. Разве что за свою любимую, а остальные сами выбрали свой путь. Не взваливая на себя лишнего. Можешь надорваться.

— Ичиро, всё не так просто. В нашем ордене нас учат ценить жизнь каждого человека. Если бы вы, дорогой наставник, знали то, что знаю я, то, несомненно, тоже были бы обеспокоены их безопасностью.

— Так расскажи же мне? Уверен я смогу оценить по достоинству.

— Боюсь, вы не поверите и в половину того моего рассказа.

— Не расскажешь — не узнаем, — произнёс он спокойно, но я отчётливо ощущал его любопытство.

Мне искренне хотелось рассказать ему всё, что я знаю. В конце концов, я уже дал ему понять, что история про город правдива. И разделить с ним это бремя. Но всему своё время.

Я остановился и повернулся к японцу лицом к лицу.

— Давайте договоримся, учитель. Когда мы закончим с этим делом, я расскажу вам нечто, о чём знают лишь несколько человек на планете. Предупреждаю, если вы проговоритесь кому-либо, я получу на свою пятую точку серьёзные проблемы из-за чего возможно моё дело потерпит крах. Но как я с этим справлюсь, вы об этом уже не узнаете, потому как будете мертвы. И все те, кто услышат так же умрут. Слишком многое поставлено на кон.

Токугава выглядел ошеломлённым, и я решил добавить дабы не нагнетать:

— Мир не такой, каким он вам кажется, и его будущее находится в опасности. Если моя миссия провалится, люди на большой земле не смогут долго просуществовать. Точнее, они смогут выжить, но им не дадут развиться да чего-то большего. Так жители Африки и останутся навроде животных в зоопарке. К которым будут приезжать некто, дабы посмотреть на диковинных зверюшек в единственном желание развлечься.

— Эм-м. Кажись ты ещё только хуже сделал, — прокомментировала мои слова Олька.

Ичиро не стал отвечать или яриться на мою угрозу, а просто кивнул, принимая мои слова на веру. Надеюсь, его психика выдержит, когда он услышит мою историю.

— Хорошо, поговорим об этом позже. Сейчас же нам стоит найти место для ночлега, — сменил тему японец.

Спустя полтора часа мы обнаружили подходящую поляну. Судя по карте предков, которая хранилась в моей памяти, мы находились в восточной части пригорода города Вендам. Всё это время я пытался найти такое место, откуда мы могли бы видеть врагов как минимум на сотню метров вперёд. Во всяком случае это было не так просто, как я полагал изначально. Особенно когда с тобой почти сорок человек. К тому же почти везде росли немаленькие деревья. Но удача улыбнулась нам, и мы наконец-то нашли то, что искали — поле с молодой порослью. Вырубив её, мы получили неплохое место для ночлега. А самое обидное — мы не прошли и тридцати километров.

— Итак, приступим. Пятёрка Алтынова займётся ужином. Джафар, вы назначаетесь на первое дежурство. Через два часа вас сменят Абу и Леони, а затем вы с Маратом. Палатки ставим в центре, образуя круг. Костёр разведём основной для готовки и четыре по периметру. Мария, ваши люди пусть займутся заготовкой дерева для костров. Заготовьте столько, чтобы хватило на всю ночь. Звери боятся огня, но кто-то покрупнее способен и рискнуть напасть. Нам желательно заметить его заранее. И ходите по одному.

— Артур, ты обо мне забыл? — спросил Гард, выходя вперёд.

— Нет, Борода, как я мог так поступить? Ты и твоя группа отправитесь со мной на охоту. А тут завёлся наглый леопардус. Надобно ему объяснить, что за нами ходить не стоит, — я улыбнулся, обнажая зубы, и люди, стоявшие рядом с ним, побледнели от страха.

Нет, еды у нас было в достатке, и охоту я затеял не ради мяса. Хотя от свежо жареного куска не откажусь. От этих мыслей в животе предательски заурчало.

«Ничего, мой хороший, скоро тебя покормят», — я мысленно погладил живот.

Вообще я хотел напасть на следовавшего за нами последний час леопардуса. Больно уж он смелый или глупый, скорее второе. Он же понимает, что с такой толпой ему не справиться, но всё равно упорно шёл за нами. Почему я взял Бороду с его пятёркой, а не Ичиро? А всё банально — расслабленность людей и длинные языки. Слушать-то они слушали, но вряд ли услышали. Во-первых, лучше доброй практики пока не придумали. Моряки — они народ больше по морским тварям, а тут на суше всё по-другому. Необходимо всем показать, с чем им придётся столкнуться. Стычка на берегу с аперами не в счёт. Во-вторых, в разговорах между Козырем и его другом Монетой они подвергали сомнению моё руководство и высказывали нелицеприятные шуточки в адрес особы королевских кровей. Вы знаете, о ком я говорю. И за это их необходимо поставить на место.

Хотя Самир в основном и кивает головой в знак согласия с Колином, а не высказывает своё мнение. Но это не отменяет того факта, как он таращится на Вику. А ещё мне понятен выбор Козыря своим другом Монеты. Если первый природой был обделён, худой как щепка, то вот второго она наделила от всей души, жаль, мозгов не добавила. Он явно не слишком сообразительный, раз так легко ведётся. К тому же слишком доверчив, и Колин им умело манипулирует.

— Но сейчас темно, как мы его найдём? — попытался отговориться от охоты Монета.

Так, понятно, с чьей подачи сей вопрос.

Недаром Колин получил прозвище Козырь. Он с большим мастерством вводил людей в заблуждение, играя в карты. Никто не мог понять, как они могли проиграть золотой, если изначально собирались играть на медяк. Его много раз обвиняли в мошенничестве, но ни разу не сумели доказать его вину.

Он был хитёр, ловок и умён. Такие люди опасны, потому что никогда не знаешь, что у них на уме. Сейчас тебе улыбается, а стоит отвернуться — и он уже готов вонзить нож в спину. Вот и сейчас, вместо себя, отправил дружка задавать вопросы. Сам же встал ему за спину.

— О, поверь, Самир. Нам не придётся её искать, она сама к нам пожалует.

— Выходим, Гард. Остальных прошу заняться делами.

Борода, радостно улыбаясь, начал подгонять пятёрку бледных мужиков, а я подошёл к Ичиро и отвёл того в сторону.

— Присмотрите, пожалуйста, за ней. Мало ли.

— Артур, я, может, прожил и не так много лет, но какую-то мудрость всё же нажил. Ревность — это искусство причинять больше зла себе, чем другим. Я вижу, ты влюблён в неё. Но это не имеет смысла…

— Учитель, вы не так поняли, — прервал я его наставления. — Я не ревную, а имел в виду, чтоб никто руки и языка своего не распускал. А то приду, а моя Вика расстроенная, придётся идти учинять разборки. Зачем нам лишние проблемы?

— Услышал тебя. И не переживай, присмотрю, как за родной.

— Спасибо, учитель.

— Постой, Артур. Ты этих двоих проучи, но не убивай. Хорошо?

— О чём вы? — деланно удивился я. — И в мыслях не было.

— Юн ты ещё, Арти. За тебя говорят глаза.

— Ладно, — сдался я. — Проучу немного, чтобы неповадно было. А то уж больно болтливы.

Японец был в курсе об этих двоих, я прежде, чем принять решение, посоветовался с ним. Вот японец и забеспокоился, быстро раскусив мой план позвать тех на охоту.

«Выдвигаемся!» — скомандовал я и зашагал туда, откуда мы пришли.

Глава 6

Глава 6.

Непуганые хищники.

Борода, Монета, Козырь, Сотка, Роберт и Артур. Ах, да и кошки конечно же.

Вернулись мы примерно на километр. Ибо преследовавшая нас наглая кошка держалась на расстоянии. Но по мере нашего отдаления от основного лагеря её дистанция с нами сокращалась. Пришлось идти дальше, бегать за ней я не хотел. Всё равно не догоним.

— Скажи, Артур, а зачем мы рискуем? Ну, я имею в виду, не лучше ли было оставаться в лагере? — Гард вертел головой, мониторя окружение.

— Не лучше. За нами пока идёт одна особь, но где одна, там и вторая. Ради такой наживы, как мы, они легко объединятся. Тем более нас преследует самка, а значит, где-то недалеко должен быть и самец. Мы же тем, что отошли, дали ей повод напасть, не дожидаясь подмоги. Да и так мы отсечём ненужный хвост.

— Как скажешь.

Пока мы разговаривали, я краем глаза следил за Колином. Он несколько раз недовольно поморщился, когда мы обсуждали причину нашей охоты, а потом шепнул Монете, что они не должны рисковать своей жизнью, когда остальные отдыхают в лагере, да и слушать этого «сопляка» не обязаны. Дескать, кто вообще его назначил главным.

Если на здоровяка мне было плевать, то этого гнилого мне всё больше хочется прибить, несмотря на обещания Ичиро. Такие люди могут серьёзно испортить жизнь другим, а в нужный момент могут и предать. Зачем нам такой балласт?

Когда уже стемнело, Роберт со Стивом держали зажжённые факелы, освещая нам дорогу. По ним видно: боятся, от чего тени дрожали, но при этом не ропщут, как некоторые. Впереди шли наши здоровяки. А Колин, как я и думал, старался идти примерно в центре. Безумно хотелось подставить гадёныша, но я боялся того, что если так поступлю, то перешагну некую незримую черту, после которой я как человек стану гнить изнутри. Да и он, скорее всего, чуть что бросится под защиту Самира.

Я же, выпив «Фелис», понемногу стал отставать сначала на пару шагов, потом ещё на десять, а после и вовсе замедлился. Намереваясь выступить в роли наживки. Огни факелов уже едва различались, а потому пора начинать.

Прислушиваясь к окружению, я услышал, как леопардус задел ветку где-то позади, метров двадцать не больше. Обычный человек вряд ли бы такое услышал. Но, к счастью, я обладаю не совсем обычным слухом.

— Ну что, киса, нападай, — резко развернувшись к хищнику, поманил его свободной рукой. Она не заставила себя долго ждать, рванув ко мне, обнажая клыки.

Хищница наверняка метила мне в шею, но выставленная шпага не давала ей этого сделать. Потому первая атака была совершена так, чтобы опрокинуть двуногого на землю, а уж там-то ей не составит труда придушить добычу.

Когда зверь резко выпрыгнул из кустов, я не стал уклоняться, а нанёс ей точный укол в левое око. До мозга не достал, но глаз она потеряла. Упав на землю и быстро вскочив на лапы, кошка, рыча от боли, вновь атаковала.

Я чувствовал в теле силу и хотел её проверить, а те крохи энергии, что имелись в наличии, по договорённости с сестрой я решил не трогать. Активировать шпагу тоже не имело смысла, накопитель лучше оставить для более серьёзных ситуаций. Вот я стал самоуверенный, раз леопардицу не считаю за серьёзного противника.

Тем временем от следующего удара лапы я отпрыгнул. Резва, ничего не скажешь. Но мы тоже не лыком шиты. От следующих двух атак я так же постарался уклониться. И чуть не попался. Надо быть аккуратнее и не забывать, кто передо мной.

Закружив, я в ожидании атаки задал ей вопрос. Ну а что? Вдруг ответит. Проделал я это, как и с моим питомцем.

— Уверена, что хочешь сегодня умереть? — В ответ злобный рык. — Даю последний шанс сбежать. Похоже, ты глуха к моим словам.

Оскалив зубы, я вынудил её вновь наброситься, но в этот раз я не стал уворачиваться, а наоборот сделал шаг навстречу, ударяя прямой ногой ей в морду. От полученного удара кошка обмякла. Подойдя, я проткнул ей сердце.

Анализируя бой, я осознал, что стал намного сильнее. Понятное дело, с тем же тигрисом или урсом мне без эликсиров не тягаться. Да и эта животинка явно была неопытна в сражениях с людьми. Но при всём этом я справился, полностью контролируя ситуацию. А между тем ещё года три назад я бы выпил всё, что висит на поясе. Хе-хе.

Улыбнулся я своим мыслям. Эх, были времена.

— Ой, тоже мне старик нашёлся. Тебе всего восемнадцать лет. Салажонок ещё.

— Но-но. Я попрошу. С нашим образом жизни у нас, искателей, один год за десять идёт.

Ответом мне было многозначительное — Пф-ф-ф-ф.

Достав нож-коготь, вспорол грудь и выудил зелёный кристалл. Бросив его в карман, поспешил нагнать ушедших далеко вперёд Бороду с остальными.

Когда до них оставалось метров пятьдесят, я услышал, а затем и увидел, как они с кем-то сражаются. Неужели на них напал леопардус? Я же пошутил. Погоди-ка. Их, похоже, действительно всё это время было двое.

Твою налево, — выругался я, подбегая к ним. Роберт сидел на земле, баюкая израненную левую руку. Его отец махал факелом, отгоняя зверьё. Борода размахивал молотом, пытаясь попасть по здоровенной такой кошке. И как он только смог так отожраться? Хищник своими размерами втрое превосходил убитую мною самку. Самир же бился с мелкотой рядом со Стивом, а вот Колина я нигде не видел.

— Вообще это всё довольно интересно. Обычным им свойственен одиночный образ жизни. Не любят они себе подобных. А тут на вас напал целый семейный подряд.

— Это всё, конечно, занимательно, но давай потом расскажешь. Сейчас же мне надо бы им помочь.

Я с ходу атаковал мелочь, заходя им со спины. Ну как мелочь, их размеры лишь немногим уступали убитой самке. Вот они тут упитанные. Сразу видно, мало сюда народ забредает.

Первому я проткнул затылок, второму и третьему подрезал задние лапы. Они так были увлечены, что не заметили моего приближения. Сделав это, побежал в сторону Гарда. Оружие то у него здоровенное, и махать им не так легко, как кажется. А глядя на здоровяка, стало понятно: он выдыхается. Рана же на ноге сильно кровоточила. Глава семейства отпрыгнул, уходя от удара молота, способного пробить ему череп, и помчался на помощь детёнышам. Коих Самир добивал, протыкая мечом.

Он был зол, нет, ослеплён яростью. И сейчас он бежал, не обращая никакого внимания на нас. Видя перед собой лишь свою цель — убивавшего его потомство. Вот тут мне пришлось активировать кристалл в шпаге. Глаза змейки привычно вспыхнули белым. Взмах, и проносящийся мимо хищник падает замертво на землю. Как-никак мой удар рассёк тело вдоль, выпуская всё содержимое наружу.

Роберт от испуга зажмурил глаза, но не закричал. Думаю, многие в такой момент вообще бы умерли со страху. А всё дело в том, что когда леопардус упал на землю, то по инерции тушу протащило вперёд. Из-за чего раскрытая пасть с острейшими, словно лезвие, клыками замерла в каких-то сантиметрах от ног парня.

— Ещё звери были?

— Нет, Артур, больше не никого было, — ответил подошедший ко мне Самир. Не выпуская оружия из рук, Монета с интересом рассматривал хищника. Но близко подходить не стал, остановившись в метре. Зверь хоть и мёртвый, однако внушает страх.

Гард уселся на валун, прислонив к нему же молот, и занялся раной на ноге. Сотка, передав факел сыну, так же принялся латать ему руку. Предварительно отодвинув сынка от открытой хищника.

И тут из кустов вылез Колин. Так вот где он всё это время прятался. А я в горячке боя даже не взглянул на кусты.

— Это кто к нам пожаловал? Грозный убийца изменённых? — усмехнулся я. Присев на корточки, я положил шпагу рядом, а сам достал нож и стал вскрывать грудную клетку зверю. Именно там я чувствовал кристалл. Вытащив, и вытер его об шкуру, поднёс к факелу, осматривая. Зелёный, эх, жаль. Мечтал, что будет синий. Но зато крупный.

— Глянь, возможно, в мелочи тоже что-то есть, — Монета кивнул и принялся потрошить тушки.

А я в этот момент услышал обвинения в свой адрес.

— А я не сбежал, как некоторые, а вообще-то за тобой отправился. Вот где ты был, когда на нас напали? Сбежал? А ещё строишь из себя незнамо кого.

— Чего ты там пискнул? — поднялся я на ноги. — А ну-ка повтори.

— Так-то резонный вопрос, — услышал я голос Бороды. — Козырь струсил, это и так понятно, но…

— Я отстал, чтобы выманить на себя леопардуса, — не дал я ему договорить. Осознав, лучше для начала объясниться. — Здраво полагая, что она вероятно не решиться напасть на шестерых, а одиночка для неё самое то. Покончив с ней, я спешно догнал вас, и, как вы могли заметить, то вступил в бой не мешкая. При этом большинство убил я.

— С эликсирами мы бы всех и сами победили! Тоже мне герой, нашёл чем хвастаться, — Козырь продолжал провоцировать. Только вот зачем ему это?

— Ты ослеп или просто глуп? Посмотри на мой пояс! Видишь, все «боевые» эликсиры висят нетронутыми.

— И что с того? Может, они у тебя в карманах лежат, — не унимался он.

— Ага, я такой этой твари: «Слышь, родной, погоди, из кармана «Фуерза» достану, и потом мы с тобой сразимся». Ты реально дурак или прикидываешься?

Пока мы обменивались словечками, к Колину подошёл Монета и свернул тому шею. А мы, открыв рты, замерли.

— Предал, — только и сказал он, возвращаясь к потрошению туш. Кстати, в них он обнаружил два белых кристалла и один едва зелёный, что был значительно меньше моего. Ещё в одном вообще ничего не нашлось.

Тела животных бросили на дороге, нам они ни к чему. Звери растащат, тем самым меньше нас станут тревожить. По крайне мере на какое-то время.

Три часа спустя мы добрались до границ нашего импровизированного лагеря. Почему так долго? Гард был тяжело ранен и не мог идти самостоятельно. Хотя я и дал им мазь, чтобы обеззаразить раны, но она не могла вылечить. Всё же это не «Вита». Кровь остановила, заразу убила — уже хорошо.

Ещё интересный момент: когда мы проходили мимо мёртвой самки, эти четверо взглянули на меня с ещё большим уважением. Убить такого зверя в одиночку, не применяя эликсиров та ещё задачка.

На подходе нас встретил Ичиро и, не найдя взглядом Козыря, повернулся ко мне.

— Учитель, вот не надо на так смотреть. Я тут не при делах, — выставил я руки перед собой. — Это всё Самир. Колин во время нападения трусливо сбежал в кусты, за что тот, — указал я на Монету, — ему шею свернул.

Мой учитель с сомнением в голосе спросил:

— Серьёзно? Зачем ему так поступать? Раз ты был с ними.

— Я не совсем был с ними. Я немного отстал. Возникла одна идейка, как отвлечь кошку на себя. Я же не знал, что их там окажется не одна, а целых шесть. Но в своё оправдание скажу: я вовремя пришёл на помощь и лично разобрался с главной угрозой. Гард, подтверди, что так и было?

— Всё так и было, как говорит Артур, господин Токугава.

— Трус этот Козырь, кинул в трудную минуту. «А так нельзя», — пробасил Монета.

— Ясно всё с вами. Ступайте к костру, а я пока позову целителя.

Ичиро направился к палаткам, а мы впятером пошли к центральному костру, откуда доносился аппетитный аромат свежеприготовленной похлёбки. В нашей компании множество людей, а котёл всего один и то небольшой, поэтому приходится готовить несколько раз за ночь. Несмотря на трудности, так мы поступаем только во время ужина. Утром и днём все едят в пути. Дабы сократить время и не дать возможность зверям собраться для атаки.

Кристаллы я, кстати, проглотил. Получив с двух зелёных всего 0.3. Итого в наличии 0.36 с мелочью. Я готов был выпасть в осадок. Убить столь серьёзных противников, а в итоге получить сущую мелочь.

А ведь мне ещё и в орден надо кристаллов желательно принести. Или что-то стоящее из предметов предков. Ящики с оружием — это, конечно, неплохо, но этого явно маловато. Оружие поможет братьям и сёстрам как в походах в запретные земли, так и в отстаивании независимости нашего острова.

Мне понравилась поговорка. Я не помню, кто её произнёс, или я, вероятно, прочёл её в книге, но звучит она так: «Мир крепче, когда у тебя дубина крепче». Вот почему мы стремимся обладать большим количеством оружия. Тем не менее, старейшины утверждают, этот путь ведёт к разрушению. И, возможно, они правы. Но я всё равно притащу те ящики. А уж как с ними поступит Гермес, являющийся старейшиной и ведущий торговые дела ордена с большой землёй, мне без разницы.

Утром мы поднялись на ноги ещё на рассвете. Виктория проснулась чуть раньше и озаботилась разведением костра и… чашечкой горячего кофе. Откуда она его взяла, я без понятия, но был ей за это безмерно благодарен. Ещё бы мёду достать, и вообще — красота. И стоило об этом подумать, как она протянула мне туесок с мёдом. Что за девушка — сокровище.

К самому напитку я пристрастился ещё в ордене. Когда я впервые попробовал сей божественный напиток, а ничем иным он быть не может, мне было, вроде, одиннадцать лет или около того. Я в тот день попал в кабинет к Леонарду за очередную провинность. По факту не стоящую внимания, но почему-то старик считал по-другому.

Дело происходило ранним утром. И он как раз готовил себе кофе, когда Альберт привёл меня к нему. Запах заинтриговал настолько, что я, пока он отвернулся, сделал глоток, за что тут же получил подзатыльник. Но это стоило того. Тогда-то я и понял: моё сердце отдано ему навеки.

Помимо нерадивого ученика и старейшины Лео его любила только Хейли. Остальные же в ордене находили напиток противным и горьким. Даже вприкуску с пирожным. Глупцы. Сами они противные. Правда была огромная проблема: достать кофе крайне сложно. Почти нереально. Если только у тебя нет знакомых среди семьи, кому принадлежат плантации.

Место, где оно растёт, принадлежит старому, очень богатому и могущественному роду. Обладающему немалой армией. А потому мало кто решится напасть на них. Тем более королевство, на чьей территории распложены земли, входит в десятку сильнейших. А их монарх весьма дружен с главой рода.

Кстати, скоро у последнего день рождения — не просто очередной праздник, а юбилей, сто пятьдесят лет! Имеется смутное подозрение, что я знаю, кто помогает ему жить так долго. Но я никому и никогда не расскажу об этом, потому что я очень люблю кофе.

Их глава — старый друг Леонарда, и раз в год на праздник Солнцестояния передаёт ему подарок — десять килограмм кофе. Из которого он делится со мной и Хейли, причём делает это крайне неохотно.

Отблагодарив её поцелуем, я под завистливый взгляд Марата сделал глоток, зажмурившись от удовольствия.

— Вика, я на седьмом небе от счастья. Проси что хочешь, за кофе я готов на всё.

Девушка загадочно улыбнулась и, ничего не сказав, вернулась к костру, где закипал чайник.

— Ты такой довольный, аж противно.

— Завидуй молча, — ответил я и сделал ещё глоток божественного напитка, а затем засунул в рот ложечку с мёдом.

Марик продолжал корчить гримасы, но на душе было так замечательно! Что я абсолютно не реагировал на него. Я же понимал, что он несерьёзно.

— Не переживай, дружище. Будет и на твоей улице сражение с полчищами вражин, из которой ты спасёшь принцессу, а затем она влюбится в тебя и сварит тебе кофе, — озвучив, я заржал в голос. При этом получив от Вики ложкой по лбу.

— Да ну его. Я как-нибудь по старинке лучше. Кабак там или на рынке.

— Как знаешь, друг, как знаешь.

Мария, вышедшая из палатки и остановившаяся неподалёку от нас, начала принюхиваться. Вскоре она уверенно направилась в нашу сторону. И её взгляд мне не понравился. Я поспешил выпить свою порцию, но, к сожалению, кофе был горяч, и сделать это не получилось.

— Артур, плачу пять золотых за содержимое твоей чашки.

— Э-э-э, нет. Спасибо. Хоть сотню давай, всё равно не соглашусь, — в подтверждение слов я ещё и головой отрицательно замотал.

— Признавайся, где взял? — нависла она надо мной, скрестив руки.

Я кивком головы указал на девушку, сдавая её.

— Викуся, милая, а поделись кофушкой, — произнесла елейным голосом Медичи.

— Предатель, — сказала Вика и притворно отвернулась, якобы обиделась. А через секунду я услышал смех. — Капец ты, Артур, стукач. Мог бы унести секрет в могилу.

— Прости, дорогая, но я готов защищать сей напиток любой ценой, более того, ценой нашей любви.

— А в лоб ложкой?

— Пожалуй, откажусь.

Достав из корзины белую чашечку, Виктория налила кофе и протянула её Марии. Та благодарно кивнула и села рядом со мной, и сходу зачерпнула полную ложку мёда из стоящего между нами туеска.

— Мне мой дядя, по совместительству король Эдвард Х, подарил небольшой мешочек. Когда говорю небольшой, это значит, я не намерена делиться каждое утро. Прошу это уяснить, чтобы потом не было недопонимания.

— Ага, — поддакнул ей я. Мол, намёк понятен.

— Я и так поделилась с тобой только из-за того, что ты не выспался и тебе необходимо взбодриться, дабы не пропустить угрозу для отряда.

— Мария, вы же богатейший род. Не поверю в то, что вы не можете позволить купить себе кофе.

— Можем, и он притом у меня есть с собой, только кое-кто, — тут она повернулась к Даниэлю, а тот, уловив на себе недовольный взор своей подруги, поспешил скрыться из виду, — забыл его на корабле.

— И теперь я должна каждое утро страдать!! — на последнем слове Мария повысила голос, а парень прятавшейся за палаткой дёрнулся.

***

Мария Медичи, наблюдая за отношениями Виктории и Артура, не могла понять, с чего возникла у них столь сильная любовь, если по разговорам они знакомы меньше года, за который и виделись-то раз десять, ну, может, чуть больше. Ходить вокруг да около она не любила, за что часто слышала упрёки со стороны отца, Лоренцо Медичи. Дескать, надо быть тактичнее. Не говорить людям правду в лицо, им такое не нравится.

Она поравнялась с Викторией, взяла ту под руку и шепнула ей на ухо:

— Вика, расскажи, пожалуйста, как вы познакомились с Артуром. Я так завидую вам, когда вижу, как вы смотрите друг на друга с такой любовью! Но не могу понять, с чего вдруг. Вы же виделись-то всего ничего.

— Странно, я думала, уже все эту историю знают.

— Ну, слухи слухами, а послушать из первых уст — это совсем другое. А то некоторые такого на придумывают, потом гадай, где ложь, а где правда.

Виктория колебалась, стоит ли ей рассказывать о случившемся, но лишь на мгновение. Она и сама хотела поделиться с кем-то, но у неё не было подруг, а в отряде Мария была единственной девушкой, кроме неё самой.

— В первый раз мы мельком увиделись в таверне. Я прошла мимо, а он так засмотрелся, что не донёс сосиску до рта. После Арти спас из лап чёрных алхимиков, когда те собирались использовать для своих опытов. Я уже лежала привязанная на столе и молила богов о быстрой смерти.

Далее последовал рассказ, выслушав который Мария произнесла:

— Знаешь, дорогая. Ваша любовь вспыхнула, словно взрыв, и обычно она недолговечна.

— Да я понимаю, — понурила взор рыжеволосая. — Сама до сих пор не понимаю, как так всё вышло.

— Но ты не расставляйся. Я тут поболтала с народом, и Артур совсем не похож на обычного искателя. Он вообще очень странный. Да, именно странный. Творит такие чудеса, что только диву даёшься.

— Ты о чём? — всполошилась Свен.

— Слышала историю про Железного Арни?

— Так мельком, какие-то истории доходили. Вроде это пират какой-то. Да?

— Ох, дорогая, не какой-то, а самый настоящий кровожадный пират был, незнающий жалости и обладавший немалой силой. Ух и крови он попил нашему роду. Столько золота из-за него потеряли. Аж страшно вспоминать.

— А что с ним произошло? Ты сказала, что он был.

— С ним произошёл «Артур», — с широкой улыбкой произнесла Медичи. В её памяти на мгновение возник образ застенчивого, но привлекательного молодого человека, который принёс голову в ящике. От последней части воспоминания её передёрнуло, и она, не в силах сдержаться, тряхнула головой, словно пытаясь избавиться от наваждения.

— Представляешь, твой парень сразился с ним один на один, а после отрубил ему голову и принёс к нам в торговый дом. Мы сначала не поверили в рассказ. Ну сама посуди. Тот же Арни шире в плечах Бороды раза в два, так ещё и выше на голову. Опытный воин и капитан, державший всё Красное море в страхе. Кстати, тот молот, что у Гарда в руках, раньше принадлежал Железному Арни. Только гроза всех торговцев крутил этим ужасом одной рукой.

Вика повернулась и с любопытством разглядывая оружие, а затем представила противника, с кем бился её любимый. И, откровенно говоря, не до конца верила в услышанное.

— Полагаешь, всё это правда?

— Наши люди опросили множество народу. Как членов команды Дориана, так и тех, кто ходил под командованием Железяки. Все повторяли одно и то же. Орденский сразил того в честном поединке. Никто не помогал.

— Я к чему это всё рассказываю. Какой юноша в столь юном возрасте способен одолеть владыку морей, сокрушить лучших воинов гвардии Бергманов, взорвать гору и освободить принцессу из плена чёрных алхимиков, а затем быть схваченным аквилом и вернуться живым без единой царапины.

— Забыла упомянуть про скуалуса.

— Во-во! — воскликнула Мария. — И это лишь малая часть того, что нам известно о нём. Потому возникла идея расспросить Марата. Думается, откроется ещё много интересного из жизни одного загадочного персонажа.

Девушки так многозначительно посмотрели на идущего впереди, что тот невольно обернулся, почувствовав на себе их взгляд. А затем, смутившись от такого пристального внимания, он не нашёл ничего лучше, чем спросить:

— Чего?! — Но, смутившись, отвернулся.

— Наш Арти самый необычный человек, которого я знаю, и мне жутко интересно узнать, откуда он такой взялся.

— А как мне любопытно, — вторила принцесса.

— Из запретных земель я взялся, — крикнул парень, идущий в сотне шагов впереди.

— Он что, нас слышит? — Произнесли одновременно девушки, а их желание вызнать истину усилилось многократно.

***

Прошло два дня. Они были относительно спокойны. Не было нападений, никто не отравился, только парочка надоедливых вопрошал не давали мне покоя, а ещё Алтынову, Токугаве и немного Абу с Джафаром.

К концу дня мы достигли местности, где некогда стоял город Эммен. Выбрав место для стоянки, разожгли костры, выставили дозорных и стали готовить лагерь, так как решили здесь задержаться, дабы исследовать руины предков. Вдруг мы обнаружим что-то интересное?

Но мы остановились не только ради любопытства, нам было необходимо пополнить провизию. Наши завхозы Ворчун и Визирь лишь разводили руками на вопрос, почему так получилось. Они предполагали, что еды хватит, но люди были гораздо прожорливее, чем они рассчитывали.

Впрочем, их вины в этом не было. Почти. Да, по меркам большой земли, мы прошли не так уж и много, но в этих лесах, где нам постоянно приходилось быть настороже из-за хищников, наше передвижение сильно замедлялось. Плюс ко всему силы людей расходовались нещадно из-за постоянного напряжения.

Разумеется, вопрос еды не был особенно острым. И если я могу о себе позаботиться, сходив в любой момент в лес, дабы подстрелить на ужин птичку, то вот остальные далеко не факт. Кроме того, необходимо было подумать об обратном пути, когда большинство людей будут заняты грузом, из этого следует — они станут тратить ещё больше сил. А самое важное — я не последую за ними в обратный путь. Как и Ичиро. То есть добыть еду им будет куда тяжелее. Также это значительно ослабит отряд, но что поделать. Марат только не в курсе, но думаю, он не сильно расстроится. Тем более если они понесут золото.

Не знаю, зачем я вообще забиваю себе этим голову. Скорее всего, из-за заботы о Вике. Ладно, разберёмся, никуда не денемся. А если честно, то я жду не дождусь, когда всё это закончится и мы отправимся в Париж. Путешествовать малой группой куда сподручнее.

К вечеру я решил поговорить со Стивом и его сыном Робертом. Мне тут недавно поведали, как он получил своё прозвище.

— Коул, поговорим? — присел я напротив мужчины, перевязавшего в данный момент руку сыну. Видимо, рана начала гноиться. А моя мазь не панацея от всех инфекций. И такое бывает. Возможно, когти зверей были в чем-то испачканы.

— Обрати внимание, это парень скорее всего потеряет руку и, если не отсечь конечность, он умрёт. У него жар, он весь вспотел и его трясёт. Это признаки начавшейся горячки. Шансов у него крайне мало.

— Вижу.

— хорошо, я так предупредить.

Стив кивнул мне, поскольку не мог говорить, так как был занят тем, что зубами рвал ткань на бинты. У лекаря не было бесконечного запаса, и он не мог позволить себе использовать всё сразу.

— Это правда, что у тебя семеро детей?

— Нет. Жена беременна восьмым.

— Поздравляю.

— Было бы с чем, — буркнул Стив.

— Ты первый мною встреченный человек, кто не радуется рождению детей.

— А чего радоваться-то? Дети каждый день хотят кушать. Я же незнатный, мои карманы не ломятся от золота. А жена постоянно беременна и работать неспособна. Вот и кручусь, как белка в колесе. С работы на работу, и так по кругу.

— А ты по профессии кто будешь?

— Отец плотником был и мне науку умудрённую передал. Да вот беда, лавка наша сгорела. Пустив семью чуть ли не по миру. Конкуренты помогли. Чтобы им неладно было.

Денег восстановить у отца не нашлось, а брать под проценты он не желал. Так что под конец жизни проработал на местного барона, облагораживая его замок.

Я же такой судьбы не хотел и, как только скопил деньжат, свалил в город. А там встреча с Розой, через полгода она забеременела в первый раз. Я, не успев начать своё дело, подался в порт. Ну а дальше всё по накатанной.

Я был в шоке. Поскольку предполагал, придётся всё клещами вытаскивать да обходными вопросами, а он возьми да и выложи всё как есть. М-да, похоже, нелегко мужику живётся. Коли он так разоткровенничался, по сути, с незнакомым ему человеком.

— А жена твоя владеет какой профессией?

— Не-а. Но грамоте обучена. Всех наших, да и соседских, обучила письму, счёту да чтению. Дар у неё с детьми лад находить.

— Интересно, интересно. А с деревом-то за столько лет не забыл, как работать?

— Какой там, — махнул Сотка рукой. — Я, пока все обедают, быстро перекушу и начинаю фигурки вырезать, да как закончу — продавать, кому по нраву моя работа. Чтоб дополнительно кусок хлеба домой принести.

— Это здорово. Покажешь?

— А чего не показать-то, покажу, — и достал из кармана небольшую фигурку леопардуса. Выглядела она потрясающе, как будто настоящая.

— У тебя талант.

— Спасибо, Артур.

— А позволь…

— Для чего я всё это спрашиваю? — закончил я за него.

— Да, — ответил он с некоторой неуверенностью.

— Послушай, я хочу предложить твоей семье переехать…

— Сразу нет, — резко ответил он.

— Но ты хотя бы дослушай.

— Мне тяжело, но не настолько, чтобы продавать детей в орден. Деньги того не стоят.

Я устремил свой взор в небо, в сердцах потряхивая руками, произнёс:

— Да сколько же это будет продолжаться? Как вы все не можете понять? Мы не готовим эликсиры из детей. Это первое. И второе — нам и без вас привозят их десятками каждый год. Я вырос в ордене, как и сотни других детей. И я всех знаю по именам. Никто из тех, с кем я начинал, и тех, кто пришёл после, никуда не исчез. Нет, бывало всякое. И практику в запретных землях никто не отменял. Но чтобы пропасть без причины ученику. Такого точно не случалось.

— Тогда зачем тебе лишние рты?

— Орден собирает вокруг себя талантливых людей. Остров большой, и там легко способны жить тысячи, а то и десятки тысяч семей. Но суть не в этом. Ордену кто попало не нужен. А даровитые, способные создавать что-то своими руками люди на вес золота.

— Я один не поеду.

— Мы не разлучаем семьи, Стив. В чём смысл? — А можешь не отвечать. Но знай, найду того, кто распускает про нас такие слухи, лично язык ему отрежу. Задрали уже. Делают из нас каких-то монстров. Словно это мы чёрные алхимики.

— Так короче. Предлагаю тебе землю под дом, сорок монет золотом для переезда и работу на орден искателей истины. Лавкой, как и инструментом, обеспечим. Работой рассчитаешься. Платить будем щедро. Детей… коли ты и захочешь, мы не возьмём. К нам только без родителей. Школа у нас также имеется.

— Звучит больно кучеряво.

— Мы не из бедных, но за золото будем спрашивать сполна. Не рассчитывай на поблажки. Либо работай, либо уходи.

Я бросил ему бутылёк с «Витом» первого уровня. Если Роберт не выпьет его, то к утру умрёт.

— Но мне нечем рассчитаться. Он же стоит…

— Поверь, получше тебя знаю, сколько он стоит. Но ты хорошо воспитал своего сына. В отличии от того же Козыря он не сбежал как трус.

Встав, я вернулся к костру, где сидели наши девушки и допытывали Марата, задавая ему вопросы, но, как только я пришёл, разговоры стихли.

— Всем спокойной ночи. Ичиро, на рассвете с тобой идём в город.

— Я буду готов.

Кивнув ему, я скрылся в палатке и мгновенно уснул.

***

Остров Сокотра, замок на горе.

Настоящее время.

— Альберт! Альберт, погоди, — кричал на бегу Крис.

— Привет. Что-то случилось?

— К тебе пришли там, — махнул он рукой в сторону главных врат, — но ты не предупреждал о гостях. Из-за этого мы пока попросили их обождать.

— Хм-м, — задумался Аль. — Я вроде никого не жду. А ну-ка пойдём глянем, кто к нам пожаловал без приглашения.

Выйдя за ворота, Ловкий оглядел хорошо одетого мужчину. Тот стоял рядом с повозкой, нагруженной бочками. Коих было восемь, и каждая литров на пятьдесят не меньше. Помимо него имелось четверо хорошо вооружённых охранников.

— Дня доброго, путники. Я наставник Альберт, с кем имею честь говорить?

— Приветствую. Я Гектор Ельчин, младший брат графа Освальда Ельчина.

— М-мм. Слышал о таком роде, но лично не знаком.

— Я в курсе. Мой брат должен некоему Артуру Сергеевичу восемь бочонков отменного вина с наших виноградников. Я приехал отдать долг. Ибо наше слово крепко.

— Боюсь, принять он не в силах. Ученика нынче нет. Он в походе.

— Мне велено передать вам, наставник, но прежде, чем я это сделаю, вы должны подписать бумагу, что у ордена к нам более нет вопросов.

— Да без проблем. Проверим бочонки и тут же подпишу.

— Крис, сходи, пожалуйста, и приведи кого-либо из крыла алхимиков. Скажи, надо бы винишко проверить на яды.

Гектор хотел было что-то сказать, но сдержался. С другой стороны, это же нормально. Принимать вино от незнакомцев без проверки вряд ли кто станет.

Когда все процедуры были закончены, а Аль подписал бумаги, гости удалились. Орденские, затащив телегу во внутренний двор, закрыли ворота, а после покатили бочонки на склад.

— Пока никому не разрешайте их трогать. Я ещё раз всё проверю. Неизвестно, что туда могли подмешать, — с осторожностью произнесла Аглая, заместитель старейшины Леонарда.

— Как скажешь, — с лёгкостью согласился наставник. — Никому не хочется умирать от яда. Подождать денёк-другой не проблема. Зато потом мы устроим такой пир, у-у-у-х! Бедная моя головушка, — мечтательно проговорил Аль.

— Не забудь только позвать, а то я знаю вас. Придёшь, а вы уже в стельку.

— Эй, не надо клеветы. Когда такое было?

— Тебе какой из десятков случаев рассказывать? — вместо ответа Ловкий широко улыбнулся и, не оборачиваясь, поспешил прочь. Услышав в спину:

— То-то же.

Проходя мимо тренировочной площадки, Ловкий услышал звуки ударов меча. Кто-то с яростной силой наносил их по манекену. Это показалось ему странным, ведь все занятия сегодня должны были проходить в горах, а малыши с Гарольдом, как он помнил, наслаждались купанием в горячих источниках. Кто же в таком случае был таким упорным?

Любопытство взяло верх над его рассудком. Уже через минуту он вошёл в зал для тренировок и увидел Имани, всю раскрасневшуюся и покрытую потом. Она сосредоточенно отрабатывала удары, нанося их с такой силой, что часть головы манекена откололась.

— Не кажется ли тебе, что живой партнёр мог бы дать тебе больше опыта, чем эта деревяшка? — произнёс Ловкий, глядя на неё.

— Вокруг одни лентяи, которые хотят только отдыхать, а не трудиться, — прошипела девушка сквозь зубы, нанося очередной удар мечом сверху, отчего часть деревянной головы откололась.

— Даже так? — поразился Ловкий. Подойдя к стойке с тренировочным оружием, он с себя скинул верхнюю одежду и взял в руки меч.

— Идём на песок. Я составлю тебе компанию.

— Наставник Альберт! — обернувшись, воскликнула Имани, осознав, с кем так грубо разговаривала. — Простите, я не знала, что это вы.

— Пойдём, потом будешь раскаиваться, — отмахнулся он, и разминая кисти вышел на песок.

— Готова?

— Да.

— Атакуй.

Имани с жаром атаковала наставника, но, к её удивлению, он с лёгкостью блокировал её удары. Когда же он перешёл в наступление, девушке пришлось занять оборонительную позицию. Однако её опыта было недостаточно, и она то и дело пропускала болезненные удары по пальцам, державшим меч, и по ногам, которые были выставлены неправильно. Каждый пропущенный удар Имани Аль комментировал, объясняя, почему она допустила ошибку и как её исправить. Что весьма сильно её раздражало. Не прошло и пяти минут, как клинок Ловкого упёрся ей в грудь. Откровенно говоря, он мог бы завершить поединок гораздо быстрее.

— Расскажешь? — убрав оружие в стойку и вылив на себя ушат воды, Аль уселся на скамейку.

Ей давно хотелось выговориться, но всегда что-то мешало. И сейчас, когда ей наглядно показали, чего она стоит, её прорвало, словно плотину.

— Всё дело в вашем ученике.

— Артур? — уточнил Аль.

— Да. Мне казалось, он не хочет быть со мной из-за того, что я слаба. Я начала усиленно тренироваться. А сегодня я узнала, что у него появилась… появилась принцесса, — и тут Имани, не выдержав напряжения последних месяцев, разревелась.

— Ну-ну, милая. «Бессмысленно так убиваться», —говоря это, сам он мысленно представлял, как будет сильно бить одну болтливую тройку теней.

Успокоившись, она вытерла лицо. Затем задала вопрос, но мысленно очень боялась услышать на него ответ.

— Это правда, что у него появилась принцесса?

— Не буду врать тебе, но, скорее всего, так. Я не уверен и говорить за него не стану.

— А мне говорил, что ни о каких отношениях не помышляет. Похоже, соврал.

— Пойми, Имани, он прошёл практику на отлично и заслужил зваться искателем. Ты же, как я помню, всегда мечтала стать хранительницей знаний и заменить Лейлу на её посту. Просто представь ту жизнь, в которой тебе приходится ждать Артура годами. И не факт, что он вернётся живым. Зачем такая жизнь?

— Я люблю его.

— Не любишь. Вы с детства вместе, это привязанность, не более того.

— ЛЮБЛЮ! — выкрикнула ему в лицо и, вновь зарыдав, убежала.

На сердце наставника было весьма погано из-за сложившейся ситуации. Но он ничего поделать в этом случае не мог. Им самим жить, а ему лезть не стоит.

Так, надо отвлечься от всех этих… А ну его, — махнул он рукой своим мыслям. И, вспомнив, куда он направлялся до того, как пришёл сюда, Аль подскочил и быстро пошёл в кузню. Где, по словам Криса, какой месяц подряд чуть ли не ночуют Майкл, Фоули и Торен.

Кузня Торена, известного как «Оружейник».

Ловкий ещё на подходе к зданию услышал, как его друзья громко ругаются или спорят. Сразу не понятно. Но ему стало очень любопытно. Когда же он вошёл внутрь, то на него никто не обратил внимания. Так сильно они были увлечены разговором.

— Нет, ты меня не слушаешь или не хочешь слушать, — скрестил на груди могучие руки кузнец.

— Это ты меня не слушаешь, Торен. Мы уже несколько дней, если не месяцев, твердим тебе, что его шпага выдержала удар меча Майкла. А то, что ты нам делаешь, ломается на раз. Как же так получается, друг?

— Признайся, гном. Малой что-то тебе пообещал за то, чтобы ни у кого больше не было подобного клинка, и потому ты мурыжишь нам головы, — прищурился мастер теней.

— Сейчас я тебя за «гнома» больно стукну, — нахмурился Оружейник.

— Да на, пожалуйста, стукай, — подставил голову Майкл. — Только сделай мне оружие, как у Артура.

— Да не могу я. Я всё перепробовал. Не по-лу-ча-ет-ся, — проговорил мастер оружия по слогам.

— Я понял, ты нас не любишь. И мы для тебя, похоже, не друзья совсем.

— Да идите в жопу. Надоели. А вы не думали, что парнишка клинок тот нашёл где?

— Где он его мог найти? Он всё время провёл с Ловким, — опроверг идею Фоули.

— Так давайте успокоимся. Торен, хочешь сказать, это не ты сделал клинок парню? И он нам сказал правду про устройство предков? Он ещё его, кажется, Принтером обозвал.

— Повторяю в сотый раз: не я.

Майкл, помня об обещании, не стал упоминать про голос, а вот про машину Арти ничего не говорил.

— Значит, ученик каким-то образом запустил машину предков и преобразовал меч, подаренный ему советом? Как ему это удалось? Над этим устройством уже много месяцев трудятся лучшие умы из крыла хранителей знаний, а он просто приходит, делает несколько манипуляций, и вот результат — лучший клинок в мире готов. Невероятно, да?

Звучит довольно-таки бредово, как по мне, — высказался Резкий, до сих пор считавший, что кузнец дурит им головы.

— Погоди-ка, Майкл. А о каком клинке идёт речь? Не о том ли, что выковал мой отец?

На самом деле Дурин не был отцом Торена в буквальном смысле этого слова. Он был его наставником. Но, как это часто бывает, ученики, не имея собственных родителей, находят их в своих учителях.

И тут Альберт понял: пора вмешаться и спасать всех, включая ученика, который когда-нибудь приедет, а его встретит разъярённый Оружейник.

— Здорова, братья. Я тут к вам с подарками прибыл.

Все резко развернулись ко входу.

— Я невольно услышал ваш разговор. И он как раз совпал с целью моего визита к вам. На вот, держите, это вам от Арти.

Ловкий протянул несколько листков бумаги, исписанных мелким каллиграфическим почерком.

— Что там? — принял бумаги Майкл.

— Инструкция, как сделать оружие, схожее тому, что он носит у себя на поясе, — хитро подмигнул Аль. — Но не радуйтесь слишком рано. Он также сказал, что ресурсов там на один единственный клинок, кому он достанется, я без понятия. Сам не претендую, а то вы меня загрызёте.

— Мне, — воскликнул Майкл.

— С чего бы это? — отозвался Фоули.

— Вы двое не считаете лучше отдать кузнецу как образчик? — нахмурил брови третий и последний участник спора, продолжавшегося несколько месяцев.

Поняв, какую глупость сотворил, отдав бумаги, он стал спешно соображать, как исправить ситуацию. В голову тут же пришла замечательная мысль.

— Я знаю, как нам это решить? — все уставились на говорившего. — Мне тут мой ученик вина подогнал целую телегу.

— Чьё вино? — живо поинтересовался Торен.

— Ельчины, слыхал за таких?

— Хе, ещё бы, — одобрительно крякнул кузнец. — Одно из лучших. А много ли того вина?

— Восемь бочонков. И Артур просил передать, что один лично для тебя. В знак, так сказать, глубокого уважения, — решил воспользоваться моментом и задобрить Альберт Торена.

— Так это же замечательно. Но что-то я не вижу при тебе доброго напитка?

— Аглая проверяет, нет ли гадости какой.

— Нашёл кому доверить, — всплеснул руками оружейник. — Она медленнее улитки. Не факт, что до завтра справится. Надо бы её срочно поторопить.

— Тогда поступим следующим образом, — потирая ладони, проговорил Фоули. — Идём к ней, забираем её с собой, пусть проверяет при нас. А после на склад к этому, как его?

— Принтер, — подсказал мастер теней.

— Ну да, он самый.

Не прошло и минуты, как четвёрка улыбающихся людей стремительно пересекала двор, выбрав своей целью кабинет алхимика Аглаи.

Глава 7

Глава 7.

Жители города Эммен.

Ранним утром мы впятером отправились в город, ну как уж город — руины, не более. Найти что-либо ценное я и не рассчитывал, так, больше показать Виктории, чем занимаются искатели в запретных землях и в чём отличие их от нас.

Помимо Свен и Токугавы, с нами пошла Мария в сопровождении Джованни и Даниэля. Она, как и многие другие, впервые в запретных землях. Потому ей безумно всё интересно. Я как-то спросил её, зачем ей всё это? На кой дочери богатейшей семьи шататься по лесам, где на каждом шагу обитает тварь, желающая тобой полакомиться. Да и куча бытовых проблем — тот же туалет. Всё-таки она могла послать вместо себя того же дядю, но дело было в другом.

Лоренцо, её отец, уже присмотрел для дочери подходящего жениха, и они должны были скоро познакомиться. Однако, как только Мари узнала о проблемах с кораблём Дориана, она быстро собрала вещи, взяла людей и уехала.

Она объяснила свой поступок тем, что ещё не готова выйти замуж и хочет посвятить все свои силы процветанию рода, а не сидеть дома и рожать детей, как это часто бывает в таких случаях.

Лоренцо не смог чем возразить против её решения и, пожелав удачи, отпустил дочь. Но он взял с неё обещание, что как только она вернётся, то сразу же встретится с будущим избранником. Мари пришлось согласиться, чтобы не потерять доверие отца, как-никак он мог легко передумать.

— Олька, а у тебя случаем карты города нет? Ну чтоб не бродить бесцельно. А то времени не так много.

— Случаем есть. Без подробностей только. Карта датируется 2024 годом, что было после — не скажу.

— Нашим 2024?

— Нет. Если, по-вашему, летоисчислению, к которому ты привык, тогда последние данные от 0 года.

— И чего в них есть занимательного?

— Координаты музеев, банков, ювелирных магазинов. Что именно тебя интересует?

— Да не знаю я. Ладно, дойдём, а там поглядим.

— Не забывай про радиацию. Чем глубже в землю, тем её больше. Многие материалы могут сохранять её следы на протяжении тысячелетий.

— Помню.

— Тебе-то это мало грозит, а твоим спутникам как пить дать облучиться.

— Даниэль, прибор, который я тебе дал, взять не забыл?

— Не-а, — вытянул он руку, в которой лежал прямоугольник из чёрного пластика с маленьким экраном.

— Хорошо. Следи за показателями, как я тебя учил. Скакнёт выше ноля — сразу говори. Не хватало, чтобы вы ещё от яда померли.

Дан тут же уставился на прибор более пристально.

— Показывает ноль! — В ответ я ему показал поднятым большой палец.

Мы шли прямиком к центру города, ибо на окраинах не было ничего примечательного. Для моего удобства сестра вывела изображение Эммена в верхний левый угол моего зрения. Когда я смещал туда взгляд, картинка увеличивалась, позволяя мне рассмотреть её более подробно. Оказалось, что город был небольшим, а со временем стал ещё меньше. Природа разрушила и поглотила почти все здания, и лишь местами можно было угадать очертания тех, что когда-то стояли здесь.

— Арти, а вы так и ищете? Блуждая по развалинам?

— Вик, нет, конечно, — усмехнулся я такой наивности. Братья и сёстры целыми днями изучают книги в поисках информации чего-либо ценного. Другие же дни напролёт ищут эти самые книги или скупают на большой земле. В ордене идёт огромная работа, дабы найти хоть крохи знаний.

Обойдя дерево, вставшее на пути, я продолжил.

— Например, недавно к нам попала в руки книжка, в которой говорилось о якобы военной лаборатории. Не скажу, где, тайна. Сами понимать должны, — все согласно кивнули.

— Была отправлена группа искателей, чтобы проверить, не несёт ли она новых опасностей для мира. Попав туда, группа не обнаружила угрозы, зато братья нашли устройство, способное создавать и изменять что угодно. Только они этого, конечно, в то время не знали. Потому просто притащили его домой, а уж мы… Ну я хотел сказать, не я лично, а старшие из хранителей знаний, разбирались с ним, что да как.

Не стал я говорить всей правды. Ни к чему это.

— Вот мой клинок был раньше мечом, а с помощью того устройства его переделали в шпагу.

— И как же называется это твоё волшебное устройство? — с явным скепсисом спросил Джованни, с недоверием посмотрев на гарду моего оружия. Она была выполнена с такой искусностью, что можно было предположить, что я говорю правду, но всё это звучало слишком фантастично.

— Три дэ принтер. Он способен на невероятные вещи, но я, к сожалению, уехал, поэтому больше ничего не расскажу вам о нём. Когда вернусь, может быть, узнаю что-то новое и добавлю в свою шпагу. Хотя она и так классная вышла. Хе-хе.

— А не членам ордена можно его увидеть? Ой, проклятие! — Даниэль так увлёкся моим рассказом, что не заметил дерево и ударился лбом.

— Да. Приезжай и иди в музей. Как только наши закончат с ним, то выставят на всеобщее обозрение. Мы так со всем поступаем, кроме вещей, способных нанести вред людям.

— С каждым разом моё желание посетить орден искателей растёт, словно пламя на ветру, — сказал Ичиро.

— И я бы с великим удовольствием посетила остров, — добавила Виктория. — Наверняка там столько интересного.

— Ты притом не представляешь, сколько удивительных вещей собрал орден, — улыбнулся я ей своей самой загадочной улыбкой.

В ходе нашего увлекательного разговора мы достигли центра города. В этом месте было довольно пусто, хотя чего ещё можно было ожидать после стольких лет, прошедших с момента глобальной катастрофы?

Меня несколько смущало изображение Эммена до того, как он был разрушен. Идти по руинам некогда прекрасного города было довольно странно.

Я и не надеялся найти тут что-то ценное, но мы всё равно решили прогуляться. В конце концов, нужно же было как-то оправдать наш поход, если в хранилище окажется пусто. Хотя на самом деле мне просто хотелось немного отвлечься. Всё-таки я не очень любил большие скопления людей.

Поравнявшись со мной, Мария с интересом спросила:

— Ты так целенаправленно двигаешься, будто знаешь что-то об этом месте.

— Знаю, но не скажу, чтобы раньше времени не расстраивать. Мало ли как всё там изменилось. Возможно, того места уже нет в помине. Пусть станет сюрпризом.

Мы направлялись к улице Схонбек, где находился центральный банк и ювелирный магазин. Очевидно, что всё содержимое могло быть давно вывезено. За это время здесь побывало множество людей, по крайней мере, так мне кажется. Всё-таки пока мы не проверим, мы не узнаем точно.

Наши девушки, я уверен, думают, что мы придём, и все плюшки-побрякушки будут лежать на полке, чтобы мы могли их сразу же взять. Они, вероятно, не предполагают, что нам придётся серьёзно потрудиться, используя лопату или кирку. Не будем заранее расстраивать.

Минут через двадцать наша компания стояла на руинах банка.

— Почти три тысячи лет назад в этом месте стоял банк. И если мы покопаемся тут, возможно, найдём золотые слитки. А вы, девушки, можете сходить напротив, — указал я себе за спину. — Там в те времена находился знаменитый ювелирный магазин.

Мария с Викой с загоревшимися глазами чуть ли не наперегонки побежали в ту сторону. Джованни с лицом мученика отправился следом, дабы присмотреть. Обязанности охранника с него никто не снимал. Я, естественно, перед этим просканировал местность тепловизором на наличие крупных хищников. Никого рядом с нами не оказалось, точнее, в радиусе семидесяти пяти метров. Да-да, когда мой биокорп перешёл во вторую стадию, тепловизор также автоматически улучшился. Жаль, не со всеми способностями такое случилось.

Когда мы остались втроём, Ичиро подошёл и так, чтобы не услышал Даниэль, спросил:

— Зачем мы тут на самом деле?

— Ничего такого, учитель. Хотелось немного отвлечься. Ответственность за людей давит. Вроде, как и не назначили главным, но они словно слепые котята. Вы же сами знаете, как тут опасно. А они идут будто на прогулке в парке.

— Понимаю тебя, Арти. Но иногда посылаемые нам судьбой испытания нужны для нашего прогресса. Иначе мы застоимся на месте.

Развивать тему дальше я не стал. Он был прав. Стоит поднять выше голову и встречать проблемы как очередной способ стать лучше. На словах как всегда легко, а на деле кажется невыполнимым.

Взявшись за кирку, пошёл к тому месту, где должна быть лестница, ведущая в хранилище.

Прошло три часа.

К нашему удивлению, пробраться на нижний этаж не составило особых проблем. Особенно когда ты знаешь, где искать вход. Хорошо хоть стены под землёй сохранились. Спускался я крайне осторожно, боясь в первую очередь, что всё это обвалится на мою голову, похоронив искателя под собой.

Дверь в хранилище обнаружилась открытой, что стало приятным сюрпризом. Позвав Дана с учителем, мы стояли перед входом и взирали на призанятную картину. Золотые слитки по большей части были сложены ровной кучкой посреди небольшой комнаты. Этого золота вполне хватит, чтобы жить безбедно до конца дней. Жаль, не на всех. Тогда бы можно было остановить на этом нашу авантюру, а по-другому её никак не назвать, и не продолжать дальнейшее путешествие. Эх, мечты-мечты.

И тут моё сердце пропустило удар. Я заозирался. Не в силах понять, что не так. Что-то явно произошло, но что? И тут осенило — девчонки!

— Артур, всё в порядке? На тебе лица нет?

Не отвечая, я стремглав взобрался по лестнице, что вот-вот готова была рухнуть, но, к счастью, выдержала. Очутившись на поверхности, закричал: «Вика? Мария?!» В ответ тишина.

— Отбрасывая кирку и обнажая шпагу на ходу, я побежал туда, где наши должны были бы находиться.

Перед глазами возникает надпись, но я её машинально смахиваю, дабы не загораживала обзор.

В тот момент, когда я перебегал «улицу», услышал свист. Пришлось уклоняться на бегу. Мельком замечая, как игла пролетает в сантиметре от моей шеи, а после я замечаю того, кто её выпустил.

Устремившись к нему, я чуть было не пропустил очередной выстрел иглой. В этот раз пришлось укрыться за остатками стены. Взяв в руки метательный нож, я на миг вынул голову и тут же её убрал. Игла стукнулась об бетон, поднимая крошечный фонтанчик пыли, а затем безвольно опадая на землю.

Вскочив на ноги, я первым делом метнул лезвие, что удачно вошло точно в лоб. Следом тело стрелка падает замертво, а я уже несусь к следующему.

Главный вопрос: сколько их здесь? А ещё мне очень хочется попадать под их иглы. Чую, ничем хорошим это не закончится.

Добежать до того, кто выстрелил в меня первым, я не успевал каких-то три метра. Он же уже поднимал длинную трубку, готовый выстрелить. В левом углу моего зрения высветилась надпись — Сарбакан.

Резко прыгнув вперёд, я вскинул руку, выставляя перед собой шпагу и пробивая тому живот. Мужчина вскрикнул от боли, выпуская своё оружие. Но умирать он не желал и потянулся за ножом, висевшим на поясе. Больше похожей на набедренную повязку. Удар моей ноги снизу вверх, угодивший точно в подбородок, отправляет его в бессознательное состояние. А я, активировав тепловизор, начинаю оглядываться в поисках их приятелей. Убедившись, что никого более нет, я наконец смог рассмотреть валяющееся тело у моих ног. Это был человек... Точнее, не совсем. Он лишь отдалённо напоминал его. Лицо искривлено, нереально выпирающий лоб, а голова размерами превышает все видные мною ранее. На которой полностью отсутствуют волосы. Левая рука чуть короче правой, да и ноги явно имели дефекты.

Пока я разглядывал сие чудо, ко мне присоединились Даниэль с Ичиро.

— Это что такое? — скривившись, спросил Дан.

— Не знаю. Вроде человек. Но больно уродлив. Похоже на последствия долгого нахождения вблизи яда предков. Я как выскочил наружу, этот и ещё вон тот, — указал я себе за спину, — напали с помощью курительных трубок. Похоже, они следили за нами и, как только мы разделились, похитили наших.

— И что делать будем?

— Я сейчас допрошу его и отправляю в погоню, а ты дуй в лагерь и предупреди всех быть на стороже. Скажи, чтобы не вздумали за нами отправлять кого-либо. Медичи также предупреди, чтобы не дёргались, Марию я спасу. Всё, беги, не тяни. Пока светло, успеешь добраться.

Даниэль задавать лишние вопросы не стал, а развернулся на месте и побежал в сторону лагеря. Люблю таких.

Присев на корточки, я поднял кусок ветки, воткнул его в проделанную мною рану и стал шевелить. От боли мужчина пришёл в себя и заорал.

«Es tut weh. Tier».

Прооравшись, он гневным взглядом разглядывал нас с Ичиро, при этом что-то лопоча. Я, как и мой учитель, толком не понимал сказанного им.

«Ich werde dein Herz herausreißen und es essen».

— Выручай, — обратился я к самой умной, кого я знаю, а именно к сестре. Надежда была только на неё. Чем дольше я тут вожусь, тем меньше остаётся шансов на то, что Виктория выживет.

Олька, молодец, не поведала. Начав анализ речи, и уже через минуту выдала отсчёт.

— Язык, на котором он говорит, отдалённо напоминает немецкий. Погоди немного, я загружаю его в твою память. Мне нужна энергия подправить языковые связки.

Ощутив лёгкое головокружение, я понял, что работа началась. Как она и сказала, прошла минута, и я стал понимать некоторые слова, вылетающие изо рта ублюдка, посмевшего похитить мою девушку.

— Гнилой демон. «Мои боги защитят от тебя», — сказав это, он схватился за какую-то висюльку у себя на шее. — Умрёшь мучительной смертью, а я буду хохотать.

— Заткнись, тварь, — ответил я ему на его же языке. От изумления он и в правду закрыл рот, не договорив очередное ругательство. А у Ичиро дёрнулся глаз, но задавать вопросы он не стал, и так понятно, что я отвечу — библиотека.

— Куда увели пленников?

— Я убью тебя, отрыжка свиньи.

Пришлось вновь прибегнуть к ветке, заставив того орать на всю округу.

— Я повторяю свой вопрос. Куда увели пленников?

Видя, что отвечать он не намерен, я сломал ему мизинец на ноге, затем второй. На шестом он всё-таки сломался сам, указав мне направление, куда уволокли наших.

— Сколько у вас людей?

— Семь рука мужчин, два женщин, одна дети, — ответил он, как только я потянулся к целым ещё пальцам.

— Вы со мной, и отговаривать вас бесполезно?

— Глупый вопрос. Особенно когда мой «гири» перед тобой только растёт.

Взмах шпаги, и допрашиваемый валится набок, не в силах остановить вытекающую из него жизнь.

Достав из сумки эликсир «Патентия», я протянул его Токугава.

— Выпейте, чтобы не отставать.

Японец кивнул и мигом осушил флакон.

Убрав оружие в ножны, я сходил и забрал метательный нож. Закрепив сумку так, чтобы не мешала бежать и убедившись, что эликсир подействовал на Токугаву, я рванул с места.

С помощью оного японец не отставал, но соблюдал дистанцию в десяток метров. Чтобы если встретим врага, то сразу двоих не подстрелили.

Через сорок минут мы достигли границ леса. Пришлось остановиться. Японец обнаружил глубокие следы.

— Видишь, некоторые ушли глубже в землю, — я кивнул. — Это те, кто тащат на себе груз. Мы на правильном пути.

Дальше бежать было опасно. Во-первых, лес очень густой, при этом смешанный. Из-за множества кустарников видимость была ужасна. Хорошо хоть тепловизору плевать, а вот энергии осталось совсем крохи. После изучения языка и активной защиты организма в наличии оставалось 0,22. Применив несколько раз тепловизор, я потратил ещё 0,1, а учесть, что расход 0,1 энергии в минуту, то более не смогу применять данный навык, и это станет серьёзной проблемой. Приходилось постоянно переключаться между обычным зрением и тепловизором. Силясь сэкономить. Получалось, если честно, так себе.

Двигаясь вперёд, мы не могли понять одного. Как они-то пробирались сквозь лес, неся на себе троих людей? Троп что-то мы не наблюдаем. И следы теряются стоило нам зайти чуть глубже.

Как бы я не желал спасения Вики и остальных, не стоит забывать, что мы находимся на враждебной территории. Они тут живут годами, если не сотнями лет. И знают здесь всё до последнего сучка. Спрячется парочка таких с дудками, и пиши пропало.

Куда идти — непонятно, что делать — так же. Энергии нет. Бежать сломя голову — лёгкий способ её же и сложить тут. Я разрывался между желание бежать спасать и здравым смыслом. Любовь опасная штука.

Помощь пришла оттуда, откуда я её совсем не ждал.

— Брат, у тебя всё хорошо? Я почувствовал твой страх и прилетел, как только смог.

Подняв голову вверх, я увидел Фулгура, парящего над нами.

— Моя девушка похищена, и я не могу найти её след. Видишь ли ты её в лесу? — спросил я, внутренне молясь о помощи.

— Брат, я не вижу твою самку.

Я был разочарован. Конечно, как он мог её увидеть в этом густом лесу? И на что я надеялся?

— Брат Артур, вижу скопления двуногих. Возможно, она среди них?

—Где? Как далеко? Сколько их?

— Не могу сказать, не хватает «развития», но дам направление.

С этими словами он полетел в сторону, где заметил «двуногих».

— Спасибо, Фулгур, ты меня сильно выручил.

— Мы же семья, а семья помогает, — с этими словами он скрылся из виду.

Я стоял и удивлялся, насколько быстро развивается мой питомец. Удивительно, а ещё жалуется, что ему не хватает «развития»! Кем же он станет, когда достигнет своего пика? Даже боюсь представить.

— Следуйте за мной. Я знаю, куда они направляются.

— Не буду спрашивать, как ты это узнал. Не аквил же, на которого ты смотрел, подсказал тебе путь, — нервно усмехнулся Токугава. Вместе с тем, заметив моё серьёзное лицо и то, что я не смеюсь, он поднял перед собой ладони в останавливающем жесте:

— Стоп, молчи. Лучше молчи.

— Как скажете. Да и не место для разговоров, — подмигнув ему, я убрал своё оружие, и побежал.

Мы решили рискнуть и перейти на бег. В надежде догнать отряд, прежде чем он доберётся до поселения. Я бежал первым, готовый в любой момент воспользоваться эликсиром «Вита». Учитель бежал за мной, чуть отставая, на всякий случай. Через три с половиной километра я остановился, подняв кулак вверх. Тем самым предупреждая Ичиро замереть.

Мы набрели на тропу. В этом месте она была ярко выражена. Возможно, там, на границе леса, они ходят нечасто, дабы их не могли выследить. Вот потому-то мы скорее всего следов и не заметили. Умные ублюдки, раз так хорошо скрываются. Но ничего, дайте мне только до вас добраться, и я… В общем, сделаю вам больно. А ещё мы так и не встретили их. Возможно разминулись.

По тропе мы, конечно же, не пошли. Во-первых насторожившись, начали часто смотреть по сторонам, дабы не наткнуться на патруль. Хоть один, но должен быть. Не может не быть. Тем более их стрелки не вернулись. А значит, кто-то что-то должен заподозрить и послать людей им на встречу. С другой стороны, прошло не так много времени, чтобы начать волноваться. Кто их знает, как у них тут всё устроено.

Во-вторых, стоило убедиться, что девушки и Джованни ещё живы. А для этого надо как можно скорее добраться до мест обитания гадких похитителей. План был прост: коли живы, то пробраться ночью и освободить пленных, попутно вырезая мужчин.

Если же с ними будут обращаться так, что это повредит их здоровью, в том числе попытаются… В этот момент меня охватила такая ярость, что я понял: если увижу это, то ворвусь туда и начну сеять смерть. Мне будет всё равно, кто это — женщины или мужчины. Все умрут до единого.

Двигаясь между деревьями, я, воспользовавшись остатками энергии, через каждую сотню метров использовал тепловизор. И с облегчением выдохнул, не увидев ни единой живой души вокруг нас. И это немного настораживало. Куда все подевались?

Само поселение мы обнаружили ещё через полкилометра. Но приближаться слишком близко пока не решились. Подойдя к нему с противоположной стороны, я на излюбленный манер выбрал повыше дерево. Забравшись на него, стал рассматривать быт этих странных «людей». Перед этим выпив эликсир «Зоркий глаз». И скажу я вам, тот, кого я допрашивал, был красавчиком, по сравнению с теми, кого я наблюдаю в данную секунду.

Японец оказался не менее любопытным и сейчас восседал на соседней ветке.

Первое, что мы увидели, повергло нас в шок. Каким-то образом отряд, схвативший наших друзей, уже прибыл в поселение. И теперь все они сидели вокруг большого костра, мерно покачиваясь из стороны в сторону.

Двое аборигенов вынесли вертел с нанизанным на него Джованни Медичи. Установив над горящим костром, стали медленно вращать, чтобы он хорошенько прожарился. Я едва сдержался, чтобы не броситься на них с оружием и не поубивать всех до единого. В то же время, проследив за рукой японца, указавшего мне куда-то в даль, я приглядевшись заметил Вику и Марию, привязанных к столбам, что были установлены недалеко от поляны. Тяжело выдохнув, я взял себя в руки, ибо не могу позволить себе действовать опрометчиво.

Возникла мысль, от которой я стал… Противен себе, что ли. Да, наверное, так. Фактически в смерти дяди Марии виноват я. Оставив их без присмотра и понадеявшись на его мастерство. И теперь он был мёртв. Что-то прочитав на моём лице, японец тихо проговорил:

— Твоей вины в том нет. Мы бы по-любому не успели. И причём дело не в этом. Скорее всего, Джо убили ещё там, на развалинах. Он наверняка вступил с ними в схватку, но был повержен под натиском врагов. Тебя атаковали двое, а сколько напало на него нам не известно. Лучшее что мы можем сделать спасти его племянницу и отомстить.

— Да, наверное, вы правы, учитель. Но я всё равно убью их, — на что он отрицательно покачал головой.

— Артур, Артур. Не корми внутреннего демона. Он сожрёт тебя с потрохами и не подавиться. Опомниться не успеешь, как станешь тем, кого сам ненавидишь.

— Послушай своего друга. Он дельные вещи тебе говорит, — вторила ему Олька.

Смотреть, как начнут трапезничать эти дикари, я не желал, а потому занялся исследованием поселения и выстраиванием плана проникновения.

***

Мария и Виктория.

В то же время.

— Вика, Вика, очнись же! — шептала Мария, дабы схватившие их люди не услышали. Во рту пересохло, мучила жажда, и говорить было очень трудно.

— Что? Что произошло? Где я? — Очухавшись, девушка попыталась пошевелиться, но ей это не удалось. Руки и ноги были крепко привязаны.

— Не дёргайся, а то на нас обратят внимание, — произнесла полушёпотом Мари.

— Нас схватили и притащили сюда.

— Кто?

— Они, — указала она кивком в сторону сидящих у костра обезображенных людей.

— А что им от нас надо?

— Не знаю. Наверное, хотят нас съесть. Как видишь, эти нелюди жарят моего дядю, как свинью на вертеле, — сказала, словно выплюнула Медичи.

Вначале Виктория не сразу поняла услышанное, а через секунду, когда мозг совместил слова с картинкой, её вывернуло.

— Вот и меня так же полоскало, только теперь уже нечем, — прокомментировала подруга по несчастью, стараясь не смотреть в сторону костра.

— Ты, кстати, что последнее помнишь? — Решила отвлечь её Мария от ужасной картины. Ибо ей совсем не улыбалось, чтобы Вика впала в истерику и тем самым привлекла к ним внимание. Она и сама едва держится.

Свен на миг задумалась:

— Эм-м, я наклоняюсь за цепочкой, блеснувшей на солнце, а потом всё как в тумане.

— Ясно. Получается, нас чем-то вырубили, а потом принесли сюда.

— А кто они такие вообще? Выглядят отвратительно.

— Был бы тут твой Артур, он бы нам прочёл лекцию кто, почему и зачем, — на лицах появились горестные улыбки.

Из деревянного дома к ним вышел мужчина, одетый в набедренную повязку и шкуру тигра, накинутую на плечи как плащ. Шкура была старой, местами изношенной и облезлой, но её обладатель держался с королевским величием. Когда он приблизился к столбам, девушки смогли рассмотреть его более внимательно.

У него была большая голова и узкие глаза, а волосы росли клочками. Нижняя челюсть выступала вперёд, а зубы росли в разные стороны. Когда он шёл, то слегка прихрамывал, так как левая нога была чуть короче правой. Короче, ещё тот красавчик.

В левой руке он держал посох, на навершие которого установлен череп, явно принадлежавший человеческому ребёнку. Но при всём этом пленниц привлёк не посох или сам мужчина, а ожерелье, висевшее у того на шее. Оно состояло из множества крупных, нет, огромных синих кристаллов. Ни Мария, ни Виктория не сталкивались с подобным в своей жизни. Они заворожённо уставились на него, не в силах вымолвить и слова.

— О, вы улыбаетесь, и это замечательно. Сегодня вы станете моими жёнами и родите мне детей, — с этими словами местный вождь сбросил с себя повязку. — Моё семя сильное и даст много потомства.

Ха-ха-ха, — рассмеялся он, наблюдая, как улыбки пленниц сменяются страхом, а в глазах появляются слёзы. Владыка обожал, когда его боятся. Чужой страх доставлял ему огромное удовольствие.

— Ждите, ночь близка, — с этими словами он направился к костру, где его соплеменники с нетерпением ждали прихода вождя, чтобы вместе приступить к трапезе.

— Ты что-нибудь поняла из того, что он говорил?

— Нет, — покачала головой Мари, — но я догадалась, чего нам ждать этой ночью.

— Да уж. Здесь и переводчик не нужен.

Медичи вдруг обратила внимание на то, что Виктория совершенно не нервничает. Она не кричит, не бьётся в панике — ничего близкого к нервному срыву. И это несмотря на то, что им грозит опасность? быть изнасилованными этой ночью. Откуда в ней такая уверенность? Неужели она так верит в своё спасение Артуром? Бедная девочка. Принцев на белом коне не существует. И Мария не ожидает никакого спасения, по крайне мере не сейчас. Им придётся пройти через этот ужас и выжить. Не желая ходить вокруг до около, она решила уточнить сей момент:

— А ты почему такая спокойная? Нас будут насиловать всю ночь, и это точно будет не один человек.

— Артур придёт за нами, — ответила Вика, подтверждая мысли Марии.

— Никто не придёт за нами. А если и придёт, то уж точно не сегодня.

— Он уже тут, я чувствую, — спокойный голос Вики начал выводить Марию из себя.

— Оглянись, родная. Их тут несколько десятков. Как он с ними со всеми справится? Да и вряд ли ему поможет этот странный японец. Нет, он боец в городе известный, но всё же. Про Даниэля вообще молчу. Втроём против стольких людей. Нет, маловероятно, можно сказать, невозможно. И, кстати, не факт, что Артур выжил. Я припоминаю, там на развалинах кто-то оставался в засаде поджидать их.

— Успокойся, всё скоро закончится. Нас скоро спасут. Ты знаешь, сколько людей было под горой, откуда меня вытащил Арти? Больше сотни! Он находился в зале, где было максимум чёрных алхимиков, и ничем себя не выдал, притворяясь одним из них. Представляешь, какая у него выдержка? Он не испугался такой толпы. Хотя он делал это не ради одной глупой девчонки, возомнившей себя неприкосновенной, но всё равно. Главное, что он вернулся и вытащил из их мерзких лап. Он бесстрашен, силён и готов убить любого ради своих людей. Верь в него. Что ему эти аборигены, на один удар.

Такую слепую веру в человека Медичи видит впервые. Да, об этом пареньке кто только не судачит, приписывая тому невероятные подвиги, но это же всего лишь слухи. По большей части выдумка, не более. И только она хотела открыть рот, чтобы возразить, как началось нечто невообразимое.

Человек без шеи, у которого голова была как бы продолжением туловища, рухнул на землю бездыханным. За ним последовал его сосед, чья голова разлетелась на куски, словно арбуз.

Было непонятно, кто и откуда напал. Солнце почти село, и в этом месте, окружённом кронами деревьев, стало совсем темно. Свет от единственного костра не давал возможности рассмотреть что-либо. Однако тихий шёпот второй пленницы заставил и её оскалиться в хищной улыбке.

— Пришёл мой Арти. И теперь вы все умрёте.

***

Дождавшись темноты, мы атаковали. Ждать более не было смысла, особенно после того, как я подслушал разговор местного вождя с нашими барышнями. К тому же каннибалы всем поселением сидели у костра в ожидании, когда им принесут еду, что упрощало нам задачу. Оружия при них я не увидел. Были копья да пара топоров. Главное, нет трубок.

Порывшись в сумке, я аккуратно достал из пенала, в котором хранились снаряды с разъедающей жидкостью, взрывной флакон, что прикарманил ещё под горой. Передав Ичиро, я попросил его быть крайне осторожным.

По плану он должен бросить их в толпу, когда те отвлекутся на мою атаку. На его вопрос, что это за флаконы, я, хитро улыбнувшись, проговорил: «Сам скоро всё увидишь».

Он отправился на противоположную сторону поселения, занимая положение за столбами. На тот случай, если они захотят воспользоваться нашими как заложниками. Этого допустить мы никак не могли.

Вооружившись пращой, я собрал у ног небольшую горку камней, затем переместился чуть левее и сделал то же самое. И так несколько раз подряд. Убедившись, что учитель занял необходимую позицию, я, раскрутив пращу как можно сильнее, выпустил снаряд.

Моей первой целью стали те, кто стоял у тела Джованни, готовясь разрезать его на части. Я выстрелил, и снаряд попал точно в голову одному из них. Не теряя ни секунды, я сразу же выпустил следующий снаряд. Эликсир Вис уже начал действовать, и второй снаряд с невероятной силой пробил череп и разорвал его на части.

Люди у костра ещё не успели осознать, что происходит, а я уже переместился к ближайшему дереву и начал новую атаку. Пока они приходили в себя, я успел убить ещё троих.

Те, кто сидел ближе к павшим сородичам, вскочили на ноги и начали громко орать. Вождь пытался перекричать их, указывая посохом на дерево, за которым я недавно скрывался. Несмотря на его попытки усилия были напрасны, так как все начали бегать туда-сюда, не обращая на него внимания.

В этот момент в дело вступил японец. Он сделал то, о чём я его просил, а именно — кинул взрывной флакон в толпу. Но… Он не попал ни в одного из людей, коих было охренеть как немало. Брошенный им бутылёк угодил в костёр. Когда бутылёк разбился, эффект от взрыва превзошёл все мои ожидания, и, думаю, Токугавы тоже. Раздался оглушительный взрыв, разбросавший угли, что стали своего рода осколками. Хотя они и были слабыми, не чета железным, но оголённым телам этого оказалось вполне достаточно.

Взрыв создал панику. Нелюди стали разбегаться во все стороны, снося друг друга. Вождь продолжал кричать и пытался организовать что-то вроде защиты, но после произошедшего это было уже невозможно.

Обнажив меч, Ичиро Токугава — мастер меча — кинулся вперёд. Срезав путы с пленниц, он встал на их защиту. Тех, кто подбегал к нему с оружием, он рубил на смерть, тех же, кто пытался спастись бегством, он не трогал. Смысл убивать безоружных? Поселение находится в запретных землях. Изменённые животные сами разберутся с ними.

Стоя с мечом на изготовку, он наблюдал за Артуром, что шёл через толпу к своей цели как раскалённый нож сквозь масло.

На него нападали, наносили удары копьями, стремясь пронзить его грудь. Однако он двигался с удивительной для человека скоростью, уворачиваясь от смертельных ран в те моменты, когда они были неизбежны. Как это было возможно? Увиденное не укладывалось в голове. И ведь Ичиро был уверен, что тот не использовал «Фуерза». Эликсир не действует столь продолжительное время.

Не прошло и трёх минут, как всё было кончено, а перед Артуром замер последний враг. Кого он специально оставил напоследок.

Вождь, что державший в руке посох, а в другой кинжал, явно был напуган. Это было написано на его лице. Он пятился, прекрасно понимая, ему не убежать. Единственный шанс — это одолеть непонятого убийцу, сеющего смерть на своём пути.

Парень, чьи одежды покрыты с ног до головы кровью, шёл, переступая через трупы, обращаясь к тому на непонятном языке.

«Эх, всё бы отдал, чтобы узнать, о чём они говорят», — подумал Ичиро. Так думал не только он, а ещё пара девиц с животным восторгом, наблюдавших за резнёй, устроенной Артуром.

Как бы ни казалось это жестоким, но человеческая природа берёт своё. И пусть лучше всё плохое происходит с кем-то другим, а если этот кто-то ещё и заслуживает этого, то так даже лучше.

***

После того как произошёл взрыв, внеся сумятицу в их ряды. Я, обнажив шпагу, ударил им в спину. Оставлять учителя с ними один на один я, конечно же, не собирался. Но чем ближе приближался к заветной цели, тем больше понимал: никто не оказывает хоть какого-либо серьёзного сопротивления.

— Артур, спина, — предупредила Олька, и я в тот же миг, согнувшись, резко прыгнул вперёд, а вражеское копьё проткнуло пустоту. Лежать на земле мне не дали. Пришлось вновь уходить от атаки копья, но уже другого человека. Уйдя перекатом в противоположную от него сторону, я, поднимаясь на ноги, отбил очередной удар копья, срубив ржавый наконечник. Женщина, это я понял по висящим грудям, что ударила мне в спину, и уже сделала шаг ко мне, в ответ получила метательный нож, вошедший ей в плечо. Швырнув оружие, она, заверещав, бросилась наутёк.

Уродец, чьё копьё я срубил, устремился в атаку с обрубком. На что он надеялся, я без понятия. Отведя шпагой древко вправо и сжав левый кулак, врезал ему что было силы в глаз. Голова дёрнулась, следом тело, как подкошенное, рухнуло наземь. Мне почудилось, будто я услышал характерный звук. Похоже, я сломал ему шею. Странно. Какие-то они больно хрупкие.

Отгоняя ненужные мысли, я пошёл вперёд. Мимолётно бросив взгляд на японца. Тот стоял на страже и легко сражал редких нападавших. Хорошо, значит, об этом можно не беспокоиться и сосредоточиться на главе поселения. Угрожавшего насилием моей Вики.

На моём пути появились ещё двое «воинов». С криками они бросились в атаку, занеся над головой кривые ножи. Всё-таки качество их оружия оставляло желать лучшего: оно было больше похоже на заточенную арматуру, чем на сталь. Торен, увидев такое непотребство, не спал бы неделю, ругаясь на чём свет стоит.

Проткнув первого и перерезав шею второму. Я слегка завис от возникшей мысли:

«И как они справились с Джованни? Уму непостижимо. Они же слабаки».

Прежде чем я достиг своей цели, мне пришлось сразиться с четырьмя противниками, включая двух женщин. Я не стремился к умышленному убийству, но если они нападают на меня, то пусть будут готовы к последствиям.

— Кто ты такой, демон? Почему ты напал на нас? За что убиваешь?

— Вы совершили смертельную ошибку, — указал я на мёртвое тело Джованни, так и висящего на вертеле. — Похитили наших девушек. И за это я заберу ваши жизни себе.

— Пафос наше всё. Да, братик?

— Отстань, — на что Олька залилась смехом. Это хороший признак. Значит, она уверена в нашей победе.

— Они — наша добыча, — прокричал он, скидывая шкуру и хватаясь за посох двумя руками.

Кстати, он не расстался с ним, как я думал. Мне казалось, что он будет сражаться со мной тем изогнутым кинжалом, который висит у него на поясе. Выходит, он использует его не только для создания устрашающего образа, но и как настоящее оружие. Мне же лучше. Палка не выглядит устрашающе.

— Эти женщины мои! Они будут рожать моих детей. Уходи, демон.

Пока он говорил, я не переставал идти прямо на него. Кружить с ним или что-то в этом роде не имеет смысла. Я уже понял, какие из них «воины». И эта самоуверенность мне чуть не стоила жизни.

Сделав рывок, я нанёс нехитрый удар сверху по диагонали, желая тем самым рассечь палку пополам. К моему великому изумлению, этого не произошло. Посох выдержал удар, а на уродском лице вождя появилась довольная ухмылка.

— Тебе не сломать оружие богов, демон, — заорал он, перейдя в атаку.

Наш поединок хоть и проходит с вождём каннибалов на открытой местности. Но валяющиеся тут и там раненные люди также представляли угрозу. Время от времени пытаясь дотянуться или ткнуть обидчика в моём лице чем-нибудь острым. Приходилось постоянно отвлекаться.

Так необходимо сосредоточиться. Вдруг их оружие смазано каким-нибудь ядом. Малейшая царапина — и поминай как звали. Энергии-то нема, и активная защита не действует.

Я перешёл в наступление, нанося стремительные и меткие удары шпагой. Желая покончить с ним как можно быстрее. Но этот товарищ ловко парировал все мои атаки, используя для этого посох. Который никак не хотел ломаться. А его ответные выпады сбивали с толку и заставляли терять концентрацию.

«Вот как ему это удаётся? Откуда сила и ловкость?» — недоумевал я. Всё происходящее не желало укладываться в моей голове.

Из-за ненужных дум едва не получил копьё в бок. Чудом извернувшись, я сумел уйти от копья, брошенного в меня орущей женщиной с расстояния трёх метров. Одновременно с ней нападает и мой противник, едва не попав обухом мне по макушке.

Отпрыгнув, я спешно достал метательный нож.

— И чего вы тут все орёте как резаные? — Бросив лезвие, я угодил ей точно в рот, заставляя замолчать.

— Так ты их, братец, и режешь, если ты не заметил, — с иронией в голосе ответила Олька.

— Ну да, логично.

Я продолжил атаковать вождя, нанося тому удары с разных сторон. Он не стоял столбом, а пытался контратаковать, и только благодаря возможностям биокорпа уклониться от его ударов не составляло особых проблем. Если бы ещё не уродцы, пытающиеся зайти мне в спину, давно бы уже покончил с ним.

В конце концов, мне это всё надоело. Я провёл серию стремительных атак, заставив вождя пятиться. Отступая, главный каннибал потерял равновесие, споткнувшись об одно из тел, и упал на землю. Выпуская посох из рук. Я подошёл к нему и занёс шпагу, намереваясь нанести последний удар.

И в этот момент вождь смог поразить нас с Олькой по самое не могу. Засунув руку за пояс, он, вынув кривой кинжал, швырнул его. Я же, легко отбив, ухмыльнулся, а затем моя ухмылка медленно сползла с лица. Поскольку, когда я отбивал шпагой, то перекрыл себе обзор и не увидел, как вождь достал что-то ещё, и это был… Пистолет. Ржавый, сука, но пистолет.

Первая мысль: в таком состоянии он не выстрелит, но Олька была другого мнения.

— Берегись! — закричала она, отчего моя голова зазвенела. Так громко это было.

Вместе с ней закричал и вождь:

— Умри, демон! — и нажал на спусковой крючок.

Пистолет выстрелил, и в тот же миг его дуло разлетелось на части. Между тем это не помешало оружию выполнить свою задачу. Пуля, вылетев, попала в клинок, который я держал перед собой. Я не успел уйти с линии выстрела, а ведь недавно хвастался своей ловкостью. Наивный дурак!

Встретившись со шпагой, пуля была рассечена на две половинки.

Вождь победно улыбнулся, но, глядя на то, что я всё ещё жив, его улыбка стала медленно угасать, сменяясь выражением ужаса.

Воспользовавшись моим замешательством, он вскочил на ноги и поднял свой посох, готовясь нанести смертельный удар. А я до сих находился в полном недоумении от происходящего. Я только что был на волосок от гибели из-за своей самоуверенности. Больше испугавшись не за себя, а за Вику, точнее того, что её ждало. Самоуверенный идиот.

Атака вождя застала меня врасплох. Нет, среагировать я всё же успел, но шпага была выбита из моих рук. От следующей атаки я отклонился. Далее, сделав резкий шаг к нему, дабы сократить дистанцию, и желанием нивелировать возможности посоха, ударил ребром правой ладони по запястью, заставляя выпустить посох, а следом стукнул правым кулаком в грудь, выбивая из неё весь воздух и сбивая ублюдка с ног.

Падая, он схватился за мою рубаху, потянув за собой, из-за чего мы упали вместе. Наша борьба продолжилась на земле. Я переживал только о том, чтоб мне никто не ударил в спину.

Ловко извернувшись, я оказался сверху. Мой противник не сдавался и, зачерпнув земли, бросил её мне в лицо. Я успел закрыть глаза и вслепую перехватил летящий кулак мне в челюсть.

Сидя на нём, я, зажав ему руки ногами, стал наносить удар за ударом, пока лицо вождя не превратилось в кровавую массу.

— Перестань, Артур, он мёртв, — услышал я обеспокоенный голос Вики за спиной. Девушка подбежала и обняла со спины, сжимая.

— Я знала, что ты придёшь за мной, верила всем сердцем.

— И правильно сделала. Никто в этом мире не посмеет забрать тебя у меня.

Поднявшись, я обнял её в ответ.

Пнув напоследок мёртвое тело, я мысленно проговорил: «Ты достойный противник, но сегодня победа за мной».

— Артур, ну как так-то? — Возмущённая Вика указала себе на рубашку, заляпанную кровью.

— Эм-м, прости не хотел.

Глава 8

Глава 8.

Похороны Джованни и снова в путь.

Поселение каннибалов.

Спустя шесть часов.

Все местные разбежались кто куда, раненых добивать не стал. Не заслужили. К моему счастью, детей среди мёртвых не обнаружилось. Да, это звучит глупо. Коли взрослые нами перебиты, то получается, и они умрут, вопрос только когда?

По просьбе Медичи мы предали Джованни огню. Собрав прах, мы передали кулёк Марии. Другой тары не нашлось. Она по его просьбе должна развеять его над морем, как завещал её дядя.

У него, между прочим, осталось четверо детей и жена. Все взрослые, но от этого им будет не меньше горше, чем если бы они были маленькие.

Пока японец таскал дерево для костра, я прошёлся по лесу. Мало ли кто из них вернётся и ударит нам в спину. Но обошлось.

Когда я вернулся, ко мне подбежала Вика и спросила, не видел ли я ожерелье из синих кристаллов. Она быстро поняла, что я не понимаю её, и пояснила, что имеет в виду. Мы начали искать это сокровище вместе.

Странно, но я не заметил ничего этакого на теле вождя ещё до начала схватки. Всё же удача улыбнулась нам. Ожерелье нашлось всего в паре метров от мёртвого вождя, и нашёл его не я. Земля была рыхлой, и кто-то, возможно, это были мы, наступил на него, вдавив в почву.

Более того мне не помогло моё умение ощущать кристаллы. И тут я уразумел ещё одну важную деталь: если накопители находятся под водой, я могу легко их почувствовать. Однако, если кристаллы погрузить в землю, я могу пройти рядом и не заметить. Стоит сделать себе пометку.

Тщательно отмыв, я положил «украшение» себе в сумку. Никто не стал оспаривать, что оно моё по праву. Хотя как могло быть иначе? Убил я, а значит, и добыча тоже моя. Правда, Вика потребовала награду, но так как не время и не место, то согласилась на предоплату в виде поцелуя. Самое важно это что она не сломалась, а стойко верила, что я за ней приду.

Незаметно от всех я проглотил два кристалла. Оставаться без активной защиты нежелательно. Я всё ещё опасался духовых трубок. А точнее той хрени, в которую они макают свои иглы.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Получено 1.7 энергии.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Получено 1.4 энергии.

— Обалдеть. Сколько энергии.

От восторга я проглотил ещё два.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Получено 1.8 энергии.

Усвоен накопитель шестого уровня.

Получено 1.9 энергии.

— Это что за кристаллы такие жирные? Почему так много?

— Не знаю, Артур. Удивлена не меньше твоего. Но мыслю, необходимо усвоить их все. Это даст хороший шанс ускорить твоё развитие. Расширим энерго каналы, усилим костный каркас, укрепим нервную систему. Сможешь продержаться в постели столько сколько захочешь.

— Ой да, а иди ты. Нечего так явно завидовать.

— Было бы чему. Я, знаешь ли…

— Отвали, не хочу и слушать… Бр-р-р. Ужас какой.

— Ой-ой, какие мы нежные. Ладно, братик, шутки в сторону. Если серьёзно, то сегодня ты чуть не погиб от обычного огнестрела, а вместе с тобой и я. Это никуда не годится. Нам надо ускорить твоё усиление.

Что тут сказать? Я был с ней полностью согласен. Но я помнил предупреждение отца не употреблять более десяти за раз.

Проглотив ещё шесть, в итоге получил аж целых 17,4 единиц энергии. Где-то после 8 кристалла биокорп знатно так тряхнуло. Но скажу честно — это было приятно.

— Вот это я понимаю синие кристаллы, а не та мелочь, съеденная до этого. Когда начнём?

— Энергии хватит, чтобы многое усилить, но необходима белковая еда и желательно побольше. Прежде чем запустить процессы, надо обязательно убедиться, что тебя никто не потревожит. Минимум часов двенадцать.

— Принял, сделаю. Самому хочется стать сильнее.

— Оль, а можно задать вопрос?

— Возможно ли создать биокорп для твоей Вики?

— Как ты?

— Забыл, я вижу тебя как открытую книгу. Мне даже в твои мысли для этого нет нужды лезть нет. И да, возможно. Но ты же помнишь, что нужно одолеть монстров, пройти сквозь защитный периметр Гармонии, одолеть Хельгу. Стереть её с серверов, и тогда да, пожалуйста.

— Капец.

— Ну а ты как хотел?

***

Отправляться в ночь было не самой лучшей идеей, но оставаться в поселении, где полным-полно трупов, не прельщало. Тела стали пованивать, и вообще….

В доме вождя я порылся основательно, как и в ближайшей округе. Но то ли они не считали другие кристаллы ценными, то ли ещё почему не знаю, но более ценностей я не нашёл. Золота также не нашлось. Теперь понятно, почему оно так спокойно лежало в хранилище банка. Жёлтый металл им без надобности.

Кроме того, я прихватил с собой трубку и комплект игл, изготовленных из костей животных. Надеюсь, что из костей животных. Грозное оружие, как ни посмотри.

В лагерь мы вернулись на рассвете. В нём почти никто не спал. Затем нас дозор передал сообщение, и тут же множество народу выскочило из палаток, засыпая сотнями вопросов. От которых я только отмахнулся и, пройдя к костру, стал есть. Видимо, вчера они всё же удачно сходили на охоту, и сейчас в следствии чего я мог насладиться вкуснейшей кабаньей ногой. Наевшись до отвала, я завалился спать, оставляя отдуваться Ичиро и девчонок. Наблюдал народ за мной в полном молчание. Желающих потревожить «смертников» не оказалось.

Как только я закрыл глаза перед глазами высветилась надпись.

Привет, сейчас начнётся подготовка носителя для установки обновлении.

Просьба не вставать и не вести активных действий.

Через 1 минуту будет запущена программа по улучшению биокорпа.

В следующие 12 часов произведутся следующие работы.

Модернизация энерго проводящих путей до версии 2.0 — стоимость 4 единицы.

Это усовершенствование позволит увеличить проходимость энергии через каналы в большом объёме, что даст носителю усилить свои способности в пять раз без получения серьёзных травм на 30 секунд.

Для активации потребуется 2 единицы. Частичная активация конечностей может быть осуществлена при необходимости.

Повышение уровня нервной системы до версии 2.0 — стоимость 4,6 единицы. Это улучшение включает в себя способность к более интенсивному выделению адреналина, ускорение реакции на внешние раздражители и повышение психологической устойчивости.

Улучшение костной структуры до версии 2.0 — стоимость 5 единиц. (Укреплённый скелет. Увеличена производительность крови — на 20%. Повышена сопротивляемость радиации).

Запуск через 3… 2… 1…

Спустя 12 часов.

Открыв глаза, я услышал бодрый голос сестры:

Утро красит нежным светом

Стены древнего Кремля,

Просыпается с рассветом

Вся Советская земля.

— Вставай, братишка, нас ждут великие дела.

— Ничего не понятно, но очень интересно. Откуда это?

— Стихотворение — «Москва майская». Поэта Василия Лебедева. Захочешь, как-нибудь прочту тебе его полностью.

— Почему бы и нет. Только с пояснениями. Не все слова понятны.

Касательно накопителей, следующий визит возможен только через семь дней. Ранее это сделать невозможно. Бикорпу необходимо адаптироваться и принять все изменения, а также я проведу точечную настройку. Дополнительные изменения пока не рекомендуются.

— Услышал.

Так-с, а сколько у нас там осталось? Хм-м — 3.38. Неплохо-неплохо. Ниже уговорённого лимита не опустились. Замечательно.

Приняв сидячее положение, я прислушался к своим ощущениям и был приятно поражён. Чувствовал себя на все сто, нет, двести процентов. Настроение полетело вверх. Легко поднявшись, я откинул полог палатки и вышел наружу. Время пять часов дня. Народ не спал, и каждый занимался своими делами. Дозор несут, у костра суетится Джафар с Абу. Рядом сидят наши девушки и что-то обсуждают с Ичиро. Там же нашёлся и Даниэль. Аж от сердца отлегло, про него-то я и забыл вчера спросить. Как он вообще добрался?

Пока шёл к ним, окружающие смотрели на меня кто с уважением, кто-то со страхом в глазах.

Чего они там такого наговорили? Что все так пялятся.

— Доброе утро, есть что покушать?

— И тебе добрый день, — Виктория приветливо улыбнулась. — Помнишь, что вчера ты съел целую ногу дикого кабана, да ещё и с хрящами? И после этого снова хочешь кушать? Куда в тебя влезает-то?

Я кивнул в ответ, и мой желудок, издав громкое урчание, подтвердил, что мы оба голодны.

— Очуметь. Вика, он же тебя по миру пустит. Как можно столько есть? — делано возмущалась Мария.

— Обращусь к дяде, он всё-таки король. Его денег должно хватить на наше пропитание. Чай, не бросит родную кровь, — и обе дружно рассмеялись. Как, впрочем, и остальные, кто слышал нашу беседу.

Усевшись на бревно, я огляделся и, не найдя взглядом кое-кого, спросил:

— А где Марик?

— Они таскают золото из подземного хранилища.

— Твою налево. На хрена? Ты их предупредил об…

— Не беспокойся, Артур, — не дал договорить японец. — В первый раз я сходил с ними лично. Потом они уже сами в сопровождении двух пятёрок пошли. Кстати, а вот и они идут.

И правда, к лагерю со стороны Эммена подходил отряд. Две вооружённых пятёрки людей шли по бокам, а ещё пятеро несли сумки.

— О, проснулся наш герой. Как себя чувствуешь после геноцида целого поселения?

— Ответь мне, на кой ты попёрся за золотом? — надавил я.

— А что, оставлять этим дикарям? — рявкнул он, не желая уступать.

— Да. Марик. Да. Во-первых, оно им на хрен не упало. Во-вторых, надо было оставить и забрать на обратном пути. Вот это было бы идеальным решением. Или вы возомнили себя крутыми искателями?

— Погоди, не горячись. Давай не будем начинать ссору. Вы же всех перебили, чего нам бояться? Тем более мы взяли с собой немало народу. Вряд ли они бы посмели напасть.

Осознав, что до него никак не доходит, я выбрал действовать наглядно.

— Погоди, я тебе кое-что сейчас покажу.

Встав, я дошёл до палатки и взял оттуда трубку. Вернувшись, я указал на одного из моряков, стоявшего в двадцати метрах от нас.

— Видишь вон того товарища? — указал я конец лагеря.

— Ну.

— Гляди.

Я сделал глубокий вдох, затем с силой выдохнул через трубку. Игла вылетела почти беззвучно и попала в кусок сыра, который он держал в руке. Я повторил это действие, которое заняло не больше секунды. Второй раз я выстрелил так же успешно, попав в то же место.

Моряк за озирался и, поняв, кто виноват, нахмурился, а после отложил свою еду, решив с нами не связываться.

— И это я, кто впервые взял в руки такого рода оружие. Теперь представь тех, кто с ним живёт с самого детства. Их иглы могли быть смочены не только снотворным, но и ядом, убивающим за секунды. Как думаешь, хотя бы трём таким стрелкам, засевшим в развалинах, сколько понадобится времени, чтобы перестрелять вас?

— Артур, я же… — попытался вмешаться в разговор японец.

— Учитель, я не снимаю с вас ответственность, как и с себя. Вы же знали, с чем они могли столкнуться. Не стоило их отпускать без подготовки. Хотя бы тех же щитов.

Повернувшись снова к Марату и видя, как хмурится его лоб, силясь осмыслить сказанное, я выбрал ковать железо, пока оно горячо.

— Ты мог погубить кучу народу. Вышел, не озаботившись их безопасностью. Например, как это сделал я. Пошёл, не проверив всё тщательно, и теперь Джованни мёртв. Ты понимаешь, что я хочу донести до тебя? Марат, мы несём за них ответственность. В этом походе мы отвечаем за всех, а не только за себя, как это обычно бывает. Золото — это прекрасно, даёт много возможностей, но мертвецу монеты ни к чему.

Я вернулся на своё место, положив трубку на бревно рядом с собой. Вкруг царила мёртвая тишина.

— Визирь, как там еда? Готова? — нарушил я тишину. А то манящий запах застит разум.

— Да, Арти. Сейчас начну раздачу.

Через минуту, вооружившись ложкой, я принялся за еду, а Марик так и стоял, не сдвинувшись с места. Затем, сев рядом, произнёс:

— Ты прав. Я услышал тебя. Не совсем согласен, но ты прав.

Вечером я подошёл к Марии. Вина терзала душу, и я желал прояснить этот момент.

— Чтобы ты знала, я с себя вины не снимаю. Но хочу прояснить эту ситуацию, дабы не возникло, между нами, недопонимания.

— Не надо по этому поводу переживать, Артур. Все мои люди понимали, на какой риск они идут. У меня нет к тебе претензий. И ты зря так повёл себя с Алтыновым. Тем не менее, должна признать, ты был прав, когда говорил об опасности и их беспечности. Им действительно следовало дождаться твоего пробуждения. В конце концов, несмотря на твой юный возраст, ты гораздо более опытен, чем все остальные. Это признаёт и твой учитель, бывавший в запретных землях, как я знаю, куда чаще, чем его ученик.

Повторюсь для ясности. Все мы здесь взрослые и ответственные люди, способные отвечать за свои поступки. Мы знали, на что идём, когда отправлялись в запретные земли. Я бесконечно признательна тебе за спасение и готова щедро отблагодарить тебя, когда мы вернёмся. Более того я уверена, что, если бы с нами не было Вики, ты бы всё равно пошёл за нами. Таков уж ты есть. Но помни, не все люди похожи на тебя. И тебе не стоит носиться с ними, как курица с яйцом. Сказал не послушали — сами дураки.

— Хорошо. Я рад, что мы всё прояснили.

— Знаешь, если бы не Виктория, я бы тебя сейчас не отпустила, — сказав это, она скрылась за пологом палатки. А я, не понимая, как на это реагировать, счёл лучшим решением вернуться к себе.

***

Выдвинулись мы только на следующее утро. Закопав золото, с намерением забрать его на обратном пути, как я и предложил. Марик спорить не стал. Но я ощущал какую-то напряжённость, между нами. Пришлось подойти и извиниться за вчерашнее, дабы избежать всей этой херни, что может возникнуть в будущем. Вроде получилось. Ну а нет, значит нет.

За следующие четыре дня мы преодолели почти девяносто километров. Достигнув руин города Мюнстер. Особых происшествий не было, кроме парочки нападений зверей. Ну ещё двое отравились ягодами. Свезло им, что лекари справились с ядом. Случись иначе, пришлось бы их бросить. Копать могилы нет смысла, зверьё разроет на раз.

В город мы не стали заходить. Я выбрал сосредоточиться на главной цели. А потому всю следующую неделю мы шли не переставая. Делая короткие перерывы на отдых.

Как итог, до Франкфурта-на-Майне нам осталось каких-то 8 километров, когда я скомандовал разбивать лагерь. Ранее данное место имело название Штайнбах, сейчас же лес с редкими деревьями. Возникла здравая идея разведать местность прежде, чем идти всей толпой. Всё-таки город был не маленьким, и развалин, в которых легко спрятаться, навалом. Второго Эммена мне не надо.

У меня возникли некоторые опасения относительно хранилища. Поскольку отец Марата бывал на том месте ни один раз и всегда в компании. Из чего следует, что возможно, кто-то ещё пытался проникнуть внутрь. Было бы забавно, если бы мы пришли туда и обнаружили, что там ничего нет, пусто, но это ещё полбеды. Вот если там окажутся другие искатели приключений на свою пятую точку, то мы вряд ли разойдёмся мирно. Слишком много денег и нервов было вложено в этот поход. Только потеря «Удачливого Рони» чего стоит.

Этой ночью я попросил Ольку прочитать мне лекцию о том, как проводить разведку в городе. Она согласилась, сказав, что вложит все имеющиеся знания в мою голову. Также она предупредила, что знаний у неё очень много, и утром, скорее всего, моя головушка ой как заболит. Интуиция подсказывала мне — просто не будет. Так что я, конечно же, согласился, несмотря на предупреждение.

Эх, как всегда, сначала делаю, а потом думаю. Башка раскалывалась, словно выпил ящик вина. Уже подумывал выпить «Вита», дабы облегчить боль, но обошлось.

Вышли мы на рассвете. Со мной отправился Марат и Борода. Больше никого брать не стали. Ичиро я попросил остаться на всякий случай. Никто здесь не бывал, и какие тут монстры бродят, неизвестно. Память о тех же формиках до сих пор свежа. Скрывшись от любопытных глаз, передал ему эликсир «Вита» высшего уровня. Страшновато оставлять Викторию, но, если возможность повысить её шансы на выживаемость, я этим обязательно воспользуюсь. Да уж лучше бы ей оставаться дома, но коли так вышло, надо заняться ещё больше её обучением выживанию и повысить её боевые навыки.

К границам города мы подошли через три часа. Мы двигались неторопливо, внимательно оглядываясь по сторонам. Меня не покидало чувство, что за нами кто-то следит. Но сколько бы раз я ни пользовался тепловизором, обнаружить кого-либо не удавалось. Или же их просто не было. Но это не точно.

Ну не верилось мне, что всё пройдёт гладко. Удача — дама капризная, говорил нам Фоули. И я с ним, пожалуй, соглашусь.

Гард, несмотря на свои внушительные размеры, двигался с грацией кошки, не издавая ни звука. Он легко обходил любые препятствия, и я не стал спрашивать, где он этому научился. Сейчас было не до того: я полностью сосредоточился на окружающем пространстве, прислушиваясь к любым звукам.

Марат же не разделял моего беспокойства, считая это глупостью. На логичный вопрос, мог ли его отец поделиться информацией о золото хранилище с кем-то ещё или же он уже всё раскопал, он, конечно же, не ответил.

Кстати, три дня назад я проглотил остатки кристаллов, пополнив запас энергии до 24,4 единицы энергии. В первые часы тело распирало от энергии, хотелось всё бросить и бежать, но постепенно это желание утихло. И всё за счёт Ольки. Ей удалось распределить её по биокропу.

Немыслимое количество, как только пришёл в себя, сразу захотелось пустить её в дело. Но, обсудив, решили повременить, дабы я освоился с текущими возможностями. Единственное, что сделали, так это улучшили тепловизор сразу до второй версии, повысив его возможности почти втрое. Теперь я мог обнаружить теплокровных на расстоянии до двухсот метров, при этом расход остался почти неизменным. 0,1 в минуту. А ушло на это всего полторы единицы. Красотища.

В моём распоряжении остался лишь один кристалл, который находится в рукояти шпаги, а второй — в кармане на поясе. Интуиция прям вопит, что скоро он мне пригодится.

Когда мы перешагнули границы города, я замирал на месте через каждые две сотни метров, активируя тепловизор. И каждый раз ни пятнышка. Ни единого постороннего звука. Всё это очень странно. А где же все мелкие животные? Конечно, крупным хищникам тут делать нечего, и я не надеялся их в этом месте обнаружить. Всё-таки им привычнее охотиться в лесах, где много мелкой дичи.

Но хищники иногда заходят и в руины, особенно если там можно найти одиноких жертв, например искателя ордена «В поисках истины», решившего, что с ним ничего не случится. Однако сейчас здесь было абсолютно пусто. Кроме нас троих, в городе, похоже, не было ни души. Как же я ошибался.

Когда до здания, где, по прикидкам Алтынова, должны храниться горы золота, оставалось примерно пятьсот метров, до меня стали доноситься какофония звуков. Разобрать я их толком не смог. На мой вопрос, слышали ли они чего, Марик и Борода ответили отрицательно, глядя при этом как на… Не будем говорить, что они обо мне подумали.

Нас окружал сплошной лес, и пробираться не составляло труда, всё же он был довольно редок. И вот, когда мы уже должны были увидеть строение, я отдал приказ замереть.

В очередной раз активировав тепловизор, я ошалел от увиденного. Впереди нас находилось одно сплошное пятно тепла. Мы стали осторожно пробираться вперёд, открывшаяся перед нами картина повергла нас троих в шок. К такому мы точно не были готовы.

Интерлюдия.

Марат и его родители.

Бывшие Кушадасы. Прибрежное поселение.

Двадцать три года тому назад.

Порт. Мужчина спускался по трапу корабля, прибывшего с большой земли. Этим человеком был Фарид по прозвищу «джентльмен удачи». И сейчас он, окрылённый найденной находкой, летел домой. Ему не терпелось рассказать о своей находке жене Натали. Резко открыв дверь, забежал на кухню, схватил суженную и закрутил её в объятьях.

— Милая, мы станем богаты! — воскликнул, продолжая крутить.

— Фара, отпусти. Печенье подгорит.

Выполнив просьбу, он уселся на стул, продолжая любоваться женой.

— Я же вижу, как тебе не терпится, давай уж, выкладывай. Когда мы там станем богатыми.

— Помнишь, я купил у Герона информацию о золото хранилище?

— Как не помнить, помню, ты тогда отдал почти все наши сбережения. Если бы не мои родители, с голоду бы померли.

— Это того стоило, дорогая. Поверь мне. В библиотеке одного богатея я нашёл книгу, в которой подтверждается эта информация.

— И сколько же там этого золота? — с сомнением спросила Натали, доставая из духовки противень. По кухне тут же распространился аппетитный аромат.

— Пахнет восхитительно.

— Не вздумай пробовать. Это всё для Маратика.

— Эй, это нечестно. Он же ещё не родился.

— Он хочет вкусняшку, — девушка погладила свой округлившийся живот. — И он её получит.

— Хорошо-хорошо, главное, чтобы потом кое-кто не жаловался, что не влезает в платье.

— Не поняла? — Она упёрла руки в бока и гневно посмотрела на того, кто посмел сказать то, что нельзя говорить женщине. — Я, по-твоему, толстая?

— Нет, что ты, дорогая, я не это имел в виду, — он попытался оправдаться, осознав, как был близок к смерти. Сделав себе пометку, что лучше не шутить с беременной женой. По крайне мере пока та не родит.

— Смотри у меня, дорогой, — и погрозила ему полотенцем.

— Сто пятьдесят тонн в слитках. Ждут нас в земле, — поспешил сменить тему Фарид.

— Далеко ли то хранилище?

— Ага, — печально произнёс муж. — Почти на другом конце света. Чуть больше двух тысяч километров.

— Не может быть? И как туда добираться? Там же полно опасных изменённых тварей. Тебе никогда туда не пройти.

Натали, сложив печенье в тарелку, поставила ту на стол, а следом занялась приготовлением чая.

В тот момент, когда любимая отвернулась, Фара быстро схватил ближайшую печеньку и мигом закинул её в рот, затем, чтобы тут же выплюнуть. Сдоба оказалась слишком горячей.

— Обжёгся? Будешь знать, как воровать у бедной, беременной и голодающей девушки.

По поводу «голодающей» он решил промолчать, чтобы хоть ненадолго продлить своё пребывание на этой земле.

— Прикидывал, сколько народу в отряд надо?

— Да, конечно. Человек сорок, не меньше. Это чтоб только добраться. А если всё окажется правдой и золото действительно там, то придётся вернуться и набрать ещё больше народу.

— Милый, давай я поговорю с отцом. У него и отряд свой есть.

— Нет, — категорично заявил он. — Не вздумай что-либо ему рассказывать. Знаю я его. Захапает всё себе, а нам кинет сущую мелочь.

Дальше разговор как-то сам по себе затих. Каждый думал о своём.

Прошло шестнадцать лет.

Единственный сын знаменитого авантюриста прибрежного поселения спешил домой. Поскольку сегодня последний должен был вернуться с очередного похода, длившегося почти полтора года.

— Мам, я вернулся, — разувшись, он прошёл на кухню, где обычно и обитает хозяйка дома. Обнаружив пустую комнату, он вошёл в гостиную, но и там никого не было. Хм-м. Куда ты подевалась в такой день?

Выйдя на улицу, он перешёл через дорогу. Где постоянно стоял лоток булочника.

— Дядя Тунгус здравствуйте, а вы мою маму не видели? А то сегодня папка должен вернуться, а её нигде нет.

— Привет, пацан. Как не видеть, видел. Натали в сторону центра минут как сорок утопала. Одетая как знатная. Платье красивое, волосы такие, — растопырил пальцы булочник. — Ну ты понял.

Парень едва улыбнулся и устремился в указанном направлении. Мать он нашёл в уличном кафе, сидевшей с каким-то незнакомым ему и хорошо одетым мужчиной. Он держал матушку за руку и что-то нашёптывал ей на ухо. Марик сразу всё понял. У неё появился любовник, и видимо давно. И это немудрено, отец годами пропадает то на большой земле, то в запретке. Ей одиноко и всё такое. Отцу он, конечно же, не скажет, но… Но что «но», он без понятия. Пусть сами между собой разбираются.

Не став мешать им, он вернулся домой. А ближе к вечеру вернулась и Натали.

— Привет, сынок, а ты чего дома, а не с друзьями? — Слегка заплетающимся голосом проговорила она, плюхнувшись в кресло.

— Где была? — нахмурившись спросил он.

— К Розмари ходила в гости. Посидели чуток. А ты всё отца ждёшь?

— А ты нет? — Марат сжал кулаки от злости.

— А нет его больше. Сгинул в погоне за проклятым золотом.

— В смысле нет? Ты что такое несёшь?! — Заорал он, вскочив с кресла.

— Во-первых, не ори на мать, а во-вторых, вчера вернулся из похода Мишка Орешников и передал вот это, — Натали подошла к шкафу и взяла с верхней полки видавший виды еженедельник, затем кинула сыну.

— Это же дневник отца? Откуда он у тебя?

— Я же только что рассказала. Ты чем слушал? В общем сынок так, завтра я переезжаю на большую землю.

— С этим своим новым хахалем?

— Да, с ним, — ответила мать, нисколько не смутившись. — Поедешь со мной?

— Нет.

— Как пожелаешь. Я продала дом и оставила тебе часть денег. Ты сможешь забрать их у казначея. И нет смысла так хмуриться. Я хоть что-то тебе оставляю, в отличие от твоего непутёвого отца. Он-то, всё, что тебе оставил, — это свои записи. Надеюсь, хоть ты будешь умнее и не последуешь за эти проклятым золотом.

Мать ушла к себе в комнату, а из глаз подростка выступили скупые слёзы. Схватив записи отца, он выбежал из дома.

Глава 9

Глава 9.

Когда всё выглядит не так как кажется.

Мы все трое замерли, словно истуканы, не в силах что-либо произнести. Совру, что в моём арсенале не найдётся крепкого словца, особенно после тренировок у Фоули я ого-го сколько всякого знаю. Да только этого всё равно не хватит, дабы описать моё состояние.

На месте здания банка, а точнее его руин, мы увидели частокол, по периметру которого возвышались вышки высотой около пяти метров. В них стояло по трое и отстреливало животных, пытающихся тут и там пробраться внутрь. Помимо мёртвых туш крупных хищников, обнаружились и более мелкие, коих было довольно-таки немало. Зачем они туда силятся попасть, нам не ведомо, но оттого крайне любопытно.

На вооружении людей, стоявших на вышках, имелись не только луки, да арбалеты, но и огнестрельное оружие. Правда, последнее не применялось за всё то время что мы следили за ними. Похоже, оно использовалось исключительно для боя против более опасных, таких как урсус или люпусы. Я при помощи эликсира «зоркого глаза», выпитого сразу, как только мы подошли, смог разглядеть всё это довольно подробно. И увиденное мне совсем не нравилось. Я-то оружие только в книжках видал и мало чего про него знаю, а вот Олька сразу определила, что это. Автоматическое оружие производства России, а именно — АК-74. А после добавила, коли поймать пулю из такого-то, мало не покажется.

Ближе к обеду волна нападавших животных как-то незаметно схлынула, и через ворота вышло четверо мужчин, двое из которых тащили за собой волокуши. Побросав в них тушки разной мелочи, они под прикрытием зашли обратно, чтобы затем вернуться за более крупными.

Первой возникшей идеей было: так они добывают кристаллы. Но вот изменённые не настолько глупы, чтобы лезть на верную смерть. Их что-то туда сильно манит. Вопрос: что? Люди? Кристаллы?

Коли было бы всё так просто, то уже давно б наладили таким образом способ добычи, все кому не лень. Нет тут явно что-то другое.

Пока я раздумывал, своей идеей с нами поделился Марат, что пребывал в сильно возбуждённом состояние. Он считает, что его непутёвый батя не сгинул, как ему говорила мать, а построил всё это, и сейчас он где-то там внутри. Дескать, стоит поговорить с ними. Если удастся, то объединить силы. Золота на всех хватит. Идея была здравая и имела право на жизнь.

При всём при том я не разделял его мнения о необходимости налаживания контактов. По крайней мере, пока. И стоит учесть один важный момент: ему уже 26 лет, а это значит... Это значит, что его родитель живёт в этом месте уже почти десять лет. И эта мысль кажется абсурдной.

За столько времени давно можно было б пробить себе проход и вытащить всё золотишко. Нет, я не стал категорически отказываться от предложенного им, но для начала нам необходимо всё разузнать и понять, что тут творится. Выяснить кто все эти люди, а главное сколько их? Приятель не хотя, но согласился. Признав, что это логично. На том и порешили.

Мы вернулись на сотню метров в лес. Марат с Гардом отправились в лагерь рассказать об увиденном. А я обошёл укрепление, зайдя к ним с севера. Там я обнаружил остов разрушенного моста, на который и взобрался. Укрывшись на возвышенности, я начал внимательно изучать оборонительное сооружение, которое теперь было доступно моему взору целиком. Потому как с такой высоты оно было как на ладони. Лезть днём опасно, но уж больно хотелось найти ответы на мучившие меня вопросы.

Периметр частокола имел всего шесть вышек. Четыре по углам и по одной дополнительной возле врат. Коих здесь было двое. Одни смотрели на запад, откуда мы пришли в начале, а другие на восток.

С каждой стороны имелась просека длиною в тридцать метров. Давая хороший обзор тем, кто наблюдал за окружающей обстановкой. По просеке от восточных врат, ближе к лесу, вела утоптанная тропа, в конце которой возвышалась рукотворная гора земли. Думается мне, это то, что выкапывают из-под здания, а после свозят туда. Поскольку там помимо земли виднелись и куски арматур.

Просидев до самого вечера, я насчитал почти тридцать вооружённых людей. Ещё какое-то их количество обитало под руинами. Куда вёл немалых размеров тоннель, вырытый недалеко от здания. Об этом я узнал ближе к вечеру.

На территории укрепления, в углу северной и западной стены, были установлены несколько палаток, посредине полевая кухня, а ближе к углу с восточной на земле валялось множество циновок. Это показалось мне странным. Зачем им палатки и циновки? Судя по первым, они довольно вместительные, и там точно хватит места разместить человек сто, не меньше.

В самом отдалении от меня, почти вплотную к южной стороне, расположилось место для разделки. В данную минуту там как раз занимались потрошением животных, которых собрали в обед и притащили к ним. При этом недалеко от них были расположены выгребные ямы. Ужас! Антисанитария в чистом виде. Как они не умерли от болезней?

В воздухе витал такой смрад, что порой ветер доносил его до моего укрытия, и мне хотелось бежать без оглядки. При всём том двое мужчин с топорами, занимавшиеся разделкой, казалось, были совершенно равнодушны к запахам. Они что-то курили и время от времени даже смеялись. Они определённо не в себе. Нормальный человек так себя вести не станет.

Ближе к вечеру произошло нечто неожиданное. Из тоннеля вышли трое «хохочущих» людей. Похоже, всё дело в курительных трубках, что имелись у каждого во рту. Двое из них держали мечи, а третий — плётку. Он что-то громко произнёс, и в ту же секунду из тоннеля начали выходить люди в кандалах. Их было двадцать семь человек. Все они были грязными, в оборванной одежде, с длинными нечёсаными волосами. М-да, на добровольных рабочих эти точно не походят.

Получается, вооружённые люди — это надсмотрщики, и копанием они, естественно, не занимаются, а заставляют это делать невольников. Это был первый сигнал о том, что с этими людьми нам не удастся договориться.

Рабов построили в очередь и накормили, наполнив их миски до краёв. Силы-то им работать нужны, вот и кормят их от пуза. Если помрут, до большой земли далековато будет. Спустя пятнадцать минут работничков повели в восточную часть форта, к тому самому месту, где на земле были разбросаны циновки. Теперь всё встало на свои места. Рабы на земле, а господа в палатках. Ну-ну.

Троица надзирателей расположилась неподалёку. Сев за стол и достав початую бутылку, они начали играть в карты и громко спорить, кто сегодня ночью первым пойдёт к Каролине в гости.

В принципе, я увидел всё, что хотел, но уходить и не подумал. Новые знания говорили мне: нужен язык. Но есть проблема. Никто из них по одиночке за забор так и не выходил. Возникла безумная идея проникнуть внутрь и посмотреть, что же там под землёй, а заодно допросить кого-нибудь с пристрастием.

Осторожно спустившись с остатков моста, я скрылся в лесу. Пройдя через него, я оказался на просеке, ведущей к южной стене. Там я упал на землю и пополз в сторону частокола.

Я выбрал для проникновения место, расположенное на равном расстоянии от двух вышек. За забором находились хозяйственные постройки, похожие на склады, которые располагались между разделочной и выгребными ямами.

Я выбрал удачный момент для проникновения. Во-первых, уже стемнело, и разглядеть кого-либо в тёмных одеждах под факелами было бы крайне сложно. Во-вторых, когда я приблизился к стене, на вышках началась пересменка. Это меня обрадовало, поскольку смена происходила не торопясь. Запах в этом месте стоял ужасный, и охранники не спешили подниматься на вышку, чтобы сменить своих товарищей.

Поначалу я хотел вырезать ножом-когтем бревно и проникнуть на территорию, но стена была сделана на совесть. Между вкопанными деревьями лежали камни вперемешку с песком. Пришлось на ходу придумывать новый план.

Убрав нож, я взял духовую трубку и смочил иглу ядом «Гремучей смерти». Затем я стал ждать, пока кто-нибудь высунется с вышки, чтобы осмотреться. Сам же я прижался к стене.

Ожидание было долгим. Почти час никто не подходил к краю, но мне было не привыкать к терпению. И вот наконец я увидел, как кто-то высунулся. Я аккуратно дунул в трубку и попал точно в шею мужчине. Он хлопнул себя ладонью в месте попадания, подумав, что его укусил комар, но через три секунды упал уже мёртвым.

К краю подбежал напарник упавшего.

— Вот же дебил! — воскликнул он и стукнул по поручню.

Затем он стал кричать тем, кто стоял на юго-западной вышке:

— Мужики, Гарик сверзился. Кажись, сломал шею. Не шевелится.

— Допрыгался, придурок, — услышал он в ответ, а после дружный хохот с обеих вышек.

— Чего встал, идиот? — крикнули ему с другой вышки.

— А чё делать? — пожал он плечами.

— Чё-чё. Иди к Лешему, пусть он тебе кого-нибудь назначит в пару, а мы пока присмотрим.

Затем я услышал шаги человека, торопливо спускающегося по лестнице и спешащего куда-то в центр крепости. Подождав около пяти минут, я приблизился к телу. От него исходил крайне отвратительный запах. Но есть такое слово — надо. Я присел на корточки и обыскал труп. В карманах не было ничего, кроме курительной трубки и мешочка с травой. А ещё свисток. Видимо, на случай опасности.

Кстати, иглу я извлёк. Если повезёт, они не заметят крохотную ранку. Это даст мне больше времени до того, как поднимут тревогу. Если её, собственно, подымут. Наружу с целью забрать тело до утра никто точно не выйдет. Стоп. А с чего я взял, что его вообще будут забирать? Ладно, мне всё равно безразлично. До утра надо свалить отсюда, так что стоит поспешить.

Закинув кошку, я залез на вышку, но прежде, чем перелезть, убедился, что никто в моём направлении не смотрит. Перебравшись через парапет, я тут же присел и гуськом дошёл до лестницы. Оказавшись внизу, скрылся меж построек, переводя дыхание. И вовремя. От палаток возвращался тот, кто убежал за новым напарником.

— Он что, опять бухал перед дежурством?

— В том-то и дело, что нет. Леший бы ему башку оторвал, узнай он. Кабан, я тебе реально заявляю, трезвый Гарик был как стёклышко. Да и денег у него нема, всё в нарды Карасю проиграл.

— А как тогда?

— Мне-то откуда знать? Я отвернулся проверить снарягу, а потом услышал глухой звук. Посмотрел — а друже исчез. Выглянул наружу — а он лежит, и шея у него вывернута под странным углом.

— Похоронить твоего кореша вряд ли удастся. Зверьё точно тело утащит в лес.

— Да понимаю.

Когда они поднялись на вышку, я пересёк метров двадцать открытой поверхности. Хорошо хоть внутренняя территория не сильно освещалась. Столбы с факелами-то имелись, но, видимо, берегли их на случай опасности.

Добравшись до входа в тоннель, я активировал тепловизор. Тепловые сигнатуры не подсветились. Получается, тут стражу не держат. Что ж, это замечательно. Взяв в руки метательный нож, я, стараясь не шуметь, стал спускаться по лестнице, ведущей прилично так вниз. Параллельно ей шла одноколейка.

В конце меня ждала не малых размеров площадка, на которой нашлась тележка, а рядом с ней горка земли. Саму тележку, как я догадался, вытягивали с помощью лебёдки на поверхность. А уж там тачками в лес.

Теперь ясно, почему они так долго возились. Под зданием было огромное пространство, и когда всё рухнуло, то пустоты заполнились бетоном, землёй и прочим мусором. А хранилище, как я понимаю, находилось в самой нижней точке. И добраться туда было непросто.

Получается, все эти годы они упорно трудились. И нам очень повезло. Если бы мы пришли сюда раньше, то пришлось бы выполнить огромный объём работы, и не факт, что люди согласились бы. Я бы точно не остался. Золото можно найти и в другом месте.

Своды были надёжно укреплены. Кто-то явно умный за всем этим следит, и всё делает со знанием дела. Сам проход постепенно уходил вниз, затем поворачивал, и так повторялось. Потому я не боялся спускаться. Сначала я шёл медленно, ожидая, что тут кто-то есть. Но потом подумал: какой смысл в этом месте оставаться? Зачем им это нужно? Выпив эликсир «Фелис», я ускорился, желая увидеть, насколько они продвинулись.

Ушло почти полчаса, прежде чем я достиг конца тоннеля, где мой путь преградила дверь, размер которой внушал уважение. Тоннель, кстати, на этом не заканчивался. Не сумев вскрыть её, работяг заставили копать в обход хранилища, желая пробить стену, но вот беда. Стенки оказались не менее защищены, чем вход.

Я подошёл к двери и внимательно её осмотрел. На ней не было ни замков, ни каких-либо других отверстий. Это была сплошная гладкая стальная поверхность. Я стоял и смотрел на дверь, как баран на новые ворота. Почесав затылок, я вспомнил об ассистенте, который жил в моей голове. Шучу. О ней забудешь.

— Случайно не знаешь, как её вскрыть?

— Есть два способа: взорвать или знать код, — мгновенно ответила Олька. — Однако в первом случае нам придётся начинать копать всё сначала, следоватлеьно это не выход. А код мы точно не узнаем: человек, который его знал, уже мёртв и превратился в удобрение.

— Так как же её вскрыть?

— Ну, есть пара способов. И за это ты можешь сказать мне спасибо.

— Спасибо. А за что я должен тебе сказать спасибо?

— За то, что именно я настояла на роли разведчика для твоего биокорпа. А это подразумевает, что в тебя закачано множество данных необходимых для такого рода профессии. И взлом — одна из них. Ты же помнишь, как на АЭС всё прошло и как легко я справилась с принтером в замке. Сама бы я такое не осилила, а вот с тем, что в тебе есть, сделать это было легко.

— И мы сможем её вскрыть?

— Легко.

— Это хорошая новость.

—А у меня для тебя есть плохая новость.

— Это какая же? — насторожился я.

— Тут фонит. Радиация слабая, но постоянная. Здесь нежелательно долго находится. По крайне мере другим точно.

Так-с. Получается, надо сваливать отсюда. Пока не сдох и пока нас не обнаружили. Сказано — сделано. Но до того момента, как я покинул территорию банка, произошло несколько событий. Первое: недалеко от выхода на поверхность я чуть не напоролся на проходящих мимо людей. Едва не попался. Успел вернуться на пару шагов назад. Да, было опасно, но, с другой стороны, подслушав их занимательную беседу, получил много пищи для размышлений.

Второе: пробираясь через технические постройки, я внезапно ощутил угрозу и резко обернулся, выставив перед собой шпагу, готовый атаковать любого.

Но никого не было. Хм. Чудно. И тут меня осенило. Угроза исходила изнутри небольшой постройки, лицом к которой я сейчас стоял. Я резко дёрнул на себя дверь и отскочил в сторону. Мало ли что.

Нападения не последовало. Тогда я принял решение заглянуть внутрь, чтобы понять, что же так напугало грозного и бесстрашного Артура. Хе-хе.

Оказавшись внутри, я от увиденного чуть в штаны не наложил. Серьёзно, даже Олька, сидевшая в моей голове, вскрикнула от ужаса. И я её понимаю. Любой бы на нашем месте испугался. Когда на тебя смотрят огромные жёлтые глаза, а здоровая морда хищника, оскалившись, приближается к тебе, мало кто останется спокойно стоять.

И я бы честно убежал, но клетка, в которой сидел зверь, выглядела весьма надёжно. Потому-то я не двинулся с места, а замер на месте, разглядывая урсуса — короля леса. Так близко самого опасного зверя на свете я ещё никогда не видел.

Моя голова резко заболела, а следом Олька предупредила об ментальном воздействии на мозг. Я быстро сообразил, в чём дело. Открыв разум, как это делал с Фулгуром, тут же услышал угрозы в свой адрес.

— РАСТЕРЗАЮ. СОЖРУ. ВЫПОТРОШУ… — угрожал он мне без остановки. И если бы кто-то посторонний наблюдал за нами, то увидел бы лишь противостояние хищника и человека.

— А уверен, что не я тебя первым прикончу? — набычился я от такой его наглости. — Сидит в клетке, а гонору. Грозный мишка от удивления мигом растерял весь свой боевой настрой и сел на задницу.

— Кто ты? Почему разумеешь?

— Человек. Не видишь, что ли?

— Вижу. Но не понимаю, как такое ничтожное создание могло достичь схожего уровня «развития».

— Как надо, так и достиг. А вот что мне невдомёк, так это то, как царь леса, весь такой из себя грозный и могущественный, позволил себя усадить в клетку.

В ответ он вскочил, бросился на прутья и зарычал, видимо, вспомнил момент своего поражения и последующего пленения. От такого кто хочешь выйдет из себя.

— Тише ты, — шикнул я на него. Самому же хотелось сбежать. Страху он нагоняет до жути. — Если нас услышат, то я тебе не помогу отсюда выбраться.

Хм. Подействовало. Урсус затих и склонил башку на бок.

Хорошо, есть над чем работать.

Молчание затянулось, но через пару минут он всё же соизволил ответить.

— Блокировали силу. Не смог вырваться из ловушки.

— Как они это сделали?

— Не знаю, не помню. Память плывёт.

— Хорошо, с этим позже разберёмся. Ты мне вот на что ответь. Это же из-за тебя чуть ли не каждый день на стены бросаются животные и умирают десятками? Молишь о помощи?

Он было хотел зарычать, но сдержался.

— Ты погубил многих жителей леса. Понимаешь это?

Молчит, хорошо, значит, осознаёт.

— Послушай, Миша, я тебя вытащу отсюда. Ты же этого хочешь? Только пообещай, что не станешь нападать на моих людей, когда откроем клетку. Выйдешь и вали в лес. Не хочу тебя убивать, неправильно это.

Получив согласный кивок, я, подумав, решил кое-что уточнить. Такой шанс выпадает крайне редко, а точнее, ещё ни разу. Ольку спрашивал, но она ответа не дала. Возможно, он прольёт свет на то, на что не смог ответить тот же Фулгур.

— Урсус, ты не первый, кого я спасаю. И мне почему-то кажется, что я всё делаю правильно. Хоть пока и не могу понять, зачем мне всё это и почему я так поступаю. Не могу понять и того, кто мне подсказывает, как действовать в сходных ситуациях. Но у меня есть стойкое ощущение, что я всё делаю верно. Ты вообще понимаешь, о чём я говорю?

— Да.

— А мне растолкуешь?

— Нет. У тебя мало «развития».

— Твою налево. Ещё один со своим развитием. Вот и мой названый братец говорит: «Мало «развития», мало «развития»». Надоели уже. И так жру эти кристаллы горстями. А всё мало и мало.

— Недостаточно жрёшь. Затем медведь издал звук, больше похожий на усмешку.

Пипец, дожил. Надо мной уже и звери потешаются.

— Завтра я приду и вытащу тебя. Обещаю. А взамен дашь ответы, договорились?

Отвечать он, конечно же, не стал. Зато выдал другое:

— Прежде чем уйдёшь, поделись, — и указал лапой на гарду, где был установлен синий накопитель.

Ничего не говоря, вытащил и кинул ему, тот ловко поймал и закинул в пасть.

— Я буду готов к твоему приходу.

Стоя в дверях, я обернулся, вспомнив о чём хотел попросить.

— Если это в твоих силах, то на рассвете очисти лес в округе, чтобы мы могли подобраться незаметно.

Высказав просьбу, я покинул импровизированную тюрьму прикрыв за собой дверь.

Помимо подслушанного разговора и общения с мишкой, поразило ещё то, что я не почувствовал скопления кристаллов, на что весьма надеялся.

Если они каждый день убивают немалое количество живности, то должны купаться в кристаллах. Но как бы я ни прислушивался, тишина. Абсолютная тишина. В тот момент возник здравый вопрос: куда эти нехорошие люди дели мои камушки?

Во всяком случае я ни на день не забывал об ордене и моей обязанности добыть для него накопители. Запасы эликсиров не бесконечны.

***

Леший, он же Михаил Орешников, являлся в данном форте главным боссом, которого боялись все до усра... Короче, жёсткий он тип, но не жестокий. Кроме того, он был единственным другом человека, затеявшего всё это…

Также Миша по просьбе Фарида сделал так, чтобы семья не ждала последнего. А именно, отвёз дневник и новость о пропаже того в запретных землях. Скажите, жестоко? Да, наверное. Но лучше так, чем заставлять их ждать всю жизнь. Зато если у них всё получится, а в этом двое друзей нисколько не сомневались, то его сын Марат и дети Орешникова не будут знать ни в чём нужды до конца дней своих. Тем более скоро всё закончится. Осталось подождать совсем чуть-чуть.

— Дружище, погоди, разговор есть.

Глава крепости, обернувшись, заметил, что к нему приближается Коновал, известный также как Игорь Быстров, бывший наёмник из западного королевства. Несмотря на свой возраст, он по-прежнему в отличной физической форме, тренируясь каждый день.

Михаил сначала скептически относился к тренировкам Игоря, считая их несерьёзными, но со временем и сам проникся его увлечением. Теперь приятели каждое утро начинают занятия вместе.

Помимо прочего, этот человек отвечал за медицину в их небольшом «обществе». Правда, дураков попасть к нему не было. Лучше уж сдохнуть, чем к этому мяснику на стол.

— Чего не спится, Игорёша?

— Да что-то нервы шалят, — махнул рукой Игорь. — Я вот чего хотел спросить. Фарида долго нет. Должен был с караваном прибыть ещё как три дня назад. А его всё нет и нет. Давай я отряд навстречу пошлю. Мало ли какая беда приключилась.

— Нормально с ним всё. Через два дня доберётся.

— Да ладно. Неужто весть что ли пришла?

— Ага. Как раз полчаса назад птичка письмо принесла. На них напали... Хм. Опять, — приятели усмехнулись.

— Так что у нас скоро пополнение в живой силе.

— О, так это же здорово.

— Оборудование он достал как хотел или не срослось?

— Пишет, что всё хотел, нашёл. Да и про наши запросы не забыл.

— Замечательно, а, то жрать мясо без приправ уже не могу. Хочется на стенку лезть.

— Слушай, а не пропустить ли нам по такому делу по рюмашке? Чтобы спаслось крепче.

— Коновал я тебя знаю, поэтому только по одной, — согласился Леший.

— Естественно, по одной. Тренировку утром никто не отменял.

Мужчины направились к палаткам, а я вернулся почти тем же путём, что и пришёл. К счастью, мне не пришлось никого убивать. Те двое на вышке играли в карты, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг. Поэтому-то никто и не пришёл проверить пленника, когда тот зарычал. Не до этого им. И хорошо, скоро вам вообще ни до чего дела не будет.

***

Лагерь, расположенный недалеко от Франкфурта-на-Майне.

Вернулся я без каких-либо проблем. Время раннее утро, и как только я подошёл, то попросил собрать всех, включая обычных моряков. Справиться-то я один, может, и справлюсь, но риск поймать пулю слишком высок. А умирать за золото… Пф-ф, нет уж, спасибо. Мне и без него неплохо живётся.

Когда все проснулись и собрались в круг. Конечно, кроме тех, кто стоял на посту. Я стал вещать, и с каждым моим словом лица слушателей мрачнели. Воевать явно никто не желал, но когда я рассказал, что завал полностью расчищен и я побывал у двери, ведущей к золоту, то появились первые огоньки в глазах. И вроде уж как народ был не против пойти войной на ужасных рабовладельцев.

Общим решением было принято атаковать форт до того, как к ним прибудет подкрепление. То есть завтра на рассвете.

Я быстро начертил на песке план крепости. Объяснив всем в общих чертах, кому и что делать, народ, покивав, разошёлся. Далее со мной остались только те, кто возглавлял пятёрки. Много народу для захвата брать нет надобности. Потому часть мы оставим в лагере, включая девушек. Но вот Ичиро в этот раз пойдёт с нами. Такой боец нам ой как пригодится.

План был таков.

— Итак, слушайте внимательно. Шесть вышек, но ночью только на четырёх из них имеются охранники. К каждой отправляется по пять человек. Трое с луками, двое с кошками. Как только лучники выбивают стражу, бойцы забираются на вышки и занимают оборону. Пробираться к стенам будем в ночи и атакуем до того, как начнётся смена постов. Все цели необходимо захватить разом. Обратите внимание на оружие, — накидав примерный рисунок автомата рядом с чертежом крепости, я продолжил. — Увидите такое, прячьтесь и желательно за чем-то толстым, иначе смерть. Атакуем по моему сигналу одновременно.

— Какой сигнал и как мы его на таком расстоянии друг от друга услышим или увидим? — полюбопытствовал Леони, и все тут же уставились с него на меня.

— Услышите в небе клёкот Аквила, начинайте выдвигаться, а как звук повторится, атакуйте. Главное, запомните. Нам по-хорошему нужно провернуть всё так, чтобы у них не было возможности поднять тревогу. Поскольку в таком случае враг встретит нас не мечом, а из автоматов, — потыкал я палочкой в рисунок оного. — И тогда уже не факт, что нам удастся одолеть их. Ясно? — Народ нестройными голосами ответил:

— Да, Артур, понятно.

— Разумеется.

— И вот ещё один момент. Это может показаться вам необычным, но поверьте мне на слово. В лесу животных не опасайтесь. Их там просто-напросто нет. Почему, не спрашиваете. Всё равно, не поверите. Полное внимание на форт.

Повисло молчание. Некоторые явно хотели задать около… Да около тысячи вопросов, но благоразумно не стали этого делать. Знают же, что отвечу.

Хорошо, что не стали допытывать и про Аквила в небе. Понемногу привыкают к моим причудам.

После двух часов обсуждения люди ушли готовиться, а я позвал Марика на разговор.

Когда мы очутились одни, я без прелюдий выложил подслушанный разговор. Поскольку ранее про отца приятеля, что идёт во главе подкрепления, я не упомянул.

— В общем, думай сам. Когда придёт твой отец, мы их схватим, а там уж решай, как с ним поступить.

— Спасибо.

— Но помни, рабовладельцы ничем не лучше тех же Очистителей или чёрных алхимиков. По крайне мере такого моё мнение.

— Понимаю и полностью поддерживаю твоё мнение. Надеюсь, у папки найдутся слова, дабы оправдаться за якобы смерть свою и за использование людей.

На том и разошлись.

***

— Друг мой дорогой! Для тебя в моём лице есть замечательное предложение.

— Дай-ка я попробую угадать. Заключить спор, кто из нас пойдёт с Артуром, а кто останется? По твоему лицу вижу, что я угадал, — улыбнулся Советник.

— С тобой неинтересно, — усмехнулся он. — Ты меня знаешь как свои пять пальцев. Но всё же давай сыграем.

— Почему бы и нет. Во что будем играть? Нарды? Карты? Может быть, шашки? — спросил, потирая ладони, Визирь.

— Хм-м. А как насчёт шахмат?

— Игра королей. Ты смог поразить своим выбором, дружище. — Джафар произнёс эти слова с лёгкой ноткой авантюризма. — А почему бы и нет. Кто знает, возможно, именно сегодня бог удачи улыбнётся тебе, и ты выиграешь.

Друзья расположились в центре лагеря, достали доску, бутылку вина, и началась напряжённая борьба.

Как-то так вышло, что все собрались вокруг играющих, позабыв, что сегодня ночью мы идём захватывать форт. Да чего говорить, я и сам находился среди толпы и с интересом наблюдал за их игрой.

Всем хоть и было очевидно, кто победит, но нашлись и те, кто был не согласен с общим мнением, а потому ставки всё же присутствовали. К моему удивлению, и не только моему, выиграл не тот, на кого все ставили. А вы что думали? Развлечений здесь немного.

Глава 10

Глава 10.

Осада и новые подробности.

Рассвет следующего дня.

Абу и Борода взяли на себя северную стену. Марат и Леони — южную. А мы с Ичиро и Даниэлем будем группой быстрого реагирования. Про Урсуса я, кстати, никому не рассказал. Нечего им думать о всяком странном. Пусть лучше сосредоточатся на захвате крепости, а не на причудах орденского.

В лагере остались Джафар, проигравший в споре своему приятелю, и половина людей Медичи. Даниэль категорически отказался оставаться. Упирая на то, что он молод, силён и… Ну, он считает, этого достаточно. Мне-то без разницы, но вроде как Мария, скрипя зубами, но отпустила парня.

Мы условились так. Коли захватываем лагерь, то посылаем за ними, и они быстро перебираются за стены. А нет — то возвращаются к кораблю. Звучит неприятно, но как есть.

Все разошлись, затаившись каждый напротив той вышки, которую собирается захватить. В ожидании сигнала народ молчал, но Роберт не удержал внутреннее любопытство.

— Гард, а он что, и вправду заставит аквила сигнал нам подать?

— Ты дурак? Как он это сделает? — заржал Кот, но в мгновение затих, увидев здоровенный кулак Бороды у себя под носом.

— А как в этом случае? — продолжал любопытствовать он, ничуть не обидевшись на Романа.

— Ну ты парень и деревня, — усмехнулся Самир. — Что, никогда не слышал про свистки? Вот и у Артура похожий имеется. Дунет, и начнём.

— Сам ты деревня. Я вообще-то родом с Карфагена. И не услышим мы свисток на таком расстоянии. Не бывает таких.

— А я говорю, бывает. У орденских точно бывает.

— Ты сам видел?

— Нет.

— А чего споришь тогда?

— Заткнулись оба, пока не прибил обоих. Вы лучше в небо гляньте — идиоты. Набрали по объявлению. Лучше б я с Арти пошёл.

Все тут же задрали головы вверх, где над крепостью по кругу летал аквил. Не самый огромный, например, тот, что унёс орденского, был раза так в полтора больше, но даже такой хищник являлся весьма грозным противником, способным принести немало проблем.

— Вы это видите? — дрожащим голосом произнёс Сотка. — Это же, это же... аквил.

И в этот момент хищная птица издала громкий клёкот.

— Выдвигаемся.

— Как? Объясните мне, как он это делает? Это же невозможно. Никто не в силах управлять животными.

— Сотка, заткни отпрыска, иначе за себя не ручаюсь.

Раздался характерный звук затрещины, а после обиженный голос Роберта.

— Батя, за что.

Пятёрки людей медленно вышли из леса и направились каждый к своей цели, а люди, стоявшие по периметру стены, пытались рассмотреть витающую над ними птицу, позабыв, что им надобно смотреть за периметром.

Я стоял на пригорке и с помощью Фулгура наблюдал за нашими, как они осторожно, не желая привлечь внимание, ползут к стенам форта.

— Брат, двуногие на своих местах.

— Спасибо, дорогой. Как увидишь, что и я подошёл, дай ещё раз сигнал.

— Да без проблем, — ответил он, а я обалдел от его «развития».

Оказавшись вплотную к южной стене, я попробовал мысленно обратиться к мишке, но не получилось. Ладно. Главное, он выполнил мою просьбу. И пробираясь через лес, мы не встретили ни единой твари. Что ж, пора выполнить и своё обещание.

Как только я приготовился закидывать кошку, то услышал:

«Смерть двуногим обезьянам», — прокричал парящий в небе птиц.

Слава богам, никто не понимает, чего он там лопочет.

Атака началась. Мы втроём, перебравшись через частокол, ринулись к палаткам, откуда в случае тревоги должна прийти подмога. И когда нам осталось каких-то метров двадцать, ночную тишину нарушил крик одного из стражников.

— Тревога! На нас напали! Трево… — Гард, подкравшийся со спины, закрыл рот и перерезал горло. Но его всё же услышали, и нам навстречу высыпал заспанный народ.

— Какого чёрта тут происходит? Кто объявил тревогу? — гневно заорал крупный мужчина, в ком я узнал того самого Игорёшу. Через миг его взор пал на нас.

— А вы ещё кто такие? — Говорил он на ходу, размахиваясь двуручным молотом.

«Зачем ему молот? Неудобно же. Все люди с внушительной комплекцией, кого я встречал, выбирают молоты. Почему так? Мне это непонятно. То ли дело меч! А лучше шпага», — думал я, идя ему навстречу.

Следом за орущим мужчиной двинули и остальные местные защитники.

Да вот беда, на их головы с вышек полетели стрелы, сражая одного за другим.

— К оружию! Все к оружию! — Кричал это здоровяк, ни на секунду не сбавляя темп.

— Этот мой, — указал на него мечом Ичиро и двинулся ему навстречу.

— Учитель, постарайтесь не убивать его, он нам ещё пригодится. Нам нужны ответы, — а сам отошёл в сторону, пропуская японца.

— Даниэль, на тебе склад с оружием, он у той стены, — указал на место за палатками. — Сделай так, чтобы к ним никто не подошёл.

— Принял, — ответил он и устремился к ящикам под прикрытием наших лучников.

Судя по всему, мы захватили все вышки и, притом кажись не понесли потерь. Неплохо для новичков, — улыбнулся я своим мыслям. С первого раза и так удачно. Но, скорее всего, дело в их беспечности. Столько лет тут жили-не тужили, а тут нате вам, гости пожаловали. Хе-хе.

Из соседней палатки вышел Леший собственной персоной, держа в руках АК-74.

"Вот же гад!" — выругался я и, наполнив тело энергией, потратив целую единицу, побежал к нему, пока он не успел разобраться, кто враг и по кому стрелять. Но я не успел. Слишком велика была между нами дистанция.

Этот гад, выбрав меня целью, вскинул автомат и нажал на спусковой крючок. Раздался одиночный выстрел, а далее моё плечо обожгло резкой болью. На мгновение я сбился с ритма, но, несмотря на невыносимую боль, продолжил бежать.

Он, завидев, что я умирать как бы не собираюсь, зажал спуск, и пули полетели нескончаемым потоком. Я едва успевал уворачиваться, уходя то вправо, то влево и снова вправо. Тем не менее, прежде чем сблизиться с ним, я всё-таки заработал ещё два ранения — в ногу и в левый бок.

К моему счастью, автомат заклинило, и последние три метра я пробежал, не опасаясь получить пулю. Пустив энергию в клинок, я заметил, как автоматчик, скосив взор на вспыхнувшие белым глаза змейки, застыл. Я же, взмахнув шпагой, нанёс удар. Нет, не по нему, как мне того хотелось, а по оружию в руках врага. Отчего, разломившись пополам, часть автомата упала на землю, а другая так и осталась у него в руках.

Ткнув остриём клинка Лешему в районе сердца, я, скривившись от боли, медленно проговорил:

— Всё кончено, форт захвачен. Скомандуй своим, чтобы сложили руки за головы. Иначе все поляжете тут.

Я краем глаза увидел надпись в левом углу.

Обнаружены сквозные пулевые ранения.

Смертельная опасность для биокорпуса отсутствует.

Процесс восстановления запущен. Время до завершения — шесть минут.

***

Недалеко послышались звуки схватки, и мы оба, обернувшись, стали наблюдать, как Ичиро сражается против Игоря.

Схватка между Токугавой и Коновалом была напряжённой и зрелищной. Японец был опытным воином, владеющим катаной с невероятной точностью и мастерством. Это было видно по его движениям. Молотобоец же обладал огромной силой и решимостью снести врага. И стоило ему попасть, как всё было бы кончено.

Сражение началось с обмена ударами между двумя явными мастерами своего оружия. Мой учитель атаковал первым, произведя резкий выпад вперёд, который его соперник успешно отразил древком своего оружия. Затем японец сотворил серию быстрых и точных ударов, каждый из которых был всё так же парирован молотом.

Однако Коновал также не сдавался и продолжал время от времени атаковать, нанося мощные удары, обрушивая их с огромной силой. Из-за чего Ичиро был вынужден отступать под натиском врага, но при этом он сохранял спокойствие и уверенность. Он знал, что его мастерство и опыт позволят ему одержать победу. Тем более долго его соперник так махать не сможет. Стоит немного подождать, и бой будет закончен. А в это время желательно не попасть под молот.

В конце концов, учитель нашёл возможность для контратаки и нанёс мощный с невероятной скоростью удар, что пробил защиту молотобойца. Катана глубоко вонзилась в тело противника, и враг, глухо вскрикнув, упал на землю, потеряв через мгновение сознание.

Ичиро Токугава одержал красивую победу благодаря своему мастерству, опыту и уверенности в себе.

Я был поражён этим поединком, а особенно хладнокровием, с которым он сражался. Мне до такого ещё ой как далеко. Аж гордость берёт за такого наставника.

И да, я видел, под каким углом лезвие вошло в тело. Жизненно важные органы не задеты, так что поживёт ещё.

Он уважительно поклонился побеждённому сопернику и направился ко мне. Поскольку осаждённые побросали мечи да копья под направленными на них луками наших людей.

Леший явно хотел сказать что-то матерное, но, увидев за моей спиной Марата, не сразу смог поверить своим глазам.

— Здарова, дядя Миш, а зачем вы нам солгали насчёт отца?

— Марат, ты ли это? — вот только вместо ответа он получил удар в челюсть.

— Я, дядь Миш, я, — проговорил он, склонившись над ним.

— Давай всё личное чуть позже. Дел много.

— Да не вопрос, Арти. Потом так потом, — Марик поднялся и отошёл, потирая кулак.

— Гард, — махнул я ему рукой. Когда он приблизился, я указал на стоявших людей.

— Всех связать и посадить на площади перед входом.

— А с рабами как?

— Найди, кто у них за главного, и приведи к нам, пожалуйста. Хочу выслушать обе стороны, прежде чем делать выводы.

Пока мы говорили, к нам подошли и остальные главы рядом.

— Леони, переоденьте наших в одежды местных. Чтобы, когда прибудут «гости», то сразу не заподозрили неладное.

На лице Лешего возникло выражение полного разочарования. Он, похоже, втайне надеялся на подкрепление, чтобы выбить нас отсюда. Но похоже, не судьба.

— Абу, выставите пост у построек, что возле южной стены, чтобы никто туда не подходил. Они там урсуса в клетке держат. Изверги.

— Кого они там держат?! — воскликнул Ворчун.

— Вы не ослышались. Самого что ни на есть короля леса. С его помощью эти ублюдки приманивали сюда зверей, добывая кристаллы чуть ли не в промышленных масштабах. Вот только я уверен, что те в основе своей белые да зелёные. Синими там и не пахнет.

— Ты кто такой вообще? Откуда про нас столько знаешь?

— Из библиотеки, — ответил ему вместо меня Марат.

— Чего? Какая, на хрен, ещё библиотека?

— Неважно, кто я и откуда. Важно другое. Вы тут запрещёнными техниками пользуетесь, наподобие той, что у чёрных алхимиков. А я их ой как не перевариваю. По сути, вы такие же, как они. А значит, и обращение с вами будет аналогичное.

Через двадцать минут наши переодетые моряки стояли по двое на всех четырёх точках.

Ещё через десять доложился Борода, собрав двадцать одного пленника и посадив тех у входа. У западных ворот мы сложили трупы, коих было аж двенадцать человек. Многие, быть может, и выжили бы, помоги им лекари, однако же мы с собой их не брали.

— Артур, вот он у них за главного, — толкнул он ко мне мужчину в обносках, звенящего кандалами. Худым он точно не был, кормили их, как я уже видел, отлично. Всё же с мясом проблем нет. Но мне не понравилось, как он смотрит на нас. Будто понимает, что ничего хорошего его не ждёт. И это слегка насторожило.

— Как звать?

— Камал.

— Кто вы такие и как угодили в рабство?

— Вольные мы из Александрии. А эти отродья шайтана напали на нас и захватили, заставив копать землю, будто бы мы крысы.

— То есть вы вольные искатели?

— Да.

— А все вы там такие?

— Да, — вновь ответил он односложно.

— И если я сейчас спрошу Лешего, он подтвердит твои слова?

— Зачем тебе это? Он грязь под твоими ногами. Убить его надо, а не говорить с собакой.

— Ну я всё-таки спрошу.

Подойдя к бывшему главе крепости, я задал те же вопросы.

— Врёт он всё. Очистители это. Напали в том году на лагерь, да мы отбились, а после их лагерь захватили.

— Очистители, говоришь? — повернулся я к мужчине в кандалах с озарившей мой лицо улыбкой, не предвещавшей тому ничего хорошего.

— Не слушай его. Он сейчас всё скажет, лишь бы нас не освободили, и мы не ринулись мстить за годы рабства.

— Борода, будь так любезен, сорви с него рубашку.

Сделав это, мы все могли наблюдать на предплечье тату, говорящее о принадлежности данного индивидуума к известным в мире грабителям.

— Верни его к остальным. Поставьте охрану. Рабочие руки нам скоро ой как понадобятся.

Все тут же уставились на меня в полном изумлении. Так как только недавно я распинался, как ненавижу рабовладельцев, а теперь сам собираюсь их использовать.

— А что вы, золото сами потащите? Если его там горы, то лучше уж пусть эти гадёныши поработают носильщиками. А мы их за то после отпустим на все четыре стороны.

Да только дураков среди собравшихся не было, и все знали, что это за «четыре стороны» такие.

— Так, народ. Слушайте внимательно. Сейчас произойдёт кое-что странное, — с разных сторон послышались смешки.

— Так давайте посерьёзнее. Всем быть наготове. Я выпускаю урсуса, — настала гробовая тишина. — Никому в него не стрелять, ничем не кидаться. И вообще вести себя так, словно вас тут нет. Кто дёрнется, лично прибью, чтобы остальные выжили. Всем ясно? Вот и ладненько.

— Учитель, пойдёте со мной? Он там такой красавчик. Признаюсь, я при виде его чуть в штаны не наложил.

— Будь на твоём месте любой иной человек, я бы подумал, он сошёл с ума. А слова, сказанные тобою, это слова душевнобольного человека. Но! — воздел он палец к небу. — За последний год я наблюдал столько всего необычного, что не прощу себе, если откажусь от твоего предложения, — договорив, японец, убрав меч в ножны, смело зашагал рядом со мной.

— Эй, погодите, я тоже с вами хочу, — догнал нас Марик, а затем и Гард. Когда мы подошли, со мной чуть ли не целая делегация была.

Отворив дверь, все резко отшатнулись. Поскольку урсус сидел в клетке, чьи прутья были вырваны. Получается, он мог в любой момент выбраться, вместе с тем почему-то решил не делать этого, а дождаться своего спасителя.

Честно? Он пугает до дрожи в коленках. Я бы не рискнул с ним сразиться.

— Эмм... Привет. Я тут как бы пришёл спасать тебя.

— Да? А мне показалось, ты не особо торопился. Думал, что уже не зайдёшь, — сыронизировал зверь.

— Погоди Артур, это не шутка что ли была? — японец не рискнул достать меч, но при этом всё же отступил на пару шагов назад.

Как-то так вышло, что все, кто со мной пришли, волшебным чудом очутились в шаге за моей спиной. При всём при том не сбежали. И это радует, значит, доверяют. Хотя, с другой стороны, я мог и не знать, что хищник выбрался из клетки. Стоп. Так я и не знал. Это ж насколько они верят мне? Коли не бегут в страхе и достают оружие. Из раздумий вывело движение зверя.

Урсус поднялся на лапы и медленно пошёл на выход. Какой же, мать его, он огромный. Сотвори мы какую глупость, и опомниться не успеем, как все будем мертвы.

Я очень рисковал, доверясь ему. Тем не менее где-то глубоко внутри я знал, что всё кончится хорошо.

— Всем отойти. Дайте ему пройти к южным воротам. Гард, распорядись, чтоб их открыли, — скомандовал я, отходя.

Владыка леса остановился у врат, а я встал напротив.

Медведь поднял голову, где парил Фулгур.

— Учись у братца, его «развитие» в разы лучше твоего.

— Так у него нет забот, кроме как охотиться.

— Кто тебе мешает заниматься тем же самым? Ограничил себя выдуманными рамками, а теперь ищешь оправдания. Всё, не прощаюсь, двуногий.

— Меня Артуром зовут.

— Имя не имеет значения, только «сила».

— Сила? Сила мышц? Это имеешь в виду?

Я прям шестым чувством почувствовал, каким глупым он считает стоящего перед ним двуногого. Скорее даже не так. Не глупым, а несмышлёным. Обидно, всё-таки.

— Получишь «развитие», там и поговорим. Мне подсказывают, мы ещё не раз с тобой встретимся.

Отвечать, кто ему подсказывает и откуда этот «загадочный кто-то» знает будущее, он наверняка не станет. В связи с этим и спрашивать бессмысленно.

— Хорошо. Тогда просьба. Сюда движется отряд двуногих, пропусти. Обещаю, они более не потревожат твой лес. Я о них позабочусь.

— А вы?

— Заберём кое-что и в ближайшие дни покинем здешние земли. По крайней мере большинство из нас. Мне же ещё предстоят дела, но далеко отсюда.

— Уничтожь то, что делает нас слабыми.

— Уничтожу сегодня же.

Не произнеся больше ни слова, он повернулся и, мерно шагая, исчез в лесной чаще.

***

Все, кто находился в крепости, сейчас наблюдали за немой сценой. Стоит паренёк лет двадцати, а напротив зверь размерами чуть больше гружённой телеги.

Они смотрят друг на друга неотрывно, а после гроза всех запретных земель разворачивается и не спеша покидает территорию укрепления.

Прошла минута, затем вторая, и всё же никто так и не осмелился нарушить тишину… Ан нет, нашёлся такой.

— Бать, ну ты видел это, а? — одёрнул Роберт отца за рубаху. — Бать, это ж ненормально? Может, ну его к ним на остров переезжать? Кому расскажешь — не поверят. Они же явно о чём-то говорят. Человек и зверь.

— Заткнись, сынок. Башка твоя не смышлёная. Подумай, если есть чем. Коли он с королём запретных земель сладил без оружия, то что по силам целому ордену? Мы там будем в полной защите. Какой идиот сунется к людям, способным на такое. Нет, я принял решение. Как всё закончится, собираем монатки и переезжаем. Лучше жить под боком у сильного, чем с идиотами, что захотят с ними войны.

***

Когда урсус ушёл, а мы закрыли двери, ко мне подошёл учитель. Остальные же предпочли заняться своими делами. Тот же Марат явно имел ко мне вопросы, но вместо этого ушёл общаться с Лешим.

— Ответь, если можешь, — я кивнул. — Разговариваешь с изменёнными?

— С животными? Да.

Услышав ответ, он и бровью не повёл. Вот же выдержка у него. Завидую.

— Всё дело в эликсирах?

— Нет. В кристаллах.

— Пояснишь?

— Уверенны? Пути обратного не будет.

К счастью, ответил он не сразу. Это хорошо. Согласись он в тот же миг, и я вряд ли бы доверил ему тайну. А так… В общем, задумывается, значит, понимает всю важность.

— Я готов дать клятву.

Пришло ощущение, что японец говорит правду, он действительно, готов. Что ж. Он сам себе злобный Буратино. Жалеть я его не буду и вывалю на него всё. Пусть дальше сам думает, как с этим жить.

— Пойдёмте, найдём более укромное место. Вам предстоит узнать многое, что перевернёт ваш мир. А разговор наш не на один час. Только перед тем надо бы найти кристалл чёрного цвета. Как тот что я вытащил из под горы. А после разрушить его. Я кое-кому обещал сделать это как можно быстрее.

В первую очередь мы пошли к палатке Орешникова, где как ни там он должен хранить все ценные вещи. Да и накопители нужны. Явно же они их где-то прячут. Иначе почему я не чувствую их.

***

Вечер того же дня.

В километре от форпоста.

Фарид возвращался с большой земли, полный надежды на скорое завершение дела всей его жизни. Этот поход обещал стать последним. Почти тридцать лет он потратил как на поиски этого проклятого хранилища, так и на то, чтобы докопаться в прямом смысле слова до самого хранилища. Все эти годы он отгонял от себя мысли о том, что там может быть пусто. И любого, кто пытался заронить в нём это зерно, он строго карал. Ну не он, конечно, лично, а наёмники.

Несмотря на столь продолжительное ожидание, рядом с ним всегда оставался друг детства Мишка Орешников. Если бы не он, Фарид, возможно, давно бы опустил руки.

День, когда они добрались и встали перед закрытой дверью хранилища, навсегда останется в их памяти. Это событие словно вдохнуло в них новые силы. Друзья рассудили так: если дверь закрыта, значит, там что-то есть. А что обычно прячут за такими дверями? Конечно же, золото!

То, что они уже пятый год не могут проникнуть внутрь, уже не так важно. Особенно сейчас, когда он везёт с собой оборудование, которое, по словам торговца, способно вскрыть любую дверь.

Выйдя на просеку, Фарид не сразу понял, в чём дело. Вроде всё как обычно, тем не менее что-то не так. Во-первых, им не встретились животные, коих должно быть в округе немалое количество. Во-вторых, стражники на вышках стоят с огнестрелом на изготовку. Хотя обычно используют луки да арбалеты. В-третьих. Мишка из ворот вышел и факелом им машет. Точно Леший, они никогда не выходил их встречать. Вплоть до того момента, пока караван не подойдёт к вратам.

— Всем стоять, это засада, — закричал он. Вот только в этот же миг им в спину зашло четверо с автоматами, направленными на них. И что-то подсказывало, что оружие, которое они держали в руках, ещё недавно им не принадлежало.

— Никому не шевелиться, а то всех положим. Мечи, ножи, пистолеты, любое оружие достаём из и скидываем на землю. У кого при обыске найдётся хоть крошечный кинжал, будет жёстко наказан.

— С чего бы нам так поступать? Всех за раз вы не убьёте. А вот мы как раз вас прикончить успеем. И нам хватит времени скрыться в лесу, — заявил главный.

Люди в караване, не понимая, что происходит, предпочли слушаться вооружённых людей, чем своего босса. Никому не хочется испытывать удачу.

— Я бы на твоём месте, отец, делал, как вам велят, иначе поляжете тут все на радость хищникам.

От неожиданности Фарид обернулся, узнав в говорящем собственного сына.

— Марат?! Как? Откуда? — окликнул мужчина, с трудом узнавая своего отпрыска.

Парень, в котором он едва мог узнать родного человека, усмехнулся и повернулся к своему спутнику:

— Представляешь, не забыл. Как звать.

— Ну вот, а ты сомневался, — собеседник отзеркалил усмешку.

Когда они подошли вплотную, Фарид наконец смог разглядеть крепкого на вид парня. Последний раз, когда он видел того, тот ещё был совсем юным. Сейчас же перед ним мужчина в самом расцвете сил.

— Как ты тут оказался? Стоп. Это твои рук дело?

— И да, и нет. Но если спрашиваешь, с ним ли я, то ответ — да. Короче, батя, не делай глупости. Отдай приказ людям подчиниться, и, глядишь, все останутся живы.

Разоружив народ, караван проследовал на территорию укрепления. Закрыв за ним ворота, Борода с Леони и ещё тремя моряками крепко связали всех и посадили к толпе перед входом.

***

Спустя полчаса.

В свете того, что мы нашли с учителем в палатке Лешего, то решили не откладывать на завтра вопросы, а выяснить сегодня же. Усевшись за столом, я с Маратом и Ичиро стали ждать. Через пять минут напротив нас посадили двух бывших хозяев форта, а именно Фарида и Михаила. За спиной пленников, покручивая молот, стоял Гард.

— В общем, слушайте. Отвечаете на все вопросы, остаётесь живы. Почувствую ложь — отрежу палец. И не посмотрю на то, что вы близкие моему приятелю. Ясно? Ну вот и отлично.

Я положил на стол кристалл чёрного цвета, точно такой же чёрные алхимики используют для сбора энергии через боль. Указав на него, спросил:

— Где вы это взяли?

— Купили, — ответил Леший.

За столом воцарилась тишина.

— Вы думаете, я шучу с вами? — произнёс я, доставая нож-коготь. Используя свои способности, отсёк одну фалангу мизинца Орешникова со скоростью, которая была незаметна человеческому глазу.

Мужчина дёрнулся и неверующе уставился на палец. Вот он цел, а вот уже из него хлещет кровь.

— Кто ты такой? — со страхом в глазах спросил отец моего приятеля.

— Артур, из ордена «Искатели истины». Мой вопрос остаётся открытым, и я всё ещё жду ответа.

— Сын, и ты позволишь ему кромсать родного отца?

Когда Марат услышал начало разговора, он не сразу понял, почему его приятель так резко начал беседу. Для этого должна быть веская причина. Артур не тот человек, который станет действовать необдуманно.

Конечно, Фарид не самый лучший отец, но всё же он является родителем. А это что-то да значит. Тем более что Арти и сам всегда выступал за семейные ценности. Увидев, сборщик он мигом обо всё догадался, и теперь сам был готов на жёсткие меры. Слишком ещё свежи воспоминания заточения в клетке.

— Лучше ответь ему предельно честно. У меня есть на то свои причины быть согласным с его методами.

Видя непонимание, он решил пояснить.

— Скажу тебе, папа, однажды я чуть сам не стал сырьём для создания эликсиров. Если бы не Артур, мы бы сейчас здесь не разговаривали. Поэтому, если потребуется, я лично отрежу тебе палец, если не ответишь на его вопросы. Чёрные алхимики — не те, с кем стоит иметь дело.

— А как с этим связаны чёрные алхимики? — в недоумении одновременно спросили Миша и Фарид.

— Дело в том, что для приготовления своих эликсиров эти уроды используют похожий кристалл. Они причиняют людям невыносимые муки, а этот камень впитывает всю испытываемую ими боль. После, как предполагается, используют её для создания эликсиров. Более точной информации у нас нет. Теперь вы понимаете, почему он так интересуется этим кристаллом?

— Погодите. Мы не знали, что это. Мы считали данный камень лишь какой-то новой… Даже не знаю, как объяснить, Эм-м, — замялся он, пытаясь подобрать слово.

— Находкой, — пришёл ему на помощь Леший.

— Да именно. Некой находкой, кого-то из искателей, позволяющей подчинять изменённых животных. Да и купили у торговца по имени Бенджи из западного королевства, а не у каких-то чёрных алхимиков.

— Значит, он как-то связан с чёрными алхимиками, — сделал я вывод из сказанного.

— Возможно, мы не особо вдавались в подробности, откуда он у него. Отдали за него пятьдесят синих кристаллов и триста зелёных.

Все за столом присвистнули. Количество было далеко не маленьким.

— Кто вас надоумил с его помощью поймать урсуса?

— Так он и рассказал, точнее показал. У него клетка в подвале имеется, а в той сидит тигрис. Смирный такой, без команды кусок мяса не берёт. Стоит тому поднести сборщик к зверю, как тот мигом становился ласковым, словно котёнок. Мы тогда поразмыслили, было бы здорово поймать короля зверей и заставить того приманивать для нас животных. А не самим за ними гоняться по лесу.

— Как вы ему объяснили, что необходимо делать? Вряд ли вы угрожали ему камнем. — Я выразил сомнение. Не хотелось раскрывать все карты.

Животные гораздо умнее, чем мы привыкли думать. Многие из них способны понимать человеческую речь. Понимаю, что это звучит бредово, но я уже давно живу в этих краях и, поверьте, многое повидал, чего никак не объяснить.

— Давайте перейдём к сути.

— Да больше нечего рассказывать. Мы поставили ловушку и заманили в неё урсуса, потеряв при этом восемь человек. Затем сделали всё, как и говорил торговец. А именно, приблизи к нему кристалл, а затем приложили его к ране зверя. Не прошло и минуты, как он стал послушным. Сам зашёл в приготовленную клетку и делал всё, что я просил.

— Ты прав, это звучит бредово. Чтобы животное понимало человеческую речь, фантастика, не иначе!

Конечно, все наверняка вспомнили недавний случай. Только дурак бы не понял, что я как-то общался со зверем. Но благо все промолчали. Почти.

— Хочешь верь, хочешь нет. Я рассказал, как есть. Другого рассказа для тебя нет.

— Да дурит он тебя. Этот пацан зверя из клетки выпустил, а ещё они переглядывались с минуту, прежде чем урсус свалил в лес. И никакой кристалл ему для этого был не нужен. Всё он знает и может куда больше, чем мы с тобой. Вопрос только зачем весь этот спектакль? Хотя это же орденский.

Последнее, словно он произнёс, будто выплюнул. Интересно, а мой Орден чем ему успел насолить?

— Умеешь говорить с животными? Эликсир? Секретная технология предков? Как? Расскажи, я щедро заплачу… На последнем слове он осёкся. Поскольку всё его добро и так стало нашим.

— Секрет ордена.

И, коснувшись сборщика, заставил тот лопнуть, превратившись в пыль. Вначале хотел забрать и попробовать на монстрах, что обитают в окрестностях Гармонии, да только Олька сразу заверила, не сработает. Мол, в них нет накопителей. А защитники выведены искусственно.

— Так, друзья мои хорошие, — встал я из-за стола, — я для себя всё нужное выяснил. Дальше вы уж сами. Я спатиньки. Марат, что делать с отцом, решай сам. Хочешь отпустить, отпускай. Дело твоё. Но помни, его в нашем договоре нет. В хранилище войдём завтра, когда прибудут остальные.

Мне совсем не хотелось спать. Я был полон энергии и жаждал использовать её для развития и совершенствования своих навыков. Её было так много, что мне было совершенно неинтересно, о чём будут говорить отец с сыном, которые не виделись немало лет.

— Без нас у вас ничего не получится. Туда не попасть. Только я знаю, как это сделать.

— Поверь, отец. Если он сказал: «Завтра мы войдём в хранилище», значит, завтра мы туда войдём. У Ордена искателей дофига секретов. Что же касается Артура так он сам — ходячий секрет.

— Посмотрим. Но если всё станется так, как я говорю, то половина — наша.

— Половина? Смеёшься? Кажись батя тебе солнышко головку напекло. Вот и бредишь, да глупости всякие несёшь.

Более того я слушать не захотел продолжение их разговора. Выбрав палатку получше, я лёг и уснул. Тем более им есть о чём поговорить. Они не виделись столько лет.