Осенние сны

Глава 1

Один шаг

* * *

Все это началось с очень странного сна, безумно реалистичного и яркого.

И я до сих пор его помню практически во всех деталях и подробностях, словно все это было наяву и на самом деле со мной.

Но чем иным, кроме сна, может быть яркий солнечный летний лес посреди угрюмого города конца октября?

Я сделала всего один шаг и споткнулась на ровном месте. Этого оказалось достаточно, чтобы на миг отвлечься от окружающего мира. И он (окружающий мир) этого мгновения не упустил.

Я подняла глаза от кончиков своих сапог и увидела лес. Опустила глаза и не увидела сапог, так как они утопали в траве, сочной, высокой, доходящей почти до середины бедра. Подняла глаза вновь — лес.

Над головой высокое голубое небо с редкими барашками белых облачков. Я стою посреди поляны, со всех сторон окруженной высокими, покрытыми сочной зеленой листвой деревьями. Прямо впереди, на краю поляны лениво раздвигает своим телом кустарник красавец олень.

Он поднял голову, внимательно посмотрел на меня своими большими, умными глазами, затем развернулся и убежал прочь.

Ну где еще, как не во сне, я могла бы увидеть так близко, в пяти шагах буквально, крупное дикое животное?

Я снова огляделась вокруг: лес, лес, лес и снова лес. Никаких тропинок, дорог, следов человека, дыма на горизонте или шума близко расположенной трассы... Ничего, что можно было бы принять за признак близости хоть какой-то цивилизации. И самое главное: отсутствует такая важная деталь, как висящая в воздухе дверь с красочной табличкой «Выход» или «Назад» и большой красной стрелочкой, указующей на нее. Совершенно отсутствует! Ее нет, и хоть ты что! А из вещей с собой одна только женская сумочка. Ни запасного рациона питания на неделю, ни палатки с подогревом, душем и биотуалетом, ни автомата Калашникова с «Уралом» патронов к нему, ни даже завалящего танка... Ужас.

Хоть бы зажигалка была самая раздешевенькая, а и той нет, так как я не курю. Хорошо — обувь не на высоком каблуке, а то бы и вовсе все грустно было.

Страха почему-то не было. И не потому, что это сон: в тот момент это сном как раз не казалось ни самой маленькой капельки. Все воспринималось, как совершенно всамделишная реальность. Это уже потом, спустя время, когда все уже кончилось, я поняла, что все было всего лишь сном. А тогда, как раз все было взаправду.

Справа от меня на поляне лежало старое поваленное дерево, сухое и без коры. Я подошла к нему и, проверив рукой, не грязное ли оно, уселась на него, чтобы подумать над двумя извечными вопросами: «Кто виноват?» и «Что делать?». Размышления длились уже минут двадцать, при этом становясь все более грустными: воды и еды нет, мобильный телефон показывает полное отсутствие, как сети, так и радиостанций, деньги в кошельке только бумажные (как раз накануне вытрясла из кошелька всю лишнюю мелочь, от которой он раздулся до совершенно неприличных размеров). Да и помогли бы они мне в этой ситуации, даже, если бы и были? Что-то сомнительно.

В куртке становилось жарко. Комарики появились и начали донимать. А когда солнышко за лесом скроется — станет печально от слова «совсем».

Я подняла глаза. Готова поклясться, что никаких звуков с той стороны, отличавшихся от звуков леса, шедших со всех других сторон, не было. Я просто подняла глаза, глядя перед собой, и увидела, что на поляну выходит парень в осенней, расстегнутой черной куртке, черной майке под ней, джинсах с вдетым в них ремнем, пряжка которого поблескивала на солнце и в коженых осенних туфлях. Голова его была не покрыта, волосы же темные со стрижкой «под теннис», челка которых была зачесана на бок.

Парень был молод и хорошо сложен, пусть и не высок, подтянут и строен. Да и лицом вполне ничего. Но это все я рассмотрела позже. Сначала были глаза. Глаза, которые как и многое в этом сне были удивительны. Они казались безумно, до боли знакомыми и даже родными, будто их обладателя я знаю всю свою жизнь, и даже не одну жизнь... Я о таком не читала в романах, не видела в кино... Там — Любовь, Стрела Амура, пронзающая сердца, как молния, как вспышка сверхновой... А тут ничего такого: просто человек кажется очень знакомым, настолько, что автоматически выставляемые в обычных условиях психологические защитные барьеры не срабатывают.

Он посмотрел на меня и тоже улыбнулся.

— Привет, — сказал он. — А что ты тут делаешь?

— Сижу, — сыграла в «Капитана Очевидность» я.

— Удобно? — улыбнулся он.

— Не очень, — призналась я. — Жестковато и комары донимают.

— Комары — это да, — хлопнул себя по шее, убивая очередного мелкого кровососа, парень. — Может тогда пойдем? — Пошли, — кивнула я, поднимаясь с бревна и отряхивая брюки. — А куда?

— Думаю, вот туда, — показал он рукой куда-то мне за спину. — А почему туда? — заинтересовалась я причинами такого выбора, ведь лес был со всех сторон одинаков.

— В той стороне город, — пожал он плечами.

— Город? А ты откуда знаешь?

— Видел.

— Как? Я вот только лес вокруг вижу. Ну, еще олени бродят.

— Минут пять назад я залезал на дерево. Оттуда увидел.

— Далеко? — Километров восемь-девять, — пожал он плечами. — Если на дорогу выйдем, то к обеду доберемся.

— А если не выйдем? — скептически спросила я.

— Выйдем, — уверенно ответил он. — До нее отсюда метров триста в ту сторону.

— Тогда пошли, — пожала плечами я. Почему-то с его появлением все тучи с мыслей о возможном будущем разлетелись. Им на смену пришли спокойствие и уверенность. Забавно.

* * *

Дорога оказалась именно там, где он и сказал. Правда, сама она не впечатляла: всего навсего хорошо набитый поселок со следами копыт и полным отсутствием следов автомобильных протекторов. И это напрягало.

Шли мы не быстро, но и не медленно, ровно так, чтобы это было комфортно, ведь расстояние, которое предстояло пройти не было, как слишком большим, так и слишком маленьким. Куртки пришлось снять, так как солнышко припекало, но плюсом было то, что большая часть пути пролегала в тени деревьев.

— А ты откуда тут взялся? — спросила я попутчика.

— Из ***ова, — пожал он плечами, назвав тот же город, из которого в этот лес попала и я сама. — За угол повернул, а вокруг уже не город, а лес. Репу почесал, полез на дерево, огляделся, двинулся к дороге — вот тебя встретил.

— А я тоже из ***ова, — возбужденно отозвалась я. — Только за угол не поворачивала — просто споткнулась, а когда подняла глаза, была уже на поляне.

— С одного города, значит, — улыбнулся парень. — Тем проще: стало быть возвратимся вместе.

— Хорошо бы, — согласилась я. И действительно, почему-то, иррационально и необъяснимо для меня самой, не хотелось терять этого странного парня с удивительно знакомыми глазами. — А то у меня сестра волноваться будет.

— Сестра?

— Мы вместе с ней в общежитии живём. Если я к вечеру не приду, она забеспокоится — мобильник-то не работает. — Да? — спросил он, доставая из кармана свой маленький черный кнопочный телефон. — Сети нет? Действительно, — согласился он, взглянув на экранчик. — Лучше выключи тогда, не то разрядится быстро. Тут-то он все равно пока бесполезен.

— Пожалуй, — согласилась я и тоже выключила свой аппарат.

— С погодой повезло, — заметил этот странный парень. — Не слишком жарко, но и дождя нет. А ведь могло и влить... — Да уж, — попыталась представить себе это я и содрогнулась. Действительно с погодой повезло очень и очень сильно. — А еще хорошо, что я каблуки сегодня не обула, а то было бы дело теперь!

— Каблуки? — удивился он. — Обувь должна быть удобной защитой ног, а не пыточным инструментом.

— Зато каблук — это красиво! Ножка на нем получается стройная, точеная, аж самой нравится, — сказала я, поведя кистью руки, как в танце, привлекая взгляд к своей ноге, при этом поставив ее на носок, как будто она на каблуке. Должна сказать, что интерес, появившийся в его взгляде, мне польстил и был приятен. Ведь мне нравится нравиться! Как, впрочем, и любой девушке.

— Девушка на каблуках в подсознании мужчины — попавшая в западню добыча, неспособная с достаточной эффективностью убежать. Беззащитная и доступная, — наставительно произнес он.

— В первую очередь это красиво! — даже немного обиделась я на такую оценку с его стороны.

— Мое мнение ты уже знаешь, — не стал углубляться в спор он. — На абсолютную истину не претендую, — я хмыкнула в ответ, но продолжать тему не стала.

* * *

Город был окружен стеной. Не очень высокой (метров пять-шесть), но все же. Дорога вела прямо к воротам в этой самой стене.

Решётка была поднята, мост опущен. У ворот стоял скучающий стражник в кольчуге и шлеме с копьем, прислоненным к стене, и тесаком на кожаном поясе.

— Господин доблестный стражник! — с улыбкой обратился парень к нему на каком-то странном языке. Что было еще более странно, так это то, что я сама этот язык понимала, хотя уверена, что к русскому и даже английскому он даже близок не был. (Вот и еще одно подтверждение, что все это был сон). — Не подскажете, как сей замечательный город называется?

— Нозер он называется, — лениво отозвался стражник.

— А не скажите, господин доблестный страж, на чьей земле он стоит? — не унимался парень.

— На землях Графа Арнолиса, что в герцогстве Браган королевства Корбант, — после некоторых раздумий ответил он.

— Благодарю за ваш ответ, доблестный страж! — еще шире растянул свою дружелюбную лыбу мой спутник. — А кто нынче король Корбанта?

— Как и уже двести лет — Фрэди I Король Демон, — как о само собой разумеющемся сказал стражник. Хотя, в чем-то я его понимаю: если бы наш президент правил двести лет, то я бы об этом говорила с тем же выражением лица.

— Еще раз спасибо! — поклонился мой спутник стражу. — А Банк в городе есть?

— Как не быть? Чай не первую сотню лет город стоит, — пожал плечами он и, весь подобравшись, устремил свой взгляд вдаль за наши спины. — Проходи давай, не задерживай, пошлина за вход в город лишь с конных и везущих товар. Пешие странники милостью короля от уплаты пошлины избавлены.

— Спасибо, — еще раз поклонился парень, а я оглянулась и кажется поняла причину потери к нам интереса со стороны блюстителя порядка: по той же дороге, по которой пришли в город мы, к городу двигался обоз из десятка телег с конной охраной. Естественно пешие странники без поклажи стали ему теперь только помехой.

Мы прошли через ворота и двинулись дальше по широкой мощеной камнем улице, по краям которой стояли ухоженные каменные же дома одно, двух и трёхэтажные. Людей на ней было мало, возможно по случаю обеденного времени и дневного зноя. Но те, что нам встретились, одежду носили для средневековья странную. Она скорее подошла бы нашим современникам, только выполнена была из натуральных тканей без использования синтетики и высокотехнологичных деталей, таких как молнии, кнопки, заклепки, резинки... Но общий вид был более чем привычен глазу: штаны, брюки, ботинки на шнуровке, майки, шляпы, кепки с козырьком, даже шорты и сандалии присутствовали, что для меня было удивительным.

Мы двигались по улице все тем же шагом, не быстрым и не медленным одновременно. Я разглядывала дома, прохожих саму улицу с большим интересом, словно турист в незнакомой стране или маленький ребенок. Мой спутник же был в этом отношении гораздо спокойнее. Его взгляд можно было назвать скорее прицельным, чем любопытным. Он искал что-то конкретное и определенное. По крайней мере создавалось именно такое впечатление.

И в какой-то момент он это что-то нашел.

Мы подошли к красивому двухэтажному каменному зданию с вывеской «Банк» над входной дверью, выполненной строгим минималистичным стилем.

Внутри, справа от двери стоял сурового вида охранник в кольчуге, стальном нагруднике, шлеме и с мечом на поясе. Дальше, в глубине зала находилась длинная стойка из полированного дерева, за которой стояли двое: молодой человек в белой рубашке с галстуком бабочкой и девушка в белой блузке с коротким черным галстуком. Ниже пояса их было не видно из-за самой стойки.

— Добрый день, чем можем быть полезны? — начал разговор все на том же языке молодой человек.

— Добрый, — улыбнулся мой спутник, подходя к стойке. Там он взял в руки палочку с острым концом, очень похожую на шариковую ручку, и начал быстро писать ей длинные наборы цифр в специально выделенных цветом узких окошках прямо на поверхности стойки. Причем он очень странно держал эту палочку: за верхнюю треть, стараясь даже случайно не прикоснуться к поверхности стойки какой бы то ни было частью тела. — Один «Походный набор» с кошельком, пожалуйста, — сказал он, откладывая палочку в сторону.

Мой спутник заполнил два узких длинных окошка, а в третьем, примерно с лист А4 размером, высветился текст с колонками цифр зеленого цвета. Причем перед молодым человеком в бабочке было точно такое же окно. И, глядя на информацию в этом окне отобразившуюся, он как-то побледнел, лицо его вытянулось, а сам он поправил воротник, словно тот внезапно стал ему туговат.

— Что-то еще? — поинтересовался он. В то же самое время девушка уже доставала из сейфа под стойкой кожаный кошелёк полный монет и ставила его на поверхность стойки.

— Нет, спасибо. Этого достаточно, — с улыбкой ответил мой спутник, ставя свою подпись внизу большого окна, где судя по всему отобразилось снятие денег со счета и запрашивалось подтверждение этого действия.

— Всегда рады вас приветствовать в нашем «Банке», с преувеличенно вежливыми и приветливыми улыбками, чуть ли не хором сказали двое служащих и поклонились.

— Хорошо, — отозвался мой спутник, закрывая диалоговое окно и забирая кошелёк со стойки. После чего ответно поклонился и направился к выходу. Я последовала за ним, поскольку без него мне в этом месте делать было нечего. — Куда теперь? — когда двери здания остались у нас за спиной, спросила его я.

— Поищем гостиницу, потом по городу погуляем, — предложил он, подкидывая на ладони кошелёк. — Посмотрим, как тут и что. Или сначала погуляем, а потом поищем гостиницу? Как думаешь?

— Я за первый вариант.

— Значит — «единогласно», — улыбнулся парень, пряча кошелек в карман куртки, которую нес в руке.

— А не объяснишь, почему у той парочки в «Банке» были такие лица, словно на почту где-нибудь в отдаленном райцентре российской глубинки заглянул Абрамович без охраны, сопровождения, в шлепанцах и плавках?

— Ну, строго говоря, примерно это сейчас и произошло, — усмехнулся он, но тему развивать не стал.

— А откуда у тебя вообще тут счет имеется?

— Ну... — слегка замялся он. — Я, видимо, не первый раз «за угол поворачиваю»...

— Это обнадеживает и пугает одновременно, — призналась я. — И ты знаешь, как нам вернуться обратно?

— Нет, — погрустнел он. — Но могу значительно облегчить и скрасить наше пребывание в этом мире, поскольку неплохо его знаю.

— Это безусловно радует, — честно ответила я на вторую часть его фразы. — Но как тогда ты в прошлый раз смог вернуться домой?

— Элементарно и бесконечно логично: однажды просто завернул за угол здесь и вышел уже в ***ове.

— Действительно — логично, — нахмурилась я. — А сколько прошло между первым и вторым «поворотом» по времени?

— Много. Очень много.

— Недели? Месяцы?

— Годы, — на некоторое время повисло тягостное молчание.

— А другие способы? — решила не прятать надежду я.

— Много чего перепробовал, — признался он. — Вот только наш с тобой мир является Закрытым и в него не могут попасть даже боги. Не говоря уже о всяческих артефактах, ритуалах и порталах. Так что тут либо само, либо никак, — и легкое пожатие плечами сопровождает это заявление. Ужас.

— И что ты тогда предлагаешь? — хмуро спросила я.

— Что? — удивился он. — Я уже все предложил: сначала гостиница, потом осмотр достопримечательностей.

— Это на самое ближайшее время, а на более отдаленную перспективу?

— Да то же самое, — снова пожал плечами он. — Если все равно не можешь никак повлиять на ситуацию, то можно хотя бы устроиться в ней с максимальным комфортом.

— То есть другими словами: если не можешь избежать изнасилования — расслабься и постарайся получить удовольствие. Ты это собирался сказать? — возмущенно сказала я. Причем не знала сама, было ли это возмущение искренним.

— Примерно, — улыбнулся он. — Только не так грубо. В конце концов условия твоего «попадания» жесткими назвать язык не повернется.

— Да? А какие «условия» тогда считаешь жесткими ты? Ни денег, ни спецподготовки, ни сверхспособностей, ни перспектив выбраться...

— У тебя есть я, — улыбнулся он. — А у меня есть деньги, знание этого мира и опыт выживания в нем. А жесткие условия... Например: оказаться голым посреди ненаселенной равнины за несколько минут до падения туда метеорита. Или провалившись сквозь собственную кровать, выпасть на высоте в пару-тройку километров от поверхности земли. Естественно без парашюта. Или провалиться в Огненный Мир Инферно, в котором температура окружающей среды превышает тысячу градусов, где нет солнца, смен времен года и горит сам воздух, да еще толпы агрессивных оборигенов-демонов в придачу... И это только навскидку.

— Да уж, богатая у тебя фантазия, — бледно улыбнулась я, стараясь перевести все в шутку. Честно говоря, описанные им варианты даже представлять не хотелось, не то, что примерять на себя.

— Какая уж есть, — не стал настаивать на реальности описываемых им событий парень. — А вот, кстати и гостиница. — Да? — с интересом посмотрела я на здание, к которому мы подошли. И очень удачно подошли, так как продолжать разговор о тяжести и безвыходности своего положения не хотелось. Мой спутник прямо и недвусмысленно обозначил, что я теперь целиком и полностью завишу от него, поскольку деньги есть у него, а не у меня, знания о мире и опыт выживания в нем, также есть у него, а не у меня. И это все означает, что у меня все хорошо будет только, пока я с ним. Или он со мной.

Нет, не спорю, парень симпатичный и мне даже нравится, плюс вот это непонятное чувство родства... Но при этом быть от кого-то зависимым чуть больше, чем полностью, мне совсем не нравилось.

И поделать с этой ситуацией я ничего не могу, поскольку, психони я сейчас и уйди от него куда глаза глядят, то останусь одна, без денег и полезных навыков в незнакомом мире, а значит девяносто девять процентов, что ничем хорошим это не кончится.

Здание гостиницы было трехэтажным, кирпичным, с большими остекленными окнами и красивой деревянной дверью, обитой металлическими полосами. Над дверью красовалась полукруглая вывеска с вычурно написанным названием по краю и рисунком в центре. Причем в этом рисунке над мечом и мертвым зверем была корона.

— И как она называется? А то я в этих завитушках никак не разберусь.

— «Безголовый варг», — прочитал мне название парень.

— А кто такой «варг»?

— Монстр такой страшный. На севере страны, в горах есть одна необычная долина, называется «Вывернутой». Вот там они обитают. Выглядят как волки с жесткой красной шерстью и желтой полосой вдоль хребта... с быка размером. Имеют очень высокое сопротивление к магии. До «иммунитета» Черных Драконов не дотягивает конечно, но близко к тому.

— Здесь и драконы есть? И магия? — удивленно уставилась я на своего попутчика.

— Есть. И магия, и драконы, и еще очень много чего и кого, — пожал он плечами.

— А эти... варги? — Очень неприятные и опасные твари, — вздохнул мой попутчик, видимо что-то вспомнив. — Главная их фишка в том, что при наличии достаточного количества пищи, они крайне быстро размножаются. Буквально за пару дней могут заполонить целую область. Причем сам способ очень... оригинален.

— Да? — Они спариваются...

— В чем же тут оригинальность? — фыркнула я на это заявление.

— В том, что спариваются они часто и без последствий в виде беременности. Зато, как только особь наедает некую «критическую» массу, она делится на две взрослых, активных и очень голодных особи. А учитывая, что животные они стайные, с одинаковым удовольствием жрут и скотину, и людей, да еще являются крайне агрессивными, сильными, живучими, очень хорошо приспособленными для боя тварями, то их временами случающиеся нашествия — это настоящее бедствие. Прошлый раз они дошли аж до Урана (столицы этого королевства) прежде чем их остановили объединившиеся армии шести королевств совместно с элитными войсками эльфов под командованием самого Эдвина Эльфийского...

— Эльфы тут тоже есть? Те самые: с острыми ушами, луками, бессмертием и высокомерием?

— Есть. Те самые, — подтвердил мой спутник, открывая наконец дверь гостиницы, перед которой мы все это время торчали, и заходя внутрь.

* * *

Глава 2

глава 2

* * *

— А не подскажешь, что за корона была на том рисунке? Что она означает? — поинтересовалась я, обалдело вертя головой по сторонам.

— То, что гостиница содержится Короной на случай прибытия в город герцога или других лиц королевской крови, так как город крупный, коронный, но замка феодала в нем нет, — спокойно пояснил мне попутчик.

— А тут вообще комнаты сдают? Если, как ты говоришь, она только для лиц королевской крови? — окружающая обстановка была шикарной. Причем шик этот был не вычурный, но заметный в каждой детали: огромные зеркала на стенах, лакированные паркетные полы, натертые до блеска, хрустальная люстра под потолком и светильники на стенах, дающие ровный яркий, похожий на электрический, свет в которых нет открытого пламени...

— Я не сказал «только», — улыбнулся мой попутчик и обратился уже к портье, стоящему за стойкой практически современного ресепшена. — Добрый день. Нам пожалуйста... Сколько номеров брать? Два или один с двумя спальнями? — спросил он уже меня.

— С двумя спальнями или кроватями? — не поняла я.

— Я сказал именно то что сказал: с двумя спальнями. Это Коронная гостиница, тут нет простых комнат, тут полноценные хорошие номера. Так два номера или один, но с двумя спальнями?

— Один, — решилась я. — И так он должно быть целое состояние стоит!

— Один номер на втором этаже, с двумя спальнями и двумя ванными комнатами, сроком на неделю, пожалуйста, — обратился он к партье, терпеливо ждавшему, пока мы закончим обсуждение.

— Три золотых, — назвал сумму тот. Мой спутник спокойно отсчитал желтые кругляши размером с пятирублевую монету, только толще в три раза. Портье быстро, но внимательно их осмотрел и убрал под стойку, достал большую, красиво оформленную книгу и начал там что-то писать. Я в это время отошла к большому зеркалу на противоположной стене и стала поправлять прическу и одежду — длительная пешая прогулка не пошла на пользу ни первому, ни второму. А также пыль и жара. Хотелось вымыться.

Подошел мой спутник с двумя ключами на красивых одинаковых брелках с выбитой на них цифрой девять. Но не арабской, а принадлежащей все тому же языку, на котором мой спутник общался с местными.

Кстати, я так и не узнала как его зовут, а теперь уже как-то не очень удобно спрашивать. Точно так же и он моего имени не знает. Весело. Зря я, наверное, отходила к зеркалу, портье ведь явно его имя записывал. Правда, наверняка, «местное». Но хоть что-то. А так — вообще ничего.

— Портного в номер вызвать, или потом по лавкам и магазинам готового платья пройдемся? — поинтересовался он, вручая мне ключ.

— Портного? — удивилась я. — А не слишком мы шикуем?

— Могу себе позволить, — пожал плечами он. — Ты как хочешь, а я ходить по летнему солнцу в осеннем, — приподнял он куртку, что все еще покоилась у него на руке. — Не намерен. А портной сделает качественную вещь, причем ровно по размеру.

— Кто же ты такой в этом мире, что так легко относишься к деньгам и соришь золотом?

— Не заморачивайся. Просто прими, как данность, что деньги у меня есть и я не парюсь по их поводу, — отмахнулся он и двинулся вверх по лестнице. Гад! Только больше любопытство разжёг. Но я ж все равно выясню, от меня так легко не отделаться!

* * *

Номер был роскошен, но был выдержан в том же неброском стиле: полированное дерево, начищенный металл, стекло и хрусталь.

Спален было действительно две. А комнат целых восемь! И не сказала бы я, что они маленькие. Но больше меня поразили ванные, которых оказалось тоже две. И дело не в том, что там все было в мраморе, зеркалах и имелось здоровенное окно, нет. Они были функционально современны! То есть обычная ванна со смесителем, с кранами горячей и холодной воды! Что-то это «средневековье» меня все больше и больше радует в бытовом отношении. Мало того, что на улицы не льется дерьмо из окон, устроена нормальная ливневая канализация, а сами улицы озеленены и имеют ярко выраженные пешеходные зоны, отделенные газонами от проезжей части, так тут в гостинице горячая вода из крана и ватерклозет с биде присутствуют!

Это просто разрывает шаблон. Напрочь.

Но, очень хорошо, что это все есть. Гораздо хуже, если бы этого ничего не было. А так, я лежала в наполненной теплой водой ванне с ароматной пеной (в шкафчике в комнате были десятка полтора бутылочек, склянок и баночек, на каждой из которых имелась подробная инструкция по применению. И среди них были и шампунь, и соль с пеной для ванн и еще много всего. Даже зубная щетка с зубной пастой присутствовали. Точно также, как и бритвенный станок. Безопасный. Со сменными упакованными в запечатанную бумагу лезвиями) и просто получала удовольствие, отбросив на время все лишние мысли.

В соседней комнате в это время портной снимал мерки с моего спутника, уже успевшего вымыться. Вскоре и мне предстояла такая же процедура. После чего нам предстояло сходить в расположенный в этом же здании ресторан пообедать. Лишь после этого мой спутник планировал осмотр достопримечательностей города.

Что ж, я его в этом поддерживаю: на пустой желудок красоты воспринимаются значительно хуже, чем на полный. * * *

Портным оказалась девушка лет двадцати семи — двадцати восьми на вид, кудрявая, полненькая и смешливая. Звали ее Мадлен, и была она не портнихой, а белошвейкой. Как она мне сама объяснила, между этими двумя понятиями есть небольшая, но существенная разница.

Мы быстро с ней отбросили всякий официоз и выканье, поскольку мне самой это было непривычно, когда люди, пусть и не сильно старше по возрасту, кланяются, словно какой графине или того хуже прЫнцессе. В конце концов я сама — простая деревенская девка, пусть и отучившаяся в университете в областном центре.

— А молодой господин, кто он? — сноровисто орудуя портняжным метром, спросила она. — Павло говорит, что он точно из дворян. У Павло взгляд наметанный!

— Павло? — удивилась я. — Кто это?

— Павло — портье в этой гостинице. Он вас сегодня регистрировал. Павло говорит, что хоть и не похож он на обычных дворянских сынков, заносчивых и высокомерных, что сорят деньгами и прожигают родительские наследства, но он точно из дворян. Это заметно по его осанке, повадке, взгляду... А Павло знает, что говорит! Он много дворян повидал: однажды в этой гостинице даже сам Король-Демон останавливался со своей свитой, когда проездом был к замку графа. И Павло божится, что даже видел там твоего... А кто он тебе?

— Спутник, — чуть подумав, ответила я. — Мы путешествуем вместе в силу обстоятельств.

— Да? То есть вы не пара? Он не занят? — живо заинтересовалась Мадлен, поправляя прическу свободной рукой. Не знаю почему, но это меня уязвило. Не сильно, скорее всего лишь слегка кольнуло, но все же...

— Мы вместе путешествуем, — чуть более жестко, чем наверное следовало, ответила я, поджав губы. — Так что там говорил Пабло?

— Не Пабло, а Павло, — поправила меня Мадлен. — Павло клянется, что видел твоего спутника в свите Короля-Демона! Причем в ближнем его окружении!

— Да? — удивилась я. Пусть я о своем спутнике вообще ничего не знаю, но все равно, как-то трудно его представить царедворцем.

— Вот и я не поверила! Ведь король приезжал в наш город почти десять лет назад, а твой спутник на вид не старше двадцати! Да он сам в тот момент ребенком должен был быть! Но нет, Павло упирается, говорит, что память на лица у него профессиональная, что выглядел он тогда точно так же, как и сейчас, даже волосы той же длины были...

— Наверное обознался, все-таки, — задумчиво сказала я.

— Вот и я говорю ему, мол, болван ты, Павло, только и можешь, что небылицы рассказывать! А он знай на своем стоит, вот же осел упертый!

— А почему у этой гостиницы такое название странное: Безголовый варг? Это с чем-то связано?

— О! Это очень давняя история! Ведь этой гостинице уже больше ста пятидесяти лет! — воодушевилась, мгновенно переключившаяся на новую тему белошвейка. — Именно тогда случилось последнее нашествие варгов из Вывернутой долины. Она как раз на севере нашего графства находится в предгорьях. Это было страшное бедствие! Дозоры на Эвене не успели вовремя обрушить мосты и эти монстры разлились по стране, словно талая вода весной, сметая все на своем пути. А наш город, к счастью, успел захлопнуть ворота и выставить ополчение на стены, так что варги внутрь не попали, хотя окрестные деревни были вырезаны ими подчистую... Осада длилась больше двух месяцев, пока не подошли объединенные войска шести королевств во главе с тогда еще совсем молодым Королем-Демоном и самим Эдвином Эльфийским... Так вот, остановились они тогда как раз в доме на том самом месте, где теперь стоит гостиница. И надо же такому случиться, что ночью большая стая этих тварей пробила ворота и кинулась внутрь стен. Их было больше трех десятков! Но на их пути встал Логин, тот самый великий мечник, что помог Фрэди I взойти на престол. Не окажись тогда его, и эта стая в городе могла таких дел натворить, что ужас!

— И причем же тут гостиница? — Я как раз подхожу к этому, — отмахнулась Мадлен от моего вопроса. — Утром вышли Эдвин и Король-Демон из ставки, а на улице тридцать варгов валяются, да все как один с отрубленными головами (Логин — великий воин, в мастерстве с ним даже Первому Мечу Эльфов не тягаться). Вот Фрэди I и спросил с просонья, чего они мол все безголовые... А бургомистр тогдашний возьми да скажи, что вход в город для варгов по правилам города только без головы. Понятно, что все со смеху покатились. А когда отсмеялись король повелел на этом месте коронную гостиницу поставить и назвать ее «Безголовый варг»...

— А что Логин? — заинтересовалась я.

— А Логина, когда варгов обратно в Вывернутую долину загнали, Король-Демон графством Арнолис пожаловал. И стал он теперь не Логин, а Логин граф д`Арнолис.

— То есть он стал графом того графства, на землях которого этот город стоит?

— Ну да, наш граф — Логин д`Арнолис, — пожала плечами Мадлен. — Величайший воин на всем Материке, который не склоняется ни перед королями, ни перед императорами.

— Я смотрю вы гордитесь своим графом?

— А то! Не у каждого феода такой господин есть!

— Но это же сто пятьдесят лет назад было!

— Ну и что? — удивилась белошвейка. — Он и по сей день здравствует, хоть и старше самого Фрэди I чуть не на сотню лет.

— А ты сама его видела? — стало жутко интересно мне.

— Нет, не приходилось, — расстроенно призналась Мадлен. Видимо ей и самой страсть как хотелось на такого человека посмотреть. — Он редко в графстве бывает. Всеми делами графства его поверенные занимаются. Он все больше своими геройскими делами занят: чудищ опасных истребляет, восставшую нежить упокаивает, проклятья древние разрушает...

* * *

По окончании всех вопросов с заказом одежды у белошвейки, я вышла в одну из общих комнат, готовая к выходу на обед в местный ресторан. И, увидев своего спутника, просто обомлела.

В отличии от меня, лишь избавившейся от осенней куртки и подвернувшей рукава на своей белой рубашке (Мадлен обещала первые готовые вещи прислать только к вечеру), этот гад успел поменять одежду координально: он был в бейсболке, футболке белого цвета, белых же коротких шортах... и с ножнами меча на перевязи. Естественно не пустыми — из них, притягивая к себе внимание, торчала крестовина рукояти.

Вид нелепый до ужаса! Настолько, что я даже первое время потерялась, не представляя, что можно сказать.

— ...ты реально в ЭТОМ пойдешь?! — пропустив два выдоха, все же смогла сказать я.

— А что такого? — с самыми чистыми и непонимающими глазами спросил он. — Лето же? Жарко!

— Но ты выглядишь, как дебил!

— В смысле? — удивился он, поднимаясь из кресла и подходя к зеркалу на стене. Там он повернулся перед ним так и эдак, внимательно всматриваясь в свое отражение. Причем, должна признать, выглядел он классно. За исключением меча, конечно. Если в черной водолазке его тело выглядело... аппетитно, то белая облегающая майка без рукавов усиливала этот эффект многократно: резные жилистые руки, где четко видно каждую, даже самую мельчайшую мышцу, проступающие сквозь ткань грудные пластины и верхние кубики пресса... Да и шорты были подобраны ей под стать, четко очерчивая его задницу, подтянутую и упругую, к которой буквально сами собой тянулись руки, проверить на ощупь, так ли она хороша на самом деле. Я даже поймала себя на том, что в голове моей роятся отнюдь не целомудренные мысли в отношении этого парня. — Что не так-то? Мне одежду из уже имеющегося в готовом виде Мэтр Фед подбирал. А он в этом городе человек уважаемый, в стилях понятие имеет.

— Не одежда! Меч!!! С шортами! Ты издеваешься?

— Эй! Меч — это статус. Это знак принадлежности к определенному классу. Само его наличие снимает кучу вопросов, — возмущенно ответил он. — Я и так самый легкий и изящный взял из тех, что есть. Скажи спасибо, что я эспадон с собой не таскаю.

— Но меч с шортами!!... — попыталась я интонацией и жестами донести до него всю нелепость его внешнего вида. — Короче, не парься, — отмахнулся он. — Дворяне, что тут, что в столице, летом часто так ходят. Никаких правил приличия, писанных или неписанных, я не нарушаю.

Мне оставалось только выполнить классический жест «рука-лицо» и сокрушенно покачать головой — он безнадежен, и с этим ничего не поделаешь.

— А ты умеешь им пользоваться? — проснулось во мне жгучее любопытство.

— Показывали, за какой конец держаться надо, — уклончиво ответил он, отводя взгляд в сторону. — А откуда он у тебя? У тебя же его не было?

— В Банк зашел, пока ты купалась. Там взял из своего сейфа, — пожал он плечами, поправляя перевязь с ножнами. — А ты что, уже был в этом городе раньше?

— Был один раз, проездом. А что такое?

— А откуда тогда сейф в местном банке? — посыпались из меня один за другим вопросы.

— Ах, вот ты о чем, — улыбнулся он. — Вопервых не банк, а Банк, с большой буквы. У него отделения во всех крупных городах континента. Даже в стойбищах орков и Эльфийском Лесу имеются. И доступ к своему личному сейфу можно получить из любого отделения, также, как и к счету. В этом его удобство и величие.

Кстати, в его облике добавилась и еще одна ранее упущенная мной деталь: перстень-печатка с каким-то гербом на среднем пальце левой руки. Интересно, к чему бы это?

Да и вообще: он сказал «дворяне» и «меч — это статус». Он, что же, действительно дворянин в этом мире? Удивительно.

Именно об этом я его и спросила, когда мы устроились за столиком и официант принес меню.

— Естественно, — пожал плечами он в ответ. — Я ведь «удачливый попаданец с роялями за каждым кустом». Практически классический. Первое время приключенствовал, наемничал, искал сокровища, потом был замечен монаршей особой и пожалован дворянством. Правда, от государственной службы удалось отвертеться. Да и автомат Калашникова изобретать я не стал, как и перепевать Высоцкого, а так — все как полагается. Так что могу себе позволить ночевать в коронных гостиницах, обедать в ресторанах и вызывать портного в номер. Ближайшее время еще карету нормальную прикупить надо будет.

— А карету зачем? — не поняла я.

— То есть ты предпочитаешь в седле передвигаться? У тебя есть опыт верховой езды? — заинтересовался он.

— Нет, — вынужденно признала я, поскольку такого опыта не имею, да и вообще лошадей побаиваюсь. — А зачем нам куда-то передвигаться?

— Так-то оно в принципе действительно можно и в этом городке остаться, но что тут делать? Достопримечательности все за пару дней осмотреть можно, а дальше?

— А ты что тогда предлагаешь? — задумалась я, ведь действительно с этой стороны на ситуацию еще не смотрела. — Недельку побыть в Нозере, затем можно в столицу съездить. Там потусить. Потом на море — у местных неплохие курорты есть... Ты определилась? С заказом? — поинтересовался он, откладывая меню.

— Доверюсь твоему выбору и опыту, — вздохнула я, тоже откладывая свой экземпляр. Названия блюд были мне не знакомы и мало о чем говорили.

Парень подозвал официанта и сделал заказ. Официант ушел.

— Надеюсь вино ты днем не пьешь? — отпустив официанта, поинтересовался он у меня.

— Нет, конечно! — возмутилась я. — Вообще алкоголь не употребляю!

— Правда?! — радостно уставился он на меня. — Так это же просто супер!! — воскликнул он. — Терпеть не могу запах алкоголя или перегара изо рта людей. А уж как при этом пахнет их кожа — брр! Гадость просто, — я слегка недоуменно посмотрела на столь бурную его реакцию на мое заявление. — Просто у меня обостренное обоняние, — оправдываясь, немного виновато сказал он. — Впрочем, как и слух со зрением. Я ведь уже говорил про «рояли»?

— Говорил, — подтвердила я.

— Так вот это один из них.

— А остальные? — насторожилась я.

— В основном — удачливость. Вечно попадаю в нужное время в нужное место... Тебя вот умудрился встретить, выйдя именно на ту полянку из всего здоровенного леса, к примеру, — пожал плечами мой спутник.

— Неплохой такой бонус, — прикинула я.

— Не жалуюсь, — улыбнулся он. В этот момент вернулся официант и начал выставлять с подноса на стол блюда, заказанные для нас моим спутником.

Это оказался наваристый, потрясающе вкусно пахнущий, суп. Следом за ним на стол опустились тарелки с толстыми, сочными бифштексами с гарниром из толченой картошки, а также пара салатниц с салатом из огурцов с помидорами. Отдельно официант поставил деревянную ажурную подставку с нарезанным хлебом. Также на скатерть опустился большой кувшин с чем-то, по виду напоминающим обычный компот из сухофруктов.

— В этом мире есть картошка? — искренне удивилась я.

— Нашлась, — улыбнулся мой спутник, словно бы вспоминая что-то забавное.

— Так она же даже у нас из Америки пришла?

— Тут тоже есть второй континент, — пояснил он. — Доплыть до него, правда, еще местным не удавалось... Непроходимы для них пока океаны, в общем. Зато драконы вполне способны туда долететь. Вот они и притащили сюда «семена». Также, как огурцы, помидоры, кукурузу и еще много чего.

— Драконы? — с трудноописываемой интонацией сочетающей в себе недоверие и удивление с подозрением, что надо мной просто издеваются, спросила я, прищурясь. — Таскают картошку с континента на континент?

— Драконы, — кивнул он. — Правда, это была однократная экспедиция. Больше они гужевым транспортом работать не соглашаются. Но и того оказалось достаточно, чтобы развести эти культуры уже в местных условиях, не загубив. А со временем уже распространилось, популяризировалось... Теперь местные думают, что все так «испокон веку и было». А всего-то лет пятьсот, как прошло с того времени.

— А костюмы местных? А туалеты? Ни в жизни не поверю, что это все само собой появилось.

— Нет конечно, — пожал плечами он. — Это наш мир Закрытый, а в этом попаданцы — гости не такие уж редкие. И через одного сразу после попадания за прогрессорство и рационализаторство принимаются. Кое-что действительно приживается, хотя чаще всего их попытки проваливаются. Не поверишь — сколько раз тут пытались порох «открыть»! Маги с эльфами уже «закрывать» устали. Так что не удивляйся, если то тут, то там несвойственные этому уровню развития общества вещи выскакивать будут, — пояснил он, аккуратно орудуя ножом и вилкой.

— Странный мир, — покачала я головой, тоже не отставая в поглощении оказавшейся действительно потрясающе вкусной пищи.

* * *

Удивительно, но он оказался прав: его вид не вызывал косых взглядов и смешков за спиной, как я ожидала. Наоборот, завидев меч на поясе моего спутника, люди сразу становились предельно вежливыми и обходительными. Видимо действительно — статус должно быть видно сразу. Это и впрямь снимает массу вопросов и сложностей.

Сразу вспоминается знаменитая фраза из классической уже картины «Киндзадза»: «Общество, не имеющее цветовой дифференциации штанов, лишено смысла».

Достопримечательностей оказалось действительно не особенно много: ратуша, два памятника, та самая гостиница, в которой мы остановились, три храма местных божеств и рыночная площадь.

Ратуша не внушала. Просто здание из пяти этажей с колоннами на входе и крышей-куполом, оканчивающейся шпилем, на котором красовался здоровенный флюгер-герб города. Соответственно перед входом стояли два высоких флагштока. На одном трепетал под слабым ветерком флаг королевства, на другом флаг графства.

Один памятник, на площади прямо перед ратушей представлял собой конную статую Фрэди I. Второй был посвящен графу д`Арнолису: здоровенный рыцарь в латах в опущенной правой руке держал обнаженный меч, в левой поднимал перед собой отрубленную волчью голову, ногой же попирал обезглавленное тело, которому по всей видимости эта голова ранее принадлежала. Причем стоит заметить, что конная статуя Фрэди I на площади перед ратушей была сантиметров на тридцать меньше по высоте, чем статуя пешего графа на площади напротив северных ворот города. Сразу становилась понятной градация симпатий жителей города.

К статуе графа я приглядывалась долго и внимательно, пытаясь понять, что же именно меня в ней цепляет. Что зудит на краю сознания, тревожа спокойный разум. Потом поняла: прическа. Рыцарь был в полном доспехе, но при этом без шлема, так что зритель имел возможность любоваться одухотворенным ликом героя. Так вот, прическа графа д`Арнолиса со скульптурной композиции была один в один такой же, какую носит мой спутник. Хотя в остальном сходство было минимальным: до той одухотворенной героической величественности, что была запечатлена в бронзе, улыбчивая хитрая физиономия моего спутника явно не дотягивает.

Гостиницей мы уже успели полюбоваться. А храмы... как-то не впечатлили.

Собственно и все — городок не такой уж и большой: тысяч тридцать всего населения, не больше. Да и откуда населению взяться-то, если тут чуть не каждые сто лет бедствия, вроде того самого нашествия варгов, по полстраны выкашивают. А еще и войны периодически прокатываются. Слава Творцу, хотя бы с эпидемиями проблем нет: общий уровень гигиены достаточно высок, плюс наличие магов, способных с ними справляться.

Но жить в этом мире — все равно, что на пороховой бочке. Поэтому каждый мужчина буквально с рождения тут учится кроме основной профессии еще и оружие в руках держать, пусть и не всякое: меч — привилегия дворян и наемников, копье — стражников и регулярных войск, арбалет — богачей, зато топор, щит и лук есть практически в каждом доме.

Все это по пути рассказывал мне мой спутник, пока мы с ним бродили по городу после окончания обеда в ресторане гостиницы.

Затем был рынок. Целая площадь занятая всевозможными лавками, прилавками, развалами, помостами, загонами... Находился он в центре города, и складывалось впечатление, что сам город строился вокруг него. То есть сперва было поле, где сезонно собирались на ярмарку окрестные торговцы, потом в этом поле отстроились несколько постоялых дворов, потом ярмарка из сезонной стала постоянной, затем разрослась до целого рынка, обросла домами, дворами, ремесленными мастерскими и т. д. и т. п.... Потом все это обнесли стеной, отстроили ратушу и назвали городом.

Сильно сомневаюсь, что к реальности это мое умозрительное построение имеет хоть какое-то отношение, но выглядело все именно так.

По рынку ходили долго, рассматривая всякие диковинки и обычные для этого времени товары. Мы заглядывали в лавки, останавливались у прилавков, что-то просто смотрели, что-то брали в руки, что-то мерили, что-то покупали. Лошади меня просто поразили! Никогда в жизни даже не могла предположить, что они могут быть такими огромными и внушительными!

Конечно они были здесь разными, в том числе и не только лошади: имелись тут и ослы, и мулы, и верблюды, и ездовые ящерицы, и ездовые волки...

Но поразили меня именно рыцарские кони: они были огромны! Просто огромны! Два с половиной метра в холке, тяжелые, монументальные, каждое копыто, что здоровенная суповая тарелка... Чудовища просто!

Как пояснил мой спутник, эта порода была аналогом рыцарских дестриэ из нашего мира, только в этом еще была магия, так что зверюга у местных получилась куда выносливей, больше, сильней и... злей.

А ведь их еще и бронируют перед боем, как и самих рыцарей. Меня прямо всю передернуло, когда я представила себе такого монстра со всадником на нем, летящим на меня на полном скаку...

— Правда орочьи волки, хоть и значительно уступают по размеру, великолепно режут этих красавцев, как не бронируй. Да и двуногие всегда извернутся: то ловушек понаставят, то ям накопают, то «чесночен» накидают, то копья навстречу конной атаке выставят... Особенно хороши в деле строительства ловушек гоблины, ведь конь большой — мяса много, а они мясо любят...

— А ты умеешь на лошади ездить? — заинтересованно спросила я его.

— Немного, — улыбнулся он с каким-то непонятным выражением лица. Так мог бы улыбнуться Брюс Ли, у которого пацаненок с подбитым глазом спросил, умеет ли тот драться. — Пойдем, карету купим, потом сюда вернемся — упряжных лошадок подберем, — чутко отреагировав на мой задумчивый взгляд, быстро перевел тему он и двинулся прочь от загонов. Мне ничего другого не оставалось, как последовать за ним, проглотив все свои ехидные комментарии и уточнения.

Глава 3

глава 3

* * *

Карета, которую выбрал мой спутник, выглядела просто и неброско. Это было для меня несколько странно. После гостиницы с ее люксовыми номерами и вызова портного, мне казалось, что выберет он что-то яркое, роскошное, дорогое. Не то, чтобы меня это хоть сколько-нибудь волновало, но хотелось понять человека, раз уж так сложилось, что я от него завишу.

А вот лошадей он выбрал красивых. И, насколько я смогла понять, дорогих. Черные, как смоль, с лоснящейся шкурой, длинной струящейся гривой, стройными, длинными ногами, изящные и сильные одновременно... Красавцы! Нашу карету везли целых четыре. Пожалуй они внимания привлекали больше, чем сама карета, которую они везли. Так что встретили нас в ресторане уже совсем не так, как в первый раз.

Нанятый кучер подогнал карету прямо к парадному входу. После чего соскочил с козел и открыл перед нами дверь кареты.

Мой спутник вышел первым и подал руку мне, помогая выбраться. Это было приятно. Наверное столь же приятно, как и взгляд портье, открывшего перед нами дверь самого ресторана. Открывшего и склонившегося в глубоком почтительном поклоне.

И, почему-то мне кажется, он узнал герб на кольце моего спутника. Ведь сначала стоял прямо, только отворил пошире дверь, делая вид гордый и важный. Потом же его взгляд скользнул по мечу, чуть задержался на перевязи, перескочил на правую руку, замер на перстне, секунда — глаза его расширились, и сам он буквально сломался пополам в поклоне.

— Прошу вас, Ваша Светлость, — сказал он при этом. Мой спутник коротко кивнул и ободряюще улыбнулся. А я снова задумалась: помню при феодализме было много заморочек с этими «светлостями», «сиятельствами», «милостями» в зависимости от титула, можно было даже головы лишиться, если не так обратишься к гордому титулоносцу. Но к стыду своему — ничего конкретного из памяти выкопать не удалось.

Мы же прошли через вестибюль, в зал ресторана. Подбежал официант, заметил перстень моего спутника, согнулся в поясном поклоне, затем распрямился и стал самой любезностью и предупредительностью.

Нас провели в отдельный VIP-кабинет, где сервировали и накрыли стол со скоростью пули. Прибежал лично хозяин заведения, представился, спросил, всем ли господа довольны.

— Все выше всяких похвал, — открыто и доброжелательно улыбнулся мой спутник. — Но будет небольшая просьба. — Все, что пожелаете, Ваша Светлость! — с готовностью отозвался хозяин заведения.

— Не афишируйте мое появление в городе, — попросил мой спутник. — Я не инкогнито, не скрываюсь, но устраивать шум вокруг себя не хочу. Можете вы мне в этом помочь?

— Как прикажете, Ваша Светлость, — снова поклонился хозяин заведения.

— Я, наверное, вас от дел оторвал своим появлением? Не хотелось бы и дальше мешать вам управлять сим достойным заведением, — непрозрачно намекнул он хозяину на то, чтобы он свалил уже и дал спокойно поесть. Тот молча поклонился и вышел, оставив нас наконец вдвоем.

— А что за шум может быть связан с твоим появлением? И что это за «Светлость»? — вроде бы между прочим поинтересовалась я.

— Не заморачивайся, — отмахнулся он. — Всякие заморочки социального неравенства, ничего важного.

— А все же? — этот изящный «посыл на» лишь разжег мое любопытство.

— Не порть аппетит, а? — жалостливо посмотрел он на меня. — Вот здесь они уже сидят, все эти политесы и церемонии, — постучал он раскрытой ладонью под подбородком, той частью, что между большым и указательным пальцем. — А если путешествовать «инкогнито», то не получится пользоваться преимуществами своего дворянства, а они очень не маленькие. К тому же надо будет придумывать себе имя, историю, легенду, придерживаться ее, а это напряжно. Так что остаются такие вот «просьбы».

— Все объяснил ничего не объяснив, — недовольно хмыкнула я.

— Бывает, — пожал он плечами. Это его постоянное «бывает» к месту и не к месту уже , если честно, поднадоело. — И все же? — попыталась настоять на ответе я.

— Я — дворянин. Мой титул выше баронского, а для этого города появление дворянина с таким титулом равносильно появлению губернатора или члена Совета Федерации, если говорить понятиями нашего мира. Как думаешь, поднялся бы шум, если бы в ресторан какого-нибудь Мухосранска внезапно заявился губернатор без сопровождения и свиты, не сообщавший заранее о намерении посетить этот город? Забегали бы градоначальники этого Мухосранска?

— Естественно. Более того, даже не смотря на просьбу этого «губернатора», хозяин ресторана поспешил бы сообщить этим градоначальникам о его появлении... — хмыкнула я, представив себе подобную ситуацию у нас в стране. — Но неужели же все дворяне настолько важные люди?

— Дворянин — в первую очередь землевладелец. И чем выше титул, тем крупнее владение. Причем, это не должность, на нее не выбирают и не назначают. Соответственно снять не могут. Он полновластный хозяин своих земель, отчитывающийся только перед своим сюзереном. Хочет казнит, хочет милует. Он царь, бог и конституционный суд в своих землях. Это во-первых, — наставительно произнес мой спутник. — Во-вторых, но не по важности, дворянин от барона и выше — владелец и полевой командир своей собственной частной армии, если говорить понятными нам словами. И опять же: чем выше титул, тем больше армия. Тут она называется дружиной. Ближайший аналог для нас с тобой — Рамзан Кадыров. Да и то не совсем, ведь тут сам король — дворянин. Просто Первый среди Равных. А территориально, чтобы тебе немного понятнее стало, Корбант занимает площадь примерно равную двум Европам. Соответственно и дворянские владения тут не меньше, чем Российские области.

— Все-все дворяне? — не поверила я.

— Нет, конечно. Безземельных хватает: младшие сыновья, бастарды и так далее... Но они и титулов не имеют выше виконтского. За очень редким исключением. Собственно титул и есть обозначение того, какой землей владеет дворянин. Барон — баронство, граф — графство, герцог — герцогство, князь — княжество, король — королевство...

— А у тебя какой титул? — задала я интересующий меня вопрос.

— Графский, — неохотно ответил он и демонстративно перенес все свое внимание на тарелку с сочным бифштексом. — И дружина есть? — недоверчиво спросила я, игнорируя это его нежелание продолжать разговор.

— Есть, — все же ответил он, хотя, как мне казалось, не слишком этого хотел.

— Большая?

— Нормальная.

— Больше полка? — он не стал отвечать. Просто промолчал, скотина! А мне же теперь любопытство спать не даст! Гад такой!

— Меньше дивизии? — предприняла еще одну попытку я. Бесполезно, как молчал, так и продолжил молчать, показательно наслаждаясь мясом. И так он аппетитно это делал, что мне и самой захотелось есть. Чем я и занялась. На какое-то время за столом повисло молчание.

— Ты говорил, что у тебя все чувства усилены? — справившись с первым голодом, решила возобновить разговор я.

— Говорил, — не стал отрицать мой спутник.

— А насколько?

— Хм... — задумался он. — Трудно сказать. До Супермена с его суперзрением и суперслухом явно не дотяну, но в несколько раз человеческие параметры превосхожу точно.

— И как это получилось?

— Несчастный случай, — поморщился он. — Проклятые Синие Пчелы... Насекомые такие, измененные Магией Хаоса... Их укус очень болезненный, смертельно опасный... Но в случае удачи, усиливает ту часть тела, в которую нанесен. Меня укусили в голову... Несколько раз.

— И?

— Больше года страшно болел... Но, слава Творцу, выжил. Теперь: »...нюх, как у соба-а-аки, а глаз, как у орла...»

— И, что, правда, как у собаки? — с интересом уставилась я на него.

— Ну... я не знаю, как сравнивать, — пожал плечами он. — Ведь как ощущает мир собака, мне не известно. Но след взять могу.

— Круто.

— Не особенно, — поморщился он. — Неприятные запахи ведь тоже усилены. А их в мире мнооооого... Большинство, кстати, производит человек. В природе их гораздо меньше.

— А настроение определять по гормональному фону, потоотделению, стуку сердца и чему, там еще, можешь? — он замялся и отвел взгляд. Блин! Он ведь реально может, получается! Вот я попала-то! Это ему и не соврешь теперь даже! И оскорбленную невинность не состроишь! И не спрячешься нигде — найдет!.. Не говоря уж о запахе другого мужчины на теле... Хотя, это я что-то не в ту степь завернула. Чай не муж он мне.

— А зрение? — любопытство все равно рвалось наружу. Хоть и понимаю, что любопытство кошку сгубило, а все равно ничего не могу с собой поделать.

— Ну... В темноте вижу. Тираж на плакате для проверки зрения, прочитать могу. Правда его повсеместно заклеивать стали после появления этого анекдота... — задумчиво ответил он.

— Зрение, обоняние, слух, — перечислила я. — А еще? Еще что-то усилилось?

— Вкус. Магическое зрение, тепловой диапазон, ощущение равновесия, верха и низа, осязание, чувство температуры, чувство направления... — все так же задумчиво перечислил он. — Но это все очень трудно описать. Я просто чувствую это и все тут.

— Магическое зрение — это что? — не поняла я.

— Это возможность видеть магию. Ее проявления и структуру заклинаний. В этом мире очень полезное умение.

— Это ж свихнуться можно от такого потока информации, — передернула я плечами. Блин, и правда ходячий полиграф — не у каждого современного «детектора лжи» такой внушительный список снимаемых параметров есть. Что называется «насквозь видит». Не хотела бы я на него работать, брр!

— По началу было сложно, — пожал он плечами. — Потом приспособился, приловчился фильтровать что-то, от чего-то совсем отключаться (боль ведь тоже усилена), концентрироваться, сужать и расширять восприятие... Привык, короче. Зато, насколько большее удовольствие я теперь испытываю от вкусной еды, горячей ванны, мягкой кровати...

— ...бурного секса, — добавила я прежде, чем успела подумать. Видимо его торс, обтянутый белой тканью майки, слишком будоражил мою фантазию, поворачивая мысли в определенную сторону. Я сказала это и резко замолчала, поражаясь самой себе. Но куда больше меня поразила его реакция: он отвел глаза смущенно, и покраснел! Не сильно, но заметно.

— Ты... — оборвала себя на полуслове я, чуть было не ляпнув: «девственник?». Вопрос был бы совершенно бестактный, и, возможно, сильно обидел бы моего спутника, ведь мужчины очень стесняются этого обстоятельства и жутко переживают по этому поводу.

Слава Богу, ему не пришлось отвечать на этот вопрос, поставивший бы нас обоих в очень неловкое положение. В этот момент в дверь постучали.

— Войдите, — разрешил мой спутник. Дверь отворилась, проскользнул хозяин с круглым деревянным подносом, на котором лежало письмо. Внушительный такой, чуть желтоватый конверт, запечатанный сургучом.

Мой спутник посмотрел на оттиск в сургуче и нахмурился, мгновенно в восприятии прибавив десяток лет. От него вокруг буквально загустел воздух, настолько он стал давящим. Я невольно втянула голову в плечи, сама не зная чего опасаясь.

Мой спутник молча взял в руки конверт. Хозяин ресторана поклонился еще ниже и поспешил выскользнуть из ставшего вмиг таким неуютным VIP-кабинета.

Мой спутник сломал пальцами печать и открыл конверт, достав из него сложенный вдвое лист белой бумаги, внимательно пробежал его глазами, все больше хмурясь, затем бросил конверт вместе с письмом на металлический поднос, стоящий на краю стола. Конверт тут же вспыхнул ярким бездымным синим пламенем. Не прошло и пяти секунд, как пламя погасло, а на подносе осталась лишь щепотка невесомого пепла, гораздо меньше по объему, чем можно было бы ожидать от такого совсем не маленького куска плотной бумаги.

Я круглыми от удивления глазами смотрела на все это.

— Что это сейчас такое было?! — задала я вопрос своему спутнику, который, все еще хмурясь, отпил глоток сока из своего бокала.

— Заклинание, наложенное на письмо, — пожал плечами он. — Обычное дело для магов. Любят они в секреты играть.

— Магов?! И что там было такого «секретного»?

— Маги в этом мире существуют. И не сказал бы, что их мало. Почти в каждом королевстве своя магическая академия есть. Правда, серьезных заведений всего четыре... — задумчиво проговорил он, отставляя сок. — А секретного... Фейро Хмурый просит о встрече, как можно более скорой. Намекает, что миру грозит очередной трындец... Вот хоть бы раз он что-то хорошее написал! А еще другом называется...

— А как он узнал, где тебя искать?

— Ну... В конце концов он — один из десятки Великих Магов Континента, — пожал плечами мой спутник. — Есть способы...

— И что делать думаешь? — заинтересованно спросила его я.

— Думаю... Х... болт забить! Пусть сами разбираются. Мы вроде к морю собирались? Вот завтра с утра и поедем! Я им что, в няньки нанимался? — удивил меня он вспышкой внезапной злости. Как-то я от него не ожидала, если честно. За те полдня, что мы с ним знакомы, в моем представлении успел сложиться образ этакого позитивно-беспечного легкого паренька, рядом с которым беспричинно спокойно. А тут... Сначала это давящее чувство, словно вот-вот гроза разразится, потом эта злость в голосе и сталь во взгляде... Да и слова не очень понятны: кому он в няньки не нанимался? Что за «трындец»? И как МИРУ может грозить «трындец»?

— Уверен? — осторожно спросила его я, опасаясь разозлить еще больше.

— Нет. Не уверен, — успокоился он так же внезапно, как и вспыхнул. — Но как-то желания влезать во все это никакого.

— Может, тогда хотя бы встретишься с этим Хмурым? Послушаешь, что он скажет... Сам ведь говоришь, что он друг? — Друг, — признал мой спутник, вяло ковыряя вилкой содержимое тарелки. — Но...

— Что «но»?

— Ничего, — буркнул он. — В кои-то веки собрался просто к морю с красивой девушкой съездить, покупаться, позагорать, на лодке поплавать... Без «подвигов», политики и мироспасательных приключений...

— А если правда что-то серьезное? — осторожно уточнила я. Слова на счет красивой девушки приятно легли на сердце, ведь несмотря ни на что парень мне нравился. Соответственно и мне хотелось нравиться ему.

— Естественно «что-то серьезное». У Великих Магов чего-то несерьезного не бывает, — вздохнул мой спутник. — Тем более меня бы из-за пустяка какого-нибудь он искать не стал бы. Потому и злюсь, что не ко времени оно мне сейчас. Совершенно нет никакого желания во что-то ввязываться, тем более с тобой на руках...

— А что со мной не так? — немного обиделась я.

— Все так. Но не для опасных приключений. Какая-нибудь шальная стрела, случайный камень, один единственный бандит, прорвавшийся к карете... Ты же не воин, не маг, не целитель, не проныра-вор, умеющий сныкаться в любой опасной ситуации, — вполне логично, обоснованно и от того вдвойне обидно изложил он свои аргументы по поводу того «что со мной не так».

Я надулась. Хоть и понимала, что он во всем прав, но все равно надулась.

— Я как-то с тобой и не напрашивалась, — едко ответила ему. Он поднял на меня глаза, несколько секунд смотрел, словно пытаясь понять, о чем я.

— Извини, — искренне произнес он. — Ты замечательная девушка. Красивая, умная. Я сказал, не подумав. Просто письмо это из колеи выбило. Слишком неожиданно, слишком не вовремя... — вот ведь, приятно, черт возьми! Да еще и голос такой извиняющийся, искренний. И хотелось бы еще пообижаться, а не выходит.

— Ладно, — вздохнула я. — Замнем. Что делать будешь?

— Сегодня — ничего, — чуть подумав, ответил он. — Разве что схожу к местному магу, ответ Фейро отправлю.

— А в этом городе есть маг? — удивилась я.

— Должен быть. Во всех крупных городах Корбанта, да и не только его, есть. Гильдия Магов назначает выпускников академий. Такая вот своеобразная «практика». Насколько я помню, пять лет обязательной отработки после окончания академии.

— И чем же они занимаются? — заинтересовалась я. Маги, магия, как такое может быть неинтересным?

— Много чем, — снова вернулся к еде он. — Проклятия старых домов, подъемы нежити на общественных кладбищах, расследование нападений разнообразных монстров, отправка срочной почты, оповещение городских властей, помощь и консультация стражи в раскрытии происшествий связанных с магией... Мелочи, в общем-то, но кроме одаренных с этими мелочами никто не справится.

— Подъем нежити — мелочи?! — изумилась я.

— Хм... Ну, естественно, все от масштабов зависит, как, скажем, костер и лесной пожар. С «костром» и выпускник справится, а про «пожар» сообщит тем, кто с ним разбираться будет. Примерно так это работает.

— И когда к магу пойдем? — деловито поинтересовалась я тоном, не предполагающим возражений.

— А ты, что, уже наелась? — удивился парень. — Нам же еще десерт не принесли?

— Ммм... — задумалась я. — Десерт — это аргумент. И он принят! Сходим после десерта!

* * *

«Башня мага» как-то не впечатляла. Простой серый каменный дом из двух этажей с круглой пристройкой, возвышающейся над остальным зданием на добрый десяток метров, оканчивающейся полусферической формы крышей, за что местные собственно и прозвали строение «башней».

В остальном же здание, как здание, совершенно непримечательное. Если бы нам хозяин ресторана не выделил мальчишку в сопровождение, то проехали бы мимо, даже не предположив, что тут может жить и работать маг.

Но мальчишка с нами был. Он устроился на козлах рядом с кучером и показывал дорогу. Наша карета остановилась, и мы выбрались из нее, с интересом начав разглядывать жилище местного светила магической науки. Точнее я принялась разглядывать, а мой спутник сразу подошел к двери и начал в нее стучаться. Три быстрых стука, три медленных, три быстрых, три медленных.

— Это какой-то условный знак? — заинтересовалась я.

— Нет, — пожал плечами он. — Просто мелодия вспомнилась. Или не вспомнилась... Не заморачивайся в общем, — я хмыкнула, но вникать не стала, предпочтя сосредоточить свое внимание на появлении мага.

Вот только прошла минута, другая, а за дверью никто не шевелился, да и сама дверь оставалась неподвижной. Мой спутник хмыкнул и снова постучал. С тем же эффектом.

— Слышь, мелкий, — обратился он к пацану, что нас сюда привел. — А маг точно дома? А то проторчим мы тут без пользы, пока он где-то по полям травки собирает...

— Не извольте сумлеваться, господин! — мгновенно подорвался мальчишка. — Тама он, тама! Вы громче стучите, а то он могет не услыхать — всю ночь где-то колобродил, а сейчас обось отсыпается. Я намедни к нему с посланием от Городского Совета бегал, так еле дозвался!

— Сильнее, говоришь? — хмыкнул мой спутник и начал долбить по двери кулаком так, что она чуть с петель не слетела. Тяжелая, добротная, обитая железными полосами дверь. Она тряслась так, словно вот-вот проломится или откроется «во внутрь», хотя создателем задумывалась, как открывающаяся наружу.

И все равно прошло не меньше десяти минут, прежде чем мое ухо уловило хоть какое-то шевеление за этой разнесчастной деталью интерьера, которой по моим прикидкам, жить оставалось минут пять, если бы мой спутник продолжил в том же духе.

Лязгнул засов. Дверь отворилась. И нашему взгляду предстало «чудо». Лохматое, зевающее, в кое-как накинутом теплом халате и совершенно точно женского пола.

— Вам чего? — усиленно борясь с зевком, спросила открывшая дверь девушка.

— Тебя, — с хищно-пошлым оскалом ответил мой спутник.

— Меня? — в сомнении подняла бровь она, выражая собой вселенский скепсис.

— Тебя, — утвердительно кивнул он.

— Ты извращенец или псих? — задала вопрос «чудо».

— Скорее второе, чем первое, — не убирая оскала, ответил мой спутник.

— Тогда ладно, — зевнула она и, потеряв всякий интерес к нам, повернулась спиной и ушла. Дверь осталась открытой. Мы, переглянувшись и пожав плечами, пошли за ней.

Пришлось подняться по винтовой лестнице на самый верх «башни», где располагалась «рабочая комната» мага, в которой царил бардак: атласы, карты, книги в тяжелых обложках и открытые на местах с какими-то чертежами были в хаотичном порядке оставлены на столах, которых в комнате было целых три и даже на полу, который был также расчерчен какими-то линиями и символами. Причем раньше на месте рисунков лежал ковер, который был просто откинут к стене. Вдоль стен стояли застекленные книжные шкафы. Но при этом их дверцы были распахнуты, а половина книг громоздилась неаккуратными стопками рядом с ними. Также на полу в неком порядке были расставлены толстые желтовато-белые оплавленные свечи. Незажженные сейчас, но явно горевшие недавно. По всей комнате также стояли различные предметы понятного и не очень назначения, такие как шары различных материалов и размеров, чаши, камни, тигли, жаровни, весы, статуэтки, щипцы, ножички, вовсе что-то непонятное.

Особое место занимал телескоп, стоящий напротив специальной щели в стене, переходящей в крышу.

«Чудо» прошла через комнату, остановилась возле стоящего у стены диванчика и скинула с ног мягкие тапки.

— Короче, господин психованный извращенец, — повернулась она к нам. — Делай что хочешь, только спать не мешай, — после чего завалилась на диван и, закрыв глаза, потеряла к нам всякий интерес.

— К сожалению, не будить не получится, — тяжело вздохнул мой спутник. — Мне с «бревном» не интересно.

— Твои проблемы, — раздался ее голос, затихающий к концу фразы. Судя по нему, «чудо» уже уснуло.

Мой спутник хмыкнул и уселся за ближайший стол, предварительно смахнув с него все лежащее на пол одним движением. Раздавшийся шум заставил «чудо» беспокойно завозиться на своем диванчике, но не проснуться.

Мой же спутник взялся за письменные принадлежности, которые только одни и оставил на столе, когда эпично сбрасывал на пол все остальное.

Пока он писал послание Хмурому, я осторожно ходила по помещению, разглядывая непонятные приспособления, загадочные рисунки, перемежающиеся предметами быта, тарелками с остатками пищи, предметами женской одежды... Подошла к телескопу и посмотрела в него. Но, к сожалению, практически ничего не увидела — день на дворе.

Тем временем мой спутник закончил писать и, припечатав сургуч на конверте своим перстнем, подошел к спящей хозяйке дома. Он положил ладонь ей на лоб. Секунда, и девушка с криком ужаса проснулась, задергалась, пытаясь вскочить с дивана или сесть на нем, но совершенно безрезультатно. Все ее попытки вылились лишь в бесполезные судорожные трепыхания.

— Тихо, тихо, — ласково проговорил мой спутник. — Успокойся, уже отпускаю, — девушка перестала кричать, биться, и он убрал от ее лба руку.

— Ты... Вы?.. Вы же... — судорожно дыша, прилипла она взглядом к сургучному оттиску на конверте, что сунул ей в руки мой спутник, не дожидаясь пока она придет в себя. Вот только ужас в глазах ее рос, становясь даже большим, чем был, когда она только проснулась.

— Я, — язвительно-ехидно-пугающе улыбнулся ей он. — Письмо отправь.

— Письмо?.. — недоуменно вернула она взгляд на конверт в своих руках.

— Фейро Хмурому, — подтвердил мой спутник.

— Но... он же...

— Ждет это письмо. Так что не тяни, — сказал он, развернулся и, не оглядываясь двинулся на выход из комнаты. У самой двери остановился и поставил на стол столбик из пяти монет. Золотых.

Задерживаться и я не стала дольше него, поспешив на выход, хоть и было жутко интересно остаться и узнать, что же тут только что такое произошло.

— А монеты зачем? — был мой первый вопрос к спутнику, когда мы с ним вышли из «башни мага» на улицу.

— Стандартная плата за услуги мага по отправке почты, — пояснил мне он.

— А чего так дорого-то?! — возмутилась я, припомнив размер платы за неделю пребывания в нашем суперлюксовом номере, которая составила всего три золотых, а тут одно письмо — целых пять!!

— Так услуги магов — очень не дешевое дело. Маги... Каждый из них официально, по умолчанию, статусом равен барону, всего лишь выпустившись из Академии. А с течением времени, маг вовсе может набрать такую силу, что ему короли кланяться будут. Естественно, что они свое время и усилия ценят.

— То есть ее напугал не меч на твоем поясе и графский перстень на пальце? — нахмурилась я. Но он лишь пожал плечами и улыбнулся.

— Ну, харе ломаться-то! — обиженно заявила я. — Секреты какие-то непонятные на пустом месте разводишь, темнишь, недоговариваешь... Бесит уже!

— Ну... Просто маги меня боятся. Не моего статуса, а конкретно меня. После нескольких моих конфликтов с Великими, они от меня, как черт от ладана шарахаются, — примирительно поднял руки мой спутник.

— И чем кончился «конфликт»? — снова подозрительно прищурилась я. Эти обтекаемые фразы в его исполнении начали уже ужасно раздражать.

— Чем? Хм. Ну, Великие перестали быть Великими... Да и вообще магами... Как-то так.

— И сколько Великих?

— Десять, — отвел глаза он смущенно. Еще бы ножкой пошаркал для наглядности.

— А всего их сколько? — что-то заподозрив, уточнила я.

— Десять, — совсем неохотно ответил он, вовсе отвернувшись от меня. — На тот момент было...

— То есть ты убил всех Великих Магов, и теперь все «простые» маги тебя боятся? — обобщила все сказанное в одну короткую фразу я, и сама ужаснулась тому, насколько это дико звучит.— Эй! — возмутился он. — Я не сказал, что убил их! Нечего мне лишние зверства приписывать! Я просто лишил их магии. Сделал обычными людьми...

— И сколько он и после этого прожили? — прищурилась я. Почему? Потому что уже начала немного разбираться в его интонациях и жестах. И именно сейчас он «недоговаривал». Снова пытался обтекаемыми фразами обойти острые моменты.

— От часа, до двух недель, — отведя в сторону глаза, ответил он.

— И от чего именно они умерли?

— Двое умудрились не суметь выбраться из собственной башни. Один выбросился из окна и разбился насмерть. Один выпил яд. Один схлестнулся с разбойниками, которые его и упокоили. Один погиб в пьяной драке в кабаке. Один пил до тех пор, пока не умер от алкогольного отравления. Остальных убили кровники, коих у каждого Великого хватает.

Глава 4

глава 4

***

Ванна и кровать — вот два величайших изобретения человечества! И как же замечательно, что первое в этом мире хотя бы просто есть, а второе настолько роскошно!

По возвращении в гостиницу я приняла первое и рухнула на второе, чувствуя всем своим существом, что счастье на этом свете есть! И я его испытываю.

Нет, кто-то на моём месте бы горился, что застрял неизвестно где, непонятно насколько, не имея возможности хоть как-то повлиять на своё возвращение домой, и был бы при этом прав во всех пунктах. Но мне было в данный конкретный момент хорошо. Сытно, тепло, мягко и спокойно — чего ещё от этой жизни требовать?

Да и возвращение моё домой, оно хоть и никак не определено по времени, но при этом гарантировано. Да ещё и в моём мире ни минуты не потеряется… если верить моему загадочному спутнику с графским титулом. А я ему почему-то верю. Это чувство иррационально, никакими фактами не подтверждено, но я всё равно верю. Странно, да?

Мой спутник… граф. И я даже имею подозрения, какой именно. И вот как раз эти-то подозрения основания в отличии от доверия под собой имеют: я-таки рассмотрела герб на том перстне, что парень носит. И герб этот уж очень сильно был похож на тот, что был изображён на флаге, установленном перед входом в ратушу.

Одном из двух. Том, что являлся флагом графства (второй, насколько я поняла, был королевским). И если мои глаза меня не подвели, и парень не является безнадёжным идиотом (а только конченный идиот станет носить перстень с гербом графства, да ещё и ставить его оттиск на письмах, в графстве, чей герб на этом перстне, при этом не являясь на самом деле графом этого графства), то мой спутник — тот самый граф Д`Арнолис, памятник которому установлен на площади перед северными воротами города… которому, со слов портнихи, около трёх сотен лет… жесть! Чутка до МакЛауда не дотянул, тому триста девяносто восемь было… От этой мысли меня пробило на нервный смешок.

Это что же получается? Если сам мой спутник после посещения Банка говорил про «долго» между двумя своими «поворотами за угол», то имел в виду он под этим словом не пару лет, а три сотни?!! И не придерёшься ведь — «годы» понятие растяжимое…

Ладно, не стоит об этом. Ещё ведь и нет уверенности, что мой спутник — именно Логин Д`Арнолис. Может это я сама поняла чего не так…

— Ваша Светлость! Граф Д`Арнолис! Умоляю, спасите город! — прозвучало из соседней комнаты именно в этот момент, руша все мои надежды на ошибку. Жестоко, да…

Надо отметить, что слова эти прозвучали не ни с того, ни с сего. Чуть ранее был стук во входную дверь. Затем звук отпираемой двери в спальню моего спутника, ещё чуть позже звук отпираемой входной двери. Просто я не придала ранее этому значения: мало ли, может обслуживание номеров.

Сна всё равно не было ни в одном глазу, да и халат, надетый мной после ванны, был вполне себе целомудренный, так что я вскочила с кровати и поспешила в соседнюю комнату, туда, где происходило что-то крайне интересное. Выглянув из своей спальни, я увидела своего спутника, стоящего спиной ко мне, лицом к двери, в трёх шагах от неё, одетого в одни только шорты (в тапочки он был не одет, а обут). Прямо перед ним стояла на коленях, уперев лоб в пол, давешняя магичка.

— Встань! — непререкаемым тоном велел мой спутник. И магичка вскочила, не посмев ослушаться. Но при этом она вытянулась «во фрунт» и задрожала всем телом.

— Ваша Светлость…

— Моя Светлость! Какого ангела ты творишь?! К чему эти идиотские падения на колени? Статус Мага равен в Табели о Рангах Статусу поместного Барона!

— Но вы же…

— Что я же?

— Тот самый НАМ! Про Вас же отдельная глава в Бестиарии есть… там же и сказано, что «несчастный маг, которого жестокая судьба свела с Вами ни в коем случае не должен пытаться напасть или сбежать. Он должен замереть и не шевелиться, а лучше сразу пасть ниц и молить о пощаде…» — у моего спутника отвисла нижняя челюсть. Я прекрасно могла это рассмотреть, так как успела подойти ближе к месту действия, и сам он теперь стоял ко мне боком.

— НАМ? — чуть придя в себя, переспросил он.

— Неубиваемый Антимагический Монстр… — дрожащим от страха голосом ответила магичка.

— В Бестиарии, значит, глава целая? — нехорошо сощурился и скрестил на груди руки мой спутник. Магичка затравленно кивнула. — Чьего авторства Бестиарий?

— Фейро Хмурого, — пискнула магичка. Парень закрыл глаза и опустил руки. Ладони его сжались в кулаки. Он медленно выдохнул, разжал кулаки, повернулся к гостье спиной и двинулся от двери, бросив на ходу: «Проходи». Магичка, словно на невидимом поводке, последовала за ним в гостиную. Там он уселся в кресло сам, приказал (иначе не скажешь) магичке сесть в другое кресло, я же заняла третье безо всяких приказов.

— Рассказывай, — коротко велел он ей.

— Ваша Светлость! Спасите город!..

— Это я уже слышал. Конкретику давай, — поморщился он.

— Демон… — выдавила из себя магичка. — Ткань мира истончилась и вот-вот прорвётся… я шесть ночей подряд при помощи специального ритуала не давала Пелене прорваться, удерживала тварей, что пытались прорваться в город, и с каждым разом это было всё трудней и трудней… сегодня же… я чувствую, что уже не справлюсь. Мои силы на исходе, а давление с той стороны всё выше и выше…

— Помощь запрашивала? — нахмурив брови, спросил мой спутник. Магичка кивнула. — И?

— Жду. Седьмой день жду.

— Странно… — задумался он. — Столица королевства в двух неделях пути от Нозера, столица графства и того ближе, а маги умеют передвигаться куда как быстрее, чем обычные путешественники.

— Может быть всё дело в избрании нового Ректора Урской Магической Академии? — предположила магичка.

— Избрание Ректора? — удивился мой спутник. — А как же Орион Шершавый? Неужто этот старый мудак решил на покой отправиться?

— Умер Орион. Пару недель назад. При проведении какого-то эксперимента взорвался вместе со всем лабораторным крылом Академии… по крайней мере в новостной рассылке было именно так написано.

— Взорвался? — хмыкнул парень. — Что ж… это меняет дело. Стало быть на помощь надеяться бессмысленно. Что им какой-то городишко, тем более в графстве проклятого НАМа, когда решается, чья партия на ближайший век под себя половину Континента подомнёт…

— Так Вы поможете? — с отчаянной надеждой во взгляде спросила магичка.

— Тебя как зовут-то? — усмехнулся мой спутник.

— Надежда, — ответила магичка.

— Надежда? — удивился он.

— Моя прапрабабка была из иномирцев. Надежда Филатова. В её честь и назвали, — чуть запунцовев и отведя взгляд в сторону, ответила магичка.

— Надька Филатова? — взлетели вверх в удивлении брови моего спутника. — Так она же за Тен-гурским Хребтом вроде бы осела, в Гроганте?

— Она — да, а вот уже бабка моя, одна из внучек её, перебралась обратно, на эту сторону Хребта, выйдя замуж за барона Крайнца…

— И как она там? Всё такая же взрывная, вздорная, взбалмошная пигалица? — усмехнулся мой спутник.

— Не знаю, — пожала плечами магичка. — Я родилась уже на этой стороне Хребта, так что с пра-пра-бабкой своей не знакома.

— Ну ничего, если вдруг встретишь, то привет передавай.

— От графа Д`Арнолиса? — уточнила магичка.

— От «неотёсанного дикаря, узколобого питекантропа, не имеющего совершенно никакого чувства вкуса и совершенно не разбирающегося в Благородном Искусстве Высокой Моды!». Она поймёт, — лицо магички вытянулось, а я не смогла сдержаться и прыснула в кулачок после этой фразы своего спутника.

— За что это она тебя так? — поинтересовалась я у него.

— За то что не позволил обрядить себя в пидорски-папуасский костюм на церемонию официальной коронации Фредерика III.

— «Пидерски-папуасский»? Это как?

— Шуру помнишь? «Голубая луна» который?

— Помню.

— Примерно так же, только перья поярче, платформы повыше и живот голый, — поёжившись, пояснил мой спутник. Я чуть склонила голову к плечу, прищурила один глаз, внимательно разглядывая поднявшегося из кресла парня, и представила его в костюме Шуры. Непроизвольная улыбка выползла на моё лицо сама собой.

— Ну а что, в конце концов? Думаю, тебе бы пошло.

— Тфу на тебя! — возмутился он. — Всегда подозревал, что все женщины имеют сходное психическое заболевание! Или вообще: одно на всех…

— Хам! — возмутилась я. — А ещё наглец, нахал, грубиян, деревенщина, «шовинистическая свинья», «проклятый сексист», «лохматый неандерталец», «грёбаный воинствующий гомофоб» и просто мужлан. Знаю. Уже слышал и не один раз, так что ты не оригинальна, — отмахнулся он, потом задумался и добавил. — Кстати, в моём графстве педерастов отправляют на каторгу, а педофилов и растлителей вешают. Так что «толерантность» и «политкорректность» — это не про меня. И вообще, мы вроде бы спешили город спасать, не?

— Это она спешила, — хмыкнув, кивнула я на магичку. — Я спать собиралась, как и ты, впрочем.

— Хм… сон — это хорошо… — задумчиво посмотрел он на враз взбледнувшую магичку, потом неохотно покачал головой. — Но нет. Погулять всё же придётся. На моей земле город стоит. В графскую казну налоги платит: «Общественный Договор» и все дела там… ну, ты меня поняла.

— Поняла, — улыбнулась я. — А ты, стало быть, и есть тот самый Д`Арнолис, что сотню лет назад здесь варгов городским правилам учил?

— Эм… — забегал глазами по потолку мой спутник. — Ну… понимаешь…

— Понимаю: ты рассчитывал, что мы из графства свинтим раньше, чем я догадаюсь, — с саркастической усмешкой закончила я за него.

— А ты разве догадалась? По-моему, меня самым наглейшим образом сдали, — сердито посмотрел он на Надежду, что столбом продолжала стоять возле кресла, с которого вскочила пару фраз назад.

— Не такая уж я слепая дура, чтобы не догадаться. У тебя на перстне герб графства. Про титул сам сказал. Сложить «два» и «два» было не сложно. Она всего лишь подтвердила правильность моих выводов, — сложив руки под грудью, выдала этому «фашисту» «гранату» я.

— Хм… действительно, — самым простецким жестом почесал в затылке он со слегка виноватой улыбкой. — Но без перстня была бы куча проблем организационного плана. Уровень комфорта мы бы имели совсем не тот… Эх! Не быть мне шпионом, — светло улыбнулся, виновато пожимая плечами, он и протянул для пожатия руку. — В общем, приятно познакомиться: Миша Логин граф Д`Арнолис.

— Приятно познакомиться: Маша Грошева, — пожала протянутую руку я.

— Вот и славно, — чуть задержал он рукопожатие. — А теперь мне надо прогуляться с нашей гостьей на пару часиков. Ключ у меня свой, так что ждать не обязательно. Обещаю, что когда вернусь, шуметь не буду.

— Нет уж! Вместе пойдём, — тоном, не терпящим возражений, заявила я, отпуская его ладонь. Граф слегка погрустнел, вздохнул, но возражать не стал.

***

Башня городского мага после захода солнца воспринималась совершенно иначе, чем до него. Темный силуэт её на фоне темного же неба выглядел зловеще и даже угрожающе. Скрип открываемой двери неприятно резанул по нервам. В каждом углу чудились спрятавшиеся чудовища, воздух казался вязким и густым, как кисель… пока хозяйка башни не хлопнула небрежно по выключателю.

— У тебя здесь есть электричество? — не смогла сдержать удивления я, рассматривая ярко горящие ровным белым светом шары настенных светильников.

— Электричество? — удивилась Надежда.

— Это не совсем электричество, — решил пояснить мне вместо неё граф. — Это магическая энергия стихий молнии и света. Работает почти так же, как наше электричество, но имеет несколько важных отличий. Первое из них: КПД почти под сто процентов. В непроизводительные потери идёт ноль целых двести тридцать семь тысячных на десять в минус двадцать четвёртой степени процента на каждые сто метров проводника и ноль целых двадцать одна сотая на десять в минус двадцать четвёртой степени процента на каждый узел преобразования энергии. Второе: «цепь» не замыкается. То есть «проводов» к каждой «лампочке» нужно не два, а один. Работает это приблизительно так: магическая энергия берётся из накопителя, преобразуется в стихию молнии через специальный узел преобразования, затем отправляется по проводнику к потребителю, где стоит ещё один узел преобразования, который переводит энергию стихии молнии уже в энергию стихии света один к двадцати трём… Это общая, принципиальная схема. Само собой, что на практике ещё масса тонкостей и технических деталей, таких как ограничительные узлы, равномерное распределение энергии в цепи из нескольких потребителей, подключение нескольких накопителей к одной энергомагистрали и расчет «напряженности» в каждой её точке…

— Вы разбираетесь в магии? — поразилась Надежда. — Но как и зачем? Вы же НАМ!

— Я просто пытлив и любопытен, — пожал плечами и улыбнулся граф. Красиво ушёл от темы гад. Но ничего, я запомню, а потом обязательно всё разузнаю. Особенно меня интересуют слова «Неубиваемый» и «Антимагический». С «Монстром» более-менее понятно. Если он умудрился десять «Великих Магов» уничтожить, то явно белым и пушистым зайчиком называть его будет неправильно. Разве что Чернобыльским… Я улыбнулась собственным мыслям. А мы тем временем добрались до заклинательного зала на верхнем этаже, того самого, где мы уже были несколькими часами ранее.

Тут тоже были волшебные «лампочки» на стенах, поэтому было светло, как днём. Вот только атмосфера от дневной отличалась разительно. Непонятные днём рисунки на полу, сейчас тревожно светились багровым и складывались в отчётливый рунный круг. За окнами была ночь, но почему-то мрак отливал краснотой. Сам воздух был каким-то не до конца прозрачным что ли, словно бы в нём присутствовал дым или пар… вот только ни того, ни другого не было. Это несоответствие давило на психику. И не только оно. Что-то ещё, какое-то внутреннее чувство дискомфорта. Непонятное и тревожное. Да и вообще, будто бы даже дышалось тяжелее.

Граф спокойно прошел к письменному столу и уселся на стул, придвинул к себе стопку бумаги и письменные принадлежности. Магичка недоуменно и растерянно уставилась на него. Он поднял на неё глаза.

— Что? — удивлённо спросил граф. — Давай, заводи свой ритуал, чего ждёшь-то? Или ты на чудо надеешься?

— Но как же… а Вы?...

— А что я? Твою работу за тебя я делать не собираюсь. Напишу пару писем, чтобы расшевелить тех, кому по должности положено в таких случаях шевелиться. А ты повкалывай пока… если не хочешь, конечно, чтобы то, что сейчас по ту сторону Пелены прорвалось сюда, — пожал плечами он и сделал рукой жест, типа «давай-давай, не отвлекай меня». В глазах магички заплескалась паника. Руки её задрожали… но не прошло и десяти секунд, как она совладала с собой. Собралась, сжала руки в кулаки, почтительно, но со злостью поклонилась графу и развернулась к кругу. Затем она размяла пальцы, взмахнула руками и застыла, словно бронзовая статуя, а магический рунный круг засветился ярче, от него словно сеточка-паутинка того же цвета разошлась по окружающему пространству и принялась медленно пульсировать, то наливаясь ярким багрянцем, то почти полностью пропадая. Дискомфорт резко пошёл на спад, воздух стал почти прозрачным, а краснота исчезла из тьмы за окнами.

Прошла минута. Вторая, третья… ничего не менялось и не происходило: Надежда стояла статуей, круг с «паутинкой» мерцал, а мой спутник преспокойно писал письмо.

Ещё минут пять я помаялась, помялась, потом пожала плечами и подошла к шкафу с книгами, принявшись изучать красиво изукрашенные корешки и простые кожаные переплёты стоящих там книг…

Спустя час это занятие мне наскучило, и я добралась до телескопа. Вот тут я залипла надолго. Телескоп… сколько долгих ночных часов я провела рассматривая звёздное небо из окна мансарды нашего дома или сидя на лавочке в саду. Я ведь в детстве мечтала стать Звездочётом, а чуть позже, в подростковом возрасте — Астрономом. Помню, это моё увлечение звёздным небом было настолько сильным, что родители подарили мне большую и красивую книгу «Энциклопедию звездного неба», которую я прочитала от начала и до конца не один и не два раза… Вообще, я ведь родилась и выросла в деревне, в город переехала только после школы, когда пришло время поступать в институт. И звёзды в городе, это совсем не то, что звёзды в деревне. В городе они просто маленькие тусклые гвоздики, схематично обозначающие контуры крупных созвездий. В деревне же звездное небо огромно, звезд столько, что не найдёшь и миллиметра полной черноты… а вот телескопа у меня никогда не было.

Вот только ещё через час из-за горизонта выползла луна. Громадная лунища. По спине пробежали мурашки, откуда-то словно бы холодом потянуло. Я отлипла от окуляра телескопа и огляделась. Граф продолжал что-то писать, временами замирая и «клюя носом», чуть не доставая им до чернил на бумаге. Надежда стояла всё той же бронзовой статуей, но лицо её кроме сосредоточенности выражало ещё и сильное напряжение. На коже её выступили капельки пота. Магический круг продолжал мерцать, но делал это, как мне показалось, с гораздо большей частотой и интенсивностью. Вот только непонятная хмарь в помещении становилась гуще, дискомфорт ощутимее, на душе тревожнее, а луна за окном наливалась красным.

Но опять же, шли минута за минутой, а ничего интересного не происходило. В конце концов мне уже банально хотелось в туалет — давешний сок просился наружу.

Ещё через полчаса мне окончательно это всё надоело. Да и в помещении было некомфортно до крайности: непонятная хмарь сгустилась так, что свет «ламп» её едва-едва разгонял, при этом круг сиял и даже начал гудеть, издавая звуки, похожие на те, что издавал джедайский меч в киносаге Лукаса. Надежда рухнула на одно колено.

А я вспомнила, где же видела в этой башне санузел. Вот и решила, что раз уж за столько часов «спасения города» ничего толком не произошло, то ещё пять минут без меня точно ничего не изменят.

На моё сообщение об этом граф только пожал плечами и более точно описал путь до искомой мне комнаты. Видимо он был куда внимательнее к мелким деталям, чем я. Или у него просто зрительная память лучше.

Туалет порадовал таким же современным видом и удобством, как и в гостиничном номере. Отдельно порадовало наличие туалетной бумаги, раковины с краном, зеркала над ней и мыла в мыльнице на специальной полочке.

И вот, когда я уже вытирала руки висящим на специальном крючке полотенчиком, думая о том, насколько же скучное занятие это «спасение города», наверху вдруг раздался странный треск, словно какую-то очень крепкую ткань порвали надвое, затем жуткий рык-вой, пробирающий до костей, которому вторили десятки, если не сотни разных голосов. Светильники на мгновение погасли, оставив меня в полной темноте цвета свежей венозной крови…

Потом башню тряхнуло. Наверху раздались глухие звуки ударов, перепуганный отчаянный визг, быстро стихший, снова удары, опять башню тряхнуло, какие-то резкие белые вспышки из окон, черные вспышки, снова визги, скулёж, удары, сотрясающие всё башню, просто удары, визги… потом всё прекратилось, наступила звенящая тишина. А через минуту снова зажегся свет, в темноте за окном исчезли даже намёки на красноту, да и стало словно бы гораздо легче дышать.

Я поспешила наверх. Там, в разгромленном заклинательном зале, возле самой двери сидела прямо на полу растрёпанная магичка, немигающим взглядом выпученных глаз уставившаяся на моего спутника, стоящего в центре помещения, там, где раньше мерцал рунный круг, который теперь погас, да и вообще, будто бы был выжжен в досках пола. Граф стоял голый по пояс и старательно, с самым сосредоточенным видом оттирал какой-то тряпкой правую руку.

Кстати, только сейчас обратила внимание, что на это маленькое приключение он меч с собой не брал вовсе. Поэтому сейчас стоял в шортах, сандалиях и без своей безвкусной перевязи с ножнами меча.

— Что произошло? — нахмурясь, потребовала ответа я.

— Что? — повернулся ко мне граф и чуть сдвинул брови в задумчивости. — Ритуал оборвался, Пелена прорвалась, оттуда полезло всякое непотребство. Потом разбежалось, Пелена восстановилась. Всё, — пожав плечами, ответил он.

— А с ней что? — кивнула я на Надежду, продолжающую сидеть на полу.

— Шок, — снова дёрнул плечом граф, осмотрел правую руку, не очень остался доволен, но тряпку бросил. После чего подошёл к оставшемуся стоять, как и стоял, во всём этом бардаке столу. Там он взял, аккуратно сложенную свою майку и надел её через голову. Потом нашёл в куче хлама кувшин, повертел его и ушёл вниз, в направлении ванной комнаты.

Я же решила осмотреться повнимательнее. Комната была в беспорядке, это бросалось в глаза сразу, как и выжженные в полу линии магического круга. Но если приглядеться, то становились заметны тёмные пятна, как от сажи, в форме человеческих и нечеловеческих фигур на полу, на стенах, даже на потолке. Кое-где валялись странного вида рогатые черепа, словно обугленные и слегка дымящиеся, прямо перед кругом же на досках распластался самый крупный сажевый силуэт. Он был практически полностью антропоморфный, за исключением пожалуй хвоста, а поза его говорила о том, что при жизни, существо пыталось в ужасе сбежать отсюда в сторону центра круга. А глубокие борозды от когтей, начинающиеся от этого центра и кончающиеся в районе лап силуэта, недвусмысленно намекали, что существо это насильно, против его воли тащили от круга… и похоже, что за этот самый хвост… кусок которого нашёлся небрежно отброшенным под стену зала.

Тут вернулся граф. Он спокойно налил в стакан воды из давешнего кувшина и выплеснул его в лицо магичке. Та дёрнулась. Глаза её приобрели осмысленность, она начала крутить головой. Граф снова наполнил стакан и всунул его ей в руки. Девушка жадно приникла к стакану и принялась пить.

— Письма отправить не забудь, — велел ей мой спутник, ставя кувшин на стол. — Пойдём, Маш. Спать пора. Здесь мы закончили, — развернулся и пошёл вниз по лестнице.

***

Глава 5

глава 5

— «Демоны» — очень широкое понятие, на самом-то деле, — следующим утром за завтраком говорил Логин (в итоге мы сошлись, что я буду называть его просто по фамилии, которая в этом мире заменяла моему спутнику имя, а не «Граф», «НАМ» или «Ваша Светлость»). Вообще-то вопрос мой был не совсем о демонах. Точнее совсем не о демонах. Скорее уж он звучал бы: «Какого демона это вчера вообще было?!». Но раз уж хоть как-то отвечать начал, то уже хорошо, поскольку вечером накануне из него и вовсе ничего выпытать не удалось: молча спустились, молча доехали до гостиницы, там он молча ушёл в душ, а после в свою спальню. Я же всю ночь уснуть не могла, ворочалась с боку на бок, переживала и вопросами мучилась. Лишь под самое утро задремала немного. И вот завтрак. Поздний завтрак. А если честно, то по времени почти обед, но всё ещё завтрак: задремала-то я под утро, но дальше будить меня никто не стал, будильники никакие не были установлены, вот я и продрыхла почти до полудня. Не знаю, чем занимался всё это время мой спутник, но выйдя из ванной комнаты замотанная в банное полотенце, я успела увидеть как раз, как он входил в дверь своей ванной. В итоге на «завтрак» мы отправились вместе. — Фактически, «демонами» называют любых существ, не могущих постоянно проживать в конкретном мире, но усиленно стремящихся в него попасть и… ассимилировать его под себя. При этом степень вариативности этих существ очень велика. Вариативна даже их природа. Объединяет их, пожалуй, только одно: крайняя агрессивность к людям… эльфам, гномам, гоблинам, оркам… в общем аборигенам мира, в который лезут. — Весьма занимательно, конечно, но какое отношение это всё имеет к вчерашнему? — постаралась не дать ему соскочить с нужной мне темы я, не забывая, впрочем, налегать на мясо молочного поросёнка, зажаренного на вертеле с картофельным гарниром и зеленью. Завтрак что-то получался ну очень уж плотный, но взять и отказаться от такой вкусноты?! — Самое непосредственное, — наставительно покачал вилкой Логин. — То, с чем вчера мы столкнулись, это была классическая попытка прорыва в нашу реальность существ с одного из «демонических» планов этого мира. — Ты делаешь такой акцент на том, что именно этого мира, почему? — стало любопытно мне. — Потому, что, как я уже ранее сказал, «демоны» — понятие очень широкое. И лезть они могут не только с других планов мира этого, но и вовсе из каких-то других миров. Что, правда, случается куда реже, но и по последствиям на порядок катастрофичнее. Прорыв, устроенный Демонами мира Инферно, к примеру, грозит превращением в новый Домен, а как следствие, «отрыванием» от этого мира как минимум половины Континента… в самом лучшем случае. В худшем же, этой планеты просто не станет. Совсем. Зато в Инферно появится новый Домен Мао. — Ничего себе! — изумилась я. Как-то не могу даже представить явление настолько ужасное и глобальное, как уничтожение целой населённой планеты. — Но вчера ведь это было не Инферно, ведь так, да? — Именно, — подтвердил Логин и отпил сока. Помолчал немного, затем продолжил. — Чтобы открыть Прорыв в Инферно, или другой подобный ему Демонический мир-хищник, необходимо открывать его с этой, с нашей стороны. Чаще всего это делается при помощи здоровенной Пентаграммы Прорыва, вычерченной на земле кровью разумных. Минимальный рабочий размер такого «рисунка» это сто на сто метров. Больше можно. Меньше — не сработает. — Сто на сто метров, кровью разумных?!! — чуть не подавилась я кусочком мяса. — Именно. Несколько тысяч жизней. Но это всё случай вторжения иномирного. Вчера же просто совпали с десяток условий, в результате чего граница между двумя Планами этого мира истончилась, стала «рыхлой», Планы начали «наслаиваться» и взаимно проникать друг в друга. Отсюда «красная тьма», беспокойство, дискомфорт… Это, кстати, происходило не только в башне магички, но и по всему городу. Надежда своим ритуалом эту границу, так называемую «Пелену» укрепляла за счёт собственных и заёмных магических сил. Стабилизировала. С «той» же стороны наоборот, прикладывали усилия для дестабилизации и прорыва Пелены. В результате основной очаг нестабильности сфокусировался именно в точке приложения этих двух сил — в заклинательном зале башни. Вот собственно и всё, — пожал плечами Логин. — Как это всё? Как это всё?! Нет, постой! А дальше? Что там тряслось? Что сверкало? Что за пятна там были? Чем всё это грозило? — искренне возмутилась таким ответом я. — Тряслось… В общем с «той» стороны усилий оказалось приложено больше, чем с «этой». Пелена-таки прорвалась. Оттуда полезло, я сказал «Здрасти!», оно испугалось и убежало. А Пелена так-то вообще штука достаточно устойчивая, мощная и имеет свойство восстанавливаться. Вот её давить перестали, она и восстановилась. А сегодня уже часть условий совпадать перестанут, так что больше уже ничем не грозит. Мелочь, конечно, кое-какая успела в город просочиться, но ей вскоре профессионалы займутся. — Профессионалы? — «Охотники на демонов», жрецы светлых богов, графская дружина, маги более высокой, чем у Надежды, квалификации. — То есть те письма, что ты вчера писал, это для них? — кажется начала понимать я. — По большей части, — улыбнулся Логин. — А ещё куча сообщений просто моим друзьям и знакомым, раз уж выпала возможность на халяву попользоваться услугами почтового мага, то грех этим не воспользоваться? Как считаешь? — расцвел в озорной улыбке парень. — А ты нахал, — против воли ответно улыбнулась ему и я. Затем нахмурилась. — Ты снова уходишь от ответа! Так чем грозил этот прорыв? Если бы «оно» твоего «Здрасти» не «испугалось»? — Ты какие-нибудь фильмы ужасов смотрела? — вздохнув, спросил он. — Эм… ну кое-что из этого жанра видела… — признаваться, что нет, как-то не хотелось. Не ну а что?! Не нравятся они мне, что тут такого? Мне больше мелодрамы нравятся, «сопли в сахаре», как их называют. Ведь, если уж смотреть что-то, то пусть это будет красивая, романтичная история. Всякого говна и кровищи в жизни без того хватает. — Тогда сложнее объяснить, — похоже, что Логин понял мой вильнувший взгляд совершенно правильно. Вот ведь Детектор Лжи ходячий… — Ну уж попытайся как-нибудь! Чай, не глупее некоторых! — Дело в чём… Демонический План мира, он нематериальный. То есть не совсем материальный… блин, там всё сложно у них. Но суть в том, что в нашем Плане бытия жители Плана «Демонического» могут пребывать только в телах местных живых существ… — Вселяются? — предположила я и нахмурилась. — Грубо говоря, да. Хотя там и несколько более сложный процесс, ведь вселенец не только захватывает тело, он перерабатывает тонкие оболочки энергетической сущности того существа. Перерабатывает, получая из них огромное количество энергии. Усиливается… — «Тонкие оболочки энергетической сущности»? Душу пожирает что ли?! — Ну, бессмертную искру творца ни одна тварь во вселенной тронуть не сможет, но в целом да… демоны жрут души. Об этом во всех фольклорных источниках говорится. И это делают все «демоны» независимо от их природы и происхождения. Чем более высокоразвитое существо, тем «питательнее» душа. Тем больше сил за счёт её пожирания может получить демон. Тем сильнее он становится. Но это работает и в обратную сторону: чем более высокоразвитое существо, тем труднее сожрать его душу. А с определенного момента уже и вовсе «подавиться» или отравиться можно. Люди ведь не пьют бензин, хотя по калорийности он на несколько порядков превосходит мясо, злаки или любую другую пищу… — Ты мне зубы не заговаривай. Говори уже, чем грозил именно этот прорыв? — начала понемногу уже сердиться я. — К утру неинфицированных в городе бы не осталось, — отвёл в сторону глаза Логин. — То есть, иными словами, если бы не ты, то толпа демонов уже сегодня сожрала бы души целого города?!! — отвечать он не стал. Вообще опустил взгляд в тарелку и принялся что-то там рассеянно ковырять. — И Надежды? — ответа вновь не последовало, что было куда красноречивее любых слов. — И мою?! — Логин промолчал и на этот раз. — Так-так-так, погоди, — положила вилку на стол я и прижала руки к лицу. Затем опустила их на стол ладонями вниз. Потом сцепила их в замок перед собой. — То есть, на той полянке, допустим мне даже удалось бы выбраться на дорогу, не будучи съеденой дикими зверями, а к вечеру дотопать и до города самостоятельно, без твоей компании, умудрившись каким-нибудь способом наклянчить себе на крышу над головой и кусок хлеба (неизвестно ещё чем расплатившись при этом, точнее, скорее всего очень даже известно), то к утру уже, один хрен, моей душой закусил бы какой-то паршивый демон?! — руки даже в замке явственно задрожали, а в ушах слегка зашумело. Ко мне начинала подкрадываться самая настоящая истерика. — Да что же это за мир-то такой? Куда не ткнись, везде пиздец! Как же тут другие «попаданцы-то» вообще умудряются выживать при таких стартовых условиях?!! — Ну, условия-то у каждого свои, — философски заметил Логин. — А вообще, у каждого «попаданца» свой «рояль» в кустах припрятан. У кого-то это внезапно проснувшиеся способности к магии, у кого-то редкий талант, у кого-то оружие родного мира, завалявшееся в кармане, у кого-то это багаж суперспецназёрских умений и боевой опыт из горячих точек… — А у меня тогда какой «рояль»?! — Я, — без даже намёка на улыбку или издёвку ответил парень. Но и пафоса в его голосе, позе или тоне не было совершенно. — Ты? — Я. — Мой «рояль» — это ты? — Я, — в очередной раз подтвердил он. Но теперь уже улыбка на его лице появилась. Светлая и ничуть не обидная. — То есть я в «женский роман» «попала»? Типа «Выйти замуж и обезвредить»? — зря Логин в этот момент свой сок отпил. Тот явно пошёл не в то горло. Нет, он не прыснул им в меня. Он замер, задержал дыхание, поставил стакан на стол, отвернулся в сторону, и только после всего этого страшно закашлялся. — Или «Выйти замуж, чтобы не сдохнуть»? — с кашлем справился он только минуты через две. — А чуть менее радикальных вариантов нет, а? — жалостливо посмотрел на меня Логин, вытирая губы салфеткой. — Гарантированных нет, — отрезала я. — Что, кроме законного брака, может помешать тебе бросить меня на растерзание неизведанным опасностям этого мира? — А ты так уверена, что «законный брак» помешает? — чуть скептически посмотрел он на меня. — Шанс на выживание со «штампом» выше, чем без «штампа», — резонно заметила я и отпила из своего стакана. — Ну… пошли тогда. Поженимся, — так, как у него, с задержкой дыхания и постановкой посуды на стол, у меня не вышло. Я обрызгала его сразу, выпустив сок изо рта, словно взбесившийся пульверизатор. Точнее, думала, что обрызгала. Этот гад умудрился увернуться от струи, выпущенной чуть ли не в упор. Да ещё и улыбался при этом. Мне страшно захотелось его стукнуть в этот момент чем-нибудь тяжёлым. — Только в храме какого бога ты предпочитаешь? — Предпочитаю штамп отдела ЗАГС РФ по **ской области и городу **ову! А венчание вообще признаю только в Православном храме и лет через двадцать совместной жизни! — Хм… — исчезла с его лица улыбка. — В принципе, я наверное смогу быстро вывести графство из состава королевства, переименовать его в Российскую Федерацию, а столицу назвать **ом… — я на этих словах снова поперхнулась. Теперь уже не соком, благоразумно отставленным в сторону, а воздухом. Поперхнулась и закашлялась. — Но вот на организацию централизованной службы записи актов гражданского состояния может уйти не одна неделя, — продолжил рассуждать Логин. — Стоп! — вскинула руку я, едва совладав со своим горлом. — Это была шутка! Я не собираюсь в ближайшее время выходить замуж! Ни за тебя, ни за кого бы то ни было. Я ещё слишком молода для этого! Я ещё погулять хочу! — Хм… ну как скажешь, — пожал плечами Логин. — Не обижайся, ты конечно мальчик симпатичный, но давай оставим эту тему, хорошо? — решила закрыть этот разговор до того, как мы договоримся до чего-то не того. Дождавшись кивка, я продолжила. — Предположим, что мой «рояль» — ты. Но у тебя самого-то какой он был стартовый? — Антимагия. Ты же слышала от Надежды. На меня не действует совершенно никакая магия или паранормальщина. Мне достаточно коснуться, чтобы погасить любое заклинание или барьер. А демоны как раз и относятся к «паранормальщине». По крайней мере те, что с демонического плана. Демоны Инферно как раз-таки вполне себе плотные. — Так вот, значит, почему тебя «испугалось» это «оно». Ты ведь, получается, естественный враг этих демонов. Тебе достаточно лишь коснуться, чтобы их убить… и как только они это поняли, то тут же сбежали… — ещё один кусочек паззла занял своё место в моём представлении о вчерашнем происшествии и о мире в целом. — По той же причине меня до дрожи боятся и маги. Ведь я способен лишить их магии. Насовсем. — Как ты и сделал с теми десятью Великими… — он коротко кивнул, подтверждая правильность моего предположения. — Нехилый такой «рояль» получается… — задумчиво проговорила я. Затем вскинулась, вспомнив ещё кое-что. Одну очень важную деталь, которую стоило бы прояснить. — Мадлен говорила, что Королю-Демону больше двухсот лет, а Логин граф Д`Арнолис ещё чуть ли не на сто лет старше него. Это правда? Тебе уже триста лет? — внимательно всмотрелась в лицо своего собеседника я, стараясь не упустить ни единого движения его мимических мышц, ни единой реакции. Глаза моего спутника забегали, щёки чуть порозовели, немного, самую малость, а руки принялись вертеть в пальцах салфетку. — Ну… да… немного больше трёхсот… Тебя это так сильно напрягает? — нехотя ответил он. — Ещё как! Получается, что ты застрял в этом мире на целых три века! И при этом не смог найти ни единого более действенного способа попасть домой, чем тупо ждать?! Я не согласна торчать тут триста лет! Я не хочу просрать в этой дыре свою красоту и молодость, а вернуться домой глубокой старухой!! — Не переживай: попаданцы не стареют, — отмахнулся от моих страхов, как от чего-то не стоящего внимания Логин. — Как это не стареют? Совсем не стареют? Почему не стареют? — мгновенно сменила панику на заинтересованность я. — Пока находятся в этом мире, не стареют. Совсем. Если «попали» сюда детьми, то взрослеют примерно до возраста девятнадцать — двадцать один, а потом всё. Остаются такими либо до возвращения домой, либо… — Либо? — подозрительно нахмурилась я, ожидая того самого неприятного подвоха, который есть во всём, что выглядит уж слишком хорошо. — Либо, пока их не убьют, так как от естественных причин ещё ни один попаданец не умер, — отведя в сторону взгляд, закончил свою фразу мой спутник. — Так… — откинулась я на спинку своего стула. — А дети? Ты упоминал, что у этой Надежды Филатовой, пра-правнучкой которой является местная магичка, соответственно есть и дети и внуки? — Дети и внуки в соответствии с расовыми особенностями второго родителя. Если это не эльф, или другая относительно «бессмертная» раса, то стареют. Несколько медленнее, чем положено, особенно первое поколение, но всё же… — пожал парень плечами и принялся смаковать десерт. — Вот оно как… — задумалась я над сказанным. Весьма интересная получалась картина. Забавный мир, в котором попаданцы — обычное дело. — Между прочим, каждый попаданец по Табели о Рангах приравнивается в правах к безземельному дворянину, и к нему положено обращаться «Лэр». — То есть, по-местному, я дворянка? Лэр Маша? — Лэресса Мария, — поправил он меня. — И да, ты действительно считаешься дворянкой. Титул, правда, не наследуется… ну, если только ты, конечно, не умудришься заработать наследуемый, захватив или получив в дар за заслуги земельный надел. — Как ты? — хмыкнула я. — Как девяносто процентов всех попаданцев, — пожал плечами Логин. — Кстати, а мне вот интересно стало: насколько велико по размерам твоё графство, а? — прищурилась я. — Эм… — замялся он, явно подыскивая способ или повод уйти от ответа. — Так, хорош вилять! Всё равно ведь узнаю, не от тебя, так от других, так что не тяни, колись сразу, — решила слегка надавить на этого скрытного типа. Не люблю таких, которые всё вокруг, да около, ни да, ни нет. — Примерно как три наших с тобой области… Восемнадцать баронств и двадцать два вольных города, — я даже и не сразу нашлась, что на это ответить. Мне как-то казалось, что «графство» — это что-то небольшое, максимум пара таких вот городков, да десяток деревень, а тут такое… — Значит, про «губернатора» ты не преувеличивал, а преуменьшал, да? — он так забавно прятал глаза, что я невольно улыбнулась, глядя на это. — Теперь начинаю осознавать «размер рояля», который мне обломился. Но на Российскую Федерацию твои земли всё равно не тянут, — показала я ему язык. — Ну… можно в Рейскую Империю съездить. Не думаю, что Император решится отказать мне в маленькой просьбе… — пожал плечами Логин. И что-то я как-то не поняла: это он пошутил сейчас так или нет?

Глава 6

После обеда, завершившегося таким одновременно сложным и стрёмным разговором, из которого я неожиданно для себя узнала, что этой ночью мою душу чуть было не сожрали самые настоящие демоны! До сих пор не могу привыкнуть к этомысли...

Так вот, после обеда мы вернулись в номер, где у дверей ждала Мадлен с первыми уже готовыми комплектами одежды, которую требовалось обязательно примерить и внести мелкие, но необходимые правки.

Логин как-то исключительно незаметно срулил, стоило мне лишь на минутку отвлечься. Вот он только что был рядом, раз — и его уже нигде нет. Ниндзя, блин! И вот почему мужикам так не нравится, когда мы начинаем мерить платья? Ведь мы же это не только для себя делаем! Нам ведь хочется покрасоваться не только перед зеркалом. Нам просто жизненно необходимо восхищение во взглядах, направленных на нас! А что может подойти для этого лучше примерки? Ведь на любом балу, свадьбе, званом вечере, дискотеке, даже на пляже, показаться можно только в одном образе, самый максимум — в двух. Во время примерки же, можно быстро перебрать с десяток! Притом, ещё и крайне контрастных. И даже таких, в каких мы ни за что не посмеем показаться когда либо ещё. Ну, где, кроме как на примерке, «серую мышку» можно увидеть в образе «Багиры» и наоборот?

А этот вот смылся. Ну и сам виноват! Почему? Потому, что Мадлен прямо распирало от желания поделиться какой-то потрясающей новостью. И я даже догадываюсь уже, какой именно.

— Ну давай уже, Мадлен, говори, вижу ведь, что тебе не терпится уже, — с улыбкой подбодрила я белошвейку, оправляя складочки легкого белого сарафана перед зеркалом.

— Граф Д`Арнолис в городе! — поделилась она своей невероятной новостью. — Представляешь? Прямо сейчас, в Нозере сам Логин Д`Арнолис!! — я прижала руки к щекам и сделал круглые глаза, для достоверности изображения изумления даже покачав головой.

— Он прибыл в город без сопровождения, никого не оповестив, боги знают, сколько он уже мог тут быть, а никто даже и не догадывался!

— И как же тогда известно стало, что он в городе?

— Так Норб, тот что привратником в ресторане гостиницы работает, господам двери открывает, сам его вчера видел, как он из кареты выходил со своей спутницей. Он сперва и внимания-то не обратил, но потом на руки его глянул, а там графский перстень с Его гербом!

— Перстень? — хмыкнула я. — А вдруг самозванец? Мало ли кто мог себе такой же сделать да одеть?

— Это ж надо быть дураком, что бы просто так графский перстень одевать, графом не будучи! Прознает если про такое кто, так это ж сразу эшафотом грозит, даже не каторгой! А уж в землях этого же графства — верное самоубийство! Ведь Шарль, хозяин заведения, уже через мага городского сообщение и в графский замок послал, и в столицу королевства о прибытии в Норис графа. Со дня на день поверенные графа с дружиной прискачут своему господину поклониться и отчёт в делах дать. Если ж тут самозванец, так они ж всю округу на три метра вглубь перероют, но достанут наглеца, чтобы примерно того наказать! Так, что б другим неповадно было!.. — возмутилась Мадлен, но очень быстро успокоилась. — Нет. Не может это быть самозванец. Ведь Шарль ему лично в руки письмо от самого Фейро Хмурого передал. И сам видел, как граф печать на том письме сломал. Будь на его месте любой самозванец, так в тот же миг, как печать треснула, пеплом бы на пол осыпался. А раз сгорело только письмо, значит это точно Логин Д`Арнолис. Так что глупости ты говоришь про самозванца, — под конец речи махнула рукой белошвейка.

— А ты сама его видела?

— Графа? — переспросила Мадлен, а потом расстроенно вздохнула. — Нееет… но страсть как бы хотелось! Это ж детям и внукам будет что рассказать! Это ж такой человек! Без всякого преувеличения: Великий! — даже подняла глаза к потолку она, словно надеялась где-то там в вышине рассмотреть своего «Великого Человека».

— Тогда в соседнюю комнату загляни, — посоветовала я.

— Зачем? — сбилась с мысли Мадлен.

— Так живёт он там. Со вчерашнего дня.

— Как живёт? Почему живёт? Совсем ты меня спутала! Причём тут вообще соседняя комната?

— Только при том, что перстень с гербом графства носит на правой руке мой спутник. И отзывается он на имя Логин, — огорошила я девушку. Не знаю даже, зачем я это сделала, в смысле рассказала ей о графе. Может быть задело меня это превознесение его до небес? Может некая собственническая ревность. А может быть желание прихвастнуть своим «роялем»… не знаю. Не очень приятно копаться в подобных своих мотивах. Не слишком красивые стороны при этом на свет выползают. Но уж, что тут поделаешь: я такая, какая есть, со всеми своими достоинствами и недостатками. На роль «идеальная, во всех отношениях высокоморальная и положительная спутница Главного Героя» не претендую. Мне бы домой бы попасть…

— Твой спутник — Логин Д`Арнолис?! — вытаращилась Мадлен. От удивления и шока она даже руки с булавками опустила, которыми до того отмечала на одежде места, требующие тех или иных правок. Я кивнула. — Но как же… он ведь… — рука её показала ладонью уровень роста моего спутника (прямо скажем, не гигант он: метр семьдесят пять от силы, да и сложения совершенно не богатырского). — А Д`Арнолис, он… — рука Мадлен взмыла над головой, обозначая какого-то эпического великана. Я состроила извиняющуюся физиономию и виновато пожала плечами, мол, какой уж есть. — Но он же совсем не похож на грозного повергателя чудовищ, в одиночку останавливающего армии, от одного имени которого вздрагивают все короли и маги Континента… — на это мне оставалось только развести руками.

— Ну, не всегда наши представления о ком-то соответствуют тому, что есть на самом деле, — глубокомысленно произнесла я. Мадлен же какое-то время постояла молча, видимо переосмысливая мир с учётом новой информации. Затем снова повеселела.

— С другой стороны, он довольно симпатичный, — мечтательно улыбнулась она. — И совершенно непохож на неприступную Легенду, что на протяжении долгих трёх веков не принимал любви прекрасных принцесс и грозных воительниц, что готовы были отдать ему своё сердце… и тело по одному его взгляду… — поправила свою причёску белошвейка и стрельнула глазами в сторону расположения соседней комнаты.

— Так уж прям и принцессы? — нахмурилась я.

— Именно, — подтвердила Мадлен, вновь принимаясь за дело.

— И много их было?

— Я про пятерых слышала. И двух воительниц, славой ему не сильно уступающих.

— Так может он тогда, того?..

— Чего «того»? — не поняла меня белошвейка.

— Ну… не по девочкам в общем… — сама чуть смутилась я от такого предположения.

— Педераст что ли? — удивилась, но не оскорбилась Мадлен.

— Ну да.

— Точно нет. Принцы ему свою любовь тоже предлагали. Он двоим челюсть свернул за такое предложение, а третьего… на Остров Амазонок в рабство продал. Вроде как на «перевоспитание», — хихикнула девушка.

— Целого принца? — удивилась я. — И ему никто ничего не сделал?

— После того, как он десять Великих Магов лично уничтожил? — настал черёд удивляться ей.

— Действительно, чего это я? Повергатель чудовищ и какой-то там принц, — хмыкнула я.

— Вот именно, — без тени сомнений, даже не заметив моего сарказма. — Король, отец того принца, пытался вроде бы мстить потом… но даже имени этого короля не сохранилось. Известно только, что его королевство носило имя Венланд было где-то между Урским Княжеством и Александрией, лет восемьдесят назад или около того, — тут уж мне пришлось засунуть свой сарказм поглубже и согласиться, что весовые категории действительно совершенно не равные. И не в пользу принца.

— А что за герб такой странный у вашего графства? — решила перевести тему я. — Поцарапанный белый щит и три пчелы?

— Не поцарапанный, а пробитый, — веско поправила меня Мадлен. — А белый, потому, что митриловый.

— «Митриловый» — это что? — решила уточнить я непонятное слово.

— «Митриловый», это значит, что сделан из митрила.

— А митрил?

— Митрил — это неразрушимый металл. Очень-очень редкий и очень-очень дорогой. Секрет его получения утерян.

- То есть как это неразрушимый? А как же из него тогда что-то делают?

— Не что-то, а исключительно оружие. Эпическое и легендарное оружие и броня, за обладание которым иногда разгорались самые настоящие войны. Ты ведь только представь: меч, способный пробить любой доспех, любой щит, перерубить любой другой меч, как бумагу. Даже магию способный пробить или вовсе рассеять! Или же щит, который не сможет пробить ничто, который отобьёт любое заклинание, защитит от любой стрелы… — увлеклась рассказом Мадлен. Видимо, она любила сказки.

— Получается, что пробитый митриловый щит — это образ такой, вроде «нет абсолюта», или «все смертны», или как-то ещё? — сделала вывод из услышанного я.

— Почему же «образ»? Вполне себе реальный щит из чистого митрила, выкованный в незапамятные времена гномьим мастером, чье имя не сохранилось… слишком уж быстро его убили, пытаясь вызнать секрет изготовления… Этот щит сейчас в графском замке, на стене донжона висит.

— Но ты же только что сказала, что такой щит невозможно пробить ничем? — непонимающе нахмурилась я.

— Так-то оно так… Вот только Логин пробил.

— Так, чувствую, тут целая история есть за этим щитом. Я права?

— Права, — довольно кивнула Мадлен. Видимо, сказки и легенды с историями ей действительно страсть, как нравятся.

— Расскажешь?

— Конечно. Дело это было как раз около ста лет назад, когда Лэр Логин как раз и стал Его Светлостью графом Д`Арнолисом.

— Даже так? — хмыкнула я. — Видимо, именно с этой историей его графство и связано?

— Именно. Хоть и не совсем. В общем в Вечном Лесу, довольно давно что-то не поделили между собой Эдвин Эльфийский (Король Эльфов) и герцог Эл`Стайл. Подробностей никто, кроме самих Светлых Эльфов не знает. Да и не важно это. Главное, что Эл`Стайл был из Вечного Леса изгнан. И несколько сотен лет после этого никто о нём не слышал, пока он не появился в нашем королевстве во главе армии, состоявшей из представителей обеих эльфийских рас, а так же орков, Зелёных и Серых. Невиданное дело! И те, и другие, и третьи друг друга терпеть не могут, более того, режут при всяком удобном и не очень случае…

— А четвёртые? — перебила я белошвейку.

— Четвёртые? — не поняла она.

— Ну, ты перечислила четыре расы: Эльфы двух видов, Орки Серые и Орки Зелёные. А дальше говорила только про первых, вторых и третьих. А четвёртые?

— Четвёртые вообще никого терпеть не могут. И воюют со всеми подряд. Даже между собой иногда, — отмахнулась Мадлен. — Так вот, появился Эл`Стайл примерно в этих местах и принялся захватывать замок за замком. Фрэди I двинул войска ему навстречу. Эл`Стайл же в прямую битву не пошёл, а отправил лазутчиков к Вывернутой Долине, которые повредили запечатывающие чары и раздразнили варгов…

— Тех самых? — уточнила я.

— Именно. Сам же он со своей армией укрылся в захваченных замках, дожидаясь, пока войска Фрэди I будут обескровлены нашествием…

— Но что-то в его плане пошло не так, да?

— Да. Он сам не ожидал, что варгов будет так много, что для борьбы с нашествием объединятся четыре королевства, и даже Эдвин Эльфийский привёл целую Ветвь Дубовой Стражи…

— Перестарался, значит, — хмыкнула я. Мадлен кивнула.

— Когда объединённые войска очистили земли от варгов, запечатали Долину и подошли под стены замка, который сейчас является графским, все именно так и думали, что уже всё: конец Эл`Стайлу. Но не тут-то было! Он вышел из замка впереди войска в шлеме, кольчуге, с мечом и щитом из чистого митрила! А за его спиной все десять Великих Магов того времени! Представляешь? Это ж сила, способная весь Континент завоевать. Да, насколько потом удалось выяснить, план у Эл`Стайла именно такой и был.

— Но тут вышел Логин, я права?

— Конечно, — улыбнулась белошвейка. — Не один, правда, а вместе с Фейро (он как раз после того боя прозвище «Хмурый» получил, а вскоре сам в Великие Маги выбился) и Фрэди I.

— А Эдвин Эльфийский?

— Эдвин с войском остался. Не перебивай.

— Всё, молчу-молчу, — состроила виноватый вид я и приложила палец к губам в знак обещания молчать.

— Лэр Логин уже тогда был достаточно известен, как непревзойдённый воин, повергающий чудовищ и благородно оставляющий жизнь бросившим ему вызов рыцарям, но насколько он действительно силён, тогда ещё никто и предположить не мог.

— Так что же случилось?

— Эл`Стайл бросил вызов Лэру Логину. Понадеялся на митрил и своё звание Первого Меча Вечного Леса. Логин вышел вперёд, они раскланялись по всем правилам Благородного Поединка. А потом Логин ударил прямо в щит. Никто не успел ничего понять, а в щите появились три, как ты их назвала «царапины», ровные и сквозные, а сам щит упал на землю, вместе с рукой, которая его держала…

— А рука-то причём? — не поняла я.

— Щит специальным ремнем пристёгивается к держащей его руке в районе локтя, а кисть этой руки держится за специальную рукоятку. Получается, что рука, от кисти до локтя очень плотно прилегает к внутренней поверхности щита. А Логин прорубил чем-то щит насквозь, в трёх местах, как раз там, где была прижата рука эльфа. Вот она и упала вместе со щитом… двумя кусками…

— Ничего себе! И это «непробиваемый» щит!

— Именно, — кивнула Мадлен. — Все были в шоке от произошедшего. Эл`Стайл, увидев культю на месте руки, закричал и приказал магам убить Логина. Те атаковали. Логин бросился к ним. Успел лишить силы шестерых, Фейро ранил одного и ещё одного Фрэди I, пока они не поняли, что происходит. Тогда Маги запаниковали, активировали какие-то заготовленные артефакты (а они у старых магов всегда заготовлены, очень уж те за свою жизнь боятся) и исчезли. Сбежали в общем.

— Шестерых? Не десятерых? — нахмурилась я.

— Да. В битве он лишил магии шестерых. Остальных четырёх он отыскал позднее.

— Вот как? А эльф?

— Эл`Стайл? — уточнила Мадлен. — Сдался в плен. Эдвин хотел его казнить, но остальные не позволили. В результате его посадили в Хашвальт, самую страшную тюрьму для магов. Дальше не знаю, вроде бы он там и умер позднее. Лэр Логин же стал Графом Д`Арнолисом, принял под свою руку те земли, и с тех пор у нас тут мир и покой.

— Ещё бы, — хмыкнула я. — Кто ж в своём уме на такого Монстра полезет?

— Это да… — довольно и с изрядной гордостью в голосе кивнула Мадлен.

Глава 7

***

Логин... мой спутник, как оказалось, скрылся не в своей комнате. Его вообще в номере не было. И появился он в поле моего зрения только под самый ужин.

Выйти в город без своего «рояля» мне было как-то боязно: не настолько я ещё адаптировалась к местным условиям, нравам, правилам и законам, чтобы гулять в одиночку. Честно говоря, я вообще здешних законов до сих пор не знаю, так что вероятность сделать что-то не так и из-за этого угодить в неприятности, была весьма велика. В результате благоразумию удалось победить любопытство, но сидеть в роскошном многокомнатном номере лучшей гостиницы города одной... было скучно?

Так это странно: испытывать скуку во сне. Примерно так же, как и спать во сне. Странно, абсурдно, но... Такие вот мысли занимали мою голову, пока я сидела у огромного, чуть ли не панорамного окна, разглядывая улицу и прохожих, идущих по ней.

Их было не так уж и много: жара заставляла людей реже покидать благословенную прохладу своих домов и приятную тень садов и парков. Но они всё же были, видимо дела беспощадней палящего солнца.

Но спутник мой наконец появился и тут же утянул за собой в ресторан при гостинице. Нахал! Даже не восхитился тем, как мне идёт новое платье, пошитое Мадлен и подошедшее мне без дополнительных правок.

Зато это платье оценили посетители ресторана, прилипавшие ко мне взглядами, пока мы шли через общий зал к VIP-кабинету, где для нас уже был накрыт стол. Кстати, сегодня их, посетителей, было больше.

А ещё, сегодня в зале играла музыка. Я так и застыла, когда её звуки в моём сознании слились в слишком уж знакомую мелодию. До боли знакомую мелодию песни группы «Мельница», недавно ставшей очень популярной в нашем мире (как же странно звучит это словосочетание).

— Подожди, — остановила я своего спутника. — Ты тоже это слышишь?

— Что именно? — сделал удивлённое лицо мой спутник, поворачиваясь ко мне. Но обмануть ему меня не удалось. Он прекрасно узнал эту мелодию. А ещё его это узнавание заставило волноваться. Точнее нервничать. Не слишком сильно, но... такое впечатление, что он хотел проскочить зал до того, как что-то произойдёт, но при этом не показать виду. Что-то не то, чтобы неприятное, но скорее уж просто «не ко времени».

Мелодия внезапно оборвалась, а мой спутник обречённо вздохнул и прикрыл глаза, словно бы смиряясь с тем, что могло бы не произойти, но теперь непременно произойдёт.

Тем временем за его спиной, по направлению к нам, уверенной и лёгкой поступью приближалась девушка, что только что сидела на сцене, наигрывая на арфе.

— Логин? — спросила она, подойдя и опустив свою руку ему на плечо. — Давно не виделись, Твоя Светлость.

— Наташа... — криво улыбнулся мой спутник, затем сделал улыбку радостной и повернулся к подошедшей девушке. — Какими судьбами в Нозере? Ты вроде бы только в великих столицах выступаешь, да при дворах монархов, чем же такая глушь заслужила столь высокой чести: внимать явлению, настолько блистательной звезды, что рядом с ней меркнет весь остальной небосвод?

— Ну чего ты ёрничаешь, а? — немного устало вздохнула девушка. — Всё ещё дуешься? Как маленький, право слово! Пятьсот лет уже почти прошло с тех пор, а ты всё ведёшь себя, словно ребёнок обиженный, — укорила его она. А мне слух резануло число пятьсот. Очень так неприятно резануло. До этого ведь разговор шёл о трёхста... Эм, точнее «немногим больше трёхсот». Вот ведь! И не прикопаешься: ведь пятьсот действительно больше трёхста, а «немного» — понятие растяжимое. Что ж, стало быть сцен устраивать не будем, а вот ушки держать на макушке стоит, мало ли ещё какой интересный момент проскользнёт.

— «Целых» или «всего», это вопрос философский, о нём можно годами спорить. Я же задал конкретный, — потушил улыбку мой спутник. — Что ты здесь делаешь?

— Проездом я, — неохотно ответила девушка. — В Москву ехала.

— В Москву?! — помимо воли вырвалось у меня. Девушка повернула голову в мою сторону и окинула внимательным взглядом. Внимательным, цепким и оценивающим.

— Столица Рейской Империи, — пояснил мне Логин. — Георгий Мартьянов, попаданец, две тысячи лет назад сумел захватить власть на тех землях. Основал династию, перенёс столицу, назвал Москвой. Принялся за объединение земель, получившееся государство назвал Русской Империей, себя соответственно Императором Всероссийским...

— А тысячу лет спустя, династию... прервали. Произошёл переворот. Теперь это Рейская Империя, а вот название столицы менять не стали, — перебила Логина Наталья.

— И всё же? Где Москва, а где Нозер? — вернул ей взгляд мой спутник и приподнял одну бровь. — Основной тракт из Урана в Рейскую империю идёт через замок Арнолис.

— Вот именно, — чуть надулась Наташа. — Собиралась твой замок десятой дорогой объехать!

— И двинулась через Арслан, — хмыкнул Логин, что-то прикинув в уме. Видимо географическую карту этой части Континента. — Что же случилось в пути?

— Крыса... — вздохнула и поморщилась Наташа.

— Крыса? — переспросил Логин.

— Одержимая демонической тварью крыса. Раскидала охрану, порвала лошадей, загрызла кучера и поломала карету...

— Нэш не справился с какой-то жалкой крысой? — удивленно-скептически спросил Логин, снова приподняв бровь.

— Ты видишь тут Нэша? — сердито отозвалась нахмурившаяся Наташа.

— Нет, и это меня очень удивляет, — признался Логин. — Где он?

— Не знаю, — буркнула девушка. — Где-то в горах своих...

— Поругались опять? — вздохнул Логин. Наташа насуплено кивнула.

— Давно?

— Полгода уже...

— Поэтому и в Москву едешь? — она снова кивнула. — Думаешь, он там? — девушка неопределённо пожала плечами.

— Надеялась... Теперь-то всё равно не доберусь уже до распутицы...

— Хоть кто-то уцелел, кроме тебя? — хмуро спросил Логин. Девушка отрицательно покачала головой. Мой спутник мрачно кивнул, показывая, что информацию понял и она ему совершенно не понравилась. — Остановилась-то в Нозере где?

— Здесь, конечно, — пожала она плечами. — Разве, кроме коронной, в этой глуши ещё приличные гостиницы есть?

— Постоялых дворов хватает, — не слишком довольно ответил Логин. — Нозер, хоть город и небольшой, но стоит на крупном тракте. Тем и живёт.

— Опять намекаешь, что я зазналась, да? — вздохнула Наташа. Мой спутник отвечать ничего не стал на это. Девушка вздохнула ещё раз. — Ты бы сам вспомнил о вежливости, представил бы нас?

— Мария, второй день в этом мире, студентка. Завернула не за тот угол, — с полагающимся полупоклоном и отшагом в сторону представил первой меня он.

— Приятно познакомиться с соотечественницей в этом мире, — улыбнулась мне девушка.

— А это Наташа, Высший Бард по местной иерархии. В среде Бардов известна под прозвищем Зимородок, по аналогии с земной Хелависой — голоса у них похожи... Герцогиня Си’Шлонес, — представил мне певицу Логин.

— Очень приятно познакомиться, — протянула руку для пожатия я. Наташа пожатие приняла, хоть и не без некой доли удивления жестом. — Герцогиня?

— По мужу... там всё сложно, — поморщилась она.

— Её муж — Тёмный Эльф. Он единственный сын герцогини Си’Шлонес, но у народа Тёмных Эльфов жесткий матриархат, соответственно сам он титул наследовать не может, а вот его жена — да. Более того — обязана. Но и заявить свои права на герцогство, как сама понимаешь, человечке среди Дроу несколько... проблематично, — пояснил для меня Логин.

— Убьют меня там, говори уж прямо, — поморщилась Наташа. — Да и вообще, даже если каким-то чудом уцелею, жить в пещерах, в вечных потёмках... брр! Я слишком для этого люблю солнце.

— Что делать дальше собираешься? — почти перебил девушку вопросом Логин.

— Посмотришь? — с надеждой, просительно обратилась она к нему. Смысл просьбы от меня ускользал, подозреваю, что это что-то из их совместной истории, но явно это «что-то» было для девушки крайне важным, при этом зависело только от Логина. Точнее от его желания помочь. Или не желания.

— Не сейчас, — чуть поморщился он. — Нас, между прочим, ужин дожидается. А мне хотелось бы успеть перекусить до того, как сюда ввалится толпа разыскивающих меня людей.

— Хорошо, — покладисто согласилась Наташа и опустила глаза. — Позволишь присоединиться, или это свидание, и я помешаю? — щеки Логина чуть заметно порозовели, а взгляд вильнул в сторону. Но говорить он ничего не стал. Просто кивнул. И не очень понятно, что именно он этим кивком подтвердил, какую часть вопроса: первую или вторую.

***

— Так, как вы познакомились? — когда первый голод был утолён, но выходить из-за стола желания ещё не было, решила завести беседу я. Хотелось бы ненапряжную и информативную, но тут уж как получится. Не молчать же, с траурными лицами уничтожая пищу.— Банально, — пожала плечами Наташа. — Я умерла на Земле и очнулась посреди леса. После того, как первая лавина впечатлений по этому поводу немного схлынула, я двинулась куда глаза глядят. Потом услышала, как кто-то мучает гитару и надрывает голос. Пошла на звук. Наткнулась на Логина в кампании с... женщиной... — не возьмусь даже пытаться передать с какой гаммой эмоций она произнесла это слово. Тут было и раздражение, и восхищение, и изрядная доля страха, и ещё много-много чего. — Обычная в общем-то для него история: накормил, одел, обул, помог адаптироваться к новым условиям, найти себя и... свой «рояль».

— «Рояль»? — сделала вид, что не поняла, о чём она, но в груди поселилось какое-то неприятное, колкое и противное чувство, подозрительно напоминающее... ревность?

— Ну да, то, что позволяет попаданцу выживать в новом мире. Та особенность, которая отличает одного попаданца от другого...

— И какой «рояль» он нашёл для тебя? — как-то колкость помимо воли проникла в мой голос из того неприятного комка, что ворочался в груди.

— Нэш Си’Шлонес — мой «рояль». И не Логин мне его нашёл. Логин только помог дожить до того момента, когда мы с Нэшем встретились. За что я ему до сих пор очень, просто безмерно благодарна.

— Вот как... — странно, но после этого ответа комок ревности во мне изрядно уменьшился. Не пропал до конца, но уже не распирал так, как минуту назад.

— А потом мы путешествовали впятером, можно сказать, сколотили свою рок-группу. Начали ездить с гастролями, стали набирать популярность... — Наташа помрачнела и замолчала, не договорив.

— А потом? — решила всё же не оставлять недосказанность я, ради чего рискнула проявить бестактность.

— А потом я зазвездилась, — вздохнула девушка, опуская взгляд. — Мы разругались. Нэш остался со мной, а остальные... разъехались кто куда. Алекс вернулся к себе на родину. Логин ещё лет двадцать потаскался по Континенту, пытаясь жить и зарабатывать гитарой... потом ему окончательно надоело, и он снова взялся за меч.

— А... женщина? — понимая, что лезу на очень опасную территорию, спросила я. Но остановиться было выше моих сил.

— Не знаю. И даже знать не хочу. И тебе не советую даже интересоваться этой... этим... Короче, не поминай лиха, пока оно тихо. Явится — не обрадуешься, — хмуро сказала Наташа.

— Ну ты уж совсем её демонизировала. Не такая уж... она и страшная, — вступился за свою знакомую Лоин.

— Именно поэтому ты сам боишься назвать её по имени? Даже случайно? Да и «демонезировать» — не самое удачное слово в применении к ней? — хмыкнула певица. Логин заткнулся и опустил взгляд в тарелку. Выглядело это странно. Я с удивлением переводила взгляд с одного на другую и обратно.

— То есть, вы серьёзно? Достаточно назвать её по имени, и она появится?! На самом деле?

— Не исключено, — буркнул Логин.

— Сто тридцать процентов, — припечатала Наташа. И Логин возразить... не решился. Хм, какие, однако, неожиданные подробности и знакомства у моего «рояля» выползают. Тут Логин откинулся на спинку своего стула и прикрыл глаза, всем своим видом выражая расслабление и удовлетворённость. Слегка даже, по моему мнению, переигрывая. А вот Наташе так вовсе не казалось. Она жадно всматривалась в его лицо и нервно комкала в руках салфетку, даже губу нижнюю прикусила.

Не прошло и пяти секунд, как Логин снова выпрямился и вернулся к еде. Причём с такой увлечённостью, словно бы его, кроме процесса её поглощения и смакования ничто не интересовало.

Наташа принялась терзать салфетку ещё яростней, на нижней её губе показалась капелька крови, а взгляд, казалось, вот-вот проковыряет дыру в черепе парня... хотя, какой он, к хренам, «парень»?! Ему пять с хвостом сотен лет! Это дедан древний, мхом поросший, а не «парень»!

Но самое интересное, это то, что Наташа при всём своём диком нетерпении не проронила ни звука. И не спешила задавать вопроса, который явно так и рвался наружу.

— Между прочим, — запив съеденное соком и насладившись послевкусием, бросил взгляд на неё Логин. — Мне кажется, что ты совершенно напрасно рвёшься в Москву, Наташ.

— Зря? А куда надо? — постаралась максимально уменьшить жадность своего вопроса та, правда, у неё это не очень хорошо получилось.

— Мне кажется, что Нэш не стал бы возвращаться из своих пещер через Вечный Лес. Гораздо логичнее предположить, что он стал бы это делать через Александрию...

— Снизу, а не сверху, — не очень понятно для меня прокомментировала Наташа. Но это, впрочем, нисколько не удивляло — она ведь комментарий адресовала не мне, а себе самой.

— И сидит он сейчас где-нибудь в Лысом Драконе, за бокальчиком светлого... недоумевая, куда же это его шебутная супруга могла подеваться, бросив свою публику-паству, которая на неё чуть ли не молится...

— Так уж и молится? — хмыкнула Наташа, но было заметно, что ей такая оценка не мало льстит.

— Ну, до проблем с богами на почве конкуренции ещё далеко, но... — многозначительно повёл глазами Логин и снова отпил свой сок.

— Но ты же меня прикроешь от их наездов... ну, если что? — состроила ему глазки эта... эта... старая женщина, вот! Даже древняя! Старуха, в общем!

Эм, что-то снова неприятный комок в груди заворочался. Я действительно ревную? Вот уж от себя не ожидала... Да к хрену! Логин — это мой «рояль»! Он сам так сказал! Так нечего теперь каким-то левым тёткам моим «роялем» пользоваться! У неё вон свой есть! Как там его? Нэш?

— Нет нужды, — хмыкнул Логин. — Они и так тебя до сих пор считают под моей «крышей». Хоть и знают о нашей... размолвке.

— Значит, Нэш в Уране? — резковато, на мой взгляд, перевела тему де... старуха.

— Мне так кажется, — хмыкнул и стрельнул бровями поверх бокала Логин.

— И не сбежит?

— Я ж тебе не справочная, — притворно возмутился мой спутник. — Но... не должен... по моему мнению, — сделал особенное ударение на этом «своём мнении» он.

— А вы сами, куда направляетесь? Ну, если не секрет, конечно? — вновь резковато перескочила с темы на тему Наташа.

— К морю, — пожал плечами Логин.

— К Северному или к Тёплому? — уточнила она.

— Вообще к Тёплому. Но раз уж мы в Нозере, то можно и на Северное завернуть. Тут до Норда рукой подать. Или до Борска... как Лэресса Мария решит. Мне-то без разницы, я и там и там бывал уже.

— Да ты уже везде «бывал», — хмыкнула Наташа. — Весь Континент излазил вдоль и поперёк!

— Ну, до «весь» мне ещё далеко...

— Примерно как и мне до ревности Аллаона.

— Хм... не думал, что в твоём представлении Континент — НАСТОЛЬКО маленькая штука, — произнёс Логин с непонятным намёком и покачал головой. — Он между прочим по площади, как две Евразии будет, а уж с учётом «интересных» мест и различных пространственных искажений...

— Угу... бревно моргать не мешает, нет?

— Какое бревно? — повёлся Логин.

— Которое ты в своём глазу не замечаешь, — с улыбкой закончила свою мысль Наташа. — Бродяга.

— На тебя посмотрю... лет через тысячу. Как ты сама на одном месте усидишь, — прищурившись ответил Логин. — Поглядим тогда, кто из нас «бродягой» будет.

— Поглядим, — «приняла вызов» Наташа. Вот только дальнейшего развития разговор не получил. Какое-то время над столом царило молчание, а потом уже стало не до застольных бесед: со стороны общего зала послышался торопливый топот множества ног, звуки отодвигаемой мебели, бряцанье оружия, взволнованный голос хозяина...

— Ладно, продолжайте без меня. Пойду делегацию встречать, — вытер губы салфеткой и, отложив её на край стола, поднялся со своего места Логин. Затем он оправил рубашку (сегодня он был в белой рубашке и брюках, а не как накануне: в шортах и майке. Ну и «статусная» перевязь с мечом, естественно), поудобнее передвинул ножны и резко изменившейся походкой направился к двери. Теперь это был не обычный весёлый парень, а граф, владетель и даже властитель. От него веяло буквально ощутимой, осязаемой мощью и уверенностью.

Ещё шаг, и дверь распахнулась перед ним, словно сама по себе. С той стороны послышался слитный металлический «бряк», словно два десятка вооружённых и одоспешенных людей одновременно пали на колено. И, подозреваю, так оно на самом деле и было.

— Терпеть не могу, когда он такой, — поморщилась Наташа.

— Какой «такой»? — уточнила у неё я.

— Показушный, — отозвалась девушка. — Ему самому противно из себя такое вот «пугало» корчить, но приходится. Иначе в серьёз не воспримут и слушаться не будут... а тогда придётся наказывать. А этого он ещё сильнее не любит. От того и злой такой становится, что рядом даже вздохнуть тяжело, не то что на ногах устоять.

— Так зачем ему тогда всё это? К чему из себя что-то корчить? Графство это..

— Эм... понимаешь тут какое дело с этим графством... — чуть замялась Наташа. — Насколько я помню, его попросили... очень-очень сильно попросили принять власть над этими землями. Хотя бы формально.

— Попросили? Кто же? — удивилась я.

— Федька с Фейро.

— Федька? Это кто?

— Фрэди Первый. Он ведь тоже из попаданцев, только не афиширует этого. Потому и имя исковеркал. А так: Федор Свистовский он, учитель физики откуда-то из-под Пензы... сгорел в пожаре. Детей через окно на улицу по «верёвке» связанной из пиджаков спустить успел, а вот сам остался... балкой потолочной привалило. Заживо сгорел, до последнего в сознании оставался.

— Кошмар какой! — нахмурилась я.

— Процентов восемьдесят всех попаданцев через собственную смерть прошли. Только процентов десять «за угол повернули», так что история довольно обычная для нашей братии.

— А ты?

— Что я?

— Умерла или «повернула»?

— Умерла, — легко пожала плечами Наташа. — Так что нет у меня этой навязчивой идеи всех «заугольщиков» «домой вернуться». Меня там не ждёт никто. А тут у меня новая, интересная, полноценная жизнь с любящим мужем и любимым делом.

— А Логин?

— Типичный «заугольщик». Хотя... типичным назвать его трудно. Слишком уж он Имба, даже для попаданца... Ну, да это не моё дело, — скоренько свернула тему Наташа. Чуть помолчали.

— Вот ты говоришь, его «попросили» взять графство. Но зачем? — решила прояснить хоть что-то, пользуясь случаем, я.

— Всё просто: Логин — Имба. Его боятся. Он непобедим. Он, как... как... даже не знаю, с чем сравнить-то. В общем сама мысль о том, чтобы с ним воевать или что-то у него отнять, вызывает ужас в сердцах тех, кто мог бы попытаться. А графство Арнолис — это без всякого преувеличения «центр Континента», «мировой перекрёсток». Тут с Севера Северное Море и Вольные Баронства, с Запада Скарланды и путь к перевалам через Западный Хребет, с Юга мосты через Эвен, прямой тракт к Урану, Александрии и далее к Тёплому Морю (кстати, Эвен как раз и есть водный путь из Вексена в Тёплое Море), а на Востоке...

— Что на Востоке? — разгорелось моё любопытство.

— Проход в Рейскую Империю... единственный. А ещё гномы, эльфы Тёмные и Светлые, Серые орки, Горные Ангелы, и ещё только боги знают, какие твари, что в Северных Горах, и в лесах за ними. Федька, конечно, силён — на то он и Король-Демон, но ему одному порядок в этом регионе не удержать. Вот он и упросил Логина взять графство себе. Хотя бы формально.

— И как?

— Сто лет уже здесь мир, покой и всеобщая дружба.

— Так не бывает!

— А если кто-то кое-где у нас порой добровольно «дружить» не захочет, то Логин обидится. Бросит свои странствия, в которых перманентно находится, и устроит всем Казькину Мать. Мало точно никому не покажется. Были прецеденты.

— Занятно...

— Диктат Силы, в чистом виде. Ничего занятного или необычного, — пожала плечами Наташа.

— Вот так вот прямо в целом графстве настали мир, покой и процветание? Единомоментно? Только от того, что власть взял себе суперсильный имба? — сомнения из моего голоса можно было бы черпать половником, если бы кто решил этим заняться.

— В целом... да. Конечно и тут есть бандитизм, орг. преступность, контрабандисты, подковёрные игры, интриги, мелкая грызня за власть, воровство, казнокрадство, Ночные Гильдии, но... очень-очень осторожно это всё есть. С постоянной оглядочкой. Чтобы не дай то боги, «Кот не проснулся». Его кстати, за глаза именно так и называют Котом. Это из-за щита того, «поцарапанного». Там же порезы, словно кот когтями по лицу махнул, — и Наташа продемонстрировала скрюченными пальцами взмах лапы рассерженного кошака.

— Нда уж... Прямо «культ личности» какой-то...

— Похоже, — не стала спорить Наташа, но и разговор продолжать особенным желанием не горела.

***

Глава 8

***

До дверей нашего номера Логин меня всё же проводил, но не дальше. Извинился, пожелал спокойной ночи и вернулся обратно в общий зал ресторана, временно превращённый его свитой в совещательный. Наташа к себе ушла ещё раньше сама.

Сна не было долго. На здоровенной кровати, ещё вчера казавшейся такой божественно комфортной, никак не удавалось устроиться удобно, и я полночи ворочалась с боку на бок. Да и когда уснуть всё-таки удалось, сон всё равно был чутким, тревожным, прерывистым.

Первый раз входная дверь номера скрипнула ближе к полуночи, оповещая, что Логин вернулся с «собрания». Второй раз: десятком минут позже. Третий же раз она тихонечко скрипнула, прервав мою зыбкую полудрёму, перед самым рассветом, когда восточный край неба уже окрасился розовым и голубым.

Неутерпев, я поднялась с постели и, накинув халат, тихонечко подошла к двери своей комнаты, чуть приоткрыла её, посмотрела в щёлочку: это действительно вернулся мой спутник. Был одет он… странно: черные холщёвые штаны свободного покроя перепоясанные хорошим кожаным ремнём с железной пряжкой и оборванные до самых колен, босой, торс же его вовсе не был прикрыт никакой тканью. В руке он держал ножны со своим мечом. При всём при этом весь он был… грязным. В пыли в чем-то черном, зеленом, всклокоченные волосы торчат неопрятными сосульками в стороны, бурые пятна на штанах, неприятная бурая корка на коже… Странный видок для графа, возвращающегося под утро к себе в номер. Да и бурые пятна рождают какие-то очень нехорошие ассоциации, уж больно они на кровь похожи. И запах…

Я судорожно сглотнула, затворила дверь и осторожно, стараясь не шуметь, вернулась в свою кровать. Закрыла глаза, усилием воли выкидывая из головы только что увиденное, атакже все свои мысли по этому поводу. Что удивительно – мне это удалось почти сразу.

***

Утром мой спутник был отвратительно свеж и тошнотворно бодр, словно не под самый рассвет непонятно откуда приперся, а прилежно продрых всю ночь в своей постели. Это раздражало, ведь я-то как раз не выспалась совершенно.

Наташи на завтраке не было. Да и вообще в гостинице. Павло, которого я о ней спросила, возвращаясь из ресторана в номер, сказал, что эта их гостья ни свет ни заря собралась и спешно ускакала на своём коне в сторону Арслана.

Вскоре после завтрака вновь пришла Мадлен. Доставила оставшуюся часть заказанной одежды. В этот раз никакие правки уже нужны не были, так что девушка задержалась исключительно для того чтобы получить окончательный расчёт и ни минутой дольше. Но как она смотрела на моего спутника! Казалось, что она хотела сразу, одновременно и сожрать его глазами, и упасть на колени, начав на него молиться, и наброситься, принявшись насиловать прямо тут, на полу гостиной комнаты этого роскошного номера. Но, видимо, так и не выбрала, с чего именно начать, поэтому просто раскланялась и ушла, получив расчет.

После её ухода Логин сходил со мной в отделение Банка, где снял со счёта ещё денег (лошади, купленные им, были действительно о-очень дорогими, так что кожаный кошель Логина изрядно похудел после нашего похода на рынок). Так же мы оставили все свои земные вещи в его «ячейке» на сохранение, чтобы, когда (не если, а обязательно когда!) наступит время возвращаться домой, забрать их оттуда, ничего за время путешествия не потеряв и не испортив… Вообще-то предложение это было крайне спорным, но… Я была невыспавшейся, голова занята мыслями о странном ночном происшествии, а потом уже и поздно было как-то идти на попятный и пытаться вернуть вещи назад. Да и незачем.

Город… За прошедшую ночь он разительно переменился. Прохожих видно не было. Вместо них по улицам двигались патрули состоящие из вооружённых и одоспешенных воинов, серьёзных и хмурых. Дважды нам навстречу попадались отряды по десятку и больше воинов, сопровождавших, судя по одежде, жреца или мага. А один раз такой отряд вел за собой особенно хмурый вояка с серебряной подвеской примерно с пол-кулака размером в виде головы волка, оскалившего клыки, свисающей на цепи до уровня середины груди, поверх кожаного доспеха. А ещё у него над плечами торчали две рукояти мечей. Одна рукоять была вроде как у катаны, другая как у большого рыцарского меча – понятия не имею, как такой называется. Мечников, кстати, встречалось мало, в основном воины были вооружены копьями, топорами и арбалетами. Луки тоже встречались, но также нечасто.

– Что происходит? – осторожно поинтересовалась я у Логина.

– Зачистка города от прорвавшихся мелких демонических тварей, – пожал плечами он. – Я же говорил вроде?

– Было что-то такое, – рассеянно согласилась я.

– Вот и зачищают со вчерашнего вечера. Как совещание провели, так и начали. Даст Творец, к завтрашнему утру управятся, – вздохнул он.

– Что-то не так? – нахмурилась я.

– Выезд откладывается, – пожал плечами Логин. – Так-то я планировал уже сегодня в пути быть, но теперь…

– Форс мажор, бывает, – ответно пожала плечами я. – Задержимся, раз уж так надо. Ты всё-таки Граф, на тебя люди надеются.

– Форс мажор… – скривившись, повторил он. – Форс мажор… Ладно, завтра с утра выезжаем. День ещё нынешний отводим на подготовку, а завтра в путь.

– В путь так в путь, – легко согласилась я.

– А ты определилась, куда поедем? К Северному Морю или сразу в столицу?

– А далеко до моря? – задумалась я. Король, столица, балы, дворец – это всё хорошо, даже замечательно и очень заманчиво, но море… Я ведь его никогда не видела в своей жизни, разве что на картинке. Правда, истины ради, стоит заметить, что я и всего перечисленного в живую не видела, но столица ещё где-то там, а море…

– Два дневных перехода от сюда, – последовал ответ, который окончательно убедил меня в правильности принятого мной решения.

– Тогда: к морю.

– Хорошо, – кивнул Логин. – Я распоряжусь, чтобы всё необходимое для дороги приготовили за сегодня.

***

Всё интересное на этом походе до отделения Банка собственно и закончилось. Весь остаток дня мы провели с моим спутником раздельно: Логин где-то в городе, мотаясь по своим графским делам, я же сидела в номере гостиницы. А что ещё делать? Выходить из здания опасно: идёт зачистка, не хватало ещё попасть кому-то под горячую руку. В ресторане сидеть – можно в колобка превратиться…

Сидеть одной в номере было скучно до ужаса. Настолько, что я даже от скуки занялась рукодельем (нашла в одном из шкафов набор всего необходимого для вышивания), страстью к чему я отродясь не страдала. Мне бы наоборот, вместо сиденья на одном месте и скрупулёзного монотонного труда, где-нибудь бы побегать, попрыгать, потанцевать и потаскаться по новым незнакомым местам, глядя на то, как люди живут, что делают, какие отличия в их укладе, домах, садах, одежде и так далее. Но. Всегда это «но». И вот я сижу на стуле у окна и вышиваю крестиком… какой ужас!

***

Вставать с рассветом – удовольствие где-то на троечку. Вставать же до рассвета – вовсе мазохизм. Но, как сказал мой спутник, если мы не покинем город с восходом, то рискуем застрять посреди леса после заката.

На вопрос «почему?», последовал ответ, что «дневной переход» – это время в пути от рассвета и почти до заката. Почти: это час на обустройство лагеря. Соответственно места, удобные для стоянок на трактах и расположены примерно на таком расстоянии друг от друга. Собственно торговые пути именно по такому принципу и прокладываются: от одной стоянки до другой стоянки, иногда весьма заметно петляя из-за того, что удобных мест по прямой может не найтись.

Итак утро, свежесть, пробирающая до дрожи, туман, постепенно оседающий росой на всём подряд, краешек солнца едва-едва высовывающийся из-за горизонта, слипающиеся глаза, зевота, раздирающая рот, нежелание вообще вылезать из-под тёплого одеяла… В целом до боли знакомый комплект ощущений для той, что выросла в деревне: скотина, огород, сенокос, выпас коров и их же утренняя дойка… Но не смотря на знакомость, приятного в этих ощущениях мало.

Порадовала организованность, с которой всё происходило. Никаких нервов, никаких криков, никакой ругони и беготни со спешкой. Всё спокойно, деловито, размеренно и при этом быстро. Профессионально, я бы сказала.

Так что буквально сорок минут от подъёма, и мы уже покидаем стены Нозера через северные ворота, как раз в момент, когда солнце показалось из-за горизонта примерно на четверть.

Проезжая через привратную площадь, я не удержалась и, выглянув из окна кареты, посмотрела ещё раз на статую графа Д'Арнолиса, сравнивая изображение с оригиналом. Сходство – один процент. Только причёска. Вот так вот и верь художникам со скульпторами. Мимо оригинала пройдёшь и не узнаешь…

Под мерное покачивание кареты, у которой оказались очень даже неплохие рессоры, я задремала.

Проснулась только часам наверное к одиннадцати. Головой на коленях Логина, приобнятая за плечо его рукой, накрытая его плащом и сама, обнимающая его за талию, словно любимую подушку. Пробуждение это было до крайности смущающим, но в то же самое время… приятным. Подушка из графа Д'Арнолиса получилась замечательная: тёплая, в меру мягкая, удобная. Но вот мощный бугор, оттопыривающий штаны в том месте, где ноги парня переходят в туловище очень уж недвусмысленно намекал на уровень симпатий означенного графа к одной неосторожной попаданке. Заманчивый такой бугорок. Интригующий.

Я покраснела. Логин тоже. Он пожелал мне доброго утра и отвёл взгляд. Я поднялась с его колен, распрямилась и отодвинулась к окну, ответив ему тем же пожеланием. После этого мы не меньше получаса ехали в смущённом молчании.

По обе стороны от дороги был лес. Лес, лес, лес… густой и однообразный. Первое время меня ещё удивляли и восхищали дубовые стволы в пять обхватов толщиной и сосны с девятиэтажку высотой, но к ним быстро привыкаешь. Тем более, что из-за жутко загущенного и запущенного подлеска, этих исполинов толком было и не видать из окна кареты. То есть по обе стороны дороги чаща была непролазная. Хм, в свете этого совсем иначе теперь выглядит высказывание Логина о раннем подъёме и опасности не доехать до удобного места стоянки до темноты: ночевать на дороге, где буквально в паре метров справа и слева от кареты непролазная чаща – удовольствие ниже среднего. А ещё и комары…

Правда от этих кровососов мой спутник запасся какими-то потрясающе действенными «ароматическими» палочками. В кавычках – потому, что запаха от них практически совсем не было, да и тлели они почти бездымно, но при этом внутрь кареты не посмел залететь ни один комаришка. Но снаружи…

Перед дорогой Логин мне вручил простенький камушек в простенькой оправе из серебра на серебряной же цепочке. Причём передавал он мне его в коробочке, стараясь ни в коем случае его не коснуться. Сказал, что это магический амулет, отпугивающий насекомых. Посоветовал мне его надеть сразу же перед выездом и не снимать до самого города. Я совету последовала. И пока что комары меня не доставали даже за пределами кареты (останавливались пару раз размять ноги). А вот сам Логин как с этой проблемой справляется, учитывая его взаимоотношения с магией, не представляю.

В полдень устроили небольшой привал. Развели костерок, сварили похлёбку, кашу, травяной отвар. Пообедали, посидели в тени на раскладных стульях вроде рыбацких кресел, попивая горячий отвар в прикуску с пряниками…

– Хорошо, – поделился млеющий на своём стуле, откинувшись на тканевую спинку, Логин. – Чистый воздух, тень, горячий напиток, приятная компания, птички поют. Что ещё для счастья надо?

– Сала. С луком. Зелёным. Картошки варёной, огурчиков пару, помидорчиков, яичко… – мечтательно перечислила я.

– О как? – приоткрыл один глаз и с интересом посмотрел на меня спутник. Возница занимался лошадьми, пока Логин готовил, а сейчас после еды тихонько посапывал в тенёчке, метрах в десяти от нас. Собственно больше никого в нашей маленькой компании не было. Охрану и каких-либо других слуг граф нанимать не стал, хоть и были желающие.

– «Сенокосная еда», как я её называю, – продолжила я. – Мы раньше с отцом, матерью и сестрой ездили за бор на сенокос, где отцу от колхоза пай выделялся. Вот всегда и брали с собой в обед перекусить. Ни колбасы, ни сыров, ни консервов никаких не было. Это ж всё покупное, денег стоит, а денег… Я помню одно время у отца вообще зарплата сто рублей была. И не советских рублей я имею в виду. А яца, сало, картошка, лук – всё своё было.

– Ты же вроде бы говорила, что из **ова? – немного удивился мой спутник.

– В **ове я только учусь. Так-то родилась и выросла то я в деревне. Деревенская девка я! – немного веселясь, немного рисуясь, немного нападая, с долей вызова сказала я.

– Хм… Деревенская девка… кровь с молоком! – улыбнулся Логин. – Знаешь, какой критерий для жены мне отец говорил?

– Откуда ж мне знать?

– «Плужок потянет!», – ухмыльнулся Логин. – Городские девочки – хиленькие они. Болезненные.

– Плужок значит потянет?! – возмущённо упёрла кулаки в бока я. – А сам-то он потянет?

– Он у меня нейрохирург. Ему необязательно.

– А мама?

– Комсомолка, спортсменка, активистка… учительница в школе, – не стал скрывать или темнить он.

– Интеллигенция значит, – ехидно протянула я. – Понятненько всё с тобой…

– Хм… Ты на меня посмотри: где я и где интеллигенция? – хмыкнул Логин. – Вот уж точно кем никогда не был, так это интеллигентом.

– Школу как закончил?

– На серебро, – пожал плечами он.

– Сейчас чем занимаешься?

– В нашем мире – студент. В техническом ВУЗе на программиста учусь.

– На стипендию?

– Нет. Я тот самый, без которого в семье не обходится. У родителей и сестры: золотая медаль, красный диплом, у дедушки с бабушкой: дипломы с отличием. А я – троечник.

– Угу. А ещё владелец графства, что по площади в три раза больше нашей области.

– Ну, это к делу не относится, – отмахнулся Логин. – Дома-то я всё равно троечник. Ругаюсь матом, прогуливаю пары. Да и граф, это не интеллигенция, это дворянство, тобиш служивый человек, военный.

– Не суть! Из семьи интеллигентов, значит интеллигент, – отрезала я.

– Да не интеллигент я! – возмутился Логин. – Городской мальчик – это да, с этим не поспоришь, но интеллигентом не был и уже вряд ли буду.

– Пофиг, интеллигент, – отмахнулась я.

– Да не интеллигент я! – уже начал всерьёз обижаться мой спутник.

– Ну-ну, – ответила я. – Можешь и дальше себя обманывать.

– Р-р-р!! – буквально зарычал он. И так этот рык был на звериный похож, что пасущиеся метрах в двадцати от нас лошади прянули ушами и забеспокоились.

– Тихо-тихо, – подняла руки в примирительном жесте я. – «Не плач, она у тебя круглая»… – Логин на эту цитату из бородатого анекдота ещё разок рыкнул и отвернулся, сосредоточив всё своё внимание на кружке с отваром. Которую он держал, отставив мизинчик. Я ехидно посмотрела на его руку. Он не смотря на то, что вроде бы отвернулся, всё равно мой взгляд заметил, опустил чашку и чуть покраснел.

***

После обеда мы двигались прежним порядком. Снова за окнами лес, в карете палочка «благовоний», а меня клонит в сон.

Минут двадцать я ему ещё сопротивлялась, а потом глаза закрылись сами. Открылись они в следующий раз только, если судить по солнцу, часа через полтора. Спала я всё в том же положении: на коленях у Логина, а проснулась от того, что карета неожиданно остановилась.

Я вскочила, оправила одежду и выглянула в окно узнать, что же случилось. Мой спутник выглядывать не стал. Он открыл дверь и вышел наружу, не забыв прихватить стоящий до этого в углу кареты меч в ножнах.

В следующую минуту я убрала голову обратно в карету, а затем и вышла наружу по примеру Логина.

Причина остановки была очевидна и буквально сразу бросалась в глаза: поперёк дороги лежала упавшая сосна. А какие в этом лесу сосны, я уже упоминала. И эта была как раз одна из таких, тех самых, что с девятиэтажку высотой. Толщину ствола она имела соответствующую. Путь был блокирован надёжнее некуда: лес, казалось, за прошедшее в пути время, стал ещё глуше и непролазней, так что если обойти пешком через чащу этот участок дороги ещё был шанс, то карету протащить никакой возможности, даже теоретической, не было.

Бревно висело примерно в полуметре от земли, а верхний его край при этом находился на уровне моей макушки.

– Нда уж… Похоже, что мы приехали, – похлопала рукой по шершавой древесной коре я. Логин пожал плечами, отошёл к краю дороги и… Признаюсь честно, я моргнула, поэтому не видела, что он сделал, но сосна заскрипела и немного просела на удерживающих её ветвях. Затем Логин сделал шаг в сторону и вдвинул меч в ножны. Эм… в каком это смысле, вдвинул? А он его разве выдвигал, чтобы вдвинуть? Он же за него даже не брался до этого. В смысле за рукоять. Так то он держал его левой рукой за середину ножен… Поток моих мыслей прервал кусок бревна, выпавший из ствола чуть в стороне от того места, где стоял мой спутник. То есть просто часть ствола длинной в полметра с гладкими, как стекло, срезами справа и слева.

– Э?! Это как? – вытаращилась на Логина я.

– Что как? – изобразил непонимание он.

– Как ты это сделал? Как перерубил это бревнище? Чем?!

– Вот этим, – приподнял он ножны с мечом. – Вот так, – снова вдвинул он клинок в эти ножны, а от бревна отвалилось ещё одно полуметровое полено. Причём клинок был выдвинут до начала его движения всего на пару пальцев. Эм, точнее в тот момент, когда я увидела, что Логин берётся за рукоять. Как он его выдвигал, мне снова заметить не удалось.

– Но бревно!.. Оно же… как?!! – мысли мои окончательно сбились и перепутались.

– Ну, как тебе сказать, – хитро прищурился мой спутник. – Тебе ведь рассказывали, что Граф Д'Арнолис – великий воин? – я молча кивнула. – Так чему тогда удивляешься?

– То есть ты… и правда…

– Блин, ты бы видела сейчас выражение своего лица, – расплылся в шкодливой улыбке он. – Фишка в мече, – перешёл мой спутник на нормальный тон. – Это митриловый клинок.

– Митриловый? – нахмурилась я. – Как тот щит, да?

– Именно, – подтвердил он, медленно вынимая из ножен абсолютно белый клинок и вкладывая его рукоять в мою руку. – Можешь сама попробовать. Только осторожно, он очень острый! – я с интересом разглядывала оружие. Белый металл, красивая форма, очень легкий, словно даже не алюминиевый, а вообще пластмассовый. Я примерилась и рубанула по бревну, которого оставалось ещё изрядно.

В следующий миг кусок бревна упал на землю, а мою руку перехватил Логин.

– Знаешь, с двумя ногами ты симпатичнее, чем была бы с одной, – со значением сказал он и взглядом указал вниз, на то, что меч остановился всего в паре сантиметров от моей же ноги. И если бы мой спутник не перехватил мою руку, то я и правда отрубила бы себе ногу!

Рука задрожала от осознания только что прошедшей совсем рядом беды. Пальцы разжались, и меч выпал. Ткнулся в землю кончиком, вошёл в неё ладони на полторы, а потом начал заваливаться. И опять же на мою ногу.

Я отпрыгнула, а меч оказался в руке своего хозяина.

– Держи от меня подальше этот ужас! – нервно потребовала от него я.

– Как скажешь, – улыбнулся парень, вдвигая меч в ножны. Упал на землю ещё один полуметровый кусок бревна. А я снова не заметила, как он успел нанести удар. Может не совсем он и шутил, и дело не только в мече? Или даже не столько в мече?

– А откуда он у тебя? – заинтересовалась я. – Хотя нет, постой, сама угадаю: от того же эльфа, у которого ты щит продырявил? Верно?

– В общих чертах, – уклончиво отозвался он. – Ладно, пойду путь дорасчищу, можешь пока в карете подождать, – в следующий момент он снова вдвинул клинок в ножны и передал мне его вместе с ножнами, а за спиной его оставшийся кусок бревна развалился на одинаковые полуметровые пеньки до самого края леса. Я заторможено приняла оружие. Логин же снял рубашку и тоже передал мне. Затем развернулся к пенькам и принялся их убирать. Он легко подхватывал их после чего кидал на обочину. Меньше пяти минут работы, и дорога свободна… но какое же у этого парня тело! Когда он подхватывал и поднимал очередной пенёк, даже не хочу представлять сколько весящий, но явно больше двадцати килограмм, вся его мускулатура очерчивалась, словно в анатомическом атласе. И там было на что посмотреть!

Потом он отряхнулся, вернул рубашку на место, взял свой меч и уселся обратно в карету. Я пристроилась рядом. Кучер залез на козы, и мы тронулись в дальнейший путь.

Глава 9

Море открылось нашим глазам как-то внезапно. Вот только что было поле и небо, а теперь ещё и море. Плещется. Где-то очень сильно внизу, под ногами.

Мы стояли с моим спутником на берегу, который резко обрывался в море. И обрыв этот был очень высокий, скалистый, почти отвесный. Тянулся он в обе стороны насколько хватало взгляда. У подножия волны мерно лизали камень. От этого вида просто захватывало дух.

Я слышала, что где-то в Британии есть подобные этому места. Но слышать, видеть по телевизору или на картинках, это одно. А оказаться в таком месте самой – это совсем другое. Мне не хватит слов чтобы описать те чувства, которые я испытывала, стоя на краю того обрыва рядом с держащим меня за руку Логиным и глядя в даль, вниз, на волны, на скалы… Это не передать словами. Это невероятный опыт и невероятные впечатления. Запоминается на всю жизнь. Пусть это и был только сон. Не важно. Это чувство останется со мной до самой моей смерти.

В сравнении с этим посещение небольшого портового города под названием Норд было блеклым и смазанным, запомнилось плохо. Город был большой, но какой-то серый и неуютный.

Пробыли мы в нём недолго. Всего пару дней. Остановились в коронной гостинице, здесь она называлась «Королевский осьминог». Прошлись по достопримечательностям. Арендовали рыболовецкую лодку, на которой совершили несколько морских прогулок под парусом. Логин, оказалось, весьма неплохо умеет с таким суденышком управляться.

Погода испортилась к середине второго дня. Солнце скрылось, подул холодный влажный ветер. Город стал ещё неуютней, чем был. Мы засобирались обратно. А море… ну а что море? Оно же не зря называется Северным. Дальней своей частью оно выходит в океан, являющийся местным аналогом нашего Ледовитого. Так что вода в этом море холодная.

Да, оно богато рыбой, оно соединяет морскими путями Вексен, Вольные Княжества с Вольными Баронствами и Урским Королевством, даже имеет северный морской путь в Рейскую Империю и Грогант, но… Я цветочек теплолюбивый, мне нравится греть свою попу на ласковом солнышке на золотом пляже, а не оскальзываться на мокрых камнях под ледяными брызгами и пронизывающим ветром.

Так что уже следующим утром наша карета двигалась обратно на юг, к теплу, к солнцу, к столице и в перспективе к морю, но уже не Северному, а Тёплому.

Логин, он… странный. Нет, ничего в дурном смысле этого слова. Тут другое. Его реакции.

Я ведь знаю, что рядом со мной мужчина, проживший больше пятисот лет. Знаю это точно. Никто из тех, от кого получены эти сведенья, врать бы не стал. Вообще информация эта относится чуть ли не к разряду общеизвестной. То есть я знаю, что ему пятьсот лет. Знаю! Но я не вижу этого!

Передо мной пацан, мой ровесник. И никак иначе. ТАК играть невозможно! Ну, пусть чуть более спокойный и до тучи всего умеющий, но… он так искренне краснеет, так стесняется взять меня за ручку, не говоря уж о том, чтобы поцеловать… И так во всём остальном. Он везде, в любых обстоятельствах, как рыба в воде: и в лесу, и в море, и в городе, и на рынке, всё умеет, всё знает, но при этом такой наивный… Его при мне раза три на деньги развели. Притом настолько прозрачно и очевидно, что даже мне, ни в зуб ногой в местной жизни, очевидно, а он так искренне удивлялся каждый раз, как я ему на это глаза открывала. Нет, я конечно понимаю, что он целый Граф, у него денег куры не клюют, и медяки считать ему не по рангу. Но ведь, есть у меня подозрение, что его и по-крупному дурят! Его же управляющие, к примеру (видела я их хитрющие морды). Ну как так можно, а? Да он меч свой митриловый дважды при мне чуть ли не терял (один раз в ресторане забыл, другой раз на той самой рыбацкой лодке, и оба раза ему этот меч с поклонами и извинениями приносили), а ведь этот меч, если измерять его деньгами, как половина его графства стоит, а если реальным его весом, то это же всё равно что ядерную боеголовку потерять!

Ужас! Как он такой вообще эти пятьсот лет прожил? Может я просто не знаю чего-то? Например того, почему его так боятся? Или того, почему его до сих пор не прикончили? Подозреваю, что желающих на это дело с пол-Континента наберётся. А уж способов при его наивности, рассеянности и самоуверенности, можно изыскать тысячи.

А раз уж он «мой рояль», и от его выживания с благополучием напрямую зависят выживание с благополучием мои, то этот вопрос меня беспокоит. И чем больше я Логина узнаю, тем сильнее.

– У меня вопрос, – решила не мучиться окольными путями и косвенными расспросами я, к середине первого дня обратного пути нашего.

– Задавай, – пожал плечами он.

– Как ты умудрился столько прожить?

– В каком смысле «как?», я же объяснял уже, что попаданцы не стареют, – недоуменно вскинул брови Логин.

– Это я помню прекрасно, – отмахнулась я. – Как тебя ещё не убили? Ты же совершенно не приспособлен к жизни! Ты же наивный, как чукотский юноша и рассеянный, как герой Маршака! Как ты умудрился выжить? Почему тебя до сих пор не прирезали за золотую монетку, которыми ты соришь, словно шелухой от семечек, в какой-нибудь подворотне?!

– Эм… – даже как-то потерялся от моего напора он.

– Так почему? Почему ты жив? Про ВЕЛИКИЙ ХИТРЫЙ ПЛАН можешь не заливать – тебя вокруг пальца трёхлетний пацан обведёт.

– Ну… я везучий? – предположил он. Точнее не предположил, а скорее уж предложил для обсуждения вариант.

– Не настолько же! Любое везение хоть один раз на тысячу, но даёт осечку. В твоём же случае любой сбой был бы смертельным. Так что не катит, – отвергла этот вариант я.

– Ну… я сильный, – снова предложил вариант ответа он.

– Это ты сейчас «сильный», хотя на любую силу найдётся кто-то сильней или коварней, как говорится «на любую гайку…». Но попал-то ты обычным студентом! Не успел бы ты дожить до «силы». Раньше бы прикопали.

– Ну… значит я просто живучий, – «сдался» он. – Как чернобльский таракан переевший сыворотки суперсолдата и выросший на Криптоне и плевать хотевший как на криптонит, красное солнце, так и на магию-шмагию. Ну, или как Кащей Бессмертный, проглотивший свою иголку вместе с сундуком, уткой и зайцем.

– Э?! – настал черёд удивляться уже мне.

– Или как Дункан Маклауд, заимевший скелет и способности Росомахи… эм, в грубом приближении. Очень грубом.

– То есть? Что ты этим хочешь сказать?

– Только то, что я живучий. Многие пытались меня убить, но ещё ни у кого не получилось. А я на этом «прокачался». И теперь тот, кто меня обманет, кто бы он ни был, никогда не сможет спать спокойно, так как будет помнить: рано или поздно, через год, через два, через десять или сто лет правда всё равно вылезет наружу, а наши пути однажды могут пересечься снова… И надеяться на то, что я до этого момента не доживу – глупо. Именно поэтому я не парюсь. Меня не заботит чужая ложь и попытки меня использовать или «поиметь». Они всё равно ничего не смогут мне сделать. А я им – могу. Но обычно не считаю нужным. Вот и весь секрет. «Носорог подслеповат, но при его массе это уже не его проблемы». Как-то так.

– Вообще нельзя убить? – недоверчиво уточнила я.

– Вообще, – как само собой разумеющееся подтвердил он. Как истину, которая известна даже детям. И ни крупицы сомнения… Или он Великий Мастер-Лжец, или е… блаженный. Угораздило же связаться!

– То есть совсем?

– То есть абсолютно. Я во взрыве Хаоса в Мире Порядка выжил. В самом его эпицентре. И из Межмирового Хаоса вылезти сумел. Не говоря уж о десяти прямых попаданиях метеорита в голову. Кто сможет придумать что-то более убойное?

– Прямо в голову? – уточнила я то, что из сказанного им было мне наиболее понятно.

– Эм… ну в голову он точно попал… – чуть нахмурился и поёжился от воспоминаний о «приятных» ощущениях Логин.

– Десять раз?

– Угу.

– Так ты не живучий. Ты ёбнутый. Десять раз по голове! Разумом скорбный… Пиздобол, в общем, – сделал вывод из всей его экспрессии я.

– Эм… в таком свете я свою биографию как-то не рассматривал, – серьёзно задумался над моими словами Логин. – Нет, Алекс мне на что-то в этом роде намекал конечно, но я как-то не придал значения… Что ж, тогда примем за основную гипотезу: везучесть плюс сила. На первых парах везло, а потом «накачался» так, что теперь захочешь обломать, не обломаешь. Правдоподобно?

– Не очень, – призналась я.

– Ну, другие версии тебе все равно не нравятся, – развёл руками он.

– Не хочешь говорить, значит, – сделала для себя вывод я. – Не доверяешь, значит?

– Эм… скорее уж не хочу рисоваться, – почесал кончик носа и отвёл взгляд в сторону он.

– А есть чем? – хмыкнула я, выводя его на классическое «слабо».

– Да так, – вообще отвернулся он и уставился в окно. – Не важно в общем. Ты можешь не беспокоиться: в ближайшие годы смерть мне точно не грозит, так что одна, без поддержки ты в этом мире не останешься.

– Хотелось бы надеяться, – вздохнула я, понимая, что вот сейчас он «упёрся рогом» и разговорить его на данную тему уже не получится. А жаль.

***

Ночёвка в лесу. Точнее не в самом лесу, а на удобной расчищенной поляне, на холме возле небольшой лесной речушки, у подножия которого в овражке бил холодный и до звона прозрачный ключ.

Мы останавливались здесь уже второй раз: сначала, когда ехали в Норд, и вот теперь, когда едем обратно. Как именно наша ночёвка организовывалась? Довольно просто: в самой карете одно из диванчиков-сидений раскладывается на манер земных диванов-раскладушек. Тот прогал, что между двумя сиденьями, перекрывался, и «внутренность» кареты превращалась в одну большую кровать, к которой даже постельное бельё в комплекте имелось с подушкой и одеялом.

Кучер спал возле лошадей: расстилал что-то вроде земного туристического коврика, сверху раскручивал спальник, под голову клал какой-то мешок.

А Логин… он ночевал у костра. Не знаю даже, спал он вообще или нет, но каких-либо специальных приготовлений ко сну он не делал. Просто сидел на подтащенной к костру колоде и палочкой ковырял угли.

– Может уже прекратишь ерундой страдать и просто присоединишься ко мне в карете? Тут широко, места на двоих с запасом хватит. Обещаю: приставать не буду, – вздохнула я. Мы в этот момент оба сидели возле костра. Ужин уже закончился, но в сон ещё не клонило. Да и звёзды над головой были необычайно красивы.

– Зато я подобного обещать не стану, – притворно-хищно осклабился он.

– Отобьюсь как-нибудь, – отмахнулась я с изрядной долей легкомысленности. – Серьёзно, чего ты фигнёй маешься?

– Есть как минимум одно обстоятельство, которое ты упускаешь из виду, – вздохнул мой спутник и снова поковырял угли палкой. – И оно не относится к моралистической стороне дела.

– И какое же?

– Мы путешествуем без охраны и сопровождения. При этом находимся посреди дикого леса. Ночью. Ни на какие мысли не наводит? – поднял взгляд на меня он.

– Дикие звери? – предположила я.

– И они тоже, – кивнул мой спутник. – В этом мире много опасностей.

– И чем ты поможешь, сидя в одиночку у костра?

– Тем, что успею среагировать на появление любого ночного гостя, – пожал плечами он.

– И надолго тебя в таком бессонном режиме хватит?

– На столько, насколько потребуется, – ответил Логин. – Я долго могу не спать. К тому же этого и не требуется: у меня есть прекрасная возможность подремать днём во время движения. Рессоры у кареты хорошие, трясёт не сильно. Это тебе не в седле целый день трястись.

– Вот оно как, значит, – задумалась уже я. В чем-то парень был безусловно прав: беспечность проявлять опасно и глупо. Но не спать ночи на пролёт… – А почему тогда ты не нанял эту самую охрану? Да просто не взял с собой пару воинов из тех, кто прибыл к тебе в Нозер? Они выглядели довольно внушительно.

– Ещё и за ними присматривать? – фыркнул Логин. – Нет уж, я в отпуске. Мне лень. Поэтому нанял кучера, который будет сидеть на козлах и ухаживать за лошадьми, дабы не заниматься этим самому, и не нанял охрану, дабы в случае опасности приглядывать только за двумя людьми, а не за целой аравой.

– Ты так дико самоуверен, – настала очередь фыркать уже мне.

– Блин, Мария, это уже начинает утомлять. Давай я тебе «на пальцах» объясню градацию силы воинов этого мира, что бы ты больше такими глупостями не страдала?

– Ну объясни, – нахмурилась я, несколько обидевшись на «глупости».

– Эта градация очень похожа на систему из одной дурацкой анимэшки. Подозреваю, что и взята она из неё же кем-то из попаданцев, а уже после стала более-менее общепринятой. Так вот в ней пять рангов, от «Е» до «А» соответственно. При этом Е-ранг имеют обычные воины-пехотинцы, городские стражники, новички наёмники и авантюристы. Ранг D имеют уже ветераны, прошедшие не одну битву и умудрившиеся в них выжить, воины из элитных войсковых частей, разведчики, опытные егеря. С-ранг это уже элита элит войсковых соединений, матёрые, жизнь посвятившие войне наёмники, авантюристы, рядовые воины орков, тёмных и светлых эльфов. Ранг B – это мастера боевых искусств, элита воинов эльфов, орков, вампиры и оборотни. Воины А-ранга… Короче один воин D-ранга может в прямом столкновении отбиться от десяти-пятнадцати воинов Е-ранга. Один воин С-ранга отобьётся от десятка «дэшек» и положит сотню-полторы «ешек». Воин B-ранга выживет в бою против ста «цешек» и разгонит тысячу-полторы «дэшек», при этом «ешки» ему не страшны ни в каком количестве. Он будет крошить их, пока не начнёт уставать, а потом просто убежит или спрячется, отдохнёт и продолжит убивать дальше, пока не кончаться или не разбегутся все враги. Воин А-ранга… может в одиночку уничтожить город. Или армию. Закидать «мясом» его уже невозможно. Количество противников для него значения уже не имеет. Остановить «ашку» может только другая «ашка». Или две «ашки». Или маг. Уровня не меньше высшего.

– Занятная система… – прикинула я. И что-то мне совсем не хотелось повстречать на пути никого из перечисленных им монстров. Ну, разве что «ешки» или «дэшки» не вызывали такого уж трепета, всё же стражников городских и солдат я уже видела. – А у тебя ранг какой по этой системе?

– «S», – ответил Логин.

– «S»? – удивилась я. – Что это за «S» такое? Ты же сказал, что есть ранги только от «A» до «E»?

– «S» – это все, для кого ранг «A», это слишком мало. Так сказать «ранг вне рангов». Легендарные воины, легендарные чудовища, некоторые драконы, Мао, Старейшины вампирских кланов… «Эсок» совсем немного. И они уже не воюют. Им не с кем. Разве что друг с другом, но тогда их бой может стереть с лица земли целые города, до неузнаваемости поменять рельеф целого региона.

– И ты – один из них? Из этих легендарных чудовищ?

– Да.

– Брешешь.

– Думай, что хочешь, – пожал плечами Логин и снова перевёл взгляд на угли, которые принялся ковырять своей палкой.

– То есть, ты можешь уничтожить целый город? – не оставила своих попыток я. Он лишь пожал плечами и тяжело, совсем не весело вздохнул. При этом взгляд его стал очень тяжёлым. Причём «тяжесть» этого взгляда я ощущала даже при том, что направлен он был не на меня. – То есть, с медведем, если вдруг что, ты один справишься? – скепсис меня буквально переполнял. А гад этот продолжал молчать. Только грудь потёр, словно вспоминая что-то.

– Ну и хрен с тобой. Пойду спать. Учти, я предлагала тебе место, ты сам отказался! – обидевшись, встала и ушла к карете я.

***

Глава 10

***

Карета снова остановилась внезапно. То есть, для обеда было ещё рано, а «ноги размять» мы выходили совсем недавно. Да и остановилось наше транспортное средство слишком резко.

С меня спала дрёма и я вскинулась, недоуменно крутя головой по сторонам.

- Что? Что случилось? Почему остановка? – спросила у своего спутника, совершенно спокойно продолжавшего сидеть рядом, я.

- Ничего особенного, - лениво пожал плечами он. – Обычное средневековое лесное ограбление. Сиди спокойно и не дёргайся.

- Но…

- Просто, сиди смирно и помалкивай, - велел он уже настойчивее. – Я обо всём позабочусь. Просто, не мешай и не мешайся. Хорошо? – чуть смягчил свой тон он.

- Ладно, - ответила я, впрочем, совершенно не успокоенная его словами: это же ограбление! Нас хотят ограбить! Кругом лес, нас здесь всего трое, и у нас с собой полно денег! Настолько много, что свидетелей точно никто оставлять не будет, да и… я – девушка! Мужчин-то просто убьют, а меня…

Панические мысли захлёстывали всё сильней и сильней, в то время, как уши мои улавливали шумные шаги множества людей за окнами. Да что там шаги! Я слышала голоса, грубые фразочки, мат, скабрезные шуточки, угрозы кучеру и его ответ.

- Ребят, я только кучер! Оружия у меня нет. Денег тоже. Бежать не собираюсь. Вы меня не трогайте пока. Сначала с пассажиром поговорите, - так и представлялось в моей голове картинка, как он поднимает перед собой руки, сдаваясь даже без попытки сопротивления.

- Поговорим-поговорим! Не беспокойся! – раздался ехидный ответ, за которым последовал довольный дебильный гогот.

А мой спутник, который этого всего никак не мог не слышать, продолжал совершенно спокойно сидеть диванчике рядом со мной, откинувшись спиной на стенку кареты. Он даже за рукоять своего страшного меча не взялся! Так и продолжал придерживать ножны с ним возле своей согнутой ноги левой рукой. Зато правую положил на колено.

Внезапно дверь с его стороны распахнулась, и моим глазам предстал… бандит. Страшная бородатая рожа со шрамом, пересекавшим видимую из-под бороды часть щеки, широченные плечи, высокий рост, кулак с половину моей головы, в котором зажато древко копья с угрожающе ржавым наконечником. Спутанные растрёпанные волосы, отвратительная ухмылка… и запах классического бомжа.

Бандит распахнул дверь, сунулся внутрь, увидел меня, расплылся в гадкой, просто отвратительной усмешке, которая перекосила его шрамированную физиономию ещё больше. Он потянулся внутрь, но наткнулся на колено моего спутника, перевёл глаза на него. На его спокойное и даже сонное лицо и нахмурился в непонимании. Перевёл взгляд на торчащую над коленом рукоять меча – нахмурился сильнее.

Мой спутник посмотрел на бандита и побарабанил пальцами правой руки, свободной от меча по своей ноге, безмолвно привлекая внимание к этим пальцам, которые замерли, явив взгляду бугая перстень.

Бугай нахмурился, присмотрелся и… взгляд его застыл. Улыбка сползла с лица. Рот открылся, но слов из него так и не вышло. Создавалось впечатление, что горло его перехватило ужасом. Лицо стремительно бледнело. Бандит выронил копьё и сделал нерешительный шаг назад. Потом ещё один, потеснив-оттолкнув кого-то из своих подельников, кто ранее тоже пытался поскорей заглянуть внутрь кареты.

Мой спутник, убедившись, что эффект достигнут, неторопливо поднялся с диванчика и вышел из кареты, спустившись по её ступенькам. Он встал возле неё, выпрямился и повёл головой вправо-влево, показательно и даже показушно разминая шею.

Я наклонилась, чтобы лучше видеть всё, что происходит снаружи через оставшуюся распахнутой дверь. И то, что я видела, мне не то, что не нравилось, не успокаивало, а наоборот – приводило в ужас!

Бандитов перед каретой нашей собралось не меньше десятка! И все такие же здоровенные, бородатые, страшные, вооружённые копьями, топорами, луками. Даже один арбалет был. И этот арбалет был нацелен точно в грудь Логину. Как и стрелы лучников.

Десять! Десять страшных крепких вооружённых мужиков! Вонючих и имевших откровенно бандитскую внешность. А Логин – один. «Метр с кепкой в прыжке», худой, если не сказать тощий, с одним своим коротким мечом, что раза в два уступал по длине любому из наставленных на него копий.

Да будь он даже сам Брюс Ли или Чак Норис, от десяти здоровенных мужиков ему не отбиться! Притом, что здесь не кино! Здесь реальная жизнь, в которой любого «Чака» просто зажмут и задавят массой.

- Г-г-граф… - выдохнул первый из бандитов, что отступил ещё на два шага и был, по виду, готов улепётывать без оглядки, дай ему только повод. Но вот остальные… почему-то тоже начинали бледнеть.

Вдруг раздался резкий щелчок-хлопок, привлекший моё внимание – это арбалетчик спустил тетиву своего оружия, и стрела сорвалась с ложа арбалета. Я невольно вскрикнула, представив, как она впивается в защищённую только тонкой шёлковой рубашкой грудь моего спутника, понимая, что всё! Моя сказка кончилась, и сон превращается в беспросветный хоррор-кошмар. Что Логин сейчас упадёт, через его тело перешагнут и полезут ко мне…

Вот только Логин почему-то не падал. И бандиты не двигались. Падать почему-то стало их оружие.

А спустя ещё пару секунд и сами бандиты принялись опускаться на колени, бледные до зелени и с трясущимися губами.

- Не губи, Твоя Светлость! – просительно сложив перед собой руки, истово взмолился тот бандит, который выглядел внушительнее всех других, на нём ещё какой-никакой кожаный доспех надет был, с железными наплечниками и наручами. А возле ног лежал сейчас грозного вида боевой топор. – Падший нас попутал! Мы больше никогда! Ни за что!..

- Понятное дело: никогда, - спокойно сказал мой спутник и бросил короткую толстую стрелу с тяжёлым гранёным наконечником на землю сбоку от себя. А по штанам стоящего на коленях бугая в кожаном нагруднике начало очень быстро увеличиваться и расширяться тёмное мокрое пятно. – Ещё на моей земле бандитов не было… И не будет.

- Не губи! Отец родной!.. Что угодно для тебя сделаем! Ноги твои целовать будем! Не губи!.. – запричитал тот и пополз на коленях к ногам моего спутника. Не дополз. Логин вмазал ему ногой по голове, отбросив и вырубив. Тело бандита рухнуло в дорожную пыль, не издав ни звука. А мой спутник скривился, сплюнул в его сторону, потом прошёл мимо застывших на коленях людей туда, где я уже не могла видеть его из кареты. Затем раздался уже знакомый мне звук вдвигания клинка в ножны и стук падающих на утрамбованную землю просёлочной дороги брёвен.

- Расчищайте дорогу! – послышался приказ Логина, и бандиты тут же повскакивали со своих мест, позабыв про оставшееся валяться оружие. Они побежали вперёд, туда, куда до этого ушёл мой спутник.

Я не утерпела. Просто не смогла остаться в карете, когда тут такое происходит. Вылезла, чтобы успеть увидеть, как бородатые бугаи, пыхтя и обливаясь потом, потрое - почетверо пытаются поднимать и тащить пни… которые, на мой взгляд, были, вроде бы, даже поменьше тех, какие несколько дней назад легко и не напрягаясь выкидывал с дороги Логин.

У этих не получалось их даже поднять. Только катить. Да и то не быстро, так как сучки цеплялись за землю и не давали им разогнаться. При этом, нельзя сказать, что мужики не старались. Нет, они пыхтели, кряхтели, упирались, напрягались и буквально жилы рвали, лишь бы только выполнить приказ побыстрее. Некоторые усирались… причём, в прямом смысле слова – в воздухе стоял характерный резкий неприятный запах, который не терялся даже на фоне их натуральной бомжацкой вони.

Выглядело это всё… неприятно.

Минут двадцать им понадобилось на растаскивание всех нарубленных Логином пней.

- Даю вам шанс, - произнёс все эти двадцать минут стоявший молча мой спутник. – Я еду в Нозер. Буду там через полдня. В Нозере Мурат, которому я обязательно про вас расскажу. Знаете Мурата? – спросил он. Ответом ему стали бледность и судорожные кивки. – Вы – это его косяк. И я с него за этот косяк непременно спрошу, - запах дерьма в воздухе заметно усилился, а цвет лиц бандитов сравнялся уже с цветом писчей бумаги. – В общем, у вас где-то день на то, чтобы успеть убраться из моего Графства. Успеете – ваше счастье. Нет… ну, не я вас заставлял на дорогу с оружием выходить. Поехали! – крикнул он кучеру, подсаживая меня и сам забираясь в карету. Дверь захлопывал он уже на ходу.

- Кто такой Мурат? – минут через двадцать езды собралась с духом и спросила я.

- Командир Графской стражи, - спокойно ответил Логин. – Отлов всяких бандитов и грабителей – это его прямая обязанность. Совсем «мышей не ловит». Ну я ему!.. – сжал руку в кулак и нахмурился мой спутник. – А, если бы это не мы были? А какой-нибудь купец? Ну я ему!

- Да ладно, не кипятись, - положила свою ладонь на его руку я. Хотя, если быть честной, полностью разделяла это его негодование. Правда, не по поводу какого-то там гипотетического «купца», который мог встретить этих… этих… страхолюд. Купцы, кстати, если что, без охраны не ездят! Без серьёзной охраны. И там ещё кто его знает, кто бы кого. А по поводу нас!

- А, если б они не испугались? – не смогла удержать в себе вопрос и произнесла его вслух я. – Если б они не испугались твоего этого перстня и статуса? Если б кинулись? Их десять!

- На самом деле, шестнадцать, - поправил меня Логин. – Шестеро в кустах сидели, не показываясь.

- Тем более!! Шестнадцать! А ты – один! – начинала набирать обороты моя истерика, которую я уже не могла, да и не хотела контролировать. Мне ведь было по-настоящему страшно! Так страшно, как ещё никогда в жизни не было. – А, если б они тебя убили?! Они бы меня… меня… - мои кулачки уже вовсю стучали по его не самой широкой груди, а голос срывался на крик.

Он не защищался. Не оправдывался. Терпел. А потом просто обнял двумя своими руками и прижал к себе, к той самой груди, в которую я только что била своими кулачишками. Обнял, прижал.

- Чщщщ, чщщ, чщщ… - шептал он. – Всё уже хорошо. Всё хорошо, всё позади. Мы в безопасности. Тебя никто не тронет, - тихо говорил Логин, а из глаз моих брызнули слёзы. Из груди начали вырываться рыдания. Я уткнулась лицом в его грудь, вцепилась пальцами в его рубашку и плакала, как девчонка, выплакивая, выливая из себя свой ранее испытанный страх и стресс. – А, если б они тебя убили, дурак… - между всхлипами продолжала бормотать я. – А если б убили…

***

К городу мы подъехали, как и было запланировано, к вечеру, где-то за полчаса до заката. Въехали в ворота без особой помпы. Не было ни фанфар, ни красных дорожек. Но вот в холле гостиницы нас уже ждали всё те же знакомые уже лица военных и чиновников.

Логин вошёл в холл, кивнул портье и молча махнул остальным рукой. Лицо его при этом было злое, решительное и мрачное. Мы с ним поднялись по лестнице во всё тот же свой прежний номер. Ожидающие поднялись следом за нами.

- Мурата ко мне! – единственное, что бросил им мой спутник, ногой распахнувший дверь в свою комнату и решительно, даже не оборачиваясь, вошедший в неё.

Муратом оказался… детина за метр девяносто ростом, мускулистый, звероватый, черноволосый и… страшный. Веяло от него чем-то животным, первобытным, жутким. Одет он был в сталь и кожу, на поясе носил здоровенный меч.

Вот только в комнату, вслед за Логиным, вошёл он, сжавшись, ссутулившись и, как бы, поджав хвост. Обязательно поджал бы, если бы он у него был.

- Дверь закрой, - услышали все присутствовавшие короткую фразу Логина. После чего дверь действительно закрылась. И больше ничего не было слышно. Совсем ничего. Да оно и не удивительно – номер-то Люксовый, звукоизоляция на высоте.

Минут через пять, дверь распахнулась. Из неё вылетел встрёпанный, ошалелый, злой, как черт и такой же страшный Мурат. Он охватил стоящих людей своим шалым взглядом, ничего никому не сказал и лосём во время гона вылетел из номера, а после прогрохотал сапогами вниз по лестнице.

Следом за ним неторопливо и спокойно вышел сам Логин, от чего-то оттирающий костяшки правой руки белым шёлковым платком. От чего-то красного…

- Полового позовите, - велел Логин. – Пусть приберётся, - потом обвёл глазами присутствующих и так же спокойно добавил. – Все, вон.

Повторять они себя не заставили. Выметались все эти важные и суровые господа… спеша, толкаясь и чуть не вынеся плечами дверь. Десяти секунд не прошло, как никого уже в номере не было. Кроме Логина и меня, естественно.

- Ну что? Пошли, поужинаем? – спросил он, скомкав и бросив платок куда-то в свою комнату, после чего закрыл в неё дверь. Подставил согнутую руку и с улыбкой показал глазами на дверь.

Я ждать и повторять его заставлять не стала. Подошла, положила свою руку на сгиб его локтя и кивнула. После чего мы тоже покинули номер, направившись в пригостиничный ресторан на ужин.

***