Оружие массового раздражения
Пролог
Сентябрь 2021 года
Ну почему так всегда бывает? Только-только привыкнешь к одному месту, как тебе по тайным каналам приходит сигнал от твоего начальства: брось всё, оставь как есть и уезжай туда, куда мы тебе говорим, делай то, что мы тебе говорим, если не можешь или не хочешь – можешь умереть! Но даже умереть ты можешь только после того, как выполнил все задачи руководства.
За прошедшие с моего переселения три года, мне уже начал нравиться этот небольшой, сорок тысяч жителей, городок, затерянный на Среднерусской возвышенности. Надо признать, что за это время многое поменялось. И сейчас он уже не был похож на тот заштатный серый уездный город, который встречал меня тогда - отстранённого от всех дел и отправленного начальством в бессрочный отпуск секретного агента.
После завершения учебы в Академии и активного начала своей самостоятельной оперативной деятельности на службе в нашей Организации продолжительностью почти год, мне, вдруг, внезапно, в силу определенных причин, выпал трехгодичный перерыв в работе, который, к сожалению, пришлось провести вдали от моря, без выезда за пределы страны. Да что там страны? В областном центре за это время удалось побывать всего только пару раз.
Казалось бы: тоска и мука? Нет. Ничуть не бывало. Зная и понимая, как всё устроено в нашей службе, я и мне подобные, умеем наслаждаться каждой минутой отдыха. Даже если ты полон сил и желания совершать новые подвиги, и даже если кому-то и покажется, что место, в котором этот отдых выпал, далеко от идеала.
Хотя… Это ещё смотря что называть отдыхом. Для начала надо придумать легенду своего обоснованного появления в назначенном для проживания населенном пункте, потом, в соответствии с этой легендой, легализоваться, то есть найти жильё, работу, обзавестись кругом друзей (не очень широким, но и не слишком узким, чтобы не привлекать ненужного внимания), придумать, как проводить своё свободное время, чтобы круг общения не увеличивался, как объяснить новым знакомым, почему у тебя нет страничек в соцсетях, завести интрижку, но не очень продолжительную, чтобы, опять же, ничем не отличаться от окружающих тебя людей. Работать на предприятии не лучше и не хуже всех, желательно в сфере производства, потому что сфера услуг, опять же, подразумевает увеличенное количество контактов с людьми, относительно работы в каком – нибудь цеху по производству ксеноновых фар для тюнинга отечественных автомобилей, где и было мое рабочее место.
И всё это, всё что обычные люди называют жизнью, необходимо ещё обеспечивать контрразведывательными мероприятиями: проверка на предмет слежки техническими устройствами и наружного наблюдения с запоминанием лиц, автомобилей, встречающихся в течение дня, недели, месяца, внезапное изменение маршрута, с контролем обстановки для уверенности, что, никто не последовал за тобой, также неаргументированно изменив свой путь.
А еще проверка всеми доступными способами новых лиц, появившихся в твоем круге общения, периодическая смена телефонного аппарата и номера, проверка камер наблюдения и скрытых микрофонов, стоящих на страже твоего жилища, поддержание хороших отношений с соседями, которые всегда могут рассказать, а не интересовался ли никто из посторонних твоей скромной персоной. И с участковым тоже дружба нужна, он-то точно лучше всех знает, что в его районе происходит, поэтому, как повод для знакомства, пришлось купить втридорога соседний от него гараж.
И, при всем, при этом, необходимость соответствовать во всем именно той легенде, которую ты выбрал. То есть ты должен разговаривать, жестикулировать, артикулировать, ходить, есть, пить, спать и дышать всегда одинаково, и всегда к месту. Ну не может, к примеру, кондуктор трамвая ходить на работу в настоящих кроссовках Prada и часах Ulisse Nardin, не вызвав вопросов к своей персоне в связи с несоответствием образа общепринятому стандарту. Также и ты не можешь, хоть на мгновение, выпасть из созданного тобой образа без угрозы провала.
А ещё у меня была запасная легенда. С совсем другим местом жительства в этом же городе, другими привычками, другой биографией и, что уж там, с совсем другим внешним видом. И легенду эту необходимо тоже было поддерживать не менее качественно, чем основную, находить время, аргументировать свое отсутствие по основному месту пребывания. А может даже и более качественно поддерживать. Потому что эта легенда резервная, запасной вариант при разоблачении основной легенды. И она должна сохраниться и не вызывать подозрений, и уж, тем более, не вывести на твой след после того, как основная легенда прекратит своё существование вследствие провала.
Любой нормальный человек скажет: ну его, такой отпуск, мне турецкий отель подавай с полным «ол-инклюзивом». Но я вам скажу так, что всё вышеперечисленное это всё ерунда, по сравнению с теми временами, когда ты находишься на выполнении боевого задания, полученного от своего руководства таким тоном, который даже чисто гипотетически не подразумевает возможность его не выполнить.
А здесь же у меня задание было только одно. Ежедневно посещать одну из групп в соцсетях. Группа не отраслевая, группа новостная, аналитическая. Контент интересный, но специфический, не имеющий массовой целевой аудитории и с количеством подписчиков, колеблющемся в районе двадцати тысяч человек.
Посещать эту группу мне надо было только с одной целью — это была моя единственная, односторонняя «от них ко мне», связь с командованием, которое, казалось, про меня забыло. Но так казалось только до сегодняшнего дня.
Статья малоизвестного политолога, ссылка на которую была размещена среди остального немногочисленного контента, разом прекратила мой отпуск. Содержание статьи было малоинтересным, но сам факт ее публикации и несколько, заранее известных мне фраз в ней, предписывали прочитавшему, то есть снова мне, в течение двенадцати часов появиться в столице нашей родины для получения нового задания. С этого момента были активизированы боевые протоколы, которые всегда запускались при смене места пребывания агента. Давно придуманная причина исчезновения из жизни окружающих была до них доведена незамедлительно, изъяты из тайника новые «чистые» документы, произведена смена внешности, одежды, мобильного телефона, сняты с дежурства и частично спрятаны в тайник, а частично утилизированы средства наблюдения и прослушки, дистанционного контроля. Одним словом, был произведен тот комплекс мероприятий, который и должен был быть произведен. И который был запланирован еще в самом начале моего трехлетнего «отпуска».
Выбираться буду на общественном транспорте. На автобусе до Москвы ехать четыре часа, еще час возьму на непредвиденные обстоятельства. Ещё полчаса на то, чтобы купить новый комплект одежды и изменить внешность под еще одни,приготовленные заранее, документы уже в самой столице. Итого останется большой запас по времени, который можно будет использовать с целью подготовки к назначенной встрече уже там, на месте.
…Автобус тронулся от автостанции. Мне удобно полулежать в кресле, передо мной никого нет, билет специально покупался в первый ряд чтобы контролировать дорожную ситуацию и любоваться проплывающими пейзажами, так сказать, из первого ряда. А еще можно просто слушать музыку и дремать.
А вот и нет. Какой-то потрёпанный мужичок провинциального вида, лет под пятьдесят, тормошит меня за рукав и приходится вытащить наушники из ушей.
- Что вы хотели?
- Женщина, а можно вас попросить поменяться местами? А то у нашего ребёнка билет на задний ряд, а его укачивает.
Какая я тебе «женщина»?! Я тебя раза в полтора моложе, мне ещё и тридцати нет. А некоторые и двадцати пяти не дают. Вот хамло мужланское! И место мной специально выбрано, вот только-только думала о том, как мне здесь комфортно. Так и хочется его послать куда подальше. А нельзя. По легенде сегодня я не скандальная, такая же провинциальная, обычная, слегка придавленная жизнью, бесконфликтная. Повезло тебе дядя…
- Да, конечно. Давайте поменяемся. Мне совсем не трудно.
Часть 1
Глава 1
(много лет назад)
Вот сколько себя помню, я всю свою жизнь, особенно в позднем детстве и ранней юности, страдала «синдромом отличницы». Мне всегда хотелось быть первой во всём. Будь то олимпиада по физике, кросс на три километра или дружба с самыми популярными мальчиками школы. Ну не могла я быть второй. Как-то претила мне сама мысль, что в каком-то направлении или деле есть кто-то лучше, чем я. Нет. Нет! И ещё раз нет!
К моменту окончания школы у меня была золотая медаль, множество дипломов и грамот по разным предметам, сертификаты победителя городских и областных олимпиад, первый разряд по лёгкой атлетике, коричневый пояс по тхэквондо, и я встречалась с молодым человеком, одноклассником, чей папа был депутатом Думы и местным олигархом, входившим в топ-100 журнала Форбс по России.
Я легко поступила на журфак одного из самых престижных ВУЗов страны. Поступила сама, сдав все вступительные экзамены на высший балл. И это был именно мой, осознанный, выбор. Я с детства представляла себя на экране одного из федеральных каналов, совсем не в развлекательной передаче, а в серьёзной аналитической программе. Может быть даже «Вести недели», почему нет? Амбициозные цели. И предпосылки для их реализации у меня были. До одного дня. Дня, который я не забуду никогда. Ничем не примечательного, кстати, дня. Почти обычного. Но нет. В этот день я встретила человека, который, пусть и опосредованно, развернул мою судьбу, сбил с пути, смешал ориентиры. Как сейчас говорят «моя жизнь никогда не будет прежней» — именно это со мной и произошло. Моя жизнь резко перестала быть прежней.
* * *
- Девочки, девочки, там какой-то милиционер ищет тех, кто вчера последними уходил из аудитории.
- Да мы вроде все вместе уходили. Хотя нет, не все, я самая первая ушла. А вы ещё оставались.
- А мы с Людкой сразу после тебя ушли, еще в «Макдональдс» пошли поле этого.
- А мы только переписали конспекты с доски и тоже ушли…
Пока одногруппницы обсуждали свою очерёдность покидания аудитории, я уже поняла, что этот таинственный милиционер пришёл по мою душу. Последняя уходила я. Не раньше, чем через час после окончания занятий. А задержалась я, потому что ко мне заезжал мой Юра, бывший одноклассник, которого папа-олигарх устроил на учёбу в дипломатический университет. Так уж вышло, что учебная аудитория оказалась «местом наших встреч». Коротких, но очень страстных и эмоциональных. Вряд ли эти наши шалости стали достоянием правоохранительных органов, но под ложечкой неприятно засосало. Ключ на охрану вчера сдавала я. О чем в журнале и была соответствующая запись. С моей фамилией. Значит сотрудник внутренних органов уже точно знает кого ему надо искать.
- Добрый день! Следователь по особо важным делам Самохвалов. Мы можем с вами поговорить?
Уверенный в себе, холёный, около сорока, московский следователь выглядел шикарно. Новенький, с иголочки, костюм из дорогой натуральной ткани, белая, до блеска в глазах, сорочка из материала, который не требует глажки, запонки из жёлтого металла, который наверняка был золотом (иначе и быть не могло), узкий шёлковый галстук и чёрные туфли с лакированными носами. Ненавязчивый запах его туалетной воды просто сводил с ума.
До сего момента я даже и представить себе не могла, что могу смотреть на особь мужского пола в два с лишним раза старше меня, глубокого старика в моём тогдашнем представлении, как на мужчину. Мужчину, который может заинтересовать именно как мужчина. И с которым очень хочется познакомиться поближе и провести побольше времени. Много позднее, уже с высоты своего жизненного и оперативного опыта, подкрепленного знаниями, полученными в специализированных учебных заведениях, я поняла, что внешность-то у него была не самая выдающаяся. Если убрать весь внешний антураж, коими являются одежда, аксессуары, манеры, парфюм, и представить его в первозданном природном виде, то, будем откровенны, так себе внешность. Середнячок, каких миллионы: средний возраст, средний рост, среднее телосложение. Но это я поняла, повторюсь, уже много лет спустя. Когда сама научилась, при необходимости, создавать себе такой же эффектный образ, что мало кто мог устоять перед ним.
А на тот момент я просто, как под бульдозер, попала под его чертовское обаяние. С ходу, с лёту. Как муха в варенье.
Вряд ли это можно было назвать любовью с первого взгляда, но внутри меня какая-то искорка сверкнула.
- Ну да, давайте поговорим, - ответила я, не сумев, к своему стыду, совладать с голосом, дрожь в котором выдала мое волнение.
- Может пройдем куда-нибудь? Чтобы не здесь, чтобы никто не мешал нам? Через дорогу есть кафешка. Может туда?
- Ну, если вы угощаете, - шучу я непроизвольно и также непроизвольно улыбаюсь.
- Ну конечно угощаю, - улыбнулся он в ответ. Улыбнулся и посмотрел на меня таким долгим, волнующим взглядом.
«Господи, как так можно?» - он сказал всего две фразы, а у меня уже такое состояние, что я готова с ним хоть на край света. Так нельзя, я не такая, я его совсем не знаю. И не знаю, чего ему от меня надо. Срочно нужно остудить эмоции и переключить мозг в повседневный деловой режим, когда я сама решаю, кому дышать, а кому не дышать от счастья общения со мной. Надо собраться. Хотя это и не так просто, честно говоря.
Как будто прочитав мои мысли, следователь Самохвалов решил всё-таки меня добить окончательно.
- Вы только не подумайте, что я только и пользуюсь случаем и служебным положением, чтобы с симпатичными девушками в кафе о делах разговаривать. Я не такой. Я, как правило, в кабинет к себе приглашаю. Но вот с вами как-то иначе, почему-то. Вы такая…Такая… Как бы это сказать. Ну, вы совсем не будете смотреться в моём кабинете. Вы слишком красивая для него. Я бы сказал - шикарная, - в его глазах появились озорные огоньки.
Ну вот зачем он это делает? Ведь я же все понимаю, что эти штампованные фразы он постоянно произносит девушкам, иногда по много раз за день: и как следователь, которому необходимо установить доверительный контакт с процессуальным субъектом, и как обаятельный мужчина, которому надо произвести впечатление. Но только вот я умом понимаю, а реагирую сердцем. Очень приятно.
Перебравшись в кафе, мы заказали по чашечке кофе и по мороженому. Пока ждали заказ, болтали обо всём и ни о чём. Я узнала, что его звали Виктором, что он совсем недавно служит в Москве, а приехал из какого-то сибирского городка, название которого я даже не смогла запомнить. Он оказался интересным собеседником, много шутил, рассказывал истории из жизни и анекдоты, при чем, исключительно в тему и по поводу. Через десять минут общения мне показалось, что я знаю его уже много лет. С ним было очень легко и приятно.
Когда с мороженым и кофе было покончено, он, наконец, перешел к делу. Не меняя выражения лица, Самохвалов произнес:
- Как это не прискорбно, но мне всё равно придётся задать тебе несколько вопросов, - я не уловила на каком именно этапе общения мы перешли на «ты», но это тоже было приятно.
- Да, конечно, я готова.
— Вот и отлично. Потом, уже в официальной обстановке, я все равно буду обязан заполнить необходимые документы, не сейчас. Здесь не очень удобно и не очень правильно. Мы сейчас просто побеседуем, я тебе расскажу, чего мне от тебя требуется, а уже после этого все официально оформим. Ты же не против? — вроде и спрашивает, а вроде бы и просто сообщает о том, что будет дальше, как о процессе, на который моего согласия, вообще – то не требуется.
- Я сейчас веду одно дело… Честно говоря, это информация из материалов расследования, и я не имею права их разглашать. Но тебе скажу. Не всё, конечно. Но чтобы ты понимала, о чем именно пойдет речь дальше и какую помощь я бы хотел от тебя получить.
Я аж замерла. Он готов со мной поделиться конфиденциальной информацией. В нарушение инструкций. Любопытство было одним из моих тайных грехов. Но он ведь не мог же об этом знать!
- Я никому ничего не расскажу, не беспокойтесь.
- Мне почему-то так и показалось. Мне просто прямо с первого момента нашего знакомства пришла в голову мысль, что ты законопослушный гражданин и всегда окажешь помощь следствию. Это важно в нашем деле. В том числе сохранение в секрете сведений, полученных от правоохранительных органов, тоже является своего рода помощью следствию. Так вот.
Сейчас мы расследуем дело одного маньяка. В ходе розыскных мероприятий мы выяснили, что несколько убийств, совершенных в разных местах и в разное время совершены одним и тем же человеком. Хоть он и пытался замести следы, и с почерком убийств не повторялся, и все жертвы никак между собой не связаны, но тем не менее, у нас есть железобетонные основания полагать, что это серия. По нашей информации, от его рук уже погибли восемнадцать человек. И все эти восемнадцать – молодые девушки – студентки, которые или родились в Москве или приехали в столицу из разных городов. Учились они, конечно, в разных учебных заведениях, их тела были обнаружены в разных районах Москвы и Подмосковья, но, повторюсь, у следствия есть весомые улики и факты, которые позволяют связать разрозненные преступления в общую мозаику одного чудовищного по своей природе преступления. Недавно нам удалось выйти на след подозреваемого. Им оказался не психопат, не уголовник, проведший за решёткой существенную часть своей жизни. Нет. Этим подозреваемым оказался достаточно состоятельный и уважаемый человек. Вот ведь как бывает. Казалось бы, всего достиг в этой жизни. Живи да радуйся. Но нет. Тянет на острые ощущения. Жизнь становится слишком пресной и хочется как-то пощекотать себе нервы. И человек начинает убивать. Но, при этом еще и издевается над жертвами перед смертью. И после смерти тоже. Жуть.
У меня похолодело в груди. Не от того, что я представила себе окровавленных и обезображенных жертв, а от какого-то нехорошего предчувствия. Логически я ещё не могла объяснить себе причину этого чувства, но уже появилось ощущение, что сейчас следователь скажет мне что-то страшное. Страшное до жути. Не удержалась и задала ему вопрос.
- Вы зачем все эти ужасы мне рассказываете? Хотите, чтобы я ночами не спала?
Он в ответ смущенно улыбнулся и после некоторой паузы ответил:
- Просто, по версии следствия, вы можете стать следующей жертвой этого маньяка.
Вот оно что! Не зря, ох не зря было предчувствие. Историй про маньяков я слышала немало. И в кино смотрела. Плюс богатое воображение мигом нарисовало весьма неприятную картину того, что со мной может произойти, ели мне доведется встреча с таким психопатом на самом деле.
Следователь Самохвалов на минуту замолчал, как будто предоставляя мне возможность максимально погрузиться в атмосферу его рассказа и нафантазировать себе максимально жуткие подробности страшных сцен встречи с убийцей.
- Вы только не волнуйтесь. Теперь, когда мы владеем этой информацией, вам ничего не угрожает. Вы будете под постоянной охраной компетентных сотрудников. Скрытой охраной. Поэтому можете продолжать спокойно вести привычный для вас образ жизни.
- Что-то я не совсем уверена, что смогу после ваших слов вернуться к привычному образу жизни.
- Ну вот. Совсем не хотелось вас пугать, ни капельки. Но и не сказать вам всей правды я тоже не мог. Потому что нам очень понадобится ваша помощь.
- Вы хотите, чтобы я помогла вам поймать убийцу? Право слово, вы преувеличиваете мои способности. Да и моё желание помогать вам в столь опасном деле, становясь наживкой, между нами говоря, тоже очень сильно преувеличиваете.
- Что касается способностей, то вам не придётся делать ничего такого, чтобы было выше ваших сил. И тем более не будет необходимости становиться наживкой для психопата – убийцы. Ни в коем случае. От вас потребуется помощь совсем другого рода. Плёвое дельце. Ничего не стоящее для вас и абсолютно ненапряжное, как любят сейчас выражаться ваши сверстники.
Постоянные переходы следователя в нашем общении с «ты» на «вы» позволяли ему держать меня в постоянном напряжении. И я уже не до конца понимала, когда он говорит серьезно, а когда пытается пошутить.
- Хорошо. Давайте начистоту. Вы мне говорите, что я должна сделать, а я говорю, согласна я или нет. И не будем ходить вокруг да около. Наш пустой разговор начинает меня, в известной степени напрягать, как сейчас говорят мои сверстники, - вернула я ему его фразу.
- Э, нет, так дело не пойдет - рассмеялся он мне в ответ, - Ты совсем неправильно меня поняла. Я же поделился с тобой конфиденциальной информацией. Пусть не в полном объеме, но всё равно нарушил устав. Сказать тебе больше я могу только после того, как ты согласишься добровольно помогать следствию, мы подпишем подписку о неразглашении, и я тебе всё расскажу. Хотя, подписку мне придётся с тебя взять в любом случае, потому что я уже много чего тебе и так рассказал, - он снова улыбнулся в конце фразы.
- То есть хотите поймать меня на моём любопытстве? Способ древний, как мир. И в моём случае очень редко срабатывает, - попыталась я возразить в ответ.
- Ну, зачем же на любопытстве? Я вижу, что ты девушка неординарная, с тобой обычные, среднестатистические методы работать не будут. Я на сознательность собираюсь давить, про гражданский долг, про помощь следствию, про спасенные с твоей помощью жизни невинных людей, — говорит, а у самого глаза озорные. Как будто точно знает, что я соглашусь ему помочь и отказать не посмею. А мне, по правде говоря, и не хочется отказываться. Когда тебе, любопытному по природе, показали кусочек тайны, очень хочется досмотреть её до конца. Даже если немного страшно. Даже если разумом понимаешь, что ничего хорошего там впереди нет. Но уже всё. Уже хочется и решение уже принято. Уже пословица про несчастный случай на базаре с некой Варварой не возымеет должного предостерегающего воздействия.
- Ну ладно, ладно. Я согласна. Умеете заинтриговать. Будем считать, что моя сознательность оказалась на высоте.
- Вот и отлично. Предлагаю проехать к нам в учреждение, оформить необходимые документы, и я вас полностью погружу во все нюансы дела, а также расскажу, чего мы от вас хотим.
* * *
«Учреждением» оказался какой-то, с виду совсем необитаемый, кабинет в здании одного из столичных казенных управлений или департаментов, раскиданных по городу в изрядном количестве.
- А чего вы ожидали? – ответил на незаданный вопрос следователь Самохвалов, - мы же с вами сейчас будем планировать секретную операцию. Этот кабинет у нас специально для таких целей используется. В здании следственного управления, где расположен мой офис, работают сотни людей, столько же приходит туда в качестве посетителей. Вдруг вы столкнётесь там с кем-нибудь из знакомых? Тогда вам надо будет придумывать для них какое – нибудь логичное объяснение, как и зачем вы в этом месте очутились. Да и вообще это может вызвать массу ненужного мне и тебе внимания. Проходи, не стесняйся, мы здесь не сильно долго пробудем.
Когда мы разместились за столом, следователь попросил мой паспорт, достал из сейфа бланки и начал их заполнять. Почерк у него оказался под стать ему – каллиграфический, буковка к буковке. Я даже засмотрелась, как пустые строки канцелярского бланка заполнялись ровным красивым текстом.
— Вот теперь подпишите здесь и здесь. Это обязательство о неразглашении сведений, полученных вами в ходе предварительного следствия. Теперь вот что я должен вам сказать…
В мгновение ока он как будто преобразился. Стал каким-то официальным, что ли.
- Дело в том, что главным подозреваемым в деле о маньяке проходит отец вашего молодого человека, Виктор Петрович.
Это было даже не как гром среди ясного неба. Это было гораздо более неожиданней. И как ни неловко в том сознаваться, меня больше испугал не тот факт, что мой будущий тесть (а в моей картине мира он уже давно им был) маньяк, насильник и убийца, а тот факт, что если это правда, то ему не быть моим тестем. И с парнем моим мне придется расстаться. То есть моя жизнь, запланированная мной на долгие годы вперёд, не будет такой, какой она должна бы была стать.
Следователь, видимо, почувствовал моё замешательство. А не почувствовать его было нельзя, наверное. Как я ни сдерживалась, но удержать такую бурю эмоций в себе без определённой подготовки просто невозможно.
- И в связи с тем, что вы вхожи в его дом, его семью, я вынужден попросить вас о помощи. Только вы не переживайте. Вам особенного ничего делать не придётся. Просто, когда в следующий раз будете в гостях у своего молодого человека, вам надо будет установить в рабочем кабинете отца, в незаметном месте, микрофон и миниатюрную видеокамеру. И всё. После этого вы покинете Москву, пока все не утихнет. Мы организуем так что вас вызовут какой-нибудь повесткой на спортивные сборы месяца на полтора. Вы же у нас спортсменка, насколько я помню? Вот и отлично. А когда вы вернётесь, всё уже будет закончено. Преступник понесёт заслуженное наказание.
- Но…
- А за учёбу не переживайте, мы попросим деканат, чтобы вас аттестовали в семестре автоматом. Вы же на хорошем счету как отличница, думаю, с этим проблем не будет. Нам очень нужна ваша помощь. Очень!
* * *
А потом я играла в шпионов…
Совсем скоро после того дня, когда согласилась помочь следователю, в семье моих почти бывших «будущих» родственников было семейное торжество, посвященное какой-то важной для всей родни дате.
Было много приглашённых. И родных и не родных. В доме была суета, поэтому мне не составило никакого труда поместить переданный мне микрофон в один из плафонов большой люстры, в кабинете главы семейства. А миниатюрную видеокамеру я приклеила к передней стойке задней ножки одного из кресел, стоявших в том же кабинете.
Как мне пояснил следователь, передавая эту камеру: волноваться за изображение не стоит. Камера широкоугольная, как дверной глазок. Производит съемку на угол сто восемьдесят градусов. А я и не волновалась.
При этом удивлялась сама себе. Думала, что буду испытывать больше эмоций. Не каждый же день ты устанавливаешь секретное оборудование в жилище родителей близкого тебе человека, отец которого находится в разработке у правоохранителей и является главным подозреваемым по делу об убийствах.
И моральных терзаний тоже никаких не было. Поначалу думала, что буду ощущать себя предательницей. Не-а. Не ощущала.
Всё получилось обыденно и неинтересно.
Единственное, на что всё-таки меня не хватило – это остаться ночевать у них в гостях. Тут сила воли подвела. Ну его. С маньяком под одной крышей. Ещё спровоцировать не хватало, ни дай Бог! Под каким – то надуманным предлогом я покинула вечеринку задолго до ее завершения.
* * *
На следующий день после установки камеры и микрофона, как и обещал следователь Самохвалов, меня вызвали на спортивные сборы олимпийского резерва России. Неожиданно и приятно. И хотя я и понимала, что защищать честь страны на международных соревнованиях мне не доверят, что вызов на сборы это просто повод убрать меня из столицы, но всё равно, я гордилась тем, что в составе олимпийской сборной России, пусть и недолго, присутствовала моя фамилия.
Спустя два месяца я вернулась в Москву. И первое, что я узнала, что семья моего молодого человека, бывшего уже молодого человека, перебралась на постоянное место жительства в Англию. При этом Юра не звонил мне, пока я была на сборах, не писал и вообще никак себя не проявлял, что было очень странно. Но меня, после того, какую информацию я узнала о его отце, это вполне устраивало. Более того, он еще и удалил аккаунты во всех соцсетях. Ну раз так, значит так, жалеть не буду.
А ещё очень удивительной для меня была новость, что глава семейства не сидел в тюрьме, как я думала, и как обещал мне следователь. Не успели посадить. Предполагаемый маньяк погиб в жуткой автокатастрофе через полторы недели после моего отъезда. Наверное, даже камеры и микрофоны не пригодились, подумала я.
Ну что же… Колесо судьбы сделало оборот и все произошло так, как и должно было произойти. Пути Господни неисповедимы. Мне надо просто жить дальше. А Юра пусть живет своей жизнью.
* * *
Рапорт (фрагмент)
…В силу необходимости срочного сбора информации по Объекту, была произведена вербовка близкой подруги сына Объекта. С её помощью была произведена установка средств скрытого наблюдения и прослушивания в рабочем кабинете Объекта.
Контроль встреч и переговоров Объекта полностью подтвердил рабочую версию о подготовке им совместно с группой лиц, террористического акта с большим количеством жертв среди гражданского населения, на объектах транспортной инфраструктуры города Москвы. Для совершения террористического акта были задействованы специалисты, прошедшие специальную подготовку в лагерях наёмников на территории Северного Кавказа, а также террористы - смертники.
По итогам проведенного расследования было принято решение о нейтрализации Объекта и вовлечённых в подготовку террористического акта соучастников в количестве двух человек. В целях реализации принятого решения была инсценирована автомобильная катастрофа, в которой, помимо вышеуказанных лиц, также погиб водитель Объекта.
В связи с гибелью заказчика и основных организаторов, террористический акт был предотвращен. Прибывшие подготовленные исполнители покинули город и, впоследствии, были ликвидированы силами внутренних войск при попытке проникнуть обратно на территорию Северного Кавказа.
Семья Объекта, в составе жены и сына, покинула территорию России, предположительно с целью постоянного проживания на территории Великобритании. Подруга сына Объекта использовалась «в тёмную» под легенду расследования уголовного дела о маньяке. Опасности с точки зрения нарушения режима секретности не представляет…
Глава 2
После всей истории со следователем Самохваловым и моего вынужденного расставания с молодым человеком прошло полтора года. И хотя я и сама себе в этом не хотела признаваться, но жизнь моя с того момента круто поменялась. Я не могла сама себе объяснить, в чем именно заключалось изменение, но что-то пошло не так.
Скорее всего, причиной этому стало то обстоятельство, что придуманная и спланированная мной линия моей судьбы, мое будущее, мои жизненные ориентиры куда-то испарились. Проще говоря - у меня пропала уверенность в завтрашнем дне, уверенность в том, что все пойдет по моему плану
Полтора года назад я была уверена, будто бы знаю, как именно и каким образом в моей судьбе все произойдёт: когда и за кого я выйду замуж, где мы будем жить, где и кем я буду работать, сколько у меня будет детей и какие у них будут имена. Я всегда ставила перед собой цели, планировала как их достичь. Так уж повелось, что с самого детства я не могу жить без плана, без задач, которые мне необходимо решить, без целей, которых мне необходимо достигнуть.
А после встречи с красавчиком - следователем, так получилось, что вся моя, принятая самой для себя, схема разлетелась на маленькие осколки. И пока что новый план у меня не вырисовывался, не складывался, не планировался.
Ещё я стала замечать за собой неведомые ранее чувства апатии и скуки. Впервые в жизни я не знала, чем заняться. Куда, в какое русло, направить свою неуёмную энергию. Ни одно из занятий, ранее казавшихся привычными, не вызывало у меня энтузиазма.
Меня выбило из колеи то обстоятельство, что до одного прекрасного момента всё было чётко, ясно и понятно. Но вот в один день мои планы в этой жизни были нарушены из – за появления в моей жизни этого Самохвалова, будь он неладен! И теперь цели у меня нет. А для моей практичной натуры перфекциониста это катастрофа.
Долго я собиралась с мыслями, долго пыталась вернуть все как было, долго пыталась самовозбудить обратно интерес к жизни и продолжить жить по принятому ранее сценарию, но не вышло.
Тогда решила все поменять, кардинально поменять. И раз уж привычные занятия перестали вызывать во мне интерес, то я решила от них отказаться и заняться чем – то новым. Привнести новизны в повседневную серость.
Как максималистка, я не могла подойти к вопросу смены обстановки спустя рукава. Изменения должны были стать кардинальными. Никаких полумер.
Для начала внешность. Долой длинные волосы - короткий ёжик. Блондинки не в моде – буду жгучей брюнеткой. Макияжа самый минимум.
Брендовые шмотки по последнему писку моды уступили место удобной и практичной одежде из натуральных тканей, преимущественно тёмных оттенков с преобладанием чёрного. Также как и обувь. Только удобные ботинки или кроссовки. Про каблуки вообще позабыла и не вспоминала.
После изменения внешности пришла пора поменять привычки. Фитнес, гимнастика и танцы? В топку! Пулевая стрельба, автокросс и прыжки с парашютом.
Чтобы сменить свое окружение я бросила институт. Перевелась на заочный в один из множества коммерческих университетов. С журналистикой решила попрощаться и устроилась на юрфак, считая профессию юриста самой универсальной с точки зрения дальнейшей возможности трудоустройства у нас в стране.
Новая жизнь, новые интересы, новые знакомства… Всё закружилось и понеслось с новой скоростью. Но это всё было лишь антуражем. Попытка внешнего заполнения внутренней пустоты.
Мысль о стратегической цели в моей жизни пришла ко мне только ещё почти год спустя благодаря случаю.
Как-то в интернете я наткнулась на передачу о жизни наших соотечественников, выбравших для себя службу во Французском Иностранном легионе. Молодые ребята и умудрённые опытом зрелые мужики рассказывали о своём жизненном пути, приведшим их в ряды всемирно известного воинского соединения. У каждого была своя уникальная, но чем-то похожая на другие история. Объединяло их всех общее чувство гордости за себя и за своих товарищей.
Особенно мне понравилась фраза одного нашего бывшего десантника, сумевшего поступить на службу в Легион только с третьей попытки. Так вот он сказал:
- Некоторые могут подумать, что служба во Французском Иностранном легионе, это предательство нашей Родины, ведь присягу мы давали на верность Российской Федерации. Хочу сказать, что ничего подобного. Сражаясь здесь, в Африке, с исламскими террористами, мы стоим на страже дальних рубежей России. Ведь чем больше мы уничтожим «бармалеев» в джунглях, тем меньше шансов, что в каком – нибудь из множества городов нашей страны прогремит взрыв жилого дома, в котором погибнут мирные люди. А мы точно знаем, что эта террористическая сволочь не остановится и будет расползаться по миру, одержи они победу здесь. Своей Родине можно служить на любом посту и в любом месте. Главное осознавать свою правоту и быть уверенным в правильности своего выбора! Вот я и все мои товарищи в своем выборе уверены. Слава ВДВ!
Именно этот репортаж и эта самая фраза, сказанная простым русским парнем, одетым в иностранную военную форму за многие сотни километров от меня, и стала тем катализатором, который помог запустить процесс тектонических сдвигов в моём мировоззрении…
* * *
- Здравствуйте! А где у вас здесь на службу принимают?
Дежурный по военкомату был весьма удивлён такой постановкой вопроса с моей стороны.
- Вам для себя? – на всякий случай переспросил он.
- Да. Я хочу служить в российской армии. По возрасту, состоянию здоровья, вероисповеданию и половой ориентации у меня ограничений нет, – громким командным голосом подтвердила я догадки дежурного.
Тяжело вздохнув и посмотрев на меня так, будто бы по состоянию здоровья ко мне всё-таки есть вопросы, по психической части, седой капитан произнёс:
- По коридору налево, третий кабинет. Спросите майора Воронцова. Он занимается призывом.
В небольшом кабинете, в котором кроме стола, шкафа и трёх стульев больше ничего не было, меня встретил достаточно молодой, чуть за тридцать, офицер. Посмотрел на меня с интересом.
- Добрый день! Чем могу вам помочь, сударыня.
- Здравствуйте! Я в армию хочу. Служить. Родину защищать.
- Да вроде не нападет никто пока, чтобы мы таких красавиц «под ружье» забирали, - улыбнулся майор в ответ.
- Я не шучу. Я приняла серьезное решение посвятить свою жизнь службе в армии. И собираюсь стать одной из немногих женщин – генералов.
Видимо я произнесла это с очень серьёзным видом и убедительным тоном, поэтому работник военкомата тоже стал серьёзным. И даже если и хотел пошутить, то не стал.
- Ну, давайте посмотрим, что я вам могу предложить. Если вы надеетесь, что служба будет проходить здесь, в столице, то буду вынужден вас разочаровать. Таких мест нет ни в одном из силовых ведомств. И даже когда появляются – сразу исчезают. Конкурс, знаете ли. В других городах искать? — с надеждой на мой отказ спросил майор.
- Конечно искать! – уверенно ответила я, - вы не думайте, что это блажь у меня, минутная. У меня коричневый пояс по тхэквондо, разряды по стрельбе, лёгкой атлетике и парашютному спорту, я английский знаю почти в совершенстве, немецкий тоже достаточно хорошо.
- Ааа, вон в чём дело. Ну, так бы сразу и сказали. Я думаю, вам надо поступать в высшее военное учебное заведение. Что-то типа Военного университета или Академии Безопасности. Только за это у нас другое подразделение отвечает. Правда его руководитель сейчас в отпуске, но выйдет уже через полторы недели. Вы оставьте свой телефончик, я ему передам, а он с вами свяжется. Как раз скоро начинается набор абитуриентов на новый учебный год.
- Хорошо. Вот мой номер. Но если обманите, я снова к вам приду.
- Ну что вы? Как можно?
С чувством выполненного долга я вышла из военкомата.
Впервые за долгое время я чувствовала, что снова обрела цель в жизни и план в своей судьбе. И что бы ни произошло, теперь снова будет только так, как решила я! И ничто меня с выбранного пути не свернёт!
А через полторы недели мне позвонили...
* * *
- Здравствуйте! Я отвечаю за набор абитуриентов в военные ВУЗы а также за комплектование частей специального назначения в нашем муниципальном округе. Могли бы вы приехать в отдел мобилизационного резерва нашей префектуры? Да хоть сегодня приезжайте. Адрес знаете? Вот и чудесно. Только возьмите с собой все документы: паспорт, свидетельство о рождении, медкнижку, аттестат, диплом, если имеется, все спортивные разрядные книжки. Короче, полное портфолио с грамотами и благодарственными письмами берите. Всё пригодится.
Собрав всё, что меня просили, я бегом побежала в Префектуру. Необходимый кабинет нашла тоже достаточно быстро. После короткого знакомства со специалистом, отвечающим за набор контрактников и абитуриентов в военные ВУЗы, меня попросили заполнить анкету на семи листах, написать подробную автобиографию и пройти два теста. Один на определение психотипа, как мне сказали, второй на интеллект. Вся эта бумажная волокита продолжалась почти четыре часа и заняла весь остаток дня.
Через три дня мне снова позвонили из отдела мобилизационного резерва и попросили сдать ещё два теста. Как мне объяснили, по новым требованиям для женщин – военнослужащих предусмотрены более глубокие методики изучения как психоэмоционального, так и физического состояния. Поэтому мне пришлось ещё поехать в какое-то военное медицинское учреждение, чтобы сдать анализы и пройти врачей узкой специализации, в том числе и совсем для меня экзотических, типа иммунолога, эпидемиолога-вирусолога и прочих.
Тесты по физподготовке мне сдавать не пришлось, так как приемную комиссию вполне устроили мои разряды по нескольким видам спорта, в том числе и, по так называемым, военно – прикладным.
После всех этих манипуляций меня, где-то на неделю оставили в покое. Я уже начала волноваться, а не забыли ли дяди в Префектуре о моем существовании. Но вскоре в дверь позвонил курьер в форме сотрудника Спецсвязи и почти торжественно вручил мне повестку с требованием прибыть на следующий день в городской военкомат, как говорится, с вещами.
Сколько лет прошло, а как сейчас помню, что меня развеселила фраза во врученном мне документе: «иметь с собой запас продуктов питания на три дня». Спать ложилась в отличном настроении. Если продукты на три дня брать с собой заставляют, значит, точно куда-то повезут. Может уже сразу на сдачу экзаменов в какую-нибудь академию или военный институт, а может еще куда. Вообще без разницы. Главное, что удалось добиться направления в войска.
Глава 3
- Уважаемые дамы, вы все заявили о своём желании служить в вооруженных силах Российской Федерации и подали рапорт о заключении контракта на прохождение военной службы. Вы все прошли проверки, сдали нормативы по физподготовке, прошли психофизическое и медицинские обследования и были выбраны нами из десятков других претенденток на службу в армии. Я назначен командиром вашего подразделения. Здравия желаю!
Ко мне и еще пятнадцати «счастливицам» обращался военный, который представился нам как Наставник. Именно так: ни звания, ни фамилии, ни имени. Просто Наставник. Высокий седой мужчина, под два метра ростом, с прической – ежиком и аккуратным шрамом над левым глазом, чем-то похожий на командос из американских фильмов девяностых годов.
Интересно, куда мы были выбраны? Судя по всему, привезли нас не в военно – учебное заведение в классическом понимании, с тысячей курсантов и славной историей. А скорее в учебку резервистов какую – то.
- По прибытии в расположении нашей воинской части вы подписали документы о неразглашении той информации, которая будет получена вами в процессе вашего обучения и службы. Погружение в уровни секретности у нас с вами будет происходить в несколько этапов. На первом этапе я хочу вам сообщить, что приказом Министра обороны от сегодняшнего числа вы все зачислены в ряды Отряда специального назначения войск связи. И с сегодняшнего дня для вас начнётся трехмесячный «курс молодого бойца».
Как много незнакомых слов. Да еще и манера речи как у робота, безэмоционально, не меняя выражение лица, не делая пауз, не акцентируя внимания на важных моментах. Наверное, специально так делает, чтобы за монотонностью речи скрыть ее суть, чтобы стоящие перед ним не успели задуматься над тем, что ждет их здесь впереди.
- За время прохождения данного курса мы должны будем обучить вас всем базовым премудростям военной жизни, а также должны понять соответствуете ли вы требованиям, предъявленным к военнослужащим нашего элитного спецподразделения или нет. Вы же, в свою очередь, хлебнув армейской жизни полной ложкой, должны будете понять для себя и принять окончательное решение, действительно ли служба в армии является мечтой вашей жизни или, может, стоит вернуться на гражданку варить щи на маленькой уютной кухне, пытаясь поскорее забыть неудачную армейскую попытку.
Сделав, наконец, паузу, Наставник посмотрел на нас очень внимательно, как будто пытаясь понять, все ли достаточно серьезно отнеслись к предостережениям на счет тягот и лишений.
- Те из вас, кто пройдёт курс молодого бойца успешно, примут присягу, после которой начнётся продолжительное (девять месяцев) обучение уже по конкретным военно – учетным специальностям. После окончания учебы и сдачи итоговых выпускных экзаменов вы будете распределены по местам службы. Лучшие из вас, при желании, смогут поступить в военные ВУЗы без экзаменов, по ходатайству командования нашей части. Всем всё понятно?
- Понятно, - нестройным хором ответила я и еще пятнадцать девушек, которые теперь стали называться курсантами.
- Теперь я задам вам обязательный вопрос, - продолжил Наставник, - никто не передумал связать свою судьбу с армией? Прямо сейчас есть возможность вернуться домой и обо всем забыть. Нет таких?
Ответом была тишина.
- Очень хорошо. Теперь вам необходимо подписать ещё пару документов.
Так, что там? Ещё одно обязательство о неразглашении, только уже с тюремным сроком за нарушение. Ну ок. Что ещё? Страховой полис на страхование жизни и здоровья. Неплохо. Кто там выгодоприобретатели в случае чего? Родители. Правильный ход. А это что? Ого! Отказ от претензий к Министерству обороны и любому из его сотрудников, если в результате нашего обучения и дальнейшей службы наступит страховой случай, указанный в подписанных чуть ранее страховых полисах. Это серьёзно. Особенно умиляет пункт о том, что никто не будет нести ответственность за наступление страхового случая, даже если такой случай произойдет в результате виновных действий руководства воинской части или действий других сослуживцев. Очень интересно, но, наверное, так и должно быть, когда начинаешь учиться военному делу настоящим образом, как и завещал кто-то из великих вождей мирового пролетариата, не помню кто.
* * *
Настоящая армия началась для всех нас, новеньких, даже не утром, она началась ночью, когда мы, уставшие с дороги, от смены места пребывания, переодевания в военную форму и других бытовых манипуляций, спали глубоким сном.
Нас разбудил звук сирены и голос Наставника, многократно усиленный громкоговорителем:
- Первое правило военнослужащего, в любую минуту быть готовым к преодолению тягот и лишений военной службы. Завтрак у нас в восемь утра. Сейчас время четыре часа тридцать минут. Мы разбудили вас пораньше, потому что вам надо будет сбегать за посудой, чтобы было из чего принимать пищу. Здесь недалеко, километров семь-восемь. Как раз хватит времени, чтобы сгонять туда и обратно и вовремя позавтракать.
Он это серьезно?! Какой бег? Какая посуда? Дайте поспать, изверги!
- Если мы не успеем вернуться к завтраку, то следующий прием пищи будет только в обед! Все всё понятно?
- Да понятно, понятно, чего тут непонятного…
- Не слышу!
- Так точно!
- А раз понятно, то бегом марш!!!
И такие ночные подъёмы случались почти через день. Бегали то за посудой, то за учебниками, то в баню, то за сменой чистого белья. Недельки через полторы - две почти все втянулись и стали относиться к таким марш-броскам, как к естественному неудобству. Тем более что вариантов как-то что-то изменить не было. Только терпеть. А расстояния увеличивались. И если поначалу расстояние до нужной точки было пять - семь километров, то к окончанию курса молодого бойца мы уже спокойно пробегали и пятнадцать, и двадцать. При этом никакая погода помехой не была, будь на улице ветер, дождь или град.
Кормили нас невкусно, но сытно. Конечно, когда выпадала свободная минутка, девчонки рассказывали друг другу, какие диеты использовали до того, как пойти служить. Но разговоры о вкусной и здоровой пище, к сожалению, не оставляли послевкусия на губах. Только ностальгию о временах, когда можно было в любое время пойти в заведение общепита и вкусно покушать.
В первые пару недель оружие мы даже не видели. Нас учили ходить строевым шагом, правильно заправлять армейские кровати, подшивать подворотнички, чистить ботинки, убираться в казарме, в том числе и драить туалеты. Помимо этого, также было изучение общевоинских уставов, должностных обязанностей и инструкций, обязательные наряды по столовой, с легендарной чисткой картофеля на весь коллектив до половины ночи.
Иногда, в процессе прохождения курса молодого бойца, складывалось впечатление, что Наставник и другие командиры поставили перед собой цель максимально унижать наш человеческий облик и заставить написать рапорта об увольнении с военной службы.
- Давайте, давайте, пошевеливайте своими булками, вы должны превратиться в настоящих солдат и забыть, что имеете внешность сопливых девочек. Вы не женщины – вы военнослужащие подразделения специального назначения! Это вам не американский фильм про солдата Джейн, в котором ей, чтобы стать крутой потребовалось только сбрить растительность на голове! Здесь всё по-настоящему. И если вы пришли в армию только для того, чтобы встретить здесь мужчину своей мечты с большими звездами на золотых погонах – то хрен вы угадали! Это вам надо было в другие войска идти. В те, которых не бегать и стрелять учат, а совсем другим дисциплинам. После службы у нас вы «Принцу на белом танке» сможете показать, как вы метко стреляете и как далеко вы умеете бросать гранату, сможете поразить знанием параграфов общевоинских уставов. Да только жаль, что ему интересно совсем другое. А мы такому не учим. Так что, кто считает, что ошибся с выбором профессии, может уходить. Держать не станем.
Через неделю одна девочка сдалась. Не выдержала. Ещё через две недели, уже после того, как мы стали стрелять из всевозможного оружия, ушла ещё одна. Для неё и самой оказалось большим сюрпризом, что организм не выдерживает резких громких звуков. Как только она слышала выстрел у неё происходило, как бы помягче сказать, непроизвольное справление естественных надобностей. Ее организм оказался совсем не готов к звукам стрельбы и взрывов.
А ещё мы каждый день по нескольку часов общались с какими-то людьми в погонах под белыми халатами медицинских работников…
… - Вы боитесь собак?
- Нет.
- Кусала ли вас в детстве змея?
- Что? Нет, конечно. Если бы укусила, мы бы с вами не разговаривали.
- Не отвлекайтесь. Как звали мышонка из мультика «Том и Джерри»?
- Джерри.
- Произнесите в обратном порядке фразу: «Шла Саша по шоссе и сосала сушку».
- Сушку сосала и шоссе, блин, по Саша шла…
… - Раздевайтесь.
- Совсем?
- Да, полностью. Можете оставить тапочки.
— Вот спасибо. А ничего, что я тут должна голая буду стоять перед вами, двумя мужиками?
- Мы не мужики. Мы врачи.
- Ага. Я тогда космонавт.
- Вы отказываетесь?
- А что, если да?
- В таком случае, мы сообщим вашему командованию, что вы отказываетесь подчиняться старшему по званию и срываете медицинское обследование личного состава.
- Не, командованию не надо сообщать. Наше командование может разозлиться. А когда оно злится, оно придумывает всякие страшные испытания для своих подчиненных. Я уж лучше разденусь, дешевле обойдется. Чёрт с вами, пяльтесь. Может задом повернуться? Чтобы всё рассмотрели…
…- Откуда у вас этот шрам на левом бедре?
- Собака в детстве покусала.
- Сильно?
- Сильно. В больнице лежала почти месяц. Потом ещё с костылём в школу ходила…
…- А вы не думали удалить родинку под лопаткой?
- Думала пару раз, но боюсь шрам может остаться.
- А татуировку никогда не хотели сделать?
- Нет. Татуировки — это не моё. Тело должно быть чистым. Мне бабушка рассказывала, что татуировки только злые люди делают и с татуировками в рай не пустят. А я в рай хочу попасть.
- Вы верите в Бога?
- Я считаю себя верующей.
- А готовы ли вы нарушить Божьи заповеди по приказу командования?
- Скорее да. Я и без приказов командования много заповедей уже в этой жизни нарушила.
…- Какие фантазии посещают вас чаще всего?
- Сексуальные?
- Я имел в виду, в целом… Но можете и о сексуальных рассказать.
- Ну уж нет. Я вообще не понимаю кто вы и зачем мне эти вопросы задаете, поэтому таким уж точно я с вами делиться не буду.
- Тогда можете о других фантазиях рассказать.
- Моя главная фантазия сейчас это как я прихожу домой, не в казарму эту, а к себе домой, ложусь спать и сплю сутки, а может и полтора. А потом еду в ресторан, заказываю половину меню и жру от пуза…
…- Вы могли бы переспать с незнакомым мужчиной за деньги?
- Нет, конечно.
- А за миллион рублей?
- Нет и ещё раз нет!
- А за миллион долларов?
- Ну… Миллион долларов — это очень большие деньги. За миллион долларов, думаю, что смогла бы себя пересилить.
- А по приказу командования? Бесплатно?
- Эээ…А как это по приказу? Нет. Не смогу, я не проститутка какая-то.
- Но за миллион долларов же готовы были.
- Миллион – это другое. Это приз, награда за унижение.
- А если вас, допустим, наградят орденом? Тогда сможете?
- Ну, нет же. Не смогу, наверное.
- А с женщиной?
- Что с женщиной? Переспать?
- Да. За орден.
- Ну, чёрт с вами. С женщиной разочек согласна! За орден…
…- Вы боитесь мышей?
- Нет.
- А крыс?
- А какая разница?
- А что вы считаете для себя самым мерзким в жизни?
- Физическая мерзость или душевная?
- И то, и то.
- Канализация и педофилия…
* * *
И снова кроссы, марш-броски, занятия на тактическом поле, откапывание окопов и траншей полного профиля, переползание по-пластунски, стрельба, наряды по казарме и по столовой, зубрёжка уставов, строевая подготовка. И даже было три прыжка с парашютом.
Я уже думала, что курс молодого бойца никогда не закончится и до присяги мы не доживём. Но три месяца пролетело и вот уже я произношу эти священные слова:
- Я торжественно присягаю на верность своему Отечеству. Клянусь достойно исполнять воинский долг, мужественно защищать свободу и независимость нашей Родины…
Глава 4
После присяги нам дали пару дней отдохнуть и разрешили покинуть расположение нашей воинской части чтобы повидаться с родными и знакомыми. Перед тем, как отпустить нас в увольнение, нам ещё раз напомнили о санкциях за разглашение военной тайны. Хотя какая тайна в том, что мы мыли туалеты и чистили картофан? Эти тайны всем известны ещё из анекдотов про армию.
Не знаю, кто, как проводил свой мини-отпуск, а я просто отсыпалась. И зависала в интернете. Интернет – это то, чего мне больше всего не хватало в армейской жизни. То, что у нас забрали мобильные телефоны и я не могла никому позвонить, я перенесла гораздо легче. А вот без связи со всемирной паутиной было тяжко.
После возвращения в расположение подразделения, нас собрали в комнате досуга. По непонятной причине, нас осталось всего десять человек из первоначально принимающих присягу четырнадцати. Однако, особо обсудить друг с другом мы ничего не успели, потому что в помещении появился Наставник и, когда все расселись по местам, он начал свою речь. В этот раз он выглядел не таким суровым, как обычно. Или мне это только показалось.
- Ну что, поздравляю всех с окончанием курса молодого бойца. Вы с успехом прошли нелегкие испытания первого, одного из самых важных этапов в становлении военнослужащего и проявили себя, в целом, с положительной стороны. Говоря «вы» я имею в виду только тех, кто сейчас присутствует в этом помещении. Из тех же, кто отсутствует, часть, как мы помним, ушли самостоятельно вообще с военной службы, а еще четыре человека, из тех кто уже принял присягу но по результатам тестов, которые мы проводили, оказались непригодными для дальнейшего обучения, были переведены к своим новым постоянным местам службы в другие подразделения вооруженных сил. Поэтому я вас поздравляю с началом нового периода обучения и началом нового жизненного этапа в служебно – боевой деятельности.
- Ура! Ура! Ураааа! – по выработанной за три месяца привычке, закричал дружно наш немногочисленный строй.
- Теперь вам необходимо будет подписать еще несколько документов. Но для начала, садитесь за столы. Перед вами лист бумаги и ручка. Ваша задача написать письмо родителям или другим близким родственникам, с которыми вы проживали до заключения контракта на военную службу. Письмо о том, что вы уезжаете в длительную командировку в малообжитые регионы нашей страны, допустим в Заполярье. Напишите, что минимум полгода будете без сотовой связи, что всё общение будет осуществляться посредством старой доброй «Почты России». Когда напишите, вложите письмо в конверты, а сами конверты подпишите. Обратный адрес заполнять не надо, в строевой части его за вас заполнят. На всё про всё у вас двадцать минут. Время пошло.
Через двадцать минут, после того как сдали незапечатанные конверты с письмами Наставнику, мы подписали новые обязательства о неразглашении военной тайны. Санкции в них были уже посерьёзнее: от десяти лет до пожизненного, с конфискацией имущества.
- Ну что же, раз с формальностями покончено, то перейдём к следующей части нашего разговора, - продолжил Наставник, - В первую очередь, хочу вам сообщить, что с армейской бестолковщиной и муштрой для вас покончено. Курс молодого бойца был нужен именно для того, чтобы и мы, и вы, поняли, насколько вы способны преодолевать возникающие жизненные трудности, и чтобы вы не понаслышке познакомились с армейским бытом. Дальше уставное служение нам не понадобится. Дальше начнётся учёба. Учёба сложная, но интересная и очень полезная.
Немного поясню, куда вы попали. Наше подразделение называется, как я говорил ранее - Отряд специального назначения войск связи. Подчиняемся мы напрямую Министру обороны и начальнику Генерального штаба. Являемся подразделением стратегического резерва Верховного главнокомандующего.
Наверняка, многие из вас смотрели фильм про нашего разведчика Штирлица. Который ходит такой весь из себя брутальный и красивый по коридорам Третьего рейха и что есть сил и возможностей борется с фашизмом на его же территории. Ну, кто фильм не смотрел, в любом случае о Штирлице слышал и знает, кто это. Как минимум из анекдотов.
Так вот, у нашего разведчика не получилось бы так хорошо и качественно выполнять поставленные Центром задачи, если бы с ним бок о бок не трудились его помощники.
Нам с вами особенно интересна фигура радистки Кэт, она же - простая рязанская девчонка Катя Козлова. По сути, наша с вами коллега. Обеспечивала связь берлинской резидентуры с «Большой землей». И всё у нее, как и у ее соратников, было хорошо, пока не довелось ей забеременеть.
Это была её первая ошибка. Потому что у беременной женщины начинаются психофизические и гормональные изменения в организме, что может привести к неконтролируемым последствиям. Поэтому, учитывая, что вся группа работала в Берлине на нелегальном положении, риск провала увеличился многократно. Во время родов, радистка Кэт, не смогла контролировать свои эмоции и начала посреди Германии кричать на чистом русском языке, вспоминая всех Богов и святых угодников. Это была её вторая ошибка. Но как следствие первой.
А потом она родила ребёночка. Красивый такой, розовощёкий карапуз с глазами-пуговками. Это было третьей ошибкой. Тоже следствие первой. Ребёнок в руках гестаповских палачей стал манипулятором, при помощи которого они могли заполучить у Кэт информацию про всю агентурную сеть во главе с Героем Советского Союза полковником Максимом Максимовичем Исаевым, он же Штирлиц. И если бы не второстепенный герой фильма, благородный немецкий солдат, который спас нашу радистку и ее сына от расправы, то все произошло бы именно так, как я сказал. Но надо понимать, что такие счастливые спасения бывают только в кино. В реальной жизни истеричек и благородных не берут в охранники особо важных и ценных пленников.
Как бы это кощунственно ни звучало, но ребёнок, изначально, в данной ситуации не должен был родиться. Или аборт, или выкидыш или преждевременные роды.
Разведчик должен уметь принимать взвешенные решения. На одной чаше весов жизнь не родившегося малыша, на другой жизнь боевых товарищей, от результата работы которых зависит жизнь тысяч, без преувеличения, других людей, в том числе и таких же детей. И женщин, и стариков.
По-хорошему, как только Штирлиц узнал о беременности своей радистки, он должен был заставить ее прервать беременность. Если бы она отказалась, то ему следовало бы отправить ее на «Большую землю» для ее же безопасности. Если бы она отказалась, то её надо было просто устранить. Физически. Жестоко? Жестоко. Но рационально. Разведка — это не та область человеческой деятельности, где можно позволять себе эмоции.
К чему это я всё? А к тому, что наше подразделение занимается подготовкой как раз таких «радисток Кэт». Задача наших выпускников, в случае полномасштабной войны оказаться в тылу наступающего противника и под видом мирного жителя, либо сотрудника оккупационной администрации вести диверсионно - подрывную и разведывательную работу. Таких специалистов, какими станете вы после окончания обучения, в стране единицы. Тем из вас, кто успешно пройдёт весь курс подготовки и сдаст выпускные экзамены, будет присвоено офицерское звание и предоставлен выбор: либо продолжить службу, либо вернуться на гражданку и ежемесячно получая офицерскую зарплату, а также по срокам очередные звания, начать свою деятельность в народном хозяйстве, в ожидании большой войны. Вопросы есть?
- Никак нет, хором чётко громко прокричали мы в ответ.
- Ну всё, прекращайте эту солдафонщину, не на параде - поморщился в ответ Наставник, - в русском языке есть же множество слов: «неа», «нет», «нема», «всё понятно», ну и так далее. Вы теперь не солдаты. Вы разведчики-диверсанты – нелегалы-радисты. Вам вообще нельзя быть похожими на военных. А то, как и радистка Кэт будете задержаны, первым же вражеским патрулём. Только, в отличие от фильма, доброго и опытного Штирлица в тот момент рядом может не оказаться. Всё понятно?
- Ага…
- Да…
- Всё ясно…
- Понятно…
* * *
И началась с того момента у нас совсем другая жизнь.
На следующее же утро нас никто не разбудил. Хотя организм, привыкший за три месяца к крику «Рота подъём!», без всяких криков пробудился сам в 6:30. Все девчонки проснулись практически одновременно и замерли, пытаясь насладиться последними секундами ускользающего сна, в ожидании, что вот-вот зайдёт Наставник и начнёт как обычно орать и раздавать очередные неприятные команды типа куда – нибудь бежать. Или вообще забросит дымовую шашку в расположение, как он уже неоднократно делал, дрессируя нас на действия по команде «Газы!».
Но в то утро ничего такого не произошло. Наставник появился где-то через полчаса, уже после семи утра, когда мы все были уже умыты, одеты и причесаны.
- Заметили сегодня утром особенность? Вас никто не будил, а вы все без команды проснулись в нужное время. Всё почему? Потому что ваше тело было подсознательно разбужено, основываясь на памяти происходящего с вами в течение трёх предыдущих месяцев. Вспоминая как ровно в 6:30 ваш организм получал мощный заряд стресса. Вот именно в преддверии этого стресса, вызванного громкими криками и необходимостью всё делать быстро, одеваться, забежать в туалет, выскочить на улицу на построение, ваш организм и научился просыпаться за секунду до назначенного времени. Когда ровно в 6:30 звучала команда о подъёме, вы этого не замечали. Вам казалось, что именно эта команда и была вашим «будильником». Нет. Организм ваш уже был в боевом режиме, если можно так сказать, за секунду-две до официальной команды. Сегодня вы все в этом убедились. Когда в назначенное время организм вас разбудил, а команды «подъём» не последовало. Для вас это будет практическим подтверждением теории о том, что человек сам, без будильника, может планировать время своего пробуждения. И просыпаться именно тогда, когда сам себе приказал. Ваша задача – научиться программировать продолжительность вашего сна. А мы, со своей стороны, вам поможем в этом. Ставлю всем вам задачу завтра проснуться в 5:45! Ни минутой раньше, ни минутой позже!
Потом нас повели на завтрак. Только увидели мы в столовой не армейские лавки и столы на десять человек, а интерьер заведения общественного питания со шведским столом уровня трехзвездочного отеля с соответствующим количеством предлагаемых блюд.
- Вы должны понимать разницу между завтраком в отелях разного уровня комфорта. И обращать внимание на то, как люди набирают себе еду. Помните Шерлока Холмса, который по деталям мог рисовать такие целостные полотна, что современным детективам даже и не снилось. По поведению человека на завтраке можно собрать о нём очень много информации. Один проживает в отеле или нет, как давно проживает, из какого региона прибыл. А также по поведению на завтраке в отеле можно понять уровень интеллектуального развития постояльца, принадлежность к социальной группе и получить еще множество различных характеристик. Поверьте, замужние дамы из Урюпинска ведут себя в гостинице совсем не так, как разведённые дамы из Петербурга или находящиеся в поиске приключений приезжие из суровых сибирских городов. Москвички совсем не похожи на страждущих уюта и покоя жителей Алтая. Те, кто живет больше недели, почти всегда вступают в беседу с персоналом заведения, еды берут минимум, только чтобы перекусить, и быстро уходят.
Совсем иначе ведут себя те, кто пришёл на завтрак первый или второй раз. Как правило, хождение от стола к раздаче пищи происходит неоднократно, и по итогу остаётся много недоеденного. Жители северных районов редко по утрам пьют кофе. В основном чай. Жители южных регионов предпочитают сок или морс. Воду выбирают на завтрак как единственную жидкость исключительно жители городов - миллионников…
* * *
…- Перед вами большой выбор одежды, – и действительно, в помещении было столько различных нарядов, что сложилось такое впечатление, будто где-то вынесли, как минимум, магазинов двадцать одежды и обуви и перевезли все что в них было к нам в учебный центр.
- Сейчас я попрошу вас одеться для похода на вечеринку, посвященную получению диплома об окончании университета. Сами подумайте, кто кроме вас там будет, как эти люди могут быть одеты и оденьтесь так, чтобы не выглядеть на их фоне белой вороной, чтобы вам можно было сойти за своего хотя бы по внешнему виду.
Какое замечательное задание! Ну вот тут мы оторвались по полной. Такой богатый выбор: и по фасонам, и по размерам, и по стилям, и по качеству, и по брендам. Не говоря уже о цветовой гамме и обилию модельных рядов.
- Не забываем о макияже, девушки. У вас осталось полчаса на выполнение задания.
…- А вот теперь давайте обсудим. Несмотря на то, что выглядите вы все шикарно, я вынужден констатировать тот факт, что с заданием не справился никто. Знаете почему? А потому что в процессе вашего перевоплощения, ни от кого из вас я не услышал вопросов. Хотя вопросы должны были появиться еще до того, как надели на себя первую вещь. Например, разве не важно из какого ВУЗа планируется выпуск? Как вы сами понимаете, выпускники МГИМО отмечают выпускной совсем не так, как это делают в Борисоглебском педагогическом институте. Опять же, никто не уточнил, кто гуляет: очники или заочники. Факультет? Архитекторы или юристы, инженеры или врачи? Первая и главная ошибка – вы не собрали никакой дополнительной информации. Увидели горы шмоток и потеряли способность критически мыслить? Так дело не пойдет. С этим мы будем бороться. Голова – вот главное оружие разведчика! Голова должна работать постоянно, задавая самому себе миллион вопросов каждый раз.
Теперь посмотрите друг на друга, а потом каждая сама на себя в зеркало. Что мы видим? Правильно. Сборище модных, стильных, притягивающих к себе внимание красоток. А вы кто? Вы агенты на задании! Вы должны чужого внимания избегать. Это только в кино, куда бы Джеймс Бонд ни прилетел, его всегда узнавали по морде лица. Да и он сам никогда не усложнял себе жизнь такими мелочами, как использование подложных документов. Не говоря уже о смене внешности. В нашей реальной работе всё совсем не так. Возможно, Агент - 007 всегда рассчитывает на своё умение пользоваться холодным и огнестрельным оружием, а также приёмами рукопашного боя. Не знаю, как у них там в британской разведке, особенно в вымышленной, принято, но у нас же, если разведчику приходится использовать оружие – значит задание провалено. Наш стиль – оставаться всегда незаметными, делать свои дела, не привлекая к себе внимания. Поэтому скрытность действий и помыслов – это святая святых. Те, кто думает, что в разведке его ждёт слава и почёт, те для службы в ней не подходят. Разведчик может стать знаменитым только в одном случае – если его схватили враги и публично казнили. Еще, в наши дни, казнь могут заменить длительным тюремным сроком. Всё. Других вариантов стать известным не существует. Переодевайтесь обратно. Не зачёт.
* * *
…- Кто знает, как легче всего подделать печать? Правильно, скачать необходимую программу в интернете. Или еще проще, купить на сайте бесплатных объявлений специальное оборудование, которое за минуту изготовит любую печать, какую вам только надо. Удобная штука, размером с небольшой кейс. А что же делать, когда нет доступа к программам в интернете и оборудованию? Фокус с варёным яйцом все знают? Так вот он подходит только в случае поверхностной проверки вашего документа. Допустим, когда вы машете поддельным удостоверением перед лицом гражданского жителя. А вот специально обученный военный либо полицейский патруль вам не обмануть таким примитивным приёмом.
Для тщательных проверок вам понадобиться качество подделки посерьёзнее. Прошу всех надеть маски-балаклавы, я хочу вас кое с кем познакомить.
Спустя минуту, в помещение зашёл, слегка прихрамывая на правую ногу, дедушка – божий одуванчик, лет под восемьдесят. Про таких говорят «метр с кепкой», седые длинные волосы с окладистой бородой, в целом чем-то напоминающий своей внешностью Солженицына. Он был без маски, что было непривычно. Все преподаватели и инструкторы, за исключением Наставника, общались с нами только в масках. Как и мы с ними.
- Здравствуйте. Меня зовут Савелий Игнатьевич. Моя задача научить вас из подручных средств изготавливать аусвайсы, которые должны выглядеть краше натуральных. Что нам для начала надо? Правильно, обычный ластик и чернила. И ещё циркуль и скальпель. На худой конец – обойный нож. Работа очень кропотливая и требующая недюжинной усидчивости. Поначалу будет очень сложно. Но, даю вам слово, через два месяца, вы будете рисовать любую печать не более чем за час.
Итак, приступим. Для начала лёгкий пример. Представим, что у вас есть возможность сделать копию необходимой печати. Что будем делать дальше?
- Дальше можно просто наклеить изображение на ластик и вырезать по контуру.
- Молодец. Все согласны с таким предложением?
- Да. Это легче, чем пытаться что-то придумывать.
- Хорошо. Давайте так и поступим. Занимайтесь. Кто первым закончит, дайте мне знать.
Через два часа напряженной и кропотливой работы:
- Савелий Игнатьевич, я всё, закончила.
- Отлично. Товарищи курсанты, прошу, отвлекитесь от своей работы, у нас есть первая печать. Давай, ставь оттиск вот на этом документе. Поставила?
- Да, поставила.
- Что там видишь?
- Твою ж мать!
— Вот именно. Расскажите своим коллегами что именно получилось, а то не всем видно.
- Оттиск отпечатался в зеркальном изображении.
- Твою мать! У меня тоже!
— Вот блин… такая же фигня…
- Да ё-моё…
- Охренеть, зря два часа мучились…
Вдоволь насладившись нашим разочарованием, Савелий Игнатьевич изрёк:
- Теперь вы понимаете, что если и копировать оттиск для последующего изготовления печати, то только в зеркальном изображении. Голова разведчику дана, чтобы думать, а не чтобы уши носить, - они сговорились что ли, про голову повторять каждый раз? - теперь давайте заново, только уже без дураков, как положено…
* * *
Ровно в 5:45 следующего дня я проснулась от того, что кто-то вылил на меня ведро холодной воды. Закричав от неожиданности, я резко подскочила и увидела, что таким же образом разбудили и всех моих «боевых подруг».
После небольшого сумбура и неразберихи, после того как мы построились в казарме, Наставник объяснил произошедшее:
- Когда вчера я попросил вас проснуться в 5:45, ни вы, ни ваш организм не восприняли мои слова всерьёз как предвестник будущего стресса и как реальную для себя угрозу. Для того чтобы устранить эту вопиющую несправедливость, нам пришлось сегодня подвергнуть вас внезапной обструкции. Сегодня в 5:45 мы в первый раз послали сигнал вашему организму, что если он будет валять дурака и не слушаться ваших внутренних команд, то будет каждый раз получать большую дозу адреналина. Возможно, завтра это будет удар электрическим током. Или взрыв петарды возле самого уха. Или снова ледяная вода. А может нам захочется прижечь сигаретой голую … пятку. Для вас сигналом к пробуждению должна стать не экзекуция, а возможность ее наступления. Именно ожидание стресса должно заставлять ваш организм просыпаться в строго назначенное время. Завтра подъём в 6:10.
И не пытайтесь не спать всю ночь. Мы не в кошки-мышки с вами играемся. Недосып очень быстро скажется на качестве вашей подготовки. И вы, всё равно, пропустите шоковую терапию в назначенное для подъёма время. Лучше просто старайтесь программировать свой внутренний будильник, чтобы он никогда вас не подводил. Как показывает практика, через неделю – полторы даже самые заторможенные из вас научатся просыпаться без будильника ровно в то время, которое вы для себя назначили с погрешностью максимум тридцать секунд. Если только вас не убьёт током на одной из тренировок по пробуждению. Шутка.
Блин, «неделя – полторы». Семь – десять шоковых пробуждений …
* * *
- Современные автомобили, если они не отечественного производства, уже достаточно тяжело завести без ключа. Потому что они имеют иммобилайзер. Но всё равно, знающий специалист это может сделать за считанные минуты, и я, позднее, научу вас как подать напрямую напряжение от аккумулятора на стартер и систему зажигания в обход всех систем безопасности. А пока попробуем более простые образцы автопрома. Вот, например, обычные «Жигули». Классика, как говорят в народе. Для того чтобы вскрыть эту машину, как и многие другие, достаточно просто оттянуть верхний угол водительской двери и проволокой оттянуть вверх кнопку блокировки двери. Вот видите, открылась…
… - Запуск стартера проводится путём соединения вот этих проводочков. Кратковременно. Вот так…
… - Системы спутникового слежения за автомобилем, как правило, устанавливаются в пяти местах. Достаточно просто экранировать сигнал, хотя бы просто фольгой. Это если нет времени с ней возиться. Идеальный вариант, это подключение к передатчику отдельного питания и демонтаж его с автомобиля. В итоге, машина уехала в неизвестном направлении, а спутник видит, что она стоит в гараже, как и прежде…
* * *
- Искусство перевоплощения – это главное искусство, которым должна владеть женщина. А женщина – разведчик должна владеть им в идеале. Казалось бы, мужчинам проще: бороду или усы приклеил, и тебя уже никто не узнает. А вот и нет. Как раз эта видимая лёгкость изменения внешности, порой и играет с ними злую шутку. Что толку, что ты бороду прилепил. При этом забыв изменить осанку, походку, тембр голоса. И всё. Ты уже, считай, в руках у гестапо. Ну, или с кем там воевать придётся в этот раз…
… - Давайте сегодня попробуем «нарисовать» лицо под фотографию. Вот на экране гражданка, на которую вам надо стать похожими. Посмотрите, как она двигается, как она говорит, как одевается. Запоминайте. Через два часа я посмотрю, что у вас получилось…
…- Ну что же, неплохо для первого раза. Хотя из совпадений пока вижу только то, что вы сумели подобрать парик в цвет волос объекта. И то не все, к сожалению. Ничего, будем работать над этим…
* * *
- Чувство брезгливости присуще любому цивилизованному человеку. Есть прямая зависимость: чем выше уровень интеллектуального развития у индивидуума, тем скорее его стошнит от вида разлагающего собачьего трупа или от прорыва фекальной канализации в собственном туалете. Здесь прогресс играет против человечества.
Ели рассмотреть ситуацию более широко, то мы увидим, что чем выше уровень развития цивилизации, тем уязвимей человек вне своего социального поля. Деградировать, то есть спускаться ниже, к истокам, сложнее, чем подниматься вверх по эволюционной лестнице.
Простой пример: современный человек, окажись он один в дремучем лесу, без оружия, средств связи и спичек, скорее всего скоро погибнет. Потому что он уже даже на уровне генетической памяти забыл, как добывать себе пищу, как разводить огонь, как строить жилище, не имея специальных инструментов.
И наоборот: если туземца из недр Африки переместить в мегаполис, то он очень быстро адаптируется, обучится, социализируется, да ещё и станет богатым человеком, потому что его за деньги будут звать в различные телешоу. Но, при этом, он легко сможет, при необходимости, вернуться в места своего первоначального обитания. Его внедрение в цивилизованный мир произойдет без ущерба для своих, приобретенных ранее, навыков выживания в дикой природе.
К чему я это говорю? К тому, что чувство брезгливости ваших врагов должно стать в ваших руках таким же оружием, как пистолет. Сразу хочу предупредить, что наш курс один из самых тяжёлых для морально - психологического восприятия курсантами. Но без него никак. Самая главная мотивация для вас, это сдавать все промежуточные зачёты и испытания с первого раза, чтобы не отправляться на второй круг. Всем всё понятно? Отлично. Начнём с самого простого. Со скрытого преодоления сточной канализационной канавы…
* * *
… - Уважаемые товарищи курсанты, главная задача военно-полевой медицины заключается в том, чтобы доставить раненого с поля боя в госпиталь живым. Не здоровым, а именно живым. Уже в госпитале лечащий врач примет обоснованное и взвешенное решение, основанное на анализах и объективных исследованиях состояния пациента о том, будет ли он жить или нет, и насколько при этом есть возможность сохранить его здоровье. Наша с вами задача спихнуть с себя живого пациента. И чтобы по пути он не умер.
Для решения этой простой, казалось бы, задачи, необходимо пояснить главную истину: человеческий организм — это полностью герметичная субстанция и любое нарушение герметичности, хоть снаружи, путем повреждения кожно-мышечного слоя, хоть изнутри, путем воздействия на поверхность внутренних органов механическими либо химическими поражающими факторами, всегда во всех случаях, приводит к кровотечению. И если внешнее кровотечение мы видим сразу, то о внутреннем мы должны уметь догадываться и знать способы его диагностики…
…- При серьезном ранении в полевых условиях, необходимо помнить главный алгоритм оказания первой медицинской помощи самому себе либо раненому товарищу. Звучит он весьма нелицеприятным для русского уха словом – ЖОПА. Но именно потому так легко запоминается. Это аббревиатура, по заглавным буквам действий, которые необходимо совершить немедленно.
Ж – жгутирование, О – обезболивание, П – перевязка, А – автомобиль, то есть эвакуация раненого.
Чтобы остановить кровь из поврежденной артерии самому себе у вас есть всего двадцать секунд. После этого вы потеряете сознание от потери крови. Еще секунд тридцать для того, чтобы наложить жгут останется у тех, кто будет находиться в этот момент рядом с вами. Если они не успеют или никого рядом не окажется, то все. Финита ля комедия…
… При отсутствии с собой аптечки и отсутствия рядом цивилизации, для обработки ран можно использовать природные антисептики. Ромашка, подорожник, календула, эвкалипт (если судьба занесёт вас в тропики), некоторые виды мхов и ягеля, собачья и кошачья слюна. Моча, опять же. Это надо знать. Потому что у разведчика вероятность получения травм и ранений непосредственно возле аптеки весьма мала…
… Отёк Квинке опасен тем, что отекает слизистая гортани и полностью перекрывает дыхательные пути. Человек умирает от удушья. В таком случае, опять же, у вас будет максимум полторы минуты, чтобы провести коникотомию, рассечение гортани между перстневидным и щитовидным хрящами. Вот здесь. Все нащупайте у себя это место. Делается это легко: запрокидывается голова, делается вертикальный надрез и в разрез вставляется что-то, что не дает краям разреза сойтись обратно и перекрыть канал воздуха. Как правило, для этого используют корпус шариковой ручки. Сейчас мы посмотрим видео, а потом будем отрабатывать эту нехитрую операцию на натуре. Сначала на специальных реалистичных манекенах, а потом будет запланировано посещение анатомического театра для сдачи зачётов. Как правило, отек Квинке наступает при аллергических реакциях, в том числе и при поражении боевыми отравляющими веществами, в простонародье – химическим оружием. Кстати, самому себе тоже надо уметь делать этот надрез…
* * *
… - Если ваш пленник на допросе не будет вас бояться, то вы никогда от него ничего не добьётесь. При дознании, в рамках которого подразумевается физическое воздействие, уровень интеллекта и фантазии у допрашиваемого играют со своим хозяином злую шутку. Чем больше у человека развита фантазия, тем сильнее он себя накручивает и тем ярче представляет сам себе ужасы предстоящего допроса. Как правило, такого склада люди, боятся не боли, а боятся неизвестности. И случайно увиденные капли крови на полу или бурая тряпка под стулом, лязг металлических инструментов или приглушённый чужой крик будут восприниматься ими гораздо острее, чем откусывание их собственного пальца плоскогубцами…
… Если же допрашиваете не вы, а вас, то при допросе совсем нельзя говорить. Раз уж вы все-таки попали в руки к врагу, то должны смириться с тем, что из плена вам уже не выбраться. Вы должны мысленно попрощаться со своей земной жизнью и должны быть готовы молча умереть. Вы не должны реагировать ни на что. Совсем ни на что. Потому что вы уже простились с этим миром и вас здесь уже нет. Только полное безразличие может дать гарантию того, что вы не сломаетесь от пыток и не выдадите врагу ту информацию, которую он хочет от вас получить.
При допросе у вас не должно быть в голове никаких мыслей, никаких эмоций. Эмоции — это зло. Как только вы, допустим, начнёте ненавидеть своих палачей, вам сразу же захочется им отомстить. А чтобы месть свершилась, вам необходимо будет остаться в живых. Чтобы остаться в живых, вы начнёте говорить то, о чем вас спрашивают, оправдывая своё предательство необходимостью выжить, ради высокой цели отмщения. Такая модель поведения известна специалистам еще со времен концлагерей Второй мировой войны, когда некоторые узники, для того чтобы выжить и отомстить, зачастую творили преступления не хуже самих палачей.
Но, при этом, вы должны понимать, что со стороны врага тоже не дурачки работают и что они тоже изучали исторические материалы. И даже если они оставят вас в живых, то сразу дискредитируют так, что вы своих будете бояться больше, чем чужих. Скорее всего это будет провокация, связанная с устранением кого-нибудь из тех ваших коллег, чьи имена вы назвали при допросе, пытаясь остаться живым чтобы отомстить. Вас повяжут кровью, все это дело очень качественно задокументируют, приложат материалы фото и видеофиксации, и вы никогда не отмоетесь от этого, никогда. Таким образом они заставят вас доказать, что сотрудничество у вас не притворное. А после этого вам уже и мстить-то будет некому, ибо станете вы одним из них. И ничего хорошего вам ждать от своего бывшего, преданного вами, руководства точно уже не придется. Возвращаться вам будет некуда. И в итоге вы не мертвый герой, а живой предатель. Со всеми вытекающими последствиями лично для вас, а также для ваших родных и близких…
…- Еще часто в фильмах бывает такая ситуация. Сидит главный герой, сидит, стойко переносит пытки, и вдруг в камеру для допросов заводят кого-нибудь из его друзей или родственников. Естественно, на этом моменте главный злодей говорит: если ты не расскажешь того, чего нам надо, то мы будем убивать и резать на куски, этого, близкого тебе человека. Обычно по сценарию, это возлюбленная или старый друг, на худой конец ребёнок.
И после этого суровый, окровавленный мужик, который выдержал продолжительные пытки как минимум несколько часов, вдруг опускает плечи, притупляет свой сверкающий взор и произносит устало: «Чёрт с вами, я расскажу все, что вы требуете, только не трогайте её (его)». И действительно всё рассказывает.
Мне при просмотре всегда, в таком случае, хочется задать вопрос главному герою: а ты на что рассчитываешь, когда соглашаешься на сотрудничество с врагом? Что твою любимую отвезут туда, откуда привезли, извинятся и уедут. И она после увиденного не побежит в полицию? Злодеи так в этом уверены? И что будет с тобой? Ты правда считаешь, что после того, как ты все рассказал, тебя оставят в живых и тоже отпустят на все четыре стороны? Алло, очнись, дядя!
Вы должны понимать, что в реальной жизни, как только главный герой всё рассказывает, его устраняют сразу же, как и его драгоценную возлюбленную. Никто не оставляет живых свидетелей. Потому что это нерационально. У настоящих профессионалов нет эмоций. Они не живут в категориях «жалко - не жалко»,» «честно – не честно». Они живут в категории «целесообразно – не целесообразно», «эффективно – не эффективно».
Поэтому, повторюсь, нельзя поддаваться эмоциям и жалеть того, кого обещают пытать или убить за ваше молчание. Как бы жестоко и цинично это не звучало, но на допросе каждый сам за себя. Два приговорённых к смерти, находясь на одном эшафоте не проявляют жалости друг к другу. Вот и вы не должны никого жалеть, ни себя, ни других. Только безразличие поможет вам сохранить самообладание.
К тому же, человека, через угрозу которому пытаются манипулировать вами, всё равно убьют. Но только в том случае если вы будете молчать, его смерть не окажется напрасной…
…При групповых допросах, когда требуется за короткое время получить всю необходимую информацию от пленников, необходимо сразу определить самого непригодного для дальнейшего использования человека. Начать допрос следует демонстративно с него, в присутствии остальных его товарищей.
В случае его отказа отвечать на поставленные вопросы, наносить увечья, не беспокоясь о том, будут ли являться эти увечья смертельными или нет. В идеале, допрашиваемый должен продержаться пять-шесть циклов: «вопрос – нет ответа – увечье». Чтобы остальные успели представить себя на его месте и оценить последствия для своего организма, которые наступят в случае, если они тоже будут молчать в тот момент, когда вопросы будут задавать уже им.
После того, как психологический эффект будет достигнут, в том смысле что первая жертва перестанет быть пригодной для психологического воздействия на своих товарищей по причине смерти или отсутствия значимой реакции на боль, все допрашиваемые разделяются и, в дальнейшем, уже идёт сугубо индивидуальная работа с каждым отдельно.
Первым надо допрашивать самых слабых. Пусть даже они и знают меньше других. Но они точно, без особых проблем и колебаний, дадут информацию об именах и фамилиях командира и сослуживцев, месте дислокации подразделения, точке высадки и точки назначения, линии маршрута. То есть именно те мелочи, используя которые, вы другим, более стойким его товарищам, будете давать понять, что вам многое уже известно. И тем самым подталкивать их к тому, чтобы более правдиво отвечать на поставленные вопросы. Раз уж все равно все известно…
* * *
…- На первый-второй, рассчитайся.
- Первый!
- Второй!
- Первый!
- Второй!
- Первые номера, четыре шага вперёд. Раздевайтесь.
- Как?
- Так. Догола. Давайте, давайте, чужих здесь нет. На меня не смотрите. Я, на минуточку, кандидат медицинских наук и доктор психологии. Да и лет мне уже столько, что вид ваших голых тел меня нисколько не отвлечет от работы.
Теперь давайте попробуем заняться привычными для вас делами. Но не просто заняться, а в виде такого мини- состязания. Вы будете с друг другом соревноваться.
Первое испытание: сборка-разборка автомата на время.
Второе: выполнение комплекса физических упражнений с приседаниями, отжиманиями, прыжками и качанием пресса, тоже на время.
Третье: снаряжение магазина патронами на скорость.
Пожалуй, достаточно. Стоп!
Теперь давайте вместе проанализируем результаты. Смотрите, кто занял лидирующие места в первом состязании. Называю позывные, курсанты делают шаг вперед. Теперь второе состязание, тоже перечисляю лидеров, они делают шаг вперед. Уловили тенденцию? Ну давайте еще, для чистоты эксперимента, лидеры третьего состязания сделайте по шагу вперед.
Трудно не заметить, что во всех трёх испытаниях победили не те из вас кто лучше умеет обращаться с оружием или более физически вынослив, а те кто был в одежде. Кстати, можете уже одеться.
Понимаете, что произошло? Сняв одежду, вы лишились концентрации и не смогли делать даже самые привычные вещи с обычным качеством.
Это нормально. Любой, абсолютно любой, голый человек чувствует себя неуютно и разбалансировано, рядом с одетым, или с группой одетых людей. За исключением, может, каких-нибудь туземцев племени тумба-юмба.
Наша с вами задача, научиться использовать эту особенность человеческой психологии в своих интересах. К окончанию нашего курса вы абсолютно спокойно и комфортно сможете себя чувствовать в обнажённом виде, хоть на Красной площади, не испытывая при этом ни капли неловкости…
* * *
…Современные видео и звукопередающие устройства настолько разнообразны, что позволяют их использовать для выполнения огромного спектра задач…
При прохождении этого курса, я увидела и узнала камеры и микрофоны. Такие же точно мне выдал следователь Самохвалов, в той далёкой теперь уже, прошлой жизни, для установки в кабинете несостоявшегося тестя. Надо отметить, что недешевое оборудование использовали наши следственные органы. А на тот момент ещё и достаточно современное…
* * *
…- Есть слежка, а есть контрслежка, необходимо различать эти понятия…
…- Управление современным тяжёлым грузовиком почти не отличается от управления легковым автомобилем…
…- Вам необходимо владеть и разбираться в любых видах стрелкового и лёгкого группового оружия. Знать калибры, характеристики и взаимозаменяемость боеприпасов…
…- При покидании транспортного средства на ходу, необходимо приземляться на ноги. В ногах самые мощные мышцы всего человеческого тела. Поэтому, при приземлении гасится, насколько возможно, инерция, а потом уже можно падать на бок, чтобы вращением погасить оставшуюся скорость…
…- Стюардесса выглядит, двигается, общается совсем не так, как проводница вагона дальнего следования…
…- Вам не надо учиться драться. При прочих равных, мужчина всегда физически будет сильнее женщины. Выкиньте из головы вообще возможность прямой драки с особью мужского пола. Если только это не будет являться частью вашей легенды. Ваше оружие – это голова. Выигранный бой — это тот бой, которого удалось избежать. Но если уже другого варианта не остается, то надо не драку затевать, а нейтрализовать противника. Главное – это внезапность, в таком случае. Потому что времени будет только на один удар. И вы должны знать, куда и чем надо бить, чтобы вывести врага из строя гарантированно…
…- Маскировка – это умение быть незаметным именно в тот момент, когда это бывает нужно. Иногда для того, чтобы остаться незамеченным, необходимо скрываться, не привлекать к себе внимания и скрытно передвигаться. А бывает, наоборот, надо громко кричать, выделяться из толпы, нарываться и нарушать все нормы приличия – и на тебя никто не обратит внимания, рассматривая просто как «белый шум»…
…- Прежде чем научиться вскрывать замки шпилькой для волос, необходимо внимательно изучить конструкцию и строение этих замков. Даже самые современные сейфы и двери имеют возможность несанкционированного открытия, хотя производители не особо об этом распространяются. Если знать куда нажать и что открутить, то большого труда процедура взлома не составит…
…- Наступи ему на ногу, да каблучком, да на подъём ноги. Чтобы ему стало очень больно. При этом похлопай ресничками, улыбнись, извинись и он даже не заметит, что у него нет больше ни бумажника, ни паспорта.
- У женщины вся жизнь в сумочке. Завладев её сумочкой, вы получаете в своё распоряжение документы, телефон, косметику, ключи, деньги, кредитки, зонтик, пакет, а в тайном карманчике ещё и пин-коды ко всем карточкам, соцсетям и сайтам с госуслугами…
- У мужчин, как правило, важные и необходимые вещи разложены по разным местам. Деньги не хранятся в паспорте, если это не заначка от супруги, а паспорт не лежит в портмоне. Поэтому, в зависимости от того, что вас интересует, потрошить надо будет разные карманы.
Есть ещё такой обычай: крупную сумму денег класть в передний карман брюк, даже при наличии кошелька. Считается, что кошелёк можно потерять, а в кармане брюк они никуда не денутся. Это очень - очень большое заблуждение. Всего-то и дел, потерять равновесие, навалиться бюстом, оттолкнуться от него, с негодованием одной рукой, а второй изъять из кармана наличность. Да поаккуратнее, не надо руку по локоть засовывать. Только свои нежные девичьи пальчики…
… - Ну как ты прикуриваешь?! Ты кто по легенде сегодня? Ты дама полусвета, из тусовки столичного бомонда. А чего ты тогда прикуриваешь и держишь сигарету как проститутка с трассы? Так не пойдет. В том обществе, откуда ты, вообще курят мало, там сейчас здоровый образ жизни в почете. Но это тебя волновать не должно. Ты просто вытаскиваешь сигарету из пачки и подносишь ее ко рту. У тебя вообще не должно быть с собой зажигалки, она должна появиться сама – собой из рук находящихся рядом мужчин. Если же такого не произошло в течение пяти секунд, то ты должна просто поднять взгляд и недоуменно осмотреться вокруг. И зажигалка мигом объявится…
* * *
Девять месяцев обучения пролетели быстро и незаметно. Судя по тем предметам, которые нам довелось изучать, сделать из нас пытались наполовину Джеймса Бонда, наполовину терминатора из жидкого сплава.
К концу обучения мы умели стрелять из всех видов оружия, уходить от слежки, подделывать документы, изменять внешность, совершать карманные кражи, вскрывать замки при помощи скрепки, анализировать большие объёмы информации, наносить увечья несовместимые с жизнью и просто убивать, как голыми руками, так и при помощи подручных средств, просыпаться в то время, которое определили для себя сами, угонять автомобили любых марок и годов выпуска, притворяться работником любой профессии от медсестры до руководителя аналитического отдела инвестиционного банка. Что такое брезгливость, жалость, злость и другие эмоциональные слабости организма мы почти совсем забыли. Точнее, мне тогда казалось, что забыли…
* * *
Наступил день выпускного экзамена.
По условиям экзаменационного задания, выпускники должны были проникнуть в населённый пункт на территории, оккупированной условным «противником». При этом каждый получал свой город. После легализации в городе, заданием предписывалось собрать полную информацию об определённом стратегическом объекте, после чего провести на его территории диверсионную операцию.
Излишне говорить, что все объекты для учебных атак были реальными режимными организациями и предприятиями и, поэтому, находились под неусыпным контролем Безопасности и других специальных служб.
А чтобы придать происходящему большей реалистичности, все десять курсантов-выпускниц были объявлены в федеральный розыск. Официально.
Мне достался северо-запад нашей родины. Небольшой городок, с населением семьдесят тысяч жителей, с тремя торговыми центрами и одной атомной электростанцией неподалёку…
В случае провала, командование обещало помочь только на этапе судебного рассмотрения дела о шпионаже и диверсии в военном суде. Если же кто-то из нас умудрится попасть в суд по банальной уголовной статье, тому придется мотать весь срок от звонка до звонка и на помощь от наших боссов можно не рассчитывать.
Мы же, ни при каких обстоятельствам, никому не имели права говорить о том, кто мы на самом деле. Никому. Даже если будет совсем-совсем туго. Всё сами. Единственное контактное лицо от Учебки – Наставник.
Если же в назначенное время, кто-то на связь не выйдет, то его будут искать и найдут. И вытащат. Или не вытащат. Всё на усмотрение руководства.
После того, как нам довели правила игры, с нас взяли ещё несколько подписок, с уже более серьёзными санкциями. Вплоть до «высшей меры»…
Глава 5
В назначенный день меня посадили в микроавтобус и повезли на военный аэродром. После проверки документов наша «Газель» заехала прямо в брюхо огромного транспортника, и еще через полчаса самолет взлетел, и мы куда-то полетели.
По моим расчётам, до назначенного мне региона лететь было часа полтора, не больше, однако мы находились в воздухе два с половиной. Может, грозовой фронт обходили. А может у нас было какое-то специальное время выделено, а мы раньше вылетели, а может, по старой армейской традиции, вообще все перепутали и увезли меня не в мой регион. В тот момент над причинами увеличения времени рейса я особо не думала.
После приземления микроавтобус выбрался из чрева грузового самолёта, и мы снова поехали куда – то дальше.
Сидевший со мной в салоне машины инструктор, один из тех, кто преподавал нам рукопашный бой, еще в самом начале пути, задергивая плотные шторы на окнах, предупредил мои попытки вычислить направление движения:
- Не пытайся понять куда именно тебя везут. Просто отдохни, пока есть время. Всё для тебя начнётся в тот момент, когда ты выйдешь из машины. А попытки просчитать маршрут нашего перемещения ни к чему, кроме ненужной траты времени и сил, не приведут. И поверь мне, именно сегодня для выполнения поставленной задачи, это вообще не важно.
Естественно, меня не убедили его доводы, и я продолжала фиксировать повороты и время в пути на каждом отрезке маршрута. Какой там отдыхать? Адреналин зашкаливал, заставляя все органы и чувства работать с утроенной энергией. Еще бы: первая самостоятельная операция. Было не страшно, было интересно. И очень хотелось «не обделаться», как того пожелал нам Наставник на последнем инструктаже, и выполнить это задание.
Прошло еще минут сорок, и вот момент начала самостоятельной работы, без страховки и контроля со стороны инструкторов и преподавателей настал. Автомобиль остановился, и мой сопровождающий открыл дверь. В распахнувшийся проём устремился лёгкий ветерок, принесший смесь лесных и полевых запахов.
- Доставай всё из карманов, - обратился ко мне инструктор.
- А у меня ничего и нет, меня же при выезде обыскали.
- Отвёртку тогда добровольно верни.
Блин. Как он смог заметить, что я прихватила, валявшуюся на полу микроавтобуса отвёртку. После того, как всё отняли, хоть какое-никакое оружие и инструмент. Но как он заметил? Я просто уверена, что всё сделала незаметно.
- Не расстраивайся. Эта отвёртка здесь специально и лежит, чтобы её кто-то попытался стырить, - ответил на незаданный вопрос инструктор, - мы с водителем ставки делаем на ваши попытки. Задание помнишь?
- Помню.
- Ну всё, выходи. Двадцать минут остаёшься на месте, а потом приступаешь к выполнению боевой задачи. Напоминаю: всё по-настоящему. Неудачники нам не нужны, они долго не живут. Попадёшься в лапы Безопасности – вернёшься на гражданку, если в тюрьму не посадят. Удачи тебе, девочка! Надеюсь, встретимся только после того, как ты успешно выполнишь своё задание.
- Спасибо! До встречи!
Дверь микроавтобуса захлопнулась, и он, не спеша, покачиваясь на ухабах проселочной дороги, укатил куда-то в сторону линии горизонта. А я осталась одна посреди поля, на опушке какого - то леса. И так было приятно испытывать чувство возбуждения от надвигающегося самостоятельного дела, что, пожалуй, вполне себе его можно было сравнить с эротическим.
* * *
Для начала мне надо было определиться в какую сторону идти, чтобы попасть в населённый пункт. Здесь выбор очевиден – куда уехала «Газель», туда и пойдём. Вряд ли она поехала вглубь леса. Принимаем направление движения за основу.
Теперь нужен экспресс – план, как легализоваться. Особенно, с учётом того, что с собой нет абсолютно ничего, да ещё одета в камуфляж. В Учебке я над этим думала, но ничего, что можно было бы назвать «окончательной редакцией», не придумала. Решила действовать по обстоятельствам.
Для начала надо принять более-менее приемлемый для передвижения в городе внешний вид. Потом обязательно нужна будет одежда, а пока надо закатать брюки, чтобы выше ботинок, снять куртку, оставшись в одной майке, и повязать куртку вокруг бёдер изнанкой наружу. И вот уже ты с виду не военнослужащий, а юная дама, скорее всего студентка, представитель стиля «милитари».
Чтобы соответствие образа было более аутентичным, надо немного подправить макияж. Достаточно просто затенить веки. Благо под рукой, рядом с тропинкой нашлись остатки костра. Зола помогла заменить тени. Зеркалом выступила гладь близлежащей лужи. Особой чёткости картинки не требовалось, поэтому первый этап натурализации можно было считать оконченным. Я уже, на первый взгляд, не напоминала военнослужащего и не должна вызывать вопросов у окружающих, привлекая их внимание.
* * *
Через двадцать минут ходьбы по дороге вдоль леса, я вышла на большую магистраль. Останавливать автобус смысла не было, потому что у меня банально не было денег. Доехать бесплатно можно только с частниками. Грузовики отпали сразу: одинокая девушка, голосующая на трассе, прочно ассоциируется у дальнобойщиков с проституткой. А с учётом того, что у меня ещё и средства для оплаты отсутствуют, то скандал в конце пути точно был бы обеспечен. Поэтому тормозить решила легковушки среднего ценового диапазона, у их водителей попроще отношение к жизни, меньше закидонов и, как следствие, меньше лишних вопросов.
На дороге показался достаточно свежий по виду Уазик, вот его и попробуем остановить.
- Здравствуйте! До города подбросите?
- Привет, красавица! До какого именно?
- До ближайшего, - и засмеяться, потому что не представляла, какой именно город на пути будет первым. Судя по тому, что большинство автомобильных номеров, на проезжавших по трассе машинах, были пятьдесят первого региона, а не сорок седьмого, как мне надо, то находилась я где-то в предгорьях Урала, а совсем не на побережье Финского залива. Этим и объясняется продолжительность нашего полёта. Мне до места проведения своей операции еще больше полутора тысяч верст добираться.
- Ну, до ближайшего, значит до ближайшего. Я, кстати, тоже туда еду.
- Ой, а вы случайно не через Центральную? – наши преподаватели рассказывали нам, что самое популярное название улицы в России не Ленина, как принято считать, а именно Центральная. И даже если непосредственно в населенном пункте отсутствует улица с официальным названием «Центральная», то под это определение спонтанно попадает любая центральная улица города. В том числе и улица Ленина. Поэтому вызвать подозрение упоминанием такого названия улицы достаточно сложно, чего мне и требовалось.
- Нет, но рядом, по Беговой проеду.
- Хорошо, я там и выскочу тогда. Там мне прям рукой подать будет.
* * *
В городе первым делом необходимо обзавестись документами и деньгами. Как правило, обитают они в одних и тех же местах. А именно: банки, почтовые отделения, вокзалы и автовокзалы.
В моём случае, идеальным местом была бы точка выдачи микрокредитов, на каком-нибудь рынке или в каком-нибудь торговом центре. Такая нашлась довольно быстро. Спасибо капиталистам с их жаждой наживы. Сервис «Быстрые деньги до зарплаты» со своими грабительскими процентами, казалось, добрался в самые захолустные поселения нашей великой страны. Хотя для моих замыслов, от такого положения дел, только сплошная польза. По предмету «Карманные кражи» у меня была твёрдая пятёрка. Осталось только дождаться, пока кредит получит гражданка, примерно одного со мной возраста, телосложения, и хоть немного похожая внешне. На первом этапе, прям серьёзные документы не требовались. Мне на этот паспорт только билет на поезд купить и уехать из отсюда в сторону Северо-Запада.
Ждать пришлось недолго, часа полтора. Правда, обладательница паспорта и наличности была немного полнее меня, но это дело поправимое. Не в том смысле, что я могу быстро поправиться на сколько угодно килограммов, нет. А в том смысле, что похудевшая девушка, относительно своего фото в паспорте, как-то непроизвольно вызывает симпатию того, кто этот паспорт проверяет. И это не я придумала. Это преподаватели курса «Психология маскировки» нам говорили.
Взятого не мной кредита хватило на билет, на продукты в дорогу, а также на то, чтобы полностью переодеться и на косметику. Как раз с помощью последней я добавила несколько штрихов к своему портрету, чтобы ещё более походить на фото в паспорте.
Ещё мне нужен был интернет. Но и эту проблему удалось решить достаточно быстро и недорого, покупкой смартфона.
Двое суток в поезде мне предстояло изучать город моего оперативного интереса при помощи всемирной паутины.
* * *
Изначальный план мой был в том, чтобы после легализации устроиться работать продавцом в одну известную сеть магазинов, у которой есть точки во многих городах, в том числе и в том, который мне нужен. Начинать я решила с Северной столицы, а потом уже оформить перевод в другой магазин этой же сети, но уже там, где мне надо и уже на месте определить способ проникновения на АЭС для выполнения моего задания – имитации террористического акта на территории особо охраняемого объекта.
Задача устроится продавцом в магазин не самая сложная, учитывая кадровый голод нашей сетевой розницы. Почему не сразу в нужном городке, а с заездом в Питер?
Во-первых, в большом мегаполисе проще затеряться.
Во-вторых, проще обзавестись новыми документами. Даже просто статистически легче встретить похожего на себя человека.
Да и деньгами проще обзавестись там, где они водятся. Кто бы знал, какой Клондайк и Эльдорадо в одном лице, для карманников, в часы пик в переходах между станциями метро…
В – третьих, в больших городах нет такого пристального внимания к новым людям.
* * *
Первоочередной вопрос – новые, легальные документы. Это уже не могут быть украденные у нерасторопной курицы паспорт и водительские права. Потому что, как только она заметит что документы утеряны, она подаст заявление в полицию, а полицейские внесут паспорт в базу, как недействительный. А в интернете есть специальный сайт, на котором любой желающий может проверить действительность документа. Надо только ввести серию и номер. В уважающих себя компаниях, даже кандидатов на работу проверяют при его помощи. А уж ребята, курирующие безопасность атомной станции, имеют возможность проверить подлинность документа по совсем другим базам. С точностью до буквы. Поэтому документы у меня должны быть подлинными и действующими.
А для этого мне нужен человек, внешне похожий на меня, но которому документы не нужны в настоящее время, который ими не пользуется, и при этом не испытывает неудобства.
Прокручивая в голове варианты кандидатур, на ум приходили только интеллигентные специфичные питерские городские бомжи. Особая каста жителей северной столицы. Как в фильмах Балабанова.
Другие социальные группы, при детальном анализе отпали. Это не могли быть осужденные, которые паспортами не пользуются за ненадобностью, потому что, при проверке Безопасностью они будут сразу идентифицированы как преступники, отбывающие наказание. Это, также, не могли быть онкобольные, которым тоже, паспорта, особо, ни к чему. Онкобольные могли умереть в любой момент и при проверке, паспорт окажется недействительным, потому что принадлежит мёртвому человеку.
А вот спившиеся интеллигенты – самое то. Им паспорт тоже не нужен. И об их социальном статусе никто не будет вносить записи в базы данных. Потому что они никому не интересны. Кроме меня.
* * *
Раздобыв немного наличности в вагоне забитого под завязку поезда в перегонах между тремя станциями метро, я сняла квартиру в одном из рабочих районов на окраине.
И в тот же вечер вышла «на охоту». Моя задача осложнялась тем, что найти мне надо было женщину примерно моего возраста. Уверенности в том, что бомжами становятся так рано, у меня, конечно, не было. Надеялась на удачу.
За три дня я познакомилась с несколькими десятками групп, ведущих асоциальный образ жизни. Услышала несчётное количество историй из жизни, выпила водки столько, сколько не пила за всю свою предыдущую жизнь. Это, конечно, была вынужденная мера. Но вести беседы с этими ребятами за шампанским – это моветон. Я была бы не понятой.
Однако от конечной цели – обнаружения похожей на себя особы женского пола – я была всё так же далека, как и неделю назад, находясь в казарме учебного центра и готовясь к операции.
Определив для себя ещё срок в пару дней (больше не выдержит печень), я решила изменить алгоритмы поиска. Уже готова была даже на совсем непохожий на меня «экземпляр», лишь бы возраст подходил…
* * *
Как это часто бывает в жизни, в решении поставленной задачи помог случай. Хотя я в случайности не верю, конечно, особенно по прошествии стольких лет в нашей профессии. Считаю, что случай, если это не чей-то замысел в отношении тебя, то это результат концентрации, внимания, внутренней энергии на решении поставленной задачи. Иначе и быть не может. Недаром древние говорили: страждущий да обрящет. Это именно к определению понятия «случаю» хорошо подходит. Главное страждать, ну или как там правильно произносится.
Так вот, оплачивая очередную порцию алкоголя для моих новых товарищей из северостоличного бездомного бомонда, я в продавце увидела то, что так долго искала с угрозой для своего здоровья. Сидевшая на кассе девушка была моего роста, моего, примерно, возраста, с короткой стрижкой, цветом глаз, цветом волос, и формой носа.
Очень и очень похожая на меня девушка. Мне почти не надо было менять внешность, чтобы её паспорт подошел мне как свой. Только надо придумать, как им завладеть, чтобы хозяйка не обратилась в полицию.
* * *
В следующие несколько дней я стала тенью своего, не подозревающего об этом, двойника.
Я узнала об этой девушке почти всё: где живёт, как проводит свободное время, с кем из друзей общается, какие имеет привычки. Ну и самое главное – все паспортные данные: имя, фамилию, дату и место рождения – они мне были важны для следующего этапа моей натурализации уже в городке атомщиков.
Спустя ещё пару дней мы «случайно» познакомились на дискотеке в ночном клубе, после чего у нас завязались дружеские отношения. А уже через неделю после знакомства мы стали подругами «не разлей вода», ведь, как выяснилось, у нас столько много было общего, имея в виду увлечения, вкусовые и модные предпочтения, способы проведения досуга. Да и, чего греха таить, общие знакомые говорили, что мы даже и внешне чем-то похожи.
* * *
После того, как у меня появилась уверенность в том, что у меня, в конце – концов, появятся легальные документы в ближайшее время, я решила, что мой первоначальный план с устройством работать продавцом в сеть магазинов слишком долгий и скучный. И, на кураже от удачной находки «двойника», я решила свой план изменить.
Начала я с того, что создала странички во всех известных мне социальных сетях. Через поиск и геолокацию удалось выявить, суммарно, более двадцати тысяч аккаунтов людей, проживающих в интересующем меня городке. С помощью фильтров – возраст, пол, семейное положение и прочее – список интересных мне кандидатов сократился до трех сотен молодых людей, от двадцати пяти до сорока пяти лет от роду.
Это, так сказать, и была моя «целевая аудитория».
Я понимала, что любого нового человека в «закрытом» по причине близости атомной станции городе, проверят очень и очень тщательно. Поэтому, как обоснование для своего появления, мне нужен был кто-то, кто меня добровольно пригласил в гости.
Вот и пришлось сидеть фильтровать всех этих триста человек. В итоге, остановиться решила на десяти. Их и взяла в плотный оборот. Правда, придётся сделать еще десять разных аккаунтов. Но это самое простое.
Дальше следовал этап физических встреч с кандидатами из соцсетей. Мне нужен был тот, кто из них работает на атомной станции…
Мой новый план заключался в том, чтобы при помощи соцсетей познакомиться с мужчиной, проживающим в городе атомщиков и работающим на АЭС. Который после близкого знакомства должен будет предложить мне переехать к нему поближе из северной столицы, ну или на худой конец, хотя бы приезжать в гости почаще. Конечно, я надеялась, и не без оснований, на то, что меня пригласят к совместному проживанию на территории города атомщиков. Ну а дальше можно будет легализоваться, устроившись на работу в любую из тех же федеральных розничных сетей, представленных в населенном пункте.
Сейчас же пришла пора вплотную заняться «кавалерами» из соцсетей, проживающими в интересном мне городе и выяснить уже окончательно, кто из них имеет отношение к атомной станции. На это все у меня ушло больше двух недель. Необходимо было перелопатить огромное количество материала, чтобы из предварительного большого списка делить конкретно нужных мне для выполнения задания лиц.
В первую очередь, конечно же, меня интересовали выпускники профильных ВУЗов: теплоэнергетика, электрика, другие специальности инженерной направленности, которые могут быть представлены на АЭС. В меньшей степени интересовали юристы, менеджеры и айтишники, так как для подготовленного мной плана необходим был технический специалист, имеющий доступ к реально работающему инфраструктурному оборудованию. О доступе в реакторный отсек или в центральный диспетчерский пункт станции я и не мечтала, да мне этого и не надо было.
Какая же удобная база данных для разведчиков эти социальные сети, слов нет. Про каждого можно очень много узнать: где родился, где учился, с кем дружит, где бывает, что предпочитает. Единственная сложность заключается в том, что все приходится обрабатывать и анализировать вручную. Это не трудно, но на это тратится очень много времени. Очень надеюсь, что когда – нибудь придумают программу общего пользования, которая по заданным алгоритмам сама сможет искать и анализировать большие массивы информации из открытых источников. Конечно, я знаю, что у серьезных организаций в аналитических центрах все уже давно есть, но я про инструмент простого обывателя. Потому что серьезные организации со мной не поделятся результатами. Поэтому все сама: ручками, глазками, сидя на попке сутками…
* * *
После того, как я нашла себе в соцсетях, как говорят «стопроцентный вариант». Пришло время обзавестись легальным действующим паспортом. Который пока хранился у моей новой «подруги», но был мне очень нужен, посему его перемещение ко мне было всего лишь вопросом времени.
К тому моменту она уже полностью мне доверяла и её нисколько не удивило моё предложение съездить в отпуск в Белоруссию, отдохнуть на одном из курортом заповедной Беловежской пущи. Почему именно туда? Да потому что между Россией и Белоруссией нет границ, поэтому в базе данных пограничной службы не будет сведений о том, что человек покинул страну. Это будет важно в случае проверки моей личности сотрудниками Безопасности, курирующими станцию. Это первый плюс.
Второй плюс заключался в том, что на территории Белоруссии, в отличие от нашей родной страны, можно пользоваться российским заграничным паспортом как удостоверением личности, без ограничений. И, соответственно, гражданский паспорт его хозяйке будет совсем не нужен. Но он будет нужен мне. Настоящий, официальный, не украденный, не потерянный, хозяин которого его не ищет и не переживает, потому что считает, что он лежит дома в тумбочке.
Проживание на три недели в шикарном доме отдыха нам оплатил мой богатый, правда несуществующий «папочка». Ну так звучала моя история при согласовании нашего совместного с «подругой» отпуска. Папа оплатил двухместные апартаменты с полным пансионом и программой экскурсий, а мне и поехать – то не с кем, кроме нее. И наплевать, что на самом деле это я сама уже все забронировала и оплатила. За совсем за небольшие деньги, если сравнивать отечественными причерноморскими курортами.
За день до отъезда я вдруг «заболела» и меня «увезли в больницу» с пневмонией. Ну так бывает, если пневмония является осложнением недолеченной простуды, ничего не поделаешь. Я очень переживала, но отменить бронирование возможности уже не было, поэтому я предложила «подруге» ехать все рано несмотря ни на что. А чтобы ей не было скучно почти месяц, с ней вместо меня может поехать её парень, если он будет свободен. А я знала, что он точно будет свободен. Потому что этот великовозрастный балбес всё равно нигде не работал и целыми днями только и делал, что играл в компьютерные игры и смотрит ролики в интернете.
А мне этого времени, пока их не будет, для выполнения задания вполне должно хватить.
* * *
После отъезда хозяйки «моего» паспорта, я тем же вечером инкогнито посетила ее квартиру и забрала заветную книжицу во временное пользование. Наступило время активизации общения со своими сетевыми кавалерами, время начало поджимать, приходилось некоторые этапы ускорять.
Уже через несколько дней мой сетевой друг, которого звали Витя, пригласил меня на первое свидание, а ещё через неделю, он пригласил меня к себе в гости. Блин, какие все – таки мужики нерешительные пошли в наше время. Этот уж точно не рискнул бы царицу украсть, чтобы следующие тридцать лет увлекательно провести, принимая участие в Троянской войне.
Но даже несмотря на это наш «роман» все рано развивался стремительно. Мой внутренний таймер отсчитывал секунды и минуты, превращаясь в часы и дни, неумолимо приближая возвращение хозяйки моего паспорта с отдыха из Беловежской Пущи. Тик – так, тик – так!
Еще я понимал, что в связи с ограниченностью времени, риск моего разоблачения тоже был очень высок. Витя сказал, что он работает бригадиром электриков на станции. Но, по факту, он мог легко оказаться и оперативным сотрудником Безопасности, прикомандированным к АЭС как раз для выявления, таких как я. Времени, чтобы глубоко и основательно проверить его легенду у меня не было. Доверилась интуиции, осуществляя меры собственной безопасности лишь ситуационно и эпизодически. По крайней мере Витин аккаунт в соцсети был зарегистрирован более пятнадцати лет назад и в друзьях у него были его реальные родственники. Как нам известно, сотрудникам Безопасности запрещено иметь личные странички в соцсетях. А, даже если предположить, что сейчас Витя является сотрудником спецслужбы, то пятнадцать лет назад он им быть не мог, ведь ему на тот момент было всего тринадцать лет. И если у него реальный личный аккаунт не удален, то служить в Безопасности он не может. Соответственно, на углубленную проверку можно время не тратить. Время, которого уже не было.
Ну и, на всякий случай, о работе я его не расспрашивала, в гости не напрашивалась, о переезде к нему даже и не намекала, он сам пригласил. Но мне нужен был переезд, а не эпизодическое посещение городка атомщиков. Хотя… Почему я решила, что мне надо быть внутри города? Ну, типа, изнутри легче найти пути проникновения. Да кто такое вообще сказал? Я же не питала иллюзий, что мне лично удастся попасть на территорию АЭС и лично совершить учебную диверсию, мне же все рано пришлось бы искать исполнителя. Это ему, а не мне надо быть там. А что если…
* * *
- Витя, а ты о биткоине слышал? – спросила я его однажды.
- Ну, это типа криптовалюта такая. Хотя я до конца не понимаю, как это все работает и на мой взгляд, все эти биткоины — это обычный очередной лохотрон. Пирамида из девяностых на новом, высокотехнологичном уровне.
- А в чём лохотрон-то?
- Ну как в чём? Ты покупаешь какие-то непонятные цифровые денежные единицы за вполне осязаемые, честно потом и кровью заработанные рубли. При этом непонятно кто и как устанавливает курс. И есть огромная вероятность, что в один прекрасный момент, этот курс будет таким, что твои цифровые сбережения превратятся в ничто. Или тебя вообще отключат от твоих денег.
- Ну, тут ты загнул, конечно. Криптовалюты работают совсем не так. Нет единого эмиссионного центра, нет единого центра управления, курс регулируется только спросом и предложением, а выпуск каждой денежной единицы известен всем, задолго до её появления в обороте. Более того, есть возможность самому, условно говоря, «печатать» эти деньги. На этом очень многие зарабатывают.
— Это как?
- Да очень просто. Покупаешь специальное оборудование для майнинга. Не буду сильно утомлять техническими деталями, но общий смысл в том, что за работу твоих вычислительных мощностей для генерации очередного блока в блокчейне, тебе положено вознаграждение в криптовалюте. Практически мечта бездельника: ничего не делаешь, работают компьютеры, а ты становишься богаче с каждым днем. Криптовалюта развивается, спрос на нее растет, растет курс и растет потребность в твоей работе.
- Ага, ага. И почему же тогда все так не делают? Давно бы уже все миллионерами стали.
- А вот в этом и кроется наибольшая трудность. Такая, так называемая майнинговая ферма потребляет очень много электроэнергии. Очень много. Размещение оборудования возможно только там, где есть много электрической мощности. В родной квартире не поставишь.
Для входа в этот бизнес существуют три барьера: во – первых, это стоимость оборудования от двухсот тысяч за один блок, а на одном блоке ты много не заработаешь. Стартовать минимум от пяти надо. Во – вторых, это наличие электрических мощностей. Как правил это заводы, фабрики или иные предприятия. Значит надо арендовать помещение, выставлять охрану, платить ей деньги. Это тоже значительно снижает доходность твоего «стартапа». Ну и стоимость электроэнергии. Расход такой, что, если по официальному тарифу платить, то один блок будешь окупать больше года. Ну и есть еще сопряженная с этим опасность знакомства с криминальным элементом. Они ребята грамотные, технически хорошо подкованные, со связями. Им ничего не стоит узнать в Горэлектросети, а не появился ли на территории города или района новый потребитель электроэнергии, который жрет ее как не в себя? Есть такой, да? А адресочек можете черкануть?
- А как купить это оборудование? Большие у него габариты? И сколько, в итоге, надо этих устройств, чтобы зарабатывать хотя бы двести тысяч в месяц.
- Ну у меня, у знакомого есть уже полный комплект, он может продать с рассрочкой, думаю миллиона за два. Ему без надобности, потому что попал под следствие и ударился в бега за границу («Боже, какой бред я несу»). С оборудованием проблем нет. А вот электроэнергия? Где её столько брать? Как за нее платить? Как избежать встречи с бандитами?
- Ты же знаешь, где я работаю? – глаза у Вити загорелись. Он явно заглотил наживку.
- Конечно, знаю, ты же говорил. На станции.
- Не на простой станции, а на атомной ЭЛЕКТРОстанции. Ты даже не можешь себе представить, сколько электричества там вырабатывается. Если аккуратно и незаметно подключиться, то для нас вообще бы навар был стопроцентный. Халявная электроэнергия в любых количествах.
Так, похоже, парня понесло в область фантазий и грёз. Это хорошо. Сейчас он уже мысленно начал тратить еще не заработанные биткоины. Пора переводить разговор в практическую плоскость.
- А что, неужели ты можешь разместить незаметно оборудование так, чтобы никто не задал вопросов и не обратил внимание на то, что выросло энергопотребление?
- Что касается увеличения энергопотребления, то всё электричество для собственных нужд станции отбирается с распределительных устройств без каких-либо приборов учёта. Поэтому, просто не с чем будет сравнить, чтобы понять, что оно выросло. А что касается скрытного размещения, то у меня столько всяких трансформаторных, электрощитовых и прочих подсобок, забитых различным электрооборудованием, что никто и не заметит дополнительных устройств.
- А как ты провезёшь это всё на территорию? Вас же проверяют.
— Это тоже проще простого. У нас периодически происходят закупки запчастей не службой снабжения, а непосредственно исполнителями. Бывают срочные и неотложные работы и нам некогда ждать, пока проведут тендеры и прочие необходимые регламентные процедуры. Мы просто выписываем накладную и счет. Вот и я просто впишу в накладную немного лишнего. Охрана на проходной никогда сильно не шмонает.
- Блин, как здорово! Если за электричество платить не придётся, то мы за полгода выплатим стоимость оборудования, а ещё через полгода станем миллионерами и поедем в кругосветное путешествие! Ура!
- Да!!! Всё так и будет, детка.
К сожалению для Вити, для него всё было совсем иначе. Без счастливого конца
* * *
По прошествии недели я купила на сайте бесплатных объявлений чьи-то остатки майнинговых блоков от криптофермы со всем программным обеспечением. После чего ещё три дня ушло на «перебазирование» и размещение этого оборудования на территории АЭС, которое осуществлял Витя. Эти три дня, опасаясь провала, я встреч с Витей избегала. Сидела безвылазно в съемной квартире в Питере, в парадной с двумя выходами, на улицу и во двор, а также с выходом на чердак и далее на крышу. Питалась тем, что было в холодильнике, никуда не выходила. Как гласит золотое правило разведки: если во время проведения операции можно сидеть на попе ровно и не отсвечивать, то так и надо сделать. Пусть все идет своим чередом. Вмешаться можно будет только в том случае, если что - то пойдет не по плану. Или, не вмешиваясь, принять меры к срочной эвакуации. Там уже по ситуации.
После того, как все оборудование было установлено и подключено непосредственно на территории атомной станции, я попросила, чтобы Витя его сфотографировал, якобы для проверки правильности установки. Что он и сделал.
* * *
Как только он сбросил мне фотографии я поняла, что мой выпускной экзамен сдан. Потому что вместе с железками, мой новоиспечённый и ничего не подозревающий парень, завёз на территорию атомной станции двадцать килограммов пластилина, который я умело спрятала в корпусах блоков. Да, это был именно обычный пластилин. А вполне бы могла оказаться и пластиковая взрывчатка. И тогда бы на территории особо охраняемого объекта в любое время мог произойти теракт. Понятное дело, что угрозы радиационного заражения не было бы даже и в таком случае, потому что нынешние реакторы не то, что двадцати килограммам тротила могут противостоять, но и падение самолёта выдержат. А вот сбой в работе энергосистемы второго по величине города страны вполне мог бы произойти. И был бы грандиозный скандал. Это ещё не считая имиджевых потерь Росатома и Безопасности.
Я отправила фотографии, пересланные мне Витей, на известный мне почтовый ящик и написала фразу «ваш друг выздоровел, встречайте». Получателем был Наставник.
Наверняка теперь, в ближайшее время, Службу безопасности станции ждёт очень серьёзная проверка, по результатам которой будут сделаны очень серьёзные выводы.
Также большие проблемы ожидают «друга Витю» и «подругу» – хозяйку паспорта, под чьим именем Витя меня и узнал.
Было ли мне их жалко? Нет. Нас учили относится к людям как к ресурсу. Нас учили оценивать свои поступки не с точки зрения морали, «плохо» или «хорошо», а с точки зрения достижения результата «эффективно» или «неэффективно». А если «эффективно», то «рационально» или «не рационально».
Моё первое учебно-боевое задание, на мой взгляд, было выполнено эффективно и рационально. Минимальные затраты времени, сил и средств - достижение нужного результата в поставленный срок.
Я была собой довольна. Жаль никому, кроме Наставника, нельзя ничего рассказать. А очень хотелось. Даже с коллегами по курсантскому цеху ничего не обсудить. Потому что у всех были разные, но при этом секретные миссии, обсуждение которых было запрещено.
Ну и ладно. Всё равно это не мешает мне гордиться собой. Еду в Учебку. Интересно, куда меня распределят служить дальше?
Глава 6.
В Учебке с оркестром и «красной дорожкой» меня никто не встречал. Наставник тоже не стал слушать мои восторженные рассказы.
Пиши рапорт. Изучу и разберем.Немного обескураживающе, в том плане, что он не поздравил с успешным окончанием задания. Хоть бы намёком. Ну и ладно. Сейчас я в рапорте всё напишу, распишу так, что иного выхода, кроме как объявить мне благодарность, уже не останется. А уж я напишу, так напишу. Недаром на журналиста училась когда - то.
Рапорт получился почти на полсотни страниц. Эдакий остросюжетный рассказ. С развитием главного героя, нестандартными сценарными поворотами, кульминацией и развязкой. Разукрасила художественным словом казённый армейский ритуал отчётов о выполненной задаче. Пусть знают.
Уже на следующий день меня вызвали к Наставнику.
- Ну что же, ознакомился я с вашим отчётом, - начал он, - изучил даже, можно сказать. Давайте для сначала, поговорим по сути написанного, а потом еще обсудим и форму.
Блин! Обращение на «вы» со стороны командира не сулило ничего хорошего. За девять месяцев под руководством Наставника мы имели возможность убедиться в этом не один десяток раз.
- Да, конечно, - и если до начала разговора я была настроена на благодарность, а может и медаль, чем чёрт не шутит, ведь мной была выявлена брешь в безопасности стратегического объекта, то после вступительной фразы я приготовилась к самому худшему развитию событий.
- Итак, первый вопрос: какие факты дали вам основание сделать вывод, что ваш, используемый «в тёмную», приятель Витя не является сотрудником Безопасности?
- Ну, я же сейчас с вами. Меня никто не арестовал. Значит он не из оперативников.
— Это следствие. Стечение обстоятельств. А если бы оказалось иначе? Я сейчас спрашиваю о другом: какие контрразведывательные мероприятия были вами проведены?
- Ну… Мы познакомились в соцсетях. У него там реальный профиль, с реальными фотографиями. А, насколько я знаю, оперативным сотрудникам всех силовых ведомств нашей страны, а особенно сотрудникам органов госбезопасности, запрещено вести свои страницы в соцсетях под реальными персональными данными. Паспорт этого Вити я видела, там такие же имя и фамилия, что и в интернете. Плюс у него в профиле реальные люди, в том числе и родственники, я проверяла. Это не мог быть фейковый аккаунт.
- Допустим. Но вы не находите, что это достаточно поверхностная проверка? Вы никогда не слышали о том, что паспорта, бывают, специально выдаются под необходимую легенду? Что существуют отделы контрразведки, которые разрабатывают операции по «ловле на живца»? А ещё к каждому стратегическому объекту прикомандирована группа офицеров Безопасности, которые тоже до выдумок по поиску злоумышленников, интересующихся их объектами, ох, как изобретательны?
- Обо всём этом я, конечно, слышала и учитывала при планировании. Риск осознавала. Но решила, всё-таки, действовать оперативно, потому что сроки выполнения задания тоже имеют значение. Я так считала. И, как мы с вами видим, не ошиблась.
- Я не могу принять вашу точку зрения. А если бы вы действовали в группе, то ваше легкомыслие могло бы привести бы к провалу и, соответственно, к гибели всей группы. Поэтому за раздел «обеспечение контрразведывательных мероприятий операции» я ставлю вам тройку с минусом.
- Но итог…
- И даже не спорьте! Продолжим. Можете ли вы, на схеме территории АЭС указать места установки «закладок»?
- В подсобке трансформаторной подстанции машинного зала, в пункте управления ОРУ-19, в блоке управления шлюзовыми задвижками пруда охладителя. Я фотографии скидывала.
- Фотографии вы скидывали изнутри помещений. А я прошу вас показать на схеме.
- Я не знаю, где это на схеме. Точнее, знаю приблизительно.
- То есть, если я правильно вас понимаю, товарищ курсант, вы не уверены, что имитация заряда вообще находится на территории станции?
- Нет. Я уверена на сто процентов, что заряды размещены именно там, где я и сказала. Просто я не знаю, где это конкретно находится. У меня не было возможности проникнуть непосредственно на территорию АЭС.
- Очень интересно. А может он, этот ваш друг, вообще не провозил их на территорию особо охраняемого объекта? Может он получил от вас дорогостоящее оборудование и отвез к бабушке в деревню, в Псковскую область? Там тоже есть главная колхозная электроподстанция. Вот там он фотки и сделал, может быть. Вы же не знаете точно. Вы не провели независимую проверку. На каком основании вы прекратили операцию и доложили об её успешном выполнении? Я вас спрашиваю?!
- На основании того, что у меня не было причины сомневаться в информации, полученной мной от агента. К тому же, он предоставил фото установленного оборудования – мне кажется я сейчас расплачусь. Ведь все сделано правильно и быстро, а на самом деле получается что это не успешное выполнение задания а просто ошибка на ошибке.
- Вы понимаете, что загоняете себя в смысловую ловушку? Сначала говорите, что основательным образом его не проверили, а потом говорите, что сомневаться в его искренности оснований не было. Это называется «разгильдяйство». И надежда «на авось». Это недопустимо в работе разведчика. Неслыханно. За основную операцию ставлю вам «неуд».
- Ну, давайте я вернусь в город атомщиков, проникну лично на территорию станции и сама добуду доказательства того, что учебные закладки установлены именно в тех местах, которые я указала в рапорте.
— Вот только не надо делать мне одолжений. Никуда вы не вернётесь. Во – первых, потому что вас там уже ждут. Вот, полюбуйтесь!
Наставник вытащил из папки и положил на стол несколько документов.
- Что это?
- А это, товарищ курсант, это ваш полный провал. Как только вы пропали, ваш агент изъял всю аппаратуру, прямо на следующий день. Причем, так до сих пор и непонятно, откуда он её изъял и была ли она на территории АЭС. После этого, видимо понимая к чему дело клонится, он написал рапорт в службу безопасности, где всё подробно изложил. И обстоятельства вашего знакомства и ваши персональные данные, а также приложил, всё полученное от вас оборудование, на котором могли остаться ваши отпечатки.
- Не могли. У меня всё время подушечки пальцев были силиконом обработаны.
- Ну хоть тут спасибо, уважили, - с издёвкой проговорил Наставник, - хоть не придётся федеральную базу данных зачищать.
Немного помолчав, он продолжил.
- Что мы имеем в итоге? Подготовка операции – «три с минусом», в том числе за некачественно проведённое контрразведывательные мероприятия. Проведение операции – «неудовлетворительно», в том числе за отсутствие подтверждения результата. Завершение операции – снова «тройка». Только потому, что успели удрать и не попались коллегам из Безопасности. Средний балл какой? Средний балл – два целых и три десятых. Двойка с очень небольшим хвостиком. Поздравляю, вы не сдали экзамен!
Земля качнулась под ногами. Такого не может быть. Я со школы, с любыми заданиями справлялась только на «отлично». Ну как так-то? И вроде всё верно разложил Наставник: одно не сделано, второе не проконтролировано, завершение операции не аргументировано. Но от этого ещё больше обидно. Как котёнка потыкали носом в оставленную им лужу. Но это был не финал моего позора, к сожалению.
- А теперь обсудим форму вашего рапорта, - продолжил Наставник, - это что за дешёвая беллетристика в стиле «похождений гасконского дворянина шевалье Д’Артаньяна»?! Вы служебный документ для секретного пользования писали или фельетон в бульварную газетку «Как я провела это лето»?! Что за ребячество, что за фиглярство? Читаешь и ждешь, что скоро встретишь словосочетание «на дворе смеркалось». Вам надо взрослеть, девушка. Раз уж вы решили посвятить себя военной службе. Никто ваших литературных талантов не оценит. В рапорте должна быть фактура: оценка обстановки, выводы из оценки обстановки, расчёт сил и средств, общий замысел, ход подготовки, этапы реализации, способы завершения операции. Всё это необходимо располагать в хронологическом порядке. Дополнения допускаются только в том случае, если вами в ходе выполнения задачи были внесены изменения в первоначальный план, с указанием причины, а также, если вами был выбран неочевидный из анализа обстановки, вариант решения поставленной задачи. Если вам нравится писать художественную прозу – идите в писатели! И освободите место для тех, кто решил действительно посвятить свою жизнь службе Родине.
М-да… Такого позора в своей жизни я ещё не переживала. А Наставник продолжал:
- Рапорт о проведении операции – переписать. Находится в расположении подразделения, покидать воинскую часть вам запрещено до особого распоряжения. О месте вашей дальнейшей службы вам будет сообщено дополнительно. Вы свободны.
* * *
Через два дня мне объявили, что в связи с неудовлетворительной сдачей выпускного экзамена, о службе в подразделениях специального назначения я могу забыть. Об учёбе в секретном заведении тоже надо забыть и никогда и никому ни при каких обстоятельствах не рассказывать об этом периоде моей жизни (о чём была взята ещё дюжина подписок о неразглашении, грозящих уголовными карами), навыки, полученные мной в Учебке, в повседневной жизни, использовать запрещается (ещё подписка).
Местом дальнейшей моей службы будет являться батальон связи одной из дивизии РВСН в Красноярском крае. Буду дежурить «на точке» – подземном бункере – командном пункте этой дивизии. Срок контракта три года, расторгнуть который без последствий для себя я не могу (ещё подписка).
- Всё ясно?
- Всё ясно.
- А теперь: Круу - гом! Шагом марш собирать вещи. Через час приедет машина и отвезёт вас на вокзал. По прибытии в Красноярск, вас встретит ответственный из состава дивизии.
Вот так. Ни спасибо, ни до свидания. Как отработанный материал. Даже на самолет пожалели денег. Теперь на поезде почти трое суток трястись. Жесть, как всё быстро в этой жизни меняется…
Глава 7.
Видимо, в тот день всё было против меня. Даже покинув территорию Учебки и навсегда простившись с разведкой и Наставником (будь он неладен, хотя во всём прав), мои злоключения не закончились.
В купе, куда я заселилась по моему билету, оказалось, что уже все места заняты: ехала молодая семья с двумя детьми. И самое странное, что у них тоже были билеты на моё место. Хотя давненько про такие сбои в РЖД я не слыхала.
Начальник поезда, подошедший для разрешения конфликта, предположил, что мой билет куплен по проездным документам Министерства обороны, поэтому и произошло задвоение.
Естественно, семью разделять никто не стал, поэтому искать новое место пришлось для меня. Поезд был забит под завязку, поэтому подселить меня смогли только в вагон СВ, в двухместные купе. Попутчиком моим оказался невзрачный мужчина под пятьдесят, в старомодной одежде, в виде двубортного пиджака и широких штанов, в таких же старомодных очках с линзами, как у известного персонажа комедии «Горячие головы». Эдакий учитель математики из сельской школы. Хотя откуда у сельского учителя деньги на СВ до Красноярска?
Мы поздоровались, я почти сразу легла, поезд ещё не тронулся. Закрыла глаза и притворилась, что сплю. Разговаривать ни с кем совсем не хотелось. А человек мог начать «дорожную беседу» ничего не значащую, но убивающую время в пути. Обижать его не хотелось, так чудно он выглядел. Поэтому сделаю вид, что сплю.
* * *
За первые полтора суток пути ничего не произошло. За исключением того, что мы просто познакомились с моим попутчиком и перекинулись парой - тройкой дежурных, ничего не значащих, фраз.
К вечеру второго дня поездки он обратился ко мне с просьбой:
- Вы не могли бы мне помочь, а то здесь друг прислал видеосообщение какое-то в ватсап, а я не могу его загрузить. Может не туда нажимаю, и протянул мне свой телефон.
Я ещё подумала, как можно не туда нажать в сообщениях?
Тем не менее, в чате действительно был видеоролик, который не был подгружен. Надо было просто нажать на стрелочку. Я и нажала…
Сообщение быстро загрузилось и начало воспроизводиться. То, что я увидела, было очень неожиданно. Ко мне, с экрана смартфона обращался Наставник.
- Ну привет, выпускница ускоренных курсов. Человек, из рук которого ты получила вот это мое видеообращение – наш коллега. У него есть для тебя предложение, которое я прошу тебя рассмотреть очень серьезно. Гораздо серьезнее, чем ты до этого момента относилась ко всем событиям в своей жизни. Верю и очень надеюсь, что твой выбор будет правильным. Удачи!
Я посмотрела на своего попутчика по купе другими глазами. Да и он сам, как будто, изменился. Перестал быть похожим на сельского учителя, а очень стал похож на офицера госбезопасности, такой же пронзительный взгляд, уверенность в осанке и твердость в голосе.
- Познакомимся. Ко мне можно обращаться – Покупатель. Я сотрудник одной из государственных федеральных спецслужб. Занимаюсь поиском молодых талантов в области разведки и привлекаю их к службе в нашей организации. Я изучил рапорт о твоей операции на АЭС. Оба рапорта, - взглянул на меня и ухмыльнулся, - так вот, мне понравилась твоя работа. Очень грамотный поиск контактов через соцсети, быстрая легализация, современная и живая тема под предлогом которой была завезена условная взрывчатка на территорию предприятия. Дерзко, быстро, качественно. Без оглядки на писаные и неписанный правила и параграфы инструкций. Нам как раз такие нужны. После твоего дебюта, мы передали информацию в Безопасность. Теперь они возьмут на контроль всех тех, кто интересуется профилями в соцсетях сотрудников особо важных объектов. Твои результаты были лучшими среди всех курсантов этого выпуска, даже больше скажу: лучшие за пять лет.
- Но ведь я же не сдала выпускной экзамен и была отстранена от оперативной работы.
- Я знаю. Это я попросил Наставника, чтобы он занизил твои результаты. Считаю, что негоже с такими талантами по лесам бегать в спецназе, или работать советником в африканских странах. После дополнительного обучения тебя можно использовать для более важных для страны дел.
- Вы сказали: нам такие нужны. Кому это «нам»? Как называется ваша организация? Внешняя разведка? ГРУ? ФСО?
- Скажем так: «нам» — это спецслужбе, не внесённой в реестр федеральных органов исполнительной власти.
- Засекреченной?
- Да. Настолько засекреченной, что о её существовании знают лишь несколько человек в высших эшелонах власти. «Первый» и его ближайшие соратники.
- О, я знаю такую службу. Читала в детективах Андрея Ильина про «Контору». Так это всё правда? «Контора» реально существует?
- У Ильина «Контора», у Константинова и Корецкого «Белая стрела», у Игнатова «Офицерский легион». Нас, на самом деле таких много – несуществующих организаций.
- Шутите?
- Редко. На данный момент я говорю очень серьёзно. Ты нужна своей стране, ты нужна нашей организации, мы сделаем из тебя отличного сотрудника, все данные для этого у тебя есть. Мы предоставляем тебе шанс перейти в высшую лигу спецов. Это очень секретная, но очень важная для безопасности государства работа для настоящих профессионалов.
- А более точного описания того, чем занимается эта ваша секретная организация не будет?
- А ты в детективах почитай, там же всё написано.
- Грубите?
- Продолжаю пытаться настроить тебя на серьёзную волну. Ты, в целом, пока ещё слишком легкомысленна и упрощаешь происходящие события. Ни у кого из курсантов твоей Учебки в предыдущие пять лет такого шанса не было. Потому что ты лучшая. Я предлагаю тебе стать ещё лучше, а ты вместо принятия решения уводишь разговор в словоблудие.
- Сколько у меня есть времени подумать? Когда я должна дать ответ?
- Три минуты максимум. Но любое твоё решение будет необратимым. Если ты откажешься, то второго шанса мы тебе не предоставим. Если согласишься, то всё, что было до этого момента перестанет существовать. Из нашей организации нельзя уволиться, нельзя передумать, нельзя о ней рассказывать, нельзя поддерживать никаких контактов ни с кем из прошлой жизни. В том числе с родными и близкими. Тебе придётся изменить внешность, привычки, образ жизни, изменить всё без возможности эти изменения отменить. Тебе придётся сегодня «умереть».
- То есть, если я скажу да, то больше никогда не увижу родителей?
- Да.
- А позвонить можно, в последний раз?
- Нет. Это может вызвать подозрения на фоне тех событий, которые должны произойти дальше. Тебе просто надо принять решение, и выбрать. Три года просидеть в подземной бункере в тайге без перспективы повышения или начать служить Родине по-настоящему, стать суперпрофи.
Страшно и, в то же время, безумно любопытно одновременно. Спустя время я поняла, что психологи, составляя мой индивидуальный профиль, наверняка вычислили эту слабость моего характера – любопытство, и рекомендовали Покупателю давить именно на неё. И угадали. А то, что с родителями нельзя будет увидеться, так я тогда, к несчастью, в это не поверила. Думала, что я очень умная и обязательно найду выход. Наивная. Но, как бы там ни было, я сделала правильный выбор. Это выяснилось позднее. К этому ещё вернёмся.
- Я согласна.
- Отлично.
- Куда мне надо будет приехать и когда?
- Сейчас все объясню. С этой минуты ты выполняешь задание по легализации твоего перехода из мира живых в наш тайный мир. Дальше делаем так: сейчас мы возьмём у тебя кровь. Много. Граммов триста. Надеюсь, ты сознание не потеряешь от такой кровопотери. И ещё придется состричь у тебя часть волос.
- А это ещё зачем? – я сильно напряглась.
- Подними полку, на которой сидишь.
Ого! Вот это находка.
— Это что? Манекен? Или труп? А почему он в такой же одежде, как и я? Да еще и в полиэтиленовом мешке?
- Да, это криозамороженный труп твоего «двойника» в транспортировочном контейнере, а не в пакете. Сейчас я отключу систему поддержки температуры, и тело начнёт размораживаться. Через пять часов наступит полное оттаивания тела и начнётся отсчёт времени смерти.
- Как вам удалось пронести труп в вагон? – конечно же, ничего глупее я спросить не смогла, но уж как-то слишком все было неожиданно, что я немного растерялась.
- У меня брат – начальник поезда! - и так на меня посмотрел, что я мгновенно пришла в себя и дальнейшие вопросы задавать расхотелось.
- В связи с тем, что после начала учебы в батальоне связи специального назначения, ты состоишь в реестре спецов, то при проверке обстоятельств твоей «гибели» обязательно изымут образцы ДНК и крови. После смерти твоего «двойника», кровь из её вен была удалена, мы зальём твою, как только тело оттает. И приклеим волосы. Насколько это возможно.
- То есть я должна буду умереть официально? Это не фигуральное выражение?
- Да. Это обязательное условие при поступлении на службу в нашу организацию. Только официальная гибель человека дает возможность начать ему новую жизнь. Когда есть уверенность, что никто не будет искать.
- А у нас получится? – второй глупый вопрос вырвался самопроизвольно. На удивление, Покупатель не стал нервничать, а ответил, как отвечает терпеливый учитель непонятливому, но старающемуся разобраться в задаче ученику:
- Конечно получится, всё необходимое оборудование, а также навык у меня есть. Я не первый раз инсценирую смерть человека таким способом. Алгоритм отработан. После завершения твоей операции на атомной станции, после того как было решение о принятии тебя на службу в нашу организацию, нами были проверены все базы данных пациентов с онкологическими заболеваниями на последней стадии рака, внешне похожих на тебя. Нашли девушку, примерно одного с тобой возраста с раком спинного мозга. Ей оставалось жить даже не дни – часы. Мы заключили с ней контракт на криозаморозку. За содействие нам, теперь её семья уже ни в чём не будет нуждаться до конца жизни. Когда же она умерла, мы заморозили ее тело, предварительно избавив от крови и стали ждать. А как только ты покинула Учебку и поехала на вокзал, мы в камере подменили ее тело на неопознанный труп с ближайшего морга. Вот и всё. После полного оттаивания тела, время смерти будет «десять минут назад». Образцы крови и ДНК для анализа в Военную прокуратуру будет забирать Наставник, он же будет и руководителем расследования по факту твоей «гибели». По понятным причинам, он глубоко копать не будет, а кровь и волосы для ДНК передадут именно те, какие мы с тобой оставим. Вот для чего мне надо взять у тебя кровь и волосы. Если взять меньше трехсот миллилитров, то будет маловато. Нам надо чтобы еще и наружу вытекло.
- А если бы она не умерла так вовремя, к окончанию моего задания. Её бы убили?
- Нет. Она бы всё равно не протянула долго. Мы бы немного подождали. А Наставник просто задержал бы тебя в Учебке подольше. Она умерла собственной смертью. А благодаря нашему с ней контракту, она умерла безболезненно, потому что мы предоставили ей самые дорогие и самые эффективные обезболивающие лекарства. И оставила свою семью богатой и с верой в то, что когда через много лет создадут лекарство для бессмертия, их дочь разморозят и она будет жить в новой реальности, здоровая и счастливая.
- Каков наш дальнейший план? – спросила я у Покупателя, пока он устанавливал мне в вену катетер для забора крови.
- За шесть часов до прибытия поезда на конечную станцию следования, тебе надо будет притвориться пьяной и устроить небольшой дебош в вагоне - ресторане, привлечь к себе максимальное внимание. До вызова полиции дело не доводить и вернуться к себе в вагон. А уже потом, по моему сигналу, надо будет дёрнуть «стоп-кран» и остановить поезд на перегоне за полтора километра до станции «Козловка». После остановки поезда, через минуты полторы, тебе надо будет открыть дверь и выпрыгнуть из вагона на встречные пути. Примерно в это время по ним пойдёт товарный состав. К моменту прибытия товарняка я уже уложу тело твоего «двойника» на рельсы, голова и кисти будут прижаты к ним таким образом, чтобы по ним проехали колеса и раздавили их до невосстанавливаемого состояния. Это для того, чтобы эксперты не смогли идентифицировать отпечатки пальцев и абрис черепа. Тебе же надо будет рассчитать свои действия так, чтобы прыгнуть перед самым встречным поездом, но при этом успеть перекатиться на противоположную сторону насыпи. Обязательно надо будет громко закричать и резко оборвать крик. Дальше, тебе надо будет двигаться строго на юго – восток, где через четыре километра от точки остановки поезда, возле заброшенных коровников, тебя будет ждать синяя «Мазда». Ключ от нее лежит в трех метрах под куском шифера, там не ошибешься, сразу его увидишь. Через сутки ты должна оказаться в Новосибирске. Адрес конспиративной квартиры забит в навигаторе, сам навигатор лежит под водительским сиденьем. Адрес удалится через минуту после запуска мотора, так что не забудь его запомнить и забей как точку прибытия ул. Ленина, 26. Если забьешь любой другой адрес, то в навигаторе сработает самоликвидатор, а иммобилайзер блокирует автомобиль и уже никуда уехать ты не сможешь.
Также, вместе с ключом ты найдешь пакет своих документов, паспорт, водительское удостоверение, СНИЛС, а также сумочку с косметичкой. Тебе надо будет немного поправить внешность под документы, но там не глобально, ничего сложного. В багажнике ты найдешь комплект одежды. Дальше разберешься.
Когда доберешься, в квартире тебя будет ждать запас еды на пару месяцев. Сидишь и не высовываешься, пока я не приеду за тобой. Никуда из квартиры не выходишь, интернетом не пользуешься. Я появлюсь, как только получу информацию, что твоя «смерть» не вызвала ни у кого подозрения и что дело закрыто. Всё понятно?
- Можно ещё вопрос?
- Валяй.
- А как вы узнали в чём я буду одета? Почему труп уже заранее одет также как и я?
- Если коротко, то Наставник помог с подбором лука. Развёрнутый ответ требуется?
- Нет, не требуется.
- Тогда документы, личные вещи, украшения, телефон – сдать. Готовим твоего «двойника». И начинаем….
* * *
Спустя почти три недели, находясь в вынужденном «карантине», на конспиративной квартире в Новосибирске произошло событие, которое заставило меня посмотреть на все произошедшее со мной в последнее время под несколько другим углом.
Я наконец осознала, что, предлагая мне выбрать между службой на ракетной базе и службой в Организации, Покупатель, на самом деле выбора мне не предоставлял. Передо мной был не выбор, а иллюзия выбора.
После того, как я узнала о существовании Организации, мой отказ от работы в ней был бы расценён как угроза режиму секретности. И на рельсах нашли бы моё тело, а не тело несчастного «двойника». Без вариантов!
Как я это поняла? Как, наконец-то, дошла до мысли, что всё очень серьёзно? Да очень просто.
В связи с тем, что из всех средств развлечений у меня был только телевизор и несколько детективов на полке, которые я прочитала за четыре дня, то естественным образом, включен он был практически круглосуточно.
И вот как - то вечером, я смотрела федеральные новости. Ближе к концу выпуска в эфир дали репортаж о наших военных, выполняющих задачи в Сирии. Корреспондент очень эмоционально рассказывал о том, что на территории Сирийской арабской республики террористами из запрещенных на территории нашей страны террористических группировок, был атакован российский гуманитарный конвой, который двигался в сопровождении наших военнослужащих. В этом же конвое, как я поняла, также передвигалась и съемочная группа телеканала. Силами российских военных атака была отбита с большими потерями для боевиков. Однако, к сожалению, с нашей стороны тоже были потери. Спасая сотрудников гуманитарной миссии от атаки террориста – смертника, погиб командир нашего подразделения спецназа - полковник Завьялов. По информации от командования группировки российских войск в Сирии, герой будет представлен к государственной награде (посмертно). После этих слов корреспондента на экране телевизора появилась фотография погибшего полковника. Как только я ее увидела, у меня похолодело в груди, и я совсем иначе взглянула на цепочку произошедших со мной в последние недели событий. Потому что с голубого экрана на меня смотрела фотография Наставника с черной траурной лентой в углу…
* * *
Получается такой расклад: Наставник не являлся сотрудником Организации. Он лишь выполнял задачи по предварительному отбору достойных кандидатов для службы в Организации среди выпускников Учебки. Эдакий первый этап рекрутинга. А дальше он передавал информацию Покупателю, который уже и принимал решение о дальнейшей судьбе кандидата, подходит он или не подходит.
Как только Наставник нашёл и передал информацию обо мне, а Покупатель решил, что я подхожу для службы у них, то Наставник тоже стал угрозой для режима секретности. И поэтому его, по – быстренькому, отправили на войну в Сирию, где он очень неудачно для себя и очень удачно для сохранения режима секретности, быстро погиб. Совпадение? Нет. Таких совпадений не бывает. Его зачистили мои новые коллеги, как вероятную угрозу. И готова биться об заклад, что террорист – смертник, нашедший в толпе именно полковника Завьялова, читай Наставника, был не случаен, если вообще он был.
Именно в тот момент я и поняла, что подписала контракт с дьяволом. Подписала кровью двух человек. Жизнями Наставника и неизвестной мне девушки, которая сыграла роль моего трупа. Сама она умерла, ага, конечно.
После наступившего осознания мне захотелось убежать куда – нибудь далеко - далеко и забыть это все как страшный сон. Но я уже понимала, что от Организации не убежать. Покупатель честно предупредил, что «возврата к прошлому не будет», контракт с дьяволом расторгнуть нельзя, его можно только перехитрить. Но не в этот раз. В моем случае подписанный мной контракт надо было добросовестно отработать. Потому что в руках Организации теперь не только моя жизнь, но и жизни моих близких, несмотря на то что они думают, что я умерла. И ответим за мои попытки нарушить условия мы все вместе. Иного не дано.
Целая палитра эмоций была мной пережита в следующие несколько часов. Страх, ненависть, обида, злость, уныние и ещё много чего негативного.
А потом голова остыла и стала мыслить более рационально. Можно было ли обойтись без жертв? Нельзя. Без гарантий сохранения режима секретности - нельзя. А значит, Организация выбрала единственный действенный способ сохранить в тайне вербовку нового сотрудника. Она оценила меня в две человеческие жизни. Значит верит в мои способности, верит в то, что из меня получится профессионал высокого уровня. Иначе зачем все это?
Теперь же мне надо будет многому научиться и много сделать на пользу Организации, на благо страны, чтобы эти две жертвы, с которых начался мой путь в разведке, не были напрасны.
И мне придется справиться. Придется стать серьёзнее и требовательнее к себе. И придется добиться результата. Потому что в тот момент я поняла правила игры, и поняла, что бывает с теми, кто не справился. И с их близкими.
Это я так думала, пока еще не столкнулась с жестокой реальностью нашей службы. Службы, в которой абсолютно не оказалось места для «я». В этой реальности было только два показателя: выполнение задания и соблюдение режима секретности. Причём второе оказалось важнее первого.
Часть 2.
Глава 1.
Потом началась учёба в Академии.
Сколько нас было на курсе, я не знаю. Девяносто процентов занятий были индивидуальными. Ты и преподаватель. Или ты и преподаватели. Без маски-балаклавы я видела за годы обучения только одного. В день зачисления он представился как начальник факультета. Обращаться к себе он разрешил «Товарищ Начфак», пояснив при этом:
- В мирное время, когда ты справляешься со всеми заданиями и прилежно учишься, «Начфак» расшифровывается как – Начальник факультета. А вот если с твоей стороны пойдут косяки по успеваемости или по дисциплине, то «Начфак» - это уже: «нач» – начинаю, «фак» - … Что такое «фак», ты и сама, я думаю, поймешь, благо, что английский, судя по анкете, у тебя на приличном уровне.
Он же и провел вводную лекцию.
- Первое. Что касается того, куда ты попала служить. У нашей организации нет названия. Между собой мы называем её… - Организация. Называем между собой. Потому что больше о нас никто не знает. За исключением Президента страны и двух-трех особо доверенных лиц в его окружении. Задачи мы все получаем индивидуально. Каждый от своего куратора, который является прямым и непосредственным начальником. И его приказы не оспариваются, не обжалуются, а исполняются точно и в срок. Исполняются буквально, до запятой. И только так. Кураторы у агента могут меняться, со временем, а вот принципы взаимодействия между куратором и агентом – никогда.
Лекций по истории Организации тоже не жди. Когда, кем, с какой целью образована, никто вам не расскажет. Может мы ведём свою летопись от царской охранки, может Берия придумал, может Сталин, чтобы держать в узде такую махину, какой был Советский Союз. А может мы образовались из лазутчиков хана Батыя и так со времён Орды, через великие княжества и царства, империи и советский период, добрались до демократического настоящего и продолжаем свою тысячелетнюю службу под непосредственным руководством первого лица государства. Повторюсь, это всё не важно. Главное, что вам надо знать, это то, что Организация - один из существующих органов безопасности государства. Весьма специфический, но действенный. До недавнего времени мы не работали за рубежом, однако с началом кризиса на Украине наша деятельность перекинулась за границы отечества, на территорию стран – республик бывшего СССР, иногда на территорию стран бывшего соцлагеря, а иногда, очень редко, и вообще на территорию вероятного противника.
Что еще надо знать о будущей службе? Необходимо всегда, подчеркиваю – всегда, быть предельно собранным и сконцентрированным. Этому, и ещё много чему другому, мы тебя научим. Любое твое задание должно выполняться с максимальной отдачей, с максимальным приложением усердия и усилий, максимально эффективно. При этом любое задание, даже уже после выпуска из Академии и начала самостоятельной работы, может оказаться учебными или проверочными. И не дай тебе Бог попасться на халатности или очковтирательстве. Санкции будут очень серьёзными и очень скорыми.
Всё понятно, о чём я рассказал? Теперь вот подписка о неразглашении. Обрати внимание на санкции, в случае нарушения. Да, смертная казнь. В том числе и для членов вашей семьи. Жестко? Незаконно? Пришло время забывать такие слова. Эффективно или не эффективно. Начинаем жить только в этих координатах.
В дальнейшем ты поймёшь, что для выполнения поставленной задачи тебе будут предоставлены такие полномочия, что любой закон не будет иметь никакой силы. Но и в обратную сторону: если ты в один момент «свернёшь не туда», то никакой закон никакой страны тебя не защитит от справедливого возмездия!
Глава 2.
На следующий же день началась учёба. Хотя, наверное, сложно назвать то что со мной происходило дальше, учёбой в обычном понимании этого слова. Просто началась другая жизнь, с абсолютно другой скоростью познания мира. Каждая минута, каждый миг приносили новые знания, источниками которых служили как преподаватели лично, так и искусственно созданные ими обстоятельства.
Часть обучения проходила в форме лекций, дистанционно. Ты сидишь у себя в комнате перед компьютером и внимаешь. Сколько ещё человек слушают эту лекцию – неизвестно. Может ты одна, а может ещё сотня таких же курсантов…
* * *
… - Человеческая память устроена так же, как и компьютерная. Есть оперативная память, в которой хранится вся информация, нужная человеку для жизни. Только, в отличие от компьютера, эта оперативная память не связана с быстродействием мозга. В данном случае термин «оперативная» стоит рассматривать как – быстродоступная! – преподаватель по специальной психологии смотрел на меня с экрана монитора сквозь прорези в маске – балаклаве.
- Для простоты восприятия можно представить человеческую память, как рабочий стол компьютера. Есть папки с информацией, которой мы пользуемся постоянно, есть папки, в которых лежат файлы, которые могут когда-нибудь понадобиться, и мы просто знаем, где какие из них можно посмотреть. А есть папки, в которые уже лет десять никто не заглядывал, и что там лежит уже никто не помнит, и желания особого восстанавливать в памяти содержимое этих папочек, нет.
Вот также устроен и человеческий мозг. Со временем нам кажется, что мы что-то забываем. Но на самом деле это не так. Человеческий мозг помнит всё. Абсолютно. И хранит эту информацию всю биологическую жизнь. Просто хранится она в тех «папочках», которые вам неохота смотреть. Ваш мозг считает, что эта информация больше не пригодится. И гасит воспоминания, сберегая собственную энергию.
За время прохождения нашего курса мы научим вас помнить абсолютно всё. Не хранить в памяти без доступа, а именно помнить. Мы научим вас, как создать такую систему «папочек» для хранения информации, что ваш мозг без усилий всегда будет быстро находить к ней доступ.
К сожалению, мы не сможем вас научить вспоминать события, произошедшие с вами до нашей встречи, но всё, что в вашей жизни произойдёт после, вы уже не забудете никогда. Обещаю.
Итак, давайте начинать. Для начала давайте вспомним, как вы провели 19 января прошлого года. Сложно? Очень. Скорее даже невозможно. Если только это не какая-то памятная для вас дата. Не получается, да? Это нормально. А вот чтобы больше так не мучиться и не сомневаться, сегодняшний день, как и все последующие, мы будем с вами уже запоминать по специальной методике…
* * *
… - Раньше, в далёкие времена, убийства при помощи ядов не имели очень широкого применения. Времена были суровые, герои тоже суровые. Проще было просто отрубить голову или вызвать на дуэль. Или иным образом лишить жизни, не таясь! - а это уже вещал преподаватель по спецкурсу химической и биологической защиты.
- Искусство отравлений было распространено на Востоке, откуда оно перекочевало в Византию, а уже оттуда в Италию, где в Средние века и достигло наивысшего развития. В настоящее время к ядам прибегают тоже достаточно редко. Да и вообще, если быть точным, то они теперь называются боевыми отравляющими веществами. Это подразумевает применение по широкому кругу лиц. Очень редко, чтобы кого-нибудь травили индивидуально. Потому что индивидуальное использование против какого – то конкретного индивидуума должно подразумевать сохранение в тайне лица, которое приняло решение использовать это вещество. Но в наши дни этого достичь очень сложно.
Каждая научная лаборатория, работающая с боевой химией, имеет свой уникальный фирменный стиль при приготовлении отравы. Делая абсолютно одинаковый условный Зарин или Иприт, при одинаковой формуле, у лаборатории где-то в США, Китае или России получается три разных Зарина. При этом, эти отличия, они как отпечатки пальцев для специалистов, при детальном изучении вам сразу скажут, в какой именно стране изготовили то или иное химическое оружие.
Вот поэтому государства, при возникновении такой необходимости, предпочитают уничтожать своих врагов менее экзотично. И если в новостях вы услышали или прочитали, что какого-то политика, или журналиста, или любое другое публичное лицо, отравили при помощи боевого отравляющего вещества, и обвиняют в этом государственные органы или политическое руководство какой – либо страны, то это почти сто процентов манипуляция общественным мнением с целью настроить его против этой страны или фигуры, либо провокация. И также в ста случаях из ста, обвиняемому не дадут шанса на защиту. А ведь это сделать очень легко, просто дайте образец, использованный при отравлении, и специалисты сразу определят, в какой именно лаборатории произвели это боевое отравляющее вещество. Так никто не дает ведь…
Конечно, все вышеперечисленное не касается медицинских ядов. Там совсем другая специфика производства, контроля за распространением, ну и использования в специальных целях. О них мы поговорим в другой раз…
… - Кратко затронем тему про изготовление «отравы» в домашних условиях. Создать что-то такое, чем можно успешно пользоваться, из подручных средств - почти нереально. Нужны слишком специфические знания и потребуется специальное оборудование. Проще использовать потенциал лекарственных препаратов. Страдающему гипертонией подсунуть конскую дозу препарата, поднимающего давление, у кого пониженное, понизить ещё больше, аллергику, дать аллерген. Ну и в таком роде. Единственное что для этого необходимо будет потратить больше времени для изучения будущей жертвы.
Некоторые из специалистов в нашей области, вообще считают, что можно разбить в помещении, где жертва проводит много времени – градусник. Ртуть за несколько дней сделает своё дело. А у вас будет достаточно времени, чтобы эвакуироваться…
… - В последнее время, совсем недавно, отечественные ученые провели очень серьезные секретные исследования. В ходе многочисленных экспериментов была подтверждена на практике теория о том, что можно изменить формулу боевого отравляющего вещества хлор – группы подручными средствами. Для этого его необходимо просто смешать его с инертным газом. Любым. Ксенон, гелий, аргон, неон. Одноатомная формула газа очень активно вступит во взаимодействие с хлор - веществом, но при этом никак не повлияет на его боевые свойства. Тем не менее, за счет замещения атомов хлора атомами инертного газа формула боевого вещества будет изменена. «Отпечатки пальцев» лаборатории – разработчика будут стерты, и вот уже в таком случае, изготовителя установить будет практически невозможно. Пока эта теория еще требует большого количества дополнительных исследований, но кому надо, уже приняли эти разработки в повседневную служебно – боевую деятельность…
* * *
Однажды, года через полтора после начала учёбы в Академии, меня вызвал к себе Начальник факультета.
- Хочу кое-куда тебя свозить на экскурсию.
- Очень неожиданно.
- В работе разведчика нужно постоянно быть готовым ко всяким неожиданностям.
Ну, всё, если начальник заговорил прописными шаблонными истинами, значит, вся эта неожиданная поездка куда-то, будет рассчитана на воспитательный эффект. Ну и хорошо. А то прошлый вызов к Начфаку закончился командировкой в Мурманск и прохождением курса боевого пловца-ныряльщика с подлёдным плаванием на большие расстояния при экстремально низких температурах.
Когда тонированный микроавтобус выехал с территории Академии, я, по привычке, мысленно стала выстраивать его маршрут. Топографию Москвы я знала очень хорошо, поэтому минут через десять уже поняла, что мы движемся куда-то в сторону Реутова.
Начфак, будто увидев работу мозга на моём лице, спросил:
- Тоже в голове навигатор запускаешь?
- Ага. Уже никуда от этого деться не могу. Всегда надо знать, где я нахожусь в каждый конкретный момент времени. Иначе мне некомфортно.
— Это у всех нас так. Даже если не будет возможности смотреть на улицу, темнота, допустим, или глаза завяжут, или фургон без окон, всякое бывает. Но даже и в этом случае надо считать, сколько было поворотов, светофоров или остановок, прикинуть примерную скорость движения. Со временем мозг всё сам будет делать, это с практикой приходит. И даже если ты не знаешь точку старта, ты всегда сможешь вычислить её, просто отмотав твои воспоминания о дороге в обратную сторону. О, вот как раз мы и приехали. Выходим.
Микроавтобус припарковался возле входа на кладбище. Очень интересно.
- Следуй за мной, - бросил мой руководитель.
Шли мы долго, минут пятнадцать. Практически на противоположный от входа конец кладбища. Внезапно Начфак остановился, обернулся ко мне и сказал:
- Мы пришли. Я тебя оставлю одну, минут на пять. Потом вернусь. Погуляю здесь неподалёку.
- Зачем.
- Сама всё поймешь.
И он пошёл дальше. А мне открылся вид на могилу, которую до этого он загораживал своим телом. На могиле стоял чёрный гранитный памятник с надписью внизу «От Министерства обороны», а с фотографии на памятнике смотрела я. Это была моя могила. Странное, конечно, ощущение. Трудно объяснить. В тот момент я действительно считала себя одновременно и мёртвой, и живой, стоящей перед своим же надгробием.
Дальше взгляд упал на соседнюю могилу, и сердце облилось кровью… Мама!!! Милая мамочка, тебя тоже нет в живых уже полтора года. Даты смерти под нашими фотографиями отличались на десять дней. Она просто не пережила известия о моей смерти. Это я заставила её все это перенести. И она этого не пережила. Она считала, что я погибла, а я жива. Мамочка, прости меня! Господи, что же я натворила?!
Очень трудно, практически невозможно, передать, что я чувствовала в этот момент, как я себя ненавидела. Хотелось зарыдать от беспомощности и от неспособности что-то уже изменить.
Наверное, именно в этот момент я до конца и осознала цену своего решения пойти на службу в Организацию.
- Только в твоих руках сделать так, чтобы её смерть не была напрасной – незаметно подошедший Начфак озвучил вслух то, о чём я ещё не успела подумать.
- Как она...? – я не смогла произнести слово «умерла».
- Сердце.
- Понятно.
- Так получилось, что тебе теперь с этим жить.
- Зачем вы меня сюда привезли. Я же не знала о ее смерти и никогда не узнала бы.
- Буду откровенен: каждый из нас при подписании контракта с Организацией, к пункту о запрете на связь с родственниками и знакомыми относится достаточно легко. Все думают: потом-то уж чего-нибудь придумаю. На тот момент никто из поступающих на службу не понимает серьёзности принимаемых на себя обязательств. Не понимает серьезности последствий своего решения. Хотя на самом деле, как ты уже поняла, всё серьёзно. На сегодняшний день уже вышло так, что ты потеряла мать. Но у тебя остаются в живых твой отец и брат. И они являются заложниками… ситуации. Надеюсь, ты понимаешь, что даже если с твоей стороны когда-нибудь будет предпринята попытка выйти с ними на связь, они тебе смерти матери не простят. Ты для них умерла ещё полтора года назад. Вы обе умерли. Выкинь из головы мысли о возможности когда-нибудь вернуться к семье, к близким. Не подвергай никого опасности. Посмотри на свою могилу и отпусти всё то, что происходило в твоей жизни до даты, которая указана на надгробии как день твоей смерти. Твоя сегодняшняя жизнь именно в этот день только началась. И будем верить, продлится ещё долго.
* * *
Вообще, описать период учебы в Академии очень сложно. Интенсивность была зашкаливающая. Сто процентов времени было загружено получением новых знаний. Даже время, которые обычные люди используют для отдыха и восстановления сил. По ночам мы учились приводить в соответствие сон и текущую легенду. Ведь люди разные не только по характеру, они ещё и спят по-разному, в соответствии со своим темпераментом. А кто сказал, что при выполнении задания, за тобой во сне не будут наблюдать специально обученные люди? Вот и спишь каждый раз в новом облике: то ты многодетная мать, то львица полусвета, то проводница поезда, то учительница младших классов.
В общем и целом, по итогам лет проведенных в нашей Альма – матер, могу сказать, что всякие Джеймсы Бонды и Джейсоны Борны по сравнению с нами – сопливые мальчишки. Даже с учётом того, что им помогает сценарист и режиссёр, а нам приходится надеяться только на самих себя.
Изучали много чего, например, такие простые вещи, как стрельба со всех видов оружия и вооружения, какие только существовали и существуют, начиная с конца ХIХ века, и заканчивая перспективными образцами, ещё не постановленными на вооружение и существующими в природе от силы в нескольких экземплярах. Причём не только отечественных.
Локомотив, подъёмный кран, большегрузный тягач, речной сухогруз, танк, зенитный комплекс, легкомоторный самолет или вертолёт, шагающий экскаватор, ассенизаторская цистерна – всё это и ещё многое – многое другое стало подвластно в управлении моим хрупким девичьим рукам.
Различные методики рукопашного боя, умение применять в качестве оружия любые бытовые предметы, умение терпеть боль, противостоять пыткам, обманывать полиграф и противодействовать «боевой химии», применяемой при допросах.
Сотни профессий, от официантки до начальника аналитического отдела банка, владение инструментами сетевого воздействия, использование интернета и как источника информации, и как инструмент манипуляции как на отдельных индивидов, так и на определенные социальные группы, зачастую весьма обширные.
Плюс «стопицот» специализированных оперативных дисциплин, о которых ничего нельзя писать, но которые научили меня организовывать слежку, контрслежку, оборудовать тайники и схроны, сутками сидеть неподвижно, передвигаться в кромешной тьме без помощи технических устройств, неделями жить без отдыха, на стимуляторах, а также неделями отдыхать, набираясь сил, аккумулируя энергию организма для выполнения поставленных задач.
Но больше всего было работы с психологами. Каждый день. Все годы, проведенные в Академии. Постоянная внутренняя перестройка своего организма, своей шкалы моральных ценностей, своего отношения к жизни и смерти (своей и чужой), трансформация психики – только всё это вместе могло дать возможность использовать указанные выше знания в интересах главной цели – безоговорочного, неукоснительного, до запятой, исполнения приказов вышестоящего руководства.
Это были самые напряжённые и, одновременно, самые полезные и нужные занятия. Тело человека способно на многое, в организме скрыты огромные ресурсы, но заставить это работать в нужное время и с нужным качеством способен только человеческий мозг. Вот над ним – то психологи и работали, не покладая рук, ежедневно на протяжении нескольких лет без перерывов.
Именно им удалось превратить обычного человека практически в машину. Машину для выполнения заданий. И во всём предоставленном начальством и вбитым в голову усилиями инструкторов и преподавателей, спектре наборов и методов для решения своих задач у этой «машины» только одно ограничение – соблюдение режима секретности. Ни одна живая душа, за пределами Организации, не имела права знать о существовании этой самой Организации. Под угрозой нарушения режима секретности допускалось даже сворачивать текущие операции до устранения угрозы утечки сведений.
Глава 3.
Выпуск из Академии прошел как-то, на мой взгляд, буднично и просто. Более того, он состоялся на полгода раньше, чем до этого говорили преподаватели и инструкторы.
Начфак вызвал к себе и сказал, что из-за обострения внешне и внутриполитической обстановки, наш курс попадает под досрочный выпуск. И что, в связи с событиями на Украине, руководством принято решение об использовании возможностей нашей Организации не только на территории нашей страны, но и за рубежом. То есть, оперативным сотрудникам разрешалось проведение операции за границей. А я-то и думала, чего это так усилено нас подтягивали в иностранных языках. А оно вон что.
Ни дипломов, ни знаков – «ромбов», ни торжественного построения, ни поздравительных речей от командования с напутствием на будущие свершения. Ни Че Го. Просто вчера ты ещё курсант, а сегодня уже полноценный агент.
Я даже не знаю до сих пор, присваивают ли у нас в Организации воинские звания сотрудникам. Скорее всего, нет. Странно было бы присваивать звания людям, у которых нет ни имени, ни фамилии, ни биографии. Людям, которых вообще не существует.
Наверное, есть учётный номер в отделе кадров, есть способы связи с агентом, в том числе и экстренные. Этим, скорее всего, и ограничена информация о сотруднике и считается командованием достаточной. Чем меньше сведений, тем больше шансов для соблюдения Режима секретности. И, наверное, это и к лучшему. Не за звания и награды мы служим, не за поощрения.
* * *
- Завтра выдвигаешься в Киев, - продолжил Начфак после того, как объявил мне что я выпустилась из Академии, - и поступаешь в распоряжение местного Резидента. Все задачи будешь получать от него. Вот твои «верительные грамоты» - протянул он мне транспортный контейнер, замаскированные под обычную пальчиковую батарейку, - внутри данные о тебе, которые необходимо знать твоему новому начальнику, а также оперативная информация по запросу Резидента, которую, из соображений чрезвычайной важности и секретности, мы не можем отправить иным способом, кроме как через курьера из рук в руки. Контейнер, кстати, можно использовать как настоящую батарейку, она работает.
- У тебя есть ещё несколько часов на проработку легенды и подготовку соответствующих документов в подтверждение этой легенды. Три дня тебе на легализацию в Киеве, потом снимешь «почтовый ящик», там будут инструкции от Резидента, как с ним связаться. Месторасположение и способы подхода к «почтовом ящику» здесь – Начфак протянул мне папку.
- После изучения папку уничтожить. Удачи!
- Спасибо!
* * *
В связи с отсутствием прямого транспортного сообщения между нашей страной и Украиной, свой путь до точки назначения я решила проложить через Грузию.
До аэропорта Тбилиси добралась без приключений. Подгадала с пересадкой так, чтобы самолёт на Киев почти не пришлось ждать, зарегистрировалась на рейс в мобильном приложении и по прибытии уже через час пошла на посадку.
Никаких лишних ненужных мыслей не было. Спокойно делала то, чему меня учили. Теперь постоянно, всю оставшуюся жизнь, уже на автомате, я буду мониторить окружающую обстановку на предмет слежки, запоминать лица людей, номера машин, фиксировать камеры наблюдения, анализировать поведение окружающих и буду готовой к любым неожиданностям на уровне приобретенных за время учёбы в Академии рефлексов.
Ну ещё и слушать свою интуицию, которая в нашей профессии важна не меньше, чем другие органы чувств.
И вот как раз в момент, когда лайнер закрыл посадочный люк, что-то неуловимо, но мгновенно, поменялось… Вокруг меня сконцентрировалась опасность. Не могу объяснить, что и как произошло, но сердце сжалось от чувства надвигающейся неминуемой беды. Хотя внешне ничего и не поменялось. Интуиция.
Адреналин поступил в кровь и запустил боевой режим организма. Сейчас самым лучшим выходом будет не дать самолёту взлететь и как можно скорее покинуть его. Ведь до посадки чувства опасности не было, значит нехорошее предчувствие связано именно с тем что я оказалась в салоне самолета.
Внезапно, сосед справа от меня громко крикнул:
- В самолёте есть врач? Моей девушке плохо! Срочно врача!
Какой нафиг девушке? Мы вдвоём в ряду сидим же. Или это он про меня? Про меня!!! Ах ты гад, неужели по мою душу?! Не дамся я так просто. Получи!
Но сделать успела только движение к противнику. Резкая боль в пояснице и угасание сознания. Моя рука еще тянулась, чтобы нейтрализовать врага, но это уже было просто не представляющее угрозы, движение. Остатками сознания успела только подумать: из заднего ряда сквозь спинку кресла что-то вкололи в спину…
* * *
- Очнулась, сучка? – и сразу удар в живот. В полную силу, с риском разрыва селезёнки.
Вот такое «пробуждение» ждало меня. Я сидела на стуле, руки и ноги были примотаны скотчем к подлокотникам и ножкам соответственно. Передо мной на столе лежал мой рюкзак и высыпанные из него вещи. В том числе и электрическая зубная щетка, в которой элементом питания служил транспортный контейнер, переданный мне Начфаком.
Передо мной было четверо мужчин. Внешность славянская, говор южнорусский или, скорее, украинский. Скорее так, учитывая конечную точку моего маршрута.
В случайных грабителей я не верила. Слишком профессионально была проведена операция по изъятию меня с борта авиалайнера.
Но, с другой стороны, все четверо моих визави имели весьма специфические и незаурядные внешности, эдакая смесь байкера с отставным военным, более того, каждый из них имел татуировки на открытых участках тела. Такая внешность уж точно весьма нехарактерна для действующих сотрудников спецслужб.
Эти ребята были больше похожи на уголовников, нанятых спецами для того, чтобы провести первый допрос, подготовить и сломать пленника. Но до смерти им со мной обращаться запрещено. Это был мой первый вывод из оценки обстановки.
Вторым выводом было то, что мне ни при каких обстоятельствах нельзя попадать в руки тех вторых, кто нанял этих первых. Потому что они, в отличие от этих, умеют вести допросы очень искусно. И умеют получать правдивые ответы на свои вопросы. Даже от тех, кто, как и я, обучен им противостоять. Дело только в терпении и профессионализме вопрошающего и в физических возможностях организма вопрошаемого.
- Очнулась, - теперь уже утвердительно провозгласил ближний ко мне похититель.
- Сама все расскажешь? Или помучиться хочешь?
Ну тут тоже все понятно: не задают никаких конкретных вопросов специально, чтобы жертву обуяла паника. Но со мной такое не пройдет. Я не паникую, мне не до этого, я ищу ответы на вопросы, что им обо мне известно, и что им от меня надо.
Неужели контейнер? Но как они могли о нем узнать? Как смогли так быстро подготовиться к перехвату? Ведь с самолета сняли так, что комар носа не подточит. В глубине разума меня очень сильно гложела мысль о том, что меня ждали. А раз ждали, то точно знали обо мне. А узнать обо мне можно было только в одном случае – имея информацию из Академии. А это значит, что был нарушен Режим секретности! Или еще хуже – предательство.
Конечно, остается шанс, что это случайность. Но шанс этот один на десять миллионов.
- В молчанку, значит, решила поиграть, дивчина? Ну помолчи, помолчи. Просто нам сказали, что ты везешь кое-что интересное. Только не сказали что именно. И не сказали, где ты это прячешь. Неужели именно там, где мы подумали? Надо проверить, да хлопцы? – и все четверо заржали.
Вот вы значит, как, да? Преподаватели еще на первом курсе учили, что ломать волю женщины – пленника всегда начинают с угроз применения именно сексуального насилия. А после, зачастую, и применяют. Неприятная ситуация, конечно. Но не смертельная.
Положа руку на сердце, мне реализация их угрозы даже выгодна. Почему? Да потому что поза, в которой я привязана, очень неудобна для половых утех. Им никуда не подобраться, как говорится. А вот когда меня начнут отвязывать, я точно могу что-нибудь предпринять. Шансы не так уж и малы, как им кажется.
- Последний раз спрашиваю: что именно ты везёшь, кому ты должна это передать, какое у тебя задание?
Что он сказал? Какое задание?! Откуда он может знать про задание? Ну ладно груз какой-то везу (хотя и это не «ладно»), ну ладно кому-то должна его где-то передать. Но про задание откуда он мог узнать?! Выходит я была права.
Одной фразой он превратил меня из простого курьера в агента. Кем, по сути, я и являюсь. Но ему-то, откуда это ведомо?!
А это означает, что те ребята, которые наняли этих ребят, все – таки знают достаточно много. И это очень плохо. Очень-очень плохо. Нарушен Режим секретности! Необходимо установить на каком этапе произошла утечка. Или умереть, чтобы при допросе не рассказать еще что-нибудь к тому, что они и так знают. Ситуация изменилась. Теперь мне надо было встретиться с теми, кто нанял этих боевиков.
Сразу линию поведения менять нельзя. Это может вызвать подозрения. Поэтому надо продолжать играть в молчанку, меня начнут бить или насиловать, потерпеть придётся, а потом под воздействием их методов, якобы, «сломаться» и попросить встречи с главным. Не хочется только, чтобы меня насиловали, пусть лучше бьют. Во втором случае все раны на виду, легче медицинскую помощь оказать. В первом случае такого могут внутри наворотить, что умрешь от внутреннего кровотечения, сама не заметив как.
- Эй, лысый, - обратилась я к главному, который, действительно был с обритой головой, - я скажу, но только там такое… Всем знать необязательно. Чтобы последствий не было. Я тебе на ушко скажу. Одному.
Ребятки переглянулись. Не ожидали, что так просто. Немного даже разочаровались, как мне показалось. Наверное, им не обещали заплатить за скорость. Не прекращая ухмыляться, старший пошел ко мне.
- Ну, говори, цыпа, чего там такого у тебя секретного?
- Да тут такое дело. В очень серьезный замес вы залезли ребята…
Лысый подошел почти вплотную. Начинаю говорить шёпотом:
- Влезли вы в разборки между двух контор…
Давай ещё ближе. Немного откинуться на спинку и слегка запрокинуть голову…
- Не знаю, кто вас нанял, но теперь и у тебя, и у корешей твоих огромные неприятности.
И разгибаясь, почти без замаха удар лбом в висок Лысому. Именно так, как нас учили инструкторы по рукопашному бою. Удар был такой силы, что я сама чуть не потеряла сознание от боли. Но лобовая кость, по сравнению с височной это как броня по сравнению с фанерой. Хруст был слышан явственно. Как минимум до приезда «скорой», главарю не очухаться. А то и вообще…
Лысый беззвучно упал на пол. Оставшаяся троица замерла в оцепенении. Не, ребят, стоять не надо. Вам надо действовать.
- Ещё кто-то хочет? – эта моя фраза стала спусковым крючком. Все трое устремились ко мне с диким желанием набить мне морду.
Вообще, мой расчёт был на то, что после выведения из строя главаря, его подчиненные на эмоциях и от злости начнут меня бить. Так я решила подстраховаться от изнасилования. Для него нужен другой эмоциональный фон. Поспокойней. А на адреналине драки им будет сложно перестроиться.
Риск, что они изобьют меня до смерти, конечно, был. Но я надеялась на то, что они помнят указание нанимателей – сохранить меня живой для допроса. И ещё, потому что я была привязана к стулу, что вообще для избиения до смерти было неудобно. Да ещё и втроём. Плюс, в суматохе, они ещё и уронили меня вместе с этим стулом. Так что, по сути, основные удары пришлись по голове. В тело тоже прилетало, ногами ребята размахивались знатно. Уже минут через пять я потеряла сознание, что, конечно, в мои планы не входило.
Через сколько я очнулась, не знаю. Чтобы привести меня в чувство, на меня было вылито две полторашки воды.
Картина в месте моего заключения несколько изменилась: в помещение нас оставалось всего двое, я и наиболее взрослый из четвёрки боевиков. Ещё двое, скорее всего, повезли Лысого в больницу.
Взрослый сидел на стуле напротив меня и курил. Взгляд его мне не понравился. Очень.
- Что же ты, сука, брата моего на тот свет решила отправить? Думаешь, тебе такое с рук сойдет? Не сойдет. Ты тоже сдохнешь.
Произносил он это спокойно, слишком спокойно. Так говорят в тех случаях, когда решение принято, и действия, о которых рассказывают, будут выполнены.
Пора отвечать, сейчас молчать уже смертельно опасно.
- Слушай, хватит причитать. Свяжись с теми, кто вас нанял и скажи им, что я готова говорить с ними.
В его взгляде промелькнула удовлетворённость.
— Вот как? Ты даже знаешь, что нас кто-то нанял. И даже догадываешься, что нам тебя живой надо передать, что до смерти тебя нельзя трогать. Но не надейся, что живой останешься. Ты мне за брата ответишь.
Он достал из кармана мобильник, набрал номер, произнёс одну фразу: «приезжайте, все готово», убрал телефон и продолжил.
- Сейчас развлечёмся немного. Ты же знаешь, что такое монтажная пена, как она действует? И можешь себе представить, как она себя поведёт, если я залью её тебе в пару отверстий. Можешь представить, сука?!
Внутри меня волной накатил липкий страх. Потому что я очень хорошо представляла последствия таких действий. Голова немного поплыла, но сознание терять было нельзя. Ибо прийти в себя уже можно было начинённой этой монтажной пеной. Как молочный коктейль взбитыми сливками.
Тем временем, он действительно достал из сумки баллон пены.
- Ты сучка, будешь жить ещё долго, несколько суток возможно, женские мышцы они эластичные. Но в итоге, всё равно сдохнешь в мучениях. Даже лучшие хирурги за такие операции не берутся, потому как понимают, что шансов спасти пациента нет.
Для спасения себя у меня оставались считанные секунды. И только один шанс из тысячи. Хорошо, что стул, к которому я была привязана, не был прикреплён к полу. Когда Взрослому осталось дойти до меня всего метр, я вместе со стулом, наклонилась резко вперёд и врезалась своей головой ему в солнечное сплетение, он, охнув, присел, получив от меня затылком в переносицу на обратном ходу, но моя инерция была такой силы, что мы упали вместе с ним. Он на спину, я на него и продолжала лупить его своим лбом в переносицу, пока он не затих.
Дальше действовать надо было быстро. Лежа рядом с ним, нащупала у него в кармане связку ключей, с помощью которой, удалось разрезать скотч на подлокотнике и освободить руку. Остальное было делом техники.
Взрослый ещё дышал, обыскав его, я нашла в наплечной кобуре пистолет с глушителем.
Первой же пулей я поставила точку в его земном пути. Я не только мстила за свой страх, пережитый минуту назад, я зачищала свой тыл. Впереди меня ждала встреча с дружками Взрослого, а потом еще и с неизвестными нанимателями. Было непонятно правда, кто из них прибудет первым. И вот при этой встрече мне совсем не хотелось бы, чтобы Взрослый очнулся и каким-нибудь образом предупредил их, или помешал мне ещё каким-либо образом.
Теперь необходимо немного поработать над экспозицией. Переместить тело убитого мной злоумышленника, посадить обратно на стул, развернуть спиной к двери. Самой тоже сесть обратно на свой стул и продолжать изображать жертву. Пистолет я спрятала под ляжку, чтобы его можно было быстро выхватить.
Мне было необходимо, чтобы внутрь зашли все «гости». Будь то сообщники или наниматели. Если первый увидит опасность, он подаст сигнал остальным, и они не войдут. И я останусь здесь в ловушке, не зная где я нахожусь и как отсюда выбраться. Поэтому они должны видеть картинку, на которой есть пленник, которого охраняет конвоир.
Убежать, даже несмотря на то, что у меня появилось оружие, и мыслей не было. Потому что произошло нарушение Режима секретности. Необходимо было зачистить всех, кто видел меня и допросить тех, кто меня заказал, чтобы выяснить откуда им стало про меня известно.
Если не выполнить этого алгоритма, то тогда с меня спросит моя Организация. Спросит по всей строгости. Несмотря на то, что только что потратила на моё обучение три с половиной года.
Ждём.
* * *
Первыми прибыли «гарные хлопцы», подельники Лысого и Взрослого. Один из них, что пониже ростом, прямо с порога кинулся ко мне.
- Конец, тебе, тварь. Не выжил Витька. Убивать тебя буду. Слышал, Степаныч, нет братика твоего больше — это он уже обратился к Взрослому и, остановившись возле него, положил ему руку на плечо.
Дальше всё было одновременно: последний злоумышленник закрыл дверь изнутри на ключ, тело Взрослого, от руки Коротышки, начало падать, он, увидев это, начал что-то понимать и посмотрел в мою сторону, где увидел только пулю, которая прилетела ему ровнёхонько между глаз.
А дальше, ствол упёрся в сторону последнего оставшегося в живых боевика:
- Не делай резких движений, повернулся лицом к двери, медленно сделал три шага спиной вперед, руки за спину.
И пока он начал пятится ко мне, быстро приблизилась к нему и вырубила ударом в шею.
Пока он был без сознания, связала его ноги и руки скотчем, потом вылила на него бутылку воды, чтобы привести в чувство.
- Кто вас нанял? Откуда вы узнали обо мне? Это вы снимали меня с самолёта?
- Какого ещё самолёта? – его удивление было неподдельным, скорее всего они действительно не причём, - кто-то позвонил Витьке, попросил поработать с тобой немного, чтобы сговорчивой была. Но чтобы не до смерти. Мы приехали, ты уже здесь была. Я не при делах, это всё Витька договаривался.
- Как их найти?
- А зачем их искать? Им же Степаныч позвонил и, насколько я знаю, они сейчас сюда приедут.
- А ты откуда знаешь, что Степаныч им позвонил?
- Они на Витькин телефон перезвонили, спросили, почему не он звонил сам.
- Тебя как звать?
- Сашок.
— Вот что, Сашок, лежишь тихо и будешь жить, понял?
- Понял, всё понял.
— Вот и хорошо.
Хотя, зачем он мне живой нужен? Не нужен совсем. Устранить его надо бы, по-хорошему. Но я всё оттягивала этот момент. Потому что убить безоружного человека совсем не просто. Да, в Академии нас учили это делать. Но, практики, естественно, не было никакой. Это только в книжках, для тренировок курсантов по рукопашному бою зэков-смертников привозят, чтобы курсанты убивать учились. В жизни же ты только с инструкторами дерешься. Ну и в анатомическом театре тебе показывают на покойниках, куда бить, какие последствия будут. Но там они и так покойники, ты их не убиваешь.
Поэтому, сегодняшние боевики это были первые люди, кого мне пришлось убить.
Лысого Витька я убивать не хотела, случайно вышло, висок не выдержал. Я его просто вырубить хотела, чтобы других разозлить.
Взрослого убила в отместку за свой страх, на адреналине. В том смысле что убила, действительно, чтобы в тылу не оставлять, но курок спустила легко и не переживала.
С Коротышкой тоже всё понятно и просто: или я его или он меня.
А вот убить связанного Сашка совсем непросто. Злости к нему нет, опасности не представляет. Хотя как сказать: очень даже представляет, ведь он меня видел, видел мои способности, значит, может кому-нибудь рассказать при случае, что встретил тут намедни амазонку, которая одна, связанная, четверых мужиков уделала. И пойдут слухи. И дойдут слухи до моего начальства. А моё начальство точно воспримет это не как слухи, а как нарушение Режима секретности. Со всеми вытекающими лично для меня, и для Сашка тоже, последствиями. А также для тех, кто Сашка услышал.
Поэтому, извини Сашок. Параграфы наших инструкций, они кровью писаны. Если я тебя пожалею, меня точно никто не пожалеет. И как бы ни было трудно стрелять в связанного безоружного человека, это придётся сделать. Ты, Сашок, хоть уже и четвертый у меня, но ты самый сложный. Прощай!
Две пули, выпущенные в затылок связанного пленника оборвали мои моральные терзания.
И вовремя. Внезапно распахнулась дверь, хотя я точно помню как Сашок ее закрывал на ключ. Но в открытую дверь никто не вошёл, в неё залетела свето-шумовая граната, а потом пошёл газ. Это всё, что я успела заметить перед тем, как потеряла сознание.
Глава 4.
- Она пришла в себя, - от этой фразы я очнулась, но спешить подтверждать выводы неизвестного мне голоса не стала – продолжила играть человека, лежащего без сознания.
- Да открывай уже глаза, мы же знаем, что ты нас слышишь – до боли знакомый голос. Начфак? А он что тут делает?
- Ты в безопасности, - продолжил он, - просыпайся давай, поговорить надо.
-Никаких заказчиков похищения не было, это был твой выпускной экзамен – продолжил он уже через несколько минут, - вся ситуация была под нашим контролем с первой до последней минуты.
- Чтооо?!?! В смысле «выпускной экзамен»?! Вы нормальные?! Я же четверых человек убила!!! Вот это экзамен так экзамен! Выходит, зря грех на душу взяла?
- Успокойся, не истери и послушай. После завершения твоей учёбы мы должны были понять, что ты умеешь на практике. Знания знаниями, но как ты в жизни эти знания будешь применять, мы не знали. Знание – это одно, практический навык — это другое. Без проверки никак. Помнишь, после первой Учебки, ты атомную станцию минировала? Вот. У нас после Академии тоже выпускные экзамены есть. Или ты думала, мы вас, без проверки, сразу в бой?
- Ну, честно говоря, в связи с тем, что выпуск был досрочный, я и подумала, что без экзаменов.
- Ошиблась. Мы не имеем права допускать тебя до оперативной работы, не проверив, для начала, в реальном деле.
- Вы наняли исполнителей, чтобы похитить меня из самолёта и пытать, пока я всё не расскажу?
- Нет для похищения мы никого не нанимали. С самолёта тебя изымали наши ребята, тоже выпускники. Это была их отдельная операция. Они тоже выпускной экзамен сдавали, мы им скинули твои приметы и примерный маршрут, а уже как и где тебя захватить они решали сами. Видимо решили, что в самолете самое удобное место. А вот уже нацики - отморозки были реальные. Кстати, все находятся в федеральном розыске и заочно приговорены к большим срокам за издевательства и убийства мирных жителей на Донбассе. Поэтому можешь морально не терзаться. Ты уничтожила подонков, которые давно этого заслуживали.
- Что они должны были узнать у меня?
- Твоё задание.
- Насколько у них были развязаны руки?
- Максимально. Любые необходимые действия для получения информации, кроме твоего убийства, или увечий, которые могут привести к смерти раньше, чем через сутки.
- Пипец… А если бы я не освободилась, но и ничего не сказала. Если бы этот отморозок осуществил свою угрозу с монтажной пеной? Если бы я погибла?
- Если бы ты погибла, это означало бы, что ты не тот человек, который нам нужен. И что мы зря тратили свои ресурсы, обучая тебя премудростям нашей профессии. Искренне рад, что такого не произошло. Добро пожаловать в Организацию. Только теперь ты стала ее полноправным членом.
- Жестко у вас.
- Как говорится: не «у вас», а «у нас». Тебе уже никогда не получиться отделиться от коллектива. Наверное, ты права в том что жестко. Но иначе быть не может. Нас слишком мало, поэтому мы должны стопроцентно доверять друг другу. А для этого мы должны знать, кто чего стоит и кто на что способен. Я тебе скажу откровенно – это не последняя твоя проверка. И тебя будут проверять еще не раз, и ты, также, будешь выступать в качестве ревизора для своих коллег. Всегда надо быть готовым к тому, что любая жизненная, пусть даже максимально критическая ситуация, это всего-навсего хорошо срежиссированная проверка от руководства. Но жалеть тебя никто не будет. И ты никого не должна жалеть. За жалость Организация спрашивает со своих сотрудников втройне. Мало не покажется. Уясни это и помни всегда. Всё, давай политинформацию заканчивать, даю тебе неделю подлечить синяки и раны, а потом продолжаешь выполнять ранее поставленную задачу: отправляешься в Киев и поступаешь в распоряжение тамошнего Резидента.
Глава 5.
Со второго раза до точки назначения в «Матери городов русских» я добралась без приключений.
Первые два дня были потрачены на мероприятия по легализации на новом месте. На третий день я оставила условный сигнал для Резидента, сообщающий о том, что прибыла, что у меня всё в порядке и что я готова ко встрече. Условным сигналом было сердечко, нарисованное мною губной помадой на седьмом по счёту столбе на север от вестибюля, известной нам с Резидентом станции метро.
Ответом от Резидента была нарисованная мелом цифра внутри этого сердечка. В зависимости от того, какая будет цифра, будет назначен один из семи вариантов встречи.
Я увидела цифру «5». Это означало, что встреча произойдет на парковке торгового центра.
* * *
Вот уже два с лишним часа, я гуляла по магазинам и бутикам, проверяясь на возможную слежку. В интервале с 19:00 до 19:10 по громкой связи должно было прозвучать предназначенное только для меня объявление.
- Семёнова Мария, просим вас подойти к центральному входу, вас ожидает автомобиль Шкода, с гос. номером…
Моё. Резидент ждёт меня в машине. Стёкла затонированы. Разумно. Открываю дверь и сажусь на переднее сиденье. И кого я вижу! Бог ты мой! Не может быть! Не может быть!!! Так не бывает! Это не мог быть он, но это был именно он…
- Ну, здравствуй, следователь Самохвалов.
- Привет, отличница. А я уже и забыл, какая у того следователя фамилия была. А ты, смотрю, помнишь.
- Ой, не звезди. Мы же оба знаем, что твоя память ничего не забывает. Мы же одну и ту же Академию закончили, а там учат ничего никогда не забывать.
Резидент улыбнулся, взбудоражив душу и вызвав целую волну воспоминаний о нашей первой встрече. Но вида я не подала.
- Я рад встрече. Совсем-совсем не ожидал тебя здесь увидеть. Но раз наши командиры решили, что мы должны работать вместе, несмотря на давнее знакомство, значит в этом есть какой-то высший смысл и, повторюсь, я этому рад.
- Я тоже рада встрече. И вообще я в шоке от того, что встретила тебя.
- Вижу, что у тебя ко мне куча вопросов.
- Да!
- Разрешаю задать два. А потом мы никогда в жизни не будем обсуждать тот давний эпизод в нашей жизни. Никогда и ни с кем. Ясно?
- Чего же может быть неясного? Итак, первый вопрос: кем был мой несостоявшийся тесть? Точно ведь не маньяком?
- Не маньяком. У него были очень серьезные политические амбиции и не менее серьезная поддержка из-за границы. Координировалась его деятельность через террористические организации Северного Кавказа. Когда мы с тобой познакомились, он со своими сообщниками планировал устроить несколько терактов с большим количеством жертв и дальше, при помощи своих западных кураторов качать эту тему в средствах массовой информации с целью вывести людей на улицы с требованием досрочной отставки Первого и назначения внеочередных выборов. Мы не знали, где именно будут теракты и подобраться близко к нему тоже не могли, так как его очень плотно опекали. Вот и пришлось прибегнуть к твоей помощи. А уже после получения полной картины планируемого преступления все остальное было делом техники.
- Всё понятно. Тогда второй вопрос. То, что на меня обратила внимание Организация, это твоя заслуга?
- Отчасти. При изучении твоей биографии нашими кадровиками, ещё в период твоей службы в спецназе, они наткнулись на мой рапорт, в котором были твои данные. После этого они связались со мной и запросили более углубленную характеристику на тебя. Я написал все, что удалось о тебе запомнить, свои наблюдения и свои выводы. Вот и всё. Не знаю, сыграло ли это какую-нибудь роль в твоей судьбе, при зачислении в Организацию. Но это не важно. Раз ты здесь, значит, буду считать тебя своей крестницей. И поэтому требовать буду многократно больше, чем, как если бы ты была абсолютно посторонним человеком.
На этом вечер воспоминаний закончен. Начинаем работать.
* * *
- Твоя задача внедриться в команду Бывшего президента Грузии. По имеющимся у меня данным, он в скором времени должен стать одним из самых реальных кандидатов на пост президента Украины на следующих выборах. У него есть харизма, у него есть высокие покровители, у него есть отличный бэкграунд по проведению демократических реформ, а также, что весьма немаловажно, у него есть опыт втягивания своей страны в вооруженный конфликт с нашей страной, что для реальных хозяев страны является очень существенным плюсом. Он, конечно, не единственный кандидат, но пока наиболее вероятный. Поэтому, в случае его взлёта, нам нужен рядом с ним свой человек.
По легенде ты будешь гражданской активисткой с латышскими корнями. Мама украинка, папа латыш. У меня есть хороший знакомый, он лидер одной из радикальных партий, через него мы тебе сделаем упрощённую процедуру для принятия гражданства, и он же тебя определит стажёром в делегацию Украины в ПАСЕ. И подбираться к объекту уже будешь из Европы. Тем более, что здесь на него заведено несколько уголовных дел, и он сейчас постоянно проживает в Европе, но только ждет безопасного случая чтобы вернуться. Твоя задача будет заключаться в том, чтобы заставить его принять решение о возвращении на Украину. Но не раньше, чем я дам тебе такой сигнал.
Вот твой латвийский паспорт, запомни адрес электронного почтового ящика, там лежит ссылка на файлообменник, скачаешь сюда, здесь встроен дешифратор – Резидент протянул мне смартфон, - там будет информация про твоего подопечного, каналы и способы связи со мной, ну и краткое, страниц на девятьсот, описание текущей ситуации по региону. Чтобы легче было интегрироваться. Как у тебя с английским?
- Продвинутый уровень, с лондонским акцентом. Латышский, кстати тоже прилично знаком, сойду за русскоязычного гражданина, который всю жизнь прожил в Риге.
- Я знаю, читал твое дело. Знание языка, в том числе, и определило подбор твоей легенды.
- Понятно.
- Ну раз понятно, начинаем работать.
* * *
В тот же день я улетела в Ригу. Там я изменила внешность, под документы, которые мне дал Резидент, доработала некоторые детали по легенде, и уже через несколько дней мне пришло письмо о включении меня в состав украинской делегации ПАСЕ, как представителя одной из парламентских партий Украины.
Глава 6.
Штаб-квартира МИ-6.
Лондон, Великобритания.
- Коллеги, таким образом, наша операция выходит на завершающий этап. Все подготовительные мероприятия завершены. Хочу предоставить слово руководителю операции профессору Расселу.
- Добрый день, коллеги. По окончательно утвержденному плану, нашими агентами был взят в разработку бывший сотрудник российской разведки, давно работавший на нас, осужденный в России за шпионаж и несколько лет назад обменянный на задержанных и осужденных нами сотрудников российской разведки. За время работы с этим агентом наша сторона получила большое количество очень важных сведений, используя которые нам удалось нейтрализовать и уничтожить несколько агентурных сетей русских на территории как нашей страны, так и других стран НАТО, в том числе и Соединённых Штатов.
На первом этапе операции, с нашей стороны были предприняты меры по прекращению отношений с объектом, игнорирование его сообщений, создание всевозможных мелких бытовых и служебных неурядиц и проблем. Целью указанных действий было заставить его пожалеть о своём предательстве и совершить попытки связаться со своим бывшим руководством с целью обратной вербовки.
Наши специалисты в течение полугода осуществляли психологическое воздействие на объект, а также на членов его семьи с указанной выше целью.
И вот вчера у нас появилась достоверная информация, что он начал поиски контактов.
Следующим этапом операции станет якобы случайная появившаяся возможность для объекта получения очень ценной информации, которая сможет заинтересовать русских, и которую он захочет им передать. Это будут данные о новых проектах нашей химической лаборатории в Портон-Дауне…
* * *
Профессор, доктор химических наук, полковник разведывательной службы Её королевского Величества, лорд Джейсон Рассел был потомственным учёным. Его отец, лорд Джейсон Рассел – старший, возглавлял химический факультет Кембриджского Университета, и, по совместительству, военно - научную лабораторию, где проводились исследования по влиянию химических веществ на организм человека и животных.
А вот сын пошёл служить в разведку. Где со временем тоже возглавил подразделение, занимающееся очень деликатными вопросами по поиску, изучению и разработкой рекомендаций по применению химических соединений и боевых отравляющих веществ на благо короны Британской империи. Позывной – Химик.
Очень серьезно Химик продвинулся по службе после Сирийского кризиса 2012 года, когда было уничтожено всё химическое оружие этой арабской республики. Только вмешательство России заставило сохранить хоть какое-то подобие соблюдения международных правил и остановило уже подготовленную и согласованную всеми участниками операцию по вторжению в Сирию и смене существующего режима с заменой на более лояльного западному миру руководителя.
Но, тем не менее, такой поворот событий лишь отсрочил атаку на правительство и граждан Сирии. В том же году страну захлестнули протесты и с севера в неё вторглись огромные банды исламских радикалов, провозгласивших на захваченных ими территориях очередной халифат.
Так уж получилось, что у этих террористических банд цели совпали с некоторыми западными странами. Случайно, конечно же. Так бывает.
Подразделение Химика начало своё сотрудничество с представителями наименее радикального крыла исламистов. Так называемых - «зеленых». С их помощью планировалось произвести насильственную смену власти. Президент Сирии должен был уйти в отставку! Ну или просто уйти.
Группой Химика периодически организовывались провокации с использованием химического оружия. Иногда постановочные, когда привлекались международные организации, вроде «Белых касок» или врачей без границ, чтобы правозащитники не пострадали. А иногда применяли и настоящие боевые отравляющие вещества. Местных жителей, как и боевиков, было совсем не жалко. То, что они сотнями умирали как мухи, было только на руку. Картинка в новостных сюжетах получалась очень красивая.
Со временем всё больше и больше стран начали осуществлять политическое давление на власти Сирии, с целью назначить в стране досрочные президентские выборы. Результат этих выборов заранее был известен всем. Весь мир уже видел «арабскую весну». Любой абсолютно любой результат, кроме того, который удовлетворил бы западные демократии, был бы поставлен под сомнение толпами оппозиционно настроенных граждан страны, которые при помощи боевиков террористических группировок и щедрого западного финансирования снесли бы последние остатки государственного аппарата, и страна была бы разорвана на части.
А вот уже при таком исходе, предстояла следующая задача: обеспечить прокладку нефтепроводов из Ирака и непосредственно Сирии, а также газопроводов из Катара до побережья Средиземного. Что позволило бы гарантировано снизить влияние российских поставок нефти и газа в Европу, что в свою очередь, позволило бы более эффективно бороться с влиянием России на международной арене, а также предпринимать действия по ухудшению её экономики для последующей раскачки внутриполитической ситуации, а уже на этом фоне, также как и в Сирии, смены существующего руководства, приведение к власти своих ставленников и, в итоге, после установления тотального контроля над ресурсами страны – использования России как передового тарана в борьбе с Китаем, единственной сверхдержавой, угрожающей существованию западного мира.
Весь процесс, конечно, подразумевался, достаточно длительным, не на один десяток лет. Но британские и американские джентльмены умеют в стратегию. И очень терпеливы.
Однако в 2015 году в конфликт в Сирии вмешалась Россия. Физически разместила в стране свои ударные группировки, авиацию, флот. Тем самым сразу сделав невозможной операцию по вторжению сухопутной группировки войск НАТО. Потому что в таком случае конфликт мог бы привести к ядерной войне. Дальше русские, совместно с сирийской правительственной армией начали освобождать страну. Очень эффективно. За год они полностью перехватили инициативу у международной коалиции, в том числе и в медийном плане. Победы над исламскими террористами из самопровозглашенного государства в глазах мировой общественности перебили украинскую повестку, где Россия, после присоединения Крыма была объявлена государством – агрессором. Вялотекущий конфликт на востоке Украины был неинтересен западному обывателю. Зато уничтожение упырей, которые сотнями выкладывали ролики с отрезанием голов, расстрелами мирных жителей, в том числе и европейцев, уничтожавших памятники всемирного наследия, известные ещё со школьной скамьи – всё это вызывало одобрение мировой, в том числе и западной общественности. В связи с этим, Химиком была разработана уникальная операция по дискредитации России, очернения её имиджа, как в глазах общественности, так и в глазах лидеров стран международного сообщества.
* * *
План, к реализации которого приступил Химик со своей командой, был разработан им по итогам его работы в Сирии. Для реализации этой операции в подчинение к нему была передана группа оперативных сотрудников, впервые за время его службы. План, несмотря на тот эффект, который от него ожидался, на самом деле был прост. Как и многие другие, реализованные Химиком до сегодняшнего дня.
На территории Великобритании вот уже несколько лет проживал бывший российский разведчик, проходивший в документах под псевдонимом Эмигрант, завербованный британцами, раскрытый контрразведчиками, осуждённый российским судом за государственную измену, но впоследствии обменянный на других разведчиков из России. По случайному совпадению, именно Эмигрант поспособствовал их провалу, передав информацию о них своим британским связным в еще в период службы в ГРУ.
По замыслу Химика, необходимо было провести комплекс мероприятий психо-морального воздействия, которые привели бы Эмигранта к мысли о возобновлении связей с бывшей родиной.
После того, как станет гарантировано понятно, что объект готов к обратной вербовке соотечественниками, тем более что его дочь проживает в России до настоящего времени, да и он при получении британского подданства от гражданства РФ не отказался, после этого Объекту будет обеспечен, якобы случайно, оперативный контакт с сотрудником химической лаборатории, тоже этническим русским, эмигрировавшим несколько лет назад, после гибели своего отца.
Сотрудник лаборатории также будет использоваться «втемную». Ему будет озвучена дезинформация о том, что он, якобы, входит в рабочую группу, по синтезированию и постановке на поток возможности по изготовлению, с целью дальнейшего использования для провокации в отношении России, вещества «Новичок», который был разработан в Советском Союзе, а затем был поставлен на вооружение Россией. Так как формула препарата, это как отпечатки пальцев, то использование «Новичка» в Сирии очень сильно осложнит международные позиции России.
Эмигрант должен будет получить от Лаборанта образцы «Новичка» и передать его своим бывшим коллегам из российской разведки.
А вот дальше начнутся нюансы.
Шаг первый: формула и уже готовые образцы «Новичка» у Химика реально была. Помог синтезировать его один из создателей этого оружия, эмигрировавший из России и попавший в оборот западных спецслужб.
Шаг второй: для получения образца, русские обязательно должны будут прислать живого агента. Почтой такой груз не отправить. Соответственно, на территории Соединенного королевства гарантировано будут находится один, а скорее всего целая группа, действующих русских шпионов.
Шаг третий: при передаче образца, будет инсценировано покушение на Эмигранта сотрудником российской разведки, которое закончится летальным исходом и для передающего, и для получающего. Два трупа русских оперативников, бывшего и действующего, на месте преступления, дадут очень сильный козырь в руки МИ-6. Лаборант, передавший образец Эмигранту в тот же день тоже будет ликвидирован. Но его ликвидация будет проведена уже без широкой огласки. Автокатастрофа или сердечный приступ вполне сгодятся.
Шаг четвертый: после широкой международной общественной огласки, все материалы расследования будут переданы экспертам Организации по запрету химического оружия, а также всем членам Совета Безопасности ООН.
Шаг пятый: исследование переданных материалов докажет всем, что бывший сотрудник российской разведки был ликвидирован своими бывшими коллегами из чувства мести за прошлое предательство. Ликвидирован был неумело, потому что при ликвидации киллер сам отравился и погиб. Стопроцентными доказательствами замешанности в данном инциденте России будет: использование чисто российского боевого отравляющего вещества «Новичок», а также труп киллера, который точно будет идентифицирован как сотрудник российских силовых структур. В дополнение к этому будут задержаны остальные члены группы русских разведчиков. То есть доказательство вины – абсолютное.
Шаг шестой: начинается новая волна по международному осуждению террористической российской власти, которые впервые после Первой мировой войны использовала химическое оружие на территории свободной Европы.
После такого беспрецедентного давления со стороны других стран, России придётся в качестве признания своей вины, пойти на уступки по некоторым вопросам международной повестки, среди которых ключевыми в настоящее время являются: реформирование Совета Безопасности ООН, возможность преодоления права вето одного из постоянных членов большинством других голосов, поддержка преступного режима в Сирии, возможность досрочных выборов президента арабской республики и вывод российских войск с ее территории, и, наконец, прекращение поддержки сепаратистских сил на востоке Украины, вывод своих боевых подразделений, роспуск прокси – армии непризнанных республик, передача контроля за украино-российской границей законным властям Украины. Это для начала. Дальше посмотрим. В любом случае, операция, при успешной реализации, обещала принести огромные дивиденды.
Чтобы не стать государством – изгоем и не оказаться в полной международной изоляции, русским придётся пойти на все уступки. На огромные уступки по многим направлениям.
Операция уже началась, Химик был абсолютно уверен в её успехе. Где-то в тайных мечтах он уже примерял генеральский мундир и рыцарское звание, полученное из рук королевы. Но пока только в мечтах.
Глава 7.
Задолго до моего трудоустройства в ПАСЕ, моего «подопечного», Бывшего президента Грузии уволили с должности губернатора одной из украинских областей и завели на него несколько уголовных дел. Чтобы сохранить свободу, ему пришлось в срочном порядке покинуть страну.
С одной стороны, в связи с тем, что я тоже находилась за границей, мне стало легче с ним найти общие контакты. С другой стороны, он мне нужен был на территории Украины.
Такой авторитетный политик, с мировой известностью, с имиджем демократического реформатора, борца с российской агрессией, имеющий поддержку среди западного истеблишмента, являлся очень значительной фигурой для внутриукраинской политики. Необходимо было с его помощью внести в борьбу между действующей властью и оппозицией новую струю. Такой мощной политической фигурой было грех не воспользоваться в своих целях.
* * *
Для сближения с Бывшим президентом Грузии мне понадобились две вещи: финансовая помощь от Резидента, два-три миллиона долларов, и опытные пранкеры. Задача пранкеров – договориться от имени людей, которым объект не может отказать о моей с ним личной встрече. А деньги – это подтверждение серьёзности намерений тех людей, которые, якобы, за мной стоят. Люди уровня Бывшего президента Грузии словам не верят от слова «совсем». Да и делам не особо верят, честно говоря. Они верят только деньгам. А вот миллион долларов наличными при первой встрече – это очень серьезно. Несерьёзные люди такими серьезными деньгами не разбрасываются. Это сразу должно подтвердить мои полномочия как посредника, гораздо доходчивей чем звонок «уважаемых людей».
* * *
- Добрый день, господин президент. Меня зовут Стивен Джонсон, это мой коллега Питер ОʹБрайен. Мы представляем комитет по развитию демократии Конгресса Соединённых Штатов, представляем демократическую партию. И мы уполномочены говорить с вами от имени нашей партии и от имени правительства США.
- Добрый день, друзья. Чем вызвано такое внимание к моей скромной персоне?
- О да, сейчас всё объясним. Вы же знаете, что в текущем году у нас в стране были выборы и к власти пришёл президент, представляющий республиканское крыло нашей самой лучшей в мире демократической свободной системы. Это внесло существенные коррективы во внешнеполитические планы нашей страны. Были пересмотрены многие проекты и программы, было сокращено финансирование по некоторым направлениям. Так получилось, что борьба за демократию во всём мире несколько уступила место внутриполитическим вопросам США. Должен вам сообщить, что не все в стране разделяют такое перераспределение внимания нашего руководства от стратегических и фундаментальных вопросов к текущим операционным. Тем более что у нас имеются давние партнёры и союзники в мире, которым очень непонятен наш такой манёвр.
- Как хорошо, что вы об этом заговорили и понимаете это. Для меня, как одного из ваших самых преданных союзников очень важно, что вы это осознаёте и не обходите стороной такую животрепещущую тему наших с вами взаимоотношений. В последнее время, лишившись поддержки, мне приходится весьма непросто. И это при том, что я стараюсь, несмотря ни на что, выполнять наши первоначальные договоренности.
- Мы это понимаем, господин президент. Именно поэтому мы попросили у вас этот видеозвонок, чтобы подтвердить наше стремление к исполнению наших обязательств, несмотря на трудности. Ещё раз хотим вас заверить, что с нашей стороны мы всё подтверждаем и не от чего не отказываемся.
- Это очень хорошо. Это очень радует. Но есть один нюанс, который мне тоже очень хотелось бы для себя прояснить.
- Если вы про финансирование, то в начале следующей недели с вами свяжется наш человек и, нам кажется, больше вопросов по этому поводу у вас не будет. По крайней мере, года полтора.
- Оу! Отлично! Я очень рад. А то выполнение принятых на себя обязательств несёт неизбежные финансовые расходы. Мне пришлось основать свою партию, нанять большое количество активистов, которые должны агитировать и привлекать новых сторонников. А это очень затратно, я вам сообщу.
- Мы все понимаем, господин президент, поэтом уверены, что вы останетесь довольны встречей с нашим человеком. Это девушка, её зовут Олеся. Через неё же можно будет держать с нами связь. Если с вами свяжутся ваши предыдущие кураторы, вы им не говорите о нашем контакте. Просто у нас внутриполитическая ситуация сейчас такая, что не знаешь от кого чего ждать. Лучше поступим так: если они с вами свяжутся, вы сообщите нам через Олесю, которая теперь будет находиться рядом с вами в ранге вашего референта. А мы уже вместе с вами решим, как нам поступить. Ок?
- Да. Конечно ок! Полный ок!
- Вот и отлично, господин президент. Тогда на этой ноте разрешите с вами попрощаться.
- Можно ещё один вопрос?
- О да, конечно!
- Почему вы обращаетесь ко мне «господин президент»? Ведь я же уже давно не президент. Это всё в прошлом.
- А мы, возможно, обращаемся к вам в будущем времени, потому что у вас же есть гражданство Украины, вы являетесь главой одной из партий, вы опытный, уважаемый политик, подтвердивший приверженность к демократическим ценностям на международном уровне. Вас знают во всём мире. Так скажите мне, что же мешает вам вновь стать президентом, только уже на своей новой родине?
- Ничего не мешает! Спасибо, господа, я очень польщён. И я полностью оправдаю ваши ожидания.
* * *
Риск того, что после разговора с вымышленными сотрудниками Конгресса, Бывший президент Грузии свяжется со своими кураторами в Вашингтоне, конечно, был. Но мой расчёт всё-таки основывался на том, что его тщеславие ему этого не позволит сделать. Да и ребята-пранкеры, которых я попросила с ним связаться от лица представителей демократической партии, были очень продвинутыми. У них за плечами уже был опыт общения и с более высокопоставленными иностранными политиками, имеющими целый штат референтов, помощников и сотрудников пресс-служб. И, тем не менее, им удавалось вступать в контакт. Поэтому они не могли вызвать подозрения, и, соответственно, желание проводить проверку.
Ну и самую большую ставку я делала, конечно, на миллион долларов, которые очень нужны были моему подопечному. Настолько нужны, что ему должно быть всё равно, кто ему их дал.
Глава 8.
- Здравствуйте, я Олеся!
- Здравствуйте, здравствуйте. Очень рад вас видеть, очень рад!
- Я тоже очень рада, господин президент…
- К чему эти церемонности, можете обращаться ко мне просто по имени. Или просто – «босс». Ведь, насколько я понял наших общих друзей, вы теперь будете работать на меня постоянно?
- Совершенно верно, босс. У меня помимо посылочки от демократической партии, также есть некоторые инструкции и предложения для вас. Для реализации этих инструкций, нам с вами будет необходим постоянный коннект, как говорят в Америке. Официально, я продолжу оставаться референтом украинской делегации в ПАСЕ, а неофициально очень интенсивно мы будем работать с вами. Вот, кстати, обещанный презент от демократов, - я поставила на стол кейс с деньгами, - распишитесь здесь, пожалуйста. Бюрократия в денежных вопросах просто обязательна, в капитализме иначе не бывает.
- Конечно, конечно, я всё понимаю.
- Хорошо. Раз с финансовой частью покончено, предлагаю перейти к планам. За Океаном считают, что вам пора более активно обозначить свои президентские амбиции. Действующая власть сейчас набирает вистов. Основные темы, которые они качают — это безвизовый режим с Евросоюзом, и это самостоятельная церковь, отделённая от Москвы. Но это и не удивительно, потому что в данных вопросах совпали интересы очень широкого круга лиц, не только действующего президента и его окружения, но и международных игроков. Поэтому противопоставить здесь нам нечего, это не наша поляна, даже начинать тягаться с ними в этих вопросах равносильно политическому самоубийству.
Наша с вами тема – это борьба с коррупцией. Вы на посту президента Грузии добились огромных успехов на этом поприще. Эту карту и надо разыгрывать. Плюс ваша непередаваемая харизма. Я думаю, вам надо будет добавить немного эксцентричности, и мы сможем нанести нынешней власти очень серьёзный удар. Сейчас время быстрых новостей. Поэтому безвизовый режим с Евросоюзом и Томос автокефалии для церкви — это мощные ходы, но при всей их мощности – это одноразовые ходы. Естественно, чтобы использовать их эффект, будут организованы целые туры по стране с презентацией этих достижений, чтобы максимально приумножить количество публичных выступлений. Но у нас уже есть рецепт, как этому противодействовать, как минимизировать пафос и охват таких турне.
- Как вы можете это сделать?
- У нас есть возможность подключить к компании по дискредитации одного известного блогера с огромным охватом аудитории и влиянием на своих подписчиков. Его сторонники просто начнут задавать на каждой публичной встрече с избирателями неудобные вопросы Президенту. Очень неудобные, но несопоставимо ничтожные для его статуса. Вопросы, ответом на которые Президент опустит себя до уровня задающего. А не ответив на которые, даст пищу для размышлений и почву для дальнейших спекуляций информацией. Такой, своего рода информационный цугцванг. И ответить нельзя, и не ответить нельзя. Выходом будет только отказ от публичных встреч с избирателями, что существенно изменит электоральный расклад. Особенно при нашей активности.
- Так всё просто?
- Ну, нет. Это очень не просто. Это чертовски не просто: это дорого, это очень затратно по ресурсам, это опасно, в конце концов. Потому что это обязательно вызовет ответную реакцию власти и могут быть применены какие-нибудь силовые приёмы или иного вида провокации. Но это не важно. Для нас это хорошо ещё и потому, что отвлечёт внимание от вашей фигуры. Внимание власти, как конкурента на предстоящих президентских выборах. Именно поэтому возвращение вас в украинскую политику должно быть очень ярким и скандальным. Только в случае, если нам удастся создать шоу - эффект будет гарантирован.
Глава 9.
ГУ Генерального штаба ВС РФ
г. Москва.
- Товарищ генерал, нами получена информация, о том, что один из наших бывших сотрудников, позывной Британец, вы должны его помнить, это тот которого судили за предательство, а потом обменяли на наших разведчиков, ищет контакты для установления связи с нами.
- С нами? Предатель ищет контакты с организацией, которую он предал? Твои информаторы ничего там не перепутали?
- Никак нет. Информация по линии военного атташе в Лондоне. Наш сотрудник не стал пока сильно волну поднимать, чтобы не привлекать возможного внимания контрразведки. Вот что предварительно известно: где-то полгода назад, плюс – минус, Британцу было сильно сокращено финансирование от его сегодняшних боссов, плюс стали возникать определённые административные препоны. Якобы в связи с сокращением финансирования, военная академия отказалась от курса лекций по структуре разведсообщества России, который он читал для тамошних слушателей. На первый взгляд складывается впечатление, что они потеряли к нему интерес. Ну, или пытаются сделать вид, что потеряли. Абсолютно не исключаю, что это операции контрразведки. Возможно, что они решили использовать отработанного агента ещё раз. Дали ему команду, чтобы восстановил связи и в дальнейшем будут через него сливать дезу.
- Но ведь возможен вариант того, что они действительно больше в нём не нуждаются, и он от обиды начал искать контакты с нами. Надо проверять. Предавший единожды…
- И в первом и во втором случае он будет обложен агентами контрразведки. Сложно будет к нему прорваться.
- А когда нам легко было? Начинайте проверку сведений. Только очень аккуратно. На цыпочках. Нам ещё не хватало второй раз на нём обделаться.
* * *
Штаб – квартира МИ-6.
г. Лондон.
- Пригласите ко мне моего заместителя.
- Слушаюсь, сэр.
Заместитель был новым сотрудником в структуре Химика. Раньше руководство всегда разделяло обязанности и ответственность оперативных сотрудников, которые занимались планированием операций, анализом их последствий, реализацией, прикрытием и сотрудников подразделения Химика, задачи которых были чисто техническими: установка, запуск, инициация контейнеров, либо иных сосудов, содержащих специальные химические вещества. Также как и за результат всегда несли ответственность оперативные сотрудники из другого подразделения.
Однако, учитывая возрастающую сложность в разработках и проведениях специальных операций, Химику удалось согласовать отдельное оперативное подразделение в структуре своей службы, подчиняющееся только ему одному напрямую.
Новая структура существенно расширила возможности подразделения Химика. Текущее дело бывшего русского разведчика было первой операцией, разработанной без участия других подразделений.
- Вызывали, сэр?
- Да. Доложи последнюю информация по русскому.
- По нашим данным, в Москве зафиксировали сигналы о желании выйти на контакт от своего бывшего коллеги. Думаю, в ближайшее время они будут проводить тщательную проверку.
- Снимите всё наблюдение за Эмигрантом. За исключением обычного положенного в соответствии с инструкцией для его статуса, то есть сопровождение парой агентов при выходе на улицу и периодическое дежурство возле дома. Электронных средств слежения, это, естественно, не касается.
- Не опасно? Нет вероятности, что мы можем прозевать оперативный контакт между нашим объектом и представителем русской разведки?
- Исключено. После его предательства они несколько месяцев будут его только проверять, прежде чем осмелятся вступить в контакт. К тому же у нас есть ещё один русский. Тот, который работает в химической лаборатории. Тот, к кому наш объект должен прийти за информацией. Это и будет сигналом к началу операции. Вот за тем персонажем как раз и необходимо усилить меры наблюдения и контроля. А с перебежчиком ничего не случится. Никуда он не денется. У него сейчас нет другого выхода, кроме как ждать контакта со своими бывшими коллегами. И у тех тоже нет выхода, кроме как постараться выяснить, действительно ли «клиент» готовый к контакту обладает ценной информацией и готов ее предоставить, или это операция нашей контрразведки. Поэтому, на этом направлении, я имею в виду тотальный контроль за Эмигрантом, активность сейчас нам совсем ни к чему. Понаблюдаем издалека.
* * *
- Ну как знакомство с сильными мира сего, - Резидент интересовался первым этапом моего взаимодействия с Бывшим президентом Грузии.
- Нормально. Думаю, мне удалось его убедить, что я полезный сотрудник в его команде. Но ещё больше его в этом убедил кейс с миллионом долларов.
- Хорошо. Наша задача сейчас качать ситуацию внутри страны. После получения безвизового режима, действующая власть получила колоссальный пропагандистский инструмент. Который она пытается использовать по полной, как внутри страны: «прощай немытая Россия», «остаточный прощевай», так и в международных делах. Активизировались переговоры западных эмиссаров с руководителями бывших союзных республик на тему того что Украина смогла скинуть с себя многовековой гнёт Империи, и вы сможете.
Я думаю, что следующей будет Армения. Там всё очень сложно сейчас. Почти так же, как здесь было четыре года назад. Только уже с учётом украинского опыта. Стоит ожидать майдана и там. Причём в ближайшие месяцы.
- Какая наша задача сейчас? Качаем ситуацию и делаем ставку на Бывшего президента Грузии?
- Да, качаем. Качаем сильно, как будто мы всерьёз сделали ставку на твоего нынешнего босса. Нам сейчас нужна политическая нестабильность.
- То есть мой Объект не победит на выборах? Мы этого даже не планируем?
- Конечно, нет.
- А на кого мы делаем ставку?
- Много будешь знать, скоро состаришься, - вроде шутит, а вроде и совсем нет, но задавать вопросы на эту тему больше желания не было, - в своё время всё узнаешь. А пока давай спланируем, где-то на август месяц, триумфальное возвращение твоего подопечного в страну. Чтобы как чёрт из табакерки: неожиданно, дерзко, громко, чтобы испугал, чтобы крики и запах серы вокруг. Чтобы его по-настоящему испугались. И чтобы отвлеклись от набирания политических очков, и занялись противодействием новому противнику. Мне надо немного времени, есть одна замечательная идейка, сейчас занят ее реализацией. Поэтому дрязги между Бывшим президентом Грузии и нынешним президентом Украины мне очень на руку. Если не получится сильно разжечь, мы потом с тобой ещё чего-нибудь придумаем.
* * *
- Босс, всё будет как надо! Пограничники не имеют права не пустить на территорию страны гражданина Украины. Вам только надо будет пройти польскую таможню, - я уже вторую неделю уговаривала Бывшего президента Грузии на возвращение на территорию Украины.
- А если меня схватят и посадят в тюрьму? Ведь против меня возбуждено несколько уголовных дел!
Ну, «снова – здорово». Какой-то трусоватый персонаж оказался. Еще и истеричка. А производил впечатление прям «мачо-мена». И как он только не испугался военную провокацию совершить в Южной Осетии? Видимо нашелся тот, кто его ещё сильнее напугал последствиями отказа.
- Посадить в тюрьму политика вашего уровня могут только по личному распоряжению президента. Но он самостоятельно предпринять такой шаг не рискнет. Обязательно будет звонить и консультироваться со своими американскими кураторами. А они ему не позволят. Потому что у вас с ним одни и те же кураторы. И мы с вами действуем по их прямому указанию. С этой стороны опасности нет вообще.
- Ну, допустим. А что, если он решит действовать на свой страх и риск? Что если он ни с кем не будет советоваться и консультироваться?
- Если вдруг такое произойдет, хотя это и нереально… Но если такое произойдет, то это ещё лучше. Вы сразу возглавите рейтинг среди всех оппозиционеров страны. Мгновенно. Ваши сторонники, как и ваши противники, увидят кого боится нынешняя власть и, возможно, сделают ставку на вас. Помимо воодушевления своих действующих сторонников вы приобретете ситуационных союзников, которые примут решение поддержать вашу кандидатуру в политической борьбе.
- Но зачем мне их поддержка, если я буду сидеть в тюрьме? И зачем им меня, в таком случае поддерживать?
- Ну, во-первых, если вдруг вас и задержат, то выпустят в тот же, максимум, на следующий день. Дело будет решено одним звонком из Вашингтона, уж поверьте, что такой звонок я гарантирую. А во-вторых, в связи с тем, что у сегодняшней оппозиции нет единого лидера, то ваша фигура устроит многих. Я бы даже сказала, почти всех. Ну, за исключением уже самых отмороженных маргиналов. Грубо говоря, ваше задержание усилит вашу поддержку со стороны других оппозиционеров. И президент не может этого фактора не учитывать. Зачем ему собственноручно повышать ваши рейтинги?
- То есть вы все же предлагаете вернуться в страну.
- Я не просто предлагаю, я очень настоятельно советую. Даже настаиваю. Нам нельзя упускать время. Совсем скоро начнётся электоральный цикл, и стартовать в нём мы должны не с последнего места.
- Надо всё хорошенько обдумать и взвешенно принять решение, чтобы не навредить нашему делу.
И вот так уже на протяжении двух недель. Я уже устала его уговаривать. Уже которая по счёту наша встреча с Бывшим президентом Грузии заканчивается одинаково: надо подумать. Такой нерешительности от политика, который в 2008 году чуть не втянул мир в ядерную войну я, признаюсь, не ожидала. Даже и не верится, что это было, глядя сейчас на его робость и безынициативность. Но и времени ждать и уговаривать у меня уже почти не осталось. Резидент поставил задачу, чтобы мой подопечный вернулся на Украину до середины августа. А уже конец июля. Медлить нельзя. Придётся припугнуть его, чтобы страшнее было оставаться за границей, чем возвращаться на Украину.
- Ну и, в конце концов, мне бы хотелось вам напомнить, что наши американские друзья сделали ставку на вас. При этом потратили очень серьёзные средства. Нельзя вынуждать их пересмотреть свои приоритеты в украинской политике. Они точно не будут поддерживать пассивных кандидатов. Ведь могут договориться и с другими. А вас попросят вернуть всё что взяли. И скрыться от их возмездия, как мы знаем, нигде на этой планете невозможно. Ну, разве, что в России. Но там вас ждут другие неприятности. Поэтому надо решаться. Другого выхода у нас просто нет. Только победа.
- Хорошо. Я согласен. Будем заезжать в страну через сухопутную границу.
«Ну слава Богу…»
* * *
Прорыв через польско-украинскую границу я решила доверить Бывшему президенту Грузии совершить самостоятельно. Уж очень много там ожидалось видео и фото камер и мне совсем не хотелось попадать в их объективы. Да и, плюс к этому, совсем не исключалось, а скорее даже предполагалось, что полиция может задержать участником массового прорыва границы. А уж попасть в базу данных полиции – это прям последнее на свете, чего бы я хотела.
Правда, мой отказ от участия в акции чуть эту акцию не отменил насовсем: Бывший президент Грузии очень испугался из-за того, что меня не будет, начал искать подвох. Стоило немалых усилий вновь, чтобы его убедить не отменять триумфальное, долгожданное возвращение «будущего победителя президентских выборов» и успокоить все его подозрения. В итоге, хотя и не без труда, мне это удалось.
Само шоу я смотрела в прямом эфире по телевизору. Мы смогли создать главную мировую политическую новость того дня. Электоральный вес моего патрона вырос в десятки раз, и он стал оппозиционным политиком номер один в стране. Буквально за полтора часа.
Конечно, я понимала, что действующая власть такой ход без ответа не оставит. И даже поделилась своими мыслями, о возможных ответных действиях с Резидентом. На что он меня попросил не заниматься ерундой и продолжать выполнять своё задание, которое заключалось в том, чтобы максимально войти в доверие к своему подопечному и стать исполнителем различного рода секретных либо деликатных распоряжений босса, не более того. А за планирование и прогноз последствий отвечает сам Резидент и пусть у меня голова об этом не болит. Жестко, не очень вежливо, но справедливо. Я же не знала всего замысла, который родился в голове моего начальника и осуществлялся им для достижения одному ему известных целей. То, что Бывший президент Грузии всего лишь маленький винтик, я понимала.
После перехода границы и кратного увеличения своей популярности. Бывший президент Грузии и в самом деле стал мне доверять гораздо больше, но не на сто процентов. Хотя, политики его уровня, мне кажется, даже сами себе на сто процентов не доверяют.
Теперь команда пиарщиков Бывшего президента Грузии готовилась к ответному ходу Администрации Президента Украины. Вся ставка делалась на то, что суперпопулярного политика от оппозиции власть тронуть не посмеет, особенно имея в виду его бэкграунд в виде заокеанских кураторов и покровителей. Такой точке зрения, разделяемой и самим кандидатом в будущие президенты, я немало поспособствовала, несколько недель подряд убеждая его вернуться в украинскую политику.
И поначалу все так и было. Действующая власть весьма пассивно отнеслась к появлению нового персонажа в предвыборной гонке. Ну или делала вид, что пассивно.
Поэтому вся деятельность команды моего подопечного сводилась к деятельности именно в публичном пространстве: ток – шоу, соцсети, телевидение, очные встречи с потенциальными избирателями… Волну своего мега-хайпа на прорыве границы они отрабатывали максимально. Рейтинг Бывшего президента Грузии рос небывалыми темпами.
Но, как в большинстве случаев и бывает, цена вопроса для противодействующей стороны была очень высока и она, наконец, решилась на ответный ход.
* * *
В одно прекрасное утро, когда казалось что победа Бывшего президента Грузии в предстоящих президентских выборах уже у него в кармане, со мной связался Резидент.
- У тебя, случайно, нет никаких дел за границей? Где-нибудь в Европе.
- Срочных нет, но мой нынешний шеф просил меня посетить Лондон и провести встречу с потенциальными спонсорами его предвыборной компании из числа украино - российских репатриантов. Я их пробила, там такие малозначительные персонажи, что билет до Лондона и обратно будет стоить дороже, чем их возможный финансовый вклад. Поэтому пока эта поездка не в приоритете.
- Отлично что есть повод. Запланируй – ка ты эту поездку не позднее четверга. Тебе надо уехать.
- Что-то случилось?
- Случилось. Кураторы действующего Президента Украины дали ему добро на арест твоего патрона. В четверг за ним придут.
- А как на это отреагировали кураторы моего подопечного?
- Судя по всему, они его сдали. Поэтому тебе можно считать свою миссию законченной. Скорее всего, на украинском политическом небосклоне звезда Бывшего президента Грузии больше светить не будет. Только если какой-нибудь другой оппозиционный деятель не достанет этот скелет из шкафа и не попробует на нём заработать политические очки. Но это уже маловероятно. Мы с тобой ставили не на ту лошадку, не лидера заезда. Но мы выиграли. Время выиграли, каналы взаимодействия нынешней власти со своими кураторами вскрыли, политическое болото встряхнули, почву для появления нового персонажа подготовили. Так что все было не зря.
- То есть я просто уезжаю и всё?
- Ну, для приличия, повстречайся с упомянутыми тобой эмигрантами, чтобы не вызывать особых подозрений, а после ареста Бывшего президента Грузии от него все побегут, поэтому твое исчезновение ни у кого вопросов не вызовет. Смени легенду, возвращайся в Россию и жди моего сигнала. Как только возникнет необходимость, я с тобой свяжусь. Каналы связи прежние.
Глава 10
ГУ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА МО РФ
г. Москва
- Доложите по Британцу.
- В целом, информация подтвердилась. Наш бывший агент, похоже действительно стал не нужен своим новым хозяевам и действительно ищет контактов с нашей стороной.
- Что дало наблюдение?
- По итогам нашего наблюдения за Британцем, усиленная охрана и контроль за ним сняты. В последнее время за ним следует лишь стандартная группа сопровождения. Изредка бывают ночные дежурства оперативников возле особняка нашего объекта. Все контакты Британца, осуществленные им за время нашего наблюдения нами идентифицированы, ничего подозрительного. Конечно, мы не исключаем что наблюдение за ним проводится контрразведкой при помощи технических средств, но техническое наблюдение не является стопроцентной гарантией контроля агента.
- А может быть так, что наблюдение за Британцем снято потому, что он сотрудничает с ними и поэтому не требует контроля? Что если он сам докладывает своим хозяевам обо всём?
- Такую вероятность мы не исключаем. Но для доклада ему также необходимы контакты. За три месяца наблюдения он ни разу не выходил на связь со своими кураторами. Это не реально, в случае если он выполняет их задание.
- Может по другим каналам?
- Исключено. Если идет операция по передаче дезинформации, либо какой-либо провокации в отношении нашей страны, то любые другие способы передачи информации, кроме личного общения, являются небезопасными и потенциально могут повлечь утечку информации.
- Получается, очень маловероятно, что Британец участвует в какой-то схеме?
- Так точно. На основании всей полученной за время наблюдения информации, готов со стопроцентной уверенностью заявить, что Британец не участвует ни в какой контрразведывательной операции. Если только «в тёмную». Но об этом мы сможем узнать не раньше, чем на одном из следующих этапов. Не раньше, чем мы предпримем какие-либо шаги по сближению.
- Все понятно. Даю добро на контакт. Кому поручите?
- Предполагаю поручить кому-нибудь из легальной резидентуры посольства. Третий секретарь вполне справится.
- Согласовываю. Обо всех изменениях обстановки и иных существенных обстоятельствах в этом деле мне докладывать незамедлительно.
* * *
Штаб – квартира MИ-6
г. Лондон
Заместитель запросил срочную встречу с Химиком.
- Сэр, они клюнули. Сотрудник российского посольства вышел на контакт с Эмигрантом. Они договариваются о личной встрече.
— Это очень хорошо, мой друг. Как раз вовремя. Мы должны знать абсолютно всё, что произойдет на этой встрече.
- Не вспугнём?
- Будем рисковать. Есть вероятность, что они договорятся о дальнейших способах связи. Нам нельзя это упустить.
- Ну, Эмигрант всё равно же должен будет прийти к сотруднику лаборатории. Мы сможем, в случае чего, там его и прихватить.
- Такой поворот мы можем рассматривать только как запасной вариант. Только если не сможем узнать, о чем договорились наши визави при первом контакте.
- Но мы можем выдать себя.
- А вы сделайте так, чтобы не выдать, - Химик начал раздражаться.
- Есть, сэр!
- Ну и надо понимать, что раз уж Москва подтвердила встречу, то, скорее всего проверочные мероприятия уже завершены и значит вероятность того, что нас засекут стала несколько ниже. Но это не повод нам ослабить бдительность.
- Я вас понял, сэр.
Глава 11
На встрече с предполагаемыми спонсорами Бывшего президента Грузии меня ждал очень неприятный сюрприз. Это даже сюрпризом назвать нельзя. В разведке такая ситуация называется коротким словом – «провал».
Дело в том, что среди делегации на встречу пришёл мой бывший парень Юрка… Несостоявшийся жених из «прошлой жизни». Тот, чьего отца разрабатывала, в том числе и с моей помощью, Организация, сотрудником которой я сейчас и являюсь.
Что-то слишком много в последнее время, мне приветов из прошлого. То Резидент объявится, то вот, возлюбленный бывший.
Естественно, он меня не узнал. Не зря у меня на занятиях по гриму одни отличные оценки были. Вопрос в другом: как он здесь очутился? В совпадения меня отучили верить еще в период учебы.
Его появление было больше всего похоже на внезапную проверку. Кто-то со стороны сейчас должен наблюдать за моей реакцией и всё фиксировать. А результаты своего наблюдения доложат куда следует, где специалисты их обработают и сделают какой-то вывод. Очень неприятный для меня вывод, скорее всего.
А я свой вывод уже сделала: я нахожусь «под колпаком». Хотя очень странно, что я не чувствовала за собой слежки. Как и положено, я проверяюсь постоянно и очень тщательно, но все мои мероприятия по контрслежке не выявили никакого наблюдения. Неужели оно настолько масштабное, что агенты, которые меня сопровождают, не появляются в поле моего зрения более одного раза и не сопровождают меня более двух-трёх минут? Неужели, у них есть свои люди на всех станциях метро, когда я, в целях проверки, внезапно выскакивала из поезда, в последний момент, наблюдая, кто же ещё передумал ехать в этом поезде? Потому что никто ни разу из поезда со мной вместе не вышел.
Или может у них все агенты – женщины? Потому что я несколько раз покидала помещения через запасные выходы женских раздевалок в фитнес-клубах и, извините за подробности, женских уборных. И никто за мной не шёл вслед.
И ещё множество, и множество приёмов, которые позволяют выяснить, находишься ли ты под наблюдением. И вот всё это говорило мне, что мне ничего не угрожает. А оказалось совсем наоборот. И раз уж ребята засветили моего бывшего кавалера, а это очень сильный шаг, способный вывести из равновесия и более опытного агента чем я, то значит на свободе ходить мне совсем не долго. Скорее всего, по окончании этой встречи и будут предпринята попытка захвата.
Что же делать? Что делать? Вопрос для нашей нации всегда актуальный. А для меня сейчас, прям как никогда ранее.
Все выходы из здания наверняка перекрыты и блокированы силами противника, поэтому главный вопрос в моменте – как мне выбраться наружу? Решила воспользоваться единственным доступным мне шансом и немного, в процессе наших переговоров о поддержке моего босса, которого вот-вот упекут за решетку, пококетничать с моим бывшим женихом и напроситься на приглашение на кофе прямо после встречи. Это было очень легко. Во-первых, я все его слабости и вообще, его самого, знала как облупленного. Вряд ли он за прошедшие несколько лет успел кардинально поменять свои предпочтения. А во-вторых, меня учили соблазнять. Полтора года курс был. Я его с отличием, кстати, закончила.
Как итог. Юрка меня пригласил продолжить общение где-нибудь поблизости за чашечкой кофе. Я, понятное дело, согласилась с радостью.
* * *
«Господи, как я могла не замечать такого количества агентов наружного наблюдения?». Пока мы дошли до кофейни через два квартала от моего офиса, я вычислила, как минимум, пятерых шпиков и, плюс к этому, три автомобиля сопровождения. Работали они, конечно, профессионально, но мой уровень подготовки оказался намного выше, чем у них. Простой человек и даже средней руки разведчик такую слежку вряд ли заметили бы.
Можно сделать промежуточный вывод: до сегодняшнего дня за мной наблюдения не было, иначе я бы его обнаружила давным-давно. Получается, что оно появилось одновременно с Юрой. Словно кто-то хочет показать мне, что всё обо мне знает и что я в его власти.
Второй вывод был неутешительным: сейчас меня точно будут брать.
Когда мы подходили к кафе, я заметила, как шедшие впереди парень с девушкой вошли в него же. Те самые парень с девушкой, которые ещё пять минут назад шли нам навстречу и были, при этом, в другой одежде. А сейчас они вылезли из такси впереди нас метров на пятьдесят. Ладно. Раз вы так, то и я в кафе не пойду. Посмотрим, что вы будете делать, если я уеду на такси.
- Юрий, извините, я вспомнила, что у меня была запланирована одна важная встреча в Сити, мне придётся сейчас вас покинуть, а кофе мы с вами попьём в другой раз.
По идее, он сейчас не должен меня отпускать, как минимум до получения инструкций от тех, кто его ко мне послал.
- Хорошо, Олеся, не смею вас задерживать, хотя мне и очень - очень жаль расставаться с вами. Обещайте мне позвонить. Вот моя визитка.
- Обязательно позвоню, обещаю.
Значит он меня отпускает. Ловим такси и уезжаем. Если это такси не подставное, то обязательно должен появиться хвост. Но на протяжении десяти кварталов хвоста обнаружить мне не удалось. Ни один автомобиль, ни сзади, ни спереди не проехал с нами всё это время. Ни одна машина, ни попутная, ни встречная, не проехала в поле зрения дважды. Всё ясно – таки ребятки прислали подставное. И когда они успели?
Придётся уходить неаккуратно. На следующем же светофоре, как только мы остановились, я выскочила из машины и сразу же нырнула в подземный переход, а из него, бегом на станцию, здесь же расположенного метро. Поезда пока не было, и я наблюдала за входами в подземку. За мной никто не гнался, никто не суетился. Людей на станции было немного. После меня зашло всего двенадцать человек. Шесть из них встали к левой платформе, шесть к правой. На агентов они были не похожи, но тут лучше перебдеть.
Я направилась к противоположному выходу с перрона. Никто за мной не последовал. Более того, пока я шла, подошёл поезд в сторону центра и шестеро моих предполагаемых преследователей уехало. Потом подошел поезд из центра и на нём уехали оставшиеся шестеро. За это время на станцию вошло ещё пять человек. Я спокойно вышла на улицу, меня никто не преследовал.
Оглядевшись по сторонам, я решила снова уйти в подземку. На перроне уже не было ни одного человека из тех, кто там был, когда я его покидала.
Я спокойно села в поезд в сторону центра и покатавшись по городу на различных видах общественного транспорта ещё часа полтора, убедилась, что меня никто не преследует.
Возвращаться в гостиницу я уже не стала, а, как и приказал Резидент, сменила легенду и внешность и провела ночь уже на новом месте жительства. Ушла. Можно выдыхать.
* * *
А теперь, находясь в безопасности на конспиративной квартире, надо попробовать разобраться, что же это всё-таки было. С чем связан такой демарш со стороны неизвестных наблюдателей, и кто за этим стоит. Будем разбираться.
И чем больше я думала, тем логичнее и логичнее становился вывод о том, что слежка была организована совсем не за мной, а за кем-то из членов делегации спонсоров. А если методом исключения, то следили за Юркой. Вот те раз! Чем же таким он занимается, что удостоился такого внушительного сопровождения? Необходимо разобраться.
Мой интерес в этом деле прямой: если следили за ним, то я наверняка, попала в списки на проверку, как лицо, контактирующее с объектом наблюдения. На первый взгляд, легенда моя не вызывала сомнений, но это смотря насколько глубоко они будут копать. А вот этого совсем-совсем не хотелось бы.
Поэтому решение сменить легенду было вчера своевременным. Хотя и вызовет подозрение у противника в случае углубленной проверки, но и исключает захват меня в плен. А это подразумевает свободу действий. И значит надо понять, чем таким занимается по жизни Юра, уж не коллеги ли мы?
* * *
Штаб квартира МИ-6
г. Лондон.
- Сэр, встреча состоялась. Сотрудник российского посольства встретился с Эмигрантом.
- О чём они говорили?
- Эмигрант сообщил, что у него есть информация о разработке нашего нового боевого отравляющего вещества, а также сообщил о готовности предоставить его образцы.
- Отлично. Просто отлично.
- В итоге, они договорились о том, что как только Эмигрант будет готов предоставить образцы, из Москвы прибудут специалисты для его изъятия и транспортировки в Россию.
- А вот это очень существенный момент. Теперь нам важно не упустить момент передачи образца от Лаборанта к Эмигранту. Это ключевой момент операции. Усильте меры по наблюдению. Кстати, как он там? Новых контактов не было?
- Вчера Лаборант, в составе делегации украинских эмигрантов, встречался с представителем Бывшего президента Грузии.
- Бывший президент Грузии это тот, которого вчера вечером по крышам в Киеве ловили и в итоге арестовали?
- Да, это он.
- Кажется, наш подопечный сделал ставку не на ту лошадку – Химик рассмеялся, – а разве Лаборант украинец? Он же из России, зачем ему это?
- Дело в том, что почти все уехавшие из России граждане либеральных взглядов в Украине видят «анти-Россию» и позиционируют свое участие во внутренних делах этой страны как своеобразный протест против действующей российской власти.
- Понятно. И что это за представитель, с которым они встречались?
- Дама, приближенная к Бывшему Президенту Грузии, сотрудник миссии Украины в Европарламенте. По слухам – связной Бывшего президента Грузии с верхами демократической партии США, и обеспечивает его финансирование.
- Ок. В огород к союзникам мы лезть не будем. Пусть работают. Тем более, после вчерашнего ареста работёнки у них заметно прибавилось, - и Химик снова рассмеялся.
* * *
ГУ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА МО РФ
г. Москва
- Британец в разговоре с нашим сотрудником сообщил, что у него имеется неопровержимые доказательства разработки британцами нового отравляющего вещества, испытания которого были проведены в Сирии, при организации провокации с якобы имеющей место химической атакой на мирных жителей, в Алеппо. И он готов предоставить образцы этого вещества.
- Откуда у него такие сведения?
- По его словам, его человек является сотрудником лаборатории в Портон - Дауне, где это вещество и было синтезировано.
- И этот человек готов предоставить образец? Как он его вынесет оттуда?
- На этот вопрос Британец не ответил, сказав, что это его зона ответственности. Он берёт эту часть операции на себя.
- Чего он хочет взамен?
- Деньги. Только деньги и ничего более.
- Крупная сумма?
- По сравнению с эффектом, который мы можем получить, имея на руках это вещество, сумма просто ничтожная.
- Хорошо. Кто будет ответственным за транспортировку груза из Британии на территорию России?
- Старшим группы будет полковник Пига.
- Фамилия странная. Он кто по национальности?
- Русский, вроде.
- Ну да? Скорее на молдаванина тянет, судя по фамилии. Один поедет?
- Помощником к Пиге будет назначен полковник Михайлов. Медик, специалист по боевым отравляющим веществам. Вопросы безопасного перемещения препарата будут на нём. На Пиге – вопросы общей безопасности и планирования операции.
- Добро. Приступайте к исполнению, как только получите сигнал от Британца. И пока не снимайте наблюдения за ним, и даже усильте его.
Глава 12
В визитке, которую вручил мне Юра, был указан его домашний адрес, что существенно облегчило мне процесс установления за ним контроля.
К его дому я подбиралась издалека, близко подходить было слишком рискованно, так как с вероятностью в сто процентов, вся округа просматривалась при помощи видеокамер, установленных моим неизвестным противником.
На сегодня моей задачей было выявить, продолжается ли наблюдение за моим бывшим женихом. А уже на следующем этапе надо будет выяснить чем обусловлен такой интерес спецслужб к его скромной персоне. А может уже и не скромной.
Интернет рассказал мне, что про Юру ему рассказать практически нечего. Несколько упоминаний его фамилии в рамках научных симпозиумов по химии, полтора десятка научных статей в отраслевых журналах и больше ничего. Ни соцсетей, никаких упоминаний о месте работы, семье, близких. Абсолютная пустота. Что, в свою очередь, позволяет сделать вывод о том, что непрост Юра с точки зрения своего образа жизни. Такое ощущение, что он сотрудник какой-нибудь научной программы исследований в области химии, разрабатываемой в интересах правительства.
Это должно объяснять слежку за ним со стороны служб безопасности, как за носителем секретной информации. Опека.
Но это слишком скоропалительный вывод. Потому что такого количества агентов наблюдения не нужно для обеспечения безопасности секретоносителя. Да и уровень такой высокий не нужен. Поэтому, это точно не направлено на его безопасность. В том смысле, что на обеспечение повседневной безопасности.
А что это может быть?
А это может быть два варианта. Первый: контрразведка обложила его так плотно, потому что ожидает его контакта с врагами. Может хотят предотвратить вербовку, или передачу сведений, или, на худой конец, покушение на моего бывшего.
Второй вариант: это как раз вражеская разведка готовится к захвату, вербовке или получению от него данных.
Хорошо бы это выяснить. Но что остаётся однозначным, это то, что, даже попав в поле зрения наблюдателей, я их не заинтересовала. Значит, ждут они кого-то конкретного, но точно не меня.
* * *
По идее, следуя указаниям Резидента, мне бы сейчас следовало покинуть территорию Соединённого королевства и убыть на Родину, где и ждать дальнейших указаний руководства.
Но… Столько было вокруг меня случайных совпадений, что прям хочется посмотреть, а что же там в конце. С формальной точки зрения, в отчетном рапорте я напишу, что задержка была связана с установлением всех обстоятельств и получением гарантий того, что не было нарушений Режима секретности, связанных с моей встречей с Юрой.
А второй причиной, помимо любопытства, для меня была возможность ещё немного прикоснуться к моему прошлому, которого у меня больше нет. К той жизни, от которой я отказалась, и частичкой которой был мой несостоявшийся жених.
И, в нарушение всех параграфов всех инструкций я приняла решение обратно вернуться к легенде представительницы Бывшего президента Грузии. Узнай это мои преподаватели из Академии, их бы хватил удар…
* * *
- Алло, Юрий, добрый день! Это Олеся. Мы с вами встречались недавно. Ещё хотели вместе попить кофе, но, по моей вине, это не удалось. Я бы хотела сгладить неловкость. Как вы смотрите на то, чтобы нам повторить попытку? Я сегодня вечером свободна. Вы тоже не против? Отлично! Давайте в том же месте, где нам не удалось. Сегодня у вас получится? Вот и отлично. До встречи.
* * *
В кафе на встречу с Юрием я приехала за час до установленного времени. А что такого? Я же не офисный работник. Я имею полное право распоряжаться своим временем, как мне заблагорассудится.
Села возле окна и принялась во все глаза наблюдать за прилегающей местностью, при этом, не подавая вида, что мне вообще что-то интересно, помимо ленты соцсетей в моем смартфоне.
В первые сорок пять минут абсолютно ничего интересного не было. А потом на улице появилась женщина-цветочница, прямо как в одном известном фильме про войну и наших разведчиков. А чуть поодаль припарковался тонированный микроавтобус, из которого никто не вышел, и в который никто не сел. Ну и, для полного счастья, в кафе резко увеличилось количество посетителей. И расселись эти вновь прибывшие очень грамотно: возле входов/выходов и в местах, откуда просматривается весь зал.
Уже после всех вышеперечисленных персонажей заявился и мой несостоявшийся женишок.
Понятное дело, что под таким пристальным вниманием, я не могла допустить, чтобы наши разговоры хоть краем касались бы тех тем, которые могут вызвать у наблюдателей хоть какой-нибудь, пусть даже минимальный интерес к моей персоне.
Мы говорили о погоде, о Лондоне, о моём патроне, которого задержали украинские правоохранители и готовили к высылке из страны, говорили о моей дальнейшей судьбе, перспективах и возможностях, о ситуации на Украине и ещё много-много о чём ещё. Не говорили мы только об одном: не говорили о Юре. Если он пытался начать что-то рассказывать о себе, я сразу же уводила разговор в сторону. Мы потом на эти темы поговорим, когда я буду уверена, что нас никто не слышит и не слушает.
Сегодня просто свидание в кафешке. Без продолжения. Но с перспективой.
* * *
За следующие полторы - две недели наши встречи с Юрой стали регулярными. Для сторонних наблюдателей наши отношения должны были выглядеть как начинающийся роман бывших соотечественников.
Сегодня он мне сказал, что в Лондоне он проводил свой отпуск, а завтра ему пришла пора возвращаться на работу, и что живет он в Солсбери.
Солсбери… Солсбери. Что я помню про этот город? Ничего такого, за исключением того, что в десяти километрах находится одна из крупнейших химических лабораторий Соединённого королевства, которая, помимо всего прочего, занимается разработками химического оружия. А Юра химик. Причём – секретный химик, раз не ведёт соцсетей и предпочитает вообще не светиться в интернете.
Таким образом, всё сходится. Он является разработчиком химического оружия, за которым следит чья-то спецслужба. Толи британская, толи какая-то другая. И выходит, что скоро вокруг него будут происходить какие-то важные события. Узнать бы какие…
Передо мной нарисовались две задачи. Первая – напроситься в гости в Солсбери, чтобы находиться недалеко от эпицентра предстоящих событий. А то, что они предстоят именно там и именно рядом с моим бывшим я ни капли не сомневаюсь.
Вторая задача: выяснить уже, наконец-то, кому понадобилось так плотно, но очень незаметно и очень профессионально опекать Юру… Контрразведка или разведка. Это важно для планирования своих дальнейших действий.
Напроситься на приглашение в гости получилось проще простого.
- Ой, не говори, отпуска так быстро заканчиваются всегда. Твой закончился, а у меня ещё две недели отдыха впереди, а потом ждём возвращение в Европарламент. Только вот чем теперь заняться, если ты уедешь?
- А можно я приглашу тебя к себе в гости?
- А я не буду тебя отвлекать?
- Нет, что ты. Поживешь у меня, в Солсбери я обитаю в большой доме. Имеется прислуга, поэтому твое пребывание не будет обременительным.
«Хорошо живут химики в Британии».
- Спасибо за приглашение. Я, пожалуй, соглашусь. Только поеду не вместе с тобой завтра, а через пару дней. Надо тут кое-какие личные дела уладить.
- Хорошо, договорились.
- А ты как поедешь? На машине?
- Нет. Я предпочитаю поездом. Это быстрее и не так устаёшь, как за рулём. Завтра стартую в 10:35 с вокзала «Ватерлоо».
- Я тогда тоже поездом поеду. Встретишь меня?
- Обязательно.
- Хорошо. Я позвоню, как только куплю билет.
- Буду ждать с нетерпением.
* * *
За оставшуюся ночь и утро перед отъездом Юрия в Солсбери, мне предстояло ударно поработать.
В связи с тем, что группы агентов - помощников у меня не было, всё необходимо будет делать самой.
Моя задача состояла в том, чтобы установить агентов, которые будут осуществлять слежку за Юрием, от его дома и до вокзала. Постараться вычислить среди них командиров, преследуя их, выйти на вышестоящих командиров и, в идеале, уже через них, на организацию, которая обеспечивает наблюдение. Это программа максимум, конечно.
Первым делом, не забыв радикально изменить внешность, мне надо посетить магазин электроники. И не один, сразу шесть, по очереди. Потому что то количество Wi-Fi камер и смартфонов, которое мне было необходимо, если купить сразу в одном магазине, то это, несомненно, могло бы вызвать ненужные вопросы у продавцов.
Затем, уже с другой внешностью и с другими документами я оформила в прокат четыре автомобиля.
И для полноты реализации замысла, купила на сайте бесплатных объявлений десяток бывших в употреблении велосипедов, которые распродавали компании – сервисы доставки после обновления своего велопарка. На этих велосипедах раньше ездили курьеры, поэтому состояние их было далеко от идеального. Но этого мне и не требовалось. Мне нужна была фирменная курьерская раскраска этих велосипедов, в первую очередь. А, уж, с Лондонскими пробками, я сумею догнать интересующего меня объекта даже и на не очень новом велосипеде.
* * *
Всю ночь я расставляла свои приобретения на пути следования от дома Юрия до вокзала «Ватерлоо», а также на отходящих от вокзала улицах.
Видеонаблюдение я обеспечила себе за счёт камер, работающих от пауэрбанка и получающих интернет от смартфона. Такую конструкцию я крепила обычным скотчем на стволах и ветвях деревьев, вдоль интересующих меня улиц. Производитель давал гарантию на сутки бесперебойной работы при таком источнике питания. Мне требовалось десять часов.
Контроль видеоизображения я осуществляла со своего смартфона через соответствующее приложение.
Конечно, картинка не была идеальной. Но пришлось довольствоваться тем, что есть.
Автомобили и велосипеды я тоже расставила вдоль тех же улиц. Естественно, все велики были прикреплены замками к конструкциям велопарковок. Иначе к утру был бы шанс остаться вообще без средств передвижения.
Конечно же, сопровождать выбранные мною цели, мне придётся ножками, не выпуская эти цели из виду. Но чтобы самой не попасть под наблюдение, мне необходимо будет менять внешность несколько раз, и менять средства передвижения. Поэтому и стояли авто и велики вдоль возможных маршрутов в разные стороны.
А вот, чтобы не упустить из виду объекты при смене образа и транспорта, мне и требовались камеры.
Ближе к рассвету все подготовительные мероприятия были закончены. Можно бы поспать несколько часов, потому что энергия организму ещё понадобится. А где её взять, как только не во сне?
Проспать я не боялась, вспомнив, как в Учебке нас тренировали просыпаться именно в тот момент, который ты сам запрограммировал в своём мозгу для пробуждения. Улыбнулась, вспомнив время обучения, казавшееся на тот момент таким сложным, и уснула.
Глава 13
Утром, когда Юра вышел из своего дома, определить кто его сопровождает, мне особо труда не составило. Будем откровенны: ребята понимали уровень квалификации своего объекта, и поэтому работали не в полную силу, хотя и очень профессионально, «без дураков».
Не забывая думать о собственной безопасности, мне необходимо было определить, кто же среди всех агентов сопровождения является координатором всего действа. Ведь именно он, по моей задумке, и должен будет привести меня к своим командирам.
Первые два квартала я передвигалась на машине, на удалении метров двести, практически на грани прямой видимости. На экране смартфона у меня была картинка с камер моей импровизированной системы видеонаблюдения. Вспоминая занятия по тактике проведения слежки спецслужбами различных государств, я знала, что коллеги – британцы всегда для координации и резерва используют большие авто. Или микроавтобус или большой внедорожник. Классика жанра, когда такой автомобиль маскируют под транспортное средство специальных (скорая, спасатели) или коммунальных служб (аварийная, связи, доставка). Есть ли что-то такое в поле моего зрения? Конечно есть, это же Лондон. Две скорые, причём обе без мигалок, фургон доставки мебели и микроавтобус службы дезинфекции. А вот больших внедорожников в поле зрения не было. А жаль. Вот бы как в кино: кавалькада черных «Шевроле Тахо». Но, к сожалению, так бывает только в кино.
Оставался ещё шанс, что все четыре перечисленные мной машины не имеют никакого отношения к сопровождению Юры. Только с этим я ничего поделать не смогу. Мне, в моём единственном лице, объять необъятное нереально. Если не повезёт сегодня, тогда уже и будем думать, что делать дальше. Привыкла решать проблемы по мере поступления.
Через две минуты, одна из скорых, включив сирену и проблесковые маячки, резко развернулась через две сплошные и уехала в обратном направлении. Минус один. Шансы увеличиваются.
Впереди образовался небольшой затор. Самое время мне сменить транспортное средство, чтобы самой не примелькаться и не попасть в зону интереса тех, за кем я наблюдаю.
Свернула в первый же переулок и оставила авто. Теперь необходимо быстрым шагом, но так, чтобы не привлекать внимания, преодолеть пятьдесят метров, и дальше продолжить движение на велосипеде службы доставки. Этот велосипед был зелёного цвета, поэтому на ходу, я вытащила из рюкзака такого же цвета жилетку и кепку, с уже приклеенными к ней длинными разноцветными волосами.
Смена транспорта заняла две минуты. Камеры показали, что машина службы дезинфекции с проспекта свернула. Минус два.
Затор, образовавшийся на дороге, понемногу рассосался, и мне пришлось неслабо постараться, чтобы снова приблизиться на двести метров к интересующим меня машинам. Юра же был очень далеко, за его перемещением я следила только через камеры.
Отвлёкшись на смартфон, я не заметила, как интересующая меня скорая прижалась к тротуару и остановилась, из неё выскочили два работника в форменной медицинской одежде и встали прямо у меня на пути. До них оставалось тридцать метров.
Неужели прокололась? Что делать? Тормозить нельзя, привлеку внимание, потому что как-то обоснованно этого сделать не получится. Лучше увеличить скорость. Если эти ребята по мою душу, то одного из них я точно выведу из строя тараном.
Время как будто замерло. Какой раз я уже замечала, что при переходе организма в боевой режим, всё в округе начинает двигаться, гораздо медленнее чем ты сама. И время замедлилось. В Академии нам показывали видео с нашим же участием, когда накладывали совершенные нами одинаковые действия друг на друга. Только одни были в повседневном режиме, а другие в боевом. Очень наглядно было. Скорость действий на экране отличалась в разы, но при этом, по собственным ощущениям, ты никуда не торопилась и тебе казалось, что всё делаешь в обычном темпе.
Стоящие на тротуаре работники «скорой» приближались. Я увидела, что начала открываться водительская дверь. Значит через пару секунд их станет трое. Похоже всё-таки по мою душу.
Хотя нет! Отбой! Не по мою.
Когда до них оставалось не более трёх метров, на асфальте я увидела лежащего бомжа, которого мне до этого не было видно из-за скамейки и урны. Медики наклонились к нему, пока я преодолевала последние метры, и я проскочила мимо них, абсолютно не привлекая их внимания. Фух…
Теперь надо выдохнуть и сосредоточиться на мебельном фургоне. Он оставался единственным вариантом. Если, правда, моя теория верна.
Юре до вокзала оставалось ехать минуты три. Если не произойдёт ничего экстраординарного, то координатор приближаться к объекту не будет. Пора мне пересесть снова на автомобиль. Хорошо, что я рядом. Надо обогнать фургон, пока он стоит на светофоре, чтобы занять место впереди него. Правда, перед обгоном, надо включить камеру на своём смартфоне и приложить её к правому уху, как будто разговариваю. У меня, хотя бы, будет изображение водителя, если вдруг упущу сам фургон.
Но судьба сегодня была явно на моей стороне. После того, как Юра зашел на вокзал, интересующий меня автомобиль поехал в сторону центра. Если в течение пяти минут после начала преследования ничего бы не произошло, мне бы пришлось снова менять транспорт, что уже было проблематично, так как был большой риск упустить объект. Но повторюсь, мне повезло. Через пять кварталов фургон остановился возле пассажирского микроавтобуса с затонированными стеклами, и я в зеркале заднего вида успела разглядеть, как из фургона в микроавтобус пересаживались бойцы в форме спецназа, с оружием и тактическим снаряжением.
Дальше слежку можно было не продолжать. Ответ на свой вопрос я получила. За Юрой следила британская контрразведка. Ну или какая-то другая силовая структура Британии. Именно местные. Потому что любая другая спецслужба мира или иностранная частная организация не позволили бы себе в прикрытие брать бойцов в форме спецназа, рискуя привлечь к себе внимание первого же оставившего их автомобиль дорожного полицейского или, того хуже, случайного прохожего, увидевшего такую мини-армию и доложившего куда следует. Напомню, граждане Соединённого королевства весьма преуспели в доносах на кого угодно. Начиная от громко слушающих музыку или не убирающих за своими питомцами соседей, до подозреваемых в международном терроризме.
Поэтому любым другим спецслужбам без британской прописки гораздо безопаснее было бы не привлекать к себе внимание таким антуражем своих агентов.
По итогу дня, выводы я сделала следующие: контрразведка ожидает в ближайшее время, даже не недели, дни, какого-то внешнего контакта с Юрой. И, судя по спецназу в сопровождении, настроены они весьма решительно, будут брать контактера. Либо будут брать Юру после контракта.
Остался ещё самый важный вопрос, получение ответа на который я до сих пор откладывала. Что же делать мне, в этой ситуации? Как поступить?
С одной стороны, вся эта тайная карусель вокруг моего давнего знакомого, уже давно была за рамками моего задания. Обо всём я узнала случайно и вообще, по законам жанра, уже давно должна была покинуть Туманный Альбион и через Грузию вернуться на Родину. Однако я этого не сделала и нарушив правила конспирации вернулась к объекту, который находится под колпаком, самонадеянно полагая, что не вызову интереса у вражеских спецслужб.
А второе, о чём я думала, а вдруг Юра наш разведчик, которого внедрили на производство чего-то опасного, и он теперь должен передать результаты своей работы курьеру из Центра. И именно поэтому, он находится под такой плотной опекой. Может такое быть? А почему бы и нет? Я же тоже разведчик, хоть по мне и не скажешь, а уж люди, знавшие меня до всего этого, они бы точно никогда бы такого не допустили в мыслях, и даже бы если им сказали напрямую – всё равно не поверили бы. «Эта в разведчики пошла? И её приняли? Да не смешите. Она скорее бы в Госдуму пошла…»
Правда, весомым аргументом не в пользу моей версии было то, что Юра не обнаружил за собой наблюдение. Хотя мне понадобилось для этого всего пара десятков минут.
Но на это мозг мне подсказывал и контраргумент: а с чего я решила, что он не знает о слежке? Может он всё знает, но просто вида не подаёт. А что ему еще делать? Жить как жил до обнаружения, не меняя обычного поведения, чтобы не раскрыть наблюдателям своё знание о них. Может он уже передал связному информацию о невозможности контакта. Кто знает.
И чем дальше я думала о сложившейся ситуации, тем сильнее становилось желание разобраться в этом деле до конца. И если мой Юрка является моим коллегой, то помочь ему соскочить с крючка. Если же он просто случайное лицо, то убедиться в этом окончательно и всё равно попытаться как-то помочь.
Но и в первом, и во втором случае необходимо было во что бы то ни стало обеспечить выполнение Режима секретности.
Итог: завтра поеду к нему в гости и там, на месте, более детально во всём разберусь.
⃰⃰ ⃰ ⃰
Штаб-квартира МИ-6
г. Лондон.
- Есть новости по делу Эмигранта?
- Ничего существенного, сэр. Сегодня Лаборант покинул столицу и вернулся в Солсбери, к месту постоянного проживания.
- Там же, вроде, находится один из домов, которые наша служба предоставила Эмигранту после его бегства из России.
- Всё верно. Это особняк закреплён за ним, но он редко там бывает, так как предпочитает проводить время в Лондоне, на квартире, которую тоже предоставили ему мы.
- Как все удачно совпало. Давайте-ка мы с вами ускорим события. Переселим Эмигранта в Солсбери, поближе к Лаборанту. Необходимо уведомить его, что лондонская квартира у него изымается и передаётся в служебное пользование другим нашим сотрудникам. И ещё посмотрите его неоплаченные счета, думаю таких у него должно быть много.
- Много, сэр. В последнее время у русского финансовые дела обстоят не очень хорошо.
- Ну вот и организуйте какую-нибудь финансовую претензию от парочки его кредиторов. И пусть в требовании дадут срок не больше месяца.
- Хорошо, всё сделаем.
- Пускай наш противник ускоряется, сколько можно ждать. А там, где происходит незапланированное изменение сроков, там всегда происходят ошибки. А нам очень сейчас нужны ошибки русских. Более того, судебные требования заставят и Эмигранта действовать более быстро и менее осмотрительно. Мы и так затянули с этой операцией, не предполагая, что он будет настолько осторожен и не решителен.
⃰ ⃰ ⃰
- Привет! Вот это у тебя хоромы. Видно, что жизнь удалась, - я приветствовала Юру, который встречал меня на пороге своего, без преувеличения, шикарного особняка.
- Если ты подумала, что это я заработал здесь, то ты ошибаешься, - с улыбкой отвечал он, - этот дом мы с мамой купили ещё на те сбережения, которые удалось вывезти из России. Мой отец был богатым и уважаемым человеком там. Мама его давно уговаривала уехать, но он всё откладывал, так как не мог бросить дела бизнеса и политики. Но как только его не стало, мы с мамой сразу же уехали из страны. Кто знает, если бы отец её послушал, то может сейчас был бы жив.
«Ты даже не представляешь, насколько ты в этом прав, парень!», - подумала я про себя, а вслух произнесла:
- Прости. Я не знала, что твоего отца нет в живых. Я не хотела затрагивать эту тему.
- Тебе не за что извиняться. Это дело прошлое. В первые годы мне его очень не хватало, а сейчас уже смирился. Его британские друзья помогли мне с переводом в университет, они же потом помогли и с трудоустройством. В деньгах, повторюсь, мы поначалу не нуждались. И я мог всецело посвятить себе науке. Это уже потом, с годами, многое поменялось. Первоначальные накопления кончились, нам пришлось жить на одну зарплату. Мать попытала счастье на ниве творчества, решила стать писателем – публицистом. И в первое время даже у неё это получалось, её много куда приглашали на ТВ и брали интервью для изданий, как эксперта по России. Но потом популярность её начала падать, прямо пропорционально сроку переезда из РФ. Сейчас она ведёт свой блог с поддержкой политических эмигрантов с нашей бывшей Родины и авторскую колонку во второсортном еженедельнике. Правда сейчас, в связи с событиями на Украине и усилением репрессий против оппозиции внутри России дела её пошли получше, но не настолько, чтобы она могла себе позволить купить ещё один такой дом. Так и живет на квартире в предместье Лондона. А что это я о себе, да о себе, как твои дела?
- У меня всё хорошо. Отпуск заканчивается, и я скоро тоже вернусь на работу. Начнутся скучные будни в съёмной квартире в Брюсселе. Поэтому буду наслаждаться проживанием в твоём доме, если ты не против.
- Конечно не против.
- А у тебя бывают ужины в гостиной, с прислугой и сменой блюд?
- Очень, очень редко. Я, так-то обитаю здесь один, работаю допоздна. Помогает мне по дому только один человек, который совмещает функции охранника, садовника, дворецкого. Два раза в неделю приходит уборщица. Питаюсь я на работе.
- Жаль. А то я уже размечталась.
- Слушай! Раз уже на то пошло, то давай сегодня устроим это. Ко мне вечером приезжает старый знакомый отца, один из тех, кто помогал мне обживаться в этой стране. У нас должна была состояться деловая встреча в кафе, но я думаю, он будет не против если мы проведем ее здесь, у меня в доме. Сначала поужинаем все вместе, как ты и хотела, с прислугой и сменой блюд, а потом мы с ним пообщаемся наедине. Как тебе моя идея?
- Отличная идея, я уже вся в предвкушении. Пока есть время до вечера, прокачусь по городу и куплю себе что-нибудь из одежды, подобающее предстоящему ужину.
- Хорошо, договорились. Я пока предупрежу Сергея о переносе места встречи. Будь готова к двадцати ноль-ноль.
Даже можешь не сомневаться. Буду готова на все сто процентов. И даже больше. Пока.
- Пока.
⃰ ⃰ ⃰
И что же за гость к нам пожаловал, интересно. Уж не тот ли, которого ждет контрразведка из MИ-6, или откуда они там?
Из плюсов – я его увижу воочию, и мы даже немного пообщаемся.
Из минусов – я не смогу присутствовать при их беседе с Юрием. И даже подслушать не смогу. Потому что у меня есть весьма обоснованные подозрения на тему того, что весь дом утыкан микрофонами и скрытыми камерами. Времени и возможности, не выдавая себя, их все разыскать – у меня точно нет. Нужно придумать какой-нибудь иной способ.
⃰ ⃰ ⃰
С гостем, представившимся Сергеем и сказавшим, что он друг отца хозяина дома, мы встретились за ужином. Я его узнала сразу. Ещё свежа была история с провалом, арестами и дальнейшим обменом большой группы наших разведчиков в Европе на осужденного за шпионаж человека, сидевшего теперь напротив меня. Полковник ГРУ, между прочим. Скорее всего, это именно тот, кого мы ждём. Я и контрразведка британцев. А может и нет. Но в том, что этот человек непосредственно связан с предстоящей операцией сомнений не вызывало.
Только странно. Он же точно не российский агент, он ведь был пойман и осужден за шпионаж у себя на Родине. И прегрешения за ним числились очень серьезные: это ведь именно он раскрыл врагу огромную сеть наших сотрудников разведки в Европе и в Соединенных Штатах, на которых его, кстати, потом и обменяли. Он же очень активно сотрудничает с британцами. Какова вероятность, что он снова решил поменять хозяев? Или дорожка предательства не ограничивается одним разом? А может он действует по заданию своих кураторов и представляет интересы коллег из МИ-5 (контрразведывательная служба Ее Величества)? В таком случае, вполне возможно, что планируется не спецоперация по перекрытию канала утечки информации, а провокация. В таком случае, получается, что Юрия целенаправленно подставляют под сотрудничество с иностранной разведкой, скорее всего российской, учитывая национальность и самого Юрия, и связника, в виде бывшего сотрудника ГРУ в чине целого полковника.
И вот уже вся ситуация заиграла совсем другими, яркими, красками. Британские спецслужбы планируют провокацию в адрес, скорее всего, российских спецслужб, с целью дискредитировать либо наших отечественных разведчиков, либо саму Россию, как государство. В чём конкретно будет состоять провокация, и какие она будет иметь последствия, пока можно только предполагать. Но весьма серьёзные, судя по задействованным силам противника. Почему именно наша страна? Да потому что против союзников англичане не стали бы так заморачиваться, а все решили бы на уровне высоких руководителей соответствующих разведслужб. Такой уровень противодействия может быть только против наших, либо против китайцев. Но с учетом того, что и Юра и Сергей бывшие граждане России, то мой вывод, на мой взгляд, очевиден.
Таким образом, мне, как действующему сотруднику другой российской спецслужбы, которому стали известны такие факты, необходимо приложить все силы для того, чтобы сорвать планы врага. И тогда получится, что моё решение нарушить приказ Резидента об эвакуации будет обоснованным и не повлечёт за собой организационных выводов и дисциплинарных взысканий. Но только при соблюдении двух условий: первое – сорвать вражеские планы и не допустить провокации в адрес нашей страны, второе – обязательно соблюсти Режим секретности.
Теперь же мне необходимо как можно скорее уведомить своего босса, Резидента, о том, что я еще какое-то время задержусь на негостеприимной британской земле. Подробностей никаких раскрывать не буду, просто сообщу, что, как говорится «код красный». Простое сообщение на известный мне адрес электронной почты. Он сам догадается, что у меня были весьма веские причины, чтобы нарушить его приказ. А уже при встрече все в деталях и с подробностями доложу. Если, правда, все у меня получится и встреча, в принципе, состоится.
* * *
Ужин действительно был очень антуражным и, на удивление, вкусным. С дворецким, сменой блюд, ритуалом выноса каждой порции ужина. На мгновение я даже представила себя потомком британской дворянской фамилии. И слегка позавидовала современным аристократам, которые до сих пор живут в подобных условиях соблюдают свои, сложившиеся за долгие века, обычаи и ритуалы. Но позавидовала только лишь на мгновение, не больше.
За столом мы говорили обо всём и ни о чём конкретно. Обычный ничего не значащий треп малознакомых людей, которых между собой ничего не связывает. Час пролетел незаметно. Пора оставить мужчин одних, дабы не мешать их серьёзному разговору, послушать который я тоже планировала.
Как? При помощи высоких технологий корпорации безвременно почившего в бозе Стива Джобса.
В самом начале вечера я положила свой смартфон на стол, справа от себя. Затем, в течение ужина, естественными причинами я переместила его ближе к центру и как бы невзначай накрыла салфеткой. На тот момент, когда я собралась покинуть обеденный зал все блюда уже были продегустированы и лишняя посуда со стола убрана. Остались только десерт и мой смартфон под салфеткой.
Поблагодарив мужчин за хорошую компанию, я их покинула и ушла в гостиную смотреть телевизор. Хотя, на самом деле, только делать вид, что смотрю телевизор. На самом деле слушать разговор своих собеседников!
Всё получилось очень просто: айфон, беспроводные наушники к нему и функция Live Listen. Эта функция позволяет слышать, что происходит рядом с вашим смартфоном на расстоянии до пятнадцати метров, то есть на расстоянии действия Bluetooth – наушников. Не наша шпионская техника, конечно. Но за неимением гербовой…
* * *
Говорили мои собеседники по-русски. Впрочем, также как и мы с Юрой наедине, и как весь предыдущий вечер во время ужина. Как – никак носители языка.
- Юра, помнишь, я говорил тебе, что скоро смогу предположить тебе один проект, который принесёт нам кучу денег?
- Помню. И ещё я помню, что за реализацию этого твоего проекта можно надолго угодить в тюрьму.
- Тьфу на тебя, сплюнь. Никакой тюрьмы не будет. Я нашёл партнёров, которые большую часть работы возьмут на себя. Тебе надо будет в четверг передать мне образец, а я в тот же день передам его партнёрам. В четверг вечером мы будем богаты.
- Сергей, ты же понимаешь, что образец это, на минуточку, очень опасное соединение. Очень летучее и очень токсичное.
- Тихо, тихо, не кричи ты так. И не надо никакой конкретики. Вот смотри, это мне передали наши компаньоны. С виду обычная авторучка, даже пишет. Но, по факту, это контейнер, действующий по методу шприца. Ты просто подводишь носик к веществу, и при помощи вакуума внутрь втягивается больше грамма, потом нажимаешь кнопочку сверху, и контейнер сам себя дезинфицирует снаружи. Новая разработка. Внутри яд, а снаружи стерильно, хоть детям давай играть.
- Не надо детям.
- Согласен, не надо. Поэтому передаю его тебе, и в четверг утром заберу. Ты уверен, что сможешь попасть в лабораторию, и получить доступ к образцу?
- Уверен. Мы уже поставили эту линию на поток. Мне даже нет необходимости получать доступ в хранилище, я смогу его синтезировать сам.
- Хорошо. На том и порешим. С выносом за территорию проблем возникнуть тоже не должно. Контейнер будет стерильным и фона не даст.
- Да, по поводу проверки я спокоен.
- Ещё хотел спросить тебя, кто эта леди? Как вы с ней познакомились? Не самое лучшее время, если честно, для новых знакомств.
- Всё в порядке. Инициатором знакомства был я. Она работает в аппарате Бывшего президента Грузии, мы сами напросились к ней навстречу. Я ходил по просьбе мамы с её знакомыми, чтобы оказать спонсорскую помощь в его президентских амбициях на Украине.
- Оказали?
- Нет. В тот же день его задержали правоохранительные органы Украины и всё идёт к тому, что его вышлют из страны и, возможно, вообще лишат украинского гражданства. Так что и в этот раз моя мамочка, традиционно, ошиблась с кандидатом.
- Что-то ей, в последнее время, не везет с выбором проектов. Ну, ничего. В четверг вечером наступит то время, когда вы уже сможете больше в этой жизни не работать.
* * *
Так вот, значит, в чём дело. Сергей собирается продать образец какого-то вещества третьим лицам. Для этого он вступил в сговор с Юрой, задача заполучить образец лежит на нём. Узнать бы, что там за вещество. И кому конкретно и каким образом его хотят передать.
Всё равно оставался небольшой шанс, что покупателем будут не российские агенты, а кто-то другой. В таком случае, пусть будет, как будет. Необходимости вмешиваться в этот процесс мне совсем нет.
Мысли метались в голове с невообразимой частотой. Очень много вопросов и очень мало ответов. А времени осталось всего полтора суток. Необходимо срочно определятся с планом действий.
Первое: надо проверить, находится ли Сергей под наблюдением также, как и Юрий. Для этого мне сейчас необходимо будет сопроводить его до дома. Необходимо поторопиться, судя по всему, их встреча подходит к завершению. Только беда в том, что Сергей имеет за спиной несколько десятков лет службы на оперативной работе, неподготовленную слежку в моем единственном лице он выявит на пятой минуте. А машин, велосипедов и камер по дороге у меня нет. Поэтому «в лоб» не подходит. Нужен другой способ для установления его адреса.
Возьмём в помощники интернет. После бегства из России, Сергей некоторое время был достаточно публичным лицом. Ходил на телевидение, раздавал интервью пачками. Даже преподавал вроде. И частный бизнес пытался вести.
Надо изучить, может у него соцсети есть, или бизнес-аккаунт. Может юр лицо на себя оформил. Благо в Соединённом Королевстве есть реестр юридических лиц в открытом доступе. Для честного ведения бизнеса. На сайте должны быть указаны все установленные данные.
Правда, при работе через интернет, существовала опасность того, что все запросы его имени и фамилии стоят под контролем особых программ. И моё обращение сразу же попадёт в сводку и ляжет на стол ребятт, которые это контролируют. И у них могут появиться ко мне вопросы. И возможность их задать. Потому что IP-адрес мой они вычислят почти мгновенно. И очень удивятся, что запрос на интересующее их лицо был осуществлён из здания, в котором проживает другое интересующее их лицо. Это плохо.
Но время поджимает. Придётся рисковать, вариантов нет. Если вдруг дойдёт до вопросов, скажу, что Юрий познакомил с этим человеком, лицо его показалось знакомым, потом вспомнила, что о нём много писали не так давно и чем он знаменит. Решила более детально изучить его биографию, потому что не каждый день ужинаешь со звездой шпионских разборок. Как-то так. Более правдоподобного всё равно мне не придумать.
Итак, что нам говорит интернет? А говорит он о том, что товарищ Сергей имеет зарегистрированную на его имя фирму, юридический адрес которой расположен в Солсбери, в спальном районе. Где живут богатые люди в своих домах. И где нет офисных зданий. Похоже, в сведениях о компании указан адрес местожительства. Надо поехать проверить.
А потом мне пришла в голову авантюрная идея.
Глава 14
ГУ Генерального штаба ВС РФ
г. Москва.
- Товарищ генерал, докладываю:
Британец встретился с руководителем группы, полковником Пигой, подтвердил ранее озвученные намерения и получил контейнер для безопасной транспортировки образца. Передача наполненного контейнера назначена на четверг. Встреча прошла без происшествий.
- Добро. Пусть ребята завтра оглядятся там ещё, повнимательнее. Чтобы сюрпризов в четверг не было. Порядок эвакуации отработан?
- Так точно. Подготовлен основной маршрут: поездом до Лондона, затем самолётом в Казахстан, оттуда на автомобиле в Россию. Есть ещё два запасных маршрута, через торговый порт и на поезде через Ла-Манш во Францию.
- Принято. Аккуратнее там пусть себя ведут. Пришло время для доклада Министру.
* * *
Приёмная Министра обороны РФ
г. Москва.
…- Таким образом, в четверг, в наших руках будут вещественные доказательства того, что британские учёные разрабатывают и уже синтезировали первые образцы химического оружия, в нарушение подписанных их страной Конвенции и Международных договоров. Также, имея на руках образец, нам не сложно будет сопоставить его с образцами химических веществ, которые были использованы для провокаций на территории Сирийской арабской республики.
- Что за вещество, вам известно?
- Так точно, товарищ Министр обороны. Фторфосфорорганический препарат нервнопаралитического действия.
- Ты сам язык-то не сломал, пока такое выговаривал? Попроще можно было?
- Если попроще, товарищ Министр обороны, то химики нашего вероятного противника синтезировали вещество под кодовым названием «Новичок», которое было разработано еще в Советском Союзе. Работы велись на основании данных, полученных от эмигрировавшего на Запад одного из разработчиков этого боевого отравляющего вещества. Таким образом, в арсенале Соединённого Королевства, а значит и в арсенале НАТО, имеется химическое оружие, по формуле являющееся точной копией того, что разрабатывалось и производилось в Советском Союзе, а затем и в Российской Федерации. Из этого следует что, при применении этого боевого отравляющего вещества в любом месте на земном шаре, можно использовать как провокацию против нашей страны в случае идентификации формулы. Хоть в Сирии, хоть в Бразилии, хоть в самой Великобритании.
- Докладывайте о ходе операции мне каждые два часа, я на доклад к Первому.
* * *
Москва, Кремль.
…- Таким образом, в случае любого применения этого боевого препарата будет обвинена наша страна. Возможны провокации с самыми тяжелыми последствиями.
- То есть, вы хотите сказать, что нашими, образно говоря, химическими «отпечатками пальцев», может воспользоваться наш противник и оставить эти отпечатки на месте любого преступления?
- Так точно, товарищ Верховный главнокомандующий.
- А получив образцы вещества мы сможем, при необходимости, легко доказать, что это не наших рук дело?
- Так точно.
- Даже если, чисто гипотетически, это будет наших рук дело…
- Простите, не расслышал.
- Ничего страшного. Это просто мысли вслух. Держите меня в курсе проведения операции.
- Есть.
* * *
Утром я сказала Юре, что мне срочно нужно уехать в Лондон по рабочим делам, якобы у меня нарисовалась внезапная встреча со спонсорами уже сидевшего в следственном изоляторе Бывшего президента Грузии.
Я рассчитывала на то, что если передача образца назначена на завтра, то, скорее всего, приобретатели уже в городе.
В последний момент, во время ужина в особняке, я вспомнила, что у Сергея был айфон. И не придумала ничего лучше, как положить ему через внутренний карман, сделав небольшую дырочку, за подкладку, метку Air Tag. Рисковала страшно, пока в прихожей проделывала эту процедуру с плащом гостя, ведь в любой момент могли появиться или прислуга или хозяин плаща в сопровождении хозяина дома, это еще если не брать во внимание то, что в доме было множество вражеских камер. Но выбора у меня не было.
Зато теперь я могла знать, где Сергей находится. Точнее не он сам, а его плащ. Но, повторюсь, особого выбора у меня не было. Все специальные средства, которые мне могли бы помочь лучше и надёжнее, остались по месту моей постоянной службы. А здесь пришлось использовать только то, что было под рукой. Да и времени для того, чтобы придумать хоть что-то поумнее, у меня не было. Встреча с курьером должна была состояться в ближайшее время.
С утра мне необходимо было организовать засаду и наблюдать за домом бывшего коллеги, потому что, судя по метке, он находился дома.
* * *
Штаб-квартира МИ-6
г. Лондон.
- Операция вошла в решающую фазу, сэр. По нашей информации, Лаборант уже изъял образец, и завтра утром он предаст его Эмигранту, после чего должна будет состояться встреча со связными из России.
- Каков общий план действий?
- После передачи образца, Лаборант будет ликвидирован при помощи этого же вещества. Группа специалистов уже получила задание и ждёт команды на реализацию.
- Каким образом это произойдёт?
- Сегодня, при обязательной процедуре досмотра мы подменили начинку контейнера. Теперь сосуд негерметичен. Лаборант уже получил смертельную дозу вещества при соприкосновении с ним, но, в связи с тем, что мы изменили концентрацию, немного ослабили её, смерть произойдет только в четверг вечером, когда мы уже схватим российских агентов на месте преступления.
- А как тогда Эмигрант умрет в четверг после обеда? Ведь у него контакт будет уже позднее. Почему смерть наступит раньше?
- В контейнере два сосуда. В первом вещество более слабой концентрации, во втором – более сильной, которое вызовет смерть в течение сорока минут после контакта. Переключение из одного сосуда на другой мы осуществим дистанционно, в тот момент, когда будет происходить передача контейнера курьерам.
- Но тогда ведь и курьеры умрут через сорок минут.
- Не успеют. Хоть «Новичок» и очень серьёзный препарат, но антидот к нему достаточно простой. Инъекция атропина с некоторыми добавками. Наши сотрудники примут антидот заранее, а агентам русских введём его уже при задержании.
- Эмигранта не спасаем?
- Эмигранта не спасаем. Нам он нужен мертвым. Простая попытка отравления не будет иметь того эффекта на международном уровне, на который мы рассчитываем в отличие от истории с отравлением боевой химией бывшего своего сотрудника, предателя, спецслужбами РФ.
- А мы посторонних людей не потравим? Никто не пострадает?
- Нами предпринимаются беспрецедентные меры безопасности. Все, с кем сегодня контактировал Лаборант, под различными предлогами получили инъекцию антидота. Такси, в котором он ехал изъято из оборота и отправлено на свалку химических отходов. Прислуга в доме тоже получила антидот и, при первой же возможности протирает все элементы, до которых дотрагивался Лаборант нейтрализующим составом.
- А эта, которая у него живет, из Украины? Что будет с ней?
- Учитывая её дозу препарата, которую она получит, она умрёт через пару-тройку дней, если не получит антидот. По ней нами решение ещё не принято.
- Пусть живёт. Когда всё закончится, найдите её и вколите что нужно. Она, как-никак, на наших союзников работает.
- Слушаюсь, сэр. Мы всё сделаем, как вы сказали.
Глава 15.
Сколько я не ломала голову, какие варианты не прокручивала, но без откровенного разговора с Юрой было не обойтись. Скорее всего, он уже не жилец. Он очень подходит на роль жертвы своей же ошибки. Русский по национальности, либеральных взглядов, отец состоял в оппозиционной партии, водил дружбу с бывшим разведчиком. Просто идеальная кандидатура для сакральной жертвы «кровавого российского режима».
Скорее всего, и Сергей не избежит такой же участи. Ему сам Бог велел отправиться на тот свет, памятуя его прошлое.
Вот именно поэтому мне и придётся всё рассказать Юре.
Для того чтобы попытаться его спасти, он должен всё знать. Ну, кроме того, кто я. И что мы с ним с детства знакомы были. Без его помощи мне просто не справиться. Сначала надо вырулить ситуацию в нужное русло, а потом уже подумаем над соблюдением Режима секретности.
* * *
- Юра, а можно тебя попросить помочь мне?
- Всегда, пожалуйста.
- Я хочу принять душ, мне будет нужна помощь. Спинку не потрёшь?
- Вау! Это лучшая миссия, из всех, что мне предстоит пройти.
- Не сомневаюсь. Приходи через пять минут. У тебя есть мобильная USB - колонка? Хочу музыку включить.
- Стоит в гостиной, можешь взять.
- Уже взяла, спасибо!
Ванная комната, как правило, самое защищенное от прослушки место. Потому что шум воды очень сильно «фонит» на чувствительные микрофоны «жучков», если они есть. Хотя сейчас уже существует техника, которая научилась фильтровать такой диапазон, но мы ещё добавим музыки, в более низких частотах. Чтобы забить фоном ещё один канал и расширить диапазон частот фильтра.
Ну и ещё один фильтр от прослушек – это отсутствие на человеке одежды. То, что Юра придёт раздетым, я почти была уверена. Слишком недвусмысленно я пригласила его.
В принципе, так и произошло. Заявился мой кавалер в одном белье, с двумя бокалами вина в руках. И очень удивился, увидев меня полностью одетой. Такого поворота событий он явно не ожидал.
Приложив палец к губам, я показала ему, что сейчас не надо ничего говорить.
- Юра, послушай меня внимательно. Только веди себя адекватно, не делай разных движений и не говори громко, - я шептала ему в самое ухо, - за тобой следят. Следят очень давно и очень плотно. Все места твоего пребывания: дом, работа, машина, просто напичканы камерами и микрофонами. Я знаю, что вы с Сергеем хотите передать какой-то образец из твоей лаборатории каким-то третьим лицам. Мне нужны подробности. Если ты всё расскажешь, я попытаюсь тебя спасти. Но мне нужно знать всё. Потому что готовится провокация. О вашем планируемом мероприятии известно контрразведке, и раз тебя до сих пор ещё не арестовали, значит будет контролируемая передача секретного образца, и значит, Сергея и курьеров возьмут с поличным. При этом ты в этой схеме становишься не нужным. Наоборот, твоя смерть сразу же придает резонанс при публичной огласке этой операции. Ну и, таким образом, британские спецслужбы избавятся от ненужного свидетеля, даже, думаю, свидетелей. Поэтому и Сергею тоже грозит опасность.
После моих слов Юра так и застыл с двумя бокалами в руках. Даже пришлось на него водой брызнуть, чтобы вывести из окаменелого состояния.
- Мне нужна вся информация. Когда ты должен передать образец. Что это за образец? Он уже у тебя?
Не сразу, помолчав еще с минуту, Юра начал говорить:
- Несколько месяцев назад, ко мне приехал Сергей, и мы очень неплохо посидели, с алкоголем. Ну и в беседе я немного сболтнул лишнего. Когда речь зашла о работе, а Сергей знал где я работаю, потому что он помогал мне туда устраиваться, я ему с гордостью рассказал, что нам удалось синтезировать вещество «Новичок» по формулам, которые были ещё в Советском Союзе. И что теперь наши образцы ничем не отличаются от тех, что есть в арсенале России. Мы ещё пошутили, что можно травить кого угодно, всё равно подумают на русских. Спустя какое-то время, Сергей уже в деловой обстановке предложил мне заработать денег. Много денег. Он знал, что после смерти отца и переезда в Британию, мы с матерью постоянно нуждались. Ещё он сказал, что такое смертельное оружие не может скрываться в тайне, потому что может действительно натолкнуть на мысли руководство страны, дабы действительно использовать его против мирных жителей с целью провокации в адрес России. И что мы можем восстановить паритет и спасти много жизней невинных людей. Также он разработал целую операцию на тему, как нам покинуть страну и через программу защиты свидетелей переехать жить в Юго-Восточную Азию не боясь преследования. Он предложил передать образец «Новичка» русским. Завтра утром я должен ему этот образец передать.
- Он уже у тебя на руках?
- Да, сегодня вынес в герметичном контейнере, который получил от Сергея.
- А ты уверен, что он герметичный?
- Ну, вряд ли русские шпионы нам дали бы дырявый сосуд для транспортировки такого опасного вещества.
- А его могли подменить?
- Нет. Он всё время был при мне, в портфеле. Я не выпускал его из рук ни на минуту. Ну, кроме проверки Службы безопасности на выходе из офиса.
- Что за проверка?
- Периодически нас досматривают и досматривают наши вещи в рамках протоколов безопасности.
- И часто такое происходит?
- Не очень. Прошлая проверка была с полгода назад.
- То есть получается, тебя полгода не досматривали, а в день, когда ты похитил секретный образец, тебя досмотрели. Занятное совпадение, не находишь? Испугался?
- Нет. Это же, хоть и не часто, но и не впервые. А контейнер замаскирован под шариковую ручку, не отличишь, даже писать можно. Хочешь, принесу, покажу.
- Погоди, не торопись. А ты можешь каким-то образом проверить наличие вещества на корпусе контейнера. Ну, есть какой-то способ, как например, если йод капнуть в крахмал, то он становится синим. Какой – то катализатор?
- Да, у меня есть аварийный детектор, на случай установления утечек. Пластинка, типа пластыря, которую надо приложить к исследуемой поверхности и сразу станет понятно.
- Надо как-то проверить. Неси сюда и контейнер, и детектор. Да поставь уже бокалы эти. Стой. Снимай трусы. Да не стесняйся ты, чего ты как девица юная, не целованная. Пусть возможные наблюдатели думают, что ты за контрацептивами побежал в свой портфель. Только постарайся из портфеля в руку взять предметы аккуратно и незаметно.
Через несколько минут Юра вернулся с контейнером – ручкой и пластырем детектора. Положил их в раковину и начал манипуляции.
— Вот чёрт!
- Что такое? Утечка?
- Да. Но очень-очень слабая доза.
- Смертельная?
- Не сразу. С такой концентрацией до наступления смерти пройдёт больше суток.
- Себя можешь проверить?
- Даже и проверять не надо, я точно брал контейнер в руки. Но для чистоты эксперимента… Вот смотри, у меня на руках такая же доза.
- Антидот у тебя есть? Что-то ты спокоен слишком.
- Как такового антидота нет, но можно использовать препараты на основе атропина, и ещё для профилактики помидоров поесть.
- С тобой всё нормально? Скоро умереть должен, о еде думать, на мой взгляд, не самое лучшее время.
- Я серьёзно. Ферменты, содержащие в продуктах семейства паслёновых блокируют м-холинорецепторы в организме, делая его нечувствительным к ацетилхолину. А «Новичок» при попадании в организм как раз и действует как ингибитор ацетилхолинэстеразы.
- Вау, полегче. Я уже не понимаю слова, которые ты произносишь. Но, судя по всему, шанс выжить у тебя ещё сохраняется. Иначе не стал бы тратить последние минуты жизни на воспроизведения такого непонятного текста.
- Ну, что-то вроде того.
- Хорошо. Значит, немного времени у нас есть. Можешь надеть трусы.
- Ой! А я и забыл про них.
- Теперь ты мне должен дать ответы на несколько вопросов. Первый: я тоже подверглась действию вещества?
- Скорее всего да. Но очень в минимальных количествах.
- Ок. Второй вопрос: у тебя есть атропин, чтобы мы ввели себе антидот?
- Конечно. У всякого уважающего себя химика есть аптечка скорой помощи во всех местах его обитания. У меня есть и атропин и пралидоксим.
«Хорошо. Хоть помидорами наедаться не придётся».
- Третий вопрос. Раз уж ваши спецы приняли решение травить тебя «Новичком», изготовленному по идентичному рецепту, что и российский, то как раз они и выбрали тот сценарий, который для вас с Сергеем является самым неприятным: придать огласке факт твоей и его смерти, задержать курьеров, раз уж они являются сотрудниками российских спецслужб, допустить международных экспертов из ОЗХО к исследованию ваших трупов, а также из союзных России стран. Картина преступления будет налицо: беглый шпион был убит злой Россией в качестве мести, с применением запрещённого химического вещества российского производства. Это же сенсация – первое применение химического оружия в Европе после Первой мировой войны! Даже Гитлер на такое не решился! Ну и так далее. Президент России - убийца, помимо того, что ещё и агрессор. Вернуть Крым и получить санкции. Уверена, уже во всех СМИ лежат заготовленные материалы, приуроченные к нашему случаю. Так вот, переходя к вопросу: ты можешь изменить формулу или рецепт своего детища? Чтобы, оставаясь таким же токсичным, при исследовании его экспертами, выяснилось бы, что это совсем другая формула. Совсем не такая, как у русских.
- В лаборатории я смог бы это сделать легко. А вот в домашних условиях, да ещё и в ограниченное время… Надо подумать.
Думай, Юра, думай. Мне нужна твоя помощь, я без тебя в этом не справлюсь, от слова «совсем».
- Ты же уже догадался, какую сторону я представляю?
- Сложно было бы не догадаться. Российскую, конечно. Но это не ты должна же забрать контейнер у Сергея?
- Нет, не я. У меня другое задание. И я очень рассчитываю на то, что ты в благодарность за спасение твоей жизни, поможешь теперь и мне. А я, вдобавок, предложу всё то же самое, что до этого тебе предлагал Сергей – деньги и возможность жить в любой стране, с новым паспортом.
- Да я не против, конечно. Как-никак, у меня сегодня второй день рождения, а ты моя фея – крестная. Только вот по изменению формулы, ничего на ум пока не приходит. Надо подумать.
- Пока ты думаешь, вылей вино в раковину и сходи, наполни бокалы ещё раз. Для наблюдателей. Это мотивирует твои передвижения из ванной комнаты, но ещё больше возвращения в неё обратно. У них должно сложиться впечатление, что мы здесь, с тобой, очень неплохо проводим время. По пути прихвати в аптечке антидот и шприцы. А пока ходишь, думай Юра, думай.
Пока моего кавалера не было, у меня в голове уже примерно набросался план действий. Помимо изменения формулы, мне необходимо будет каким-то образом не дать попасть в руки британцев моим коллегам из военной разведки, которые приехали в качестве курьеров. Эти два момента - другая формула и отсутствие живых агентов, весьма существенно подкосит позиции провокаторов, а то и сведёт на нет всю операцию. А вот Сергей… Сергея участь предрешена. Ему придётся умереть от «Новичка». Но «Новичка» с сюрпризом, с изменённой формулой. Если оставить его в живых, то провокация повторится в другом месте. Она будет лучше подготовлена, с учётом всех ошибок дня сегодняшнего и в следующий раз точно достигнет своей цели. А вот завтра у Сергея будет шанс своей смертью принести пользу преданной им Родине и искупить хотя бы часть грехов. На том и порешим.
* * *
После того, как мы сделали инъекции атропина, на память, вдруг, мне пришла одна из лекции в Академии.
- Юра, а я слышала, что если фосфорсодержащее отравляющее вещество соединить с инертным газом, то молекулы газа прилепятся к более тяжёлым молекулам фосфора и создадут новые циклические решётки атомов. Таким образом, изменив структуру вещества и, соответственно его формулу. Это так?
- Слушай, ты гений! Это действительно так. Молекулы инертных газов точно повлияют на молекулы «Новичка» из-за своей агрессивности. Сильно не изменят, но в некоторых цепочках точно прилепятся, заместив собой атомы водорода, в некоторых молекулах. И самое главное. Что не потребуется никакого дополнительно термического воздействия. Просто добавить в контейнер газ. Только где его взять?
- А автомобиль тебе на что? Ксенон подойдёт?
- Точно. Вполне подойдёт. Прямо из фары закачать ксенон и за несколько часов вещества точно вступят в реакцию.
- Так и поступим. Потому что у нас, так и так других вариантов нет. Осталось придумать, как, не привлекая внимания скрытых наблюдателей, разобрать фару автомобиля. Но это самое простое. И ещё: для поддержания нашей легенды, нам сегодня придется ночевать в одной спальне. Ну и контейнер надо будет упаковать в герметическую упаковку, чтобы не фонил. Утром мне понадобится ещё три дозы атропина.
- Хорошо, я всё подготовлю.
А ещё надо ночевать в одной спальне, чтобы постоянно контролировать Юру. А то, кто его знает, какие мысли за ночь к нему в голову придут. Вдруг задумает пойти с повинной и сдаться властям. А после того, как я ему раскрылась, этого допустить нельзя ни при каких обстоятельствах.
- Утром у меня к тебе будет ещё одна просьба. Надо будет кое в чём помочь.
Глава 16.
Штаб-квартира МИ-6
г. Лондон.
- Какие новости по Эмигранту?
- Передача образца от Лаборанта состоялась, теперь мы ожидаем прибытия агентов русских. Встреча, скорее всего, произойдёт в особняке Эмигранта. Наши люди держат под контролем весь прилегающий район, помимо оперативных агентов дежурят две группы захвата, задействована авиация, в том числе и боевые самолёты Королевских ВВС, которые дежурят в небе на расстоянии пяти минут подлётного времени.
- Не вспугнёте такой активностью курьеров?
- Не думаю. Все силы и средства размещены скрытно, на территориях соседских домов, большая часть наблюдения осуществляется при помощи технических средств.
- Я надеюсь, вы понимаете как высоки ставки? Операция должна быть осуществлена без единого сбоя.
- Я понимаю, сэр.
- Что с информационной составляющей?
- Со всеми главными редакторами информационных агентств и периодических СМИ проведена предварительная работа. Все держат место для публикации заявления от национальной полиции, которое мы им предоставим сразу после задержания исполнителей террористического акта.
- Хорошо. Докладывайте о ходе операции каждые пятнадцать минут.
* * *
Юра передал контейнер Сергею с самого утра. В коротком разговоре он выяснил, что прибытие гостей ожидается ближе к полудню. Времени оставалось всего чуть больше четырех часов.
Придумать, как перехватить курьеров до встречи с Сергеем мне пока не удавалось. Я не знала о них ничего, кроме того, что это два мужчины.
То, что самое охраняемое место в Королевстве — это дом, в котором должна состояться встреча я не сомневалась. Количество агентов контрразведки на прилегающей территории, точно превосходит все мыслимые и немыслимые количества. А у меня в распоряжении нет ни отряда спецназа, ни таковой роты, усиленной вертолётным полком, чтобы эту блокаду прорвать.
И снова пришлось действовать на грани разоблачения. Я решила повторить ход со службой доставки. Только теперь велосипед я не покупала, а просто украла, когда курьер понёс заказ в какой-то офис.
Замысел мой был прост и не оригинален: на крыльце дома, напротив дома Сергея оставить незаметно смартфон с включенным видеовызовом на мой смартфон. Я, по крайней мере, буду видеть, когда придут гости, все это время продолжая думать, как мне поступить.
А хорошо бы, всё-таки, иметь вертолётный полк…
Несмотря ни на что, к полудню я была готова хотя бы попытаться. Мне казалось, что я совершила почти невозможное. Я успела придумать и была готова реализовать свой замысел.
Бой курантов на соборе, возвестивший о том, что стрелки часов пересеклись на цифре двенадцать, я слушала в скверике, напротив окружного гражданского госпиталя графства и смотрела в экран смартфона, где была картинка двери дома Сергея.
Мой план был очень авантюрным и рискованным и очень зависел от действий моего помощника. А помощником был Юра. Это ему следовало, по моей команде, дать старт череде событий, которые должны будут привести к закономерному финалу. Устраивающему меня финалу.
* * *
- Сэр, посетители вошли в дом к Эмигранту.
- Всем боевая готовность номер один!
- Все группы готовы, сэр.
- Я думаю, что у нас не больше десяти минут.
- Запускайте в действие второй сосуд вещества с более концентрированным составом.
- Есть, сэр.
* * *
- Юра, оставляешь машину в ста метрах от дома Сергея и спокойно идёшь в его сторону. Не вешай трубку, рассказывай мне обо всём, что происходит. Я буду тебе давать команды как поступить, чтобы я смогла тебя вытащить. Ты стаканчик поставил на торпеду?
- Да, всё сделал, как ты сказала.
* * *
На приборной доске машины Юрия стоял стаканчик с бензином и дыркой в днище. На дне стаканчика лежала фольга от шоколадки, к которой был примотан проводок от плюсовой клеммы батарейки типа «Крона». А на поверхности плавала пластиковая крышечка от бутылки, обернутая в фольгу, к которой был примотан проводок от минусовой клеммы батарейки.
На полу автомобиля был разлит бензин. На пассажирском сидении стояли две канистры: одна с бензином, а вторая с подсолнечным маслом.
Бензин вытекал из стаканчика через дырку, крышечка со своим проводком должна достичь дна со своим проводком примерно через полторы минуты. Пора и мне приниматься за дело.
* * *
Санитарный вертолёт стоял возле госпиталя. Лётчик был в кабине, рядом с ним, на земле стоял и курил техник.
Я стремительно подошла, вырубила техника разрядом от электрошокера в шею, достала нож и уперла его в живот пилоту:
- Взлетаем быстро!
Он в ответ испуганно закивал, но манипуляций по запуску двигателя так и не начал. Пришлось надавить на нож посильнее, чтобы лезвие прошло сквозь одежду и плоть почувствовала холодок стали. Хватит? Хватит, глянь, как зашевелился. Уже и винты начали раскручиваться.
До дома Сергея лететь нам около одной минуты. Пока в графике. Надо только крепче держаться, потому что в салон меня никто не пригласил, и я так и осталась стоять на посадочной лыже вертолёта. Это даже и к лучшему. Нож от живота пилота нельзя убирать ни на секунду. Вторую руку просунула в боковую скобу. Теперь и болтанка не страшна.
* * *
- Как обстановка?
- Всё тихо, сэр. Ждём пока будут выходить. Дадим отойти от дома и совершим захват.
* * *
Капелька за капелькой, бензин из стакана вытек и два проводка, посредством фольги, соединились. И заискрили. Потому что законы физики вечны и работают вне зависимости от наших желаний и предпочтений. От искры воспламенились пары бензина, оставшиеся в стакане, а уже от огня загорелась дорожка, по которой капельки стекали на пол. Огонь разгорался всё сильнее, вот уже и коврики занялись. Надо еще совсем немного времени, чтобы температуры хватило для подрыва канистры с бензином.
* * *
Дымящуюся машину я увидела издалека, взрыва ещё не было. Раньше времени мне появляться на месте нельзя. Крикнула в ухо лётчику, чтобы завис в воздухе. Подождём. Время ещё есть. Хоть и не очень много.
Взрыв! Есть! Вот теперь поднажмём.
- Туда лети! Туда, куда я показываю – и ножичек ещё сильнее вдавить, чтобы он почувствовал, как кровушка пошла.
* * *
- Сто метров на север – взрыв легкового автомобиля. Подробности выясняем.
- Что за автомобиль? Почему взорвался? Есть пострадавшие?
- Выясняем, сэр. Это автомобиль Лаборанта, который он припарковал две минуты назад.
- Что с ним, он был в машине?
- Никак нет, сэр. Он идёт в сторону дома Эмигранта. Похоже, для него взрыв тоже был неожиданностью.
- Черт возьми, что происходит? Почему Лаборант здесь? Что он тут делает?
- Не имею информации, сэр. Выясняем. Он приехал две минуты назад, припарковался и пошел в сторону объекта.
* * *
- Юра, ты меня слышишь?
- Очень плохо, что это у тебя так шумит?
— Это ветер, не важно. Сейчас из дома Сергея должны выбежать курьеры, и Сергей, вероятно, выбежит с ними. Тебе необходимо, чтобы Сергей тебя узнал, чтобы он сказал курьерам, что ты его знакомый. А дальше ты должен будешь очень коротко и очень доходчиво донести до них информацию о том, что за ними следят и что если они хотят жить, то должны с тобой вместе сесть в вертолёт.
- Какой вертолёт? У тебя всё нормально?
- Юра, заткнись и делай, что я тебе говорю. С курьерами разговаривай по-русски. Это сократит время объяснения, в какой заднице они находятся.
* * *
- У нас толпы зевак вывалили на улицу после взрыва, как бы нам не потерять русских в этой суматохе.
- Пусть агенты тоже выйдут на улицу и рассредоточатся по периметру. Что с Лаборантом?
- Ускорил шаг в сторону объекта. С кем-то говорил по телефону.
- О чём говорили? С кем?
- Выясняем. Требуется еще пара минут, сэр.
* * *
Я предполагала, что, услышав взрыв на улице, российские курьеры сначала оглядятся, а когда поймут, что это бытовой взрыв, не имеющий к ним отношения, попытаются поскорее покинуть негостеприимное место. А к этому времени уже и Юрий доберётся. Да и я уже близко.
* * *
- Сэр, Лаборант разговаривал с какой-то женщиной, она дала ему инструкции, чтобы он вступил в контакт с Эмигрантом и его гостями и уговорил их сесть в вертолёт.
- Что за бред?! Какой вертолёт? Что за женщина ему звонит и пытается сорвать нам операцию?!
- Судя по тому, что они говорили на русском языке, с большей вероятности могу предположить, что это та же самая женщина, с которой он познакомился в Лондоне и которая жила у него пару дней.
- Но вы же проверяли её! И слушали эти дни, и смотрели, сами же сказали, что это обычная украинская политическая активистка средней руки, которых теперь, развелось у нас, как собак. А сейчас вы говорите мне, что она даёт команды Лаборанту, чтобы он предупредил курьеров об опасности?
- Смею полагать, что мы могли ошибаться на её счёт, сэр. Допускаю, что она не так проста, как нам показалось изначально.
Не произнеся ни слова в ответ, Химик только махнул рукой на своего подчинённого. В эту же секунду раздался голос в рации:
- Наблюдаю медицинский вертолёт. Двигается в сторону объекта. Мои действия?
Химик выхватил рацию и прокричал:
- Захват! Захват! Срочный захват интересующих нас объектов.
А с активисткой этой мы потом разберёмся. Благо жить ей осталось чуть более суток. Даже если и не успеем поймать – ничего страшного. Будет время разобраться.
* * *
Всё произошло ровно так, как я и предположила. Услышав русскую речь Юры, мои российские коллеги сразу же оценили серьезность ситуации. И то, что дом окружен и улица перекрыта агентами контрразведки, и то, что контейнер не герметичный и они уже хапнули дозу «Новичка», и то, что у него есть антидот. И что спасение возможно только на вертолёте. Про вертолёт, правда, было не так уверенно сказано, но слушатели прониклись.
А через пятнадцать секунд мы уже приземлились на лужайке напротив дома.
И они всей гурьбой побежали к нам.
В это же самое время в поле зрения появились силы спецназа. Они были очень близко, но опередить нас не успевали.
Итак, первый запрыгнул в кабину, затем второй, а вот Юра немного отстал. Сергей же вообще вернулся в дом. Скорее всего, за деньгами. Ну, уж его мы точно ждать не будем. Юре осталось пару шагов и можно взлетать.
* * *
- Они сели в вертолёт, похоже, собираются взлетать. Наши действия?
- Все сели?
- Нет. Эмигрант вернулся в дом.
- Отлично. Это главное. Наше основное действующее лицо находится именно там, где нам и надо.
- Что делать с остальными? Они уже оторвались от земли, сэр. Ещё несколько секунд и мы не сможем достать их из стрелкового оружия. Они взлетают, сэр!
- Можете открывать огонь!
- Внимание всем: огонь по медицинскому вертолёту! Повторяю: открыть огонь по медицинскому вертолёту!
- Шансов мало, сэр. Они уже взлетели.
- Ну, поставьте задачу нашей авиации, чтобы их принудительно посадили, а если откажутся, то пусть сбивают. Хоть операция пошла и не по первоначальному плану, но останавливать её не стоит. Сделайте так, чтобы ни в прессу, ни в интернет не просочилась информация об инциденте со взрывом машины, вертолётом и стрельбой. Забирайте Эмигранта и через час давайте в эфир ранее заготовленные заявления об отравлении бывшего российского разведчика его коллегами. И доложите мне сразу, как будет ясность, что там с этим медицинским вертолётом и его пассажирами.
* * *
Когда по вертолёту начали стрелять, мы были уже достаточно высоко, поэтому до нас долетело не так много пуль. У спецназа не было с собой зениток. Однако и эти несколько пуль смогли причинить вред. И если несколько дырок в обшивке и разбитый иллюминатор — это ерунда, то вот ранение Юры под ключицу – это очень и очень плохо.
Ещё на лужайке я перебралась внутрь салона. Сейчас же сказав пилоту, чтобы он летел на юг, в сторону моря, я обратилась к своим коллегам:
- Слушайте сюда парни. Контейнер, который вам вручили полное фуфло, он фонит. Вы уже под воздействием яда и времени у вас очень мало. Вот, вколите себе антидот, после этого поговорим.
Завершив инструктаж коллег, я подвинулась к Юре.
- Ну как тебя так угораздило? Давай перевяжу и всё будет нормально. Благо мы летим на медицинском вертолёте, сейчас найду чем тебя подлечить, и будешь краше прежнего. Ты только глаза не закрывай и говори со мной.
- Не надо. Ничем ты мне помочь не сможешь. По всей видимости задета подключичная артерия. Но это не важно. Важно, что у тебя всё получилось, Иришка.
Словно лезвием полоснуло обращение ко мне моим настоящим именем. Именем, которым уже несколько лет меня никто не называл. Именем из той, из прошлой жизни, которая все никак не хочет меня отпускать. Получается Юрка меня узнал?
- Я только вчера понял, что это ты, - продолжил он, - хотя ты совсем не похожа на себя. Но после нашего разговора в ванной на меня как озарение снизошло. Я хоть и не подал вида, но согласился помочь только потому, что это была именно ты. Я тебя очень сильно любил и люблю до сих пор. Поцелуй меня на прощание, пожалуйста.
Я едва могла сдержать слёзы. Последний близкий мне человек из моего прошлого нашёл меня и теперь умирал у меня на руках. Вчера я смогла спасти его от яда, а сегодня не смогла уберечь от пули.
Я поцеловала его, он ещё раз произнёс мое имя и затих навеки. Вот теперь точно всё.
Надо собраться. До побережья нам лететь минут двадцать. Скорее всего, на перехват нам отправят боевые истребители. Надо сказать пилоту, чтобы летел максимально близко к земле.
А что это мои ребята затихли? О, Господи, что это с ними? Оба лежали на полу без признаков жизни. Антидот не так подействовал? Или поздно вкололи?
Ну-ка; дышит хоть кто-нибудь из них? Нет. А сердца бьются. Еще минуты полторы у меня есть, пока оно остановится. Какой диагноз? Нет пены во рту? Надо глянуть. А там язык распух так, что в рот не влезает. Отек. Это проще. Надо просто вспомнить чему нас учили на занятиях по медицине, и провести процедуру трахеотомии. Ничего сложного – надрез и вставить трубочку. Инструменты необходимые для этого мне попались в первом же медицинском кофре. Задышал, голубчик? Задышал. Даже в сознание пришёл. Ишь как зенками сверкает. Теперь второй. Надрезаем, разводим края, вставляем катетер. Задышал? Тоже задышал. Вот и славно. Вот вам еще по лошадиной дозе антигистамина и гормонального. Ну и с Днём рождения вас обоих. Поправляйтесь.
До побережья оставалось лететь минут десять.
Мой план прост. С помощью мобильного приложения, которое отслеживает передвижение кораблей по морям и океанам я увидела, что сегодня проходит Ла-Манш шесть российских кораблей. Один из них, танкер «Василий Рыбников» заинтересовал особенно. Во-первых, он шел ближе всех к британскому берегу, а во-вторых, это был не простой танкер. А танкер, который постоянно сопровождает наши боевые корабли в дальних походах. А это, в свою очередь, означает то, что рядом с «Василием Рыбниковым» идет российский военный корабль, просто у него не включен транспондер и поэтому в мобильном приложении этот корабль не отображается. Как долетим до прямой видимости этих кораблей, я высажу в воду курьеров – неудачников и скину тело Юры. Наши моряки их поднимут на борт, окажут первую помощь и доставят прямиком на Родину, где ребятам предстоит непростой разговор об итогах операции.
Что касается меня, то, видимо, уже пришло время воспользоваться моим каналом экстренной эвакуации, который был мной разработан сразу по прибытии в Туманный Альбион и которым Резидент скомандовал мне воспользоваться еще несколько недель назад.
Что касается моих коллег, то за их эвакуацию я тоже была спокойна. Никто в мире не осмелится остановить для досмотра боевой корабль ядерной супердержавы. Так что и в этом направлении всё гладко. Остался только последний инструктаж. Как они там? Вроде нормально, отек спал, препараты подействовали. Можно вытаскивать трубки и стянуть края надрезов пластырем. Зашивать уже времени нет.
- Оклемались немного? Вот и хорошо. Через минут пять я вас высажу.
- Где? Мы же летим над морем.
- Не беспокойтесь, всё будет в лучшем виде. Десантируетесь в воду вблизи нашего корабля. Вас быстро поднимут на борт. Вы только потом, у себя в конторе не болтайте языком особо о том, как всё у нас тут произошло. Лучше всего скажите, что вот этот парень, знакомый Сергея, у которого вы забрали контейнер, кстати, оставьте его здесь, там всё равно не то вещество, за которым вы ехали. А из-за того, что он негерметичный, вы кучу народа на нашем корабле угробите.
- Так вот, - продолжила я, - скажете, что Юра предупредил и что вертолётчик – это его друг, который по какой-то неведомой вам причине помог. На него не смотрите. Он без антидота не жилец. В салоне уже такая концентрация, что он вряд ли обратно до берега долетит. Поэтому он никому ничего не скажет, что могло бы опровергнуть вашу версию событий. В итоге получится, что вы героически выявили вражескую засаду, героически отбились от превосходящих сил противника и героически совершили эвакуацию прямо на борт нашего доблестного корвета. Если глянете в иллюминатор, то вы как раз его и увидите. Бортовой номер 532, корвет «Бойкий» собственной персоной. Если же спросят, как вы его нашли, скажите, что если уж отключают транспондеры на военных кораблях, то надо их отключать и на судах сопровождения, а то в приложении «Марин Трафик» всё видно и легко вычисляется. Как-то так, друзья мои. Мне кажется, что история такого содержания, как я рассказала её вам, для ваших руководителей прозвучит гораздо убедительнее, чем история про то, то вас вытащила какая-то баба и увезла на вертолёте. Согласны?
- Ну, так-то да. Ты права. А где у нас гарантия, что ты не явишься к нашим начальникам и не расскажешь, как было на самом деле?
- А зачем мне это. Я на Родину возвращаться пока не собираюсь. У меня в этих ваших Европах ещё куча дел. Да и, если честно, я тоже действовала без санкции руководства. А когда вы увидите, какой сейчас поднимется шум, то поймёте, что в моих интересах тоже сидеть тихо и не отсвечивать. Договорились?
- Кто ты?
- Скажем так, коллега из смежного ведомства. Всё, пора десантироваться, сейчас пилоту скажу, чтобы завис над водой пониже. Как вы? Продержитесь десять минут на плаву? Да? Вот и отлично. И еще, чуть самое главное не забыла – Юра, снова кивнула в сторону бездыханного тела, успел вам сказать, что он поменял формулу конкретно в этом контейнере и что Сергей, у которого вы этот контейнер забрали, был отравлен не совсем «Новичком». Это очень важно. Это спасет ваши жизни, парни.
- Спасибо тебе, сестренка!
- Работайте братья. И прыгайте, давайте, а то корвет уже пушки в нашу сторону повернул. Прощайте! И для своей же безопасности, помните, что молчание – золото! И не говорите лишнего никому.
* * *
После того как мои коллеги покинули вертолёт, пилот неожиданно обратился ко мне:
- Мэм, с вами хотят поговорить. Возьмите гарнитуру радиосвязи.
- Кто это? Полиция, антитеррор?
- Нет, мэм. Он сказал, что он ваш коллега.
- А с чего ты взял, что это меня?
- Ну он вышел на связь, назвав позывные нашего вертолета и попросил пригласить Эльзу Шайн. Я не Эльза Шайн, вот поэтому я решил, что требуют вас.
А вот это уже интересно. «Эльза Шайн» — это был мой аварийный позывной для обращения по открытым источникам связи. «Майкл Два» - был позывной Резидента. Как он меня нашел, интересно?
- Хорошо. Я сейчас отвечу.
После того, как я нацепила на себя наушники, то услышала в них изменённый специальной программой металлический голос:
- Майк Два вызывает Эльзу Шайн. Повторяю, Майкл Два вызывает Эльзу Шайн. Подтвердите получение информации.
- Эльза Шайн на приёме. Слушаю вас, Майкл Два.
- Эльза Шайн, дайте своё местоположение, относительно ориентира семь.
«Ориентиром семь» была моя конспиративная квартира в Лондоне. Всего ориентиров было десять. На случай если нам придется взаимодействовать с Резидентом, учитывая топографию Лондона. Но ни один из ориентиров не предполагал, что я буду находиться между небом и землёй в десятках километров от столицы. Так, так, надо срочно определить своё местонахождение при помощи обычного навигатора..
- Майкл Два, нахожусь относительно ориентира семь: азимут 225 градусов, удаление 140 километров. Я Эльза Шайн, как приняли меня?
- Принял тебя, Эльза Шайн. Теперь слушай меня. Примерно двадцать километров на север, от тебя есть аэропорт. Видишь его на карте?
Я посмотрела в навигатор пилота и под описание Резидента попадал только аэропорт Борнмут. Я поняла, что мой начальник специально не стал произносить название аэропорта, потому что мы общались по открытому радиоканалу и был возможен перехват.
- Майкл Два, нашла объект. Жду дальнейшей информации.
- На четыре часа от аэропорта есть перекресток четырех дорог в виде кольцевого движения. С юга к кольцу примыкает большая поляна. Видишь?
- Да, всё вижу.
- Отлично. На южной опушке стоит автомобиль. Адрес забит в навигаторе. Пин-код ты знаешь. В конце маршрута я с тобой свяжусь. Как приняла?
- Приняла тебя, Майкл Два. До встречи.
После окончания сеанса связи я показала пилоту точку приземления и сказала, что там я уеду и отпущу его живым. Он кивнул в ответ. К своему сожалению, он был очень плох, яд действовал, говорить сил у него уже не было. Лишь бы не умер за те две минуты, что нам осталось пролететь до точки посадки.
Как я и опасалась, приземление произошло достаточно жёстко, лётчик сажал машину практически уже в бессознательном состоянии. Слава Богу пронесло, и мы не разбились.
Выбравшись из вертолёта, я бегом бросилась к южной окраине большой поляны, где уже с воздуха, ещё во время полёта, заметила серый внедорожник. Машина запустилась сразу и также, почти сразу, на экране бортового компьютера возник запрос пароля для активации навигационной системы. Так, посмотрим, куда там мне надо ехать…. В Лондон?! Вот это поворот! Больше двухсот километров по территории, на которой концентрация сил безопасности будет просто зашкаливать. В чём была логика Резидента, когда он выбирал конечную точку моего маршрута?
Через какое-то время, конечно, мне пришла в голову мысль, что Резидент был, скорее всего, ограничен в выборе вариантов моего прикрытия. И повезло, что, хотя бы, оказалось хоть какое-то транспортное средство у меня под рукой.
До самого Лондона я решила на автомобиле не ехать, не рисковать. И вообще на северо-восток не поеду. Пока у меня есть небольшая фора по времени, я лучше поеду на северо-запад. В двадцати километрах есть городок средних размеров, с населением под пятьдесят тысяч жителей. Там можно будет бросить машину, купить новый комплект одежды и сменить внешность. Правда, для этого ещё понадобится позаимствовать у какой-нибудь раззявы документы. Но это ерунда, это дело привычное. Как-нибудь управлюсь. А потом уже общественным транспортом можно будет ехать и в Лондон.
* * *
Через шесть часов я, наконец, прибыла по адресу, который был забит в навигаторе внедорожника. Передо мной был небольшой типовой коттедж на северной окраине города, в частном секторе.
На двери был установлен кодовый замок, который открылся после ввода такого же пароля, как и тот, что я использовала для активации работы навигатора.
Как только я вошла внутрь, неожиданно для меня зазвонил сотовый, лежащий на столике в прихожей.
- Алло.
- Привет. Добралась? – Резидент говорил на английском, но с диким русским акцентом.
- Привет. Да, добралась. Всё в порядке.
- Никого за собой не привела?
- Вроде нет. Очень тщательно проверялась.
- Тогда перейдем к делу. В гостиной ты найдёшь комплект документов. Это твои. Немного надо будет доработать физиономию под фото, но, думаю что ты справишься. Ты стюардесса. Твой экипаж сегодня в 2:40 ночи будет выполнять полёт Лондон – Франкфурт – на - Майне. Ты летишь с этим экипажем впервые, потому что одна из их постоянных стюардесс заболела и легла в больницу. Самолёт «Аэробус» А-320, пока есть немного времени восстанови в памяти все особенности этого авиалайнера. Подробности своей биографии сможешь найти на страничке в соцсети, которые зарегистрированы на это имя. Из Франкфурта уже сама перебирайся в Прибалтику, а оттуда домой. Документы чистые. Хватит до самой Родины.
- Всё поняла.
- Удачи! Дома я с тобой свяжусь.
- Спасибо! До встречи.
Профессию стюардессы я освоила ещё на заре своей разведывательной деятельности, а в Академии закрепила знания уже на английском языке, совершив три международных рейса в рамках стажировки после первого курса, на самолете одной из российских авиакомпаний.
Также никаких проблем не составило изменение внешности под фотографию. Резиденту удалось подобрать весьма подходящий мне типаж.
В 2:40 я покинула «Туманный Альбион».
* * *
- Сэр, вертолёт удалось обнаружить только спустя два часа. В лесном массиве, недалеко от побережья. Судя по отсутствию разрушений, пилоту удалось самому посадить машину.
- Что с ним? И что с остальными?
- Пилот мёртв. Судя по внешним признакам, он был отравлен «Новичком». Контейнер, кстати, тоже обнаружили внутри салона. Больше никого на борту не было.
- Вы же говорили, что с нашей стороны задействована авиация, что даже было организовано дежурство боевых самолётов! Как так получилось, что вам не удалось перехватить этот несчастный вертолёт?!
- Сэр, кто-то позвонил в службу спасения четырех графств и сообщил, что на шоссе произошла авария с участием грузовика, перевозившего аммиак и бензовозом, что пострадало очень большое количество людей, и что начался большой пожар, что люди заперты на участке трассы и не могут эвакуироваться. В итоге, четыре графства отправили санитарную, спасательную и пожарную авиацию на ликвидацию последствий этой ужасной аварии. В воздухе было пятнадцать бортов. В этой неразберихе русским удалось затеряться и не попасть в поле зрения наших лётчиков.
- Сообщение об аварии оказалось ложным?
- Так точно. Отследили звонки, все были с территории других стран, посредством IP-телефонии.
- Нам надо найти их обязательно, раз они бросили контейнер с препаратом, значит что-то пошло не так. Они ведь уже скоро должны быть мертвы?
- План «Заслон» не дал результатов. И уже, скорее всего не даст. Вот, посмотрите, в соцсетях выложили ролик, как с медицинского вертолёта выпрыгивают в воду несколько человек, которых, впоследствии подбирает катер с военного корабля русских. По бортовому номеру – это интересующий нас вертолёт. Получается, что он эвакуировал разведгруппу и переправил ее на русский военный корабль. Там мы уже бессильны.
- Срочно заблокируйте в интернете эту запись. Пусть удалят и забудут, что она была. Срочно!
- Да, сейчас распоряжусь.
Пока подчинённый отдавал указания о блокировке видеоролика, Химик сидел с очень задумчивым лицом.
- Всё выполнено, сэр.
- Скажи, а ты до конца понял, что произошло?
- Если честно, я даже не могу понять, в чём заключается ваш вопрос, сэр.
- Что с Эмигрантом? – спросил Химик, не реагируя на реплику подчинённого.
- Он умер, сэр. Тело находится в специальном блоке окружной больницы.
- Что с прессой?
- Уже пошли в эфир сюжеты о странном заболевании русского разведчика, боровшегося с режимом и эмигрировавшего в Британию. Завтра утром все газеты страны и ведущие мировые издания выйдут с заголовками на первых полосах о том, что рука Кремля, по личному указанию президента России нанесла химический удар в самое сердце демократического мира. Как минимум неделю мы сможем поддерживать высокий негативный эмоциональный фон.
- Что с комиссией ОЗХО?
- Уже прибыли. Через два часа намечена экспертиза для выявления причины смерти Эмигранта.
- Кто в комиссии из нейтральных или союзных России стран?
- Аргентина, Уругвай, Вьетнам, Китай – вы просили, чтобы он был, Казахстан, Армения. Остальные все наши дружественные, входящие в различные военно-политические блоки Запада.
- Перенесите экспертизу на завтра. И срочно, своими силами, проведите анализ вещества, от которого погиб Эмигрант. Срочно!
- Вы что-то подозреваете, сэр?
- Когда я спросил тебя, понял ли ты, что произошло, я имел ввиду вот что: операция с эвакуацией группы совсем не похожа на импровизацию. Так чётко спланировать взаимодействие агентов, лётчика, военного корабля, при этом проведя такую отвлекающую операцию. А это значит, что они были готовы. А если они были готовы, то нам необходимо провести очень тщательное служебное расследование и выяснить, на каком этапе и каким именно образом произошла утечка информации. И провести дополнительный анализ вещества, которым был отравлен Эмигрант. Боюсь, здесь нас тоже может ждать сюрприз.
- Я всё понял, шеф. Но если что-то не так, то мы уже не сможем остановить поднятую нами информационную волну. Слишком много людей вовлечено и, тем более, процесс уже начат.
- Я понимаю это. Просто мы, в таком случае, изменим стратегию. Придётся употреблять термин «хали лайкли». И не допускать экспертов ОЗХО к телу Эмигранта.
* * *
ГУ Генерального штаба ВС РФ
г. Москва
— Это кто тебя учил так проводить спецоперации? Тебе что, совсем погон не жалко?! Вы превратили свою службу во всемирное посмешище!!! Я из телевизора узнал всё, что ты мне тут докладывал, как совершенно секретные сведения! Ты понимаешь сам хоть, как сильно ты обгадился? И как подставил всех, и на каком уровне?
- Товарищ министр обороны, как выяснилось, вся эта операция была изначально задумана как провокация британцев.
- А раньше ты не мог это выяснить? Провокация британцев! Стоишь теперь мямлишь! Зато теперь весь мир увидел, что провокация удалась! Где эти клоуны? Надеюсь, успели свалить с острова?
- Так точно. Агенты сумели распознать, что участвуют в провокации, после чего экстренно смогли подготовить и реализовать план эвакуации. Более того, в бытовых условиях, при помощи одного из друзей Британца, смогли внести изменение в состав отравляющего вещества. С девяностопроцентной вероятности могу утверждать, что результаты экспертизы покажут, что Британец отравлен не «Новичком».
— Это если будет экспертиза.
- Если экспертизы не будет, мы будем требовать её проведения. Потому что только независимая экспертиза сможет подтвердить, чем Британец был отравлен. Однако я стопроцентно уверен, что моя информация верна и что использовалось другое вещество с похожим составом. И результаты такой экспертизы точно поставят власти Соединённого королевства в весьма щекотливую позицию.
- А если вдруг экспертиза подтвердит «Новичок»?
- Если подтвердит, то будем просто всё отрицать и требовать образцы для исследования с допуском наших экспертов.
- Ну, так не жди. Иди отрицай. Пусть эти горе - курьеры по телевидению выступят. Скажут, что туристы они и ничего более. Пусть вообще несут что угодно, лишь бы с нашей стороны эта тема не ушла в тишину.
- Есть.
- Свободен. Я поехал на доклад к Первому.
* * *
Штаб квартира МИ-6
г. Лондон
- Вы были правы, сэр. Анализ показал, что в формулу вещества были внесены изменения. Мы не можем доказать, что это вещество именно «Новичок», изготовленный в России.
- Комиссию экспертов к телу не допускать. Сообщите им, что международного расследования не будет, что мы справимся своими силами. Потому что… Потому что Эмигрант жив.
- Простите, сэр. Жив?
- Да. Необходимо опубликовать новость, что он ещё жив, и находится в критическом состоянии. Поэтому не может сам это подтвердить. Врачи непрерывно борются за его жизнь, а вся страна молится за его здоровье. У него есть родственники?
- Есть дочь, живет в России.
- Вызовите её под любым предлогом. И заставьте выступить публично с сообщением о том, что её отец жив. Операцию не сворачиваем. И ещё: разберитесь всё-таки, что это была за женщина. Кто она и куда она делась. Но ещё важнее, откуда она появилась, на каком этапе нашей операции произошла утечка.
* * *
Москва, Кремль.
- …Таким образом, товарищ Верховный главнокомандующий, в результате нашей успешной операции была сорвана провокация британских спецслужб, и все обвинения в адрес нашей страны являются голословными. У них нет никаких доказательств о применения конкретно «Новичка», именно нашими агентами. Что косвенно подтверждается официальным заявлением полиции о том, что жертва отравления до сих пор жива. Если бы у них всё получилось, то они бы кричали во всё горло о том, что жертва покушения погибла и предоставили бы его тело для экспертизы комиссии международных экспертов. Как это и было запланировано в первые часы после инцидента.
- Логично. Но ведь у них же по-прежнему в руках остаётся вещество с настоящей формулой. И они могут провокацию повторить.
- Остаётся. Но повторение провокации является маловероятным. Потому что в любом случае, даже если будет произведена ликвидация любого гражданина и даже если это будет подтверждено международной экспертизой, что применялся именно «Новичок», мы всегда будем просить провести, сначала, полноценное международное расследование покушения на первую жертву, в котором обвинили нашу страну. А уже потом будем готовы к содействию в расследовании других случаев. Только так и никак иначе. И ещё будем просить, чтобы образцы отравляющих веществ сравнили между собой.
- Можете прямо сейчас запустить информацию о том, что Британия смогла сама синтезировать «Новичок» в своих лабораториях. Без доказательств. Им же можно без доказательств. Почему бы и нам также не поступить?
- Слушаюсь.
- В остальном, принимаем твою версию событий и начинаем её транслировать на международном уровне.
- Так точно, товарищ Верховный.
- Подводя итог, получается, что твои люди не обделались при проведении этой операции?
- Никак нет. Наоборот. Достигнуты очень существенные положительные результаты. Пусть и не совсем в заявленных ранее целях.
- И как тебе постоянно так удаётся? Чтобы не того…
- Стараемся, товарищ Первый.
Эпилог
Эпилог
Через неделю после описываемых событий я докладывала Резиденту лично о своих британских приключениях.
- Ну и наворотила ты дел, конечно, подруга. Ох и наворотила. Ты хоть понимаешь, что тебя сейчас ищут по всем странам НАТО?
- Да понимаю, понимаю. Но не могла я в стороне остаться. Ты же сам видишь, какой сейчас в мире поднялся резонанс. И это ещё с учётом того, что у них ни хрена не вышло. А если бы они своей цели добились, представляешь, какие бы были последствия.
- Да плевать. Это была не твоя забота. Задачу спасать мир я тебе не ставил. Это твоя самодеятельность. Из-за того, что у тебя детство в заднице играет и из-за того, что встретила своего бывшего возлюбленного. Это очень серьёзное нарушение.
- Но ведь нарушения Режима секретности не произошло. Всё чисто было сработано.
— Только это тебя и спасает. Ни дай Бог еще бы и бы засветилась. Тогда точно труба и группа зачистки. Зачистки, в том числе и меня, потому что я твой начальник. Ты когда это начнёшь понимать? Что каждое слово и каждое действие имеет свою цену? И это при том, что в целом я тебя понимаю, и работа твоя была на очень хорошем уровне. Но это я понимаю как посторонний человек. А как твой начальник, я считаю, что выполнение моих приказов – это главный приоритет в работе. Основополагающий. А ты почему-то решила, что можешь их не выполнять. Повторюсь — это очень серьёзное нарушение. Поэтому: от работы я тебя отстраняю, все текущие дела, все каналы связи, контакты агентов, спецсредства и оборудование сейчас же передаёшь мне и едешь в Торжок. И живёшь там, пока я не выйду с тобой на связь. Будем считать пока это карантином. Пусть наши западные коллеги устанут тебя искать. А я пока согласую с начальством, что с тобой делать дальше. Каналы связи сохраняются те же. Разбежались.
Ну, разбежались, значит разбежались. Сочту это отпуском.
29.09.2020 – 20.04.2023 гг.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
