Орк-Сити 2

Глава 1

* * *

Смотрю в глаза Фарго… он еще жив. Вытаскиваю бутылку с душой и пробую наливать в закрытую пасть. Мутноватая жидкость скользит по блестящей коже, стекает по огромным зубам и совсем не попадает внутрь.

– Открой пасть, – прошу я и он подчиняется, тяжело поворачивается и раздвигает свои огромные челюсти.

Вот.

Так лучше.

Понятия не имею подействует ли лекарство для людей на драконов, но попробовать стоит. Жадничать смысла нет – полных сосудов в моём инвентаре два полных ряда. Сам я уже успел впихнуть в себя два, давясь – душа, оказывается, на вкус так себе. Хуже даже чем спортивное питание.

– Ты будешь жить? – спрашиваю Фарго так, будто он сможет ответить. Он смотрит на меня, потом, будто потеряв последние силы закрывает свои огромные глаза цвета оникса. Жить – не жить, но лететь он точно пока не сможет – крыша многоэтажной парковки на которую мы приземлились вся залита драконьей кровью.

Разрешаю себе отлежаться несколько минут разглядывая чёрную тучу висящую над городом… Интересно – чего ждут те, кто живут в этом странном городе над облаками. Удачного момента или… или они просто появились здесь чтобы наблюдать? И Инга – жива ли она? Я вспоминаю её на спине той твари… если бы был хоть какой-нибудь способ помочь. Интересно этот босс… Зарок или как там его – как он спит? Освобождает ли он на ночь пленницу? Спит ли вообще? Может быть стоит попробовать пробраться туда к ним… очень осторожно, конечно. На первый взгляд эта висящая в воздухе крепость кажется неуязвимой, но ведь это только на первый взгляд…

Я бы так и лежал разглядывая небо, вот только нужно поторопиться – летом ночи короткие, а спасать себя как-то надо.

Встаю пошатываясь – сил пока еще совсем мало и пробую осмотреть Фарго. Гигантское тело его истыкано огромными орочьими стрелами так, будто зеленые гады старались превратить его в ежа. Пробую достать одну, ободрав себе кожу о жёсткое оперение и заставив Фарго задрожать. Он чувствует боль? Это плохо.

– Тебе придётся потерпеть, – говорю я голосом доктора перед болезненным уколом, упираюсь ногами в пол, а обеими руками снова вцепляюсь в стрелу. Тяну из последних сил и она поддаётся. Поддаётся и начинает медленно выползать наружу. Меня заливает кровью – оказывается, нельзя вытащить стрелу из бока дракона и не утонуть в крови. Перевязывать раны мне нечем, поэтому просто затыкаю её ладонью и жду. Жду пока давление крови не станет слабее.

Фарго вряд ли выживет, но я всё должен попытаться. К тому же без него мне отсюда не вырваться. Судя по тому, что вокруг дома целые ему удалось отлететь в сторону от разрушенного и сожжённого центра. Это даёт шанс на спасение, но… небольшой. Очень небольшой. Прорваться в одиночку сквозь орды орков – задача для Терминатора, не меньше.

Достаю с десяток, наверное, стрел и снова без сил валюсь на еще теплый после солнечного дня пол.

– Я могу дать тебе спокойно умереть не мучая, – говорю глядя в мутные глаза дракона.

Я и правда могу дать ему уйти в мир иной… сейчас Фарго выглядит так, будто от смерти его отделяет всего один шаг и неизвестно что более правильно – тратить ночь вытягивая из него бесконечные стрелы или не терять драгоценных ночных часов и уходить.

Он молчит, только смотрит на меня… чёрт,те, кто придумал эти великолепные создания могли бы и дать им возможность говорить.

Снова вытаскиваю десяток стрел и потом снова отлеживаюсь – силы восстанавливаются слишком медленно. Вдруг вспоминаю о ребятах – они спят и не подозревают что меня уже нет. Утром они это обнаружат… и что тогда? Что они подумают? Догадаются ли, что я оказался настолько безумен, что решил наведаться к Разрезу? Сейчас мне, лежа на крыш какой-то парковки кажется что догадаться совсем легко, но легко ли это на само деле? Просто если бы они могли сообразить – полетели искать. И, может быть, спасли бы.

Жаль не позвонить. Связь в городе пропала вчера – я обнаружил это случайно, когда пробовал связаться с одним старым знакомым.Он был в нашей гильдии, а потом ушёл. Помню, пробовал сотню, не меньше раз набрать его номер, но в ответ – гудки. Тогда я не слишком огорчился – решил что и без связи можно прожить…

Можно, но не всегда. Сейчас бы она очень даже пригодилась.

Фарго вдруг издаёт тяжелый вздох и в первую секунду я решаю что… что это последний его вздох. Вскакиваю, пробую открыть веки… он поднимает их сам и будто с удивлением смотрит на меня.

– Даже если я уйду – ты всё равно должен постараться выжить, – говорю я.

Интересно – сколько времени он сможет пролежать незамеченным здесь на крыше? День? Два? Не предсказать – любопытный орк может забраться сюда в любую секунду.Стоит оглядеться и решить что делать дальше.

Нащупываю винтовку – цела. Возможно, самое правильно сейчас это остаться здесь на крыше на день-два. Фарго может и выжить и тогда путь домой из нереально сложного приключения превратится в лёгкую короткую прогулку.

Но это если он выживет. А если нет?

Осторожно, стараясь не шуметь, подбираюсь к парапету и выглядываю…

Внизу на асфальте и траве газонов несколько тел. Некоторые – очень большие. Орки? Мертвы или… спят? Где вообще должны спать орки в захваченном ими городе двадцать первого века? На кроватях? Вряд ли из этого получится что-то хорошее – самый маленький из тех гадов, что мне пришлось увидеть вряд ли был меньше двух метров.

На полу?

На асфальте?

На траве?

Если я собираюсь остаться рядом с Фарго пару дней стоило бы найти хотя бы немного еды. И не потому что два дня без еды не вытерпеть. Конечно же вытерплю, не сахарный, но думать каждую минуту о «пожрать» мне совсем не хочется, а так и будет если вовремя не утолю голод.

Вовремя – это утро, когда живот требует завтрака…и если я собираюсь устроить маленькую вылазку,то лучше сделать это затемно.

Прогулявшись по тёмной крыше нахожу крохотную квадратную «будку» с дверью. Судя по всему это и есть спуск вниз, на верхний этаж парковки. Дверь заперта на замок и приходится повозиться прежде чем получается вырезать его ножом и при этом не разбудить всех орков дрыхнущих где-нибудь неподалёку. То, что здесь в реале метал режется ножами выглядит странно – привыкну ли я к такому когда-нибудь? Не знаю. Это похоже на баг… но, надеюсь, на баг, который никто не станет устранять.

На верхнем этаже парковки тихо. Так тихо, что мои осторожные шаги кажутся слишком громкими. Прохожу между рядами машин в надежде найти открытые – кататься я не собираюсь, а вот поживиться чем нибудь полезным было бы отлично Вдруг кто-нибудь забыл сумку с едой…

Нет.

Ничего такого.

Всё закрыто, но, впрочем, я особо и не рассчитывал. Верхний ярус многоэтажной парковки – сюда доберётся только самый активный орк. Нет орков – нет жертв – нет открытых машин. Эту простую формулу я усвоил в первый день армагеддона. В паре машин на задних сиденьях лежали набитые пакеты… очень похожие на пакеты с чем-то вкусным, но пытаться вскрыть дверь в машине на сигнализации стоит только в том случае если решил покончить жизнь самоубийством. Я нет – мне, несмотря ни на что, нравится жить.

Стоит опуститься на нижние этажи.Здесь есть лифт, но, думаю, он будет так сильно греметь что точно разбудит орка… если тот задремал где-нибудь неподалёку. Следующиечетыре этажа так же проходятся без приключений, но и без приятных находок.

На втором этаже нахожу тело рядом с закрытой машиной.

Женщина,в джинсовом платье в луже почти свежей крови. Рядом лежит крохотная сумочка и я обыскиваю её в поисках ключа от «кайена» рядом с которым лежит тело. Ключа нет. Нет его и нигде поблизости… и это довольно странно. Неужели кто-то из орков затащил сюда случайную прохожую?

В сумочке нахожу банковскую карту, телефон и пару крохотных конфеток. Немного поколебавшись разворачиваю и запихиваю их в рот. Не к месту вспоминаю о том, что там, на вершине Пика Веры, забыл попробовать интересную шутку – засовывать продукты в инвентарь. Что если там они могут складироваться бесконечно и, самое важное, никогда не портятся? Это стало бы важнейшим открытием новой эры – Эры Безумия.В этом случае достаточно было бы одной вылазки в супермаркет чтобы обеспечить себя едой на… чёрт, на годы.

Это было бы круто, да. Если вот сейчас получится добраться до магазина – попробую.

Самое интересное, как и ожидалось, обнаруживается на первом этаже. Несколько раскуроченных авто, десятки еще более раскуроченных трупов… и почти сразу великолепная находка. Огромный пакет на бетоне. Пакет с едой! Курага и киви, правда, рассыпались, но собрать не трудно… и приятно. Что особенно приятно – бедолага которому, судя по всему, принадлежал пакет, лежит в паре метров со свёрнутой шеей. Умер быстро, крови нет… и значит мне не придётся есть фрукты которые добыты в кровавой луже. В пакете две тонких, но ароматных палки колбасы, сырые грибы, белый хлеб, пакет с фаршем и еще один пакет – с тестом. Съедобная из всего этого только колбаса и хлеб и это меня вполне устраивает. Тут же вспоминаю о своей идее и вызываю инвентарь.

Чёрт, нет!

Но как… как такое вообще может быть? В игре по инвентарю не было никаких ограничений. Я тыкаю палку с колбасой в ячейку, тыкаю по разному, но ничего не происходит.

Огорчаюсь даже сильнее чем ожидал, ведь это означает что любую еду придётся таскать на себе. Недолго погоревав вытряхиваю из пакета всё прямо на бетон, а возвращаю только колбасу и хлеб… ну и хурму – она будет у меня вместо сока.

Задача выполнена – еды которую я нашёл не так уж и много, но вполне хватит что бы продержаться пару дней. Немного поколебавшись забрасываю в пакет и киви вместе с грибами – шампиньоны, говорят, можно есть сырыми.

Прижимаю пакет с добычей к груди… можно и возвращаться, а можно обшарить весь первый этаж в поисках полезного. Огромный холл набитый машинами кажется безопасным – те, кто умер – мертвы, а кто жив – убежали. Ну а оркам… оркам спать на холодном бетоне вряд ли интересно.

Больше ничего толкового, увы, найти не удаётся, но я не сильно огорчаюсь. Еда есть и не придётся рисковать шатаясь по улицам нашпигованным орками как килькой в банке. Уже собираюсь возвращаться наверх, когда взгляд цепляется за распахнутые двери еще одного «кайена». Саму машину я уже обыскал – там ничего интересного. Хозяин, похоже, наведался в какой-то супермаркет поблизости – багажник набит кафельной плиткой. Плитка мне не нужна, а вот просторное заднее сиденье уютно манит белоснежной кожей. Если его откинуть… смогу поспать почти нормально, не страдая. Я ведь совсем не обязан ночевать рядом с Фарго. Несколько часов сна и еще засветло вернусь на крышу.

Забираюсь на сиденье…

Кожа прохладная, но тут же согревается под моим телом. Уютно. Не постель, конечно, но точно сильно лучше бетона крыши. Уж, прости, Фарго.

Немного поколебавшись всё же закрываю дверь – спать на сиденье авто в набитом орками городе приходится впервые и пока непонятно как правильнее. Открытая дверь даёт шанс быстро и бесшумно улизнуть, но… но спать с закрытой всё же спокойнее. Чувствуешь какую-никакую защиту.

День был жарким, но бетонных коробок вроде этой парковки этот факт никак не касается. Прохладно… Поколебавшись и покрутившись с одного бока на другой вылезаю наружу – к телу мужика которое лежит в паре шагах от машины со стороны водительской двери. Вытаскиваю из окаменевших пальцев ключ и завожу «кайен». На малых оборотах даже в гулком холле первого этажа он гудит совсем тихо… да и нет орков внутри – я же обшарил здесь всё. Включаю климат контроль и сразу же становится теплее…настолько теплее, что я сразу вырубаюсь.

* * *

Просыпаюсь от криков. Очень громких криков. Кое-как продрав глаза осторожно выглядываю…

Девушка. Несётся между машин, оглядываясь, на лице ужас. И кричала – явно она. Тех, от кого она пытается убежать я тоже вижу.

Троица орков. Орков, которые явно страдают бессонницей, потому что на дворе ночь и все нормальные давно уже спят.

Есть и другое объяснение – их мучает голод… и это очень плохая новость для девушки в жёлтой футболке и шортах, которая сейчас как раз бежит в мою сторону. Спасать я её даже не буду пытаться – в одиночку выдержать бой в замкнутом пространстве с тремя орками… присматриваюсь… сорок четвертого уровня – нереально.

«Мой» кайен стоит в углу и именно в этот безнадёжный угол и забегает сейчас несчастная. Ей бы на улицу, там, по крайней мере, есть хотя бы крохотный шанс спастись. Здесь в огромном бетонном холле забитом легковыми машинами даже не стоит и пытаться остаться живой.

Мы вдруг встречаемся глазами… и я вижу как её лицо расцветает радостью и надеждой. Напрасно.

Сейчас тот самый случай, когда или умрёт кто-то один или сразу двое… и второй вариант мне совсем не нравится.

Опускаю голову и вжимаюсь в ароматную кожу сидений – орки совсем скоро будут здесь.

– Я здесь! Помоги! – она царапает стекло «кайена» своими ногтями где-то совсем близко.

Застываю – сейчас любое движение может выдать меня.

Дёргает за ручку двери… нет, не откроется. Я предусмотрительно поставил их на блокировку. Не для такого случая, нет, но сейчас моя предусмотрительность очень кстати. Она сошла с ума от страха – нельзя забраться в авто, когда рядом трое орков и надеяться на то, что там можно выжить. Спрятаться как я – да, такое может прокатить, но не залезать в дверь на глазах бегущих по следу врагов.

Сдавшись, отпускает ручку и бьётся несильными своими кулачками так, будто ими можно пробить стекло…

– Прости, – шепчу я. Становится чуть легче – это не трусость, её нельзя спасти. Нельзя. А вот себя пока можно.

Она плачет, где-то совсем близко, а я стискиваю зубы.

Потом раздаётся удар от которого вздрагивает «кайен», вскрик, хрипы… Жаль нельзя закрыть уши.

Они что-то делают с ней… что не посмотреть, да я и не стал бы смотреть даже если бы мог. Звуки похожие на треск рвущихся сухожилий и ломающихся костей. Не дышу дожидаясь когда всё закончится…

Прислушиваюсь к шагам – они начинают удаляться, стихать. Осторожно поднимаю голову… и сталкиваюсь взглядом с огроменным орком который почти прижавшись к стеклу «кайена» разглядывает меня.

Удивляется он ровно одну секунду, а уже во вторую засаживает свой кулак в дверь пробивая её насквозь. Стекло взрывается дождём из осколков прямо мне в лицо. Хватаюсь за винтовку и тут же понимаю – она бесполезна. К орку выламывающему мою дверь она сейчас лежит на сиденье прикладом и развернуть – по крайней мере, развернуть быстро – у меня её никак не получится.

Переваливаюсь к противоположной стороне, снимаю с блокиратора, уже хватаюсь за ручку… чёрт, дверь то я открою и даже выберусь из машины, а вот потом – куда? Потом я просто повторю участь девчонки, которую задрали рядом минуту назад.

Ручища орка тем временем застревает в дыре, которую он же сам и проделал. Вряд ли надолго застревает, но у меня всё же появляется секунда на то, чтобы поискать выход.

И выход этот только один.

Протискиваюсь, выломав по пути что-то на потолке, на сиденье водителя, почти застреваю в руле, выкарабкиваюсь и почувствовав под подошвами педали жму на кнопку старта. Тут же, не давая мотору расслабиться, прожимаю газ… пару секунд машина бьётся в агонии на месте пока я наконец не соображаю… что не мешало бы лошадь отвязать от забора… то есть снять с ручника. Мощная стальная туша освободившисьрвёт вперёд и я едва успеваю выкрутить руль чтобы не влететь в форд напротив. Где-то сзади визжит от боли орк. Времени оглядываться нет – и я лишь надеюсь что орал он оттого что рука осталась у меня в салоне.

Проехать успеваю совсем немного – парочка орков страдающая бессонницей еще здесь. Я вылетаю прямо на гадов, сметаю, разбив себе лобовое головой одного из них, цепляю чёрную тойоту поблизости и застреваю.

Оба орка живы.

Оглушены, но живы.

Один лежит на бетоне разглядывая фонарь над головой, а второй поднимается и уже стоит на одном колене. Тот, что лежит – совсем здоровый. Его отбросило, но почти не поранило. А вот другой… его я поддел отлично. Выпрыгиваю из машины, распахиваю заднюю дверь, вытаскиваю винтовку и почти в упор – промахнуться нельзя – разношу ему голову. Зеленую тушу отбрасывает, а я снова ныряю за руль. Сдаю назад, радостно прислушиваясь к скрежету с которым кайен освобождается из цепких объятий тойоты, а потом жму на газ – впереди совсем близко спасительный выезд из парковки.

Несколько поворотов в которые «кайен» тяжело, но вписывается и вот я уже на свободе…

Радость,впрочем, длится совсем недолго – тут же, без шанса свернуть в сторону, влетаю в огромный костёр, разметаю его, заставляя толпу орков дремлющих вокруг, встрепенуться, вскочить на ноги и схватиться за оружие.

Я еще пробую выжить – кружу по небольшому пятачку между зданием парковки и тяжеленным забором отделяющим меня от дороги поблизости. Кружу сметая всё на своём пути. Просто тяну время, потому что стальные ворота мне не вынести, а значит и не спастись. Остаётся всего одна попытка, безнадёжная – я это точно знаю. Разогнавшись насколько хватает небольшого пространства, выруливаю и влетаю в ворота…

Влетаю чтобы застрять там – цепко и насовсем.

* * *

Глава 2

– Что с нами сделают утром? – шепот где-то близко заставляет открыть глаза. В стальной клетке в которую меня приволокли после того, как вытащили из машины набито столько людей, что даже шевелиться трудно. Тем более когда болит всё тело… а оно у меня просто дико болит – орки не страдают излишней нежностью.

До утра еще несколько часов и я не собираюсь их тратить на сожаления о том, что если бы остался на крыше – сейчас бы сидел рядом с Фарго, а не в ржавой клетке набитой испуганными людьми как зверьками приготовленными на убой.

Что нас всех ждёт и есть ли у меня шанс спастись – вот о чём стоит подумать.

– Утром? – отзывается кто-то рядом. – С чего ты решил что мы доживём до утра? Посмотри —они разжигают костры.

«Костры» это громко сказано – рядом всего один костёр, но он и правда пугающе большой… и ему не дают погаснуть вовремя подбрасывая всякий хлам. Орков вокруг, в сквере где нас держат, тьма-тьмущая.

Даже не стоит и пытаться считать. В лучшем случае – сотни.

Вот совсем близко от нас раздаётся стук похожий на стук топора и все в клетке вздрагивают и тянутся рассмотреть что происходит.

Я тоже тянусь и первое что вижу – это пару зелёных гадов неподалёку с огромными топорами в руках, которыми они пытаются срубить дерево. Дерево похоже на очень старый тополь – и поддаваться не торопится.

Теперь понятно почему эта зелёная толпа выбрала сквер – сотни деревьев вокруг. А деревья – это лучшее топливо для костра… уж по крайней мере лучше стульев и лавок.

– Они едят людей, – кто-то испуганно шепчет рядом. Лишь сейчас обращаю внимание – в клетке только мужчины. Ни женщин, ни детей. Это странно и определённо что-то означает.

– А ты только сейчас это увидел? – зло отзывается мужик с рассечённым от лба до уха черепом сидящий рядом со мной. Мужик так сильно исполосован будто его достали из огромной газонокосилки.

В центре сквера – там где большой бетонный круг уставленный скамейками – начинается странная суета. Орков становится всё больше и приходят они не просто так, не с пустыми руками. У кого-то в них палка, у кого-то обломок от стула, а у кого-то грабли. Грабли? Они выглядят новыми – похоже, где-то здесь поблизости есть хозяйственный магазин.

Сначала я решаю что зелёные захватчики решили устроить еще один костёр поблизости… вот только на костёр то, что они творят совсем не похоже.

Всё что приносят - бросается в центр бетонного круга, но не сваливается в кучу. Может собираются играть? У меня всегда были не слишком хорошие оценки по истории, но, насколько помню, даже у дикарей были какие-то игры. Если окажется что моё предположение верно – это будет забавно. Наблюдать за огромными тушами которые водят хороводы или гоняются друг за другом – забавно…если не вспоминать, конечно, что сидишь в клетке.

К граблям и обломкам стульев, тем временем, добавляют кусок от скамейки, колесо и… несколько орочьих топоров и ножей.

После такого всё становится еще интереснее и ропот в нашей клетке затихает – все замолкают и разглядывают происходящее, пытаясь понять что за аттракцион скоро начнётся.

И он начинается.

Начинается с того, что из нашей клетки выволакивают двоих. Выволакивают и тащат в центр круга – туда, где только что закончили свои приготовления. Мужик в разорванной на спине джинсовой куртке и старик с белой, клочьями, бородой стоят там и растерянно оглядываются не понимая зачем их туда привели. Не только они не понимают – никто не понимает… кроме орков, конечно.

Один из гадов, в огромном костяном шлеме с рогами, пихает старика в спину так, что он падает и добавляет короткое:

– Бей!

Дед вскакивает на ноги и испуганно смотрит на того, кто его только что толкнул.

– Бей! – повторяет орк показывая своей огромной ручищей на мужика в разодранной джинсовой куртке.

Ах, вот в чём дело! Теперь мне становится всё понятно. И не только мне – в нашей клетке поднимается встревоженный гул.

Гладиаторские бои? Орки решили устроить гладиаторские бои?

Еще раз оглядываю своих невольных соседей – все они, я только сейчас замечаю это – выглядят так, будто только что чудом выбрались из серьёзной передряги. Все в ранах, крови и синяках… и меня это тоже касается. Кажется, будто в этой клетке орки собрали всех, кто пытался сопротивляться. Оставили их в живых вместо того, чтобы прикончить. И, между прочим, этот вопрос меня вот уже час как мучает – почему меня не прикончили сразу… и это после того как я бампером «своего» кайена отправил на тот свет парочку зелёных тварей.

Вот и разрешилась загадка – самых стойких они отбирают для боёв… вот только как они заставят драться?

Орк, тот самый орк, что толкнул старика, наклоняется, поднимает с земли кинжал, огромный, в человеческий локоть размером и протягивает мужику в рваной джинсовой куртке:

– Вырежи ему сердце.

Я будто чувствую как все в клетке вздрагивают. Вокруг и так слишком много смерти чтобы еще и играться с ней.

Мужик смотрит на кинжал, на орка который его держит… и не шевелится. Будто окаменел.

– Вырежи ему сердце, – повторяет орк.

Мужик качает головой и в ту же секунду кинжал оказывается в его груди.

Орк пихает ногой мёртвое тело и машет в нашу сторону:

– Еще одного!

Лязгает замок на двери нашей клетки, хватают испуганного лысоватого мужика и волокут в центр… в центр «арены». В тот момент когда он, упираясь, цепляется за прутья решетки я замечаю – на левой руке у него не хватает пары пальцев. И судя по незажившим ранам потерял он их совсем недавно.

Теперь орк протягивает кинжал ему… кинжал с которого стекает еще совсем свежая кровь.

Мужик берёт кинжал, берёт левой – там где нет пальцев. Левша?

– Бей его! – Орк показывает на старика, который пробует пятиться назад, но тут же кто-то из орков стоящих неподалёку заталкивает его обратно.

Лысый сжимает кинжал, зачем-то оглядывается на нас – тех, кто остался в клетке и делает неуверенный шаг вперёд.

Он слишком долго колеблется, а рогатому орку, совсем не хочется ждать. Поэтому, не забирая кинжала, он просто сжимает руку мужика в своей ручище, разворачивает лезвие и засовывает ему в живот.

Засовывает, затем достаёт, забирает из уже мёртвых пальцев, подходит к старику, хватает его за бороду, тянет вниз, так что голова наклоняется вперед и коротким сильным ударом разрубает позвонки на его шее.

И машет в нашу сторону.

Снова отпирается дверь и снова двоих вытаскивают и волокут в центр «арены». Двоих волокут, а остальные жмутся друг к другу в надежде избежать печальной участи.

– Я бы дрался, – говорит человек с рассечённым от рта до уха черепом, которого из-за этой ужасной раны напоминающей улыбку, я давно уже мысленно назвал Джокером.

– А что потом? – спрашиваю я.

– Потом? – не понимает он.

– Если бы ты победил – что потом? Думаешь они оставят в живых? Просто приведут следующего – пока ты не проиграешь.

Он пожимает плечами и отворачивается от меня.

Между тем, все три тела оттаскивают к костру и начинают раздевать, распарывая одежду ножами. Что с ними будет дальше – уже, кажется, понятно всем – я вижу это по лицам в отсветах костра.

– Ну кто-то же один выживет! – с вызовом говорит Джокер. – И, может быть, его отпустят.

Оцениваю его…

Крепкий. Вполне может побиться за победу. Все остальные в клетке, кроме огромного здоровяка с очень добрым лицом и порванной щекой, довольно хлипкие.

На самом деле, всё серьёзно. Если срочно что-то не придумать – я окажусь на костре совсем скоро.

Прикончив орка я получил уровень. Одиннадцатый. Но радоваться совсем не хочется. Что толку от нового уровня если ты заперт в железной клетке и до смерти, может, всего несколько минут.

Железная клетка?

Первым делом хлопаю по поясу – если кинжал цел можно попробовать провернуть тот самый удивительный трюк с распиливанием металла. Конечно, сама по себе дыра в клетке ничего не даст – слишком много орков вокруг, но так хотя бы появится шанс.

Нет.

Кинжала моего, отличного кинжала с заморозкой – нет. Ну да, было бы странно если бы орки оставили пленнику оружие.

Оглядываюсь…

Клетка стоит на краю сквера и совсем близко, всего в сотне шагов стеклянный вход в какой-то торговый центр.

Сто шагов? Это слишком много когда вслед за тобой летят орки… и их быстрые стрелы. Но не лучше ли так, чем умереть на арене… или на костре?

Дверь, когда вытаскивают людей, открывается совсем ненадолго – секунд десять, наверное. Если выскочить, сразу нырнуть за клетку – в первую секунду она должна защитить от стрел, а затем… затем бежать так, чтобы спину прикрывали деревья.

Сто шагов. Я бы рискнул.

Двое «новеньких» на арене тем временем хватаются за ножи из тех, что валяются на земле и начинают кружить друг напротив друга. Это не выглядит серьёзно – они как будто изображают бой, лишь бы не попасть под топор или дубину недовольных орков поблизости.

И я их понимаю – убивать, если ты к этому не приучен – всегда тяжело. Убивать людей – тяжелее в сто раз. Мне до сих пор снятся те из Жрецов, кто попали под колёса нашей фуры на складе в Подольске.

Несколько вялых выпадов… и всё заканчивается плохо. Обоих ставят на колени и размашистым ударом топора отсекают головы. А затем волокут уже безголовые тела к костру.

В это мгновение у меня появляется шальная надежда на то, что костёр не такой большой чтобы жарить сразу десяток… блюд, а значит орки могут закончить гладиаторские бои так и не начав. Ну, а зачем им переводить продукты – людей, кроме нас, вокруг нет, а значит каждая человеческая тушка должна быть если не на вес золота, то хотя бы просто цениться.

Надежда моя, впрочем, тут же угасает, когда я пробую оценить орду вокруг – тысячи или даже десятки тысяч – чтобы столько накормить надо работать как фастфуд – жарить людей постоянно.

Значит, с этой стороны чуда ждать не стоит.

На этот раз дверь открывается не сразу.

Ржавая.

Застревает.

Похоже, клетка в которую нас запихнули имеет очень большую историю и побывала в самых разных передрягах. Орк со спиленным рогом, который пытается открыть дверь, напрягается, издаёт громкий пук… почти ломает древний метал, но всё же распахивает её. Распахивает, согнувшись пролезает внутрь и останавливается разглядывая нас.

Все еще сильнее жмутся по углам.. и только Джокер не старается прятаться, кажется даже наоборот, он делает всё чтобы попасть на глаза орку… ну разве только не подмигивает.

И у него получается – тот тычет ему в грудь свои толстым пальцем:

– Ты.

А потом бросает взгляд на меня.

Кожа, моя кожа, сразу же покрывается мурашками.

Желтоватые, будто змеиные, глаза его замирают на мне ненадолго, а затем перепрыгивают на кого-то рядом.

– И ты, – говорит он и вытаскивает из кучи мужика в изорванном сером делом костюме. Полы пиджака на мгновение задираются и я вижу как там, за поясом, что-то блестит. Нож? Орки проглядели нож за поясом брюк?

Джокер добегает до круга первым, добегает и начинает осматривать тротуарную плитку… вернее, всё что разбросано на ней. Пробует схватиться за орочий топор и… ожидаемо не справляется с ним. Подхватывает грабли, взмахивает им пару раз оценивая, затем бросает и снова ищет.

Коса!

Он нашёл косу. Новенькую, с длинной красной ручкой… да, здесь точно где-то поблизости хозяйственный супермаркет.

– Ну иди же сюда! – Джокер хватается за косу двумя руками и взмахивает ей в сторону мужика в деловом костюме.

Он явно немного не в себе… но с другой стороны от того, что происходит в городе любой запросто может сойти с ума.

Еще один удар в воздух… коса, оказывается отличное оружие… когда выбирать не из чего. С ножом и даже с топором к человеку с косой не так-то легко прорваться.

Тип в костюме и не собирается прорываться. Он затравленно смотрит на врага и на орков вокруг… а еще, мне кажется, он ищет лазейку в толпе чтобы нырнуть в неё и бежать. Это глупо – никаких шансов… впрочем, и на арене у него тоже никаких шансов, если только он вдруг прямо сейчас не придумает что-то.

Джокер вдруг прыгает вперёд – видно что эти пару секунд он обдумывал эту атаку – и наносит удар. Целится он явно в шею, но нельзя просто первый раз в жизни взять в руки косу и попасть в шею. Тип в костюме успевает закрыться ладонью и лезвие вспарывает кожу на ней… и вроде бы срезает пару пальцев. Точно не разглядеть – слишком быстро, слишком темно, слишком много крови.

– Ну что-ты ссышь, – Джокер приглашающе взмахивает косой с явным удовольствием разглядывая кровь на руке противника.

– Дай ему оружие взять, герой, – выкрикивает кто-то рядом женским голосом.

Женским? Я с удивлением вглядываюсь в темноту клетки. Ого. Как минимум одна женщина среди нас всё же есть, а значит моё первое предположение оказалось неправильным. Тётка лет сорока выглядит очень крепкой. Куртка из лёгкой плащёвки со скрипом обтягивает сильное тело. Спортсменка? Тогда понятно почему она оказалась тут.

– Да какая разница, – в ответ из другого угла клетки. – Всё равно всем нам конец.

Слышать такое неприятно, но слова похожи на правду. Не представляю что может спасти нас. Всемирный Потоп? Метеорит который врежется в Землю где-нибудь неподалёку и орки побегут смотреть что это было?

– Не трогай меня, – говорит тип в костюме.

Странная просьба с учётом обстоятельств и объяснить её можно только тем, что он так сильно напуган и уже не понимает что вообще происходит. Это называется шок… и многие здесь в клетке испытывают что-то похожее.

– Не трогай? – Джокер ухмыляется и снова бьёт косой. Лезвие её сверкнув в отсвете костра снова находит цель распарывая ткань пиджака на плече. Ткань вместе с кожей.

И тут же новый удар.

Затем еще один.

Да, коса отличное оружие, а у типа в пиджаке шансов выжить нет… как и жалости в глазах Джокера.

– Я же предупреждал, – тип в пиджаке кривится от боли и пытается заткнуть рукой раны… вот только как их заткнуть, если они везде.

Джокер перехватывает косу поудобнее, делает пару небольших замахов примеряясь и шагает вперёд. Шагает и вдруг застывает.

Из руки типа в пиджаке на него смотрит ствол пистолета.

Так вот что блестело у него за поясом?!

Задаваться вопросом откуда в Москве у человека может быть пистолет – смешно. С оружием здесь ходят многие. Менты, бандиты… просто для понтов. И то, что орки его пропустили тоже теперь понятно – они просто не знали о том, что эта железяка может представлять опасность.

Выстрел щёлкает резко, заставляя ближайших орков вздрогнуть и отступить, с опаской поглядывая на штуку, которая произвела этот непривычный их уху звук.

Пуля между тем не улетает в «молоко», а попадает в колено Джокеру.

– Ах, ты сука, – он отскакивает в сторону, еще не поняв что случилось. Затем, видимо, чувствует боль, выпускает из рук косу, присаживается на одно колено и зажимает пальцами рану.

– Не подходи, – тот, в пиджаке, не сводит с него дула пистолета.

– Не подходи? – на лице Джокера нет и капли страха. Только ярость.

– Не подходи?! – повторяет он и бросается вперед. Коса несколько раз вспархивает быстрой бабочкой нанося противнику новые и новые раны.

Человек в костюме падает на землю и начинает корчится пытаясь зажать раны. О пистолете он забывает напрочь. Думаю, он сейчас обо всём кроме боли забывает.

– Я тебе, сука, дам не подходи, – Джокер делает пару коротких шагов, останавливается рядом с ним, пару секунд смотрит сверху вниз, затем размахивается и засаживает косу остриём в шею.

А потом ждёт когда агония закончится и тело поверженного врага неподвижно застынет.

– Я сделал это! – победитель дрожит от возбуждения.

Вытаскивает косу застрявшую в теле, вытирает кровь с лезвия локтем и поворачивается к нам сидящим в клетке.

– Кто следующий?!

Кажется, он только что сошёл с ума.

Орки довольны – это заметно. Наконец-то зрелище которого они ждали – произошло. Один из них, тот самый, с отпиленным рогом, идёт к клетке. Идёт поглядывая на меня… но испугаться не успеваю, потому что вижу за спиной у него, за костром, за стеной из орков, но всё равно совсем близко – я вижу огромную тёмную махину, которую тащат несколько десятков зелёных тварей. Махину опутанную толстенными верёвками.

И понимаю – это Фарго.

Глава 3

Минутка пояснений, вдруг вспомнил о том, что не все читатели знают игровые термины) Кто знает - перелистывайте.

Дот* – происходит от английского словосочетания damage over time, что в переводе на русский означает урон со временем. Что такое «дот»? Это продолжительная атака, когда удар был один, а урон после него наносится еще некоторое время. Например — отравление, кровотечение, горение.

Инвиз* – термин, произошедший от английского слова invisible или invisibility, что переводится как невидимый. Что такое инвиз? Это способность игрового персонажа на определенное время становиться невидимым для окружающих его игроков или агрессивных монстров.

Стан* / Stun – магический эффект, заставляющий персонажа или монстра бездействовать некоторое время, никак не реагируя на действия противника.

Бафф* (англ. buff) — понятие в компьютерных играх, обозначающее временное усиление игрока, как правило, под действием специального заклинания. Срок баффа либо фиксирован, либо длится до его отмены игроком.

* * *

Дракон жив – он крутит шеей, дергает лапами, а огромные его когти царапают асфальт. Он не сопротивляется – в программе которая управляет маунтом просто нет такой функции. Дышит тяжело, а это означает что лекарство которое яв него влил, хоть и действует, но не так быстро как хотелось бы.

Зачем его тащат сюда?

Я почти знаю ответ.

Мясо.

Раненый дракон, который даже не пытается отбиваться – это очень много мяса. Пробовали когда-нибудь до того орки шашлык из дракона – неизвестно, но если нет – смогут продегустировать совсем скоро.

Жалко ли мне Фарго?

Очень. Но еще сильнее мне будет жалко себя, если я срочно что-нибудь не придумаю. Задача спасти свою шкуру пока выглядит нерешаемой – достаточно еще раз взглянуть на орды орков вокруг, или прислушаться к рычанию и рёву наполняющему улицы города.

Добраться до Фарго и попробовать взлететь? На каком пункте этого плана меня прикончат? Думаю, на первом – пробежать в сторону дракона окружённого орками мне просто не позволят. Можно только гадать сколько стрел застрянет в моей спине… прежде чем отправлюсь на тот свет.

Да и как незаметно выскользнуть из клетки?

Незаметно?

Я вспоминаю про сигил невидимости. Я бы мог воспользоваться им, но что можно успеть сделать за те несколько коротких секунд, пока эта печать выпьет мою жизнь до дна? Выбраться из клетки, пробежать десяток метров… и остаться с каплей здоровья перед толпой орков?

Нет, это не вариант.

Пока раздумываю дверь в клетку распахивается и наружу вытаскивают ту самую тётку в куртке. Я вижу как глаза Джокера вспыхивают – ну еще бы, лёгкая добыча. Я думаю он зря её недооценивает. Она и ростом повыше и весом потяжелее его будет. И страха в её глазах я не вижу, скорее решимость поскорее закончить весь этот ужас. Проиграть и умереть сейчас, или победить и… умереть чуть позже.

– Ты моя детка… иди приласкаю, – скалится разодранным лицом Джокер и приглашающе помахивает косой. Уже ясно – оружие своё менять на что-то другое не собирается. Его устраивает исход первой схватки.

Тётка не выпуская противника из глаз и не давая ему сократить дистанцию кружится по арене поглядывая на землю в поисках подходящего оружия. Пока она безоружна, а значит совсем лёгкая добыча… и Джокер совсем не собирается упускать такое преимущество. Кошусь на орков с любопытством разглядывающих происходящее в круге – разве по справедливости они не должны придержать Джокера? Разве бой с безоружным это честно?

Нет. Кажется, им по барабану.

Времени терять нельзя поэтому вызываю интерфейс и начинаю рыться в сигилах которые так удачно прикупил на ауке, еще не подозревая что они пригодятся. Один раз они уже спасли мне жизнь, там на главной площади Норегарда. Очень сильно надеюсь что и сейчас они дадут мне еще один шанс.

Осталось поднапрячь мозг и сделать правильный выбор.

Перелистываю свитки печатей не читая описаний – на такое просто нет времени. Некоторые названия очень хорошо знакомы, о многих – только слышал, а некоторые так и вообще вижу первый раз. Вот например это – «Боль». Странная печать если вспомнить о том, что в игре боли не было.

«На всех врагов в области поражения накладывается болевой шок, от которого темнеет в глазах на 4 секунды».

Понятно. Четыре секунды слишком мало, а вот сама область поражения впечатляет – 100 единиц. Это максимальная для заклинания бьющих по площади.

Нет, не то что нужно – листаю дальше…

«Прыжок»… неплохо было бы просто взять и допрыгнуть да Фарго, но нет, слишком короткий, такой только из крохотной кучки врагов позволит выскочить, не больше.

«Парение».

Ого, полёт! То, что нужно… было бы, если бы у орков не было арбалетов с очень-очень кусачими стрелами.

«Страх».

Звучит неплохо, но вряд ли реальных орков удастся испугать таким. Вот рассмешить – запросто.

Что там еще у нас…

«Ловкость».

Увеличивает скорость всех ваших атак и бега на 20%. Работает как сигил силы - вешаешь на себя как бафф, и за всё это удовольствие платишь всего лишь 5% жизни.

20%?

Слишком мало чтобы спастись. Вот если бы у меня сейчас в инвентаре лежало хотя бы пяток таких, стоило бы попробовать. Удвоенная скорость атак и бега – серьёзный бонус к шансу выжить.

"Анимация"

Странное название для сигила.

разворачиваю описание.

"Оживляет и подчиняет мёртвое существо. Обязательное требование – оно должно быть убито вами".

Хм.

Интересно, но совсем бесполезно сейчас. И дело даже не в том, что я здесь еще никого не убил, нет, не в этом. Толпа орков вокруг в секунды разорвёт и меня, и того, кого я оживлю.

Кстати, вспомнил что означает слово "анимация" – оживление.

Пока я сдувал пыль с сигилов, тётка на арене успела найти себе оружие – два садовых серпа и вполне неплохо им обороняется от не слишком ловких атак своего противника. Судя по прыткости – подозреваю что спорт это её профессия. У меня в школе физручка была примерно такой же – медведь перекрестится и тропу уступит.

Она не нападает, только обороняется. Может выжидает пока противник выдохнется, а может не готова убивать людей.

Ненадолго забыв о печатях позволяю себе полминуты понаблюдать за схваткой… Победитель пока неизвестен… и это плохо для обоих. Заскучавшие орки легко могут отправить парочку на тот свет. Джокер, похоже, очень хорошо понимает это и не теряет ни секунды стараясь подловить противницу на косу. Пару раз ему это даже удаётся – порезы на теле тётки тут же становятся багровыми от крови.

Но потом он ошибается, промахивается, подходит слишком близко и тут же взвывает, выпускает косу из рук и хватается за распоротые вены на запястье.

Ей бы добить его, но нет, отступает. Не готова. Просто обороняется.

Под изумлённые непонятным благородством вопли орков даёт ему оторвать клок рубашки и перемотать рану. Даёт остановить кровь.

А потом подпускает слишком близко и коса Джокера быстрой молнией срезает её кусок кожи вместе с джинсами с ноги.

– Что она делает?! – испуганно спрашивает кто-то рядом.

Тупит – вот что она делает.

Джокер обрадовавшись начинает размахивать косой с удвоенной силой заставляя противницу отступать.

Она слишком далеко отступает… и напарывается на нож заскучавшего за её спиной орка. Роняет серпы и оседает сплёвывая кровь.

Джокер еще не веря подарку, а может не поняв что произошло прыгает вперёд, усаживается на уже мёртвое тело и подхватив с земли серп начинает неловко, но яростно пилить шею той, кто только что проиграла.

– Ужасно, – кто-то шепчет совсем близко и я чувствую дрожь тела рядом с собой.

Отворачиваюсь – я здесь не для того, чтобы рассматривать представление. Отворачиваюсь и снова зарываюсь в инвентарь перебирая свитки сигилов.

«Яд».

«Пылающая земля»

Стоп, это та самая «пылающая земля» которую мне советовал маг в Норегарде. Урон по площади, очень неплохой урон по площади... только вот что это мне даст?

«Мерцание»

«Вы являетесь ускользающей целью для противника в течение 6 секунд».

Хрень всё это! Хрень!

Проклятье, даже не представляю какая идея сейчас может спасти меня! Вся эта бесконечная толпа вокруг – как я вообще могу хотя бы на секунду поверить что можно спастись! Стоп, Салех! Кажется у тебя сдают нервы. Успокойся.

В свете костра вдруг замечаю пот на своих ладонях… это нормально, не боятся смерти только отбитые на всю голову.

Вытираю ладони от джинсы и вцепившись в прутья решётки приподнимаюсь – надо оценить расстояние до Фарго. Между мной и им сейчас полсотни метров, наверное. Полсотни метров и полсотни орков.

У Джокера отбирают залитый кровью серп и мёртвое тело. Тело волокут к костру, а серп снова бросают в центр арены – шоу продолжается.

Следующая очередь – здоровяка. Того самого здоровяка с добрым лицом – даже странно что его выбрали на бой только сейчас – слишком большой, слишком заметный. И размером с некрупного орка.

Ему отвешивают ободряющую оплеуху и пихают в круг. Там спотыкается обо что-то… тут же и поднимает это «что-то».

Стремянка.

Новая стальная стремянка.

Ломает коленом тонкие железные перемычки и разделяет её на две части. Одну часть отбрасывает в сторону, себе оставляет ту, что потяжелее – со ступенями. Делает широкий замах оценивая и затем просто идёт на Джокера. Тут тушуется – стремянка по весу в несколько раз тяжелее его косы, а по длине такая же. Тушуется и делает пару шагов назад, вытирая пот льющийся со своего лба той самой рукой с перерезанными венами. Неприятная ошибка – его лицо сразу же заливает кровью.

Он пропускает первый удар пытаясь протереть глаза, пропускает вчистую, даже не заметив его. Стремянка влетает ему в голову, откидывает назад и заставляет застыть на брусчатке в нокдауне.

Здоровяк подходит ближе, нависает над Джокером рассматривает его, совсем недолго, затем забирает из рук косу и отбрасывает в сторону, почти под ноги оркам. Стремянку свою он тоже отпускает и та падает рядом. Не нужна? Ему не нужно оружие?

Хватает Джокера за волосы, переворачивает со спины на живот и впечатывает лицом в брусчатку. Несколько ударов с глухим стуком, который слышен даже через довольное подвывание орков, которым явно нравится эта картина.

Здоровяк с добрым лицом падает коленом на спину Джокеру и тянет голову врага за волосы, тянет пока что-то там не начинает хрустеть… Оттягивает до тех пор пока шея не ломается, а голова Джокера не запрокидывается как голова сломанной куклы.

Вот и всё. А он собирался победить тут всех.

Стоп!

Что если…

Я заставляю себя отвлечься от мира вокруг со всеми его орками, кровью и смертью разгуливающей в шаге от меня. Отвлечься и попытаться сосредоточиться.

Что если, как только следующий раз откроется дверь клетки рвануть в сторону орков? Тех самых орков, что сейчас непроходимой преградой стоят между мной и Фарго. Что произойдёт? Станут ли в меня стрелять сразу или примут за сошедшего с ума придурка – ведь убежать из толпы орков невозможно.

О том, что едва живой дракон, которого совсем скоро начнут разделывать для позднего ужина – МОЙ дракон, здесь не знает никто.

Что если я буду бежать до первой стрелы выпущенной мне в спину, а потом… потом нырну в инвиз. Ненадолго – не хочу чтобы он выдоил всю мою жизнь. Ровно до того мгновения, пока не поравняюсь с орками отделяющими меня от Фарго. И вот тогда… тогда я и кастану «пылающую землю»,

Нет, она не прикончит большую часть из них – слишком низкий урон у заклинания которое ничем не усилено. Не прикончит, но обожжёт.

Боль! Здесь, в реальном мире, она есть и именно она мой последний шанс на спасение. Паника которую должна вызвать боль пылающих орков как раз и позволит мне добежать последние метры до дракона.

Ну а потом… потом всё будет зависеть от удачи. Добьют Фарго на взлёте – значит добьют и меня. Вернее, я сам себя прикончу рухнув с высоты.

Большой ли шанс у меня сейчас на «выжить»?

Думаю, нет.

Но он всё же есть, а значит это уже отличная новость, потому что здесь, в клетке, у меня его вовсе нет. Осталось только выбрать подходящий момент и выскользнуть…

– Ты! – от орочьего пальца в моей груди я вздрагиваю.

Орчара с поломанным рогом хватает меня за руку, почти выломав её, выволакивает меня из клетки и швыряет в круг.

Раньше чем успеваю встать на ноги получаю по затылку и падаю в темноту.

* * *

Открываю глаза и пробую встать. Не успеваю – новый удар стремянкой снова выключает мир в моей голове.

* * *

Я сначала слышу – слышу радостные вопли орков вокруг. А потом через кровь заливающую глаза вижу совсем близко большого человека. Я снова пробую встать, а еще – пробую вытереть рукавом кровь заливающую лицо.

Большой человек стоит и молчит. А еще – разглядывает меня. Разглядывает недолго, а потом размахивается и снова бьёт.

* * *

Прихожу в себя от боли, которая раздирает тело. Здоровяк с добрым лицом сидит на моей груди почти продавив рёбра и выкручивает мне голову стараясь сломать шею.

Пробую сбросить с себя эту адскую тушу, но это всё равно что толкать поезд. Даже не стоит и пытаться. Закрываю глаза… нужно просто забыть о боли.

И о смерти такой близкой сейчас – тоже.

Вызываю интерфейс, хватаю сигил огня и вкладываю себе в ладонь. Теперь любое моё касание будет поджигать. В игре такой дурью никто не маялся – рукопашка там не приветствовалась, слишком слаба и неудобна. Но здесь, сейчас – это единственный шанс для меня прожить еще пару минут.

Ладони мои тут же вспыхивают, заставляя здоровяка откручивающего мне голову ослабить свою хватку и отстраниться.

Только отстраниться – отпускать он меня явно не собирается. Засовываю ему пальцы в глаза и тут же вижу как вспыхивает его лицо.

Огромную тушу сносит с меня будто ветром…

Он откидывается на спину и начинает кататься по земле пытаясь потушить то, что нельзя потушить… пока действует дот заклинания.

Или пока я его не отменю… что я и делаю, потому что совсем не хочу убивать этого здоровяка, не хочу убивать никого из этих людей. Мне нужно бежать – только в этом есть смысл, а не в бесконечной бойне на этой дурацкой арене посреди сквера.

Тип лежит и смотрит на меня. Смотрит не моргая, потому что от век его уже ничего не осталось на обуглившемся лице.

Я всё же хочу дать ему шанс. Падаю рядом и наклонившись над ухом, заливая ему лицо своей кровью шепчу:

– Притворись. Притворись мёртвым.

Это не спасение, нет – его всё равно должны поволочь к костру, но после того, что я собираюсь устроить здесь, он может попробовать спастись воспользовавшись суетой.

И я не злюсь на него. Совсем. Его заставили… как и меня.

– Да пошёл ты, – он обхватывает мою шею своими слоновьими лапами да так, что я слышу хруст позвонков. Своих позвонков.

Сука!

Он тут же отбрасывает меня, на несколько метров, заставив перевернуться в воздухе и почти сломать шею о брусчатку.

Вскакиваю на ноги и только сейчас с ужасом замечаю что от шкалы моей жизни почти ничего не осталось – этот тип почти добил меня.

А значит – невидимость уже не включить. А значит…

Всё?

Всё кончено?

Он подхватывает лестницу с земли и снова идёт ко мне. Он идёт, а я с ужасом смотрю на последние проценты своей жизни. Один удар этой тяжелой стальной штукой и они обнулятся.

Отступаю оттягивая неизбежное и озираюсь в поисках чуда, которое может меня спасти.

Под ногами только бесполезный хлам, который уже никак мне поможет. Обломки стульев, гладильная доска, ёршики и даже пустые пластиковые бутылки. Зачем здесь всё это?

Коса?

Она слишком далеко, за спиной здоровяка и он точно не позволит мне прорваться к ней.

Взгляд вдруг цепляется за меч, огромный двуручный меч опираясь на который стоит один из орков поблизости. Высотой этот меч почти с меня ростом и выглядит просто прекрасно. Делаю еще пару шагов назад, пятясь, затем резко разворачиваюсь и пихаю орка с мечом. Он опешивает, даже теряется от неожиданности и толпа вокруг стихает, ошалевшая от моей наглости.

Вырываю меч из рук – это не трудно сейчас когда зелёный гад растерялся. Вырываю и иду в центр арены, туда где меня заждались.

Лишь бы не полетели стрелы вслед…

Нет, не летят и судя по восторженным выкрикам оркам понравился моя идея.

Уже на ходу бросаю быстрый взгляд на параметры меча.

***************

Класс:Мечи

Физический урон: 170

Магический урон: 0

Цена: 129 золота

**********

Сто семьдесят урона? Для такой огромной двуручки просто слёзы. И это даже меньше чем жизнь здоровяка впереди – там от почти пяти сотен единиц здоровья осталось около половины. Засовываю сигил огня в рукоять меча – остатков моей души хватит только на один удар, но пусть этот удар окажется последним и для типа, там, впереди.

* * *

Он пробует ударить первым. Пробует остановить меня.

Уворачиваюсь и тут же бью в ответ. Огромное лезвие как гильотина сносит голову с плеч отшвыривая её к ногам орков.

Обезглавленное пылающее тело медленно валится как сломанная игрушка, а я готовый, если нужно, ударить еще раз, опускаю меч.

Победа?

И что мне с ней делать?

Что делать дальше?

Следующий бой? А потом?

Оставят ли мне меч или отберут… отберут вместе с моей жизнью?

А вот и хозяин меча.

Идёт ко мне неторопливо, не спуская тяжелого взгляда из-под нависших над глазами густых бровей. Вряд ли он идёт чтобы наградить меня… если только быстрой смертью. Отличная награда, если выбраться отсюда у меня всё равно нет шансов.

Мой взгляд цепляется за невероятное – полоска жизни.

Моя полоска жизни.

Она полна!

Какого чёрта?!

Невольно смотрю на небо, будто надеясь увидеть там Бога. Мысль быстрой молнией взрывает мозг – что я сделал такого? Что я сделал такое, что заставило Систему наполнить мою жизнь как стакан до краёв?

Какое-то правило которого я не знал?

Разве может быть такое после нескольких лет в игре? Разве есть что-то чего я не знаю в ней?

Блэйды! Вот тема которую я никогда не трогал!

Блэйды живут по своим законам, недоступным для большинства…

– Дай, – орк останавливается в шаге от меня протягивает свою огромную бугристую лапу.

Вот и всё.

Пора.

Через минуту я узнаю что там за порогом жизни. Или не узнаю – если повезёт.

Протягиваю орку меч, а сам быстро запихиваю в ячейки сигил невидимости, а рядом печать Пылающей Земли. Мгновение поколебавшись добавляю в цепочку к ней «Боль» – если она добавит хотя бы пару секунд к смятению орков пока буду бежать к Фарго – уже отлично.

Огромная рука не успевает дотянуться до меча – я его роняю. Роняю за половину мгновения до того. Во взгляд орка приходит удивление, он наклоняется чтобы поднять своё оружие, наклоняется неторопливо и мне совсем легко его опередить, подхватываю меч снова и засовываю в прорезь орочьей кольчуги, где-то слева, там где даже у орков должно быть сердце. Убить не пытаюсь, мне просто нужно время – каждое мгновение пригодиться.

Орк ахает и оседает разглядывая меня как странное диковинное животное… разглядывает недолго, потому что через секунду я уже ныряю в инвиз.

Ныряю и мчусь. К последней преграде – к толпе отделяющей меня от Фарго.

В одном шаге от неё на секунду притормаживаю, выпрыгиваю из инвиза и запускаю «пылающую землю" завязанную в один тугой узел с «болью».

Брусчатка сквера загорается будто залитая лавой, огонь глотает и облизывает орков, превращая их в огромных пылающих призраков.

И вопль, вопль от которого у меня почти лопаются перепонки, вопль который, кажется, заставляет замереть всю живность что еще осталась в Москве. Вокруг меня будто вспыхивает костёр. Вспыхивает и разрастается, как быстрое маленькое море.

Толпа приходит в движение – сгорающие орки пытаются спастись, избавиться от огня и боли которые пришли вдруг неведомо откуда. За пару коротких секунд пространство вокруг меня становится пустым, если не считать огня и нескольких трупов – я ли постарался или собратья затоптали в панике – уже не узнать.

Ну и Фарго – он лежит в нескольких метрах за границей огня, ожидая меня.

Фарго, к которому я и несусь не теряя времени.

Глава 4

* * *

Дроп* – вещь, получаемая (выпадающая), после победы над противником, НПСом (оружие, амуниция, сырье, артефакты).

* * *

На бегу подхватываю с обжаренного тела орка короткий кинжал и щит… нет, даже не щит, а щитки – несколько ржавых стальных пластин стянутых кожаными ремнями. Дроп так себе, но это лучше чем быть безоружным.

Запрыгиваю на спину Фарго и рву поводья на себя. Он слушается, но взлетает не сразу, тяжело, с трудом разгоняя воздух своими огромными крыльями. Придираться к дракону я не собираюсь – он едва жив. Взлетел – уже хорошо.

Глядя вниз понимаю – всё пока складывается очень удачно. Сотня пылающих, воющих от боли орков внесли смятение в толпы тварей заполняющих сквер и соседние улицы. Это еще не паника, но что-то очень похожее. Опасность которая пришла ниоткуда – костёр из тел, который зажёг неведомый оркам бог.

На нас с Фарго сейчас никто даже не смотрит, а, значит, и не думает стрелять вслед. Если еще несколько секунд удача будет на нашей стороне – поднимемся на такую высоту что никакому орку не достать и тогда… и тогда нужно будет просто дотянуть до дома.

Не сразу замечаю тонкий тёмный хвост тянущийся за нами. И не сразу понимаю что это.

Кровь!

Кровь Фарго. Старые ли это раны или эти твари наделали в нём новых – не имеет значения. Очень плохая новость состоит в том, что мой дракон вместо того чтобы подниматься выше, начинает медленно спускаться.

Тусклые огни опустевшего Москва-сити хорошо видны на горизонте и лететь туда совсем немного – километра три не больше, но Фарго, кажется, совсем плох. Каждый новый взмах крыльев даётся ему с большим трудом и кажется последним.

Вглядываюсь в город под нами и пытаюсь сообразить что делать если дракон начнёт падать. Костров под нами немного – не самый центр, а значит свалиться прямо в толпу орков шанс не слишком большой.

Еще через полминуты становится окончательно ясно – мы не долетим. Я перестаю мучить Фарго и направляю вниз – нужно подыскать безопасное место для посадки… если конечно в городе захваченном орками вообще бывают безопасные места.

Фиолетовый неон Крокус-Мола манит и я сворачиваю в его сторону. Сколько там этажей? Десяток, не больше, но если приземлиться на крышу, то только очень любознательный орк сможет наткнуться на нас там.

Плохо только одно – прямо на сверкающей фонарями парковке торгового центра жизнерадостно пылает костёр, рядом с которым кучкуется с десяток тварей. Заметят ли они нас или смотреть на небо у этих гадов не принято – я узнаю немного позже.

Осталось только попасть в крышу, а не мимо. Задача не самая простая, если под тобой умирающий дракон.

Фарго подводит меня. Не дотягивает. Не дотягивает совсем немного, проносится над головами орков греющихся рядом с костром и влетаетd сверкающие витринs второго этажа Крокус-Мола.

Влетает, сметает всё на своём пути и хоронит нас под горой прилавков и всего того, что на них лежало.

* * *

Первые несколько минут лежу не шевелясь под кучей шмоток и прислушиваюсь – ищет ли нас кто-то или орки решили, что в стеклянный дом рядом с их костром просто упал крохотный метеорит

Вроде бы тихо.

Освобождаю кеды из стремени и стараясь не застонать – вывихнуто плечо – выкарабкиваюсь из груды одежды в которой мы утонули.

Фарго жив – смотрит на меня виноватым взглядом и я глажу его по огромной морде чтобы успокоить. Глажу, старясь не порезать кожу на ладони обо все эти жёсткие бугры, которыми покрыта его прочная шкурка. Потом вливаю в его пасть десяток сосудов души и отправляюсь на разведку – нужно понять что теперь делать дальше.

Торговый центр не самое плохое место для того, чтобы переждать денёк пока дракон не поправится – вряд ли оркам нравится бродить по верхним этажам торгового центра. Ничего интересного они здесь точно не найдут.

Спускаюсь на первый этаж и стараясь не шуметь набираю целый пакет жрачки в Азбуке Вкуса. Есть хочется очень сильно – прошлый мой ужин неожиданно и печально сорвался.

Первым делом вливаю в себя полбутылки колы – после всей этой истории с клеткой и гладиаторскими боями жажда просто высушивает меня изнутри. Вливаю и осторожно подбираюсь к витрине первого этажа – с той стороны, которая выходит на парковку. Орки всё еще здесь и даже кажутся спокойными… хоть и косятся с удивлением на дыру на втором этаже у меня над головой.

Пока всё складывается не так уж и плохо. Да, не долетели, но отсюда до дома не больше часа-двух пешком… если иди по прямой. По прямой, впрочем, мне никто идти не даст, да я и не собираюсь – жаль бросать Фарго. И дело даже не в великой любви к нему – сто тысяч золотом слишком большие деньги, чтобы разбрасываться драконами.

Орков пятеро и все выше пятидесятого уровня, а, значит, любой из них смертельно опасен для меня. Впрочем, бояться мне лень – слишком устал – поэтому просто ставлю задачу не попасться им на глаза.

То, что они будут коротать ночь по соседству меня не слишком беспокоит – наружу высовываться не собираюсь. Как залетели через витрину второго этажа – так и вылетим обратно. Лишь бы Фарго быстрее поправился.

Уже собираюсь возвращаться к Фарго, как орки неожиданно куда-то собираются. Перед тем как уйти они горячо обсуждают что-то, обсуждают, решают и топают к выходу из парковки. А костёр.. их бодренько потрескивающий костёр остаётся в одиночестве… хотя нет, рядом с ним, лежа на асфальте притаился арбалет. Огромный такой, очень грубо сделанный, но прекрасный.

Забрать?

Я забыв об осторожности прижимаюсь носом к стеклу витрины пытаясь разглядеть куда направились орки и тут замечаю что рядом с арбалетом еще и копьё. Тоже лежит и скучает. К копьям я отношусь очень плохо… но только когда есть выбор. Сейчас выбора у меня – любое, даже самое неудобное копьё лучше короткого кинжала который есть у меня.

Орков не видно, а арбалет вместе с копьём кажутся непреодолимо привлекательными и я сдаюсь. Со всех ног лечу к выходу, не забывая поглядывать на парковку – выскочить прямо под нос гадамнет никакого желания.

Оказавшись на улице сначала крадусь, прячась за авто, но потом не выдерживаю – слишком заманчива добыча, а орки могут вернуться в любой момент – вскакиваю и бегу прямо к костру. Не прячась и даже не глядя по сторонам. Добежав не глядя хватаю и арбалет и копьё – разглядывать буду когда окажусь в безопасной зоне – и несусь обратно входу.

Оказавшись внутри падаю за стойку ресепшн рядом со входом и перевожу дыхание прислушиваясь к звукам с улицы. Звуков, кроме треска костра нет и я позволяю себя разглядеть добычу.

Сначала арбалет – весит он небольшая пушка и просто должен выдавать неплохой урон.

Так и есть! **********

Класс:Арбалеты

Физический урон: 420

Магический урон: 0

Пробивание: 30%

Цена:212 золота

**********

Очень неплохо. Очень. Ему бы размер покомпактнее и был бы идеален… пока не доберусь до нормального оружия. Хорошо хоть ремень есть, прочный широкий и я сразу же отправляю арбалет себе за спину – пусть висит.

Теперь копьё. Древко у него деревянное, толстое, но не слишком тяжёлое. Наконечник ржавый, похож на лист дерева и вполне острый.

**********

Класс:Дротики

Физический урон: 215

Магический урон: 0

Цена:95 золота

**********

Скромно, да.

И название – дротики? Это означает что его нужно бросать? Хм.

Засовываю кинжал за пояс, поправляю щитки, которые прикрутил к левой руке и беру копьё в правую. Со стороны сейчас, наверное, немного похож на спартанца… спартанца в джинсах, футболке и кедах.

Прежде чем вылезти из-за ресепшн выглядываю – первый этаж из-за высоченных стёкол и света слишком хорошо просматривается из темноты парковки.

Орки еще не вернулись и я уже собираюсь пробежать короткий открытый участок до эскалатора на второй этаж когда замечаю нечто странное.

Дымка.

Чёрная тонкая дымка которая стелется по блестящей плитке пола. Это похоже на дым от пожара, вот только… никакой гари я не чувствую. Дым без запаха? Может ли быть такое.Пробую дотронуться до дымки и она почти радостно укутывает мои пальцы.

Что за фигня!

Сидеть на полу уже совсем не хочется и я встаю и бегу к лестнице стараясь не споткнуться о копьё и не сломать себе им ноги.

* * *

Фарго уже успел выползти из под завалов и теперь вылизывает себе раны на пузе, вылизывает старательно с любопытством разглядывая пёстрый хлам поблизости. Выглядит он неплохо… жаль летать не может.

Вливаю в него еще то ли пять, то ли шесть бутылок с душой и тут слышу крик с улицы. Крик человеческий – с орочьими воплями такой никак не спутать.

Подбираюсь к разбитой витрине и осторожно выглядываю.

Вот и мои орки. Возвращаются с добычей. Так вот в чём дело … мог бы и догадаться – костёр бессмысленная штука для орка, если на нём нечего пожарить.

Свою добычу волокут по асфальту, за ноги,выпуская лишь на мгновение, чтобы тут же перехватить поудобнее.

Пацан. Как Егор или чуть младше.

И он… живой. Это он кричал.

Чувствую во рту вкус крови – прикусил губы. Даже не заметил как прикусил.

Их пятеро и каждый не меньше пятидесятого уровня? Нет, без шансов. У таких не отбить.

В какой-то момент кажется что орк, тот самый что тащит пацана, меня замечает и я тут же отодвигаюсь от витрины.

Нет, не отбить.

Даже не пытайся.

Уходи.

Уходи подальше от окна чтобы не слышать.

– Пожалуйста! – его крик взрывает мозг. Сейчас бы просить орков пощадить.

– Пожалуйста, не надо!

Отползаю.

Скорее бы уже… они закончили.

Я слышу глухой удар, там внизу.

Вот и всё. Нельзя жалеть каждого, кто не смог выжить – сам хожу по лезвию над пропастью.

Начинаю отползать еще дальше – желания повторить судьбу пацана нет… а именно это и произойдёт если эти пятеро меня заметят.

– Я прошу вас! – крик срывается на вой.

Сука!

Что они там творят!

Подползаю обратно.

Его оглушили и затаскивают на костёр.

Сука!

Стягиваю арбалет со спины, прицеливаюсь и стреляю. К чёрту – не хочу чтобы они его жарили живым.

Стрела зарывается в пламя заставляя его вздрогнуть. Мимо!

Натягиваю тетиву и снова жму спуск.

На этот раз всё получается.

Запихиваю арбалет за спину вскакиваю и бегу. Вниз, на первый этаж. К оркам. Я не сошёл с ума – сейчас я хочу спасти дракона. По стреле в голове пацана они поймут откуда стреляли и придут. Придут сюда.

Совсем скоро.

И если я сейчас их не отвлеку – Фарго конец.

* * *

Выскакиваю почти им под ноги – всё пятеро стоят перед эскалатором и тупо разглядывают бегущие наверх ступени.

Заметив меня они взрываются торжествующим воем.

Понятно, что они не мстить за убитую жертву пришли, нет. Я просто еще одна добыча – туши у орков огромные, калорий им нужно много и одним ребёнком им животы себе точно не набить.

Кидаю им под ноги «горгону» и бегу наружу.

Десять секунд – ровно столько у меня сейчас есть, чтобы выпасть из поля зрения охотников, иначе…

Орки бегают быстрее людей – это факт и на длинной дистанции мне этот марафон не выиграть. Очень сильно хочется бросить копьё – оно дико мешается, но при мысли что останусь с коротким кинжалом сжимаю пальцы на древке еще сильнее.

Впереди вижу арки со со светящейся «М».

Метро.

«Смоленская»? Ну, да. Где-то примерно здесь я и нахожусь.

Арки манят светом… вот только что может ждать меня там? Толпа орков устроившихся на ночлег?

Над плечом пролетает стрела и я резко ныряю в сторону – нужно не дать преследователям прицелиться. Следующая стрела со звоном разбивает стекло авто за которое я завернул, а еще одна с противным визгом царапает асфальт в шаге от меня.

Перелетаю через невысокое ограждение в клумбу… в вытоптанную и удобренную кровью клумбу и несусь дальше, к маняще сверкающей впереди «М».

Кто-то сзади взвывает… неужели кто-то из орков неудачно прыгнул вслед за мной и вывихнул ногу. Я бы порадовался, но времени совсем на такое не осталось. Хочется выжить.

В мозгу долбится неприятная мысль – «что будешь делать если там внутри орки», но я прогоняю её. Орки сейчас могут оказаться везде, за любым углом.

Поэтому пусть будет метро.

* * *

Толкаю двери и не дожидаясь пока они распахнутся протискиваюсь внутрь. Протискиваюсь что бы тут же кувырком улететь на пол, споткнувшись на тела у входа. Разглядывать их времени нет, тут же вскакиваю на ноги, стягиваю со спины арбалет и стреляю в прозрачный пластик которым закрыты кассы.

Он громко хлопает лопаясь, и я ныряю в эту дыру и тут же падаю под прилавок – сейчас это самое надежное место здесь внутри… если, конечно, орки не надумают заглянуть.

Через несколько секунд слышу топот, стук распахивающихся под мощными ударами дверей и тяжелое дыхание внутри.

Не моё дыхание.

Орочье.

Они стоят всего в нескольких шагах от меня – я слышу это, но видеть не могу – высунуться сейчас – это всё равно что подписать себе смертный приговор.

Слышу какую-то возню, глухие, слабые удары, снова стук дверей через которые будто пролезает что-то огромное…

А потом слышу удаляющиеся шаги. Неторопливые. Выждав пару секунд – хочу увидеть куда они направились – перепрыгиваю через прилавок обратно и приоткрыв дверь выглядываю.

Выглядываю и облегчённо выдыхаю – уходят. Все пятеро. И у каждого на плече по человеческому телу. Подобрали из тех, что навалены у входа.

Вот и ладно – орки сегодня сыты, а я… я пока жив.

* * *

Проводив взглядом орков захожу внутрь: на следующие несколько часов моё убежище – здесь. Возвращаться к Фарго пока рискованно. К тому же, я пока ничем ему помочь не могу – драконью дозу лекарства уже влил и осталось только ждать.

Оглядываю холл – вдруг есть что-то полезное. Или интересное.

Ничего.

Если не считать тел наваленных возле входа. Похоже, это те, кто пытался спастись в первый день хаоса. Судя по высохшей крови которой залит весь пол – трупов здесь было больше. Намного больше. Остальными, наверное, орки уже отужинали.

Дымка. Чёрная. Она и здесь есть. Стелется по полу трогая за ноги.

Брр…Неприятно.

Залезаю за прилавок и некоторое время разглядываю её пытаясь понять что это вообще за фигня.

И шёпот. Очень слабый – я слышу его только потому, что сюда не долетают никакие звуки снаружи. Потому что здесь совсем тихо.

Даже хлопаю себя по голове – кажется, что шёпот рождается прямо в ней.

Укладываю на стойке копьё и арбалет – на расстоянии вытянутой руки, так чтобы легко было дотянуться появись поблизости враг. С ужином снова облом, уже второй раз – пакет со продуктами остался скучать возле Фарго, которому совсем не нужна еда. Обидно.

Обидно, но у меня есть дела поважнее.

Во-первых разобраться с тем, что случилось там, на арене, когда моя жизнь неожиданно восполнилась. Отмахнуться от такого чуда просто нельзя – если это какая-то механика игры то мне срочно нужно поставить её на вооружение.

Пробую залезть в игровую справку и ожидаемо получаю в ответ кукиш – не работает. Сейчас вообще никакая связь не работает – город будто вернулся в средние века, когда для того чтобы что-то узнать или с кем-то поговорить нужно было идти куда-то реальными ногами.

Неудобно.

Усаживаюсь поудобнее и разглядывая узоры, которые вытворяет дымка на полу, роюсь в памяти в надежде вспомнить про чудо скоростного самоизлечения которое со мной произошло.

Ничего не вспоминается и я начинаю рыться в игровых заметках. Сюда я закидывал полезные познания еще когда был новичком. Здесь много забавного мусора, который я тогда считал очень важным, а сейчас с высоты своего опыта – совсем наивным.

Ого.

Я нахожу десяток заметок о Блэйдах… неужели когда-то, когда был еще совсем зелёным я хотел им стать?!

Ну да, наверное. Почему бы и нет.

Пробегаю заметки в поисках интересного… и нахожу! Я даже выделил текст жирным шрифтом и наставил восклицательных знаков. Ну еще бы – это и правда очень важно… если ты Блэйд.

Читаю.

Перечитываю.

Еще раз перечитываю.

А потом сижу пытаясь переварить.

Три способа восстановить здоровье мгновенно.

Три!

И все три доступны только Блэйдам.

Если атака которая обнулила жизнь Блэйда прошла в точку сборки. Или в сердце.

Или если Блэйд этой самой последней своей атакой сносит врагу голову.

Что я и сделал.

И до сих пор перед глазами стоит картинка как голова здоровяка с добрым лицом летит к ногам радостно повизгивающих орков.

Вот и весь секрет и этот секрет заставляет биться моё сердце так сильно, что, кажется, оно сейчас выпрыгнет из груди.

Почему?

Потому что он меняет всё.

* * *

Насладиться открытием не успеваю – груда тел возле входа укутанных странной дымкой вдруг начинает шевелиться.

Глава 5

АоЕ* (аоешка) – происходит от английского словосочетания area of effect, что переводится как область действия или дословно «область эффекта». Что такое АоЕ в онлайн-играх? Это навыки, заклинания или свойства предметов, воздействующие одновременно на определенную область.

Билд* – определённый набор скилов/умений, характеристик персонажа и т.д.

Я нормально отношусь к фильмам о зомби.

Некоторые даже, вроде совсем древних «Ходячих мертвецов», иногда пересматривал. Говорят, вышел двадцать седьмой сезон… но это не точно.

Я нормально отношусь к фильмам о зомби, да. Но смотреть фильм это совсем не тоже самое,что смотреть на гору мертвяков, которая начинает шевелиться.

В первое мгновение я даже решаю что всё не так страшно. Что просто там, внутри этой кучи трупов, спрятался живой человек и сейчас, услышав меня он радостно выбирается наружу.

Он и правда выбирается.

Вот только не живой. Не бывает живых с половиной черепа и без глаз, выдавленных кем-то.

И не радостный. Сползает на пол, медленно, пошатываясь, встаёт на ноги и начинает оглядываться.

Да, чёрт, он начинает оглядываться без глаз!

И замечает меня. Меня который стоит всего в трёх шагах.

– Всё нормально, – говорю я.

Мужик похож на бухгалтера выбежавшего из офиса – лысоватый, верхние пуговицы белой рубашки расстёгнуты… и остатки пиджака драными полосками свисающие с плеч. Щёки пухлые – вернее одна щека, второй нет – при жизни явно любил вкусно покушать.

–Помоги мне, – говорит он. Чётко так говорит – половины черепа у него нет, а вот рот сохранился целым.

– Как помочь? – интересуюсь я и на всякий случай делаю шаг назад.

Короче, все фильмы про зомби – врут. Там мертвяки молчат. И тупые. В реальной жизни ни фига не так.

Это тип с половиной головы совсем не опасен. Первый уровень. Умер так и не успев прокачаться, как и вся эта гора трупов поблизости, которая прямо на моих глазах неторопливо оживает.

Эта странная чёрная дымка – она оживила их.

Что если это связано с ордами нежити стоящей на окраинах города – мелькает в голове.

– Мне больно, – говорит он и трогает голову там где её уже нет.

Что за…!

Он мало того ,что говорит как живой, так еще и боль чувствует?!

– А глаза – не болят? – спрашиваю я.

Он не находит голову там, где она должна была быть, удивляется, но послушно тянется пальцами к своим глазам.

– Нет, – говорит он. – Совсем не болят.

Логично – их ведь нет.

– А меня хорошо видишь? – продолжаю любопытствовать я, краем глаза поглядывая как куча тел расползается по сторонам. Некоторые уже стоят на ногах и оглядываются, как туристы оказавшиеся в незнакомом месте. Странно – что не так? Что их удивляет?

– Да, – кивает мужик и делает шаг в мою сторону. И руки вытягивает вперёд – и вот сейчас он начинает быть немного похожим на киношного зомби.

– Что тебе нужно? – я делаю еще шаг назад.

– Мне больно, – повторяет он и ускоряется.

Выжидаю секунду, потом загоняю кинжал ему в сердце, перехватываю враз обмякшее тело и осторожно опускаю на пол – он же не виноват в том, что стал мертвяком.

Отхожу еще дальше – возле выхода сейчас уже стоит пара десятков мёртвых.

– Уходите, – советую я им. – Вас, наверное, уже дома заждались.

Это не стёб – мне просто будет спокойнее если они вспомнят о важных делах, которые не успели сделать до своей смерти и займутся ими. И мне хорошо и им будет чем заняться.

– Мне больно, – говорит старушка в длинном до пола платье в горошек, оглядывается, подхватывает палку с пола и ковыляет ко мне.

Она выглядит целой, только кое-где белый горошек залит кровью.

– Я не могу вам помочь, – честно признаюсь я. – Поищите кого-нибудь другого – там, на улице.

Она подходит совсем близко и мне приходится и ей засунуть лезвие в сердце. Получается не с первого раза – я промахиваюсь, попадаю в грудь и старушка начинает извиваться на кинжале пытаясь меня укусить.

Укусить?

Я почти успокаиваюсь – это похоже на киношных зомби.

Второй удар оказывается более удачным и я, отпихнув лёгкое тело в сторону перепрыгиваю через турникет.

Я не врач чтобы обсуждать боль с каждым из мертвяков. Пусть там сами между собой решат всё, а я тут постою, посмотрю.

* * *

Вместо того, чтобы послушаться моего совета, они направляются в мою сторону. Особенно неприятно выглядит детёныш лет десяти – его вытянутые вперёд руки заставляют кожу покрываться мурашками.

Быстро считаю по головам, сбиваюсь и снова считаю.

Двадцать семь или двадцать восемь. Каждый первого уровня, но вот все вместе… если подпустить слишком близко закусают до смерти.

Кастую «пылающую землю» и отворачиваюсь – разглядывать факелы из человеческих тел не очень хочется.

Я слышу треск сгорающей одежды и чувствую смрад от горящей плоти.

– Мне больно, – голос за спиной заставляет подпрыгнуть.

Что? Живы? Все живы?

Едва успеваю отпрыгнуть – их протянутые пальцы почти дотянулись до меня.

Живы?!

Как?!

Ходячие костры прижались к железкам турникетов и хором гонят своё жуткое «мне больно».

Ну еще бы – будет больно, когда исполняешь роль факела.

– Отстаньте, – говорю я и пячусь назад.

Пробую через языки огня заглянуть за спины мертвякам… Старушка которую я успокоил ударом кинжала – лежит. И тот мужик, тоже.

Сердце?

Их можно уложить лишь ударом в сердце?! Это грустная новость. Получается, все аое бесполезны против этой новой напасти?!

Раздумывать когда смертельная опасность в шаге от тебя не слишком удобно поэтому бросив прощальный взгляд на горящие тела топаю вглубь холла – лучше спрятаться раньше чем они додумаются перелезать через турникет.

Далеко я, впрочем уходить не собираюсь – неизвестно что там меня может ожидать.Ожившие древние драконы которые дремали миллион лет?

Забираюсь в прозрачный как стакан магазин, торгующий всякой всячиной, захлопываю дверь и опускаю жалюзи. Тонкий пластик меня не защитит случись что, но хотя бы я не стою на самом виду.

Это кучка мертвяков минуту назад очень сильно озадачила меня – оказывается, даже слабые противники представляют опасность если их нельзя прикончить каким-нибудь простым способом. И если их много.

Если эта чёртова дымка окажется расстеленной по всему городу… страшно даже представить такое. Тысячи, а может и миллионы трупов оживут.

Как к этому отнесутся орки? Думаю, такое им точно не понравится, вот только новость всё равно к хорошим не отнести.

Плохо оркам и нам, последним оставшимся из людей тоже плохо.

Следует что-то срочно придумать или мои шансы выжить окажутся такими малыми, что я до Фарго не смогу добраться, а не то, что вернуться домой.

Устраиваюсь поудобнее, но так чтобы держать в полез зрения холл станции и снова лезу в инвентарь. Задачка выглядит и простой и сложной одновременно – быстренько придумать новый билд из того что там есть. Требования к билду простые – выживаемость в толпе мелких, но опасных врагов.

И…та штука, с восполнением здоровья у Блэйда – я бы использовал её. Заманчиво. Слишком заманчиво. Мне бы сейчас на аукцион Норегарда, к огромному списку сигилов которые там лежат – вот бы я развернулся.

Мысль о том, что на основе способности Блэйда можно сделать крутой – очень рискованный, но и очень эффективный билд просто сверлит мой мозг сейчас.

До аукциона пока очень далеко, но мне не терпится попробовать придумать из того что есть. Пусть то, что получится будет не слишком сильным, но я хотя бы опробую новые возможности.

В холле слышатся шаркающие шаги и я затихаю придержав дыхание.

Вот и мои преследователи – перебрались через турникет всё-таки. Молодцы, что сказать. А с виду вроде неспортивные. Неужели их так зов смерти гонит? Лишь бы сюда в магазинчик не заглянули за сладостями.

Они стоят, оглядываются… Не покачиваются, руки вперёд не тянут. Просто стоят и разглядывают холл как туристы которые ждут поезда, а вот спешить им некуда. Им, и правда, спешить уже некуда.

–Где он? – спрашивает кто-то и мне становится очень неуютно. Молчаливые киношные зомбаки – это просто праздник какой-то по сравнению с этими. Они не могут болтать, а значит – не могут обсуждать что-то включая коллективный разум. У них вообще нет разума, а у этих, скучающих в десятке шагов от меня, с разумом всё, кажется, обстоит совсем неплохо.

– Эскалатор, – отвечает кто-то женским голосом. – Он пошёл туда.

Правильно. Именно туда я и пошёл. Сходите проверьте, а я пока выберусь наружу.

– Спускаемся, – командует кто-то.

– Нет, – на этот раз кто-то говорит совсем детским голосом – неужели тот самый детёныш. – Подождём здесь.

Плохой мальчик. Очень плохой. Слишком сообразительный. А может… от новой мысли мне становится плохо – может это дымка управляет ими? У них общий разум один на всех. А то, что обсуждают вслух – я тоже иногда могу поговорить сам с собой… если никто не слышит.

Я вдруг замечаю гул.

Негромкий, странный.

И идёт он как раз снизу – куда иопускаетсяэскалатор. Этот гул похож на шёпот сонного моря… но моря там внизу никак не может быть.

Снова лезу в инвентарь.

Нужно просто перебрать побольше свитков, а потом уже думать что из них можно сотворить с учётом почти божественного свойства Блэйда исцелять себя.

Роюсь в сигилах пару минут, а потом вдруг приходит мысль.

Отличная мысль.

У меня там была «ловкость»,

Всего одна и поэтому я не стал её на себя навешивать.

«Ловкость».

Увеличивает скорость всех ваших атак и бега на 20%. Это немного, но в инвентаре я увидел аж целых два сигила «Стужа».

«Стужа – замедляет на 20% передвижение и атаки всех врагов в радиусе 30 единиц от вас»

Если я повешу на себя обе печати, то любой враг приближаясь ко мне на дистанцию рукопашного боя будет замедляться на 40%.

На 40%!

А если добавить себе сигил ловкости – то ускорюсь на 20%.

Относительный выигрыш в скорости получается 60%.

60% разница в скорости – это не просто много, а очень много. И за такое чудо я плачу всего 15% своей жизни. Я могу нанести миллион ударов обычным ножом или мечом, как молния прорубаясь через ряды замедленных противников и при этом заплачу за это всего один раз 15%.

Это уже отличная новость, но разве я не могу еще улучшить эту идею?

Снова зарываюсь в свитки сигилов…

«Высокое напряжение»

«Если вы наносите удар освобождающий заряд молнии по одиночной цели, этот удар задевает ближайших врагов»

Стоп.

Я где-то видел что-то про молнию.

Вот!

«Молния».

Самый обычный стихийный удар, сродни огненному или ледяному. На моём одиннадцатом уровне он будет наносить две с половиной сотни урона – не много, но добавляет шок. А шок – это когда враг на секунду выбывает из строя, «наслаждаясь» ударом молнии которая терзает его организм.

Неплохо, очень неплохо.

Я вешаю «молнию» на кинжал, добавляю к ней «мощь» и «хрупкость». «Высокое напряжение» тоже. Ну и «доверие» конечно – иначе как сигил к оружию прицепить. Что имеем?

Урон кинжала – сотня всего – плюс удвоенный урон от молнии – еще почти шесть сотен. Плюс нулевая защита у врагов благодаря «хрупкости».

Семь сотен по врагу, по беззащитному врагу – это очень даже неплохо в моих обстоятельствах. Теперь стоит выработать тактику боя…

Не успеваю я ничего выработать – распахивается дверь и ко мне в кабинку залезает голова юного мертвеца.

Пацан почти втыкается в меня носом и верещит:

– Вот он! Я нашёл его!

Сука!

На самом интересном месте.

Отталкиваю гада и выпрыгиваю. Выпрыгиваю прямо под ноги целой толпе.

Толпе? Откуда здесь вообще могла взяться толпа? Да, куча возле выхода из метро была большой, но… не настолько же большой.

Не пересчитывая врагов врубаю «горгону» – только она сейчас спасёт меня, по другому не вырваться и бегу обратно к турникетам. Десять секунд в заморозке – пусть эти твари немного подумают над своим поведением.

Логика у меня сейчас простая – если вся та куча ожила и пришла сюда, по мою душу, то возле выхода должно быть пусто. А значит – можно выбежать на улицу.

Да, там орки, но здесь пока всё выглядит жарче. То, что у мертвяков уровень первый не слишком порадует, когда на тебя навалится целая толпа.

И снова – сука!

Та куча, что там лежала перед выходом никуда не делась… только ожила. Стоят и лениво переговариваются обсуждая что-то. Завидев меня оживляются, перестают болтать и стройными рядами шагают к турникетам. К турникетам, через которые я только что собрался перепрыгивать.

Нет, уже не буду.

Как это не тяжело осознавать, но сейчас я зажат между двумя толпами, в каждой из которых, навскидку, человек по тридцать. Остаётся еще боковой проход, в обход стеклянных магазинчиков, но этот проход ведёт куда-то вглубь станции. И если я туда нырну, если даже успею добежать… то как потом возвращаться? Как пробиваться к выходу?

Кошусь на полоску жизни – чуть больше половины. Большую часть её съела «горгона»… ну и ауры, которые я уже поспел повесить на себя за секунду до того, как мёртвый пацан заглянул в моё укрытие.

Каждая секунда промедления ухудшает моё положение, а я пока просто отступаю к стене и разглядываю неторопливо наступающих на меня мертвецов. И то, что они идут очень медленно – это жутко выглядит, да.

Выдаю выстрел из арбалета в мужика в ярко-зеленой футболке – он шелестит ногами быстрее других. Убивать его смысла нет – я всё равно всех этих гадов здесь вот так из арбалета не уложу. Это попытка попасть в сердце – хочу проверить себя. Проверить – можно ли из дальнобойного оружия попасть в сердце движущейся мишени.

Стрела влетает ему в лоб и отбрасывает назад.

Да уж. Где сердце, а где лоб. Меткий же из меня стрелок.

Новая стрела в женщину в строгом деловом костюме и с кожаной чёрной папкой в руках – зачем ей сейчас папка понадобилась, почему не бросила – выяснить не получится. Скорее всего все эти типы пока просто не понимают что мертвы. То есть, они ведут себя как зомбаки, но им кажется что нормальная жизнь продолжается. Как у них всё это в голове состыковывается – не знаю.

Стрела влетает в грудь дамы, в отличную грудь третьего размера и застревает там заливая кровью пол. И на этой крови дама поскальзывается и грохается головой о мраморный пол. Глухой звук удара черепа о камень еще пару секунд стоит в моей голове.

Увы.

И тот первый мужик в зелёной футболке и эта дама со стрелой в груди – по-прежнему живы… если конечно можно назвать живыми зомбаков.

Стреляю по откату, раз за разом, укладывая одно тело за другим на пол. Сейчас я просто выигрываю время, потому что от выбора который нужно будет сделать совсем скоро – напрямую будет зависеть моя жизнь.

Вернее – останется ли она у меня или я превращусь в одного из этих мертвяков и буду так же разгуливать по улицам жалобно и страшно скуля «больно».

Нужно вот прямо сейчас попробовать новую тактику.

Опять опускать жизнь до нуля совсем не хочется, но сейчас мне если что-то и поможет выбраться из метро – то это способности Блэйда.

Устав жаться к стене, иду вперёд – прямо мертвяков. Когда до первого из них – рослого студента с рюкзаком и портфелем остаётся всего шаг, снова кастую «горгону». Тела вокруг меня с треском примерзают к полу.

Копья у меня уже нет – только арбалет и нож.Придётся обходиться ими. Засаживаю лезвие кинжаластуденту в грудь целясь в сердце – нужно, пока не поздно, тренировать именно этот удар.

Когда цель перед тобой неподвижна, когда впереди у тебя целых десять секунд безнаказанности – попасть довольно легко. Я даже не тороплюсь, медленно просовываю лезвиемежду рёбрами, стараясь не утонуть в чёрной вонючей жиже которая льётся из этих тварей.

Ах да, эта жижа протухшая кровь. Вот если эти гады закусают меня – моя станет точно такой же.

Не нравится? Значит, нужно постараться выжить.

Истекают десять секунд, заморозка «горгоны» проходит, все зомбаки отмерзают, радуются видя что я никуда не делся и только студент с рюкзаком и портфелем валится на землю и уже не шевелится.

Значит, попал. Значит, всё-таки в сердце я могу попадать и с первого раза. Тем более когда никто не мешает.

Жизнь моя от этого замечательного удара конечно не пополнилась – это ведь не был удар высасывающий её до дна, но всё равно приятно.

Эти гады тянут ко мне руки, одна какая-то очень упитанная дама даже почти ухватила меня за ухо, как будто собралась оставить себе его на память.

Снова кастую «горгону» – сейчас нужно просто слить всю свою жизнь в унитаз, а потом… потом нанести тот самый финальный удар в сердце.

Есть!

Вот и всё

Жизнь на донышке.

Хватаю замёрзшую толстую тётку которая так и не успела дотянуться до меня за руку, с хрустом заледеневшей плоти разворачиваю, прижимаю к себе и засовываю нож ей в грудь.

Засовываю и смотрю на остатки своей жизни.

Нет!

Не восполняется!

По моим венам прокатывается ледяная волна – неужели я что-то не рассчитал? Неужели это правило не так просто работает как мне показалось? Что если нужны еще какие-то условия.

Тётка в моих руках начинает подвывать и вырываться, стараясь укусить меня за руку – это нормально – заморозка действует пока я не трогаю цели.

Вытаскиваю нож из огромной груди тётки и засаживаю снова.

Потом еще раз. И еще раз, заливая чёрной вонючей кровь мир вокруг.

Есть!

Всё работает!

Ликуя, смотрю на полную полоску жизни… вот только радость моя длится совсем мало.

Совсем мало.

Потому что из-за спин идущих на меня мертвецов вываливается новая толпа. Очень большая толпа.

Вываливается отрезая меня от турникетов, а значит, и от последнего шанса спастись.

* * *

Глава 6

* * *

Еще секунду назад я думал как мне добраться до выхода?

Смешно.

Сейчас задача превратилась в совсем простую и, одновременно, очень сложную – прожить следующие пару минут.

Выбора уже нет – нужно бежать в боковой проход – тот, который я заметил сразу и который ведёт в глубины станции. Что там меня ждёт? Чёрт, это уже не важно. Совсем важно. Если там внизу можно еще немного пожить – уже отлично, потому что здесь, наверху стало совсем жарко.

Перелетаю через турникет и виду лестницу вниз. Не эскалатор, обычную. Несусь по ней перепрыгивая через ступени, старясь не сломать себе шею. Сейчас главное вырваться из поля зрения преследователей и найти укромное место, в котором можно будет отдышаться. Отсидеться и подумать над своим грустным положением.

Лестница быстро приводит меня на саму станцию, вернее её старый уровень. Новый, который достроили пару лет назад – намного глубже и именно туда ведёт эскалатор.

У подножия лестницы невероятная штука – труп орка и я чуть не кувыркаюсь через него, раньше чем успеваю испугаться.

Зачем этот гад забрался так далеко… и самое главное – что его убило?

Подхожу ближе поглядывая с опаской – не всегда то, что кажется мёртвым – таким является.Вдруг он задремал. Или просто устал и теперь лежит мечтает, заодно разглядывая фрески на потолке.

**********

Имя: ------

Вид. Орки

Статус: Обычный.

Уровень: 1

Душа:0 из 90

Физическая защита: 3

Магическая защита: 0

Урон: 2

**********

Почти всё понятно. Совсем слабенький орк по неопытности сунулся сюда и сдох. Может, просто с лестницы скатился и сломал шею – так сильно старался догнать кого-нибудь из людей. Явных ран снаружи не разглядеть. Может, быть его забили до смерти самые смелые из людей которые спасались от него.

Разглядывать его времени совсем нет, поэтому бегу по перрону и спрыгиваю вниз, на рельсы. А там уже ныряю в темноту тоннеля. Ныряю и затихаю – сейчас нужно понять как себя поведут преследователи, сколько их будет и захотят ли они меня искать или забудут и уйдут.

Некоторое время слышны только шаги. Шаги от многих ног. Потом всё стихает.

Я даже решаю что опасность хотя бы на время миновала, но тут слышу:

– И где он?

– Где-то здесь.

– Думаю, он побежал тоннель.

– Надо посмотреть, только… только я боюсь темноты.

Последнюю фразу произносит женский голос.

Да уж, зомбаки которые боятся темноты… это почти смешно.

– Давайте разделимся и пойдём его искать, – голос пацана. Вроде бы даже того самого, маленького мёртвого ублюдка.

– Лучше подождём его наверху, – отвечает женский.

– Он не вернётся.Он уже уехал.

– Ты идиот? – женский голос становится резким. – Ты не видишь что с поездами что-то не то? Они не ходят. И станция пустая – никого нет. Что-то случилось!

Ну да, случилось – вы превратились в зомби.А еще Москве конец.

– Думаешь, он никуда не денется?

– Конечно.

Я слышу шарканье по лестнице, только на этот раз оно звучит всё тише и тише.

Уходят? Отлично. Теперь бы незаметно подсмотреть остался кто-то здесь или нет.

Начинаю осторожно, стараясь в темноте не сломать ногу о рельсы, красться на свет.

Первым вижу мужика в длинных до колен сиреневых шортах. Стоит спиной ко мне и разглядывает что-то на противоположной стене.

– Ты её видишь? – спрашивает он кого-то, кого я пока увидеть не могу.

– Нет. А ты про что? – отвечает кто-то пока невидимый

– Вот же. Рядом. Тварь на полу рядом с лестницей. Огромную. Зелёную. Видишь её?

– Да. Меня такая же убила…. Кажется. Или мне это приснилось.. я ведь живой.

Ну-ну, живой.

– А мне приснилось будто меня затоптали, – говорит второй. – Ненавижу страшные сны.

Они ничего пока не понимают – и просто не допускают мысль, что умерли, а потом ожили.

– А вон там видишь? Еще одна такая же.

Так, это уже интересно. Я придвигаюсь поближе и осторожно выглядываю. Первым делом вижу еще одного мужика в шортах, только у этого шорты – джинсовые. Белые.

А еще я вижу куда они показывают.

На противоположной стороне железнодорожных путей, прямо над тоннелем, на высоте метров пяти висит огромный орчара. Я такого большого и не видел ни разу… а я многое видел за эти дни. высотой метра три, не меньше. Орк-монстр. Одни только клыки размеров с мою ладонь чего стоят. И человечески черепа на поясе... некоторые совсем свежие, судя по цвету кости.

Висит он на громадном крюке… или скорее не крюке, а стальной основе от люстры. Сама люстра валяется на рельсах. Разбитая.

Судя по всему орк напоролся на поезд и тот забросил его и насадил на крюк.

Он мёртвый и это единственное что успокаивает… или, чёрт! Совсем не успокаивает?

То что было мёртвым легко теперь может стать живым… и, думаю, орков это тоже касается. Хорошо хоть туша висит высоко над землёй, куда тёмная дымка добраться не может.

**********

Имя: ------

Вид. Орки

Статус: Обычный.

Уровень: 99

Душа:0 из 9500

Физическая защита: 270

Магическая защита: 0

Урон: 350

**********

Что?! Орк девяносто девятого уровня?! Ходячая машина смерти! И этот урон в 350 – это ведь без оружия. Кулаками.

Жесть.

Хорошо хоть мёртвый.

– Ты посмотри, – тип в сиреневых трусах показывает на орка рядом с лестницей. – Он шевелится или мне кажется?

– И правда шевелится, – без особого испуга говорит тип в джинсовых шортах.

Ну да, думаю, он потерял страх смерти вместе с жизнью.

Орк не только шевелится, но еще и глаза открывает. И видит склонившихся над ним людей.

– Гра-ах! – рычит он показывая свои огромные клыки.

Первый мой порыв – выскочить и спасти эту пару идиотов, но потом вспоминаю что спасать уже некого – и орк и они теперь мои враги.

– А как он мог так ожить? – спрашивает мужик в сиреневых шортах и склоняется над орком ниже, наверное, чтобы разглядеть что-то там получше. Зря он это делает – огромные лапищи орка поднимаются, хватают бедолагу за голову и с громким треском ломают шею.

Тело мужика в сиреневых шортах утыкается в нижнюю ступень, валится и замирает.

– Макс, он убил тебя? – вполне себе спокойно интересуется тип в джинсовых шортах.

Когда у кого-то совсем пропадает страх смерти – это выглядит странно и.. жутковато.

– Нет, – неожиданно для меня глухо отвечает Макс и начинает вставать.

Он встаёт, шатаясь разглядывает лежащего на полу орка, затем поднимает ноги и пяткой в сандалиях заезжает прямо в зелёный нос.

Орк хрипит, хватает Макса за ногу и отбрасывает его. И встаёт.

Я только сейчас понимаю – эта маленькая бойня между двумя зомби людьми и зомби-орком будет бесконечной.

Если, конечно, они не додумаются что убивать друг друга нужно ударом в сердце…

Орк вытаскивает из ножен кинжал и замахнувшись засаживает мужику в сиреневых шортах в грудь. В грудь, но не в сердце. Пол тут же начинает заливать вонючая чёрная жидкость…

Мужик в сиреневых шортах смотрит на свою чёрную кровь, удивляется – это видно по его лицу, трогает её пальцами, а потом подносит ко рту и пробует на вкус.

Фу.

– Почему она чёрная? – спрашивает он у… орка. Да, у орка и это очень забавно.

– Гра-ах! – рявкает тот и засаживает свой кинжал теперь мужику в джинсовых шортах. И теперь у того начинает расползаться по белой футболке чёрное пятно.

– Вот же мудак! – говорит Макс – тип в сиреневых шортах. Говорит и пинает орка ногой.

Пинает неумело и, кажется, тот даже не замечает атаки.

Орк начинает тыкать своим кинжалам в грудь мертвякам в тщетной надежде что следующий удар, наконец, станет смертельным.

Бедняга, он, наверное, ничего не знает о зомби.

И о том, что сам теперь уже зомби тоже.

– Он меня всего истыкал ножом, – в голосе Макса возмущение.

– И меня, – поддакивает его друг стараясь уворачиваться от не слишком быстрых ударов орка.

Нет.

Я конечно не против смотреть это шоу и дальше, но лучше закончить.

Кидаю под ноги троице «Горгону», выбираюсь из своего укрытия, забираю из заледеневших рук орка кинжал и неторопливо, хорошенько прицелившись загоняю всем троим по очереди его в сердце.

А потом смотрю на три тела у своих ног…и радуюсь за них. Теперь они успокоились навсегда.

Сверху, с лестницы снова раздаются шаги и я снова ныряю в темноту тоннеля – надо быть осторожным.

То, что я пока жив – отлично. Что делать дальше – сейчас придумаю.

Как вариант идти по рельсам в сторону Москва сити. Это не так сложно как кажется, ведь станция «Деловой центр» не так уж и далеко отсюда. Скорее даже близко.

Идея отличная, жаль только у неё есть один серьёзный недостаток.

Фарго! Мне придётся бросить его.

А может и не придётся – кто мешает мне вернуться домой, взять любого из маунтов подешевле и вернуться за Фарго?

И даже кабанчика на котором я прилечу не нужно будет бросать если вернусь я не один.

Мысль обжигает – я ведь взорвал портал! Со всеми передрягами этого безумного дня я просто-напросто забыл об этом!

А это значит… значит совсем скоро конец? Конец всему этому аду? Можно, конечно, спорить, но нечего оркам делать здесь теперь, ведь конфетку за которой они примчались я раздавил. Наступил и раздавил.

Ха!

Настроение резко поднимается.

Дгалы… или как их там зовут, по логике тоже должны свалить. Нежить, которую я видел за укреплениями орков на окраинах… и она должна уйти. Надеюсь.

Вот зомбаки…

Это, пожалуй, единственна серьёзная опасность которая останется.

Но мы справимся – мы, выжившие из людей, справимся. Тем более что у всех зомбаков первый уровень… легко. Это будет легко.

А потом мы очистим улицы от трупов, наведём порядок в городе и заживём. Как раньше. Или даже лучше – ведь в универ я буду летать на Фарго.

Чёрт, это прикольно!

– Помоги, – тихий шёпот и касание ледяных мёртвых рук и я подпрыгиваю.

Подпрыгиваю и бегу обратно на свет – кто бы мог подумать что там в тоннеле тоже будут горы трупов… которые потом оживут.

Выпрыгиваю, оборачиваюсь и вижу десяток человеческих фигур вслед за мной выступающих на свет.

Кидаю "горгону" прямо в толпу и прыгаю вслед за ней – первой из замерзших стоит симпатичная девушка с длинными прямыми русыми волосами и в коротком платьице чуть выше колен. Жаль. Всех жаль когда они умирают, но красивых девушек особенно жаль.

Замахиваюсь и засаживаю нож ей в сердце, промахиваюсь – я точно вижу что промахиваюсь, вытаскиваю нож и снова замахиваюсь…

И тут вижу красную кровь из раны.

Что?! Она жива?!

Они все живы?!

Бросаю нож на землю и подхватываю стройное оседающее на рельсы тело.

И тут же лезу за сосудом с душой. Присаживаюсь, устраиваюсь так, чтобы одной рукой можно было вливать лекарство в рот девушки, а другой заткнуть её рану в груди – слишком быстро уходит кровь.

Когда бутылка заканчивается оглядываю испуганных людей замерших вокруг меня. Мужчины, женщины, ребёнок вцепившийся в руку матери, старик.

– Вы живы? – спрашиваю.

Они, кажется, не понимают мой вопрос, но кивают головами.

– Дымка, – поясняю я показывая на чёрный туман стелющийся по полу. – Она оживляет мертвых. Превращает их в зомби.

– Так странно – они будто не понимают о чём я говорю.

– Что произошло? – спрашивает старик выступая вперёд. – Там наверху – что произошло?

И тут я понимаю!

Они почти ничего не знают! Ехали себе на работу или еще куда-то по своим делам в метро, на выходе столкнулись с зелёными тварями убивающими направо и налево, убежали вниз, в тоннель и сидят здесь. И даже не представляют что за ад творится там, наверху.

– Там всё плохо, – говорю я. – Но есть и хорошие новости, – я касаюсь груди девушки на своих руках – удары сердца есть и это хорошо. И рана, ужасная рана, уже начинает затягиваться.

– Пожалуйста, расскажите нам о том, что там произошло, – это мама с ребёнком.

Ну как им коротко рассказать чтобы и поняли и поверили? Все ли из тех, кто окружил меня сейчас – знают слово орк?

Сомневаюсь.

– Орки, мертвецы, самые разные гады пришли в Москву. Всех убивают. Вообще всех – там почти не осталось живых.

– А полиция? – спрашивает мама с ребёнком.

Полиция. Странно дело, но за эти дни я не видел ни одного живого полицейского… ну если не считать тех упырей на трассе. Мёртвые – попадались, да. Живые – нет. Спрятались? Бежали?

Может «сверху» поступил какой-нибудь хитрый приказ и всё отступили и пытаются понять что здесь вообще происходит?

И армия? У нас же в стране есть армия? Почему она не вошла в город? Или она пыталась войти и…

Мне становится не по себе.

Нежить? Орды нежити на окраинах – сможет ли прорваться через такое армия? Я бы посмотрел на такую битву… в кино.

Армия – это большая сила, но и у нежити, уверен, припасены свои сюрпризы. Свои магические сюрпризы... вроде этой чёрной дымки.. или еще чего-нибудь пострашнее.

Хотя куда уж страшнее.

– Нет, полиции, – отвечаю я. – Не помогла бы полиция – там миллионы этих гадов.

Киваю на тушу орка возле ступеней.

– А теперь будет еще больше – мертвецы оживают. Дубинки и пистолеты полиции против такого бесполезны.

Девушка, наконец, открывает глаза. Замечает меня и очень сильно пугается. И начинает вырываться. Я бы отпустил её, но пока лучше подержать рану заткнутой.

– Прости, – говорю я. – Я думал ты оживший мертвец. Потому и ударил ножом. Целился в сердце – только так можно остановить оживших. Целился в сердце и, к счастью, – не попал. Иначе бы тебе уже никаких лекарства не помогли бы.

Тот самый редкий случай когда радуешься тому, что промахнулся.

– Скоро всё заживёт, – я показываю ей пустую бутыль от лекарства, и тут же, чтобы не забыть прячу её в инвентарь – бутылки на вес золота.

Вижу изумлённые лица вокруг и не сразу понимаю – они все офигели от того, что бутыль просто растаяла у меня в руках.

– Ага, – говорю я. – В мир пришло волшебство. И это, пожалуй, не самая плохая новость.

– Я вот прилетел сюда на драконе, – зачем-то добавляю. Наверное, хочу увидеть еще больше удивления на их лицах.

Получается.

– На драконе? – малыш вырывает руку из прочной хватки матери и начинает прыгать, хлопая в ладоши.

Хорошо что недолго – мать хватает его, поднимает в воздух и прижимает к своей груди. Симпатичная молодая мама, симпатичная большая грудь… мне нравится.

– Ты летал на драконе? – не унимается малыш.

– Да.

– И где он?! – детёныш восторженно хлопает ресницами.

– Здесь недалеко. Он ранен. Очень сильно ранен. И как только выздоровеет – улечу на нём обратно.

Сам говорю это и тут же понимаю – не улечу. Так просто – не улечу. И дело даже в не том, что пока не знаю как прорваться через толпу мертвецов к выходу. Эти люди – я не могу их здесь бросить.

Пересчитываю взглядом – их восемь. И девушка на моих руках – девятая. Нужно как-то помочь им.

– Там больше никого нет? – киваю в темноту тоннеля.

Они переглядываются. Очень странно переглядываются.

Так, похоже, всё немного сложнее.

– И сколько там еще вас?

Снова переглядываются, немного растерянно.

– Никто не считал, – говорит старик.

– Понятно, что никто не считал. Но примерно. Трое, пятеро, десяток?

Что-то непонятное с их лицами сейчас происходит.

– Может десять, – не слишком уверенно начинает старик. – Или двадцать… Или тридцать.

Ну даже не знаю – между десять и тридцать очень большая разница, легко на взгляд оценить.

– Тысяч, – добавляет старик и мне резко плохеет.

Тридцать тысяч?!

Я пытаюсь представить эту цифру. Это даже не толпа. Где они там? В ужасе забились в тёмные тоннели?

И… это самое безумное – если этот старик сказал про тысячи живых людей – это означает только одно – их здесь намного больше. Он сказал только о тех, кто рядом, кого сам видел.

Миллионы?

Сейчас в метро миллионы потерянных людей, голодных испуганных, ожидающих помощи?

Это хорошая новость и… ужасная новость. Что с ними со всеми делать?

– Тысяч? Вы не ошиблись? – на всякий случай уточняю.

– Не знаю. Но там. – старик машет в сторону тоннеля. – Всё забито. И станция тоже… Киевская. Я там был. Потом пришёл сюда. Женщины, дети. Очень много. Тесно. Плачут.

– Скажите, – он присаживается рядом и трогает меня за руку. – Наверх нельзя выходить?

Тот редкий вопрос на который я знаю ответ.

– Нет, – качаю головой.

Миллионы живых людей появившихся на улицах Москвы очень быстро превратятся в миллионы трупов, а потом – оживут и станут армией зомби. Немыслимо огромной, непобедимой арией зомби.

– Нет, – снова повторяю я и чувствую как по моей коже пробегает холодок. – Не дай Бог вам всем выйти наружу. Этому миру точно наступит конец.

Сзади вдруг раздаётся тяжелый хрип. Хрип и лязг металла. Сначала я вижу ужас в глазах тех, кто стоит рядом, а потом оборачиваюсь...

Оборачиваюсь чтобы увидеть как оживает огромная туша орка висящего на стене над тоннелем...

* * *

Глава 7

* * *

Оживший зомби-орк девяносто девятого уровня?!

По моей коже пробегает очень и очень неприятный холодок. Одна эта тварь сможет безнаказанно умертвить всех, кого найдёт на пути… а найдёт она немало, если вспомнить о тысячах людей совсем близко от нас.

А еще – она прикончит меня, потому что способа остановить зомби-орка девяносто девятого уровня я не знаю.

Отрубить голову такому? Добраться до сердца? Это так смешно… что орчара будет смеяться первым и громче всех. Будет смеяться весело хрустя моими поломанными костями.

Ненавижу безвыходные ситуации.

Ненавижу!

Бежать наверх прямо в объятия толпы зомби? Может там и есть шанс, если не сделать ни одной ошибки и продумывать каждый удар, но… оставить этого орка хозяйничать здесь? Очень неприятная правда состоит в том, что один этот орк способен залить кровью всё здесь, ведь никто его не остановит. Никто.

И я.

Или я могу?

Если прямо сейчас не теряя ни секунды, пока он еще толком не пришёл в себя попробовать перерезать ему горло. Или нащупать лезвием ножа сердце.

Какой у меня шанс выжить если я решусь на такое?

Маленький.

Точно не посчитать, но он примерно равен нулю.

Не разрешая себе думать дальше прицеливаюсь и выпускаю стрелу из арбалета в сердце орку – там где у него должно быть сердце, если он не мутант какой-нибудь. Стрела влетает ему в живот и застревает там звеня древком.

Ну печально же так промахиваться!

Тем более печально что орк от моего выстрела будто начинает оживать еще быстрее. Словно я помог ему проснуться… от вечного сна.

И жизнь – его жизнь… когда я первый раз увидел её она была равна нулю, а теперь…

Имя: ------

Вид. Орки

Статус: Обычный.

Уровень: 99

Душа:1350 из 9500

Физическая защита: 270

Магическая защита: 0

Урон: 350

**********

Ну да, он оживает! А значит… совсем скоро его душа наполнится до верхней планки в почти десять тысяч.

И тогда мне даже попадание в его сердце не поможет.

Снова стреляю, на этот уже не целясь в сердце – есть задача поважнее – опустить жизнь оживающего орка как можно ниже.

И только потом уже пробовать добить в сердце.

Каждый мой выстрел отнимает у гада всего по полторы сотни единиц – и это мне еще повезло что защита у орка не слишком велика – доспех его порядком раскурочен ударом поезда.

Еще пяток стрел – в грудь, голову, живот и картина становится приятнее:

**********

Имя: ------

Вид. Орки

Статус: Обычный.

Уровень: 99

Душа:110 из 9500

Физическая защита: 470

Магическая защита: 0

Урон: 350

**********

Вот теперь самое время запустить ту роковую стрелу в сердце которая остановит орка навсегда.

Стараясь не дышать и не спешить прицеливаюсь… нет, если не везёт, то уже не везёт – прежде чем я нажимаю спусковой крючок орк с треском ломает крюк на котором висит и обрушивается на рельсы.

Пару минут он лежит пытаясь прийти в себя и я торопливо выпускаю пару стрел, которые обнуляют его жизнь… да, они и правда обнуляют его жизнь, вот только для зомби, оказывается, это ничего не значит. Для них это не смерть… потому что они уж мертвы.

Орчара начинает вставать, натыкается на обломки моих стрел, вырывает их из себя, а потом начинает оглядываться в поисках обидчика.

То есть, меня.

Найти не сложно, потому что в холле станции я остался один – мои новые знакомые предусмотрительно попрятались в надежде выжить.

И правильно сделали. Я бы тоже спрятался… вот только что сделать с орком.

Запоздало догадываюсь о том, что упустил один отличный выход. Я и правда мог спрятаться вместе с другими.

Что сделал бы орк?

Он бы пошлялся немного по станции, пожевал бы трупы если бы нашёл, а потом… потом он вполне мог пойти вверх, на свет. Прямо в толпу мелких зомби-людишек.

Для него они совсем не опасные противники, смешные даже, он бы их голыми урками разметал, а ведь где-то поблизости и его оружие должно валяться. Он разметал бы их, а потом выбрался на поверхность земли… и пошёл бы гулять.

Он освободил бы мне путь наверх… чёрт, ну почему я не сообразил этого раньше чем сделал первый выстрел в грудь ему. Ну почему?!

Мысль, гениальная до безумия, вдруг осеняет меня.

Там, в клетке посреди сквера, когда я копался в свитках сигилов я видел один со смешным названием.

"Анимация"

Тогда он мне показался совсем бесполезным… там в клетке посреди огромной толпы сигил оживляющий и подчиняющий мертвеца и правда был бесполезен.

Тогда, но не сейчас.

Сейчас, если мне удастся подчинить эту машину смерти… я даже не хочу думать как мне нравится эта идея.

Засылаю еще одну стрелу в грудь орку, а сам бегу в сторону колон – мне нужно спрятаться и выиграть хотя бы немного времени для того, чтобы найти нужный свиток в инвентаре.

И заодно еще раз прочитать описание сигила – вдруг я его там, в клетке, неправильно понял.

Пробегаю первую колонну, вторую, третью, а за четвертой затихаю. Затихаю и сразу лезу в инвентарь.

Вот он!

«Анимация»

"Оживляет и подчиняет мёртвое существо. Обязательное требование – оно должно быть убито вами".

Вроде всё правильно.

Анимация – это оживление.Вот мне и нужно как-то сначала прикончить зомби-орка, а потом попробовать оживить…и самое интересное – подчинить.

Ручная машина смерти – что может быть лучше.

А его девяносто девятый уровень – это просто сказка. И я пока не готов в неё поверить.

Громко топая туша пролетает мимо меня, подарив тем самым еще немного времени. Очень сильно хочется повесить «анимацию» прямо на арбалет, но тогда каждый выстрел его начнёт отжирать мою душу, а мне это совсем не нравится. Цепляю печать на кинжал – им то и буду воскрешать тварь.

Но сначала нужно её как-то добить, потому что пока орк выглядит бодрым и восстанавливает свою жизнь с каждой секундой.

Выныриваю за его спиной и посылаю вслед две стрелы. Одну за другой.

Жизнь его обнуляется и это отличный шанс не откладывать на потом то, что можно сделать сейчас. Бегу вслед, с лёгким ужасом видя как разъярённая мёртвая махина разворачивается в мою сторону.

Ничего страшного… если не бояться.

А бояться я себе позволить не могу никак.

Когда между нами остаётся пару метров, когда орк уже замахивается собираясь расплющить меня о мраморные плиты пола кидаю ему под ноги «горгону».

Туша застывает каменея, а я не останавливаясь, на бегу, в прыжке, засаживаю ему лезвие в грудь.

Орк огромен, почти в два раза выше меня, поэтому цепляюсь одной рукой за его бычью шею, а второй достаю нож и снова засаживаю.

Понять попал или нет – пока нельзя. Буду надеться что один из двух ударов всё же оказался точным.

Бог любит троицу, но времени на новый удар просто нет – окаменение орка проходит.

Проходит… и ослабевшие ноги его подкашиваются.

Падает лицом в пол и затихает заливая всё вокруг тёмной кровью.

Получилось?! Он мёртв?

По настоящему мёртв?! Жду. Недолго – минуту наверное, потом подхожу и пинаю неподвижную тушу ботинком.

Не отзывается и не обижается.

Сажусь рядом и облегчённо выдыхаю – хотя бы немедленная смерть мне уже не грозит.

Пора приступать к самому интересному и… будем говорить честно, я пока не верю в то, что из этого что-то получится.

Как-то с трудом верится что вот эта туша рядом со мной не просто оживёт, но еще подчиняться мне согласится.

Уверен, что-то пойдёт не так.

И я даже примерно догадываюсь что – оживить может и получится, но вот подчинить – вряд ли.

И что я тогда буду делать?

Как бы мне не хотелось приступить к ритуалу прямо сейчас нужно подготовится к худшему.

Прежде чем засунуть кинжал в мёртвое тело оглядываюсь, примерно оценивая в какую сторону побегу если что-то пойдёт не так как хотелось бы.

Потом забираюсь на спину орку и с размаху засаживаю лезвие кинжала ему в шею – в то самое место где она соединяется с огромным черепом.

А потом спрыгиваю я отбегаю подальше – пусть между нами будет хотя бы десяток метров.

Сначала туша лежит так же неподвижно как и лежала, а только потом я замечаю что-то похожее на слабое шевеление.

******

Имя: ------

Вид. Орки

Статус: Обычный.

Уровень: 99

Душа:15 из 9500

Физическая защита: 470

Магическая защита: 0

Урон: 350

**********

Да! Жизнь начала пополняться… Первая часть сигила сработала только вот радоваться пока не хочется. Пока я своими руками оживил врага с которым справится было нелегко.

Вдруг, с холодком в душе понимаю что не знаю как эту тварь подчинить себе. Что если нужно какое-то хитрое слово.

Или команда.

Или знак.

Судорожно лезу в описание скила…

"Оживляет и подчиняет мёртвое существо. Обязательное требование – оно должно быть убито вами".

Перечитываю раз десять в поисках скрытого смысла.

Пока я перечитываю орк встаёт.

Встаёт и начинает так оглядываться, словно родился заново. Увидев меня издаёт вопль, от которого у меня вздрагивают перепонки в ушах. Лицо у него сейчас совсем не выглядит добрым. Наоборот – вполне себе свирепое.

Я собираюсь бежать, но орк вместо того чтобы наброситься и растерзать меня начинает оглядываться. Оглядываться так будто что-то потерял. Что-то очень важное.

По его морде делаю вывод что убивать голыми руками он меня не хочет, и ищет подходящее оружие.

И находит: громко и радостно ревя сигает на рельсы – примерно там он недавно висел.

Сигает, я слышу лязг метала и снова вижу орка… только на этот раз он уже с огромной двуручной дубиной. Такой огромной, что она больше похожа на железный бочонок насаженный на лом.

Нет никаких сомнений в том, что один удар этого бочонка весом в тонну оставит от меня на мраморном полу мокрую кучу из мозгов, крови и переломанных костей.

Орк идёт ко мне, я пытаюсь в последние мгновения перед тем, как убегать понять – сработал сигил или нет.

– Стой! – кричу я ему голосом заклинателя.

По фиг.

Он даже не замедляется, даже не прислушивается. Как будто я не приказывал ему что-то, а просто стоят и ковырялся в носу.

– Я твой хозяин! – говорю я отступая на шаг назад.

Снова никакой реакции.

Идёт медленно, но неотвратимо и, кажется, прицеливается – куда мне можно своей дубиной заехать.

– Я тебя накажу! – пробую последний довод я.

Нет, он идёт ко мне громко сопя, а я отступаю, на ходу обдумывая что мне теперь делать дальше. То, что эта тварь не бежит на меня, а просто идёт может означать лишь что молот у него тяжелый. С таким не набегаешься.

Смотрю на его жизнь, которая быстро и безнадёжно наполняется.

************

Имя: ------

Вид. Орки

Статус: Обычный.

Уровень: 99

Душа:840 из 9500

Физическая защита: 470

Магическая защита: 0

Урон: 350

**********

Выпускаю стрелу в грудь – толку от этого нет, но нужно же что-то делать.

Орк останавливается, наклоняет голову вниз, да так, что позвонки на его шее трещат, и с удивлением разглядывает стрелу.

Он смотрит на стрелу, потом на меня, потом снова на стрелу и снова на меня. А потом вытаскивает её и швыряет.

Не в меня, на пол.

И снова идёт ко мне.

Я вдруг вижу людей – тех самых с которым познакомился недавно. Они выглядывают из-за угла тоннеля с ужасом на лицах наблюдая за моим приключением… которое, судя по всему, скоро закончится плохо.

Для меня.

– Беги же! – вдруг вскрикивает кто-то… и этот «кто-то» – та самая девушка, которую я чуть не убил совсем недавно, а потом всё-таки вытащил с того света.

Ну зачем она это сделала?!

Орк забыв обо мне останавливается и начинает прислушиваться и приглядываться пытаясь понять откуда раздался голос.

Еще немного и он найдёт там людей. Найдёт, убьёт… а потом вернётся за мной. Чёрт, ну как его подчинить то!

Я что-то сделал не так, но вот что именно – не могу понять. Или сигил подчинения не действует на врагов сильно выше моего уровня.

Это было бы логично… наверное. Но с другой стороны – там же в описании есть обязательное требование к тому, чтобы враг должен был быть убит моей рукой. И если я в силах завалить такого врага, то и управлять им имею право. Разве нет?

Тоже логично.

Я вдруг очень сильно жалею, что за несколько лет в игре ни разу не попробовал этот сигил.

Кто-то снова вскрикивает – наверное от страха и для орка этого оказывается достаточным чтобы сорваться с места и, тяжело топая, побежать на звук.

Побежать! А это значит молот для него, несмотря на все свои размеры, не такой уж и тяжелый.

Бросаю ему вслед «горгону» – пусть у людей там в тоннеле будет хотя бы небольшой шанс спастись.

Надеюсь, они не будут тупить, а возьмут ноги в руки и побегут быстрее ветра. Или затаятся так, чтобы эта махина их не нашла.

Те десять секунд пока действует окаменение листаю свои игровые заметки в блокноте – вдруг я что-нибудь, когда нибудь написал про «анимацию».

Нет, ничего такого.

Окаменение проходит и я бросаю новое – пусть врагпостоит, а я поищу еще немного.

Нет!

Я никогда не интересовался этим скилом и моя память меня не обманывает.

С лестницы, той самой что ведет наверх, к толпе зомби, вдруг раздаётся шум.

– Почему-то он не поднимается, – говорит кто-то. – Я устала ждать.

Ясно, меня заждались там наверху и терпение у зомбаков, судя по всему, уже на исходе. Ринутся ли они сюда все или зашлют пару гонцов-разведчиков – сейчас увидим.

На лестнице двое. Полная тётка с отвислыми щеками и мужик, сутулый, лет сорока и с бейсбольной битой в руках.

Бейсбольная бита?!

Где он её раздобыл? С такими вообще пускают в метро?!

Или прямо здесь продают?

– Ты его оглуши, а дальше – я, – говорит тётка остановившись на последней ступени, наклоняясь и вглядываясь.

Кровожадные они.

Мужик спрыгивает со ступеней первым и тоже начинает зорко вглядываться, выискивая среди стоек и колонн добычу… то есть меня.

Хорошая новость состоит в том, что меня не так просто разглядеть со стороны лестницы, а вот я гостей вижу отлично.

– Мне кажется или там кто-то стоит? – говорит мужик и показывает в мою сторону битой.

Проклятье, они глазастее чем я ожидал.

Прижимаюсь к колонне и выждав пару секунд выглядываю.

Они медленно, наклонив головы и прислушиваясь, идут в мою сторону. Впереди мужик с битой, позади тётка с обвисшими щеками.

Я неудачно поворачиваюсь и арбалет задевает своей рукоятью колонну. Раздаётся глухой звук который лишает парочку разыскивающую меня последних сомнений.

– Я же говорил – он там, – говорит мужик и поднимает биту выше.

– Просто оглуши его, – говорит тётка жадно причмокивая. – Пусть останется живым. Отдай мне его живого.

Она извращенка?

Зачем я ей живой? Насиловать что ли собирается?!

Ладно, прятаться уже нет смысла. Их только двое – теперь я в этом уверен. Самые нетерпеливые. Остальные, там наверху, пока, кажется, готовы ждать.

Может та толпа наверху вообще решат что самое правильно подняться на поверхность. Там и сытнее и веселее.

Не то, что здесь.

Парочка тем временем, видит меня и радостно замирает. Да, радостно – я вижу это на их лицах.

– Просто стукни его по голове и отходи, – командует тётка сверкая глазами. – Или дай мне эту палку.

Обзывать бейсбольную биту палкой – что может быть страшнее такого оскорбления.

– Я первый её нашёл, – мужик прячет биту за спину.

Прячет и сразу же получает смачную пощёчину от тётки:

– Придурок! – говорит она и отбирает биту.

Ясно, семейная пара. И главный у них явно не мужик.

Я собираюсь кинуть горгону им под ноги, а потом не спеша прикончить, когда за спинами парочки появляется орк. Появляется он совсем не бесшумно и те сразу оборачиваются на лязг за спиной.

–Ты кто? – спрашивает тётка у орка тряся своим щеками. В голосе нормальное такоелюбопытство.

Страха нет вообще, только любопытство.

Я в каком-то смысле даже начинаю завидовать зомбакам – это же прикольно вообще ничего не бояться.

Орк вместо ответа замахивается молотом и сносит тётку с пола, отшвыривая куда-то далеко на рельсы. И ничего не остаётся от неё… кроме тонкой дорожки чёрной крови.

– Зачем ты это сделал? – интересуется мужик, но на его лице вместо страдания написано неожиданное облегчение. Кажется, жена ему уже немного надоела.

Следующий удар молота отправляет и мужика в ту же сторону, в которую улетела и тётка.

Неразлучны.

А потом орк разворачивается ко мне.

Кидаю ему под ноги «горгону» так и не придумав что делать дальше.

Он каменеет на десять секунд, потом отмерзает и скривившись говорит:

– Ну, может, хватит? Ну пойдём уже куда-нибудь, владыка. Скучно же.

* * *

Глава 8

* * *

Сначала я просто не верю своим ушам. И даже снова собираюсь кинуть орку под ноги «горгону» И даже послать ему в лицо несколько стрел…

Тем более, что орк идёт на меня, эта огромная махина девяносто девятого уровня идёт на меня… и с громким лязгом тащит по полу свой гигантский молот залапанный в крови.

– Замри! – говорю я и орк замирает разглядывая меня.

– Подними молот!

Поднимает.

– Опусти!

Опускает.

– Повернись ко мне спиной!

Поворачивается.

– Станцуй!

Смотрит на меня через плечо, качает головой и говорит:

–Может не надо?

– Надо! Я не извращенец – просто сейчас мне важно понять – всё получилось или мне только кажется что получилось.

– Ладно, – он подтаскивает молот поближе вспарывая им плитку пола и начинает выделывать неуклюжие па, опираясь на руку молота, словно она шест для танцовщицы в ночном клубе.

– Смешно, – говорю я. – Принято.

– Всё? Танцев хватит? – спрашивает он.

– Хватит, – решаю я. – Ты будешь делать всё, что я скажу?

– Да, – не задумываясь тут же отвечает он, – но прошу тебя, владыка, не заставляй меня совокупляться со зверями – это позор для орка.

– Договорились, – я пытаюсь представить кто и зачем мог заставить орка заниматься сексом со зверем. – Как тебя зовут?

– Кроморвоч, владыка.

– Забудь его, – приказываю я.

О такое имя можно язык сломать… да и не запомнишь никогда – придётся с собой таскать листок с подсказкой.

– Я дарю тебе новое имя, – объявляю я.

– Спасибо, владыка. Ты скажешь мне его или это будет тайна?

– Да. Сейчас скажу, – я торопливо верчу мозгами чтобы придумать что-нибудь подходящее.

И придумываю.

Вернее – вспоминаю. В какой-то очень старой игре так звали громилу. Он не был орком вроде бы… или был? Или это был мутант? Нет, уже не вспомнить.

– Маркус – вот твоё новое имя! – торжественно объявляю я.

В то, что у меня есть слуга девяносто девятого уровня пока верится с трудом, хотя вот же – стоит передо мной и почёсывает своё огромное потное волосатое тело длинными кривыми нестрижеными ногтями.

– Спасибо, владыка. – кланяется орк. – Оно мне нравится.

– Ты когда-нибудь мылся? – интересуюсь я – от Маркуса воняет так, что хочется нос заткнуть.

– Нет, владыка. Никогда!

– Это тоже позор для орка?

– Нет. Просто меня никто не научил.

– Я научу, – успокаиваю я его, обдумывая где можно помыть эту машину смерти. Москва-река недалеко отсюда, но может есть варианты поудачнее. Например, мойка авто в каком-нибудь сервис центре. Струя помощнее и химии добавить чтобы смыть этот многолетний пот.

– Сколько тебе лет, Маркус? – спрашиваю.

Задумывается. То ли вспоминает, то ли считает.

– Тридцать шесть, – отвечает.

Тридцать шесть лет не мыться – это да. Это серьёзно.

– Ты должен защищать меня, – напоминаю я ему о самом главном.

– Да, владыка.

– Всегда!

– Да, владыка.

– Даже ценой своей жизни.

– Конечно, – он почтительно наклоняет голову.

Этот чёртов сигил работает!

Знал бы я о нём раньше – всё могло бы быть иначе!

Хотя… не случись этой истории с зомбаками как бы я смог убить такого сильного орка? Только мелких, а от мелких толку мало.

Теперь нужно придумать что делать дальше, ведь Маркус – моё новое оружие. И очень сильное оружие. Просто добраться с его помощью до Фарго, наверное, будет несложно, но что делать потом? Бросать этого огромного орчару?

Нет, обидно будет потерять такую защиту. Тем более что найти другого орка такого высоко уровня и подчинить его себе будет очень сложно. Нереально сложно.

Интересно – выдюжит ли Фарго на своей спине эту махину? С точки зрения игровой системы – да. Ей всё равно кто сидит на спине маунта…

Короче, надо попробовать. Будет забавно вернутся домой живым и орчарой на спине Фарго.

Все удивятся – это факт. А еще больше удивятся тому, что я взорвал этот чёртов портал… и всё скоро закончится.

Осталось придумать что делать с людьми здесь в метро.

Бросать их уж точно нельзя, но и спасти тоже всю эту толпу вряд ли получится.

– Эй! – машу я рукой в сторону тоннеля. – Выходите! Опасности уже нет.

Я вижу как они выглядывают и не верят мне. Ну конечно, когда видишь орка с молотом, который выше человеческого роста поверить в то, что опасности нет трудно. Даже невозможно.

Они высовываются. Но подойти не решаются.

– Это свой! – я показываю на Маркуса. – Он не обидит вас.

– Ты же не обидишь их? – спрашиваю у него.

– Могу обидеть, могут не обидеть, – он играет мускулами на своей бычьей шее. – Как скажешь, владыка.

– Нет. Их не обижай. Они мои друзья.

«Друзья» подходят. Не все, только двое – девушка, та самая девушка, которую я чуть не прибил и старик. Остальные благоразумно остаются в темноте, не доверяя приветливому выражению на лице орка.

И старик и девушка останавливаются в нескольких шагах от нас с Маркусом – и это понятно, я бы тоже на их месте не рискнул подойти ближе.

–Мы с друзьями, – начинаю я. – Нашли безопасное место. Это близко – в Москва-Сити. Нас там совсем мало… пока. Я не знаю сможет ли деловой центр вместить всех кто сейчас прячется в метро, но… нужно попробовать. Попробовать спасти всех, кого можно спасти.

Они не сводят глаз с меня и я вижу как жадно они ловят каждое моё слово. Ну еще бы – заточённые под землёй,несколько дней без еды, не понимая что происходит там наверху, снаружи.

– Мне сейчас нужно вернуться домой… к друзьям. Они, наверно, думают что я мёртв… Я вернусь и мы с ними обязательно что-нибудь придумаем. Придумаем как спасти вас. Это быстро – потерпите еще день… или два. Ладно?

В их глазах паника и я понимаю почему. Я пришёл сверху, живой и тем самым дал надежду, а теперь ухожу. Просто ухожу, оставив вместо себя обещание вернуться. Всего лишь обещание вернуться.

Я вдруг понимаю – они не верят мне. Уверены что я не вернусь.

– Как тебя зовут? – спрашиваю у девушки.

– Дарья… Даша, – тут же поправляется она.

– Ты можешь пойти со мной, Даш. И ты вместе с моими друзьями будешь думать как помочь остальным. Хорошо?

Она кивает. И вот теперь я вижу огонёк надежды даже в глазах старика. Ну да, зачем мне брать кого-то с собой, если я не собираюсь вернуться.

– Мы вернёмся сюда, именно сюда, – поворачиваюсь я к старику. – Через день или два… если что-то пойдёт совсем не так, то через три. Но мы обязательно вернёмся.

Он кивает.

– Постарайтесь остаться в живых, – продолжаю я. – Сейчас там наверху будет много зомби… и они опасны. Если нужно уйдите глубже в тоннели. Я найду вас.

Потом оборачиваюсь к Маркусу:

– Ты готов стать машиной смерти сметающей всё на своём пути?

* * *

Мне нужен план и он приходит в голову довольно быстро.

Маркуса пускаю вперёд на всю эту зомбо-мелочь, а сам иду сзади, готовый в любую секунду присоединиться к бою. Мелкие-не мелкие, но этих тварей там вверху так много, что навалившись толпой они могут загрызть даже самую страшную машину смерти.

Кстати…

– У тебя есть чем подлечиться? – спрашиваю у Маркуса.

Его здоровье уже выросло до максимума и я только сейчас понимаю как сильно мне повезло, ведь Маркус не просто подчинённый мне орк очень высокого уровня, а еще и орк-зомби, убить которого можно только ударом в сердце.

– Нет владыка, – он качает головой. – Есть немного мяса.

И лезет в своё сумку на поясе. Достаёт из неё смрадный кусок какой-то падали и суёт мне под нос.

– Тьфу, – отплёвываюсь я. – Прекрати. Это слишком изысканное блюдо, я не готов.

Лезу в инвентарь.

Интересно – сосуды с душой действуют на зомби? Вообще – можно ли вылечивать зомби? Или их жизнь восстанавливается самостоятельно и только так?

Ответа у меня нет, поэтому придётся проверять в деле.

– Держи, – сую ему в руку сосуд с душой.

– Что это? – он подносит его к своему носу и нюхает. – Вино?

– Ага. Что-то вроде. Лечебное. Если будешь чувствовать что подыхаешь – сразу пей его.

– Спасибо, владыка, – он проверяет пробку на сосуде и прячет его в сумку.

Быстро проверяю все сигилы – самое необходимое должно быть под рукой, беру поудобнее арбалет…

Пора.

Откладывать выход наверх нет смысла.

– Значит, так, – я показываю на лестницу. – Сейчас двигаем туда. Первый Маркус, я вторым, а Даша, понятное дело, третья.

Маркус забрасывает молот на плечо, а Даша кивает – отлично, все готовы.

– В толпу не бросайся, – предупреждаю я орка. – Там их пара сотен, наверное, не меньше. Старайся держаться стен, так чтобы эти твари на набросились на тебя со спины.

– Не усложняй, владыка, – он ухмыляется. – Сейчас посмотрим кто-кого.

А, ну да, как я забыл – проблема всех зомби, в том, что они ничего не боятся.

– Я хочу чтобы ты берёг себя, – объясняю Маркусу. – Ты мне нужен живой! Ну, насколько вообще может быть живым зомби.

Дашу начинает трясти. Это прямо хорошо заметно. И объяснимо – одно дело прятаться и чувствовать себя в какой-никакой безопасности и другое дело идти в гущу врагов.

– Ты можешь остаться, – предлагаю я.

– Нет! Не хочу! Хочу с вами! – она хватает меня за руку.

Я вдруг понимаю – кроме всего прочего она еще должна быть, как и все тут, дико голодна. Я день не ел и уже готов грызть падаль в сумке Маркуса… нет, чёрт, это шутка. Не готов.

Первым делом нужно будет придумать как снабжать всех этих людей застрявших в метро едой… иначе они умрут раньше, чем мы спасём их.

Еще раз показываю Маркусу на лестницу, намекая на то, что пора приступать к делу. Он понимает, кивает и топает к ступеням.

То, что сейчас будет жарко и очень весело – я даже не сомневаюсь… но хотелось бы и выжить еще.

Шаги у Маркуса тяжелые и их, конечно, слышат сверху.

На лестнице появляется детина в футболке с выбитым ярко-красным матерной фразой на английском. Смысл этой фразы состоит в том, что этот детина готов сексуально надругаться над каждым кого встретит.

Умеет ли Маркус считать на английском или нет я не знаю, но головы скручивать он точно умеет. Черепок детины лопается заливая всё красоту футболки тёмной жижей, аятихо радуюсь тому, что у меня появился такой отличный телохранитель.

Вслед за детиной сверху, подвывая, бросается еще несколько человек и Маркус, которому со своим молотом на лестнице никак не развернуться, просто отшвыривает их и давит ударами своих слоновьих ног.

Проблема зомби – а вернее наша проблема – в том, что они живы пока ты не проткнёшь им сердце… а Маркус не умеет это делать. Нет, у него, конечно есть отличный кинжал – он висит на поясе отсвечивая надраенным лезвием, но по эффективности никак не может сравниться с молотом.

Остаётся только одно – мне самому стараться добивать зомбаков пока они беззащитны.

И я добиваю

Первым делом засовываю нож в грудь детине с раздавленным черепом, потом приступаю к остальным.

Стараюсь не терять времени, но если сомневаюсь, то повторяю удар дважды, а иногда и трижды.

Всего за пару минут наполненных воем и визгом зомби, на тесной лестнице вырастает небольшая такая куча с тел и нам с Дашей приходится перелезать через неё.

Здесь, на лестнице, враги не кажутся слишком опасными – потому что напирают только с одной стороны и Маркус принимает весь удар на себя, умело и бодро сметая врагов ударами своих огромных кулаков.

Всего за пару минут весь этот кусок лестницы превращается в сцену, в которой собираются снимать фильм ужасов. И дело даже не трупах, которыми теперь тут всё завалено. Стены – они залиты почти чёрной кровью, создавая отличную жуткую атмосферу.

Брр.

Оборачиваюсь и смотрю на Дашу – ей трудно, ужас в глазах, но держится.

Молодец.

Жаль только что это всего лишь начало, так сказать, разминка пред настоящим боем.

Лестница быстро заканчивается и вот тут начинается настоящая жара – радостно подвывая вся пёстрая толпа тех, кто еще недавно были скромными спокойными людьми устремляется в сторону зелёной махины.

Первую волну Маркус сметает одним ударом молота, разбрасывая хрустящие тела в стороны. Вторую волну ждёт та же самая участь… как и третью, а вот потом всё становится очень сложно.

Дело всё в том, что я просто не успеваю добивать поверженных вражин. Во первых – их слишком много, а во-вторых – они так бодро разлетаются по сторонам, что просто нет возможности их найти. Некоторый влетают прямо в напирающую толпу, заставляя её отступить… ненадолго, впрочем.

– Ты помнишь пр бутыль что я дал тебе?! – ору разгорячённому Маркусу. Тот, услышав кивает и… и прыгает прямо в толпу.

Вот балбес с утраченным инстинктом самосохранения!

Интересно – зомби устают? Мой орк когда-нибудь устанет или так и будет махать своим молотом как железная машина.

Молот Маркуса между тем взрывает толпу раз за разом, превращая её в безумное, кровавое, ревущее месиво.

Это было бы даже красиво, если бы не было таким ужасным.

Я оборачиваюсь и вижу бледную от ужаса Дашу – она в шоке.

– Держись меня! – кричу я ей. Приходится кричать, потому что визг вокруг стоит такой, словно прямо сейчас здесь заживо пытают сотню огромных собак.

Она вцепляется в меня и мне становится жалко эту красивую испуганную девчонку. Ей бы сейчас по паркам со своим молодым человеком гулять, влюбляться, а она вот тут, стоит забрызганная вонючей кровью зомбаков с бледным от ужаса лицом.

Надо вытащить её отсюда живой… постараться вытащить живой.

И только я успеваю об этом подумать как происходит ужасное – Дашу отрывают от моей руки, за которую она держалась и утаскивают в ту часть толпы, которая обходит Маркуса со спины.

Утаскивают её двое детишек лет по десять каждому.

То, что люди после смерти становятся сильны как черти – это уже понятно, но чтобы вот так – двое пацанов, которым уроки пора делать, а не утаскивать за собой красивых, ни в чём не повинных девушек…

Вслед за маленькими злыми ублюдками бросается еще несколько остервенелых граждан с надеждой поживиться пока еще живым человеком.

Кидаю им вслед «горгону» – что бы я без неё делал в этом мире сошедшем с ума – и с радостью вижу что все вокруг Даши… – и она сама тоже – каменеют.

Подбегаю и начинаю колоть окаменевших зомбаков как орехи, стараясь целиться в сердце.

Некоторые из моих ударов оказываются точны, некоторые нет, некоторые твари так и остаются на полу, а некоторые быстро приходят в себя и набрасываются и на Дашу и на меня.

Снова «горгона» – мне нужно вытащить Дашу из цепких объятий мёртвых пацанов, забывших о доброте и сострадании.

Отрываю от кричащей от ужаса девушки одного из маленьких ублюдков и отбрасываю в сторону – нужно выиграть немного времени.

Второму загоняю нож в шею и тем самым заставляю забыть о своей добыче и наброситься на меня. Он прыгает, а я встречаю быстрое жуткое детское тельце в воздухе. Он налетает на нож, спрыгивает с него и снова бросается на меня вытягивая вперёд свои руки со скрюченными пальцами.

Целится он мне в горло, но я не даюсь. Бью ножом, пока наконец не попадаю в сердце и злобный детёныш так и не получив желаемого затихает на полу.

Еще несколько ударов в зомбаков поблизости и вот уже я тащу Дашу к себе, за собой, за огромную спину Маркуса. Я надеюсь там укрыться от наползающей толпы, но тут вижу что ситуация становится совсем плохой.

Мой орк почти сгибается под тяжестью повисших на нем оживших мертвецов.

И здоровье его – осталось меньше половины.

Если так пойдёт и дальше, то через пару минут я потеряю не только Маркуса, но и сам начну новую и очень интересную жизнь… жизнь зомби.

А я не хочу.

Мне и на этом свете пока нравится.

– Бутылка! – ору я. Маркус слышит, оборачивается в мою сторону и на лице его появляетсявыражение «прости, босс, но, кажется, сейчас они меня закусают до смерти».

Всё же левой рукой он срывает с себя пару тел и лезет в сумку на поясе. Достаёт сосуд с душой, отбивает о ручку молота горлышко и запрокинув голову выливает всё в себя.

Прямо сейчас лекарство не подействует – идёт бой, но потом, если вдруг настанет передышка, оно реально может спасти жизнь орку.

Моему орку, которого я совсем не хочу терять.

Бросаюсь в толпу – нужно добить всех, кого можно добить, иначе Маркусу этот бой не выстоять. В меня тут же вцепляется несколько рук и я рублю их ножом. От воя глохну, но продолжаю колоть и резать всё, до чего могу дотянуться.

Краем глаза вдруг замечаю – а толпа то сильно поредела.

Если бы не здоровье Маркуса, которое уже упало почти до дна, мы бы выиграли.

Если бы!

Бросаю «горгону» одну за другой, не целясь, старясь сковать окаменением как можно больше тварей. Сейчас моя задача приостановить их напор, добить как можно больше и…. обнулить свою жизнь.

Да, обнулить и потом снова восполнить удачным ударом в сердце.

Это единственное что может спасти нас сейчас.

Маркус, на которого окаменение тоже действует, застывает огромной статуей с поднятым молотом над головой и десятком зомбаков повисшем на нём.

Сейчас я один… и попробую справиться.

Рука от ударов немеет – силы не бесконечны. Вот и последняя «горгона», бросаю её с содроганием глядя как обнуляется моя жизнь.

Всё, пора.

Хватаю озверевшую тётку рядом, разворачиваю лицом к себе и засаживаю ей нож в грудь. Засаживаю дважды, пока тело в моих руках не слабеет.

Есть! Жизнь снова полна!

И только сейчас замечаю – я тринадцатый уровень.

Почти два левела за несколько минут… как такое возможно?

И тут я вспоминаю груды трупов на своём пути, которым успел засадить нож в сердце и понимаю – возможно. Спасибо Маркус – чтобы я делал без тебя.

* * *

Их остаётся всего несколько. Несколько озверевших от зова тварей.

И мёртвый Маркус на каменном полу.

Нет, он то оживёт… но для меня это будет иметь смысл только если выживу я сам. Отталкиваю ближайших тварей и бегу, не выпуская из своей руки руку Даши, к турникетам.

Там совсем близко выход. И как преграда – с десяток скучающих зомбаков, которые не захотели присоединиться к общей сваре.

Всего десяток, после толпы которая осталась позади – это совсем немного.

Вот только и жизни во мне уже на донышке. И сил тоже.

Подхватываю Дашу и переношу через турникет, а потом оттолкнувшись от мужик вцепившегося мне зубами в бок прыгаю вслед за ней.

Если успеем, если успеем прорваться через этих последних возле входа…

Короткие сухие выстрелы взрывают уши в гулком холле станции и сметают зомбаков возле дверей

– Лежать суки! – слышу резкое, громкое, а потом вижу людей в чёрной форме. Людей в чёрной форме и бронежилетах обвешанных огнестрелом с ног до головы.

Чёрт! Чёрт! Удача то какая! Я думал у меня уже не хватит сил на этих последних тварей.

– Парни, мы свои, – я поднимаю руки. – Как вы вовремя.Как же вы вовремя!

– Ты оглох?! – человек с поднятым дробовиком наставляет его на меня. – Лежать, сука!

А потом я слышу еще один выстрел где-то совсем близко.

И вижу как взрывается голова Даши.

* * *

Глава 9

* * *

Следующим выстрелом меня отбрасывает на груду свежих трупов. На Дашу, которую уже не узнать.

Я еще дышу – я слышу своё дыхание и слышу как бьётся сердце. Я пока жив, но вряд ли это надолго. Сосуд души пить смысла нет – с точки зрения системы бой еще идёт. Да и как только я пошевелюсь – эти люди чёрном меня добьют.

Их трое – успел посчитать прежде, чем получил пулю в грудь.

– Нам лучше не соваться вниз, – говорит один. Говорит и перешагивает через меня. Он цепляет мою рану чёрным пыльным ботинком и я, не выдержав, стонаю.

Он останавливается, поднимает ствол винтовки и направляет мне в лицо…

– Ты бы поберёг патроны, Серый, – говорит кто-то рядом. – Эти твари всё равно бессмертны. Лучше валить отсюда. Стоит поискать укрытие понадёжнее чем это.

– Лучше бы прорываться из города, – говорит кто-то третий – судя по голосу ему не больше лет чем мне.

Серый с размаху лепит мне свои ботинком в лицо и перешагивает.

– Вы видели как разлетелась башка этой дуры? – он кивает на тело Даши. – Фонтан из мозгов. Это было круто.

Я наблюдаю за ним. Смотрю через кровь заливающую мою лицо. Мне бы перестать это делать, изобразить мертвеца, но ничего не получается.

Они считают зомбаков бессмертными?

Включили бы мозг для разнообразия и попробовали выстрелить в сердце.

– Ты видел эту хрень в центре? – спрашивает тот, который самый молодой из них.

– Да. Сияет так, что ослепнуть можно, – отвечает Серый. – Как думаешь что это, Миха?

– Да хер знает, – отзывается третий – он и есть Миха. – Я такого никогда не видел.

– Это как портал, – вставляет пацан.

– Чё за портал? – спрашивает Миха – я вижу как наклоняется и срывает что-то с груди у одного из мертвецов.

– Ну не знаю. Порталы разные бывают. Может в другой мир.

– Вот ты ебанутый, – хмуро отзывается Миха. – В голове твоей портал в другой мир, понял?

– Давайте уже валить отсюда – они снова оживают, – Серый снова стреляет – к счастью, не в меня.

Отличная мысль, но запоздалая.

Свалить они не успевают – оживает Маркус.

Он встаёт и начинает оглядываться… подозреваю – в поисках меня, своего владыки и властелина.

Трое в чёрном сразу же его видят и тут же открывают огонь. Я вижу как пули, словно кусачие пчёлы врываются в тело орка оставляя на нём метки. И я вижу кровь заливающую его тело.

Урон у автоматов и дробовика явно не плохо – Маркус пошатывается и оседает. За несколько секунд в которые я глохну от выстрелов – здесь, в холле они просто рвут перепонки – эти типы обнуляют жизнь моего орка и укладывают его на пол.

Лишь бы не в сердце. Лишь бы кто-нибудь из них случайно не попал ему в сердце – так я молюсь, мысленно. Вслух нельзя – добьют, второй раз так уже не повезет.

Ему бы броню нормальную, не поломанную.

– Бинго, – Серый поднимает большой палец. – Сука, какой же он огромный… был.

Ну-ну… Был? Сейчас вас ждёт сюрприз, парни.

Они почти добираются до дверей когда Маркус встаёт снова. Я слышу проклятия и новые выстрелы.

И вдруг понимаю – я не хочу чтобы эти трое ушли. Дело нев Даше, которую они прикончили – имели право, не обязаны разбираться живой на них бросается или мёртвый. Просто не хочу получить от них пулю снова – уже там, наверху, на улице. Они ведь так же не будут разбираться.

И жалеть никого не будут.

К тому же, всё честно – они выстрелили в меня первыми.

Смотрю на свою жизнь – чуть меньше половины – нужно срочно подлечиться, иначе совсем истеку кровью.

Приподнимаюсь и кидаю «горгону» импод ноги– это можно сделать безнаказанно, сейчас им не до меня, сейчас им нужно снова уложить на землю орка.

А потом усаживаюсь поудобнее – привалившись к кабине контролёра – и глотаю лекарство наблюдая за тем, как Маркус рвёт типов в чёрном на части.

* * *

Первым делом снимаю бронежилеты, а потом уже добиваю в сердце. Очень сильно хочется примерить один из трофейных броников, но нужно сначала кое-что сделать.Засовываю лезвие в грудь Даше – она уже начинает оживать – и всем здесь, кто начинает шевелиться. Потом оглядываю поле боя – это невероятно, но нам с Маркусом удалось успокоить целую толпу.

И выжить.

– Я иногда не вовремя засыпаю, владыка, – Маркус усаживается на пол и начинает выковыривать из себя пули. – Прости.

Ты не засыпаешь, а умираешь, брат – хотел бы я сказать ему. А еще сказать что он уже зомби… но не говорю. Слишком долго и слишком сложно объяснять.

– Ничего страшного, – успокаиваю я его.

– А еще я очень сильно хочу есть, – удивляется он похлопывая себя по животу. – Можно я поём?

– Да, – великодушно разрешаю я и Маркус тут же лезет в свою сумку. Лезет, достаёт тот самый вонючий кусок мяса и начинает радостно грызть его.

– Ты ранен, владыка? – он замечает мою грудь залитую свежей кровью.

В его голосе беспокойство? Он волнуется за меня? Вот это реально удивительно и, наверное, является каким-то побочным действием эффекта подчинения.

– Ага, но это ненадолго, – я прячу пустую бутыль в инвентарь.

– Я бы еще поел, – Маркус показывает мне свои грязные пустые ладони.

Что?! Уже всё?

Вот же он проглот.

– По дороге поищем что-нибудь съедобное, – я встаю.

– Зачем искать, владыка. Здесь полно еды.

Он показывает на тела вокруг.

Проклятье, чёртов зомби-орк, он теперь будет на моих глазах пожирать трупаки?!

– Отличная идея, – соглашаюсь я и отворачиваюсь – не хочу видеть это.

* * *

Подхожу к Даше… к тому, что осталось после неё.

– Прости…

Лучше бы она осталась там, внизу.

Была бы жива.

Жаль, мы не можем знать последствий наших поступков.

Стягиваю с Серого бронежилет и, повозившись застёгиваю на себе.

Вижу как моя защита вырастает почти на три сотни единиц, но не радуюсь. Причина проста – слишком неудобно. Нет привычки и эта штука очень сильно сковывает движения. А если вспомнить о жарком лете там наверху…

Короче, поколебавшись собираю все броники и запихиваю в инвентарь. Туда же отправляю и всё оружие которое снимаю с типов в чёрном. Себе оставляю дробовик – я держу подобную штуковину в руках первый раз в жизни и… это прикольно. Нравится то, что можно особо не целясь накормить дробью врага в упор.

Урон у него около пяти сотен и это очень неплохо… тем более что задача стоит добраться с ним до дома, а там я уже сменю оружие на более мощное. Аеще я наконец-то смогу выбросить этот огромный, громоздкий и очень неудобный орочий арбалет.

Вот и здоровье полно – можно выбираться наружу… и теперь стоит быть еще осторожнее. Кроме орков в этом мире сошедшем с ума появились зомби… и типы в чёрных костюмах спецназа – я так мало видел полиции в городе за эти два дня, что успел забыть об их существовании.

Да, там наверху стало еще опаснее.

И страшно представить что было бы если бы Серый выстрелил мне в голову как Даше.

Мы бы, два грустных зомби, бродили вместе с Маркусом по улицам в поисках новых жертв?

* * *

Улица кажется пустынной и я, пропустив Маркуса вперёд, выскальзываю из дверей сам.

Ночь сегодня очень светлая – не мешает даже огромная платформа дгалов над головами. Нет, конечно, она отбрасывает гигантскую тень накрывшую полгорода, но свет ослепительно ярких звёзд – никогда таких не видел – словно крохотными фонариками освещает улицы Москвы. Выглядит волшебно. И пугающе.

Оглядываюсь в поисках Крокус-Мола – к счастью свет его фиолетового неона заметен издалека

И еще кое-что заметно издалека и это «кое-что» заставляет меня покрыться холодным потом.

Портал – я думал что уничтожил его?

Я всерьёз думал что уничтожил его?!

Разлом в воздухе, который был высотой в несколько этажей сейчас стал больше в десятки раз и теперь раскалывает небо почти до облаков.

Проклятье! Я сделал это?! Я?!

Не выполнил ли я за орков всю грязную работу – ведь не исключено, что вся эта многотысячная толпа в центре собралась для того, чтобы усилить какое-нибудь мощное шаманское заклинание. Однажды я уже видел такое.

Ну ты молодец, Салех. Помог оркам…. Стоит заглянуть к ним в самое пекло и попросить орден. Большой орден на грудь. «За заслуги перед орками». Высшей степени. И пожизненную пенсию пусть выдадут… золотом.

– Ну мы идём куда-нибудь или ты так и будешь пялится на небо? – интересуется Маркус.

Меня вдруг осеняет. Нет, конечно вот так стоять посреди ночной улицы в городе наполненном всякой нечистью – не очень правильно, но…

– Скажи мне, – говорю я на всякий случай прижимаясь к стене. – Ты память не потерял?

Маркус задумывается. Кажется, он проверяет помнит или нет свою прошлую жизнь.

– Вроде нет, владыка.

– И ты помнишь зачем твой народ пришёл сюда, в этот город?

– Да.

– И зачем же?

– Шрам Тамаи – наши разведчики нашли его здесь.Нашли первыми.

Так, это я уже знаю, вот кое-что другое – пока нет. Но надеюсь прямо сейчас узнать.

– Зачем вы все столпились возле этого шрама Тамаи или как его там?

– Он слишком узкий, владыка. Через такой проход сможет протиснуться орк, даже самый большой, но наши корабли не смогут пролететь через него.

Так… кажется, я оказался прав… и мне это не нравится.

– Корабли? У вас есть корабли которые могут летать?!

– Да, владыка. И это очень большие корабли. Скоро они будет здесь.

Всё плохо.

Всё очень плохо.

– И всё-таки, – возвращаюсь я к своему вопросу. – Зачем здесь, перед шрамом собралась такая огромная толпа?

– Скоро в этот варварский город прилетит Величайший из Величайших – Нишети.

– Варварский? Вы считаете нас варварами?

– Да, мелкими уродливыми варварами. Дикими и странными, – честно признаётся Маркуснаклонив голову.

– Хорошо, – решаю я отложить эту тему на потом. – Кто такой этот Нишети, которого все ждут и что он должен сделать?

– Это сильнейший из наших шаманов. Он, собрав в одно целое силу всех братьев сможет расколоть шрам Тамаи, сделать его больше.

Лучше бы я не угадал.

– Посмотри, – показываю на сияющий разлом в небе, – разве он уже не стал достаточно большим?

– Да, – озадаченно кивает Маркус. – И это чудо, ведь Нишети еще не здесь.

Это чудо совершил я.

Хотел как лучше, а получилось – как всегда.

* * *

Я говорил что раньше по городу было передвигаться опасно? Ну уж нет, вот только сейчас здесь начинается настоящий ад.

Зомби.

Все эти трупы, которые до этого лежали кучками или по одиночке и вызывали жалость – теперь все они превратились в толпы.

Голодные злые толпы.

Первую я вижу слева от выхода из метро. Вернее, я сначала слышу их – слышу тихие шаги, гул негромких разговоров – так непривычно что они разговаривают.

Завидев нас толпа в которой не меньше пары сотен мертвяков оживает и срывается с места.Приходится отступить – снова отступить внутрь станции в надежде, что никто из врагов не успеет заметить куда их добыча исчезла.

Через минуту через закрытые двери я слышу топот множества шагов, а потом… очередь. Автоматную очередь.

Выстрелы звучат хлёстко и отзываются в толпе пробегающих мимо дверей зомби злым воем. Рискуя вызвать всю эту толпу на себя, приоткрываю дверь и через щель пытаюсь понять что происходит и скоро ли нам можно будет сделать новую попытку вылезти на улицу.

Броневик.

Чёрный броневик спецназа.

Стоит прямо на той клумбе, через которую я сигал, когда бежал сюда. Впервые вижу такой – он похож на жука, с красной мордой и тремя буквами «ЦСН» на передке. Что означают эти буквы я не знаю, интересно, но не очень… гораздо важнее то, что там вверху, на его крыше, откинут широкий люк, и в нём виден человек сидящий за пулемётом.

Так вот откуда выстрелы! Новая долгая очередь выкашивает несколько первых рядов зомбаков заставляя их кувыркаться на асфальте и газонах.

– Что это за стальной зверь, владыка? – обдавая меня вонью своего дыхания интересуется Маркус показывая на бронемашину.

«Истребитель орков», – хочу пошутить я, но передумываю. Вдруг Маркус обидчивый. Обидчивый и злопамятный.

– Барбос, – говорю я первое что приходит в голову. – Этого жуткого стального зверя зовут Барбос.

– Бар-бос, – по слогам повторяет Маркус незнакомое слово.

Пулемёт на крыше броневика строчит не умолкая, выкашивая зомбаков целыми кучками, но их всё равно больше.

Приходит новая волна и оживают старые… и вот уже бедолагу пулемётчика стаскивают на землю и радостно разрывают на куски. Я пару минут смотрю на возбуждённую кучку зомби набивающих своё пузо свежатинкой, а потом перевожу взгляд на Маркуса. Перевожу и вздыхаю.

Девяносто девятый уровень, машина смерти, но даже она бессильна против армии зомби.

Расправившись с пулемётчиком зомбаки лезут внутрь через люк и вытаскиваю еще двоих. Вытаскивают и начинают развлекаться уже с ними. Что мне не нравится в зомби – это то, что в них вообще нет жалости. Вместо того, чтобы прикончить жертву и только потом терзать её, они рвут её на части еще живой.

Иот воплей бедолаг рвётся всё внутри и хочется заткнуть уши.

Несколько минут возни, радостных повизгиваний и на асфальте рядом с броневиком остаётся только огромная кровавая лужа.

А зомбаки… зомбаки снова начинают скучать.

Неудивительно… если смысл жизни у тебя потерян.

В надежде на новую добычу толпа рассасывается по соседним улицам и скверам и очень сильно редеет.

– Не прорвёмся, – качаю головой я оценив расстояние которое нам нужно будет пробежать по прямой, мимо бронетранспортёра, через клумбу и там уже до парковки Крокус-Мола. Можно было бы попробовать пожертвовать Маркусом – выбежать вместе, а потом оставить в толпе – пусть отбивается насколько хватит сил.

Жалко.

Жалко терять такую махину, да еще и терять так глупо.

И вообще – увижу я ли я Фарго живым? Какая вероятность что на него уже не наткнулись орки и не забили его до смерти?

Наверное, небольшая, но она всё же есть. Просто нужно поторопиться.

Пока я размышляю за ручку двери кто-то хватается снаружи и тянет её на себя.

Распахивает так легко, словно там здоровяк стоит.

Нет.

Сухенькая бабулька. С чемоданом. Модным таким, большим чемоданом.

Увидев меня она вежливо кивает и говорит беззубым ртом:

– Здравствуйте, молодой человек.

Нормальная такая бабулька, и вежливость мне её очень нравится.

Если бы не огромная дыра в груди – там просто напросто вырвано несколько рёбер с правой стороны.

– Привет, бабуль, – отвечаю я, хватаю одной рукой её за воротник вязаной кофты и тащу внутрь – нужно сделать всё без шума.

Затаскиваю, жду одно короткое мгновение и потом засаживаю ей в грудь нож. Еще немножко жду пока бабулька устанет биться в агонии и затихнет в моих руках.

Чёрт, я не знаю как отсюда выбраться! Насколько успел увидеть там сейчас на площадке перед метро несколько десятков зомби всего осталось. Это не слишком много, но ведь выскочи мы – на радостный вой мертвецов сбегутся толпы желающих поживиться.

Взгляд снова цепляется за броневик…

Добежать до него? И что потом? Запрыгнуть внутрь и закрыть люк? Я никогда не закрывал люки в броневиках, вдруг не получится сделать это быстро и тогда прощай жизнь и здравствуй… новая жизнь, уже как зомби. Зомби в броневике.

И Маркус – он сможет уместиться там внутри вместе со мной? Сам по себе люк очень широкий, как будто сделан так, чтобы из него могли высунуться и сидеть сразу несколько человек спиной к спине.

И что потом? Мы вдвоём окажемся запертыми внутри. И выбраться оттуда можно будет только в безопасном месте… звучит неплохо, вот только безопасных мест в Москве, кажется, уже не осталось.

Разобраться с управлением и попробовать добраться прямо на броневике до Крокус-Мола? Или бросить Фарго и ехать сразу к Москва-Сити?

Рискованно это всё… очень рискованно.

И всё равно – это пожалуй, единственный шанс для нас выбраться отсюда.

Хватаю Маркуса за рукав и тяну вниз.

– Видишь Барбоса?

– Да, владыка. – кивает он не отводя взгляда от броневика.

– Сейчас мы будем побеждать этого зверя, – продолжаю я.

– Это опасно, – качает головой он. – Я видел как он плевался смертью.

– Я заколдовал его, – вру я. – И теперь эта железная тварь уже не будет в нас плеваться смертью.

Маркус смотрит на меня с очень большим уважением.

– Ты шаман, владыка? – спрашивает он.

– Ну да. Что-то вроде. Так вот я заколдовал его, но чтобы не попасться в лапы этим мелким которые только и ждут когда можно будет кого-нибудь разорвать в клочья, нам придётся бежать к Барбосу очень быстро. А когда подбежим – запрыгнем прямо ему в пузо.

Глаза у Маркуса становятся осень большими.

– А он позволит нам это сделать?

– Да. Я заколдую его.

– Ты очень сильный шаман, владыка, – взгляд Маркуса наполняется восхищением.

Знал бы он, что это именно я превратил шрам Тамаи в огромную дыру в небе – восхищался бы еще больше.

И может быть отвел бы к своему главному орку. За орденом – я все еще не против его получить.

– Итак... Слушай меня внимательно, – я понижаю голос до шёпота – совсем близко от двери останавливается парочка зомби. – Сейчас я открываю дверь и мы с тобой бежим. Бежим очень быстро, а когда добегаем до Барбоса сразу же запрыгиваем ему в живот. Мы не должны никому позволить себя остановить.

– А что будет потом? – задаёт Маркус резонный вопрос. – Что мы будем делать в животе у этой твари?

Объяснять долго и сложно, поэтому хлопаю по огромной ручище орка:

– Это сюрприз. Пусть это будет для тебя сюрпризом.

– Я могу нести тебя, владыка. Так мне будет спокойнее.

Представляю себя на руках в орка… и киваю.

– Да. Так даже лучше. Отличная идея. А теперь – вперёд!

* * *

Глава 10

* * *

Это почти весело… если бы не было так опасно.

Я на шее у Маркуса – одной рукой ухватившись за неё, а другой отстреливая зомбаков из пистолета. Из пистолета – да, дробовик пришлось всё же спрятать в инвентарь. Это потому что палить из дробовика одной рукой я не могу. Может кто-то, какой-нибудь супергерой умеет, а я нет.

Целюсь в головы – не в сердце. Так проще отправить злобных ублюдков спать на асфальт. Сон их будет совсем не долгим, но нам бы успеть добраться до броневика.

Маркус тоже старается как может, развешивая по сторонам смачные удары ногой. Зомби получив их повизгивая разлетаются, грохаются и уже потом, подвывая, бегут за нами вслед.

Толпа за нашими спинами становится всё гуще и гуще – я это вижу когда оглядываюсь, но грустить по этому поводу некогда.

Броневик впереди уже кажется вполне достижимой целью…. Надеюсь, мы успеем добежать до него раньше чем соберём позади всех зомби Москвы.

Маркус вдруг спотыкается… или мне показалось что он спотыкается.

Нет.

Это просто один из крупных зомбаков обхватил его ногу руками да еще и зубами вцепился в неё – неужели решил попробовать прогрызть толстенную орочью кожу?

Стараясь не отстрелить моему орку колено пробиваю мертвяку голову и он отстаёт задремав на асфальте позади нас.

Вой и топот за нашими спинами уже перестаёт быть забавным – слишком громко и слишком большая толпа вышла на охоту за орком и живым человечком который сидит у него на плечах.

Я перезаряжаю пистолет – со второй попытки. Первая закончилась тем, что я уронил обойму и та, гремя, полетела по асфальту. Перезаряжаю и очень даже умело пробиваю головы трём пацанам спешащим нам навстречу со стороны броневика.

Сам броневик уже совсем близко – если измерять расстояние до него в зомби, то это будет примерно двадцать пять-тридцать штук.

Это совсем немного, тем более когда у Маркуса такие сильный и умелые ноги. Один из следующих ударов такой удачный, что ударом своего стального шипованного ботинка орк отправляет в полёт сразу двоих…

Весело… жаль только, что это не игра, а жизнь, и если нас сожрут переиграть не получится.

Еще пара обойм выпущенных в зомби и вот мы уже возле бронемашины. Вблизи она выглядит огромной и… устрашающей.

Я только сейчас замечаю что передние щитки сделаны так, чтобы разрезать толпу… конечно, это всё придумано против толпы людей. Но и против зомбаков вместе с орками вполне сгодится.

Маркус оказавшись в одном шаге от цели застывает в благоговейном ужасе.

– Этот Барбос – он силён, – выдаёт он.

– Ага. И на это вся надежда, – я выпускаю шею орка и перепрыгиваю на борт броневика.

Люк, к радости моей, оказывается еще шире чем я ожидал. И пулемёт – он огромен, жаль только я понятия не имею как им пользоваться.

– Владыка, – отрывает меня от самосозерцания Маркус. – Они близко.

Чёрт, да. Я целую секунду потерял разглядывая незнакомый механизм

– Запрыгивай! – я отодвигаюсь в сторону.

Орк ударом своего молота сносит первых из добежавших и шагает ко мне. От его веса броневик почтительно вздрагивает.

– Лезь! – отдаю я новый приказ показывая на дыру открытого люка.

– Туда? – Маркус косится на меня в надежде на то, что я отменю приказ.

– Да! – я неумолим.

Будешь тут неумолим, когда первые из тварей уже в нескольких шагах.

Вижу как Маркус набирает воздуха в свою мёртвую грудь и сигает в люк… заставив броневик пошатнуться.

Не раздавил бы он там чего-нибудь очень важного… мог бы и полегче.

Чуть не надорвавшись захлопываю крышку люка и уже через мгновение слышу громыхание – зомбаки уже забрались на наш броневик.

Я слышу как они дёргают за ручку люка… но нет, я успел повернуть изнутри фиксатор.

Теперь можно и отдышаться и оглядеться – вряд ли мертвецы умеют грызть метал.

На Маркуса больно смотреть – он же воображает что запрыгнул в пузо зверя и теперь с интересом разглядывает это «пузо».

Я прижимаю палец к своим губам – знак тишины – в надежде что его знают даже орки прилетевшие к нам из другого мира.

Знают – Маркус кивает и затихает, хотя явно собирался о чём-то спросить.

Нужно немного переждать – те вверху что сейчас ломают ногти и зубы о металл бронемашины должны решить что… что мы тут сдохли. Или телепортировались куда-нибудь.

И уйти.

Нужно просто немного подождать – уверен, они устанут царапать металл и уйдут.

Пара минут ожидания и возня над нами стихает. Я слышу как тела скатываются на асфальт и слышу удаляющиеся шаги.

Удалось?

Да, похоже, первый пункт моего плана получился.

Теперь нужно решить что делать дальше.

Управление броневика не выглядит сложным – обычная машина. Руль, ручка переключения передач, педали… всё как надо.

Коробка передач здесь автоматическая – и это хорошо, с механической у меня мало опыта.

Ехать домой?

Или всё же попытаться спасти Фарго?

Цена вопроса – сто тысяч золотых.

Жалко ли мне их? Да, деньги немалые.

Жалко ли мне Фарго?

Чёрт, да! Я уже сроднился с ним. И даже мысль о том, что когда я куплю нового дракона – я назову его Фарго… нет, не помогает.

Я бы попробовал его спасти. Даже несмотря на то, что ад в городе становится всё жарче.

Замечаю внутри еще один пулемёт – не такой, к сожалению, мощный как тот, что установлен снаружи… но зато гораздо более безопасный для нас – не нужно высовываться. Дуло этого пулемёта высовывается через узкую бойницу. Через неё и прицеливаться можно.

– Ну что, Маркус, – говорю я похлопывая орчару по колену. – Вот мы и в животе у Барбоса. Нравится тебе здесь?

Он вместо ответа икает.

– Отлично. Теперь нам нужно решить что делать дальше.

– Есть выбор, владыка? – спрашивает он старясь всунуть свои огромные плечи в тесноту броневика.

– Да. Мы можем вернуться домой, к друзьям, а можем попробовать спасти дракона.

– Зачем его спасать? – задаёт разумный вопрос Маркус, пока я разглядываю устройство пулемёта.

Хорошая новость состоит в том, что зарядка здесь очень похожа на автоматическую – лента тянется из огромной коробки с патронами.

– Он мой дракон, – поясняю я. – Я на нём летал. И стоит он дорого.

– Тогда нужно спасать, – решает Маркус.

Ну вот и отлично, приятно когда кто-то помогает сделать выбор.

Впереди перед носом броневика праздно шатаются две тётки… две мёртвых тётки и у меня просто зудит попробовать пулемёт в деле.

Это не простое любопытство – я же должен быть уверен в том, что в нужный момент смогу использовать эту грозную штуковину.

Прицеливаюсь…

Это не сложно – тётки которых я выбрал в качестве мишени никуда не торопятся. Стоят рядом и иногда, лениво, перебрасываются короткими фразами.

О чём именно они говорят я не слышу… может о скидках в Ашане? Наверное.

Жму на спусковой крючок и железная махина оживает. Оживает и выплёвывает за мгновение штук пять пуль сразу.

Головы у тёток разлетаются как арбузы которые уронили на асфальт с десятого этажа. Разлетаются разбрызгивая в стороны мозги.

– Уух! – восхищённо качаю головой я.

Эта штука мне нравится.

Очень.

– Ты умеешь водить авто? – задаю глупый вопрос Маркусу.

Было бы неплохо если бы он управлял броневиком, а я… я бы палил по живым мишеням.

По взгляду орка понимаю что из моего вопроса он не понял вообще ничего.

Может, научить?

Смотрю на Маркуса оценивая его мозги

Так-то он выглядит сообразительным.

Не менее сообразительным чем большинство людей… и даже поумнее некоторых.

Я в своё время уже через полчаса катался на машине отца. И нормально так катался. Не по дороге правда, а по полю заброшенного аэропорта.

Вспомнив об этом вспоминаю и о родителях.

Где они?

Надеюсь – живы.

Может я обманываю себя, но внутри откуда-то уверенность что они живы. Может быть дело в том, что я не нашёл их мертвых?

– Садись, – я показываю Маркусу на кресло водителя.

Сможет ли он влезть на него?

Не знаю, сейчас посмотрим.

Орк слушается и пробует протиснуть своё огромный зад между рулём и спинкой… и ничего не выходит. Кресло скрипит и болтается из стороны в сторону, но ничего не выходит.

– Ломай, – показываю на спинку.

Маркус кивает и легко отдирает её от кресла и потом вопросительно смотрит на меня.

– Да куда-нибудь положи её, – понимаю я его вопрос. – И садись. Сейчас будешь учиться отдавать приказы Барбосу.

При этих словах глаза орка вспыхивают – ну еще бы, вряд ли ему когда-нибудь приходилось командовать железными монстрами.

– Вот эта штука. – я стучу по рулю – заставляет Барбоса поворачивать. Крутишь её влево – Барбос мчится влево, крутишь вправо – нравится это Барбосу или не, но он повернёт вправо. Это понятно?

Маркус кивает, кладёт свои ручищи на руль и тот жалобно стонет.

Нет, это и правда безумная идея научить орка управлять машиной.

– Там внизу рычаги, – перехожу на следующий, гораздо более сложный этап.

Нет, если бы коробка передач была механическая я даже и пытался бы. Представить орка на механике я не могу как ни стараюсь. А если получается представить то сразу начинаю улыбаться.

– Два рычага – один из них, вон тот, – продолжаю показывать я. – заставляет Барбоса мчатся вперёд, а вот тот – останавливаться. Это же просто, да?

Маркус задумывается ненадолго, потом кивает.

– Ставь на них ноги… только осторожно, не сломай. Барбос разозлится если ты что-нибудь здесь сломаешь.

Маркус как-то странно косится на меня и я вспоминаю что минуту назад приказал ему сломать кресло.

Переставляю рычаг передач в нужное положение и включаю двигатель.

– Пробуй, – смотрю на орка. Неужели у него получится?!

Он пробует.

Хорошо так пробует.

Сносит пяток зомбаков впереди и влетает в ограждение… хорошо что перед ним рос огромный пышный куст – он смягчил удар и сохранил наши кости от переломов.

– Неплохо, – я переключаю на задний ход и держась за руль помогаю Маркусу сдать назад.

– На рычаги нужно жать мягко. Как на орчиху – ты же нежный со своей орчихой?

Он опять смотрит на меня странно.

У него нет девушки?

Или оркам-воинам не положена девушка?

Еще пять минут экспериментов и вот уже Маркус лихо рулит по небольшой площади перед входом в метро снося на своём пути зомбаков. Он их сносит, они оживают, он их снова сносит, они снова…

Пора уже валить отсюда, иначе соберётся толпа, которую нашему Барбосу не осилить.

Только я успеваю об этом подумать как со стороны Арбата вываливается похожая на реку новая волна зомбаков…

Фильмы и книги про зомби оказались во многом правы. Например, в том, что эти гады очень быстро собираются в стаи.

Вот как сейчас – огромная стая шустрых мертвецов растекается по дороге, перекрывая мне все пути к Крокус-Молу.Выглядят они голодными и очень активными и, кажется, охотятся на всё что движется.

Например, на троицу огромных орков которые задумавшись о чём-то приятном выходят из переулка. Увидев толпу людей они выхватываю дубины и радостно несутся в сторону лёгкой добычи…

Да… орки уже привыкли к тому, что люди трусливы и при случае пускаются в бегство, вот только сейчас их ждёт неприятный сюрприз.

Зомби – уже не люди, не совсем люди. И страха они не ведают.

Увидев радостно несущихся в их сторону орков стая зомбаков тоже оживляется и бросается врагу навстречу.

Бой длится недолго.

Совсем недолго.

Минуту наверное.

И еще минута требуется зомби чтобы расчленить и прожевать орков.

– Тебе грустно? – спрашиваю я у Маркуса – он ведь вместе со мной наблюдал как только что в сыром виде употребили в пищу его собратьев.

– Да, – кивает он. Но это война.

Тоже верно.

– Вперёд! – командую я, показываю орку где находится этот вперёд, а сам хватаюсь за пулемёт.

* * *

Завидев Барбоса стая взвывает от радости и бросается нам навстречу. Мы же, не дрогнув, влетаем в неё как корабль в стаю китов. Я слышу удары о щитки, слышу вопли, наш броневик несколько раз подрыгивает на телах, перелетает через тротуар и… и застревает.

Маркус балбес, экзамены на права он не сдал бы ни за что.

Пока помогаю ему справиться с управлением волна зомбаков накрывает нас. Насколько я могу видеть через щели и слышать – эти гады везде.

Вообще везде.

И скрежет металла такой словно кто-то пытается вскрыть люк чем-то более правильным чем ногти или зубы.

Судя по тому как люк вздрагивает от каждого нового удара – у них может получиться.

А вот у нас пока не получается выбраться из дыры в которой застряли.

Я даю длинную очередь по телам облепившим броневик, но это только раззадоривает этих тварей – вопли их становятся громче и яростнее.

Еще несколько очередей заваливая всё вокруг трупами, а потом отпихиваю Маркуса в сторону и сам прыгаю на место водителя.

Автоматическая коробка передач не самая удобная шутка чтобы выпутываться из зомби-апокалипсиса, но стальной зверь в моих руках всё же взвывает и делает первую попытку вырвать из плена в который угодил. Кто-то истерично, женским голосом визжит под нашими колёсами, кто-то засовывает окровавленные пальцы через смотровые щели, а кто-то даже пытается просунуть через них и зубы.

Выглядит всё это очень неприятно и вызывает только одно желание – проснуться.

Но проснуться нельзя, это не кошмар который закончится как только солнечный луч коснётся твоих век.

Что-то лопается, но сейчас невозможно разобрать что именно – может просто череп зомби по которому мы проезжаем – и наш Барбос скатывается обратно на дорогу.

Теперь я вижу всё толпу, которая только что пыталась взломать нас и эта толпа не рада что мы выскользнули из их смертельных объятий.

Выруливаю в среднюю полосу и жму на газ – да, эта дорога не ведёт к Крокус-Молу и Фарго, но сейчас нужно попробовать хотя бы немного оторваться от преследователей… и при этом не найти на свою пятую точку новых неприятностей.

Разогнаться не успеваю – вижу впереди, прямо на дороге… бойню!

Несколько десяткой орков против толпы бесстрашных людей… бесстрашных, конечно, потому что они уже мертвы.

Вой и вопли тут такие, что я выпускаю ненадолго из рук руль и затыкаю уши – надо же как-то спасти барабанные перепонки. А потом снова хватаюсь за руль и выкручиваю его так, что броневик чуть не начинает кувыркаться по трассе как в каком-нибудь блокбастере.

Визг наших тормозов неожиданно привлекает тех мертвяков что стоят в задних рядах и скучают не зная как подобраться к оркам ближе и оторвать свой кусок плоти. Стая очень быстро делится на две и половина её устремляется нам навстречу.

– В городе становится неспокойно, – говорю я поглядывая на Маркуса, который сейчас устроился на полу. Даже не могу поверить что еще недавно считал его моим грозным и даже непобедимым оружием.

Пока то, что я вижу говорит только об одном – чем меньше мы будем кататься по городу тем больше шансов выжить. Тут и во времена орков было опасно, а теперь…. И это яеще стараюсь не вспоминать о дгалах повисших над городом и нежити засевшей на окраинах.

И только сейчас понимаю – они все пришли ради разлома и готовы к большой битве. К очень большой битве за него. А я… я тем, что увеличил разлом – ускорил час этой битвы.

И начаться она может в любую секунду.

Даже не верится в то, что еще несколько дней назад жизнь была мирной и прекрасной… да, даже не верится.

Заставляю Маркуса усесться за пулемёт и на ходу объясняю ему куда смотреть и на что жать. Он делает несколько коротких очередей в никуда, но быстро осваивается и вот уже суёт свой огромный мясистый нос к смотровой щели чтобы прицелиться получше.

И даже успевает снести головы тем, мимо кого мы проносимся. Он оказывается метким на удивление – неужели до того как ему подарили молот он был стрелком из арбалета?

«Плеваться смертью» – Маркусу явно нравится и это отлично, потому что водила из него получился не очень.

Дальше всё становится стремительным. Мы летим напролом. Кого-то отбрасывает в сторону, кого-то – под колёса. Трещат лопнувшие кости и черепа, визжат и воют те, кому мы не достались. Броневик сейчас похож на злого стального зверя, который кромсает всё чего касается.

Крови на нём столько, что она чёрной жижей стекает через смотровые щели заставляя задыхаться от вони.

Пролетаем несколько утонувших в ночном мраке переулков и выныриваем прямо перед Крокус-Молом.

Выныриваем чтобы увидеть толпу орков... Все они заняты чем-то очень важным.

Толстенные тросы в их огромных ручищах и тянутся эти тросы на второй этаж торгового центра.

На тот самый этаж где я оставил…

А потом я вижу как огромная витрина лопается разбрызгивая осколки стекла и на асфальт парковки ломая крыши стоящих на ней авто обрушивается огромный дракон.

Мой Фарго.

* * *

Глава 11

* * *

Мы сидим и смотрим.

Просто смотрим, потому что если Фарго мёртв – из броневика лучше не высовываться. Спасти можно только тогда, когда есть кого спасать.

Как только Фарго обрушивается на асфальт, они бегут к нему, начинают рубить верёвки которые привязали к лапам и шее, начинают рубить ему крылья.

Мы сидим и смотрим.

Я жду любого свидетельства что Фарго жив.

Любого.

И дожидаюсь.

Топор одного из орков застревает в кости крыла дракона и тот взмахивает крылом… вернее пытается им взмахнуть.

– Идём! – я толкаю люк и он на пневматических опорах шипя ползёт вверх.

За спиной у меня дробовик, а в руках – кинжал. Да, совсем обычный с сотней урона.

Вот только на нём висят «молния», «мощь», «высокое напряжение» и «хрупкость», а это на моём тринадцатом уровне почти семь сотен урона. И «хрупкость» обнуляет защиту врага, «молния» добавляет шок, а «высокое напряжение» распространяет удар молнии сразу на несколько ближайших врагов.

А еще на мне как ауры висят две «стужи», которые серьёзно замедляют врагов как только они подойдут ближе и «ловкость», которая ускоряет меня.

Это рискованный билд, который слишком быстро расходует мою душу, но сейчас я готов играть по правилам Блэйда.

«Горгону» я не буду использовать, попробую обойти без неё – иначе остатка моей жизни будет хватать всего на пару ударов кинжалом.

– Это мой дракон, – я останавливаюсь и слышу как за спиной замирает Маркус.

Орков с десяток, наверное. Крупные, сильные и… голодные. Ну еще бы – испуганная полумёртвая Москва не в силах прокормить такую орду.

Уровни у них, насколько я успел рассмотреть за те короткие секунды пока сидел в броневике, не слишком высокие. Самый маленький – пятый, самый большой восемнадцатый.

Для моего тринадцатого и девяносто девятого Маркуса – не впечатляет.

Почему я вылез из броневика вместо того чтобы крошить этих гадов из пулемёта?

Всё дело в Маркусе. Я видел как он опустил руки от пулемёта завидев своих сородичей. Наверное, он послушался бы меня если бы приказ стрелять был отдан.

Наверное.

А если нет?

А если мой контроль над ним не безграничен? Мне приходилось играть в игры, в которых те, кого ты подчинял себе – иногда восставали.

Оказаться наедине с разъярённым взбунтовавшимся орком девяносто девятого уровня в тесном пространстве броневика…

Нет, я бы вряд ли прожил там больше секунды.

– Это мой дракон, – повторяю я снова и вижу как орки оборачиваются.

Оборачиваются и разглядывают меня… и Маркуса за моей спиной.

Они бы бы бросились сразу на меня. Не раздумывая, но вот орк стоящий рядом со мной – он смущает их. Он как бы говорит – всё не так просто, этот человечек не обычная еда.

– Кто ты? – спрашивает один из них, самый здоровый, восемнадцатого уровня – наверное, уровень определяет вожака в любой стае, будь то зомби или орки.

Он одноглазый, а вместо второго – что-то похожее на маленькое золотое яичко загнанное в пустую глазницу.

– Я – человек, – говорю я и показываю на Фарго. – А это мой дракон.

– Убей его, – одноглазый показывает Маркусу на меня.

– Нет, – тот становится рядом со мной.

– Нет?! – удивляется одноглазый. – Почему?!

– Не могу, – отвечает Маркус.

Ответ честный, но мне от него становится как-то не по себе.

– Не можешь? – одноглазый оборачивается к своим как бы призывая удивиться вместе с ним этому странному чуду.

– Да, – кивает головой Маркус.

– Эта бледная тварь подчинила тебя, брат?

Чёрт.

Мне не нравится этот разговор.

Совсем не нравится.

– Да.

Мог бы и не отвечать Маркус. Мог бы просто снести к чертям голову этому одноглазому.

А одноглазый тем временем хмурится. А вместе с ними хмурятся и все его другие братья.

–Тогда я убью его сами всё решится, – говорит он. Говорит и идёт ко мне.

Полторы тысячи единиц жизни, полсотни единиц защиты.

Три выстрела из дробовика?

Или четыре?

Скорее четыре, но стоит проверить.

Достаю дробовик из-за спины, дожидаюсь когда между мной и врагом остаётся пару шагов и стреляю. Стреляю ему в морду и вижу как от неё остаётся кровавое месиво.

Потом снова стреляю.

И снова.

Четвёртым выстрелом добиваю.

Надо поторопиться – здесь как и везде по асфальту стелется тёмная дымка, а это означает что скоро одноглазый оживёт.

– Мне придётся убить вас всех, если вы не дадите мне забрать моего дракона, –говорю спокойно, миролюбиво даже.

Если бы не Маркус… не Маркус девяносто девятого уровня рядом со мной – они бы конечно даже не стали со мной разговаривать. Просто бросились бы на меня.

Кто там кого, я их или они меня одолели бы – выяснилось бы уже потом.

Но стоит Маркус. Машина смерти Маркус.

– Прикажи им уходить, – я смотрю на него снизу вверх.

Он медлит. Колеблется. И мне это не слишком нравится. Я бы предпочёл чтобы его подчинение было безусловным. Чтобы не было никаких сомнений.

– Прикажи! – повторяю я.

– Не нужно крови, – говорит он. – Это его дракон – дайте нам его забрать.

Вот, уже лучше.

Кажется, совсем скоро я смогу почесать Фарго за ухом… у него ведь есть уши, да? Я, правда, не знаю пока где они находятся.

–Мы спасём тебя брат, – выкрикивает кто-то из орков – и это становится сигналом для всех. Они бросаются толпой.

Они бросаются толпой, а в моей крови взрывается волна адреналина. Дальше всё происходит как в очень быстром сне.

Аура стужи замедляет их, превращая в неповоротливых гигантов, а «ловкость» – ускоряет меня.

Я ныряю прямо в толпу – и уворачиваясь от ударов бью сам. Целюсь в горло. В горло или в глаза – если могу до них дотянуться.

Сейчас самое важное не пропустить ни одного удара – у меня слишком мало жизни, чтобы пережить любой из них.

Мало и становится меньше с каждым ударом.

Молния на кинжале работает – вспышка за вспышкой, ослепительные нити её тянутся от одного орка к другому, заставляя взвывать их и отшатываться в сторону.

Момент когда жизнь моя обнуляется ловлю вовремя, я жду его, жду рядом с полудохлым орком, который стоит на коленях уже поглядывая последним своим глазом на смерть которая совсем близко.

Засаживаю кинжал в грудь ему, засаживаю и бью второй рукой по рукояти заставляя лезвие погрузиться до конца.

Орк выдыхает, выдыхает последний раз и ложится на асфальт, а я, почти утонув в его крови, отскакиваю в сторону уже с полной жизнью.

Маркус стоит неподвижно, как скала и… я высажу ему всё позже.

Позже, когда выживу.

Или не выскажу.. ведь, кажется, убивать своих он не умеет.

Хорошо хоть не бросается на меня… пока.

Бой длится совсем недолго – минута, может быть. Я дважды падаю поскользнувшись на крови и радуюсь что это не моя кровь. Падаю и снова вскакиваю продолжая наносить удар за ударом.

Молния почти ослепила меня – это плохо, но утешает то, что и орков она ослепляет тоже. А еще – она их добивает.

Огромных тел вокруг меня становится так много, что приходится перепрыгивать через них чтобы дотянуться до следующей цели.

Последний удар, и снова в сердце, я наношу уже онемевшей от усталости рукой.

Потом ударом ноги отбрасываю уже мёртвого орка и без сил сажусь прямо в лужу крови.

– Спасибо за помощь, – говорю.

– Прости, владыка, – Маркус перестаёт быть изваянием и садится рядом. Не так как я, в лужу крови, а на корточки, старясь не вымазаться.

– Я убью тебя, – говорю.

Вместо ответа достаёт свой кинжал и протягивает мне. И поворачивается так, чтобы мне удобнее было попасть в сердце.

– Нет, не сейчас, – я отталкиваю его руку. – Ты всегда так будешь?

– Как? – не понимает он, пряча кинжал в ножны.

– Прикидываться каменной статуей пока меня убивают.

– Они братья, – Маркус опускает голову.

– Твои братья захватили мой город и убивают моих братьев – ты ничего не слышал об этом?! – начинаю злиться я.

Может и правда его убить?

Вот взять и убить.

Чтобы не думать потом – впишется этот гад за меня или будет мух считать на своём пузе.

– Это война, владыка, – он поднимает на меня свои оранжевые глаза. – Никто не виноват. Мы просто пришли воевать.

Не удерживаюсь и пинаю его.

– Ты идиот, – говорю. – Если ты пришёл убивать других – ты виноват в этом.

– Ты только что убил моих братьев, владыка. Ты виноват в этом?

– Может быть мне и правда тебя убить? – смотрю в эти непроницаемые огромные глаза цвета утреннего солнца в Африке… хотя я не был в Африке и понятия не имею как там выглядит утреннее солнце.

Он снова достаёт кинжал и снова протягивает его мне.

– Я защищаю свою народ и себя, – пробую все же объяснить ему истину. Объяснить раньше, чем воткну кинжал в орочье сердце Маркуса.

– Мы тоже здесь для того чтобы защитить свой народ, – он засовывает палец себе в пасть и выковыривает огромный кусок затерявшейся там падали. – Мы пришли сюда чтобы стать сильнее, а разве сила не является лучшей защитой, владыка?

Так.

Моя мирная логика столкнулась с его логикой войны.

И не уверен что моя логика побеждает.

– Ясно, – говорю я, беру его кинжал, взвешиваю в руке оценивая, – Повернись чуть правее – мне удобнее бить тебя в сердце.

Он молча безропотно поворачивается.

– Можешь кольчугу снять?

Кивает и начинает стягивать с себя броню.

– Так удобно будет, владыка.

Примериваюсь…

– Мне нужно будет нанести тебе очень много ударов прежде чем умрёшь – потерпишь? – спрашиваю.

Кивает и закрывает глаза.

Кладу кинжал ему на колени и встаю, а Маркус открывает глаза и удивлённо смотрит на меня – он уже приготовился к смерти.

– Что не так, владыка? Устал и хочешь сначала отдохнуть?

– Ну да. Примерно так, – отвечаю я. – Я пока пойдём к нашему дракону… если он еще не сдох.

Попробую принять Маркуса таким какой он есть. Не знаю что из этого получится, но я попробую.

* * *

Фарго отрывает глаза услышав мои шаги.

– Вот и умничка, – я присаживаюсь ярдом и глажу его. – Я немного задержался, прости. Нашёл миллион живых людей и вот этого балбеса.

Показываю на Маркуса.

Фарго конечно ни черта не понимает, но говорить ему всё равно приятно.

Он ничего не понимает, но моргает своими полупрозрачными веками с опаской поглядывая на огромного гиганта за своей спиной. Ну еще бы – точно такие же только что готовились пустить его на мясо.

– Тебе придётся снова пить лекарство, – я лезу в инвентарь за бутылками, поглядывая на разрубленные крылья Фарго. – А потом мы придумаем что с тобой делать.

Опасности здесь на парковке торгового центра пока нет.

Пока.

Совсем скоро – мёртвые орки оживут и до этого момента нам нужно успеть исчезнуть отсюда.

– Он не взлетит, – выносит приговор Маркус, пробует поднять крыло дракона и то тут же начинает потрескивать в разрубленных костях.

Не взлетит.

Это любому понятно.

И сейчас у меня только два варианта – или засесть на этой парковке на пару дней пока Фарго не станет лучше, убивая каждого, кто заглянет сюда или пробовать эвакуировать дракона как-то.

Есть еще и третий вариант – бросить Фарго, но его я не рассматриваю.

Оглядываюсь.

У нашего броневика есть фаркоп – кажется так называется та штука, к которой можно что-нибудь прицепить.

Осталось придумать и найти то, что можно прицепить.

– Добить его чтобы не мучился? – спрашивает Маркус прикрыв ладонью глаза дракону.

– Я потом тебя добью сразу, чтобы не мучился, – грожу кулаком орку и встаю. – Следи за ним и не подпускай никого.Даже своих зелёных братьев. Как хочешь их уговаривай, только не разрешай трогать моего дракона.

На парковке несколько легковых авто, тентованная газель, какой-то китайский фургон со стеклянной кабиной… всё.

Была бы фура можно было бы запихнуть Фарго внутрь фургона – здесь недалеко. Если идти пешком то пару часов, а на колёсах и минут за двадцать можно уложиться… если, конечно, не нарваться на слишком большую толпу орков или мертвяков.

Бродить по соседним улицам в поисках фуры или большого автобуса слишком рискованно, а потому глупо.

Невозможно?

Бросать Фарго?

– Я могу попробовать нести его, – предлагает Маркус.

Ого, самоотверженно.

Сравниваю размеры орка и дракона… нет, слишком огромен Фарго. Думаю, Маркус даже тащить по асфальту его не осилил бы.

Да и защищать я как их будут от толпы?

– Спасибо, но нет, – мотаю головой я.

Можно было бы сорвать тент с Газели и запихнуть нашего раненого в кузов… он бы хоть и с большим трудом, но поместился бы. Не весь, конечно…

Допустим… а что потом?

Садится за руль Газели и прорываться? Она слишком хрупка – даже небольшая стая мертвяков запросто разберёт нас всех троих на кости, кожу и мясо.

Попробовать прицепить газель к броневику? Это был бы неплохой вариант… если бы имелся еще один водитель. Тащить неуправляемую газель – это ввязываться в слишком весёлое и рискованное приключение… которое почти наверняка закончится нашей смертью.

Или попробовать?

На авто с прицепом я ни разу не ездил за рулём. Логика подсказывает что если на второй машине не будет водителя, то её передние колеса будут болтаться туда сюда, очень сильно мешая движению.

Выломать их ко всем чертям? Маркус бы справился с этой задачей, уверен.

Да, выломать передние колёса, а потом навесить её передком на зад броневика.Размышлять хорошая это идея или плохая нет времени.

–Вперёд, – я машу рукой Маркусу и бегу к газели.

Он слегка удивляется – я ведь только что приказал ему охранять дракона, но бежит вслед за мной.

– Ломай, – прежде чем отдышаться командую я показывая на тент. – И это ломай. И это. И… это тоже, пожалуй.

Он не спорит, просто хватается за метал своими огромными ручищами и рвёт его. А я с ужасом представляю ощущения тех, кому достаётся от этих рук.

Проходит несколько минут и на несчастную Газель нельзя смотреть без слез. Маркус постарался на славу и выломал всё, что можно было выломать. Не осталось тента, бортов, кабины… и даже руля и кресел. Ну и передних колёс, конечно. Зато на это убожество можно попробовать уложить Фарго…

Еще несколько минут уходит на то, чтобы прицепить газель к броневику. Прицепить нужно намертво – чтобы не потерять драгоценную ношу по пути… а путь нам предстоит хоть и не слишком дальний, но весьма опасный.

Мертвые орки между тем начинают шевелиться, а это значит времени уже не осталось совсем.

Чертыхаясь и матерясь кое-как подгоняю наш странный автопоезд к Фарго. Теперь его жизнь будет зависеть от того, сможем ли мы затащить его на газель или нет…

К счастью, у дракона хватает сил чтобы при помощи Маркуса и немного – моей, самому заползти на газель. Та простонав и заскрипев всем своим металлом принимает новую ношу.

Лучше всего бы конечно Фарго привязать – иначе мы его просто потеряем по дороге на каком-нибудь вираже, но привязывать нечем.

Я нахожу какой-то трос в грузовом отсека броневика, но он такой толстый и жёсткий, что запросто может покалечить Фарго на резком повороте.

Ладно.

Понадеемся на удачу и моё мастерство гонщика… мастерство,которого нет.

Успеваем забраться внутри броневика ровно в то мгновение, когда первый из оживших орков встаёт.

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида – оно почти всё залито кровью, но разглядеть Фарго с его помощью всё же можно… смогу ли я довести его?

Кошусь на Маркуса, который уже чешет ладони о пулемёт и жму на газ. Барбос взвывает и рвёт вперёд снося какие-то бочки от краски. Те, громко гремя, разлетаются в стороны наполняя улицы гулким эхом.

Всё. Теперь всё просто. Не останавливаясь и никуда не сворачивая – строго по кратчайшему маршруту.

Смоленская, Большая Дрогомиловская, Кутузовский, потом развязка и там уже и Москва-Сити.

Мой новый дом.

Я не был там всего несколько часов, а кажется прошла уже целая жизнь.

Выжимаю газ до предела заставляя дымиться покрышки.

Смоленская полна зомби так, будто сегодня какой-то парад, не меньше. Мы тараном влетаем в них, отшвыривая тела и круша черепа.

Визг вокруг стоит страшный, я глохну от него, но педаль газа не отпускаю. Пролетаем улицу как самолёт в пике, почти утонув в крови. Маркус стреляет редко,итолько в том случае, если кто-то из мертвяков виснет на броневике закрывая обзор.

На Дрогомиловской трасса свободнее и я могу ненадолго выдохнуть. Кутузовский встречает нас новой толпой скучающих зомби и рядами мёртвых машин. Вылетаем на тротуар – благо он тут широкий – и по нему прорываемся до самого конца, до Третьего транспортного, до развязки на него.

Осталось совсем немного… и я даже успеваю поглядывать в зеркало заднего вида, чтобы убедиться в том, что Фарго всё еще с нами.

Вот и развязка.

Я влетаю на неё раньше чем понимаю – что-то здесь не так.

Влетаю проломив какие-то баррикады и только потом вижу – этот кусок трассы, кусок моста – пуст. Есть тела – человеческие, несколько разбитых машин. И больше ничего!

Наверное, из-за того что эта часть развязки висит высоко в воздухе здесь нет той самой чёрной дымки что оживляет мертвецов. И потому нет живых мертвецов.

Но есть кое-что похуже их.

Две баррикады с обоих сторон этого моста.

Через одну из них, из машин и ограждений, я только что пролетел даже толком не сообразив что это было.

И соорудили эту баррикаду военные. А теперь они смотрят нам вслед и пытаются понять что это было и кто мы такие.

А на другой стороны моста – почти такая же баррикада. Только на той стороне – рядом с ней орки. Много орков.

Пустой мост, две баррикады и мы между ними – вылетевшие на линию огня между двумя фронтами. Мы – лёгкая мишень зажатая с двух сторон.

И какая-то перевернутая машина в нескольких шагах от нас. А из-за неё, совсем близко – детский плач.

* * *

Глава 12

* * *

Взвизгивает пуля о нашу броню. Сразу за ней – вторая.

Орки стрелять из огнестрела не умеют, а, значит, этоподарок вдогонку от военных. Может, мы нечаянно кого-то из них задавили, когда пролетали через баррикаду, а может… может это просто новый закон мира – все против всех.

–Ты тоже слышал это? – спрашиваю я у Маркуса.

Он смотрит на меня и в оранжевых глазах вопрос. Не понимает. Ну да, что для орка плач человеческого ребёнка.

Автоматная очередь отбивает чечётку по стали броневика, заставляя вздрогнуть. Мы, конечно, можем стоять вот так между двух армий на пустом мосту и дальше… только это точно плохая идея.

Новая очередь – где-то низко. Они стреляют по колесам?!

Плохо.

Очень плохо.

Колеса здесь хоть и защищены бронированными щитками, но не так надежно, как хотелось бы. Случайная пуля вполне может продырявить резину и тогда мы с Маркусом обречены.

Снова плач. Совсем близко – он точно идёт из-за перевернутого «вольво» в десятке шагов от нас. Больше неоткуда.

Разворачиваю Барбоса так, чтобы он своим боком прикрывал перевернутую машину и тянусь к ручке люка.

–Куда ты, владыка?! – мохнатые, как древний лес, брови Маркуса ползут вверх. – Мы уже дома?

Дома? Дом совсем близко – я даже, наверное мог бы увидеть Пик Веры, если прижаться к смотровой щели… вот только прижиматься к ней не стоит. Пуля дура и запросто размажет мои мозги по салону броневика.

Набрав побольше воздуха как перед падением в воду, толкаю рукоять люка и тот посвистывая пневматикой ползёт вверх.

Оставляю крышку в вертикальном положении – какая-никакая, но защита и подтянувшись, выбрасываю тело наружу. Вылезать под пули нравится только сумасшедшим и зомби. Я не первый и ни второй… пока, поэтому тут же качусь по борту броневика на асфальт. Скатываюсь и ныряю под перевёрнутую машину.

Из салона, через разбитое стекло, на меня смотрят испуганные глаза пацана лет десяти. Десяти или меньше – я вообще не разбираюсь в мелких.

Асфальт где-то совсем близко взрывает новая очередь, засыпая нас пылью, искрами и осколками.

Прикладом дробовика добиваю лопнувшее стекло, старясь так чтобы осколками не выбило глаза пацану и подползаю ближе.

– Давай руку! – тяну ему свою.

– Нет, – он съёживается и пробует отползти в глубину салона. Отползти не получится – крыша «вольво» искорёжена и вмята и почти зажала малого.

– Здесь опасно, – говорю я и новая очередь, словно подтверждая мои слова, с визгом прошивает металл машины.

– Нет! – он почти кричит и смотрит на меня как на врага.

– Я не враг, – пробую разуверить я его. – И здесь очень опасно. Пули – ты же слышишь. Они совсем близко.

– Нет!

Что если «нет» это единственное слово которое он может говорить? Если бы не искорёженная крыша «вольво» я бы мог пробраться внутрь и вытащить малого. Вытащить насильно, а потом запихнуть в броневик – под надёжную защиту от пуль. Но я не не могу – слишком узко. Я могу попробовать, но если застряну – нам обоим конец.

– Сейчас сюда придут огромные зелёные чудища, – говорю я в надежде испугать. – И они съедят тебя. Тебя, и меня заодно.

Говорю, а сам прикидываю – получится ли у меня неожиданно схватить его за руку и вытащить наружу. Или я просто выломаю хрупкую детскую ручку и оставлю малого калекой.

– Сейчас сюда придут мои родители! – со слезами на глазах выдаёт он.

Теперь я всё понимаю.

Всю безвыходность ситуации.

Никто уже сюда не придёт. Его родители – среди тел лежащих на мосту неподалёку. И ни за кем они уже не придут… если конечно, чёрная дымка не доберётся сюда, на мост. И даже тогда они вряд ли признают своего ребенка.

Скорее поужинают им.

Или позавтракают.

И вытащить его отсюда мне не удастся. Потому что этот светловолосый испуганный детёныш человека ни за что не променяет меня на своих родителей.

Бросать его здесь? Всех нельзя спасти – пусть и он останется среди тех, кого я не смог уберечь от смерти.

Да, надо уходить – пули подбираются всё ближе. И это не случайность – типы с автоматами на баррикадах видели меня и теперь знают куда нужно стрелять.

Так трудно уйти сейчас и бросить его одного.

– Они меня послали, – почти само вырывается. – За тобой.

В его взгляде и радость и недоверие.

– Да. Просто, здесь опасно. У меня есть броневик, – я показываю на стальную махину рядом. – А у них нет. И сейчас они ждут тебя в очень хорошем тихом месте.

Я вру сейчас на ходу, даже не успев обдумать все последствия своей лжи.

Сейчас это единственный способ спасти малого и, может быть, потом, если он сможет пережить всё это безумие вокруг и вырастет – он простит меня.

Недоверия в его глазах становится меньше, а радости и надежды – больше.

– Ну скорее же! – я болтаю своей ладонью в воздухе. – Ты же не хочешь чтобы мы здесь с тобой умерли, а твои родители плакали?

Мотает головой. Мотает головой и размазывает слезы страха по щекам.

Он еще боится. Готов протянуть мне свою руку, но пока боится.

– Я хочу жить.

– Ты будешь жить, обещаю.

Я вижу по его глазам – он мне верит. Хватается за мою руку, а я, еще не веря до конца, осторожно тяну за неё.

Снова очередь рядом – она почти дотягивается до нас. Тут же – вторая, и громкий взрыв от которого почти останавливается сердце. Лопнуло колесо… к счастью, колесо «вольво», а мойБарбос пока цел.

– Как тебя зовут? – спрашиваю я.

На его лице вдруг мелькает сомнение. Сомнение в том, что я сказал правду – ведь если бы меня послали родители, они бы точно назвали его имя.

– Я проверяю, – вру дальше в надежде, что за ложь во благо в ад не отправляют. – Вдруг мне не тебя нужно спасать.

– Меня! Меня! – он начинает мотать головой и еще сильнее сжимает мою руку в своей. – Тимофей! Я – Тимофей!

Он говорит это так, словно это имя лучшее на свете. Может так и есть, но сейчас мне нужно просто спасти этого малого.

– Закрывай глаза, Тимофей, – командую я, хватаю его на руки и вытаскиваю его из под машины и прижимаю к борту броневика. Прижимаю так, чтобы щитки колеса закрывали нас от пуль.

– Можно открывать глаза? – спрашивает Тимофей и я вижу как дрожат его сжатые изо всех детских сил веки.

– Нет! Еще рано!

Это глупо, но я не хочу чтобы он увидел пулю… если она найдёт его. Пусть лучше с закрытыми глазами.

Теперь последний, но самый сложный рывок… и самый опасный. Ступени тут есть, но они не слишком удобные даже для одного, а когда на руках у тебя ребёнок и вокруг свистят пули…

Прижимаю одной рукой Тимофея к себе, а второй хватаюсь за стальную скобу и резко выталкиваю нас вверх, под защиту распахнутого люка.

Метал его тут же визжит под пулями – нас видят и это плохо.

Кидаю малого вниз и тут же, чуть не раздавив его, прыгаю вслед.

Еще секунду уходит на то, чтобы захлопнуть крышку.

Всё.

Живём. Пока – живём.

Расслабиться не успеваю – Тимофей замечает Маркуса.

– А-а-аа! – от пронзительного вопля пацана у меня темнеет в глазах и плачут барабанные перепонки.

Тимофей как испуганный кот начинает вырываться из мои рук в надежде выпрыгнуть обратно через люк и спастись.

– Стой! – я зажимаю его так, что слышу писк – как будто сдавил котёнка. – Он свой. Он хороший. И он не тронет тебя.

Тимофей орёт еще некоторое время, заставив сморщится даже невозмутимого Маркуса.

– Он не тронет тебя… если ты прямо сейчас перестанешь орать, – добавляю я.

Кажется, за воплями нельзя расслышать моих слов. Но он слышит. Слышит и стихает, еще сильнее прижимаясь ко мне и разглядывая огромного монстра сидящего рядом.

– Он – свой? – недоверчиво спрашивает поднимая голову и заглядывая мне в глаза.

– Да. Защитник, – говорю я, а сам думаю о заслоне из орков, через который нам прямо сейчас прорываться… если мы конечно, хотим попасть домой.

Как Маркус отнесётся к тому, что пострадают его собратья… и не прикончить ли мне его на всякий случай сейчас. Раньше чем случится что-нибудь плохое.

Хотя нет… второй вариант – не вариант. Убивать Маркуса на глазах ребёнка я не готов.

Тимофей перестаёт дрожать и я выпускаю его.

– А где мои мама и папа? – он начинает оглядываться.

Что я буду ему говорить когда мы доберёмся до Пика Веры – понятия не имею. Сказать что они скорее всего мертвы – я не смогу. Говорить такое в глаза ребёнку – не представляю как такое сделать.

– Они не здесь. Я же сказал – они ждут нас в тихом безопасном месте. А здесь свистят пули – ты же слышишь.

Как доказательство моих слов металл броневика царапает новая очередь.

– Ну так поехали! – Тимофей усаживается за руль и обхватывает его.

– Ты будешь рулить? – спрашиваю я уже готовый к его «да».

– Не. Я не умею. Но ты умеешь? – смотрит на меня глазами ребёнка, который уверен что взрослые умеют всё.

– Конечно, – я спихиваю его с изуродованной Маркусом сидухи и усаживаюсь сам.

Впереди неловкий момент.

– Маркус, – говорю я. – Я бы не хотел тебя убивать.

– Не хочешь – не убивай, владыка, – он смотрит на меня ясными оранжевыми глазами цвета африканского солнца.

– Но мне придётся, – я делаю грустное лицо, поглядывая в смотровую щель на толпу орков, которая нас ждёт на противоположной стороне моста.

– Почему?

– Кого ты видишь там? – показываю на орков.

Он суёт свой мясистый нос к смотровой щели.

– Братьев.

– Придётся сейчас натравливать Барбоса на них, – говорю я.

Маркус неожиданно пожимает плечами.

– Это будешь делать ты, а не я, владыка. И это война. Я не буду тебе мешать.

– Барбоса! – глаза у Тимофея вспыхивают, он начинает оглядываться. – У нас есть собака? И где она?!

Прижимаюсь губами к его уху и шёпотом объясняю кто такой Барбос и откуда взялось этот имя.

Тимофей слушает не дыша и поглядывает на Маркуса. А потом подмигивает мне. Ну да, у нас с ним уже есть своя тайна.

– Барбос очень страшный, но хороший, – он гладит руль поглядывая на орка.

Он еще что-то хочет сказать… решается и говорит, вернее – спрашивает.

– Ты же не обидишь меня?

– Нет, – орк качает головой, протягивает свою огромную лапищу и касается щеки Тимофея.

Прежде чем завести двигатель, рассматриваю баррикаду впереди – нужно найти слабое место. Если застрянем, нас даже заступничество Маркуса не спасёт.

Центр орочьего заслона кажется самым уязвимым местом. Да, машин там навалено больше всего, но сама конструкция кажется шаткой и неустойчивой – я вижу как серый пикап на самом верху покачивается от порывов ветра.

Если и прорываться – то там.

От мысли, что дом совсем близко, что совсем скоро я увижу друзей по коже прокатывает волна мурашек.

– Держитесь крепче, – я подмигиваю Тимофею, который тут же изо всех сил вцепляется в своё сиденье.

Вылезаю и застегиваю на нём ремни безопасности, оказывается, они есть даже на броневиках. Потом снова залезаю в своё кресло. Мне придётся обойтись без них – ремни вместе со выломанной спинкой валяются неподалёку.

Жму на газ и Барбос тут же тонет в облаке чёрной копоти.. Тонет, но всё же срывается с места и, грозно подвывая, несётся к баррикаде впереди.

Жалеть никого возможности у меня нет, потому педаль газа не отпускаю ни на секунду. Развязка огромная и мост по которому мы сейчас летим – длинный. Сколько там максималка на спидометре? Двести двадцать? Столько – нет, но сотню точно успеем выжать.

В груду машин влетаем, когда стрелка спидометра осторожно касается отметки в сто десять километров в час. Я бы выжал и больше, но испугался – что если корпус броневика не выдержит, что если наши черепа не выдержат – ничего похожего на подушки безопасности здесь точно нет.

Треск и скрежет стоит такой, словно вся планета влетела в кучу металлолома. Меня трясёт очень сильно и почти ломает рёбра о руль.

Нас почти переворачивает с ног на голову, но «почти» не считается.

Первый взгляд – назад, на Фарго.

Цел – мы с Маркусом очень постарались, укладывая его как можно более устойчиво.

– Всё! – я поворачиваюсь к Тимофею и выдыхаю. – Мы почти дома. Самое страшное уже позади.

Через прорезь в корпусе я вижу Пик Веры и вижу его совсем близко. Кажется, рукой можно дотянуться.

Не сбавляя скорости летим к развилке, которая ведёт к Москва-Сити. Пару минут и мы на месте… если ничего не помешает. Да и что может помешать в деловом центре, на крышах которого мы расставили баллисты.Есть, конечно, риск самим угодить под снаряд баллист, но он невелик – мы не собираемся неторопливо прогуливаться здесь.

Несколько поворотов – я почти не торможу – и вот уже впереди вход в Пик Веры. Здесь ничего не изменилось, да и что могло измениться за несколько часов, пока меня не было.

Вот будет забавно если наши спят, даже не подозревая о том, в какой передряге я сегодня побывал. Не подозревая взорванном портале, о зомби и о том, что совсем скоро в Москве станет совсем весело.

И когда они увидят Маркуса рядом со мной – представляю как они удивятся. Лишь бы не начали от страха палить по нему сразу.

Первым делом, еще не доехав до входа в Пик Веры, останавливаемся и отцепляем прицеп с Фарго – здесь есть огромный бетонный навес, который убережёт дракона от возможных бомбардировок наших баллист. Каким чудом мы не потеряли дракона когда таранили баррикаду – загадка. Или большая удача. Но он цел, жив и этому можно только радоваться. Стаскиваем огромное тело с Газели и укладываем на прохладный бетон.

Похлопав Фарго по шершавой щеке, снова забираюсь в броневик – можно было бы дойти и пешком, но зачем. Тем более там внутри – Тимофей.

Маркус тоже забирается внутрь и трогает мелкого своим толстым пальцем за щёку и усаживается на своё место к пулемёту.

Выруливаю прямо к стеклянным дверям и откинув люк выбираюсь наружу. На землю не спрыгиваю – надо помочь выбраться Тимофею.

Здесь совсем тихо – вход в Пик Веры уже не обстреливается нашими катапультам, а вот оркам сюда пробраться нереально – так мы настроили тут всё.

Зомбаков здесь тоже нет – я ранее, пока выруливал по деловому центру, видел огромные мерзкие пятна на асфальте и тротуарах. Подозреваю что эти пятна – всё, что остаётся от зомби после того, как они попадают в зону действия катапульт.

– Мама и папа здесь? – Тимофей смотрит на меня снизу.

– Да, – чёрт, что ему говорить, когда поднимемся к ребятам и он увидит что никто его там не ждёт.

Сказать что родители уехали по срочному делу, но обещали вернуться? Тупо, но это лучшее что можно сказать. А потом… потом не знаю. Придётся врать бесконечно.

– Давай руку, – я наклоняюсь и в эту секунду возле уха взвизгивает пуля. Она влетает в крышку люка, рикошетит и где-то совсем близко разбивает стекло.

Падаю вниз – нет времени разглядывать с какой стороны прилетела смерть.

– Что там? – Тимофей смотрит на меня. На сам выстрел он даже внимания не обратил… это и понятно. После того, как он просидел в машине столько часов под пулемётный очередями обращать внимания на одиночный хлопок – это для слабаков.

Что ему ответить я не знаю.

Кто-то стрелял в меня, да. Один он или нет – неизвестно. Зачем вообще одному человеку стрелять в другого, в городе где творится такое – я не понимаю.

Тимофей что-то еще собирается спросить, но я закрываю ему рот прислушиваясь. Снаружи по-прежнему обманчиво тихо. Мне кажется я слышу треск стекла под ботинками, вот только понять сколько там человек бродят вокруг броневика на слух нельзя.

Пробую выглянуть в смотровую прорезь и тут же звучит новый выстрел.

Следят. И скорее всего, там снаружи их несколько.

Пробую выглянуть через другую щель и снова выстрелы. На этот раз – короткая автоматная очередь. Пули звонкими осами впиваются в метал обшивки, заставляя дрожать не только его, но и мои барабанные перепонки.

– Что вам надо?! – кричу в надежде, что толстые стенки броневика пропустят моя вопрос наружу.

– Вылезайте, – голос звучит самоуверенно.Почти насмешливо. Кажется, тот, кто это сказал уверен в своём превосходстве.

Отпихиваю Маркуса и усаживаюсь за пулемёт.

Не потому что собираюсь сейчас стрелять – смотровая щель через которую торчит ствол пулемёта гораздо более удобна для обзора.

Вглядываюсь в ночь…

Разбитые стеклянные двери центрального входа, обломки камней, толстенный слой пыли – баллисты своими бомбардировками так сильно пылят, что она долетает даже сюда.

И тишина.

Ни одного движения, ни шороха.

Обидно – мы ровно в одном шаге от дома, от друзей. Жаль нельзя прямо в броневике въехать в холл Пика Веры.

– Кто вы и что вам надо?! – кричу я.

– Надо чтобы ты вылез, морячок.

Я слышу смех. Уверенный смех людей, которые контролируют ситуацию. И теперь точно знаю – их там несколько.

– Отойдите от дверей подальше и мы вылезем, – я смотрю на Маркуса замершего рядом. Если он схватит Тимофея и побежит к дверям – мы можем добраться до укрытия достаточно быстро. Будут ли те, кто нас ждёт снаружи, охотится за нами в коридорах Пика Веры? Может и да, но для них это выйдет слишком рискованно.

– Хватит болтать! Вылезайте или получите черепашку под брюхо.

На это раз звучит жёстко, как угроза.

Черепашка… черепашка… знать бы что это такое. Граната? Она своими рёбрами похожа на крохотную черепаху.

Выдержит ли Барбос взрыв гранаты?

Скорее нет, чем да. Вряд ли броневик для подавления городских беспорядков оснастили такой защитой. Слишком дорого, неоправданно дорого.

Проклятье, а я то думал, что здесь внутри вполне безопасно.

Уезжать?

Вряд ли они дадут нам уехать – пока я буду разворачиваться получу гранату «под брюхо» – как сказал тот невидимый тип.

Что им нужно от нас?! Прикончить?! Просто прикончить?! Зачем?!

Броневик?

Да, как вариант.

Шестерёнки в моей голове работают на всех парах, потому что «черепашка» может «приползти» в любой момент.

– Я боюсь, – шепчет Тимофей.

– Всё будет хорошо, – я тянусь к нему и глажу по голове. – Сейчас всё решим.

– Давайте договоримся! – кричу.

– Давайте, – снова смех. – Карателя отдайте нам и валите.

Карателя?

– О чём ты?! – я навожу дуло пулемёта на голос. Стрелять смысла нет – я никого не вижу.

Стал бы я стрелять если бы эти типы выползли и своих укрытий? Да, но сначала всё же попробовал бы договориться. Кому нужны бессмысленные смерти.

– Ты тупой?! Роллс Ройлс на котором прикатились – освобождайте.

Так, ясно. Нашего Барбоса, значит, по всей форме зовут Каратель и эти типы вполне себе профессионалы если знают это.

Я вот слышу впервые.

Так… всё не так уж и плохо. Если они не мудаки и не захотят убивать нас просто так – мы легко сможем договориться.

А если мудаки…

– Отлично, – кричу я. – Нас устраивает – мы приехали сюда и просто хотим уйти. Отойдите от входа – Каратель никуда не денется. И обманывать вас смысла нет – если что кидайте под нас хоть десяток своих черепашек.

Я слышу негромкий голоса, которые не различить. Совещаются?

– Ладно! Мы вас не тронем! Вытряхивайтесь!

Вот и всё.

Надо держать ушки на макушке и очень быстро добраться до спасительного холла. И это легко – потому что он всего в нескольких шагах.

– Дайте нам минуту! – просовываю в смотровую щель ладонь.

Выстрелят?

Нет. Отлично. Это ничего не означает, но слегка успокаивает.

Хватаю Тимофея и протягиваю Маркусу.

– Держи его! И береги как зеницу ока, чтобы ни один волос не упал с его головы!

Маркус кивает, бережно забирает Тимофея, прижимает к своей груди и закрывает своими огромными ручищами так, что малого совсем не видно за ними.

– Я первый, – шепчу я. – Ты за мной. Туда.

Показываю через смотровую щель на холл Пика Веры.

Кивает и прижимает Тимофея сильнее.

Ну всё. Пан или пропал, других вариантов нам никто не даст.

Поворачиваю защёлку люка и выдавливаю его наружу. Жду секунду – если те, снаружи сейчас бросятся на нас, значит, всё плохо. Всё плохо, я попробую закрыться снова и снова буду попробовать договориться. Если им нужен Каратель, то взрывать они его станут только в том случае, если не смогут раздобыть целым.

Высовываю голову – это страшнее всего, потому что если прилетит пуля, у меня ни одного шанса на жизнь не останется.

Нет, они не стреляют.

Вылезаю весь и оглядываюсь.

Нет, по прежнему никого не видно – остались в своих укрытиях.

Самое важное – не стреляют, остальное – мелочи. У меня нет желания заглядывать им в глаза.

Спрыгиваю на тротуар рядом с которым стоит Каратель.

Они не стреляют!

– Маркус! – зову я и над люком появляется огромная голова орка. Он тяжело, заставив броневик вздрогнуть, спрыгивает на асфальт рядом со мной.

– О, ёб твою мать! – стонет кто-то. – Да с ним зелёная жаба, смотрите братцы.

Теперь они появляются. Только теперь. Трое в камуфляжных плащах и с автоматами в руках. Останавливаются в десятке шагов и разглядывают нас. Вокруг ночь, почти утро, еще темно, но я вижу их пальцы на спусковых крючках.

– Он свой, – я становлюсь перед Маркусом. Закрыть собой я такую тушу не смогу, это лишь знак для этих троих.

– Ты её на поводке водишь?

Они снова ржут.

– Что-то вроде того, – отвечаю. Не объяснять же им правила игры.

– Он ваш, – показываю на Барбоса. – Всё честно.

И поднимаю пустые ладони в знак мира.

– Всё честно, морячок, – один из троих вскидывает ладонь в ответном жесте.

Они быстро забираются на крышу Карателя. Двое тут же исчезают внутри, а третий медлит… смотрит на меня. И на Маркуса тоже смотрит.

– Мы не должны воевать, – говорю я. – Люди не должны воевать между собой.

– Ты прав, брат, – он машет прощальным жестом и исчезает внутри.

Появляется рука и захлопывает люк.

– Вот и всё, – говорю я Маркусу. – Всё выглядело не очень, но потом наладилось.

Очередь из пулемёта отбрасывает его на каменную колонну за спиной.

«Только не в сердце» – короткая мысль пока добегаю до него лежащего на земле.

В сердце.

Слишком много пуль было в короткой пулемётной очереди – даже огромные руки Маркуса не смогли защитить от них.

В сердце.

В крохотное сердце Тимофея.

– Люди не должны воевать, брат! – слышу насмешливое перед тем броневик разворачивается и уезжает.

* * *