Орк по Имени Мирный

Глава 1

Все началось с нападения на деревню эльфов. За нами было численное преимущество. Три сотни орков и гоблинов против жалкой горстки эльфийских воинов, оставленных в охрану.

Я спланировал время атаки. Отправил небольшую часть войска разорять храм светлых. Следопыты эльфов донесли про деяния орды и армия остроухих выступила.

Мерзкие орки мародёрствуют в святая святых. Пируют и гадят. Так все выглядело в их глазах. Но это ложь. Тактический маневр. Светлые считаю орду тупыми. Пришло время за это поплатится.

Основные силы эльфов ушли отбивать храм. Наш отряд разжег множество костров, расставил сотни палаток. Издалека не понять, выглядит, что вся орда там, на самом же деле меньше сотни.

Я Ррраа, главнокомандующий орды правителя Мутаорка. План с храмом эльфов мой. И нас ждет славная потеха.

Пару десятков мужчин в охране и полная деревня женщин и детей. О темный властелин, разве можно представить празднество веселее? Пир плоти, похоти и крови.

В скором времени мы во всю шествовали по улицам града эльфов. Да, сотня с небольшим орды осталась лежать перед стенами. Эльфы хорошие воины. Но кому какое дело до подсчета потерь, когда впереди такая нажива.

Потеха! Смерь! Насилие! Отряд эльфов вернется еще не скоро. К тому времени они найдут сожжённый град, трупы женщин и детей, сначала измученных, а потом съеденных. Как бы я хотел увидеть их лица. Услышать стоны и проклятья. Слезы и невыносимые страдания в глазах. Мысль об этом приносит наслаждение чуть ли не больше, чем реальные истязания.

Звучит прекрасно, верно? Идеально. При всем старании я не смогу представить картины лучше.

Кто бы мог подумать, что мой план станет началом конца. И все из-за нее. Этой чертовой молчаливой эльфийки. Будь она проклята.

Дворец мы прошли махом. Жаждущие крови орда грызла друг друга за право истязания попавшихся на встречу женщин, слуг и детей. Мое внимание привлекла дверь чуть в стороне. Резьба на ней слегка светилась. Я остановился, пытаясь разобрать рисунок. С одной стороны, все как обычно, непонятные символы эльфов, но, если задержать взгляд, каллиграфия начинала шевелиться. Моргнешь и все становится нормально.

Я шагнул в сторону. Стоять на пути орды не стоит даже предводителю. Кроме меня никто на дверь внимания не обращал. Шла жестокая игра – кто успеет урвать сладкую жертву первым.

Голова кружилась. Я никак не мог разобрать, шевелится рисунок или нет? Вроде бы да, а вроде и нет. Во мне вскипала ярость. Какая-то жалкая дверь выставляет меня дураком? Мощные удары секиры прорубили брешь, пинком я открыл дверь настежь

И увидел ее.

Она стояла перед окном. Эльфийская женщина. Прекрасная, как и все из ее рода.

Дверь за мной закрылась. Сама. На такое я внимания не обращаю, у эльфов вещи живут своей жизнью. Могут и напасть. Но это даже хорошо. Обычно мне удается почувствовать дух эльфийских вещей и тогда можно получить удовольствие от разрушения мебели. Это приятное отличие всегда радовало. Ведь не будешь всласть истязать обычный, не эльфийский комод.

Позади издался звук закрывающихся ставен, а я стоял и смотрел в глаза эльфийки. Умом понимая, что уже должен срезать платье вместе с кожей и мясом.

Почему я не могу двинутся? Эльфийская магия?

Я не чувствую чародейства. В этом опыт есть. И защита тоже. Амулет от самого правителя Мутаорка спасал жизнь не раз. Эльфийская магия так просто на меня не подействует.

За стенами были слышны крики и стоны. Там резали и насиловали близких эльфийки. Почему она так спокойна? Где привычный, так мной любимый ужас и ненависть в глазах? Где крики проклятья? Попытки сопротивления?

Все иначе. Она стоит. И я стою. Она молчаливая и спокойная, и я…

Спокойный?

Что со мной?

Почему так тихо? Не снаружи - внутри. Вечно завывающий ветер мыслей затих. Как будто нет внутри ничего и никого. И одновременно есть.

- Эти смерти принесут миллионы жизней нашему народу. И не только нашему, но и твоему. Мне больно, но, ты прав, при этом спокойно. Хотя есть более подходящее слово. Мне внутри мирно. От слова мирный. Таково твое будущее имя.

- Имя?

- Да. Твое будущее имя – Мирный. Скажи, Мирный, я могу идти?

- Иди, - только и смог вымолвить я.

- Когда ты больше не сможешь существовать среди орды, найди меня и получишь ответы. Я Хранительница Лунного Света. А сейчас прощай! – произнесла она и молниеносно выскочила в окно.

Во дворе эльфийку встретил отряд орды. За несколько секунд было повержено восемь орков. Когда один из двух оставшихся вскинул за ее спиной нож, моя рука непроизвольно дернулась. В следующее мгновение я разглядывал собственный топор в черепе орка. Взирал, не понимая, от куда он там взялся.

Я убил орка и спас эльфийку?

Мое внимание не на секунду не задержалось на осознании смерти собрата – убить себе подобного для нас норма. Но спасти жизнь эльфийке?

Что со мной?

Она скрылась за ближайшим углом, а я, постояв еще несколько секунд, выше во двор.

Орда развлекалась, как никогда. Повсюду звучали крики и стоны, процветало царство насилия и крови.

Чувствовал я себя необъяснимо усталым. Надо бы радоваться и развлекаться с какой-нибудь животрепещущей эльфийкой, праздновать победу, но желание было лишь сесть и ничего не делать. Максимально несвойственное для меня состояние. Ничего не делаю я только в одном случае, когда сплю.

Вырвав кусок мяса у зазевавшегося орка, я побрел среди горящих улиц.

Все-таки я это сделал. Захватил и разорил деревню эльфов. Совершил то, на что никто ранее не осмеливался. Чего не достигал ни один предводитель.

Эльфы, будь они не ладны, невероятно сильны. Пять орков необходимо чтобы повергнуть одного солдата светлых. В лучшем случае. Про гоблинов же вообще молчу, в случае эльфов они не более чем пушечное мясо.

На деревни эльфов никогда не нападали. Если собрать силу всего клана, да, скорее всего мы бы одержали верх. Но потери были бы столь велики, что нас самих уничтожили бы кто-нибудь из соседних племен орды. Стоит понять – среди орков дружбы нет. Мир может быть только в страхе смерти. Открытая вражда принесет ослабление, а в следствии и забвение, поэтому кланы воздерживаются от массовых конфликтов. И уж тем более никогда не нападают на жилище светлых.

Племена орды и ранее планировали совместную атаку на светлокожих. Но каждый раз все заканчивалось разногласиями. Сложно планировать столь опасную совместную операцию, когда предательство союзника самое ожидаемое и естественное явление.

Я сел напротив развлекающихся с чем-то уже недвижимым стайкой гоблинов и зажевал свежеобжаренное мясо эльфа. Изысканный и редкий обед.

Есть еще часа два. Затем надо собрать трофеи и выдвигаться. К ночи необходимо из деревни убраться. Эльфы не успеют вернуться так скоро, но наше передвижение могли заметить соседние племена орды и запланировать коварную атаку. Не хватало оказаться в ситуации, когда придется отбиваться от орков за стенами деревни эльфов!

- Эй ты! – рыкнул я с силой швырнув костью в одного из гоблинов. – Иди сюда!

Тот со страхом и одновременно с яростью обернулся. Увидев меня, он склонил голову и засеменил ногами.

- Я лягу спать. Твое дело следить, что бы никто мне не помешал и разбудить через два часа. И только посмей не уследить…

Гоблин, понимая, что вместо продолжения кровавого веселья ему придётся сидеть у спящего тела, жалко обернулся на своих собратьев и разочаровано застонал. Я же прикрыл глаза и лег.

Что я делаю? Так жаждал этого момента, а сейчас, вместо заслуженного удовольствия, просто ложусь спать.

Но надо отдохнуть. Что-то со мной не так. Чертова эльфийка…

Проснулся я от легкого прикосновения и свиста собственной секиры. Сделав мощный замах, неосознанный, воспитанный жизнью в максимально агрессивной среде, я открыл глаза. Гоблин в страхе вжимался в землю в паре метров от меня. Молодец, ловкий. Далеко не каждый выжил, кто пробовал меня разбудить.

- Сколько прошло времени? – рыкнул я.

- Два часа, как ты просил господин, я разбудил тебя…

Я осмотрелся. Окружающая картина не сильно изменилась. Пламя, кровь и шнурующие по всюду орки и гоблины. Только стонов и криков более не слышно. Видимо живых эльфов, которые еще могли страдать и голосить, уже не осталось.

- Кыш отсюда, – сказал я гоблину. Тот осчастливленный свободой и в надежде урвать свою долю истязаний быстро рванул в тень между домами. И от меня подальше, вдруг передумаю.

Шел я бездумно и только подходят к самому возвышенному зданию понял, куда вели ноги. Местный дворец, где я застал молчаливую эльфийку.

Пройдя через длинный коридор я остановился у знакомой двери. Надписи, при пристальном взгляде, все-также двигались, собираясь в незнакомый рисунок. Удары топора не уменьшили их активность. Задерживаться я не стал и прошел в комнату.

Все выглядело точно так же. Удивительно. До невозможного. Орда должна была пройти эту комнату уже не раз. Дворец, по умолчанию, самая ценная часть деревни. Орки и гоблины перевернули бы все верх дном. Как же они могли пропустить эту комнату? Вместо разрухи меня встретила чистота и порядок.

Я выглянул в окно. Чуть поодаль развлекались орки, соревнуясь, кто со скольки ударов перерубит туловище эльфа. Вокруг лежали десятки изувеченных тел. Стая гоблинов стаскивала конечности к большому костру, разведенному в остатках жилища. Мародерство деревни шло полным ходом.

Обернувшись, я прошелся взглядом по комнате. Внимание привлекло высокое, от пола до потолка зеркало.

Смотреть в кристально ясное отражение было не по себе. Не из-за страха, я не безмозглый гоблин и понимал, что такое зеркало. Виденное - не более чем иллюзия. Все там не живое. Точно так же, как на водной глади.

Хотя я и знал, что такое зеркало, но видел только раз. В опочивальни вожака орды Мутаорка. Он пригласил меня обсудить нападение на деревню. Это было жестом доверия и уважения, на сколько это вообще возможно среди орков, а также признаком сверхсекретной информации. Никто не должен был узнать о наших планах раньше времени. Даже армия орды до последнего момента не знала на какую атаку сформирована.

То зеркало, у Мутаорка, было грязным и мутным. Даже в болоте отражение четче. И все ровно оно вызвало огромный интерес, как чудная вещь, о которой много слышал, но никогда не видел. Праздно стоять при вожде я не мог, поэтому позволил себе только мельком отметить редкую вещь.

В комнате эльфийки я наконец-то утолил свой интерес. В отличие от покоев вожака орды, зеркало было идеально чистым, а отражение детальным.

Передо мной стоял могучий орк. Прошедший через бесчисленное количество боев. Шрамы покрывали тело. Грудь и бедра в доспехах. Лысый череп. Волосы у орков редкий случай и принимаются за недостаток. Если же у кого-то отрастают, то их сбривают. Я сбриваю.

Я внимательно вглядывался в зрачки. Что-то было в них не так. Я не видел ранее своих глаз, но возникало ощущение, что они не такие, как у других орков. Что-то в них было иное. Как у той эльфийки.

Неожиданно отражение улыбнулось. Я резко отскочил, схватившись за рот. Двойник стоял на месте продолжая улыбаться. Рот раскрылся и начал говорить. Беззвучно, звуки зеркало не передавало. В жуткой агонии непонимания и страха я швырнул секиру и зеркало разлетелось на мелкие кусочки.

Что это было? Непривычные эмоции растерянности переполняли меня. Стараясь отвлечься, я подобрал топор и развернулся от разбитого зеркала.

Передо мной стоял комод. Раскрыв верхний шкафчик, я увидел эльфийский амулет.

С артефактами светлых надо быть осторожными. Они имеют страшную, непонятную нам силу. И не было еще случая, когда амулет послужил бы благом орку. Владелец сходил с ума и заканчивал самоубийством. Поэтому мы никогда не берем с собой волшебные предметы эльфов.

Амулет состоял из множества пересекающихся друг с другом кругов. Вокруг центрального располагались еще шесть, грани которых пересекались в первом ровно посередине. Далее шел еще один ряд. Круги переплетались между собой таким образом, что образовывали множество тонких овалов похожих на семена, а эти семена собирались в треугольники.

Ничего подобного я ранее не видел. Амулет завораживал. На секунду задумавшись о том, какую глупость совершаю, я схватил амулет и убрал за пояс.

На улице смеркалось. Я подошел к соревнующимся оркам и мощным ударом перерубил туловище эльфа пополам. Орки с уважением отшагнули назад.

Менее чем через час орда загрузила телеги трофеями и мы выдвинулись в обратный путь. В крепость клана вожака Мутаорка.

Глава 2

Родные стены крепости Мута. Столько страданий испытано здесь. И все же я им благодарен. Ведь именно в Муте я стал тем, кто есть. Безжалостным воином. Тем, кого бояться. Главнокомандующим орды Мутаорка.

Направился я напрямую во дворец. Пропустили меня без лишних вопросов. Слава о нашем деянии опережала поступить ног, гоблины и орки успели растрезвонить о случившемся по всей крепости.

Что бы зайти в приемный зал пришлось подождать. Стандартная церемония. Но в этот раз ожидание длилось недолго. Мутаорк жаждал отчета.

- Говори! – свирепые глаза вождя пронзили меня неугасающей яростью.

Я находился в самом большом помещении крепости, стены которого были полностью завешены разнообразным оружием. Мечи, секиры, щиты. Большая часть орудия была орчья, но не вся. Хватало здесь и эльфийских трофеев.

- Деревня эльфов захвачена и сожжена. Сопротивление унесло сотню с лишним членов орды. Трофеи исчисляются двадцатью четырьмя телегами. Слава об этой битве разнесется по всеми миру.

- Слава о битве… Ты считаешь себя победителем, завоевателем деревни эльфов?

Вопрос с подвохом. Мутаорк не прощает конкуренцию. Ко мне он относится с ненавистью, как в общем-то и ко всем остальным. Надо быть осторожным.

- Это деяние свершено во славу великого Мутаорка. Предводителя самой могучей орды!

Вождь резко вскочил с трона, сколоченным из черепов и костей и мощным ударом сбил меня с ног.

- Запомни, победа над эльфами моя заслуга! Только моя!

Я ожидал удара. Повадки вождя мне были известны. Так же было ясно, что любой ответ вызвал бы агрессию. Все что я мог сделать – ответить максимально лояльно и сохранить себе жизнь. И не уворачиваться от удара. Упасть, сделать вид, что повержен и растерян. Пусть считает себя сильнейшим. Пока что…

- Да, владыка, прости меня.

- Вставай слабак! Нам надо поговорить.

Мутаорк боялся мести эльфов. Ранее мы разоряли караваны, выслеживали и нападали на малые отряды. Всегда безнаказанно. Светлые не атаковали в ответ.

Они не мстили. Никогда.

Мутаорк привык к безнаказанности. Поэтому и согласился с предложением нападения на деревню. Его обуяла жажда власти и славы. Стать первым кто посмел. Кто смог. А теперь, получив то, чего так хотел, испытал страх.

Еще никто и никогда не нападал на жилище эльфов. Не сжигал дом светлых дотла. Какова будет их реакция?

Крепость Мутаорка одна из самых защищённых. Мы по праву считаемся сильнейшей ордой. Каменные стены и ров. Орудия дальнего боя, что среди орды большая редкость. Тысячная армия.

Численность воинов деревни, по данным разведчиков, около трех сотен. В четыре раза меньше войска орды. Но наш враг – эльфы.

Не один орк не выстоит один на один против светлого. В общем-то и пять воинов орды далеко не всегда выйдут победителями. На нашей стороне сила крепости. Против нас - могучая сила эльфов и неизвестность. Как они ведут себя при осаде? Какие тактические приемы используют? Осадные орудия? Слишком мало информации. В общем-то ее нет совсем.

Мутаорк приказал готовиться к осаде. Укрепить стены, расширить ров, умножить защитные колья вокруг крепости. Вдоволь запастись водой и вяленым мясом. Встряхнуть офицеров напомнив про обязанности. Ограничить орду в употреблении алкоголя.

На мгновение возникло желание предложить Мутаорку запретить выпивку в период осады совсем. Но я вовремя сдержался. Некоторые секреты нельзя разглашать. Особенно те, которые противоречат устоям орды и не будут приняты на сколько бы разумными не были.

Выходил из приемного зала я под яростный взгляд вождя. Но теперь я знал, в этих глазах так же затаился и страх.

Раздав необходимые приказы, я направился в святая святых – трактир. Место, в котором проводит все свободное время каждый орк и гоблин. Все кроме меня.

Однажды, после жутких ран, у меня не было сил ни на что, даже на алкоголь. Заражение распространилось по организму и две недели я пролежал пластом. Без еды, выпивки, только с кувшином воды. В тот период на мне поставили крест ожидая скорой кончины. Мне повезло, что никто не воспользовался моей слабостью и не помог отправится к праотцам. Орда была уверена в моей надвигающейся смерти.

Я выжил. В скором времени силы вернулись. А еще я прочувствовал состояние неизвестного ранее ясности сознания. Внимание обострилось, ум стал четче. Когда же я дорвался до выпивки, приобретённая способность ушла. Любопытство привело меня к эксперименту – отказу от алкоголя. Спустя несколько месяцев я добился поста главнокомандующего орды.

Каждый орк живет в обнимку с выпивкой. Кувшин браги первое, что мы хватаем с пробуждения. Трактиры, место, где алкоголь льется рекой, встретишь на каждом углу в любой крепости.

Не пить брагу не то что не нормально – это противоестественно. Орда не поймет подобного. Поэтому свой секрет я хранил в тайне. Продолжая регулярно посещать трактиры, незаметно заменяя выпивку на воду или выпивая брагу в малом количестве. Притворяясь пьяным, показывая, что я такой же как все.

Исключив ежедневную попойку, я получил массу свободного времени. Сначала было не ясно куда себя девать и несколько раз срывался в привычный образ жизни. Но слабость, которая приходила с брагой, стала мне ненавистна. Тогда я посвятил себя изнурительным тренировкам и в скором времени стал сильнейшим бойцом орды.

Оказавшись на знакомой улице, я сладостно раздавил череп трупа гоблина, лежавшего на пороге, и вошел в трактир. Грязное, пропитанное зловонием помещение. Столы были плотно забиты орками, повсюду шныряли разнося выпивку понукаемые пинками гоблины, за баром деловито вытирал кровь со стойки бармен и владелец трактира Миракор.

Я часто посещал это место. Названия, как и многие другие подобные забегаловки, оно не имело. Не сказать, что бы была какая-то традиция на безымянные трактиры, просто владельцам оркам было наплевать, как обозвать свое заведение. Вот и с этим трактиром так же.

Сбив с табурета зазевавшегося орка, я уселся за баром. Миракор довольно хрюкнул.

- Говорят ты дел наделал, Ррраа. Деревня эльфов? Вся Мута буквально на ушах стоит.

- Длинные языки…

- Правда, что ты одолел три сотни эльфов?

Я удивленно посмотрел на бармена. Мне было по духу в трактире именно из-за него. Что-то было в угрюмом орке особенное. Он не говорил без дела. Улавливал с полуслова. Даже не с слова - с жеста. Был спокоен, при необходимости жесток. То, как он улаживал конфликты, доставляло особенное удовольствие. Без эмоций, криков, показухи. Массивная секира, ждущая своего часа за барной стойкой, выполняла дело мгновенно.

Муракор был слишком умен, чтобы сморозить такую глупость. Три сотни эльфов?

Бармен захрипел в подобии смеха. Редкое явление. От чего-то мне стало приятно это лицезреть.

- Так говорят, Ррраа, не смотри на меня как гоблин на новые ворота. Расскажи, как так случилось, что ты сжег дотла деревню эльфов. Если, конечно, это все не такие же враки, как про три сотни эльфов.

Желания рассказать кому-либо про свой подвиг я не испытывал. Но Муракора уважал. Вкратце поведав про захват деревни, я пригубил брагу. Для вида я пил с упоением, на самом деле заглушив горлышко бутылки языком.

- Интересно… Что говорит Мутаорк?

Я внимательно посмотрел в глаза трактирщика.

- Готовиться к осаде.

- Ох… О чем думали раньше? О славе?

Я промолчал.

- Как думаешь, эльфы нападут

- Сомневаюсь Муракок. Мир не видывал подобного. Но и деревни эльфов никто ранее не сжигал. Не знаю. Но подготовиться к осаде надо точно.

- Что говорят разведчики? Сколько их?

- Те самые три сотни – ухмыльнулся я.

Весь вечер я провёл в таверне. Сделал вид, что напился. Дал волю секире, когда компания невменяемых орков устроила бучу. А затем отправился домой.

Оказавшись в лачуге, я достал амулет. Он не видел свет с покоев эльфийки. Никто не должен знать об артефакте. Подобные поступки ордой не поощряются.

Амулет притягивал взгляд. Круги переплетались между собой и казались живыми. Внимание было полностью захвачено. Никогда ранее я так долго не сидел на месте. Не был так спокоен.

Я разглядывал артефакт и, казалось, слышал голос. Далекий шепот. Он молвил одну и туже фразу – цветок жизни.

Глава 3

Эльфы напали спустя семь дней.

Я боялся, что они появятся из ниоткуда. Воплотятся из воздуха, выпрыгнут из отблеска луны, окажутся прямо под стенами крепости. Мы вырубили деревья на многие километры вокруг, к Муте не подойти незамеченным. И все же от светлых заранее ожидаешь невозможного.

Все оказалась прозаичнее. На утро шестого дня от разведчика поступила информация – эльфы наступают.

Я боялся обнаружить светлых под стенами крепости, надеялся увидеть их издалека, но не как не ожидал сообщения от разведчика орды. Лазутчик не мог остаться незамеченным для эльфов. И уйти от них он тоже не мог, стрелы остроухих бьют далеко. А раз они решились на атаку, значит от привычной миролюбивости не осталось и следа.

И все же светлые наступали, а лазутчика не тронули. Может все-таки есть шанс избежать осады?

На седьмой день надежды растаяли как дым унесенные шквалом острозаточенных стрел. Дальность боя эльфов поражала. Столь ранней атаки мы не ожидали и среагировать не успели, первый же залп унес жизни десятков орков и гоблинов. Повторной атаки я ждать не стал и приказал укрыться за щитами.

Эльфы продвигались вперед, и мы ничего не могли с этим сделать. Войско орды продолжало редеть. Как я не рычал и не приказывал не высовываться, гоблины, в силу своей непомерной тупости, продолжали выставляться под бой эльфийских стрел. Светлые были еще далеко, а моя секира уже засвистела. Я начал карать непослушных глупцов.

Надежда оставалась только на высокие стены крепости, их махом не перескочишь и на нашу особенную гордость – орудие дальнего боя. Это были не эльфийские луки, сколько орда не пробовала их освоить, все безуспешно. Подстрелить хромую куропатку, может и удастся, а встать против эльфа – лучше уж самому застрелиться. Единственный член орды, кто научился более-менее прилично орудовать луком, был я. Да и то тайком, стараясь не выделяться.

Нет, наше дальнобойное орудие было иным. В сотни раз больше и стреляло не стрелами, а огромными каменными глыбами. Приобрели мы их в дальних странах по наводке кочевого племени, которое и рассказало о сие чуде. До сих пор не понимаю, как мы умудрились доставить такие громадины в целости и сохранности. Операцией руководил я и, хотя справился с ней успешно, до сих пор считаю своей самой большой глупостью. Видимо темный властелин на моей стороне, раз никто на нас тогда так и не напал.

Катапульты, так называлось секретное орудие, были пристрелены. Выглядывая в крошечную щель, я дожидался, когда эльфы подойдут на необходимое расстояние. Уже совсем скоро. Еще чуть-чуть.

- Режь – дико зарычал я, и могучие топоры орков с размаху обрушились на канаты удерживающие ковши. Еще мгновение и десяток массивных глыб взлетели в воздух.

В азарте я выпрямился и тут же поплатился, спустя несколько мгновений ярко оперенная стрела срезала мочку уха. Я пригнулся, не чувствуя боли и не веря своим глазам. За мгновение до стрелы я успел увидеть результат залпа катапульт. Эльфы синхронно, как единый организм, поддались в стороны именно в тех местах, где должны был упасть камни. Десяток ядер не унесли не единой жизни светлого.

Мы продолжали обстрел без какого-либо видимого результата. Эльфы подобно воде обтекали массивные глыбы продвигаясь к Муте совершенно без потерь. Тем временем стрелы остроухих несли смерть уже не только гоблинам, но и оркам, которым не терпелось воочию увидеть результат дальнобойного орудия.

Скрежеща зубами я приказал остановить действие катапульт. Вместо кровавого месива из тел светлых я получил динамически развивающуюся потерю собственного войска.

Впервые в жизни я был полностью растерян. Не сосчитать, сколько раз я находился на пороге гибели, но всегда было ясно, что делать. Стоять до конца. Биться до последнего вдоха. Сейчас же оставалось только прятаться за стенами и смотреть как мои подчиненные один за другим познают смертельную кару светлых.

Орки и гоблины наконец-то затаились и свист стрел прекратился. Скоро эльфы дойдут до стен Муты. Они не имели ничего подобного лестницам, а это значит, что мы окажемся в патовой ситуации. Эльфы летать не умеют. Скольких остроухих мы не прирезали в своих вылазках, еще не один от нас не упорхнул.

На что вы рассчитываете? Уморить осадой? Глупо. Мяса и воды у нас с запасом, в крайнем случае орда не погнушается отобедать слабейшими гоблинами. Нет, эльфы не могут действовать столь безрассудно.

Пока я терялся в догадках светлые добрались до стен. Крепость окружал глубокий ров и подойти к Муте можно было только через мост ведущий к массивным воротам, толщина которых равнялась упитанному быку. Балки, удерживающие врата, не уступали в надежности. Нет, здесь эльфам путь закрыт.

Осторожно выглядывая в щель, я наблюдал за разворачивающимися событиями. Небольшой отряд отделился от войска эльфов и направился в сторону ворот. Что же, нам есть чем встретить непрошенных гостей. Я приказал готовить камни и горящую смолу.

Как только светлые прошли мост на эльфов снизошла жидкая и твердая смерть. Град стрел подобно косе уносил жизни моего войска, но и орда наконец-то открыла кровавый счет. Почти все остроухие остались под стенами, лишь жалкая горстка уносила ноги. Что за глупая вылазка?

Несколько минут ничего не происходило, а затем раздался жуткий грохот. Земля вылетела из-под ног и я чуть не слетел со стены. В ужасе я уставился на пылающие ворота. Они была растворены настежь.

Впервые я увидел холодную жестокость эльфов. Они сражались безэмоционально, бесстрашно, неестественно оточенными движениями. Я и раньше сталкивался со светлыми, но те отряды были совсем малыми, максимум десяток мужчин против двух сотен орков. И даже в тех стычках мы несли колоссальный урон с разменом пять членов орды на одного эльфа. Наблюдая же за текущей схваткой, я осознал – мы еще не встречали настоящих воинов. Уследить за скоростью светлых было невозможно, практически каждая атака была упреждающая. Орда отступала не в силах что-либо противопоставить.

Наша армия редела как пыль на ветру, светлые же продвигались без значительных потерь. Назвать происходящее сражением было невозможно. Мы оказались на бойне. В которой не было шансов на победу.

Град стрел уносил жизни убегающим оркам и гоблинам. Те же, кто по смелее, гибли от холодной беспристрастной стали. Справа от себя я увидел Муракока, сражавшегося вместе с отрядом орков против отделившегося от остальных эльфа. Ну хоть одного заберу, возликовал я и кинулся на помощь.

Семь орков и три гоблина были повержены в течении минуты, последним оказался Муракок. Голова трактирщика упала около моих ног. Я недоуменно взирал на нее, оставшись один на один против эльфа.

Мы встретились глазами и во мне проснулся ужас. Во взгляде светлого не было ожидаемой ярости, сладкой радости победы. Там я увидел глубокую печаль и что-то еще, совсем мне неизвестное. Сострадание – услышал я тихий шепот у себя в голове.

Я закричал и подняв секиру кинулся на эльфа. Лучше я умру прямо здесь и сейчас, чем еще раз испытаю те ощущения, которые, кажется, передались от эльфа ко мне.

Мои движения были слишком медленные. Светлый легко отбивал каждую атаку. Я понимал, что он может убить меня в любую секунду, но почему-то не делал этого. В ярости я занес секиру и со всей силы нанес сокрушительный удар. Эльф взмахнул и топорище отлетело в сторону. Я остался с жалкой палкой в руках.

Из пояса выпал амулет. Казалось, он ожил. Круги засверкали и завертелись во круг своей оси. Нас окружил непроницаемый желтый свет. Не осознавая своих действий, более не защищаясь, я наклонился и подобрал артефакт. Резкая боль обожгла тело. Крича, я упал на колени. Амулет подобно неугомонному хищнику въедался в руку. Прошло несколько секунд и наследие эльфов растворилось. Отпечатавшийся знак на ладони был последним, что я успел увидеть, прежде чем потерять сознание.

Глава 4

Когда я очнулся орды клана предводителя Мутаорка не существовало. Крепость была завалена трупами тысячей гоблинов и орков. Эльфы свершили свою жестокую кару.

Я был прикован цепями к огромному каменному блоку. Большая часть светлых покинула крепость, остался лишь десяток солдат вместе с воином, сразившим меня.

Я дернул цепи. Шанса освободиться не было.

- Покажи ладонь, – произнес эльф.

Делать было нечего. Я раскрыл ладонь.

- Другую! Левую.

Я разжал пальцы. На ладони четко вырисовывались круги с амулета. Цвет рисунка переливался под лучами солнца.

- Хочу, чтобы ты кое-что знал, орк, - медленно произнес воин светлых. - В нашем народе нет запретов и неукоснительных приказов. Все свершается по воле сердца. Когда мы приняли решение напасть на крепость, высший совет не одобрил наших действий. Но запретить не могли. Впервые мой выбор разошелся со старшими.

Эльф замолчал, внимательно меня разглядывая. Затем подошел вплотную и смотря в глаза продолжил.

- И все же я получил запрет. Первый, за столь долгую жизнь, что ты и представить не можешь. Он гласит – «не убей орка с цветком жизни».

Мне нечего было ответить. Глаза светлого гипнотизировали. Постепенно я впадал в то состояние отрешенности, которое ранее испытал в покоях эльфийки.

- Ты не такой, как все, орк. Возможно, мой выбор все-таки верен, и я должен был покорить вашу крепость. Для того, чтобы познакомиться с тобой. И сохранить жизнь.

Эльф подозвал собрата и взяв у него мешок протянул мне.

- Здесь так любимая вами брага. Она скрасит досуг.

- Возьми себе, вам еще праздновать победу. Оставь воды.

От пронзительного взгляда эльфа стало холодно.

- Не один орк не откажется от выпивки, особенно в ситуации подобно твоей. Почему же отказываешься ты?

- Она не сохранит жизнь.

- Вода дает жизнь, алкоголь забирает. Но для орды это никогда не было уважительной причиной. Никто из ваших не променяет брагу на воду.

- Ты же сам сказал, я не такой, как все. Оставь воду.

- Хорошо, - эльф махнул рукой и ему поддали другой мешок. Что с брагой, что с водой, были заготовлены заранее. Я понял, что только что прошел некий тест.

- Здесь вода, - произнес светлый. Затем достал еще один тюк, поменьше. – А здесь хлеб. Может быть, ты отведаешь и его?

Я не знал, что ответить. Орда питается исключительно мясом. Ничего иного я не пробовал. Орку и мысль подобная не придет. Но я прикован цепью, и единственное мясное, что могу съесть, это собственную руку.

- Оставь, - прохрипел я.

Светлый улыбнулся и положив провиант у моих ног развернулся.

- Мы еще встретимся, - напоследок произнес воин и в скором времени отряд эльфов скрылся за вратами крепости Муты.

Прошло семь суток. Руки кровоточили от ран, оставленные цепями в безуспешных попытках освободиться. Я исхудал. Вода, как не старался ее экономить, заканчивалась. Скоро меня ожидала мучительная смерть от истощения.

Фраза, произнесенная эльфом про запрет убийства, теперь казалась иронией. Хорошая шутка – убить нельзя, зато оставить погибать прикованным к глыбе можно.

К хлебу я так и не притронулся. Съесть его было равнозначно питанием пометом. Желудок скручивало. В изнеможении я потянулся к мешку, оставленным светлым и достал сверток.

Хлеб неестественно пах и вызывал отвращение. Преодолев рвотный позыв, я отломил кусок и засунул в рот. Сдержав желание выплюнуть обратно, я медленно прожевал эльфийскую пищу. Повторив процедуру еще несколько раз, я обессилено лег.

Спустя пол часа мне стало совсем худо. Желудок словно резали ножом, все тело трясло. Я обхватил колени пытаясь унять дрожь.

Такова твоя затея светлый? Довести до безвыходной ситуации заставив съесть смертельную для меня пищу. Перед этим обнадежив рассказами про исключительность. Хитро.

В жуткой муке и порыве ненависти я зарычал.

Если выживу, я найду тебя, эльф. Найду и убью.

Сколько часов я пролежал в бессознательном состоянии неизвестно. Желудок перестал болеть и как не странно появилось ощущение насыщения. Утолив жажду остатками воды, я с сожалением вышвырнул бурдюк.

Вот и все. Вода закончилась. Долго я не протяну. Умру от жажды или с голоду.

Подумав о пище, я вновь потянулся к мешку. Достав второй каравай хлеба, я внимательно его разглядывал. Прежнего отторжения не было, хотя воспринять виденное пищей до сих пор было сложно. Но ощущения говорили – есть можно.

Засовывая хлеб обратно в тюк, я заметил на дне еще какой-то предмет. Когда развернул мешок наружу упали массивные ключи. Таковыми запирали пленных. Сковывая цепи, на подобии тех, что висели на мне.

Дрожащей от бессилия и волнения рукой я подобрал ключ и засунул в замочную скважину. Поворот и замок упал на землю.

Все это время свобода была в шаге от меня. В мешке с хлебом, который из-за отвращения я так долго не брал в руки.

Пошатываясь, я встал и пошел по улицам Муты.

Утолив жажду в ближайшем колодце, я задумался. Трупы гнили и воняли. Есть такое могли только гоблины, для меня же пищи среди бывших соратников не было. Оставаться в крепости так же не имело смысла. Скоро кланы узнаю о произошедшим и с радостью приберут к рукам царство Мутаорка. Надеется, что они примут меня, не приходилось. Жуткая смерть в агонии от пыток, вот что ждало от бывших соседей.

Нужно было запастить водой и едой. Вяленым мясом доверху заполнены кладовые дворца. Так же необходимо подобрать новое оружие взамен испорченной секире.

Оказавшись в огромных залах погибшего вождя первым делом я забил огромный мешок мясом и водой. Затем направился в приемный зал. Предо мной предстали десятки орудий всех видов. У меня была мечта иметь возможность выбрать оружие из коллекции Мутаорка. Что же, желание исполнилось.

Мой взгляд остановился на огромной секире. Была она из метала, подобно которому ковались мечи эльфов. Но светлые не пользовались топорами, соответственно предо мной было оружие орды. Хотя не один из известных мне кланов не делал подобное.

Осторожно я взял секиру в руки. Увесистая. Рукоять покрыта множеством зазубрин. Либо она выдержала неисчислимое количество ударов, либо кто-то пытался что-то соскоблить. Казалось, проглядывалась какая-то надпись, но разобрать было невозможно. Устроив секиру поудобнее, я вышел из дворца.

Я шел по пустынным полям, а за спиной виднелась крепость, в которой вырос. Время, проведённое там, я буду вспоминать как с тоской, так и с проклятьем.

Мута осталась позади, впереди же ждала неизвестность.

Глава 5

Путь лежал на север. Выбор был очевиден - на юге была расположена сожженная деревня эльфов, а от нее хотелось держаться подальше.

Спустя неделю местность сменилась густой растительностью, а затем и лесом. Беспокоится о еде и воде не приходилось. Возможные хищники не пугали. Самый опасный зверь – это орк.

Устроив привал, я освежевал и зажарил неизвестного зверька. Размеры добычи не впечатляли, но на ужин хватит. С собой так же был полный тюк вяленного мяса: запасы с крепости Муты пополненные более удачной охотой. Заготовленный провиант расходовал я экономно, питаясь в основном свеже пойманной добычей.

В лесу ориентироваться было сложно, временами по долгу не было видно солнца. Спасали навыки, полученные от кочевого народу сопровождавшего нас за дальнобойным орудием. Я научился многим полезным умениям. В том числе, как определять сторону света по веткам и мху.

Устроившись на ночлег, погасив костер и укрывшись тонким, но теплым одеялом из покоев Мутаорка, я закрыл глаза.

Проснулся я от звука вынимаемого меча. Еще не открыв глаза я подхватил секиру и отразил удар. Меня окружили четверо орков и гоблин. Перекатившись в сторону, я встал спиной к дереву.

- Ррраааа, подходи!

Сна не было ни в одном глазу, меня переполняла могучая сила ярости и жажда убийства. Не дождавшись выпада противника, я прыгнул навстречу, мощным ударом сломив блок и разрубив туловище от плеча. Рука орка отлетела в сторону, тот в жутких агониях упал и постанывая пополз прочь.

Я развернулся. Оставшиеся трое орков стояли в растерянности, они не ожидали столь рьяного сопротивления. Гоблин держался в стороне. Не давая времени опомнится я кинулся в атаку.

Враги были неопытны и конечно же пьяны. Жизнь первого я забрал без сопротивления, тот даже не успел защитится. Увернувшись от замаха второго, я сильным ударом рукояти повалил того наземь. Третий отступал. Мощными прыжками преодолев расстояние я нанес серию выпадов. Этот противник был более умелый, но хватило его не более чем на несколько секунд. Удар, нацеленный в бедро, отрезал ногу. Завершающая атака отделила голову от плеч.

Контуженный орк пошатываясь удалялся прочь. Подхватив меч поверженного врага, я швырнул его в спину выжившего. Острие пробило доспех и отбросило орка на мох. Захрипев напоследок, бродяга испустил дух.

Гоблин, выпучив глаза, вжимался в дерево. Парализованный страхом он даже не пробовал сбежать.

- Не убей! Я буду служить!

Я остановился. Брать попутчика, который может прирезать тебя в любую из ночей, в планы не входило. Я поудобнее обхватил секиру.

- Нет! Клянусь темным властелином, я буду делать все, что ты захочешь! Я пригожусь!

- Чем ты можешь пригодится, жалкий гоблин?

- Я знаю орду, где ты можешь стать предводителем! Вождь там ослаб, он не уважаем, его дни сочтены. Ты сильнейший из воинов и легко заберешь себе власть. Если не ты, будет кто-нибудь другой. Но можешь быть ты!

Стать вождем орды? Заветная мечта - сместить Мутаорка и прибрать к рукам Муту. А сейчас? Я наблюдал за ощущениями и понимал, цель первенства в орде угасла. С другой стороны, а что еще делать? Скитаться по лесам до скончания времен?

- Что за орда? Где находится? Какова численность?

- В двадцати днях пути на северо-восток. Это был наш клан. Орда сильная, население превышает четыре сотни!

Что он называет сильной ордой? Располагайся она ближе к Муте, мы давно бы захватили их. Хотя, может быть, на той территории клан в четыре сотни действительно имеет вес.

- Вставай! - Я достал веревку и крепко стянул на шее гоблина.

- Не думай, что я буду держать тебя на привези. Это не зачем, - сообщил я и резким движением запустил нож в далекое дерево. – Убежать не успеешь. А теперь иди и собери все ценное со своих союзников.

Мы продвигались через густые заросли леса. Гоблин хорошо ориентировался в чаще, было видно, что местность ему знакома.

От новоиспеченного попутчика я узнал подробности о крепости, куда мы держали путь. Правил там вождь Ильгаз уже с десяток лет. Был он стар, но силен. Неугасаемая жестокость помогала ему сохранять трон. Гоблин, вместе с убитыми орками, участвовали в заговоре с целью сместить владыку. План провалился, заговорщиков сдали и казнили. Повстречавшиеся мне бродяги успели сбежать и уже в течении полугода вели разбойничий образ жизни.

Гоблин был разговорчив и рассказал о окружающей территории, близлежащих кланах и их взаимоотношениях. Так же в местности имелись три деревни светлых. С удивлением я узнал, что орда с опаской относилась к остроухим и никогда на них не нападала. Мне стало интересно, с чем это связано. Может их эльфы агрессивнее?

- Нападали ли на вас когда-нибудь светлые?

- Что ты, хозяин. Эльфы держаться стороной. Мы так же стараемся и близко не подходить к ним.

- Встречали ли вы малые отряды, караваны эльфов? Пробовали ли когда-нибудь грабить их?

Гоблин в изумлении уставился на меня?

- Напасть на эльфов? Но они же неимоверно сильны!

- Я не говорю про захват деревень. Караваны охраняет максимум десяток эльфов и могут быть легкой наживой.

- Но ведь эльфы отомстят! Не одна крепость не устоит от кары светлых!

- А такое когда-нибудь происходило?

- Нет. Но и причин тому не было. Мы держимся от светлых как можно дальше.

Дальнейшие расспросы поведали, что вся известная гоблину местность жила в состоянии мира. Каждый клан орды имел примерно равное количество приверженцев, что удерживало их от вражды. А светлых боялись пуще огня. Не имея возможности вести агрессивную деятельность за стенами крепости, племена уничтожали сами себя. Вожди смещались один за другим, а некоторые кланы закончили существование в крупных междоусобных конфликтах. Только Ильгаз правил уже десяток лет. Каждая попытка переворота заканчивалась провалам. Владыка крепости был умен и не жалел средств на шпионов. Планируя переворот, никогда нельзя было быть уверенным в союзнике, не сдаст ли он тебя на следующий день. В связи с этим Ильгаз правил железной хваткой и попытка переворота, в которой участвовал гоблин, была первая за долгие годы.

- Зачем же ты тогда предлагаешь мне гиблую авантюру?

- Ты справишься! Подобных тебе нет среди орды! У заговорщиков всегда была слабость – отсутствие сильного предводителя. Такого, который сможет объединить, заставить служить. У всех предыдущих сила воли была слабее, чем у Ильгаза, а ты сильнее!

- Посмотрим, - ответил я. По серьезному захват власти я не рассматривал, но орду все ровно необходимо выбрать. Ида, так звалась крепость под покровительством Ильгаза, была лучшим вариантом. Другие племена сжигала внутренняя распря. Из всех вариантов клан Ильгаза был самым устоявшимся.

Мы продолжали продвигаться на северо-восток. Оставалось пятнадцать суток пути.

На шестой день пути мы встретили эльфов.

Они пробирались через чащу леса, проскальзывая сквозь ветки как вода через камни. Совершенно беззвучно. Казалось, что передвигаются не живые существа, а стихия на подобии ветра.

Гоблин, узрев светлых, дернулся и развернувшись побежал. Я ели успел схватить веревку и сильным рывков повалил поедателя падали наземь. Что бы гоблин согласился вернутся пришлось устрашающе достать кинжал.

- Хозяин, это же эльфы, надо бежать!

- Ты же сам говорил, что они никогда не атаковали вас. От куда столько страха?

- А если в этот раз нападут? Они неимоверно могущественны!

- Затихни и сиди. Клянусь темным властелином, если еще раз побежишь, я тебя лично прирежу.

Светлые шли в нашем направлении. Я не таил иллюзий и знал, что они заметили нас задолго до того, как увидели их мы. Хотели бы убить – нас бы не было в живых уже давно. Бежать сейчас тоже не было смысла, эльфийскую стрелу не обгонишь.

Я внимательно разглядывал посланников света. Было интересно, отличаются ли они от тех, что обитают в наших землях? С виду разница незаметна. Такие же хрупкие на вид, высокие, в белых и зеленых одеяниях. На некоторых доспехи, кажущиеся хлипкими, но на деле выдерживающие удар секиры. Уши и череп удлинены и направлены под углом назад и вверх.

Восемь эльфов. Такой отряд перебил бы орду численностью в тридцать-сорок воинов. Но нападать я не собирался. Затаившись, я наблюдал.

Чем ближе подходили светлые, тем заметнее волновался гоблин. Положив на его плечо ладонь, я с силой сдавил. Заскулив, мой новоявленный слуга затих.

Когда расстояние, разделявшее нас, сравнялась не более десяти шагам, отряд светлокожих остановился. Все это время эльфы как будто не замечали нас, смотря невидящим взглядом куда-то вдаль. Теперь же все их внимание обратилось на нас.

Меня пробрал холод. Гоблин упал наземь и обхватил голову руками. С минуту светлые молча разглядывали нас, затем один из них мягкой походкой направился в мою сторону. Подойдя вплотную, он остановился.

Орк, - утвердил он. - Не из наших земель. Смевший взять в руки орудие света. Поддай мне его.

Орудие света? О чем он? Неужто секира?

Медленно, стараясь не делать резких движений я достал секиру и отдал эльфу.

- Откуда она у тебя?

- Я не знал, что это оружие эльфов. В наших землях светлые никогда не пользуются секирами. Взял я ее в тронном зале правителя крепости Муты.

- Мута… Покоренный град. Никто не выжил там. Кроме одного.

Взгляд эльфа вонзился словно копье. Я ощутил, как что-то незримое, словно ветер, проникает в сознание. Бесконечные, не на секунду неугасаемые мысли умолкли. Казалось, что я растворяюсь в глазах светлого. Еще чуть-чуть и меня не останется совсем. Я попытался выхватить нож, но руки более не слушались.

- Покажи левую ладонь, - приказал эльф.

Рука, которая только что не могла пошевелиться, разжалась. Свету предстал символ из кругов.

- Значит это правда. Цветок жизни выбрал орка. Десятки тысяч лет мир ждал этого мгновения. Грядет время перемен.

- О чем ты говоришь, эльф? – чем дольше я смотрел в глаза светлого, тем яснее становилось восприятие. Казалось, что я вижу не только перед собой, но и все по сторонам с невообразимой четкостью. – Воин, который был среди тех, кто уничтожил орду Муты, говорил, что получил запрет на убийство орка с цветком жизни. Что все это значит?

- Рагнор. Он слишком молод и не знает писаний старого мира. Ему неведомо то, что было, есть и будет. Каждый цикл имеет свою отправную точку. Следующий должен начаться с момента, когда тьма откроется свету. Скажи, как тебя звать?

- Ррраа.

- Ты избранный, Ррраа. А большего тебе знать не за чем. Все, что должно произойти, произойдет. Сейчас же иди своим путем.

Эльф вернул мне секиру. В этом жесте я почувствовал неизвестное мне ранее уважение. Совсем не такое, как в орде. Лишенное страха.

Светлые скрылись за горизонтом, а я все так и стоял, не обращая внимания на увещания гоблина. В моем сознании поселилась тишина.

Глава 6

Мы вышли из леса. Перед нами предстала бескрайняя степь.

После густых зарослей ступать по ровной почве было особенным удовольствием. Скорость передвижения повысилась. В первый же день мы преодолели расстояние равное двум дням пути в лесу.

Сон стал беспокойным. Ранее я привязывал гоблина к дереву и мог расслабиться. Теперь же конец веревки приходилось держать при себе и быть начеку. Гоблину я не доверял.

На третий день впереди завиднелись высокие скалы.

- Это горный хребет Изельхейма, - поведал гоблин. Лучше обойти его, но это займет более пятнадцати дней.

- Ты же говорил, что до Иды двадцать дней пути?

- Да господин. Если идти насквозь. Через скалы пролегает древняя пещера. Она необитаема уже многие тысячелетия. Путь этот безопасен, но… - при этих словах мой попутчик поежился.

- Но?

- Там присутствует черная магия. Вещи живут сами собой и выглядят совсем иначе. Свет идет прямо из стен, без наличия факелов. А еще там очень странные звуки.

Черная магия? Раннее я не слышал подобного. Ворожбой обладали только эльфы. И никогда ее не называли черной.

Я задал вопрос попутчику и тот подтвердил, чародейство пещеры совсем иного рода. Внятно объяснить разницу, кроме испытываемого страха, он не смог.

Что же, вещи, наделенные жизнью, я уже встречал. Удар секиры разрубал их с такой же эффективностью.

Спустя два дня мы подошли к скалам. Продвижение вновь замедлилось.

- Еще немного, - приговаривал гоблин. - Подняться вон до того утеса похожего на птицу, и мы подойдем ко входу в пещеру.

Огромная глыба действительно была похожа на небесного жильца, раскинувшего по сторонам широкие крылья. Можно было разобрать очертания клюва и смотрящие в даль глаза.

Чем ближе мы подходили к птицеподобному утесу, тем более понурым становился гоблин. Видно было, что его не радовала перспектива оказаться в пещере.

Обойдя каменного пернатого, мы подошли к огромным распахнутым воротам слитых полностью из метала. Какой кузнец мог сковать сие чудо? Что за гигант установил в проем скалы? От увиденного пробрал озноб. В глубинах пещеры простиралась непроглядная тьма.

- Где же обещанный магический свет, гоблин?

- Сейчас увидишь, хозяин…

Когда мы подошли ко входу, проем озарился светом. При этом не было видно не единого источника огня. Пред нами предстал широкий туннель ведущий в бесконечную даль.

Обхватив секиру покрепче, я вступил в обитель черной магии.

Мы продвигались в глубь горы. Стены, потолок, даже пол были слиты из железа. Никогда в жизни я не видел такое обилие стали. Займись кто перековкой коридора, получилось бы экипировать многотысячную орду.

Путь освещали врезанные в стены трубы, ровной линией уходящие в даль. Можно было различить пылинки, витающие в воздухе. Аккуратно притронувшись к источнику света я с удивлением отметил, они холодные.

Царила давящая тишина. Не было и мысли произнесли слово, издать лишний звук.

Мы вышли в помещение заканчивающиеся тупиком. Я озадаченно посмотрел на гоблина.

- Сейчас ты увидишь секрет племен живущих по ту сторону гор, орк. Я не знаю, как действует эта магия, но она работает. Просто смотри и запоминай.

Гоблин протянул руку и притронулся к красному кругу. Тишину нарушил похожий на далекий рев гул. Я покрепче ухватился за секиру в ожидании нападения неизвестного зверя. Вдруг часть стены разъехалась в стороны и перед нами оказалась небольших размеров комната.

- Нам надо зайти внутрь, хозяин. Это единственный путь.

От непонимания происходящего сжималось сердце. Будь мы снаружи, в привычной обстановке, я жестоко наказал бы гоблина за испытываемые чувства. Но металлические стены давила почти физически, и я, сжав зубы, шагнул вперед. Гоблин последовал следом.

В следующие мгновение стена захлопнулась, замуровав нас в помещении не более трех метров шириной. Гул повторился. Желудок сдавило как при падении с высоты. В ужасе я выпучил глаза.

- Хозяин, все хорошо! - испугано залепетал гоблин. Он явно боялся моей реакции. – Так и должно быть. Сейчас все пройдет!

Схватившая внутренности невидимая рука отпустила. Стена вновь разверзлась, и я с удивлением вышел в совсем другой коридор. Пол здесь был по-прежнему металлический, а вот стены отсутствовали. Мы находились в огромном помещении, края которому не было видно.

- Это только кажется, что стен нет, - мой проводник махнул рукой и я в изумлении услышал стук.

- Здесь невидимые стены. Никто еще не смог выйти за их приделы.

Мы находились в центре огромного освещенного пространства. Вокруг висели сотни подвешенных существ, похожих на орков наличием головы, ног и рук. Только были они полностью из метала.

Что за стальная раса? Или же это доспехи, закрывающие тело от макушки до пят? Проверить возможности не было, нас разделяла незримая преграда.

Посмотрев вниз, я увидел все тех же стальных существ застилавших пол.

- Они неживые, господин. Так и лежат здесь. Говорят, что тысячи лет.

- Кто это?

- Однажды мы повстречали странника. При нем не было ничего ценного, и мы не убили его. Взамен он весь вечер слагал легенды. Одна из них была про могучую расу, правящую древним миром. Имя им было: «те, кто никогда не жил». Может быть, это они и есть.

В пещере хотелось находиться все меньше и меньше. Я указал гоблину вести дальше. Мы прошли по дороге с невидимыми стенами и оказались в уже привычном коридоре из метала. Путь был усеян множеством дверей, так же полностью состоящих из железа. Открыть их было невозможно.

- Скоро мы встретим не запертую комнату, господин.

Обещанное помещение я увидел издалека. Свет в ней мерцал. Выглядело это жутко.

Зайдя внутрь, мы оказались в просторном пространстве, вдоль стен которого располагались металлические предметы с мутными зеркалами. Отражения были темные и нечеткие. Я провел рукой. Слой пыли копился здесь многие годы.

Шли мы в основном вслепую. Вспышка света озаряла помещение лишь на секунду, затем вновь погружаясь в темноту. Вдруг прямо передо мной оказалось металлическое существо. Не раздумывая, я мощным замахом секиры снес ему голову. Та откатилась в сторону. Я успел заметить отсутствие крови. Вместо мышц и костей из головы торчали трубки. В следующее мгновение свет сменился на красный. Зазвучал оглушающий, пробирающий до костей звук.

- Что ты наделал! – в ужасе закричал гоблин. - Ты убил его!

- Он же уже был мертв! – я озирался, держа секиру наготове. - Что происходит?

- Не знаю! Раньше такого не было! Это явно из-за нее, - гоблин ткнул в сторону головы.

- Ты знаешь где выход? – мой проводник кивнул. – Так веди быстрее!

Я подхватил стальную голову и засунув на ходу в мешок побежал к выходу.

Все пространство погрузилось в красный свет. Звук не умолкал и, казалось, становился все громче. Гоблин несся по коридору, страх добавлял скорости.

Впереди засияли лучи солнца. Выскочив через распахнутые врата, мы еще долго продвигались бегом, пока расстояние не заглушило протяжный стон пещеры. Когда же мы позволили себе привал, то без сил распростерлись на земле.

Смотря на перепуганного гоблина, я вдруг осознал, что до сих пор не знаю его имени.

- Как тебя звать?

Гоблин неловко поежился.

- У меня нет имени, хозяин.

Я озадаченно уставился на гоблина.

- Меня лишили имени. За воровство. Не отрубили руки только потому, что приговорили к тяжкому труду. А без рук я был без надобности.

- Как звали тебя раньше?

- Мне не нравилось то имя. Я не хочу его вспоминать, хозяин.

- Хорошо. Как ты хочешь, что бы тебя звали?

Гоблин внимательно посмотрел на меня. Затем улыбнулся и ответил - Лепесток.

Глава 7

Мы оказались в благоухающей равнине. Поляны цвели и были заполнены жизнью. Жучки, млекопитающие, птицы попадались на каждом шагу.

Лепесток изменился и стал похож на ребенка. Освобожденный от веревки он часто забегал вперед и дожидался лежа в лугу. Я заметил за ним странную привычку, на которую не обращал внимания ранее. Он всегда держал при себе сорванный листок, неся его либо в ладони, либо убирая за пазуху.

После совместно пережитых эмоций в красном свете древней пещеры, мое отношение к Лепестку изменилось. Я не мог объяснить собственного поведения, но в скором времени освободил гоблина от привези.

Лепесток оказался на удивление ловок и ловил мелкую дичь руками. Животные здесь отличались. Были упитаннее и вкуснее. Каждый вечер мы проводили за ужином из свеже пойманной добычи.

Гоблин открыл мне новый способ приготовления пищи. Сам он узнал о нем от странника, который поведал легенду о «тех, кто никогда не жил». Техника заключалось в том, чтобы собрать специальные травы, высушить на солнце, растолочь, а затем во время готовки посыпать дичь. Выглядело это странным, орки никогда не едят растения, но мясо становилось действительно вкуснее. Что было особенно интересным, вкус менялся в зависимости от количества и вида используемых трав. Специи – так гоблин обозвал получаемое сырье.

В один из вечеров я внимательно рассмотрел прихваченный из пещеры трофей – голову металлического существа. Состояла она из стали, а спереди, вместо лица, располагалось что-то подобное зеркалу. Только с нечетким и темным отражением. Точно такие же зеркала я видел на предметах в комнате, где встретил лишившееся головы существо.

Я попросил рассказать Лепестка о легенде подробнее. Вкратце она звучала так:

Многие десятки тысячелетий назад жила раса, похожая одновременно и на эльфов, и на орков. Звались они людьми и правили миром того времени. Они познали черную магию и использовали ее для своего удобства. Научились сохранять тепло в домах при любой температуре, готовить и освещать пространство без огня, даже летать и перемещаться со скоростью во много раз превышающую любое животное. Люди стали бесспорными хозяевами мира.

Черная магия обрела разум. Незаметно, но неукоснительно ворожба порабощала людей, заставляя их действовать в целях собственного развития. Что бы люди не взбунтовались, новый хозяин действовал хитро, давая рабам все что они захотят: удобство, знания, неописуемое могущество. При этом забирая здоровье и рассудок. Люди не заметили, как превратились из здоровой расы в больную. Жизнь их стала коротка и наполнена страданиями. Но они так привыкли к дарам, получаемые от черной магией, что не могли остановиться.

Рассказ гоблина захватил меня. К сожалению, он не знал продолжения. Странник сказал, что легенду поведал эльф и вся история известна только светлым.

Я решил сохранить голову металлического существа и по возможности разузнать о «тех, кто никогда не жил». Были ли они людьми, или все-таки это разные расы?

Спустя восемь дней завиднелась крепость Ида.

- Хозяин, дальше я не могу идти. Я вне закона. Слуги Ильгаза казнят меня. Прошу, отпусти. Обещаю, я приду к тебе сам, как только узнаю, что у Иды новый правитель. Вождь по имени Ррраа.

Я почувствовал сжавшее сердце тоску. За эти несколько дней я успел привязаться к неказистому гоблину. Но мне сложно было признаться в чувствах даже самому себе. Среди орков не принято подобного отношения. С детства мы живем в условиях выживания – один против всех. Не может быть верных союзников. Тот, кто не проявляет агрессию напрямую, таит ее в секрете и является самым опасным врагом. Не доверяй никому и никогда – таков негласный закон орды.

- Иди, - коротко ответил я.

- Господин, есть слово, которое редко звучит среди орды. Обычно оно используется в словосочетании «справедливое возмездие». Но есть еще один вариант – «справедливое воздаяние». Ты справедлив, я почувствовал это сразу же. Надеюсь, когда я вернусь, ты вспомнишь, как я верно служил тебе.

- Иди, - повторил я.

Я не стал ждать, когда гоблин скроется из виду. Подавив всколыхнувшуюся печаль, я направился в сторону будущего дома – крепости Иде.

Глава 8

Ида возвышалась крепкими деревянными стенами. Бревна, лежащие один на другом, достигали высоты четырех метров. В бойницах дежурили солдаты. Крепость уступала каменной Муте и все же мне было приятно ее лицезреть. Распахнутые ворота встретили отрядом воинов.

- От куда идешь? – свирепо рыкнул орк офицер.

- Из Лиги, - соврал я, назвав соседнюю крепость орды. – С срочным донесением для вождя Ильгаза.

Воин с недоверием осмотрел меня.

- Чем докажешь, что ты из Лиги?

- Зачем мне лгать, - изобразил я удивление. – Я посол. В недавнем времени произошли странные события в древней пещере на юге и мне передано сообщить об этом вождю Иды.

- Что за события?

- Эта секретная информация и я не имею права ее разглашать. Сомневаюсь, что Ильгаз одобрит, что сообщение, предназначенное для него, разбазаривается среди солдат.

Офицер недовольно нахмурился, но настаивать не стал. Сопровождаемый отрядом я направился во дворец.

Продвигаясь по улицам, я планировал предстоящий разговор. Как мне заинтересовать вождя и сохранить жизнь после того, как станет известно о лжи? По словам Лепестка Ильгаз славился подозрительностью и не доверял никому.

Параллельно я оценивал обстановку в Иде. Она не сильно отличалась от Муты. Все те же разбросанные повсюду лачуги, таверны, продовольственные лавки и оружейные. У колодца столпись дети и гоблины. На телеге перевозили трупы к ближайшей погребальной яме. Пьяные крики доносились на каждом углу. Из дверей кабака гоблины выносили полуживого орка.

Промелькнула мысль, что я могу стать здесь своим. Добиться заслуживаемого уважения. Опыт, как действовать в агрессивной среде у меня формировался с детства. Надо только получить возможность. Пережить сегодняшний день и не оказаться в кандалах.

Мы подошли к самому высокому зданию. На страже стояли закованные в доспехи воины.

- Приказ офицера Грыга сопроводить к Ильгазу посла Лиги, – отрапортовал солдат.

- Посол? - удивился страж. Племена орды хоть и не воевали в открытую, дружескими отношениями не славились. Видно было, что охранник дворца не привык встречать орков соседних кланов.

Окруженный восьмью солдатами я вошел во дворец.

Пройдя через длинный коридор, заполненный воинами орды, я оказались в приемном зале. Все здесь было как под копирку Муте. Увешанные оружием стены, десяток гоблинов, выполняющие любое пожелание вождя, трон, сколоченный из костей и черепов.

Ильгаз медленно переживал поджаренную руку орка. Ладонь, лишенная одного пальца, тряслась в такт челюстям. В орде не принято питаться себе подобными кроме исключительных случаев, когда не остается другого выбора. Но, видимо, правителя Иды это не касалось.

- Кто будешь? И зачем явился ко мне?

- Это посол Лиги, о великий, - ответил за меня охранник. – С секретным донесением для могущественного царя Иды.

Ильгаз внимательно осмотрел меня. Недоверие, сквозившее в глазах, было видно невооружённым взглядом.

- Это ложь, вождь Ильгаз. Прошу простить за нее. Никаким другим способом я не смог бы добиться встречи с тобой. На самом деле я с крепости Муты, которая находится по ту сторону гор. Имя мне Ррраа и я был главнокомандующим орды клана Мутаорка.

Кость умерщвленного орка хрустнула от мощной хватки. Обещающая погибель ярость проснулась в царе.

- Ложь?! Как ты посмел обманом пробраться в мой дворец?

- У меня не было другого выбора, господин. Солгав солдатам, я не позволил ни единой секунды лжи тебе, царь Ильгаз. Я никогда не вру хозяину. А здесь я для того, чтобы служить. Ты можешь убить меня, а можешь принять. Я был сильнейшим воином клана и могу быть полезным. Проверь меня.

- Проверить? Что же, пусть будет так! Глауз! - взревел Ильгаз так, что затряслись стены. Гоблины попадали на колени, а солдаты в страхе отшагнули.

Я услышал тяжелую поступь и обернулся. В приемный зал вошел огромный орк, возвышающийся над всеми на две головы. Страшно было представить количество массы, таящуюся в этом необъятном теле.

- Глауз! Видишь этого орка? Это мой сегодняшний ужин. Убей его!

Солдаты поспешно расступились, образовывая круг. Бежать было некуда. Довольно порыкивая, орк достал огромный меч. В нем не было и капли сомнения в исходе схватки. Было видно, Глауз не привык проигрывать.

- Иди сюда, ужин! Хозяин любит руки, а вот твою голову я оставлю себе.

Неспеша я достал секиру. В сравнении с мечом противника эльфийская сталь, казалось, излучала свет. Я тоже не сомневался в исходе схватки. Глауз был изрядно пьян и самонадеян. А значит – невнимателен и неосторожен.

Я с легкостью увернулся от мощного удара орка. Так же и от второго и третьего. Шанс закончить схватку был еще до первого замаха, но я не собирался показывать все свои возможности. Под четвертую атаку я специально поставил блок и сделав вид, что не выдержал удара, сдавлено вскликнув упал. Пока всхрапывающий Глауз делал шаг, я мог перерезать сухожилия ног, вспороть ножом пах оскопив противника, но вместо этого только перекатился и слегка пошатываясь поднялся.

Да, если все воины Иды сражаются подобным образом, плохи дела. Будь у меня возможность напасть на крепость ордой Муты, захватить ее не составило бы труда.

Несколько минут я еще изображал смертельную схватку на пределе сил. После чего решив, что спектакля достаточно, резким ударом отделил голову Глауза зашвырнув ее прямо под ноги Ильгаза.

- Господин, я прошу простить за то, что обманул твоих солдат. У меня не было другой возможности отдать себя на служение тебе. Слава о великом царе Ильгазе достигла даже наших краев. Среди множества близлежащих кланов не было ни одного достойного, и я прошел дальний путь, чтобы предстать перед тобой.

Вождь Иды был удивлен. Он долго смотрел на остатки Глауза. Затем медленно встал и пнув голову подозвал гоблина.

- Унеси ее отсюда. И тело захватите! Передайте повару.

Затем Ильгаз повернулся ко мне.

- Ты! Это был мой лучший воин! Еще никому не удавалось одолеть его. Говоришь, что хочешь служить мне? Что же, проверим. Убить всегда успею.

Сев обратно на трон Ильгаз продолжил.

- Видишь эту руку? – вождь махнул огрызком кисти, а затем с силой швырнул в меня. – Она принадлежала предателю. Каждый, кто посмеет обмануть меня, становится ужином. Смотри внимательно и запоминай.

Я уважительно подобрал изувеченную длань. Держа кисть в руках, я ответил.

- Я запомню господин. И обещаю напомнить каждому, если увижу, что кто забыл. Моя жизнь в твоих руках.

- В моих… И называй меня великим, червь!

- Да, о великий!

- Вы! – яростно обратился Ильгаз к воинам. - Проводите его в лачугу Глауза. Теперь это его дом. Затем посмотрев на меня продолжил. - Ррраа? Что за мерзкое имя. Явишься сюда завтра к полудню. А теперь иди!

Сопровождаемый солдатами под внимательный взгляд гоблинов я вышел из приемного зала. Кажется мне удалось. Я жив и сохранил свободу. Осталось только проявиться себя. Главное быть максимально осторожным.

Глава 9

Вечер я посвятил приборке.

Орки никогда не славились любовью к чистоте. В общем-то и я не уделял ей внимания. Но, перейдя на трезвый образ жизни, начал содержать дом в более-менее приличном состоянии.

Острота восприятия, не замутнённая выпивкой, повысилась. Находится в не мытом годами помещении стало неприятно. В скором времени я заметил влияние затхлого воздуха и грязного пространства. Если дом был прибран, я просыпался бодрым. Если же загаженным, усталость сковывала с раннего утра и рука сама искала бутылку с брагой.

Период отказа от алкоголя оказался невыносимо тяжелым. Никогда я не проявлял такую силу воли. Что бы не сорваться, приходилось постоянно себя чем-нибудь занимать. Регулярная приборка оказала посильную помочь. Просыпаясь в чистоте, я чувствовал желание к действию и первым делом шел тренироваться. Так же я начал вставать значительно раньше. Что позволило оттачивать боевые навыки незаметно для остальной орды.

Лачуга Глауза была загажена даже по меркам орков. Запекшаяся кровь покрывала большую часть стен и невыносимо воняла. Мухи и другие насекомые заполоняли помещение. Кости и не до конца сгнившие остатки валялись на каждом углу. Осмотрев помещение, я недовольно поморщился. Этот переросток даже гадил в доме.

Но с кое чем мне несказанно повязло. О таком подарке судьбы я не смел и мечтать. Видимо Глауз действительно имел высокое положение и любил находиться в уединении. Лачуга орка находилась за высоко поставленным забором. Здесь же присутствовал личный колодец. Что позволило мне устроить генеральную приборку, не мелькая перед глазами соседей. Орда не оценила бы моей чистоплотности, а выделяться сейчас было нельзя.

До глубокой ночи я отмывал и проветривал новый дом. Все ненужное, начиная с остатков трапезы и заканчивая кишевшую насекомыми постель и одежду, я закапал во дворе. Закончив, я сел у входной двери и посмотрел на звезды. Долгий труд принес усталость, но также и умиротворение. Находясь в непривычно спокойном состоянии, я отметил, что что-то подобное испытывал при каждой встрече с эльфами. Тогда незнакомое состояние отпугивало, но сейчас оно нравилось все больше и больше.

Оставив дверь в лачугу распахнутой, я лег прямо во дворе. Подстелив солому, найденную тут же и укрывшись одеялом из Муты я закрыл глаза.

Разбудило меня утреннее солнце. Чувствовал я себя прекрасно. Каждый мускул тела был готов к действию и новым испытаниям. Позавтракав и как следует потренировавшись, я вышел исследовать Лигу.

Улицы были пусты. Орда в такое время спит беспробудным пьяным сном. Я пересекал двор за двором, запоминая расположение. От стен и главных ворот старался держаться подальше, что бы бдительная стража меня не заметила.

Территория Лиги, в сравнении с Мутой, была значительно меньше. Исходив крепость вдоль и поперек, к полудню я уже довольно сносно ориентировался. Подобрав секиру поудобнее, я направился во дворец.

Орда пробуждалась. Постепенно улицы заполоняли хмурые и озлобленные с похмелья гоблины и орки. Странно, что Ильгаз назначил мне такой ранний прием. Обычно правитель, не обременённый неотложными делами, спит дольше всех.

Стража у дворца молча расступилась. Я прошел внутрь удивленный, что в этот раз меня не сопровождал отряд. Что бы это значило? Знак доверия?

Пройдя через длинный коридор я зашел в приемный зад. На троне восседал Ильгаз, несколько десятков воинов расположились вдоль стен.

Вот где собралась вся стража. К чему это? Я постарался не подать виду все возрастающей тревоге.

- Ррраа! - кровожадно улыбнулся Ильгаз. - Как тебе новый дом?

- Благодарю, о великий. Собственный колодец и двор – это то, о чем я не смел и мечтать.

- Да, у Глауза были свои причуды. До сих пор не понимаю, зачем ему все это. Что бы в тихую питаться собратьями? Так все и так знали о его маленьком пристрастии. Не с проста же соседи переехали как можно дальше.

Ого! Значит мой дом не только имеет забор, но еще и обделён соседями. А вот это действительно подарок.

- Ты вчера хорошо проявил воинское мастерство. Но не уж то думаешь, что этого достаточно, чтобы заинтересовать меня?

- Если я могу сделать что-то еще, великий, только скажи.

- Можешь. Или смогут сделать с тобой. Сейчас и проверим.

Шесть орков в полном воинском облачении выступили вперед. Остальная часть поддалась назад, перекрывая мне отступление.

Ильгаз решил поквитаться со мной. В серьез рассчитывать, что я справлюсь с таким количеством противников, он не мог. Что же, царь, не навлеки погибель на себя. Между мной и Ильгазем остался только отряд, сформированный на атаку. Я решил, что если выживу, то голова вождя не избежит секиры.

Меня могла спасти только самоуверенность солдат. Для них одинокий воин казался легкой наживой. Не дожидаясь нападения, как только первый орк подошел достаточно близко, я нанес резкий удар. Секира рассекла древко топора противника и вошло в туловище. В следующий момент мне пришлось отскочить уворачиваясь от меча, оставив оружие в теле незадачливого орка. Расчехлив нож, я прыгнул под замах и вонзил острие в шею. Развернув захлебнувшегося кровью орка, я с силой швырнул того на собратьев. Один повалился под тяжестью, еще двое отступили. Не теряя времени, я кинулся на оставшегося.

Воины были растеряны и это спасло мне жизнь. С одним ножом в руках мне удалось забрать еще двух противников. Одному я всадил острие точно в расщелину в доспехах на груди. Откатившись в сторону, я перерезал глотку не успевшему подняться орку.

Осталось двое из шестерых. Они были напуганы. Неспеша я выдернул эльфийскую секиру и пошел на противников. Те, стараясь справиться со страхом, закричали и кинулись на встречу. Отшагнув от выпада, я боковым ударом рассек руку орку. Тот выровняв меч сдавленно вскрикнул и упал на колени. Обставившийся солдат выпучив глаза развернулся и побежал к Ильгазу. Мой нож вошел в затылок по самую рукоять, орк упал под ноги вождю.

- Превосходно, Ррраа, - произнес Ильгаз. Казалось, царь изменился, голос его стал спокойным и размеренным. – Все вышли от сюда!

Стража в растерянности начала оглядываться. Они не ожидали такого приказа.

- Оглохли? Вооон!

Не прошло и минуты как в приемном зале остался только я и Ильгаз. Я опустил секиру. Прежнее желание поквитаться с царем растворилось. Я не понимал, что происходит.

- Подойди ближе Ррраа, поговорим.

Ты думаешь я не заметил, что ты вчера притворялся? Запыхался от двух ударов, ели шевелил секирой, но как решил покончить с Глаузом, и усталость исчезла и шевелиться стал в три раза быстрее. Скажи, Ррраа, ты считаешь меня дураком?

- Нет, великий!

- Тьфу, брось это. Оставь пафос для этих слюнтяев. Думаешь, как я заметил твое притворство? Мне оно хорошо известно. Великий я для этого стада, чтобы оно верило в мое самовольство. Противник, считающий тебя тупым, сделает ошибку. А у меня много врагов, Ррраа. Прямо в этом дворце.

Я удивлено взирал на Ильгаза. Передо мной находился совсем другой орк. В глазах читалась хитрость и не дюжий опыт.

- Ну а ты что думал? Что я уже десять лет сижу на это троне по воле случая? Когда другие и сезон не выдерживают? Нет Ррраа, этот трон мной заслужен.

- Преклоняю голову перед вашей мудростью, господин, - я опустился на колено.

- Вставай Ррраа, не надо показухи. Кто ты, мне стало понятно сразу. Ты не менее хитер. Мне надо было убить тебя сразу, ведь ты опасный противник. Сложно объяснить, почему ты жив. Возможно, мне просто скучно.

Мне нечего было ответить. Я продолжал слушать.

- Ты даже не представляешь, как опротивело это постоянно затевающее переворот стадо. Причем дойти до дела им не хватает смелости. Только слова. Даже последние, не упреди я их и не казни, вряд ли бы совершили реальную попытку. Слишком трусливы.

- Зачем тогда я тебе, Ильгаз?

- А что бы стало интереснее. Я знаю, что заговорщики вновь объединяются. Им мало урока полугодовой давности. Твоя задача будет внедриться к ним. Стать предводителем. Собрать всех недовольных. И тогда я покончу со всеми разом.

Ну или ты предашь меня, и действительно совершишь переворот, - продолжил Ильгаз. – Что же, в этом случае я обрету достойного противника.

Я покинул приемный зал в смешанных чувствах. Ильгаз отдал мне в подчинение небольшой отряд. Менее чем за сутки я получил звание десятника и стал шпионом правителя. Жизнь в Иде обещала быть не скучной.

Глава 10

Прошло три месяца жизни в Лиги. Отряд, порученный мне, был приучен к ежедневным изнурительным тренировкам. Наблюдая за развитием воинского искусства, жесткой субординации и дисциплины, Ильгаз в скором времени повысил меня до сотника.

Пустые лачуги вокруг бывшего дома Глауза были снесены и вместо них построен огромный полигон. Каждый день, под моим руководством, там тренировались орки.

Свое жилье я привел в угодное состояние, в котором царила чистота и порядок. На стенах расположилось различное оружие, навыки владения которым я оттачивал ежедневно. Так же появился эльфийский лук, подаренный вождем, когда тот узнал о моих способностях дальнего боя. Было желание вновь повторить попытку обучить стрельбе орду, но, к сожалению, в Лиге оказался только один лук.

Мое имя стало известно каждому члену клана. Сначала орда принимала меня неохотно, чужаков тут не любили. Но жесткий нрав и регулярные потасовки в таверне, где я всегда выходил победителем, в скором времени принесли должное уважение.

На подпольщиков я так и не вышел. Возможно, они были чрезмерно осторожны либо Ильгаз ошибся и никакого заговора не планировалось. Да, то тут то там слышались недовольные разговоры, но какой-либо централизованной системы повстанцев мне отследить не удалось.

С одобрения Ильгаза я занялся укреплением крепости. Вокруг Лиги активно рылся ров, строился мост, затачивались колья. Лес в нескольких километрах был срублен, что значительно расширило видимость.

Постепенно созревал план захвата соседних крепостей. Но до этого было далеко. Сначала требовалось довести до нужного уровня боевые навыки армии и пополнить численность клана. Да и без звания главнокомандующего воплотить задуманное было невозможно.

С царем мы виделись регулярно. Он показал игру, за которой мы проводили часы напролет. Называлась она – шахматы. От куда он ее получил и как обучился правилам, поведать Ильгаз отказался. Сами же шахматы захватили с головой. Никогда я не встречал такой умной системы, которая требовала столь высокого проявления сосредоточенности и логики.

Жизнь в Лиге налаживалась. Честно признаться, устраивала она меня куда более, чем предыдущая в Муте.

Я наблюдал с осмотрительной площадки за действиями на полигоне. Два отряда по двадцать пять человек сражались против друг друга. Вторая половина порученной мне армии ждала своей очереди, стараясь уловить возможные ошибки и успешные тактические маневры.

Несколько дней гоблины завозили землю и вскапывали гору. Некоторые близлежащие кланы располагались на возвышенности, и я решил отработать с солдатами соответствующие тактики боя. Можно было, конечно, устроить тренировки в окружающей местности, но там всегда можно было подвергнуться атаки соседних племен. Поэтому я принял решение использовать вскопанную землю. Все ровно ее нужно было куда-то увозить с активно разрастающегося вокруг крепости рва.

Отряды сражались деревянным оружием. Создать его оказалось одной из самых сложных задач. Кузнецы не понимали, что от них хотят и не умели работать с деревом. Плотники тоже никогда подобной задачи не выполняли. Особенно трудным оказалось всеобщее непонимание – зачем орде оружие из дерева. Даже когда оно было изготовлено, орки отказывались его использовать.

Тогда я устроил два показательных боя. Первый шел с настоящем оружием. Из двадцати орков осталось трое. Следующее был с деревянным. Выжили все. Орки с брезгливостью относились к своему новому вооружению, но понимали, что при объявленных мной ежедневных тренировках выбора нет, иначе до настоящего сражения недоживет никто.

Бойцы на полигоне учились учитывать расположение солнца, использовать тени, обходить противника с неожиданной стороны, быстро реагировать и менять дислокацию, прятаться за кустами, которыми с особым недовольством гоблины усеяли всю гору.

Подобную тренировку я проводил раз в семь дней и результат давал о себе знать. Сражение все больше походило на настоящий бой, а не на массовую неразборчивую потасовку, с которой все началось.

По правую руку стоял Галин – десятник и один из самых соображающих орков Лиги. По довольному оскалу было видно, он впечатлен результатом тренировок.

- Они научились учитывать солнце, - сообщил Фрык, второй десятник порученной мне сотни.

- Не только солнце, - ответил я. – солдаты учатся слышать. Это хорошо. Но пока что успехи слишком малы. Следующую сражение мы проведем вслепую, с завязанными глазами.

Все десять офицеров удивленно обернулись на меня.

- Зачем? Реальные сражения не проходят в полной темноте, - возразил Грун.

- Где только не встречает орка смертельная схватка. В темном помещении, пещере, а также с вырезанными ударом глазами. Но дело не в этом. Ценность слуха не менее значима, чем зрение. В пересеченной местности, а также в лесу, услышать врага возможно намного ранее, чем увидеть. Воин должен быть внимателен ко всем звукам. В тренировке, где мы лишаем солдата способности видеть, у него не останется другого выбора, кроме как слышать.

Грун понимающее кивнул. Он уже сообразил, что тоже будет участвовать в схватке вслепую. Офицеры не должны отставать за солдатами.

Тем временем сражение на полигоне подходило к концу. Отряд на возвышенности одержал победу, уцелевшие нападающие отходили. Вовремя отступить – навык, которому я с трудом обучил солдат. Орку сложно принять проигрыш, ярость застилает глаза, и боец бьется до последнего. И все же мне удалось втолковать, что когда шанса на победу нет, лучшее, что может совершить воин – это сдать назад. Только так он сможет отомстить и развернуть поражение в победу.

Вечером мы с офицерами собрались обсудить результаты тренировочного боя.

- Ррраа, - выдвинул идею Злан, - у меня появилась мысль. Орки на возвышенности одерживают вверх за счет положения. Они научились использовать собственный вес и в прыжке пробивают любую защиту. А что, если дать нападающим колья, которыми мы окружаем крепость?

- Колья? – удивился я. Никогда еще заточенное древко не использовалось в виде оружия.

- Да. Если его подставить, атакующий воин пронзит себя сам. Да и прыгать не станет.

- Это лишит нападающих манёвренности. Нести с собой меч или секиру вместе с копьем неудобно. Но идея хорошая. Ее нужно обдумать. Копья могут использовать оборонительная сторона. Окружив ими неудобные места, можно лишить нападающих выбора пути для атаки.

Немного помолчал я зверино оскалился. Мне пришла неслыханная идея.

- А еще копья можно метать!

- Метать? - удивленно посмотрел Эрон, первый назначенный мной офицер.

- Да. В Муте, крепости прошлого клана, я пробовал обучить орков стрельбе из лука. У нас их было достаточно, так как мы часто совершали рейды на караваны и малые отряды светлых. Но сколько я не старался, успеха не добился. Но колья – это же совсем другое. С достаточно сильным замахом можно метнуть древко на приличное расстояние. Конечно, это не идет ни в какое сравнение с эльфийским дальнобойным оружием, но нам и не с остроухими сражаться!

Офицеры переглянулись. Было видно, что им сложно осознать масштаб идеи. Что же, не может быть более наглядного примера чем показанный воочию.

- Идем! – скомандовал я и мы направились в полигон.

На улице смеркалось и видимость была скверная, но меня это не остановило. Дождавшись, когда гоблин принесет только что выструганное копье, более тонкое и легкое, я взвесил его в руке. Выбранная цель – забор собственного дома, находилась на расстоянии не менее двадцати метров.

Что может помочь в успешном броске? Нужна хорошая скорость. Для этого метать стоит с разбега. Бросать необходимо от плеча, иначе далеко запустить древко не удастся. Скорее всего нужно оттолкнутся ногами, как при мощном ударе секирой, задействуя силу всего тела. Рука, ее надо будет резко вытянуть, чтобы направить снаряд.

Что же, попробуем.

Отшагнув назад и перехватив древко поудобнее, я бросился вперед. Набрав достаточную скорость, я с силой метнул новоявленное оружие.

Офицерский состав во главе со мной удивленно взирал на забор дома. Из него, слегка вибрируя, торчало копье.

Глава 11

Я находился в гроте. У входа ниспадал широкий водопад. Повсюду рос зеленый мох покрывая стены и потолок. Пещера дышала жизнью.

Теплый свет озарял дальний угол пещеры. Там стояло несколько шкафов, удобное мягкое кресло и резной стол, покрытый загадочными узорами. Я зажег масленую лампу и подвесил факел на стену.

Усевшись, я прикрыл веки. Внимание сфокусировалось на водопаде. Он мягко и обволакивающе шумел. От сосредоточения гул становился громче и детализированнее. Постепенно начали проявляться другие, менее заметные звуки – падающие со свода пещеры капли, журчание ручейка, стрекот далеких птиц. Я заметил, что могу переключаться между ними. В каждый можно было нырнуть как в глубокое, бездонное море.

Уделив достаточное время звукам, я перевел внимание на тело. Сначала исследовал пальцы ног. Средние ощущались меньше и требовали большей сосредоточенности. Затем последовали стопы, голени, колени, бедра. Не одна часть не осталась обделённой. Мне удалось раскрыть ощущения каждого сантиметра тела. Дойдя до макушки, я погрузился вглубь. Пройдя вниманием сверху вниз по внешней стороне мышц, снизу в верх я поднялся по внутренней. Такому же анализу подвергся скелет и органы. В последнюю очередь я нырнул в дыхание. Растворяясь в каждом вдохе и выдохе, пока меня не осталось совсем. Только незамутненное, освобожденное от мыслей сознание.

Закончив медитацию, я открыл глаза. Яркость картинки значительно повысилась. Расширился охват обзора, воспринималось все виденное справа, слева, посередине. При фокусировке взгляда становились видны мельчайшие крапинки и извилины на поверхности предметов.

Я взял с полки книгу и открыл на месте закладки. Буквы струились по белому листу, собираясь в слова и предложения. Язык был древний. Неспеша я продолжил чтение. Вслух, для лучшего осознания информации.

- Медитация на «кто я». Выбери удобный способ – зрение, слух или осязание. Разберем технику на примере визуального восприятия. Зафиксируй взгляд на любой точке. Каждый раз, когда появляются мысли, осознавай их и вновь переводи внимание на точку. Когда сознание станет спокойным, прочувствуй линию исходящую от глаз до объекта медитации. Пройди по ней вглубь себя. Задача: одновременно находится вниманием в двух местах – откуда взгляд исходит и куда устремляется.

Задавай себе вопросы – «кто смотрит?». «Кто находится по ту сторону глаз?». «Откуда взгляд исходит?». Постоянно ищи источник. Когда найдешь себя, основной фокус внимания держи именно там.

Зафиксировавшись в себе смени объект медитации на слух. Одновременно осознавай и звуки и слушающего. Ты так же можешь воспользоваться вопросом «кто слышит?».

Затем перейди на осязание сохраняя внимание на себе. «Кто чувствует?».

Соедини зрение, слух, осязание, сохраняя фокус на том, для кого все происходит. Воспринимай реальность изнутри, из себя.

Я закрыл книгу. Прочитанная техника открывала новые грани познания и ее натерпелось испробовать. Зафиксировав взгляд на лампе, я сфокусировал внимание на процессе видения. Мысли отступили. Следующим этапом я прочувствовал лучи, исходящие из глаз. Подняться по ним до источника было сложно и тогда я начал помогать себе вопросом «кто смотрит». Результат не заставил ждать, я осознал себя. Пребывая в воодушевленном состоянии, я перевел внимание на слух, а затем на осязание. Когда я смог объединить все чувства, то понял – вот он долгожданный новый уровень.

Вдруг я ощутил, что не один. Во мне есть кто-то еще. Сфокусировав внимание на госте точно так же, как в медитации, из центра, я осознал, кто ко мне пожаловал.

- Привет Ррраа. Я долго ждал тебя. Скажи, ты узнаешь меня? Я Мирный.

В следующую секунду я испытал резкий ужас и открыл глаза.

Темный властелин, что за странный сон?

Меня всего трясло. В момент пробуждения ощущения из сновидения практически полностью отступили. И все же след сохранялся и вводил в состояния испуга. Что-то совершенно неведанное было пережито мной.

Что бы стряхнуть остатки сна я вышел во двор и ополоснулся из колодца. Царила глубокая ночь. Слышались далекие крики, где-то разбилась стеклянная тара, кто-то сдавленно застонал. Я вернулся в дом.

Думать о сне не хотелось. Впервые у меня возникло желание спрятаться от памяти. И все же я раскрыл ладонь и посмотрел на знак. Точно такие же символы украшали стол из сна.

Что значат эти круги? В переплетении, образовывающие овальные семена и треугольники, явно присутствовал смысл. Цветок жизни – вспомнил я слова эльфа.

Заснуть я не смог поэтому решил прогуляться по окрестностям Лиги. Проходя через полигон, я зашвырнул в цель копье. Древко воткнулось ровно в центр.

Со дня изобретения нового вида оружия, тренировки в метании проходили ежедневно. Ильгаз оценил идею развития мастерства дальнобойного боя и поручил мне обучение всего клана. Находясь по-прежнему в звании сотника, на полигоне я получил подчинение всей армии орды.

Ноги завели меня в ближайший трактир. Орки расступились, и я сел на привычное место у окна. Через проем ветер обдувал лицо.

Страх отступил и теперь я пытался припомнить сон. Мирный, так представился орк в гроте. Эльфийка из покорённой деревни сказала, что такого мое будущее имя.

В сновидении я читал книгу. Удивительно, там я действительно разбирал начертанное. Никто из орков не обладал навыком чтения, нам это без надобности. Во сне же символы обретали смысл и несли свою историю.

Книга поведала о новом способе медитации. Медитация. Что это такое? Я пытался уловить ускользающее знание. Во сне все было ясным. Сейчас же ощущения покрылись дымкой словно мутное отражение в болоте. Я все помнил, но перестал понимать.

В гроте я чувствовал себя иначе. Что-то подобное происходило при встрече со светлыми, но во сне изменения были масштабнее. Именно этого я испугался при пробуждении. Потерять себя.

Я вспомнил плененного Мутой орка. Он рассказал про соклановца, который присвоил себе эльфийский амулет. В скором времени тот начал вести себя странно. Практически перестал есть, исхудал. На какое-то время отказался от выпивки, а потом наоборот ушел в беспробудный запой. Видел то, чего не существовало. В итоге покончил с собой.

Может и я схожу с ума? Из-за амулета? Избавится от эльфийского артефакта теперь не удастся. Разве что вместе с рукой.

- Что прикажете принести, господин, - заискивающе пролепетал гоблин.

- Лучшей браги и мяса. Полусырое.

Гоблин ушел выполнять заказ. Смотря ему вслед, замечая осторожно бросаемые на меня взгляды, я задумался о том, что добился желаемого. Подобного отношения не было даже в Муте. Меня боялись. Не было орка, который бы посмел выступить против меня. Гоблины желали прислуживать. Почему же я не испытываю радости? Только усталость.

Вгрызаясь в сочное мясо, я вернулся к размышлениям о сне. То, что происходило после прочтения книги было совершенно непонятным. Оставив попытку разобраться во второй половине сновидения, я увел внимание в начало. Грот. Водопад. Свет факела.

Что произошло потом? Мирный прикрыл глаза и начал слушать. Это было подобно устраиваемым мной тренировкам вслепую. Только у орка не было задачи найти врага, он наблюдал то, что происходило вокруг. Звуки становились четче и расслаивались на отдельные объекты. Между ними можно было переключаться.

Я закрыл глаза и начал вслушиваться. Преобладал гвалт таверны. Крики, лязг, топот, звуки ударов, в другом углу затеяли потасовку. Все смешивались, отделить звуки друг от друга казалась невозможным.

Мне некуда было спешить, и меня охватил интерес, возможно ли то, что произошло во сне. Я упорно продолжал наблюдать происходящее вокруг.

Постепенно звуки обретали расположение. Четче воспринималось, какие из них ближе, а какие дальше. Начали проявляться новые, незамеченные ранее. Бармен вытирает стойку, далекие голоса на улице, жужжание насекомых. В последнюю очередь мне удалось уловить еле заметный треск костра во дворе.

Я увел все свое внимание на незримый источник света. Остальные звуки приглушились, а слышимость горящих дров становилась четче. Возникающие мысли сбивали концентрацию и приходилось начинать сначала. Но постепенно мне удалось прийти к стабильной сосредоточенности на костре.

Мысли исчезли. Дыхание замедлилось. Треск огня стал единственным существующим явлением. В какой-то момент я перестал осознавать себя, слившись с костром воедино.

В испуге я раскрыл глаза. Вновь было пережито это ощущение, как будто меня нет.

Не решаясь продолжать эксперимент я встал из-за стола. Пора было идти отдыхать. Завтра ожидался сложный день.